Владимир Бочкин

ЛУЖА ЛЮБВИ

Она стояла на пороге, а порог лежал под ней. Комната дышала в её лицо перегаром страшной неумытой правды.

Не надо было открывать эту комнату, не следовало приезжать в этот многоэтажный модерновый замок. Не надо было влюбляться не в того человека. Не надо было пить водку в пятнадцать лет и спать с тем патлатым музыкантом в выпускном классе. Не надо было смотреть «Тайны следствия» и носить фамилию Пугачёва. Дайте только выбраться отсюда и она перефамильируется в Орбакайте. Ей всегда нравились звучные прибалтийские фамилии.

Аллочка, следователь-практикантка районной прокуратуры, мрачно смотрела в будущее. А ведь совсем недавно радовалась, что её, молодую девчонку, начали называть по имени отчеству — Алла Борисовна. Но теперь существует большая вероятность, что эти редкие, никому неизвестные инициалы никогда не прославятся в отечественной юриспруденции.

На соседнем этаже звучала «Лужа любви», любимая песня владельца замка.

И вот мы вляпались в лужу любви,

И теперь идём по колено в грязи.

Мы разгребаем все завалы с 8 до 5,

А дома ждёт всё та же лужа любви.

Ох, эта страстная лужа любви,

Туда со мною ты смело нырни,

Взбаламутим воду, как буря сильны,

Мы шагнём за предел, и мы снова чисты.

Ох, эта лужа любви-и-и!

Они вдвоём в доме. А она никому не сказала куда уехала. Если ей придётся вступить в неравный бой и проиграть, никто даже не узнает куда она исчезла, каковы были её последние минуты.

— А как бы на моём месте поступила Анна Ковальчук? Она бы точно не струсила.

Алла всегда была бесстрашной девочкой и сейчас быстро взяла себя в руки. Она медленно вошла в комнату. Профессиональные навыки взяли верх над страхом.

Вот все доказательства, все улики. Теперь он не уйдёт от правосудия.

— Теперь ты не уйдёшь, — раздался за спиной до боли знакомый голос.

Она не слышала шагов и вздрогнула.

— Вижу, ты любопытна, как все женщины.

Она не ответила. Медленно сунула руку в сумочку, где хранится любимый ПМ. Случилось то, чего она боялась. Пришёл Галкин.

А ведь всё начиналось вполне романтично. Месяц назад её вызвал непосредственный начальник — Сергей Васильевич Челобанов, районный прокурор. Он благодушно курил трубку. Красавец блондин, мечта всех практиканток, кроме Аллы, которая давно и тайно сохла совсем по другому мужчине.

— Значит так, дорогая наша Алла Борисовна, вы будете участвовать в шоу «Кто хочет стать женщиной», посвящённый Дню милиции. Вам предстоит отстаивать честь родной организации. Конкурировать придётся с не менее очаровательными сотрудницами МВД, ГИБДД и прочих органов. Но наш орган — это самый орган из всех органов, так что не подкачайте.

— О, Боже! — Аллочка порозовела. — Это шоу ведёт сам Галкин!

От счастья она чуть не упала в обморок. Любовь всей её жизни была на расстоянии нескольких дней.

— Не понимаю, — нахмурился Челобанов. — Почему все так пищат от этого Галкина? Он ведь уже не молодой. Ему сколько, лет пятьдесят-шестьдесят?

— Сорок восемь.

— Вот именно, а вам товарищ практикант, двадцать один, так что не очень там развлекайтесь. Помните, что вы представляете честь мундира, а утром на работу.

В мозгу Аллочки промелькнули все её эротические фантазии.

— Буду стараться изо всех сил.

— Молодец, я верю в тебя. Ты привлекательна и чертовски сообразительна. К тому же характера не занимать. Лучший выбор. Думаю, ты будешь звездой нашей прокуратуры. Была, конечно, Ковальчук, но чёрт её дёрнул уйти в актрисы.

