Елена Дембицкая

Кристина. Путь к мечте

Глава 1

Она снова шла по грязной булыжной мостовой, и каждый шаг отдавался болью в ее измученном теле. По обе стороны улицы возвышались двухэтажные дома, и девушка даже сквозь закрытые и зашторенные окна, чувствовала тепло исходившие от них. Пахло приготовленным ужином, то здесь, то там раздавались детские голоса. Свет свечей и ламп отбрасывал тени на мостовую, и она просто физически ощущала боль своего одиночества. У этих людей были дом семья, горячая еда на столе. Она же всю жизнь была одна, совершенно одна, всегда…

Как же ей было плохо. После выпитого вчера вина нестерпимо болела голова и подкашивались ноги, ей снова хотелось выпить, выпить и уснуть где-нибудь, что бы хоть на миг забыть обо всем. Но сейчас не время, у нее в кармане нет, ни монеты, а бесплатно, ни в одной таверне, ни хлеба, ни вина она не получит. На улице уже совсем стемнело, и ветер, дувший с моря, пробирал до самых костей. Закутавшись в старую поеденную молью шаль, она устало подобрала грязный подол юбки, и побрела в сторону порта.

Да, в порту всегда можно заработать, морячки, изголодавшиеся по женской ласке, даже за такой неприглядный как она товар готовы были заплатить пару монет. Ей было всего девятнадцать, а чувствовала она себя дряхлой старухой. Серый цвет лица и тощие плечи выдавали месяцы голода и скитаний, одежда давно прохудилась, рваные башмаки, позволяли чувствовать каждый камешек мостовой. Волосы… Ее некогда шикарная черная грива, грязными прядями свисала на плечи. И только темно-коричневые огромные глаза лихорадочно блестели молодостью и жаждой жизни.

Как же она снова могла дойти до такого,– усталые мысли роились в голове, и у нее не было сил даже привычно отмахнуться от них, – а ведь поклялась себе, что лучше умрет, чем вернется к этому занятию. Но работы не было, а голод съедал изнутри, и заставлял забыть о данном себе обещании. Хорошо, еще, что вино притупляло все чувства иначе ей не выдержать. Увидев впереди зазывающие фонари на старых кораблях, она ускорила шаг, скоро ей станет легче. Морской порт был намного больше речных доков и причалов, возле которых прошло ее детство, но сейчас она уже не обращала на это внимание. Маленькой девочкой она любила наблюдать за неспешным течением реки, и мечтала о море. В здешней гавани, окруженной скалистыми берегами, стояло множество больших кораблей и маленьких рыбацких шхун. Девушка с грустью посмотрела вдаль, сколько надежд было у нее тогда, когда она только добралась до этого южного побережья, сколько надежд… Но все они разлетелись на куски, столкнувшись с жестокой реальностью.

– Ты готова поразвлечься малышка, грубый голос принадлежащий матросу, сошедшему на берег со старой шлюпки выдернул ее из вихря воспоминаний, – иди сюда красавица доставь радость моряку, вернувшемуся из долгого плаванья.

Потные ладони легли на ее грудь, и она сглотнула слюну, сдержав возглас отвращения. От старого моряка пахло потом, солью табаком и вином. И эта давно привычная смесь запахов, сегодня вызывала у нее стойкий рвотный рефлекс. Резким движением, задрав ее юбку, приподняв и прижав спиной к сараю, он раздвинул ей ноги. И девушка, закрыв глаза, приказала себе ничего не чувствовать.

Господи, опять этот сон. Нет только не это. Кристина, с трудом возвращаясь в реальность, все еще ощущала дрожь отвращения во всем теле. Как она устала от этого. Именно сейчас, когда ей просто необходимо поспать подольше. Так нет же. Неужели это никогда не кончиться? «А, собственно, чего она хотела»? – отдышавшись, спросила себя девушка. Уже почти двадцать лет ее преследуют эти кошмары. И вряд ли все закончится только по тому, что в данный момент ей так необходим полноценный отдых.

Кристина медленно встала с постели и поплелась в душ. Холодная вода – единственное, что могло привести ее в чувства. Жаль, что в детстве она не могла позволить себе даже такое утешение.

Стоя под прохладными струями, девушка с облегчением ощущала как липкая грязь, которая, казалось, пристала к ней в эту ночь, словно растворяется и исчезает из ее души. И с каждой минутой жизнь снова возвращается в ее тело. Выйдя из душа, Кристина включила фен, и, опустив голову, так что ее темно-каштановые, почти черные, довольно густые волосы коснулись пола, подставила их под горячий воздух.

Сейчас, когда от ночного кошмара остались лишь воспоминания и противный ужас покинул ее тело и душу, она задумалась. А если и вправду сны, когда-нибудь, перестанут ее мучить. Она будет счастлива? Ведь так было всегда. Сколько она себя помнила – Кристина, словно жила в двух мирах. Реальность и сновидения прочно переплелись в ее сознании. Если все закончиться она потеряет часть себя и своей жизни, ведь так? И пусть эти сны приносят ей только боль, отвращение и страх, она уже и не представляет себя отдельно от них.

Высушив волосы, девушка взглянула в зеркало. Нужно что-то сделать с этими темными тенями, которые прочно залегли под ее глазами. Ей уже долгое время не удавалось поспать больше четырех часов и, кажется, это стало сказываться на внешности. «Именно для этого и придумали косметику», – пробормотала девушка, открывая пудру. Подкрасив глаза, и чуть тронув губы блеском, Кристина критически осмотрела свое отражение. «Да не супермодель, но все же довольно мила» – вынесла она вердикт изображению в зеркале. Полотенце упало на пол, и Кристина показала сама себе язычок. По ту сторону зеркала на нее смотрела молодая стройная девушка невысокого роста с красивой фигурой Классические черты лица, довольно длинные ноги, небольшая, но полная грудь и округлые бедра, которые удачно гармонировали с тонкой талией. Облизнув слегка полноватые губы, Кристина улыбнулась себе, той самой улыбкой, которая вместе с блеском ее почти черных огромных глаз каким-то образом заставляла всех особей мужского пола, не зависимо от возраста, «есть из ее рук».

Взглянув на часы, Кристина достала из комода комплект белья и стала с трудом натягивать довольно узкие джинсы. Сегодня пусть будет рубашка в клетку, – решила девушка. Застегнув множество маленьких пуговок, Кристина вышла из комнаты и уже обувала кроссовки в прихожей, когда отворилась дверь соседней спальни. На пороге появилась блондинка лет двадцати в пижаме с милыми котятами.

– Чего тебе не спиться в такую рань, – зевая, проговорила она.

– Доброе утро, Дана. Прости, что разбудила, у меня сегодня зачет по литературе XIX века, и нужно еще забежать в библиотеку.

– Не переживай, мне тоже пора вставать, иначе опять опоздаю на пары. Ты счастливица, еще пару недель и получишь диплом, а мне еще два года мучиться.

– Да и самой не вериться. Я тебе не говорила, меня взяли на стажировку в отдел новостей канала «Глобалньюз», – улыбнулась Кристина.

– Правда, это же здорово! – Дана, кинулась в объятья девушки, – Ты мечтала об этом столько времени и теперь так спокойно сообщаешь мне эту новость. Я за тебя ужасно рада.

– Я тоже рада, – Кристина обняла подругу, – пусти, а то задушишь.

– Ой, прости, вот ты теперь разбогатеешь и снимешь себе отдельную квартиру, а где я еще смогу найти такую соседку.

– Ну, до этого еще далеко, на зарплату стажера не разгуляешься, да и квартира мне нравиться. – Кристина оглянулась вокруг.

Последние три года она жила здесь, и после общежития это место казалось приделом ее мечтаний. Небольшая, всего с двумя спальнями, кухней, прихожей и ванной, квартира удачно была расположена недалеко от университета. И хотя и съедала половину зарплаты, но устраивала ее во всем. Кристина очень обрадовалась, когда ей удалось уговорить Дану, поселиться вместе. Девушка была на год младше Кристины и ее полной противоположностью. Она любила вечеринки музыку, дискотеки, и не очень любила заниматься. Но это нравилось Кристине, они дополняли друг друга. После ее одинокого детства и проведенной среди книг юности. Дана была глотком живительной влаги в ее пустынной и тихой жизни. Образцом всего того, чего Кристина была лишена: беззаботная, веселая, общительная, она как никто умела радоваться жизни. Только ей иногда удавалось вырвать девушку из сознательного заточения и вернуть в реальный мир беззаботной молодости.

Еженедельные вечеринки не давали Кристине спать по ночам, но вносили приятное разнообразие. Даже толпа парней, которая проходила через соседнюю спальню не беспокоила девушку. У них с Даной был договор, когда та была не одна, то громко включала музыку, чтобы не смущать подругу. И только раз Кристина не сдержалась и удивленно взглянула на соседку, встретив очередного кавалера утром на кухне.

– Тебе не понять, – прошептала, Дана, в ответ на невысказанный вопрос девушки, проходя мимо, – зато в постели он Бог.

Кристина, улыбнувшись, пожала плечами, провожая взглядом нечто, разрисованное татуировками и исколотое пирсингом.

После первых двух лет, в студенческом общежитии в компании таких же зануд, как она сама, девушка была счастлива такому разнообразию. Воспоминания о вечерах, проведенных за обсуждением очередной книги Мураками или диспутах о глобальном потеплении, нагоняли на нее тоску.

– А даже если и перееду, ты будешь по мне скучать? – улыбнувшись, спросила Кристина, – а может, найдешь себе соседку, которая больше любит вечеринки, и не будет будить тебя по утрам.

– Ага, а кто мне будет помогать с учебой. Ты ведь у нас гений, только двадцать два года, а уже почти два диплома, причем с отличием.

– Не переживай я пока ни куда не переезжаю. – Кристина накинула пиджак, и, подхватив сумку, с конспектами и ноутбуком, вышла из квартиры.

– Не забудь выключить нагреватель, – обернувшись, крикнула она Дане, которая исчезла в ванной комнате.

– Хорошо не забуду, – услышав ответ, девушка поспешила вниз по лестнице.

«Сегодня ей надо многое успеть», – подумала Кристина, – но сначала кофе и булочка, недавно она на горьком опыте убедилась, что надо следить за своим питанием.

Сидя за столиком в небольшом кафе девушка задумалась о будущем. Совсем скоро еще одна страница ее жизни будет перевернута. И ведь она может собой гордиться: ей удалось достигнуть многого. Уже сейчас она была близка к своей цели.

Еще, будучи ребенком, Кристина ощущала свое отличие от остальных детей. И дело было даже не в кошмарах, которые мучили ее по ночам, и не в том, что она не помнила ни отца, ни матери. Нет, она просто была другой. Казалось, весь мир существовал где-то отдельно от нее. Вот все, а вот она – маленький, забившийся в угол дикий звереныш мечтавший спрятаться от всех в своем панцире.

У Кристины не было воспоминаний о раннем детстве. Ничего. Как будто ее не существовало до того момента, как в возрасте где-то четырех лет она не очутилась перед довольно большим и старым зданием приюта. Это был не типичный детский дом для сирот. Приют находился на территории бывшего монастыря, и часть денег на содержание детей выделяла церковь. Поэтому, местный батюшка был им вместо крестного и дети были обязаны в выходные посещать службу. Кристина не верила в Бога. Ее детское, но, довольно прагматичное, воображение, ни как не могло представить старца, сидящего где-то наверху и управляющего всем Миром. А от мысли, что за ней постоянно кто-то наблюдает, девочке делалось не по себе, и она предпочитала думать, что это всего лишь сказка, придуманная взрослыми, что бы заставить их вести себя лучше и внушить детям страх. Поэтому, стоя в церкви, во время утомительных и длинных молитв, Кристина с любопытством разглядывала рисунки, укрощавшие потолок и стены, выдумывая в голове сюжеты про изображенных на них персонажей.

В первую же ночь в приюте ей приснился сон. Это был первый из тысячи кошмаров в ее жизни.

Во сне, она была маленькой девочкой и жила в сыром подвальном помещении. Было холодно и постоянно хотелось есть. И еще она боялась, боялась мужчину, который часто приходил. Он был большой и от него неприятно пахло. А еще этот шрам на лице, приводивший девочку в ужас. Он приближался, брал ее на руки и старался обнять. А она извивалась и кусалась, трясясь от страха. Тогда он спускал ее на пол, ругал и начинал бить. Крича во сне от боли, она, просыпаясь, продолжала стонать. А ее тело ныло и горело, словно от реальных побоев.

– Наверное, с ней раньше плохо обращались, – подслушала однажды Кристина разговор воспитателей, – ведь ее нашли на улице, и никто не знает, откуда она там появилась. Вот и беспокоят ее эти сны. Ничего побудет в тепле и сытости и сны уйдут.

Но время шло, а сны не оставляли Кристину, просто с годами они менялись. Росла Кристина и вместе с ней росла девочка из ее кошмаров.

Из-за странного ее поведения и отчужденности, друзей у Кристины не было. Дети сторонились дикарки, которая кричит во сне, а днем старается от всех спрятаться.

– Держи ее, – кричали мальчишки, – давай узнаем, чего это она вопит по ночам, видно она сумасшедшая!

– Нет, она, наверное, кого-то убила, и теперь покойник приходит к ней в виде приведения и душит ее.

– Что, Кристи, страшно? – и они надвигались на нее, заполняя все пространство.

– Идите вы к Черту, – ощетинивалась девочка, и, оттолкнув одного, старалась вырваться из окружения.

Она бежала все быстрее и быстрее, слыша взрывы смеха вдогонку. «Только бы они не побежали следом», – крутилось в голове. Оторвавшись от преследователей девочка пробиралась на чердак их старого здания. Тут было сыро летом, а зимой очень холодно. Но это было ее убежище. Кристина забиралась в дальний угол и пряталась под лестницей. Самым большим ее сокровищем, был старый фонарик, который можно было, незаметно для всех, заряжать от сети, а потом он долго светил, позволяя ей погрузиться в мир литературы. Она заранее тайком приносила на чердак книжку, и таким образом в полной мере могла насладиться своим одиночеством.

Только научившись читать, Кристина, наконец, обрела то убежище, о котором мечтала. Мир фантазий навеки пленил ее сердце. Открывая очередную книгу, девочка полностью растворялась в ней. Живя совершенно другой жизнью, которая была ей так близка и понятна. Погружаясь в мир приключений, она словно отключалась от окружающей ее действительности. И реальный мир не мог больше причинить ей боли.

Читая, Кристина забывала обо всем. Как робот механически ходила на уроки и даже хорошо училась, но ее будто не существовало до того момента, как она могла открыть книгу. В приюте была небольшая библиотека, и она читала все без разбора. Иногда книги были такие старые, что в них не хватало страниц. Но это ее не волновало, девочка всегда могла досочинить недостающие главы. И часто, ее фантазии превосходили оригинал.

Однажды, ей попался роман, где описывались события, которые происходили во Франции конца восемнадцатого века. И Кристина с удивлением поняла, что она была там, она точно помнила улицы Парижа, описанные в книге. Могла сама рассказать, как выглядела набережная и мост через Сену. Откуда то, она все это знала. Словно сама бродила по этим улочкам, и не раз. Кристина стала выискивать книги о Франции, и полюбила эту страну всем сердцем. Тогда она стала мечтать. Мечтать о том, что вырастет, и обязательно будет много путешествовать и прежде всего, поедет в Париж. Этот город казался ей сказочным и манил с невероятной силой.

Ее мечты не казались ей несбыточными. И хотя все вокруг, напоминало о реальности, которая не оставляла места фантазиям, Кристина мечтала. Она всегда твердо знала, что будет жить по-другому. Ее ни как не устраивала перспектива после выхода из приюта, выучиться на парикмахера или повара и прожить свою жизнь в общежитии, работая на скучной работе, и мечтая выйти замуж за работящего парня. Она грезила совсем о другом. В ее мечтах Кристина была взрослой и довольно обеспеченной. У нее была красивая машина и дорогие платья. А еще она много путешествовала. Кристина часто в фантазиях видела себя летящей над океаном в огромном самолете в далекую неизведанную страну. Или на круизном лайнере, который бороздил моря, заходя каждый раз в новый порт. Она даже была согласна на простую поездку автомобилем, только это всегда должны быть новые места и новые страны. Никогда в своих детских мечтах, она не грезила о прекрасном принце, который исполнит ее желания, как другие девочки ее возраста. Нет, она твердо знала, что всего добьется сама, и ни какие принцы ей не нужны. В своем воображении она не представляла ни дома, ни семьи. Кристина всегда была одна, но, тем не менее, была счастлива. Она твердо верила, что в ее жизни, должно случиться что-то, что поможет ей изменить свою судьбу и исполнить все ее мечты.

И когда ей было девять, это произошло.

В приюте появилась новая воспитательница. Это была молодая девушка, которая только окончила педагогическое училище. Первое, чем она поразила Кристину – это, сказочная красота. Диана была невысокого роста, но с хорошей фигурой. У нее были длинные светлые, цвета золотого песка волосы, которые красивыми локонами спадали по плечам и просто завораживающие черты лица. Красивый мягкий овал, нежные слегка полные губы и небольшой вздернутый носик. На фоне этого, глаза казались просто огромными, небесно-голубые в обрамлении густых длинных ресниц, они лучились теплотой и весельем. Никогда прежде Кристине не приходилось видеть такого совершенства. Ей казалось, что именно так должна выглядеть принцесса из ее любимых сказок. Но в отличие от сказочных принцесс, которые оказывались не всегда такими милыми и добрыми, Диана была совершенством во всем. Судьба наделила ее мягким характером. Она была нежной и очень любила детей. Эти качества практически не встречались в учреждении, в котором жила Кристина. Ей, казалось, что весь персонал приюта подбирали как раз по другим критериям. Главными из которых, были: равнодушие, цинизм и жестокость. Диана была другой, и Кристина, сразу полюбила эту девушку. Она хвостиком ходила за ней, и скоро они стали подружками. Девушка, часто заступалась за Кристину, когда ее обижали. Это, правда, давало противоположный результат и Кристину не любили еще больше, но ее это не волновало. Ей так необходим был друг.

Как то поздним вечером, когда ночная смена была у Дианы, Кристина тайком пробралась комнату воспитателей. Ей не спалось, и она надеялась, что застанет Диану одну. И тогда они смогут поболтать. Несмотря на разницу в двенадцать лет, они хорошо понимали друг друга. Было у них общее увлечение – это книги. Диана часто приносила Кристине из дома романы, и та проглатывала их просто с жадностью голодающего. По ночам, когда все спали, можно было увидеть тусклый свет фонарика под одеялом. Кристина читала.

И вот сейчас ей не терпелось обсудить последний шедевр – «Унесенные ветром». Приключения Скарлетт настолько захватили ее воображение, что она не смогла уснуть.

Войдя в комнату, Кристина увидела Диану, которая сидела за столом и усердно повторяла какие-то странные слова.

– Что ты делаешь? – спросила Кристина, тихо подойдя к воспитательнице.

– А это ты, Кристи, ты меня напугала. – девушка улыбнулась ребенку, – Я, учу французский язык. А ты почему не спишь. Дочитала книжку.

– Да очень интересная. Но почему Ретт в конце ее бросил, она ведь сказала, что любит его?

– Не всегда в жизни происходит все как тебе, хочется. Он просто устал ее ждать.

– Глупости, если это настоящая любовь, то человека можно ждать всю жизнь. – Кристина нахмурилась и топнула ногой уверенная в своей правоте.

– Какая ты романтичная, не переживай, может быть Ретт еще вернется.

– Я тоже так думаю. – расслабилась девочка, – А зачем ты учишь французский.

– Возможно, я уеду во Францию, а там он мне наверняка пригодиться, – улыбнулась Диана.

– Так ты уезжаешь, и скоро? – Кристина с грустью взглянула на подругу.

– Нет, не переживай, еще не скоро. Просто Макс через год заканчивает учебу, и скорее всего, вернется домой.

Кристина знала, что Макс – это жених Дианы, он очень умный и учится в университете, а недавно он сделал ей предложение, и она с тех пор только и говорит о нем и о дальнейших планах.

– Через год, но это все равно скоро, – пробормотала Кристина. Как бы она не была рада счастью подруги, мысль о разлуке вызывала боль в ее детском сердце.

– Не расстраивайся, за год мы с тобой многое успеем. Раз уж ты не спишь, не могла бы ты мне помочь, я не очень сильна в языках. Но если ты будешь мне помогать, мы справимся быстрее.

– Хорошо, но как я ведь не учила французский, какой от меня толк.

– Я буду повторять слова, а ты проверять правильно ли я их запомнила. Вот возьми, тут в тетрадке они записаны, так как звучат по-нашему.

– Хорошо, – и Кристина присев на край стула усердно стала разбирать написанные буквы.

Через полгода Диана уже бегло говорила на языке Дюма, а Кристина выучила его в совершенстве. Поначалу девушка не могла поверить в то, как маленькая девочка налету схватывает знания, потом стала приносить ей конспекты с языковых курсов, а затем и книги на французском языке. «Такой талант, крайне редко встречается», – говорила Диана своей младшей подруге, – «ты обязательно должна развивать его».

Следующим летом Диана вышла замуж. Она уговорила директрису, и Кристину отпустили на свадьбу к подруге. Она никогда не была на свадьбах, но была уверена, что более красивого торжества в жизни уже не увидит. Диана была ослепительна в белом платье из нежного щелка и кружев, и казалась Кристине сказочной принцессой. Макс оказался очень красивым и добрым, и они были великолепной парой. Как потом узнала Кристина, торжество проходило во французском посольстве, так как отец Макса был послом Франции. Они подъехали к великолепному зданию с широкой каменной лестницей. У входа две статуи, поддерживали крышу над крыльцом. И девочке казалось, что они очутились в прекрасном старинном замке.

Кристина, одетая в красивое бальное платье подаренное подругой, стояла в сторонке и с восторгом рассматривала все вокруг. Великолепный зал освещался огромными хрустальными люстрами, все гости были в красивых нарядах, и девочка чувствовала себя словно золушка на первом балу. Неожиданно к ней подошел пожилой мужчина с добрыми глазами и улыбнулся.

– Что же, такая красивая мадмуазель, скучает в сторонке, разрешите пригласить Вас на танец, – обратился он к ней по-французски.

– Я не скучаю, – ответила Кристина, – а танцевать не умею.

– Что ж если Вы позволите, я буду вашим учителем, – ответил он и взял ее за руку.

Показав, девочке основные движения, мужчина осторожно закружил ее по залу. Кристина все время боялась споткнуться, но все равно охотно отвечала на вопросы, которые задавал ее кавалер.

После танца он подвел ее к жениху, невесте и родителям Макса.

– Смотрите, какое сокровище я нашел в дальнем углу зала. Эта очаровательная девчушка премило беседует на языке Гюго и Вольтера.

– Разрешите представить, – спохватилась Диана, – это моя ученица и подруга, ее зовут Кристина.

Обняв девочку, она познакомила ее со всеми собравшимися в этом кругу.

– Знаете, – гордо продолжала рассказывать о ней Диана, – Кристина очень помогла мне с французским. У нее просто феноменальные способности к языкам. Я за год научилась немного разговаривать, да и то делаю ошибки, а Кристина уже читает в оригинале романы Дюма.

– Правда, это очень интересно, – посол слегка наклонился, пытаясь лучше рассмотреть молодую гостью, – так значить тебе понравился наш язык?

– Да месье, он совсем легкий мне нравилось заниматься вместе с Дианой, у нас в приюте не преподают иностранные языки, а я бы хотела их изучать. Хочу выучить и английский и итальянский.

– И зачем тебе знать так много языков? – улыбаясь, посол, все еще пристально смотрел на девочку.

– Когда я вырасту, то буду много путешествовать, я хочу объездить весь мир, а для этого мне надо знать языки, чтобы понимать, о чем говорят местные жители в других странах, – проговорила Кристина, уже не замечая, что говорит на французском.

– Какая целеустремленная маленькая мадмуазель, но если ты учишься в приюте, значит, у тебя нет родителей? – тихо спросил отец Макса.

– Да мои родители, наверное, умерли, но это ничего, я обязательно выучусь и выберу такую профессию, для которой надо будет много ездить по миру.

– Слушай Франсуа, – обратился посол к пожилому мужчине, который танцевал с Кристиной, – нельзя, чтобы такие мечты не исполнились, мы ведь придумаем, как помочь девочке их осуществить.

– Думаю, у меня есть идея на этот счет, друг, – ответил он.

С того дня жизнь Кристины круто изменилась. В новом учебном году она была зачислена в академию при посольстве Франции. В августе девочка покинула приют, чтобы никогда больше туда не возвращаться.

Ее поселили в небольшой комнатке в общежитии для персонала. Учащиеся академии, были в основном детьми богатых и влиятельных людей, общежития для них не было, так как они приезжали только на занятия на дорогих машинах и, отучившись, возвращались в свои роскошные дома и квартиры.

Но благодаря влиянию посла для Кристины сделали исключение. Теперь она жила при академии, ей была положена стипендия, часть которой шла на питание в столовой, часть на оплату проживания, а так же небольшая сумма выделялась на одежду.

Ее комнатка была маленькой, но Кристине нравилось, что она была только ее. Девочка не могла поверить, тому, что отныне не нужно прятаться от всех. Не нужно читать под одеялом и пугаться каждого шороха. Теперь у нее был свой уголок, в котором Кристина любовно разложила свои немногочисленные вещи, и расставила на полочке любимые книжки, подаренные Дианой. Теперь по вечерам, она могла наслаждаться тишиной и полностью растворяться в увлекательном мире литературы. В смежной комнате жила уборщица баба Маша. Женщина сразу полюбила бедную сиротку, и все время старалась подкормить ребенка. Приносила конфеты и шоколад, пекла ей пирожки. И скоро Кристина стала считать ее своей родной бабушкой. Старушке было больше семидесяти, но она не хотела уходить на пенсию. Родных у бабы Маши не было, и академия была ее домом.

– Ну, вот она опять читает. Пошла бы, погуляла, погодка просто великолепная. Я в твои тринадцать уже бегала на свидания с парнями. А она все над книгами сидит, – причитала старушка, вернувшись с работы и застав девочку за любимым занятием.

– Баба Маша, какие свидания? Зачем? Да и к тому же на меня никто здесь и не посмотрит.

– Как же не смотрят. Вон, какая красавица выросла. Просто ты им по ихнему статусу не подходишь, вот они нос и воротят. Зато как задания списывать, или решить чего потруднее, тут они забывают, кто ты есть.

– Но мне ведь не трудно, правда. Зато Сергей мне на днях калькулятор современный подарил за то, что я ему зачет помогла сдать. Теперь я и синус могу вычислить и любой корень. А на свидания я и сама бы не пошла, книжки намного интересней всяких там свиданий. Тут столько книг в библиотеке, что я за всю жизнь не перечитаю.

Кристина с грустью вспомнила, как тот самый Сергей пригласил ее однажды в кино. Это было первое в ее жизни свидание. Девушка надела самое красивое платье и волновалась до дрожи. Вечер прошел хорошо. Сергей был умным и вежливым мальчиком. Они, посмотрев фильм, еще два часа гуляли по городу и говорили обо всем на свете. Было видно, что девушка Сергею и вправду нравится. Но потом, кто-то из друзей заметил его интерес к безродной сиротке, и парень сразу отдалился. И Кристина с болью в душе осознала, что никогда не станет для своих одноклассников равной. Они не примут ее, несмотря на все ее успехи в учебе. И если в приюте девочке нравилось ее отличие от грубых и глупых сверстников, то в академии, где уважали знания и собственную точку зрения, где достаточно много было интеллектуально развитых личностей, Кристина острее ощущала свое одиночество. Эти дети были такие же, как она, у них были общие интересы, но она была для них чужая – не из их круга. «Ну и не надо мне этого, проживу и без них», – решила девочка и снова с головой ушла в учебу.

– Что ж читай дите, может, выйдешь в люди, не будешь как я всю жизнь тряпку тягать. А вот еще, лучше, пошли, чай попьем, я сегодня пирожков напекла твоих любимых с яблоками.

– Я же ужинала баба Маша, и совсем недавно, – смущаясь, улыбнулась девочка.

– Да знаю, что ты ужинала, только такими пирожками вас ведь не кормят.

– Нет, у тебя самые вкусные пирожки на свете.

– Тогда бросай свои учебники, я иду ставить чайник.

Кристина до сих пор с любовью вспоминает милую старушку. Для нее она стала единственным родным человеком. Устроившись на работу, она старалась каждый месяц отсылать часть зарплаты бабушке в благодарность за годы тепла и заботы. А узнав о ее смерти, долго плакала, вспоминая то время, когда ее любили и о ней заботились, как о других детях.

На третий год обучения, Диана оплатила ей поездку и Кристина целый месяц каникул провела в Париже. Она была счастлива видеть подругу. Но скоро поняла, что они уже не так близки как прежде. У Дианы к тому времени родился очаровательный малыш, и она была полностью поглощена заботами о сыне. Кристина, старалась быть полезной. Но, все же, больше всего в этой поездке ей понравилось быть одной. Она часами гуляла по старым улочкам Парижа, наслаждаясь их красотой. И еще больше полюбила этот город. Она мечтала о нем, и теперь он полностью захватил ее воображение. Вернувшись, домой, она решила, что обязательно, когда-нибудь, будет жить во Франции, и именно в Париже.

Настоящих подруг за время учебы у Кристины так и не появилось, зато, ее очень любили учителя. Она с таким рвением стремилась к знаниям, что скоро стала лучшей ученицей. Кристину посылали на олимпиады, а работы занимали призовые места в международных конкурсах. Благодаря этому она на год раньше закончила академию и поступила в университет. Получив стипендию, выбрала филологический факультет. К тому времени Кристина в совершенстве знала четыре иностранных языка, и изучала еще два. На первом курсе, девушка решила, чем хочет заниматься в жизни. Она станет журналистом. Ее мечта была попасть на работу в международную компанию, чтобы ездить по всему миру и брать интервью у знаменитых людей. Как только эта мысль обрела необходимую ясность Кристина одновременно с филологическим, стала изучать курс журналистики и к концу обучения должна была получить сразу два диплома.

Не так давно она подала резюме в несколько телевизионных компаний и ее взяли на место стажера в отдел новостей. Через месяц Кристина должна приступить к новой работе.

А сейчас девушка пила кофе и повторяла в голове сведения, которые ей могут пригодиться на зачете.

Сдав зачет, как всегда на отлично, Кристина практически бегом помчалась в офис. Вот опять опаздывает. Хорошо, что она не носила каблуки, в кроссовках бежать по проспекту было намного удобнее. Пулей, влетев на второй этаж блочного здания, она остановилась и дала себе отдышаться, прежде чем открыть дверь, на которой, крупными буквами было написано «Служба такси». Последние полтора года – это было место ее работы. Кристине нравилось работать диспетчером. До этого она уже успела попробовать себя в роли официантки, уборщицы и курьера пока случайно не устроилась сюда. Теперь с шести вечера и до двенадцати ночи она управляла десятком машин, следя за тем, чтобы жители города вовремя приезжали туда, куда им было нужно.

– Привет Кет, прости, я почти успела.

– Привет, – ответила девушка, поднимаясь навстречу, – четвертый на ремонте, остальные на смене, заказы в работе, ну я убегаю, а то свекровь меня убьет, она не на минуту дольше не посидит с малым. Пока!

– Пока! – сказала Кристина, в мыслях искренне посочувствовав напарнице. Кет была славной девчонкой, только ей, как и многим не повезло вначале. Она рано вышла замуж, и родила ребенка, мечтая как все о тихом семейном счастье, но горько ошиблась. Ее муж оказался не тем принцем, о котором мечтают все девушки. Этот негодяй, сначала пропил все, что у них было, а потом еще и смылся, куда-то оставив ее с младенцем. Родителей у Кет не было, так что приходилось просить помощи у свекрови, а она та еще стерва: берет плату за присмотр за собственным внуком. Так, что самая большая мечта Кет, устроить сына в садик. Узнав грустную историю напарницы, Кристина лишний раз напомнила себе, что в наше время, да пожалуй, и во все времена, женщинам лучше рассчитывать только на себя, и ни в коем случае, не зависеть от мужчин. Тогда, возможно получиться избежать разочарований.

Упав в довольно удобное кресло у монитора, Кристина одела наушники и, нажав на кнопку, улыбнулась.

– Привет мальчики я опять с вами, ну что начинаем развлекаться.

– Привет Кристи, – раздалось сразу несколько голосов.

– Рад тебя слышать, буду поблизости, завезу кофе и булочки.

– Ты опять Ромка, – Кристи притворно надула губы, – я хорошо поужинала, и мы договорились, что ты перестанешь так обо мне заботиться, я не ребенок.

– Да не ребенок, но я все не могу забыть, как нашел тебя без чувств, не хотел бы снова пережить те ощущения.

– Я же уже объясняла, были экзамены, ну забыла пару раз поесть, больше я такой ошибки не совершу, и вообще это было неделю назад. Пора уже забыть. Обещаю, хорошо питаться.

– Хорошо, хорошо, больше не буду, просто мы все волнуемся ты наше солнышко и мы не хотим, что бы с тобой что-то случилось.

– Действительно солнышко, если бы не твой голос мы все грустили бы ночи напролет, – раздался другой голос.

– Спасибо мои хорошие, но хватит сантиментов. Тринадцатый, Юрка, я вижу, ты в центре принимай заказ, давайте работать ребята, люди ждут нашей помощи. Поехали.

Попивая кофе, Кристина взглянула на монитор.

– Сашка, я все вижу, опять, околачиваешься возле ресторана.

– Всего лишь ловлю богатых клиентов.

– Знаю я твоих богатых клиентов. Мало тебе прошлого раза. Вот позвоню твоей Ирке и все расскажу.

– Кристи, не нужно. Она и так после последнего раза меня чуть не заставила уволится с работы.

