Cap'n Chryssalid

Пси-Эффект

Глава 1

Туманность протянулась яркой розово-голубой пеленой, словно свободный ниспадающий занавес, отделявший обширный Аттический Траверс от цивилизованного пространства, как его понимают на Цитадели. В такой галактической глуши направления куда распространённее названий, и это место не являлось исключением. Маленький корабль плыл сквозь пространство, удаляясь от редко используемого масс-ретранслятора и крохотной замороженной третьей планеты этой системы.

Четвёртая планета в системе была побольше, но столь же безжизненна и не представляет интереса для бороздящих космос рас. Примитивные формы жизни, влачащие своё существование в столь негостеприимной среде, были изучены столетие назад, и узнать о них что-то новое было уже невозможно. Небольшой гелий-водородный пегасид[1] прижимался к оранжевой звезде К-класса, являющейся центром всей безымянной системы.

Оставалась только вторая планета: ещё один замёрзший булыжник, хотя и воды там больше, и атмосфера для дыхания почти пригодна… если вы кроган, разумеется. Она находилась прямо за границей обитаемой зоны, почти на таком же расстоянии от светила, что досталось и Тессии, но этому шару льдисто-синего мрамора было далеко до прекрасной жемчужины Республики Азари во всех остальных аспектах. Всего лишь промороженный мусор, как и вся эта система, как и весь кластер, и даже пираты — по крайней мере, умные — избегали её. Тем не менее, корабль направлялся именно сюда.

Илена Таноптис поёжилась от собственных мыслей. С кем бы они не должны были встречаться, если у другой стороны достаточно мозгов, то не стоит заставлять их долго ждать у этого комка снега. Даже азарийские коммандос могут… нервничать.

Ещё одна азари вошла в грузовой отсек челнока.

— Приготовить снаряжение! — прорычала она приказ. Одной рукой коммандос придерживала шлем, а другой опасно размахивала по сторонам, вместе с зажатой в ладони винтовкой. — Я не хочу, чтобы кто-то налажал! Всем держаться рядом и следовать за мной! Любую, кто сделает хотя бы лишний шаг в сторону, я закопаю прямо там в снегу! Понятно?

— Так точно, коммандер Седерис! — Илена присоединилась к общему хору наёмников.

Все знали, что угрозы Седерис являлись скорее обещаниями. Йона Седерис являлась сильным биотиком, и это в придачу к яростному темпераменту, которому позавидовали бы кроганы. Лучшей стратегией было кричать, когда она хочет услышать от тебя крик, не допускать совсем уж очевидных промахов, и всё остальное время просто не отсвечивать. Седерис командовала их небольшой группой уже несколько лет, и рано или поздно к её чудачествам привыкаешь. В конце концов, у всех капитанов наёмников есть свои странности, им просто досталась немного более эксцентричная.

Во всяком случае, её сложно потерять в бою: Седерис явно обожала чёрный и золотой цвет, раскрасив в них свой бронекостюм. Все остальные просто выбирали цвета, кому какой понравится: фиолетовые, синие, одна была даже в ярко-красном. Илена оделась в белое и голубое. Если дела пойдут совсем уж плохо, всегда можно будет просто нырнуть в снег и затаиться. Она даже хихикнула от этой мысли… и мудро решила не пытаться ею с кем-то поделиться, даже в шутку. К тому же белый хорошо смотрелся с её бледно-голубым оттенком кожи. Любой хороший наёмник обязан иметь стиль! Это часть их жизни.

— Эй, — позвала Илена шепотом, пихнув сидящего рядом турианца, — есть мысли, зачем мы сюда вообще явились?

— Коллекционеры… или работорговцы… или ещё кто, — ответил он без особого интереса. Норам, так звали турианца. Он был большим и крепким, как многие из его расы. У Илены осталось впечатление, что и простодушным тоже. Дело не в его косноязычности, или в том, что улыбался он, лишь дёргая спуск дробовика. Таких тут много — признайтесь честно, вы же не станете наёмником в Траверсе или Терминусе, если не любите стрелять во что попало, ну хоть немного? Нет, причиной был этот вечно отсутствующий взгляд, словно он пялится куда-то прямо через стенку.

Ну, в работорговцах не было ничего плохого. В их трюме, помимо отряда тяжеловооруженных наёмников — которых за груз обычно не считают — находилась куча ящиков, подозрительно напоминающих гробы. Размерами явно под турианцев и азари, а когда она попробовала заглянуть внутрь, то не увидела ничего дальше замёрзшего маленького окошка. Или там внутри овощи и зелень, или наркотики, или трупы. И на двух из трёх этих товаров можно неплохо навариться. Остальной груз выглядел куда обыденнее: ящики с электроникой, саларианские мехи, целая куча инструметронов, пленная кварианка…

— Ага, работорговцы, — сказала Илена сама себе. Технически, та кварианка была у них в плену, но не похоже, чтобы она собиралась пинаться, кричать или сбегать. Не выглядела она и отчаянной, как большинство невезучих дурачков, которых вот-вот продадут батарианцам. Её руки были скованы поверх рукавов ветхого чёрного скафандра, инструметрон отключен. Кварианка сидела в дальнем конце челнока, опустив голову, хотя её лица и так бы никто не увидел.

Хотя если так подумать, кому вообще нужны кварианцы в качестве рабов? Для тяжелого труда они не особо пригодны. С ними даже нельзя нормально поразвлечься, ничем не заразив. Илена предположила, что можно закрыть их где-нибудь и обречь заниматься тех-поддержкой. Богиня! Какая же жестокая участь!

— Мы приближаемся к точке высадки, — предупредил пилот с характерными для батарианцев интонациями.

— Все его слышали. Быстро приготовили своё барахло! — проорала Седерис. — Шлемы надеть! Оружие зарядить!

— Ну, погнали, я думаю, — пробормотала Илена сама себе, надевая шлем. Затем проверила герметичность костюма и его настройки внешней среды. Приближалось время для выхода Крутых Азарийских Коммандос.

Только снег хрустел под ногами, пока Седерис разгоняла свой отряд вокруг транспорта и выставляла посты. Не считая атмосферы, ледяная планета была всё такой же замерзшей и безжизненной. На самом деле, атмосфера только делала всё хуже! Она была холоднее, чем промежность матриарха, и вдобавок ко всему порывы ветра ещё сильнее снижали видимость. Когда все заняли места, Илена остановилась и набрала горсть местного снега. Он был водным, а не метановым, так что она с удовольствием скатала снежок. Ну, хоть чем-то можно заняться на этой планете.

— Хватит дурью маяться! — Седерис выбрала для своего вопля именно этот момент, и Илена быстро выбросила снежок за спину. — Рогго! Таноптис! Норам! Смотреть по сторонам!

Под рык раскомандовавшейся Седерис, они простояли в снегу несколько минут, прежде чем началось что-то интересное. Нет, не явились снежные ангелы — было бы интересно, и необычно, но команда ждала не этого. Наконец-то появился их клиент. Ещё одна азари… по крайней мере, она выглядела как азари.

Она возникла из снегопада словно призрак (или снежный ангел, как, не удержав хихиканья, подумала Илена), неся в руках два солидных размеров ящика. Контейнеры выглядели вполне нормальными, но вот сама азари облачилась во что-то нетипичное. Седерис указала всем их новые позиции, Илена послушно перебежала, но перед этим приблизила прицел винтовки, чтобы лучше разглядеть новую гостью.

Само собой, на ней была броня, но поверх виднелось нечто, подходящее скорее кварианцам — какой-то капюшон или накидка. Оно переливалось чёрным и синим, затем стало прозрачно-белым, как снег. Похоже, тактическая маскировка. Броня под этой накидкой выглядела… чужой. Массивнее обычной. Например, связанные пучки каких-то волокон виднелись вокруг рук. Но наверняка ничего не скажешь. Вдобавок, шлем странной азари полностью скрывал её лицо.

— Вы принесли? — донёся женский голос.

— Можешь взглянуть, — Седерис пригласила её к тележке, где лежал весь груз. И «груз» этот включал в себя замороженные тела и надувшуюся кварианку.

Вновь прибывшая азари пошла вперёд, всё ближе и ближе к ловушке. Как вдруг она замерла на полушаге, засомневалась.

— Плата, — сказала она, опуская оба контейнера. — Забирайте её. Уходите.

— Тебе ведь нужна помощь с погрузкой всего добра на свой корабль, не так ли? — спросила Седерис, не приближаясь к контейнерам. — Где он стоит, кстати говоря?

Вместо ответа азари пошла обратно, удаляясь от их челнока.

— Эй! — Седерис пролаяла ей в спину. — Ты хочешь, чтобы мы бросили всё барахло прямо тут?

— Да. Вы получили свою оплату. Забирайте и уходите, — азари в странной броне обернулась для ответа.

— Ага, но я не собираюсь этого делать, — Седерис зажгла биотику над одной рукой, другой вскинула винтовку. По сигналу дюжина наёмников сделали то же самое. — Видишь ли, мне приказано выяснить, кто ты и на кого работаешь. А теперь, можешь всё решить по-плохому, или по-хорошему. Пули и биотика это «по-плохому».

— Не дайте ей замаскироваться! — предупредила Илена, заметив слабое мерцание на плечах азари. Падающий снег расшвыряло порывом ветра и активацией маскировки.

— Значит, по-плохому! — прорычала капитан Седерис, открывая огонь из своей «Стены огня» от Армакс. Очередь с отсечкой по три выстрела быстро поддержали двое сходно вооруженных наёмников, а пара бойцов авангарда понеслась вперёд с дробовиками наперевес.

Илена вскинула винтовку, прижала к плечу, но палец застыл на спуске, и огонь она не открывала. Не мелькнуло ни единого отблеска от щитов эффекта массы. Выстрелы ушли в пустоту. И все они до сих пор слишком близко к…

Один из контейнеров взорвался, заполнив визор Илены ослепительно-зелёным сиянием. «Почему?» — это всё, что смогло родиться в её заклинившем мозгу, — «почему такой зелёный?» И этот цвет не думал пропадать. Когда она рухнула на мягкий снег, поляризованный шлем смог отфильтровать причиняющий боль изумрудный свет. Её взгляду открылся оплавленный кратер, но не круглый, а в форме полумесяца. На вид словно из кварцевого стекла. Будто какое-то причудливое окно или прозрачная столешница.

Неподалёку лежали тела четверых из тех, с кем Илена высадилась на эту планету. Один — батарианский бугай из какой-то вонючей колонии, он постоянно о ней трепался, но азари не могла вспомнить названия. Батарианец изрядно потерял в весе — большая часть туловища просто исчезла, сожженная зелёным пламенем. Другой наёмник, турианец, остался без ног и почти всей нижней половины тела. Среди кружащейся позёмки не видно было огня или крови, короткая ослепительная вспышка просто укоротила его вдвое. Ещё одна азарийская коммандос, оказавшаяся дальше от взрыва, молотила по земле единственной рукой. От четвёртого мало что осталось — одна нога и ещё недавно ухоженная, а теперь полуоплавленная винтовка.

Всё это вызывало шок. Причиной ещё большего шока стали штуки — штуки с щупальцами — возникшие прямо из пустоты. Словно свихнувшиеся ханары, они приблизились и обвили щупальцами ещё четверых наёмников. Одной из жертв оказался Норам, и при всей своей силе и размерах, большой турианец запаниковал, стоило щупальцам этого отпрыска гета и ханара оказаться на его лице и горле.

От механического ханара донёсся тихий свист, полыхнуло зелёным, в груди опутанного им турианца возникла тускло светящаяся дыра. Сжав зубы, Илена приготовила биотический толчок, затем ударила им по турианцу и этой летающей робо… штуковине. Оба поднялись ввоздух, но сразу же разделились. К несчастью, отправлять летающего робота «летать» оказалось не слишком эффективным ходом. Мех с щупальцами перевернулся в воздухе и направился к азари, прервавшей его ужин. Или спаривание с лицом. Или чем он там собирался заняться.

Илена поползла назад, дожидаясь удачного момента, когда мех откроется для огня.

Он не был неуязвимым — хвала богине — и девять пуль и ударов сердца спустя, робот взорвался на расстоянии вытянутой руки (или щупальца) от азарийской коммандос. Трясясь как в лихорадке и пытаясь выровнять дыхание, Илена услышала хруст снега, развернулась на месте, ожидая появление ещё одного гето-ханара, желающего поиграть с её шлемом. Она едва остановила палец на спуске, узнав пленную кварианку. Та пряталась за тележкой с прочим их товаром. Да, а ведь это неплохая идея…

— С дороги! — крикнула Илена, ныряя за то же самое укрытие. В её разуме ясно и чётко, что редко случается, всплыл недавний взрыв в форме полумесяца. Он был направлен во все стороны, кроме одной — не на тележку. Кем бы ни была эта азари с ручными роботами, она не хотела спалить уже своё добро.

— Капитан! — услышала она чей-то крик. — Что вы…

— Она палит по нам!

— Седерис! Какого хрена?!

Йона Седерис, возглавлявшая погоню за странной азари, резко развернулась и открыла огонь по своим же снайперам. Один из них рухнул после залпа разогнанных эффектом массы пуль, другой пытался доползти до нового укрытия, выстрелы его пистолета отскакивали от биотического барьера капитана. Остальные боролись с механическими ханарами, что быстро прерывалось зелёной вспышкой в упор. Что же до двоих из авангарда, погнавшихся за той азари… Да хрен с ними.

— Сдаюсь! — заорала Илена из-за тележки, поднимая руки и направляя винтовку в голубое снежное небо. — Я сдаюсь! Пожалуйста, не насилуйте моё лицо! Я им каждый день пользуюсь, и оно мне нравится именно таким!

Стоящая среди останков своего штурмового отряда капитан Седерис наклонила голову любопытным, каким-то чужим жестом.

— Ха, — заговорила она механически. — Ты сдаёшься? — голос звучал вымученно. Словно её принуждали говорить.

— В жизни так сильно не сдавалась! — ответила Илена, осторожно кладя винтовку на тележку, но не спеша выходить.

— Наверное, тогда не стоит в тебя стрелять, — сказала Седерис, и теперь Илена была уверенна на все сто. Азари словно повторяла чьи-то ещё слова.

— Во имя богини, пожалуйста, не похищай моё тело! — воскликнула Илена, протягивая руку за тележку и вытаскивая кварианку в поле зрения Йоны. — Она же вам для этого нужна? Забери её, а не меня!

— Похитить твоё?.. — спросило тело Седерис, издав какой-то странный звук. Указала на себя. — А, это.

Из бушующей метели возникла странная азари. Положила руку на шлем Седерис, потрепала её, словно кроган любимого варрена… или ворка. Илена заметила, что теперь у неё было оружие. Оно не напоминало ни одну из виденных ею когда-либо винтовок, а его ствол светился тем же оттенком зелёного, что и недавний взрыв.

— Ах, да, я просто только что сожрала её мозг, — пояснила странная азари с мрачным смехом. — Было очень вкусно. Веди себя хорошо, не делай глупостей, и с тобой не случится то же самое. Ясно?

— Яснее неба над Тессией!

— Неба над чем? — переспросила азари, потом тряхнула головой. — Без разницы. Просто не путайся под ногами пока что.

Илена была уже практически готова открыть рот и — что часто приносило ей неприятности — продолжить болтать, когда в кружащемся снегу обозначились новые силуэты. Сначала она подумала о кроганах, но размеры были слишком велики даже для них. Это оказались… диски. Большие серебристые диски.

— Восхитительно, — прошептала кварианка, заговорив впервые за сегодня.

— Во что я сейчас влезла? — Илене оставалось лишь застонать.

Илена Таноптис начала подозревать, что эта азари вовсе никакая и не азари!

Не то чтобы она не могла догадаться раньше. Могла, конечно. Настоящая подсказка появилась, когда возникла ещё одна азари, одетая так же, как и эта похитительница тел. Вторая тоже выглядела достоверно, но заговорили они на языке, которого Илена в жизни не слышала. Само собой, в многочисленных колониях азари по всей галактике существовали порой очень странные диалекты тессианского, но все они звучали как хоть немного узнаваемая белиберда. Этот язык не походил ни на что, известное в пространстве Цитадели. Он был определённо чужим. Либо так, либо эти азари изобрели свой собственный язык. Может, они повёрнутые на фантастике задротки, слишком много времени проводящие с саларианцами? Это бы объяснило и фетиш на мехов.

— Не приближайся, — велела самая первая, следящая, чтобы Илена и кварианка держали дистанцию.

— Что тут вообще творится? — азарийская коммандос сложила руки на бронированной груди. — Меня никогда раньше не брали в плен — ну может всего раз, или два…, но разве вы не обязаны нас связать, или типа того?

Фальшивая азари, та, что расправилась с их отрядом, тихо засмеялась.

— Нет необходимости, — ответила она.

— Я в любой момент могу решиться на дерзкий побег.

— Правда? — «азари» оглядела её с любопытством.

— Конечно, почему бы и нет? Я могучий и опасный биотик, знаете ли, — предупредила Илена.

— Сильнее, чем эта? — спросила фальшивая азари, указав на капитана Седерис. Или то, что от неё осталось. Йона могла стоять, но сильно сгорбилась. Илена видела лицо капитана сквозь забрало, и выглядела та либо под наркотой, либо окончательно больной на голову. Или и то, и другое, учитывая, что она и раньше-то с головой ладила не особо. Но хотя бы у неё не капала слюна… в таком количестве…

— Хха, хха, хха! — Илена через силу засмеялась, вытянув руки по швам. — А я уже упоминала, что сдаюсь?

— Неоднократно, — отметила кварианка в наручниках, казалось, её ситуация даже забавляет.

— Повторение ещё никому не вредило, — огрызнулась она, хмуро глядя на бродягу.

А через мгновение землю начало трясти.

Илена увидела ещё один большой диск, поднявшийся из-под толстого слоя снега и льда. Те другие были роботами-солдатами и рабочими в каком-то смысле, как и меха-ханары они помогали фальшивой азари сначала сканировать, а потом и транспортировать груз. Это что касается рабочих. Что же до солдат?.. Ну, эта часть стала очевидной, когда два из них изменили форму, а после расстреляли челнок Седерис лучами оранжевого света — после громыхнувшего там взрыва его куски были уже где-то на полпути к Омеге.

Как диски и ханароподобные штуковины, так и этот большой — корабль, возможно — на первый взгляд не имел двигателей или других устройств для перемещения. Он был немного больше челнока, но явно служил этим азари именно в таком качестве. Когда с бортов осыпались снег и лёд, его форма представилась скорее овальной или яйцевидной — округлой спереди и много более плоской сзади. Больше всего он напоминал камень в воде, такой же ровный, скругленный течением. Над слоем гладкой брони, казалось, имелся ещё один, способный двигаться и изменяться независимо от первого. Задняя его часть мерцала сине-зелёным светом.

«Челнок» почти не издавал звуков. На таком расстоянии двигатели обычного корабля бы оглушали, этот же перемещался с едва слышным гулом. Он опустился, вроде бы очень аккуратно, на заснеженную площадку рядом, казалось, он может приземлиться и после взлететь, практически не оставив следов. Но вопреки ожиданиям, свечение корабля мгновенно испаряло снег при касании. Илена сделала заметку в уме, что светящееся нечто небезопасно. В конце концов, что-то светящееся всегда небезопасно! Наверное, оно потому и светится. Сама вселенная предупреждает не трогать это.

После приземления сине-зелёная часть разошлась, но так, как не мог бы ни один материал. Больше это напоминало эффект какого-то устройства, вроде щитов эффекта массы, тех, по которым инженеры всегда так убеждённо просят не стрелять. В данном случае, щиты прикрывали не чьё-то лицо, за ними открылся грузовой отсек. Похоже, им предстоит немного прокатиться. Это был последний гвоздь в крышку гроба версии, что среди неизвестных есть хотя бы одна настоящая азари…

— Ты мужчина, — заключила Илена, ткнув пришельца в грудь. Ага. Мужчина. Или она удручающе плоская. Был только один способ убедиться наверняка. Но более глубокая проверка… наверное, была бы сейчас не самым умным ходом.

Этот вроде бы азари оттолкнул руку Илены и обернулся к одной из фальшивых азари-женщин. Их лиц не было видно в этих странных бронекостюмах, язык был абсолютно непонятен, но их жесты определённо выглядели азарийскими. В достаточной степени, чтобы Илена могла предполагать, о чём они говорят:

— Я понимаю, зачем здесь она, — должно быть, сказал мужчина, указав сперва на подозрительно тихую кварианку. — И уверен, мы сможем помучить, а потом съесть эту идиотку, — он указал на безмозглую Йону Седерис. — Но как быть вот с этой? Прекрасная и одарённая дева азари? Она великолепна, но что она здесь делает?

Стоит признать, эти предположения были… совсем немного приукрашены…

— Тогда мне её пристрелить? — наверное, спросила женщина в ответ. — Она сдалась, и она слишком привлекательна и хороша, чтобы её убивать. Она единственная, чьё лицо не обглодали наши меха-ханары.

— Не могу возразить против оценки её внешности, на самом деле, она заслуживает более лестных слов, но…

— Думаю, они спорят, кому из них тебя убить, — пробормотала кварианка.

— Хватит рушить мои фантазии! — огрызнулась Илена. Она оглядела свою бывшую пленницу, а теперь сестру по несчастью. — Как тебя зовут, кстати? Не хочу и дальше обращаться к тебе «кварианка» или «та кварианка».

Та квариканка быстро отвернулась с недостойным и универсальным для всех рас фырканьем.

— Ладно, — проворчала Илена, — как хочешь! Отныне будешь Ведроголовая.

— Ведроголовая? Ведроголовая! — кварианка развернулась на месте и поднялась на цыпочки, всеми силами пытаясь стать выше азарийской коммандос. — Будь только у меня сейчас мой инструметрон…

— О-о-о? Но у тебя нет с собой инструметрона, — ухмыляясь, напомнила Илена. — Ведро. Головая.

— Замолчите, обе, — прервала их фальшивая азари.

Мужчина потащил капитана Седерис в другую часть корабля, оставив остальных загонять пленных куда-то ещё. «Где-то ещё» в итоге оказалось маленькой комнатой без каких-либо деталей. Хотя называть это «комнатой» было бы изрядным преувеличением. Скорее металлический шкаф, как мысленно обозвала Илена. Да даже у сестры дома шкафы больше! Даже для обуви!

— Э-эй! — Илена, наконец, набралась смелости для отпора. — Что происходит? Кто вы такие, хотя бы?

— Те, кого ты не знаешь, — ответила женщина, втолкнув Илену в эту камеру. — Просто посидите тут пока спокойно.

— Итак? Впечатления?

— О кварианке?

— Нет, у нас есть её досье. Я про азари.

— А, эта. Она практически идиотка, сэр.

Усевшись, лейтенант Аннабель Шепард положила свой шлем на колени. Остальная часть её пси-брони осталась на месте, но после стольких лет она стала скорее второй кожей, чем обузой. Иногда Шепард странно чувствовала себя, не нося её. В любом случае, костюм создавался и подгонялся под её тело, он был предназначен для очень длительного ношения. Однако снять шлем всегда приятно. Вздохнув, Шепард провела ладонью по коротким волосам. В уголках глаз мелькнули слабые отблески пси-энергии, пока она пыталась придать им ну хоть чуть-чуть менее растрёпанный вид.

— Не может же у неё в голове быть совершенно пусто, — возразил ей командир.

Без шлема он выглядел мужчиной средних лет, в каштановых волосах виднелись седые пряди. Это если не принимать во внимания Состав в его крови. Капитан Бенджамин Прайс сражался ещё на Войне с эфериалами. Он был намного старше, чем кажется…, но это справедливо в отношении многих людей.

— Ветер там гуляет, так будет сказать лучше, — уточнила Аннабель. Она наклонилась вперёд, уперев локти в колени, коротко глянула в сторону корабельного навигатора.

Дэнис была «за шлемом», точнее под ним. Отдельной кабины пилота тут не предусмотрено. На корабле имелась главная навигационная консоль, проецирующая необходимую информацию вокруг пилота в виде голограмм. Такой бонус от езды на переднем сиденье. Весь основной пилотаж осуществляется через нейро-интерфейс. Тело пилота сидит перед консолью, а мозг делает всю работу. Каждый из них троих, весь экипаж корабля, обладал и навыками, и правом, чтобы пилотировать базовый транспортный «Огненный шторм». На других кораблях использовали специальных навигаторов-сектоидов, либо люди могли пилотировать посменно. Здесь не требовалось ни того, ни другого.

Корабль уже сильно удалился от системы Пакс, направляясь не к ретранслятору, а к назначенной точке встречи в космосе. Опыт взаимодействия с масс-ретрансляторами и космическими маршрутами Цитадели, пусть и весьма скудный, диктовал, что вся активность в их системах, законная, и не слишком, концентрируется именно вокруг ретрансляторов. Короткий прыжок чуть дальше в черноту космоса, и вас уже невозможно отыскать. Даже и пытаться никто не станет.

Обгоревшие обломки грузового судна Седерис они так и оставили на орбите планеты Новерия. Шепард чуть не закатила глаза, вспомнив это. Итак, двуличные пираты и наёмники попытались их предать? В самом деле? Что ж, теперь мостик того корабля был выжжен, уж как следует. Даже не столько выжжен, сколько испарён атомным пламенем. Но, может быть, так оно и к лучшему. Делать всю работу через криминальные группировки, выдавая себя за местную страшилку под названием «коллекционеры», оказалось проблематично. Даже хуже, чем проблематично — это становилось ненадёжно.

— Она сдалась, сэр, — лейтенант Шепард продолжила разговор с командиром. — Бросила оружие и всё такое. Знай она, что такое белый флаг, наверное, и им бы размахивала тоже. Мы не могли оставить её в живых и бросить там, потому прихватить с собой оказалось лучшим вариантом.

— Она пиратка, ты ведь в курсе, — напомнил ей капитан Прайс. — Такая же, как те, что водились у нас раньше.

— Я уже прощупала её. Совершенно уверена, что для неё это всё одно большое приключение, — возразила Шепард. — Вы ведь читали об этих азари, которых мы изображаем? Возможно, она даже моложе вас, сэр. Я предпочту не стрелять в глупого ребёнка, если можно этого не делать.

— Будь она ребёнком, ей бы следовало сидеть в школе, а не шататься с этой бандой.

— Ну не знаю, сэр, — Шепард провела рукой по шлему, пальцы коснулись места, где обычно должна быть эмблема отряда и герб их организации с девизом Vigilo Confido[2]. — Когда я училась в колледже, то как-то на весенних каникулах рванула взбираться на Олимп[3]. Когда азари учатся в колледже, может быть, их каникулы выглядят как пара лет в качестве хладнокровной наёмницы?

— Или танцовщицы в баре, — пошутил Прайс. — Если верить сведениям. Но если она доставит неприятности…

— Да, сэр, — Аннабель согласилась, кивнув. — Её инструметрон я тоже отключила — хотя вряд ли бы она сумела взломом проложить себе путь из заточения. Но, сэр, что насчёт груза? Там всё на месте? Его вообще можно перевозить?

— Мягко говоря, нас опять кинули, как и в прошлый раз, — Прайс недовольно хмыкнул, скрипнул зубами. — У нас есть кварианка. Это самое главное, но половина этих «инструметронов» не тех марок, что мы заказывали. Тела вроде бы на месте, будет детишкам в лабораториях счастье, плюс мы собрали все кусочки пиратов, что вы оставили на снегу… уж какой с них будет толк. Хотя, знаешь ли, в моё время, нам приходилось собирать вражеские трупы голыми руками. Не было никаких дронов, которые делали бы это за нас.

— Так точно, сэр, — согласилась лейтенант, идеально перебивая ещё одну лекцию о «былых временах»

— А я тебе когда-нибудь рассказывал историю, как мы охотились за фрагментами чужого оружия в бразильских джунглях?

— Так точно, сэр.

— Правда?

— В этой истории ещё была сороконожка.

— Ага. Наверное, рассказывал раньше, — капитан Прайс хмыкнул, и решил пока закончить травить байки. — Короче, тела. Они достаточно чистые, чтобы пройти итоговую проверку, но я слышал, что доктор Вален хотела получить на руки побольше этих существ, кроганов. В грузе должна была находиться их самка, но я там её не видел. В общем, да — нас кинули.

— С другой стороны, можно будет рассказать бабушке Вален, что в этот раз нам не пришлось ни за что платить, — сказала лейтенант Шепард, вздохнув и покачав головой.

— Это верно.

— О-о-ох! Восхитительно!

Итак, они получили свой персональный первый контакт. И прошёл он на удивление неплохо.

— Они та-а-а-акие мягкие! — продолжала азари, снова проводя рукой по волосам лейтенанта. Вперёд, назад, вперёд, назад, вперёд…

— Можешь уже остановиться, — отметила лейтенант Шепард без выражения. — Мне льстит, что тебе так нравятся мои волосы, но это, правда, самое удивительное, что вы видели сегодня?

— Конечно, нет! — возразила кварианка. Хотя бы одна из пришельцев относилась к делу серьёзно.

— Отвечай за себя, — не согласилась Илена, человеку даже пришлось потянуться и силой убрать её руку. — Так, говоришь, они бывают и красные, и золотые, и коричневые тоже?

— Простите её, — кварианка перегнулась через составленные вместе ящики, служившие трём женщинам столом. — Этот корабль восхитителен…

— Эти волосы восхитительны.

Двое чужих уставились друг на друга.

— Бедная Ведроголовая. Ты даже не можешь ничего осязать своими пальцами, потому тебе не понять, насколько это невероятно, — первой нарушила молчание Илена и вернулась на своё место, поддразнила, потирая пальцы. — Ах, не будь ты заперта в этом скафандре!..

Кварианке лишь осталось смотреть на пальцы, словно бы размышляя…

— Замечательно, — она быстро взяла себя в руки и покачала головой, точнее шлемом. — Твоя тупость заразна, — Она отвернулась от взбешенной азари и склонила голову в неглубоком, но чётком поклоне человеку, недавно раскрывшейся им. — Лейтенант Шепард, мы не были должно представлены друг другу. Меня зовут Даро'Ксен нар Шаллен. Хотя полагаю, вы это знали с самого начала. Могу я поинтересоваться, с какой целью вам… понадобились мои услуги?

— И что это за услуги, кстати говоря? — спросила азари хитро. — Просто мой инструметрон на-а-амного медленнее и забагованнее, чем раньше, и иногда выдаёт этот оранжевый экран смерти…

— Зачем ты понадобилась нам, это вообще-то не мне излагать, — ответила Шепард осторожно, игнорируя голубую коммандос. — Могу заверить, что у нас не существует рабства, Даро'Ксен нар Шаллен. «Купить» тебя было просто самым эффективным для нас способом получить квалифицированного кварианца.

— Так я была права! Вы заставите её заниматься тех-поддержкой! — ужаснулась Илена

— Если я не в положении раба, то смогу ли я вернуться во Флот, если пожелаю? — спросила Даро'Ксен своего нового «нанимателя», вслед за человеком игнорируя Илену.

— Насчёт этого, — начала лейтенант, — ты не рабыня, но должна сказать, ты не сможешь делать, что захочешь. Если не пожелаешь сотрудничать, то просто придётся у нас в гостях немного… задержаться.

— Задержаться? — переспросила Даро. — И сколько же это «немного» займёт, могу я поинтересоваться?

— Годы? — предположила Шепард.

— Годы?

— Годы.

— Годы, — повторила Илена, и две женщины уставились на неё. Коммандос ударила кулаком по «столу» между ними. — Я не позволю исключить себя из этой, или любой другой беседы!

— Напомните, а она здесь зачем? — уточнила Даро'Ксен.

— Для расслабления, я полагаю, — Шепард только плечами пожала.

— Ну, я так не думаю, — проворчала Илена Таноптис, падая на свой стул. Однако она не могла позволить себе устроиться слишком уж комфортно. Сидеть в трюме странного корабля было приятней, чем быть засунутой в чулан для швабр, но в чулане хотя бы никто не торчал у тебя за спиной и не тыкал пушкой в затылок. Или их хотя бы не было видно. Решив озвучить свою мысль, Илена указала на один из кибернетических дисков, деливших трюм вместе с ними. — Мы все видели, как эти штуки разнесли челнок, верно? — спросила она, и кибердиск в ответ игриво качнулся в воздухе. Это было в чём-то даже мило, насколько милым может быть устройство для безжалостного убийства. — Это ведь не привиделось мне одной, правда? А если мне это не привиделось, мы имеем лучевую пушку, способную снести челнок, и сейчас направленную на мою очаровательную головку. Уж извините, что я немного нервничаю, и не могу закрыть рот. Это просто помогает мне примириться с угрозой, что в любой момент меня взрывом может размазать тут по всем стенам.

— Всего лишь предосторожность, — пообещала лейтенант Шепард.

— Итак… давайте просуммируем: вы чужие, и вы похищаете разумных? — Илена вновь скрестила руки и похлопала себя по броне

— Это… иронично полное описание ситуации, — человек с ней согласилась.

— В этих дискообразных штуках ведь нет зондов?

— Вообще-то, есть.

— Ну, просто отлично! — Илена лишь всплеснула руками

— Расслабься, они приходят с этим только по ночам, — Шепард хихикнула.

— Ты шутишь, — решила Илена, засмеявшись следом. Она повернула лицо к парящему кибердиску. — Она шутит! Слышишь! А ещё лучше, пихайте зонды в кварианку! Они такое любят!

— Но вы же чужие, — лишь Даро'Ксен осталась серьёзной, — и вы похитили нас, да, думаю, и не только нас.

— Нам нужна информация о ваших расах, — ответила Шепард, тоже возвращая серьёзный тон. — Мы ваш угол галактики уже давно посещаем…

— Не. Может. Быть, — прервала её Илена. — Я понимаю, что вы прикидываетесь коллекционерами, но вы не могли шнырять в округе так долго, чтобы никто не заметил. Турианская разведка. Спектры. ГОР. Таможня и пограничники. Даже если ваш корабль невидимый, или ещё чего, нужно быть слепым, чтобы не заметить, как что-то входит и выходит через главные ретрансляторы!

— К счастью для нас, мы не пользуемся масс-ретрансляторами, — лейтенант согласно кивнула.

— О! Точно! Ну, это объясняет… — азарийскую коммандос грубо прервали прямо на полуслове:

— Вы, что? — Даро'Ксен вдруг навалилась на свою половину «стола», вскакивая на ноги. — Вы не пользуетесь…

— Вижу, это привлекло ваше внимание, — Шепард кивнула.

— …прошу меня простить, — извинилась Даро, медленно возвращаясь на своё место. — Да, лейтенант Шепард. Это привлекло моё внимание.

— Знаешь ли, — Илена так же медленно поднялась на ноги. — Большинство кварианцев достаточно умны, чтобы не прерывать могучих и крутых коммандос-биотиков, когда те говорят…

— У вас, в самом деле, есть альтернативный способ сверхсветовых путешествий?

— Я не могу вдаваться в подробности.

— Дайте угадаю: вам не сгодился бы любой кварианец, находящийся в паломничестве.

— И вновь, я не могу изложить детально.

— Так у вас есть способ шнырять по округе, — повысила Илена голос. Затем села обратно и хмуро посмотрела на кварианку рядом. — И вновь, зачем?

— Достаточно сказать, что мы пока ещё не готовы сообщить о себе Совету Цитадели, — объяснила Шепард. — Как только соберём достаточно разведданных, начальство решит, что делать дальше.

— Что делать дальше? — повторила Илена, не понимая её слов. — Что это должно значить?

— Идиотка, — прошипела Даро. — Если у них есть другие методы для сверхсвета, им вообще не нужно пространство Цитадели. Они могут попасть куда захотят, вне того малого числа систем и скоплений, доступных через ретрансляторы. Им вообще нет нужды пересекаться с нами… если только сами не захотят. Девяносто девять процентов галактики до сих пор не нанесено на карты

— Эй. Эй. Во-первых: я не идиотка! — Илена огрызнулась на эту заучку. — Во-вторых: благодарю за объяснения, потому что я вообще об этом не догадалась.

— Дура.

— Ведроголовая!

— Слушайте, — прервала их Лейтенант Шепард, громко постучав костяшками пальцев по столу. — Дадите мне закончить? Мы возьмём вас обеих. Даро, я могу согласиться, что мы выбрали тебя специально для своих целей, и получить тебя в своё распоряжение было одной из главных целей этого задания. Илена, ты здесь просто из-за лажи…

— Чего?

— Лужи. Ты вляпалась в эту лужу. Какая-то сложность с переводом. В смысле, так просто случайно вышло.

— Так… хочешь сказать, что мне повезло? — азари усмехнулась и покивала сама себе. — Отлично, отлично.

— У тебя ещё ведь есть биотика, это может оказаться нам полезно, — закончила Шепард, хотя она, кажется, сама не особо в это верила. Особенно из-за вида Илены, продолжавшей кивать в полном самолюбовании. Эта картина не внушала уверенности. — Да-да, очень полезно…

В космической пустоте за пределами системы Пакс транспортный «Огненный шторм» встретился с другим, массивным и прямоугольным НЛО. Как и сам Шторм, линкор класса «Блокбастер» являлся гибридной модернизированной версией линкора чужих времён Войны с эфериалами. Несколько таких бороздили земное небо к концу войны. Данное воплощение, как и оригинал, имело примерно сигарообразную форму, с мигающими пластинами брони из эфериума, под которыми порой было видно светящиеся алые сферы по бортам.

Огненный шторм являлся десантно-штурмовым кораблём, аналогичным челнокам местных рас. Он был абсурдно быстрым, особенно за пределами атмосферы, но превышать скорость света не мог. Не считая Штормов стационарного базирования, всем остальным требовался корабль-матка, чтобы добраться до места назначения. У них в течение трёх последних вылетов таковым являлся BB-5016 «Килиманджаро»[4]. Лейтенант Шепард до сих пор была не до конца уверена, была ли их приписка именно к этому кораблю игрой случая, или особой шуткой командующего флотом. Ведь старшим помощником на BB-5016 являлась именно Ханна Шепард.

— Капитан Прайс, — их поприветствовало голографическое изображение единственной дочери Аннабель Шепард, говорила она кратко. — Сержант Дэй. Лейтенант Шепард. Полагаю, всё прошло гладко?

— Нам пришлось убить тех, с кем мы встречались, — согласился с ней капитан.

— Хм-м.

— А ещё мы захватили двух азари, так что ожидайте дополнительных тел для работы: одна в амбулаторном состоянии, другая с выжженными мозгами, и плюс кварианка. Мы получили больше ожидаемого.

— Не просто живая, но даже и не выпотрошенная? — губы Ханы Шепард сложились в едва заметную улыбку. Прядь ярко-рыжих волос выбилась из «хвоста», прикрыв левый глаз. — Матушка, как это на вас не похоже — оставлять кого-то в живых в вашу смену. Неужели сказывается возраст?

— В девяносто теперь, как в сорок, — заверила её Аннабель. — Лейтенант-коммандер.

— Сейчас всегда, как в сорок, — Напомнила в ответ Ханна. Она на мгновенье посмотрела на кого-то, должно быть, из персонала на мостике. — Мы берём на себя управление Огненным штормом.

Корабль вскоре скрылся под одним из броневых экранов, и затем линкор исчез в короткой чёрной сингулярности. Следующая остановка: Арктур, и корабль, и звезда. Здесь располагалась штаб-квартира Икс-ком за пределами Местного скопления. А ещё тут был ближайший из ведущих к Земле масс-ретрансляторов.

И ключевое слово — «был».

— Ретранслятор 314? — коммандер Десолас Артериус никогда раньше о таком не слышал. В какой он хоть стороне? Где-то на задворках. 314?

— Да, сэр, — ответил другой турианец, нервно прижимая к груди планшет. — Если вы посмотрите, эм, конкретно страницы с шестьдесят третьей по семьдесят первую, то увидите, что у нас есть очень… очень убедительные… доказательства, можно сказать, у нас есть обоснованная догадка, основанная на наших переводах и других данных… что по ту сторону ретранслятора 314 может располагаться какой-то из протеанских реликтов. Если вы просто дадите ход нашим сведениям выше, к генералу Оринии, например…

— Я посмотрю, что можно будет сделать, — пообещал Десолас, у учёного буквально загорелись глаза.

— В самом деле? — переспросил он удивлённо. — Спасибо вам, сэр! Поверьте, это гарантированный шанс! Нам только и нужно активировать ретранслятор!

— Может, и так, но высшее командование не одобрит активацию, основываясь лишь на этом, — напомнил ему молодой коммандер, помахивая своей копией планшета с данными. — Есть обязательные процедуры. Правила. И это даже не учитывая, что потребуется одобрения азари и саларианцев. Я дам информации ход выше, но немедленного ответа не жду. Насколько помню, ушло двадцать циклов, прежде чем активировали предыдущий ретранслятор.

— Ретранслятор 258, - уточнил учёный. — Я знаю, сэр. И готов подождать. Я уверен, то, что дожидается нас на той стороне, того стоит.

— Посмотрим, — ответил Десолас и жестом отпустил собеседника.

— И ещё раз спасибо, сэр! — искренне поблагодарил тот, прежде чем выйти.

«Интересно, под каким номером я числюсь в его списке?» — подумал Десолас, глядя вслед серому турианцу. — «Думаете так легко выбить финансирование на раскопки протеанских артефактов. Особенно тех, что могут упоминаться в каких-то записях в храме Палавэна».

По правде сказать, шансов не больше, чем догнать дикого варена — если бы кому-то это в голову пришло.

— Монолит Арка? — прочитал он снова описание обещанного и чуть не вышвырнул планшет. Вместо этого быстро пролистал страницы, заполненные технической информацией и звёздными диаграммами. Где там этот ретранслятор 314 вообще? Здесь. Он наконец-то нашёл приложенную карту разведанных маршрутов между ретрансляторами. И 314-й оказался… далеко в пустоте, и ведёт тоже в пустоту.

Что ж, тогда нет нужды спешить, забыв про всё. Десолас сделал в мыслях заметку — передать доклад немного позже. По обычным каналам ему бы долго пришлось ползти. Сомнительно, что генерал Орининия захочет подставлять свою шею ради открытия нового ретранслятора. Эта женщина чересчур консервативна. Но в будущем, кто может знать? Это может быть хорошим подспорьем в карьере, а как гласит старая пословица: «что хорошо для племени, хорошо для турианца». Иерархия всегда искала новые артефакты, даже если какой-то из них обещается ещё очень не скоро.

Уджон.

Планета Камала, система Индрис.

Батарианская Гегемония.

Рядовой Ка'хаирал Балак буквально чувствовал, как пахнет проблемами.

Вся эта ситуация была сплошной проблемой. Словно реактор, который вот-вот расплавится. Все его инстинкты восставали против того факта, что если он попытается свалить из этого капкана, его, скорее всего, в итоге пристрелят свои же товарищи. В общем, всё больше и больше походило на то, что оказался он в очень большой и глубокой заднице.

— Маски! — проорал команду командир батальона. — Приготовиться, слизняки!

— Сохраните нас, Святые свитки, — пробормотал сам себе другой батарианский призывник, — опуская забрало шлема и герметизируя костюм. — Сохраните нас и укажите путь через испытание сие…

— Ты веришь в Свитки, — другой попытался пошутить, поднимая свой дробовик «Палач», на боку оружия виднелся гордый штамп Батарианского государственного арсенала. — А я верю вот в это.

Балак промолчал. Он был достаточно занят, борясь с тошнотой и страхом.

— Р-Р-РО-О-О-О! — донеслось снизу рычание.

Набившись на Площадь Славы, они накатывали злобным прибоем, тысячи батарианцев — и даже представителей иных рас Терминуса, включая, согласно данным разведки, даже пару кроганов — устраивали марши, протестовали, размахивали флагами. Даже если собрать тут всех с армейских блокпостов вокруг города, на одного солдата всё равно придётся сотня мятежников… по крайней мере, складывалось полное ощущение, что это так. Балак не мог поверить, что на этой планете так много батарианцев из низших классов, не говоря уж только про этот город.

Но они тут находились. И были их тысячи. Тысячи презренных слуг. Тысячи злобных батарианцев из низов, забывших своё место. Возможно, даже пару сотен рабов, каким-то образом сумевших освободиться, чтобы примкнуть к восстанию. Кто знает, сколько из них вооружены? Кто знает, сколько пиратов и наёмников решили присоединиться, в надежде помародёрствовать в творящемся хаосе? Это был бардак. Или ночной кошмар.

Это проклятая богами Кастовая война!

— Р-Р-РО-О-О-О!

Крики тысяч протестующих слились в оглушительный невнятный рёв.

Внизу на площади шеренга бронированных и вооруженных бойцов Батарианских Внутренних Сил пыталась удержать толпу, не пропустить её к воротам на верхние уровни… туда, где находились поместья состоятельных обитателей Камалы, их рабы, их частная собственность. Сами эти уважаемые батарианцы сейчас — Балак в том не сомневался — прятались по подвалам и погребам, отчаянно вызывая всех, кого знали, от адмиралов, до полковников и капитанов. Что угодно, лишь бы выставить больше мяса между собой и злобной ордой, окончательно впавшей в неистовство и решившей взять их штурмом.

Балак видел, как в воздухе мелькают тусклые дрожащие огоньки бутылок с зажигательной смесью. Это был новый фокус. Внизу зажигательные коктейли взрывались прямо в чёрной шеренге охранников, плюс давление массы тел… это лишь вопрос времени, когда кто-нибудь начнёт гнуться… или ломаться.

Началось всё с одного охранника, наплечник его бронекостюма охватило пламя, и он бросил свой щит. Те, кто был рядом, заметили его панику, начали колебаться. Дрогнули. И потом первый сделал шаг назад. Побежал другой.

Никто не провозгласил «огонь!», как в героических роликах, что распространяет Департамент контроля информации. Кто-то просто выстрелил первым. А затем огонь открыли уже все. Балак слышал непрекращающийся треск винтовочной пальбы. Газовая граната взорвалась в воздухе над протестующими. А затем всё завертелось, подхватывая его и увлекая всё дальше в этот кошмар. Прижимая к груди дробовик, он пытался успокоить нервы. Внутренние Силы потерпели неудачу. Кто, мать их, вообще знает, где сейчас другие подразделения Внешних сил, и чем они заняты. Здесь уже ничего нельзя было сделать. Только смириться с происходящим и попытаться выжить.

У правого уха Балака словно что-то прожужжало.

Он повернул голову и увидел солдата, что молился перед боем. В его шлеме виднелась дыра. Отчётливая дыра, сквозь которую внутри можно было разглядеть месиво из яркой алой крови и обрывков оранжевой кожи. Мёртв. Мёртв, но не способен упасть из-за массы тел, в результате труп батарианского солдата толпа толкала, словно тряпичную куклу.

— Твою мать. Твою мать. Твою мать! — Балак чувствовал во рту что-то кислое и горячее, и пытался вернуть это обратно.

— ВПЕРЁД! Вперёд! Вперёд! — проорал кто-то. Невозможно понять, кто именно.

— Р-Р-РО-О-О-О! — встретил их яростный рык протестующих. Треск и разрывы разогнанных эффектом массы снарядов доносились уже со всех сторон. Подразделение Балака рванулось вперёд, через прорванные позиции бойцов Внутренних сил. Куда делся их комбат, Балак даже и не пытался догадаться.

Больше не было ни приказов, ни дисциплины, каждый просто выл на всех вокруг. Можно было лишь убивать или быть убитым, растерзанным толпой. Наведя дробовик на ближайшую массу перекошенных злобой лиц, Ка'хаирал Балак нажал на спуск… и начал молиться.

В дыму, ужасе и хаосе никто не смог бы его винить в том, что он не заметил другого сражения над головой, что решило судьбу колонии. На низкой орбите, новый крейсер класса «Ханса», «Хатре», названный в честь главного порта Камалы, только что закончил стрельбу по избранным наземным целям. Фрегат лоялистов, преданных Гегемонии, попытался остановить крейсер мятежников или выполнить последний безумный приказ губернатора и начать бомбардировку города, но долго не выдержал обстрел из орудий более мощного корабля. Когда столицу поглотили беспорядки, а большинство армейских командиров оказались мертвы — из-за бомбардировки или обычных несчастных случаев — гарнизон не продержался и часа.

Камала — с последним и самым большим комплексом Гегемонии по добычи и переработке нулевого элемента — с головой рухнула в пучину восстания.

Глава 2

Арктур.

Что такое «Арктур», или где он вообще находится, Илена Таноптис была не в курсе, но называлось это место именно так. Она не смогла на него взглянуть, пока они сюда подлетали, поэтому, кто его знает, орбитальная ли это станция, или она находится на поверхности космического объекта или даже на планете. Фактически, с корабля их провели прямиком в камеру, которую почему-то называли «комнатой». К её раздражению, Даро'Ксен, более известную как «Ведроголовая», сразу увели куда-то… на личную встречу. Ну и ладно. Да кому вообще эти личные встречи интересны!

Итак, Артур.

Насколько Илена могла сказать, он представлял собой одну большую лабораторию. Одну невероятно громадную лабораторию. Должно быть, именно так её сестра Рана представляет себе рай. Пока её вели, Илена впервые смогла увидеть людей без брони. Как она и ожидала, они были до крайности похожи на азари. Больше, чем любая иная раса, которую Илена видела или о которой доводилось слышать. Это напоминало ей о древних безумных легендах о Зелёных космических мужиках с Пиарес. В давние времена, когда азари ещё не открыли, что Пиарес безжизненная пустынная планета, многие верили, что там живут чужие, обладающие невероятными способностями, и что они посещали Тессию в незапамятные времена… в основном для размножения, но иногда чтобы построить пирамиду-другую. На самом деле, одно же другому не мешает?

Люди заставили её вспомнить об этих сказках. Только они были в основном персикового цвета, некоторые коричневого оттенка, а один очень-очень чёрный. И совсем нет зелёных! Что очень странно.

— Мы пока ещё не закончили? — спросила она, опуская руку после очередного толчка биотикой. Вдобавок ко всему, её оставили без старого бронекостюма, его конфисковали вслед за инструметроном. Оставили только усилитель биотики, которую, как оказалось, люди хотели изучить.

— Да, уверена, что этого достаточно. Выходи оттуда.

Этот человек, она говорила со странным акцентом, но была главной в данной разросшейся лаборатории. Хотя по виду ну совершенно не сказать. Никаких татуировок или отметок на лице, которые указывали бы на ранг. Носила она такой же белый с зелёным халат, как и все люди здесь. Среди кроганов, вероятно, даже среди начитанных кроганов-умников, самые большие обычно являлись самыми старыми и всем руководили. Этот человек, она была одной из самых низких, среди виденных Иленой, так что ориентироваться на размеры точно не стоило. С другой стороны, у неё были очень красивые короткие каштановые волосы.

— Надо же, кого я вижу! — Илена заметила знакомое лицо. Ну, она хотя бы думала, что там есть знакомое лицо. Сейчас это был скорее знакомый шлем. Она бросилась к кварианке: — Ведроголовая!

— Даже не думай об этом, — Даро выставила трёхпалую ладонь, чтобы не дать себя обнять. — И не зови меня Ведроголовой, Идиотка.

— Перестану, если ты не будешь звать меня Идиоткой. Ведроголовая.

— Как ворка не назови, вонять он будет одинаково, — Даро'Ксен пренебрежительно фыркнула.

— Как будто ты вообще знаешь, что такое вонь, — Илена постучала пальцем по её визору. Усмехнувшись от вида злой кварианки — уже освобожденной от наручников и пут — Илена посмотрела на главную здесь женщину-человека, стоявшую неподалёку. У неё имелось что-то вроде инструметрона, на котором она быстро что-то набирала. В результате в воздухе перед ней возник ряд подробных изображений.

— Ты получила, что хотела? — спросила Илена у неё.

— О, да. Результаты совершенно поразительны! — провозгласила женщина с каштановыми волосами, её скрываемая радость больше подошла бы саларианскому генетику. — Как приятно получить не просто подопытного биотика, хоть раз готового сотрудничать, но вдобавок прошедшего серьёзные тренировки! Именно этого нам и не хватало.

— Доктор Вален, — обратилась Даро'Ксен, так же обращая внимания на данные на парящих голограммах. — Это ведь снимки узлов нулевого элемента, верно? Но разрешение просто невероятное…

— У нас есть «некоторый опыт» изучения и конструирования микроструктур, — ответила Вален, её взгляд не отрывался от потока данных. — Ваши способности к биотике интригуют, и хотя лежащий в основе их использования механизм детально описан, до сих пор каждый изученный нами биотик имел различную структуру этих узлов. Не только для разных рас, различия были даже у подопытных одного вида. Традиционно принятая внутриутробная обработка для инициации биотиков нежелательна и неэффективна. Чтобы биотика стала воспроизводимой, нам требуется шаблонная сеть узлов элемента ноль, которую можно было бы надёжно повторить с помощью Состава.

— Ясно, согласна, — заметила Илена, сложив руки на груди и медленно кивнув.

— Ты хотя бы половину поняла? — проворчала Даро.

— Три четверти, — отмахнулась Илена, пожав плечами.

— Ясно, чем они заставляли тебя заниматься… — заключила Даро'Ксен, покачав головой.

— А как насчёт тебя? — спросила Илена. С того момента, как они в последний раз оказывались рядом, уже прошло некоторое время. — Наверное, уже выяснила, чего им от тебя надо?

— Я буду тут работать, — кварианка обвела рукой открывающуюся их взгляду лабораторию. Это был всего один уровень, из нескольких, отданных исследователям, но даже он впечатлял размерами — длинный прямоугольный отсек в три этажа высотой и с расчищенной в центре площадкой. Прочие помещения пристроены к центральному квадрату, так что здесь было даже не одно крыло.

— У них есть даже исследовательская группа, работающая над электрошокерами для борьбы с гетами, — объяснила Даро. — Когда мы с этим закончим, думаю, я смогу найти себе увлекательную работу в сфере кибернетики и электронной борьбы. Хотя полагаю, что люди захотят через меня попытаться установить отношения с Мигрирующим флотом…

— С Мигрирующим флотом? — переспросила Илена. — Но зачем? Ты ведь сама сказала, они не пользуются эффектом массы. К чему оно им тогда?

— Идиотка, — прошипела Даро. — Я сказала, точнее подразумевала, что они не полагаются на технологию ретрансляторов на эффекте массы. Уверена, они всё ещё собираются использовать сам эффект, и может быть и ретрансляторы тоже, но не раньше, чем убедятся в их безопасности.

— Они совершенно безопасны! — как азари, Илена чувствовала себя обязанной защищать технологию, продвигаемую в первую очередь её расой.

— К использованию безопасны, верно, но вокруг бродят, если не сказать — кишат, иные расы… — Даро'Ксен хихикнула. — Мы, кварианцы, тоже обычно осторожны в контактах с чужими, ты это знала? Но никакого выбора у нас не было. У технологии эффекта массы не существовало альтернатив. Поэтому, несмотря на все опасения, мы воспользовались ею, и в конечном итоге встретили ваш народ… и турианцев, и саларианцев. Мы думали, что нашли себе друзей и союзников. Сомневаюсь, что многие кварианцы тогда предполагали, что вы бросите нас вымирать от рук гетов. Сомневаюсь, что многие знали, что вы превратите нас в изгнанников и парий, не имеющих собственного дома.

Илена не знала, что ей ответить разозлённой кварианской девушке.

— Ну, да, наша вина, — пробормотала она, пожав плечами.

Даро'Ксен это не успокоило.

— Да, ваша вина — согласилась она, подумав секунду или две, но даже её раздражение быстро улеглось, стоило взглянуть в будущее. — Люди не хотят, пока что, обнаруживать себя. Я могу понять их осторожность. Более того, я могу воспользоваться ею… раса кварианцев может воспользоваться ею! С теми дарами, что люди могут мне дать — дать нам, я имела в виду — возможности безграничны! Ни один кварианец уже не вернётся из паломничества с даром большим, чем принесу я. Возможно, даже место в Совете адмиралов окажется достойной наградой!

Сложив пальцы, она мягко произнесла:

— Адмирал Ксен… да, мне нравится, как это звучит.

— Думаю, ты сгущаешь краски, — её глаза блуждали по голограммам этой женщины и схеме узлов нулевого элемента, делавших Илену таким обалденным биотиком-коммандос. — Всё едва ли настолько мрачно. Что людям скрывать от всех остальных?

Её взгляд определённо не опускался ниже спины человека, где тоже было на что посмотреть.

— Сгущаю краски, неужели? — даже сквозь непрозрачный шлем было видно, что Даро закатила глаза. — У этих людей есть технологии, какими не обладает никто в пространстве Цитадели. По-твоему, сколько часов пройдёт между первым контактом — когда все внезапно узнают о том, чего у них нет, но что они, оказывается, всегда хотели — и моментом, когда саларианцы с головой уйдут в планирование очередной операции. Операции, благодаря которой агенты ГОР смогут украсть у них столько, сколько можно унести с собой? Сколько времени пройдёт, прежде чем ваши турианские друзья увидят в них новую угрозу и новых врагов, после чего начнут играть мускулами? И это я даже не говорю про то, что они могут творить с помощью разума, и какую панику это вызовет, особенно среди ваших, среди азари, — Даро'Ксен загибала пальцы, считая свои аргументы. — Ты, правда, полагаешь, что эти люди, во многих направлениях продвинувшиеся дальше нас, согласятся присоединиться к вашей Цитадели на правах младших, без представительства в Совете? Если учесть, что ты уже видела, насколько они скрытны, думаешь, они позволят Спектрам топтаться по их кораблям и в их пространстве? А как насчёт твоих старых друзей среди работорговцев и налётчиков, которыми кишмя кишит Терминус? Не стоит ожидать, что люди радостно сунутся в бардак, устроенный вашими расами Цитадели, не поискав заранее брод. Нравится вам или нет, у нас тут настоящие профи в вопросе, что никогда не надо открывать подозрительный шлюз.

— Ага… точно, наверное…, но признай, что у тебя весьма предвзятый взгляд на вещи, — возразила Илена, указав на кварианку пальцем.

— Моё мнение, возможно, немного приукрашено кварианской историей и выпавшими нам испытаниями, не буду отрицать, — согласилась Даро'Ксен без тени смущения. — Но, учитывая, как нас подвергли остракизму и в итоге бросили из-за исследования гетов и нашего стиля жизни, как, по-твоему, Совет отреагирует на расу, нарушившую те же самые табу? Расу, которая генетически модифицировала и практически пересобрала себя заново? — прежде чем Илена успела что-то спросить, Даро указала пальцем на доктора Вален. — Этот человек, — пояснила она, слегка понизив голос, — по виду этого не скажешь, но ей двести лет.

— И что?

— Большинство рас не такие, как вы… или кроганы, — напомнила Даро'Ксен. — Мы не живём веками, и уж точно не без признаков старения. Посмотри на этого человека, и на того, — она указала ещё на нескольких сотрудников, занятых делами лаборатории. — Они выглядят примерно на один возраст, что доказывает — старение у людей выражено, как и у прочих рас, включая даже азари. Очевидно, что они сами изменили себя. А это только верхушка айсберга, кто знает, сколько в них ещё скрыто?

— Да будет тебе, они, наверное, просто стареют медленно, как мы, — Илена усмехнулась, уперев руки в бока. — Или у них странная биология, как у кроганов. Видишь? Простые объяснения! Не нужно никаких безумных теорий заговора…

— Мы больше не стареем, — прервала её доктор Вален, не отрываясь от своих новых исследований.

— Чего?

— Или, если говорить более конкретно, наша предполагаемая продолжительность жизни оценивается в тысячи циклов, — продолжила учёная, поглощенная работой, но не настолько, чтобы не подслушать беседу двух пришельцев. — И, да, это благодаря генной инженерии. Мы с мисс Ксен ранее обсуждали использование нашего опыта для облегчения страданий её народа. У меня уже есть команда, оценивающая, каких усилий потребует столь масштабное исследование.

— Как и было сказано, — не удержалась от подначки Даро.

— Тысячи циклов? — переспросила Илена, приложив руку к уху. — Я не ослышалась?

— Да, тысячи ваших циклов, — повторила Вален. Пальцем она выделила голографическую проекцию другого человека. — Прошу нас простить. Мисс Ксен? Я бы хотел представить вас моему коллеге.

— Разумеется, — согласила Даро'Ксен, голос её после получения новой информации звучал оживлённее. Кое-чьё паломничество явно направлялось в неожиданную сторону.

— Попытайся не делать глупостей и не дать себя убить, Идиотка, — попрощалась Даро, проходя мимо.

— Постарайся не выйти замуж за свой инструметрон, Ведроголовая! — крикнула Илена в ответ.

Тем временем на входе в лаборатории появился ещё один знакомый человек в бело-серой униформе, выглядящей безо всякого сомнения армейской, и направился в сторону азари.

— Анна, — поприветствовала доктор Вален, проходя мимо.

— Доктор, — Аннабель Шепард ответила вежливым кивком, руки она так и не вытащила из карманов брюк. Приблизившись к Илене, она протянула ладонь.

— Э-э… — Илена пару секунд смотрела на руку, прежде чем протянуть свою в ответ. — Рукопожатие! Видишь? Я определённо смотрю по сторонам.

— Это так, — согласилась Шепард, аккуратно пожимая ладонь. — Надеюсь, моя бабуля не сильно на тебя наседала? В своё время она вела допросы.

— Не-а! Она была милей саларианского головастика. Погоди! Ба…? — Илена застыла на секунду, вывернула шею, чтобы бросить последний взгляд на уходящих Вален и Даро'Ксен. Больше на первую из них, и в основном на её милую попку. — Ты это в буквальном смысле? Ау-у-у! Я пялилась на твою бабушку! Ау-у-у! — Илена подавилась. — Это же как пускать слюни на чужого матриарха!

— Вроде как, Матриарх, которую я хотела бы т…

— Вроде того, — прервала Илена, поёжившись. — Постой! — она ткнула человека пониже воротника. — А ты ведь не какая-нибудь древняя бабуля тоже, а?

— Может быть, — в ответ Аннабель Шепард загадочно подняла бровь.

— Так в самом деле! — воскликнула бывшая коммандос, тряся головой. — Я передумала. Вы, люди, больше похожи на кроганов, чем на азари. Кстати, почему вас вообще заинтересовала моя биотика? Я помню, как там на планете…

— Это не биотика, — Шепард прервала её. — В моём теле нет ни грамма нулевого элемента.

— Так ты это сделала без нулевого? — спросила Илена, даже более растерянная, чем обычно. — Без биотики? В смысле, я никогда не слышала, чтобы кто-то делал… то, что ты сделала с коммандером Седерис…, но я просто предполагала… тогда я считала тебя азари, значит это мог быть какой-то вид слияния разумов, но ты никого для этого не касалась, потому… что это было? — прищурившись, Илена посмотрела на человека и изложила очевидную ужасную догадку: — Ты волшебница?

— Мы называем это псионикой, — ответила Шепард ровно. — Ещё одна причина нашей заинтересованности в пространстве Цитадели, это разыскать расы с таким же пси-потенциалом, как у нас.

— В этом больше нет нужды! — провозгласила Илена, гордо ткнув себя пальцем в грудь. — Ваш долгий поиск окончен! Я могу слиться с тобой! Без вопросов! Просто зажги свечи, угости меня ужином, поставь подходящую музыку…

— Не стоит, — лейтенант Шепард жестом велела следовать за ней. — В любом случае, псионику мы можем обсудить и позже. А пока, тебе нужно пойти со мной.

— Мы направляемся к шлюзу?

— Нет.

— Ты не собираешься вышвырнуть меня в космос, потому что я вам больше не нужна?

— Нет.

— …это свидание?

— НЕТ.

— Батарианцы? — спросила Илена, разглядывая голографическую карту.

Там были изображена схема ретрансляторов в окрестностях Батарианской Гегемонии и Пространства Терминуса. Стоит заметить, человеческие территории там не отображались, но не нужно быть гением, чтобы предположить — они где-то неподалёку. Оставался всего-то миллиард звёздных систем, где Илена в данный момент могла находиться… предполагая, что Арктур вообще в человеческом пространстве. Он может просто болтаться посреди космоса или вокруг необитаемой планеты или в центре газового гиганта или под водой на ледяной луне. Немало тех, кто любят строить секретные базы на ледяных лунах.

— Одна из наших текущих операций в пространстве Цитадели направлена против Батарианской Гегемонии, — пояснила Анна Шепард, занимая место за большим столом в центре конференц-зала. — Нам не нужны враги в этом районе космоса, а тем более целая опасная страна, вдобавок Гегемония станет ступенью на нашем пути к остальной галактике. Посмотрим… эта звезда, вот здесь, — она указала куда-то в сторону карты, одна из звёзд вспыхнула жёлтым. — Это система Индрис. Мы приложили свою руку к поддержке местных мятежников, недавно захвативших планету вместе с шахтами нулевого элемента и перерабатывающими заводами. Я слышала, они собираются занять всю систему. Мы хотим, чтобы это стало началом конца Гегемонии, батарианской кастовой системы и их рабовладения.

— И как всё это относится ко мне? — спросила Илена, чувствуя себя не в своей тарелке. Это совсем не то жаркое свидание, на которое она слегка надеялась… даже если просто ради удовлетворения самолюбия.

— Ты уже заметила, что в полевых выходах мы стараемся изображать азари, — напомнила ей Шепард.

— В скафандрах вы очень на нас похожи, — Илена кивнула в ответ.

— Мы достигли предела того, чего можно добиться маскировкой и… другими мерами, — призналась Шепард, хотя её речь казалась заготовленной заранее. Может, она собирается что-то предложить? И тогда она сказала: — Центр хочет проверить, сможем ли мы использовать тебя в качестве лица группы, которую собираемся сформировать. Поскольку мы не можем демонстрировать лица публике, это за нас будешь делать ты. Смысл всего этого в том, что если одна из нас настоящая азари, то и остальных будут считать за азари. Биосканеры нам куда легче обмануть, чем банальный невооруженный взгляд.

— Итак, по сути, я притворяюсь главной, а вы будете делать всю работу под этим прикрытием? — уточнила Илена, сидя рядом с парящей в воздухе голокартой.

— В первом приближении, — ответила Шепард и добавила, словно бы подумав сперва над этим. — У тебя будут власть и богатство.

— Хм-м-м. Богатство я люблю, — ответила Илен, выставив ладони перед собой и словно что-то взвешивая в них. — О, и власть я тоже люблю. Вообще, постой-ка, это ведь две мои любимых вещи! Добавьте к предложению ещё этот «шницель с макаронами», которым меня угощали на днях, и я вся ваша!

— Я ожидала, что ты окажешься отзывчивой, — лейтенант ухмыльнулась.

— Ага, плюс я определённо не хотела дождаться того, что вы со мной сделаете, если я не буду приносить пользу, — призналась Илена. — Итак, главой чего я должна для вас притворяться?

— Частной военной компании, которая готовится внести свой вклад в грядущую батарианскую гражданскую войну, — ответила Шепард. — Мы подумываем назвать её «Затмение».

— Это всё ложь, разумеется. Просто ложь. И в этом я виню тех, кто строит домыслы в экстранете — не имея никакой информации или фактов — они плодят обман. И я готов повторить снова, чтобы всем было ясно. Мы продолжаем удерживать космопорт. Уджон наш, и мы восстановили порядок на большей его части, не считая пары малозначимых районов. НЕТ там никаких повстанцев. В Гегемонии вообще НЕТ никаких повстанцев! Всё это проделки всего лишь нескольких несогласных, пиратов и террористов.

В новостной передаче Департамента контроля информации Гегемонии замминистра плавно переходил от темы к теме. Как и раньше, златокожий батарианец выглядел одновременно бесконечно надменным и постоянно злым, хмурился, глядя в камеру и на сборище журналистов Цитадели, коим была оказана редкая честь — быть приглашенным в Гегемонию дабы задать вопросы о текущих делах закрытого государства. На сей раз хорошо поставленный гнев батарианца обратился на ещё одного посетителя собрания.

Того, кто не являлся «репортёром» Департамента контроля информации.

— Что я вам говорил? — прорычал замминистра, злобно врезав по подиуму, возможно, желая, чтобы на его месте оказалась голова какого-нибудь иностранного журналиста. — Повстанцы не удерживают космопорт Урджона! Они не удерживают вообще ни одного района Камалы! Мы вырезали их всех в космопорту. И их в международном космопорту Урджона больше нет. Силы, удерживавшие космпорт, все эти силы уничтожены. Количество их убитых и раненых не поддавалось подсчёту.

— Так, значит, всё-таки были большие силы, захватившие космопорт? — спросил голос, кажется, принадлежащий азари.

— Не повторяйте за лжецами их ложь. Не уподобляйтесь им, — убеждал замминистра невидимую журналистку, качая пальцем. — И снова, я виню во всём недоброжелателей в экстранете, распространяющих вымыслы ещё до того, как кто-то установит истинное положение вещей. Пожалуйста, следите за тем, что вы говорите, чтобы не выставлять себя в подобной роли.

Перемотка вперёд, и вот уже замминистра бушует за подиумом как извергающийся вулкан, его руки вцепились в борта, словно он собирается их оторвать. Мелкие капельки пота стекают по гребням над верхней парой его глаз.

— Какие ещё пленные? Откуда взялись эти кадры? — вопрошал он обвинительно. — Я должен их увидеть. Да. Мы должны их увидеть. Они батарианцы, верно, но это вовсе не солдаты Гегемонии. Откуда они их вообще взяли? Где снимали эту тщательно подготовленную подделку? Мы это выясним. Следующий вопрос.

Он указал в аудиторию.

— Все ли террористы были уничтожены? — вопрос был задан с батарианским, безо всякого сомнения, акцентом. — Или кому-то удалось сбежать?

— Они сбежали. Многие сбежали. Именно так, относительного данного сражения героев из наших Сил внутренней безопасности, самое поразительное, это трусость пиратов и смутьянов. Мы даже и не ожидали подобного.

Видео остановилось, когда замминистра выбирал другого репортёра, без сомнения, одного из тех, кому вопросы были выданы заранее и с кем «договорился» Информационный контроль. Он явно собирался внести правильную струю в это сборище иностранцев, вторгшихся на его сцену…

Нассать в свой пруд, как это назвали бы саларианцы.

— Должен заметить, едва ли мне нужна ГОР, чтобы сказать, что всё это одна большая вонючая куча драка.

Посол Соулон убрал длинный столовый прибор, напоминающий иглу, от кнопки остановки головидео. Ловко покрутив его в пальцах, саларианский советник в итоге опустил его в неглубокую миску. Заточенный конец проткнул белую извивающуюся личинку и затем поднял её в воздух. Всё ещё извивающуюся, её на той же игле макнули в миску поменьше, наполненную красным острым соусом. Соулон поднёс личинку к губам, и затем запихнул в рот всю разом, тщательно пережевывая и смакуя вкус.

— Кар'шан, — пробормотал он, доев. — Какая же это грязная дыра. Я провёл там четыре цикла на службе у своей страны. Полагаю, не так плохо, как прислуживать какому-нибудь жалкому полевому командиру в Терминусе, но не сильно лучше, — его оценка соседей по галактике была встречена молчанием, и уважаемый советник вздохнул. — Итак, — продолжил он, умело вертя в пальцах керамическую иглу. — Что у ГОР сегодня для меня есть? Из того, что я ещё не слышал в этой передаче? Дайте что-нибудь сочное, чтобы удивить Тевос и Витуса.

— Советник, ситуация на Камале намного хуже, чем полагает население, — ответил ему оперативник ГОР с искривлением шеи (а саларианцу надо сильно исхитриться, чтобы такое получить) известный как Дисмет. Он был чистокровным разведчиком, от и до, прослужившим в армии всего год, прежде чем присоединиться к тайному братству ГОР. К несчастью, он всё ещё был молод и, очевидно, не понимал указания «держаться посвободней».

Хотя возможно причиной его дискомфорта было нахождение в одной комнате с червями валла? Большинство саларианцев, способных переносить их аммиачный вкус, ели их варёными, или жаренными и подаными на листьях водорослей с золотым соусом. Так готовили на  Сур'кеше, но не на Манновай. На Манновай их ели сырыми, во всём пахучем великолепии. Так вкус получался намного богаче. То, что это доставляло дискомфорт саларианцам родом из метрополии, всего лишь приятное дополнение.

— Я уже знаю, что захвачена вся планета, а не только космопорт, — ответил Соулон. Закрыв глаза и накалывая следующую личинку не глядя. — Уверен, Тевос тоже в курсе. Мне нужно что-то сочное. Сочное. Что-то, чего азари ещё не прознали.

Капитан Дисмет чуть было не улыбнулся.

— А азари знают о смене стороны не менее чем двумя батарианскими крейсерами? — уточнил оперативник. — Они уже в курсе?

Он поднял планшет, набрал на нём комбинацию, и в воздухе возникла съёмка космического сражения. Соулон не стал наклоняться ближе, но хотя бы открыл глаза и от происходящего их не отводил. Крейсер принадлежал к классу «Ханса», один из новых батарианских модульных крейсеров. Название на боку гласило «Хатре», если Соулон ещё помнил батарианские буквы…, а он их помнил. Назвали корабль в честь одного из городов Камалы.

Батарианцы не были лучшими в галактике, ни в постройке кораблей, ни в качестве команды. В основном их флот охранял Гегемонию, иногда преподавая урок мелким силам в Терминусе и Траверсе. У них имелись старые линкоры, это так, но из новых кораблей они строили только крейсера и фрегаты. Это подходило реальным задачам флота, вдобавок дешевле и экономило часть бюджета Гегемонии кому-то в карман.

Ханса — новейший класс крейсеров, приспособленный к замене частей корпуса под различные дальние или ближние экспедиции. Проект не считался таким уж продвинутым, несмотря на задумку — три курсовых ускорителя массы уже устарели по саларианским стандартам, и расположение турелей ПОИСК было довольно хаотичным из-за необходимости сделать секции корпуса сменными. Тем не менее, с фрегатом, попытавшимся его атаковать, расправа была скорой.

— Скажи мне, насчёт капитана этого корабля… — Соулон зачавкал ещё одной личинкой.

— Гризго Так, — ответил Дисмет. — Выпуск из Центральной Академии Флота в 2702[5]; участвовал в международной Экспедиции по контакту с ягами, в 2705; награждён медной цепью за заслуги. Старший помощник на судне «Боршак»; участвовал в захвате пиратского фрегата в 2712… капитана получил на корабле «Земени» в 2716; Земени выведен из состава флота и продан кварианцам в 2724. Наблюдал за финальными испытаниями по проекту «Ханса», затем назначен на «Хатре». Получил к своей медной цепи меч и звёзды. А сейчас, по состоянию на 2730, он обратил оружие против фрегата «Борта» и присоединился к мятежникам Камалы.

— Он сам родом с Камалы? — уточнил Соулон и быстро замотал головой. — Нет. Нет, слишком очевидно. Гегемония не отправила бы капитана к его родной планете. Фамилия его Так… каста Горы?

— Вы правы, сэр, — Дисмет кивнул. — Гризго состоит в касте Горы.

Это была третья по значимости каста в разделённом на уровни обществе Батарианской Гегемонии, выше только касты Облаков и Небес. Зачем разумному, имеющему не столь и мало, бросать всё и присоединяться к толпе восставших слуг и рабов? Он надеялся получить высокий пост на Камале? Или его просто купил кто-то ещё более влиятельный? Политика в Гегемонии была вещью скрытной и шизофреничной одновременно. Саларианцы всегда любили решать сложные загадки, но не в случаях, когда сложность порождалась эмоциями и иррациональностью, аспектами, неизбежно свойственными всему батарианскому.

— Ты упоминал два корабля.

— Второй крейсер — Иденна. Мы полагаем, его капитан, Сорт'хоро Варат, был убит своими подчинёнными, которые и захватили корабль. Перехват с коммуникаций, к несчастью, был невозможен, учитывая наши ресурсы на месте в то время.

— Стыдно, — заключил советник Соулон, кончик его иглы угрожающе ходил кругами над миской с личинками. Он вновь смотрел, как «Хатре» уничтожает «Борта».

Без сомнения, фрегат уже был готов открыть огонь по поверхности планеты. Неужели какой-то псих, в самом деле, отдал приказ на бомбардировку города, даже если в нём и началось восстание? Соулон решил, что не может сильно винить экипаж Хатре или капитана Гризго за подобную реакцию. По меркам звёздного флота, орудия фрегата слабоваты, но они легко могли сносить городскую застройку. Есть немало способов решения проблем с мятежами и протестующими. И большинство из них не включают орбитальные бомбардировки… хотя бы не сразу.

— Батарианцы, — название расы он произнёс как ругательство, насаживая ещё одну личинку и окуная в острый соус. — Какой же беспорядок они устроили. Итого, у повстанцев есть планета, плюс два крейсера, плюс орбитальная инфраструктура… по большей части, неповреждённая. И желудок мне уже подсказывает, что такое не останется без последствий. Не столько всего и сразу, по крайней мере.

— Сэр? — переспросил капитан Дисмет.

— Подождём, что нам поведает батарианский посол, — решил Соулон, откусывая голову личинке и проливая немного белого сока и соуса. — Вопрос в том, останется ли это кастовое восстание на Камале… или распространится дальше? Но пока что этой информации хватит. Практически уверен, что Тевос хотя бы немного удивится, когда я выложу эти карты на стол. Остальная часть рапорта это обычная текучка, или есть что-то ещё, капитан?

— Сэр, — начал Дисмет, вызывая голограмму жёлто-золотого газового гиганта. — Это Хиба, четвёртая планета системы Индрис, — голубая рамка выделила цилиндрическую космическую станцию, крохотную на фоне гиганта. Увеличения не последовало, и Соулону пришлось вглядываться, чтобы увидеть то, что ему собирались показать. — То, что вы видите, это станция Кавер. Там располагался укрепрайон Гегемонии в данной системе. Она была ядром их обороны системы Индрис. И хотя разведданные отрывочны, мы полагаем, что вокруг станции находилось ещё четыре корабля.

— А теперь? — подсказал Соулон, поторапливая агента ГОР движениями иглы.

— Тишина, сэр, — казалось, этот факт не даёт ему покоя. — Полная тишина.

— Возможно, уничтожены?

— Нет, сэр, — возразил оперативник, качая головой. — Мы уверены, что станция никуда не делась. Может быть, даже корабли до сих пор там. Но нет никаких сигналов, никаких передач, с начала восстания нет излучения или иной активности. Есть пробелы в наших записях… мы не ожидали, что ситуация на Камале рванёт так внезапно и так быстро… весьма вероятно, что на станции и на кораблях просто выжидают, кто же одержит верх. На данный момент мы не знаем точно, но это аномалия.

— Это так, — признал Соулон, балансируя иглой между указательными пальцами. — Проверь это, хорошо? Что-то в этой ситуации с Камалой выглядит… неправильно. Уверен, кто-то в Гегемонии решил изменить баланс сил, и развязал кастовую войну, чтобы этого добиться. Не могу сказать, что не одобряю, и мы можем получить свои выгоды — например, добраться до информации по «левиафану», которую батарианцы так тщательно засекречивают. Но в этой части космоса и без того хаоса достаточно. Может быть, Кар'шан и грязная дыра, но это наша грязная дыра.

Глава 3

— Не три глаза! — велел кто-то, ударив Илену по руке.

— Думаешь, мне самой хочется? — она потрясла ладонью. — Это непроизвольно!

Шепард продолжала хмуро на неё смотреть, пока юная азари не вздохнула и не сложила руки на коленях.

— Отлично, — произнесла лейтенант, убирая руку за спину и доставая пистолет-пулемёт производства Элкос. Она крутанула его в руке и протянула Илене рукояткой вперёд. — Диагностика уже должна быть практически завершена. Попробуй.

С моделью М-4 «Сюрикен» Илена была знакома. Не первая пушка в её жизни, но первая, из которой приходилось стрелять очередями, не целясь. Дешевый и распространённый повсюду пистолет-пулемёт, уважаемый многими наёмниками и охранниками Терминуса, поскольку был он вдобавок надёжным и крепким. Единственный минус, это кучность, но если речь о пулях, количество ведь заменяет качество? Не так ли?

Илена ухватила оружие, на краю её поля зрения возникли несколько бледно-зелёных точек. Через секунду они исчезли, сменившись базовым интерфейсом, как в большинстве армейских визоров. Он «считал» пушку в её руке, быстро очертил сеткой хват оружия, затем проделал то же самое с лейтенантом Шепард и всем остальным помещением. Он сортировал данные — как обычный инструметрон — когда Шепард активировала фонарь над предплечьем, да какой там фонарь, это был практически прожектор. Она направила его Илене в лицо, азари инстинктивно поморщилась, попыталась прикрыть лицо и глаза — вот в этот раз точно непроизвольно — когда яркий свет вдруг словно отфильтровался.

— Не делай так, — проворчала Илена, опуская руки и глядя прямо на ослепительный электрический свет. — Значит, там и светофильтр есть? — удовлетворившись, Шепард кивнула и выключила свой прожектор. Однако не последовало тумана или марева, как обычно — глаза Илены сфокусировались мгновенно.

Она подняла ладонь перед собой, прямо вместе с зажатым в ней М-4, дальность видения и чёткость цветов, что её ожидали… были весьма неплохи.

— Все азари трихроматики, какими и мы были раньше, — объяснила Шепард, пока Илена всё ещё была занята изучением себя новым, улучшенным зрением. — Готова поспорить, что и всё остальное: зрительный нерв и отвечающая за зрение зона мозга, тоже достаточно похожи…

— Погоди! — перебила её Илена, застыв на месте. Затем она подскочила и схватила Шепард за плечи, безуспешно пытаясь потрясти неподвижную как скала женщину. — У нас ещё есть эта штука, когда глаза становятся чёрными во время слияния! Пожалуйста, скажи мне, что вы не избавились эффекта «чёрных глаз», ты ведь знаешь сколько они значат для азари!

— Твои глаза остались твоими глазами, — Шепард заверила её своим обычным тоном, спокойным и даже скучающим. — Состав модифицирует только глазной нерв и сетчатку.

— У тебя тоже подобное есть, верно?

— Да, нечто похожее, — Шепард медленно кивнула. — У нас у всех есть. Базовое улучшение зрения стало привычным со времён войны, больше ста лет назад.

Илена приблизилась к человеку и попыталась как следует заглянуть ей в глаза. Те были карими и не выглядели сколько-то необычно. Как будто можно просто так увидеть изменения сетчатки. Глаза Аннабель Шепард моргнули, после чего она Илену мягко оттолкнула. Люди называли её новую модификацию «инструметроном для глаз», их командование настаивало, чтобы Илена согласилась на установку, и они всегда были на связи со своим новым приобретением. Несомненно, они ещё записывали и передавали всё, что она видит… и после этой мысли каким-то образом её глаза и впрямь начали запись. Возникла мерцающая красная точка, заключённая в скобки. Ладно — тут нашлась функция записи — к этому всему ещё явно надо будет привыкать.

— И на что способны твои глаза, чего мои не могут? — спросила Илена, фальшиво хмурясь. — И только не говори про лазеры. Только если не… лазеры?..

— Никаких лазеров, — просто ответила Шепард.

— А что тогда?

— Единственное значимое отличие, расширение зрения в инфракрасный и ультрафиолетовый спектр, — ответила она, указывая на свой вполне нормально выглядящий правый глаз. — Большинство людей, с которыми ты сталкивалась, на деле тетрахроматики, но сделать с тобой то же самое, что мы делаем с собой, потребовало бы более обширных изменений и отняло недели. А тебе мог бы и не понравиться итоговый результат. Большая часть нашего опыта основана на экспериментах с мёртвыми азари, а не с живыми, поэтому продвигаться постепенно будет самым мудрым решением.

— Думаю, это звучит разумно, — Илена согласилась, хотя и отметила про себя, как её собеседница уклонилась от ответа на вопрос. Если это «единственное значимое», тогда какие другие отличия?

— В дополнение идёт повышенная чувствительность и ускорение реакции, модификация «гиперактивных зрачков» должна заметно улучшать твою точность. Для этого она первоначально и создавалась.

— Всаживать в цель больше пуль, это всегда хорошо, — кивнула Илена с мудрым видом. — Природа не терпит пустоту. И вакуум. Вот почему мы выбрасываем мусор в космос.

Шепард на секунду потеряла дар речи.

— Давай постреляем во что-нибудь! — потребовала Илена, не давая обдумывать её мудрое изречение. — На этом корабле наверняка есть тир или хотя бы тюремные камеры!

— Да, есть специальное место, — ответила Шепард, уловив смену темы. Она жестом велела следовать за ней и вышла из лазарета. — Я всё организую… если ты сделаешь, что обещала…

— Затмение, точно, — Илена с готовностью согласилась. — Я проглядела список и добавила несколько знакомых девчонок. Не обязательно тех, с кем я работала, но тех, кого я знаю. Но ты уверена, что мы можем и дальше притворяться, что коммандер Седерис жива? В смысле… — Илена передёрнула плечами, вспомнив ту пустую пускающую слюни оболочку, в которую превратилась Йона Седерис после своего предательства. — …она вообще живая? Я не уверена, какой ответ меня сильнее напугает или приободрит.

— Я поглотила всю важную информацию перед тем, как её не стало, — объяснила лейтенант просто.

— Так значит, ты и правда съела её мозг? — спросила Илена, провожая человека взглядом. — Использовав эту вашу псионику? Ты же не… пристрастишься к слиянию с другими, или типа того?

— Это не слияние, — ответила Шепард, пока они шли через один из бело-серебристых отсеков, составляющих корабль людей. Илена заметила ещё одного человека, которого сопровождал мелкий семенящий асароид (гуманоид?), таких, как она слышала, называли «сектоидами». Две пары разошлись, Илена уже в открытую пялилась на них, но человек с сектоидом, казалось, этого не замечали.

— Вот это слияние разумов, — сказала лейтенант, указывая на этих двоих. — Низкоуровневое, правда, только для обмена информацией.

— Так, постой, потому что мне пока ничего ещё не ясно! — Илена сделала несколько широких шагов, чтобы не отстать от своей провожатой и жестом попросила остановки. Шепард замерла, азари сложила руки и свела вместе указательные пальцы, обозначая близость.

— Так выходит, эти двое… — начала она с намёком, но Шепард лишь непонимающе смотрела на её странную жестикуляцию. — Ну, ты понимаешь?

— Друзья? — предположила лейтенант.

— НЕТ! — Илена подумала, не изобразить ли ей пошлый и недвусмысленный жест, но всё-таки решила воздержаться. — Они парочка, или что?

— Па… рочка…? — лицо Шепард выглядело странно. На нём возникла улыбка. Она почти засмеялась. Почти. — Нет, — ответила она, кашлянула в кулак, собираясь с мыслями. — С сектоидом? Нет. Это вообще невозможно. Они все клоны.

— Вы их клонируете! — выпалила Илена в шоке.

— А иначе они вымрут, — Шепард лишь пожала плечами.

— Они ваши слуги, или кто? — этот вопрос давно вертелся у Илены в голове, с тех пор как она впервые увидела «маленьких людей» на человеческой базе под название Арктур. При этом Шепард и остальные озвучивали свои планы относительно кастовой системы батарианцев, и они, несомненно, её не одобряли.

— Сектоиды были одним из видов пришельцев, что вторглись на Землю… наш родной мир… в прошлом, — объяснила Шепард, недовольная необходимостью вдаваться в детали. — Они были слугами другой расы, псиоников, и когда мы победили их хозяев, то заняли то же место. На самом деле, там всё куда сложнее, но всё, что тебе достаточно знать о сектоидах… они как Виртуальный Интеллект. Полагаю, это подходящее сравнение. Они как органические ВИ, только те обрабатывают цифровую информацию, а они хранят и работают с псионической.

— Так они не разумны? — это всё Илена понять могла… более-менее.

— Если мы оставим кучу сектоидов на какой-нибудь планете, они просто будут там стоять, пока не помрут, — Аннабель положила ладонь Илене на спину и слегка подтолкнула. — Они могут думать, но не чувствовать, отвечать, но не принимать решения.

— Это просто очень странно выглядит, — возразила азари. Ну, в самом деле, органические ВИ? Бродили безумные теории, что Хранители на Цитадели имели как раз такую природу, но они никому не навязывались и трудились на пользу всех сразу. Всех на Цитадели, по крайней мере. Илена чувствовала, что сектоидов нельзя оценивать так же, только потому, что они раса слуг со способностями к этой «псионике», и пока даже непонятно, что она собой представляет.

— А люди сливаются разумом друг с другом, или только с этими сектоидами? — задала она другой вопрос.

— Мы на это способны, но это не так, как слияние у азари.

— Тогда что оно собой представляет?

— В бою слияние можно использовать для координации наступления или обороны, — сияющее энергетическое поле двери открылось, дальше начинался спуск к ангару. — Ты ощущаешь, где все находятся, ты знаешь, кто какую выбрал цель, откуда приближается самая серьёзная угроза, и мысленно можешь всё это видеть. Некоторые называют это «общий вид», все видят то, что видит каждый… ещё один способ описать нас, как соединённых в сеть индивидуумов.

Это звучало весьма в духе гетов.

— Вот как? — Илена попыталась представить, как группа азари делает то же самое. Для начала, им всем пришлось бы касаться друг друга или хотя бы держаться за руки. Сражение выглядело бы довольно неловко. Разве что враг мог бы помереть со смеху. Картина звена азарийских коммандос, несущихся в атаку, держась за руки… о, да. Ужасающе.

Нет, в любом случае бы не сработало. Ни одна азари, даже самая распутная, не будет вот так сливаться налево и направо. Да и с самого начала, слияние просто не работает подобным образом, при контакте азари могли выбирать чувства и ощущения, синхронизируя две нервные системы, но не таким образом, это не напоминало видеоконференцию. Так что, эта псионика была похожей… и отличалась. А ещё она очень походила кое на что, о чём большая часть азари предпочитают не говорить и даже не думать.

— Значит, вы не делаете этого для… ты знаешь… — Илена подтолкнула человека локтем. — Ну, ты знаешь!

Шепард молча закатила глаза.

— Я выясню, рано или поздно! — поклялась Илена. — Вы не сможете держать меня в неведе…

— Смотри, пушки.

— Пушки! — завопила азари, радостно бросаясь к небольшому тиру рядом с ангаром, отделённому каким-то прозрачным экраном. Там уже присутствовали два человека в броне, две женщины.

— Это сержант Лиакорус и капрал Ким, — кратко представила их Шепард, указав сначала на тёмнокожую, а потом на светлокожую. — Они будут в моём подразделении Затмения.

Илена обменялась с ними рукопожатием как это принято у людей. Ещё два человека, притворяющиеся азари. План состоял в том, что у них в Затмении будет особое охранное или оперативное подразделение, поддерживающее планку организации даже при расширении штатов. Для всех возможных наблюдателей они будут выглядеть ещё одной группой коммандос, состоящей целиком из азари. Поскольку одних денег для хорошего старта недостаточно, они ещё помогут и «заработать имя» для организации. Шепард заверяла, что они более чем способны заслужить Затмению нужную репутацию.

Что, вероятно, подразумевает ещё больше поджаренных мозгов…

Богиня их знает, кто-то из бедных азари может даже принять их за отряд из ужасных Ардат-Якши. От одной мысли о них уже было страшно. Тем демонам достаточно коснуться тебя, чтобы уничтожить. А эти женщины способны проделать такое даже на расстоянии. Это как ардат-якши, только ещё обколотые минагеном, и Илена молилась богине, чтобы люди не оказались ими на самом деле.

— А такую пушку я раньше не видела, — заявила Илена, когда со знакомством было покончено. У одной из фальшивых азари была совершенно банальная и невыразительная штурмовая винтовка ЭРКС «Баньши», но вот у другой… Илена не была уверена, что это за оружие, но выглядело оно сексуально.

Оно было прямоугольным, угловатым как «Стена огня» от Армакс, но шире и тяжелее на вид, скорее дробовик, чем изящная винтовка или карабин. Оно было серебряно-белым сверху, чёрным снизу и в районе прицела. Цвет заставил Илену предполагать, что сделано оно из того же странного материала, который здесь почему-то называют «сплавом чужих» (хотя по ею мнению логичнее было бы его называть «сплавом людей», тогда уж), который использовался тут повсюду. Самым любопытным в этом оружии было странное круглое утолщение рядом с тем, что предположительно являлось дулом. Выглядело так, словно кто-то пытался пробить ещё одну дырку в боку оружия.

— Мэм? — обратилась за помощью к командиру капрал Ким, державшая это причудливое оружие.

— Да тут ничего особенного, — заявила Шепард, становясь между Иленой и растерянной Ким.

— О, ещё какое особенное! Это же какой-то безумный человеческий лучемёт, так! — азарийская коммандос попыталась обогнуть Шепард, но та тоже сделала шаг в сторону, не давая ей пройти. — Можно хотя бы посмотреть, чего он делает? Кому от этого будет хуже?

— Может быть, в будущем, — пообещала Шепард, кладя руку Илене на плечо.

Та попыталась сдвинуться, но рука лейтенанта держалась крепче проклятия. Несколько секунд она пыталась вырваться, прежде чем сдаться и лишь в отчаянии наблюдать, как капрал Ким уходит вместе с таинственной винтовкой/дробовиком/БФГ. Оно даже не напоминало ни один из известных ускорителей массы. Увы, увидеть его в деле, сегодня было не суждено. Вместо этого Илене выдали ещё одну «Баньши», вместе с блоком боеприпасов.

Она казалась удручающе обыденной по сравнению с тем, что тут могло бы быть, и что тут могло бы стрелять.

Под пристальным взглядом трёх людей, двоих в броне и одной в своеобразной униформе, Илена попробовала испытать свои новые, улучшенные Составом, глаза на более знакомом оружии. Она до сих пор почти не имела понятия, что это за Состав, но быстро поняла, что про улучшение точности Шепард говорила всерьёз. «Баньши» не такая уж плохая винтовка, но в автоматическом режиме на дальности за пятьдесят метров у неё большой разброс. Однако с новыми глазами сбивать движущиеся цели оказалось… намного легче. Она быстрее переводила фокус, восприятие глубины стало лучше, и интерфейс прямо в глазах обещал отправить внешние визоры на свалку истории!

— …батарианский посол прибыл на Цитадель, и теперь…

— Это же… канал Цитадели? — спросила Илена, отвлекаясь от тренировки.

У одной из людей работал инструметрон — у темнокожей, Лиакорус, если память не подводила азари — и он был настроен на Новостную сеть Цитадели. Шепард, казалось, уделяла передаче минимум внимания, но Лиакорус и Ким прилипли к изображению.

— Батарианский посол собирается обратиться к Совету, — повторила Ким, Илена тоже решила посмотреть. Диктор говорил то же, что и капрал. — Уже делают ставки на то, что он объявит.

— Ставки? — Илена опустила винтовку, поставила на предохранитель, и попыталась заглянуть в экран. — Полагаю, это явно касается нас…

— Ещё как касается, — согласилась Шепард, отходя и давая место Илене. Инструметрон Лиакорус оказался азарийской модели, оранжевого оттенка с примесью золотого, сейчас он проецировал изображение сурового на вид батарианца.

Намного выше виднелись изображения трёх Советников Цитадели. Матриарх Тевос — старая кляча, представлявшая азари в Совете задолго до того, как Илена родилась. Соулон — единственный толстый саларианец, которого Илена видела в жизни. И Витус — тёмный и красивый турианец с белой раскраской на лице, весь такой высокий и суровый, но наверняка полный пыжак в постели. По крайней мере, таково было её личное мнение об этих троих. По правде говоря, кроме Тевос, об остальных представителях Большой Тройки Илена мало что знала. Она ведь стала кровожадной и безжалостной наёмницей в Терминусе именно чтобы свалить подальше от всей этой фигни вокруг Цитадели (и от своих родителей).

— …друзья мои, Советники, — батарианский посол уже начал свою речь. — Я всячески заверяю, что нет никакого кризиса, у нас нет никакого восстания. У меня на руках показания от дюжин свидетелей. Мой помощник только что вернулся с Камалы. Это «восстание» всего лишь сфабрикованная фальшивка наших недоброжелателей. Гегемония сомневается, что этим диким слухам вообще стоит придавать значение. Я отправлен сюда лишь чтобы вновь озвучить ситуацию на местах дабы наши друзья в Совете не тратили больше время понапрасну.

— Они до сих пор отрицают, что у них проблемы? — засмеявшись, спросила Лиакорус. — Надо же, это пари я проиграла.

— Если в системе Индрис нет никаких сложностей, вы не станете возражать против отправки туда наблюдателя? — спросил советник Соулон, беря разговор в свои руки.

— Внутренние дела Гегемонии не зря называются именно так — «внутренними делами», — ответил посол, начиная горячиться. — Со всем уважением, мы настаиваем и просим принимать во внимание наш суверенитет.

— Так же со всем уважением напоминаю вам, посол, что Батарианская Гегемония входит в состав Цитадели, — указала ему Тевос с укоризной. — Мы слышали немало неприятных вещей о Камале. Это правда, что корабли Гегемонии в какой-то момент попытались отбомбиться по поверхности планеты для подавления восстания?

— Корабли готовились нанести удар по террористам, — поправил её посол, с каким-то фырканьем.

— Если вы утратили контроль над ситуацией… — в предположении советника Витуса сквозила угроза. В конце концов, турианцы являлись миротворцами галактики, а согласно всем не относящимся к Гегемонии источникам в системе Индрис сейчас до мира было очень далеко.

Батарианский посол неловко замялся перед возвышающимися над ним голограммами.

— Корабли, которые попытаются вторгнуться в пространство Гегемонии будут со всеми предосторожностями задержаны и отправлены обратно, — пообещал посол. — Не тратьте своё время на Камалу или систему Индрис, советник. Советники. У нас всё находится под контролем. Мы продолжим защищать граждан Гегемонии от бесчинств пиратов и террористов. Чужая помощь в этом не требуется и не приветствуется.

— Тем не менее, — Витус продолжил с того места, где его прервали. — Об этом варианте не стоит забывать. Вы не можете сказать, что к этому всё не шло уже давно. Вы держите половину собственного населения в цепях…

— Это полнейшая ложь, подтасовка, безосновательное обвинение! — не выдержал посол, с рычанием обнажая характерные для батарианцев острые зубы. — Кастовая система составляет саму суть батарианцев! Все настоящие батарианцы довольны своим местом в нашем обществе! Избавляться от наших каст мы начнём не раньше, чем вы уберёте множество степеней гражданства в Турианской Иерархии.

— Тогда кто все эти «недоброжелатели»? — спросил Витус, изобразив пальцами кавычки. Пощёчину Гегемонии он просто проигнорировал. — Ненастоящие батарианцы? Замаскированные пришельцы?

— Ну, хоть это был бы приятный сюрприз, правда? — сострил Соулон.

— Советники, посол, уверена, что вся галактика ощущала бы себя спокойнее, знай она, что было сделано хоть что-нибудь для расследования этих случаев терроризма на Камале и в системе Индрис, — произнесла Тевос, выступая в роли миротворца. — Дабы это сделать, мы уверены, что было бы уместно отправить Спектра для контроля над ситуацией… и дабы выяснить, как её можно исправить… без кровопролития.

Батарианский посол замер в растерянности, потом опустил глаза.

— Боюсь, Гегемония обязана опротестовать подобное вмешательство в наше внутреннее дело, — несмотря на испуг, возражение он высказал совершенно недвусмысленно. — Мы разберёмся с этим вопросом. Не стоит отвлекать Спектров Цитадели ради любования достопримечательностями Камалы, — сжав руки в кулаки, он ударил ими друг о друга. — Эта… ничтожная горстка пиратов, ещё оставшихся в системе, вскоре увидит превосходящую их мощь Гегемонии! Просто наблюдайте, как мы разбираемся с врагами государства, советники. Мы не можем остановить вас от отправки Спектра, если вам захочется… но к его прибытию всё уже будет кончено.

Сквозь разделяющие их световые года, некто безжалостно посмотрел в четыре глаза посла.

— Да, всё уже будет кончено.

— Вот твой шлем, — Шепард протянула визор на креплении, использование именно таких моделей новые глазные импланты сделали бессмысленным. Может, сам по себе «шлем» был и неплохим, но чересчур уж лёгким: только визор и маска для носа и рта на случай разгерметизации. — Не потеряй его.

— И почему мне приходится носить это, пока у вас у всех нормальные шлемы? — Илена разглядывала визор, вертя его в руках. В перестрелке защита от него будет совершенно ничтожной.

Шепард посмотрела на неё взглядом, который Илена определила как «после нашей встречи я стала быстрее уставать».

— Нам требуется, чтобы твоё лицо было узнаваемым, понимаешь? — объяснила женщина, напомнив: — Ты будешь одной из главных фигур в Затмении, а эта операция обеспечит нам место на галактической карте. Когда мы сольём записи нападения в экстранет, всё будет выглядеть так, будто именно ты командовала. Ты, безо всякого сомнения, азари, а глядя на тебя, все подумают, что и мы тоже азари.

— Я поняла, вам нужна моя очаровательная мордашка перед камерами! — Илена поморщилась, примеривая этот визор. — Но все ваши планы накроются, если я получу в неё ПУЛЮ!

— Расслабься. Мы пойдём вперёд и примем на себя большую часть огня, — Шепард улыбнулась и с уверенностью похлопала коммандос по плечу. — К тому же, пускай шлем и небронированный, в него встроен собственный генератор щита. Пока никто не целится тебе в лицо из дробовика или снайперской винтовки, опасаться нечего.

— Вот только если будет казаться так, словно я там главная, каждый полудурок будет палить именно по мне!

— У тебя же есть биотика, верно? — напомнила Шепард. — Просто поддерживай свои барьеры.

— Я буду, уж не сомневайся, — ответила Илена, следуя за лейтенантом к месту сбора всей команды, предстояла тренировка штурма. Если смотреть на них вместе, и впрямь поражало, насколько же люди напоминают отряд азарийских коммандос. Во всяком случае, чисто внешне.

Всего их было шестеро — шесть человеческих женщин в человеческих бронескафандрах. Как и раньше, броня выглядела более массивной по сравнению с обычными костюмами коммандос, но в отличие от Новерии, теперь Илена знала, в чём тут дело. Люди использовали силовую броню: дополнительную массивность обеспечивал слой увеличивающих силу и выносливость волокон, компенсирующих вес брони и вооружения. Предположительно, до открытия технологии эффекта массы люди не пользовались щитами для отклонения снарядов.

Взамен у них был этот странный металлический сплав. Они до сих пор продолжали покрывать свою броню слоями этого металла с какой-то нанотканью между ними. Прибавить к этому искусственные мышцы, и получается характерный массивный бронекостюм. Силуэты в них выглядели всё ещё азарийскими и женственными, но заставляли думать об азари, не вылезающих из качалки. Обычные кинетические барьеры на эффекте массы к этой конструкции явно добавили совсем недавно.

Илена окинула взглядом свою точно такую же силовую броню. Ощущалась она… странно. Как объясняла Анна, одна из причин в том, что большинство людей, носящих такую броню, усилены ещё и модификациями костно-мышечной системы. Они делают людей сильнее и позволяют быстрее залечивать раны… или вроде того. Илена была не уверена во всех деталях, а Шепард, как обычно, давала ей лишь самую базовую информацию. На первый взгляд, всё это приближало людей к кроганам. Илена знала, что Шепард сильная — она легко удерживала азари на месте всего одной рукой — но, похоже, это не было натуральной особенностью людей. Причиной оказалась ещё одна генетическая модификация.

Несмотря на то, что она прожила среди них уже какое-то время и убедилась, что люди вполне себе простые смертные, как любая азари, человеческая страсть к модификациям генома слегка её нервировала. Всё было не так плохо, это ведь не лишние руки или щупальца — хотя Шепард слишком уж долго и многозначительно молчала, когда Илена поинтересовалась «откуда вообще все эти щупальца взялись?» — но в пространстве Цитадели подобная технология всё равно считалась строжайшим табу, и не без причины. Ну, скорее всего у них были на это какие-то причины. Незначительные модификации использовались в армии повсеместно, особенно у саларианцев, но такая масштабная перестройка это совсем иной разговор.

Когда Шепард рассказывала о своих мышечных модификациях, или «втором сердце», Илена волей или неволей думала о кроганах… и не столько потому, что люди напоминали лучших воинов Тучанки. Но люди могут генетически модифицировать себя и даже азари, вроде неё, что тогда не даст им сделать то же самое для иных рас? А что если они решат поразмыслить над устранением генофага? Даро'Ксен явно приводила в восторг вероятность, что люди смогут «улучшить» её собратьев-кварианцев и устранить последствия галактического изгнания.

Что ещё люди могут проделать с помощью своего Состава? Не нужно быть матриархом, чтобы легко себе представить весьма пугающие последствия. Где они его вообще взяли? Она ещё знала так немного, а понимала и того меньше. А ещё она как-то видела людей с механическими руками и ногами…

— Илена, — позвала Шепард, выдёргивая азари из раздумий.

— Ага? — прощебетала азари.

Лейтенант уже надела шлем, скрывая свою внешность. Вместе с пятью остальными людьми, все они выглядели совершенно одинаково, без маркеров в поле зрения Илена бы их не различила. Интерфейс идентифицировал людей, имея встроенную систему распознавания. Имя Шепард висело над её плечом, вместе с кучей медицинских показателей, которых Илена не понимала.

— Сегодня тренируемся с применением псионики, поэтому тебе стоит знать пару вещей заранее, — предупредила Анна, протягивая ладонь. В её перчатке кружилось… фиолетовое облачко… чего-то.

— Эй! — Илена была обязана задать этот вопрос: — А почему оно фиолетовое? И броню вы тоже поэтому в фиолетовый красите?

— А почему твоя биотика синяя? — ответила Шепард вопросом на вопрос.

— Потому что!.. — Илена постучала себя по подбородку. — Как же там было-то? Мы это точно в школе проходили… биотика кажется синеватой из-за изменения преломления света в воздухе… вроде бы… — она затрясла головой, пытаясь вновь забыть всё впустую потраченное в академии время. — Ну и ладно, хорошо, значит биотика синяя, а псионика фиолетовая! Различие цветов для нашего удобства!

— Именно поэтому мы, насколько возможно, стараемся воздерживаться от видимых пси-атак, — объяснила Шепард, сжав кулак и сдув маленькую псионическую тучку. — Но тебе лучше понимать, что ты видишь, если до этого всё-таки дойдёт. Первое и главное, что нужно запомнить — если видишь, как рядом появилась «лужа» фиолетовой псионики, то сразу убирайся оттуда. Бросай всё и забудь про всё, чем бы ни занималась в тот момент, и держись от неё подальше. Подобное мы называем «разлом» и он крайне опасен для любого со слабым разумом. Понимаешь?

Илена постучала по визору, обдумывая ответ на вопрос. Она точно поняла?

— Не-а.

— Ты ничего не поняла? — Шепард уставилась на неё

— Не особо, — призналась азари. — Но если ты говоришь, что можешь создавать фиолетовую лужу разрушения, и что мне от неё нужно держаться подальше, то да, так я понимаю лучше. Как по мне, по описанию напоминает биотическую сингулярность.

Казалось, Анна хочет попытаться ещё раз и объяснить подробнее, но в итоге она решила, что азари уже уловила основную суть:

— Отлично. Верно. Да, не лезь в фиолетовую лужу разрушения.

— Этого мне вполне достаточно, — ответила Илена, усмехнувшись. — Что ещё? У вас есть что-то вроде сингулярности, значит, есть и вещи вроде биотического толчка, или удара, искажения, барьера?

— Нет, — ответила Шепард, постучав себя по шлему. — Не забывай, все, что ты видишь, лишь у тебя в голове. В самую первую очередь псионика работает с мыслями. В большинстве своём, наши атаки направлены на разум цели, а не её тело. Полагаю, тебе лучше будет самой это увидеть. Но перед этим я должна тебя предупредить насчёт пси-паники. Этой способностью мы при штурме будем пользоваться чаще всего.

— Пси-паника? — повторила Илена. — В смысле… вы пугаете других? — она щёлкнула пальцами, будто вдруг что-то осознав. — Так вот почему я так перепугалась на Новерии!

— …я никогда не использовала пси-панику на тебе, — заверила её Шепард.

— Нет, нет, нет, я совершенно уверена, ты это делала, — настаивала азари. — Итак, расскажи мне ещё больше об этой пси-панике, которую ты использовала по мне.

Под глухим шлемом выражение лица Шепард было не разглядеть.

— Пси-паника, — начала она, потратив пару секунд на решение, спорить ли ей дальше с новой подчинённой, или не стоит. — Простыми словами, это приём, который мы используем для дезориентации цели с помощью галлюцинаций и противоречивых ощущений. Жертва пси-паники на твоём интерфейсе будет подсвечена мерцающей красной рамкой, тогда как союзники обозначены синим, обычные враги — красным, неопознанные цели — жёлтым, а находящие под контролем разума — зелёным. Имей это в виду, в отличие от взятых по контроль противников, запаниковавшие ведут себя непредсказуемо: большинство просто бросают оружие и пытаются спрятаться, но некоторые впадают в ярость и палят во всех кругом, своих и чужих. Невозможно предсказать, как поведёт себя враг под действием паники, учитывай это заранее.

— Вопрос! — выкрикнула Илена, подняв руку и вытянув указательный палец. — Почему вам просто не взять под контроль всех на корабле? Тогда бы мы его захватили без единого выстрела!

— Не всё так просто, — Анна вздохнула. — На корабле, который мы штурмуем, будет несколько сотен разумных. Мы сможем использовать контроль разума на одном, чтобы он нам открыл дверь для «разговора», но если абсолютно всех на мостике не подчинить одновременно, тогда нашу марионетку просто начнут расспрашивать и отстранят от служебных обязанностей. Представь, что мы захватили разум капитана и заставили его приказать команде стрелять по своим. Кто-то, может, и подчинится, но большинство засомневаются и решат, что капитан выжил из ума. Вместо того чтобы исполнять команды, они просто набросятся на него.

— О, теперь я поняла! — согласилась Илена, вспоминая информацию об их цели. — Тогда… наша настоящая цель это не захват корабля?

Шепард кивнула, некоторые жесты можно было угадать и при закрытом шлеме.

— Именно. Занять корабль? Это видимая цель, в которую все должны поверить… то, за чем мы идём — за кем мы идём — на самом деле, это…

Система Харса.

Адмирал Каш'Раман уселся в своё кресло, переваривая слова своих уважаемых собратьев по касте из Батарианского Директората Безопасности. Их решение относительно захвативших Камалу паразитов, этих мятежников, было железным. Всех, кого опознают в качестве лидеров или агитаторов любого из повстанческих движений, необходимо казнить через вышвыривание в вакуум, их тела и тела их друзей и близких, болтающиеся на орбите, привяжут к рекламным щитам, спроектированным Министерством Пропаганды. Они станут чётким и ужасающим примерам всем, кто смеет не воспринимать Гегемонию всерьёз. Всех остальных, выше чем из касты Земли, ждёт рабство. А рабов из касты Земли, замешанных в мятеже, ждёт публичная казнь… без выплаты компенсации хозяевам. Такое наказание было подходящим. Хозяева, не способные контролировать своих рабов, представляют опасность для Гегемонии. Лорды каст с Камалы не заслуживают компенсаций за свои потери.

Для Рамана было честью командовать флотом, который как должно покарает Камалу и всю мятежную систему Индрис. Сидя в своём кресле, адмирал улыбнулся от мысли о грядущей резне. С не меньшим удовольствием он подумал об уничтожении предателей, осмелившихся присоединиться к повстанцам, и капитан Гризго первый в списках. К несчастью, семья капитана в Гегемонии исчезла — несомненно, работа смутьянов и агитаторов — так что наказывать за предательство стало некого, кроме самого капитана. Уже очень скоро он на себе познает гнев Гегемонии.

Мощный флот собирался перед атакой на орбите газового гиганта Веруш.

Эскадра собралась внушительная: дюжина крейсеров, ещё полдюжины фрегатов эскорта. Их можно было видеть не только на экране, но и невооруженным взглядом, в космосе вокруг «Славный Харсы». Адмирал узнал силуэт старого крейсера «Садриан», висящего рядом с намного более новым под названием «Павукс». Первому из них было больше шестидесяти циклов, почти антиквариат по меркам любой расы. Не то чтобы старый корабль был бесполезен… собственный флагман адмирала, линкор «Славная Харса», принадлежал к тому же поколению, что и «Садриан». Но ведь и помимо Гегемонии, те же корабли азари, включая даже «Путь Предназначения», насчитывали сотни циклов возраста. Чем больше тратится на постройку корабля, вроде линкора, тем больше стимул модернизировать его дальше, а не заменять совершенно новым проектом.

Именно поэтому «Славную Харсу» и выбрали флагманом флота, который вернёт Индрис и Камалу. Никто за пределами высших эшелонов Гегемонии не знал, что флот уже… совсем не тот, что раньше, во времена экспансии батарианцев к звёздам. Технически… для населения… флот Гегемонии располагал семью кораблями в классе линкора — максимум, доступный по условиям Фариксенского договора.

И лишь весьма немногие знали, что не все из этих семи линкоров на ходу.

Четыре из них были построены больше ста циклов назад, эти проекты давно устарели и в свой класс попадали только по тоннажу. Линкорами они были только на бумаге. Гегемония хранила их в нафталине, даже не предполагая ещё когда-нибудь сажать полную команду и отправлять в бой. Большая их часть уже лишились некоторых частей, так что сомнительно, что их удастся реанимировать и хотя бы запустить, даже в экстренном случае. Три других линкора и являлись ядром флота Гегемонии: «Гордый Унтрель», «Победоносный Вулар» и «Славная Харса» — все они названы в честь главных звёздных систем батарианцев. Все три с командой и на службе, но и полезность «Унтреля» тоже сомнительна из-за возраста его проекта. Корабль был единственным в своём роде, и потому требовал отдельного обслуживания. Учитывая затраты на него, большую часть времени линкор безвылазно проводил в звёздной системе, имя которой носил, охраняя её от пиратов и демонстрируя флаг… но помимо этого он мало что смог бы.

Таким образом, на роль флагмана оставалось всего два линкора. Тем не менее, и этого более чем достаточно, чтобы разнести какую-то мятежную плесень, не помнящую своих каст.

— Адмирал! — крикнул офицер связи. — Пришла шифровка из Директората Командования. Отправляю вам!

Каш'Раман хрюкнул, проверяя свой инструметрон. Прошла секунда, прежде чем он увидел расшифрованное сообщение. Именно этого сообщения он ждал и на него он надеялся. Лезущих не в своё дело дураков с Цитадели перехватили кордоны у масс-ретранслятора Харсы. Никто не помешает возвращению Камалы под власть Гегемонии.

— Передавайте всем кораблям флота, — прорычал Раман. — Выстроить формацию. Как только последний пехотинец будет на борту и последний транспорт на позиции — мы выступаем к Индрис. У меня всё.

Заметка: записи в журнале приводятся не в хронологическом порядке

Личный журнал Даро'Ксен

Запись 1:01:001

Первая запись.

Меня зовут Даро'Ксен нар Шеллен. Чуть было не напечатала «меня удерживают» — это верно в каком-то смысле, но на самом деле я не могу и сравнить текущую ситуацию с тем положением, в котором была ещё совсем недавно. Меня похитили, или же «пригласили» представители доселе неизвестной разумной расы из-за пределов галактического фронтира. Теперь может пройти немало времени, возможно, годы, прежде чем я увижу других кварианцев, потому я решила завести этот скромный журнал для записи своих мыслей и впечатлений. Почти наверняка всё, что я печатаю, просматривают мои новые друзья, но подобные заметки служат не для приватности, а чтобы приводить в порядок мысли.

Прежде чем перейти к тому, как я оказалась здесь, укажу, что проводила своё паломничество, до того как оказаться в руках у весьма негостеприимной азари, капитана наёмников по имени Йона Седерис. Эта женщина была жестокой психопаткой. Я ожидала, что за меня потребуют выкуп, или обрекут на рабский труд по ремонту ядер двигателей или даже используют в качестве мишени для биотических тренировок, но вместо этого она сообщила, что меня «покупает» некая заинтересованная сторона, которой известно о моих интересах и работах. Представьте себе моё удивление. И в итоге меня ждал не больной батарианский рабовладелец, но никому не известная высокоразвитая раса скрытных пришельцев!

Они называют себя «людьми».

Я нахожусь среди них уже около двадцатой части цикла, плюс-минус. Данный журнал я веду не на своём старом инструметроне, а на скопированном, их разработки и производства, с некоторыми модификациями, но на основе технологий, захваченных в нашем регионе космоса. Пока что это означает отсутствие вложенных изображений. Только текст. Тем не менее, я попытаюсь описать людей.

Внешне они напоминают азари, на самом деле они даже пользуются выгодами этой причуды эволюции, выдавая себя за азари во время посещений пространства Цитадели. Представьте себе азари, только с кожей иных цветов, например светло-коричневого или оттенков розово-кремового. Пока что синих или фиолетовых я не наблюдала. Вместо венца щупалец, как у азари, у этих существ на голове растут «волосы», но не такие как у батарианцев! Они такие, как раньше были у нас! Их волосы плотные, блестящие и… мягкие… как мне говорили, так же они могут вырастать весьма длинными. Люди пользуются этим, укладывая их бесчисленным количеством способов, как делали когда-то кварианцы, до того, как нам пришлось влезть в эти проклятые скафандры.

Лицо человека так же выглядит весьма похожим на лицо азари, или кварианца, хотя у них и нет яркого сияния глаз как у нас, по крайней мере в обычных обстоятельствах. Могу сказать, что они высокая раса, но рост у них варьируется в таких широких пределах, каких я не видела ни у одного вида. Есть чудовищные по комплекции мужчины и женщины, возвышающиеся надо мной подобно крогану, а есть и низкие, только женщины, которые смотрят мне в подбородок. На руках у них по пять пальцев, которые очень подвижны. Я наблюдала, как один человек играл на музыкальном инструменте, при этом его пальцы двигались с такой скоростью, что я едва успевала за ними взглядом!

Поскольку я упомянула ранее мужчин, можно уверенно сказать, что в отличие от так похожих на них азари, люди имеют разделение на два пола. Половой диморфизм среди представителей их вида близок к кварианскому. Свою ветвь эволюции они называют «млекопитающими» и тут есть сильное сходство с кварианцами и азари: у женщин отчётливо выделяется грудь, как у кварианок и азари, а так же шире бёдра, могу предположить, что по тем же причинам, что и у нас. И вновь, я могу наблюдать, что те или иные особенности могут проявляться крайне разнообразно. Я ношу скафандр того же размера, что и большинство кварианок моего возраста — стандартной модели Е5 — но едва ли удастся создать такой же для человеческих женщин. Некоторые высокие, другие низкие, некоторые пухлые как волус, некоторые стройные как кварианская танцовщица; так же различается и размер груди, у кого-то она ближе к кварианским стандартам, у кого-то — к азари. И это даже ещё не все различия в размерах между различными людьми.

Их мужчины так же весьма напоминают наших, но и они имеют необычайное разнообразие во внешности. Ни одного из них без одежды наблюдать мне пока не довелось, и мои знания о кварианских мужчинах по большей части теоретические, но могу предположить, что и в этом отношении сходство тоже сохраняется. В среднем, они больше наших мужчин. Особенно воины. Лично мне порой кажется, будто они могут разорвать кварианца надвое голыми руками. У некоторых есть бороды — волосы, растущие вокруг челюсти и под носом — среди кварианцев о таком я никогда не слышала. По строению зубов они относятся к всеядным, но поведение, несомненно, принадлежит хищникам. Физиология людей увлекательна, чрезвычайно увлекательна.

Хотела бы я посмотреть, что у них внутри, вскрыть и посмотреть, как они работают на самом деле!

Но я понимаю, что подобные фразы и раньше добавляли мне неприятностей, ещё когда я была маленькой девочкой, не отправившейся в паломничество. Я работаю вместе с несколькими чрезвычайно опытными медиками. Со временем, я надеюсь, они позволят мне узнать больше о биологии и анатомии людей. Я так же собиралась записать мои первые впечатления об их истории, обществе и культуре, но думаю, это подождёт до поры, когда у меня будет больше данных. Они по-прежнему очень скрытны, когда речь заходит об их истории и особенно — о родной планете.

Личный журнал Даро'Ксен

Запись 2:18:402

Проделав немалую работу, сегодня сумела узнать интересные детали относительно вездесущих человеческих «генетических модификаций». Похоже, в основе лежат достижения иной расы, когда-то вторгшейся в их мир, чтобы ускорить прогресс человечества крайне жестоким способом. Именно у этой «Старшей расы» (не зная их точного названия, я не могу не думать об очевидной версии — неужели протеане?) люди научились некоей технологии под названием «Состав». Я всё ещё не знаю, чем же именно является Состав, лишь то, что вероятнее всего в его основе лежат крайне сложные микромашины. Но совершенно очевидно, что «генетические модификации» людей, это не просто изменения генома, но изощрённая комбинация генной инженерии и кибернетической имплантации.

Примером может служить распространённая модификация, созданная этой технологией чужих, под названием «второе сердце». Положив в основу результаты изучения другого существа, биомеханической формы жизни известной как кибердиск, люди нашли способ продублировать жизненно важные системы своего тела. Услышав это, кто-то подумает о кроганах, но кроганы славятся (и порой это дурная слава) дополнительной нервной системами и лишними органами, к чему их привела эволюция в жестоком мире Тучанки, однако я нахожу данное сравнение весьма неточным. У крогана может быть несколько сердец или лёгких… запасные системы людей явно выше простого дублирования. Очевидно, что их решение создано инженерами, а не эволюцией.

Второе сердце людей, это не просто сердце, но инвазивная самосборная и самоподдерживающаяся биомеханическая система, предназначенная для усиления и обеспечения многих функций тела. Почти что организм внутри организма. Хотя оно и качает кровь, как обычное сердце, так же оно отслеживает физиологическое состояние, регулирует уровень гормонов и питательных веществ, фильтрует яды и токсины. В непредвиденных случаях, оно может активировать небольшую каталитическую ячейку или резервуар внутри тела, чтобы переносить кислород без участия обычного дыхания. Оно даже имеет небольшие запасы сахара и протеина. Единственное, что не хранится там, это запас воды, хотя с теми системами фильтрации, что мне доводилось видеть, человек может пить сточную воду после элкоров и оставаться в живых. А в случае шока или серьёзных повреждений это сердце активирует нечто под названием «адреналиновый рывок» но в детали его работы я пока не посвящена.

Это без сомнения боевая модификация.

Хотя понимаю, насколько подобная система была бы полезна всем представителям расы, я кварианка Флота и осознаю, как она была бы важна именно для наших десантников. Конечно, серьёзное ранение выведет из строя даже человека со вторым сердцем, но оно не убьёт его на месте, если, конечно, не пострадал мозг. Человек может в буквальном смысле выжить со сквозной дырой в груди. Запасное сердце будет работать, замедляя кровопотерю и подменяя критически повреждённые органы. Затем человек впадает в нечто вроде управляемой комы. Если товарищи сумеют до него добраться и стабилизировать состояние с помощью иного медицинского оборудования, то впоследствии он может исцелиться полностью. Это достойно внимания!

Учитывая как это, так и то немногое, что я слышала об их модификации костей и мышц — так называемый «адаптивный костный мозг» — мне интересно, смогут ли люди модифицировать подобные процедуры под кварианцев? Я пару раз озвучивала мысль о том, насколько мне было бы проще работать над их исследованиями, имей я возможность выбраться из скафандра. Не думаю, что мои намёки были такими уж тонкими, как им бы следовало, но люди, кажется, их оценили. И если мне повезёт, то может быть, всего лишь «может быть», я смогу стать первой кварианкой за много поколений, вырвавшейся из тюрьмы своего костюма.

Как сказали бы люди: я скрестила пальцы на удачу.

Короткая вспышка света и излучения предшествовала появлению «Славной Харсы» вместе с эскортом из одиннадцати крейсеров и четырёх фрегатов. Система Индрис не встретила их стрельбой, во всяком случае, пока. Они начали перестраивать ордер, малые корабли — разбросанные хаотичным и непобедимым дрейфом при сверхсвете — занимали позиции в боевом построении.

— Информация о противнике? — адмирал Каш'Раман сидел в своём кресле, хоть и настороженный, но не испуганный. Предателям с Камалы просто нечего противопоставить их мощи.

— Наблюдаем множество кораблей на орбите Камалы, — ответил один из подчинённых. — Передаю изображение на голоэкран.

Через мгновение жалкие мятежники предстали перед ним. Они болтались на высокой орбите у Камалы. Трусы. Неужели они решили буквально спрятаться под юбкой у планеты? Они, правда, думают, что Гегемония будет колебаться и не откроет огонь только потому, что пара шальных выстрелов может задеть поверхность?

— Они даже не собираются ответить на наше появление, — отметил Раман, посмеиваясь. — Флоту следовать курсом А. Развернуть строй в одной световой секунде от планеты.

— Так точно!

Вскоре они выстроились в нужный порядок, армада начала маневрировать согласно предварительно намеченным маршрутам. Каждый капитан последовательно спускал приказы подчинённым ниже, эта манера полностью соответствовала батарианскому устройству общества. Капитану нужно лишь подчиняться простым приказам: двигаться, стоять, стрелять. И, само собой, им требуется поддерживать свою команду в лояльности и должной готовности.

В этом и состоит долг капитана. Для достижения этого капитаны Гегемонии так же распоряжались финансами корабля: для найма команды, покупки припасов и снарядов, для всех прочих нужд. Как поступать с бюджетом от Центрального Командования, каждый капитан решал сам. Эта система была не только старой и проверенной временем, но хорошо готовила капитанов к будущему участию в… «свободном поиске» за пределами Гегемонии.

— Сэр, кодированная передача!..

— С «Хатре»? — удивился Раман. Неужели Гризго Так будет умолять сохранить его жалкую жизнь?

— С «Иденны», сэр.

«Иденна» это ещё один модульный крейсер, такой же, как и «Хатре» капитана Гризго. Он переметнулся вместе с «Хатре»… что на взгляд Рамана делало его команду столь же заслуживающей кары, но о произошедшем на «Иденне» на самом деле известно мало. Может быть, они захотели вновь сменить сторону? Адмирал ухмыльнулся. Конечно же трусы из нижних каст знают, когда нужно переступить через гордость и выбрать верную сторону. Наверняка сейчас они старались хотя бы не обделаться от одного вида мощи Гегемонии.

— Показывай её нам, — решил адмирал.

— С той стороны получен отклик, — объявил техник. — Установить связь, сэр?

Капитан «Иденны» сидел в кресле, которое он, по мнению многих, захватил силой. Когда в городах Камалы вспыхнуло насилие, прежний капитан Сорт'хоро Варат был одним из первых, кто направил орудия на свой народ там внизу, собираясь сравнять всё, кроме районов каст Горы и Неба, в окровавленный щебень. Вполне возможно, он просто забыл, что большая часть команды корабля — команды любого корабля — не принадлежит ни к той, ни к другой касте. Нынешний капитан Хьёрак напомнил ему и старпому об этом небольшом факте, прямо перед тем как всадить в каждого по дюжине пуль.

Можно считать батарианцев с флота Гегемонии кем угодно, но в собратьев по касте они не стреляют.

— Вы в этом уверены? — спросил Хьёрак, наклоняясь к трём гостям его корабля.

Все три были азари в необычной броне. Они входили в какую-то новую группу под названием Затмение, союзную силам, стоящим за революцией, в которой теперь участвовал и Хьёрак. Он был не слишком высокого мнения об азари в целом, и тем более об их возможностях в бою, но этих, носящих чёрно-фиолетовую броню, ему всячески рекомендовали. Хьёрак предполагал, что они из оперативников Серого Посредника. Уж в чём азари отказать нельзя, так это в возможности заключать крайне длительные контракты, а если верить слухам, то в галактике всегда есть Серый Посредник, по крайней мере, последнюю тысячу лет. Он, скорее всего, она, и она, скорее всего, азари.

— Да, — ответила азари, возглавляющая отряд.

— Нам нужен только один удачный момент, — добавила вторая.

Хьёрак только шмыгнул носом.

— Вы понимаете, что когда весь этот фарс закончится, я собираюсь посоветовать адмиралу Раману выдавить из организма весь свой нулевой элемент через сфинктер, не так ли? — все три азари мрачно хохотнули, что Хьёраку понравилось. — Хорошо. Тогда давайте посмотрим на мостик этого линкора. Я очень постараюсь пока что быть учтивым настолько, чтобы он аж стал оранжевым от смущения. — Один момент, это всё, что нам нужно, — пообещала третья азари, её голос звучал мягко и почти что мило.

На последнем участке полёта челнок врубил двигатели на полную мощность, намного превысив безопасную для стыковки скорость. Ангар больше, чем на линкоре, бывает только на космических базах, так что здесь поместились и шесть других челноков ровными рядами, и сотни разнообразных контейнеров в каждом углу. «Славная Харса» завершала приготовления к прыжку на Индрис в большой спешке, куча грузов всё ещё дожидалась, когда у технических команд из уроженцев низких каст дойдут до них руки, чтобы очистить ангар и переместить всё на соответствующие места в отсеках корабля.

Хотя приближающемуся челноку повстанцев дали место для посадки, он явно собирался рухнуть внутрь. Он выпал из вакуума на полосу носом вперёд, заставив дюжину вооруженных и бронированных космопехотинцев из команды корабля разбегаться кто куда. Челнок закружился на рифленом металлическом полу, ангар наполнили разлетевшиеся искры и кошмарный визг трущегося металла. Самые умные пехотинцы не только нашли себе укрытие, но и приготовили оружие к бою, в свете столь недружелюбного визита. Не то чтобы они всерьёз ожидали чего-то кроме сражения. И чего только наболтали адмиралу, что он согласился на принятие этой «мирной делегации»?

Задние двери челнока распахнулись от удара, наружу посыпались коммандос азари в чёрном и фиолетовом. В творящемся бардаке сложно было сказать, кто выстрелил первым. Да и не имеет это никакого значения. Странные азари двигались быстро: маленькая группа укрылась и открыла шквальный огонь на подавление по тем, кто и сам прятался за укрытием, пока другая их часть с жестокой эффективностью отстреливали всех, кто пытался обороняться. В ход быстро пошли гранаты, стены ангара задрожали от взрывов.

Тем не менее, азари было намного меньше, и это могло бы помочь остановить атаку… вот только одна группа, оторвавшаяся от остальных, просто с места запрыгнула на технические переходы, тянущиеся над открытой областью ангара на высоте трёх этажей. Оттуда они лёгко засыпали пулями космопехов внизу. Когда их обошли и начали давить огнём так быстро, кто станет удивляться, что вскоре поднялась паника?

Первым, бросившим оружие и попытавшимся сбежать, был недавний призывник с Кар'шана, перепугавшийся в своём первом в жизни настоящем бою. Закалённые в битвах спецназовцы в Гегемонии составляли совсем небольшой процент от космопехоты флота. Обычный батарианский космический пехотинец — бедный паренёк из низкой касты, которого забрали сражаться за хозяев из высшего общества.

Паника с первого быстро перекинулась на остальных. Некоторые палили во все стороны, другие всеми силами старались спрятаться как можно дальше. Некоторые выпрыгивали прямо под огонь, в безумных попытках сбежать, один вообще вопил и просто стрелял в пустое место. Азари продвигались вперёд безжалостно, расстреливая всё и вся на своём пути.

Илена укрылась за обгоревшим перевёрнутым контейнером, пытаясь передохнуть и разобраться в ситуации. Чья вообще была идея уронить челнок в ангар всмятку? Да, это определённо застало местных космопехов врасплох, но ведь не только их! А что если понадобится отступать? Ну вот, они оказались в ситуации «умри, но сделай», а Илена не слишком любила ни то, ни другое.

Застонав, азари прислонилась затылком к искореженному металлу. А всё потому что им надо поддерживать маскировку. Шепард объясняла, что обычно Икс-ком использует мехов, которые делают немалую часть работы — те невидимые искатели-ханары и кибердиски, а ещё что-то под названием SHIV и МЭК. По словам лейтенанта, посылать целый отряд из одних солдат-псиоников без поддержки роботов было «неслыханным расточительством мощи».

Что бы она под этим не подразумевала.

В чём Илена точно уверена — прятаться за целой толпой роботов-убийц было бы просто прекрасно. Успокоив дыхание, она втайне поклялась найти какой-нибудь способ добавить мехов в Затмение… чтобы в будущем её прикрывало от вражеского огня побольше металла. На самом деле, это вообще неплохой совет относительно любых сражений, что преград между тобой и противником никогда не бывает достаточно.

Вокруг пронзительно засвистели гиперзвуковые пули, доставая её в укрытии — она быстро заметила их источник, батарианца, пригнувшегося на крыше челнока. Согнув руку, она сформировала пульсирующее поле эффекта массы вокруг него и скомандовала «подъём». Не прекращая пальбы, батарианский инженер с проклятьем начал взмывать в воздух. Илена вскинула винтовку, укрылась за другим ящиком, из которого высыпались сухпайки, и всадила ему две короткие очереди в центр тела. Обмякшее тело батарианца продолжало парить ещё несколько секунд, пока Илена уже искала себе место получше.

Выглянув из-за укрытия, она попыталась найти Шепард. Без системы распознавания, вроде встроенной в её глазные импланты, в хаосе боя она бы этого сделать не смогла. Однако же теперь один из силуэтов подсветился по её мысленной команде. Шепард и три других «азари» безжалостно пробивались к забаррикадировавшимся батарианским космопехам. Тех ещё и подсвечивало каким-то дополнительным голографическим целеуказателем. Кружащийся вихрь фиолетовой энергии стёк по руке Аннабель Шепард, принял форму в её левой ладони и затем отправился в батарианца за надёжным укрытием. Это напоминало биотический толчок…

Вот только этот «псионический толчок» прошёл прямо сквозь металл, за которым прятался пехотинец. Не похоже, чтобы он разорвал преграду или хотя бы повредил. Просто пролетел насквозь в поисках своей цели.

Батарианец вскинул руки к голове, безумно вцепился в шлем, а ещё через мгновенье рухнул на спину. По-прежнему не высовываясь, Илена со страхом и любопытством смотрела, как красная батарианская кровь начинает растекаться из-под головы павшего солдата. Подталкиваемая всё той же смесью любопытства и страха, она быстро перекатилась к другому телу. Азари помнила, как Шепард использовала такой же псионический толчок на этом батарианце сразу после их высадки.

Низко пригнувшись, Илена протянула руку к шлему и пальцем подняла забрало.

— Фу-у, — протянула она с отвращением.

Псионический толчок не имел ничего общего с привычным ей. Если не понимать под этим словом «вытолкнуть кому-то мозги через нос и уши». Быстро опустив забрало обратно, Илена потрясла головой и попыталась сфокусироваться на ещё не окончившемся сражении. Шепард вместе с двумя другими засыпали пулями снайперскую позицию. С батарианской стороны прогремел последний выстрел, пуля пробила кинетические барьеры армейского образца… и лишь звякнула о человеческую тяжелую броню под ними. Шепард только покачнулась, не прекращая стрелять. Из снайперского гнезда вывалилась половина космопеха, перерезанного столь плотным огнём надвое.

На мгновенье — лишь на мгновенье — показалось, что худшая часть уже позади.

— Шепард! Шепард! — завопила Илена, указывая пальцем в другой конец ангара. — Штурмовик! Кто-то поднял штурмовик!

Последовавший прицельный залп ракет сообщил людям об угрозе даже лучше неё. Один за другим смертельно опасные огни ещё продолжали вылетать из ракетных установок под крыльями штурмовика, когда ангар наполнился рёвом сирен. Илена неслась на четвереньках к опрокинутому челноку, цепляясь за решетчатый пол, её путь сопровождали взрывы, возникающие со всех сторон. Как и весь остальной бой, сейчас её больше всего занимало поддержание своего биотического барьера. Пока что — хвала богине — его ещё не пробили.

Вой сирены внезапно исчез, вместе с атмосферой и гравитацией. Тем не менее, ботинки Илены уцепились за пол ангара, но отсутствие притяжения означало, что десятки тел и тонны обломков начали парить там, где ещё недавно был воздух. Штурмовику всё это было безразлично, конечно же. Пока он решил пострелять в кого-нибудь ещё, Илена высунулась из-за укрытия, только для того чтобы метнуть в его корпус быстрое искажение. Яростное поле эффекта массы охватило переднюю часть корабля примерно в то же время, когда пилот запаниковал, паля во все стороны и кружась на месте как пьяный саларианец, просто уничтожая всё вокруг.

