Кулаков Антон Анатольевич

Королевские иллюзии[СИ]

Антон Кулаков

Королевские иллюзии

Роман

Антонио Феррейра де ля Уэрта/Антон Кулаков

Все персонажи и сюжетные ходы вымышлены.

Возможные совпадения — лишь игра вашего разгулявшегося воображения.

All characters and subject courses do not reflect a reality.

Possible concurrences — only game of your imagination.

Tous les personnages et les marches de sujet ne refletent pas la realite.

Les coincidences possibles — seulement le jeu de votre imagination.

Todos os carбter e cursos de assunto nгo refletem uma realidade.

Possнveis consentimentos — sу jogo de sua imaginaзгo.

Я ненавижу вас.

Я ненавижу себя.

Я ненавижу всех.

И вообще — я очень странный…:)))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))))

ПРОЛОГ

УСАДЬБА ДЕ ЛЯ УЭРТА

ПРИГОРОД МЕХИКО

Июнь 1976 года.

Вечер…

Эдуардо сидел в гостиной и смотрел в потолок. Эта змея ему отказала — и теперь она хочет, хочет жить спокойно с ним под одной крышей, но не таким был Эдуардо, не зря он все продумал с такой точностью. Раз Малена захотела — значит пусть получит, то что хочет, но жить здесь и постоянно намекать ему на то, что у нее есть ЕГО дочь- боже какой позор, да пусть она засунет эту двухлетнюю дуру Вирхинию себе в одно место и забудет об этом. Он собирался поступить с Маленой одним единственным образом — он выгонит эту стерву из ее собственного дома как паршивую собачонку нечестно посягнувшую на хозяйское добро, но все же одну ошибку Эдуардо допустит…

Малена вошла в гостиную и побледнела:

— Где ты шлялась, мерзкая потаскуха? — рыкнул на нее Эдуардо.

— На заседании ложи.

— Какой к черту ложи — ты меня заколебала, уймись, оставь этот дом. Тебя из него выгоняют.

— Что?!!

— Сеньора Лилея приказала мне тебя проводить.

— За что?

— Ты ушла из дома.

— Я не уходила из дома.

— Значит уйдешь. Андреа, Родриго, — Эдуардо щелкнул пальцами и из комнаты для слуг вышли двое, они схватили Малену и ее чемодан.

— Прощай, дорогая, — сказал Эдуардо вслед отъезжающему автомобилю.

Андреа и Родриго увезли Малену в Ксочимилко, там они избили ее и бросили на скоростном шоссе умирать, но случай распорядился иначе и большегрузный грузовик, наехавший на Малену, не убил ее. Судьба распорядилась, чтобы Малена не смогла вернуться к прежней жизни.

В этот же день в доме Адальберто Масьерно отпраздновали рождение дочери, — ее нарекли Италией…

1. Альваро, Италия, Витторио

…Молодой человек лет 22‑х ходил по комнате из стороны в сторону. Он то смотрел в окно, то на телефонный аппарат, то на портрет девушки на стене. Она была божественно красива и недоступна.

Он смотрел на список. В нем было 13 человек и 5 городов: Париж, Сан — Паулу, Таллинн, Стокгольм и Мурманск.

Он набрал номер и произнес:

— Пункт один покинет нас 25 декабря этого года, — в этот момент он снова взглянул на портрет девушки. Она была прекрасна и неповторима…

А снизу написано лишь ее имя…

Италия…

— Спустя полгода наступит время грандиозной мести, а пока терпи, девочка, не в моих планах пускать тебя в эту грандиозную интригу. Всему в свое время…

Май 1996 года.

Самолет зашел на посадку. Альваро де ля Уэрта взглянул в иллюминатор и увидел аэропорт Мехико. Утомительный перелет из Сан — Паулу в Мехико сказывался головной болью и хронической усталостью.

Альваро было 26 лет, внешне он больше напоминал чернокнижника, чем богатого наследника знатного рода. Все черное — ресницы, брюки, ботинки, куртка и даже рубашка. Издалека он слегка напоминал дьявола. (Хотя в его гардеробе хранился еще и белый набор, но для него приходилось осветлять ресницы и брови, а это Альваро терпеть не мог).

— Вихия! — Альваро толкнул свою сестру, спавшую в соседнем кресле, — просыпайся, мы прилетели.

Вирхиния де ля Уэрта зевнула и открыла глаза:

— Я что, проспала с самого Каракаса?

— Да, по–моему, ты спишь с самой Форталезы, — с иронией произнес Альваро.

Вихия в свой 21 год сохранила свою нетронутую девственность в непорочном виде, поскольку она до смерти ненавидела мужчин. Во всяком случае, до последнего времени ни один из ее кавалеров не задерживался с ней больше чем на неделю. Все это происходило из–за омерзительного характера Вихии. Она была способна довести до белого каления любого, даже самого спокойного в мире мужчину — зануда, что поделаешь…

Однако сеньорита Вихия уродиной не была, скорее наоборот. Слегка стройноватая фигура, шикарные ресницы (это в деда), красивые карие глаза. К сожалению, Вихия очень любила поесть, а кухарка дома де ля Уэрта готовила очень вкусно и не нормируемо калорийно.

— Как же. С Венесуэлы!

— Соня! Мы не садились в Каракасе, мы летели через Форталезу и Сан — Хуан–де–Пуэрто — Рико.

Вихия не стала противоречить своему двоюродному с недавних пор брату. До последнего времени Вихия считала его своим родным братом, однако в силу обстоятельств, ей удалось узнать, что Наталия де ля Уэрта не является ее настоящей матерью, реальность оказалась намного ужасней — мать Вихии Малена Кармасенни де ля Уэрта была сестрой Наталии и дочерью Аугусто и Лилеи. После рождения Умберто муж Малены Никколо ушел от нее, а она начала спиваться и вскоре бросила детей родителям и сбежала.

Семья де ля Уэрта являлась сказочно богатым родом с множеством отпрысков и родственниками из королевской семьи Испании и Франции. После брака Наталии с Эдуардо Кохарисом, сыном богатого промышленника Валдемаро Кохариса семью де ля Уэрта стали считать претендентом на роль самой богатой семьи Латинской Америки, а может быть и всей Америки. Но как говорится в семье не без урода.

Малена де ля Уэрта, после бегства из собственного дома, промышляла проституцией, жила в бедном районе Ксочимилко и, иногда устраивала себе «шабашки» по Латинской Америке. Узнав о существовании подобного создания в роли матери, Вихия явно не блистала восторгом, даже наоборот, разнюхав все подробности о ночной жизни своей мамаши в 13 городах Бразилии и Аргентины, она пришла к выводу, что такая «мама» ей не нужна, а Умберто, своему младшему брату решила вообще ничего не говорить.

Вихия и Альваро прошли таможню и паспортный контроль, и вышли в зал получения багажа. Забрав свои сумки, они проследовали к стоянке, там их уже ждала машина Альваро, оставленная им здесь неделю назад перед отлетом в Буэнос — Айрес на поиски блудливой тетушки.

Автомобиль сорвался с места и за ним понесся тонкий шлейф дыма и пыли…

* * *

Валдемаро Кохарис положил трубку на рычаг и обратил свой взор на Эухению:

— Твой план провалился, теперь все, что я имею достанется только Альваро.

— Тебе мало того, что Аугусто сделал его своим наследником, послушай меня, оставь деньги Альфредо! — Эухения взглянула на мужа и почувствовала, что убедила его.

— Ни за что!

Эухения взбесилась не на шутку, наорала на Валдемаро и вылетела из спальни больного мужа.

Теперь объясним, что к чему. Родовое древо этого семейства чрезвычайно сложно и поэтому для его объяснения требуется много времени. У Эухении и Валдемаро Кохарисов трое детей — Альфредо, Эдуардо и Анна. Эдуардо является мужем Наталии де ля Уэрта — старшей дочери Аугусто и Лилеи де ля Уэрта. (Их младшая дочь, если вы не забыли — Малена).

Валдемаро пожелал оставить все своему внуку, сыну Эдуардо и Наталии, уже знакомому нам Альваро де ля Уэрта, Эухению не устраивает такое положение вещей, поскольку Альваро является наследником не только Валдемаро, но и своего деда по линии матери — Аугусто де ля Уэрта.

Альваро и Вихия вернулись домой из аэропорта, и сразу отправились по своим комнатам приводить себя в порядок.

Наталия и Эдуардо сидели в гостиной и обсуждали последние события. Эдуардо склонялся к мысли, что детей надо возвращать матери — он полагал, что они висят у них на шее, хоть Вирхиния и являлась его дочерью (характер папочкин — один к одному), он терпеть ее не мог и это на его лице постоянно читали Альваро, Наталия и даже Лилея.

Семья Эдуардо хоть и была богатой, но их сын не получил ничего от жирного пирога. Валдемаро сам отказал сыну в помощи, все это было последствием разнообразных мерзостных происков со стороны Эухении и Альфредо. В итоге Эдуардо вроде бы как при деньгах, но достаточно малых, по сравнению с империей Аугусто, в которой его сыновья Альваро и Хосе Аугусто являлись вторыми людьми после деда и бабушки Лилеи…

Наталия изумленно смотрела на своего супруга:

— И ты, после всего, что они узнали готов отправить их к … ней?

— К твоей сестре, — совершенно спокойно произнес Эдуардо, — она обязана воспитывать и содержать своих детей, мне не нужны два иждивенца…

— Иждивенца? — Наталия взвыла, как раненный зверь, — Умберто уже давно живет на заработки в компании и гонорары от продажи скульптур.

— Но в галерею его устроил Альваро, — парировал Эдуардо.

— Глупости, не ты же взял его к себе в контору, которая вот–вот опрокинется и тебе придется искать кредита у собственных детей…

— А он их и не попросит! — Наталия повернулась к лестнице, Альваро только вымыл голову и, поэтому, его темные волосы были мокрыми. Он стоял на лестнице, ведущей на второй этаж, и смотрел на родителей, — он опять отказывается терпеть Вихию и Умберто в доме моей бабушки?

Фраза «моей бабушки» была произнесена так, словно Эдуардо живет в этом доме на роли мужа дочери хозяйки дома. Альваро не очень хорошо относился к своему отцу, по той простой причине, что он чрезвычайно старомоден (иногда даже чересчур). Это отношение возникло после того, как Эдуардо гонялся по всему Мехико за машиной Альваро и Вихии, которые искали Дионисио Карраско, друга Альваро. Отец полагал, что у Вихии роман с его сыном — это было невозможно, в душе Вирхиния ненавидела всех, кроме себя, а тех, кого она притворялась любить, Вирхиния беспощадно использовала и выбрасывала.

Вирхиния укладывала волосы в своей комнате у зеркала и слушала разговор в гостиной через устройство, стоявшее на туалетном столике:

— Эта сволочь еще получит у меня…, — произнесла осторожно Вирхиния.

* * *

Вихия сидела в гостиной на диване и читала новый номер Cosmopolitan. Из глубин цветущего сада вышел Умберто — ее младший брат. Очень приятный и безобидный молодой человек 19-ти лет.

— Вихия, ты знаешь, я не хочу в это верить.

— Но этого уже не исправишь.

— Ну и что. Я хочу и дальше считать маму, т. е. тетю Натали…

— Упаси тебя боже так ей сказать. Она привыкла быть для нас мамой.

Наталия вышла в гостиную. Умберто затих.

— Где Альваро? — спросила она.

— Он у деда, мама, — произнес Умберто

Наталия улыбнулась. Она знала, что Малене не отобрать у нее детей… Да, она знала, что Вихия дочь Эдуардо. И прощала ему это. Очень долго прощала. Однако Эдуардо сам идет на предательства, он не признает Вирхинию своей дочерью. А если родители узнают это? Лилея будет в шоке…

Альваро сидел напротив дона Аугусто де ля Уэрта и смотрел, как он изучает результаты поисков в Сан — Паулу.

— По нашим сведениям она вернулась в Мексику.

— Пусть только посмеет появиться.

— Дед ты слишком категоричен.

— Лилея тоже так думает. Она не имеет прав ни на что, ни на Вихию. Ни на Умберто.

— Кстати, я тоже так думаю, — сказала Наталия — и это правда. Я не позволю ей покуситься на наше счастье. Ни за что.

— Ее никто сюда и не пустит, — сказал Альваро, — даже если папуля захочет отдать их.

— Ему этого никто не позволит, — произнес холодным тоном Аугусто.

— А если он это сделает, я его выгоню из дома, — сказал Альваро.

В кабинете повисла тишина. Наталия была в шоке.

— Еще одна новость, — произнес Аугусто.

— Надеюсь не очень ужасная? — испугалась Наталия, теперь она ждала чего–нибудь похуже.

— Нет. Просто Валдемаро объявил Альваро своим единственным наследником.

Альваро опешил. Ему просто не хватало воздуха. А надо было дышать…

* * *

Поезд из Чиуауа прибыл по расписанию. Витторио Гавиланес вышел из вагона и, впервые за последние два года, вдохнул воздух родного ему Мехико. Служба в рядах армии оставила неизгладимый след не только в душе нашего героя, но и на теле. Выйдя с вокзала, Витторио сел в автобус и поехал на окраину города, в дом своей матери Аньези Гавиланес.

Путь до дома занял бы полчаса, если бы не множественные пробки на улицах Мехико, поэтому путь от вокзала до дома занял три с половиной часа. В автобусе Витторио утомился больше чем в поезде, поскольку было очень душно и пыльно.

Подойдя к дому Витторио ощутил, наконец, новый прилив энергии, открыв дверь своим ключом он вошел в просторный холл.

— Мама!

— Витторито!

Аньези бросилась обнимать сына, которого не видела почти два года. Нет смысла описывать эту трогательную сцену (поскольку автор предпочитает их избегать и заменять полным действием).

Витторио отправился в душ, а мама к телефону. Витторио закрыл дверь на защелку и сел на скамейку. Сначала он почему–то оголил себя снизу, начиная со ступней и закончив ляжками. Потом стянул рубашку и футболку, завернул их в тюк и бросил в корзину для грязного белья. Подойдя к зеркалу, он снял последний предмет, одиноко висевший на его голом теле. Теперь опишем нашего нового героя. Ему 23 года, только пришел из армии. Работает (точнее скоро устроится работать) шофером. Характер ОЧЕНЬ положительный. Телосложение стройное, чуть непропорциональное. Волосы представляют собой нечто среднее между каштаном и темным кремовым, в общем, почти блондинчик (ненавижу блондинчиков), однако почти не считается. Ах, да, пока мы тут с вами лицезрели его красоты Витторио уже забрался в душ и по его, неделю не мытому, телу потекли струйки грязи. Молодой человек даже заурчал от удовольствия. (Автор приносит извинения мужской половине читающей аудитории за излишнее описание красот мужского тела — скажите спасибо, что не описал всего остального, хотя на самом деле просто не видел я этого остального).

А тем временем Аньези уже заканчивала разговор со своей давней подругой Тонией Карбл Кохарис (кстати, женой Альфредо Кохариса):

— Значит, мы договорились, — сладко произнесла Аньези.

— Да, — сказала Тония, — думаю твоему Вито понравится моя Хулия.

— Конечно, я в этом уверена.

Аньези закончила разговор и положила трубку на рычаг. Из душа выплыл Витторио. В одном халате и без тапок.

— Мамулечка. Где мои тапочки?

— В шкафу с обувью, на третьей полке.

Витторио проследовал по комнате, как по скошенному полю, не то из–за брезгливости, не то из–за опасения за чистоту своих ног.

— Витторио! Скоро приедут Михаэль и Синтия.

Витторио явно не мечтал о встрече со старшим братом, а тем более с его смазливой женушкой. Он продолжал идти по полу на внешней стороне стопы и почти дошел, но тут поскользнулся и полетел на пол.

— Ты не ушибся?

«Заботливость» мамочки уже выводила из себя. Витторио пересилив себя, подошел к шкафу и достал тапки. В этот самый момент он понял, что вступил во что–то липкое. На полу было маленькое пятно от обувного крема. Витторио обтер стопу об пол, одел тапочки и пошел в свою комнату.

* * *

Под тенью больших деревьев стоит небольшой домик. В нем живет Италия Масьерно — это создание самое странное во всем романе. Ей 22 года. У нее карие глаза и рыжие волосы. Её скромный дом состоит из двух комнат и кухни. Комнаты были украшены разнообразной публикой, представителями различных рок кругов. Короче говоря, очень странная квартирка.

У нее есть муж — Ардо, однако почти что год он является им только на бумаге. Сейчас в ее доме происходит симпатичное безобразие. В окно, ведомый в сад неведомой силой вылетает чемодан Ардо, а за ним под действием еще более неведомой силы вылетает сам Ардо. Слышен небольшой шум. Из всего безобразие, которое мы лицезреем можно сделать один вывод- Италия наконец–то разводится.

— И чтобы без свидетельства не приходил! — Раздается над домом.

Ардо подбирает вещи и…конечно уходит.

Италия долго размышляла о своем положении и, в конце концов, решила отправиться в загул. Зайдя в ближайшее кафе, она заказала апельсиновый сок- Италия не пила уже три года.

— Вы не против, если я подсяду?

— НЕТ! — Италия взглянула, на подошедший к ней объект и он ее заинтересовал.

— Большое спасибо, — произнес незнакомец.

— Италия, — сказала она и протянула ему руку.

— Серхио, — сказал мужчина и пожал ей руку.

Италия втянула в себя немного апельсинового сока, нежный нектар окатил ее измученный организм…

— У вас на лице написано безразличие, что бы это значило?

— Это значит, что сегодня выгнала своего первого мужа.

— А на второго сил уже нет?

— А ты полагаешь, что я скажу тебе, переспи с королевой–целкой?

— Ну… — лицо Серхио вытянулось, — я даже не помышлял о подобных плотских весельях, я хотел длительного знакомства…

— Вот на это я согласна…

Они обменялись адресами и разошлись.

Италия вернулась домой и села за письменный стол…

ИЗ ДНЕВНИКА ИТАЛИИ МАСЬЕРНО.

Ну, вот опять одна. Как всегда. Одно спасение рок–н–ролл. Он не обманет, не предаст и не уйдет в соседний бар, не вернется весь провонявший текилой и дешевым пивом. Он со мной, во мне. «Битлз» для меня уже стали как один хороший друг (и любовник заодно). Я общаюсь с ними, вникаю в их душу, а они в мою… Хоть вроде бы магнитофон и кассеты — бездушные вещи, но тем не менее я верю им или не верю, в чем–то осуждаю, в чем–то не соглашаюсь, люблю, поддерживаю или ненавижу. А они помогают мне «сорваться с тормозов», что–то советуют, как будто со мной, общается человек из плоти и крови, очень похожий на меня, которому не все равно, что со мной, как я, хорошо мне или плохо. Они не дают порвать ту нить, благодаря которой я на плаву… А люди, так не могут…Чем больше я узнаю людей, тем больше люблю собак…Мама говорит, что мне просто не попадались такие люди, однако я знаю столько людей, может я смотрю на мир как–то не так, как она, как другие люди, которые любят, верят и надеются. Я боюсь любить, уже не могу верить (за это спасибо Ардо), остается одна надежда. Я думаю, что она меня не покинет, без нее я не смогу жить…

Кто бы только знал, как мне тяжело порой с собой справиться. Кто бы только знал, как мне хочется пойти в бар и сказать: «Две текилы, а лучше виски»… Или купить марихуаны и какие–нибудь дешевые сигареты, прийти домой, забить косяк, затянуться и почувствовать этот завораживающий запах… О…! Это не понять никому. А запах «белого», заполняющего шприц… Эта боль в вене, приятная боль…А потом я могу видеть все с закрытыми глазами, читать мысли, сочинять, рисовать. Но это лишь иллюзия…

Сегодня я выгнала Ардо и познакомилась с Серхио. Я боюсь Серхио, он странный и пугает меня, но меня к нему притягивает. С чего бы это?

Италия оторвалась от дневника.

Внезапно сквозь нее пролетело озарение и ей захотелось испить апельсинового сока, или чего–нибудь покруче, например, плотской любви…

Она схватила трубку, достала из кармана бумажку с адресом и телефоном.

— Алло, Серхио… Хочешь переспать с королевой?

2. Знакомство

Альваро качался в гамаке и смотрел на луну. На столике стоял недопитый мартини, а в пепельнице дымился его любимый Салем. Из сада пришла Вихия.

— Тано!

— Да, Вихия. — Альваро открыл глаза.

— Ты пойдешь спать?

— Да, скоро. Кстати, завтра пойду к Карраско.

— Ты увидишь Дионисио?

— Да.

— Передай ему…

— Не буду, он тебя не любит. Ты знаешь о наследстве?

— Нет.

— Оба деда, и все мне!

— Что? Этого не может быть!

— Может, — Альваро откинулся в гамаке — эта ответственность меня угнетает. Раздам все пополам.

Вихия удалилась вглубь сада и стала просчитывать возможные варианты получения бешеного наследства.

* * *

Альваро проснулся в хорошем расположении духа и отправился после душа плавать в бассейне. Там он встретил своего брата Хосе Аугусто. Они немного порезвились в воде и отправились на просушку по комнатам.

Вихия проснулась от шума в бассейне. Сегодня она собиралась решительно пресечь сюрпризы со стороны своей «мамаши»…

Альваро встретился с Дионисио Карраско в половине одиннадцатого утра в кафе. На встречу Дионисио привел свою младшую сестру Лурдес. Молодые люди быстро познакомились и резво болтали.

— Ты действительно был в Сан — Паулу? — Лурдес смотрела на Альваро и мечтала о рассказе про каменные джунгли.

— Да, но он не произвел на меня впечатление, такое как например произвел Рио.

Лурдес была окончательно очарована Альваро. Дионисио это заметил. Он знал, что Альваро воспользуется этим, чтобы потом свести его, Дионисио, с Вирхинией, а Вихия ему страшно не нравилась…

Вирхиния тоже находилась в кафе, однако в совсем другом и с совсем иной целью. К ней подошел мужчина лет 30-ти с редкими светлыми волосами, в очках и очень модном прикиде.

— Вы, Вирхиния де ля Уэрта?

— Да.

— Позвольте представиться — Валерио де Марко.

— Вам известно, зачем вы мне нужны?

— Да. Для поисков ее, — Валерио достал из кармана фото Малены.

— Вы понятливы. За работу получите полторы тысячи песо.

— Пять тысяч.

— Три, и это мое последнее слово.

— Я согласен. В случае обнаружения этой особы, я вам сообщу.

Вихия отдала Валерио задаток и удалилась. Она надеялась найти Малену и отправить ее подальше от Мехико…

* * *

Эухения приехала к Альфредо в 14.30. Когда она вошла в квартиру старшего сына, произнесла почти что на пороге:

— Мы пропали!

— Что случилось? — Альфредо явно был недоволен поведением, а главное состоянием матери.

— Валдемаро оставил все сыну Эдуардо!

— Я что, по твоему по этому поводу должен устроить драму?

— А как же деньги по счету де Марко.

— Валерио здесь не при чем, — Альфредо лихорадило, теперь он понял, в какую историю влипает с потерей наследства отца.

— Теперь ты понял.

Альфредо застыл в изумлении. Он продолжал перебирать все возможные варианты выхода из сложившейся ситуации. В свое время Валерио дал Альфредо на сохранение в банке Валдемаро 65 тысяч долларов, половину этой суммы Альфредо растратил на семью и квартиру, рассчитывая на наследство отца. Время, когда Валерио приспичит забрать деньги вычислить невозможно…

* * *

Умберто позвонил в дверь.

Ответа не последовало.

Умберто позвонил снова, ответа не последовало и на этот раз. Он собрался уходить, как тут дверь открылась:

— Вы ко мне? — Умберто увидел человека, всего грязного и побитого. Пил он явно уже лет десять.

— Вы, Никколо?

— Да.

— Я — Умберто де ля Уэрта.

— А я — твой отец.

Умберто стало мерзко от этого существа, в конце концов — его отец Эдуардо Кохарис.

— Мне нужны деньги, — произнес Никколо, — на лекарства…

— Мне тоже, но не на вас, — произнес Умберто и удалился. Теперь он был окончательно уверен в своем предположении — такие родители ему не нужны.

Умберто медленно вышел из этого ужасного здания и произнес:

— Отец–алкоголик, а мать — лучшая шлюха Латинской Америки, ну уж нет. Пусть лучше подложные, но любящие родители, — Умберто сел в автомобиль и уехал.

* * *

Утром следующего дня Сесилия открыла дверь дома дочери своим ключом и вошла в прихожую. Поскольку жила она неподалеку ей приходилось заходить к дочери и будить ее. Италия была созданием несносным и просыпалась с пятьдесят шестого раза…

Отделавшись от легкого плаща, она подхватила сумки и вошла в гостиную. Там ее ждал сюрприз:

— Италия! — Сесилия была явно в шоке, только вчера ее дочь вышвырнула одного, как тут же свалился второй.

Италия продрала один глаз и произнесла:

— О, Мама, познакомься это — Серхио!

— Доброе утро, — осторожно произнес Серхио.

Сесилия стала изучать Серхио. Серый, невразумительный, ноги торчат из под одеяла. Одна в носке, другая голая. Как это похоже на Италию…

Сесилия прошла на кухню и стала выкладывать продукты в холодильник. Потом она взяла в руки телефон и решила сообщить новость мужу. Адальберто Масьерно спокойно воспринял новость о новом мужчине дочери и пообещал убить и ее и «мужлана в одном носке»…

* * *

Анхелика Валтьерра — лучшая подруга Сесилии сидела на кухне и лепила кавказский деликатес — чебуреки. Ее мысли занимала дочь — Лили Валтьерра. Она уже 5 лет обитала в Сан — Хуане, писала редко.

— Мама! — в кухню вошел Фернандо, младший сын Анхелики, — письмо от Лили.

Анхелика встрепенулась.

Она схватила конверт и извлекла из него письмо.

Дорогие мама и Фернандо.

У меня все превосходно. Простите, что не писала — не хватало времени. Сейчас изыскания ведутся близко у Сан — Хуана, поэтому у меня есть время.

Здесь я нашла свое счастье. Я познакомилась с человеком, который меня понял. Это Максимимлиано, но мы зовем его Макс. Он очень хороший, мы собираемся пожениться! Скоро мы приедем к вам. До встречи в Мехико, о приезде сообщу телеграммой или позвоню.

Ваша Лили,

Сан — Хуан–де–Пуэрто — Рико

26 апреля 1996 года.

Анхелика опустила письмо и произнесла:

— У меня очень плохие предчувствия, Фернандо.

ИЗ ДНЕВНИКА ИТАЛИИ МАСЬЕРНО.

Я допустила страшную ошибку. Зачем я позвала его? Не знаю. Был какой–то импульс, он обещал что–то хорошее и большое, а принес он боль…Туман и боль…

Боль, сжигающая все внутри… Боль в душе и туман. Я не вижу своего будущего, возник какой–то барьер. Все дошло до какой–то черты, которую надо переступить. Черта, а за ней две дороги. Какая? Какая из них даст мне то, что я хочу? Какая из них вылечит боль? Что может мне сейчас помочь? Мне кажется, что внутри меня что–то шевелится, пытается вырваться наружу. А лошадки с крыльями все так же летят на юг, оставляя меня здесь. Они ничем не могут мне помочь, они бессильны. Боль, только боль, заполняющая меня, стремящаяся вырваться наружу криком раненого зверя. Что это? Начало или конец? Должен же быть способ избавления от этой боли или нет? Не может же она быть вечной. Боль не длится вечно.

Все разрушено почти до основания, построить тот радужный мир сумасшедшей весны уже невозможно. Ведь строить уже не из чего, а заново не выстроить такой мир, слишком много осталось в глубинах памяти. Слишком промерзла та земля на которой он стоял, слишком блеклым стало то небо под которым он цвел, слишком много стало черных пятен на солнце, которое грело его, а из чего строить, так совсем не осталось, все раскидал ветер и превратило в пыль время. Остались лишь иллюзии, что этот мир еще есть. Что делать? Как? Из чего? На чем? А из того, что есть, не выйдет и сотой части того, что было. Разрушить до конца и развеять его пепел по ветру. Но станет ли лучше? Пройдет ли эта боль? Или попробовать что–то восстановить, собрать, склеить и вдохнуть жизнь? Но я не могу, я не чувствую в себе живительной силы, ее давно уже убила боль. Я больше ничего не чувствую, кроме всепоглощающей боли.

Пустота… Пустота внутри. Чтобы исчезла боль надо заполнить пустоту. Надо заполнить себя и тогда не будет боли. Хотя, это все может быть и неправда, а может быть лучше спрятаться и зализать все свои раны. Спрятаться и уснуть, и ждать пока не утихнет боль. Я стою между двух огней, но какой согреет меня? Который даст мне тот живительный бальзам? То лекарство от этой душевной болезни.

Мои маленькие зверушки с большими грустными глазами, они все хотят помочь мне, они пробуют разные лекарства, мази и настойки, бьются над исцелением днем и ночью, но ничего не могут сделать. Мои маленькие верные друзья, они ничего не советуют, никого не осуждают, они лишь от души хотят помочь мне. Как жаль, что их старания не приносят облегчения. Они страдают вместе со мной, а я лишь плачу. Плачу без слез. Ну что плакать, слезами не зальешь огня… Надо отправиться погулять…

Италия медленно шла по площади к фонтану. Она присела на скамейку и хотела закурить, но не нашла зажигалку.

— Вам нужен огонь? — к ней подошел приятный молодой человек весь в черном.

— Я буду вам очень признательна, — сказала Италия.

Мужчина дал ей прикурить и произнес:

— Можно составить Вам компанию?

— Только называй меня на ТЫ. Меня зовут Италия Масьерно.

— А я Альваро де ля Уэрта.

3. Первый скандал

Она ощутила, что этот «черный» Альваро ей очень нравится и ее к нему сильно тянет, сила эта, не та, что влекла ее к Серхио или Ардо. В Альваро есть что–то такое, общее с ней, Италией, и ей захотелось узнать это общее. Она обязана познать это неизведанное и выяснить что его с ней связывает — это знак свыше.

Италия встала со скамейки. Альваро ей улыбнулся:

— Как насчет небольшой прогулки?

— Ничего против не имею.

— Так отправимся в Чапультепек?

— С огромной радостью, — Италия и Альваро отправились к машине Альваро.

Машина отъехала от площади и взяла курс к парку Чапультепек. В машине у них возник разговор об общем увлечении.

— Я обожаю комнатные растения, — сказала Италия.

— Да? — знаешь у меня тоже есть пунктик по этому поводу, но я не один в этом своем увлечении. Мне помогают мои родственники, сестра Вирхиния, но мы ее зовем Вихия, братья Умберто и Хосе Аугусто, бабушка Лилея.

— У тебя большая семья?

— Очень большая и все они очень интересные люди, может быть немного странные, но все же очень уникальные.

— Мои не так многочисленные, только мама Сесилия, папа Адальберто и родители папы Мария Крус и Сесар.

— Ну, уже полноценное семейство, вы принадлежите к среднему классу?

— Видимо да, скорее всего средний класс. У отца есть магазин.

— А образование у тебя какое.

— Я — хирург, но сейчас я безработная.

Машина остановилась на перекрестке. Постовой долго держал поток машин. Это разозлило Италию, и она как–то странно посмотрела на полисмена, и он резко пустил поток машин вперед. Альваро удивился:

— Как это удалось тебе?

— Секрет. Какие ты языки знаешь?

— Кроме испанского, я говорю на португальском, итальянском и английском.

— А я ненавижу английский.

— Разделяю твои эмоции, этот язык очень…

— Резкий и не певучий.

Они подъехали на стоянку у парка.

Альваро и Италия вышли на аллею у пруда:

— Ты сейчас…одна живешь? — осторожно поинтересовался Альваро.

— Нет, но говорить об этом я не хочу…

Альваро и Италия гуляли по городу до ночи. Они разговаривали об общих увлечениях, жизни. Заходили в книжные магазины, смотрели книги по языкам… Это был чудесный день.

Альваро привез Италию к дому.

— Когда мы увидимся?

— Когда захотим…, — Альваро собирался уйти, но тут остановился и достал из брюк лист бумаги, — это тебе.

— До свидания…

— До свидания.

Италия развернула лист, на нем было написано по–португальски:











(Солнечный свет

Взрыв метана порождает экстаз

Танец света терзает мне плечи

Поглощая всю энергия в раз

Я слышу светлые речи)

Всю эту сцену наблюдал в окно Серхио…

* * *

Умберто вернулся домой очень раздраженный. Наталия встретила его:

— Что с тобой?

— Был в одном месте и разговаривал с одним…

— Ты видел Малену? — Наталия испугалась не на шутку.

— Нет. Я видел Никколо.

— Он совсем спился?

— Да. Ему нужны были деньги, но я его послал подальше. Мама, я не хочу их знать.

Умберто убежал наверх. Наталия на секунду задумалась и пришла к выводу — нужно действовать.

* * *

Валерио решил не откладывать в долгий ящик поиск Малены. Он отправился в южные кварталы Мехико — там процветала проституция.

Валерио являлся достаточно странным и опасным человеком — он занимался черной магией. Ему не составило труда быстро найти Малену, но он искал ее с остервенением и желанием поскорее заработать три тысячи песо. Хорошее знание таких мест, как Фураэбо. Поиск занял около двух часов и вскоре Валерио оказался у кафе под названием «Сан — Рибадуро». Он вошел в помещение.

У стойки бара стояла легко одетая проститутка. Валерио подошел к ней и спросил:

— Ты знаешь Малену?

— Кого?

— Малену.

— Нет, такой здесь нет.

Валерио долго пытался придумать какой вопрос задать, и тут его осенило. Он достал фото и сказал:

— Вы знаете ее?

— Конечно.

— Кто она?

— Проститутка, а зовут ее…

Валерио догадался, он достал сто песо и дал проститутке:

— Мало.

Валерио дал еще сто песо.

— Эта… Она местная знаменитость.

— Знаменитость?

— Она содержательница этого клуба, ее зовут Фасета Карильо.

— Я могу ее увидеть?

— Разумеется. Пройдите туда.

Валерио прошел наверх. Он толкнул дверь и вошел в небольшую комнатку. В кресле сидела Малена.

— Какого черта?

— Я здесь, чтобы найти вас.

— Вы добились своего, вы меня нашли.

— Меня послала Вирхиния.

— У…

— Сколько стоит ночь?

Малена кокетливо покосилась на Валерио.

— А вас Вихия для этого послала?

* * *

Витторио проводил дни дома и скучал. Скука эта грызла его до основания и страшно доканывала. Однако Аньези времени зря не теряла…

В этот же вечер Витторио познакомился с Хулией, к сожалению, автор не горит желанием описывать развитие этого романа, поскольку Хулия явно не главный герой.

Их роман, если вообще это можно назвать романом, развивался никак. Они перезванивались, общались, но не как влюбленные, а как брат и сестра. Аньези была в шоке от этого, но ничего поделать с этим не могла.

* * *

Италия вошла в комнату. Серхио сидел за столом и в одно лицо курил.

— Привет!

— Где ты была?

— Я не понимаю твоего тона? — Италия изумилась такой наглости.

— Я живу с тобой?

— Наверно это моя самая страшная ошибка.

— А это что? — Серхио вынул стихи Альваро из кармана — ничего не понимаю… Шифровка от любовника…

— Я тебе еще не жена

Серхио ударил ее по лицу, и она вскрикнула.

— Ты будешь работать, и содержать меня, — Серхио вошел в раж, он от себя такой прыти не ждал.

— А ты? Я тебя выкину.

— Увидишь! Я твой муж Ардо!

Серхио удалился в спальню и скоро оттуда послышался его храп…

ИЗ ДНЕВНИКА ИТАЛИИ МАСЬЕРНО.

