Славич Алексей

Путь истинно мудрого

Алексей Славич

Путь истинно мудрого

Делать лишь то, чего нельзя не делать, — Путь истинно мудрого.

Чжуан Цзы

Что стряслось с Вариной старенькой «тойотой», было непонятно — хорошо, хоть удалось более–менее нормально припарковаться. Выскочив из машины, Варя устремилась было ловить тачку — и вдруг взгляд ее зацепился за мужичка потрепанного рабочего вида и предпенсионного возраста, покупавшего что–то с овощного лотка.

Неужели дядя Коля, подумала Варя, подходя поближе. Совсем другой ведь был.

Что–то почувствовав, мужчина повернулся к ней:

— Вам чего, девушка?

Всмотрелся и спросил, неуверенно улыбаясь:

— Варя?

*****

Чего Варя так ему обрадовалась — было как бы не очень понятно. Ну, ходил он к ним с мамой Катей в гости, когда Варе было лет восемь, ну, игрался с ней. Ведь двенадцать лет прошло. А, оказывается, помнилось.

— Ты как, учишься? — спросил дядя Коля.

— Более–менее, — сморщила нос Варя.

— Похоже, — ухмыльнулся дядя Коля, — скорее менее, чем более?

— Ага, — рассмеявшись, призналась Варя. — В лом мне эта учеба.

Дядя Коля покрутил головой и спросил:

— Как мама Катя?

— Процветает. Клиентов — море!

— Очень рад, что все у вас хорошо. Ты красивая такая выросла.

Пора было прощаться. Варя замялась, слегка покраснела, зачем–то оглянулась.

— Вы… это… извините, дядя Коля, вам… ну … типа, денег не нужно?

Дядя Коля изумленно вскинул брови и рассмеялся.

— Дожил! М-да… Слушай, богатенький Буратино, ты спешишь?

— Да нет, уже все равно опоздала.

— Ну, пошли, зайдем ко мне, тут два шага. А то там зверь некормленный томится.

*****

Квартира у дяди Коли оказалась странная — двухслойная. Вначале зашли в обычную однушку, бедноватую, совковую. Но в уголке за шкафом оказалась неприметная дверь в соседнюю двухкомнатную квартиру, которая с бедненьким прикидом дяди Коли сочеталась плохо.

Собственно, ничего супер там тоже не было: обычный, даже скромный евроремонт, неброская мебель типа икеевской. Но некоторые вещи были явно из совсем другого обихода — например, специальный полупрозрачный холодильник для вина. Варя недавно случайно узнала, что такая штука называется «винный шкаф».

Впрочем, и сам дядя Коля, перешагнув порог, странным образом изменился, даже как бы помолодел и почти совпал с тем образом, который теплился у Вари в памяти.

— Раз уж ты теперь такой взрослый, Буратино, выпьешь чего–нибудь? — предложил он.

— Можно, спасибо.

— Давай–ка я тебе одну забавную штуку смешаю.

«Забавная штука» на вид была похожа на колу, но вкус имела совсем другой, вроде бы знакомый, но все–таки непонятный.

— Вкусно. А че это?

— Что, никаких гипотез?

— Не-а.

— Квас на треть с порто.

— Квас? Ни фига себе… А с чем–чем на треть?

— С португальским портвейном. Посиди минутку, я зверю поесть дам.

— А можно, я с вами?

— Конечно.

Зверь оказался черепашкой. На кучку зелени она надвинулась с грацией шагающего экскаватора и ухватила лист неожиданно быстрым, змеиным движением.

— А почему вы черепаху завели? — спросила Варя.

— Случайно. Как–то выхожу, смотрю — ползает под почтовыми ящиками.

— Отдали бы мелким, в детский садик какой–нибудь.

— Неизвестно кому отдавать не хочу, дети часто бывают жестоки. Пусть пока живет у меня. А в хорошие руки отдам, конечно.

Вернулись в комнату.

— Ну, как видишь, я особо не бедствую. Спасибо тебе, конечно, за предложение помощи.

— А кем вы работаете?

— Посудомойки, стиралки устанавливаю, сантехнику.

Варя встала, прошлась по комнате, внимательно разглядывая предметы обстановки. Потом повернулась и изрекла:

— Дядя Коля, вы — шпиен!

Тот одобрительно кивнул.

— Ты довольно толковая. Еще бы ума немножко добавить.

Варя прыснула.

— Толковая, но ума не хватает — это как?

— Очень просто: говорить шпиону, что он шпион, обычно опасно.

