Жерар Клейн

Место на балконе

Земля изрыгнула ракету вместе с густыми клубами дыма. Затем наступила тишина, такая же темная и мертвая, как на обломках скал, блуждающих в глубинах пространства.

Но в ракете была заключена жизнь, и ее звуки можно было уловить. Звуки механической жизни, проявлявшейся в пощелкивании и потрескивании устройств, регистрирующих все происходящее вокруг, переговаривающихся друг с другом и с человеком при помощи световых бликов, а иногда выплевывающих яркие цветные вспышки. Наряду с ними, слышались звуки жизни людей, придавленных ускорением к сиденьям и зачарованно наблюдающих золотые уколы звезд на экранах. Время от времени они перебрасывались короткими фразами.

— Место на балконе. Кто бы мог подумать, что нам однажды достанется такое прекрасное место на балконе! Отсюда мы сможем наблюдать, как на Земле, в одной из пустынь, вспыхнут огни гигантских атомных петард. Это будет фантастический фейерверк, и мы прыгнули на Луну, чтобы наблюдать, как все заполыхает внизу под нами. Разве не забавно, что пришлось лететь на Луну, чтобы увидеть, как на Земле зажгутся искусственные звезды.

— Мы ничего особенного не увидим. Почти ничего, только небольшие искорки. Нужно иметь глаза, как у телескопа, радары вместо ушей и антенны на макушке, чтобы по-настоящему насладиться праздничными огнями. А мы всего лишь люди. Нет, мы ничего не увидим.

— Мы летим на Луну совсем не для того, чтобы увидеть что-нибудь, — мягко заметил капитан.

— Нас послали туда, чтобы зарегистрировать, как выглядят из-за пределов Земли мощнейшие ядерные взрывы. Мы должны установить на Луне аппаратуру для измерений, вычислений, экстраполяций. В конце концов, мы же не туристы. Впрочем, на Земле вряд ли найдется богач, который сможет оплатить тур Земля — Луна — Земля, чтобы полюбоваться рождественской свечкой ярче тысячи солнц.

— Но мы вполне могли бы быть и туристами, капитан. Мы ведь тоже будем просто смотреть, чтобы потом рассказывать, как для нас спалили целую пустыню. И нам придется сказать, что оттуда, сверху, из пустоты, мы ничего особенного не заметили.

— Может быть, когда-нибудь вы и сможете рассказывать свои байки. Не раньше, чем у вас отрастут длинные белые бороды, и вы будете трястись от дряхлости. Ну, а пока все засекречено самым строжайшим образом. Вы знаете правила не хуже меня.

— И что, кто-то надеется со хранить это в секрете? Разве можно помешать кому-нибудь забраться сюда или в любое другое место в космосе, чтобы оттуда наблюдать за Землей?

— Здесь никого нет и быть не может. Мы — первые люди на Луне.

— Откуда вы это знаете? Ну, ладно, людей здесь нет. А как вы помешаете марсианским астрономам навести на Землю свои гигантские телескопы и любоваться чудовищным извержением, которое способно изуродовать Землю? Можете ли вы помешать существам, парящим в пространстве неподалеку от Земли, подлететь поближе к костру пылающей материи, чтобы погреть крылышки?

Луна сверкала на экранах, словно серебряная монета. Она разогнала в стороны звезды, и теперь неслась прямо на корабль, неподвижно висящий в пространстве.

— Еще немного, и мы начнем поворот. Внимание!

— Каким коротким было путешествие! Когда мы вернемся, нам нечего будет рассказать.

«Вот и Луна, — подумал капитан. — Луна с блестящей рожей из свежего сыра. С десятками круглых безгубых ртов. Луна, которая сегодня будет пялиться всеми своими глазами на устроенный в ее честь фейерверк…»

Ракета опустилась, подняв в безмолвии тучи пыли. Частички лунного грунта разлетелись по сторонам, описав изогнутые дугой траектории. Казалось, будто большая птица вдруг взмахнула крыльями. Потом они легко и беззвучно упали на дно моря пустоты.

Космонавты влезли в свои нелепые скафандры. Они неуклюже вышагивали в них, словно исполняя танец марионеток, которые болтались на туго натянутых упругих нитях.

— Эй, Флери, открывай люк!

«Но что ждет нас за этим люком? — подумал Флери. — Может быть, леса, которые зеленее и спокойнее всех земных лесов? Или степи с тихо журчащими ручейками? Или бескрайние пустыни? Может быть, мы очутились на дне высохшего моря? Кто поручится, что телескопы и радары не обманывали нас?»