Передача прошла успешно. И дело даже не в призе, а в той искре, что проскочила между Галкиным и Пугачёвой, когда она заняла место игрока. Это была любовь с первого взгляда. А когда Алла Борисовна сорвала банк и выиграла миллион алых роз, Максим Александрович с удовольствием вручил их очаровательной победительнице.

Они сидели в небольшом уютном кафе и не могли налюбоваться друг на друга.

— И пусть он гораздо старше меня, умный, богатый и знаменитый. Пусть у него есть «Бентли» и замок. Несмотря ни на что, я всё равно люблю его, — думала Аллочка.

— Пусть она молодая и красивая. Ничего, что она жутко умная. Пускай она гордая и смелая. Несмотря ни на что, я всё сильнее и сильнее влюбляюсь в неё, — думал Галкин.

— Знаешь, — тихо сказала Алла, — Это будет моя любимая кафешка.

— Наша любимая кафешка, — сказал Галкин.

Он проникновенно посмотрел в её чарующие глаза и взял за руку.

— Место, где я впервые поцелую тебя в… — Галкин наклонился и что-то зашептал ей в ушко. Пугачёва кокетливо засмеялась и мило покраснела.

Так началась их до ужаса романтическая любовь.

Но счастье длилось недолго. Вскоре девушку затянул омут страшных событий. Началась череда загадочных убийств, которые всколыхнули верхушки и потрясли до основания весь город, и молодая практикантка целиком окунулась в работу, и даже макушки не было видно на поверхности. Даже самого малюсенького волоска.

Эпизод 1. Новая фамилия.

Всё началось с таинственного убийства безобидного шашлычника Орбакаса. К нему бегала питаться вся прокуратура, а Пугачёва не только поесть, но и послушать музыку этой чудесной фамилии. Но теперь он лежит на полу, а из его груди торчат пять шампуров. Он похож на странного ёжика, но вместо грибов и яблок, утыкан железками с маринованным мясом.

Место преступления — шашлычная недалеко от прокуратуры.

Неярко светит позднее августовское солнце. Идёт лёгкий слепой дождь.

Криминалист нюхает и вздыхает. Впервые у него бегут слюнки при виде трупа.

— Орбакас, — задумчиво сказал районный прокурор, — Странная фамилия, наверное таджикская.

— Определённо узбекская, — согласился криминалист.

— Литовская, — поправила Пугачёва. Как всегда при звуке литовских фамилий, она почувствовала знакомое эротическое волнение.

— Сергей Васильевич, произнесите ещё раз эту фамилию. Я не запомнила.

Прокурор пожал плечами.

— Орбакас.

— Ох.

Пугачёва возбуждённо покраснела.

— Ещё раз.

— Орбакас, — сказал криминалист.

— Ах, ох, ещё прошу вас, ещё.

— Орбакас, — хором сказали криминалист и прокурор.

— О Боже, да! Да, да, нет, как хорошо, да.

Пугачёва ухватилась за столик, чтобы не упасть.

— Уф, есть контакт! Спасибо.

— Ор… — начал криминалист.

— Не надо, — сказала Алла. — Пока хватит, мне ещё на свидание идти.

— Хм, — сказал прокурор и благодушно раскурил трубку.

Эпизод 2. Метла наносит ответный удар.

Место преступления — двор дома, где живёт юная практикантка. Нудно моросит мелкий сентябрьский дождь. На земле лежит несчастный молодой гастарбайтер Филипп, никто так и не смог вспомнить его фамилию. Аллочка побледнев, смотрит на труп.

— Я ведь знала его. Такой молоденький, симпатичный, кучерявенький. О Боже, у кого рука поднялась на такое. Бедный мальчик.

Челобанов благодушно курит трубку.

— Да уж, первый раз такое вижу. Сунуть метлу прямо в… Аж мороз по коже.

Алла удивлённо посмотрела на него.

— Так это метла, а я то думаю, что у него торчит! Прямо Гарри Поттер!