— А вы сами шпионите очень глупо! Квартира, например, не соответствует одежде.

— Мне не нужно серьезно конспирироваться. То, что я изучаю, не секретно.

— И что же вы изучаете?

— А вот это секрет.

— А я вас расколю!

— И каким образом?

— Древнейшим и простейшим! — замогильным голосом сказала Варя и попыталась сесть ему на колени.

Дядя Коля вскочил, как подстреленный.

— Прекрати дурацкий балаган, а! — сказал он сухо. — Давай не будем портить… э-э… дружеские отношения!

— Руки–то отпустите, — вздохнув, попросила Варя. — Не такая уж я страшная.

А когда дядя Коля отпустил ее руки, добавила, опять замогильным голосом:

— А гораздо страшнее!

И принялась, как в детстве, быстро–быстро тыкать в него кулачками, тараторя стишок, которому он ее когда–то научил:

Бей друзей без передышки

Каждый день по полчаса,

И твоя мускулатура

Станет крепче кирпича.

А могучими руками

Ты, когда придут враги,

Сможешь в трудную минуту

Защитить своих друзей!

(стихотворение Г. Остера)

И, улучив момент, прильнула к нему, смеющемуся…

*****

— М-м, какие классные потрахусеньки, — промурлыкала Варя.

— А ты клевая телка, — простецким говорком ответил дядя Коля. — Пизда молодая, упругая. Сосешь классно.

Приподнявшись на локте, Варя уставилась на него изумленными круглыми глазами.

— Дядя Коля, вы че?

— Считаешь, сюсюканье типа потрахусенек звучит лучше? — нормальным голосом поинтересовался тот.

— А слабо подтянуть мое воспитание? Как насчет культурной программы? Помните, как мы с вами ходили в кино?

— Можешь ответить на несколько вопросов? — помолчав, спросил в ответ дядя Коля. — Только честно.

— М-гм.

— Сколько у тебя любовников было за последний год?

— Четыре.

— Врешь.

— Почему это вру?!

— Потому, что я чувствую, врет человек или нет. Вот скажи что–нибудь, чего я не могу знать.

— Я вчера была в джинсах.

— Правда.

— Мама Катя с утра на меня наорала.

— Врешь.

— Я люблю рассекать на роликах.

— Врешь.

— Действительно чувствуете! Круто!

— Так сколько у тебя было любовников за последний год?

— Э-э… ну, два.

— Сколько им было лет?

— Первому — двадцать восемь, второму — сорок два.

— Тебе нравятся мужчины значительно старше тебя?

— Ну… да, наверное.

— Варь, у тебя, похоже, проблемы с возрастом сексуальных партнеров.

— Вы прям, как мама Катя: «Хватит встречаться со старыми козлами». Как будто молодые козлы лучше!

— Я с твоей мамой согласен. Так что либо ты заводишь любовника младше двадцати пяти лет, либо я с тобой встречаться не буду.

— Че, и с вами трахаться, и с ним?

— Со мной — совершенно необязательно. Но если хочешь со мной — тогда и с ним.

— Дядя Коля, у вас что, с мозгом траблы?! Или вы пришелец с развратной планеты?

— Давай считать, что ближе к истине инопланетная версия.

— Вы там как, групповуху предпочитаете?

— По–разному. Я лично предпочитаю секс с одним партнером.

— Может, и время выставите, за которое я должна замутить с мальчиком?

— Месяца тебе вполне должно хватить.

*****

Справедливо ли называть Николая Павловича Коновалова пришельцем — непростой вопрос. Он был выполняющим исследовательские функции андроидом инопланетян, — и в этом смысле, безусловно, пришельцем.

Однако создали его на Земле, для работы на Земле, и после двухсот с лишним лет работы на этой планете он, несмотря на необходимую социологу «профессиональную отстраненность», порой ловил себя на том, что во многом отождествляет себя с аборигенами…

*****

Узнав, что Варя активно участвует в маршах и митингах против «управляемой демократии», дядя Коля придал лицу выражение, как припомнила Варя, означавшее: «каждый человек имеет право на глупости».

— Что, — спросила она, — считаете, дурью мучаюсь?

— В общем, да, — кивнул дядя Коля. — Ряд ключевых так называемых демократических механизмов, как ни парадоксально, требует для вызревания на начальном этапе жесткого ограничения охло… э-э… демократии. Так что пока, при отсутствии эффективной и конструктивной оппозиции, демонстрации против «кровавой гэбни» и тому подобная развлекуха — бессмысленное занятие.