Секундой спустя штурмовик вместе с пилотом накрыл фиолетовый разлом. Почти сразу отвалились оба крыла, оторванные прямо у основания. Неистраченные ракеты сдетонировали, с дюжину разрывов расцвело вокруг искорёженного корабля красно-оранжевыми цветами. Синее искажение и сиреневый разлом содрогнулись, охватывая остатки корабля, разрывая его всё сильнее и сильнее, словно кроган особенно вкусный кусок мяса. Наконец, всё что от него осталось взорвалось… или попыталось, чтобы через мгновенье сжаться, сложиться в компактный скалящийся острыми гранями шарик из металла, пластика, керамики и костей. Одна богиня знает, был ли к тому времени пилот уже мёртв, или ещё жив.

Лучше бы мёртв.

— Выдвигаемся, — услышала Илена приказ по общей связи отряда.

Поднявшись на ноги, наконец-то без риска поймать пулю, азарийская коммандос получила возможность в полной мере оценить резню, учинённую людьми. Тела были повсюду: десятки и десятки, они плавали в вакууме внутри ангара. Глазной имплант Илены идентифицировал каждое из них, прибавляя отметку со временем подтверждения ликвидации. Несмотря на все тренировки, всё равно было нелегко видеть и осознавать, как это выглядит на практике. Никаких колебаний или жалости. Люди убили всех с пугающей скоростью и энтузиазмом.

И тут тоже крылась проблема… Как бы людям ни хотелось скопировать азари и попытаться сойти за них, даже отнюдь не будучи гением тактики, Илена отчётливо понимала — сражаются они совсем не как азари. Во-первых, все отлично знают — особенно сами азари — что большинство их коммандос сражаются поодиночке или парами. Люди, вероятно из-за этого своего слияния разумов ну или общей сети, дрались как единое целое. Не бывает так, что азари, стоящая в сотне шагов, вдруг развернется, чтобы прицелиться во врага, с которым ведёт бой её сестра, даже если он вообще вне зоны видимости. Не бывает у азари такой безумной концентрации огня, когда полдюжины стволов буквально переходят с одного врага на другого, просто выкашивая их очередями с разных сторон.

Проще говоря, их командная работа была слишком уж хороша, что вызывало подозрения. Илена не знала никого, кто сражался бы подобным образом.

Следующее было очевидным: за весь бой никто из людей ни разу не воспользовался биотикой. Азари всегда применяют биотику. Не только потому что большая часть азари рождается с нулевым элементом в крови, кстати говоря, но каждая коммандос с самого начала обязана иметь какой-то талант к биотике. Сама являясь азари, Илена признавала, что использование своей биотики — точечно, не по всему подряд — делало её опасней. Для большинства чужих уровень биотики азари недостижим. Так или иначе, все знали и боялись биотиков азари… а тут их целое подразделение, и никто не пользуется своими фирменными способностями. Илена не была уверена, означает ли это, что ей надо использовать свои чаще для компенсации, или использовать их реже, чтобы не выделяться и не привлекать к биотике внимания.

И последнее, опять то, как люди сражаются. Это напоминало… манеру кроганов или турианцев. Они могли двигаться очень ловко, совершая невероятные прыжки и рывки на большой скорости, демонстрируя молниеносные рефлексы, но делали это лишь для занятия более выгодной позиции, откуда можно заливать врага очередями и фиолетовой дрянью. Они принимали на себя вражеский огонь в количествах, недопустимых для азари. Они двигались вперёд агрессивно — слишком агрессивно — осознавая, что с такой бронёй и с таким телом под ней они намного крепче противника. Тяжелая броня, которую носили люди, была совершенно чужда азари. Не то чтобы азари не могли её надеть — Илена и сама носила такой же как у людей бронекостюм — таков был склад мыслей расы, всячески одобряемый.

Люди всё делали очень по-иному. Если Затмение должно стать ширмой для их операций, им придётся или приспосабливаться лучше для имитации азари, включая использование похожей тактики, или Затмение приспособится чтобы больше напоминать людей…

— Чисто! — крикнула одна из них, с грохотом пробивая путь в коридоры линкора направленным зарядом.

Богиня, эти люди просто не умеют размениваться на мелочи.

— Шепард! — позвала Илена, догнав настоящего лидера штурмового отряда. — Ты же не собираешься разгерметизировать весь корабль, правда?

Та лишь пожала плечами, словно её это не заботило.

— Там дальше будут внутренние шлюзы, — ответила она, минуя трёх батарианских космопехов, по глупости своей занявших позиции за внешним шлюзом. Взрыв, проложивший людям дорогу, разнёс их на куски, причём в самом буквальном смысле. Людей это, кажется, не волновало, они протолкались через останки так же, как прокладывали путь по трупам пехотинцев в ангаре.

— Пока без особых сложностей, — сказала другая, её инструметрон засветился, когда она начал вскрывать управление внутренним шлюзом. — Если сравнить с выковыриванием засевших в обороне мутонов или крисалидов, это как наедаться у шведского стола.

— Шведский стол? — переспросила Илена. Звучало вроде бы вкусно.

— Так говорят, когда всё идёт слишком просто, — пояснила Шепард, направляя группу вперёд. — И именно поэтому я ожидаю неприятностей уже за следующим поворотом.

— Да ладно! У тебя просто развилась паранойя! — покачав головой, Илена только посмеялась над опасениями человека

— Ладно, слушать сюда!

Батарианский офицер гордо отсвечивал серебряным значком СОВ[6]. Он извещал всякого, что перед ним тот, кто прошёл через жестокие тренировки с двадцатипроцентной смертностью, необходимые чтобы войти, возможно, в самое элитное из подразделений Гегемонии. Фанатики из этого подразделения назначались на охрану обоих столь ценных для флота действующих линкоров. При малейшем намёке на бунт или неповиновение они имели право плюнуть на любые правила и казнить на месте любого подозреваемого, от корабельного кока и вплоть до адмирала.

— На корабль проник неприятель, — объявил он младшим чинам, хаотично столпившимся в большом зале. — Все утверждают, что это азарийские коммандос, они пробились прямо через нашу космопехоту. Силам внутренней безопасности их тоже вряд ли удастся удержать, у врага есть инженеры, взламывающие нашу защиту. Вы все понимаете, что это означает. Тем больше славы достанется нам! «Чёрный нож», — батарианский спецназовец указал на группу бойцов, — занимает позиции на нижних палубах и охраняет двигательный отсек. Если они не сунутся туда и пойдут сразу к мостику, я хочу быть уверен, что смогу вызвать вас для удара им в спину. «Золотой хлыст», вы идёте со мной. Мы отрежем их быстрее, чем они доберутся до начальства. И, наконец… — оперативник СОВ фыркнул, глядя на последнюю группу бойцов. — Вы, наёмники, — произнёс он, не скрывая пренебрежения. — Вы охраняете позиции «хлыста». Полагаю, ни у кого нет возражений?

Хор искреннего кроганского рычания стал ему ответом. Как будто они бы согласились на иные варианты. Никого из них не волновало, что они окажутся первой линией и примут на себя вражеский огонь. Недолго осталось ждать того, как они прольют первую кровь. Недолго ждать того, как они врубятся в ряды вражеского авангарда.

Один кроган молча прислонился к стене, не участвуя в этом хаосе. Урднот Рекс размышлял, почему задания Серого посредника всегда превращаются в такую колоссальную хрень? Должно быть, именно поэтому он так хорошо платит. Вселенная просто всегда старается сравнивать счёт. В этот раз для этого служат смертоносные азарийские коммандос.

Ну, хотя бы не детеныш молотильщика на транспортном судне… опять.

Ему и одного хватило.

А тут всего лишь азари? Он проверил боекомплект своего М-300. Азари особых неприятностей не доставят.

Самый молодой из кроганов бросился на наступающего врага.

Через мгновение этот кроган погиб.

Их рыки замолкали по двое, раз за разом, а тела начинали биться в знакомой пляске смерти, пока их дырявили крохотные пули, разогнанные эффектом массы. Рекс знал, что так оно и будет, как знал он и то, что словами ему молодых дураков не остановить. Низко пригнувшись и наполовину втиснувшись в какую-то батарианскую каюту, он мог лишь наблюдать, как смерть забирает их одного за другим. Огонь со стороны азари был настолько плотным, что одному из кроганов просто начисто оторвало руку. Другой, к тому моменту, как он упал, напоминал скорее кусок прокрученного фарша, чем нечто иное.

Держа оборону вместе с другими ветеранами, Рекс впервые смог взглянуть на противника. Это точно были азари. В космосе нет иной расы с такими формами и изгибами. Однако, что для азари нехарактерно, эти были в какой-то новой броне, закрывающей не только всё тело, но и голову. Пара азари наступала по коридору под прикрытием своих товарищей.

— Дерьмо! — прошипел другой кроган, когда он попытался высунуться ради пары выстрелов, и его укрытие просто накрыло волной огня. Он словно заглянул в дуло турианского пулемёта. Через что рано или поздно доводилось пройти не столь уж малому числу кроганов. Но в любом случае, приятным подобный опыт не назовешь.

— Они прорываются! — изукрашенный шрамами кроган бросился вперёд, оказавшись неприятно близко к позиции Рекса. — Нужно вломить им ещё!

— Давай, иди вперёд и сдохни, если так хочется, — прорычал Рекс, он был не в настроении смотреть, как ещё одна волна кроганов гибнет ни за что. — Если они прорываются к нам, то мы знаем, откуда их ждать. Мы должны…

— Никогда бы не подумал, что Урднот Рекс боится пары пулек, — бросил старый кроган и храбро высунулся наружу, чтобы с грохотом отправить во врагов несколько зарядов из дробовика. — Сдохните, вы, жалкие!..

Его голова дёрнулась, ящер завалился набок с большой дырой в глазу.

— Ха, а у них есть «Вдова», — отметил Рекс, хватая мёртвого крогна и подтаскивая его ближе. Из оставленной бронебойной винтовкой дыры потекли серые струйки кроганских мозгов. Рекс начал прикреплять к его поясу карабин.

— Эр-р. Эр-р-р-рх!

Отвлекшись от своей работы, Рекс увидел нечто… неправильное… в крогане напротив. Старый ветеран прятался за укрытием, стрелял он очень редко. И не попадал. Но что-то ещё было странное в нём.

— Ты… ты ублюдок! — завопил он вдруг, вставая и целясь в крогана рядом, — Отвали от меня! Сдохни! Сдохни, сдохни, СДОХНИ, СДОХНИ!

Берсерк. Он превратился в берсерка.

Конечно, для кроганов это было обычное явление, но почему именно сейчас? Азари, кажется, пока взяли передышку от стрельбы, затаившись за укрытиями и доставая их вне досягаемости обычной биотики. И этот ведь был не единственным. Почти тут же, ещё прежде чем с криками и руганью свалили на пол первого, внезапно рехнулся другой кроган. Никто не успел его остановить, когда он вдруг четыре или пять раз выстрелил в своего соседа из дробовика.

— Ну и бардак… — проворчал Рекс, расширяя поле эффекта массы вокруг убитого снайпером крогана. Выкатившись из-за укрытия, двумя руками упёрся в труп и применил бросок.

Вращаясь в воздухе, тело понеслось дальше по коридору. Уже на краю досягаемости биотики, Рекс попал по нему искажением и нырнул обратно за укрытие, пули зазвенели о его щиты и барьер, истощая их почти мгновенно. Но это уже не имело значения.

Его искажение поглощало летящего крогана, дотянувшись до связки гранат, прицепленной к его поясу — цели слишком мелкой, чтобы в неё можно было попасть обычным броском. Рекс впервые услышал проклятия со стороны атаковавших их азари, когда взрыв и разлетающиеся мелкие клочки крогана застали их врасплох.

Что ж, значит они хотя бы не немые.

«Твой кошмар только начался!» — прошипел женский голос.

— Шевелитесь, пыжаки! Через общую зону и направо! ПОШЛИ! Немедленно! — голос Рекс проигнорировал.

Его зрение затуманилось, на мгновение всё стало нечётким, но он пересилил короткое головокружение. Ещё двое кроганов смогли поддерживать его темп, уносясь из пылающего пекла, в которое превратился кусок жилой зоны, в небольшой салон для батарианских офицеров.

— Арргх! — прорычал один из них, стреляя по азари… но его пули просто прошли сквозь голограмму слабо одетой танцовщицы.

— Она ненастоящая? — удивился он, кружась на месте. — Нет, нет! Я их слышу! Они у нас за спиной!

Рекс просто схватил крогана и швырнул его за металлический стол.

— Смотри туда! Они вломятся сквозь запертую дверь. Эй ты! Укройся за другой дверью.

— С-слушаюсь…

— Да, мастер!

Рекс хмыкнул, он был не рад командовать другими кроганами, даже этим сбродом. Он работал один, а не в отряде, и уж точно не в качестве командира. Уже не в первый раз он про себя проклял Серого Посредника за то, что оказался в таком положении. Но факт, если эти два идиота дадут себя убить, то выбраться ему станет куда сложнее. Просто вопрос выживания и выполнения задания. Только это и ничего более.

Как Рекс и предполагал, азари взорвали закрытую дверь. Они вломились буквально во вспышке взрыва, без тени колебаний. Три занявших оборону крогана смогли хотя бы сделать несколько точных попаданий. Рекс всадил два полных заряда картечи в одну из азари — этого должно было хватить, чтобы сбить сучку с ног и заставить вымаливать милосердие своей богини, даже с неповреждёнными барьерами — но она лишь покачнулась и рванулась вперед, чтобы занять позицию за голодисплеем.

Стиснув зубы, Рекс высунулся из своего укрытия и попытался добить её броском. Та от атаки просто отмахнулась и ударила в ответ, её рука светилась фиолетовым. Фиолетовым? Вспышка необычной биотики угодила Рексу в плечо, едва не заставив зарычать от боли. За прошедшие столетия он пережил сотни биотических атак. Ни одна по ощущениям не походила на эту. Ни одна по боли не походила на эту. Будь оно проклято, чем же эта азари ему врезала?

И вдобавок, сколько же они весят? Чем нужно бить, чтобы свалить эту суку с ног?

Щиты азари, с которой он сражался, отключились, и ящер ещё раз выстрелил из М-300 ей в грудь. Вместо того чтобы изящно уклониться, та прорычала что-то невнятное на азарийском и резко дёрнулась вниз. А затем просто оторвала голодисплей и швырнула им через всю комнату. Всё это время голографическая азари продолжала крутиться в непристойных позах.

— Вот де… — выругался один из кроганов, прямо перед тем как дисплей врезался в него, сбивая на спину.

— М-м-ма-мас-с-те… — прозаикался второй, рывками поворачиваясь к Рексу. Он поднял дробовик, вот только целился не в азари, а в представителя клана Урднот.

Его глаза светились фиолетовым.

Кроган всегда должен знать, когда следует предпринять тактическое отступление. Развернувшись и пинком открыв следующую дверь, Рекс рухнул за неё и откатился от порога, слыша, как вновь визжат и звякают пули вокруг него. Его щиты просели ещё ниже, кроган заставил броню обновить их немедленно. Подключились экстренные резервы энергии, восстанавливая его кинетические барьеры на случай следующего отступления.

Из-за угла высунулась одна из азари, ловя его в прицел.

— РРРАААА! — нулевые узлы в его правой руке буквально горели, когда Рекс запустил свой самый мощный БРОСОК. Он, наконец, смог сбить азари с ног и повалить на пол. Хоть какая-то победа, пускай он и рассчитывал швырнуть её этим через всю комнату.

Урднот Рекс сменил дробовик на штурмовую винтовку, а затем вполне обоснованно удивился, когда вдруг другой кроган — глаза его всё ещё светились фиолетовым — влетел через дверь.

— Это я, друг, — пробормотал он.

— Да, это ты, — Рекс высунулся из-за укрытия, заряжая свой M-15 «Защитник».

— Это я, друг, — повторил кроган, поднимая дробовик и делая первый выстрел.

Рекс только пренебрежительно фыркнул, расстояние было слишком велико с таким рассеиванием. Картечь отскочила от его щитов, не причинив вреда. Когда он выстрелил в ответ, у его винтовки таких проблем не возникло, выстрелы точно прошли сквозь щиты и броню спятившего крогана. Наверное, смерть не слишком достойная для воина, но хотя бы быстрая.

Сделав шаг назад, Рекс заметил, что кроган не падает… А затем тело ударили сзади и отправили в полёт.

Рекс отвёл глаза от отвлекшего его движения и посмотрел на азари в чёрно-фиолетовом. Она пряталась за тем кроганом, понял Рекс. Даже сенсоры его брони не смогли разделить цель на две, обозначив лишь большую тушу крогана. Времени тянуться за дробовиком уже не было, потому Рекс попытался поправить прицел и достать азари из винтовки. Места для маневра в батарианских каютах было слишком мало.

Пули прошли слишком высоко, затем справа от цели, затем отскочили от барьера азари, когда она оказалась рядом. Барьеры Рекса тоже взвизгнули, когда в них начали вгрызаться пули. Учитывая его куда большие размеры и эффект неожиданности, неудивительно, что азари попадала куда чаще, и вскоре его барьеры исчезли в облаке электрических искр. Горящая болью рана возникла у него в груди, когда пуля нашла свою цель, пройдя между двумя пластинами брони.

А затем азари просто врезалась в него плечом, заставив отступить на шаг от силы удара. Ноги Рекса упёрлись в пол, он быстро восстановил равновесие, как раз вовремя, чтобы увидеть, как азари приближается уже с новым оружием в руках. Оно было бело-голубым, напоминая кварианскую технику былых времён, вдобавок потрёскивало электрическими разрядами. Азари вскинула его, Рекс отскочил вправо, врезался плечом в стену и избежал разряда электричества, вырвавшегося из этого оружия ближнего боя.

Рухни Цитадель, это была настоящая электропушка!

Первый выстрел прошёл мимо, но азари это не остановило, теперь она пыталась примериться для следующего. Быстро приняв решение, Рекс развернулся на месте, отбивая оружие в сторону кулаком, а на обратном движении нанося им же удар женщине. Кошмарная пульсирующая электрическая дуга прочертила неровную линию через стену и потолок, но второй удар не свалил азари, а всего лишь заставил отшатнуться. Перенацеливать шокер было слишком неудобно, потому она попыталась достать штурмовую винтовку другой рукой.

Рекс успел схватить её оружие, потому очередь ушла в сторону, всего лишь пробив четыре дырки в ближайшей двери. Он резко дёрнул на себя, подтаскивая азари ближе и встречая её жестким ударом головой, так любимым кроганами. Это выбило винтовку у неё из рук… но в тот же момент оружие взорвалось.

Отбросив кусок винтовки, он попытался использовать тот же приём. Азари, казалось, на мгновение потеряла ориентацию. Винтовка Рекса уже смотрела на неё… но в ход снова был пущен электрошокер. Молочно-белая вспышка ослепила крогана и прошла сквозь его винтовку. Он услышал тревожный сигнал, сообщавший о повреждении контейнера с нулевым элементом, потому, даже ничего не видя, счёл за лучшее отшвырнуть ее, прежде чем винтовка расплавится у него в руках.

— Да сдохни уже! — прорычал Рекс, нанося мощный удар в то место, где должна находиться азари.

Взамен он получил удар в живот, а кто-то вцепился в руку, пытаясь завести её за спину и взять его в захват. У него в голове очень ярко появилась картина электрошокера и того, что он может натворить. Боясь не успеть, Рекс резко нагнулся вперёд. Он почувствовал, как нечто навалилось на спину — нечто тяжелое и габаритов азари — когда его противник упал следом. Затем кроган вслепую ударил ногой назад, ощутив, как его трёхпалая лапа угодила по чему-то жесткому, что могло оказаться животом или тазом.

Развернувшись, он сделал то, что у кроганов получалось лучше всего — слепо понёсся вперёд.

Муть в глазах быстро рассеивалась, кроган почувствовал, как его плечо ударило азари, но во имя преисподней, если бывают такие азари — даже среди коммандос. Должно быть, всё дело в необычной броне. Он словно врезался в стену… или в другого крогана. Рекс дотащил её до стены, где спина азари, наконец, врезалась в металл, с хрустом гася их общую инерцию. Этого было достаточно, чтобы вынести кого угодно. Даже Алина не сумела бы выдержать подобный удар.

Но эта азари только что-то прорычала, а потом Рекс почувствовал, как пальцы хватают его за щит на голове.

— Ох, сейчас я огре…

Его лицо врезалось туда же, куда и вся голова — в ту же самую переборку, куда он впечатал женщину.

Отшатнувшись, он потянулся за своим дробовиком. Стоило избавиться от слепоты из-за вспышки, как теперь половину его морды залило кровью. Он увидел кого-то и попытался пристрелить — это было основой основ инстинктов и обучения кроганов — но нечто схватило его дробовик за ствол и развернуло влево. Могучий рык M-300 наполнил перепаханную каюту, мимо ушёл один выстрел, потом второй — они разнесли не только дверь, но и пару коек за ней. Целая коллекция цифровых журналов какого-то неудачника разлетелась облаком пластиковых обломков.

Свист набираемого заряда заставил Рекса на мгновение запаниковать. Электрошокер!

Он выпустил дробовик — тот всё равно бесполезен, пока в него вцепилась азари — и рванулся к чему-то белому. Ему даже удалось схватить это и вырвать у противника. Отшатнувшись назад, через дверь, в следующую офицерскую каюту, Рекс сумел перевести дыхание.

Перед ним стояла азари с его M-300 в руках.

Он сам стоял напротив, вооруженный её электрошокером.

Не отводя взгляда от опасной коммандос, он нажал нечто, напоминающее спуск. Даже не вздрогнув, она сделала тоже самое с M-300. Оба оружия лишь щёлкнули, отказавшись стрелять.

— Биометрические датчики? — спросил Рекс, ухмыльнувшись.

— Похоже на то, — согласилась азари, бросая через плечо массивный дробовик, собранный кроганами и для кроганов.

Рекс поступил с шокером так же. Взамен его рука потянулась за спину, где был закреплён верный М-3 «Хищник». Другая начала светиться синим. К его восхищению, азарийская коммандос сделала то же самое.

— У тебя есть имя, азари? — спросил он, нащупывая рукоятку M-3, чувствуя, как тот раскладывается и активируется.

— А у тебя, кроган? — вместо ответа просто спросила она.

— Говорит транспорт Гата-шесть-пять-шесть! У врага замечено тяжелое вооружение! Ангар не зачищен от противника! Повторяю, ангар не зачищен… А-А-А-АГХ!..

Всего секунда, и два десантных транспорта, пытавшихся пристыковаться к «Славной Харсе» и подвезти подкрепления, исчезли в фиолетовых отсветах и оранжевых всполохах пламени. Вместе с ними сгорела дюжина вооруженных бойцов Шестого Горного Батальона. Как и множество обломков до того, их тела разлетелись в космосе за полем эффекта-массы, ударяясь о корпус линкора или в итоге испарившись о его кинетические щиты. Третий челнок испуганный пилот развернул на полпути.

— Нам нужны штурмовики! — пилот даже не стал шифровать свой отчаянный призыв ко «всем, способным держать оружие». — У нас тут просто ад на Кар'шане творится!

Пара выстрелов из тяжелых пистолетов срикошетили от пары одинаково крепких кинетических барьеров.

Урднот Рекс с рычанием расхохотался, обмениваясь пулями с чёрно-фиолетовой азарийской коммандос, его рука дёрнулась, отправляя убийственное искажение ей в верхнюю часть туловища. У женщины не было шансов увернуться, но и он уже не успевал уклониться от её странного лилового огня. Оба зашатались, пытаясь удержаться на ногах, но странное дело, Рекс понял, что сиреневая биотика азари в этот раз уже не так болезненна. Ощущение были не такими, словно молотильщик вылез у него из груди и начал жрать мозги, в этот раз ему всего лишь словно бы выдрали одно из рёбер. Уже не так плохо!

M-3 «Хищник» крогана гремел, одну за другой выплёвывая довольно тяжелые болванки. По пути, пока он буквально проламывался от одной раздолбанной каюты к другой, его рука вцепилась в стену, вырывая стенной шкаф и швыряя в азари. Она сбила его в сторону с презрительной лёгкостью, затем, так же не прекращая поливать его огнём, просунула ногу под чей-то ящик с личными вещами. Словно бы даже без усилий, она пинком подбросила его в воздух, заставив завертеться. Не желая отставать, Рекс тоже отбил импровизированный снаряд — хотя тот и весил как пара волусов.

Прятаться в комнате оказалось уже негде, а через несколько секунд отключились и щиты обоих противников.

— Барьер, — прошипел Рекс сам себе, биотика вспыхнула, прикрывая его защитным коконом.

Воздух вокруг азари тоже мерцал и колебался, но вместо сплошного щита, отбивающего пули, её барьер словно отклонял их в стороны. Две, шедшие ей прямо в грудь, в итоге угодили в стену справа и слева от азари. Одна пробила неприличный плакат батарианской актрисы прямо между четырёх глаз. Похоже, бой на дистанции их ни к чему не приведёт.

Рекс заревел, бросая вызов, его кровь буквально вскипела, когда он понёсся на таран. Не показывая страха, азари поступила точно так же, пытаясь пробить пулями его барьер, даже когда неприцельные выстрелы крогана уже рикошетили от её тяжелой брони. Столкнулись они в центре офицерской каюты, довершая её полнейший разгром.

Азари перехватила его запястье, он сделал то же самое, выстрелы дырявили потолок, пока они боролись за более выгодную позицию. Как Рекс втайне и надеялся, дальше уже началась честная рукопашная. Она ударила первой, и по ощущениям этот пинок должен был вырвать двигатель у грузовика или перебросить варрена через дом. Рекс почувствовал, как его левая нога слегка подкосилась, но так погасить удар было легче. Наклонившись, он оценил положение азари и расстояние между ними, а затем просто врезал ей по шлему, сначала кулаком, а потом своим пистолетом.

Первый удар прошел удачно, а вот второй оказался умело отбит, когда азари подняла руки, прикрывая верхнюю половину тела. Маленькая, по сравнению с его лапой, но мускулистая рука блокировала удар, а затем пусть и небольшой кулак понёсся к нему с невероятной скоростью, без тени жалости направленный крогану в глаз. Рекс увернулся в последний момент, кулак отскочил от его бронированного лба, а не превратил глаз в кашу.

Повреждённая ранее стена разлетелась на куски, когда эти двое пронеслись через неё, вцепившись друг в друга и обмениваясь ударами. Искрящий голодисплей вдруг начал выдавать набор изображений: мелькали открытки из дома, батарианские лица, обрывки сообщений и рекламных роликов. С ещё одним фонтаном искр он наконец самонастроился, выдав голограмму азарийской поп-звезды Синий Лёд, исполняющей свой последний хит, «Любовь в президиуме».

— Давай! — прорычал Рекс, нанося очередной удар в блок азари. — Давай! Это всё, что ты можешь?!

Азари ответила ещё одной серией стремительных ударов, пытаясь немного увеличить дистанцию и выбить себе пространство для более мощного и более сложного приёма. Увернувшись, чтобы не получить в челюсть, Рекс сам ушёл в оборону, прикрывая морду от лавины её ударов. Азари была безумно быстрой и чудовищно сильной, некоторое время он мог лишь закрываться, пытаясь уберечь глаза. Полдюжины лёгких выпадов — достаточно сильных, чтобы убить турианца или сразу двоих — прошлись по туловищу, пытаясь пробить броню.

Жестокая. Эта азари была жестокой. И ему это нравилось.

И тем не менее, этот стиль боя Рекс раньше никогда не видел. Ни у азарийских коммандос — а за века он повидал немало их коммандос — ни у любой другой расы тоже. Он лишь отдалённо походил на некоторые кроганские единоборства, но без концентрации на вырубании противника ударом головой. И если даже на кроганские он похож был лишь едва, то, будь он проклят, но ни один стиль азари не напоминал вообще никаким боком. И потом, Рекс не мог припомнить, когда он последний раз сталкивался с такой до абсурда сильной азари. Как будто её фиолетовой биотики уже было недостаточно. Эта женщина просто какой-то урод.

Контратакуя, он слишком увлёкся, Рекс только выругался, когда азари уклонилась от удара, перехватила его за локоть и запястье, чтобы вывернуть их. Он почувствовал боль в суставе раньше, чем она успела сломать ему руку в локте. У кроганов крепкие кости и суставы, но обменявшись ударами с этой чудовищной азари, Рекс уже не строил иллюзий и понимал, что она может сделать, если он подставится. В локте вспыхнула боль, кроган присел и развернулся на месте, вырываясь из её захвата.

Он ударил правой, пытаясь схватить её за горло.

Ящер едва успел нащупать гортань азари, прежде чем она вцепилась в его запястье, сдавливая и выкручивая его. Рекс зарычал, отталкивая азари и пытаясь сломать ей шею. Он едва почувствовал, как она поддаётся под пальцами, но затем мощный удар по локтевому сгибу заставил его разжать хватку и согнуть руку. Чувствуя, что начинает уступать перед лицом настолько ловкого и чрезвычайно сильного противника, Рекс нагнул голову и врезал ей бронированным лбом.

Первый удар попал, и попал хорошо, судя по тому, что она его отпустила. Второй оказался слабее, потому что она инстинктивно закрылась руками. От третьего удара она откатилась, в результате лоб Рекса с грохотом пропахал переборку. В большинстве кают экипажа стены были тонкими и полыми, для экономии пространства и ради места под оборудование. Эта секция, наконец, рухнула от его удара, раздался громкий визг рвущейся стали и алюминия.

Всего на секунду выпав из поля зрения, азари уже успела добраться до его сухожилий.

Рекс хрюкнул, падая на одно колено, в последний момент вскидывая руки чтобы закрыться от удара коленом в лицо. Оторвавшись от стены, он вырвал кусок металла и махнул им как дубиной, достав азари сначала по вытянутой руке, а затем — возвратным движением — по животу. Её развернуло, и кроган продолжил долбить, снова, и снова, и снова. Наконец, она всё-таки застонала от боли — но женский голос почти сразу сменился низким рычанием.

Приятно знать, даже если она и какой-то урод, но эта азари всё-таки чувствует боль.

Отбросив перекрученную и почти рассыпающуюся железяку, Рекс пошёл вперёд, пытаясь достать открывшуюся азари. Она продолжала закрывать лицо руками, что б её, но сейчас Рекса это устраивало. Пришло время отплатить за недавнее.

Заставляя её держать блок всё ещё болящей рукой, он врезал другим кулаком по корпусу, не слабее отбойного молотка. Он чувствовал, как кулак врезается в броню, мог чувствовать и что-то живое и мягкое под ней, но оно просто не поддавалось. Не желало ломаться. Он бил в одну точку раз за разом, туда, где у азари должны быть почки. Она уже должна была вопить в агонии. А он едва добился пары болезненных стонов.

В свою очередь, азари упёрлась в стену и попыталась добраться до его глаз. Выругавшись — ну почему она всегда целится по глазам? — он прекратил долбить и перехватил её тонкие запястья. Азари оттолкнулась от стены и оба противника рухнули на пол. Растерявшись, Рекс по привычке попытался сходу врезать головой и потерял азари из виду. Поразительно, та одной рукой сама ухватила его за толстую шею, не столько пытаясь задушить, сколько удержать на месте.

В другой руке у неё возник изогнутый нож.

Выглядел он словно мечта крогана-садиста, такой нужен скорее не для драки, а чтобы примериваться им к шарам другого крогана. Внизу у маленькой гарды был вырез или сток, а само лезвие напоминало формой какой-то лист. На вид, таким неплохо резать, но пугающе острый конец клинка тоже намекал, что может и проткнуть кроганскую броню. Удерживая Рекса, азари взмахнула ножом, пытаясь воткнуть его крогану в грудь.

Точным движением откатившись влево, он лишь едва избежал знакомства с остриём. Затем быстрый поворот вправо, но в этот раз она смогла зацепить броню, срезав полосу с красной бронепластины. Взбешенная азари оставила пока идею его проткнуть, взамен она нанесла режущий удар: от которого он уже никак бы не увернулся, и который должен был раскидать его кишки по всей комнате.

— РРА-А-А-ГХ! — кулак Рекса мгновенно врезался азари в грудь…

И заодно отправил биотический толчок в упор.

Взрыв крутящегося расширяющегося поля эффекта массы расшвырял их в стороны. Ещё он наконец-то смог отправить азари в полёт, чего не удавалось ни одной атаке до того. Она врезалась в потолок и затем в пару батарианских коек, попутно разнося их на куски. Застонав, Рекс кое-как смог подняться на ноги, он уже видел, что грудь азари дымит и искриться. На мгновенье он даже подумал, что имеет дело с боевым роботом вроде гета. Это кое-что могло бы объяснить… кроме… нет. Она дышала. А нанесённый урон лишь повредил верхний слой её брони.

Оставшись полностью без оружия, Рекс двинулся к рухнувшей ошеломлённой азари. Его правая рука светилась синим, он влепил ей искажением и затем ещё одним броском, его запасная нервная система всё ещё пыталась восстановиться после всей мощи, вложенной в последнюю атаку. Азари вздрагивала и тряслась под его ударами, но упрямо оставалась невредимой. Рекс чувствовал, как все инстинкты буквально вопят броситься на неё — втоптать её в землю — закончить всё в ближнем бою!

Вот только… у неё в руках ещё был нож.

— Хватит прикидываться мёртвой, — прорычал он, пожелав своим кроганским инстинктам сгореть в атмосфере. Если всегда им следовать, то и Мастер боя может подставиться и погибнуть. Взамен он напрягся, создавая ещё один толчок.

— А ты умеешь бить, — отметила азари, её рука рубанула воздух.

Фиолетовая энергия пронеслась через каюту, ударила Рекса в плечо, буквально потроша его биотические узлы.

— А-А-А-АГХ! — он вцепился в руку, по ощущениям казалось, будто нервы загорелись!

— Намного эффективнее «прерывать» тебя, пока ты её только заряжаешь, — заключила азари, с трудом поднимаясь на ноги среди обломков. — Я это запомню…

Договорить ей не дал врезавшийся злой кроган весом в пару сот килограмм.

— Прерви вот это! — его кулак ударил её в корпус, заставив задохнуться, второй удар тем же кулаком снизу вверх пришёл этой чудовищной азари в челюсть. Наконец-то, он мог поклясться, что хоть чего-то добился. Продолжая прижимать её к искорёженной стене, левой всё ещё болящей рукой не давая ей дотянуться ножом, кроган вытянул шею и наклонился, пытаясь оценить нанесённый ущерб.

Сквозь шлем азари почти ничего невозможно было рассмотреть… может, только через полупрозрачный материал напротив её глаз. Рексу пришлось наклонить голову, чтобы заглянуть ближе, глаза в глаза. Но под шлемом почти ничего не было видно.

Глаза выглядели как у азари… но… но с ними что-то было не так: и цвет, и форма.

И что это за пучки нитей там вокруг?

— Что же ты за дрянь? — спросил Рекс, втягивая воздух.

— Что же ты за дрянь? — повторила азари.

Удивлённый вздох Рекса мгновенно сменился рёвом боли, когда он почувствовал, как рука хватает его за шары. Низко рыча, азари отодвинула его, одну руку держа между ног, а другой схватив его бронированный горб. Она крепко упёрлась ногами, отталкивая его, а затем к своему изумлению Урднот Рекс почувствовал, как отрывается от пола.

Эта азари — это и впрямь была азари — она в самом деле сумела его поднять.

— П-п-п-проклятье! — заорал Рекс, кривясь, поскольку держали его в буквальном смысле за яйца. Кроган чувствовал, как поднимается всё выше. Он участвовал в сражениях веками и не мог вспомнить, чтобы хоть раз противнику удавалось его в буквальном смысле поднять. Ни разу, с тех пор как он был совсем ещё маленьким. Вскрикнув от напряжения, азари вознесла его над головой, развернула на 180 градусов и с чудовищным грохотом впечатала в пол.

— Если не будешь пленным… тогда будешь трупом, — сказала она, стоя над поверженным мастером и тяжело дыша. Она подняла внезапно показавшийся очень неприятным ботинок, чтобы растоптать его лицо.

— Я предпочту иной вариант! — прорычал Рекс, нанося удар отобранным у неё ранее ножом.

Лезвие лишь слегка зацепило её ногу, но оставило отчётливый разрез на поверхности брони. Что ни говори, а эта женщина разбиралась в хороших клинках. Нож оказался очень неплох!

Но её всё это совсем не остановило.

Под её шлемом засиял фиолетовый свет, вспыхнул в её глазах. Рекс перекатился на бок и приготовился к очередной атаке… когда заметил, как в каюте возникает сиреневый круг. Он расширился, обрёл плотность, а затем наполнился кружащейся разрушительной энергией. Движущийся фиолетовый свет искажал всё, чего касался. Металлические стены и переборки гнулись, протестующе скрепя, плавились и выгибались под невозможными углами. Крепкий армейский пластик тёк неровными потоками. Электроника получала замыкания и вспыхивала. Рекс тоже чувствовал, как начинает корёжить его тело, но несмотря на это, он чувствовал внутреннее тепло — тепло, которым он укрыл себя — защищающее его от этого кошмара, от разлома.

— Лейтенант! — позвал женский голос.

— Эй! — донёся другой. Голоса принадлежали азари.

— Дерьмо! — выругался Рекс тихо, примерился и проломил одну из ослабленных разломом стен. Ему и одной из этих азари-мутантов хватило с головой. А двух? Трёх? Только идиот вроде Рива остался бы драться в столь невыгодном положении. Кроме того, его контракт с батарианцами был совершенно второстепенным по сравнению с контрактом Серого Посредника. Всегда нужно знать, когда пора совершить тактическое отступление.

— Господи Иисусе, лейтенант! — воскликнула сержант Таннер при виде командира в окровавленной, пробитой и дымящейся броне, с медицинскими показателями — если верить сети их отряда — колеблющимися просто в диких пределах. — Какого чёрта тут произошло? Выглядите так, словно выстояли пять раундов против берсерка!

— Если этому верить, у тебя вроде как два ребра сломаны, — добавила Илена, щурясь и пытаясь пройти мимо людей. — Тебе разве не больно? В смысле, у меня никогда не было переломов, но я как-то ободрала коленку и…

Зарычав, Шепард ухватила чистокровную азари за броню, не давая ей влезть прямо в бушующий псионический разлом. Бог его знает, что бы с ней случилось всего через полсекунды пребывания там. Скорее всего, лопнула бы как шарик. Правда, этот кроган не только выжил, но ещё и смог с помощью разлома сбежать.

Такая сила воли заслуживает уважения. Даже для опытного псионика было бы глупостью идти прямо через разлом. Без ментального щита, так уж точно.

— Подождите, пока разлом не закроется, — скомандовала Шепард, пока сержант Таннер наклонилась чтобы сделать ей укол с помощью медицинского набора. — Затем догоните того крогана. Приказываю взять живым, если будет возможно. Если нет, тогда убейте его. Никаких свидетелей. Синяя команда: продолжает двигаться к мостику. Илена, это и тебя касается. Мы выбиваемся из графика.

— Но… — азари попыталась возразить. — Ты же ранена. Разве не стоит…

— Это не ранение, — заверила Шепард, мрачно улыбаясь. — На самом деле, это доставило мне удовольствие.

Постепенно псионический водоворот рассеялся, Шепард и сержант Таннер рванули в погоню за кроганским мастером боя. Илене оставалось двигаться на соединение с Синей командой.

— Заметка для себя, — прошептала она, — люди странные.

«Отправляю сообщение…» — прощебетал интерфейс её скафандра.

— Чего? Нет! Тупая жестянка! Заметка для себя! Для себя!

Торбак Брулл до сих пор помнил, как потерял двух друзей в печально известном обряде инициации СОВ. Инструкторы, сами раньше служившие в СОВ, выставили их тела перед прочими кандидатами. «Слабаки», — так они их назвали. «Недостойные», — так они говорили. Батарианец более умный осознал бы пределы своих возможностей и ушёл из программы подготовки прежде, чем она станет смертельно опасной. Тогда как более сильный батарианец выдержал бы её и выжил, несмотря на все опасности. Инструкторы тогда подвесили тела за ноги на целый день, гнить на жаре, и только потом завернули в батарианский флаг и отправили домой для достойного погребения.

Торбак Брулл полагал, пройдя через эту преисподнюю, он теперь готов ко всему, что может подкинуть ему вселенная. Он ошибался.

— Угх. Угх. Угх, — его нога волочилась, причиняя боль, батарианец буквально тащил своё тело, цепляясь за стену. Глядя вниз, он мог видеть зазубренный кусок металла, пробивший конечность насквозь. Осторожное касание подсказывало, что ему ещё повезло — он не вскрыл артерию и не воткнулся в кость. Пострадали лишь мышцы. Он не умрёт здесь. Пока что.

Лишь пока что.

— Продолжайте стрелять! — рычал он, ковыляя, словно живой мертвец, мимо ещё одного убитого товарища. Батарианец погиб, вцепившись в шлем, из щелей его брони сочился дым. — Ни на шаг! Не пропустите их ни на шаг! За Кар'шан!

Его ботинок чуть не скользнул по скользкой красной луже, но он удержал равновесие. Вокруг сражались те немногие, кто выжил из его овеянного славой отряда, «Золотого хлыста». Он не мог сказать, слышали они его приказы или нет, и если слышали, то насколько понимали. Всего несколько минут назад организованно наступавшие силы батарианского десанта вместе с дорогими кроганами-наёмниками в авангарде просто вырезали. Батарианцы его подразделения перешли к эшелонированной обороне, раз за разом пытаясь остановить вражеское наступление на мостик корабля. Подкреплению с других кораблей удавалось проникать через шлюзы, но было его очень мало, до сих пор никто не сумел вернуть ангар и ударить врагу в спину. «Чёрный нож» просто перестал появляться в эфире. В итоге любое организованное сопротивление разбивалось на отдельные ячейки, когда бойцы сражались сами по себе, по одному или по двое.

А эти чудовища просто продолжали наступать.

— РААААААХ! — воздух наполнил животный рёв, это один из ещё живых бойцов авангарда понёсся в атаку, паля из дробовика и сверкая биотикой, но он быстро скрылся из виду в пламени и дыму.

А его боевой клич очень быстро сменился пронзительным тонким визгом.

— Нам нужна ещё огневая поддержка! — орал кто-то. — Сорвол! Сорвол! Подними свою задницу и помоги нам! Нужен огонь на подавление! Сорвол!

Сорвол не отвечал — в основном, потому что его голова выглядела как перезрелый фрукт, в который запихнули петарду. Мозги и нечто, похожее на осколки нижней челюсти, забрызгали его тяжелый пулемёт и станок. Само оружие выглядело целым, слава богам, нужно лишь убрать с него тело предыдущего стрелка. Ещё два мёртвых батарианца обнаружились рядом с пулемётчиком, у одного в руке всё ещё дымился тяжелый пистолет, направленный на беднягу Сорвола. Снова дружественный огонь. Снова безумие.

Пригибаясь, тёмные силуэты неслись от укрытия к укрытию, неумолимо приближаясь к мостику. Сколько народу он уже потерял, пытаясь их остановить, Торбак не пытался и предположить. В «Золотом хлысте» было почти две сотни бойцов, плюс не меньше четырёх отрядов десантировались с других кораблей, пробившись через шлюзы и сразу бросившись в перестрелку. Насколько он мог видеть, тесный зал и ближайшие коридоры были завалены мертвецами, и ни у одного из них не было сисек… ни один не был похож на азари. Гордые воины Кар'шана, которые должны были изничтожать и порабощать эту мятежную плесень на Камале, истекали кровью и умирали в коридорах собственного линкора! Сама эта мысль была подобна неподъёмному грузу, прикованному к душе.

— Сдавайтесь уже, придурки! — крикнул женский голос. — Вам не победить!

Вот же дура. Неужели она ничего не видит? Ничего не понимает? От трусов и предателей в их рядах уже давно избавились, оставив лишь достойных. Наверное, это просто такая шутка. Ха, «сдавайтесь».

— Никогда, — прошептал Торбак, пробиваясь к тяжелому оружию на эффекте массы. — Сражайтесь! — велел он, но прозвучало это как тихий хриплый стон. Вдохнув, он повысил голос, проорав оставшимся бойцам: — Сражайтесь… братья мои!

Ответом азари стала ещё одна волна пуль, а к ним взамен отправился новый залп из трещащих винтовок батарианской космопехоты. В другом конце зала полыхнул взрыв, а затем появились они, укрываясь за каким-то мерцающим барьером эффекта массы. Такого биотического приёма Торбаку раньше видеть не доводилось: барьер, напоминающий корабельный щит, отклонял вражеские выстрелы.

Появившись с нового направления, они вышли во фланг и атаковали небольшую группу батарианцев за надежными доселе укрытиями. Одна из тёмных азарийских коммандос бросилась прямо на их позиции, умело проскочила между парой выстрелов из дробовиков и свалила рослого батарианского космопеха в полтора раза больше неё, с лёгкостью крогана, приложившего ворка или саларианца. Не дав растянувшемуся на полу бойцу встать, она всадила в него два заряда из огромного дробовика, произведенного в Терминусе, даже не вздрогнув, когда кровь забрызгала её ноги и грудь. Когда она обернулась и оглядела зал, это было как в старых сказках о демонах. Под шлемом её глаза мерцали адским красно-фиолетовым маревом, ещё больше такого же эфирного пара вырывалось у неё изо рта, словно она выдыхает собственную душу. Не удивительно, что с начала битвы столь многие ударились в панику.

Но Торбак Брулл не поддался панике. Торбак Брулл не чувствовал ни капли страха.

Брулл пинком отбросил тело Сорвола от его оружия, быстро снял со станка большой пулемёт, его инструметрон автоматически включил режим «модификация боеприпасов: зажигательные». Отступив назад и прижавшись к стене, батарианский спецназовец выжал спуск. Без треноги целиться из столь здорового ствола невозможно, поэтому он просто поливал очередями зал, превращая в решето всё подряд. Взрывающиеся пули рвали пол, потолок, стены — всё на своём пути, не делая различий. Демонические азари попадали за укрытия. Нельзя быть уверенным, достал ли он кого-то из них, но Торбак видел странные завихрения воздуха там, где пули отклонялись и сходили с траектории.

— Сдохните, чудовища! — выл он, бьющееся в руках тяжелое оружие заставляло тело корчиться в судорогах. — Сдохните!

Затем его охватило синее свечение, сбивая на спину и задирая ствол так, чтобы пули дырявили потолок. Мигнув, погас свет — кто его знает, какие именно системы наверху повредил пулемётный огонь. Почти тут же врубилось запасное освещение, заливая всё нездоровым оранжевым светом, как от инструметрона. Пытаясь вернуть контроль над оружием, Торбак перенёс свой вес, его тело начало подниматься с пола…

Ну разумеется, обычные биотики там тоже есть, что б их. Брулл о них почти забыл. Напрягая собственные резервы нулевого элемента, батарианский боец силой рассеял поле, удерживавшее его. На ноги он рухнул неудачно, левая отозвалась ярко-красной вспышкой новой боли. Продолжая удерживать свой пулемёт одной рукой, Торбак сумел разглядеть источник этой угрозы: единственную из этих демонических азари, сияющую нормальным синим светом активной биотики. Она понеслась вперёд под вражеским огнём, её кулак обвила синяя спираль очередного готовящегося броска.

Торбак ухватил оружие обоими руками и занёс правую ногу, отправляя нервный импульс в узлы нулевого элемента в бёдрах и икрах. Затем он топнул, ударная волна нестабильного поля эффекта массы разошлась по полу, словно от подрыва мины. Он ожидал, что азари торопливо прыгнет за укрытие, спасаясь от волны и становясь удобной целью для его оружия.

— Ай-ай-ай! — визг азари неожиданно был совсем не демоническим, а руками она отчаянно мотала в воздухе. Она сумела затормозить прямо у самой границы действия волны, но хуже того — рука азари взметнулась, отправляя биотический заряд. Поле выгнулось дугой, напоминая уже не шар синего света, а скорее лезвие косы.

Оно зацепило ноги батарианца и с гарантией сбило его на пол. Торбак со стоном рухнул на бок, почти тут же кто-то вырвал у него из рук оружие. Перекатившись, он сжал кулак для ещё одного биотического удара, но только женская ладонь уже сжала его запястье. Боль прервала концентрацию, нервы полыхнули болью, нулевые узлы с шипением сбросили своё поле. Его держала одна из чёрно-фиолетовых азари. Она поймала его за запястье как ребёнка… а затем подняла в воздух, словно мясник на рынке — выпотрошенного варрена.

— Это было немного опрометчиво, не находишь? — спросила замаскированная азари, когда другая — единственная без закрытого шлема — приблизилась к ним, застенчиво улыбаясь.

— Я не позволю вам всё сделать самим! — ответила та, скрестив руки на груди и явно надувшись. — Всё складывалось довольно погано: ваши щиты уже отключились, поэтому я решила выйти вперёд и всех спасти! Вдобавок, нам же этот и нужен был, верно?

— Он самый, — ответила та, что держала Торбака за руку.

— И кто его поймал? — коммандос без шлема указала на себя. — Эта знойная синяя красотка, вот кто!

— Так этот твой замах?..

— Я называю это приём «биотический разрез» из-за формы поля, и чтобы вы знали, всё так и было задумано.

Резкий звук выстрела предшествовал появлению ещё одной азари.

— Никто не сдался, — пояснила она, втянув воздух. — Они держались храбро, этого не отнять.

Всё было кончено. Всё точно кончено. Их всех просто раскатали.

— Азари, — прошипел Торбак. — Из всех рас в космосе, почему именно азари.

— Эй! — откликнулась та, что без шлема. — Что ты имеешь против азари, а?

— Ничего особенного, девочка, — Торбак улыбнулся, демонстрируя похожие на иглы зубы. — Я ничего такого не имел в виду. Ваш вид тоже можно использовать… и с его использованием я очень близко знаком. В поместье Брулл на Кар'шане у нас есть азари вроде тебя. Такого же цвета и тому подобное. Мой дед захватил её на грузовозе. Как он рассказывал, сломать её оказалось легче, чем все ожидали, и как замечательно, что вы не меняетесь внешне даже через сотню лет?

— Эй, как… — азари быстро прекратила улыбаться.

— Когда-то она меняла мне подгузники, — продолжал Торбак, не дав себя прервать. — И первый раз, когда я воспользовался ей для удовольствия, я сделал это в своей старой детской. Я опасался, что она ничего не почувствует, после стольких-то лет у нас в семье, но она всё равно плакала, когда я насиловал её… и она всё равно визжала, когда я сказал, что так же поступлю с её дочерью. Вот на что вы годитесь, азари. Интересно, не закончишь ли и ты однажды точно так же? Хотел бы я увидеть это лично.

— Ух, ты. А моя сестра говорила, что в галактике не осталось милых парней, — обратилась Илена к напарнице, продолжая разглядывать батарианца.

— Просто само очарование, — согласилась азари в шлеме.

— Своими историями ты добиваешься, чтобы мы тебя пристрелили, или это всё правда? — спросила светло-голубая азари, впившись в него взглядом.

Торбак только оскалился ещё шире.

— В таком случае… — сжатый кулак Илены слабо стукнул батарианца между глаз, — я хочу, чтобы ты представил себе, что она сделает, когда мятежники доберутся до вашего поместья и дадут ей и всем остальным вашим рабам пушку, коробок спичек и зажигательный коктейль. Уверена, они устроят вечеринку — ну просто огонь. А ты как считаешь?

Эта картинка: покорная и всегда послушная Саялра… которой снова после стольких лет дали пистолет, на её лице появляется мстительная ухмылка… ужас пробрал его до кишок. Дед ломал её. Отец ломал её. Он, Торбак, ломал её. Она просто рабыня. Всего лишь рабыня. Пришелец, низшее существо, вдобавок ко всему. Она никогда… просто не посмеет…

— Этого не будет, — прошипел он этой азарийской ведьме. — Гегемония сокрушит вас. Она сокрушит вас всех.

— Знаешь, что-то я сомневаюсь, — протянула Илена и кивнула одной из напарниц.

Поле зрения Торбука залило сиреневым, его тело обмякло

— Гегемония… сокрушит… вас, — шевельнулись его губы, но голос был неправильным — словно двое говорили одновременно — голова батарианца практически моталась по сторонам. — Сокрушит вас, — повторил он. Теперь голос был куда меньше женским и куда больше — мужским. — Гегемония сокрушит вас…хорошо. Думаю, так сгодится.

— Отпечаток голоса совпадает на девяносто восемь процентов, — державшая Торбука азари разжала пальцы, но бывший спецназовец не рухнул на пол, а вытянувшись встал перед ней. Слабое фиолетовое свечение наполняло все четыре его маленьких глаза.

— Кстати, как там внутри? — спросила Илена, подтолкнув рядом стоящую «коммандос». — У него в голове?

— Отвратительно, — женщина-псионик уложилась в одно слово

Мостик «Славной Харсы» был запечатан.

Новости с нижних палуб приходили редко, и совсем не радовали. Ещё больше нервозности команде добавляли оперативники СОВ, размещенные тут, чтобы гарантировать «гармонию» и верность Гегемонии, в особенности Директорату Безопасности. Закалённые бойцы кружили по мостику как стая голодных варренов, вслушиваясь в каждую передачу снаружи. Как и все оперативники СОВ, они имели доступ к лучшему оружию от Батарианского Оборонного Концерна, и им даже не нужно было размахивать этим оружием, чтобы запугать команду. Все уже знали, что произойдёт, если где-то хотя бы прозвучит вслух слово «сдаться».

— Адмирал, — начал главный в этой группе фанатиков. — Время на исходе… мы должны запустить протоколы самоуничтожения…

— Нет, — с ним смел спорить лишь адмирал Каш'Раман. Он по-прежнему сидел в своём кресле, безэмоциональный как камень, все четыре глаза закрыты в раздумьях, а руки сложены на коленях. — Нет! Харса лучший из наших линкоров, а их и так совсем немного. Я не допущу её уничтожения просто из-за спешки! Лучше залить все палубы кровью, чем причинить вред кораблю.

Похоже, его фанатизм вновь нашёл понимание в душе бойца СОВ.

— Да. Разумеется, вы правы, — пробормотал оперативник, продолжая нервно вышагивать. — Подкрепление придёт. У нас есть целый флот…

В воздуху, помимо напряжения, повисла и зернистая картинка:

— Говорит… — помехи, — …повторяю, говорит коммандер Брулл! Мы оттеснили врага ценой тяжелых потерь, — снова помехи. — Мне нужно убрать раненых с переднего края, пока не начался следующий штурм. Медикаментов не осталось! Я открываю запертые двери.

— Коммандер! — оперативник на мостике растерянно ответил в свой коммуникатор: — Я думал, нам положено держать мостик запечатанным?

— Никак нет. Как только раненные окажутся внутри, вновь запечатаете дверь за нами, — ответ пришёл через секунду вместе с треском помех.

— С-слушаюсь, сэр! — ответил боец СОВ, махнул своим товарищам. — К дверям. Примите раненых и запечатайте снова, не теряйте времени!

Загремели по полу ботинки, солдаты с штурмовыми винтовками бросились к огромным взрывостойким дверям, защищающим мостик и системы связи линкора. Все в помещении с напряжением и страхом наблюдали, как была снята блокировка, а потом двойные двери начали расходиться в стороны. На большом голографическом экране позади было видно, как остальной флот продолжает прижиматься к «Славной Харсе», битва за планету ненадолго приостановилась. Казалось, они тоже затаили дыхание.

Вошедший коммандер Брулл тащил в каждой руке по тяжелораненому батарианцу. Его собственная нога сильно кровоточила, но ветеран СОВ словно не обращал на это внимания. Двое солдат подбежали к нему, чтобы забрать раненых и освободить командира от этой ноши.

— Всего двое? — спросил один, выгибая шею и заглядывая дальше за двери.

— Этот… этот парень… — другой потянулся к подбородку раненого, поднимая голову и заглядывая в глаза.

— Мёртв? — уточнил Брулл, выхватывая табельный пистолет. Оружие рявкнуло раз, другой, вгоняя по пуле в головы двух других, ничем не обремененных, но не успевших среагировать бойцов СОВ. Оба дёрнулись, осев на пол и не успев ничего сказать.

— НЕТ! — крикнул их непосредственный командир, пытаясь вскинуть штурмовую винтовку.

Ответом ему стал грохот выстрелов, когда рядом с Бруллом возник мерцающий силуэт. Батарианцы на мостике попрятались за свои посты, сжимаясь в страхе. А вот бойцов СОВ уничтожали — предавший их командир вместе с парой замаскировавшихся и теперь начавших проявляться азари. Чтобы всех прикончить, им понадобилось меньше времени, чем дреллу, чтобы отлить.

— Чисто, — объявила одна азари, двигаясь вперёд со вскинутой винтовкой.

— Чисто, — согласилась вторая, медленно шагая и обводя стволом трупы и ещё живых батарианцев. — Подтверждаю. Всё безопасно, мэм.

Илена вступила на мостик, с любовью потрепав Брулла по плечу на ходу.

— Хорошая работа, дружок, — сказала она достаточно громко, чтобы её слова достигли и команды, и микрофонов камер наблюдения. — Думаю, кто-то заслужил угощение.

Батарианец заворчал, подчиняясь воле контролирующего его человека.

— Теперь вы, адмирал! — Илена бодро зашагала вперёд, вертя своим оружием, словно гимнаст довольно смертоносным снарядом. — Думаю, вам стоит поступить наилучшим для вашего корабля и вашего экипажа образом… и прекратить строить их в очередь и отправлять к нам на расстрел. Вы так не думаете? В смысле, мы можем просто и дальше убивать их, и убивать, и убивать… — она указала на себя и на двух других коммандос, — …не то чтобы мы официально вели счёт, но кое-кто из нас вёл, и я прочно держу второе место, так что я не против, если мишени перестанут прибывать, но…

Включив ненадолго режим психованной стервы, с которым она была отлично знакома после работы на Седерис, Илена начала тыкать стволом своего М3 в случайных батарианцев на мостике, радостно запугивая их угрозой ничем не спровоцированной казни на месте. Это скрасило её неспешный путь к адмиральскому креслу через полный перепуганного персонала мостик.

— Парни, вас же тут десятка два? По правде говоря, думаю, если я вас пристрелю, то как раз выйду на первое место! — продолжала она своё представление, приближаясь к адмиралу Каш'Раману. — Но это бы тоже было скучно, — призналась она, направляя оружие на старшего. — Потому как насчёт того, чтобы оказать мне небольшую услугу и сдаться? Разве это не звучит просто замечательно?

Батарианский адмирал медленно открыл глаза, слегка усмехнувшись. Как Илена и ожидала, его глаза имели слегка фиолетовый оттенок.

— Принимая сторону моего экипажа, ради него и ради этого корабля, — ответил он неторопливо, — я сдаюсь.

— Прекрасное начало! — заключила Илена, улыбаясь во весь рот. Она повернулась к батарианскому флоту на экране. — А теперь… как насчёт того, чтобы о вашем изменившемся мнении узнали и все остальные?

— Сэр! — офицер связи скривился от взгляда одной из жутких азари, пялящихся на него, но закончил доклад: — Разведка докладывает, что крейсера мятежников пришли в движение в сопровождении своих фрегатов! Сенсоры это подтверждают! Они укрываются за планетой, но явно движутся в сторону нашего флота.

— Приготовить все орудия, — приказал адмирал, Илена неспешно обошла его кресла и встала позади, опёрлась на спинку и положила руки на плече Рамана.

— Сэр! — один из четверых отвечающих а орудия офицеров не подчинился сразу. — Сэр, вы уверены?

— Я отдал приказ, — огрызнулся Раман. — Приготовить все ускорители массы.

— Ц-цели? — старший из них задал вопрос, хотя и до дрожи боялся ответа.

— «Зумэ», «Тота» и «Флорак». Нацелить главное оружие на «Бакал», — Каш'Раман — или вернее управляющий им псионик — уже имел на руках список судов, больше других готовых к сдаче. — Передайте на все корабли. Говорит адмирал Каш'Раман. «Славная Харса» сдалась врагу, всем приданым соединениям флота рекомендуется сделать то же самое, или попытаться уйти через ретранслятор.

Илена наблюдала за дальнейшим с мрачным удовлетворением. И впрямь оказалось неожиданно… насколько много кораблей предпочли сдачу вместо храброго броска на орудия Харсы или приближающихся повстанцев. Из оставшихся, куда больше выбрало безнадёжное сражение вместо позорного возврата на Кар'шан, где Директорат, наверняка, сделал бы с ними вещи куда хуже, чем могли сотворить орудия мятежных фрегатов и крейсеров. В одном можно не сомневаться: завтра к утру на Кар'шане изрядно прибавится испачканных штанов.

Илена почти не обращала внимания на развернувшуюся снаружи битву, её мысли вновь возвращались к недавним отвратительным угрозам Брулла. Конечно, не секрет, что у батарианцев в рабстве было некоторое количество азари. Их раса живёт долго — каждая азари, попавшее в рабство сто, или двести, или даже восемь, мать их, сот лет назад может быть ещё жива. Она просто раньше не задумывалась над этим. Илена прикрыла глаза, вспоминая, что Йона Седерис — сама, будучи азари — не слишком мучилась угрызениями совести, продавая своих сестёр по расе батарианцам всякий раз, когда удавалось их захватить. Она и сама тогда участвовала вместе со всеми, дева, вышедшая в своей второй или третий рейд с настоящим отрядом наёмников, нервничающая и над которой потешалась вся их группа. Илена помнила, как просто стояла, строила из себя крутую и перешучивалась с товарищами, даже когда очередную несчастную пленницу запихивали в челнок работорговцев.

Тогда она об этом даже и не задумывалась, а вот сейчас… сейчас… Сейчас её это даже злило.

Активировав свой инструметрон, Илена остановила запись камер наблюдения на мостике. Бой здесь уже завершен. Задание Икс-ком успешно завершено, а для Затмения всё только начинается.

— Речь о ящере весом почти в тонну!(2) Как именно ты ухитрилась его потерять?

— Мне нет оправдания, лейтенант, — полевой медик вытянулась перед Шепард.

Та лишь зарычала, но не упустила из виду кучу мёртвых батарианцев, усеивающих коридор вокруг инженерного отсека. Их расшвыряли, словно сломанные игрушки, но было легко определить, какие из них — недавняя работа медика. А именно те — что были убиты быстро и безболезненно, даже в ближнем бою — один точный удар в голову и мгновенная смерть. Никаких излишеств. Эта женщина владела рукопашным боем лишь на самом базовом уровне, обязательным для всех полевых агентов Икс-ком, но уж его она знала на отлично. Как и ожидалось. Брэдфорд и командование набирали её отряд из лучших.

Но как этот кроган ухитрился выскользнуть у них из рук… снова?

— Там… и там, — сказала Шепард, указывая на два тела. Одно было сложено вдвое…

…тело крогана врезалось в (относительно) маленького батарианца, сильный удар оглушил его, но за спиной оказалась металлическая труба, довершившая начатое.

Второй валялся сбоку, в его груди темнела большая неровная дыра…

…эхо двух выстрелов разнеслось по тесным коридорам инженерного отсека, кроган развернулся к следующему пехотинцу и выстрелил ещё раз. Дробовика он лишился до этого в рукопашной, вместе со штурмовой винтовкой и даже пистолетом. Этот новый дробовик был маленьким. Батарианским. Зато он работал.

Глаза Шепард отслеживали путь ящера от сцены к сцене в доли секунды…

«Кроган!» — вероятно заорал один из космопехов. Его униформа была чёрно-золотой, а у остальных, пришедших позже, виднелись сине-зелёные нашивки. Эти двое были местными фанатиками, а не бойцами, идущими на подмогу. «Дезертир!» — должно быть, завопил другой, или подумал, или как-то иначе выразил своё отношение. Кроган мог удивиться такой реакции, разозлиться или даже растеряться. Но защищая себя, он не колебался.

Дальше, на полу…

…кровь капала на бегу из раненой ноги крогана, каждый шаг отдавался болью. Но он был кроганом, обладающим невероятной врождённой регенерацией, сравнимой или даже превосходящей по эффективности человеческие биомодификации. С каждым шагом он по чуть-чуть восстанавливал силы. Но всё равно, двигаться было тяжело. Он врезался плечом в одну из выступающих труб, оставив вмятину и предупредив о своём появлении пару настороженных космопехов. Но почему так мало крови? Рана уже закрылась, кровоточа лишь при резких и быстрых движениях?

Подобранное оружие, удар в рукопашной, эта короткая перестрелка, и потом… куда он делся?

— Туда, — решила Шепард, прокладывая дорогу между телами батарианских пехотинцев. Они пересекли пустоту космоса между двумя кораблями только чтобы наткнуться на мечущуюся по коридорам команду Шепард. Их вмешательство только усложнило задачу медика отряда.

«Мне нет оправдания», — так она сказала. Шепард беззвучно хмыкнула. Она наблюдала сразу с полдюжины вполне веских оправданий, их мёртвые тела сейчас лежали у Аннабель под ногами

— Чаквас, — позвала Шепард, обходя женщину справа. Нагнулась ниже, изучая большую квадратную дыру в мешанине труб и проводов. Медик двигалась плавно, прикрывая лейтенанту спину, на случай если из-за угла появятся ещё батарианские пехотинцы, которым не терпится подраться.

— Нашли что-то? — спросила молодая оперативница поддержки, не переставая смотреть по сторонам.

— Да, что-то нашла, — ответила Шепард, касаясь рукой пола. На пальцах остались следы крови чужого.

…непросто протиснуться, учитывая его габариты, но места хватит… он знал, что сумеет это сделать. Прорезать себе путь из одного отсека в другой. Но от неудобного положения снова открылись раны. Капли крови падали и застывали на полу, пока он полз дальше. Впереди решетка. Пригодится нож. Он проходил даже сквозь усиленные кабели с неожиданной лёгкостью.

Итак, нож у него ещё остался. Хорошо. Шепард нагнулась ещё ниже, сощурилась и двинулась следом, несмотря на то, что ей и пришлось ползти.

«Я знаю, где он», — Шепард передала через ментальную связь приказы и цель своего движения, дополнив количеством деталей, которое просто не смогла бы изложить вслух, даже если отряд рассеялся и все находились далеко от неё. — «Собраться вместе и отрезать его»

— Вижу лунатика!

Рекс вскинул левую руку к лицу и создал свежий биотический барьер, как только одна из азарийских коммандос на техническом переходе сверху засекла его и открыла огонь. Убийственно точные трёхпатронные очереди начали разбиваться о восстановившиеся щиты, экран у его глаза показывал, что проседают те с пугающей скоростью. Не замедляясь — этого она и добивается — Рекс обернулся и несколько метров пробежал боком, паля на ходу из дробовика. Оружию было далеко до его М-300, но ничего иного и лучшего под рукой сейчас просто не имелось.

Азари продолжала палить, стоя в полный рост, укрывшись, только когда три выстрела подряд снесли её щиты. А до того ей словно было наплевать. Большинство наёмников ищут укрытие, когда щиты начинают мигать. Но эти азари… они воспринимали свои щиты словно лишний, восполнимый, слой брони. Учитывая насколько крепок материал их скафандров, это вполне логичный выбор. Они знают, что могут выдержать несколько попаданий, попутно сделав по врагу не меньше.

Наконец, она милосердно спряталась за оградой у себя наверху. Рекс не пытался атаковать её со своей самоубийственной позиции. Он предпочёл вновь бежать изо всех сил. Его барьер уже выдохся, щиты держались на честном слове. Он проверил дополнительный генератор щита. Заряжен на девяносто процентов. Почти готов.

Гулкий грохот впереди заставил инстинкты Рекса орать об опасности.

Кроганы не отличаются особенно выдающимся зрением, но Рекс мог разглядеть слабое мерцание дальше на пути: всего лишь небольшое искажение в паре сантиметров от пола. А ещё звук шаркания по металлу. Там дальше было нечто, и при неверной догадке утешительного приза он не дождётся. Заряд картечи возник из пустоты, как раз в тот момент когда Рекс изо всех сил метнулся вправо, выстрел едва миновал его и разнёс в куски ближайшую наладочную консоль.

Второй выстрел азари — у них ещё и тактическая маскировка есть? — частично обнаружил её приближающийся силуэт, какой-то мерцающий туман появлялся и вновь исчезал вокруг неё. Рекс упал на одно колено. Понимая, что тут негде спрятаться, он перегрузил настройки безопасности дробовика с помощью инструметрона. Этот фокус всегда был связан с риском, но результат мог получиться просто опустошительным, даже с таким примитивным бюджетным оружием.

Понимая, что времени на ответ у него практически нет, Рекс в одно мгновение прицелился и выстрелил, его позаимствованный дробовик со свистом загорелся, выбрасывая оранжевую массу расплавленного металла. Один мастер, даже старше Рекса, называл такой приём «резнёй» не просто так. Это напрочь убивает низкокачественное оружие, но если попасть, то результат будет кошмарным.

Будет… если попасть. Азари резко дёрнулась в сторону, с невероятной скоростью уйдя от отчаянного выстрела.

— Хорошая попытка! — отметила она, вновь беря крогана в прицел.

Взрыв позади, когда заряд дробовика поразил свою запасную цель, чётко сбил её с ног. Рекс закрыл лицо, глядя, как из развороченных труб вырывается обжигающе-горячий пар и мешается с тяжелым ядовитым туманом охлаждающей жидкости. Второй взрыв, поменьше, последовал за первым, сам корабль начал протестовать, завыли сирены, зазвучали короткие отрывистые экстренные предупреждения на батарианском.

Задержав дыхание, Рекс пронёсся через огонь и пар на другую сторону. Три выстрела достали его даже в непрозрачном облаке, когда та другая азари спрыгнула сверху и выстрелила ему вслед. Дополнительный щит, вероятно, спас крогана, ещё три пули просто просадили барьеры. И затем, наконец, он от них оторвался.

Завернув за угол и сверившись с картой, Рекс перепрыгнул импровизированную баррикаду. Три батарианца охраняли её… не больше пары минут назад. Выбросив прогоревший дробовик и одним плавным движением подхватив новый, кроган перекатился и вновь понёсся вперёд. Нога ещё болела, но это уже не мешало. Даже ещё недавно чуть не раздавленным шарам стало немного лучше. Всё-таки нет ничего приятнее регенерации.

Топот ботинок по металлу недалеко за спиной погнал его вперёд.

Резкий поворот налево, согласно маршруту по карте, Рекс упёрся в лестницу на следующий этаж. Прыгнул, уцепился за перекладину и полез наверх. Почти ушёл.

Он успел пробежать полкоридора, когда услышал позади два тяжелых приземления. Они просто сразу запрыгнули наверх.

— Эй! Кроган! — пара батарианских космопехов увидела вылетающего из-за угла Рекса. — Ты не должен здесь находиться…

— Небольшой совет, — пробормотал яшер, проносясь между ними. — Возможно, вам лучше убегать.

— Чего? — переспросил один из них, но, к счастью, стрелять не стал.

— Дерьмо! — заорал другой, только прибавляя крогану скорости. — Это они!

Пальба за спиной дала Рексу лишнюю секунду чтобы сверить местоположение по карте.

— Всем батарианским силам на борту «Славной Харсы», — заскрежетал через систему оповещения голос адмирала. — Говорит адмирал Каш'Раман. Сдайтесь Затмению, и вы не пострадаете. Я уже договорился, с вами будут обращаться достойно. Те, кто откажутся сдаться, гарантированно погибнут безо всякой пользы. Как бы нам ни было тяжело, я прошу вас сложить оружие и остаться в живых для следующей битвы…

— Тем самым этот контракт исполнен, — пробормотал Рекс, вновь набирая темп.

Он почти преодолел длинный прямой участок, когда вновь услышал шаги.

Быстрый взгляд за спину обнаружил знакомую чёрно-фиолетовую азари. Только у одной из них Рекс смог повредить броню на груди подобным образом. Это была она. И она его догоняла.

Рекс призвал последний биотический барьер, и врубил «неуязвимость», форсированный режим брони. Он ни за что не собирался тут умирать, только не в шаге от долбанного спасения с этого обречённого линкора. Его действия явно оказались предусмотрительными, потому что азари открыла огонь на бегу, пули сразу начали рвать его биотические и кинетические щиты. Рекс игнорировал и урон, и азари.

Впереди был один из шлюзов, а к нему пристыкован челнок с, вероятно, уже уничтоженного корабля «Бакал». Влетев — можно сказать, проломившись — через шлюз, Рекс вдавил контрольную панель. Маленькие двери шлюза начали закрываться, но делали это медленно. Слишком медленно. Убийственно медленно. А люк челнока не откроется, пока шлюз не будет запечатан.

Осталась лишь небольшая щель, когда между створок просунулась штурмовая винтовка, не давая закрыться. В шлюзе завыла сирена, системы засекли препятствие, а затем из винтовки открыла огонь, не глядя и во все стороны. Заревев, Рекс врезал по ней кулаком, пытаясь оттолкнуть или сбить вниз. Эта азари, снова она. Секунду или две они боролись за оружие, которое упорно держало дверь. Объятая сиреневым рука пыталась просунуться внутрь, в то же мгновение Рекс представил, что сможет натворить внутри странная сингулярность вроде виденной ранее. Она может разнести весь шлюз, даже если он сам по какой-то причине оказался устойчив к воздействию.

Не видя особых вариантов, он зарядил биотический толчок и приложил ладонь к щели между дверных створок. Подобного он никогда раньше не проделывал, но как и ожидалось, толчок хорошо сработал в замкнутом пространстве. Он отбросил азари вместе с её проклятой фиолетовой энергией, которую она уже собиралась применить. Не тратя времени, Рекс ухватился за покалеченную винтовку, потянул на себя, освобождая дверь. Створки закрылись и встали на блокировку, шлюз начал процедуру герметизации.

Взглянув на контрольную панель, Рекс коснулся её пальцем, включая интерком.

— Знаешь… я так и не узнал твоего имени, азари, — отметил он, всё ещё тяжело дыша. Он чувствовал желание узнать его, имя женщины, доставившей ему столько проблем и едва не убившей, он даже, как в той поговорке, готов был отдать ей свой ужин как врагу. — Рекс, — сказал он, называясь первым. — Урднот Рекс.

Через маленькое окошко в дверях шлюза он мог видеть, как она встаёт, её тело ещё дымится.

— Шепард, — ответила азари. В её голосе слышалась холодная ярость, само по себе странное, чужое сочетание эмоций.

Чем бы ни была эта азари — мутантом, киборгом, просто каким-то уродом — Рекс понимал, что здесь и сейчас они видятся не в последний раз. Он похлопал нож, который… одолжил… у неё, теперь завернутый и надежно укрытый в одном из карманов брони. Он мог бы назвать это началом замечательных жестоких взаимоотношений.

— Приятно было поболтать, Шепард, — сказал Рекс, разворачиваясь и направляясь к пустому челноку.

Шепард оставалось разглядывать пустой шлюз, челнок отстыковался и отправился в полёт.

— Илена, — позвала Анна, когда две другие оперативницы, включая Чаквас, наконец, её догнали. — От шлюзов отходит челнок. Четвёртый шлюз, слева по борту. Можете его сбить?

— Э-э-эм, — настоящая азари ответила со своего места на мостике. — Подожди-ка.

Шепард молча ожидала, одновременно направившись от пустого шлюза обратно вглубь корабля.

— Тут целая куча челноков носится во все стороны, — наконец ответила Илена, поясняя ситуацию снаружи более детально. — А ещё там взрывы. Море взрывов. Мы тут вроде как в центре большого космического сражения. Наши лазеры ПОИСК ушли на охлаждение и…

— Ясно, — ответила Шепард, проверяя свой М-3 «Хищник».

В потери штурмовой винтовки не было ничего страшного. Но вот нож? Это уже… неприятно и может привести к проблемам.

— Это тот безумный кроган, за которым вы гонялись? — спросила Илена. — Он и в самом деле смог сбежать?

— На этот раз, — проворчала Шепард. — Но такой челнок для малых расстояний, звездную систему на нём не покинуть. Кроме Камалы деваться ему некуда. Может, потребуется время, но я найду его снова. Мы с ним не закончили, если смотреть в перспективе.

Глава 5[7]

Люди, как Илена заключила после предварительного исследования, были весьма привлекательны физически. Делу помогала их невероятная схожесть с азари, так что на них ещё работал и соблазняющий фактор «запретного плода», особенно для женщин. Те, кто имели генные модификации мышц, были крупноваты и излишне мускулисты по меркам азари, но определённо в пределах допустимого. Они были словно очень экзотичные азари, и именно это и привлекало так сильно.

А ещё были парни — мужчины — но она видела на Арктуре всего нескольких. Да, Азари были целиком женской расой вместе с кучей других живых существ на Тессии. Но, несмотря на это, их раса знала о существовании мужского пола у животных других классов. У азари был о-о-о-о-очень далёкий общий предок с одной зверушкой, у которой имелись и самцы, и самки. В научной фантастике всегда был нишевый жанр, в котором авторы пытались представить, на что были бы похожи азари другого пола, и он получил хорошего развивающего пинка, когда стало известно о протеанах, посещавших иные расы, и потом ещё раз, когда на Цитадель явились саларианцы. По мере того, как всё очевиднее и очевиднее становилось, что большая часть живых существ в галактике двуполая, всё чаще азари задавались вопросам, как бы это выглядело для их расы?

Теперь Илена знала ответ.

Фантастики на эту тему написали просто горы, но человеческие мужчины были к их мечтаниям ближе всего из существующего в реальности. Конечно, цвета кожи не такие, а вместо жестких щупалец эти их мягкие волосы, но всё остальное было при них: все нормальные черты азари, но в, несомненно, мужской версии. Такое было невозможно, неприлично и обалденно — всё это одновременно и неразделимо. Только… не были бы они все такими ужасно строгими! Но если отбросить эту мелочь, у нас имеется целая раса странных и недопустимо привлекательных псевдо-азари. Порноиндустрия дома просто слетит с катушек, когда люди заявят о себе всей остальной галактике.

— Илена? — позвала Шепард, словно чувствуя, что соратница думает о каких-то глупостях.

— Да, стойка смирно, взгляд перед собой! — прощебетала Илена, механическим движением отдавая честь.

В душе же азарийская коммандос прокляла свои сходящие с ума гормоны. Быть девой порой совсем нелегко. С другой стороны, девичий возраст у них длится всего сто или двести лет, и вот ты уже достойная степенная матрона с выводком сопливых детишек. Буэ-э. Илену чуть не стошнило от одной этой мысли. Определённо, время — самая большая стерва в галактике.

Не забывать — всё внимание на милого паренька на голограмме! Особенно на его слова. И определённо не пытаться представлять, как он выглядит без одежды, или каковы на ощупь чёрные волосы у него под носом и вокруг рта. Всё внимание тому, что он сейчас говорит. Точно.

— …похоже, ситуация в системе пока что нормализовалась, — объяснял коммандер Стивен Хакетт, сидя за столом где-то на корабле людей, затерянном в неисследованном космосе. — Гегемония ещё зализывает раны, а Временное Правительство Индрис скоро соберётся на Камале для обсуждения обороны системы и черновиков Конституции и Декларации принципов. Как вы знаете, на нас прямо или опосредованно работает множество агентов в различных повстанческих движениях, но мы ещё не определились, каким будет их новое правительство. На данный момент наши ксеносоциологи пришли к консенсусу и решили, что батарианцы попробуют сформировать выборное правительство на смеси азарийских и турианских принципов, — Хакетт выстроил в ряд несколько голоэкранов, демонстрирующих разные части системы Индрис. — Мы очень много вложили в успех операции «Афина», и пока что главнокомандующий и Совет довольны её результатами. Мы должны быть уверены, что новое батарианское правительство сможет удержать Индрис и, в дальнейшем, распространить восстание уже в ближайшие системы. Наша цель — или полное разрушение Гегемонии, или её эффективное сдерживание. В этом организация Затмение будет играть ключевую роль, тут-то на сцену и выходите вы, Илена Таноптис.

— Готова исполнить что угодно, коммандер! — выдала Илена с энтузиазмом, вдобавок вытянув руку с поднятым большим пальцем. Кажется, именно так люди выражают интерес и одобрение.

— Не… не делай так, — пробормотала Шепард, быстро заставляя её опустить руку.

— Да, — на этот обмен жестами среди подчинённых молодой лейтенант-коммандер отреагировал, лишь удивлённо подняв бровь. — Для начала, позвольте поблагодарить вас за содействие. Я буду вашим непосредственным командиром в Икс-ком, как ответственный за все аспекты операции «Афина», и так же я определяю ваш текущий уровень финансирования, долю в общем бюджете проекта. Когда Затмение усилится и продемонстрирует готовность противостоять локальным угрозам, соответственно возрастёт и финансирование. Чтобы денежные потоки не отследили, основное снабжение будет идти через передачу нулевого элемента для дальнейшей продажи на галактическом рынке. Ваши счета будут под наблюдением и управлением персонала Икс-ком для уверенности в вашей готовности сотрудничать.

— То есть, чем лучше Затмение справляется, тем больше денег вы нам пришлёте, — Илена кивнула головой. Всё довольно просто. — Но ведь это ещё не всё, не так ли?

— Верно, — ответил Хакетт, коротко кивнув. — Затмение должно стать не только нашим прикрытием в пространстве Цитадели, оно должно стать ещё и настоящей охранной компанией. А это подразумевает набор добровольцев, расширение, принятие новых контрактов для увеличения дохода и известности в СМИ галактики. Чем больше и успешнее станет Затмение, тем легче нам будет действовать у вас за спиной. До тех пор, пока контракты ваших нанимателей не противоречат операциям и целям Икс-ком, я ожидаю от вас достойного их выполнения. Также легитимная работа поможет лучше скрывать наше финансирование Затмения.

— Это я сделаю! — Илена довольно улыбнулась.

— Работы достаточно даже в непосредственной близости, на стороне Временного Правительства, а так же иных дружественных или «союзных» организаций. Контракты, предложенные Затмению, будут проверяться Икс-ком, и вас уведомят о степени их важности, если нам будут доступны какие-либо дополнительные сведения. Мы уже отправили вам пакет информации о дружественных организациях среди батарианцев, и оценим, если у них будет приоритет. Конечно, если Икс-ком понадобится ваше содействие или участие в нашей операции, мы ожидаем, что это будет исполнено со всей срочностью. Отказ в содействии серьёзно повлияет на проект Затмение и его… ценность для нас.

«Задания Совета Икс-ком чрезвычайно важны!» — сделала Илена в уме заметку, сколь бы очевидной эта мысль не была. Разозлить своих покровителей, способных управлять разумом, пожалуй, очень плохая идея. Где-то на 8 или 9 по шкале Плохих Идей, рядом с той, чтобы пнуть крогана по шарам и обозвать жрущим траву пыжаком.

— Принято!

Хакетт снова запнулся, пытаясь оценить, прониклась ли Илена всей серьёзностью момента, или же нет.

— Да… и наконец, к вопросу штаб-квартиры Затмения…

Батарианское судно «Вагриг»…

…отныне и впредь переименованное в «Яхту вечеринок Илены»…

— Мы не станем его называть твоей Яхтой вечеринок.

— В самом деле?…ну ладно.

Судно «Вагриг».

Технически, корабль назвали в честь ныне вымершего хищника, когда-то бродившего по полям и лугам Кар'шана — мерзкая тварь с четырьмя глазами и зияющей пастью с кучей зубов. Почти как сами батарианцы, вообще-то, только та зверюга передвигалась на четырёх конечностях, а не на двух.

Согласно записям, «Вагриг» являлся модульным крейсером для дальних патрулей в спорных системах Терминуса. Такого рода работа, осуществляемая по запросам руководства Цитадели, подразумевала активное противодействие пиратам и инсургентам. На деле же, как все знали, это означало налёты и захваты рабов в Терминусе, где всем на всё плевать. Такое назначение считалось весьма выгодным и высокооплачиваемым для честолюбивого батарианского капитана. За границами цивилизованного космоса у столь большого корабля практически не было соперников, так что работа была довольно безопасной, и при этом крейсер не столь велик, чтобы представлять угрозу для немногих серьёзных сил в этой местности.

Этому крейсеру некоторое время назад выпало сомнительное счастье «отличиться», когда его захватил Икс-ком. Рыская в поисках новых целей для налётов, корабль оказался у газового гиганта в некоей безымянной системе, тогда люди и атаковали его с помощью своих собственных кораблей. О них Илена пока что знала немного, несмотря на пару полётов на человеческих судах разных размеров, но в любом случае, «Вагриг» взяли на абордаж и захватили в целости. От оригинальной команды не осталось ни единого следа, и Илена могла поклясться на чём угодно, что не станет выяснять её судьбу. Корабль просто тихо исчез в Терминусе… как и многие иные корабли, время от времени.

А теперь он вернулся и станет новой базой для Затмения.

— Как насчёт названия «Ореол»?

— Пожалуй, не стоит.

— А, например «Галактика»[8], легендарная азари, пилот истребителя?

— Я бы предпочла «Сизигий»[9].

— Я… даже не могу… начать это произносить.

В итоге они сошлись на названии «Тевура».

— Тевура это богиня любви, секса, путешествий и закона, — объясняла Илена по пути на переделанный и переоборудованный мостик. — Когда девы сбегают из дому в поисках приключений в дальних странах, а так же партнёров, не приходящихся им двоюродной роднёй, они просят Тевуру защитить и направить их. И естественно, когда вокруг шатается куча молодых вспыльчивых азари, быстро стало очевидно, что нужны законы и правила, чтобы они не перебили друг друга и не погибли сами. Когда мы приветствуем незнакомцев, — пояснила Илена, подмигнув человеку, — мы делаем это именем Тевуры. Это распространяется и на пришельцев тоже, даже тех, что пожирают мозги, вроде тебя, Шепард.

— Мозги азари у меня любимые, — ответила та, коротко хихикнув.

— А ещё газовый гигант Тевура — место, где я выросла, — продолжила Илена уже спокойнее. — На научной станции над Великим Лазурным Разломом…

Так корабль «Тевура» и получил своё имя. Вдобавок оно было без сомнения азарийским, в продолжение всё той же маскировки, которая так нравилась людям.

— Традиционно должность заместителя командующего на базе предполагает бумажную работу… — Шепард остановилась у ограждения, разглядывая немаленькую голопроекцию системы Индрис над центральной площадкой командного центра — части доработанной навигационной системы разработки людей. — …но у нас особые обстоятельства, да и я не любительница протирать штаны за столом. Я по-прежнему твой заместитель и куратор, но поскольку время от времени мне придётся выходить на проведение операций, лейтенант Сандерс так же сможет подменить меня на этом посту. Также она будет втайне курировать от Икс-ком научно-исследовательский отдел Затмения, как только он у нас появится. Стоит навестить её прямо сейчас, у них с Чаквас на уме уже есть какой-то особый проект.

— Так я тут главная, да? — не удержавшись, Илена подтолкнула человека локтем. — Коммандер Таноптис. О, да!

— Да, ты главная, — согласилась Шепард, добавив: — Пока ты продолжаешь нам подыгрывать.

— К счастью для тебя, меня и всей галактики, подыгрывать — одна из моих специальностей! — отметила Илена, в целом вся эта ситуация выглядела довольно неплохо. Не просто номинально числится тут главной — хотя и это тоже недурно — но у неё имелся шанс и впрямь чего-то добиться, попутно далеко-далеко послав всех этих замшелых матриархов у себя дома. Тот факт, что Шепард обладала правом вето, или как они там это называют, в отношении её приказов, большой роли не играло. Поменяйся они местами, она бы точно так же защищала свои инвестиции, и если так посмотреть, в качестве покровителей люди были намного лучше всех прочих вариантов.

— Корабль серьёзно модернизировали, чтобы он лучше годился на роль штаб-квартиры Затмения, — отметила Шепард, пока они обходили прошедший дополнительную автоматизацию мостик. — Хотя бы поначалу, мы хотим, чтобы Затмение сфокусировалось на максимально эффективном применении технологий Цитадели…

— Не хотите привлекать внимание, размахивая своими лучемётами, да?

— Плазменное и лазерное оружие это не «лучемёты», — поправила её Шепард. — И да, всё именно так. В конечном итоге мы выведем Затмение в лидеры по разработке и внедрению новых технологий. Только после этого можно будет переходить к более экзотическим вещам, и даже тогда — строго последовательно.

— Итак, мне нужен исследовательский отдел, и только после того, как они достигнут какого-то прогресса, тогда нам и начнут присылать всякие фантастические штуковины? — уточнила Илена. Выглядело немного муторно, но постепенное внедрение технологий казалось разумным.

— То же касается и инженеров, — продолжила Шепард. — Мы оставили на крейсере достаточно пространства для отделов по исследованию, разработке и производству новой техники. Стандартный сборочный отсек на третьем уровне и лаборатории на втором, плюс у них ещё осталось место для расширения площади. Крейсер был построен для перевозки больших объёмов груза — добычи из рейдов, надо полагать — поэтому щиты и вооружение занимают тут меньше места, чем на полноценной армейской модели. Это нас беспокоило с самого начала, так что сразу после захвата мы скрытно усилили корпус, используя уже наши сплавы. В результате, корабль должен быть очень живучим… Кинетические барьеры и орудия тоже можно будет позже модернизировать, если понадобится, но уже на технологиях Цитадели.

— Так что нам ещё кучу всего можно улучшить, по мере расширения Затмения, — подытожила Илена, Шепард кивнула в ответ. — Или за счёт того, что нам передадут за труды.

— Я ожидаю, что нам придётся заводить и дополнительные базы, но здесь будет наш главный мобильный командный пункт. Именно отсюда мы сможем координировать все действия Затмения в данном регионе космоса.

Шепард провела её ещё к паре человек. Две женщины в полной броне, как и Шепард сейчас, но уже без шлемов, так что можно разглядеть их лица. Поскольку на корабле сейчас не было больше ни одной азари или ещё кого-то из рас Цитадели, можно и забыть о конспирации. Впрочем, с ними ещё был некто третий, в виде мерцающей голограммы. Кто это — понятно стало быстро, стоило Илене приблизиться, а тем двоим — отойти в сторону.

— Значит, ты до сих пор ещё жива, — отметила Даро'Ксен, её трехмерное изображение проецировалось в оранжево-золотых тонах. На ней был всё тот же скафандр. Кварианка хмыкнула, изображая удивление. — Как там говорят: вселенная любит дураков и азари.

— Эй! — Илена широко улыбнулась знакомой. — Ведроголовая!

— Я велела тебе не звать меня так, Идиотка.

— Илена, — Шепард прервала их обычную перепалку. — Это специалист Карин Чаквас. Вы уже встречались…

— Ага! — Илена немного неловко протянула руку, Чаквас очень осторожно её пожала.

— Рада встретиться лицом к лицу… коммандер, — звание Чаквас озвучила, улыбнувшись и подмигнув, но не издеваясь, скорее просто подразнив. Как и все человеческие женщины, модифицированные для боевых операций, она была немного выше Илены, хотя и пониже Шепард, а так же постройнее той. Волосы у неё оказались совсем чёрными, прямо как космическая пустота, причёска короткая, а глаза тёмно-синего цвета. А ещё она улыбалась очень искренне, что Илене весьма понравилось.

— Чаквас у нас полевой медик, годная для участия в боях, но так же она доктор медицины, её вторая специальность — экспериментальная ксенобиология, — продолжила представлять её Шепард. — Для становления Затмения опыт её может оказаться бесценным.

— А это специалист второго класса Кали Сандерс…[10] — Анна указала на другого человека. Та была чуть выше Чаквас, но самым поразительным в её облике была волна сверкающих золотых волос. Илене пришлось шлёпнуть себя по руке, чтобы не потянуться их потрогать. У людей бывают такие классные цвета! Глаза у Келли были льдисто-голубые. Илене стало интересно, у многих ли людей встречается такой цвет там… откуда там люди прибыли… или это ещё какая-то безумная генетическая модификация. Да нет, наверняка генная модификация…

— Специалист Сандерс вообще-то пришла к нам из соседнего проекта, так называемой операции «Арес», — добавила Шепард, Илена быстро обменялась рукопожатием с золотоволосой женщиной. — Она специализируется на ВИ, ИИ, компьютерах и технических системах. В дополнении к информационной безопасности и управлению вычислительными мощностями Затмения, а так же работы в качестве куратора, она будет отвечать за разработку методик для инженеров Икс-ком, вместе с доработками и разработкой боевых модификаций инструметронов.

— Рада встрече, — сказала специалист Сандерс, её рукопожатие было даже мягче, чем у Чаквас.

— Итак, о чём у нас разговор? — спросила Илена, когда со всеми знакомствами было покончено. — Шепард упоминала, что вас интересует какой-то особенный проект?..

— Советник Соулон.

— Тевос, — Соулон подскочил, жестом приглашая коллегу-посла присаживаться, пускай говорил он в своей прежней фамильярной манере: — Проходи. Садись. Угощайся!

Разгладив свою безупречную алебастрового цвета мантию, Тевос заняла место напротив саларианского дипломата. Расслабленно откинувшийся на своём месте Соулон сделал глубокий вдох, втягивая блуждающие над столом запахи. По его решению они встретились за ужином, дабы обсудить некоторые деликатные вопросы. Сколько она его знала, саларианский сибарит пользовался любым возможным предлогом, чтобы лишний раз перекусить и отдать должное самым загадочным и экзотичным кулинарным изыскам галактики.

У стола застыла строго одетая азари, как посредник между советниками и поваром или поварами на кухне. Она была одной из личных помощниц Соулона, всякий раз присутствующая, когда в дополнении к обеду из пяти блюд ему хотелось усладить ещё и взор. К тому же юная дева была невероятно предана саларианскому советнику — несколько раз она уже отказывалась выдавать информацию о нём разведке, не важно, насколько безобидную. Тевос обнаружила, что два подноса уже дожидаются её, помощница Соулона продемонстрировала советнице её блюда с профессиональным изяществом.

— Для госпожи, сырые тессианские устрицы в раковине, с коуру, белым семеил, морской солью и икрой Балора, а так же тессианское вино Моше Раш, — описала она первое блюдо, а затем без заминки перешла ко второму: — Охлаждённый суп из дынь сава, риддер, коуру, с острым са, масла тама, пряными специями и солью… приправлено кислым са, для вкуса, и в качестве гарнира медальоны большого иллиумского краба.

Её любимые блюда — непривычное великодушие со стороны Саларианского советника. И не важно, как он вообще узнал, что именно эти блюда её любимые.

— Восхитительно, — отметила Тевос, отпуская деву. Она изящно подняла кусочек кислого са и выжала над мясом краба. — Благодарю.

— Для господина… — юная азари сняла крышки с блюд Соулона, первое выглядело как кошмарное месиво рубленого мяса в миске из теста. — Кар'шанская океанская минога в сливках, вытянутая и нарезанная, сваренная в крови, к ней дроблёные мачао, триик, споа, и брек. Нарезанная домашняя ветчина из варрена по-батариански в качестве гарнира.

Тевос мгновенно почувствовала, как желудок сжался от отвращения. Затем дева представила Соулону следующее блюдо, которое, что поразительно, оказалось ещё более отвратительным, чем кровососущий паразит в сливках…

— Ассорти из резеды с глазами, рекомендовано шеф-поваром, подано на подложке из разных злаков с тонко нарезанным языком варрена. В качестве соусов традиционный марак с юга, яичный соувоку с востока и солёный брабака с запада. Желает ли советник щепотку перца в его глаза?

— Да, пожалуйста, — ответил Соулон, указав на омерзительную тарелку.

Даже не моргнув, азари украсила блюдо саларианца свежим перцем.

— Батарианская кухня? — уточнила Тевос, стараясь не глядеть на полную тарелку с немигающими глазами.

— Подумал, это будет уместно, — Соулон коснулся пирога из миноги ложкой, прежде чем отправить изрядную порцию рыбьих потрохов в рот. Даже чавкал он тихо и вежливо, бормоча: — Невероятно. Сильное океанское послевкусие, но с таким сложным оттенком… напоминает пирог шо'лоу, но этому блюду нужно простоять полгода, прежде чем оно обретёт всю палитру вкуса…

Тевос постаралась не думать о том, что поглощает уважаемый советник, и сконцентрировалась на собственном ужине, который был, как минимум божественным. Икра была особенно свежей на вкус. Возможно, её отложили меньше дня назад. Атмосфера тут тоже была весьма приятной, играла очень мягкая музыка, как определила Тевос — из элкорской оперы, которую Соулон спонсировал на Цитадели не так давно. Тем не менее, ужин их был приватным, на всём этаже этого ресторана сейчас больше не было разумных. Большое окно в этом зале открывало прекрасный вид на президиум.

— Меня это удивляет, — начал Соулон, первым прерывая комфортное молчание их встречи. — Гегемония продолжает настаивать, что ситуация у них «под контролем». Их способности к лицемерию и самообману воистину заслуживают уважения.

— Они считают недопустимой даже перспективу размещения турианских миротворцев где-либо на их территории, — напомнила Тевос, степенно поглощая свой дынный суп. — Особенно если учесть всем известную неприязнь Витуса к некоторым батарианским традициям…

В особенности, рабству.

— Согласен, и едва ли это первое восстание за время вашего пребывания на этом посту, — отметил Соулон, улыбнувшись. — Другие они подавили довольно быстро, наш батарианский коллега обещал, что так же будет и с этим. Как там дословно? «Не имеет смысла отправлять Спектра, ситуация уже почти разрешена»? А затем они просто берут и теряют там линкор с половиной кораблей эскорта. Разве это не забавно… увидеть, как кто-то подавился своими же словами?

— Для вас — может быть, — ответила Тевос. — Но нестабильность, которую несёт этот регион, беспокоит нас всех. Гегемония на пороге гражданской войны, признают они это с трибуны, или нет. Приходят доклады о столкновениях по всему сектору Гнезда Коршуна, и даже за пределами Терминуса. Предполагалось, что Гегемония будет оказывать стабилизирующее влияние. Если они не могут принимать на себя проблемы Терминуса и Траверса, тогда какой в них прок?

— Я бы спросил, насколько они вообще были эффективны в контроле над нашей границей с Терминусом, — парировал Соулон, запихивая в рот глазное яблоко с приглушенным хлюпаньем. — Похоже, мы разносим болезнь, а не предотвращаем её.

Тевос отвела взгляд, водя ложкой около края тарелки с супом.

— А теперь, — продолжил Соулон, не прекращая жевать. — У нас в галактике появляется новая демократия, созданная по азарийской модели. Я полагаю, вы же первыми отправите им формальное приглашение на Цитадель?

Тевос не выглядела очень уж вдохновлённой этой перспективой.

— Дебаты ещё идут, — её ответ ни к чему не обязывал.

— Естественно, — согласился Соулон, понимающе улыбаясь.

Строй азари назывался электронной демократией, потому что каждая азари могла поучаствовать в политике через плебисцит. Дебаты в различных кругах обычно шли вокруг позиций влиятельных матриархов, представлявших или возглавлявших различные движения и группы. Это приводило к демагогии и поляризации, когда азари принимали убеждения матриархов или групп матриархов как свои собственные. Не было ничего удивительного в том, что самые «мудрейшие» среди азари могли собрать целую армию фанатичных последовательниц из юных дев, отдающих себя делу, убеждениям и философии своих кумиров. И таких групп среди азари были сотни.

На данный момент дебаты относительно разрастающейся батарианской гражданской войны вели две основные фракции. Одна поддерживала традиционного сторожа Терминуса в лице Гегемонии, в страхе перед хаосом и анархией, что возникнут в случае её падения. Другая — более популистская — фракция поддерживала движение за аболиционизм[11] и создание новой, равноправной Гегемонии. В чём обе стороны сходились, так это в недопустимости раскола батарианцев на враждующие лагеря. Это просто принесёт хаос войны Терминуса прямо к порогу пространства Цитадели.

— Витус уже связался с их правительством по закрытым каналам, — выболтал Соулон секрет Иерархии, потягивая вино. — Они планируют встречу ещё до официального визита на Цитадель.

— Меньшего я не ожидала, — ответила Тевос, не показывая какого-то волнения от этой новости.

Разумеется, у турианцев, были свои собственные цели и задачи. И в самой Иерархии, и за её пределами многие призывали отправить турианские войска для принуждения этого региона к миру, даже без запроса о поддержании порядка — особенно в их правящих кругах. Всё ещё больше усложняло существование уже турианских сепаратистов, особенно в колонии Таэтрис, которые могли вдохновиться успешным батарианским примером и перейти к открытым мятежам и террору. Турианские бунтовщики, находящие убежище и спасение за границей, на территориях батарианцев-революционеров — это, без сомнения, могло бы стать отличным поводом для вторжения Иерархии. А значит, турианцам нужны определённые гарантии…

— А ещё всплывёт вопрос государственного долга батарианцев, — размышляла Тевос вслух. — Мои экономические советники предполагают, что мы не должны соглашаться меньше чем на двадцать процентов от всего, чем владеет Гегемония.

— Если новая Батарианская Республика хочет развиваться, ей понадобятся деньги, тыкать им в лицо долгом Гегемонии было бы неразумно, — предостерёг Соулон.

— Мы можем предоставить льготный период до возобновления выплат…

Естественно, что волусам и галактическим банкам тоже нужны свои гарантии и свои заверения. Соулон развлекался, продолжая ходить кругами вокруг основной проблемы. А именно, самого по себе признания Батарианской Республики. Гегемония была в ярости уже лишь от того, что дипломатов со стороны повстанцев допустили на Цитадель. Хотя они и продолжали раз за разом твердить, что Гегемония сражается лишь с «пиратами и некими несогласными», они твёрдо требовали, чтобы любых представителей бунтовщиков, прибывших на цитадель, хватали и выдавали Гегемонии для наказания.

Этого не произойдёт. Решение уже принято. Официальное признание повстанцев будет нескорым, не прямо завтра, но и отказывать им не станут. Азари хотят начать переговоры о примирении и реформировании Гегемонии в целом. Турианцы хотят получить альтернативу Гегемонии, играющую по галактическим правилам или, возможно, даже разделяющую турианские взгляды. А Саларианский союз? У них в этом регионе тоже имелись свои интересы.

— Я хотел бы поговорить о Затмении, — сменил тему Соулон, закончив с едой. Он жестом подозвал азари, та беззвучно унесла пустые тарелки.

— Опять Затмение? — проворчала Тевос, не скрывая отвращения. — Меня уже тошнит, когда слышу о Затмении.

— Я вас умоляю, — сказал он, наливая советнице в бокал вина, — решили подшутить над старым саларианцем?

Тевос понимала его намёки — ну да, шутки старого саларианца — однако бокал приняла.

— Пусть будет так, — согласилась она, махнув рукой.

— Тевос, скажите мне честно, — попросил Соулон, со звоном касаясь бокала советницы краем своего. — Вы знаете, кто эти женщины?

— Да откуда бы мне… — ответила азари, опустошая свой бокал залпом, вопреки всем правилам. — И упреждая вопрос, нет, они не мои. Я не знаю, что за матриарх стоит за ними… и есть ли за ними вообще матриарх. Мы полагаем, что они из колонии азари в Аттическом Траверсе. Матриарх Дилинага увела большую группу сепаратистов к скоплению Теты Стикса, и где-то там они пропали, ушли создавать «новое общество» вскоре после рахнийских войн. Использование тяжелой брони и наступательной тактики так же напоминает то, как действовала Дилинага во время войны. Наши аналитики считают, что эти азари — вероятнее всего потомки тех колонистов.

— Вы уверены? — спросил Соулон серьёзно.

— С достаточной вероятностью, — заверила Тевос. — Все азари, от мала до велика, строят теории, откуда же взялись эти девчонки. Некоторые думают, что они — азари, рождённые от «нечистого союза» с какой-то новой расой. Или ардат-якши, о которых вам, я уверена, отлично известно, так что не притворяйтесь удивлённым. Иными словами: обычная чепуха, Соулон, какой в наши дни наполнен экстранет. Кем бы они ни были, статус новых знаменитостей явно вскружил им голову. Мне это не нравится, но как-нибудь переживу. Меня лишь беспокоит, до какого масштаба раздувают такую мелочь.

— Само собой, — согласился Соулон, откидываясь на стуле. Младшая азари снова вернулась к ним, на этот раз с десертом.

— Лузианские сладкие пирожные, с сиропом пролота и кондитерским сахаром, — объявила дева, выставляя большое блюдо на середину стола, чтобы могли дотянуться оба советника. — Тарелка очень холодная, господин, госпожа, пожалуйста, пользуйтесь щипцами. Приятного аппетита.

— Лузианские сладкие пирожные? — переспросила Тевос, когда она потянулась за керамическими щипцами, глаза азари горели от восторга. — Ах, Соулон, всё время забываю, почему я терплю вас и ваших шпионов. Клянусь богиней, вы хотите, чтобы я стала такой же толстой, как и вы!

— Я толстый? — саларианский посол рассмеялся, похлопывая себя по выдающемуся животу. — Умоляю, советник, это всего лишь милая пухлость.

За десертом он улыбался, но в мыслях вновь прокручивал то, что Тевос сказала о Затмении. О них никто не слышал до недавнего времени, когда группу наняли для штурма «Славной Харсы» во время так называемой Второй битвы за Камалу. Никто точно не знал, сколько азари состоит в Затмении, и сколько из них участвовало в нападении. Догадки гуляли от десятка и до сотни. В этой галактике так много того, чего просто никто не знает.

Известно было, что Затмение зарегистрировано как частная охранная компания в Реестре корпоративной безопасности волусов четверть цикла назад. С тех пор никакой активности, до самого вторжения Гегемонии на Индрис. После этого выплыли записи штурма «Славной Харсы», став сенсацией экстранета… и фиаско для Гегемонии, ведь там в первый момент, и очень громко, заявили, что линкор испытывает «проблемы с двигателями» и потому отправился на ремонт.

Как именно Затмению удалось захватить целый линкор — до сих пор тема яростных дебатов, но похоже виной тому повстанцы, проникшие в ряды офицеров команды и десанта на борту. На Камале устроили настоящий праздник с оркестром, а последняя запись Затмения посвящена передаче судна вместе с другими, сдавшимися в той битве, Временному Правительству.

Но это явно ещё не конец… такое затишье ненадолго.

Загадочность этой группы породила в экстранете целый культ. Группа Затмения на Спейсбуке уже набрала больше ста миллионов просмотров и лайков. А никто ведь даже и не знал, официальная ли это их страница, или просто фансайт. Там уже фактически поселились множество групп радикальных аболиционистов и студенческих организаций, особенно с территории азари. Организация набрала заметный вес среди юных идеалисток Республики Азари, поскольку единственная из её рядов, кого знали в лицо и считали лидером, принадлежала к их расе.

— Я хочу вам показать нечто интересное, — пообещал Соулон, и Тевос подняла на него взгляд от своего охлаждённого пирожного. Глаза азари сузились, а на лбу появились морщины, она уже догадалась, сейчас что-то испортит ей вкус десерта.

— Это не кажется вам знакомым? Соулон пошевелил пальцами, вид на президиум в одном из окон сменила страница Спейсбука. Тевос даже подумала, что это будет сайт Затмения, но она ошиблась. Перед ней была личная страница.

Илена Таноптис.

— Неуловимая азари! — выдала помощница Соулона с круглыми глазами. — Я и не знала, что у неё есть страница в экстранете!

Одного взгляда Тевос хватило, чтобы дева исчезла, тихо ойкнув

— Где вы смогли её найти? — спросила она саларианского советника.

— У Спейсбук одна из лучших служб сетевой безопасности в галактике, — ответил Соулон, наконец, добираясь до своего пирожного и поднимая его с ледяной тарелки щипцами. — Тем не менее, у нас есть свои способы. Некоторое время назад эту страницу удалили, а после вычистили и с серверов. Пришлось хорошо покопать, чтобы восстановить её. Обратите внимание на последнюю запись.

— «Эй, народ, отправляюсь в Терминус искать сексуальных приключений», — читая сообщение, Тевос не удержалась от стона. — «Не ждите, что я вернусь назад».

Имелась пометка, что Ране Таноптис «нравится» написанное выше.

— А сообщения до того… это просто две страницы картинок оружия и обуви, — заключила Тевос и медленно покачала головой. — И вот это предполагаемый главарь Затмения?

— Может, да, а может, и нет, — высказал Соулон. — Я собираюсь в этом разобраться. Я просто хочу быть уверен, что моё расследование не наткнётся на что-нибудь… неприглядное с вашей стороны.

— Не наткнётся, — пообещала Тевос, хватая ещё одно пирожное и сразу откусывая кусок. Затем слизнула с губ сироп. — Я отлично понимаю, о чём вы думаете Соулон. Они азари, продвигают азарийские интересы, поддерживают батарианских повстанцев, которые принимают в государстве принципы азари. На вашем месте я бы подозревала то же самое, но Затмение не состоит у нас на балансе, официально, или неофициально. В этом я даю вам слово.

— Достаточно честно.

Насколько он привык верить другим, настолько же Соулон был готов верить, что Тевос сказала ему правду, в этот раз. Затмение это не ширма для Республики. Тут была и хорошая новость: всё становится куда как интереснее. А скоро станет и того веселей. Соулон уже подозревал, что Тевос порекомендует Телу Вазир в качестве Спектра Совета, которого отправят изучать ситуацию в системе Индрис, но советницу больше тревожит батарианский мятеж и его сдерживание. Не Затмение.

Чего Тевос не могла знать наверняка, и чего она решила не спрашивать — отправил ли уже Союз в эту систему ГОР. Что Союз — что он сам — конечно сделал. Тевос слишком хорошо знала его, чтобы тратить время на вопрос. В конце концов, ничто так не украшает ужин, как приятный сюрприз.

Глава 6

Пока что на «Яхте Вечеринок» было пустовато.

Не совсем пустынно, разумеется, люди на борту были, занимались своими делами. Много народу находилось в корабельном спортзале, другие скопились в новом научно-исследовательском крыле, обустраивая всё и налаживая связи между Затмением и Арктуром — или, возможно, одним из филиалов Арктура, Илена не знала точно — прочая же часть команды в последние минуты заканчивала срочный ремонт корабля. Судно уже было на ходу, они даже носились по округе, выполняя срочные контракты, но на корабле ещё полно пустого места, а она до сих пор единственный не человек на борту. Стоило надеяться, что четверть цикла спустя ситуация изменится.

Идя по коридору в надежде найти чего-нибудь перекусить, Илена заметила свет у Чаквас в лазарете. Человек же наверняка не откажется немного поболтать с гостьей, правда? В прошлый раз она показалась азари очень дружелюбной. Решив, что стоит попытаться, Илена остановилась и открыла дверь в лазарет.

Доктор Карин Чаквас была без своей брони, в белом, по большей части, «лабораторном» одеянии. Её иссиня-чёрные волосы связаны в пучок, нос и рот во время работы прикрывала маска. К низкому столу перед ней был привязан мёртвый кроган в цветах Кровавой Стаи. Этот оказался среди убитых на последнем выходе Затмения. Соседний стол занимал мёртвый ворка, его органы были аккуратно извлечены и разложены на парящих дисках вокруг тела, позволяя получить доступ к осмотру внутренней полости тела без их отделения.

— Привет, док! — Илена выдала свою самую радостную улыбку, несмотря на довольно жуткую атмосферу вокруг. Не то чтобы она не видела раньше мёртвых кроганов или ворка, просто обычно не в таких подробностях. Хорошо, что ознакомительный пакет Икс-ком включал в себя просто кучу забавных человеческих выражений: — Чё как?

— О, коммандер Таноптис! — Чаквас обернулась, в её правой руке сиял скальпель. — Вам для чего-то понадобилась моя помощь?

— Я просто брожу по округе, смотрю, кто чем занят, и вообще, служу любопытной занозой в заднице, — объяснила Илена, подкатывая маленький вращающийся стул и садясь на него. — Если я буду слишком мешаться, не стесняйся, выпни меня за дверь!

— Обязательно, коммандер, — пообещала Чаквас, но явно в шутку. Она что-то переключила на своём инструметроне, оба трупа накрыло энергетическим полем. — Я просто ненадолго отвлеклась от специального проекта ради общих исследований. В любом случае, я тут уже заканчивала.

— Заканчивала с чем?

— С изучением врага, — пояснила доктор, выключая световой скальпель инструметрона и занимая своё место за столом в центре лазарета. — Если точнее, я тестировала регенеративные способности этих кроганов и ворка, с которыми мы постоянно сталкиваемся. Их физиология и механизмы, лежащие в основе некоторых функций, отличаются от тех, которые используются в наших генетических модификациях.

— Отличаются или лучше? — спросила Илена. Она до сих пор почти ничего не знала об этой их теме с генной инженерией, а понимала в ней и того меньше. Неплохо было бы узнать пару фактов, чтобы было чем удивить Ведроголовую при следующей беседе. Может, даже удастся доказать кварианке, что она вовсе не идиотка.

— Отличаются, — подчеркнула Чаквас, подумала несколько секунд, прежде чем пояснить: — Наш адаптивный костный мозг был разработан, чтобы быстрее вернуть раненного солдата в строй после боя. Уже позже, когда стали более понятны истинные возможности по улучшению организма Составом, мы поняли, что можно заставить его работать прямо на поле боя. Модификация постоянно улучшается с тех пор, и достигнутые результаты достаточно впечатляющи. Кроганы, вроде этого, — медик указала через плечо на мёртвого ящера в стазис-поле, — обладают естественной регенерацией, продолжающей работать даже после смерти мозга. Майор Шепард расстреляла беднягу в решето — полагаю, она его приняла за какого-то другого крогана — в том числе несколько серьёзных повреждений получил и мозг. Тем не менее, к тому моменту, как тело оказалось тут на корабле, многие из несмертельных ран успели исцелиться. В качестве эксперимента я поддерживаю его тело живым, в некотором смысле, и к нынешнему моменту оно почти полностью восстановилось.

— Это… довольно жутковато, — призналась Илена. Эх, люди и их эксперименты. — Но мысль я поняла? То есть, регенерация кроганов лучше других?

— Повторяю, «отличается» не означает «лучше», — напомнила Чаквас. — Человеческая регенерация сосредоточена на стабилизации тела после тяжелого или смертельного, в иных случаях, ранения. Вместе с дополнительным сердцем, это позволяет людям сохранять эффективность в бою, хотя бы частично, несмотря на значительные повреждения и шок. Игнорируя раны, которые не пережил бы и кроган. Но расплачиваться за это приходятся днями и даже неделями реабилитации после боя до полного восстановления. Регенерация кроганов выигрывает по скорости, они легко оправляются после лёгких ранений и быстрей готовы вернуться в строй. У них есть даже дублирующие органы, но они уже восстанавливаются не так быстро.

— То есть, в бою ты убиваешь крогана мощным ударом, чем-то таким, что ему не вылечить, а чтобы убить человека нужно нанести очень много лёгких ранений, от которых она не оправится? — подвела Илена итог.

— Можно сказать и так, — признала Чаквас, затем указала рукой на второе тело. — Что касается ворка… их адаптивность уникальна, но вот образцов для изучения у нас на Арктуре было маловато. Их регенерация действует медленнее, чем у нас или кроганов, но она дополняется способностями к адаптации для противодействия угрозам в долгосрочной перспективе. В теории, они могут даже отращивать целые конечности без врачебного вмешательства — это не доступно ни людям, ни кроганам. В течение недели я передам всё, что узнала, в Центр, — добавила она, откидываясь в кресле. — С учётом некоторых исследований на Арктуре и в других местах, возможно, мы сумеем разработать новое улучшение для наших генетических модификаций, основываясь на физиологии кроганов и ворка.

— И тебя вообще не беспокоят, что эти… модификации… оставят в тебе меньше от человека, чем было раньше? — спросила Илена нервно. Вопрос был неудобным, но она уже давно хотела его задать. — Тяжело представить себе, как азари модифицируют себя, чтобы больше походить на кроганов, или турианцев, или кого-то ещё. Я согласилась на импланты в глазах, но не уверена, как далеко ещё смогу зайти. Как вы, люди, это делаете?

Чаквас вздохнула, подумала несколько секунд, а потом вызвала что-то на своём инструметроне. Это было изображение.

— Ух, ты! Человеческий ребёнок! — Илена подошла ближе, чтобы получше всё рассмотреть. Женщина на изображении, это была сама Чаквас, держало маленькое существо — человеческого младенца. Он был пухлый и круглолицый, как и дети азари, а на макушке виднелась прядь рыжих волос.

— Это твой? — спросила она, указав на ребёнка.

— Нет, дочь подруги… — доктор покачала головой. — Я только приняла роды. Но эта девочка — человек. Она родилась человеком. Не важно, как она захочет выглядеть или какие модификации у неё появятся позже, для нас она всегда останется той, кем была.

Илена разочарованно застонала, когда очаровательная картинка исчезла, скрывшись в зашифрованных глубинах инструметрона Чаквас.

— И всё вот настолько просто? — спросила азари.

— Мы пришли к этому не сразу, — ответила Чаквас, покачав головой. — Но у нас была сотня лет на адаптацию, а уж что люди точно умеют, так это адаптироваться.

— А что насчёт тебя? — вернувшись на свой стул, Илена указала пальцем на медика. — Ты выглядишь довольно нормальной.

— Все люди, которых ты видела, служат в Икс-ком. Наши модификации — боевые, и по различным причинам нам не разрешены косметические изменения основной человеческой внешности, — Чаквас указала на свою грудь и на свои глаза. — Адаптивный костный мозг, увеличенная сила, стандартная доработка глаз, второе сердце, чувствительная к биоэлектричеству кожа и, разумеется… — она указала на голову, — …улучшения нервной системы… это всё стандартные боевые модификации, которые есть у каждого. За небольшими исключениями, разве что…

— Ты пошла служить ради этих модификаций? — поинтересовалась Илена. Может, они так вербуют новобранцев там у себя, откуда пришли люди?

— Я? Нет, конечно! — Чаквас засмеялась в ответ. — Я пошла на службу прямо из медицинского училища, не так уж давно. У меня тогда были самые минимальные модификации, и меня это устраивало. Хорошее зрение, хорошее здоровье. Вполне хватало. Но на Земле недостаточно… приключений, наверное?

Доктор задумчиво улыбнулась, что-то вспоминая.

— Несмотря на все шрамы, оставленные войной, Земля очень безопасное и спокойное место. Словно огромная колыбель. Я хотела выбраться оттуда, чтобы посмотреть вселенную. На фронтире ещё случаются сражения, там есть солдаты, которых нужно лечить. Может, даже мрачные и мужественные, с разбитым сердцем, исцелить которое сможет лишь юная девушка? — она сама рассмеялась от абсурдности этой фразы. — Не потребовалось много времени, чтобы понять — мало романтики в том, чтобы латать кого-то лечебным туманом или нестись к раненому под огнём, пока вокруг летает плазма. Но Икс-ком моя семья, а моей семье нужны хорошие врачи. Даже после всех модификаций, мы остаёмся людьми, и мы всё ещё смертны.

Улыбнувшись в ответ, Илена решила, что на этом стоит закончить разговор.

— Спасибо, док. Вы подарили мне немало пищи для размышления.

Шепард нашлась в спортзале вместе ещё с парой людей. Как Илена быстро узнала, здесь её квази-заместительница проводит большую часть времени. Все три человека бежали на месте на некоей «беговой дорожке» — довольно умное и никем не запатентованное изобретение, миновавшее остальную галактику лишь по причине отсутствия в ней такого количества мазохистов. В последний свой визит Илена допустила ошибку, согласившись попробовать. По строению их расы очень похожи, в конце концов, и она не видела, чем может отличаться бег на месте у азари и у людей, даже с их странным генными модификациями.

Не тут-то было. Она быстро узнала, что даже и без модификаций люди были расой, удивительно хорошо приспособленной к бегу. Они просто продолжали бежать и бежать и бежать, километр за километром, километр за проклятым богиней километром! Пробежав два этих мучительных километра на полной скорости, Илена быстро сдалась и отступила перекусить… и найти ведро воды, чтобы окунуть в него голову. Сегодня она повторять свою ошибку не собиралась. Пусть Шепард с остальными делают свои безумные упражнения на выносливость. А ей и ходьбы хватит, переключатель своей дорожки она навсегда выставила на «л» — ленивым шагом.

Что Шепард и другие люди станут делать после появления на корабле других чужих, Илена не знала. Но так выставляться напоказ у них уже не получится точно. Может, они поступят как кварианцы и просто перестанут вылезать из своих скафандров? Так было бы проще всего, особенно если новый проект Чаквас и Сандерс не взлетит, но половина пришельцев рехнулась бы, пытаясь понять, что эти азари от них так тщательно скрывают. Илена признавала, сама бы любой ценой попыталась подсмотреть за таинственными коллегами, прямо как в тот раз, когда она три дня следовала за одним кварианцем, пытаясь заглянуть под его скафандр.

Жажда знаний и любопытство — движущие силы природы! Плюс, мысль о Шепард в кварианском скафандре, бросающая убийственные взгляды на турианца, пытающего подкатить к, как он полагает, сестре по аминокислотам… За такое шоу точно стоило бы отдать пару лишних кредитов!

Жуя на ходу человеческий питательный батончик — на обложке было написано «Хорошо для твоего Состава! Хорошо для тебя!», что бы это ни значило — Илена добралась до раздевалки и шкафчиков для вещей. И снова, похожесть людей и азари оказалась на руку. Добыть себе человеческую одежду «для тренировок» ей оказалось нетрудно. Функционально она походила на закрытые сетчатые комбинезоны, какие азари надевают для медитаций, тренировок в спорте и боевых искусствах, чтобы кожа могла свободно дышать. Кажется, у людей на теле находится около пяти миллионов пор, выводящих пот. В этом отношении азари отличаются. Большая часть их потовых желёз была сконцентрирована на нескольких участках тела, которые обычно синели от прилива крови. Вроде того, как Чаквас говорила: биология похожа, но отличается в деталях.

Стандартный костюм встречался в двух стилях. В первом — сплошной комбинезон, похожий на модели азари, закрывающий тело от шеи до ног. Сшит он был из непроницаемой ткани, поглощающей пот и охлаждающей тело при перегреве, по крайней мере, до тех пор, пока на ткань падает свет. В темноте охлаждение у него получалось куда хуже. Внутренние батареи и системы регуляции служили в качестве резерва и отслеживали параметры организма.

Единственная деталь, отличающая их от азарийских моделей, находилась в районе груди. Предположительно, эта часть тела была у людей куда мягче, чем у азари, поэтому в костюм была встроена некая система поддержки. Шепард называла нечто подобное «бюстгальтер». Довольно забавное название, не правда ли? Назвать «тить-тить» было бы намного удачнее! Остаётся надеяться, что до переименования ещё дойдёт. В любом случае Илена думала, что она наконец-то хоть в чём-то превзошла своих соперниц-людей! Сиськи азари по-прежнему номер один в галактике! Не то чтобы у них были серьёзные противники до появления людей, но, тем не менее: АЗАРИ рулят.

Вторая модель функциями напоминала первую, но материала было всего ничего — две узкие полосы ткани, одна прикрывала таз, другая — грудь. Шепард ещё с одной женщиной носили именно такие, третья, как и Илена, была в более привычном закрытом костюме. А теперь, переодевшись и подкрепившись, с пушистыми напульсниками на запястьях и лодыжках, азари вскочила на беговую дорожку и начала идти.

О, да, спортивная ходьба, что может быть лучше!

Ещё одним бонусом от редких визитов в спортзал была возможность понаблюдать за людьми. На поле боя люди были довольно страшными, но вне его они казались вполне нормальными. Некоторые были агрессивнее остальных, как Шепард, но большая их часть легко вписалась бы в компанию азари… дев азари, во всяком случае. С матронами и матриархами уже пришлось бы сложнее. Сейчас она смотрела, как две женщины встали рядом на матах, для какой-то боевой тренировки. На одной были массивные перчатки-подушки, другая била по ним руками и ногами. Выглядело довольно забавно… намного веселее, чем тренировки коммандос, уж точно.

Шепард тем временем делала некое упражнение, в котором она опускала тело почти до самого пола и затем поднимала обратно, при этом земли касались лишь пальцы ног и указательный палец правой руки. Она ровно двигалась вверх и вниз, и, придя в себя после шока от того, что это безумная женщина делает нечто привычно безумное, Илена расслабилась и решила просто смотреть. Временами Шепард напоминала ей сестру, Рану… только одержимую сражениями вместо науки.

А ещё становилось предельно ясно, как Шепард тренировала и поддерживала тело в такой форме. Илена слышала, что людям нужны хотя бы минимальные упражнения для поддержания генетических модификаций в боеготовом состоянии. Почти наверняка, никто из людей для этого и близко не тренировался так, как Шепард. Мышцы на руках и ногах женщины были сформированы намного лучше, чем у любой азари, что Илена видела, и это включая коммандос старше неё, да тут даже на животе можно мышцы увидеть. Хотя с другой стороны, с тыла объёмы Шепард тоже слегка превосходили обычные для азари, да и грудь была немного больше, но хотя бы это уже не мускулы.

Недавно временно повышенной до майора[12] Аннабель определённо было чем заполнить тренировочный костюм там, где нужно…

— Когда пялишься на других, делай это хотя бы не так открыто, — заметила Шепард, не открывая глаз и начиная следующую серию отжиманий.

— Ах! Пялюсь? Кто? Я? — Илен посмотрела прямо перед собой и перешла на лёгкий бег, надувая щёки и громко втягивая воздух. — Не говори глупостей! — она просто залилась смехом: — А-ха-ха-ха! Мы, азари, всегда высматриваем опасность на бегу! Это наша культура! В смысле, биология! То есть, инстинкты! Ты не можешь винить меня за мои инстинкты! Это разнообразие, различие наших видов — биология на моей стороне!

— Проклятье, — выругалась Шепард тихо, поднимая тело после очередного отжимания, — а я ведь тоже так уважаю биологическое разнообразие.

Аннабель замолчала, и лишь через несколько секунд Илена осмелилась посмотреть в её сторону. Шепард пялилась на её зад.

— Ладно, ладно, я всё уловила, — пробормотала азари, сдаваясь.

— Хорошо, — Шепард вернулась к своему изнурительному упражнению, на которое даже смотреть-то было больно.

Илена же сосредоточилась на своей пробежке.

— Эй, Шепард?

— Чего?

— А что это такое у тебя на шее?

Ответила она не сразу. На самом деле, она вообще не ответила, пока Илена не оглянулась, просто убедиться, что она вообще слышала вопрос. У неё на шее было видно какую-то нить, продетую через небольшое металлическое кольцо с гравировкой на внешней стороне. На вид, было оно из серебра или белого титана. Шепард коснулась его левой рукой, прежде чем спрятать под одежду.

— Обручальное кольцо, — наконец ответила она, возвращаясь к тренировке.

Термин звучал слегка знакомо…

— А что такое обручальное кольцо? — спросила азари, не желая играть в догадки.

— Когда люди хотят стать парой на долгое время, — начала объяснять она не сразу, а лишь через несколько долгих секунд, — или даже на всю жизнь, по традиции один делает другому предложение. Если кто-то принимает такое предложение, то носит кольцо в знак обещания о свадьбе. А иногда они оба обмениваются кольцами. Это просто… просто такой символ, Илена. Не более того.

— О… — азари продолжила свою ходьбу на месте. Она, кажется, даже заметила какой-то оттенок грусти в голосе Шепард. Илена была уверена, что ей не показалось.

— Вы, азари, так не делаете, я полагаю? — спросила майор.

— Большая часть азари предпочитают традиции своих партнёров, — объяснила она, вытирая со лба капли пота. — Турианские традиции, кроганские, саларианские… ну ты понимаешь… но между одними азари у нас ничего подобного нет. Когда две азари решают быть вместе, они только обмениваются подарками и клятвами. Обычно, по большей части, они означают готовность разделить память и эмоции. «И длительное время ты и я будем едины». Примерно такая суть. И большинство пар азари с азари не существует дольше пары сотен лет. Партнёры на всю жизнь… такое бывает очень редко. Большинство матриархов в итоге просто стучатся лбами с другими матриархами. По крайней мере, так это видится мне.

— Понятно.

— Шепард?

— А?

— Когда вы в тот раз говорили с доктором Вален, она вроде упоминала…

— Ханну, — ответила Шепард, не дожидаясь следующего вопроса. Илена слышала время от времени громкий выдох, когда та делала очередное отжимание. — Это моя дочь.

— То есть, — осторожно начала Илена, ходя вокруг да около, — ты в браке?

— Должна была быть, — ответила та между упражнениями, — …до Акузе.

— А что случилось на Акузе? — Азари замедлила шаг, поглядывая на человека. — Акузе это вообще место, или вещь… или что?

— Ты задаешь много вопросов, — Шепард неприятно посмотрела на неё с пола.

— Я знаю! Да, задаю! — воскликнула Илена, с хныканьем пряча лицо в ладонях. — Это сильнее меня! Всякий раз, когда выпадает шанс что-то узнать, даже если я сама знаю, что лезть не надо! У меня проблемы с этим!

Хэкнув, Шепард упёрла ладонь в пол и оттолкнулась, поднявшись на ноги одним плавным движением. Хоть она и вспотела, но едва ли кто-то назвал бы её уставшей. Майор прошла к стене рядом с беговыми дорожками, бросив взгляд на двух женщин, тренирующихся в спарринге, она провела рукой, очерчивая контур кольца под одеждой.

— Акузе это была одна большая жопа… — сказала она, вздохнув. — Ты ведь знаешь нашу позицию об экспедициях через ретрансляторы? Не то чтобы мы не можем это делать, и вообще их не используем. Пользуемся иногда. Это было несколько десятков лет назад. Центр рассылал группы для разведки — это было ещё до того, как мы узнали о вашем пространстве Цитадели, имей в виду — и одна из них оказалась на Акузе…

Шепард нахмурилась и опустила взгляд, рукой она провела по волосам.

— Это был всего лишь небольшой временный форпост. Я ненавидела это место. Ходила вечно мрачная… — призналась она честно, глядя в пол. — Я полагала, что это самый дальний глухой гарнизон. Правда, я была не одна. Акузе пустынное место, наши станции слежения ни разу ничего не уловили. Я и со мной ещё пять оперативников, обычное отделение из шести человек плюс четыре SHIV для поддержки…

Термин «SHIV» Илена уже слышала. Она не была уверена, но вроде бы так называли какой-то мех с ВИ.

— …время от времени ходили в патрули, но видели только этот большой раздутый газовый гигант, вечно висящий на горизонте. Но там были не только шесть солдат. Мы охраняли небольшую научную команду. Настоящей работой занимались они, из-за них мы там и находились. По сути, это был их пост, а не наш. Провели мы на этом булыжнике год… что-то около цикла…

Она улыбнулась, но улыбка быстро пропала.

— Один из этих учёных стал отцом Ханны, — добавила она, сложив руки на груди. — Он был… милым парнем. Умным. Сам он считал себя очень смешным вдобавок. Постоянно приходилось напоминать, насколько ужасны его шутки. Бабушке бы он понравился. Как-то он занял фабрикатор на базе и сделал это кольцо из лежавшего в запасах титана. Сам придумал, сам в тайне сделал. А когда я вернулась из патруля, подкараулил и предложил выйти за него.

— И что ты ответила? — спросила Илена, медленно шагая по беговой дорожке. — «Да», я полагаю?

— Если я помню точно, то «давай сделаем это», но потом он всё-таки выжал из меня нормальное «да», — она подняла потяжелевший взгляд. — А несколько недель спустя что-то случилось с лунами… какой-то магнитный резонанс. Тогда мы в самый первый раз увидели молотильщика.

Сердце Илены пропустило удар. Молотильщик. Про этих тварей все знали, но никто не был уверен, кого же именно благодарить за их распространение в половине галактике. Сверхъестественно крепкие и чудовищно сильные — даже один молотильщик может жрать бронетехнику и уничтожить целую колонию сам по себе. Только по-своему безумные кроганы видели что-то хорошее в этих кошмарных лунных червях. Все остальные воспринимали их как чуму.

— Первый появился прямо на краю нашей базы, — успокоившись, Шепард продолжила свою историю. — Должно быть, уловил вибрацию внутри, вылез, начал плеваться и палить ультразвуком. Нам очень «повезло», что первым делом он угодил по взлётной площадке. «Космический рейнджер» сгорел, выбраться мы оттуда уже не могли. Поэтому нам вшестером пришлось его атаковать…

— Без бронетехники?! — Илена была в шоке.

— Выбора не было, — пояснила Шепард. — Двое его отвлекали, а четверо обходили и окружали. Мы поливали его огнём… а молотильщик визжал и дёргался как резаная свинья. Потом нырнул под землю и появился с другой стороны поста. Нам пришлось за ним гоняться. Должно быть, я высадила в него четыре обоймы сплава. И это только я. Но даже такое его не убило. В конце там уже был кровавый фарш, а не тело, ему было слишком больно, чтобы закопаться, но злость не давала сдохнуть. Тогда босс и сумел запихнуть в него бомбу, — она улыбнулась, эта часть ей явно нравилась до сих пор. — Его разорвало прямо посередине, вокруг летали эти маленькие блестящие рёбра. Всё это напоминало огромную окровавленную «молнию». Я стояла наполовину покрытая кишками, уже готовилась радоваться, когда обернулась и увидела ещё четыре этих долбанных твари. Что-то на посту или в местных лунах привело их в бешенство. Мы пытались отбиться… но ничего не смогли сделать. Это ведь всего лишь форпост, а не бункер.

Губы Шепард скривились, но голос даже не дрогнул.

— В-общем, погибли все кроме меня, — она подвела итог одной фразой. — Меня называют единственной выжившей… но выжила и Ханна. Я никому не говорила, что беременна, ни жениху, ни командиру. Я провела на этой проклятой луне два месяца, прежде чем меня подобрал патруль. А ещё через полцикла родилась Ханна.

— Два месяца? Одна? — два месяца на луне, кишащей молотильщиками. Илена вновь смахнула пот, но теперь уже не от усталости. — Я даже представить не могу, на что это похоже. В смысле, ужасно, само собой, но…

— Я проводила время, ремонтируя SHIV и ходя на охоту… — она пожала плечами, словно тут не было ничего особенного, — и два года спустя, я вернулась закончить свои дела.

Она оттолкнулась от стены и пошла к штанге рядом с площадкой для спарринга.

— Что это означает? — уточнила Илена. — Что ты подразумеваешь под «закончить дела»? В смысле, похоронить друзей? Примириться с произошедшим? В таком роде?

— Я подразумеваю, что… на Акузе больше не осталось ни одного молотильщика. Мы с друзьями перебили их всех. Так я получила своё прозвище, — Аннабель Шепард ухмыльнулась, обернувшись через плечо, её взгляд мог бы приморозить к полу несущегося крогана. — Никогда не слышала раньше? Я тот самый кровавый «Мясник с Акузе», — Шепард хихикнула над этим нелепым титулом и поманила Илену за собой. — Пошли. Займёмся железом. Я подстрахую тебя, а ты меня.

— Э-э… точно… — Илена поспешила к ней. — Слушай, это же неправильно, что я слегка завелась от твоей истории?

— Очень.

— Отлично. Прекрасно. Просто хотела убедиться.

Челнок снизился и влетел в небольшой ангар «Яхты Вечеринок» без фанфар. Корабль находился далеко от обитаемой зоны Индрис, вращаясь вокруг жёлтого газового гиганта Хиба. Большая батарианская военная база, станция «Кавер», находилась раньше на орбите этого пегасида, но теперь она выглядела тёмной и пустой. Она была необитаемой, а значит, необитаемой считалась и вся Хиба. Поскольку это единственный газовый гигант в системе, лишь вопрос времени, когда какой-нибудь частный или государственный концерн приберёт к рукам ценную бесхозную собственность. На самом деле, установка рудиментарной системы учёта приходящих на зарядку кораблей и числилась официальной причиной посещения этой планеты.

Линкор, когда-то зарегистрированный как «Славная Харса», теперь был переименован новым правительством Индрис в «Независимость». Гегемония церемонию переименования назвала смертельным оскорблением, «которое не останется неотомщенным», и заявила, что корабль будет отбит и вернёт своё гордое имя «любой ценой». Регулярно повторяемые Гегемонией угрозы мало кого впечатляли в растущих рядах повстанцев, а поскольку обернувшееся катастрофой вторжение серьёзно ударило по флоту, теперь жесткая риторика оставалось основным её оружием.

Тем не менее, все отлично понимали, каким бедствием обернётся потеря «Независимости», поэтому два фрегата эскорта охраняли линкор. За исключением ангара «Тевуры», эти три корабля являлись основным источником искусственного света в окрестностях.

Илена вместе с Шепард ожидали в ангаре у закрытых дверей, пока челнок стыковался и шло выравнивание давления.

По трапу челнока спустились трое, все в батарианской боевой броне. В двоих легко было узнать космопехов с «Независимости», их скафандры были серыми, но с желтыми полосами, обозначающими горную касту — выглядящими как волны у воротника и на плече. Золотокожий батарианец в центре носил ярко-красный офицерский скафандр — этот цвет распространился в Терминусе именно благодаря батарианским традициям — с бронзовой адмиральской цепью на правом плече. На другом плече он нёс то ли вещмешок, то ли сумку. Двое в сером остались сторожить челнок, с трепетом разглядывая обеих бронированных азари.