Ну, вот с ним плохо, а без него еще хуже. Никогда такого не было. Может это любовь. Но как можно влюбиться в человека за сутки знакомства, он настолько обнахалился, что не уходит, хотя ему явно делать нечего. Во мне как будто поселился какой–то зверь, который гложет меня изнутри, мучит меня. Я не хочу быть в клетке, но свобода эта меня не радует. Я не могу разорвать эту последнюю нить, что–то держит меня и не пускает — неужели он? Я борюсь с собой, борюсь с болью, но все равно, даже борьба не утешает меня. Борьба это главное. Человек создан, чтобы бороться, неважно с кем и за что. Главное — борьба, за кусок хлеба, за хорошую жизнь, за любовь. Когда человек перестает бороться, он превращается в толстого эгоистичного борова, который только ест и спит, да еще делает всякие гадости. Он перестает быть человеком, когда все есть и ни за что не надо бороться человек становится какой–то тварью, тряпкой, готов стелиться перед каждым, лишь бы не потерять то, что есть. Тот достаток- сытость и тепло. Вся жизнь должна быть борьбой, человек любыми способами не должен терять способности бороться. Если действительно хотеть, то можно добиться очень многого, но это будет уже твое. Твоя слава и твое богатство, твоя сила, твоя любовь, твое счастье. Главное не останавливаться на том, что уже есть, на том, что уже достигнуто. Не бояться трудностей, практически непреодолеваемых заборов, горных рек, шальных пуль. Надо идти вперед, пусть даже та цель, которая ставится, невыполнима, а может даже и нереальна. Зато, идя к ней, найдешь в жизни столько всего прекрасного, что и конечная цель будет не так уж важна. А если и достигнешь этой цели, то не надо останавливаться, надо искать, пробовать, ошибаться, возможно достигнуть большего. Все, так дальше нельзя…

Италия схватила телефон:

— Альваро, нам нужно увидеться!

— Хорошо, через 40 минут я за тобой заеду.

Альваро положил трубку. Вихия спросила его:

— Кто это?

— Одному другу очень нужна моя помощь.

Когда Альваро удалился, и Вихия услышала звук отъезжающего автомобиля, он скривилась и произнесла:

— Как бы он не вышел из–под моего контроля…

— Что?!! — Вихия не заметила, как в гостиную вошел Умберто.

— Чего ты уставился на меня? — Вихия начала атаку сразу же.

— Я знаю, что используешь все и вся в своих целях, но что же ты будешь делать, когда использованных персон станет настолько много, что ты ничего не сможешь сделать?

— К тому времени у меня уже будет все, — Вихия встала и отправилась в свою комнату.

— Но вместо друзей у тебя будут одни враги, — бросил ей вслед Умберто, но Вихия только хмыкнула.

* * *

Витторио разбудил шум машины у дома. Он встал с постели, накинул на голое тело халат и спустился в гостиную. Внизу было очень шумно. Приехал брат Витторио — Михаэль и его смазливая женушка Синтия.

Михаэль поздоровался с братом, и они с женой ушли наверх. Аньези подошла к Витторио:

— Вито, как у тебя дела с Хулией?

— Она прекрасная девушка, но я не допускаю такой мысли как брак или секс, — прямо ответил Витторио. Лицо Аньези исказила гримаса неудовольствия.

— Ты должен подумать о браке с ней. Сегодня твоего отца уволили. Его прогнал сам Аугусто де ля Уэрта.

— Отец всегда ищет конфликтов с начальством, — произнес Витторио и собрался уходить.

— Хулия — племянница мужа дочери Аугусто. И если ты не хочешь, то придется, этот брак спасет нас.

— А как же жених Хулии?

— Какой жених?

— Человек, который любит ее.

— Кто он?

— Фернандо Валтьерра.

Витторио получил удовольствие от убийственной последней фразы, Аньези знала — с Анхеликой Валтьерра тягаться не стоит, она им не по зубам…

* * *

Хосе Аугусто и Катрина уединились в саду. Они смотрели друг на друга и боялись вымолвить слова. Те слова, что сплели бы их навсегда, НО!

Всегда находится парочка таких но, которые мешают влюбленным соединиться- это но было очень веским и перед ним устоять нельзя, Катрина и Хосе Аугусто- двоюродные брат и сестра. Катрина- дочь Анны Кохарис, младшей сестры Эдуардо всегда боялась огласки ее романа с Хосе Аугусто.

— Мы должны оформить наши отношения, сейчас не начало века, — начал было Хосе Аугусто, но Катрина прервала его речь и поцеловала его.

— Нам следует посоветоваться с Альваро и …

— Только не с Вихией! — Хосе Аугусто отскочил в сторону, — эта похотливая сучка пока что управляет только двумя несчастными в этом доме…

Вихия в это время стояла на балконе и курила, ей нравилось постоянно кричать, что она не переносит табачный дым, хотя сама курила как паровоз — в доме де ля Уэрта не курила только Лилея, и у каждого был любимый сорт табака. Аугусто нравились кубинские сигары, Эдуардо и Наталия предпочитали Chesterfield или Pall Mall, Хосе Аугусто и Умберто курили Marlboro, Альваро всегда оставался верен Salem и облегченный Marlboro. Вихия выбросила окурок от Парламента и обратила внимание, не то, что в кустах роз слышны шорохи и странные вздохи, она догадалась, что это Умберто и его очередная подружка. Она взяла это на заметку и удалилась.

Войдя в комнату, Вирхиния сбросила халат и опрокинулась на кровать, перед тем как выключить свет она нажала на рычаг, и внутри кровати раздалось жужжание. Вибратор давно надо было менять, но Вихия скрывала наличие этого шаловливого аппарата в собственном ложе. Она закрыла глаза и поддалась оргазму, пусть искусственному, но все же оргазму.

* * *

Альваро и Италия сидели у стойки бара и смотрели друг на друга, как двое несчастных людей. Италия была в неприятном положении, и из него следовало выходить, чем быстрее, тем лучше.

— И ты не знаешь, что тебе делать?

— Да, — произнесла Италия, — все это моя вина. Если бы мы не познакомилась с тобой раньше…

— Без разницы. Я никогда не смогу быть с тобой близок в постели, я это понял при знакомстве, у нас какая–то другая связь, более неземная и странная, это меня очень увлекает и радует, после того, как я понял чего стоит моя сестра, у меня в душе возник пустой, ни на что не похожий вакуум. Сплошной вакуум и никакой любви, абсолютно никакой…

— Я уловила какой–то импульс, но не распознала его, видимо, что–то нас все–таки связывает, но что?

— Вот именно что? А с этим Серхио, надо поступить проще, тебе стоит его вышвырнуть на улицу, т. е. туда, откуда он пришел.

4. Смазливый парень на скорой

Ардо подъехал к дому Италии в девять часов утра. Он позвонил в дверь, но никто ему не открыл. Ардо развернулся и уже собирался уйти, как вдруг дверь открылась, и в ней возникло лицо:

— Что? — произнесло лицо.

— Мне нужна сеньора Масьерно, — произнес Ардо.

— Я за нее.

— Я вижу, — сказал Ардо, про себя подумав, ну и упадок вкуса.

— Что вам нужно, кто вы такой и какого черта?

— Я принес свидетельство о разводе.

— Спасибо, — Серхио вырвал бумагу и захлопнул дверь перед носом у Ардо.

Ардо удивился, развернулся и пошел к телефону. Набрав номер бывшей тещи, он сразу получил ответ:

— Алло! Донна Сесилия? Доброе утро. Где Италия и что это за субьект? Что? А где она сама? Пошла устраиваться в Красный крест офтальмологом? О да. Спасибо. Asta manana.

Ардо опустил трубку и вышел из кабинки обуреваемый множеством разнообразнейших мыслей.

Во–первых, Италия сразу нашла себе «нечто», что, разумеется, было хуже его и по качеству и по виду.

Во–вторых, что за стремление Италии пойти работать, она никогда раньше, имея в доме мужчину, не позволяла себе этого, странно, более чем странно….

Италия вышла из кабинета с надписью Отдел кадров и вздохнула с облегчением — вот так нужно работать, теперь осталось добраться домой, и вышвырнуть Серхио.

Выходя из здания, она увидела молодого человека, который сидел в автомобиле скорой помощи и смотрел измученным взглядом в пустоту. Но он посмотрел на нее, какой взгляд… Какие глаза, какие нежные плотные губы, какой сексуальный подбородок, и наверно, какой же у него пенис…

* * *

Вот это леди! Подумал Витторио, смотря из–за стекла машины, на проходящую мимо девушку, в ее взгляде что–то пленяющее и одновременно загадочно изящное. Странная особа, если она не пациентка, то видимо, она врач. Хотелось бы с ней познакомиться, наплести выше крыши о своем несметном богатстве… Витторио посмотрел вниз, а потом снова в окно… Соблазнить ее, пожить хорошо, радостно, не изнывать под простреливающем взгляде Синтии. Это- то самое сладкое и вкусное. Кто она эта леди, будет ли она согласна разделить с ним тяготы жизни, счастье, вечность, ветер.

Нет, с ней определенно нужно познакомиться. Витторио засмеялся, ему хотелось сделать ей сексуальный массаж… Но он ничего не смыслил в массаже…Пока…

* * *

Альваро проснулся очень поздно и долго пытался вспомнить в каком часу он отошел в мир снов. Вспомнить не удалось, и он медленно начал приводить себя в порядок, настолько медленно, что выбрался из комнаты только в два часа дня. В гостиной его встретила Лилея:

— С добрым утром, соня, тебе звонили.

— Кто?

— Какая–то Италия Масьерно, — за колонной притаилась Вихия. Лилея заметила ее, — она просила перезвонить.

— Спасибо бабуля, — сказал Альваро и поцеловал Лилею в щеку.

Лилея подошла к колонне, схватила Вихию за руку и прошипела:

— Опять ты?

— Что с тобой? — Вихия покосилась на Лилею, как на ненормальную.

— Не смей мешать Альваро. Ты забыла, что случилось с Летисией. Если ты не прекратишь, я расскажу ему, какую роль ты сыграла в той истории.

Вихия встрепенулась, но потом быстро успокоилась, ведь тонуть придется не одной и Вихия пошла в особняк Кохарисов, повидать сеньора Валдемаро…

Альваро бросил трубку и вышел. По дороге в гараж он удивлялся, как им удастся выгнать Серхио? Зачем Италия устроилась работать? Он решил навестить Сесилию…

ИЗ ДНЕВНИКА ИТАЛИИ МАСЬЕРНО

Луч света в этой темноте. Он появился и исчез, но его тепло меня согрело. Он появился лишь на миг, но стало так тепло…Я потрясена, до глубины души и мне хочется плакать. Как жаль, что этот луч вспыхнул лишь на миг и сразу исчез. Я не думала, что этот миг, лишь миг, может оставить ТАК много тепла и даже немного растопить лед в сердце… Что это было, я так и не поняла, но этот шофер в скорой, как юный бог, мне так захотелось стиснуть его и терзать очень и очень долго…ЧТО ЭТО БЫЛО со мной, я опять способна любить…Способна ли?

Сесилия сидела в гостиной и вязала. Адальберто открыл дверь:

— Добрый день, сеньор Адальберто, Я Альваро де ля Уэрта.

— А, да Анхелика говорила, вы кузен Хулии?

— Разумеется. Я пришел к сеньоре Сесилии.

— Проходи.

Адальберто удалился на кухню, там зажужжала посудомоечная машина. Сесилия отвлеклась от вязания:

— Чаю, сока?

— Нет, спасибо.

— Значит, мартини.

— Сеньора, я за рулем.

— А. Ясно. Итак, что случилось, знакомый незнакомец?

— Вы знаете, что Италия устроилась работать?

— Да.

— А то, что ее на это подвиг Серхио?

— Нет, — глаза Сесилии расширились от удивления.

— Он ее заставил.

— ЧТО? — подал голос Адальберто, — этого не может быть!

— Но это так.

В гостиной повисла тишина.

* * *

Аньези и Михаэль отдыхали на террасе в тени фикуса и пили холодный чай. Их беседа была продолжительной и насыщенной. Основной темой было сведение Витторио и Хулии:

— Нет, Михаэль, ты не понимаешь этого, — сказала Аньези, — этот брак спасет нашего отца от безработицы, а нас не обделит достатком.

— Я не хочу, чтобы ты бросалась во все тяжкие для увеличения нашего благосостояния, тебя не устраивает наше нынешнее положение?

— Нет, я хочу большего.

— Витторио не любит Хулию, к тому же у нее есть жених, а его мамочка тебе не по зубам.

— Ну и что, я брошу ей вызов, реальный вызов, на который ей не удастся ответить четко. Никогда не ответит, она не такой человек, ей проще отступить и вернуться к своим абстракциям, выставкам и прочей паскудной ерунде.

— Мама, ты неисправима, — вздохнул Михаэль. Ее не переубедить, и что же? Что теперь делать?

Витторио вернулся домой и не застал никого дома. Он уже собрался подняться наверх, как вдруг из ниоткуда возникла Синтия:

— Привет!

— Добрый вечер сеньора.

— Ну почему вы такие тусклые, я тебя сейчас развеселю, — Синтия впилась в губы Витторио и засунула свой язык ему в рот. Одновременно с этим ее правая рука разгребла ширинку и ткань нижнего белья и начала плавно перекатывать мужское достоинство Витторио.

Витторио вскрикнул и отскочил от нее. Глаза Синтии заблестели. Она стреляла гром и молнии:

— Ну что ты такой неуступчивый, хочешь, я еще раз помечаю твой душистый яичник.

Витторио схватил свою сумку и бросился наверх. Он закрылся в туалете и сел на стульчак. Он закрыл лицо руками, а потом, почувствовав слабое возбуждение, устроил себе холодный душ. Через три минуты возбуждение успокоилось…

* * *

Ирма спокойно сидела в кресле и смотрела на Вихию изумленным взглядом:

— Ты уверена, что Хосе Аугусто, собирается объявить о своей помолвке с Катриной?

— Абсолютно, я видела, как вчера они любились в кустах роз.

— Боже, во дают, я бы никогда не дала мужчине себя в таком неинтересном месте как кусты роз.

— Ты вообще когда–нибудь давала?

— Дура, — Фыркнула Ирма.

Ирма Кохарис являлась младшей сестрой Хулии, особа крайне неприятная, однако очень соблазнительная и сексуальная. Стройная фигура и походка, длинные светлые волосы, типичная стерва латиноамериканского образца:

— Я полагаю, ты хочешь извлечь выгоду из этого? — Ирма взглянула на Вихию с заметным интересом.

— Если бы вчера в розах, любился Умберто, это было бы потрясающе, однако я пролетаю мимо, Хосе Аугусто мне не по зубам, он пошлет меня куда подальше.

— А я попробую сорвать эту помолвку. Пусть себе любятся, а я все расскажу Эухении.

Вирхиния удивленно посмотрела на Ирму. Они друг друга терпеть не могли, однако, когда их объединяло общее гадостное дело, то образовывался бронебойный тандем.

* * *

— Давно я так долго не предавалась ТАКОМУ, — сказала Малена и взяла со столика стакан с соком, — надо будет послать Вихии открытку с благодарностью за поставку такого частного детектива, представляю как перекосит мою доченьку, если она узнает что и того, кого она наняла я тоже трахнула- стаж, его не спрячешь никуда, — Малена захохотала.

— А ты подумала, что мне делать дальше? — спросил ее Валерио, который стоял у окна абсолютно голый и смотрел на вечерний город.

— Ты, мой котик, позвонишь ей и попросишь 100 тысяч долларов за мой адрес.

— И что потом?

— Потом она умрет от злобы, вот увидишь, поскольку, со мной будет еще кто–нибудь…

— Например я, и мы будем трахаться до посинения.

— До того, как моя милая дочка не посинеет, а лучше позеленеет, — Малена расхохоталась и затянула Валерио обратно на ложе с двухметровым пологом:

— Возьми меня снова! — сказала она.

— Это уже 65 раз! — Сказал Валерио, но ничего поделать с собой не смог, теперь его сексуальный аппетит удовлетворен до 2016 года….

* * *

Вихия все еще сидела в гостиной и тихо мирно курила. Дворецкий сообщил ей о визитере к ней. Вихия попросила пропустить неизвестную ей женщину по имени Эстер.

Эстер оказалась худенькой серой мышкой, самой обычной и несуразной:

— Добрый вечер, я разыскиваю своего мужа. Меня зовут Эстер де Марко. Я жена Валерио.

Вихия была шокирована, чего–чего, а того, что у Валерио есть жена, причем ТАКАЯ никакая, что даже противно, как такой сравнительно неуродливый амбал с дворянской фамилией мог найти ЭТО.

— Я не встречалась с Валерио уже два дня, он отправился выполнять мое задание по розыску Малены де ля Уэрта и исчез.

— Будьте добры, сообщите, когда он появиться, — с надеждой сказала Эстер и удалилась.

— Интересно, на какой помойке Валерио ее откопал?

Вирхиния не стала это обдумывать, а зря — ведь правда о жене Валерио куда ужаснее и неприятнее, поскольку Эстер вышла замуж за красавца, а красавец женился на ее фамилии- де Марко- это фамилия отца Эстер, которую при вступлении в брак взял себе ее муж. Настоящая фамилия Валерио была Фуэнтес Родас, что указывало на происхождение Валерио из штата Чьапас, и поэтому он и взял фамилию жены и стал Валерио де Марко.

Правда иногда оказывается намного страшнее наших предположений, сколь ужасными эти предположения не были…

* * *

Альваро закурил:

— Значит, Серхио следует нейтрализовать и чем быстрее, тем лучше?

— Это будет наилучший выход, — сказала Сесилия.

— Есть одно но! — произнес Альваро, — каким образом такой утонченный человек, как Италия, могла приволочь ТАКОЕ в свой дом?

— Это уже другая сторона проблемы, — сказал Адальберто — я полагаю, что он мог ее приворожить.

— Или отравить? Она говорила про апельсиновый сок в баре, где они познакомились, — испуганно произнесла Сесилия.

— Я слышал о том, что черные колдуны используют апельсиновый сок для особых целей, — сказал Адальберто.

— Вы совершенно правы, сеньор Адальберто, сок апельсина в правильной пропорции превращает обычную жидкость в, — Альваро не успел закончить, а Сесилия уже уловила суть его размышлений:

— Я поняла! Он отравил ее эликсиром любви, и теперь она может влюбиться в первого попавшегося человека.

— О боже, — только и успел произнести Альваро.

5. Убийство?

В этот день Альваро не попал к Италии — он не обнаружил ее дома и поэтому отправился домой, но отдохнуть там не удалось, как снег на голову в доме де ля Уэрта появился Дионисио со своей сестрой Лурдес. Лурдес за эти сутки успела промариновать старшему брату мозги сверху донизу. Ее до дури заинтересовало это семейство и так получилось, что встретил их Умберто. Лурдес приклеилась к нему, и было похоже на то, что теперь уж де ля Уэрта младший нескоро отделается от своего нового увлечения (а может быть, совсем не отделается — шут их знает).

Когда Альваро вошел в гостиную, Лурдес мило беседовала с Умберто о его будущей выставке в Тихуане и Монтеррее, а Вихия пробовала подкатывать к Дионисио — но все безуспешно.

— Добрый вечер! — произнес Альваро траходеличным голосом.

— Что случилось, братец? — услужливо спросила Вирхиния.

— Ничего, просто мигрень…

Альваро поднялся наверх, вскоре в его комнату постучал и вошел Дионисио:

— Что это за девушка, с которой позавчера Маркус де ла Пенья видел тебя в парке Чапультепек?

— Это Италия Масьерно, мой очень хороший друг.

— Очень хороший? — спросил Дионисио, скрестив пальцы.

— Нет, а ты пошляк, у нас странная связь, что–то выше человеческого разума.

— И давно это ты стал верить в разные глупости, вроде сверхъестественных сил? Ты, кто закончил университет Джорджа Вашингтона, ты же профессиональный биолог и ты веришь в эту чушь?

— Я специалист по разведению комнатных растений, владею сетью цветочных магазинов по всей Мексике, почему бы и нет. Я ведь не физик и не теолог. А ты сиди со своими бактериями и вирусами и смотри, как бы без сверхъестественных сил не заразиться какой–нибудь мерзостью.

— Что–то тебя больно раскатало, ты же даже в привидения не веришь, а «Твин — Пикс», для тебя, это развлечение на ночь и источник вдохновения для создания нового вида диффенбахии.

— Замолчи лучше. Зачем тебе Италия?

— Как зачем, — удивился Дионисио и изобразил движение тазом, согнув руки.

— Какая гадость, а ее телефон я тебе не дам, — отрезал Альваро.

Валдемаро снял трубку и сказал:

— Я слушаю тебя, Аугусто.

— Валдемаро, я звоню сообщить тебе, что вокруг тебя происходит совершенно зверская возня.

— И кто же ее возглавляет? — удивился Валдемаро.

— А ты угадай.

— Альфредо.

— Мимо. Это твоя жена Эухения.

— А, — Валдемаро начал соображать и правильно подобрать слова, — я сейчас приеду, и мы все обсудим…

Умберто и Лурдес уехали на дискотеку, а Дионисио отправился вместе с Альваро на конную прогулку. Вихия же осталась одна. Вот тут то и зазвонил телефон:

— Да, я слушаю.

— Сеньориту Вирхинию, пожалуйста.

— Это я.

— Это Валерио, приготовьте сто тысяч долларов, если хотите узнать правду о своей матери и увидеть ее живой, я не шучу, юная дура, сто тысяч до конца недели.

— Пошел ты!

Вихия швырнула трубку на телефон. Аппарат разлетелся на части, а Вихия вышла из гостиной, думая:

— Нашел кому звонить, в гробу я ее видела!

Альваро и Дионисио вернулись с прогулки заполночь. Они вошли в холл, весело обсуждая прогулку:

— Смотри, в следующий раз Клара — моя, — весело сказал Дионисио.

— Грейс тебя явно не вдохновил на подвиг? — ухмыльнулся Альваро.

— Допустим, ладно мне надо ехать домой, а то сам знаешь, что, — Дионисио встал в позу и стал передразнивать своего отца, — этот сеньор Эстебан явно не спит и ждет своего взрослого сына. Нужно только забрать проект, ведь Хосе Аугусто закончил его?

— Да. Все документы и чертежи в кабинете, подряд на себя берет компания Анхелики Валтьерра.

Они прошли в кабинет и распахнули дверь…

Секунд десять- пятнадцать они осмысляли увиденное — в кресле полулежало тело Валдемаро Кохариса, четыре раны виднелись на белой рубашке и одна, чуть выше правого глаза.

— О, господи…, — Альваро растерялся — это, это, это неописуемо.

Дионисио осенило первым — он сразу вызвал полицию и разбудил весь дом. Во всей этой беготне обнаружилось исчезновение Умберто, однако все знали, что он уехал с Лурдес.

Через 20 минут после того как тело увезли в морг, с вопросами к жильцам дома обратился человек из министерства государственной безопасности Паоло Валтьерра, кстати бывший муж Анхелики Валтьерра. Альваро и Дионисио сообщили ему, что после их отъезда на прогулку в доме остались только Вирхиния, Наталия, Эдуардо и Аугусто. Лилея уехала на ранчо в Сакатекас, Умберто был на дискотеке, а Хосе Аугусто с приятелями отправились осматривать имение семейства Гвалдлоус на продажу, им были обещаны премиальные за оценку строительных конструкций, составляющих усадьбу.

Самый настоящий шок испытали Эухения, Альфредо, Анна, Херардо узнав об убийстве в кабинете Аугусто. С Эухенией долгое время творилась истерика…

Паоло сидел в кабинете Альваро на втором этаже и допрашивал Аугусто:

— Аугусто, расскажи, почему Валдемаро оказался в твоем кабинете?

— Мы с ним договорились встретиться в 23.10, по одному важному делу, он пришел, мы поговорили, потом он остался в кабинете, он собирался доделать документы по автозаводу и слиянию компаний, я ушел из кабинета в 23.45, а в 01.00 меня разбудил сеньор Карраско.

— Было ли, что–нибудь странное в поведении Валдемаро в этот вечер?

— Пожалуй нет. Что–нибудь еще?

— Расскажи поподробнее, о чем вы разговаривали в вечер убийства.

— Я бы не хотел упоминать об этом.

— В целях следствия прийдется, — сурово произнес Паоло, — итак. Что послужило причиной его прихода?

— Его жена Эухения. Она начала плести какую–то дьявольскую интригу… и я решил предупредить об этом Валдемаро…

— Что он сказал по поводу этого?

— Ничего, он сказал, что знал — интрига есть и скоро следовало ожидать удара, но он полагал, что в этом замешан его старший сын Альфредо…

* * *

Ноябрь 1996 года.

Время пронеслось с неожиданной быстротой и легкостью. Пролетели похороны Валдемаро Кохариса, а полиция, не найдя нужных улик не смогла отыскать убийцу, к сожалению наша жизнь полна вот таких финтов.

Так иногда случается, что хорошие плачут, а плохие смеются — обидно, что так всегда…

За это время произошло несколько событий, которые мы опишем в хронологическом порядке.

Начало июня 1996 года.

В этот день Эстер забрала Роситу из яслей раньше времени и прибежала домой. Она порхала по кухне от кастрюли к кастрюле с поразительной скоростью и ловкостью.

Дело в том, что Валерио, так и не получив денег от Вирхинии и пресытившись любовью и сексуальными извращениями с Маленой решил вернуться в семью, но сидеть на месте он не собирался, нужно было действовать, нужна была новая жертва. Малена до сих пор находилась в шоке, от того что ее дочь нашла предложение Валерио насчет жизни матери в обмен на 100 тысяч долларов неудачным и послала его куда подальше, мол, убивай эту суку, она мне только жить мешает- ну что тут поделаешь если дочушка пошла в мужа старшей сестры, который в свое время изнасиловал юную дуру за сутки до свадьбы с Никколо — это и стало тем, что предопределило распад этого союза и печального конца. Малена знала, что когда–нибудь придет и расскажет Наталии ВСЮ ПРАВДУ. О том, как она вернулась тем вечером домой, боже как обидно, что она не может ничего изменить — абсолютно ничего. Ей вспомнился тот июньский вечер, когда она вернулась с заседания правления ложи слишком поздно, ее встретил Эдуардо- он покрыл ее всеми возможными мерзостями швырнул в нее чемодан и выгнал ее из ее же собственного дома… Это унижение Малена не могла ему простить. Малена знала, Что ни Наталия, ни Лилея никогда бы не допустили, чтобы Малена вот так просто ушла из дома.… А как обидно…

Малена решила вернуться в семью даже если для этого ей придется…УБИТЬ ЭДУАРДО…

6. Поездка к озеру

Счастье Эстер длилось недолго. Очень скоро Валерио надоела жизнь в обществе жены и дочери, и он сбежал в направлении Малены. Малена выгнала своего бывшего любовника и стала собираться в штат Чьапас на поиски своего когда–то похищенного сына… Валерио тоже поехал туда, к своей матери, знахарке Винардии…

Ноябрь 1996 года.

Хосе Аугусто и Катрина сидели в бельведере и употребляли виноград. Пять минут назад родственники дали согласие на их брак, при условии, что они не будут заводить детей, пока не закончится обследование в генной лаборатории, которое могло бы с точностью до 2 % указать, могут ли в их потомстве родиться разные генные отклонения, но это не смущало влюбленных. Они сидели в бельведере и поглощали виноград лошадиными дозами…

* * *

Италия Масьерно обдумала за эти полгода большой объем информации- все окружающие рекомендовали ей избавиться от Серхио- Италия упорно стояла на своем — она его любит…

Но Италия не знала, что именно является предметом ее обожания — иждивенец Серхио или плэйбоеобразный шофер скорой помощи имя, которого ей неизвестно. Она помнила то майское утро, когда за лобовым стеклом скорой возникло это лицо. В течении длительного времени находясь во власти Серхио Италия представляла что ее терзает и тискает тот красивый шофер. Это состояние однажды и привело Италию к печальной развязке этого романа, который сразу же был обречен на провал…

— Италия…, — Серхио откинулся на подушке, — может хватит?

— Нет, Витторио…, — Италию прошиб холодный пот — почему она произнесла это имя, и ЧЬЕ ЭТО ИМЯ?

— Что ты сказала?

— Это…так, — неловко оправдалась Италия.

— Ты назвала меня Витторио, кто это? Та черная метафизируящая абстракция с шифровками?

— НЕТ! — В Италии взыграло ретивое, она внезапно ощутила изнутри, что не контролирует свои действия и высказывания.

— А кто же.

— Это имя я хотела дать твоему ребенку, но я не захотела его сохранить, — браво, Италия, сейчас с ним случится кондрашка, но зачем придумывать эту искусную глупость, если ты уже точно знаешь — ты видела это в видении, Витторио это тот шофер скорой. ЭТО ТОТ!

— Как ты посмела! Сука! — Серхио нанес удар кулаком в область носа, но Италия увернулась от удара, и он пришелся в стену. Шустро спрыгнув с кровати, она вытащила из тумбочки пистолет.

— ВОН ОТСЮДА! — провыла она нечеловеческим голосом, давно она не выходила из себя до такой степени. УЖАС!

— Я ухожу, — поспешно произнес Серхио, одеваясь. Он медленно прошел по гостиной и вышел в сад. Италия провожала его, нацелив пистолет на угол между ног.

Когда Серхио вышел из дома, Италия вышла на крыльцо, достала сигарету и зажгла ее при помощи пистолета–зажигалки:

— Конец фильма, мы благодарим вас за просмотр этого порнографического триллера!

Италия хлопнула дверью и отправилась спать, а Серхио побрел в темноту…

Утром Италия села в свой раздолбанный «Фиат» и отправилась напрямик к Альваро, она жаждала новых идей. Альваро и в этот день не собирался рано вставать, и, в итоге Италия просидела в обществе Лилеи почти два часа… Они обсудили во всех подробностях историю Катрины и Хосе Аугусто и обеих очень обрадовал тот факт, что Анна без колебаний дала согласие на брак, как никак приятно, когда семья преодолевает предрассудки и соглашается с условиями судьбы, тем самым давая молодым шанс на долгое и непреходящее счастье.

Альваро спустился к ним около часа дня, он выглядел свежо и весело, на лице красовался взгляд одинокого плэйбоя:

— Bom dia мой дарлинг! С какими новостями ты сегодня?

— Ах, Альваро, пока я тебя прождала…

— Да, за это время можно многое сделать, — Альваро покосился на Лилею, — бабулечка, а что ты успела за это время?

Вопрос «в лоб» заставил Лилею на секунду задуматься.

— Можешь не отвечать! Я пришел сюда с потрясающей идеей- завтра мы едем в Гвадалахару на наше ранчо у озера Чапала!

— Я в восхищении! — только и произнесла Италия, — только вот как там с удобствами?

— Три часа на машине до Гвадалахары, а оттуда полчаса до озера Чапала, там наше ранчо.

— У-АА! — произнесла Италия — вот это да!

На лестнице послышались шаги — в комнату медленно и грациозно вплыла Вихия, она гордо возносила к потолку то, что называют головой, и громко цокала каблуками по мраморной лестнице. Лилея, Альваро и Италия взглянули на неё:

— Италия, позволь представить тебе мою сестру Вирхинию, — Альваро картинно взял руку Италии и протянул ее навстречу Вихии. Вихия недовольно поморщилась — в ее зловредных извилинах носился по буеракам КамАЗ ее недовольства и разочарования. Италия показалась её чересчур симпатичной, она перебрала все известные ей гадости, существующие в испанском языке, она даже вспомнила несколько португальских ругательств, однако она произнесла банальное:

— Очень приятно, — и, даже не пожав Италии руку, собралась было уходить, но тут…

— Вихия, дорогая, ты знаешь, Альваро только что говорил, что собирается отправиться на ранчо.

Это кардинально меняло все возможные мысленные перетурбации в голове Вирхинии — она обязана поехать в Чапалу и застукать брата с этой шлюшкой!

— Ах, я так хочу туда съездить, — притворно произнесла Вихия, — пойду соберу вещи, во сколько ты выезжаешь?

— Мы выезжаем сегодня после 3‑х часов дня, если ты успеешь, — Альваро не успел произнести фразу до конца.

— Я успею, — Вихия щелкнула брата по носу и удалилась наверх, виляя бедрами. Альваро ушел в сад, а Италия изрекла:

— Препротивнейшая особа, — задумчиво произнесла Италия и закурила.

— Вы это тоже заметили? — спокойно сказала Лилея и тоже закурила, хотя если мне не изменяет память, она не курит вообще.

* * *

Малена вернулась в Мехико из штата Чьапас около 2‑х часов дня. Первым делом она связалась с Умберто и договорилась с ним о встрече. Умберто долгое время отказывался от встречи с «мамочкой», поскольку он до сих пор не отошел от встречи с «папочкой». Однако Малене удалось его уговорить.

Они встретились в уютном кафе на окраине Мехико.

Умберто спокойно изучил Малену, а потом сказал:

— Вы тоже будете просить денег?

— С чего бы это вдруг, — непритворно изумилась Малена.

— Никколо просил.

— Ах, старик Никколо. Ты наверное обвиняешь меня во всех Ваших неприятностях, однако не я начала игру и не по моей вине вы остались без родителей. Я расскажу тебе все, а ты уж сам решай, чья сторона тебе ближе, моя… или Эдуардо.

— А здесь он каким образом?

— Самым прямым образом. Это он виновен во всех несчастьях, моих, и твоих с Вихией.

— Это как?

— Очень просто. Все началось с того, что он выгнал меня из моего же дома, он нанял каких то дуболомов и они просто отвезли меня на шоссе около Куэрнаваки, я попала под трейлер и долго находилась между жизнью и смертью, а потом, когда я уже имела возможность вернуться, я узнала что говорят обо мне в обществе и не стала возвращаться.

— Почему Эдуардо поступил так с тобой?

— Ему была невыносима мысль, что каждый день он будет видеть свою дочь в доме, который он считал своим, это наверное его мещанская кровь бурлила, он радовался своему бенефису в знатном аристократическом роде.

— Какая гадость, а эта дочь, она кто?

— Вихия, разве ты не догадался?

Умберто поперхнулся соком:

— Вихия? Как это возможно?

— Все очень просто, первым меня испортил Эдуардо Кохарис, и я от него залетела и родила мальчика.

— Подожди, я запутался, что это еще за мальчик?

— Он отвез его в штат Чьапас и отдал какой–то знахарке, сейчас я занимаюсь поисками своего первенца, его настоящее имя Элисео Де ля Уэрта.

— А Вихия?

— О! Он сделал мне ее в день свадьбы с Никколо, Наталия нас застукала — она все знает про Вихию.

— Господи, вот почему Вихия такая…

— ЧТО?

— Вся в папочку, они друг друга ненавидят и постоянно изводят, почему же Альваро и Хосе Аугусто не похожи на него?

— О, это тоже наша с сестрой тайны- они не его дети.

— Это как?

— Очень просто, пока Эдуардо гулял со мной, его жена делала ему детей со своим любовником Хуаном Карлосом Монтильо, я была с ним знакома, ничего, очень приятное и безобидное существо, его отец- индеец, он живет в Венесуэле, в долине Амазонки… Ну хватит, об этом, расскажи о себе.

— А что мне рассказывать, ты наверняка все знаешь. Я встречаюсь с девушкой — Лурдес Карраско.

— Дочь Эстебана Карраско? Как тесен мир! Он же был любовником первой жены Никколо, помню, как Анхелика бесилась и гонялась за ними чуть ли не до Тихуаны и Сан — Диего, — Малена рассмеялась- как быстро течет время, а Кармен тогда так ничего и не узнала… Значит Лурдес… ну и как она тебе?