– А не надо было сажать четверых пьяных подозрительных типов в машину. Работай на заказы. Да если бы я не увидела, что твоя машина возле леса, а ты не отвечаешь, даже боюсь представить, что бы они с тобой сделали, если бы ребята вовремя не подоспели.

– Ну ладно, ладно больше не буду.

– Конечно, не будешь. Я обещала твоей жене, что отныне ты работаешь только по предварительным звонкам. Так что брысь оттуда, есть заказ на Портовую девятнадцать, вперед.

– Слушаю и повинуюсь, мой ангел хранитель, – раздался голос в наушниках, прерываемый смехом.

Сашка – он такой добрый, веселый, но такой безответственный, и это отец двоих детей – бедная Ирка, – думала девушка, глядя на монитор.

Ближе к часу ночи, когда Кристине, наконец, удалось добраться до постели, она подумала, что ей, наверное, будет тяжело расстаться с этой работой. Нигде, прежде ей так не нравилось как здесь. У нее сразу сложились хорошие отношения с ее мальчиками. И хотя некоторым из них было уже пятьдесят, они как то сразу подружились и все стали ей родными. Даже заботились о ней, как о младшей сестренке. Когда она неделю назад, как кисейная барышня, грохнулась в обморок от банального недоедания. Не услышав ее в эфире, они ринулись на помощь. Она даже расплакалась, когда прейдя в себя в приемном покое, увидела, целую толпу таксистов, которые готовы были убить доктора, если он сделает что-то не так.

У Кристины вообще хорошо получалось ладить с мужчинами, она всем нравилась, и ей с ними было легко. Намного легче, чем с женщинами, ведь она так и не научилась находить настоящих подруг. В мужской компании девушке было уютно, стоило улыбнуться или скривить губки, как все ее желания сразу выполнялись. Правда, это длилось до тех пор, пока отношения носили дружеский характер. Как только появлялось нечто большее, Кристина сразу обрывала все контакты. Она не была ханжей и пуританкой, и совсем не считала что секс – это плохо. Скорее наоборот, как часто ей хотелось чувствовать себя любимой и желанной. Кристине многие парни нравились. Иногда увидев мужчину, она чувствовала, особое притяжение, но стоило ему подойти слишком близко, как в мозгу, что-то щелкало, и она испытывала страх и старалась сбежать. Кристине не надо было ходить к психологу, чтобы узнать причину ее поведения. Это были ее сны. Каждый раз, когда к ней приближался мужчина, она снова ощущала себя грязной и развратной, совсем как в ее снах, и ничего не могла с этим поделать.

То же самое было и с алкоголем. Как ни старалась Кристина так и не смогла получить удовольствие от выпивки. Один раз она даже решила в отчаянии напиться. Это было на новогодней вечеринке в университете, Кристина через силу заставляла себя пить, и насколько она помнила, даже пыталась веселиться. Но когда, на следующее утро, она проснулась на полу в ванной в жутком состоянии, ей стало очень страшно. Ее сон был явью, и это было ужасно. Ей было также плохо, как и в ее снах, но только теперь она не могла просто проснуться, Кристине казалось, что она сходит сума. С того случая даже вид алкоголя вызывал у нее панику.

Со временем, девушка решила, что не будет зацикливаться на том, чего не в силах изменить, и что ей доступны другие радости жизни. Мужчины могут подождать до лучших времен, а то, что она не пьет и не курит, очень хорошо для здоровья. А здоровье ей пригодиться, так как у нее на себя были далеко идущие планы.

Глава 2

Стоя в вестибюле шикарного многоэтажного здания, Кристина не могла унять дрожь. Чего ей бояться, она мечтала о этой работе. Теперь она взрослая самостоятельная женщина, которая, на днях получила два диплома с отличием. Знает больше пяти языков, и никому не даст себя в обиду. Кристина тщательно утром подобрала наряд для ее первого рабочего дня на телевидение. И сейчас на ней была строгая юбка до колен белая блузка с высоким воротом и укороченный пиджак. Все в деловом стиле. Она хотела, что бы ее сразу принимали серьезно, а не как легкомысленную девчонку, поэтому минимум косметики и больше уверенности в себе. Глубоко вздохнув, Кристина, собравшись с мыслями и пожелав себе удачи, направилась к лифту.

Офис новостей располагался на пятнадцатом этаже. При входе она сразу попала на секретаря. Милая женщина лет сорока, тут же, схватив ее за руку, стала проводить экскурсию.

– Здесь у нас студия, здесь монтажная, здесь редакторы, – она распахивала одну дверь за другой, – со всеми знакомить сразу не буду, запутаешься, по ходу сама разберешься. А здесь будет твое место, она указала на стол в дальнем углу офиса, но не думаю, что ты на нем засидишься. Работа стажера предполагает массу беготни. Приготовься к тому, что они попытаются свалить на тебя все, что только можно, так что сразу учись отбиваться. Иначе сгинешь под непосильной ношей.

– Попытаюсь, – ответила Кристина, разглядывая все вокруг с неописуемым восторгом. Огромный павильон был освещен прожекторами, под потолком висели камеры, за стеклом всевозможная техника и куча мониторов. Народ носился туда, сюда, раздавался гул голосов и громкие приказы режиссера. Неожиданно все смолкло как по мановению волшебной палочки, и началась запись прогноза погоды. Кристина, не дыша, наблюдала за сказочным действием. Это был именно тот мир, в который она так мечтала попасть. Страх отступил, уступив место возбуждению. Ей здесь понравиться она была в этом твердо уверена.

– Кристи, где тебя черти носят, где мой кофе.

Кристина с ненавистью взглянула на режиссера, ну почему в любой бочке меда должна быть ложка дегтя. Ей так нравилась ее работа. За прошедшие несколько месяцев она уже знала о телевиденье все. И хотя девушка все еще числилась стажером, но теперь уже чувствовала себя частью этого дружного слаженного коллектива. Она стала для них незаменимым атрибутом. Несмотря на то, что творчески увлеченные люди, редко замечали что-то вокруг себя, Кристина все чаще слышала возгласы типа: «Господи, что бы мы без тебя делали», направленные в ее адрес и ей это очень нравилось. Она нашла подход к каждому и полюбила их всех. И смешного оператора, который разрешал называть себя только полным именем Петр и неугомонного стилиста Жана и жутко застенчивого звукорежиссера Алекса и даже кокетливую и жеманную помощницу режиссера Светку. И они все отвечали ей взаимностью.

Только не Карл Петрович. Главный режиссер не понравился ей сразу. Жутко надменный самовлюбленный тип. Он был маленького роста лысеющий и довольно грузный. Но даже к нему она бы нашла подход. Только все уперлось в банальную похоть. Как только он остановил на ней взгляд в первый раз, девушка тут же прочитала в глазах все его желания. Почему она была в этом так уверена? Да потому что, несмотря на свою неопытность, этот взгляд она ни с чем не смогла бы спутать, ведь именно так на нее смотрели мужчины в ее жутких снах. И Кристина не ошиблась, не прошло и нескольких дней как Карл, не двусмысленно дал ей понять, от чего зависит ее продвижение по карьерной лестнице. Она отпрянула от него как от прокаженного и тем самым ужасно усложнила себе жизнь.

– Уже бегу, Карл Петрович, – прокричала она, наливая кофе в чашку, стараясь не выронить папку с документами.

– Наконец-то!… Ты принесла распечатку вопросов, надеюсь, в этот раз ты более серьезно отнеслась к подборке информации? – Карл сверлил ее недовольным взглядом, – Я не буду снова ждать, когда ты исправишь все неточности.

– Я все сделала, не будет никаких проблем, я изучила его биографию вдоль и поперек.

– Будем надеяться, – режиссер допил кофе, и, выхватив из ее рук листы бумаги, смерил Кристину оценивающим взглядом.

– Господи, что он на тебя так взъелся? – прошептал Петр, наводя на нее камеру, как только режиссер вышел.

– Да нет, он прав, ведь это я упустила в прошлый раз, важный факт биографии того художника.

– Вообще-то это его работа, следить за такими вопросами, а ты всего лишь стажер, и не надо на тебя так наезжать, он же прекрасно понимает, что без тебя мы бы вообще не успели подготовить то интервью. Ты же три ночи не выходила из студии.

– Не переживай, я просто учусь и всегда готова к конструктивной критике, – Кристина, старалась успокоить оператора, хотя сама понимала, он где-то прав.

– Слушай, а ты неплохо смотришься, камера делает твое лицо таким выразительным и в то же время каким-то загадочным, Может предложить твою кандидатуру на ведущую прогноза погоды? – улыбнулся Петр.

– Даже не думай, я не похожа на этих бездушных куколок.

– Ладно, щучу, но ты, и, правда, фотогенична, – задумчиво проговорил он, и он снова навел на девушку камеру.

– Спасибо, Петр, но мне сейчас не до комплиментов, ты, же знаешь, у меня куча дел я исчезаю, Увидимся, – Кристина выскочила из студии, до обеда ей надо было побывать еще в трех местах и успеть составить план интервью на завтра.

Она страшно уставала, но эта была приятная усталость, Кристина занималась тем, что ей нравилось. Конечно, больше всего на свете ей хотелось самой брать интервью, общаться с гостями студии или вести новости. Но до этого ей надо дорасти, и она это понимала и старалась из-за всех сил. Только, что делать с режиссером, Кристина знала, что пока не уладит свои «разногласия» с ним ей не удаться продвинуться дальше роли его «девочки на побегушках». Иногда, он уж так сильно доставал ее, что хотелось все бросить и уйти куда подальше.

– Слушай, переспала бы ты с ним разок, глядишь он бы и успокоился, – выслушав ее очередные жалобы на «главного», посоветовала Дана. – Хотя с твоим отношением к этому вопросу, наверное, это будет для тебя не так легко.

– Да, нет, я ведь не ребенок и понимаю, что в моей профессии так было бы намного проще, – в который раз, задумалась над этим вопросом девушка, – но как представлю эту жирную свинью, так и передергивает от отвращения.

– А ты, закрой глаза и представь Бреда Пита, – засмеялась, Дана, – у меня вот завтра зачет по экономке, так я бы лучше переспала с этим Генрихом Петровичем, чем зубрить эту нудотину, но ты, же знаешь какой он у нас моралист. Так что сижу и учу.

– Сиди и учи, а то по окончании университета получишь диплом не финансиста, а гейши, – засмеялась Кристина.

– Ну, эту специальность я давно освоила, и сдала все экзамены. Могу открывать свой курс, будешь моей первой ученицей?

– Учту на будущие, – улыбнулась девушка.

В этот вечер в постели Кристина долго лежала без сна. Ну почему у нее так все сложно. На дворе двадцать первый век, а она в двадцать два еще девственница. Анахронизм какой-то. Нужно с этим что-то делать решила она и провалилась в крепкий сон.

Огромная комната была освещена десятком свечей. На полу лежал дорогой пушистый ковер, а на стенах картины с изображением обнаженных тел. Кристина знала этот зал, она уже не в первый раз была здесь. На ней была только нежная шелковая рубашка, настолько прозрачная, что в полумраке ее совсем не было видно. Девушка лежала на подушках, которые были разбросаны по полу и кого-то ждала. Ей не было страшно, скорее мучительно тоскливо. А ведь должна была радоваться, сегодня ей повезло. Вытащила так сказать счастливый билет. Ее выбрали богатые господа, и мадам Гофр велела выкупать и облить ее сладкими духами. Затем тело натерли душистым лосьоном и отвели девушку в лучшую комнату. И теперь она обязана была доставить удовольствие мужчинам из высшего света.

Поначалу попав в это заведение, Кристина отчаянно сопротивлялась той участи, что была ей уготована. В первую же ночь ее отдали какому-то старику, который, как потом узнала девушка, дорого заплатил за то чтобы лишить ее невинности. Она до сих пор вспоминает с отвращением ту ночь. Мадам Гофр пригрозила высечь ее, если она не будет тихо лежать на постели. Но Кристина все равно отчаянно вырывалась, крича и кусаясь. За что получила тридцать ударов плетью. Причем бил ее сам старик, получая от этого какое-то извращенное удовольствие. После этого девочка, закрыв глаза и стиснув зубы, вытерпела все. А потом долго рыдала, уткнувшись лицом в подушку.

– Если ты не научишься расслабляться, будет только хуже, – проговорила Моник стоя у ее кровати. Кристина лежала в постели, доктор только что ушел и все ее тело болело.

– Или ты хочешь, чтобы тебя каждый раз зашивали. – Моник была старше и уже несколько лет работала у мадам Гофр.

– Как я могу расслабиться он такой противный, – сквозь слезы пробормотала девушка.

– Ну, не все они такие уж и противные, а ты закрой глаза и думай о чем ни будь приятном, или о ком ни будь приятном – сразу станет легче.

По совету девушек, Кристина долгое время изо всех сил старалась найти в этом занятии хоть что-то хорошее.

Со временем действительно стало легче. Иногда когда клиент нравился Кристине и был с ней нежен, она даже начинала испытывать удовольствие от его прикосновений. За год она обучилась всем премудростям профессии и всегда знала, как лучше ублажить мужчину, и это принесло ей своего рода популярность. Ее молодость и красота привлекали более состоятельных клиентов. Они были хорошо одеты, и от них приятно пахло – и одно это уже радовало.

Однажды ее выбрал молодой парень – капитан большого корабля. Он был очень нежен с девушкой. Разговаривал с ней, они вместе смеялись. И в его объятьях, Кристина познала такие приятные ощущения, которые ей не приходилось чувствовать раньше. С тех пор ей уже не было так противно ложиться с клиентом в постель как раньше. Особенно если мужчина был красив и молод. Но все равно каждый раз у нее возникало чувство горечи. Она не хотела продавать свое тело. Не выбирала эту жизнь. Она думала о том, что никто из этих мужчин не видит в ней ничего кроме красивой фигуры и милого личика. Они никогда не узнают, что она любит, какие книжки, принесенные тайком, читает по утрам после бессонной ночи. Она всего лишь товар, товар за который хорошо платят.

Закрыв глаза, Кристина расслабилась, и постаралась выкинуть из головы все мысли. «Пусть сегодня ей будет хорошо» – подумала девушка.

Массивная дверь открылась и на пороге она увидела трех мужчин. Одного из них она узнала – это был знатный господин и постоянный клиент.

– А вот и наша красавица, я Вам говорю не пожалеете, такого что умеет вытворять эта малышка, я не пробовал даже в гареме у султана, – улыбаясь говоривший подошел к Кристине, – и подняв за руку поставил посреди зала.

– И, правда, хороша, – облизнул губы другой, – Ну, что же ты стоишь, сбрасывай с себя все и иди ко мне, – хрипло прошептал он.

Кристина послушно спустила с плеч свою рубашку, и она мягкой лужицей упала на пол. Переступив ее, девушка подошла к одному из мужчин, и став на колени принялась расстегивать его брюки. В это время двое других, раздеваясь, начали поглаживать ее тело. Волна удовольствия пробежала по нервам.

«О господи», – прошептала Кристина, возвращаясь ото сна в реальность. Она все еще ощущала дрожь во всем теле, и приятное пугающие возбуждение. «Вот к чему приводит воздержание», – мелькнуло у нее в голове. На этот раз сон не был таким отвратительным и жутким как остальные. Но воспоминание о нем вогнало девушку в краску. Мало ей было чувствовать себя грязной проституткой, теперь она еще и в оргиях участвует, причем получая от этого удовольствие. Жуть. Стоя под душем, и приводя чувства в порядок, Кристина думала, ведь действительно чего она так боится, ее сны ничего не имеют общего с реальностью. Может и вправду нужно начинать жить полной жизнью. Но представив себя в объятьях мужчины в реальности, она снова испытала ужас и отвращение. Наверное, все-таки, придется, еще подождать с этим решила девушка. Может со временем, если ее сны и дальше будут приносить ей удовольствие, а не страх ее тело оттает, и она сможет себе позволить расслабиться в мужском присутствии.

А пока нужно набраться терпения и дальше выдерживать нападки режиссера, она еще не достаточно освоила все аспекты выбранной профессии. И как только ей покажется, что здесь ей уже делать нечего, она попытается найти работу в другой компании, но теперь уже корреспондентом. Кристине очень не хотелось менять канал, но ничего не попишешь.

– Кристина, ты перепечатала, вопросы к интервью?

– Да они на столе.

– Где эта чертова Мария, – режиссер злобно обвел их всех взглядом, через полчаса синьор Антонио будет здесь, я с нее шкуру спущу, пусть только она не появиться к этому времени.

Все молча, опустили взгляды, а Алекс, казалось, совсем вжался в свой пульт управления. Кристина сочувствовала запоздавшей ведущей. Если она не появиться через минуту Карл точно выполнит все свои угрозы.

– Что, – взревел режиссер, в трубку телефона – делай, что хочешь, но чтобы через пять минут нашел замену.

– Нет, вы меня в могилу загоните, – Карл, казалось, посинел от злости, – Она в аварию попала. Как она могла. Когда точно знает, что заменить ее некому. А еще этот Антонио Тоскани, нет ну какой наглец, он ведите ли, не хочет разговаривать через переводчика. «Я хочу слышать вопросы на родном языке, а вы потом можете переводить как вам угодно» – Карл прорычал, повторяя манеру разговора депутата Европарламента, – что мне теперь прикажете делать, где я возьму ему новую ведущую, со знанием итальянского?

Кристина глубоко вздохнула и вышла вперед. «Была, не была».

– Я, хорошо говорю на итальянском, – ей казалось, что она слышит свой голос из далека, – если хотите я задам ему вопросы.

– Задам вопросы? – Карл смерил ее надменным взглядом, и подошел ближе, – мы говорим об интервью с богатым и влиятельным политиком, а не об опросе населения.

Кристина закрыла глаза, стараясь устоять на месте. Он ее сейчас ударит.

– Хотя, стоп, у нас, наверное, не большой выбор или ты или отмена программы. Ты говоришь на итальянском? Хорошо?

– Да это есть в резюме, я свободно владею пятью языками, – ей стало казаться, что сердце вот, вот выскочит из ее груди.

– Полиглот, да, – казалось, Карл начинал успокаиваться, – Жан мигом костюм и грим, Петр сними ее, надо посмотреть как она в кадре, а ты, – он снова смерил девушку взглядом, – даже не думай облажаться, а то я не знаю, что с тобой сделаю, быстро всем за работу.

Кристине показалось, что она сейчас умрет, неужели ее мечта сбудется. Это ее шанс и она уж точно его не упустит.

Одетая и накрашенная с помощью Жана, Кристина, помогала Алексу подсоединить микрофон к ее пиджаку, а у самой так тряслись колени, что она с большим трудом не давала себе упасть. «Господи, только бы все получилось», – молилась она.

Тут в студию вихрем ворвались два охранника депутата и стали быстро осматривать помещение, и Кристина поняла, отступать поздно он уже здесь.

– Добрый день синьор Тоскани, мы очень счастливы, что вы оказали нам такую большую честь, – она изо всех сил старалась, чтобы голос не дрожал и ее итальянский звучал с правильной интонацией, – меня зовут Кристина, если Вы позволите, сегодня я буду вашим собеседником.

Итальянец окинул девушку оценивающим взглядом. Это был высокий смуглый с красивыми чертами лица мужчина. Как помнила Кристина, из его биографии, ему было сорок пять, но выглядел он намного моложе, особенно тогда когда улыбался ей теплой сексуальной улыбкой.

– Очень приятно, я буду счастлив, пообщаться с такой очаровательной сеньоритой, – и он галантно поклонившись, поцеловал Кристине руку.

Их беседа продлилась более часа. Тоскани, не только ответил, на все ее вопросы о политике, но и долго рассказывал ей о своей семье и планах на будущие. К концу разговора девушке казалось, что этот великолепный и властный синьор, стал ей другом. Они тепло попрощались, и Антонио протянув свою визитку, пригласил ее приехать в Италию, обещая помочь в любых начинаниях.

Позже Кристина смотрела запись программы и не могла поверить. Это она такая уверенная в себе сидит перед известным человеком и задает ему вопросы и даже шутит и смеется. Стоило только заработать камере, как ее страх куда-то пропал, и девушка всецело погрузилась в общение. Ей понравилось это ощущение. Что ж, кажется, она была права, когда выбрала профессию журналиста – это то, чем она хочет заниматься всю свою жизнь.

Позже, когда руководство канала посмотрело отснятый материал, было принято решение сделать по нему отдельный сюжет, который бы показал зрителям образ современного политика. Так родился новый проект о жизни известных людей. И на роль ведущей была утверждена Кристина. Она краем глаза заметила, что этот поворот в ее карьере не слишком радует режиссера, но, кажется, его мнения не спросили. И этот факт доставил дополнительное удовольствие девушке.

Глава 3

– Кристина, ты слышала, мы с тобой едим в Париж, – Петр весь сиял от счастья, – главный решил, что наши звезды уже закончились и пора переходить на международный уровень, послезавтра мы берем интервью у министра социальной политики ЕС. Уже все договорено.

– Это же здорово, я снова увижу Париж, – Кристина с чувством обняла Петра так, что он даже смутился.

Петр ей нравился. Он был великолепным другом, добрым веселым заботливым. В свои тридцать семь лет, он уже имел красавицу жену и сына подростка. Последнее время именно он работал с ней над проектом, и они сразу поладили. Петр был прекрасным профессионалом, если по другую сторону камеры был он, Кристине нечего было переживать, в кадре все было идеально.

– Если ты меня еще раз так обнимешь, то я пожалуй пересмотрю брачные клятвы, который давал своей жене – засмеялся Петр.

– Да ну тебя, я просто счастлива, а будешь паясничать, все расскажу Ленке, она с тебя шкуру спустит, – рассмеялась в ответ девушка.

– Ладно, ладно, пошутил, беги к редактору она уже о тебе спрашивала. Вылетаем завтра утром.

Выйдя из терминала Ruassi – Charle de Golle Кристина не могла сдержать восторга, она снова в Париже. Этот город покорил ее сердце еще в детстве, и теперь она с нетерпением ждала с ним новой встречи.

Проезжая на такси по знакомым улочкам она во все глаза смотрела по сторонам. За десять лет город изменился, и она старалась заметить и запомнить все его новые черты.

Возле Лувра вырос стеклянный купол. Несколько зданий были отреставрированы, но все же, это был ее Париж – город мечта.

Поселившись в гостинице и разобрав вещи, она еще раз проглянула все записи. Интервью только завтра. У нее целый вечер, чтобы посетить любимые места.

– Петр, я не буду ужинать, пойду, прогуляюсь. Встретимся завтра в семь в вестибюле. – Кристина заглянула в соседний номер.

– Ты не боишься гулять одна. Все-таки большой город.

– Не выдумывай. Последний раз, когда я здесь была, мне было тринадцать, и я сама обошла Париж вдоль и поперек.

– Смотри не заблудись. И выспись, завтра тяжелый день, – заботливо проговорил Петр.

– Слушаюсь мой господин, – Кристина улыбнулась и, подхватив легкий пиджачок, побежала к лифту.

Париж. Кристина и сама не знала, чем он так завораживает ее, но это чувство разливалось теплом по всему тело, и проникало в самую душу. Было в этом городе, что-то родное и близкое.

Она не хотела смотреть на общепринятые достопримечательности. Лувр, и Эйфелевою башню она видела в детстве, и не думала, что там что-то изменилось. Она свернула на тихие старые улочки, вдохнула их аромат кофе и сдобы, исходивший от уютных кафешек, и спустилась вниз. Ее тянула к себе река.

Добравшись до моста Нотр-Дам, Кристина, облокотилась на его каменные стены, вглядываясь в течение воды. От камней веяло прохладой и покоем, а медленная река завораживала. Кристина видела перед собой старинные суденышки, плававшие здесь когда-то, грубых и грязных мужчин, которые разгружали мешки и ящики. Беспризорные дети сновали мимо лотков с товарами, стараясь незаметно стащить что-нибудь повкуснее. Грязная мостовая дрожала от стука копыт. Пахло рыбой, вином и дорогими духами. В красивых каретах по мосту проезжали дамы одетые в бархат и меха. У самой реки под мостом примостился старый пес, жадно лакающий воду. Кристина открыла глаза и, мотнув головой, отогнала видение. Почему, ей кажется, что все здесь так и было. Неужели она и вправду это видела?

Пройдясь по набережной, она свернула к Монмартру. Раньше здесь всегда можно было встретить художников, вспомнила Кристина, а дальше была местная улица «красных фонарей». В тринадцать, когда она случайно забрела сюда, ее детское воображение поразили витрины с эротическим бельем и откровенные вывески.

Где-то здесь она ела потрясающий сэндвич с ветчиной. В то время Диана давала ей несколько монет, так как она не всегда успевала к обеду. Отыскав знакомое кафе, Кристина убедилась, что за десять лет ничего не изменилось: сэндвич, был по прежнему восхитительным, а кофе ароматным.

Погуляв еще немного, она вернулась к реке. Что ее так волновало. Казалось, сидя на берегу, она ждет от реки чуда. Какое-то неясное беспокойство терзало ее душу. Что-то должно случиться она чего – то ждет.

Солнце уже село, когда Кристина вернулась в свой номер. Раздевшись и заведя будильник на шесть утра, она забралась под одеяло. Город не отпускал ее мысли, и все еще под властью его чар она уснула.

«Он приплывет, он обязательно за ней приплывет», – отчаянно молилась девочка, сидя на берегу реки и вглядываясь в ночную темноту. Город затихал, отдаваясь во власть ночи. Последние рыбаки и торговцы покинули улицы, и на речку опустился туман. Обняв свои колени, чтобы как то согреться Кристина прислонилась головой к камню на набережной.

Он не мог ее бросить, только не он. Она ему так верила. Пьер был таким добрым и благородным, заботился о ней.

Однажды молодой человек вошел в лавку, как раз в тот момент, когда Кристина уронила мешок с крупой. Хозяин накинулся на нее и стал бить. А Пьер вырвал ее из рук тирана и закрыл своим телом.

– Не смейте обижать ребенка, – проговорил он.

– А тебе, что до этого сопляк, – прорычал хозяин.

– Я этого вам не позволю, – ответил юноша и решительно выступил вперед.

В тот день Кристина, благодаря ему, избежала очередной порки. И потом, всякий раз, когда молодой человек приходил в лавку, где она работала, он по-доброму разговаривал с девочкой. Она узнала, что Пьер работает у нотариуса переписчиком бумаг, и живет в доме, напротив, на чердаке.

Однажды, он, пообещав показать книгу со сказками и красивыми картинками, пригласил ее в гости. Она сидела в его маленькой комнатке на полу у камина и жадно рассматривала картинки в его многочисленных книгах, которые занимали все полки шкафа. Одежда Пьера была сложена в углу в сундуке, а книги заботливо расставлены по полкам. У небольшого окошка стоял стол с письменными принадлежностями, а у старого камина железная кровать.

– Ты их все прочитал? – спросила девочка, с восхищением глядя на юношу, он казался ей великим ученым.

– Да, хочешь, и тебя научу.

– Нет, у меня, наверное, не получиться, Жан говорит, что я глупая, – девушка опустила глаза, боясь, что Пьер подтвердит всеобщее мнение о ней.

– Я так не думаю, мне кажется, ты очень сообразительная, давай попробуем.

И Пьер учил ее читать. По вечерам, когда лавка закрывалась, Кристина тайком пробиралась на улицу, и приходила к нему в комнату.

Он был так терпелив, и никогда не кричал на нее, когда Кристина снова и снова, забывала буквы. Потом, когда девочка, наконец, освоила эту науку, Пьер доставал ей с полки сказки, и она читала их вслух, пока он, сидя за столом, красивым почерком писал важные документы. Пару раз она так и засыпала сидя на полу, тогда он аккуратно переносил ее на кровать и укрывал одеялом, а потом будил утром, чтобы она успела вернуться к открытию лавки. Ей не хотелось возвращаться. Сколько себя помнила Кристина жила в полуподвальной сырой коморке и работала с утра до ночи. А у Пьера она чувствовала себя дома. Здесь ее любили и о ней заботились.

Ей было четырнадцать, а ему двадцать.

– А почему ты не приводишь сюда девушек? Я ни разу не видела тебя с кем-нибудь, – спросила она однажды, жуя яблоко принесенное Пьером.

– Зачем мне девушки, разве нам с тобой скучно?– рассмеялся Пьер.

– Нет, просто Жан говорит, что ты странный.

– Если я не общаюсь с женщинами, это не значит, что я странный. Просто я хочу стать священником, а в семинарии не поощряют такого рода развлечения, – серьезно проговорил юноша.

– Значит, ты скоро уедешь и оставишь меня одну? – со страхом спросила девочка.

– Может, я возьму тебя с собой. – Ответил Пьер и, взглянув на девушку, улыбнулся, сердце Кристины растаяло.

– Да, а что я буду делать в семинарии?

– Там посмотрим. – Пьер погладил ее по волосам.

Потом он рассказывал ей замечательные истории из библии. Кристина верила в Бога, но в последнее время, Иисус являлся ей в образе Пьера. Она боготворила его.

Теперь только он может спасти ее от той участи, которая ожидает ее в скором времени. Если он не заберет ее сегодня, уже завтра она окажется в том борделе у мадам Гофр. Сегодня Жан рассказал ей, что подслушал разговор хозяина. Тот уже договорился и даже получил задаток. Так, что завтра за ней придут.

Она не раз видела женщин, которые работали у мадам Гофр. Они были красиво одеты, приятно пахли и покупали в лавке очень красивые вещи и сладости. Кристина никогда не пробовала шоколад, а девушки могли себе позволить покупать и его. Ей казалось, что они выглядели счастливыми, но она все равно не хотела быть такой как эти женщины. Жан, работающий у них в лавке продавцом, рассказывал ей, что они должны продавать свое тело. Мужчины платили мадам Гофр и проводили ночь с девушками. В свои пятнадцать Кристина не была наивной и знала, что мужчины делают с женщинами. Ее хозяин часто приводил в дом мадам Лили, и Кристина видела, как они, зайдя в подсобку, занимались этим. Сам процесс вызывал у Кристины страх и отвращение, хотя мадам Лили вроде нравилось. Но девушка не за что не согласиться на такое. Лучше уж ей умереть.

«Ей надо бежать» – подумала Кристина, узнав, что ее ждет. Только куда. Сколько она себя помнила Кристина, жила в этом городе и пусть ее жизнь нельзя было назвать легкой, все же здесь она чувствовала себя в безопасности. Что ждет ее за городом. Вряд ли где-то жизнь будет к ней добрее. Узнав о том, какая участь уготовлена Кристине, Пьер обещал достать лодку и приплыть за ней, а потом они вместе отправятся в деревню, в которой он вырос. Пьер сказал, что она сможет пожить у его родителей пока не найдет себе работу.

«Где же он», – отчаянье потихоньку заползало в ее сердце. Вдалеке зарождался рассвет и по мере того как первые лучи освещали дома и улочки надежда покидала сердце Кристины. Неужели он так и не прейдет. Что же ей теперь делать?

Утром Петр постучал в дверь ее номера.

– Я же говорил, что ты должна выспаться, а судя по твоему виду, ты всю ночь гуляла по городу.

– Я не очень поздно легла, просто сон приснился беспокойный, – ответила девушка, заканчивая одеваться. – Но не переживай, дай мне пять минут, я буду в порядке. Ты недооцениваешь силу современной косметики.

– Да, недооцениваю, когда я вижу, как жена краситься перед работой, мне начинает казаться, что все женщины рождаются с художественным даром. Вот скажи на милость, откуда вы точно знаете, что куда и в каком количестве нужно накладывать. – Петр в недоумении развел руками.

– Ты не забывай про годы тренировок, – рассмеялась Кристина.

– Да, наверное, – улыбнулся он, – у тебя десять минут, я уже вызвал такси.

Машина въехала во двор красивого богатого дома на окраине Парижа.

– Ты уверена, что нас тут ждут? – забеспокоился Петр.

– Конечно, я вчера звонила и подтверждала время. Не дрейфь, богатые и знаменитые, такие же люди, как и мы с тобой. Просто им повезло больше.

– Ну не знаю, не хотелось бы чтобы мне так везло. Ходить везде с охраной, и прятаться от надоедливых папараций. Нет мне и так нравиться моя жизнь.

– Надоедливых папараций, – рассмеялась Кристина, – это ты нас имеешь в виду. Слава Богу, мы пока еще никого с тобой не преследовали.

– Господин министр, скажите, как вы относитесь к вопросу эмиграции. Ведь в данный момент это реальная проблема, которая волнует большинство граждан ЕС. При нынешней экономической ситуации и растущей безработице есть ли у правительства конкретные пути решения данного вопроса. – Кристина в упор смотрела на Жана де Монтеню.

– Конечно этот вопрос, сейчас очень актуальный, и мы прилагаем все усилия для его решения. В парламенте уже зарегистрированы ряд законопроектов, направленных на улучшение работы иммиграционных служб. А в этом году мы планируем ввести ряд ограничений, для въезда на территорию ЕС иностранцев, тем самым сохранив рабочие места для местного населения.

– А как же права человека. Не думаете, что описанные вами меры могут быть резко раскритикованы вашими оппонентами из оппозиции?…

«Напыщенный индюк», – прошептала Кристина, садясь в машину.

– А, по-моему, у тебя все получилось, он даже не нервничал. Ты его так очаровала, что к концу беседы он уже «ел из твоих рук».

– Может быть, но это только ухудшает мое впечатление. Я думала, в правительстве должны быть умные люди. А этот, отвечал как робот, наизусть заученными фразами. Хоть бы раз включил мозги, а ты слышал, как он восхищался президентом.

– Извини, это ты у нас полиглот, я лично ничего из вашего разговора не понял. Мое дело было следить, чтобы вы прекрасно смотрелись в кадре. И, по-моему, я справился. Ты была великолепна. Я уже столько раз слышал, как ты щебечешь то по-итальянски, то по-английски, то по-французски, но каждый раз поражаюсь, как у тебя это получается. Такое впечатление, что это все родные тебе языки, я даже акцента никогда не замечал.

