П. А. Стариков

Как обрести вдохновение и использовать его ресурсы: современные возможности

Предисловие

Интересно, что вдохновение многими людьми не рассматривается как ключевой ресурс на пути к успеху, самореализации, качеству жизни.

Мы провели небольшое исследование, в котором просили студентов высших учебных заведений (350 респондентов) оценить степень важности тех или других факторов в достижении успеха. Вдохновение оказалось в конце списка из таких качеств, как вера в себя, профессионализм, трудолюбие, умение ладить с людьми, ответственность, стрессоустойчивость, инициативность, предприимчивость, исполнительность, образованность, интеллигентность, умение работать в группе, позитивность мышления.

Любопытно было бы узнать, что эти студенты думали о вдохновении. Цель этой книги вернуть вдохновению его центральное, «царское» место среди других ресурсов, которые есть у человека и общества, показать, что именно вдохновение есть тот ключевой ресурс, который раскрывает все другие способности человека, его потенциал, и одновременно оказывается путем к гармонии, к свободе.

Еще одна важная задача этой книги – дать возможность читателю узнать о результатах современных исследований в области вдохновения, управления его возможностями. На сегодняшний день существуют достаточно эффективные и обоснованные техники обретения внутренних крыльев и других средств для полета души.

И самое главное – читатель этой книги может составить целостное представление о вдохновении, впервые получит «карту путешествия по территории вдохновения», в которой детально прорисована структура и ресурсы этой чудесной местности на основании современных исследований, сможет соединить на одной «карте» вместе вдохновение, системный подход, искусство, воображение, удовольствие, эффективность, успешность, управление организациями, социальное и личностное развитие.

Состояние вдохновения есть удивительный синтез силы и мудрости, квинтэссенция целостности.

Исследования показывают, что опыт состояний вдохновения – необходимое качество современного успешного, продуктивного человека. Проблемы, которые казались непреодолимыми преградами, разрешаются в этих ресурсных состояниях, которые многократно усиливают возможности людей.

Ресурсы вдохновения комплексны в своих проявлениях:

– средство и индикатор личностного развития по пути к целостности и интегрированности;

– источник восстановления и обновления организма;

– качество жизни, связанное с полнотой и насыщенностью переживаний, удовольствием и развитием эстетического восприятия;

– катализатор эффективности в обучении, творческой деятельности, коммуникации;

– доступ к глубинной интуиции;

– средство трансформации человеческих отношений в направлении мудрости и счастья.

Вдохновение есть ключ от парадной двери к успеху в различных сферах человеческой жизни: учебе, творчестве, спорте, здоровье, саморазвитии, самовнушении…

Книга представляет собой итог многолетних исследований автора в области творчества и вдохновения. Часть результатов этих исследований опубликована в центральных научных журналах, монографиях. Концепции и подходы этой книги фрагментами были представлены на международных первенствах по научной аналитике, где в конкурентной борьбе заняли первые и призовые места в отраслях педагогики, философии, социологии, культурологии. По результатам первенств по научной аналитике автор в числе первых в 2015 году получил звание академика Международной Академии Наук и Высшего Образования (Лондон, Великобритания).

Книга опирается и на современные методы научной аналитики и на пятнадцатилетний опыт проведения мастер-классов, тренингов и семинаров по развитию творческих способностей, управлению воображением, обретению состояния вдохновения.

Знания и навыки, которые вы приобретете, прочитав эту книгу, преподносятся по возможности в простой и увлекательной форме – при этом они опираются на силу фактуальной, научной обоснованности.

Чтение этой книги даст вам не только знания. Дело в том, что слова, образы, связанные с состояниями вдохновения, резонируют с вашим накопленным опытом, активизируют память продуктивных, ресурсных состояний. Этот жизненно необходимый опыт часто бывает где-то далеко от насущной жизни человека, засыпан песками времени. И вот чтение, обдумывание очищает и кристаллизует его, позволяет ему неожиданно, как бы само собой, проявить себя в вашей жизни, даря возможность выхода на новые пики и уровни своего развития.

Читая эту книгу, вы получите как ценный ресурс знаний, так и возможность глубоко погрузиться в атмосферу вдохновения. В тексте книги даны рекомендации для пробуждения состояния вдохновения, правильного ухода за его крыльями.

Начните исследовать возможности вдохновения с новым пониманием, внесите свой вклад в трансформацию социальных, образовательных, жизненных сред в направлении большей свободы, эмпатии, качественной энергетики.

1. Пиковые переживания

Под вдохновением в современной культуре понимается особое состояние человека, которое характеризуется, с одной стороны, высокой производительностью, с другой – огромным подъемом и напряжением сил человека. Так отражается суть вдохновения в современных словарях и энциклопедиях. Верно ли это понимание? Отчасти верно, но при этом упущены из вида важные ключевые моменты, которые и позволяют «приручить этот священный огонь», позволить ему согревать своим теплом обычную человеческую жизнь, вносить свет и легкость в наши повседневные заботы.

Как вы увидите в процессе чтения, понимание структуры и символики вдохновения даст вам реальную возможность создавать в себе желаемый настрой на вдохновение. Это и станет основным ресурсом, который легко и естественно откроет вам незаметную дверь в мир способностей, важных для успеха в современном мире. Удивительному и пока малоисследованному феномену вдохновения, изучению его структуры, возможностей включения механизмов, запускающих вдохновение, управлению опытом вдохновения посвящена эта книга.

Одним из самых серьезных препятствий освобождению скрытых сил вдохновения является, как это ни парадоксально звучит, сложившаяся в человеческой цивилизации благодаря гению человеческого разума, но достаточно примитивная в понимании человека, природы, мира техногенная культура, формирующая неверные стереотипы, установки, ассоциации. Если вы думаете, что эти эфемерные вещи не имеют серьезной власти над человеком, то вы ошибаетесь. Всего полтора века прошло с тех пор, как лучшие умы человечества приступили к научному исследованию этих невидимых факторов. Зигмунд Фрейд, первопроходец в изучении этого мира, до сих пор остается самым цитируемым автором в научных статьях. К. Юнг, Я. Морено, Р. Ассаджиоли, Э. Фромм, А. Маслоу, многие другие – они начали «великий переворот» упрощенных представлений о правильном и разумном. И этот процесс только начинается.

Например, современный исследователь Рудигер Дальке предполагает, что традиционная установка «мы должны всего добиваться напряженными усилиями» является одним из самых распространенных предрассудков европейского человека. «Пережить состояние, похожее на чувство единства, почувствовать не обремененную ничем легкость парения – вот что является главным в достижении цели» [16, с. 37].

В последние десятилетия внимание ученых, практиков все больше поворачивается в сторону понимания важности особых состояний, которые могут быть названы идеальными состояниями человеческого существования. Исследования показали, что в такого рода состояниях многократно усиливаются возможности управления памятью, информационными потоками, творческой интуицией. Но не менее важно и то, что эти состояния соотносятся стайной развития целостности всего нашего существа. В этом заключается причина ключевого значения, необходимости изучения этих состояний и одновременно сложности их понимания. Проявления вдохновения выходят за рамки сложившейся научной парадигмы своими возможностями, бликами Божественного в находках тех ученых, практиков, кто отважился работать с ними.

Следует отметить также отсутствие единой терминологии в современных исследованиях в этом направлении. До сих пор не сложился общий подход к изучению таких продуктивных состояний. Каждый автор дает, с нашей точки зрения, единому феномену различные названия: пиковые переживания (А. Маслоу), потоковые состояния (М. Чиксентмихайи), состояния саморегуляции (X. Алиев), сущностные состояния (К. и Т. Андреас), состояние Озарения (У. Бенсон и Г. Проктор), ресурсные состояния (В. В. Козлов), генеративный транс (С. Гиллиген) и так далее. В тексте мы будем использовать, в виду такой неопределенности, традиционное название для этого широкого круга феноменов – вдохновение. По ходу чтения вы убедитесь, что такой подход является обоснованным.

Начиная с конца девятнадцатого века многочисленные исследователи делают попытки рационализировать процесс вдохновения, понять его природу (системы обучения актерскому мастерству К. С. Станиславского, М. Чехова, психодрама Я. Морено, аналитическая психология К. Юнга, концепция священного М. Элиаде и другие направления). Изначально опыт вдохновения соотносился с влиянием на творца духовных сил, неконтролируемым выражением «воли богов». В то же время уже в системе Станиславского складывается представление о вдохновении как следствии соединения ресурсов, интеграции сознательных и подсознательных процессов, пробуждения «матушки-природы» в ходе творческой деятельности, обучения актерскому мастерству.

Серьезный вклад в изучение проблематики вдохновения был сделан Абрахамом Маслоу, который предложил модель пикового переживания как идеальную модель человеческого действия, характеризующегося качествами спонтанности, интегративности, гедонистичности, индивидуальности, творческости.

По Маслоу, пиковое переживание – это эпизод, в котором «все силы личности чрезвычайно эффективно сливаются воедино, доставляя интенсивное удовольствие, когда человек обретает единство, преодолевая разорванность, больше открыт ощущениям, отличается неповторимостью, экспрессией и спонтанностью, более полно функционирует, обладает большими творческими способностями и большим чувством юмора, способен подняться над эго, более независим от своих низших потребностей» [26, с. 132].

Логика мысли Маслоу фиксировала особое значение пикового переживания во всех аспектах развития личности. Любой человек в момент пикового переживания становится наиболее полноценным как с эмпирической, так и с теоретической точек зрения. То есть пиковое переживание дает максимум информации о здоровье и отдельного индивида в его поиске себя, и универсальных вершин человеческой природы. Как показал Маслоу, «во время пиковых переживаний люди наиболее тождественны самим себе, ближе к своему истинному "я" и наиболее неповторимы» [26, с. 319]. Таким образом, пиковое переживание – это и модель более здорового и продуктивного состояния, и средство продвижения по пути к большей целостности и индивидуальности.

Как считал Маслоу, пиковые переживания проявляют лучшие стороны индивида, являются как целью, так и средством самоактуализации, мгновениями, когда человек проявляет свое «я». В жизни каждого человека бывают такие моменты. Задача терапии и обучения – помогать людям испытывать пиковые переживания как можно чаще.

В свое время этот принцип, который с таким трудом находит свое место в современной педагогике, профессиональной деятельности, был сформулирован и К. С. Станиславским: «Пусть начинающие сразу познают, хотя бы в отдельные моменты, блаженное состояние артиста во время нормального творчества» [40, с. 454].

Важным вкладом А. Маслоу стало эмпирически найденное в ходе исследований успешных личностей положение о существовании идеального композитного синдрома пиковых переживаний, что предполагает целостность всех его характеристик, когда «отдельные характеристики отнюдь не являются отдельными, а переплетаются друг с другом, по-разному выражая одно и то же, имея одно и то же значение в метафорическом смысле» [26, с. 138]. Комплекс характеристик пиковых переживаний (приводится в сокращенном виде) по Абрахаму Маслоу:

1. Во время пикового переживания человек чувствует себя более единым (целостным), чем в любое время, более целенаправленным, более гармонично собранным, организовавшим более эффективное и слаженное функционирование всех своих частей, более синергичным.

2. По мере того, как человек становится более единым и более «чистым», увеличивается его способность слиться с миром.

3. Во время пиковых переживаний индивид, как правило, чувствует себя на вершине своих сил, максимально используя все свои способности.

4. Непринужденность, легкость, грациозность. То, на что в другое время тратится множество сил и стараний, в пиковом переживании выполняется без всякого усилия, как бы само по себе.

5. В это время люди выглядят спокойными, уверенными в себе и своей правоте, словно они точно знают, что они делают, и делают это без оглядки, искренне, не сомневаясь, не колеблясь. В это время есть только выстрелы в яблочко. Великие спортсмены, художники, творцы, лидеры и руководители ведут себя именно так, когда функционируют наилучшим образом.

6. Во время пиковых переживаний человек больше, чем в любое другое время, чувствует себя ответственным, активным, творческим центром своей деятельности и своего восприятия.

7. В это время человек наиболее свободен от страхов, опасений, сомнений, самокритики, всевозможных оков и тормозов.

8. В такие моменты человек становится более творческим. Пиковые переживания можно определить и по-другому – как высшую точку уникальности, индивидуальности или неповторимости.

9. Во время пиковых переживаний человек зачастую склонен изъясняться поэтическим, мифологическим или возвышенным языком.

10. Пиковым переживаниям свойственно своеобразное бытийное веселье. Его неотъемлемыми свойствами являются легкость, непринужденность, изящество, меткость, освобождение от комплексов и сомнений, умение смеяться вместе с кем-то.

11. Пиковое переживание само является «интегратором», таким же, как красота, любовь и творчество. Именно в этом смысле оно является разрешателем дихотомий и неразрешимых проблем.

12. Во время пиковых переживаний и как последействие у людей возникает характерное чувство счастья, успеха, избранности. Как правило, после пикового переживания следует чувство благодарности. Очень часто чувство благодарности ведет к безграничной любви ко всему сущему, к восприятию мира как исполненного красоты и добра и зачастую к желанию сделать для мира что-то хорошее. В целом Маслоу одним из первых предложил интегральную концепцию пиковых переживаний как ключевого момента развития целостности и индивидуальности человека, создав теоретическую и эмпирическую почву для комплексного изучения многообразия феноменов вдохновения, их влияние на функционирование и развитие человеческих существ.

Важно отметить, что положения Маслоу не умозрительны. Опираясь на интервью с успешными людьми, он на практике продемонстрировал ряд значимых закономерностей.

Во-первых, пиковые переживания тесно связаны с успешностью. То есть если человек добился успеха в одной из сфер жизни, то он обязательно испытывал и испытывает пиковые переживания, такие вот необычные состояния. И эти состояния не опасны для развития личности, как предполагали культурные стереотипы его времени. Наоборот, они есть средство развития человеческого потенциала.

Во-вторых, Маслоу противопоставил одномерной рациональной модели продуктивного человека, которого пытается сформировать современная система культуры, образования, модели такого послушного и хорошо вписывающегося в техногенную цивилизацию рационального робота, нечто совершенно другое. Это нечто иное, можно сказать, выходящее за пределы социального контроля и нормирования, есть особые возможности человека, проявляющиеся в момент пиковых переживаний. Эти божественные возможности открываются в условиях эстетичности, удовольствия, легкости, комфорта, ощущениях близости с другими людьми, единства со всем миром. Это совершенно другая культурная установка, которая начала формироваться в 60-е годы двадцатого столетия, усилиями ученых-бунтарей, новаторов, таких как Э. Фромм, Г. Маркузе, Р. Л. Акофф, П. Чекленд и многих других.

В этот период, с 60-70-х годов двадцатого столетия, начинаются поразительные трансформации человеческой культуры, связанные с развитием информационного общества, инновационной экономики. Все больше возрастает значение творчества, самовыражения, коммуникаций, появляется практический интерес к изучению условий их эффективности.

Маслоу был первым из исследователей, кто доказательно продемонстрировал комплексную связь между присущей человеку мотивацией и проявлениями пиковых переживаний. Пиковые переживания появляются у успешных людей на принципиально иной мотивации, не обусловленной страхом, виной, стыдом, болью, инструментами социального управления, которые условно могут быть названы внутренним адом. Наоборот, божественные возможности пиковых переживаний открываются в условиях эстетичности, внимания к организму как целостной системе, удовольствию, спонтанности и самовыражению. По всей видимости, непонимание и неумение создать такие условия – главная причина неуспеха многих практикующихся в их попытках овладеть техниками влияния на свой организм, например через аутотренинг, самогипноз, аффирмации, визуализацию. Сюда же относятся и неуклюжие попытки вызвать вдохновение манипулятивными и контролирующими психотехнологиями. Путь в «благоухающие нежными ароматами» хранилища человеческих ресурсов и способностей не терпит насилия и принуждения.

Необходимо отметить, что изучение комплекса симптомов пикового переживания практически не получило дальнейшего развития в научных исследованиях и психотехнических разработках, хотя важность этого феномена несомненна. Остался нераскрытым и вопрос о природе комплексной взаимосвязи проявлений пиковых переживаний. Далее мы намерены развить и углубить это комплексный подход, начатый Маслоу: сделать для читателя понятными и обоснованными основные образовательные, социальные технологии обучения вдохновению, научить осознанно пользоваться соответствующими техниками для увеличения эффективности творческой деятельности, удовольствия, улучшения здоровья и омоложения организма.

Исходя из представления о комплексности проявлений вдохновения, спектр возможностей, спектр направлений развития вашего потенциала будет показан в этой книге. Все отдельные направления ведут к универсальному и одновременно индивидуальному, каждый раз уникальному состоянию единства и вдохновения. Они не мешают друг другу, а каждое усиливает и дополняет другие. Читатель может выбрать одно направление, несколько, обретая все сразу в конечном итоге.

Сам Маслоу соотносил перспективы развития личности человека со множеством факторов социальной, духовной, культурной природы.

Как писал Маслоу, нормальная приспособляемость среднего здравомыслящего, благоразумного человека подразумевает постоянный и «успешный» отказ от многих глубин человеческой природы. Отгораживаясь стеной от своего внутреннего ада, человек так же отгораживается и от своего внутреннего рая. «Крайним проявлением этой позиции является маниакальная личность, холодная, непроницаемая, осторожная, закрепощенная, полностью себя контролирующая, не способная смеяться, играть, любить, доверять, совершать глупости или детские поступки. Ее воображение, ее интуиция, ее мягкость, ее эмоциональность по большей части подавлены или изуродованы» [26, с. 180].

Английский психолог Ричард Вайзман из Хартфордширского университета провел любопытный сравнительный эксперимент с людьми, которые считают себя крайне удачливыми или, наоборот – страшно невезучими. Тем и другим было дано одно и то же задание, подсчитать количество фотографий в толстой газете. Оригинальность эксперимента заключалась в том, что среди множества других рекламных объявлений было размещено специально допечатанное объявление с такого рода содержанием: «Сообщите экспериментатору, что вы увидели это, и получите в награду 250 фунтов стерлингов», набранное крупным шрифтом и занимавшее полстраницы. В результате те, кто заявил о своей неудачливости, объявления не заметили, точно выполняя поставленную скучную задачу подсчета числа фотографий. Все счастливчики так или иначе обратили внимание на объявление и получили вознаграждение.

Для современной культуры важно и умение контролировать свое внимание, двигаться к цели, не отвлекаясь на посторонние сигналы, и возможность прислушаться к голосу целостности. Существует возможность совместить эти две важнейшие установки, прекратить бушующую внутри большинства людей «гражданскую войну» между «глубинными силами» и «силами обороны и контроля». В результате у людей исчезает страх перед самими собой, своими импульсами, эмоциями, мыслями, происходит примирение со своей Самостью, становятся доступны плодотворная деятельность, радость и творчество.

Маслоу предполагал, что глубинные силы по своей природе суть выражение целостности человеческого существа, стремящегося к развитию, и обнаруживают себя в пиковых переживаниях, когда «все силы личности чрезвычайно эффективно сливаются воедино, доставляя интенсивное удовольствие, когда человек обретает единство» [26, с. 132]. Развитие доверия к этим глубинным силам, позволение им войти в нашу жизнь – это и есть содержание тех глубоких культурных трансформаций, которые происходят сейчас в современном обществе.

2. Потоковые состояния и пиковые переживания – что общего?

К сожалению, Абрахам Маслоу не предложил конкретных методик и рекомендаций, каким образом можно способствовать возникновению пиковых переживаний, актуализации их в обучении, спорте, творчестве, поиске духовности, здоровья и целостности.

Близкую концепцию к пиковым переживаниям создал другой психолог – Михай Чиксентмихайи, который назвал эти исключительные моменты состоянием потока, использовав метафору потока, течения, чтобы описать ощущение легкости, с которой люди выполняют какое-то дело. В ходе многолетних исследований он установил, что именно потоковые моменты люди считают лучшими в своей жизни. Спортсмены описывают эти моменты как второе дыхание, религиозные мистики как экстаз, а художники и музыканты как моменты эстетического восторга. Спортсмены, мистики и художники занимаются разными вещами, когда переживают поток, однако описание их переживаний удивительно схоже.

Чиксентмихайи собрал огромную статистику за много лет, проводя опросы в разных странах, культурах, прося людей описать пережитое когда-либо духовное удовлетворение и упоение особой остроты. В результате он показал, что состояния потока обладают универсальными, не зависящими от культуры, религиозных представлений характеристиками. Потоковое состояние, как установил Чиксентмихайи, обязательно сопровождается следующими особенностями [50]:

– «вызов ситуации» (поставленная перед собой задача должна быть достаточно трудна и требовать мастерства);

– сосредоточенность;

– совершенная ясность цели;

– немедленное ощущение отдачи;

– полное погружение в работу, не требующее специальных усилий;

– чувство контроля над ситуацией;

– исчезновение восприятия себя; остановка времени.

– Как считает М. Чиксентмихайи, ключ к потоковым состояниям – концентрация внимания. В повседневной жизни редко удается добиться синхронизации различных составляющих нашего опыта, хотя часть обыденного сознания сконцентрирована на выполнении задания, человек практически не вовлечен в свое дело полностью. Это не значит, что в его сознании царит хаос, однако в нем присутствует значительная доля энтропии – мысли, эмоции и намерения то возникают, то исчезают, производя противоположные импульсы и рассредоточивая внимание в разных направлениях.

Альтернатива – потоковые состояния. В противоположность тому, что мы часто испытываем в повседневной жизни, в такие моменты наши чувства, наши желания и наши мысли гармонируют друг с другом.

Как правило, согласно Чиксентмихайи, поток приходит, когда перед человеком стоят ясные цели, требующие определенной реакции. Легко испытать состояние потока, играя в такие игры как шахматы, теннис или покер, потому что в этих играх есть цели и правила, благодаря которым игрок действует, не задаваясь вопросом, что ему надо делать и как. Та же самая ясность целей присутствует, когда человек участвует в религиозном ритуале, играет музыкальную пьесу, плетет коврик, пишет компьютерную программу, забирается на скалу или делает хирургическую операцию. Виды деятельности, которые вызывают поток, Чиксентмихайи называет потоковыми, поскольку, занимаясь ими, велика вероятность испытать поток.

Эта сторона концепции потоковых состояний нашла множество сторонников, развивающих и обогащающих подход Чиксентмихайи в рамках различных направлений коучинга. Например, Ингрид Каммингс рекомендует выбрать себе какое-нибудь занятие (хобби), где вы можете постепенно прогрессировать. Серьезным препятствием потоковым состояниям являются задачи непомерной сложности и самообвинения, порождаемые стремлением превзойти всех. Поэтому, советует автор, лучше выбрать дело, к которому у вас нет способностей, и вы не смогли бы добиться в нем никаких значительных успехов. Если вы найдете ежедневно двадцать минут, чтобы погрузиться в это дело, то через некоторое время почувствуете благотворные изменения во всей вашей жизни (рост жизненной энергии, оптимизма, интуитивной прозорливости). Секрет прост. Ваш организм в ходе этих двадцатиминутных занятий «вспомнит» состояние потока, а ваши глубинные силы освободятся от удушающей тяжести социальной необходимости, ощущений напряжения и страха. Как считает известный ученый, автор концепции выученной беспомощности Мартин Селигман, опыт потоковых состояний – это процесс накопления психологического капитала, ресурсов на всю дальнейшую жизнь [39].

Условием для возникновения потоковых состояний, как показал Чиксентмихайи, является тонкая грань, баланс между трудностью и простотой поставленной задачи. Если задача слишком сложна, то зарождается тревога. Если задача слишком проста, человек расслабляется, но затем ему становится скучно. Если задача несложна и способности человека невелики, то человек чувствует апатию. «Но когда совпадают сложность задачи и высокое мастерство, происходит глубокое погружение, которое часто рождает состояние потока в повседневной жизни. Альпинист чувствует это, когда сложный рельеф горы требует от него приложения всей его силы. Певец чувствует это, когда песня требует от него использования всех его вокальных данных. Ткачиха чувствует это, когда рисунок ковра сложнее всех, что ей доводилось исполнять ранее. А хирург чувствует это, когда в ходе операции происходят непредвиденные ситуации и неожиданные отклонения. В течение обычного дня мы чувствуем беспокойство и скуку. И только состояния потока являются вспышками интенсивной жизни на фоне скучного существования» [50, с. 24].

Потоковое состояние возникает неконтролируемо, но неизбежно, когда цели ясны, результат очевиден, а задачи и мастерство находятся в балансе друг с другом, человек концентрирует свое внимание и полностью погружается в свое дело. К сожалению, такая простая рекомендация практически не реализована ни в системе образования, ни в организации труда, поскольку требует серьезного внимания к индивидуальному подбору задач и целей для каждой личности. В то же время в быстро развивающейся системе коучинга такая возможность появляется, с лихвой окупая затраты, поскольку обеспечивает почти автоматическое обучение потоковым состояниям – накоплению «психологического капитала» современного человека. Только когда поставленная задача требует всей психической энергии, всего внимания, но не выходит за пределы возможностей, рождается состояние потока, умножающее человеческие силы и концентрацию. Как пишет Чиксентмихайи, в сознании человека не остается места для отвлекающих мыслей и посторонних чувств. Самосознание человека исчезает по мере того, как он чувствует себя сильнее, чем обычно. Изменяется ощущение времени: кажется, что часы летят как минуты. Когда все существо человека сконцентрировано на полной работе тела и сознания, то что бы человек ни делал, это становится ценным само по себе; существование оправдывает само себя. Гармоническое соединение физической и психической энергии приводит к тому, что жизнь наконец-то становится жизнью.

В качестве важных итогов исследований Чиксентмихайи следует указать на различение между стремлениями к удовольствию и стремлениями к духовному удовлетворению. Удовольствия даются легко, но ведут к депрессии, удовлетворение как результат потокового состояния требует мастерства и напряжения сил.

Наиболее значимое, с нашей точки зрения, в исследованиях потоковых состояний – возможность более точно выделить условия возникновения потока, оценить степень распространенности данного состояния в современной культуре. Как часто люди испытывают поток? Обычное распределение ответов на вопрос «Были ли Вы когда-нибудь так сильно увлечены своим делом, что забывали обо всем и теряли ощущение времени?», которое получал Чиксентмихайи:

– да, это происходит очень часто, несколько раз в день – 20 %;

– часто – 23 %;

– иногда – 40 %;

– редко – 25 %;

– нет, с ними никогда такое не происходит – 12 %.

Эти цифры очень стабильны в разных странах. Конечно, если, говоря словами Чиксентмихайи, мы будем учитывать только самые интенсивные и возвышенные моменты потока, тогда частота, с которой его испытывают люди, будет намного меньше.

Чаще всего люди испытывают поток, когда они занимаются своим любимым делом – работают в саду, слушают музыку, играют в боулинг, готовят вкусную еду. Это состояние также часто посещает людей, когда они ведут машину, общаются с друзьями, и на удивление часто это происходит на работе. Очень редко поток приходит к людям, когда они заняты пассивными видами деятельности, например смотрят телевизор или отдыхают. Однако поскольку любой вид деятельности может вызвать поток при наличии определенных условий, то это значит, что возможно улучшить качество своей жизни, если добиться, чтобы в повседневной жизни присутствовали четкие цели, немедленные результаты и баланс между профессиональными навыками и возможностями их реализации.

Еще раз отметим, как важно и достаточно просто впустить потоковые состояния в нашу жизнь. Часто слышатся призывы мыслить позитивно, стать вдохновленным, увлеченно заняться чем-либо. К сожалению, попытка волевым усилием влиять на психологические и физиологические функции, скорее всего, как показывают эксперименты, приведет к обратному эффекту, то есть дезорганизации этих функций. Но если будут созданы условия для появления потоковых состояний, то вы с удовольствием и пользой для себя убедитесь в эффективности рекомендаций Чиксентмихайи. Запасы вашей психической энергии, уверенности, позитивного настроя начнут пополняться. Многие выдающиеся люди интуитивно находили возможность создавать условия для возникновения потока в своей жизни. Чарльз Дарвин, прохаживающийся по созданной специально для обдумывания мыслей парковой дорожке, Бехтерев, любивший размышлять во время езды в экипаже, Менделеев, мастеривший чемоданы – список благодатных чудачеств может быть неограниченно продолжен.

Отдавая должное исследованиям Чиксентмихайи, опыту феноменологического описания особых состояний, близких к пиковым переживаниям, отметим, что концепция потоковых состояний предельно суживает характеристику состояний, исключая из рассмотрения их духовные аспекты, отмеченные Маслоу, такие как ощущения и единства, и красоты и многие другие проявления потенциальности человека (эстетические, этические, личностные, духовные компоненты).

Начиная с 2009 года мы проводим сравнительные исследования, в ходе которых были изучены эмоциональные переживания, опыт вдохновения и потоковых состояний студентов высших учебных заведений на выборке больше тысячи человек. С использованием методов математической статистики, таких как факторный анализ, многомерное шкалирование, нами была изучена структура эмоциональных переживаний, их связь с опытом вдохновения, многие другие факторы жизни [42, 43]. Один из наиболее важных выводов исследования – подтверждение представлении о существовании целостного комплекса взаимосвязанных переживаний, в который включены как переживания, выделенные Маслоу, так и характеристики, изученные Чиксентмихайи (ощущение ясности цели, чувство вовлеченности, растворения в деле).

Ниже мы приводим графическое изображение структуры обсуждаемого комплекса переживаний, полученное в ходе изучения степени близости конкретных переживаний друг к другу методом многомерного шкалирования.

Вот так выглядит на диаграмме, согласно нашим результатам, структура изученных эмоциональных переживаний. Посмотрите сверху на эту «карту» человеческих эмоций. Методы многомерной статистики подобны полету на воздушном шаре. Чем выше мы поднимаемся над поверхностью, тем больше стираются детали, случайности, открывая возможность изучать скрытые от наблюдателя на земле структуры рельефа. Ни Маслоу, ни Чиксентмихайи не проводили такой анализ, ограничиваясь «зарисовками с земли». На нашей «карте» присутствуют эмоциональные переживания, выделенные Маслоу, Чиксентмихайи, наряду с переживаниями негативного плана (страдание, конфликт) и некоторыми другими переживаниями, такими как протест.

Рисунок 2.1 – Оценка близости соответствующих эмоциональных переживаний по методу многомерного шкалирования.

Примечание. Использованы сокращения для соответствующих переживаний: 1 – «Внутреннее спокойствие, умиротворенность»; 2 – «Чувство полного вовлечения, растворения в том, что Вы делаете»; 3 – «Чувство любви ко всему существующему, всей жизни»; 4 – «Глубокое чувство своей значимости, внутреннее ощущение одобрения Вас самих»; 5 – «Чувство близости ко всему, ощущение единства со всем миром»; 6 – «Ощущение сосредоточенности, совершенной ясности цели, полного контроля над ситуацией»; 7 – «Чувство своей потенциальности, наполненности идеями, планами»; 8 – «Чувство яростного протеста, желания изменить этот мир»; 9 – «Чувство внутренней боли, страдания от несправедливости мира»; 10 – «Чувство внутреннего противоречия, неразрешимого внутреннего конфликта»; 11 – «Обостренное восприятие красоты мира, природы, „прекрасного мгновения“»; 12 – «Ощущение легкости, парения»; 13 – «Чувство полного погружения в работу, не требующее специальных усилий».

На диаграмме расположение эмоциональных переживаний отражает степень их близости между собой. Те переживания, которые находятся ближе друг к другу, более тесно связаны между собой. То есть если люди часто испытывают одно переживание, то, скорее всего, они часто испытывают и другое. Например, переживание легкости, парения находится рядом с переживаниями «полного вовлечения, растворения в том, что Вы делаете». Это означает, что переживания близки, созвучны друг другу. Наоборот, чем больше дистанция между переживаниями – тем больше они несовместимы. Так, вы можете увидеть при рассмотрении диаграммы, что ощущения легкости находятся дальше всего от переживаний страданий и конфликта. Горизонтальная ось диаграммы и определяется этой поляризацией: с одной стороны, переживания, соответствующие комплексу пиковых переживаний и потоковых состояний (легкость, единство, любовь, растворение и другие), с другой – переживания боли и конфликта. Поэтому скорее верно правило, что некоторые индивиды живут возле области «эмоционального рая», который составляют одновременно все характеристики пиковых переживаний и потоковых состояний. А другая часть людей находится в «эмоционально неблагополучных областях» страдания и конфликта. Для них переживания «эмоционального рая» менее доступны (как продуктивного потока, так и эстетического, духовного пика).

Позитивные переживания людей на диаграмме могут иметь как характер сосредоточенности, ясности целей, полного контроля над ситуацией, так и переживания умиротворенности, ощущений единства с миром, любви и восприятия красоты. Все эти переживания, несмотря на разницу между ними, принадлежат области «эмоционального рая».

Если посмотреть на верх-низ диаграммы, ее вертикальную ось, то внизу мы увидим переживания, которые можно охарактеризовать как созерцание, покой (чувство внутреннего спокойствия, умиротворенности). Вверху мы встретим переживания с общим смыслом «активное действие, сосредоточенность на цели». Согласно нашей диаграмме, это полярные по отношению друг к другу переживания.

Обратите внимание, что переживания «ощущение легкости, парения», «чувство полного вовлечения, растворения в том, что Вы делаете», находятся в середине области нашего «эмоционального рая», обозначая ключевую позицию как точку интеграции, синтеза противоположностей полюсов «созерцание» и «действие». Не случайно именно эти характеристики выделил М. Чиксентмихайи как наиболее точно отражающие суть потоковых состояний. На эти два переживания следует обратить особое внимание как центр всей области позитивных переживаний, что может быть использовано в качестве формирования настроек и бессознательных установок при обучении продуктивным состояниям, актуализации опыта вдохновения. В следующих разделах мы рассмотрим эти возможности подробно.

Таким образом, мы можем сделать вывод о том, что пиковые переживания и потоковые состояния относятся к одному связанному комплексу переживаний – состояниям «рая» пика и потока (этот результат подтверждают и результаты факторного анализа). При этом потоковые состояния, изученные Чиксентмихайи (сосредоточенность, ясность целей, вовлеченность в процесс) находятся больше в верхней части этого комплекса. Пиковые переживания – ниже, больше в области «покоя и созерцания». Соединяют эти области, находясь точно в центре, переживания легкости, парения, растворения в деле, являясь, таким образом, наиболее точными и информативным показателями этого комплекса, соотносящегося с пиковыми переживаниями и потоковыми состояниями.

Для иллюстрации того, насколько важно точно определить смысл желаемого состояния, подобрать к нему ключевое слово, я расскажу один случай из истории культуры и гипноза. Тогда в 1900 году, может быть, впервые произошло пересечение областей искусства, вдохновения и интуитивной прозорливости подобранных гипнотических установок. Это – история создания гениального Второго концерта Рахманинова, музыки, написанной после двух лет заточения в тисках депрессии и являющейся символом вновь обретенных крыльев творческого вдохновения.

Причиной тяжкого психического положения Сергея Рахманинова в это время стали провал исполнения Первой симфонии, последовавшие критика и клевета, внезапная смерть Чайковского – его друга и наставника. «Меня парализовала апатия», – так характеризовал композитор свое удручающее состояние. В начале 1900 года два месяца Рахманинов ежедневно проходил лечение у популярного тогда доктора Николая Владимировича Даля, достигавшего блестящих результатов с помощью внушения и самовнушения. Вот что рассказывал композитор о результатах лечения впоследствии:

«Мои родственники сказали доктору Далю, что он любым путем должен избавить меня от апатии и добиться, чтобы я начал сочинять. Даль спросил, что именно они хотели, чтобы я сочинил, и получил ответ: концерт для фортепьяно. Тот, который я обещал лондонской публике и в отчаянии отложил. В результате, лежа в полудреме в кресле доктора Даля, я изо дня в день слышал повторяющуюся гипнотическую формулу: "Вы начнете писать концерт. Вы будете работать с полной легкостью. Концерт получится прекрасный". Всегда одно и то же без пауз. И хотя это может показаться невероятным, лечение действительно помогло мне. Уже в начале лета я снова начал сочинять. Я обрел веру в свои силы и мог теперь позволить себе думать об осуществлении заветной мечты: полностью посвятить два года сочинению.

Я ощущал, что лечение Даля поразительно укрепило мою нервную систему. Из чувства благодарности я посвятил ему свой Второй концерт. Так как сочинение пользовалось в Москве большим успехом, все думали и гадали, какое отношение может иметь к нему доктор Даль. Истина, однако, была известна только Далю, Сатиным и мне» [52, с. 172].