— Вот именно, — многозначительно сказал районный прокурор. — Свидетели рассказывают, это сделал человек одетый в униформу дворника. Скорее всего — какие-то разборки между дворниками. У них знаешь, какая мафия! Не такая крутая как у бомжей, но где-то между продавцами кваса и солнцевскими.

— Опасная работа, — сказал криминалист.

— Точно, — кивнул Челобанов, пыхтя дымом. — Это тебе не на ринге мордасы бить или на сцене песенки мурлыкать. Здесь, на улице, вся правда жизни.

Дворника накрыли простынёй, чтобы не смущать жителей. Она трогательно белела на чёрном мокром асфальте.

И звёзды сыпятся с небес, когда певцу пришёл конец. Ну, хорошо, не певцу, а дворнику, и не конец, а другая рифма, но ведь это художественный вымысел, имею право.

Эпизод 3. Возвращение патлатого.

Место преступления — квартира музыканта.

— А я ведь знала его, — хмуро сказала Пугачёва.

Перед ней вальяжно раскинулся патлатый труп её бывшего школьного любовника Вовки Кузьмина. Он сидит в халате в кресле. На коленях лежит гитара, а шею стягивает струна.

Челобанов благодушно курит трубку.

— Бедолага. Так и не смог выбиться в люди. Умер во цвете лет.

— Он сочинял песни.

Районный прокурор задумчиво покивал.

— А кто-то решил заткнуть ему рот. Со мной постоянно в караоке такое бывает.

Алла взглянула за окно.

Мрачно и тяжело шпарил холодный октябрьский ливень.

Эпизод 4. Реальная угроза.

Место преступления — машина известного певца Николая Баскова. Град стучит по крыше машины и ветровое стекло успело покрыться трещинами. Алла Борисовна и Челобанов сидят на заднем сидении крутой иномарки по обе стороны от трупа.

— А вот интересно, — сказал прокурор, — Пробьёт град машину или не пробьёт?

— Нет, не пробьёт, — меланхолично сказал криминалист, примостившийся на переднем сидении.

— А я думаю, что пробьёт, — не согласилась Алла. — Если долго будет бить, то обязательно пробьёт.

— Оно конечно да, — согласился Челобанов, — Но как это поможет следствию, вот вопрос?

Все усиленно задумались.

— И ведь, как ловко провернули заразы. Дождались, пока водитель пойдёт в магазин, проникли в машину и дали певцу по башке чемоданом с деньгами.

— Это да, — согласился криминалист. — Но первый удар только оглушил, а потом добавили чем-то тяжёлым, может даже шарманкой. Явно работал злодей-профессионал.

Басков смотрит перед собой остекленевшими зрачками. Рот раскрыт в последней попытке, что-нибудь спеть.

Челобанов благодушно курит трубку.

Эпизод 5. Атака шмонов.

Место преступления — кабинет районного прокурора.

Челобанов благодушно сидит на рабочем месте с трубкой в глотке. Изо рта до сих пор продолжает клубиться дымок.

Криминалист взглядом настоящего ценителя осматривает эту живописную картину.

— Всю трубку в горло затолкали. Бедный Сергей Васильевич задохнулся дымом.

Побледневшая Алла с ничем не смываемым ужасом смотрит на труп своего начальника. Она тяжело вздохнула и принюхалась.

— Говорила же ему, бросай трубку. Лучше бы курил папиросы. Может быть жив остался бы или хотя бы умер весело.

— Это конечно да, — согласился криминалист. — И нам бы сейчас веселее работалось.

Алла взглянула за окно.

Силы природы иссякли. Она просто мрачно молчала.

Эпизод 6. Месть читателей.

— А вот и нету, дорогие читатели, шестого эпизода.

— Блин, автор, как всегда на самом интересном месте!

— Нет, ну так нечестно, эпизодов должно быть шесть.

— А ну цыц, я автор. Мне виднее.

Итак, вернёмся к рассказу. В тот радостный ноябрьский день «Бентли» Галкина похитил Пугачеву прямо на ходу. Измученная практикантка возвращалась домой после работы.