— Коммандер Таноптис, — главный батарианец поприветствовал её наклоном головы, вперёд и налево.

— Адмирал Так, — Илена повторила его жест.

— Прошу сюда, — заговорила Шепард, указывая на выход из ангара.

Все трое молчали по пути от ангара до небольшого конференц-зала рядом с охраняемой комнатой голо-связи. Там их ждал ещё один замаскированный человек, грея большой медный горшок на компактной плитке. Лишённая счастья в виде закрытого шлема с системой фильтрации воздуха, Илена сморщила нос от запаха. Кисло воняло гниющими старыми листьями.

— Чай Биттерах… и подходящего возраста, — отметил батарианский адмирал, взмахом направляя пар к гребням своего носа. — Я ценю этот жест, друзья мои, — его четыре чёрных глаза посмотрели на Илену. — Хотя мне говорили, что азари считают его запах просто ужасным. Могу я увидеть ваши лица?

Шепард со второй женщиной обменялись взглядами, затем кивнули. Обе потянулись к забралам шлемов, открыв их с шипением воздуха. Шепард выглядела как обычно, с карими глазами и каштановыми волосами. Вторая женщина была известна Илене как мисс Чамберс. Волосы у неё были рыжими, более длинными и блестящими, чем у Анны, а глаза имели зелёный цвет. Насколько Илена знала, после первой атаки на «Славную Харсу» в других боевых операциях она не участвовала. Вместо этого она проводила время вместе с несколькими пленными… то недолгое время, что они тут задерживались, во всяком случае.

— Ах-х, — батарианец разглядывал людей широко раскрытыми глазами. — Замечательно…

— Запах похож на кимчхи, это пища из нашего родного мира, — пояснила мисс Чамберс, разливая кошмарно воняющую (по мнению Илены, по крайней мере) жидкость по чашкам и расставляя их перед собравшимися.

— Нам же не придётся это пить, правда? — спросила Илена, скривившись от отвращения, когда чашка появилась перед ней.

— О, нет-нет, моя дорогая, — ответил адмирал, взмахами руки направляя пар к себе. — Этот вкус для воздуха. Им наслаждаются своим рааком — носом — а не своим сааком — языком.

— Батарианские чаи надо нюхать, а не пить, — добавила Чамберс, занимая место за столом.

— О-о, да. Напоминает мне о доме, — сказал батарианец, тоскливо вздохнув. — В наши дни достать Битерах непросто… не удивительно, ведь его выращивают лишь на Кар'шане. Но где же мои манеры? Воздух насыщен вкусом. Теперь мы с вами друзья. Я Гризго Так, бывший капитан Хатре, а теперь адмирал и капитан Независимости. Для меня счастье вновь увидеть моих союзников-людей. Я уверен, с моей семьёй всё в порядке?

— Я могу связаться с ними, используя квантовый передатчик, — заверила его Шепард. — Они по-прежнему на космической станции за пределами сети ретрансляторов.

— Я хотел бы снова поговорить с ними, хотя бы несколько минут, — согласился Гризго медленно, слегка неловко кивнув — так уж был устроен скелет батарианцев с большим количеством хрящей. — Но для начала, нам стоит разобраться с делами?

Он поставил на стол свой мешок и извлёк небольшой цилиндрический контейнер. После биометрического сканирования он открылся, начал вращаться, щёлкнув ещё трижды, повернувшись налево, потом вправо, потом опять налево. Наконец, крышка приподнялась на несколько миллиметров и Гризго снял её одним движением. Внутри покоился кристалл данных.

— Как вы и просили: полная версия программ ВИ, плюс лицензия без ограничения копирования, — объяснил он, передавая кристалл Шепард для проверки инструметроном.

— Средства защиты авторских прав на этом ВИ установлены одни из самых стойких в пространстве Цитадели, — серьёзно сказала Илена. — Это даже я знаю. Как вам удалось это проделать?

— Я попросил об услуге одну знакомую, раньше состоявшую в совете Армали. Через несколько лет после нашей встречи она его покинула, но сильное влияние там сохранила. А ещё она надеется, что я сведу её с Затмением и передам предложение о найме. Несколько циклов назад её сестра была похищена пиратами-работорговцами. Поскольку мы действуем в том регионе, где она исчезла, меня попросили её поискать. Если вам интересно, позже я могу передать всю информацию по этому делу.

— Полагаю, мы теперь у неё в долгу, — ответила Илена. — Как её зовут?

— Нассана Дантиус, — произнёс Гризго, поёжившись. — А пропавшую сестру зовут Далия Дантиус. Я их знаю с тех пор, как служил военным атташе в Республике Азари. Обе они женщины опасные… хотя и в разном смысле. Если вы примете предложение Нассаны, я был бы рад — она может стать ценным союзником — но посоветовал бы вам не доверять ей. Она безжалостна и продаст кого угодно ради собственной выгоды.

— Мы бы не получили эту технологию, будь она кристально-честной, — выдвинула Шепард встречный аргумент, забирая кристалл и пряча его в прямоугольный ящик. Затем передала его мисс Чамберс.

— Тоже верно, — согласился Гризго.

— Адмирал, — начала Илена, четыре батарианских глаза вновь обратились на неё. — Благодарю за ваше содействие в этом вопросе. Этот проект очень важен для нас.

— Рад был помочь, учитывая всю поддержку, которую ваша организация нам оказала, — заверил её Гризго с зубастой улыбкой. — Хотя когда я последний раз встречался с людьми лицом к лицу, среди них ещё не было столь очаровательной азари.

— Лесть? — уточнила Илена, ставя локти на стол и кладя подбородок на сцепленные руки. — Обожаю лесть! — она игриво подмигнула батарианскому джентльмену. — Это ещё одна из моих любимых вещей!

— Илена присоединилась через некоторое время после нашего с вами знакомства, — объяснила Шепард. — Вообще-то, всё случилось под влиянием момента. Йона Седерис оказалась ненадёжной.

— Я предупреждал вас на её счёт, — напомнил Гризго, — или… не конкретно вас, но кого-то из ваших.

— О, да, Йона! Они забрали её разум! — воскликнула Илена, шевеля пальцами и шепотом изображая призрачное подвывание. Быстро успокоившись, она ткнула пальцем в сторону Шепард. — Так, погодите-ка! Вы наняли его даже раньше, чем меня? Как такое может быть?

— Я лично в этом не участвовала… — начала Шепард.

— Пожалуйста, позвольте объяснить, — взял слово Гризго. — Два цикла назад мне доложили об активности коллекционеров в нашем пространстве. Вы можете этого не знать, но Гегемония осуществляет редкие контакты с коллекционерами уже несколько сот лет. Обычно они готовы платить за редкие биологические образцы или заказывают налёты на миры, где таковые можно достать. Я входил в группу, изучавшую этих «новых коллекционеров», действовавших через неофициальные каналы.

— Это ещё когда вы притворялись коллекционерами? — догадалась Илена, ожидая ответа от людей.

— Несколько лет личина коллекционеров очень даже неплохо работала, — просто ответила Шепард.

— Тогда я впервые и получил от них сообщение, — продолжил рассказ Гризго Так. — А позже некие неизвестные связались со мной через сеть флота. Мы общались несколько раз. Представьте себе моё изумление, когда однажды вечером коллекционеры объявились у меня дома, когда у меня был в выходной! Тогда я и понял, что эти коллекционеры никак не связаны с настоящими, которые прячутся за Омегой-4. Это была новая раса, не торопящаяся раскрывать себя остальной галактике. И они сделали мне предложение.

— Гегемония… — начал мятежный адмирал, руки он вытянул перед собой, словно умоляя понять его. — …это цепь на шее батарианского народа. Её устаревшая политика душит права и свободы, подавляет потенциал всех батарианцев, из всех каст. Может, когда-то она и исполняла свою роль, но эти времена давно уже прошли. Институт рабства в Гегемонии и слепой изоляционизм приносят вред всем нам. Превращает нас в парий для галактического сообщества. И наконец, спустя сотни лет, нам представился шанс построить на её месте нечто лучшее.

— То есть, вы патриот? — спросила Илена скептически. — Как вы вообще ухитрились стать капитаном во флоте Гегемонии с такими убеждениями?

— Как все делают — держал свои мнения и мысли при себе, — ответил Гризго. Лёгким взмахом, он направил в свою сторону ещё немного ароматного пара. — Хотел бы я назвать себя просто смелым борцом за свободу, как многие храбрецы там внизу на Камале… но…

— Они чем-то достали вас лично, не так ли? — Илена щёлкнула пальцами, угадав невысказанную мысль адмирала.

Гризго Так глубоко вдохнул, смакуя резкий вкус батарианского чая.

— Именно так, — признал он. — Если вы читали моё досье, то знаете, что я много раз бывал в пространстве Цитадели. Я был направлен в экспедицию для контакта с ягами, а после участвовал в военных учениях с турианцами и саларианцами. У меня есть связи и друзья среди всех рас Цитадели. Что касается политических раскладов внутри флота, я открыто выражал свою поддержку «интернационалистам»… это фракция, выступающая за сближение с Цитаделью.

Адмирал мятежников откинулся в кресле, сложив руки на груди. Его четыре глаза потемнели.

— Выбор оказался неверным, — добавил он. — Несколько циклов назад, наша фракция вступила в борьбу за власть с изоляционистами из Директората Безопасности. Мы потерпели поражение, а в наказание все основные фигуры стали изгоями. Меня назвали «идеологически нестойким»… развращенным и ослабленным за то время, что провёл с расами Цитадели. Моё имя и моя семья были очернены. Наконец, были даже сфабрикованы «доказательства», что моя мать на самом деле принадлежала к касте Реки. Я оспорил эти обвинения, и всё так и осталось в подвешенном состоянии… в напоминание, что моя жизнь легко может быть мгновенно уничтожена теми, кого я считал своими товарищами и братьями по оружию.

— Вы понимаете? — спросил он, обнажая зубы, и теперь это была уже не улыбка. — Флот прогнил, как и вся Гегемония. И то и другое надо или реформировать, или уничтожить… и эти изменения не произойдут изнутри, как я когда-то наивно мечтал. Поможет только революция. Я патриот, мисс Таноптис, но я ещё и отец, и мои дети будут расти в лучшем обществе, чем довелось мне.

— Это просто восхитительно, коммандер… то, что мне и требовалось!

Кончиками пальцев Чаквас управляла программой ВИ, внося небольшие изменения в парящую проекцию лица азари. ВИ помогал ей, внося дополнительные коррекции и добавления. Это лицо накладывалось на другое, намного менее достоверно выглядящее.

То первое отличалось достоверным цветом, но текстура и особенности кожи выглядели… неправильно. Чем дольше Илена смотрела на это лицо и его кожу, тем очевидней это становилось. Если это была первая версия маскировки, которую люди пытались создать раньше, неудивительно, что ей и не пытались пользоваться. На дальнем расстоянии, может, и сработало бы, но чуть ближе, при беседе… догадался бы кто угодно, или как минимум — любая азари.

— Теперь у нас есть всё, что требовалось? — спросила Шепард, хмуро разглядываю проекцию. — Вы, правда, думаете, что это сработает?

— Доктор Сандерс уже продвинулась в создании программ для обмана и обхода биосканеров Цитадели, — ответила Чаквас, уверенно кивнув. — Только посмотрите. Невероятно! Две тысячи лет опыта в косметической хирургии у меня под пальцами! В общем, да… это, в комбинации с улучшенными программами против сканирования?.. Я более чем уверенна в нашем успехе.

— А что дальше? Будете искать добровольцев? — спросила Илена, не зная планов людей. — Это всё выглядит очень серьёзно.

— Доброволец… — Чаквас сложила руки за спиной, всё ещё любуясь изображением. — У нас ведь одна уже вызвалась?

— Вызвалась, — ответила Шепард. — Я ей не завидую, но доброволец у нас есть.

— Я до сих пор не могу поверить, что вы в самом деле собираетесь на это пойти, — Илена скривилась от отвращения. — Я же не стану теперь ненужной, или типа того?

Шепард хихикнула, но Чаквас сказала твёрдое «нет», пояснив:

— Да если мы сможем повторить внешность азари, мы не сможем идеально подделать или вписать записи о рождении и другие данные в экстранете. Важней того, мы не сможем вести себя как азари, или даже говорить как вы. Не идеально. Вопрос, годится ли иллюзия для применения, определяется нюансами, тем, как реагирует на неё интуиция.

— Наш первый научный проект завершен, — подытожила Шепард с законной гордостью.

— Ты понимаешь, что напрашивается дальше, не так ли? — спросила Илена, подталкивая человека.

— Да, понимаю.

— Я хочу, чтобы ты это озвучила. Давай. Скажи вслух.

Шепард просто молча уставилась на неё.

— Вечеринка, — прошептала Илена. — Вечеринка в честь исследования! Между прочим, вам очень повезло! Я заказала несколько бутылок своей любимой выпивки! — она прижала к себе обеих женщин, обняв за плечи. — Ледяное бренди! Поверьте мне! Вы будете от него без ума!

— Ледяное бренди? — спросила Шепард осмотрительно.

— Может, стоит попробовать, майор? — встала на сторону азари Чаквас, улыбаясь так же, как и Илена.

Оказавшись в меньшинстве, одной против двоих, Шепард сдалась.

— Ладно, — согласилась она. — Почему бы и нет? Что плохого может случиться?

Глава 7

С неожиданно ясной, с учётом такого количества алкоголя в крови, головой Илена прикусила губу, взвешивая в руке своё новое орудие. И кто бы мог подумать, что эти безумные люди, со всеми их возможностями, не имеют никакой устойчивости перед Ледяным бренди? Илена утонченно поднесла руку ко рту и засмеялась, прежде чем лениво освободить от упаковки армейского рациона тюбик с шоколадом. Эту порочную человеческую сладость в их армейский магазин привозили очень редко, но этот продукт — несомненно, величайший вклад человечества в галактическую гастрономию. Пройдут десятки лет, и все азари галактики осознают это так же, как осознала она… но пока это была тайная страсть лишь для одной Илены.

— И что ты собираешься с этим делать? — спросила Шепард, Илена хитро подмигнула лежащей женщине.

— О, думаю, ты уже поняла, что, — поддразнила её Илена, открывая рацион и выдавливая немного шоколада. Богиня! Шоколад… Это просто чистое съедобное блаженство. Азари обычно ела его прямо из тюбика — по неизвестным причинам люди на неё в этот момент смотрели очень странно — но сегодня ей пришло в голову новое применение.

Тонкая шоколадная линия пролегла по подтянутому животу Шепард.

— Илена, — как обычно говорила Анна без выражения. — Прекрати уже.

Мощное тело человека слегка шевельнулось, сидящая на ней сверху Илена почувствовала, что поднимается вверх. Балансируя на ней, азари быстро глянула в сторону, убедиться, что Чаквас крепко держит своего командира. Хихикая, медик крепко схватила Анну за запястья, удерживая руки майора у неё над головой. Шепард расслабилась вновь, глубоко вдохнув, когда её тела вновь коснулся жидкий шоколад… на этот раз обходя по кругу пупок и затем приближаясь к краю чёрного бюстгальтера.

— Вспомни, у нас было пари, — хрипло напомнила Илена человеку под ней, работая пальцами покрывая бледную человеческую кожу шоколадом. Поднеся пальцы о рту и облизнув их, могучая коммандос азари вернулась к изучению тела своей подруги. Её кожа была мягкой… но под ней скрывались жесткие мышцы. Словно шёлк, скрывающий сталь.

— Я победила в игре, и теперь я устрою тебе Первый контакт… как принято у азари! — Илена бёдрами прижала человека к полу, повела плечами, двигаясь медленно и безззвучно. Шепард смотрела на неё широко распахнутыми карими глазами, но Илена перевела взгляд на третью женщину в их маленькой компании. — Что скажете, доктор? Не пора ли нам начать переговоры?

— Я и не знала, что вы опытный дипломат, коммандер, — ответила брюнетка-медик, так же облаченная лишь в одно бельё странного человеческого фасона.

— Мы, азари, лучшие мастера дипломатии в галактики, а я — азари бесчисленных талантов! — провозгласила Илена, снова проводя испачканными в шоколаде пальцами по животу человека, мимо груди своей жертвы выше, к плечам. Суровая и слишком часто не понимающая шуток женщина сейчас таяла словно воск под нежными касаниями девы азари.

— Разве тебе не приятно, Шепард? — прошептала она, наклоняясь к лицу схваченного человека. — Неужели ты не хочешь большего? Неужели не хочешь получить всё, что может предложить Цитадель?

— Мм-м-м… — тихо простонала она в ответ.

Жемчужно-белые губы азари были уже опасно близко от рубиново-красных человеческих.

— В таком случае…

— Илена! — произнесла Шепард, немного резковато. Её глаза метнулись влево одновременно со звуком открывающейся двери.

Повернув голову, Илена увидела, как в комнату влетает светло-голубая азари в купальном халате. Её глаза оттеняли нарисованные мелкими точками брови, а бледно-оранжевые полосы словно очерчивали рёбра щупалец на голове. Изо рта у неё торчала зубная щётка, азари буквально замерла на полушаге, увидев, что происходит за дверью.

— О, богиня! Ты серьёзно, Илена? — спросила она, уперев правую руку в бедро. — Ты даже хуже, чем мама.

— Рана? — Илена быстро обернулась к Шепард, но на месте сексуального, экзотичного, безумно опасного, но в целом дружелюбного человека… оказался Плутомус. Турианец-ботаник, живший в общежитии по соседству.

— Займёмся этим! — объявил он неровным ломающимся голосом подростка, какой бывает только у турианских мужчин. — Я люблю тебя!

— НЕЕЕЕЕЕТ!

Это был сон? Настолько банальный и отстойный! Но тогда…

— Погоди! Если это сон… — осознала Илена, поглаживая подбородок. Она ещё может кое-что успеть. Пока не слишком поздно. Сначала указав на бесящую её сестру, Илена воскликнула: — Сгинь! — Рана послушно исчезла в облаке дыма.

— ДА! У меня есть власть над сновиденьями! — провозгласила прекрасная, великолепная, восхитительная лучшая во вселенной коммандос. Азари указала рукой на тело под ней, выделывая пальцами дикие пассы: — Властью моей биотики, явись Сексуальная Шепард! Сим повелеваю!

ПЫХ!

Дым начал медленно рассеиваться, Илена уже видела правильный цвет… и даже небольшой участок тела там, где раньше чернел бюстгальтер, но теперь виднелась лишь идеально гладкая бледная кожа. Илена триумфально взмахнула кулаком. Да. Да. ДА!

— Илена! Просыпайся уже!

— НЕЕЕЕЕТ! Дважды НЕЕЕЕЕТ!

Безжалостно вырванная из своего сна, как раз в тот момент, когда разврат приготовился достичь уровня Омеги, Илена моргнула расфокусированными глазами. Первой, кого она увидела, была Шепард, но не Шепард, покрытая греховно вкусным шоколадом. На этой уже была одежда. Проклятье. Её ботинок приблизился, толкнув несчастную деву азари в рёбра. Вреда это не причинило, но затем быстро пришла ужасная головная боль, пытающаяся разорвать её голову надвое.

— У-у-у-ух… — только и смогла озвучить Илена. — Мхфффд.

— Должна отдать вам должное, — сказала Шепард, возвышаясь над павшей азари. Илена поняла, что лежит на боку… на полу? Шепард покачала головой. — У вас, азари, определённо есть интересные застольные игры.

— Мггхх…

Илена попыталась встать, как вдруг заметила две руки у себя на животе. Она пригляделась — руки определённо принадлежали человеку. А это могла быть лишь…

За спиной раздалось сонное бурчание, а потом руки начали сжиматься. Сжиматься с силой обезумевшего от крови крогана!

— Рёбра! Ломаются! — Илена пыталась вырваться. — Мне ещё слишком рано умирать! Передайте родным, что я люблю их!

Шепард милосердно опустилась на колено и помогла вызволить Илену из объятий Карин Чаквас. Коммандос мгновенно откатилась подальше от опасности, чувствуя, что неожиданно стала стройнее на полразмера. Медленно и тяжело она поднялась на дрожащих ногах, надеясь оценить ситуацию в целом.

Шепард уже была на ногах и с помощью инструметрона пыталась отыскать что-то в этой комнате. Тем временем Чаквас, всё ещё полуодетая, пускала слюни на полу, сонно пытаясь схватить что-нибудь и прижать к себе. В итоге она добралась до одной из раскиданных на полу подушек, которая вскоре оказалась в её кошмарной хватке. Илена тем временем оглядела себя

— Э-э…Шепард?

— А? — спросила майор, наконец обнаружив искомое: маленькую стопку с выдавленным на боку похожим на блюдце кораблём.

— Почему на мне человеческое бельё? — спросила Илена, указывая на хлопковую… вещь, прикрывающую снизу всё, что следовало.

— Дикая была ночка, — пояснила Шепард, пожав плечами.

— Ага, уж догадываюсь, — Илена попыталась пройтись, чтобы восстановить равновесие. — Забавное ощущение, мягкое, уютное, — её глаза расширились, когда она сопоставила вместе чёрный цвет белья, размер, и поняла кое-что: — Это же твои, не так ли?

Вскинув брови, Шепард развернулась и перебросила азари упаковку из рациона, которая выглядела почти, почти так, как будто внутри мог быть шоколад. Но это оказался не он.

— Кофе, — назвала Шепард упаковку, проходя мимо девы азари, ощупывающей своё новое непривычное бельё. — Там сразу и антитоксикант в составе.

— Кофе? Но я ненавижу вкус кофе! — начала ныть Илена. Потом задумчиво облизнула губы. — А ещё, у меня странный привкус во рту. Что я ела прошлой ночью?

— Много чего, — ответила Шепард без выражения. — Практически всё, до чего могла дотянуться.

— Ага, на меня это определённо похоже, — согласилась Илена, доставая из упаковки чашку.

— Собирайся, — скомандовала Шепард, Илене оставалось лишь дуться. — И переоденься. Нас ждёт кое-что интересное. У нас сегодня выход.

— Да, да. Знаешь, ты мне прервала такой прекрасный сон.

— Правда? И о чём он был?

Кровь прилила к щекам Илены, окрасив их в сиреневый, пока она открывала кофейный рацион и начала глотать кофе прямо из тюбика.

— О всяком, — ответила она, лишь запутав Шепард.

— Всяком.

— Всяком забавном.

— Наша цель здесь, на третьей планете системы Вулар, — пояснила Шепард, пока вся важная информация поступала на их глазные импланты. Илена, сидящая в отсеке «Космического Рейнджера» вместе с коллегами-людьми, тоже её получала.

Вана, третья планета системы, была и самой дальней от звезды. От белого карлика Вулара её орбита была в тринадцать раз дальше, чем у Тессии от её собственного светила. Ещё один холодный и безжизненный космический булыжник, больше и тяжелее многих других, просто чтобы было ещё сложнее и неудобнее. Батарианская Гегемония располагала на планете несколькими колониями под куполами, первоначально там добывали уран, а потом магний. К счастью, нужное им место располагалось далеко от всех заселенных областей.

— Четыре часа назад надёжный источник сообщил нам, что один из фрегатов, раньше приписанный к исследовательской станции Кавер, замечен в системе Вулар, — Шепард продолжала инструктировать свой отряд. — Корабль дрейфовал в космосе, не посылая сигналов бедствия, вскоре он рухнул на поверхность Ваны рядом с заброшенной урановой шахтой. Учитывая хаос, творящийся в данной системе и в Гегемонии в целом, мобилизовать силы для изучения места падения они быстро не смогут. Мы ожидаем противодействия лишь со стороны местных лоялистов с минимальной аэро-космической поддержкой.

Илена моргнула, изображение перед её взглядом сменилось, новое окно содержало информацию о разбившемся фрегате.

Корабль назывался «Горник», капитана зовут Зоммин Чохл. Помимо этого сведений было немного, но дальше Шепард передала внутреннюю схему корабля, основанную на стандартном строении фрегатов этого проекта. Корпус около двухсот метров в длину, три обитаемых палубы. Численность команды оценивалась от тридцати до пятидесяти. По сравнению с хаотичным штурмом «Харсы», в этот раз их ждёт детская прогулка.

— Запоминайте устройство корабля и карту прилегающей местности, — скомандовала Шепард, она единственная стояла перед сидящими бойцами. — Разделяемся по плану. Винай, Синяя команда. Зачистка и оборона периметра вокруг корабля, предотвращение вмешательства извне. Разрешаю без ограничений атаковать любых лунатиков, которые приблизятся или попытаются высадиться после начала операции. Ксиа, Золотая команда. Войти через шлюз с левого борта, зачистить нижний уровень и инженерную палубу. Чёрная команда, вы со мной. Мы вламываемся в кормовой ангар, проходим через второй этаж и дальше к мостику. Вся дополнительная информация в переданных пакетах.

Десять женщин в унисон подтвердили получение приказа, дальше кто начал перепроверять своё вооружение или иную информацию через инструметрон, кто с отсутствующим видом просматривал что-то через свои глазные импланты. Несколько просто спокойно ожидали с оружием в руках. Шепард медленно шла по отсеку, проверяя всех своих бойцов.

Илена уже поняла, что она очень сильно отличается от Йоны. Понятно, что сравнение тут совсем не равнозначное. Йона Седерис была наёмницей, и работала с такими же независимо мыслящими типами, готовыми продавать свои услуги и своё оружие. Вероятно, с кучкой наёмников разных рас, кое-как собранных вместе, Шепард вела бы себя иначе, но Илена была уверена, что не настолько иначе. Шепард вообще была женщиной довольно тихой и спокойной. Один единственный раз, когда она по-настоящему разозлилась, это после ранения в драке с тем свихнувшимся кроганом.

Не считая тот случай, даже со всеми своими ехидными замечаниями и деланным безразличием, Шепард никогда не демонстрировала, что она раздражена или злится. Или что она очень чему-то рада — тоже. Йона Седерис была её полной противоположностью. Каждую свободную секунду она тратила на утверждение своего доминирования над всеми вокруг, запугивала других, подгоняла, принуждала что-то делать, а когда ей что-то нравилось, то это было совершенно очевидно с первого взгляда. Многие наёмники ценили и уважали Йону как раз за это — все понимают, кто тут главный, потому что она страшная и никогда не знаешь, что она с тобой сделает, если посмеешь выйти за рамки дозволенного. Шепард, временами, тоже бывала страшной, но совсем в другом смысле. Илена очень хорошо представляла, что именно сделает Шепард, если очень конкретно протупить или стать угрозой для команды и для задания. Она не будет хихикать, или маниакально хохотать, а просто пристрелит тебя, не моргнув и глазом.

Илена потрясла головой, пытаясь избавиться от столь сложных мыслей о командире их отряда. Вместо этого она открыла план фрегата, который им предстоит штурмовать, а после пошла выбирать себе винтовку. В отличие от нормальных винтовок Затмения, оставшихся на корабле, всё оружие «Чёрного Затмения» имело встроенный механизм самоуничтожения. Оружие требовалось подключать к конкретному бронекостюму, а броня, в свою очередь, была привязана к биометрическим параметрам. Илена взяла себе одну из модифицированных штурмовых винтовок — на основе турианской «Стены огня» от Армакс — и подключила к своей броне.

— Есть вопросы по заданию? — услышала она голос майора, Шепард уже прошла весь отсек и добралась до неё.

— Никаких! — ответила Илена, ухмыляясь. — Всё отлично! — её улыбка начала тускнеть, как только в голове начали крутиться новые мысли и вопросы. Но их ещё нужно суметь задать. — Вот только…

— Излагай, — подтолкнула Шепард, стоя рядом с азари. — Что тебя тревожит?

— Ну, это ведь не одно из тех заданий на публику, где вам нужно, чтобы все меня видели, так? — в доказательство она продемонстрировала свой шлем, на этот раз полностью закрытый. А обычно ей в одиночку приходится служить доказательством иллюзии, что все женщины в отряде на самом деле принадлежат к расе азари.

— Это чёрная операция, — ответила ей человек. — Ничего из этого в экстранет не уйдёт. У Синей команды специально для этого есть устройства глушения сигналов.

— Тогда зачем я здесь? — задала вопрос Илена. — Почему вы взяли меня, а не ещё одну из ваших взамен?

— Илена… — Шепард наклонила голову к плечу, странный человеческий жест, — не забывай, что ты наш единственный биотик. И ты вообще довольно сильная. Ты здесь, потому что хорошо дополняешь мою команду.

— Правда, что ли? — Илена вглядывалась в неё, пытаясь уловить нотки сарказма.

— Правда, — заверила Шепард. — Но ведь это не проблема для тебя? Или предпочитаешь взамен работу в офисе?

— Ага, сейчас… — Илену насмешила одна лишь эта мысль.

— Отлично.

Майор уже направлялась к арсеналу, выбирать себе оружие для этого выхода, когда Илена почувствовала, что надо выяснить кое-что ещё:

— Эй, Шепард? А какое вам вообще дело до этого корабля? И до станции Кавер?

Офицера вопрос явно напряг, обернулась для ответа она не сразу.

— Думаю, тебе можно это знать, — решила она, снимая себе кроганский дробовик M-300 со стойки в торце отсека. Шепард подключила его к бронекостюму, а затем уселась рядом с азарийской коммандос. — Мы полагаем, что помимо обычного обслуживания и испытания вооружений, на станции Кавер батарианцы изучали ещё что-то, — пояснила Шепард, проводя рукой с инструметроном над дробовиком в поисках ржавчины или повреждений. — Вскоре после освобождения Камалы, батарианские военные у той станции затеяли собственную заварушку. Мы собирались взять станцию штурмом, но они просто выбросили часть базы за борт…

— Выбросили за борт? Подразумеваешь, оставили летать в космосе?

— Скорее «оторвали взрывом и уронили на газовый гигант».

О, ну это несомненно «за борт».

— Зачем? — удивилась Илена. Зачем выбрасывать кусок своей же базы и отправлять к газовому гиганту?

— Там было нечто, что они не собирались отдавать нам, или кому-либо ещё, — ответила Шепард, хотя это была скорее догадка. — И очевидно они ожидали, что этому «чему-то» нужно не меньше, чем жар и давление в центре газового гиганта. Мы полагаем, что батарианцы заполучили доступ к какой-то опасной… протеанской… технологии… Технологии, всей угрозы от которой они, возможно, сами не осознают. Это ещё одна причина нашего вмешательства в местные дела. Не только наш альтруизм и желание заменить Гегемонию более дружелюбным соседом. Нам нужно выяснить, что же они получили… и является ли это тем, что мы подозреваем.

— И что же вы подозреваете? — уточнила Илена, про себя соглашаясь, что опасения Шепард стопроцентно имеют под особой основания. Может, у них и есть протеанское оружие. Никто и никогда не находил работоспособное оружие протеан раньше.

— Левиафан Диса, — со вздохом ответила Шепард, когда её вынудили.

— ХА! — Илена просто не смогла сдержать смех, услышав это. — Так вот что вы разыскиваете? Ох, Шепард, Шепард, Шепард, Шепард! — опустив голову, она похлопала бедного человека по плечу. — Левиафан Диса? Это просто легенда из экстранета! Как Тонкая дева, или Кеши, монстр с  Сур'кеша! Или Калрос, этот супер огромный молотильщик… про него ещё тот симулстим сняли, «Челюсти»[13]? Народ, я же вам показывала «Челюсти», а? О, богиня. Самый. Страшный. Симулстим. В мире.

Илена невольно вздрогнула. Она первый раз смотрела «Челюсти» в двадцать, практически младенцем. «Убирайтесь с этой планеты!» «Вам понадобится крейсер побольше». И та сцена, где кроган цепляется за край корабля, а потом вылезает Молотильщик и чуть-чуть не достаёт до него? Бр-р-р-р. Жуть! Хотя она никогда не понимала, почему тогда столько туристов отправляется в отпуск именно на Тучанку?

В любом случае, учитывая специфический… опыт Шепард в общении с молотильщиками, возможно, это был отнюдь не самый лучший симулстим, который ей приходилось видеть.

— Суть в том, — заключила Илена, дружески встряхнув Шепард за плечо. — Они все ненастоящие. Целиком и полностью! Просто старые сказочки матриархов.

— Увидим, — майор посмотрела на Илену, прежде чем пожать плечами. Затем она слегка улыбнулась, предложив: — Если только ты не хочешь заключить пари?

— Охотно! — Илена согласилась, вообще не думая. — Я никогда не проигрываю пари!

— Одно ты проиграла буквально вчера ночью, — Напомнила Шепард.

— В этом случае мои шансы на победу велики как никогда!

— Теория вероятности… она не так работает…

— Мой азарийский мозг, превосходящий другие, говорит, что именно так.

— Здесь «Дикая гонка», посадка завершена… начинаю развёртывание платформ поддержки.

Пока Чёрная команда вслед за Шепард спускалась по светящемуся голубым энергетическому трапу, Илена слышала тихое гудение со стороны двух кибердисков, покидающих углубления по бортам челнока. За ними бодро следовала четвёрка похожих на ханаров роботов. Мехи с щупальцами игриво кружились в воздухе, прежде чем выпустить облако частиц, сопровождающее активацию их необычной маскировки.

В поле зрения Илены возникло полупрозрачное окно, это её глаза начали получать сигнал от этих ханаро-ботов. «Искатели» — Илена припомнила, как другие их называли. Они рыскали вокруг, сообщая людям обо всех своих находках. Каждому соответствовал свой цвет: жёлтый, синий, фиолетовый и белый, чтобы проще было отыскать его на общей для всей команды карте. Вскоре на ней начали добавляться красные точки, там, где летающие искатели обнаруживали противника.

Похоже, люди из Икс-ком обожают автономных мехов, хотя у них, вроде бы, была альтернатива под управлением ВИ, которую называют SHIV. Уже раздавались голоса за то чтобы упростить человеческие модели и принять их к использованию в Затмении. Хотя Илена не понимала толком, что же такого особенного в искателях и кибердисках. Не то чтобы на них стоял искусственный интеллект или ещё что… наверное. Ох, проклятье! Наверное, как раз он там и установлен.

— Говорит Винай. Снайперы поднимаются в воздух.

Илена, Шепард и ещё две женщины из их команды укрылись за выломанным куском обшивки звездолёта, выломанный из борта «Горника» во время его неожиданной посадки на Вану. Винай с командой держались чуть позади, вот только на последнем шаге они взмыли вверх, поддерживаемые выхлопами голубого пламени на плечах и ногах. Все они поднимались в небо с удлинёнными «Уравнителями» от Халиат Армори. По стандартам Иерархии, такое оружие выдают снайперам-новичкам, но они доступны, и купить такие за пределами турианской территории нетрудно.

— Цели в видимости отряда, — сообщила Винай по общей связи, а связь эта, как Илена уже знала, велась преимущественно через псионику. Голос у неё был мягким и с лёгким экзотичным акцентом, даже на общем фоне человеческого произношения. — Идентификация целей произведена, это местное ополчение лоялистов. Устраняем все цели по готовности.

Внизу одинокий батарианский снайпер — не ведающий о том, что рядом враг, и что за ним наблюдают прямо сейчас — сидел на крыше челнока, болтая ногами. Откуда ему было знать, что Илена может видеть его через искателя, замаскированного буквально на расстоянии броска. Батарианец потянулся поправить шлем, в этот момент четыре снайперские пули врезались в его щиты, практически одновременно. По одной от каждого из парящих в сотне метров над землёй снайперов. Они не утруждали себя стрельбой в голову… просто всадили сразу четыре пули ему в грудь, а после переключились на следующую цель с механической точностью.

Другой батарианец, поглощённый спором с одним из товарищей, вдруг дёрнулся и рухнул наземь, когда в него ударили сразу две пули. Его друг, или ублюдок из их отряда, которого он всегда ненавидел, кто знает — был поражён ещё двумя пулями, всего лишь удар сердца спустя. Падая на спину, он ещё сумел изумлённо взмахнуть руками. Оба тела затем подскочили и дёрнулись ещё раз, когда парящие снайперы всадили в каждое ещё по паре пуль, просто для контроля.

Неподалёку, ещё один батарианец, скрытый от снайперов препятствием, задохнулся от удивления, увидев, как перед ним вываливается из маскировки похожий на ханара искатель и опутывает стальными щупальцами. Скафандр, может, и обеспечивает приемлемую защиту от естественных угроз и агрессивной среды, но точно не от такого. Мех схватил бойца за шею, потом за руки и лицо. Перед смертью тот успел разве что булькнуть что-то.

«Двигаемся вниз за мной».

— Выступаем, — приказала Шепард, Илена почувствовала, как отступает возникшее было давление на разум. Шепард, Блейз и Чаквас бегом двинулись вперёд, Илене пришлось поторопиться, чтобы угнаться за ними. На мгновение это выглядело почти как…

— Вижу лунатика! — предупредила Чаквас, вскидывая винтовку и целясь в батарианца. Тот прятался за небольшой баррикадой у самой кормы рухнувшего фрегата. Мгновение спустя из маскировки вышел искатель и полетел в его сторону, вытягивая щупальца. За баррикадой вскрикнул ещё один голос, только чтобы тут же затихнуть.

Пока что всё шло согласно плану.

— Синие. Зона зачищена! — объявила Винай.

— Золотые. Достигли шлюза по левому борту, — проинформировала Ксиа через несколько секунд. — Готовы войти.

— Чёрные, — Передала Шепард по общей сети. — Приближаемся к ангару.

— Э-э… Шепард? — пробормотала Илена, следуя за людьми в небольшой овраг, вырубленный в кремнистой почве этой пустынной планеты. Ангар они увидели сразу, едва оказались с другой стороны фрегата. Но тут начались неожиданности. — Это же не наша работа, так ведь?

У дверей ангара валялись мёртвые батарианцы.

— Нет, не наша, — ответила Шепард, обводя тела стволом своего М-300.

Имплант в глазу сканировал тела, рассчитывая приблизительное время смерти и возможные причины повреждения их скафандров. На первый взгляд, их расстреляли с фронта. Отверстия, похожие на проколы, и общий характер повреждений больше всего напоминали действие штурмовой винтовки с дезинтегрирующими боеприпасами.

Хотя она была с ними неплохо знакома, такие патроны не встречались широко нигде в пространстве Цитадели. Для них используют специальный расходный блок и рельсовую систему, оборачивающую каждую пулю электрическим полем, словно миниатюрным щитом. Это нарушало действие уже вражеских щитов при попадании. Такие боеприпасы в основном использовали для сражений с мехами и синтетиками, поскольку имелся шанс повредить их сенсоры и незащищённую электронику. А ещё такие патроны случайно могут вывести из строя оружие, если по стечению обстоятельств попадут в него, а не в того, кто это оружие держит.

[Аномалия!] [Аномалия!]

Просигналил её имплант, отмечая два тела с иным характером ранений. Если судить по контрукции брони, они напоминали батарианских инженеров. Обоих убили рядом с каким-то габаритным медицинским оборудованием. Как и в остальных случаях, раны у них были спереди. Вероятнее всего это означало, что по ним всем стреляли из ангара, изнутри корабля…

— Возможно, «дружественный огонь»? — спросила Чаквас, когда они приблизились к скромному по размерам ангару корабля.

— Возможно, — допустила Шепард. — Я бы предпочла снести взрывом весь ангар. Но корабль нужен нам целым, — Илена вновь почувствовала слабый порыв, заставивший её щупальца зачесаться.

— Выдвигаемся, — подтвердила Чаквас не озвученную команду, они вместе с капралом Блейз — у той была кожа чуть темнее, но её Илена знала лишь по имени — отделились от группы. Два человека скрылись за опалёнными, но по-прежнему стоящими аккуратными рядами ящиками.

— Шепард?

— Да?

— Почему мы идём прямо в ловушку злодеев?

— Мы не идём в ловушку, — ответила Шепард, не опуская руку и указывая за тяжело поврежденный батарианский БТР. — Мы просто тыкаем в неё палкой издалека.

— О, ну так намного лучше! Дерьмо! — Илена услышала стук автоматных очередей из глубины ангара.

— Лунатик! Лунатик! Лунатик! — крикнула Чаквас.

— Вижу их! — отозвалась Шепард, хотя сидела за укрытием. Она приготовила гранату и запустила её по дуге со своей закрытой позиции куда-то в дальний угол ангара. — Граната пошла!

Даже не дождавшись взрыва, майор выметнулась из-за укрытия и понеслась в глубину ангара.

— Кинетические барьеры, не подведите меня! — просила Илена шепотом, двигаясь за ней следом.

Чакваз и Блейз смогли занять позицию выше врага, запрыгнув на крышу стоящего в ангаре челнока. Оттуда они поливали огнём противника, которого Илена пока так и не видела, но которому их двойка уже готовилась выйти сразу во фланг. Секунда после взрыва гранаты Шепард; и они уже огибают станцию техобслуживания, чтобы сойтись лицом к лицу с одним из защитников корабля.

Такой же батарианец, как и остальные здесь, но в почти однотонном чёрном скафандре с несколькими белыми деталями на броне. Бронескафандр сам по себе у него был довольно громоздким, в основном за счёт добавления сплошных пластин на груди и торсе, но больше всего выделялся внешний вид шлема. На нём были четыре круглых отверстия для глаз, но они почти ослепляли обжигающе-белым сиянием. В остальном шлем напоминал формой скалящийся череп с широко раскрытой челюстью. Внутри этой челюсти скрывался довольно обычный атмосферный фильтр, означая, что практические функции шлема никуда не делись… просто их специально спрятали за таким жутким фасадом.

Батарианец вытаращил на Шепард и Илену свои сверкающие глаза, затем вскинул оружие, которое даже обожающая пушки коммандос не опознала. Он двигался быстро, но, к счастью, Шепард была быстрее. Её M-300 «Клеймор» ударил вниз, доставая левую руку батарианца, а рукопашная атака в принципе не останавливается никакими кинетическими барьерами. Илена отлично представляла, что её собственную руку такой удар размолотил бы в крошево.

Батрианец сделал шаг назад, но продолжил поднимать своё оружие другой рукой. Илена применила толчок, синяя сфера поля эффекта массы врезалась в солдата. Пока Шепард уже сменила цель, связывая боем ту пару, с которой продолжали перестреливаться Чаквас и Блейз, Илена открыла огонь по оглушенному и уязвимому батарианцу длинной очередью. Прежде чем замерцать и исчезнуть в облаке искр, его щиты продержались лишь пару секунд. Пуля за пулей уходили в его тело, пытаясь пробиться сквозь утяжеленную бронепластину на груди. На броне возникли небольшие вмятины там, где попадания так и не смогли пробить её насквозь.

Оружие Илены взвыло сигналом, от него пошёл пар, когда перегрелись теплопоглотители. Сменив винтовку на запасной ствол, она поневоле восхитилась бронёй противника, которая до сих пор ещё держалась. Наконец, из пробоин в чёрной броне покатились красные капли, словно большие слёзы. Он уже должен быть мёртв… правда ведь? Как по команде её имплант оценил статус цели. Пульса не было. Значит, враг всё-таки погиб.

[Мёртв] показали её модифицированные глаза, но потом появилось дополнение: [Аномалия] [Зафиксирована неизвестная кибернетика]

— Шеп… — начала Илена, поворачивая голову.

Через мгновение азари сбило с ног, биотическая ударная волна подбросила её тело в воздух. Труп, который она разглядывала, тоже попал под удар, его отшвырнуло, словно тряпичную куклу. Кинетические барьеры Илены, особенно уязвимые к ударной волне, мгновенно пропали, оставив лишь жалкий ворох искр. Всё ещё крутясь в воздухе, за долю секунды до приземления Илена напрягла собственную биотику, закрывая себя барьером. Она рухнула на все четыре конечности и сразу же откатилась за ближайшее укрытие.

Источник этой атаки легко было отследить, даже если бы глаза не подсвечивали любезно направление на него.

Из-за укрытий возникла два батарианца в тяжелой броне. Хотя бы на первый взгляд, они напоминали того, которого Илена с Шепард устранили буквально только что… за исключением больших угловатых агрегатов, размещенных у каждого на правой руке. Ими солдаты и начали целиться, один в Илену, а другой — в сторону позиции, с которой Блейз и Чаквас продолжали вести огонь. Устройства окутал целый каскад искусственного синего света, а через мгновение две мощные биотические ударные волны понеслись через ангар, расшвыривая ящики и прочий мусор, пробивая себе путь через более тяжёлые препятствия.

Бросаясь в сторону, Илена пыталась припомнить, видела ли она такое хоть когда-нибудь раньше. Биотики-адепты и штурмовики довольно часто применяли ударную волну, так что невероятной редкостью она не являлась, это не танцующий брейкданс элкор, и не кроган, поющий сопрано. Но этот приём редко использовали не-азари, и ещё куда реже он был настолько мощным и разрушительным. Довольно очевидный факт, что эти батарианцы наводили на цель свои перчатки, прежде чем ударить волной, как минимум намекал, что эти агрегаты имеют к этому некоторое отношение. Это, и тот факт, что они светятся. Где что-то светится, там всегда будут взрывы!

И, похоже, Илена была не единственной, кто смог сложить два и два.

— Майор, — позвала Чаквас, прыжком уходя с прошлой позиции, прямо перед тем как её накрыло синим огнём. — Нужно попытаться и взять одного из этих чужих живым или хотя бы целым.

На мгновение Илена представила, как тихо выругалась Шепард. Да, давайте поймаем одно из биотических чудовищ, на которое мы только что напоролись! Будет весело! Ради НАУКИ!

— Отмечаю цель для захвата, — наконец произнесла Шепард спокойным тоном. — Сконцентрировать огонь на неотмеченных лунатиках.

Рамка подсветила одного из батарианцев.

— Илена!

— Исполняю! — азарийская коммандос выкатилась из-за укрытия со всей грацией и проворством, свойственным её древней расе. И хоть раз она не запнулась, не врезалась в ящик или во что-нибудь ещё! Пришло время показать себя!

— Укусите мою блестящую синюю биотику, сучки! — крикнула она, выбрасывая вперёд кулаки. Она не особо задумывалась над фразой, просто постаралась, чтобы звучало повнушительней, попутно активируя привычный нервный импульс для толчка. И ещё одного толчка. Они сорвались с её рук и понеслись вперёд, как две лазурные кометы.

— Ва-а-а-а-а!

К несчастью и к собственному изумлению, это сбило её с ног.

Две сферы пульсирующего поля эффекта массы разлетелись далеко, миновав обоих бронированных батарианцев. Оба громилы отшатнулись от сияния биотических атак, даже прошедших не меньше чем в метре от них, и уже нацелились на растянувшуюся по полу азари. Они вскинули свои доработанные руки, заряжая следующую ударную супер-волну. Перекатившись на месте, так чтобы ладони и колени надёжно сцепились с рифлёным полом, Илена на безумной скорости поползла в сторону, словно её жизнь зависит от этого — и вероятно, так оно и было. Наконец, сумев упереться подошвами в пол, она перескочила стойку с инструментами… как раз перед тем, как две ударные волны сошлись на месте, где она только что лежала.

Встав, она успела даже вскинуть свой М-3 «Хищник» и всадить три пули в левого батарианского штурмовика. Шепард, Блейз и Чаквас уже снесли барьеры этого бугая, начав добавлять ему множество новых дырок в организме. Самая большая и впечатляющая дыра появилась, когда Шепард ринулась вперёд, приставила дуло своего кроганского дробовика к животу противника, прямо между двумя пластинами брони, а потом выжала спуск. В следующий момент большая часть того, что батарианец ел на завтрак, вместе с половиной внутренностей, вылетело наружу из его спины.

Яростный трещащий звук — шифрование вербального общения, может быть? — донёсся со стороны последнего солдата. Он вскинул свою «ударную» руку, целясь в Шепард, но та всё ещё двигалась быстрее него. Убрав дробовик, майор взяла чужого в захват. Его оружие разрядилось пузырящимся синим залпом, большая часть ушла в воздух, но остаток зацепил левый бок Шепард. Было видно, как её щиты потрескались, прежде чем отключиться, а броня начала светиться и оплывать, дрожа под искажением. Илена перескочила раздолбанную стойку с инструментами, за которой укрывалась только что. Дополненное зрение совершенно отчётливо выдавало всё больше предупреждений о состоянии бронекостюма майора.

— Удар по разуму! Совместный! Немедленно! — командовала Шепард. — Дугомёты к бою!

Батарианец снова что-то задушено протрещал, пытаясь вырваться из её железной хватки. Биотическая рука зарядилась и разрядилась вновь, Илена не слышала, чтобы хоть один нормальный биотик смог бы это сделать так же быстро. Каждый выстрел ударной волной — даже направленный верх, к потолку — так же усиливал искажающее биотическое поле, окутывающее тело Шепард, просто из-за близости к источнику. Илена была уже близко, почти доставая врага своим резервным дугомётом, когда поврежденный ударами потолок обрушился вниз.

Оторванные куски обшивки, проводки и ламп, трубы охлаждения, всё это свалилось на пару сцепившихся врагов. В этом хаосе Шепард явно получила преимущество над растерявшимся батарианцем. Он не превосходил её в силе, не был ровней и тому безумному кроганскому мастеру, но его спасало то, что Анна пыталась вырубить его, вместо того чтобы убить или расчленить. Сверху рухнула особенно тяжелая труба, крутясь и разбрызгивая охлаждающую жидкость, она ударила майора в плечо. Поразительно, но Шепард просто стряхнула её, отшвырнула своего противника на сломанный оружейный ящик, и наконец, смогла без помех разрядить в него дугомёт.

Вопль батарианца напоминал скорее треск помех в эфире, но чужой ещё несомненно оставался в сознании. Он вскинул правую руку в сторону человека, собираясь выстрелить наверняка.

— Я так не думаю, — сбоку ударил второй электрический разряд, это в драку включилась Чаквас. Бронированный батараинец зарычал, теряя контроль над биотикой от судорог и повреждений нервов. Громоздкое устройство на руке засветилось, но уже в неверном порядке, а потом просто зашипело.

— Моя очередь! Моя очередь! — воскликнула Илена, нажимая на спуск своего дугомёта, стоило её приблизиться к остальным. Это уже был пинок по поверженному врагу, но забавно было наблюдать, как злодея дёргает разрядом.

Капрал Блейз появилась последней, она опустила свой дугомёт, так и не выстрелив.

— Проклятье, я опоздала на групповуху с электрошоком? — спросила она разочарованно.

— Кто успел, тот и съел, — отозвалась Илена.

— Прошло двести лет, и у нас до сих пор электрошокеры, которые срабатывают лишь в половине случаев, — проворчала Шепард, складывая свой дугомёт и возвращая на точку подвески брони на ноге. Продолжавший подёргиваться батарианский громила валялся на полу лицом вниз.

Его оружие — Илена решила пока что называть его «силовой перчаткой» — продолжало бессистемно мигать, уже не зажигаясь последовательно — как отражение поджаренной и поврежденной нервной системы владельца. Наконец, оно полностью потухло и отключилось. Чаквас первой присела рядом, чтобы взглянуть ближе. Чего стоило ожидать от медика и учёного, тем более она первой и попросила брать его живым. Может быть, она сможет разобраться. Как работает эта «силовая перчатка», тогда у них у всех будут такие же!

— Эм-м, снова не обошлось без повреждений, Шепард? — не удержалась азари от замечания.

— Хм-м, тебя снова чуть не убили, Илена? — женщина уставилась на неё, азари не видела, но чувствовала, что она ухмыляется под шлемом.

— Эй, главное, что всё получилось! — обиженно сложив руки, Илена просто пожала плечами.

— Майор, — прервала их Чаквас, держа в руках «силовую перчатку», всё ещё не снятую с обмякшего тела. — Это не модуль брони. Оно присоединено к ней… и даже глубже… к руке этого лунатика.

— А это что такое? — спросила Блейз, указывая на небольшую отметку среди синих наростов.

— Батарианские цифры, — ответила Шепард, потирая левую руку. — Вместе читается: Отряд семь, три, один.

— Да уж, мрачное совпадение, — Чаквас кивнула.

— Почему? — уточнила Илена. — Что в этом числе такого?

— Была одна тёмная страница в человеческой истории[14]… — Шепард покачала головой, проверяя теплопоглотители своего дробовика. — Давайте зачистим остальные помещения и выясним, чем же эти ублюдки тут занимались.

Оставив Чаквас сторожить пленного, они направились через ангар ко второй палубе корабля Горник. Ксиа и её Золотая команда уже пробились сквозь экипаж корабля и теперь охраняли инженерный отсек и ядро эффекта массы. Никто из экипажа разбившегося корабля даже не пытался сдаться. Они бились насмерть, как фанатики. Становилось чуть-чуть яснее, почему они расстреляли местных ополченцев, явившихся к месту падения звездолёта.

Похоже, в шкафу Директората Безопасности Гегемонии нашлось несколько весьма неприятных скелетов.

— «Горник»? Кто-нибудь мне объяснит, почему все названия батарианских кораблей звучат одинаково?

Теле Вазир не мешало ни пламя, ни приятная компания. Через бронескафандр и барьеры она почти не чувствовала жар, а раскаты выстрелов дробовика, добивающих последних выживших, звучали для неё как смех старого друга. Подняв кресло с высокой спинкой, которое уронили до этого во время перестрелки, она уселась в него и закинула ноги на дымящийся металлический стол.

Здешнюю систему пожаротушения повредило взрывом, раздавшемся на верхних этажах этого небоскрёба, но вряд ли фатально, и система ещё могла включиться позднее. Итак, данные на руках — это самое важное. Небольшой побочный ущерб, это приемлемая цена… в общей перспективе. Конечно, ГОР будет не в восторге. Они очень просили сделать эту работу аккуратно. В любом случае, в саларианской разведке и так служат отнюдь не самые большие её фанаты. Один их прокол пятьдесят циклов назад очень ей помог в формировании нынешней разведывательной сети, свободной от саларианцев.

— Мы зачистили зону, — в сообщившем это голосе отчётливо слышалось батарианское громыхание. — Что теперь? Стоит ли избавиться от тел?

— Да оставь их, — ответила Тела, всё ещё перебирая данные на своём инструметроне. — Возвращайся на корабль. Уверена, у тебя найдётся, где спрятаться, пока ты мне не понадобишься снова.

Оперативник Посредника в белой броне хмыкнул, собираясь уходить. Только он заколебался, прежде чем её покинуть.

— Мисс Вазир…

— Что? — она оторвала взгляд от инструметрона.

— В батарианском языке словообразование дозволяет создание сложных слов, составленных из нескольких, — пояснил он, кашлянув — звук был неприятный, более влажный и громкий, чем у азари. — Слова можно составлять и соединять воедино, а значение сложного слова может отличаться по смыслу от отдельных его компонентов. В результате чужие видят множество лексем, которые звучат похоже, потому что имеют в основе общие корни.

— Хм-м. А ты точно наёмник, а не лингвист? — задумчиво спросила Тела Вазир, теперь обратив на оперативника Серого Посредника уже всё своё внимание.

— А почему я не могу быть и тем, и другим? — спросил безликий боец, проверяя боеприпасы своей винтовки.

— Как тебя зовут?

— Белый Варрен.

Ну да, она чуть не забыла о позывных. Посредник обожал — или обожала — прятать свои секреты.

— Белый Варрен, — повторила Тела его позывной. — Я могу вызвать тебя снова, поэтому не пропадай далеко.

Прорычав что-то утвердительное, наёмник вышел.

Тела тем временем вернулась к добытой базе данных. Спрятана она была в чужом теле, в шее батарианского бизнесмена, потому извлекать её было не слишком приятно. Его тело так и осталось лежать, навалившись на стол, после проведённой экспромтом хирургической операции. А ещё в комнате были разбросаны и другие тела. В основном, его свита и охранники. Кое-кто отличался изрядной паранойей… не то чтобы ему это помогло, правда. Они все вместе даже не смогли пробить её биотический барьер.

Жаль, что информации было совсем немного. Как и было обещано, Тела отправила копию базы в ближайший штаб ГОР. Уж очень они хотели сюда добраться, но Вазир не ожидала, что их сотрудничество что-то принесёт в будущем. ГОР она не нравилась, и это было взаимно. Она им понадобилась, чтобы расколоть этот орешек и добраться до сочной информации внутри, но на этом их взаимовыгодный альянс кончается, Тела вполне ожидала от представителей ГОР уведомления, что они уже «покинули систему». Ага, можно подумать.

Но кое-какая интересная информация всё-таки нашлась… Информация, которая будет любопытна другим её друзьям. Затмение напало на разбившийся батарианский фрегат… которого вообще не должно было быть в той части Гегемонии, и всё это засекречено и проходит как операция в системах Терминуса. Они заняли корабль, забрали что хотели, а затем всё снесли малым ядерным зарядом. Выглядело всё это весьма впечатляюще, и тем более необычно, что фанаты Затмения в экстранете обо всём этом не слышали и полслова. Это первая настоящая «чёрная операция» после «Славной Харсы», об участии Затмения в которой стало известно.

С одной стороны, подрыв кораблей Гегемонии был для Затмения нормальным занятием. Никто бы не удивился, узнай, что эта группа разнесла какой-нибудь их корабль. Повстанцы бы праздновали, в экстранете бы выкладывали смешные и неполиткорректные картинки, жизнь била бы ключом вокруг темы. Дело совершенно обычное… если исключить загадочные подробности, касающиеся самого «Горника»: где он был, куда направлялся, и кто находился на борту. Полученная информация связывала его с не столь давно уничтоженной станцией Кавер.

И некоей структурой. Корпус Гегемонии по восстановлению и переработке. Они славились как уборщики, поддерживающие корабли и орбитальные станции в чистоте. Было среди них и несколько докторов, следящих, чтобы нигде вдруг не возникла эпидемия того или этого, а так же наблюдающие за карантинами. Но если всё так просто…

Зачем бы маленькой кучке инженеров, уборщиков и докторов понадобился небольшой флот частных боевых кораблей?

— Работа Спектра никогда не прекращается, так? — спросила Тела мертвеца на столе. Она вытянула свои длинные ноги и медленно встала с кресла. Потрепав труп по затылку, даже помахала горе тел напоследок, прежде чем покинуть комнату.

Может, пора пообщаться с другой ценной для Посредника личностью, обретающейся в нужном регионе?

Глава 8

— Это… косметика?

— Эй, Шепард! — Илена подарила человеку широкую улыбку и взмах рукой, прежде чем вновь сосредоточиться на своём отражении в зеркале. — А что такое космоэтика?

— Косметика. Или макияж, — объяснила Шепард, не вынимая рук из карманов штанов, она несколько раз обошла вокруг азари. Майор была в обычной повседневной форме: оливково-чёрная рубашка странного кроя, брюки, всё отглажено перед скорым общением с начальством через квантовый коммуникатор. — То, что делает тебя привлекательней. Так что ты или наносишь макияж, или решила порисовать руками вместо кисти.

— Возможно, тут и то, и другое! — ответила Илена, аккуратно опуская указательный палец в маленькую баночку чёрных чернил. Так же осторожно она провела пальцем у себя над правым глазом. — Оцени! — она повернулась к человеку, приподняв нарисованную бровь. — Теперь и у меня есть брови! Прямо как у вас всех!

Шепард подняла палец и хотела возразить — её-то брови не нарисованы, в конце концов — но вместо этого она просто спросила:

— Илена, чем ты вообще занята? У нас сеанс связи с Хакеттом меньше, чем через час.

— Я знаю, знаю! — Илена вновь развернулась к зеркалу в ванной, изучая бровь. — Так косметика это то, что делает тебя более привлекательной?

— Я ей в основном синяки замазываю, — призналась Шепард, с любопытством наблюдая за азари. — Но это я такая. Илена…

— Частично ты права, — Илена одобрительно кивнула. — Думаю, в каком-то роде это сделает меня привлекательнее… Вообще-то, я уже давно хотела добавить раскраску на лицо, но всё откладывала. В основном, потому что у меня с ней никогда толком не получалось. Но поскольку у нас будет встреча с милашкой Хакеттом, я решила, что приложу все усилия. Мои брови нормально смотрятся? Не слишком тонкие?

— Почему тебе вдруг так захотелось иметь брови вообще?

— У вас, людей, они же есть.

— Мы с ними уже рождаемся.

— Вам они идут. Я решила проверить, пойдут ли они мне, — Илена аккуратно повторила точно такую же бровь и над левым глазом. — Мама всегда говорила, что мы позаимствовали традицию раскрашивать лицо у турианцев, но уж не знаю, насколько это правда. Если посмотришь на азари, которая много общается с батарианцами, они всегда стараются носить такую раскраску, вроде как два лишних глаза там, где я добавила брови. А девчонки, трущиеся возле турианцев, раскрашивают лица куда сильнее, обычно очень сложными узорами. Такая вот идея. Это просто помогает влиться в окружение… или помогает хотя бы чувствовать, будто ты влилась, даже если и не удалось. Итак! — произнесла она, указывая мизинцем на тонкие, словно карандашные линии, которые она наметила на подбородке и на лбу в форме буквы «V». — Вот так я собираюсь нанести себе новую раскраску! Думаю или взять чёрный цвет, как для бровей, или белый или даже красный. Обычно азари используют белый, но красный был последним писком моды, когда я ещё была дома. О, а можно попробовать фиолетовый!

— Фиолетовый — это всегда хорошо, — согласилась Шепард, в её глазах блеснули отсветы именно этого оттенка.

— Круто! — Илене очень нравилось это слово. Ещё одно из выражений людей, которых она нахваталась на Арктуре, правда, в основном из их передач. — Кстати, раз уж мы об этом, вспомнила, что давно хотела кое-что у тебя спросить. Вот та штука у тебя на руке, это тоже «косметика»?

— Что, вот это? — Шепард повернулась, коснувшись правого плеча. Обычно там виднелся знак, сейчас скрытый одеждой, который никогда не расплывался и не тускнел: то ли щит, то ли наконечник стрелы, вдобавок линии, звезды и ещё какие-то слова. Илена узнавала буквы, но они просто не складывались ни во что переводимое и понятное.

— Да, это. И ещё одно вон там… — Илена мизинцем указала себе на заднюю часть шеи. — Но я ни разу не видела, как ты их рисуешь. У тебя для них… типа… трафарет есть, или как?

Шепард смотрела на неё долго, пытаясь подобрать слова.

— Это татуировки, — ответила она осторожно. Этот тон Илена знала, так с ней говорили, когда она в очередной раз натыкалась на какое-то странное человеческое явление, не имеющее смысла. Или если тема была чересчур чувствительной, но она догадывалась, что сейчас явно не тот случай.

— Татуировки?

— Чернила вводятся прямо под кожу, — пояснила Шепард. — Нам не нужно наносить их снова. Фактически, они остаются на всю жизнь.

— А-А-А-АХХ! — Илена буквально отскочила от человека. — Вы вводите чернила под собственную кожу! Во имя богини, Шепард! Что за вашу мать?!

— На Тессии тату не в ходу, я полагаю? — женщина покосилась на свою руку, явно не понимая, насколько жутко странно взять и признаться, что вы внедряете краску в собственное тело, а не просто наносите сверху.

— Нет! — Илена быстро пришла в себя, в раздумье она почесала подбородок. — Вообще-то, это довольно сурово… Но нет!

— Неизвестно, может быть, кожа азари такого вообще не допускает, — напомнила Шепард, Илена лишь пожала плечами.

— Может, и да, а может, и нет, — она вновь вернулась к своему отражению и открыла новую чернильницу с разными цветами. — Как вы такое вообще проделываете, к слову?

— Используется высокоскоростная игла, она просто вкалывает по маленькой порции чернил и…

— Богиня… — Илена вздрогнула. — Нет, думаю, этот кусочек культуры людей я обойду стороной.

— В любом случае, это не косметическая татуировка, — добавила Шепард, прислоняясь к стене и скрещивая руки. — Это знак Пси-лаборатории. Я получила его, став дипломированным пожирателем мозгов.

— А та вторая?

— Это штамп Состава… — Шепард провела пальцами по своей шее, — про него придётся объяснять долго, так что лучше не спрашивай.

— Тогда занесено в «не спрашивать»! — Илена нанесла немного светло-фиолетовых чернил на подбородок. — Я тут закончу намного раньше, чем придёт время общаться с коммандером Хакеттом. Рисунок я сделаю милым и простым.

— Наверное, проблемно их повторно рисовать каждый день?

— Пройдёт время, прежде чем он совсем высохнет и начнёт стираться, — Илена улыбнулась, припомнив что-то. — Когда мы с Раной ещё были маленькими, мы как-то раскрасили отцу лицо, пока он спал, в итоге он так проходил десятую часть цикла! Что-то около месяца, — она захихикала, вспоминая это. — И он, само собой, себя вёл, будто так и надо, притворялся, что не замечает! «А что вы так смотрите? У меня что-то на лице? Или в зубах?»

— Твой отец, это ведь была не другая азари?

— Нет, нет, — Илена покрутила головой, посмеиваясь. — Он был саларианцем. Доктором, как и мама.

— Ты раньше ничего не говорила о своей семье, — заметила Шепард.

— Ну, ты ведь тоже, — ответила Илена, но её улыбка была слишком честной, чтобы оказаться искренней — и Шепард так же улыбалась ей в ответ.

— Я тебе рассказала про Ханну… и Акузе, — просто напомнила Шепард. — Это будет честный обмен.

— Тогда ладно, — согласилась Илена, рисуя ещё одну тонкую сиреневую линию на подбородке. — Ты ведь знаешь, что я выросла на космической станции на орбите Тевуры, газового гиганта в системе Парнита. Там куча автоматических шахт на спутниках, и много шахтёров, которые обслуживают оборудование и роботов. А ещё куча научных станций. Мои родители — доктора, но они так же работали консультантами в «Армали» — одной из крупнейших мегакорпораций — и познакомились они на службе. Вся та станция, проклятье, да практически весь газовый гигант принадлежит разным филиалам Армали. Расти там было не так уж и плохо… Я знавала уйму разумных — сапиенсов, как бы вы назвали — которым пришлось в детстве куда хуже…

— Но там было та-а-а-а-ак скучно! — Илена застонала и закатила глаза. — У родителей был долговременный контракт, поэтому им даже в отпуск было никуда не выбраться оттуда. Естественно, Рану всё это устраивало, — болтливая дева нанесла немного краски между большим и указательным пальцем. — Но я всюду шныряла, лезла туда, куда не следует, и это всегда заканчивалось неприятностями. Азари из службы безопасности станции практически знали меня в лицо. Но после каждого залёта отец всегда приходил и вытаскивал меня. Он всегда был таким забавным, Шепард. Он появлялся, рассказывал анекдот, потом вызволял меня из их офиса… и один раз даже из карцера… а все охранники улыбались и смеялись над его шутками.

Покачав головой, она нанесла первый мазок краски на лоб.

— Я не буду заявлять, что он был самым лучшим доктором в пространстве Цитадели или типа того, — продолжила она с любовью. — Но он был отличным отцом. Любая азари, утверждающая, что саларианцы «не вкладывают душу в своих детей», просто ничего не смыслит в том, о чём говорит, — она моргнула пару раз, прежде чем продолжить рисунок на лбу. — В любом случае, главное, теперь ты понимаешь, откуда взялась моя гиперактивность. Метаболизм у меня определённо саларианский!

О том, что отца больше нет, она так и не сказала вслух.

— Саларианский метаболизм? — переспросила Шепард, задумчиво прикрывая глаза. — Да, ешь ты определённо за двоих, так что я могу в это поверить.

— О, хи-хи, спасибо.

Несколько секунд Илена была занята лишь тем, как придать «V» у себя на лбу правильную форму.

— Слушай, — нарушила она тишину, подмигнув Шепард. — А Хакетт ведь холост, верно?

— Этого разговора никогда не было.

— А что? Я просто хотела больше узнать о своём командире! Эй, Шепард! Вернись!

— …Икс-ком крайне доволен текущим прогрессом операции «Афина» и проекта Затмение, — оценил коммандер Хакетт, кратко пробежавшись по боевой активности Затмения за последнюю четверть цикла.

С его точки зрения, наиболее значимым был захват «Горника» и чёткие доказательства его связи с Отрядом 7-31. Правда, пока ничто не подтверждало, что Отряд 7-31 как-то связан с так интересующим людей «Левиафаном Диса», но как не посмотри, направление выглядело перспективным. Корпус Гегемонии по восстановлению и переработке явно был совсем не тем, чем казался, и уж точно не тем, чем в теории и по документам он должен быть. Дополнительное внимание привлекал тот факт, что в их распоряжении есть оперативники с невиданным ранее уровнем совмещения кибернетики и биотики. Получение дополнительной информации о таинственной батарианской организации было, как Хакетт сто раз уже успел напомнить Шепард с Иленой, первостепенной задачей.

— Так же мы многого ожидаем от первого боевого выхода самого первого выпуска ваших рекрутов, — продолжил коммандер, его голограмма сделала жест, активируя тёмно-красный экран на своей стороне, предположительно, на Арктуре. — Таким образом, учитывая достигнутые вами успехи, я уполномочен на десять процентов увеличить ваше финансирование со стороны Икс-ком. Поставки нулевого элемента пройдут обычным порядком. Распорядитесь ресурсами разумно.

— Благодарю вас, сэр, — произнесла Шепард, вытянувшись перед вышестоящим командиром по стойке смирно. — Мы не подведём вас.

— Знаете, если бы вы нам прислали шоколад вместо нулёвки, готова поспорить, мы бы выручили даже больше… ой!

— Шоколад? — похоже, Хакетт ухитрился услышать тихое бормотание Илены, к немалому раздражению майора. Лицо Шепард скривилось, когда пришлось пояснять:

— Ей шоколада вечно мало, сэр.

— Как там люди говорят в таких случаях? — попыталась вспомнить Илена, касаясь пальцем уже высохших фиолетовых линий на подбородке. — Что «от какао-бобов я совсем ку-ку»?

— Не уверен, что мы раньше проводили фармакологические исследования на данную тему с участием живых азари, — размышлял Хакетт вслух. — Я отправлю вам небольшой дополнительный запас с Арктура. Можете провести испытания на добровольцах. В любом случае, у нас есть и более серьёзные вопросы, касательно ваших действий в следующую четверть цикла, — он вызвал какую-то запись и переслал её копию через комбинированную систему гиперволновых и квантовых антенн, которую Икс-ком развернул в пространстве Цитадели. — Взгляните вот на это.

На загрузку и расшифровку ушло несколько секунд, но вскоре возникло изображение большого треугольного зала, похожего формой на одеон. Архитектура выглядела однозначно батарианской, с традиционным упором на углы и деление на разные ярусы. На последних, в данном случае, в основном сидели посетители, но в середине возвышалась отдельная секция с каменным столом и несколькими батарианцами вокруг. Различные плакаты обозначали принадлежность отдельных групп в аудитории, эти яркие пятна создавали атмосферу, словно на параде, или на концерте. Даже несмотря на то, что не менее половины кресел пустовали.

— Это то, о чём я думаю? — спросила Илена, указывая на стоящее на паузе видео.

— Если ты думаешь о Национальной Ассамблее новой Батарианской Республики, то тогда эта мысль верна, — ответил Хакетт. — Если конкретно, то на данной записи их вторая встреча… уже после официальной части. В экстранете это если и окажется, то очень не скоро.

Он включил воспроизведение, запись ожила, донёсся неразборчивый гул голосов. Бывшее Временное Правительство Системы Индрис недавно официально приняло новую конституцию и установило модель управления, преимущественно построенную по примеру азари. Все батарианцы и освобождённые рабы, включая и не пожелавших вернуться на родину представителей иных рас, получили право голоса. В Республике Азари, разумеется, все совершеннолетние азари тоже имеют право участвовать в нередких плебисцитах, но вопросами законодательства ведал небольшой совет мудрых матриархов. Народные массы же либо одобряли, либо отклоняли законы, предложенные советом престарелых.

Недавно получившие свободу батарианцы пошли слегка иным путём, ведь матриархов у них нет. Взамен инициативы и законы выдвигают представители различных выборных блоков непостоянного состава. Их и обозначали флаги и плакаты всех цветов радуги, парившие над собравшимися. Вдобавок из Национальной Ассамблеи выбирали небольшую группу, составляющую Кабинет. Эти семь батарианцев сидели за столом из гладкого камня в центре зала, управляя дискуссиями и контролируя дебаты.

Пока что батарианский эксперимент по адаптации принципов азарийской демократии выглядел довольно хаотично. Хотя, возможно, виной всему была поднятая на обсуждение тема.

— Мы не можем позволить себе просто сидеть на наших лакарах! — вещал высокий и мускулистый батарианец в повседневном коричневом пиджаке-шервани[15]. Такой наряд выбрали для себя многие представители, физически или для своих цифровых аватаров. Большинство батарианцев считали, что он выглядит скромно, что уместно после свержения аристократии, но при этом достаточно формально и представительно. — Неужели мы забыли обещание Гегемонии, которому ещё и цикла не исполнилось? — вопрошал он аудиторию, и голос его буквально гремел над залом. — Неужели вы забыли, какую резню они уже готовы были учинить, растоптав все наши надежды на свободу и достойную жизнь? Если наше движение — если этот поход за возвращение света свободы, что горит в сердце каждого батарианца — если мы остановимся здесь, на Индрис, наше движение обречено. Братья. Сёстры. Гегемония не может и не позволит нам мирно жить — ведь то, чего ни одна тирания не дозволяет и не прощает, это протест. Ведь это означает возражение. Ведь он есть обещание иного пути и иного будущего.

— Мои братья и сёстры! — воскликнул он, возвышаясь над сидящими членами этого собрания. — Или наше движение распространится дальше, или его задушат в колыбели. Примите эту резолюцию не только ради ваших родных и близких в иных мирах, борющихся за свою свободу. Примите её ради себя. Примите её, потому что пока остаётся хотя бы один рабовладелец со своими цепями, он будет мечтать лишь о том, как заковать в них вас!

Хор одобрительных голосов зашумел в Ассамблее, батарианцы силой стучали кулаками по коленям и по каменным подлокотникам. Аватары делали то же самое, только беззвучно. Однако оратор ещё не закончил. Он продолжал повторять свой призыв к расширению восстания на соседние системы, ставя итоговой целью Кар'шан.

— Джинто Юрак, — назвал его Хакетт, отключив звук видео. — Быстро поднялся в одной из самых больших фракций нового батарианского правительства. На Земле его бы, наверное, назвали демагогом, но пока что он делает нужное нам дело, поддерживая революционное движение. Икс-ком бы так же хотел видеть в конечном итоге ликвидацию Гегемонии, как государства… если только на её место не придёт нечто худшее.

— А что может быть ещё хуже? — спросила Илен, скромно сложив руки на коленях. — Даже до того, как я к вам присоединилась, каждая азари, и мать её, и бабушка, знали, что Гегемония — самое отвратительное правительство в галактике. Просто никто даже не пытался с ним что-нибудь поделать.

— Всегда есть, куда хуже, — пообещала Шепард, вызвав удивлённый взгляд Илены. Фраза просто олицетворяла пессимизм.

— Всегда есть, куда лучше, — возразила азари.

Шепард кивнула, соглашаясь с общей идеей, однако возразила по сути:

— Я тебе как-нибудь расскажу историю одной страны, которая называется Франция. Если вкратце: в хаосе восстания революционное движение легко превращается в комитет, комитет становится кликой, а клика в итоге уменьшается до одного человека…

— Наша текущая операция ведётся с пониманием батарианской политической ситуации, — перебил её Хакетт. — Но для Затмения это означает, что вас могут отправить на задания в интересах Батарианской Республики и за пределы Системы Индрис и даже скопления «Гнездо коршуна». После этой речи Ассамблея проголосовала за предоставление финансирования, снаряжения и бойцов для поддержки и содействия братским освободительным движениям на территориях Гегемонии и в особенности в двух соседних секторах.

Хакетт вызвал карту галактики — на которой, к удивлению Илены, всё ещё отсутствовала любая информация о пределах территории людей — и приблизил Гегемонию. Два участка были подсвечены: туманность Гадюки и туманность Орла. Обе находились практически на окраине территорий Гегемонии, одна напротив границы беззаконных систем Терминуса, и другая — на девяносто градусов от неё. Здесь повстанцы могут серьёзно продвинуться. Учитывая, насколько нестабильным государством была Гегемония, и насколько её дела были завязаны на системы Терминуса, недружелюбное пограничье сковывало немало сил и ресурсов. Каждый корабль и каждый солдат Гегемонии, застрявшие в туманности Омега и обороняющие батарианские миры за пределами Гнезда коршуна, Змеи и Гадюки, были заняты подавлением восстаний рабов и отражением атак повстанцев.

— Дальнейшее продвижение восстания ожидается именно в этих двух туманностях, — сказал коммандер Хакетт, голос его звучал низко. — Заинтересованные стороны в Батарианской Республике свяжутся с вами через несколько дней, ожидайте, что предложат вам работу именно там. Я предложил бы вам сначала оценить оба этих варианта.

— Итак, туманность Орла и туманностью Гадюки? — спросила Илена, прищурившись, она разглядывала два облачка света на галактической карте. Потом посмотрела на Шепард и Хакетта. — А каково ваше мнение, сэр? Какая из двух будет более выгодным вариантом?

— Туманность Орла это спорная территория, Гегемония её колонизировала лишь частично. Там есть реликтовая система, занятая ханарами, и вдобавок заметная популяция дреллов. Малгус — система богатая, но негостеприимная, её контролируют наёмники из Кровавой стаи…

— Кровавая стая, — повторила, даже прорычала Илена. — Я их не переношу.

— …Корлус и вся система Имир расположены на границе Терминуса. Та система является независимой и практически вне закона. Большая часть экономики завязана на утилизации звездолётов.

— О, точно! Один из наёмников в банде Йоны был оттуда! — снова влезла Илена, щёлкнув пальцами. — Как же там его звали? Чаппик, или Каппик, или ещё как-то на — пик. Он был с Корлуса! — азари указала на майора. — А потом Шепард порвала его надвое.

— Это была самооборона, — ответила та без особого раскаяния в голосе. Потом она не так уж и незаметно толкнула Илену в бок, чтобы заткнуть. — Простите, сэр. О чём шла речь?

— Мы отмечаем необычную активность на Корлусе, — продолжил Хакетт, пока оставив без внимания, что его прервали. — Большая группа работорговцев с Тау Артемиды прибыли на эту планету… мы полагаем, что при скрытой поддержке Гегемонии. Поскольку Республика установила награды за голову всех работорговцев и рабовладельцев, вмешательство здесь было бы и прибыльным, и политически выгодным. Последнее — это Анхур, оплот Гегемонии в системе Амун, — Хакетт продемонстрировал яркие изображения зелёного мира-сада. — Планета знаменита большими запасами платины. Фактически, это один из главных поставщиков для Гегемонии. Восстание там почти целиком существует в подполье, поддержка его потребовала бы прямого вмешательства с Индрис в виде боевых кораблей и солдат. Адмирал Гризго и флот Республики способны на это, но наше вмешательство потребуется, чтобы снизить шансы на контратаку Гегемонии и не дать им ослабить нашего союзника.

— Похоже, вы рекомендуете нам туманность Орла, сэр, — заключила Шепард. — Но разве ретранслятор Альфа находится не в другой туманности, Гадюки?

— Это так, — согласился Хакетт.

— Ретранслятор Альфа? — переспросила Илена. — Никогда о таком не слышала.

— Ретранслятором Альфа называют самый старый ретранслятор из известных в пространстве Цитадели, — объяснил Хакетт, пускай и не так подробно, как она надеялась. — Наше первичное изучение данного объекта, по возможности скрытое, показывает, что он может иметь необычные свойства. Там находятся несколько постов Гегемонии и научная миссия на самом ретрансляторе. Разумно будет предполагать, что и они тоже осознают его уникальность. Взятие объекта под охрану и беспрепятственный доступ к нему для научных групп стали бы хорошим дополнением при освобождении системы Бахак. Должен добавить, что по имеющимся докладам, Аратот — единственная обитаемая планета в туманности Гадюки — уже переживает полномасштабное восстание рабов. Однако не нужно принимать решение прямо сейчас, — добавил коммандер из Икс-ком, видя, что выбор заставил Илену уйти в раздумья. — Различные стороны в Батарианской Республике будут делать Затмению разные предложения, атаковать одну туманность, или другую. Просто будьте готовы, когда вам поступят подобные предложения.

— Так точно, сэр, — Илена с Шепард ответили одновременно.

— И последнее, что касается поддержки научной программы Затмения и внедрения технологий, — движением руки Хакетт убрал карту. — Хотя мы ожидаем, что в конце концов Затмение начнёт вести собственные разработки, пока штаб-квартира готова предоставить вам помощь наших уже существующих групп.

Коммандер развернул рядом три экрана, и изображение на одном из них выглядело знакомо.

— Даро! — воскликнула Илена, радостно замахав своей кварианской вроде-как-подруге. — Как твои дела, Ведроголовая?

— Довольно неплохо, Идиотка, — ответила Даро'Ксен.

Она по-прежнему была в скафандре, но забрало шлема больше не казалось матовым, позволяя Шепард и Илене ясно видеть её лицо. Кожа была очень бледного оттенка фиолетового — по крайней мере, очень бледного по азарийским меркам фиолетового — но её «венец» выглядел как раз нормального для азари оттенка сиреневого. Сам по себе венец был чем-то средним между головными щупальцами азари и волосами людей. Но в отличие от тех и других, кварианские отростки должны были сохранять чувствительность. Так что их едва ли получилось бы расчёсывать или укладывать, и уж точно не стричь. В результате, отростки Даро'Ксен выглядели просто неряшливой массой, кое-как собранной на затылке, чтобы не мешаться. Глаза её, повторяя общую гамму, сияли лиловым.

— Твоё лицо… — пробормотала Шепард слегка растерянно. Илена сделала вывод, что, вероятно, Даро первая (живая) кварианка, которую майор видит, пускай и всё ещё внутри скафандра. Увиденные мёртвые кварианцы не считаются — после смерти это яркое сияние глаз и свечение «волос» исчезает. Конечно, сама Илена знала о внешности кварианцев только благодаря порно. Богиня, благослови порно. Его создателей определённо стоило бы добавить хоть в какой-нибудь пантеон.

— Я даю людям возможность привыкнуть к моему виду, пока готовлюсь к лечению при помощи Состава, — пояснила Даро'Ксен коротко, словно эта тема была ей неприятна. — Наступят времена, когда все кварианцы забудут про свои скафандры. Я просто буду первой среди них.

— Даёшь привыкнуть, — повторила Илена, начиная улыбаться. — И как успехи, Ведроголовая?

Ответила Даро'Ксен лишь после отчётливой, и словно бы неловкой паузы:

— Не так уж и плохо. Некоторые считают мою внешность скорее «экзотической», чем «отталкивающей».

— Да уж надо думать!

— Твои намёки меня не интересуют, и слышать их я не хочу — отрезала Даро. — А теперь к делу. Мне стало известно, что Затмению были выделены средства на проведения разработок. Я хотела бы предложить вам кое-что, от лица группы, в которой сейчас состою.

— Они работают на коммерческой основе, сэр? — спросила Шепард, посмотрев на молчащего Хакетта.

— Она не первый исследователь, которому мы даём большую свободу действий, — ответил коммандер. — Не забывайте, что мы едва не дали первому гиперволновому маяку разнести самый первый штаб Икс-ком.

— Я слышала эту историю, сэр, — проворчала Шепард, кивнув. — Бабушка просто обожает нам о ней напоминать.

— Итак, что у вас за предложение? — спросила Илена у кварианки. — Что вы хотите мне продать?

— Роботов-убийц, — Даро'Ксен ухмыльнулась за прозрачным забралом.

— Беру!

Илена задумчиво жевала питательный батончик из человеческого рациона, ожидая, пока их челнок снизится сквозь атмосферу планеты. Пошека, то есть «Морской ангел» — одна из самых распространённых моделей челноков азари, надёжная и выполненная в сглаженных очертаниях, хотя не слишком манёвренная. Выбрали его, впрочем, не только за лётные характеристики — он ещё и играл на иллюзию принадлежности Затмения. Сейчас их парк состоял из смеси азарийской и батарианской техники, плюс модели людей, но эти явно не предназначены для глаз широкой публики. А вот азарийские демонстрировались постоянно. Впрочем, сейчас внимание Илены было занято отнюдь не их челноком

Держа пищевой батончик за обёртку, она с закрытыми глазами вслушивалась в музыку, звучащую из двух почти невидимых наушников. Увы, азари лишены хрупких и приятных на ощупь выступов, которые люди называют «ушами». У её расы органы слуха скрывались под тонкой защитной мембраной, почти не отличимой внешне от кожи. Поэтому Илене требовалось дополнительное оборудование, с учётом её физиологии, и физиологии будущих рекрутов из расы азари. Выглядело это как две почти прозрачные полоски, приклеенные сбоку на голове с обеих сторон.

Они служили для связи, разумеется, и всяких там важных объявлений в бою.

«Move in to fire at the mainstream of bombers,

Let off a sharp burst and then turn away!»[16]

Илена притопывала правой ногой в такт человеческой музыке. Наушники ещё оказались весьма полезны для «культурных исследований». Как и любая разумная раса, люди создали и свою музыку, и фильмы, и другие крутые развлечения. Раньше Илена всего этого нахваталась лишь по верхам, но недавно Шепард открыла ей полный доступ к библиотеке для людей на корабле. Анна пояснила, что после их успехов в прошлом месяце было принято решение, что можно поделиться информацией свободнее. «И хорошее, и плохое», — так она сказала, — «всё здесь».

Шепард наверняка ожидала, что Илена примется за человеческую историю. Ох, бедняжка, что бы она понимала! Почти всё своё время Илена тратила на скачивание музыки людей.

«Roll over; spin round to come in behind them,

Move to their blindsides and firing again!»

Богиня, разнообразие музыки у людей было невероятно! Но долгом Илены, как благородной и мудрой азари, было перепробовать её всю, скопировать понравившуюся и залить в память служебных наушников, чтобы слушать между заданиями. Всё ради блага вселенной, установления гармонии меж расами, сестринской любви и понимания и… всего такого.

«Bandits at eight o'clock move in behind us,

Ten Emme-one-oh-nines out of the sun.

Ascending and turning our spit-fires to face them,

Heading straight for them I press down my guns!»

— Эй, Шепард! — Илена коснулась одной из полосок, выключая звук. Майор сидела напротив, её глаза мягко светились фиолетовым, пока она что-то проделывала со своей псионикой. Несмотря на этот отвлеченный взгляд, устремленный куда-то вдаль, Илена по опыту знала, что та её слышит. — Шепард, что такое «на восемь часов»?

Женщина моргнула, сиреневое пламя исчезло, когда она посмотрела на азари.

— На восемь часов? — спросила она. — Это значит, позади и слева. Или что-то, назначенное на 8:00, если речь о времени.

— Позади и слева? — Илена указала за левое плечо. — Как одно связано с другим? Ещё какая-то человеческая тема?

Посмеиваясь, Шепард покачала головой.

— Ты ведь знаешь, что мы делим сутки на двадцать четыре часа, — начала она, Илена быстро закивала. Не то чтобы в этом был хоть какой-то смысл. Зачем делить сутки на двадцать четыре части вместо удобных двадцати? — Ты таких никогда не видела, но раньше у нас были часы с круглым циферблатом. Сутки делились пополам, «до полуночи» и «после полуночи», а время отсчитывали маленькие стрелки на общей оси. Верхняя точка круга это двенадцать, нижняя — шесть. То есть, «на шесть часов» или просто «на шесть» означает что-то позади тебя, как если бы ты стояла в центре этого круга и смотрела на «двенадцать». Ты понимаешь меня?

— Ни слова.

— Вот прямо ни единого слова? — Шепард уставилась на неё

— Может, в самых общих чертах, — признала Илена, улыбаясь. — Думаю, что уловила! А что тогда такое Эм-один-ноль-девять? И причём здесь какой-то спит-файр?

— Это… долго объяснять, — Ответила Шепард осторожно, что Илена заметила. Ещё один большой человеческий секрет, или просто «долгая история»? — Сто девятый и Спитфайр[17], так назывались пилотируемые истребители во время одной из наших Мировых Войн.

«Мировых войн», то есть, во множественном числе?

— У вас было больше одной? — спросила Илена, широко раскрыв глаза.

— …всего две, — уточнила Шепард. — Официально только две. Зависит… от подсчётов, — она прислонилась спиной к внутренней стенке челнока. — А что? Как будто вы, азари, раньше друг с другом не воевали.

— Наша самая большая война до рахни… да даже и до выхода в космос… случилась, когда матриарх Хексия попыталась захватить Тессианскую лигу, — ответила Илена, вспоминая уроки истории из детства. В конце концов, она получила вполне стандартное спонсированное корпорацией образование. — У Хексии было под контролем три города, когда она вторглась в Лигу с армией числом почти в сто тысяч. Когда матриархи Лиги всё-таки смогли победить её, в итоге это и привело к возникновению единой Республики Азари, — глядя на выражение лица человека, Илена отметила: — Похоже, тебя это не впечатлило.

— Армия из ста тысяч коммандос азари вообще-то очень даже внушает уважение, — возразила Шепард, но выражение лица у неё осталось прежним: глаза полуприкрыты, и в целом виден скорее отвлечённо-научный интерес.

— Ага, ну так… — Илена пожала плечами, не пытаясь угадать её мысли, — …мы ведь не турианцы или кроганы или типа того. Вы, люди, наверняка убивали друг друга миллионами или как-то так.

— Или как-то так, — ответила Шепард, закрывая глаза. — Когда будешь просматривать всё это, я порекомендую подходить непредвзято. Сейчас эти войны уже просто часть древней истории.

— Во всяком случае, вы смогли из этого сделать несколько классных песен! Я думаю, эта группа и это «металлическое» направление пока что мои любимые! — Илена щёлкнула пальцами, вспомнив о теме, которую давно хотела обсудить. Ещё один сугубо человеческий жест — щёлкать пальцами. — Ах, да! Раз уж речь о древней истории, у нас на сайте опять всплыл вопрос про матриарха Дилинагу. Похоже, на окраинах Республики ещё остались те, кто до сих пор интересуется её учением.

— Им же хуже.

— Это само собой, — Илена только закатила глаза, услышав её тон. — Но они думают, что мы связаны с её экспедицией. Та легенда для прикрытия, что мелькала в азарийских новостях, помнишь? Нам что-нибудь с этим делать? Что-то им ответить? Что-либо отрицать? Вообще всё отрицать?

Больше тысячи лет назад Дилинага была одной из изгнанных матриархов, объявленных париями. Как и Хексия в давние времена, некоторые из них придерживались весьма странных или откровенно радикальных взглядов и учений. Однако чем затевать с ними войну, после открытия эффекта массы большую часть таких тихо «убеждали» покинуть территории азари вместе с последователями. Идея была следующая: раз уж хочешь кардинально всё поменять или испробовать новую общественную модель, просто забери всех своих, колонизируйте вместе какой-нибудь булыжник, и занимайтесь там, чем хотите, подальше от наших щупалец. На самом деле, довольно много колоний азари было основано именно таким образом, а позже их ассимилировала Республика. А куда больше потенциальных смутьянов просто растворились в космической пустоте… вероятно, для власть предержащих это оказалось очень удобно.

Матриах Дилинага, о которой Илена до сей поры и не слышала, была одной из тех, кого серьёзно изменили рахнийские войны. Она считала, что возвышение кроганов, как и саларианцев, было ошибкой, сравнимой только с принятием турианцев в качестве «замены». Она хотела, чтобы азари выступили вперёд и заявили себя в качестве главной военной силы Цитадели. Большинство её работ были посвящены дипломатии и взаимодействию различных ветвей власти, оправданию активного применения вооруженных сил в поддержании галактического мира с точки зрения закона и морали, а так же теоретические выкладки по военным реформам для увеличения армии азари.

Таких, как она, называют разжигателями войны.

— А если она до сих пор ещё жива где-то там? — попыталась Илена продемонстрировать Шепард азарийский взгляд на проблему. — Мы хотя бы должны точно знать, что Дилинаги нет в живых… или ещё что.

— Подтвердить, что мы те, кем они нас считают? — спросила Анна, очевидно, её мысль пошла совсем не в ту сторону. Илена знала, что она, как и многие люди, предпочли бы просто оставить вопрос без ответа. Пусть дальше гадают. Ведь кто не любит тайны?

— Каждая азари думает, что за Затмением стоит матриах, — пояснила Илена, она упёрла локти в колени, наклоняясь вперёд. — В смысле, это же разумно. Просто вот так всё у нас работает. Даже Йона Седерис… даже она по возрасту уже почти что считалась матриархом, а ещё важней, что среди её знакомых водились матриархи. Знакомых, которые могли оплачивать её счета и снабжать втайне от других. Шепард, ты ведь знаешь, я горжусь собой и своим жизнерадостным характером, но не знаю ни единого матриарха, кто был бы готов взять и спасти мою жизнь.

— И что? — Шепард подняла бровь в удивлении. — Разве тебе не по нраву такое положение вещей?

— Да, богиня, ещё как, именно так меня всё устраивает. Не хочу я лизать туфли какой-то старой карге! — Илене всё ещё было сложно донести свою мысль Возможно, это совершенно очевидно для азари, но пока слишком необычно для людей. — Это просто… странно, Шепард. Мы должны сказать что-нибудь… что угодно… прежде чем другие матриархи полезут узнавать, как там поживает маленькая колония Дилинаги и какого они не желают скрываться в изгнании и дальше. Даже если мы скажем, что наша «колония» как Иллиум, и выступает за независимость, эти старухи там, дома просто не смогут такое проигнорировать.

Шепард долго молчала, переваривая всё услышанное. В итоге она мрачно кивнула:

— Хорошо. Тогда как, по-твоему, нам поступить?

— Я не знаю!

— Ты наш собственный эксперт по азари.

— Нет, я ваша собственная азари.

— Не вижу разницы.

— А-ах! — застонав, Илена села прямо и начала перебирать варианты. — Нам надо узнать, что случилось с Дилинагой. Если они там все погибли в глубоком космосе, тогда можем спокойно выдавать себя за них, так? Ну, или хотя бы мы можем — вы, люди, можете — отправить несколько ваших хитрых кораблей со сверхсветом без нулевого элемента. Просто полетать в той стороне, потыкать во все углы. Если там… как вы говорите? Радиомолчание, нет других сигналов в округе, тогда они или мертвы, или закрылись от всей галактики, что одно и то же, верно?

Шепард медленно улыбнулась, ожидая, пока Илена сделает следующее предположение. А может, её радовало, что дева вообще способна принимать хоть какие-то решения как командир.

— А если мы отыщем экспедицию Дилинаги?

— Если сумеете их разыскать, то сделайте то же, что сделали со мной, — ответила Илена, широко улыбаясь. — Подкупите их шоколадом!

Пока они смеялись, челнок начал заходить на круг над Биньяком — бывшей батарианской плантацией на поверхности Камалы. До революции и Кастовой войны здесь на аккуратных невысоких холмах выращивали батарианские сахарные фрукты. Теперь тут располагался центр тренировки рекрутов Затмения, и хотя большая часть фруктовых деревьев не пострадали, но теперь между ними гуляло эхо автоматных очередей и разрывов снарядов.

Биньяк располагался вдали от всех городов и поселений планеты: огромный комплекс, разделённый на части, раньше там вместе с автоматическими комбайнами трудились сотни рабов. Пища «естественного» производства — это отдельный рынок в галактике, и до недавнего времени Гегемония уверенно держала солидную его часть, в первую очередь благодаря неэффективному в более сложных отраслях рабскому труду.

Плантацию закрыли, но когда рабство и деление на касты были запрещены в Батарианской Республике, включая и провинцию Камала, это привело к перераспределению благ. К счастью для колонии, свергнутая элита из каст Горы и Неба успела накопить на планете немало богатств. В первую очередь это конечно драгоценные камни, предметы искусства, а так же прочая роскошь, как можно более дорогая — большую часть всего этого уже продали в другие уголки галактики, чтобы поправить свои финансы. А ещё имелись запасы нулевого элемента, платины, других редких ископаемых, которые пригодились новому правительству и пошли на поддержание работы его служб.

Такие подробности Илену не особо волновали. Республика им платит в срок — вот что самое главное. У них есть деньги, а у Затмения есть пушки и бойцы, каких мало где найдешь. Захват «Славной Харсы» стал лишь первым шагом. За следующие несколько недель бойцы Затмения облазили всю систему Индрис и даже соседнюю Унтрел, налаживая контрабандные маршруты для повстанцев. Со всем этим они управились, обойдясь изначально предоставленными Икс-ком подразделениями. Теперь же всё говорило о том, что им пришла пора расширяться уже по-настоящему.

Как раз вовремя, перед скорой экспедицией в туманность Орла.

— Вот он! Наш самый первый класс, — провозгласил Илена, стоя в открытом люке челнока и глядя вниз. Она смахнула воображаемую слезу. — Я так ими горжусь! Ведь будущее в образовании. Так моя мама всегда говорила.

— Не думаю, что она имела в виду именно такое образование, — предположила Шепард, держась за поручень под потолком.

— Нет, ну разумеется не такое! — Илена рассмеялась в ответ. — О, богиня, не могу дождаться встречи сама знаешь с кем. Напомни, как там её зовут?

— Чамберс, — ответила Шепард. — Кэтрин Чамберс. Но она отзывается и на «Кэт».

— Кэтти Чамберс, — переделала Илена эта имя по-своему. К её удивлению, Шепард хихикнула в ответ:

— Кэтти Чамберс. Ага. Так будет точнее.

Челнок занял посадочную площадку на крыше главного здания. Шепард быстро опустила забрало шлема, скрывая лицо. Илена поправила свой визор и спрыгнула вниз. На площадке их уже ожидала другая азари, подняв руку в приветствии. Как и Шепард с Иленой, она носила характерную чёрно-фиолетовую броню, предоставленную Затмению Икс-ком. В целом это была слегка урезанная версия их обычной псионической силовой брони, доработанная для эффектного самоуничтожения в случае смерти хозяина. «Если одна из нас погибнет… поверь, ты это заметишь» — сказала как-то Шепард, когда Илена завела разговор про эту систему. Кроме того, верхний слой включал вставки из сплавов людей, обеспечивающие уровень защиты, сравнимый чуть ли не с танком.

— А где Кэтти? — поинтересовалась Илена, приближаясь к азари. — Это она послала тебя за нами…

— Проверь систему распознавания, — посоветовала Шепард, топая рядом.

Очевидно, она имела в виду глазной имплант. Илена послушалась, и сразу азари перед ней подсветил знакомый контур. Через пару секунд загрузилось имя и регистрационный номер этой девы. «Кэтрин Чамберс». Азари на самом деле оказалась человеком!

— Ух, ты! Они и впрямь смогли это сделать! — Илена подлетела к ней, желая рассмотреть поближе.

Потерпев поражение и не сумев создать «кожу азари» для людей обычными методами генетической модификации, Доктор Чаквас выдвинула неожиданную гипотезу. Что попытки повторить опыт дохляков[18] провалились именно потому, что они рассчитывали только на человеческие средства маскировки. Вместо этого Чаквас предложила Затмению изучить огромный арсенал существующих у азари средств изменения внешности и косметической хирургии — то есть воспользоваться азарийским опытом для создания своей достоверной иллюзии.

— Это… ха-ха, ух, ты! Проклятье, выглядит очень натурально! — оценила Илена, касаясь пальцами лица фальшивой азари. Человеческих ушей больше не было, осталась лишь гладкая кожа, на ощупь совершенно такая же, как у настоящих азари. Исчезли и все волосы — до последнего самого тонкого волоска — сменившись элегантными головными щупальцами. Илена потыкала пальцем между щупалец, но и тут всё было естественно, нормальный скальп и азарийская кожа. Даже маленькие пятнышки и рёбра щупалец не выглядели абсолютно одинаковыми, немного отличались друг от друга, что добавляло натуральности.

Вообще-то у капрала Чамберс, пожалуй, щупальца оказались даже более ухоженными и привлекательными, чем у самой Илены! И впрямь проделана поразительная работа! Но если вдумываться, это и слегка жутковато вдобавок…

— Мои поздравления, — объявил Илена, наконец, отступая и давая ей свободно вздохнуть. — Ну и как тебе быть азари, по ощущениям?

— Изменения неглубокие, чисто внешние, — напомнила Чамберс, но потом подмигнула. — Но я от этого в восторге.

— Я так и знала! — Илена повернулась к всё ещё замаскированной и выглядящей вызывающе по-человечески Аннабель. — Давай, Шепард, вступай в Синюю команду! — она провела рукой по голове. — Тогда мы сможем укладывать друг другу щупальца! О! А ещё я смогу научить тебя танцам нашего народа! Просто найди мне шест и…

— Я воздержусь.

Болтовня Илены наткнулась на железобетонный отказ.

— Ты передумаешь когда-нибудь… — пообещала азари.

— Вообще-то, — влезла капрал Чамберс, — я нахожу танцы азари очень многозначными и выразительными…

— Можно их, конечно, и так описать, — согласилась Шепард, ненавязчиво обходя вокруг Чамберс и изучая маскировку. — Чаквас и этот ВИ точно превзошли себя, капрал. Похоже, у нас ещё один прорыв, о котором не стыдно доложить наверх.

— Всё благодаря косметическому ВИ, — заверила Чамберс. — Кто бы мог подумать, что решение нам подскажет модный аксессуар?

Чамберс была права лишь отчасти: упомянутый ВИ был чем-то куда большим, нежели просто «аксессуаром». Персональный помощник в моде считался обязательным приобретением для любой азари, обладающей средствами и вкусом. От правильного цвета, оттенков и яркости лицевой раскраски и до последних новинок униформы коммандос и стилей ухода за щупальцами — он помогал легче поспевать за гонкой вооружений галактической моды. Чаквас и Сандерс перенастроили ВИ на сглаживание и устранение недостатков их модификации «кожи азари». Поскольку сама по себе генетическая модификация с задачей не справлялась, требовалось ещё проделать несколько обычных косметических операций уже после неё.

Процесс был не быстрым, но капрал Чамберс добровольно согласилась лечь под хирургический нож (и капельницу с Составом) чтобы проверить теорию и доказать — это возможно. Пока что всё выглядело, как полнейший успех. Кожа Чамберс была мягкого голубого оттенка с веснушками, что типично для родившихся на Тессии азари, а щупальца закручивались назад, сильно истончаясь на концах. Глаза оказались уже более редкого сиреневого цвета, вероятно, чтобы проще было маскировать псионику. Над глазами был белой краской нарисован круг, напоминающий третий глаз — стильное добавление, усиливающее впечатление об азари из неизвестной колонии.

— На твоём месте я бы больше опасалась, что Чаквас не сможет вернуть всё обратно, — отметила Шепард, сложив руки на груди. — А вдобавок… эта модификация ведь несовместима со стандартными доработками кожи, что весьма неудобно.

— Ага, по чувствительной к биоэлектричеству коже я буду скучать, — признала Чамберс, тоскливо вздохнув. — И к изменившемуся слуху ещё следует привыкнуть, да и к коже… но адаптируешься довольно быстро. Ну, а что касается внешнего вида, с эстетической точки зрения?.. Я смогу с этим жить. Как будто у нас дома нет кучи людей со странной внешностью. Моя дочурка Келли уже выбрала себе несколько весьма «изобретательных» модификаций тела, которые можно будет произвести, когда ей стукнет восемнадцать. Яблоко от яблони, так сказать. Вступив в Икс-ком, я уже лишилась кошачьих ушей и хвоста — жизнь тяжела, но зато теперь я могу побыть настоящим пришельцем! Так что, мечты иногда сбываются!

— Эй, эм… а вы это вообще о чём сейчас? — спросила Илена, видя как Шепард неодобрительно качает головой. — Хвост и кошачьи уши?

— Не забивай себе голову, — посоветовала Шепард, подталкивая настоящую азари к лестнице, ведущей с посадочной площадки. — Пойдем, посмотрим на наших новых рекрутов.

— Слышала, у них были проблемы с последними доработками оружия?

— Да. Верно. Им не нравятся прототипы термозарядов, которые мы получили от Национального Арсенала Камалы… — комплекс производственных мощностей Батарианского Объединённого Концерна был национализирован новой властью, и помимо переименования уже готовился к производству оружия, которое в Гегемонии планировали внедрять в качестве следующего поколения, — …говорят, что это вроде как «шаг назад». Большинство предпочитают просто где-нибудь пересидеть или укрыться и подождать охлаждения оружия… Было несколько случаев обожженных пальцев.

— Потому что термозаряды — тупая идея! — вынесла Илена свой вердикт, опустив большой палец вниз. — Даже если повышается плотность огня, но менять заряды долго и неудобно, и я тоже об них обжигалась!

— С другой стороны, комплексы ЦЕЛЬ с ВИ, которые прислали из штаба, это настоящий хит сезона…

Чамберс протянула руку за спину и вытащила развернувшийся турианский M-9 «Ярость». Сверху на пистолет-пулемёт был установлен небольшой цифровой прицел, сменивший цвет с зелёного на оранжевый как в инструметронах. Илена была слабо знакома с проектом «ЦЕЛЬ», который отстаивали Сандерс и Даро'Ксен — в её случае большую часть тех же функций помощи с наведением и коррекции прицеливания выполнял глазной имплант. Её прицел был встроенным.

— Мой дедушка с таким же прицелом ходил на войне, — поделилась Чамберс, поднимая оружие на уровень глаз. — Прежде чем модификации зрения второго поколения сделали их бесполезными.

— На войне? — спросила Илена аккуратно. Люди любили ходить кругами возле этой темы. — Не на тех Мировых Войнах, что у вас были, так? Ты про ту, которая с пришельцами?

— С эфериалами, — уточнила Шепард.

— Война с Эфериалами… или Война Первого Контакта, как её некоторые называют, — Чамберс опустила пистолет-пулемёт и повела остальных за собой вглубь бывшей плантации. — Деда призвали служить из Великобритании, но он сгорел в боях за Мехико. Сослуживцы сумели вытащить его на «Небесный Рейнджер», когда пришёл приказ на общее отступление. Жизнь ему спасли, но состояние было критическим. Он был одним из первых, кто вызвался служить в качестве МЭК.

— «Служить в качестве меха?» — Илена посмотрела по очереди на обеих женщин, на прячущую лицо под шлемом и на замаскированную под азари.

— Кибернетизация, — объяснила Шепард, поскольку Чамберс развивать эту тему не спешила. — Органические части тела у него были по большей части заменены кибернетическими.

— Типа как руку или ногу? — в этом ничего странного не было. Азари, по различным причинам, не были любительницами кибернетики, но турианцы иногда заменяли себе части тела таким образом.

— Восемьдесят пять процентов его тела подверглись замене, — уточнила Чамберс.

Это… было немного чересчур, по сравнению с предположениями Илены. Как после подобного вообще можно выжить? Она представила себе голову в банке. Мысль была довольно забавной. И довольно жуткой. Немного того и другого. А потом она представила, как голова в банке управляет огромным роботом-убийцей. Да, это немного скрашивало ситуацию.

— А что касается прицелов, — вернулась Чамберс к теме разговора. — Они себя отлично показали. И нам нужно их намного больше. Мы наблюдаем увеличение точности на десять-двадцать процентов, а голографическая подсветка целей через общую сеть сейчас работает намного лучше, чем сто лет назад. Чем больше бойцов мы сможем ими снабдить, тем больше будет боевая эффективность, причём не на уровне отдельного солдата, а подразделения в целом.

— Мы всё ещё работаем над Правами Контроля Изготовления, — Шепард упомянула систему, поддерживающую авторские права при производстве техники. — А до тех пор наиболее критичные технологии пока трогать не будем и с их воспроизводством местными средствами — подождём.

— Кстати о технарях и невозможности потрогать, а где Даро? — поинтересовалась Илена. — Мы же должны были её встретить.

— Всё ещё балуется со своими игрушками в ангаре Б, — хихикнув, ответила Чамберс. — А вы уже видели её лицо? Я просто обожаю эти светящиеся глаза! Поразительно, что у нас дома ни у кого таких нет.

— Думаю, будут, и очень скоро, — Шепард только фыркнула.

— Майор, вы собираетесь включать вашу виртуальную проекцию?

— Нет. Пока что предпочту ходить замаскированной. Проекция лишь дополнение, а никак не замена маскировке.

— Тогда приготовьтесь, майор, — сказала Чамберс, указав на дальний конец дорожки. — Мы уже на месте.

Во дворе бывшей плантации собрались их потенциальные рекруты, преимущественно азари, но было несколько турианцев и саларианцев. И даже один элкор. Как и было запланировано, им уже выдали броню Затмения, Тип-II, без пластин из человеческих сплавов, разумеется. По классификации новая броня делилась на Тип-II т для турианцев, Тип-IIс для саларианцев, и так далее.

— Как я указывала в рапортах на базу, — сказала Чамберс, ведя начальство мимо двух аккуратных шеренг в одинаковой чёрно-золотой броне. — Все присутствующие уже имеют боевой опыт — или служили в качестве наёмников, или их рекомендовали наши друзья из Временного Правительства… извините, из Батарианской Республики. Прошлое у всех мы перепроверяли дважды…

Пока Чамберс объясняла, Шепард шла мимо мужчин и женщин с прохладным безразличием. По меркам азари она и так считалась высокой, а бронескафандр ещё добавлял и роста, и массы. Собравшиеся рекруты сразу узнали характерную броню, подтянувшись, или просто глядя на них с отчётливым трепетом. Всех их привлекла в Затмение оглушительная победа при штурме «Славной Харсы»… или жесткая позиция организации в отношении рабства. Аболиционисты торопились попасть в их ряды, пробираясь в систему Индрис любыми возможными и невозможными способами, даже хотя силы Кар'шана и контролировали главный ретранслятор сектора.

Илена уже знала, что «следующим шагом» была проверка кандидатов с помощью этих странных ментальных способностей людей. И вероятно её собираются повторить ещё раз после выпуска — ещё одна причина появления здесь Шепард, похоже, та считалась довольно сильным псиоником среди прочих. Ну а обернётся это, скорее всего, внезапным исчезновением тех, кто тест не пройдёт, под предлогом перевода или отказа в найме. Как другие матриархи поступили с Дилинагой — проблемная личность просто исчезает в космической пустоте, отправленная на задание, с которого нельзя вернуться живым.

— …и как было обговорено, всех батарианских рекрутов перевели в проект «Арес» и спецназ Республики, — закончила Чамберс, подводя Илену и Шепард к паре азари, стоящих отдельно от всех остальных.

Обе были в «учебной» чёрно-золотой броне, положенной рекрутам Затмения, но Илена быстро поняла, насколько они не похожи. Та, что слева, была фиолетового оттенка, более характерного для азари, родившихся не на планетах, а в космосе, её шесть щупалец были плотно закручены и казались невероятно гладкими. Стояла она уверенно, вытянув руки по швам, но выглядела нетерпеливой.

Вторая, замершая по стойке смирно, казалась более жесткой — тут чувствовалась суровая подготовка настоящих армейских коммандос. Её лицевая раскраска была запредельно сложной, покрывая щёки, лоб, всё лицо почти сплошным узором. Разглядеть под краской естественный голубой цвет кожи, почти такой же как у Илены, было нетривиальной задачей. Взгляд у неё тоже был стальной: полная концентрация и никаких посторонних мыслей.

— Они — две самые лучшие в нашем первом классе, — отметила Чамберс, затем начала представлять азари, начав со строгой: — Это отличница нашего выпуска, Эньяла. Перешла к нам из другого отряда наёмников, «Серебряные змеи», там она двенадцать лет прослужила капитаном штурмовой группы. Она с планеты Чалкос, улетев оттуда, она прошла курс тренировок под началом матриарха Совесии, с отличием окончила Университет Иллиума, по специальности «боевая тактика». Следующие двадцать лет она служила матриарху Уридии в качестве телохранителя. Её биотика сертифицирована по классу 4-С.

— Для меня честь быть принятой в Затмение! — отрапортовала та, отсалютовала, вскинув кулак к груди.

— А она бодрая, — отметила Илена.

— Лучше и не скажешь, — с ухмылкой подтвердил вторая азари, заработав короткий ледяной взгляд от лучшей в классе.

— А это Лизелль, вторая в нашем выпуске, — представила Чамберс кажущуюся более нормальной азари. — Она с космической станции Омега, там под надзором своей матери и прошла неофициальный курс подготовки коммандос.

Шепард, стоящая рядом с застывшей словно статуя Эньялой, окинула взглядом Лизелль.

— Вот как?

— Любой каприз за ваши деньги, — пошутила та, пожав плечами.

— А она мне нравится! — воскликнула Илена, ударив более тёмную азари кулаком по плечу. — У неё есть смелость! Есть энергия! В ней чувствуется сила рока!

— Чего-чего чувствуется? — Лизелль уставилась на неё, словно у Илены было две головы.

Зарычав, Шепард внезапно врезала сжатым кулаком Эньяле в грудь. Азари отступила на шаг, но мгновенно вернулась на место, вновь замерев по стойке смирно… хотя по взгляду и было видно, насколько ей больно. Всего секунда, и она уже заставило своё лицо не выражать ничего кроме железной решимости, хотя слегка изогнувшиеся губы показывали, что она не забыла ни удара, ни силы, с которой его нанесли.

— Она крепкая, — похвалила Шепард лучшую в их классе. — Это хорошо, — она ещё приблизилась к Эньяле, буквально возвышаясь над азари. — Прояви себя как следует, и мы сделаем тебя ещё крепче. Капрал, отберите десять лучших кандидатов и этих двоих тоже. Дадим им испробовать себя в деле.

— Будет исполнено, мэм, — развернувшись на месте, Чамберс направилась к двум шеренгам рекрутов.

— Швырнешь их прямо в мясорубку? — спросила Илена, пытаясь изображать крутого командира наёмников. — Одобряю! Какие конкретно планы?

— В ближайших системах ещё куча баз спонсируемых Гегемонией работорговцев, а за них у Республики назначены награды, — Шепард тоже вошла в роль её заместителя. — А ещё есть проблема мисс Дантиус, и вопрос с лицензией Совета Армали соответственно. Могу ли я предложить отправить наших новичков на охоту за головами?

Глава 9

— Даро! Моя любимая кварианка снова с нами!

— Киила… — чужая в скафандре только застонала, когда её подняла в воздух некая гиперактивная азари из Затмения. Илена схватила её просто медвежьей хваткой — немало кроганов посчитали бы это за начало битвы не на жизнь, а насмерть — радостно кружась на месте вместе с маленькой правоаминокислотной девушкой.

— Ведроголовая вернулась! — буквально пропела она.

— И Идиотка тоже, — пробормотала Даро, постучав пальцем Илену по голове. — А теперь поставь меня обратно. Моя норма по иррациональной жизнерадостности на сегодня выполнена.

— Что? — удивилась Илена. — Уже?

— А там много и не надо.

— Ну, ладно, ладно.

Отпущенная на свободу Даро легко приземлилась, быстро отряхнула свой скафандр, к которому сейчас прижималось слишком много живого азарийского веса за раз. Несмотря на то что в последнее время она оставляла забрало шлема почти прозрачным, в остальном её костюм выглядел как обычно. Контрастное сочетание чёрного и белого, с куда большим упором на чёрное. Однако было и свежее добавление, эмблема слева на груди — небольшой силуэт пузатого звездолёта, окруженный звёздами. Примерно на том же месте, как Илена помнила, люди на Арктуре носили какие-то странные знаки различия разных цветов, в основном в форме крестов и планок.

— Даро'Ксен, — Шепард приветствовала кварианку более формально. Она протянула руку, которая Даро охотно пожала.

— Майор, — затем кварианка протянул трёхпалую ладонь Чамберс. — Капрал.

— Мисс Ксен, — ответила Чамберс, обмениваясь с ней рукопожатием.

— Чамберс, — позвала Илена шепотом. — Давай, обними её! Кварианцы обожают обниматься.

Даро легко её услышала и предпочла сразу отмести все поползновения:

— Я бы не хотела быть разорванной надвое, поэтому, пожалуйста, не надо.

— Я тоже не фанатка обниманий, — добавила Шепард.

— И к твоему сведению, близкий физический контакт это не та тема, к которой моя раса относится легкомысленно, — добавила Даро с упрёком. — Чтобы ты там не видела в сериале «Флот и флотилия».

— Так ты хочешь сказать, что на видео в экстранете была неправда? — изумилась Илена, придвигаясь у кварианке ближе.

— Увы тем недалёким, которые верят всему, что видят и слышат, так я скажу, — усмешку Даро больше не скрывало матовое стекло шлема.

— Посмотрим, как ты запоёшь, когда вылезешь из этого скафандра, — пообещала Илена, но всё же отодвинулась от неё. Потом азари сложила руки на груди. — А теперь к более важному, я слышала, у тебя есть пушки и роботы-убийцы для меня. Сегодня не день моего рождения, но подарок я принимаю! Давай посмотрим, что ты нам сегодня принесла!

— Разумеется, — заняться делом Даро всегда была рада, особенно когда этим делом была наука. Двойную радость ей доставляла прикладная наука, и в особенности когда эта наука прикладывалась к кому-то… и пожёстче. Она жестом велела Илене, Шепард и пока не участвующей в разговоре Чамберс следовать за ней. — Прошу сюда.

— Какие впечатления от работы на Арктуре? — спросила Чамберс немного скованно. — Если мой вопрос не прозвучит неуместно, конечно.

— Люди… вы… были очень дружелюбны, — ответила Даро'Ксен, подводя остальных к большому контейнеру. Несколько таких недавно загрузили на «Тевуру» вместе с небольшой научной группой, только из людей, сейчас вынужденных скрывать внешность. Со временем у них будет выбор, или полноценная маскировка под азари, или комбинации из брони и проекции ВИ в качестве маски.

— Дружелюбны? — повторила Илена, буквально умоляя о более сочных подробностях того, в чём же это дружелюбие выражалось.

— Больше всего меня поразил научный персонал, — Даро ловко ушла от темы, перепрыгнув к более интересным ей вопросам. — Опыт доктора Вален воистину экстраординарен, у меня было время изучить её техники допроса и общую методологию… Уверена, что мы сможем применить их и к гетам, с парой моих доработок, конечно же. Я хочу сказать, просто представьте, сколько мы можем узнать, препарируя их распределённый интеллект, проводок за проводком!

Ладони Даро сжались, словно куски кода гетов уже оказались в её цепких пальцах.

— Теории Каель и Дуо о специализации узлов гетов можно было бы проверить за один день! — она захихикала, думая об этой перспективе. Зловеще хихикающая Даро'Ксен — это было откровенно странное зрелище. — Но до этого проекта мы дойдём в своё время, — призналась кварианка, кажется, только сейчас заметив, как согнулись её пальцы. Она быстро опустила руки, словно ничего не произошло. — Как я понимаю, Шепард и Чамберс уже хорошо знакомы с этими мехами, но для тебя, это будет впервые…

Наклонив голову набок, Даро'Ксен просвистела мелодию из четырёх нот. Затем вытянула руку, будто ожидая чего-то. Илена так же наклонилась, моргнула, и чуть не упустила момент, когда вокруг их группы закружилось размытое серебристое пятно, издающее в полёте лишь едва заметное жужжание. Подскочив на месте от удивления, она обратила внимание на штуку, парящую над ладонью Даро'Ксен.

Это был какой-то робот, размером с туловище азари или человека. Сферический корпус пересекали неоново-голубые полосы света, сходясь вокруг сияющего глаза, или подобного ему отверстия. Из тела выдавались четыре сегментированных конечности, в данный момент все они были вытянуты, словно пальцы раскрытой ладони. Они бодро шевелились и пощёлкивали, заставляя Илену слегка нервничать. Ещё две секции выдавались сзади по бокам, напоминая сложенные крылья, их покрывали какие-то странные шишки и похожие на реснички простейших волоски.

— Робот-жук, — обозвала его Илена.

— Это наша модификация стандартного дрона людей, — объяснила Даро'Ксен, игнорируя реплику азари. — Насколько мне известно, лишь две расы пользуются полевыми дронами таких размеров: кварианцы, до того как покинуть Раннох, и люди. Скоро у Затмения будет два лица. Первое — азарийское… тут и так всё очевидно, но второе будет кварианское! Мы снова дадим почувствовать наше присутствие через наши технологии и богатый технический опыт — то, о чём галактика всеми силами пыталась забыть и что очень старалась вычистить из архивных видеофайлов. Мы им об этом напомним, — поняв, что сейчас не миновать ещё одной вдохновенной речи, Даро остановила себя и помахала в воздухе рукой. Сказала, возвращаясь к дрону: — Но это всё не здесь и не сейчас. Поскольку мы сохранили гравитационный привод на элерии, генератор эффекта массы требуется небольшой. Вместо этого место и резерв мощности можно отдать на иные системы, в первую очередь впечатляющие кинетические барьеры. В оригинальной версии броня сделана из сидония, но для наших мы используем более привычные сплавы. Это означает, что после падения барьеров, защищён он окажется слабо.

— Манёвренность и подвижность оригинала должны сохраниться, — заметила Шепард. Утверждение, а не вопрос, данные параметры она считала важными в бою, и это не обсуждалось.

— По большей части, — заверила Даро. — От оригинальной модели мы взяли так много, как только смогли.

— Тогда у них осталось плазменное оружие? — спросила Чамберс.

— Нет, — Даро покачала головой. — Его мы посчитали слишком экзотичным. Вместо него оружие поставляется в двух вариантах. Первый — лазерная система, которая должна напоминать модифицированный излучатель ПОИСК. Как всем известно, лазеры Противокорабельного Оборонного Интегрированного Системного Комплекса, установленные на кораблях, массивны и быстро выгорают из-за перегрева. Лазерные системы людей лишены таких ограничений, но мы не хотим привлекать внимание к этому факту. Предполагается, что оснащенные лазерами дроны будут делать один или два выстрела, прежде чем отступить или прекратить огонь, создавая впечатление, что они способны на крайне ограниченное количество залпов.

— Но как это…

— Но! — Даро прервала Чамберс, не дав даже закончить вопрос. — Но затем сбежавший или «охлаждающийся» дрон может сменить позывные и слегка изменить внешний вид, а затем опять вернуться в бой, чтобы все думали, что их рой на самом деле в четыре или пять раз больше. Обман сенсоров и фальшивый радиообмен в эфире помогут поддерживать это впечатление.

— Интересная идея, — оценила Шепард предложенную схему дезинформации, одобрительно кивнув.

— Не лишено риска, разумеется, — признала Даро, пожав плечами. — Но такое возможно, особенно в смешанном строю вместе с обычными дронами. Дроны ПОИСК, или если хотите лазерные дроны проще всего будет использовать именно таким образом. А этот малыш, — она щёлкнула пальцем по днищу своего робота, — вооружён более привычным ускорителем массы.

— Где? — спросила Илена, пристально разглядывая парящего над её ладонью робота. — Не вижу никаких орудийных подвесок.

— Ускоритель вмонтирован в корпус дрона, — пояснила Даро, указав на светящееся отверстие. — Прямо тут, в центре. Из-за столь малой длины ствола, команда разработчиков сразу решила воздержаться от попыток установить большую винтовку или пулемёт на подобной платформе. Вместо этого мы выбрали старую перспективную кварианскую разработку — дезинтегрируемые создающие плазму тороидальные боеприпасы, запускаемые с помощью небольшого микро-гранатомёта человеческой разработки.

— Э-э, чего там дезинтегрируемые? — переспросила Илена, озадаченно вскидывая (нарисованные) брови. — Я считаю себя знатоком всего, что взрывается или ускоряет массу, но никогда не слышала о таком раньше.

— Название говорит само за себя, — ответила Даро'Ксен, хихикнув от вида растерянной Илены. — Но я всё-таки объясню. Теоретические разработки по этому оружию начались ещё до нашей войны с гетами: вместо обычных боеприпасов, отделяемых от блока, предполагалось использовать многослойное образование из собранных вместе сверхпроводящих тороидов. Оружие отделяет несколько штук, собирает вместе, а затем разгоняет их — в данном случае, до относительно малой скорости. Тороиды разбиваются при ударе, дезинтегрируются, в облаке их частиц возникает электрический разряд, мгновенно превращающий его в плазму… плюс рентген. Но кто же не любит рентгеновских лучей?

— То есть… это как дешевая версия человеческих плазменных бластеров? — кивнула Илена с мудрым видом. — Понятно.

— «Дешевая версия»… — возмутилась было Даро'Ксен, но быстро успокоила себя, вслух досчитав до десяти. — Эта система хорошо покажет себя в бою, могу уверить вас. Насколько мне известно, по разрушительному действию они почти идентичны нашим моделям времён войны, однако дальность куда выше. Должна заметить, что кварианцы безуспешно пытались вновь с нуля восстановить данную технологию до рабочего состояния уже почти век. Я полагаю, теперь она к нам вернётся… в конечном итоге.

— И если кто-то решит изучать наших дронов, то они обнаружат лишь кварианскую технику с кварианским вооружением, доведённым до ума некоей исключительно талантливой кварианкой, — заключила Шепард, одобрительно улыбаясь. — Мне это нравится.

Даро же явно понравилось, когда её назвали «исключительно талантливой кварианкой». Она просто просияла от радости, пускай это длилось пару секунд.

— Благодарю вас, майор.

— А что насчёт систем ремонта? — спросила Чамберс, упираю руку в бок. — Это уже не наши дроны, если они не способны чинить технику.

— Это возможность мы так же сохранили, — ответила Даро'Ксен, указывая на выступы с верхней и нижней стороны дрона. — Вот здесь и здесь, резервуары с Составом. Идентичные принятым у вас, из них он распыляется под давлением в виде аэрозоля.

— Состав? — Илена показала на своё лицо. — Вы про ту штуку, которая находится у меня в глазах? Она ещё и технику может чинить?

— Это как раз основная функция дронов, — сказала Чамберс. — Они ведь в основном ремонтные, а не боевые.

— Правда? — Илена нетерпеливо похлопала себя по руке. — Думаю, это довольно-таки удобно, но… в смысле, что такое вообще этот Состав? Можно ввести его себе в глаза, а можно побрызгать им на робота, и тот станет исправен? Как это вообще работает?

Шепард уже была готова ответить… когда вдруг задумалась.

— Я как-то и сама не очень уверена в деталях.

— А я знаю лишь самые основы, — растерянность Чамберс было видно даже с её новой азарийской внешностью

— Изложить всё, что мне известно о Составе, займёт часы, — Даро приложила руку к забралу, пытаясь скрыть смешок, — а для идиоток, так и больше дня.

— Эй! — Илена топнула ногой.

— Но по своей сути, — продолжила кварианка, — Состав это нечто среднее между синтетическими клетками и микромашинами. Больше первое, чем второе…

— То есть У МЕНЯ В ГЛАЗАХ сейчас СЕРАЯ СЛИЗЬ! — закричала Илена, вскидывая руки к лицу. — Вытащите её! Вытащите её!

— Я слегка удивлена, что ты вообще знаешь что такое «серая слизь»[19], — отметила Даро'Ксен, прежде чем протянуть руку и попробовать остановить бушующую азари… или хотя бы не давать ей бушевать слишком уж близко к себе. — Успокойся уже, идиотка.

— Я не идиотка! — закричала Илена в ответ, опустив руки, но пока далеко не успокоившись. — Я смотрела «Каплю». Это там, где кварианские наномашины сожрали целый город! — она снова указала на своё лицо. — А теперь они у меня в глазах, Ведроголовая. В моих глазах!

— Клетки Состава не способны делиться или воспроизводить себя, — сказала Даро очень медленно, надеясь, что дойдёт даже до Илены. — Они никак не смогут взорвать твои глаза изнутри, поглотить всё тело и разрастись в злобную аморфную массу, которую остановят лишь пришествие зимы и смелый герой-кроган с невыносимой подружкой-азари.

— …ладно, — Илена совсем опустила руки. — Это было чудовищно подробно, но хорошо. Ты уверена в сказанном?

— Илена, — Шепард сперва кашлянула, привлекая внимание. — В моём теле Состава раз в десять больше, чем в твоём. Даро'Ксен права, состав не может делиться сам по себе.

— А тогда где вы его берёте? — спросила азари. — Шепард?

— Его берут… из канистр с Составом, — ответила та, на мгновение отведя взгляд.

— Именно так, — Кэтти Чамберс быстро согласилась с командиром. — Из канистр с Составом!

— Ведроголовая? — позвала Илена.

— Не имею представления, — кварианка пожала плечами, будто извиняясь. — Люди как-то его производят. А нам вот отправили две канистры, по пятьсот миллилитров, — она указала на пару гладких объектов пирамидальной формы на парящей тележке.

— Состав можно использовать для полевого ремонта. Почему бы все технические подробности не оставить инженерам? — предложила Шепард, и Илена решила, что лучше будет согласиться.

— Пожалуй… — признала она, переводя свои улучшенные Составом глаза на дрона, теперь парившего у Даро за левым плечом. — А что дрон ещё может делать? И что будет, если кто-нибудь его поймает? Я думала, нам нужно было быть осторожнее с Составом, элерием и всем таким?

— А он ещё и взрывается, — отметила Даро, склонив голову к своему дружелюбному дрону.

— Чего?!

— И довольно внушительно, — Даро сложила ладони вместе и потом изобразила жестом большой взрыв. — Труп крогана, на котором мы испытывали эту функцию на полигоне, разнесло на очень маленькие кусочки. Его практически можно было кружкой собирать.

Илена провела несколько долгих секунд, занятая воображаемой картиной, где Даро'Ксен в самом деле собирала кусочки крогана кружкой. И она не могла отделаться от мысли, что эта долбанутая кварианка в самом деле могла такое проделывать — собирать в кружку ошмётки крогана. Азари начало подташнивать.

— Взрывное самоуничтожение — ещё одна функция, которую мы перенесли с оригинальной модели, — пояснила Даро. — Согласно текущим настройкам он уничтожает себя, если дрон перестаёт отзываться на гиперволновой сигнал и обновлять свой статус. Испытания показали, что за исключением некоторых остаточных излучений редкого спектра, в остальном Состав и элерий уничтожаются взрывом бесследно. Мы считаем, что уже можно применять их в поле с минимальным риском

— Звучит неплохо, — одобрила Шепард.

— И сколько их у нас? — спросила Илена. В ответ Даро вновь засвистела, отправив своего ручного дрона в полёт к дальней стенке ангара.

— Сколько у нас дронов?.. — переспросила квараинка, поворачиваясь к одному из контейнеров, начавших открываться, и указывая внутрь.

Маленькие роботы были складированы внутри на подставках, ряд за рядом.

— Двести пятьдесят, — бросила Даро'Ксен через плечо. — И… — кварианка усмехнулась снова, в этот раз достаточно широко, чтобы продемонстрировать мелкие, но острые зубы, — это только начало. Затмение и кварианцы возвращаются в робоиндустрию.

Ботинки Спектра азари оставляли следы на мраморном полу в белую и розовую клетку, её бронированный силуэт мелькал в проёмах между колонн. Посмотрев направо, Тела Вазир уловила золотой блеск, там, где над безмятежным голубым прудом у веранды парила стайка сверкающих стреломух. Стреломухи — вид каршанских насекомых, которых покупают в анклавы каст Горы и Облаков по всей Гегемонии из-за их прекрасного вида и запаха. Золотых вывели при помощи генной инженерии: их крылья светились в ультрафиолете, который более-менее нормально могли различать только батарианцы, вдобавок она оставляли утонченный (для батарианцев, по крайней мере) аромат везде, где пролетают.

Но взгляд Телы привлекли не столько мухи, сколько женщина, вокруг которой они кружились: бледно-голубая азари в чисто символическом золотом платье. Под тканью можно было разглядеть тонкие, хрупкие на вид цепи, а так же те места, где они проходили через кожу и плоть азари. Тела видела, что та держит в руках чашу с подслащённой водой для насекомых. И азари и декоративные стреломухи были всего лишь деталями этого сада, и никто из них не мог его покинуть.

Наконец, рабыня заметила Спектра, широко раскрытыми умоляющими глазами глядя, как та проходит мимо. Тела Вазир отвернулась. Сейчас её больше занимал радостный визг, доносящийся из дальнего конца этого прохода. Её ботинки простучали по мрамору, когда она спустилась на несколько ступеней. А впереди обнаружилась конура.

Повернув за угол, она сразу же заметила взбудораженного зелёного варрена на поводке. Другой конец поводка оказался в лапе высокого крогана в лёгкой броне. Кроган в ленивом темпе бежал рядом с варреном, в другой руке он держал длинную палку с красным шаром на конце. Пробегая мимо манекена в форме азари из стали и пластика, кроган ткнул в него концом своей палки. Варрен мгновенно рванулся вперёд — и куда только делось легкомысленное подпрыгивание — и свирепо вгрызся в манекен.

Бойцовый варрен: тварь уродливая, но кроганы и батарианцы их обожают.

Тела шла дальше, совершенно не отвлекаясь ни на злобного варрена на поводке, ни на дюжину его братьев и сестёр, лающих из своих клеток. Сторожевые варрены всех цветов радуги били лапами по прутьям и скалили свои зубы в её сторону, встревоженные неожиданным вторжением. Одну руку Тела упёрла в бедро, вторая лежала у рукоятки её пистолета, созданного по спецзаказу Спектров.

Дрессирующий варренов кроган лишь слегка повернул голову, заметив её присутствие:

— Так это вы? — спросил он медленно. А может, просто подбирал слова осторожно.

— Я здесь чтобы увидеть своего друга, — ответила она. — Слышала, он где-то здесь?

— Здесь он, — проворчал кроган с отвращением. — В доме с хозяином. Одни проблемы от него, чем раньше он уберётся — тем лучше, — он вновь повернулся к тёмно-зелёному варрену и крикнул: — Хей! Хей! Куси его!

— Благодарю за тонкий намёк, — сострила Спектр Цитадели, проходя мимо конуры опасного рыбопса.

Её взгляду открылись целые акры тихой плантации, и как это любили батарианцы, устроена она была в виде ступенчатых терасс, дабы олицетворять воплощение каст в живой природе. Самой верхней точкой являлся центральный особняк, места для слуг и все прочие постройки были на нижних уровнях. Пожилой саларианский садовник, которому уже стукнуло сорок, взглянул на неё лишь на мгновенье, прежде чем вновь сосредоточиться на ножницах в своих руках. Ещё один короткий взгляд на Спектра, и он уже выбросил «гостью» поместья из головы, вернувшись к подравниваю бритвенно-острой живой изгороди.

Тела Вазир просто его проигнорировала, а вскоре она, наконец, добралась до своей цели. Это был так называемый «хозяин дома», пусть и не имеющий более официальной позиции в обществе. Мелкий батарианский лорд был наряжен в бело-золотую шервани, усыпанную искусственными рубинами. Он о чём-то умолял крогана, одетого не столь роскошно — в потрёпанную выцветшую тёмно-красную броню. Ржаво-красный щит крогана тоже был в тон старому доспеху. Это был тот, кто ей нужен.

— Ах, мисс Вазир! — обрадовался батарианец, завидев её, его голова качнулась в поклоне. — Как приятно, как очаровательно! Видите, друг мой? У вас такая великолепная компания! Несомненно, вы оба заходите перекусить в особняке?

— Вазир, — прогремел кроган, не утруждаясь обернуться при её появлении. В руке он держал за хвост довольно крупную кусачую форель. — А я тут собирался рыбки пожарить, хочешь тоже?

— Сэр! Друг мой! — батарианский лорд всплеснул руками, как скромная кварианка. — Прошу вас, этой рыбе уже пятьдесят циклов! Это был дар моему отцу от…

Кроган схватил острозубую хищную рыбу за страшную голову и с отчётливым хрустом свернул ей шею. Батарианец в золоте и рубинах отскочил от этого звука и поник плечами.

— От кого? — спросил кроган, слегка обернувшись, теперь Тела видела его в профиль. — От кого был дар?

Батарианец только стиснул кулаки в бессильной ярости, развернулся на каблуках и унёсся.

— Я молю всех богов, что наш общий друг прислал вас забрать у меня это животное, — прошептал он Теле, пробегая мимо, обратно в свой особняк к своим рабам.

— Ха, — хмыкнул кроган, даже не ожидая, пока тот отбежит достаточно далеко. Он закинул мясистую рыбу на плечо.

— Это всё было обязательно? — Тела была обязана спросить.

— Не особо, — признал кроган, мрачно усмехаясь. — Но мне всё равно очень понравилось.

Буррно Тродокс был влиятельным батарианцем. Не то чтобы это влияние помешало Серому Посреднику купить его с потрохами. Вообще-то именно его влияние и сделало его столь ценным в качестве пешки. Тот, кому есть что терять, будет цепляться за принадлежащее ему куда крепче… а у Буррно было всё, что можно позволить себе в этой галактике, и всего этого он лишится, стоит лишь попасть в немилость к Посреднику. И смерть ещё будет весьма милосердным вариантом. Внутренняя безопасность и полиция Гегемонии обеспечили бы нечто куда изобретательнее.