Несмотря на то, что методы лечения доктора Даля включали и другие средства – беседы, музицирование – мне представляется важным отметить и найденную точно характеристику «полная легкость» того лечебного состояния, которое сейчас мы можем соотнести с пиковыми переживаниями и потоковым состоянием. Не случайно известный музыкальный терапевт В. М. Элькин особенно выделяет скрытую исцеляющую силу Второго концерта Рахманинова, которое отобрали сотни его слушателей и которое помогло многим выйти из тягостного психологического состояния. Несомненно, это – достаточно полемичная для современной науки область, но именно Второй концерт Рахманинова, как показали исследования, имеет наиболее сильные целебные свойства среди других изучаемых музыкальных произведений [32].

Попробуйте простую методику Николая Владимировича Даля – образованнейшего человека своего времени, талантливого врача, внука известного российского ученого-лингвиста, для настройки себя на легкость вдохновения. Повторяйте себе, как это рекомендуется по правилам самовнушения и аффирмаций, спокойно и неторопливо: «Я начну работать над своей творческой задачей. Я буду работать с полной легкостью. Произведение получится прекрасное». В этой простой аффирмаций есть все необходимое – доведенная до гениальности простоты формулировка, понимание структуры нужного состояния, опережающая свое время корректность правил создания установок.

3. Переживания легкости – равновесие между крайностями целеустремленности и целостности

Давайте снова обратим внимание на полученную диаграмму и отметим для себя, что центр выделенного нами комплекса пиковых переживаний и потоковых состояний (область легкости и «растворения» в деле) лежит посередине между двумя крайностями цели и покоя или, по-другому, действия и созерцания.

В революционной для начала двадцатого века работе «Психологические типы» Карл Юнг постулировал компенсирующую, уравновешивающую функцию бессознательного. Описание работы этой функции было обнаружено им практически во всех культурах, что со временем привело к созданию концепции индивидуации и архетипической природы Самости. «Существование двух противоположных тенденций, стремящихся в разные стороны, способных вовлечь человека в крайние установки, втянуть его в мир, – будь то в его духовную или материальную сторону, и тем вызвать в нем разлад с самим собою, требует существования противовеса, каковым и является иррациональная величина Дао, – отмечал Юнг. – Поэтому правоверный опасливо стремится жить в соответствии с Дао, чтобы не впасть в напряженность противоположения. Так как Дао есть иррациональная величина, то его нельзя намеренно создавать, на что постоянно указывает Лао-Цзы. Именно этому обстоятельству обязано своим значением другое, специфически китайское понятие – Увей. Оно обозначает "бездействие", которое не следует путать с ничего не деланием. "Бездействие" подразумевает именно – "ни действовать, ни не действовать"» [54, с. 270].

Легко сопоставить данный текст с концепцией творческого предстояния Фрица Перлза (создатель гештальт-терапии) как основы продуктивного действия. Суть творческого предстояния заключается в обретении способности найти равновесие между противоположными импульсами, не отдавая предпочтения ни одному из них.

В недавно созданной технологии генеративного транса Стивом Гиллигеном также присутствует как ключевой элемент центрирование тела: нахождение равновесия между правым и левым, верхом и низом, что позволяет органично войти в потоковое состояние. Список авторов, отмечающих важность этого равновесия, если его перечислить, получится достаточно длинным: Дейкман (объектное Я и наблюдающее Я), Бейтсон (первичные и вторичные процессы), Сперри (правое и левое полушарие) и многие другие авторы.

Важно отметить, что результатом этого синтеза не является серая, какая-то пустая и механическая сборка деталей «конструктора Инь-Ян» или лишенная красок палитра заторможенной психики, а чудесная реальность пиковых переживаний, потоковых состояний, наполненная сочными, струящимися мелодиями жизни, эстетики, мира глубины и высоты.

Парадоксальный синтез противоположностей действия-бездействия, левого-правого, цели-созерцания и есть ключ к запуску механизмов пикового переживания, потока, состояния вдохновения.

Дополнительно отметим важность поиска равновесия противоположных сторон, составляющих единое целое, как поистине универсальную системную проблему. Дело вот в чем.

В любом организме как живой неравновесной системе всегда присутствует опасность поляризации – чрезмерное усиление отдельных частей целого в ущерб другим. К ней приводят очень простые механизмы, отмеченные в пословице «деньги к деньгам», которые неизбежно порождают эту общую проблему системной организации. В результате всегда, без должного внимания к росту поляризации, одни части системы будут бедствовать, другие процветать, «перетянув одеяло» ресурсов, которых всегда не хватает, на себя. Неумолимость этих процессов была осознана сравнительно недавно Питером Сенге – гуру американского менеджмента девяностых годов и российским ученым Юрием Горским, создавшим специальную дисциплину – гомеостатику. Продемонстрировать механизм системной поляризации можно, например, отвечая на такой вопрос: почему правая рука у большинства людей развита лучше, чем левая?

По отношению ко всем без исключения организационным системам вы можете провести простую самостоятельную диагностику и сделать соответствующие выводы. Любая система (в том числе и государство) должна справиться с решением этой проблемы – угрозой нарастания поляризации. Иначе, «богатые будут становиться богаче», все больше выходя из-под контроля власти, «бедные беднее», питая рост ненависти, отчуждения, недоверия, непонимания, саботажа, вплоть до терроризма. Таковы, к сожалению, многие проблемы человеческой психики и общества, а нарастающая поляризация в системе очень точный и надежный показатель неблагополучия системы, идущей прямым путем к краху и разрушению.

С нашей точки зрения, имеются все основания полагать, что данный процесс представляет собой универсальную ситуацию, проявляющуюся на всех уровнях функционирования физиологических, психических, социальных, экономических и политических систем. Ситуация нарастания поляризации, диспропорций в системе является универсальным системным механизмом порождения дисфункциональных отношений.

Так, в процессе развития человека одна психическая функция начинает все больше доминировать, например, логика, подавляя другие – интуицию, эмоции. Соответственно, решение проблемы требует координации функций в рамках целостности всей психики – подход, в свое время осознанный и реализованный в аналитической психологии. За сохранение и развитие целостности психических функций отвечает, согласно Карлу Юнгу, архетип Самости.

На социальном уровне данная системная проблема неизбежно ведет к усилению поляризации общества, функционирует таким образом, что создает проигравших и подстраивает неудачи, вызывает возмущение и гнев. На экономическом уровне порождает тенденцию монополизации капитала. На физиологическом уровне ведет к системным расстройствам, болезням всего организма.

Опыт решения этой проблемы сохранения баланса, системного равновесия может быть закреплен как некий механизм, инстинктивная программа, лежащая в основе организации жизни, отражения малоизученных на сегодняшний день законов системной организации. Важно, что именно с примирением противоположностей в целостной системе, опытом и развитием целостности, единства связаны пиковые переживания и потоковые состояния. Представление о примиряющих противоположности функциях архетипа Самости – универсального центра психического развития, целостности и индивидуальности человека были развиты в свое время Карлом Юнгом. Такой вывод позволяют сделать и анализ множества психотехник, направленных на активацию особых продуктивных режимов психики. Состояние вдохновения есть состояние, в котором как восстанавливается, так и выходит на новые уровни своего развития, целостность системы, происходит интеграция, примирение противоположностей.

Давайте, например, посмотрим с этой системной точки зрения на результаты многолетних исследований пиковых переживаний Г. Бенсона и У. Проктора.

Бенсон и Проктор создали еще один универсальный подход, простой, безотказно работающий и включающий научно переосмысленный опыт многих духовных традиций и практик.

В исследованиях этих авторов устанавливается значение устремленности человека к целям, к достижениям, вершинам своих возможностей для вызова пиковых переживаний, но основной акцент делается на особенностях включения человека в процесс достижения целей. Пиковые переживания, согласно Бенсону и Проктору, возможны тогда, когда поставленная цель требует от индивида выхода на новые уровни, пока еще не достигнутые «рубежи» своих возможностей. А сам процесс входа в пиковые переживания подчинен «ритуализированному» запускающему механизму.

Знание этих особенностей позволяет научиться управлять ресурсами и энергетикой вдохновения, осознанно включать ресурсы пикового переживания, которому авторы дали название «состояние Озарения».

Люди зачастую воспринимают как совершенно разные миры повседневную жизнь, решение проблем и опыт вдохновения, духовного роста. Г. Бенсон и У. Проктор разработали специальную методику, которая позволяет любую деятельность ориентировать не только на утилитарные результаты, но и сделать доступным опыт пиковых переживаний. По мнению авторов, состояния Озарения могут стать постоянной основой самоактуализации личности, раскрытия ее креативного, интеллектуального, физического потенциала, позволяют научиться сопровождать течение жизни эмоциональными состояниями радости, легкости, полета, чувствами совершенства, неутомимости, невероятной ясности [5].

Как было установлено авторами, процессы в организме и сознании человека, запускающие состояние Озарения, проходят четыре последовательных этапа: борьба, уход, пик, плато. Можно отчетливо видеть, что в смене этих этапов действительно прослеживается логика синтеза противоположностей созерцания и действия, запускающих легкость пика и потока.

1. Процесс начинается с упорной ментальной или физической борьбы. Достоинство подхода – включение компонентов конфликта, стресса, поляризации сил, тревоги в общую схему пикового переживания как существенных, необходимых для нормального протекания всего процесса. Для бизнесмена, ученого это может быть концентрированный анализ проблемы. Для спортсмена-профессионала – широкомасштабная интенсивная тренировка. В духовном поиске – «темная ночь души», как об этом писал Уильям Джеймс. Важно вступить в борьбу, искать решения, стремиться к цели, даже если в данный момент она кажется с трудом достижимой.

Можно отметить, что первый этап запуска механизма Озарения соответствует экспрессивному стилю поведения, волевому импульсу красного цвета самоутверждения, самореализации, преодоления препятствий, достижения цели. Можно назвать его в соответствии с восточной традицией «Ян». Но для того, чтобы это стремление стало действительно сильным, обрело тайные ресурсы, необходимые для своей реализации, одного этого волевого режима недостаточно.

2. Второй этап – включение механизма Озарения. Это состояние авторы описывают как «самоустранение», «уход» или «освобождение» сознания от состояния сосредоточенной мыслительной нагрузки. Важнейшей характерной чертой этого этапа является необходимость полностью очистить сознание от прежних мыслей и эмоциональных установок. На некоторое непродолжительное время полностью отрешиться от ситуации борьбы. Как показали биохимические, физиологические исследования, именно в этот момент происходит включение характерных универсальных реакций на биологическом уровне.

Образно можно сказать, что красный волевой импульс должен на время быть успокоен, растворен в «объятии» другого состояния. Если попытаться угадать соответствующую цветовую палитру, то здесь, например, может подойти зеленый цвет равновесия и покоя. Именно по выбору этих цветов, сочетания красного и зеленого, например, сочетание цветов штандарта Наполеона, в тесте Люшера безошибочно определяют прирожденных лидеров. Представьте себе, как прекрасно светятся наполненные ярким сочным красным цветом вишни на фоне листвы, со множеством оттенков зеленого, с глубиной игры света и тени. Или сочетания красного и желтого – цвета солнечных энтузиастов, красного и фиолетового – вдохновленных художников.

3. Третий этап – само состояние Озарения. Г. Бенсон и У. Проктор концентрируют внимание на том, что достижение Озарения – это не мысль, случайно пришедшая в голову во время отдыха и расслабления. Озарение неизменно сопровождается ярко выраженным чувством облегчения и эйфории, часто приводит к различным проявлениям пикового опыта, описанного Абрахамом Маслоу.

Давайте переместимся во времени в полуфинал олимпийских игр 2004 года. Идут соревнования по теннису среди женщин. Одна из спортсменок существенно уступает другой. До ее поражения остался один гейм. Перед решающей схваткой она берет тайм-аут и глубоко погружается в себя. В ее позе, которую наблюдают миллионы зрителей, полная отрешенность от состязания, усталости, тревоги. Побеждающая противница чувствует себя уверенно, беседует с тренером, разминается. Тайм-аут окончен, прошла всего минута, а ситуация на корте полностью изменилась. Та, которая недавно серьезно уступала, сейчас играет легко, уверенно, безупречно, так, что у соперницы не остается ни одного шанса на победу. Президент МОК Жак Рогге назвал эту победу одним из самых запоминающихся моментов Олимпиады. Спортсменка затем выиграла в финале золото. Объяснение этому чудесному преображению и победе – знание и использование законов управления состояниями.

4. Цикл Озарения завершается четвертым этапом, который включает в себя возвращение к «новому нормальному» состоянию – состоянию, которое подразумевает выход на более высокий уровень физической формы и интеллектуальных возможностей. В массовом сознании сложился стереотип, согласно которому после вдохновения неизбежно наступает истощение энергии, ресурсов, потеря сил. Бенсон и Проктор показали, что пиковое переживание заканчивается выходом на «плато» повышенной работоспособности, настроения, можно сказать, «волны удачи», легкости и интегрированности всех систем организма.

Другими словами, те, кто стремится в полной мере испытать эффект Озарения, должны пройти сначала через борьбу и напряжение всех сил, затем через отвлечение и релаксацию. Но, обретя нелегкий опыт, они имеют более благоприятное положение, что дает им возможность достичь немыслимых прежде результатов, действовать на пике своих возможностей, открывая и закрепляя новые уровни продуктивности.

Наиболее проблематичным для многих людей этапом на практике становится возможность полностью уйти из ситуации борьбы, разорвать навязчивую цепь мыслей и эмоций, в которой склонны «застревать» многие. Нужна соответствующая подготовка. Авторы метода предлагают в контексте самоанализа и самонаблюдения узнать и совершенствовать свой стиль включения механизма Озарения как наиболее простого способа изгнать из своего сознания все мысли, чувства о ситуации борьбы и «тупика». Здесь можно указать на некоторые из известных включающих механизм Озарения факторы:

– духовного плана (молитва, медитация, повторение любой позитивной фразы);

– культурного плана (прослушивание, созерцание произведений искусства, чтение, импровизация);

– спортивного плана (бег трусцой, прогулки, ритмические движения, комплексы упражнений);

– бытового плана (выполнение несложных домашних дел);

– факторы альтруистического плана, общение с животными, с природой, обмен идеями с другими людьми.

Эти факторы действуют эффективно благодаря тому, что наряду с ними в биологической системе организма активно действует один или несколько механизмов включения Озарения: а именно:

1) выполнение повторяющихся физических или ментальных упражнений;

2) медленное погружение в состояние, служащее выражением вашей личной веры;

3) погружение в чувство или состояние «полной отрешенности»;

4) участие в некотором значительном эпизоде, всецело занимающем внимание;

5) активное погружение в альтруистическую деятельность;

6) заполнение всего вашего разума неким всепоглощающим видением или состоянием, например, звуковым или визуальным образом.

Алгоритм включения состояния Озарения прост и одновременно драматичен: поставить цель и начать действовать, через некоторое время полностью отвлечься от всех действий, мыслей о нем. В этом случае автоматически включается состояние, в котором проявляются эффекты пикового переживания – целостность, спонтанность, полное включение, растворение в действии, безошибочная уверенность и ощущение легкости.

Эту вечную историю повторяют все фильмы, все истории, в которых в решающей схватке герой должен одержать победу. Герой вступает в схватку, но под напором превосходящих сил отступает, может быть, он ранен, обычных ресурсов не хватает. И вдруг происходит решительный перелом в ситуации. Как правило, в этот момент герой отрешается от всего сиюминутного, он вспоминает что-то очень важное, более важное, чем его жизнь, боль и страх. После этого герой наполняется какой-то необъяснимой силой, уверенностью и становится непобедимым. И эта последовательность событий не замысел режиссера, рассказчика, чтобы драматизировать зрелище – это архетипическая история успеха, воспевающая глубокую реальность включения ресурсов вдохновения.

Г. Бенсон и У. Проктор считают, что изучение практических стратегий включения механизма Озарения открывает путь к опыту переживания различных пиковых состояний и выделяют шесть таких «пиков» – целей: самосознания, творческих способностей, производительности, атлетизма, омоложения, трансцендентных состояний.

Несмотря на то, что Г. Бенсоном и У. Проктором найден простой и эффективно работающий механизм включения пиковых переживаний, которым можно пользоваться на практике, достигая желаемых результатов, до ясного понимания сути происходящих процессов пока еще далеко. На наш взгляд, сами авторы строят слишком простую модель, объясняя механизм включения состояния Озарения инстинктивной реакцией появления определенных веществ в крови человека. Эти вещества и совершают такие поразительные чудеса трансформации. Отметим, что их концепция не объясняет ни того, как мог сформироваться такой инстинкт в ходе эволюции, ни разгадать загадку, почему состояния, можно сказать, высокого духовного уровня, целостности, единства со всем миром, эффективности (пиковые переживания), включаются «нажатием простой кнопки» инстинкта.

Близкий феномен к состоянию Озарения известен уже сравнительно давно и получил название «инкубация».

Понятие инкубации появилось по мере изучения феноменов, связанных с творчеством. Одним из первых, кто обратил внимание на феномен инкубации, дал ему название, был математик Анри Пуанкаре. По мнению Пуанкаре, осуществить инкубацию означало облегчить решение задачи, отложив решение на определенный срок.

Позднее, в 1926 году, Джозеф Уоллас выделил стадию инкубации как важнейшую составляющую креативного процесса. С его точки зрения, творчество необходимо включает в себя четыре основные стадии: подготовительную, инкубационный период, озарения и верификации. Стадия инкубации наступает, когда человек временно откладывает проблему в сторону и начинает заниматься делами, не имеющими отношения к проблеме.

Действительно, многие люди, занятые творческим трудом, признавали, что самые блестящие идеи приходили им в голову, когда они совершенно не думали о своих проблемах. Вот что писал об этом удивительном феномене известный философ Бертран Рассел. Когда ему надо было написать статью на очень трудную тему, лучший план действий был таким: в течение нескольких дней или недель предельно сосредоточить на ней все усилия и внимание, а затем положить ее «под сукно». Через некоторое время, вновь взявшись за статью, Бертран Рассел, как правило, обнаруживал, что она почти готова. Прежде чем он открыл этот метод для себя, приходилось тратить много сил и нервов в работе, однако такого рода беспокойство нисколько не помогало, и много времени у него уходило впустую.

Стадия инкубации – одна из самых таинственных фаз протекания творческого процесса. Как считает большинство специалистов, инкубация освобождает сознание от искусственно созданных временных ограничений, делает его более восприимчивым ко всему новому, нестандартному. Новый порядок идей созревает постепенно на уровне бессознательных процессов, защищенный от вмешательства сознания. В тот момент, когда сознание человека занято посторонними делами (отдых на природе, приятная беседа и другие контексты), новая идея внезапно проникает в сознание.

К сожалению, в современных исследованиях феномена инкубации поиски ученых направляются рядом представлений, определяемых так называемой картезианской научной парадигмой. Материя и ум, согласно этой парадигме, представляют собой различные, параллельные друг другу субстанции. Идеи приходят в голову и не более. Тело никак не участвует в этом процессе. И наоборот, мысли никак не влияют на тело. Отметим, насколько более сложную реальность мы встречаем в исследованиях мира воображения, феноменах синхронизма, в которых человеческий организм, эмоции, представления, окружение находятся в тесном взаимодействии.

Как будет выглядеть эффект инкубации, если открытие, инсайт это не есть решение какой-то проблемы, которое пришло вам в голову, а может быть выражено только одновременно всем человеческим телом, всеми синхронно и согласованно работающими его частями (например, в найденном движении, целостности композиции художественного произведения, исцелении организма)? Пиковые переживания, потоковые состояния, состояния Озарения и связаны с появлением этого чуда целостности.

Создание такой целостности часто происходит в сновидениях. Вот одна из историй о необычных снах, рассказанная известным исследователем сновидений Стэнли Криппнером.

Одна из коллег Криппнера любила кататься на коньках, но не занималась этим двадцать лет. В сорок лет решила снова заняться этим видом спорта, но когда после долгого перерыва вышла на лед, боялась упасть, двигалась очень медленно и нерешительно. Через неделю ей приснился сон: «Я хочу выйти на лед, но мне страшно. Внезапно я осознаю, что сплю. Не колеблясь я выхожу на каток. Чемпионка по конькобежному спорту держит меня за руку и ободряет меня, чтобы я двигалась свободно. Я катаюсь красиво и ничего не боюсь. Держа ее за руку, я делаю несколько вращений, которые я никогда раньше не делала. Вдруг она отпускает мою руку, и я еду одна. Я скольжу и вращаюсь, затем чувствую, как поднимаюсь со льда в воздух. Меня так взволновал этот сон, что я проснулась».

Этот опыт не только помог сновидящей гораздо лучше кататься на коньках («Изменение оказалось таким резким и произвело настолько сильное впечатление, что тренер был поражен, засыпал ее комплиментами и множеством вопросов»), но и придал ей смелости принимать рискованные решения в других областях жизни [22].

Можно обратить внимание на эмоциональную, символическую насыщенность таких освобождающих сновидений, которая дает возможность реорганизовать практический опыт в направлении мастерства и свободы. Без всякого сомнения, в такого рода снах мы имеем дело с полезным синтезирующим опытом, возможности и условия возникновения которого пока мало изучены. Обратите внимание на символику сновидения, соответствующую пиковым переживаниям: скольжение, подъем в воздух, то есть полет, парение, легкость. Не менее важную роль играют и особые персонажи, можно сказать, персонифицирующие состояние вдохновения, вмещающие в себя его универсальный опыт и структуру целостности.

4. Вспомнить состояние вдохновения

Ресурсы продуктивности сегодня связаны с хорошо организованным, управляемым воображением. Да, верно, что некоторые люди могут уходить далеко от реальности в мечты и фантазии, другие – тонуть в неконтролируемых наплывах образов, приносящих боль и страдание, третьи могут с трудом отрываться от реальности своего обычного восприятия. Как и практически во всех сферах человеческой жизни, ценным является не просто воображение, а синтез управления и спонтанности воображения. Наличие управления предполагает, что есть знание, как продуктивно использовать практически неограниченные ресурсы воображения. Умение правильно поставить задачи перед воображением – секрет успешности и развития целостности.

Как следует из предыдущего изложения, одним из ключевых моментов продуктивного использования ресурсов воображения должна стать настройка на вхождение в состояние потока, пиковых переживаний, вдохновения. Несмотря на почти полтора века научных исследований возможностей воображения, эти подходы только начинают складываться в рамках различных направлений. Действительно, в современных подходах к сновидениям, направленному воображению, фантазии больше присутствует компонент работы с «демонами» человеческой психики. В то же время уже сегодня, благодаря изучению сновидений, мифологий духовных и религиозных традиций, становятся более понятными возможности, структурные компоненты «ангелов» человеческой психики. Именно изучение структуры «ангельской» реальности, возможностей привлечения этой реальности в реализацию человеческого потенциала – основная цель этой книги.

Непосредственно с активизацией опыта пиковых переживаний в памяти клиентов и изучением позитивных последствий этого процесса одним из первых начал работать Эрик Ярлнес.

Ярлнес заинтересовался темой пиковых переживаний как спортивный журналист. Наблюдательность позволила ему обратить внимание на один важный момент. Он обнаружил, что беседы со спортсменами об их успехах перед решающими соревнованиями сами по себе многократно увеличивают вероятность будущей победы. Но при этом беседа должна быть подчинена определенным правилам. Ключевым элементом беседы должно стать содержание опыта пиковых переживаний спортсмена. Вот пример типичного пикового переживания в одном из интервью, проведенном Ярлнесом: «Это – будто прыжок сквозь преграду, бег в тоннеле со стенами из звенящей тишины, время замерло, я полностью владею всеми мышцами, мои ощущения ярки, пришло чувство радости и любви…» [56, с. 216].

Опираясь на практический опыт, Ярлнес разработал специальную технику «пиковых бесед» (насыщенные чувственными, телесными, эмоциональными элементами диалоги, где состояние «пика» вспоминается в конкретных подробностях). Такие беседы усиливают степень и качество пиковых переживаний, которые начинают все чаще проявляться в жизни интервьюируемых, существенным образом увеличивая эффективность, успешность их действий, поднимая «атмосферу» их эмоциональной жизни, обеспечивая подъем, прилив сил, рост удовольствия, свободы и уверенности. В конце концов исследования привели Ярлнеса к использованию пиковых бесед как эффективного психотехнического средства саморазвития личности и терапии.

Основываясь на своем опыте бесед, Эрик Ярлнес показал, что пиковые переживания испытываются людьми значительно чаще, чем установил Чиксентмихайи. Все люди имеют опыт этих важных для развития личности переживаний. Отсюда следует задача пикового интервью – помочь людям восстановить воспоминания этого опыта.

Вступление к пиковой беседе Ярлнеса может быть таким:

«Давайте поговорим об одном из лучших переживаний в жизни, неважно, насколько давно оно было; о переживании, где вы помните что-либо очень ясно, и возможно, этим ни с кем прежде не делились. Возможно, этому переживанию свойственно ощущение "остановки времени", когда ваши чувства обострены, а вы переживаете ощущение "остановки времени", когда ваши чувства обострены, а вы переживаете ощущение глубочайшего счастья» [56, с. 229].

Затем в беседу включаются следующие элементы:

1. Вопросы, направленные на осознание того, что играло роль во вхождении в пик или в самом пике. С помощью таких вопросов добиваются углубления переживания и увеличения его силы. В соответствии с известными правилами психотехники достичь этого можно, помогая человеку рассказать пиковый сюжет в настоящем времени («здесь и сейчас»), со всеми возможными подробностями, задавая конкретные вопросы, например: «Как Вы прямо сейчас ощущаете это в своем теле?», «Вы не могли бы описать это в настоящем времени?», «На что это похоже?», «Какое движение с этим связано?».

2. Вопросы, настраивающие на осознавание телесной части пикового переживания, вопросы о телесных ощущениях и телодвижениях. Из беседы терапевт извлекает телесные высказывания, а затем просит клиента выполнить движения, позволяющие тому восстановить ощущения, которые у него были при пиковом переживании. Как было установлено, в самом пиковом моменте изменяется телесное восприятие, что иногда описывается как «движения с необычайной плавностью и изяществом», упоминается мощная, все возрастающая энергия – необходимое условие для появления пикового переживания.

3. Вопросы, обращающие внимание на пиковый момент, а также вопросы о процессе подготовки и вхождения в поток и о последующем «остывании».

4. Вопросы, сосредотачивающие интервьюируемого на контакте между ним и интервьюером. Это – один из способов поднятия уровня энергии клиента (его зарядки), также помогающий клиенту удерживать мощную энергию. Отметим, что возрастающая роль отношений близости, эмоционального резонанса, доверия и единства само является характеристикой пикового переживания как проявление универсального комплекса переживаний. При этом облегчается воспоминание, воображаемые образы становятся более яркими, живыми.

5. Элементы, фокусирующие интервьюируемого на том, как важно делиться своими переживаниями. Обычно в такой беседе человек впервые делится пиковым переживанием, и это само по себе способно снова ввести в новый пик.

6. Вопросы, служащие для поиска «пикового послания», для обращения внимания на то, где же именно человек чувствует себя со смыслом бытия, со своим жизненным путем.

7. Вопросы, предназначенные для проверки того, какие элементы пика включены или не включены в состав повседневной жизни человека. Так, «55-летняя участница семинара когда-то пережила в прямом смысле "озарение". Когда ей было восемнадцать лет и она сидела вместе с другими учениками на письменном экзамене, ее внезапно полностью поглотило солнце, прорвавшись сквозь большие окна класса. В этот миг она уверенно выпрямилась, вдруг узнав ответы на все вопросы (впоследствии они оказались верными). Затем она быстро закончила работу. Отвечая на вопрос об условиях своей работы сегодня, она сказала, что в ее кабинете лишь маленькие окна, и там совсем нет солнца. Заняв другую комнату с большими окнами, залитыми солнечным светом, она как будто распахнула окна в новую жизнь» [56, с. 232].

Отметим обнаруженную Ярлнесом возможность внести индивидуальные ассоциации и символы пикового переживания в свою жизнь, что позволяет без усилий, как бы само собой, существенно улучшить ее качество.

Опираясь на результаты, полученные с использованием разработанной техники интервью, Ярлнес обнаружил 10 категорий, характеризующих пиковые переживания:

1. Измененное восприятие времени.

2. Измененное или искаженное восприятие пространства; изменяются физические размеры или форма, например, лунка для гольфа внезапно становится размером с ванну, так что не промахнешься. Переживание становится «обрамленным"», то есть выпирающим из фона в мощном ореоле силы.

3. Обычно все чувства становятся более глубокими… тишина может зазвенеть, а зрение обостриться.

4. Люди говорят, что испытывали надличностное, преображающее или религиозное переживание. Появляется ощущение благоговения, которое воспринимается как достижение цели жизни и выражается как, например, «умри я прямо здесь и сейчас, это было бы замечательно».

5. Тело всегда участвует в переживании, иногда физически; может также изменяться восприятие тела, телесных ощущений и движений. Люди часто иллюстрируют рассказ о своем пике движениями рук, показывая процесс расширения – чего-то большого, большего, чем они сами.

6. Переживание сопровождается чувством доброты, любви, блаженства, легкости, единства, изящества тела (есть также указания об уменьшении или полном отсутствии страха). Люди всегда помнят такой опыт очень ясно, как «вспышку»; хотя бы часть воспоминания остается кристально чистой, независимо оттого, сколько лет прошло.

7. Пиковым переживанием нелегко поделиться; обычно оно воспринимается как что-то исключительно личное. Многие чувствуют одиночество или изоляцию наедине с ним, если момент переживания был не на глазах других людей; иногда даже застревают в нем.

8. Появляется внутреннее чувство осмысленности, подобное получению «послания», обнаружению направления или смысла в жизни; бывает слышен голос, обращенный к человеку.

9. Деятельность, в связи с которой произошел пик, обычно бывает целенаправленной.

10. В переживание вовлечен высокий уровень энергии или сильный заряд.

Важно подчеркнуть, что обнаруженная Ярлнесом техника работы с пиковыми переживаниями связана со многими духовными традициями, психотерапевтическим опытом, ключевым элементом которых становится опыт обновления мира, возвращения к начальной точке переизбытка жизни, ее неизведанного потенциала.

Удивительным, но подтвержденным многолетней практикой Ярлнеса является сам факт пользы вспоминания этих особых моментов человеческой жизни, целенаправленной и активной работы с опытом пиковых переживаний. Как будто вспышка яркого огня и света, подъема энергии и целостности постепенно угасает в мире обыденности и скуки, страха и необходимости подчиняться жестким оковам необходимости. И нужно делать специальные усилия, от верности и правильности которых зависит сохранение этого священного огня. На этот аспект священного, его значения в жизни человека и общества делает акцент известный мифолог, религиовед Мирча Элиаде.

Подход Ярлнеса созвучен и одной из первых психоаналитических техник, разработанных Альфредом Адлером, – восстанавливать яркие, прекрасные впечатления детства, работа с которыми позволяет обнаружить идеал личностного развития. Соответственно, невротические состояния, болезни развития – потеря связи с этим идеалом. Как писал Адлер, идеал личности формируется в возрасте около трех лет как своеобразный образ бессмертия, могущества творческих сил, преодолевающих все препятствия. Этот идеал формируется довольно рано у детей, просвечивает во снах и забытых мечтах взрослого человека как своеобразный интегратор творческих сил и возможностей человека. Будучи подавленным, этот импульс, это бессознательное стремление к совершенству оставляет человека беспомощным перед неумолимым роком судьбы. Задача психоанализа найти и осознать потерянный идеал совершенства, эту сверкающую звезду творческой устремленности человека, через работу со снами и детскими воспоминаниями.

В обсуждаемом контексте значительный интерес вызывают исследования вдохновения В. Л. Райкова. Он практически всю жизнь посвятил новаторским научным экспериментам с погружением в образ «великой творческой личности» в состоянии глубокого гипноза. Детальное научное изучение возможностей, раскрываемым этим образом, безграничная преданность высокому искусству и творчеству, позволили Владимиру Райкову выйти на рубеж создания совершенно новой педагогики творчества и пробуждения человеческих способностей.

Попытки использовать гипноз для увеличения творческой продуктивности осуществлялись и ранее. В экспериментах Райкова был найден «подходящий ключ», верно открывающий дверь к творческому вдохновению, обучению этому новому, непривычному состоянию для испытуемого.

Конечно, в этих экспериментах, как и при исследовании любой новой территории, возникает много вопросов, сомнений относительно отдаленных последствий применения гипнотических техник для формирования личности, ее свободы. Здесь мы не будем торопиться с выводами, но отдадим должное тем возможностям, которые открывает сама эта техника перевоплощения в образ «великой творческой личности». Заранее добавим, что сама по себе способность к перевоплощению не нуждается в глубоком гипнотическом трансе и созвучна основному вектору развития человека, позволяет в детстве осваивать новые социальные роли, является основой эмпатии, составляет суть многих доказавших свою эффективность психотерапевтических методик, таких, например, как психодрама Я. Морено.

Какие же происходят перемены в поведении, мотивации, стиле мышлении обычного человека, когда ему предлагают глубоко перевоплотиться, буквально стать великим художником, шахматистом, музыкантом?

Итак, с помощью гипнотических техник испытуемым позволяли войти в образ конкретного выдающегося художника, музыканта, шахматиста. Как следствие, кардинально менялся не только уровень мастерства, способность обучаться, но и мотивация, формировалось «новое мышление». В образе «выдающегося человека» испытуемые чувствовали себя уверенно, смотрели на экспериментатора свысока, говорили размеренно, степенно, с чувством собственного достоинства. Вместо ответа давали целые стройные рассуждения. Были совершенно безразличны к вмешательствам экспериментатора, который пытался спорить и критиковать некоторые высказывания.

Банальные по содержанию тестовые задания решались испытуемыми как подлинный акт настоящей творческой мысли.

Вот как описывает свои впечатления от эксперимента экс-чемпион мира гроссмейстер Михаил Таль, который сыграл с одним из испытуемых, находящегося в образе выдающегося шахматиста прошлого – Поля Мэрфи: «До гипноза я играл с человеком, едва передвигавшим фигуры. В состоянии гипноза передо мной сидел другой человек, экспансивный, энергичный, смелый, который играл на два разряда лучше» [35, с. 183].

После выполнения творческих задач в образе «выдающейся личности» наблюдался феномен постсомнамбулической инерции. Все испытуемые чувствовали после сеансов подъем психической активности, которая носила следы отображенной работы с заданием. Испытуемые потом часто сообщали, что совершенно переродились и стали иначе воспринимать мир – более ярко и полнокровно. Отмечалось хорошее самочувствие, прилив энергии, улучшение трудоспособности, словно помимо воли испытуемые видели связь и закономерность в развитии вещей и отдельных предметов. Настроение было приподнятое, хотелось работать, мыслить, созидать.

Конечно, эффектов «медиумического» перевоплощения в экспериментах отмечено не было. В качестве итогов исследований Владимир Райков отмечал, что от сеанса к сеансу происходило неосознаваемое, инкубационное накопление умения «все глубже входить в состояние творческого вдохновения, творческой мобилизации (внутренней активации всех систем организма в направлении успешного решения поставленной задачи [36, с. 250]. Этот результат напоминает уже известные эффекты пикового интервью, когда человек вспоминает, с помощью специальной техники, свои «удачные взлеты». Но в методике Райкова испытуемый настраивался на образ общечеловеческого пика, творческого подъема, имеющего значение для всего человечества.

Согласно Райкову, его многолетняя практика показывает, что опыт перевоплощения в «выдающуюся личность» дает эффект совершенствования обычно в трех направлениях. Во-первых, этот опыт результируется в необычайно быстром обучении, проявлении способностей в заданном виде деятельности (рисование, игра на музыкальном инструменте, решение математических задач и т. д.). Во-вторых, формирует умение по заданию, по необходимости управлять своим вдохновением и остается у испытуемых на всю жизнь. Они широко используют эту способность управления творческим вдохновением в своей обычной жизни. В-третьих, наблюдается эффект расширения горизонта, обогащения восприятия мира, глубины и утонченности переживаний прекрасного.

Впоследствии те же самые закономерности выявились в модифицированной методике Райкова – созерцание картин, музыкальных произведений великих мастеров. Дух созидания, творческая энергия, воплощенные в артефактах, аналогичным образом воздействовали на испытуемых.

5. Вдохновение – основа развития современной культуры творческой интеграции?