— Что вы за неприличное слово проглотили? Охло…?

— Охлократия — в дословном переводе власть толпы.

— А почему вы говорите «так называемых демократических механизмов»?

— Потому что так называемые «развитые демократии» Запада на самом деле представляют собой, скорее, олигархии. Но при этом они имеют мощную имитационную демократическую «обертку». Хотя, надо сказать, многие решения, в том числе важные, реально принимаются с учетом предпочтений демоса.

— Кого–кого с учетом?

— Обычных избирателей. Демос — по–гречески народ. В принципе Россия достаточно последовательно движется в сторону западной модели. И нынешний режим «управляемой демократии» этому в гораздо большей степени способствует, чем препятствует.

— Еще Чили в пример приведите, — язвительно предложила Варя.

— Совершенно правильная аналогия, — невозмутимо согласился дядя Коля. — Хотя вообще–то примеры можно приводить сотнями, от Европы восемнадцатого века до Японии — двадцатого. Кстати, как раз чилийские уроки наглядно демонстрируют, насколько небезопасны могут быть игры в оппозиционность. Особенно для любителей вроде тебя: большинство профессионалов, делающих на оппозиции бизнес, — отнюдь не Альенде и очень ловко умеют прятаться в кусты.

— Да ладно, дядя Коля, у нас не Чили. Ну, есть стрем получить демократизатором. И то менты последнее время спокойные. И вообще, — захихикала Варя, — мне же надо молодого любовника присматривать! А оппозиционные пацаны — они прикольные такие!

*****

Через несколько дней дядя Коля, к удивлению Вари, сам неожиданно назначил ей срочную встречу. И первым делом спросил:

— Ты завтра идешь на ваш этот разрекламированный митинг?

— Конечно! Лозунг несу! Зажигать буду! А че?

— У меня к тебе личная просьба: не ходи. И не надо задавать никаких вопросов и никому ничего говорить.

— Не, дядя Коля, это, извините, левый базар. Если какая–то засада, народ надо предупредить.

Дядя Коля вздохнул и как–то странно повел у нее перед глазами растопыренными пальцами.

Дальнейшего Варя не помнила до того момента, как очнулась в постели, в номере окраинной гостиницы, как показывал мобильник — вечером следующего дня. От мамы Кати узнала, что, оказывается, вчера предупредила ее, мол, проведет день у друзей на даче. А также, что сегодняшний митинг закончился трагически — два омоновца были тяжело ранены заточками, а в драке и давке погибло трое участников митинга, многие получили тяжелые травмы. В государственных СМИ началась кампания за «окорот подстрекательских действий разнузданной и безответственной оппозиции»…

*****

— Здравствуй, заходи, — сказал дядя Коля, открывая дверь.

Не отвечая, Варя зашла, выхватила из сумки «макаров» с глушителем — и обалдела: дядя Коля исчез. И обнаружился сзади, жестко блокируя ее руки.

— Слушай внимательно, — сказал он, помолчав. — Не забудь протереть кнопку звонка и дверную ручку. Труп оттащи в ванную, закрой дверь и не забудь захлопнуть входную дверь — тогда найдут нескоро.

И повернул Варю к себе, так, что дуло уперлось ему под нижнюю челюсть.

Лицо его было совершенно спокойно, глаза полуприкрыты.

Выстрелить казалось так просто — но через некоторое время Варя опустила пистолет…

Дядя Коля осторожно вынул у нее из руки оружие и отвел ее, двигавшуюся, как во сне, в комнату, усадил. Подошел к бару, чего–то налил.

— Выпей.

Варя взяла бокал, непонимающим взглядом на него посмотрела — и выплеснула его дяде Коле в лицо.

Тот вытер лицо платком, сел напротив. Помолчав, сказал:

— Есть вещи, которые невозможно предотвратить. Власти решили прикрутить гайки. Единственное, что могло измениться — эта провокация и погром произошли бы в следующий раз…

— Да пошел ты на хуй со своим мозгоебством, — буркнула Варя, выбираясь из кресла и направляясь к выходу.

Ссутулившись, дядя Коля прошелся взад–вперед по комнате, скользнув взглядом по каллиграфически выполненной цитате из Чжуан Цзы «Делать лишь то, чего нельзя не делать, — Путь истинно мудрого», — и долго стоял у окна, невидяще в него уставившись…

Content

Славич Алексей Путь истинно мудрого

Алексей Славич Путь истинно мудрого