– Если долго тренироваться, акцент почти не заметен. А что до того, что они родные. Знаешь, я иногда ловлю себя на том, что начинаю думать на другом языке. Наверное, это потому, что мне нравиться, каждый раз вживаться в новый мир слов и звуков. Это так здорово, как будто слушаешь игру на разных инструментах. Например, французский – это флейта, такая тихая и мелодичная. Итальянский – это скрипка, быстрая и немного пронзительная, а английский – скорее всего, похож на фортепьяно, такое конкретное и громкое.

– Да ты у нас романтик, я и не замечал, – улыбнулся Петр.

– Скоро будем в аэропорту, ты лучше посмотри в окно, когда мы еще будем в Париже. Как же я буду скучать.

– Тебе нравится этот город? Ты всегда с таким восторгом о нем говоришь. – Петр с любопытством смотрел на Кристину, словно открывая в ней что-то новое.

– Да я люблю Париж. Жаль, что мы так быстро уезжаем, я бы тебе показала все свои любимые места. Ты не представляешь как там красиво, – девушка мечтательно всматривалась в любимые черты, проплывающего мимо, города.

– Представляю. Но если честно я хочу домой.

– Неужели, тебе не нравиться путешествовать?

– Путешествовать нравиться, но здесь мы по работе. Вот когда мы с Еленой лазим по горам или сплавляемся по реке, вот это путешествия.

– Я и забыла, что ты предпочитаешь экстрим-туризм, – рассмеялась Кристина.

– Да не такой уж и экстрим. Просто нам нравиться, когда людей и машин вокруг поменьше.

Самолет взметался ввысь, а Кристина, вглядываясь в исчезающие за окном родные сердцу картины, думала: может и вправду она когда-то жила здесь и видела все это на яву, а не во сне. Может быть, этот город был когда-то ее домом.

Рим. Город поражал своей величественной красотой. Везде куда не посмотри, были старинные здания церкви и статуи. Казалось, этот город заснул где-то в позапрошлом веке и теперь ни как не хотел просыпаться. И только обилие современных машин на улицах, немного напоминало о реальном времени.

– Слушай, а Италия нравиться мне даже больше Франции, по крайней мере, здесь намного теплее. – Петр увлеченно рассматривал город, мелькающий за окном автомобиля.

– Просто сейчас лето, а во Франции мы были весной, – ответила девушка.

– А я и забыл, Париж вне конкуренции, – улыбнулся Пьер.

– Точно, – решительно ответила Кристина.

– Благодаря проекту мы скоро облетим весь Мир.

– Жалко, что только времени на знакомство с достопримечательностями не хватает, – вздохнула Кристина.

– Да наш Карл совсем сбесился. Утром прилетели вечером интервью и назад в самолет. Не знаю, как тебе удалось его уговорить на утренний рейс.

– А я просто соврала, что билетов нет, а Светка подтвердила, – улыбнулась Кристина, – надо же хоть поужинать в Риме, а то совсем не будет, что вспомнить.

– Вот заговорщицы, а я уже думал, что отношение к тебе режиссера изменилось в лучшую сторону.

– Дождешься, как же, я ему и так поперек горла со своей популярностью. Если бы он мог, давно бы уволил меня.

– Да, но теперь это ему не удастся, после того как были озвучены последние рейтинги, ты у нас неприкосновенна. – Петр ласково обнял ее за плечи.

– Вот мы и на месте, – Кристина с интересом разглядывала старинное здание, – любопытно, когда нам заказывали дешевую гостиницу, они знали, что здесь будет так красиво.

– Думаю, вряд ли, иначе бы поселили нас в хостеле, – рассмеялся Петр.

– Как это могло произойти, – Кристина с раздражением бросила трубку телефона на красивое покрывало старинной кровати.

– Что случилось, я слышал твои крики даже в своем номере. Петр вошел в комнату, держа в руках бритву, одна половина его лица была в пене.

– Интервью не будет, видите ли, они позвонили еще вчера, чтобы отменить встречу, но эта безмозглая Катька не передала сообщение.

– И что нам теперь делать?

– Подожди, я думаю, – Кристина сосредоточенно уставилась в одну точку. – Если мы вернемся не с чем, этот самодур может вычесть деньги за поездку из нашего кармана, с него станется. Так что надо найти другую знаменитость и договориться о встречи. Позвони и перенеси наш вылет завтра на вечер. Английский ты немного знаешь, так что думаю, договоришься. А я попробую связаться с синьором Антонио Тоскани, помнишь крестного отца нашего проекта. Кажется, прошлый раз он предлагал мне свою помощь.

– Как же не помнить – это было твое первое интервью. А ты думаешь, он тебя вспомнит, прошло уже полгода?

– Что ж придется напомнить. Давай не тормози, нужно действовать быстро. Кристина нашла в визитнице телефон и решительно стала набирать номер.

Вечером того же дня девушка сидела в роскошном ресторане в центре Рима. С террасы открывался превосходный вид на город. На ней было великолепное черное платье, красиво подчеркивающее ее формы, волосы волнами спадали на плечи, и она искренне улыбалась собеседнику. Синьор Тоскани был великолепен. С их последней встречи она успела забыть, какой он обаятельный и привлекательный мужчина. Они с удовольствием наслаждались пастой с помидорами и черными трюфелями под острым соусом, и вели непринужденную беседу.

– Я рад, что Вы приняли мое приглашение, я давно не ужинал в компании столь очаровательной сеньориты. Сейчас мне завидуют все в этом ресторане, нет, – он развел руки по сторонам, – все в этом городе.

– Перестаньте меня смущать Антонио, а то я не смогу выпить не глотка этого великолепного вина. – Кристина кокетливо опустила глаза, рассматривая бокал. «Все идет удачно» подумала она «Еще пару улыбок и он устроит мне встречу с самим президентом Италии». Очаровывать этого мужчину ей не составляло особого труда, он ей и сам нравился. Красивый, уверенный в себе, умный, казалось Антонио Тоскани, воплощал в себе все лучшие мужские качества.

Но по мере того как продвигался вечер, Кристина все больше понимала, какую опасность таит в себе этот итальянский сердцеед. Из его биографии она помнила, что он давно женат и отец двоих детей. Но когда он так ласково и, в, то, же время, хищно, улыбался ей, она чувствовала, что тысячи женщин были бы согласны на все ради этой сексуальной улыбки. И судя по его поведению, он не всегда отказывался от соблазна.

После ужина они с синьором Антонио прогуливались по ночному городу. Любуясь его загадочной красотой.

– Знаете, наш город славится своими призраками, – тихо прошептал Антонио, приблизив губы к ее уху, когда они свернули в темный переулок – По ночам они дружно выходят из могил, чтобы прогуляться по Риму.

– Вы хотите меня напугать? – девушка улыбнулась.

– Нет, это истинная, правда. Возле Колизея не раз видели души рабов, замученных в его стенах. У стены Муро Торо появляются казненные разбойники и душегубы.

– Что ж, я уже вам верю, – прошептала Кристина,– только все равно не боюсь призраков. Что могут сделать давно умершие люди. Логичнее бояться живых воров и хулиганов.

– Какое здравомыслие, – Антонио, обняв ее за талию, теснее прижался к девушке, и прошептал, касаясь губами ее щеки, – но это не все истории. Что вы скажите, услышав о прекрасной и мрачной синьоре, которая бродит по ночам по улицам Рима, пугая своим видом полуночных туристов. По легенде эта синьора никто иная, как жена графа Калиостро Лоренция. Когда графа арестовали, она дала показания на суде, обвинив его в колдовстве. После чего Калиостро приговорили к сожжению на костре, правда, потом приговор смягчили. Но с тех пор как через два года Лоренца умерла в монастыре, ее дух приходит на место суда и бродит вокруг, ища прощения.

– Какая грустная история. – Кристина вздохнула, слегка отстраняясь от кавалера, стараясь, чтобы он этого не заметил. – Я читала о Калиостро, он был «великий обманщик». Но она, наверное, его очень любила, раз вышла замуж. А предать любимого тяжелое испытание. Мне жаль синьору Лоренцию, надеюсь, ее душа найдет покой и она сможет простить себя.

– Вы верите в настоящую любовь Кристина? – неожиданно серьезно спросил Антонио.

– Почему бы и нет. У меня есть знакомые, которые уже много лет в браке, но по-прежнему любят друг друга. Так что мне трудно отрицать существование этого чувства. Правда стоит признать, что это скорее исключение. В наше время такая любовь большая редкость. И, далеко не каждому дано, ее встретить.

– Почему так грустно. Можно подумать вы уже прожили долгую жизнь и успели в ней разочароваться. У вас еще все впереди поверьте мне. – Антонио с улыбкой взглянул на девушку, – Вы ведь мечтаете о такой любви Кристина?

– Наверное, нет. Я предпочитаю не зависеть от другого человека, а любовь – это, прежде всего обязательства и эмоциональная связь. Я слишком реалистична и понимаю, что настоящие чувства и ценится так высоко лишь потому, что встречается крайне редко. Если бы каждый мог любить и быть любимым, это стало бы обычным делом, и не приносило бы счастья.

– Вы потрясающая девушка, – рассмеялся Антонио, – такая юная, а уже такая рассудительная. Но я почему-то уверен, что в скором времени жизнь заставит вас поменять свои убеждения. Ум, смелость и красота в одном флаконе – это страшная смесь. Вы должны помнить об этом сеньорита, иначе миллионы мужских сердец будут разбиты вдребезги, – Кристина невольно таяла от комплиментов этого очаровательного синьора Тоскани. Это всего лишь лесть, уговаривала она себя. Но как, же было приятно чувствовать себя красивой и желанной в глазах этого великолепного мужчины.

– Давайте зайдем, – проговорил Антонио. Показывая жестом на старинную величественную церковь – и разгоним всех призраков этой ночи.

Поднявшись по каменным ступеням, Антонио открыл массивную дверь, и они очутились в огромном помещении. Деревянные лавки рядами простирались до самого алтаря. В полумраке монахи в одеяниях с капюшоном готовились к мессе. В отблеске свечей картины на стенах и потолке выглядели почти реальными. Кристине на миг показалось, что она попала в эпоху инквизиции, и ей стало немного жутко. Вот сейчас эти люди, призванные служить богу приговорят очередную женщину, вся вина которой состоит лишь в том, что она красива, к сожжению на костре. Девушка вздрогнула.

– Лучше вернемся к призракам, – прошептала она и попятилась к двери.

– Похоже, старинная церковь не навеяла на вас благоговение и покой, – улыбнулся Антонио, выходя за ней из храма.

– Нет, я не слишком религиозна. Еще в детстве мне было жутко скучно на воскресных службах нашего батюшки, – улыбнулась ему девушка.

– Что ж буду иметь ввиду. В следующий раз, когда будем гулять по городу, я покажу вам более современную его часть. Думаю, вам понравиться.

– Я очень благодарна Вам за помощь, – Кристина обернулась к Антонио прежде, чем выйти из лимузина, – Не знаю, чтобы я без Вас делала.

– Какие пустяки, мне было очень приятно помочь Вам, Кристина. Надеюсь, вы подумаете, над моим предложением.

– Подумаю, Спокойной ночи Антонио! – Кристина уже стояла на пороге гостиницы.

– Ну, это вряд ли, еле слышно пробормотал он. И Вам спокойного сна принцесса. Буду ждать звонка, – он нежно прижался губами к ее руке.

– И как там наши дела, – Петр появился на пороге ее комнаты, как только она вошла.

– Ты, что выглядывал в окошко? – Кристина улыбнулась другу, снимая туфли на каблуках и растирая уставшие ноги.

– Я волновался, ты ведь была наедине с этим итальянским «Казановой».

– Все хорошо, ты же знаешь, я умею за себя постоять, – устало пробормотала девушка.

– Да в этом ты спец, но все же ты просто женщина, а он коварный тип. – Петр развел руки в стороны, – Ну что там не томи?

– Все превосходно, завтра у нас интервью с самим премьер министром, – воскликнула Кристина, – Ты можешь в это поверить?

– Я то, могу, только, мне неспокойно, что-то он расщедрился. А ну признавайся, что этот Антонио хочет за оказанную услугу, – настороженно спросил Петр.

– Да ничего особенно, он предложил провести уикенд на его яхте в Средиземном море, и я сказала, что подумаю.

– Нет, ну ты и даешь. – Петр вскочил и стал нервно расхаживать по комнате, – Ты хоть понимаешь, во что ввязываешься?

– Спокойно, я ему ничего не обещала, сказала, что если надумаю, позвоню. Но я ведь не надумаю, правда. Так что, иди и ложись спать. Завтра у нас трудный день, а мне еще надо подготовиться к интервью. Ведь мы о министре ничего не знаем. Придется провести ночь за ноутбуком.

– Давай я тебе помогу, все равно не смогу сразу уснуть.

– Ты прелесть, садись, я буду диктовать, а ты записывай.

Кристина сидела в кресле самолета, мурлыча веселый мотив. Настроение было лучше не куда. И дело даже не в том, что ее интервью с премьер-министром прошло замечательно. Просто она с особым злорадством представляла гримасу, которую скорчит Карл, когда узнает, что его затея провалилась. В том, что сорвавшаяся встреча дело его рук Кристина даже не сомневалась.

– Рад, что у тебя такое хорошее настроение. Мы отлично поработали, правда, – Петр расслабленно потянулся на соседнем сиденье. Как ты думаешь, нам положен хоть один выходной. Если я не побуду дома, хоть пару дней, Ленка съест меня живьем. С тех пор как мы начали летать по всему свету, она все больше ворчит о том, что у нее совсем исчез муж, и она забыла, как я выгляжу.

– Думаю, когда начальство увидит отснятый материал, можно будет просить даже отпуск, – улыбнулась ему девушка, – Интересно, а нашу программу могут номинировать, я бы не отказалась, получить какую ни будь красивую статуэтку.

– Да, похоже, звездная болезнь начинает заползать в твою хорошенькую головку. Будь осторожна, это обычно плохо кончается, – Петр, улыбаясь, погладил ее по волосам.

– Какой ты злой, уж и помечтать нельзя. – Кристина притворно надула губки.

– Да мечтай сколько душе угодно, ты это заслужила. Только у меня все из головы не идет твоя встреча с этим Антонио, ты действительно думаешь, что никаких последствий не предвидеться. Не похож он на человека, просто так раздающего подарки.

– Я же сказала, все в порядке, мы с синьором Тоскани отлично поняли друг друга.

– Нет, ты не подумай, я не параноик, просто переживаю за тебя. Мы уже почти одна семья. Мне бы не хотелось узнать, что тебя похитили и держат в заложницах на яхте этого плейбоя. Поверь, я знаю, на что способны неудовлетворенные мужчины, – прошептал Петр ей на ухо.

– Какое у тебя ужасное воображение. Вряд ли такой милый синьор способен на такое зверство, – рассмеялась Кристина, – но спасибо за заботу, я тронута. Только смотри не переборщи, переживая за меня, как бы Ленка не пришла выцарапывать мне глаза от ревности.

– Да, что ты она в курсе, что ты мне как младшая сестричка, а после того что ты для нас сделала, она наверное по вечерам вспоминает тебя в своих молитвах.

– Ты опять, да ничего я не сделала, твой сын очень способный мальчик, и я просто позвонила своему преподавателю в университете, его бы и так зачислили в этот колледж.

– Ну, по стипендиальной программе, это вряд ли. Ты и представить себе не можешь, какая гора свалилась с моих плеч. Я ведь так хотел, чтобы Марк получил хорошее образование. А теперь у него все шансы. Еще раз спасибо.

– Если ты не прекратишь об этом вспоминать, я больше не буду с тобой общаться. Ты уже давно со мной рассчитался своей неусыпной заботой и вниманием. Так что забудь.

– Ладно, но ты все, же будь осторожна, не нравиться мне эта итальянская история.

– Хорошо буду, давай лучше расслабимся, мы прилетим поздно ночью, пока доберемся до дома, ложиться спать не будет смысла. А завтра предстоит «приятная» встреча с Карлом.

– Это точно, нужно набраться сил. – ответил Петр и вытянулся в кресле.

Только вот расслабиться у Кристины не получалось. Петр невольно вернул ее к мыслям, которые со вчерашнего дня не давали девушке покоя. Антонио был потрясающим мужчиной. Именно таким, каким должен быть ее первый любовник. Если бы она согласилась, то в ближайшие выходные Кристина могла потерять девственность в его объятьях. В окружении великолепных морских пейзажей на шикарной яхте. Разве не об этом мечтает каждая девушка. Он наверняка искусный и опытный любовник, и она бы получила бы массу удовольствий, это точно. И главное ее чувствам ничего бы не грозило. Так как он женат, и она изначально бы рассчитывала только на пару ночей. Что же с ней не так. Почему при всем своем обаянии он не дотянулся до нее. Почему она не растаяла и не забыла свои страхи. Неужели она никогда не сможет переступить эту черту. «Может уйти в монастырь», – подумала Кристина и, грустно улыбнувшись, закрыла глаза.

Как и предполагала девушка, последняя передача цикла произвела настоящий фурор. И она некоторое время наслаждалась славой среди коллег и угрюмым видом Карла. Последний, кажется, даже, стал ее пугать. Почему то Кристине казалось, что он этого так не оставит и найдет способ отомстить. Что ж придется ждать новых неприятностей. «Ничего справимся», – подумала Кристина, – «И не с такими проблемами справлялись». Но она даже подумать не могла, с чем ей придется иметь дело.

– Как Бенгази там же война?– прошептала она не в силах говорить громче от потрясения.

– Вот именно, начальство решило, что нашему проекту не хватает остроты.

– Я точно знаю чих это рук дело, – Кристина в отчаянье сцепила руки.

– И я знаю, но от этого не легче, – Петр нежно обнял ее за плечи. – Не дрейф малыш, я буду с тобой, прорвемся.

– Но я слышала, что министерство иностранных дел настоятельно рекомендовало покинуть журналистам эту страну.

– Я тоже слышал, но кажется, для нас с тобой сделали исключение.

– Большое спасибо. – Кристина со страхом взглянула на Петра, – Я, конечно, мечтала быть журналистом, и ездить по всему миру, но никогда не представляла себя на месте тех сумасшедших, которые согласны вести репортаж под перекрестным огнем. Я боюсь.

– Зато это честно, – улыбнулся Петр – Куда же подевалась наша воинственная девочка, готовая бороться со всем миром. Не надо бояться. Обещаю, под пули мы не полезем. Так по-быстрому, прилетим, поговорим с этим Мухаммедом как там его и тут же назад. Нам даже обещали охрану. Ну не кисни. Мне тоже это не сильно нравиться. Но, может быть, все обойдется, и мы станем с тобой героями.

– Ага, посмертно.

Ливия встретила их изнуряющей жарой. После зимнего родного холода, организм, казалось, вошел в ступор от такой смены температурного режима. Несмотря на свое явное предубеждение, Кристина отметила некое очарование города. Бенгази был оазисом в голой пустыне. Повсюду современные здания соседствовали с мечетями. На побережье Средиземного моря среди пальм возвышались отели утопающие в цветах. Совсем не было, похоже, что где-то рядом идет война. Они проехали по вполне благополучным районам, и только стоявший на одной из улиц бронетранспортер, возвращал к мрачной действительности.

Вытерев рукой, пот со лба Кристина оглядела отель. Ну, по крайней мере, вокруг не наблюдалось воронок от взрывов и стены не усыпаны дырками от пуль. Это слегка успокаивало. От аэропорта их сопровождал охранник, он был один, но вид автомата на его плече вызывал одновременно страх и спокойствие.

Распаковав вещи, она включила компьютер, надо же здесь даже есть интернет. Послав в офис сообщение о том, что они на месте Кристина сосредоточилась на подготовке к интервью. Чем быстрее они с этим покончат, тем быстрее окажутся дома.

Сидя в огромном армейском джипе, Кристина боялась смотреть в окно. То, что она видела до этого, уже с лихвой заняло ее воображение. Возвращаясь, они свернули на окраину города, так как основная дорога оказалась перекрытой повстанцами. Руины домов, пустынные улицы. Люди похожие на испуганные тени и солдаты, в бронежилетах нагоняли страх на девушку. «Как им не жарко в этой одежде и сапогах почти до колена» – некстати подумала она. Хотя, наверное, когда каждую секунду ждешь выстрела, перестаешь обращать внимание на такие мелочи как погода.

Неожиданно их машина резко остановилась.

– Что случилось? – спросили они одновременно, и Петр попытался открыть дверь.

– Оставайтесь в машине, – обернувшись, сказал водитель, который по совместительству был их охраной.

Выбравшись из машины, он медленно поднял автомат и пошел вперед. Тут же раздались выстрелы. И еще через секунду Кристина увидела, как их охранник упал на землю.

– Бежим, – Петр схватил ее за руку, вытаскивая из машины.

Они нырнули в первый попавшийся поворот и оказались на узкой улочке окруженной плотно стоящими домами.

– Давай сюда, – Петр силой толкнул ее в сторону и, преодолев три ступеньки, они спустились вниз.

Дверь оказалась не заперта, и, забежав внутрь, девушка оказалась в темном подвальном помещении. Закрыв за собой дверь, Петр оттолкнул ее к задней стенке, а сам прислонился ухом к стене в углу.

– Не дыши и сиди тихо, – прошептал он.

На улице все еще были слышны автоматные очереди. Кристина опустилась на корточки и обхватила колени руками. Все ее тело сотрясала сильная дрожь. А мозг находился в каком-то оцепенении.

Время текло очень медленно. Кристине показалось, что прошло пару часов, когда они, наконец, услышали, что стрельба закончилась. Все это время они молчали. Она так и сидела на корточках, вжавшись в стену, как будто хотела слиться с ней.

Петр подошел к ней и сев рядом, обнял за плечи.

– Посидим здесь до сумерек, а потом попробуем выбраться, хорошо, – он ласково провел по ее щеке пальцем, – Ты там как?

– А как ты думаешь, мне страшно. Я никогда раньше не видела, как убивают человека. И не хочу больше этого видеть, слышишь, не хочу, – девушка с усилием старалась подавить рыдания.

– Все будет хорошо, малышка, я тебе обещаю, – он крепче прижал ее к себе. – Давай постараемся успокоиться, до вечера еще часов шесть, хочешь, я расскажу тебе, что ни будь, чтобы скоротать время.

– Расскажи.– Кристина, вытерев слезы, взглянула на Петра.

– Вот и хорошо, ты ведь не слышала, историю о том, как я познакомился со своей женой. А это было очень романтично. Слушай. Стоял теплый сентябрь…

– Я никому про это не рассказывала, пообещай, что не скажешь, даже Лене, – Кристина с мольбой взглянула на Петра.

– Конечно, никому не скажу. Но это так необычно. Слушай, а ты уверена, что в твоих снах именно ты?

– Да, уверенна, в детстве, когда мне снилось, что меня бьют. Я просыпалась и ощущала, как болят ребра.

– Кошмар, тебе не позавидуешь, – прошептал Петр, качая головой.

– Только не смотри на меня как на сумасшедшую, пожалуйста, я этого не выдержу, – девушка вздохнула.

– Да, что ты, я не знал более здравомыслящего человека, чем ты. Просто я переживаю за тебя, с этим нелегко жить. А может ты бы обратилась к психологу, ну знаешь там гипноз и все такое.

– Я думала над этим, но понимаешь, это часть меня, и я бы не хотела бы, чтобы посторонние копались в моей голове.

– Ладно, не будем об этом, обещаю, твоя тайна умрет вместе со мной.

– Надеюсь это случиться не очень скоро, – нахмурилась Кристина.

– Так, опять мрачные мысли, расскажи лучше про приют. Я и не знал, что ты сирота. Нам всем казалось, что ты «золотая девочка», закончила престижный колледж, потом университет. Имеешь столько знакомых влиятельных людей. Теперь я хочу знать все.

«А потом он так вопил», – Кристина улыбнулась, – «Я никогда не была мстительной, прощала насмешки, даже то, что он ударил меня, но разорвать «Джейн Эйр» – мою самую любимую книжку, этого я ему не простила».

– Да, а ты страшна в гневе, буду иметь это ввиду, – Петр издал тихий смешок, – Ты сейчас видишься с Дианой?

– Нет, но мы долго переписывались, а потом, как-то все сошло на нет.

– У тебя такая увлекательная жизнь, похожа на сказку о современной золушке. Только пока без принца.

– Где ты в нашем мире принцев видел?

– Ну не надо обобщать, я вполне даже ничего, – улыбнулся Петр.

– Интересно, Елена разделяет твое мнение, – рассмеялась Кристина.

– Надеюсь, что да, – Петр внезапно стал серьезным, – Знаешь, я никому еще не говорил, но мы ждем ребенка, мы так давно мечтали о дочери. Господи, я хочу увидеть ее рождение.

Кристина вгляделась в такое знакомое лицо. Сколько времени она знала его, Петр всегда словно бы излучал оптимизм и радость. Ему было уже под сорок, но благодаря легкому отношению к жизни и добродушному характеру, выглядел он молодым мальчишкой. Кристина, сама не осознавая этого, грелась в лучах его доброты и тепла. А сейчас этот свет померк. Он тоже боится, – поняла девушка, – боится, что оставит жену сына и еще не рожденного малыша. Они оба знали, что в любой современной войне или революции журналисты могли стать разменной монетой. Их брали в заложники, убивали, обменивали на политических и военных преступников. Нет, они не должны поддаваться этому страху.

– Конечно, увидишь, – девушка нежно обняла друга за плечи – а меня пригласишь на крестины. Я так за вас рада, ты потрясающий отец, я завидую и Марку и малышке, хотелось бы, чтобы и у меня были такие родители.

– С нами ничего не может случиться, слышишь. Я на той неделе, наконец-то, нашла квартиру. Ты должен ее увидеть.

– Ты приглашаешь меня в гости?

– Конечно, это первое мое отдельное жилье, и я хочу устроить настоящее новоселье. Представляешь, последний этаж большого дома, высокие потолки и арки, там так красиво…

– Мне кажется или ты нашла себе новое убежище на чердаке, – Петр уже громко смеялся.

– Неправда, – Кристина по-детски надула губы, – совсем не похоже, там большие, просто огромные окна, и евроремонт. Там даже камин есть, так, что ничего общего.

– Хорошо, если ты так говоришь, – Петр все еще улыбался.

– Кажется, уже достаточно стемнело, – Кристина с осторожностью выглянула в небольшое окно под самым потолком.

– Да. Слышишь, я хотел попросить тебя остаться здесь, пока я не посмотрю, что там происходит.

– Я с тобой.

– Так и думал, что ты заупрямишься, пойми, я мужчина на мне джинсы и рубашка, меня могут и не заметить. А вот белую женщину в изящном деловом костюмчике, да еще и на каблуках, даже в темноте не пропустишь. Посиди, я обещаю, что вернусь очень быстро.

– Ладно, но если тебя через полчаса не будет, я тебя найду и сама убью.

– Договорились, – Петр, тихонько приоткрыв дверь, выскользнул в темноту.

Оставшись одна Кристина, почувствовала ужас, который начал сжимать ее сердце. Господи, что она здесь делает? Она не похожа на героиню боевиков и вестернов. Она даже оружия в руках никогда не держала. Это не ее война. Нужно поскорее выбираться отсюда.

Девушка критически осмотрела свой наряд. Да в таком виде не спрячешься. Нежно бежевый брючный костюм, туфли на невысоком каблуке и макияж. Она не как не может сойти за местную жительницу. Что же можно сделать.

Кристина стянула туфли с ног и безжалостно оторвала у них каблуки. Стянув легкий пиджак, она вывернула его наизнанку, и обрадовалась, увидев, что подкладка у него темно-серого цвета. Дальше таким же образом преобразила брюки. Распустив прическу, она затянула волосы в низкий хвост и спрятала под пиджак на спине. Стерев помаду и тени платком, она измазала ладони в пыли подвала, и провела ими по лицу. Оглядев себя, Кристина решила, что так она будет менее бросаться в глаза. Хорошо еще, что они успели взять интервью. Правда камера осталась в машине.

Дверь тихо скрипнула. Кристина напряглась и вжалась в угол. Петр проскользнул в подвал, держа в руках какой-то сверток.

– Не скучала, – шепнул он, – смотри, что я тебе раздобыл.

Развернув сверток, он отдал Кристине черный кафтан и клетчатый платок.

– Это что мне, где ты ее взял? – девушка с интересом рассматривала вещи.

– Что-то типа национальной одежды, по крайней мере, я видел женщины именно так здесь ходят. Надень кафтан, а голову замотай платком, чтобы остались видны одни глаза. Я встретил одного паренька, который говорит на английском. За двадцать долларов, он нашел мне эту одежку и даже подарил свою бейсболку. Еще я узнал, как добраться до посольства. Думаю в гостиницу возвращаться небезопасно. У тебя паспорт с собой?

– Да в сумочке.

– Прекрасно, мой тоже в кармане. Тогда чего мы ждем. Прячься под платком, и двинули. Будем идти рядом, старайся не разговаривать и не привлекать внимания.

Кристина встала, и накинула кафтан. Луна довольно ярко светила в маленькое окошко. Петр окинул ее взглядом.

– Ты прирожденный партизан, хорошая работа. А теперь тихо уходим.

Где-то около часа они плутали по темным улочкам. Город, который еще утром казался девушке красивым и безопасным. Изменился в одно мгновение. Улицы погрузились в темноту, люди, казалось, исчезли, а пустынные дома мрачно возвышались над дорогой. С разных сторон вспыхивали огни, Кристине казалось, что где-то рвались снаряды. Вдалеке тянулся черный дым, заволакивая лунный свет. Раздавались одинокие выстрелы и автоматные очереди. Каждый раз, заслышав их, Кристина вздрагивала и старалась вжаться в стенку дома поблизости.

– Не бойся, – прошептал Петр – это далеко.

Но девушка видела, как он настороженно оглядывался по сторонам, и чувствовала, что рука, обнимающая ее за плечи, слегка дрожит. Петр как настоящий мужчина пару раз прятал Кристину за своей спиной, когда они встречали кого-то на своем пути. Несмотря на страх, девушка была ему благодарна, он смог дать ей ощущение защиты, которое сейчас ей было просто необходимо.

Кристина уже начала волноваться, что они заблудились, когда впереди оказался широкий проспект с большими современными зданиями. Отыскав посольство, они постучали в ворота. Охранник, вышедший к ним, проверил их паспорта и впустил внутрь. Секретарь оказался на месте, он как раз составлял план эвакуации оставшихся граждан.

– Если все получится, улетите, завтра на самолете, предоставленном Украиной, – сообщил он им, – если же нет, то послезавтра должен прибыть корабль и вас доставят на него вместе с другими на военном катере. Пока можете отдохнуть, в том кабинете есть диван и кресло, в буфете найдете немного еды. Я постараюсь утром доставить ваши вещи из гостиницы, вам покидать посольство небезопасно.

Поблагодарив за заботу, Кристина зашла в пустой кабинет и, свернувшись на диване калачиком, пыталась унять дрожь. Подошел Петр, укрыв ее пледом, прошептал:

– Вот видишь, все будет хорошо, постарайся поспать, ладно.

– Спасибо тебе за все, я постараюсь, – ответила девушка и закрыла глаза.

Но только сидя в самолете и наблюдая в иллюминатор, как земля остается позади, Кристина смогла, наконец, расслабиться.

– Хорошо, что удалось забрать вещи из гостиницы. Жалко, только что камера с записью осталась в джипе.

– Камера то осталась, и за это меня по головке не погладят, но касету я вытащил, так, что интервью на месте.

– Господи, ты чудо, – Кристина улыбнулась другу, – как ты догадался, я, когда услышала выстрелы, совсем перестала соображать.

– Я бы и камеру не оставил, но решил, что с ней мы привлечем больше внимания.

– Пусть только начальство попробует, что-то сказать. Да за то, что они нас подвергли такому риску, я их сама прибью.

– Ну, мы живы, а это главное, правда. – Петр посмотрел на девушку.

– Правда, спасибо тебе, если бы не ты не знаю, что бы я там делала, – у Кристины на глаза выступили слезы.

– Ну, не надо плакать, я обещал тебя защищать. Хотя, если честно, сам немного струсил, прошептал он, – только не кому не говори, ладно.

– Не скажу. Ты мой герой. Слышишь, я больше никогда не буду слушать приказы. Пусть ищут другую дурру, которая полезет под пули.

– Да и я так думаю, – Петр отклонился в кресле и закрыл глаза, – давай поспим, я всю ночь не сомкнул глаз.

– Давай.

Кристина закрыла глаза. Но спать не хотелось. Этой ночью, в отличие от Петра она спала. Но предпочла бы бодрствовать. Сон не принес ей расслабления. Скорее наоборот.

Кристина снова была одна в маленькой комнате. Клиент только, что ушел, оставив ей несколько монет на пастели. Огромная кровать, была единственной мебелью в этом помещении. Кристина лежала, невидящими глазами уставившись в потолок. «По крайней мере, этот был не такой противный. Даже пахло от него приятно. А главное он не требовал ничего извращенного и ни разу ее не ударил», – думала Кристина. Эта ночь прошла удачно. Господи, как она устала. Уже две недели у нее не было свободного вечера. Мадам Гофр заставила всех работать, так как в порт пришел иностранный корабль, и от клиентов не было отбоя.

Кристина встала и подошла к миске с водой, ее тело все еще хранило запах иностранца. Наливая с кувшина воду, она услышала жуткий крик, от которого застыла на месте. Очнувшись, она бросилась в коридор. С других комнат, тоже выходили люди. Девушка побежала в дальнюю комнату, из которой доносились рыдания. Дверь была открыта и Кристина чуть не лишилась чувств от увиденной картины.

Повсюду была кровь. Кровь везде. Даже потолок, казалось, был красным. На полу лежало тело, в котором Кристина не сразу узнала Жанну. Малышка Жанна, которой было только пятнадцать, превратилась в кусок разорванного мяса.