Владимир Райков исследовал эмоциональное состояние испытуемых, находящихся в образе «выдающейся творческой личности» и получил описания, схожие с обсуждаемым нами комплексом пиковых переживаний и потоковых состояний. Прежде всего, эти эмоциональные состояния есть, очевидно, ощущение некоего всеединства – себя со всем и всего в себе. Человек начинает чувствовать свою принадлежность ко всеобщему и природному, естественному и созидательному, и это происходит на уровне глубже, чем можно просто выразить словами. У испытуемых обостряется ощущение красоты, они вычленяют из общей хаотической ситуации окружающей среды именно то, что гармонично, тонко улавливают скрытые потенциалы развития, ощущение бесконечной возможности творческой самореализации и желания ее осуществить. Ощущение этой потенциальности вдохновляет, радует и удивляет. И, что особенно важно, появляется чувство, что именно это и есть собственная сущность, истинность, и она как бы вернулась, и была заново понята, прочувствована [36].

В связи с исследованиями Райкова возникает закономерный вопрос, что же мешает обычному человеку почувствовать и обрести свою потенциальность, избранность? Это сложный и серьезный вопрос, по-прежнему волнующий современных философов, социологов. Окончательный ответ на него не найден. Есть актуальные сегодня концепции репрессивной культуры, общества потребления, скрытой авторитарности и другие. С нашей точки зрения, исследования Райкова позволяют выделить в качестве важнейшего фактора, отправной точки отсчета человеческое достоинство, глубокое ощущение своей творческой потенциальности, значимости. Развитие этой культуры в человеческой цивилизации способно естественным образом породить все те чудеса самораскрытия личности, ее потенциальных возможностей и ресурсов развития, которые наблюдались при внушении образов «выдающейся личности».

Насколько сложен этот процесс для каждого человека, процесс утверждения глубокого чувства собственной значимости, обретения веры в свои возможности и потенциал? Значительная часть социального порядка по-прежнему держится на механизмах жесткого контроля и нормирования, разделения на группы, слои, классы, основана на механизмах страха и осуждения, так называемого структурного давления, принуждения и идеологического манипулирования. Основываясь на понимании целостности комплекса пиковых переживаний и потоковых состояний, можно было бы добавить, что в ходе социализации в современном мире чаще всего человек теряет способности, свои крылья вдохновения. Современный психолог Антонио Менегетти назвал этот раскол в личности, лишающей ее целостности и силы, экзистенциальной шизофренией. А философ-экзистенциалист Сирен Кьеркегор – умолкнувшей индивидуальностью. В то же время процесс формирования культуры высокого человеческого достоинства уже начался, во многом благодаря вступлению человечества в новую эпоху формирования инновационной экономики, информационного общества, постиндустриальной цивилизации. Важнейшим вопросом здесь становится, как писал Эрих Фромм, что есть вера в человека по сути. Где то основание, на котором возможно утверждение достоинства и психологических прав человека?

Рассказывают уже как притчу поучительную историю, случившуюся с одним японским ученым. Когда этот психолог, его звали Тадзуки, начал работать с персоналом маленькой авторемонтной мастерской на самой окраине Токио, то придумал ритуал, который выполнялся с японской пунктуальностью каждое утро. Все ритуалы содержат в себе элементы трансового состояния. На этот раз возможности транса использовались необычным способом. Сотрудники ходили по кругу, отбивая четкий ритм шагами. Так маршируют на плацу солдаты, усваивая роль быть солдатом, повиноваться приказам, держать строй, быть как все. Но ритуал, заведенный в этой фирме, был иной. Доктор Тадзуки выкрикивал имя каждого из сотрудников.

– Кузовщик Сатоаки!

И Сатоаки отвечал:

– Самый лучший кузовщик на свете!

– Механик Даисиро!

– Самый лучший механик на свете!

И так назывался каждый, и каждый отвечал, что он самый лучший специалист на свете.

Вы уже не удивитесь, когда узнаете, что эта маленькая автомастерская на окраине Токио стала концерном Toyota Motors.

Можно понимать эту реально случившуюся историю как пример удачного кодирования, но мне представляется, и сейчас вы увидите в результатах полученных нами исследований, что здесь – найденный ключ к освобождению человека, восстановлению его глубокого достоинства через создание организационной культуры, соответствующей этому духу свободы и ответственности, дисциплины и индивидуального самораскрытия. Это чувство избранности, возникающее в моменты пиковых переживаний, отмечали и Абрахам Маслоу, и Эрик Ярлнес.

Вернемся к обсуждению результатов наших исследований. Наряду с другими уже обсуждавшимися переживаниями нами фиксировались и переживания, утверждающие высокое человеческое достоинство – «глубокое чувство своей значимости, внутреннее ощущение одобрения Вас самих». Именно эти переживания по результатам проведенного нами факторного анализа оказались наиболее выраженной частью исследуемого нами целостного комплекса, объединяющего пиковые переживания и потоковые состояния.

Вот так на диаграмме выглядит процесс последовательного расширения круга позитивных эмоциональных переживаний в зависимости от роста глубокого чувства собственной значимости и внутреннего ощущения одобрения. Подобно распускающемуся бутону розы, вместе с развитием, укреплением этого чувства освобождается, набирает силу и зрелость, одновременно раскрывая все свои лепестки, жизнеутверждающий комплекс легкости, вдохновения, сосредоточенности, умиротворенности, любви, красоты.

Рисунок 5.1 – Степень выраженности соответствующих эмоциональных переживаний.

Примечание. Использованы сокращения для соответствующих переживаний: Умиротворенность – «Внутреннего спокойствие, умиротворенность»; Вовлечение – «Чувство полного вовлечения, растворения в том, что Вы делаете»; Любовь – «Чувство любви ко всему существующему, всей жизни»; Единство – «Чувство близости ко всему, ощущение единства со всем миром»; Сосредоточенность – «Ощущение сосредоточенности, совершенной ясности цели, полного контроля над ситуацией»; Потенциальность – «Чувство своей потенциальности, наполненности идеями, планами»; Красота – «Обостренное восприятие красоты мира, природы, «прекрасного мгновения»; Легкость – «Ощущение легкости, парения»; Погружение – «Чувство полного погружения в работу, не требующее специальных усилий»; Азарт – «Чувство возбуждения, азарта, «адреналина в крови»; Предвкушение – «Чувство радостного ожидания, предвкушения».

Здесь на диаграмме измерительная шкала представлена самооценками студентов от 1 – «практически никогда не ощущаю», до 7 – «это мое обычное состояние». Линии на диаграмме показывают средние значения ответов для групп студентов, по-разному ответивших на вопрос «Как часто Вы переживаете глубокое чувство своей значимости, внутреннее ощущение одобрения Вас самих?», от 1 – «практически никогда не ощущаю», до 7 – «это мое обычное состояние» соответственно. Отчетливо видно, что студенты, практически не ощущающие своей значимости, в среднем не испытывают и позитивных переживаний. Особенный «провал» в области переживаний ощущений единства, любви, вовлечения, растворения в том, что они делают, легкости (линия 1 на диаграмме). Радикально от них отличаются эмоциональные переживания студентов, выбравшие максимальную оценку ощущения своей значимости и одобрения (линия 7 на диаграмме). Это раскрывшийся цветок возможностей. Здесь есть место и чувству любви, ощущениям единства, и переживаниям своей потенциальности, наполненности идеями, планами, предвкушение успеха, погружение в работу до растворения в ней, ощущения легкости, сосредоточенности на достижении целей и полного контроля.

Какие выводы можно сделать из полученных нами результатов?

Во-первых, интересна целостность и одновременное развитие всех способностей человека. Глядя на эту диаграмму становится понятна истина слов Христа: «Ищите, прежде всего, Царства Божия и правды его». Самое удивительное здесь то, что это Царство Божие есть целостный и взаимосвязанный комплекс эмоциональных переживаний (пиковых переживаний, потоковых состояний). Получается, что не может человек развиваться в одном каком-то направлении, например, в обретении все большей сосредоточенности, ощущения полного контроля над своей жизнью, без развития всех остальных составляющих этого комплекса (переживаний любви, единства, легкости, растворения, потенциальности, в целом вдохновения).

Наши результаты позволяют пролить свет на полемичный в современной культуре миф о сверхчеловеке, о том, что гений и злодейство – вещи вполне совместные. Сверхчеловек без любви и ощущений единства – это социальный миф сверхкомпенсации, симулякр современной виртуальной реальности, не имеющий оснований в истинной природе человека. Реальное раскрытие возможностей человека находится на пути, который указан многими религиями, духовными учителями. В каждом человеке есть потенциал света и полноты. Раскрытие этого потенциала связано с пробуждением вдохновения и всеми сопряженными с ними качествами. И в то же время прав был философ Альберт Камю, который сказал: «До тех пор, пока человека не заметят и не благословят другие, он еще полностью не существует».

Во-вторых, особую роль в развитии способностей человека играет психологическая атмосфера принятия, одобрения, эмпатии и эмоционального резонанса. В одном из направлений современной психотерапии, разработанной Карлом Роджерсом, все, что необходимо для освобождения человека, – это позволять ему честно выражать себя, свои ощущения, принимая его несовершенство, позволяя ему быть искренним с собой в присутствии доброжелательного принятия и поддержки.

Как итог этого процесса естественным образом освобождается творческое начало человека, которое может быть и есть наиболее емкий, объединяющий смысл всех обсуждаемых переживаний. Как писал Карл Роджерс, творчество есть «усиление себя». Главный побудительный мотив творчества – стремление человека реализовать, проявить свои возможности. Оно является глубинной лечебной силой и есть «направляющее начало, проявляющееся во всех формах органической и человеческой жизни, – стремление к развитию, расширению, совершенствованию, зрелости, тенденцию к выражению и проявлению всех способностей организма и "я"» [38, с. 413].

Наиболее близкие переживания этому «глубокому чувству своей значимости, внутреннему ощущению одобрения Вас самих» (см. диаграмму с результатами многомерного шкалирования эмоциональных переживаний) являются «чувство своей потенциальности, наполненности идеями, планами», «чувство полного вовлечения, растворения в том, что Вы делаете», «ощущение легкости, парения».

Что такое творчество? До этого мы обсуждали вдохновение, в его разных формах (пиковое переживание, потоковое состояние, состояние Озарения). Теперь поговорим о творчестве как об одном из важнейших сущностных смыслов вдохновения и одновременно системной целостности. В принципе, это очень близкие группы смыслов. Основные ассоциации, сопряженные с творчеством, согласно результатам наших исследований есть воображение, самовыражение, талант, вдохновение, удовольствие, саморазвитие, оригинальность, импровизация, спонтанность, свобода, независимость, интересные люди.

Необходимо понимать, что смысл и значение творчества в разные периоды развития человеческой цивилизации менялись часто радикальным образом. По всей видимости, выявленный спектр смысловых ассоциаций отражает современную тенденцию гуманизации представлений о творчестве – то есть формирование взгляда на творчество как на совершенный модус человеческого бытия (становления, целостности, свободы, самовыражения). Показательно в этом контексте ассоциирование творчества, прежде всего, с самовыражением, удовольствием, саморазвитием, вдохновением, импровизацией и спонтанностью. Можно отметить, что в среднем творчество соотносится больше с воображением, талантом, вдохновением (личностным началом), чем интеллектом, системным подходом (рациональным и логическим).

Интересно, что наличие реального опыта вдохновения у человека дополняет, обогащает его структуру ассоциаций с творчеством. Появляются, становятся значимыми такие более глубокие, прикасающиеся как бы к основанию человеческого бытия, ассоциации, как творчество – это обилие энергии, глубинное ядро, целостность, тайна, добро, игра, свобода, саморазвитие. То есть те, у кого развиты способности к творчеству, которые умеют входить в состояние вдохновения, они одновременно ощущают, что это их глубинное ядро, что это тайна, особая целостность, которая возникает у человека, когда он занимается творчеством.

Искомое всеми нами райское блаженство – это безделье, покой, удовлетворение потребностей или опыт вдохновения, пиковых переживаний, пробуждение творческой Самости?

Серьезной проблематикой существования современного человека является упрощение, искажение представлений о творчестве, определяемое соответствующими типами мировоззрения, идеологий. С этой точки зрения массовое пробуждение креативности, инициированное потребностями экономики, личности, культуры, вносит революционные изменения в структуру социальных представлений о смысле творчества как источнике свободы, человеческого достоинства, глубинной внутренней правды, удовольствия и вдохновения.

Творчество на самом деле есть очень серьезный и глубокий процесс. Творчество связано с самой основой – с сохранением и развитием жизни. Вот как-то так его следует понимать. Во-первых, именно в творческом процессе человек выходит на уровень Божественного, то есть становится по-настоящему свободным. И это есть логика творческого процесса, может быть парадоксальная логика. Тот, кто творит, он создает миры. Он поднимается на уровень Бога, чувствует свою Божественность. И, может быть, в этом заключается важнейшее условие обретения собственной значимости, своей потенциальности. В творческом процессе растут уверенность и совершенство.

Во-вторых, природа творчества – создание системной целостности. Сегодня мы представляем себе творчество как некую оригинальность. Например, если вы увидите изображение волнистой линии, то на вопрос, что это такое, скорее всего, ответите «волна». Когда в середине двадцатого века появилась потребность в поиске и отборе людей с творческими способностями и психолог Джо Гилфорд предложил тесты для измерения креативности, он опирался именно на такое понимание творчества. То есть творческих людей можно определять по их способности отыскивать нестандартные ответы. Например, вместо «волна» можно ответить «часть пружины». По мере того как человек удаляется от общепринятых ответов, стереотипов, и проявляется природа творческих способностей, так считал Гилфорд.

Но нестандартные ответы могут иметь и характер патологии, поскольку стереотипизация функциональна, позволяет делать обобщения и устранять несущественное. Например, кто-то из испытуемых сказал, что изображение волнистой линии напоминает ему «диктатуру». Здесь в этом ответе могут просматриваться и психологические комплексы человека, но может скрываться и оригинальность – «головы толпы, потерявшие индивидуальность».

С моей точки зрения, более точное определение творческих способностей дал Абрахам Маслоу. В его понимании творческость определяется по другому критерию. Не уход от стереотипов становится наиболее важным критерием. Если линия напоминает волну, то зачем чего-то выдумывать лишнее. Волна – просто и понятно. Творческий человек определяется прежде всего по его способности примирять очень далекие друг от друга противоположные вещи. Если ты творческий человек, ты можешь их соединить вместе и создать целостную систему. Эти отдельные вещи, конечно, будут «сопротивляться», они будут «вырываться», поскольку несопоставимы друг с другом. Но творческий человек может их примирить, найти некое равновесие. Причем это равновесие создается не по принципу хоть как бы, в некоем «некомфортном» для элементов жестком соединении, механическом соединении. Части системы разные, а их «сжали, спрессовали» вместе. Потом они «мучаются, страдают». Нет, здесь в творческом процессе мы имеем дело с другой логикой, с творчеством как способностью синтезировать, создавать целостность. Когда каждый элемент помогает существовать другому элементу – это называется продуктивная творческая взаимодополнительность. Элементы, творчески соединенные вместе, расширят возможности друг друга. Вот это и есть то, что мы называем искусством, может быть, добром, гармонией, какими-то другими прекрасными словами. Творец, он обладает этой способностью создавать такие благополучные и красивые системы. Именно это называется добром, красотой, истиной.

Творец работает с серьезными, важными процессами, являющимися основой самой жизни. Он соединяет части, давая этим отдельным элементам возможность жить, быть одновременно и свободными, и находиться в системном единстве. Русские философы назвали идеал такой системы положительным всеединством, пророчески предугадывая важность именно такого понимания творческой созидательности, устремленности к такому идеалу для современной цивилизации.

Эту концепцию предложил и развил Владимир Соловьев, она получила название «философия всеединства». Глубинный смысл подхода, во многом как бы выражающий идеалы соборности, космичности, присущей русской культуре, заключался в определении онтологического статуса человека и человечества как призванных к реализации идеи положительного всеединства – «Царства Божия». Сама идея положительного всеединства предстает как идеал совершенной организации, когда единое существует не за счет всех или в ущерб им, а в пользу всех, истинное единство сохраняет и усиливает свои элементы, осуществляясь в них как полнота бытия. Идея положительного всеединства имманентна, то есть внутренне присуща человеку, и воспринимается, согласно В. С. Соловьеву, как проявления Истины, Добра и Красоты. Чувствительность к этим ценностям связана с творческой интуицией, которая и вдохновляет человечество созидать новое качество жизни.

Мир незавершен и в силу этого несовершенен, поэтому у человечества нет иного пути, как через историю, через диалектику падений и взлетов его творческих усилий в духовной, социальной, материальной жизни. В человеческом творчестве же и проявляется божественная природа – положительное всеединство, выражается творческое существо Бога.

Как писал Н. Бердяев, еще один знаменитый русский философ, творческий опыт есть нечто первичное, он – духовен в религиозном смысле слова. Творчество есть преодоление мира в евангельском смысле, преодоление иное, чем аскетизм, но равноценное ему. В творческом акте не устраивается «мир сей», а созидается мир иной, подлинный космос. «Творчество по существу своему есть расковывание, разрывание цепей. В творческом экстазе побеждается тяжесть мира, сгорает грех и просвечивает иная, высшая природа» [7, с. 146].

В целом художественное и социальное творчество, по мысли философии всеединства, имеет общую природу и общую цель – достоинство и свободу каждого человека, построение нравственного космоса, осуществление положительного всеединства.

По всей видимости, именно положительное всеединство и есть ключевой смысл, сущность этого целостного, выявленного нами комплекса эмоциональных переживаний, соотносимых с вдохновением (пиковые переживания, потоковые состояния, состояния Озарения). Понятно в свете концепции положительного всеединства, почему эти переживания тесно связанны как с системной целостностью, ее развитием, так и творчеством, с обретением человеческого достоинства, глубокого ощущения своей значимости.

Творец по-настоящему создает гармонию, которая каждый раз воссоздается по-новому. Как хорошая семья, как хорошая организация. Искусство создавать гармоничные системы, с точки зрения Маслоу, делает творчество уделом не избранных, а каждого. Как писал Абрахам Маслоу, идеальный образ такого творчества можно понять на примере одного известного ему психиатра, который «не создал ни одной теории, не провел ни одного исследования, но находил удовольствие в своей ежедневной работе, оказывая помощь людям в их самосозидании. Этот врач относился к каждому своему пациенту так, словно тот был единственным человеком в мире, наивно и невинно, но с великой мудростью в духе даосизма. <…> Для него каждый пациент был абсолютно уникальным человеческим существом и потому совершенно новой проблемой, которую нужно было понять и решить совершенно по-новому» [26, с. 174].

Не действовать по шаблону, но чувствовать противоположности, которые нужно уметь интегрировать, как и уметь сочетать не только свои ощущения, но и другого, предвосхищать потенциальные возможности, в этом процессе – соединении разнородных вещей создается «мир обетованный».

Сегодня это искусство, оно становится все более важным, называют дизайном, приобретает характер все более выраженного тренда, знака нашего времени. Дизайн внимателен к людям, утверждает их значимость, создает уникальные психологические атмосферы, о важности которых мы еще будем вести речь далее. Дизайн создает истину, добро, красоту, совмещает элементы и дает им возможность расцвести в структуре целого. Это и есть формула интересных произведений. То, что по-настоящему затрагивает глубины человека, волнует его, содержит в себе примиренные противоположности, которые творец впервые соединил вместе. Если продолжать эту тему, то я скажу, что это есть основа высоких гуманитарных технологий будущего, социальных технологий, психологических, образовательных технологий. Соединить вместе множество элементов. И так, чтобы они не подавляли друг друга, а почувствовали себя свободно в новой композиции. Для этого приходится потрудиться, приходиться делать дополнительные усилия. Но награда за все эти усилия – проявление вдохновения, положительного всеединства русской философии (красоты, истины, добра) в нашей жизни. И такая свобода сама создается в состоянии вдохновения, можно сказать, что это и есть природа состояний вдохновения, которые мы обсуждаем в этой книге.

Интересно, что именно эта природа творчества отражается и в характере самих творческих людей. Так, А. Н. Лук делает следующее замечание по данной теме. Творческая личность соединяет в себе противоположные черты: серьезность и шутливость, приверженность традициям и «бунтарство», уверенность в себе и скромность, готовность к риску и осторожность, деятельный характер и склонность к размышлению, гибкость, фантазию и реалистичность [25]. Аналогичное наблюдение сделано и Маслоу о взаимодействии между внутренней интеграцией индивида и его способностью интегрировать то, что он делает в этом мире. Насколько творчество окажется синтезирующим, конструктивным, объединяющим, во многом зависит от внутренней интеграции личности. В сущности, творческие способности – эпифеномен большей целостности и интегрированности, которые служат обязательными условиями самоактуализации.

Система включает в себя много компонентов, и человеческое творчество – это согласование множества разных элементов, которые должны быть интегрированы вместе. Так вот тайна этих удивительных состояний пиковых переживаний, потоковых состояний, вдохновения заключается в том, что они создают единство всей системы. То есть человек в этом состоянии очень органичен, выходит в нем на новые, более совершенные уровни своей системной организации.

Чтобы увидеть, в чем разница, давайте просмотрим такой ряд. Представьте себе, что человек с закрытыми глазами старается сблизить указательные пальцы правой и левой руки, чтобы они встретились, прикоснулись друг к другу. Иногда в детстве используют этот простой прием для гадания. Достаточно мудро для определения уровня своей конфликтности по отношению к принимаемому решению. В обычном состоянии сознания вы достаточно хорошо согласованы, и ваши пальцы или коснутся, или пройдут совсем близко. Если вы сильно напряжены, зажаты то, скорее всего, промахнетесь. Здесь было бы искажение в работе систем. Чем больше тревога, тем больше стресс, напряжение, тем больше рассогласованность отдельных частей, и одновременно более ригидный, жесткий и негибкий режим управления. Попробуйте перейти по бревну над пропастью. Если это бревно лежит на полу, вы пройдете легко. Если оно перекинуто через пропасть, то вы будете напряжены, ваши действия будут недостаточно согласованными для сохранения равновесия, и вы рискуете сорваться. Поэтому в системе Станиславского путь к вдохновению, к живой гениальности игры актера заключался в снятии мышечных зажимов, напряжений.

Но без веры в себя, надежды – своеобразных установок, которые были сформированы родителями, опытом, персональным мифом, невозможно сбросить напряжение, обрести гибкость, пластичность и целостность. Обретение этой целостности – это плод усилий всей культуры, сочные гроздья винограда, питаемые силой древних изначальных общечеловеческих корней искусства, творчества, науки, религии.

Я согласен с современным аналитиком Дэниелом Пинком, который считает необходимым для тех, кто хочет добиться успеха в современных экономических условиях, овладеть шестью основными способностями: к дизайну (создавать красивое, эмоционально привлекательное), к сюжету (выстраивать повествование), к симфонии (складывать разрозненные элементы в новое целое), кэмпатии (устанавливать контакты и быть чутким), к игре (дополнять серьезность смехом, беззаботностью, юмором), к смыслу (обратиться от каждодневной борьбы за выживание к более значимым желаниям: поиску предназначения, трансцендентного состояния и духовной реализации). Но мне представляется, что он ошибается, связывая эти способности с функционированием только правого полушария человеческого мозга [31].

На самом деле здесь мы имеем дело с более сложной взаимосвязанной системой установок, ценностей, способностей. И ключевой элемент этой сети взаимосвязей – состояние вдохновения, названное разными авторами пиковыми переживаниями, потоковыми состояниями, ресурсными состояниями, состояниями Озарения, имеющее и много других имен. Пластичность, грациозность, целостность – одна из самых ярких и значимых возможностей, которые есть у человека. И как раз вдохновение – это вот потрясающая гибкость, потрясающее единство всех систем – стремление к положительному всеединству.

6. Вдохновение и священное

Для чего человеку нужно состояние вдохновения и какие загадки и тайны с ним связаны? Надо сказать, что раньше вдохновение считалось уделом избранных и сопоставлялось с возможностью как бы прикоснуться к Божественному. Именно это прикосновение наделяло человека особыми крыльями. Поэтому продукты, созданные в состоянии вдохновения, они, как правило, носили на себе отпечаток Божественного, заключали в себе энергию, мудрость и становились своеобразными сакральными артефактами. То есть теми особыми объектами, которые по-прежнему излучают силу и мощь.

Понятно, что когда стали изучать возможности человека научными методами, можно даже сказать, естественно-научными, то на некоторое время было объявлено табу, запрет на такое вот понимание вдохновения как прямой контакт с Божественным. Понимание вдохновения было упрощено, редуцировано до некоторых достаточно простых моментов: измененное состояние сознания, галлюциногенный транс, действие бессознательных процессов. Конечно, при этом постепенно открывались некоторые психологические закономерности, связанные с состоянием вдохновения. Но сама значимость вдохновения как одной из ключевых точек развития человека и общества, как Божественной целостности была потеряна, стерта с «карт реальности».

Нет ничего важнее для современного человека, чем найти систему ориентации, как ее назвал Эрих Фромм, или, по-другому, «карты духовной, социальной, психологической реальности», на которой будет показано куда идти, чтобы найти сокровища и какие дороги окажутся подходящими. Кто это знает?

Представьте себе действия современного специалиста-психолога, владеющего гипнозом. Какие инструкции он должен дать для того, чтобы найти способ успешно разрешить волнующие человека проблемы?

Известна восстанавливающая и очищающая сила естественного сна, поэтому первые гипнотизеры давали простую инструкцию клиентам: «Спите». Гипнотизер, ученый Л. П. Гримак провел исследования относительно исцеляющей силы гипнотического сна. Он экспериментально показал, что по сравнению с инструкцией «Спите» более эффективна инструкция «Отдыхайте» [13]. Она быстрее восстанавливает силы утомленных клиентов, возвращает бодрость и свежесть. Почему вроде бы близкие по смыслу слова дают разный эффект? Потому что здесь мы вступаем в царство смыслов, образов и архетипов и каждое слово, каждый образ открывает двери к своим возможностям и ресурсам. Философ Налимов назвал эту сложнейшую реальность смысловая вселенная», Карл Юнг – психоидная вселенная, коллективное бессознательное, Арнольд Минделл – сноявь. Этот волшебный и сказочный мир постепенно открывается, благодаря усилиям многих направлений психологии, философии, социологии, лингвистики, культурологии, других наук, в том числе современной физики.

Знание этого мира включает в себя как понимание законов взаимодействия с такой реальностью, так и мало исследованные ключевые области, источники помощи и развития, чудесных возможностей. К числу таких универсальных источников относится и состояние вдохновения.

В 70-х годах двадцатого столетия начали складываться своеобразные представления о том, что наряду с сознанием присутствует бессознательный разум и «бессознательное может все». То есть если правильно инструктировать бессознательный разум человека, то он способен творить буквально чудеса в отношении физического здоровья, отношений, судьбы. Были рационализированы и построены первые технологии по управлению, точнее сказать, сотрудничеству с этим бессознательным разумом.

Вот один из примеров технологизации осуществления перемен, предложенный Тэдом Джеймсом как общая парадигма гипноза.

Вначале определяется желаемый клиентом результат. Затем клиент входит в состояние гипнотического транса. Это позволяет установить контакт с бессознательным разумом клиента и далее посредством шести вопросов-инструкций к бессознательному разуму определяется работа бессознательного по достижению желаемой цели.

Для достижения желаемого изменения важно настроить бессознательный разум на обнаружение того, что нужно сделать, чтобы решить проблему. Бессознательный разум более творчески определяет ресурсы и возможности данного человека. Затем необходимо дать инструкции активации действий бессознательного разума по разрешению проблемы. Определить начало процесса и условия его завершения, дать импульс к началу процесса.

Джеймс указывает, что в большинстве случаев бессознательный разум клиента находит необходимые средства и желаемая цель действительно достигается. Интересно, что если бессознательный разум клиента не может обнаружить подходящих средств, то Тэд Джеймс вводит в качестве дополнительного ресурса контакт с «высшим я». Любопытна инструкция в этом случае для бессознательного разума: «Может ли ваш бессознательный разум войти в контакт с состоянием идеального здоровья и исцеления, существующим в рамках «высшего я», и внедрить это состояние в ваш организм для решения всех проблем?» Как пишет Джеймс, не имеет значения, верит или не верит клиент в существование высшего «я». Бессознательный разум клиента всегда позитивно реагирует на этот вопрос и тут же обнаруживает, что ему известно, как решить проблему [18, с. 113–114].

Здесь мы приводим эти наблюдения и технологию, чтобы подчеркнуть значимость «идеальных состояний здоровья и исцеления, существующих в рамках «высшего я». Вполне возможно, что именно такая настройка является важной и может стать основой формирования образовательных, психо– и социотехнологий будущего. Ключевой вопрос остается прежним. Что представляют собой эти идеальные состояния? Действительно ли бессознательный разум знает путь к ним? Посредством каких символов, ритуалов, слов эта пока эфемерная для современного, рационального человека действенность высшей реальности становится близкой и доступной? Здесь есть над чем подумать в плане и этики, и религии, и общества.

Обратите внимание на инструкцию не только войти в контакт с этими идеальными состояниями, но и внедрить их в организм для решения проблем. Не есть ли эти неизвестные идеальные состояния само вдохновение, творческое состояние, характеризуемые различными авторами как пиковые переживания, потоковые состояния, состояния Озарения?

На универсальность, всеобщность практики установления контакта со священным – особыми моментами преисполненности творческой силой, созидающей энергией – указывает один из крупнейших специалистов по религиозной мифологии Мирча Элиаде в своей концепции священного и мирского. Священное время – это время первотворений, первопредметов, перводействий, когда из хаоса усилиями богов и героев был сотворен Космос. Об этом времени повествуют космогонические мифы всех народов. Ритуальное воспроизведение событий этого времени необходимо для сохранения жизни человека и общества, поскольку в мирском времени все постепенно оскудевает и разрушается. Как писал Мирча Элиаде, через исполнение космогонического мифа, воспроизведение его через песнопения, танцы, символические рисунки происходит исцеление, восстановление изначальной гармонии. Через отождествление с героями, богами космогонического мифа, «больной погружается в состояние первоначального расцвета; в него проникают гигантские силы, которые in illo tempore сделали возможным сотворение мира» [51, с. 52]. Отождествление с творящими Космос силами дает омоложение, исцеление, возрождение.

О значимости этого контакта свидетельствует и мифология райского источника. Как известно, мифология источника тесно связана с мифом райского блаженства. Вода является символом психической энергии, либидо. В раю (как повествует нам Библия) воды жизни проистекают из основания Древа Жизни, которое как родник дает начало четырем рекам рая. Эти реки символизируют творческую силу, истекающую в явный мир до его пределов. У христиан родник жизни имеет отношение к бессмертию, он есть Дух Святой, означает искупление и очищение водами живыми. В исламе – Небом посланные воды реальности, испить которых означает получить высшее знание. Согласно Мирча Элиаде, в более или менее сложной форме райский миф, описывая изначальное состояние, встречается по всему свету. Это состояние и возможности были утеряны в результате «падения» человека, изначального раскола. Так же, как шаманы и мистики в экстазе возвращали утраченное райское состояние, современные психотехнологии, направленные на пробуждение вдохновения, оперируют понятиями «полет», «парение», «растворение», «поток», возвращают гармоничное, радостное, наполненное красотой состояние души, возвращают связь с этим источником.

Социальное устройство общества, мораль, религиозные представления – все оказывается значимым для развития возможностей человека, обретения им крыльев вдохновения, способностей и таланта. Мы уже акцентировали внимание на результатах наших исследований. Это более тысячи студентов, которые были изучены, опрошены с 2009 года. Выявлены прямые и сильные взаимосвязи. Самое удивительное, что способности человека – способность радоваться, способность любить, быть сосредоточенным, ставить цели, чувствовать красоту, способность растворяться в деле, – они все есть одно целое и связаны с глубоким ощущением собственной значимости, внутренним ощущением одобрения. Возьмем, например, людей, у которых этот уровень самый низкий. По все показателям они очень ограничены, то есть ни любви, ни красоты, ни сосредоточенности, ни вдохновения. Возьмем немножко больший уровень значимости. Чуть-чуть расширился круг способностей. Возьмем еще больше и увидим, как одновременно растут все эти лепестки способностей. Еще больший уровень – еще больше раскрывается круг возможностей. И так далее. Вот такой вот своеобразный способ регулирования человеческих способностей и возможностей.

Одним из первых стал изучать эти регуляторы социальных взаимодействий Карл Маркс, называя их совокупность идеологией. Важное место концепция социальных ролей и статусов нашла в работах Талкотта Парсонса. В то же время в классической социологии был упущен и недооценен факт прямого взаимовлияния статусно-ролевых позиций, социальных ожиданий и развития человеческих способностей, талантов.

Есть один важный момент, почему люди боятся скрытых позитивных сил внутри себя. Дело вот в чем. Подавление вдохновения в силу комплексной целостности природы качеств и способностей, сопряженных с вдохновением, таких как индивидуальность, достоинство, – технологии управления и организации любого авторитарного общества. Авторитаризм может скрываться и под фасадом демократии. Допуск к священному обязательным образом табуируется, находится под усиленным, бдительным контролем. Так построено любое традиционное общество, как показал французский социолог Эмиль Дюркгейм. Таким путем поддерживается особый тип целостности системы общества, названный Дюркгеймом механической солидарностью, когда индивидуальность подавляется, а инаковость преследуется жесточайшим образом. То есть общество построено таким образом, что человек приучается быть своеобразным «винтиком» в системе, знать свое место, исполнять отведенные для него социальные роли. И это прочно впечатывается через различные ритуалы в человеческую психику. Нарушить эти табу, выйти за пределы – у человека возникает страх, глубинный, непонятный страх. Фромм назвал этот страх страхом осуждения, страхом остракизма, определяя ему особое место в построении системы социальных отношений. Страх, что ты не такой как все, что ты можешь не получить одобрения. Это очень серьезная проблема развития способностей человека и построения здорового общества, как его назвал Эрих Фромм. Системе нужны элементы, те, которые будут выполнять определенные функции. Нужны двоечники в системе школьного образования, нужны троечники, нужны отличники. Совсем немного людей нужно на вершине власти, славы, денег и много «неудачников», занимающих нижние этажи социальной системы. Вот как-то надо все это организовать.

На сегодняшний день все больше растет понимание этого типа организации социальных систем. А психологические техники изменения ощущения своего статуса, создания персонального мифа успешной личности все чаще используются для развития способностей, мастерства и решения проблем. Предлагается использовать подобные возможности в нейролингвистическом программировании, эриксоновском гипнозе, гештальт-терапии, психодраме, мифотехнологиях. В общем виде вам предлагают выбрать воображаемого эксперта, мастера, наставника, покровителя в том деле, в котором вы собираетесь добиться успеха, и представлять себя на его месте как можно более полно. Вы вполне можете постепенно осваиваться в этом образе в своем воображении, представляя себе подробности действий, советов самому себе. Вот как, например, рекомендует работать с воображаемым консультантом в рамках гештальт-терапии Джон Энрайт.

Согласно положениям гештальт-терапии, возможность инсайта, просветления, глубинной мудрости есть всегда, «здесь и сейчас». Однако люди научены не применять собственную мудрость. Как пишет Энрайт, обладая невероятно тонко настроенным, замечательно эффективным снаряжением, мы завалили его мусором и даем ему ржаветь. Это плачевное состояние порождается множеством, сформированных обществом запретов не чувствовать, не знать различные части себя. Существует запрещение чувствовать, кто ты есть, чувствовать то, что ты чувствуешь, и знать то, что ты знаешь.

Справиться с этими запретами позволяет использование специального игрового пространства «как будто». Сущность подхода «как будто» в том, чтобы отойти от ограничивающих сторон повседневного практического функционирования, уйти от дилеммы «правильно – ошибочно».

Сигналом того, что человеку удалось совершить прыжок в мир «как будто», мир возможного, может стать внезапное ощущение свежести и новизны мышления и восприятия, а также, парадоксальным образом, – ощущение уверенности и определенности.

В действительности это чувство уверенности не парадоксально: если ошибаться нельзя, а в организации социальных норм так оно и есть, то нужно быть осторожным и проверять свои выводы. Об этом говорят как о подавляющем влиянии непримиримого внутреннего Критика, авторитарной совести, тирании СверхЭго. Если же ошибаться можно, если на время можно выключить оценочную систему «правильно или ошибочно», тогда человек может позволить себе ощущать уверенность с большей легкостью.