— Урднот Рекс, — произнесла Тела, но собеседник на своё имя никак не отреагировал. — Наш общий друг прислал меня за тобой.

— Вот как? — спросил Рекс, обернувшись и неторопливо направляясь к дому, чтобы пожарить свою рыбу. — А в чём, собственно, дело, Вазир?

— Затмение.

Рекс замер на полушаге.

— Затмение, — повторил он.

— Расскажи мне о них, — потребовала Спектр. — Расскажи мне, что произошло на борту «Славной Харсы». Ты единственный, кто ушёл живым после встречи с ними, — напомнила она, кроган только фыркнул. — Зачем бы ещё нашему общему другу оставить тебя живым и здоровым здесь, в безопасности и роскоши?

— Хочешь сказать, это не потому, что я душа компании? — удивился Рекс.

— Жаль тебя разочаровывать, но нет, — ответила она. — Пришло время поделиться информацией, — Вазир упёрла руки в бёдра, но большой палец поглаживал рукоять пистолета. — Или тебя что-то не устраивает?

— Нет, я могу и второй раз всё то же самое рассказать, — ответил кроган после долгого молчания, словно бы взвесив все варианты. — Если тебе есть, чем платить, разумеется, — он махнул свободной рукой, призывая следовать за ним дальше, за особняк. — Я расскажу тебе о Затмении, — пообещал он, направляясь к старому грилю, стоящему у дома. — Это означает, что теперь мой контракт у тебя?

— Это так.

— И насколько долго?

— Столько, сколько потребуется.

— НЕТ! Нет! Нет! Нет! — кричала девушка, пока две руки в перчатках держали её, а некто заковал в наручники и вырвал М-4 из слабой хватки. Рухнув назад и ударившись копчиком, она взвизгнула от боли и попыталась завладеть оружием во второй раз. Прилетевший сбоку кулак помешал ей, сила удара была такая, что её свалило на пол.

Щёку молодой азари украсил синяк кобальтового оттенка, закрыв почти половину её лица.

— Босс!

— Босс?

— Коммандер Седерис!

— А ну заткнулись все! — вызверилась Йона Седерис, медленно поднимаясь на ноги. — Заткнулись! — глаза опытной наёмницы были широко раскрыты, она ошарашено разглядывали молодую азари на полу. Её кинетические барьеры мерцали синим, явный признак того, что они только что активировались заново. Вторая азари, лежащая лицом вниз на полу рядом с командиром, застонала и тоже начала вставать.

— Ты выстрелила в меня, — сказала Йона, обращаясь к плачущей девчонке на полу. Два других наёмника удерживали её, наступив каблуками. — Ты выстрелила… в меня. Меня.

Йона Седерис сейчас говорила по-особенному. Именно тот тон голоса, который она возможно и сама не замечала: высокий и пронзительный, в противовес её обычному низкому рычанию, торопливый, немного невнятный. Её спокойствие никого не могло обмануть, она была в паре шагов от взрыва, и изменившийся голос, словно первые подземные толчки указывал на близкое извержение. В голосе чувствовалось напряжение, недвусмысленная угроза, очевидная любому, у кого остались мозги. Набирающую обороты ярость было видно издалека… и остановить её никто не сможет. Именно таким голосом сейчас говорила Седерис, и каждый наёмник чувствовал и знал, что это означает.

— Ты выстрелила в меня, — повторила Йона, надвигаясь на лежащую азари. — Это была… ошибка, — Она замахнулась ногой и со всей силы впечатала ботинок девчонке в живот, послышался отчётливый хруст. Дева взвыла от боли и пыталась как-то защититься, свернуться клубком.

— Это была большая, мать её, ошибка! — завопила Йона, её ботинок врезался в голову азари, оторвав одно из щупалец. При виде этого удара скривились почти все присутствующие азари — пусть нервов в щупальцах практически и нет, только в коже на них, но любую рану на них уже не вылечить. Останется шрам, и останется на всю жизнь — а жизнь у азари длится очень-очень долго.

— Ты меня слышишь?! — взгляд Йоны был диким и полон жажды убийства. — Ты, мать твою, слышишь меня?! — она пнула девчонку в третий раз, теперь попав в грудь, выбив воздух из лёгких своей жертвы почти без звука. — Последней суке, которая меня хотя бы поцарапала, я отрезала щупальца и украсила ими свою шляпу! Ты тоже так хочешь?! А?! Так я сделаю! Да тут ещё и каждому достанется!

Йона Седерис, упёрлась ногой в лицо избитой девушки с весом всех прожитых ею пятисот шестидесяти восьми циклов. Но это был не пинок. В этот Йона собиралась медленно её раздавить.

Дева, которая была на пятьсот пятьдесят циклов младше неё, сплюнула кровью и закрыла глаза.

— Босс, — прервал её тихий голос, хотя все наёмники из банды Седеис до самого последнего отморозка соблюдали тишину, о которой может лишь мечтать любой библиотекарь. — У вас… кровь идёт, босс.

— Что у меня? — прошипела Йона, оборачиваясь чтобы врезать заговорившему с ней наглецу, когда до неё внезапно дошел смысл слов. Она опустила взгляд на свою правую руку, впервые заметив голубую струйку, текущую из дыры в бронескафандре. — Да что б меня! У меня кровь идёт…

Моргнув, Йона присмотрелась к тому, кто же посмел с ней заговорить.

— Да и у тебя тоже, — заметила Седерис, быстро убирая ботинок с лица той девчонки. Взамен она как следует осмотрела наёмницу, ещё одну азари. Ту, что медленно поднималась с пола.

Ту, что спасла ей жизнь…

— Эта сучка мелкая нас обеих зацепила, — поняла Йона и засмеялась, шлёпнув по кровавому пятну на броне второй азари, пониже правого плеча. Ещё один след попадания был на боку, там где броня остановила пулю, не дав ей пробить лёгкое. Наёмница сморщилась от прикосновения к ране, но как-то сумела улыбнуться.

— Хе-хе, ага, — согласилась она, нервно рассмеявшись. — Да просто царапина! Верно?

— Точно! — Йона похлопала наёмницу уже аккуратней, в этот раз не касаясь ран. Крепко обняв азари за здоровое плечо, Йона улыбнулась и одобрительно кивнула ей. — Точно. Ты. Ты! Ты мне жизнь спасла сейчас, новенькая. Все это слышали, слизняки? — прорычала Йона, окидывая взглядом молчащих и пялящихся на неё наёмников. Они стояли там и тут на этом залитом кровью мостике корабля, наблюдая за происходящим с различной степенью интереса и страха. Йона Седерис хорошо умела нагонять страх.

— Четырёхкратный почёт новенькой! — заместитель Йоны, украшенный шрамами турианец, поднял кулак. — Ха-а!

— Ха-а! — банда подхватила. — Ха-а! Ха-а!

Азари на полу хныкала, пытаясь не тревожить отбитые внутренности.

— Мама, — она плакала, пытаясь дотянуться до другого изрешеченного тела поодаль.

— Какой-то грёбанный бардак, — оценила Йона всю картину, качая головой. Он махнула одному из наёмников, прижимающих к полу избитую в кровь девчонку. — Боч'ча.

— Босс? — батарианец кивнул в ответ.

— Подойди-ка сюда, Боч'ча, — велела Йона, поманив его ближе. Он перешагнул через единственную пленницу в этом рейде и направился к своему боссу. — Боч'ча, — повторила азарийская коммандос, в этот раз уже нетерпеливо. Она махнула другому наёмнику, тот перебросил М-4, едва не лишивший её жизни. Йона подхватила оружие в воздухе, даже не глядя. — Можешь мне кое-что объяснить? Как маленькая девочка, которая в два раза тебя меньше, смогла отобрать у тебя пушку?

— Э-э, — батараинский пират замялся на месте. — Ну-у, она…

— Одного из твоих товарищей могли подстрелить, Боч'ча. Одного из твоих товарищей могли убить, — отчитывала его Седерис, словно терпеливая матрона свою непокорную дочь. — И как же твои товарищи по оружию должны чувствовать себя в подобной ситуации?

— Ужасно, — ответил дрожащий Боч'ча. — И я себя тоже ужасно чувствую. Это не повторится, босс. Клянусь. Клянусь честью своей касты и своей семьи. Это никогда больше не повторится, — он опустил все четыре маленьких красных глаза в пол. Казалось, ещё мгновение, и он упадёт на колени. — Я буду намного осторожнее! Мне нет оправдания! Пожалуйста, не…

Йона ласково положила руку ему на плечо.

— Я рада, что ты так себя чувствуешь, — сказала она, дружелюбно улыбаясь. Ствол М-4 угрожающе касался промежности батарианца. — Просто сделай так, чтобы это больше не повторилось.

— Больше никогда!

— Триллия, — позвала Йона, азари в лёгкой броне схватила Боч'ча за плечо и потащила в сторону. — Ты знаешь, что делать. Просто не будь слишком сурова с бедняжкой, — попросила наёмница свою любимую «воспитательницу». — Я хочу сказать, хотя бы лицо не трогай.

Хмыкнув, массивная азари утащила хныкающего батарианца. Он слишком хорошо знал, что бывает с теми, кого Триллия «воспитывает» по приказу босса.

— Ох, сиськи богини, ну неужели я прошу невозможного, всего-то нормальных надёжных подчинённых? — сокрушалась Йона, крутя М-4 в правой руке, а затем вдруг протянув пистолет-пулемёт своей спасительнице. — Теперь он твой, новенькая. Ты его более чем заслужила.

— Я? — молодая коммандос переспросила, разглядывая оружие. Сглотнув, она кивнула и быстро пришла в себя. — Л-ладно, хорошо! А я уже собиралась писать письмо Атаме и просить новую пушку на именины! — пошутила она, бережно принимая оружие и слабо улыбаясь, несмотря на рану. — Спасибо, босс!

Многие наёмники на окровавленном мостике хихикали или ржали, как и всегда, когда она выдавала нечто подобное. Один хлопнул её по спине, не слишком-то нежно сказав:

— Хорошая работа, Таноптис!

— Хорошая работа! Подхватил другой.

— Точно!

— Хорошая работа, новичок!

— Бодрячком, Таноптис!

— А… ага — Илена вцепилась руками в М-4, чтобы они так сильно не дрожали. — Точно. Ничего особенного. Вообще ерунда.

— Ладно, теперь корабль наш, и всё добро на борту тоже, — начал Седерис размышлять вслух, приближаясь к лежащей азари. Сведя руки вместе и хрустя костяшками, она смотрела, как та снова начинает плакать. — И мне вот интересно… что же мне с тобой-то сделать?..

— Ладно… ладно…! Давайте сделаем это. Просто сделаем…

Глубоко вдохнув, Илена коснулась переключателя, подняла пальцы в перчатке бронескафандра от экрана инструметрона и выдала в объектив парящей камеры свою самую широкую и победную улыбку.

— Приветствую, наши верные и преданные фанаты в экстранете! — она наклонилась вперёд и постучала пальцем по линзе технического дрона. — В первую очередь: хочу поблагодарить своих сестёр-азари из Республики за поддержку референдума НН6067. Для тех слушателей, кто не азари, НН6067 официально обвиняет Гегемонию в преступлениях в ходе их последней, самой масштабной и отвратительной кампании по запугиванию населения, развёрнутой в Пределе, и это первый шаг к введению против неё санкций со стороны Республики Азари. Это доказывает, что даже если вы не можете поднять пушку, или утрамбовать своей биотикой врага в стакан, как другие, это не значит, что вы не можете сражаться!

— Второе, в отношении Затмения… — ранее известного как «Решения безопасности Затмение», — я бы хотела поблагодарить всех трудолюбивых мальчишек и девчонок в экстранете, которые ведут наш неофициальный сайт. Вы можете спросить: где же находится домен Затмения? А где же наш сайт на КБВ, то есть Корпоративной безопасности волусов? Что я могу сказать, не переключайте канал. Когда мы официально заявим о себе, это будет супер-стильно, я гарантирую!

Правда крылась в том, что руководящая тройка Затмения — то есть она, Шепард и Хакетт, те, кто реально на что-то влиял в организации — пока ещё не решила, как именно легализовать Затмение в экстранете. Они с радостью пользовались энтузиазмом фанатов, чтобы распространять по сети слухи и добавлять таинственности, но все были согласны, что пришло время выдать хотя бы немного официальной информации о восходящих звёздах на рынке ЧВК. Особенно теперь, когда у них появилось первое пополнение из рекрутов рас Цитадели, а не одних людей.

«Солдат удачи терминуса» уже закидывал удочки насчёт Затмения на следующей обложке, а журнал «Разумный» хотел эксклюзивные фото и интервью. Согласно логам сетевых поисковиков, «Илена Таноптис» уже превратилось в десятый по популярности запрос в азарийском сегменте экстарнета. Затмение просто не могло прятаться и дальше, как бы Шепард ни мечтала продолжать изображать таинственное пугало для Гегемонии.

Что до прочих людей… Похоже, что-то типа решения проблемы у них уже было в разработке… побочный результат некоего проекта «Артемис». А если добавить к этому проект «Арес», о котором никто старался лишний раз не говорить, Илена начала задумываться — сколько же таких тайных проектов адмиралы людей одновременно ведут в пространстве Цитадели?

— Ну а пока что, — продолжила Илена чуть серьёзнее, — всю возможную информацию о нас вы можете найти на официальном сайте правительства Батарианской Республики. Но прежде чем вы нажмёте на ссылку… — она надулась, состроив обиженную гримасу. — Вы уже нажали, не так ли? Эй, погодите! Вернитесь к видео, дайте я сперва закончу!

Она подождала секунду, хмуря новые нарисованные брови.

— Для всех хороших мальчиков и девочек у меня сегодня есть особенный подарок, — произнесла она, на этот раз достаточно громко, чтобы её услышали все в грузовом отсеке. Она приложила ладонь к шлему, примерно там, где у людей уши, а у азари ушные перепонки. — Спрашиваете, что это? Что за подарок? — спросила Илена, а затем с хихиканьем велела дрону с камерой следовать за ней. — Сейчас я вам расскажу! Как насчёт того, чтобы взглянуть на наших новобранцев? Хватит этого, чтобы вы смотрели дальше, а не пошли искать новую слитую в сеть серию «Флота и Флотилии»? — Илена приложила палец к подбородку, словно пытаясь выдумать, чем ещё привлечь зрительское внимание. Вдруг её глаза вспыхнули, когда пришло озарение:

— Я знаю! — улыбнулась она широко, но теперь уже слегка угрожающе. — Как насчёт добавить немного резни, а? Немного крови с кишками? Шанса поглядеть, как каких-нибудь ублюдков поджарят онлайн? — она подняла пистолет пулемёт и соблазнительно облизнула губы. — Уверена, это привлекло ваше внимание! Открою маленький секрет: мы сейчас летим на боевое задание, хотим растоптать какую-нибудь пиратскую мразь, что подвернётся под руку! Мои новые друзья из Батарианской республики заглядывали недавно и напомнили, что подкидывают деньжат за головы работорговцев. Старые головы они, кажется, где-то потеряли, или типа того, поэтому им подавай новые. И как великодушная и щедрая азари, я не могла не предложить им наши услуги.

Она вновь приблизилась к камере.

— Что вы говорите, мальчики и девочки? Хотите посмотреть на причинение справедливости с рейтингом «не для семейного просмотра»? — она снова выпрямилась, изобразив свою самую хищную и зубастую ухмылку. — Если так, то оставайтесь с нами. Внутренностей будет куча, обещаю.

Стоя в центре отсека, Илена оглядела ряды смертельно опасных наёмников перед ней.

— А теперь давайте познакомимся с моей командой убийц.

Шепард стояла первой, само собой, и, как и все безжалостные машины для убийства в облике людей (в данный момент, замаскированных, правда, под азари), служившие в Затмении, она была в такой же чёрно-фиолетовой пси-броне, прославившейся после штурма «Славной Харсы», как и остальные. Немного отличались лишь несколько человек, тщательнее других замаскировавшихся под азари и теперь невзначай демонстрирующих свои лица. Суть была в том, чтобы не столько размахивать своей принадлежностью к расе, но скорее подать как факт, что все они азари под этими мрачными глухими шлемами, и всегда ими были. Завидев подлетающего дрона с камерой, те, кто прошел процедуру биомодификации под азари или установил ВИ-проекцию для лица, включали прозрачность шлемов и опускали дыхательные маски скафандров, так что в объектив попадали вполне азарийские лица.

Склонив голову, Илена попыталась вспомнить Йону и как та играла свою роль (предполагая, что она играла, а не была чистой натуральной психопаткой). Сымитировать мёртвую Седерис она бы всё равно дословно не смогла, но никто не отрицал, что при жизни у той была некая отвратительная харизма и привлекательность. Кто знает, как высоко она могла бы взлететь, если бы по дурости не решила кинуть так называемых «коллекционеров». Насколько Илена знала, она так и оставалась безмозглым овощем, в холодильнике где-то на базе.

— Никого из этих девчонок вы не знаете, — говорила она в камеру, проходя мимо замаскированных людей. — Просто скажем, что они не местные.

Икс-ком ещё так и не выработал чёткой стратегии относительно истории с «пропавшей колонией азари», так что пока полагалось лишь раздавать спорные и непроверяемые намёки. Пусть те, кто считают ядром Затмения азари из затерянной колонии Дилинаги, услышат, что захотят услышать, и пусть те, кто считает их просто оперативниками некоей неназванной стороны, тоже услышат то, что хотят услышать. Илена медленно прошла мимо людей. Но велела камере вновь повернуться к двум отделениям в тёмной тяжелой броне.

— А ещё они не особо разговорчивы, — продолжила Илена, не задерживаясь возле людей дольше, чем следует. — Но если доходит до бесед, за них обычно говорит вот это… — она указала на штурмовую винтовку в руках женщины в броне, настроенную под нужды взводного снайпера. — Или это… — теперь она продемонстрировала внешний интерфейс своего биотического усилителя на запястье. Нечто подобное люди, кажется, называют «часами». — И спаси вас богиня, если вам доведется услышать вот это, — она похлопала по стволу ближайшего пулемёта M-76 «Призрак», громадного оружия, который одна из женщин держала легко и свободно, словно азари — пистолет. У Затмения имелся некоторый запас этого (строго говоря, нелегального) оружия. Первоначально, несколько образцов было захвачено у наёмников и всяких уродов из Терминуса, но как только им нашлась роль в структуре отделения, немало оперативников Икс-ком и по совместительству Затмения полюбили их… особенно когда удалось найти способ переделать обратно из ручных пулемётов в тяжелые, не нарушая авторских прав и правил производства.

Хотя как-то Шепард получила в свои руки конфискованную кроганскую штурмовую винтовку «Молотобоец», а после объявила «прекрасным оружием со слабоватой отдачей». Так что, может быть, у M-76 имелся конкурент в вопросе чрезмерности мощи. В любом случае, наверняка где-то далеко сейчас испачканный в масле кроган-оружейник смотрит на безумной длины чек и истерически хихикает от радости.

— А теперь давайте поглядим на свежее мясо, — воскликнула Илена бодро, махнув дрону, и направилась прочь от замаскированных людей. — Для новичков мы выбрали золотой цвет. Вы спросите меня, а как же чёрный и фиолетовый, как та броня, что на мне сейчас? Отвечу: её ещё надо заслужить на поле боя.

Два расширенных отделения выбрали для испытаний бок о бок с чёрно-фиолетовыми ветеранами только из «азари». Среди новичков на самом деле хватало азари — вообще-то, в первом выпуске Затмения они составляли большинство — но расовый состав не был монолитен. Были худые и голодные турианцы, лёгкие и активные саларианцы, и даже по одному дреллу и элкору, среди прочих.

Единственная раса, которой явно не хватало, это кроганы… и батарианцы, но на последнее была своя причина, никак не связанная с отсутствием добровольцев. Ну ладно, ещё не было ханаров, но никто в принципе и не ожидал, что к ним наймётся ханар. Или волус, но волус-намёник, это как мороженное с перцем. Ну да, такое возможно, но это было бы странно. И как? А главное, зачем?

— Хм-м, — Илена разочарованно фыркнула, видя, как некоторые опускают забрала шлемов. — Похоже, у нас тут есть несколько скромников…

Как и у ветеранов из Икс-ком, их шлемы тоже позволяли скрывать под ними лицо и вообще всё. Большинству зрителей в экстранете причины объяснять не требовалось, в силу их очевидности: Затмение прикладывало немало усилий, превращая в решето очаровательных ребят, готовых похитить ваших родных и друзей и познакомить с увлекательным миром пыток, и шантажа в придачу. Анонимность была выгодна. По правде сказать, Илена бы поступила так же, и не светила лишний раз своим лицом. Не то чтобы у неё был выбор, из-за предложения Шепард и её друзей. А так как она самое известное лицо Затмения, только банда уж особо двинутых отморозков решит нацелиться на её семью с риском разозлить не только Затмение, но и аморальную мегакорпорацию, в которой работает её мать.

Но она чувствовала что-то ещё. Там, в тренировочном лагере, она ощущала настоящую смесь трепета и страха. Илена не уверена, насколько была обязана этим своей броне — ассоциирующейся у всех с группой, без поддержки захватившей целый проклятый богиней дредноут — и сколько тут было лишь её заслуг. Илена Таноптис не питала никаких (или хотя бы не слишком много) иллюзий. Она отнюдь не самая жуткая и устрашающая дева поблизости. Далеко ходить за примерами не надо.

Но ведь и Йона тоже не казалась страшной, поначалу. Пока ты не услышишь, что о ней говорят шепотом. Пока твой сосед не расскажет тебе, как она, улыбаясь, забила турианца ножом только за непонравившийся анекдот. Пока ты не заметишь, что даже кроган нервничает и отводит глаза, когда она проходит мимо. Пока ты не осознаешь, что каждый пытается раствориться в воздухе, когда Йона начинает мрачно хмуриться. Пока какой-нибудь парень не решиться «пойти и перетереть с командиром», а потом ты не услышишь по интеркому, как он вопит и вымаливает пощаду.

Что вообще эти рекруты знают об Илене Таноптис, кроме того, что она очень дружелюбна в экстранете, но при этом командует бандой безжалостных убийц, которых в Гегемонии прозвали «самые жестокие и опасные наёмники на свете»? А ведь найти того, кто не побоится посмотреть ей в глаза, становится непростой задачей. К счастью, камер это не касается. А чаще ей приходится общаться всё-таки с камерами.

— Ага! Похоже вон там у нас есть желающий что-то сказать! — Илена выбрала одного из новичков, не пытающихся скрывать свою личность. Неспешно приближаясь, она дала ему последнюю возможность натянуть шлем на голову, прежде чем его лицо пройдёт через десятки тысяч идентификационных программ со всего экстранета.

Храбрец оказался турианцем с каменисто-серым цветом пластин и зелёной раскраской на лице.

— Не хочешь поделиться своим именем, новичок? — спросила Илена, у вытянувшегося турианца. Вообще-то его имя и жизненные показатели она сейчас и так видела, благодаря импланту, но дальше её головы эта информация никуда не уходила. Согласно досье, он вступил в Затмение в качестве полевого инженера.

— Лилихиэракс, — назвался турианец просто, лицевые пластины у его нижней челюсти дрогнули. — И да, коммандер, мне скрывать нечего.

— Но зато тебе ведь есть, что сказать другим? — уточнила Илена.

— Скажу только, что всё это надо было сделать очень давно, — турианец говорил, глядя прямо в объектив камеры, но без угрозы. Просто поделился тем, во что верит: не более и не менее. Он медленно опустился на своё место, положив свой дробовик «Лавина» производства Армакс на колени. — Мы живём в цивилизованной галактике… а это означает, что иногда ради правого дела надо набить пару нецивилизованных мандибул. Рабство — зло, которое Цитадель должна была растоптать много веков назад.

— Похоже, в наших рядах завёлся паладин?

— Я просто турианец, у которого есть своё мнение, — ответил тот, — мэм.

— Меня всё устраивает, пока своё мнение ты подтверждаешь, кроша противника! — Илена на мгновение задержала взгляд на турианце, как это любила делать Йона. — Я буду за тобой приглядывать, новичок.

Громко втянув воздух, турианский инженер кивнул. Он и сам явно был из ветеранов, но, в конце концов, он оставался турианцем. А теперь он обязан будет проявить себя перед командиром ещё лучше. Оставив его в покое, Илена начала искать новую жертву.

А вот это будет интересно…

Миновав ещё две пары рекрутов, Илена мысленной командой запросила информацию об их единственном элкоре. Тот сидел рядом с Эньялой почти в самом конце транспортного отсека, насколько элкор вообще может «сидеть» на месте, предназначенном для двуногих. Чужой был настолько большим, что занимал три или четыре кресла сразу, Илена даже подумала, что на текущий момент он для Затмения является самым близким эквивалентом SHIV и МЭКов из Икс-ком. Вдобавок этот конкретный элкор был ещё и сам по себе здоровенным, даже для своей расы. Азари ему едва доставала до глаз, разница в размерах просто начинала вызывать комплексы, хотя Эньялу это, кажется, и вовсе не заботило, куда больше её занимало тестирование своей брони. Возможно, этой наёмнице просто чаще доводилось иметь дело с элкорами.

Об Илене такого сказать было нельзя. На той космической станции, где она выросла, не имелось ни одного представителя этого вида, первого элкора она вообще увидела во плоти, только покинув Республику ради приключений в качестве сексапильной наёмницы. Но даже так, она ни разу не сталкивалась с элкором на военной службе. Самое большее, что она видела, это пару элкоров-вышибал в ночных клубах

Если верить подсказке в глазах, звали этого здоровяка Грози. В отличие от прочих рекрутов, он физически не мог надеть чёрно-золотую броню Затмения — модифицированную версию свободно продаваемой брони «Защитник» от ЭРКС. Взамен на нём была какая-то бронированная сбруя поверх основного костюма биозащиты. Вероятно, своё снаряжение он принёс с собой, когда явился записываться на службу. Вдобавок его броня имела кинетические барьеры тройной мощности, что при размерах элкора совершенно логично… хотя если они всё же отрубятся, тогда быстро придёт время для «мясного щита».

— Привет, громила, — поприветствовала Илена, толкнув сидящего элкора. — Хочешь чего-нибудь сказать своим новым фанатам в экстранете?

Как и у большинства элкоров, лицо и тело Грози было испещрено крапинками, как минимум вся спина и верхняя половина. Его губы двигались, привлекая внимание, но кроме этого — элкор есть элкор — он никак не отреагировал, оказавшись вдруг в центре внимания. Всё ещё только ухудшалось тем, что маленькие чёрные глазки элкора скрывала оранжевая световая проекция визора.

— Э-э-э-эй, — Илена ждала хоть какой-то реакции. — Вообще ничего?

Элкор продолжал пялиться на неё

— Ни слова?

— Да Атаме ради! — донёсся взамен резкий голос Эньялы, дрон быстро сменил фокус, ловя её в объектив. Командир нового подразделения Затмения встала и ударила локтем переднюю ногу элкора. — Хватит тут невинную школьницу из себя строить и перед камерой трястись! Просто скажи, как тебя зовут!

Губы элкора задвигались снова, но в этот раз донёсся и слабый голос:

— Г-грози, — негромко прогрохотал он, — Смущённо нервничая: я Грози. Любимый цвет светло-серый. Я люблю цветы гаруга, медленно прожаренную забу и долгие прогулки по пляжу. Мой герб — коу-кит, а группа крови — восьмая положительная.

— Я спросила имя, а не полную анкету для сайта знакомств, — прорычала Эньяла.

— С обретённой храбростью: меня зовут Грози, — повторил элкор. — Я убиваю других, — его губы дёрнулись снова. — С чёрным юмором: и это у меня хорошо получается.

— Намного лучше! — оценила Эньяла, одобрительно кивнув.

Грози торопливо, но ужасающе медленно, потянулся и коснулся визора на голове. Оранжевый экран быстро увеличился, скрыв его голову целиком, как делают на тех-броне.

— А… — Илена поняла, что сказать ей нечего. Тогда она решила обратиться к азари, похоже, сумевшей как-то найти общий язык с элкором: — А что насчёт тебя, лейтенант? Есть, что поведать галактике?

— Не думаю, — ответил Эньяла, вновь сосредотачиваясь на проверке герметичности скафандра. Она сжала кулак, тот зловеще засветился синим от активной биотики. — Мы высаживаемся. Мы убиваем. Такая вот работа, — она посмотрела на Илену тёмными глазами, даже без тени веселья. — За это ведь нам и платят… не так ли?

— Верно, — согласилась Илена, запнувшись на мгновенье. Она повернулась к дрону с камерой и пробежалась по экрану инструметрона, выключая запись. — За это нам и платят.

Личный журнал Даро'Ксен

Запись 9:03:921

Адаптация новых рекрутов Затмения к работе с обязательной поддержкой дронов идёт полным ходом. В приложенном файле будет список бойцов, демонстрирующих наиболее тесное знакомство с ведением боевых действий при участии роботов. Список я планирую составить, завершив эту запись и попутно разобравшись в своих мыслях.

Свою тактику мы строим, основываясь на примерах родительской организации Затмения, Икс-ком. На Арктуре у меня была возможность учиться у лучших преподавателей, я получила немало сведений о том, как люди используют роботов в боевых действиях. Как я и предполагала, степень автоматизации в их подразделениях очень велика. В некоторых случаях они применяют ИИ, хотя всегда узко-специализированные и жестко привязанные к своей платформе, что исключает возможность копирования или распространения. Так же у них существуют, и вероятно применяются в боях механизированные (кибернетизированные) люди, которые сами становятся платформами для иных программ. Таких называют «цифровыми ассистентами». Я припоминаю ранние кварианские эксперименты по соединению с гетами типа Форма-шесть-Ранно, как часть большей программы само-механизации, которая занимала нашу расу до войны.

Однако с подобными людьми я знакома крайне слабо. Более распространено применение ВИ. Я не удивилась, узнав, что люди широко используют мехов для помощи и даже для полного замещения некоторых функций на поле боя. Похоже, только применение псионики остаётся стопроцентной вотчиной людей. Людей с такими способностями я бы назвала «контролёрами» или «командирами».

Майор Шепард, к примеру, как раз человек-контролёр. Её псионические способности позволяют ей вести и координировать других людей, но вдобавок и управлять автономными платформами. Причина тут в гиперволновой технологии людей, а ключевой её компонент — некие необычные кристаллы. Люди хранят большие запасы этих кристаллов, не только как средство для взаимодействия с техникой, но и каким-то образом применяют их в качестве оружия. Есть целый склад на Арктуре, где тысячи таких кристаллов лежат в транспортных капсулах. Они служат для соединения одарённых псионикой людей и их техники посредством гиперволн, и я пока лишь пытаюсь понять, как работает этот механизм.

С практической точки зрения, мы можем говорить, что «люди контролируют свои машины силой мысли». Это очень приблизительная и сугубо предположительная оценка, но она согласуется со всем, что я наблюдала и что узнала о них. Но всё не упирается только в эти кристаллы — я не видела, как их активируют, и не представляю, как их используют отдельно — люди используют и более традиционных роботов.

В первую очередь, это, разумеется, дроны, о них я уже писала много раз. Эти устройства имеют сравнительно небольшую автономность, но используются в виде роя, для поддержки людей и более крупных платформ. Наша версия устава Икс-ком предусматривает выделение от двух до четырёх дронов для полуавтономного сопровождения каждого инженера в отделении. Этого недостаточно для оптимума, если в качестве примера брать людей, где столько же дронов придают вообще каждому из живых бойцов, но большая часть рекрутов Затмения лишена навыков тренированного инженера или телепатического интерфейса людей. Пока что, по мере развития отряда, мы должны суметь снабдить хотя бы одним дроном каждого оперативника Затмения, что резко увеличит огневую мощь подразделения. Этот вопрос ещё требует дальнейшего изучения.

Но вернусь к первоначальной теме.

Люди используют и платформы крупнее дронов. У них есть скрытные «искатели», чья ловкость и подвижность оставляет далеко позади самого манёвренного из наших гетов. Похоже, их используют в качестве альтернативы, как вариант замены одного или нескольких дронов сопровождения. Хотя и неспособные чинить иные механизмы, искатели могут исчезать благодаря уникальной системе маскировки, и в таком виде вести разведку или атаковать одиночные цели. Виден очевидный потенциал для деморализации и запугивания противника.

Так же применяются «кибердиски» Мне даже посчастливилось наблюдать, наверное, самый странный технический процесс из всех с участием данных машин. Незадолго до моего отбытия, доктор Вален любезно прислала мне приглашение посетить лабораторию, в которой я раньше не бывала. Конечно же, я явилась незамедлительно, внутри же меня ожидал рой парящих кибердисков. На мгновение, я перепугалась, собиралась уже бежать, но наткнулась на свою наставницу, доктора Вален. Она быстро развеяла опасения и «представила» меня этим дискам. В эту странную лабораторию мы вошли вместе. Там было огромное множество кибердисков и их хозяева.

В этой загадочной лаборатории я… Полагаю, что я наблюдала за родами, в каком-то смысле. Кибердиск… я не могу подобрать лучшего слова, наверное «размножался почкованием». Второй, меньший, диск отделялся от первого, словно плод растения. Позже мне объяснили, что на маленьком диске тестируют внедрение технологий эффекта массы. До того дня я предполагала, что эти машины собирают, но теперь я думаю, что они рождаются, подобно живым организмам. Был ли это единственный родитель, или их было несколько, или все они определяли характеристики следующего поколения — я не могу сказать. Но похоже на то, что эти диски в меньшей степени устройства, и в большей — синтетическая форма жизни. Не думаю, что я смогу забыть, как доктор Вален держала маленький кибердиск, рассматривая его со всех сторон, а остальные гордо гудели рядом. Возможно, мне всё это просто показалось? Должно быть, глупо одушевлять колонию неотличимых и безликих серебристых машин.

После настолько удивительного и нереального события, знакомство с более обыденными машинами из арсенала людей меня как-то даже успокаивало. Первая называется «мехтоид», можно считать её вариацией МЭКов, о которых я писала раньше. Однако если МЭКом управляет человек, здесь в качестве органической основы служит сектоид. И насколько у меня сложилось впечатление, мехтоиды считаются куда более заменимыми, расходным материалом по сравнению с МЭК, что ещё раз отражает строго подчинённые отношения между сектоидами и людьми. Тем не менее, производство скафандров для мехтоидов и их функционирование, как и в случае с МЭК, не выглядят настолько пугающе чужеродными.

Так же мне довелось видеть малогабаритный танк, или иначе танк поддержки. Его классифицируют как «Сверхтяжелую машину пехоты» или СМП (SHIV) если я не ошибаюсь, но относятся к ней как ещё к одному заменяемому дрону. Большому и чрезвычайно мощному дрону, стоит отметить. Если и когда Цитадель узнает о людях, их степени автоматизации и самомодификации, мне страшно подумать, какой будет реакция. На первый взгляд, люди крайне похожи на азари, и в некоторых отношениях это действительно так, но очень многое, из обыденного для них, по меркам Цитадели строжайше запрещено. В последнее время это беспокоит меня всё больше.

Действительно ли в лучших интересах кварианцев пытаться заслужить прощение Цитадели и вновь влиться в общее галактическое сообщество? Дебаты об этом во флоте ведутся очень давно, почти так же давно, как обсуждения, когда и как нам вернуть Раннох. Более того, возможно все разговоры о возвращении Ранноха так устойчивы и живучи во флоте, потому что больше нам идти просто некуда. Или Цитадель после сотен лет простит нас и подарит новую родину, или мы вновь упрёмся в старый тупик и попытаемся вернуть настоящий родной мир. Как не посмотри, а, похоже, что нас ожидает сражение. Сражение, в котором нам не удастся ни выжить, ни победить.

Если людям суждено вступить в конфликт с Цитаделью, а в этом я уверена, несмотря на все их намерения и их усилия, какое решение сохранит расу кварианцев? На это влияет слишком много факторов.

Однако пока что я полностью сосредоточусь на своей работе в Затмении. Какой бы идиоткой Илена не была, она на самом деле компетентна как коммандос. Предки ведают, как такое возможно, однако это факт. Или же её удача просто сверхъестественна. Но с нами так же Шепард и другие люди. Прежде всего, моя судьба связана именно с ними со всеми. Затмение развивается, так же буду развиваться и я, а вместе со мной это означает и развитие всей нашей расы.

Завтра я лично буду наблюдать за боем и проведу диагностику всех дронов до последнего. Ошибки недопустимы. Я не питаю любви к этим работорговцам и преступникам, но важнее — мои дроны и моё оружие должны получить качественную демонстрацию.

Есть ещё одна причина, почему я взялась за эту запись.

Один из новых рекрутов — турианец — столкнулся со мной несколько человеческих часов назад, когда я ещё была занята подведением итогов работы. Он велел, чтобы я «свалила с дороги» и назвал меня «крысой в скафандре».

Крысой в скафандре.

Как же я ненавижу это выражение.

Должна признать, мне отчаянно и искренне хотелось искалечить его прямо там на месте за его слова, но этот поступок не был бы ни мудрым, ни дальновидным. Я не крыса в скафандре. Я Даро'Ксен! И этот турианский глупец и глазом моргнуть не успеет, как я уже буду одной из самых могущественных женщин в этом жалком секторе космоса. И лучше бы ему дожить до этого момента. Дожить до того, как я запихну его в скафандр и запечатаю снаружи. Тогда мы посмотрим, кто из нас крыса в скафандре…

Глава 10

— Итак, что вы думаете? — спросил батарианец-управляющий, уверенно сложив руки за спиной. — Не забывайте, господин: это мясное ассорти было подобрано исключительно для вас, основываясь на ваших предыдущих заказах. Мы гордимся тем, что добились девяностошестипроцентной совместимости клиента и его будущей собственности. Я более чем уверен, что вас удовлетворит любой из представленных здесь продуктов.

— Да вы прямо молитесь на свою ВИ-программу подбора совместимости, — ответил второй батарианец, проходя по комнате. — Я не знаю, пока меня всё это не убедило. Как компьютер может заменить настоящий инстинкт хозяина?

Он ворчал, меряя босыми ногами покрытый плиткой пол, шаги звучали мягко и приглушенно. Одет он был в бело-золотую мантию касты Облаков, расширяющуюся к низу и доходящую до щиколоток.

— Дед меня бы розгами выдрал, услышь он, что компьютер выбирает мне домашнего раба, — закончил батарианец в мантии свою мысль, коротко фыркнув.

— До шестидесяти процентов хозяев жалеют о своём выборе уже через два цикла, — проинформировал второй батарианец, одетый более формально и продолжающий держать руки за спиной. — С нашей системой процент удовлетворённых клиентов выше девяноста, даже после тех же самых двух циклов. Господин, можете ли вы сказать, что каждый раб, купленный по велению инстинкта или по первому впечатлению, был удачным приобретением?

— А ты… дело говоришь, — проворчал батарианец в мантии, всё-таки соглашаясь. Он вновь прошлёпал ногами по полу, обходя представленные на его суд товары во второй раз. Всё это время он хмыкал и что-то бормотал, будто никак не мог принять решение. — Хочу посмотреть их без одежды, — решил он, наконец, после минутных раздумий.

— Разумеется, господин, — ответил второй батарианец, слегка улыбнувшись. Скомандовал, глядя на четыре представленных товара: — Раздеться.

Ниена даже не колебалась, сразу распустив завязки своего платья. Простое белое одеяние, подогнанное специально под неё, упало к ногам. Слева и справа от неё две девы азари сделали то же самое, не возразив ни словом. Четвёртый, мальчишка-саларианец, опустил глаза, прежде чем начать раздеваться. Никто из них даже не вздрогнул, когда батарианец в мантии приблизился на расстояние вытянутой руки. Никто не посмел шевельнуться, когда он начал щупать их и рассматривать со всех сторон.

— Мой последний саларианский мальчик умер в прошлом году, — проворчал батарианец грустно, разворачивая саларианца чтобы осмотреть со спины. — Ты ведь знаешь, они вообще долго не живут? — обратился он к работорговцу в костюме, продавец понимающе кивнул.

— Это так печально, — посочувствовал тот, но Ниена знала, что искренности там нет ни капли. Их, так называемый, хозяин сделает всё, чтобы продать свой товар. Она уже видела и слышала всё это раньше.

— Всё неплохо десять циклов, или даже двенадцать… и вот они уже или слишком старые, или слишком истрёпанные — продолжал сокрушаться батарианец в мантии. — Думаю… наверное, ещё слишком рано завести себе нового. Хотя мальчик этот очень приятный, — он отечески потрепал дрожащего саларианца по шее. — Однажды ты сделаешь какого-нибудь батарианца очень счастливым. Нет, нет, нет! — воскликнул он, переходя к девушкам. — Лучше будет купить себе азари. Ты ведь знаешь, что я давно себе такую хочу? Они не такие хрупкие, как эти оранжерейные цветочки-саларианцы.

— Разумеется, господин, — работорговец не стеснялся быть угодливым. — Все три товара перед вами в отличном состоянии, они входят в двадцать процентов наших самых лучших.

— Отличное состояние — это хорошо!

— Без сомнения, господин.

— Хм-м. Вот эта неплоха, — отметил батарианец в мантии, указав на девушку слева от Ниены. Он легко схватил её, словно куклу. В конце концов, азари была меньше него раза в два. — К тому же молодая! Очень молодая! Ты ведь знаешь, я люблю их помоложе.

— Разумеется, господин

— Правда, она фиолетовая? — похоже, цвет его разочаровывал. — Даже если её слегка отбелить, всё равно она слишком фиолетовая. Ты ведь знаешь, мне нравятся синие.

— Да, господин, — согласился работорговец всё так же учтиво, — но азари младше тридцати всегда редкий и ценный товар, вне зависимости от окраса.

— А сколько точно этой?

— Шестнадцать, — ответил батарианец в костюме, даже не задумавшись. — Самая младшая у нас, дочь рабыни с Кар'шана.

— Невинная?

— Её ещё никто не касался, господин.

— О! О, прямо искушение, — батарианец поставил азари обратно на пол и отпустил, не забыв по пути погладить хрупкие плечи и руки. — Хорошо сложена, невероятно хорошо.

Затем его четыре глаз остановились на Ниене, он встал рядом, возвышаясь над ней. Настолько близко она могла даже видеть его мантию насквозь, рассмотреть золотое шитьё и почти неразличимые нити электронных схем внутри ткани. Она зажмурила глаза, надолго, пока не почувствовала как рука вцепилась ей в шею и челюсть.

— Цвет океанской синевы, — оценил батарианец, обнажая в ухмылке характерные, похожие на иглы зубы. — Мой любимый цвет. Прямо как лавовые лагуны на юге Кар'шана. Сколько ей?..

— Восемнадцать или девятнадцать, мы полагаем.

— Невинна?

— Да, господин

— Восемнадцать, это уже не шестнадцать… эта уже старовата… — Ниена отвела глаза в сторону, пока рука батарианца ощупывала её ключицы. Вдруг её голову с силой повернули влево. — А это что такое? Шрам?

— Это так, господин, — признал работорговец с фальшивой грустью и тоской. — Она пострадала во время поимки. Мы вылечили всё остальное, разумеется, но шрам на щупальце… ну, — он повторил слова клиента, — вы ведь знаете, что это значит.

— Понимаю, да, — Ниене пришлось смотреть в грудь батарианца, когда тот водил рукой по её щупальцам, пробуя на ощупь текстуру, пока не добрался до длинного шрама на её скальпе. — Какой позор. Кто мог испортить столь прекрасное создание? Просто преступление. Наверняка какой-то тупой громила постарался!

— Именно так, господин.

— Нет у них ни представлений о приличиях, ни чувства прекрасного, — возмутился рабовладелец в мантии. Он отступил на шаг, чтобы разглядеть третью девушку. — Я думаю, что… — вдалеке что-то прогремело, пол слегка качнулся под ногами, заставив его замолкнуть. — Что это было? — спросил батарианец, выразив общую мысль. Он обернулся к работорговцу. — …это землетрясение или что?

— Нет, господин… подождите, я сейчас, — развернувшись, батарианец в костюме вышел из комнаты.

— Как странно, — заметил покупатель в мантии со смешком. Протопав к чаше с благовониями, он раздул пепел и глубоко вдохнул аромат. Рядом стояло кресло: позолоченный трон для уважаемых клиентов, чтобы можно было полулёжа обдумывать покупки и взвешивать жизни, что скоро будут им принадлежать. Их потенциальный «хозяин» в мантии, имени которого Ниена не знала — и не хотела знать — успел дотянуться до подлокотников кресла, когда земля вздрогнула вновь.

— Да что тут творится?! — воскликнул батараинец, и лишь на мгновение Ниена увидела на его лице новое, незнакомое ей выражение. Все его глаза смотрели в разные стороны. Она даже предположила, что, возможно, так у батарианцев выглядит страх. Она никогда раньше не видела ни одного напуганного хозяина рабов.

— Что это сейчас было? — спросил рабовладелец с отчётливым беспокойством. — Здесь такое часто случается?

— Н-нет, господин, — ответил саларианец, слегка осмелевший, когда батарианец не пожелал его купить. — Никогда. Д-данный регион т-тектонически стабилен и…

Донёсшийся в третий раз грохот заставил батарианца вскрикнуть. Но задать новые вопросы он не успел, в комнату вновь вошел работорговец. Его тело было напряжено, а глаза бегали влево и вправо.

— Господин, — произнес он торопливо, — пожалуйста, следуйте за мной, господин.

— Зачем? — огрызнулся батарианец в мантии, вся ситуация ему не доставляла удовольствия, и это его злило. — Что тут происходит? Я требую ответов!

— Мы, то есть наша организация… — продававший их «хозяин» в костюме впервые не смог сразу найти слова. Не отводя от него взгляда, Ниена нагнулась за своей одеждой. — Господин, у нас возникла проблема.

— Проблема? — прорычал покупатель непонимающе. — Какая ещё…

Выключился свет, быстро сменившись слабым оранжевым резервным освещением. Где-то на территории комплекса взвыла сирена.

— Господин! — уже умолял торговец, жестами веля следовать за ним. — Прошу вас! У нас нет времени!

— Д-да, да, — согласился батарианец в мантии. — Хорошо! Выводи меня.

Батарианец в костюме повёл его наружу. Не зная, что им следует предпринять, три азари и саларианец последовали за ними, или успев одеться, или, в случае младшей из девушек, не утруждая себя этим. Верхние этажи виллы выглядели богато украшенными и изящными: просто образец безмятежности и культуры, словно кусочек касты Облаков с самого Кар'шана. Залы с колоннами и журчащие вырезанные из камня вручную фонтаны абстрактных форм резко контрастировали с общежитиями на нижних этажах. Не говоря уж о содержимом других зданий, где рабов обучали и готовили ко всем заботам и сложностям их новой жизни.

Сейчас их «хозяева» по некогда тихой вилле носились в панике.

— Что происходит? — саларианец был растерян и напуган. — Я не понимаю.

— Ш-ш-ш! — шикнула на него младшая азари. Она следовала за своими спешащими хозяевами, словно комнатный варрен.

— Они во дворе! — проорал батарианец в броне остальным, жестом указав направление. — Во дворе, придурки! В ту сторону!

— Храни нас Свитки… — пробормотал один из них, пробегая мимо.

— Грёбанное Затмение! — выругался другой.

— Затмение? — спросила старшая из трёх азари, до которой покупатель так и не дошел. Она даже начала улыбаться. — Затмение здесь?

— Это название что-то подразумевает? — первым за её слова уцепился саларианец, чего и следовало ожидать. — Затмение — небесное явление, но у данной планеты нет спутников, достаточно больших, чтобы закрыть свет звезды этой системы. Основной смысл маловероятен. Возможно, подразумевается прозвище? Наименование организации? Вероятно, пиратский клан?

— Не останавливаться! — прошипела голая азари, подбежав к саларианцу и схватив его за мягкий рог. Она потащила его за собой, явно нахватавшись привычек от своих владельцев, тем более что ничего другого она в жизни и не видела. — Не разговаривать!

— ЧТО?! Они посмели уничтожить мой корабль! — внезапно проревел их несостоявшийся хозяин в мантии. — Да я с них за это шкуру спущу!

— Мы должны добраться до экстренного убежища, — сказал продавец в костюме, не похоже, чтобы он переживал из-за потери своим клиентом транспорта. Буквально силой он заставил покупателя пройти мимо лифта из золоченого стекла — поверх которого сейчас мерцало какое-то предупреждение — дальше к винтовой лестнице. Второй батарианец зарычал при виде ступенек, но, тем не менее, начал спускаться, подобрав полы мантии и наклонив голову. Так и не понявшие, куда им следует идти, четыре раба последовали за ним. В конце концов, до этого им приказали держаться ближе и всеми силами заставить клиента их купить.

— Это просто недопустимо! — жаловался тот, спускаясь к нижним этажам виллы. — Как они вообще проникли в эту систему? Идиоты, что же у вас за планетарная-то оборона такая, ни на что не годная?

— Мои глубочайшие извинения и сожаления, господин, — пробормотал работорговец торопливо, фальшь в его словах была явственнее с каждым новым словом.

— Я ожидаю полного возмещения мне не только стоимости корабля, но и стоимости всей потерянной собственности, что была на борту! И компенсацию за моральный ущерб!

— Разумеется, господин.

— Пираты Затмения так глубоко на территории Гегемонии? Отвратительно.

— Согласен, господин.

— Я надеюсь, вы уничтожите этих отродий? Ваша охрана должна быть лучшей из тех, что можно нанять.

— Это так, господин.

— Тогда мы в безопасности, так?

— Нам ничего не угрожает, господин.

В этот момент вздрогнуло всё зданием, два хозяина и четыре раба не удержались на ногах. Теперь толчок был куда ближе и куда сильнее. Где-то рядом… где-то совсем рядом была та цель, по которой били снаружи. Медленно поднимаясь на ноги, Ниена всё ещё ощущала, как удар буквально отдался эхом в костях. Их «хозяин» в костюме потянулся под одежду, извлекая оружие. Ниена сразу его узнала. Из такого же то чудовище убило её родителей. Не то же самое оружие, конечно, ведь это невозможно, но точно такое же. Ниена до сих пор помнила ощущение его веса в ладонях, и как из него она палила в тварь, оставившую её без родителей.

— Поторопитесь! — скомандовал батарианец в костюме, они побежали по ступеням быстрее.

Только чтобы остановиться перед уничтоженным пролётом.

— Проклятье! — прошипел работорговец, быстро разворачиваясь и пинком открывая ближайшую дверь. — Сюда.

— Свитки! Небеса! Что же нам делать? — другой, в мантии, буквально сжался, увидев за дверью огонь и дым. — Я туда не пойду!

— Пойдешь, — прорычал торговец, всей любезности и угодливости как не бывало. Схватив клиента за плечо, он силой поволок его за собой. — Держись за мной и не высовывайся.

— Да кто… ты вообще такой?

Батарианец проигнорировал вопрос, оглядывая помещение через прицел оружия. Возле одного из его правых глаз выдвинулся визор, торговец двинулся вперёд, медленно и осторожно. Весь этаж превратился в руины. Ниена редко бывала тут раньше, но мимо несколько раз проходила. Их нынешние «хозяева» работали здесь. Теперь повсюду валялись разломанные столы, детали различного оборудования, и всё это накрывали плотные расширяющиеся облака чёрного дыма.

— В-в-вм-м-м, — со странной трелью рядом с ними появилось что-то маленькое и серое.

— Провалиться мне в четыре пекла, что это?! — изумился батараинец в мантии при виде выплывающего из дыма силуэта, напоминающего большое насекомое.

— Пригнись! — второму изумляться было некогда. «Непонятное» он мгновенно назначил «враждебным» и сходу открыл огонь. М-4 «Сюрикен» почти не дёргался в его руках, и хотя дрон и попытался уклониться, но пули всё равно доставали его. Точность торговца была безупречной, щиты робота быстро замерцали, а затем погасли.

Но выстрелить до этого он успел. Заряд… чего-то… мелькнул в воздухе, как вспышка, а через секунду поврежденный дрон взорвался.

— Дерьмо… — выругался батарианец в костюме, присевший за декоративной колонной. Оглянувшись, он прорычал: — Я же велел тебе не высовываться.

— Что-то я не очень хорошо себя чувствую… — пробормотал их несостоявшийся хозяин в мантии, прижимая руки к животу, — …ты ведь знаешь… — пошатываясь, он отступил на несколько шагов, мимо четвёрки рабов. Ниена видела, как из-под пальцев этого «хозяина» текут целые потоки красной крови, собираясь в лужи на полу.

— Нет, — прошептал он, упершись спиной в стену. — Нет. Это же?.. Нет. Быть не может.

Он не сумел удержать петли и жгуты, начавшие проскальзывать сквозь пальцы. Они упали к его голым ногам, как платье Ниены, когда ей велели раздеться. Вот только он не смог удержать в руках свои внутренности. Батарианца буквально выпотрошило, между его пальцами в глубине до сих пор что-то тускло тлело янтарным цветом. Из широкой дыры в его животе начал подниматься дымок.

— Я… я не могу. Это не… что? — больше рабовладелец ничего не сказал. Его голова задёргалась на шее, как червяк на крючке, батарианец хрипел и бормотал что-то невнятное.

Похоже, сегодня ему уже будет не до покупок.

— Хозяин! — взвыла голая азари, кажется, она была искренне расстроена. Спрятав лицо в ладонях, она начала раскачиваться и причитать: — Нет. Нет! Кто же нас тогда купит?

— Не он, — заметила старшая из них.

— Восхитительно, — оценил саларианец.

Ниена, с другой стороны, впервые за долгое время позволила себе улыбнуться. Одним из этих стало меньше.

— Итак, Затмение, — произнёс Рекс, кидая кусок завёрнутой в фольгу рыбы на искрящийся электрический гриль. Тела Вазир откинулась в плетёном кресле, глядя как кроган неторопливо отходит от гриля и поднимает большую металлическую канистру у стены кичливого особняка Буррно Тродокса. Мастер боя нажал пару клавиш на боку канистры, подставил пластиковую чашку под струю прозрачной жидкости.

Вернувшись тем же ленивым шагом, он занял второе кресло за столом, напротив Спектра азари.

— А мне ничего не нальешь? — Тела хмыкнула. — Это просто невежливо.

— Тут десятипроцентный метанол, — сообщил Рекс, поднимая свою чашку. — Могу и тебе плеснуть, да только ты ослепнешь.

— Ладно, — проворчала Тела, терпеливо дожидаясь, пока кроган сделает первый глоток своего пойла. — Так что ты там говорил? Про Затмение?

— Затмение, — повторил Рекс, кажется, ему нравилось выдавать ценную информацию по капле. — Я никогда не слышал о них до того, как мы столкнулись на «Харсе». Когда нам сказали, что корабль атаковали азарийские коммандос… — Рекс добродушно хохотнул, наслаждаясь погодой и компанией, — …ну, мы оба ведь с ними сражались раньше. Ты, должно быть, убила нескольких. Я убил нескольких. Мы знаем, чего от них ждать.

Тела Вазир провела языком по зубам, тихо недовольно кашлянула.

— Более-менее, — согласилась она. — Это точно как с кроганами. Ты убил нескольких. Я убила нескольких. Мы знаем, чего ожидать.

— Именно! — Рекс только кивнул, его это совершенно не задело.

— И что же было дальше?

— Это были не коммандос азари, — сказал он, ещё раз лениво пригубив свой метаноловый коктейль. Тела сделала удивлённое лицо, но промолчала, ожидая продолжения. — Это были азари, несомненно, но не коммандос, — в этот раз он решил даже поделиться деталями: — Они сражались скорее как кроганы. Как тяжёлая пехота. Их броня не только выглядит массивной… — Спектр, как и все азари, конечно же видела кадры с наёмницами в чёрно-фиолетовом, и оценила их габаритные бронескафандры, — …она вдобавок ещё и крепкая, Вазир. Их щиты меня не впечатлили, но даже после их отключения эти дамочки не пытались сразу спрятаться ради перезарядки. Они просто продолжали наступать, а их броню не брали даже прямые попадания.

Рекс указал на свой глаз, пересечённый шрамом.

— Я видел, как оглушающий заряд из батарианского «Палача» просто срикошетил у одной от нагрудной пластины. Даже не вмяв её. Взял и отскочил, не пробив, — он поболтал метанолом в своей чашке, продолжая историю. — Тот батарианец наверняка подумал, что у неё поднят биотический барьер… которого там не было. Я вообще не видел, чтобы кто-то из них пользовался биотическими барьерами. Ты не хуже меня знаешь, что оглушающий заряд делает с биотическими барьерами, так что это и не помогло бы. Даже без основного повреждения, этот выстрел должен был свалить её.

Тела Вазир медленно кивнула, за много лет ей перепадала своя доля оглушающих зарядов. Как у азари, а тем более у Спектра, её биотический барьер был высшей категории. И она хорошо знала способы борьбы с биотиками, которые применяют не-биотики, обычно инженеры и солдаты. Оглушающий заряд, сбивающий тебя с ног, это всегда очень неприятно.

— Выстрел срикошетил? — уточнила она. — Ты уверен?

— Я же говорю, я сам всё видел, — Рекс хохотнул вновь, глядя вверх, в ясное небо над батарианской виллой. — Оглушающие заряды легко отследить. Он срикошетил. А та азари только покачнулась. И просто продолжила бежать.

— Биотический рывок?

— Нет, просто обычный бег, — Рекс помотал головой.

— А тот батарианец…

— Он прятался за металлическим ящиком. Она этот ящик пнула.

— Она его пнула? — Тела подумала, что ослышалась.

— Она его пнула ногой и заставила повернуться, — допив, Рекс поставил свою чашку на стол и щёлкнул по ней пальцем. — Примерно так, оттуда раздался хруст, словно пара палок сломалась. Я глянул, этого батарианца раздавило ящиком, полтела снаружи, а полтела под ним. Она даже контрольный выстрел делать не стала, просто пнула ящик второй раз, уже наверняка. Звук был, словно пыжака переехали.

— Сколько весил тот ящик?

— Килограмм так двести сорок.

— Это…. Невозможно, — возразила Тела. — С биотикой ещё может быть…

— Никакой биотики, чистая сила.

— Повторяю — невозможно.

— Эта же азари оторвала металлическую панель от стены голыми руками… эта же азари подняла меня за яйца и долбанула в пол так легко, как ты швырнула бы саларианца, — продолжил Рекс, глаза его смотрели на Спектра уверенно, профессионально. — Я сошёлся с ней на кулаках, Вазир. Она мне сломала три ребра. А в какой-то момент она вцепилась в мой щит. Думаю… она хотела… она собиралась оторвать его и забить им же меня до смерти, — Рекс поднял руку, коснувшись могучего красного щита: его толщина и размеры показывают возраст и силу крогана. — Поверь мне на слово, Вазир. Это была не коммандос, и это была не обычная азари, — видя сомнения во взгляде Спектра, он наклонился через стол. Широко усмехнувшись, показал на свои десны… и на дырку в частоколе зубов. — Она это сделала голыми руками.

Тела тоже придвинулась ближе, изучая дыру в жемчужной и зубастой кроганской улыбке. Без сомнения, зуб ему выбили. На его месте из десны уже начал расти новый, но старый мастер сейчас ей не врал…

— Как? — изумилась Вазир, вновь откинувшись в кресле и сложив руки на груди. Сказанное ящером было безумно. Ни одна азари не пойдёт в рукопашную против крогана. Если комбинировать обычные удары с биотикой… ещё может быть… но какая маньячка на такое решится? — Ты уверен, что это была азари? — спросила Вазир осторожно. — А не… гет или мех?

— Определённо азари, — ответил Рекс, вновь пряча свои острые зубы. — В бою я мельком видел её лицо. Оно было… бледным, но это было лицо азари. И когда я бил её в ответ, она была мягкой там же, где любая азари. Разница в том, что это её не вырубало.

— Значит, они сильные, — подвела итог Тела, — но никакой базовой биотики, барьеров или толчков?

В отчёте Рекс упоминал, что они пользовались каким-то странным искажением, но это было очень необычно — даже для адепта — применять сложные биотические приёмы, забыв о простых. Тела чувствовала ритм биотики в своей нервной системе — у неё толком не получалось даже представить себе азари, которая дралась бы без базового барьера или бросков.

— Тогда как же они сражаются?

Ответ у Рекса был:

— Как движущаяся на тебя стена с пушками.

Чёрно-фиолетовые силуэты возникли среди дымящихся руин, ещё недавно бывших внешним периметром. Бойцы батарианского гарнизона неслись вперёд, чтобы успеть встретить их на внешнем дворе, где сейчас с дюжину рабов проводили ежедневные тренировки под бдительным присмотром хозяев. В конце концов, любой батарианец может купить какого-нибудь грязного вшивого раба у перекупщика из-под полы или по заказу в экстранете. А вот сюда клиенты являлись за хорошо обученной и привлекательной собственностью — самой качественной из имеющейся в продаже. Таким образом, здесь среди персонала даже содержали на окладе небольшой штат физиотерапевтов.

Они же оказались первыми среди погибших — очереди разогнанных эффектом массы пуль начали рвать их в клочья прямо на рабочем месте, когда они приглядывали за пробежкой рабов. Им просто не повезло оказаться не в том месте и не в то время. Даже раньше, чем последнее изрешечённое тело рухнуло наземь, нападающие уже перевели огонь на вторую охранную вышку. Рабы, которых всё это застало врасплох посреди пробежки, с воплями смотрели, как останки надсмотрщиков украшают собой их загон.

Несчастные, оказавшиеся на большой охранной вышке внешнего периметра, погибли следующими.

Огонь издалека снёс кинетические барьеры, палили по ним сразу с двух направлений, от восточного и от северного угла комплекса. Буквально через несколько секунд вышка уже была объята пламенем, снайперы и охранники сгорели заживо, не успев понять, что им делать и в кого стрелять.

Илена двигалась вместе с отрядом Шепард, её кинетический щит мерцал от дыма, разлетающихся в стороны тлеющих обломков, не говоря уж про шальные пули, выпущенные в панике кем-то из гарнизона. По сравнению с людьми, вооружена она была легко, держа в руках стандартную винтовку M-8 «Мститель». Обновив биотический барьер, она рванулась вперёд вместе с двумя людьми на захват платформы, возвышающейся над двором. На ней установили несколько клеток с колоннами, две из них закрывали работающие кинетические щиты. За ними можно было рассмотреть по одной очень слабой на вид азари, прикованной цепями к кольцам в решетчатом полу. Одна смотрела на Илену широко распахнутыми фиолетовыми глазами. Другая хохотала, словно уже сошла с ума.

Эти клетки именовали «Местом наказания». Она о таких слыхала.

Среагировав на псионический сигнал, который Илена не могла ни услышать, ни понять, оба человека резко развернулись, наводя оружие на часового вдалеке на крыше. У одной из людей была снайперская винтовка, у другой — тяжелый пулемёт M-76 «Призрак». Треск первого оружия сопровождался далёкой вспышкой, когда у охранника снесло барьеры. С монотонным рокотом второе оружие накрыло весь угол крыши высокоскоростной смертью. Двадцать, тридцать, сорок пуль размолотили там всё, включая и выведенный наверх кондиционер, за которым прятался противник, весь угол крыши, и перепуганного батарианского снайпера заодно.

— Лиакорус! — сверившись с именем на своём интерфейсе, Илена обратилась к тёмнокожей (под скафандром) женщине, с которой несколько раз пересекалась раньше. — Сержант! Задержись здесь на секунду! Давай сначала вытащим девчонок!

— Разрешите помочь, — вызвалась вторая. Её звали Ким, из людей со светлой кожей, как Илена припомнила. Капрал Ким вскинула свой инструметрон одновременно с Иленой, пытаясь программно отключить барьеры этих клеток для наказаний. Два сопровождающих её дрона — раньше паривших на удалении — приблизились, чтобы привлекать на себя внимание и выстрелы возможного противника.

— Я вас прикрою, — произнесла Лиакорус, её M-76 продолжал рычать, превращая в решето ещё одну охранную вышку поменьше. Два её собственных дрона присоединились к перестрелке, каждый выплюнул по одному светящемуся от жара снаряду. Почти одновременно два человека из другого отряда откликнулись на её беззвучный псионический призыв, безжалостно накрывая цель вихрем огня. Щиты вышки отключились, огонь с трёх направленный сразу наделал в её стеннах дыр.

Ещё одно здание в дальнем конце двора, отмеченное как офицерские казармы, взорвалось, выбросив столб пламени. На секунду отвлёкшись от инструметрона, Илена смогла отследить своих товарищей из Затмения, а по совместительству и из Икс-ком, сначала по тусклым трассам зажигательных пуль из их M-76, а затем и по подсветке встроенной системы распознавания, ещё раз спасибо за это таинственной силе Состава. Тем временем её инструметрон зазвенел, сообщая об успешном взломе.

Щиты клетки отключались, как и у второй после работы Ким. Пока капрал разбиралась с хохочущей азари, Илена протянула руки, пытаясь успокоить вторую, которая была в панике. Она казалась скорее матроной, чем девой, немного выше и крупнее неё — когда над головой засвистели пули обломки, а вокруг начало вспыхивать пламя, она закрыла уши и попыталась свернуться, чтобы стать как можно меньше. Но цепи ей в этом не слишком помогали.

— Эй! — крикнула Илена, хватая женщину за плечи. — Да успокойся ты уже, ладно? Мы пришли вытащить тебя отсюда.

— Вы кто… зачем? Зачем вы здесь? — матрона плакала. Но справиться со своим страхом она смогла. — Вас… вас послала Республика?

— Да, меня послала Республика, — согласилась Илена, увидев искренне удивление на измождённом лице матроны. Та практически не могла поверить, что Республика Азари соизволила отправить коммандос спасти её и таких как она. И как после этого Илена могла сказать ей правду: что их Республика Азари беспокоиться о благополучии её меньше, чем Батарианская Республика здесь?

Но в любом случае, сейчас не стоило останавливаться на этом вопросе.

— Держись, — велела Илена, наклоняясь и хватаясь за её цепи. Кинетический барьер легко взломать и отключить. А эти вот аналоговые цепи… ну, тут уже сложнее. У них даже замка не было видно, чтобы подобрать и воспроизвести к нему ключ. Казалось, они изначально были сделаны, чтобы их порвать, и только порвать.

— Разрешите мне, мэм, — вмешалась Ким, опускаясь на колено и берясь за цепи бронированными руками. Капрал с силой дёрнула их, звенья поддались и разлетелись почти сразу.

— Бронетехника! — предупреждение Лиакорус пробилось через грохот её пулемёта.

— Укройтесь там! — Илена погнала двух измученных азари на другую сторону платформы. Через секунду она спрыгнула рядом с ними, вскидывая М-8 и оглядывая двор через прицел.

Первая батарианская боевая машина — НВ-65, название её примерно переводилось как «гордая боевая колесница» — уже горела и дымила, заваливаясь набок. Три колеса справа были изорваны в клочья, а три на другой стороне продолжали вращаться, заставляя машину кружить на месте. Через секунду взорвалась башня, повиснув на нескольких полосах искореженного металла, словно крышка консервной банки.

Вторая машина пока держалась куда лучше, а за её корпусом укрывался целый отряд бойцов гарнизона. Как и на первом БТРе, на ней тоже была установлена многоцелевая пушка эффекта массы, предназначенная для борьбы со штурмовиками и поддержки пехоты. На данный момент это был самый опасный противник на поле боя. Именно поэтому каждый человек во дворе — и в два раза больше дронов — сейчас заливали огнём быстро проседающие кинетические щиты машины.

Пушка НВ-65 громыхнула, выбрасывая фугасный снаряд.

Выстрел пришёлся в тусклый фиолетовый барьер, не остановившись, но прямо в воздухе резко изменив траекторию. Илена узнала необычный псионический приём, который заменял Шепард биотические барьеры. Он не останавливал снаряды, вместо этого заставлял их лететь мимо — будь то маленькие пистолетные пули или тяжелый фугас из пушки БТР. НВ-65 сделала ещё один выстрел, снова без особого эффекта.

— Красная команда! — крикнула Илена, получив сигнал выдвигаться. — Вперёд!

Стоило щитам БТРа отключиться, как его накрыло взрывом — дымный след ракеты тянулся к массивному силуэту, явно принадлежащему Грози, единственному элкору Затмения. Под прикрытием тяжелобронированного и тяжеловооруженного четырёхногого пришельца, Красная команда Эньялы рванула в брешь, пробитую ветеранами. Второй взрыв добил покалеченный БТР, заставив батарианских бойцов разбегаться от его обломков в поисках новых укрытий. Откинулся люк, пара членов экипажа попытались спастись… вместо этого их встретили пули снайперов и тяжелые очереди «Призраков».

Отряд Эньялы бросился вперёд, разделившись и направившись к двум соседним зданиям. Коммандос азари сияли привычной синей биотикой, пока саларианцы и турианцы вели выборочный огонь. И у них было прикрытие. Каждого бойца сопровождал свой «напарник» — один из дронов Даро'Ксен. А у каждого инженера под командованием их было сразу по три. Хотя общее соотношение роботов и живых бойцов пока не дотягивало, скажем, до отряда Шепард, где каждого человека сопровождали по два дрона, для не являющихся псиониками наёмников это был куда более подходящий вариант.

Серо-стальной рой угрожающе парил над полем боя, паля во всех, кого система распознавания отмечала как противника. Для этого они опирались как на команды своих ВИ и заранее введённые сигнатуры возможных целей, так и на постоянные обновления информации от своих хозяев с земли. Угодья эти были весьма богаты на разные цели.

Работорговцы устроили в этом комплексе своего рода «школу» или «университет» для особенно ценных рабов. За высокими стенами рабов обучали основам их будущей жизни в качестве ценной вещи и предмета статуса. Здесь даже собственный космопорт для приёма частных кораблей имелся. Его Затмение атаковало в первую очередь в ходе стремительного десантирования с орбиты, перешедшего в штурм. Ни одному ублюдку, решившему устроить тут свой грязный бизнес, сбежать не будет дозволено.

Бои продолжались по всему двору по мере того как всё больше бойцов подходило из главного строения комплекса — массивной ступенчатой виллы, похожей на зиккурат. Шепард и остальные люди им не мешали, давая приблизиться и занять позиции во дворе. Дроны вели огонь с небес, распознавая новые цели. Массированный огонь сносил любое укрытие, за которым батарианцы пытались собрать силы для контратаки. От такой плотности стрельбы весь фасад здания уже был изуродован.

Тем временем, бойцы Эньялы начали штурм и захват ближайших зданий.

— Так ты успел заговорить с одной из этих азари?

— Она сказала, что её зовут Шепард, — ответил Рекс, аккуратно разворачивая фольгу и вдыхая запах прожаренной пятидесятилетней зубастой форели. А где-то в особняке Буррно Тродокс до сих пор оплакивал потерю своей элитной рыбы. И отчаяние никчемный батарианский лорд наверняка выместит на каком-нибудь подвернувшемся рабе. Не из тех, которых держат в саду, а на ком-то с кухни или из прислуги. Ни один лорд касты Облаков не захочет показать изуродованного побоями раба своим гостям, в конце концов. Это просто считается невежливым.

— Шеп'ард, — повторила Тела. — Очень смутно похоже на лузианское имя…

Но всё-таки не совсем. Восемьдесят с чем-то процентов имён у азари заканчиваются или на «с», или на «а». Были, конечно, иные варианты, особенно в самых независимых колониях Республики и на пограничных планетах, но «Шеп'ард» просто звучало как-то неправильно. Если вдуматься, Тела вообще не могла припомнить ни одной азари, имя которой заканчивалось бы на «ард». Очень любопытно.

— Не то чтобы мы успели поболтать за жизнь под чай с плюшками, — пояснил Рекс, вынимая довольно большой нож и начиная резать исходящее паром рыбье мясо. — И я это имя тоже не узнал. Звучит как-то не слишком по-азарийски.

— Наше правительство считает, что она одна из изгнанников Дилинаги, — без лишних церемоний Вазир потянулась и ухватила себе кусок нарезанной рыбы. Если кроган не спешит её угощать, то она имеет права взять свою долю и сама. Да и вообще, в отличие от его напитков, это хотя бы не ядовито.

— Дилинаги? — переспросил Рекс, задумчиво хмыкнув. — Одна из ваших матриархов-милитаристов, верно?

— Да, выступала за превосходство азарийской расы, — Тела кивнула. — Кроганов она ненавидела.

— И турианцев, — припомнил ящер. Потому что всегда хорошо, когда кто-то ещё кроме него ненавидит турианцев.

— И турианцев, — согласилась Вазир, отправляя полоску горячего мяса в рот. — Собственно, поэтому её с последовательницами и «попросили» убыть куда-нибудь подальше от цивилизованного общества, с глаз долой. Тевос с остальными думают, что эти из её группы… но все сходятся в мысли, что её самой давно нет в живых. Так долго не живут даже азари. Нет, какой-то другой матриарх стоит за этим… наверняка она ещё была несмышлёной девой, когда им всем указали на ближайший ретранслятор и велели назад не возвращаться, — Спектр облизнула губы и кончики пальцев в бронированных перчатках. Коротко презрительно фыркнув, она ответила: — Илена Таноптис лишь лицо организации. Соплячка одной азари из совета Армали, наверняка её нашли где-то в самой глубокой заднице космоса и быстро приручили. Ты её, кстати говоря, случайно на «Харсе» не встречал?

— Сложно сказать, — ответил Рекс. — Может, и встречал. Я там как-то был немного занят.

— Тевос хочет, чтобы я нашла матриарха, управляющего Таноптис. Посредника эта тема тоже нервирует.

— А если нет никакого матриарха? — выдвинул кроган версию, на взгляд Телы, совершенно наивную.

— Хочешь сказать, что какая-то дева стоит за всем? — Тела высмеяла это предположение. Сама идея была абсурдна. Только матриарх, участвующий в борьбе за власть, может стоять за Затмением. — Она должна быть каким-то гением или блаженной, если так успешно скрывала свою одарённость всё это время. Я на такое не куплюсь.

— Во вселенной много странного случается, — возразил Рекс, отрезая своим необычным ножом ломоть рыбы и отправляя себе в рот. — Но допустим, всё это работа нового матриарха. Дочка Дилинаги, или внучка, или ещё кто. И что ты собираешься делать, когда докопаешься до правды?

— Возможны варианты, — ответила Вазир, позаимствовав ещё одну полоску мяса. — Если с ней можно договориться, Тевос с компанией наверняка пригласят её в свой маленький кружок по интересам. А если нет… или если она одна из… — Тела едва не сказала «ардат-якши», чудом удержалась. Слухи о способностях бойцов Затмения ходили очень подозрительные и настораживающие, — …угроз, то, полагаю, мне придётся избавиться от неё прежде, чем она накопит достаточно сил.

— И как же?

— У меня есть свои методы, — ответила Спектр.

— Я сдаюсь! Я сда…

Грохот автоматического дробовика AT-12 производства Батараинского Объединённого Концерна, оборвал эти мольбы. Ударом картечи бойца отшвырнуло обратно в комнату, тело звучно ударилось о препятствие, стены и потолок окрасились в ярко-красный цвет. Голографический экран модуля ЦЕЛЬ на оружии Эньялы отметил врага как уничтоженного, так же как и все остальные трупы в этих казармах, расчлененные в той или иной степени.

Вообще, этот маленький соединённый с сетью отряда прибор оказался весьма полезным. Все модули отряда были связаны вместе, обмениваясь информацией в реальном времени, поэтому, когда новый враг только появлялся или вступал в бой, о нём уже знало всё подразделение. Даже сейчас голоэкран показывал Эньяле враждебные цели и их вооружение в бою этажом ниже. Тусклые зелёные контуры очерчивали двух союзников, а красные — трёх врагов. Она могла «видеть» их даже сквозь пол.

У Затмения определённо очень интересные игрушки.

Махнув трём своим подчинённым, она направилась дальше по коридору к повороту налево. Что типично для батараинцев, у них были даже отдельные казармы для солдат из разных каст. Офицеры из каст Горы и Холма обитали в куда более роскошных апартаментах — их бойцы Затмения просто подорвали целиком — ублюдки из касты Облаков жили на вилле, словно короли, ну а неудачников из средних и низших каст набивали в тесные каморки, как рыбу в бочки. Настоящий лабиринт из стали и пластика, но Илена и остальные не хотели его взрывать, потому что рабские загоны слишком близко. К тому же ожидалось, что рядовые будут давать отпор с куда меньшим энтузиазмом, видя, что мелкие кусочки их офицеров уже раскиданы по всему двору, а потому зачистку вести будет проще.

Единственная проблема — в такой тесноте сложнее было использовать дронов. Всем в её отряде приписали по одному роботу для огневой поддержки и ближней разведки, а у Менира, их инженера-саларианца, таких было сразу три. В технической броне, освещающей всё вокруг, он шел первым, затем вдруг поднял трёхпалую руку, велев остальным остановиться. Пара его дронов нырнула за угол, их щиты тут же засияли от целого урагана выстрелов со стороны лестничного пролёта.

Дроны быстро дёрнулись назад за укрытие, подальше от опасности, щиты начали быстро восстанавливаться.

— Четыре противника, — доложил инженер торопливо. — Передаю данные.

Эньяла подняла дробовик на уровень груди, её прицел начал передавать тактическую информацию на интерфейс шлема. Сквозь стены и потолок она увидела силуэты четырёх батарианцев: двое залегли, один прижался к углу, а четвёртый стоял чуть поодаль с дробовиком наготове. Сигналов о биотике не поступало, но Эньяла предпочла перестраховаться и записать последнего с дробовиком в такие же штурмовики-биотики, как она сама. Ещё двое из противников были вооружены штурмовыми винтовками ТР-6 от Объединённого Концерна, а у последнего был пистолет-пулемёт M-9 «Ярость».

— Гранаты! — прокричал Менир, все в её отряде бросились за укрытия. Со стороны лестницы прикатился ярко-красный диск, отскочил от порога и взорвался. Кинетические щиты Эньялы вспыхнули, но она и так была вне зоны прямого поражения.

— Дерьмо! — выругалась другая азари. — У них ещё и взрывчатка там есть?

Эньяла подняла прицел и посмотрела через него на потолок.

— План здания, — прошептала она, устройство наложило на экране схему внутреннего устройства казарм.

— Менир, — скомандовала она, кое-что придумав, — отвлеки их внимания. Постреляй, заставь залечь.

— Будет исполнено! — отозвался инженер, доставая собственный M-9. Всё равно большую часть работы сделают дроны. Для них гранаты куда менее опасны, к тому же Илена и та кварианка делали особый упор на то, что дроны заменяемы, а вот живые бойцы — нет. Это было почти… сентиментально с их стороны, но никто не жаловался. Отряды наёмников, которые обращаются с бойцами как с особо ценным активом, были редки, чрезвычайно редки. Эньяла знала это по личному опыту.

— Рена, Тарос, — Эньяла сделала несколько шагов назад и вправо, прежде чем прицелиться вверх. — Команда дронам на огонь. По этой точке. Исполнять.

Подняв оружие, три азарийские коммандос задали ВИ своих роботов ручное наведение на цель. Все три серых меха заняли позицию, корректируя наведение, а затем открыли огонь, одновременно с отвлекающей атакой Менира. Несколько раскаленных снарядов вонзились в потолок один за другим, разбиваясь и превращаясь в плазму, когда тороидальные боеприпасы дезинтегрировались и вспыхивали при попадании.

— Искажение, — скомандовала Эньяла, они втроём накрыли обгорелый участок потолка синим маревом. Металл дёргался, пузырился и тёк под давлением поля.

— Толчок, — велела она, решив, что уже пора. — Сейчас.

Три азари ударили руками воздух, отправив в полёт тройной биотическй заряд, вскрывший потолок. Куски плавящегося и горящего металла засыпали комнату этажом выше, три коммандос последовали за ними. Эньяла возглавила атаку, рванув вперёд и затем выкатившись из дверей очередной комнаты для батарианских солдат.

Четверо на лестнице во главе со штурмовиком попытались среагировать. Биотика сорвалась с руки главного в виде мощного Броска, но Эньяла была готова, взмахнув руками и отправив в ответ Толчок такой же мощности. Два биотических поля встретились, столкнулись вместе и нейтрализовали друг друга. Оба штурмовика, разменявшись биотикой, схватились за дробовики.

Эньяла просто оказалась чуть быстрее.

Её AT-12 отправил три заряда в щиты и броню врага — грудь батарианца просто разорвало, его ответный выстрел ушел куда-то в пол далеко в стороне. Щиты Эньялы яростно замерцали, но она не опустила оружия, а через секунду две другие азари присоединились, нанося два удара биотикой по дезорганизованному врагу. Батарианцы буквально оказались меж двух огней, зажатые между тремя коммандос и инженером с его дронами.

Когда Менир поднялся по ступеням, окруженный своими роботами, под прозрачным забралом шлема можно было рассмотреть невероятно самоуверенную ухмылку. Он отметил:

— Всё прошло просто отлично.

— Продолжаем зачистку, — вмешалась Эньяла прежде, чем подчинённые начали обниматься и поздравлять друг друга. — Боссу нужны головы, или вы про это забыли? У нас ещё уйма работы.

Все были согласны с ней, в той или иной степени. Так что Эньяла просто переключила свой прицел на следующий набор целей.

— Назад! Если я увижу хоть отблеск золотого цвета, все тут сдохнут!

Лизелль остановилась и не стала показываться полностью, только вытянула руку в дверной проём, ведущий в большую комнату для показов. Помахав, она крикнула, привлекая внимания тех, кто внутри:

— Моя рука чёрная, а не золотая! Я пришла поговорить!

— Не пытайся делать глупостей! — потребовал жесткий турианский голос. — У нас есть заложники!

Под шлемом, Лизелль молча закатила глаза — ну конечно у них есть заложники. Иначе, зачем бы ещё она сюда пришла?

— Это точно, — крикнула она за угол, — у вас есть заложники, а значит наверняка и требования тоже есть. Не похоже, чтобы вы хотели просто использовать азари в качестве живого щита, если совсем не припрёт, поэтому давайте перетрём, чего вы хотите на самом деле.

— Ты там главная? — прорычал турианец.

Лизелль уже сообщили, что этаж для показов удерживает дюжина турианцев, а с ними находится раза в полтора больше рабов, плюс не меньше двух продавцов-батарианцев, которых застигли врасплох. Удерживаются батарианцы в заложниках, или помогают сами удерживать заложников — ещё один вопрос, пока не имеющий ответа. Тем временем, турианец уточнил свой вопрос:

— Это ты Таноптис?

— Нет. Но я перед ней отчитываюсь!

Повисла пауза, паникующий пират явно быстро взвешивал варианты, требовать ему встречи с боссом, или и одна из подчинённых тоже сгодится. Лизелль терпеливо ждала, вспоминая всё, что им уже известно. Банда из одних турианцев, к тому же известная ей и раньше: «Когти». Большая часть группировки базировалась на Омеге, в конце концов. Этой мелкой их ватаге не повезло оказаться здесь на поверхности, они выгружали какой-то груз, когда началась атака Затмения. Их корабль просто вырубили, а не разнесли на куски, ещё в самом начале штурма. Вопрос в том, а сами пираты это знают?

— Босс не собирается сворачивать штурм этого заведения, — предупредила их Лизелль.

— Да мне на этих ячча вообще наплевать! — крикнул турианец в ответ, вставив турианское словечко для обозначения кое-чего неприглядного из кроганской анатомии. — Мне нужен корабль и свободный взлёт с этого булыжника. В неприкосновенности! Когда доберёмся до орбиты, я отпущу заложников.

— Ваш корабль раздолбали в хлам, — соврала Лизелль. — Убраться с этой планеты уже не на чем.

— Тогда подгоните другой!

Лизелль глубоко вдохнула и начала считать до десяти.

— Ты меня слышала? — кричал главный у Когтей. — Эй! Ты меня вообще слышишь?

Восемь… семь, шесть.

— Вы обязаны дать нам корабль и коридор с этой планеты, иначе мы казним всех заложников!

Один…

— Ты же главный в вашей команде, так? спросила Лизелль, не показываясь из-за угла. — У тебя имя есть?

Где-то там, в роскошном зале, спрятавшись за большими голоэкранами и столами с едой для право-аминокислотных рас, двенадцать турианцев, отчаянно боялись за свою жизнь. Они все знали репутацию Затмения, даже если и заработали её своими трудами чёрно-фиолетовые азари, а не этот молодняк в золотой броне. Они не знали точно, что с ними будет, но ясно понимали, что ничего хорошего их не ждёт, и единственное, что не даёт ворваться в зал злобным демонам и начать их вырезать без жалости, это полтора десятка заложников.

— Барбус, — ответил турианец. Через мгновенье модуль ЦЕЛЬ на оружие Лизелль вычислил, от кого из замеченных ранее противников идёт голос. Над тусклым красным силуэтом появилась подпись «Барбус». Лизелль покачала головой, сразу с удивлением и восхищением.

«Мамочка могла бы убить за шанс заполучить чертежи таких прицелов», — подумала дева. — «Не то чтобы существует так много вещей, за которые она убить не могла бы…»

— Барбус, — позвала Лизелль, — Ты же из банды Когтей, верно?

— Вы о нас слышали? — кажется, турианцу это польстило. По меркам Терминуса, Когти были бандой очень маленькой, хотя и имели в распоряжении несколько кораблей. Правда, сегодня их стало на один меньше.

— Я слышала про вас, — ответила Лизелль, — и узнала вашу эмблему. Вы же хотите убраться отсюда живыми, правда?

— Если эти азари нужны вам в целости, то и вам бы стоило хотеть, чтобы мы выбрались живыми

— Босс нам велела спасти как можно больше рабов, — сказала Лизелль, а потом добавила металла в голос, как мать, когда один из её клиентов в «Загробной жизни» решался спорить: — Это не означает, что нам нужно спасать их всех.

— Я уже сказал, не пытайся делать глупости, азари! — прорычал турианец.

Через прицел Лизелль видела зелёные силуэты, занимающие позиции над залом и вокруг него. Там было только два выхода, передний и зданий, но чем больше таких прицелов рядом — как та кварианка объясняла на тренировке — тем более точными будут данными и тем чётче будет проекция целей. Красный силуэт Барбуса помялся на месте.

— Ты меня слышишь?! — крикнул он

— А я уже сказала, с планеты вам не выбраться, — ответила Лизелль, её голос стал ещё чуть жестче и холодней. — Босс всё равно бы этого не допустила, даже если бы ваш корабль не выглядел сейчас как лужа остывающего металла. Но у вас есть варианты, Когти. Вариант номер раз: вы складываете оружие, даёте нам вывести и вас, и рабов, а затем мы отдаём вашего главаря Республике. Будет суд, может быть и дерьмовый, но будет — вы же просто шестёрки, всего несколько лет, и снова на свободе.

Барбус не успел возразить, как азари продолжила:

— Вариант номер два: я говорю Боссу, а Босс отправляет сюда своих чёрно-фиолетовых друзей… тех, что вырезали всех солдат на «Славной Харсе», включая шестьдесят с лишним кроганов. Им плевать, будут ли у вас заложники. Они просто разнесут на кусочки весь этот зал и всех внутри. Домой вы уже никогда не вернетесь. И свои семьи никогда не увидите. Даже могилы у вас появятся не раньше, чем мы соскребем ваши ошметки со стен для анализа ДНК, загрузим результаты в экстранет, и все, включая ваших родных и близких, узнают, что вы тут сдохли как работорговцы и пиратское дерьмо.

— У нас тут заложники! — завопил Барбус, через прицел сквозь стену Лизелль могла видеть, что и остальные силуэты в зале нервно задёргались.

— Да плевать мы хотели, — ответила азари холодно. — Мы пришли сюда за головами.

Интерфейс Лизелль фиксировал переговоры на турианском, пусть и тихие, но отчетливые. Эти уголовники боялись. Нужно было добивать их, выбрать нужные слова и зацепить.

— Вы явились сюда продавать рабов, — напомнила она пиратам. — И теперь вы думаете, что они достаточно дорогие, чтобы выкупить ими свои жизни? Если только у вас там нет саларианской далатрэссы, не думаю, что они все вместе будут столько стоить. Ты о своих подумай, Барбус! Хочешь, чтобы все они тут сдохли ни за что? Сейчас я вообще ваша единственная надежда уйти отсюда живыми.

— Заткнись, сука! — проорал Барбус, не дав ей даже закончить. — Чего? Не слушайте её! Не…

Лизелль велела остальной команде ожидать, увидев как два красных силуэта бросились к тому, что отмечен как Барбус. Выстрелов слышно не было, но до неё донёсся явно азарийский крик, вместе со звуками короткой драки. Барбус ругался на языке колоний, а через несколько секунду Лизелль всё же рискнула полностью вылезти из-за укрытия.

Держа в руках пистолет-пулемёт, пусть и направленным пока что в пол, она оглядела зал уже собственными глазами. Что для батарианской архитектуры не редкость, повсюду были колонны, большинство турианских пиратов за ними как раз и укрывались. Столы были перевернуты и свалены в центре зала, чтобы можно было за ними прикрывать любой из двух выходов. Над залом возвышалось несколько платформ с общим переходом между ними, чтобы покупатели могли ходить и выбирать себе собственность, разглядывая её сверху. Пару батарианцев в дорогих костюмах и мантиях сейчас держали на прицеле две турианки. Значит, они всё-таки сами в заложниках.

— Этих двух мы тоже забираем, — заявила Лизелль весомо, указав на на батарианских продавцов. — Сложите своё оружие.

Напуганные, но так и не сломленные до конца турианцы ещё колебались, но затем один из них поднял штурмовую винтовку над головой. Пример был подан, остальные не заставили себя ждать. Лизелль наконец-то смогла выдохнуть. Турианцы никогда так просто не сдаются, и очень редко нападают на вышестоящих командиров вдобавок. К счастью, пираты — народ другого сорта, да и «Когти» были известны «неортодоксальными» методами продвижения по службе. В конце концов, множество турианцев попали в эту банду именно потому, что не считались «нормальными» по меркам Иерархии. Как будто что-то в этой вселенной вообще можно считать «нормальным»?

Лизелль отдала приказ, остальная часть её отряда выдвинулись в зал, беря под охрану и рабов, и пленных. «Когти» не сопротивлялись, а её бойцы не нарушали данного ею слова. Хотя, по правде сказать, только вопрос удобства, что этих турианцев ещё не утопили в лужах их же собственной крови. Честь и слово Лизелль значат очень немного. Если Боссу так сильно нужны головы, она отрежет их хоть у пленных, хоть у честно убитых в бою.

«Правда они тоже с Омеги, а значит, мамочка наверняка про всё узнаёт», — Лизелль усмехнулась от этой мысли. — «Ну, так и ей же хуже»

— Здесь Синяя команда. Зал для показов взят.

— Этот… нож.

Тела Вазир видела, как кроган разделывал им мясо, а теперь, когда от рыбы остались одни кости (и большую их часть кроган тоже сожрал), лучший наёмник Серого Посредника очень тщательно вытирал клинок белой тряпочкой. Поначалу она и внимания не обратила, но теперь, как следует приглядевшись, поняла, что перед ней отнюдь не обычный столовый прибор

— Ты только сейчас заметила? — спросил Рекс, явно мысленно добавив уничижительное фырканье в значении «долго же ты думаешь, азари». Вслух ничего этого не сказав, он протёр той же тряпкой свои здоровенные пальцы, убедился в их чистоте, и крутанул в ладони нож, вежливо протянув Спектру рукоятью вперёд. Он молчал, но тут и так всё было ясно — предлагал самой взять и рассмотреть.

Тела ухватилась за рукоять ножа. Вазир сразу же поняла, что Рекс пытался ей показать, ожидая, пока до неё дойдёт. Совершенно очевидно, что это не кроганское оружие. Рукоять у него просто слишком маленькая, слишком узкая, слишком изящная. А вот к руке Телы он подходил просто идеально — не только длина, но форма, баланс, угол под которым рукоять ложилась в ладонь. Не было ни малейшего сомнения — этот клинок предназначен для азари. Не для салараинцев, не для кроганов, даже не для батарианцев. Это именно азарийский нож!

И означать это могло только одно.

— Это принадлежало им? — определила она, аккуратно беря оружие из ладони крогана. — Не похож ни на один клинок азари, из известных мне.

Рекс явно расслабился, но ничего уточнять не стал, позволив Вазир самой делать выводы.

— Эта форма… изгиб вперёд и слегка напоминает лист, — размышляла вслух Спектр, затем сделала медленный взмах, сначала по вертикали, а потом по горизонтали. — Им можно и резать, и рубить. Ещё он немного тяжелее обычного боевого ножа… но не настолько тяжёл, как кажется.

Она положила большой палец на маленькую слегка изогнутую гарду. Попробовала нанести удар, движение получилось совершенно естественным. Рекс предусмотрительно отпрянул назад, когда она нанесла второй удар, уже посильнее. Тела не могла не заметить, что кроган старается держаться от острия оружия как можно дальше и следит за его движениями внимательно и с опаской. И не потому что это единственный предмет, который удалось добыть у этих азари из изгнания… должны быть и другие причины.

Рукоять была удобной, словно сделанной специально под её ладонь, из упругого слегка пружинящего материала. Обычная смесь резины и пластика, которой легко придать форму, ничего особенного, другое дело — сам клинок. Форма его была необычной… она не видела такой раньше, а ещё он был большим, длиной с её предплечье! Богиня, для чего этот нож вообще предназначен? Молотильщиков потрошить?

Никакого клейма видно не было: ни штрих-кода, ни даты изготовления, ни логотипа корпорации. Ничего, кроме…

— А это что? — спросила Тела, повернув нож в ладони и постучав пальцем по странным символам на металле.

— Не имею представления, — признал Рекс, наклонившись вперёд и положив локти на стол. — Полагаю, что и ты тоже этого не знаешь.

— Нет, — ответила Вазир, разглядывая необычные знаки. Они изящно извивались и перекручивались друг с другом, переходя один в другой и создавая ощущение единого целого. Не слишком и пытаясь понять смысл причудливой надписи — наверняка имя или вообще случайное слово — Спектр протянула палец, чтобы оценить остроту клинка.

Рекс ловко выхватил нож у неё из рук.

— Чего? — Тела отреагировала на его бросок. — Зачем ты это сделал?

— Затем, — ответил Рекс, переворачивая нож обратным хватом и резко вонзая его в стол. Одним плавным движением он потянул оружие к себе, клинок под его рукой пошёл сквозь толстое дерево так же легко, как через рыбье мясо. По пути, выходя из столешницы, он наткнулся на металлическую планку каркаса, но просто перерезал и её.

Затем Рекс воткнул клинок в стол снова, теперь разрезав его до края, и потом сделал это и в третий раз. Если лезвие от этого и затупилось, то внешне это было совершенно незаметно, да и старый мастер, кажется, не прикладывал особых усилий, строгая массивный уличный стол. Только когда его посыл, «даже и не думай трогать остриё», стал предельно ясен, Рекс в очередной раз воткнул нож в стол, и так там и оставил.

— Мономолекулярный клинок! — выдохнула Тела ошеломлённо. Мысленно она отвесила себе пинок за то, что едва не коснулась этого лезвия пальцем. — А что, у этих азари случайно собственной луны вдобавок не было?

Желая лично убедиться, Тела протащила нож в столе, без каких-либо усилий оставив чёткий разрез. Толкнула вниз, остриё прошло сквозь твёрдое дерево так же легко, как через жареное мясо… так же легко оно прошло бы и сквозь (сопротивляющегося этому) крогана или азари. Держа нож почти параллельно столу, она несколько раз аккуратно им взмахнула, снимая тонкую стружку со столешницы длинными полосами.

— Богиня, — выдохнула Тела, разглядывая солнечные блики на клинке. — Да им можно крогана в броне вскрыть, от щита до шаров, — она хмуро покосилась на Рекса. — Я хочу себе такой.

Рекс уставился на Спектра, во взгляде ясно читалось «желаю удачи в поисках, а этот уже мой». А затем он ухмыльнулся, видимо что-то припомнив.

— Если память мне не изменяет, у Шепард таких было два, — любезно просветил он Вазир. — В следующий раз, как мы с ней пересечёмся, можешь попросить один себе.

— Возможно, так и поступлю, — отозвалась Тела, а затем покачала головой. — Таких клинков у неё было ещё и два?

Рекс кивнул.

Тела Вазир только завистливо присвистнула. Мономолекулярные клинки не бывают дешевыми, нигде и никогда. Заточить кромку до толщины в пару молекул при современном уровне материаловедения нетрудно… проблема в том, чтобы она такой и оставалась. Всё и вся притупляет «мономолекулярное» лезвие, даже просто воздух вокруг. Требуется обработка сверхмощными полями эффекта массы, а после уже методом плазменного напыления наносится алмазный нано-абразив — только так можно создать подобный клинок. Были и альтернативы подешевле, вроде перманентной заточки кромки сверхгорячим полем эффекта массы, но это требовало непрерывной работы отдельного мощного источника энергии, вроде инструметрона.

Мономолекулярные клинки были, по большей части, экзотикой — подходящее оружие для слепого юстициара из головидео, ну или для какого-нибудь эксцентричного саларианского охотника за головами. Несколько школ азарийских коммандос обучали применению холодного оружия в ближнем бою, но было их немного, и даже там основной упор делался на биотику для изменения массы клинка. И даже учитывая всё это… кто может позволить себе подобную роскошь? И ещё важнее: кто его вообще сделал? В пространстве Цитадели не так уж много компаний, способных создать мономолекулярный клинок, и ни одна из них не выпустила бы его без серийного номера и клейма корпорации.

— Загадка только стала глубже, — пробормотала она, втыкая нож обратно в изуродованный стол. То, что Рекс ей всё это показал, стоило записать в плюс. Даже если она и чувствовала, что старый Мастер боя оставил при себе некоторые размышления относительно природы Затмения. Но того, что он им выдал, вполне достаточно… пока. — Пакуй чемоданы, Рекс, — приказала она, поднимаясь на ноги. — Мы отправляемся в туманность Орла.

— Итак?

— Один корабль мы восстановим. Остальные слишком сильно повреждены, — ответила Даро'Ксен, ходя кругами вокруг подбитого и разнесённого в клочья БТРа и касаясь закопчённой брони почти что ласково.

Илена сидела на шине ещё дымящегося колеса, валяющегося чуть в стороне от корпуса. Шина была достаточно широкой, чтобы можно было устроиться с комфортом. Штурмовая винтовка покоилась у азари на коленях. Она лишь на мгновение оглянулась, когда очередной взрыв снёс кусок фасада центрального здания, заставив его частично обрушиться. В огне и дыму бойцы Затмения в золотой броне выводили рабов из клеток и загонов.

— А прочее барахло? — уточнила Илена.

— Два штурмовика разбиты вдребезги. Ещё один мы сможем починить. Вся бронетехника, включая и эту машину, годится только на металлолом, — Даро расстроено покачала головой, отходя от сожженного БТР, по пути стараясь не наступать на разбросанные тут и там разнообразные куски батарианцев.

Уперев руки в бёдра и обозревая поле боя, кварианка заметила, недовольно цыкнув:

— Мы только что потеряли ещё один дрон.

— А откуда ты знаешь? — спросила Илена, не спеша вставать. — Что, вот прямо сейчас?

— Конечно, знаю! — Даро рассмеялась в ответ. Учитывая всё происходящее, она была в довольно приподнятом настроении. Кварианка вытянула руку, её четыре дрона закружились рядом, прикрывая от возможных угроз. Причём они изволили даже замедлиться достаточно, чтобы она успела похлопать один из них по «голове»

— Для кварианки с моими навыками управлять этими четырьмя — просто детская игра, — похвасталась она, вновь становясь в ту же уверенную позу. — А поскольку сражаешься вместо меня ты, вместе со всеми остальными, у меня остаётся уйма свободного времени и сил для отслеживания ситуации. В конце концов, я обладаю привилегиями доступа в отношении всех наших дронов. Можно сказать, они в моей ответственности.

— Ты же не позволишь всему этому вскружить тебе голову, главный инженер Ведроголовая? — Илена вопросительно посмотрела на неё.

— Не больше твоего, коммандер Идиотка, — отбрила Даро, разглядывая что-то вдалеке.

— Ты уверена, что будешь тут в безопасности? — спросила Илена. Даро'Ксен ходила практически без оружия, не считая единственного пистолета M-6 «Мясник». Похоже, она искренне верила в возможности своего роя дронов.

— Я в большей безопасности, чем ты, — ответила Даро, указывая на кружащихся роботов. — Меня прикрывают сразу пять кинетических щитов. А у тебя он всего один.

Заметив цветовой сигнал на своём интерфейсе, обе они медленно направились к осаждаемому командному центру.

— Ну вот, теперь я завидую, что не инженер

— Вот это правильно. Завидуй, я имею в виду.

— Однако напомню, что я могу взрывать вещи силой мысли.

— А я могу перепрограммировать твой инструметрон, чтобы он играл песенки из элкорских мюзиклов.

— Какая жестокость, Ведроголовая. И ты бы так со мной поступила?

— Только в порядке самообороны, Идиотка

— Кстати, слышала, там к нам что-то недружелюбное недавно прилетало?

— Просто пара истребителей, корабль перехватил их прямо с орбиты.

— То есть, проблем нет?

— Проблемами являются только батарианские крейсер и фрегат, вошедшие в систему, но до их прибытия ещё полно времени.

Илена пробежалась пальцами по своему инструметрону, включая дрона-оператора. Тусклое свечение активной голографии возникло вокруг её дрона, а через мгновение такое же появилось вокруг роботов Даро. Всего лишь дополнительная маскировка. Целое созвездие маленьких огоньков вспыхнуло внутри шлема кварианки. По мнению Илены, это должно дезориентировать или как минимум слегка ослеплять, но та даже не моргала.

— Узрите же цену неповиновения! — провозгласила Илена в камеру, сжимая кулак и обводя рукой поле боя. — Или, если говорить точнее — цену существования в качестве обожающих Гегемонию пиратов и ублюдков! Смотри, мой верный экстранет, смотри внимательно, и задайся вопросом: кто же виноват в их гибели? Неужели Затмение?

Илена пошла спиной вперёд, очень стараясь не запнуться о лежащие тела.

— Вообще-то да, думаю, это были мы! — она щёлкнула пальцами. — Но вот как же они здесь оказались? Те, кто знают ответ, сейчас сидят в своих роскошных особняках на Кар'шане, забились под одеяло и ссутся в свои мантии от одной мысли о восстании, шагающем по батарианским мирам.

Широко разведя руки, Илена словно пыталась охватить весь горящий и разрушенный комплекс зданий. По её приказу камера сделала поворот на триста шестьдесят градусов, давая зрителям оценить развернувшуюся бойню во всех деталях: горящие дома и бронетехника, трупы, наёмники Затмения, охраняющие освобождённых рабов, и венцом всему осаждённый зиккурат, он же командный центр всего этого лагеря.

— То, что вы видите перед собой, лишь первый шаг, картина будущего, что уже грядёт, мои благородные лорды и леди из славной касты Облаков, — пообещала Илена, когда камера вновь повернулась к ней. — Но для всех остальных в экстранете, кто мучается сейчас вопросами, позвольте мне объяснить: вы видите перед собой Рабский Колледж, где на аукционе покупали и продавали лишь самых ценных разумных. Сотням женщин и мужчин, мальчиков и девочек невероятно «повезло», ведь их «пригласили» сюда обучаться ценной специальности: как доставить радость своему хозяину в качестве игрушки для секса и украшения интерьера. Только за сегодня Затмение обнаружило и освободило «собственности» больше чем на пятьдесят миллионов кредитов. Пятьдесят миллионов, отобранных у Гегемонии и больных ублюдков из касты Облаков, что регулярно наведываются в подобные места.

— Ну а когда мы здесь закончим… — продолжила Илена, вновь направив камеру на зиккурат. — Дадим ли мы открыть заведение снова? Я так не думаю! А думаю я, что мы всё тут заровняем орбитальной бомбардировкой. Наслаждайтесь, лорды и леди, попытайтесь среди дымящихся кратеров купить себе нового раба, который будет греть постель.

Пока Илена вещала для экстранета, Даро'Ксен не произнесла ни слова. Достаточно и того, что она попала в кадр. Начальство решило показать галактике, что в рядах Затмения есть минимум одна кварианка, хотя личность этой самой кварианки и планируется пока держать в секрете. Тем более, что пока она была слишком занята подготовкой к следующей части плана. И к тому же роль идола социальных сетей её не слишком-то сильно прельщала.

— Коммандер, — «официально» позвала Даро, когда они чуть позже подошли ближе к командному центру.

— В чём дело? — спросила Илена, поднимая винтовку на уровень груди.

— Похоже, что ты-знаешь-кто вместе с остальными оказались под обстрелом, — доложила Даро'Ксен. К пистолету она не стала тянуться, но дроны возле неё закружились быстрее, качаясь и ныряя в воздухе с явным беспокойством.

— И что в этом такого? — Илена сфокусировала взгляд на источнике редких выстрелов. Увеличение в её имплантах было ограниченным, но его хватило, чтобы рассмотреть большую дыру в стене на четвёртом этаже. Контур подсветил маленькую фигурку, которая и вела огонь.

Слишком она маленькая. Если в гарнизоне не было батарианцев-карликов, стрелок явно не один из солдат. Плюс тот факт, что Шепард с остальными не пытаются отстреливаться, просто залегли за укрытиями. Всё это вместе выглядело очень странно.

— Должны ли мы помочь? — спросила Даро, делая шаг вперёд.

— Нет. Погоди, — Илена вытянула руку, останавливая кварианку. — Это… это же дева там наверху, девочка ещё. И если Шепард не наступает на её позицию, значит она просто приманка. А где-то тут есть настоящий снайпер.

— Да, в самом деле? — Даро'Ксен была удивлена. — И что же ты тогда предлагаешь?

— Я не знаю! — Илена передёрнула плечами.

— Что?!

— Ты же из нас двоих умная, Ведроголовая! Вот и придумай что-нибудь.

— Проклятье, как верно сказано — да, я умная, — прошипела Даро, задумчиво сплетя пальцы вместе. — Да. Хорошо, давай кое-что попробуем.

Вскинув руки, словно дирижируя оркестром, Даро'Ксен набрала воздуху в грудь. Сначала Илена даже не поняла, что же её подруга делает. И только потом она заметила искорки, кружащие над зиккуратом, а модифицированные глаза начала опознавать их как дронов: полдюжины сразу! Неужели Даро управляет всеми одновременно?

— Я рассчитываю все возможные направления для стрельбы, — пояснила она, словно почувствовав невысказанный вопрос Илены. — Если этот снайпер и существует, вести огонь за угол он не сможет. Ему нужна прямая линия для стрельбы, а количество таких векторов статистические предсказуемо. Чем больше я использую дронов за раз, тем больше направлений смогу отслеживать.

Глаза Даро сияли, когда она руководила движением дронов силой мысли и движениями пальцев. Даже два из её личных роботов присоединились к поискам, сперва поднявшись над полем боя, а затем заняв позиции между отрядом Шепард и подсвеченной на интерфейсах жёлто-красным фигуркой.

Та тем временем перенесла огонь на дронов, но без особого эффекта. Даже обученному стрелку не так просто было бы их сбить. А кого бы там настоящий снайпер не использовал в качестве приманки, результативность её стрельбы была весьма невысока.

— От Шепард пришел сигнал на выдвижение, — сказала Илена, увидев его на своём интерфейсе, Даро на экран шлема такое же сообщение пришло секундой позже.

— Я тебя прикрою, — пообещала Даро'Ксен. — Лучше не стой на месте.

— Да, да, не торопи меня… — Илена рванула с места, активировав биотику. Её тело сейчас весило в несколько раз меньше, позволяя легче огибать потенциальные линии стрельбы невидимого снайпера, которые рассчитала кварианка. Предположительно, он выдаст себя первым же выстрелом: дроны отследят направление полёта пули, а после сообщат о его позиции всем на поле боя. Похоже, этот снайпер уже заметил, насколько быстро выбивали его коллег. И поэтому был чрезвычайно осторожен.

Влетев в разрушенное главное здание, Илена почувствовала облегчение, поняв, что в лобовую атаку она пошла не в одиночестве — Даро отправила для её поддержки сразу пару дронов. Они жужжали достаточно близко, обещая защиту и при этом, не отставая от коммандос. Один даже любезно указывал ей путь светом, почти уходящим в инфракрасный спектр.

Подпрыгнув, Илена ухватилась за обваливающийся край потолка, быстро подтянулась. Итак, она уже на втором этаже. Свет уже указывал ей на следующий уступ в руинах, но до него добраться будет уже не так просто. Осенённая внезапной идеей, она перевела роботов на ручное управление, велев им зависнуть над самым полом, плоским «лицом» к верху. Подпрыгнув, азари встала одной ногой на ближайший дрон. Она слегка просел, но вес её смог выдержать. Опустив вторую ногу на другого робота, Илена приказала им подниматься вверх… с нею вместе.

— Поверить не могу, что ты это сотворила, — услышала она голос Даро'Ксен по связи. — Ты обязана будешь мне показать, как это делается. Когда вернешься.

— О, ну разумеется! — ответила Илена, хихикнув. — Я всегда готова поделиться своими торопливыми и не продуманными наперёд озарениями с друзьями.

Она соскочила с дронов на пол четвёртого этажа. Короткой команды хватило, чтобы они вновь заняли оборонительные позиции рядом. Убрав штурмовую винтовку, Илена достала свой тяжелый пистолет «Мясник». Доработанные глаза по-прежнему показывали ей силуэт девы, палящей по отряду Шепард, хотя самой Анны, кажется, там уже не было.

«Почти на месте. Почти… на месте…» — думала азари, готовясь среагировать на любое движение. Сейчас она пробиралась через разрушенный административный комплекс этого рабского «колледжа». С торчащей проводки и разломанных компьютеров сыпались искры, эти электрические вспышки разных оттенков постоянно заставляли меняться тени вокруг, не давая сосредоточиться. Место было очень удачным для засады.

В отсвете очередной вспышки возник какой-то силуэт, его заметил один из дронов.

Илена бросилась вперёд, и лишь в последний момент успела отвести ствол пистолет вверх, поняв, что перед ней безоружный саларианский мальчишка: во всех чертах такой же, как взрослый саларианец, только в миниатюре. Тот упал на спину, он ничего не мог сказать, вместо этого только указывал направо. Илена развернулась, в последний момент уйдя в сторону, крохотные пули врезались в стену у неё за спиной. В первый раз она смогла как следует рассмотреть противника, атаковавшего отряд Шепард.

Им оказалась маленькая голая дева азари.

— Хватит уже! — крикнула Илена, отправляя свой самый нежный биотический толчок. Этого хватило, чтобы сбить девочку с ног, а секунду спустя Илена уже вырвала винтовку у неё из рук. Стоя над упавшей азари и держа её оружие в руках, Илена не заметила, как на её шлеме остановилась красная точка.

— В сторону!

Вспышка синей биотики врезалась Илене в бок за мгновение до того, как громко треснул выстрел.

«Щупальца богини!» — подумала Илена, падая на пол. — «Снайпер выцеливал не отряд Шепард! Выходит, он ждал тех, кто придёт ловить этих детишек? И я сама влезла ему в прицел!»

Врезавшись в обломки, Илена поморщилась и инстинктивно перекатилась в сторону, за ближайшее укрытие. Звук снайперского выстрела уже заглушил целый хор ответной пальбы. Илена только ненадолго выглянула из-за края наполовину раздавленного стола. Этого хватило, она неплохо разглядела, что угловой офис, в котором и засел снайпер, накрыло просто морем огня.

Отведя взгляд, Илена посмотрела на источник толчка, вполне возможно, спасшего ей жизнь. Там стояла ещё одна дева, одетая, но вся в саже и сильно вымотанная. Её ладони ещё тускло святились после импульса биотики, а судя по плывущему взгляду, работала она без усилителя. Все азари, родившиеся в богатой нулевым элементом среде, к примеру, на Тессии — естественные биотики, но это не означает, что способности так уж легко использовать. Биотические усилители азари были лучшими в галактике совсем не просто так.

— Ты мне жизнь спасла! — дошло до Илены, она сразу захохотала: — О, богиня, малышка, думаю, я задолжала тебе кое-что из моих личных запасов шоколада!

— Ты… что? — девочка её не поняла. — Постой… постой, этот голос…

Илена её практически не слышала, отвлекшись на нечто более важное. Оглушенная азари на полу пыталась вновь дотянуться до винтовки, но коммандос её легко оттолкнула. Хорошо, когда руки у тебя длиннее, чем у ребёнка ноги.

— Отпусти меня! Я должна помочь хозяину! — плакала голая азари, её руки колотили по броне Илены. — Он мне так приказал! Это был приказ! Приказ!

— Хватит уже, дитё, — прошипела Илена, подняв девчонку в воздух, а потом зафиксировав под мышкой, словно пакет с продуктами. Здесь же была ещё одна азари чуть постарше, наблюдающая за всем происходящим с широкой ухмылкой. Илена напомнила себе, что перед броском сделала свой визор непрозрачным — её лица они не видят, только броню характерной расцветки.

— Так вы, правда, из Затмения, что ли? — спросила старшая из трёх, молитвенно сложив ладони. — О, хвала богине! Хвала богине!

— А вы про нас слышали, да? — уточнила Илена, позволив себе немного понаслаждаться восхвалением со стороны других азари.

Так классно было хоть раз почувствовать себя героиней! Прямо как Тела Вазир и другие обалденно крутые Спектры азари и искательницы приключений из галактических новостей! Может, когда-нибудь снимут сериал и о подвигах Илены Таноптис, бродящей по тёмному галактическому фронтиру, спасающей невинных дев от злых работорговцев, открывающей новые миры и новые цивилизации… и, само собой, побольше поцелуев со страстными пришельцами. Счастливо улыбаясь под непрозрачным визором, она не обратила внимания, что вторая азари — с биотическим даром, та, что спасла ей жизнь — начала уже откровенно пялиться на бывшую наёмницу.

— Затмение? — спросила она, внимательно разглядывая Илену. — Ты…? Ты и Затмение?

— Это точно! Да я и есть Затмение, — заверила Илена её, да всех их вместе. — Давайте, пора уже отсюда выбираться!

Вращающиеся символы на экране пресеклись, слились на мгновение, прежде чем подняться выше и остаться висеть над изображение сначала галактики, а потом и шара планеты. Ярко вспыхнул и тут же погас яркий логотип, сменившись разодетым батарианцем в костюме и мантии. Он уверенно улыбался в камеру, однако по пришедшей подсказке он включил небольшой экран над верхним левым глазом, начиная выпуск.

— Экстренные новости: меньше часа назад пираты и террористы из так называемого Затмения устроили жестокий налёт на образовательный центр Энталь'Рагша на Анхуре, — мрачно заявил ведущий, хмурясь по мере чтения новостей. Бегущие строки внизу и вверху экрана так же описывали случившуюся атаку. Слегка повернувшись, батарианец описал мрачную картину:

— Согласно первым поступающим докладам, «Тевура», боевой корабль «Затмения», вошла в пространство Анхура и провела ничем не спровоцированную орбитальную бомбардировку беззащитных построек центра, что привело ко множеству пожаров в прилегающей местности, угрожающих оставить тысячи ни в чём не повинных мирных жителей без крыши над головой. Героические пожарные и силы быстрого реагирования Гегемонии предприняли попытку справиться с огнём, но безжалостная стрельба со стороны террористов Затмения и вооруженных рабов заставила их отступить.

— До сих пор официально не известно точное количество жертв последней неслыханной атаки Затмения, — продолжил он, сумев, как положено профессиональному журналисту, быстро подавить вспышку гнева, — но оценки разнятся от двухсот до шестисот мужчин, женщин и детей. Образовательный центр был разграблен и полностью уничтожен, урон частной собственности составляет многие миллионы кредитов.

Рядом с ведущим появилось изображение: улыбающийся батарианец в затейливо украшенной мантии. Он поднял руку в приветствии, когда изображение ожило, демонстрируя старую видеозапись.

— Уже подтверждено, что среди убитых был и Тракадо Раак, знаменитый меценат и старший администратор Района Тринадцать нашего Кар'шана. Тракадо так же был и вице-президентом фонда Продвижения Гармонии Культур, неустанно защищавшим и отстаивавшим права и свободы всех батарианцев по всему пространству Цитадели. Сердца и молитвы всей Гегемонии сейчас вместе с семьёй невинно убиенного, а в наших ушах гремит призыв к отмщению.

Во время своей прогулки по космопорту, этот выпуск новостей на десятиметровом голоэкране смотрели двое непримечательных путешественников, обменявшихся понимающими взглядами.

— Недоверчиво: школа? С язвительным сарказмом: только мне кажется, или в последнее время пропаганда Гегемонии всё дальше уходит от реальности?

Партнёр элкора сделал механический шипящий вдох.

— Я не знаю, — ещё один механический хрип. — Помнишь тот инцидент на перестройке планеты три цикла назад? В котором обвинили шпионов ГОР?

— Издевательски: есть в Терминусе хоть что-то, в чём не виноваты шпионы ГОР?

— Настоящие операции ГОР, о которых никто никогда не узнает?

— Неудержимый хохот: ха-ха-ха.

В этот момент из ближайшей туалетной комнаты вышла азари, на ходу вытирая руки о бёдра. Поинтересовалась:

— Над чем вы двое тут хихикаете?

— Да ничего.

Хриплый вдох.

— Ничего особенного.

Глава 11[20]

Веки молодой кварианки задрожали, она открыла глаза.

Первое, что она заметила, на что в первую очередь обращает внимание любой кварианец, это полное отсутствие одежды. Она была голой, а значит — уязвимой. Под властью инстинктов она запаниковала, почти лишившись способности мыслить здраво. На фоне отсутствия защиты от внешней среды даже не так страшно, что она абсолютно не имеет представления, где же сейчас находится.

Второе, что кварианка сумела заметить с ещё большей паникой, что она не чувствует ног… или рук… вообще ничего ниже шеи. Да хуже того, она даже моргнуть сама не могла, всё тело было парализовано!

Её губы дёрнулись, она попыталась закричать в отчаянии — наверняка всему виной опять эти проклятые батарианские бош'тет. Что они с ней в этот раз сотворили? Разве мало было тыкать в неё пальцами и лапать, выставлять на показы, словно новое модифицированное ядро реактора, и это не считая постоянных тренировок, где учили уважать будущего владельца. Она играла по их правилам, сколь бы отвратительно это ни было. Она была послушной, хотя все инстинкты велели отбиваться. Она уступала, даже когда они унижали её. И что же теперь…

— Киила се'лай, сестра по флоту. Вижу, ты очнулась.

Это… это был кварианский голос?

— Тебя ведь зовут Пи'Мета, верно? — уточнила другая кварианка, но никак не получалось определить источник голоса. И ответить Пи'Мета не могла. Всё её тело по-прежнему не подчинялось командам. Это действие какого-то наркотика или лекарства? И почему с ней говорит другая кварианка?

— Успокойся, — сказал ей голос. — Ты была ранена. Мои друзья собираются тебя вылечить.

Пи'Мета попыталась возразить, или хотя бы уточнить, что эта бестелесная кварианка имеет в виду. По голосу она не кажется слишком уж взрослой. Но ведь… но ведь она никак не могла вернуться во Флот, верно?

Нет. Всё вокруг было белым, абсолютно белым, с каким-то слабым фиолетовым мерцанием. Это выглядело незнакомым. Чужим. И всё ещё нет ответа, почему она не может двигаться. Она не может даже моргнуть, но глаза способны двигаться. Смотреть она всё-таки может. Обрабатывать информацию. Думать. Может, даже чувствовать. Пока сложно сказать. Она сделала всё, что могла в таком положении: изучила взглядом комнату, лишённую каких-либо деталей, а после оглядела и своё тело.

«Во имя самых древних предков…»

Она уже пожалела, что сделала это. Её левая рука… её больше не было, от плеча и ниже. Наконец, она моргнула, и длилось это долго, слишком долго. Когда глаза открылись вновь, в тесном помещении вместе с ней было нечто — какой-то кристалл. Её голова и мысли вновь потяжелели, она моргнула ещё раз, в этот раз темнота длилась не меньше часа. Когда сознание вернулось, кристалл вырос и изменил форму. Теперь над ней возвышалось нечто практически асароидной формы. Пи'Мета попыталась закричать, увидев, как корка из — одни предки ведают из чего, казалось, из того же самого кристалла — вырастает из обрубка её руки. Она не чувствовала своего тела. Она не могла почувствовать, что с ним происходит. В каком-то извращённом смысле это было хуже, чем боль.

«Что вы делаете со мной? Кто вы?»

В той штуковине, что её оперировала, не было ничего кварианского. Оно посмотрело на неё пустыми глазами-кристаллами, Пи'Мета снова провалилась в темноту с последней мыслью: «Что ты такое…»

В темноте, до этого пустой, теперь возникли воспоминания, словно призраки разозлённых предков.

— Нападение! Нападение! Залечь!

Пи'Мета вспомнила стрельбу и звенящие о стены пули, одна из них оставила царапину на её шлеме.

— Батарианцы! Не дайте им добраться до антенн!

Хаос сражения. Её первый настоящий бой. Её первое настоящее поражение. Ощущение затянутой в перчатку руки на своём горле.

— Мы опоздали, — со свистом прорычал некто, душивший её. — Обыщите всё в поисках выживших. Попробуем извлечь из этого бардака хоть какую-то прибыль.

Побои. Лагерь. Контролирующий имплант.

«Школа».

А потом… бой. Точно, начался бой. Кто-то напал на комплекс. И…

Пи'Мета очнулась, задыхаясь, её руки дёрнулись к лицу. И натолкнулись на твёрдый прозрачный полимер забрала шлема. Паралич исчез. Она могла чувствовать… снова чувствовать. Этому можно порадоваться. Не было никакого онемения или боли. Её даже не подташнивало. Пи'Мета позволила себе облегчённо выдохнуть.

Может, это был всего лишь сон?

Повернувшись на простой белой койке, стоящей внутри какого-то медицинского отсека, она поняла, что вариант со сном можно забыть. Она оказалась вовсе не в лазарете их «образовательного учреждения». Стены выглядели иначе, с чёрной и золотой полосами на общем белом фоне, вместо любимого батарианцами красно-коричневого колера. Ещё шесть коек в помещении, все сейчас свободные. Прямо из стен над несколькими выдвинуто медицинское оборудование, над другими оно сложено и убрано в сторону. С интересом оглядываясь по сторонам, Пи'Мета протянула руку к стене, безуспешно пытаясь потрогать через тактильный интерфейс скафандра почти незаметные контуры оборудования, спрятанного там.

Это всё… техника азари. Ушло несколько секунд на то чтобы понять, что и с её левой рукой что-то не так.

«Пять пальцев?» — поразилась она, её светящиеся глаза широко раскрылись, когда она осознала, что же видит. Она поняла не сразу. Как и все кварианцы, она привыкла видеть свои пальцы в перчатках скафандра. Рано или поздно привыкаешь к их цвету, обычно это чёрный или серый.

«У меня пять пальцев», — подумала она, садясь на край койки и сгибая пальцы, слишком маленькие и непривычные числом. Это было странное ощущение, очень странное. При этом большой палец и указательный палец двигались легко. И крайний с другой стороны, мизинец. Средний дёргался, когда она шевелила другими пальцами, а последний, рядом с ним, двигаться пока не собирался.

Пи'Мета была кварианкой и могла рассуждать здраво… относительно… здраво. Очевидно, что это не её рука. Даже не кварианская рука. Это рука азари, и это протез. Но ощущался он очень естественно. Он ощущался… как родной. Он казался даже слишком родным.

На адаптацию к протезу конечности уходит несколько циклов. Пи'Мета очень-очень аккуратно потёрла кончики пальцев, при этом ощущая даже самое малейшее давление. Она чувствовала прикосновение. Чувствовала осязание. Более того, ощущала гибкость и податливость. Протез не был твёрдым и жестким, как обычные бионические заменители. Под этим черным покрытием какой-то реагирующий на растяжение желатин или насыщенный гидрогель?

Со свистом открылась дверь, кто-то сказал:

— Я уверена, сейчас ты единственная пятипалая кварианка в мире.

Оглянувшись, Пи'Мета увидела двух женщин. Одна азари… наверное. Тяжело было определить наверняка под герметичным костюмом биологической защиты целиком белого цвета. Другая — кварианка, и её характерный голос Пи'Мета узнала сразу же.

— Киила се'лай, сестра по флоту, — кварианка подняла руку в приветствии. Затем указала на себя. — Меня зовут Даро'Ксен нар Шаллен. Это, — она представила медика азари, — доктор Чаквас. Ты среди друзей.

— Друзей? — Пи'Мета пристально посмотрела на азари, но позволила себе расслабиться при её приближении. Она решила поверить им и доверить свою жизнь этой… Даро'Ксен. Да и какой у неё был выбор?

— Что со мной случилось? — Пи'Мета вас Теннали спросила у Даро'Ксен, уже когда они шли по кораблю. За пределами медицинского отсека батарианское происхождение судна стало очевидным, по крайней мере, для любого, знакомого с устройством кораблей. Для большинства кварианцев конструкция звездолётов была как минимум хобби, есть такая популярная игра у детей — «угадай по корпусу».

Она оглядела скафандр другой кварианки отнюдь не с праздным любопытством, задержав взгляд на груди слева, отметив две скрещенные полосы, чёрную и фиолетовую. Но в глаза больше бросалась золотая эмблема там же. Выглядела она незнакомо.

— Кто ты такая? — спросила Пи'Мета, ведь ничего кроме имени она пока не знала.

— Всего лишь юная кварианка в паломничестве, которой посчастливилось отыскать весьма неожиданных союзников, — ответила Даро, всё ещё уклончиво. — Ты на борту азарийского судна «Тевура». Оно принадлежит отряду наёмников под названием «Затмение», и там я и служу.

— Прошу простить, — Пи'Мета кивнула после её ответа, — но ты не слишком похожа на инженера, — как ни посмотри, а она казалась слишком молодой.

— Я учёная и разработчик оружия, — ответила Даро'Ксен честно, удивив Пи'Мету. — Так же я возглавляю научно-исследовательский отдел организации. Моя должность — Главный полевой инженер.

Похоже… полномочий у неё было больше, чем любой кварианец мог бы получить в отряде наёмников. Немного обескураживающе вообще было слышать, что в такой организации кварианца пустили дальше реакторного отсека. Но на название «Затмение» у неё, как говорится, загоралась лампа в голове. В том центре обучения и подготовки другие рабы шепотом порой обсуждали Затмение. Были они то ли радикальными аболиционистами, то ли террористами, в зависимости от мнения говорящего. Часто их считали и теми, и другими сразу.

— Мы взяли штурмом комплекс, где держали тебя и ещё больше двух сотен рабов, — объяснила Даро'Ксен, подводя вторую кварианку к лифту. Несколько разумных в чёрно-золотой броне и с оружием наблюдали за ними со стороны, некоторые с опаской или подозрительностью, но большинству хватало взгляда на чёрно-фиолетовые знаки различия Даро, чтобы быстро освободить дорогу. Саларианец в лифте даже замер, прежде чем спросить:

— Вам какой этаж, шеф?

— Спасибо, мы на четвёртый, — Даро говорила спокойно и вежливо, но в голосе едва заметно слышалась властность. Тем временем, она продолжила рассказ: — Как я и сказала, мы захватили комплекс, освободив множество пленников. И кроме тебя, кварианец там был всего один. Он не пострадал, но тебя, кажется, зацепило взрывом. Мы вытащили тебя из-под обломков, но как ты можешь догадаться, руку твою было уже не спасти.

— Насколько давно это произошло?

— Два дня назад.

— Невозможно. Н-невозможно! Два дня? — Пи'Мета сжала новую руку в кулак, подняла его перед лицом. — По ощущениям, я словно хожу с ней много месяцев, пускай и количество пальцев не наше. Этот… этот технический уровень… этот дизайн… Я понимаю, что это разработка азари…

Даро только хмыкнула на это.

— …но как она вообще совместима с моим телом? Протеиновый интерфейс между синтетикой и органикой, так же как и протеиновый барьер этого устройства должны отторгать моё тело, разве нет? К тому же я только что после операции, тогда почему совсем не чувствую себя плохо? Хоть чуть-чуть?

— У нас есть определённые друзья в высоких кабинетах, — ответила Даро, а саларианец в чёрно-золотой броне задумчиво потеребил подбородок. Он явно прислушивался к их разговору.

— Она права, — пробормотал он, а затем поступил довольно грубо, включив свой инструметрон чтобы провести сканирование и удовлетворить своё научное любопытство. — Протеиновый матричный барьер обычно не имеет совместимости между протезами для право- и левоаминокилостных существ. В дополнении к тому… — он нахмурился, изучая данные с прибора, — …ещё любопытнее. Шеф, показания с этого протеза аномальны: помимо синтетических, зафиксирован и органический материал. Нестандартное устройство. Доработанное? Возможно. По чьей лицензии оно произведено?

— Мы модифицировали его «в домашних условиях», удалив все идентификаторы и серийные номера, — утихомирила Даро шумного инженера. — И это не слишком-то вежливо, сканировать бионику дамы без её разрешения, мистер Гарлан.

— Ах! — худой саларианец по имени Гарлан, только сейчас осознал свою ошибку и коротко поклонился. — Мои извинения.

Со свистом открылась дверь, Даро вышла, Пи'Мета последовала за ней.

— Я не просила об этом, — сказала Пи'Мета, догоняя вторую кварианку и пытаясь подстроиться под её быстрый шаг. — Но я у тебя в долгу. Или у всего Затмения. Полагаю, ты захочешь, чтобы я отработала свой долг и…

— Вовсе нет, — Даро'Ксен прервала её.

— Я… что?

— Я помогла тебе, как представительнице своей расы, — ответила та, сцепив руки за спиной. — Ты ничего мне не должна, и я не заставлю тебя ничего отрабатывать за оказанную тебе медицинскую помощь. Второго кварианца, спасённого нами, я отослала во Флот с даром. Ты тоже можешь вернуться домой, если захочешь.

Светящиеся синим глаза Пи'Меты на мгновение погасли, закрывшись.

— Флот, — сказала она тихо. — Н-нет, я… я пока что не могу.

— Согласно записям, которые мы захватили в том кошмарном месте, у тебя есть подготовка инженера.

— Некоторая, мэм, — ответила Пи'Мета, решив быть честной. — В тех отчётах мои навыки как инженера очень сильно преувеличены. Как кварианка, я их больше интересовала за экзотичную внешность, а не мои таланты. Ни один хозяин… — она скривилась и кашлянула, словно сплюнула это мерзкое слово. — Ни один рабовладелец не доверит своему рабу ничего сколько-нибудь важного. Предполагалось, что я буду чинить бытовую технику, мило выглядеть и не сопротивляться, когда меня лапают и демонстрируют гостям как выставочное животное. Каждый кварианец должен быть инженером — это входит в стоимость товара. Серьёзно её повышает.

— А сражаться ты умеешь? — спросила Даро'Ксен, кивнув, видимо что-то она уже для себя выяснила.

Пи'Мета посмотрела на свои руки, трёхпалую и пятипалую

— Сражаться я умею, мэм, — ответила она, её глаза вновь ярко сияли. — До того, как попасть в плен, я была в десанте. Вы принимаете кварианцев в Затмение?

— Полагаю, что да.

— Дамы, — входя, Даро'Ксен поприветствовала собравшихся в зале для совещаний.

Здесь она уже бывала несколько раз, но в основном во время конференций через гиперволновые передатчики и передатчики квантовой запутанности. На базе Арктур у людей расположен очень большой командный центр, через который идёт координация их операций в пространстве Цитадели. Среди рас Цитадели квантовые передатчики считались вещью весьма редкой и дорогой, чтобы так легко вести через него не сверхважные разговоры, но люди, судя по всему, развернули целую сеть из них, в дополнении к своему набору гиперволновых маяков. И кто знает, как далеко они на самом деле уже проникли в пространство Цитадели? Даро слышла, что параллельно с операцией «Афина» существовал ещё и проект, направленный сугубо на расширение зоны охвата человеческих коммуникаций и проникновения в информационную среду.

— Присаживайся, наша главная Ведроголовая! — пригласила Илена, полулежа в одном из специально подогнанных кресел вокруг центрального стола и жизнерадостно поглощая какой-то чёрный пищевой батончик.

— Коммандер Идиотка, — ответила Даро, уважительно склонив голову, поприветствовала и двух людей: — Майор Шепард. Капрал Чамберс.

— Главный инженер, — Шепард взмахом указала на место рядом с собой.

— Ну и как там наша новая подруга? — поинтересовалась Чамберс, хотя лично Даро'Ксен и не нравилось, как легко капрал разбрасывается такими словами, как «подруга». Мисс Чамберс просто была по-своему странной.

— Операция прошла успешно, — Даро'Ксен заняла одно из кресел. — Я впервые увидела, как Состав применяют для облегчения киборгизации, но доктор Чаквас со своей работой справилась более чем отлично, особенно принимая во внимание необычные обстоятельства. Если Пи'Мета останется на борту — а она уже выражала желание присоединиться к Затмению — то возможно она сможет пройти и дальнейшую… доработку в направлении МЭК. И невероятно жаль, что здесь нам недоступен технологический уровень Арктура.

— Даже у нас дома никто просто так не ходит с боевыми модификациями, — напомнила ей Шепард. — После установки интерфейса на основе Состава, заменить после боя армейскую модель на гражданскую — тривиальная задача.

— Кому может понадобиться несколько пар рук? — спросила Илена, отщипывая от своего батончика маленькие кусочки. — В смысле, иметь множество нарядов и много пар обуви вполне разумно, но кому нужно больше одной пары рук?

— Среди людей, которые предпочитают или вынуждены вести «синтетический» образ жизни, заменять руки, ноги или даже всё тело — ничем особо не отличается от смены своего гардероба, — улыбаясь, пояснила капрал Чамберс. — Или выбора из разных пар обуви.

— Говорите за себя, — огрызнулась Шепард. — У меня есть одна пара хороших туфель, одна пара ботинок… и одна пара сандалей.

— Разрешите не по уставу, майор? Вы странная.

Шепард лишь молча закатила глаза.

— Обычно единственное, что оставляют неизменным, это своё лицо, — продолжила объяснять Чамберс, — или лицо, с которым ассоциируешь себя, даже если оно и не родное. Ну и с практической точки зрения, нельзя просто так ходить по улице с боевыми модификациями, потому что это просто опасно. Большинство протезов рук гражданских моделей, вроде установленной мисс Пи'Мете вас Теннали, не больше чем в два раза сильнее обычных, хотя это не в её случае. Суть в том, что их не только можно относительно легко установить без дальнейших модификаций, в частности доработок туловища и позвоночника, но и адаптироваться к их использованию легче всего. А теперь… представь, что ты однажды просыпаешься с рукой, которая в десять раз сильнее твоей родной.

— Наверное, я бы ломала всё одним прикосновением, — решила Илена, ненадолго прекратив жевать, но, кажется, сказанное она недостатком не считала. — Но с другой стороны, я бы сумела, наконец, победить Шепард в армрестлинге!

— Вообще-то, вероятнее бы от усилия руку просто вырвало из тела вместе с пятой частью твоего скелета, — возразила Шепард, Илена подавилась и чуть было не прекратила есть. — Модификации такого уровня ставятся только на всё тело сразу.

— Суть в том, когда ты влезаешь в костюм МЭК, или оказываешься в пехотном теле уровня МЭК, ты уже не просто солдат на поле боя, — объясняя, Чамберс не прекращала улыбаться как обычно. — Ты уже фактически пилотируешь шагающий танк.

— Мисс Пи'Мета будет частью твоего проекта, если решит остаться с нами, — Шепард вернула беседу к менее абстрактным темам, обратившись к Даро'Ксен напрямую. — И как я понимаю, ты очень хорошо знакома с нашими правилами в отношении экспериментов и опытов на добровольцах из представителей разумных рас и в частности на собственном персонале.

— Разумеется, — согласила Даро'Ксен. — Я буду максимально их придерживаться, насколько позволит наш невероятный уровень секретности. Она такая же кварианка, как и я, майор. Мы присматриваем за своими.

Шепард медленно кивнула, казалось, она хочет добавить что-то ещё по этой теме… но решила пока перейти к другим делам:

— Пока не прибыли наши лейтенанты, капрал Чамберс, можете кратко изложить ситуацию с освобождёнными рабами?