— Дорогая, ты совсем замордовала себя. На тебе же лица нет.

— Это был следственный эксперимент. Мы изображали грабителей банков.

Алла стянула с головы чулок.

— Ясно, а я думал — в ОМОН играете.

— Нет, в ОМОН играли на прошлой неделе. Он опять выиграл. Кто ж знал, что реальный ОМОН загримируется под ОМОН! Никто не ожидал такой хитрости от этих дуболомов. Ох, до сих пор рёбра болят. А ещё все эти убийства, это ужасно.

— Тебе нужно отдохнуть. Поэтому я похищаю тебя и везу в свой небольшой уютный замок. Давно пора показать тебе свою гордость.

Алла не возражала и решила не показывать свою гордость. На том и порешили.

Громада замка мрачно нависла над её головой. Неяркое осеннее солнышко испуганно спряталось в тучи.

Ворота со скрипом отворились, и машина подъехала к парадному входу.

Они вылезли и Максим спросил.

— Ну как тебе мой великолепный и роскошный особняк?

Алла восхищённо смотрела на своего возлюбленного и с первого взгляда любимый дом.

— Милый, он охренительно прекрасен!

Галкин расцвёл в довольной улыбке и галантно распахнул двери.

— Этот роскошный особняк, или, проще говоря, обычный суперзамок весь в твоём распоряжении. Ходи куда хочешь, делай что хочешь, позже я проведу для тебя небольшую недельную экскурсию. Только есть одно условие.

— Неужели оно невыполнимо?

— Для обычной женщины да, но для тебя нет ничего невозможного, дорогая.

Галкин строго посмотрел прямо в романтические глаза Аллы.

— Ты не должна входить в одну из комнат.

— Всего в одну из тысячи! — удивилась Алла. — Легко!

— Ты должна пообещать мне.

— Клянусь Уголовно-процессуальным кодексом Российской федерации.

Лицо Галкина смягчилось.

— Верю. Эту клятву ты не посмеешь нарушить. Пойдем, я покажу тебе запретную комнату, чтобы ты знала, куда не надо входить. Кстати, запомни. Вот стоят рыцарские доспехи, а на щите висят ключи. Вот этот ключ не трогай. Он именно от той двери.

— Даже не подумаю.

— Отлично, идём.

Галкин потащил Аллу на шестой этаж по широкой, покрытой красной ковровой дорожкой лестнице.

— А может на лифте?

Галкин укоризненно посмотрел на неё.

— Какие лифты могут быть в замке!

Пугачёва грустно вздохнула и потащилась вслед за Галкиным. Спустя два часа они подошли к нужной двери.

— Вот она. Та, перед которой шлагбаум. Она красного цвета и забита досками. На ней знаки «Кирпич» и череп с костями. Ещё…

— Я уже поняла, милый, — прошептала полумёртвая от усталости Пугачёва. — Где здесь ванна?

— На первом этаже.

Алла душераздирающе вздохнула.

На следующий день Галкин уединился в одном из многочисленных кабинетов, чтобы работать над новыми юмористически монологами, а скучающая практикантка осматривала замок. Взяла в спортивном зале велосипед и чисто случайно докатила до запретной двери.

Самым сложным оказалось преступить клятву на кодексе.

— Я самый настоящий оборотень в погонах, — мрачно думала Алла, отрывая гвоздодёром доски. — Но ничего не поделаешь. Тайны следствия у меня в крови. Против себя не попрёшь, не стоит даже пытаться.

Практикантка осторожно повернула ручку, и дверь с душераздирающим вздохом отворилась. Ужасные предчувствия холодным льдом сковали сердце очаровательной девушки. Она вздохнула и шагнула на порог. И бессмысленная, беспощадная гора правды обрушились на её хрупкие плечи.

Теперь она знала убийцу. Все улики всех преступлений были на лицо. На одно — любимое и родное лицо красавца Галкина.