Когда пациент кажется безнадежно запутавшимся во множестве пересекающихся проблем, Энрайт драматически доводит ситуацию до кульминации и говорит с подчеркнутой значительностью, что крайне сложные проблемы требуют крайних решений, объявляя, что необходимо обратиться к Консультанту. Затем он рассказывает, как замечательно мудр, компетентен и знающ этот Консультант. Энрайт учит пациента оказывать должное уважение Консультанту, организуя для него удобное место, подчеркивающее его значимость.

К этому моменту намеки, которые использованы при подготовке, уже делают свое дело, так что пациент не слишком удивляется, когда оказывается, что он сам и будет играть роль Консультанта. Энрайт обсуждает с пациентом, какие именно вопросы ему необходимо решить с помощью Консультанта. После этого оставляется какой-нибудь физический символ присутствия пациента на его стуле, пациент выходит из комнаты, стучится и вновь входит, встречаемый надлежащим образом как Консультант [53, с. 203–204].

Затем более или менее подробно обсуждается проблема, причем Консультант указывает решения, предлагает что-то и т. д. Как сообщает Энрайт, часто таким способом возникают весьма примечательные решения, и люди очень удивляются тому, что проявляется у них в этом состоянии. Некоторые пациенты сохраняют эту игру в дальнейшем, создавая таким способом новые эго-состояния.

Задача, конечно, не только обрести свое личное «спасение», обнаружить и научиться доверять собственной глубинной мудрости. На самом деле задача, которая сейчас стоит перед людьми, перед цивилизацией, наукой, обществом – это построить более совершенные системы, социальные системы, человеческие системы, в которых бы способности человека не подавлялись, а были бы приветствуемы, им позволяли бы существовать. Для этого надо очень много что поменять. И эти революционные изменения уже начались, прежде всего благодаря изменениям в отношении к творческой деятельности и людям, которые ей заняты. Квинтэссенцией творческой деятельности являются состояния вдохновения, священнодействия. Но священное здесь имеет черты не власти, авторитета, навсегда заведенного порядка, сохраняющего систему социального неравенства. Священное становится принципом, идеальной моделью творчества, созидания гармонии индивидуального и целого – положительного всеединства русской философии, как мы уже обсуждали.

Интересную концепцию, в чем-то близкую философии положительного всеединства, в свое время разрабатывал Абрахам Маслоу. Решающей во всех отношениях является мера совершаемого насилия над людьми во имя сохранения порядка и системы. Маслоу назвал эту меру степенью синергизма. Когда желания индивида и общества совпадают, то это есть высокий синергизм, и здесь насилие как таковое не является необходимым. Сравнительные исследования различных сообществ показывают, что для отношений высокого синергизма характерны вера в милостивых, прощающих, помогающих и мудрых богов, дружественные, теплые, поддерживающие отношения между людьми, особое поведение лидеров, которые действуют во имя всеобщего блага.

Но когда желания индивида подавляются требованиями общества, характерны отношения низкого синергизма. При этом боги такого низкосинергичного сообщества – карающие и жестокие, внушающие страх и обрекающие на муки, люди – враждебны друг к другу, не дают возможности «подняться» упавшим, лидеры – действуют в угоду своим эгоистичным интересам.

Как предположил Маслоу, существует параллелизм между уровнем синергизма внутри личности и общества. Все мы себя заставляем, контролируем и наказываем. Низкую степень синергизма можно обнаружить в страхе людей перед самими собой, своими импульсами, эмоциями, мыслями, их отношением к Высшим силам, какую бы они форму ни принимали в соответствии с представлениями человека. Наши многолетние исследования, проведенные среди студентов вузов, действительно подтверждают эту взаимосвязь. Степень проявления вдохновения у студентов, по нашим данным, тесно связана с индивидуальным ощущением Высших сил, безотносительно к религиозным представлениям, как помогающих, милосердных, деликатных, понимающих, поддерживающих, творческих [41].

Несомненно, в таких сложных вопросах необходимо придерживаться крайней степени осторожности в выводах. Альберт Эйнштейн как-то сказал «Все нужно делать по возможности просто, но не проще простого». Мы уже упомянули о существовании мира символов, смыслов, архетипов, выходящего за рамки логики обыденного, что открывается в исследованиях глубин и высот человеческой психики. Разные авторы называли эти Высшие силы по-разному, совершенно непохожими друг на друга именами. Карл Юнг назвал эти силы Самость. Морено называл их творческой Самостью. Станиславский говорил о матушке-природе, Менегетти – Ин-се. Множество разных авторов апеллировали к некоторому глубинному ядру, которое присутствует у каждого человека и которого нужно не бояться, потому что суть его есть творчество и вдохновение, созидание гармонии Космоса из Хаоса разрозненных элементов. И вся совокупность сопряженных с ним смыслов, значений имеет первостепенное значение для развития личности и общества, является тем необходимым источником, связь с которым была утеряна и сегодня буквально на наших глазах восстанавливается в современных психо– и социотехнологиях.

Более того, появляется возможность уточнить понимание вдохновения, связанные с ним ассоциации, группы взаимосвязанных смыслов для построения точных «карт психической, духовой и социальной реальностей». В конечном счете это путь к обретению силы вдохновения, обнаружения в глубинах себя мыслящего сердца, как сказал режиссер Михаил Чехов.

В нашей книге мы уже представили несколько «карт реальности» вдохновения и теперь внесем в них дополнительные черты, связанные с открытиями Конниры и Тамары Андреас [2]. Глубокое ощущение собственной значимости и чувство одобрения, многие другие переживания, рассматриваемые в этой книге, были показаны Андреас как исключительно важные – как основа и средство эффективной трансформации всей структуры человеческой личности. Они назвали такие переживания сущностными, а состояния, в которых они проявляют себя – сущностными состояниями.

Андреас провели исследование, которое позже позволили им создать эффективную, можно сказать, революционную, технологию развития целостности человеческой личности. По своей сути их исследования были необычайно просты. Они задавали очень несложный но, как оказалось, ключевой в развитии целостной системы человеческой личности, один и тот же вопрос тысячам людей.

Где-то в 90-х социологи провели исследование, определяя последовательность иерархии ценностей, посредством многократного повторения вопроса «для чего вам это надо?». Допустим, вам нужно много денег – для чего? Авторы исследования сделали акцент на том, что у людей, имеющих серьезные проблемы в жизни, цепочка иерархии целей обрывается. Они не знают, для чего им необходимы желаемые материальные и социальные ценности.

Андреас проследили цепочку целей до конца. Они своим специально сконструированным вопросом выводили людей из плоскости конкретных ценностей к ценностям бытия, ощущений, переживаний: «И что ты хочешь ощущать, имея это?» – спрашивали они. То есть переводили поиск смысла на язык состояний. Это разные языки. Язык иметь и язык быть, по Эриху Фромму. Язык бытия – это язык состояний и переживаний. При помощи такого вопроса иерархия системных целей восстанавливалась.

Обнаружились интересные результаты. Если начинать с любой проблемной ситуации, то в ходе исследования целей как финальная точка выступает определенная группа состояний и переживаний, которые и были названы сущностными.

Самое удивительное, что человек мог без особых усилий «добраться» до такой ключевой бытийственной ценности и пережить ее. Если последовательно задавать клиенту вопрос «И что ты хочешь ощущать, имея это?», то можно действительно прийти к основным сущностным состояниям, переживаниям универсальной природы. Эти состояния и образуют идеальные переживания, которые самодостаточны, становятся новым центром организации всей жизни человека, позволяют в том числе реорганизовать проблемные состояния, вернуть гармонию целостности. Андреас обнаружили, что таких сущностных состояний всего пять:

– существование (это состояние можно передать словами «присутствие, «полнота», «целостность», полное вовлечение и растворение в том, что люди делают);

– внутреннее спокойствие (умиротворенность);

– любовь (не страсть, а именно глубокое чувство);

– одобрение (чувство существования чего-то хорошего в вас на очень глубоком уровне; глубокое чувство значимости, которое возникает из нас истинных);

– целостность («единство», «духовная согласованность»).

Как вы видите, найденное Андреас поле переживаний совпадает с обсуждаемыми в этой книге составляющими пиковых переживаний и потоковых состояний, вдохновения в целом. И мы уже отмечали, что пиковые переживания, потоковые состояния, сущностные состояния по результатам нашего исследования объединены в один фактор, представляют единый комплекс взаимосвязанных переживаний (любовь, добро, красота, сосредоточенность, потенциальность, все вместе…).

В этом смысле результаты Андреас позволяют соотнести состояние вдохновения в различных формах своего проявления (пиковых переживаний, потоковых состояний и других) с истинным центром мотивации человека, с его глубинным ядром, доступ к которому позволяет реорганизовать жизнь человека в осмысленную целостность.

Начатая Андреас работа сейчас переживает стадию интенсивного развития. Практика продолжает развиваться усилиями многих психотерапевтов. Вот, например, как решаются проблемы в технике «путешествие к глубинному ядру», разработанной в российской школе НЛП Надеждой Владиславовой. Техника глубоко проработана автором и может быть одним из образцов современной работы с переживаниями, соответствующих состояниям вдохновения, их благотворного, преображающего могущества [8].

Вначале клиент определяет нежелательное качество, определяет, где оно находится в теле, и отображает его символически, используя субмодальности. Затем он поднимается по «лестнице» все более позитивных и универсальных переживаний, благодаря задаваемому вопросу: «Что важного и ценного дает тебе это состояние?» Добравшись до сущностного переживания, клиент получает указание позволить каждой клеточке своего тела пропитаться этим состоянием и возвращаться назад, обращая внимание на то, как символы проблемного качества в поле найденного состояния трансформируются, рождая естественным образом и перемены в поведении.

Как уже нами обсуждалось, одним из первых ученых, кто уделил серьезное внимание высшим состояниям человека, был Абрахам Маслоу. Для него основой, ключевым источником развития человека стала способность входить в особые состояния, описанные им как пиковые переживания. А пиковые переживания соответствуют моментам человеческой жизни, когда достигаются новые уровни в развитии эффективности и продуктивности целостной системы личности. В целом здесь мы встречаемся с другой логикой человеческого развития, возможностью чуда, чудесного преображения, когда соприкосновение с идеальными состояниями человеческого бытия благотворно и целительно.

Пока это дается немногим, вырваться можно, только прикоснувшись к чему-то глубинному, спрятанному внутри человеческой психики. Мешают страхи, отсутствие «карт реальности» внутреннего мира. Но процесс освобождения становится проще и естественнее, когда возвращается понимание, что это глубинное начало и есть творческое состояние свободы, вдохновения, присущее каждому человеку.

В нашем представлении, можно сказать, в классическом представлении, человек долго учится, в том числе и духовным практикам. Потом то, что он осваивает, дает ему возможность стать мастером. На самом деле все не так, и может быть гораздо сложнее и красивее. Для того чтобы стать мастером, надо испытать вдохновение (пиковые переживания, потоковые состояния, сущностные состояния). И когда человек испытывает вдохновение, он, прежде всего, начинает быстрее учиться, включаются какие-то другие ресурсы. Это и есть особое чувство избранности, становящееся все более распространенным в современной культуре.

Не следует, однако, примитивизировать понимание творчества и вдохновения, упрощать их до реальности физиологических или исключительно личностных процессов. Близкое, родное и созвучное природе человека совсем не означает лишенное тайны и чудесности, сопричастности, единства с жизнью.

7. Вдохновение и структура организации систем

Творчество – это своеобразный ключ к пониманию многих процессов, которые происходят в современном мире. Сегодня оно стало мерилом успешности человека и успешности общества. Где-то начиная с 50-х годов начинают складываться совершенно новые по сравнению с традиционными контуры культуры и экономики. Этот тип экономики получил название инновационной, то есть построенной на разработке и производстве новых товаров и услуг. Сегодня формула успешности в инновационной экономике заключается в том, что вовлекаются ресурсы, связанные с человеческим сотрудничеством, доверием, творчеством, вдохновением. Выигрывают те культуры, те сообщества, которые могут вовлечь эти ресурсы, психологический капитал, социальный капитал, в свою жизнь. То есть даже если нет никаких ресурсов природных, экономического капитала, но есть организованные и успешные люди, то они могут создавать инновационные продукты. Они могут буквально что-то сделать «из ничего» и добиваться успеха. Это и есть инновационная экономика – выигрывают те, кто использует человеческие ресурсы творчества, организации и сотрудничества прежде всего. Отметим, что среди прочих вдохновение пока не рассматривается как важный ресурс в современном менеджменте.

В мире существует множество сообществ, которые не имеют природных ресурсов, зато они имеют хорошие социальные организации, умелое создание какой-то дружественной атмосферы, для того чтобы человек мог развернуть свои крылья. Ключевой момент для таких организационных культур – некоторая атмосфера доброжелательности, атмосфера взаимной поддержки, которая возникает. Быть может, первые попытки создавать такие культуры, способствующие творчеству, возникли в 50-е годы двадцатого века. Тогда потребности экономики породили развитие научного интереса к проблеме стимулирования творческой активности. В это время зарождались первые фабрики мысли, возникали новые социальные и психологические технологии творчества.

Так, Алекс Осборн, один из пионеров этого движения, предложил идею мозгового штурма. Что он посчитал важным? Самым важным для него стало не выкрикивать идеи кто громче, кто талантливее, а устроить атмосферу отсутствия критики при генерации и высказывании идей. Когда любая идея принимается как ценная. Каждый человек привносит что-то свое, что-то новое в творческий процесс. И как раз здесь ощущение ценности каждой личности, защита и утверждение ее «психологических прав» нуждается в профессиональном уходе.

Особое внимание уделялось психологической атмосфере и комфорту. Первые мозговые штурмы проходили на яхте, во время небольшой прогулки по морю. Как известно, ничто так не освежает, не дает ощущение освобождения, беззаботности, свободы, как запах моря, плеск волн и крик чаек, блеск воды. На языке символов море соотносится с бескрайней человеческой душой, таинственным ощущением единства с миром. Все связано со всем. Океаническое чувство, как его называл Зигмунд Фрейд. Английские психологи экспериментально установили, что запах морских водорослей является одним из самых сильных и эффективных релаксантов.

Алекс Осборн был первопроходцем в создании этой продуктивной эмоциональной атмосферы, пусть в самых первых, еще не отточенных и понятных формах. Но уже сейчас эти виды ресурсов становятся в инновационной экономике важнейшими. Создать группы людей, в которых присутствует воодушевление, интерес, взаимоуважение и доверие, которые могут помогать друг другу и способны к организованному действию. Оказалось, построить такие организации не так просто. Эту атмосферу еще предстоит научиться создавать. Атмосферу, в которой человек может развернуть свои способности, крылья своего таланта. Нужны высокие гуманитарные технологии – новое понимание совместного развития человека и общества, новые ключевые моменты, на которые нужно научиться обращать серьезное внимание и лидерам, и участникам. Различать и понимать необходимейшие вещи для процветания в современных условиях.

Например, известный современный философ Фрэнсис Фукуяма в качестве такового ключа, увидел доверие. Уровень развития доверия является той планкой, на которую может подняться общество в своем экономическом преуспевании. С нашей точки зрения, еще более важным требованием становится творческая атмосфера и, более того, атмосфера вдохновения, порождающая, как мы уже продемонстрировали, целый спектр благ. Чем дальше общество идет по пути развития, тем все больше это становится очевидным. Так известный русский философ Николай Бердяев в начале двадцатого века пророчествовал, что суть происходящих и необходимых для мира изменений есть рождение этики Творчества. Этика Творчества выходит за рациональное видение мира, это – этика энергетическая и динамическая. Повышение энергии жизни, качественное и количественное, творческий подъем энергии становится при этом одним из критериев нравственной оценки. Для этики творчества борьба со злом происходит не столько пресечением и уничтожением зла, сколько творческим осуществлением добра и творческим преображением злого в доброе.

«Величайшая тайна жизни скрыта в том, что удовлетворение получает лишь дающий и жертвующий, а не требующий и поглощающий, – пророчествовал Н. Бердяев, предваряя открытие истин духовно-нравственного мира в работах Э. Фромма, В. Франкла, А. Маслоу. – И только в нем энергия жизни не иссякает. Творчество же есть ее неиссякаемость» [6, с. 68].

Давайте, пользуясь современными возможностями Интернета и поисковых систем, проведем такой эксперимент. Наберем, например, в качестве ключевых слов для поиска в сети Интернет «фотография свобода», «фотография умиротворение», «фотография легкость», «фотография вдохновение» и затем рассмотрим обнаруженные фотографии. Обратите внимание, что на фотографиях, как правило, люди с распахнутыми навстречу ветру, миру, руками, как крыльями, поднятым к небу лицом. Интересно, что не только свобода так изображается, но и легкость – также, умиротворение. Раскрытые руки, распахнутые ладони, вот эта вот часть, где сердце, грудь, вперед и вверх, и наряду с фотографиями людей символические изображения летящих птиц, очень похоже. И часто на фотографиях девушки, развевающиеся сзади части одежды, какие-то ткани создают ощущение полета. Вот эта вот символика или комплекс переживаний, которые освобождают человека от его бремени, от тяжести и одновременно являются условием эффективности, можно сказать, «окрыленной», «ангельской» эффективности нас интересует.

Это состояние ищется в современных психотехниках, которые вырвались далеко за рамки классических представлений о человеке. Понять человека – это понять его возможности, присущую ему потенциальность, творческие способности. Все это нельзя понять без состояния вдохновения, полета, гармонии, единства, того, к чему стремится наша душа, все наше существо. Если человек попадает в такие состояния, то разворачиваются его способности, возможности. Здесь человек приобретает необходимые творческие качества, таланты.

В данной работе мы свидетельствуем о важности этого состояния, необходимости его поиска, сущностной связи со многими ключевыми для развития личности и общества смыслами, практиками. Многие атрибуты, присущие вдохновению как целостному комплексу качеств и свойств, все более отчетливо наблюдаются в современных процессах, в этих быстрых трансформационных изменениях нашего столетия.

Вдохновение в различных его формах – это и способ решения системных конфликтов, творческий синтез, интеграция элементов в гармонию, целостность положительного всеединства.

В то же время вдохновение – это и условия, в которых человек обретает свои крылья, атмосфера сотрудничества, поддержки и одобрения, единства со всем миром.

Вдохновение есть и состояние души, к которому человек стремится по своей природе.

В этом смысле поиск и обретение вдохновения есть метамодель развития человека и общества. Знание отдельных характерных составляющих комплекса переживаний, объединяемых состоянием вдохновения, позволяет создать эффективные инновационные образовательные, психо– и социотехнологии, направленные на продуктивное развития человека и общества.

Мы уже рассматривали диаграмму, полученную в наших исследованиях, показывающую, что важнейшим условием развития таланта и раскрытия цветка человеческого вдохновения (любви, красоты, единства, сосредоточенности, самоконтроля, потенциальности, увлеченности) является глубокое чувство собственной значимости и ощущение одобрения. Без этого не удастся создать человеческий и социальный капитал. Раб не может быть творцом. Его крылья изорваны, достоинство уничтожено. И он в силу ряда законов организации систем немощен, импотентен в созидательном, творческом смысле. У него нет и другой мотивации, кроме как страха выживания, публичного остракизма (осуждения). Так контролировать можно только самые примитивные процессы. Чем дальше человечество продвигается в направлении востребованности творчества, таланта, тем больше растет необходимость в качественных условиях труда и жизни сообществ. Приходится думать о психологической атмосфере, в которой живут люди.

Эта тема важная для современной культуры, и организационной, и личностной. В некотором смысле следует говорить о ее революционности. Именно для современной культуры, потому что я не думаю, что буду спорить с логикой Христа, который говорил: «Ищите, прежде всего, Царства Божия и правды его, остальное приложится». Я полностью согласен с этой точкой зрения. И современные исследования, эксперименты, методики, психотехники в принципе подтверждают эту точку зрения. Качество человеческих отношений решает все. «Царство Божие» – это тот идеал, дорога к которому утеряна. Где находится это Царство Божие? Как найти это место? Никто не знает, дорога туда забыта.

Есть, например, легенда о Беловодье, Шамбале. То есть где-то далеко, за пределами заселенных людьми территорий, наполненных болью, страхом, страданиями, можно найти особое священное место, там живут совершенные люди, там совершенные человеческие отношения. В эту легенду верили многие русские люди в начале двадцатого века. Предпринимали экспедиции, чтобы найти эту священную землю. Константин Рерих отправился в Гималаи. В русских легендах эта земля называется Беловодье, Белая Вода.

Я все-таки думаю, что эта земля, Царство Божие, находится не в конкретном географическом месте. Скорее всего, это состояние души человека и одновременно созданная атмосфера человеческого сотрудничества, взаимопонимания. То есть это имеется в виду прежде всего. Хотя на некоторые места на земле как будто наложена благодать. Как будто они вмещают в себе дополнительное измерение. И когда человек попадает в такие места, ему становится лучше. Эти места можно назвать местами силы. Есть и очень действенные современные психологические техники, связанные с путешествиями в мире воображения и поиском «земли обетованной», разработанные Р. Д. Тукаевым, X. Лернером, Р. Дезуалем.

Но можно и создавать такие места специальными практиками. Здесь открывается поле замечательных возможностей. Если вернуться к некоторым достижениям современной психологии, то в этом же направлении стало развиваться НЛП. Главной задачей авторов, создавших данное направление, стало моделирование человеческого мастерства и в потенциале – совершенства. Одно из главнейших условий, которое было выявлено в исследованиях мастерства успешных психотерапевтов, стало создание благоприятной психологической атмосферы резонанса, сотрудничества, принятия, на фоне которой и появляется возможность излечивать «раны», эффективно обучаться сохранению и развитию целостности.

Когда люди с помощью специальных техник учатся взаимодействовать друг с другом, синхронизируя темп своих движений, ритм дыхания, позы, проявляются новые возможности, новые способности. У некоторых это получается лучше, у некоторых не сразу, а после тренировок. Но когда люди резонируют друг с другом, когда они входят в хороший контакт, тогда появляется особая психологическая атмосфера принятия, доброжелательности, растет общая энергетика, появляется творческая спонтанность, интуиция, эмпатия. Это и есть уже преддверие, можно так попытаться передать состояние словами, райского состояния души.

Если бы я рисовал, пытался найти подходящий символ такого состояния, я бы нарисовал круг. Почему? Потому что, если мы расположим людей по кругу, не в шеренгу, не в колонну, а вот именно вот так вот, то между этими людьми возникнут более доброжелательные, более спокойные отношения. Известно психическое влияние круговых структур на человеческое поведение. Например, во многих культурах круговые структуры предпочитаются для ритуалов, магических обрядов. Там, где люди собираются в круг, возрастает их энергетика. Когда люди берутся за руки, то они образуют и усиливают некоторую целостность. Допустим, магический обряд, показанный в фильме «Аватар». Племя собирается вокруг священного дерева, люди садятся по кругу и синхронно раскачиваются. Вот типичный, хотя и стилизованный режиссурой ритуал. Может быть, вы в детстве водили такой хоровод. Все берутся за руки и распевают слова песенки «Как на Маши именины испекли мы каравай, вот такой вышины, вот такой глубины…». Когда человек рождается, ему нужна поддержка, атмосфера одобрения. В этом круге поддержки человек развивается, становится сильнее и лучше. Множество кругов, которые соединяют людей. Мы так и говорим, круг друзей, круг знакомых. Как показано в современных исследованиях социального капитала, размер таких кругов прямо связан с возможностями людей, их энергетикой, здоровьем.

Круг как один из символов «Царства Божия» символизирует множество резонирующих между собой смыслов и прежде всего единство, целостность. В этом плане круг является универсальным средством. Если человек попадает в присущую ему атмосферу, то многие проблемы решаются легче и иногда сами собой. Индейцы племени навахо чертят ритуальный круг на песке, и этот круг становится источником восстановления сил и исцеления. Карл Юнг обнаружил такие круговые структуры у своих пациентов во сне в тот момент, когда начинался процесс их выздоровления. Эта структура была названа им мандалой – символическим изображением архетипа Самости.

Считается, что созерцание круга – мандалы – приносит внутреннее умиротворение, чувство осмысленности и упорядоченность жизни. Это место, когда сознание и жизнь образуют единство, есть защита творческой индивидуальности, защита от одержимости, путь к вечности, внутренний огонь.

Интересно, что круг (мандала) одновременно символизирует и природную целостность, и благодатное взаимодействие людей, и индивидуальность, уникальность развития личности.

Первым обратил внимание на это Карл Юнг, вводя понятие архетипа Самости с присущими ему функциями синтеза противоположностей в целостность и трансценденции. В своем анализе сновидений, символов и мифов разных времен и народов он выделил архетип Самости как искомую точку поисков всего человечества, универсальную мудрость решения системных проблем – гармоничного сочетания противоположностей индивидуального и всеобщего, сознания и бессознательного, верха и низа, левого и правого, философский камень алхимиков, дарующий вечность. В этом смысле вдохновение – это путь к целостности, организуемый архетипом Самости.

Если строить иерархию состояний, то их вершина уже хорошо различима и становится все более доступной благодаря развитию современных образовательных и социальных технологий. Эта вершина находится в области состояний вдохновения (пиковые переживания, потоковые состояния, сущностные состояния, состояния Озарения). Качество и превосходство этих состояний мы видим прежде всего в уровне системной организации, связанном с целостностью, способе решения системных проблем.

Отмечу некоторые важные для понимания вдохновения системные моменты на примере организаций. Я думаю, метафоры социальной и психической организации настолько тесно переплетены между собой, что их развитие в человеческой цивилизации идет, что называется, рука об руку, параллельно.

Представьте себе фирму с директором, отделами, сотрудниками. Каждый в этой фирме должен заниматься своим делом. От его усилий зависит успех всего предприятия. Теперь о проблемах, которые неизбежно возникнут в такой организации. Заранее приношу свои извинения за вынужденную необходимость использования несколько сложных научных понятий и оборотов. Ввиду чрезвычайной важности того, о чем будет идти речь, не могу не осветить эти моменты. Но если вы прочитаете этот текст, вы начнете понимать основные задачи и проблемы управления.

Первая проблема – построение вертикали властных отношений. Ослабнет вертикаль власти – и в системе возникнут драматические последствия. Сработают очень простые механизмы, которые мы уже отмечали ранее, начнется рост поляризации в системе, когда одни части системы будут бедствовать, другие процветать. В результате система станет неэффективной и, возможно, разрушится.

Поэтому в любой системе должен быть центр управления и власти, способный воздействовать на все составляющие ее элементы.

Вторая проблема – вертикаль власти, не берущая на себя ответственность за целостность всей системы, не связанная с мудростью целостности, жестко карающая и контролирующая, порождает не менее драматичные последствия. В свое время этот параллелизм социальных, этических, психических процессов был отмечен Абрахамом Маслоу в книге «Дальние пределы развития человеческой психики». Вслед за Рут Бенедикт Маслоу ввел понятие «синергизм», определяя его как совпадение требований системы и желаний субъектов, включенных в систему. Мы уже обсуждали функциональные последствия низкого синергизма, которые проявляются на всех уровнях системы: в религиозных представлениях, отношениях между членами сообществ, поведении групповых лидеров. Низкий синергизм соответствует культурам с наказывающими, карающими божествами, отсутствием помощи «упавшим» членам сообществ, «отбирающим» ресурсы и беспощадным поведением лидеров. Наоборот, высокий синергизм соответствует прощающим, милостивым божествам, проявлениям альтруизма и доверия, заботливым лидерам.

Если проводить параллель с организацией человеческой психики, то система с низким уровнем синергизма ригидна, плохо системно организованна, зажата конфликтами и страхами, ограничена стереотипами. Это вечное, навязчивое повторение одного и того же сценария, то, как ведут себя люди под влиянием психологической травмы, – «сгустка застывшей боли и страха». Такие состояния можно условно назвать «адом» – вечно повторяющиеся травмирующие сценарии. Красивая легенда, отражающая это понимание, – легенда о «Летучем голландце». Каждую ночь повторяются события трагической ночи, бунт команды на корабле, гибель капитана, и вечно несется по морям этот корабль, своим появлением предвещая несчастье. Также ведут себя и травмированная человеческая психика, и организация, построенная на страхе, подавлении свободы и инакомыслия.

Это самая примитивная форма организации человеческого поведения, мышления, реагирования. Можно сказать, и что это есть ущербная психика. Когда человек освобождается от влияния психотравматического опыта, комплекс распадается, возвращается способность экспериментировать, творить, появляются свобода и крылья целостности.

Третья проблема – доверие между всеми участниками. Отношения доверия названы известным американским ученым Фрэнсисом Фукуямой социальным капиталом, поскольку именно они определяют успешность и результативность деятельности всей системы. Построение доверия возможно на различных основаниях, начиная от более простого и механистичного соблюдения традиций и предписанных норм, заканчивая развитием эмпатии и на этой основе телеотношений – проникновенных отношений единства и спонтанности, резонанса человеческих душ.

На основании механистичного соблюдения традиций и норм построены все примитивные общества, и кара за нарушение этих норм (табу) чрезвычайно сурова. Для современных сообществ характерны поиски решения этих системных проблем в русле построения системы коммуникаций, сотворчества. Это и есть основная благоприятная возможность, тенденция развития, которая все более отчетливо проявляется в современном мире.

Решение указанных системных проблем на уровне организаций было предложено учеными, консультантами, аналитиками, такими как Р. Акофф, П. Чекленд, Ст. Бир, Ч. Лэндри, Дж. Гараедаги, многими другими. Правильная организация системы важнее, чем наличие экономических ресурсов, порождает эффективность и креативную гибкость в решении проблем. Управление в таких системах строится как сочетание автономизации частей системы и одновременно их интеграции на основе качественной перестройки структурно-функциональной организации в направлении повышения уровня синергизма. Как показала многолетняя успешная практика системной реорганизации, это возможно осуществить только в ходе постепенного развития отношений между участниками и частями системы на принципах демократии, вовлеченности в коммуникацию и совместное планирование, обмена мнениями, чувствами, способности учиться понимать и интегрировать в творческом процессе различные точки зрения.

Вот это состояние системы можно назвать «ангельским». За такими системами будущее. Но построить их не так просто. Утверждение и развитие принципов и навыков коммуникации, творчества, обучения, совместного планирования требуют значительной трансформации менталитета и структуры человеческого сообщества.

Один из пионеров этого движения Рассел Акофф (эксперт по системному анализу, творческим решениям) брался за любую проблему, связанную с организацией бизнес-, государственных структур, выводил их из тупиковых ситуаций. При этом он опирался на один простой принцип социосистемности – главное создать хорошую организацию. А что такое хорошая организация? Это та, в которой каждый элемент системы получает достаточную свободу и посредством правильно и осознанного коммуникативного процесса (интерактивное планирование) согласовывает свои цели с интересами всей организации. Такая организация как бы сама собой решает все проблемы. Как говорил Акофф, они как бы растворяются в процессе совместного планирования и обсуждения будущего, и такой подход к решению проблем является самым эффективным. Этот подход – кредо развивающихся социальных и психологических технологий – не один человек, а множество людей, они могут создать то, что называется благом, решение практически любых проблем. Но выигрыш не только в этом, а еще и в развивающейся атмосфере доверия, вдохновения, раскрывающихся перспектив понимания других точек зрения и возможностей. И здесь нет жертвенности и самоотречения, наоборот – усиление энергетики, резонанса человеческих душ.

Над этими подходами в двадцатом веке работали Акофф, Чекленд, Черчмен и многие другие. Они добивались прекрасных успехов, потому что «переворачивали с головы на ноги» представления об организации людей. Важно, чтобы люди творили. Важно, чтобы люди видели перспективы и учились понимать точки зрения других участников системы, учились видеть мир их глазами. И когда созданы эти необходимые условия, появляется возможность для вдохновения, творческого резонанса, и проблемы решаются как бы сами собой. На сегодняшний момент такие технологии вышли за рамки усилий отдельных одиночек-энтузиастов. Возникают целые институты, например интерактивного моделирования, где занимаются решением бизнес-проблем, развитием государственных служб, все шире и масштабнее, до концепций развития успешных городов (креативные города Чарльза Лэндри), расцветающих регионов. Я не утверждаю, что создание таких человеческих сообществ подчиняется простым шаблонам, каким-то простым рецептам. Но в принципе, если следовать определенным процедурам, вовлекающим людей в процесс принятия решений, ответственности за свою судьбу и совместное творчество, проблемы начинают решаться.

Сегодня пирамиды власти, построенные на страхе и недоверии, обречены на разрушение. К расцвету, полноте жизни выводят другие принципы, направленные на построение положительного всеединства, саморазвивающихся, самотворящих, самообучающихся организаций. Не только раскатами грома приближающихся системных катастроф знаменуется наше время, но и зарождающейся зарей новых форм социальных организаций, пробуждением творческих способностей и крыльев вдохновения. И окончательный выбор судьбы цивилизации зависит теперь от каждого.

8. Восприятие мира, присущее состояниям вдохновения

Состояние вдохновения дает позитивные эмоции, позволяет получать и плодотворные результаты. В состоянии вдохновения более целостно воспринимаете мир, более глубоко и проникновенно, вовлекая интуицию. Например, один из санкт-петербургских психологов установил зависимость интуиции от прослушивания стихов, переключения на поэтическое восприятие мира. Удивительно, что интуитивные способности увеличиваются от таких вроде бы ненужных для современного практичного человека вещей, уделять внимание которым не считается важным. Оказывается, когда люди читают стихи разных авторов, у них как будто что-то пробуждается, очищаются какие-то важные каналы, связывающие душу человека со всем миром.

На сегодняшний момент все в большей степени развеиваются сомнения в том, что искусство и успешность людей – это вещи, взаимодополняющие друг друга. Сегодня мы просто обязаны связать их вместе через такие понятия, как талант, вдохновение. Искусство, на мой взгляд, является чрезвычайно эффективным настройщиком, учителем человеческой души. Оно обучает ее самому главному – состоянию вдохновения. И когда человек слушает по-настоящему гениальную, талантливую музыку, не примитивизирующую музыку, а именно талантливую, когда созерцает гениальные картины, на создание которых было потрачено много усилий, которые сами создавались в состоянии вдохновения, какого-то пика, взлета человеческого духа, победы, совершенства, то это и его взлет, внутри себя он проживает те же самые состояния.

Отчасти дело здесь может быть в том, что человек развивается, подражая другим. Сегодня эта концепция получила дополнительное подтверждение в ходе изучения так называемых зеркальных нейронов. В мозге активируются те же самые клетки, как если бы человек сам выполнял те действия, за которыми он наблюдает. Но я не думаю, что можно все свести к процессам прямого подражания. Сейчас очевидно, что человеку доступны глубокие уровни эмпатии, контакта, проникновения. Я хочу сказать, что когда вы видите, слушаете, воспринимаете мир особым образом, а обычно люди отучены от этого типа восприятия, тогда пробуждается вдохновение. Произведения искусства – важнейшие парадные двери, порталы, ведущие в мир вдохновения, интуиции, целостности, развития способностей.

Среди ученых, кто всерьез стал изучать эту роль искусства, одним из первых был Карл Юнг. Благодаря его трудам язык искусства стал восприниматься как лекарство, необходимое для души современного человека, как язык целостности, язык важной информации, которая должна восприниматься как руководство. Здесь мы не будем заострять внимание на сложных и актуальных понятиях, введенных аналитической психологией: индивидуация, архетипы, коллективное бессознательное, символы, Самость. Но в целом главное – когда мы начинаем воспринимать искусство, настраиваясь на восприятие красоты, переживая, ощущая ее, идет процесс развития нашей целостности, индивидуальности, сопричастности к миру. И раскрываются крылья вдохновения.

С чем это связано? Прежде всего, давайте обратим внимание на существенные различия между так называемыми первичными и вторичными процессами. Это различение было сделано еще Зигмундом Фрейдом и остается как значимое для современных исследователей. Вторичные процессы – то, что человек осознает, планирует, контролирует. Это некая ограниченная версия реальности. Это ограниченные «карты мира», по которым обычно живут люди. Вторичные процессы ограничены самим типом социальной коммуникации, требующей однозначной интерпретации знаков.

Чтобы понять ограничения вторичных процессов, можно привести в пример сновидения. Смысл сновидений с трудом поддается нашему пониманию в силу самой своей природы. С точки зрения сознания, вторичного процесса, в мире сновидений все становится таким неоднозначным, запутанным, нерациональным. Если и есть в этом мире сновидческих грез какой-нибудь смысл, то воспринимается он только как отдаленные намеки, какие-то ассоциации, аналогии, скрытые метафоры, смешения. Зачем такая игра рациональному человеку, науке, стремящейся к ясности и очевидности?

