Муравьева Елена Александровна

Женщины Горького

Елена Муравьева

Горькие страсти по МАКСИМУуму

Горький — это звучит гордо

Максим Горький не нуждается в презентации, хотя творчество его не очень востребовано в суете и спешке нынешнего века. Но, скажем так, относительное забвение — процесс естественный. У каждого времени свои кумиры. И свои промо–акции. Популярность Горькому в прежние времена обеспечивали школьная программа и дежурные постановки в драматических театрах. Нынче Буревестника революции поминают в основном в привязке к адресам и датам, а также в связи со странными обстоятельствами смерти и фактами бурной личной жизни.

Вот и наш разговор пойдет о горьковских романах. Но не из творческого наследия, а любовных. Вернее даже, о дамах, сумевших оставить след в судьбе писателя.

А для начала, повод: 24 декабря 1887 г. девятнадцатилетний Алексей Пешков (настоящий имя и фамилия), не зная, что ему предстоит стать классиком советской литературы и познать красивейших женщин своей эпохи, совершил попытку самоубийства. Причиной были общая неустроенность и неудачная любовь к некой Марии Деревянкиной.

Имя им легион

По уверениям современников список любовных побед Горького был весьма и весьма велик.

Сразу представилась табличка с графами: номер жены (подруги), статус отношений, годы романа, причины разрыва, особенности союза и т. д. Увы, столь конструктивный подход вряд ли одобрит редактор. Да и полный реестр love story собрать будет сложно. Все–таки биографию классика давно и основательно отлакировали. Да и сам Горький не всегда афишировал своих пассий. Так что придется рассказывать все, как положено: последовательно и постепенно.

Итак, первая супруга Алексея Пешкова — акушерка Ольга Каминская была старше Горького на 10 лет, к моменту знакомства состояла в браке и сожительствовала с приятелем Алексея Максимовича. Однако, преодолев преграды, бурная страсть привела пару к созданию ячейки общества (куда подевался предыдущий муж неизвестно). Страсть и развела молодых. Через два года, в 1894 г. из–за многочисленных измен супруги Горький оставил Каминскую.

Кстати, биографы Буревестника революции обычно умалчивают об этой темпераментной особе. Слишком уж Каминская не подходит на роль спутницы жизни основоположника соцреализма. Куда лучше в этом качестве смотрится морально устойчивая и идейно выдержанная Екатерина Волжина, с которой Горький работал в 1986 г. в редакции одной из газет.

Волжина вела активную революционную деятельность и была на 10 лет моложе мужа, родила ему двоих детей. Брак распался в 1904 г, но официального развода так никогда и не последовало.

Еще находясь в браке, Горький некоторое время вразумлял на путь истинный одну молодую проститутку. Затем с 1901 г. рядом с писателем появилась актриса Мария Андреева, которая ради Алексея Максимовича бросила богатого мужа, двоих малых детей и сцену.

Однако и эти отношения тоже завершись разрывом.

За несколько лет до этого у Алексея Максимовича появились любовницы. Одна из них — Надежда Тихонова — время от времени оставляла тогдашнего супруга в гордом одиночестве и на неделю–другую поселялась в шикарном квартире Буревестника. Кроме нее в качестве временных хозяек в доме гостили и другие дамы. Часто по несколько сразу.

Ну и напоследок пикантная подробность: ходили упорные слухи, что Горький крутил роман с женой собственного сына. Но это были так, шалости. Настоящим увлечением Горького после Андреевой стала Мура — Мария Игнатьевна Будберг, урожденная графиня Закревская, по первому браку Бенкендорф. Благодаря Закревской, утверждает молва и некоторые исследователи, Алексей Максимович и покинул сей бренный мир.

Жизнь — театр

Самыми яркими возлюбленными Горького являлись истинные femme fatale — фатальные женщины Мария Андреева и Мария Закревская. Мало того, обе еще прошлись по жизни Горького действительно красной (в политическом смысле слова) нитью.

Главным талантом актрисы Марии Андреевой была красота, перед которой не мог устоять никто. Ее любили зрители, боготворил муж, обожал миллионер Савва Морозов, который своими деньгами выстелил Андреевой дорогу к славе во МХАТ-е.

Тогда ныне легендарный театр только начинал свою деятельность и всем: появлением и существованием был обязан чувствительности московского фабриканта к искусству вообще и мадам Андреевой в частности.

Не с меньшим пылом и по той же причине: так хотела Мария Андреева — Савва спонсировал и большевиков.