Он крутанул маховик. Послышался свист вырывающегося наружу воздуха. Он толкнул люк и увидел унылую пустыню. У него за спиной столпились товарищи. Внезапно он увидел, как по поверхности Луны промчалась световая вспышка. Светлое пятно, в котором смешались две бесплодных пустыни… Он с изумлением увидел, как на силуэты лунных цирков наложились контуры песчаных дюн. Вдали промелькнуло нечто, напоминавшее человеческий силуэт. Казалось, что человек приближался к ракете, бежал к ним, но, похоже, не видел ее. И еще он успел заметить уголок бледно-голубого неба, кусочек живого пространства в мертвом лунном небе, на котором поблекли яркие звезды. Потом появилась группа бегущих людей. Он замахал им и закричал. Боже мой, люди на Луне! Воздух на Луне… На заднем плане возвышалась решетчатая металлическая башня.

Тем временем, бледная вспышка удалилась, поблекла и пропала.

— Что с тобой, Флери? Ты что, чокнулся? Или ты видел что-то?

Он замялся.

— Мне кажется, что я видел бегущих людей. И голубое небо. И еще высокую металлическую башню. Кто-то уже освоил Луну.

— Получается, что мы не первые на Луне? — пробормотал капитан. — Неужели кто-то прилетел сюда раньше нас?

Его лоб наморщился от мысленного усилия.

Все заторопились наружу. Оказавшись на поверхности, они тут же увязли по колено в пыли. Они дико озирались, вытаращив глаза. Вытягивали шеи, едва ли не вывихивая их в попытках заглянуть за непривычно близкий горизонт.

Вокруг ничего не было. Ни людей, ни строений.

— Тебе все почудилось, Флери. Ты так надеялся увидеть что-нибудь — вот и увидел. Куда они могли подеваться, твои люди? Они же не могли внезапно исчезнуть!

Голая равнина простиралась на пару десятков километров во все стороны. Не видно было ни холмов, ни каких-либо углублений, где можно было бы спрятаться. Только бесконечное море пыли. И лунные цирки вдали. Никаких дворцов с ярко освещенными окнами. Никаких каналов, по сверкающей поверхности которых скользят гондолы из ветра и тумана. Никаких замков с мощными башнями, за стенами которых дремлют медные пушки, просыпающиеся только в дни праздничных торжеств. Нет, Луна не такая. Это вполне заурядное место. Даже более, чем заурядное, если вспомнить, сколько планов ее поверхности было составлено, сколько карт нарисовано, сколько сделано фотоснимков. Ее поверхность старательно фиксировалась и изучалась приборами, и результаты этого изучения навсегда внедрились в извилины человеческого мозга. Поэтому Луна производила даже более бледное впечатление, чем море, увиденное впервые. Луна — это мертвое высохшее чучело, у которого давно исчез даже запах жизни.

— Они исчезли, — пробормотал Флери. — Но я уверен, что видел их. Я точно знаю, что они не почудились мне. Они были здесь совсем близко от ракеты, и я увидел, что их озарила какая-то вспышка. Они почему — то не замечали нас, поэтому я замахал руками и закричал, чтобы привлечь их внимание. На них не было скафандров и шлемов — только голубые комбинезоны. И передвигались они не прыжками, а обычными шагами, как на Земле. Но теперь все это пропало. Пейзаж стал совершенно другим, каким вы сами видите его сейчас.

— Кто-нибудь еще видел то, о чем говорит Флери? — спросил капитан.

— Нет, — хором ответили остальные. И кто-то добавил: — Мы же стояли позади Флери, и увидели поверхность Луны через несколько секунд после него. Я заметил только облако белой пыли, промелькнувшее, словно вспышка молнии.

— Постарайтесь, чтобы вам больше ничего не чудилось, — строго сказал капитан Флери.

Они дружно принялись разгружать ракету. Распаковали и методично собрали нечто целое из тысяч металлических деталей. Смонтировали и настроили большой телескоп. Разбросали по всей равнине множество детекторов разной формы и размеров. Время от времени они останавливались и поглядывали на Землю. Та спокойно висела в пространстве, похожая на огромную спелую тыкву. Очень скоро в одной из земных пустынь должны были запалить фитили огромных петард.

— Капитан! Капитан! — испуганно прокричал кто-то. — Я что-то слышал! Какие-то странные звуки…

— Где? Что? А, это вы, Флери…

— Нет, это Лассаль. Я только что слышал что-то!

К капитану подбежал космонавт. Его лицо, покрытое каплями пота, сотрясал нервный тик. Он то и дело спотыкался, с трудом сохраняя равновесие.

— И что же вы видели?

— Нет, нет, ничего. Но я слышал что-то. Мне показалось, что позади меня кто-то насвистывает незнакомую мелодию… Я обернулся, но никого не увидел. И все равно кто-то невидимый негромко насвистывал рядом со мной.