* * *

Валерио вернулся от Винардии совершенно опустошенный и расстроенный, знахарка уже давно была на пороге смерти, а тут еще она заявила Валерио, о том, что объявилась его настоящая мать- она очень хочет его найти, ее разлучили с сыном не с ее ведома. Но старая Винардия исправно отрабатывает деньги дона Эдуардо, она молчала, но сыну все–таки проболталась…

Валерио набрал номер Вихии.

Лилея сняла трубку и рыкнула:

— Я слушаю!

— Сеньориту Вихию пожалуйста!

— Её нет, что ей передать?

— А когда она будет и где она?

— Уехала в Чапалу на отдых, — пробормотала Лилея нудным голосом.

— А когда она будет?

— Не знаю! Молодой человек, вы меня задолбали, если вы из полиции, то прекратите скрывать свои члены и появляйтесь!

— Вы меня тоже задолбали, — раздраженно сказал Валерио и повесил трубку — старая кочерга!

— Козел! — сказала Лилея и бросила трубку….

Валерио выключил свет, развел на журнальном столике бардак, зажег благовония и сел на пол, он хотел уловить хоть какой–нибудь отрицательный импульс…

* * *

Анхелика прожила эти полгода в кошмаре. Ничего хорошего не происходило. Лили пропала, Фернандо и Хулия только и делали, что устраивали личную жизнь сына ее ограниченной подруги Аньези Гавиланес, Аньези была дура дурой, а туда же, какое падение нравов!

Она снова сидела дома и лепила чебуреки- в галерее уже давно всеми вопросами ведал Умберто, сначала она относилась к этому юноше с осторожностью, все–таки у его матери в обществе не было репутации невинной принцессы–девственницы, однако Умберто быстро завоевал ее расположение и она только постоянно благодарила совладельца галереи Альваро за этот ценный кадр…

В этот самый момент в дверь позвонили, и она бросилась к домофону.

Когда Максимилиано поднялся наверх, Анхелика оглядела его целиком и пришла к выводу, — какой ужас!

— Сеньора Анхелика! — мне очень приятно с вами познакомиться, — он поцеловал ей руку, — но мне не терпится повидать Лили

— Как это? Повидать?

— Да, а разве она не у вас?

— А разве она не в Сан — Хуане?

— Она уехала оттуда три месяца назад!

Анхелика выронила из рук чашку с соком, и она громко разбилась.

— Как это три месяца назад.… Каким образом?

— Она улетела со мной из Сан — Хуана в Мехико через Майами, я летел в Хьюстон к родителям, а она домой, я сам посадил ее в самолет на Мехико…

— Куда же она могла исчезнуть…

— Мне это интересно не меньше чем вам, я очень скучаю по ней, а теперь и волнуюсь.

Анхелика посмотрела на Макса и подумала, а не его ли это рук дело?

Вполне возможно!

Господи, ее дорогую доченьку похитили, нужно срочно звонить Паоло!

— Проходи, Макс в гостиную, Кончита сейчас выделит тебе комнату…

В этот самый момент Анхелика наконец–то рухнула в обморок.

* * *

Ардо прогуливался по парку Чапультепек. Ему было до ужаса скучно, он курил и смотрел на водоплавающих в пруду. Ардо тяжело переживал разрыв с Италией и так до сих пор и не отошел от того, что она нашла себе новую игрушку на следующий день после их расставания… Если это конечно можно назвать расставанием… Внезапно он обратил внимание на не менее потерянное существо, чем он сам. Она шла по аллее, и по ее нежным щечкам текли слезы.

— Добрый день, — сказал он ей, — вы не против, если мы поплачем вместе?

— Эстер, меня зовут Эстер, — произнесла Эстер…Они опустились на скамейку и долго пялились друг на друга… и Ардо поведал ей историю Италии, просто так от нечего делать…

* * *

А Валерио в этот момент находился в состоянии транса и повторял несколько фраз, из его рта доносились проклятья, Валерио говорил голосом Серхио:

— Будь ты проклята Италия!

* * *

Серхио шел по улице мимо дома Сесилии. Он еле переносил всё это. Он позвонил в дверь, вскоре на пороге возникла Сесилия:

— Что вам здесь нужно? — спросила она возмущенно.

— Где Италия?

— Её нет, она уехала с Альваро на ранчо.

Серхио побледнел, глаза вылезли из орбит… Темный плащ свалился с плеч, и тут Сесилия увидела, что Серхио вскрыл себе вены.

7. Встреча в салоне тату

… Темный плащ свалился с плеч и тут Сесилия увидела, что Серхио вскрыл себе вены:

— Будь ты проклята, Италия, — протянул Серхио, — чтоб ты сдохла, — он начал оседать на землю прямо в лужу крови.

Сесилия бросилась домой с криком:

— Адальберто, срочно неси бинт!

— Что случилось, — послышалось из дома.

— Тут этот ненормальный вскрыл вены.

— Что?

А Серхио смотрел в небеса и произнес снова прямо в лицо луне:

— Будь ты проклята!

* * *

Альваро, Италия и Вихия наконец–то пришли в чувство после переезда и направились к озеру, чтобы покататься на яхте. На узкой тропинке, ведущей к озеру, Италии резко сделалось дурно:

— Ой, мне чего–то в голову дало… — сказала она, побледнев, — по моему у меня мигрень.

Альваро предложил подняться обратно в усадьбу, однако Италии резко сделалось снова хорошо, и они продолжили свой путь в зарослях различной растительности…

Через две минуты тропинка привела их к живописному озеру, вокруг было много зелени, виднелись горы, они направились к видневшейся в сотне метров от тропинки яхты…

* * *

Валерио затрясся в конвульсиях, его веки приподнялись и из под них грянул свет, внезапно, резким толчком импульс покинул Валерио и взлетел из него свечой вверх…

Валерио упал на пол и произнес:

— Мне наконец–то это удалось…

Ему наконец–то удалось поймать сгусток отрицательной энергии и переслать ее адресату…

* * *

Серхио отключился. Сесилия стала бить его по щекам, а он то и дело приходил в сознание и снова уходил в небытие… Сил, посланных на импульс ему хватило, но на то чтобы выжить их могло не остаться…

* * *

Альваро и Италия подошли к яхте на расстояние почти 15 метров, в этот самый момент их ослепила резкая вспышка света и гулки взрыв, заставивший содрогнуться всю землю, яхта разлетелась на тысячи кусков и кусочков, а Альваро и Италию отбросило на несколько метров в заросли. Вихию унесло на шесть метров по пляжу, на нее свалилось какое–то безобидное пресмыкающееся, похожее на игуану…

— АААА! Помогите, — вопила она своим громким и противным голосом, — на меня упала степная гадюка.

Опомнившиеся Альваро и Италия подбежали к ней, а Альваро схватил за хвост то, что лежало поверх Вирхинии:

— Это всего лишь игуана!

— Вихия, — ехидно усмехнулась Италия, — ты испугалась игуаны?

— Да, — сказал Вихия, вставая и стряхивая мерзкий песок со своего нежно–бордового платья, — я испугалась бы, даже если бы это был…

— Кот твоей служанки? — хихикнул Альваро., — интересно, с чего бы это яхте взорваться?

— У нее, наверное, брачный период, — высказала предположение Италия.

— В жизни не слышала большего бреда, — сказала Вирхиния.

— А как же твое имя? — не осталась в долгу Италия.

— Дура, — ответила ей Вихия, и насупившись удалилась домой.

Альваро достал свой сотовый телефон и набрал номер комиссариата полиции города Гвадалахара. Пока он говорил с комиссаром, Италия изучала обломки яхты удивленно отметив, что уж очень странно — эпицентр взрыва находился точь–в–точь в центре топливного бака…

Комиссар Вальехо и вся его свора сильно загрузились фактом взрыва яхты. Экспертиза пришла к выводу, что видимых причин взрыва нет, т. е. он пришел как бы ниоткуда.

* * *

Эстер нашла Валерио лежащим на полу его номера отеля, всего бледного и в испарене и сильно перепугалась, приводя его в чувство в течении всей ночи. Валерио пробудился утром с сильной головной болью. Эстер долго порывалась успокоить или приласкать его, однако Валерио принял душ и пошёл завтракать. За завтраком Эстер рассказала Валерио про Ардо и про Италию:

— Ты говоришь, что ее зовут Италия? Странное имя, — сказал Валерио, откусывая кусочек от бутерброда и запивая его соком, — но почему то это имя мне кажется очень знакомым.

— С чего бы это вдруг, — спросила его Эстер.

— Не знаю, но что–то из близкого прошлого носит имя Италия. Что–то из близкого прошлого или будущего…

* * *

По иронии судьбы в больницу Серхио доставила скорая, за рулем которой сидел Витторио. Доктор Анхель Гвардиоло привел больного в чувство еще в машине. Самоубийство сорвалось, думал Серхио, мало того Италия этого не видела, а она должна была смотреть на то как он умирает в страшных корчах… Но всё накрылось синем (или зелёным пламенем). Серхио лежал в палате и думал, что бы еще такое совершить, а потом пришел к выводу, что нужно уехать, а то эти два гада его и его любовь засмеют как пить дать! Кстати, не мешало бы выпить немного текилы!

* * *

Альваро привез Италию домой на своей машине. Дома их ждала Сесилия. Когда они вошли, она со скорбным видом произнесла:

— Как отдохнули?

— Ничего, — сказала Италия — если не считать взорванной яхты- то все было вполне неплохо.

— Что еще за история с яхтой?

— Ничего определенного, мама, мы шли к яхте и она взорвалась. Полиция не смогла установить подлинную причину взрыва.

— Ничего себе отдых, а у нас тут тоже скучать не пришлось — Серхио приходил к нам домой и вскрыл себе вены прямо на пороге нашего дома.

— Он умер? — безразличным голосом спросила Италия.

— Нет, выжил.

— А, — небрежно бросила она, — дурак. Альваро, я придумала. Я хочу на день рождения тату на левой руке.

— А, — челюсть Сесилии отвисла вниз.

— Мамочка, я давно хотела тату! — Италия недовольно покосилась на Сесилию и скривила недовольную физиономию.

* * *

Вихия вернулась в дом де ля Уэрта в ужасном расположении духа. Внутри у неё все кипело, ей хотелось скандала, ей хотелось смотреть на что–нибудь раздавленное и несчастное. Выпустить пар она решила в доме Кохарисов — ей уже изрядно надоела Эухения в роли монашки–вдовушки, постоянно заплаканная и несчастная. Эти траходеличные подробности сводили Вихию с ума…

Эухения вежливо отреагировала на появление Вирхинии в своем доме:

— Добрый день, Вихия, что случилось? Какими судьбами?

— Случилось то, старая мочалка, что меня забасил твой траурный наряд, он меня просто бесит

— Не хочешь — не смотри, — ответила Эухения, — не перебирай, я ничего не говорю Альваро только потому, что жалею тебя, ведь он одним ударом может покончить и с тобой и с твоей карьерой модельера, ведь нам с Альфредо известно у кого ты покупаешь свои «шедевры».

— Ах ты, старая сука! Ты полагаешь меня этим взять? Да мне известно все о твоих делишках с Валерио! Мне известно, что Альфредо убил своего отца.

— Ах, ты грязная потаскуха! — Эухения влепила Вихии звонкую пощечину и схватила ее за волосы, — не смей порочить имя моего сына.

— Еще чего, а что ты скажешь по поводу этого похотливого импотента Эдуардо, который тебе и не сын вовсе, а подкидыш, ведь это мне тоже известно!

— Валдемаро доверял тебе, любил тебя как родную внучку…

— А я и есть его родная внучка, жалко, не узнал…

— Паршивая дрянь!

— Короче, если ты и твой любимый сынок Альфредо не уберетесь отсюда до завтра, я расскажу Валерио всё, мало того, я предоставлю Альваро доказательства причастности Альфредо к смерти Валдемаро.

— Ненавижу тебя, учти, это тебе отольётся, — сквозь рыдания запричитала Эухения, — тебе все наши слезы во сто крат отольются!

— Заткнись, старая дура! — Вихия двинула ей в челюсть и Эухения повалилась на диван, громко зарыдала, — я ухожу, не забудь, срок до завтра, да и приберись здесь, — сказала Вихия, взяв дорогую китайскую вазу и грохнув ее об столик, — Чао!

Выйдя из дома Эухении, Вихия легко вздохнула:

— Какое облегчение! Не зря я всё–таки старика напоила сердечным, а потом…ПАФ! — Вихия расхохоталась.

На следующий день Эухения, Тония и Альфредо уехали в Аргентину «по делам фирмы»…

* * *

В этот день Альваро и Италия договорились нанести визит в салон тату. Альваро прибыл к Италии около 4‑х часов вечера, Италия собиралась около получаса. В течении этого времени Альваро и Сесилия мирно болтали. Разговор сам собой привел к теме родственников:

— Моя мать — из знатного рода, — говорила Сесилия, — её выгнали из дома, за то что она осталась с моим отцом, поэтому мы не можем похвастаться знатной фамилией, и богатой…

— А как её звали? В роду моей бабушки было что–то подобное, ее сестру, звали … Сокорро де Корлис.

— Как? — переспросила Сесилия.

— Сокорро де Корлис, сестра моей бабушки Лилей де ля Уэрта Корлис.

— Боже, разве это возможно?

— Что?

— Сокорро — моя мать.

В этот момент в комнату вошла Италия:

— Что у вас тут случилось? — произнесла она, но на нее уже шел Альваро. Он обнял Италию и произнес:

— Сестрица!

Сесилия тихо радовалась в углу — теперь они богаты, вот только как сообщить это Лилеи и не уморить ее появлением новых родственников…

* * *

Умберто стоял у телефона и долго думал. В конце концов, он решился, снял трубку и набрал номер Малены:

— Алло, мама? Это Умберто. Я хочу… Я хочу пригласить тебя на нашу с Лурдес свадьбу… Ты согласна?! Мама, я так счастлив! Когда мы увидимся? Хорошо. Он положил трубку на рычаг и тут как из ниоткуда выскочила Вихия:

— Ты с ума сошел, пригласил эту гадину на свою свадьбу?

Умберто не ответил и ушел, а Вихия снова почувствовала себя заведенной, но Кохарисы были в Аргентине, а Наталию, как никак она любит. Остается этот козел, папочка. Эдуардо Кохарис, подкидыш.

* * *

Альваро сидел в салоне тату уже третий час, и вот наконец–то из комнаты выплыла Италия, на её левом плече красовалась шикарная игуана, она переливалась зеленым и красным цветом, это было божественно!

Италия улыбнулась Альваро и направилась в его сторону как вдруг на нее налетел вихрь… В лице непонятного мужчины в солнцезащитных очках, Италия чуть не рухнула на пол, а мужчина подхватил её:

— Простите ради бога, я не хотел, — сказал он и поцеловал её руку.

— Италия Масьерно, — представилась Италия незнакомцу, который сначала недовольно повел бровью.

— Меня зовут…

— Сеньор Валерио де Марко! — раздался сзади голос Альваро, — друг моего дядюшки и Вихии.

— Спасибо сеньор де ля Уэрта, но я бы мог и сам, — сказал Валерио.

— Не надо егозить, Валерио, лучше трахни Вихию, толку будет больше, — сказал Альваро и они с Италией удалились.

— Это опаснейший плэйбой, опаснее Дионисио, — читал нотацию Италии Альваро.

А Валерио посетил новый импульс — он понял, что влюбился в Италию и теперь должен завоевать её во что бы то ни стало…

8. Начало завоевания

Эдуардо отдыхал в своей комнате и слушал что–то очень глупое, он опустился на диван и взял в руки сегодняшнюю почту. Здесь было письмо Лилее, открытка Наталии и странный синий конверт, на котором не было даже адреса, просто надпись: ЭДУАРДО КОХАРИСУ. Эдуардо вскрыл конверт и ужаснулся — его содержимое, точнее то, что было там начертано его не на шутку разозлило…

… Дорогой Эдуардо!

Мне прекрасно известно твое отношение к Вихии, однако я решил обратиться к тебе. Если ты до следующей субботы не заплатишь мне 200 тысяч песо наличными, то мне придется применить к Вихии грубую, физическо–сексуальную силу. Представляю, как удивятся Наталия и Лилея, а если потом они еще и узнают правду о нашей переписке, то я думаю, ты ненадолго там задержишься, прощай. Я тебе позвоню.

Твой сын Элисео.

— Проклятая Малена. Ты мне заплатишь за это… и не получишь ни гроша, — процедил сквозь зубы Эдуардо. Ну держись, я с тобой еще разберусь!

Эдуардо запихнул письмо в свой ящик, закрыл его на ключ и удалился(ДЛЯ ТУПЫХ — Письмо он положил в ящик, и закрыл он тоже- ЯЩИК!).

Когда дверь закрылась, из шкафа вдруг возникла Вихия, она вскрыла ящик отмычкой и положила конверт на самое видное место, для того, чтобы тетушка Наталия тоже прочитала ее бесподобное послание. Она его сочинила в два счета, а эта идея с «Твой сын» — просто потрясающая! Однако Вихия не знала о существовании «сына» Эдуардо и Малены, которого Малена назвала именно Элисео и лишь потом Эдуардо отвез его в штат Чьапас, для того чтобы отдать ребенка Винардии. А колдунья не хотела называть ребеночка знатным именем и нарекла его Валерио и дала ему свою фамилию. (Господи, слог, прямо как в библии!)

* * *

А в этот самый момент в отделении скорой помощи окружной больницы Красного креста… внутри одной из скорых… Синтия грязно приставала к Витторио… Она его облапала уже целиком, а ключ висел над его головой… В итоге Витторио всё–таки удалось вырваться из ее объятий и вывалиться из «скорой»(автор намекает на то, что подробной постельно–извращенческой сцены в этом моменте не будет!).

Витторио помчался как ошпаренный по коридору, ведущему к лифту. Вбежав в кабину он нажал первую попавшую кнопку и дверь закрылась прямо перед носом у громко кричащей что–то про извращенцев Синтии, а на табло зажглась надпись «ОФТАЛЬМОЛОГИЯ». Двери открылись и Витторио выскочил прямо навстречу симпатичной девушке в униформе интерна второго года, он поскользнулся на чистом мраморном полу и полетел прямиком на симпатичную докторшу. Когда они с шумом врезались в стойку администратора и рухнули на пол, у Витторио только и хватило сил, что протянуть докторше руку и произнести:

— Меня зовут Витторио Гавиланес, я работаю на скорой, — эту докторшу он уже видел! Он вспомнил ее личико, вот уж не думал, что снова встретит её..

— А меня Италия Масьерно, — сказала Италия и улыбнулась симпатичному шоферику, которого она хотела потрогать еще шесть месяцев назад…

А Синтия тем временем бежала по лестнице вверх, проклиная архитектора и его маму.

Витторио и Италия тем временем переместились в ординаторскую — она наложила ему шов на разбитый лоб и спасла от набега Синтии, проведя по чёрной лестнице вниз. Теперь у Италии был ЕГО адрес, имя телефон, возраст и прочая скука. Она его хотела.

Витторио приехал домой в хорошем настроении и решил попробовать попросить у брата совета. Михаэль сидел в гостиной, читал PLAYBOY для домашних животных и курил вонючие дешевые сигареты:

— Добрый день, — сказал Витторио и тоже закурил, — Михаэль, мне нужно с тобой поговорить.

— 10 баксов за консультацию, и я покажу тебе все места, которые тебя интересуют.

— Нет, ты меня не понял, у меня возникла проблема в общении… В общем есть одна… — Витторио вспомнил, что говорить с братом на тему… поведения его жены Синтии в прямом смысле невозможно, в конце концов- пусть Синтия и извращенка, но зачем говорить это Михаэлю (хорошая бредятина получилась, не правда ли?)

— Кто? Неужели ты совратил и трахнул Веронику Кастро?

— Нет! Упаси боже меня от этих старушек с осветленными прядями и очередями любовников.

— Значит… Кате дель Кастильо…

— У меня еще не выросли крылья и вообще — она не кинозвезда!

— Ну, хорошо. Кто же она.

— Меня это не интересует, но она ко мне липнет.

— Каким образом? — Михаэль улыбнулся, ожидая душевного рассказа.

— Она преследует меня везде, даже на работе и делает всякие непристойности.

— КАКИЕ?

— Какая разница, какие!

— Ну вот еще, оставляешь старшего брата без порнухи на ночь. Значит она лезет к тебе ВЕЗДЕ.

— Да.

— Узрел знакомые черты Я! Ко мне так клеилась Синтия — практически до посинения, пока не заарканила.

Витторио поперхнулся и упал с дивана на пол. Он задрыгался от ужаса!

* * *

— Ах, какая вкусная, — Макс закрыл глаза в безумном удовольствии заглотив кальмара.

Анхелика и Фернандо наблюдали за ним, с ужасом перебирая все варианты, которые приходили в их головы, однако они тотчас же и уходили. Обратно.

— Ну ладно, — сказал Фернандо, — я поеду в агентство, закажу билеты, сегодня же поеду искать Лили в Сан — Хуан, — Макс исподтишка взглянул на него и тут же вернулся взглядом к блюду с разными дарами моря. Он дождался, когда Анхелика удалится проводить Фернандо, и молниеносно схватил телефон, набрав номер агентства. Изменив голос до неузнаваемости, когда произошло соединение с абонентом Макс произнес:

— Здравствуйте, говорит инспектор полиции Эрнесто Мауро Эд’Виланделлос, хочу предупредить Вас, что с сеньора Фернандо Валтьерры взята подписка о невыезде, я завезу ее Вам, как только будет возможность…

Тихо хихикнув, Макс положил телефон на место и когда Анхелика вернулась он уже пожирал шестого кальмара:

— Донна Анхелика, вы знаете что вы отлично готовите!

В этот момент Анхелика рухнула на пол. Макс увидел в ее руке записку и понял, что машина заработала… А потом побежал искать нашатырь или врача, если таковой окажется в шкафу Анхелики.

* * *

Ардо навестил Эстер поздно вечером, очевидно рассчитывая застать ее одну. Он не ошибся — Валерио дома не было, а Эстер уже уложила Кармен спать и скучала.

Скучала настолько сильно, что все красные яблоки на кухне позеленели, а вороны за окном застрелились.

Ардо с Эстер быстро разговорили друг друга, и сами не заметили, как оказались в постели и придавались ласкам и удовольствиям… как раз в этот самый момент в спальню вошел Валерио. Далее была минутная немая сцена. Валерио смотрел на Эстер и распиливал ее пронзительным взглядом. Эстер смотрела на Валерио не менее пронзительным и распиливающим взглядом. Ардо смотрел то на Эстер, то на Валерио… Немая сцена закончилась. Валерио вышел и громко хлопнул дверью, а Эстер сказала:

— Всё, я хочу кофе…

Валерио забрёл в ближайший бар, чтобы промочить горло, к нему подплыл его старый знакомый — Дионисио Карраско. Дионисио выслушал несчастливую историю Валерио и произнес:

— Гм, ты ей всё–таки надоел, Валерио, пора менять место. Вот взять к примеру мою сестру Лурдес — она собирается выйти замуж.

— Да, неужели? И кому же это так не повезло?

— Умберто де ля Уэрта.

— Сын проститутки и алкоголика?

— Но–но! Неужели ты хочешь оскорбить сеньору Наталию и сеньора Эдуардо, хотя я не спорю — дон Эд — порядочная сволочь!

— А я их и не оскорбляю! Я знаю настоящую мать Умберто и Вихии — Малену де ля Уэрта.

— Родную сестру сеньоры Наталии?

— Да, ее самую!

— Вот это номер, неужели Малена — проститутка?

— Её второе имя — Фасета Карильо.

— БА! Это чудо природы — мать Умберто?

— Да, а тебе приходилось с ней встречаться?

— И не только встречаться, Валерио, мне нужно тебя отблагодарить! Ты мне такую бомбу дал в руки, дай я тебя поцелую!

Близко знакомого с гомосексуальными замашками Дионисио, Валерио как ветром сдуло. Поцелуя после пощечины он бы уже не пережил бы. Наверное.

* * *

В этот самый момент в другом местечке, не менее уютном и респектабельном, а именно в «Сан — Рибадуро» Эдуардо выяснял отношения с Маленой:

— Фальшивая дрянь! Неблагодарная тварь! Как ты посмела послать мне ЭТО?

— Я ничего тебе не посылала, ты ошибся.

— Но эта фраза «Твой сын Элисео»…

— Кто–то глупо пошутил, — ухмыльнулась Малена. За окном пролетел чей то труп и раздался взрыв.

— Кто же?

— Не знаю, наверно Лилея или Вихия. Они обе тебя терпеть не могут.

— Но зачем им деньги?

— А зачем они мне, — сказала Малена, намекая, на то, что разговор окончен

ИЗ ДНЕВНИКА ИТАЛИИ.

Сегодня утром у меня был приступ бешенства, я была как пантера в клетке. В общем, я рвала и метала. Потом еще знакомство с этим Витторио в больнице — у меня было страстное желание потрогать, но мне никто не дал! Наложила ему швы и он продолжил убегать от жены своего брата. Возникло желание сделать что–нибудь этакое: напиться, уколоться, обкуриться или просто сделать что–нибудь ужасное, но СЛАВА богу — сначала зашла мама, а потом Альваро, мы выяснили свои родственные связи и направились в салон тату «Ла тортуга негра». Мне там очень понравилось и чувство ужасной тоски куда–то исчезло, застрелилось наверное. В общем мне стало лучше.

Еще я пришла к выводу что мне надо круто изменить мою жизнь, ее ход. Надо жить самой и ни от кого не зависеть. Этот поход в салон тату что–то во мне изменил. Мне надоело, что в мою жизнь кто–то вмешивается, пытается навязать свое мнение. Я очень изменилась за последний год.

Начинает образовываться нечто странное, похожее на треугольник, однако на одной из его вершин никого нет, его составляем я, Альваро и кто–то еще, кто появится в моей жизни очень и очень скоро — я в этом абсолютно уверена. Наступила новая Эра, она началась с того момента, когда Серхио вскрыл вены, в тот момент, когда взорвалась яхта, кстати, подозрительно, что это случилось почти что одновременно…Подозрительно…Какая сволочь звонит в парадное в такое время?

Италия вскочила из–за письменного стола и пошла к выходу. Она открыла дверь и долго изучала увиденное.

За дверью находился Валерио, в его руках был букет маргариток, целлофановый пакет со свадебным платьем и коробочка с кольцом:

— Я тебя люблю. Будь моей женой.

Италия с ужасом смотрела на Валерио и не знала что делать. Может позвонить Альваро? Но Альваро спал…

СОН АЛЬВАРО.

Я шёл по дороге. Внезапно небо сомкнулось с дорогой и поверхность, по которой я шёл превратилась в облака. Я шёл по облакам и смотрел на образы, проплывавшие мимо меня за день. Тут была и Вихия, которая меня иногда раздражает до блевачки, и Сесилия — дорогая тетя, и Италия, и ее ВСЁ, не знаю что еще сказать. Был этот мерзкий Валерио, а потом эти образы начали перемешиваться, сливаться в единое и это единое произносит:

— Я люблю тебя. Будь моей женой.

Давно не видел такой бредятины.

9. Облом

Альваро проснулся и сразу раскусил свой сон- это явно знамение, какое–то странное и непонятное знамение свыше, но вот только не понятно, кому предложили выйти замуж. Сначала Альваро подумал, что это Вихия, но потом он отмел эту идею — сестрица слишком быстро надоедала своим поклонникам, которые менялись как актрисы, игравшие Келли Кепвелл в «Санта — Барбаре».

Потом он подумал о Катрине, но её уже давно отхватил его брат и вопросов насчет их брака уже никаких попросту не было, а бабушка Эухения вообще была в восторге и очень даже не против, зато это сильно разозлило Эдуардо, но уж сил на то чтобы послать Эдуардо и у Альваро и у Хосе Аугусто уже хватало, они абсолютно ни во что не ставили своего отца, поскольку не за что его было любить, особенно братьев раздражала история с Маленой и Вихией. Хосе Аугусто Вирхинию ненавидел открыто и по полной программе, а она отвечала ему тем же.

Но тут Альваро вспомнил про Италию, про эликсир любви и все остальные глупости…Может ее звали замуж? Но этот эликсир…Альваро пришел к выводу, что всё это чушь и, перевернувшись на другой бок уснул…

* * *

Италия вскочила из–за письменного стола и пошла к выходу. Она открыла дверь и долго изучала увиденное.

За дверью находился Валерио, в его руках был букет маргариток, целлофановый пакет со свадебным платьем и коробочка с кольцом:

— Я тебя люблю. Будь моей женой.

Италия с ужасом смотрела на Валерио и не знала что делать. Может позвонить Альваро? А он проснется? Что делать с этим чудом в перьях? Надо подумать, сказала сама себе Италия и встала как истукан у двери. Валерио стоял на пороге покачиваясь, но войти внутрь не решался…

— Я не вовремя? — произнес он.

— Нет, ты очень кстати! — сказала Италия — в ее голове уже бурлил суперплан избавления от Валерио!

* * *

Дионисио летел домой как на крыльях — у него появилась надежда на то, что брак Умберто и Лурдес накроется медным тазом, он должен рассказать отцу ВСЮ ПРАВДУ о происхождении Умберто, о том, что он пусть и законный, но грязный отпрыск такого уважаемого рода. Как он хотел сорвать свадьбу и оставить себе возможность, только себе и своему первенцу продолжить род Де Ля Уэрта. Дионисио не нравилась Вихия, но если можно было все обыграть с другой стороны, то вполне могло что–нибудь проклюнуться, но в любом случае свадьбы Умберто и Лурдес не будет!

Он влетел в гостиную как фурия- сеньор Эстебан сидел в кресле и смотрел ночное телевидение, он уже собрался было идти спать но тут в гостиную влетел Дионисио, как фурия- с шумом, пылью и выхлопными газами:

— Ты что–то слишком шумно вошел, — произнес Эстебан, намекая Дионисио на час ночи.

— Ох, тебя сейчас перекосит на две части, когда ты узнаешь ЭТО!

— Что это? Не говори загадками.

— Ты знаешь имя матери Умберто де ля Уэрта?

— Наталия… — Эстебан не успел произнести до конца ее имени, как Дионисио тут же его опередил:

— А вот и нет — его мать Малена де ля Уэрта.

— Ну и что, она же умерла.

— Она жива, — возмутился Дионисио, его разозлило, что отец слегка в курсе жизни дома де ля Уэрта.

— Не может быть.

— У. Может и не такое. Похоже, дон Эдуардо избавился от нее, но она не погибла.

— Причем здесь Эдуардо?

— Не знаю. Малена говорило о нем с Валерио.

— Как, — изумился Эстебан — этот каналья и в эту историю впутался? Боже, бедная сеньора Грасиана де Марко, она наверное в гробу переворачивается, видя как играют ее фамилией во всех светских салонах города.

— Малена — проститутка!

— Что, — Эстебан удивленно подвел брови, а ведь когда–то…

— Малена содержит ночной приют, бордель «Сан — Рибадуро»! Надеюсь, это убедит тебя не благословлять брак твоей дочери с Умберто, а немного подождать?

— Так вот какую цель ты преследовал, рассказав мне всю правду?

— Да, ну так что ты мне скажешь? — Дионисио искривился в гримасе повышенной степени довольности и радости.

* * *

Анхелика сидела на кухне и нервно смотрела в окно на луну. После того как Фернандо не выпустили из страны и отказались продать билет на самолет до Сан — Хуана у нее создалось совершенно ужасное впечатление- это ловушка. На кухню вошел Фернандо. Он медленно проследовал к холодильнику, достал из него манго и начал его чистить.

— Фе. Ты ничего не хочешь сказать?

— Что ты хочешь услышать? — удивился Фернандо — что–нибудь касаемо этой идиотской ситуации?

— Ну, не знаю, твои подозрения.

— А ты сама не можешь произнести это имя из трех букв?

— Да, ты угадал. Лили похитил Макс.

* * *

— Валерио, сожалею, но… ты опоздал, я уже собралась, — Италия улыбнулась, резко толкнула Валерио с порога, — прости, за то что я так слишком, ну не тактично…

— Что, не тактично? — Валерио изумился, похоже, в его пьяном сознании не укладывалось в голове то, что Италия с ним собралась сотворить.

— Я могла бы тебя отыметь.

— Я бы был рад, — Валерио улыбнулся.

— Чайником по голове, но мне…жалко портить новый чайник, к тому же, ах, да что мне это додумывать за тебя! — Италия резко толкнула Валерио, он споткнулся и пролетел пару метров, приземлившись на усыпанную листьями дорожку, платье выскочило из целлофана и обвилось вокруг него, когда он приземлился зрелище было бесподобнейшее, — ЧАО! — Сказала Италия и хлопнула дверью.

— Ну держись…Ты заплатишь мне за это, Валерио мигом протрезвел, — я превращу твою жизнь в ад.

Италия вернулась за письменный стол, но писать дневник ей не хотелось, и она решила написать любовное послание Витторио…

ЛЮБОВНОЕ ПОСЛАНИЕ.

Ах…Дорогой Витторио!

Когда я увидела тебя впервые то подумала, вот что я хотела бы иметь на склоне угасающей молодости и перехода ее в старость. Вот с кем я должна быть, у меня в жизни было столько ошибок, но теперь- только ты.

Твоя Клеопатра из лифта.

Лурдес вернулась домой около трех часов ночи. Эстебан сидел в кресле и тупо смотрел в одну точку, когда ее силуэт поравнялся с его креслом он произнес:

— Где ты была?

— Мы ездили в Уруапан на родео.

— Кто мы, — разозлился Эстебан — ты ездила с подругами?

— Что за странный вопрос, конечно не с ними, а с Умберто де ля Уэрта.

— Ты больше никогда, — Эстебан вскочил, его лоб покрылся краснотой, — никогда не будешь видеться с этим ублюдком, чтобы я допустил — моя дочь, встречается с сыном порочной женщины!

— НЕТ! — Лурдес в истерике убежала наверх, а из кабинета возник Дионисио:

— Браво! Люблю когда ты проявляешь характер!

* * *

Безумная ночь закончилась. Все, кто, так или иначе, участвовал в событиях этой ночи, запомнили эти события, поскольку они стали поворотными в их жизни. Валерио, разозленный и оскорбленный до глубины души побрел домой пешком, платье он выбросил в мусорный контейнер, а кольцо потерял по дороге.…Но его это не интересовало…Кольцо, как и все остальное, что было так или иначе связано с Италией он хотел забыть насовсем, однако потом он пришел к совсем другому, более кошмарному выводу.

Эстер и Ардо провели всю ночь, беседуя, и до секса у них так и не дошло. Эстер не хотелось порочить свой дом в день ухода мужа, а Ардо хотел, этого и так не понять.

Лурдес, вконец выведенная из себя последними словами Эстебана, собрала вещи и ушла на виллу де ля Уэрта, когда она вошла в гостиную, было около половины пятого. Дом казался пустым и мертвым, но тут внезапно возник Альваро. Он выслушал историю Лурдес и устроил ее в комнату для гостей, сам Альваро так и не заснул в эту ночь, он остался в гостиной в обществе стакана мартини и пачки сигарет R1…

В этой позе его обнаружила Лилея проснувшаяся в 8 часов утра, ее крайне удивило то, что ее внук сидел в гостиной в своем обычном парадном наряде, курил и пытался допить мартини. В конце концов Альваро все–таки удалился спать, а Лилея уехала в церковь готовить все к свадьбе Умберто и Лурдес, ей было все равно, что скажет Эстебан, а слабовольная Кармен все равно появится, она слишком любит свою дочь, а паразит Дионисио, пусть уж лучше не приходит, он свое дело сделал. Лилея была абсолютно уверена в том, что всю историю о Малене Эстебану рассказал именно Дионисио…

Италия отправилась на работу и первое, что она сделала- подсунула письмо в «скорую» Витторио. Когда Витторио устроился в салоне письмо сразу же его привлекло. Он взял его и сразу же прочел, короткое послание оставило его равнодушным, во–первых, ему слишком надоела вся эта окололюбовная беготня. Он усмехнулся. Даже хозяйство слегка зачесалось, но потом он взглянул на это с другой стороны и понял суть дела…Он откинулся на сидении и произнес:

— Когда же ты уймешься, Синтия.