Теперь ясно, каким образом убийце удавалось так легко приблизиться к убитым. Люди узнавали его, доверяли и не могли представить, что именно он неуловимый серийный убийца. Что под его интеллигентными очками скрывается зловещее лицо обаятельного душегуба.

Звенья цепи спаялись, пазл сложился, головоломка решилась, всадник нашёл свою голову.

На вешалке висит новенькая униформа дворника. На рояле лежит гитара. На столе одинокая старая шарманка и газетка с датой первого убийства. На ней пара шампуров с недоеденным шашлыком.

Алла вспомнила, как в день смерти прокурора, она встретила в коридоре Галкина. Он сказал, что пришёл к ней и она, разумеется, ему поверила. Но удивилась, ведь от него пахло табаком. Странно, ведь Галкин не курит. Но она не придала значение небольшому факту. Мало ли кто мог обкурить честного человека. Эх, пора бы привыкнуть, что в прокураторе мелочей не бывает.

— Всё, — решила практикантка. — Теперь буду обнюхивать всех с особым тщанием. Но ужас! — Алла Борисовна вытерла платочком застилавшие глаза слёзы.

— Глупая, наивная, доверчивая дурочка в лапах жестокого убийцы психопата. Чем она заслужила такую судьбу! Хотя с другой стороны, жалкий маньяк-убийца в руках отважной практикантки.

Слёзы высохли. Так звучит гораздо лучше.

— Вижу, ты любопытна как все женщины.

Алла гордо повернулась лицом к подозреваемому. Галкин хитро улыбался.

— Теперь ты не уйдёшь от меня. Ты всегда будешь моей. Мы навсегда будем вместе.

Максим Александрович прошёл в комнату и стал перед ней.

— Не ожидала? Не пугайся, я не собираюсь убивать тебя. Я ведь люблю тебя всем одиноким сердцем мужчины среднего возраста. Все убийства я совершил исключительно ради тебя.

— Ради меня! — не поверила своим ушам Пугачёва. — Ты настрогал пять трупов, чтобы меня порадовать? Да ты просто юморист.

— А то, — согласился Галкин. — Все эти люди стояли между нами. Мешали нашей любви. Пытались отнять тебя у меня.

Пугачёва горестно покачала головой.

— Чем они могли мешать? Особенно мой начальник. Честнейший человек. Сам Челобанов, заслуженный прокурор России. Как можно было убить такого человека!

— Очень просто и поделом. Рассуди сама, кто любит прокуроров?

— Никто, — вздохнула Алла.

— Вот именно. Никто. Вот тебе первая причина. И самое главное — он ведь был твоим начальником. А все знают как домогаются начальники своих подчинённых. Особенно молодых и привлекательных практиканток.

— Спасибо за привлекательных, но ведь он меня не домогался.

— Значит со временем, стал бы домогаться. Уж я то знаю, сам этих практиканток на телевидении пере…

Алла Борисовна грозно нахмурилась.

— Перевидал на телевидении. Он бы точно стал приставать, как только разглядел бы, какой драгоценный цветок растёт в суровых тёмных коридорах прокуратуры. Скажем, я убил его заранее. Чтобы потом не возиться.

— А Кузьмин?

— Из ревности, банальной человеческой ревности. Думаешь, я не знаю! А я ведь всё знаю. Он был твоим любовником. Тем самым патлатым музыкантом из выпускного класса.

— Но как ты узнал?

Галкин вздохнул.

— Ох, моя бедная дурочка. Да просто посмотрел в Интернете.

— Эх, ничего вы не знаете, Максим Александрович. Мало ли что любовником. Да в том то и дело, что мало. Это был худший секс в моей молодой и в целом вполне невинной жизни. Если бы вы только знали, вы бы душевно обрыдались, а не душили несчастного гитарной струной.

— Вообще-то струной от рояля, но не суть важно. Тем более его стоило убить! За то, что этот гад заставил тебя страдать. А насколько плохой секс по коньячной оценке, от одной звёздочки до пяти?

Алла призадумалась.