— Похоже, это один из тех, кого видел Флери, — пошутил капитан. — Вы и сейчас все еще слышите его?

— Нет, я вызвал вас, как только все прекратилось.

— И где вы находились в тот момент?

— Там, за ракетой.

Они направились к тому месту, огибая ракету. И, конечно, ничего не увидели, если не считать отпечатков рубчатых подошв сапог Лассаля.

— Видать, вам тоже почудилось. Видите, здесь никого нет. И не было, кроме вас.

— Нет, это мне не почудилось. Я отчетливо слышал мелодию. Я даже могу повторить ее. Раньше я никогда ее не слышал, но я уверен, что это была земная мелодия.

— Постойте-ка, ведь ваше радио было включено, не так ли?

— Оно всегда включено.

— Значит, кто-то из наших насвистывал песенку, вот вы и услышали ее.

— Нет, я ясно слышал, что звуки доносятся не из наушников. Они раздавались где-то сзади от меня.

— Пустота не способна проводить звуковые волны.

— Я знаю. Но я слышал!

— Если я выясню, что кто-то из парней насвистывал эту мелодию минут пять назад, вы мне поверите?

Лассаль на мгновение замялся.

— Может быть.

— Эй, ребята! — крикнул капитан в свой микрофон. — Прекратить работу. Всем собраться к ракете. Я должен расспросить вас.

Собравшиеся встревожено сладили за капитаном, подходившим к ракете вместе с Лассалем. Потом они переглянулись.

Высоко над горизонтом сверкала Земля, похожая на хорошо начищенную кастрюлю, висевшую на мрачной кухне пространства. Можно было подумать, что на этой кухне готовилось какое-то адское кушанье.

— Кто-нибудь опять увидел что-нибудь странное, капитан?

— Нет, успокойтесь. Просто Лассаль слышал, как кто-то свистел. Никто из вас не насвистывал что-нибудь после того, как мы вышли на поверхность?

Собравшиеся помотали головами, пожимая плечами. Никто не насвистывал и ничего не слышал.

— Да послушайте же, вот эта мелодия! — воскликнул Лассаль. И принялся насвистывать.

— Я знаю эту мелодию! — сказал один из команды. — Я часто слышал ее на Земле. Пожалуй, даже очень часто. Я и слова помню:

«Их было четверо в ракете.

Зачем они покинули Землю?

Ведь больше нет на ней чертей,

Они теперь блуждают в пустоте

Верхом на метеорах.

Их было четверо в ракете,

Их унесло ко всем чертям,

Дрожащим в серых мерзлых шкурах,

Позеленевших от холода

Верхом на метеорах.

Зачем покинули вы Землю?

Ведь нет надежды на Луне…»

Все молча слушали. Их ноги глубоко увязли в пыли, и они походили на статуи, занесенные песком.

— В общем, что-то такое. Больше не помню.

— Вот видите, — успокаивающим тоном сказал капитан. — Раз вы знаете эту песенку, то могли насвистывать ее, не отдавая себе в этом отчета.

Все настороженно ждали ответа.

Космонавт пожал плечами.

— Нет, я ничего не насвистывал. Я уверен в этом.

— Но вы часто слышали эту мелодию на Земле. Она привязалась к вам, как это часто бывает. А здесь, в абсолютной тишине, вы невольно вспомнили ее. Человек не может долго находиться в тишине и одиночестве. Вы устали, немного нервничали. Вы и Флери.

— Но мне это не почудилось, капитан. Я уверен, что слышал насвистывание, — проворчал Лассаль.

— А я видел что-то, — добавил Флери.

— Ладно, продолжайте работать, — скомандовал капитан. — И если вы опять услышите или увидите что-нибудь странное, заткните уши и закройте глаза. Здесь Луна, а не санаторий для невротиков.

Никто не шевельнулся.

— Капитан, за всем этим что-то кроется. В происходящем нужно разобраться.

— Но разве сейчас вы что-нибудь видите? — капитан обвел рукой вокруг себя. — Вы что, полагаете, что здесь может существовать что-то живое?

Все уставились на бескрайнее море пыли, на сверкающую в небе холодную Землю, бросающую неясные отблески на далекие кратеры над которым на лишенном воздуха небосводе сверкали, словно драгоценные камни, огромные звезды.

— Капитан!

— Тихо! Да прислушайтесь же, черт возьми!

Все отчетливо услышали, как совсем рядом громко зарычал мотор. Звук пронесся у них над головой и затих где-то за ракетой.