Как же он ошибался!

* * *

Дом Валтьерра трясло еще больше чем вчера. Анхелике надоело смотреть на весь этот бред, и она решила связаться с Паоло, — своим бывшим мужем:

— Алло. Паоло, это Анхелика!

— Рад тебя слышать! Как жизнь? Письмо от Лили было?

— Нет…Лили пропала.

— Что? Не может быть.

— Это действительно так — сказала Анхелика.

— Как давно это случилось?

— Не знаю, мы это выяснили совсем недавно, когда Макс приехал.

— Что еще за Макс?

— Ее жених.

— Давно?

— Шесть месяцев назад я получила письмо, в нем рассказывается о Максе, потом тишина, потом появляется этот Макс и заявляет, что Лили уже давно уехала из Сан — Хуана.

— А ты…ему веришь?

— Ты угадал, попал в самую точку — я НЕ ВЕРЮ МАКСУ И НИКОГДА ЕМУ НЕ ПОВЕРЮ. Я абсолютно уверена в этом.

— В чем же ты так уверена?

— В том, что Макс замешан в исчезновении Лили.

— Я думаю, — сказал Паоло, — что Фернандо нужно встретиться с одним моим сотрудником из Лос — Анджелеса, его зовут Михаэль Гавиланес…

Через два часа Михаэль и Фернандо встретились в одном кафе в центре города.

— Вот его фото, я сделал его сегодня утром, когда Макс ходил за сигаретами, а вот, — Фернандо положил на стол фото Лили, — это Лили, моя сестра.

— Что вам нужно, чтобы я следил за ним, или действовал с опережением событий?

— Лучше пока проследите, а потом…посмотрим.

— Хорошо, — Михаэль забрал фотографии и удалился.

Удалился прямо навстречу своей судьбе…

Витторио шел прямо домой, ему было наплевать, что за сегодняшний день ему не заплатят ничего, главное сейчас разобраться с Синтией.

Витторио влетел в дом со скоростью страуса в период половой активности и сразу же налетел на объект по имени Синтия:

— С меня хватит, — сказал Витторио, — ты жена моего брата.

— А разве это препятствие?

— Для меня — да.

— А для меня нет.

— В любом случае между нами все кончено.

— А что между вами уже что–то было? — раздался голос Михаэля.

Синтия и Витторио повернулись в его сторону и застыли как каменные статуи.

10. Свидание под кушеткой

Италия сидела дома, собиралась на работу и параллельно с этим общалась с Сесилией:

— Представляешь, пишу я в дневнике и тут звонок в дверь, открываю — там этот Валерио, по заверению Альваро опаснейший плэйбой, в руках у него — свадебное платье, кстати, безвкусное до ужаса, кольцо и букет цветов.

— Что ты с ним сделала, — в ужасе произнесла Сесилия.

— Выгнала.

— Слава богу, — с облегчением вздохнула Сесилия.

— А потом…Я написала письмо Витторио.

— Это еще что такое?

— Это шофер скорой.

— Боже, опять начинается, опять эликсир, — с досадой произнесла Сесилия…

* * *

Казалось мир перевернулся, но ведь ничего, по сути, не изменилось — они все так же стояли посреди комнаты и в ужасе смотрели на то, как отреагирует Михаэль. Но он сказал только:

— Я всегда знал, что ты шлюха Синтия, а ты…братец — порядочная сволочь!

— Я люблю тебя! — Синтия бросилась на шею к Михаэлю, но тот оттолкнул ее.

— Поздно, — сказал он, — ищи кого–нибудь на стороне.

— Стой, не уходи, ты не все правильно понял, — выдавил из себя Витторио.

— Что я понял не так? — спросил Михаэль брата.

— Все.

— Что например?

— Например, то, что я не спал с твоей женой.

— Как это не спал? — изумилась Синтия.

— Так, стоп, решите, кто из вас какой точки зрения придерживается, что это за балаган. Витторио, ты с ней спал, — задал вопрос Михаэль, он сказал это достаточно спокойным тоном, но было видно, что сейчас будет сильный взрыв эмоций.

— Нет.

— Ложь! — громко завопила Синтия.

— Нет, это она лжет, — спокойно сказал Витторио.

— Да вы оба друг друга стоите, две подлых твари! — Михаэль наконец–то взорвался.

— У тебя нет оснований меня оскорблять, — спокойно сказал Витторио.

— А меня значит можно поливать дерьмом, — взвыла Синтия.

— Почему бы и нет, — неожиданно сказал Витторио.

От этой фразы челюсть отвисла даже у Михаэля. После этого в комнате повисла минутная пауза.

Было даже слышно, как Аньези храпит на втором этаже.

— Когда я вернусь домой, тебя, Синтия, не должно быть в этом доме, я собираюсь развестись с тобой. Это не значит, что я поверил кому то из вас. С тобой, Витторио предстоит очень серьезный разговор со мной и мамой.

Михаэль вышел, а Синтия и Витторио снова стояли посреди комнаты как два соляных столба. Потом Синтия произнесла:

— Козел.

И удалилась.

Витторио сказал:

— Сама не лучше.

И ушел обратно на работу…

Около четырех часов дня ему внезапно очень захотелось пообщаться с той прекрасной докторшей из офтальмологии. Он поднялся на лифте наверх и вошел в коридор. У стойки администратора он спросил о местонахождении доктора Масьерно и уже двигался в направлении смотровой…

— Осторожно сеньор Крабулис, сейчас, я вытяну эту гадость, — Италия повернулась к столику с инструментами и взяла пинцет. В этот самый момент в смотровую вошел Витторио, увидев его Италия уронила пинцет на пол и он с грохотом улетел под кушетку:

— Ты получил мое письмо?

— Какое письмо, — сначала не сориентировался Витторио, — ах, да, Клеопатра.

— Все что там написано правда, — сказала Италия.

— У! — удивился Витторио — и что же это так быстро?

— Не знаю, — произнесла Италия — захотелось и написала.

— А ты знаешь…У меня очень большие запросы, — начал лукавить Витторио.

— Например.

— Ну, на скорой я работаю исключительно для себя

— Неужели, — притворно удивилась Италия, а про себя подумала — Сейчас он скажет, что это хобби для увеселения, а вообще он очень богатый, у него две шиномонтажки, джакузи и четырнадцать съемных писсуаров одноразового использования.

— Ох, — произнес Витторио сочиняя на ходу — просто хобби, чтобы не сидеть круглые сутки в джакузи с десятью писсуарами и не звонить менеджерам по управлению моими шиномонтажками.

— Обожаю джакузи! — сказала Италия — мой брат установил мне, у тебя какой фирмы? — Италия про себя хихикала как ненормальная.

— А — Витторио попался, он разбирался в сантехнике так же плохо, как Мадонна в партнерах по гольфу чешский, не помню названия.

— Фу–у–у- сказала Италия- туфта, у меня- шестиместный финский с фибрирующими сидениями автоподогревом, может хватит о сантехнике? Как насчет встречи? Сегодня вечером?

— А вы хотите? — удивился Витторио, ему уже казалось, что сейчас докторша выдаст ему все что она о нем думает.

— Я почту за радость — сказала Италия, а про себя сказала — ох, мальчик, с тобой еще работать и работать, совсем к жизни не приспособлен!

— Очень большую радость? — с улыбкой произнес Витторио, и ТАМ у него снова зачесалось. Да, Синтия явно не справлялась с работой, а теперь еще и блох туда занесла, проклятая бабенка.

— Большую, как слон и светлую, как мечты священника.

— Вы думаете, что мечты священника светлые?

— Более или менее…

— ЭЙ! Вы будете мне инородное тело удалять или я еще час посижу тут и послушаю вашу лабудень? Чешских джакузи не существует в природе! — произнес раздраженный прослушанной беседой больной.

Италия и Витторио бросились под кушетку на поиски пинцета, и там их руки неожиданно коснулись друг друга. Они зависали под кушеткой еще час, обсуждали «Рено» Витторио и «Ламборджини» Италии — больной Крабулис за это время успел уснуть…

* * *

Лурдес проснулась в комнате для гостей и поспешила в комнату Умберто, для того чтобы всё ему рассказать. Она пересекла коридор и вошла в его комнату. Умберто спал как убитый, после вчерашнего свидания, он явно видел во сне Лурдес — она пришла к такому выводу заметив ехидную улыбку на его лице:

— Умберто!

Нет ответа.

— Умберто!

— Что…, — устало протянул Умберто.

— Просыпайся, это я Лурдес.

— Что?!? — Умберто резко вскочил с кровати, — что ты здесь делаешь?

— Живу, — невозмутимо сказала Лурдес.

— И давно?

— Со вчерашней ночи.

У Умберто отвисла челюсть.

— Я живу у вас, потому что ушла из дома. Какая–то метафизирующая абстракция накапала папочке про Малену. Он отказался благословить мой брак — вот я и ушла. Я все рассказала сеньоре Лилее — она меня поняла и занялась организацией венчания.

— Вот влип, — подумал про себя Умберто, — у девочки железная хватка…

* * *

Ах — эти сцены прощания! Как меня от них тошнит, в прямом смысле этого слова. Никогда не задумываясь о последствиях всегда берегись неприятных ощущений и безумного финала или конца…

Ардо и Эстер с ребенком плавно двигались от стойки регистрации багажа к пункту посадки в самолет. После долгих раздумий за чашечкой «Нескафе» они решили, что быть вместе им не суждено. Эстер поблагодарила Ардо, за то что избавил ее от мужа и решила навсегда уехать из Мексики в Монреаль, к своей сестре. Ардо пережил это с достоинством, не уронив голову или какие–нибудь другие предметы. Прощание было коротким и до одури траходеличным… Она уехала в Канаду… а он вышел из аэропорта и неожиданно налетел на молодую девушку- ситуация сама собой дошла до знакомства:

— Вы местная? — спросил свою новую подругу Ардо.

— Да, я родилась здесь. Работала в Пуэрто — Рико на нефтедобыче. Может представитесь?

— Херардо Монтенегро, но все называют меня Ардо.

— А меня, ох, как меня только не называли — и Лией, и Линой и Илианой, хотя мое настоящее имя — Лилиана Валтьерра, или просто — Лили.

Ардо подхватил багаж Лили, и они направились на стоянку такси.

— Хороша, штучка, — думал про себя Ардо.

— Рассчитаюсь с Максом и займусь этим субъектом, — думала Лили Валтьерра.

Они быстро нашли свободное такси, однако Лили не поехала домой, а сказала таксисту адрес Ардо. Последний таким поведением был крайне удивлен, но внимания не обратил — пусть едет со мной, если хочет…

* * *

Вечером Италия сидела дома, скучала и ждала Витторио. Она смотрела за окно и считала ворон. Витторио опаздывал уже на 2 часа, но она упорно его дожидалась, надеясь, что ничего общего с Серхио и Ардо он не имеет.

Италия не знала, что Витторио в этот момент развлекался в обществе Синтии. Они сидели на заднем сидении старенького «Фольксвагена» и… ну, в общем, вы ведь очень догадливые, мои милые читатели!

А Италия все скучала и смотрела на луну, проклиная Витторио, больного Крабулис и даже Валерио, который, слава богу, больше не появлялся!..

ИЗ ДНЕВНИКА ИТАЛИИ

Я сейчас сойду с ума просто. Этот гад просто издевается надо мною. Обещал зайти и пропал- дома у него никто трубку не берет! Все понятно — ему просто нужна была легкая интрижка, а я оказалась глупой жертвой — как я разозлилась, если сейчас кто–нибудь возникнет — не сносить головы тому, ах какая я злобная и противная, про Альваро совсем забыла со своею любовью, хорошо хоть его на похождения не тянет.

А вот Витторио. Он просто обманщик и я его за это ненавижу! Он грузил про все эти джакузи, автомастерские, по–моему, когда он придет навсегда (если он вообще когда–нибудь объявится), джакузи из Чехии взорвется, «Рено» угонят чеченские террористы, а шиномонтажки отберут за долги — останется один Витторио, с четырнадцатью писсуарами на рыло.

Как говорит народная мудрость «Вспомни дерьмо — вот и оно». Как только Италия написала эти строки в дверь кто–то настойчиво начал трезвонить. Сначала ей не хотелось вставать из–за стола, а потом, когда количество звонков перевалило за 135(она сама специально сосчитала) пришлось идти к двери надавать по попе, тому кто устроил этот noise (шум–англ. комм. авт. для необразованных).

Италия распахнула дверь, на крыльце полулежал Валерио, он держал в руке выдранный с мясом звонок и усиленно трезвонил, надеясь что кто–нибудь его услышит…

— Что вам нужно?

— Вы! — сказал Валерио и громко икнул.

— А меня нет дома! — сказала Италия и захлопнула дверь. Секунд десять она размышляла, что делать дальше. Потом снова открыла дверь — вырвала у Валерио из рук остатки от звонка, потом, собрав сгусток энергии в маленький шарик, он бросила его под ноги Валерио, шарик взорвался и Валерио выкинуло за пределы сада, после этого Италия снова громко захлопнула дверь! Когда вход в дом открылся в третий раз- Италия повесила на дверь надпись: «Не беспокоить! Всех ненавижу! Все козлы! С добрым утром!». И довольная содеянным легла спать решив навсегда забыть Витторио и иже с ними.

* * *

Паоло приехал к Фернандо около часа ночи. Его лицо было возбужденным, было видно, что он должен сообщить что–то важное. У порога его встретила Анхелика:

— Бог мой, Паоло, что случилось?

— Где Фернандо?

— Он сейчас подойдет, — спокойно произнесла Анхелика. В холле появился Фернандо.

— Что случилось? — сказал он.

— Ты нанял Михаэля Гавиланеса для слежки за Максом?

— Да, — сказал Фернандо, — что–то случилось?

— Михаэля нашли застреленным у железнодорожного переезда в северной части города

Анхелика вскрикнула и рухнула в обморок.

11. Покушение

Макс вошел в квартиру тихо–тихо — все уже спали. Он пробрался на кухню и открыл холодильник, взял йогурт и начал с довольным видом лакомиться. В этот момент на кухне зажегся свет, и туда резко вбежали Фернандо, Паоло и Анхелика. Через десять секунд Макс с перепуганной физиономией сидел на диване, на его руках были наручники. Паоло пытался выяснить — где Лили. Допрос продлился до пяти часов утра, однако сдвинуться с мертвой точки не удалось — Макс отказывался признаваться в похищении Лили. В разгар шумной дискуссии в дверном замке подозрительно зашумел ключ — далее была чисто немая сцена. В квартиру вошла Лили, дворецкий волок ее неподъемные чемоданы. Она встала посреди коридора и вопросительно посмотрела на все безобразие, которое происходило на кухне. Немая сцена закончилась фразой:

— Вы что всей толпой ходили на ночную дискотеку? Макс, я же говорила тебе, что мама не любит кислотные дискотеки! — далее следовала еще одна немая сцена, минут на десять, а потом был большой Noise, что это такое смотрите выше, если читали невнимательно.

* * *

Утром первым проснулся Хосе Аугусто, он вышел в сад и вдохнул запах цветущих роз.… Это было потрясающе! Ему сразу захотелось искупаться в бассейне — и уже через три минуты он плавал в бассейне, в чем мама родила, наверное, рассчитывал, что все еще спят, однако Хосе Аугусто просчитался. Ирма, проснувшаяся тоже довольно рано — сидела на балконе дома Эухении и курила, и тут — о боже, она видит Хосе Аугусто, плавающего в бассейне абсолютно обнаженного! Она сразу переоделась, нацепив свое лучшее бикини и побежала к бассейну, нарочно громко уронив вазу возле комнаты Катрины — она сразу же проснулась от шума и решила проследить за Ирмой. В итоге Катрина застукала Хосе Аугусто, голого, купающегося в обществе Ирмы.

— Что все это значит? — произнесла Катрина.

— А, привет сестренка, ты пролетела, — расхохоталась Ирма и прыгнула на Хосе Аугусто, отчего они оба погрузились под воду.

Раздраженная Катрина расшумелась о какой–то верности, а потом, швырнула кольцо в бассейн и удалилась.

А Ирма громко хохотала над этим балаганом.

— Захочешь порезвиться — приходи, — сказала Ирма и вышла из бассейна.

Хосе Аугусто не ответил ей. Он застыл как статуя и думал о том, что делать ему теперь?

Катрина на следующий день уехала к Альфредо в Аргентину…

* * *

Середина декабря 1996 года.

Прошел месяц. К свадьбе Лурдес и Умберто все было готово и она должна была вот–вот состояться. После свадьбы Альваро планировал поехать в сельву — встретить там Новый год, а оттуда — на карнавал в Рио–де–Жанейро. Италия и Альваро проводили по несколько часов в обществе друг друга, планируя поездку по Ориноко. Вот так и сидели они однажды в просторной гостиной дома Де ля Уэрта. В тот самый момент, когда Альваро с увлечением слушал рассказ Италии о боевой раскраске индейцев сельвы и посматривал на улицу, в гостиную вплыл Дионисио Карраско, противный типчик, два дня назад вернувшийся из поездки по Европе:

— Кого я вижу! — произнес Альваро и улыбнулся Дионисио — вся Европа уже полегла под твое обаяние?

— Может ты меня представишь прекрасной дамочке? — сладко сказал Дионисио, с нарочным французским акцентом, он уже начал воплощать в жизнь свой проект по соблазнению этой красотки.

— Это Италия Масьерно де Корлис, моя сестра, — сказал Альваро и протянул руку Италии по направлению к Дионисио. Дионисио подошел к Италии и поцеловал ей руку, Альваро не заметил, что в момент поцелуя Дионисио слегка коснулся кисти руки Италии языком.

— Меня зовут Дионисио Карраско, — сказал он с противным акцентом. Альваро почувствовал, как он злится. По телу пробежала дрожь в смеси с холодным потом. Как он бесился!

— Привет! — откуда то сбоку возникла Вихия, она сразу повисла на шее у Дионисио, — где же тебя носило, проказник?

— Ездил к бабушке в Стокгольм, — процедил сквозь зубы Дионисио.

— У тебя есть бабушка в Стокгольме? — притворно удивилась Италия — надо же! А у меня есть троюродный дядя в Куала — Лумпур.

— А это где? — удивилась Вихия.

— В Малайзии, — произнесла Италия.

— Дионисио, пойдем в сад, — сказала Вихия и поволокла его за собой. Альваро смотрел на это и про себя хихикал. Конечно его сестрица- сука нереальная, но иногда она умеет подыгрывать как никогда.

— Италия, ты отвлеклась, в чем дело?

— Что это за кадр?

— Дионисио Карраско, мой друг детства, скользкий как жаба и опасный как мурена.

— А мне он понравился, — мечтательно сказала Италия.

— Как любовника его можно повставлять, но долго терпеть его невозможно, — произнес Альваро.

— А ты это откуда знаешь? — удивилась Италия.

— Интуиция и хорошее знание человеческой психологии.

— Ты что, увлекаешься психологией?

— Нет, это у меня с рождения. Я как рентгеном могу просвечивать людей и видеть все их достоинства и недостатки — сразу же. Когда я тебя увидел, то не смог этого сделать — потому то ты меня и заинтересовала…

Они заговорились о разных тайнах подсознания и пришли к выводу, что у них множество общих точек и одна из главных загадок — это то, почему им не под силу узнать, что же замышляет Валерио?

* * *

Месяц совместной жизни с Максимилиано окончательно убедил Лили, в том, что она допустила серьезнейшую ошибку, оставшись жить с Максом. Сразу после ее скандального возвращения домой они купили уютную квартирку на окраине Мехико в 4‑х этажном блокхаусе. Сначала все было божественно — Макс носил ее на руках, дарил дорогие вещи, однако вскоре это резко прекратилось. Лили, приученная с детства к роскоши была раздражена тем, что им из–за нехватки средств, пришлось, страшно сказать, уволить горничную! Лили сначала терпела, но потом…Пошел вал недовольства, который смел счастье последнего месяца.

В данный момент Лили сидит в кресле у телевизора и пытается, есть противные вьетнамские макароны быстрого приготовления. В этот момент в квартиру входит Макс:

— Ну, — жеманно протянула Лили — нашел денег?

— Нет, — пусто сказал Макс. На самом деле он никаких денег и не искал, просто выкуп за Лили он уже получил, и деньги закончились. Макс надеялся, что Лили потихонечку привыкнет к нему, однако все оказалось гораздо хуже…

— Мне надоело сидеть и жрать эту отраву!

— Иди работай, — ответил ей Макс. В ответ Лили швырнула в него тарелку с вермишелью. Удар пришелся прямо в плечо. Тарелка упала на пол и разбилась, а на Максе одиноко повисли вьетнамские макароны. Макс схватил Лили в охапку и потащил в спальню. Он не стал успокаивать ее.

Он поступил намного проще, однако это не смотрится так уж гуманно и приятно. Короче говоря желая прекратить истерику Лили Макс начал подвергать ее физическим наказаниям. Он схватил ее, как куклу, за плечи, встряхнул и швырнул к туалетному столику. Лили ударилась головой об зеркало…

Через полчаса квартира напоминала поле битвы. Рыдающая Лили умывалась в душе, а Макс приводил в порядок гостиную. Когда Лили вышла из спальни — уже одетая для выхода на улицу Макс сказал:

— Отдай мне ключи от машины.

— Зачем?

— Чтобы к маме не уехала, — оскалился Макс.

Лили без слов отдала ключи и удалилась.

Она бродила по родному району и рыдала. Вскоре она нашла одинокую скамейку и присела. Слёза продолжали противным потоком стекать с её глаз вместе с остатками косметики. Она бы так и сидела на этой идиотской скамейке, если бы в этот момент в парке не возник одинокий человек, которого тоже распирало от одиночества и скуки…

Ардо не видел Лили уже целый месяц… И вот он её встречает в парке, всю зареванную, со стёкшей с глаз тушью…

— Лили… ты что под трамвай попала? — удивленно сказал Ардо.

— Хуже, — сказала Лили и Ардо замолк.

* * *

Валерио сидел в дешевом баре рядом с «Сан — Рибадуро» и ждал. Он нервно озирался по сторонам и пил свой мартини… За этот месяц он окончательно понял — Италия Масьерно для него недоступна. Он решил не останавливаться. И мстить. Роман Италии с Витторио происходил на его глазах. Витторио игрался с Италией как ему хотелось — приходил, когда хотел, уходил, когда хотел. Италия изводилась, мучилась, но терпела. Больше всех бесился Альваро. Особенно в тех случаях, когда Витторио приезжал к Италии без предупреждения, а они собирались на прогулку. В итоге — Италия и Витторио любились до потери сознания, а Альваро оказывался под закрытой изнутри двери… Валерио всё это видел и тихо хихикал, но потом он понял, оставлять это так как есть нельзя и он решил предпринять неожиданный ход…

— Сеньор Валерио Де Марко?

— Да, — кивнул Валерио явившемуся ниоткуда мужчине в сером костюме.

— Я от Луиса — Хаиме Ортиза. Специалист по влажной уборке.

— В туалете? — съязвил Валерио.

— В джакузи! — не остался в долгу человек.

— Ваше имя.

— Ишь, чего захотел, может тебе еще шампанского и Лилею де ля Уэрта в постель для смеха?

— Нет, это слишком. Я плачу сразу, — поперхнулся Валерио.

— Натурой? — спросил мужчина.

— Нет, доллары.

— С вас 2 тысячи сейчас и еще 6 тысяч после того как объект удалится.

— Согласен, и всё же как мне тебя называть?

— Допустим Эдуардо, — сказал Эдуардо Кохарис (а это был он!)

— Хорошо. Вот объект.

И Валерио протянул Эдуардо фотографию Витторио Гавиланеса.

* * *

Синтия выскочила в сад. Она облизала губы в восторге рассматривая профиль Витторио, лежавшего в шезлонге. За последний месяц Витторио периодически позволял Синтии прогулки в своем направлении. К чему это приводило? Разумеется к сексу в необузданных объемах… Хоть Витторио и разбавлял контакты с Синтией безумиями с Италией, всё равно было мало. Витторио ощущал себя гигантом любви с обеими девушками. Скромный мальчик, ничего не скажешь… Однако Синтия быстро ему надоела. Не так уж слишком, но…

— Витторио!

— Ах! — Витторио подскочил из шезлонга и отпрыгнул на расстояние метра, — что ты делаешь, мама увидит!

— Забей на маму!

— Нет! Я сегодня не хочу!

— КАК? Не хочешь, — удивилась Синтия.

— Да, — отрезал Витторио.

— ААА! — взвыла Синтия, как ребенок, оставшийся без сладкого.

Витторио воспользовался паузой и, вскочив, пулей вылетел из сада в дом. Синтия не скоро пришла в себя, но потом до нее дошло, что нужно действовать. Она само собой побежала вслед за Витторио… Но Витторио мигом сообразил что к чему. Синтия даже хрюкнуть не успела — он пронесся мимо нее как бегун из Африки на короткие дистанции и вылетел из дома в свой автомобиль, как пробка из бутылки с шампанским…

Синтия осталась сидеть в гостиной и скучать. Она долго думала — Что ей теперь делать? Аньези не выкинула ее из дома в память о Михаэле, а сама она не очень то хочет убираться из дома своей свекрови, ведь ей нравился Витторио, однако же Витторио не смотрел на красивую попку Синтии. Да, значит, у него есть кто–то на стороне. Но кто? Это следует выяснить. Причем в ближайшее время…

* * *

Автомобиль Витторио резко подлетел к дому Италии, однако сам Витторио не собирался вылезать из своей машины. Он приводил в порядок свою рожу. Но потом, он наконец–то решился и выбрался из автомобиля.

В этот самый момент из–за куста в темноте возник чей–то силуэт. Тень мужчины отразилась на мокром, после дождя асфальте.

В это время, когда Витторио уже собирался открыть калитку и войти в сад Италии его подкосил первый выстрел. Пуля смачно разорвало штанину ниже колена, ткань треснула. Нежная кожа разлетелась по асфальту. Витторио увидел, как на его правой ноге расплывается кровавое пятнище. Раздался второй выстрел, который просек шею Витторио. Кровавый фонтан начал поливать сад Италии. Витторио перекувырнулся через калитку и очутился на траве в саду Италии.

Эдуардо выскочил из–за кустов и выбежал к калитке.

Витторио продолжал ползти к двери. Его могла спасти сейчас только Италия. Ему и в голову не могло прийти той мысли, что это покушение на него спланировано одним из поклонников Италии в отместку… Витторио нужно было спастись от третьего выстрела во что бы то не стало…

Эдуардо прицелился в голову Витторио и выстрелил…

12. Скандал на свадьбе

Витторио сжался в одно целое. То, что Эдуардо промахнулся, он догадался спустя секунду. Он кинулся к двери, и в этот самый момент дверь дома открылась. Эдуардо моментально исчез:

— Боже, Витторио, что случилось? — в ужасе закричала Италия, однако Витторио молчал и только кивал головой.

Истекающего кровью она затянула его в дом и сразу же позвонила в скорую. Дежуривший в эту ночь Маурисио Делас был шокирован случившимся с Витторио.

Он быстро приехал и забрал Витторио в больницу. Слегка потрясенная Италия пришла в себя намного быстрее. Она очень быстро сориентировалась в данной ситуации — даже первую помощь Витторио оказала. Но ее милосердия только на это и хватило. За этот месяц Витторио доконал ее душу по полной программе. Она настрадалась. Ей этого хватило. Теперь она больше не будет, поддаваясь глупому инстинкту кидаться на Витторио как дура. Если она ему нужна — пусть теперь добивается ее как воин. Ей давно стало казаться, что она — воин. И что кроме неё существует еще два воина, это Витторио и Альваро. Но она намеренно не знакомила их — это могло привести к взрыву. Причем ужасно разрушительному взрыву.

Между нами существует некая связь, — думала Италия. Неясного происхождения, но связь! Она ожидала иного финала, а сейчас ей просто хотелось оказаться в плену собственных иллюзий…

Она позвонила Дионисио. Он был очень удивлен звонку, мало того, он не давал ей своего телефона. Однако все странности отъехали на другой план, когда перед ним замаячила перспектива успокоения одинокой девушки…

Дионисио возник на пороге дома Италии в тот самый момент, когда она мирно созерцала линии мира на потолке:

— Доброй ночи, сеньорита Италия. Не ожидал, что вы поднимете меня из мягкого кресла, — протянул Дионисио, он планировал произнести знойный спич из 236 слов и комплиментов, однако Италия осадила его на первом абзаце.

— Хватит слов, не выношу признания без рифмы, присаживайся, и не называй меня больше сеньоритой!

— Будет исполнено, — лицо Дионисио исказила мерзостная притворная улыбочка, Италии захотелось дать ему в глаз…

Они беседовали полчаса о всяческих глупостях — строили дворцы из иллюзий друг другу и сами не заметили как оказались в постели (а где же еще, не в саду же!)…

Внезапно (в 3 часа ночи) зазвонил телефон. Италии было лень брать трубку, и, в итоге, на звонок ответил Дионисио:

— Да. Нет Альваро, она спит.

И повесил трубку.

* * *

Эдуардо решил по черному развлечься над Валерио. Когда они встретились в назначенном месте около 4‑х утра, Эдуардо показал ему окровавленный кусок джинсов и сказал:

— Вот и всё, что осталось от твоего драгоценного Витторио!

— Можешь считать, что я ликую.

— Давай деньги.

— Будут тебе деньги, — произнес Валерио. Он открыл дипломат и достал из него деньги. Эдуардо ликовал. Номер прошёл! Валерио тоже веселился — хорошо расплачиваться фальшивыми долларами Вихии, за убийство дружка любовницы Альваро.

* * *

Лили и Ардо уже давно не сидели на той милой скамейке в парке. Они уже не беседовали о своих горестях и бедах. Лили уже не рыдала, как корова, а Ардо не страдал от потери Эстер…Жизнь вошла в свою новую колею, а Ардо и Лили науспокаивавшись друг друга…любились на полу в квартире Ардо. А пьяный Макс смотрел ночное телевидение и мечтал убить Лили… Со временем все будет по другому — думал он…

* * *

Витторио открыл глаза. Он рассчитывал увидеть Италию, однако чуда не произошло — Италии не было рядом. Ему почему–то показалось, что случилось что–то очень серьезное и непоправимое. Он стал прислушиваться к разговору за дверью…

Внезапно резкая боль прошла резко по позвоночнику. Витторио перекосило, и он застонал от боли и страха:

— Отпусти меня, Италия…, — шептал он, осознав, что с ним творится. Сила Альваро наконец–то торжествовала, и ему удалось приструнить третий угол треугольника Италии. Альваро в тот момент не спал — он ходил по своей комнате и бесился. Как Дионисио мог оказаться у Италии в 3 часа ночи? Что они там делали? Чем дальше заходило дело, тем меньше он понимал Италию. Зато сейчас он мог посылать сколько угодно отрицательных импульсов, поскольку адресат этой энергии лежал распластанный по больничной койки…

* * *

Валерио сидел на полу и медитировал. Он представлял себе Италию в своих объятьях, но что–то не хотел его внутренний голос показать эту сладострастную картинку. Вместо этого шла какая–то лабуда с португальскими субтитрами. Через четыре часа ему это надоело. Он пришел в себя и стал думать. Он долго размышлял о том кто же перекрывает ему канал доступа к Италии. Его это до одури раздражало. Он не мог ни прочитать ее мысли, ни взвесить все ее положительные и отрицательные стороны. Все это к удовлетворению не приводило и в итоге — пустота, вакуум, тишина и благодать. Короче, ничего приятного тут не выходило, мало того ему в голову заела одна знакомая песенка. Он сидел и напевал ее на ломаном португальском языке…

Somente o sol vocй e eu

Utera nнgula un de jocй

Sгo meu jiзгo o sй

Tirsibir

O–O–O

Na corpo tй jocй calor

O–O–O

Na corpo teje

Um ve jocй um dassi cabrгo

Um jonб su amor amanha se

Sгo meu jiзгo o sй

Sis com veu

(ВОЛЬНАЯ ТРАКТОВКА ТЕКСТА НЕ ГАРАНТИРУЕТ ПРАВИЛЬНОСТИ НАПИСАНИЯ)

Вот это глюк — подумалось Валерио. Явно не с проста всё это. Он продолжил медитацию, — вот тут уже полная каша началась — Италия носилась от него как ненормальная дура и напевала еще более странную вещь…

jб v blбtivэ sklo v prнrucnн od muj cigareta zacнt do kour od prsten

a zas, jб dбt nekam k jб sбm smeљnэ k veci

a lid jнt v tma smбt, se, myslit, sen

a jб znal ten ty; znal k mne

k be s ty, jб pro ty ale ty ne muj chlapec.

jб pro ty jedinэ dйљ, ten jнt jб znal kdy?

jб pro ty jedinэ arch kdo? pбd od vetev na co vбљ hlava

jб znal ty delal mne. a vбљ sen ne kolem mne

mne sebrat znovu v sen ty k zachrбnit od bolest mne potreba,

a jб znal ten ty is prнliљ nutnэ k mne н one sny nie ty!!!

(ТОЖЕ ДОСТАТОЧНО ВОЛЬНАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ)

Он долго пытался сообразить — что бы это могло значить, но потом его осенило. Он записал услышанное на лист бумаги, вогнал в компьютер и начал поиск. Компьютер долго клинило, однако вскоре он выдал, что текст этот на чешском языке. Валерио запустил программу перевода, вскоре она выдала следующее

Я прислоняюсь к мутному стеклу

В руке моей дымится папироса

И снова, будто бы в бреду,

Я задаю себе нелепые вопросы

А люди ходят словно в пустоте

Смеются, думают, мечтают

А ты всё ждешь тебя; знаю мне

Не быть с тобой, ты для меня чужой.

Ты для меня лишь дождь, что шел сегодня ночью,

Ты для меня лишь лист, сорвавшийся с ветвей

Ты знаешь — я не жду тебя за покрывалом ночи.

И сны мои — они не ТЫ!!!

Вот это намек! — Подумал Валерио и решил во что бы то не стало отомстить Италии. Нет, круче, уничтожить ее!

* * *

На свадьбу Умберто и Лурдес съехалась половина Мехико. Семейная часовня не вместила всех желающих, поэтому вокруг нее толпилось очень много народу. Старая часовня де ля Уэрта находилась у въезда на территорию громадной усадьбы, она была построена дедом Аугусто по отцовской линии Хуаном Рамоном де ля Уэрта Экигоа. Часовня представляла собой храм в миниатюре — службы здесь проводились только по особым заказам семьи. Зал вмещал около трёхсот человек. В этот торжественный день часовня была красива как никогда, поскольку зал был на славу украшен цветами из оранжереи Альваро и Хосе Аугусто. В первом ряду сидели родственники — измученный бессонной ночью Альваро, счастливые Лилея и Наталия, отутюженный Аугусто… Все светились и ждали торжественного бракосочетания…

К Альваро незаметно подплыла Италия:

— Привет всем! — сказала она Лилеи и Наталии. Аугусто только кивнул ей, а от Эдуардо дожидаться каких либо знаков внимания она не стала. Стоит ли с ним связываться? Они отошли в сторонку.

— Что у тебя делал Дионисио? — спросил Альваро Италию.

— Вечер иллюзий, — протянула Италия.

— И любви?

— Да, — отрезала Италия, — почему это тебя так волнует?

— Дионисио опасный тип.

— Чем же?

— Он педик.

— Правда!? — изумилась Италия, — то то он утром был такой скрюченный. Ну ладно, чего ты дуешься, даже порезвиться нельзя, тоже мне пуританин проклятый.