— Ну, мне особо не с кем сравнивать, но максимум на две звезды. Причём без всякой выдержки.

— Приятно слышать, а…

— А вы, Максим Александрович, всегда будете у меня на все пять звёзд. Вы всем коньякам коньяк.

— Ну так это, мы юмористы ещё не такое можем, не забудь потом напомнить.

— А зачем вы убили того красавчика-литовца? Орбакас, ох, какая чудная фамилия! Я тащусь.

— Потому и убил. Ты так хотела литовскую фамилию, что запросто могла выйти за него замуж, только чтобы получить новый паспорт.

— Но это не так. Я горжусь своей фамилией и навсегда останусь Пугачёвой.

— Так то так. Но разве тебя не посещали мысли, что если не у тебя, то пусть хоть у детей будет литовская фамилия?

Аллочка мило покраснела.

— Вот, видишь. Я просто устранил опасного конкурента. Так было нужно.

— Хорошо, допустим, но зачем вы убили Фильку, того несчастного мальчика гастарбайтера?

— Потому что этот негодяй был влюблён в тебя. Он тебя домогался. Помнишь, мы вышли из твоего подъезда и проходили мимо него? Мы уже садились в «Бентли», а он что-то крикнул нам вслед на своём странном и загадочном наречии. Он думал, что никто ничего не поймёт, и это был его последний просчёт. Ты, конечно, не поняла смысл сказанного, а я ведь лингвист, меня не обманешь. Я знаю кучу языков. Забыл их больше, чем могу вспомнить. Я даже умею убивать на разных языках.

Знаешь, что осмелился брякнуть кудрявый засранец? Он сказал: «Я люблю тебя и всё равно женюсь на тебе». Это про мою-то женщину! Как я мог его после этого не убить. Нельзя было не убить. Никак нельзя иначе.

— Ох, несчастный! — вскричала Алла. — Этот мальчик вовсе не сватался ко мне. Разве ты не понял? Он ведь любил совсем не девочек, а мальчиков, и был страстно, по уши влюблён в вас, Максим Александрович. И предложение он хотел сделать вам, а не мне.

— Вот как, — призадумался сконфуженный Галкин. — Ошибочка вышла. Но ничего. Всё равно он заслуживал смерти. Предложить такое мне, заслуженному гетеросексуалу России! Жаль, я раньше не знал, а то засунул бы ему туда не метлу, а бензопилу «Мужская Дружба».

— Предположим. Ну а Басков вам чем не угодил? Зачем надо было убивать несчастного блондина?

— Даже не знаю, затрудняюсь ответить. Можно помощь друга?

Алла пожала плечами и крепче вцепилась в рукоятку «Макарова».

— Давайте, но у вас только тридцать секунд.

Галкин набрал номер телефона.

— Мишаня, привет, дружбан. Срочно требуется твоя квалифицированная помощь. Ты мужик умный, сообрази, зачем я убил Баскова. Время пошло.

— Что? Да, я убил. Спасибо, — расцвёл Галкин.

Алла многозначительно показала на часы.

— Поздравлять и проставляться будешь позже. У нас всего тридцать секунд, соображай быстрее. Уже десять. Что? Так значит! Отлично, спасибо, с меня респект и уважуха.

Галкин добродушно улыбаясь, выключил телефон.

— Вот что значит ума как в палате. Правильный ответ таков: Баскова я убил за компанию, просто до кучи.

— М-да, логично. Но ведь он у нас в стране один такой, а теперь никого нет. Совсем никого не осталось.

— Вот именно, а таких вещей прощать нельзя. На самом деле Аллочка, плевать на Баскова. Это ты у нас одна. А с ним вас было бы уже двое. Зачем тебе такие сложности! Ты вне конкуренции.

Аллочка зарделась от удовольствия.

— Максим Александрович, вы такой милый. Знаете, как угодить женщине. Значит, всех вы убили ради меня?