Сама актриса пришла к радикальным идеями тоже через любовь к репетитору сына, студенту Дмитрию Лукьянову. Впрочем, не исключено, что любовь эта была «с интересом». Ведь финансирование партийных касс являлось архиважной задачей текущего момента, а для решения этой задачи партиям (не только большевикам) требовались специалисты разного профиля от налетчиков–экспроприаторов до обворожительных красавиц.

Так или иначе, благодаря Лукьянову Андреева превратилась в преданную большевичку. Актриса перевозила нелегальную литературу, прятала подпольщиков, и главное: добывала для партии деньги. В том числе из карманов Морозова. При этом суммы поражают воображение. За несколько лет купец передал РСДРП(б) около полумиллиона рублей (по другой версии — несколько миллионов), финансировал газеты «Искра», «Новая жизнь» и «Борьба», сам тайно провозил типографские шрифты и нелегальную литературу, прятал у себя на фабрике и в имении видных большевиков — Николая Баумана, Леонида Красина (тоже любовника Марии Андреевой).

Однако этого оказалось мало. Отстраненный родней от управления капиталами, Морозов якобы застрелился, оставив Андреевой последнее свое достояние — страховку на сто тысяч. Которая тут же по получении отправилась в кассу большевиков.

Но и это еще не все. Вскоре при странных обстоятельствах скончался племянник Саввы, тоже благодаря Андреевой — горячий сторонник ленинской партии. Едва дело дошло до раздела имущества, как наследникам тут же объяснили, кому покойный собирался завещать свои миллионы. Брату элементарно пригрозили смертью. Двум сестрам подсунули в мужья красавцев, специально подобранных для этого Красиным и Андреевой.

Но вернемся к горьковской странице в биографии актрисы.

К моменту знакомства Андреева очень нуждалась в поддержке. Увы, ее недавно блистательная карьера клонилась к закату. МХАТ уже мог сам себя обеспечивать и нуждался не столько в морозовских инвестициях, сколько в чеховских пьесах. «Поставкой» оных занималась супруга Антона Павловича — Ольга Книппер. Само собой она же имела монополию на главные роли. Станиславский по сему поводу выразился довольно четко: «Андреева — актриса полезная, Книппер — до зарезу необходимая».

Дружбой с Горьким Андреева надеялась поправить свои служебные дела и не ошиблась. Начинающий входить в моду драматург — «пролетарий» обеспечил своей возлюбленной новую волну популярности. Но «не долго музыка играла».

Вскоре Андреевой пришлось оставить сцену, чтобы стать для Горького женой, секретарем, переводчиком, нянькой, экономкой, литературным агентом и…опекуном со стороны все тех же большевиков.

Чем же был вызван интерес российской социал–демократии к Алексею Максимовичу? О, все довольно банально. Шерше ля мани.

В начале 20‑го века Горький был самым высокооплачиваемым писателем Российской империи и очень популярным драматургом. Его книги печатались неслыханными тиражами, а пьесы шли во всех ведущих столицах мира и пользовались неизменным успехом. К примеру, в Берлине в театре Макса Рейнхардта спектакли прошли с полным аншлагом более шестисот раз. И так повсеместно.

«Тащите с Горького, сколько можете», — наставлял Ленин своего соратника А. Богданова в конце 1904 г. И тащили. В одном случае известны даже «расклады». Приблизительно 20 процентов получал агент (тот, кто доставлял деньги), 40 процентов шло в кассу большевиков, остальные переводилось на имя Горького в банк.

Однако известный писатель — это не только «ценный мех», но идеологическое оружие. Поэтому властителя дум и «формирователя» взглядов партия отправила вместе с Андреевой в феврале 1906 г. в США собирать деньги на нужды революции. Предполагалось, что звезда российской сцены и известный инженер человеческих душ впечатлят заокеанских инвесторов. Однако пуританская Америка сказала одиозной чете бурное «фе». Газеты пестрели сенсационными статьями: Горький бросил жену и детей; Андреева оставила супруга и двух малюток; прелюбодеи, они живут во грехе и т. д.

(Кстати, информацию «слили» царские агенты)

В итоге, вояж пришлось свернуть.

Горький в сердцах заявил журналистам: «Она моя жена. И никакой закон, когда–либо изобретенный человеком, не мог бы сделать ее более законной женой. Никогда еще не было более святого и нравственного союза между мужчиной и женщиной, чем наш».

Но…никогда не говори никогда. Прошло немного времени и святой и нравственный союз затрещал по швам. Андреева устала обслуживать своего гения, тосковала без детей, страдала без театра. Единственной отрадой для нее осталась партийная работа.