— Ладно, пойдем сядем, а то сейчас уже невеста придет

— Невеста должна опоздать, — заявила Италия, когда они сели.

— Правильно, — сказала Лилея, — я опоздала на свадьбу с Аугусто на полчаса.

— Мама, а я кажется на два часа, — произнесла тихо Наталия.

— Да, я помню, как Эду бесился, — рассмеялся Аугусто…

— Она не опоздает, — уверенно сказал Альваро, — не на ту напали!

В этот момент зал затих — в помещение королевской походкой вошла Малена де ля Уэрта, на ней было потрясающее платье, не имеющее ничего общего, с той пошлятиной, которую она носила в «Сан — Рибадуро».

Все Де ля Уэрта застыли в недоумении. Больше всех бесился Эдуардо!

— Я вам не помешаю? — сказала Малена и направилась к сидению прямо рядом с Альваро.

— Да что же это такое?

Все обернулись на Эдуардо.

— Какого черта эта шлюшка здесь делает, — Эдуардо уже кричал как ненормальный, — вы что собираетесь пустить эту проститутку в высшее общество!

— Заткнись, лучше послушайте, что этот человек, — Малена показала на Эдуардо, — сделал со мной. Он выгнал меня из моего же дома, при помощи двух убийц, которые бросили меня на скоростном шоссе умирать, они избили меня до потери сознания, а после этого бросили под грузовик, но я не погибла, как того хотел бы Эдуардо. Я осталась жива. Три месяца меня носило по тонкой грани между жизнью и смертью, но я не сдалась на произвол судьбе. Я победила ее. Я выжила и теперь я здесь!

— Вот это ложь, — сказал Эдуардо, — да неужели вы поверите этой завравшейся сучке?

— Да, — внезапно сказала Наталия, — я скорее поверю своей сестре, чем человеку, — она достала письмо от «неизвестного насильника», — который готов держать при себе деньги, который надо заплатить человеку, который угрожает ему насилием над … Я не могу…, — и она начала читать это письмо на весь зал…

… Дорогой Эдуардо!

Мне прекрасно известно твое отношение к Вихии, однако я решил обратиться к тебе. Если ты до следующей субботы не заплатишь мне 200 тысяч песо наличными, то мне придется применить к Вихии грубую, физическо–сексуальную силу. Представляю, как удивятся Наталия и Лилея, а если потом они еще и узнают правду о нашей переписке, то я думаю, ты ненадолго там задержишься, прощай. Я тебе позвоню.

Твой сын Элисео.

Зал дружно охнул. Эдуардо перекосило.

— Я хотел сохранить деньги для своих детей, а не для этой…, — сказал Эдуардо.

— А разве Вихия не твоя дочь? — бабахнула Малена.

— Да что вы слушаете, — рассмеялась Лилея, — ему все деньги нужны для себя, а дети… Господи, Наталия, они же не его дети!

— Как это, — ужаснулся Эдуардо.

— Да, это так. Хосе Аугусто и Альваро не твои дети, — сказала Наталия и расхохоталась.

— Вот это бред, — вздохнули Альваро и Италия… И они тоже запели!

Eu quero te em cama haver. Senгo entгo.

E eu cantava. com teu mгe, pai e deles segredo

Te sois conheзo este secredo?

(Я хочу иметь тебя в кровати. И знать где вход.

И я пою с твоей мамой, папой и их секретами.

А тебе эти секреты известны? — порт)

(НЕ ПЫТАЙТЕСЬ ВЬЕХАТЬ В СМЫСЛ, ЭТО ВСЕ РАВНО НЕВОЗМОЖНО)

13. Авиакатастрофа

Хулия и Фернандо сидели у постели Витторио и как могли успокаивали его. Теперь жизнь Витторио исказилась, на долгих четыре месяца потеряла смысл. Всё это время Витторио не сможет ходить. Восстановительный период после операции, по словам врачей, может занять от четырёх до восьми месяцев — только после этого Витторио сможет подняться на ноги снова. Хулия беспокоилась за душу Витторио, — после того как Италия, по сути, предала его, хотя было за что, он остался один — Синтия, да, она пыталась проникнуть в палату, однако по просьбе Витторио ее не пустили.

Фернандо долго удивлялся тому, что Витторио вообще выжил. А Витторио всё мучился и страдал. Он рассчитывал, что Италия простила его за все мерзости, которые он посмел ей сделать, однако Италия о нем в тот момент совсем не думала — ее больше занимало то шоу, которое происходило на свадьбе Умберто и Лурдес. После того, как Наталия прочитала письмо от мнимого насильника и заявила, что Хосе Аугусто и Альваро не дети Эдуардо, в зале начался самый настоящий переполох — все направо и налево обсуждали это важное событие, получалось, что Альваро обчистил человека, который по сути ему никто, — он главный наследник, за это надо было сказать спасибо Вирхинии. Которая сидела, надувшись в углу, хотя подсознательно она чувствовала себя победителем. Не больше и не меньше! Она радовалась своему триумфу, своей победой над Эдуардо. Этому событию она придавала особое значение — теперь она уж точно повиснет мертвым грузом на шее у любимой тетки! Больше всего ее потряс тот факт, что сразу после появления, Малена вписалась в общество Наталии. Они уже сидели вместе и о чем то беседовали.

Вот это уже проблема! Если из общества вылетает Эдуардо — то все прекрасно, но если Малена в него вернется…

Зал дружно охнул, после того как Наталия прочитала письмо, а Эдуардо перекосило.

— Я хотел сохранить деньги для своих детей, а не для этой…, — сказал Эдуардо.

— А разве Вихия не твоя дочь? — бабахнула Малена.

— Да что вы слушаете, — рассмеялась Лилея, — ему все деньги нужны для себя, а дети… Господи, Наталия, они же не его дети!

— Как это, — ужаснулся Эдуардо.

— Да, это так. Хосе Аугусто и Альваро не твои дети, — сказала Наталия и расхохоталась.

— Вот это бред, — вздохнули Альваро и Италия…

— Этого не может быть, — подбитым голосом сказал Эдуардо.

— Ну и ну! — удивился Аугусто, — нашего козлика ранили отравленной стрелой!

— А что вы хотели, — разошлась Наталия, — не люблю молчать, к тому же дети своего папочку терпеть не могут, зачем им лишний комплекс? Жить легче будет.

Эдуардо развернулся и пошел прочь из часовни… Он отправился собирать свои вещи, в его планы входил отъезд из Мехико к брату. Все меньше и меньше Кохарисов осталось в Мехико, однако Эдуардо не знал еще одной тайны, — о том, что Кохарисам он никто, его подкинули под дверь. Он подкидыш, заморыш, ублюдок.

Раньше он не придавал таким словам никакого значения, но потом, его мнение изменилось. Потому что вскоре он узнает эту страшную правду…

…В зал медленным шагом вплыла Лурдес — она шла навстречу Умберто и улыбалась, наконец–то она дождалась своего звездного часа…Она подошла к алтарю и священник, произнеся для них слова брачной клятвы, обвенчал их. Теперь она стала частью знатной семьи, которая всё еще отходила от скандала получасовой давности. Зато на свадьбе это не отразилось — всё было как в классической мыльной опере — поцелуй жениха и невесты. Бросок букета (кстати, букет поймала Вихия, чему была очень довольна).

Потом море слез и радости — ликование новобрачных, перья и роскошный лимузин, который увез Умберто и Лурдес в свадебное путешествие по Карибскому морю…

* * *

Через два дня после отъезда Умберто и Лурдес в сторону аэропорта отправились Вихия, Италия и Альваро. Они наконец–то дождались того момента, когда можно будет отдохнуть в свое удовольствие в сельве, на юго–западе Венесуэлы.

— Ты довольна, — Альваро смотрел на Италию через стекла солнцезащитных очков.

— Да. Наконец–то мы отсюда смоемся, — ответила Италия, — единственное, что меня мало радует, так это то, что Вихия едет с нами.

— Шут с ней, — ответил Альваро, — пусть.

— Сколько нам надо лететь?

— Часа три–четыре.

— Эй, поторапливайтесь, — сказала подошедшая незаметно Вихия, — Родолфо сказал что можно взлетать.

— Тогда полетели! — рассмеялся Альваро и они, подхватив свои сумки пошли к небольшому самолету со знаком «De la Huerta Industria».

Самолет выехал на взлетную полосу, развернулся и отправился на взлет…Оторвался от земли и начал свой полет. Грациозно и плавно…

А Валерио смотрел на это зрелище от здания аэропорта и надеялся, что его устройство сработает как раз над сельвой, потому что в Сан — Индепенсиа все готово к приему гостей…

* * *

Малена и Наталия сидели в гостиной и беседовали:

— Значит, от продажи «Сан — Рибадуро» у тебя останется неплохая выручка?

— Да, — ответила Малена, — в этом баре крутятся немалые деньги. Их я хочу пустить на создание своего дома моделей.

— Это же потрясающе! — воскликнула Наталия, — я с удовольствием помогу тебе. Я сейчас свободна как никогда, так что вперед. Давай пойдем в кабинет, позвоним Хосе Аугусто и займемся составлением сметы!

Сестры отправились в кабинет и засели там до потери пульса. За три часа к ним успели присоединиться Хосе Аугусто и Лилея. Все были увлечены работой. Дом мод представлялся Малене, как нечто грандиозное, одновременно классическое, но с неким налетом авангарда. Хосе Аугусто сидел за компьютером и проектировал интерьеры будущего дома мод. Наталия и Лилея в муках творчества составляли все бухгалтерские документы, необходимые для дома. Когда к ним пришла Сесилия — это уже было готовое предприятие, которое еще немного и можно пускать в производство.

Когда дело дошло до суммы, — она получилась внушительной, — почти сто тысяч долларов.

По сути своей приличная сумма, но у Малены, при осуществлении проекта по такой цене не оставалось денег на презентации, персонал и прочие сопутствующие открытию дома моделей вещи.

Все начали обсуждать этот вопрос — где найти денег.

В этот момент в кабинет вошел довольный Аугусто. Он услышал разговор о деньгах и сразу же сказал:

— Сколько?

— 450 тысяч долларов, — нашелся Хосе Аугусто, Малена взглянула на него с недоумением.

— Можете рассчитывать на полмиллиона, Альваро против не будет!

Как только Аугусто удалился Малена с ужасом сказала:

— Зачем столько то?

— А я тут подумал и решил, что если к первой презентации нам открыть магазины по всей Мексике, Аргентине, Бразилии, — сказал Хосе Аугусто.

— Может еще в Париже? — засомневалась Сесилия.

— На Париж еще останется, — уверил всех Хосе Аугусто, — надо готовиться! Едем в архитектурное бюро. Надо заказать чертежи.

Он вытащил дискету из компьютера, выключил его, и после этого все направились к выходу. Навстречу им вышел Аугусто. На него было страшно смотреть.

— Боже, что случилось? — спросила Наталия.

— Звонили из Каракаса. Самолет Альваро взорвался и упал в Сельву. Я снаряжаю поисковую экспедицию.

Раздался дружный вопль и все четыре женщины, Наталия, Малена, Сесилия и Лилея, рухнули хором в обморок.

* * *

Самолет Альваро летел над Сельвой. Италия и Альваро мирно беседовали, прилипнув к иллюминатору и лицезрея красоты природы.

— А что это за посёлок? — спросила Италия.

— Секунду, я посмотрю на карте, — сказал Альваро и потянулся за картой, — Сан Индепенсиа.

Внезапно мотор самолета слегка крякнул, потом самолет слегка тряхнуло.

— Что это такое, что происходит, — закричала Вихия.

— Все к выходу! — крикнул Альваро.

Самолет начал свободное падение, когда до земли оставалось метров двадцать Альваро, Италия и Вихия выпрыгнули из самолета и одновременно с этим прыжком раздался взрыв второго мотора.

Самолет разорвало на тысячи кусков — их раскидало на несколько метров в разные стороны…

Альваро пришел в себя. Он лежал на земле под раскидистым кустом. Удивительно, но на его теле не было ни единого синяка! Невдалеке от него под таким же кустом полулежала Вихия. Он подошел к ней и подал ей руку:

— Где Италия? — сказал он.

— Я здесь, — послышалось откуда–то сверху, — я на дереве!

Альваро и Вихия взглянули наверх — действительно! Италия сидела на ветке дерева.

— Я сейчас спущусь! Со мной все в порядке.

— Это странно, — произнес Альваро, — никаких серьезных повреждений, у меня складывается впечатление, что нас хотели поймать в ловушку.

— Что за глупости, — сказала Вихия, — я так не думаю. Надо идти к ближайшему населенному пункту.

— Секунду, надо сориентироваться, — сказал Альваро.

— Что там ориентироваться, — поселок там, — Италия указала направление, я видела его с дерева.

— Отлично, тогда пошли!

Они отправились в путь по лесу к поселку, который видела Италия. Вскоре они вышли к берегу реки. Вдоль берега широкой полосой тянулась дорога.

Довольные они пошли по дороге, а Италия запела.

Em canto negro rato conduziu descansos de brincadeira

Novamente nuclearу explosгo move braзos de бrvores.

Lasca de garrafas e pedras novamente queda em chгo

Eu construнa cidade de os e descansos de papel.

Olho, como este desnecessбri luz й,

Te olhas, aperfeiзoar yes, olhar e escutar meu delнrio

Te olhas como embaixo aperfeiзфo atй teto nuvens boiamos,

Te contavas de maneira que nгo acontece — Senгo eu vi lhe!

E apуs porta de meu medida chov quedas.

E em janelas sem copos amarel poeira abate

Obscuridades foram ida em calad espelho gemido

E chгo, curvava por cobra, sobe up.

Olho, como este desnecessбri luz й,

Te olhas, aperfeiзoar sim olhar around e escutar meu delнrio

Te olhas como embaixo aperfeiзфo atй teto nuvens boiamos,

Te contavas de maneira que nгo acontece — Senгo eu vi lhe!

(В углу серой мышью забились остатки веселья

Снова атомный взрыв шевелит ветки деревьев.

Снова падают на пол осколки бутылок и камни

Я построю город из них и обрывков бумаги.

Посмотри, как смешно расстилается этот ненужный свет,

Ты лучше смотри, да, смотри вокруг и не слушай мой бред

Ты лучше смотри как под потолком плывут облака,

Ты скажешь так не бывает–но я видела это сама!

А за дверью моего измерения падает дождь.

И в окна без стекол падает желтая пыль

Тени собрались в беззвучный зеркальный стон

И земля, извиваясь змеей, поднимается ввысь — порт)

— Откуда ты знаешь португальский, — спросила Вихия.

— Твой брат меня обучил, — ответила Италия.

— Успешно?

, — Альваро намеренно произнес — А разве не видно ее имя в португальском варианте «Выржинья», — ее обычно это бесило.

— (Черт! — порт)Теперь вижу, — прошипела Вихия, —

— А вот и поселок! — сказал Альваро

— Я вижу название, — сказала Вихия, — Сан — Индепенсиа, давай здесь останемся.

Вихия не заметила, как подозрительно посмотрели на нее Италия и Альваро.

14. Приключения в индейском посёлке

Италия, Альваро и Вихия вошли в посёлок Сан — Индепенсиа спустя полтора часа после взрыва самолёта. Поскольку весь багаж, что был с ними практически не пострадал, и его удалось отыскать достаточно быстро — местные жители с восторгом приняли троих людей с большой земли. Они остановились в маленькой гостинице под названием «Гремио», ее хозяином был дон Сесар Рекальо — симпатичный старикашка, который любит выпить пивка в местном баре «У Инаилли» — типичный представитель подобных поселков на Ориноко.

Инаиллия — хозяйка красивого бара на берегу реки. Молодая женщина. Она рано овдовела и теперь пустила свои корни в Сан — Индепенсиа…

А, и еще Рикардо Пуэрабло — местный колдун и знахарь, на которого сразу запала Италия. В первый вечер они просто смотрели друг на друга через стол, а потом начались танцы. Рикардо проследовал к Италии и произнес:

— Не соблаговолит ли сеньорита станцевать со мной?

— С превеликим удовольствием! — сказала Италия.

Они вышли на танцпол и начали медленный танец:

— Скоро Новый год, — сказал Рикардо.

— Какой ужас, придется встречать его здесь, — фыркнула Италия.

— Вам не нравится наш посёлок?

— Нет, почему, он очень мил, однако мне очень хотелось встретить Новый год на яхте, как мы собирались.

— Уверяю тебя, — Рикардо и сам не заметил, как перешёл на «ты», — тебе понравится.

— А мы давно на Ты?

— С этого самого момента, — сказал Рикардо и поцеловал Италию.

Сначала секунды три Италия анализировала, причем долго и упорно, скурпулезно раскладывая по полочкам только что случившееся событие. «Ну и Ну» подумала Италия, «мужики на меня липнут как мухи на мед, а я даже залететь не успела».

— Кстати об искусстве, — сладко протянула Италия и посмотрела на Рикардо глупым взглядом.

— Что ты сказала, — удивленно взглянул на нее Рикардо.

— Ничего, — сказал Италия, и рухнула в обморок.

Её перетащили в гостиницу, Альваро носился вокруг сестры как сиделка. Когда она пришла в себя, то первым делом увидела перепугавшегося Альваро…

А тем временем дон Сесар Рекальо вел разговор по телефону с неизвестной персоной:

— Да, Хозяин, они уже здесь. Нет, ни одной царапинки. И что. Ждать? Эта Италия загуляла с Рикардо. Как я смогу это сделать, у нее сегодня был обморок, похоже, что девушка беременна. Ну уж этого я точно вам не скажу. Хорошо, позвоню, когда будут новости…

ИЗ СТАРОЙ ТЕТРАДИ АЛЬВАРО

Я родился под конец Нового времени, незадолго до первых примет возвращения средневековья, под знаком Стрельца (в ночь с 31 февраля на 31 июня), в благотворных лучах Юпитера. Рождение мое совершилось ранним вечером в теплый июльский день- я помню, то что он был теплый, потому что все телки ходили вокруг инкубатора в одном белье, и температура этого часа есть та самая, которую я любил и бессознательно искал всю мою жизнь и отсутствие которой воспринимал, как лишение(еще бы- чем лицезреть красоток в манто, лучше смотреть на пленэр нудистов). Никогда не мог я жить в холодных странах, и все добровольно предпринятые странствия моей жизни направлялись на юг (особенно когда дело доходило до горизонтального общения в замкнутом пространстве три на четыре — в этом я был мастером). Я был ребенком благочестивых родителей(знали бы они!), которых любил нежно(нежность это такое растяжимое понятие) и любил бы еще нежнее(да, я их так любил, они наверное от ужаса скончались бы на месте если бы поняли всё сразу), если бы меня уже весьма рано не позаботились ознакомить с четвертой заповедью- с пятого года жизни все происходило без них, мои нежно любимые родители раздобыли у какого–то канальи крылья, улетели в неизвестном направлении, а меня в люльке подсунули в синагогу! Горе в том, что заповеди, сколь бы правильны, сколь бы благостны по своему смыслу они ни были, неизменно оказывали на меня худое действие (в десять лет я накормил раввина пургеном и после этого, он простив мне все грехи улетел следом за моими родителями); будучи по натуре агнцем и уступчивым, словно мыльный пузырь, я перед лицом заповедей любого рода всегда выказывал себя строптивым, особенно в юности(помнится однажды вечером сидел я на крыше- а снизу все чего–то бегали и суетились, лишь потом до меня допрело- они боялись, что я упаду). Стоило мне услышать «ты должен», как во мне все переворачивалось и я снова становился неисправим(Одна учил–ка по химии сказала мне что я должен знать химию на пять- после купания в ванной с олеумом она больше не говорила всякие глупости, да я больше и не помню ее после того случая с ванной- она орала как резанная). Нетрудно представить себе, что свойство это нанесло немалый урон моему преуспеянию в школе (Меня исключили за развратные действия по отношению к техническому персоналу). Правда, учителя наши сообщали нам на уроках по забавному предмету, именовавшемуся всемирной историей(он назывался так, а его настоящее название было- половое воспитание, мы проходили римских императоров и их оргии, одну из них мы даже инсценировали, после чего 6 преподавателей умерло от сепсиса), что мир всегда был ведом, правим и обновляем такими людьми(с ударением на такими), которые сами творили себе собственный закон и восставали против готовых законов, и мы слышали, будто люди эти достойны почтения (я их уважаю, не больше чем технический персонал); но ведь это было такой же ложью, как и все остальное преподавание, ибо, стоило одному из нас по добрым или дурным побудительным причинам в один прекрасный день набраться храбрости и восстать против какой–либо заповеди или хотя бы против глупой привычки или моды — и его отнюдь не почитали, не ставили нам в пример, но наказывали, поднимали на смех и обрушивали на него трусливую мощь преподавательского насилия(но я не был идиотом- у меня имелся календарь, с фоками наших учило без нижнего белья, когда этот календарь увидела директриса, с ней случился инфаркт и она отбросила рога и копыта)По счастью, еще до начала школьных годов мне удалось выучиться самому важному и незаменимому для жизни: мои пять чувств были бодрственны, остры и тонки, я мог на них положиться и ждать себе от них много радости(ах, как мы с ними шалили!!!), и, если позднее я безнадежно поддался приманкам метафизики и временами даже налагал на свои чувства пост и держал их в черном теле, все же атмосфера развитой чувственной впечатлительности, особенно по части зрения и слуха, никогда не покидала меня и явственно играет свою роль и в мире моего мышления, каким бы абстрактным этот мир подчас ни казался…

* * *

На следующее утро Италия и Витторио сидели на террасе и беседовали:

— Вы знакомы с философией Кастанеды? — удивился Рикардо.

— Да, — ответила Италия, — я давно увлекаюсь магией и различными сопутствующими ей штучками.

— Раз так, значит это вас заинтересует, — Рикардо удалился и через несколько минут вернулся с потрепанной книгой.

— Искусство сновидения? — удивилась Италия.

— Да, с дарственной надписью автора, — гордо сообщил Рикардо.

— Я хочу почитать, — загорелась Италия.

— Что ж, давай почитаем вместе.

— Т. е?

— Я никому не даю эту книгу в руки, — сказал Рикардо.

— Как пить дать врёт, — подумала Италия.

Они уселись в один шезлонг — Италия устроилась прямо на коленях у Рикардо и они приступили к чтению…

БЕЗУМНЫЙ СОН АЛЬВАРО

Она вставала рано утром и видела на балконе его грязные трусы. Они висели на балконе его квартиры — в доме напротив. Они познакомились в три часа ночи, когда вместе застряли в лифте на шестом этаже и им не пришло в голову открыть двери. Он вставал рано, делал упражнения по ритмической гимнастике на балконе, выпивал два литра молока и шесть галлонов хорошего апельсинового сока и уходил на работу — а работал он??? Об этом не упоминается???.

Она работала медицинской сестрой в психиатрической больнице и часто делала своему мужу массаж зубов золотой проволокой. После подобного ужаса, муж спал без задних ног в течение недели, что позволяло ей тратить его деньги в казино и ночных клубах.

После знакомства с НИМ Она стала мучить мужа раскаленным железом, напильником и кислотой, после чего ее муж скрылся в неизвестном направлении, оставив записку и чек на миллион долларов. В записке он написал:

" Улетаю в Норвегию.

Прости, но денег на пластического хирурга мне больше тратить не хочется…»

Она праздновала отъезд мужа шестнадцать лет, пока не закончились деньги. После она решила загулять с ним как следует. Но у него оказалась жена и шестеро детей. Жену она утопила в канализационном люке, а детей устроила официантами в лучшие бары города. После этого они поженились.

В их первую брачную ночь у них случился ужасный приступ. Она взяла его на красную постель и полила зеленой жидкостью, после чего он зацвел. ЭТО БЫЛО ВЕЛИКОЛЕПНО.

Он красил ее ноги своими руками, а ногами возбуждал ее собаку…

СОБАКА БЫЛА В ВОСТОРГЕ.

Она глотала его нежную плоть щипцами для маникюра, а он повреждал ее молочный верх сварочными инструментами.

ОБА УЖЕ БЫЛИ В ВОСТОРГЕ.

И В КАКОМ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Через год у них родился мальчик, потом девочка, потом мальчик, потом девочка… Это продолжалось в течении 62 лет. Вскоре она начала мучить его раскаленным железом, кислотой, напильником и красными трусами своей подруги…

После того, как они выполнили план местных детских домов, она внезапно обнаружила его грязные трусы, висящие на балконе. Они опять висели на балконе в доме напротив…

Потому что он ушел от нее, так как она оказалась… мальчиком с неясными наклонностями

* * *

Альваро и Вихия прогуливались по лесу в окрестностях посёлка. Они изучали окрестности с целью выяснения расположения взлетно–посадочной полосы, для того чтобы отправить заказ на самолет из Каракаса. Но в итоге они выбрели совсем в другое место…

— Альваро, смотри!

— Да это же индейский посёлок!

Они смело направились в направлении поселения индейцев, поскольку в свое время Инаиллия сообщила им, что в окрестностях Сан — Индепенсиа расположен поселок индейцев и его жители являются людьми мирными, хотя может она пошутила…и они окажутся каннибалами? Ну нет, это вам не Стивен Кинг!!! Вернемся к поселку.

Этим посёлком верховодит дон Эркамо Монтильо — старый колдун, знающий самого дона Хуана Матуса.

Они вошли в посёлок — на них даже не обратили никакого внимания. (практически никакого)…

Через три минуты они уже лежали связанные под деревом и их уже собирались сжечь…(шутка).

На самом деле, ими сразу заинтересовались, и, в итоге, Альваро уже спустя 10 минут во всю общался с доном Эркамо, а Вихия болтала с индейскими девушками о современной моде.

Во время беседы Альваро пришел к выводу, что дон Эркамо шаман — уж больно интересовала старика чистота ауры Альваро:

— Она очень чистая…, говорил старик, — это очень приятно, когда есть такая аура….

Альваро смотрел на него как на ненормального. Около часа Эркамо шаманил, а потом, выйдя из своего странного транса произнес:

— Я хочу, чтобы ты стал моим учеником. Я хочу обучить тебя всем премудростям, которые знаю, но учти, на это потребуется время…

— Что ж, пока не пришлют вертолет, все равно я здесь зависну, так что терять мне нечего, а до карнавала в Рио еще уйма времени. Пожалуй я соглашусь…

В сущности Вихии тоже скучать не пришлось. Вскоре она познакомилась с красивым молодым индейцем по имени Урбадо. Он был очень застенчивый, из разговора с девушками Вихия узнала, что Урбадо все еще девственник. Когда она его увидела…ей так захотелось потрогать….Вот шалунья!!!!

Поэтому как только смазливый индеец оказался на расстоянии интимной близости, Вихия перешла в наступление. До Урбадо только спустя час дошло, что Вихия решила затащить его к себе в койку…

В общем они так и зависли в поселке до позднего вечера. А вот Италии не удалось провести в обществе Рикардо достаточно времени, поскольку практически сразу, как они устроились в шезлонге на реке послышался шум. Прибежала Инаиллия:

— Италия, вас там ищут.

— Как это, — изумилась Италия.

— Вас разыскивают люди Аугусто де ля Уэрта, — сказала перепуганная Инаиллия, — это не колумбийский мафиози?

— Нет, это дедушка Альваро.

Инаиллия застыла:

— Самый богатый человек Латинской Америки?

— Он самый, — зевнула Италия, — вот радость то, теперь можно будет в усадьбу переехать.

— Это в ту, что на 15 километров выше по течению? — спросил Рикардо.

— Не знаю, мы не долетели туда.

В этот момент на террасу вошел Сесар в сопровождении двух мужчин:

— Какого черта? — возмутилась Италия.

— Ой…Простите сеньорита Италия, — перепугались мужчины, — а сеньор Альваро?

— С ним все в порядке.

— А где он сейчас?

— Не знаю, по моему они пошли в индейский поселок, — улыбнулась Италия, — и его съели.

— Мама…. — оба мужика рухнули без чувств на пол, а Сесар произнес:

— Они что, не знают, что наши индейцы самые мирные индейцы во всей Венесуэле.

— Я забыла им это сказать, — сказала Италия и расхохоталась.

И вот теперь ближе к вечеру, когда Италия забеспокоилась о Альваро, они с Рикардо направились в поселок, чтобы забрать оттуда Альваро и перевезти все вещи вверх по течению в поместье де ля Уэрта.

Войдя в поселок, Италия быстро нашла и Эркамо и Альваро. Они напару шаманили и бубнили себе под нос какую то чепуху. Невдалеке, на импровизированном подиуме сидели Вихия и куча местных жительниц, они, вооружившись кучей разных швейных принадлежностей готовились к суперпоказу индейской моды. Зрелище обещало быть потрясающим…

Италия подошла к Альваро:

— Ну как тебе здесь?

— Лучше чем описано у Кастанеды.

— А я…

— Влюбилась в Рикардо? — я сразу догадался, мы же умеем читать мысли друг друга…

— Не правда, это удается только тебе! Зато предки больше не беспокоятся. Тут приехали два амбала от дона Аугусто. Я их до инфаркта довела.

— Что ты им сказала, — испугался Альваро.

— Заявила, что тебя съели индейцы, они после этого рухнули в обморок.

* * *

А в доме де ля Уэрта продолжалась всеобщая истерика. Лилея и Сесилия сидели на диване и громко выли, при этом покуривая. Аугусто нервно ходил из стороны в сторону, а Хосе Аугусто и Ирма качались на люстре. Когда люстра наконец–то упала и двое ненормальных ускакали в сад, вытье прекратилось. Запищал сотовый телефон Аугусто:

— Да, я слушаю. Неужели. Что ж рад за ваши головы, — он положил трубку, — с ними все в порядке.

В гостиной раздался всеобщий вздох. Кого–то даже вырвало (шутка).

* * *

А тем временем в одной из палат больницы Красного креста бился в истерике Витторио. Он узнал о том, что случилось с Италией и сильно расстроился — его мучил из–за этого кровавый понос шестые сутки. Он очень хотел ехать спасать Италию, но Хулия и Фернандо постоянно следили за ним. Они даже послали в аэропорт его фото, чтобы ему не продали билет в Каракас. А закончилось все это вот чем. Однажды вечером в его палату, подобно утреннему мочеиспусканию явилась сама Аньези:

— Вито, собирайся, мы сегодня же уезжаем в Детройт. Я уже уладила все разногласия с твоим врачом.

— Мама!

— Замолчи, тебе нельзя нервничать, а Хулию я сама предупрежу.

— Мама!!

— Замолчи, тебе нельзя нервничать…Так, твои вещи я собрала…

— Я никуда не поеду.

— А я разве собираюсь спрашивать твое мнение относительно Детройта? Святая простота. Ты поедешь!

Витторио не удалось спасти от матушки — Хулия приехав в больницу, узнала, что Аньези увезла Витторио в неизвестном направлении.

* * *

Да вообще–то в этот вечер в дрожи било весь Мехико. Вот например Ардо, уставший от того, что ему с Лили приходится постоянно прятаться явился домой к Максу и устроил скандал. Само собой победу одержал Ардо и под грохот аплодисментов он выставил Макса прочь. Макс долго кричал, но деваться ему было некуда…

* * *

Эдуардо, которого прогнали со свадьбы и, в сущности, оставили без смысла существования долго пребывал в странном состоянии нежелания. Ему попросту не хотелось жить. Но потом он понял, что станет смыслом его жизни в дальнейшем. Он стал одержимым идеей мести. Об этом он и решил сообщить Малене. Он поймал ее у ворот дома и сказал:

— Какая знакомая картина…

— Кажется вспоминаю, теперь когда тебя сюда не пускают, — усмехнулась Малена, — даже и пищать не можешь, а подбегаешь только чтобы угрожать. Как смешно, это похоже на сериал!

— Смейся дальше, только вот как бы потом не стало страшно!

— Ох, как напугал, я аж описалась на асфальт от ужаса. Что ты сможешь? У тебя ведь даже денег нет.

— Это мы еще посмотрим, — процедил Эдуардо.

— Я бы на твоем месте умотала в Аргентину к мамочке.

— Иди ты к черту!

— Ты же пришел угрожать, почему ты вдруг посинел?

— С тобой пообщался, — крикнул Эдуардо и удалился.

— Как мило, — произнесла про себя Малена.

Она пробралась в дом. В гостиной она встретила Наталию:

— Привет, угадай кого я сейчас встретила?

— Не знаю. Вихию и Альваро нашли. С ними все в порядке.

— Ну и слава богу. Я сейчас видела Эдуардо и он мне угрожал! — сказала Малена и расхохоталась.

* * *

Валерио, узнав о том, что Италия жива, срочно отправился в Каракас. Ему нужно было во что бы то ни стало найти и уничтожить ее. Он ожесточенно искал ее по всей Венесуэле, пока наконец не напал на ее след. Этот след вел в сельву Амазонки…к индейскому поселку дона Эркамо…

В течение этого периода в Мехико уладилось несколько старых проблем. Стало поспокойнее. Во–первых, Хосе Аугусто и Катрина помирились и простили Ирму, потому что она исправилась. Она даже познакомилась с молодым человеком по имени Фабиан. Постепенно Ирма влюбилась в него. В общем, довольны остались все!

15. В огне

Альваро и Италия отдыхали у бассейна. Они блаженно растянулись в шезлонгах и млели от лени. Альваро произнес:

— Как продвигается твой роман с Рикардо?

— Пока нормально, я от него еще не устала.

— А от Дионисио ты устала сразу же?

— Ну как тебе сказать…Через пять минут после его прихода. Мы долго сидели и рисовали друг другу иллюзии, но потом я в них сама запуталась. Это забавно.

— Ну…это тебе самой решать, — заявил Альваро, — кстати, а ты не беременна от Рикардо?

— Что ты, — Италия прямо застыла на месте, об этом она не подумала, а это вполне возможно. Надо быть осторожной…Надо было хотя бы предохраняться! Вот дура! Что будет если я забеременею!

Италия встала из шезлонга, скинула халат и рухнула в бассейн. В этот момент на территорию усадьбы вошла интересная процессия. В ее главе шли Вихия и Урбадо. Когда они приблизились к бассейну Альваро сказал:

— Что случилось?

— Дон Эркамо хочет провести церемонию посвящения, сегодня вы получите статус шамана, — торжественно произнес Урбадо.

— Замечательно, — сказал Альваро, — я только переоденусь.

Через тринадцать минут Альваро вылетел из особняка в своем парадном черном костюме. Они направились к поселку. Процессия торжественно прошла через Сан — Рибадуро и отправилась к поселению дона Эркамо. Весь процесс посвящения занял почти 6 часов, и все празднества, связанные с этим событием должны были начаться сразу после посвящения…

— Ну и как тебе это все?

— Потрясающе, — сказал Альваро Италии, — лучше и нельзя было придумать!

— Скоро поедем в усадьбу.

Они прошли мимо, совершенно не заметив, как из–за кустарника высунулся…Валерио. Он проскочил за двумя хижинами. В его руках была большая сумка, из нее он достал небольшой ящик и установил его прямо возле одной из хижин, слегка усмехнувшись:

— Твое счастье, Италия, сгорит вместе с этим поселком и тобой…

Он скрылся в зарослях и установил еще один ящик на противоположном конце поселка.