— Это же вертолет! Вертолет на Луне! Или на этот раз мы все свихнулись…

Никто ничего не увидел в небе. Снова раздался рокот двигателя, но небо оставалось пустым.

— Это невозможно… Это призраки… Призраки…

— Нет, надо браться за работу, — встряхнувшись, сказал капитан. — Приближается час ноль. А с этим мы разберемся потом.

— Нет, мы должны разобраться сейчас.

Никто из команды не сдвинулся с места.

— Слушайте, у меня есть идея! — воскликнул Флери. — Есть идея!

Все оглянулись на него.

— Люди, которых я видел, — продолжал он, — пустыня и все остальное — все это земное. И мелодия, которую слышал Лассаль, тоже земная. Разве это может быть миражом или призраком? Я думаю, что мы имеем дело с какой-то петлей пространства, благодаря которой это место принадлежит одновременно и Луне, и Земле. Может, именно поэтому мы видим и слышим то, что происходит где-то на Земле. Ведь пространство — это чертовски сложная штука… Почему бы оно не могло изгибаться и давать петли самым невероятным образом?

— Петли пространства? Нет, это глупости. Ну, может, такое и случается в одном случае из миллиарда. Один шанс на сотню миллионов. Давайте-ка, лучше поспешим. Назначенный момент приближается, а у нас еще не все готово.

Земля вот-вот должна была вспыхнуть. Через несколько минут ей полагалось включить все лампионы. Иллюминация в честь Луны. Может быть, через много часов с черного лунного неба на ее поверхность упадет несколько пылинок, прилетевших с Земли. Пылинок, все еще заряженных невидимым огнем, все еще насыщенных ароматами земного воздуха, воды, растений, ветра — всего того, чего Луна не знала никогда и никогда не узнает. Они включили детекторы, навели и отфокусировали телескоп.

— Десять секунд, — сказал капитан.

Все опустили защитные фильтры на шлемах.

— Пять секунд!

Руки судорожно сжались, ноги слегка согнулись. Глаза впились в окуляры и циферблаты. Пальцы застыли на рукоятках и кнопках.

— Одна секунда!

В стороне от них над цирками расцвел огромный огненный цветок. По белесой пустыне пронеслась ослепительная вспышка. Над поверхностью Луны вырос чудовищный гриб дыма и пара. Миллионы тонн пыли устремились в небо. Они бросились на землю, пытаясь зарыться в пыль, но гигантская рука схватила их, смяла и швырнула вверх. Они еще успели почувствовать, как их куда понесло, повлекло страшное жгучее дыхание.

Потом была топка. Доменная печь.

Лица людей залили слезы, в глазах закружилось красное, фиолетовое, все цвета расплавленного металла. Голубоватый пар взметнулся столбом к самым звездам.

Когда все стихло, они медленно поднялись. Земля стала темной. В небе расплывались пыльные шлейфы. Их ракета лежала на боку, бесполезная и жалкая, словно выброшенная на мель туша кита. Прощай, Земля. Они заметались, закричали, сбились в беспорядочную группу. Они подняли Лассаля. Пластик его шлема был разбит.

— Бедняга мертв… Все, что нам чудилось, было на самом деле. Мы не свихнулись.

— Кто говорил про балкон? Мы были не на балконе. Мы оказались прямо перед сценой.

— Бомба на Луне, — пробормотал капитан. — Атомная бомба на Луне. Нет, это невозможно.

— Петля пространства, — бросил Флери. — Земная пустыня оказалась на Луне.

Они ошеломленно уставились на ракету.

— Мы не сможем провести нужные наблюдения, — пробормотал капитан. И механически повторил: —Мы не сможем провести наблюдения… А если и сможем, никто и никогда об этом не узнает.

Опрокинутый телескоп пялился в небо слепым глазом.

— Через несколько секунд будет вторая бомба, — растерянно произнес капитан. — Она будет помощнее первой. В пятидесяти километрах к западу. Если навести телескоп на точку в пятидесяти километрах к западу от первой… Потом будет третья. Затем четвертая. Взрывы каждые двадцать пять секунд.

Они все поняли и заметались, словно перепуганные муравьи. И тут же увидели, как ослепительным огнем вспыхнула Земля. В то же самое мгновение почувствовали, как содрогнулась Луна. И еще успели увидеть, как совсем неподалеку от них вспух чудовищный огненный шар. Но в то же мгновение пламя выжгло им глаза.

«Петля в пространстве», — успел подумать в последнюю долю секунды Флери. И успел почувствовать под собой мягкий песок Земли и услышать рев обезумевшего воздуха. Потом шлем лопнул, и он и все остальные исчезли в огненном вихре.

Пер. И. Найденкова.

Content

Жерар Клейн
Место на балконе