Борясь с тошнотой, Кристина закрыла глаза и прислонилась к стене. Господи, на ее месте могла быть она. Кристина отчетливо помнила милого паренька, который подсел за их столик, судя по виду, был при деньгах, и девчонки невольно начали борьбу за такого клиента. Иногда молодые и неопытные не скупились, и каждая хотела заработать. Он остановил свой выбор на Жанне, и, обняв за талию, повел ее наверх, под завистливые вздохи подруг. И вот теперь ее больше нет. Этот урод превратил ее прекрасное тело в месиво. Кристина не могла в это поверить. Что она здесь делает. Эта мысль не давала ей покоя. И именно в эту ночь она приняла решение, что обязательно должна вырваться из этого ада. Она убежит и ни что ее не остановит. Лучше уж умереть от голода, чем такая жизнь.

Открыв глаза в кабинете посольства, Кристина долго не могла прийти в себя. Здесь не было даже душа, который бы мог облегчить ее состояние. «Это все эта война и увиденная смерть», – успокаивала она себя. Но легче ей не ставало. Вот и сейчас сидя в самолете, она все еще видела перед глазами, искромсанное ножом тело бедной девушки.

Глава 4

– Какая может быть Индонезия, – Кристина резко обернулась и метнула злобный взгляд на редактора. – Я же говорила, что хочу в отпуск. Я уже два года работаю без передышки. А после Бенгази вы обещали, что я смогу отдохнуть, а прошло уже больше шести месяцев. Я никуда не еду.

– Ну, Кристи, ты не понимаешь.

Молодой парень, который только недавно стал с ними работать, нравился Кристине, но усталость, накопившаяся за последнее время, делала ее жутко нервной и раздражительной.

– Этот шанс мы не можем упустить. – продолжал он ее уговаривать, -Клянусь, этот сюжет будет последним в этом сезоне, после него у тебя будет целый месяц до сентября. Этот Дюмон, самая загадочная личность столетия. Да все репортеры мира продали бы душу за возможность взять у него интервью. Он вообще никогда не общался с прессой. А здесь сам позвонил и предложил быть героем нашей программы, с условием, что именно ты будешь с ним общаться. Кристина ты не можешь отказаться. Хочешь премию или оплаченный отпуск на любом курорте, только поговори с ним, пожалуйста.

– Ну, хорошо, ловлю Вас на слове. Как только я вернусь, то уеду, куда-нибудь, на необитаемый остров и только попробуйте меня остановить.

– Вот и умница. Билеты у секретаря вылет через три дня, не забудь про прививки, все-таки дикая страна. – редактор улыбнулся девушке.

– Билеты? А если бы я не согласилась?

– Ну, мы в тебе никогда не сомневались, – улыбнувшись, редактор вышел из студии.

– Черт, – Кристина устало опустилась на стул.

Вечером, сидя у камина с ноутбуком, она пыталась систематизировать все сведенья, которые ей с трудом удалось откопать о месье Дюмоне.

В двадцать лет, взявшись ни откуда, этот француз организовал свою первую компанию по разработке компьютерных технологий, а уже в тридцать вошел в десятку самых богатых людей Европы. Но это был странный миллионер. Не участвовал в светской жизни, ни покупал дорогих вил и яхт. Да его вообще никто никогда не видел. Со временем в прессу просочилась информация, что все свои заработанные средства он тратит на благотворительность. Он финансирует несколько детских медицинских центров, создал целый фонд по борьбе с насилием над женщинами и детьми. И еще кучу всякого доброго и нужного. А недавно он вообще практически отошел от дел и, по одной из версий стал буддийским монахом, где-то на островах.

«Интересно, почему именно с ней он решил пообщаться, и вообще откуда он мог обо мне узнать, если спрятался от всего мира?» – думала Кристина, пытаясь сложить в голове, все полученные сведенья в одну картину.

Денпасар. Кристина сошла с траппа самолета, и устало вздохнула. Многочасовой полет утомил девушку. Последнее время ей стало казаться, что она работает стюардессой, настолько самолет стал ее вторым домом. Получив багаж, Кристина вышла из терминала и остановилась. Теплый и влажный воздух окутал ее тело и, сняв пиджак, Кристина осталась одетой в легкие светлые брюки и бежевый топ. Уложив верхнюю одежду в чемодан, она подняла голову и растерянно оглянулась по сторонам. По предварительной договоренности ее должен был встретить сам месье Дюмон, но так как Кристине не удалось найти, ни одной его фотографии, она даже не представляла, как сможет узнать этого человека. Раньше в ее поездках Петр всегда был рядом, и ей не приходилось ни о чем беспокоиться, сейчас же оставшись одна, Кристина чувствовала себя потерянной и не знала, что ей делать дальше.

Неожиданно прямо перед ней, словно ниоткуда выросла фигура мужчины. Кристина подняла свой взгляд и тут же утонула в теплоте глубоких серо-зеленых глаз. Через несколько секунд, когда снова смогла дышать, она стала рассматривать, того кто заставил остановиться ее сердце.

Это был среднего роста мужчина с русыми длинными волосами, стянутыми лентой на затылке. Его лицо нельзя назвать красивым, скорее мужественным. Высокий лоб выдающиеся скулы и волевой подбородок делали его похожим на древнего воина. Но выражение его бездонных глаз и искренняя улыбка сглаживали грубость черт и оставляли впечатление доброты и покоя. «Где она могла уже видеть эти глаза», – промелькнуло в голове девушки.

Мужчина тоже разглядывал Кристину с нескрываемым интересом. Его взгляд окинул фигуру девушки и, остановившись на лице, обжог ее неуловимым огнем.

– Месье Дюмон? – Кристина первая нарушила их молчание.

– Вы угадали, – произнес он и Кристине сразу понравился этот слегка низкий с хрипотой голос.

– Я приветствую вас на острове богов, – поклонившись, он взял из ее рук чемодан, – разрешите проводить вас к машине.

Погрузив ее вещи в багажник, он открыл дверцу пассажирского сиденья и подал ей руку помогая взобраться на подножку высокого внедорожника. Его прикосновение заставило девушку вздрогнуть от ощущения, словно ток пробежался по всем ее нервам.

– В сезон дождей, некоторые дороги размывает, так что без высоких колес не обойтись, – объяснил он, усаживаясь за руль.

– Спасибо месье Дюмон. – Ответила Кристина, удивившись своему дрожащему голосу. Отвернувшись к окну, она старалась привести свои чувства в порядок. «Что с ней происходит, – спрашивала себя девушка, – наверное, просто усталость» – объяснила она сама себе свое состояние.

– Кристина, можно Вас так называть, а я Жан-Пьер, пожалуйста, можно без формальностей.

– Хорошо, – все еще не глядя на собеседника, прошептала Кристина.

Завелся мотор, и они выехали из аэропорта. Отдышавшись, Кристина взглянула на мелькающие за окном картины:

– Вы живете в столице? – задав вопрос, она обернулась, и снова попала в плен его взгляда, сердце пропустило, еще один удар.

– Нет в трех часах езды на север в Ловине – это название объединяет несколько деревень. У меня домик на побережье. Недалеко есть еще один, и я взял смелость снять его для вас. Сегодня отдохнем с дороги, а завтра приедет мой друг, он оператор, и мы сможем пообщаться, если Вы не будете против такого плана.

– Не буду. Но можно я задам один вопрос сегодня, уж очень он меня мучает? – Кристина старалась смотреть в окно на красивые пейзажи, все еще не решаясь снова взглянуть на собеседника.

– Ну, если мучает, – он тихо рассмеялся, – то конечно задавайте.

– За Вами, гоняются все репортеры и папарацци мира, почему именно я?

– Это легко объяснить. Я видел Ваши интервью.

– Они Вам так понравились?

– Не просто понравились, я был покорен. Вы действительно искренне интересуетесь людьми. Когда общаетесь с человеком, между вами возникает какая-то незримая связь. Вы не ищете сенсации, не пытаетесь хитростью выведать секреты, но так располагаете к себе собеседника, что он невольно сам обнажает свою душу. Это впечатлило меня. И я решил, что если и открывать свое сердце, то только Вам.

Он говорил так искренне, что у девушки защемило в груди.

– Боже, еще никто не делал такого комплимента моей работе, – краска залила лицо Кристины, и она тихо выдохнула: – спасибо.

– Не за что, я сказал правду. Но давайте пока не будем о делах. Лучше я расскажу вам об острове. Это действительно райское место. Я провел здесь уже несколько месяцев, а все еще не могу привыкнуть к этой дикой красоте.

Всю дорогу Жан-Пьер рассказывал ей об истории и культуре острова. Они даже остановились пару раз, чтобы посмотреть наиболее красивые пейзажи. Красота острова поразила Кристину. Она готовилась к поездке, читала о Бали и даже смотрела фотографии в интернете, но реальность и близко не была похожа на то, что рисовало ее воображение. Джунгли, море цветов, бескрайние рисовые поля, величественные храмы, скалистые берега и океан – все сплелось в едином великолепии. В этой красоте чувствовалась одновременно умиротворение и дикая необузданная страсть природы.

Но еще больше ее поразил месье Дюмон. Она ожидала увидеть эксцентричного миллионера, ради прихоти сбежавшего от людей. А встретила искреннего человека, по настоящему, ценившего окружающего его красоту. Жан-Пьер излучал уверенность и силу и в то же время его глаза светились добротой и лаской. Каждый раз, стоило Кристине взглянуть на него, и она оказывалась, будто под гипнозом, не в силах отвести взгляда. Он так странно смотрел, на нее как будто они давно знакомы и Жан-Пьер уже успел разгадать все ее тайны.

Через три часа они подъехали к побережью и свернули вглубь леса. На небольшой площадке, окруженной пальмами, перед ними возникло строение. Это не было роскошное здание, как представляла себе Кристина. Это был маленький, но очень уютный домик. Он был построен из камня с остроконечной крышей и деревянной верандой.

– Здесь я и обитаю, Жан– Пьер помог Кристине выйти из машины, – а ваш дом чуть – чуть дальше. Я провожу. Предлагаю немного отдохнуть, а через час, приглашаю Вас к себе на ужин.

Жан Пьер подхватил ее чемодан и они, пройдя несколько метров, свернули вправо, и Кристина увидела точную копию его дома. Занеся чемодан в комнату, Жан-Пьер удалился, и девушка смогла осмотреться. Внутри дом был небольшим, но продуманно функциональным. Веранда у входа вела в гостиную, которая совмещалась с маленькой кухней, дальше была миниатюрная спальня с очаровательной кроватью окутанной москитной сеткой словно балдахином. А из спальни выходила дверь в такую же крошечную ванную комнату.

Развесив свои вещи в шкафу, и приняв душ, Кристина переоделась в шорты и облегающую майку. Выйдя на веранду, она увидела гамак, натянутый в углу. Забравшись в него, она окинула взглядом окружающую ее красоту и расслабилась. Как долго она мечтала о тишине и покое. Последнее время ей с трудом удавалось выдерживать рабочий темп, и Кристина все чаще задумывалась о необходимости просто побыть в одиночестве и отдохнуть.

Вдыхая запах моря и тропического леса, она закрыла глаза и незаметно для себя погрузилась в глубокий сон.

Проснулась от ощущения, что кто-то смотрит на нее. Открыв глаза, Кристина снова встретила уже знакомый насмешливо добрый взгляд. Жан-Пьер улыбался, и Кристина почувствовала, как тепло разливается по ее телу от этой улыбки. Освещенный закатом, он казался ей богом, который случайно спустился на землю.

– Кажется, вы решили проспать ужин, – усмехнулся он.

– Ой, я и не заметила, как заснула, простите, – она тряхнула головой, отгоняя видение и остатки сна, и попыталась выбраться из гамака.

– Не извиняйтесь, я первое время, тоже не мог отоспаться, – проговорил Жан-Пьер, помогая ей встать на ноги, – но все-таки стоит поужинать, ничего изысканного только рис овощи и фрукты, я научился готовить прекрасный соус из местной кухни.

– Вы сами готовите?

– Да, что в этом удивительного, я живу один и привык к простой еде, так что это не составляет для особого меня труда.

– А я вот совсем не умею готовить, – призналась Кристина, когда они подходили к его дому.

– Это не страшно, пока вы здесь я не дам вам умереть с голоду.

Они зашли в гостиную, и Жан-Пьер усадил ее на небольшой диванчик рядом с низким столиком уставленным тарелками, а сам сел прямо на пол скрестив ноги. «Наверное, он и вправду решил стать монахом», – подумала девушка, разглядывая хозяина дома. Одет он был в свободные джинсы и обтягивающую его мышцы светлую футболку. Жан-Пьер так непринужденно сидел на полу, наслаждаясь ужином, что она невольно залюбовалась картинкой. Еда действительно была простой и легкой, но удивительно вкусной. Они ели молча. И только добравшись до фруктов, она не удержалась.

– Вы ведь богатый человек, а все делаете сам, почему?

– Да я не бедный, – ответил Жан-Пьер, очищая апельсин, и протягивая его девушке, – но никогда не считал зазорным самому себя обслуживать. И, тем более, что сюда я приехал, ища уединения и покоя, так что естественно мне не хотелось бы, чтобы вокруг вилась стая слуг. Но признаюсь, уборка не моя стихия, так, что раз в неделю сюда приходит женщина из деревни и поддерживает порядок.

– Что ж это обстоятельство, хоть немного приближает Вас к простым смертным, – рассмеялась Кристина, – а то мне уже стало казаться, что я общаюсь с Буддой.

– Ну, до этого мне далеко, у меня много недостатков, скоро сами убедитесь, – он опять улыбнулся, и сердце Кристины пропустило удар.

После ужина они долго разговаривали сидя на веранде, и глядя на бескрайнее море. Она сознательно избегала расспросов о нем, оставив их для интервью. Зато они поговорили о литературе музыке и даже политике. Жан-Пьер оказался умным человеком с очень разносторонними интересами. Казалось, не было вопросов, по которым он не имел бы своей точки зрения.

Кристина чувствовала с ним настолько себя легко и свободно, что вечер прошел незаметно.

– Вы прекрасно говорите на французском, хотя ведь это не ваш родной язык?, – Жан-Пьер пытливо всматривался в ее лицо.

– Да не родной, но с самого начала, как только я стала его учить, он стал мне очень близок. Я знаю еще несколько, но именно он стал моим вторым языком, иногда даже мои мысли звучат по-французски.

– Очень интересно, а сколько Вам было лет, когда вы начали изучать языки?

– Девять, я тогда жила в приюте…

Неожиданно для себя Кристина стала рассказывать ему о своем детстве. Жан-Пьер, казалось, хотел знать о ней все. Он был внимательным слушателем, и она не заметила, как поведала ему все факты своей биографии.

Ближе к полуночи он проводил ее к домику и, пожелав спокойной ночи, ушел к себе. В эту ночь Кристина долго лежала в постели и не могла заснуть. Что это за человек. Он заинтересовал ее с первой минуты их знакомства. В нем было столько загадок. Но больше всего Кристину удивляла та теплота и нежность, с которой он к ней относился. Ей было с ним так хорошо и спокойно, ни с кем до этого она не чувствовала такого. И это ее немного пугало. Было, что-то еще, в ее чувствах то, чего она не могла пока объяснить даже самой себе.

Утро встретило Кристину жарким тропическим солнцем. Приняв душ и окончательно проснувшись, она вышла на веранду. Возле двери на меленьком столике стоял поднос с кофейником и тарелка с ароматными еще горячими булочками. Кристина сразу вспомнила, о том, что Жан-Пьер обещал не дать умереть ей с голоду и улыбнулась. Позавтракав, она стала готовиться к интервью. Еще раз, просмотрев заготовленные вопросы, она добавила несколько и, решив, что все в порядке осмотрела свой гардероб. Задумавшись, она остановила свой выбор на строгом деловом костюме из темно-серого шелка с укороченным пиджаком и юбкой чуть ниже колена. Дополнив образ туфлями на невысоком каблуке, Кристина заколола волосы и слегка подкрасила глаза. Критически осмотрев свое изображение, она осталась довольна, и, взяв блокнот с записями, пошла в соседний домик.

Друг Жан-Пьера оказался молодым индусом по имени Камал. Он сразу расположил к себе веселой улыбкой и непринужденными шутками. Установив свет и камеру, Камал сделал пробную запись. Они расположились в гостиной. Жан-Пьер был одет в белую рубашку из тончайшего льна и темные брюки. Его длинные волосы были зачесаны назад и спадали до плеч. Смуглое лицо от загара дополняло образ, и Кристине показалось, что он похож на индейца из американских фильмов. Такой же мужественный и слегка воинственный.

– Месье Дюмон, вы являетесь одной из самых загадочных личностей современности. Не могли бы вы приоткрыть завесу тайны для наших зрителей и рассказать немного о себе. Если можно начнем с детства. Вы родились во Франции?

– Да в пригороде Марселя, в самой обычной семье. Мой отец учитель, а мать социальный работник. И детство мое тоже не чем не примечательное: школа, колледж, университет…

– Но вы рано добились успехов в бизнесе, как так получилось?

– На первом курсе университета, я изучал программирование. Нам с моим товарищем пришла в голову одна идея, и мы решили воплотить ее в жизнь. И неожиданно у нас все получилось. Бросив учебу, мы полностью посвятили себя этому проекту. И через пару лет наша деятельность стала приносить неплохой доход. Затем были удачные инвестиции, в которых мне тоже сопутствовала удача. И совсем скоро я заработал больше денег, чем смог потратить.

– А ваш партнер, вы до сих пор работаете вместе?

– Нет, на каком-то этапе наши пути разошлись. Но мы остались друзьями. В данный момент он один из преуспевающих бизнесменов Франции.

– Это замечательно. Но признаюсь, наших зрителей больше всего интересует вопрос. Как получилось, что вы совсем не похожи на миллионера. Насколько мне известно, у вас нет ни дорогой вилы, ни яхты, да и вообще вы ведете довольно аскетический образ жизни. А большую часть прибыли отдаете на благотворительность. Что это ваш выбор или жизненная философия?

– Знаете, наверное мало кто в это поверит, но меня никогда не привлекали большие деньги. Скорее мне нравился сам процесс их получения. Когда появилась первая довольно солидная сумма, я просто не знал, что с ней делать. Тогда и возникла идея фондов. Я считаю, что если у человека чего-то в избытке он может поделиться с теми, кто в этом нуждается.

– Это уже напоминает философию Востока. И судя по тому, где мы с вами встречаемся, возникает логический вопрос. Не сменили ли вы свои религиозные взгляды?

– Нет, я вырос в довольно строгой католической семье. Мой дед был пастором. Так что по крещению я католик. Но еще в колледже я заинтересовался изучением различных мировых религий. И со временем пришел к выводу, что между всеми учениями о высших силах есть много общего. Все они служат как бы фундаментом для жизни человека. Дают ему некую этическую основу, формируют незыблемые истины. И если отбросить некоторые перегибы, все мировые религии направлены на добро. В каждой из них есть то, что может принести пользу человечеству. В данный момент я как раз стараюсь постичь основы буддизма и нахожу в этом учении много полезного. В частности, именно в буддизме отношение к богатству довольно критическое. Излишества губят тело и развращают человеческую душу.

– Не означает ли это, что вы окончательно решили отдалиться от всего Мира.

– Не думаю, что это случиться. Изначально я планировал провести здесь несколько месяцев. Я люблю страну, в которой родился, и уже скучаю по родным берегам Франции. И хотя мои дела в данный момент не требуют моего личного присутствия, думаю, я скоро вернусь домой.

Они проговорили с Жан-Пьером около двух часов. Вопросы, которые Кристина приготовила, давно были исчерпаны, но они настолько увлеклись беседой, что перестали замечать камеру.

Но вот свет погас и запись остановилась. Жан-Пьер предложил пообедать и они втроем с Камалем разделили великолепную еду. Затем Кристина сказав, что ей надо поработать с материалом ушла к себе.

Включив ноутбук, она вставила карту памяти из камеры и стала просматривать запись. Все получилось даже лучше, чем она ожидала. Эту передачу заранее ждал успех. Но что-то ее тревожило. Уж слишком Жан-Пьер был с ней откровенен. Нет, зрители получат колоссальное удовольствие, но Кристина была не уверена, что хочет, что бы Жан-Пьер предстал перед ними с настолько обнаженной душой. У него совсем не было опыта общения с прессой. А девушка хорошо знала, чем может обернуться излишняя откровенность. Она не раз наблюдала за тем, как их журналистская братия, может извратить самый невинный факт биографии и сделать из него грязную сенсацию.

И Кристине вдруг захотелось защитить Жан-Пьера от этого настолько насколько это было возможно. Не задумываясь, она открыла специальную программу и стала вырезать отдельные фрагменты их разговора. Через пару часов, просмотрев еще раз полученный сюжет, она осталась довольна. Интервью получилось очень интересным, но уже не столь откровенным.

Закончив, Кристина переоделась в купальник, майку и шорты и решила пойти на пляж. Ее вылет был назначен на завтра, и оставшийся вечер она решила посвятить отдыху.

Подойдя к пляжу, Кристина долго любовалась морем, а затем, раздевшись, погрузилась в его прохладные воды. Наплававшись вдоволь, она вышла на берег и растянулась на теплом черном песке. Шелест пальм и плеск волн успокаивали. Давно она не испытывала такого блаженства. «Как бы ей хотелось остаться здесь навсегда» – подумала Кристина.

Неожиданно на нее опустилась тень. Открыв глаза, она увидела улыбающегося Жан-Пьера и на душе стало еще теплее.

– Я знал, что найду вас здесь, как вода? – Он рассматривал тело девушки с нескрываемым интересом, но почему-то ей это было даже приятно. Его любопытный взгляд не вызывал отрицательных эмоций, которые раньше появлялись всякий раз стоило мужчине взглянуть на нее с интересом.

– Превосходно, тут так замечательно. Теперь я понимаю, почему вы остановились именно здесь. Нигде в мире не найти такой тишины и покоя. Я бы не отказалась провести в этом раю какое-то время.

– Ну, так оставайтесь. – Жан-Пьер подмигнул девушке Я думаю, всем время от времени нужен отдых…

– Правда, – задумалась Кристина, – я как раз собиралась в отпуск.

– Вот видите, так почему бы вам просто не задержаться здесь. Ваш коттедж свободен и мне не составит труда продлить его аренду.

– Спасибо, я подумаю, – нерешительно ответила девушка.

– Подумайте. Но я искал вас по другой причине. Хочу напомнить, что жду вас к ужину через час. Сегодня у нас в меню морепродукты. Вы ничего не имеете против этого?

– Нет, это было бы чудесно.

– Тогда я вас буду ждать, – и Жан-Пьер, оставив ее одну, пошел к своему дому.

Собираясь на ужин, Кристина подумала, а почему бы и нет. Ведь она так хотела уехать в отпуск на необитаемый остров, подальше от работы и от людей. И вот теперь она на острове и пусть он не совсем необитаем, но ей здесь нравиться. И хотя ее странная реакция на Жан-Пьера, все еще не давала ей покоя, девушка решила не обращать на это внимания. Она так устала, что заслужила пару недель отдыха в этом райском уголке, Кристина включила компьютер, и, отправив по интернету отснятый материал, приложила к нему заявление на отпуск.

«У нее сегодня праздник – начало отпуска» – сама себе сказала девушка и по этому случаю надела белоснежный сарафан на тонких бретельках, набросив на плечи тонкий шифоновый шарф цвета сирени, она почти бегом устремилась к соседнему домику.

– Мисс Кристина вы великолепны, – Жан-Пьер с восхищением и улыбкой осмотрел девушку и с наигранной галантностью, поклонившись, поцеловал ей руку, – у вас сегодня праздник?

– Да, в некотором роде – первый день отпуска. – радостно проговорила Кристина чувствуя себя счастливой от того, что приняла предложение Жан-Пьера, – я решила последовать вашему совету и задержаться в этом раю. Только, я бы хотела попросить вас свозить меня туда, где есть магазины. Я не планировала долгое путешествие, так что мне понадобиться кое-что купить из одежды. И кроме того нужно пополнить продуктовые запасы. Я не могу позволить вам кормить меня весь отпуск.

– Что вы, я бы делал это с превеликим удовольствием, – ответил Жан-Пьер, но, увидав решительный взгляд девушки, сдался, – хорошо завтра утром поедем по магазинам, но с условием, что каждый день вы будете приходить ко мне на ужин. Мне будет приятно ваше общество. Надеюсь, вы составите мне компанию длинными жаркими вечерами…

– С удовольствием, – рассмеялась Кристина.

Сегодня они ужинали креветками в винном соусе и салатом из овощей. Фрукты и великолепное вино дополняли изысканную трапезу.

– Вы совсем не пьете, не нравиться вино? – спросил Жан-Пьер, заметив, что Кристина лишь слегка намочила губы в бокале.

– Нет, оно великолепно, я просто не очень люблю алкоголь.

– Что ж буду иметь это ввиду, – сказал он задумчиво и в его взгляде девушке почудилось какое-то любопытство. – Я очень рад, что вы решили здесь задержаться, у меня давно не было такой приятной компании.

– Я надеюсь, что не создам вам проблем, и не нарушу вашего уединения своим вторжением, – ответила девушка с таким же наигранным почтением.

– Ну что вы, я буду счастлив, обществу, если честно последнее время мне было немного одиноко. Я был бы вам очень благодарен за оказанную честь стать вашим соседом и другом.

– Жан-Пьер вам не кажется, что наш разговор напоминает сюжет исторической пьесы, – рассмеялась Кристина.

– Точно, и всему виной ваше потрясающее платье. В нем вы выглядите как принцесса, и я начинаю чувствовать себя придворным. – рассмеялся Жан-Пьер и девушка словила себя на том, что невольно наслаждается его смехом.

– В этой белой рубашке и с распущенными волосами вы скорее напоминаете испанского пирата, чем изысканного дворянина.

– Пирата, – рассмеялся Жан-Пьер еще громче, – да так меня еще не называли. Что ж может быть. Тогда считайте, что я захватил ваш корабль и в ближайшее время вы будете вынуждены терпеть мое общество.

– Терпеть…, вряд ли, думаю, мне тоже доставит удовольствие общение с вами, – девушка искренне улыбнулась.

– Тогда, если мы обо всем договорились, Предлагаю начать наши совместные вечера с прогулки по берегу. Сейчас время заката. А вид солнца медленно скрывающегося за морем – просто потрясающее зрелище. Вам обязательно понравиться.

Они шли по песчаному пляжу, и лучи заходящего солнца освещали их на пустынном побережье. С моря дул легкий теплый бриз. Кристина сняла босоножки и наслаждалась ощущением теплоты, от необычно черного вулканического песка, в котором утопали ее ступни. Какое-то время шли, молча, и неожиданно для себя Кристина почувствовала особую магическую ауру в этом моменте. Вот так должны себя чувствовать влюбленные пары, гуляя по морскому побережью, и наслаждаясь, обществом друг друга. Кристина никогда раньше не была романтиком. Она не рисовала себе картин про принца. Не верила в великую и вечную любовь, предпочитая доверять здравому смыслу. Она даже романы перестала читать еще в детстве. И вот теперь перед ее глазами ясно предстала картина. Она с любимым и единственным мужчиной на свете гуляет по пляжу, любуясь закатом. Он нежно обнимает ее за талию, а она всем телом ощущает его любовь. И этот мужчина должен быть похож на Жан-Пьера. Эта мысль так напугала девушку, что она даже остановилась. Нет, она не может мечтать о нем, она его совсем не знает.

– Что-то случилось, – Жан-Пьер обернулся и беспокойно стал вглядываться в ее испуганное лицо.

– Нет, ничего, просто наступила на камень, – опустив глаза, проговорила Кристина. – Во сколько мы завтра поедим в город?– она пыталась справиться с откуда-то взявшейся дрожью в голосе.

– В восемь, если для вас не слишком рано.

– Нет, в самый раз. Тогда до завтра, – Кристина развернулась в сторону дома.

– До завтра, и спокойной ночи. – Жан-Пьер нашел ее руку, и сжал в своей.

– Спасибо, за чудесный вечер, – наклонившись, он прикоснулся губами к ее пальцам.

Этот вежливый жест вызвал целую бурю чувств. По телу Кристины пробежала дрожь, а внизу живота прокатилась теплая волна. Кристина отдернула руку и со словами: «Спокойной ночи», – поспешила к дому.

Только очутившись в своей спальне, она смогла отдышаться, и, рухнув на кровать, дала волю эмоциям. Что с ней такое. Неужели она начинает влюбляться в этого загадочного человека. Только этого ей не хватало. Он совершенно не в ее вкусе. Хотя она точно и не знала, какие мужчины ей по душе, все равно не такие. Странный философ-миллионер, отшельник, живущий в джунглях. Нет, это не придел ее мечтаний. Тем более ей нечего рассчитывать на взаимность. Да он относиться к ней с теплотой и заботой. Но так, же к ней относиться и Петр. Он просто как старший брат оберегает и защищает младшую сестренку. Тогда с чего бы вдруг ей начинать испытывать что-то большее. Нет, этого не будет, – решила Кристина. С завтрашнего дня она должна видеть в Жан-Пьере только друга и приятного собеседника и ничего большего. Приняв твердое решение, Кристина, наконец, смогла расслабиться, и заснуть.

Она умирала. Лежа в грязной комнате постоялого двора, Кристина чувствовала, как жизнь постепенно покидает ее тело. Уже несколько часов девушку мучила нестерпимая боль. Схватки начались еще утром, но Кристина не спешила посылать за акушеркой. Ведь чем дольше она провозиться с роженицей, тем больше возьмет за свои услуги. А денег у нее не так много, небольшая сумма, которую ей с трудом удалось накопить, должна была позволить ее продержаться первое время после родов. И вот взглянув в глаза акушерки, она прочитала свой приговор. Что-то пошло не так, и ее малышка ни как не хотела появляться на свет. «Моя маленькая девочка» – прошептала Кристина – «Прости». Кристина не знала, кто был отец ее ребенка, их было так много, но все равно любила свою малышку и с нетерпением ждала ее рождения. Как только девушка почувствовала, что ждет ребенка, она знала, что это будет девочка. И сердце Кристины наполнилось любовью к еще не родившемуся комочку. В этом мире будет существо, которое будет ее любить, и она никогда больше не будет одинока. Кристина всю свою жизнь была одна и так нуждалась в этой любви. Она поклялась сделать все, что в ее силах для этого ребенка. И постаралась сдержать обещание. Бросила пить ушла с улицы и нашла работу. Даже получилось собрать немного денег. Кристина и дальше рассчитывала жить только ради ее малышки. Но видно не судьба, она никогда не увидит свою дочь. Слезы выступили на глазах у девушки. Кристина с усилием подняла руку и положила на живот: «Я люблю тебя малышка, – прошептала она, – прости меня». Она бессильно закрыла глаза, чувствуя как новый приступ боли, разрывая ее тело, забирает последние капли сил.

Резко распахнулась дверь, и в комнату ворвался поток холодного воздуха… Кто-то высокий, закутанный в черный плащ вошел, и, приблизившись к кровати, замер на месте.

– Как она? – шепотом спросил он.

– Плохо, сильное кровотечение, – ответила акушерка, – я ничего не смогу сделать.

– Нужен доктор, – снова заговорил голос, показавшийся Кристине знакомым. Но у девушки не хватало сил рассмотреть мужчину. Пелена от боли туманом застилала ее глаза, и не было сил повернуть голову.

– Доктор, есть только в соседнем городе, боюсь, пока до него доберутся, все будет кончено.

– Я побуду с ней, – уверенно проговорил он.

Кристина услышала, как придвинули стул, и почувствовала, как теплая рука сжала ее холодные пальцы.

Склонив голову, незнакомец застыл над ее кроватью, и неожиданно Кристина услышала слова молитвы. «Господи будь милосердным и прими к себе ее и ее ребенка», – мысленно произнесла девушка, чувствуя как следующую волну боли поглотила тьма.

Кристина проснулась от собственного громкого стона и долго не могла унять дрожь. Такого с ней еще не было. Она умерла. Она вправду умерла, и это было так страшно.

Когда она смогла успокоиться, за окном появились первые лучи солнца. Поняв, что заснуть ей больше не удастся, она надела купальник и пошла на пляж. Кристина решила, что глубокое море смоет остатки кошмара.

Рассвет окрасил берег золотистым светом, а вода искрилась в его лучах. Кристина заворожено наблюдала пробуждение природы. Где-то дальше в лесу просыпались птицы, их разноголосые трели сливались в мелодию утра. Легкий ветерок стряхивал росу с пальм и деревьев, и она легким дождем омывала травы. Земля под ее босыми ногами была теплой и влажной. Ощущение покоя и первозданной красоты так захватило девушку, что она тут же забыла о своем сне и решила каждое утро вставать с рассветом, чтобы вновь увидеть это очарование просыпающейся природы.

Подойдя к пляжу, Кристина заметила вдалеке одинокую фигуру человека. Он сидел, скрестив ноги, на подстилке, повернувшись к восходу солнца. Подойдя, Кристина узнала его, и остановилась, не решаясь подойти ближе. Жан-Пьер, просидев несколько минут, поднялся и начал выполнять упражнения. Это йога, догадалась девушка. Когда ей удавалось выкроить свободное время, она ходила в спортзал – фитнес помогал поддерживать форму. Тогда она пару раз видела занятия по йоге в соседней группе. Ей показалось это скучным.

Сейчас же она заворожено наблюдала за плавными движениями Жан-Пьера. Он был в одних плавках и девушка, не скрываясь, рассматривала его тело. Этот мужчина не походил на статуи греческих воинов, но был по-своему великолепен. Раньше ей казалось, что он худощав, но теперь Кристина видела, как рельефно обрисована каждая мышца его фигуры. Достаточно широкие плечи создавали контраст с узкой талией и плоским животом, а стройные ноги делали его зрительно выше. Лучи восходящего солнца вспыхивали золотистыми прядями в его темных распущенных волосах. А лицо было таким спокойным и одухотворенным, что у Кристины перехватило дыхание. Жан-Пьер был великолепен. Она заворожено наблюдала за ним боясь выдохнуть и нарушить картину. Закончив упражнения, он зашел в воду, и нырнул в море.