* * *

Витторио вернулся в Мехико отдохнувший и пришедший в себя. Паралич прошел и теперь стоило задуматься об устройстве собственной личной жизни. Ненормальная мамочка не приехала с ним вместе из Детройта, хоть это обстоятельство его радовало. В аэропорту он случайно столкнулся с не знакомым ему человеком. Он случайно налетел на него:

— Ой, извините меня пожалуйста… — произнес Дионисио (а это был он)

— Что ж вы извиняетесь, это же я налетел на вас, — сказал в ответ Витторио. В общем они разговорились, обнаружили, что у них есть масса общих знакомых и Витторио, как бы невзначай, рассказал Дионисио о своих отношениях с Синтией и Италией, а сам Дионисио в этот момент размышлял на более странную тему. Он также как и Италия влюбился в Витторио с первого взгляда…

А в этот момент в доме де ля Уэрта происходила небольшая вечеринка. Наталия и Малена отмечали окончание работы над первой коллекцией дома мод Малены де ля Уэрта. Вся коллекция была создана за месяц, но уже многие представители высшего света оценили труды сестер и даже намекали на высокий профессионализм. Действительно, Малене был трудно отказаться от своей постоянной профессии…Но вот этим обстоятельством и собирался воспользоваться Дионисио на презентации…

* * *

Альваро, Рикардо, Италия и дон Эркамо устроились в укромном месте на окраине поселка. Они потягивали вино из небольших сосудов и беседовали:

— Я обещаю приехать к вам снова, — сказал Альваро.

— Это радует, я сразу уловил твою необычность и теперь не упущу возможности обучить тебя всему. Пока что ты умеешь самую малость.

— Мне особенно нравится это, — Альваро стрельнул взглядом по ветке дерева, она вспыхнула и упала на землю.

— Нельзя использовать магию для глупости, учит Дон Хуан, — сказал Рикардо.

Вполне возможно, что они бы так беседовали до потери пульса, но в этот момент возле двух хижин, находящимся по углам поселка раздались два мощных взрыва, огонь мигом охватил соседние хижины и хранилища для пищи и угля. Огонь медленно подбирался к складу угля:

— Вихия и Урбадо возле хранилища угля! — закричал Рикардо, и они с Альваро бросились к хранилищу, а дон Эркамо начал читать заклинания.

Вихия и Урбадо действительно спрятались за хранилищем угля. В этот момент Вихия считала, что вот он случай, сейчас она полюбится с Урбадо всласть, но тут раздались два взрыва. Двое быстро обернулись в направлении взрыва:

— Надо бежать!

— Вихия! — раздались невдалеке крики Альваро. Пылал огнем уже весь поселок.

— Мы здесь! — крикнула Вихия.

— Беги сюда, — раздался крик Рикардо.

Вихия и Урбадо бросились на крик, они побежали сломя голову и вот тут то и взорвался угольный склад. Взрывом Вихию отбросило на несколько метров в сторону, а Урбадо облило огнем, словно водой. Пламя моментально охватило его и Урбадо побежал…

— Урбадо!!!!!!!!!!!! — заорала Вихия.

Урбадо пробежал через весь поселок и упал у выхода из него. Когда до его тела добежали оставшиеся в живых соплеменники, он уже представлял собой обгоревшие останки. Альваро подбежал к бившейся в истерике Вихии.

— Вихия, с тобой все в порядке? — он схватил ее в охапку и обнял, а она продолжала рыдать и кричать:

— Урбадо, я не хочу жить без тебя…

— Все в порядке, Вихия, мы сейчас поедем домой.

Поселок сгорел дотла. Италия и Рикардо ждали Вихию и Альваро у машины. Вихию все еще трясло, и она повторяла:

— Мы с Урбадо любили, а потом он сгорел… — она постоянно теребила кольцо на пальце. Это странное кольцо появилось у Вихии до поездки в сельву. Она нашла его, когда следила за Альваро, возле дома Италии…

БЕЗУМНЫЙ СОН АЛЬВАРО:

ПОСЛЕ СЛУЧИВШЕГОСЯ ЕМУ ПРИСНИЛОСЬ НАЧАЛО СТРАННОЙ ПЬЕСЫ. ОН ДАЖЕ ЗАПИСАЛ ЕЕ В СВОЕЙ СТАРОЙ ТЕТРАДИ.

АКТ 1.

19.00

«Стильная квартирка» Августа № 13. Обычная квартира- на полу стильный ковер, на стенах стильные обои, стильная мебель, крутая техника. Прямо- громадное окно, из него еле заметен вид на город. Вид на город в течение всей пьесы меняется. В 1 акте это Прага. Направо от Окна, вход в спальню, который, к сожалению, загорожен стильным сервантом. С правой стены находится вход в прихожую. По левой стороне — вход на кухню, туалет и ванную комнату.

Из ванной выходит Август, голый, прикрываясь листом фанеры, из его рта торчит зубная щетка, он проходит через комнату и входит в спальню. Через некоторое время оттуда слышны душераздирающие крики, потом крики стихают. Опять тишина. Внезапно сцену оглашают громкие звуки. Август включил Rammstein на полную громкость музыкального центра, потом Август сам появляется в комнате, он тащит сверток с телом и недовольно кряхтит.

АВГУСТ: Во жаба, отожрала себе формы.

Август выносит тело на балкон, зритель видет его, стоящего на балконе, как он кидает тело. Как только он кидает тело, раздается баллистический удар и громкий взрыв. Август входит в комнату.

АВГУСТ: Улетела…Хорошо жить на 26‑м этаже, я уже дома, а она еще летит. Как мне все это надоело. Жабы сменяются как кадры в кинохронике, а я так никак и не удовлетворился. Все, надо завязывать с гетеросексуализмом — надо искать новые формы… Где мой словарь–справочник?

Август уходит, его некоторое время нет. Вскоре он появляется со справочником в руках и удаляется в туалет. Далее в течении двух минут, паузами в несколько секунд из туалета раздаются звуки.

ГОЛОС АВГУСТА: Вот это да!

Ничего себе!

А он как сюда попал!

Мама родная!

Через некоторое время звуки прекращаются, а Август выходит из туалета уже не голый, а в вечернем костюме, он светится…Звонок в дверь. Август застывает посреди комнаты и громко кричит.

АВГУСТ: Хламида в лимонаде!!!

Из серванта выходит Хламидомонада, подходит к Августу, ударяет его кулаком и пинает.

ХЛАМИДОМОНАДА: Какая я тебе к черту лимонада?

АВГУСТ: (Поднимаясь) Дура, старая корова!

ХЛАМИДОМОНАДА: За дуру ответишь, а старая корова мне нравится!

АВГУСТ: Открой дверь, звонили.

ХЛАМИДОМОНАДА: Правда? Я ничего не слышала!

АВГУСТ: Я сказал — иди и открой.

ХЛАМИДОМОНАДА: Хорошо, хорошо. Разворчался тут. Кстати, тебе завтра надо с утра в университет?

АВГУСТ (позеленел) ИДИ ОТКРОЙ ДВЕРЬ!

Хламидомонада убегает. В прихожей раздаются выстрелы, бьется посуда, слышны поросячьи визги, детский плач, звук смыва бачка в туалете. Август стоит задумавшись.

АВГУСТ: К чему бы это?

Через некоторое время дверь открывается, входит Перфоратор, он тащит тело Хламидомонады.

ПЕРФОРАТОР: Ты не знаешь, кому понадобилось на нее нападать?

АВГУСТ: А что случилось?

ПЕРФОРАТОР: Ее всего лишь застрелили.

АВГУСТ: Ах, какая радость, теперь я не буду слышать, а главное видеть эту старую обезьяну, этому гаду надо поставить памятник!

ПЕРФОРАТОР: Вообще–то она живая.

ХЛАМИДОМОНАДА: Да, такую сволочь как я нелегко убить.

Хламидомонада с душераздирающими криками кидается на Августа, тот с не менее душераздирающими криками бросается прочь в спальню, однако Хламидомонада и Перфоратор бегут за ним. Из спальни слышны крики, визги, звук работающей бензопилы.

КРИК АВГУСТА: ПОМОГИТЕ, сволочи!

* * *

На следующий день они уезжали в Каракас. Альваро решил не медлить и показать Вихию специалисту по психиатрии. Единственная неприятность, если конечно не считать пожар в поселке и гибель почти всего населения, это было то, что Рикардо не смог уехать вместе с Италией, но он обещал приехать в Мехико, как только появится возможность. Они стояли возле вертолетной площадки и в течении полутора часов пытались попрощаться. Не буду описывать подробности этого прощания, если вы забыли, то я напомню — НЕНАВИЖУ ТРАХОДЕЛИЧНЫЕ ПОДРОБНОСТИ!

Когда вертолет вылетел в Каракас Рикардо долго стоял и смотрел на него. Он знал что ему не быть с Италией, это предсказал ему дон Эркамо еще до приезда Италии в Сан — Индепенсиа. Теперь Рикардо ждал своего карающего ангела…

Валерио долго следил за сценой прощания и размышлял. Не стоит пока что, надо лететь в Мехико и гадить…

16. Выяснения отношений

Альваро вошел в комнату Вихии в сопровождении симпатичного молодого человека:

— Сеньор Куралья, это моя сестра Вирхиния, она пережила серьезный шок, я надеюсь, вы оправдаете ваш гонорар.

— Я постараюсь, — ответил ему Альберто.

— Превосходно, — заявил Альваро, — я уезжаю к Италии, а вы останьтесь здесь и постарайтесь установить контакт с моей сестрой, — Альваро вышел из комнаты.

— Здравствуйте, — дружелюбно произнес Вихии Альберто — меня зовут Альберто Куралья.

— А меня Вирхиния де ля Уэрта, — равнодушно сказала Вихия, — идиотское имя, не правда ли?

— Ничего подобного, у вас очень красивое имя.

— Вы мне льстите, — сказала Вихия.

— Ничего подобного. Не хотите поделиться со мной своими переживаниями?

— А что, это разве кого–то кроме Альваро и Италии интересует? Мама готовит свою коллекцию, бабушка мне не верит. Я несчастна…

— Что ж, мне придется доказать вам обратное.

— Как?

— Из–за чего произошел ваш нервный срыв?

— А разве брат вам не сказал? — Альберто заметил, что в интонации голоса Вихии произошли некоторые изменения.

— Он предупредил меня, — начал Альберто, но Вихия его перебила:

— Что я хотела просто потрахаться, но в самый последний момент моего партнера подпалили, даже небеса против меня.

— Это ничего не значит.

— Почему? — изумилась Вихия.

— Вот поэтому, — Альберто подошел к Вихии, прижал к себе и страстно поцеловал. С его стороны это был просто оригинальный ход, как врача, а Вихия подумала что это серьезно и ее желание жить и гадить к ней как бы невзначай вернулось…

* * *

А Альваро тем временем приходил в себя в обществе Италии. Они сидели на террасе и мирно покуривали:

— Знаешь, а Витторио снова объявился. Даже меня домогался, — сказала Италия.

— И что ты.

— Ну я конечно лишних надежд ему не подавала, но и не прогнала.

— Зачем ты это сделала?

— Хочу поиграться. Разве мне нельзя сделать с ним то же самое, что он сделал со мной?

— На мой взгляд вполне резонно, но я все равно не понимаю, тебе это доставит эстетическое удовольствие?

— Не только, — вскинула вверх брови Италия, — я боюсь…что мы с Рикардо не будем вместе.

— С чего ты это взяла?

— Предсказал дон Эркамо.

В этот момент у калитки остановился автомобиль Витторио.

— О, вспомнишь дерьмо, вот и оно, — сказала Италия, — игрушечка идет!

Витторио прошел по тропинке и вошел на террасу:

— Здравствуй, — многозначительно шаблонно сказал он.

— Хай! Позволь представить тебе моего брата — Альваро де ля Уэрта.

— Очень приятно, — исказился Альваро и пожал лапку Витторио.

— Мы можем поговорить?

— Пожалуйста, говори, — спровоцировала Витторио Италия, похоже она уже вошла во вкус, про себя издеваясь и смеясь.

— Можно мне прийти сегодня вечером?

— Не знаю…буду ли я сегодня дома…

— Мы вроде собирались в театр, — вставил Альваро фразу для большего накаления ситуации. Он долго соображал нравится/не нравится ему Витторио. И тут Альваро решил! Но решение ушло и сдохло за углом. Какое оно странное, подумал Альваро и снова закурил. Они так и стояли как истуканы и говорили всякие глупости. Потом, когда говорить надоело, они начали думать глупости. И так до половины второго ночи.

* * *

Лурдес решила позвонить отцу и уладить наконец все разногласия с ним. Она набрала номер и задумалась:

— Алло! Папа это ты?

— Да это я, — ответил Эстебан после минутной паузы.

— Ты меня узнал?

— Да….к сожалению.

— Ты придешь на презентацию дома мод де ля Уэрта?

— Какой дом мод, что за чушь?

— Мать Умберто открыла дом моделей, она никакая не шлюха.

— Но Дионисио…

— Больше его слушай!

— Ладно, я подумаю, — сказал Эстебан.

Пока Лурдес беседовала с Эстебаном. К сидящей в гостиной Лилее подошли Хосе Аугусто и Катрина. Они попросили у бабушки благословения, которое само собой получили и сказали, что требуется помощь по организации свадьбы. Тут уже подскочила Лурдес и приняла активное участие в создании свадебной церемонии. Потом во все это безобразие втянули уставших на работе в доме мод Наталию и Малену, ведь свадебное платье должны были шить именно они. Короче говоря, праздник продолжался. Вихия продолжала сидеть у окна, и единственный кто приносил ей радость прибегал ненадолго. Она заставляла его любить себя, постепенно все сильнее и сильнее. Образовывалось чувство, которое потом будет не уничтожить, не размыть, от него не сможет не остаться следа. И похоже Альберто понял, что ему придется принести себя в жертву этой пациентке, а Вихия даже не понимала, что она постепенно коверкает жизнь молодому психоаналитику…

* * *

Витторио возвращался домой около трех часов ночи. У двери его ждала Синтия:

— Мой пупсик… Она сразу схватила его за Таз и попыталась втащить в дом.

— Не трогай меня, — крикнул Витторио и вспомнил, что мама в Детройте и спасти его некому.

— Ну что ты, опять щекотки забоялся, мой сладенький, — противно продолжила Синтия.

— Отстань!

— Ни за что! — Синтия впилась губами в Витторио, а он что–то начал орать ей в рот. Он вырвался из ее объятий и бросился к машине.

— Как ты можешь? — закричала Синтия. Ответом на ее крик был звук отъезжающей машины.

* * *

Макс держал в руке бейсбольную биту. Он стоял возле квартиры Ардо и долго трезвонил. Ардо дома не оказалось. Дверь открыла Лили. И сразу же на нее обрушился сильный удар по голове битой. Обезумевший Макс бил с остервенением повторяя:

— Не моя, так и ничья!

И продолжал бить ее. Лили громко кричала, но похоже все соседи хором повесились или просто уснули, все таки три часа ночи… Два удара пришлось в живот, четыре по голове, от одного мощного удара Лили подбросило вверх и она безжизненно рухнула на пол за диваном, а Макс продолжал кричать:

— Не моя так и ничья…

Лили еле двигалась, а Макс продолжал бить ее. Внезапно сверху раздались крики соседей. Наконец–то подумала Лили. Макс схватил ее за шиворот, но потом передумал и бросил ее тело на пороге квартиры…

Умберто заехал за Лили утром на следующий день. Он обещал забрать ее на презентацию в восемь часов. То, что он обнаружил в квартире Ардо повергло его в глубокий шок. Вся мебель, все было перевернуто и посреди этого разгрома лежало безжизненное тело Лили. Перепуганный Умберто срочно вызвал «Скорую помощь» и Лили вскоре увезли в клинику. Ардо пришлось срочно вернуться из Гвадалахары — и он оказался прямо у постели Лили, у которой в результате побоев произошел выкидыш и слегка помутился рассудок. Ардо был абсолютно уверен в причастности Макса к этому, но подтвердить этого Лили не могла, поскольку от шока потеряла речь…

* * *

По окончанию шоу Малены де ля Уэрта все гости быстро отправились на грандиозный фуршет, который в подарок дочери организовала Лилея. Все сходились во мнении, что первая коллекция Малены — это грандиознейшее открытие в мире моды. Кульминацией вечера стало появление представителя дома Диор и произнесенное им вслух предложение о сотрудничестве.…Это был абсолютный успех. Его не испортило появление Дионисио и даже Эдуардо ничего не смог испортить. Малена наконец–то осознала, что она нужна этому миру…

* * *

После презентации Альваро направился прямо к Италии. Ему не терпелось рассказать сестре об успехе матери и тети. Хотя если не скрывать эмоции, то Альваро недолюбливал Малену, неизвестно почему, но все же. Он ехал в машине и размышлял над этим вопросом долго и упорно, однако никакие размышления не приводили его к нужному результату. А вот и заветный домик с садом. Альваро неслышно выскочил из своего автомобиля, и к своему ужасу обнаружил там же автомобиль Витторио:

— Этот слизняк опять здесь, — сказал Альваро.

Он проник в сад и вошел на террасу:

— Попались!

Италия и Витторио целовались. Италия про себя отметила, что Альваро возник как нельзя вовремя. Очень удачно спас ее от объятий:

— Ты не вовремя, — буркнул Витторио.

— Неужели? — притворно изумился Альваро, — Италия скажи своему другу, что я могу появляться у тебя, когда захочу…

— Сожалею, но это действительно так, — сказала Италия.

— Ты расстроился? Тебе принести Сникерс? — еще более противно и притворно сказал Альваро.

Витторио в ответ только зафырчал про себя.

— Я же так и заревновать могу! — сказал он.

— Ой, — подскочила Италия, — неужели ты думаешь, что мы с Альваро пойдем на…

— Кровосмешение, — смачно выпалил Альваро, — я похож на маньяка? Если так то у меня есть Вихия!

17. Серьезная проблема

Тем временем в Сан — Индепенсиа…

Рикардо собрался ехать в Мехико. Они встретились с доном Эркамо возле лодочной станции:

— Вот видите, я еду на встречу с ней. Ваше предсказание не сбылось.

— Нет, мой дорогой Рикардо, мое предсказание сбылось наполовину. Или ты считаешь появление мужа Италии случайностью.

— Он какой–то странный, появился сразу после ее отъезда…

— Вот это тебе точно нужно выяснить, мой дорогой Рикардо, — похлопал его по плечу дон Эркамо, — и передай привет Вирхинии и Альваро.

— Обязательно, — ответил ему Рикардо и отправился к лодке.

Дон Эркамо долго смотрел вдаль удалявшейся моторке и думал. Ему представлялся этот странный муж Италии, вот уж не думал, что она выбрала себе человека С ТАКИМ ЧЕРНЫМ полем, к тому же, Мауро очень не понравился дону Эркамо. И, если учесть столь странное исчезновение Мауро, то получается совсем странная картинка. Где этот ангел нашел себе этого дьявола. Внезапно, дон Эркамо услышал шум и стрельбу. Он бросился в поселок. Вокруг гостиницы Сесара стоял отряд колумбийских партизан под управлением Алесберто Гонсалеса, известного террориста и убийцы. Внутри гостиницы творилось нечто невообразимое. Было слышно как Алесберто кричал на Сесара, а потом раздались выстрелы. Все было кончено. Алесберто выскочил на террасу и увидел дона Эркамо:

— О, поклонник Кастанеды и погорелец! Взять его, давно мечтал о персональном шамане!

— Есть! — раздалось в отряде. Группа бандитов развернулась и направилась в сторону дона Эркамо.

— Не сметь! — закричал дон Эркамо, но на его устрашающие крики партизаны не обратили никакого внимания. Они быстро пленили несчастного индейца и быстро приволокли его к Алесберто:

— Значит, здесь была толпа толстосумов и я даже не знаю об этом!

— А тебе и не нужно этого знать! — резко ответил ему Эркамо.

— Нехорошо себя так вести с властелином Амазонии. Это были владельцы поместья, в которое мы никак не можем проникнуть?

— Даже если и так, то что?

— Моему отряду нужно оружие и на него требуются бабки!

— А не прийти ли тебе к себе в Колумбию? Обратно.

— Ах ты старый гад! Эркамо, будешь работать у меня. Мой персональный шаман. Мы уходим!!!

Дона Эркамо связали и увезли с собой. Вскоре из убежища повыбрались местные жители. Перепуганная Инаиллия пересчитывала поголовье…И она не досчиталась дона Эркамо, уехавшего Рикардо и…мужа Италии, который исчез так же загадочно, как и появился.

* * *

А Рикардо тем временем, ничего не подозревая, поселился в гостинице в Каракасе, поскольку рейс в Мехико был на следующий день. Прежде чем принять душ он решил позвонить Альваро. Сначала он набрал номер де ля Уэрта. К телефону подошла как ни странно Вихия:

— Да я слушаю.

— Добрый день. Сеньора Альваро пожалуйста.

— Он сейчас подойдет, — сказала Вихия и крикнула Лилее, — бабушка, Альваро к телефону, — и потом снова в трубку, — а кто его спрашивает?

— Рикардо Пуэрабло.

— Рикардо! Это Вихия!

— Привет Вирхиния!

— Привет, привет! Как жизнь?

— В Сан — Индепенсиа вроде все хорошо. Дон Эркамо передавал тебе привет.

— Прекрасно, а вот и Альваро, — сказала Вихия и передала трубку Альваро. А потом, буйно радуясь, убежала наверх. Общение с Альберто привело ее в нормальное состояние. Если не считать фанатичной влюбленности в самого Альберто. Недавно Вихия пронюхала о романе Ирмы с Фабианом. Она очень долго поздравляла сестрицу с этим событием. Она всерьез за нее радовалась.

— Альваро, — сказал Рикардо, — знаешь, кое–что все–таки случилось.

— Интересно, что же? — спросил Альваро.

— В поселке появился мужчина, — сказал Рикардо. Сзади него тихо приоткрылась дверь в номер из коридора, — он представился мужем Италии.

— Мужем? У нее нет никакого мужа!

— Как это нет.

— Очень просто. Ардо развелся с ней больше чем 9 месяцев назад, а больше она ни за кого не выходила..

— Странно, — удивился Рикардо. Из–за двери появилась рука в черной перчатке. Человек сжимал в руке пистолет, внезапно он случайно стукнул по двери, — он назвал себя Мауро…Что там происходит? Кто это? — Рикардо обернулся, — Боже…, — он выронил трубку из рук. Раздалось четыре выстрела с паузами в две–три секунды.

— Рикардо! Алло! Алло! — кричал Альваро.

— Что случилось? — на крик прибежала Вихия, — что случилось с Рикардо?

— Мы беседовали, но тут раздались выстрелы, и связь прервалась…

— Надо позвонить в отель! — осенило Вихию.

— Правильно! — Альваро быстро начал набирать номер отеля в Каракасе, — Алло. Вас беспокоят из Мехико, сеньор Альваро де ля Уэрта. Я беседовал с Рикардо Пуэрабло из номера 314, но раздались выстрелы, и связь прервалась. Вы не сообщите, что случилось? Что? Я могу подождать.

— Ну что там? — спросила Вихия.

— Они сказали, что сейчас забегут в номер. Да, что, он…нет, этого не может быть! Застрелен? Я выезжаю. Буду в Каракасе к вечеру.

— Что случилось с Рикардо? — перепугано спросила Вихия.

— Его застрелили…Он мертв, — упавшим голосом сказал Альваро, — я еду в Каракас. Италии ни слова. Сделай все, чтобы она сошлась с Витторио.

— Но…

— Ты нужна здесь, а я поеду выяснять. Рикардо говорил, что в поселке появился какой–то Мауро, представившийся мужем Италии.

— Бог мой, кто это мог быть.

— Наверное тот, кто поджег поселок.

* * *

Дионисио сидел в своей квартире и скучал. Его мучила обстановка, одиночество, отсутствие друга… Вдруг, как кокос по башке, появился Валерио:

— С чего это ты вдруг появился в моем холостяцком убежище?

— Я соскучился, — соврал Валерио, — я просто долго думал. Ты хочешь помочь мне в одном хорошем деле.

— Смотря в каком.

— Я хочу уничтожить Италию. Она меня отвергла.

— А меня использовала, — сказал Дионисио, он подумал, что можно помочь, но он собирался преследовать совсем другую цель…

* * *

Альваро добрался до Каракаса ближе к вечеру, но там делать было нечего. Полиция уже увезла труп Рикардо, а результаты баллистической экспертизы должны были быть готовы ближе к концу следующей недели. Вот сраные мучачачос венесуэльские, ничего делать нормально не могут. Он долго называл их неприличными словами вроде жопы с ручкой и пучки спаржи неотцветшие и прочее. Ну да ладно. До дорогого ему поселка он добрался только к часу ночи. Слава богу, не пришлось ехать в поместье — Инаиллия не спала:

— Что у вас тут случилось? — сразу же спросил Инаиллию Альваро.

— Много чего. Сначала появился этот Мауро. Он долго зависал с Рикардо, а потом пропал, как будто его и не было.

— А как он представился?

— Мауро Корнесан. Мужем Италии Масьерно Корнесан.

— Что за чушь! У нее никогда не было мужа с таким именем. Как он выглядел?

— Обычно. Я не особо хорошо его бы описала, у меня очень плохая зрительная память, это проще спросить у дона Эркамо, но это невозможно.

— Почему?

— В день отъезда Рикардо на поселок напали колумбийские партизаны. Отряд Алесберто Гонсалеса. Они похитили дона Эркамо.

— Вот карамба! И это все, надеюсь?

— Нет. Еще Алесберто застрелил Сесара, за то, что он его не предупредил.

— О чем?

— О том, что сюда приезжали вы. Он давно мечтал поживиться в вашем поместье.

— Значит, он назвал себя мужем Италии?

— Да.

Что ж, подумал Альваро, уже два очка не в пользу Витторио. Ведь он не сможет доказать, что действительно был в Детройте. Но кто тогда убил Рикардо, Витторио оказался в Мехико одновременно с нами. Однако это реально, мне удалось же добраться сюда за каких–то 12 часов… А самолетом напрямую тут только часов 5 не больше.

— Инаиллия, а давно на поле кто–нибудь садился?

— В смысле на самолете?

— Да.

— Не знаю, надо посмотреть.

— Съездишь со мной завтра утром?

— Хорошо. Только сейчас мы пойдем спать. Я постелю тебе в комнате Сесара.

На следующее утро они посетили летное поле и обнаружили там свежие следы спортивного самолета. Альваро окончательно укрепился в уверенности, что все это дело рук Витторио…

* * *

Лили пришла в себя после долгого пребывания в полукоматозном состоянии. Но вместо Ардо перед ней возник Макс. Пока Ардо бегал за гамбургерами Макс решил заскочить в палату Лили и предупредить ее:

— Если пикнешь, что это я — приду и теперь убью вас обоих, — сказал он и удалился. А Лили так и осталась в полуобморочном состоянии, а голос к ней так и не вернулся. Она была абсолютно уверенна в том, что как только заговорит — сразу же выдаст Макса властям.

* * *

Ирма и Фабиан завезли Вихию к Италии и ехали домой. Неожиданно у машины лопнуло колесо. Пришлось остановиться и поменять колесо. Ирма и Фабиан выбрались из машины. Фабиан начал колдовать вокруг колеса, а Ирма закурила. Тут из темноты возникли три фигуры. Они быстро приближались. Ирма следила за ними совершенно спокойно, ведь у нее в сумочке имелся пистолет.

— Какая телка! — сказал один.

— Да, ничего формы! — отозвался другой.

— Только не про твою честь эти формы, — встрял в это обсуждение Фабиан, возникнув из–за автомобиля, держа в руках тяжелый баллонный ключ.

— А кто тебя будет спрашивать? — Двое накинулись на Ирму и начали рвать на ней одежду, — какой пеньюарчик, сразу видно девах из высшего света! Какая сумочка.

— Отдай сумку, сука! — заорала Ирма. Она пыталась сопротивляться, но ничего не получалось.

— Какой пистолетик! — один из ублюдков извлек из сумки пистолет.

Фабиан накинулся на одного из парней, а второй, тот, что взял сумочку моментально среагировал и выстрелил. Фабиан начал оседать на асфальт.

— Ты убил его, — заорала Ирма. Она двумя ударами отключила одного громилу, отобрала пистолет у второго, затащила Фабиана в машину и попыталась стартовать, но через 50 метров колесо отвалилось. Парни бросились к машине, вытащили из нее Ирму и началось…А пока это длилось Фабиан умер от потери крови…

18. Экзекуция

Валерио ушел от Дионисио в половине пятого утра. В течении этого времени он пришел к выводу, что именно нужно Дионисио. Это что–то не было Италией. Дионисио вожделел Витторио! Что за гадость, можете сказать вы, однако… Мир изменчив! За этими размышлениями он поехал домой. Что за скука! В прошлой главе я уморил трех персонажей (это я размышляю как автор), а в этой придется все это безобразие обсасывать, КАКАЯ ГАДОСТЬ! Но спокойствие! Даже Агата Кристи брезговала большим количеством трупов. Я с трудом могу вспомнить ее роман, где количество жертв автора превышает число 3(За редким исключением). Ах, что это я все о себе, да и о себе (Я САМА СКРОМНОСТЬ!) Надо кончать эти философствования и продолжать повествование (Тьфу ты, опять спошлил, ну разве так можно?). Вот например название этой главы…По моему слишком вызывающе, а некоторые про себя слегка хихикнут, ну наверное вы просто не успели разобраться в степени отрицательности тех или иных персонажей, что ж, остановимся на том постулате, что ни один из моих героев не идеален, а по сему рисовать тут сейчас перед вами идеального героя из Альваро я не намерен, хотя он усиленно претендует на эту роль(Вот жопа с ручкой!), и не стоит делать чудовище из Валерио или Вирхинии, им тоже не чуждо что–то человеческое…А весь спич этот к тому, что похоже Вы соскучились по авторским ремаркам, что ж. Надеюсь, эта ремарка отобьет у вас всякое желание скучать по ним в дальнейшем!

Я знал одну дамочку, не буду называть ее имени, но она представляла из себя идеальный вариант мужика которому отрубили яйца, за ненадобностью. Она работала главным редактором в одной зауханной провинциальной газетенке. Она узурпировала в своих руках всю власть в редакции и прочее…К чему я это все? Чтобы вы поняли, какой скучный собеседник ваш автор. Надеюсь, вы поняли, КАК Я НЕНАВИЖУ ПИСАТЬ ПОДОБНЫЕ РЕМАРКИ! Продолжаем действие!!!!!!!!!!!

Во время своей продолжительной беседы Валерио и Дионисио решили разлучить Италию и Витторио. Ирму и труп ее жениха нашли. Альберто взялся ей помогать. Вихия сначала долго вопила, но потом решила помочь Альберто. Она и не подозревала, что потом Альберто влюбится в Ирму, а она останется одна. Ну отправились они на поиски и стали блуждать по ночному городу. Так блуждали они с неделю. Тем временем Хосе Аугусто и Катрина, несмотря на протесты Эдуардо, которого само собой все послали в одно веселое местечко именуемое…фррр не буду выражаться при дамах. Альваро направил из Каракаса запрос на организацию экспедиции на поиски дона Эркамо и отряда Алесберто Гонсалеса. В бреду Лили случайно произнесла имя Макса, это было первое что она вообще произнесла. Само собой это слышал Ардо и он решил принять особые меры. Малена уехала в Париж, поскольку дом Диор всерьез заинтересовался в контракте с ней. Сесилия неожиданно для себя установила, что бывший любовник Италии Серхио был сыном Адальберто и Кармен. Само собой после шока последовала депортация Адальберто за пределы дома Сесилии. Ну он помучился слегка а потом удалился.

Все эти события молниеносно пронеслись мимо наших героев, но я не уделяю им достойного внимания из–за их излишней неинтересности.

* * *

Витторио пригласил в ресторан Синтию, чтобы раз и навсегда решить проблему, образовавшуюся между ними. Просто получилась сложная ситуация. Витторио не хотелось больше продолжать отношения с Синтией:

— Привет, — улыбнулась Синтия Витторио.

— Привет, по моему, больше не стоит играть в прятки.

— А именно, что то ты темнишь.

— Я не люблю тебя Синтия.

— А тебя никто и не просит, — улыбнулась Синтия.

— Знаешь что, это уже чересчур. У меня есть Италия. Она удовлетворяет меня в сексуальном плане, и я люблю ее.

— Нет!

— Да. Может выпьешь сок?

— Пошел ты! — Синтия выплеснула ему сок в лицо и выскочила на улицу. На нее налетел автомобиль, который резко толкнул ее, и Синтия рухнула на асфальт.

— Вы не ушиблись, — сказал Дионисио, выскочивший из машины.

— Ой, голова болит.

— Я отвезу вас в больницу.

Дионисио отвез Синтию в больницу. По дороге они успели познакомиться поближе. Она само собой рассказала ему о своих бедах и Дионисио понял, что Синтия тоже может быть заинтересована в мелких пакостях Италии. Ее легко удалось привлечь в это безобразие.

* * *

Альберто и Вихия выслеживали ублюдков, убивших Фабиана и изнасиловавших Ирму. Они уже давно вычислили их и уже приняли решение как с ними расправиться. Подобная идея пришла в голову Вихии, но Альберто поддержал, хоть от этого метода и попахивало средневековьем. Они уловили момент, когда эти трое оказались вместе в тихом парке на окраине города. Они инсценировали ту же сцену, что произошла с Ирмой. Альберто спрятался с колесом за автомобилем, а Вихия стояла с другой стороны и покуривала. Трое приблизились на опасное расстояние. Вихия развернулась к открытому автомобиля и достала старый дедушкин магнум. Сам пистолет выглядел устрашающе. Во сне приснится трусами не отмахаешься!

— Эй, деваха, это что игрушка?

— Это не игрушка, — холодно произнесла Вихия и произвела четыре точных выстрела. Вся троица оказалась на земле с перебитыми ногами. Они громко кричали и корчились от боли:

— Сука, что ты наделала.

— Это еще цветочки, — заявила Вихия, — Альберто.

— Да, я сейчас! — раздалось из–за автомобиля.

— Помните тех двоих несчастных? Одного вы убили, а ее изнасиловали.

В этот момент на лицах парней отразился настоящий ужас. Они не представляли что собиралась сотворить с ними обезумевшая Вихия.

— Стягивайте брюки. ВСЕ ТРОЕ.

— Что групповухи захотелось? — захихикал один.

— Нет, вареной плоти.

Когда трое оголились, Вихия схватила кусок веревки и, вытащив одного из мужиков, связала его и прикрутила веревкой к скамейке.

— Альберто неси мне оружие.

— Вихия, может не стоит, ты их напугала капитально.

— Ну уж нет. Неси скальпель.

Молодой амбал на скамейке завопил. Двое оставшихся, привязанных к фонарному столбу тоже запрыгали на месте от ужаса. Вихия взяла в руку скальпель, сорвала с него оставшееся нижнее белье и слегка полоснула скальпелем в паху. Мужчина заорал:

— А сейчас фиеста! — воскликнула Вихия и, схватившись за головку начала пилить. Через несколько минут кровь залила все вокруг, а мужское достоинство насильника валялось в мусорном контейнере рядом со скамейкой.

— Вихия, может хватит?

— Ну нет, я только вошла во вкус. Развяжи этого, я пойду порезвлюсь.

В этот вечер Вихия кастрировала всех троих, изнасиловавших Ирму. Одно из достоинств она даже предложила препарировать, но Альберто отговорил ее. Теперь следовало замести следы. Это оказалось нетрудно. Они раздели всех троих догола, повесили им на шею надпись: «Я изнасиловал женщину», и отправили гулять по ночному городу в таком виде, предварительно отрезав им языки. Теперь ничего не угрожало ни Вихии, ни Альберто. Поскольку их жертвы вряд ли доживут до того, как их найдет полиция. Так и случилось — все утро прогуляв по району они скрылись в глубине парка и там умерли от потери крови.

А Вихия и Альберто прочитали об этом в газете:

— И все же, зачем ты это сделала? — спросил Вихию Альберто, — неужели ты так готова сражаться за Ирму, она же тебе и не сестра вовсе.

— В этом ты ошибаешься, но подобный приступ жестокости связан не с этим. Я просто поняла, что ты предпочтешь мне Ирму. Поэтому я хотела выпустить пар. А тут подвернулись эти трое.