Как уже говорилось, первым ввел понятие первичных процессов Зигмунд Фрейд, но он считал их более примитивными по сравнению с сознанием. Действительно, на языке первичных процессов говорят симптомы, болезни, иррациональные страхи, мучащие людей. Для Карла Юнга первичные процессы стали не только симптомами и аффектами бессознательного, но интегрирующим в системную целостность языком искусства, музыки, поэзии, живописи. Символы первичных процессов выражают то, что выходит за рамки ограниченного круга восприятий, позволяют передать невыразимую простыми знаковыми средствами мудрость целого. Поэтому можно сказать, что в первичных процессах заключается тайна творческой интеграции, способ ведания, развития жизни, ее наполненности бытием.

Известный системный аналитик Грегори Бейтсон, разрабатывая концепцию экологии человеческого разума, отмечал, что «простая целенаправленная рациональность, не поддержанная такими феноменами, как искусство, религия, сновидения и т. п., неизбежно патогенна и разрушает жизнь. Ее вирулентность возникает главным образом из того обстоятельства, что жизнь зависит от взаимосвязанных петель обуславливания, в то время как сознание может видеть только дуги таких петель, настолько короткие, насколько этого требует человеческая цель» [4, с. 177].

Сознание, с точки зрения Бейтсона, не имеющее поддержки бессознательного или первичного процесса, всегда должно тяготеть к ненависти, и не только потому, что уничтожить «того парня» весьма здравая мысль, но и по более глубоким причинам. Видя только дуги петель, индивидуум постоянно удивляется и неизбежно озлобляется, когда его тупоумные деяния возвращаются к нему как бедствия.

У сердца, или бессознательного, есть собственные рассуждения, о которых рассудок не имеет ни малейшего понятия. Эти алгоритмы сердца, с точки зрения Бейтсона, закодированы и организованы способом, тотально отличным от алгоритмов языка, такой доступ открывается (например, в сновидениях, искусстве, поэзии, религии).

Искусство учит воспринимать мир по-настоящему, ближе к реальности первичных процессов, ближе к реальности мира. То есть чувствовать то, что обычно скрывается за ограничениями знаков и стереотипов, оно учит существовать на границе первичных и вторичных процессов, синтезируя их в непостижимую целостность. Можно сказать, что искусство – язык сложности и экспрессии, того, что можно создать только на вершине своих возможностей.

Но бесполезно подходить к произведениям искусства с обычным, мирским способом восприятия. Этот обыденный способ видения мира, как его назвал Артур Дейкман – «объектный режим», не позволяет почувствовать целостность и сложность, скрытую гармонию связей и отношений. Хорошо об этом говорил российский философ Григорий Померанц. «То, что мы называем предметом, только узелок бесконечной сети, где все связано со всем и конец становится началом. Даже то, что физически легко обособить, – яблоко, например, – всего лишь миг в цепи отношений: яблони, почвы, солнца, ветра, сорвавшего плод…» [34, с. 215]. Люди смотрят и ничего не видят, кроме отдельных объектов, названий.

Такое, можно сказать, стереотипное видение мира функционально в том плане, что оно упрощает нам мир, экономит ресурсы восприятия человека, делает мир понятным и социально согласованным. В то же время оно как бы велит нам не смотреть глубоко и проникновенно, ничего не знать лишнего об этом мире, о других людях. В усиленном виде стереотипное восприятие – психология городского жителя, который перегружен информационными сигналами. Их так много, этих сигналов, что если уделять время каждому, то просто перегрузится психика. Здесь устанавливать контакт нужно только с отдельными важными людьми, отдельными знаками. Остальное не имеет особого значения. Но, к сожалению, получается так, что благодаря этой информационной перегруженности (стереотипизация мира – одна из форм психологической защиты, «бегства от сложности») мы отвыкаем смотреть глубоко, устанавливать контакт, прислушиваться к интуиции.

Представьте себе, что вы находитесь в каком-нибудь музее. Отстояли очередь, например, в Лувр или Эрмитаж, зашли в этот музей, и теперь нужно быстро просмотреть как можно больше картин. В конце концов такое времяпровождение может закончиться головной болью и пресыщением. Скорее всего, вы не получите самого главного, ради чего стоило приходить в музей. Не получите ни удовольствия, ни очищения, катарсиса, кроме возможности как бы поднять свой социальный статус, потому что знание искусства – признак аристократизма. Но психологически вы устанете, и ваше эстетическое начало не получит подходящей ему «пищи», «божественной сомы» вдохновения. Будете скрывать скуку и напрягать свое внимание для того, чтобы продолжать смотреть. А было бы гораздо лучше задержаться возле заинтересовавшей вас картины. Смотреть долго на эту одну картину. Потому что когда человек смотрит долго на одну картину, не торопясь и спокойно ожидая, тогда он может выйти за упрощенные формы поверхностного схематичного восприятия, перед созерцающим вдруг открывается нечто более глубокое, то непередаваемое словами, простыми знаковыми средствами, то, что можно назвать психологической атмосферой, энергией, какое-то живое и целостное восприятие мира, когда мир видимой реальности наполняется незримыми формами и связями. Отчетливо начинают ощущаться общее настроение, «подводные» течения энергии, цвета, формы. И чем дольше вы смотрите, тем больше открывается вам этой глубины и целостности.

Талантливые художники передают через специальные изобразительные средства свои необычные способы восприятия, как бы помогая войти в них, и в этом заключается особая магия искусства – разрывать сковывающую силу стереотипного восприятия мира, заново обновляя его подобно мифическим героям Джозефа Кэмпбелла, возвращая застывающим формам ума гибкость первичных процессов.

К сожалению, наша современная индустрия развлечений да и образовательная культура приучают людей скользить по поверхности. Быстрее, больше поглотить материала, информации, знания. Непонятно только, для чего нужно такое количество информации и вроде бы знаний, нагромождения фактов, не синтезированных вдохновением. И психика современного человека защищается от избытка информации. Потому что природа человека в том, чтобы устанавливать глубокий контакт и в таком контакте, как говорил Уильям Блэйк:

«В одном мгновенье видеть вечность,

Огромный мир – в зерне песка,

В единой горсти – бесконечность

И небо в чашечке цветка».

Об этой торжествующей силе восприятия строки Сергея Есенина про «буйство глаз и половодье чувств». Этот же тип восприятия незримо присутствует практически в каждой талантливой стихотворной строчке, музыке, живописи, танцевальном движении. Смысл его отчетливо передают и стихи Константина Бальмонта – русского поэта Серебряного века:

«Я откроюсь тебе в неожиданный миг,

И никто не узнает об этом,

Но в душе у тебя загорится родник,

Озаренный негаснущим светом.

Я откроюсь тебе в неожиданный миг

Не печалься. Не думай об этом.

Ты воскликнул, что Я бесконечно далек, -

Я в тебе, ты во Мне, безраздельно.

Но пока сохрани только этот намек:

Все – в одном. Все глубоко и цельно…»

Современная культура – во многом массовая культура, уводящая от глубины к шуму повседневности, эрзац продуктов, как писал Бодрияр, культура соблазна, гиперреальности, соборов потребления и неизбежного разочарования. Человек с таким способом восприятия не может получить глубинного удовлетворения, ощутить глубокого контакта. Таковы мы, современные люди, пытающиеся восстановить контакт с чем-то очень важным, энергетийным, раскрывающим в принципе человеческие крылья способностей и талантов.

Совершенно другой тип восприятия мира характерен для состояния вдохновения. Я хочу обратить ваше внимание на современные исследования малоизвестной, таинственной связи времени и восприятия. Когда мы воспринимаем мир как необычный, свежим взглядом, как дети, которые впервые смотрят на что-то, течение времени для нас замедляется. Наоборот, привычность и стереотипность как бы сжимают психологическое время. Это печально, но так с возрастом все больше сжимается «шагреневая кожа» психологического времени. Как показывают социологические опросы, все, начиная со студентов, чувствуют это. Большинство людей начинают замечать ускорение времени ближе к тридцати годам [44].

Отметим пока, что когда исчезает новизна и свежесть восприятия, все кажется знакомым и привычным, тогда время психологическое течет очень быстро. И в результате человек не успевает ничего, что мог бы сделать.

А вот когда вы выходите за рамки обыденного, стереотипного восприятия, когда вы входите в эту глубину, тогда время начинает идти медленнее, его запасы у вас увеличиваются. И это вы можете обнаружить по простым, известным вам интересным феноменам. В незнакомой местности вам кажется сначала, что у вас много времени. Столько событий происходит за небольшой промежуток времени, и вы все успеваете. Потом потихонечку все исчезает куда-то. Новое становится привычным. Самое простое «злое волшебство», которое происходит с человеком.

Современный человек живет в очень сжатом, быстро несущемся времени. И это делает его неспособным улавливать какие-то тонкости, наслаждаться жизнью. И на самом деле ресурсы времени в стрессе и напряжении становятся ограничены. Парадоксально, но вместо того, чтобы спешить, благоприятно ввести себя в состояние глубокого созерцания, тогда времени на все – для мыслей, обработки информации – станет как бы больше. Поэтому когда вы не спешите, находите время, чтобы остановиться и глубоко воспринимать, установить контакт, вы получаете дополнительный «бонус» – ресурсы времени. Волшебство новизны и глубины восприятия.

На эффекты замедления времени в состояниях потока обращают внимание и многие спортсмены, достигшие мастерства. Об этом времени говорят как о нахождении в «зоне». Вот несколько таких отчетов для иллюстрации этой тайны замедления хода времени, сделанных людьми, достигшими серьезных успехов в различных видах спорта [44, с. 93]. «Создается впечатление, что время необъяснимо замедляется, как будто все вокруг начинает двигаться в замедленном темпе. Кажется, что у меня сколько угодно времени, я могу наблюдать, как ресиверы бегут по своим маршрутам… Я точно знаю, как мощно и быстро движутся эти парни, но все их движения кажутся мне похожими на танец или замедленное кино». «Если ты бежишь сотку правильно… эти 10 секунд растягиваются в 60».

Схожие эффекты замедления времени характерны для сновидений, их ближайшего «родственника» – художественного творчества, сверхвнимания, как сообщает ученый Стив Тейлор, восприятия и переработки больших потоков информации.

Искусство обучает очень важным вещам. С одной стороны, выходить за рамки ограниченного, стереотипного восприятия. С другой стороны – понимать глубину потенциальной целостности мира и устанавливать отношения именно с глубиной, а не поверхностью. И третье, что важно, у вас появляются ресурсы времени. Философ Пауль Тиллих определил такие моменты, в соответствии с древнегреческими представлениями, как Кайрос. В Древней Греции существовало несколько понятий, передающих контакт со Священным. Теменос – место встречи с богами и Кайрос – особый благоприятный момент удачи. Кайрос – это особый момент полноты времени, время, как писал Пауль Тиллих, исполненное смысла. Только для абстрактного, отстраненного ума время является всего лишь пустой формой, способной вместить любое содержание. «Но для того, кто осознает динамический творческий характер жизни, время насыщено напряжениями, чревато возможностями, оно обладает качественным характером и преисполнено смысла» [45, с. 217].

Самый, может быть, простой и доступный для всех способ обрести крылья вдохновения – установить глубокий контакт с произведениями искусства, их сжатой, потенцированной энергией. Но здесь важно не просто видеть, слышать, воспринимать в обыденном, мирском режиме восприятия, но по-настоящему глубоко устанавливать контакт.

Рисунок 8.1 – Оценка близости соответствующих эмоциональных переживаний по методу многомерного шкалирования

Давайте поговорим о структуре человеческих переживаний, состояний души, не забывая, что наша цель – понять связь искусства и вдохновения. На этой знакомой вам диаграмме красным цветом определена область человеческого страдания. Напомним, что чем ближе позиции отдельных переживаний друг к другу на диаграмме, тем они чаще встречаются вместе, созвучнее, составляют одну атмосферу. Если человек переживает страдания, то он переживает и конфликт. Голубым цветом выделена область так называемых позитивных переживаний. Ранее мы показывали, что здесь соседствуют переживания соответствующие потоковым состояниям, пиковым переживаниям, состояниям Озарения, сущностным состояниям. Снизу на диаграмме находятся переживания, более характерные для созерцания, сверху – сосредоточенного действия, активного проявления своей личности.

Зеленым цветом на диаграмме выделена область, больше характерная для переживаний произведений искусства: «обостренное восприятие красоты мира, природы, "прекрасного мгновения"», «чувство полного погружения в работу, не требующее специальных усилий». В этом плане можно говорить, что красота спасает мир, страдающего человека и человечество, становясь своеобразным посредником между миром страдания и миром легкости, единства, вдохновения. Интересно, что на нашей диаграмме переживания красоты, находясь ближе всех других позитивных переживаний к области страдания, точно определяют одну из важнейших функций искусства – настраивать человека на совершенство, гармонию, помогая обрести крылья вдохновения, превзойти боль, тяжесть и страх бренного мира.

В области страданий конфликты множатся, вызывая один другой. Буддисты говорят, что мир человеческих страданий порожден неведением и страстями. В данном случае, глядя на диаграмму, понятен путь – куда идти. И в целом мир произведений искусства позволяет погрузиться в восприятие без усилий, воспринимать красоту, тем самым выполняя роль своеобразного настройщика системы состояний, обретения ощущений единства, легкости, любви.

Желтым цветом обозначена область человеческих переживаний, которые являются ключевыми, особенно важными в развитии потенциала человека. Здесь находятся чувство легкости, растворения в деле, ощущения единства, любви, глубокое чувство своей значимости. Все эти переживания тесно связаны между собой. За комплексной связью этих состояний стоит глубокий смысл.

В 60-е годы двадцатого века философ Эрих Фромм первым попытался увидеть контуры здорового общества, исходя не из природы экономических отношений, политики, а из понимания природы человека, назвав такое общество «обществом для человека». Можно ли построить такую социальную систему? Можно, если мы знаем главные контуры этого общества. Именно переживания единства с собой, другими людьми, природой, миром Фромм выделил в качестве основного источника всех страстей, всех стремлений, присущих человеку. Продуктивное стремление к этому единству связанно с отношениями любви, свободы и ответственности, развитием потенциала личности. Философы экзистенциалисты называют область переживаний в границах желтого цвета подлинным бытием. Мы добавили бы еще легкость бытия, когда возможны высшие формы единства – растворение в ином без потери себя. На эту грань философии бытия, тесно связанную с состояниями человека и его отношениями с миром, обращает внимание российский философ Аркадий Ровнер [37].

Артур Дейкман еще более радикально соотносит возможность переживаний единства с переключением на другой режим контакта с миром [17]. Он называет эти режимы «осознанность в режиме воспринимания» (наблюдающее Я) и «осознанность в объектном режиме» (объектное Я). Стремление воспринимать, а не воздействовать на среду, согласно Дейкману, и порождает опыт слияния с окружающим миром. В этом режиме воспринимания преобладает интуиция и фантазия. Чувственное преобладает над формальным. Музыка, искусство, поэзия становятся средствами коммуникации вместо слов. Доминирует правое полушарие. На ЭЭГ наблюдается пониженная активность бета-волн (деятельность сознания), повышенная активность альфа-волн (комфорт, удовольствие, релаксация, отсутствие тревоги), повышенная активность тета-волн (переживание новизны и глубокого смысла, того, что по-настоящему волнует).

В то же время, с нашей точки зрения, противопоставление правого и левого полушарий мозга, объектного и наблюдающего режима восприятия не дает полностью понять природу вдохновения и связанных с ним переживаний (область желтого цвета на диаграмме). Природа этих высших переживаний заключается прежде всего, в синтезе полярностей, творческой интеграции противоположных начал, присущая всем продуктивным системам. Именно в расширенных творческих возможностей состояния вдохновения создается красота, гармония высочайших произведений искусства, человек достигает новых пиков развития своего потенциала, своей целостности. Как поэтически передал это состояние Пастернак:

«Достигнутого торжества

Игра и мука -

Натянутая тетива

Тугого лука».

Искусство необходимо для души, восстановления и развития целостности человека. И когда человек воспринимает произведения искусства, глубокие откровения-инсайты, облегчается настройка, открытие в себе особого уровня восприятия отличного от обыденного, повседневного, и одновременно с этим облегчается вход в состояние вдохновения, в светлую область человеческих переживаний.

Благотворное влияние музыки на функционирование человеческого тела известно уже давно. Например, прослушивание музыки Моцарта увеличивает интеллект по тесту IQ на семь-восемь баллов во время прослушивания. Но не только тело и мозг настраиваются на системную гармонию. Интереснейшие эксперименты по способности высочайших произведений искусства (картин художников, классической музыки в исполнении гениальных исполнителей) обучать высшим творческим состояниям были в 1997 году проведены Владимиром Райковым [36].

Как пишет Райков, состояние сверхвосприятия, сверхсознания возникает при соприкосновении с каким-нибудь по-настоящему великим произведением (Рафаэля, Леонардо да Винчи, Рембрандта).

«Человек, созерцая картину, начинает чувствовать какое-то удивительное состояние "духовного тепла и благорасположения". Эта реакция при лицезрении прекрасных картин происходит как инсайт, как озарение, как какое-то внутренне очень приятное и радостное ощущение, так вам нужное и так для вас близкое… Возникает какое-то удивительно странное ощущение, как будто вы мгновенно и сразу, каким-то непонятным образом стали вдруг за несколько минут и душевно богаче и внутренне наполненнее и почему-то лучше…

…Лучшие художники и музыканты в той или иной степени всегда чувствовали это. Они как бы иллюстрировали это своим творчеством и создавали мироощущение, вызывающее замечательное чувство благожелательности, просветленной доброты и любви к людям и жизни. Они показывали, что именно это путь наилучший и единственный, зовущий и к совершенству, и к спасению, к вневременному и вечному» [36, с. 203].

В исследовании Райкова по мобилизации творческой активности участвовало 25 студентов различных московских вузов. Предлагалась возможность находиться в пассивном состоянии и слушать классическую музыку. Слушали произведения Бетховена, Шопена в исполнении Сергея Рахманинова, Иосифа Гофмана, Артура Рубинштейна, Владимира Горовица. Никакой специальной программы вербального внушения стимулирующего характера, кроме необходимых, общепринятых для проведения гипноза.

Как результат эксперимента, испытуемые перестраивались на новые возможности восприятия, начинали видеть все в новом свете. Испытуемые наиболее гипнабельной группы подчеркивали, что уже после двух гипнотических сеансов начинали переживать удивительное ощущение «замечательности», «гармоничности» и «позитивности» окружающего мира и желание что-то делать, как-то воплотить эти творческие ощущения нового восприятия.

Здесь мы приводим выдержки из самоотчетов студентов, участвовавших в этом эксперименте с прослушиванием классической музыки в пассивном состоянии. В тексте выделены те аспекты переживаний, которые указывают на их принадлежность к обсуждаемому нами комплексу пиковых переживаний, потоковых состояний.

«После второго сеанса. Сейчас – ощущение свежести, легкости, как в горах, как будто дышала горным воздухом. Такое ощущение однажды было – много-много синего неба и чистого воздуха. После прошлого сеанса, вечером, когда закрывала глаза, появлялись удивительно четкие картинки – цветы, но не живые, а как на полотнах импрессионистов, узоры – очень необычные и приятные ощущения. Вообще на этих сеансах мне как будто открывается ощущение радости и свободы, как в детстве, путь к себе, к источнику света, тепла, радости внутри меня, уходит холодный контроль, мешающий, строгий надсмотрщик.

После последнего сеанса чувствую себя хорошо, спокойно. Интересное чувство отсутствия переживаний по мелочам, чрезмерной, навязчивой критичности к себе, ситуаций, которые раньше вызывали неприятные чувства и в частности скованность, сейчас неприятных реакций почти нет или они для меня безразличны. Чувство спокойствия и приятной расслабленности получается вызывать произвольно, если представляю себе цветы.

Общее восприятие стало тоньше, повысилась чувствительность к музыке, цвету, вообще интерес к миру. Для меня это совершенно ново, неожиданно и очень интересно. Внутри – постоянное ощущение тепла, хорошее настроение, хочется улыбаться. И это особенно знаменательно, т. к. последние 3 месяца настроение у меня было все время неважное. Сегодня у меня был тяжелый день, и раньше под конец дня, кроме физической усталости, была и головная боль, плохое настроение. Сегодня, несмотря на легкую усталость, ощущаю подъем. Улучшилась способность обрабатывать информацию, делать выводы».

Костюкова О. (апрель 1997 г.)

«Ощущение после первого сеанса. Прекрасные чувства, ощущение полноты жизни, сократился сон на несколько часов. На следующий день после сеанса учил весь день анатомию, что со мной редко наблюдалось, чувствуется большая сосредоточенность. Мироощущение улучшилось, стало меньше депрессий.

Ощущение после второго сеанса. Необыкновенное чувство легкости, радости. Такое ощущение, как будто весь организм очистился, заполнился каким-то светом, жизненной энергией. Картины воздействуют очень сильно, замечаю сильную энергию, красоту, исходящую от них».

Будалов Д. (апрель 1997 г.).

«Во время прослушивания ощущал невыразимое чувство умиротворенности. <…> После окончания музыки я ощутил свое возвращение в мир, но с радостью обнаружил какой-то сильный прилив энергии, несмотря на то, что я сегодня не выспался. Появилось также чувство легкости и готовности к новым событиям сегодняшнего дня.

Мне сложно говорить о глубине и смысле музыки, но она произвела несколько другое впечатление, чем до сеанса. Я полностью «вошел» в музыку, мне понравилась ее красота и глубина. Я не могу передать все свои ощущения, но они очень необычны. Даже сейчас вся эта серость и мрачность за окном воспринимаются по-другому. Да и просто настроение стало лучше.

Контраст ощущений до и после сеансов заключается главным образом в том, что после, да и во время сеанса, появилась большая глубина и полнота красок, появилось ощущение, что я в какой-то мере слился с музыкой: или я «вошел» в музыку, или она – в меня. Появилось ощущение легкости и работоспособности.

После сеанса я как будто в первый раз увидел картины на стене.

Можно сказать, что, когда я вошел в эту комнату, я даже не заметил эти картины. Как-то совершенно по-новому и намного глубже стали ощущаться цвета, насыщенность красок, возникать ассоциации. Кажется, что получаешь совершенно другие впечатления от увиденного. Видишь и восхищаешься тем, что раньше не замечал и даже не подозревал о его существовании. Ощущается какая-то полнокрасочность, мудрость и величие этих картин. Это просто чудо!!!

После 4 сеансов я стал гораздо меньше спать, хотя 4–5 часов в сутки мне вполне достаточно, чтобы выспаться и отдохнуть. Стал также меньше кушать, хотя чувство голода не возникает. Учиться стало гораздо легче, в том плане, что улучшилась память, появилось чувство интереса к предметам и самому процессу обучения. Появилось чувство постоянной мобилизации. Стал чаще слушать музыку и чаще брать в руки гитару, и иногда даже появляются новые мелодии, на которые ложатся стихи. Остается чувство готовности к каким-то будничным задачам и проблемам. Память улучшилась так, что, если постараться, можно вспомнить в мельчайших деталях те события, которые произошли, например, 1,5 года назад. Появилась какая-то тяга к искусству. Находишь смысл в тех вещах (например, картины, музыка, или маленькая статуэтка), на которые смотрел раньше, как на обыкновенную повседневность».

Коротков И. (апрель 1997 г.)

«Когда я только вошла, все картины на стенах показались мне просто бессмысленной мазней. Теперь, после сеанса, в голове появилось ощущение какой-то глубины. Я воспринимаю все цвета совсем по-другому. Картины как будто входят в меня, и я вижу их глубину и продуманность. Я будто сама погружаюсь в них и испытываю от этого чувство блаженства. Раньше я никогда такого не видела».

Григорьевская З. (апрель 1997 г.)

«Сначала я видела музыку в виде тонкой струны, жгута, несколько изогнутого. Этот жгут вворачивался в меня, я сама как бы оборачивалась вокруг него (скрипка), я ощущала его.

Пианино, рояль: музыка в виде фрагментов, похожих на листья, лепестки которые кружились вокруг меня, исходя из меня (из моей головы, груди), наоборот, входили в меня. Ярко чистые, до белизны, лепестки, похожие на бабочек.

Я не могу припомнить, испытывала ли я когда-нибудь такое наслаждение от музыки, такое удовольствие.

На работоспособность не обратила внимания, но память определенно улучшилась: за 2 дня выучила пол-учебника гистологии.

Во время сеанса. Мне казалось, что музыка – это я, мои эмоции, то, что я говорю, пытаюсь выразить. Хотелось даже жестикулировать, чтобы полнее выразить эмоции. Видела белый, красный цвет.

Чувствовала, что гуляю по саду. После сеанса – покой, умиротворение».

Коваленко Л. (апрель 1997 г.)

«Я чувствую, что нахожусь в этой картине. И как будто картина (мир) немного трансформировалась, как будто я стала его знать в мельчайших подробностях. Я была в детстве (упала и поэтому коленка была в зеленке). Я пыталась понюхать розу, но мешали банты (огромные белый и синий). Мне тяжело было увидеть этот мир. Я хотела увидеть маму молодой. Увидела своего друга (5 лет) – он дал мне огромную розу.

После первого сеанса: хорошее настроение, улучшилась работоспособность, прилив бодрости.

Второй сеанс: ощущение красоты и гармонии, мир приобрел очень красивые цвета, воздух стал цветным. Окружающий мир стал больше, шире, объемней, пространства стало больше. Восприятие мира стало сильнее, глубже. Нет ни одного некрасивого места. Небо очень большое, я очень хорошо его вижу. Облака на небе не просто плывут, а плывут под музыку.

После сеанса: улучшилось настроение, почувствовала желание слушать классическую музыку, стала лучше память, легче учить анатомию».

Калиниченко Т. (апрель 1997 г.)

Искусство не является единственным путем обретения вдохновения, но, с нашей точки зрения, имеет в своей основе очень важные преимущества. Не случайно аристократия в истории развития человечества всегда была тесно связана с эстетикой. В истории Китая умение сочинять стихи стало критерием способности к управлению государством. В истории Японии очевидна связь «меча и хризантемы». В современном обществе сильную взаимосвязь между так называемым культурным капиталом и экономическим показал известный французский социолог Пьер Бурдье.

С нашей точки зрения, эта связь определена близостью ряда: искусство, способность к глубокому восприятию реальности, возможность войти в состояние вдохновения, потока. Насколько возможно глубокое восприятие мира, его скрытых порядков показывает степень развитости индивидуальности, степень ее гармоничного развития. Насколько вы можете включиться в процесс, вплоть до растворения в нем, настолько вы можете и проявить себя в любом деле, достичь мастерства.

Поскольку состояние вдохновения – это путь к успеху в современном обществе, то понятно растущее значение искусства в развитии потенциала человека. Эта связь искусство – вдохновение – способности не для всех очевидна и понятна, ранее в истории становилась ограничительным барьером, отделяющим аристократию, привилегированные высшие классы от низших. Существует и примитивизирующая, отупляющая часть культуры, так называемая массовая культура. Легко отличить их друг от друга, искусство освобождает глубинные силы человека, ядро его целостности, выводит к постижению сложной гармонии, скрытого порядка бытия. Массовая культура насаждает стереотипы и ярлыки.

Развитию способности восприятия мира следует придавать серьезное значение, тому, как смотреть, как видеть, как слышать, как чувствовать. Считается, что восприятие у людей естественно и не нуждается в развитии.

В то же время обычное восприятие человека не позволяет ему выйти на нужный уровень понимания глубины и целостности. Необходимы специальные усилия для возвращения себе этой способности. Задача искусства – увести человека от привычного способа восприятия мира, того типа восприятия, который характерен для рационального современного мироощущения. Типа восприятия, вызывающего скуку, утомление и, к сожалению, отсутствие вдохновения.

9. Поток и реальность воображаемых образов

Конечно, это является дискуссионным вопросом – насколько, находясь в «предгорье» обычных человеческих эмоциональных переживаний, методами математической статистики можно всматриваться в сияющие вершины человеческого духа, стремиться понять природу высших состояний.

В данной работе мы считаем, что мир человеческий и мир священного не отделены друг от друга границей, перейти которую доступно только посвященным. Отсветы священного видны в огне искусства, творчества, стремления к достижениям, системной регуляции. Можно сказать, что здесь мы продолжаем традиции мифологического синкретизма философии всеединства. Первоначальная слитность, нерасчлененность реального и сверхъестественного, бытия и смысла – вот идеал, к которому должно вернуться человечество уже на другом уровне, уровне синтеза научного знания, этики и эстетики. Выдающийся представитель философии всеединства А. Ф. Лосев видел человека как личность, которая самоутверждается, проявляет свою энергию и самовыражается через миф. Самоосмысление личности в слове (имени), мифе порождает переживание чудесности или чуда, когда любые стороны бытия рассматриваются (скорее, непосредственно видятся) в свете вечности. В момент переживания мифа (это состояние напоминает Озарение или просветление в восточной духовной традиции), согласно А. Ф. Лосеву, вся жизнь предстает как бесконечный символ, как сложнейший миф, как поразительное чудо.

Всеединство проявляет себя в разных формах. На языке буддизма единство это есть самадхи, высшее состояние просветления. В то же время ощущения единства не являются абстракцией отстраненного от жизни разума или игрой фантазий. В наших исследованиях переживание единства представляет собой часть целостного комплекса эмоциональных переживаний и состояний, соотносимого с вдохновением. Поэтому если человек находится в состоянии единства с чем-либо, то одновременно ощущается и собственная значимость, легкость, любовь, способность «растворяться» в деле, все в целостности.

Отдельные элементы этого комплекса переживаний и состояний особо приветствуются в современной социумной организации, поощряющей стремление к успеху, эффективности. Такова способность сосредотачивать свое внимание, концентрироваться, быть полностью вовлеченным в достижение цели. Чиксентмихайи называл этот уровень вовлеченности человека потоком. Способность входить в потоковое состояние – психологический капитал современного человека. Люди, обладающие этой способностью, успешны и результативны.

Однако в представлениях массового сознания данная способность как бы отделена от других сопряженных с ней. В этом видится печальный недостаток современных «карт» мира и человека. Если мы реально изучим людей, входящих в состояние потока, то обнаружим достаточно тесную связь и с увлеченностью этих людей различными формами искусства, и с особым режимом восприятия мира, присущим им.

В данной работе мы отдаем должное глубине и проницательности философа Эриха Фромма, который глубоко осмыслил комплексные связи между реалиями общества, человека, его эмоциональной жизни, прямую взаимообусловленность между живым человеческим восприятием и вдохновением. Вдохновение, которое человек испытывает, соприкасаясь с объектом своей любви (делом, другим человеком), позволяет видеть все новые грани жизни этого объекта, ведет к развитию богатства восприятия, вводит в тайну единства и сопричастности. Верно и обратное: живое, непотребительское восприятие объекта рождает состояние вдохновения. Эрих Фромм назвал такую ориентацию человека биофильной ориентацией, продуктивным решением экзистенциальных дихотомий (вечных и универсальных противоречий, присущих бытию человека).

Современные психотехники используют близкие друг к другу, с нашей точки зрения, понятия, передающие это желаемое состояние, такие как глубокий контакт, полная осознанность, вовлеченность в процесс. Можно указать на прямую связь между состоянием вовлеченности, когда человек может погрузиться всем своим существом в дело, когда возникает состояние потока, и ощущением единства в такие моменты с собой, другими, с миром.

Конечно, сильной степени концентрации достигают люди и в минуты опасности, под действием мотивации страха. Выбрасывается адреналин. Тогда случаются чудеса, раскрываются возможности человека. Чтобы спастись от опасности, люди взбираются на высокие деревья, перепрыгивают через пропасти. Может быть, это состояние страха, близости опасности и есть необходимое условие развития способностей человека?

Но возникают негативные последствия такой мотивации в долгосрочной перспективе. Страх будут вызывать сами условия, в которых он возник. Этих «мест» человек будет стараться избежать, вплоть до фобии. А разве не так люди реагируют на сложные задания, на задачи, требующие вовлечения творческого начала? Таковы печальные последствия мотивации страхом и опасностью.

Поскольку структура общественного порядка в значительной степени конструируется на страхе, принуждении и наказании, то конфликт между «должен и хочу», «боюсь и необходимо» становится его характерной чертой. Фриц Перлз назвал этот конфликт, закрывающий возможность творческой вовлеченности, конфликтом «собаки сверху», которая повелевает, и «собаки снизу», которая скулит, трусит и саботирует. Конфликт «собаки сверху и собаки снизу» порождает нецелостное человеческое существо, когда одна часть человека, более гибкая, творческая, как бы стремится убежать, спрятаться, другая пытается действовать. Но, будучи лишена поддержки первой, не может инициировать целостное и продуктивное действие.

На возвращение гармонии этих начал, возвращение целостности направлены многие психотерапевтические подходы, во многом повторяя древнейшие техники путешествия шаманов за потерянной душой. Может быть, одну из самых простых и эффективных психотехнологий обретения целостности и продуктивности вдохновения открыл в свое время Владимир Леви, назвав ее «эхо-магнит». Леви, будучи признанным и популярным в Советском Союзе психологом, удивительно точно определил одно из главных препятствий творческому, свободному, вдохновленному как продолжающееся насилие над душой, и всеми своими книгами на протяжении десятков лет отстаивал и развивал это понимание.

В свое время в Советском Союзе население испытывало настоящий «голод» по книгам о ресурсах самовнушения. Бестселлером того времени стала одна из первых книг Владимира Леви «Искусство быть собой», зачитанная до дыр в библиотеках, бережно передаваемая из рук в руки. Центральным сюжетом книги были многочисленные истории и психотехники о так непросто дающемся искусстве самоосвобождения. Из всего набора можно порекомендовать прием, названный автором эхо-магнитом, как вы почувствуете, близкий по стилю механизму включения состояния Озарения, исследованному Бенсоном и Проктором.

Простой прием эхо-магнит позволяет необходимость внешнюю («надо сделать доклад», «надо выучить уроки») перевести в необходимость внутреннюю – свободу исполнения, самораскрытия в необходимом действии, в желание. Секрет, почему человек не делает того, что надо, заключается в самой установке долженствования. «Надо» по долгу, «надо» под страхом неприятности, наказания рождает привычное самонасилие, отрезает от творческих ресурсов бессознательного.

В. Леви считал, что самовнушение – дело творческое, как поэзия или изобретательство, более того, основа всех творчеств, и, как всякое творчество, умерщвляется штампом. Открыв для себя эхо-магнит, сам В. Леви и вместе с ним не одна сотня страдальцев – от школьников до профессоров – забыли, наконец, что такое муки безволия. Использование данной психотехники позволяет включиться в любую деятельность, в любое состояние. Формула приема проста и включает в себя три фазы [24]:

«Заклинание» (человек про себя, подобно самовнушению, повторяет описание желаемого состояния, того, которое он хотел бы, через подходящую интонацию, ритм, выражая страсть, мощь, напор).

«Пустота» (на этой стадии человек должен перестать предпринимать что-либо и отдаться ничегонеделанию, состоянию полного освобождения от каких-либо «надо». Чем сильнее контраст, между состоянием активного «заклинания» и полного освобождения, пустотой состояния, тем сильней заработает эхо-магнит).

«Действие» (здесь человеку следует довериться своему побуждению, как говорил К. С. Станиславский, позволить «пустить себя», предоставить себе свободу импровизации).

Весь прием представляет собой наипростейший разговор сознания с бессознательным – диалог, в котором обе стороны дают и себе и друг другу пространство и время. Не мешая, не перебивая.

Осуществление такого диалога становится в современной психотерапии, психологии, по всей видимости, универсальной техникой как решения частных проблем, так и развития целостности человеческой личности.

Конечно, на сегодняшний момент существует большое разнообразие подходов, методов, концепций реализации этого целительного диалога. Данное обстоятельство закономерно, поскольку во взаимодействии первичных процессов (бессознательное) и вторичных (сознание) человек вступает в царство возможностей, в царство разнообразия потенциального, свободного метапрограммирования своего бытия. Конструируемые миры могут очень сильно отличаться друг от друга, так же, как различаются культуры, языки, люди, обладающие богатым внутренним миром.