— Ещё бы любимая, ты мой праздник, моя гордая тонкая девочка. И сколько раз я тебе говорил, называй меня на ты, для тебя я просто Максим. Ну же, родная, обними меня, позволь повернуть в тебе ручкой, поцеловать тебя в…

Галкин зашептал ей на ухо, но не будем подслушивать. Слово щёчка — слишком интимно.

— Ох, хо-хо-хо хо-хо-хо. Ну, вы прям арлекин, маэстро.

Галкин лучезарно улыбнулся.

— Ты ведь знаешь, какой я юморист.

— Знаю, всем юмористам юморист, но это не отменяет того несчастного факта, что вы, то есть ты, мой любимый — жестокий, кровожадный убийца. Маньяк-Потрошитель, серийный убийца, психопат с большой дороги, опытный зрелый мужчина, красивый, умный, тонкий, деликатный, благородный, с чувством юмора, богатый. А я всего лишь молоденькая, глупая, бедная провинциальная девочка, рыжая практикантка-следователь. Единственная в мире и неповторимая. Что же нам делать!

— Не стоит переживать родная. Их всех стоило убить. Один оскорбил тебя худшим сексом в твоей жизни, другой хотел отбить у тебя мужика, третий вообще литовец. А выход всегда найдётся. Подумай, как бы поступила в такой ситуации твоя любимая следователь — Анна Ковальчук?

— Она настоящая героиня. Конечно, вначале бы арестовала тебя, подержала в тюрьме чуток. Потом провела расследование и поняла бы, что ты невиновен. Ну, а затем всё просто. Она бы доказала твою невиновность и нашла настоящего убийцу. Влюбилась бы в тебя без памяти и вышла бы за тебя замуж.

— Ковальчук очень мудрая женщина. Делай как она. Всё вполне достижимо. Только пропусти пункт с тюрьмой, это совсем без надобности, сразу переходи к поискам «истинного убийцы» которому мы подкинем все улики. А затем, шикарная свадьба и весь этот великолепный замок в твоём полном распоряжении.

Алла задумчиво вынула руку из сумки. Пистолет остался в кобуре. Глупо стрелять в своего жениха. Так ведь и старой девой можно остаться. Или наоборот выскочить замуж раза три-четыре. Юная практикантка покачала головой. Нет, ей не нужны другие мужчины.

— Звучит заманчиво. А ты мне подаришь машину, чтобы ездить по этим коридорам? А то сильно устаёшь, пока из одного конца коридора в другой дойдёшь.

Галкин улыбнулся и обнял невесту.

— Я подарю тебе машину на каждый этаж, причём все они будут оснащены навигатором, чтобы ты не заблудилась. Осталось только выбрать настоящего убийцу.

— Даже не знаю. Всех потенциальных ты уже угробил. Может твоего дружбана Задорнова?

— Не вариант. Ни одно жюри присяжных его не осудит. Все только посмеются, решат, что это шутка. К тому же он мой кореш и я обещал ему респект и уважуху. Нет, нужен человек, которого с удовольствием посадит любой суд, лишь бы не видеть.

— Чубайса?

Максим вздохнул.

— Это идеальный вариант, но он всё равно выкрутится. Если уж за приватизацию не посадили, то за пару-тройку убитых даже выговор не объявят. Думать надо, думать.

Пугачёва и Галкин принялись усердно думать. Наконец она радостно воскликнула.

— Эврика! Давай подставим Крутого? Он уже всех достал.

— Отлично, — обрадовался Галкин. — Прекрасная идея, но ведь он Крутой.

Алла Борисовна усмехнулась.

— Прокуратура круче.

— Какая ты у меня умная.

Влюблённые страстно поцеловались, а на следующее утро был арестован Игорь Крутой. В его квартире нашли все улики, которые туда добросовестно подкинула юная практикантка, включая рояль.

А ещё через месяц Галкин и Пугачёва поженились, и в замке воцарилась юная хозяйка.

Мы шагнём за предел

И вот мы снова чисты.

Ах, эта лужа любви!

Хеппи-энд.

Content

Владимир Бочкин
ЛУЖА ЛЮБВИ