На этом вопрос был закрыт. Единственное что беспокоило Альберто, так это то, как сильно может прогневаться Вихия на кого–нибудь другого. Ведь ее злоба возникает не просто так…

* * *

Альваро уже начал утомлять Сан — Индепенсиа. Конечно, Инаиллия делала все, чтобы ему не было скучно, однако скука все равно оставалась. Как–то раз Альваро сидел на берегу и кормил крокодилов. К нему подбежала Инаиллия, веселая, летящая, порхающая:

— Тебя к телефону. Из Каракаса.

Альваро бросился в дом Сесара.

— Да, я слушаю. Что. Вот черт. Это очень плохо. Когда можно будет подать заявку еще раз? Спасибо.

— Что случилось, — поинтересовалась Инаиллия.

— Ничего особенного, я возвращаюсь в Мехико. Мою просьбу на пересечение границы Колумбии отклонили.

* * *

Итак, так уж получилось, что многие сцены моего романа стали повторяться. Вот, например, сейчас Ардо стоит у двери Макса. В руке у него конечно нет бейсбольной биты, но настрой на беседу мягко говоря к веселью не располагает.

— Здравствуй, Макс, — сказал Ардо войдя в квартиру, — как жизнь.

— Ничего хорошего, — ответил Макс, — а как ты.

— Тоже ничего хорошего, по твоей вине, — сказал Ардо и врезал Максу прямо промеж глаз. Завязался поединок не на жизнь а на смерть. Чего только не успели сказать Ардо и Макс друг другу, какие только любезности не были слышны из этой квартиры. Поединок получился очень веселый. Они долго вантузились, пока Макс не вырвался:

— Ты что спятил?

— Ты убил моего ребенка, — Ардо схватил большую книгу и запустил ею в Макса.

— Моя вторая мама! Как ты посмел?

— Что, хочешь еще потяжелее?

— Уходи отсюда.

— Никогда, только через твой труп!

Ардо схватил тяжелую статуэтку и со всей дури швырнул ее в Макса. Статуя сшибла Макса с ног и его пронесло несколько метров к стене. Тело врезалось в стену. Из за вибрации на стене качнулся шикарный алебард 17‑го века, Макс всегда держал его в заточенном состоянии. Алебард сорвался с гвоздя и разрезал голову Макса напополам. Ардо подскочил к нему. Все это представляло ужасающее зрелище, но опять же вставал резонный вопрос. В данной ситуации ему не удастся избежать наказания. Надо просить помощи у Италии. Вот беда, зачем он звонил Анхелике и узнавал подробности похищения? Она же все ему рассказала и ни о каком алиби не может быть и речи. Что же теперь делать?

19. Начало военных действий

Альваро вернулся в Мехико и сразу же, из аэропорта решил нанести визит Италии. Он очень долго сопоставлял все варианты сообщения Италии всех скорбных новостей. Особую опасность могло вызвать присутствие Витторио. И еще этот странный Мауро. Альваро был абсолютно уверен в том, что все это — происки Витторио, но как доказать это, ведь когда убили Рикардо Витторио был в Мехико, хотя слетать на частном самолете до Каракаса и обратно не так уж сложно, к тому же стоило взять во внимание обнаруженные на взлетной полосе свежие следы самолета. Значит кто–то все–таки прилетал в Сан — Индепенсиа, и этот кто–то и поджег поселок, убил Рикардо и представился Мауро Корнесаном…

Альваро пришел в дом Италии — ему повезло, Витторио отсутствовал:

— Рикардо убили, — сразу с порога выпалил он.

— Я знала это, — произнесла Италия, — я поняла это по твоему лицу, и по поведению Вихии. Не стоило скрывать. Хочешь что–нибудь еще? Но больше я ничего не могу тебе сказать.

— Зато я могу поведать тебе некоторые детали.

— Я вся во внимании!

— Сразу после нашего отъезда в поселке появился человек, представившийся твоим мужем.

— Вот черт! И кто это был.

— Он назвал себя Мауро Корнесаном.

— Никогда не слышала этого имени.

— Этот человек долго общался с Рикардо и в результате он решил поехать в Мехико и разобраться. Из Каракаса он мне позвонил и во время разговора Рикардо застрелили.

— Какая жалость, — холодно сказала Италия.

— Я полагаю, что все три события взаимосвязаны. Мне кажется, что загадочный Мауро поджег поселок.

— О, твои мысли приобретают причудливые очертания…

— Неужели? Он еще мог убить Рикардо.

— Ну это понятно, но по твоей физиономии я начинаю подозревать…что ты.

— Угадала, у меня есть подозреваемый.

— И это конечно Витторио, — произнесла Италия. Альваро чуть не подпрыгнул от неожиданности.

— Опять прочитала мысли?

— Ну конечно. Я не уверена что это он, так же как не уверена в том, что это не он.

— Что ж. Один подозреваемый есть, но…

— Я все равно подозреваю другого человека, и я уверена в том, что права…

* * *

А тем временем Синтия одиноко заседала в своем номере в гостинице. Ей нравился Дионисио, но нравилась его идея мести Италии. Она долго прикидывала, как можно отвлечь его от этого безумия. Внезапно ей вспомнился тот факт, что недавно, во время отдыха вокруг Италии и ее друзей творилось нечто странное. Сначала авиакатастрофа, потом пожар в поселке, потом убийство Рикардо, о котором Синтия недавно узнала от Вихии. Все очень странно. Вихия поделилась с ней своими подозрениями, но теперь эти подозрения сложились у Синтии в единый ребус, который она решила выдать Дионисио. Синтия набрала его номер и быстро связалась с Дионисио:

— Слушай, нам нужно встретиться. Это очень срочно.

— В чем дело? — недоумевал Дионисио.

— Это касается Италии…и Валерио.

А тем временем Валерио слышал весь этот разговор. Он записал место, где они собрались встретиться и произнес:

— Пташечке пора опалить крылышки… — и расхохотался. Прежде чем ехать на встречу Синтии и Дионисио Валерио решил нанести визит одному знакомому, который в свое время не выполнил работу…

* * *

Альваро и Италия сидели на террасе и продолжали беседу, как вдруг появился Ардо. Вид у него был ужасающий. Италия сразу поняла — случилось непоправимое:

— Италия, мне очень нужна твоя помощь.

— Что случилось? Что–то с Лили? Нет, она все еще в больнице. Она заговорила…

— Она произнесла имя Макса?

— Да.

— Стоп, Ардо, — остановил их Альваро, — ты хочешь сказать, что на Лили напал Макс?

— Да.

— Что ты еще успел сделать? — спросила его Италия.

— Я его…убил, — сказал Ардо.

— Забавно, — заговорил Альваро, — я только и занимаюсь, что прячу чужие трупы в подвале.

— Но что же мне делать?

— Уезжай из страны. Я свяжусь со своим самолетом. Труп привезете туда и сбросите его в Карибское море. А сами, пока шум не уляжется, поживете в Венесуэле.

— Идея хорошая, — сказала Италия, — главное чтобы она не дала течь. Езжай за трупом.

Альваро и Ардо уехали. Вся операция заняла несколько часов. Вскоре Ардо и Лили улетели в Каракас, а Альваро отправился домой, но по пути ему почему–то захотелось заехать к Эдуардо. Тут он тоже напоролся на труп. Эдуардо выбросился из окна прямо на глазах Альваро. Ему даже и в голову не пришло, что за этим убийством и всеми остальными событиями стоит один и тот же человек…Мауро Корнесан.

* * *

Синтия и Дионисио встретились без двадцати одиннадцать на площади Гарибальди. Валерио следил за ними. Он даже слышал их разговор:

— Я догадалась о роли Валерио в этом.

— Но…он же мстит. И это ты называешь местью? Он убил жениха Вихии и колдуна из Сан — Индепенсиа! Из–за него чуть не погибли Вихия, Альваро и Италия. Он убивает невиновных. Я вообще не понимаю зачем ему все это.

— Если это так, то почему ты не пошла в полицию.

— Я хотела, чтобы ты тоже пошел в полицию.

— Но сначала следует зайти к Италии и извиниться.

Валерио стоял и бесился как ненормальный. Его раскрыли! Нужно что–то предпринять. Причем срочно!

* * *

Альваро приехал домой от дома Эдуардо. Его состояние заметно ухудшилось. К тому же, если учесть то, что по приезду из Каракаса Альваро сразу поехал к Италии — сразу становится ясно. Он очень устал. Аугусто принимал в кабинете двух гостей — Рохелио и Офелию де ля Мора. Аугусто обсуждал с Рохелио перспективу перевозки пароходом компании продовольствие производства фабрики де ля Мора. Альваро познакомился с самим Рохелио и его дочерью. Которая сразу его заинтересовала. Все остальное время он провел в ее обществе. Единственное, что его удивило — это исчезновение Умберто, которого обыскалась Наталия. С утра он уехал выяснять что–то о контракте с де ля Мора и исчез.

Но это почему–то Альваро в данный момент не заботило. Легкий флирт с красоткой Офелией быстро перешел в странное состояние. Альваро не думал, что влюбится так быстро, мало того он даже не представлял себе, что он в состоянии влюбиться.

И все же его мысли снова вернулись к контракту. Зачем Рохелио перевозить такое количество продовольствия и не куда–нибудь, а в Италию. Странно все это. Но Офелия все же интереснее каких–то странностей в дедушкиных делах. Да ну их…

* * *

Автомобиль Дионисио затормозил возле дома Италии. Италия все еще сидела на террасе и ждала звонка Ардо. Странно, уже половина двенадцатого, а ко мне вместо Витто приволоклись эти двое. Что им нужно?

— Здравствуйте, произнес Дионисио.

— Италия, — произнесла Синтия, — мы пришли извиниться.

— За что? — удивилась Италия.

— За все то, что причинили мы вам, — сказал Дионисио, — я сознаюсь в том, что хотел бороться за Витторио.

— Я тоже, — сказала Синтия.

— Я по идее тоже что–то должна сказать. По моему ситуация более чем идиотская.

— Мы идем в полицию. Утром ты сама все узнаешь. Мы отомстим за Рикардо и остальных, — сказал Дионисио, и они отправились к машине.

Вот странные, подумала Италия, и чего им извиняться если ничего сделать не успели. Ну да ладно. Тут зазвонил телефон:

— Алло! Да, все в порядке.

Дионисио и Синтия сели в машину и тут…Мощный взрыв поднял «Форд» в воздух…Сначала пламя медленно охватило Синтию…Она громко закричала…Потом огненный поток достиг тела Дионисио…Раздался второй крик. И в этот момент раздался второй взрыв, в несколько раз больший чем первый. Он разорвал машину на куски и разбросал горящие обломки в радиусе десяти метров. Италия застыла посреди террасы, как вкопанная. Неужели это только начало…подумала она…

20. Цель почти достигнута

— Какой кошмар!

— Красивая была машина.

— Кто–нибудь остался жив?

— Ты что, после такого взрыва даже тараканам некрологи пишут…

— Это ж кто так постарался.

— Его звали Дионисио Карраско. Известная персона. С ним была Синтия Гавиланес. Жена погибшего полгода назад Михаэля…Ты его знал…

Италия сидела и воспринимала крики на улице. Она анализировала происходящее и понимала, что сейчас ей как раз не хватает Альваро. Ох, как не хватает! Ее в прямом смысле слова трясло. Нервы уже расшатались до предела. Вокруг нее действительно скопилось много трупов… Господи, сколько же их еще будет то. Неужели этот сумасшедший не остановится, думала Италия. Как его остановить…

… С момента взрыва прошло минут сорок. Италия до сих пор не смогла отойти от случившегося. Она осталась на террасе и продолжила свои нелегкие размышления по поводу происходящего. Само собой она продолжала ждать Витторио, а он все не приходил и не приходил…

* * *

Знакомство Альваро с Офелией уже переходило границы обычной дружбы:

— Знаешь, Офелия, — говорил мечтательно Альваро, — я чувствую себя так впервые. А ты?

— Аналогично. Я всегда считала себя фригидной.

— Что ж, похоже, мне придется постараться, чтобы исправить это упущение…

— Ну… не здесь же, — засмущалась Офелия.

— Почему же, нам, застарелым фригидным мумиям не пристало постоянно прятаться и смущаться…Что с тобой.

— Страшно.

— А ты думаешь, мне не страшно. Какая ты забавная все таки. Кстати, а твой отец, он что серьезно хочет перевозить?

— Не знаю, об этом хорошо осведомлен Фабрисио, но отец подстроил так, чтобы мой брат не приехал сюда.

— Фабрисио де ля Мора…самый известный адвокат Мексики?

— Он самый, — улыбнулась Офелия, — только пореже напоминай ему об этом…

— Он зазнается?

— Нет. Просто он не любит, когда ему говорят о его заслугах.

— Забавно. Так на чем же мы остановились?

— Ой, давай лучше о семье…

— Ну нет, я сейчас расхрабрюсь…

— Альваро! — раздался голос из темноты.

Альваро и Офелия подскочили.

— Кто здесь? — прошептали они хором.

— Это я, Умберто…

— Ну вот…как только заговоришь о семье, — протянул Альваро и уставился на Офелию, сразу же получишь сюрприз. Что случилось? Где тебя носило?

— Я был в порту.

— И что, — слезла в разговор Офелия.

— В этих контейнерах не продовольствие.

— Я так и знал, — хлопнул в ладоши Альваро, — там контрацептивы и слабительное!

— Нет, может быть вы скажете, сеньорита де ля Мора?

— Сожалею, сеньор Умберто, но я правда не знаю, что мой отец засунул в эти контейнеры, — сказала Офелия.

— Прекрасно, значит вы можете спать спокойно.

— Это почему же? — удивился Альваро, — там…кактусы?

— Нет, намного хуже, — рассердился Умберто.

— Так…мы должны угадать? — улыбнулся Альваро.

— Зачем, я и так скажу…

— Нет…мы хотим угадать, — упрямо заявил Альваро, — там надувные женщины? Резиновые члены? Электровибраторы модельного дома «Вирхиния де ля Уэрта»?

— Проще. Оружие и наркотики модельного дома «Мексиканская мафия Луиса — Хаиме Ортиза».

— Вот это да. Жаль.

— Почему, — удивилась Офелия.

— Я бы не отказался от парочки резиновых членов, — заявил Альваро.

— Как смешно, — съехидничал Умберто.

— ТЫ СКАЗАЛ БАБУШКЕ? — Заорал Альваро.

* * *

Италия продолжала сидеть и думать всякие глупости. Витторио все не появлялся, но вместо него появился Валерио:

— Здравствуйте… — сладко протянул он.

— Чего приперся? В прошлый раз мало было?

— В прошлый раз я пришел в нетрезвом состоянии, — все так же сладко причитал Валерио.

— А мне начихать на твое состояния, пусть ты даже операцию по смене пола сделаешь.

— Что то ты сегодня очень нетактична.

— Забила на эстетику.

Валерио начал медленно двигаться к Италии:

— Ну зачем же так…Я же пришел к тебе с миром. Я хочу тебя любить, — все так же ласково продолжал Валерио.

— А я нет!

Тут Италия поняла, что ей предстоит в срочном порядке побеспокоиться за свою женскую честь:

— Что ты собираешься делать? — произнесла Италия. Она увидела, как к дому приближается машина Витторио. О боже, что сейчас будет!

— Я хочу любить тебя, — тон Валерио резко сменился и он навалился на Италию всей массой. Он не знал преград, на полу оказались кофточка и лифчик.

— Я люблю тебя, — продолжал бредить Валерио. Он не давал ей кричать. Складывалось впечатление, что он не хочет ее изнасиловать. И, как оказалось это впечатление было не ошибочным.

В этот момент на террасу вошел Витторио:

— Что здесь происходит?

Валерио резко отскочил от Италии. Тут Витторио увидел, что Италия голая по пояс…

— Что ж…Продолжайте! — сказал Витторио и удалился.

— Вито! — закричала Италия, но он уже сел в машину и уехал.

Витторио гнал по шоссе с сумасшедшей скоростью. Невдалеке он увидел вывеску бара. Там он решил зависнуть. Пропустить пару стаканчиков текилы…можно будет подцепить какую–нибудь бабу… Можно поехать к Синтии…Так в тумане алкогольного дурмана прошло два часа. Когда Витторио вышел из бара, он уже еле стоял на ногах. Но нужно было ехать дальше, но куда?

Вперед, решил Витторио. Машина сорвалась с места и уже спустя минуты две неслась в сторону городской окраины…

* * *

В этот вечер Марии обещали заплатить. Она шла вдоль бетонной стены какой–то виллы и мысленно представляла себе как она возьмет в свои руки эти деньги, как она купит своей матери новую дозу «лекарства». Она совсем замечталась…шла и думала… Вся ее душа как–то быстро сложилась и улетела по своим делам — помечтать. Мария даже не смотрела на дорогу. Больно легкомысленно в 16 лет так себя вести, но все же…Она шла, не обращая внимание, на то, что ей навстречу на сумасшедшей скорости несется автомобиль, который метров за 10 вылетел на тротуар, сшиб две скамейки и в буквальном смысле слова вдавил 16-летнюю Марию в бетонную стену. Автомобиль пронесся еще метров десять, все сильнее и сильнее вжимая девушку в забор, когда машину развернула и она врезалась в дерево помятое тело девушки свалилось на асфальт. На стене остался длинный кровавый след…Витторио выпал из машины и увидел, что только что он убил человека…

21. Подрывная деятельность

Рохелио де ля Мора вернулся домой. Его встретил Фабрисио:

— Итак, ты все таки сделал так, как тебя заставил Ортиз?

— Да, а что я еще должен был сделать?

— Рассказать все властям.

— И сесть в тюрьму?

— Ты же сам мне сказал, что это происшествие подстроил сам Ортиз.

— Так оно и есть, — согласился Рохелио, — но ведь власти будут считать иначе…

— Ясно. А теперь ты подставляешь де ля Уэрта.

— Но это требование Ортиза!

— Опять этот Ортиз. Ты знаешь, почему у Ортиза есть какие то виды на де ля Уэрта?

— Они богаты…

— Ничего подобного. У них есть кое–что посильнее. Ими можно шантажировать всю Европу!

— Ну и что теперь.

— Я еду за Офелией.

— Не говори…

— А ты не думаешь, что они уже все знают?

* * *

На стене остался длинный кровавый след… Тело девушки лежало на некотором расстоянии от раздолбанного автомобиля, она уже не истекала кровью — все осталось на стене. И все…Только статья в криминальной хронике, погибла…В автокатастрофе…Ее убил пьяный водитель…

Витторио выпал из машины и увидел, что только что он убил человека… Ему стало не по себе, все тело прошиб холодный пот:

— О боже, — он бросился к девушке, — что с вами?

Внезапно за воротами раздался шум. Витторио перепугался, но деваться было некуда…

* * *

Валерио смотрел на Италию ехидным взглядом:

— Убирайся!

— Я победил, признай это.

— Что? Признать твою победу? Над чем?

— Над тобой.

— Забавно, но…в чем заключалась твоя победа?

— Скоро узнаешь! — победоносно воскликнул Валерио и улетел на метле в неизвестном направлении.

— Эй ты, баран! Верни мне мою метлу, — крикнула ему вслед Италия, а я на чем летать по ночам буду?

* * *

— Нет…мы хотим угадать, — упрямо заявил Альваро, — там надувные женщины? Резиновые члены? Электровибраторы модельного дома «Вирхиния де ля Уэрта»?

— Проще. Оружие и наркотики модельного дома «Мексиканская мафия Луиса — Хаиме Ортиза».

— Вот это да. Жаль.

— Почему, — удивилась Офелия.

— Я бы не отказался от парочки резиновых членов, — заявил Альваро.

— Как смешно, — съехидничал Умберто.

— ТЫ СКАЗАЛ БАБУШКЕ? — Заорал Альваро.

Вся компания застыла как по команде. Само собой Умберто не ждал от Альваро такой странной, мягко говоря реакции:

— Я ничего им не говорил, — произнес Умберто.

— И слава богу, — вздохнула Офелия.

— И что теперь, — изумился Альваро, — будем танцевать, наряжать елочку?

— Нет, готовиться к переменам, — ответил Умберто, — если мы не предпримем меры.

Сзади раздался шорох. В бельведере возник Фабрисио де ля Мора:

— Доброй ночи, — сказал он.

— А вы кто, — удивился Альваро, — его крыша уже оставляла желать лучшего, проще говоря она собралась отъехать, но безумная ночка продолжалась.

— Это мой брат Фабрисио, — вставила Офелия.

— Я хочу сказать, чтобы дон Аугусто разорвал контракт на перевозку контейнеров.

— Надо же! — воскликнул Альваро, — еще один с проснувшейся совестью!

— А ты что? — спросил Альваро Умберто.

— А я и не претендую, — отрезал Альваро.

— Нет, — заявила Офелия, — мы не претендуем, — и поцеловала Альваро.

— Потрясающе, вы только на это посмотрите, — возмутился Умберто, — что это за балаган?

— Это не балаган, это безумная ночка, — сказал Фабрисио, — ничего не поделаешь, тебя как зовут?

— Классно, это не балаган и он не знает как тебя зовут, — расхохотался Альваро, — где то я это уже слышал?

— Отсюда надо идти, Фабрисио, а зовут меня…

— Жопа с ручкой, — продолжал безумствовать Альваро, — Sorry please, — сказал Альваро и сплюнул. Умберто понял, что извинения направлены в его адрес, а сплюнул Альваро по причине своей жуткой ненависти к английскому языку. Альваро и Офелия так и остались в бельведере, неизвестно что они там вытворяли, а вот Умберто и Фабрисио бросились в дом, надеясь отловить там еще не уснувших Аугусто и Лилею. Им повезло. Аугусто не мог заснуть, потому что Вихия громко кричала во сне по–португальски, а Наталия смотрела у себя в комнате фильм ужасов. Фабрисио прямо с порога поставил вопрос ребром:

— Дон Аугусто, вам нужно срочно разорвать контракт с моим отцом.

Само собой подобная формулировка ситуации сильно удивила Аугусто. Сыночка, сдающего своего папочку с потрохами он никак не ожидал увидеть. Ну, само собой, Умберто сразу разъяснил ситуацию с наркотой и оружием. Аугусто на некоторое время даже впал в некоторое паническое состояние, к счастью в скором временем успокоившись:

— Нет, ну как он мог?

— Все очень просто, сеньор Аугусто, его прижали к стене, — сказал Фабрисио, — на мой взгляд Вам не стоит копаться в этом…

— Потому что это непосредственным образом касается Луиса — Хайме Ортиза, — закончил Умберто. Фабрисио опешил.

— Вот каналья, этот гад скупил всю страну и теперь позарился на мои владения. Ну нет не с тем связался. Он у меня еще получит.

Фабрисио и Умберто в один момент посмотрели на Аугусто.

— Что вы имели в виду? — спросил Фабрисио.

— Ничего, — отрезал Аугусто.

Эта беседа не известно к чему бы могла привести, если бы не зазвонил телефон. Умберто первым оказался у телефона и ответил на звонок:

— Дом де ля Уэрта. Кто? Сеньора Альваро…Сейчас, — он бросил трубку на стол.

— Кто это? — спросила Умберто Лилея.

— Альваро, звонят из Колумбии.

— Откуда? — ошарашено спросила Лилея.

— Из Боготы, — сказал Умберто и отправился в сад. Через некоторое время появились Альваро и Офелия:

— Да я слушаю, — сказал Альваро, взяв трубку, — что? Не может быть, какая прелесть…Нет, какая пакость Ваши законы! Прости, прости Хоэль, но…что теперь делать? Ладно, постараюсь приехать как можно скорее, и…до встречи в Боготе.

— Ты спятил! — воскликнула Лилея, — только сегодня вернулся из Венесуэлы, а теперь еще и Колумбия. Как можно. Что там случилось?

— Отряд Гонсалеса разгромили, дона Эркамо обвиняют в подрывной деятельности, так что мне придется ехать его спасать из тюрьмы.

— Вот черт! FUCK OFF! — ругнулась Лилея.

22. Несправедливый приговор

Витторио очнулся в доме Италии. Как он там оказался он не помнил. Лишь видел свет за окном и 10.00 на часах. Еще одна безумная ночка закончилась.

— Ну, как ты себя чувствуешь, ревнивец? — спокойно произнесла Италия, — ты еще не пришел к выводу что все это ловушка Валерио.

— Нет…а что случилось?

— Тебя обвинили в неосторожном убийстве в состоянии алкогольного опьянения.

— Убийство?

— Ты летел по улице и случайно вылетел на тротуар и придавил девушку к бетонной стене…, — Италия с трудом сдерживала эмоции, — машина протащила ее метров десять, к тому временем она уже скончалась, а потом машину развернуло. Я была на вскрытии…у нее внутри самый настоящий гуляш. Тебе будет сложно избежать наказания, поскольку все против тебя. Если бы ты не был в состоянии алкогольного опьянения тебя бы судили как маньяка…

В этот момент в помещение ворвался Альваро:

— Италия, что у вас еще случилось?

— В самолете расскажу, — ответила она.

— Куда вы летите? — спросил их Витторио.

— В Боготу, — ответила ему Италия, — спасать одного человека.

— Стоп. Я с вами, — сказал Витторио.

Альваро и Италия переглянулись:

— Ты же под следствием, — удивилась Италия.

— Никто не узнает, в Колумбию въехать можно без проблем, — сказал Витторио.

В общем, сопротивление было сломлено быстро и уже через полчаса Альваро встретил у центрального входа в аэропорт Офелию и Фабрисио. Он познакомил их с Италией и Витторио, и они отправились к стоянке частного самолет. А Валерио следил за ними и размышлял о том, что факт выезда из страны можно будет использовать против Витторио на суде…

Самолет набрал высоту. Альваро долго приходил в себя:

— Не выношу летать самолетами, — сказал он.

— Ну что ты, — сказала Италия, — поплыл бы пароходом.

— Поехал бы поездом, — отозвалась Офелия.

— Отправился на машине, — поддержал их Витторио.

— Ага, в Никарагуа бы его машину разобрали по запчастям, а в Гондурасе съели, — закончил опус Фабрисио.

— Фу…какие вы злые. Кстати, Италия, а у меня есть для тебя новость.

— Да, — так и подскочила Италия.

— Угу. Я женюсь.

Никто не заметил, как заерзал Витторио и занервничал Фабрисио.

— И кто же эта несчастная?

— Она сидит рядом с тобой, — сказала Офелия.

Витторио успокоился, а Фабрисио сказал:

— А я почему не знаю?

— Скажи спасибо папочке, — ответила Офелия.

— Брр, не вспоминай. Я представляю его состояние. Сейчас он беседует с доном Аугусто по поводу расторжения договора, — сказал Фабрисио.

* * *

В чем то Фабрисио оказался прав. Рохелио де ля Мора после очень тяжелого разговора шел совершенно потерянный. Это конец. Теперь осталось дождаться конца. Финала. Если он конечно не подстерегает за ближайшим углом. А что если это так? Вдруг сзади появился черный автомобиль, из которого очень мило выглянул…автомат(а вы подумали что чьи–то ножки или еще что–нибудь по пошлее). Раздалась очередь, которая подкосила Рохелио, он упал, истекая кровью, а машина удалилась. Если кто–то из читателей подумает (или даже понадеется), что после этого Рохелио выживет, то хочу сразу разубедить — НЕ ДОЖДЕТЕСЬ, итак количество одновременно действующих персонажей скоро за третий десяток перевалит!

* * *

В Боготу наша гоп–компания долетела без приключений. Разместившись в уютном отеле Италия и Офелия решили немного передохнуть, а Альваро с Фабрисио отправились в прокуратуру. Генеральный прокурор Колумбии Орестес Маркес Эрсагарай восседал за письменным столом и изучал какие–то бумаги. Представителей Мексики он принял с удовольствием:

— Чем могу помочь? — картинно растянулся в улыбке прокурор.

— Недавно был арестован Эркамо Монтильо, индеец из Венесуэлы, мы хотим убедить вас в его невиновности.

— Зря стараетесь, — тон прокурора с картинно–представительского на угрожающий, — ничего у вас не получится. Если хотите начистоту…есть человек, которому неугоден ваш Эркамо Монтильо.

— Мауро Корнесан, — вставил Альваро.

— Я не в праве разглашать его имени.

— Какая прелесть! Он невиновен, и я докажу это, — в голосе Альваро появилась такая скрытая угроза, что даже видавшему виды прокурору стало жутко.

— Вон отсюда, — закричал он.

— Увидимся в суде, — ответил Альваро.

Когда они вышли из прокуратуры Альваро произнес:

— Что ж, не зря я прихватил с собой джентльменский набор Мауро Корнесана.

— Спасти его будет сложно, — подвел черту Фабрисио.

* * *

А тем временем Валерио усиленно собирал материал, который запросто мог похоронить Витторио на долгие века. Он уже смог разыскать двух свидетелей, которые за символическую плату согласились дать показания о том, что у Витторио была некая связь с Марией. Однако денег могло не хватить, он очень боялся этого, поэтому пришлось трясти старые долги и вскоре он нашел документ. Напоминающий о крупном долге Альфредо Кохариса. Валерио решил срочно вызвать Альфредо в Мехико и забрать у него все деньги, в противном случае Альфредо очень горько пожалеет…

А круг вокруг Валерио начал сужаться еще быстрее. Теперь Адальберто заинтересовался происходившими с дочерью странностями. И он начал собственное расследование жизни и деятельности Валерио де Марко, поскольку, как он считал иного подозреваемого быть не может. Этому способствовало одно обстоятельство, которое пока что не стоит упоминать…

Аугусто, после смерти Рохелио стал одержим идеей найти Луиса Хайме Ортиза и поквитаться с ним. За тот период, пока Альваро был в Боготе, он, с помощью Умберто и вернувшегося из путешествия Хосе Аугусто, раскопал громадное досье на Ортиза, но вот как его использовать — он пока что не знал. Не знал он и подробностей о происходящем в Колумбии, а там страсти раскалились до предела. Пришел срок суда над доном Эркамо.

* * *

Само заседание больше походило на выступление бродячего цирка в Париже. При полном отсутствии присяжных в суде верховодил судья Пабло Проэнса, лучший друг крупного колумбийского наркомафиози. Плюс к этому — прокурор, которому заплатили за смертную казнь, два, нет, пять отморозков из Мексики, которые мечтают о справедливости там, где это слово уже забыли, и дон Эркамо, которому даже не дали свидания с Альваро.

— Мы изучили факты дела, — говорил прокурор, — и пришли к выводу, что подсудимый Эркамо Монтильо сотрудничал с отрядом Гонсалеса в течении шести лет, поставлял оружие через венесуэльскую границу.

— У нас есть свидетели, готовые дать опровержение этим словам, — говорил Фабрисио, но сначала позвольте пригласить наших знакомых.

В зал суда влетела Фиона де Абракадабра, известная американская журналистка.

— Эта леди поснимает тут.

— У нее есть аккредитация? — завопил прокурор.

— А вы ее разве выдаете, мой пупсик, — спросила Фиона. На этом препирательство было исчерпано. Нельзя сказать, что это как–то могло помочь Эркамо, но прокурор уже был в бешенстве. Если все что снимет Фиона покажут в США, начнется хорошее веселье. Ну очень хорошее веселье.

— Продолжим. Вызывается Альваро де ля Уэрта, — далее Фабрисио перечислил все его звания и регалия, даже родословную упомянул.

— Здесь не принято клясться? — спросил Альваро.

Допрос свидетеля больше напоминал игру в кошки–мышки, причем в роли кошки выступал Альваро. Удивительно, как он не довел до инфаркта Орестеса:

— Скажите, — распинался Орестес, — вы знали о том, что дон Эркамо сотрудничает с мафией?

— Я не знал этого…пока Мауро Корнесан это не придумал. А может быть это и вы придумали, разве вы в этом нам не признались?

— Кто такой Мауро Корнесан, — встрял в допрос Фабрисио.

— Человек, застреливший Рикардо Пуэрабло и выдававший себя за мужа Италии Масьерно, еще, вполне возможно, пожар в поселке его рук дело.

Препираться можно было еще дольше, прокурор знал, что за малейшее прикосновение к де ля Уэрте и его друзьям ему оторвут мужское достоинство, ну а Альваро, само собой знавший о своих правах на этой территории развлекался на полную катушку. Так же вела себя Италия, причем она намылила мозги прокурору еще безумнее, на вопрос, вы видели в хижине дона Эркамо взрывчатку она ответила:

— Нет…А вы не храните ажурные трусики своего друга судьи в пеньюаре своей жены…Интересно а какая она в неглиже.

Тут по залу пошел ржак. Громче всех хохотала Фиона, которая представляла каким хитом станет это заседание. Причем Италия продолжала в том же духе, прекрасно представляя, что за неуважение к суду ее никто не выгонит, поскольку…тут и уважать то нечего…

— Скажите, вы давно знакомы с Альваро де ля Уэрта?

— Мы познакомились в роддоме…у нас отсеки рядом были, — бесподобно протянула Италия, — скажите прокурор, а в детстве вы писались ночью?

Тут попадало ползала, ведь всей Колумбии известно, что их генпрокурор в молодости страдал анурезом.

— По вашему лицу я читаю ответ да…Хотите мой друг поставит вам катетер…

В том же духе прошло все остальное. Фиона само собой сыпала в перерывах комментариями о том, что по общему мнению «группы американских специалистов» Эркамо должны оправдать.

Однако шоу закончилось не так весело:

— Суд приговаривает Эркамо Монтильо к смертной казни через расстрел.

Легкий шок посетил Альваро:

— Что ж, придется готовить побег! Фиона!!!!!

23. Немного безумия, гипноза и тротила

Альваро, Фиона и Италия сидели на балконе и обсуждали суд:

— По моему все это очень напоминало фарс, — возмущалась Фиона, — неужели вы все так оставите?

— Ни за что на свете! — воскликнул Альваро, — иначе, зачем я тебя сюда пригласил.

— Мы готовим большой сюрприз, — сказала Италия.

— В чем же он будет заключаться, — полюбопытствовала Фиона.

— Всему в свое время. Какая ты нетерпеливая, просто ужас! Главное что от тебя требуется…находится с камерой возле федеральной тюрьмы в указанное мною время…Только подальше от основного корпуса.

— Зачем все так усложнять?

— Ох, Фиона все увидишь сама.