В то же время есть ключевые моменты, без осмысления которых «карты» развития человека и общества не обретут точность и определенность. Не все возможно и не все дозволено. Есть системные закономерности развития, которые и воплощаются в состояниях вдохновения, можно сказать, настраивают и воплощают метасмыслы красоты, истины, добра – положительного всеединства. При этом именно вдохновение с присущими ему атрибутами и качествами становится указателем верного пути развития индивидуальности, чувствительным индикатором продуктивности направления.

Желанная вовлеченность в процесс невозможна без живого интереса, она развивается в результате увлечения чем-либо. Увлеченности чем-то до такой степени, что вы забываете себя. Как правило, у людей отсутствует живой интерес к тому, что делать необходимо. И вот эта вот вовлеченность – она связана с рядом вещей, которые не кажутся важными, но очень тесно связаны с ней. Прежде всего это восприятие. Каким люди воспринимают мир? Восприятие мира во время увлеченности чем-то, полного вовлечения отличается от обычного, повседневного восприятия.

Если мы вернемся к нашим исследованиям студентов и попытаемся установить, с чем связано у них состояние вдохновения, способность полностью включиться, раствориться в деле, то увидим, что вдохновение находится в прямой связи с необычными способностями восприятия.

Давайте проследим, с какими особенностями восприятия взаимосвязаны потоковые состояния, способность увлечься делом настолько, что человек растворяется в нем, как бы забывает себя, и все получается легко, само собой. Только часть студентов могут достигать такого уровня концентрации. У многих внимание рассеивается. Они не здесь и не сейчас.

Нами были проведены специальные исследования с целью выявить устойчивые связи между способностью полностью вовлекаться в дело и другими проявлениями состояния вдохновения [43].

Как показали результаты наших исследований, способность к полному вовлечению в процесс тесно связана с ощущением реальности воображаемых образов, развитостью воображения, когда воображаемые образы воспринимаются как «живые».

Рисунок 9.1 – Связи между способностью входить в состояние полного вовлечения, растворяться в деле и другими проявлениями вдохновения

Достаточно выраженная связь наблюдается и со способностью к синестезии. Синестезия – способность переплавлять ощущения в цвета, цвета в звуки, звуки в ощущения. Такое богатое восприятие мира присуще многим художникам, музыкантам. Надо отметить, что на неосознаваемом уровне синестезия ощущается всеми людьми. Согласно исследованиям и методикам Ирины Черепановой, соответствие синестезий смысловому содержанию воспринимается как внутренняя правда [49]. Например, звук «о» ощущается как желтый, поэтому гениальная строчка стихов Есенина «Отговорила роща золотая» обладает внутренней правдой, облегчает погружение в соответствующее настроение. Развитие чувствительности к синестезиям обогащает, утончает восприятие и сопутствует состоянию вдохновения.

Вовлеченность связана с неким ощущением согласия с собой, миром. Человек не просто сосредоточен, а чувствует сонастроенность с окружением, вплоть до слияния, расширения границ своего восприятия, когда, например, гонщик сливается с машиной, трассой, слушатель воспринимает звучащую музыку как часть себя и себя как часть музыки. Когда ты по-настоящему пластичен, гибок, открыт, резонируешь с окружающим миром, наполняешься его энергией. Это ощущение согласия, в свою очередь, тесно связано с проявлениями интуиции, лучшего понимания себя и других. Все это вместе, все взаимосвязано в единой форме, типе мировосприятия, присущего состоянию вдохновения.

Уровень вовлечения связан с таким особым режимом функционирования человека, когда результатом деятельности становится не усталость, истощение сил, а, наоборот, чувство обновления, когда чувствуешь себя как бы заново рожденным.

Вот эта целостность проявлений вдохновения может быть развита, в частности, при восприятии произведений искусства: ощущения единства, синестезии, пробуждения эмоционально-образного восприятия мира.

Особое внимание следует уделить самой сильной и очевидной связи между развитой способностью к вовлечению, потоку и развитием воображения вплоть до реальности переживаемых образов.

Р. М. Грановская связывает вдохновленную творческую активность с вхождением в особые состояния сознания. При этом эффекты, сопровождающие творчество, во многом сходны. Среди таких последствий Р. М. Грановская отмечает расширение и изменение восприятия (выход за рамки социально обусловленных стереотипов, расширение границ своего «я»), ощущение блаженства, ощущение всемогущества (огромного запаса энергии и активности), избавление от одиночества, синестезию, расширение внимания, исчезновение внутренних конфликтов [11, с. 249].

Убедительные сравнительные исследования, связывающие процессы раскрытия человеческой потенциальности и опыт другого режима восприятия и действия, представлены в работах А. Маслоу, М. Чиксенмихайи, в религиозной практике Е. А. Торчиновым, М. Элиаде, другими авторами.

В то же время следует отметить парадоксальность и нелинейную логику опыта благодати этих состояний, неоднозначное отношение к этому опыту в современной культуре. Серьезное сравнительное исследование с целью выделить универсальные модели психотехнических систем достижения особых состояний сознания было, сравнительно недавно, проведено Е. А. Торчиновым [46]. Вслед за Тимоти Лири, Робертом Уолсоном, Олдосом Хаксли – первыми исследователями, изучавшими восприятие в особых состояниях сознания, Торчинов противопоставил цели выживания вида, рода, жестко программирующих и ограничивающих деятельность человеческого мозга, и цели самоактуализации или индивидуации человека. Освобождение от биологического, социального программирования, выход за пределы отфильтрованной (импринтированной) реальности к метапрограммированию, многообразию потенциальных возможностей разворачивается на уровне состояний наслаждений, экстаза.

Мы уже говорили, что в мире воображения человек вступает во взаимодействие с пространством возможного. Изучение удивительных свойств этого пространства только начинается. Поразительные и парадоксальные возможности мира воображения заключаются прежде всего в самой возможности единства всего, прямого отождествления с любым объектом. Границы в мире воображения существуют только как отражение неприятия, конфликта.

Отчасти можно говорить о мирах воображения как порождаемых бессознательными (первичными) процессами. На фрейдистском языке обычно говорят, что операции бессознательного (первичные процессы) характеризуются отсутствием отрицания, временных форм, какой бы то ни было идентификации лингвистического наклонения (то есть изъявительности, сослагательности, желательности и т. д.) и метафоричностью.

Значимое отличие первичного процесса (неосознаваемого) от вторичного (осознанного) проявляется в эмоционально-образном отражении действительности. Это мышление протекает по своим законам, не совпадающим с законами понятийно-логического мышления. Для бессознательного характерна своя особенная логика, согласно обобщению Р. М. Грановской, свой набор базовых операций [12]:

1. Мысли превращаются в образы.

2. Логическая связь между объектами или событиями может выражаться в их сближении во времени или пространстве.

3. На отношение причины и следствия указывает прямое превращение одного предмета в другой.

4. Вместо альтернативы «или – или», предполагающей временное развитие, используется рядоположение, которое можно обозначить как «и – и».

5. Желаемое будущее замещается картиной, представляющей настоящее.

6. Бессознательные процессы находятся словно вне времени, так как не упорядочены во времени и не меняются с его течением сами по себе.

7. Противоречие, конфликт между стремлениями выражается в затруднении произвольного превращения одного в другое.

В отличие от сознательного мышления, где новое знание добавляется к старому или выводится из него, не меняя его структуры, новый образ как бы накладывается на предыдущий, прошлое накапливается и просвечивается в настоящем. Именно в многозначности образа заложена его основная ценность, способность схватывать явление в многообразии его свойств, в том числе и несущественных в данной ситуации.

Можно предполагать, что сама структура этого символически-образного мышления имплицитно (по своей внутренней природе) содержит в себе металогику целостности или творческой Самости, которая в полной мере реализуется в состоянии вдохновения (пиковых переживаниях, потоковых состояниях, сущностных состояниях…). Эстетическая многозначность и избыточность, неальтернативность и взаимодополнительность соответствуют изначальному мифическому представлению о духовной неуничтожимости, перевоплощении, своеобразному закону духовного сохранения. Неальтернативность и взаимодополняемость, перекликающиеся с идеями единства и симбиотического взаимодействия, могут переживаться в пространственном плане как взаимопроникновение, исчезновение границ, вплоть до переживания беспредельного, «океанического» экстаза. Отчуждение, наоборот, выражается ощущением разделения, расколотости на «я» и мир. Автор холотропной терапии С. Гроф пишет о взаимосвязанности сердечного центра, препятствий в эмоциональном выражении, ощущения отграниченности от мира. «Когда после временной интенсификации эти блоки освобождаются, человек внезапно чувствует себя исполненным любви и света… Это сопровождается ощущением свободного протекания эмоций и энергий и чувством непосредственности и сопричастности. Может переживаться такая же глубокая связь с животными, со всей природой, со всем космосом. Некоторые люди рассказывают при этом, что до сих пор они жили как бы под стеклянным колпаком или за пленкой, которая отделяла их от мира» [15, с. 195].

Освоение пространства воображения только начинается. И я считаю методологически неверным стремление многих авторов упростить понимание миров воображения, сведя их к физиологическим процессам, названных трансом, измененным состояниям сознания. Серьезный вклад в изучение этих миров внес Карл Юнг. Он расширил понятие личного подсознания до коллективного бессознательного, а автономным комплексам вернул Божественное и демоническое происхождение. Именно в его работах было развито понимание автономных комплексов как самоактивных функциональных систем, организующих опыт и направляющих поведение человека в определенных сферах жизни. В современной психологии такие функциональные системы стали называться субличностями. Автономные комплексы, субличности могут быть зрелыми или незрелыми, находиться в конфликте с другими или быть развитыми и интегрированными в целостную систему отношений.

Мир отношений в бессознательном, открытый Юнгом, оказался не таким простым, рациональным и обыденным, а больше сказочным, наполненным чудесами и волшебством синхронизмов. В этом мире психические отношения (конфликты, симпатии, понимание) имеют прямое подобие и отражение событиями в реальном мире. Анализ сновидческих образов, проведенный через выявление структуры отношений между персонажами, стал удобным и надежным инструментом в решении проблем человека.

Вот пример сновидения Эйлин, рассказанного одним из авторитетов в современных исследованиях сновидений Дэвидом Гордоном:

«В офис вошел мой друг и подошел к столу, неся красивый букет цветков. Я подумала: "Они настолько красивы, что не могут предназначаться мне". Цветы тут же завяли и засохли в его руках» [10, с. 66]. Обратите внимание, как быстро отношения проявляются в сновидении. Когда Эйлин во сне решает, что она не достойна цветов, то цветы увядают. Другой сновидящий (Рик) видит во сне леопарда. Когда Рик чувствует неуважение к леопарду, леопард нападает на него. А когда этот клиент Дэвида Гордона после проработки сновидения воспринимает пантеру с восхищением и изумлением, он сам становится пантерой и получает в дар от нее опыт уверенности и силы.

Вот еще один любопытный пример организации отношений в осознанном сновидении (то есть когда человек спит и понимает, что находится в реальности сновидения), приведенный Стивеном Лабержем. Автор (Т. С. из Арлингтона) пишет, что в своем сновидении он катался на коньках в «привычном стиле» – как корова на льду. Вдруг понял, что спит, и сказал себе, что «сейчас мои действия будут руководствоваться моим высшим знанием. Я полностью слился с процессом катания. Мгновенно исчез страх, исчезли все преграды, и я заскользил по льду как профессионал, чувствуя себя свободным, как птица» [23, с. 163].

Когда автор сновидения в очередной раз встал на коньки, то решил попробовать эту технику «слияния», и с тех пор ощущение свободы стало его неизменным спутником в катании на коньках.

К открытию этой удивительной реальности мира образов и развитию навыков работы с ней были причастны многие исследователи.

Как обобщает опыт работы с образами Мери Уоткинс (специалист в области архетипической психологии), в процессе установления партнерства с воображаемым происходит трансформация эго, что отражается на последовательном процессе развертывания способностей к воображению.

Типы воображения, на которые способен индивид, последовательно сменяют друг друга в ходе такого партнерства.

В начале освоения мира воображения вы смотрите на образы, но сами не среди образов. Вы, как вы осознаете себя, ограничиваетесь пассивным наблюдением.

Затем вы начинаете видеть себя, наблюдающего образы изнутри воображаемой сцены. Вы видите себя, взаимодействующего с образами внутри ландшафта воображения. Вы внутри сцены, наблюдаете за образами. Вы взаимодействуете с образами внутри ландшафта воображения в вашем обычном «я».

После этого наступают стадии развития воображения, когда появляется возможность перевоплощения, когда вы действуете внутри воображаемого ландшафта, но не так, как вы поступаете обычно. Ваши действия не вызваны вашим сознательным эго. Вы можете являться любым образом. «Вы чувствуете и двигаетесь, вы почва или птица. Вы – не ваше нормальное эго в теле птицы. Вы являетесь птицей» [48, с. 196].

Опыт проецирования и единения, идентификации с воображаемыми образами – то актуальное направление образовательных, креативных технологий вдохновения, развитие которого представляется плодотворным, хотя и практически мало разработанным, еще менее систематизированным. Например, практическое использование идентификации с образами мастеров своего дела (в некотором смысле развитие экспериментов Райкова по внушению образов «великого человека») сегодня успешно применяет в педагогике сверхобучаемости Станислав Мюллер [28]. Идентификация с воображаемыми сновидческими образами становится ресурсами силы, интегративных способностей, выхода из шока стрессовых реакций во многих современных направлениях психотерапии (гештальт-психология, психосинтез, гипнотерапия, психодрама…). При этом техники создания ресурсных образов, обнаружения их в сновидческом материале, продуктах воображения, теоретическая база могут различаться радикальным образом.

В обычных сновидениях, образных проекциях содержится восхитительный творческий потенциал. Как пишет на основании многолетней практики Джендлин, «мы обращаемся непосредственно к телу клиента и предлагаем почувствовать "качество" животного, увиденного во сне, зеленой ветви, ребенка, драгоценного камня, любимого человека или доставляющей радость деятельности» [19, с. 311]. Идентификация с одним из образов сновидения «приводит к появлению новой, освобождающей энергии, к открытию положительного качества, переживаемого непосредственно на уровне тела» [19, с. 311]. При появлении такой «помощи» со стороны сновидения тело становится более сильным, готовым справиться со всеми проблемами, отраженными в сновидении.

Актуальной техникой, соединяющей воображение, вдохновение в единый созидательный процесс, является прямое отождествление творца с объектами своего познания и творчества. К такому выводу пришел американский психолог и педагог Гарольд Рагг, обобщив работы различных авторов [58].

Практика аналитической психологии и архетипической психологии, опыт символдрамы Г. К. Лейнера, управляемого сновидения Р. Дезуаля, интерактивной имагогики, других направлений убеждает, что в ходе взаимодействия со сферой образно-эмоционального восприятия развиваются способности к идентификации с познаваемым и творимым объектом, увеличивается творческая продуктивность психики, активизируются процессы личностного развития. В целом эмоционально-образный язык воображения все чаще становится адекватным средством отражения и познания системной глубины и сложности мира.

Этот вектор развития образно-эмоционального восприятия, воображения совпадает и с общим направлением эволюции общества, культуры.

Если развитые человеческие сообщества хотят выжить в нарастающем противостоянии с радикализмом, то необходимо осознать, что техногенная рациональность и фанатичная ограниченность, маскирующаяся под религиозность, по своей сути очень близки друг другу. Их близость заключается прежде всего в неспособности посмотреть на мир «глазами другого», то есть уйти от своей ограниченной точки зрения и занять другую позицию. Это порождает и ограничения творческого процесса, и трудности понимания-эмпатии, и немощь диалога, и невозможность обретения крыльев вдохновения во взаимодействии с другими людьми, совместном творчестве.

В этом смысле обучение управления воображением необходимо включить в современную культуру как «прививку от ограниченности», как важнейший элемент развития способностей, необходимых для построения более совершенных систем и организаций.

Я понимаю, что развитие воображения становится очень напряженным процессом современной культуры. Отождествиться с чем-либо иным в воображении означает побыть некоторое время в другой ментальной оболочке. Некоторые формы воображения жестко табуируются сообществом. Социальные отношения, закрепленные болью, а в этом и заключаются инструменты социального контроля, встраиваются в бессознательное, становятся реальными ограничениями человеческого воображения. Не опасно ли в воображении исследовать различные социальные роли, функциональные состояния? Лев Толстой написал роман «Анна Каренина», который является шедевром мировой литературы, именно благодаря описанию женской психологии, как будто он это все сам испытывал. То есть на определенном уровне человеческого совершенства открываются такие возможности. И способность к игровому перевоплощению, эмпатии есть следствие естественного процесса развития воображения, использования возможностей, открывающихся при этом. Оно становится нормой для современного человека и социальных систем, одним из критериев гениальности и таланта.

На пересечении социологии и психотерапии работал в двадцатом веке Джакобо Морено – врач человеческих душ и социальных отношений. Главное условие исцеления в его подходе – восстановление творческой способности к игровому перевоплощению в другие роли. Психодрама Морено сегодня стала одним из ведущих направлений современной психотерапии, а исполнение и отыгрывание разнообразных ролей – эффективным средством решения проблем и развития человеческой индивидуальности. Когда люди учатся исполнять другие роли, а не только свою, буквально перевоплощаясь в других персонажей, своих противников, участников конфликтов в системных отношениях, говоря и действуя от их имени, они как раз по-настоящему и развиваются, обнаруживают свою творческую Самость. На этом пути разрешаются и конкретные человеческие проблемы через исполнение ролей конфликтующих сторон, и идет развитие человеческой целостности.

Согласно наблюдениям известного автора, пионера трансперсональной психологии Станислава Грофа, этот процесс отыгрывания ролей разворачивается спонтанно в особых состояниях сознания и приводит к исцелению психологических травм, разрешения к благу вечно повторяющихся негативных жизненных сценариев, можно сказать – кармических узлов. Все, что по-настоящему необходимо предоставить, так это свободу воображению и обеспечить поле, психологическую атмосферу комфорта и принятия, в котором будет происходить процесс.

Очень многое может поменять простое развитие воображения и связанные с ним возможности. Несмотря на малоизученность, освобождение воображения все в большей мере становится основой рождающейся современной культуры развития индивидуальности, обретения крыльев вдохновения и одновременно необходимым элементом эволюции социальных систем, использования новых социальных технологий.

10. Множество путей, ведущих к вдохновению

Понимание природы вдохновения, его структуры позволяет вплотную приблизиться к созданию своеобразной педагогики вдохновения, психо-, социотехнологий управления ресурсами вдохновения.

Проделанный нами анализ позволяет говорить о вдохновении как целостном комплексе переживаний, способностей, возможностей, они все связаны друг с другом. Важно обратить внимание и на то, что вдохновение имеет прямую связь с идеалом положительного всеединства, организующей силой творческой Самости.

Тогда, когда становится все более понятной структура вдохновения, появляется возможность разработки синергичного подхода к обучению продуктивным состояниям, добиваясь при этом быстрого и эффективного результата, самого главного в развитии потенциала человека – обретения внутренних крыльев для полета души.

Ключевыми моментами в развитии способности входить в состояние вдохновения становится работа с воображением, символами, развитие богатства восприятия, резонанс и эмпатия, создание атмосферы принятия, одобрения, создание условий полного погружения в процесс восприятия или деятельности, что проявляет себя в ощущениях легкости, переживаниях полного вовлечения, растворения в деле, в ощущениях единства, чувствительности к красоте и композиционной целостности, способности к выявлению скрытых порядков, ресурсов и потенциалов развития систем.

Понимание структуры вдохновения дает возможность осознанно ставить цели и достигать их реализации. Синергичное воздействие отдельных составляющих процесса обучения позволяет получить удовольствие от эффективности и продуктивности усилий, открытия истинных ориентиров развития и метаценностей.

В целом в обучении состояниям вдохновения может быть выделен ряд направлений, делающих акцент на отдельных значимых характеристиках целостного комплекса. Отметим при этом, что сделанное различение достаточно условно в силу сильной взаимосвязанности этих составляющих.

Психологическая настройка, установка на обретение легкости

Ощущения легкости, как было нами установлено, является одним из важнейших индикаторов состояния вдохновения. В свое время на важность поиска легкости обратил внимание Хасай Алиев, автор методики обучения психофизиологической адаптации. С точки зрения X. Алиева, поиск легкости – это универсальный принцип эффективности и совершенства.

В методике X. Алиева использован принцип обучения, основанный на стимуляции поисковой (творческой) активности мозга: подбор индивидуального «ключа» путем перебора различных приемов (схождение и расхождение рук, ритмичное покачивание и т. д.). Основной принцип при подборе ключа – найти такое действие, которое осуществляется без усилия, легко, происходит как бы само по себе. Быстро перебирая различные приемы, как бы примеряя их к себе, обучающиеся находят тот, который дает ожидаемый эффект. И этого достаточно для естественного вхождения в состояние саморегуляции, поскольку, с точки зрения X. Алиева, принцип легкости или минимального усилия – это универсальный принцип оптимальности, совершенства, творчества. Поэтому, когда человек учится выполнять работу с минимальными усилиями, осуществляет поиск легкости, свежести, этим самым он оптимизирует свое внутреннее пространство, настраивает его на гармонию [1].

Обычные признаки состояния саморегуляции по X. Алиеву:

1) субъективное ощущение комфорта, приятного отдыха, когда все слышишь, понимаешь, но реагировать ни на что не хочется, состояние внутренней свободы;

2) организм послушен воле: желания исполняются (устанавливается связь ума и тела). «Хотите освободиться от головной боли, и боль проходит; хотите почувствовать тепло, и… появляется ощущение тепла; захотелось чувства прохлады, и возникает ощущение свежести; захотелось улучшить настроение – и уже хочется улыбаться». Возможные задержки с выполнением желания возникают из-за напряженного ожидания.

Резкий контраст смены стрессового напряжения перед предстоящей задачей на состояние саморегуляции, согласно Алиеву, дает ощущение необыкновенной внутренней легкости, парения, ощущение полета. Как мы уже обсуждали, такие же продуктивные состояния возникают как результат перехода от концентрации на задаче к освобождению сознания в подходах Бенсона и Проктора (состояние Озарения), В. Леви (эхо-магнит).

На парадоксальное соединение концентрации и релаксации в теле шамана, переходящее в состояние экстаза и полета по трансперсональным мирам, как универсальную технику указывают Нана Наувальд и Фелиситас Гудмэн. Авторы делают такое обобщение по результатам антропологических исследований фигурок, изображений шаманов, найденных в различных культурах, так и по экспериментам с повторением поз «шаманского полета» [29].

В целом оказываются эффективными различные формы работы с ощущением легкости: 1) методы поиска легкости, 2) возникновение легкости, парения в ходе резкой смены режимов деятельности от напряжения к релаксации, 3) настройка на легкость предстоящего действия посредством внушения и самовнушения.

Настройка на легкость посредством внушения, как показали эксперименты, дает удивительные результаты как в плане мобилизации физической силы, выносливости, так и творческой результативности, поведенческой гибкости. Ранее уже рассматривалась формула внушения и самовнушения Владимира Даля [см. главу 2].

Ощущения легкости по своей природе настолько соотносятся с доступностью ресурсов и возможностей, открывающихся в состоянии вдохновения, что можно было бы рекомендовать реорганизовать известную универсальную фразу для самовнушения Эмиля Куэ «С каждым днем мне становится все лучше и лучше» во фразу «С каждым разом действие X мне удается все легче и легче».

Символы полета и парения означают освобождение от тяжести, ограниченности бытия и обретение свободы, чудесности бытия духовного.

Стоит отметить, что ощущения парения, легкость стали индикаторами волшебного состояния, когда у человека все получается, все намерения реализуются подобно чуду, в системе симоронизма. Разработанные киевскими психологами Петром и Петрой Бурланами техники симоронизма получили заслуженно широкое распространение на всем постсоветском пространстве в силу своей простоты, творческости и эффективности.

Обсуждение и понимание феноменов, скрывающихся за вроде бы простыми переживаниями легкости и парения, выводит на ключевые проблемы функционирования и настройки систем, бытия, смысла, трансперсонального и священного.

Построение отношений доверия, единства, близости, сопереживания, резонанса также представляет собой другой эффективный «ключ», открывающий дверь к тем же самым ресурсам человека. Такой путь реализован в эриксоновском гипнозе, клиентцентрированной психотерапии Карла Роджерса, групповой терапии. На силу и важность сонастроенности, резонанса с другими людьми, с музыкой, светом, пространством, в котором находишься, природой, многократно умножающими человеческую энергию, обращает внимание И. Калинаускас, многие другие авторы. Здесь находится могущество первобытных ритуалов синхронного коллективного действия, танцев, песнопений, таинств мистической сопричастности, сила этических принципов.

В этом плане чрезвычайно интересны и продуктивны исследования техник работы с психологической атмосферой, начатые известным режиссером Михаилом Александровичем Чеховым, автором одной из наиболее эффективных систем обучения актерскому мастерству. Самобытный режиссер, блестящий преподаватель и актер, яркий представитель русской культуры Серебряного века. Именно ему Голливуд обязан целой плеядой своих звезд. Из 300 номинантов премии Американской киноакадемии «Оскар» 165 актеров были учениками Чехова и его школы (студии его имени или его последователя Ли Страсберга). Часто звучали в адрес Чехова слова «непостижимо», «чудо». Сергей Эйзенштейн говорил, что отдал бы многое, лишь бы проникнуть в его тайну.

Основой системы развития актерского мастерства Чехова стало развитие способностей «простым усилием воли приводить себя в состояние творческого вдохновения». При этом он опирался на принцип совместного, совокупного развития способностей вызывать у себя творческое горение. Кратко эти направления развития способностей можно определить так [33]:

– наполнить жизнь тела психологическими ценностями, жизнью души, воображения;

– использовать «невидимые выразительные средства» такие как психологический жест, атмосфера;

– развивать фантазию и воображение, полагаться на свою интуицию, благородные устремления нашего творческого «я», цель которого – объединять. Найти в себе наше мыслящее сердце;

– неприятие насилия над душой. «Ей нельзя приказать: "люби", "страдай", "радуйся" или "ненавидь". Она останется глуха к приказаниям и не отзовется на насилие. Душу можно только увлечь»;

– вводить в актерскую игру духовный элемент, лучи, идущие от нашего высшего, сияющего духовного начала. Михаил Чехов понимал духовное не абстрактно, а исходя из его важного назначения – создавать единство из множества. Такое внимание к синтезу, объединению много в целостность положительного всеединства созвучно развиваемому в нашей книге пониманию природы вдохновения.

Особое значение в системе Чехова занимало умение чувствовать и создавать психологическую атмосферу, окружающую людей, сцены, пространство. Чувство атмосферы позволяет актеру слиться с ее «полем», можно сказать, раствориться или сонастроиться с ней, войти в состояние резонанса.

Понятие «психологическая атмосфера» представляет собой некую интегративную и с трудом поддающуюся знаковому описанию характеристику ситуации. К сожалению, несмотря на всю свою важность, данное понятие мало разработано в методическом плане, хотя сегодня все чаще становится инструментом эффективных психологических техник. Например, воссоздание атмосферы «своего» любимого места, где хочется оставаться долго, где ощущается чувство комфорта, является важным принципом продуктивности человеческих действий. Вхождение в атмосферу, окружающую людей, события, требует деликатности и чувствительности, позволяет осуществлять чудеса примирения, решения проблем и роста эффективности.

Практика соединения ресурсов, проблемных состояний и целей в поддерживающей атмосфере постепенно занимает достойное место среди инструментов развития личности и решения социальных проблем.

Здесь, в исследовании возможностей отношений доверия, ощущений единства, близости, сопереживания, резонанса, мы вступаем на Terra Incognita современной образовательной, психо– и социотехнической культуры.

Особенно поразительны в процессе диагностики и выстраивания продуктивных отношений возможности символов и воображения. Например, если на экране компьютера очень быстро, так, что человек сознательно не способен ее разобрать, вспыхивает надпись «Я и мать – одно» (эффект прайминга – влияние неосознаваемой информации), то эффективность всех человеческих действий существенно увеличивается. Это может быть и не обязательно надпись, а изображение, символически передающее тот же смысл, например, играющий ребенок на лугу Чюрлениса (луг символически изображает мать-природу), чистый источник, бьющий из матери-земли, восхитительные, таинственные острова в синем море.

Но не стоит упрощать реальность этих отношений, созвучных вдохновению, сводя ее только к психологическим аспектам. Не менее важно и развитие современных социальных технологий, создание благополучных социальных организаций, как мы уже отмечали, построенных на уважении к достоинству каждого человека, заинтересованности в развитии его способностей, индивидуальности, целостности.

Интеграция, синтез элементов систем в целостность

Следует обратить внимание и на интегративную, творческую природу вдохновения. С одной стороны, решение задач интеграции разнородных элементов в целостность является условием, порождающим эти состояния, с другой – сама творческая интеграция с легкостью осуществляется и проявляется в состояниях вдохновения.

Важна осознанная установка на выявление различных интенций, направленностей в жизни систем, которые часто принимают формы противоречий, конфликтов. Не менее важна уверенность, знание, что из такой установки рождается продуктивность, вдохновение, целостность.

Например, Арнольд Минделл объединяет приемы работы с индивидами и группами в общий методологический подход (принцип глубокой демократии). Суть метода глубокой демократии – осознать и выразить непредставленные явно части единого, но поляризованного на противоположности поля. Поля имеют тенденцию сами по себе восстанавливать равновесие, но часто деструктивным способом. Современный человек должен уметь распознавать и поощрять явные и скрытые устремления, помогать им выразиться более полно.

Арнольд Минделл показывает, что такая организация (то есть выражение и объединение всех тенденций, как поддерживающих, так и явно противодействующих или скрытых) результируется в легкости, обнаружении действия с наименьшем усилием. «Это самый легкий путь в смысле получения наибольшего удовольствия и наилучшего телесного ощущения [27, с. 158]».

Необходимо отметить, что в состоянии вдохновения выражают себя и соединяются вместе противоположные полюса целостности, обогащая и дополняя друг друга: универсальная творческая Самость и личность, принцип удовольствия и принцип реальности, Эрос и Логос, расширяя возможности Разума человека в целостном восприятии текущего момента со всеми присущими ему скрытыми возможностями, потенциями, смыслами.

В этом смысле вдохновение есть способ развития целостности, «противоядие» от постоянно присутствующей угрозы системной поляризации – чрезмерного развития отдельных частей системы в ущерб другим.

Интересно и не случайно, что на физиологическом уровне приведение в состояние равновесия системы регуляции дыхания (техника связного дыхания), является эффективным средством входа в особые продуктивные состояния. Владимир Козлов, экспериментально подтвердивший эту закономерность, назвал такие состояния расширенными состояниями сознания [21], чтобы отделить их от чрезмерно широкой и недифференцированной категории «измененные состояния сознания» (сюда попадают и высшие по уровню организации, и явно паталогические состояния). С нашей точки зрения критерием высшего должны стать именно характеристики уровня системной организации – уровень ее способности к дифференциации и интеграции. Именно эти расширенные возможности мы и имеем в состоянии вдохновения.

Работа с воображением, синестезиями, образами и символами

Одной из важнейших интеграции, определяющих развитие целостной системы человеческого восприятия и личности, является союз первичных и вторичных процессов, режимов сознательной и бессознательной активности. Так в известной концепции Артура Дейкмана постулируется неизбежное присутствие двух составляющих любой когнитивной системы: объектного и наблюдающего Я. Объектное Я является единицей объектного мира, которая, основываясь на повседневном опыте, ощущает себя конечной и отличной от других сущностью. Изначально объектное Я необходимо как для психологического, так и физического выживания. Например, если человек не формирует чувство собственных границ, это приводит к задержкам в личностном развитии и психозам. Однако сформировавшись, объектное Я стремится полностью доминировать.

Согласно здесь разрабатываемой концепции, объектное Я неизбежно ведет к конкуренции за ресурсы и, таким образом, к дисфункциям, поляризации и ухудшению общего состояния системы.

Наоборот, режим наблюдающего Я обладает потенциальной способностью к системной метарегуляции, но подавлен режимом объектного Я.

По Дейкману «у нас есть потребности, которые объектный режим сознания не в состоянии удовлетворить. Стремление принимать от среды (например, когда мы слушаем музыку), а не воздействовать на нее, как вынужден поступать охотник, требует иного режима сознания, без четкого ощущения границ, что предполагает опыт слияния с окружающим миром» [17, с. 94].

Разные функции этих двух режимов до некоторой степени обнаруживают параллели с различиями функций левого и правого полушарий головного мозга. Линейная организация мышления, характеризующая левое полушарие, соответствует режимам объектной осознанности, тогда как правое полушарие головного мозга имеет дело больше с восприятием целостных, холистических паттернов и обнаруживает заметное соответствие с сознательностью, действующей в режиме «воспринимания».

Объектный режим не может быть заменен на восприятие, функции одного не могут выполняться другим, необходимы оба режима. Например, процесс творческого решения задач включает две фазы, каждая из которых соответствует определенному режиму. Первая фаза требует объектного режима с характерным для него активным, энергичным, контролируемым мышлением: это сбор и объединение данных, исследование логических взаимоотношений между элементами задачи и стремление найти решение. Как правило, на этой стадии человек заходит в тупик. Затем он расслабляется, переводит внимание на другой объект, и это приводит ко второй фазе. В состоянии релаксации или «дрейфующего» мышления (режим «воспринимания») внезапно приходит решение…. При воспринимающем режиме становится возможным синтез, слияние того, что объектный режим удерживал разделенным [17, с. 96].

В объектном режиме первичен контроль, тогда как в состоянии «воспринимания» требуется «отпустить вожжи», «позволить» чему-то случиться, не навязывая свою волю событиям. Сотрудничество двух этих режимов обеспечивает продуктивное развитие личности.

Близкие подходы реализуют в своих многоаспектных системных исследованиях гениальности и Джон Гриндер, Джудит Делозье, разделяя функции первого и второго внимания. Они ищут модели, которые окажутся полезными для сложных отношений между первым и вторым вниманием. Опыт современной психотерапии, образования, бизнес-консультирования показывает насколько равновесие между первым и вторым вниманием существенно для здоровья и благополучия личности и ее окружения. Как на групповом, так и на индивидуальном уровне отмечаются серьезные последствия того, как организовано взаимодействие между первым и вторым вниманием.

Первое внимание, как правило, довольно целенаправленно, в значительной мере ориентировано на результат и не особенно разумно.

Второе внимание имеет ценные качества, которые мы обычно не замечаем в первом внимании, – целый мир возможностей, о которых мы можем только догадываться в состояниях нормального сознания, мир благодати и его поиска. Гриндер и Делозье предполагают, что существует много разновидностей благодати, как и множество ошибок, разочарований и отклонений от благодати. Каждая культура, несомненно, обладает собственными особыми видами благодати [14].

Авторы уверены, что проблема благодати – это по существу проблема интеграции, и объединиться в единое целое должны именно разрозненные части психики – прежде всего, та последовательность многочисленных уровней, один конец которой называется сознанием, а другой – подсознанием. Для обретения благодати доводы сердца должны слиться с доводами рассудка, эстетика и артистизм должны уравновеситься с технологиями достижения краткосрочных целей.

В результате синтеза двух разных описаний с позиции первого и второго внимания возникает новый класс информации. Одно из условий, ведущих к личностной гениальности – это требование иметь, по крайней мере, два описания на уровне первого и второго внимания, прежде чем приступать к действию.

Как мы уже обсуждали ранее, диалог и продуктивный синтез первичных и вторичных процессов раскрывает перед человеком пространство возможностей, единства и удовольствия, наслаждения целостностью.

При этом живая система как бы сама «знает», что является оптимальным для ее благополучия и развития в направлении совершенствования, своеобразное чувство целостности, появившееся в процессе эволюции живых систем. «Языком целостности» здесь становится язык чувств – удовольствия и неудовольствия.

Дисгармония, то есть нарушение целостности, потеря согласованности частей переживается как эмоция неудовольствия. Наоборот, гармония как состояние пропорционального, упорядоченного, согласованного целого переживается как удовольствие, по мере нарастания интенсивности чувства – опыт блаженства. Это различение и позволяет любой здоровой системе самоорганизовываться, увеличивать спектр своих возможностей. В итоге, возращение природной интуиции, естественной способности человека тонко различать приятное и неприятное оказывается решающим фактором, открывающим пути ненасильственного саморазвития.