— Так точно, мэм, — ответила Кэтти, положив руки на стол перед собой, её добродушная улыбка исчезла. — После рейда мы приняли на борт двести шестьдесят семь уцелевших разумных: сто тридцать одна азари; шестьдесят два саларианца, шестьдесят один мужчина и одна женщина; сорок пять турианцев, тридцать мужчин и пятнадцать женщин; восемнадцать дреллов, десять женщин и восемь мужчин; пять ворка, три мужской ориентации и два женской; три элкора, все мужского пола; два кварианца, мужчина и женщина; и… и один ханар.

— Это тот, который рехнулся и напал на тебя, верно? — уточнила Илена.

— Он самый, да, — Чамберс не стала вдаваться в детали, добавив лишь: — Учитывая, что он уделал нам весь трюм, дальше пришлось везти его под седативными.

— Эта гадость там была повсюду…

— И не говорите.

— У нас есть последнее подтверждение с республиканского корабля «Ночное небо», — прервала их Шепард, судя по тону, ей не нравилось обсуждение подобной ерунды. — Мы будем в точке встречи с капитаном Болаком через шесть часов. Я хочу, чтобы всех спасённых к тому времени перепроверили и подготовил к передаче.

— Многих это ой как не обрадует, — кашлянув, попыталась возразить Чамберс, — когда мы снова передадим их в руки другим батарианцам. Что бы мы им перед этим не объясняли.

— Радовать их в наши обязанности не входит, — Шепард пожала плечами. Без привычного шлема её выражение нетрудно было разглядеть. Сейчас она хмурилась, явно думая о том, какой беспорядок на борту могу устроить две с половиной сотни бывших рабов. — Мы не благотворительная организация, да и в паромщики не нанимались. Когда доберутся до Камалы, они сами всё поймут. А до этого, некоторая демонстрация силы удержит их от лишних глупостей.

— Большая часть отправится на родину? — спросила Даро, ей было слегка интересно, что же ожидает этих рабов дальше.

— Большая часть, — согласилась Шепард. — Сегодняшний рейд не такой, как наши предыдущие: в этом комплексе обучали только рабов иных рас, батарианцев там не держали. Некоторые провели там годы. Вернуть их домой несколько сложнее, чем просто подкинуть до ближайшего из миров Цитадели и высадить на остановке. Сначала их нужно проверить: подтвердить личности, потом связаться с семьями или близкими, либо найти их в списках пропавших в экстранете. У нас нет возможностей для проведения таких операций. А у Республики есть. Вот и всё.

— С некоторыми исключениями, — добавила Чамберс.

— Ты про военнопленных Синей команды? — спросила Илена, не успев прожевать кусочек шоколадного батончика.

— Где ты слов-то таких нахваталась? — спросила Шепард, голос звучал мягко, но в нём ощущалась сталь. Что-то из сказанного Иленой её, кажется, задело. — Это не военнопленные.

— Но я думала, что «военнопленными» называют попавших в плен?

— Попавших в плен на войне, потому их и называют «военнопленными». А эти турианцы? — Шепард добавила жестко: — Эти пираты — не военнопленные. Я не признаю их униформу, их правительство, и их право заниматься тем, чем они занимаются.

Илена, хотя бы ориентировочно, поняла, к чему ведёт Анна.

— Полагаю, это абсолютно взаимно, и всё было бы так же, если бы Гегемония поймала нас… особенно тебя. Мы ведь для них пираты и террористы, помнишь?

— Да, — Шепард усмехнулась, кажется, её подобная мысль позабавила. — И уверена, я бы оказалась на столе для вскрытия быстрее, чем ты успеешь поменять термозаряд, — она тяжело вздохнула, побарабанила пальцами по столу. — На самом деле я удивлена, что у нас вообще есть пленные, после того как ты там распиналась об охоте за головами перед всем отрядом.

— Эй, я просто пыталась дать им хорошую мотивацию! — возразила Илена лениво. — Ты никогда не толкаешь крутых пафосных речей перед битвой, потому пришлось припомнить кое-что из уроков Йоны.

Шепард в ответ лишь неопределённо хмыкнула. Она определённо не из тех, кто произносит вдохновляющие на подвиги речи. Майор вообще предпочитала, чтобы её дела говорили больше, чем слова.

— А ещё Лизелль говорила, что они из мелкой банды с Омеги, — добавила Илена, шаря пальцами по небольшому бронированному подсумку на поясе.

— Ей лучше знать.

— Смысл в том, что они в основном перевозят похищенных, а не крадут их и обращают в рабство сами, они не полные отморозки.

Ничего не возразив вслух, Шепард просто слегка прищурившись посмотрел на азари. И не нужно было быть псиоником, чтобы легко прочесть её мысли: «неужели ты просишь о снисхождении для них?»

— Но принять их сдачу всё-таки было умным решением, — признала Шепард, хотя позиция Илены и казалась ей непривычно сдержанной. — Не только сохранили несколько жизней, но и другим будет пример, что лучше нам сдаваться, облегчая работу и жизнь в целом.

— Если мы только не заработаем репутацию тех, кто выбрасывает пленных через шлюз, о чём, как мне кажется, ты уже думала, — уточнила Илена.

— Может, какие-то способности к псионике у тебя всё-таки есть, — сказала Шепард, угрожающе разминая костяшки пальцев. — Да, я думала об этом… но поступить так всё же не смогу.

— Шеп?

— Чего?

— Я посмотрела пару ваших передач, пока мы летели.

— И?

— У людей ведь тоже было рабство, верно? — спросила Илена более чем осторожно. — В смысле, и у азари тоже было. Может, у нас до сих пор оно есть, в каком-то роде, в таких местах как Иллиум. А ещё… ну, я полистала тот архив по истории, что вы мне дали. Вы ведь раньше обращали в рабство своих, как и четырёхглазые. И что меня теперь занимает — вы теперь пытаетесь сделать батарианцев более похожими на себя в нынешнем виде?

— Сделать батарианцев похожими на себя? — повторила Шепард фразу и задумалась на несколько долгих секунд. Неподалёку от неё капрал Чамберс молча разглядывала сцепленные ладони. Даро'Ксен тоже молчала, ей даже стало любопытно, что же женщина им ответит.

— А даже если и так, разве это преступление? — наконец, сказала Шепард. — Батарианская культура, даже если она, по их словам, не может функционировать без рабства и кастовой системы… она не священна. Она не неизменна. Если не станет рабства, она не исчезнет полностью, а только изменится. Просто станет иной. Ничего не остаётся неизменным вечно. Ничего и не должно оставаться неизменным навсегда. Постоянное изменение это универсальная константа вселенной, — продолжил она. — Различные культуры и общества нашего мира изменились, когда к нам вторглись пришельцы. Изменились, когда мы победили в войне. Изменились снова, когда мы узнали о вас, и изменятся вновь, когда вы узнаете о нас, — откинувшись в кресле, она усмехнулась, будто желая это увидеть. — Я не вижу ничего плохого в том, что мы попытаемся сделать вас более похожими на нас, и меня не смущает, если и вы попытаетесь нас сделать более похожими на вас. И я совершенно уверена, что именно это ваши матриархи и попытаются проделать.

— И тебя не волнует, что чужие могут «осквернить» вашу культуру? — спросила Илена, приведя один из любимых аргументов Гегемонии.

— Да пусть хоть обоскверняются, — Шепард явно была готова посмотреть, что из этого получится. Но пока что она вернула разговор к насущным проблемам, оставив философскую дискуссию: — Но вернёмся к нашим пиратам. Мы передадим их всех, живых и здоровых, Батарианской Республике. Я отлично понимаю, что Когти наверняка попытаются их выкупить. Деньги Республика не примет. Мы с ними не играем в «захват флага», только с пиратами вместо флагов, мы уничтожаем противника. Потому что если они продолжат вести свой бизнес здесь, когда рядом будут официально обозначены территории людей, и если они посмеют сунуться на нашу землю, ответ будет намного, намного хуже того, что мы делаем с ними сейчас.

Угроза Шепард повисла в воздухе на несколько секунд, тишину прерывало только тихое чавканье — это Илена добралась до следующего шоколадного батончика.

— Нам поступило несколько заявок на присоединение к Затмению, — заметила Чамберс, пытаясь сменить тему.

— Пусть пройдут через обязательный курс подготовки, покажут, на что способны, — ответила Шепард быстро. — Не зря же у нас теперь есть академия и «матроны»-инструкторы.

— Само собой, — согласилась Кэтти Чамберс. — Тех, у кого есть потенциал, я отмечу, а потом направлю сразу в наш лагерь подготовки.

— Кстати, два наших новых лейтенанта скоро будут здесь, — напомнила Илена остальным. — И как они, по-вашему, справляются?

— Эньяла с Красной командой произвели впечатление, особенно тем, как быстро они привыкли к дронам и адаптировали тактику под их применение, — отметила Шепард, расслабившись, когда разговор снова зашел о близких и понятных вещах. — Они взяли штурмом неплохо укреплённые позиции с нормальной охраной, уложились в график, при этом не понесли потерь.

— Хотя меня немного беспокоит её агрессивность, — предупредила капрал Чамберс. — У неё не было приказа брать пленных, она всё сделала правильно… но… она ведь даже не колебалась, насколько я могу судить.

— Тактика, может, у неё и агрессивная, — допустила Шепард, — но не безрассудная, непродуманной я её не назову. Она хорошо держала оборону, когда приходилось отражать контратаки, а в наступлении всегда отслеживала всю картину на поле боя. К тому же она смогла включить применение модулей ЦЕЛЬ в тактику подразделения, именно как ты их и учила. Да и биотика у неё высшего разряда. Сражается она безжалостно, но приказа на жалость ей просто никто и не давал.

— Эньяла настоящая азарийская коммандос, — Чамберс кивнула, соглашаясь. — Её очень хорошо обучили, действует она крайне жестко и поддерживает себя и всё подразделение в полной боеготовности. Она говорила мне, что хочет присоединиться к нашим «чёрно-фиолетовым» ветеранам как можно скорее.

— Лизелль тоже хорошо справилась с непростой ситуацией, — напомнила Илена. — Я имею в виду захват заложников.

— Её осведомлённость и убедительность тоже произвели на меня впечатление, — оценила Шепард.

— Кроме того, её команда явно бережнее обращалась с дронами, — добавила Даро'Ксен. — Думаю, все согласятся, что они действовали осторожнее и рисковали куда меньше, чем Красная команда.

— У Лизелль нет той же школы подготовки, что у Эньялы, такого боевого опыта и навыков владения оружием, — кратко обозначила Чамберс различия между двумя азари. — Но Лизелль всегда предпочитает нестандартные решения. Думаю, неверно было бы говорить, что она рискует меньше. Вообще-то, пока она показывала себя даже более рисковым бойцом, чем Эньяла. До сих пор инстинкты Лизелль хорошо справлялись, но если однажды она рискнёт и ошибётся, всё быстро покатится под откос. Её навыки общения и, так сказать, «житейская мудрость» тоже на должном уровне… что понятно, учитывая происхождение.

— Иначе говоря, теперь у нас в арсенале появились отбойный молоток и заточка, — просуммировала Шепард.

— А вы с вашим отрядом тогда кто? — влезла Илена. — Карманный ядерный заряд?

Майор только пожала плечами.

— Теперь мы отправляемся на Корлус, — предупредила она. — Красную и Синюю команды мы возьмём с собой. Систему уже заполонила Кровавая Стая, а Республика пока ещё только копит силы для следующего удара, — звонок инструметрона привлёк её внимание, вздохнув, Шепард сказала: — Похоже, наши лейтенанты уже ожидают снаружи. Потом обсудим наши цели на Корлусе, включая особое дело нашего Главного инженера.

— Жду не дождусь, — сказала Даро. — Если наши источники верны, то данные, что мы там получим, будут для проекта просто бесценны.

— И всё что нам нужно — перебить как можно больше кровожадных кроганов и ворка по пути? — уточнила Илена, неаккуратно, но без тени смущения вылизывая обёртку от крошек шоколада. Два человека и кварианка молча смотрели на её поведение, не находя подходящих слов.

Медленно убрав обёртку и проглотив последний кусочек шоколада, она заявила:

— Эй! Не вам меня судить!

Илена как раз вышла после совещания, когда на неё наткнулся некто, кого она увидеть не ожидала. Лучше будет сказать — практически врезался.

— Привет, — поздоровалась она, широко улыбаясь. — Что ты здесь делаешь?

На маленькой азари была простая белая майка и штаны — наряд куда более чистый и приличный в сравнении с тем, в котором её сюда привезли. Чуть не столкнувшись со старшей азари, она сделала шаг назад и коснулась довольно уродливого шрама среди своих щупалец.

— Ты, — произнесла она обвинительным тоном.

— А что я? — переспросила Илена.

— Ты ведь меня не помнишь, так? — спросила младшая азари, выглядя ещё недовольнее.

— Так ты же та дева, что спасла меня от снайпера, — до Илены дошло. — Как же могла забыть! — открыв подсумок скафандра, она вытащила свой любимый продукт из человеческих пайков. — Я у тебя в долгу…

— Верно, ты у меня в долгу! — прервала её дева со злостью, её ладони сжались в кулаки. — Меня зовут Ниена. Мою мать звали Пенна и моего отца звали Турие. Их обоих убили на азарийском корабле «Весме». И я тебя помню, — она уставилась на Илену так, что бывшая наёмница вздрогнула. — Я тебя помню.

Очень медленно до неё начало что-то доходить. Этот шрам…

— О! — воскликнула Илена, питательный батончик выпал у неё из рук. — О…

— Сюда. Сама всё увидишь.

Шаги Илены эхом разносились по тёмному залу, звук гулял среди теней и тусклых отсветов. Идущая первой азари не пыталась таиться или красться, даже не собираясь приглушать грохот своих сапог по металлическому полу. Вторая фигура поменьше, тоже женская и очевидно принадлежащая азари, была без сапог и двигалась практически бесшумно буквально на шаг позади. Скафандра на Ниене не было, и едва открылись двери в некое помещение внутри штабного корабля Затмения, её накрыло волной холода. Обхватив себя руками за плечи, тем не менее она упорно следовала за Иленой, ведомая любопытством, решимостью и необходимостью узнать, как же та собирается ответить на её первый и самый главный вопрос.

Две девы двигались по дорожке, подсвеченной лишь небольшими голубыми огоньками. Справа и слева от них были большие металлические конструкции, напоминающие ящики гигантского секретера, на белой поверхности виднелись лишь индикаторы и голографические панели, указывающие на режимы заморозки либо ожидания. Однако недоставало привычного оранжевого или бледно-голубого свечения, характерного для техники Цитадели, будь она основана на эффекте массы, или нет. Свет здесь был чужим, мрачного оттенка сиреневого, кое-где сменяющегося областями неяркого белого, через полосы которого несколько раз проходили обе азари.

— Что это за место? — спросила Ниена, и, несмотря на всё желание казаться твёрдой и уверенной перед лицом любых неприятностей, скрыть страх в голове она не смогла. Она уже бывала в похожем месте… один раз. — Это что, морг?

— Морг? — повторила Илена, а затем кивнула. — Ага. Типа того. В основном.

Она сделала несколько шагов к определённому месту зала, отмеченному чёрно-зелёными чередующимися полосами. Она сконцентрировала внимание на одном ряду «ящиков» справа от неё. В чёрно-зелёной секции их всего было девять, пять более широких и четыре — более узких и высоких, лишь на четверть не достающих до потолка. Выбрав один из них, Илена ввела команду сначала на панели, а затем на голоэкране, возникшем перед ней.

Что бы она там ни делала, но через секунду донеслось шипение, из-за прямоугольного выступа полился белый свет. С гулом и шипением он начал медленно покидать своё гнездо. Большая капсула белого цвета выдвинулась, наклонилась и в итоге замерла под углом к полу.

— Вот мы и пришли, — сказала Илена, щёлкнув пальцами, она отвлекла Ниену от разглядывания столь странного «гроба». В «колледже» рабов ей ничего подобного видеть не доводилось. Илена мягко подтолкнула младшую азари ближе.

— Ты же хотела увидеть Йону Седерис. Не так ли? — спросила она. — «Где азари, убившая мою семью?» «Где твой босс?» Разве не это ты спросила? Вот ответ на твой первый вопрос.

Верхняя половина до этого монолитно выглядящей капсулы стала прозрачной. Внутри оказалась азари, её губы и кожа были насыщенного тёмно-синего цвета. Тусклая белая раскраска в турианском стиле покрывала лицо тигриными полосами. Ниена глубоко вдохнула. Это лицо она запомнила очень хорошо — воспоминание, за которое она цеплялась по ночам, только ненависть и злость отвлекали её, позволяя ненадолго забыть о рабовладельцах и «тренировках», которые она вынуждена была терпеть. Даже через тысячу лет она бы так же хорошо помнила лицо той азари, что полностью разрушила её жизнь, лишив всех, кого она любила.

— Она не мертва, — заметила Ниена. Лицо перед ней было спокойным и неподвижным, весьма напоминая труп, но машина, в которой находилась убийца, так же показывала и её биоритмы. У этой азари был пульс. Медленный, но был. Йона Седерис пока ещё была жива.

— Её тело не пострадало, но взгляни, — Илена указала на другую часть голоэкрана, где в отдельном окне изображен мозг азари. Активность коры была нулевой. — …она просто овощ, — сложив руки на груди, коммандос хмуро посмотрела на свою бывшую нанимательницу. — Вот и всё, что от неё осталось. Довольна?

Ниена молчала несколько секунд, пытаясь навсегда запомнить, выжечь в памяти эту картину.

— Счастлива? — спросила она, мстительно улыбаясь. — Да. Немного.

Если Илена и надеялась, что теперь Ниена забудет про враждебность, та этого никак не показала, да и явно не собиралась. Йона Седерис забрала у неё всё. Она была убийцей, работорговцем, чудовищем. Кто знает, сколько народу пострадало из-за неё в известном и неизвестном космосе? От того, что она мертва, всем только будет лучше. По крайней мере, по мнению Ниены, она имела полное право радоваться, что демон, до сих пор являющийся ей в кошмарах, уже никогда не доберётся до других. Кроме того…

— Я хочу знать, как это произошло, — потребовала Илена. Положив маленькие ладони на поверхность странной капсулы-гроба. — Кто же в итоге её прикончил? — она бросила короткий взгляд на Илену, но быстро отвернулась. — Уверена, что это была не ты.

— Эй! Это могла быть и я!

Ниена покосилась на старшую азари, будто спрашивая взглядом: «серьёзно?»

— Ну ладно, ладно. Это была не я, — Илена вздохнула, сапоги вновь зазвенели по полу, когда она прошла к соседнему ряду ящиков для тел. Прислонившись к стене и игнорируя голографические экраны, сквозь которые прошло её тело, азари начала объяснять:

— Йона решила расширить бизнес. У неё была репутация и доверие партнёров, множество связей в Гегемонии и дома, в Республике Азари. Не хватало ей только капитала. Не знаю, как именно это произошло, но кто-то вывел её на контакт с теми, кого мы считали Коллекционерами. Ты наверняка о них никогда не слышала, но коллекционеры это раса скрытных пришельцев, обитающих за Омегой-4… Ты ведь в курсе про Омегу?

— Я знаю, что такое Омега, — отозвалась Ниена.

— В общем, каждый раз, когда коллекционеры вываливаются из своего личного ретранслятора, они начинают, ну ты понимаешь, коллекционировать! — Илена пошевелила пальцами, изображая горящего энтузиазмом коллекционера, который вот-вот доберётся до какого-то эксклюзивного барахла. — Коллекционируют они в основном разумных, трупы, и тому подобное, — пояснила она, становясь чуть серьёзнее. — Платят они невероятно много, потому Йона согласилась таскать для них посылки.

— Это ведь оказались не коллекционеры? — предположила Ниена, Илена кивнула в ответ.

— Нет. Йона сделала не меньше двух рейсов. Выгрузила заказы. Получила оплату. Нам всем тогда заплатили. Но её сгубила жадность… или глупость, тут я не совсем уверена, — Илена пожала плечами, что было, то уже прошло. — Может, это была её собственная идея, а может, кто-то из её знакомых в верхах сделал ей новое выгодное предложение. Возможно, за этим стояли даже настоящие коллекционеры. В итоге, Йона сделала свой выбор. Она попыталась кинуть представителя «коллекционеров», который явился на встречу.

Старшая азари ушла в свои воспоминания, Ниене пришлось её поторопить:

— И?

— И вот так всё это и вышло, — ответила та. — Она встретилась с одной из моих необычных подруг: азари в чёрном и фиолетовом. Йона попыталась устроить засаду. А в итоге там перебили всех… кроме меня.

Ниена заворчала, когда Илена просто пропустила все подробности боя, но учитывая, чего она насмотрелась в ходе освобождения лагеря, примерно представить себе могла. Дева приблизилась, рассматривая Йону ближе. Её тело в этой странной капсуле было погружено в некую жидкость, в нескольких местах из него торчали трубки и биометрические датчики. Выглядело всё это не очень-то комфортно.

— И почему же тебя пощадили? — Ниена попыталась, чтобы голос звуча обвинительно, но большая часть её ярости и злобы уже схлынули. — Твои новые подруги перебили всех? А тебя брали в плен живой, или что?

— Меня? — Илена хохотнула, добавила, уныло улыбаясь: — О, нет, нет, нет. Я просто очень быстро успела сдаться!

— …вот как? — Ниена всё ждала слов «я пошутила», но их не было. — Ты сдалась?

— Сдавалась я очень быстро и со всем рвением, — добавила Илена гордо. Потом она вдруг поняла: — Вообще-то, дело и не совсем в этом. Я пряталась, меня чуть не придушил какой-то меха-ханар, потому я думала, что сейчас умру. И тогда… я что-то сказала… может быть, пошутила как-то, я уже и сама не помню. Но как бы то ни было, Шепард засмеялась и не стала меня убивать. Так вот я и выжила.

Она выглядела скорее задумчивой, восторженной.

— В любом случае, — продолжила она, усмехнувшись и решив забыть о прошлых событиях. — Так вот меня и втянули во всю эту историю с Затмением. Так я оказалась тут, а Йона оказалась там, — азари просто вытянула руку и указала пальцем на капсулу. — Ну а насчёт вопроса, кто же прикончил великую Йону Седерис? Это тоже была Шепард.

— Шепард, да? — повторила за ней Ниена и похлопала по прозрачной поверхности. — Вот почему в её теле нет дырок от пуль?

— Они могут быть на спине, — быстро возразила Илена.

— Могут быть, но ведь их там нет, — ответила Ниена, уверенная в своих догадках. — Почему её тело всё ещё здесь? Почему оно выглядит целым, но она лишилась разума? Это же вовсе не морг… так?

— Кто станет отвечать на столько странных вопросов сразу? — спросила Илена, разводя руки в растерянности. — Я не из тех, кого волнуют такие мелочи! Так что, кто ж его знает?

— Я считала, что ты большой и страшный босс Затмения, — Ниена фыркнула.

— Это так.

— Но разве боссу не положено знать, что творится на собственном корабле?

— Даже у больших и страшных боссов есть свои боссы ещё больше и страшнее, — парировала Илена и подошла ближе. Потянулась к управлению капсулой Йоны. Короткая команда, стерильно-белый «гроб» вновь начал возвращаться на своё место. — Есть. Что сделано, то сделано, — протараторила коммандос, пытаясь вновь увести младшую азари обратно к выходу. — Я показала тебе Йону. Надеюсь, что означает, что теперь мы в рас…

— В расчёте? — оборвала её Ниена ворчливо, руки она так и держала сложенными на груди. — Может быть, — добавила она неохотно. Во всяком случае, она убедилась, что Седерис не служит в Затмение инкогнито и тем более не управляет им издалека. Это очень её радовало. — Но я всё ещё хочу узнать, почему ты вообще оказалась в отряде Йоны?

Илена нахмурилась, сразу найтись с ответом она не смогла.

— Почему? — спросила Ниена, почти умоляюще, прежде чем пойти за ней. Илена явно не такая как Йона, в этом азари была практически уверена. Но она обязана узнать. Обязана убедиться. Она обязана понять причины. — Если ты совсем не такая плохая, тогда почему? Почему ты сегодня освобождаешь рабов, а ещё вчера сама помогала заковать их в цепи? Йона Седерис была чудовищем! Она убила мою семью, просто так… и я видела, что её банда делала с остальными. Почему ты была вместе с ними?

— Потому что… — ответила Илена сквозь стиснутые зубы. — Потому что я идиотка, вот почему.

Омега.

Если кто-то этого не знает, Омега — настоящая клоака. Хотя она была одновременно и прославлена, и ославлена как главный центр нелегального бизнеса между Цитаделью и Терминусом, лишь очень малая доля из этих знаменитых финансовых потоков оседает на самой Омеге, чтобы сделать её хоть немного пригодной для жизни. Большую часть жизни Илена Таноптис провела то на одной, то на другой космической станции — в основном на одной, спонсируемой и управляемой некоей корпорацией — и отличить новую постройку от куска доисторического хлама она могла с первого взгляда.

Внешний корпус станции, помнящий ещё эпоху протеан, по-прежнему был целым и крепким, даже производил некоторое впечатление. В основном впечатление «жуткого космического морского конька», но, тем не менее, снаружи станция до сих пор выглядела довольно внушительно. Облетая её, даже испытываешь трепет, словно видишь отражение Цитадели в кривом зеркале. От первого взгляда на Омегу бросает в дрожь. А потом попадаешь внутрь и видишь перед собой сплошные трущобы. В буквальном смысле, снизу доверху вся станция это одни сплошные трущобы.

Илена внимательно разглядывала заказанный суп Тремела. И был он коричневым. Хотя суп Тремела коричневым быть вообще-то не должен. Ему полагается быть голубым.

Приткнувшись на неудобном стуле и держа тарелку в руках, она искренне задумалась — какое же вселенское зло могло подарить восхитительному супу Тремела такой жуткий вызывающий отвращение цвет. Какие таинственные химические элементы можно было бы открыть, если прогнать эту жидкость через масс-спектрограф? Может быть, химический анализ с помощью инструметрона откроет новые доселе неведомые токсины и микроорганизмы? А возможно, суп пригодится в качестве оружия, особенно учитывая, насколько твердокаменный кусок хлеба подали вместе с ним? Может, она сумеет выточить из этой корки заточку и с её помощью вынудить повара сделать что-то съедобное?

За размышлениями о природе таинственного супа она провела целую минуту или две.

Пока, наконец, не решилась всё же провести эксперимент и попробовать его. В конце концов, нервная матрона азари слева от неё и громадный кроган справа синхронно наворачивали густую коричневую жижу, которую реклама здесь смела называть «аутентичным тессианским супом Тремела». Несомненно, на вид он даже близко не напоминал суп Тремела, который мама готовила дома, но возможно, на вкус он окажется даже лучше!

Не оказался.

— КХАГХ! — Илена подавилась. На вкус было словно замороженный жир с волокнами испортившегося корня луул.

Борясь с жутким искушением выбросить тарелку с этой дрянью, она остановила себя мыслями о том, что, заплатив за суп, и так ушла в минус по балансу. Деньги улетали, чтобы Илена ни делала, и сейчас, когда она осталась без работы наёмницы, особых вариантов у неё и нет. Не лучшее положение, и уж точно не для Омеги, в самой заднице освоенного космоса. Но с другой стороны, разве это тоже не входит в приключения? Когда-нибудь она сможет рассказывать об этом классные истории! Не в первый раз Илена спросила себя, как поступила бы Тела Вазир (самая крутая из всех спектров азари)? Очевидно, она бы вылила эти отвратительные помои, а потом сказал бы крогану рядом нечто остроумное, и он бы бегал потом за ней всю серию как влюблённый щенок. А серии в её сериале идут по три четверти часа[21], так что явно стоило бы попробовать.

Поднеся тарелку ко рту, она вновь попыталась отпить, но сдалась после одного маленького глотка. Что не говори, а она бедна, и становится только ещё беднее. Не совсем, конечно, в бедняках, но вряд ли это надолго. Ворча про себя, Илена начала посматривать на здоровенного громилу-крогана, сидящего рядом. Он тоже смотрел на неё, и казалось, только что не ухмылялся.

— Давай махнёмся, здоровяк, — Илена указала на кусок хлеба, который кроган отложил.

Хмыкнув, тот подхватил трёхпалой ладонью её тарелку и подтолкнул в ответ свой хлеб. Кусок был твёрже гранита, но Илена заставила себя думать, что это конфета. Невероятно пресная конфета. После того, как об него хорошенько размялись челюсти, в горло кусок хотя бы проскочил, не просясь обратно. Запить она его попыталась прошедшей очистку водой… но та, само собой, тоже была коричневого цвета. Потому что коричневый был национальным проклятым богиней цветом всей Омеги.

— Фу-у-у…

Положение её выглядело довольно поганым (довольно коричневым, можно сказать), но она лишь недавно смогла получить эту, столь необходимую передышку…

— Ты служила с Хавилой Н'оак, значит? — азарийская коммандос перед Иленой была матроной, и выглядела побитой жизнью настолько, что ей смело можно было скинуть сотню-другую лет. Пока она перечитывала резюме девы, её рука время от времени лениво касалась грубого импланта, заменяющего азари правый глаз. Кто бы его ни устанавливал, лентяй он был ещё тот. Плоть вокруг глазницы загрубела и по плотности напоминала древесную кору.

— Да, мэм! — воскликнула Илена. — Я служила с Хавилой четыре года, мы мочили врагов и не успевали считать трупы!

— Слыхала, что когда Кровавая стая поймала её, они её вскрыли и сожрали, — отметила потрёпанная азари без эмоций. Должно быть, простое любопытство.

— Не все, только ворка… и может быть ещё варрены… — Илена почувствовала, что бледнеет.

— Вождь Врог хвастался об этом по всему экстранету. Та ещё резня вышла.

— Да, мэм.

— А ты выжила?

— У меня тогда было другое задание. Когда Хавилу и её отряд… мы потеряли… мы всё равно держали позиции столько, сколько было записано в контракте. А после отступили, до того, как нас просто завалили бы мясом.

Старшая коммандос проворчала что-то невразумительное, но на одобрение это не было похоже никаким боком.

— Тут написано, что ты училась у Бенезии, верно?

— Ага, там мы с Хавилой и познакомились.

Разумеется, это была наглейшая ложь в глаза. Илена никогда даже не встречала знаменитую матриарха Бенезию лично, но Хавилу тренировала одна из капитанов её коммандос, а пока была жива, Н'оак отличалась чрезвычайной болтливостью и неумением хранить секреты. Так что в каком-то роде это довольно близко. Кроме того, Бенезия тренировала своих капитанов, одна из её капитанов тренировала Хавилу, а Хавила по мере сил пыталась тренировать Илену. Так что это не была наглая и абсолютно беспардонная ложь, просто очень большая ложь. Скажем, там процентов десять правды. Или хотя бы пять.

Не скрывая скепсиса, нанимательница задала ей ещё несколько вопросов о великой и мудрой Бенезии. Так что Илена перечислила, что матриарх имеет собственную модельную линию и отказывается надевать что-либо, сделанное на продажу (что правда), и что она проявляет особенный интерес к политике Цитадели и в первую очередь к Спектрам (и это правда), и что она даже завела привычку обедать вместе со всем своим не столь уж малым собранием последовательниц, совмещая трапезу с молитвами Атаме и куда менее известной богине Ниике. Несомненно, сейчас где-то далеко призрак несчастной Хавилы мог бы гордиться, что её многочисленные лекции о Бенезии не пропали даром и, наконец, им нашлось хорошее применение. В субъективном, конечно, смысле «хорошее». Но вообще применение нашлось, разве этого недостаточно?!

— Хм-м-м, — протянула старшая коммандос, набирая что-то на своём инструметроне. — Ладно. Выглядит неплохо. Обычно новички у нас проходит определённые… тесты… но сейчас на это нет времени. Ты ведь знаешь, для какой работы мы сейчас нанимаем пополнение на Омеге?

— Конечно, знаю! — ответила Илена, улыбаясь. У неё появилось хорошее предчувствие на счёт этого собеседования!

— Сейчас в рабочих кварталах опять началась война банд, — нанимательница скривилась от отвращения. — Эти убогие ворка разбушевались… опять, — вздохнув, она повернулась в профиль, Илене пришлось заставить себя не отворачиваться. — Похоже, такое происходит каждые десять-двенадцать циклов, тупое зверьё просто успевает забыть про прошлый раз. Так что у нас открыт сезон охоты на ворка. Если выживешь, то вместе с нами и девчонками Арии отправишься потрошить тех кроганов, кто устроил весь этот грёбанный цирк. Если выживешь и там…

— То я в команде? — спросила Илена, её отчаянно хотелось найти новый отряд, чтобы продолжить свои сексуальные приключения в дальнем космосе.

— То встретишься с Йоной, — ответила побитая жизнью матрона, и имя Йоны она произнесла практически с уважением, — и вот если босс скажет, что ты в команде, то вот тогда ты в команде.

— Жду не дождусь! — Илена победно вскинула кулак. — И куда мне идти дальше?

Разукрашенная шрамами наёмница усмехнулась, указав на открытую дверь у себя за спиной.

— Хватай огнемёт, пойдешь с остальным мясом, куда мы скажем, и постараешься, чтобы тебя не затоптали. Надеюсь, дева, тебе нравится запах сгоревшего мяса.

— Я сбежала из дома в поисках развлечений и приключений, — всю свою историю Илена уложила в несколько слов. — Возможно, это самая большая глупость в моей жизни. Я давно уже должна была погибнуть, — признала она, вздохнув и повесив голову, пока они шли по главному кораблю Затмения. Её главному кораблю, по крайней мере, для широкой публики.

— Я не понимаю, — хмуро ответила Ниена, шагая рядом.

— Да я, в общем-то, тоже, — ответила Илена, улыбаясь младшей азари. — Я никогда не умела думать наперёд. Обычно просто делаю, что чутьё подскажет. Иногда это втравливает меня в неприятности, а иногда и вытаскивает из них. Обычно всё-таки первое, но раз на раз не приходится.

— Мозгов как у варрена, и его же импульсивность? — недоверчиво переспросила Ниена. — Поэтому ты и спасла Йону?

— Практически да.

Илена уже неясно помнила всё произошедшее. Они штурмовали корабль, паля во все стороны. Лучше всего, наверняка, было бы сказать, что она пряталась за спинами и стреляла только по стенам, но это было бы ложью. На пассажирском лайнере были одни азари, и многие предпочли сразиться с пиратами, а не дожидаться рабского аукциона у батарианцев и надеяться, что вот там-то им повезёт. К тому моменту Илена уже хорошо знала, в каком отряде она оказалась. А ещё она понимала, что с этим ничего уже не поделаешь. Может, она была и не такой хорошей, какой себя считала — и она, в общем-то, никогда и не думала о себе, как о слишком хорошей азари — но в стрельбе по пассажирам и экипажу, которые отстреливаются в ответ, она не видел ничего плохого. Что тогда, что сейчас.

А вот безоружные девы и матроны — уже другой вопрос.

Она входила в Команду Два, и на мостике оказалась уже когда его заняла Йона с Командой Один. К тому моменту родители Ниены уже были убиты. Кто знает, почему это произошло? Может, они что-то сказали? Может, пытались что-то проделать с управлением кораблём или реактором? Может, они просто на Йону не так посмотрели. Босс оставила без глаз одного батарианца только потому, что он «косо на неё посмотрел». Как будто батарианцы не смотрят на всех и на всё косо со своими-то четырьмя глазами. В другой раз, совместную веселую попойку с другой коммандос от разламывания ближайшего стола её головой отделяла всего лишь одна неудачная шутка о любимой команде Йоны. Такой вот им достался босс.

Возможно, успей она подумать, Илена и не стала бы ничего предпринимать. Если так посмотреть, было бы нетрудно просто остаться в стороне или спрятаться подальше, как остальные, когда дева, которую с хохотом удерживал Боч'ча, вдруг выхватила его пистолет-пулемёт и начала палить очередями. По правде сказать, она и не думала о том, чтобы спасать боссу жизнь, просто пыталась спрятаться хоть за что-нибудь, что выдержит попадание пары случайных пуль. Так уж получилось, что ближе всего к ней была Йона, а Ниена как раз в неё и целилась — свалив босса на пол, Илена просто спасла их обеих от превращения в решето. Как часто в её жизни бывало, на тот момент Илена об этом просто не успела задуматься.

В молчании обе азари направлялись к корабельному лифту, по пути пройдя мимо одного из людей в чёрно-фиолетовой броне. До этого они никого не встречали от самого «хранилища чужих», где на посту всегда стояла пара человек.

— И что с нами будет дальше? — Ниена впервые озаботилась своей судьбой и судьбой других освобождённых рабов, а не Йоной Седерис и степенью вины Илены. Та заметила, что дева, полуобернувшись, разглядывает человека, мимо которого они прошли.

— Мы состыкуемся с кораблём, который отвезёт вас на Камалу, в Республику.

— Батарианскую Республику?

Сложно ей было поверить, как всё успело измениться. И продолжало меняться дальше.

— Именно туда.

— Если вы убиваете хозя… — она чуть опять не произнесла это слово, — …рабовладельцев, то я хочу вступить к вам! — Ниена решительно посмотрела на неё. — Ты же видела, на что я способна. Я использую биотику второго класса, а у меня даже усилителя нет! Я хочу драться!

Илена думала несколько секунд, оценивая это предложение.

— Ты хочешь убивать, — возразила она, увидела, как Ниена распахнула глаза. — Это иное.

— Вовсе нет! — отбила Ниена, яростно глядя на старшую азари. — Да и потом, кому какая разница, зачем я это делаю? Если вы будете меня учить, покажете, как правильно пользоваться биотикой, я стану очень сильной! Я уверена, что смогу!

— Не думаю, что вижу что-то неправильное в твоём желании перебить всех этих ублюдков, — поразмыслив и почесав щупальца, признала Илена. — Пожалуй, многие из наших рекрутов пришли ровно по той же самой причине. Но, может тебе стоит сначала остановиться и немного подумать. Неужели у тебя… никого… не осталось в колониях?

— Нет, — прошипела Ниена.

Илена застонала, но на её счастье в этот момент открылись двери лифта. Из него вышла ещё одна женщина в чёрно-фиолетовом бронескафандре, но эта не скрывала своего лица. Капрал Чамберс, и как раз когда она и нужна! Слава богине, что она не отключила на своём инструметроне текстовые сообщения.

— Ниена? — уточнила фальшивая азари, дружелюбно улыбаясь.

Дева медленно обернулась, когда её позвали, на Чамберс она смотрела с опаской. Даже сделала шаг назад, когда та подошла ближе.

— Ты же хочешь когда-нибудь вступить в Затмение, верно? — спросила Илена, аккуратно придерживая младшую азари и не давая ей отступать дальше. — С кем тебе нужно поговорить об этом, так это с капралом Чамберс. Можешь звать её просто Кэтти!

— Кэтти? — спросила Ниена, переводя взгляд между ними. — Как-то имя звучит не очень страшно для бекха-якши. А вас что, правда, так зовут?

— Бекха-якши? — переспросила Чамберс, улыбнувшись и наклонив голову. — Это вот так нас называют? Ангелами Чёрного Ветра?

— Ночного Ветра, а не Чёрного, — хихикая уточнила Илена, ткнув её в плечо. — Это из легенды про Трёх Чёрных Сестёр… А я предупреждала, что если вы будете расхаживать во всём чёрном, то тем оно и кончится.

— Ты же понимаешь, что мы не ардат-якши, верно? — спросила Чмберс, Ниена только пожали плечами.

— Да мне без разницы, из них вы или нет, — произнесла маленькая азари вроде бы безразлично, но с явным намёком знающей некий секрет. — Но, увидев, что одна из вас сделала с Йоной… Я бы уже и не удивилась.

Чамберс не выглядела так сильно опечаленной, какой была бы Илена на её месте, просто… слегка расстроенной. Уперев руки в бёдра и едва ли не надувшись — обиженный вид, мало подходящей женщине, которая может без особых усилий сломать турианца об колено — она растерянно покачала головой. Похоже, что они уже успели заработать себе определённую репутацию. А три сотни освобождённых рабов только распространят слухи о них и это новое прозвище ещё дальше.

— Ну, думаю, бывают прозвища и похуже, — решила Чамберс в конце концов.

— Мне вот всегда нравился вариант «Демонические Доминирующие Девы», — заметила Илена, задумчиво касаясь подбородка.

— Там же все слова на одну букву.

— Именно!

В любом случае, «бекха-якши» или «Чёрные сёстры», было далеко не самым худшим названием, хотя и относилось исключительно к культуре азари. Большинство дев так или иначе знают эту легенду. Предположительно, на Тессии в древние времена, ещё до создания ордена юстициаров, большая часть ардат-якши сами следили друг за другом. На самом деле, до сих пор строят теории, что юстициаров самих первоначально набирали из ардат-якши.

В старой легенде три девы ардат-якши — которые могли быть, а могли и не быть родными сёстрами — путешествовали вместе. Известные своим целибатом, они шли от деревни к деревне, выполняли разную работу и как могли помогали другим. На целибат всегда делали особый упор в этой легенде и её толкованиях. Большую часть странствующих в поисках приключений дев нельзя заподозрить в воздержании ни в одном, самом широком смысле слова. Поэтому такой поворот добавлял загадочности.

В те времена на Тессии ещё господствовал феодализм, когда маленькие города управляли ближайшими деревнями, каждым городом управлял совет матриархов, и кто-то из матриархов считался лидером всего феода. Вскоре на своём пути к неизвестной цели три сестры добрались до деревень под жестоким правлением города Вридия, и до властей быстро дошли слухи о трёх ардат-якши, блюдущих целибат. После разных разговоров и переговоров — эта часть сильнее всего варьировалась от рассказчика к рассказчику — в итоге матриархи Вридии пригласили (или заманили обманом) сестёр на пир в главной цитадели города.

Только пир этот обернулся ловушкой.

Как бы ни различались прочие детали, этот фрагмент всегда оставался неизменным: жестокие матриархи смогли устроить засаду и поймали одну из сестёр, а двум другим удалось сбежать. На следующее утро Чёрную сестру сожгли на костре. Двух других искали, но найти так и не смогли. Но матриархи не знали, что они вовсе не убежали из города как можно дальше, о чём все подумали. Вместо этого две оставшиеся сестры поклялись отомстить и затаились неподалёку.

Сёстры прятались сто и один год, строя планы и дожидаясь нужного момента. Сто и один тессианский год спустя, в тот же день, когда матриархи сожгли их сестру, две терпеливые и решительные Чёрные сестры свершили свою месть. Проникнув в цитадель под видом верных слуг, они нанесли удар, вырезав всех матриархов одной кровавой ночью. А после они исчезли, хотя во многих историях в конце они убивают последнюю из матриархов — обычно самую злую, ту, что правила советом — ценой своей жизни. Это и есть легенда о Чёрных сёстрах, Ангелах-хранителях для тех, кто поступал хорошо и Демонах ночи для тех, кто поступал плохо.

Илена считала, что определённо бывают и куда менее приятные прозвища.

— Ладно, пойдём, — попыталась капрал Чамберс увести Ниену. Когда та всё-таки согласилась идти, Чамберс заметила нечто, оглядев азари. — О, а это… это тебе Илена дала?

— Да, она, — Ниена вытащила из кармана странный пищевой батончик, разглядывая со всех сторон. — А что это вообще?

— Нечто волшебное! — воскликнула Илена, обхватив руки младшей азари, и батончик в её ладонях.

— Это шоколад, — пояснила Чамберс, поднимая «бровь» — очень человеческий жест, даже если у неё и было лицо азари.

— В одном можешь мне поверить, — Идена медленно выпустила её руки, аккуратно похлопав по рациону. — Даже если ты сомневаешься во всём остальном, что я говорила и делала. Но в одном можешь мне поверить. Шоколад. Просто. Божественен.

— Идём, — сказала Чамберс снова, положив ладонь Ниене на спину и подтолкнув её в нужную сторону.

Илена развернулась к лифту. Через секунду она услышала звук чего-то рвущегося. И почти немедленно донеслось торопливое:

— Ух-х-х!

Входя и лифт и нажимая на кнопку нужного этажа, Илена вздохнула.

— А я ведь ей говорила.

И всё-таки, она не могла просто так отказаться от своего прошлого и всего, что связано с Йоной Седерис. Не то чтобы она жалела, что сменила сторону. И не то чтобы она не считала, что Йона получила по заслугам. Но то, что делала Йона Седерис… кое-что из этого Илена Таноптис делала тоже. Пускай, и не с радостью, но добровольно.

Может, это и не делает её такой же плохой, как Йона… но и особо хорошей её тоже считать нельзя, и думать обо всём этом было…

Илена потрясла головой, избавляясь от ненужных мыслей.

Думать обо всём этом было бесполезно. Что сделано, то сделано. Важнее то, что она будет делать дальше. Её новые хорошие поступки не отменят плохих, но это не имеет значения. Ей нравилось освобождать рабов. Ей нравилось бороться против Гегемонии. Ей нравилось вдохновлять других, нравилось вместе с Шепард и другими людьми участвовать в чём-то большом и важном, помогать хоть раз сделать эту галактику чуть лучше. И пока ей нравится в этом участвовать, пока она считает, что поступает правильно, всё прочее значения не имеет. Да и вдобавок, это же явно самое большое приключение в её жизни!

А их следующая остановка?

Корлус.

— Хм-м, Корлус?

Советник Соулон уделял голограмме капитана Дисмета из ГОР маловато внимания. У него сейчас были слишком заняты руки. Конкретнее, заняты они были большим круглым горшком. Который он держал обеими руками.

— Да, сэр, — ответил Дисмет кратко. — Флагман Затмения движется именно к этой системе, если судить по перехваченным переговорам между ретрансляторами. Кодирование сигналов в Батарианской Республике ничуть не лучше, чем в Гегемонии, а они к тому же связывались с «Тевурой» по старым каналам, которые мы взломали давным-давно. Они направляются к этой системе с небольшим эскортом.

— Где они без сомнения столкнутся с нашей дорогой Телой Вазир, которая тоже держит путь на Корлус, — отметил Соулон, возвращая горшок на огонь и беря со стола небольшой металлический половник с прорезями. Опустив его в кипящий бульон, советник начал помешивать содержимое горшка. — Вопрос в том, — размышлял саларианец вслух, мешая половником густое кипящее варево, — что же на Корлусе есть такого?

Эта планета являлась настоящей свалкой. Галактической свалкой, в самом буквальном смысле. Уже больше тысячи лет вся экономика планеты строилась исключительно на разборе кораблей. Если корабль нужно выкинуть, то выкидывать будут именно на Корлус, и так уже много веков. Несколько циклов назад один предприимчивый саларианец даже восстановил разбившийся дозорный корабль рахни ещё тысячелетней давности, который он откопал на Корлусе. Облетев на нём пространство Цитадели и прославившись, саларианец потом продал его анонимному покупателю за долю малую. Как не посмотри, а неплохой взлёт для мелкой рыбёшки с улицы, без семьи, связей и перспектив. Корлус превратил его в богача. Большинство таких как он просто ломаются, как ломаются от времени сотни остовов, на огромном планетарном кладбище кораблей размером с океан.

И кстати о мелких рыбах…

— Но возможно, — предположил Соулон, доставая половником шар, словно состоящий из мелких игловидных позвонков, — вопрос стоит иначе, не что там, а кто там?

— Сэр? Как вы… — капитан Дисмет на голопроекции ощутимо напрягся.

Советник Соулон поднял шар на уровень глаз, чтобы убедится, что морской конёк уже точно сварился живьём. Если он ещё жив и не сварился, можно и погибнуть, когда он тебя ужалит. С другой стороны, если передержать его в бульоне, то и без того невеликое количество мяса станет пресным и волокнистым. Определить, что конёк готов, можно только по цвету панциря. Или… можно смошенничать и воспользоваться специальным датчиком, но мошенники редко приходят к успеху. В стратегической перспективе, по крайней мере.

— Кто там на Корлусе, капитан? — спросил он, возвращая конька в кипящий бульон.

— У нас нет абсолютной уверенности, — признал Дисмет, чувствуя себя неудобно из-за неполноты информации и из-за того, что у его босса есть альтернативные источники, которыми он не смущается пользоваться. И это не считая его огромный опыт.

— Тем не менее, вы предполагаете, что там находится некая конкретная личность.

— Да, сэр.

— Тогда, я слушаю.

— Сэр, вторжение Кровавой Стаи на Корлус обросло определёнными слухами, — начала издалека Дисмет, сцепив руки за спиной. — Мы считали, что это обычная война группировок… но два наших ценных агента внутри Стаи уверяют нас, что на самом деле цель иная. Похоже, вожди, возглавляющие этот поход, считают, что на планете есть несколько фертильных кроганских самок.

— Продолжай, — подбодрил Соулон, сам он и дальше мешал содержимое горшка, сузив свои широкие, как у всех саларианцев, глаза.

— Проще всего было проигнорировать эти предположения. Не то чтобы кроганш нельзя было увидеть за пределами Тучанки или даже так далеко от карантинной зоны, но это всегда очень редкие случаи, и никогда среди них не было фертильных. Турианцы очень неплохо справляются с блокадой и обеспечением карантина, в данном случае. Протащить мимо них самку было бы… непросто. Слишком проблематично.

— Совершенно верно, — согласился Соулон.

Разумеется, несколько раз ГОР как раз и приходилось это проделывать. Следить за текущим состоянием генофага было важно, и хотя он неплохо поработал над мужским бесплодием кроганов, бесплодность самок была его основной задачей. И справлялся он с ней очень хорошо.

— Так или иначе, мы всё равно собирались не принимать эти сведения во внимание, несмотря на то, с каким фанатизмом Кровавая Стая двинулась на Корлус… До тех пор, пока мы не услышали одно имя.

— Имя?

— Думаю, оно вам хорошо известно, сэр…

Воспользовавшись заминкой капитана, Соулон снова вытащил варящегося конька, держа его на половнике в струях пара над кипящей поверхностью. Улыбнувшись при виде нужного цвета, пухлый советник потянулся за двузубой вилкой, собираясь насадить на неё моллюска.

— … это Окир.

Рука Соулона замерла, так и не дотянувшись до вилки.

— Окир, — повторил он за капитаном, слишком спокойно и слишком медленно для салараинца, тем более для саларианца его ранга. В отличие от многих собратьев, Соулон не начинал говорить очень быстро, когда задумывался о чём-то. Он взвешивал свои поступки и свои слова мучительно медленно. — Окир может находится на Корлусе, — продолжил советник, сделав глубокий вдох. — В новой лаборатории и с новыми подопытными. Ты это хочешь мне сказать, капитан? И Кровавая Стая явилась туда именно за фертильными самками, которых он вывез с Тучанки.

— Сэр, — Дисмет был краток, — предполагаем, что всё именно так.

— Очаровательно, — Соулон проткнул моллюска вилкой одним точным движением. — И сколько же ещё раз я должен убить этого крогана?

Голограмма Дисмета почти незаметно улыбнулась.

— Полагаю, хватит ещё одного раза, сэр, — ответил он. — Если он там, я всё сделаю, как надо.

— Можешь попробовать, — сказал Соулон, наконец-то удостоив голограмму взглядом. — Но ты не знаешь Окира.

— Мы все слышали о ваших… подвигах во время борьбы с ним, — заверил Дисмет с блеском в глазах. Конечно, в ГОР обожали секреты, но из некоторых секретов получается порой непревзойдённая пропаганда. А ещё всегда найдётся несколько агентов, которые могут совместить кое-какие имена и кое-какие старые байки.

— За много веков сотни саларианцев пытались добраться до Окира, — предупредил советник своего подчинённого, поднимая на вилке идеально сваренного морского конька. Очень осторожно он положил костлявое создание в керамическую подставку на блюдце. — Я желаю тебе добиться успеха там, где я не сумел, капитан. Но не забывай… если Окир там… если весь этот интерес к Корлусу вызван его действиями… это всё равно оставляет вопросы, на которые надо найти ответы. Почему именно Корлус? С кем Окир там работает… или на кого? И какой во всём это хаосе интерес у Затмения и у Телы Вазир?

— Сэр, для этого и существует ГОР. Чтобы находить ответы.

Личный журнал Даро'Ксен

Запись 9:06:002

Илена сегодня опять вела себя как идиотка.

Нет, я начала не с того.

Сегодня я прошла очередную процедуру с применением Состава, и после неё я чувствовала себя «совершенно разбитой» следующие 24 человеческих часа. Наверное, большая часть команды купилась на версию, что я просто заболела — ведь все знают, что кварианцу заболеть, это как два пальца, как люди говорят. Или как там Илена выразилась? «Кто-то косо посмотрел, а она уже болеет» — кажется, дословно именно так, хотя в её случае это явно была шутка. Вообще-то, даже меня позабавило, когда услышала в первый раз, хотя и не знаю почему. Я ведь всегда ненавидела, когда иные расы относятся к нашему состоянию как к признаку слабости или неполноценности нашего вида. И потом…

Нет, это не важно.

Через некоторое время, когда я услышала, как одна из новичков кашляет в кулак — вот тут меня это задело. Я не знала, как её зовут, но она делала это напоказ, глядя прямо на меня, а саларианец, с которым она говорила, хихикал, прежде чем у него включился мозг, и он занервничал. В конце концов, он один из подчинённых мне инженеров, и понимает, что сам роет себе могилу. Но, тем не менее, он успел посмеяться надо мной.

Как так получается, что люди — пришельцы из-за границ исследованного космоса — относятся ко мне с большим уважением, чем так называемые представители «цивилизованных» рас Цитадели? Люди тоже любят посмеяться, да, но я хорошо знаю разницу между смехом и насмешкой. Похоже, это разделение на категории существует у всех разумных рас. Я…нет, останавливаться на этом эпизоде ещё дольше смысла уже нет. Я и так испытываю искушение удалить последние пару минут из памяти журнала.

Проще сказать так: пусть себе кашляют и хихикают. Время на моей стороне.

Возвращаясь к моему лечению и обеду у ветеранов… в общем, вернёмся к теме. Люди, как легко можно понять, принимают пищу только среди своих. Те, кто замаскировался под азари полностью, находятся в рядах рекрутов и порой едят с ними за одним столом для поддержания легенды, но остальные люди предпочитают делать это в тайне. У них есть даже отдельная закрытая и защищённая столовая, попасть туда труднее, чем в столовую для офицеров Затмения. Неудивительно, ведь Эньяла и Лизелль до сих пор не знают о людях, в отличие от меня.

Это было своего рода празднование. Моё лечение Составом двигается в точности по графику, намеченному мастером Вален и доктором Баскином, под тщательным наблюдением доктора Чаквас. У нас на корабле находится всего одна спрятанная капсула для обработки Составом, по крайней мере, на текущий момент. Выбравшись оттуда, я чувствовала себя усталой и невероятно голодной. Тогда Чаквас и предположила, что «пообедать с друзьями» помогло бы мне в восстановлении. Разумеется, я усомнилась в этом. Звучало это совершенно антинаучно, но доктор проинформировала меня, что множество исследований доказали — активная социализация и общение ускоряют послеоперационное восстановление у людей. Как она предположила, кварианцы не должны заметно отличаться в этом отношении. Это прозвучало достаточно разумно. Поэтому я пошла.

Вскоре я уже сидела в столовой, с питательной пастой (со вкусом смека! До сих пор не могу поверить, что мы смогли отыскать натуральный двухпроцентный смек так далеко от Флота) в руках. Не прошло много времени, как Илена начала щупать меня и задавать вопросы, что же именно подверглось модификации. Она спросила, не модифицированы ли теперь и мои глаза, на что я ответила, что в этом отношении квараинская физиология пока изучена недостаточно хорошо, по сравнению с человеческой и азарийской. В основном потому, что мы не мрём тысячами и не заваливаем своими трупами космос.

Хотя сказать по правде, это представляет для меня некоторую проблему. Люди уже давно составили генетические карты наших с Иленой рас, но вот для практических экспериментов им нужны тела. И когда речь заходит о кварианцах, это непростой вопрос. На Флоте мы перерабатываем умерших. Поэтому для изучения доступны разве что трупы тех несчастных, кто погиб в своём паломничестве. Именно они, так же как тело фертильной самки кроганов, и составляли основу последнего столь неудачно окончившегося заказа для Йоны Седерис. Кроганшу она так добыть и не смогла, но нескольких мёртвых кварианцев где-то разыскать сумела. Лучше мне не знать, где она их нашла.

Тогда идиотка азари продолжила задавать ещё больше вопросов о Составе, она явно воспринимала его как лекарство от всех болезней, способное мгновенно вылечить кварианскую иммунную систему. Мне было неловко оказаться в центре внимания, но к счастью Чаквас начала объяснять, как же этот таинственный Состав применяется в моём случае.

Иммунная система нашей расы, как знают все, кто учился в школе, критически деградировала за время нашего изгнания. Куда меньше тех, кому известны подробности, как это произошло и каким именно образом. И у кварианцев, и у людей в организме находится множество чужеродных представителей микрофлоры и микрофауны, полезных или связанных симбиозом. Наша зависимость от происходящих с Ранноха симбионтов всегда была… помехой…

Да, она мешала нам путешествовать в космосе… Наши тела являются неотъемлемой частью взаимосвязанной экосистемы нашего мира, мы должны были буквально брать эту экосистему собой, куда бы ни отправились. Когда мы бежали с Ранноха, у нас на руках имелись образцы всех необходимых микроорганизмов. Однако наши предки и старейшины не подошли к делу столь тщательно, как им бы следовало, когда готовили наш побег.

Мы взяли с планеты образцы животных, растений, почвы — это должно было поддерживать наше существование долго, однако вместо этого они быстро начали приходить в негодность. Причин не знаю — я не биолог, чтобы выдвигать гипотезы. Плохое планирование? Эпидемия? Несчастные случаи? Саботаж тех, кто симпатизировал гетам? Сейчас уже бесполезно гадать. Но именно это закрыло для нас многие двери, практически в буквальном смысле. Во времена моей прабабушки, мы начали носить скафандры, нам пришлось закрыться в них. И каждое последующее поколение их уже не покидало. До… до меня!

Очень скоро я забуду про этот проклятый скафандр. Технологии людей, Состав, не заменят мне иммунную систему. Как я уже говорила раньше, микромашины, составляющие его, не могут самостоятельно размножаться. Нет. Вместо этого Состав будет использован, чтобы вплавить в моё тело новую иммунную систему. У меня станет больше органов.

Новый орган назвали «лимфатическим сердцем» и он будет производить лимфатические клетки. Генетически модифицированные, предназначенные для поиска и устранения угроз клетки. Это сердце способно производить такие клетки и насыщать ими мои ткани. Так же оно служит хранилищем и центром переработки, где скапливаются, а затем уничтожаются инородные объекты. Клетки-лимфоциты будут способны поглощать и уничтожать посторонние тела… но они так же смогут обнаруживать, к примеру, раковые клетки и определять их как чуждые и зловредные. Они способны распознавать чужеродные объекты, сканируя протеины их поверхности, а затем выпускать гидрофильный нанополимер, который недружелюбная клетка вынуждена поглотить. После этот полимер растворяется при изменении кислотности, когда клетка уже доставлена на переработку.

Предположительно, в основе этого механизма лежит уже существующая человеческая система, применяемая для генетического моделирования и ремонта повреждений на генном уровне. Для переноса генетических агентов внутри организма людям не нужны вирусы. Их методы позволяют доставлять лекарство очень точно, непосредственно к клеткам определённого типа. И пока это новое сердце будет качать через моё тело изменённые лимфоциты, они примут на себя функцию отсутствующих организмов-симбионтов, которые я должна была получить от матери и из внешней среды Ранноха.

Но… сначала всё нужно правильно настроить. У нас на руках нет образцов тканей здоровых кварианцев, живших до изгнания, чтобы идеально повторить все биологические механизмы. Если мне повезёт — если моей расе повезёт — после Корлуса всё может измениться. Где-то там могут найтись старые записи. Я хочу верить, что в самом крайнем случае они могли остаться у адмиралов флота, но точно рассчитывать на это нельзя. Более того, даже в благоприятном случае делиться информацией с нами они могут и не захотеть.

Вот, я снова отвлеклась от темы.

Но то, что я действительно хотела написать, связано со всем этим сразу. Чаквас объясняла Илене и людям о новых процедурах, о лимфатическом сердце. Одна из них спросила, что насчёт затрат Состава. Чаквас ответила, что канистру с Составом недавно доставили на борт, однако уйдёт на всё «всего десять миллилитров». Как я уже знаю, стандартная канистра содержит пятьсот миллилитров, и у нас и минимум две. Похоже, моё лечение требует затрат меньших, чем обычно. Если допустить, что обычно требуется в два раза больше материала, то одной канистры хватит на двадцать пять стандартных процедур-модификаций. Экономия на мне увеличит количество Состава, который в дальнейшем будет доступен для работы и исследований. Или для повторения моей процедуры на других

Скоро. Уже очень скоро я выберусь из этой позорной клетки.

Глава 12

Советник Тевос не выглядела слишком довольной.

— К этому моменту я ожидала услышать от вас больше, Спектр Вазир, — медленно и холодно произнесла матриарх. Тела Вазир работала на Тевос уже больше двух сотен лет, исполняя для неё особые поручения параллельно со своей службой в качестве Спектра. У них были весьма крепкие рабочие и даже личные взаимоотношения. Обычно советник звала её Телой. Даже с симпатией.

Если же советник говорила не с «Телой», а со «Спектром Вазир», то она явно была недовольна.

— Я бы хотела сообщить вам больше, — покаялась Тела, почтительно опуская глаза перед своим самым главным боссом, — но всё обстоит именно так, мои обычные источники не дали мне достаточно сведений. Сейчас о Затмении просто никто не имеет внятной информации. И проблема не в том, кому задавать вопросы — я думаю, сейчас просто вообще никто не знает, какой именно матриарх стоит за Затмением. Но я уверена, что вместе с коллегами смогу установить истину… просто нам нужно чуть больше времени.

Наклонив голову набок, Тевос недовольно разглядывала своего любимого Спектра. В девичестве Тела была одной из её коммандос, и когда начальник поднялся по карьерной лестнице, повышение ожидало и подчинённых. Многие из бывших коммандос и просто учениц Тевос добились успеха на ниве промышленности, науки и политики. Две даже сами недавно стали матриархами и уже набирали популярность. Именно Тевос предложила кандидатуру Телы в качестве Спектра. От той наивной девы-коммандос давно уже не осталось и следа, в пустоте космоса она нашла себе и новые знакомства, и новых нанимателей, но продолжила служить своему матриарху… так же, как тогда. Вполне вероятно, что Тевос с самого начала распланировала их судьбы, возможно ещё с того дня, как только начинала учить своих коммандос «тому, что им ещё пригодится».

— А Корлус? — просто напомнила Тевос.

— Мои контакты сообщают, что Затмение проявляет интерес к этой планете, — ответила Тела, по-прежнему скромно глядя в пол. — Что именно им нужно, я пока не знаю, но у меня есть основания считать, что они ищут секретную батарианскую лабораторию, принадлежащую Отряду 7-31.

— Заговор уборщиков, — Тевос только фыркнула.

Тела Вазир неловко помялась на месте, ей не нравилось находиться в положении оправдывающейся, но она вздохнула и посмотрела в глаза своей начальнице, ответив:

— Со всем уважением, напоминаю своему матриарху, что Отряд 7-31 владеет небольшим флотом частных военных судов, и пока лишь два из них пострадали в ходе идущей гражданской войны. Среди всех организаций Гегемонии: Союза Касты облаков, Первого ударного отряда, Комитета внутренних дел, Кар'шанской бригады… секретная организация, называемая Отряд 7-31, наиболее загадочная и наиболее могущественная. Они тщательно берегут свои ресурсы. Если война продолжится, затянувшись ещё на цикл или два, я с высокой вероятностью ожидаю, что они могут даже устроить переворот.

— Да… пожалуй, было бы легкомысленно недооценивать батарианскую склонность делить всё на закрытые фракции, — Тевос ответила после нескольких секунду раздумий, кивнув почти что с неохотой. — Я одобряю продолжение расследования их деятельности, Тела, но нам на самом деле нужно знать, кто стоит за Затмением. Это не только мой интерес, но интерес Внутреннего Круга Тессии. Внутри Круга уже прозвучали определённые… обвинения… Чтобы восстановить мир мы обязаны узнать, кто именно виноват в происходящем.

— Вы ведь читали мой рапорт? — спросила Тела, понимая, что вопрос звучит глупо. — Разумеется, читали, но я подразумеваю конкретную его часть: рассказ Рекса об азари, с которой он сражался?

— Я понимаю, что лично он считает правдой, — ответила Тевос, но нейтральное выражение лица вновь сменилось мрачным. — Но мне нужны чёткие ответы, Тела. И больше любых ответов мне нужно имя. Кто бы ни создал Затмение и не поддерживал теперь гражданскую войну в Гегемонии, она точно ждёт нужного момента, чтобы появиться на сцене. А я не собираюсь отдавать инициативу неизвестно кому, — советница азари вздохнула и произнесла, глядя прямо на Спектра: — Я удовлетворяю твой запрос. Отправляйся на Корлус с моим полным одобрением. Отстаивай интересы Цитадели и Совета. К чему бы ни привела эта неуправляемая война, мы обязаны убедиться, что в итоге окончится она в нашу пользу и на наших условиях.

— Искренне согласна с вами, — ответила Спектр, слегка расслабляясь. — А могу ли я поинтересоваться, советница, правда ли что две батарианские фракции перенесли свою войну даже в президиум Цитадели?

— Ты ведь знаешь, что я не склонна излишне драматизировать, — Тевос со стоном закатила глаза. — Посол их новой Республики был официально признан Турианской Иерархией несколько дней назад. Вскоре после этого он начал разбрасываться провокационными заявлениями о неизбежном падении Гегемонии. И так уж совпало, что как раз в этот момент Затмение опубликовало записи операции по освобождению рабов. Результата можно было ожидать: всё пребывающая и склонная к насилию толпа протестующих у посольства Гегемонии. Их охране пришлось принимать меры, чтобы посольство не взяли штурмом. Служба Безопасности уже расследует это происшествие.

Лично Вазир считала, что Тевос слишком уж легко ко всему отнеслась. Конечно, одного дело «излишне драматизировать», но совсем другие — не придавать значения событию, если оно тебя не устраивает или является неудобным. Но возможно именно потому, что она так думает, сама Тела пока Спектр, а Тевос — советница, и не наоборот.

— Произошедшее уже начали называть «Бойней у Ворот», — заметила Тела негромко.

— Четверо убитых и шесть раненых — это не бойня, — отмахнулась Тевос. — То, что устроили кроганы на Эсеке 4 — это была бойня. То, что они сотворили на Иллуре — бойня. Когда рахни поймали наш шестой и седьмой флот в ловушку между гравитационным колодцем планеты и укреплениями на спутнике, убив десять тысяч наших сестёр за один раз… вот это была бойня, Тела. А то, что случилось в президиуме — всего лишь инцидент.

— Если всё так и обстоит, матриарх, тогда почему из-за него подняли столько шума? — Тела знала, что минимум один матриарх из Внутреннего Круга крепко держит за горло азарийские средства массовой информации. А СМИ азари составляют больше половины СМИ цивилизованной галактики вообще. — Ведь наверняка одна из ваших подруг легко могла бы сделать так, чтобы вся история прошла незамеченной?

— Это… — протянула Тевос, не найдясь с ответом. Она погладила подбородок в раздумьях. — Это очень хороший вопрос, но тебе сейчас вовсе не о том стоит волноваться.

— Просто мысль в голову пришла, — сказала Тела, хотя и не пряча улыбку. — Вы ведь знаете, советник, если от Гегемонии останется лишь звёздная пыль и пепел, я плакать не стану. То, что они творят — зло.

— Гегемония стабильно существует дольше, чем ты живешь, Тела — Тевос вздохнула, разочарованная словами бывшей ученицы. — Она не слишком дружелюбна, и уж точно не идеальна, но она много поколений держит Терминус под присмотром. Власти Гегемонии играют мелкими правителями Терминуса с ловкостью и талантом наших матриархов. И я искренне сомневаюсь, что их новая Республика будет на подобное способна. Вся система была отнюдь не идеалом, но она работала, и работала довольно неплохо. Есть старая поговорка: лучше змея, которую ты видишь, чем та, которую не видишь.

Матриарх и бывшая ученица беседовали ещё какое-то время, но по большей части это была уже чистая вежливость и формальность, всё важное они обсудили. Когда Тела покинула пост связи, она практически гордилась собой. Тевос не та азари, которую легко задобрить, да и сейчас она самое большее, что слегка смягчилась. И так будет до тех пор, пока Вазир не назовёт ей имя хозяйки Затмения и не пустит пулю в голову тому, кто командует Отрядом 7-31. Если Гегемония и выживет, во главе должно стоять дружественное азари правительство, а не кучка мутных любителей заговоров.

— Отчёты по вождям на Корлусе, которые вы просили…

— Спасибо, Варрен, — Тела протянула руку и подняла перед собой планшет. — Да, вот как раз на это я и рассчитывала. Мои благодарности нашему общему знакомому.

— Он повторно запросил сведения по предполагаемым разработкам Отряда 7-31 в области биотики, — напомнил учтивый убийца-батарианец, пристраиваясь на шаг позади Спектра. Белый Варрен (Тела не знала его настоящего имени, а то, которым он представлялся, являлось очевидным псевдонимом) был оперативником Серого Посредника, и по скромным наблюдениям Вазир — одним из лучших его «сотрудников». Не то чтобы бы Тела собиралась предавать нанимателя, утаивая часть ценной информации. Никто не переходит дорогу Серому Посреднику, даже Спектры.

— Если они вообще существуют, то лаборатория на Корлусе может оказаться хорошим шансом их получить.

Хмыкнув, Вазир быстро пробежалась по досье кроганских вождей. Дверь с шипением открылась, стоявшая в коридоре азари в красной броне опасливо и почтительно отступила с её дороги. Годы, слава — и вот она уже более чем узнаваемая персона, особенно среди юных дев азари из центральных миров. Не так уж много существует Спектров, про похождения и приключения которых по головидению показывают сериалы, в конце концов. Когда Тела со своей компанией поднялась на борт, среди дев пошли перешептывания, что они обеспечивают поддержку САМОЙ Теле Вазир, и что многие из них в своё время не отрывались от её сериала. К счастью, ни у кого не хватило глупости попросить автограф. Знание того, что про тебя сняли голосериал, льстило самолюбию… если забыть про все постельные сцены, которые продюсеры и сценаристы добавили для остроты и высоких рейтингов.

Большая часть Спектров действует тихо, оставаясь в тени. Тела Вазир не такая, но её всё устраивало. Ей никогда особенно не нравилась незаметность её профессии и стремление не привлекать внимание. Она больше любила стрелять не целясь, бить сапогом по морде и выкидывать разных уродов из окон небоскрёба. Пусть саларианские Спектры ползают от тени к тени, или те два чудика, про которых турианский советник и говорить не может, не брызгая слюной. Все знают, кого надо звать, когда требуется раскрошить пару черепов и одновременно хорошо подать себя прессе — Телу, вашу матрону, Вазир.

— Урднот, — Тела протянула планшет, проходя по коридору мимо крогана. — Скажи мне, кого ты тут видишь?

Приняв из её рук планшет, Рекс прошёлся по досьё, его пальцы были достаточно большими, чтобы прокрутить все файлы на экране за одно движение. Размашисто шагая, мастер боя легко подстроился под скорость батараинского убийцы и Спектра азари. Трио двигалось по азарийскому фрегату, занимая коридор практически на всю ширину, дорогу им уступали.

— Это вожди Кровавой стаи на Корлусе, — ответил Рекс, громко фыркнув. — Неудивительно, что планета превратилась в поле боя.

— Знакомых твоих среди них нет? — уточнила Тела, сложив руки на груди. Посмотрела, как та коммандос в красном, которую она заметила первой, буквально вжалась в стену, давая пройти Спектру со свитой.

— То, что я пару раз выбирался галактику посмотреть, не означает, что я обязан знать каждого мелкого кроганского вождя в Терминусе, — ответил Рекс, но узнавание в его взгляде, когда он проглядывал список, говорило об обратном.

— Не обязан, — согласилась Тела. Поглядев на крогана, она с улыбкой добавила: — Но готова поспорить, что эти четверо тебе известны.

Рекс фыркнул снова, и тут уже у Вазир сомнений не осталось.

— Ты же старый солдат, Рекс, держу пари, ты знаешь много историй, — произнесла Спектр, подняв руку с вытянутым указательным пальцем. — Почему бы нам не начать с первого в списке? Кваш, правильно?

— Кваш Хурготт…

Высокий кроган, чью бледную шкуру прикрывала красная броня, появился из импровизированной палатки, разбитой в тени древнего полуразобранного звездолёта. Группа кроганов в такой же алой броне собралась вокруг него, сопровождая своего бледного лидера к рукотворному утёсу на краю уже других руин. Они находились в самом сердце кладбища космических кораблей на Корлусе, вокруг, сколько не посмотри, виднелись только обломки, корпуса кораблей и ржавые растяжки и подпорки повсюду. Добравшись до искусственной скалы и встав на самом краю, Кваш высоко воздел руки.

Больше тысячи ворка криками приветствовали своего пастыря, некоторые даже начали радостно палить в воздух.

— Хурготт вообразил, что он какой-то там мессия для ворка. Уж не знаю как, но однажды ему в горб стукнула мысль, что он обязан объединить ворка под своей рукой, чтобы… да кто его знает, что же он собрался делать дальше? Может, захватить Тучанку? Уж какая-то глупость, это наверняка. Хотя некоторый смысл во всём этом и присутствует. Со времён восстания многие кроганы, куда лучше него, пытались объединить наш народ, но ни у кого это не получилось. Ну а ворка? Они достаточно тупы, чтобы такое могло сработать. Но если интересно моё мнение… армия ворка это то же самое, что и банда ворка… Однако если банда будет достаточно большой, она может добиться своего.

Посреди полыхающего поля боя стоял ухмыляющийся кроган, в одной руке он держал чересчур большой доработанный вручную пулемёт, на конце оружия был закреплён жутковатый штык. Броню он носил тех же оттенков красного, как принято в Кровавой Стае, но сверху её прикрывал заляпанный кровью халат. Неподалёку дюжины тяжеловооруженных ворка и кроганов замерли со стволами наизготовку. Перед этим отрядом на коленях стояли пленные: азари, салараинцы, турианцы — все в зелёных цветах другого отряда наёмников. Приблизившись к пленникам, кроган жестом велел подчинённым отойти и затем открыл огонь из своего пулемёта, громко хохоча. Турианцев он оставил напоследок, позволил им попытаться сбежать, прежде чем отдать приказ своим выпустить стаю злобных голодных ворка и варренов. Турианцы не успели уйти и на полсотни метров, прежде чем начали раздаваться первые крики…

— Врог. Изгнан с Тучанки и лишён имени клана. Даже среди кроганов известен как «Зверь» Врог. Всем кроганам свойственна кровавая ярость, Вазир. Но, полагаю, что Врог в ней находится постоянно, каждую минуту каждого дня каждого цикла. Говорят, он даже к ней привык. А ещё он любит пожирать части своих жертв. Ну, если те не кроганы или ворка. Личность далеко не самая приятная, но вроде бы платит он неплохо. Я видел, как он дерётся, и меня это не слишком впечатлило — возможно, именно поэтому он всегда нападает превосходящими силами, а при нём самом будет не меньше дюжины охранников.

Толпа тяжеловооруженных кроганов разошлась, пропуская фигуру в чёрно-розовой украшенной мантии. Потянувшись к капюшону, вождь кроганов усмехнулась и откинула его назад, открывая своё лицо. Пусть и являясь женщиной, она сильно напоминала крогана-мужчину, только горб поменьше и щит на лбу тоньше и с гребнями на нём. Кто-то или что-то некогда изрезало более мягкий женский щит, изуродовав его сложной вязью зубчатых линий и надписей на чужом языке. Тёмно-красные чернила заполняли борозды в щите, заставляя его выглядеть сложной кровавой короной. Обнажив зубы, кроганша пошла вперёд, её сопровождали другие, так же отмеченные шрамами и знаками, а заодно вооруженные всем, чем только можно.

— Убега Пэл. Когда-то она возглавляла женский клан на Тучанке. Это довольно новое явление: женские кланы. Обычно у них есть пара фертильных самок, а все остальные бесплодны, но вне клана никому не известно — кто из них там кто. Но каким-то образом тайна клана Пэл была раскрыта, потом на них напали. Другой клан — клан Раик, я думаю — забрал фертильных самок, а остальных оставил догнивать. Обычно этим бы всё и кончилось, но сёстры клана Пэл наоборот сплотились, вооружились, довели себя муштрой до исступления… и затем пошли в атаку. Они начали убивать мужчин клана Раик, а потом вообще всех мужчин подряд, и чрезвычайно изобретательными способами. В конечном итоге все кланы, и мужские и женские, вежливо попросили их свалить с Тучанки и никогда не возвращаться. Насколько мне известно, Убега Пэл и её сёстры — единственная женская банда кроганов за пределами нашей планеты. Они довольно опытны… но в основном берут злостью, очень-очень искренней злостью. Злы они уже на всю вселенную целиком.

Два кроганских наёмника медленно завалились вперёд, верхние половины их тел коснулись земли секундой раньше, чем упали нижние, вываливая внутренности и забрызгивая всё вокруг словно пара неисправных фонтанов. Через ещё вздрагивающие трупы переступил третий кроган, его рука прижималась к закрытому правому глазу, один толстый палец был вытянут в сторону. Губы шевельнулись, ящер беззвучно что-то произнёс. Его руки и спину прикрывала тяжелая алая инженерная броня с тускло светящимися оранжевым элементами. В левой руке кроган держал огромный прямоугольный клинок, почти с себя самого размером — скорее кусок громадного пропеллера, чем меч. Волны биотической энергии зловеще перекатывались по его руке, стекая к оружию.

— Последний… Джагод. Урднот Джагод. Я и не думал, что когда-то ещё увижу этого крогана. Он очень старый, Вазир. Но он не был изгнан и я готов жизнью поклясться, что его появление тут не имеет никакого отношения к делам Кровавой Стаи. Джагод мастер боя… но он живёт по старому кодексу, который был в ходу ещё до появления саларианцев на Тучанке.

— По старому кодексу? — спросила Тела с чисто формальным интересом. — Это как?

— Долго рассказывать, Вазир, — Рекс помотал головой. — Скажем просто, если Джагод на Корлусе, то он там наверняка сам по себе. Сомневаюсь, что с его стороны возможны проблемы, если только мы сами не будем их искать.

— Если бы я хорошо не знала тебя, — ответила Тела, через несколько секунд, — то предположила бы, что ты предлагаешь избегать этого Джагода.

— Он Урднот, — просто объяснил Рекс

— И это всё, что ты мне скажешь? — Спектра это не убедило.

— Мастер боя от мёртвого идиота отличается, в том числе и тем, что знает — когда нужно влезть в хорошую драку, и когда не соваться в плохую, — Рекс протянул ей планшет, Вазир забрала его из рук старого крогана.

— С какими силами мы спустимся на поверхность? — спросил Белый Варрен из-за спин этого дуэта крогана и азари.

Тела Вазир прошла через последнюю дверь, окунувшись в шум и суету мостика.

— Зависит от приёма, который нас там ожидает, — ответила она с ухмылкой, разглядывая толпу готовых к бою коммандос. И самое лучшее, ей даже не пришлось задействовать предоставленные Посредником ресурсы. — Но если Корлус это поле боя, то почему бы мне не прихватить с собой маленькую армию, правда?

Пришло время крушить черепа и получать ответы.

Голограмма на мостике «Тевуры» демонстрировала богато и пышно разодетого батарианца. Тот поднял руку, вероятно, подзывая одного из слуг, находящихся вне фокуса проектора.

— Ваша оплата… сейчас проводится… но пока всё выглядит как нужно. И раз уж мы ждём, Вития, Голубой номер четыре, будешь так любезна?

— Номер четыре, сэр, — ответила немолодая уже азари, ненадолго появляясь на голограмме чтобы выставить перед батараинцем украшенный сложной резьбой сосуд с благовониями.

Батарианский дворянчик дождался, пока она зажжет благовония, потом глубоко вдохнул, обонятельные гребни на его лице задрожали от удовольствия.

— Ох-х-х. Ох! Как раз это мне и было нужно, — он жестом велел слуге пододвинуть сосуд ближе, сделал ещё один глубокий вдох, закатив в экстазе все четыре глаза. — Винтажный аромат.

Илена и Шепард, наблюдающие за всем этим с командирских мест мостика «Тевуры», быстро переглянулись. Вот это один из их лучших контактов на этой планете — сидящий на благовониях наркоман. И тем не менее, Камба Нар'гру был умён и обладал влиянием на Корлусе. Он был «зенитным бароном»… или, если использовать официальное звание, Директором системы зенитных батарей.

Любой, кто собирался совершить посадку на Корлусе ради бизнеса или ради развлечений (и некоторые развлечения были на этой планете настоящим эксклюзивом, хотите верьте, а хотите нет) должен пройти через местный вариант таможни. То есть, дать взятку одному из Директоров зенитных батарей, контролирующих атмосферу и космос над планетой. Корлус был одним из самых хорошо вооружённых миров в Терминусе, по его поверхности были разбросаны сотни зенитных батарей дюжины различных моделей и разновидностей, в основном концентрируясь вокруг кладбищ кораблей и заводов по переработке. Все они вроде бы считались частью Сети Взаимной Обороны Корлуса ради Кооперации и Процветания, но как часто сбывает с организациями с настолько длинными и вычурными названиями, на практике она не решала абсолютно ничего. Каждый директор батареи просто правил своим куском Корлуса как личным наделом.

Камба Нар'гру был директором района номер девятнадцать, и чтобы приземлиться на этом клочке Корлуса требовалось дать ему взятку. Альтернативами были попытка сесть без взятки и оказаться сбитыми, либо попытка сэкономить пару кредитов, приземлившись на не прикрытых батареями территориях, после чего добираться до обжитых мест несколько сот километров… и вероятно всё равно быть сбитыми в процессе или одним из баронов, или кем-то из бесчисленных пиратов и мародёров. Назвать Корлус безопасной планетой нельзя было ни с одной точки зрения, а если верить докладам, эта взятка будет лишь первой в очень длинной череде.

Со стороны голограммы что-то радостно зазвенело, но Камба этого, похоже, не услышал. Его обонятельные гребни уже стали лилово-красными.

— Сэр, оплата прошла успешно, деньги уже у вас на счету, — мягко уведомила его слуга-азари.

— Как и ожидалось, — пробормотал батарианец, лениво взмахнув рукой. — Зарегистрируй их и можешь пропускать. Теперь я их крыша.

Его голова неловко дёрнулась к плечу — представителям рас, в скелете которых костей больше, чем хрящей, на это даже смотреть было больно. Для батарианцев же это всего лишь означало полное расслабление мышц, и значит что батараинец смертельно болен, предельно расслаблен, или под кайфом и ничего вокруг уже не видит. И все присутствующие понимали, с каким из трёх вариантов они имеют дело. Зенитный барон, распоряжающийся богиня знает сколькими ускорителями массы класса земля-космос, наконец, вытащил сосуд с благовониями из рук слуги и, отбросив все приличия, жадно затянулся дымом тлеющего Голубого номера четыре.

Прислуживающая ему азари повернулась к проектору и потянулась чтобы отключить связь:

— Добро пожаловать на Корлус, сёстры, — сказала она, прежде чем изображение исчезло.

— Ну, он вроде выглядит надёжным, — заметила Илена с каменным выражением лица.

— У него превосходная репутация… как говорят, — Шепард даже не пыталась скрыть, насколько она не доверяет директору Нар'гру, но ведь Шеп есть Шеп. Она вообще не слишком-то охотно доверяет чужим, особенно батарианцам, и особенно преступникам. Во всяком случае, такое у Илены сложилось впечатление, ведь вначале их знакомства она соответствовала двум пунктам из трёх.

— Эй, Шеп, а эта азари ведь не рабыня, так?

— Нет, — Анна покачала головой. — Если верить докладам разведки, на Корлусе вообще нет рабства. Это один из немногих законов данного мира.

— Как прогрессивно!

— Едва ли, — она усмехнулась в ответ. — Ни одного раба на планете нет только из-за профсоюзов. Кажется, в своё время они всех их убили, чтобы не допустить конкуренции.

Илена кашлянула, ей стало неудобно за предыдущую реплику.

— Ну, это уже… не так прогрессивно…

— Нет, — согласилась Шепард. — Прогрессом и не пахнет.

— Ну, хотя бы нам дали зелёный свет, — Илена заговорила громче, чтобы слышали все на мостике. Команда корабля состояла из людей, и они знали, кто кому на самом деле подчинён в Затмении, но Илене было достаточно и просто притворяться главной. Приказы она всё равно могла раздавать. — Получите идентификаторы порта посадки и готовьте челноки к спуску!

Медленно и осторожно корабль «Тевура» вышел на низкую орбиту Корлуса. Уже через считанные минуты в космосе вспыхнули огни, когда челноки покинули ангар крейсера, уходя вниз к поверхности. Как и большая часть судов крейсерского класса, «Тевура» была слишком массивной для приземления, поэтому Затмение ставило корабль «на якорь», и дальше личному составу придётся добираться вниз уже в несколько рейсов.

Когда челноки опустились ниже уровня облаков, взгляду открылась панорама жалкого отравленного города, напоминающего смесь свалки и трущоб. Из смога поднимались огромные доки для слома кораблей, словно ряды гигантских зубов, ожидающих новые суда, которые можно будет перемолоть на части. Для многих больших кораблей эти мрачные доки становились последним пристанищем. Между двумя из них сейчас виднелся фрагмент остова супер-грузовоза, который пожирали трудолюбивые падальщики — рабочие Корлуса.

Массивный корабль, на постройку которого требуется год и даже больше, здесь разбирали по косточкам за неделю. Занимались этим в основном отчаявшиеся мужчины и женщины самых разных рас с простыми горелками и примитивным альпснаряжением. Пока челноки пролетали над городом, на вершине одного из остовов вспыхнула перестрелка, озаряя почти полукилометровый корпус трассирующими очередями. Безымянная точка, а потом и ещё три рухнули с высоты монтажных лесов, исчезая внизу, среди дыма и стали.

Ниже уровня смога и ниже нескольких специально выстроенных башен раскинулся грязный изуродованный город-кладбище. Ряды трущоб громоздились явно в случайном порядке, дома нависали один над другим, кривые стены зданий украшала грубая реклама всего чего угодно. Большая часть рекламы была или отчётливо сексуальной, или без сомнения жестокой. Суть последней стала яснее, когда их взглядам открылся круглый кратер, предоставляющий лучшее развлечение на Корлусе: кровавый спорт. Так называемый Кратер Освобождения, он же Арена Свободы.

Внутри беззаконной Арены любой, кто мог оплатить символический взнос, мог поучаствовать в частных военных играх. Челноки Затмения взяли влево, избегая воздушного пространства над Ареной, где сейчас разразилась битва между местными бойцами выходного дня и туристами с иных миров. И если первые казались маленькими фигурками, простой пехотой, то у вторых были взятые в аренду танки. Третья фракция, располагающая парой старых армейских мехов, торговалась с привратниками у ворот, явно желая присоединиться к жесткой мясорубке. Без сомнения, проблема была только в необходимости дать взятку больше обычной — взятки это липкая и грязная кровь Корлуса. Большая голопроекция демонстрировала лучшие моменты резни на арене с перерывами на рекламу, призывающую купить новые пушки и испытать их на ком-нибудь, а ещё лучше — попытать счастья на Арене против текущих чемпионов.

Гниющая рана этого города исчезла из виду, челноки вновь шли над свалкой. Хотя большие доки для слома было видно за километры, они буквально возносились из этого грязного болота, но большая часть города тоже являлась кучей сваленных в беспорядке и разбираемых на части кораблей. Можно было увидеть почти новейший турианский фрегат класса «Веланду», завалившийся на один борт и облепленный крохотными фигурками, словно муравьями, а рядом с ним разломанный остов древнего судно класса «Трека», заставшее ещё Кроганский мятеж. Ещё десятки тысяч самых разных корпусов и остовов были раскиданы по всему кладбищу, это коричнево-серая мешанина окружала и давила на трущобы.

— Там же наверняка страшно воняет, да? — спросила Илена, заполняющие десантный отсек люди в чёрно-фиолетовом только засмеялись в ответ.

— И у нас появляется ещё одна причина не снимать их, — ответила Шепард, похлопав свой шлем, прежде чем надеть на голову.

Илене оставалось только с отвращением разглядывать свой крохотный визор.

Их второй контакт на планете, которого предстояло посетить после того, как они разобьют лагерь на поверхности, был волусом по имени Магне Лор. В отличие от зенитного барона Камбы, Магне был стопроцентным преступником даже без малейшего намёка на какие-то официальные полномочия. С другой стороны, он оказался утонченным волусом с хорошим вкусом, поэтому у него была система климат-контроля, и в поместье не несло мочой ворка. Что, несомненно, выставляло его в хорошем свете.

Ну а причина, по которой им понадобилась встреча с Магне Лором…

— Танки? — короткий вдох. — Да, конечно у меня есть танки. Любые виды танков! Все виды танков! — респиратор Магне снова втянул воздух, пока волус вёл их через парк техники размером с ангар, куда влез бы и фрегат.

Хотя в соседнем ангаре вполне мог быть выставлен на продажу и фрегат.

— Я настоящий… — ещё один вдох не вовремя, — …знаток танков! У меня шесть жён… — он вновь вдохнул, размахивая руками. Каждый рукав скафандра оканчивался тремя механическими пальцами. У обычного волуса они были бы из металла и пластика. У Магне — украшены золотом и платиной, как и большая часть его скафандра. — Шесть жён, — повторил он, — и ни одну из них я не люблю так сильно, как свои товары.

— Так это ваши танки использовали на арене? — спросила Шепард. Говорила Анна достаточно вежливо, но когда она в этой броне, то в любой фразе слышится оттенок злости и угрозы. И здесь даже не в её желании дело, а в том, что для азари она была немного высоковата, слишком широка в плечах, и постоянно держалась слишком уж гордо и уверенно. И к этому ещё нужно добавить репутацию, которую успела заслужить эта массивная чёрно-фиолетовая броня и её владелицы. Даже Илена, много времени проводящая рядом с Шепард и носящая точно такой же бронескафандр, временами неосознанно побаивалась Анну. Хотя возможно, тут ещё была виновата и псионика. Богиня ей в свидетельницы, в бою майор просто обожала пользоваться своей наводящей ужас космической магией.

— То были новые модели, которые я надеялся продать, — объяснил Магне, ведя их мимо рядов высоких бронемашин. Его голос снова сбился, когда он сделал очередной характерный для волусов шипящий вдох. — Но идиоты с Арены ничего не понимают в танках, — ещё один вдох. — Да кто так вообще сражается? Это меня просто бесит.

— Жаль, что все они уже мертвы, — отметила Шепард.

— Тоба Рон хохотал, когда связался со мной после матча, — прорычал Магне, его позолоченные пальцы сжались в кулаки. — Как же я ненавижу эту прогнившую клоаку. Но… — опять вдох, — …давайте не будем задерживаться на столь унылых вещах. Чем я могу помочь Затмению — восходящим звёздам новой гражданской войны?

— Мы отправляемся в экспедицию, — ответила Илена, играя роль лидера Затмения. — Нас интересуют кое-какие обломки… а на пути к ним засела Кровавая стая. Я сомневаюсь, что нас пропустят, если вежливо попросить, а потому убивать придётся много, — она пожала плечами, изображая беспомощность. — Ну, вы ведь знаете, как это бывает. Ты им и «спасибо», и «пожалуйста», а они слышат лишь грохот твоего дробовика.

Магне мрачно хохотнул, ведя их через склад характерной для волусов переваливающейся походкой. Четырём его телохранителям, набранным из одних турианцев, приходилось придерживать шаг, чтобы не обгонять своего нанимателя. Двое держались позади группы, а двое — впереди. Один из них буквально не спускал глаз с коммандос азари, хотя Илена не была уверена, то ли он их боялся, то ли восхищался ими.

— У меня есть танки, автоматы, артиллерийские орудия, штурмовики и бомбы, — Магне Лор сделал прерывистый вдох. — Можно взять в аренду, но за каждую уничтоженную машину тогда выплатите полную стоимость. Кредитный рейтинг Затмения… — короткий вдох, — на галактическом рынке просто превосходен. Вопрос в том, внесёте ли вы плату в кредитах или в нулевом элементе?

— И так, и так, — ответила Илена.

— Нулёвка со штампами или без?

— Никаких штампов.

А значит нельзя проследить, откуда эта партия нулевого элемента пришла: если на нём нет молекулярных штампов, которые обязательно ставятся при его легальной переработки, очистки и добычи. Причина же в том, что нулевой элемент в распоряжение Затмения поступал вовсе не с шахт Камалы, как многие думали, а привозился откуда-то из-за границы известного Цитадели космоса, с территории людей. Так же в Икс-ком не видели особого смысла в молекулярной штамповке своей нулёвки, потому что в Терминусе торговать безымянным и неотслеживаемым элементом куда проще, нежели легальным. Для их покупателей нулевой элемент был или добытым в системе Индрис, или переработанным. А вот лезть в детали — как переработанный элемент оказался у них, например, и кому он принадлежал раньше — спрашивать такое уже было не принято. В Терминусе подобные вопросы часто приводили к довольно неудобным ответам, совмещенным со множеством наставленных в лицо пушек и не слишком вежливыми угрозами жестокой расправы. Проще говоря, они приводили к проблемам.

— Хорошо, — оценил Магне Лор с очередным вдохом. — Очень хорошо.

— С пушками у нас по большей части и так неплохо, — поделилась Илена, пожирая глазами пару штурмовиков, закрепленных на отдельных стойках, словно модели для выставки, — хотя кое-кто из моих друзей не прочь попробовать кроганские модели[22]…

— «Реликвии»[23]? — спросил Магне, имея в виду всем известные кроганские дробовики. Однако этих стволов у Затмения и так были сотни только в трофеях, учитывая насколько в Кровавой Стае обожали суровое оружие для ближнего боя.

— «Молотобойцы».

— Такие у меня есть только не модифицированные — Магне сделал вдох. — Хотя за дополнительную плату могу установить на них компенсаторы отдачи.

— Нас устроит оригинальная модель, — произнесла Шепард. — Нужно хотя бы двадцать четыре единицы.

— У вас в отряде есть двадцать четыре крогана, чтобы выдать каждому по «Молотобойцу»? — поинтересовался торгующий оружием волус и впервые оглянулся в сторону азари. Глаза его скафандра светились не оранжевым или желтым, как обычно, а ярко-красным. — Или вы собираетесь сами ими пользоваться, те, что из космического клана?

— Если возникнут сложности, мы их и сами всегда модифицируем, — ответила Шепард без интереса.

— Очень хорошо, — согласился Магне, продолжая путь и предоставляя остальным возможность медленно плестись следом.

— А ещё я хочу купить хотя бы пару штурмовиков, — добавила Илена. — У нас есть даже кое-какая техника на обмен. В общем, да, пара штурмовиков… О! И танки. Это же само собой! Нам обязательно нужны танки.

Магне привёл всю компанию в одну из секций ангара, где их буквально окружали большие бронированные машины на огромных колёсах. Это уже были не игрушки: с толстой, но совсем не самодельной бронёй, раскрашенной в коричневый пустынный камуфляж. Более узкое командирское отделение впереди вдавалось в основной корпус, который позади расширялся в десантный отсек. Дистанционно управляемая башня с двуствольным ускорителем массы возвышалась над кормой, буквально дожидаясь возможности подбросить кому-нибудь осколочно-фугасного счастья на задний двор.

— Могу ли я предложить вам «Томка»? — поинтересовался Магне, сделав несколько вдохов. — Есть шестиколёсные и восьмиколёсные варианты, все оси — ведущие. Вес начиная от двадцати тонн, запас хода три тысячи километров. На плоской поверхности можно разогнаться до ста километров час, — он прервался на очередной вдох, — но ещё важнее, что «Томках» хорошо приспособлены к движению именно в условиях руин и кладбища кораблей. Броня кое-где в полметра толщиной. Очень толстая. Отличный товар. Мы завозим их прямо с Тучанки, качество проверяют ещё там.

Волус указал налево, потом направо, на разные варианты «Томка».

— Есть в версии БТР, — он махнул в сторону «Томка» с увеличенным десантным отсеком. — Есть версия командно-штабной машины, — волус ткнул рукой в сторону машины с набором антенн для радиоэлектронной борьбы сверху. — Есть версия для огневой поддержки, — он указал на несколько танков с отличающейся башней, в ней устанавливалось всего одно орудие длиной почти как весь корпус машины. — У меня даже полицейский вариант есть…

На одном из «Томка» были установлены прожектора и дюжина курсовых пулемётов… ну вот такое вот у кроганов понимание «полиции»: руки вверх или я превращу тебя в решето. Хотя, я всё равно превращу тебя в решето. А сам виноват, ублюдок, что превысил скорость. Штрафную квитанцию отдам кому-нибудь из твоего клана…

Дальше Магне начал расписывать достоинство всех машин, демонстрируя прямо энциклопедические познания в их внутреннем устройстве и всячески пытаясь уболтать клиентов. Шепард проявляла лишь сдержанный интерес, а вот Илена была буквально на седьмом небе. Ведь вокруг горы оружия, ну вот СТОЛЬКО ВСЕГО И СРАЗУ! Магне даже дал ей залезть в кабину и прокатиться на одном из танков, хотя он и не оценил звуки «пыщь, пыщь» которые она издавала, нажимая на спуск. Ему же хуже.

Однако обговаривать последние детали сделки собирались уже в полном составе…

Даро'Ксен сидела за столом на балконе виллы Магне, здесь же присутствовали ещё три кварианца, включая Пи'Мету. Неподалёку находилась и Чамберс, вместе с Эньялой и Лизелль. Формально, новоиспеченные лейтенанты Затмения до сих пор находились под опёкой и руководством Чамберс. Капрал отвечала за первый выпуск академии Затмения. Другая оперативница курировала сейчас второй набор и ещё одна — третий. Каждый прошедший выпуск класс предполагалось посылать в бой в одном строю с замаскированными людьми, тренировавшими рекрутов, и под их тщательным присмотром. Для азари это выглядело абсолютно логично. Девы учатся у матрон, матроны учатся у матриархов. Совершенно естественно и дальше учиться на примере готовившей их когда-то матроны и спрашивать у неё совета.

Однако на балконе они были не одни. Здесь же присутствовали ещё два волуса-бизнесмена, одного охранял турианец, а другого сразу турианец и ворка. Довольно странно было видеть массивного и разукрашенного шрамами ворка в костюме. Здесь же присутствовал статный кроган-джентельмен в белой рубашке и чёрном жилете, он заразительно смеялся, что-то обсуждая с матриархом азари в платье цвета морской волны. Что иронично, матриарха охранял весьма внушительного вида кроган, а крогана — жутковатая на вид азари. Плюс присутствовала ещё одна азари — слишком молодая, чтобы считаться матриархом — вместе с батарианцем, эти двое пили и болтали у перил. Батарианец явно на неё запал — его рука уже лежала на бедре азари.

— Эй, Ведроголовая! — Илена радостно замахала, выбрав самую близкую ей личность из присутствующих.

Даро взглянул на неё, явно задавив рвущийся наружу привычный ответ на это приветствие, вежливо произнесла:

— Коммандер Таноптис, — гениальная кварианка поднялась с места, так же поступил и мужчина, с которым она до того беседовала. — Коммандер, — продолжила она, указав на него, — позвольте мне представить вам адмирала Талида'Ваан и его адъютанта Раэля'Зора. Адмирал, это коммандер Таноптис.

— Адмира Корлуса, — поприветствовала его Илена, протягивая руку. Талид выглядел совершенно типично для кварианских мужчин: худая и стройная фигура в однотонном коричневом скафандре. Кварианский адмирал взял её руку и осторожно пожал за запястье. — Рада встрече, это честь для меня.

Адмиралом Корлуса традиционно называли кварианца, назначенного следить за деятельностью представителей их расы на этой планете, включая и разбор кораблей. Кварианцев на Корлусе было довольно много, работающие на поверхности, приписанные к кораблям в системе, или даже проводящие тут своё паломничество. И учитывая, каким набитым криминалом муравейником является главная свалка Терминуса, решение о постоянном военном присутствии кварианцев в этой системе, с целью хоть как-то гарантировать безопасность своим собратьям, было принято ещё сто лет назад. К тому же Корлус служил ценным источником запасных частей для их кораблей и даже целых корпусов, которым потом находил применение Мигрирующий Флот. И несмотря на то, что Корлус являлся… ну… Корлусом, быть назначенным сюда командующим отнюдь не являлось формой наказания или ссылки. У них тут даже свой анклав был.

— Это майор Шепард, — Даро начала представлять остальных, собравшиеся на балконе, бойцы Затмения тем временем подтягивались ближе, — это капрал Чамберс. Лейтенантов Лизелль и Эньялу я уже представила вам раньше, как и Пи'Мету, которая сейчас служит мне в качестве телохранителя.

— Дамы, — Адмирал Талид'Ваан поприветствовал их весьма учтиво, но руку пожал только Анне. — Шепард, я наслышан о ваших подвигах.

— Ничуть не сомневаюсь, — ответила она, их «запястьепожатие» с адмиралом длилось на пару секунд дольше положенного. Талид вновь опустился в своё кресло за столом, его адъютант Раэль'Зора остался стоять, Пи'Мета тоже осталась на ногах, даже когда Даро села.

— Я уже слышал, что в ходе последней операции вы освободили нескольких наших, — начал адмирал, и Илена заметила, что тот отчётливо уделяет ей и Шепард поровну внимания. Даро явно успела ему кое-что рассказать, излагая перспективы сотрудничества, но сколько именно кварианка успела выболтать? — Ошеломительная работа, я бы сказал, — похвалил их Талид. — Вы как следует надрали этим варреновым детям задницы, и это я даже про «Харсу» не говорю. Взять целый линкор, и сколько у вас было бойцов? Два отделения? Просто поразительно!

— Мы бы не смогли этого сделать без поддержки Республики и некоторой помощи изнутри, — заверила его Илена, и это даже частично было правдой. Не та часть, где про помощь изнутри, а про Республику. Именно они начали переговоры с «Харсой», открыв канал связи и позволив навести первую сверхдальнюю точечную пси-атаку, заставившую того адмирала согласиться принять «группу переговорщиков». А уже после взятия мостика линкора, именно Республика и свободные отряды мятежников сделали победу несомненной, принудив лоялистов к сдаче… и уничтожив тех, кто отказался.

— Но больше меня интересует иное… — адмирал Ваан наклонился вперёд, поставив локти на стол. Произнёс, кивнув на Даро: — Моя троюродная сестра сказала мне, что вы обладаете определёнными… научными разработками, и что она получила место в вашей организации.

— Даро наш главный инженер и не последняя величина в научно-исследовательской команде, — ответила Илена, выдвигая стул и для себя. Шепард зловещей мрачной статуей замерла у неё за спиной.

— Она рассказала мне о ваших дронах, — продолжил Ваан.

— О?

— Речь об очень интересных технологиях, — отметил он, вновь расслабляясь в своём кресле. — Не так ли, Раэль?

— Да, сэр, — отозвался Раэль'Зора. Руки он держал за спиной, стоя по-армейски прямо. Он посмотрел на Илену, а потом с большей опаской и любопытством — на Шепард. — В особенности тороидальные боеприпасы. Хоть это и наша собственная технология, но мы так и не смогли вновь заставить её работать как надо.

— Я не могу приписывать себе всю славу за это достижение, лейтенант Зора, — скромно признала Даро. — Три четверти, в лучшем случае.

— Я понимаю, — согласился адмирал Ваан, и под непрозрачным шлемом почти можно было угадать его улыбку, по тому, как изменилось свечение глаз. — Даро уже успела намекнуть, что существует некая скрытая колония азари в неисследованном секторе космоса. Пока не могу сказать, верю я в эту версию или нет, да, в общем-то, это не так и важно. Важнее, что может существовать отдельная фракция азари, которая способна войти в союз с Мигрирующим флотом… и имеющая в своём распоряжении заметные ресурсы.

— Галактика меняется отсюда, с фронтира, — произнесла Илена неопределённо. — Даро ценна для меня и для Затмения. И полагаю, мы разделяем определённые взгляды и над некоторыми идеями нам лучше работать совместно.

— Если удастся их осуществить, в чём я всё ещё сомневаюсь, — возразил Ваан. Посмотрев по сторонам, он произнёс негромко: — В самом деле: лекарство для нашего… состояния? Одно дело дроны, и даже работоспособные плазменные боеприпасы… но лекарство? Это ведь генная инженерия?..

— А почему инженер не может создать лекарство? Кварианцы ведь тоже всего лишь очень сложные биологические механизмы, — начала Даро'Ксен отстаивать своё предложение, Илена могла откинуться в кресле и наблюдать, закинув ногу на ногу. Подняв руку, кварианка указала на Пи'Мету, как на пример. — Вы можете видеть доказательства моей концепции прямо здесь. Пи'Мета… покажи руку, если ты не против?

Бывшая десантница потянулась и расстегнула рукав скафандра, прикрывающей левую, не так давно ампутированную, руку. Взглядам открылись очевидно искусственные мышцы, а когда ладонь выскользнула из перчатки, пальцев на ней оказалось пять, а не три. Рука казалось почти нарочито ненатуральной. Не бывает у кварианцев пяти пальцев… но Пи'Мета сжимала все их без видимых усилий. Она подняла руку, ладонью вверх.

— У меня сохранилась и чувствительность, — сказала она. — Прошу, проверьте меня.

Раэль'Зора принял вызов, подойдя ближе, одним пальцем очень-очень легко коснулся ладони несколькими просчитанными жестами. Затем он вернулся на своё место.

— Крест в круге и полукруг сверху, — описала Пи'Мета, как только он закончил.

— Подобная чувствительность… — пробормотал Раэль

— Превосходит возможности даже нашей довоенной кибернетики, — закончила его фразу Даро. — Ещё важнее, Пи'Мета пользуется этим протезом несмотря на неработающую иммунную систему. Кварианцы всегда легче других переносили киборгизацию, потому что наш организм не отторгает инородные тела так сильно, но одновременно имплантация часто угрожала здоровью ещё больше, служа источником инфекции. С подобными технологиями мы можем это исправить… но подобная кибернетика… всего лишь тот самый дым, которого без огня не бывает.

Даро'Ксен огляделась, сначала обошла взглядом товарищей по Затмению, затем вновь посмотрела на сородичей.

— Прошло слишком много времени — мы уже не вернём всё, как было, не сможем жить, как на Раннохе, — от её слов Раэль и Талид ощутимо напряглись, тема была скользкая. — Нам не найти ответов, глядя назад… мы должны посмотреть вперёд! Адаптироваться! Мы должны сделать самый первый и самый важный шаг — признать свою слабость и затем уже постараться её исправить. Что я предлагаю, это пересоздать нашу иммунную систему с нуля. У моих друзей есть нужные технологии. А ещё у них достаточно смелости пользоваться ими самостоятельно и предложить их нам, чтобы мы получили шанс спасти себя. Но для этого им требуются наши знания, наш опыт, наши добровольцы.

— У вас есть такие технологии, — заговорил Раэль, пока адмирал всё ещё обдумывал слова Даро. Обращался он к Шепард и Илене. — Но где вы их взяли?

Илена жестом велела заместительнице ответить за неё.

— В архиве, — соврала Шепард. Но именно такой ответ большая часть рас Цитадели была готова принять сразу. Затем она чуть-чуть смягчила ложь каплей правды: — Мы обнаружили технологию тех, кто был до нас, адаптировали, и теперь она уже наша.

— Вы ведь понимаете, что лекарство было бы для нас бесценно, — открыто признал адмирал. Но в словах был осторожен. — Что у нас есть такого, чтобы оправдать ваши… затраты?

— Ваши навыки, — просто ответила Шепард.

— Это если кратко, — объяснила Илена, играя доброго полицейского, когда Шепард была злым — болтливый эксцентричный босс и её строгая заместительница. — А если длинно, мы не отказались бы от партнёрства с народом кварианцев. Мы хотим завести себе новых друзей, которые помогут нам достичь того, на что мы не способны сами. А если это ещё и разозлит каких-то древних матриархов, у которых между ног всё уж космической пылью покрылось, то для меня это только один огромный плюс.

— Я не потерплю превращения своего народа в марионеток азари, — пригрозил адмирал Ваан, но со вздохом был вынужден признать: — Но мы не можем игнорировать ни малейшей возможности помочь нашему народу… и нашему флоту. А тем более — такой шанс. Даже если этого потенциального лекарства хватит только для десантников, мы могли бы спасти бесчисленное множество жизней.

— Для начала, мне нужны инженеры, — произнесла Даро'Ксен, сложив ладони вместе. — Затмению нужны инженеры: молодые и умелые, и мужчины, и женщины. Они могут отслужить у нас в качестве своего паломничества. Я поделюсь с ними всем, что узнала сама. Они будут частью нашего отряда, ценными кадрами для Затмения, и во Флот они вернутся уже с трофеями: оружием, кораблями, технологиями, кредитами и нулевым элементом.

— Тут меня всё устраивает, — напомнил ей адмирал. — Для будущих десантников этот опыт был бы ценен.

Даро кивнула, они уже говорили на эту тему, и сейчас она специально начала с самой вкусной части их предложения.

— Ещё мне нужно больше учёных и технических специалистов моего уровня, уже для чистых исследований и разработок. Мне нужно развивать новые научные темы… даже пока я не могу всё время посвящать работе исследовательского отдела из-за регулярных процедур. Кроме того, для успешного лечения в будущем, нам нужен генетический срез кварианской расы, — вздохнув, она покачала головой. — Адмирал, я ведь создаю лекарство не для себя одной. Оно предназначено для всех, у кого хватит смелости и силы воли его принять. Я собираюсь лишь стать первой из многих.

— И после ты собираешься основать собственную колонию, не меньше, — добавил адмирал Ваан, сцепив пальцы вместе. — Для девушки, ещё не завершившей паломничество, у тебя впечатляющие амбиции, тут ничего не скажешь.

— Я не считаю амбиции чем-то плохим, — возразила Даро. — Возможно, именно их нам и недостаёт. И да, вы правы, научная колония… корпоративная колония… под охраной Затмения и под моим руководством. И пусть кварианцы присоединяются к нам со своими кораблями и ресурсами, — сжав кулак, она нетерпеливо рассмеялась, в ожидании своего триумфа. — Даро'Ксен даст Мигрирующему флоту целый мир. Порт, который каждый кварианец сможет называть родным! — она быстро успокоилась, вновь став сдержанной и серьёзной. — Планета и лекарство. Естественно, я ожидаю благодарности от Флота за свои неустанные труды.

— В виде адмиральского кресла? — предположил Ваан.

— Я и так буду адмиралом, с титулом от Флота или без, — пообещала Даро'Ксен, и Раэль'Зора не удержавшись хихикнул, его позабавило высокомерие и грандиозность планов этой девушки. Даро окинула лейтенанта оценивающим взглядом, не пропустив это мимо ушей. — Что-то в моих словах показалось вам забавным, Раэль'Зора вас Райя?

— Вовсе нет, — ответил тот, всё так же стоя с руками за спиной. — Лично я считаю, что совету адмиралов необходима свежая кровь.

— Мой толстолобый адъютант однажды и сам мечтает стать адмиралом, — со смешком пояснил Талид. Затем сказал Шепард: — Эх, хорошо быть молодым…

— И не говорите, — согласилась Анна.

— Прошу прощения… — с характерным хрипом респиратора в их беседу влез волус. Это был один из деловых партнёров Магне Лора, хотя Илена в жизни бы не смогла отличить одного волуса в скафандре от дру…

Её глазной имплант подвесил над маленьким чужим табличку с именем. О, ну совсем другое дело. Слава глазным имплантам!

— Господин Павже, — поприветствовала Илена бизнесмена: он значился спонсором Арены. Наверняка в его мелких механических пальцах находился и другой не слишком чистый бизнес на Корлусе, но, по крайней мере, были известны его интересы в туристическо-кровавой отрасли.

— Коммандер Таноптис, или правильно будет капитан? — со стуком сложив механические пальцы, волус вежливо поклонился. — Надеюсь, я не слишком грубо влез в ваш разговор?

— Да всё нормально, Павже, — ответил адмирал Ваан за всех, явно уже знакомый с мелким не слишком законопослушным волусом.

— Я всего лишь надеялся взглянуть на тех самых азари, о которых гуляет столько слухов. На… как их называют? «Бекха-якши»?

— О, да мы просто любящие развлекаться девы, — заверил его Илена, усмехнувшись и подмигнув.

— Развлекающиеся девы, — Павже сделал вдох. — Да, разумеется. И тем не менее, вы заслужили определённую репутацию, — ещё один вдох. — И я определённо мог бы обратить её в реальные деньги… если бы вы только посетили Арену, за которой я имею честь присматривать…

— Кровавый спорт и бои на выживание, — произнесла Шепард быстрее, чем Илена придумала, как же отшить этого волуса. Анна не слишком-то усердствовала, пытаясь скрыть презрение в голосе. — И с кем же мы будем ради вас сражаться? С каким-то туристом на танке? Или со стаей варренов? Затмение предпочитает настоящую работу.

— Сражение на арене — это тоже работа, друзья мои, — говорил Павже тем же весёлым голосом, но он явно не боялся спорить с громадным, возвышающимся над ним чужим в броне. — Толпа получает зрелище, Корлус — деньги, а воины — шанс померяться своими навыками. Сражение на нашей Арене это настоящая честь.

— Если так, — ответила Шепард, — тогда имеем ли мы шанс увидеть там вас?

— Прошу прощения, а с кем имею честь?.. — сделав хриплый вдох, спросил волус уже осторожнее.

— Господин Павже, это майор Шепард, — Илена быстро развернулась в кресле и оказалась между ними. — Она старшая боевая матрона элитного отряда Затмения.

— А, я понял, — ещё раз громко вдохнув, волус обратился к Илене. — Боевая матрона… уважаемый пост в отряде азари, — с очередным свистом респиратора она повернулся к Шепард и добавил хитро: — Хотел бы я посмотреть, как одна из ваших коммандос себя покажет против моих специально выдрессированных и обработанных ворка. Как антрепренёр я лучше многих знаю, насколько может быть преувеличена слухами чья-то слава, но на что вы будете способны в бою один на один, без биотики и прочих фокусов азари?

Шепард посмотрела мимо волуса, на ворка в костюме. Перед ней явно был не самый типичный представитель их расы. Как бы этот волус его не «дрессировал» и «обрабатывал», но в результате был он намного сильнее и намного больше, чем принято у этого вида. Тем не менее, когда он посмотрел на Анну в ответ, во взгляде особой жажды крови не читалось. По личному мнению Илены он казался скорее… достойным жалости. Однако стоящий рядом второй телохранитель Павже — рослый турианец — легко подтолкнул ворка под рёбра, явно подначивая.

— Если вам так нужны трупы, обращайтесь по официальным каналам, — ответила Шепард волусу. — Затмение — охранная фирма, а не цирк.

— Я говорю всего лишь о небольшой демонстрации силы и подготовки, — стоял на своём волус, пытаясь убедить Анну. — Само собой, я легко могу понять ваши колебания… моих телохранителей-ворка боятся даже кроганы и азари без выдающихся биотических талантов… — сделав вдох, он тихо хохотнул.

— Майор? — произнесли позади, к ним подошла азари в чёрно-золотой броне. — Разрешите мне. Мы не можем оставить без ответа оскорбление всего Затмения.

— Ой, да ладно, кого волнуют какие-то оскорбления, — подала голос Лизелль, она драться явно не собиралась. — Если тебе не заплатят, то смысл рваться в бой? Слова на счёт не положишь.

— Даю сто тысяч кредитов, если вы победите моего бойца, — поднял ставку Павже, очевидно ухмыляясь под своим скафандром.

— Коммандер? — Эньяла обратилась непосредственно к боссу.

Практически застигнутая врасплох, Илена неловко переменила позу, руки у неё лежали на коленях, она даже не успела их поднять, чтобы развести спорщиков по сторонам. Без особой надежды она бросила взгляд на Шепард, словно ожидая подсказки, что же ей делать, но по позе человека понять нельзя было ничего, а лицо скрывалось под шлемом. А значит, у неё осталось два вопроса. Как поступила бы Йона Седерис? И как следует поступить Илене Таноптис? Йона бы наверняка разрешила — она никогда и никому не позволяла оскорблять свой отряд. Проклятье, да Йона бы наверняка плюнула на телохранителей и все обстоятельства, и просто содрала бы с волуса его респиратор, а потом хохотала, глядя, как он корчится и задыхается.

— Я не возражаю, — наконец произнесла Илена, расслабляясь, когда решение уже было принято и озвучено.

— Матрона? — Эньяла снова обратилась к Шепард.

— Раз коммандер так решила, — Анна вздохнула, уступая. — Вперёд. Только сделай всё быстро.

— Слушаюсь, мэм, — отрапортовала Эньяла, снимая шлем. Затем отдала его хмурой, но явно наблюдающей за происходящим с интересом Лизелль. Затем потянулась к клапанам своего бронескафандра и вскоре осталась в одном комбинезоне, что был под ним.

— А? Что тут происходит? — спросил Магне Лор, приближаясь к ним переваливающейся походкой. Павже быстро перехватил его, начав объяснять ситуацию, и как оказалось, хозяин дома и не думает возражать. Мужчины на Корлусе явно не отказывались от хорошего зрелища, даже если оно сопряжено с насилием. Хотя стоило посмотреть на не входящих в Затмение азари — на матриарха в платье, например — и становилось ясно, что это касается не только мужчин. Столы сдвинули в сторону, освобождая место для бойцов, даже чересчур быстро.

— Я же не сделала неверный выбор? — прошептала Илена, когда оказалась рядом с Шепард. Эньяла уже разминалась рядом с самым центром импровизированной арены, отмеченным гербом клана Вол на полу, изображающим туманную планету, с которой волусы родом.

— Полагаю, сцены было бы не избежать, даже если бы ты отказалась, — тихо ответила Шепард. — Лучше с тем волусом было вообще не говорить, но что сделано, то сделано.

— Эньяла сможет выиграть? — уточнила азари. Она ещё лично не видела эту коммандос в деле, хотя её послужной список внушал уважение. Но с другой стороны, Илена и сама могла бы немало рассказать о подделке резюме при найме.

— Она неплоха, — признала Шепард, похоже, ей и самой был интересен результат. — Ты сама всё увидишь.

Вслед за Эньялой, и ворка снял рубашку, обнажая жилистый мускулистый торс, испещренный множеством шрамов, явно нанесенных специально, крест-накрест. Он обнажил зубы, выглядящие как кривой частокол игл, а затем выпустил когти. Даже среди самых убежденных ксенофилок у азари лишь очень немногие находили ворка привлекательными. Вдобавок к этому вся его кожа была испещрена жёлто-оранжевыми пятнами, далеко расходящимися по телу от длинного шрама через грудь. Хриплый смех отвлёк Иллену от разглядывания.

— Это его так поцарапала мать семейства варренов, — отметил Павже, его руки лежали на панели управления своим костюмом на животе. — Её звали Бакик, Пожирательница ворка, пока ещё жива была, — вдох. — Одна из сильнейших тварей Арены. Хотя тогда я был удивлён, не столь много созданий имеют зубы, которые прокусывали бы шкуру моих ворка.

Драка началась без сигнала. Безымянный ворка с самого начала продемонстрировал свой агрессивный стиль, нанеся первый удар рукой: скорее даже взмах, поскольку он пытался достать выпущенными когтями лицо азари. Эньяла отступила ловким танцующим движением, избегая первого выпада, потом и второго. Она пригнула голову от очередного удара, и крепко встав на ноги, сама атаковала ворка. Руки она так и держала поднятыми, прикрывая лицо и туловище, но её правая нога метнулась вперёд, доставая противника по бедру.

Боец Арены пропустил и первый пинок, и второй, но третий попытался перехватить. Сразу после предыдущего удара правая нога Эньялы ушла выше блока, по касательной ударив ворка в висок. Боец моргнул, но отступил всего на шаг. Эньяла попыталась пнуть его ещё раз, теперь в живот, но ворка смог заблокировать его поднятой ногой и бросился вперёд, пытаясь схватить азари.

— Не дай ему себя поймать! — закричала Лизелль. — Я же тебе про это вечно напоминать буду!

Вслед за этим донёсся целый хор криков и советов от разных зрителей, а тем временем Эньяла не дала ворка опасно сократить дистанцию, остановив его серией лёгких быстрых ударов, а затем достав быстрым выпадом ногой по задней части бедра. Её противник просто принимал на себя все атаки без особых возражений, контратакуя в ответ взмахами острых когтей. Рано или поздно они должны были добраться до цели, и Эньяле повезло, что она отделалась лишь порезом на руке, пусть первая кровь и была теперь на счету ворка. Хотя этого все и ожидали от создания, практически покрытого пластинами с кучей острых углов.

Однако азари даже не поморщилась. Вместо этого она крутанулась на месте и впечатала каблук в лицо противнику, так что того развернуло градусов на сто. Закрывшись руками, ворка помотал головой, а после с рычанием сам пошел в атаку.

Наблюдая за боем Эньялы, Илена проникалась уважением.

Все коммандос азари осваивают какой-нибудь вид рукопашного боя, хотя бы ради самодисциплины и как базис для применения биотических приёмов. И некоторые девы этим ну очень сильно увлекаются. Хотя большая часть лишь усваивает обязательные основы, а потом переходит к более интересным и забавным дисциплинам, где не приходится регулярно получать ногой в лицо. Илена была именно из вторых, а вот Эньяла — явно из первых.

Наблюдая за ней, Илена вспомнила о Хавиле и других похожих на неё, с менталитетом «это вам не игрушки, это моя работа на всю жизнь». Хавила, например, сражалась с грацией танцовщицы, и это было очень даже правильно: рукопашный бой и танцы у азари изучаются в одних и тех же школах. Обучают им одни и те же инструкторы, и вообще, то и другое считается двумя сторонами одного явления. Эньяла не была такой изящной и проворной как Хавила, но казалась немного посильнее. Для азари натренировать нижнюю половину тела куда проще, чем верхнюю, так что Эньяла сражалась вполне типично для их расы — нанося максимальный урон ударами ног.

Павже Еш, стоящий рядом с Иленой, захихикал.

— А этот ворка знает, как сражаться с азари, — отметила Шепард, сложив руки на груди.

— Разве? — переспросила Илена, её взгляд вернулся к бойцам. Эньяла продолжала танцевать вокруг ворка, пока тот не превратил один из блоков в захват и не свалил её на пол. Она успела ударить в ответ, оттолкнув бойца арены и выиграв время чтобы перекатиться и вскочить на ноги.

— Азари Цитадели слишком сильно полагаются на свои ноги и биотику, — поделилась Анна. — Не так уж сложно отслеживать и предугадывать их атаки, особенно когда у них за плечами десятилетия тренировок, но не хватает опыта и реальной скорости чтобы как следует применять эти навыки.

Вскочив на ноги, Эньяла нанесла ещё один удар с разворота, заставив ворка отшатнуться. Её ботинок остановился воздухе перед ним, прежде чем обрушиться вниз, на его ноги. Два первых удара были слабыми, для «пристрелки», а третий наносился уже в полную силу, все они направлены были на одно колено. Ворка тем временем прикрывал корпус, прежде чем выгадать момент и снова взмахнуть когтями.

Эньяла пригнулась от первого выпада, развернулась, уходя от второго, и лишь третий слегка зацепил её плечо. Проигнорировав порезы, она приблизилась, вскинула руки к голове ворка, хватая его за рога, а затем врезала коленом ему в бок. Илена поморщилась, увидев, что удар пришёлся по почкам, а Эньяла только продолжала бить и бить снова. Однако эффекта почти не было, и ей пришлось сменить тактику, ударив ворка коленом в подбородок, так что донёсся хруст, а вокруг разлетелись зубы.

В ответ боец арены схватил её за руку и ногу, швыряя на пол. Не особо беспокоясь от того, что теперь пролилась и его кровь — и продолжала течь из разбитых губ до сих пор — он пнул упавшую азари. Первый удар прошёл с глухим звуком. Эньяла застонала от боли, но она не потеряла самообладания, быстро откатившись от второго. Когда ворка приблизился, её ноги словно расплылись от скорости удара, подбив его под щиколотки. Он тоже упал на пол, оба противника откатились назад и снова оказались на ногах.

— Да без своей биотики она его так может хоть весь день лупить, толку не будет, — похвастался Павже Еш. — Видите шрамы на его коже?

— Вы провернули что-то, сделавшее его супер-крепким, — ну да, шрамы Илена хорошо разглядела. — Это же очевидно.

— У ворка есть способность ограниченно изменять своё тело, — объяснил Павже, пока дракой он явно был доволен. — В нормальных условиях… — вдохнув, он пощёлкал своими механическими пальцами, — …они очень быстро растрачивают резерв своих адаптивных клеток. Сожгите ворка правую руку, например, и все эти клетки бросятся устранять повреждение… — ещё один вдох, — …заодно сделав кожу толще и крепче. Какая растрата ресурсов! Хитрость в том, чтобы применить некое внешнее воздействие ко всему телу сразу, многократно, пока существо ещё очень молодо, — Павже вдохнул ещё раз. — Ведь нужно чтобы ворка адаптировался именно к нужным стимулам, а не к тому, что с ним происходит каждый день.

— То есть, шкура у него теперь дублёная в буквальном смысле, — подвела итог Шепард.

— Именно, — довольно согласился Павже, — настолько, что полностью гасит даже удары крогана, — ещё один вдох. — А атаки этой азари ему как щекотка пёрышком.

Отступив назад, Эньяла выгадала пару секунд передышки. Кивнув себе, она вскинула руки и совсем чуть-чуть изменила стойку. Дёрнувшийся к ней ворка зарычал, когда азари снова отскочила. Ещё один взмах, но в этот раз Эньяла не просто увернулась, но ещё и схватила его за руку, подбивая ногу и протаскивая его мимо себя. Потерявший равновесие, ворка врезался мордой в пол.

Сплюнув на мрамор, он тряхнул головой и поднялся вновь. Эньяла не стала дожидаться, пока ворка вновь поймает ритм боя, атаковав его сходу. В этот раз, вместо ног она пустила в ход кулаки, жестоко и неэлегантно. Движения были смазанными от скорости, они достали щёку и правый глаз ворка. Шкура у бойца была очень крепкой, но вот глазам уже не так повезло — их никак не натренируешь быть «твёрдыми». Он зашатался, в глазах помутилось, но ворка всё равно пытался отмахнуться когтями.

Эньяла словно в танце ушла назад, угадав его движение. Снова ударила ногой, сначала понизу, сбоку в бедро, а затем с разворота в лицо. Её нога едва коснулась пола, прежде чем взлететь в ударе снова, теперь в беззащитный левый бок. Ворка успел блокировать удар, подставив жилистую руку, но Эньялу было не остановить. Теперь правая нога упёрлась в пол, а левая ударила ворка в правый бок, а затем в колено и в бедро, заставив отступить и покачнуться.

Ещё один пинок по колену, и затем другой ногой в лицо сбоку — целясь в уже поврежденный глаз — но второй удар боец сумел отбить. Эньяла продолжала работать ногами, но теперь противник уже не игнорировал её удары. Он начал отступать.

— Идиот! — голос Павже присоединился к хору комментаторов и советчиков. — Не отходить. Когти тебе для чего?!

В разрез с советом своего хозяина, уставший ворка просто поднял руки, закрывая ими голову. И ударил ногой, целясь Эньяле в живот. Затем он с неожиданной ловкостью развернулся, целясь ногой коммандос в лицо и явно надеясь отомстить ей за всё пережитое. На мгновение показалось, что Эньяла пропустила удар, её тело развернуло — но это было её собственное движение, окончившееся ещё одним сокрушительным ударом, в этот раз её ботинок врезался в затылок ворка.

Вместо того чтобы развить атаку и продолжить бить, она отошла на несколько шагов и облизнула губы. Илена видела, что лицо её лейтенанта в крови, губы тоже разбиты в кровь, но она улыбалась. Тихо засмеявшись, она махнула медленно восстанавливающему равновесие ворка.

«Давай же…» — словно говорила она, — «Давай, ещё раз».

— Что… — заговорил ворка впервые, резко и отрывисто, характерно для их вида. — …кто ты, азари?

— Эньяла, — представилась коммандос Затмения.

— Лискк, — ворка ударил себя кулаком в грудь. — Лискк.

— Да всем плевать, как тебя зовут! — хрипло крикнул Павже. — Вы не на свидании! Добивай её! Немедленно!

Может ворка и хотел сказать что-то ещё, но он предпочёл подчиниться приказу хозяина. Бешено рыча, он бросился к Эньяле. Его рука молниеносно метнулась к её лицу, а когда азари ушла в сторону, вместо следующего выпада когтями Лискк нанёс широкий круговой удар ногой, достав её в плечо. С поразительной ловкостью и тщательностью сумев скопировать движения азарийской коммандос, он снова нанёс широкий удар ногой, пытаясь сбить на пол Эньялу. Та едва сумела удержать равновесие, сблокировав этот удар.

Разведя руки, Лискк попытался снова сократить дистанцию и схватить азари, но Эньяла была быстрее, успев провести ногой серию сразу из трёх ударов: в колено, в корпус и сбоку в лицо. От последнего удара полуослеплённый ворка всё-таки сумел увернуться.

Илена ожидала, что Эньяла и дальше продолжит работать ногами, и Лискк явно тоже этого ждал, но взамен она снова изменила стиль и переключилась на удары кулаками. Удар правой ворка принял на скрещенные руки, но хлесткий удар левой обошел блок, целясь всё в тот же уже поврежденный глаз. Боец арены лишь в последний момент избежал удара, уйдя в глухую защиту и полностью закрыв голову руками. Пользуясь тем, что он открылся, Эньяла несколько раз ударила его ногой, почти со скоростью автоматной очереди, доставая по рёбрам слева и справа. Ворка попытался опустить руки и выставить блок, но Эньяла била слишком быстро, умело обходя защиту и доставая свою цель сразу с нескольких углов.

Рука Лискка дёрнулась в сторону, и кулак Эньялы с силой врезался в приоткрывшееся лицо, все собравшиеся практически услышали хруст. Высшее общество Корлусо радостно приветствовало новую кровь и этот жестокий удар.

Эньяла не разочаровывала их, её кулаки, испачканные в голубой азарийской крови и оранжевой крови ворка, мелькнули вновь, удар заставил Лискка отступить на шаг. Его ответный взмах едва не достал глаза азари, и следующие несколько секунд оба противника обменивались ударами и выпадами со всё нарастающей скоростью. В конце концов, Лисск дёрнулся вперёд чуть дальше, чем следовало, и Эньяла смогла захватить его руку. Зажав её своей левой, она пнула ворка в живот, проскользнула под его рукой и швырнула ворка в воздух, роняя на спину. При этом другую руку она всё ещё сжимала как тисками, и в результате после броска её вывихнуло из сустава, все присутствующие поморщились при виде этого приёма.

Лискк шипел и рычал от боли, но всё-таки сумел оттолкнуть Эньялу за счёт одной лишь силы. Ужасающе медленно, ворка с дублёной шкурой попытался подняться на ноги, чтобы продолжить бой, но его колени отчётливо дрожали. Мышцы на ногах дёргало судорогами, и они не могли удерживать тело прямо. Вывихнутая рука бесполезно повисла вдоль тела, целая тоже заметно дрожала. Он быстро моргал, и едва не упал вновь, сделав всего один шаг вперёд.

— Локти и колени, — теперь до Илены дошло. — Так все её удары…

— Все они наносили урон, который нельзя просто проигнорировать на одной силе воли, — подтвердила Шепард, она успела догадаться раньше. — У этого ворка крепкая шкура, не спорю, но как быть с тем, что под ней? Накачать глаза невозможно, а суставы остаются уязвимы к ударам и вывихам. За счёт одной лишь шкуры крепким бойца не сделать.

Павже Еш на этот пинок в свой адрес не ответил. Только кивнул, когда Лискк посмотрел в сторону своего хозяина.

Сделав глубокий вдох, ворка нацелился на Эньялу и бросился на неё в последний раз. Но ворка был уже слишком слаб, азари не составило труда увернуться, зайти ему за спину и подбить под левое колено. Зашипев, тот рухнул на пол. Толпа в молчании наблюдала, как ворка пытается встать… но не может. Поняв, что он окончательно проиграл, и ничего уже не сделать, Лискк прекратил дёргаться и показал, что сдаётся.

Эньяла приблизилась, занесла ботинок… и медленно опустила его обратно.

— Да он считай, что без сознания, — пояснила азари. — Будем считать, что я признаю его поражение.

Окровавленная коммандос развернулась, и к ней сразу нахлынула толпа зрителей, довольных её победой. Лизелль хлопнула коллегу по Затмению по спине, к явному раздражению Эньялы. Магне Лор довольно смеялся, драка ему явно понравилась, он быстро велел принести полотенце, чтобы азари смогла вытереть кровь, а попутно заказал ещё выпить. Даже адмирал Ваан и Раэль'Зора выглядели впечатлёнными, хотя Даро'Ксен стояла у стенки, сложив руки на груди, и со скукой дожидалась, когда же все прекратят зря тратить время на кровавые развлечения. Пара из азари и батарианца тоже поспешили поздравить победительницу, азари там явно была главной, именно она поспешила пожать руку коммандос.

Павже лишь жестом приказал турианцу поднять ворка на ноги. Уже готовясь уходить, он быстро набрал что-то на своём инструметроне.

— Я перевёл выигрыш на один из ваших счетов, — сделав вдох, он не удержался и добавил, пытаясь оставить последнее слово за собой: — Делайте с ним что хотите. А у меня есть куда больше… на Арене. Сто тысяч всего лишь крохи. И моё предложение ещё в силе.

— Принято к сведению, — просто ответила Шепард.

— Будем иметь в виду, — пообещала Илена. Стоило Павже уйти, как она тут же не удержалась и спросила подругу и соратницу по заговору: — Это ведь были ваши приёмы, верно? — там были жестокие и уродливые удары, Илена не видела прежде ни одной азари, которые бы такие применяла. — Работа кулаками и тот раз, когда она вывернула ворка руку… это ведь вы?..

— Эньяла сама решила иногда посещать наши практические спарринги.

Азари тихо сидела и смотрела, как ветераны в чёрно-фиолетовом дерутся в рукопашную. Для них это словно была игра, и сейчас целью этой игры было выбить командира. Ту, кого Илена называла Шепард. Боевая матрона бекха-якши. Эньяла с самого начала высоко подняла для себя планку. Затмение организация новая, но, несомненно, пойдёт очень далеко. Обучение на примере матрон Затмения ей многое даст, хотят они её учить, или нет.

Капрал Чамберс охнула, ударившись о землю всем весом в полной броне, чисто сбитая одним из ударов Шепард. Эньяле уже доводилось драться с Чамберс. Почти всем в их группе доводилось, так или иначе. И та была сильной… намного сильнее любой известной Эньяле азари, а Шепард её швыряет тут как куклу.

— Ну и сколько ты собираешься просто сидеть там и смотреть? — спросила она, на секунду сбив Эньялу с толку.

Неужели матрона заговорила именно с…

— Я? — уточнила азари, вскакивая на ноги. — Вы обращаетесь ко мне?

— А к кому же ещё? — риторически спросила Шепард. Жестом велела подойти ближе. — Уже третий день, как ты просто заявляешься и садишься там, даже когда тебе велели уйти. Третий день. Может быть, покажешь мне, чему ты научилась?

— Да, — ответила Эньяла и повторила громче, быстро направляясь к ней. — Да, боевая матрона!

— Ау-у, а почему ты меня никогда не тренируешь? — обиженно спросила Илена.

— Потому что ты плачешь.

— Только когда ты меня бьёшь!

Со стоном Шепард покачала головой.

— В любом случае, — продолжила Илена чуть серьёзнее. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Эньяла, она… ну-у…

— Илена, — прервала её Шепард. — Мы тут все убийцы. Это обязательная часть нашей работы. Вся разница в мотивации, осталась ли ещё в жизни цель помимо новых убийств… — бросив короткий взгляд на Эньялу, она вновь обернулась к Илене. — Я права?

— Права, — согласилась азари, хотя и не без колебаний, но искренне. Она и сама задумывалась о подобном после встречи с Ниеной.

— Кстати, Илена, посмотри вон туда. Видишь того крогана? — спросила Шепард, вновь возвращаясь к текущим делам.

— Которого? — Илена указала на здорового телохранителя, голодным взглядом рассматривающего Эньялу, но Шепард отрицательно покачала головой. Тогда палец Илены медленно указала на второго. — Вон тот в модных брюках?