Точкой в романе стало новое увлечение Горького. В 1919 г. Горький влюбился в другую Марию. Молодую, яркую, экспрессивную.

Андреева, тогда уже пятидесятилетняя, вынуждена была уступить почетное звание «жена Горького», о чем она впоследствии очень жалела. Но во времена оные стареющая красавица выдержала удар достойно. Нашла молодого любовника, стала работать еще больше. Андреева была очень энергичным человеком и после революции, став во главе «театров и зрелищ союза коммун Северной области» сделала многое для советской культуры. Самым главным своим детищем Андреева считала, открытый по ее инициативе, Большой драматический театр, где она сыграла свои последние роли.

Умерла Мария Андреева она в 1953 г., в возрасте 85 лет.

Русская Миледи

Мария Игнатьевна Закревская — Бенкендорф-Будберг появилась в жизни Горького «с подачи» К. Чуковского и буквально сразу произвела на 52-летнего писателя неизгладимое впечатление. Впрочем, это была вполне закономерная реакция. Горькому всегда нравились «плохие девочки» (наверное, после Ольги Каминской). А Мария Закревская была даже очень «плохой». К 28‑ми годам она дважды сходила замуж, родила двоих детей, слыла то ли английской, то ли немецкой шпионкой, каким–то образом была связана с британским супер–агентом Локкартом и заодно НКВД. Как тут удержаться?

Горький настолько увлекся Закревской, что пренебрег даже ее изменой.

В 1920 г. в СССР приехал знаменитый английский писатель Герберт Уэллс. Гостиницы тогда были в большом дефиците, и Уэллсу пришлось ночевать в доме Горького. Одну из ночей он провел с Марией Закревской. А утром «из командировки вернулся муж…» и застал «голубков» в постели.

«Она неимоверно обаятельна, — описывал Закревскую Герберт Уэллс. — Однако трудно определить, какие свойства составляют ее особенность. Она, безусловно, неопрятна, лоб ее изборожден тревожными морщинами, нос сломан. Она очень быстро ест, заглатывая огромные куски, пьет много водки, и у нее грубоватый, глухой голос, вероятно, оттого, что она заядлая курильщица. Обычно в руках у нее видавшая виды сумка, которая редко застегнута, как положено. Руки прелестной формы и часто весьма сомнительной чистоты. Однако всякий раз, как я видел ее рядом с другими женщинами, она определенно оказывалась и привлекательнее, и интереснее остальных».

В 1927 г. Марию выехала за рубеж, но навещала Горького, когда хотела. Присутствовала она и при его кончине. Причем при таких туманных обстоятельствах, что многие современные специалисты считают ее причастной к смерти писателя и утверждают, что Закревская отравила Горького по заданию Сталина.

С именем Закревской связывают и передачу Сталину части горьковского зарубежного архива, в котором хранилась переписка Горького с Бухариным, Рыковым и другими советскими деятелями по старой дружбе откровенничавших с Буревестником революции.

Судьба этих людей известна: обвинение в измене, суд, расстрел. А вот насколько реальны обвинения в адрес Закревской — однозначного ответа нет и, скорее всего, не будет никогда.

Однако в пользу версии говорит то, что Мария, будучи иностранной подданной, в обход законных наследников, получила права на гонорары за все зарубежные издания Горького.

Кстати после смерти Уэльса Закревская, как его гражданская жена (они сошлись в 1933 и были вместе до 1946 г.) получила еще и 100 тысяч долларов.

Скончалась эта эксцентричная дама в 1974 г. в возрасте 83 лет в Великобритании. В некрологе в лондонской «Таймс» было написано, что она может перепить любого матроса.

И все же не это обстоятельство делает честь этой женщине.

Как другие горьковские дамы сердца первого дивизиона: Екатерина Волжина и Мария Андреева, Мария Закревская, невзирая на сложности бытия и издержки характера, была женщиной с большой буквы. То есть умела любить и быть любимой, имела собственное мнение и не гнулась перед обстоятельствами. Нашла она свое место и рядом с гением, и свое место в жизни.

Согласитесь, это дорогого стоит.

По материалам «Википедия» (www.ru.wikipedia.org), «Домашний бизнес для женщин» (www.femal–e–commerce.com), «Люди» (www.peoples.ru) для газеты «Я»

Content

Муравьева Елена Александровна Женщины Горького

Елена Муравьева Горькие страсти по МАКСИМУуму

Горький — это звучит гордо

Имя им легион

Жизнь — театр

Русская Миледи