Выйдя из оцепенения, Кристина сглотнула, обнаружив, что во рту у нее пересохло, а сердце бьется, как после пробежки. Тряхнув головой, она отогнала видение полуобнаженного мужчины, которое все еще стояло перед глазами и решительно пошла к воде.

Окунувшись в прохладную воду, она почувствовала себя значительно лучше. Подплыв к берегу, Кристина увидела Жан-Пьера, который ждал ее с полотенцем в руках.

– Доброе утро, не знал, что вы такая ранняя пташка, – улыбаясь, он закутал ее, – вода сегодня прохладная.

– Нет, по-моему, в самый раз, хорошо помогает проснуться.

Холодная вода остудила девушку, и она снова смогла спокойно встретиться с ним взглядом.

– Выглядите уставшей, думаю, решение об отдыхе было очень своевременным. – Жан-Пьер с нежностью всматривался в ее лицо.

– Просто плохо спала ночью, теперь мне намного лучше.

– Тогда одевайтесь и приходите ко мне на кофе. Пока мы не пополнили ваши запасы, я угощу вас завтраком.

– Спасибо, дайте мне пятнадцать минут.

Глотнув горячего кофе, Кристина почувствовала себя уже совсем хорошо. Они сидели на террасе, любуясь прекрасным видом и слушая пение птиц и шум прибоя.

– Давно вы занимаетесь йогой? – спросила девушка.

– Значит, вы подсматривали маленькая шпионка. – Жан-Пьер хитро улыбнулся, взглянув в ее глаза.

– Я не специально, просто не хотела вам мешать, – Кристина почувствовала, как краснеет от всплывших перед глазами картинок его занятий.

– Йогой я занимаюсь года три, но, только побывав в Индии, понял ее суть. Для нас это только упражнения, своего рода фитнес. А на самом деле этому учению более пяти тысяч лет. И это не только физическое, а и духовное совершенствование человека. В нее входят дыхательные техники медитация, стиль питания и всей жизни. Так, что теперь я начал постигать эти знания заново.

– Вы никогда не перестаете учиться?

– Мир такой многообразный, что жизни не хватит изучить его. У меня возникла идея. Раз мы сегодня едим в город, может, посетим одно место. Здесь не далеко есть самый красивый водопад из тех, что мне довелось увидеть, я бы хотел вам его показать.

– Хорошо.

– Тогда Вам, возможно, понадобиться одеть купальник. И можем ехать.

Они стояли на смотровой площадке, наслаждаясь завораживающим зрелищем. Водопад Гит-Гит поражал своей красотой и мощью. С высоты более сорока метров, поток воды несся вниз и, ударяясь о землю, разлетался миллиардом брызг. Вокруг все утопало в зелени. Растения всех видов тянулись к живительной влаги и расцветали от полученного заряда энергии. Несмотря на его мощь, от водопада веяло силой и покоем.

– Пойдемте, – Жан-Пьер взял ее за руку и повел вниз по ступенькам.

Спустившись, они подошли к самой воде.

– Если хотите можно искупаться, правда, вода холоднее, чем в море.

Кристина стянула майку и шорты, и вошла в воду, подставив свое тело под живительные струи. Ей показалось, что этот бурный поток, уносит всю ее усталость и разгоняет все страхи, терзавшие ее душу. Постояв так несколько минут, она почувствовала себя обновленной.

Выходя из воды, девушка опять попала в объятья Жан-Пьера, который, нежно завернул ее в большое полотенце.

По дороге в Сингараджи – самый большой городок на севере Бали, Кристина спросила:

– Почему вы поселились именно здесь, я читала, что основные курорты расположены на юге острова?

– Именно по этой причине, – тут меньше туристов. А еще неподалеку есть храм, рядом с которым живет один брахман. Я услышал о нем, когда был в Индии и очень захотел с ним встретиться. Он помог мне найти ответы на мучившие меня вопросы.

– Он знает все ответы? – улыбнулась Кристина.

– Может и не все. Но я бы хотел вас познакомить. Здесь на Бали отношение к женщинам другое, чем в индуизме и я думаю, ему тоже будет интересно встретиться с такой решительной и независимой представительницей женского рода.

– Думаю, это честь заинтересовать почтенного священнослужителя. – Кристина не пыталась скрыть сарказм.

– Брахманы не просто священнослужители. Это высшая каста духовных наставников.

– Да касты, я и забыла, – в голосе девушки уже явно слышалось раздражение, – лично я считаю, что это ужасно, когда от того в какой касте ты родился, зависит вся твоя дальнейшая жизнь если бы я родилась в Индии, то наверное никогда не поднялась выше мойщика улиц. Кажется, эта каста там называется Далит – неприкасаемые.

Кристина решительно смотрела на собеседника.

– Да я понимаю ваше отношение. Но знаете, здесь все немного по-другому. Индуизм на Бали слился с другими религиями и стал мягче. На острове четыре касты: священнослужители, люди, которые занимаются управлением государством, потом идет что-то вроде нашего среднего класса, а дальше рабочие и ремесленники. Но здесь в отличие от Индии не запрещены межкастовые браки и даже поощряется стремление человека к развитию и совершенствованию. Еще знаете, по моему мнению, когда человек уверен, что живет, так как ему предначертано судьбой он становится счастливее. Ему не нужно никому ничего доказывать. Не нужно стремиться к вершинам, он просто может наслаждаться своей жизнью. Вы заметили, что здесь люди более спокойны и как то умиротворенней.

– Да они почти всегда улыбаются.

– Вот видите, не обязательно то, что нам не понятно – это плохо, – он снова ласково взглянул на девушку.

– Может быть, – Кристина задумалась над его словами. Смогла бы она смириться с судьбой и жить, так как ей велено. Наверное, нет. Еще с детства ее бунтарский дух не давал ей покоя. Кристина очень хотела изменить свою жизнь. Но теперь, когда ее жизнь стала такой, какой она мечтала ее видеть. Была ли она по-настоящему счастлива?

– Вот мы и приехали, – голос Жан-Пьера вывел девушку из задумчивости.

Они подъехали к крытому рынку, на двух этажах которого располагалось множество магазинов и лавочек. Через полчаса Кристина успела приобрести себе шляпку, пляжные шлепанцы и два потрясающих платья из ткани, расписанной вручную. Девушка раньше не очень любила ходить по магазинам, но от здешнего разнообразия красок кружилась голова.

– Но здесь нет обычных продуктовых магазинов, я думала запастись полуфабрикатами, чтобы не тратить время на готовку.– Кристина задала вопрос, рассматривая продуктовые лавочки, забитые фруктами, овощами и свежими морепродуктами.

– Ну, уж нет, – услышала она восклицание Жан-Пьера, – если вы не разрешаете вас кормить, то это не значит, что я позволю, есть всякую гадость.

Решительно взяв корзину, Жан-Пьер стал нагружать в нее немыслимое количество фруктов, овощей, круп.

– У вас всего две недели, чтобы набраться сил, для дальнейшей работы. Как вы собираетесь это сделать, питаясь рафинированными жирами.

Кристина смотрела на решительное лицо Жан-Пьера и на ее глазах выступили слезы.

– Что случилось, – Жан-Пьер остановился и вгляделся в ее лицо, – Вас так огорчило отсутствие замороженной пиццы?

– Нет, просто обо мне так заботиться только один человек. И я вдруг осознала, что ужасно скучаю за Петром.

– Этот Петр, как это говориться ваш «бой-френд»? – неожиданно почти шепотом спросил Жан-Пьер, и Кристина прочитала настойчивое любопытство в его взгляде.

– Нет, он мне как старший брат. Он оператор мы с ним прекрасная команда и за последние два года побывали во стольких местах и пережили множество приключений. Он даже мне можно сказать спас жизнь. Я потом вам расскажу, как мы были в Ливии. Так вот он единственный человек в моей жизни, который искренне обо мне заботится, Петр тоже всегда ругает мой выбор продуктов, и следит, чтобы я тепло одевалась и пораньше ложилась спать.

– А вы уверены, что у него к вам нет романтических чувств?

– Что вы, – Кристина рассмеялась, – он счастлив в браке. У него великолепная жена сын и на днях должна родиться дочь. Я не видела более влюбленную друг в друга пару. В данный момент он с нетерпением ждет рождения малышки. Именно поэтому он и не поехал со мной. Последний месяц беременность у Елены была тяжелой, и он не отходил от нее ни на шаг. Когда я смотрю на них, то невольно начинаю верить в настоящую любовь.

– А до знакомства с ними вы в нее не верили. – Жан-Пьер улыбнулся.

– Нет, для этого я слишком прагматична, – смутилась девушка.

– Что ж хорошо, что им удалось поколебать ваши представления. И я рад, что у вас есть такие друзья. Но в их отсутствие, не разрешите ли мне позаботиться о вашем отдыхе и правильном питании.

– Что ж, я в вашем распоряжении. – Кристина улыбнулась Жан-Пьеру и вдруг почувствовала, что может доверить этому человеку даже свою жизнь.

Когда они вернулись, Жан-Пьер помог Кристине разложить покупки и ушел к себе, взяв с нее обещание, прийти на ужин.

Кристина посидела на террасе и решила немного прогуляться. Пройдя вглубь леса, она нашла еще три коттеджа. Два были свободны, а в третьем, который стоял на полянке, поселилась семья из Англии: молодая супружеская пара с двумя очаровательными ребятишками.

Кристина поздоровалась и они разговорились.

– Я не знала, что здесь еще есть люди?

– Мы только вчера приехали и тоже никого не видели. Хорошо, что вы тут не далеко, а то нам стало казаться, что мы на необитаемом острове.

– Приходите, к нам, мой дом метрах в двухстах к югу от сюда, а сразу за ним коттедж Жан-Пьера – он француз и живет тут уже давно так, что может помочь, если, что-то понадобиться.

– Спасибо, будем иметь в виду.

– Знаешь, я познакомилась с нашими соседями: Джорджем и Оливией, они из Англии, живут в крайнем домике. У них двое очаровательных ребятишек: мальчик и девочка. Я им сказала, что если что-то понадобиться могут обращаться ко мне или к вам, вы, ведь не против.

– Нет, я рад, что у нас появились соседи. Хоть я и старался уехать подальше от людей. Иногда совсем не против хорошей компании.

Они снова сидели на веранде. Ужин был великолепный. Жан-Пьер потягивал вино из бокала, а Кристина, взяв из корзинки с фруктами апельсин, задумчиво очищала кожуру.

– Слушай, давай прекратим церемонии и перейдем на «ты», – Жан-Пьер с лукавой усмешкой посмотрел на Кристину, – мы знакомы уже три дня, и когда ты ко мне так официально обращаешься, я кажусь себе старше, чем есть на самом деле.

– Хорошо я попробую, хотя ты ведь и вправду старше.

– Конечно, в твои двадцать мужчина в тридцать два года выглядит дряхлым стариком, – рассмеялся он.

– Мне уже двадцать пять и я не считаю что семь лет это так много. Кстати спасибо за комплимент. Только ты действительно подумал, что к двадцати годам я успела окончить университет и сделать неплохую карьеру.

– Да с твоим упорством и талантом я бы этому ни капли ни удивился, – Жан-Пьер продолжал улыбаться.

– Слушай, а ты ведь так и не закончил учебу. Почему?

– Как то потерял стимул учиться. Начал зарабатывать первые деньги и этот процесс так меня увлек, что ни на что другое времени не оставалось.

– Ты все-таки странный человек, во всем мире миллионеры ни в чем себе не отказывают: вилы яхты самолеты, а ты живешь на острове в маленькой хижине.

– Ты встречала много миллионеров?

– Да, за последние два года достаточно. Но они практически все одинаковые снобы. А ты совсем не такой. У тебя, наверное, иммунитет. Большие деньги тебя не портят.

– Ну не такой уж я святой, как тебе может показаться. Я тоже трачу деньги. Люблю путешествовать, делать подарки родным. Могу позволить себе хорошую еду и добротную натуральную одежду. Да и вообще я живу не в хижине на острове, а на очень престижном курорте. Вряд ли бы я мог себе это позволить не будь у меня денег. Что до яхт, самолетов и прочих атрибутов, то я никогда не пытался выглядеть значимее, чем я есть. Просто хочу оставаться самим собой.

– Да я тебя понимаю, – задумчиво произнесла Кристина. – Когда я жила в приюте, то мечтала о том, что обязательно разбогатею. Сделаю карьеру, куплю дом, машину и много дорогих платьев. Правда, даже тогда я была реалисткой, поэтому о замках и яхтах не мечтала. А теперь, мечты становятся реальностью. У меня есть своя квартира, небольшая машина и я могу купить себе дорогие наряды. Только, почему-то это не приносит той радости, о которой мечтаешь в детстве. Сейчас я начинаю понимать, что в жизни, наверное, важно совсем другое.

– Да, есть вещи, которые не купишь. Например, дружбу. Ты ведь останешься моим другом и после того, как твой отпуск закончится, – Жан-Пьер посмотрел на Кристину, и она увидела в его глазах столько нежности и тепла, что сердце, заныло от непонятной тоски.

– Да, я останусь твоим другом, – прошептала она, опуская глаза, чтобы он не увидел светившихся в них чувств.

Следующие три дня Кристина наслаждалась блаженным бездельем. Она гуляла, купалась в море, или читала книжку, лежа в гамаке на веранде. А вечера проводила в компании Жан-Пьера. Ее отпуск можно было назвать идеальным, если бы ни одно обстоятельство. С каждым днем ей все труднее было находиться рядом этим таким добрым, умным и чертовски красивым мужчиной.

Ее тянуло к нему каждой клеточкой. И хотя Кристина каждый день уговаривала себя, что они просто друзья ничего не получалось. Стоило ему улыбнуться или прикоснуться к ее руке как ее захватывал ураган чувств. Девушку начинала бить дрожь или накрывало трепетной жаркой волной. Если он подходил слишком близко, она заворожено смотрела на него, и губы начинало покалывать в предвкушении поцелуя. С ней никогда раньше ничего подобного не происходило. Кристине нравились мужчины, некоторых она находила сексуально привлекательными, но, то, что с ней творилось сейчас, не поддавалось разумному объяснению. Ей ведь нравился Антонио, она даже подумывала принять его предложение об уикенде на яхте. Но с Жан-Пьером было все по-другому, Кристина не думала она чувствовала, и знала, если он, хоть чуть-чуть, поощрит ее желания она сама броситься в его объятья. И это пугало.

Каждый вечер, чем дольше они находились рядом, тем больше накалялась атмосфера. Ей казалось, что между ними искриться ток и воздух становиться осязаемым. С каждой минутой Кристине становилось все труднее скрывать свои чувства, и девушка старалась сократить время их общения, боясь выдать себя. Она ни как не могла позволить, чтобы Жан-Пьер догадался о том, как она к нему относиться.

Как-то в один из вечеров, сбежав от Жан-Пьера, под предлогом начавшейся головной боли, она шла по берегу, и думала о том, что стоит сократить отпуск и как можно быстрее уехать. Как вдруг ей на встречу выбежал взволнованный Джордж.

– Что-то случилось? – спросила Кристина, видя его состояние.

– Мери пропала.

– Как пропала?

– Не знаю, она все время была возле дома, а потом вдруг исчезла. Мы уже два часа не можем ее найти. Господи, ей всего пять лет, куда она могла пойти. Ей же было строго настрого запрещено одной подходить к морю, да и Браян был на пляже, он бы ее увидел. Мы совсем не знаем, что делать.

– Вы уже сообщили в администрацию?

– Да, я звонил им. Они обещали прислать людей на поиски. Я шел к Вам вдруг вы ее видели.

– Нет, ее здесь не было. Не переживайте она обязательно найдется. Я сейчас схожу за Жан-Пьером, и мы поищем ее в нашей стороне.

– Спасибо, пойду к дороге, может там ее кто-то видел.

Джордж решительно зашагал по направлению к деревне, а Кристина почти бегом кинулась обратно к домикам. Перед глазами у нее стоял белокурый ангелочек с небесно-голубыми глазами. Мери была еще совсем малышкой. А скоро совсем стемнеет и ей будет страшно. Сердце Кристины сжалось от боли.

Жан-Пьер увидел бегущую Кристину и вышел ей на встречу.

– Господи, что случилось? – с беспокойством он оглядел девушку с ног до головы, словно хотел убедиться, что с ней все в порядке.

– Мери пропала, – запыхавшись, выговорила она, – мы должны помочь ее найти.

Взяв фонарик, они направились к лесу.

– Скоро совсем стемнеет, – волновалась Кристина.

– Мы ее отыщем, – сказал он и неожиданно остановился, – я, кажется, знаю, где она, может быть.

Взяв ее за руку, Жан-Пьер ускорил шаг. Через несколько минут они вышли на небольшую поляну и увидели привычную для острова картину: небольшой старинный храм с каменными статуями. Зайдя во двор и оглядевшись, Кристина замерла на месте. На высокой отвесной стене каменного забора сидела Мери и, свесив ножки вниз, гладила обезьянку.

Жан-Пьер медленно подошел к девочке.

– Привет Мери, помнишь меня я Жан-Пьер, расскажи мне, что ты там делаешь?

– Я хотела ее погладить, – девчушка смотрела на них большими глазами, в которых Кристина не заметила ни капли страха.

– Хорошо, но уже темно. И твои мама, и папа волнуются. Надо спускаться.

– А я не знаю как, и я не хочу оставлять ее одну, – она снова обернулась к мирно сидящей рядом обезьяне.

– Давай так, сейчас ты спрыгнешь, а я тебя поймаю, хорошо, – Жан-Пьер говорил совершенно спокойно, а у Кристины тряслись колени, от страха за ребенка.

– Сегодня ты пойдешь домой, а завтра мы отвезем тебя в лес, где очень много обезьянок и ты сможешь с ними поиграть.

– Правда, – улыбнулась малышка.

– Я тебе торжественно обещаю, давай на счет три отталкивайся и прыгай.

Кристина не дыша, смотрела, как Жан-Пьер подошел к стене. Мери оттолкнулась и через мгновение оказалась у него на руках. У Кристины перехватило дыхание, а потом она подбежала к ним и обняла их обоих. И они простояли так несколько секунд.

Джордж и Оливия чуть не задушили ребенка от счастья.

– Не знаю, как вас благодарить, – проговорила Оливия, вытирая слезы радости.

– Не стоит, – улыбнулся Жан-Пьер, – только у нас небольшая проблема, я обещал Мери, что завтра покажу ей «лес обезьян», если вы не будете против, с утра мы могли бы поехать туда все вместе.

– Конечно, – ответил Джордж, – только неудобно из-за нас вам нужно менять свои планы.

– Никаких планов у меня нет. И я с удовольствием еще раз увижу это место. Тем более Кристина там еще тоже не была. Ты любишь животных, – Жан-Пьер обернулся и посмотрел на Кристину.

– Да, очень, всегда мечтала завести собаку или котенка, но с моей работой они бы умерли от тоски и голода, – Улыбнулась девушка.

– Значит, договорились, встречаемся в девять. Только не надевайте шляп, драгоценностей и не берите с собой мелкие предметы. Эти мартышки те еще воришки.

Они попрощались и пошли по домам. Всю дорогу перед глазами у Кристины стояла картина. Она и Жан-Пьер обнимают маленькую девочку. «Из него бы получился отличный отец», – подумала Кристина, и тут же отогнала эту мысль. Жан-Пьер всего лишь помог найти потерявшегося ребенка, а она уже представила себе идеальную семью, которой они могли бы стать. Какие глупости, он совершенно не обращает на нее внимание, как на женщину, а она уже хочет за него замуж. Все это ее воображение – решила девушка, она просто переволновалась за малышку вот и включились материнские инстинкты.

Наследующий день Жан-Пьер отвез их в сказочное место. Этот кусочек тропического леса был полностью отдан во власть обезьян. Они были повсюду. Разных пород, но одинаково дружелюбные и симпатичные. Дети пришли в полный восторг. Они захватили с собой бананов, и малышам доставило истинное удовольствие кормить обезьянок прямо с рук. Кристина рассмеялась, увидев, как одна малышка схватив у нее угощение, кинулась наутек от старших соплеменников, спасая свою добычу.

В глубине леса они увидели старинный очень красивый храм. Но даже здесь было царство обезьянок. Повсюду были эти милые зверюшки. Одни сидели прямо на головах статуй другие носились по дворику, а третьи дремали прямо на каменных заборах. Проведя полдня в лесу, все засобирались домой. Джордж и Оливия, поблагодарив Жан-Пьера, уехали, а они решили заехать пообедать в один из местных ресторанов.

– Если ты не против, я бы хотел на обратном пути навестить учителя. – сказал Жан-Пьер, когда они доедали вкуснейшие блюда местной кухни. – Помнишь брахман, про которого я тебе рассказывал. Это как раз по дороге.

– Я не против, только можно я не буду с ним общаться. Я плохо знаю местные обычаи и традиции. Скажу что-то не так или сделаю и могу кого-то оскорбить, вдруг он потом скормит меня своим демонам, – улыбнулась Кристина.

– Ну, до такого, я думаю, не дойдет. Хорошо, пока я буду с ним разговаривать, ты можешь погулять по саду, у них там очень красиво.

– Договорились.

Брахман, оказался невысоким засушенным старцем с любопытным и лукавым взглядом. Поздоровавшись, они с Жан-Пьером оставили Кристину во дворе, а сами вошли внутрь. Девушка прогулялась по саду. Вокруг небольшого фонтана стояли причудливые статуи, и росло множество очень красивых цветов. Кристина с любопытством разглядывала изваяния. У местных жителей богатая фантазия, – подумала девушка. Как они изображают своих демонов, даже интересней чем богов. Обходя здание, Кристина приблизилась к окну и услышала голоса. Они говорили по-английски.

– Значит, ты нашел, что искал? – спросил старец.

– Да.

– И что ты решил?

– Пока не знаю.

– Что ж думай сам. Но будь осторожен, я вижу отважную, но очень ранимую душу.

Они опять ищут смысл жизни, – подумала девушка, пожимая плечами, и пошла дальше вглубь сада.

На следующий день английские друзья пригласили их на ужин. Это была дружная семья: Джордж работал адвокатом, и уже многого добился. Но, несмотря на свою карьеру, было видно, что он очень любит свою жену и детей. Оливия – молодая и очень красивая женщина с обожанием смотрела на своего мужа и была прекрасной матерью. Кристина невольно по-доброму позавидовала этой семейной идиллии. У нее никогда не было близких, и порой ей очень этого не хватало.

Вечер получился чудесным. Они много разговаривали, смеялись и играли с детьми.

Позже, когда Мери и Браян уснули взрослые перешли на террасу. Мужчины, попивая вино, обсуждали политику и спорт, а они с Оливией решили прогуляться по пляжу.

– У вас с Жан-Пьером интересные отношения. Вы очень близки? – спросила Оливия.

– Нет, что ты мы познакомились только десять дней назад. Но как-то сразу подружились.

– Друзья, говоришь, ну не знаю, я за вами наблюдаю уже два дня, и думаю что-то тут не так. Он относится к тебе, так как будто вы давно женаты, оберегает, угадывает малейшее твое желание и смотрит с такой теплотой и нежностью, что я даже завидую.

– Да Жан-Пьер милый и просто старается, что бы я хорошо отдохнула.

– А ты? Не говори мне, что считаешь, его просто другом. Я же вижу. Когда ты на него смотришь, в твоих глазах вспыхивает такой огонь. Если я так посмотрю на Джорджа, мы через минуту окажемся в постели.

– Господи, это так заметно, – Кристина покраснела и опустила глаза, – надеюсь, Жан-Пьер этого не увидел.

– Ну не думаю, что он настолько слеп, – улыбнулась Оливия.

– Что же мне теперь делать?

– Милая на дворе двадцать первый век. Женщина вполне может сделать первый шаг, – Оливия обняла девушку за плечи, – иногда это самое верное решение. Если бы ни я, Джордж так бы и ходил вокруг да около, и не было бы у нас ни семьи, ни маленьких сорванцов. Так что бери все в свои руки. Жан-Пьер классный, думаю, тебе с ним повезет.

– Нет, я не могу, – Кристина покачала головой, – он явно не разделяет моих чувств, я в этом уверена.

– Ну, тогда он просто дурак, – воскликнула Оливия, – и тебе не стоит из-за него страдать. Хотя если хочешь услышать мое мнение, то здесь не все так просто. Я не знаю, что он чувствует к тебе, но это не похоже на просто дружеское внимание.

Вернувшись в свой домик Кристина стала ходить из угла в угол, но у нее ни как не получалось успокоиться.

Что же такое она вытворяет. Если даже Оливия заметила ее состояние, то, что должен думать о ней Жан-Пьер. Как ей стыдно. Так не может больше продолжаться, ей нужно срочно уехать, иначе она потеряет остатки гордости. Завтра же она найдет предлог и попросит Жан-Пьера отвести ее в аэропорт. С этими мыслями девушка заставила себя принять душ и лечь в кровать.

Во сне она снова умирала. Все было как в прошлый раз. Только сейчас помимо боли ее все больше терзало чувство, что она должна узнать того мужчину, который сидит у ее кровати. Кристина обязательно должна вспомнить этот голос читавший молитву. От этого почему-то многое зависит. Но она не смогла, девушка почувствовала, как жизнь покидает ее тело и со стоном открыла глаза.

Вскочив с постели, Кристина понеслась в ванную и стала под холодный душ, но даже это проверенное средство не смогло до конца разогнать тот страх, который терзал ее сердце.

Понимая, что в кровать она лечь больше не сможет, Кристина накинула первое попавшееся платье и выскочила из домика. До рассвета было не далеко, где-то на горизонте уже пробивались первые лучи солнца. Ей было все равно куда идти, лишь бы подальше от постели.

Походив кругами, девушка неожиданно вышла к дому Жан-Пьера. Подойдя к окну спальни, она увидела его. Жан-Пьер лежал на кровати абсолютно голый, только кусочек простыни укрывал одну сторону его тела.

Кристина замерла и с жадностью стала рассматривать мужчину. Какой он красивый. Его обнаженное тело как магнитом притягивало ее взгляд. Кристина взглянула в его такое спокойное лицо и опустила глаза ниже, от его волевого подбородка к мышцам груди с легкими завитками темных волос, которые тонкой полоской спускались к низу живота. У нее, казалось, заболели кончики пальцев, так захотелось прикоснуться к ним. Ноги подкосились, а тело вдруг налилось теплотой истомой, грудь потяжелела, и соски стало покалывать. Во рту у девушки совсем пересохло, а дыхание стало прерывистым. Кристина не двигалась, только дрожь, пробегая волнами, сотрясала ее тело. В голове стали возникать картины. Вот Жан-Пьер обнимает ее и целует, вот она в его объятьях лежит на простынях, изнемогая от желания, а он, склонившись над ней, ласкает ее тело…

Неожиданно в лесу закричала какая-то птица, и Кристина, очнувшись, отпрянула от окна. Все ее тело содрогалось, а по нервам пробегали волны удовольствия. Обхватив себя руками, Кристина старалась справиться с нахлынувшими ощущениями. Отдышавшись и сглотнув, она, резко развернувшись, побежала к своему домику.

«Какой ужас», – шептала Кристина, – она ведет себя словно мартовская кошка, еще немного и она бы ворвалась бы к нему в спальню. Нет, она больше ни минуты не может здесь оставаться.

Кристина достала чемодан и стала быстро собирать вещи.

На рассвете она постучала в дом Джорджа и Оливии. Через минуту на пороге появился сонный хозяин дома.

– Прости Джордж, я тебя разбудила. Но мне нужно срочно уехать. Жан-Пьера нет, – соврала Кристина, – не мог бы ты меня подбросить до города. А там я возьму такси.

– Без проблем, дай мне пять минут.

– Спасибо.

К обеду она уже поднималась по трапу самолета. Ей очень повезло, что оказался свободный билет на ближайший рейс. Сидя в кресле и наблюдая за тем, как самолет покидает остров, Кристина все еще не могла успокоиться. Она ведь просто сбежала. Какой стыд, она никогда не убегала от проблем, и вот теперь, даже не попрощалась с человеком, который так о ней заботился последние дни. Правда она оставила в домике записку, в которой объяснила свой отъезд неотложными делами. Но все равно это было подло.

«А что еще я могла сделать», – сама себе говорила Кристина. После сегодняшней ночи она просто не смогла бы встретиться с ним взглядом.

Домой Кристина попала около полуночи. Весь день, находясь в пути, она изводила себя чувством вины, сожалениями и вопросами о том, как ей жить дальше. Устав и физически и морально она решила отложить решение глобальных проблем на утро. «Подумаю об этом завтра», совсем как Скарлетт прошептала она и легла в постель.

Проснулась она на рассвете и с тоской, посмотрев на не распакованный чемодан, решила поскорее сбежать из дома. Выпив кофе в ближайшем кафе, Кристина по привычке отправилась на работу. Только зайдя в знакомое здание, она сообразила, что до начала рабочего дня еще целый час, и во всем здании было почти пусто. Показав пропуск, она поднялась на знакомый этаж и вошла в родную студию.

Присев в кресло, и глядя на свивающие с потолка камеры, Кристина, вдруг, осознала, что совсем не скучала по своей работе. И это было неправильно, ведь два последних года были воплощением ее мечты. Она занималась любимым делом, много работала, объездила весь мир, так почему теперь все это казалось не таким великолепным, как должно было быть. Все, что она чувствовала сейчас – это усталость. Ей надоел ее напряженный график работы, она уже с трудом терпела глупые приказы начальства. Да и вообще она устала зависеть от кого-то, выполнять чьи-то требования, подчинятся. А ее поездки. Да она объездила пол Европы, была в Африке, Азии и даже Америке. Но что она видела. В лучшем случае у нее было несколько часов осмотреть достопримечательности того города, в котором они останавливались. В основном же это были бесконечные перелеты, такси и гостиницы. Неужели именно об этом она мечтала с детства.

Кристина с ужасом поняла, что теперь, когда ее мечта исполнилась, она ничего не чувствует. И все ради чего она так упорно трудилась на самом деле ей не нужно. Эта мысль, как удар молнии поразила девушку. Что же ей теперь делать? Как она будет жить дальше, осознавая, что вся ее жизнь была ошибкой. Кристина опустила голову на колени, и на ее глазах выступили слезы. Что ей теперь делать, к чему стремиться, ее жизнь, казалось, потеряла всякий смысл.

«Нужно придумать новую мечту», неожиданно ответило ее подсознание. И это оказалось так просто – ей нужна всего лишь новая мечта.

Почему бы и нет. Кристина расправила плечи. Ей всего двадцать пять лет, у нее нет ни родных, ни мужа не детей, никакой собственности – ее ничего не держит на месте. Она, и вправду, может делать все, что ей захочется. А сейчас ей хочется одного уехать подальше. Далеко, далеко и забыть обо всем на свете.

Окрыленная возникшей идеей Кристина стала нервно расхаживать по павильону, обдумывая свое решение. Она всегда мечтала путешествовать, но больше всего ее манила Франция, а именно Париж – вот туда она и поедет. Пришло время, доставать свой второй диплом.

– Кого я вижу, Привет дикарка! Ты вернулась из своих джунглей и решила навестить коллег по работе? – в дверях стоял улыбающийся Петр.

Кристина с радостным криком бросилась ему на шею.

– Привет! Как я по тебе скучала.

– Смотри, задушишь, рассмеялся Петр, – вижу отдых пошел тебе на пользу, загорела, похорошела. Ну, рассказывай как там на Бали?

– О, это такой красивый остров там просто Рай. Жаль, что ты не смог поехать, тебе бы обязательно понравилось. Кстати, как там Елена?

– Отлично, я два дня назад стал снова отцом. У нас очаровательная малышка. С ней и ее мамой все в порядке.

– Поздравляю, я так за вас рада. Правда – просто счастлива.

– Да я тебе верю спасибо. Но ты вернулась раньше, ничего не случилось? – Петр с беспокойством всмотрелся в ее лицо.

– Нет, все хорошо, – Кристина невольно опустила глаза.

– Тогда ты все равно еще в отпуске. Новый сезон начинается только через неделю, так что можешь гулять, работы для тебя еще нет.

– Да о работе, – Кристина посмотрела на друга, – Петр я решила уволиться.

– Как, ты что с ума сошла, – Петр повысил голос, – наверно перегрелась на солнце, что ты такое выдумала.

– Не надо не ругай меня, ладно. Я уже все решила и не передумаю. Для меня это очень важно. Я понимаю, ты вправе злиться это был и твой проект. Прости меня.

– Что ты, – Петр подошел ближе и, обняв ее, понизил голос, – я совсем не об этом, я просто переживаю за тебя. Ведь что-то случилось, ты не могла просто так принять такое решение.

– Я просто поняла, что это уже не то о чем я мечтаю. Может быть глупо, но я решила начать свою жизнь заново.

– Нет, совсем не глупо. Я тебя хорошо понимаю, мне тоже иногда хочется все бросить. Но в отличии от тебя, мне вряд ли хватит смелости. Но ты, правда, хорошо все обдумала?

– Да.

– Тогда, можешь на меня рассчитывать, я поддержу тебя во всем. И всегда буду рядом. – Петр снова обнял ее за плечи.

– Спасибо, ты самый лучший. Только я, скорее всего, уеду. Причем довольно далеко.

– Кристина, ты все-таки, чего-то не договариваешь. От чего ты бежишь?

– Я не убегаю, просто хочу уехать туда, где всегда хотела жить.

– Париж?

– Да, Париж.

– Что ж, я всегда знал, как много этот город для тебя значит. Я могу только пожелать тебе, что бы там ты нашла свое счастье. Знай, если я буду нужен, ты только позвони, ладно.

– Спасибо, обещаю не пропадать. А вы обязательно приедете ко мне в гости с Еленой и детьми, как только я устроюсь на новом месте.

– Договорились.