Означенный кроган носил белую рубашку и чёрный костюм с жилетом под ним, сейчас он вновь вернулся к весёлой болтовне с азари в платье. Похоже, он сейчас с выражением рассказывал ей какую-то байку. Культурные кроганы были в галактике явлением не то чтобы уникальным, но по наблюдениям Илены — крайне редким. А вот его суровая телохранительница-азари казалось существом, напрочь лишенным чувства юмора, и на взгляд Илены, таких во вселенной и без того было слишком много.

Над головой крогана всплыло имя, ещё раз спасибо имплантам.

— Такс Тууго, — произнесла Илена вслух. — Такс, это ведь тот безумный клан кроганов-бизнесменов, если я не ошибаюсь?

— Он самый, — припомнила Шепард, они обе заметили, как кроган обернулся к ним и отсалютовал бокалом. — И раз уж ты была слишком занята, изображая звуки танковой пушки, я обязана напомнить: Магне говорил, что Тууго нацелился перекупить наши «Томка».

— Думаешь, он сможет перебить наше предложение? — спросила Илена, фривольно подмигивая учтивому крогану.

— Думаю, он может увеличить для нас стоимость операции, — Шепард есть Шепард, она оставалась серьёзной, и, вероятно, не была способна на флирт, даже если от этого будет зависеть её жизнь. Надо полагать, в её понимании флирт выглядел проще: дубиной по башке и в пещеру. И причём отнюдь не в романтический грот… Так что попытки Илены перемигиваться и дальше были быстро остановлены ударом локтя под рёбра.

— Полагаешь, надо с ним как-то договариваться? — предположила она, потирая свой несчастный бок. Шепард была в шлеме, к тому же с отключенной прозрачностью, так что по лицу ничего не сказать.

— Я пока не уверена, — признала женщина-псионик, и Илена предположила, что она хмурится в раздумьях. — И я бы постаралась не лезть в его разум, если не возникнет необходимости. Поэтому воспользуемся старым методом и попробуем поговорить с ним.

— Я не против, — согласилась Илена с энтузиазмом. — Старый мудрый кроган — именно тот, кого нашей банде не хватает для полного разнообразия! — она пошла вперёд первой, Шепард держалась позади. — К тому же он наверняка знает кучу классных историй!

Праздничный омак, «Отпуск с людьми»[24]

— Мы ещё не прилетели?

— Слава богу, наконец-то, я могу ответить: да, мы почти прилетели, — не вставая с места, Шепард положила ладонь на стену у себя за спиной. Мягко светящийся круг очертил расставленные пальцы Аннабель, после расширившись до прозрачного окна. Убрав ладонь, она сложила руки на груди и сказала со вздохом: — Сама посмотри.

— Мы прилетели, прилетели! Наконец-то, в самом сердце загадочной родной системы людей… — едва не начиная петь от восторга, Илена изо всех сил старалась расстегнуть гибкие ремни, обхватывающие её талию и плечи, — …наконец-то все их мрачные тайны откроются нам! Тупой ремень… отпусти меня… гр-р-рх! Да богини ради, где тут этот замок?

— Честное слово, порой ты беспомощнее ребёнка, — проворчала Даро, легко расстёгивая собственные ремни и вставая, чтобы потянуться. Всё ещё в своём скафандре, но с прозрачным забралом шлема, она усмехнулась, разглядывая барахтающуюся азари. — Умственно отсталого ребёнка, я бы сказала. Он не расстегнётся, пока ты не прекратишь вырываться.

— А, точно… в этом всё дело! — Илена замерла на месте, чувствуя, как ослабевают ремни, после чего легко расстегнула небольшую пряжку, удерживавшую их вместе. Довольно щёлкнув, она освободила азари, ремни исчезли, втягиваясь в спинку кресла.

Даро тем временем продолжала потягиваться на месте… но кварианка с объяснимым любопытством всё-таки поглядывала в окно, которое открыла для них Шепард. В основном за ним виднелась обычная чернота космоса, но порой там показывались мерцающие огни или другие аномалии, заставляя гадать, чем же они являются на самом деле. Даро несомненно было интересно, но не настолько, чтобы забыть про достоинство и прилипнуть к окну, в надежде разглядеть побольше.

Илена, впрочем, такими глупостями себя не сдерживала!

— Пойдём, заценим виды, — объявила энергичная дева, хватая Даро за руку и подтаскивая её к противоположной стене отсека.

— Если нам можно, — предположила кварианка, но сопротивляться и не пыталась, позволив кому-то другому помогать удовлетворять её любопытство.

До кресла Шепард им было всего пару шагов. Капрал Чамберс сидела ещё через два места, сейчас пустых, что-то читая на голо-планшете. При этом она постоянно хихикала над своим текстом, который сопровождала какая-то странная анимация. Кроме того, её глаза мягко светились фиолетовым, что, как Илена успела неплохо узнать, обычно ассоциируется с применением псионики людей.

В небольшом армейском транспортнике, выполненном в традиционной для людей форме летающей тарелки, их было всего четверо. Пассажирский отсек был разбит на две каюты, в одной из них они и находились: Илена, Даро'Ксен, Шепард и Чамберс. Сидели они тут с тех пор, как сделали пересадку с другого корабля на Арктуре, «системе-заставе» людей — как выразилась Аннабель.

Пока Яхта Вечеринок, она же судно «Тевура», проходило масштабный ремонт и перепланировку — благодаря купленным и полученным от начальства деталям и системам — днюющие и ночующие на работе руководители Затмения получили время на отдых. Даро сначала настаивала на том, чтобы остаться и проконтролировать доработку корабля, особенно ту часть, которую должны были делать инженеры-люди, перегнав судно неизвестно куда. Но чтобы передумать ей хватило всего лишь небольшого намёка на шанс стать второй из чужих, посетившей родную звёздную систему человечества. Даро очень старалась этого не демонстрировать, но люди вызывали у неё почти такое же жгучее любопытство, как и у Илены. У кварианки уже сложилось о них восторженное впечатление после работы на Арктуре под началом доктора Вален, и теперь ей выпал шанс увидеть людей «в новом свете». И это включая и саму «Мастера Вален».

Она отбыли на челноке Затмения, затем в дальнем не нанесенном на карты районе космоса встретились с кораблём людей, пересели уже на их челнок и добрались до Арктура. Предположительно, оттуда был всего один прыжок через ретранслятор до Солнечной, где расположены таинственные родные планеты людей. Само собой, ретранслятор Арктура был неактивен, и это мягко сказано. Люди, со своей паранойей, не собирались пропускать незваных гостей к собственным мирам. Даро интересовалась, что же именно они сделали с ретранслятором, но Илену это не слишком интересовало. В конце концов, они могли просто перенаправить его, чтобы все визитёры сразу ныряли в недра центрального светила. У человечества ведь есть собственный способ перемещаться между звёздами, правда в этот раз Шепард во время всего полёта отключила прозрачность всех окон. А на вопрос «почему» ответила: «Чтобы не рисковать вашим рассудком, разумеется». Что бы это ни означало.

— Эй! Это что, Земля? — спросила Илена, прилипая к прозрачному иллюминатору. — Выглядит как-то ржаво.

— Это не Земля, а Марс, — пояснила Шепард, не вставая со своего места и не меняя позы. Её карие глаза перескочили на кварианку, стоящую позади Илены и лишь аккуратно поглядывающей той через плечо. — Хотите рассмотреть подробнее, Даро'Ксен?

— Ну это, правда, отстойное место для иллюминатора! — заявила Илена, не дав той ответить. Она постучала по неудобному окну, расположенному на высоте плеча сидящей в кресле Шепард.

— Лучше я, — произнесла Даро, аккуратно отстраняя Илену.

Подняв правую руку, она набрала команду на инструметроне. Через несколько секунд поверх её трехпалой ладони возникла ещё одна, пятипалая, оказавшаяся чуть больше и длиннее настоящей. Кончики пальцев сияли белым, постепенно остыв до оранжевого. Шепард слегка прищурила глаза в удивлении, поняв, что за программу кварианка для себя создала.

Наклонившись, Даро'Ксен коснулась оранжевой созданной инструметроном рукой иллюминатора, а затем провела ей по внутренней стенке челнока. Сначала выше, на уровень глаз, затем, усмехнувшись под шлемом, она растопырила светящиеся пальцы проекции, и окно расширилось настолько, что через него словно можно было бы выпрыгнуть наружу. Оно заняло стену за спиной Анны почти целиком, буквально от пола до потолка.

— Ух ты, обалдеть! — воскликнула Илена, восторженно затаив дыхание, когда перед ней открылся вид на космос во всей красе. «Над ними» закруглялся горизонт «ржавой» планеты, испещрённой крапинками зелени и большими пятнами водной голубизны, в особенности вокруг морозно-белого Южного полюса.

— И давно уже вы так умеете? — спросила Шепард, уперев взгляд в Даро'Ксен.

— Я провела определённые исследования основ человеческих технологий, — признала та, пожав плечами. — В конце концов, я провела на Арктуре несколько месяцев. Вся ваша техника не предназначена для нечеловеческой биологии, исключение сделано лишь для сектоидов и прочих служебных рас, — Даро подняла руку и пошевелила пальцами проекции. — Поэтому я написала приложение к своему инструметрону, которое даёт мне человеческую руку для взаимодействия с человеческой техникой. Самым сложным было добавить биохимические маркеры на кончиках пальцев.

— Умница, — Шепард кивнула, она выглядела скорее восхищённой, чем раздраженной. — Действительно, большая часть нашей техники создана исключительно под нашу биологию. Вы выбрали неплохой способ, чтобы обойти это, хотя с псионическими устройствами и компонентами он не сработает.

— Если я найду способ обмануть и их, то сразу же сообщу вам, майор, — пообещала Даро и гордо взглянула в открывшееся окно. — Итак, это и есть Марс… первая планета, которую вы ранноформировали.

— Терраформировали, — поправила её Шепард, хотя суть термина была одна и та же, только образцом подразумевался Раннох, а не Земля. — И это вторая, если считать и саму Землю.

— Но ведь Земля и так ваш родной мир?..

— У неё выдалась пара непростых столетий…

— В любом случае, это явно потребовало вложения немалых средств и ресурсов, — ответила Даро, прищурившись и разглядывая водную гладь внизу. — Конструирование водоносных пластов и пополнение запасов воды извне, как я могу предположить? Даже отсюда вижу места, где вы опускали на поверхность кометы. Но как быть с атмосферой? И магнитным полем? Где и как вы создаёте все эти облака?

— Когда сядем, вы своими глазами всё увидите, — пообещала Шепард, вновь прикрывая веки. — Марс хорошее место. Очень тихое. Валены были одними из первых, кто вложился в эту колонию.

— Эй, Ведроголовая! Зацени! Там корабль!

— Где?!

Забыв про всю свою гордость, Даро отпихнула Илену в сторону и сама прилипла к окну, изучая панораму. В первую очередь, конечно, виднелся Марс, но там и тут мелькали огоньки, явно принадлежащие движущимся вдалеке кораблям или орбитальным станциям. Когда челнок заложил маневр и подошёл ближе, сквозь занимавшее теперь всю стену отсека окно множеств кораблей стало можно различить уже и невооруженным глазом. Их форма была чем-то средним между параллелепипедом и цилиндром, со странными портами и выступами, которые, казалось, могли двигаться и закрываться или открываться. По первому впечатлению, размером они казались где-то между стандартными для Цитадели крейсерами и линкорами.

Вот близко показался первый, за ним другой, третий, а за ним… ещё и ещё. Всего кораблей оказалось шестьдесят четыре — четыре прямоугольника по шестнадцать, как предположила Илена, крейсеров, они просто висели в космосе в формации параллелепипеда. Маленькие огоньки роились между ними, словно тессианские мухи-пылинки вокруг фонаря.

— Боевые корабли, — отметила Даро'Ксен, кивнув. — Какие ещё суда могут собирать в подобное построение? Как главному полевому инженеру и главе научно-исследовательского отдела Затмения, полагаю, мне просто необходимо оценить их вблизи, майор…

— Жаль разочаровывать, но верите мне или нет, однако большая часть Икс-ком даже не знает подробностей нашей операции в пространстве Цитадели, — ответила Шепард, не открывая глаз, она пыталась отдохнуть, ведь до приземления было ещё не меньше получаса. — Я не думаю, что ваши ранги в нашей дочерней организации будет иметь значение для наших коллег здесь. Это ещё одна причина, почему мы сначала решили привезти вас на Марс, а не на Землю. Туда вы тоже попадёте… просто, не в этот раз.

— Ну, хотя бы посмотреть на них мне никто не помешает, — произнесла Даро, в голосе едва заметно звучало недовольство.

— «Облизываться» будет более подходящим словом, чем «смотреть», — влезла Илена.

— Идиотка.

— Да уж, будет очень весело! — азари захихикала. — Мы будем в гостях у Шепардов! И Валенов! И Чамберс-с-с… ов! Чамберс, как правильно будет множественное число?

— У Чамберс, — ответила капрал, отрывая взгляд от своего планшета.

— Каникулы вместе с людьми, — обозвала Илена всё это сразу, с ухмылкой разглядывая приближающуюся планету. — Ну, наконец-то, возможность весело провести время и отдохнуть от всей этой драмы!

— Отдохнуть от драмы… — сарказм в голосе Шепард сдерживать и не пыталась. — Верно. Именно так. Как же иначе.

— И как много обычным людям известно о нас? — Даро резко сменила тему. — Мы ведь впервые встретим людей, не состоящих в Икс-ком. Ваших близких родственников… членов семей, вы ведь так сказали, а значит, наше существование не держится в секрете. Это не имело бы смысла.

— Пожалуйста, скажи, что мы знамениты! — добавила Илена, хватая сидящую Анну за плечи. Она наклонилась так близко, что почти оказалась нос к носу с Аннабель Шепард, кошмарным демоном, сеющим хаос на поле боя. — Эй, Шеп. Скажи мне, что я знаменита.

— Да я тебя умоляю, — Даро прикрыла светящиеся глаза. — Не неси ерунды! Ты никак не можешь быть знаменитой, идиотка. Уж точно не среди людей. Это же не азари, люди хоть что-то понимают в этой жизни.

Занятно, что Шепард продолжала молчать.

— Майор? — медленно позвала кварианка. — Не нужно лишней жалости, скажите ей всё, как есть.

Шепард очень медленно открыла глаза, глядя куда-то в сторону, словно её что-то крайне заинтересовала в пустой стене напротив.

— Как я и сказала, чтобы не брать вас на Землю, были разные причины-ы-ы… — не очень понятно ответила она, протянув звук и сделав явный упор на множественное число.

Сидящая неподалёку Чамберс громко кашлянула и показала чужим свой голо-планшет. А на нём… фото крайне знакомой девы азари, глупо улыбающейся в камеру и показывающей большой палец. Выше очень большими буквами буквально кричал заголовок:

ДЕВЫ АЗАРИ — ОЧАРОВАНИЕ ИЛИ РАЗОЧАРОВАНИЕ? ГОЛОСУЕМ УЖЕ СЕЙЧАС!

[а вы хотите узнать подробности?]

Ниже мелким шрифтом было написано: «Выбери головные щупальца, которые подойдут именно тебе! Не устанавливай эту биомодификацию, пока не прочтёшь наши невероятные обзоры!»

— Да, — просто согласилась Илена, кивнув с умудрённым видом. — Всё так, как и должно быть. Как раз этого я и хотела.

— О… — отчаянно простонала Даро'Ксен, буквально падая на своё место. — А про меня же там такого нет, правда?

— …

— Хотя если так подумать, я не хочу знать ответ.

Армейский челнок-блюдце прошёл сквозь отливающие золотом облака прямо над неким марсианским городом и космопортом. Последний выглядел как конструкция из возносящихся вверх и частично пересекающихся огромных листьев: один в основании, два выше него, слева и справа, и наверху по бокам ещё два. В центре каждого из них Илена могла различить что-то вроде закрытого парка или дендрария, наполненного посетителями и магазинами. Сколько же там было магазинов! Значит, торговые центры люди у себя всё-таки тоже изобрели. У неё чуть не закапала слюна от одной мысли о том, как она однажды явится туда и начнёт швыряться деньгами направо и налево, покупая всё и вся, что ей приглянётся. Уж если она стала знаменитостью, то она будет скандальной и испорченной знаменитостью! Ибо таков есть древний и благородный Путь Дев Азари.

Хотя смотрела она очень издалека, и времени было всего несколько секунд, пока они пролетали мимо, Илена сумела разглядеть, что ландшафт одного из парков будто позаимствовали прямо с Тессии, там был пляж и зелёные деревья. Другой выглядел как снежный мир, третий как пустыни Палавена, а ещё один как нечто и вовсе незнакомое ей. Затем космопорт промелькнул внизу и пропал из виду, исчез за краем большого «самодельного» иллюминатора их челнока.

Город она тоже успела рассмотреть, и частично он оставался виден до сих пор. Его окружали какие-то оборонительные стены цвета глины, а сверху накрывал туманный полупрозрачный купол голубоватого оттенка. Однако высокие башни поднимались к небу, пробивая этот барьер. И даже они казались маленькими и тонкими в сравнении с громадной узкой пирамидой, занимавший центр, самое сердце города. Это был первый город людей, который ей довелось увидеть, и Илена бы не отказалась рассмотреть его поближе. Может, до возвращения назад она успеет придумать, как же это сделать.

Город вскоре тоже остался позади, когда челнок понёсся над поверхностью, напоминающей красно-коричневый камень, испещренный тут и там пятнами зеленоватого мха. Небо было затянуто облаками, добавляя лёгкой мрачности всему ландшафту. А если поднять голову вверх, можно было легко разглядеть одну из маленьких лун этой планеты. Это мог быть один из трёх спутников: Деймос, Фобос или Белонна(1)… но больше одного за раз не увидишь. Даро упоминала это, пока они летели сюда. Где-то на Арктуре любопытная кварианка наслушалась историй о некоей «горячей лаборатории» на Фобосе, и её явно зацепило. Илена этого не понимала. Какой смысл в лаборатории, если там горячо?

— Проект терраформирования такого уровня явно потребовал больших вложений, — повторила Даро'Ксен, оценивающе разглядывая негостеприимную поверхность планеты. Кварианцы обладали некоторым опытом в терраформировании (ранноформировании), но куда меньшим, чем азари и саларианцы.

Даже на пике развития их расы, всего лишь небольшой процент кварианцев обитал за пределами их родного мира. В основном из-за их биологии, но Илена полагала, что возможно это ещё и вопрос культуры. Кварианцы испытывали искренне почтение к своей, ныне утерянной, родине, совсем не свойственное большинству азари. Представительницы её вида, и Илена не исключение, обычно выбирались на Тессию только в отпуск или на каникулы раз в пару сотен лет. А азари, обитающие там постоянно, составляли очень малую часть их расы.

— Планетарная инженерия, изменения орбит двух лун и добавление третьей, непрекращающаяся реконструкция атмосферы… даже самая щедрая азари не стала бы растрачивать такие средства, без надежды на большую выгоду, — продолжила рассуждать Даро'Ксен, тем временем Шепард переменила позу, слушая её. — Может ли оказаться так, что за пределами сети ретрансляторов люди нашли недостаточно планет, которые можно классифицировать как мир-сад?

— У нас ещё остались территории, которые можно заселять, если вы об этом, — ответила Шепард, сложив руки на груди. — Но определённый смысл в этих словах есть… Я уже раньше обратила внимание, что количество таких планет-садов в системах с ретрансляторами просто непропорционально велико, относительно прочего космоса. А что касается Марса… планета была и остаётся стратегически важной, а продолжающееся до сих пор терраформирование было ещё и исследовательским проектом, и экспериментом по столь масштабным вмешательствам. И это даже не самый затратный наш проект. Думаю, постройка Арктура обошлась дороже.

— Я не собиралась вас критиковать, майор, это всего лишь догадки, порожденные любопытством. Я не сомневаюсь, что и нам потребуется опыт в «терраформировании», даже если мы сможем вернуть себе Раннох, — произнесла Даро, говоря за всю свою расу. Затем динамик шлема донёс уже совсем тихое: — Вообще-то Раннох был именно такого цвета… если верить старым видео и изображениям… — хихикнув она добавила громче: — Но полагаю, оформить нам аренду вы не согласитесь?

— Над чем, над всей планетой? — спросила Шепард, тоже со смехом. — А у вас поручитель есть?

— О, уверена, вон та азари выпишет для меня просто великолепное поручительство, — ответила Даро, покосившись на потенциальную соучастницу должностного преступления. — Не так ли, Идиотка?

— Главное проследи, чтобы они платежи вовремя вносили, Шепард, — пробормотала Илена, как вдруг она осознала кое-что, окинув взглядом далёкий город, паутину транспортных линий и всю картину в целом. То, что она всё это время считала горизонтом, оказалось на самом деле кое-чем иным. — Эй… да это же один гигантский кратер вокруг! Ведь верно? Атаме, и насколько же он здоровый?

Шепард потянулась под сиденье, доставая свой вещмешок, положила его к себе на колени, между делом ответив:

— Эту часть Марса называют Равнина Эллада, или как у нас говорят, Планития Эллада.

— Планития Эллада? — повторила Илена. Эти слова совсем не походили на обычные принятые у людей названия.

— Это происходит из другого языка, с которым ты раньше не сталкивалась, — объяснила Анна, легко поняв растерянность азари. — Переводится как «Греческая равнина». Когда на Марсе кто-то говорит «планития», то подразумевается равнина или низменность, а когда говорят «планум», подразумевается плато, горная местность. И да, это ударный кратер… один из самых больших в Солнечной системе[25]. Город, который мы облетели, называется Марафон, столица округа Эллада.

— Марафон это ведь ещё и город, при котором состоялась одна из больших битв вашей античности? — отметила Даро'Ксен, легко вспомнив название — в отличие от Илены, она исторически записи человечества изучала куда более внимательно. — И если я верно помню, «Марс» это имя одного из ваших древних богов войны. Совпадение?

— Нет, никакого совпадения. Почти все города и поселения Марса названы в честь исторических сражений разных эпох, — ответила Шепард, доставая из вещмешка небольшой головной убор. Он был серо-белого цвета, с чёрной и фиолетовой нитью, той же гаммы, что и обычная повседневная униформа. Поднявшись на ноги, она поправила свою одежду: принятую у людей «рубашку» с карманами на груди, рукавами, закатанными так, что, казалось, они навсегда останутся в этом состоянии, и странными отворотами у шеи, напоминающими формой молнии или крылья и плотно прилегающие к ткани. Чёрно-серый пояс был плотно затянут на талии, заставляя её выглядеть стройнее, чем обычно, учитывая любовь носить на службе широкие мешковатые штаны.

— Можете тоже собираться, — сказала она, направляясь к кабине пилота. — Посадка уже скоро. Я быстро всё перепроверю, а потом переведу пилота в спящий режим.

Даже когда она ушла. Илена и Даро продолжали рассматривать чашу кратера невероятных размеров. Внутри него проплывали облака, и недавно они разглядели даже небольшое озеро внизу, с домами и постройками вокруг.

— Марс… — протянула едва слышно капрал Чамберс, убирая голо-планшет в свой рюкзак.

— А что не так с Марсом? — уточнила Илена, удивлённая тоном, которым капрал произнесла это слово.

— Сто с лишним лет терраформирования, а тут до сих пор и посмотреть-то не на что, — ответила та, с фырканьем кивнув на иллюминатор. — И это вам отсюда хотя бы все их флаги не видно, — закинув рюкзак на плечи, она приблизилась к чужим и понизила голос, добавив: — Уж поверьте на слово: марсиане это самые большие националисты и ура-патриоты во всей Конфедерации. Готова поставить зарплату за год на то, что даже у Шепардов стоит флагшток перед границей их владений. А в городах они вообще повсюду!

— Понятно, это как цвета кораблей, — предположила Даро, ссылаясь уже на кварианскую культуру. Пояснила для Илены: — Каждый корабль Мигрирующего флота это практически отдельная страна, и все относятся к этому соответствующе. Капитаны и избираемые адъютанты определяют его политику, в результате традиции и даже законы от одного корабля к другому могут разниться очень сильно. На многих кораблях, особенно самых старых и больших, обожают красить все возможные поверхности в цвета своего судна и лепить его эмблему везде, где можно, чтобы показать, как они ими гордятся… такой вот национализм, даже если численность той нации — пара тысяч разумных. Как по мне, откровенная глупость. Известно не так уж мало случаев многовекового соперничества между кораблями, которые и ближе чем на несколько километров не подлетали друг к другу никогда.

— Звучит обалденно первобытно, как в древних племенах, — выпалила Илена с горящими от восторга глазами. — Прямо как турианцы со своими колониями, или кроганы с их кланами! О, к слову, Кэтти! А как выглядит марсианский флаг?

Вновь вытянув из рюкзака голо-планшет, Чамберс показала изображение развевающегося флага. На нём была пирамида внутри фиолетового квадрата, и всё это окружало множество звёзд. Была ещё и надпись, но снова на этом странном языке, вроде бы написанная знакомыми буквами, но они никак не складывались в понятные слова.

— Марсианский флаг, — дав им время полюбоваться, Чамберс убрала изображение. — Девиз гласит: «в неизведанном — неограниченный потенциал».

— А вы много знаете о… — начала Даро.

— Так ты уже бывала тут раньше, точно? — влезла Илена, перебив подругу.

— Ага, — Чамберс кивнула. — Я провела здесь несколько лет.

Она посмотрела в окно, на проносящуюся внизу землю. Кэтти всё ещё была в своём модифицированном виде, с внешностью азари, и когда она хмурилась, выражение лица у неё было очень натуральным, азарийским. Правда у неё сейчас и выбора особого не было. Пока что у ученых ещё не имелось способа полноценно вернуть внешность капрала к первоначальному состоянию. Илена могла лишь восхищаться её чувством долга и готовностью ради дела так радикально изменить свой облик, но это вдобавок немного пугало. Сама Илена сомневалось, что у неё хватило бы… храбрости, или отчаяния, или, может быть, безумия… чтобы с кем-то поменяться кожей. Каково это вообще, каждый день смотреться в зеркало и видеть там чужое лицо?

— На Марсе расположена штаб-квартира Икс-ком, на орбите, на «Сидонии», — пояснила Чамберс, пожав плечами. — Практически все рекруты Икс-ком так или иначе проходят курс тренировок здесь и на Титане.

— А Титан… напомни, что это? — попросила Илена.

— Одна из лун Сатурна, — пояснила Чамберс, улыбнувшись при упоминании этой планеты. — Ещё одна наша большая колония в Солнечной системе… на орбите самого спокойного газового гиганта, Сатурна — его назвали в честь бога земледелия, — её улыбка стала только шире, говорила она с любовью. — Вам обеим обязательно нужно его увидеть… Сатурн… самая красивая планета во всей системе, и у него самые невероятные кольца!

— С Атаме всё равно не сравнить, — возразила Илена из одной лишь азарийской гордости. — У Атаме Самые Лучшие Кольца Во Всём Пространстве ЦитаделиT. Эта фраза является торговой маркой нашей расы и защищена авторским правом, так что можешь не сомневаться в её истинности.

— Ну, может, оно и так, но ведь Сатурн пока не относится к пространству Цитадели, верно? — логично уточнила Чамберс, и они обе засмеялись. Определённо, придёт день, и независимые наблюдатели смогут сравнить этот «Сатурн» и Атаме из родной системы азари.

— Ну, в любом случае, моё мнение предвзято, — призналась капрал. — Я титанка до мозга костей. А Марс и Каллисто это наши два главных соперника, — она протянула руки, словно что-то взвешивая в ладонях. — У нас есть тианцы из Сатурнианского союза, есть галилеяне с Юпитера, и есть марсиане из Республики Марса. Если взять их вместе, то вы получите восемьдесят процентов людей, обитающих в Солнечной за пределами Земли, и… кажется, мы приземляемся, — добавила она, прежде чем развить эту тему дальше.

Илена и Даро'Ксен кивнули, направляясь к своим местам и доставая собственные сумки. Вещей с собой разрешили взять довольно много. Даро, в основном, набрала право-аминокислотных пайков, плюс научные отчёты. Большую часть её сумки, похоже, занимали еда и напитки, хотя Шепард и настаивала, что еды «на кварианку-другую» у них на месте хватит. Илена же набрала несколько смен одежды, плюс пара обязательных мелочей, без которых не путешествует ни одна азари… щётку для щупалец, например. Возможно, на планете удастся найти приличный водоём! А возможно — если богиня окажется благосклонна — даже и горячую ванну!

Человеческий челнок приземлился со всем изяществом, которое обеспечивал ему гравитационный двигатель: даже если в окно они и видели, что судно снижается, внутри не ощущалась даже инерция от торможения. После полёта на другом таком «блюдце», Илена уже знала, что оно способно совершать резкие маневры, которые на кораблях Цитадели размазали бы пилота по стенке, а пассажиры их даже и не почувствуют. Даже если сделать бочку! Что, по её мнению, выглядело забавно, когда всё снаружи вращается… а внутри ощущаешь, будто вы просто летите по прямой.

Челнок прошел через едва заметный голубоватый барьер, а затем опустился на возвышающуюся над землёй посадочную площадку.

Совсем рядом с площадкой располагался дом. Илена не слишком много знала о том, в каких условиях привыкли жить люди, да и вообще, большая часть её жизни прошла в космосе. А там, хотя пространство, в общем, было бесконечным, но вот жилое пространство — всегда ограничено, и потому дорого. Чтобы позволить себе хорошую квартиру в приличном районе, может, придётся и пару органов продать, даже на такой громадой станции, как Цитадель… нет, особенно в таком месте, как Цитадель. А как всё обычно обстоит на громадных булыжниках, которые называют обитаемыми планетами?

Пока что всё выглядело так, что лишнего места у Шепардов более чем достаточно. Дом занимал объёма не меньше, чем дюжина обычных квартир, и это даже не говоря о прилегающей территории. Вокруг него раскинулся ковёр зелёной травы (прямо как на Тессии, только там трава голубая), окружающий дом, как ров окружает крепость, высаженный на широких террасах в форме листа клевера. Ниже них, и почти по всей территории около дома рос сине-зелёный мох. От дома несколькими рядами так же отходили ухоженные деревья и кусты, а построенная рядом теплица содержала явно куда более богатую и разнообразную флору.

На взгляд Илены, сам дом выглядел скорее как жилище турианцев, чем азари. Очертания его были в основном квадратными и прямоугольными, практичными, но сверху, справа и слева от входа, его крышу прикрывали два округлых купола. Пристройка рядом с домом казалась вырубленной из цельной скалы, с уступами и склонами, но в целом она производила впечатление такого весьма уютного бункера. Были и ряды толстых колонн, дополняющих небольшой обелиск в центре треугольного бассейна. Вода из последнего переливалась дальше, наполняя узкий пруд в форме полумесяца.

И несомненно тут присутствовал более чем заметный флагшток с более чем заметным флагом на нём. Хотя в безветрии тот и не пытался гордо развеваться.

— В следующем году я возьму вас с собой на Уран, где есть вообще всё, что угодно, — прошептала Чамберс, пока опускался трап челнока. Порыв прохладного ветра чужой планеты коснулся лица Илены, заставив вздрогнуть, а Даро'Ксен всего лишь ещё раз перепроверила на инструметроне показатели своего скафандра. — Как говорится, что случилось на Уране, остаётся на Уране, — добавила капрал, весело хихикая.

— А я ведь даже ваш шепот отлично слышу, — отметила Шепард, появляясь вновь. Она вдохнула прохладный марсианский воздух, и это, казалось, придало ей сил. — Идём. Бабушка вместе с остальными ждут не дождутся вас.

— Вы имеете в виду мастера Вален? — Даро сразу отвлеклась от показаний своего инструметрона. — Да! Точно! — она шагнула вперёд — первый представитель рас Цитадели, чья нога ступит на поверхность планеты людей. — Было бы невежливо с нашей стороны заставлять их ждать!

Илена держалась сразу за ней, неожиданно начав нервничать. Она уже видела доктора Вален раньше (и даже пялилась на неё), но сейчас там будет сразу целая толпа людей, и все они в родстве или с Шепард или с Чамберс. Вполне достаточно, чтобы начать волноваться. Кажется, это вообще был первый раз, когда Илена позволила Даро взять на себя активную роль и идти вперёд, пока она держится сзади, скромно прижимая свою сумку к груди.

Множество людей стояли перед домом, встречая их…

Доктора Вален Илена узнала очень быстро, хотя та и была без своего обычного лабораторного халата. Вместо этого учёная и глава семьи надела вполне нормальный бело-синий свитер и брюки. Её короткая причёска совсем не изменилась, а на лице сейчас была различима вполне искренняя улыбка при виде прибывших гостей. Рядом с ней стоял мужчина выше ростом, но с таким же цветом волос — и такой же цвет был и у Шепард. Илена пока не пыталась гадать, кто же он, но учитывая, как близко он стоит к доктору Вален, возможно, это её партнёр?

Доктор со своим спутником остались на месте, пока все остальные направились к прибывшей четвёрке людей и чужих. Первым был высокий человеческий мужчина в форме, похожей на ту, что носит на службе Анна. Только на его забавной шапке (позже Шепард назвала её «беретом») была видна другая эмблема, не такая, как у бойцов Икс-ком. Маленькая пентаграмма была похожа, но здесь её окружало несколько колец с шестью звёздами между ними.

Однако, по сравнению с мелкими деталями униформы, куда более заметным был… тёмно-серый цвет его кожи, а так же тускло светящиеся синим глаза. Такого сочетания Илена точно никогда не видела прежде.

— Бэн! — воскликнула капрал Чамберс, бросаясь к нему. — Ты всё-таки это сделал!

— Кэтти? — спросил он, переводя взгляд с капрала на Илену и обратно. Очевидно потому, что они обе выглядели как азари. Он побежал навстречу, разводя руки, и Кэтрин прыгнула в его объятия, счастливо смеясь.

— Кэтти, ух ты! Только посмотри на себя! — он закрутил девушку на месте и затем поставил перед собой на расстояние вытянутой руки, чтобы разглядеть получше. — Да… прямо не узнать.

— Я знаю, что тебе нравились мои прежние ушки, даже если они и были только для вида, — ответила Чамберс, поднимая руки и ладонями изображая пару треугольных ушей там, где раньше были её волосы. — Как думаешь, сможешь теперь привыкнуть к щупальцам?

— А они двигаются?

— Пф-ф-ф, нет.

— Ты это всё равно ты, вот что самое главное, — сказал ей Бэн. Он наклонился к ней, и они коснулись губ друг друга, в точности как делают между собой азари. За исключением того, что сейчас один из двоих был мужчиной.

Если бы ещё не эта серая кожа. Она скорее отталкивала, несмотря на то, что у этого человека такая отличная фигура…

— Эй, Ведроголовая, а ты что дума… — обернувшись к подруге, Илена только сейчас заметила, что Даро'Ксен застыла на месте и уже отстала от них на несколько шагов. Даже под шлемом было видно, что её глаза широко раскрыты и буквально сияют.

— Даро? — позвала Илена, потыкав её пальцем. — Ты ещё с нами?

— К-к-конечно, да! — забормотала та, быстро делая свой шлем полностью непрозрачным, чтобы скрыть лицо. — Да, я в полном порядке. Просто отвлеклась на секунду на… личное сообщение. Очень важное.

— А мне уже показалось, что ты пялишься…

— Да не будь идиоткой, — прорычала Даро, проходя мимо азари. — Я просто на мгновение отвлеклась.

— На личное сообщение, — напомнила Илена.

— Именно так.

— Илена, Даро'Ксен, — широко улыбаясь, Кэтрин Чамберс помахала им, приглашая для знакомства. — Это мой муж и один из со-партнёров Бэнджамин.

— Приятно познакомиться, дамы, — сказал Бэн, протягивая руку.

Илена первой протянула свою, чувствуя, что её отношение к этому человеку немного улучшилось. Она уже так давно не видела мужских представителей этого вида. И это до сих пор выглядело абсолютно сюрреалистично.

— Илена Таноптис, — представилась азари.

— Даро'Ксен, — произнесла кварианка, руки не подавая.

— Я много слышал о вас обеих, — Бэн аккуратно пожал руку азари. Он не казался сильнее, чем его жена, но удивляло то, насколько же его ладони больше по размеру. Как и у кварианцев, у людей очень сильно выражен половой диморфизм. — Мы с Кэтти оба за дальнейшую экспансию. Расы Цитадели это те чужие, с которыми мы должны взаимодействовать, а не избегать.

— Ну, с нами-то вы уже, так сказать, взаимодействуете, — отметила Даро. — Моё впечатление о людях уже сложилось, говорю я со сторонником экспансии или противником.

— Э, ну… — Бэн явно не был готов к её резкому тону. — Да, но…

— Хватит о политике, — потребовала Кэтрин Чамберс, затем нежно положила руку мужу на грудь. — А здесь только ты один, или ещё кто?

— Сведение к минимуму лишней утечки информации, ты сама понимаешь, — ответил он, потом достал небольшую сферу. — Но остальные отправили тебе письмо. Вообще-то, они хотели, чтобы я показал его тебе «вот прямо сразу»…

Он подкинул сферу, та зависла в воздухе, начав формировать вокруг себя голограмму. Изображение приняло форму двух людей, поначалу прозрачных и светящихся синим, но затем приобретших естественные цвета. Ещё одна женщина и один мужчина. Возможно, родители Чамберс, предположила Илена… правда, оттенок кожи у обоих был не такой, как у капрала… немного темнее. Одежда их выглядела причудливо, но явно была гражданской. Тёмные волосы женщины прикрывал капюшон, а волосы у мужчины на лице были выстрижены в очень сложной композиции. Женщина сняла капюшон, демонстрируя пару тех самых «кошачьих ушей», о которых говорила Чамберс. Какая-то биомодификация, которая раньше была и у капрала, но с которой той пришлось расстаться из-за политики Икс-ком, запрещающей небоевые улучшения.

— У неё есть эти штуки! — выдала Илена, указывая на изображение. Уши даже шевельнулись, будто реагируя на жест азари. — И они прям настоящие?

— На самом деле, только для вида, — призналась Чамберс, вздохнув. — Вообще, мы с Фатимой и встретились впервые, когда готовились к одной и той же операции: присоединение ушей и сращивание нервов. У меня остался небольшой запас Состава, а ей чуть-чуть не хватало, и я поделилась. А после мы быстро подружились.

— Ассалам алейкум, Кэтти, — поприветствовал мужчина, прижимая руку к сердцу.

— Кэтрин! — с улыбкой произнесла женщина, наклоняя голову. — Салам! Нам так жаль, что мы не сможем повидаться с тобой. Разрешили только Бэну… а значит с тобой наверняка будут те пришельцы, о которых мы столько слышали!

— Мы все по тебе скучаем, — добавил мужчина и повернул проектор так, чтобы в фокус попал ещё один человек: достаточно маленький, чтобы его можно было взять на руки. — Это наша Лейлочка, — он взял её маленькую ручку и помахал. — Поздоровайся с мамой, Лейла! — девочка отвернулась от проектора, обиженно надувшись.

— Она ещё даже не родилась, когда я видела её в последний раз, — вздохнула тем временем Чамберс.

— А они вообще кто? — уточнила Илена. Её первая догадка явно не имела отношения к реальности.

— Это Амид, — ответил Бэн, указывая на мужчину на голограмме, потом показал на женщину: — А это Фатима. Они наши партнёры.

— Но я думала, что люди…

Проекция снова повернулась, демонстрируя ещё несколько человеческих детей.

— Здравствуй, мамочка, — произнесли они хором и заговорили все разом. Даро растерянно наклонила голову набок при появлении стольких детей сразу, вероятно, она никогда не видела их в таких количествах нигде за пределами кварианских яслей. Илена была скорее очарована, чем растеряна. Если судить по росту, дети тут были сразу нескольких возрастов, давая возможность увидеть разные стадии формирования взрослого человека.

— Яхан недавно вступил в футбольную команду, — пояснила Фатима, погладив по голове одного из самых младших, затем перешла к девочке постарше. — Ясминь только что прошла первое пси-тестирование, а Мэри всё ещё без ума от старинных рукописных писем и затеяла целый проект — и знаешь, чем это кончилось? Недавно сама Аннет Дюранд прислала ей такое же письмо с ответом! Мы его в рамочку повесили. Сама увидишь, когда будешь у нас в следующий раз. Ну и, конечно, Келли…

— Привет, мам, — произнесла одна из старших дочерей, смущенно помахав рукой.

— Ну, ты знаешь нашу Келли, — продолжила Фатима, явно с гордостью. — Она вошла в десятку лучших в своём классе. Она ещё недостаточно взрослая для модификаций, но мы собираемся сводить её в бутик, пока что выбрать те, которые она потом себе установит. Бэн приготовил для неё ещё кое-что, но это пока сюрприз.

— Мы все тебя очень любим, Кэтти, но понимаем, как важна твоя работа на фронтире, — произнёс мужчина и показал лежащий в ладони кристалл. — Потом Бэн должен будет отдать тебе это. Мы записали для тебя все наши чувства, так что мы все сможем разделить их. Запись в двух частях, но думаю, вторую половину тебе стоит оставить до того момента, как вы с Бэном останетесь наедине… ну ты понимаешь меня!

— И если можешь, не забывай про пскайп! — закончила Фатима.

— И кто-то ещё удивляется, что они там на Титане плодятся как кролики, — сухо заметила майор Шепард, стоя рядом. У неё за спиной стояла ещё одна женщина, похожая на неё, но не такая высокая и мускулистая, с ярко-рыжими волосами, связанными в пучок на затылке. Она тоже была в форме.

— Да я вас умоляю! — воскликнула Чамберс, картинно закатив глаза. — Вы бы видели наших соседей. Их всего двое, у них шестеро детей, и они вообще геи. Так что их даже случайная беременность не оправдывает.

— Кэтти, — пробормотал Бэн. — Это было всего один раз… — однако встретившись взглядом с Шепард, он вытянулся и отсалютовал. — Майор.

— Капитан, — Шепард кивнула в ответ.

— Лейтенант-коммандер, — произнёс он, обращаясь ко второй женщине.

— Капитан, — ответила та.

— Так, погодите, кто тут кто? — Растерянно затрясла головой Илена. Сначала указала на мужчину, спросив: — Капитан?

— Спецназ Сатурнианского Союза, — пояснил Бэн.

— А коммандер?.. — она указала на рыжую.

— Ханна Шепард, — представилась женщина, чуть прищурив глаза. — Я подобрала вас и доставила на Арктур. BB-5016 «Килиманджаро», помните?

— Ах, да! — воскликнула Илена, уверенно закивав. — Теперь припоминаю!

— Да неужели? — переспросила Даро, покачав головой. — Ты, правда, её помнишь?

— На самом деле помню! — стояла на своём Илена. — …в основном. Не по имени, но в лицо помню. У меня хорошая память на лица!

— Вы, должно быть, дочь Аннабель Шепард, — произнесла Даро'Ксен, почтительно склонив голову. Капитаны и старпомы кораблей всегда пользовались уважением у кварианцев — это было уже частью их культуры. Она повторила жест, теперь в отношении мужчины. — Капитан, я не хотела, чтобы мои недавние слова прозвучали грубо.

— Там у дверей доктор Вален, её вы знаете, а с ней Главнокомандующий в отставке, Брэдфорд, — Шепард указала на двух людей, которые, вроде бы, были тут самыми старшими. Хотя по любым человеческим стандартам никто из них не выглядел старше сорока.

— А там кто? — спросила Илена, глядя дальше, за спины Вален и Брэдфорда

— А это, должно быть, мой сын, — ответила Хана, а затем позвала громче: — Джон! Джонни, выйди и поздоровайся с дружелюбными пришельцами!

Молодой человеческий мужчина, намного меньше Бэна, медленно приблизился к собравшимся тут взрослым (и чужими). У него были чёрные волосы, а не более выделяющиеся рыжие как у матери, или каштановые, как у бабушки, глаза же оказались прозрачно-голубого цвета. Встав по стойке смирно, он отсалютовал.

— Поздравляю с повышением, бабуль, — произнёс он, и Аннабель повторила его жест.

— Поздравляю с зачислением в академию Хирон, это ведь заведение более чем престижное, — сказала она, заставив внука буквально засветиться от гордости. Затем указала на двух стоящих среди людей чужих. — Это Илена Таноптис и Даро'Ксен. Они останутся с нами на праздники.

— Здравствуй, молодой человек, — произнесла Илена, протягивая руку, как это принято у людей. — Как поживаешь?

— Просто отлично… — ответил маленький Джон Шепард, сцепив ладони за спиной. — Ведь мне придётся провести все каникулы с кучкой лунатиков.

— Именно так, тебе… Эй, это сейчас был сарказм?

— Нет.

— Хорошо. Погоди! Это точно был сарказм! И второй раз тоже! Два раза подряд! Да как ты смеешь, маленький…

— Руки убери, пришелец!

— Предположу, что он не слишком-то любит чужих? — спросила Даро'Ксен, обращаясь к его матери и бабушке.

— Не слишком, — ответила Ханна Шепард, хотя и с улыбкой.

— И вот та самая драма, которую тогда я и имела в виду, — добавила Анна Шепард, тяжко вздохнув

— Угадай, кто?

— О, — обернувшись, Илена скользнула взглядом по появившейся фигуре. — Капрал Чамберс!

— Единственная и неповторимая, — ответила Кэтти Чамберс, тепло улыбаясь.

Привычной чёрно-фиолетовой брони сейчас, конечно, не было. Взамен на ней было надето нечто очень похожее на обычную повседневную форму для сотрудников и рекрутов Затмения. На самом деле, это была слегка модифицированная и стилизованная под нормы азари человеческая одежда: в основном чёрного и белого цветов, чёрные ботинки и брюки, к которым справа и слева с внешней стороны бедра крепились до трёх белых карманов под разные мелочи. Их поддерживал пояс с петлями под различное оборудование и снаряжение. И наконец, практически обтягивающая рубашка, почти целиком чёрная, за исключением пары белых участков, тянущихся от пояса и выше по бокам, до подмышек.

Сейчас на капрале была форма в версии безрукавки, с несколькими тёмно-фиолетовыми включениями там, где у обычных рекрутов были бы золотые. Она уже несколько раз появлялась в этой униформе, так что Илена видела её не впервые, но странным казался сам «рабочий» наряд во время их отпуска. Хотя, как и Шепард, Чамберс летела налегке, только с одним рюкзаком. А значит, ей негде было взять настоящую повседневную, гражданскую человеческую одежду.

— Я шла… принять душ, — ответила Илена, слегка смутившись в присутствии человека. Заглянув за спину Кэтти, она попыталась убедиться, что больше тут никого нет.

В доме Шепардов на Марсе было несколько ванных, или как их тут называли, «ванных комнат». Дева азари обратила на это особое внимание, поскольку, когда дело касалось мытья, традиции людей и азари заметно различались. В домах азари была одна общая для всех ванная, удалённая от туалета. А у людей два этих помещениях находились буквально через стену… что, мягко говоря, очень странно. И, сказать по правде, немного мерзко.

Мылись азари отнюдь не только ради гигиены: это был способ влиться в общество. На Тессии было множество великолепных общественных бань, и там же часто вели дебаты или просто общались между собой. В бане, как нигде более, матриархи, матроны и девы могли чувствовать себя на равных. Вообще-то, это даже считалось знаком доверия и расположения, а так же и проявлением скромности, когда матриарх мыла щупальца кому-то из своих подчинённых. Это было место, где все различия в возрасте и богатстве, силе и влиянии, должности и звании — всё это исчезало в облаках пара, позволяя всем побыть просто азари.

Эти традиции не изжили себя даже в космическую эру и после встречи с другими расами, имеющими более одного пола. Когда команда корабля состояла преимущественно из азари, а Затмение всегда позиционировалась как в первую очередь именно азарийское подразделение наёмников, логично всё было устраивать в азарийском стиле. Исходя из собственного опыта Илены, послужившей в нескольких отрядах, большинство наёмников иных рас тоже не слишком возражали против того, чтобы оказаться в душе вместе с несколькими соблазнительными коммандос азари. Однозначное исключение всегда составляли лишь батарианцы, у которых были очень жесткие правила, привязанные к социальным классам и кастам. Они обычно даже в душ ходили с собственной шторкой, которой отгораживали себе отдельный угол.

Короче говоря, азари всегда предпочитали купаться в компании, особенно когда доходило до мытья щупалец. С практической точки зрения, это позволяло легче выстраивать сестринские отношения и взаимное доверие. Семьи моются вместе, родные сёстры моются вместе, как и сёстры по оружию. Это всегда даёт возможность поболтать без условностей, расслабиться, завести друзей и успокоить расстроенные чувства. Азарийские туманные парные имелись даже на самых тесных патрульных фрегатах — они считались строго необходимой вещью для поддержания физического и психологического здоровья команды.

Люди… ну… в этом они отличались!

Как Илена успела узнать, у людей были строгие правила относительно собственного тела, и особенно относительно наготы. Сначала она думала, что всё это из-за необходимости соблюдать маскировку и не выдавать себя. Не у всех имелись полные биомодификации внешности под азари, и даже не все из тех, у кого они были, старались во всём походить на обычных азари по поведению. Им хватало и того, что они выглядят достоверно. А бойцы и прочий персонал Затмения оказались слишком запуганы тем, как настойчиво «бекха-якши» подчёркивают разделение между собой и остальной частью организации. Никто из замаскированных людей не мылся вместе с подчинёнными азари, однако Илена уже успела понять, что причинами тому были вовсе не презрение или высокомерие.

Люди просто вообще не любили мыться ни с кем вместе: ни с азари, ни с саларианцами, ни даже с другими людьми! И даже когда им доводилось мыться рядом, они были очень осторожны и старались избегать касаний. Они даже специально держали дистанцию друг от друга! Илена всё это знала, потому что ей доводилось пробираться в охраняемую душевую людей на корабле. Просто было любопытно, и ей это ничем не угрожало, поэтому она придумала отмазку про то, что пропустила свой обычный душ по расписанию и проскочила туда, дабы лично изучить и этот аспект социальной культуры людей. Позднее Шепард прямо объяснила, что люди не привыкли купаться или принимать душ вместе. В некоторых культурах принято ходить в баню вместе, как она объяснила, и это было нормально в армии ради экономии времени и места, но даже там всё было не как у азари. Даже если люди находятся в одном помещении, друг друга они не моют. Каждый, как говорится, за себя.

Похоже, и на Марсе всё обстояло точно так же. В семье Шепардов все мылись и принимали душ по отдельности. В итоге, по дому ванных комнат у них было расположено не менее пяти! Сразу пять! Люди точно сумасшедшие.

Учитывая всё это, Илена была удивлена, встретив капрала именно Чамберс здесь и сейчас.

— Я быстро, — пообещала она, решив, что и капрал тоже хочет принять здесь душ перед ужином. Хотя, в этом доме всё-таки пять душевых. То есть, более чем достаточно. Почему бы просто не пойти в другую?

— Да я просто подумала, — начала Чамберс, указав на себя, — я же теперь азари, так? Иногда странно вести себя как вы, но поддерживать эту иллюзию часть моего задания. Возможно, нам стоит попробовать искупаться вместе? Мне это пригодится, когда мы вернёмся на «Тевуру». Кроме того… — она дотянулась и щёлкнула пальцами по одному из щупалец Илены и спросила с улыбкой: — Думаю, тебе не помешает помощь с ними?

— Уже и тебе видно, что они воском заросли, да? — со стоном уточнила Илена. — Хорошо, пожалуйста, я приму любую помощь. Тут всё-таки слишком сухо. У вас, людей, в домах прямо как у турианцев!

— А ты можешь помочь мне, — предложила Кэтрин, проведя рукой по венцу своих — искусственно созданных, но живых и функционирующих — головных щупалец. — Какое-то забавное вокруг них ощущение.

— Охотно! — пообещала Илена, улыбаясь в ответ.

Кроме того, не помешает отвлечься, а то она слишком много думает обо всём.

Довольно хмыкнув, Чамберс закрыла за ними дверь в ванную. А когда она начала раздеваться, Илена наконец получила возможность оценить, до какой степени достоверна биомодификация капрала «под азари». В броне, то есть от плеч и выше, оперативницы Икс-ком выглядели очень натурально. Теперь появилась возможность убедиться, что модификация всего тела оправдывала своё название — модифицировано действительно было всё тело полностью, причём выглядело это весьма убедительно. Не знай Илена наверняка, что перед ней человек, она бы и не догадалась. Каждый миллиметр её тела выглядел очень по-азарийски. Невероятно.

— Я вот думаю, теперь ведь для вас общие ванные комнаты у нас на корабле не должны быть проблемой, — заметила Илена, снимая свою повседневную (они ведь на отдыхе, а не на службе) одежду и пристраивая на установленную здесь же вешалку. — Может, это и не слишком важно, но, насколько я знаю, многим рекрутам любопытно, почему ты и остальные азари «из элиты» не моетесь вместе со всеми.

— Я тоже думала об этом, — признала Кэтти, стоя с рубашкой в руках и глядя в зеркало. Она подняла, было, ладонь, чтобы пригладить волосы… но вспомнила, что их теперь нет и просто махнула рукой. — На предыдущем месте службы общие душевые были у нас делом обычным. Думаю, что тут наших отпугивает… возможный интим.

— Интим, серьёзно? — Илена засмеялась и не сразу смогла себя остановить. — Ох, извини! — она взяла капрала за руки. — Но думаю это одно из наших самых больших культурных различий.

— Ты ведь понимаешь, что когда два человека моются вместе, обычно суть там отнюдь не в чистоте, — намекнула Кэтрин.

— Эй, азари это тоже касается, — Илена развернулась и отодвинула дверь душевой. Данная ванная комната была самой большой и роскошной в доме, и места даже для двоих тут более чем хватало. — Чистота, это только первый шаг. В смысле, а поболтать? Мы с подругами могли часами сидеть в ванной, и само мытьё при этом отнимало лишь малую часть времени! Даже Йона иногда расслаблялась в ванной.

— Только иногда?

— Йона… иногда она не любила, когда кто-то её касается, — кашлянув, Илена попыталась объяснить этот непростой вопрос. Повесив небольшую пластиковую сумку на крючок в стене, она начала возиться с настройками душа. — Один единственный раз, когда она вообще перед кем-то искренне извинилась — это когда она ударила другую азари в ванной. Та дева, наверное, допустила ошибку, коснулась её не там или вроде того, и Йона сломала ей запястье. В смысле, по меркам Седерис это, считай, как по плечу похлопать, но ей стало стыдно! И она извинилась.

— Ну а в целом, хочешь сказать, что у вас такого не бывает? — вернулась Чамберс к прошлой теме.

— Чтобы азари «этим» занимались в ванной? — Илена покачала головой. — Я раньше о таком и не слышала никогда. Это, словно бы для вас… я даже не знаю, с чем бы это сравнить у людей. В общем, для азари это совершенно недопустимо и невозможно.

— Тогда ты уверена, что не против сейчас мыться со мной?

Илена тем временем задала температуру и плотность потока воды.

— У нас нет никакого запрета на мытьё вместе с пришельцами, — объяснила она человеку, — хотя ваша маскировка под азари делаёт всё несколько… неоднозначным. Правда, я считаю, что большинство азари всегда рады мыться с представителями других рас! — она покачала головой и хихикнула от собственных мыслей: — Но, разумеется, турианцы никогда на такое не согласятся: они любят свой скромный звуковой душ, а после получаса во влажной среде с их кожей начинают твориться очень забавные вещи. Саларианцы воду обожают, если там неглубоко, но, полагаю, сама мысль о том, чтобы болтать, расслабляться и, по сути, ничего не делать, сведёт большинство из них с ума. К тому времени, как элкор помоет мне щупальца, я успею стать матроной… Ну а батарианцы?.. У них же всё через касты, а сама идея мытья вместе у азари как раз в том, чтобы отбросить на время различия в статусе и положении.

Она нажала кнопку включения, в стенах и потолке открылись отверстия, сквозь которые начала поступать вода, в виде приятного горячего тумана. Окончательно сняв с себя всё, Илена запрыгнула в это облако и начала мыться. Резервуар в стене был наполнен мыльной пеной, очень похожей на традиционную для азари соль кавека, хотя и совершенно не солёной на вкус. Человеческое мыло. Совсем не такое жесткое, как у азари, но тоже сгодится.

— Если это так важно для вас, азари Цитадели, — капрал Чамберс использовала термин, которым чёрно-фиолетовые бойцы Затмения обозначали в общих разговорах других азари, из рекрутов, — то это может стать неплохим способом сблизиться и отбросить различия между нашими культурами.

— А хочешь ещё забавный факт о Йоне? — спросила Илена, расслабляясь, даже не смотря на поднятую тему. В конце концов, прошлое уже её не тяготило. — Она всегда приказывала, чтобы никто больше не входил, когда она уже в ванной, а ещё она всегда сидела спиной к стене.

— У неё была паранойя? — удивилась Чамберс, рисуя пальцем круг на стенке между их местами и создавая там полупрозрачное окно.

— Возможно, — согласилась Илена.

С другой стороны, Йоне очень долго удавалось оставаться в живых и даже развивать свой «бизнес». И кто после этого параноик?

Как Илена помнила, на «Тевуре» общие душевые были сугубо функциональными. Разделенными на кабинки, всего четыре штуки. Ёмкость для мыла, встроенная в стену и сам душ сверху, точно так же как и здесь — очевидно люди подгоняли конструкцию под свои вкусы. Стены были из голой и ничем не прикрытой стали, или, по крайней мере, выглядели именно так. Раньше «Тевура» была батарианским кораблём, и душевые тоже были устроены, как у батарианцев принято — с разделением по кастам, на две разных. У офицеров из высоких каст был свой душ на верхней палубе, а общая душевая для обычных солдат из низов была уровнем ниже. На корабле постройки азари ванную комнату украсили бы ну хоть как-нибудь, пусть и по минимуму. В конце концов, это помещение на судне для их расы не менее важно, чем кают-компания.

— Как я поняла, душевые тут программируемые, — пояснила Илена, настраивая фон комнаты. Стены замерцали, создавая иллюзию большой открытой ванной, как принято в некоем месте на земле под названием «Япония». Издалека доносились звуки голосов, как и было бы в такой большой купальне. Этот фон был ближе всего к общественным баням азари. — Ты же не против? — уточнила она у Чамберс, капрал только помотала головой, пояснив:

— Без проблем. Япония, да? Вообще-то, я так ни разу там и не побывала… что странно, учитывая, какой анимешницей я была раньше.

— «Анимешницей»?

— Ну, аниме, анимация для развлечения.

— Я всё ещё не совсем понимаю, — призналась Илена. — Разве не вся анимация и так для развлечения?

— Лучше продолжим эту тему в другой раз, — предложила женщина, командой вызывая резервуар с мылом и для себя. Потянувшись, она сразу же принялась намыливать свои щупальца.

— Знаешь, — шепотом произнесла Илена, потянувшись за своей сумкой. — Если ты и впрямь хочешь сойти за «азари Цитадели», тебе не обойтись без такой штуки, — она показала щётку для щупалец, напоминающую внешне приспособление для чистки труб. Наверное, лучше всего эту вещь было назвать азарийским аналогом человеческой расчёски.

У Илены щётка была голубой, с пластиковой рукояткой, украшенной резьбой.

— А я такие видела, — сказала Чамберс, Илена про себя отметила, что капрал явно очень серьёзно отнеслась к своему вживанию в роль азари.

— Хочешь, покажу, как ею пользоваться? — предложила Илена.

— Я смотрела несколько обучающих роликов, но всегда лучше учиться у знатока, — Кэтти кивнула. — Буду благодарна.

Быстро смыв пену, Кэтти развернулась и опустила голову, прижав подбородок к груди. Она была выше большинства азари, но всё-таки не такая здоровая, как Шепард. Илена задержалась, разглядывая головные щупальца человека, даже осознавая, что это лишь фальшивка. Хотя… «фальшивка» звучит так, словно они резиновые или пластиковые. А ведь, предположительно, основанная на Составе модификация подарила Чамберс живой и полностью функционирующий слой эпидермиса азари. Её щупальца были одновременно и настоящими, в биологическом смысле, и при этом фальшивыми, потому что находились на голове у замаскированного пришельца. Как всё сложно…

Но вот в чём сомнений не было, так в том, что Кэтти обзавелась очень красивым по меркам азари венцом щупалец. Возможно, потому что их создали искусственно, но тем не менее впечатление производили самое приятное. Щупалец у Чамберс было шесть — генетическая норма, но они туго закручивались и казались скорее приподнятыми к верху, чем просто лежащими на голове. Присутствовали и небольшие пятна на внутренней стороне, и едва заметно очерченные линии на рёбрах щупалец. Хотя они были — наверное, были — так же нечувствительны к прикосновению, как и у настоящих азари, Кэтти невольно обернулась, когда Илена положила ладонь между её щупалец.

Тут как раз и пригодилась щётка. Азари лишены волос — пусть и очень красивых, но требующих крайне сложного ухода. Щупальца же можно по-разному укладывать, в той или иной степени, но обычно их лучше просто не трогать лишний раз. Единственное, что требует внимания, это области между ними, которые надо время от времени чистить. Намылив щётку, Илена приложила её между двумя крайними справа щупальцами и начала тереть. Она заметила, что там определённо имелся восковой налёт, от которого страдают и настоящие азари. Это впечатлило Илену, уже в который раз — модификация даже эту особенность сумела воспроизвести. То, как далеко люди продвинулись в биотехнологиях, временами даже слегка пугало. Саларианцы точно рехнутся, когда узнают про своих новых соседей по галактике, и это даже если не учитывать уровень их разведки, осознав который, агенты ГОР наверняка будут от отчаяния бегать по потолку.

— Вообще-то, мне слегка щекотно

— Сами по себе щупальца это просто хрящи, но скальп сохраняет чувствительность, — напомнила Илена. — Слушай, я надеюсь, тебя это не заденет, но я хотела спросить, а ты не скучаешь по… по своим… ну ты поняла…

— По моим?.. — Чамберс указала на свою голову, поняв, что Илена говорит о волосах. — Разве что немного. Особенно по утрам, — она наклонила голову и хихикнула, вероятно, вспомнив что-то. — Но и такая внешность тоже неплохо смотрится. Бэн, определённо, привык к ней быстро.

— Да уж не сомневаюсь! Я в соседней с вами комнате, и стены тут отнюдь не звуконепроницаемые, — отметила Илена, медленно работая щёткой между щупальцами.

— Извини, — воскликнула Чамберс, хлопнув в ладоши перед собой. — Э-э… нам вести себя потише?

— Да мне это не мешает! — возразила Илена. Она всё-таки азари, а не какой-то чопорный турианец. — Это просто было немного… чересчур.

— Чересчур?

— Ну, в смысле, — Илена вдруг поняла, что смутилась и начала синеть. — …мне показалось, или вы пару дней назад «обнимали вечность» шесть раз подряд? Примерно через каждые двадцать ваших минут, снова, и снова, и снова. После третьего раза я даже задумалась, а может вы специально решили подшутить надо мной?

— В тот раз? — Кэтти Чамберс хихикнула и приложила ладонь ко рту, чтобы не засмеяться в голос. — Мы тут ни при чём! Это всё фильм виноват, который мы пережили в тот вечер.

— Что-то я пока не улавливаю, — признала азари, слегка надувшись.

— Потому что ты не воспринимаешь эмоциональную проекцию во время фильмов, — объяснила Чамберс. Илена даже замерла, прекратив процедуру с щёткой, так что человеку пришлось обернуться и спросить: — А что?

— «Проекция эмоций», — уточнила Илена. — Что ты хочешь сказать?

— О, похоже, никто этого тебе не объяснял, — поняла Кэтти и вновь расслабленно посмотрела перед собой, на голограмму японского горячего источника на стене. — Псионика вообще широко используется в человеческих технологиях, обычно речь о работе с воспоминаниями, мыслями и эмоциями. Большая часть фильмов содержит и запись чувств, которые усиливают впечатление. Вот почему я и говорю, что мы «переживаем» фильм, а не «смотрим» его.

— То есть, если ты смотришь ужастик…

— Тогда в определенные моменты добавляются небольшие приступы страха.

— А если смотришь романтический фильм, как вы в тот раз?

— Ну, ты можешь догадаться, — ответила Кэтти со смехом. — Это кажется настолько странным?

— Во время слияния азари могут воспринимать чужие эмоции и воспоминания, — напомнила Илена. — Хотя думаю, что получать подобное от машины… не уверена, какие чувства это во мне вызывает. Немного не по себе от этой мысли, наверное?

— Псионика это не просто оружие… это часть нашей жизни, — со вздохом пояснила Чамберс, пока Илена аккуратно обрабатывала щёткой небольшую шишку, возникшую между двумя щупальцами. — Каждый человек — псионик, в той или иной степени. Хотя открыли мы это, конечно, далеко не сразу. Даже и не представляю, как люди жили во времена доктора Вален. Это же практически как мир без электричества!

— А псионические технологии, это вроде того кристалла, что показывал твой партнёр? — припомнила Илена их прибытие на Марс.

— А, это, — пробормотала Кэтрин. — Да, и он в том числе. Два других наших партнёра записали на него свои мысли и чувства, в какой-то мере это можно назвать домашним видео… только эффект намного сильнее. Правда, у проекции есть пределы… пределы… о, господи, эта щётка просто нечто!

— Ну а ты как думала? — спросила Илена, ухмыляясь. — Кстати, знаешь, а Шепард мне говорила, что люди в основном моногамны, как азари. А ты… э-э-эм… ну, ты понимаешь?

— Моногамны… ага, в основном да, — ответила Чамберс, Илена тем временем приступила к следующей паре щупалец, вызвав довольный вздох у модифицированного человека.

— То есть ты, э-э, считаешь людей и мужского и женского пола, ну… одинаково привлекательными для себя?

— А ты разве нет? — ответила Кэтти вопросом на вопрос.

— Это совсем иное, — возразила Илена, тем временем румянец на её щеках сместился с синего уже к фиолетовому оттенку. — Я азари. А люди… вы очень похожи на нас. Так что это вполне естественно.

— Различие не так велико, как ты наверняка уже представила себе, — заверила Кэтрин, помотав головой. — Но могу заверить, что если тебя интересует некий известный нам майор, то стучишься ты не в ту дверь. Вкусы Шепард натуральней натурального: только мужчины, ни альтернатив, ни вариантов.

— Она на такие темы особенно не распространяется, — пробормотала Илена, её румянец чуть потускнел. Она бы соврала, сказав, что не думала ни о чём таком… несколько раз.

— Ты уже должна была понять кое-что важное о людях: мы можем жить и думать очень по-разному, — продолжила Кэтти. — Пары из двух человек всё ещё самый распространённый вариант, но Титан — дело другое. Думаю, на Валгалле и Энигме дела обстоят так же, но в этом мы были первыми. Имей в виду, что каждая колония и каждая страна у людей могут двигаться своим собственным путём. То, что допустимо на Титане, кое-где на Земле даже не считается законным. И на этом мы завершаем сегодняшний урок о безумной и непредсказуемой сексуальности людей.

Женщина, замаскированная под азари, ушла в свои мысли, а Илена тем временем попыталась всё это представить. Двое мужчин и две женщины? У батарианцев распространено многожёнство, но это всегда один мужчина и несколько женщин. Саларианцы… ну, саларианцы они и есть саларианцы, а азари обычно долго живут с одним партнёром, и у большинства матриархов их, во время бытия матроной, было минимум два. Сказать по правде, как обстоят дела у волусов и элкоров, она понятия не имела. Ханары и вовсе гермафродиты, как это происходит у них — это одна большая горячая, липкая, странная и извращенная тайна.

— Тогда, ну-у-у-у-у, а как…

— Что, как?

— Как вы… ну ты понимаешь… просто выбираете партнёров, или меняетесь друг с другом, или кто первым успел, тот и в деле?

— Кто первым успел… — Чамберс захихикала вновь, а потом и засмеялась достаточно громко, чтобы эхо отразилось от стен.

— Ха, ха, ха… — медленно и ненатурально повторила азари, подтолкнув человека в спину. — Какая смешная шутка получилась, в точности, как я и задумывала.

— Ты извини, я сейчас просто вообразила какие-то сумасшедшие гонки за место в постели каждую ночь, — объяснила Чамберс, беря себя в руки и медленно качая головой. — Нет, не «кто успел первым», — добавила она, сложив руки на груди и вздохнув, пока Илена продолжала очищать созданные биотехнологиями щупальца от воска.

— Ну а как тогда? — настаивала Илена, на что Кэтти только слегка обернулась с очень выразительной улыбкой на лице.

Ух ты…

Других слов, чтобы описать это ощущение, было просто не подобрать.

— И ты вроде бы говорила, что у тебя есть дочь? — спросила азари тихо.

— Ты это запомнила? — переспросила Чамберс, довольно кивнув. — Я говорила про Келли, но она не единственная моя дочь, и не единственная из моих детей. У меня, и в данном случае я подразумеваю «у нас», пятеро детей. Если тебе любопытно, мои гены есть лишь у двоих из них.

— И с этим нет никаких… проблем? — по возможности аккуратно уточнила Илена.

— Да не особо, — Кэтти просто пожала плечами, похоже, не зная, как объяснить. — Легко определить, кто там чей. Келли — от меня и Бэна. Ясминь от Фатимы и Амида. Мари — от меня и Амида, а Яхан — от Фатимы и Бэна. Лейла — второй ребёнок Бэна и Фатимы, а ещё мы с ней прикидывали, не завести ли нам ещё одну дочь. Даже если забыть про то, что все мы проходим генетическое сканирование и терапию ещё до рождения, я считаю, что семья это ведь не только гены… в смысле, азари же вообще генами не обмениваются.

— Ага, но… — Илене потребовалось пробиться через завал из незнакомо звучащих имён, прежде чем до неё дошло. — Постой! Но я думала что «Фатима»… ну ты понимаешь, она женщина? И ты тоже женщина…

— Ты принадлежишь к однополой расе, и тебя удивляет, что две женщины могут завести ребёнка?

— Да! В каком-то роде…

— Всего неделя здесь, а ты уже говоришь и думаешь как настоящая марсианка, — недовольно заметила Чамберс. — На Титане мы просто позволяем людям жить, как им хочется, и всегда открыты для чего-то нового. Знаешь, — добавила она хитро, — а ведь когда-нибудь на Титане и азари будут жить. Думаю, мы привыкнем к такому соседству быстро, я бы даже сказала, охотно…

Илена почувствовала, как фиолетовый румянец возникает вновь; если Кэтти подразумевала именно то, что она подумала?

— Я практически всегда отстаиваю точку зрения, что мы должны присоединиться к галактическому сообществу, а не просто стоять в стороне, — произнесла Чамберс более серьёзно, рассматривая свои руки синего цвета. — Вот почему я и вызвалась добровольцем. Многие люди здесь, у нас, не ждут от пришельцев ничего хорошего. Они хотят остаться наедине с собой… оставить при себе наши технологии и наши тайны, избегать всех, кто на нас не похож. Я не могу согласиться с этим. Просто не могу. Мы все живём в одном космосе, среди одних звёзд. Мы все братья и сёстры. И как мы можем отворачиваться друг от друга?

Похлопав человека по плечу, азари передала её щётку и спросила:

— Зов приключений?

— Зов приключений, — согласилась Кэтрин Чамберс, принимая щётку и споласкивая её под струёй воды. — Ладно, давай займёмся уже твоими щупальцами

— Обрати особое внимание на два средних, — обернувшись, Илена указала на них пальцем. — Знаешь, это ведь с твоей стороны даже… слишком уж любезно… осваивать то, что принято лишь среди азари.

Кэтти пробежалась рукой по её щупальцам, ощупывая пространство между ними.

— Сочту это за комплимент, — ответила она, втирая пену между щупалец азари. — А вообще, я присоединилась… к организации… чтобы изменить галактику и помочь другим. Думаю, у каждого из нас были такие мотивы. Мы просто делаем это разными способами.

Илена подумала о Ниене и о том, что с ней случилось… и со многими другими азари, кого она повидала за годы службы у Седерис, и чьих лиц сейчас уже не вспомнит. Сколько их промелькнуло перед ней, когда наёмницы из отряда Йоны передавали их батарианским покупателям? Это очень, очень-очень сильно отличалось от тех космических приключений, которые она себе воображала, когда была маленькой. Изменить галактику… она тоже этого тогда хотела.

— Ах, да, — пробормотала Кэтти, ровно и уверенно работая щёткой над щупальцами Илены. — Совсем забыла. Мы тут с Шепард обсуждали кое-что. То есть, когда ты с нами смотрела фильмы, ты ничего не чувствовала? Например, та комедия, что мы вчера смотрели? Было что-нибудь?..

— «Что-нибудь?» — переспросила Илена, попытавшись обернуться, но Чамберс быстро вернула её голову в правильное положение. — Я… я думаю, что фильм вчера был забавным, а вот тот романтический перед ним… вообще-то, он показался довольно скучным…

— Хм-м-м-м-м.

— А что?

— Да нет, ничего, просто любопытно стало.

Шепард услышала шаги заранее, но лишь переложила закладку с последних страниц книги в ладонь. Печатный текст давно уже вышел из моды, но так окончательно и не умер, несмотря на то, что конец ему предрекали уже лет двести. Даже в эпоху, когда сетевые каналы и медиа-продукты могут чуть ли не напрямую стимулировать центры удовольствия в мозгу, скромные печатные книги продолжили своё существование, словно упорные динозавры, отказывающиеся вымирать и освобождать место надоедливым млекопитающим. Не так легко заставить кого-то вымирать, если он успел отрастить крылья и время от времени сам этих млекопитающих жрёт.

— Кэтрин, — просто произнесла она, протягивая левую руку.

Кэтрин Чамберс вложила одноразовый пластиковый чек в ладонь майора.

— Никакой реакции, — призналась капрал.

— Как я и думала, — отметила Шепард, убирая чек в карман, как законную награду за выигранное пари. Просмотреть его можно будет и позже.

— Но это же бессмысленно… — проворчала Чамберс, с явным недовольством сложив руки на груди. — Вы же сами говорили: она участвовала в общей сети отряда. У неё есть чувствительность.

— Однако чувствительности явно недостаточно, — Шепард вернулась к чтению, пока марсианские послеобеденные сумерки не успели смениться темнотой.

Чамберс молчала несколько секунд, прежде чем предположить:

— Возможно, она чувствительна лишь к вашей псионике? Ведь именно вы работаете как центральный узел, формирующий сеть отряда.

— Теория интересная, но держать пари я на это бы не стала, — ответила Шепард просто, перелистнув страницу книги.

— Да я бы тоже, — не стала отрицать Чамберс, уже собираясь уходить. — Матч уже скоро начнётся.

— Я приду вовремя. Как душ, кстати говоря?

Теперь пауза затянулась, и настолько, чтобы пробудить любопытство даже у старого солдата. Шепард заложила страницу пальцем и внимательно посмотрела на капрала.

— Этот душ… — ответил Чамберс, прерывисто вздохнув, — …это было просто охренительно. Мэм, в этом отношении азари уделали нас, как стоячих. Если однажды их Тевос предложит то же самое нашему будущему послу, я бы рекомендовала немедленно отступать оттуда и прорываться с боем.

Шепард засмеялась, было… и только потом поняла, что Кэтрин вовсе не шутит.

— Ну, ты же несерьёзно сейчас, само собой, — заявила Анна. — Ведь, правда же?

Чамберс лишь пожала плечами и скрылась в коридоре.

— Она точно пошутила. Да тут и сомнений быть не может, — хмуро пробормотала Шепард, возвращаясь к своей книге. Однако вновь погрузиться в чтение у неё не получалось. Очевидно же, между Кэтрин и Иленой не могло произойти ничего недопустимого… так ведь?

Да и что настолько невероятного может быть в мытье?

— Дерьмо… — прорычала она. Теперь майора грызло любопытство. Будь. Оно Проклято…

— Эй, ну вы только посмотрите на это, а? — человек по имени Брэдфорд в отчаянии закрыл лицо ладонями. — Ещё одна первая попытка. Какого дьявола, защита? Вы там все уснули, или что?

— Надьянову даже никто и не останавливал, — прокомментировала Аннабель со смешком, прикладываясь к своему напитку — некий пенистый алкоголь, употребляемый из стеклянных бутылок. Люди называли его «пивом».

В гостиной сейчас полстены занимала проекция матча по одному из человеческих видов спорта. «Фут-бол», так называлась эта игра, хотя почему-то их с одинаковым названием было две совершенно разных. Сейчас перед ними была та версия, где играют руками, а не ногами. Судя по всему, различных видов спорта для развлечения у людей существует немало. Илена занимала место между Анной и командующим в отставке Брэдфордом, так что её порой подталкивали то слева, то справа, в зависимости от хода игры.

Брэдфорд поддерживал команду под названием «Львы», которая, кажется, представляла Землю и происходила из некоего города на Североамериканском континенте[26]. Названа команда была, похоже, в честь самца одного земного вида крупных хищников, который, если верить как-то виденному Иленой документальному фильму, большую честь времени только спал и спаривался, пока самки делают за него всё остальное. Анна болела за команду под названием «Спартанцы», из одного из марсианских городов. Команда называлась в честь давно не существующей культуры бронзового века, народа воинов с довольно одиозными традициями и социальными нормами. Ни в том, ни в этом названии не было ничего забавного или жизнеутверждающего. Азари предпочитали называть спортивные команды в честь разных положительных качеств: Храбрецы, Защитники, Бесстрашные — в таком вот духе. А у людей названия оказались более яркими, хотя и напоминали немного батарианские — правда это мнение Илена предпочла оставить при себе.

— «Наступательная линия» серебряно-красной команды слишком уж хороша, — отметила Даро'Ксен, наклонившись вперёд и жадно впитывая новые впечатления. Место она занимала с другой стороны от Брэдфорда. — Насколько же большие эти люди? Например, вон тот, номер восемьдесят пять.

— Это Лукас Ольсен, центровой, — ответил юный Джон Шепард. Он сидел на полу, откуда было проще дотянуться до столика с различной закуской. — Его рост — два метра, четырнадцать сантиметров, вес — сто семьдесят семь килограмм.

— Киила, — прошептала Даро, — да это же кроган.

— Да уж, он немаленький, — согласилась Илена, разглядывая огромного человека в общем строю, справа и слева от него были другие, не меньше. Напротив вражеская команда выставила шеренгу таких же больших мужчин.

Азари набрала горсть странных хрустящих непонятно из чего приготовленных кусочков и отправила их в рот. Вкус был очень непривычный, но их хотелось есть ещё и ещё. Жуя, она перевела взгляд с Брэдфорда на Анну и обратно. Если так посмотреть, они ведь одного размера.

— А я думала, что у людей мужчины всегда больше, чем женщины? — произнесла она задумчиво, надеясь, что не покажется грубой. К Брэдфорду все остальные люди относились с немалым уважением. Кажется, он был известным героем ещё той прошлой войны, с пришельцами.

— Обычно, да, — ответила Шепард, раздраженно дернув головой, когда один из пассов — это когда мяч перебрасывали по воздуху — ушел мимо принимающего. Громкий свисток от человека в чёрно-белой полосатой одежде остановил матч.

Это даже слегка завораживало — следить, как мяч странной формы медленно летит в воздухе по причудливой крученой траектории от игрока к игроку. Как люди это делают? С виду мяч такой формы в принципе летать не должен, если им только из пушки не выстрелить. Как люди ухитряются его так перекидывать, одним движением, при том, что на бросок уходят доли секунды?

— Последние полдюжины поколений люди постепенно увеличиваются в размерах, — ответила Илене Даро'Ксен. — Я читала об этом раньше… хотя видеть вживую, это совсем иное дело. Идиотка, не забывай, что люди постоянно генетически модифицируют себя, намного смелее, чем любая раса Цитадели. И турианцы, и кварианцы только подступались к регулярной генной терапии для своей расы, когда произошел Первый контакт и нам пришлось подписывать конвенции Цитадели. Люди по этому пути ушли куда дальше всех нас.

— Иными словами, этот молодой человек, — Илена указала на Джона, тот хмуро посмотрел на азари в ответ, — в будущем вырастет таким же большим?

— Ты и впрямь идиотка! — огрызнулся ребёнок. — Когда стану старше, я смогу выглядеть так, как сам захочу!

— Хотя в наше время мы уже практически дошли до границ по размерам тела и возможностям генной инженерии и биомодификаций с помощью Состава, — ответила его бабушка, майор. — Эти мужчины, это можно сказать верхний предел для людей — большинство из них наверняка были крупными и до модификации.

— У них у всех установлены улучшения силы, как и у вас, так ведь? — уточнила Даро.

— В гражданской версии, — Аннабель кивнула.

— То есть, не такие мощные?

— Само собой, — заверила майор, однако потом пожала плечами. — С другой стороны, у них масса тела раза в два больше, чем у меня, так что в основном они будут сильнее, чем я, в большинстве упражнений.

— Тогда почему ты сама не два метра ростом или ещё выше? — спросила Илена. — Если ты можешь стать немного выше, то почему бы и не стать?

— На то есть разные причины, — Шепард не стала вдаваться в детали.

— Квотербек вашей команды тоже женщина и примерно ваших габаритов, по моей оценке, — отметила Даро'Ксен, имея в виду Клавдию Надьянову, номер шесть в команде Спартанцев.

— По записям, её рост — двести один сантиметр, — радостно предоставил им информацию живой банк спортивных сведений, он же Джон Шепард.

— Вот, она выше меня на одиннадцать сантиметров, — заметила его бабушка.

— А в командах есть женщины, рост которых доходит и до двух метров и пятнадцати сантиметров, — припомнила Даро. — Половой диморфизм явление знакомое, особенно для кварианцев, но у вашей расы спектр различий в росте и сложении просто невероятен, и это даже не считая генетические модификации.

— Надьянову типичной никак не назовешь, — начала Шепард, но пришлось повременить, потому что игра началась вновь. Один из огромных людей бежал, огибая свалку, где сошлись игроки обеих команд. Двигаясь неуловимо быстро, он сумел проскользнуть мимо одного вражеского игрока, прежде чем его сбил другой. Донёсся громкий грохот, пробившийся к микрофонам даже сквозь общий шум. Илена поморщилась. Саларианец или даже турианец после такого уже не встал бы, скорее всего. Конечно, на людях были своеобразные доспехи, защитная амуниция, но игра всё равно выглядела довольно опасной.

По мнению Илены она напоминала азарийский «массбол», только люди отталкивали игроков другой команды не биотикой, а грубой силой. Но почему-то казалось, что так оно даже больнее.

— Надьянова — первая женщина-квотербек, добравшаяся до плейофа, — добавила Анна, воспользовавшись коротким перерывом. — В прошлом году нас вышибли «Орбитальщики». Наши пропустили последний гол в ворота. О, только посмотрите.

— Сейчас будет блиц, набросятся на пасующего, — предупредил Брэдфорд.

С треском игроки начали сталкиваться вновь, пытаясь оттеснить относительно небольшую, на их фоне, Надьянову. Массивная линия защитников перед ней ещё держалась, но угроза уже появилась и с флангов. Женщина начала отступать назад и влево, выигрывая время. Когда один из землян всё-таки смог её схватить, в последний момент, уже падя на бок она успела отправить мяч в воздух! Камера отслеживала его полёт, а люди рядом с Иленой с криками вскочили на ноги — и тут мяч сумел в прыжке подхватить один из марсиан, прервав его полёт. Даже не дав ему приземлиться, прикрывающий ловца игрок сбил его ещё в воздухе. И всё равно, этот прыжок и захват казались невозможными! Для таких огромных размеров, люди были слишком подвижны.

— Она хорошо справилась с тем, чтобы отвлекать давление противника, — заметила Даро с видом экспериментатора. — Полагаю, это именно так называется, не правда ли? Захватывающий вид спорта, майор, командующий. К тому же… любопытно посмотреть, как люди столь увлеченно соревнуются друг с другом.

— Наверняка ведь думаешь, как бы себя проявила кварианская команда, а? — Илена подтолкнула подругу в скафандре.

— Так же как ты сейчас определённо представляла себе азарийскую, — ответила Даро неожиданно добродушно.

— Думаю, в первую очередь надо будет вернуть кроганов на Цитадель. Они нам понадобятся, чтобы держать защитную линию.

— А мне вот интересно, насколько крепкими окажутся наши мужчины, — Даро задумчиво постучала по подбородку шлема. — Раз уж мы теперь формально не числимся расой Цитадели, и Флот находится за пределами её пространства, у нас есть определённые «варианты» относительно активной генетической терапии…

— Надьянова отходит. Обходит свалку. Передаёт пас Вильямсу! Успеет ли он? Да, он успел! Тачдаун! И Марс ведёт в счёте!

— ДА!

— Ну же, Детройт, давайте! Вы же представляете всю Землю! Поверить в это не могу…

Илена горестно застонала, когда мяч, едва взлетев, ударился о сухую марсианскую землю.

— Ух ты, ну и отстойный же бросок, — Джон Шепард подобрал мяч и бросил обратно, без проблем закрутив как требуется. — Ещё одна попытка.

— Это невозможно! Глупые людишки! Да КАК вы вообще это делаете?!

— О, а это что вообще такое? — Илена пригляделась, с любопытством изучая странное безголовое создание.

— Это индейка, дура.

— И вовсе я не дура, малявка.

— Джонни, — терпеливый голос доктора Вален прервал их прежде, чем дева азари и тринадцатилетний мальчишка начали снова выяснять отношения. Улыбнувшись и сложив руки на коленях, Вален спросила у ребёнка: — Ты что-то хотел?

— Вам надо помочь с чем-нибудь, бабуль? — вежливо и с уважением спросил он, потом посмотрел на третьего человека, присутствующего на кухне. — Мам?

— Мне не помешают лишние руки, чтобы управиться с биопринтером, — ответила Ханна Шепард, обернувшись к нему.

— Хорошая мысль, — поддержала Вален, однако она не стала игнорировать и гостей дома. — Даро, не хотите тоже поучаствовать?

— Э, я? — спросила кварианка со своего места, она так и стояла буквально на пороге кухни. — Для меня честь помочь вам, мастер Вален, но… я никогда в жизни не готовила… Да и не знала, что вы умеете готовить…

— Вообще-то, это для вас должно быть очень подходящим делом, — добродушно ответила доктор и поманила её ближе. Илена пошла следом, хотя азари больше занимало то странное создание, заключенное в пластиковом холодильнике с солёной водой на столе рядом с Ханной.

На вид кухня людей не слишком отличалась от такого же помещения у азари, например, у Илены дома. Здесь имелась электрическая нагревательная поверхность поверх шкафа для запекания — напоминая принятые у азари «това», только человеческая версии была подвижной. Конструкция могла перемещаться по кухне или убираться в стену либо пол, чтобы не мешаться на пути. Вообще, большая часть кухонного интерьера не была закреплена неподвижно. Ханна Шепард могла в буквальном смысле переставлять и менять местами шкафы и ящики движением руки.

Джон подбежал к бабушке (хотя вообще-то, пра-пра-бабушке) и набрал команду на парящем экране, заставив подняться из пола большой прямоугольный блок. Тот был стерильно-белым с отделкой под дерево, как и большая часть кухонной обстановки, за исключением нескольких предметов, словно отделанных тессианским гранитом или иным похожим по виду камнем. Поднявшись до уровня груди, новое устройство зажужжало, а затем звякнуло и показало готовность к работе россыпью зелёных огней. Одна из стенок стала прозрачной, открывая сложное внутреннее устройство прибора, словно содержащего внутри множество небольших манипуляторов.

— Домашний биопринтер, — произнесла Даро'Ксен, задумчиво хмыкнув. — У нас во Флоте такие тоже есть, но в основном промышленные, для массового производства питательной пасты. Этот такой же, какие стоят на Арктуре в лабораториях?

— Не настолько мощный, — ответила доктор Вален, дотягиваясь до панели управления и запуская командой нечто, напоминающее цикл очистки внутреннего механизма прибора. — Пытаться создавать био-импланты я бы на нём не стала — хотя в принципе это, конечно, возможно, ведь разрешение у него раз в двадцать больше, чем у машин, которые мы использовали во время первых экспериментов с Составом. Но всё равно он уступает нынешним лабораторным моделям в разрешении, точности и универсальности.

— То есть вы просто «печатаете» свою еду? — спросила Илена, всё-таки не совсем уж теряя нить беседы. У азари ведь тоже есть технологии биопечати, хотя и применяются они исключительно в медицине.

— Не совсем, — ответила Вален. Теперь, после того как Илена долго работала рядом с её внучкой, она куда отчётливее различала акцент доктора. — Индейка с натуральной фермы здесь, на планете, орехи и фрукты — тоже с ферм, марсианских или орбитальных. Я иногда готовлю гратен из артишока, и ингредиенты приходится заказывать на Земле, вместе с вином. Можно сказать, что у нас есть «роскошная» натуральная еда для особых случаев, и «повседневная» обычная еда, которую мы печатаем. Впрочем, применений у этого устройства много.

Она набрала команду, один из отсеков принтера открылся, выдвигая поднос.

— Вы ведь раньше упоминали, что смек это ваше любимое блюдо кварианской кухни? — уточнила Вален, Даро только резко выдохнула увидев, что же перед ней. На вид это нечто напоминало окорок, и Илена не нашла в нём ничего интересного.

— Вы создали на биопринтере целый кусок смека? — Даро неверяще покачала головой. — Настоящего смека? Но как? Зачем? Только… ради меня одной?

— Было бы позором устраивать семейный ужин и не накормить каждого гостя, как подобает, — ответила Вален с материнской улыбкой. — Я добыла несколько рецептов Цитадели на пробу. Мы можем создавать и право- и лево-аминокислотные блюда. Будет интересно самой попробовать и сравнить с той пастой, что вы привезли с собой.

— Но… но вы же не можете есть кварианскую пищу? — не поверила Илена. — Я вот, совершенно точно, не могу её есть!

— У мамы и у остальных доработан желудок… в смысле, пищеварительная система, — заметил Джон, слово «дура» он добавил только взглядом. — Неужели ты ни разу не замечала, что бабушка Анна может съесть вообще всё, что окажется под рукой?

— Большая часть наших агентов предпочитают этот имплант вместо возможности плеваться кислотой, — добавила Вален, тоскливо вздохнув. — Хотя лично я никогда не понимала, почему так вышло?

— Потому что ну когда вообще могут понадобиться кислотные плевки? — спросила Ханна из другого угла кухни. — Никогда, очевидно же.

— Я себе поставлю такой имплант, бабушка, — воскликнул Джон. — Готов поспорить, будет просто обалденно.

— Спасибо, Джонни, — поблагодарила Вален, погладив ребёнка по голове. — Я знала, что всегда могу на тебя рассчитывать.

— У вас в принципе есть имплант, чтобы плеваться кислотой? — Илена всё ещё не могла осознать услышанное.

— Ну, разумеется! — ответила доктор со смехом. — К концу Войны Контакта у нас уже были импланты, позволявшие повторить практически все новые способности, которыми обладали вторгшиеся на Землю пришельцы. Некоторые так и не снискали популярности, как мимикрия и кислота дохляков… другие оказались слишком уж радикальными, как эта нелепая Железная кожа «Экзальт» первых версий. Хотя вот у меня модификаций пищеварительного тракта нет, он стандартный человеческий… но у нас есть таблетки, которые воспроизводят нужный эффект для нас с Брэдфордом и для Джонни. Илена, для вас они тоже пригодны.

— То есть вы и в самом деле можете есть одновременно еду из правых и левых аминокислот? — переспросила Илена, с любопытством и опаской разглядывая этот «смек». Оно слегка дёрнулась, азари буквально отскочила в сторону, крикнув: — Оно движется! Оно живое!

— Биомеханическая и биоэлектрическая стимуляция с помощью мембранных барьеров, — в восхищении объяснила Даро'Ксен, нетерпеливо потирая руки. — Чрезвычайно сложное дополнение к простому выращиванию новых живых тканей… Я бы ожидала подобного уровня от лабораторной модели, но в бытовом домашнем принтере? Там такой уровень технологий просто не требуется. Но если судить по текстуре, смек похож на настоящий. Думаю, ответственно могу заявить, что биотехнологии людей обогнали технику Цитадели минимум на поколение, хотя в данном случае я и счастлива воспользоваться их плодами!

— Эй, погодите! — Илена хлопнула в ладоши, когда до неё кое-что дошло: — Так значит, я и азарийскую еду могу на нём создать?

— Разумеется, — кивнув, ответила Вален. — Что угодно, если в базе есть рецепт, или у вас имеются с собой образцы… хотя в данном устройстве не предусмотрен резервуар для нулевого элемента, так что еда не будет аутентичной тессианской на сто процентов.

— Она сможет это сделать после того, как мы всё доделаем, — напомнил взрослым Джон. — Или как? Мы же ещё с начинкой вроде не закончили?

— Это верно, — доктор согласилась с ним. — Натуральную ветчину дрон нам уже доставил, но мелочи, вроде бекона для начинки, проще наскоро напечатать. Уйдёт несколько минут на инкубацию, а потом Джонни охотно вам покажет, как создать блюда вашей кухни. Базу рецептов Цитадели к кухонному блоку я уже добавила. Ты ведь поможешь гостям, Джонни?

— Да, куда ж я денусь, — вздохнув, ответил ребёнок.

— А как насчёт Шеп? — спросила Илена, отметив, что среди матерей и матриархов семейства Шепард сейчас кого-то не хватает. — Я имею в виду Аннабель, майор Шепард? Она не будет готовить вместе с нами?

— В смысла, моя мать? — обернувшись к ней, Ханна Шепард даже засмеялась. — Да ни за что!

— Эй, я всё слышу! — донёсся из соседней комнаты голос майора.

— Готовка, это как наука, — тем временем объясняла Вален, кварианка жадно ловила каждое её слово. — Усилия, точность, воспроизводимость результата, внимание к деталям, и совсем чуть-чуть удачи и интуиции… однако суть та же самая.

— Я понимаю вас! — воскликнула Даро, схватив левую ладонь человека. — Пожалуйста, мастер Вален, научите меня готовить! Я хочу узнать всё!

— О, боже… — застонала Ханна, тяжело вздыхая. — Ну вот, опять началось!

— Тогда начнём кулинарные эксперименты, — объявила Вален. — Всем приготовиться.

Ветчина. Ветчина это вкусно. Она почти такая же вкусная, как шоколад!

Илена потянулась за ещё одной полоской восхитительного мяса — азари отнюдь не самая хищная раса галактики, но во имя богини, это же на вкус почти как конфеты — когда её пальцы наткнулись на руку неожиданного соперника. Сидящий напротив Джон Шепард прищурил глаза, глядя на неё. Похоже, он посмел усомниться в её Праве на эту ветчину. Подобные оскорбления просто нельзя спускать с рук.

— Моя!

— Нет, моя!

— Это что, видеоигра? — Илена беспардонно вторглась в личное пространство Джона, и это был далеко не первый раз. Наглая чужая так легко уселась на диване рядом, словно тот принадлежит ей.

— Вот это ты? — спросила она вновь, указывая на экран, даже хотя человек игнорировал её, сосредоточившись на игре. Затем указала на контроллер у него в руках. — А это оружие, верно? Это стрелялка, как я понимаю?

— Нет, конечно, это Тетрис.

— Ладно! А что такое Тетрис?

— Ну, это точно не он.

— Да неужели! — воскликнула Илена, вложив голос достаточно сарказма, чтобы даже он понял, что — хотя бы в этот раз — её провести не получилось. На большом голоэкране, занимающем почти всю стену, герой Джона нёсся через поле боя. И это самое поле боя выглядело подозрительно знакомым.

— Это же… — начала Илена вопрос, когда герой Джона проломил стену и оказался на открытом пространстве. Над головой у него виднелись три огромных, слегка изогнутых сегмента станции на фоне космоса, на которых вздымались тысячи крохотных башен. Пространство между жилыми секциями искрилось и сверкало, потому что там, между узнаваемыми лепестками Цитадели, сейчас бушевало яростное космическое сражение! — Но это же неверно: у Цитадели пять лепестков, а не четыре, — Илена не могла не придраться к этому.

— Один из них оторвало взрывом, когда подорвался корабль «Цинь Шихуанди», две миссии назад, — любезно пояснил Джон, пока его герой подпрыгнул в воздух и приземлился на крыше вдалеке. Подбежав к краю, он зарядил оружие и прицелился вниз, где по широкому бульвару двигалась колонна турианской бронетехники.

— Эй, погоди-ка! — до Илены только сейчас дошла вся картина, а не отдельные несоответствия. — Вы же вторгаетесь на Цитадель!

— Её захватили эфериалы, — объяснил Джон, из странной винтовки его героя вырвался яркий белый луч, вонзаясь в ближайший турианский БТР. Мощный кинетический барьер бронемашины продержался всего секунду, прежде чем взорваться от перегрузки, а луч и не думал исчезать, вгрызаясь в броню корпуса. Вспыхнуло ещё с полдюжины таких же лучей, они били с ближайших крыш и из выбитых окон.

— Эфериалы? Это те чужие, с которыми вы воевали?

— Ага, — ответил молодой человек, продолжая методично уничтожать турианскую бронеколонну. Вскоре на связь вышли и другие люди, присоединяясь к перестрелке и атакуя с разных направлений: обнаруженные цели подсвечивались, что помогало Джону координировать их атаки. Это подозрительно походило на манеру, в которой сражалась Анна Шепард и её подразделение.

И тем не менее…

— Ты играешь в игру, где нужно разрушать Цитадель! — Илена чувствовала, что она обязана возразить. Хотя бы с моральной точки зрения. Да и графика в игре была слишком достоверной. Имелись неточности, к примеру, в жизни у турианцев нет шипов по всему телу, хотя так они и выглядели немного страшнее.

— Мы освобождаем Цитадель от эфериалов, — поправил её Джон, разнося на куски всё новых злобно выглядящих турианцев. — Они взяли под контроль Совет. Тут на самом деле очень большой кусок сюжета прошёл, прежде чем я оказался тут. Там ещё «Экзальт» что-то мутит в тени, но с этим я пока не разобрался.

— Вы подорвали один из жилых сегментов! — воскликнул Илена в отчаянии. — Смотри! Вон там парит огромный кусок станции, и… так, постой, это игра с открытым миром?

— Ага.

— А тут есть советница Тевос?

— Она босс мирового уровня в Президиуме, — ответил Джон, с любопытством покосившись на азари.

— Мне нужен контролер! — Илена взмахнула кулаком. — Я всегда мечтала вломить этой древней карге от всей души!

— …хорошо, я покажу тебе, куда тут нажимать.

— Говорю ж вам, этот Санта Клаус, он прямо как наша Явиа Мара, великий матриарх, — настаивала Илена, возможно, в её желании продолжать спор следовало винить слишком много яичного ликёра. — Они оба старые и мудрые, оба раздают подарки детям, которые весь цикл вели себя хорошо, у обоих есть силы за пределами возможностей обычной азари — да и обычного человека, полагаю — и они оба всегда знают, кто был хорошим, а кто был плохим! И как у вашего есть эти эльфы и убежище на Северном Полюсе вашей родной планеты, у Явии есть база на тёмной стороны первой луны Тессии и целая армия последовательниц!

— У нас во Флоте тоже есть легенда про таинственную Древнюю Старуху, которая награждает прилежных и послушных детей, — заметила Даро'Ксен, потягивая свой напиток через встроенную в шлем трубочку. — Но я у неё точно никогда в любимчиках не числилась, учитывая те жалкие подарки, что я получала на День Поминовения. Куклы, всегда одни лишь куклы! — Даро фыркнула. — Совершенно бесполезные.

— Явия забирает непослушных детей к себе на луну, и те там трудятся на шахтах, добывая гелий-3.

— А Старуха заставляет плохих кварианских детей постоянно слышать голоса их разозлённых предков.

Обе чужие одновременно тяжело вздохнули.

— А Санта тем, кто вёл себя плохо, дарит сжигаемое топливо, — пояснил Джон. На их недоумённые взгляды он смог лишь пожать плечами. — Да я сам эту часть не слишком понимаю.

Доктор Вален называла это «Фондю с Бри и дикими грибами». Среди ингредиентов был сыр, почему-то с колонией грибков на нём — Илена была не совсем уверена на этот счёт — мука, вино, что-то там ещё, но в любом случае… было невероятно вкусно. Хотя почему-то пришлось предварительно принять ещё одну таблетку для пищеварения. Так дева азари впервые познакомилась с чудом, именуемым «фондю».

Однако их первая встреча и вся услада вкуса от неё мгновенно померкли и показались жалкими, когда одним холодным вечером она узнала, что такое «Фондю с мёдом и миндалём в тёмном шоколаде». Они ели его на свежем воздухе, уже после ужина. И от этих воспоминаний на глазах Илены до сих пор наворачивались слёзы. Там ещё было немало странных продуктов: мёд, который каким-то образом получали от насекомых, взбитые сливки, источником которых, возможно, тоже являлись какие-то волшебные жуки с родной планеты людей, ещё были вишни и другие необычные фрукты и ягоды. И всё это залито кошмарно вкусным шоколадом, сравнивать с которым батончики из армейских пайков было бы просто стыдно.

— Я не хочу возвращаться, — почти плакала Илена, пока растерянная Даро'Ксен пыталась вытолкать её за дверь. — Нет! Даро! Отныне ты возглавишь Затмение! Я хочу уйти в отставку и остаться здесь! Вы не заставите меня вернуться! Я требую политического убежища! Моё непреложное право на шоколад оказалось под угрозой!

— Слушай, идиотка, пнешь меня ещё хоть раз, и…

— А ты ведь была моей подругой, Ведроголовая! Не заставляй меня улетать!

Джон Шепард молча смотрел, как обе чужие неохотно плетутся к челноку со своими вещами.

Мяч пролетел по воздуху, траектория была не слишком ровной, но хотя бы куда-то в сторону цели. Джон легко поймал его в прыжке и положил на сгиб локтя.

— Вот это уже почти можно было бы принять за пас, — оценил он, но Илена уже прыгала на месте от счастья.

— Я это сделала! Азари — номер один в галактике! Вот что значит превосходство в ловкости, выкусите, люди!

Покачав головой, он бросил мяч обратно, а Илена всё-таки не ушла целиком в торжество и ещё достаточно воспринимала окружающую реальность, чтобы успеть его поймать. Тоже ведь небольшая победа. Ещё совсем недавно азари с визгом уворачивалась от летящего в её сторону мяча.

— Можешь оставить себе, — разрешил Джон, направляясь обратно в дом. — Считай это подарком на Рождество.

— Так я и сделаю! — провозгласила Илена, и улыбнулась, крепко держа мяч правой рукой. — Спасибо, Джон.

— Да всё равно…. - он только фыркнул в ответ.

Ханна Шепард со своим сыном наблюдали, как челнок отрывается от поверхности. Джон был непривычно молчалив. Несмотря на все проказы, в которых он участвовал, он был очень одарённым ребенком и перспективы у него были немалые. И дело тут не в одной материнской гордости. Это вопрос генетики. Таланты Джона однажды позволят много ему достичь, в этом Ханна не сомневалась.

— Если повезёт, Аннабель навестит нас в следующем году, или через год, смотря как пойдут дела там, у чужих, — заверила сына Ханна.

Джон кивнул, но ничего не ответил.

— Ты ведь думаешь об этих пришельцах, не так ли? — спросила она.

— Они были… не такими… как все говорят, — произнёс Джон, слегка смутившись.

— Не все чужие нам враги, Джон… — произнесла Ханна, аккуратно подбирая слова. Она похлопала его по плечу, а потом привлекла к себе и обняла.

— Всего лишь большая их часть… — угадал сын её следующие слова.

— Ты поймешь, когда подрастешь, — сказала она и развернулась к дому. — Тебе уже пора собираться. Мы вместе улетаем завтра утром.

Слегка прищурившись, Джон смотрел, как челнок исчезает в марсианском небе.

— Иду.

Глава 13

Корлус, день третий (Лизелль).

До сих пор не могу поверить, что мы оказались прямо здесь, на кладбище кораблей Корлуса. Богиня, если бы мамочка сейчас меня увидела, у неё случился бы припадок с рычанием. Кстати говоря, я чуть не спалилась два дня назад, когда мы встречались с Магне Лором. Я думала, он точно меня узнает, особенно учитывая, что я не снижала прозрачность шлема, но ему было просто наплевать. Полагаю, у него были дела и поважнее, чем глазеть по сторонам, когда он в последний раз посещал мамин угол Терминуса. Ну, так или иначе: вот я и на Корлусе, он же Великая Свалка. А я ещё считала трущобы у нас дома ужасными! По сравнению с Корлусом, уровень Омеги вполне себе пригоден для жизни. У нас хотя бы посреди бела дня банды голодных детей прохожих не убивают.

Богиня…

Но забудем об этом. Наша экспедиция длится уже третий день — третий день после посадки, первый день после развёртывания, за который мы продвинулись на восемьдесят километров вглубь Свалки, направляясь к некоему месту под названием Норы. Я всё ещё не уверена, зачем мы здесь, известно лишь, что нам нужно что-то «добыть». Полагаю, Босс и бекха-якши разделяют информацию между рекрутами, чтобы мы не знали всего. Но куш явно должен быть очень хорош, учитывая, сколько вложено в наш поход. Должно быть это самый большой из больших кушей! Мы ведь уже потратили небольшое состояние только лишь к текущему моменту!

В смысле, у нас ведь теперь есть «Томка»! В детстве я слышала о «Томка», кучу раз видела их на видео, но будучи девчонкой со станции, разумеется, никогда на них не ездила. Ну а теперь? Теперь я командую третьей ротой Затмения, и Босс выделила в моё распоряжение сразу три этих здоровенных трёхосника!

Первый я поручила Лилихиэраксу. Он раньше служил в турианской армии, так что с управлением разобрался быстро, к тому же он инженер и помешан на разных машинах. Довольный был, словно варрен на бойне! Я уж подумала, наш старый добрый Лилихиэракс расцелует меня, когда я вызвала его и поручила эту работу. Второй, тоже в варианте БТР, я отдала Бенле. В академии Затмения, помнится, она хорошо себя показывала на водительских тренажёрах. «Томка» больше тех машин, на которых нас тренировали, но суть та же самая, и вовсе не нужно быть кроганом, чтобы доставать до педалей. Бенла сама по себе довольно уверенная и надёжная, она провела немало времени, проверяя, что её машина готова к выходу.

Эти два — бронетранспортёры, но Босс ещё выделила мне одну машину огневой поддержки. Эту я отдала Кирибе. Клянусь Богиней, в жизни настолько извращённого саларианца не встречала. Я вообще не думала, что среди саларианцев бывают извращенцы. Он быстро назвал свой новый «Томка» огневой поддержки «Маленький Томк» и следующие четыре часа потратил, рисуя на кабине голую азари, вылезающую из саларианского нерестильного пруда. Наверное, стоит благодарить богиню, что у него хотя бы фетиш на азари, а не на ханаров. И при этом, Кирибе, пожалуй, лучший из наших водителей, и именно такой должен вести головную машину роты.

Не хочется искушать судьбу, но первые восемьдесят километров через свалку прошли практически без происшествий.

Босс с бекха-якши унеслись вперёд на штурмовиках и транспортном челноке. Они встречались с батарианской бандой, Оборванными Рикшами, которые контролируют — или контролировали раньше — этот кусок свалки. Говорят, Кровавая Стая вломила им по первое число. Уверена, после встречи с Боссом им перепала пара кредитов, ну или чуть больше. Как бы там всё ни прошло, но Босс так же безпроблемно вернулась обратно, и мы прошли через территории Рикшей, а на нас разве что посматривали косо. Я заметила нескольких, разглядывавших нас с наблюдательного пункта на старом фрегате, но тем дело и ограничилось.

И пока никакой Кровавой Стаи. Ходят слухи, что уже завтра мы дойдём до их передовой линии. Это будет жара! Дождаться не могу!

Корлус, день четвёртый

Сегодня мы увидели следы Кровавой Стаи.

Вообще-то, они даже были мне знакомы. Много лет назад, на Омеге, когда «Жнецы» были практически уничтожены той знаменитой химической атакой, «Стая» начала разборки с «Когтями». Стаю возглавлял Гарм, и фактически Когти сначала позволили ему втянуться в войну банд, вот только в результате тормозов у Стаи не осталось совсем, как и у самих Когтей.

Тогда мы впервые увидели то, что называют «Брек Кра».

На Омеге они проделывали это с турианцами. Любыми пойманными турианцами, работающими на Когтей или стучащими для них, не разбираясь, входят ли те в банду, какого они пола и сколько им лет. Здесь мы в таком состоянии видели батарианцев, потому что рядом территория батарианской банды. Но легче от этого ничуть не становилось.

Брек Кра, это когда Стая ловит кого-нибудь… а затем прибивает к стене. Или к фонарю, если тот выдержит вес, то нет особой разницы. Турианцам вбивали по куску арматуры ниже запястий. На батарианцев, как мы увидели здесь, тратили уже по четыре прута — два для запястий и ещё два для локтей, потому что батарианцы мягче и иначе могли бы освободиться, буквально порвав своё тело. Они оставляют тело висеть на стене, не касаясь земли, дёргаясь и дрыгая ногами.

А затем спускали варренов.

При этом не голодных варренов, просто стаю обычных, иногда ещё и накормленных как следует. Почему? Потому что сытый варрен не сделает всё быстро и не будет рвать мясо. Они будут его жевать. Так что времени уйдёт много.

Мама говорила, что жертвы живут ещё несколько дней, и хуже всего приходится кроганам — с их запасными органами и регенерацией они могут протянуть дольше недели, даже когда варрен уже сожрёт ноги и нижнюю половину туловища. Это и есть Брек Кра. На тессианский дословно не переводится, самое ближайшее это «метка страха» или «нечто, наводящее ужас». Мама после такого серьёзно наехала на Стаю, но это ни к чему не привело. Гарм оставался главным, а все остальные просто невероятно боялись его. Мама всегда говорит: «никто не шутит со мной». Не могу и сказать, сколько раз слышала это от неё. Всякий раз, когда появлялась очередная большая шишка, она предупреждала: никто не шутит со мной! На самом деле, и впрямь никто, тут она права. Никто не шутит с ней и её друзьями. Но немало тех, кто любит шутить разные шутки с Омегой в целом прямо у неё под носом, и много тех, кто не прочь «пошутить» с жителями Омеги, а она просто спускает это им с рук.

Лично я никогда не забуду, как лыбился Гарм, когда сказал, что он накажет тех, кто устраивал все эти Брек Кра. Готова поспорить, «наказал» он их, отправив за свой счёт развлекаться в бордель. А ещё никогда не забуду, как он сказал: «хороший мастер боя не пытается командовать подчиненными, он просто задаёт им нужное направление». Мама шипела, угрожала, но дала ему уйти, а тела остались болтаться на балках, фонарях и стенах ещё много дней, пока мы не сняли их все.

Сказать по правде, я разозлилась, снова увидев жертв Брек Кра на обочине разбитой дороги, даже хотя, в общем-то, и ожидала, что мы встретим нечто подобное. Но я неплохо справилась с эмоциями, велев всем, кто не видел такого раньше, рассмотреть их как следует. И пусть они получше запомнят увиденное. То же самое ожидает любого из нас, кто попадёт в плен или решит сдаться Кровавой стае.

День перевалил за полдень, когда мы впервые увидели разведчиков и передовые дозоры из ворка.

— Наблюдаете их?

Тэта Сител была одной из новых снайперов Затмения, азари лилового цвета с шахтёрской колонии на самой границе Предела. Усевшись на крыше «Томка» огневой поддержки, она нежно держала модифицированный «Кишук» («гарпун»). Так называли батарианскую снайперскую винтовку, стреляющую относительно медленными шипастыми пулями с низким бронебойным действием. Сами пули изготавливались из особого материала и были созданы специально для нанесения максимального ущерба синтетикам и легкобронированным целям. Фактически, это было лучшее в галактике охотничье ружьё на ворка. После удачного попадания истёк бы кровью и самый крепкий ворка, и регенерация уже бы ему никак не помогла. Даже кроган не смог бы проигнорировать такое попадание.

Тэта не была лучшим стрелком Затмения, а уж биотикой владела скорее символически, но она сражалась, следуя за целью, будто мстительный призрак и никогда не упуская ни одной детали. Оборудование ЦЕЛЬ и предоставленные Затмением дроны только увеличили её смертоносность. Вдумчиво жуя жвачку для отбеливания зубов, азари-убийца говорила мягко, а уничтожала врага — тихо.

— Да, я их вижу, — ответила Лизелль, присев с биноклем в руках, который уже был связан с сетью модулей ЦЕЛЬ их отряда.

Тэта успела отметить двух ворка на самом гребне, и учитывая всю идущую из разных источников тактическую информацию, Лизелль могла различать эти силуэты даже после того, как ворка скрылись из виду за обломками. Их текущее местоположение подсвечивал встроенный ВИ, опираясь на всю поступающую информацию с пассивных и активных сенсоров отряда. Переключив бинокль на пассивное наблюдение в инфракрасном спектре, Лизелль ясно различила сразу четверых ворка.

Они собрались на вершине холма из полуразобранных и полупереработанных аэрокаров. Полдюжины корпусов были собраны вместе, создавая то ли небольшой форт, то ли наблюдательную вышку.

— Лейтенант, — зазвучал голос у неё в ухе. — Пришла директива от первой роты: Босс хочет чтобы кроганов, которые командуют разведчиками или патрульными из ворка, взяли живыми для допроса.

Допрашивать крогана? Вы серьёзно? Пленные кроганы и в самых лучших обстоятельствах болтливостью никогда не отличались, а бойцы Кровавой стаи и вовсе будут держаться до конца. Спаси тебя богиня, если кто-то в Стае решит, что ты стукач. У них есть особый «подарок» для тех кроганов, которые не умеют держать язык за зубами Достаточно сказать, что язык и кости челюсти у кроганов потом не регенерируют…

— Есть, — Лизелль приняла приказ. Встав, она отвернулась от снайпера, делая вид, что она совсем ничему не удивилась. После отдала приказ Тэте: — Возьми кого-нибудь в пару, затем обойдите их и зайдите в тыл. Мы их закидаем фугасами отсюда. Уничтожай всех, кто выживет, и уделяй особое внимание кроганам.

— Будет исполнено, — шепотом отозвалась Тэта Сител, быстро перебираясь к десантному отсеку их «Томка».

— Выдвигаемся, народ!

Ускорители массы Томка рявкнули, и вторая наблюдательная вышка ворка взорвалась — на фоне закатного неба вспыхнул огненный шар и разлетелись куски тел. Покрытые чёрной кожей силуэты носились в воздухе, визжа при виде огня и яркого света, их тянул сюда запах крови. Небольшое облако кружилось над лагерем, это была отдельная стая летучих стервятников, каждый размером с кулак. Похоже, их ожидает приятный вечер.

Чего нельзя сказать о передовом отряде Кровавой стаи.

«Томка» третьей роты с грохотом покатились дальше, орудие головной машины повернулось, наводясь на ещё одну «постройку» вдалеке. Им отвечали по большей части безвредным огнём из ручного оружия, но Кровавая стая всё-таки состояла не из одних дураков. Они умели бороться с бронетехникой вообще и «Томка» в частности. Бойцы с тяжелым вооружением, в том числе с печально известной пусковой установкой МЛ-77, пытались подобраться ближе для выстрела. Однако множество солдат Затмения были наготове, укрываясь за бронированными выступами на крышах и бортах БТР. Инженеры под руководством Даро'Ксен только облегчали этот тир, размещая среди своих соратников переносные генераторы кинетических щитов.

Лизелль послала короткий сигнал со своего прицела, выбирая в мишени небольшую группу ворка, укрывшихся за неровной стеной из некондиционного пластика и металлических контейнеров. Контейнеры выглядели так, словно высыпались из какого-то грузовоза… лет двести или триста назад. Немного света в лагере давали горящие бочки с эмблемой биоопасности на боку, но для смотрящих на бой через улучшенную оптику это была скорее помеха. Её интерфейс показывал, что вся эта местность ещё и радиоактивна.

Её рука вспыхнула синим, Лизелль накрыла всё их укрытие искажением, искривляющая и калечащая всё вокруг сила заставила двух ворка нестись оттуда подальше. Пушки «Томка» загромыхали, посылая снаряды в какую-то цель вдалеке, а тем временем половина их отряда открыла огонь по подсвеченным ВИ систем наведения целям. Дроны жужжали над головой как разозлённые мухи, выплёвывая плазменные сгустки, которые прожигали и плавили всё и всех там, куда они попадали.

Один из только что убитых ворка выронил МЛ-77. Несколько долгих секунд он лежал на земле, но это было слишком искушающее зрелище. Один из его ещё собратьев выскочил из-за укрытия на четырёх конечностях, пытаясь добраться до оружия. И ему это уже почти удалось, но в самый последний момент какой-то из дронов сделал выстрел. Светящийся сгусток ударил в ракетную установку, последовавший мощный взрыв подбросил ворка, заставив его тело закружится в воздухе.

— Есть! — воскликнула энергичная дева азари, переключаясь на следующего ворка из вражеского отряда, с такой же МЛ-77. — Лунатик готов!

«Лунатик готов?» — Лизелль чуть не хихикнула вслух, не обращая внимания на шальные пули, отскакивающие от её кинетического и биотического барьеров. Кто-то из роты Эньялы слышал, как одна бекха-якши говорила «лунатик готов» во время штурма рабского «колледжа». Никто точно не понимал, что это означает, но если чёрно-фиолетовые говорят так после уничтожения врага, большинство рекрутов решили, что в Затмении просто так принято.

Рыча и шипя, два последних ворка отступали, направляясь к перевёрнутому остову летающего грузовика. Мгновенья спустя, когда стрельба по бойцам Затмения немного ослабла, всё пространство в лагере залило яростным пламенем. Тяжелобронированный турианец с огнемётом стоял за усиленным люком на крыше «Томка»-БТР, щедро поливая липкой горящей смесью землю и превращая лагерь Стаи в небольшой филиал ада.

Лизелль удовлетворённо выдохнула — пара попаданий из МЛ-77 определённо могли бы испортить им весь день — и сосредоточилась на том, что впереди. Неподалёку от третьей роты возвышалась баррикада Кровавой стаи: невнятная масса искорёженного металла и снятых где-то кусков корабельной обшивки. Вторая рота лейтенанта Эньялы уже зачистила прилегающую территорию, не ограничивая себя в применении снарядов и ракет.

Сигнал через общую сеть подразделения, и уже через несколько секунд один из двух их штурмовиков снизился и начал обрабатывать баррикады по её целеуказанию. Всё это сопровождалось помимо пламени и фиолетовым свечением.

Лизелль быстро вскинула бинокль к глазам. Фиолетовое свечение! Фиолетовая сингулярность! Она тоже слышала о таком, Чамберс о ней дополнительно упоминала во время подготовки. Это один из особых биотических приёмов бекха-якши. Расширенными глазами Лизелль наблюдала, как странный сиреневый разлом уничтожает всё, чего касается. Ворка, стоящие прямо в нём и пытающиеся попасть по штурмовику, на мгновение словно бы не заметили опасность… а затем начали вспыхивать один за другим. Быстрей, чем сгорает бумага. Те, кто успел отскочить от разлома, пока вроде бы выглядели целыми. До тех пор, пока их не расстрелял штурмовик, по крайней мере. Лизелль вспомнила, что именно Чамберс говорила им на тренировках: никогда и ни за что даже не думайте попасть в фиолетовую сингулярность, созданную кем-то из чёрно-фиолетовой элиты отряда.

Командирский «Томка», который вёл Кирибе, начал разгоняться, и в её прицеле стали появляться новые цели прямо по курсу. Спаренный ускоритель массы соседнего БТРа выбросил несколько фугасных снарядов, на месте попадания которых вспыхивало белое пламя. Основной лагерь разведчиков Кровавой стаи был за следующим холмом, и перевалив гребень, третья рота обрушилась на него, словно стая голодных варренов на раненного зверя. Бойцы Затмения засыпали вражеские позиции пулями с крыш «Томка», пока инженеры напрямую командовали дронами, обнаруживающими, отмечающими для всех и отстреливающими стаи бешенных ворка.

— Замечен кроган, — раздался в наушнике Лизелль шёпот Тэты. — Отмечаю цель, рекомендованную к захвату.

— Валите их! Валите их всех! — ревел ящер с МЛ-77, который вдруг показался из-за перевёрнутого корпуса роскошного некогда аэрокара. — За Кровавую стаю!

Он проигнорировал прошедший рядом выстрел дрона, попытался прицелиться в колёса ближайшего «Томка»… и рухнул на спину раньше, когда пуля «Гарпуна» пробила ему гортань, а вторая вошла в правый глаз. Он свалился наземь, оглушительный рык сменился влажным бульканьем, а выстрел из МЛ-77 ушел куда-то вверх, неприцельно. Лизелль нырнула под броню «Томка» в своё командирское кресло, рассчитанное на кроганов и потому слишком просторное для азари — ракета ушла в небо по кривой траектории, но взорвалась в воздухе неподалёку, обдав её лицо жаром. Это было, пожалуй, чересчур близко. Но откуда этот кроган вообще вылез? Вот только что никого не было, и вдруг…

— Они под землёй! У них тут есть подземные туннели! — закричала Лизелль, и даже указала своим оружием на вражеский лагерь, хотя снаружи её никто не мог видеть. — Требуется огневая поддержка вон по тому месту! Прямо сейчас! Выжгите там всё!

Корлус. День четвёртый… (Лизелль)

Сегодня Тэта смогла захватить даже не одного, а сразу двух кроганов. И это не считая дюжины подтвержденных ликвидаций и целеуказаний для других стрелков. За пленными явились бекха-якши и лично боевая матрона. Понятия не имею, как они собираются заставить их говорить. Пока что пленных держали связанными и под охраной в дальнем углу лагеря третьей роты. Приглядывали за ними две бекха-якши вместе с парой моих девчонок.

Ну а Тэта, похоже, она сумела впечатлить боевую матрону. Богиня, да я тоже под впечатлением!

Нужна заместительница, которая сможет меня заменить если… ну понятно, если что. Тэта может быть неплохим вариантом, но она слишком тихая и слишком спокойная. Все её поздравляли, а она только бормотала что-то в ответ и старалась побыстрее вырваться от них. Не уверена, что она из тех, кто сможет вести за собой отряд коммандос. Ну, мы конечно не совсем обычное подразделение коммандос, потому что среди нас ещё куча не-азари, но суть-то та же. Надо будет ещё подумать об этом и, может быть, даже посоветоваться с матроной Чамберс. Обычно она даёт хорошие советы.

На ночь мы разбили лагерь в зачищенной зоне, окружив его всеми возможными постами и ловушками. Завтра с утра выступаем дальше. Наверное, мне стоит поспать. Девчонки — и парни — сейчас празднуют их первую победу на Корлусе. Насколько мне отсюда слышно, то же самое сейчас и во второй роте. Несколько из их бойцов уже приходили к нам, громко хвастались сегодняшними подвигами. А в расположении первой роты тихо как на кладбище. Даже страшновато. Я вижу, как бекха-якши ходят по своему лагерю, но они просто слишком уж… молчаливые.

В любом случае, день сегодня выдался будоражащий. Экстремальный. И завтра обещает быть точно таким же.

Если бы ещё всё вокруг не пропахло горелыми ворка.

Сидя в дальнем углу лагеря Затмения, Барго больше всего на свете жалел, что его поймали в настолько неприглядном виде. Эти суки-азари и их любовнички из прочих рас ударили по базе очень мощно. Мощно и быстро. От вождя им передали, что Затмение вполне возможно двинется в эту сторону, почему собственно и было выставлено столько дозорных и патрулей.

Бесполезные ворка.

Их там было аж сорок штук, в десяти стаях, и никто даже не успел доложить о том, насколько быстро приближается враг. На главную базу пришло всего одно сообщение. Одно! И потом только помехи.

Барго вздохнул и пошевелил запястьями, пробуя на прочность свои путы. Ворка оказались бесполезными, но может тут всё-таки не целиком только лишь их вина. Враг как-то сумел заглушить связь. Их отрядный воин-сигнальщик был старым кроганом с мозолистым горбом и целой коллекцией шрамов, и он в бешенстве носился кругами, когда все его рации выдавали только свист и хрип. Ворка наверняка уссались со страху, когда попытались доложить на базу о враге, а в ответ услышали одни помехи. Так что, может это не только их одних вина. С другой стороны, хотя бы один или два из этих тупых ни на что не годных мелких ублюдков могли сообразить просто добежать до базы и предупредить всех — и возможно тогда они бы все не были сейчас мертвы.

— Тобакс.

— Чего? — прорычал связанный кроган рядом с Барго.

— Кто тебя поймал?

Тобакс оскалился, услышав вопрос. Он был большим и злобным кроганом. Все они любили время от времени отметелить для потехи ворка, но Тобакс предпочитал бить других кроганов, особенно тех, кто помоложе. А ещё он обожал пинать и варренов, что вело к проблемам с теми воинами, кто считал смертельно-опасных, но преданных рыбопсов питомцами или даже друзьями. Их отрядный псарь много раз обещал прибить Тобакса, и это было полностью взаимно. Но похоже, в конце концов, дрессировщик варренов посмеётся последним. Он с большей частью своих шавок был в дальнем патруле, когда их атаковало Затмение. Может, он сейчас бродит где-то там и ржёт. На свободе.

— Без понятия, — признал Тобакс, напрягая мышцы и пытаясь порвать свои путы. — Не успел её разглядеть.

Барго медленно кивнул. Он тоже не успел различить ту суку-коммандос, которая его поймала. Вот только что всё было нормальное, насколько можно называть нормальной перестрелку не на жизнь, а на смерть, он на фланге командовал маленьким отрядом ворка. Потом что-то мощно полыхнуло, и его забрызгало липкими потрохами ворка. Вспышка и оглушительный звук причиняли боль, в ушах звенело, в итоге он упал на бок, проскользил на чьём-то дерьме и врезался мордой в землю. Потом был ещё один взрыв, прежде чем он успел подняться, а дальше всё стало белым. Это был откровенно жалкий способ попасть в плен.

— Интересно, чего ж они ждут? — пробормотал Тобакс, переводя свои оранжевые глаза с одной сторожащей их азари, на другую. Всего их охраняли четверо. — Вы нас собираетесь пытать или голодом морить? А?! Вы меня слышите вообще, шлюхи азарийские? Или вы…

Две из них стояли словно статуи, совершенно игнорируя все проклятья и непотребства, которыми Тобакс их осыпал. Барго уже пытался поддержать матерные усилия брата по оружию и службе в Кровавой стае немного раньше. Они даже соревновались, кто быстрей выведет из себя их охранниц. И Тобакс до сих пор не сдался. Барго устал уже через пару часов. Эти две в чёрно-фиолетовом просто стояли и всё. Их лиц было не разглядеть, но они молчали и словно бы вообще кроганов не слышали. Двух других, в золотой броне, достать было куда легче, но две чёрные каждый раз жестом останавливали их, не давая приблизиться к связанным пленникам.

А раз так, скучно и бессмысленно пытаться доводить их, толку-то всё равно нет.

Барго просто закрыл глаза и стал ждать. Их наверняка будут пытать, чтобы узнать что-нибудь. Это очевидно. Зачем ещё брать кого-то живьём… ну, можно конечно ещё попытаться в рабство продать, но эти сучки из Затмения не самые большие поклонницы работорговли, да и боссы их тоже. По крайней мере, такие слухи ходят по Стае. А значит, им нужна будет информация.

Барго насмешливо фыркнул. Да пусть делают, что хотят. Ни один кроган, у которого под щитом осталось хоть половина мозга, никогда не сдаст Кровавую стаю. Даже наглый открытый предатель заслуживал чуть больше уважения, чем трусливый не имеющий шаров стукачок. Если ты настучал на Стаю, то лучшим выходом будет пустить себе пулю в башку, а для верности — сразу очередь. Это намного приятнее чем то, что Стая с тобой сделает, когда найдёт.

Каждый воин Стаи знает, что бывает с бесхребетными ублюдками, которые проболтались: они больше не болтают никогда. Сначала вырывают язык, прямо с корнем, чтобы уже не отрос обратно. Затем специальным инструментом вырывают челюсть из суставов. Потом разрезают мышцы на щеках, прижигают, и в итоге челюсть остаётся болтаться на шее как ожерелье, ещё живая, но постоянно гноящаяся и разлагающаяся. Вот что бывает со стукачами.

Уж лучше сдохнуть. Жаль только что сдохнуть придётся без чести, в плену.

Барго снова открыл глаза, когда услышал голоса… принадлежащие азари. Явились ещё две эти дуры, обе в чёрном и фиолетовом. Одна из них выглядела как совсем ещё молодая дева с несколькими штрихами странной раскраски на лице. Похоже, это и есть босс Затмения, Илена Таноптис. Два дня назад Барго видел её на видео, смотрел через инструметрон. Все кроганы тогда напились и храбрились друг перед другом, как они уделают Затмение, пусть те только посмеют сунуться.

До безликих наёмников никому дела и не было, но Илена Таноптис была знаменитой… и красивой, насколько может быть красивой маленькая и мягкая азари. Многие говорили, что не отказались бы скормить её своим ворка. Другие не отказались бы оставить её себе в качестве зверушки. Все они теперь мертвы — горят на общем костре или гниют где-то в канаве — так что планы явно не реализуются. Да и с самого начал шансов у них не было — даже если бы какой-то воин и смог поймать Таноптис, вождь Врог всё равно забрал бы её себе. Ему всегда нужны новые девчонки чтобы снимать с ними видео для экстранета.

Рядом с юной Таноптис стояла вторая, высокая азари. Она была в такой же броне, что и остальные, выглядела так же, но две их тюремщицы в чёрном мгновенно вытянулись перед ней. Илена перекинулась парой слов с ними, а потом и с азари в золотом.

— Но, босс! — возразила одна из них. — Неужели нам нельзя посмотреть?

— Они заслужили всё, что с ними произошло! — согласилась с ней вторая. — Чтобы вы не собирались делать с этими, мы не будем против. Разрешите нам остаться.

— Поверьте на слово, вы не захотите это видеть, — не поддалась Илена, потом вздохнула и заговорила строже: — В любом случае, это приказ. Охраняйте внешний периметр и следите, чтобы никто сюда не вошёл.

— Есть, мэм!

— Хорошо, босс!

Азари в золотом вышли, скрылись за полупрозрачными барьерами, которыми отгородили «место заключения». Барго ещё мог различить сквозь них силуэты этих азари, вставших на караул снаружи. А внутри осталась только Таноптис, и три чёрные сестры с ней.

— Погоди, — попросила Илена, вытянув руку перед грудью той азари, вместе с которой ни пришли. Потом обратилась к паре кроганов: — Слушайте, ребята, я предложу это всего один раз: сотрудничайте с нами. Вам же лучше будет. Ради…

— И ты тоже пошла на хрен, сука! — Тобакс перебил её, не дав закончить. Даже согнутый, с руками и лодыжками, связанными за спиной, он сумел выпятить промежность в её сторону. — Я буду с тобой сотрудничать! Тогда для начала низко-низко наклонись! Ты же хочешь эти шары? Тогда подойди и сама возьми!

— Думаю, могу воспринимать это как «нет, спасибо, я предпочитаю участь хуже смерти», если перефразировать, — отметила Илена, уперев руку в бедро и больше не закрывая дорогу второй азари. Левой рукой она указала на Барго. — Парень, а как насчёт тебя?

— Лучше сдохнуть, чем стать стукачом, — ответил ящер уверенно и стойко. — Ни один настоящий кроган не боится того, что ему могут сделать азари.

Илена покачала головой, признавая поражение. Потом указала на Тобакса и уточнила:

— Тогда начнём с этого?

— Прямо читаешь мои мысли, — согласилась высокая азари и медленно направилась к пленникам. У неё не было оружия или пыточных инструментов… вообще ничего не было с собой. Она что, собирается бить их голыми руками?

— Ты хочешь первой, а-а? — выплюнул Тобакс, глядя на приближающуюся азари. — А я так и думал! Я азарийскую шлюшку издали чую! Давай, ведьма голубая! Подходи!

Стиснув зубы, Барго наблюдал, ему даже стало интересно, что же азари собирается делать. Тобакс был здоровенным громилой даже по меркам кроганов. Если она собирается заставить его говорить с помощью кулаков, то к ночи сотрёт руки по локоть.

Азари продолжала приближаться к ним, шаг за шагом… Сколько… сколько там до неё было того расстояния?

Барго прищурился, поняв, что всё его внимание сосредоточено только на этой азари. Её шаги были неспешными и размеренными, но она словно бы совсем не становилась ближе. Странно, но три другие азари у неё за спиной стали какими-то незначительными, нечёткими. Всё позади неё казалось неясным: барьер, силуэты дев, стоящих снаружи, приглушенные звуки их лагеря. Всё это расплывалось, а из-за спины азари потянулись длинные угольно-чёрные тени, окутывающие её, словно плащ.

Её грудь опустилась, она выдохнула сиреневый туман, ненадолго заполнивший изнутри её шлем. Барго мог поклясться, что всего мгновение он видел что-то… что-то в глубине этого тумана, какой-то силуэт внутри гладкого шлема. Теперь каждый шаг азари гремел, сотрясая землю и заставляя колени обоих кроганов дрожать.

— Какого хрена тут творится? — прорычал Тобакс, и Барго вдруг к своему облегчению вспомнил, что он не остался в этой темноте наедине с той… тварью. Тобакс с ещё большим отчаянием задёргался в своих путах. — Это просто какой-то хренов фокус!

Азари склонила голову, неумолимо двигаясь в их сторону.

— Фокус? — спросила она, и этот голос заставил Барго похолодеть. Он эхом отдавался в ушах, во всём теле, резонируя в костях. Единственное слово повторялось снова и снова, словно непрекращающийся гром во время супербурь на Тучанке. Оно гремело как та гроза, что уничтожила дом его матери. Оно ревело и выло, словно ветер той тёмной ночью, которую Барго почти и не помнил.

Азари посмотрела на них, там, где должны находиться глаза, мерцали два ярких сиреневых огня.

— Никаких фокусов, — заверила она, и в груди Барго вспыхнула острая боль. Он застонал, но не мог найти сил, чтобы отвести взгляд от сиреневого пламени. Даже если оно сожжёт его живьём.

Ещё один шаг сотряс весь мир, азари уже была рядом с ними… возвышалась над ними… словно взрослый над парой непослушных детишек. Из респиратора под её шлемом вновь возник светящийся лиловый туман, и снова на долю секунду под забралом её шлема можно было различить тот же кошмарный силуэт. Всего лишь на мгновение Барго увидел его, и даже этой малости хватило, чтобы заставить его сердце остановиться, а воздух — застыть в лёгких.

Азари с пугающей до дрожи неспешностью потянулась к шлему, и оба крогана поняли, что же она собирается сделать. Её лицо. Она собирается показать им своё лицо.

— Нет, — прошептал Барго, хрипло и едва различимо.

— Не надо… — простонал Тобакс, глядя на азари в ужасе, его глаза с лопнувшими сосудами были широко распахнутыми. — Пожалуйста… не надо…

Азари коснулась пальцами клапана на подбородке шлема, донёсся свист воздуха, когда начало уравниваться давления.

Барго затряс головой, изо всех сил пытаясь отвернуться. Отвести взгляд. Закрыть веки. Разорвать путы и вырвать себе глаза. Что угодно. Но он ничего не мог сделать. Его тело застыло, словно вмороженное в лёд. Всё что он мог… это смотреть, пленник и бессильный наблюдатель, узник собственного тела. Тобакс, прямо перед которым стояла кошмарная азари, уже успел обделаться. До носа Барго донеслась вонь, и он лишь надеялся, что его товарищ был единственным, кто не справился с собой.

Тем временем матрона азари погладила забрало шлема, а затем резко откинула его.

И тогда воины Кровавой стаи закричали.

A-640-ДРНИХ-2093 «Спеккта»

Кому: капитан Дисмет

От: Лейтенант Типек, аналитик, доктор медицинских наук

Тема: ГОР: анализ Корлуса(зона 6)

Общие сведения

Время операции

В расположение бывшего лагеря Кровавой стаи мы прибыли без инцидентов. В зоне не осталось никого живого, даже стервятники старались избегать её, хотя бы поначалу. Однако лишь вопрос времени, когда их жадность и любопытство смогут пересилить осторожность. Перехваты связи и предварительные доклады разведки указывают, что «Рикши» готовятся к операции по возвращению захваченных Стаей территорий после ухода Затмения.