Альваро удалился в номер и подошел к телефону. Набрав номер он произнес:

— Отряд громил…надеюсь, в этом вы мне поможете…в противном случае…слава богу, что вы такой податливый, — Альваро сладко улыбнулся и положил трубку про себя подумав, что теперь он без труда решит все проблемы, связанные с казнью дона Эркамо…

А тем временем в Мексике происходило не менее любопытное действо. Аугусто вышел на след Ортиза и даже решил с ним встретиться. Очень смелый поступок, если учесть тот факт, что Луис — Хайме Ортиз — один из крупнейших мафиози Центральной Америки… Ну а Аугусто само собой устроил крупный погром, при встрече и пообещал разоблачить все грязные делишки Ортиза. Он и не подозревал, что вокруг Ортиза уже вращается Валерио, который и настропалил Луиса — Хайме на Аугусто, но и еще то, что Адальберто замкнул круг вокруг Валерио и что ему теперь будет очень сложно отвертеться, если конечно…Адальберто не постигнет участь Дионисио и Синтии… Ортиз организовал покушение на Аугусто, которое прошло успешно — Аугусто оказался на пороге смерти. Лилею чуть кондратий не хватил, но следовало подготовиться к худшему, поскольку врачи в целом рисовали неблагоприятный диагноз. Все должно было закончиться совсем скоро. А тем временем Валерио уже перебрался в один из домов Ортиза. В подвале этого тома создавали божественный эликсир, дающий душевное бессмертие и дарящий мучительную смерть от абстенентного синдрома — героин. Но Валерио мало волновал тот факт, что ему предстоит пожить над цехом по производству героина. Он планировал грандиозный поход на Италию, в конце которого он хотел видеть уничтоженной отвергнувшую его…

* * *

Дону Эркамо принесли в подарок большую коробку. На бирке значилось — торт с кремом и шоколадом, последнее желание смертника. К коробке была прикреплена записка, из которой дону Эркамо давались инструкции о том, как нужно установить сюрприз и где следует спрятаться…

Альваро и Италия устроились в удобных местах и следили за охраной. В назначенное время Италия нажала на красную кнопку и…торт взорвался, разнеся к чертям собачьим кусок стены. Как только путь открылся к зданию подъехали два автомобиля — Альваро и Фионы. Альваро сам выволок дона Эркамо из развалин, затащил в машину и спустя 15 секунд они уже мчались к аэродрому, где их ожидал самолет. В тот момент, когда самолет покинул воздушное пространство Колумбии по всей стране оживленно носились мысли о восстании, которое в последствии и случилось, но мы не об этом…

Дона Эркамо привезли в больницу. Он отделался несколькими царапинами, но к сожалению, нервное потрясение, пережитое стариком оказалось велико настолько, что он потерял речь. В течении долгого времени Альваро и Италия пытались привести дона Эркамо к нормальному состоянию, но безуспешно…А тем временем умер Аугусто. Лилея долго страдала по этому поводу, однако у меня нет желания разводить море соплей по поводу очередного жмурика в моем произведении. Альваро и Офелия собрались сыграть свадьбу, как только решится проблема Витторио, а ведь ее предстояло решать, поскольку, и в этом следовало благодарить Валерио, поскольку…

Фабрисио пришел на встречу с Витторио за шесть дней до суда:

— Вышло постановление о твоем аресте, — мрачно сказал Фабрисио.

— Но…

— Кто–то очень постарался, чтобы тебя осудили, тебя обвиняют в предумышленном убийстве.

— Что за чушь? — воскликнул Витторио.

— Учти, после ареста тебя отправят в камеру ожидания…

— А этого никак не избежать?

— Нет, ничего не получится, у них кто–то очень хорошо потрудился…

Вот так и случилось. Витторио угодил за решетку. Альваро не знал ликовать ему или страдать вместе с Италией. Он все еще подозревал Витторио во всех возможных смертных грехах и пока не появится новый подозреваемый, его мнение не изменится!

Адальберто получил записку от Валерио за два дня до суда. Вот уж чего он не ждал! Сначала сеньор Масьерно долго размышлял над складывающейся ситуацией, а потом решил, что беседа с Валерио может дать ответы на многие вопросы, поскольку каждый обвиняемый имеет право на оправдание…Валерио назначил Адальберто встречу в небольшой сторожке недалеко от дома Ортиза. Само собой туда являться он собрался не для признаний. Когда Адальберто возник на пороге он произнес:

— Валерио, я вот о чем хочу узнать.

— Мне очень интересно, — картинно закатил глаза Валерио.

— Вы имеете отношение ко всем событиям случившимся с моей дочерью?

— Какой ответ принимается как правильный?

— Правдивый…

— У….Вы слишком много просите, но ничего не даете взамен…Присядьте, сейчас я вам все расскажу. Валерио удалился и вскоре оказался уже за спиной Адальберто. Ему требовалось только ударить старика по голове. Вскоре жертва уже была без сознания. Валерио облил Адальберто бензином, швырнул канистру и произнес:

— Ответ да вас устраивает?

Он зажег и бросил горящую спичку в сторону Адальберто. Тело быстро воспламенилось, но Адальберто больно поздно пришел в себя он вскочил и стал барабанить в дверь, а потом упал на пол. В ту ночь сторожка сгорела целиком.

* * *

В день суда собралось масса народу. Все хотели посмотреть на крупный процесс — ведь из неосторожного убийства в состоянии алкогольного опьянения было сделано самое настоящее дело о маньяке–убийце. Толпа готовилась к масштабному линчеванию. Италия в ужасе наблюдала за этим, но…у нее уже был готов план на крайний случай — она собиралась уничтожить все и всех, даже общественное мнение…

Изначально, складывалось впечатление, что защита постепенно разрушает обвинения о предумышленном характере преступления…однако потом на горизонте начали возникать свидетели, дававшие крайне противоречивые показания. Взять хотя бы подругу Марии, некую Хасинту. Она с самого начала начала плести что–то о романе между Марией и Витторио и что Витторио бросил Марию, после чего она была вынуждена сделать аборт. Потом выступил Валерио, которые так прямо и сказал:

— Все что сказала Италия Масьерно — ложь, поскольку она хочет выгородить своего любимого, а ведь он и не сбегал от нее в состоянии аффекта, якобы увидев меня в ее объятьях. По–моему здесь все ясно — мы имеем дело с лжесвидетельством.

Тут Италия посмотрела на Валерио. Альваро сделал то же самое. Валерио начал ощущать, что он быстро теряет сило, кто–то быстро выкачивал из него остатки энергии. Боже, что это может быть, подумал Валерио. Он побледнел и упал на пол. Зрители в зале суда повыскакивали со своих мест, они шокированно подались в сторону Валерио. Представители суда быстро унесли его тело, а Италия посмотрела на Альваро:

— Ты же против него…

— Я? Я против Мауро Корнесана, а сейчас я абсолютно уверен, что, — Альваро достал из кармана фотографию, на ней были изображены Вихия и Валерио, а снизу подписано — Это Мауро.

— Где ты это нашел?

— У дона Эркамо. Валерио убил Рикардо теперь я точно это знаю. Сейчас следует решить последнюю задачку, коей является обвинение, которое сейчас превратится в бог знает что.

Валерио вернулся в зал суда, он выглядел слегка помятым и замызганным. Он испуганно смотрел в сторону Альваро и Италии.

— Сейчас присяжные удалятся на заседание, — произнес судья…Последний час Витторио провел как во сне…он знал, что его обвинят и что его могут приговорить к смертной казни…он умрет…все кончено…

— Мы рассмотрели дело Витторио Гавиланеса по обвинению в предумышленном убийстве и пришли к следующему заключению… — Валерио заметил, что голос присяжного замер. В помещении замерло все, кроме Альваро, Италии, Витторио и Валерио.

— Больше не пытайся, — сказала Италия. Валерио отключился, а Италия начала произносить слова заклинания, она проклинала Валерио и постепенно, уходя в транс, гипнотизировала окружающих ее людей. Ей во что бы то ни стало следовало убедить присяжных в невиновности Витторио. А сделать ей это было под силу только с помощью…гипноза. Это и было секретное оружие, которое было спрятано в качестве домашней заготовки.

24. Не конец, скорее только начало конца

Процесс убеждения занял около получаса. После того, как Альваро и Италия закончили процесс гипноза, они решили пустить ход времени…Валерио постепенно начал приходить в себя…Он слышал голос обвинителя… Ему сначала показалось, что это просто был странный припадок, видение, но он понял, что ошибся, когда присяжный произнес:

— На основании изученных обстоятельств дела мы пришли к заключению, что Витторио Гавиланес не виновен ни в одном из преступлений, о котором упоминалось в процессе заседания.

Валерио не сразу осознал услышанное, ему было очень тяжело понять, то что все его старания рухнули, и больше никогда не сбудется его мечта…Валерио с громким криком вскочил, достав пистолет и закричал:

— Проклятые, как я вас ненавижу!

Он открыл стрельбу по Витторио, ни одна из пуль не достигла цели, однако был убит судья и ранены двое присяжных. Валерио высадил весь боезапас и выбежал из зала…Полиция попыталась поймать его, однако это оказалось невозможным — Валерио пропал. Но вскоре возникла еще одна странная проблема — пропала Вихия…Вскоре обнаружили записку, из которой следовало, что Вихия уехала в Сан — Паулу, немного развеяться…

* * *

Валерио продолжал скрываться от властей на вилле Ортиза. Самого Ортиза арестовали по наводке Аугусто и теперь все досье Аугусто должно было уничтожить всесильного мафиози…

Валерио лежал на пустой кровати…

— Валерио… — раздалось в пустоте.

— Италия? — изумился Валерио.

— Да это я…

Валерио не верил в свою галлюцинацию. Ему сначала показалось, что это очень странно:

— Ты пришла…

— Я пришла освободить твою душу…

— Нет…это лишь галлюцинация, — закричал Валерио.

— А как же твои знания по магии, ты же знаешь, откуда возникают эти галлюцинации…

— Откуда тебе это известно? — испугался Валерио.

— О, мне многое известно, точнее нам.

— Что…Этот ботаник тоже увлекся магией, — захихикал Валерио.

— Я что–то не понял юмора, — раздался голос Альваро.

— О боже, что происходит…Я схожу с ума?

— А как ты думал, — с усмешкой удивился Голос Италии.

— Нет…только не сейчас, я же…ты добилась своего! — Валерио продолжало трясти, он боялся всего — стен, пола, кровати, он до смерти перепугался, он опасался, что сейчас голоса уничтожат его.

— Не до конца, Валерио, — раздался голос Альваро, — за все надо платить…

— Так уж и надо, вы же галлюцинации, я не верю, что вы со мной можете что–то сделать.

— Ошибаешься, — раздался голос Италии. Валерио заметил, что голос заметно похолодел, стал более резким.

— Смотри! — произнес Голос Альваро.

Валерио увидел ванну, стоявшую совсем недалеко от кровати…Раньше ее здесь не было.

— Что это? — испуганно сказал Валерио.

— Это твоя судьба.

— Что я должен сделать?

— Прыгнуть в нее, — произнес Голос Италии.

— Нет… там же кислота, наверняка там кислота…

— Но она же из галлюцинаций…Ты же не веришь в эту чушь…Прыгай.

— Я докажу что это чушь!

Валерио громко закричал и побежал к ванной. Спустя секунду он уже лежал в ванной и кричал — все его тело жгла кислота…в ванной действительно оказалась серная кислота, которая поглощает влагу…

— Помогите!!!!!!!

— Ты не верил в галлюцинации?

— АААА, — продолжал кричать Валерио, — помогите!

Его лицо постепенно стало терять облик, кожа потекла потоком с лица, а он продолжал кричать, внезапно ванна исчезла, а Валерио упал на пол…

— Теперь ты веришь в галлюцинации…

Обезображенное тело так и осталось лежать на полу. Но тут в здании появился силуэт. У девушки на руке сияло кольцо, которое Валерио собирался подарить Италии. Она держала в руке два билета в Сан — Паулу.

— Не бойся, я с тобой, — сказала она…

* * *

Прошло 12 месяцев. Отшумели свадьбы Италии и Витторио, Альваро и Офелии. Вирхиния вернулась из Бразилии после почти 11‑месячного отсутствия. Ее сопровождал некий Эмилио де Ларсон. Очень симпатичный и с виду безобидный молодой человек… Однако сразу же возникли некоторые странности. По началу Альваро подозревал, что вместе с Эмилио Вихия угодила в какое–то странное общество, в котором пропагандируются не совсем ясные вещи. Мало того, Вихия и Эмилио стали одержимыми местью Италии. Как раз в это время на руках у Альваро возник документ из которого следовало, что теперь ему предстоит в некотором смысле слова опекать двух молодых отпрысков богатого рода, но к сожалению Хенаро и Леонор рано лишились родителей, их воспитывал дед, но и он вскоре скончался в страшных корчах. А Альваро готовился к выступлению на пражском фестивале цветов, он ожидал грандиозного успеха и этому само собой был смысл сбыться, а поскольку фестиваль должен был проходить в Праге, то и требовалась некоторая подготовка — и Альваро решил изучить чешский язык. Узнав об этом намерении Альваро, Витторио предложил свою помощь в поиске литературы — он даже вспомнил один небольшой магазинчик в Монтеррее, в котором, по его словам, имелась литература по этому редкому языку. Альваро с Витторио договорились встретиться на следующий день около 9 часов утра и поехать в Монтеррей, однако случилось иначе…

Альваро приехал к дому Италии без пяти минут девять. Сначала он посидел немного в машине, покурил, а потом посмотрев на часы удивился:

— Странно, уже десять минут десятого…

Он вышел из машины и отправился к дому. Сначала Альваро позвонил в дверь. Нет ответа. Потом он позвонил еще раз. Опять нет ответа…Альваро проторчал под дверью до десяти часов утра. Убедившись, что Витторио его кинул, Альваро отправился к машине и резко рванул с места. Он решил съездить в Монтеррей в одиночестве. В половине одиннадцатого его роскошный автомобиль вылетел из Мехико и отправился на север. Альваро гнал свой автомобиль с совершенно паранормальной скоростью, а внутри его кипела злость и обида. Прежде всего, злость на самого себя и свою собственную глупость. Он добрался до Монтеррея за шесть часов. Магазин Альваро нашел без труда, само собой, скупив половину ассортимента. И в половину шестого вечера автомобиль направился на юг. Теперь Альваро гнал еще быстрее, ему стало интересно, удастся ли доехать до Мехико к 10 часам вечера…

…А в этот день в Мехико Италия и Витторио проснулись около часа дня. Поскольку ночью они придавались любовным утехам:

— Бог мой! — сказал Витторио, — я забыл…

— Что случилось, — удивленно вскинула брови Италия.

— Я забыл, мы сегодня с Альваро должны были ехать в Монтеррей.

— Когда, — упавшим голосом произнесла Италия.

— В девять утра…Надо ехать. Он меня разорвет на части.

— Ты в своем уме, мы там не раньше вечера окажемся.

— Ничего страшного, едем.

Они выехали из Мехико в два часа дня. По дороге машина Витторио сломалась и они потеряли почти два часа. Рассчитывая встретить машину Альваро они продолжали ехать на север. В восемь часов вечера они его встретили…

* * *

— Какой кошмар!

— Он летел со скоростью 160 километров в час.

— Водитель живой?

— В коматозном состоянии отправлен в больницу.

Италия в ужасе смотрела на обломки автомобиля Альваро. Витторио даже не вышел из автомобиля. А Италия продолжала слушать голоса…

— Жить то этот лихач будет?

— Врачи говорили маловероятно, у него ноги в такую смесь превратились!

Италия решила что надо ехать в больницу. Отступать некуда, но что–то ей подсказывало, что впереди ее ожидает бездна…Причем еще более кошмарная чем так в которую она угодила по милости Валерио…

25. Помешательство

Италия приехала в больницу Монтеррея около десяти часов вечера. Альваро находился в реанимации, врачи боролись за его жизнь и победили. Однако вывести его из коматозного состояния в данный момент не представлялось возможным. Увидеть Альваро Италия смогла только около двух часов ночи. Италия бродила по палате и смотрела на безжизненное тело Альваро, вспоминая лучшие дни. В этот момент она вдруг решила попробовать использовать свой метод. Она долго и методично медитировала и колдовала. К четырем часам утра Альваро проснулся:

— Я не имею права быть счастливым, — сказал Альваро.

— Что?

— Я не имею права быть счастливым.

— С чего ты это взял, ты же пришел в себя…что может быть лучше?

— Я проиграл пражский фестиваль цветов.

— Не поняла, ты же туда еще не ездил?

— Нет, я только что оттуда.

Италия долго и возмущенно смотрела на Альваро. Ей не сразу стало понятно что случилось на самом деле. Она вообще поняла абсолютно все только в самом конце:

— Какая сейчас погода, — безразлично спросил Альваро.

— Средне, по моему капает.

— Дождь….Я люблю дождь. Он хороший.

— Господи, что это с тобой?

— Я не имею права быть счастливым, — пусто произнес Альваро…

* * *

Альваро несся по шоссе. На часах светились цифры без десяти восемь. Он въехал на территорию Мехико около половины одиннадцатого. Рекорд побить не удалось. Сначала он заехал к Италии. Странно ее опять не было дома, потом он бросился домой. Там как обычно он застал Вихию и Эмилио в бельведере. Они тихо мурлыкали и радовались жизни. Он отправился в свою комнату. Дверь была не заперта. Он открыл ее. Везде горел свет, книги раскиданы, в центре громко играла музыка — Клаус Шульце. Что за чертовщина? Со стороны возникла Италия. Она держала в руке билеты на Прагу, на безымянном пальце левой руки у нее светилось кольцо Валерио:

— Нас ждут на празднике, — сказала Италия.

— Что?

— Нас ждут на празднике, — снова повторила Италия.

— С чего ты это взял, ты в своем уме,…что с тобой случилось?

— Я хочу выиграть с тобой пражский фестиваль цветов.

— Не понял. Ты же не хотела туда ехать.

— Я только что оттуда.

Альваро долго и возмущенно смотрел на Италию. Ему не сразу стало понятно, что случилось на самом деле. Он вообще понял абсолютно все только в самом конце:

— Какая сейчас погода, — безразлично спросила Италия.

— Средне, по моему капает, — сказал Альваро, посмотрев в окно.

— Дождь….Я люблю дождь. Он хороший.

— Господи, что это с тобой?

— Нас ждут на празднике, — пусто произнесла Италия.

Они взялись за руки, и вышли в коридор. Альваро совершенно не понимая что происходит шел за Италией, но он никак не мог понять ЧТО ПРОИСХОДИТ! Когда они вышли в залу Альваро похолодел. А Италия посмотрела на него и сказала:

— Он не хотел, чтобы ты выиграл фестиваль цветов!

На люстру был подвешен обезображенный труп Витторио. Вихия и Эмилио сидели прямо под люстрой и вели себя как больные болезнью Дауна.

— Они забавные, — правда? — спросила Альваро Италия.

— Что ты сделала со своим мужем?

— А что ты сделал со своей женой?

— Что я сделал со своей женой?

— Иди посмотри в бассейне.

Альваро бросился вниз. Он подбежал к бассейну и закричал.

— Господи! Что это такое?

— Это твоя жена! — сказала подбежавшая со стороны Лилея, — правда она красивая?

Труп Офелии плавал по поверхности воды, лицом она смотрела вверх. Лицо отливало совершенно ужасной синевой, от лба к подбородку был сделан длинный диагональный надрез.

— Она не хотела играть в покер, — сказала Лилея.

— А не хочешь объяснить все это?

— Нет, — сказала Италия появившаяся неизвестно откуда, — бежим в дом!

Они вбежали в дом. Вихия и Эмилио по прежнему сидели на диванчике под люстрой.

— Последний залп! — сказала Италия и люстра сорвалась с потолка и накрыла Вирхинию и Эмилио. Я в восхищении!

Альваро в ужасе вырвался от Италии и побежал в сад, а она бежала за ним и кричала:

— Стой, поиграй со мной в покер.

Они остановились:

— Объясни, что происходит.

— То что должно было произойти.

— Что же?

— Я люблю тебя, — сказал Италия и жадно припала к его губам, — я всегда любила только тебя.

— Какой ужас! А все остальное? А Валерио, а Рикардо?

— Это? Они были всего лишь галлюцинациями! С того момента, как я ходила по комнате вынашивая план мести самой себе. Все с того момента было галлюцинацией.

— Это невозможно.

— Еще как возможно. Вспомни взрыв яхты, разве такое возможно. А вся эта чушь с гипнозом, судом. Это все было фикцией, в которую ты поверил!

— Но ведь я все видел.

— Но ты видел много того чего тебе не следовало видеть, — заявила Италия, — а сейчас я убью тебя и мы поедем на пражский цветочный фестиваль…

Альваро бросился бежать в сторону.

— Стой, от меня не убежишь!

Но почему–то Италия не побежала за ним, а усмехнувшись произнесла:

— Ты сам вырыл себе могилу…Раздвоение галлюцинации плохо кончается.

* * *

— Я хочу посмотреть на дождь, — сказал Альваро.

— Но тебе надо отдыхать!

— Я хочу посмотреть на дождь. Он хороший.

— Ну ладно

Италия посадила Альваро в инвалидную коляску, поскольку ходить он не мог и вышла в коридор, подгоняя коляску. Италия совершенно не понимая что происходит катила коляску вперед, но понять ЧТО ПРОИСХОДИТ она никак не могла! Когда они вышли к лифту Италия застыла от ужаса. А Альваро посмотрел на нее и сказал:

— Я не имею права быть счастливым!

На лампе над лифтом был подвешен обезображенный труп Офелия. На полу сидели Вихия и Эмилио, прямо под лампой и вели себя как больные болезнью Дауна.

— Они забавные, — правда? — спросил Италию Альваро.

— Что ты сделал со своей женой?

— А что ты сделала со своим мужем?

— Что я сделала со своим мужем?

— Иди посмотри в столовой.

Италия бросилась прямо по коридору, а Альваро медленно поехал за ней в инвалидном кресле. Она подбежала к столовой и закричала.

— Господи! Что это такое?

— Это твой муж! — сказала подбежавшая со стороны Сесилия, — правда он красивый?

Труп Витторио лежал на столе в гигантском блюде отделанным со всех сторон зеленью и овощами. Лицо отливало совершенно ужасной синевой, от лба к подбородку был сделан длинный диагональный надрез.

— Он не хотела играть в крибедж, — сказала Сесилия.

— А не хочешь объяснить все это?

— Нет, — сказал Альваро появившийся неизвестно откуда, — бежим обратно!

Они отправились обратно по коридору. Вихия и Эмилио по прежнему сидели под лампой.

— Последний залп! — сказал Альваро, и лампа сорвалась с потолка и накрыла Вирхинию и Эмилио, — Я в восхищении!

Италия бросилась бежать, Альваро погнался за ней на коляске и кричал:

— Стой, поиграй со мной в крибедж.

Она остановились:

— Объясни, что происходит.

— То что должно было произойти.

— Что же?

— Я люблю тебя, — сказал Альваро и жадно припал к ее губам, — я всегда любил только тебя.

— Какой ужас! А все остальное? А Валерио, а Рикардо?

— Это? Они были всего лишь галлюцинациями! С того момента, как я ходил по комнате вынашивая план мести самому себе. Все с того момента было галлюцинацией.

— Это невозможно.

— Еще как возможно. Вспомни взрыв яхты, разве такое возможно. А вся эта чушь с гипнозом, судом. Это все было фикцией, в которую ты поверила! Ты поверила в мой бред, который я тебе нарисовал.

— Но ведь я все видела. Мы делали это вместе!

— Но ты видела много того чего тебе не следовало видеть, — заявил Альваро, — а сейчас я убью тебя потому что я не имею права быть счастливым…

Италия бросилась бежать в сторону.

— Стой, от меня не убежишь!

Но почему–то Альваро не поехал за ней, а усмехнувшись произнес:

— Ты сама вырыла себе могилу…Раздвоение галлюцинации плохо кончается.

* * *

Альваро долго бежал по лесу. Его шокировало то, что сад постепенно превратился в дремучий лес. Он ничего не мог понять но все еще бежал и бежал. Внезапно он увидел, что ему навстречу бежит кто–то. И ЭТО БЫЛА ИТАЛИЯ! Но не та, которая гналась за ним! Это была другая Италия. Он быстро побежал ей навстречу:

— Что это было?

— Почему ты не в инвалидной коляске?

— А почему ты не просишь поиграть с тобой в покер?

— Стоп. Тут что–то не так, это надо обдумать.

Они сели на землю и начали думать всякие глупости.

— Ты попал в аварию. — сказала Италия.

— Я? Я спокойно доехал до дома, и вот там началось безумие. ТЫ убила Офелию, Витторио, Эмилио и Вихию.

— Нет, это ты их убил.

— Я? Ты бредишь. Ты устроила такое в моем доме!

— А ты — в больнице. Труп Офелии на лампе, Витторио вместо жареного поросенка, Вихия и Эмилио задавленные этой жуткой…

— Люстрой, — перебил ее Альваро, а вот у меня на люстре был Витторио. И еще ты сказала мне что все что с нами случилось было галлюцинацией.

— Странно, мне ты сказал то же самое. Чьих это рук дело?

— Надо вернуться и разобраться. Там — Мехико, — показал Альваро в направлении, откуда он сам только что пришел.

— А там, Монтеррей, — указала Италия в обратную сторону, куда нам лучше идти?

— Думаю в Мехико, поскольку с собой в инвалидной коляске я встретиться не хочу. Идем домой, и там все узнаем.

— Хорошо.

Они взялись за руки и отправились туда, откуда только что пришел Альваро. Они шли довольно долго, но вскоре чаща раздвинулась, показались огни:

— Куда мы пришли? — произнесла Италия.

— Не знаю, но точно не домой.

Они вышли на скоростное шоссе. И в этот самый момент мимо пролетел автомобиль, в котором сидел Витторио.

— Ты видела?

— Что, — удивилась Италия.

— В автомобиле сидел Витторио.

— Не может быть.

Автомобиль резко затормозил. Из него действительно вышел Витторио. Он медленно приближался.

— Как вы здесь оказались? — сказал он.

26. Чума

Быстро усевшись в автомобиль Альваро и Италия начали допрос Витторио:

— Куда ты едешь?

— На лестницу. Странно, что вы не там.

— Где? — переглянулись Альваро и Италия.

— На лестнице.

— Это какой–то бред!

Вскоре они подъехали к гигантской лестнице. На ее верху стояли все, кого знали Альваро и Италия. Они стояли в ряд — все без исключения. Витторио быстро побежал наверх. Он встал в ряд между Вихией и Маленой. И тут стройный ряд произнес:

— Мы клянемся упасть с лестницы все одновременно, и потерять детей, память и девственность.

Всю эту чушь они произносили с интонацией молитвы. Внезапно сверху появилось свечение и они как по команде прыгнули. Все. Они летели вниз как в замедленной съемке. Альваро и Италия с ужасом наблюдали за всем этим кошмаром. Когда все тела достигли подножия лестницы там образовалась очень большая свалка тел. Альваро и Италия бросились к ним…Но все они были мертвы. А вокруг летала их странная песенка:

— Мы клянемся упасть с лестницы все одновременно, и потерять детей, память и девственность.

— Вот это бред, — сказал Альваро.

* * *

Альваро проснулся. На часах было без десяти восемь:

— Что за странный сон, — сказал он.

— Что? — спросила сквозь сон Офелия.

— Ничего, все в порядке.

Он бросился собираться, ведь в девять у него была назначена встреча с Витторио…

* * *

Италия проснулась, произнеся:

— Да, Альваро, ты прав.

— Что? — спросил ее Витторио.

— Ну и сон, ничего не скажешь, такое увидишь, мало не покажется. Сколько времени?

— Без пятнадцати девять…Без пятнадцати девять! Сейчас должен приехать Альваро.

Витторио бросился в душ. Оттуда долгое время раздавались разные странные звуки — хрюканье пищание, вопли, звуки циркулярной пилы…

В сущности все дальше пошло своим чередом. Витторио и Альваро съездили в Монтеррей, а потом и в Прагу. Альваро взял первый приз, и все уже стали понемногу забывать о том странном раздвоении, совершенно не подозревая о том, что это самое раздвоение приведет к катастрофе.

* * *

Прошло еще восемь месяцев. За это время практически ничего не произошло. Вихия вышла замуж за Эмилио и ожидала прибавления в семействе. В сущности, она носила под сердцем, когда они еще только приехали в Мехико. Но теперь это можно было не скрывать. Вообще, с первого взгляда Вихии повезло с мужем, но все же было заметно, что какой–то дьявольский секрет они все–таки скрывают.…Ну да ладно и шут с ними.

Однажды Вихия прогуливалась по дому и млела. Внезапно ей в слух врезался разговор Малены и Наталии, они беседовали о чем–то очень неприятном и отвратительном:

— Представляешь, он был в отца, и он пропал, исчез в неизвестном направлении.

— Ты имеешь в виду Валерио.

— Да. Я нашла доказательства того, что он мой с Эдуардо сын.

За дверью послышался вопль и грохот. Вихия упала в обморок. Мамочки выбежали в коридор. Вихия лежала на полу и дрожала. Само собой вызвали скорую. Вихию отвезли в больницу. Она родила девочку. Когда она смогла передвигаться самостоятельно она отправилась к врачу больницы:

— У меня есть к вам одно дело, — произнесла она.

— Я весь во внимании, — ответил врач.

— Мне нужно избавиться от ребенка.

— Что? Но ведь девочку уже рождена.

— Я дам вам денег, много денег, а вы подсунете ребенка в приют, поскольку…это ублюдок.

— Как вы можете так говорить о собственном сыне?

— А что в том плохого? Я плачу деньги…вы согласны?

— Что вы скажете своим родственникам?

— Ребенок родился мертвым.

Так она и сделала. Врач отвез ребенка в небольшой монастырь. Монахини назвали ее Марией Анхелой…

Однажды мимо этого монастыря проезжали Витторио и Италия. Они давно убедились в том, что им стоит взять ребенка на воспитание, поскольку Италия, как колдунья высшего класса считала, что она не может иметь детей. И вот они катались целый день по городу ожидая пока у машины кончится горючее или она просто сломается у какого–нибудь приюта для маленьких детей. Стоит заметить, что Италия сильно завидовала в этом плане Альваро, поскольку у него уже был ребенок Офелии, и к тому же Офелия ждала второго.

Само собой машина Витторио сломалась напротив того самого монастыря, это конечно ход, который можно было предугадать, за это небольшое сорри. Вскоре Мария Анхела была привезена в дом Италии. Теперь в доме Масьерно/Гавиланес был ребенок.

Про это в скором времени прознала Вихия. Она долго злилась на саму себя, а потом убедила Эмилио в том, что сделала это под воздействием лекарств. Теперь предстояло вернуть ребенка, однако Вирхиния не собиралась останавливаться на этом плане. В ее голове уже зрела мысль о том, что неплохо было бы отделаться от Альваро, его жены, Италии и Витторио, ведь просто так они ребенка не отдадут. И еще Вихия планировала отомстить человеку, который испортил ее жизнь, разбавив ее кольцом, которое заковало ее в плен ненависти. И все же ей предстоял большой бал. Победа над галлюцинацией раз и навсегда.

* * *

Вихия и Эмилио пригласили две супружеские пары на прогулку на яхте. Когда все собрались в гостиной Вихия сказала:

— Я хотела сказать, что этот праздник…мы устроили для вас.

— Потому что надеялись, что он будет последним, — сказала Италия, — не думай, мы не похожи на идиотов, чтобы верить в эту потрясающую чушь.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Эмилио.

— Если я скажу, вам придется меня убить, хотя…Валерио, тебе придется убить свою жену.

Все так и застыли. Даже Эмилио не ожидал такого удара, он даже себе и представить не мог, что Италии все уже известно, причем достаточно давно.

— Как ты об этом узнала? — изумилась Вихия.

— Я сразу же это знала.

— И я тоже, — сказал Альваро, — и твое раздвоение галлюцинации Валерио не смогло нас напугать.

— Я хочу вас разочаровать, — улыбнулся Эмилио/Валерио, — раздвоившаяся галлюцинация действительно существует. С тех пор как ты Альваро организовал все это. Может стоит признаться теперь.

— В чем? — удивился Альваро.

— В том что это ты взорвал яхту, что ты просто подкупил присяжных и они оправдали Витторио, — сказала Вихия.

— Что за бред! По моему она блефует, — возмутилась Италия, — что может быть проще они пытаются нас запугать.

— Да ну! Вот черт, делать больше нам нечего! — закричал Эмилио.

— Как же, а твоя потрясающая месть за то что я тебя отвергла?

— Это? Все это такой же бред сумасшедшего! Ты знаешь что случилось с тем Валерио из параллельной галлюцинации? Он разбился на машине после того как ты его выгнала.

— Что я еще не знаю о параллельной галлюцинации.

— У, одной очень важной вещички, — улыбнулся Эмилио.

— Заткнись, — не своим голосом сказал Альваро, — я прошу тебя, замолчи Эмилио.

— Это еще зачем, — встряла Вихия.

— Никто не должен знать слишком много ОБ ЭТОМ, — сказала Италия.

— Ну нет, а как же бассейн…

— Молчать! — крикнула Италия.

— Блюдо…

— Заткнись, — закричал Альваро, — прекрати, нам можно это знать, но зачем сводить с ума их, — он показал на Витторио и Офелию.

— А ты полагаешь, они знают меньше? — возмутился Эмилио, — в любом случае ты не убежишь от своего страха.

— Это почему же, — усмехнулся Альваро.

— Потому что мы не сойдем на берег, пока не расставим все точки над и не найдем в себе все параллельные галлюцинации.

— Нам нужно выйти покурить, — сказал Альваро и поволок Италию наверх. Они вышли на верхнюю палубу.

— Что теперь делать? — спросил он ее.

— Следует выпустить тех Италию и Альваро которые устроили кровавое месиво в больнице и доме де ля Уэрта.

— А нам это точно удастся?

— Будем надеяться…

Они спустились вниз. Они надеялись победить…

ЭПИЛОГ

2000 год. 1 января. 00.30.

Прошло полчаса нового года. Весь дом де ля Уэрта отмечал это событие с обильной пышностью. Альваро и Италия как обычно сидели под деревом и думали всякие глупости:

— Тогда было ужасно.

— Что ж, они это заслужили, — произнесла Италия, — хорошо, что еще твою сестру удалось спасти.

— Если это спасение можно назвать таковым. Она же потеряла рассудок.

— Ну и что, — сказала Италия, — для нее это было лучшим выходом, в противном случае с ней бы пришлось сделать то же самое, что мы сотворили с Валерио.

— Бедный, даже после купания в кислоте он не успокоился.

— Что ж, но мне его не жаль.

Тут к ним подошел Витторио:

— Мы едем?

— О, да, — сказал Альваро, — поместье в Новый год, это потрясающе.

Они отправились прощаться с родственниками и вскоре уже сели в автомобиль Альваро. Витторио сел к рулю, а Италия и Офелия — сзади. Некоторое время в автомобиле царила тишина. После чего Витторио произнес:

— Половина первого ночи.

— Полчаса после 2000 года, — аукнула ему Офелия и достала из кармана бритву. Вскоре такая же бритва оказалась в руке Витторио.

— Цель почти достигнута, — сказали они и провели бритвой по лицу по диагонали от лба до подбородка, медленно пересекая лоб, разрывая мышцы и жидкость глаз, распилив пополам нос и губы, заливаясь кровью. Италия посмотрела на все это и сказала:

— Нас ждут на празднике, — и повернулась к Альваро.

Альваро достал из кармана небольшое устройство, с моргающей лампочкой и сказал:

— Я не имею права быть счастливым, — и нажал на кнопку. Взрывное устройство сработало.

Гости сбежались к пепелищу. От машины ничего не осталось. Впереди всех бежала Наталия. Ее трясло, она громко кричала. Когда она подбежала к обломкам и стала кричать еще громче ниоткуда возник ангел. Он прилетел с небес, ниоткуда, извне. Он держал в одной руке конверт, в другой сигарету.

Наталия нервно разорвала конверт и извлекла из него открытку с изображением Праги и прочитала:

— Дорогая мамочка! Неужели ты думаешь, что мы могли так пошло погибнуть?

Наталия посмотрела на ангела. Он затянулся и улыбнулся ей. И тут Наталия увидела, что у ангела лицо Валерио.

КОНЕЦ

Content

Кулаков Антон Анатольевич Королевские иллюзии[СИ]

Антон Кулаков Королевские иллюзии Роман

ПРОЛОГ УСАДЬБА ДЕ ЛЯ УЭРТА ПРИГОРОД МЕХИКО

1. Альваро, Италия, Витторио

2. Знакомство

3. Первый скандал

4. Смазливый парень на скорой

5. Убийство?

6. Поездка к озеру

7. Встреча в салоне тату

8. Начало завоевания

9. Облом

10. Свидание под кушеткой

11. Покушение

12. Скандал на свадьбе

13. Авиакатастрофа

14. Приключения в индейском посёлке

15. В огне

16. Выяснения отношений

17. Серьезная проблема

18. Экзекуция

19. Начало военных действий

20. Цель почти достигнута

21. Подрывная деятельность

22. Несправедливый приговор

23. Немного безумия, гипноза и тротила

24. Не конец, скорее только начало конца

25. Помешательство

26. Чума

ЭПИЛОГ