Вечером Кристина с улыбкой вспоминала прошедший день. Как только ее начальство появилось на работе, она положила заявление об уходе. Что тут началось. Оказывается для того, чтобы узнать какой ты хороший и незаменимый работник, нужно всего лишь уволиться. Чего только она не услышала в свой адрес. Сначала были уговоры и обещания всех мыслимых благ: повышение зарплаты, премии и отпуск. Потом шантаж и обещание не дать ей рекомендаций. В конце ей вообще пригрозили, что она никогда больше не сможет работать на телевиденье. Когда она, наконец, смогла покинуть здание компании, то почувствовала невероятное облегчение.

Теперь предстояло составить планы на дальнейшую жизнь. У нее были сбережения. Последнее время ее зарплата неуклонно увеличивалась, а расходы оставались на прежнем уровне. Таким образом, она смогла скопить небольшую сумму, которой при разумном подходе ей хватит месяцев на пять шесть. Значит, у нее есть время найти новую работу. Еще в университете она думала заняться переводами. Благо ее филологическое образование и знание нескольких языков давало ей такую возможность. И сейчас первое, что она сделала, это включила компьютер и разослала резюме в несколько издательств. Теперь оставалось ждать ответа.

Решив вопрос с работой, Кристина стала задумчиво оглядывать свою квартиру. Это было ее первое отдельное жилье. И хотя она была небольшая всего одна комната ванная и кухня, но Кристине она нравилась. Комната была с большими окнами, а в углу находился настоящий камин, возле которого она любила сидеть зимой, читая очередную книгу, расположившись прямо на полу. Хотя если подумать, то не так уж часто она бывала дома, все время в разъездах или на работе. Даже новую мебель она так и не купила. Кристина решительно взяла трубку телефона и, набрав номер хозяина квартиры, сообщила о прекращении аренды.

Подумав, что за сегодняшний день она сделала довольно много, девушка поужинала и забралась в постель. Спать не хотелось. Возбуждение, владевшее ею весь день, уступило место ноющей боли, она так скучала за ним.

Жан-Пьер. Прошло только два дня, а ей казалось, что она не видела его целую вечность. Может быть, она никогда больше его не увидит, эта мысль разрывала ее на части. Что бы отвлечься Кристина с улыбкой вспомнила, как тайком на работе из скачала архива интервью, снятое на острове, на свою флешку. И теперь она лежала у ноутбука и грела ее одним присутствием. Она всегда сможет видеть его, пусть только на экране, но он будет рядом.

Через два дня Кристина, отдав ключи от квартиры грузила вещи в сою машину. Фольксваген «Жук» был еще одной ее воплотившейся мечтой. Когда-то давно она увидела машину этой марки и влюбилась с первого взгляда. Год назад на авто-рынке девушка нашла то что искала. «Жук» был просто нереально лимонно-желтого цвета с зеленым бампером. «Букашка», как ласково прозвала машину Кристина, сразу стала ее любимицей. И пусть она не была новой, но по своему характеру очень ей подходила. А ее яркая раскраска, неизменно, вызывала улыбку окружающих, и это нравилось ее хозяйке.

Теперь, ее «букашка», стояла возле подъезда, готова к длительному путешествию. У Кристины никогда не было много вещей. Привыкшая к жизни вначале в приюте затем в общежитии она не покупала ничего лишнего. Правда собираясь, она раздала соседям мелкую бытовую технику, а часть нарядов, в которых появлялась только на работе, отнесла на барахолку. Все что осталось, поместилось в два небольших чемодана на колесиках и одну сумку. Погрузив вещи в багажник, Кристина села за руль.

«Нас ждет Париж, – шепнула она «букашке», – поехали.

Глава 5

Несколько дней пути пролетели незаметно. Лето уже смиренно отсчитывало последние дни, когда Кристина въехала в свой любимый город. Было раннее утро, и только проснувшись, он еще не успел окунуться в привычную суету дня. Подъехав к Сене, Кристина опустила стекло и вдохнула. Пахло рекой бензином кофе и шоколадом. По реке спешили первые трамвайчики, и утреннее солнце ласкало первыми лучами знакомые старинные здания. Вдруг мимо девушки проехал конный полицейский и Кристина улыбнулась: «Да, она в Париже».

Задумавшись на минутку, она свернула к Монмартру. Оставив машину недалеко от кафе, и позавтракав кофе с вкусным пирогом, Кристина пешком отправилась бродить по таким родным улочкам. Через час ее путешествие закончилось вначале улицы Rue de Sac, где в старом доме под самой крышей в окне она прочитала надпись «сдается». Отыскав хозяйку, в лице довольно грузной арабки, она спросила об аренде.

– Сколько вы планируете пробыть в городе? – женщина оценивающе обсмотрела девушку.

– Я пока не решила, но хотела бы снять квартиру на месяц, если это возможно.

– Хорошо, будете платить каждую неделю, за первую – вперед. Пойдемте, я покажу вам жилье.

Они поднялись на самый верхний этаж, а затем по узкой лесенке к самой крыше. Квартирка оказалась миниатюрной, но очень уютной и чем-то напоминала Кристине ее последнее жилье. Только потолки были немного повыше, а окна напротив совсем маленькими. Отдав хозяйке деньги, она получила небольшой ключик и вздохнула: «Вот я и дома».

Подогнав к подъезду букашку, Кристина разобрала вещи. Оценив поток машин на улицах, девушка приняла решение в дальнейшем передвигаться по Парижу пешком или на общественном транспорте. Поэтому определив свою «букашку» на стоянку, отправилась на прогулку по любимым местам.

Город встретил ее теплой погодой и обилием туристов. Пробираясь сквозь очередную толпу, Кристина почувствовала, что количество народа вокруг, стало вызывать у нее отрицательные эмоции. Может быть, она совсем отвыкла от людей за десять дней проведенных на острове. Остров. Как не запрещала себе Кристина, но она все равно все время мысленно возвращалась на Бали. Порой ей казалось, что она до сих пор слышит плеск волн и чувствует тепло ласкового тропического солнца. А ведь она должна испытывать радость от возвращения в любимый город. Но грусть и тоска по-прежнему сжимали ее сердце, мешая дышать и наслаждаться окружающей ее красотой.

Первую неделю Кристина ежедневно проверяла электронную почту в ожидании ответа от издательства. Пока она ждала, чтобы немного отвлечься развела бурную деятельность. Собрала необходимые документы, подала прошение о предоставлении ей вида на жительство во Франции. Сделала генеральную уборку в квартире и, пройдясь по магазинам, купила пару милых безделушек, чтобы украсить ее новый дом. Так как ее жилье располагалась под самой крышей, соседей слева и справа у нее не было, зато внизу жили молодожены из Польши. И девушка, слушая по ночам скрип кровати, немного завидовала их счастью и грустила о своем.

Она много ходила пешком. Кристине хотелось обойти весь город, впитать его в себя, надышаться свободой и независимостью. Привыкнув вставать рано, Кристина просыпалась с рассветом и отправлялась бродить по старинным улочкам.

Утром, когда весь город еще спал, это доставляло особенное удовольствие. Тишина, отсутствие машин и прохожих, делало Париж пустынным и загадочным. Кристина чувствовала его утреннее дыхание, слышен был щебет птиц на деревьях, по реке с плеском волн проплывали первые кораблики, а сонные продавцы открывали хлебные лавочки и воздух наполнялся запахами сдобы корицы и какао. Она выпивала кофе с горячим круасаном и наслаждалась покоем. Кристина любила утро, так как последнее время вечера навевали на нее грусть. Наблюдая закат, она не могла не вспоминать другие вечера, вечера, согретые тропическим солнцем, и такой желанной компанией. Как она не старалась, не могла перестать думать о тех десяти днях и о мужчине ворвавшимся в ее жизнь и захватившим в плен ее сердце.

В конце недели наконец-то, пришло письмо из издательства. Ей предлагали пробную работу, перевести несколько страниц текста. Отослав задание, она получила ответ и подписала контракт. Теперь у нее была работа. Составив распорядок дня, Кристина погрузилась в трудовые будни. Ее день как всегда начинался с прогулки и кофе, затем она работала до самого обеда. Пообедав в соседнем маленьком ресторанчике, доделывала запланированное, и отправлялась в город. За месяц она посетила несколько выставок, побывала в музеях и театре. Она всячески старалась сделать свою жизнь насыщенной впечатлениями, чтобы не о чем не думать. Но постоянно ловила себя на том, что все, что она делает, не приносит ей удовольствия. Ее любимый город изменился. Нет, наверное, это она стала другой. В детстве Париж казался Кристине воплощением мечты. Ожившей картинкой из сказки. Сейчас же она все чаще замечала его неприглядные стороны. Кварталы новостроек с грязными домами и сомнительными личностями. Бездомные на улицах. Обилие туристов и иностранцев. Раньше Кристина, казалось, этого всего не видела, или просто не хотела видеть. Она ведь боготворила свой Париж.

На бульваре Сен-Мишель она оказалась как раз к открытию магазинов. Зайдя внутрь, Кристина вспомнила, как в тринадцать случайно забрела в эту часть города. Огромные книжные магазины просто поразили девочку. Никогда раньше она не видела столько книг в одном месте. Это был просто рай. Она бродила между полок вдыхая запах свежей печати, и у нее кружилась голова от счастья. Кристина помнила, то ощущение удовольствия, которое девочкой испытывала, беря в руки книжку и перелистывая страницы. Она тогда уже читала на французском, и, собрав немного денег с обедов, она приобрела одну из них, а потом, приехав домой, хранила, как ценную реликвию.

И вот сейчас, войдя в это царство литературы, девушка, не спеша стала бродить среди бесконечных стеллажей, стараясь вернуть, то ощущения счастья и восторга охватившее ее в детстве. Взяв в руки небольшую книжечку Франсуазы Саган, Кристина подошла к кассе. Ей нравились произведения этой писательницы. Саган тоже любила Париж, и как ни кто другой могла описать его очарование. Выйдя из магазина, девушка присела на лавочку и погрузилась в чтение. Сладостный поток французских слов, сплетаясь, превращался в море чувств. Кристина увлеклась и не заметила, как просидела на лавочке несколько часов. Мимо проходили прохожие и проносились машины, ветер трепал ее распущенные волосы, а где-то на деревьях щебетали птицы, но она не видела ничего вокруг, девушка читала.

Закрыв, наконец, книгу, Кристина оглянулась по сторонам. Солнце уже было в зените, а вокруг все спешили на обед. Решив, тоже немного перекусить, она зашла в ближайшее кафе и села за столик. Книга немного расстроила девушку. Это была история студентки, влюбившейся в женатого мужчину. Чувства героини были близки ей. Но когда в конце главный герой вернулся к жене, а героиня поняла, что сможет пережить эту потерю, Кристина задумалась. Сможет ли она с такой же легкостью забыть свои чувства. Почему то ей казалось, что для нее так просто все не получиться. «Это от того, что прошло мало времени, – решила девушка и решительно сложила книгу в сумочку, – у нее тоже все будет хорошо».

Однажды в воскресенье в конце сентября Кристина спустилась на площадь недалеко от дома и замерла от увиденного зрелища. Обычно здесь располагался небольшой рынок со свежими продуктами. Она иногда покупала тут масло и сыр для бутербродов. Сейчас же вся площадь просто утопала в цветах. Как она узнала позже, в выходные здесь открывали цветочную ярмарку. Кристина рассматривала это цветочное великолепие и на ее глазах выступили слезы. Девушка вспомнила другие цветы. Разнообразные и прекрасные, название которых она так и не узнала. Они были по всему острову, а особенно возле старинных храмов с причудливыми статуями.

Кристина, даже разозлилась на себя. Она в Париже в городе, который любит, и не позволит несбыточным мечтам нарушать ее покой. Но именно покой ей был не нужен. Жизнь, входя в размеренное русло, стала казаться Кристине пустой, она теряла свой смысл. Ее жизнь, казалось, осталась там, на далеком острове возле любимого человека.

Да это была именно любовь. То чувство, которая Кристина приняла за банальное сексуальное притяжение женщины к мужчине, со временем трансформировалось в нечто более серьезное. Сейчас она знала, точно – она любит Жан-Пьера, любит всем сердцем и ни что не сможет вытравить это чувство из ее сердца, как бы не старалась. Всю жизнь Кристина опасалась этого, и вот теперь ее счастье стало зависеть от одного человека, оставшегося в далекой стране. Как она позволила такому случиться?

Слезы уже ручьем текли из ее глаз. Но верная своей решительной натуре, Кристина, вытерла их ладонью и задумалась. Она не сможет вернуть, то, что потеряла, а значит надо сделать все, что от нее зависит, чтобы заполнить эту пустоту в ее мыслях и сердце. Она любит этот город, и обязательно вернется сюда, но в данный момент ей хотелось сесть в свою «букашку» и ехать, ехать так долго и так далеко, как только возможно. Ей нужны новые места и новые горизонты, и даже новые проблемы, которые заполнят ее мысли. Она поедет в путешествие.

Франция – прекрасная страна и девушка решила, что должна ее увидеть. Закончив перевод первой книги, она расплатилась за квартиру и снова собралась в дорогу.

Начинался октябрь.

Посмотрев на карту страны, Кристина решила начать с севера и продвигаться на юг, чтобы к зиме спуститься к более теплым берегам Франции. Окинув город прощальным взглядом, она мысленно пообещала ему вернуться, и сев за руль своей «букашки» отправилась в путь.

Глава 6

Несмотря на первоначальные планы до юга Кристина смогла добраться только поздней весной. Начав свое путешествие, девушка и не подозревала, как долго оно продлиться. Вначале у нее не было точного плана, но постепенно кочевая жизнь Кристины приобрела определенный ритм. Переезжала с места на место она только по выходным. Заезжая каждый раз в новый большой город, она осматривала его достопримечательности, гуляла по улочкам, посещала музеи и выставки пробовала местную кухню в небольших ресторанчиках и оставалась на одну ночь в гостинице. В воскресенье, выехав пораньше, Кристина уезжала подальше от городской суеты и наслаждалась сельскими пейзажами их дикой и спокойной красотой. Выбрав самую красивую деревушку, она снимала в ней жилье на неделю. В будни Кристина работала, а после обеда, осматривала окрестности.

Поначалу, она много фотографировала, стараясь оставить в памяти, наиболее приглянувшиеся ей места. Но затем, поняла, что с таким, же успехом, может просто покупать брошюры и путеводители, в которых уже были фотографии всех красивых видов. Тогда Кристина решила описывать свои впечатления словами. Приобретя большой блокнот, она стала делать заметки обо всем, что видела. Описывать места и людей, с которыми ее сталкивала дорога. Теперь снимки делались лишь в исключительных случаях, а блокнот систематически пополнялся новыми рассказами.

И вот сейчас, въехав, наконец, в самую южную провинцию Франции, Кристина остановила свою «букашку» на невысоком холме с потрясающим видом и, расположившись на траве, достала свой блокнот. Весеннее солнце пригревало, и девушка, закатав штанины джинсов, подставила голые ноги под теплые лучи. Кристина улыбнулась, за прошедшие месяцы жизнь изменилась, но и сама она стала другой. Еще в детстве она мечтала о красивых нарядах и дорогих украшениях. Сейчас же ее гардероб составляли джинсы шорты и рубашки. Зимой она добавила к нему теплую куртку и кроссовки с мехом. Избавившись от всех офисных нарядов, она оставила пару летних платьев и одно вечернее простое черное с туфлями на невысоком каблуке для особых случаев.

Девушке нравилась та свобода, которую ей дала ей ее кочевая жизнь. Теперь не надо было переживать о внешнем виде, и она совсем забросила косметику. Ее волосы были стянуты либо в хвост, либо заплетены в косу. Раз в месяц она заглядывала в салон, где делала маникюр, педикюр и эпиляцию лишь для того что бы продолжать чувствовать себя женщиной. Ее перестали волновать взгляды мужчин, и она расслабилась, хотя со временем убедилась, что, несмотря на простую одежду и прическу продолжает им нравиться. Кристине делали комплименты и приглашали на свидания, а она улыбалась и благодарила за оказанное внимание, но всегда отказывалась. Ни кто из них не был тем, кого она хотела бы увидеть, увидеть хоть еще на один короткий миг.

Раскрыв блокнот, она пролистала страницы.

Одним из первых записанных эпизодов, произошел в пригороде Руана. Начав с Верхней Нормандии, Кристина не могла проехать мимо этого потрясающего города. Как и Париж, он стоял на Сене и поражал своими соборами в готическом стиле. Когда то на одной из его площадей сожгли Жанну Дарк, и это обстоятельство, очень заинтересовало девушку. Для своего времени эта страстная девушка была просто воплощением женского феминизма: решительная и смелая, она доказала всему мужскому роду, что нельзя недооценивать силу женщины. Это нравилось Кристине. Бунтарский дух Жанны Дарк находил отклик в ее сердце. Посетив музей героини, Кристина погуляла по улицам города. Больше всего ей понравились не величественные храмы, словно сошедшие с полотен художников, а небольшие здания в стиле фахверк. Они выглядели такими уютными и аккуратными, словно время не могло ничего поделать с их скромным очарованием. Светлые пастельные стены вступали в молчаливый спор с темными полосами деревянных балок, создавая колоритный контраст и чувство удовлетворенности увиденным.

Отъехав несколько километров от города, Кристина въехала в деревушку с причудливым названием. Остановившись в небольшой гостинице, выполненной в том же полюбившемся ей архитектурном стиле, девушка собиралась окунуться в привычный распорядок. В холе ее встретил молодой человек: довольно симпатичный парень лет двадцати пяти с небесно-голубыми глазами и светлыми коротко подстриженными волосами. Поприветствовав гостью, он неожиданно смутился и, покраснев, протянул ей листок регистрации. «Нет, только ни это!» – мысленно воскликнула девушка, – «еще один». Ее догадка подтвердилась, ключи, которые он ей вручил, заметно подрагивали в руке парня.

Поднявшись в свой номер, Кристина решила как можно реже попадаться на глаза молодому человеку, хватит с нее мужского внимания. Однако это оказалось не так просто стоило ей спуститься в холл, как Кристоф, именно так звали юношу, спешил к ней, предлагая все возможные услуги.

На следующий день, гуляя по окрестностям, она забрела в небольшую антикварно-сувенирную лавку, где познакомилась с Полет – милой женщиной лет сорока. Приобретя у нее путеводители и альбомы с фотографиями, девушка получила исчерпывающую информацию об истории края вплоть до Вильгельма Нормандского и рекомендации относительно обязательных мест для посещения.

– Вы остановились у Кристофа? – спросила она у Кристины.

– Если так называется небольшая гостиница в центре, то да. Там нет вывески.

– Это потому, что он никак не придумает названия. Кристоф – это хозяин, молодой человек вы с ним наверняка уже познакомились.

– Да, только я думала, он просто там работает, – удивилась девушка.

– Он унаследовал эту гостиницу недавно, раньше она принадлежала его деду. Кристоф закончив колледж, приехал ухаживать за стариком, да так и остался. Он очень хороший парень и считается у нас самым завидным женихом среди молодых девушек.

– Что ж он до сих пор не женат? – Кристина с любопытством взглянула на хозяйку лавочки.

– Наверное, ни как выбрать не может. Не поверите, даже моя племянница попала в его сети и тайно уже год о нем вздыхает.

Только этого мне не хватало – подумала девушка покорить самого завидного жениха в деревне. Нужно с этим что-то делать.

– А чем занимается ваша племянница? – спросила Кристина, обдумывая план, который начал зарождаться в ее голове.

– Она весной закончила учебу, и пока не определилась с дальнейшими планами. Сейчас она помогает мне с торговлей, в будние дни здесь, а по выходным и во время ярмарок торгует сувенирами на площади. Хотите я вас познакомлю. Может быть, пригодятся ее знания, она изучала историю и знает каждый закоулок нашего края.

Полет подошла к лестнице в дальнем углу магазина и довольно громко прокричала:

– Полин, спустись на минуточку. Моя сестра была не очень оригинальна в выборе имени для дочери, – обернувшись к Кристине, объяснила женщина, – Иногда схожесть имен создает проблемы.

Тем времени в магазин спустилась очаровательная девушка. Невысокого роста с бледной фарфоровой кожей и любопытными зеленными глазами.

– Полин, я интересуюсь историей вашего края, твоя тетя сказала, что ты могла бы мне помочь. У меня вдруг возникла идея, не могла бы ты побыть моим гидом. До конца недели в послеобеденное время я собираюсь проехаться по окрестным достопримечательностям. Если бы ты могла сопровождать меня, было бы здорово. Конечно, твои услуги будут оплачены.

– Я бы с большим удовольствием попутешествовала с вами. – девушка с любопытством рассматривала туристку.

– Я не поставлю вас в затруднительное положение, если похищу на несколько вечеров вашу племянницу, – Кристина, обернувшись, обратилась к Полет.

– Конечно, нет, здесь по вечерам делать совершенно нечего. Да и развеяться ей не помешает, сидит с утра до вечера в четырех стенах.

– Значит, договорились, завтра в два часа жду тебя в гостинице.

Кристина вышла из лавки, раздумывая над идеей пришедшей ей в голову. Полин симпатичная и скромная девушка, нужно сделать так, чтобы она как можно чаще попадалась на глаза Кристофу, может, удастся его заинтересовать. Или в худшем случае девушка выяснит его к ней отношение и перестанет лелеять напрасные надежды. Чувствуя себя коварной свахой, Кристина отправилась осматривать деревушку.

Наследующий день ровно к назначенному времени Кристина спустилась в холл гостиницы, и сев за столик, спиной к стойке, за которой стоял Кристоф, выглянула в окно. Через минуту к гостинице подошла Полин, и Кристина заметила, как девушка в нерешительности несколько секунд простояла у порога, прежде чем открыть дверь.

– Полин, – окликнула она девушку, – присаживайся, нужно составить план нашей прогулки.

Кристина убедилась, что девушка села так, что была прекрасно видна молодому парню и разложила путеводители, сделав вид, что всецело сосредоточилась на их изучении. Следующие полчаса, она не без удовольствия замечала взгляды, которые кидал в их сторону Кристоф. И решив, что на сегодня достаточно, Кристина, выбрала окончательный маршрут, и направилась с Полин к машине.

– Я так и думала, что это ваша! – воскликнула девушка, с любопытством разглядывая «букашку».

– Тебе нравиться?

– Да, она такая яркая, никогда не видела у нас ничего подобного.

– Мне тоже она сразу понравилась. Теперь мы подружки. Залезай, с ее помощью я думаю объездить всю страну, так что начнем.

Следующие несколько дней Кристина путешествовала по окрестностям, методически исполняя поставленную задачу. Они подолгу общались с Полин, попивая кофе на глазах молодого человека. Пару раз Кристина нечаянно забывала оставить ключи от комнаты и отсылала ее отдать их Кристофу, наблюдая за тем, как покрасневшая от смущения девушка, бормочет извинения. К концу недели удостоверившись, что ее план работает, Кристина решилась поговорить с юношей.

– Я завтра уезжаю, рано утром, поэтому хочу попрощаться.

– Что жаль, что ваше пребывание у нас было столь коротким. Надеюсь, вам все понравилось? – учтиво ответил юноша, и Кристина с удовольствием отметила, что в последнее время он вполне спокойно с ней разговаривает.

– У меня просьба. Я уже попрощалась с Полин, но хотела бы оставить для нее подарок. Если вас не затруднит, не могли бы вы передать его ей после моего отъезда.

– Да, конечно, нет проблем. – юноша улыбнулся.

– И еще если вы не сочтете меня слишком нахальной, то разрешите дать вам совет. Я очень привязалась к девушке и считаю, что молодым людям вроде вас нужно сделать все, чтобы удержать ее в деревне. Если такая замечательная девушка покинет эти места, думаю, будет очень обидно.

И оставив Кристофа стоять в замешательстве, Кристина поднялась к себе в номер. Последние дни они много общались с Полин, обсуждая прочитанные произведения, и сегодня заехав в магазин, она приобрела несколько книг, которые должны были бы понравиться девушке. И сейчас упаковывая подарок в пакет, Кристина подумала, что если Кристоф, хоть немного проявит инициативу, то «Любовник леди Чаттерлей» будет для Полин весьма кстати.

Утром, оставив ключи и подарок на стойке в холе, Кристина отправилась в дорогу, раздумывая над тем, что роль купидона пришлась ей по душе. Она ощущала себя таким маленьким толстеньким амурчиком с золотым луком и стрелами. Вдруг у них все получиться. И может быть на обратном пути, когда пройдет несколько месяцев, Кристина заедет в этот уголок страны. И застанет Полин по хозяйски заправляющей делами гостиницы, усталую, но счастливую, нежно поддерживающую заметно округлившийся животик. Девушка улыбнулась, невольно залюбовавшись представшей перед ее мысленным взором картиной.

Неожиданно из блокнота выпала фотография, на которой улыбающаяся девчушка нежно обнимала симпатичного щенка.

Еще одно приятное воспоминание, пролистав блокнот, Кристина нашла нужную страницу. Только однажды она нарушила свой распорядок, и задержалась на одном месте дольше обычного.

Это была Аквитания – регион виноградников старинных замков и имений. Побывав в Бордо и насладившись величественным видом кафедрального собора и полотнами Рубенса и Тициана в Музее изящных искусств, Кристина отправилась на юг. Проехав в этот день довольно большое расстояние, в сумерках она въехала в маленькую деревушку, поразившую девушку своей изысканной простотой и буйством осенних красок.

Притормозив у маленького магазинчика, она узнала, что гостиницы в деревне нет, но можно снять жилье на окраине у местной аптекарши. Доехав до указанного дома, Кристина познакомилась с очень приятной молодой женщиной по имени Анна и ее тринадцатилетней дочерью Катриной. Ей выделили комнатку над гаражом с потрясающим видом на долину. Поужинав, Кристина сразу ушла к себе и заснула, едва коснувшись подушки.

Утром, выпив кофе, она принялась за работу, в данный момент она переводила любовный роман с английского языка. Погрузившись в страдания главных героев, девушка не сразу заметила присутствия в ее комнате любопытных глазенок.

– Ты почему не в школе? – спросила она девчушку, а это была именно Катрина.

– А у нас сегодня заболела учительница, и всех отпустили домой после второго урока. А ты что писательница?

– Нет, я не пишу, а только перевожу книги на другой язык.

– А про что эта книга? – Катрина приподнялась на цыпочки и заглянула ей через плечо.

– Это роман о рыцаре и прекрасной девушке из старинного замка, довольно интересный, я перевела уже больше половины и если честно, то не могу дождаться развязки.

– А мне дашь почитать?

– Ты любишь читать? – развернувшись, на стуле Кристина с любопытством взглянула на девочку. Катрина выглядела старше своего возраста, ее фигура уже практически сформировалось, и она была довольно мила. Белокурые локоны волос в беспорядке спадали на плечи, а на круглом личике озорно светились ярко-голубые глазки.

– Да очень.

– Хорошо, я распечатаю тебе первую половину, а когда закончу, оставлю вторую. У вас есть в деревне принтер?

– Да в школе и в библиотеке я могу сама сбегать.

Кристина сбросила перевод на флешку и протянула девочке.

– Я вечером хочу прогуляться по деревне, не хочешь пойти со мной. Ты покажешь мне все самое интересное.

– Конечно, могу рассказать вам обо всех жителях. Я часто помогаю маме в аптеке, поэтому все обо всех знаю.

– Ну не нужно мне раскрывать чужие секреты, но от экскурсии и интересных историй я бы не отказалась.

Следующие несколько дней они провели вместе. Сразу после школы Катрина забегала в комнату Кристины и, оторвав ее от компьютера, уводила с собой. Они просто бродили по окрестностям, заходили пообедать в маленькое кафе к мадам Жулли, которая пекла великолепный пирог с мясом. Поднимались на небольшую гору, с которой открывался потрясающий вид на виноградники и небольшую речушку. Или просто устраивали пикник, захватив бутерброды и расположившись где-нибудь на полянке.

Кристина и сама не заметила, как привязалась к этой забавной слегка застенчивой девчушке. У Катрины было мало друзей. Анна воспитывала ее одна и на маленькую зарплату не очень баловала дочку. Кристина помнила, как учась в академии, чувствовала себя изгоем из-за отсутствия богатых родителей, и поэтому понимала девочку. Дети жестокий народ и часто наличие компьютера и дорогих джинсов для них значит намного больше душевной привязанности.

Однажды, когда ненастная дождливая погода заставила их остаться дома, Катрина показала ей комнатку на чердаке, где хранила свои тайные сокровища. Забравшись под самую крышу и слушая завывания ветра за окном, они делились секретами.

– А у тебя есть возлюбленный? – спросила девушка, шепотом опустив глаза.

– Нет, – так же тихо ответила Кристина.

– Странно, ведь ты такая красивая и очень умная, а у тебя нет парня.

– Я просто встретила недавно одного человека, но он не отвечал на мои чувства, поэтому в данный момент мне сложно общаться с мужчинами.

– А ты его до сих пор любишь?

– Да, – выдохнула девушка.

– А он об этом знает?

– Нет, он далеко и мы вряд ли когда-нибудь снова встретимся.

– Грустно, – Катрина вздохнула, – если ты не смогла влюбить в себя парня, то мне вообще не на что надеяться.

– Что ты, ты очень хорошенькая. Да за твои белокурые локоны и голубые глаза мужчины будут готовы сделать все. Когда-нибудь ты обязательно встретишь того, кого полюбишь всем сердцем, и знаешь, это будет прекрасно. Любовь заставляет человека чувствовать себя по-настоящему живым, даже если она и не взаимна.

– Может быть, хотя мама говорит, что без мужчин проще, от них одни проблемы.

– А твоя мама была замужем?

– Нет, мой отец бросил нас еще до моего рождения. А потом она встречалась с мужчинами. Некоторые мне даже нравились, но все рано или поздно тоже сбегали. Но нам и вдвоем хорошо, правда.

– Да у тебя замечательная мама. – Кристина придвинулась ближе к девушке и обняла ее за плечи.

– А расскажи мне о Нем, пожалуйста, клянусь я никому не раскажу.

– Его зовут Жан-Пьер и он замечательный.

– А где вы познакомились.

– На сказочном острове богов…

Однажды в обед Катрина пулей влетела в комнату Кристины, держа что-то за пазухой.

– Можно я у тебя ее пока спрячу?

– Кого?

Девушка достала из-под свитера очаровательный пушистый комочек шоколадного цвета.

– Это спаниель девочка. Мама не разрешает мне заводить собаку, можно она пока поживет у тебя, а мы попробуем ее уговорить.

– Мы? – девушка удивленно вскинула брови.

– Ты мне поможешь, правда, мама тебя любит и послушает.

– Ну, давай попробуем. Как ты ее назвала? – Кристина опустилась на корточки и погладила шелковистую шерстку. Щенок подошел к ней, неуверенно ступая по полу маленькими толстенькими лапками, и лизнул за руку. Девушки рассмеялись.

– Бон-Бон – конфетка, она ведь такая шоколадная.

– Бон-Бон – да ей очень подходит, устраивайся крошка, пока поживешь здесь, – Кристина постелила старое полотенце в угол комнаты и уложила на него щенка.

В доме Анны и Катрины Кристина задержалась на целый месяц. И даже подумывала остаться еще, но однажды ночью ей опять приснился сон.

Кристина снова брела одна по темной улице. Ее только что уволили из замка, где она работала на кухне, помощницей кухарки. Уволили, потому что узнали, что она беременна. Почти полгода, ей удавалось скрывать свое положение под просторным платьем. Но Кристина понимала, что рано или поздно о ребенке станет известно, и ее выкинут на улицу. Она все время с тех пор, как ей удалось сбежать от мадам Гофр, пыталась честно зарабатывать себе на жизнь. Когда ночью она вышла на дорогу и села в дилижанс, отправляющийся на юг, у нее в кармане было несколько монет и пару украшений. Все, что она смогла унести из борделя. На первое время ей хватило, но она все равно отчаянно пыталась найти работу.

Сначала Кристина устроилась в одну таверну. Но там она успела проработать всего несколько месяцев, когда к ним зашел один человек, который узнал ее. Он был однажды в доме у мадам Гофр, и рассказал хозяину, чем занималась его служанка. Ей сразу же указали на дверь. Потом перебравшись ближе к морю, она долго была без работы. Отчаянье и голод толкнули ее обратно к древнему ремеслу, девушка начала пить. Но когда узнала о беременности, решила, что ради ее малышки должна постараться изменить свою жизнь. Уехав как можно дальше, чтобы ее никто не мог узнал, она нашла работу в огромном графском замке, стоящем в мрачной местности, окруженной лесами. Экономя каждую монету, Кристина старалась скопить как можно больше. И вот она снова осталась на улице. Что она будет делать, до родов оставалось еще два месяца, и как она не старалась насобирать денег, их все равно не хватит. Слезы отчаянья текли по ее лицу, а холодный ветер продувал насквозь, когда она брела по незнакомым улицам чужого города. Работу ей уже не найти, слишком заметено стало ее положение, значит придется искать недорогое жилье. Но она все выдержит, ради своей малышки.

Проснувшись утром в слезах Кристина, вспомнила, что этому ребенку не суждено родиться на свет и ее охватила страшная тоска.

Она была в подавленном настроение несколько дней, а потом решила, что смена обстановки пойдет ей на пользу. Собрав вещи, она с грустью прощалась со ставшими ей родными людьми.

– Катрина, я перевела концовку романа и распечатала для тебя. Найдешь его в комнате. Не грусти я буду часто звонить.

– Я буду скучать. Ты нас, правда, не забудешь? – девушка улыбнулась ей сквозь слезы.

– Нет, конечно, и думаю, Бон-Бон мне не позволит.

Заметно подросший щенок весело прыгал у ее ног. Оказалось, что у Анны была веская причина не заводить собаку – аллергия. Поэтому Кристина решила взять щенка к себе, полюбив всем сердцем этот беспокойный комочек.