Зона операции

Улик на месте практически не осталось. Предположительно, техники и инженеры Затмения хорошо обучены зачищать за собой поле боя. Основываясь на знаниях процедур и протоколов Затмения, аналитик Типек сумел опознать обломки нескольких дронов, но их было слишком мало и они были слишком сильно повреждены, так что их реконструкция не представляется возможной, как и тороидальной орудийной системы в частности. Фактически, обломки признаны идентичным найденным ранее в местах других операций Затмения. Несомненно, их дроны оснащены крайне эффективным и продуманным механизмом самоуничтожения. Нам требуется захватить один из них в неповреждённом состоянии. Шансы воссоздать требуемое, основываясь лишь на обломках, представляются крайне низкими.

Основываясь на докладах аналитика Типека до его исключения из тренировочной программы Затмения, мы начали выявлять совпадения генетических профилей с имеющимися в нашей базе по рекрутам Затмения. Хотя их инженеры крайне тщательно следят за уничтожением следов деятельности своей техники, рядовые боевики менее осторожны.

Лагерь Затмения был разбит в наименее загрязнённой части бывшего дозорного поста Кровавой стаи. Обнаружены три больших кострища, предположительно возле них собиралась большая часть бойцов для общения, обсуждения и/или выполнения упражнений для слаживания отрядов. Они не зачищали за собой эти участки лагеря, оставив множество обёрток и упаковок рационов, объедков и прочего мусора.

Генетические профили

Хотя мы уже некоторое время ведём пробный реестр рекрутов Затмения первого и второго набора, мы смогли пополнить нашу базу данных их генетических образцов. Были обнаружены образцы обеих новых лейтенантов Затмения, идентифицированные как Эньяла (КЗ-1-201) и Лизелль (КЗ-1-208). Что ещё важнее, основываясь на собранных образцах, мы так же завели дополнительный реестр на оперативников Затмения, не входящих в их первый выпускной класс. Иными словами, мы полагаем, что сумели получить генетические образцы так называемых «бекха-якши» — элитных бойцов, являющихся основной ударной силой Затмения.

Три аномальных образца были опознаны и проанализированы на месте. Затем данные были переданы в лабораторию биологического и информационного оружия «Факел». К данному докладу будут приложены уже обработанные и восстановленные данные, а не оригинальные образцы.

Из трёх образцов один был положительно идентифицирован, как принадлежащий Калиле Су'тонак, матроне коммандос, пропавшей без вести в Терминусе один год назад. Имеющийся в нашем распоряжении старый генетический профиль Калилы представлен в приложении Е. Два других образца идентифицированы, как принадлежащие азари, но в наших базах данных их нет. Возможно, их данные имеются в базах Республики Азари, однако с большей вероятностью они являются азари из Терминуса, из колоний, не участвующих в мониторинговой программе Цитадели. Азари «без документов» часто служат в Терминусе в качестве чьих-либо коммандос и наёмников.

Идентификация одной из бекха-якши как Калилы Су'тонак порождает множество вопросов. Аналитику Типеку доводилось общаться лишь с одной из этих азари, известной как «Чамберс» — вероятно, это псевдоним — под чьим началом проходил тренировки первый набор рекрутов Затмения. Те обрывочные генетические образцы Чамберс, которые есть в нашем распоряжении, совпадают с аномальным образцом номер три из собранных в Зоне 6.

Рискуя строить слишком смелые гипотезы, можно предположить, что основной состав Затмения состоит из азари, не относящихся к пространству Цитадели. Хотя имеющиеся сведения не могут ни подтвердить, ни опровергнуть теорию «потерянной колонии», которая так широко обсуждается, однако они показывают, что данные азари из незарегистрированной колонии, не принимающей участия в программе Цитадели по генетической идентификации и мониторингу. Имеется шесть колоний, чья внешняя политика и текущие размеры сделали бы для них возможным создание Затмения. Идентификация одной из азари как Калилы Су'тонак так же свидетельствует о том, что они охотно принимают в свои ряды азари и не принадлежащих к их собственной колонии. Это может объяснять присутствие среди них Илены Таноптис, и возможно, Йоны Седерис, как руководителей или наёмных сотрудников. Однако пока у нас остаётся ещё слишком много вопросов.

Жертвы со стороны Кровавой стаи

Силы Кровавой стаи были уничтожены почти в полном составе. Основываясь на наших оценках численности группы, противостоявшей Затмению, предполагается, что погибли 106 ворка из 111 (95,4 %), так же мёртвыми обнаружены 12 из 13 кроганов, находившихся в данном лагере (то есть 92,3 %). Стоит отметить, что данные по количеству ворка могут быть неточны, поскольку многие из них сражались за пределами поста и основного вектора движения Затмения.

Все трупы, оставшиеся на территории лагеря (72) бойцы Затмения собрали вместе и сожгли. Наблюдения за действиями второй роты и сканирование наименее повреждённых тел указывают, что пленные ворка были казнены перед сожжением. Всё оружие, броня и экипировка были тщательно собраны со всех тел. Аналитик Типек указывает, что это общая практика, которая вколачивается тренировками всем рекрутам Затмения: зачищать поле боя и забирать, цитируя дословно, «всё, что к полу не приколочено».

Такого рода практика широко распространена среди наёмных и даже армейских подразделений, однако согласно докладам аналитика Типека, оценка и распределение боевых трофеев у Затмения по своим нормам идентичны принятым в турианской армии. Рядовым бойцам разрешено забирать себе лишь отдельные небольшие «сувениры». Состояние Зоны 6 полностью подтверждает этот факт. Затмение действует как армейское подразделение, это может означать, что на самом деле они принадлежат к коммандос из ополчения одной из неизвестных, но совсем не обязательно «потерянных» колоний азари.

Жертвы со стороны Кровавой стаи: дополнение

Одно из тел кроганов было оставлено аналитиком Типеком для дополнительного анализа. Он предполагает, что перед казнью данный кроган подвергся допросу, основанием к таким выводам стали характерные травмы на лодыжках и запястьях, означающие, что кроган был связан и всеми силами пытался вырваться на свободу. Больше ни на одном из трупов кроганов таких следов не отмечено.

Этот кроган, условно обозначенный как K01, был казнён одним ударом, приведшим к глубокой ране в лобной доле мозга, а так же идентичной ране в задней части шеи, разделившей спинной мозг в районе первого позвонка. Это так же отличается от всех остальных тел кроганов, имеющих следы взрывных травм или множественных попаданий из стандартного оружия на технологии ускорения массы.

Так же, несмотря на повреждения образца, аналитик Типек сумел выделить «аномальные нейрохимические биомаркеры», присутствующие в мозгу K01 и предположительно образовавшиеся до его смерти. Более всего заметен крайний переизбыток алармина, норадреналина, нарушение регуляции серотонина, и невероятный уровень кортиколиберина. Первоначальный диагноз показывает, что К01 переживал крайне сильный стресс, беспокойство и страх. Образцы мозга К01 показывают, что участки его эндокринной системы, в частности гипофиз и гипоталамус были физически повреждены незадолго до смерти, а уровень стресс-гормонов (конкретно норадреналина и кортизола) более чем в двадцать раз превысил нормальные показатели, приблизивший к летальным дозам

Как несколько эмоционально описал это аналитик Типек, «кроган буквально перепугался до смерти»

Образцы тканей мозга и спинномозговой жидкости, а так же прочих тканей, были взяты у К01 и помещены на хранение. Следующим рейсом они будут доставлены в подразделение «Факел». К несчастью, нам не удалось выявить каких-либо посторонних агентов химический или биологической природы в теле К01, и на данный момент механизм всего процесса неизвестен. Мы продолжим вести наблюдение согласно полученным приказам.

Кому: Белый_ящик

От: доктор наук Релто, аналитик

Тема: То, что вы мне прислали

Да, я всё получил.

Мой ответ прикреплён к письму. И после этого мы в расчёте. Понятно?

И НИКОГДА БОЛЬШЕ НЕ ПИШИТЕ МНЕ НА РАБОЧУЮ ПОЧТУ.

Аналитик Релто

ГОР, подразделение «Факел»

Расширение: 03501

Код Безопасности Д-55-101

Кому: Серый посредник

От: Оперативник Кечлу

Тема: Корлус доклад (зона 6), Предварительный отчёт по биооружию (зона 6)

Пожалуйста, имейте это в виду:

Доклад по Зоне 6 был отредактирован. У моего источника не было доступа к оригинальному файлу. Потребуется работа по восстановлению.

Я так же добавил доклад по действию биологических или химических агентов, которые использовались Затмением в Зоне 6. Данный доклад не изменялся и соответствует оригиналу, актуален указанной в нём дате.

Я продолжу отслеживать действия Белого Варрена и Вазир. Все резервные штурмовые отряды в полной боевой готовности. На этом у меня всё.

Кому: Оперативник Кечлу

От: Серый посредник

Тема: ответ на: Корлус доклад (зона 6), Предварительный отчёт по биооружию (зона 6)

Очень хорошо. Отличная работа. Как только подтвердится статус данных и объекта, у тебя снова появится возможность проявить себя. Не сомневаюсь, что ты не подведешь меня ещё раз.

Глава 14

Даро'Ксен, как Раэль'Зора не мог честно не отметить, обладала весьма выдающейся «кормой».

А ещё она имела привычку активно вертеть ею, быстро двигаясь во время работы и раздавая указания подчинённым инженерам, как сейчас, когда те заправляли штурмовики Затмения, а так же пополняли на них боекомплект. Наблюдать за Даро было захватывающе, и не только с чисто эстетической точки зрения. Ведь когда Даро'Ксен заявляла, что она Главный полевой инженер Затмения и глава его Научно-исследовательского отдела, то ничуть не преувеличивала. И хотя она всего лишь юная девушка, ещё даже не завершившая своё паломничество, Даро получила под командование не меньше дюжины инженеров из других рас, при этом ни секунды не колебалась, когда требовалось отдавать им приказы.

Несомненно, на её месте очень многие кварианцы, особенно только вышедшие в паломничество, не осмелились бы вести себя столь… агрессивно и властно в отношении не-кварианцев. Обычно для их расы выгоднее всего было затаиться и не лезть вперёд. С добротой, или хоть с каким-то уважением, к кварианцам никто не относится, хоть в пространстве Цитадели, хоть за его пределами. Вообще-то, любой кварианец, покинувший Флот, должен ожидать, отношения к себе в лучшем случае — как к незначительной помехе, а в худшем — как к чужаку, вору и угрозе для других. Обычно кварианцев считали бесполезными в бою, и отряд наёмников мог нанять кого-то из них разве что ради низкооплачиваемой работы по ремонту техники.

И тем непривычнее и восхитительнее было наблюдать, как Даро'Ксен недовольно топает ногой, распекая одного из подчинённых саларианцев и указывая ему на ящик с боеприпасами. Об этой амбициозной девушке одно можно было сказать точно: какой бы властью Илена и руководство Затмения её не наделили, Даро ни мгновения не колебалась, когда требовалось ею воспользоваться. Вдобавок к этому, не стоило сомневаться, что её терпение и всепрощение относительно любого, кто открыто игнорировал её или выражал неуважение, следовало измерять в отрицательных или мнимых величинах.

Вообще-то… она даже слегка пугала, а напугать Раэля было весьма непросто — ни батарианским пиратам, ни кроганам, ни гетам, ни тем более — женщинам.

«Ты заявляла, что будешь первой, кто сбросит этот скафандр и пойдёт дальше», — припомнил он, разумеется, не вслух. — «А я ответил, что хочу это увидеть. Киила, как же я хочу это видеть».

Единственная женщина их расы, которую он видел без скафандра, это мать… что, можно сказать, не считается.

«Да тебя даже сумасшедшей назвать мало, Ксен», — подумал он, и тоже, само собой, не вслух, иначе проблем было бы даже больше, чем от озвучивания предыдущей мысли. Однако Раэль продолжал улыбаться, глядя, как она гоняет полевых инженеров Затмения. — «Избавиться от наших скафандров? Создать собственную колонию? „Самые амбициозные кварианцы умирают молодыми…“ — так ведь говорят. С другой стороны, я всегда мечтал, что однажды построю себе дом на Раннохе… Так что, может быть, мы с тобой оба безумцы, которым не суждено дожить до старости».

Раэль отвлёкся от своих мыслей, увидев, что со стороны Даро'Ксен к нему приближается ещё одна кварианка. Пи'Мета, так её зовут. Десантница с кибернетической рукой. Она была на четыре-пять лет старше их обоих, и напоминала ему многих других десантниц Флота, с кем он вместе служил и тренировался под командованием адмирала Талида'Ваана. Каждый раз Раэль не мог не смотреть на её руку. Каково это по ощущениям, интересно? Как это, когда можешь что-то делать пятью пальцами, словно азари, а не тремя, как положено любому нормальному кварианцу?

— Главный инженер Ксен хотела бы, чтобы вы присутствовали на демонстрации, — произнесла Пи'Мета, подходя ближе и кивая ему. — Если вы согласны, то следуйте за мной.

— Демонстрация? — уточнил Раэль, направляясь вслед за десантницей. — Осколочных боеприпасов?

— Я не знаю, она сказала лишь о «демонстрации», не уточнив, чего именно, — сказала Пи'Мета, и не похоже, чтобы она пыталась уйти от ответа. Вероятно, Даро решила устроить сюрприз им обоим. Ещё любопытней.

Пожав плечами, Раэль медленно приблизился к собирающимся на площадке инженерам Затмения. Отсюда он уже мог разглядеть, как Даро открывает некий белый контейнер, доставленный сюда транспортным челноком. Их экспедиция уже далеко продвинулась вглубь Свалки — дальше, чем забирались ранее подчинённые адмирала Ваана — и сейчас они были в километрах от любого намёка на цивилизацию. Вокруг лишь переломанные и обглоданные до шпангоута корпуса кораблей, а так же россыпи и курганы частично переработанного мусора с дюжины ближайших миров. Кварианец тут может найти разве что далеко не самую лёгкую смерть.

Затмение уже два дня регулярно вело яростные бои, продвигаясь к центру этих пустошей, в самое сердце Свалки. Целью был некий район под названием Норы. Зачем кому-то могла понадобиться эта всеми предками позабытая дыра, Раэль не знал, но Затмение явно готово было пробиваться к месту назначения через любые возможные преграды. Пока что этим преградами стали большой аванпост Кровавой Стаи вчера, а так же два малых блокпоста уже сегодня утром.

— Этот модуль создаст для нас новые «осколочные боеприпасы», — объявила Даро подчинённым, держа простой белый блок для установки в оружие между большим и указательным пальцами. — Начинайте избавляться от Модели три в своих отделениях. Я хочу, чтобы завтра к отбытию из лагеря все уже готовы были перейти на эту Модель четыре. Всем понятно?

— Так точно, Главный инженер, — отозвался хор салараинцев, турианцев и азари с различной степенью энтузиазма.

— А как быть с тороидальными боеприпасами, мэм? — спросил салараинец, когда остальные потянулись к открытому контейнеру.

— Для работы с ними всё ещё требуется совершенно иная схема разгона, — ответила Даро, присаживаясь… прямо на одного из своих дронов. Тот слегка просел в воздухе под её весом, второй пришел на помощь, растопырив свои четыре манипулятора и поддерживая спину кварианки. — Даже если мы в итоге и сможем исполнить их в виде модификации для стандартного вооружения, я бы всё-таки предпочла разрабатывать отдельную, «плазменную» серию индивидуального оружия. Сейчас нужно больше беспокоиться о грядущем сражении, Ярон. Наша лаборатория никуда не денется, и нам будет, чем там заняться, когда разберёмся с делами на Корлусе.

— А я слышала, что мы заказали полониевые боеприпасы! — воскликнула инженер-азари, уже набравшая в руки «осколочных» модулей на всё отделение. По одному на каждого бойца в отряде. Инженеров Затмения учили отвечать за работу с модификацией боеприпасов для всего подотчётного подразделения. — Это так, шеф?

— Полониевые боеприпасы в пространстве Цитадели совершенно незаконны, — просто напомнила ей Даро'Ксен, однако в голосе звучало и некое предвкушение. — Но кто его знает? — безразлично пожав плечами, она просто сложила руки на груди. — У нас есть ещё один спокойный день. До завтра могут ещё чего-нибудь привезти из грузов. Но пока я не прикажу иного, все пользуются только осколочными и зажигательными помимо стандартных боеприпасов.

У инженеров не ушло много времени на то чтобы поделить новые игрушки и вернуться к своим делам. Даро продолжала восседать на своём любимом дроне, ещё один служил спинкой её «кресла» и два других присоединились к ним, играя роль подлокотников. Теперь постоянно рядом с ней находились сразу шесть роботов — в полтора раза больше, чем у любого другого инженера Затмения, а её безукоризненный контроль над этими машинами уже обеспечил ей прозвище «Королева Дронов», быстро разошедшееся среди бойцов. Учитывая её властные замашки, не стоило сомневаться, что она же сама первая и пустила его в оборот. Или так, или она считала абсолютно естественным, что её обязаны почитать как гения и называть подобающим образом.

Когда инженеры Затмения начали разбредаться по своим делам, Раэль взял на себя смелость приблизиться к Главному инженеру.

— Вы хотели что-то показать мне? — спросил он, оглядывая стоящие на площадке штурмовики.

— Да, хотела, — ответила Даро, Раэль заметил, что быстро окинула его взглядом, прежде чем спуститься на землю и сделать первый шаг. — Нам сюда, Зора.

— Вы можете звать меня Раэль, — заметил он, подходя ближе.

— Да, мне всегда говорили, что ты знаешь, как обращаться с девушками, — Даро'Ксен вдруг коротко засмеялась.

— Прошу прощения? — Раэль прищурился, внимательно разглядывая её под прикрытием непрозрачного шлема. — Мы встречались раньше?..

— В детстве мы посещали дистанционные уроки в рамках одного класса.

— Правда? — Раэль не мог вспомнить её. В тех виртуальных классах детей было не меньше ста в каждом, с самых разных кораблей всей флотилии.

— Другие девчонки в классе всегда говорили, что ты парень видный, — продолжила Даро'Ксен, на что Раэль смог только растерянно кашлянуть. Класс, может быть, был и виртуальный, но кварианские подростки всё равно оставались кварианскими подростками, и с этим ничего не поделать. Тем не менее, сама Даро у него никаких воспоминаний не вызывала, система распознавания не поднимала тревогу, так сказать… а значит, он мог быть почти уверен, что она не одна из девчонок, с которыми он тогда флиртовал.

— Ты что-то сбился с шага, — заметила Даро, и Раэль быстро догнал её вновь. — Можешь не волноваться, — добавила она, явно забавляясь, — я не одна из тех, кто увивался за тобой. Я туда приходила знания получать. И только их. Мы с тобой никогда не болтали просто так.

— Понятно. И всё равно, кажется, это было так давно, — удивился он вслух, его рука невольно опустилась на рукоятку пистолета, что всегда помогало успокоить мысли. — А ведь всего несколько циклов прошло с тех пор?

— Паломничество нас сильно меняет, — произнесла Даро мрачно и тихо. — Ты или взрослеешь быстро… или не повзрослеешь уже никогда.

— Я своё провёл на Корлусе… — произнёс Раэль, хотя ему и не слишком нравилось вспоминать всё, что он успел повидать на этой планете, служа у адмирала Ваана. Отвратительный мир, и ошибок он не прощает. Жизнь кварианцев, которых они тут пытались оберегать, приятной никак нельзя было назвать, даже несмотря на немалые усилия Флота, пытавшегося защитить своих всеми силами. — Но, готов поспорить, что и ты немало повидала, — осмелился предположить он. — Такого, что изменило тебя.

— Мы уже давно не дети, — согласилась Даро, недолго помолчав. Она сбавила шаг, медленно обходя ещё один стоящий штурмовик. Инженеры сейчас меняли на нём два блока подвесного вооружения и перепроверяли работу кинетических барьеров машины. Бойцы из тёмной элиты Затмения любили бросать штурмовики в самую гущу боя, обеспечивая сверху поддержку огнём пушек, ракетами и фиолетовой биотикой. Раэль пока наблюдал за всем этим лишь издалека, но рассказы рядовых бойцов производили немалое… впечатление.

Всего в их распоряжении имелось четыре штурмовика, хотя обычно на переднем крае находилось одновременно не более двух.

— Но позвала я тебя сейчас не за этим, — произнесла Даро на ходу. — Мне просто показалось занятным, что мы с тобой когда-то в прошлом уже пересекались.

— Что ж, я постараюсь не увлекаться и забыть про флирт, насколько смогу, — пообещал Раэль, улыбаясь и зная, что она не может видеть его лица под шлемом.

— Ах, первая любовь в паломничестве… — прокомментировала Пи'Мета, шедшая позади них.

Оба юных кварианца обернулись к ней одновременно.

— Я бы попросила тебя не вести себя столь же… легкомысленно, как некая известная нам личность на должности коммандера, — выдавила Даро наконец, сплетая и расплетая пальцы. Затем добавила со смехом: — Ведь есть нечто лучше любви! И это наука!

— Наука? — повторил Раэль, почему-то его позабавила эта короткая речь.

— Наука, — повторила следом Пи'Мета. — Разумеется.

— Вчера наш друг-кроган смог обнаружить нечто занимательное, пока шел бой, — объяснила Даро, всё ещё посмеиваясь. — И мне пришлось ждать половину дня, пока я, наконец, смогу освободиться и посмотреть, что же именно.

— Кроган… ты про Такса? — уточнил Раэль, Даро лишь кивнула в ответ.

Тууго из клана Такс — Раэль мало о нём знал, хотя, кажется, с адмиралом Вааном этот кроган был в неплохих отношениях. А ещё он пытался перекупить у них «Томка», чтобы направиться вглубь Свалки, к тому же самому месту, которое интересует Затмение. Он должен быть весьма обеспечен и иметь немало связей, а ещё у него есть телохранительница азари… или ассистентка… или уж кем она там у него служит, но практически вот и всё, что Раэль про того крогана мог сказать. Во время переходов тот ехал в другой бронемашине. Учитывая, что основной целью Раэля был контакт с Затмением и оценка, будет ли организация Флоту союзником или же угрозой, а вдобавок ему поручили лично проверить, имеют ли невероятные обещания Даро'Ксен под собой хоть какие основания… в общем, времени следить ещё и за необычно культурным кроганом, которого отряд прихватил с собой, у него не было.

Тууго оказался неподалёку, он дружелюбно помахал и даже поднялся на ноги, заметив показавшуюся из-за крайнего штурмовика Даро'Ксен. Как и всякий раз, когда Раэль его видел, одет Такс был в нечто, больше всего напоминающее деловой костюм под кроганские размеры, а скафандры и бронекостюмы он игнорировал начисто. Его горб прикрывало коричневое пальто, того же оттенка, что и щит на лбу, а безукоризненно подогнанная рубашка была украшена золотой вышивкой, под цвет глаз крогана. Сверху рубашку прикрывал чёрный жилет. Это был, пожалуй, единственный известный Раэлю кроган, которого можно было хотя бы заподозрить в том, что у него в списке контактов на инструметроне есть номер личного портного. Даже его огромные ботинки, специально сделанные под трёхпалые ступни, были начищены до блеска.

— Мистер Такс, — поприветствовала его Даро, вежливо наклонив голову.

— Мисс Ксен, — поздоровался он в ответ, улыбаясь. — Полагаю, вы будете весьма довольны тем, в каком он состоянии, — кроган взмахнул рукой, его вездесущая помощница азари присела и сняла грубую ткань с чего-то лежащего на небольшом возвышении, некогда бывшем крышей изъеденного ветрами и ржавчиной аэрокара.

Там лежал…

— Мех? — спросил Раэль, не совсем уверенный, что же перед ним. — Гет? Нет, это… на гета оно не очень-то похоже?

— Это же… — Даро'Ксен прерывисто вздохнула, активируя инструметрон и очень осторожно касаясь ноги робота. — Да это же антиквариат! Настоящее сокровище!

Мех имел очертания асароида, и суставы под теми же углами, как у азари… хотя левая рука и казалась сломанной и частично раздавленной. Вместо одного глаза как у всех гетов, у этого робота было их два обычных, как у азари или кварианцев, плюс ещё один на лбу. Общая форма шеи и очертания головы тоже практически соответствовали азари, только по бокам головы поднимались две антенны и уходили назад и вверх. Хотя его уже почти нельзя было различить от времени, но Раэль смог рассмотреть отдельные фрагменты сложного решетчатого орнамента, некогда украшавшего корпус меха.

— Он не из наших, — отметила Пи'Мета, придя к тому же выводу, что и Раэль.

— Мех очевидно предназначен для азари, — сказала Даро, её пальцы тем временем нащупали небольшой люк на голове робота сбоку. — Кто-то уже снял центральный процессор… да и вообще, выпотрошили почти всю электронную начинку, — печально покачав головой, она положила ладонь на грудь робота. — Но корпус остался почти что неповреждённым!

— Азари разве строили мехов? — удивилась Пи'Мета, склонив голову набок. — В жизни ни одного не видела.

— Азари строили независимые автономные механизированные платформы ещё с Рахнийских войн, — заметил Тууго, вертя в руках одну из внешних панелей робота, на которой ещё остались какие-то намёки на пластиковое покрытие. Старый кроган слегка покачал головой. — Сначала те были компаньонами и ассистентами, но когда началась война, из мехов пытались создать оружие. Хотя все мы, конечно, знаем, что исход войны решили отнюдь не роботы, а мы… кроганы, — Тууго широко ухмыльнулся, его золотые глаза вспыхнули. — Конечно, после нашего… восстания… они попытались сделать своих роботов снова. Самое главное преимущество, что у Цитадели над нами было — промышленный потенциал. Кроганы — прирождённые воины и никогда не бегают от драки, это известно всей галактике, но планирование и инженерия — не самые сильные наши стороны. Недостатка в солдатах у нас не было никогда, но всегда очень мало находилось готовых строить линкоры, а уж тех, кто сможет променять винтовку на чертежный компьютер и часами корпеть над новой моделью, и вовсе были единицы. Но я отвлёкся, — остановил он себя и положил искусно сделанную украшенную панель рядом со старой машиной. — Азари, так или иначе, игрались с роботами две тысячи лет, задолго до того, как вы впервые появились на Цитадели, но их мехи всегда были довольно… ущербными. Они были слабыми… очень послушными, зависимыми, такие и из дома лишний раз вывести страшно, а ещё у них часто накапливались определённые… причуды. Когда кварианцы присоединились к галактическому сообществу, интерес к роботам и искусственному интеллекту поднялся вновь.

— Полагаю, что он всё-таки нашего производства, Пи'Мета, — добавила Даро'Ксен, её глаза светились под шлемом. — Это, конечно, не гет, но вижу тут несколько однозначных признаков, указывающих на кварианскую разработку. Суть в том, что строился-то он точно для клиентки азари.

— То есть, это своего рода прото-гет, — подвёл итог Раэль, хмуро глядя на мёртвую машину. — Прото-гет, созданный по заказу азари.

— Это, конечно, очень приблизительное описание, но в принципе, так и есть, — согласилась Даро, поглаживая подбородок шлема трёхпалой ладонью. — После их восстания и нашего бегства с Ранноха, был ещё один — много меньший — мятеж машин, уже в пространстве Цитадели. После этого все, у кого был кварианский робот, поспешили от них избавиться. Примерно тогда же за многими ИИ, созданными другими расами, начали замечать те же тенденции, что были у гетов. Началась настоящая гонка, кто же успеет уничтожить их быстрее других

— Хотя родной мир потеряли только мы, — горько заметила Пи'Мета.

— На Раннохе находились миллиарды гетов, — напомнила Даро. — Было много мест на планете и много наших колоний, где гетов было даже больше, чем кварианцев. А для всей остальной галактики кварианские роботы были всего лишь роскошной забавной игрушкой, а не основной рабочей силой. Если вспомнишь курс истории, геты-рабочие были вне закона почти во всём пространстве Цитадели, так иные расы пытались защитить своих работников и собственную промышленность.

— Не буду отрицать, история моим любимым предметом в школе не была, — признала Пи'Мета и замолчала.

— Хотя такой отделки я никогда раньше не видела, — Даро наклонилась ближе, пристально разглядывая машину со всех сторон. — Могу лишь предполагать, что её наносили уже азари.

— Я бы не спешил с выводами, — заговорил вновь Тууго, Ксен подняла на него взгляд.

— Что вы хотите сказать? — уточнила она.

— Некоторое время назад, я был знаком с одной кварианкой по имени Се'Ал вас Соррэй, — с улыбкой начал кроган, медленно проведя пальцем по лицу древнего гета. — Понимаете, наши семьи издавна дружили, я иногда бывал у них в гостях, когда обсуждал дела с её дядей… довольно известным адмиралом, — он рассмеялся, припомнив что-то. — Се'Ал была ужасным инженером, и я не знаю, у кого был бы ещё хуже вкус к выбору ресторанов, но вы бы видели, насколько умелые у неё были руки. Даже не золотые, платиновые. Она занималась тюнингом различной техники. В конце концов, кто не захочет сделать свой аэрокар уникальным и непохожим ни на один другой? Она всё делала вручную и к каждому заказу подходила, как к произведению искусства. А когда вышла замуж, то вскоре начала расширять своё дело, взявшись и за тюнинг гетов тоже. Её машины раскупались мгновенно, пользуясь спросом от Палавена до Омеги. Это травление кислотой очень похоже на её работу, — пояснил Такс, печально вздохнув, хотя от крогана это прозвучало почти как рычание. — Если это один из её роботов… скажем так, я не хочу, чтобы шедевр, в который она вложила столько труда, остался гнить в какой-то канаве на Корлусе.

— Вы сказали, что были знакомы с ней «некоторое время назад», — произнёс Раэль, удивлённо глядя на крогана. — И сколько же именно лет с тех пор прошло?

— Всего пару веков, — ответил старый кроган, широко улыбаясь.

— Вы бывали на Раннохе? — поняла Даро, даже отвлекшись от изучения меха.

— Да так, пролетал мимо пару раз, — ответил Тууго, всё ещё улыбаясь. Он похлопал робота по голове. — Я бы и хотел забрать это сокровище собой, да боюсь, места для него не хватит. Кроганы вроде меня путешествуют налегке. Так что можете считать это дружеским подарком… если только вы не собираетесь его переплавить.

— А что случилось с Се'Ал вас Соррэй? — спросила Пи-Мета, пока кроган подзывал свою телохранительницу.

— Тихо умерла в своей постели, — кроган, уже собравшийся уходить, обернулся для ответа. — По крайней мере, так мне сказали. Помню, когда работала, она всегда напевала «Тали'Фи, ясу та».

«Тали'Фи, Ясуи Та»… То есть, «Тали'Фи, я скучаю по тебе».

Раэль медленно покачал головой. Этот кроган может без переводчика говорить на кварианском? Он увидел, что Даро'Ксен начала искать ссылки через инструметрон, но ему эта песня была знакома. Ей лет четыреста, ещё из тех времён, когда кварианцы только вышли в космос. Тали'Фи была путешественницей, исчезнувшей после прыжка через ретранслятор. Слов песни он не вспомнил бы, но припев узнал. Отец всегда любил слушать старые композиции тех времён.

— Хотя мне лично всегда больше нравилась инструментальная музыка, — добавил кроган и, вежливо кивнув, направился обратно к своей стоянке рядом с лагерем бекха-якши.

— Искренне благодарна вам, Тууго Такс, — произнесла Даро ему в спину. А затем всё её внимание вновь оказалось приковано к древнему меху.

— Это антиквариат, — пробормотал Раэль, глядя, как кварианка изучает старинную машину. — Сомневаюсь, что имеет смысл возвращать его во Флот. Что ты собираешься с ним делать?

— Полагаю, я смогу восстановить его, — объявила Даро, и Раэль увидел, как её глаза загорелись восхищением и нетерпением. — Это ведь не только часть нашей истории, он может и немалую пользу принести. Затмение — организация азари. У нас уже была идея создать не просто новый дрон, а робота в форме асароида… чтобы напомнить галактике, сколь искусны кварианцы в разработке машин, но без каких-либо намёков на проклятых гетов.

— Кварианцы, штампуют прото-гетов с внешностью азари? — Раэль покачал головой. — Ты и вправду думаешь, что сможешь их потом хоть кому-нибудь продать?

Даро'Ксен только улыбнулась под шлемом, её глаза ярко сияли.

«Всё-таки она милая», — вынужден был признать Раэль, вспоминая все свои наблюдения. — «Но и слегка сумасшедшая тоже. „Королева Дронов из Затмения“ — что тут ещё скажешь?»

День шестой.

— Эй, Ведроголовая! — поприветствовала Илена, обходя кругами новый опечатанный контейнер. Ещё только занимался рассвет, а азари уже была в броне и готова выступать. — У тебя новая игрушка?

— Всего лишь мелочь, которую удалось отыскать в Бюро находок Корлуса, — ответила Даро, закрывая электронные замки контейнера личной цифровой подписью с инструметрона и отпечатком ладони. — Пусть побудет под замком до тех пор, пока мы не улетим с этой планеты

— Только не говори мне, что этот твой красавчик, Рауль'Зорба, или как там его, преподнёс тебе подарок?

— Раэль'Зора, и нет, это точно был не он, — бросив на болтливую азари холодный взгляд. — Только то, что он единственный мужчина моей расы на сотни километров вокруг… ещё не повод делать глупые выводы. Идиотка.

— Выводы бы всё равно кто-нибудь да сделал, и так уж вышло, что честь досталась мне, — попыталась Илена возразить… не очень умно. Даро искренне надеялась, что это было не всерьёз.

— Уже сегодня мы выступаем к Норам, — напомнила Даро. — И мне лучше держаться поближе к вам с Шепард, чтобы обеспечивать работу наших дронов и поддержку бойцам. Если там всё настолько плохо, как я слышала, без моей помощи будет не обойтись.

— Уверена, что не угодишь в фиолетовую лужу?

— Практически, могу гарантировать, — Даро'Ксен бросила на ящик последний взгляд, прежде чем направиться к лагерю первой роты. — А вещь та была от крогана… мистера Такса. Это он сделал мне подарок.

— А ты проверила её, та штука точно безопасна? — забеспокоилась Илена, демонстрируя, что голова у неё всё-таки не совсем уж пустая.

— Разумеется, — заверила Даро. — Я может и «ведроголовая», но я не идиотка.

— Эй! — Илена надулась и сцепила руки на груди.

— Мех этот никакого вреда не причинит, — добавила Даро. — Но сам мистер Такс… он подозрительно много знает, — она опустила глаза вниз, пытаясь сформулировать свои опасения. — Меня просто беспокоит, что мы так мало знаем о нём. Зачем он здесь? Ты или Шепард вообще знаете, зачем ему понадобилось забираться в эту дыру вместе с нами?

— А, это, — Илена только вздохнула. Она потянулась к голове и поправила гарнитуру, разместила экран открытого визора напротив правого глаза. — Он явился за тем же, что нужно и всем остальным кроганам.

— Фертильные самки? — спросила Даро, перед её глазами возникла картина благообразного старого ящера, окруженного гаремом юных смеющихся кроганш. Кварианку передёрнуло. О некоторых вещах лучше стараться не думать слишком пристально.

— Ага, — Илена кивнула и посмотрела куда-то вдаль. — Их там не меньше трёх и одна из них — его дочь.

В полуобвалившемся зале эхом разносился смех Убеги Пэл, её отсвечивающая оранжевым голопроекция нагло ухмылялась, глядя на двух других вождей Кровавой стаи. Повторяя оригинал, проекция была одета совершенно не так, как обычно принято у кроганш. Её лицо и шея были на виду, а чёрно-розовая мантия лишь слегка прикрывала собой бронескафандр.

— Хурготт, — Пэл, по прозвищу «Сирена», обратилась к другому вождю, по-мужски почёсывая свой бесстыдно открытый чужим взглядам подбородок, — слышала, у тебя тут возникли недавно неприятности?

— Неприятности — это было бы очень мягко сказано, Сирена, — хозяин этого места, высокий и бледный Хурготт Кваш, носил поддерживаемую в хорошем состоянии, практически новую на вид броню Кровавой стаи, раскрашенную всеми оттенками алого и багрового. Когда он поднял руку в приветствии, мелькнула нить с нанизанными на неё красными бусинами и иглообразными зубами ворка, которая обвивала ладонь, запястье и предплечье крогана. Старое напоминание о визите на Хэшток, родную планету ворка.

— Моя паства понесла немалые потери, — посчитал нужным напомнить Кваш. — Не меньше сотни их было… вырезанных, сокрушенных или обращенных в бегство.

— Я бы над тобой тоже поржал, да только твои проблемы — это и наши проблемы, — третий кроган на встречу к Хурготту явился лично. Вождь Врог по прозвищу «Зверь», выглядел прямой противоположностью Кваша. Его броня выглядела изрядно поношенной, разукрашенной отметинами бесчисленных сражений. Чёрный халат, который он носил как накидку поверх брони, частично прикрывал его туловище, скрывая мускулистое, но приземистое тело. Хотя и большой сам по себе, но для крогана своего возраста Врог был слишком низким. Человек бы мог назвать Хурготта относительно стройным и похожим на волка, а вот Врог скорее напомнил бы ему жабу.

— Мне нужно больше пушечного мяса в Норах, — прорычал «Зверь», обнажая зубы. — Проклятые нанесли моим ворка и батарианским рабочим тяжелые потери. Многие из павших сами превратились в Сломанных рабов, — жестокий вождь даже врезал кулаком по ладони, чтобы лучше дошло. — Мы совсем рядом с лабораторией. Я уже чую самок! Но мне там не хватает мяса!

— Враги у нас сейчас сразу с двух сторон, — заключил Кваш, печально вздохнув. Он погладил пальцами правой руки несколько зубов-игл на своих чётках. — Да явит нам Ваул-Хэшток свою мудрость и направит нас к победе.

— И да избавит меня вселенная от необходимости выслушивать молитвы крогана, возомнившего себя святошей, — прорычал Врог, лишь усмехнувшись в ответ на яростный взгляд.

— Стоит ли удивляться тому, что Зверю Кровавой стаи не дано понять веры и ему недоступно смирение перед богом? — риторически спросил Кваш, всё так же аккуратно перебирая чётки, несмотря на ненависть во взгляде.

— Мальчики, не ссоримся… — прервала их проекция Пэл. Посланница Убэги, которая и проецировала её изображение со своего инструметрона, и в общем одетая как и лидер её банды, лишь прищурилась, молча разглядывая кроганов с отчётливым пренебрежением. — Вспомните, зачем мы здесь, — произнесла Пэл, дождавшись, пока оба посмотрят на неё. — Кваш, Врог. Мы уже близки к цели — нашим пленным сёстрам.

— Да, самки уже близко, — согласился Врог.

— По одной каждому, — напомнил им Хурготт, но оба крогана уже начали успокаиваться. Пэл лишь покачала головой, наблюдая за ними. Неудивительно, что любая попытка их народа установить власть после восстаний заканчивалась ударами в спину и в итоге превращалась в резню. Даже эта встреча состоялась лишь потому, что каждый из них троих слишком боялся Ганара Вранга, лидера Кровавой стаи.

— Но и вы должны понять, что ворка у меня осталось не так много, — объяснил Кваш, продемонстрировав им карту. На ней уже были обозначена полоса разрушения, тянущаяся за новыми гостями. — Вот здесь… и здесь. Затмение пробилось через мой внешний периметр. И до места раскопок они доберутся через один, максимум два дня, не больше.

— Мы могли бы уже завтра убраться отсюда вместе самками, дай ты мне больше мяса! — настаивал Врог. Он попытался бронированной ладонью стереть пятно со своего мясницкого халата. — Там осталась-то всего одна преграда, через которую надо пробиться.

— Тогда почему не пойти на штурм уже сегодня ночью? — спросила Пэл. — Если ты так близок? Собери оставшиеся силы и…

— Женщина, у тебя в ушах пыжачье дерьмо, или как? — перебил её Врог резко. — Мои ворка уже ни на что не годны. Они боятся Проклятых и их Сломанных прислужников уже больше, чем моих кулаков и пулемётов. Они не будут копать, и сражаться тоже не будут. Хорошо, если мы хотя бы не дадим им разбежаться сегодня, когда стемнеет.

— Страх плохой помощник, — не удержался от нравоучения Кваш. — Обещанное Спасение мотивирует куда как…

— Клянусь твоим грёбанным богом, Хурготт, я тебя сейчас…

— Вы снова за своё! — прервала их Пэл. — Мальчики, мы пойдём вперёд, пока Затмение не успело добраться туда… или попытаемся остановить их? Ответь мне, Проповедник. Как они вообще так быстро прорвались через твою оборону?

Врог зарычал, но позволил Пэл развести их по углам. Кваш тоже сдержался, и пока слова Врога оставил без внимания. Вместо этого оба задумались о Затмении. Наёмницы азари далеко смогли продвинуться, уничтожив не меньше двух укрепленных постов на пути к зоне раскопок. Никто на Корлусе не сумел бы достичь таких результатов столь же быстро.

— Завтра пойдёт дождь, — пробормотал Хурготт. — Почти наверняка. А как я слышал, Норы затапливает быстро. Затмению придётся замедлить своё наступление… и у нас будет два дня.

— Надеешься, что дождь замедлит их? — Врог фыркнул, а потом и вовсе рассмеялся в голос. — Я ведь уже говорил, после Хэшток у тебя что голова, что горб ни на что не годятся. И каша вместо мозгов. Через день Затмение уже доберётся до нас. Они врезали тебе изо всех сил, Кваш. И они уже не остановятся. Только не после того, как попробовали нашей крови.

— Но это же не кроганы, они азари, — возразил Хурготт.

— Хватит болтать попусту, — заговорила Пэл. — У нас есть силы. И ещё осталось время. Нужно воспользоваться этим, или мы потеряем всё.

— О, а я понял, о чём она! — улыбнулся Врог, обнажая неровные зубы. — Убрать всё лишнее. Собрать все силы в один кулак и начать атаку в обе стороны.

— Имеешь в виду, приказать всем отрядам нестись к Норам? — уточнил Кваш, почёсывая подбородок. — И…

— И атаковать Затмение на подходе, — Врог ткнул в точку на карте Хурготта. — Вот здесь! Тут мы сможем их перехватить.

— Я уже приказал пастве своей возводить там укрепления, — сказал Проповедник. — Но у врагов есть «Томка»… и незнакомая биотика, которая уничтожает баррикады за секунды.

— «Томка» у нас тоже есть, Проповедник, — последнее слово у Врога прозвучало как ругательство. — А ещё у нас хватает больших пушек и есть моя Кровавая Леди. В таких условиях мы можем устроить восхитительную бойню.

— Но кто возглавит штурм лаборатории, а кто будет держать оборону от азари? — Пэл озвучила главный вопрос. Оба крогана настороженно покосились друг на друга. — Врог, — продолжила Сирена после паузы. — Ты старейший из нас. Оба сражения будут страшными и кровавыми. Какое выберешь ты?

— Что у тебя за глупые вопросы, женщина? — выплюнул Врог. — Конечно, я предпочёл бы первым добраться до самок! — но через секунду он долго и задумчиво зарычал, словно размышляя над чем-то. — И в то же время, я уже много дней дрался только с Проклятыми и Сломанными, только и смотрел на то, как ворка копают и дохнут. Я хочу настоящей битвы, с нормальным врагом, и поскольку тот сумасшедший мастер Урднот где-то спрятался от нас, эти кровожадные азари тоже сгодятся.

— Тогда я возьму своих ворка и направлю их к раскопкам и к укреплениям, — решил Кваш. — Мои ворка не убоятся смерти.

Врог снова громко зарычал, всё ещё пытаясь оттереть пятно с своего халата.

— А я тогда буду в резерве для обоих направлений, — пообещала Пэл, — а после мы разойдёмся с положенной нам наградой.

— А мне потребуется вновь собирать себе паству, — добавил Хурготт. К счастью, ворка в галактике не заканчиваются. Никто и не сомневался, что Проповеднику не составит труда быстро набрать себе новую личную армию. А вот найти потом вновь кроганов, готовых честно и охотно им служить, вот это уже настоящая проблема.

— Ну и хорошо, — согласился с ними Врог. Кроганов в его подчинении было больше, чем у них, и выйти из этого сражения он тоже планировал с самыми большими силами.

Три вождя кивнули и честью Кровавой стаи поклялись соблюдать заключённый договор.

— Готовьте «Томка» к бою! — проорал команду Врог, топая к своей личной машине: серо-коричневому чудовищу, наполняющему его радостью и гордостью. Изрядно модифицированный «Томка» было когда-то окрашен и после много раз перекрашен свежей зловонной кровью дюжины разных рас, пока не появились эти плавные коричневые разводы на бортах и на башне. Подчинённые кроганы ревели в предвкушении, в особенности телохранители, каждый из которых был выбран за самую сильную кровавую ярость.

— Самых красивых оставьте для меня и для варренов, — предупредил он. — А с остальными делайте что захотите, они ваши!

— Если будет на то воля Ваул-Хэштока, то сожалеть о смерти сего зловонного Зверя не стану я, — пробормотал Кваш, перебирая чётки в пальцах. Вдруг он замер, почувствовав и услышав, как один из зубов ворка сломался и рассыпался на части. Кусоки похожего на иглу зуба упали ему под ноги.

— Это дурной знак, — прошептал кроган едва слышно.

Покачав головой, Хурготт почувствовал, что теряет уверенность. А ведь для многих из его паствы сегодня будет последний шанс услышать слово Ваул-Хэштока, Отца-и-Матери ворка и спасителя народа кроганов. Норы стали смертельной ловушкой для многих ворка, но гнать туда кроганов слишком расточительно — даже для него — слишком уж опасны Проклятые и рабовладельцы. Хотя самки, фертильные самки должны стоить всех затрат. Дети его поймут своего пастыря.

Врог гнал ворка в кровавые катакомбы этого проклятого корабля при помощи страха. Кваш воспользуется верой — оружием, мощи которого страху не достичь никогда. Поправив свои чётки, кроган погладил пальцами неповрежденные зубы и бусины своего драгоценного амулета. Если всё пройдёт хорошо, то завтра они не только доберутся до самок Окира… Врог тоже будет мёртв… и совершенно логично, что кто-то будет вынужден забрать его долю в добыче.

— Слава Ваул-Хэштоку.

Убэга Пэл разглядывала свой инструметрон, по которому она сейчас общалась с двумя другими вождями Стаи.

— Придурки они, причём оба.

Она набрала новую команду и позволила себе улыбнуться, пока никто не видит. Эти два вождя всё-таки самые настоящие дураки. К тому же, дураки высокомерные.

Словно бы их сёстры вообще могут принадлежать кому-то ещё, кроме своих сестёр.

Опустив руки, Тела Вазир успокоила дыхание, между её пальцами танцевали голубые искры биотики.

— И это всё? Девчонки, больше вы ни на что не способны?

Вокруг Спектра, которая зловеще ухмылялась, на полу спортзала стонали и пытались подняться на ноги полдюжины азари в броне. Тела медленно развернулась, оглядывая их, дожидаясь, пока хоть кто-нибудь сможет встать и продолжить бой. И чем дольше она напрасно ждала, тем сильнее тускнела её усмешка. Самая ближайшая к ней коммандос стонала, прижимая к телу вывихнутую руку. Другая за ногу трясла ещё одну, проверяя, пришла ли та в сознание. Четвёртая уже почти сумела встать, но закашлялась фиолетово-синей кровью и рухнула вновь, лицом вниз. Пятая лежала в луже собственной рвоты. Шестая без движения валялась под ногами у зевающего крогана.

Рекс аккуратно оттолкнул ногой её тело подальше и продолжил что-то читать на своём инструметроне.

— Поверить не могу, — с недовольным вздохом произнесла Вазир. Она не то что не надела броню, но стояла буквально в одном белье, раздраженно хлопнув ладонью по животу и стряхнув уже набранный заряд. — Соплячки, вы даже через мой барьер ни разу не пробились. Я бы велела вашей боевой матроне гонять вас посильнее, но… — она глянула на седьмую азари, буквально вбитую бронированной спиной в стену поодаль. — Полагаю, лучше напишу ей гневное письмо, где оценю недостатки проделанной работы.

Услышав это, подчинённый ей кроган только тихо хмыкнул.

— А ты! — услышав его, азари указала на ящера. — Только и стоишь там, уткнувшись в свой инструметрон! Ты что, ребёнок сорокалетний? Если тебе так скучно, мог бы вообще не приходить! Давай, я уже много циклов с кроганским мастером боя не дралась.

Рекс на секунду глянул поверх инструметрона, затем развернул изображение к Спектру. Указал на него большим толстым пальцем. Предложил:

— Глянь сюда.

— А? — подхватив с пола полотенце, Тела закинула его на плечо, подходя ближе. — Что там? Новые сведения?

— Думаю, у нас появился шанс, — произнёс Рекс. Глаза Вазир становились всё шире, пока она читала сообщение.

— Знаешь, я тоже так думаю, — облизнув пересохшие губы, она улыбнулась. — Прекрасно. Всегда ненавидела сидеть и ждать.

Глава 15

Мутный отравленный дождь на Корлусе лил сплошной стеной, капли били по кинетическим щитам с такой силой, что порой заставляли их активироваться, разбрасывая синие искры и на мгновения высвечивая всех вокруг пронзительно-яркими голубыми всполохами. Земля под ногами превратилась в месиво из жидкой грязи за считанные минуты, между холмами из мусора потекли целые ручьи, разноцветные от промышленных отходов. То тут, то там из подземных полостей вырывались облака метана и других газов, делая атмосферу вокруг ещё менее пригодной для жизни.

Никогда прежде Лизелль не скучала так сильно по жизни на космической станции.

— Вон там! — крикнула она, хлопнув рукой по плечу Кирибе, сейчас саларианский извращенец пилотировал их машину огневой поддержки. Сквозь плотную пелену дождя азари всё-таки могла различить характерные силуэты, показавшиеся между обглоданными остовами кораблей.

Врог и Кровавая стая двигались в их сторону.

Негромкое хмыкание означало, что Кирибе приказ понял, а затем весь корпус «Томка» вздрогнул, когда первый снаряд отправился в цель. Тяжелый ускоритель массы на их машине кроганского производства громыхнул, выстрел заставил просесть барьер одного из вражеских танков. Лизелль мгновенно вернулась на командирское место и проверила данные со всех модулей Цель в её отряде. Всё выглядело именно так, как и сообщали дроны-разведчики. Стая не собирается пропускать их к Норам, уж во всяком случае — без боя.

«Томка» вздрогнул вновь, но в этот раз не от отдачи. Одного взгляда на экран хватило, чтобы оценить, как просели щиты. Кровавая стая открыла по ним ответный огонь.

Кинетические щиты Врога зашипели и заискрили от льющегося дождя, когда он высунулся через люк в задней части башни «Кровавой Леди», своего личного доработанного «Томка». Она вместе с остальными машинами его отряда была в своей стихии, так что кроган только радостно расхохотался, когда мощный взрыв закрыл полнеба, вспыхнув прямо перед барьером его танка. Они сбили Затмение с ближайшей высоты, и похоже, впервые за неделю Стая устроила хорошую трёпку этим азарийским сучкам.

— Дром! Кез! — заорал Врог, перекрикивая вой перегруженных щитов и грохот разрывов. — Жмите вперёд, следом за ворка!

Его «Кровавая леди» вздрогнула вновь, отправляя снаряд точно в борт одного из «Томка» Затмения. Огромное колесо БТРа отлетело в сторону, исчезая в грязи между кучами мусора и обломков, машина сразу потеряла скорость. Тем временем с идущих впереди танков начала спрыгивать целая стая ворка. До этого они вцепились в броню, словно клещи в пыжака, но теперь их погонщики-кроганы отправили ворка в бой. С корпуса одного из «Томка» свалилась сразу пара дюжин, они шипели и что-то кричали, с трудом пытаясь пробираться вперёд по колено в грязи.

Иглострелы, тяжелые пистолеты, штурмовые винтовки, самые разнообразные дубины и тесаки, да и вообще всё, что ворка считали за оружие, мелькало сейчас в их лапах, быстро намокая под ливнем. Один нетерпеливый огнемётчик даже выпустил в воздух факел пламени, радостно хохоча и предвкушая грядущую бойню. А затем все ворка сорвались в безумный спринт, пытаясь оторваться от ползущих танков и приблизиться к врагу.

Снизу наёмники Затмения поприветствовали гостей целым ураганом разогнанных пуль. Через мгновение к ним присоединился и висящий над полем боя рой их дронов. Шарики с когтями кружились, словно разозленные кровавые осы с Тучанки, выплёвывая горящие оранжево-красные сгустки, пробивающие ничем не защищённых ворка и поджаривающие их живьём. Ошалевшая стая ворка начала палить в ответ, из автоматов — по угрозе с воздуха, и из имеющихся ракетных установок — по бойцам Затмения на земле.

Фыркнув, Врог похлопал свою «Кровавую Леди» по броне, разукрашенной коричневыми разводами от крови десятка самых разных рас. Пластина брони скользнула в сторону, из отсека поднялся станок со спаркой из двух пулемётов М-76 «Призрак» в танковой версии. Включился запасной кинетический барьер, прикрывая Врога, стоило ему только взяться за рукоятки оружия.

— Валите их ВСЕХ! — проревел он во весь голос, но грохот собственной стрельбы почти тут же заглушил крогана. «Призраки» сдвоенными трассами пуль перечеркнули поле боя, прежде чем он направил оружие в небо, выцеливая парящих роботов. Какой-то подставился под очередь, его барьеры вспыхнули и дрон рухнул вниз чтобы взорваться среди идущих в атаку ворка. Одного из них взрывной волной сбило с ног, а куски двух, оказавшихся ближе, расшвыряло во все стороны.

Между позициями Затмения и бегущими ворка замелькали первые вспышки биотических ударов.

— Давите их танками, парни! — рычал Врог, вдавив спуск на рукоятках обоих пулемётов и пытаясь удержать в прицеле вражеский «Томка».

— Танк противника выведен из строя, — разнёсся через коммуникационную сеть их отряда голос Кирибе. — Ещё четыре быстро приближаются к нам.

— Продолжаем отходить, — приказала Лизелль. — Действуем согласно плану.

Их «Томка» качнулся, когда переехал какое-то невидимое ей препятствие, двигаясь задним ходом. Высунувшаяся из башни Лизелль извлекла термозаряд из своей винтовки и опустила в подсумок-охладитель на бедре, капли дождя злобно шипели, испаряясь при касании с раскалённым цилиндром. Неизвестно, когда они ещё вернутся сюда, и вернутся ли. Отряд не может позволить себе просто выбрасывать термозаряды на землю. Вставив новый заряд, Лизелль сразу открыла огонь по сброду, который у ворка считался за расчёт реактивного гранатомёта.

Хохочущий сумасшедший огнемётчик, бегущий с одним из таких расчётов, вылез впереди всех, взобравшись на кучу какой-то рухляди. За такой энтузиазм Тета Ситель наградила его пулей из «Гарпуна» между глаз, а пока тело не успело упасть, всадила следом вторую, на этот раз в корпус огнемёта. Несмотря на ливень, промочивший ворка насквозь, он вспыхнул как свечка. Остальные неслись через расплескавшееся вокруг пламя, паля куда придётся и надеясь достать врага ракетами раньше, чем подберутся к нему слишком близко.

«Томка» Затмения продолжали откатываться назад. Те, у которых имелось основное орудие, сосредоточили огонь на вражеских БТРах, те, у которых были скорострельные пушки, палили по наступающей пехоте вместе с тремя-четырьмя наёмниками, сидящими на броне. Танковые пулемёты «Призрак» с воем отправляли во врага сотни пуль, практически не целясь. Вожди Стаи могли бы сделать неплохое состояние, вытащив и продав весь металл из трупов своих ручных ворка.

— Кроган! — крикнул турианец, управляющий башенным «Призраком» на её «Томка». — Кроган-биотик!

Лизелль внимательно всмотрелась в поле боя и вскоре заметила едва различимый силуэт, который система наведения подсвечивала желтым контуром. Несмотря на большие размеры и бронированный горб, не так-то просто разглядеть одного крогана посреди поля боя, особенно когда всё вокруг заполонили ворка, уже в буквальном смысле идущие в атаку по своим трупам. Не в первый и уже не в десятый раз система ЦЕЛЬ, созданная Затмением, доказала свою полезность. Как сказала одна из их рекрутов, «теперь мы можем видеть всё».

Кроган нёсся мимо раненых ворка, на его руках светилось готовое к применению биотическое искажение. Затем его щит замерцал, когда ящер оказался в секторе огня Теты. Он развернулся на месте, создавая грубый биотический барьер и ныряя за ближайшее укрытие. Лизелль пока ждала, держа в левой ладони собственное искажение. Стоило крогану лишь высунуться вновь, как азари отправила биотический заряд, окутавший врага. Его собственное искажение, которым кроган собирался сбить щиты на одном из танков, в буквальном смысле взорвалось у него в руках. Ящера отбросило на землю, шансов у него уже не было. Танковый десант на машине Лизелль вместе с бойцами с танка Бенлы поливали биотика огнём до тех пор, пока от него не остались лишь кровавые брызги в грязи Корлуса.

Оглянувшись на секунду, Лизелль смогла разглядеть темнеющую пасть древнего линкора, давно обглоданного местными падальщиками и источенного ветром и дождём. Туда они медленно и отползали, к возвышающимся над землёй остаткам корабля размерам с небольшой небоскрёб. Капли дождя стекали по забралу шлема, так что без визора и систем наведения сложно было что-то нормально разглядеть дальше нескольких метров от себя.

Оглушительный взрыв совсем рядом швырнул её в сторону, заставив врезаться в броню своего танка. Протерев забрало шлема, Лизелль быстро определила, кому досталось: зацепило БТР Лилихиэракса, идущий крайним, дальше неё и машины Бенлы. Из дыры в корпусе «Томка» поднимался дым, колесо валялось где-то в стороне. Секунду спустя не слишком радостное обновление статуса прошло по сети всего отряда.

Лейтенант? — позвала Бенла, ожидая команды, ведь её отряд был ближе всех к пострадавшей машине.

— Продолжайте отступать, только снизить скорость вдвое! — не тратя времени приказала Лизелль. — Кирибе! Двигай вперёд, нужно прикрыть Лилихиэракса и остальных! Всем инженерам! Сосредоточьте огонь дронов на вражеских «Томка»!

— Да что они там делают? — Врог прищурился, разглядывая покалеченный БТР. От низкой видимости страдали обе стороны. Непрекращающийся ливень скрывал мелкие детали. Отсюда могло показаться, что один из «Томка» выступил вперёд, прикрывая подбитый. Но почему бы просто не бросить поврежденную машину? Такую поломку в поле всё равно не исправить.

— Заряжай следующий! — приказал он экипажу своего танка. — Фугасами через один…

Жужжащий звук прервал крогана, раскаленный заряд прошел мимо прикрывающего сдвоенный пулемёт поля, погаснув в броне башни. Подняв голову, Врог увидел ещё больше этих летающих козявок. Они пока оставили в покое избиваемых ворка и рядовых кроганов, теперь сосредоточившись на бронетехнике Кровавой стаи.

Врог увидел, как один из мелких дронов нагло начал палить по пушке ближайшего танка, сначала по дулу, а после по основанию орудия! Потребовалось всего несколько секунд чтобы контрольные системы отключили этот ускоритель массы, как небезопасный для использования. Ствол пушки безжизненно опустился, от её основания начал подниматься к верху дым. Эти зажигательные заряды у роботов, в них всё дело!..

— Уничтожьте этих летающих жуков! — приказал Врог, вновь берясь за пулемёт. — Немедленно сбейте их всех!

— Ну что, можешь двигаться? — спросила Лизелль, раскаленный ствол её оружия окутывал пар.

— Думаю… что да, — ответил Лилихиэракс, его БТР поехал вновь, сначала очень осторожно. Дюжина дронов с жужжанием кружилось над поврежденной машиной, заканчивая полевой ремонт с помощью неизвестных технологий Даро'Ксен.

Лизелль, конечно, знала о том, что дроны могут и ремонт осуществлять, но никто не ожидал, что это возможно для машины габаритов «Томка». При этом чтобы настроить роботов и вернуть колесо на положенное место, ушло совсем немного времени. Дыра в корпусе, конечно, никуда не делась, но БТР теперь могут двигаться в строю, пусть и кое-как. Каким образом дроны смогли совершить это небольшое чудо… Лизелль не стала даже гадать. Всё равно времени на это у них нет.

— Бенла, дальше отходите на полной скорости, — скомандовала она, пытаясь перекричать ливень. — Мы вас прикроем.

— Они его как-то починили? — проводив взглядом последнего сбитого робота, Врог вновь всмотрелся в бронетехнику врага. Все три откатывались назад вновь, словно так и надо. Отступали. Но как?!

Да и какая разница? Трусливые азари удирают, да только им уже не уйти, после того, как они разозлили Кровавую стаю.

— Всем танковым экипажам, — Зверь чувствовал, как в ушах вновь начинает звенеть от кровавой ярости. — Полный вперёд! Намотать их на колёса! Больше никаких задержек!

— Шеп. Смотри, отряд Лизелль вновь движется к нам…

Илена забилась под навес, спасаясь от зловонного дождя. Положив винтовку на прикрытые бронёй скафандра колени, они всматривалась вдаль. Разглядеть отсюда что-нибудь было практически невозможно, только вспышки выстрелов, всполохи кинетических щитов и следы трассирующих пуль. Но хотя родные глаза были почти бесполезны, встроенная система наведения позволяла видеть всё. Или хотя бы всё, что видит кто-нибудь из оперативников Затмения.

— Стая жрёт наши дроны быстрее, чем кое-кто из присутствующих — шоколадки, — отметила Даро, её лица не было видно под непрозрачным шлемом. Она тоже была готова к бою, четыре дрона жужжали рядом, готовясь защищать свою королеву.

— Десять роботов, сто или тысяча… — Шепард только отмахнулась. — Запасов у нас хватит.

— Можно сказать, что они у нас за ворка, — добавила Илена, ухмыльнувшись. — Пора залезать на штурмовики, Шепард?

Анна, как всегда в своей чёрно-фиолетовой пси-броне, кивнула и отвернулась от вида, открывающегося на сражении через дыру между гигантскими рёбрами древнего давно мёртвого линкора. У обваливающейся стены, подальше от чужих глаз, стояли два штурмовика… с заглушенными двигателями и накрытые теплоизолирующей тканью.

— Было бы просто невежливо опоздать на нашу собственную засаду, — согласилась Даро, направляясь за человеком.

— Оповестите Эньялу, — приказала Шепард. — Передайте, что мы выдвигаемся

— Как только «Томка» будут внутри обозначенного периметра, мы начнём их окружать — Илена помнила план. Хотя за Шепард и Даро пока не последовала. Вместо этого она вглядывалась в разлившееся болото, по которому сейчас отступала рота Лизелль. Где-то там Врог-Зверь, Врог-Мясник. Очень повезло, что именно он направляется в их ловушку.

Илена сжала кулаки. А может, дело тут и не в удаче? Возможно, это судьба. Рука самой Атаме подарила одной из дочерей второй шанс, возможность исправить свою ошибку. А может, это всего лишь совпадение: просто две элементарные частицы однажды столкнулись в пространстве во второй раз. Проклятье, да Врог едва ли вообще помнит какую-то Хавиллу Н'оак, после стольких лет. Но это не имеет значения, ведь ему всё равно придётся ответить за всё.

Эньяла низко присела на своей позиции, неподвижная как статуя, и беззвучная словно сестра в храме, целые потоки отравленного дождя Корлуса стекали по её шлему и сглаженным линиям бронескафандра. Её отряд безжалостно вырезал большую часть разведывательных партий из ворка, брошенных патрулировать округу, но Матрона велела оставить несколько в живых, чтобы те понеслись к своим хозяевам и рассказали, что Затмение сейчас совсем не там, где оно находится на самом деле. А вот чтобы достоверней выглядело, что здесь их сейчас нет, бекха-якши приказали выставить кинетические щиты на самый минимум, так можно избежать вспышек от случайных срабатываний из-за дождя. Все в отряде промокли, замёрзли и за неделю уже провоняли этой проклятой планетой, по которой им пришлось двигаться маршем, но их не зря обучали, у них был приказ, а значит нужно просто дожидаться момента для следующего удара. Ждать было непросто. Вроде бы ничего трудного, но каждый раз тяжело.

Вдалеке громыхали «Томка», это Лизелль изображала приманку и вела врага за собой, — все в отряде Эньялы могли слушать, как грохот и треск сражения с каждой минутой приближаются, держа нервы на пределе даже у закалённых бойцов. Однако модуль ЦЕЛЬ в командирской версии был только у Эньялы, как и доступ к сети связи другой роты. Только она могла слышать, что Лизелль старается отступать собранно. И в тоже время — изображая панику и отчаяние, чтобы Врог шел за ними, словно дикая саата в силки.

Как Эньяла заметила, турианцы держались лучше всех остальных. Подчинённых из этой расы у неё было двое, оба сейчас лежали на животе за очередной кучей обломков, покрывающих весь Корлус, словно трава лужайку. Турианцы как могли замаскировались окружающим мусором, стараясь выглядеть незаметнее. Их щиты тоже были выставлены на минимальный режим, который не позволял задержать даже капли дождя. Но оба терпеливо ждали, припав к прицелам своих винтовок, как ловец с острогой ждёт плывущую в ночной реке рыбу.

Девы второй роты нервничали сильнее, или, по крайней мере, скрывали это хуже. Эньяла видела, как другие азари ёрзают и суетятся, дожидаясь сигнала. Все они понимали, что сейчас делает третья рота. Они могли слышать это вдалеке, а некоторые могли и рассмотреть. Но они вынуждены ждать, а девы азари не славятся терпением — идёт речь о вечеринке, о сражении или о чём угодно. Азари постарше, и Эньяле в том числе, было чуть-чуть легче.

Она же просто медленно водила пальцем по гнезду для термозаряда на своей винтовке. Скоро. И у неё не только палец чесался, биотика тоже словно сжалась перед боем. Узлы нулевого элемента были частью её нервной системы и чувствовали её нетерпение, как бы сильно она не старалась выглядеть спокойной, хладнокровной и сосредоточенной на приказе. Биотике лучше знать. «Скоро», — пообещала она себе, — «уже очень-очень скоро».

Один из подчинённых ей инженеров, саларианец, всматривался в далёкий взрыв, явно следствие самоубийственной атаки уже повреждённого дрона, и Эньяла заметила, как тот поглаживает указательным пальцем корпус своего инструметрона. И снова, и снова, нежно, с любовью, чуть-чуть не касаясь кнопки включения. Под ливнем он казался скучным и ничем не выделялся, кроме тускло светящегося щита и оранжевой технической брони. Саларианцы имеют репутацию существ нетерпеливых и даже нервных, но лучшие из них ухитряются сохранять в бою завидное хладнокровие. Из саларианцев выходят хорошие снайперы. Лучше, чем когда-либо могут получиться из азари. Тем не менее, большая их часть шла в инженеры. Типпик, так вроде зовут этого саларианца, если Эньяла помнила верно. По финальному баллу за курс подготовки, озвученному матроной Чамберс, он был где-то в середине. Визор у его глаза был бесцветным, и вся его фигура словно бы не привлекала к себе лишнего внимания. Он выглядел готовым идти в бой.

— Противник прошел контрольную точку, — мягко произнёс голос в общей сети отряда. — Статус повышен до жёлтого.

— Прицелы включить, девы и господа, — шепотом скомандовала Эньяла. Визоры и прицелы оружия тускло и едва заметно засветились, но этого вполне достаточно.

У Эньялы модулей ЦЕЛЬ было два, один на винтовке и второй в визоре, передавая данные на экран, выдвинутый у самого глаза. На нечетко видимом и хаотичном поле боя начали подсвечиваться красным, зелёным и жёлтым отдельные силуэты, спасибо технологиям Затмения. Эньяла теперь могла различить и оставшихся дронов в небе, и отползающие назад «Томка», силуэты затаившихся бойцов своего отряда… и целый рой красных силуэтов Кровавой стаи там внизу.

Эньяла вновь коснулась гнезда для термозаряда, оно было холодным, очень холодным. Уже скоро.

Велев своему телу ждать, буквально приказав ему ждать, она пока вспомнила совсем другое место. Чалкос. Там тоже лил дождь, на той планете сезон муссонов длится четверть цикла. Корлус очень грязный мир, холодный мир, а Чалкос, не считая гор, это сплошные болота и зловонные джунгли. Насколько бы Корлус ни был ужасен, здесь хотя бы нет насекомых, вгрызающихся тебе под кожу или пытающихся гнездиться на ушных мембранах. Здесь кончики щупалец не чернеют и не отмирают, если забудешь каждый день смазывать их маслом по утрам. Она тогда точно так же ждала врага в грязи, с другими сёстрами, смеясь и пытаясь не падать духом, игнорируя всё на свете: наплевав, как мало они там значили, наплевав, что они оказались среди проигравших, наплевав, что даже жизнь азари может оборваться ещё так рано. На мгновение Эньяла вспомнила лица сестёр по отряду, вместе с которыми она впервые отправилась в бой, затем они быстро сменились лицами тех, кого она убивала… и тех, кто не пережил очередной бой, не успев даже…

Эньяла потрясла головой, отгоняя нежданные воспоминания. Сейчас не время для них. Сейчас куда важнее, что она отсюда уже слышит выстрелы, шипение ворка и рычание кроганов. Она даже могла разобрать отдельные фразы за грохотом перестрелки: «Валите их!», «Этот мой!», «Доберитесь до них и убейте!», «Смерть уже близко!»

Огнемётчик ворка и не знал, насколько он прав. Да, очень близко.

Первый из «Томка» Затмения прогрохотал внизу, втягиваясь в ущелье между двумя рёбрами разбитого линкора. Этот корабль был древним даже по меркам азари. Возможно, когда-то на его борту ещё бабушка Эньялы могла служить. Затем корабль устарел, его отправили на Корлус, здесь его обглодали местные стервятники, и сейчас остался лишь один каркас. Между рёбрами вкатился второй «Томка», его орудие на ходу отправляло снаряд за снарядом в сторону врага, кинетические барьеры с воем отбивали выстрелы противника. Две азари из роты Лизелль ехали на броне, одна с винтовкой в одной руке и светящимся синим цветом кулаком другой, а вторая за турелью с танковым пулемётом.

Кто-то выпустил по ним ракету, прошедшую мимо и взорвавшуюся где-то во внутренностях древнего линкора, названия которого уже никто не вспомнит. Эньяла даже не моргнула. С места никто не двигался.

Ожидание всё тянулось и тянулось.

Крышка гнезда для термозарядов под пальцем Эньялы была холодной как лёд, как мёртвое тело, но это лишь пока. Уже скоро, совсем скоро всё будет иначе.

Вновь донеслись голоса, ближе, бойцы Кровавой стаи ринулись во вскрытое брюхо безымянного линкора, словно стая молодых и глупых щенков варрена. Ворка неслись впереди всех, шипя и уже чуя запах азарийской крови. Здоровенные кроганы двигались следом, держа в руках тяжелые пулемёты и массивные дробовики, они возвышались над морем ворка и были видны издалека. Они уже гнали бегущего врага. Кровь их кипела, сердца гнали её всё быстрее и быстрее. Эньяла практически могла прочесть их мысли: «Убить… Убить. Убить! Убить!!».

Затем между рёбрами линкора вкатился первый вражеский «Томка». За ним второй, а потом и третий.

— Статус обновлён до красного, — пришло сообщение от первой роты. — Вступить в бой и уничтожить неприятеля.

Эньяла подала сигнал подчинённым. Красный код. Выступаем. Не было нетерпения, кипящей ярости или ненависти и презрения врагу. В голосе, которым она отдала простой приказ, была только решимость и уверенность:

— Огонь!

Одновременно начали стрельбу до того замаскированные «Томка» и штурмовики Затмения, оставляя у врага незабываемое первое впечатление и вежливо извещая их о попадании в засаду. Яркие вспышки ускорителей массы подсветили их, выдавая позиции техники среди обломков и мусора. Целью их были вражеские танки, идущие в арьергарде, последний из них буквально только что проехал между ржавых рёбер старого линкора. Крепкие щиты «Томка» мерцали и искрились, когда в них начало попадать по два, четыре, шесть снарядов за раз. Уже через пару секунд барьеры замыкающего БТРа исчезли, а без них машина долго не продержалась. В бортах возникло сразу несколько дыр, от попаданий корпус искорежило, словно смятую жестяную банку. После этого машина взорвалась, башня закувыркалась в воздухе, а пространство вокруг БТР и всех, кто там оказался, накрыло волной пламени.

Однако у Кровавой стаи не было времени просто стоять и смотреть на этот фейрверк.

Тем временем Эньяла уже стреляла по наступающей орде, с другой стороны её роту поддержали, и враг оказался под перекрестным огнём. Кроганы-надсмотрщики рычали, ранеными и убитыми падая рядом с растерянными и перепуганными ворка. Огнемётчики взрывались и вспыхивали один за другим — именно на них в первую очередь сосредоточили огонь дроны Затмения. Прочие ворка, пытающиеся получить хоть какие-то указания от своих хозяев, вдруг поняли, что часть кроганов просто уже убита, а оставшихся куда больше волнует, как найти себе укрытия, а не как командовать толпой ворка под вражеским огнём.

Экипажи «Томка» первыми поняли, что нужно перевести огонь на фланги, сдвигая оставшиеся машины вместе и разбрасывая грязь Корлуса из-под громадных колёс. С яркими вспышками в полёт отправились ракеты и снаряды, пытаясь достать спрятавшегося противника. Одновременно отряд Лизелль прекратил отступление и начал отстреливаться в полную силу, добавляя проблем Стае.

Термопорт под пальцем Эньялы уже нагрелся, и она даже чуть не улыбнулась. Капли дождя уже испарялись, не успевая долететь до раскалившегося ствола её винтовки. Кинетические барьеры её отряда перешли в боевой режим, работая на полную мощность и прикрывая их от яростного ответного огня и раздающихся поблизости взрывов. Взорвался второй из вражеских «Томка», разлетевшиеся куски брони хлестнули по ближайшим ворка, пытавшимся укрыться за массивным корпусом, осколки рвали и протыкали их прямо на бегу.

Похоже, для них всё уже решено.

Сегодня у них не будет пленных азари, турианцев или саларианцев, которых можно долго пытать или казнить. Они уже не гнались за слабеющим врагом. Перед ними была не мелкая батарианская банда, которую можно запугать жестокостью и просто задавить числом. Теперь охотник сам стал жертвой, убийца сам вот-вот сам будет убит. Эньяла почти чувствовала, как воздух наполняют ужас и паника. Хотя не то чтобы бойцы Кровавой стаи совсем ничего не могли сделать. Устрашающе рыча, окровавленные кроганы пытались угрозами и страхом поднять ворка в атаку и заставить их наступать на позиции окопавшегося врага.

Вспышки биотики со стороны роты Эньялы сдерживали их натиск, не давая врагу вырваться из-под перекрёстного огня. Синие импульсы отшвыривали одного врага за другим, заставляя рухнуть в грязь и пытаться вновь подняться под непрекращающимся ливнем. А зажигательные очереди и оглушающие заряды добивали тех, кто ещё пытался встать.

На противоположной стороне врагу пришлось так же туго. Бекха-якши, хоть и выглядели как обычные азари, были по большей части вооружены пулемётами, которые ставят только на бронетехнику. А безумные от крови кроганы, ухитрившиеся прорваться даже через их огонь, встречали свою смерть в сиреневом пламени. Странные сингулярности бекха-якши — «разломы», как однажды их назвала коммандер Таноптис — расцветали на поле боя как кошмарные туманности, напоминая ту, что находится в самом сердце Терминуса. Кроганы и ворка, пытавшиеся проскочить через них, выходили только по частям. Один из ящеров-биотиков использовал рывок и пронёсся по склону сразу на стыке двух пересекающихся разломов. В некотором смысле ему удалось их преодолеть — куски крогана фонтаном взлетели вперёд и вверх, всё ещё полыхая сиреневым огнём.

Огонь. Огонь. Огонь!

Убивать. Убивать. Убивать!

Термопорт раскалился, зазвенел предупреждающий сигнал, Эньяла быстро вытащила термозаряд и отточенным движением заменила на новый, действуя лишь левой рукой. Ствол её винтовки окутывало паром. Голубой биотичский барьер звенел от наполняющей его энергии. Она чувствовала себя неуязвимой, словно воплощение Матриарха Смерти. На этом фоне, её словно кто-то подталкивал в спину, заставлял сильнее рваться в бой. Так, словно вместе с ней сейчас армия сразу из тысячи коммандос азари.

Кровавая стая отбивалась изо всех сил, и Кровавая стая гибла.

— Варрены! — чей-то голос прорвался через грохот перестрелки. — Приближаются варрены!

Эньяла пробежала взглядом по полю боя. Заметила смутно видимые, несущиеся на громадной скорости силуэты, сначала подсвеченные в прицеле желтым цветом, который быстро сменился красным. Слишком быстрые и слишком маленькие для ворка, при этом слишком плотно сбившиеся в стаю, чтобы можно было точно их сосчитать. Варрены, боевые звери, выращенные на мясе жертв Кровавой стаи.

Похоже, Врог ещё не понял, что ничего ему уже не поможет.

— Биотики и штурмовики — за мной! — крикнула Эньяла, выскакивая из-за укрытия и бросаясь вперёд, её собственная биотика вспыхивала в такт с сердцебиением. Крупные капли дождя буквально взрывались от контакта с её мощным барьером. — Распределить и уничтожить цели перед вами!

— Да пригнись ты, тупой варреноё…

Врог только моргнул, когда ближайший кроган дёрнулся, но продолжил стоять, даже когда на месте его головы остались лишь клочья мяса и обломки костей. Он был уже мёртв, но тело ещё жило на одной кровавой ярости, сумев исполнить последний отданный разумом приказ и вдавить спуск дробовика. К несчастью, о каком-то прицеливании речи уже не шло — первый заряд картечи разбросал грязь, а последующие отправились во все стороны, пока тело, дёргаясь, падало на землю.

— Вождь! — крикнул ещё один кроган, тоже укрывшийся за бортом покореженной «Кровавой леди», усиленные барьеры которой из последних сил сдерживали плотный огонь Затмения. — Вождь! Что нам теперь делать?!

Врог оскалился, с его губ начала падать пена, когда он расстрелял блок боеприпасов на своём пулемёте до упора, пока стволы в буквальном смысле не расплавились от жара. С отвращением оттолкнув в сторону бесполезную теперь турель, он дико посмотрел на одного из своих лейтенантов, прорычав:

— Собирай парней, и готовьтесь следовать за мной!

Свалившись внутрь своего «Томка», Врог первым делом врезал в плечо стрелку машины. Тот послушно убрался в сторону, вождь занял его место. У них есть ещё немного времени, которое сейчас выигрывают варрены.

— Вождь? — спросил водитель, заметив, что башня начала отворачиваться от вражеской бронетехники, скрытой в развалинах.

— Мы можем пробиться через обломки позади и уйти, — с надеждой произнёс стрелок. — Ведь так?

— Да размечтался! Ты что, никогда в засаду не попадал? — прорычал Врог, наводя орудие на одну из секций брони древнего линкора. — Эти чёрные суки наверняка уже и там. Если попытаемся отступить — точно сдохнем.

— А как тогда…

— Валите отсюда, — приказал Врог, нажимая на спуск. «Томка» с грохотом отправил в полёт два снаряда. — Ждите меня снаружи! Или сдохните вместе с ворка, мне уже плевать! Главное, сваливайте!

— Понял. Босс!

— Раз вождь так сказал, то валим!

Два крогана в алой, ещё ничем не поврежденной и не испачканной броне выползли из подбитого танка, на котором Затмение сосредоточило свой огонь. Барьеры уже были перегружены, система раз за разом подавала хриплые предупреждения механическим синтезированным голосом на языке волусов. Эти доработанные барьеры определённо стоили каждого отданного за них кредита. Как и пулемёт с «особенными» зажигательными боеприпасами, который он таскал в танке как раз для такого случая. Врог не мог не признать: волусы, может, и абсолютно бесполезны в бою, но вот найти хороший товар они умеют. Быстро вскочив с кресла стрелка, кроган уже наполовину высунулся из люка, когда вдруг замер, пусть и на мгновение.

Зашипев, он мысленно отвесил себе пинка. Его «Кровавая леди» уже была мертва. Она просто сама ещё не знала об этом. Проклятое Затмение!

Выскочив из танка биотическим рывком, Врог приземлился в грязь и понёсся вперёд.

— За мной, парни! — прорычал он, сжимая в правой руке М-76 «Призрак», на левой был закреплен омни-клинок инструметрона. — Единственный путь для нас — сквозь их ряды! Убейте каждую азари, что встанет между нами и Норами!

Трёхпалые ноги несли его точно к пробитой танком дыре, как Врог надеялся — самому близкому пути к вражеским позициям. Кровавая ярость застилала глаза, гоня вперёд, быстрее сойтись в драке с врагом, но даже сквозь неё он видел достаточно, чтобы понять, там — между остатками древней изломанной техники и вражеским сектором обстрела — находится самое слабое место в позициях этих азари. А что до остальных из его отряда? Ну, у идиотов хотя бы будет достойная смерть. Чего ещё крогану желать-то? Только вот варренов жалко, правда. Хорошие были зверюги. Ах да, ещё ведь с ними ворка, но до этих-то кому вообще есть дело?

Огонь азари слева усилился, а вот спереди по ним практически и не стреляли. Врог только ухмыльнулся, подумав: «Я прав, я был прав!»

Вид ошеломлённых врагов, которых удалось застать врасплох, буквально снёс все оставшиеся тормоза последним выжившим кроганам из Кровавой стаи. Оглушительно заревев все разом, они понеслись в два раза быстрее, теперь их уже толкала в бой даже не храбрость, а желание пролить хоть чью-то кровь. Несколько оставшихся биотиков вырвались вперёд, опережая всех остальных. Те, кто не мог за ними угнаться, открыли ураганный огонь зажигательными, не столько пытаясь поразить врага, сколько заставить его укрыться. Другие, сохранившие ещё какие-то остатки мозгов, сразу перегрузили оружие, надеясь выбить азари усиленными выстрелами в режиме «резни». Ни один вождь уже не мог бы тут приказать или сделать что-либо ещё, кроме как оставить кроганов наедине с врагом и позволить их инстинктам доделать всё остальное.

Перепрыгнув край воронки, недавно оставленной взрывом его же собственного снаряда из пушки ныне покойной «Кровавой Леди», Врог заметил рядом одну из этих чёрно-фиолетовых азари. Любой нормальный отряд их коммандос уже бежал бы с поля боя. Азари ведь легко обгоняют кроганов. Они обязаны были убегать, оставив своих раненых врагу. Банда Врога получила бы несколько поднимающих дух показательных убийств, а потом бы он лично набил пару морд желающим драться дальше и устроил отряду «тактическое отступление» к бесконечным горам мусора и дальше к Норам, где они должны были встретиться с Квашем. Несмотря на всё кровавое безумие, он собирался придерживаться именно такого плана.

Но почему эти азари не обратились в бегство? Наоборот, они бросились в бой. Увидев таранящего её бронированным горбом крогана-биотика, одна из этих слишком высоких азари пригнулась и встретила удар плечом, и хотя это отбросило её на пару метров, но и она смогла каким-то образом швырнуть ящера на землю, перебросив через бедро. Затем её рука метнулась к пистолету-пулемёту на поясе, но его почти сразу выбили, не дав сделать выстрел — её атаковал ещё один кроган. Он несколько раз выстрелил в азари из дробовика, а затем Врог потерял их обоих из виду, когда прямо в воздухе вспыхнула фиолетовая сингулярность. Дальше вождь уже полз на локтях и коленях, чтобы не попасть под неё, однако он мог отчётливо расслышать, что один из его кроганов попытался ринуться прямо через это биотическое препятствие. Что именно с ним произошло, Врог не увидел, но тело крогана обычно не издаёт звук «шмяк», если с ним не произошло что-то ну уж очень нехорошее.

— Они тут повсюду! — в панике завопил какой-то кроган, паля во всех вокруг, по своим и по чужим. — Мы провалились в гнездо долбанных молотильщиков! Они у меня ПОД БРОНЁЙ! Уберите их от меня!

Врог врезал этому психу, свалив на спину. Затем вождь замер на мгновение, целясь в одну из чёрно-фиолетовых азари. Всё её тело светилось от этой фиолетовой биотики. Врог всадил в неё очередь, ведь эта азари стояла на открытом месте, пока другие сошлись с кроганами в рукопашной или отстреливались из-за укрытий — однако его пули меняли траекторию прямо в воздухе, облетая цель справа, слева и сверху. Она приготовилась выстрелить в ответ из собственного «Призрака» — как азари вообще может так легко держать настолько тяжелое оружие — когда в неё врезался ещё один кроган, и они вместе рухнули в грязь.

Чувствуя, что его пулемёт уже вот-вот перегреется, чего, кстати, со стервами из Затмения почему-то не случалось, Врог откатился от близкого взрыва, обжегшего его бок и заставившего кинетические барьеры замерцать.

Вот оно!

Заметив, что один из его собратьев дерётся с азари, орудуя своей разряженной и прогоревшей «Клейморой» как дубиной, Врог вскинул «Призрак» и разрядил его в обе цели, слишком увлеченные друг другом. Кроган задёргался как припадочный, когда «дружественный огонь» начал рвать его тело… но досталось и азари, которая была занята рукопашной и не смогла заметить угрозу заранее. Она сразу прикрыла голову, принимая пули остальным телом, щиты вспыхнули и тут же погасли от перегрузки. И даже под огнём азари сохранила достаточно хладнокровия, чтобы прыгнуть к ещё не рухнувшему крогану и попытаться хоть как-то прикрыться им от пуль.

Отбросив дымящийся пулемёт, Врог бросился вперёд, первым ударом разрубил крогана, всё ещё стоящего между вождём и его будущей жертвой. Вокруг продолжалась жестокая рукопашная кроганов и азари, там и тут вспыхивала сиреневая биотика, и гремели выстрелы дробовиков. В таком бою Врог чувствовал себя в своей стихии. Так всегда было, к этому у него имелся настоящий талант. И его сильной стороной было вовсе не найти достойного противника для драки. Куда лучше у него получалось выбрать ослабленного и отвлёкшегося врага. Этот талант помогал ему выживать, даже когда кровавая ярость опьяняет, и оставшихся мозгов не хватит даже чтобы сосчитать пальцы на руке. Слишком много кроганов поддались своей кровожадности и глупо погибли, по вине собственных инстинктов. Врог ухитрялся выжить. Он выживал много раз и надеялся повторить это и сегодня, однако сначала он возьмёт себе хотя бы один достойный трофей.

Вождь ударил раненную азари, однако светящийся омни-клинок отскочил от чёрно-фиолетовой брони с целым фонтаном искр! Как это вообще…

— Проклятье, да из чего же вы сделаны?! — проревел Врог, пнув женщину в живот и заставив отступить на шаг. — О, у меня идея: а давай-ка это узнаем!

Пригнувшись, он протаранил азари, наконец сумев сбить её с ног. Кроган уже готов был прыгнуть на неё, проткнуть клинком, пока азари ещё уязвима, вот только… даже в пылу рукопашной схватки… он заметил цвет крови, льющейся из ран в её животе. Она была красной. Кровь азари красной не бывает. Он был в этом более чем уверен, за века пролив целое море их крови.

— Так ты не…

Волна голубой биотики бесцеремонно ударила его в бок, не дав закончить фразу. Обернувшись, вождь кроганов зарычал, увидев ещё одну из сучек в чёрно-фиолетовом… вот только эта не прятала лицо под шлемом. На ней был только тактический визор, открывающий по-детски голубую кожу и перекошенное от ярости лицо. И эту азари не окружала никакая фиолетовая магия. Дёрнув руками, она ещё раз швырнула в крогана двойной Бросок. Перекатившись по грязи и дымящимся обломкам, Врог быстро отскочил за укрытие.

— Сука! — прошипел он, выглядывая из-за какой-то давно проржавевшей консоли. — Не стой между вождём и его жертвой!

Раздражение только усилилось, когда Врог увидел, как пара этих дронов с лапами утаскивают из-под огня оглушенную азари, которую он уже сумел ранить. Позади них он с трудом мог даже различить некий силуэт, явно напоминающий кварианца. А значит, к ним подошло подкрепление.

И не такое уж малое! Рядом с голубой азарийской стервой зависла пара дронов, а вслед за ними появились ещё двое кварианцев, помимо того первого. Врог вскрыл достаточно этих крыс в скафандрах, чтобы знать, чем у них мужчины отличаются от женщин — женщины у них кричат куда приятнее — но в любом случае подвигов в бою он от этой расы не ожидал. С другой стороны, их всё-таки сразу трое. А затем кроган прищурился, заметив ещё кое-что полезное, успевшее охладиться и теперь наполовину утонувшее в грязи…

— Врог, вылезай давай! — решила поиздеваться синяя тварь. — Или нам тебя как варрена теперь гонять по всей округе?

— Да пошла ты, сука! — отозвался Врог, потянувшись к своему предплечью.

— Эй, ну где же твои манеры, а? — сострила азари, и желание крогана выбежать из-за укрытия в самоубийственную атаку только стало сильнее. Кровь Врога буквально умоляла нестись вперёд, но он сумел сдержать порыв на одной силе воли, хотя бы ещё на несколько секунд. — Врог, а ты знаешь, кто я такая? Илена. Таноптис.

Это имя он знал: как же, самая известная и болтливая из этих азарийских сук! Глава Затмения! Да половина кроганов Терминуса отдали бы два яйца из четырёх за шанс увидеть её в кандалах! Врог снова смог улыбнуться. Кровь его уже практически кипела.

— Ты меня слышишь? — спросила азари громче. — Илена Таноптис! И вот ещё одно имя, которое тебе следовало бы помнить: Хавила! Хавила Н'оак! Ты же помнишь её, а?

Врог молчал. С коротким визгом его инструметрон расстегнулся.

— Я была на Гарвуге! — крикнула Илена. — На руднике номер двадцать три!

— Идиотка, — прервал её другой голос, хотя Врог и не видел, кто это сказал. — Да просто вытащите его уже оттуда и пристрелите.

Сначала показалось, что азари сейчас пошлёт советчика с такими предложениями, но она согласилась с аргументом, и слишком уж быстро:

— Пожалуй, ты права. Смысла нет всё это перебирать. Пи'Мета, Раэль.

Уже пора. С рычанием Врог выскочил из-за укрытия, одновременно швыряя свой искрящийся инструметрон. Оранжево-красный прибор взорвался у него над головой, вспышка ослепила и вывела из боя сразу трёх кварианцев. Хотя нет, только двух из трёх. Та, что в чёрном, закрыла руками шлем, а мужчина быстро откатился за укрытие, но третья, ближайшая к нему, уже вскинула винтовку к плечу и открыла огонь. Роняя пену изо рта, Врог нёсся вперёд, проигнорировав и её, и три пули, пробившие щиты и врезавшиеся в его броню. Два злобно жужжащих дрона тоже не были восприимчивы к действию его самодельной световой гранаты из инструметрона, выплюнув свои шипящие раскалённые снаряды. Один из них поразил цель, прожигая горб Врога.

Но кроган не остановился.

«Выбираешь голову. Отрезаешь голову» — таков лучший путь к победе. Когда-то так его учил старый Мастер Боя, и Врог был с этой стратегией полностью согласен. Плевать на всё остальное, ведь главарь Затмения прямо перед ним. Он обязан был добраться до неё. Глаза крогана застилала красная пелена, даже попадания и ожоги сейчас ощущались, словно ласка. Он ждал и очень долго сдерживал себя, но невозможно было сдерживаться вечно. Всё, что сейчас имело смысл, и всё, чего Врог желал, это кровь и резня.

— Вождь! Врог! Так называют меня! — он врезался в голубую сучку и без усилий оторвал её от земли и протащил за собой, подальше от её союзников. — Ты хоть представляешь, сколько таких же азари я убил за эти годы?!

Он бросился к ней, поднял всего одной рукой, вцепившись в горло.

— Можешь хоть представить, сколько турианцев я пристрелил? — он отшвырнул её вновь, поближе к своему «Призраку», сделал несколько широких шагов и подхватил остывшее оружие. — Со скольких саларианцев я спустил шкуру? Сколько кварианцев я раздавил, не вынимая из скафандра?

Он поднял свой пулемёт, ни на секунду не забывая и про оставшихся за спиной кварианцев.

— И ты думаешь, что ты такой крутой вождь? — маленькая азари уже вскочила на ноги и безрассудно понеслась к нему, забыв про всё. Вероятно, этим ударом плечом в грудь она собиралась сбить его с ног, однако кроган едва почувствовал его. — А хочешь знать, кто я такая?

Врог вскинул кулак, чтобы вновь отправить её ударом в грязь.

— Илена! Таноптис! Так называют меня! — её руки начали светиться синим, они были направлены вниз, в землю. — Да ты хоть представляешь, сколько шоколада я съела?!

Яркая неоново-голубая вспышка высветила грязь и обломки под трёхпалыми лапами крогана, а мгновение спустя вождь и коммандос взлетели вверх в грязном фонтане мусора и ржавого металла столетней давности. Кроган и азари летели, вращаясь в воздухе, почти как одно тело, но в итоге тот, кто тяжелее, со стоном рухнул на залитую кровью Стаи землю первым, «Призрак» отшвырнуло в сторону. Всё расплылось и смешалось перед глазами: земля и небо, грязь и дождь, кровь и трупы. Рассудок постепенно начинал возвращаться, когда отступил угар боя и кровавая ярость, Врог наклонился и погрузил руки в липкую грязь в поисках своего оружия.

Но уже через секунду в него врезалась Илена, кроган и азари, вновь сцепившись, покатились к краю светящегося кратера. Зарычав, Врог попытался понять, где сейчас верх и где низ, и в итоге смог остановить вращение и даже слегка оглянуться. Это свечение не давало ему покоя. Там, в кратере, куда он едва не рухнул…

Там внизу крутилась одна из этих странных фиолетовых сингулярностей. А затем тускло светящийся синим ботинок упёрся ему в живот

— Ты ведь и в самом деле её совсем не помнишь, так? — спросила замершая рядом Илена, перепачканная в грязи с ног до головы и со сбившимся в сторону визором. Капли дождя стекали с неё, но смыть липкую грязь Корлуса было не так-то просто.

Врог уставился на эту мелкую ведьму азари. Он улыбнулся, оскалив испачканные кровью зубы. Кроган почувствовал, как глаза вновь начинает застилать ярость, та самая ярость, сопровождающая его столько, сколько он себя помнил. Пульс грохотом отдавался в ушах, словно бы разносился эхом под черепом, всё вокруг казалось затянуто красноватым туманом, а связных мыслей в голове почти уже не оставалось. И даже так, он сумел сохранить достаточно рассудка, чтобы сосредоточиться на главной цели.

— Напомни мне, — Врог медленно завёл руку за спину, зачёрпывая полную ладонь грязи.

— Всё, что тебе нужно знать, — глаза Илены, почти скрытые испачканным сбившимся визором, зло сощурились, — что ты убивал её намного медленнее, чем я убью тебя.

Всего за мгновение до того, как кроган собирался швырнуть грязь ей в глаза, биотика Илены вспыхнула, швырнув Врога через край кратера. Вождь попытался хотя бы поймать её ногу, утащить азари с собой, но отдачей от этого толчка саму Илену откинуло в противоположную сторону. Долгое мгновение, длящееся целый двойной удар сердца, Зверь Врог, вождь Кровавой Стаи мог видеть лишь серое небо Корлуса и падающий дождь.

А затем его спина коснулась фиолетового разлома на дне кратера.

Глава 16

Опустившись на колени в вязкую грязь, Раэль'Зора потёр друг о друга большой и указательный пальцы, испачканные красным. Пока отложив догадки о природе столь странного цвета, он сфокусировал аппаратуру своего скафандра на раненой бекха-якши, которую им вместе с дронами Даро удалось вытащить из этой мясорубки.

— Предки его знают, что с этим пульсом… — его инструметрон ничего не мог разобрать в поступающих медицинских показателях. — Проклятье, что с ней вообще творится?

Тряхнув головой, кварианец попытался сосредоточиться на главном.

— У тебя есть аптечка с собой? — спросил он, видя, что азари осталась в сознании, даже несмотря на такие раны. Трюк Врога, когда он использовал одного из своих для отвлечения и всадил очередь в обоих сразу, был довольно умным, хотя и слишком в духе гетов. Однако Раэль уже понял, что свою репутацию бекха-якши заслужили не зря, и иначе у крогана шансов бы не было. Они были быстрыми, как и все коммандос азари, но вместе с тем невероятно сильными и живучими.

Кроганы из банды Врога наверняка ожидали, что если они смогут навязать рукопашную, преимущество сразу окажется у них. Они собирались использовать свою самую сильную сторону… и со времён Рахнийских войн это почти всегда работало. Если не знаешь, что делать — несись вперёд! В конце концов, речь идёт о расе, которая пыталась адаптировать тактику тарана для космических сражений. Но эти азари смогли противостоять им, и уже кроганы оказались в проигрышном положении.

— Ну же, у тебя должен быть собой медпакет… — бормотал Раэль, оглядывая бронескафандр женщины и всё закреплённое на нём в поисках яркого синего круга, каким почти все азари Цитадели маркируют медикаменты. Ничего похожего не было. Куча странного оборудования, которое он не мог опознать, но ничего, напоминающего аптечку.

Неожиданно сильная рука азари поднялась, упёрлась кварианцу в грудь и слегка его оттолкнула.

— Дроны, — донёсся из-под шлема хриплый голос азари.

— Дроны? — громко переспросил Раэль. — Что…

Она имеет в виду роботов Даро'Ксен? Словно отвечая на его невысказанный вопрос, два маленьких серых меха подплыли к раненой коммандос, их лапки нетерпеливо подрагивали, а корпус светился голубоватым светом. На мгновение показалось, словно они собираются расстрелять раненую женщину, но вместо этого дроны начали быстро выпускать концентрированные струи пара, накрывающие броню раненой бекха-якши и словно создающие водонепроницаемую плёнку. Раэль'Зора смог лишь послушаться азари и уступить место роботам.

Но это тоже было неплохо — теперь у него выдалось время, чтобы поразмыслить. Как и всякий кварианец, в первую очередь он подумал о том, как закрыть пробоины в скафандре азари. Ведь для его расы потеря герметичности всего на несколько секунд могла привести к инфекции и заражению. Собственный костюм Раэля, как и большинство кварианских моделей, предназначенных для боевого применения, имел внутри тонкий слой противомикробного алкоголя, при ранении заполняющего место пробития и снижающего риск заражения. Система была далеко не идеальной, но она хотя бы делала перестрелки для кварианцев не тотально самоубийственными и потому широко применялась десантниками и паломниками, которым приходится иметь дело с не самой цивилизованной стороной этой галактики. И зная свой скафандр от и до, Раэль сразу мог сказать, что в полевых условиях герметизировать бронекостюм этой азари уже не удастся.

Врог расстрелял её из «Призрака», а этот пулемёт выделяется среди прочего оружия на эффекте массы своим калибром — пули уже размером не с «песчинку», но скорее с «мелкую гальку». Любая броня, которой вообще оснащаются индивидуальные скафандры, ему не помеха — и если щит уже отключен, то дальше цель ничто не спасёт. Однако материал бронекостюмов бекха-якши был очень крепким… Зора заметил отметины на пластинах, там, где пули врезались в них, взрываясь за счёт набранной кинетической энергии, но так и не сумели пробить. Даро упоминала, что в их распоряжении есть некий уникальный по своим свойствам сплав, но Раэлю прежде не доводилось видеть, на что тот способен.

Высокопрочный материал скафандра сумел выдержать несколько попаданий, но остальные пробили его и далеко не такую прочную ткань обтягивающего комбинезона под бронёй. Пока дроны делали свою работу, Зора настроил визор шлема, включив приближение. Странное дело, материал комбинезона состоял из отдельных нитей, но очень плотных, словно бы сплетенных и скрученных в несколько слоёв. Из-под него продолжала сочиться красная кровь, по крайней мере до тех пор, пока дроны не нанесли сверху свою защитную плёнку. И это вновь вернуло Раэля к тому, что беспокоило его больше всего.

Красная кровь. Как у этих азари кровь вообще может быть красного цвета?

— И что же всё-таки творится с пульсом? — спросил он сам себя, аккуратно прижимая два пальца к нагрудной пластине её скафандра. Через контактный порт он сможет узнать больше, чем дистанционным замером.

Да, разъём был стандартный и на привычном месте! Скафандр Раэля подал сигнал и начал настройку, инструметрон выдал сообщение, что он решает задачу, а потом добавил второй экран с ЭКГ и переключился на «медицинские протоколы кроганов»… однако через несколько секунд надпись стала красной и исчезла с сообщением: «ошибка, несовместимая физиология». Однако даже когда программа вернулась к настройкам для азари, второй кардиомонитор остался на месте. Раэль даже подумал сначала, что это какой-то сбой.

Вот только на двух кардиограммах были разные показатели.

— Два сердца? — изумился он вслух. — Киила, но этого же не может быть!

Холодок, пробежавший по спине, заставил Раэля обернуться быстрее, чем сигнал инструметрона и даже упавшая на него тень. Глянув через плечо, кварианец увидел ещё одну бекха-якши, возвышающуюся над ним, её тёмный силуэт закрывал для него тот скудный свет, что ещё пытался пробиться через ядовитые облака Корлуса. В правой руке она держала «Призрак» с жидкостным охлаждением — оружие, которое обычно ставят на бронетехнику — шипящее и окутанное паром там, где струи ливня касались раскалённого ствола. Под затененным забралом Раэль мог различить лицо азари с зубчатыми линиями раскраски ниже и выше глаз. Сочетание габаритов и формы брони, и даже просто позы этой женщины — всё это вместе словно излучало угрозу. Кварианец мгновенно почувствовал, как внутри нарастает страх, и вот теперь по-настоящему понял, почему рекруты Затмения говорят о бекха-якши вполголоса и почему именно их называли «Ангелы чёрного ветра».

К облегчению Раэля, из-за её спины показался не столь угрожающая фигура кварианки.

— Разве я не велела держаться рядом со мной? — спросила Даро'Ксен, недовольно качая головой и уперев одну руку в бедро. — Идём, — она жестом велела подниматься и следовать за ней, — эти двое сами тут со всем разберутся.

— Да… конечно, — пробормотал Раэль, убирая пальцы от контактного порта бронескафандра и поднимаясь на ноги. Вторая бекха-якши шагнула вперёд и протянула руку. Лежащая женщина ухватилась за неё и с чужой помощью сумела встать, не сказав ни слова, словно ранение ей не мешало. Раэль понимал, что они живучие. Но ведь у неё в животе сейчас не меньше полудюжины пуль «Призрака» или их осколков. Страшно даже подумать, какой урон они там нанесли! Она в принципе не могла после этого просто взять, и подняться на ноги!

— Капрал Ким там сама со всем справится, — пообещала Даро, ухватив кварианца за руку и потянув за собой. А вот дальше уже была не просьба или предложение. Это был приказ, которому ему лучше бы было подчиниться, и, возможно, поэтому она впервые назвала его по имени: — Следуй за мной, Раэль.

Он подчинился, чувствуя себя немного скованно, последовал за ней, держась на шаг позади кварианки. Если… она вообще кварианка?.. Он оглянулся вновь, но его интересовали не бекха-якши, которые словно бы разговаривали, не произнося не слова. Раэль искал ещё одну кварианку. Он знал, что она точно где-то поблизости, и несколько секунд спустя он всё-таки нашел взглядом Пи-Мету, бывшую десантницу Флота. Она следовала за ними с оружием наготове, пусть и держала некоторую дистанцию, хотя её кибернетическую руку, о которой Даро столько говорила перед адмиралом, было видно даже отсюда.

— Раэль?

— Ксен? — откликнулся он, велев себе не забывать, что Пи'Мета неподалёку.

— Если тебе больше не хочется называть меня по имени, то я бы предпочла Главный инженер Ксен, — произнесла она, пока кварианцы двигались мимо пары изуродованных тел кроганов и двух бекха-якши, заляпанных кровью. Раэль заметил, что каждая из азари наступила на одно из тел и с хладнокровием палача всадила «своему» крогану три пули в череп. За краем холма из мусора и обломков можно было увидеть настоящую долину смерти — там, где внизу бойцы Затмения добивают всё, что осталось от кровожадного полчища вождя Врога.

— Да я тебя прошу, — продолжила она, раздраженно помахав рукой, — не разыгрывай тут передо мной юношескую застенчивость, Раэль, тебе всё равно не идёт. У тебя явно появились определённые мысли, да и почему бы им не возникнуть? Ведь ты видел то, что с трудом поддаётся объяснению, — она повернулась, глядя на него через забрало шлема. — Просто возьми, и выскажи всё, как есть.

Раэль уже задумывался, не включить ли сейчас дурака, но длилось это недолго. Возможно, многие на его месте именно так и поступили бы: притвориться, что ничего не видел, не раскачивать спасательную капсулу и не вешать себе мишень на спину — ведь все знают, что на поле боя случается всякое… Да и Пи'Мета затаилась где-то неподалёку, про неё он не забывал. Она ведь пошла за ними, опасаясь за безопасность Даро?

И в то же время, Раэль'Зора не хотел сейчас поступать так, как поступили бы другие. Он отказывался поддаться страху и пойти против своей совести и своих интересов. Если у Даро'Ксен есть ответы на вопросы, то он их выслушает, а потом будет делать выводы, основываясь на собственных взглядах и личном опыте. Раэль'Зора вас Райя не собирался «играть дурака» дольше, чем это необходимо для собственного выживания, и тем более, если в результате ему придётся прозябать на каком-то медленно ржавеющем и разваливающемся жилом корабле. Робкие в Мигрирующем флоте адмиралами не становятся.

— Ладно, — начал он, решив рискнуть, — эта женщина там, что она такое?

— Ты про «Бекха-якши»? — спросила Даро, изобразив кавычки пальцами.

— Насколько я знаю, — ответил Раэль, кивнув ей, — у нормальных азари не течёт красная кровь… и не бывает двух сердец.

Даро'Ксен подошла к металлической балке, выдавленной из земли весом возвышающегося рядом линкора. Оперевшись спинной на металл, она сложила руки на груди. Затем вздохнула и сделала забрало шлема прозрачным. Чтобы собеседник мог видеть её лицо без помех.

— Бекха-якши это не нормальные азари, — признала она, разглядывая Раэля светящимися глазами. — Вся правда о них… далеко не проста… в первую очередь, с технической точки зрения, — добавила она, — но можно упрощённо сказать, что они глубоко модифицированы, генетически и кибернетически. В намного большей степени, чем любая иная раса в пространстве Цитадели.

— То есть, второе сердце?..

— У них это распространённая модификация, — объяснила Даро, ухмыльнувшись. — Хотя ты и не совсем прав, говоря о двух сердцах. На деле их три: обычное четырёхкамерное, как у любой азари или кварианца; второе — запасное, созданное с помощью биотехнологии и служащее так же в качестве микрофабрики по синтезу определенных гормонов и других веществ; третье же представляет собой имплант в основании черепа, способный снабжать мозг кислородом ещё в течение часа, даже если от всего остального тела уже ничего не осталось.

Раэль медленно и недоверчиво покачал головой, пытаясь осознать подобный уровень доработки организма. О таких технологиях он никогда не слышал, даже среди нелегальных модификаций. Ближе всего к этому были разве что часто бродящие по Терминусу слухи о каких-то безумных саларианских учёных, сбежавших туда из пространства Цитадели, чтобы избавиться от жадных глаз конкурентов и глупых правил надоедливых комитетов по этике. Даро не скрывала, что её новые партнёры имеют в своём распоряжении разнообразные и крайне продвинутые биотехнологии, но вот так просто услышать, что они с их помощью проделывают с собой? Это заставляло… слегка понервничать.

Если всё это правда, разумеется.

— А откуда знать, что ты не обманываешь меня? — спросил Раэль, но прежде чем он продолжил, или прежде чем Даро нашлась с ответом, снизу донеслись радостные крики. Оба кварианца одновременно приблизились и заглянули за край, увидев, как бойцы Затмения в золотой броне палят очередями в воздух.

Роты Эньялы и Лизелль только что встретились на поле боя, окончательно сжав клещи. От непобедимой орды Врога уже практически ничего не осталось. Бойцов Кровавой стаи просто вдумчиво и очень тщательно отстреливали. У вспоротого бока огромного древнего линкора дымились с полдюжины «Томка». Подручные Врога устилали землю ковром из обожженной плоти и изломанной брони — кроганы, ворка и варрены вперемешку. Они тут и там возвышались над землёй, словно небольшие кочки в этом наполненном жидкой грязью болоте, лиц разумных было не рассмотреть, под ней.

— Врог мёртв! — кричали снизу. — Вождь убит! Босс прикончила его!

— Затмение! — закричал кто-то изо всех сил. — Затмение!

Этот крик быстро подхватили, гул голосов легко заглушал всё ещё шумящий дождь.

— Раэль, — начала Даро'Ксен, но он пока не спешил отворачиваться от поля боя внизу, — я понимаю, что у тебя могли возникнуть подозрения относительно моих знакомых и относительно меня тоже…

— Но ты должна признать, что кое-что из этого… — он запнулся на полуслове и буквально подскочил, поняв, что Даро'Ксен творит: донёсся свист воздуха, когда она вскрыла герметизирующий костюм клапан на шее. — Подожди! Что же ты… — Раэль подбежал к ней и попытался закрыть утечку, пока не стало слишком поздно. — Ты с ума сошла? Стой! Стой!

— Некоторым кварианцам легче показать на доступных примерах, чем пытаться объяснить, — произнесла Даро, вытягивая руку и не давая схватить себя и восстановить герметичность скафандра. — Так что позволь продемонстрировать тебе, насколько я верю в своих товарищей и в их технологии.

— Ты идиотка! — закричал Раэль, его руки всё ещё были вытянуты — он готов был попытаться схватить представительницу своей расы и спасти её даже силой, даже если она решила покончить тут с собой, открыв своё тело всем болезням и ядам снаружи. — На Корлусе больше отравляющих веществ и самых разных инфекций, чем на любой планете в Терминусе! — воскликнул он, широким жестом обведя горы из промышленных отходов, которые поливал токсичный дождь. — Хватит, ты уже всё мне доказала!

— Называешь меня идиоткой? Это даже забавно, — Даро хихикнула, тем временем последний клапан из соединяющих шлем и остальной скафандр, с шипением открылся. — Но на самом деле, я ещё только начала…

Опустив палец под подбородок, Даро'Ксен нажала и одни движением сняла с головы сразу всё — шлем, визор, даже строгий чёрно-белый капюшон костюма. Спутанный пучок фиолетовых прядей, стиснутых под шлемом, принял более-менее приличный вид, лишь когда Даро потрясла головой, чтобы их распутать. Она зажмурила глаза, естественный свет, даже тусклый, был слишком непривычен. Когда Даро'Ксен отрыла их, она светились как обычно, хотя и казались не такими яркими — ведь теперь не было шлема и тени от капюшона. Губы у неё тоже были тёмно-фиолетовыми, как Раэль заметил — как и края гребней, обрамляющих изящные скулы и уходящих под пряди.

Аккуратно держа шлем с капюшоном в руках, Даро'Ксен посмотрела в небо, дождь падал ей на лицо и стекал по шее к уплотнителю внутреннего слоя костюма, прикрывающему от внешней среды остальное тело. Кварианка вновь помотала головой, толстые пряди её гривы начали светиться, поначалу слабо и робко, но затем всё ярче, отражая её настрой и уверенность. После тесного шлема её «волосам» явно очень понравилось свободно спадать на плечи.

Губы приоткрылись, Даро'Ксен втянула в себя плотный воздух Корлуса, не прошедший ни через один фильтр. Раэль даже мог видеть, как слегка приоткрываются четыре похожие на бусины поры, которые у всех кварианцав имеются на шее (и ещё две над глазами), пробуя окружающую атмосферу. Эти поры, называемые «энуа», со времён изгнания много раз становились причиной болезней и смертей множества кварианцев. Их раса эволюционировала в тесной связи с микроорганизмами Ранноха, облегчив им путь в свои тела, встроив в иммунную систему; но к несчастью тем же лёгким путём могли пройти мириады опасных вирусов, микробов и паразитов, которых в галактике бесчисленное множество.

В любом случае, Раэль вдруг осознал, что он смотрит — вернее сказать, «бесстыдно пялится» — на представительницу своего вида, ничем не прикрытую от взгляда. Не то чтобы он совсем ничего не знал, в конце концов, он уже не ребёнок. Он уже видел обнаженные кварианские лица и раньше… в порно-стримах и несколько раз в киберчате… но никогда до этого — в живую.

Даро'Ксен, может, и сумасшедшая, но это не отменяет того факта, что она очень…

— А-а-апчхи! — Даро чихнула и поморщилась от отвращения. — Фу, воняет тут просто кошмарно. И вот почему из всех планет именно эта?! — властная кварианка-инженер ткнула в него пальцем, слегка прищурив светящиеся как обычно глаза. — Я надеюсь, что ты оценишь все приложенные усилия.

Раэль всё ещё пялился на неё.

— Э-э-э, — пробормотал он, явно пытаясь перезапустить мозг. — Да, но…

— Никаких «но»! — оборвала кварианца Даро, встав в любимую позу с руками на бёдрах и начав его отчитывать. — Мы оба с тобой знаем, что подобное нарушение герметичности было бы смертельно для любого нормального кварианца, вот почему я и сделала это: чтобы продемонстрировать тебе и не оставить ни тени сомнения, что я не нормальная кварианка. Больше нет. Мои спонсоры модифицируют себя, чтобы лучше адаптироваться к внешней среде, и мы, кварианцы, должны поступить точно так же. Если наша иммунная система отказалась работать, а у нас на руках есть нужные технологии, мы не должны колебаться и секунды, если нужно вырезать эту бесполезную систему и заменить ей другой!

— У бекха-якши есть необходимые технологии! — она усмехнулась, не обращая внимания на текущий по лицу дождь. — И я, и они — живое тому доказательство. Несомненно, ты не можешь полностью доверять им, Раэль'Зора, но ты можешь доверять мне. В будущем все кварианцы будут именно такими, такими же, как я: не боящиеся сбросить свои скафандры и показать лицо остальной галактике! Сотни циклов, что представители нашей расы были вынуждены скрывать себя, подошли к концу.

— А если это тебя убьёт? — спросил Раэль, отводя глаза и стараясь не думать, насколько обнаженной и неприкрытой она выглядит без шлема и капюшона. — Что тогда?

— Я не умру, — пообещала Даро, протянула ему руку, словно приглашая куда-то. — Раэль… ты и сам понимаешь, что некоторые секреты я оставила при себе. Этого я не скрываю. Но сейчас тебе нужно задать самому себе вопрос: хочешь ли ты того же самого? — её постоянная ухмылка превратилась в искреннюю улыбку, пальцы нетерпеливо шевельнулись. — Хочешь ли ты эту свободу? Эту силу? Потому что это лишь малая часть того, что бекха-якши сделали доступным мне.

Раэль'Зора посмотрел на её протянутую руку. На самом деле… да, он хотел того же. Он желал свободы для себя и для всей их расы. И Даро это знала.

— Хорошо. Я поверю тебе и потому доверюсь им, — ответил он, принимая её руку и слегка приближая Даро'Ксен к себе. Глаза он при этом опустил в землю, чтобы не начать пялиться вновь. — А теперь, надень шлем обратно. Пожалуйста.

— Зачем? — спросила Даро, поморщилась от разлитой в воздухе вони. — Запах тут, конечно, не выдерживает критики, но ощущать, как ветер касается лица!.. — она шумно вздохнула. — Просто не описать словами!

— Но это… просто… — Раэль кашлянул, отводя взгляд в сторону. — Не слишком пристойно…

— А, я поняла, — по тону голоса можно было гарантировать, что она сейчас хмурится. — Эта идиотка со своими подружками-азари разгуливают по кораблю топлесс, и хоть бы слово кто сказал, а мне теперь даже шлем снять уже неприлично?

— Наверное, нам ещё предстоит привыкать к этому заново, — возразил Раэль, нервно пошевелив пальцами. — Ну а пока всё так.

— Ясно, ясно.

Зашуршала ткань, зашипели, герметизируясь, клапаны скафандра, и вскоре Даро окликнула его вновь. К облегчению Раэля — и к искреннему отчаянию другой части его сознания — она вновь надела и шлем, и капюшон. Хотя, конечно, теперь он уже знал, как Даро'Ксен выглядит под ними. Раэль заставил себя помотать головой, выбрасывая лишние мысли. Плохие и нездоровые мысли, недостойные. И небезопасные, когда речь идёт об этой сумасшедшей девушке.

Даро подозвала одного из своих дронов, позволив опуститься на свою ладонь.

«Она точно безумная», — честно подумал Раэль.

— Хм-м-м? А вот это уже интересно, — Даро отпустила робота и резко развернулась, посмотрев в небо. — Да, теперь я и сама вижу.

— Что? — Зора посмотрел в том же направлении. — А я не вижу ничего…

Но потом он понял, что же она заметила. Тень над большим, напоминающим туманность облаком. Тень, через мгновения снизившаяся и пробившая тучи, оставив окно в чистое небо и создав колонну льющегося через него света посреди падающего дождя. В центре этого нового объекта можно было различить металлический блеск и огонь.

— Метеорит? — высказал Раэль первую догадку, пришедшую на ум. — Но зенитные бароны просто не допустили бы…

— Это не метеорит, — ответила Даро, по голосу казалось, что ей скорее любопытно, но тут Раэль не был уверен. — Это… корабль. Похоже, у нас в этой гонке появился новый соперник.

Дрон Затмения дрожал и подёргивался, его четыре похожих на пальцы манипулятора прижались к туловищу, как лапки у умирающего паука, когда направленный электромагнитный импульс в комбинации с мощными помехами по всем частотам перегрузили его систему. Голубые огоньки на передней панели, окружающие большое отверстие и напоминающие глаза насекомого, бессистемно вспыхивали и гасли, потом робот издал жалостный, почти живой стон. Через мгновение отключились все системы, кроме обеспечивающей парение, робот бесконтрольно закружился на месте. Он держался в воздухе ещё несколько секунд, прежде чем нарушенный баланс заставил его с лязгом рухнуть на землю — смотреть со стороны на это крушение было больно, но дрону, кажется, оно практически не повредило.

— Сработало! Отлично. Спящий, Пловец. Работайте быстро. Головастик, прикрываешь их.

В ответ раздалась пара бодрых «Есть!» и одно хмурое «Вас понял». Головастик уныло шмыгнул носом.

Головастик — распространённый в ГОР оскорбительный эвфемизм, обозначающий оперативника-новобранца или оперативника, недавно переведенного в другое подразделение, обычно временно добавленного к уже сложившимся тактическим группам. Так же оскорбительное сленговое выражение в разговорном саларианском языке, подразумевающее мужчину, не переросшего стадию формирования, то есть недостаточно достигшего для его возраста и сферы деятельности, и/или мужчину, который вряд ли сможет когда-либо оставить потомство либо сделать что-либо значимое. Эвфемизм приблизительно схож по смыслу и употреблению с азарийским выражением «малявка» или турианским «гололицый», в ГОР часто применяется для определения статуса в иерархии подразделения, отводя самому младшему низшую позицию в нём. Каждого оперативника ГОР Саларианского Союза на определённой стадии карьеры называли «Головастиком», тем не менее, термин остаётся оскорбительным. Унизительным. Нежелательным.

Мордина Солуса «Головастиком» звали не как самого младшего в отряде… нет, ему это слово досталось в качестве официального закреплённого за ним позывного. Мордин прищурился, глядя, как Пловец и Спящий осторожно подбираются к рухнувшему дрону Затмения. Как всё это раздражает…

Его перевели в эту группу ГОР из-за знаний в сфере кроганских исследований генофага и в частности — попыток Окира и других крайне немногочисленных кроганов-учёных излечить или как-то компенсировать действие вируса. Это был всего третий полевой выход Солуса, и первый, проходящий так далеко от границ пространства Цитадели. Начальство признавало его таланты и хорошо знало, где их можно применить, за что Мордин так же уважал своё командование, но очевидно, что членам данного подразделения не было дела до его заслуг.

Для них Мордин Солус был ещё слишком молодым, «не обсохшим после лягушатника». Его теоретической и практической подготовки было достаточно, чтобы представлять некоторую угрозу, но совершенно не хватало, чтобы кого-то всерьёз напугать. Разумеется, все эти мысли Мордин держал при себе, внимательно наблюдая за работой своих коллег. Они ничего не делали, чтобы пытаться понравиться ему, да и сам Солус не предпринимал никаких усилий к сближению, однако он решил для себя, что будет учиться на их примере: и на их удачах, и на ошибках. Кто знает, куда ГОР отправит его в следующий раз? Есть немало миров, работать на которых даже опаснее, чем на Корлусе.

Возможно, однажды он сможет даже рассчитывать на место в группе на Тучанке, о которой ходит столько слухов.

— Наш пакет помех вырубил его, как и планировалось! Дальше так же действуем, как на симуляторе перед операцией, — передал Пловец на защищенной частоте их группы.

Сменив позицию, Мордин увидел, что Спящий уже включил инструметрон и начал работу. Оба оперативника, как и Мордин, были в штатных бронекостюмах ГОР со встроенной системой термооптического камуфляжа. Для этой операции обязательным требованием было оставаться незамеченными — и для Затмения, и для патрулей Кровавой стаи, и для всех прочих враждебных элементов, превративших Корлус в свой дом, поле боя и общественный туалет. Ради скрытности костюмы ГОР были дополнены накидками-гилли, пригодными как для пассивной, так и для активной маскировки. Среди грязи и мусора на поверхности Корлуса накидки порой были даже эффективнее, чем штатный искажающий свет оптический камуфляж бронекостюма. Планета была до такой степени засыпана мусором, что кто угодно мог слиться с местностью, притворившись какой-нибудь древней рухлядью.

— Спящий? — позвал Пловец, держа оружие наготове. Битва неподалёку была ещё в разгаре, сейчас бойцы Затмения добивали остатки Кровавой стаи и банды Врога. Осторожность в таких делах не бывает излишней никогда.

— Спящий? — голос капитана был резок. — Ты уже выбился из графика.

— Мне нужно ещё немного времени, — ответил тот, слегка растерянно. — Этот кварианский код ужасней, чем полянка с лезвие-травой… всё совсем не такое… даже близко не похоже на их коммерческие программы, которые перепродают волусы.

Мордин моргнул, капли дождя всё время стекали по визору, постоянно закрывая поле зрения. Наклонив голову, он мог рассмотреть дрон, но инструметрон показывал лишь его контур, не проводя сканирование в глубину. Эти дроны были защищены Правами Контроля Изготовления, и согласно патенту, все роботы находились в полной собственности Затмения. Хотя ГОР это не слишком-то и волновало, поскольку никто там не верил, что эти маленькие мехи могут по своим параметрам хотя бы сравниться с последними саларианскими боевыми дронами. Уникальными в них были только тороидальные плазменные боеприпасы — от работоспособной версии этой технологии в ГОР бы не отказались, но на крайний случай получить её можно будет и через существующие контакты в Мигрирующем флоте.

Данного дрона ловили не для того, чтобы забрать с собой (предыдущие наблюдения давали основания предполагать, что Затмение маркирует и отслеживает все свои машины), его собирались отправить обратно, всего лишь с парой строчек лишнего кода, от всей щедрости добавленными агентами ГОР. Тогда операторы смогли бы слушать всю сеть, через которую роботы передают информацию. Это позволило бы ГОР лучше разобраться в их тактике и применении дронов, а так же дало бы окно для выхода на общую сеть организации. Ликвидация Окира была приоритетной задачей ГОР, и её успех мог зависеть от любой мелочи, пренебрегать нельзя было абсолютно ничем.

Кто знает, в каких операциях участвуют их дроны? Какие секреты смогут увидеть саларианские операторы их электронными глазами?

— Слишком долго! Можем попытаться использовать порт прямого доступа, — предложил Пловец. — Если разъёмы там стандартные, то мы знаем, куда подключаться.

— Сможешь всё-таки взломать его удалённо? — уточнил капитан. — У нас почти не осталось времени.

— Да скорлупу яиц им бить! — выругался Спящий, подходя к дрону ближе. — Быть же такого не может! Пловец! Ты достаточно близко, чтобы провести глубокое сканирование этой штуки? Мне показалось, или там внутри какой-то кристалл вместо…

Когда произошел взрыв, Мордин мог лишь мысленно поблагодарить создателей своей экипировки, которая одновременно с активацией щитов ещё и поляризует визор. Отброшенный ударной волной, саларианский учёный и оперативник успел прикрыть голову и около метра проскользил по грязи спиной вперёд. Едва прошел шок, сразу же трёхпалая рука пошевелилась, пытаясь приподнять тело, ведь сейчас важнее всего было выяснить состояние остальных в отряде. Солус чувствовал, что он остался невредим, но даже так, подобный взрыв это совсем не шутки. Не считая всего прочего, Затмение сможет обнаружить, где именно упал робот. И нет гарантий, что даже сейчас, во время боя, они не отправят кого-нибудь для проверки. В сражении с Кровавой стаей они теряли своих мехов десятками, но один, внезапно отключившийся от сети так далеко от поля боя — это уже слишком подозрительно. В конце концов, робот был здесь с конкретной целью, разыскивая патрули Стаи. Предыдущие наблюдения показали, что в такой ситуации уничтожение дрона вызывает мгновенный и неизбежный ответ со стороны Затмения.

— Пловец! Спящий! Головастик!

Голос капитана был уверенным. Собранным. Беспокойство в нём было, но ни тени паники. Это хорошо. Ещё есть надежда, что пока не всё потеряно.

— Головастик ещё в строю, — отрапортовал Мордин, поднимаясь из грязи и быстро направляясь к своим коллегам.

— Я не вижу Пловца и Спящего, — отметил капитан. — Доложи о состоянии.

Мордин запнулся об оторванную руку Спящего.

— Спящий… небоеспособен, возврат в строй невозможен.

Помимо удивительно хорошо сохранившейся руки, саларианский учёный мог видеть ещё несколько частей тела хакера ГОР здесь и там. Нижнюю половину почти закопало в грязь, правая нога ещё слабо подёргивалась. Неподалёку дымился кратер, там, где рухнул дрон Затмения. Через несколько секунд в отношении Спящего были запущены протоколы зачистки, странным образом напоминая недавнюю гибель дрона. Его костюм вспыхнул как ацетиленовая горелка, характерная для ГОР белая броня стала сначала оранжевой, а потом вновь раскалилась добела. От бронескафандра и от самого оперативника, отзывавшегося на позывной «Спящий», не должно остаться совершенно ничего. Как его звали на самом деле, Мордин не знал, да и не хотел знать — в их организации разделение информации и «зачистка хвостов» считались очень важными правилами.

— Пловец ещё жив, — доложил он, опускаясь рядом со стонущим саларианцем. Мордин моргнул, активируя свой инструметрон, его левая рука остановилась у окровавленной культи ниже левого колена Пловца.

— Ох-х-х… — саларианец застонал, придя в себя достаточно, чтобы ощутить потерю конечности. Инстинктивно он попытался нагнуться и дотянуться до своего колена, но Мордин силой заставил его лечь ровно и торопливо перевязал неровный обрубок ноги.

— Провожу обезболивание.

Пловец закричал и Мордину пришлой быстро затыкать ему рот, резким движением сорвав с оперативника дыхательную маску и прижав ладонь ко рту. Это сработало, так что Солус не убирал руку, пока анестезия не вырубила боль. По меркам стационара — невероятно быстро, но в поле, когда рядом враг, эти секунды тянулись ужасающе долго. Почти вечность.

— Нужно молчать, — пояснил Мордин коллеге. — Здесь не лучшее место, чтобы громко звать свою далатрэссу. Успокойся. Потерял ногу. Но не потерял жизнь.

Пловец скривился, кивнул кое-как, показывая, что руку можно убирать. Затем дотянулся до плеча учёного и спросил, подтянув Солуса к себе.

— А Спящий? Спящий?..

Мордин покачал головой — азарийский жест, в своё время перенятый многими расами.

— Кровь и скорлупа! — Пловец застонал, но теперь он себя уже контролировал. Мордин вернул коллеге его дыхательную маску. — Этот дрон… Затмение…

— Проанализировать причины сможем позже, — Мордин потащил раненого оперативника к их предыдущей позиции, не слишком-то церемонясь, что радости тому не доставляло. — Капитан, я подобрал Пловца. Пловец ещё в строю. Не зачищать. Повторяю, его не зачищать.

— Тебя понял, Головастик. Вас обнаружили?

— Нет, пока ещё нет.

— Спящий, — простонал Пловец. — Ты идиот.

Мордин бросил Пловца на землю, немного грубее, чем ему следовало бы — как дипломированному медику — но в самый раз для оперативника ГОР. В запасе у него уже оставались считанные секунды. Рухнув в грязь рядом с раненым, он накрыл обоих накидкой, для постороннего взгляда превращая просто ещё в одну кучу грязного мусора среди бесконечной свалки Корлуса.

И почти тут же прямо с небес свалился некто. Причём секунды, прошедшие до его появления можно было бы сосчитать по пальцам на одной руке. Саларианской.

Это была азари, одна из наёмниц Затмения в чёрной броне, их называют «бекха-якши». Уже у самой земли, неизвестные генераторы на эффекте массы вспыхнули синим у неё на плечах и ниже колен. Дополненные непонятным зеленоватым разрядом, они полностью погасили набранный в падении импульс. Затем устройства, вероятно, помогавшие ей маневрировать в воздухе, втянулись, слились с бронескафандром женщины.

Грязь расплескалась под тяжелыми ботинками, когда она приземлилась у кратера, оставшегося на месте самоуничтожения дрона. Через участок накидки с односторонней прозрачностью Мордину было всё отлично видно. Совсем рядом Пловец, наполовину зарывшийся в грязь, уже сам обеими руками зажал себе рот, чтобы не выдать позицию стоном или криком. Несмотря на анестезию, ему всё ещё было больно, однако саларианец, кажется, не потерял контроль над собой. Видеть, что происходит снаружи, он мог с трудом — у Мордина обзор был явно лучше.

Если дело не в каких-то особенностях конструкции и без того массивного бронекостюма, то эта чёрная явно была высокой сама по себе, не меньше, чем на ладонь выше обычных азари, родившехся на планетах… Явный знак того, что или она из мира, где гравитация ниже, чем на Тессии, или с какого-то космического поселения. Но несмотря на массивный бронескафандр, который Мордин впервые смог как следует рассмотреть собственными глазами, а не на голозаписях ГОР, очертания тела с характерными округлостями без сомнения могли принадлежать только азари.

И было во всём её облике что-то отчётливо зловещее.

«Реакция подсознания на сочетание цветов?» — даже в этой ситуации Мордин не мог не строить гипотез. — «Возможно. Более вероятно: неосознанная реакция на агрессивную позу и манеру движения доминирующей особи. Может ли этот эффект распространятся на иные культуры? Иные расы? Неожиданно. У саларианцев иные жесты и реакция на них, нежели у азари или турианцев. Эффект крайне любопытный».

В левой руке бекха-якши держала полноразмерный пулемёт «Призрак», так же легко, как саларианец нёс бы автомат, ствол оружия медленно обводил окрестности вслед за её взглядом. Сначала показалось, что она прибыла в одиночестве, однако азари нагнала пара дронов, занявших позиции справа и слева от неё. Медленно обходя кратер, она заглянула внутрь через тёмное забрало своего шлема. Как и остальной бронекостюм, шлем выглядел необычно, достаточно точно повторяя анатомические черты азари. Характерная чёрно-фиолетовая броня Затмения ГОР интересовала мало. Всё говорило о том, что это просто обычный бронекостюм, разве что массивнее за счёт дополнительного бронирования. Однако увидев, с какой скоростью и изяществом она десантировалась, при массе раза в два больше, чем у турианца с прыжковым ранцем или саларианского «озёрного прыгуна»… Теперь Мордин в этих выводах был уже не так уверен.

Присев, бекха-якши коснулась чего-то, кажется, даже подняла с земли, чтобы рассмотреть поближе, Мордин сощурился и беззвучно шмыгнул носом. Ну разумеется…. Она не могла не найти то, что осталось от уничтоженного Спящего. Важен был другой вопрос: сложит ли она одно с другим, или…

Такк-такк…

Медленно разворачиваясь, азари начала крутить головой вправо и влево. Она искала их.

Такк-такк…

Мордин прикрыл глаза и глубоко вдохнул, пытаясь оставаться спокойным. Он чувствовал, что лежащего рядом Пловца начинает бить дрожь. Поднеся руку ко рту, младший оперативник просигналил ему жестами: «успокойся».

Такк-такк…

Всё ещё прикрывая рот, Пловец начал мотать головой, испуганно прищурил глаза. Мордин понимал, что саларианец ранен, ему больно и страшно, но ведь, в конце концов, они же оперативники ГОР. Их учили преодолевать страх и концентрироваться на задании, особенно если обязательной частью этого задания было оставаться в живых. Разум — величайшее оружие каждого саларианца, и все оперативники знают, что страх убивает разум. Ещё раз медленно вдохнув, Мордин скривился. Да, он тоже чувствовал это. Ему было страшно. И страх был куда сильнее, чем должен быть в этой ситуации. Казалось, у него внутри всё похолодело.

Он не мог этого понять.

Это была загадка, и она будила любопытство. Просто удивительно! Возможно, это всего лишь побочный эффект от сочетания тщательно подобранных жестов и внешнего вида. Но что-то в этой версии не сходилось! Беззвучно запустив на инструметроне пассивное сканирование, Мордин обнаружил две аномалии, которые могли быть виноваты в нехарактерном для него желании, которое можно было описать как «бей или беги». Первое из обнаруженного — маломощное микроволновое излучение, создаваемое шлемом этой азари. Мордин даже растерялся, прежде чем понял, что такой сигнал можно использовать для обнаружения пульса и дыхания живых существ, даже под землёй. К счастью, форма его накидки искажала этот сигнал, эхо будет выглядеть как обычный фоновый шум… вероятно.

Вторая аномалия так же, возможно, могла бы объяснить это чувство сильного страха. Не полагаясь на одни только микроволны, для поиска своих жертв бекха-якши использовала ещё и ультразвук. Практичная и высокоэффективная комбинация для противодействия термооптическому камуфляжу. И вновь, саларианцам повезло, что накидка, под которой они сейчас замерли, была достаточно плотной и толстой, чтобы отраженный сигнал был таким же, как от ещё одной кучи мусора… возможно.

Всё это лишь «возможно» и «вероятно». Но шансы остаться незамеченными у них, в целом, были не такие уж и плохие: где-то процентов шестьдесят.

«Сложный искусственный сонар, встроенный в антенный комплекс скафандра», — подумал Мордин, потянувшись к аптечке за седативным. — «В комбинации с микроволновым сенсором составляют комплекс против средств тактической маскировки? Побочный результат развития в мире с активной в тёмное время фауной? В ГОР подозревали, что элитная группа Затмения хорошо подготовлена к проведению ночных операций. Сложная система проекций под управлением ВИ или через кохлеарный имплант? В сочетании с другими технологиями всё это даст большие преимущества в условиях низкой освещенности».

Тем временем Пловец уже паниковал, его глаза широко раскрылись, страх окончательно сломил силу воли и всю подготовку агента, но Мордин уже успел вколоть десять миллиграмм седативного коллеге в шею. Пловец обмяк, а Солус продолжил свои размышления:

«Нет полной уверенности, но не могу вспомнить, чтобы раньше читал о такой технике у азари. Нет. О встроенных в скафандры комплексах эхолокации известно лишь у десантников ханаров. Техника Затмения основывается на моделях ханаров? Маловероятно. Технологии не берутся из ниоткуда. Предшествующие модели всегда определяют хотя бы общие черты последующих. Всегда есть связи — с предыдущими, текущими и последующими разработками. Как цепочка следов. Не всегда предсказуемо, однако сами связи неизбежны…»

Такк…

Бекха-якши резко развернулась на месте, словно приготовившись к бою. Она заметила что-то? Обнаружила их?

— Азари! — этот рык, призывающий на бой, мог принадлежать только разъярённому крогану и, возможно, впервые с эпохи Рахнийских войн как минимум один салараинец был искренне рад его услышать.

— Оставайтесь на месте, — прозвучал в наушнике шепот капитана. — Если увидите возможность для отступления — сразу используйте её.

Мордин беззвучно набрал на инструметроне в ответ «вас понял».

— Так вот ты где! — заорал кроган, Мордин тем временем слегка подвинулся, чтобы было лучше видно. Это оказалось непросто, но теперь он смог разглядеть прикрытый красной бронёй горб за одним из обломков. Всё ещё стоящая на открытом месте, бекха-якши тоже осознала появившуюся угрозу. Медленно и не оглядываясь, она начала двигаться спиной вперёд к отдельной панели из обшивки неизвестного звездолёта, теперь чем-то заросшей.