Чувство прекрасного

Не менее значимы поэтический, мифологический или возвышенный язык, равно как и смех, веселье, которые, сопутствуя вдохновению, обладают тем же самым могуществом высвобождать и актуализировать человеческие ресурсы и потенциалы развития.

Искусство – не рациональный, а построенный на интуитивном постижении человека и мира путь к обретению единства и целостности, присущего вдохновению. Начиная от ощущений Золотой пропорции – нераскрытой тайны системной целостности, до сложнейших композиционных построений, различные направления искусства оттачивают способность постигать сложность человека, социальных систем, вести их к идеальному, подлинному, вдохновленному бытию. Чувство прекрасного – индикатор развития целостности открывает возможности человеческого разума в работе со сложными системами, перед которыми пасует современная наука и точные вычисления.

Каждая сфера искусства становится необходимейшим элементом развития человека и общества.

Эмпатии, психологической пластике, способности проникать в иные миры обучает великая литература, гениальная драматургия, киноискусство. То, что открывает читателям их талант и вдохновение – это возможность вчувствоваться, понять миры других людей. В этом, прежде всего, заключается величие русской культуры Толстого, Достоевского, Станиславского. Обучение сопереживанию, освоению разных социальных и психологических ролей, развитие «всемирности» души человека всегда являлось условием развития человечества. Когда-то может быть на заре развития цивилизации, так выстраивались необходимые элементы воспитания с помощью мифов и сказок. Сегодня способность к пониманию миров других людей, культур востребуется во все нарастающей мере, становится решающим фактором решения социальных проблем, основой новых социальных технологий.

Языки поэзии, живописи, музыки, танца «сплавляют» миры высших смыслов и земные, вовлекают в священнодействие символических процессов, наиболее точно настраивают на восприятие мира, свойственного именно состояниям вдохновения. Можно сказать, что они становятся языком человеческой души, языком глубочайших настраивающих ее синестезий и резонансов. Органично вводя в состояние вдохновения, эти языки позволяют различить скрытое, увидеть в ограниченном спасающую и настраивающую силу высшего порядка. Именно «в общении с крылатым и вещим сам человек одухотворяется, и это одухотворение выражается в чудесном расширении его горизонта», – как писал Е. Трубецкой [47, с. 461].

Отметим и язык юмора – великого освободителя и очистителя человеческого мозга от иллюзий, фанатизма, соблазнов, неумолимого стража и проводника у границ священного.

В целом, сегодня мир искусства все больше раскрывает свои возможности, становясь «хлебом сущий», необходимым для развития сил и ресурсов человека и общества будущего.

11. Восприятие прекрасного – как обретать вдохновение и ухаживать за его крыльями

Поскольку способность к вдохновению тесно связана с организацией всей системы человеческой личности, структуры ее взаимодействий с мирами социального, внутреннего, духовного, то пробуждение вдохновения, обретение его крыльев не может быть разовой, одномоментной задачей.

Неверно было бы ждать тотального чудесного преображения за одно усилие, пусть даже и с помощью эффективных психотехнологий. В то же время интенсивные вспышки, приливы вдохновения важны на всех этапах развития индивидуальности человека как индикаторы верности пути, как возможность выхода на новые уровни целостности и единства.

С помощью специальных средств настройка на такие моменты жизни может быть осуществлена более легко. Поэтому, например, в системе Станиславского основной упор делается на создание необходимых условий для того, чтобы «пустить матушку-природу», «пустить себя». Такими условиями является и увлеченность актера, его стремление к новым уровням своего мастерства, и особые техники (релаксация, управление вниманием…). Это позволяет достичь состояния, названного Станиславским сверхсознанием, когда силы сознания и подсознания волнуются вместе.

Без всякого сомнения, существует множество путей, разработанных в рамках религиозных, духовных практик, современных психологических школ и направлений. Создание целостной психотехнической системы обучения вдохновению – это настолько грандиозная задача, что потребует еще множества усилий и философии в плане методологических обобщений, и психологии, и педагогики, и социологии. В данной книге мы скорее призываем к этой необходимой работе, делаем несколько обобщений, «сценарных набросков», делимся находками и результатами исследований.

Здесь предлагается несколько, как представляется, новых путей с большими потенциальными возможностями, но малоисследованными на практике, опирающихся на синтетическую работу с символами, воображением, произведениями искусства.

Прежде всего задачей ставится обнаружение эффективных методик, доступных для каждого, не нуждающихся в приемах словесной манипуляции, характерной для гипнотических трансов. Методика, позволяющая каждому самостоятельно и осознанно стать творцом своего развития. Ключевым индикатором успешности такой работы является состояние вдохновения и сопряженного с ним глубокого творческого восприятия, ощущения единства и целостности, порядка и гармонии, скрытые от рационального человека.

Использование символов и воображения позволяет создать необходимые условия для изменения обычного, можно сказать в соответствии с терминологией Дейкмана, объектного режима взаимодействия с миром на более проникновенный и творческий.

Прослушивание фрагментов музыкальных произведений, глубокое восприятия работ художников в этом смысле является одним из наиболее эффективных способов перехода на способ восприятия, соответствующий вдохновению. Оно освобождает человеческое воображение, делает его более ярким, спонтанным и выразительным. Верно и обратное, включение воображения, специальных символов, имеющих универсальный характер, позволяет создать условия для пробуждения более целостного, глубокого восприятия.

В процессе использования такого подхода даже те участники, которые жаловались на неразвитость воображения, начинали видеть воображаемые образы ярко и реально. Как мы уже показывали, существует тесная связь между способностью растворяться в деле, погружаться в восприятие и реальностью воображаемых образов.

Начинать индивидуальную и групповую работу по настройке, углублению восприятия лучше всего с работы над восприятием живописи, прослушиванием небольших фрагментов музыкальных произведений.

Особенную ценность представляет собой групповое восприятие и обсуждение, которое позволяет фиксировать внимание на все новых аспектах, когда точки зрения других как бы открывают новые ракурсы, снимают ограничивающие фильтры и стереотипы. При этом, конечно, организатору требуется уделить внимание средствам, создающим ощущение единства участников, их эмоционального резонанса, синхронизации друг с другом. Как уже отмечалось, эти условия создают необходимую атмосферу, созвучную состояниям вдохновения, наполняют каждого участника усиленной энергетикой психологического резонанса.

Недопустимо выражение критики в адрес чувств и особенностей восприятия других участников. Наоборот, следует привлекать внимание к новым ракурсам видения, предлагая всем увидеть картину глазами конкретного участника, высказавшего свое мнение. Таким образом происходит и обучение этике взаимодействия, соответствующей состояниям вдохновения, усиливается общая энергетика, и углубляется, делается «рельефным», нешаблонным восприятие. В этом смысле лучше всего подходит и расположение участников в пространстве ближе к круговым структурам.

В процессе восприятия и обсуждения надо развивать у участников ощущение экспертности. То есть развивать представление о самих себе как о тех, кто может оценивать, опираясь на собственные внутренние ощущения, мысли, чувства, не бояться их, уметь их различать и делиться с ними с другими. И поскольку сегодня очень важно уметь взаимодействовать с людьми, культурой, ощущать целостность эмоциональной атмосферы, то, конечно, каждый должен учиться воспринимать и настраиваться не только на свои, но на чувства, переживания других людей. В этом плане коллективное обсуждение при соблюдении необходимых условий дает участникам возможность освоить социальные роли экспертов, исследователей. Освоение этих ролей способствует большей целостности, глубине восприятия и мысли.

Люди всегда играют определенные социальные, психологические, мифологические роли. Каждая роль дает возможность воспринимать мир под новыми ракурсами, вовлекает новые грани потенциального. Стоит войти в какую-то определенную роль, и тут же подключаются те или другие способности. Может быть, наиболее радикально меняет способности переключение с режима действия, порождающего соответствующие ему роли, на созерцание.

Как-то я прочитал один любопытный фантастический рассказ. Своеобразная аллегория на процессы образования и сохранение границ социальных классов. В этом рассказе люди живут в будущем в кастах. Где-то около двенадцати разных каст. У каждой касты свое положение головы. Самые низшие касты должны голову прижимать, втягивать ее в плечи. Это неудобное положение, конечно, подобно тому, как есть и неудобные социальные, психологические роли, которые фиксируют, ограничивают полноту возможностей человека. По мере того как человек, скажем так, поднимается по рангам в обществе, занимает все более высокие статусные позиции, ему разрешают поднимать голову все выше. Самые длинношеие – высшие касты. Фабула рассказа приблизительно такая. Один простой клерк, где-то на уровне ниже среднего, нарушил в силу ряда экстремальных обстоятельств закон, который под страхом смертной казни запрещал поднимать голову выше. Подняв, обнаружил, что стал как-то лучше соображать. Используя это улучшенное соображение, герой осознал систему и поднял голову еще выше. Когда он поднял ее полностью, то пробился на самый верхний уровень этой довольно жесткой системы.

В этом моменте с автором фантастического рассказа можно не согласиться. Дело не в том, что не нужно стремиться «поднимать голову выше», а в невозможности, пусть даже фантастической, существования такой кастовой системы. По моему глубокому убеждению, чем выше развит Разум человека, целостность его чувств, интеллекта, интуиции, тем более доброжелательным становится его поведение. Массовое развитие Разума людей меняет социальные порядки, режимы коммуникации и социальных взаимодействий. Здесь я полностью согласен с логикой князя Петра Алексеевича Кропоткина, современных ученых А. И. Суббето, А. П. Назаретяна о возрастании в процессе развития и прогрессивной эволюции Разума роли сотрудничества, взаимопомощи, понимания, эмпатии. Такова логика системогенеза. Но и само раскрытие возможностей человеческого Разума в целом зависит от этики сотрудничества и взаимопомощи.

Среди таких условий известный представитель гуманистической психологии Карл Роджерс особенно выделял [38]:

A. Открытость опыту, что противоположно психической защите, и позволяет выйти к восприятию огромного опыта, не совпадающего с обычным (стереотипным, социально нормированным). Открытость означает отсутствие ригидности и проницаемость границ понятий, убеждений, образов и гипотез. Она означает терпимость к неоднозначности, способность принимать массу противоречивой информации, не отвергая при этом всю ситуацию.

Б. Внутренний локус оценивания. С точки зрения К. Роджерса, самое главное условие состоит в том, источник (локус) оценивания находится внутри индивида. Это не значит, что он пренебрегает мнением других или не желает его понять. Это просто означает, что основа оценивания находится внутри него.

B. Способность к необыкновенным сочетаниям элементов и понятий. Эта способность предполагает спонтанную игру с идеями, оттенками, формами, отношениями. Именно из спонтанной игры-исследования вырастает интуиция, творческое видение нового и существенного в жизни.

В процессе знакомства с изображениями картин художников объясняются техники «смотрения», ведущие к пробуждению возможностей восприятия. Эти разработанные в разных психологических системах техники позволяют перейти и к индивидуальной работе с изображениями, которые выбираются самими участниками как интересующие их, затрагивающие их.

Попробуйте поэкспериментировать с одной из гештальт-терапевтических техник, чтобы лучше почувствовать состояние глубокого контакта, полной осознанности. Возьмите какую-нибудь картину, картинку, которая вам нравится. Начинайте смотреть на выбранную картину не в целом, а обращая внимание на отдельные фрагменты: на линии и контуры, независимо от изображенных объектов; потом, отдельно, – на цветовые пятна и оттенки. Обратите внимание на узор из пустот между контурами основных объектов. Можно рассмотреть узоры, создаваемые каждым из цветов в отдельности, скажем, красным или голубым. Если картина создает иллюзию трехмерного пространства, попробуйте последовать за удаляющимися планами, что вдали. Проследите узоры света и тени. Обратите внимание на фактуру, на технику мазка. Лишь после этого посмотрите на то, что изображено в целом.

Если вы проделаете все предложенное с выбранной картиной, вы обнаружите, что она обретет для вас новую красоту и очарование. Отдельные детали и их единство станут очевидными без болезненного отделения и собирания. Это единое, непосредственное восприятие дифференцированного единства означает, что вы вошли в контакт с картиной.

Попробуйте передать общее чувство, которое рождает в вашей душе картина посредством техники хокку – японской формы стихосложения. Японцы веками использовали ее для выражения своих мыслей, душевных переживаний и проблем. Хокку писали веточкой на поверхности пруда, покрытого тонким слоем тины, и иероглифы существовали несколько мгновений, рождая ни с чем не сравнимое чувство соединения мимолетного и вечного. Здесь техника интеграции противоположностей – миг и бесконечность, внутреннее и внешнее, веселое и серьезное – используется как ключ, открывающий дверь к состояниям творчества, целостности, красоты.

Индивидуальная работа с выбранными картинами может давать очень продуктивные результаты, собирая в едином фокусе погружение в процесс, вовлечение, глубокое и целостное восприятие, проникающее в мир символов, психологической энергии, обучая пользоваться интуицией и мудростью.

В целом для настройки на состояние вдохновения с помощью восприятия картин можно руководствоваться рядом простых правил.

Лучше, если картина воспринимается как близкая вам лично, своя, соответствующая вашему эмоциональному состоянию и настроению. На это обстоятельство в восприятии музыки особое внимание обращает музыкальный психотерапевт В. М. Элькин [52]. Как показали проведенные нами эксперименты, это правило является верным для восприятия и живописи, и музыки. Если художественное произведение не соответствует эмоциональному тону, не воспринимается как близкое, созвучное, то его прослушивание, просматривание кажется долгим, рождает гротескные, механические образы, требует контроля внимания. В ходе созерцания не рождается ощущений легкости, подъема энергии, очищения (катарсиса), наоборот, растет напряжение и чувство усталости.

Удачно подобранное произведение вызывает эмоциональный резонанс, погружает в восприятие без усилий, «растворение» в процессе слушания или смотрения, способствует синестезии. Если это картина, то она как бы приближается, увеличивается в размерах. На это обстоятельство указывает и В. Ф. Яковлев в разработанной им технике исцеляющего трансового искусства [57]. Может исчезать ощущение времени, возникать ощущение гармонии и единства. Музыка и картины воспринимаются как вдохновляющие. После восприятия такого произведения ощущается подъем энергии, чувство очищения, нарастание легкости, целостности, единства с собой, миром, изменение восприятия на более глубокое, проникновенное.

Отсутствие спешки, отдаление от ритма повседневного мира заботы и тревоги – еще одно значимое условие. Такому неторопливому режиму деятельности помогает выделение времени и специального места. Обратите внимание, что кажущаяся неторопливость включает другие режимы функционирования человеческого сознания, когда, наоборот, замедляется психологическое течение времени, растет глубина и качество восприятия, за небольшие периоды обрабатываются огромные массивы информации, возникает ощущение единства.

Позволить себе осознавать и высказывать свои истинные чувства, то, что действительно чувствуется и ощущается – также является значимым условием проявления творческой спонтанности, пробуждения восприятия. Например, в гештальт-терапии это условие понимается как решение конфликта долженствования и спонтанности. Позволив себе выразить чувство негодования по поводу того, что нужно что-то делать, свой протест, стряхнув с себя маску «послушного ученика», человек достигает более продуктивных состояний, в котором расширяются возможности восприятия и осознанности. Так, Мольер, перед тем как писать свои произведения, срывал с себя парик и топтал его ногами.

Аналогичным образом действует смех и юмор, который снимает очаги напряжения, возвращает свежесть и новизну восприятия. Как показывает С. Вербин, после того, как человек от души посмеется, мозговая деятельность возрастает в несколько раз, резко улучшается память, человек принимает верные решения, легче творит. Даже простое изменение образа мыслей на радостный, вспоминание чего-нибудь приятного, улыбка дают положительную динамику по всем показателям деятельности мозга [9].

Полезны разнообразные эксперименты со способами, снимающими ограничения стереотипного восприятия, например использование инверсий, то есть изменение чего-либо на свою противоположность, новых метафор, сравнений, синестезий, оживления, идентификации.

Длительная концентрация внимания на одном объекте меняет режим восприятия. Обучение управлению своим вниманием занимает основное место практически во всех духовных практиках. Управление своим вниманием по методике раджа-йоги, например, опирается на следующие ориентиры развития этой способности. Если удается сосредоточить свой ум на чем-либо 12 секунд – это дхарана, 12 таких дхаран есть дхиана, 12 дхиан дают самадхи (состояние просветления и единства). В то же время использование техник обучения концентрации внимания создает значительные трудности для практикующихся. С нашей точки зрения, одним из главных препятствий становится отсутствие увлеченности, насилие по отношению к своей психике, которое используется для контроля внимания.

Отметим, что в этом смысле богатая, интересная, насыщенная смыслом, потенцированная творчеством среда более благоприятна для концентрации внимания, дает больше возможностей для управления вниманием «с мыслящим сердцем», что соответствует общему состоянию вдохновения, в которое входит участник. Возможность погрузиться в восприятие художественного произведения, почувствовать сложнейший язык символов, энергий, эмоциональной атмосферы, гармонии отдельных элементов и целого – это и есть идеальная обучающая среда для пробуждения крыльев вдохновения, творчества, увлеченности, переживания особых продуктивных состояний. В эти моменты человек выходит на новые уровни своей целостности и единства (пиковые переживания, состояния озарения, сущностные состояния, потоковые состояния).

Важно использовать и сериальный подход, когда участники переходят от восприятия одного произведения к другому, третьему. В ходе такой серии постепенно растет глубина, проникновенность восприятия участников, их способность войти в продуктивные состояния единства и целостности. Желательно начинать работу с теми произведениями, которые, резонируют с эмоциональным состоянием, заключают в себе вызывающие живой интерес символы.

Использование языка символов, изучение общей эмоциональной атмосферы. Язык символов есть сложнейший язык психологического воздействия, тесно связанный с первичными процессами. Прежде всего это есть особым способом организованный язык энергии. Большое внимание энергии уделяется в китайской культуре. Они называют восприятие и использование этих энергий (в общем виде Ци) искусством фэн-шуй. Причем в фэн-шуй энергия Ци имеет много разных оттенков, которые не поддаются механической логике сложения и вычитания. Это энергия напрямую связана с состояниями, символами, психологической атмосферой.

Почувствовать эту атмосферу – вот задача творческого восприятия, присущего состояниям вдохновения. Проникнуть в дух картины, проникнуться той атмосферой, которая создана человеком-творцом. Проникнуться энергетикой, настроением, которое хотел передать художник. Важно работать с восприятием, исходя из представления, что каждый художник хотел выразить на картине, то, что, как правило, трудно передать словами, нечто большее: целостность, глубину, психологическую атмосферу, энергетическое поле. В то же время возможность рассказать, выразить словами свои впечатления делает возможным развитие целостного восприятия, свойственного таланту и гениальности.

Можно дать рекомендацию использовать специально подобранные символы, картины и для создания атмосферы вдохновения в своем окружении, его постепенной интеграции в Эго-систему личности. Например, используя изображения, передающие определенную атмосферу, создающее направляющее ваше развитие смысловое поле. Такой подход в работе с символами, предлагал основатель психосинтеза Р. Ассаджиоли.

Серьезное внимание к символам как пути души к единству, Божественному характерно для многих направлений христианского и восточного мистицизма. Как считал Э. Нойман, одно из опасных заблуждений проистекает из мнения, что человек в своем развитии «прогрессирует» от архаически-мифологического к дифференцированному рациональному. «Только когда мы поймем, что символы отражают более сложную реальность, чем та, которую можно втиснуть в рациональные концепции сознания, мы сможем полностью оценить способность человека к созданию образов» [30, с. 221].

Согласно психосинтетическому подходу, разработанному Ассаджиоли, три важнейшие функции символов определяют огромные и пока еще мало осознанные потенциальные возможности символов в организации динамики психической жизни [3].

Во-первых, символы являются как бы аккумуляторами, вместилищами и хранилищами динамического психического заряда или напряжения.

Во-вторых, символы осуществляют трансформацию психической энергии.

В-третьих, символы можно рассматривать как проводники энергий.

Психодинамическая эффективность символов последовательно выражается в притягивании психических энергий, в их накоплении с последующей трансформацией, а затем в использовании этих энергий в целях интеграции. Согласно Ассаджиоли, символы обладают самоактивностью, направляют внутренние бессознательные процессы. Остается только наблюдать за результатами предъявления символов бессознательному.

Существует организованная структура универсальных символов, позволяющих как решать различные проблемы, так и проводить диагностические исследования. Иногда буквально подъем на вершину сопровождается разрешением мучивших проблем, инсайтом, озарением, исцелением, что используется во многих психоаналитических и гипносимволических методиках. Животные символы связаны с психологическими характеристиками, с одной стороны, активизируют и освобождают инстинктивные побуждения, с другой – позволяют «поднимать» их на другой уровень, очеловечивают, одухотворяют и окультуривают грубую животную энергию. Значительной силой психологического воздействия обладают пейзажи, которые с убедительной легкостью отражают состояния души, оказывают непосредственное влияние здесь и сейчас.

Человек обладает удивительной и могущественной способностью создавать вселенные в своем воображении. В то же время воображение не принадлежит только одному человеку, оно по своей природе связывает все человечество. Карл Юнг один из первых дал этой способности людей название «коллективное бессознательное». Сила и значение этой творящей силы только начинает осознаваться в ходе изучения человеческой психики, ее возможностей. Если удается создавать коллективные психические поля, можно сказать – миры со своими законами, то это оказывает очень серьезное воздействие на окружающую нас материю. Изучая такого рода феномены, Юнг определил нашу вселенную как психоидную, то есть имеющую двойственную природу и физическую, и психическую. Символы – один из инструментов управления этими полями, психоидными мирами.

Символы – это то, что выходит за рамки слов и опирается на более глубокую основу, это тот язык, который мы понимаем где-то на глубине. Создание таких символов сегодня – одно из эффективных и продуктивных средств развития человека. Сегодня искусство создавать и понимать символы, влиять через них на разные процессы начинает быстро и активно развиваться, а воображаемое символическое становится все более реальным и действующим.

12. Вдохновение в мирах воображения

Все изменения в мире наступают по известному закону, который называется логистическим. Сначала изменения практически не видны, известны только некоторым специалистам-пионерам, первопроходцам. Где-то кто-то работает над новыми, малоизвестными идеями, постепенно накапливается опыт. Такой период называется лаг-стадия. Потом темп изменений ускоряется, через определенное время идеи, замыслы становятся очевидными вещами. Первые велосипеды, первые самолеты, первые компьютеры – все они когда-то прошли эти стадии развития. Современные социальные, психологические технологии коллективного творчества, методы работа с воображением, символами в данный момент прошли лаг-стадию и вступают в начало процесса быстро нарастающих изменений, делающих их все более популярными и эффективными. Главные изменения, которые сейчас происходят, – это осознание важности этой совокупности знаний, умений, навыков. К сожалению, значение и взаимосвязанность ресурсов воображения и вдохновения сегодня пока все еще не является очевидной для массового сознания.

В то же время начиная с конца девятнадцатого столетия в различных школах – психоанализе, аналитической психологии, аутотренинге, психосинтезе и многих других направлениях – начинает осознаваться важность путешествий в мирах воображения, решения проблем символическим образом.

Так, французский психоаналитик Дезуаль разработал и опробовал универсальные сценарии таких путешествий, используя символику исследования глубин моря, подъема на вершину горы, во многом напоминающую путешествия шаманов в верхний и нижний миры. Символика спуска и исследования глубин моря обозначает очищение, которое предваряет подъем к вершинам, соответствует архетипическому процессу смерти-возрождения. Однако в путешествиях по Дезуалю происходит изменение основных смысловых ассоциаций с этим процессом, который отделяется от статичности образов, присущих традиционным культурам. Само море ассоциируется с бескрайними возможностями, нераскрытым потенциалом, безмерностью человеческой души, перинатальными темами. Здесь мы видим изменение общего впечатления от спуска в «нижний мир» на позитивное, как возвращение к спонтанности, богатству ресурсов и возможностей. Исследование этого мира, изучение его структуры и картографии позволяет избавиться от архетипического страха перед глубинами, обрести уверенность и творческую потенциальность. Такое понимание соответствует и общему изменению восприятия хаоса и порядка, сознания и бессознательного, который характерен для современных подходов.

Доступность и продуктивность путешествий в мире воображения продемонстрировала и символдрама, созданная в 50-е годы двадцатого века Ханскарлом Лернером. Темы путешествий включают в себя универсальные символы, отражающие структуру основных отношений человека и мира: источник, бьющий из земли (материнское начало, Лернер особенно отмечал исцеляющую силу этой «воображаемой» воды жизни, в шутку называя этот контакт кататимной гидротерапией), течение реки (либидонозная энергия), подъем на вершину (героическое и интегративное начало), встреча и дружба с животным (спонтанность), исследование дома (личность), цветы (потенциал личности).

Ассаджиоли ввел в процесс развития личности установление непосредственного живого контакта, вплоть до отождествления себя, с выбранным символом. Использование универсальных символов позволяет пробудить необходимые субличности, связать их в гармоничное целое.

Здесь мы предлагаем несколько сценариев путешествий в мире воображения, вовлекающего ключевые символы для облегчения поиска вдохновения. С помощью сочетания специально подобранной символики, сочетания воображения и восприятия живописи и музыки, целевой установки на поиск легкости, свободы, ощущений единства, как характерных для состояния вдохновения, достигаются эффекты синергии. Как уже отмечалось ранее, в таком синергичном подходе, даже те участники, которые испытывали трудность с воображением ярких, живых образов, обретают эту способность.

По нашей оценке, степень развития активного воображения среди людей соответствует приблизительно следующим пропорциям: 12 % – образы представляют неотчетливо, 41 % – образы достаточно яркие и четкие, 19 % – воспринимают образы как «живые», 28 % – легко «путешествуют в мире образов».

В ходе таких занятий-композиций вначале прослушиваются и созерцаются с последующим обсуждением произведения искусства, что позволяет перейти в более свободное, творческое, продуктивное состояние. Затем подробно описывается сценарий путешествия. Далее, участники погружаются в мир воображения, и тот же сценарий, этапы путешествия последовательно озвучиваются ведущим. Как правило, воображение участников в значительной степени обогащает сценарий, наполняя его живыми подробностями, реальностью ощущений и чувств, удивительной способностью синтезировать воображаемую и внешнюю реальности. Время в мире воображения существенно замедляется. Участники буквально за десять минут успевают совершить захватывающее, волнующее, наполненное смыслом, пробуждающее к жизни, творчеству, вдохновению путешествие.

Сценарий «Погружение в глубокое восприятие музыки с помощью лестницы релаксации, вдохновения»

В ходе путешествия участники позволяют своему воображению создать лестницу освобождения, релаксации, по которой они начинают спускаться. Через некоторое время спуска на определенном «пролете» предлагается увидеть двери, пройти через них и слушать музыку на более глубоком, целостном уровне восприятия. Почувствовать и впитать в себя, если понравится, атмосферу образов, навеянных музыкой. Спонтанность образов соединяется с направленным воображением, активным путешествием в мире воображения. Важно настроиться на полное ощущение, восприятие психологической атмосферы в момент прослушивания музыки. После прослушивания музыкального фрагмента участники возвращаются по лестнице обратно.

Пример путешествия (концерт для гобоя и скрипки с оркестром си-бемоль мажор Антонио Вивальди).

Путешествие было направлено, в том числе, и на развитие способности воспринимать воображаемые картины как реальные. Как мы уже показывали, данная способность тесно связана со способностью входить в состояние потока, «растворения в деле». Символика спуска по лестнице – это и релаксация, освобождение течения либидо, и избавление от психического напряжения. Согласно словарю символов Дж. Куперу, лестница означает «переход от одного плана бытия к другому, переход на другой онтологический уровень». Лестница имеет значение axis mundi – мировой оси, Космического Древа, связывающего миры. Лестница обеспечивает непрерывную связь между человеком и Богом, которая, с грехопадением была утеряна.

Открытие дверей – обретение нового понимания, получение доступа к новым переживаниям, переход к новому уровню восприятия. Дверь символизирует возможность перехода из одного состояния в другое, вход в новую жизнь. Открытие двери означает предоставляющуюся возможность и освобождение.

Музыка Вивальди – игривая, струящаяся, страстная, вдохновленная и празднично-светлая. Передает состояние потока. Становится метафорой обретения личностью нового состояния.

Чтобы передать общую атмосферу путешествия по такому сценарию, здесь мы приводим ряд его описаний участниками. Символы, которые возникали во время путешествий, показывают не только отдельные уникальные оттенки атмосферы, в которую они погружались, но и отношение к процессу (золото, дорогое убранство, свет, праздничность, легкость, игривость…). Непосредственно присутствуют переживания, прямо указывающие на переживания вдохновения, получение доступа к этому важнейшему ресурсу личностного развития. Обратите внимание, что в самоотчетах испытуемых символики лестницы и мирового Космического Древа действительно связаны и переходят одна в другую.

В этом путешествии все участвующие в нем обрели способность воспринимать воображаемые образы как реальные. Надо отметить, что некоторые из них не могли совершать путешествия в мире образов, несмотря на упражнения по другим методикам.

Самоотчеты участников путешествия:

– Сначала лестница была темной (из темного дерева), и двери, и образы, которые открывались за ними, были отталкивающие. Но затем лестница стала белой, а вокруг все из облаков и ясного голубого неба. Все вокруг напоминало сказку «Алиса в стране чудес» и все образы, приходившие ко мне, были образами из сказки. От музыки было ощущение легкости, резвости. Была атмосфера, наполняющая все вокруг радостными бликами и ощущениями.

– Я погрузилась в состояние, когда мне было комфортно, на меня падали лучи солнца, которые согревали меня, давали силы и энергию. Спускаться вниз по лестнице было страшновато, но в то же время интересно узнать, что ждет впереди. После того, как я остановилась внизу лестницы, заиграла музыка, которая вдохновила на совершение чего-нибудь хорошего, светлого. Музыка показалась мне задорной.

– Лестница оказалась не крутой, широкой, со множеством ступенек. Музыка навеяла образ бала, на котором была Золушка. Все светлое, в золотых тонах. Было легко и свободно.

– Спускаясь по лестнице, погружалась в состояние умиротворения и легкости. Прослушивание музыки вызвало определенный визуальный ряд. Я видела со стороны деревенскую семью, старорусскую, судя по их одежде. Дети бегали по холмам (они были небольшие). Родители занимались хозяйственными делами. Отец колол дрова, мать носила ведра с водой. Виднелись коровы и лошади. По ощущениям, было приятно, хотелось бы продлить это чувство. Возможно, в первый раз я четко видела воображаемую картину, и она мне была по душе.

– Я оказалась в очень большом доме, ощущение того, как будто я живу не в этом веке, не в этой эпохе. На мне было красивое, пышное платье, и было ощущение необъяснимой радости, как перед каким-то важным событием, которое я долго ждала, радостное предвкушение чего-то важного.

– Вначале у меня была широкая лестница (подобная была в школе), после она стала другой: деревянной и узкой, ветвистой. Двери появлялись деревянные, но я в них не заходила. Музыка придала моему прохождению по лестнице оттенок важности и ощущение себя какой-то царской персоной. В целом путешествие было приятным.

– У меня была лестница как спираль и она мерцала, то была хрустальной, то светящейся, золотистой. Спускалась по ней босиком, и было так комфортно, тепло. Лестница была длинной, и казалось, ей нет конца, но это не пугало. В итоге она привела меня на солнечную поляну. На поляне было много разных цветов и пахло утренней свежестью. Время пролетело быстро и немного не хватило насладиться обстановкой.

– Я была на поляне, где росли фиолетовые цветы. Теплые лучи света пробивались сквозь кроны деревьев. Я сидела, что-то напевала, как вдруг увидела большое зеркало. Я подошла к нему, и мое отражение потянуло меня внутрь. Я прошла сквозь зеркальную поверхность и увидела лестницу из стекла. Я спустилась по ней и услышала музыку посреди зеркального зала. Это было волшебно и таинственно. В конце я вернулась посвежевшей и отдохнувшей.

– Я видела большую, расписную дверь, как во дворце, красивую лестницу, маленькие ступеньки. Я вошла в большой зал, где проходил бал в стиле 19 века. Все вальсировали. Девушки и молодые люди. Я почувствовала игривость, легкость, счастье, вдохновенье, стремление, влюбленность, теплоту, уют, комфорт, сказочность.

– Я попала в лес, где было много солнца, я даже неким способом пыталась скрыться от него и увидела в большом красивом дубе деревянную дверь. Долго решалась подойти и посмотреть, что за ней. Когда я все-таки решилась открыть ее, она сама распахнулась. Лестница, которая была за дверью, была величественная и широкая. Медленно спускаясь, я ощущала нежный аромат цветов. Когда я дошла до низа, я увидела белую кровать, которая манила меня прилечь на нее. Как только я опустилась на нее, все мысли сразу пропали, стало легко и свежо, и в голове звучала только музыка.

– У меня лестница была стеклянной и очень длинной (со многими ступенями). Когда спустилась вниз, вокруг было много людей (в карнавальных костюмах), животных, которые игрались, и детей в песочнице. Была очень хорошая, теплая погода. Очень теплый и нежный ветерок ощущался. Когда заиграла музыка, ритм жизни стал более подвижным. Все начали танцевать, дети хлопали в ладони. И у меня было очень хорошее настроение, с искренним желанием жить, почему-то все жизненные цели прояснились.

– Мне удалось и очень понравилось. Лестница представилась мне широкой, с деревянными, лакированными перилами, очень дорого смотрелась. Она была застелена красивым ковром с желтым тиснением по бокам. Я спускаюсь и вижу много комнат, захожу в одну из них, цвет дверей был коричневый с выбитыми узорами. В комнате замечаю много картин на стене. Картины были яркие. Когда заиграла музыка, у меня появилось игривое настроение. Появилась картина с фруктами.

– Я спустился по лестнице и вышел в большой зал. Это была лучшая в мире баскетбольная площадка. Это был мой мир. Я живу этой игрой. Я ощущал чувство вдохновения, уверенности, силы.

– Мелодичная музыка. Ощущение радости, раскрепощенности, веселья. Спустился по лестнице. Ощущение тепла и уюта, музыка вызывает чувство положительной энергетики, добра и белого света.

– Я вхожу в состояние, в котором исчезли все мысли, перед глазами была кромешная темнота. Затем представляю лестницу, витками спускающуюся вниз, она была сделана из красного дерева, с расписными перилами. Внизу был бал. Все танцевали и кружились под ритм музыки. Затем я выхожу из дома на улицу – была ночь, дул легкий, теплый, летний ветер и звезды…много звезд. Прекрасное путешествие.

– Мое путешествие началось со спуска по лестнице. Она была светло-коричневого цвета, выполненная в спиралевидной форме! Спустившись по ней вниз к первому пролету, я зашел в первую комнату. Войдя в нее и слушая музыку, увидел различные образы. Сначала мне представился красивый бал девятнадцатого века. Затем увидел пикник на траве и празднество на свежем воздухе.

– Я спускалась по обычной лестнице, но она была с подсветкой оранжевого цвета. Стены были покрыты каменной кладкой. Я спустилась, и передо мной была светло-желтая деревянная дверь. Там была комната сиреневого и бордового тонов с камином. Я села у камина и смотрела на огонь. Было уютно и тепло. В голове стали возникать воспоминания из детства.

– Мое путешествие было волшебным и сказочным. Там была лестница, как спираль она устремлялась вверх. Чем быстрее становилась мелодия, тем больше и красивее становилась лестница. Вокруг была атмосфера сказки.

– Лестница вначале была деревянной, потом стала каменной. Горели факелы. До включения музыки я зашла только в одну комнату, это была библиотека. Там я взяла зеленое яблоко и, пока спускалась дальше, ела его. В комнате с музыкой было очень светло, легко и необычно. Там были высокие окна, шелка, книги, картины. И вообще там было очень хорошо. Я забрала оттуда ветку цветущего дерева.

– Вниз, когда я спускалась, я не шла ногами, а летела над лестничным пролетом. При этом я ощущала чувство легкости и безмятежности. Времени как будто не существовало. Затем я остановилась где-то на середине и просто летала в облаках.

– Лестница была старинная, как в старых замках. Она была очень высокая, торжественная. Когда возникла музыка, ощущалось нарастание бодрости и прилив сил.

– Я стояла на лестнице и потом начала спускаться, лестница была круговая. И вот заиграла музыка, и как будто оказалась на другой лестнице и все так же спускалась и спускалась и почему-то оказалась в саду и просто наслаждалась музыкой.