«Что же она делает»? – отъехав несколько километров, девушка остановилась на покрытой снегом поляне. Выпустив побегать Бон-Бон, Она прислонилась к «букашке» и задумалась. От кого она пытается убежать? От себя. Но ведь от себя не убежишь. Скоро закончатся французские провинции, и деревушки и что тогда. Да Мир бесконечный и даже если сильно постараться она его и за всю жизнь не объедет. Но зачем ей это? Куда ей ехать, чего искать? Ведь на самом деле все, что она бы хотела найти находиться в одном месте – на затерянном в океане острове. Может быть, там уже его нет. Но ее чувства и сердце остались там. И куда бы она ни поехала, и кого бы ни встретила, ей не удастся заполнить эту пустоту. Но, что же, ей делать? Ответа не было. Месяц за месяцем, день за днем она колесила по проселочным дорогам, стараясь изгнать тоску из души и заполнить мысли и чувства новыми лицами, видами, запахами, вкусами. Казалось, если ее сосуд ощущений заполниться, она сможет выплеснуть из него безнадежную грусть. Которая, казалось, поселилась там навеки. Как еще это сделать Кристина не знала, а значит, пора садиться в свою «букашку», и двигаться в путь. Ее ждут новые берега, и она снова продолжит свое «плаванье».

В очередном большом городе, девушка, сняв часть гонорара за книгу, зашла в магазин техники. Выбрав надежный планшетный компьютер и договорившись о подключении спутникового интернета, Кристина отправила покупку курьером Катрине. Может быть, наличие модной игрушки скрасит одиночество девочки и поможет ей укрепить авторитет среди сверстников. Друзей не купишь. Но положение в обществе – запросто.

Глава 7

Проехав еще множество городов и деревень, она наконец добралась до Прованса. Провинции воспетой многими поэтами художниками и писателями. Край цветов, южного солнца, подсолнухов, винограда и теплого моря.

Посетив Лазурный берег: Канны и Ниццу, влюбившись в Марсель с его старинными улочками и скалистыми берегами, девушка остановилась на этом холме в раздумьях, куда ей ехать дальше.

– Может быть, стоит задержаться здесь подольше, как ты думаешь Бон-Бон? Щенок, резвившийся в цветущих травах и, гоняясь за жучками и бабочками, был явно не против остановки. – Нужно же узнать, что так тянет сюда творческих людей со всего мира.

Тем более недавно, Кристина тоже решила попробовать вступить в их ряды. У нее неплохо получалось переводить книги. И подумав, она решила попробовать написать что-то свое. У нее скопилось достаточно историй за время путешествия, и, она подумывала сложить их вместе в отдельное произведение. Даже придумала рабочие название: «Мое путешествие по Франции». Теперь Кристина уделяла еще пару часов в день для систематизации своих записей. Поэтому, времени на осмотр достопримечательностей совсем не оставалось. Значит, пора осесть на месте, хотя бы на то время, пока она не закончит свою книгу.

Вернувшись в машину и усадив на заднее сиденье Бон-Бон, она снова поехала вперед. В скором времени Кристина очутилась в небольшом городке, который был окружен горами, цветущими лугами и зелеными виноградниками.

Сняв, маленький гостевой домик у хозяина старинной виллы, Кристина решила, что нашла подходящее место, для оседлой жизни.

Бон-Бон с оглушительным лаем бегала вокруг дома, выискивая интересные по ее мнению вещички. Старый мячик или кусочек шланга тут же ставал ее новой игрушкой. Собака выросла и стала добрым другом. С Бон-Бон путешествие Кристины не было таким одиноким. Малышка сразу привыкла к переездам и всегда радовалась новым местам. Правда, стало труднее находить гостиницы, в которых принимали с животными, но и в этом тоже был свой плюс. Она стала останавливаться в съемных квартирах и домах, что позволяло ей знакомиться ближе с обитателями очередного городка.

Оставив собаку во дворе, Кристина внесла вещи в дом. Разложив одежду в шкафу, она достала небольшую фотографию Жан-Пьера и привычно положила на тумбочку у кровати. Когда-то, когда ей было очень плохо, и тоскливо, она распечатала ее с ноутбука, и теперь всегда хранила рядом.

Путешествие и время не охладило ее чувств. Кристина, по-прежнему, была отчаянно и безнадежно влюблена. Ее любовь, может быть, стала спокойней и глубже, но также бередила ее сердце. Долгими зимними вечерами, она включала компьютер и смотрела на экран. На нем ее любимый мужчина улыбался ей той теплой улыбкой, которая покорила ее сердце. Иногда она разговаривала с ним, чувствуя себя немного сумасшедшей, а чаще просто плакала. Кристина ругала себя за то, что оказалась такой трусихой, и упустила свое счастье. Теперь, когда прошло столько времени, ей казалось, что она должна была остаться на острове и может быть, у них что-нибудь бы получилось. Пусть Жан-Пьер возможно и не разделил бы ее чувств, но они могли еще какое-то время, быть вместе и возможно ей удалось бы его соблазнить. Отбросив свою гордость, сейчас Кристина была согласна даже на мимолетный роман. Тогда у нее бы остались воспоминания, а не только его фотография. Но теперь было слишком поздно о чем-то жалеть, нужно жить дальше и Кристина, взглянув, на фотографию, улыбнулась: «Пора устраиваться на новом месте и для начала нужно съездить в магазин за продуктами», – прошептала она глядя на изображение любимого.

Небольшой городок стоял на склоне невысокой горы, и его старинные каменные здания, располагались по незаконченной спирали, обвивая ее подножье. Узкие улочки, деревянные ставни на окнах и потрескавшиеся от времени стены предавали городку очарование и шарм старины. Отыскав небольшую продуктовую лавку, Кристина достала список продуктов.

– Вы надолго в наши края? – спросила продавец – женщина средних лет в белоснежном фартуке.

– Пока не знаю, но думаю задержаться здесь на несколько месяцев.

– Правда, а где вы остановились?

– На вилле в гостевом домике.

– У месье Мореля, что ж ему не помешают дополнительные средства. Кстати я Франсуаз, – женщина с улыбкой протянула руку, – а вы писатель или художник?

– Кристина, – девушка пожала протянутую руку. – Не совсем, я занимаюсь переводами. А тут и вправду останавливаются только художники или писатели.

– Нет, туристов тоже хватает, но надолго приезжают как раз за вдохновением.

– Вдохновение мне тоже не помещает. – Кристина расплатилась за покупки и улыбнулась, – думаю, скоро увидимся.

– До встречи, да и не обращайте внимание на месье Мореля, он бывает слегка груб, но не со зла, просто многое свалилось на него за последнее время.

– Хорошо, спасибо. Буду иметь ввиду.

Подъезжая к дому, Кристина еще раз окину взглядом великолепную картинку. Небольшой каменный домик, состоящий всего из четырех комнат, утопал в зелени. Два больших дуба росли по бокам, нависая кронами над крышей, вокруг зеленели кустарники и цвели слегка запущенные клумбы. Он стоял в долине со всех сторон окруженный виноградниками. Сзади на возвышенности виднелось большое старинное здание – хозяйская вила, а за ней зеленели поля. Кристине сразу понравилась идея снять именно этот домик. Она не хотела останавливаться в гостинице, окруженной городской суетой. Здесь же, ее ждали уединение и покой, так необходимые для работы.

Внизу дома располагалась гостиная и кухня, а на втором этаже, куда вела старая каменная лестница, спальня и ванная комната. Стены были просто покрашены краской, а вся мебель явно принадлежала не одному поколению обитателей. В спальне стояла величественная кровать с балдахином, массивный шифоньер и маленькое бюро, на котором Кристина установила ноутбук, подвинув к окну, чтобы работая наслаждаться великолепным видом. В ванной девушка нашла причудливую чугунную ванну на ножках в форме лап льва, а умывальник был с краном покрытым золотой краской. Внизу в гостиной находился только небольшой диванчик и журнальный столик. В целом, дом выглядел старым, но совсем не дряхлым. В нем было очарование былых времен, и Кристина словила себя на мысли, что не прочь жить в таком доме всю жизнь. Может быть, она уже устала от путешествий, – решила девушка, и пора задуматься о том, чего дальше она ждет от жизни. «Пока буду наслаждаться солнцем и покоем в этом чудесном краю», – решила она, – «а будущие? О нем подумаю позже».

Зайдя на кухню, Кристина стала раскладывать покупки, когда открыв холодильник, заметила, что лампочка не горит. Пощелкав выключатель, она вздохнула: «Это плохо, нет света, придется идти к месье Морелю».

Ее не слишком обрадовала эта перспектива. Хозяин виллы произвел на Кристину не слишком приятное впечатление. Это был невысокий мужчина лет сорока с крепким телосложением мрачным лицом и цепким тяжелым взглядом. Кристина попыталась смягчить его настроение своей улыбкой, которая по ее опыту нравилась мужчинам и помогала наладить с ними отношения. Но Филипп Морель не поддался ее очарованию. Он вкратце изложил условия аренды, предупредив, что нанесенный ущерб имуществу ею или ее псом должен будет устранен за ее счет, отдал ключи и, не попрощавшись, исчез.

Ничего не поделаешь, нужно, снова встретится с этим мрачным типом. Электричество ей было необходимо, она не сможет работать без ноутбука, да и продукты испортятся. Смирившись с неизбежным, она вышла из дома и пошла между рядами виноградной лозы к вилле.

Довольно длинное трехэтажное здание напоминало старинный замок, только без башен и рва. Стены состояли из больших камней с северной стороны поросших мхом, а с юга заплетенные плющом, крыша была покрыта красной черепицы. Спереди был небольшой двор с заброшенным фонтаном и каменной статуей русалки. Сзади зеленели поля, цветы еще не распустились, но даже из далека Кристина узнала лаванду, так как в Провансе она была повсюду.

Подойдя поближе, девушка заметила перед домом двоих ребятишек. Мальчик лет девяти сидел на лавочке у дома с задумчивым видом, а пятилетняя девчушка играла с котенком у фонтана. Не рискуя нарушать уединение мальчишки, Кристина подошла к девочке, и присев рядом погладила пушистый комочек, который резвился у ее ног.

– Привет, меня зовут Кристина, а тебя?

– Мери, а это Пушок – проговорила девочка, – а я знаю, ты живешь в гостевом доме.

– Да, а твои родители дома?

– Папа дома, он в кабинете, а наша мама ушла на небо, – малышка подняла грустные глаза, и у Кристины защемило сердце.

– Мне очень жаль. А ты не покажешь где кабинет твоего отца, мне нужно с ним поговорить.

– Вот его окно, – девочка указала на первый этаж справа от входа.

Зайдя в открытую дверь, Кристина попала в просторный холл. Свернув на право, и подойдя к двери, она услышала мужской голос, говоривший по телефону: «Вы обещали подождать до конца сезона… Хорошо я буду иметь это ввиду». Кристина решила подождать до конца разговора. За дверью раздалось гневное: «Черт!» и девушка снова пожалела о том, что пришла. Кажется я не вовремя, но что поделаешь и Кристина решительно постучала.

Дверь распахнулась, и на пороге возник месье Морель, смерив Кристину недовольным взглядом.

– Извините, – улыбнулась девушка, – не хотела вас беспокоить, но в доме пропал свет. А он мне необходим для работы, нельзя ли что-нибудь сделать.

Выражение его лица слегка смягчилось.

– Наверно проводка отсырела. В доме зимой никто не жил. Я сейчас позвоню Даниелю, и он прейдет посмотреть, в чем там дело.

– Спасибо, еще раз извините за беспокойство, – Кристина обернулась и пошла к выходу.

– Не стоит, если еще что-нибудь сломается, дайте мне знать. – услышала она вдогонку.

Выйдя во двор, Кристина улыбнулась, глядя как Мери, заставляет котенка подпрыгивать за веревочкой. Ей стало жаль детей, которые так рано лишилась матери и их отца, которому явно было не до них.

Даниель появился только к вечеру. Кристина, которая из-за отсутствия электричества была вынуждена отложить перевод, сидела на стуле перед домом и описывала в блокноте свое путешествие по Лазурному берегу. Осмотрев проводку, парень сказал, что требуется менять кабель и поэтому он прейдет завтра.

– А что мне делать с продуктами, – растерялась девушка, – я купила молоко и сыр, а уже довольно жарко.

– Пойдемте, – Даниель прошел с ней на кухню и, отодвинув стол и потянув за кольцо, торчащее из пола, открыл люк.

– Поставьте их сюда, это вход в погреб там достаточно прохладно.

– Я и не знала, что он тут есть. – удивилась девушка, загружая продукты в пакет и опуская их на ступеньки.

– Во всех старых домах, были или погреба или подвалы. В доме должны быть свечи, я поищу.

Он порылся на полках кладовки и, вручив Кристине две толстые свечи, ушел.

Следующие утро Кристина провела в ожидании мастера. Она особо не нервничала, так как за время жизни во Франции уже привыкла, что местные жители, особенно в маленьких городах и деревнях обычно никуда не спешат. И если вам обещали прийти утром, то хорошо, если кто-то появится до ужина. А иногда лучше уточнить, какое именно утро обещавший имел ввиду. А то, что она слышала про жителей этой провинции, еще больше укрепило ее в мысли, что нужно запастись терпением. Провансальцы любили жизнь и не спеша вкушали все ее блага.

Вскоре она увидела крадущуюся фигурку возле кустарника. Подойдя ближе, Кристина нашла в зарослях Мери.

– Привет, заходи в гости, – поманила она девчушку.

– Можно, папа сказал, что бы я вам не мешала.

– Ты мне не помешаешь.

– А как его зовут? – девочка заметила щенка, который дремал на солнышке, на крыльце дома.

– Это девочка ее зовут Бон-Бон.

– Можно ее погладить?

– Да, конечно она не кусается.

Мери присела возле собаки, а Бон-Бон, проснувшись, завиляла хвостом, приветствуя ребенка.

Тут, наконец, появился Даниель, неся в руках моток кабеля и ящик с инструментами. Пока он чинил проводку. Кристина с девочкой решили прогуляться. Прихватив с собой пакет крекеров, они взобрались на пригорок и уселись прямо на траву.

– Папа разрешает тебе гулять одной, – спросила Кристина.

– Да, только говорит, чтобы я не ходила дальше дороги. Раньше за мной присматривала Луиза, но потом у папы закончились деньги и она ушла.

– А как зовут твоего брата?

– Патрик, он уже большой учится в четвертом классе. Он научил меня читать, и теперь я сама могу прочесть сказки в моей любимой книжке.

– Ты умница, не каждая девочка в твоем возрасте умеет читать.

– Да, Патрик говорит, что если я буду заниматься, то смогу пойти сразу во второй класс. – гордо заявила малышка.

Поболтав с ребенком, Кристина узнала, что это поместье ее дедушки и сначала они с мамой и папой жили в городе, а потом когда дедушка умер, переехали сюда. Мери нравится здесь, но она скучает по маме. А папа все время занят и совсем с ней не играет как раньше.

– Можно, я буду приходить поиграть с Бон-Бон, – спросила девочка, гладя собаку, прыгающую рядом, когда они возвращались с прогулки.

– Да приходи, когда захочешь.

Несколько дней, обрадованная тем, что подчинили электричество, Кристина провела за работой. Обычно ближе к обеду появлялась Мери смеясь бегала во дворе с Бон-Бон, которая оглушала окрестности заливистым лаем. Кристина, закончив работу, спускалась вниз, и они с девочкой принимались готовить нехитрый обед. Мери, крутилась вокруг, стараясь сделать что-нибудь сама, и Кристина разрешала ей мыть фрукты и ставить на стол посуду. Потом они выходили во двор и малышка, играя с собакой, слушала истории, которые рассказывала ей Кристина. Она вспоминала все сказки, которые читала в детстве, а иногда просто сочиняла свои. Именно за этим занятием и застал их однажды месье Морель.

– Я же не разрешал тебе сюда приходить. – серьезным голосом проговорил отец глядя на испуганного ребенка, – Извините если она вам помешала.

– Она мне вовсе не мешает, даже наоборот, – улыбнулась Кристина, – мы прекрасно проводим время.

Филипп Морель внимательно посмотрел на нее.

– Даже если и так, она не должна была сюда приходить. Пока Патрик в школе за ней некому присматривать. Но это не значит, что ты можешь ходить куда тебе вздумается, – уже обращаясь к дочери, грозно проговорил он.

– Поверите, она мне совсем не мешает, и я с удовольствием побуду с ней, пока вас нет дома. – Кристина очень старалась смягчить хозяина.

– Что ж ладно, но через пару недель начнутся школьные каникулы, и мне уже не придется оставлять ее одну.

– Хорошо, а пока пусть играет здесь и мне и Вам, я думаю, так будет спокойней.

– Спасибо,– Филипп Морель, – еще раз взглянул на Кристину, и ей показалось, что на его лице мелькнула тень улыбки.

– Скажите, у месье Мореля финансовые трудности? – Кристина, выбирая хлеб, болтала с Франсуазой.

– О, это такая грустная история. Вам еще не рассказали?

– Нет.

Они переехали сюда года три назад, после смерти его отца, уже тогда дела шли не очень. Морель старший взял кредит под залог поместья, но год был неурожайным и вместо того чтобы рассчитаться он влез в большие долги. Наверно это и подорвало его здоровье. Филиппу поначалу удалось наладить работу. Он даже нашел новых партнеров и стал продавать виноград на довольно выгодных условиях. Но потом заболела Франческа, он почти год не отходил от ее постели. А после ее смерти, счета за лечение пробили окончательную брешь в его финансах. И сейчас банки грозятся продать поместье.

– Как жаль, и что ничего нельзя сделать? – Кристина расстроено смотрела на женщину.

– Мне тоже, кстати, Филипп мой троюродный кузен, мы все очень переживаем. И его отца все любили. Говорят у его жены, она была итальянкой, есть какая-то недвижимость в Италии, но из-за разницы в законах и бюрократии Филипп не как не может оформить право собственности. Если бы он смог его продать, то возможно выплатил бы долги. Но пока это все будет решаться, он с детьми окажется на улице.

– В Италии говорите, – Кристина задумалась, – Если вы его родственница, не могли бы вы узнать для меня полное имя его жены и из какой части Италии она родом.

– Вы, что-то задумали? – удивилась Франсуаза.

– Да нет, просто появилась одна идея, – задумчиво ответила девушка.

Прошло два дня, а Кристина все никак не могла решить, что ей делать. Услышав рассказ о бедственном положении семьи Мери. Ей ужасно захотелось сделать хоть, что ни будь. Она привязалась к малышке, и ей невыносимо было думать, что их с отцом ждет разорение. И месье Морель ей тоже нравился. Несмотря на свой угрюмый нрав, он искренне любил детей, и старался, как мог, чтобы защитить их от нищеты. Когда она услышала про Италию, то сразу вспомнила Антонио Тоскани. Нет, она не может снова просить его о помощи. Последний раз она обещала подумать насчет уикенда на его яхте, и даже не позвонила ему. Будет верх наглостью просить его о чем-то еще. Но с другой стороны за прошедшие недели семья Морелей стала ей по-своему дорога. И что она теряет – гордость, какой от нее прок, если можно помочь маленькому дорогому ей существу. Она вспомнила пытливые карие глаза малышки на милом личике и решилась. Ведь он может просто ей отказать, так чего зря раздумывать. И она, достав телефон, отыскала номер и решительно набрала цифры.

– Могу я поговорить с синьором Тоскани, – Кристина старалась придать голосу уверенности.

– Как вас представить, – секретарша Антонио задала вопрос безразличным голосом.

– Скажите, что с ним хочет поговорить Кристина из «Глобалньюз».

Прождав несколько секунд, она услышала знакомый голос в трубке и сразу вспомнила, как выглядит этот красивый уверенный в себе мужчина.

– Это и вправду Вы, Кристина?

– Да это я. Добрый день синьор Тоскани.

– Не представляете, как я счастлив снова слышать ваш голос. Но мы договаривались, просто Антонио.

– Простите Антонио, я тоже рада слышать вас.

– Негодная девчонка, куда вы пропали. Ваша передача больше не выходит. Я пытался узнать о вас, но вы как сквозь землю провалились.

– О, я никуда не исчезала, просто сменила работу и в данный момент живу во Франции.

– Во Франции, а где именно?

Кристина улыбнулась. Ну, вот, кажется, он еще не потерял надежду заполучить ее в свои любовницы. Как бы ей и на этот раз избежать этой участи.

– У меня нет постоянного адреса, в данный момент я путешествую, хочу посмотреть всю страну.

– Да, это на вас похоже. Все время в пути. Но, у вас ничего не случилось. Я, конечно, могу тешить себя надеждой, что вы просто вспомнили про старого друга, но боюсь, я не настолько честолюбив. У вас проблемы. Поделитесь и мы вместе обязательно придумаем, как их решить.

– Спасибо, у меня все хорошо. Только у меня появились здесь друзья, у которых возникла сложная ситуация. И я подумала, вы можете дать совет, как с ней справиться.

Кристина вкратце изложила историю семьи Морель.

– Франческа Кардинали из Сиены, – задумчиво произнес Антонио, что ж посмотрим, что можно сделать. Я позвоню Вам, как только что-то узнаю. Только не пропадайте снова, ладно.

– Хорошо, большое спасибо.

– Пока не за что, я позвоню, – повторил он, и Кристина услышала гудки в трубке.

– Ух, – Кристина перевела дыхание, – все было не так уж сложно.

Через несколько дней, когда девушка сидела за переводом очередного романа, раздался звонок.

– Доброе утро Кристина, надеюсь, вы ждали моего звонка. – ей показалось, что он улыбался.

– Доброе утро Антонио, с большим нетерпением.

– Вы коварная женщина, один ваш голос заставляет меня забыть о том, как вы далеко. Что ж нельзя иметь все и сразу, правда. Что до вашей проблемы. Кажется, мы нашли решение. Пусть месье Морель позвонит по этому телефону, и думаю, все его вопросы будут решены.

– Огромное спасибо! – проговорила Кристина, вскакивая с места, – я никогда не смогу отблагодарить вас за вашу доброту.

– Это спорный вопрос – почти шепотом проговорил Антонио, и сердце девушки пропустило удар – вот он час расплаты. Она зажмурилась, ожидая, что он скажет дальше.

– Обещаете мне еще один ужин, – Кристина выдохнула и улыбнулась, все-таки, он настоящий джентльмен.

– Обязательно, как только буду в Италии.

– Коварная вы женщина, – тихо пробормотал он, – но я не забуду ваше обещание, и не надейтесь.

Окончив разговор, Кристина не смогла усидеть на месте и бегом кинулась в усадьбу.

Так как на территории поместья не было интернета Кристине раз в неделю приходилось ездить в местную библиотеку, для того что бы отправить перевод в издательство и поработать над своей книгой. Еще она пообщалась по скайпу с Петром и рассказала ему о том, что планирует на некоторое время осесть в этом раю виноградников оливок и цветущих трав.

В библиотеке она познакомилась с Валери – любознательной, симпатичной девушкой, которая после занятий в старшей школе помогала хозяину библиотеки с посетителями компьютерной части. Узнав, что Кристина интересуется историей городка, девушка откопала в архивах все сведения, вплоть до сто пятьдесят четвертого года до нашей эры и правления римлян. Тогда же Кристина узнала о длительном противостоянии Италии и Франции за эти земли. Может быть, поэтому у месье Мореля и были проблемы с итальянскими чиновниками, подумала девушка.

Филиппа Мореля она не видела уже пару недель. После их последнего разговора, который прошел, не очень дружелюбно, Кристина надеялась только, что он послушал ее и сейчас решает свои проблемы.

Когда она ворвалась на виллу в возбужденном состоянии, то не сразу сообразила, как объяснить ему свою заинтересованность в данном вопросе.

– Месье Морель вы должны позвонить по этому телефону, мне обещали, что там вам помогут с решением проблемы итальянской собственности.

– Что, – прорычал Филипп, и уставился на нее таким злобным взглядом, что девушке захотелось тут же провалиться сквозь землю, – какое вы имеете к этому отношение.

– Никакого, – смутилось девушка, – просто я случайно узнала о ваших проблемах и попробовала помочь.

– Господи, с какой стати вам понадобилось вмешиваться в мои дела. Я прекрасно справлюсь без помощи сопливой девчонки.

– Но месье Морель не надо сердиться, просто позвоните, я уверенна все получится. Простите, я просто не хотела, чтобы Мари оказалась на улице, я вправду совсем не собираюсь вмешиваться в вашу жизнь.

– Я этого и не позволю. Довольно того, что моя дочь привязалась к вам. После смерти матери она осталась без женского внимания, но я не хочу, чтобы она расстраивалась, когда вы уедите.

– О, об этом не беспокойтесь. Я объяснила Мари, что не смогу надолго остаться, и мы просто с ней подружились, правда, я не думаю, что возникнут проблемы.

– Надеюсь. Мне все это не очень нравиться.

– Еще раз извините за вторжение, – Кристина положила бумажку с координатами на его стол, – вы все-таки позвоните, пожалуйста, – и, улыбнувшись его хмурому взгляду, она выбежала из дома.

Сейчас же, перебирая старые архивы, Кристина беспокоилась о Морелях. Как там обстоят дела. Даже Мари она не могла спросить, так как малышка с братом жили в городе у дальней родственницы, пока их отец был в отъезде.

– Валерии, а ты не могла бы поискать для меня вторую часть этой карты?

– Да конечно, а вы вправду пишете книжку о нашем городе?

– Нет, я пишу заметки про свое путешествие по Франции и рассказываю о тех местах, где побывала. Об истории и современной жизни таких вот небольших городков как ваш.

– Это наверно очень интересно. Я бы тоже хотела. Знаете, я собираюсь в следующем году поступать в колледж и хочу выбрать исторический факультет.

– Что ж, думаю, из тебя выйдет прекрасный историк. Тебе это подходит, ты очень любознательна.

Закончив работу с архивом, Кристина пообедала в маленьком ресторанчике и, прихватив кусочек отбивной для Бон-Бон, отправилась домой.

Выйдя из машины, она заметила Филиппа Мореля сидящего на стуле возле ее двери. Черт, надеюсь, сегодня у него настроение получше, вздохнув она улыбнулась.

– Добрый вечер месье Морель.

– Добрый вечер, я хотел поговорить с вами.

– Заходите в дом, там прохладнее – улыбнулась девушка.

Они вошли в гостиную и Кристина, принеся два стакана лимонада, пригласила гостя присесть.

– Прежде всего, я хочу извиниться перед вами, – Филипп Морель нервно сжимал стакан, и Кристина почувствовала, что этот разговор дается ему нелегко. – Даже не представляю, как вам это удалось, но я никогда не видел, чтобы чиновники работали с таким рвением. Не удивлюсь, если окажется, что вы обратились к самому президенту Италии.

– Ну не совсем, мой знакомый всего лишь депутат Европарламента. Так вам удалось решить ваши проблемы.

– Да, кредит погашен, и нам больше не грозит участь бездомных. У вас среди знакомых такие влиятельные люди. Вы случайно не принцесса, скрывающаяся от назойливого внимания репортеров.

– Нет, однако, у вас богатое воображение, – рассмеялась Кристина, – я просто сама одно время работала на телевиденье, вела программу о жизни знаменитых и богатых людях. Вот и остались кое-какие знакомства.

– Вы работали на телевидении, занимаетесь переводами и пишете книгу, сколько же вам лет? – Филипп смутился, видно последний вопрос он задал не подумав. – Простите, можете не отвечать, это не мое дело.

– Скоро двадцать шесть, у меня просто разносторонние интересы.

– Я не хотел быть невежливым просто, когда я вас впервые увидел, то подумал, что взбалмошная дочка богатых родителей решила попутешествовать и изобразить из себя писательницу.

– А это практически, правда. Только у меня нет родителей, ни богатых, ни бедных, я выросла в приюте, а в остальном вы не ошиблись. Я действительно решила немного попутешествовать и попробовать себя в литературной деятельности. Но у меня есть довольно высокооплачиваемая работа, так что даже если никто не захочет напечатать, то, что я пишу, я смогу платить вам за аренду.

– Да, кстати об этом, после того, что вы для нас сделали, ни о какой оплате не может быть и речи, можете жить здесь столько сколько захотите. И мне очень жаль, что я заговорил про родителей, простите, я не знал.

– Нет, – Кристина встала с дивана, – я буду платить вам за аренду, и это не обсуждается, это всего лишь один телефонный звонок, для меня это не составило никакого труда. Так что никакой благодарности, иначе мне придется поискать другое жилье, а мне здесь очень нравиться.

– Хорошо, но обещайте, что обратитесь ко мне, если у вас возникнут малейшие проблемы. Я никогда не забуду о Вашей помощи, еще раз спасибо, – месье Морель поднялся и протянул Кристине руку.

– Я рада была помочь, – искренне сказала девушка, пожимая его руку и чувствуя, что их отношения явно изменились к лучшему, – а Мари уже приехала, я ужасно соскучилась.

– Я сейчас за ней поеду, думаю, она тоже по вам скучала.

После того как отношения с соседями наладились жизнь Кристины вошла в спокойное русло. Она работала, путешествовала по окрестным городам и поселкам, наслаждалась местной кухней и красивыми пейзажами. Пришло лето, и на полях зацвела лаванда. И весь Прованс утонул в море нежно-фиолетовых цветов. Они с Мари гуляли по полям, вдыхая бесподобный аромат. Девчушка окончательно покорила сердце Кристины. Этот маленький ангелочек заполнил пустоту в ее душе. Последние сны о не рожденной дочери разрывали ее сердце, и часто прижимая к себе маленькую девочку, она мечтала о такой же малышке, которая будет только ее и лишит ее одиночества.

Она очень любила послеобеденные часы. Когда, закончив запланированный на день объем работы, Кристина выходила во двор. Брала с собой блокнот или ноутбук и, работая над своей книгой, предавалась воспоминаниям о путешествии. Часто рядом крутилась Мари, играя с собакой или слушая ее истории. Сегодня она добралась до Тулузы.

Ранней весной, посетив этот «Розовый город» и налюбовавшись старинной его частью с соборами и каменными мостами через реку, Кристина остановилась на этот раз не в деревне, а в небольшом городке ближе к югу. Здесь она повстречала очень интересного мальчугана. Как, часто бывало в последнее время, ее с ним познакомила Бон-Бон. Эта «шоколадная» малышка притягивала к себе детей всех возрастов. И вот однажды Кристина, оставив собаку у магазина, вернувшись, увидела рядом с ней мальчишку лет двенадцати, который усердно гладил развесистые ушки собачки. Вид ребенка заинтересовал девушку. Он был одет в наглаженные черные брюки, цветную рубашку и берет, а рядом с ним на тротуаре стояла коробка напоминающая мольберт. Да и вообще всем своим видом мальчик был похож на тех городских художников, которых Кристина часто встречала на Монмартре.

– Привет, – Кристина подошла поближе.

– Здравствуйте, это ваша собака? – проговорил мальчик.

– Да, ее зовут Бон-Бон.

– Извините, что не спросил у вас разрешения ее погладить, – смутился ребенок.

– Не страшно, она это очень любит. Я Кристина, а тебя как зовут.

– Меня Поль.

– Это ведь мольберт Поль – ты рисуешь.

– Не рисую, а пишу, сегодня плохой свет, поэтому пришлось закончить раньше. Обычно я пишу до обеда. – серьезно ответил Поль.

– А как же школа?

– Я не хожу в обычную школу. Только в художественную, и еще занимаюсь дома. Раз в год сдаю экзамены. Отец говорит, что в школе я только потеряю время.

– А твой отец, кем работает?

– Он тоже художник, очень известный. – ребенок с гордостью взглянул на Кристину.

– Можно посмотреть, что ты сегодня писал.

– Хорошо, я почти закончил.

Мальчик достал из мольберта холст и развернул его на скамейке. Кристина склонилась над картиной. Девушка считала, что разбирается в живописи, она изучала историю искусств в университете и легко отличала Мольера от Мане. Но увиденное ее действительно поразило. Это был просто пейзаж, но манера письма и буйство красок завораживали, заставляя с головой окунуться в ощущения. Вот зеленый листочек, словно только что родившийся на ветке, там ручей такой живой, что кажется слышно его журчание. Кристина просто растворилась в картине весеннего возрождения природы.

– Ты очень талантливый, – прошептала девушка.

– Я знаю.

– Но ведь ты еще совсем юный, не устаешь все время работать?

– Талант дан человеку, не для праздной жизни. Если я не буду писать, я наверное просто не смогу дышать. – просто ответил юноша.

– Мне пора, до свиданья, – мальчик поднялся, упаковывая свои вещи, – пока Бон-Бон.

– Успехов тебе.

Кристина сидела на лавочке, и еще долго смотрела в ту сторону, куда ушел Поль. Она то, считала, что у нее было тяжелое и одинокое детство. Да по сравнению с Полем, она была просто нормальным ребенком. Благодаря своим талантам и усердию Кристина многого добилась в жизни. Но сейчас ее мучил вопрос: будет ли этот серьезный не по годам юноша когда-нибудь счастлив? Или талант дан тебе свыше, не для того, чтобы сделать твою жизнь лучше. Может быть как раз наоборот, люди, имеющие особый дар призваны служить ему. Ведь мировая история знает много биографий исключительно талантливых людей, проживших нищую, тяжелую и несчастную, жизнь. Так благо это или бремя? Когда ты отличаешься от остальных людей, легко ли тебе живется? Найдешь ли ты место в жизни или так и будешь одинок – наедине со своим даром, непонятый нелюбимый, неоцененный.

И что такое счастье. Ведь у каждого оно свое. У одних – это богатство, у других любимый муж и дети. А может быть удовлетворение от проделанной работы – это и есть счастье. Ведь заканчивая перевод очередной книги, или отсняв удачное интервью, Кристина тоже испытывала почти физическое удовлетворение. Так может не стоит искать, что-то другое? Может быть этого достаточно…

– Папа просил пригласить тебя к нам на ужин, ты ведь придешь? – голос девочки вернул ее в реальность.