– Спускаясь по лестнице, я захожу в комнату, в которой находится симфонический оркестр. Он начинает играть, и я слышу божественную музыку. Я растворяюсь в музыке. Я чувствую непревзойденную легкость и наслаждение от этой музыки! Чувство тонкости и свободы переполняет меня.

Сценарий путешествия по лестнице релаксации, освобождения может быть использован и для обучения углубленному восприятию (в том числе и музыки, живописи), с переключением на более целостный, проникновенный режим восприятия мира, и для исследования различных психоэмоциональных состояний, получения доступа к их ресурсам.

Вот несколько путешествий, в которых с помощью лестницы релаксации, вдохновения исследовались атмосфера очищения, обретения легкости:

– Я вошла в большую деревянную дверь, и передо мной оказался темный мир в холодных тонах, темное небо, бушующий океан. Я взяла плед, постелила на камень, села на него и слушала бушующий океан. И казалось, что в этом мгновении была вся моя жизнь, и мне было легко как никогда. Все, что было не решено, решилось, все стало понятно и просто.

– Я стояла перед дверью, дверь была красная. После того как я открыла дверь, возникло ощущение полной свободы. Пройдя через двери, оказалась в некой невесомости. Меня переполнили эмоции, и было чувство легкости. Я оторвалась от земли и полетела. Во время полета меня покинули все лишние тревоги и ненужные мысли. После возвращения ощутила полное очищение, все осталось позади, то, что меня по пустякам тревожило.

– После прохождения двери я оказался как в какой-то невесомости, стало так легко. Я оторвался от пола и полетел к верху. Чувствовал свободу, легкость, такое ощущение, что спал груз с плеч. После возвращения чувствую себя очень хорошо.

– Лестница была необычная, дугой. Я шла по ней босиком, ступая ногами по устилающей ее траве. Сразу вспомнилось лето. Когда я открыла дверь, оказалась на берегу моря. Под ногами был песок. Яркое солнце, теплый ветер. Я подошла к воде и повернулась так, чтобы ветер дул мне в лицо. Закрыв глаза, почувствовала легкость.

Воображение способно как открывать новые миры и возможности, так и с помощью его можно исследовать объекты, связи, существующие в материальном мире. Богатым, развитым воображением обладал физик Николай Тесла. Это странно и не вписывается в современную научную парадигму, но его дневники свидетельствуют о том, что он занимался своими экспериментами с различными материалами, электрическими и магнитными полями, проводя их в мысленно воображаемой лаборатории. Он утверждал, что для него не было никакой разницы между исследованиями, созданием новых устройств в воображении и в реальности. «Когда у меня рождается идея, – сообщал о себе Тесла, – я сразу в воображении начинаю строить прибор. Я изменяю конструкцию, произвожу усовершенствования и у себя в мозгу привожу в действие этот прибор. И мне абсолютно безразлично, запускаю ли я свою турбину у себя в мыслях или испытываю в своей мастерской. Я даже могу заметить, что нарушилась ее балансировка. При этом не существует никакой разницы в результатах. <…> И как только я дойду до такой стадии, когда больше не увижу нигде никаких недостатков, только тогда я воплощаю в конкретной форме продукт своего воображения» [20, с. 181–182].

Сегодня возможности исследовать, экспериментировать, обучаться в мирах воображения только начинают изучаться. Известны результаты удачных экспериментов мысленной тренировки баскетболистов, быстрого обучения игре на музыкальных инструментах в пространстве воображения. Здесь предлагается сценарий пробуждения способностей к изобразительному искусству в мире воображения. Сценарий, наполненный энергетикой соответствующих символов, дает почувствовать глубокую связь вдохновения, творчества, ощущений единства и целостности, проникновенного восприятия, удовольствия, наслаждения. В конечном итоге, путешествие в мире воображения по этому сценарию позволяет участникам удивиться, пережить раскрытие своего скрытого потенциала и возможностей.

Сценарий «Путешествие на неизвестный остров»

В начале путешествия участники вызывают в своем воображении образ берега моря. Постепенно образ обретает все более реальные черты. Вдалеке появляется яхта, которая приближается к берегу, должна забрать на свой борт участника. Здесь он приглашенный, желанный пассажир. Яхта отправляется в море к неизвестному острову, где участник имеет все необходимые средства и инструменты, чтобы выразить свои впечатления от природы, моря, передать ощущения единства, гармонии.

Остров как символ означает безопасное место и убежище от хаоса жизни. В данном путешествии море ассоциируется с бесконечными возможностями человеческой души, ее безмерностью, свободой, ощущением единства. Волшебные острова имеют смысл рая, Прибежища Блаженных. Само путешествие по морю символизирует трансформацию, поиски потерянного рая.

Чтобы передать общую атмосферу такого путешествия в мире воображения, далее представлены краткие его описания несколькими группами участников. Интересно, что символика путешествий показывает на интеграцию частей личности в целостность. Обращает на себя внимание и общее доверие процессу. Присутствует ожидание чудесного и благополучного. Ощущение того, что все пространство наполнено смыслом и помогает обрести крылья вдохновения. Появляются также помощники-проводники.

– Мне очень понравилось путешествие. Все было в очень ярких красках. Я увидела большую белую яхту, там было два капитана. Мне предложили бокал вина и виноград. Я села в очень мягкое кресло, оно было белого цвета. Все было в светлых тонах. После мы приехали на остров, я чувствовала, как иду по горячему песку. Там стоял мольберт, рядом находилась коробочка с карандашами. Они были разной жесткости. Я срисовывала попугая, который сидел на ветке.

– Мое путешествие на яхте по морю было волшебным, сказочно красивым. Я была на берегу моря во время заката, очень яркое солнце. У меня появилась палитра с холстом, я акварелями рисовала картину в трех цветах, оранжевом, темно-синем, желтом. Летали чайки, море было очень спокойным.

– Открытый океан. Я в маленькой деревянной лодке, плыву по течению. Со мной в лодке змея – мой спутник. Вот впереди показался остров. Лодку прибило к берегу. Мы со змеей оказались на песчаном берегу. Я шагала босиком по мелководью, змея ползла ближе к берегу. «Шли» мы в общей сложности около часа, пока мое внимание не привлекло что-то из глубины зарослей. Там нас ожидал красивый сад с красными цветами. В центре – стол, на нем были краски, кисти и бумага. Я начала рисовать, змея помогала мне хвостом. Получилась у нас красивая картина в красно-желто-оранжевых тонах. Я почувствовала слияние со своим произведением и поблагодарила змею за помощь. Потом мы снова вышли на берег и, устроившись на песке, любовались закатом.

– Плыла на остров я на небольшом катере и двумя маленькими детьми, по ощущениям это были мои дети (хоть у меня в жизни их нет). В момент плавания мы вместе смотрели вдаль и махали вслед людям на берегу, рассматривали рыбок в прозрачной воде моря.

По прибытию я с дочерью и сыном вышла из катера на мягкий, светлый песок. Мы бегали, резвились на нем, как вдруг заметили три мольберта: один (посередине) для меня и два маленьких по бокам для детишек с мелками восковыми. Мы принялись за рисование сначала по отдельности, затем дети стали добавлять и переносить свои рисунки на большой мольберт. С меня была природа, фон, а детишки дорисовали персонажей (моряка, рыбок в воде, растения) – в итоге получилось красиво.

Во время путешествия происходит встреча и интеграция в целостность различных частей личности, продуктивное соединение взрослой (сознание) и детской (спонтанность) составляющих. Интересна контрастная смена функций: дети рисуют фигуры, эго (сознание) – фон.

– Я почувствовала свежесть моря, легкий ветерок, крики чаек. Потом оказалась на яхте. На белой красивой яхте, где было много фруктов. Когда яхта приблизилась к острову, рисовала пейзаж. После этого путешествия чувствуется легкость и прилив сил.

– Когда я вышел на берег, вокруг было очень красиво. Живописный обзор. Создавалось ощущение полета, широты, свободы.

– Большая, шикарная яхта везла меня на необитаемый остров. Там меня встретили прекрасная погода, свежий ветерок, шумные волны. Песчаный берег, водопад. Мне захотелось запечатлеть это. На удачу, у меня с собой оказался мольберт с красками. И я очень ярко нарисовала все вокруг. За моей работой наблюдал попугай с ветки тропического дерева.

– Я села на белую большую яхту, почувствовала ветер при поездке. Нарисовала натюрморт: кувшин с молоком, стакан, яблоко и грушу. Почувствовала легкость и свободу.

– Яхта была маленькая, белая. Когда плыли на другой берег, слышала звуки воды и мотора яхты. Смотрела на горы и наслаждалась легкими брызгами в лицо. Когда рисовала картину, мне представилась поляна, где лежит маленькая девочка и гадает на ромашке. Волосы ее развевались от дуновения ветра.

– У меня получилось путешествовать. Я избавилась от всех лишних мыслей и от внутреннего диалога с собой. Я оказалась на берегу моря, ощутила его свежесть, услышала шум волн, набегающих на берег и с пеной откатывающихся обратно. В конце путешествия у меня получилось нарисовать на холсте картину. Я взяла кисти, краски и передала те чувства, которые переполняли меня. Я так воодушевилась красотой моря, что захотелось его изобразить. Когда я дорисовала и решила оценить свое «художество», то увидела, что она полностью соответствует реальной картине.

– Море, яхты, парус. Я художник, у меня было чувство, что рисовал жизнь – сейчас я не могу объяснить, что это значит, но было чувство именно того, что рисовал жизнь, какими-то живыми красками, которые были связаны невидимой тонкой красной нитью с моими мыслями. Мне не нужно было даже самому водить кисточкой по холсту. Мои краски и мысли сделали все за меня! Трудно передать такие ощущения.

– Я стояла у причала. Подплыла белая, с древесными вставками яхта и мы отправились в плаванье по морю. Легкий бриз освежал, успокаивая жаркое летнее солнце. Плавая по морю, мы с другом увидели небольшой остров и решили туда пришвартоваться. На яхте был мольберт с красками и большой охапкой кистей. У меня было большое желание нарисовать весь этот пейзаж. Картина получалась в голубых, желтых, зеленых и красных тонах. Мне очень понравилась моя картина, так, что я захотела забрать ее с собой домой.

Морское путешествие к другому берегу наполнено ощущением новизны, переживаниями свободы. Совсем не то, что представляет собой «угрюмый» и драматический архетип пересечения моря жизни. Перемещение в пространстве соответствует изменению состояния души. Душа погружается в эту атмосферу свободы, комфорта, появляется желание самовыражения, творчества, с отсутствием страха критики, легкость и спонтанность.

– Я была на берегу моря. Где-то вдали была видна яхта. Она подходила все ближе к берегу. Люди, находившееся там, стали меня звать к себе. И вот я оказалась на яхте. Она была огромная, на мой взгляд. Во время нахождения на этой яхте у меня было такое чувство свободы, какой-то легкости и того, что все проблемы оказались позади, как будто ты начинаешь что-то новое. Во время путешествия мы оказались на небольшом острове. Там я встретила чудесный водопад, который и рисовала.

– Я оказалась на берегу моря. Было тепло и солнечно. Вдали виднелась яхта, мне помахали рукой и позвали к себе. Через мгновение я поднималась на яхту. Я была уверена, что была здесь раньше. Я подошла к носу яхты. Ветер дул в лицо, было приятно.

И вот мы приплыли к острову. Он был очень зеленым. Как только я сошла на остров, я увидела мольберт, подошла к нему, взяла кисть, и сразу рука начала рисовать. Так странно, но я нарисовала то, что было вокруг! Это было так необычно, но почему-то приятно и комфортно. Я люблю рисовать, и это чувство усилилось.

– Когда мы плыли на яхте, это было очень здорово! Ярко светило солнце, дул теплый ветерок, вода была темно-синего цвета. Было спокойно на душе, ты плывешь и ни о чем не думаешь. Обо всех проблемах забываешь. А когда я рисовала картину, рука начала творить чудеса. У меня получилось красиво, хотя я и не умею рисовать.

– Красивый остров с лесом. Я вошла в лес, там уже стоял мольберт и палитра с красками (маслом). На ней я рисовала девушку с молодым оленем в лесу. Цвета леса были темно-зеленые и темно-бирюзовые. Я чувствовала легкость и воодушевление.

– На яхте я ощущала себя очень спокойно, чувствовала легкий ветерок и видела все в голубых тонах. Затем вышла на большую палубу, взяла в руки лист бумаги и кисть с палитрой. Я смотрела вокруг и пыталась передать всю красоту вокруг: плещущиеся волны, чистое небо, птиц. Была очень спокойна, наслаждалась моментом, чувствовала единение с природой.

– Я путешествовала по морю на огромной белой яхте. Она подплыла к берегу, и мы вместе с другими приглашенными поднялись на нее. На носу яхты было свободное место и стоял мольберт. Мне захотелось нарисовать тот морской пейзаж, где вокруг горы и море, в небе птицы. Только шум моря и я. Нежно-голубой цвет моря и серые горы. Чувство умиротворения и спокойствия.

– Берег моря. Я захожу в воду по колени. Чувствую свободу и освобождение. Мне хочется запечатлеть этот момент в моей памяти. Я достаю краски и мольберт. Начинаю рисовать. У меня получается очень красиво, как у Айвазовского. Я испытываю чувство удовлетворения жизнью и наслаждение прекрасным. Все просто растворяется в моей душе. Мне хорошо и спокойно. Хочется остаться в этой фантазии навсегда.

Подплывает яхта. Я сажусь на нее и плыву в самое сердце моря. Мне это очень нравится! Шум волн и ветра. Чайки, пролетающие надо мной, поют свои песни. Я становлюсь абсолютно свободной…

Существует множество метафорических «сценариев» путешествий души к вдохновению, увлеченности, легкости. Они будут показаны более детально в следующей книге. Целью таких путешествий является прежде всего получение доступа к продуктивным состояниям единства, целостности, внутренней мудрости, подлинному бытию. В этом аспекте овладение навыками взаимодействия с образной реальностью, понимание языка образов и символов становится важнейшей составляющей формирования личности эффективной и свободной, самостоятельно управляющей своей жизнью. В то же время, как и было уже неоднократно сказано, ищите прежде всего вдохновение, красоту, легкость, целостность, положительное всеединство, пути к которому мы и старались показать в этой книге. Остальное – способности, мечты, реальность, стремления – есть только составляющие этой целостности, и, конечно, они «приложатся».

Послесловие

Сегодня человечество как никогда близко подошло к таким уровням организации, вершинам своего развития, которые требуют совершенно новых подходов, новых технологий сохранения и развития целостности. Уровни этой целостности не подчиняются унифицированному контролю, не терпят насилия, требуют раскрепощения человека и доступа к высшим состояниям. В этом их вызов.

Здесь «царствует» немеханическая целостность, очень сложная по своей природе и структуре. А язык, соответствующий этой целостности, еще предстоит найти. С моей точки зрения, язык системного управления будущего – язык первичных процессов, выражаемый искусством, воображением. И эффективные технологии принятия решений, системного развития личности и общества будут построены на работе с символами, образами, психологической атмосферой, полями, энергиями. Для этого есть ряд аргументов.

Главное функциональное назначение этих рождающихся гуманитарных технологий не контроль и власть, хотя без них и нельзя полностью обойтись. Ключевое назначение развития таких технологий – обретение вдохновения.

Пока еще отсутствует общая терминология, продолжаются поиски, но уже сделаны первые шаги, построены концептуальные модели, которые позволяют видеть открывающиеся возможности.

Работа с образами, символами была актуальна во все времена. Может быть, первые технологии вдохновения начинались с ритуальных танцев охотников у костра, когда они имитировали свою удачу, втыкая копья в изображение добычи. Известный антрополог Бронислав Малиновский назвал такие обряды ритуализацией человеческого оптимизма.

Сегодня такие ритуалы уже не кажутся наивными. В рамках разнообразных научных концепций рождается представление о фундаментальной целостности мироздания, обнаруживается, что мы не можем разложить мир на отдельные «строительные кирпичики», все связано со всем. Еще, в 1950-х годах вместе с известным физиком Паули Карл Юнг рассматривает концепцию «транспсихической реальности», в которой теряют свою значимость законы механистической причинности, линейные пространственно-временные детерминанты. Для этой реальности характерны эффекты «синхроничности» – сложные акаузальные смысловые отношения, например, когда событию во внутреннем, психическом мире соответствует событие во внешнем. Синхроничность определяется Юнгом как временное совпадение двух или более никак вроде бы не связанных друг с другом событий, наделенных сходным смысловым содержанием [55].

Синхронические феномены особенно часто дают о себе знать в критических ситуациях, когда сознание не может с ними справиться и «включается» компенсаторная и творческая функции бессознательного.

Например, одна из пациенток Юнга с волнением рассказывала о необычайно ярком сновидении с золотым жуком, и в этот самый момент золотой жук снаружи сел на оконное стекло. У каждого из этих событий – у сновидения и передвижения жука – своя причинность, и связь двух этих рядов не каузальная, но смысловая. Пациентка распахнула окно, и ее проблема разрешилась.

В контексте формирующейся холистической парадигмы современные технологии обретения вдохновения предполагают не просто «манипулирование» информацией с целью получения решения – они включают человека в многомерность космического креативного процесса, в котором преобразуется и он сам. Универсальные паттерны вдохновения как креативного акта в равной степени могут быть действенными на всех уровнях организации жизни: биологическом, психическом, социальном, космическом.

Согласно обобщениям Мирча Элиаде, космогонический миф, повествование о том, как усилиями богов и героев был создан мир, всегда являлся ключевой точкой жизни и процветания любого общества. Без повторения этих усилий, вспоминания энергий и состояний, вдохновленного бытия мир оскудевает, его гармония и целостность разрушается. И сегодня в рамках современных системных представлений понятны многие причины этого. В частности, нарастание системной поляризации, сопряженных с этим конфликтов, увеличение ригидности, потеря равновесия и гармонии. Об этих ситуациях современные аналитики говорят как о системных петлях, самозатягивающихся на теле жизни.

Как образно учит Дао дэ Цзин: «Человек при рождении – нежен и слаб, а когда умирает – тверд и крепок. Все существа, трава, и деревья при рождении нежны и мягки, а когда умирают – сухи и ломки. Ибо твердость и крепость – спутники смерти, а нежность и слабость – спутники жизни».

Технологии, включающие вдохновение, подобны мифам сотворения Космоса, исполнения космогонических деяний. Сегодня эти технологии выходят на новый уровень своего развития, становится необходимым элементом не только коллективной, но и индивидуальной культуры. В этом смысле современная культура перестает быть однобоко ориентированной на функциональность и прагматизм, перестает быть массовой и стихийной. Каждый получает возможность создавать свое персональное символическое пространство, свой миф. Качество этого пространства определяется целостностью и вдохновением.

Также, как в искусстве, здесь требуется возвышенный и поэтичный слог. Может быть, и не возвышенный и не поэтичный в общепринятом плане, как рэп может быть языком улицы, по своему поэтичным и возвышенным, поскольку он органичен улице. Как сказал Маяковский: «А вы ноктюрн сыграть смогли бы на флейте водосточных труб?»

Эта возможность, когда в любой повседневной «мелочи» может открыться вечность, всегда была актуальна для поэзии, искусства в целом. Такое неземное измерение, которое обнаруживается в обычных, мимолетных вещах, может быть даже больше, чем в каких-то важных, функциональных. Говоря словами представителя философии всеединства Павла Флоренского, открыть в явлении символ – это значит наполнить его творческой энергетийностью Божественного источника.

В этом плане на меня большое впечатление производит современное увлечение искусством фотографии, живописных набросков, описания маленьких ситуаций, так чтобы это вызывало ощущение радости, неповторимого чуда. Это хороший подход, когда люди заостряют внимание на том, чтобы передать свое мимолетное ощущение, настраивают свое восприятие на ощущение глубины и красоты.

Но надо понимать, что ценность представляет и состояние, в которое попадают все участники этого события: творящие, воспринимающие, описываемое. Символический язык на самом деле не так прост, как это может казаться, как не простым является самовыражение. Начиная с работ Карла Юнга, Мирча Элиаде, «науки о душе» стали придавать символам, мифам все более серьезное значение, ощущая их мощь и эффективность воздействия как на уровне личности, так и общества, природы, мира в целом. Например, Роберто Ассаджиоли использовал в своих технологиях понимание, что символ обладает способностью накапливать психическую энергию. И накапливать, и трансформировать. Причем эта психическая энергия принадлежит не только одному человеку, но есть и межчеловеческая, трансперсональная энергия.

Именно поэтому сегодня тонкая чувствительность и умение выстраивать свое символическое пространство приобретают такое важное значение. Это хорошо видно по новым трендам культуры. Такие направления, как Инстаграм, становятся популярны потому, что выражают какие-то моменты частной жизни, что-то особенное, символически визуализируя личное пространство современного человека.

Без всякого сомнения, важность отдельных моментов жизни люди чувствуют интуитивно, и любое нарождающееся культурное движение всегда имеет в своей основе стремление выразить это, как бы новым языком, новым способом. Символический язык – это то, к чему обращается и религия, и искусство, и миф. Современная многоликая культура учится его использовать как хорошо настроенный музыкальный инструмент, скрипку, виолончель, чтобы звучать именно так, как звучит человеческая душа. Душа сама порождает эти звуки, но она может и резонировать с символами. Вот как раз этот резонанс имел в виду Ассаджиоли. Закон резонанса, в данном случае – закон взаимного звучания. Символ настраивает, он, выступая и как камертон, и резонатор, увеличивает энергию звучания. Так можно сказать о принципах действия символов метафорически. Поэтому у Ассаджиоли часть психотехник, направленных на развитие личности, решение проблем была очень простая. Надо взять подходящий символ, разместить его в личном пространстве, например поставить картинку с изображением себе на стол, и он сам по себе будет делать всю необходимую работу. Вопрос в том, как выбрать подходящий.

Процесс рождения, подбора, воздействия энергетийных символов требует своих исследований, но вот это направление – фотография и развернутый комментарий к ней, уже сейчас формируют умы, мысли, образ действия многих людей, они их настраивают, перестраивают, помогают. Это большой тренд, можно сказать. Здесь рождается новая культура самовыражения и самопрезентации, со многими возможностями и, конечно, угрозами, поскольку требуется большая степень чувствительности и деликатности.

Символы – они требуют очень деликатного к себе отношения, когда сами по себе рождаются из глубины души. По всей видимости, таким именно образом и появляются те символы, которые необходимы, являются ценным ресурсом, ведут к вдохновению, обновляют мир, вносят в него новые силы и энергии. Об этом хорошо писал американский психотерапевт, психолог, философ Джендлин. В своей методике фокусирования он попытался обобщить опыт разных современных подходов к исцелению личности. Как основной контур эффективного подхода он выбрал фокусирование на теле, на его скованности, зажатости в определенных моментах. И опять же он обратился к ресурсным состояниям, которые находятся рядом. Надо просто сменить фокусировку и то же самое тело станет способным решить проблемы, когда найдена эта новая точка. И тогда тело чувствует благодарность, когда найдена эта новая точка фокусировки, освобождаясь струйками энергии, растекающимися по телу, общим вздохом, ощущением облегчения. Не значит, что здесь и сейчас все решено, но найдена точка, из которой становится возможным дальнейшее развитие, что-то освободилось. Точно также Джендлин относится к символам сновидений. Тело как бы продуцирует эти символы для того, чтобы показать, что есть эти ресурсные состояния. Стоит только войти в поле такого символа, идентифицировать себя с ним, резонировать с ним и найдено решение, найдено именно то состояние, в котором есть сила, внутреннее знание и уверенность. Иногда проблема может сама спонтанно разрешиться.

Нам нужны символы и состояния, которые они нам транслируют. И это правда, это очень серьезно. Здесь одна из причин, почему Инстаграм так популярен и почему наиболее гениальные рекламы делают ставку на прочувствованные фотографии какого-то момента, какого-то красивого, маленького, но очень емкого кусочка жизни и подписи к ним. Потому что это как раз и есть чудесная тайна: лаконичное описание с фотографией какого-то маленького, уникального момента, в котором можно увидеть красоту мира, включает нужное состояние, восстанавливает, возвращает свежесть и радость обновленного восприятия мира.

Красота мира, одновременно это же и есть символический ресурс, ведущий в состояние вдохновения. В это время душа освобождается, и здесь появляется и прозорливость, и чувство момента, Кайрос и многое что другое. Можно назвать красоту своего рода талисманом, индивидуальным и коллективным талисманом состояний, когда некоторые люди вдруг обнаруживают нечто захватывающее, ценное, пищу для души.

В этом процессе мы сталкиваемся с такой массовой и в то же время душевной культурой. Здесь проглядывает нечто большее: всечеловечность, ощущается творческое начало. Но, как писал Карл Юнг, опасно – пытаться использовать символы магически, манипулировать ими.

Мир находится в парадоксальных взаимосвязях, следует сложной логике целого. Поэтому когда создается какой-то идеализированный, стилизованный символ, он начинает работать в противоположную сторону. Об этом много размышлений и практических рекомендаций в народной мудрости, пословицах. Ну и русской культуре это понимание присуще. Как написал очень точно один из неизвестных ироничных поэтов: «Где чего-то слишком много, жди печального итога. Где чего-то слишком мало, жди печального финала». Эта классика относится и к мифам, и к символам, и к жизни в целом. Символ – это только посредник, способ глубже резонировать с чем-то. Глубже взаимодействовать с вообще-то многогранным миром. Ну и входить в продуктивные состояния, в которых парадоксальность, и удачливость соединяются вместе.

В бурятском шаманизме есть красивый символ коня-ветра, который представляет личную духовную силу. Он присутствует в каждом из людей от рождения. Те, кому способствует успех или признание, нередко обладают могучим конем-ветром, даже не зная этого, поскольку в его основе лежит способность направлять духовную силу на воплощение помыслов человека. Коня-ветра можно как холить, так и обескровливать. Два понятия гавьяа (подвиг) и буян (добродетель) являются центральными, описывают условия укрепления коня-ветра. Гавьяа – это деяния, совершаемые во благо общества в целом, благотворительность либо принятие на себя груза ответственности в деле руководства. Можно добавить, с современной точки зрения, гавья – это и пики новых достижений, созданной целостности, красоты, творчества. Буян созидается проявлением великодушия, врачеванием и уважительным отношением к природе и окружающим людям, всему живому и духам.

Ну и, конечно, символический процесс – саморегулирующийся процесс. Символы выражают актуальные проблемы. Символическим языком они и разрешаются. Есть ключевые символические темы, с которыми желательно человека столкнуть и столкнуть именно в символической плоскости. И там во взаимодействии с этими символами находятся ресурсы для решения проблем, обретается свобода и, парадоксально, единство со всем миром.

Современный человек все чаще входит в эту священную сеть ассоциаций, символов, состояний, имеющих ключевое значение для его развития. Увидеть звенья этой сложной сети, услышать ее неторопливое и таинственное звучание, ощутить ее целостность и резонанс ее контуров по мере развития знаний и опыта, накопленного человечеством, становится все проще. Некоторые звенья этой сети уже достаточно хорошо различимы: вдохновение – творческое создание целостности – примирение противоположностей – воображение – глубина контакта – красота – искусство – самовыражение – атмосфера доверия – резонанс – обновление – ресурсы времени – единство – эмпатия, перевоплощение – новые социальные, образовательные и креативные технологии – любовь – …

Благодарность

Хочу выразить благодарность всем, кто так или иначе принимал участие в создании этой книги, – множеству исследователей тайн внутреннего мира. В конечном итоге каждый из настолько часть этой великой сети ищущих и обретающих.

Благодарю за бесценную помощь в проведении исследований студентов кафедры социологии Сибирского федерального университета – будущих профессионалов в области социологии, рекламы и связей с общественностью. Талантливые и увлекающиеся, они создавали настолько мощные поля вдохновения, что их влияние ощущалось почти физически. Их способность к тонкой интроспекции и исследованию глубин сознания вызывает восхищение и уважение.

Я также благодарен организаторам первенств по научной аналитике, этого смелого, инновационного проекта, необходимого, с моей точки зрения, как современного ресурса развития научного сообщества и научных идей. Хочу выразить признательность ученым, принимавших участие в этих первенствах, за их интерес к идеям, послужившим началом этой книги, конструктивную критику и поддержку.

Библиография

1. Алиев X. М. Ключ к себе: Этюды о саморегуляции. – М.: Молодая гвардия, 1990.

2. Андреас К., Андреас Т. Сущностная трансформация: Обретение неиссякаемого внутреннего источника. – Воронеж: Изд-во НПО «МОДЕК», 1999.

3. Ассаджиоли Р. Психосинтез: Принципы и техники. – М.: Психотерапия, 2008.

4. Бейтсон Г. Экология разума. Избранные статьи по антропологии, психиатрии и эпистемологии. – М.: Смысл, 2000.

5. Бенсон Г., Проктор У. Как стать гением. – М.: Эксмо, 2004.

6. Бердяев Н. А. Творчество и объективация. Сост. А. Г. Шиманский, Ю. О. Шиманская. – Минск: Экономпресс, 2000.

7. Бердяев Н. А. Самопознание (опыт философской автобиографии). -М.: Международные отношения, 1990.

8. Владиславова Н. Возрождающие техники NLP. Четыре уровня сложности. – М.: 000 Издательство «София», 2012.

9. Вербин С. Наука принятия решений. – СПб.: Питер, 2002.

10. Гордон Д. Осознанное сновидение. Практическое руководство по эмоциональному исцелению. – М.: Весь, 2010.

11. Грановская Р. М. Творчество и конфликт в зеркале психологии. – СПб.: Речь, 2006.

12. Грановская Р. М., Березная И. Я. Интуиция и искусственный интеллект. – Л.: Издательство Ленинградского университета, 1991.

13. Гримак Л. П. Моделирование состояний человека в гипнозе. – М.: Наука, 1978.

14. Гриндер Д., Делозье Д. Черепахи до самого низа. Предпосылки личностной гениальности. – СПб.: Прайм-Еврознак, 2005.

15. Гроф С. Путешествие в поисках себя. – М.: Издательство трансперс, института, 1994.

16. Дальке Р. Легкость парения. Как научиться жить легко, избавившись от неудач, проблем и болезней. – СПб: ИГ «Весь», 2008.

17. Дейкман А. Наблюдающее Я. М.: Эннеагон Пресс, 2007.

18. Джеймс Т. Гипноз. Эффективные методики внушения. – М.: Эксмо, 2007.

19. Джендлин Ю. Фокусирование: Новый психотерапевтический метод работы с переживаниями. – М.: Класс, 2000.

20. Дилтс Р. Стратегии гениев. Т.1. Аристотель, Шерлок Холмс. Уолт Дисней, Вольфганг Амадей Моцарт. – М.: Независимая фирма «Класс», 1998.

21. Козлов В. В. Интегративная психология: Пути духовного поиска, или освящение повседневности. – М.: Психотерапия, 2007.

22. Криппнер С, Бозгаран Ф., де Карвальо А. П. Сновидение: иная реальность [пер. с англ. В. Ремизовой]. – М.: Постум, 2011.

23. Лаберж С. Исследование мира осознанных сновидений. – Киев: София, 1995.

24. Леви В. Искусство быть собой. – М.: Знание, 1977.

25. Лук А. Н. Психология творчества. – М.: Наука, 1978.

26. Маслоу А. Психология бытия. – М.: Рефл-Бук, 1997.

27. Минделл А. Геопсихология в шаманизме, физике и даосизме. Осознание пути в учениях Дона Хуана, Ричарда Фейнмана и Лао Цзы. – М.: АТС, 2008.

28. Мюллер С. Стань гением! Секреты супермышления. – СПб: Питер, 2010.

29. Наувальд Н., Гудмэн Ф. Экстатический транс. Ритуальные позы для вхождения в транс. – М.: РИПОЛ Классик, 2008.

30. Нэйманн Э. Творческий человек. // Психоанализ и искусство. – М.: Рефл-бук, Ваклер, 1996.

31. Пинк Д. Будущее за правым полушарием. Что делать, чем думать и как быть в век нового творческого мышления. – М.: РИПОЛ Классик, 2009.

32. Полетаев А. Исцеляющая музыка. Вел беседу М. Дмитрук// Свет: Природа и человек, 2005, № 5.

33. Полищук В. Актерский тренинг Михаила Чехова, сделавший звездами Мэрилин Монро, Джека Николсона, Харви Кейтеля, Брэда Пита, Аль Пачино, Роберта де Ниро и еще 165 обладателей премии «Оскар». – М.: ACT, 2010.

34. Померанц Г., Курочкина М. Тринитарное мышление и современность. – М.: Фантом Пресс, 2000.

35. Райков В. Л. В сб. Психологические исследования творческой деятельности. – М.: Наука, 1975.

36. Райков В. Л. Биоэволюция и совершенствование человека. – М., 1999.

37. Ровнер А. Легкая субстанция состояний. Метафизика и практика работы с состояниями. – Пенза: Золотое сечение, 2009.

38. Роджерс К. Р. Взгляд на психотерапию. Становление человека. – М.: Прогресс, 1994.

39. Селигман М. Новая позитивная психология: Научный взгляд на счастье и смысл жизни. – ООО Изд-во «София»,2006.

40. Станиславский К. С. Работа актера над собой в творческом процессе переживания. Дневник ученика. СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2008.

41. Стариков П. А. Пиковые переживания в творчестве студенческой молодежи: монография. Красноярск: филиал НОУ ВПО «Санкт-Петербургский институт внешнеэкономических связей, экономики и права», 2012.

42. Стариков П. А. Методика комплексного анализа смысловых ассоциаций в изучении «креативного этоса» современной студенческой молодежи // Образование и наука, 2013, № 7.

43. Стариков П. А., Порхачева Е. П., Лыкова С. Н. Комплекс эмоциональных переживаний, соответствующих проявлениям вдохновения // Образование и наука, 2015, № 7.

44. Тейлор С. Покорение времени: Как время воздействует на нас, а мы на время. – М.: Альпина нон-фикшн, 2010.

45. Тиллих П. Избранное: Теология культуры. – М.: Юрист, 1995.

46. Торчинов Е. А. Религии мира: Опыт запредельного: Психотехника и трансперсональные состояния. – СПб.: Центр «Петербургское Востоковедение», 1998.

47. Трубецкой Е. Н. Избранные произведения. – Ростов-на-Дону: Феникс, 1998.

48. Уоткинс М. Движения в воображаемом пространстве // Хрестоматия по глубинной психологии. Вып. 2. – М., 1997.

49. Черепанова И. Ю. Дом колдуньи. Язык творческого Бессознательного. – М.: «КСП», 1996.

50. Чиксентмихайи М. В поисках потока: Психология увлеченности повседневной жизнью. – СПб.: Издательство: Basic Books, 2003.

51. Элиаде М. Аспекты мифа. – М.: Академический проект, 2001.

52. Элькин В. М. Театр цвета и мелодии Ваших страстей. Цветовая психология и психотерапия шедеврами искусства. Гармонизация цветовых программ жизни и Ваши тайные способности. – СПб: «Петрополис», 2013.

53. Энрайт Дж. Гештальт, ведущий к просветлению. – М.: Изд-во Эксмо, 2002.

54. Юнг К. Г. Психологические типы. – М.: «Университетская книга», 1996.

55. Юнг К. Г. Синхроничность. Сборник: пер. с англ. – М., 1997.

56. Ярлнес Э., ванн Лойтелла Ж. Терапевтическая сила пиковых переживаний: воплощение старой идеи Маслоу // Телесная психотерапия. Бодинамика: [Пер. с англ.]. – М., 2010. – с. 214–239.

57. Яковлев В. Ф. Виртуальные миры трансового рисунка, или «Я требую, чтобы меня пожалели». – М.: Независимая фирма «Класс», 2006.

58. Rugg H. Immagination. – New-York-London, 1963.

Content

П. А. Стариков
Как обрести вдохновение и использовать его ресурсы: современные возможности

Предисловие

1. Пиковые переживания

2. Потоковые состояния и пиковые переживания – что общего?

3. Переживания легкости – равновесие между крайностями целеустремленности и целостности

4. Вспомнить состояние вдохновения

5. Вдохновение – основа развития современной культуры творческой интеграции?

6. Вдохновение и священное

7. Вдохновение и структура организации систем

8. Восприятие мира, присущее состояниям вдохновения

9. Поток и реальность воображаемых образов

10. Множество путей, ведущих к вдохновению

11. Восприятие прекрасного – как обретать вдохновение и ухаживать за его крыльями

12. Вдохновение в мирах воображения

Послесловие

Благодарность

Библиография