Последние недели Филипп все чаше приглашал ее в свой дом. Они постепенно стали добрыми друзьями. Когда проблемы отступили, Кристина поняла, что он совсем не такой озлобленный тип, как ей показалось вначале. Филипп оказался добрым и веселым человеком, имел разнообразные увлечения и планы, и был довольно образован. До того как стать фермером он работал инженером на большом предприятии. А еще в его доме была обширная библиотека. Филипп рассказал Кристине об истории своего рода. О том, как его прадед купил эту плантацию у испанского борона и стал одним из крупнейших производителей вина на побережье. Филипп планировал вскоре продолжить традицию и начать производить свою марку по старинным рецептам.

– Я обязательно приду, Мари. Давай тогда съездим в город, и купим десерт к ужину.

– Давай! – Обрадовалась малышка.

Открыв дверцу «букашки» она с улыбкой наблюдала, как Мари подсаживает Бон-Бон на сиденье.

– Поехали, что бы ты хотела на ужин, фруктовый пирог из булочной Франсуазы или торт из кондитерской?

– Лучше торт, – ответила малышка.

– Значит, будет торт.

После ужина они расположились в гостиной. Патрик показывал Кристине новый подарок отца – планшетный компьютер. И видя, как светятся от счастья глаза мальчика, Кристина радовалась, что финансовые проблемы этой семьи остались в прошлом. Потом они поискали в библиотеке новую сказку для Мери. А когда дети ушли в свои комнаты Филипп предложил проводить Кристину до дома.

– Я хотел спросить у вас Кристина, может быть, вы захотите сходить со мной куда-нибудь на выходных, например в ресторан, – Филипп смущенно улыбнулся, глядя на девушку.

– Хотите пригласить меня на свидание? – Кристина тоже улыбнулась.

– А почему бы и нет, вы мне нравитесь, а дети от вас вообще без ума. Может, попробуем, вдруг у нас что-то получиться. Конечно если вы не против компании такого старика.

– Вы совсем не старик, у нас не такая большая разница. Просто я не могу. Простите, дело не в Вас. Мне сейчас совсем не до романтических отношений. И мне совсем бы не хотелось портить этим нашу дружбу. Извините, меня если я дала вам повод думать по-другому, – смущаясь, девушка опустила глаза.

– Нет, что вы ни в чем не виноваты. Да я и сам все понимаю. Наверное, у такой девушки должны быть серьезные причины быть одной. Но ведь нужно было попробовать, правда.

– Да, попробовать всегда нужно. Надеюсь, мы по-прежнему друзья?

– Конечно, забудьте об этом разговоре. Обещаю, больше не поднимать эту тему.

– Хорошо, тогда спокойной ночи Филипп!

– Спокойной ночи.

Лежа ночью в постели, Кристина думала, почему жизнь такая несправедливая. Вот прекрасный человек и он ей нравиться. Если бы все было по-другому, она могла бы остаться здесь навсегда. У нее была бы семья, и близкие люди, которые ее любят. Но ничего не получиться. В ее сердце живет только один человек, и она не станет обманывать другого мужчину, потому что никогда не сможет его полюбить. Жан-Пьер навеки отобрал ее сердце. И прекрасно понимая, что у этой любви нет шансов, Кристина не могла заставить себя забыть о нем. Она всегда была с ним. В мыслях он всегда рядом. Что бы она ни делала, куда бы ни поехала, Жан-Пьер сопровождал ее. Когда она писала свои заметки, то словно рассказывала ему о своем путешествии. Когда смотрела на потрясающий пейзаж, всегда думала, что ему тоже бы здесь понравилось, ведь Жан-Пьер умел как никто ценить красоту природы. Несмотря на время и расстояния Кристина жила только им, дышала только для него одного.

И сейчас слезы вновь капали на подушку. В сотый раз, ругая себя за то, что уехала тогда с острова, и не дала себе ни какой надежды на счастье, она закрыла глаза и попыталась уснуть.

Проснувшись следующим утром, и посмотрев на часы, Кристина удивилась. Надо же она проспала. Всегда вставала с рассветом, а сейчас почти девять. Быстро приняв душ, она натянула шорты и майку и спустилась кухню за кофе, «сегодня нужно поработать подольше» – решила девушка.

Допив кофе и собираясь подняться наверх, она услышала стук. Даже не взглянув в окно, она распахнула дверь и замерла на пороге.

Кристина снова тонула в серо-зеленной бездне смеющихся глаз. «Жан-Пьер, нет этого, просто не может быть» – пронеслось в ее голове, – «наверное, у нее видения после бессонной ночи». Девушка моргнула, но видение не исчезло – это был он. Они минуту стояли, молча глядя друг на друга. На глазах у Кристины выступили слезы, она как завороженная, смотрела на любимого, впитывая его образ каждой частичкой своего тела. Неожиданно Жан-Пьер сделал шаг вперед и заключил ее в свои объятья. Девушка с всхлипыванием прижалась к любимому и опустила голову на его плечо.

Обняв еще сильнее девушку, словно желая слиться в одно целое, Жан-Пьер приподнял ее подбородок и их губы встретились. Горячая волна подхватила Кристину, и только сильные руки не давали упасть ее ослабевшему телу. Его губы были нежными и страстными, от их прикосновений пробегал ток, рождая неведомые раньше ощущения в ее теле. Руки, обнимавшие ее, переместились ниже и, приподняв край футболки, легли на обнаженную спину. С губ Кристины вырвался стон, когда они начали свое путешествие по ее телу. Девушка выгнулась и запуталась пальцами в его длинных шелковых волосах. Их обоих сотрясали волны наслаждения, она чувствовала, как дрожат его руки и бьется сердце, так же неистово, как и ее. «Он хочет меня» – эта мысль родилась последней, прежде чем Кристина утонула в волнах наслаждения и экстаза.

Проснувшись, девушка не стала открывать глаза, какой сон, ей еще никогда не снилось ничего прекраснее. Жан-Пьер был с ней, и он любил ее, Кристина ни за что не хотела просыпаться. Потянувшись всем телом она застонала от охватившего ее наслаждения, и вдруг почувствовала обнимающие ее руки. Открыв глаза, девушка резко обернулась. Жан-Пьер, улыбаясь, нежно поцеловал ее в губы. Это был не сон, она опустила голову ему на грудь и заплакала от счастья. Он рядом, неужели все ее мечты исполнились в одно мгновение. Она даже не помнила, как они оказались в постели, вроде бы Жан-Пьер нес ее на руках. Они совсем не разговаривали, только жадно ласкали друг друга, уносясь снова и снова на пик наслаждения. Он был великолепен, Кристина и подумать не могла, что способна испытывать такие невероятные ощущения.

– Привет! – Жан-Пьер приподнял ее лицо и нежно смахнул губами слезинки с ее глаз.

– Привет! – прошептала она, отвечая на поцелуй.

Его поцелуи стали настойчивее и, перевернув ее на спину, он покрыл ими шею и грудь девушки. Кристина губами прикасалась к его плечу, наслаждаясь вкусом и вдыхая аромат его кожи. «Моя» – сорвалось с его губ. Затем он, остановившись, поднял голову и, взглянув ей в глаза, прошептал: «Только моя…, почему?» Кристина, все еще трепеща от его поцелуев, опустила глаза и, покраснев до кончиков пальцев, выдохнула «Просто ждала тебя…»

– Господи, ты просто чудо! – воскликнул он и продолжил путешествие по ее телу, даря все новые и захватывающие ощущения.

Кристина, вышла из душа и тут же забравшись под покрывало, прижалась к Жан-Пьеру. Он лежал на кровати и держал в руках свою фотографию.

– Вот, нашел под подушкой, – улыбнувшись, он протянул ее девушке.

Кристина, смутившись, взяла его изображение и спрятала в тумбочку.

– Под подушкой? – Жан-Пьер с любопытством взглянул в ее покрасневшее лицо.

– Ты просто охранял мой сон, – прошептала девушка, пряча голову на его груди, – я скучала.

– Господи, ты даже представить не можешь, как я рад это слышать, – прошептал он в ответ, – я тоже очень скучал по тебе, малышка.

– Ты вкусно пахнешь, – шептал он, зарываясь лицом в ее волосы, – так бы и съел, но пора сделать перерыв и действительно что-то перекусить. Знаешь, я не ел со вчерашнего вечера, так что если не хочешь, чтобы я начал откусывать от тебя кусочек, придется меня покормить. Тем более, кажется у нас гости, я видел маленького человечка в кустах сирени.

– Это Мери, дочка хозяина виллы, не волнуйся она не войдет. Я обычно работаю в это время, и она старается не мешать, ждет, когда я сама спущусь.

– Привет Мери, – они вышли из дома, и девочка сразу подбежала к ним, – познакомься – это Жан-Пьер, он мой друг.

При слове «друг», Кристина обернулась к Жан-Пьеру, и увидела, как он лукаво усмехнулся.

– Я Мери, – малышка протянула ему руку и он, нагнувшись, нежно ее пожал.

– Пошли, ребенок, поможешь нам с обедом.

Кристина наблюдала, как Жан-Пьер ловко нарезает овощи для салата, и ее сердце наполнялось таким сказочным блаженством. Он рядом. Она до сих пор не могла в это поверить. Он подошел к раковине, и она посмотрела на его бедра обтянутые узкими джинсами и снова испытала прилив желания. Несмотря на то, что они несколько часов провели в постели и ее тело, местами, слегка побаливало, всякий раз, когда он к ней приближался, ее бросало в жар от нахлынувших чувств.

Пообедав, они вышли во двор, и Мери стала играть с Бон-Бон в мячик.

– Она очаровательная малышка, – сказал Жан-Пьер, наблюдая за их игрой.

– Да, она прелесть. Знаешь, у нее не так давно умерла мама, а отец много работает, вот мы и подружились. Мери часто прибегает поиграть с Бон-Бон или послушать истории, которые мы с ней сочиняем.

– Ты все-таки завела собаку?

– Так получилось, мне она досталась еще вначале путешествия, а потом мы стали неразлучны, она еще совсем щенок, но очень умная.

– Путешествия, – пробормотал Жан-Пьер, и Кристине почудились в его голосе недовольные нотки.

Когда Мери убежала домой, они устроились на пледе под дубом.

– Что ты здесь делаешь? – тихо спросила Кристина.

– Любуюсь цветущей лавандой. – Жан-Пьер смотрел вдаль.

– Нет, что ты делаешь в Провансе?

– Приехал к тебе…

Кристина опустила глаза и решила больше не спрашивать ни о чем. Он здесь, и больше ей ничего не нужно.

– Пошли, прогуляемся, – предложила девушка, – вон с того холма открывается прекрасный вид на долину.

Они, молча, шли между виноградников. Жан-Пьер нежно обнимал ее за талию. Потом сорвал дикий цветок и вдел в ее распущенные волосы. Солнце садилось, согревая их последними лучами. Вокруг все цвело и благоухало, и Кристина почувствовала себя настолько счастливой, что захотелось плакать. Не может быть, она этого не заслужила. Мужчина, которого она любила, и считала навсегда потерянным, шел рядом, обнимал ее. Все, о чем она мечтала долгими одинокими вечерами, в один миг стало реальностью. Это было так необыкновенно и немного пугало. Нет, она не будет бояться, – решила девушка, – она насладиться этим ощущением, выпьет его до конца, и не будет ни о чем больше думать.

Вернувшись к дому, они остановились на мгновение, потом Жан-Пьер подхватил ее на руки и понес в спальню.

– Нет, я так больше не могу, – проговорил он час спустя, – я не хотел портить этот день, но меня так и распирает:

– Какого черта, ты от меня сбежала? – прорычал он, и Кристина съежилась от страха в его объятьях, таким грозным показался ей его голос.

– Прости, – только и смогла прошептать она.

– Прости, – он все еще рычал, и она чувствовала, как от напряжения у него подрагивают руки, – ты даже представить себе не можешь, что я пережил. Так почему? – он заглянул ей в глаза, словно хотел прочитать в них ответ на свой вопрос.

– Я подумала, что совсем тебе безразлична, – девушка спрятала покрасневшее лицо на его груди.

– Безразлична?…– его голос стал мягче, и он нежно приподнял ее лицо за подбородок, – ты правда так думала?

– Да, я знаю было глупо сбегать, я потом себя ругала, но я испугалась.

– Испугалась,… меня?

– Нет, себя…– Кристина еще крепче прижалась к Жан-Пьеру.

– Господи…, какой я идиот, прости! Я и не подумал, – Жан-Пьер стукнул себя ладонью по лбу, – конечно, теперь я понимаю, у тебя совсем ведь не было опыта. А я…, я и подумать не мог, что ты не догадываешься как мне дорога.

– Правда, – Кристина снова встретилась с ним взглядом и, прочитав в нем знакомую теплоту и нежность, улыбнулась.

– Конечно, я чуть с ума не сошел от того, что не мог тебя найти. Признайся, ты специально все время исчезала?

– Я не знала, что ты меня искал, – Кристина с наивным выражение лица, хлопнула ресницами.

– Я сразу же поехал за тобой, но меня слегка задержали и когда я добрался до твоей работы, мне сказали, что ты уволилась и уехала в неизвестном направлении. Я потратил много времени, пока выяснил, что ты в Париже, но когда приехал, тебя там уже не было. Я просто не поверил, это был какой-то кошмар. Потом, я все-таки вспомнил о твоем друге. Но когда он узнал, что мы познакомились на Бали, то сразу решил, что именно от меня ты сбежала. Пришлось долго убеждать Петра, пока он не уверовал в то, что я не причиню тебе вреда. Но даже после этого, ничего не получалось. Ты рассказывала ему о путешествии и даже называла город, в котором остановилась, но уезжала от туда, до того, как я добирался до места. Я…, да я уже подумывал нанять людей и прочесать эту страну вдоль и поперек. И так бы и сделал, если бы на днях Петр не позвонил и не сказал, что ты в Провансе и решила задержаться здесь подольше.

– Петр, мне не говорил о тебе.

– Я попросил его об этом, не знал, как ты отреагируешь на мое появления, я должен был тебя видеть.

– Прости, я не знала. – Кристина снова спряталась на его теплой груди. – Просто решила немного попутешествовать.

– Попутешествовать! И это меня она называла странным человеком. Признайся, в твоем роду были цыгане? – рассмеялся Жан-Пьер.

– Не знаю, я ведь их не помню.

– Да, прости, но ты действительно чудо, единственная в своем роде, таких как ты больше нет и я ужасно счастлив, что все-таки нашел тебя. – Жан-Пьер вздохнул и стал целовать ее с такой нежностью, что у девушки голова пошла кругом.

Кристина зажмурилась и с ресниц упала соленая капля. Он искал ее, он все время ее искал. Если бы от счастья можно было бы умереть, она бы умерла уже несколько раз за прошедший день.

– Это ведь не перевод, что ты пишешь? – Жан-Пьер сидел на полу у ее ног, и наблюдал, как она работает.

– Нет, перевод я закончила. Это так заметки, мечтаю написать книжку о своем путешествии.

– Правда, а дашь почитать? – он потянулся рукой к блокноту, а Кристина, легонько стукнув его по руке, отодвинула рукопись.

– Потом, когда напишу. А тебе, что сегодня не нужно работать?

– Да какая работа, в этой глуши, даже интернета нет, пришлось сегодня два раза мотаться в город, – скорчил он недовольную физиономию.

– Глушь, а мне здесь так нравиться, – Кристина обиженно надула губки.

– Мне тоже нравиться, – Жан-Пьер привстал и, дотянувшись, поцеловал ее, – мне здесь очень нравиться, – проговорил он, заключая ее в объятья и стаскивая со стула на пол.

– Ты опять мешаешь мне работать, – пробормотала девушка, чувствуя, что начинает таять от его прикосновений.

Прошла неделя с тех пор как приехал Жан-Пьер. Самая счастливая неделя в жизни Кристины. Они работали, гуляли, готовили еду и просто наслаждались друг другом. Кристине казалось, что вся вселенная замерла и боится пошевельнуться, что бы, не спугнуть их счастье. Она как ребенок радовалась каждой мелочи, получала от всего несказанное удовольствие: будь то кусочек ароматного сыра, запах цветов или ласка любимого. Кристина любила весь мир.

– Нас сегодня пригласили на ужин. Филипп Морель, я тебе рассказывала – хозяин поместья. Мы стали друзьями и, по-моему, они с сыном хотят познакомиться с загадочным мужчиной, поселившимся в моем домике.

– Хорошо, пойдем, все-таки это его дом не вежливо отказываться.

– Уверенна, они тебе понравятся.

Около семи вечера они подошли к старинной усадьбе.

– Впечатляет, – проговорил Жан-Пьер, осматривая фасад и двор с фонтаном.

– Да Филипп мне рассказывал, этому зданию уже более двухсот лет. Его построил еще какой-то испанский граф.

На пороге появился месье Морель.

– Добрый вечер.

– Добрый вечер, Филипп. Познакомьтесь это мой друг Жан-Пьер, а это Филипп Морель хозяин этих земель.

Мужчины пожали друг другу руки, и они вошли в дом.

За ужином Патрик долго ерзал на стуле, а потом вдруг проговорил, глядя на Жан-Пьера:

– А вы и вправду миллиардер?

Жан-Пьер взглянул на Кристину, она отрицательно помахала головой.

– Это я ему сказал, – Филипп грозно взглянул на сына, – Я узнал вас. Когда-то читал статью в журнале, а когда увидел в городе, то долго не мог вспомнить, отчего вы мне кажетесь знакомым.

– Да у меня довольно много денег, – ответил Жан-Пьер и улыбнулся.

– А чем вы занимаетесь, – мальчика явно заинтересовал этот вопрос.

– Начинал с компьютерных технологий, а сейчас всем понемногу, основном инвестициями.

– Видишь, – Патрик обернулся к отцу, – я тоже буду программистом, и заработаю много денег когда вырасту.

– Если будешь очень стараться, то у тебя все получиться, – Жан-Пьер серьезно смотрел на мальчика.

– А в наши края вы тоже приехали по делу? – Филипп уже тоже не скрывал своей заинтересованности гостем.

– Нет, скорее это отпуск, глядя на окружающую красоту просто невозможно думать о работе.

Вечер прошел в дружеском общении. Мужчины перешли на разговор о политике и бизнесе. Патрик с явным восхищением наблюдал за Жан-Пьером и не отходил от него ни на шаг, ловя каждое слово.

Кристина с Мари сидели у камина и читали сказку, когда Жан-Пьер подошел к ним.

– Я думаю нам пора, Кристина много работает и ей нужно высыпаться, – проговорил он, обернувшись к Филиппу, – Спасибо за прекрасный вечер. Рад был с вами познакомиться, – обняв Кристину за талию, он подтолкнул ее к выходу.

– Что это было? – спросила девушка, когда они шли через виноградник.

– Что ты имеешь ввиду?

– Да то, что ты буквально силой увел меня из дома, тебе не понравились мои друзья?

– Что ты, по моему, прекрасные люди и очень тебя любят. – Кристине почудились в его голосе явно недовольные нотки.

– Тогда в чем дело?

– Именно в этом. – Жан-Пьер уже рычал, даже не пытаясь скрывать своего раздражения. – Слишком ты там хорошо смотришься. Думаешь, я не заметил, как этот Филипп на тебя смотрит. И дети тебя обожают. Сдается мне я приехал вовремя, еще немного и ты бы стала хозяйкой этого поместья. – Жан-Пьер мрачно взглянул на девушку.

Кристина громко рассмеялась.

– Ревнивец. Я же не сержусь из-за Валери, которая просто тает и растекается по полу, как только ты входишь в библиотеку.

– Не уходи от темы. Валерии еще ребенок. А этот твой Филипп…

– Он совсем не мой. – Кристина нежно погладила руку Жан-Пьера. – Я и не знала, что ты такой собственник. Мы просто друзья. Поначалу он вообще считал меня взбалмошной девчонкой и разговаривал сквозь зубы.

– И чем же ты его покорила, что он поменял свое мнение?

– Ну, у него были проблемы с итальянскими бюрократическими законами, а я немного помогла, и мы стали добрыми друзьями.

– Да я должен был догадаться, ты никогда не можешь остаться равнодушна к чужим проблемам – Жан-Пьер остановился и взглянул на нее.

– Кто бы говорил, мистер благотворительность. – Кристина улыбалась, смотря на негодующего мужчину.

– Надеюсь, теперь у него не будет сомнений в том, что ты уже не свободна. – он взял Кристину за руку и поцеловал кончики пальцев.

– О, ты ясно дал это понять. К тому же он прекрасно знает, что в его гостевом домике всего одна спальня. – Кристина лукаво улыбнулась Жан-Пьеру, – Не волнуйся, еще раньше я ему все объяснила, когда отказалась идти с ним на свидание.

– Так значит, он посмел тебя и на свидание пригласить. Ну, все он труп, – улыбнулся Жан-Пьер и, притянув Кристину к себе, со страстью поцеловал в губы.

– Говоришь всего одна спальня, – пробормотал он и, подхватив ее на руки, решительно зашагал к дому.

Кристина долго лежала в темноте, слушая равномерное дыхание Жан-Пьера. Сегодняшний его приступ ревности не давал ей покоя. Он ее ревнует. Значит ли это, что он настолько к ней неравнодушен, как и она к нему. Жан-Пьер ни разу не сказал ей о своих чувствах. Но ведь он искал ее девять месяцев, приехал, и вот теперь предъявляет на нее свои права. Неужели ее самые смелые мечты могут сбыться. Кристина с самого начала запретила себе думать о будущем. Жан-Пьер был рядом, и она решила не омрачать счастье несбыточными фантазиями. Она возьмет все, что он сможет ей предложить и никогда не попросит о большем. Но сейчас рядом с ним ее любовь, казалось, выливалась через край. Несколько раз в минуты блаженства признание так и рвалось с ее губ, и Кристина прилагала огромные усилия, чтобы не произнести вслух слова, идущие с самого сердца. Вдруг он не разделяет ее чувств. Если после ее признания он просто промолчит или посмотрит на нее с сожалением, или, еще хуже, с жалостью, да она просто умрет. Кристина, попытавшись успокоиться, закрыла глаза.

Опять эта грязная комната и боль раздирающая ее тело. Кристина, возвращаясь в сознание, которое теряла от боли, снова и снова пыталась увидеть человека, который сидел рядом и читал молитву. Она должна узнать его. Она умирает, но это не так важно. Важно узнать этот голос. Из последних сил она открыла глаза и, приподняв голову, заглянула в лицо незнакомцу. Он был в капюшоне, но увидев ее усилия, поднял голову и взглянул на девушку. Господи, эти глаза – Пьер, он пришел. Кристина бессильно упала на подушку, и тьма начала поглощать ее.

Она металась из стороны в сторону, и только сильные руки не давали ей упасть с постели, Жан-Пьер прижимал ее к себе, шепча на ухо: «Это сон, только сон, проснись милая». Она открыла глаза.

– Пьер – это был ты, ты и есть Пьер. – все еще не отойдя ото сна, шептала Кристина, внезапная догадка ошеломила девушку.

– Да, – тихо ответил он и прижал ее еще сильнее.

– Но как…, я не понимаю, – Господи, что она говорит, он подумает, что она сошла с ума. Нет, это не правда. Это всего лишь сон.

– Но ведь это просто сон, – пробормотала она сквозь набежавшие слезы.

– Расскажи мне, что тебе сниться, милая, пожалуйста, для меня это очень важно.

И Кристина рассказала ему все с самого начала. Пару раз во время ее повествования он вздрагивал и еще крепче прижимал Кристину к своей груди.

– А потом я умерла, мне несколько раз снился этот сон, но я все не могла вспомнить этого человека. А это был Пьер, которого я так ждала в ту ночь на набережной, а он не пришел. И это был ты, но как это возможно, я не понимаю?

– Я тоже не все до конца понимаю. Но это и вправду был я. – Жан-Пьер со вздохом прижал ее к себе.

– Тебе тоже снятся сны. – Кристина заглянула в его глаза, в которых было столько боли.

– Нет, у меня все по-другому. Я просто помнил. Помнил и все. Еще в детстве, я вспоминал себя маленьким мальчиком, живущим в деревне с отцом и матерью и помогавший им пасти скот. Я помню, я спрашивал родителей, когда мы снова будем там жить, и почему мама не носит такие интересные платья. Они наверное тогда решили, что это фантазии слишком возбудимого малыша. Когда я стал старше, то перестал рассказывать другим о своих воспоминаниях. Я рос и то, что я помнил, росло вместе со мной. Где-то в районе двадцати мои воспоминания изменились, они уже не были такими четкими. Просто были неясные ощущения. Помню, я не мог что-то отыскать и меня это очень беспокоило. Я много работал и старался не зацикливаться на этом. Но потом я случайно увидел твою передачу по телевизору и меня словно током ударило.

Это была ты, то, что я когда-то потерял – это была ты. И я все вспомнил так отчетливо, что самому стало страшно. Я не мог в это поверить. Именно тогда я все бросил и уехал в Индию. Единственное разумное объяснение тому, что я чувствовал и помнил это то, что все это была моя прошлая жизнь. Я каким-то образом помнил ее. Когда это объяснение пришло мне в голову, я решил разобраться до конца. Именно на Востоке верят в перерождение души. Ты помнишь того брахмана. Я узнал о нем в Индии, он может видеть прошлые жизни людей. Он и подтвердил мои догадки. Мы действительно с тобой были знакомы еще до этого рождения.

– Именно поэтому ты меня ему показывал? – тихо спросила девушка.

– Да, когда я увидел тебя на экране, то не знал, что мне делать. Я же не мог просто прийти к тебе и сказать: «Привет, помнишь, мы встречались в другой жизни», – ты наверно сочла бы меня сумасшедшим. Тогда я придумал это интервью. Я решил, просто познакомится с тобой. Но потом, когда увидел тебя в аэропорту, то понял, что все не так просто. Чем больше я тебя узнавал, тем сильнее влекло меня к тебе. Оказалось, я полюбил тебя тогда триста лет назад и люблю до сих пор, и с каждой минутой все сильнее.

Кристина закрыла глаза. Она все еще не понимала, что происходит. И не могла поверить до конца в то, что ей говорил Жан-Пьер, но он сказал, что любит ее, и это был самый лучший момент в ее жизни. Она, наконец, нашла, то, что искала. Ее путешествие окончено. Теперь ее жизнь там, где он. Он ее любит и ей теперь больше ничего не нужно.

– Я так боялся напугать тебя, – продолжал Жан-Пьер, что старательно скрывал свои чувства. И поэтому ты сбежала, прости, я был таким идиотом.

– Меня так к тебе тянуло, а ты казался таким безразличным, что я подумала еще чуть-чуть и ты догадаешься о моих чувствах и испугавшись просто уехала.

– Прости, Господи, я должен был догадаться, но так был занят своими чувствами и мыслями, что ничего не заметил. – Жан-Пьер нежно поцеловал ее, – Я так люблю тебя, ты даже не представляешь. Как я рад, что все-таки нашел тебя.

– Я тоже люблю тебя. – Кристина заглянула ему в глаза. – да, я поняла это сразу как только уехала, мне было так плохо.

– Мне тоже, я чуть с ума не сошел. Ты представляешь, что я пережил. Я потерял тебя, опять… Ведь я уже терял тебя. И это было невыносимо. Помнишь, тогда в порту я не пришел за тобой. Я не смог. Я договорился за лодку с одним моряком, а когда пришел вечером в док, там никого не было. Потом я почувствовал удар по голове, и очнулся на корабле, который плыл на восток. Тогда Франция воевала с Испанией, и это был один из способов вербовать солдат. Я смог вернуться только через три года. Все это время я думал о тебе. А когда вернулся начал тебя искать. Мне удалось узнать, что ты, пробыв у мадам Гофр два года, сбежала, и никто не знал где ты. Я вернулся на родину и, как и планировал, закончил семинарию и стал священником. Поверь, я все время думал о тебе, но даже не представлял где ты. А потом как то я ехал из одного города в другой и остановился на постоялом дворе. Ночью ко мне постучали, и сказали, что в соседней комнате умирает женщина. Когда я увидел тебя,., ты не представляешь, что я почувствовал. Я нашел тебя, но слишком поздно. Все что я мог сделать, это быть с тобой рядом до самого конца.

– А моя девочка, она умерла? – Кристина с болью в глазах смотрела на Жан-Пьера, и по ее лицу катились слезы.

– Нет, Кристина она выжила. Я вспомнил это когда увидел тебя на острове рядом с Мери. Она выжила, любимая, у тебя была замечательная дочка. Я увез ее с собой и назвал Анна, она выросла и принесла в мою жизнь много радости. Я даже помню, что она вышла замуж, за хорошего человека и у меня были внуки.

– Это правда?– Кристина улыбнулась сквозь слезы, она так хотела, чтобы это было правдой, и чтобы ее малышка действительно прожила счастливую жизнь.

– Да, любимая, ты подарила мне дочку. – Он снова нежно поцеловал ее – Спасибо.

Уже давно наступило утро, а они все еще были в постели. Жан-Пьер нежно обнимал ее и баюкал как ребенка. Кристина все еще не могла прийти в себя. Неужели это все, правда. И они действительно знали друг друга еще до того как родились в этом времени. Это было похоже на кокой-то фантастический роман. И все же это было. Когда ей все-таки удалось разглядеть человека, который сидел у ее постели в ту ночь, когда она умерла. Она ясно видела серо-зеленые глаза ее любимого. Она вспомнила, что тогда, когда увидела Жан-Пьера первый раз на острове, он показался ей страшно знакомым, но Кристина не придала этому значения. Она не узнала Пьера потому, что тогда ей меньше всего хотелось вспоминать его, вспоминать свои сны.

– Что мы со всем этим теперь будем делать, – спросила Кристина, вглядываясь в глаза любимого.

– Лично я думаю, что нам просто нужно учиться на прошлых ошибках. Судьба дала нам с тобой второй шанс. И в этой жизни, я никуда больше тебя не отпущу. Ты только представь, я чуть не потерял тебя снова. Когда я не нашел тебя в Париже, мне показалось история повторяется и это было ужасно.

– Прости, обещаю больше я никуда не убегу.

– Вообще-то я собираюсь сделать все, что в моих силах, чтобы этого не случилось. Я не смогу жить, если ты исчезнешь. Дороже тебя, малышка, нет ничего в моей жизни. Ты и есть моя жизнь, прошлая настоящая и будущая. Ты ведь выйдешь за меня замуж?

– Да, – выдохнула Кристина и поцеловала такого любимого такого желанного и единственного на все времена, ее мужчину.

Эпилог

Кристина лежала на пляже, зарывая в теплый черный песок свои босые ноги. Солнце освещало первыми лучами теплое бескрайнее море. Природа вокруг излучала спокойствие и умиротворение. Те же чувства были в душе у девушки. Она была счастлива. Нет, не просто счастлива. Чувство безграничного счастья, которое впервые ворвалось в ее душу в тот миг, когда на пороге ее домика в Провансе возникла фигура Жан-Пьера, еще не раз посещало ее. Кристина была счастлива, когда шла к алтарю в церкви, навстречу любимому, думая о том, что именно Жан-Пьер настоял на венчании.

– Я хочу, чтобы мы были с тобой всегда вместе. Не только в этой жизни, а и во всех других, которые нам суждено прожить. – сказал он, и Кристина согласилась с его доводами. Она так любила Жан-Пьера, что мысль о возможной разлуке, пусть даже после смерти причиняла ей физические муки.

Она была счастлива, когда поняла, что ее страшные сны остались в прошлом. Несмотря на причиненные ей страдания, Кристина была благодарна им, за то, что они помогли ей найти ее единственного на все времена.

Еще больше счастья она испытала, впервые, прижав к себе дочку. Ее самую любимую красивую и желанную девочку. Она до сих пор вспоминала с улыбкой, как волновался Жан-Пьер. И хотя все шло замечательно – возле нее дежурила целая бригада лучших врачей. И он успокоился, только убедившись, что с ней и малышкой, которая появилась на свет ровно через девять месяцев после его приезда в Прованс, все в порядке.

Счастье было в ее душе, когда издатель решил напечатать ее книгу, и она имела успех. И еще бесчисленное число раз, когда ее любимый муж заключал Кристину в свои объятья.

Но именно здесь, на этом далеком острове, который свел их вместе, все эти кусочки счастья слились в единое целое, поселившись навеки в ее сердце. И наполнили ее душу покоем и удовлетворением. И Кристина поняла, что счастье не зависит от людей и событий. Это такое яркое ощущение, когда ты понимаешь, что не зря живешь на этой планете. Оно не зависит ни от прошлого, ни от будущего. Оно само по себе. Именно сейчас Кристина чувствовала, что, не смотря на то, что их может ждать впереди, она всегда будет благодарна за то, что ей дарована эта такая непредсказуемая, но такая прекрасная жизнь.

Жан-Пьер вышел из воды и, упав на песок, притянув к себе Кристину, и, обрызгав ее солеными каплями, поцеловал в губы.

– Тебе хорошо? – спросил он.

– Да, я так рада, что мы, наконец, смогли сюда вернуться, – прошептала девушка, – я мечтала об этом тогда и хотела, чтобы мои фантазии стали реальностью.

– Фантазии говоришь, нужно выпытать у тебя, о чем же ты таком тогда мечтала, – Жан-Пьер прижав еще крепче к себе жену стал нежно целовать ее тело, – ты ведь мне расскажешь.

– Расскажу, – прошептала Кристина, – потом, а сейчас пошли в домик, Анна должна скоро проснуться.

– Ах да этот ненасытный комочек, который тут же завладеет всем твоим вниманием, прошептал Жан-Пьер, оттягивая бретельку ее купальника и слизывая языком каплю молока, выступившего от одного упоминания о дочери, – но я не ревную, правда, и полностью разделяю ее вкусы.

– Извращенец, – рассмеялась Кристина, прижимая его голову к своей груди и постанывая от наслаждения.

– Еще какой, – шептал он ей на ухо. – Я безумно люблю тебя мое счастье.

– И я люблю тебя, – прошептала Кристина, утопая в сказочном блаженстве.

Content

Елена Дембицкая
Кристина. Путь к мечте

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Эпилог