— Азарийская ведьма! Азарийская шлюха! — кроган продолжал сыпать оскорблениями из-за своего укрытия.

Обычная азари наверняка бы крикнула что-нибудь в ответ, но бекха-якши просто продолжала идти… медленно и расчётливо. Ни единого звука с её стороны не доносилось.

— Я Тоггро! — провозгласил кроган, наконец высунувшись из-за своего обломка. — Тоггро — так будут звать твоего убийцу, азарийская сука! Разрыватель! Костолом! Дикарь! Ужин подан! Порвите её!

С визгом и воем из-за обломков рядом с кроганом выскочили сразу три варрена. Вид 408 по классификатору ГОР, варрены были быстрыми и опасными хищниками, особенно популярными у кроганов, батарианских пиратов и подобных им банд. Субтильными их не назовешь: они всегда сначала сбивают цель, врезаясь в неё, прежде чем начать кусать, грызть и жрать. К счастью, убить их не слишком трудно, разумеется, если удастся попасть по цели, несущейся со скоростью больше пятидесяти километров в час.

Тройка варренов Трогга оказалась ещё и бронированной. Вот это уже было необычно. На каждом звере был надет комплект грубых доспехов, прикрывающих их от шеи до лап и, похоже, защищающих куда лучше, чем хотелось бы. То, что Трогг явно потратил время на украшение брони и добавил кучу лишних и малоэффективных шипов повсюду, уже удивляло не так сильно. Мордин только закатил глаза — настолько это было в духе кроганов.

Он едва успел рассмотреть приближающихся варренов, когда один из них вдруг бросился вперёд с невероятной скоростью. На такое ускорение способны лишь биотики. Если прибавить к этому характерную синеватую вспышку поля эффекта массы, вывод тут был очевиден: один из ручных варренов Трогга оказался биотиком. Был ли это обладатель вычурного имени «Разрыватель», или более простецкого «Костолом» или столь же говорящего «Дикарь» — осталось неизвестным. Возможно, у них под этой бронёй нашлись бы даже ошейники с подписанными кличками?

Занимали бекха-якши такие же мысли, или нет — Мордин не знал. Зато теперь он знал, что несмотря на размеренный и неспешный темп, взятый раньше, при необходимости она могла двигаться с космической скоростью.

Азари отскочила назад, подняв фонтан грязи… но никакого синего свечения. Ни следа биотики. А значит, это чистая мышечная сила… или сила мышц в сочетании с приводами бронекостюма. И всё-таки, она была быстрой, почти такой же быстрой, как атакующий штурмовик-биотик. Ещё один фонтан поднялся там, где она приземлилась, метрах в десяти в стороне, очередь пуль от крогана ушла в никуда. Её биотический барьер, вроде бы, уже был установлен, оружие в боевом положении, но потом она вдруг опустила ствол пулемёта.

«Любопытно», — подумал Мордин, пристально следящий за этим сражением, — «она не собирается стрелять? Тогда, биотика?..»

Варрены были уже рядом со своей жертвой, два обычных держались чуть позади, раскрыв пасти, полные острых как бритва зубов, и вывалив языки. Третий нёсся впереди других, биотика и животная ярость придавали ему скорости. До бекха-якши он добрался за секунды. Вот именно поэтому кроганы и батарианцы держали этих злобных тварей в качестве своих зверей. Варрены не знали ни усталости, ни страха, были довольно живучими и нападали очень быстро. В наше время очень мало разумных, даже среди бывалых наёмников, кто в современном высокотехнологичном бою был бы готов к нападению дрессированного зверя и знал, как следует поступать. Не похоже, чтобы бекха-якши чем-то отличалась в этом отношении от остальных.

Мордин смотрел, как варрен бросился к женщине, прыгнул, собираясь свалить её на землю. Только… вот только она поймала его в воздухе руками…

«Невозможно. Варрен таких размеров, и даже без брони — это килограмм семьдесят, может быть, даже восемьдесят», — подумал саларианец. И вдобавок зверь сделал биотический рывок. Как эта азари ухитрилась его схватить? И зачем?

Бронированный зверь щёлкал челюстями, пытаясь откусить азари голову. Шмыгнув носом, Мордин молча наблюдал. Эта азари из Затмения совсем не проявляла страха, как следовало бы любому хоть сколько-то разумному существу, держащему на вытянутых руках хищного представителя фауны Тучанки с неё саму весом. Варрен-биотик щёлкнул челюстями ещё раз, другой… а потом обмяк.

Бекха-якши бросила его на землю, заставив приземлиться на лапы, а сама сделала шаг назад. А варрен… обученный боевой варрен отвернулся от неё и побежал обратно. Мордин шмыгнул носом вновь, чувствуя, как от всего увиденного по позвоночнику пробегает холод. Он быстро перевёл взгляд на двух других зверей. Они остановились в нескольких метрах от азари, уже на расстоянии прыжка. Казалось… в их глазах, едва различимых под всей навешенной бронёй, заметен какой-то странный отблеск. Фиолетовый отблеск.

Впервые азари в чёрном заговорила, произнеся единственное слово:

— Фас.

Варены послушно побежали обратно, туда, откуда они бросились в свою атаку.

— Чего? Вы что тут делаете?! — прорычал Тоггро из-за обломков, целясь в своих питомцев… но явно неуверенно, в его голосе даже слышалась привязанность. Мордин вообще не ожидал, что кроган из Кровавой стаи может отказаться в кого-то стрелять. Вместо этого Тоггро выбежал из-за своего укрытия и попытался расстрелять ту, кто, по-видимому, и стал причиной этого предательства — бекха-якши. Он успел открыть огонь, но лишь пара случайных пуль без какого-либо вреда срикошетили от кинетического барьера азари, учитывая немалое расстояние и в целом не слишком выдающуюся меткость кроганов.

— Разрыватель! — успел крикнуть Тоггро, прежде чем варрен свалил его. — Костолом! Дикарь! Ребята, вы что, меня не узнаёте?! Вы не понимаете, кто я?!

Затем рычащий голос сменился бульканьем, а тело крогана исчезло из виду под тушами трёх его варренов. В этой мешанине, наполненной в буквальном смысле звериной яростью, Мордин мог разглядеть лишь руки крогана. Так и не выпустив штурмовую винтовку, рука Тоггро дёргалась, палец время от времени вдавливал спуск, отправляя пули куда-то в небо. Наконец, одному из зверей это надоело, он вцепился в руку ниже локтя и задёргал головой и всем телом, в итоге откусив руку и вырвав большой кусок мяса и брони.

Бекха-якши всё это время так и стояла на том же месте. Вздохнув, если судить по движению плеч под бронёй, она закинула «Призрак» на плечо и пошла ближе к варренам. Мордин обратил внимание, что за всё столкновение она так ни разу и не выстрелила.

«Какое-то воздействие, позволяющее подчинить себе выдрессированного варрена. Снова ультразвук? Варрены вообще восприимчивы к ультразвуку? Знаю только, что всех животных из классификатора в ГОР проверяли на управляемость стандартными средствами. Не уверен. Недостаточно знаний. Не могу определить, чем именно она воспользовалась…» — Мордин стиснул кулаки, вжимаясь в грязь рядом с лежащим без сознания Пловцом. — «Нет. Недостаточно доказательств, но это не мог быть лишь ультразвук. Что-то ещё. У неё есть что-то ещё!»

Грохот, напоминающий далёкие раскаты грома, заставил посмотреть на небо и представителя ГОР, и Затмения. Что-то пронеслось через облака, проделав дыру в густой пелене.

«Корабль?» — выдвинул первую догадку Мордин

— Приближается объект, — предупредил капитан. — Корабль класса фрегат… направляется к… Норам? К этой вонючей клоаке! Это Вазир!

В такт с торопливой речью капитана, бекха-якши тоже заторопилась, коротко свистнув. Со вспышкой синей биотики, к ней подлетел один из очарованных варренов. Морда твари была вся перемазана в крови её бывшего хозяина. Солус вновь прищурился. На этот раз в его взгляде было лишь отвращение, а не интерес или любопытство. Практически не обращая внимания на зверя, бекха-якши вновь включила ускорители своей брони, совершив с их помощью длинный высокий прыжок, уместно бы смотревшийся на каком-нибудь спутнике с малой силой тяжести. Варрен-биотик сразу же со всей скоростью понёсся за ней, следом потянулась пара дронов, а два оставшихся зверя остались здесь.

«Почему она забрала с собой только одного?» — задал Мордин себе вопрос. И ответ у него уже был.

Решила подстраховаться.

Двум варренам уже надоело жрать и рвать на части своего бывшего хозяина, так что они начали фыркать и принюхиваться в поисках новой жертвы. А против носа варена термооптический камуфляж бессилен. Мордин покосился на раненого коллегу — тот ещё несколько минут точно ему ничем не поможет.

— Не важно, — пробормотал саларианец, потянувшись за спину к своему пистолету-пулемёту. Похлопал командира их бывшей команды по голове, добавив: — Не бойся. Ты тут не умрешь. Потерял ногу, но ногу можно заменить. Зато оба рога ещё на месте.

Выбираясь из-под накидки, как раз к появлению варренов, Мордин вновь шмыгнул носом. Что ж, может, их задание и накрылось клоакой, но оно пока ещё не закончено.

Глава 17

Хурготт Кваш потёр выбеленный зуб ворка большим и указательным пальцем, вознося короткую молитву по павшим. Да, пусть они пали в бою, пусть их больше нет, но о них не забудут — во всяком случае, не забудет Ваул-Хешток, Отец-и-Мать. Присев, Хурготт коснулся обгоревших останков огнемётчика Кровавой стаи. Перчатки его бронекостюма измазались чёрным, набожный кроган сотворил знак Хештока на груди, у сердца: острый угол, вписанный в грубо очерченный круг.

— Покойся с миром, дитя моё, — прошептал он, левая рука вместо начертания священных символов сжала крепче рукоять иглострела «Реликвия». Правой кроган вновь начал перебирать зубы на своих чётках, слегка свисающих с его запястья.

Глядя на эту резню, Кваш мог лишь догадываться, как сие место выглядело раньше. Наконец-то они смогли пробиться в лабораторный комплекс, укрытый глубоко под Норами Корлуса, и прорвались через его защитников. Огонь не пощадил стены с нанесёнными на них краткими указателями и аскетичную мебель, ещё недавно девственно чистые бело-золотые пол и стены были чёрными от копоти и гари. Обернувшись и посмотрев назад, Кваш увидел совсем иную картину, словно два мира, границей которым служила разрушенная стена. Они смогли прорыть туннель до нужного места, а дальше в дело уже пришлось пустить направленные заряды взрывчатки.

Там виднелись лишь тысячелетние обломки и древний мусор, со временем осевшие с поверхности. А с этой стороны, где и стоял кроган, была комната со стенами, ещё недавно чистыми и практически новыми, соединяющимися под странными углами. И словно по контрасту с угловатой формой зала, двери в неё вели закругляющиеся по краям. За много веков Кваш повидал достаточно батарианских построек, чтобы сразу узнать их архитектуру. На стенах выделялся один символ: большая направленная вниз «V», маленькая направленная вверх «v» над ней и небольшая сфера между ними. Кроган даже ненадолго задержался, чтобы его рассмотреть.

А потом он пошёл дальше, переступив через обожженное тело. Проклятые ещё тлели на полу, обгоревшие до неузнаваемости и получившие множество попаданий, их старались прикончить наверняка. В основном это раньше были батарианцы и ворка, хотя бойцам Кваша, как и солдатам Врога до того, доводилось видеть и измененных кроганов тоже… бывших воинов Кровавой стаи, которых схватили раненными на поле боя или просто смогли утащить во время вылазок. В своё время все они вернулись, Проклятые… Сломанные. Их Хурготту было особенно жаль. Безумие, овладевшее ими перед окончанием жизни этой, не должно отразиться на жизни следующей, но соратники теперь запомнят их именно такими.

Перевернув сожженного ворка на спину, Кваш смог разглядеть странные электронные схемы, соединённые с плотью несчастного создания. Иногда их не заметишь сразу, но достаточно любого повреждения кожи и тут уж не заметить эту электронику уже нельзя. По крайней мере, так было для батарианцев и ворка. У Проклятых кроганов под бронёй скафандров её рассмотреть было труднее. И неопределённость, то что их было не различить с первого взгляда, это заставляло некоторых воинов… колебаться.

— Вождь!

— Да? — обернувшись, Кваш увидел, как к нему топает один из лейтенантов, Бригг. Броня крогана была в чёрных и коричневых пятнах, он явно устал, но держался пока бодро.

— Благословен будь Ваул-Хешток, — воскликнул Бригг, Кваш протянул ему руку для причастия, чтобы подчиненный мог коснуться священных чёток. — Мы вновь одолели Проклятых! — молодой кроган ударил себя кулаком в грудь, гордо и уверенно, несмотря на все ужасы, через которые они прошли. — Они отступили во внутренние помещения. Мы уже рядом с той лабораторией, где держат самок! Я их буквально костями чувствую!

— И не только костями, я полагаю, — добродушно пошутил Кваш, кладя руку на плечо подчинённому. — Ты лучший мой ученик, Бригг. Продолжайте наступать. Проведи нашу паству через пламя.

— Ворка нужна лишь краткая передышка… чтобы взять себя в руки, — Бригг почтительно склонился. — Их рвение сильно. Следующая волна мучеников прямо сейчас готовятся к тому, чтобы взорвать себя вместе с врагом.

— Их жертва не будет забыта, — пообещал Кваш. Он сжал бронированное плечо своего последователя. — Но поспеши. Враг следует за нами, словно голодный варрен.

— Сила Ваула!

— Мудрость Хештока!

Развернувшись обратно, Бриг направился в глубины комплекса, сквозь оборону которого наконец-то удалось пробиться Кровавой стае. Кваш последовал за ним, но не столь поспешно. После того зала, через который они вошли, был разгромленный коридор с прозрачными стенами. Здесь тоже что-то недавно горело и взрывалось. Больше всего помещения напоминали карантинные палаты. В коридоре имелась и компьютерная консоль, к счастью, оставшаяся неповреждённой, за ней сейчас работал один из кроганов его паствы, лучше других разбирающийся в технике, пытался взломать её и получить доступ.

Что бы им сейчас очень пригодилось, так это карта этого комплекса, где засел Окир и эти… батарианские безумцы. Насколько велико это место? Как глубоко вниз оно уходит? И важнее всего, где именно они держат фертильных самок? Наверняка тут есть и жилая зона, и помещения для учёных и солдат гарнизона, некогда обитавших в этом мерзком логове. Кровавая стая явилась на Корлус не затем, чтобы найти и уничтожить каждого Проклятого и Сломанного, и не для того сюда отправили четырёх вождей сразу. Всё, что нужно было Квашу — нужно всем им — это фертильные самки. Когда Хурготт получит их, он с радостью покинет это нечистое место, пусть и дальше себе гниёт, погребённое под землёй, главное чтобы подальше от его паствы.

Из глубины комплекса донеслись звуки перестрелки, начавшись с почти мелодичного стука штурмовых винтовок, к которым порой прибавлялся отрывистый рык иглострелов. Но вскоре всё заглушил гул пламени огнемётов и безумное хихиканье ворка, вооруженных ими. А затем его перекрыл раскатистый рык мучеников, несущихся чтобы перехватить предпочитающих ближний бой врагов. Каким-то образом, тот процесс, что превращал крогана, ворка или батарианца в Проклятого, так же заметно увеличивал и его силу. Они могли победить в рукопашной даже воина кроганов. В ответ на это Кваш предоставил врагу возможность встретиться с теми, кто желает увидеть Ваул-Хештока в Светлом мире раньше остальных. Нескольких мощных взрывов обычно хватало, чтобы рассеять врага, а братья-сёстры падших могли отомстить за своих.

Разумеется, в добровольные мученики из всей паствы брали только ворка. Пальцы Кваша аккуратно сжали один из зубов на его чётках. Как жаль, что почти никто не понимает всего скрытого в ворка потенциала! А это ведь единственный завезенный вид, который может существовать в условиях Тучанки. Воистину, в некоторых смыслах ворка были даже крепче, чем сами кроганы!

Но они раса детей… и как и часто ссорящимся детям кроганов, им тоже нужна отеческая забота и рука, направляющая на путь истинный. Даже когда ворка становится старше, даже когда он выбирает себе пол, более женский или более мужской, он всё равно ещё дитя; даже ворка, успевшие стать родителям, всё равно ещё во многом остаются детьми. И в этом трагедия их расы. Крогану суждено стать их спасителем, так же как ворка суждено стать спасением для расы кроганов. Вместе им предстоит стать одним великим народом, объединённым верой в Ваул-Хештока. Вместе они смогут стать народом, способным принести отмщение. И всё начнётся здесь, именно с этих самок.

— Боже, — прошептал Кваш своим чёткам из зубов и бусин. — Я верну тебе свой долг и приведу оба наших народа к процветанию…

— Вождь! — донёсся голос из динамика инструметрона, на экране горел красный огонёк, сигнализирующий о высшей срочности. Включив видеосигнал, Кваш смог увидеть ещё одного из своих подчинённых.

— Гразго, — поприветствовал он ещё одного последователя Ваул-Хештока.

— Вождь! Я не!.. — изображение Гразго качалось. Он пытался общаться через видеосвязь прямо на бегу. — К нам направляется корабль!

— В каком именно смысле, к нам? К Корлусу? — Кваш непонимающе склонил голову.

— К нам! Прямо сюда! — крикнул кроган, продолжая бежать с сумасшедшей скоростью. Изображение пошло рябью, когда он откинул что-то прочь со своего пути. — Какой-то лишенный шаров рек столкнул с орбиты грузовоз! Барон должен был его разнести, но он продолжает лететь невредимым! Вождь! Он сейчас рухнет прямо на нас!

— Это Затмение? — прошипел Кваш. — Ученик, это…

Сигнал прервался. Мгновение спустя земля вздрогнула, толчок был настолько мощным и внезапным, что даже воин кроганов качнулся. Однако взглянув наверх, Кваш увидел лишь бело-золотой потолок. Во всяком случае, не видно трещин и ничего не рухнуло. Этот комплекс явно строили с запасом прочности, он не похоронит их тут всех. По крайней мере, пока всё выглядит именно так. Однако, что же произошло наверху?

Во имя Отца-и-Матери… там ведь Верхние Норы прямо на поверхности! Где обитает целое сообщество ворка, охотно принявшее визитёров Кровавой стаи, а так же обрадованное шансом нанести удар батарианским отродьям там внизу. Ну и возможности вынести всё, что останется в лабораториях после ухода стаи — тоже. Не меньше сотни их ополченцев остались на поверхности, готовясь держать оборону, если Врог всё-таки проиграл. Да, большая их часть мало на что годится, и разве что ненадолго задержит наступающих азари, однако Кваш оставил с ними несколько своих воинов. Которые смогут хоть как-то организовать ополчение.

— Ученик! — крикнул Кваш, пытаясь вновь связаться со своим последователем. — Гразго! Гразго!

— Вождь, — прервал его женский голос. — Мы можем помочь вам.

— Хвала ему, — Хурготт увидел двух женщин-воинов, появившихся из того зала, где бушует перестрелка. Обе были в броне Кровавой стаи, чуть более светлого оттенка, чем носят мужчины, к тому же с изорванными чёрно-розовыми мантиями на ней, будто в насмешку над традициями родного мира. Насколько бы не выглядела странной мысль о том, чтобы идти в бой вместе с женщинами, в сражении против Проклятых кроганши Убеги Пел проявили себя бесстрашными и яростными воинами.

А ещё у одной из них было открыто соединение через инструметрон.

— Сирена, — поприветствовал Кваш, жестом попросив женщин подойти ближе, чтобы он лучше мог видеть изображение.

— Хурготт, — произнесла Убега, как всегда с сарказмом, подчёркнуто зовя его по имени, когда он воспользовался прозвищем. Лицо её было ничем не прикрыто, а подбородок бесстыдно выставлен на всеобщее обозрение.

— Что произошло? — ему требовалось знать. — Я не могу связаться со своими учениками на поверхности!

— Я тоже не могу поговорить со своими сиренами наверху, — ответила Убега, однако её это словно бы не заботило. Она добавила, почесав подбородок. — Но перед этим я успела получить предупреждение от нашего любезного Зенитного барона. Банда наёмниц азари сбросила вниз корабль. За ним пойдут челноки с коммандос, но с этим-то мы справимся. Сейчас лучше сосредоточиться на враге перед нами.

— Но…

— Это не Затмение, — подчеркнула Убега, словно это должно было успокоить его. — Те ещё бьются с Врогом, и это займёт у них какое-то время. Эти себя называют Синие Лисицы…

«Синие лисицы?» — подумал он. «Лисицами» ещё называют самок варренов, так что название и впрямь подходило азарийской банде наёмниц.

— Но это всё равно не объясняет…

— Они известная в Терминусе группа, но всё равно небольшая, — Убега вновь не дала ему договорить. — Мы сможем встретить их на поверхности, когда они приземлятся, — она ухмыльнулась, должно быть, уже смакуя будущую бойню. — Об этих азари я сама позабочусь. Мои войска внизу по-прежнему остаются в твоём распоряжении.

— Очень хорошо, — ответил Кваш, склонив голову. — Да прибудет с тобой благословение Ваул-Хештока.

Убега фыркнула, скривилась от отвращения и отключилась, ничего не сказав.

— Времени у нас немного, — сказал Хурготт паре её сирен. — Собирайте своих сестёр и выдвигайтесь на передний край! Мы должны получить трофеи как можно быстрее!

— Как пожелаете, вождь, — согласилась главная из них, обе кроганши ударили себя кулаком по груди.

— Мы исполним ваш приказ, — добавила вторая. Они широкими мужскими шагами направились обратно, туда, где шла перестрелка.

Кваш следовал прямо за ними, не отставая.

То, что ещё недавно звалось «Верхними Норами» сейчас напоминало ад. Повсюду лежали обломки корабля, оплавленные взрывом, падением в атмосферу и зенитным огнём. Большой неровный кратер дымился прямо в центре этого отвратительного «поселения», состоящего из множества самодельных металлических халуп и издалека напоминающего гниющий струп на теле планеты.

Стоило иметь в виду, что Норы были отнюдь не новым «городом». Сотни тонн ржавого металлолома ворка стаскивали сюда в течение множества их, пусть и коротких, поколений, выкапывая корабли на дальних свалках или обдирая ещё лежащие на поверхности. После всё приволоченное железо в Норах кое-как сваривали, приклёпывали и что называется приматывали друг к другу, лепя из него уродливые дома и постройки. Без малейшего однообразия, намёка на какой-то план или хоть отдалённого представления об эстетике. Ворка просто строили всё, как им захочется или как они, почему-то, считали правильным, громоздя новые строения прямо поверх старых, пока всё это однажды не складывалось как карточный дом… после чего они просто разбирали обломки и начинали снова.

Во время каждого ливня вода и нечистоты текли, как им заблагорассудится, прокладывая русла прямо по улицам, не имеющих стоков или канав. Даже по меркам ворка, Норы были выгребной ямой, наполненной грязью и всеми возможными болезнями. Ободранные туши варренов, подвешенных над горой их же требухи, медленно распухающие и гниющие на воздухе; пустые бочки, наполненные до краёв стоячей цветущей водой или отбросами… последние потом сжигали, наполняя воздух тяжелым ядовитым дымом. Даже с орбиты и на спутниковых снимках, «город» напоминал гнойник, на фоне остального Корлуса, а это говорило очень немало.

Тела Вазир выпрыгнула из десантного отсека своего фрегата, смягчив приземление с мастерством опытного биотика.

— Разнеся эту дыру, мы наверняка оказали услугу всей галактике, — ещё одна коммандос азари буквально озвучила мысли Спектра. Одетые в чёрно-синюю броню, наёмницы одна за другой спускались в затухающий кратер, оставшийся после падения грузовоза.

Над их головами зловеще повис тяжеловооруженный фрегат класса «Свет Лузеты», ожидая приказов. Возможно, это было немного чересчур, но пока падающий грузовоз собирал на себя огонь всех средств ПВО местного Зенитного барона, фрегат они смогли опустить к поверхности планеты без особенных сложностей. От стрельбы по зенитным батареям Тела всё-таки воздержалась… в интересах галактической дипломатии. Впрочем, получив письмо с уведомлением, и барон мудро решил прекратить огонь. Если он достаточно умён, то должен знать, когда стоит сдаться. «Ну, я хоть попытался», — мог бы он потом сказать в своё оправдание. Это намного лучше, чем «Нет, пожалуйста, не убивайте меня…» заканчивающееся неизбежным звуком раздавленного биотикой тела.

— Рассыпаться! — отдала Тела приказ своим умелым коммандос. — Зачистить местность!

Хор из нескольких голосов подтвердил получение команды, девы разошлись, начав охоту на выживших, поодиночке и парами. Самой Вазир спешить было некуда. Она подождала ещё несколько секунд, пока грохот падения чего-то тяжелого не прозвучал у неё за спиной, а после его дополнил куда более тихий звук ещё одного приземления. Оглянувшись, Спектр увидела Рекса и Белого Варрена. Оба они были умелыми убийцами, однако ни тот, ни другой не торопились бежать в горящие руины в поисках врага.

— Рекс, Варрен, — начала Тела, двигаясь спиной вперёд и жестом веля следовать за ней, — я хочу, чтобы вы оба…

— Сдохни, азари!

С воплем одинокий ворка выскочил из-под развалин, Вазир лишь взмахнула рукой при его появлении. Голубая волна мощной биотики врезалась в него, зашвырнув как куклу по высокой дуге через крышу трёхэтажной кривой хибары.

…подготовили место встречи, — продолжила она, даже не сбившись из-за такой мелочи. — Затмение уже раскатало ту группировку, и когда они заметят фрегат, который я привела, то понесутся сюда на полной скорости.

— Надеешься запугать их демонстрацией силы, — отметил очевидное Рекс.

— Просто хочу напомнить, кто тут главный, — низким голосом парировала Вазир, пусть и продолжая улыбаться. Она с Мастером боя на эту тему спорила уже далеко не в первый раз.

— Они взяли штурмом линкор, когда у них солдат было куда меньше, чем сейчас, — вновь напомнил ей Рекс, между делом осматривая свой дробовик М-300. — Не надейся, что всё будет, как ты хочешь. Скорее ожидай, что всё выйдет наоборот.

— Нам с ними нет никакой необходимости конфликтовать, — заметил Варрен, разглядывая хаос, который Спектр Цитадели уже успела учинить, едва появившись на Корлусе. Батарианец — в самую первую очередь, агент Серого Посредника, а Посреднику не нужна здесь ещё одна война. Если её можно избежать, по крайней мере.

— Скоро мы всё это узнаем, — заверила их Тела. Она похлопала свой модифицированный M-15 Защитник, но все знали, что в случае Вазир опасаться в первую очередь стоит отнюдь не оружия. Слегка обернувшись, она выстрелила в голову обгоревшего ворка, пытавшегося куда-то уползти. — Пусть они сами придут к нам. Пусть они придут ко мне, — произнесла она, кивнув и опустив ствол.

— НЕ-Е-ЕТ! НЕТ! — полный боли вопль эхом прокатился по небольшой квартире с двумя спальнями, наполняя её незамутнённым отчаянием и смертельной тоской.

Рана Таноптис, едва не споткнувшись, влетела в комнату.

— Илена! — она увидела сестру, застывшую перед голоэкраном, убитая горем дева прижимала ладони к лицу. — Илена? — позвала Рана вновь, приближаясь к ней.

— Илена! — практически зарычала азари, рассмотрев поставленное на паузу изображение на экране. Покачав головой, она упёрла руки в бёдра. — В самом деле?

— Он мёртв, — со слезами крикнула Илена, вскочив с пола и схватив старшую сестру за плечи. — Они его убили! Они на самом деле его убили!

Опустившись на диван, Илена злобно уставилась в экран. Нервный жест перемотал изображение назад. Вздохнув, Рана села рядом с сестрой. На экране вновь появился мостик горящего корабля. Очевидно, что вокруг сейчас шел тяжелый бой. Консоли горели и взрывались, как всегда неэффективные системы распыления хладона сбрасывали чисто символические порции газа из случайных мест в потолке. На заднем фоне медленно двигались две азари, одна поддерживала другую, но они всего лишь массовка. Главными в этой сцене, несомненно, были серьёзно израненный турианец в капитанском кресле и ещё одна азари постарше, скорее матрона, чем дева.

— Матриарх Инсидия и её кроганские прихвостни собрали больше сил, чем я смел ожидать! — прошипел турианец сквозь стиснутые зубы и лицевые пластины. Он мрачно усмехнулся перед лицом неизбежной смерти.

— Последнее попадание было фатальным для судна, — заметила тёмно-фиолетовая азари, касаясь своей бело-голубой брони, пока она оценивала повреждения на мостике. — Нам придётся покинуть корабль.

— Наша старушка ещё может продолжать бой, — возразил капитан, на свою сломанную ногу он взглянул всего на мгновение. Затем повернул голову к матроне. — Тела. Все и без того знали, что это путь в один конец. Сейчас главное…

— Остановить Инсидию, — не дала ему закончить азари. — Я знаю, — она протянула руку, чтобы помочь ему встать. — И для этого мне нужен ты.

— Нет, — отказался турианец, оттолкнув её руку. — Нет, не нужен. Тела. Теперь лишь ты одна сможешь остановить Инсидию и её армию кибернетических кроганов. Мы привели тебя сюда и смогли выманить её. Наша часть задания уже окончена.

— Каликсо, — произнесла Тела его имя сквозь сжатые зубы. — Ты просишь меня просто бросить тебя здесь. Но я не смогу так поступить.

— Ты ведь так и не дала мне договорить, — Каликсо покачал головой, его мандибулы разошлись чуть шире. — Тела. Сейчас самое главное… чтобы ты осталась в живых.

— Каликсо… — Спектр азари сжала руку в кулак, борясь со своими чувствами, даже когда корабль вздрогнул от ещё одного взрыва.

— Нет времени на долгие прощания, Тела, — Каликсо уже смотрел перед собой, набирая команду на инструметроне и переводя на него управления поврежденным компьютером корабля. — У нас осталось ещё два снаряда, и я собираюсь найти им хорошее применение! Теперь, беги же!

Тела медленно кивнула. Она всё понимала.

— Считай свой долг оплаченным… — она наклонилась и поцеловала его, губы на мгновения коснулись пластин у рта турианца, прежде чем азари поспешила к выходу с мостика, — …мерзкий пират.

Калико кивнул, на прощание махнув рукой. Больше ничего не сказав, Тела убежала прочь с мостика, к спасательным капсулам, остановившись только чтобы поторопить одну из раненых коммандос. Когда она уже оказалась у капсулы, камера вновь вернулась к Каликсо. Данные системы наведения корабля проецировались на его лицо, окрашивая его красными огнями.

— Идеальная калибровка, — прошептал он, когда взорвался, один из вражеских кораблей. — Идеальный прицел, — показалось, что второй сумел избежать попадания, но и его тоже пробил снаряд. Каликсо откинулся в кресле, выключив экран, его мандибулы раздвинулись в довольной улыбке.

— Ну, что я говорил тебе, Тела? Я никогда не промахиваюсь.

А затем его вместе с мостиком поглотил взрыв.

— О-о-о-он мё-ё-ё-ёртв! — Илена заревела вновь, по её щекам катились крупные слёзы. Она снова остановила изображение на моменте смерти своего любимого героя. — Каликсо погиб! — крикнула она. — Как они вообще могли убить его?!

— Похоже, закончить твой фанфик с пейрингом Тела-Каликсо будет непросто, — пошутила Рана.

— Это не смешно! — крикнула Илена, стукнув сестру по плечу. — Да ничего хуже ЭТОГО и случиться не могло!

— Илена, это всего лишь сериал, — наставительно напомнила Рана хнычущей сестре.

— Основанный на реальных приключениях Телы Вазир! — возмутилась Илена. — Готова поспорить, капитан Каликсо был настоящим! И он поги-и-и-иб! Как настоящий герой! — в глазах юной девы вновь возникли слёзы.

— Да наверняка же из него специально сделали такую приманку для дев, чтобы больше дурочек, вроде тебя, смотрели их сериал.

— А ну забери свои слова обратно!

Аннабель Шепард опустилась на одно колено, прежде чем присесть на край кабины их уже не нового штурмовика батарианского производства. Пока вторая и третья рота проверяли и дочищали последние израненные и обожженные остатки Кровавой стаи, большая часть бойцов первой роты отступили туда, где развернулся импровизированный парк техники, где стояли их «Томка» и штурмовики. Требовалось решить, что им делать дальше, а заодно заняться ранами и повреждениями экипировки. Какими бы неуязвимыми не казались чёрно-фиолетовые «бекха-якши» всем остальным в Затмении, на самом деле они тоже получали ранения и могли погибнуть. Однако считалось важным свести к минимуму любые демонстрации слабости, что при уже сложившейся отчуждённости от рекрутов замаскированным людям сделать было проще.

Шепард провела рукой в перчатке по лицу, вызывая волны на голографическом изображении, скрывающими её внешность вместе с маской из нановолокна.

Таким бекха-якши, как Шепард, пока не согласившимся на полноценную биомодификацию под азари, приходилось пользоваться менее надёжными методами маскировки. Они могли обмануть при взгляде со стороны или даже дистанционном био-сканировании с помощью инструметрона, но не позволяли фальсифицировать образцы ДНК как биомод, да и на ощупь всё тоже стало бы очевидным. Биомодификация была хороша именно тем, что позволяла распространять фальшивые следы, имитируя ДНК азари по имеющимся примерам, так что прошедшим обработку людям было рекомендовано оставлять образцы своей ДНК почаще, на радость всем заинтересованным сторонам. Хотя эту рекомендацию некоторые бекха-якши и понимали слишком уж буквально.

— В общем… у нас проблемы, — объявила Шепард, указывая через плечо на корабль, парящий над горизонтом. Фрегат азари никто даже не пытался прятать. Он спокойно расположился прямо над Норами, в двадцати с лишним километрах от их текущей позиции, зависнув на месте, словно неуязвимый замок в небесах. Как и почти все суда азари, он выглядел изящным, напоминая гладкими округлыми формами хищного ската, пускай и вроде отдыхающего в данный момент.

— Это фрегат класса «Свет Лузеты», — пояснила одна из бекха-якши, лицо «азари» подсвечивало оранжевым изображение инструметрона. Как многие из первой роты, даже с биомодификацией она не слишком утруждала себя имитацией обычного поведения и традиций азари — ограничившись лишь чисто символической раскраской лица, к примеру, как и большая часть замаскированных людей. В случае лейтенанта Бердичевской это были лишь белые тени между глазами и нарисованные брови.

— Система распознавания показывает, что это азарийское судно «Девчачья тусовка» — добавила она, неловко кашлянув.

— Какое обалденное название! — как обычно, Илена не могла не вставить своё мнение заслуженного эксперта до девам азари и их традициям. — А я вам говорила, что наш корабль надо было назвать «Яхтой вечеринок»!

С разных сторон донеслось несколько смешков. Даро'Ксен только недоверчиво покачала головой.

— Лейтенант, — сказала Шепард, дав им слегка повеселиться и поднять настроение, — продолжайте.

— Если судить по удалённому сканированию, «Девчачья тусовка» немного доработана в сравнении со стандартным проектом фрегатов «Свет Лузеты» — пояснила Бердичевская, потом большим и указательным пальцем увеличила изображение инструметрона, чтобы всем было видно. — Двести пятнадцать метров в длину, то есть на десять метров больше положенного этому классу, за счёт увеличения антенного комплекса и дополнительного бронирования кормы. Мы установили, что используется броня Силарис Тип-Е, заметно повышающая живучесть корабля… вероятно, для действий в нижних слоях атмосферы, где кинетические барьеры могут быть недостаточно эффективны.

Рамка выделила отдельные части корабля на изображении.

— Стандартная для этого класса система ПОИСК инфракрасного спектра… два осевых ускорителя массы обычного для фрегата калибра по принятой у азари схеме вертикалки… ракеты воздух-поверхность вот здесь и здесь для суб-орбитальных бомбардировок…

— Ничего такого, с чем не справится «Тевура», — отметила ещё одна женщина с пулемётом, выступая вперёд.

Одна из самых высоких якобы «азари», даже выше Шепард, и столь же широкая в плечах. Звали её «Лондон», если Илена помнила верно. Вот честное слово, в человеческих именах не чувствовалось вообще никакой системы и созвучия. В настоящем служебном реестре первой роты Затмения крайне странные имена буквально шли одно за другим.

— Главный калибр «Тевуры» должен без проблем вскрыть эту посудину, — ухмыляясь продолжила Лондон, её голубые глаза нехарактерного для азари оттенка ярко блеснули. — Даже если эта редкая броня такая же крепкая, как наши сплавы… у нас ведь есть на борту пара «особенных» боеприпасов, верно?

— Стрельба в сторону поверхности даже не обсуждается, — отрезала Шепард и внимательно посмотрела на Лондон, чтобы до той лучше дошла следующая мысль: — «Особые» боеприпасы не обсуждаются тем более. Корабль там явно для того, чтобы помешать высадке сверху, но готова поспорить, что у них покровители повыше и свободы в нарушении местных законов куда больше. Не забывайте, здесь мы не акулы, а в лучшем случае пираньи — мелкая рыбёшка.

— А наша бронетехника не сможет его оттуда сбить? — задала Илена вполне логичный вопрос.

— Да, вероятно, смогла бы… если бы не чёртов Силарис, — недовольно пояснил Бердичевская. — Силарис Тип-Е вещь серьёзная даже по нашим стандартам, — она зло посмотрела на корабль, висящий за спиной у майора Шепард, словно бы взглядом можно было прожечь в нём дыру и уронить. — Возможно, мы смогли бы вывести его из строя… если сумеем выдать внезапный залп из всех стволов по одной точке, и если их «ПОИСК» не покрошит нас раньше.

— Тогда пойдём в стелс-режиме, — мягко со странным акцентом произнесла ещё одна женщина. Из собравшихся людей её Илена знала меньше всех. Звали её лейтенант Ли, и она была родом с колонии под названием Энигма.

— Мы прыгнем… пройдём в невидимости десять километров, — Ли сидела на броне штурмовика слева от своего командира, скрестив ноги. — Когда подойдём на двадцать метров, то синхронизируем наши усилители и сделаем «манёвр Шепард».

— Манёвр Шепард? — засмеявшись, переспросила Илена. — Шеп! Ты ни разу не говорила, что в твою честь назвали манёвр!

— Вряд ли майор об этом упоминала, но на Акузе ей пару раз доводилось ходить в охоту на червя, — ответила Лондон, поскольку Шепард продолжала хранить молчание. — Мы все об этом слышали кучу историй! Ну а манёвр Шепард, это когда…

— …ты рискуешь своей жизнью на пустом месте, — прервала её Анна и махнула рукой, показывая, что всё, тема закрыта. — Однако в плане лейтенанта Ли есть здравое зерно. Против их системы ПОИСК невидимость — наш лучший козырь, особенно если учесть, что запарковали эту посудину с умом, уж кто бы там на ней не явился, — она посмотрела на посвященную в их тайны гениальную кварианку и спросила: — Если только наши дроны и разведчики не нашли другой путь в Норы?

— К той части, которая нас интересует — не нашли, — ответила Даро, стоя у стены со сложенными на груди руками. Шлем вновь был у неё на голове, кварианка изредка покашливала. Про её опыты с раскрытием скафандра все уже знали, однако, несмотря на это, Даро сейчас вполне уверенно держалась на ногах и выглядела почти совершенно здоровой. Время покажет, как её незавершенная до конца новая иммунная система справится с такой пиковой нагрузкой. — Под землёй Норы тянутся на много километров в разные стороны с поворотами и изгибами. Неудивительно, что ни у кого нет даже приблизительной их карты, — объяснила она, взмахнув рукой. — Даже у тех самых наркоманов-ворка, которые их и копали. Потребовалось бы, — она сделала паузу, оценивая и считая в уме, — …не меньше суток, чтобы нанести на карту все ходы, и даже так у нас не будет полной гарантии, что один из них выводит прямо к лаборатории Окира.

— То есть, нам придется идти вперёд? Прямо в засаду? — проворчала Лондон.

— Мы только что успешно устроили засаду, а теперь сами находимся перед другой, — ухмыляясь, ответила Бердичевская, похлопывая свой пулемёт. — Возможно, это и называется карма?

— Майор? — спросила невозмутимая Ли, чинно сложив руки на коленях. Кажется, появившаяся на горизонте угроза её совершенно не волновала. — Я могу собрать и подготовить свой отряд за десять минут. Мы возьмём искателей вместо дронов, — она запнулась на секунду. — Есть только одна проблема…

— Сержант Лиакорус, — подскочила Илена. — С ней ведь что-то случилось, так?

— Да… но откуда?.. — Ли удивлённо помотал головой. Как и Шепард, она носила маску из наноткани, на которую и проецировалась голограмма лица азари. Правда ей приходилось сложнее, чем Анне, ведь форма лица и особенно разрез глаз у Ли были уж слишком необычными для азари. Она всмотрелась в Илену, буквально прожигая деву взглядом… словно пыталась что-то отыскать…

— Что? — спросила Илена, оглядывая нагрудник своей брони. — У меня к скафандру что-то прилипло? Сильно мерзкое? Я недавно на ворка наступила, и кусок пристал к ботинку, так что…

— Нет. Ничего такого, — успокоила её Шепард. — А кто тебе сказал, что с Лиакорус что-то случилось?

— Просто показалось что-то такое… когда мы дрались с Врогом и чуть позже, — Илена покачала головой.

Азари знала Лиакорус лучше, чем многих из бекха-якши. Она была из людей с чёрной кожей, и потому для Илены сильно выделялась на фоне прочих. Она и Ким всегда готовы были обсуждать с Иленой человеческое оружие, а если что-то коммандер Затмения и любила почти так же сильно, как шоколад, так это пушки! Лиакорус даже пообещала ей дать пострелять из настоящего лучемёта людей, когда они в следующий раз будут на Арктуре.

— Немало кроганов пользуются токсичными боеприпасами, — сказала Ли, переведя взгляд с Илены на близкое поле боя. — У Врога в пулемёте были заряжены ещё более опасные полониевые боеприпасы. В бою сержант Лиакорус получила сразу несколько ранений от таких пуль.

— Но с ней же всё будет в порядке? — спросила Илена с искренним беспокойством. Токсичные боеприпасы запрещены в пространстве Цитадели и даже в немалой части Терминуса. Смерть их жертв была очень страшной, иногда быстрой, а иногда болезненно медленной. А полониевые боеприпасы даже ещё хуже. Вдобавок к целому коктейлю опасной для азари химии, отравление полонием и неизбежное облучение уже нельзя было вылечить, даже кроганам.

— Тело очень сильно пострадало, но мозг в сохранности, вот что самое главное, — ответила Ли и добавила, обращаясь к Шпард: — Но на скрытную операцию я в таком виде её не возьму. Потребуется замена. Майор, у меня есть несколько кандидатур и…

— Так, постойте! — влезла Илена, недовольная столь резким уходом от темы. — Если ей так сильно досталось, то разве мы не должны везти её к доктору, или в больницу или что-то типа этого?

— Чаквас уже сделала всё необходимое, — сказала Ли, слегка изменив положение тела. — Лиакорус впала в спячку несколько минут назад, и мы уже погрузили её в стазис-капсулу.

— Я… не понимаю…

— Идиотка, ты вообще по сторонам смотришь иногда? — проворчала Даро, даже оторвавшись от своего места, чтобы подойти и дать Илене лёгкого вразумляющего пинка.

— Эй!

— Слушай меня, — произнесла Даро, хмуро глядя на неё сквозь забрало шлема, — я надеюсь, ты хотя бы в курсе, что благодаря Составу у наших друзей есть модификации, ускоряющее регенерацию?

— Ага! — согласилась Илена. — Разумеется, я это знаю!

— И единственная часть, которая регенерировать не может, находится здесь, — Даро подняла правую руку и демонстративно постучала по своему шлему. — Это мозг.

— О-о-о… — Илена закивала, но потом растерянно наклонила голову набок: — И что из этого?

— Тогда что бы ты сделала, если бы твоим единственным слабым местом был мозг? — спросила Даро, потом обреченно поникла головой. — Хотя если учесть, с кем я говорю…

— То есть, они стараются прикрывать голову, — сделала вывод Илена, толкнув кварианку локтем. — Ладно, это я поняла! — она повернулась к остальным людям, только Лондон успела куда-то отойти. — То есть… вы и со своим мозгом что-то проделали… что теперь у вашего тела как бы есть спящий режим, и оно впадают в эту вот «спячку»?

— Наш мозг окружает демпфирующий ксеногель, состоящий из наночастиц… — начала было Шепард, но быстро поняла, что большая часть терминов вылетит у Илены из головы уже через несколько минут. — В общем, у нас в мозгу и вокруг него присутствует гель, обеспечивающий общую защиту и ускоряющий метаболические процессы. Он лучше защищает от ударов, контузий, сотрясений, высоких перегрузок, и в случае, если откажут оба сердца, он будет поддерживать мозг живым ещё час. Мы позаимствовали эту модификацию у мутонов, однако с тех пор серьёзно её доработали. Теперь она так же позволяет входить в состояние кататонии, чтобы либо попытаться регенерировать повреждения тела, либо сохранить мозг до тех пор, пока кто-то из товарищей не извлечёт его подобающим образом — это состояние мы и называем «спячкой».

— Дошло теперь? — уточнила Даро у азари, тяжело вздохнув. — В самом деле, ты просто…

— Но это же классно! — Илена вскочила на ноги, вскинула кулак, не пытаясь скрыть, как она рада. — Значит, с сержантом Лиакорус всё теперь будет в порядке? У неё будет новое тело? Насколько ей серьёзно досталось, кстати? Может, теперь у неё будет настоящее тело азари, если уж старое всё равно придётся менять?

— Ну-у… — Шепард, как и все остальные, не смогла быстро найти столько ответов на этот вал вопросов.

— Майор, — на связь вышла одна из бекха-якши, стоящая в карауле за полупрозрачным ограждением вокруг стоянки первой роты. — Прибыл кроган. Говорит, у него есть сведения, которые вы хотели бы услышать.

— Кроган? — уточнила подошедшая Лондон, рассматривая силуэт сквозь полупрозрачные барьеры ограждения. Кроме того, никакие звуки они тоже не пропускали.

— Такс, — догадалась Шепард, не спеша вставать со своего места. — И чего ему только понадобилось?..

— Спектр? — уточнила Шепард. Пулемёт был закреплён на подвеске бронескафандра на спине, по левую руку от Аннабель было поле боя, где осталась Кровавя стая, а по правую — новая угроза, маячащая над горизонтом. Она кивнула в сторону зависшего фрегата. — На этом корабле Спектр Совета?

— Временами они подбирают себе довольно странную компанию, — ответил Такс Тууго с зубастой ухмылкой. В исполнении большинства кроганов это смотрелось бы как угроза, но этот каким-то образом ухитрялся выглядеть добродушно-дружелюбным. — Особенно Спектры азари.

— То есть, вам даже известно, кто именно?

— Известно, — согласился Такс Тууго, храбро шагнув мимо одной из бекха-якши охранения прямо к их лидеру. Шепард подняла руку, останавливая подчинённую и не давая ей схватить крогана и силой заставить держаться на подобающем расстоянии. Однако лейтенант Лондон Хэйблер остановила его телохранительницу — украшенную шрамами немолодую матрону, чьё имя Илена не могла запомнить — и не дала последовать за нанимателем. Две большие азари, одна настоящая и одна фальшивая, угрожающе замерли друг напротив друга. Большая часть азари Затмения хотя бы немного побаивались бекха-якши, однако эта встала лицом к лицу напротив внушительной канадки, не показывая и тени страха.

— Эзилия, я прошу тебя, расслабься, — произнёс Такс своей телохранительнице. — Я более чем уверен, что эти милые дамы не собираются причинить мне никакого вреда.

Так и не произнеся ни слова, опытная матрона кивнула и сделала шаг назад. Лондон только улыбнулась ей, демонстрируя ровные белые зубы, угрожающе и с вызовом. Как и у азари, у людей тоже остались небольшие клыки, как напоминание о далёких предках. Однако у людей они выделялись немного сильнее, так что на взгляд азари у них ухмылка обычно выглядела более дикой и агрессивной. Хотя будь то азари или люди, обе расы вполне могли видеть разницу между дружеской улыбкой и хищным оскалом.

— Ах, какой запах, — произнёс Такс, сделав глубокий вдох, — затем он повернулся к Шепард и произнёс: — Помнится, во время оно знавал я одного саларианского доктора, звали которого Савии, — отвлечённо произнёс кроган, неторопливо и с интересом разглядывая поле боя. — Специализацией Савии было создание новых видов растений по заказу… это была его страсть… но она же часто доставляла ему проблем. Ему даже пришлось бежать в Терминус, чтобы уйти от законов Цитадели о генной инженерии. Вот только что делать учёному, когда нет грантов? Только скучать и остаётся, я полагаю, — старый кроган рассмеялся, припомнив что-то. — Так что как Иерархия и Союз одновременно оставили его без сбережений, он зарабатывал на свои исследования, варя правоаминокислотные опиаты. И вот как-то я решил навестить своего друга, а он пожаловался, что к нему зачастили пираты, которые постоянно воруют урожай, — погладив подбородок, Тууго издал задумчивое громыхающее «хм-м-м».

— Вполне естественно, что я предложил ему помощь, — сказал кроган, сделав широкий жест и словно призывая Илену и остальных бекха-якши оценить его великодушие. — А он сказал, что это ни к чему и что он сам обо всём позаботится. Взамен он просто предложил остаться на ночь и вдвоём заняться бутылочкой иллиумского нинола на ноль восемь[27]. Той ночью мы с саларианцем сидели, выпивали, и что бы вы могли подумать, случилось дальше? Прямо на поля высадилась банда пиратов-ворка. Уж не знаю, кто им и чего наговорил, но там явилась сразу сотня, тут же начав опустошать посевы. Ворка те себя вели так, словно во всей галактике им бояться уже нечего. Они даже не пытались прятаться или скрывать, чем они заняты… Настолько они были уверены в том, что мой друг ни за что не посмеет выйти к ним из дому.

— Уверенность, — с расстановкой произнёс кроган, махнув рукой в сторону поля, где упокоилась Кровавая стая. — И в особенности, самоуверенность, возможно, один из главных источников бед нашей галактики. Пока мы спокойно выпивали, глядя на их приближение, мой друг просто достал пульт, нажал на кнопку, и всё поле полыхнуло не слабее преисподней. Что называется, подлить бензину в огонь… — Такс щёлкнул своими толстыми, как у всех кроганов, пальцами, — …вроде как-то так говорят. Сотня пиратов с воплями сгорала, пока мы с ним допивали наш нинол. Не думаю, что я когда-нибудь смогу забыть тот запах, разлитый во влажном и горячем воздухе. Он всегда мне казался необычно сладким, напоминая расплавленную карамель… И знаете, это поле боя, — он плавно указал вниз, — напоминает мне о том дне

— Спектр, мистер Такс, — просто произнесла Шепард.

— Ах, да, — припомнил кроган, отвлекаясь от захватывающего вида, — Спектр, — он потянулся, чтобы расправить складку на своей вышитой золотом рубашке. — Мы имеем дело с юной Телой Вазир, правой рукой самой Тевос.

— Вазир? — тихо переспросила Шепард. — Вы уверены?

— Более чем, и вас тоже пытаюсь убедить, — заверил её Такс.

— Вау! Эй! Постойте! — влезла в разговор Илена, просачиваясь между замаскированным человеком и кроганом-бизнесменом. — Та самая Тела Вазир?

— Да, — Такс удивлённо посмотрел на неё, несмотря на все различия, это выражение лица у кроганов и азари (и людей тоже) было весьма похоже.

— ТА САМАЯ Тела Вазир, остановившая пиратов Пенандера? — спросила Илена и Такс кивнул. — Именно та самая Тела Вазир, схватившая безумного доктора Бантира и выследившая ЗЛОБНУЮ матриарха Инсидию на Отре-4, чтобы остановить коварные планы ТЕНЕВОГО СОВЕТА?! — спросила она снова, в глазах азари сияли звёзды. — САМА Тела Вазир?! Здесь!

— Ну, если так говорить, в общем, да… — в этот раз кроган ответил куда медленнее и уже не столь уверенно.

— Илена… — пробормотала Шепард, схватив азари и оттащив её от Такса на несколько шагов. В голосе человека слышалось раздражение, но азари и так понимала свою вину.

— Шеп, — тихо начала она защищаться. — Тела Вазир одна из моих героинь! Извини, если слегка занесло, но для меня это невероятно важно! Ты и представить себе не можешь!

— Я себя так же чувствовала, когда смогла встретиться с Аннет Дюран, — шепотом ответила Шепард, прикрыв глаза и вздохнув. — Так что, да, вполне могу себе представить

— У… у тебя, и есть героиня? — спросила Илена изумлённо, чуть повысив голос, но потом вновь продолжила шёпотом: — У тебя? Но… ты же такая… — азари прикусила губу, не зная, как лучше выразить свою мысль, чтобы это не прозвучало слишком грубо. — Ты ведь крутая, — смогла она, наконец, подобрать самое мягкое определение.

— У каждого есть свои герои, Илена. Те, кем мы восхищаемся… пытаемся имитировать, и кого хотели бы впечатлить, — Шепард покачала головой, но её суровое выражение лица сменилось слабой улыбкой. — Просто, чем больше лет и шрамов прибавляется, тем сложнее в этом бывает признаться. Только и всего.

Илена улыбнулась в ответ, довольная тем, что они поняли друг друга.

— Просто сделай так, чтобы это всё для тебя было на втором месте после задания и не теряй голову, — предупредила Анна, слегка приблизившись. — Ясно?

— Определённо. Точно. Я всё поняла! — Илена вновь обернулась к Таксу и заговорила уже в полный голос: — Она вам это сама сказала, мистер Такс?

— Нет, — казалось, что дружелюбная улыбка у этого крогана вообще никогда не пропадает, — хотя вы наверняка уже и сами начали гадать, кому же принадлежит корабль, который сейчас завис вон там, — начал он, медленно пройдясь перед штурмовиком Затмения. — Уж поверьте мне, хоть Тела Вазир и не самый скрытный Спектр в галактике, но эту небольшую вылазку она пыталась сохранить в тайне. Я знаю, кто прибыл на корабле, только потому, что среди моих хороших друзей есть пара зенитных баронов Корлуса.

— Хороших друзей? — скептически переспросила Шепард.

— Друзей в том смысле, что они задолжали мне пару услуг, и у нас нет причин убивать друг друга, — ответил Такс, и, несмотря на мрачноватую тему, его улыбка только стала шире. — Вас ведь вряд ли удивит новость, что я имею влияние и контакты не только в сферах законного бизнеса, правда?..

— Вообще ни капли, — признала Шепард, сложив руки на груди. — Ладно, предположим, что здесь есть Спектр и это, в самом деле, та Тела Вазир. Что ей тут нужно? Почему она появилась именно сейчас? Какие у неё цели?

— Не хотел бы строить догадки зря, — ответил Такс, просто пожав плечами и показывая, что тут он бессилен. — Узнаем это, когда туда доберёмся. Меня интересует только безопасность дочери, — напомнил он, и в этот раз в добродушном тоне проскользнули ноты гнева. — Всё остальное меня не волнует. Так что с готовностью последую за вами.

— Шеп, — решила вставить своё мнение Илена. — Если бы Тела хотела начать бой, она бы не там этот корабль повесила, а атаковала на нём нас. Готова поспорить, она ждёт, что мы придём к ней… и я думаю, что нам так и стоит поступить! Уверена, мы сможем работать вместе. Наверняка ей тут нужно то же, что и нам!

— Вот как раз это меня и беспокоит, — недовольно произнесла «Боевая матрона» Затмения, опуская руки.

Глава 18

— Ладно, девочки! — крикнула Эньяла, стоя на крыше своего «Томка» огневой поддержки. Пара штурмовиков первой роты с грохотом запустили двигатели и поднялись в небо у неё за спиной, словно торопясь найти себе с высоты новую жертву на поле боя. — Выньте руки из трусов и готовьтесь выступать! — приказал она, широко ухмыляясь. — Босс говорит, что мы снова на тропе войны!

За докладами о готовности можно было расслышать редкие и негромкие стоны. Рота Эньялы уже была сильно вымотана и побита в боях, и пускай с ног ещё никто, конечно, не валился, но усталость уже вполне чувствовалась. Всего за полдня они растоптали банду Кровавой стаи под командованием Врога. А теперь Босс хочет, чтобы они были готовы выступать вновь, и все уже понимали, куда именно — фрегат, который кто-то запарковал прямо над Норами, был виден издалека. Эньяла не могла винить подчинённых за жалобы и колебания. Босс не дала им даже передохнуть между уничтожением небольшой армии Врога и возможным штурмом вновь прибывшего звездолёта. А они ведь не такие беспощадные и не знающие усталости машины смерти, как первая рота. Пока, во всяком случае… но именно их выбрали, как достойных сражаться бок о бок с бойцами первой роты, они на текущий момент — лучшие в Затмении.

— Ну ладно, ладно, дамочки… — Эньяла уже знала, что её следующее объявление приободрит подчинённых. Хотя бы азари. — Босс у нас не настолько плохая! Она так же разрешила нам запустить руки в резервные пайки!

— Дополнительные пайки?

— О-о!

— Только не говорите мне…

— Да-да-да!

Эньяла подняла над головой вроде бы ничем не примечательную чёрно-коричневую сумку, но глаза всех азари роты уже буквально не отрывались от неё. По рядам пронёсся и начал нарастать одобрительный гул, пара дев даже успела выкрикнуть что-то нетерпеливое, остальные же просто глотали слюну.

— По два каждой, дамы и девы, — Эньяла залезла в сумку и вытащила пару узнаваемых шоколадных батончиков, обозначенных чёрной полосой поверх коричневой упаковки. Она медленно подняла их перед собой, а затем швырнула сумку вниз, замершим в ожидании коммандос. Девы накинулись на неё, словно стая голодных варренов на раненую билла-корову.

— Шоколад… отвратительно, — один из их саларианских инженеров состроил гримасу отвращения, несколько нарочито. Множество азари со всех сторон освистали того, кто посмел сказать плохо о самой любимой части их пайков, но только после того, как каждая утащила свои две порции.

— Для тех, кто не относится к азари, выдаются обычные усиленные пайки, — Эньяла спрыгнула с танка и жестом велела остальным подчинённым собраться рядом. У неё был запас право- и лево-аминокислотных рационов для них, даже пускай это и не шоколад, но она видела, что боевой дух подразделения ощутимо поднялся. Проклятье, ужасная дисциплинарная политика Затмения строжайше запрещала любые наркотики и алкоголь на службе, да часто и вне службы тоже, но в компенсацию продуктовое снабжение у них было самым лучшим из возможных. На нём никогда не экономили.

— Духи! Этот полу-рацион мой! Ну, вот это я понимаю!

— Высококалорийные шарики лакк. Приемлемо.

— Со скрытым отвращением: снова саларианские рационы. С напрасной надеждой: когда же несчастный элкор дождётся поставок нормальной еды, привезённой с Декунны?

— Я тебе скажу, если удастся что-нибудь на этот счёт придумать, Грози, — Эньяла хлопнула элкора по твёрдому плечу. Он был последним в очереди за пайками, и забрав свои две порции, Грози посмотрел в сторону их следующей цели. Они все, конечно же, с самого начала понимали, что в Норах будет не избежать нового сражения с кроганами Кровавой стаи и их ворка. Но точно не ожидали, что кто-то притащит ещё и военный корабль, чтобы слишком скучно не было.

— С надеждой, в которой слышится сарказм: возможно, они на нашей стороне? — спросил элкор, его губы задёргались, должно быть, так у этой расы выглядит приступ смеха.

— Я бы на это рассчитывать не стала, — заметила Эньяла, снимая упаковку со своего батончика и пробуя такой сладкий, невероятно сладкий шоколад. Всё тело наполнилось энергией, как от удара молнии, а языку стало щекотно. Одна Атаме ведает, где бекха-якши берут нечто настолько вкусное, но благослови их богиня, за то, что они привезли его в пространство Цитадели.

К назначенному Боссом сроку все бойцы из роты Эньялы уже погрузились на «Томка», танки с грохотом покатились к их следующей цели. Может, им и не дали как следует отдохнуть, но, во всяком случае, компенсация за тяжелые условия труда была неплоха.

Ожидая прибытия новых гостей, Тела Вазир чувствовала, как по спине пробегает приятная дрожь нетерпения. Она сделала ещё один круг и села на металлический складной стул перед таким же простым столом, установленным в тени её корабля. Ближайшее пространство уже расчистили от трупов и обломков, но дальше всё ещё были горящие и обваливающиеся руины поселения ворка, которое местные называют Норами. Коммандос азари заняли сейчас эти развалины, они не расставались с оружием и были постоянно готовы вступить в бой.

Хотя Вазир чувствовала себя достаточно спокойно и комфортно, чтобы расслабленно откинуться в кресле, её компаньоны и телохранители выглядели куда более настороженными. Урднот Рекс делал уже который круг по периметру их стоянки с М-300 «Клеймор» в руках, пытаясь найти поблизости хоть что-то подозрительное. Казалось, что старый опасный Мастер боя… слегка нервничает, как предположила бы Вазир. Азари допускала, что всему виной его прошлая встреча с чёрно-фиолетовой элитой Затмения. Очень-очень редко встретишь противников, от которых будет убегать кроганский Мастер боя. Он явно ещё не забыл этого, порой тихо рыча себе под нос. Вазир его, впрочем, ни в чём не винила. Рекс был бойцом-одиночкой, которому пришлось сражаться в невыгодных условиях против превосходящих сил, когда бесполезные союзники просто дали себя перебить. К тому же, в тот раз это были всего лишь кроганские наёмники и батарианские солдаты. Они не стоили тех денег, которые просят за свои услуги. А теперь его прикрывают азарийские коммандос. Это уже настоящая поддержка, а не какая-то дешевая подделка под неё.

Отряд этот Вазир уже знала, доводилось работать с ними раньше. Они надёжны. Далеко до её уровня, разумеется, но всё-таки достаточно надёжны.

— Хрррм… Белый Варрен хмыкнул достаточно громко, чтобы Спектр его услышала.

Обычно этого осторожного батарианца нелегко было понять, но сейчас он, как и Рекс, был словно не в своей тарелке, к тому же его-то никакие предыдущие встречи не оправдывали. Даже для Телы в Белом Варрене ещё было слишком много таинственного, а его статус как агента Посредника не давал даже Спектру возможности что-то выяснить наверняка. Он умело обращался и с пистолетом-пулемётом, и с инструметроном, когда дело доходило до взлома, но тут как раз не было ничего удивительного: Серый Посредник нанимает только самых лучших для своей небольшой личной армии. Неуловимый Посредник не первый и не последний богач со странными вкусами, имеющий собственную частную армию, хотя мало кто из таких готов добывать для своих бойцов специальную броню Турианской Иерархии. Правда, это их выделяет… но возможно Посредник как раз и хочет, чтобы все видели неких агентов в улучшенной броне Иерархии?

Тела равнодушно наблюдала, как Варрен с помощью инструметрона конструирует дрона и отправляет его изучить что-то в ближайших развалинах, золотая техническая броня батарианца отчётливо потрескивала, обновляя щиты. Спектр уже не в первый раз попыталась догадаться, что же у агента на уме. Неужели он правда считает, что Затмение настолько не дружит с головой, чтобы атаковать их?

— Проблемы? — спросила она, не вставая с кресла. — Ты там привидение, что ли, в руинах увидел?

— Нет, — ответ Варена был привычно краток. — На самом деле, тут даже слишком тихо, и это меня нервирует.

— На нашей стороне сейчас все возможные преимущества, — заверила его Тела, расслабленно прикрыв глаза. — Я отнюдь не беззаботна… но в определённый момент, после определённого количества предосторожностей и заранее подготовленных планов, остаётся просто бросить кости и ждать, что же выпадет, — она снова открыла глаза. — Ты играешь в кепеш-якши?

— Боюсь, что не знаком, — Варрен покачал головой.

Тевос эту проклятую игру просто обожала. И как Тела подозревала, не в последнюю очередь потому, что советница была в ней очень хороша — она знала, что всегда сможет выиграть. Это был очень характерный для Тевос взгляд на вещи. Она невероятно любила сидеть за столом, делать ходы, и в итоге всегда побеждать в партии. Не то чтобы работать на кого-то с такими взглядами было сложнее. Серый Посредник мыслил точно так же, и Тела полагала, что и она, в общем-то, тоже. Умные и успешные всегда выигрывают игру ещё до того, как сделать первый ход. Честная дуэль это романтично, но неприглядная правда в том, что они настолько же фантастичны и невозможны, как и Снежный саларианец или протеане из тайного правительства или Жнецы.

— А ещё меня немного беспокоит наш контакт там внизу, — подозрительно заметил Варрен. — Я ей не доверяю. И вам тоже не стоит.

— А кто сказал, что я ей верю? — спросила Вазир, батарианец даже с шага сбился.

— Ясно… — в его голосе слышалось одобрение. — Теперь всё выглядит куда понятнее…

— Наш знакомый получит то, что ему причитается, — пообещала Тела, вновь закрывая глаза. — А Совет получит свою часть. Я знаю, кто мне друг… а кто временный союзник, с которым пока совпадают интересы.

— Думаю, наш общий знакомый считает точно так же, — ответил Белый Варрен, задумавшись на мгновение.

Вазир предполагала, что у Посредника наверняка есть и запасной план, хотя бы на всякий случай. Ну, вот такой вот он парень… если он вообще парень. Этого Спектр азари не знала наверняка. Но и ничуть по такому поводу не мучилась. Она работала с Посредником — или его наследниками — уже век. И не то чтобы после стольких лет она всерьёз опасалась с его стороны удара в спину. У Посредника были и свои цели, которых его подчинённые добивались так или иначе, но они ни разу не пересекались с планами Вазир. Белый Варрен просто один из его агентов. Возможно, где-то неподалёку в тени прячется сейчас какой-нибудь Чёрный Варрен. И сам Посредник, и его прислужники знали, что в первую очередь Тела всегда отчитывается перед Тевос и Советом. И никак изменить этот порядок вещей он не пытался. Может, называть его «другом» было бы и преувеличением, но он, без сомнения, был Спектру полезен.

И скорее всего, такое отношение было взаимным.

— А вот и они, — предупредил Рекс, приближаясь к Теле. Она могла заметить, что нетерпение у старого мастера уже перевешивает беспокойство. Он ждал этого. Сейчас Вазир легко могла читать чувства крогана. Этой встречи он точно давно дожидался.

Он хотел снова увидеть эту «Шепард». Хотел сразиться с ней. И возможно у него даже появится шанс… позже.

Одинокий «Томка» громыхал обломками и нырял между склонами, приближаясь к месту встречи. Никаких сообщений не было отправлено или получено. В качестве приглашения Вазир просто поставила на видном месте стол и два стула. В Затмении должны были уловить намёк, и, похоже, поняли они его верно. Быстро связавшись с кораблём, Спектр убедилась, что остальная часть их бронетехники держится далеко позади. Они к тому же были в зоне поражения систем ПОИСК фрегата, но это просто на случай, если что-то пойдёт не так, и всё выльется в перестрелку.

Рекс довольно кивнул при виде ухоженного, но явно повидавшего много сражений «Томка», только усмехнувшись при виде характерной эмблемы Затмения — солнце, зловеще закрытое тенью — на боку. Огромные колёса расшвыривали обломки, и вот уже вскоре танк оказался совсем рядом. С аккуратным поворотом он замер на расчищенном месте, в борту открылся люк.

Первой наружу вылезла азари… дева-коммандос, судя по всему, одетая в чёрно-фиолетовую броню, явно принадлежащую этим «бекха-якши», но без узнаваемого шлема. Её кожа была по-детски голубой, азари широко и радостно улыбалась. Оружие так и осталось висеть на бедре и за спиной, вперёд она пошла с пустыми руками. Должно быть, это и есть Илена Таноптис. Крохотный визор у глаза Вазир подтвердил её имя после распознавания внешности.

Следующей выбралась азари крупнее и очевидно старше. Матрона, а если точнее, то Боевая матрона Затмения. Она тоже была в чёрно-фиолетовом бронескафандре, но с закрытым шлемом и потому выглядела куда более угрожающе. В отличие от Илены, она держала в руках «Призрак» и была готова открыть огонь в любой момент. Было заметно скрытое напряжение, когда она шагала рядом с младшей Таноптис, словно сытый вожак варренов, обходящий свою территорию.

Последней была… кварианка. Вазир не показала своего удивления. Она уже слышала, что Затмение путается с кварианцами, одна богиня ведает, зачем. Имя этой девушки Посреднику было известно: Даро'Ксен, так её зовут. Предположительно, она одна из тех умников, кто разработал дронов Затмения с плазменными тороидальными боеприпасами. Её черно-фиолетовый скафандр, на взгляд Телы, выглядел типично кварианским, а значит брони там, считай, что и нет, но зато барьеры должны быть очень качественными. Четыре маленьких серых дрона послушно следовали за кварианкой, жужжа у неё за плечами и напоминая боевые спутники, охраняющие ценную луну. На бедре Ксен был закреплён дробовик, но не похоже, что она вообще собирается им пользоваться.

Вазир встала, приветствуя гостей.

— Поехали… — пробормотал Белый Варрен, шагая вперёд. Несколькими широкими шагами Спектр обогнала его, Рекс тем временем держался позади неё и справа.

Две группы вскоре стояли лицом к лицу.

— Коммандер Таноптис, — Вазир заговорила первой, обращаясь к стоящей напротив азари.

— Спектр! — воскликнула Илена, дружелюбно улыбаясь. — Как я рада, наконец, встретиться с вами.

— Спектр, — Боевая матрона слева от неё почтительно склонил голову. Затем перевела взгляд на единственного крогана среди собравшихся. — Рекс.

— Шепард, — произнёс в ответ старый Мастер боя, широко ухмыляясь.

— Полагаю, что мы не были представлены, — сказала кварианка, сложив руки на груди, за её спиной покачивались дроны. — Меня зовут Даро'Ксен. Лучше бы вам запомнить это имя.

— Моё имя значения не имеет, — батарианец говорил последним. — Но можете называть меня Белый Варрен.

— Я искренне рада, что мы можем просто сесть и поговорить, — произнесла Тела Вазир, беря беседу в свои руки, указала на стол и кресло, поставленное для лидера Затмения. — Я надеюсь, что вы сможете рассказать мне побольше о Затмении… и о том, что вы делаете на Корлусе.

Рекс нетерпеливо провёл языком по зубам, слегка сменил положение тела. Он не отводил взгляда от стоящей напротив «азари». Шепард, так её зовут, и вполне возможно, что она самая опасная из известных ему женщин. Биотические возможности Телы Вазир вне любых категорий, и за века он видел немало других коммандос, но никто из них не приближался к этой матроне в чёрно-фиолетовом, сумевшей заставить его отступить. Крепче сжав свой М-300, в мыслях он проигрывал возможные сценарии на случай, если дерьмо всё-таки попадёт на турбины.

Азари наверняка начнёт со своего фиолетового разлома. Оглядывая её, прикидывая собственную позицию — он легко мог это представить. Рекс уже видел, что такой разлом проделывает с кроганами и батарианцами. Их просто разрывало на куски. Превращало в фарш. Даже не в прожаренный, как следовало бы ожидать от тепловой атаки, просто словно кусок раздавленного сырого пыжака. То, что оказывается в эпицентре, рвёт на кусочки настолько мелкие, что буквально превращает в туман, пыль и плотный дым. По правде говоря, Рекс даже представления не имел, как можно проделывать такое с помощью биотики. Биотический толчок, который они на «Харсе» использовали, тоже был очень странным. Он даже и толчок-то напоминал слабо: был самонаводящимся и проходил сквозь преграды, нанося урон всему на пути.

Про себя кроган подумал, что хочет увидеть её лицо. И дело не только в любопытстве, не только в том, что ему казалось — тогда на «Харсе» он увидел во внешности этой азари что-то чужое. Нет, причины у него не столь мелочные. С открытым лицом было бы намного проще понять, о чём она думает и что собирается делать. По лицам у азари многое можно прочесть. Они очень выразительные, по сравнению с мордами кроганов, учитывая такие большие глаза и множество лицевых мышц. И если он не видит выражение и направление взгляда Шепард, то сложнее будет драться с ней.

«Если она применит разлом», — размышлял он, поглядывая порой на свою нынешнюю клиентку. — «Сначала надо будет вытолкнуть Вазир из зоны поражения. У нас будет не больше секунды. Но Спектр крепкая, я просто пну её в сторону. Шепард после этого, вероятно, попытается сократить дистанцию, однако думаю, что, через свой разлом не пойдёт… в прошлый раз она всегда старалась не пересекать его край. Значит, двинется слева, и это будет лучшая возможность для выстрела. У меня будут мгновения, чтобы прицелиться. Она нападёт сначала на меня, Вазир или Варрена?»

Шепард стояла неподвижно, словно чёрно-фиолетовая статуя, лишь слабое движение груди вообще указывало, что она вообще дышит, что она живое существо, а не какой-то робот-убийца. Узкие щели в забрале её шлема были затенены, но казалось, что она рассматривает крогана так же внимательно, как и он её.

«Значит, я. Сначала она попытается устранить меня», — предположил Рекс. Он буквально чувствовал это нутром, и мысль заставляла его улыбаться про себя. — «Точно. У нас ведь осталось неоконченное дело, не так ли?»

Он поборол желание дотянуться до ножа, захваченного во время их прошлой встречи. Пусть это станет сюрпризом.

С другой стороны Белый Варрен и Даро'Ксен так же молча изучали друг друга. Варрен медленно постукивал средним пальцем рядом с предохранителем своего пистолета-пулемёта. Его основная броня была раскрашена в чёрный и белый, так же как и скафандр Даро'Ксен. Различие было во внешнем виде технической брони. Батараинца защищали пересекающиеся и перекрывающие друг друга сияющие оранжевым пластины. Техническая броня Даро мягко светилась фиолетовым, она очень тесно прилегала к её костюму и, казалась отчётливо толще у жизненно важных точек и тоньше — в остальных местах.

Уперев руку в бедро, кварианка не выглядела ни напуганной, ни нерешительной, чего можно было бы ожидать от представительницы их вида перед угрозой возможного сражения. Вместо этого, она казалась скорее наглой. Её шлем был достаточно прозрачным, чтобы разглядеть и светящиеся глаза, и высокомерную самоуверенную усмешку, а так же край её «гривы». Два дрона за её спиной шипели и щёлкали, шевеля своими манипуляторами, похожими на когти, и потирая их словно даже в нетерпении. Два других парили чуть дальше, летая кругами и ожидая приказа от «Королевы дронов» Затмения.

«Уверена в себе, но если начнется бой, кварианка отступит, а дроны будут сражаться за неё», — решил Рекс, оценивая девушку-инженера. «У неё при себе дробовик и пистолет-пулемёт, но она даже и не притворяется, что будет пользоваться ими. Эта техническая броня выглядит довольно крепкой, и у неё наверняка самые мощные кинетические барьеры, какие можно себе позволить… а Затмение в средствах не стеснено. Но в любом случае, главная угроза не она, а роботы с тороидальными боеприпасами».

Рекс переглянулся с Белым Варреном и кивнул сам себе.

«Отлично. Он тоже это понял. Надо бить её Перегрузкой раз за разом. Будет всего один шанс поймать сразу всех в радиус».

И наконец, последняя пара…

Тела Вазир сидела в складном кресле и выглядела расслабленной, руки просто сложены на коленях… В отличие от Шепард, шлема на ней не было, и кроган мог видеть её лицо и отслеживать направление взгляда. Сейчас она сосредоточилась на деве, сидящей напротив, но он понимал, что Спектра нельзя подозревать в легкомыслии. Когда дело касается коммандос азари, лучшие из них опасны до тех пор, пока им в буквальном смысле не переломаешь руки. Вазир, наверное, самый сильный биотик из не-матриархов, кого Рексу доводилось видеть. С пустыми руками она представляет даже более серьёзную угрозу, чем с оружием.

Кроган взглянул на ноги Телы, задержавшись на правой, вытянутой под столом чуть вперёд. То есть, вот с этого она начнёт, да? Снести стол, закрыться от взгляда противников, а потом начать стрелять сквозь него. Если эта пороховая бочка всё-таки взорвётся, то, наверное, именно таким будет первый ход. Первые пять секунд рукопашной решат, кто из них выживет, а кто погибнет, прежде чем успеют среагировать остальные коммандос Вазир, «Томка» Затмения начнёт стрелять и тут же превратится в огненный шар, а его экипаж можно будет только помянуть добрым словом.

Затем Рекс взглянул на последнюю участницу их весёлого собрания. Илена Таноптис счастливо улыбалась, сидя напротив Телы Вазир и неловко положив руки на стол, в случае чего первый удар Спектра подбросит их верх, и азари не сможет даже закрыться от атаки. Ошибка новичков. Но казалось, что Таноптис это вообще не заботит. Неужели она настолько уверена, что ситуация у неё под контролем? Может, она знает что-то, неизвестное им троим? В самом деле, просто… трудно было предсказать её дальнейшие действия. Глядя на эту искреннюю улыбку, с которой она смотрела на Вазир, Рекс никак не мог понять, кто же перед ним — подросток, ошеломлённый встречей со своим кумиром, или хитрый и расчётливый стратег.

— Итак, — заговорила Тела, разглядывая коммандера Затмения перед собой.

— Итак! — радостно повторила Илена, наклоняясь ближе.

— Корлус, — задала тему Вазир. Подразумевая: «что вы здесь забыли?»

— Ну да, я знаю! — ответила Илена, печально вздохнув. — Это же настоящая дыра! А уж как тут воняет? — она сморщила нос и всем лицом изобразила отвращение. — Прямо как промежность ворка! Не то чтобы я знала, как она пахнет, я не такая поклонница ворка, но я имею в виду, если только представить, как воняет промежность ворка, то будет как раз так! Эта вонь, это же просто «воплощение ворка», не так ли?

— Э-э… — казалось, Тела Вазир не могла найти слов для ответа.

— В любом случае! — продолжила болтать Илена, слова лились сплошным потоком. — Просто позвольте мне сказать, как же я рада, что из всех Спектров мы столкнулись именно с вами! Я выросла на ваших сериалах! — откинувшись в своём кресле, Илена слегка стукнула кулаком по столу, не сдержав эмоций. — Не хочу показаться нескромной, но я большая ваша фанатка. Очень большая, — подчеркнула она, указав на Вазир обеими руками. — Искренняя фанатка!

— Э-э…

— Ладно, эй, ну я понимаю, у нас тут работа есть и всё такое! — её несло всё дальше. — Но можно сначала задать вам пару вопросов? Просто есть несколько вещей, которые я хочу узнать буквально целую вечность, просто умираю от любопытства!

Вазир поникла плечами, и кроган понял, что она начинает терять концентрацию, ошарашенная этой виртуозной игрой босса Затмения в маленькую поклонницу. Он невольно поёжился. Неужели Спектр не понимает, что этого Таноптис и добивается?

— Что именно? — спросила Тела.

— Отлично! — Илена выдала странный звук, который Рекс мог бы описать только как «восторженный взвизг». — Самое-самое главное, у вас с капитаном Каликсо что-то было? Он был вашим самым главным партнёром? Инсидия правда воскресила его в виде киборга и заставила вас с ним сражаться насмерть на Берикс-9? Потому что это слишком жестоко даже для Инсидии!

— Каликсо? — переспросила Тела, втиснувшись в короткую паузу в быстрой речи Илены. Наконец, Спектр сумела сложить всё вместе и всё-таки поняла, про что вообще идёт разговор. — Каликсо… который пират? — аккуратно уточнила она, выглядя слегка растерянной.

— Ага! — Илена быстро закивала. — И вообще вы с ним, ну-у, вы знаете?.. — она подняла руки, словно касается ладонями чьего-то лица. — …обнимали вечность?

— Да какое это всё вообще имеет отношение к реальности?! — прорычала Тела, наклонившись вперёд и хлопнув ладонями по столу. — Да почти вся эта история — просто часть глупого сериала!

— Ладно-ладно, я всё поняла! — Илена подняла руки, признавая, что сдаётся. — Вопрос был очень личный, нет проблем, если вы не хотите давать на него однозначный ответ! — но её руки тут же опустились, и она тоже наклонилась вперёд, с любопытством спросив: — Тогда следующий вопрос: какой ваш любимый эпизод после перезапуска в двенадцатом сезоне? Мне вот всегда нравился «Вояж к краю бесконечности». Ну, вы помните, тот, где вы угнали «Путь Предназначения» чтобы остановить чужих-оборотней из-за границы нашей галактики? — Илена поднесла палец к губам и пару раз куснула его, в раздумьях, добавила тихо: — Вообще-то, если теперь об этом подумать, то совпадение просто невероятно иронично… — но затем она опять взвизгнула и вновь превратилась в сумасшедшую фанатку: — О! А что насчёт слухов, будто в следующем сезоне вам в напарники дадут агента ГОР? Правда ли, что вы знаете древние кроганские боевые искусства, а обучала вас ардат-якши возрастом две тысячи лет из монастыря в горах Тестраль? Йоа Т'харис, вы встречались с ней? Действительно ли вы однажды отметелили ханарского посла? Вы на самом деле смогли пережить вход в атмосферу в холодильнике?

— Вход в атмосферу в холодильнике, да? — Рекс просто не смог себя сдержать.

— Ну, а почему бы и нет? — отозвалась Шепард со смешком.

— Но это же всего лишь глупый голо-сериал! — прорычала Тела вновь, и Илена буквально сжалась под её взглядом. — Почти всё это не имеет ни малейшего отношения к реальности, — у неё уже лопнуло терпение. — Я не знаю кроганских боевых искусств. Меня никогда не обучала ардат-якши. Я никогда не встречалась с азари, которая меня играет, и не собираюсь в будущем, — она поколебалась пару секунд, но всё-таки призналась: — Однажды я ударила посла ханаров, но у меня была на это очень веская причина… Слушай! Я же сюда не этот идиотский сериал обсуждать явилась!

— «Идиотский сериал»? — обиженно переспросила Илена, но потом улыбнулась вновь. — То есть, вы говорите, что лишь «большая часть» этих историй не происходила в реальности?

— Так я же совсем не о том! — Вазир уже начало ощутимо трясти.

— Ау-у-у! — Илена несерьёзно взмахнула руками и показала язык. — И ладно! Об этом мы сможем и попозже поболтать! — а затем будто щёлкнул переключатель, она поставила локти на стол, положила подбородок на ладони и спросила: — Наверное, вы хотели ещё обсудить батарианскую исследовательскую лабораторию в Норах? Вы же здесь из-за неё, верно?

— Да, именно из-за неё, — ответила Тела, искренне удивлённая столь резкой сменой тона беседы.

— Мы действуем в интересах двух клиентов, — пояснила Илена, для выразительности подняла левую руку и показала два пальца. — Первый, это Совет адмиралов Мигрирующего флота. Ведь под Норами лежит старый кварианский корабль.

— Судно «Наротал», — продолжила Даро её мысль, проецируя изображение кварианского жилого корабля с характерным вращающимся сегментом в центре. — Сначала это был колониальный корабль ранней модели, в этом качестве он служил с 1900 по 2150, по календарю Цитадели, затем был переоборудован в корабль для разведки и изучения дальнего космоса. В 2186 он был официально выведен из состава флота и утилизирован здесь, на Корлусе. Записи этого периода на удивление подробны, — Даро'Ксен перечисляла даты, словно преподаватель истории на лекции. — Это произошло ещё до того, как батарианцы пригнали сюда пять самых первых ворка в качестве рабов. В 2260 трое из них сумели сбежать во время землетрясения… и как всем известно, именно от этих трёх беглецов и происходят почти все остальные ворка, обитающие на Корлусе. Второе землетрясение произошло между 2280 и 2290, похоронив множество более старых корпусов кораблей, включая и «Наротал». Принимая во внимание всё сказанное, ворка не имели возможности как следует разграбить остатки звездолёта, а значит, определённые образцы на его борту могли сохраниться и до сегодняшнего дня.

Её инструметрон мигнул, проекция корабля сменилась неким официальным документом.

— Вот наш контракт и все документы, дающие право забрать с борта корабля «Наротал» всё, что посчитаем нужным, — пояснила она, дав Белому Варрену и Теле несколько секунд, пока файл с документами медленно прокручивался на её проекции. — Кроме того, с нами находится и официальный представитель Флота, дабы убедиться, что никто не попытается оспорить наши законные права на эту собственность.

— Разумеется, — слово вновь взяла Илена. Тон её по-прежнему был легкомысленным, она даже скучающе подпёрла щёку, пока слушала кварианку, — это не единственная причина нашего нахождения здесь. Ещё до заключения контракта с кварианцами, Батарианская Республика попросила нас провести разведку подозрительного объекта Гегемонии на Корлусе. Так уж вышло, что лояльная Гегемонии группа под названием «Отряд 7-31» устроил лабораторию где-то под Норами, рядом с судном «Наротал», — затем азари сложила ладони перед собой, добавив: — А ещё, как мы полагаем, они работают вместе с кроганом по имени Окир, — дальше Илена махнула рукой, вновь предоставив подчинённым разъяснять прочие детали.

— Окир числится в розыске сразу у нескольких правительств, и не в последнюю очередь у Саларианского Союза, за многочисленные преступления, включающие в том числе, торговлю разумными существами и создание преступных группировок, — Шепард включила свой инструметрон. Возникшая проекция демонстрировала буквально километровый список самых разных преступлений, тянущийся под размытым изображением ухмыляющегося крогана в лабораторном халате. — Мы собираемся получить общую награду за его поимку, от всех, кому надоело видеть его на свободе. Суммарно все контракты на него, не противоречащие друг другу, оцениваются в шесть миллионов пятьсот тринадцать тысяч восемьсот пять кредитов… — она перевела дыхание и продолжила, — …плюс к этому дополнительное вознаграждение, включающее в себя два малых челнока, одну вертикальную виллу на Иллиуме площадью в четырнадцать акров, одного выставочного варрена, руку принцессы королевства Б'ракс в Терминусе, «подлинную вазу династии Бен'ей» неопределённой стоимости, а так же гранатомёт с автографом крогана по имени Вено.

— Вено-Взрывжака? — уточнил Рекс и уважительно кивнул, впечатлённый наградой, которая накопилась за голову его собрата. — Неплохо, очень даже неплохо.

— «Взрывжака»?

— Долгая история, включающая турели, гранаты и взрывающихся пыжаков.

— А-а…

— Но больше всего Окира хотели бы видеть в ГОР Салараинского Союза, — напомнил Белый Варрен. Свой инструметрон он даже не трогал, а значит, явно хорошо знал этот факт и без подсказки.

— Именно так, — согласилась Шепард. — Они дают пять миллионов кредитов, но только с эксклюзивным правом на его голову. Если Союз хочет от нас его получить, им бы следовало предложить побольше.

— Слова настоящего наёмника, — отметила Тела, заставив Шепард дёрнуться.

— Ну, вот они мы, уж какие есть, — почти прошипела та, выключая инструметрон. — Теперь вы знаете наши цели.

— И знание это половина победы, — добавила Илена, и затем заметила, что Шепард пристально на неё смотрит. — А что? Я что-то не то сказала?

— Да нет, ничего.

— В общем, держу пари, что мы можем сотрудничать в этом деле, — произнесла Илена, вновь наклоняясь ближе к Спектру. — Вы же не хотите навеки опечалить одну из ваших самых преданных фанаток, сказав «нет», ведь правда же?

Вазир не нашлась с ответом сразу, и Рекс мог бы предположить, что его клиентка сейчас просто выбита из колеи — она тянула время, потому что просто не знала, как же ей ответить. Тела Вазир — Спектр. Она привыкла иметь дело с пиратами, наёмниками, убийцами всех мастей, политиками и преступниками (а разница там не слишком велика). Она и сюда прибыла, ожидая встретить именно их, полагая, что всё будет знакомо… безжалостные наёмники, идущие за наградой; очередной полевой командир, пытающийся сделать себе имя; амбициозная коммандос, явившаяся за славой и деньгами. Явно ни в одном из своих планов Вазир не ожидала оказаться лицом к лицу с улыбающейся девой, которая за мгновения может переключаться с болтовни о глупом голо-сериале к объяснению целей одной из самых опасных группировок наёмников в Терминусе.

Рекс уже собирался ответить вместо неё, когда Тела подняла руку, жестом велев другим молчать. Ушло ещё несколько секунд, но Спектр всё-таки смогла взять себя в руки.

— Именно так, — согласилась она, взвешивая каждое слово в противовес быстрой болтовне Илены. — Работать вместе, как раз этого мы и хотим.

— Я так и думала! Тогда… — Илена радостно закивала, затем указала на Спектра, — а что же привело сюда вас? Наверное, взорвать что-нибудь хотите, я права?

«Меня привела сюда ты» — подумала Тела, но вслух, разумеется, не сказала. Вместо этого она ответила:

— Я здесь по поручению Совета Цитадели, чтобы изучить объект, принадлежащий группировке Отряд 7-31. Мне поручено защищать закон и отстаивать интересы Цитадели во время этого задания.

— Чрезвычайно широкий мандат, не так ли? — отметила Шепард, расслабленно положив левую руку на рукоятку для переноски своего «Призрака».

— А так вот Спектры и работают! — ответила Илена раньше Вазир. — Совет не смотрит, как именно они будут делать свои дела! Они сами пишут для себя правила! Ты просто никогда не знаешь, чего от них ждать! Вот только что они спокойно говорят, а потом — БАМ, кулаком по морде, БАХ, пулю в колено, БАМ, ещё раз кулаком по морде!

— Но это… неправда… — попыталась возразить Вазир

— Но если вас тоже интересует лаборатория, — раздраженно вмешалась Даро'Ксен, сменив тему, — не означает ли это, что у нас возник конфликт интересов?

— И Кровавую стаю тоже упускать не стоит, — напомнил Рекс. Как всегда, все вечно забывают о кроганах. — Мы ведь даже не знаем, зачем они тут и кто их послал.

— А, ну это как раз просто! Ходят слухи, что в лаборатории внизу… — Илена указала на землю под ногами, — …есть пара фертильных самок. С нами путешествует кроган, который хочет освободить их.

— В самом деле? И кто же этот кроган? — поинтересовался Рекс, делая себе заметку на будущее. До этого момента такую «мелочь» при нём никто не упоминал. Он посмотрел на Вазир, потом на Варрена, прикидывая, могло ли так случиться, что они всё знали о лаборатории и кроганах, но с ним решили не делиться.

— Мы уважаем конфиденциальность наших друзей и наших заказчиков, — ответила Илена, пожав плечами. — Если он захочет, то сам представится.

— Он и сам ведь может быть преступником, — возразила Вазир.

— Может и быть, — согласилась Илена.

— Вам в Затмении стоило бы знать, что я не люблю тайны, мисс Таноптис, — Вазир усмехнулась, кажется, ей представился шанс.

— Забавно, а я вот обожаю тайны! — Илена захихикала. — И сюрпризы тоже! Они всё делают интереснее!

— А почему бы нам тогда не проверить. Ты, — Вазир указала на Шепард, — сними свой шлем.

После столь внезапного требования Илена впервые выглядела растерянной. Она слегка повернула голову, оценивая реакцию Шепард, что, на взгляд Рекса, уже само по себе было любопытно. Вазир ведь не просит Боевую матрону раздеться и начать танцевать у шеста. Лица открыты у всех остальных, кроме неё и Варрена. Тогда почему Илена так смотрит на свою подчинённую, со смесью удивления и… беспокойства?

— Мне снять шлем? — просто повторила Шепард. — Зачем?

— Вопрос доверия, — ответила Вазир. — Я хочу увидеть, как ты выглядишь. Ведь ты же под ним азари, правда?

— А на кого я ещё похожа? — ответила Шепард вопросом на вопрос. — На гета, может быть? Или на ханара?

— Мы все слышали самые разные истории о вашей группе, — возразила Тела, не собираясь отказываться от своих требований. — Дай мне увидеть своё лицо, матрона.

— Шеп… — начала Илена.

— Хочешь увидеть моё лицо? Ладно, — старшая азари прервала своего командира, опустила пулемёт, чтобы легче было дотянуться до шлема. Как и в большинстве таких бронекостюмов, на подбородке располагался запирающий клапан. Шипение воздуха подтвердило, что герметичность нарушена, Рекс вдруг понял, что он очень пристально следит за действиями азари. После сражения на «Харсе» он несколько раз просыпался, видя перед собой то лицо, на которое смог взглянуть лишь мельком. Оно выглядело как у азари, но со слишком бледной кожей, слишком странными глазами, и там, где положено быть щупальцам, находились какие-то непонятные нити. Кроган даже размышлял, не попался ли ему тогда какой-то мутант среди азари, а может быть и вовсе чужой неизвестного вида… но он сам прекрасно понимал, что и то, и другое звучит как полный бред.

Забрало шлема Шепард отсоединилось, она сняла его левой рукой одним плавным движением. К разочарованию Рекса им открылось вполне обычное лицо азари. Даже не какой-то очень страшной или невероятно красивой азари. С точки зрения крогана, лицо Шепард выглядело обыкновенно для азари, нормального цвета, без каких-то шрамов, с гладкими щупальцами и минимальной лицевой раскраской в несколько штрихов. Он мог бы даже и не узнать в ней ту азари, с которой дрался на борту «Харсы»… если бы не её глаза. Было в них что-то жутковатое, словно он видит за ними отблески чего-то незнакомого и чужого.

— Прошу, — произнесла азари, даже не пытаясь скрыть, что приказ Вазир её раздражает. — Теперь вы довольны?

Вазир бросила взгляд на Рекса, словно беззвучно посмеявшись над его рассказами и предупреждениями. Она вообще никогда всерьёз не воспринимала слова крогана о том, что, как ему показалось, он тогда увидел. На самом деле, он уже и сам начал сомневаться в себе. В конце концов, в пылу боя, в дыму и пыли — там чего-то только не почудится порой. Может быть, ему тогда просто показалось, а потом в ход уже пошло воображение? Те нити, возможно, это было всего лишь поврежденное внутренние покрытие шлема, а бледность — просто игра света?

— Я хотела бы увидеть, как ты устроишь слияние с кем-нибудь, — выдвинула Вазир следующее требование, Илена, услышав это, буквально подпрыгнула на своём стуле.

— ЧТО?! — воскликнула она так, будто её только что ударили. — Вы не можете такого требовать! Шеп не будет! Прямо здесь? Да вы что?! Нет! Отвратительно! Возбуждающе! Но всё равно отвратительно! Ни за что!

— Ходят слухи, что кое-кто из твоих подчинённых — ардат-якши, — заявила Тела прямо, не пытаясь ходить кругами мимо больной для их расы темы. — Шепард ведь, наверное, самая сильная и самая старшая из вашей группы? Если во время слияния она убьёт кого-то, то она, несомненно, ардат-якши.

— И проверить это можно лишь одним способом, — заметил Белый Варрен, казалось, его забавляет возникшая ситуация.

— Да как о таком вообще можно просить? — крикнула Илена, резкими шагами обходя стол и приближаясь к Вазир, сидящей с самодовольным видом и вероятно радующейся тому, что она впервые смогла вывести эту деву из себя.

— А даже если я и ардат-якши, то что бы это меняло? — низким голосом спросила Шепард.

— Но как я могла бы верить одной из них? — логично спросила Спектр, быстро переводя взгляд с Шепард на Илену. — Или той, кто укрывает их, помогает прятаться и совершать свои злодеяния… Или вы так не думаете? Интересно, что сделали бы Юстициары, если бы до них дошли подобные слухи?

— Ю-юстициары? — Илена слегка вжала голову в плечи. — Уж точно добром бы не кончилось…

— Вне территорий азари полномочий и власти у них нет, — спокойно отметила Шепард, не похоже, чтобы такой поворот беседы её напугал. — И даже если бы мы сейчас находились на территориях азари, что дальше?.. — она слегка улыбнулась, её первая улыбка, которую увидела Вазир, и это было выражение лица воина, опасного и уверенного в себе.

— Ты бы посмела сразиться с юстициаром? — спросила Спектр, с изумлением и восхищением одновременно. Для любой азари, хоть немного уважающей закон, это абсолютное табу, словно думать об убийстве собственной матери или своего матриарха.

— Титул для меня ничего не значит, — отмахнулась Шепард, но потом вздохнула и ненадолго прикрыла глаза. — Но вы ведь не откажитесь от этого требования, так?

— Я хочу знать, кто ты или что ты, — признала Вазир, и когда Шепард открыла глаза, две очень опасные азари начали меряться взглядами. Тела ухмыльнулась. — Никаких прелюдий и объятий я не требую, только поверхностное слияние. Всего лишь проверка.

— И это всё равно совершенно неправильно! — возразила Илена, железно решив сопротивляться произволу той, кто была для неё «героиней». Похоже, она собиралась добавить что-то ещё, объяснить, почему именно это неправильно и до какой степени, но остановила себя. — Шеп, ты же не собираешься…

— Да легко.

— ЧТО?!

— Спектр хочет увидеть моё слияние с кем-нибудь, я устрою слияние с кем-нибудь, — произнесла Шепард, словно так и надо. — У вас уже есть кто-то на примете?

Вазир посмотрела на своих подчинённых. Белого Варена, казалось, пугает сама мысль об этом, так что батарианец быстро отвернулся. Хотя Рекс знал, что они оба всё равно не рассматривались как кандидаты. Ей ведь нужна другая азари. А кроме того, на всякий случай — кто-нибудь, кого не слишком жалко. Так что когда взгляд Вазир остановился на нём, кроган лишь пожал плечами.

— Можешь сама повеселиться, — ответил он Спектру, гулко рассмеявшись.

— Само собой, что себя я в виду не имела, — отметила Тела, тоже засмеявшись. Она набрала последовательность на инструметроне, и почти тут же из-под тактической маскировки появилась азари в чёрно-синей броне, возникнув из ниоткуда. Она как раз складывала свою снайперскую винтовку и готовилась убрать её за спину.

— Вызывали, мэм? — спросила она, голос был более звонким, чем у Телы. Должно быть, ещё не матрона, а дева, как и Илена. Она мельком взглянула на других присутствующих азари, но потом вновь остановила взгляд на командире.

— Мне нужно, чтобы ты провела слияние вот с этой матроной, — пояснила Вазир, указав на угрожающе возвышающуюся в стороне Шепард.

— С ней? — уточнила младшая коммандос, слегка наклонив голову.

— Просто поверхностное слияние, — добавила Тела, — ничего «такого» вам делать не нужно.

— Ра… разумеется, — ответила дева, снимая свой шлем одним движением. Под ним оказалась ярко-голубая кожа с раскраской в мелкую крапинку. — Это проверка, что она не… одна из тёмных, верно?

— Именно.

— Да поверить в это не могу! — воскликнула Илена, непривычно злая и раздраженная. — Раскраска в крапинку? Вы серьёзно? — она выделила голосом последний вопрос. — Почему бы на неё ещё очки не одеть? С ней вообще уже законно что-нибудь взрослое делать в других местах кроме Терминуса?

— Как тебя зовут, девочка? — спросила Шепард, игнорируя свою столь же молодую (и, кажется, уже начинающую дымиться) командующую.

— Шиала, — ответила коммандос, её щёки слегка посинели, когда она подошла к старшей азари. Несмотря на все возмущения Илены, на вид разницу в возрасте между ними определить было практически невозможно. — Рада с вами познакомиться, мэм.

Между согнутыми пальцами Илены начали проскакивать синие искры активной биотики.

— Рада познакомиться, Шиала, — произнесла Шепард, её обычное холодное выражение лица слегка потеплело, когда она протянула деве руку. — Давай сделаем всё быстро и успокоим твоего босса.

— Да, мэм, — младшая коммандос послушно приняла её ладонь, признавая старшинство.

Илена слегка отошла от стола, однако в её взгляде по-прежнему было лишь одно чистое и незамутнённое желание убивать. Даро тем временем полностью затемнила свой шлем, скрывая лицо. Белый Варрен наблюдал за сценой, но под глухим скафандром нельзя было понять, о чём же он думает? Вазир довольно ухмылялась, наконец-то ей удалось всем показать, кто тут главный. Рекс только фыркнул. Он считал, что всё это просто трата времени. Кому какое дело, даже если Шепард и ардат-якши? Очевидно же, что она полностью контролирует себя. Всё это просто самодурство Вазир, которая так утверждает свою власть.

Пусть и забавно было наблюдать, как Шиала так вдруг сдалась на волю Шепард. Хотя, насколько он знал, как-то так у азари отношения и строятся. Большая часть матрон не устанавливают серьёзных отношений с другими матронами, а большинство дев — с другими девами. Самые распространённые пары у них, это дева и матрона, где последняя играет доминирующую, материнскую роль в их отношениях. Рекс всегда считал эту часть культуры азари слегка извращённой. Девы убегают из дому от своей матери-матроны, чтобы найти себе взамен матрону-любовницу.

«Да, какая разница», — решил он, наблюдая за Шиалой и Шепард. Пока что они держались за руки, как у азари обычно принято перед слиянием. Шепард даже сняла перчатки бронекостюма. Впрочем, руки под ними тоже выглядели совершенно обыкновенными.

Пять наблюдателей смотрели, как две азари соприкоснулись лбами. Да, они точно решили не тратить время попусту. Рекс попытался наклониться, чтобы было лучше видно. Со своего места он не мог разглядеть лица матроны азари.

— …коснись тех нитей, что связывают нас… — произнесла Шиала тихо, но кроган её услышал. Похоже, уже скоро. — …друг с другом, — шептала она. — Наши с тобой мысли, наши с тобой чувства, переживём их вместе, пройдём сквозь друг друга…

— Постельные разговорчики… — прошипела Илена. — Кто так вообще делает?

Вазир просто молча наблюдала за всем происходящим, ухмыляясь и сложив руки на груди.

— Открой себя вселенной и… — Шиала резко выдохнула, когда ладонь Шепард сжала её руку. — Об-обними вечность…

Её глаза закатились и стали чёрными, словно оникс. Явление, известное всем в галактике. Шиала вздрогнула, теперь и её ладонь тоже крепко стиснула руку Шепард. Вообще-то, всё её тело напряглось, словно сведённое судорогой, когда слияние началось. Рекс только фыркнул вновь. — «Эти азари…»

— А ей, кажется, нравится, — заметил Варрен. Он тоже наклонил голову, пытаясь рассмотреть получше.

— Обними… — пробормотала младшая коммандос, вновь задрожав, в её глазах сверкала синим и голубым биотика. Запинаясь, она повторяла снова и снова: — Обними… обними…

— Как будто аудиопроигрыватель подвис, — пошутила Даро'Ксен, они с Белым Вареном хихикнули почти в унисон.

— Это не смешно! — Илена резко обернулась к ней. — Это совершенно не смешно!

— Объятия богини… о, Атаме. О, Атаме! Атаме!

— А вроде разговор был про поверхностное слияния? — удивился Рекс, очень «стараясь», чтобы вопрос прозвучал невинно.

— Должно быть, одна из них решила войти глубже, — ответила Вазир, теперь ей тоже стало интересно, что же тут происходит. Шиала тем временем уже не стояла, словно парализованная, а извивалась как рыба на крючке, повторяя «Атаме!» снова и снова.

— Вот уж не думала, что у вас в команде найдутся порнозвёзды, — прорычала Илена.

— Да я не меньше удивилась, — Вазир лишь пожала плечами.

— И мы закончили, — отметила Шепард, отпуская младшую азари, со вздохом удовлетворения рухнувшую наземь так, будто в её теле не осталось костей. Взгляды пяти других разумных матрону, судя по всему, не смущали, она спокойно натянула перчатки, герметизировала шлем и скафандр, а после подобрала свой «Призрак», вновь готовая к бою. Вернулась и встала на то же самое место, казалось, даже её ноги вновь оказались в тех же самых углублениях в грязи Корлуса.

— Проклятье, что это сейчас было?! — Илена указала своей подчинённой на дёргающуюся, но, несомненно, вполне живую Шиалу. — В каком месте это было поверхностное слияние?!

— Эм, — Шепард лишь слегка пожала плечами. — Слияние, оно и есть слияние. Теперь мы можем двигаться дальше, я надеюсь?

— Унеси её отсюда и узнай, что ей удалось вытянуть, — шепотом приказала Вазир Рексу, перед этим жестом велев подойти ближе.

— Кто я тебе, нянька, что ли? — однако приказ есть приказ. Кроган поплёлся туда, где лежала всё ещё подрагивающая Шиала, легко поднял её, словно щенка варрена. К счастью, она хотя бы перестала стонать.

— Отлично, ты вовсе не ардат-якши, — отметила Тела, пока Рекс отправился исполнять полученный приказ. — Что ж, может быть из нашего сотрудничества что-то и получится, однако советую запомнить: это моё поле и играем мы по моим правилам. И мне решать, что из найденного вы сможете оставить себе. Я решу, заберёте ли вы Окира. Я решу, что вы возьмёте из кварианских… ну, что вы там ищите из их добра. Пока я здесь, всё это место, можно сказать, часть президиума Цитадели и подчиняется моим правилам. Если вас что-то не устраивает, можете возвращаться той же дорогой. Всё понятно?

— Затмение полностью готово сотрудничать с Цитаделью в этом деле, — услышал кроган слова Илены. — Я уверена, что и вы поймёте наши цели, верно, Шеп?

— М-м.

— Верно? Шеп?

— Всё верно.

— Она предаст нас при первой же возможности, — отметила Шепард, когда они возвращались к своему «Томка» после ещё нескольких минут переговоров с представителями Цитадели.

— Я считаю точно так же, — согласилась с ней Даро'Ксен. — Ей нужны те же самые разработки Отряда 7-31, что и нам. И даже если мы доберёмся до Окира, ещё неизвестно, отдаст ли она нам его, или постарается принудить к какому-нибудь невыгодному компромиссу.

— Наверное… — Илена грустно кивнула.

— У нас есть чёткие цели, — напомнила Шепард. — Окир. Отряд 7-31. Кварианские образцы. Самки кроганов. Именно в таком порядке.

— А если придётся сражаться? — спросила Даро, если это теперь вообще можно было считать вопросом.

— Тогда мы будем сражаться, — ответила Шепард совершенно равнодушно.

— Я не хочу, чтобы дошло до такого, — призналась Илена, все трое остановились у гигантского колеса «Томка». — Тела ведь за хороших! Она здесь по приказу Совета. Она на нашей стороне.

— И вот тут ты как раз ошибаешься, — Шепард покачала головой. — На нашей стороне нет никого, кроме нас. Вазир не первый и не последний Спектр, который попадётся на нашем пути. Я готова относится к ним с уважением и вести себя сдержанно рядом с ними, но я никому не позволю помешать мне исполнить приказ.

— Соглашусь, — твёрдо добавила Даро. — Нам нужны эти данные. Причём полностью.

— И почему мне кажется порой, что я единственная в нашей компании, кто не считает единственным способом решения проблем уничтожение всех в зоне видимости? — спросила Илена, потом щёлкнула пальцами. — Ах да, я ведь и вправду единственная, кто так не думает!

Её спутницы моргнули, но ни одна из них не казалась оскорблённой.

— И что это вообще было между тобой и этой путаной?!

— А, ты об этом.

— Да, именно об этом!

— Если тебя это так волнует, на самом деле слияния между нами не было.

— Но это не!.. В смысле, да, это меня и волновало.

Даро'Ксен лишь вздохнула, глядя на человека и азари, подумала: — «И именно мы втроём — надежда всей кварианской расы. Храни нас предки».

— Конфликта избежать не удастся, — пообещал Белый Варрен тихо, но уверенно. Хотя эмоций в его голосе при этом было не больше, чем если бы он говорил о погоде, а не о перспективе сражаться с Затмением. — Им нужны данные из лаборатории внизу, и я уверен, что им нужен Окир… и не ради награды, а чтобы допросить и вытянуть всё, что он знает.

— Какой отряд наёмников будет ценить информацию выше, чем возможность получить шесть миллионов и «выставочного варрена»? — удивилась Вазир, сложив руки на груди, она ожидала, пока очнётся Шиала. Бедная снайпер-азари теперь просто спала, и при этом громко храпела.

Тела не слишком-то нежно пнула лежащую деву, обреченно покачав головой.

— Отряд наёмников, у которого есть далеко идущие планы и амбиции, — ответил ей батарианец. Он задумчиво коснулся своего шлема. — Или отряд, у которого есть покровители… с амбициями… и планами…

— Вот тут уж хоть носом землю рой, но я обязана узнать, какой же матриарх скрывается за спинами этих чёрно-фиолетовых стерв, — прорычала Вазир. Затмение и Таноптис уже открыли ей не так уж мало, но ни словом не упомянули, кто же стоит за ними, не считая Мигрирующего флота и новой Батарианской Республики. Разумеется, Вазир ни на секунду не поверила этому. Они скрывают своего матриарха, а значит это наверняка большая шишка с Тессии. Вероятно, кто-то из Внутреннего круга, как Тевос и предполагала.

Однако речь точно не об обычных азари, хотя немного начинает проясняться вся картина, и с чем именно она имеет дело. Одна, а то сразу две или три старые клячи из Круга могут быть замешаны во всём происходящем. Возможно, они даже смогли как-то разыскать старую экспедицию Дилинаги и купить их, чтобы использовать в своём заговоре. Да, потребуются корабли, войска, миллионы кредитов и просто невероятная секретность, но всё это как раз и есть уровень матриархов Внутреннего Круга. Инсидия и её «Теневой Совет» в былые времена проворачивали операции и сложнее этой. Что б их!

Итак, для этого плана они разыскали азари, выживших в Рахнийских войнах и при подавлении Кроганского восстания, сформировали из них Затмение, потом порвали Гегемонию на флаг. Зачем? Не смеха ради же. Матриархи просто так, смеха ради, ничего не делают. Возможно, та, кто стоит за всем этим, хочет сместить Тевос? Забрать себе самое главное кресло в Совете Цитадели? Свалить Гегемонию, взять под свой контроль новую Республику… это даст просто отменный козырь. Можно будет в одиночку решать, как дальше жить Терминусу, кого возьмут штурмом или раскатают бомбардировкой, когда и где. Добавим к этому, что большая часть Республики Азари — и Тела не исключение — ненавидит эту грёбанную Гегемонию. Можно просто признаться в поддержке борющихся с ней повстанцев, стать для всех их официальным спонсором, и на поднятой медиа-волне легко вкатиться в тот самый офис Совета. Атаме… Как много разных возможностей и как мало пока достоверных фактов.

— Нашему общему знакомому судьба Окира совершенно безразлична, — продолжил Белый Варрен, отвлекая Вазир от её размышлений. — Ему нужна лишь информация.

— И я так полагаю, он бы при этом не хотел, чтобы та же информация оказалась и в руках Затмения тоже? — предположила Спектр.

— Вы ведь знаете, что не хотел бы, — ответил батарианец. — Но этим я сам займусь. Испорчу данные, прежде чем отдать им. Затмение ничего и не заметит, пока не попытается их расшифровать, а к тому времени наши пути уже разойдутся.

— Это если та кварианская девчонка не опередит тебя и не доберётся до них первой.

— Если она попробует…

— Тогда придётся драться, — ответил Рекс, присоединяясь к беседе.

— Над головой висит наш корабль, — напомнила Вазир, ещё раз пнув так и не очнувшуюся Шиалу. — И с нами рота коммандос азари. Причём это одни из лучших, хотя бы среди наёмников. У нас есть…

— Ты считаешь, что они не посмеют вступить с нами в бой, — прервал Спектра Рекс, игнорируя её раздраженный взгляд. Он был выше азари, так что воспользовался этим, нависнув над ней, прежде чем наклониться, посмотреть Вазир в глаза и сказать: — А они посмеют.

— Это будет самоубийство, — возразил Белый Варрен.

— Тебя не было тогда на «Харсе», — прорычал Рекс, агент Серого Посредника под его взглядом отступил на шаг. Кроган вновь повернулся к Вазир. — Я подписал контракт и работаю на тебя, а это означает две вещи. Первое — я дерусь ради тебя, даже если сам не хочу. И второе — я пытаюсь не дать тебе погибнуть. Если мы выступим против Затмения, я буду с ними драться. Проклятье, я совру, если скажу, что не хочу выйти против Шепард ещё раз. Но тебе лучше бы о-о-очень хорошо всё просчитать, если решишься на это. Думаешь, она будут колебаться только из-за того, что ты Спектр? Могу гарантировать, ей наплевать на это. Если надо будет тебя убить, то она и глазом не моргнёт.

Вазир молчала, видимо, пытаясь осознать всё сказанное.

— Мы не можем знать этого наверняка, — возразил крогану Варрен.

— Жизнью готов поклясться, что так и будет, — заверил Рекс. — Хоть сейчас готов поклясться своей жизнью, что всё будет именно так.

— Наш общий знакомый…

— Посредника сейчас здесь нет, — ответил Рекс, видя, как дёрнулся батарианец при прямом упоминании их «общего знакомого». — А если нас сегодня всех перебьют, то и он ничего не получит. По-моему, для него бы это звучало как не лучшее вложение средств, а?

Белый Варрен ничего не ответил, так что Рекс только выдохнул и отступил от них в сторону, перестав давить. Кроган и батарианец одновременно посмотрели на Вазир, ожидая того или иного непростого решения. В конце концов, она сама сказал, что это её поле, и она тут командует парадом.

— Ох…

Все трое опустили глаза на звук, посмотрев на очнувшуюся коммандос. Дева только начала приходить в себя. Она сморщила нос, протёрла глаза, затем руки коснулись лба. У азари вырвался тихий стон, и она попыталась свернуться клубком.

— Коммандос? — позвала Вазир.

— Богиня! Моя голова! — наконец заговорила Шиала. — Мэм, я умоляю вас, не кричите так громко.

— А я разве кричу? — спросила Тела практически шепотом.

— У меня в голове словно кто-то бои варренов устроил на всю ночь, — Шиала застонала вновь. Очень неуверенно и тяжело она смогла подняться на локти и колени, голову при этом так и не приподнимая. — О-о-ох. Богиня. Что произошло?

— А ты не помнишь? Вазир тоже присела и ухватила деву за плечи. — У тебя было слияние с их Боевой матроной. Что ты сумела увидеть? Что почувствовала? Ты ведь одна из лучших, когда доходит до вытягивания информации через слияния. Что ты видела там?

— Я видела… — Шиала засомневалась. — Я…

— Что? — надавила Вазир, слегка встряхнув свою коммандос, выглядящую так, будто её сейчас стошнит. — Что именно?

— Ничего… совсем ничего… — тяжело дыша ответила та, казалось, её это шокировало не меньше остальных. Она обвела Спектра, батарианца и крогана изумлённым взглядом. — Я совсем ничего не могу вспомнить.

Ладони Телы Вазир сжались, коммандос скривилась, когда её плечи сдавили с такой силой.

— Мэм… Мне жаль, но я…

Тела отпустила её и поднялась на ноги. На деву она больше и не взглянула.

— Они уже начинают действовать мне на нервы, — прошипела Спектр и жестом велела Варрену и Рексу следовать за ней. — Ладно. Ладно! Пока что мы Затмению подыграем, — приняв решение, он набрала код на инструметроне. — В конце концов, у меня ещё остаются козыри на руках. Свяжитесь с Таноптис. Передайте им приготовиться к выходу. Мы отправляемся к цели, если хотят, то пусть догоняют.

— А что по данным? — уточнил Варрен. — Данным для Посредника.

— Посредник получит всё, что необходимо, — заверила Вазир, — даю слово.

— Тогда и меня всё устраивает, — Белый Варрен лишь почтительно ей кивнул.

Глава 19

Илена Таноптис, выросшая на орбитальной станции, не страдала клаустрофобией ни в каком виде, однако даже ей было тяжело бороться с инстинктами и давить свои страхи по мере того, как продолжался спуск в эти так называемые «Норы». Пускай она и сама понимала, насколько глупы её опасения. Шепард сейчас рядом с ней, а Чамберс прикрывает спину. И это не только две самые опасные женщины из известных ей, ещё это те, кому она доверяет… так же, как своей семье, или даже больше, учитывая, что Рана ради выгоды с готовностью бросит своих родных под взлетающий челнок. Илена готова была доверить Шеп и Кэтти свою жизнь, а ведь за ними ещё двигались и другие смешанные отряды из бекха-якши и рекрутов Затмения.

Проблему представляли Синие лисицы. На этой операции они были личными коммандос Телы Вазир, так что начали задирать азари из Затмения, стоило лишь оказаться рядом. Не то чтобы в инстинктах азари было столь ревностное отстаивание своей территории, они же не кроганы или кто-то вроде них, но у азари есть гордость. Илена это хорошо знала. Эти коммандос тоже были гордыми, и на появление соперниц отреагировали не слишком-то учтиво. Они ведь все слышали немало о Затмении, так что кое-кто из лисиц чувствовал просто необходимым с самого начала доказать, что они не собираются теперь уходить на второй план.

Пока что соперничество это было почти полностью односторонним, что довольно неплохо. В Затмении не терпели тех, кто не способен соблюдать дисциплину. Турианцев это с самого начала вполне устраивало, да и саларианцев, в принципе, тоже, но обычно азари привыкли к большей свободе. Так что сейчас Илена законно могла гордиться тем, что её сёстры из Затмения равнодушно воспринимают все подначки и выходки лисиц без каких-либо инцидентов. Никто на эту приманку не повёлся, хотя дополнительные указания рекрутам пришлось давать так же Эньяле и Лизелль.

Илена доверяла своим товарищам и доверяла людям, но она совсем не доверяла Теле Вазир. Да и что думать о её странноватых приближённых Илена пока тоже не знала. Тела — героиня, это не обсуждается, но этот здоровенный кроган с ржаво-красным щитом выглядел довольно страшно. Они с Шепард постоянно бросали взгляды друг на друга. Тут тоже чувствовалось напряжение, как между лисицами и бойцами Затмения, вот только слышался за ним не треск петарды, а тиканье бомбы с часовым механизмом. Илена сделала мысленную заметку — когда эти двое всё-таки решат выяснить между собой всё, что не успели на «Славной Харсе», ей ни в коем случае нельзя находится между ними или где-то неподалёку. Потому что в округе явно станет очень небезопасно.

Помимо крогана, Рекса, был ещё и этот таинственно выглядящий парень, Белый Варрен. Похоже, он был у Телы главным помощником. Говорит он немного, но в технике явно сечёт. Даро после встречи о нём не сказала ни слова, однако, без сомнения, уже считает его потенциальной угрозой. Скорее всего, это тоже взаимно, и Варрен понял, что в случае чего ему придётся иметь дело именно с кварианкой. Илена не сомневалась, что Даро умнее — под этим ведром на голове скрывался впечатляющий мозг — но вот Варрен больше напоминал бойца и убийцу. Такому типу Илена бы свою спину не доверила.

И вдобавок ко всему, все вышеперечисленные личности сейчас находились рядом в длинных и узких туннелях, выкопанных ворка под землёй. Основные Кровавая стая расширила до подходящих кроганам размеров, но вот все боковые ответвления оставили, как было.

В результате главные туннели были широкими и удобными, но вот от них постоянно отходили узкие ответвления и щели в разные стороны. Илена прошла мимо особенно тесной расщелины, откуда за ней со страхом и голодом наблюдала пара желтых злобных глаз. Ворка сейчас вжимались буквально в каждую дыру и каждый боковой ход этих Нор.

Илена моргнула, глаза адаптировались к низкой освещенности. После модификации людей в них добавилось собственное ночное видение. И выглядело оно совсем не так, как обычное, в шлеме или визоре. Все цвета сохранялись яркими и вполне различимыми, но чем темнее становилось, тем сильнее менялась картина, тёмное пространство становилось светлее, а слишком яркое наоборот — затенялось. Так что в результате для неё кромешная темнота выглядела как изображение в сепии. Всё было серым с оттенками коричневого, но более чем различимым. Может, в темноте она бы не сумела отличить бордовый оттенок от вишневого, но могла разглядеть каждую трещину на стене и пересчитать все рога у ворка, вжимающихся в эти трещины и думающих, что их не видят.

Похоже, что все решили просто их игнорировать, так что Илена пыталась делать то же самое. Даже если ворка и могли прятаться в очень узком пространстве, но вот оружие им туда не втиснуть, а любого, кто решится выскочить, порвёт в клочья дружный огонь из штурмовых винтовок и пулемётов.

— Внимание вперёд, — приказала Шепард негромко, но твёрдо. Вместо того чтобы воспользоваться сетью отряда, она произнесла это вслух на тессианском.

— Должно быть, про это место Тела и говорила, — заметила Илена, щурясь, когда они вновь вышли на свет. — Ух ты, да вы только посмотрите на это! — подняв голову, теперь она смогла разглядеть, что же делает Норы особенными.

Ворка строят свои хибары по всей свалке, но Норы в этом отношении действительно уникальны. Здесь борт к борту были закопаны два почти целых звездолёта. Один был турианским, если судить по длинным крыльям, раскинувшимся на сотню метров. Другой оказался фрегатом азари, металл его бортов до сих пор отливал фиолетово-синим. Между кораблями ворка натянули что-то вроде большого тента, устроили себе подвесной потолок. Множество пересекающихся самодельных балок поддерживали его и придавали свой незабываемый вид, но это скорее просто доказательство упорства ворка, чем какой-то выраженный архитектурный стиль. Для поддержания потолка использовали абсолютно всё, что было под рукой, потому теперь их окружал целый лес подпорок и самодельных колонн всех форм и размеров.

По бокам находились корпуса кораблей, соответственно турианского слева, а азарийского справа. Им от лап ворка тоже досталось, те превратили корпуса в своеобразные общежития, даром что полуразваливающиеся. В окнах, напоминающих скорее проломы в корпусе, помаргивали слабые отсветы от работающей кое-как электроники. Странное освещение давали горящие металлические бочки с дырками и разряды на открытых неизолированных проводах. Воздух был тяжелым и грязным от дыма и испарений, а потом Илен поморщилась, рассмотрев пол, усыпанный мусором и другими… отходами. «Санитария» и «мусорщики» явно не те слова, которые часто услышишь в этих местах.

Из ближайшей будки варрена капала кровь, собираясь в жутковато выглядящий старый горшок — от этой картины Илену едва не стошнило.

— Нас постоянно заносит в самые интересные места, — заметила Чамберс позади, у неё взгляд на вещи был намного шире. — Занимательно! Ух ты, а там токсичные отходы? Какая прелесть!

— У них тут даже заведение дающее в аренду иголки есть, — заметила Илена, кое-как разобрав надпись на одной из построек. — Отлично, просто отлично.

— Ты можешь прочитать, что там написано? — уточнила Шепард, указав на одну из вывесок.

— Это не тот магазин, — ответила Илена, беря руку Шепард и переводя в нужное направление. — Магазин с иголками вон там. И да, я могу это кое-как прочесть. Это очень, очень, очень грубая версия галактического стандартного языка, за основу которого был взят тессианский.

— Ха…

— А ты не можешь это прочесть?

— Способ, которым Шепард учила язык, имеет свои недостатки, — ответила Чамберс очень тихо.

— Имеешь в виду… — Илена быстро постучала себя по лбу.

— В результате трудно бывает понимать… скажем так, родственные и смешанные языки, образованные от основного, — ответила Чамберс и вновь продолжила смотреть по сторонам, прикрывая командира. — Это если вкратце.

Илена слышала, как некоторые рекруты и даже обычно молчаливые как рыбы бекха-якши обмениваются мнениями от вида самого сердца (хотя скорее это напоминало сфинктер) Нор ворка. Зато здесь хотя бы места достаточно. Сами ворка быстро очистили улицы, спрятавшись в своих домах и заведениях, вырубленных в корпусах обоих кораблей. Теперь препятствий у наёмников было меньше… если только забыть про настоящий лес растяжек и колонн.

Впереди Илена видела характерный бело-синий бронескафандр Телы Вазир, а рядом ржаво-красную броню мастера-крогана, Рекса. С ними рядом был ещё один кроган. Выглядел он немного… не таким.

— У нас возникла проблема, — завила Тела, когда приблизился отряд под командованием Илены. Спектр не стала вести долгих разговоров, её М-15 «Защитник» уже был у неё в руках, на боку оружия светился индикатор модификации боеприпасов. — Я потеряла контакт с парой лисиц в зале ниже, — хмуро добавила она, — оттуда и уходит шахта к раскопкам.

— Мои сёстры там тоже перестали отзываться, — добавил этот новый кроган. Илена присмотрелась к нему получше. Броня была такой же, как у прочих в Кровавой стае, но щит выглядел забавным, весь потрескавшийся и расписанный.

— Ты… женщина? — задала Шепард вопрос, уже возникший у Илены в голове.

— Пэл Вайль, — представилась кроганша. Её лицо слева украшал большой шрам от ожога, достаточно серьёзного, чтобы даже после регенерации оставить большое выцветшее пятно. Самое странное, что оно не выглядело естественным. Некоторые рубцы отчётливо формировали правильные углы и фигуры. Само по себе такое не возникнет, только если кто-то постарается специально.

— Вайль это мой козырь, — пояснила Тела, хотя и несколько торопливо. — Мой агент в Кровавой стае. Кое-кто из подчинённых Убеги теперь работает с ней, а значит и на меня.

— Мхм… — проворчал Рекс. Выглядел он недовольным, но Илене оставалось лишь гадать, почему.

— Хоть Убега и моя старшая сводная сестра, но она недостойна быть вождём, — сказала Вал, ухмыльнувшись и обнажив острые зубы. — На её счёт не волнуйтесь.

— Важнее этого, — Тела вновь попыталась вернуть беседу в нужное русло. — Думаю, что кто-то всё-таки добрался до гнезда Окира там внизу… потому мы должны…

Высокий и при этом скрежещущий вой ворка не дал Спектру договорить. Все как один вскинули оружие. С рыночной площади Нор, дальше от них, к вою уже добавились звуки оружия на эффекте массы: грохот дробовиков и оглушающих зарядов другого оружия, короткие визги очередей пистолетов-пулемётов. Компактное и мощное вооружение для хаоса ближнего боя. Ворка, засевшие в домах и магазинах вокруг начали выть от страха. А потом кто-то первым выскочил на улицу, несясь в панике так же, как нёсся бы любой паникующий разумный на его месте.

— Похоже, экскурсия окончена, — пошутила Илена.

— Похоже на то, — со смешком согласилась Чамберс.

Тела, Шепард и Рекс уже начали двигаться.

Лавируя между колоннами, Илена почувствовала касание к своему разуму, приятное ощущение, словно стоишь в строю плечом к плечу с соратниками, даже если сейчас рядом никого нет. Поднырнув под кривую стальную колонну, и слыша, как звуки перестрелки становятся всё громче, она впервые увидела, что же именно выбралось из той шахты к раскопкам, про которую говорила Спектр.

На вид оно напоминало ворка… но желтая шкура была расчерчена тускло-голубыми светящимися линиями и белыми пятнами. Глаза казались пустыми, не считая крошечных голубых огоньков глубоко внутри. Эти огоньки стали чуть больше, а затем сфокусировались на ней, когда нечто, бывшее раньше ворка, выбрало себе цель. Оно зашипело…

А затем его голову снесло целым ливнем пуль.

Вопящий ворка пронёсся мимо Илены, словно первая капля дождя, предшествующую ливню. Сложно было разобраться, кто из ворка бежит к ней, а кто просто мимо неё. Обновив свой барьер, Илена позволила биотике разойтись шире, нанося удар вокруг. Этого хватило, чтобы сбить некоторых «гражданских» ворка с ног.

— Убирайтесь с линии огня! — крикнула она, вскидывая оружие. Шепард ушла из зоны прямой видимости, хотя Илена и продолжала видеть её силуэт. Её доработанное зрение трудилось на пределе мощности, пытаясь в этом хаосе отличить друзей от врагов.

— Лунатик! — воскликнула Чамберс, её «Призрак» затрещал, перерубая очередью надвое хаска(1) ворка в окне второго этажа.

«Противник определён» — это её глаза наконец-то закончили сортировку целей. Начали обозначаться красным силуэты. Несколько дюжин сразу.

— Чтоб меня, прямо как старая террор-атака прошлой войны, — выругалась Чамберс, забрасывая пулемёт на спину и выхватывая запасное оружие. Тяжелый пистолет М-6 «Палач» начал с рычанием выплёвывать пули, присоединившись к очередям компактного пистолета-пулемёта Илены.

Эти хаски оказались невероятно подвижными. Илена с изумлением смотрела, раскрыв рот, как один из них подпрыгнул словно богомоло-паук, сразу с пола на потолок. Он не только подскочил на десять метров вверх с места, но ещё и уцепился там, найдя точки опоры в грубо сделанном потолке. Хаск уже с приличной скоростью полз сверху вниз, когда три очереди пересеклись на его теле, прошив насквозь и, должно быть, убив несколько раз. Тварь шлёпнулась на пол, печально зашипев.

— Следите за потолком! — разнёсся голос Вазир по общей сети двух отрядов. — Никакой взрывчатки! Если это место обрушится, то похоронит нас всех!

Она была права, и когда вдруг странный синеватый взрыв разнёс пару ближайших магазинов, Илена затаила дыхание, боясь, что сейчас начнёт рушиться потолок. Все они, может, и не погибнут, однако у неё как раз шансы выжить хуже, чем у прочих. Однако камни так и не посыпались.

«Сюда».

Двигаясь рядом с Чамберс, Илена бросилась к месту взрыва. Здесь нашлась целая толпа врагов, их красные силуэты в системе наведения накладывались друг на друга — и хвала богине, что она теперь может видеть в полумраке. Она использовала бросок на ближайшем гражданском, откидывая его в сторону, Чамберс поймала раненного ворка, оттолкнула его к своим, а затем выбросила вперёд сжатый кулак.

Вокруг хасков начал формироваться фиолетовый контур, чем-то напоминая аккреционный диск вокруг большого космического тела. Всего секунда, и законченный разлом начал рвать бывших ворка на куски, медленно скользя вниз. Плоть, прошитая странной голубоватой электроникой, разлеталась на ленточки и конфетти. Илене уже доводилось видеть разломы раньше, и она знала, на что они способны. Так что сейчас для азари главной задачей было ни за что к нему не приближаться.

— Помогите! Помогите!

Это был голос азари, потому Илена решила выглянуть из-за края дымящегося пролома в корабельной обшивке, где недавно была витрина одного из заведений ворка. Её пистолет-пулемёт затрещал, отправляя пулю за пулей ещё в одного хаска, сумевшего в этом хаосе поймать кого-то из лисиц и теперь пытавшегося утащить её за ноги. Не похоже, чтобы у твари были хоть какие-то кинетические барьеры, но ей требовалось нанести просто невероятное количество повреждений, прежде чем она сдохнет. Или… может и не сдохнет… но хотя бы прекратит двигаться, калечить, взрывать и тому подобное.

Удовлетворённая тем, что хаск, вроде бы, не собирается больше шевелиться, Илена спустилась, чтобы утащить раненую деву подальше от перестрелки. Пока было похоже, что этим хаскам требуется подобраться к противнику на дистанцию рукопашной, однако из дальнего конца рынка доносились какие-то чужие, и в то же время знакомые звуки ответной пальбы. Кто-то или что-то там отстреливалось, и отнюдь не от хасков.

Лисица вскрикивала, когда её сломанные ноги сгибались под неправильным углом. Свой М-15 она крепко прижимала к груди, дыхание азари было тяжелым и сбивчивым. Илена оттащила её туда, где заняла позицию Чамберс, стреляющая по появляющимся в зоне видимости целям. Наконец, Илена смогла найти взглядом и Шепард. Та пробивалась вместе с одним из отрядов Затмения по центральной улице, уже освободившейся от гражданских. Отряд под её командованием накрывал всё, что пыталось двигаться, просто убийственной концентрацией огня, так что ответная стрельба постепенно начала стихать.

Вспыхнуло ещё два синих взрыва, хасков перехватили на подходе точным огнём.

— Наверху! Смотрите наверх! — крикнул кто-то. Всё больше тварей забиралось на потолки и стены, пытаясь нападать сверху.

— Используйте Подъём или Притяжение, — велела товарищам ещё одна азари. — Не повредите потолок!

— Эти взрывы… — пробормотала Чамберс.

Голубые вспышки начали вспыхивать среди балок и колонн, поддерживающих грубо сделанный потолок ворка, биотика скидывала хасков вниз одного за другим. На земле их уже встречали бойцы Затмения, очереди их тяжелого оружия превращали тела хасков в решето, а дроны своими тороидальными боеприпасами прожигали в их телах огромные дыры. Стиснув зубы, Илена отвлеклась от боя и взглянула на раненную азари. Система распознавания отмечала её как союзника, однако имени не выводила.

— Ты поправишься, — пообещала Илена, рассматривая её покалеченные ноги. Затем подозвала дрона.

— Мои ноги… — плача, повторяла дева снова и снова. Она выглядела ещё совсем юной. — Богиня, богиня, пожалуйста, не оставляйте меня без ног! Пожалуйста!

Должно быть, она даже и не заметила, когда дрон распылил на её ноги тяжелые капли медицинской смеси человеческого производства. Обезболивающее подействовало быстро, дыхание азари начало выравниваться. Бой уже практически прекратился, передовые отряды уже добивали последних покалеченных хасков. Ещё одна из Синих лисиц пробралась через обломки, чтобы узнать как состояние её соратницы.

Взгляд был угрожающим, когда она увидела эмблему Затмения на броне Илены, однако выражение смягчилась, как только она верно оценила всю ситуацию. Коммандер махнула Чамберс, они обе пошли вперёд, чтобы соединиться со своими на переднем крае. Перестрелка была пусть и короткой, но весьма интенсивной. Они получили первое представление, что может их ожидать в глубине лабораторий Отряда 7-31.

Все ответственные лица нашлись под широким крылом турианского корабля. Шепард стояла рядом с Эньялой и ещё парой бойцов Затмения, они мрачно рассматривали свою перепачканную вражеской «кровью» броню. Рекс присел у изуродованного тела на полу, что-то изучая. Тела Вазир тоже разглядывала труп, но она стояла, сложив руки на груди. Тело перед ними было слишком большим для хаска-ворка… можно сделать вывод, что этот получился уже из крогана.

Богиня, да что там внизу вообще творится-то?

— Выглядит знакомо, не правда ли? — приблизившись, спросила Чамберс.

— Из них хотя бы после смерти ничего уже не вылезает, — ответила Шепард, кивнув.

— Вы уже сражались раньше с чем-то подобным? — спросила Эньяла, скорее с любопытством, чем со страхом от всего произошедшего. — Майор?

— Сходство там было разве что внешнее, лейтенант, — ответила Шепард, и по её тону было понятно, что это тема теперь закрыта. Анна толкнула носком сапога один из светящихся синим трупов ворка, сказав: — Пока что обозначим их для себя как «хасков».

— Не «зомби»? — ухмыльнувшись, уточнила Чамберс.

— Хасков, — раздраженно повторила Шепард.

— Ну, хаски, так хаски, — согласилась Чамберс

— Тогда вот эту… штуку… можно назвать «отродьем, — сказал Рекс, поднимаясь на ноги и качая головой. Он так и не отвёл взгляд от большого тела, лежащего на земле. — Раньше это был кроган. Что это теперь, я понятия не имею.

— Не совсем так я себе представляла лекарство от генофага, — произнесла Вазир, направляясь прочь. — Давайте, нам пора двигаться.

Шепард посмотрела на Илену, та поняла, что майор от неё хочет.

— Продолжаем двигаться, — отдала она приказ. Одновременно азари услышала сигнал связи.

— Говорит Даро, — данный канал был кодированным, только для Затмения. — Команда инженерам. Перенастроить модули оружия подчинённых на осколочные боеприпасы.

Ближайшие бойцы Затмения, носящие техническую броню, быстро начали вводить команды на инструметронах. Уже через несколько секунд у отрядов, за которые они отвечали, подключалась соответствующая модификация патронов. Бекха-якши, у которых не было отдельных инженеров, провозились чуть дольше. Илена была на полпути к Вазир, когда подключилась модификация и на её оружии.

Эньяла и Лизелль быстро начали организовывать подчинённых и распределять в качестве прикрытия для бекха-якши. Все сразу они вниз точно не пойдут. Просто места на всех не хватит. Тем временем Белый Варрен, похоже, организовывал Синих лисиц и вообще взял на себя командование ими вместо Вазир.

Илена могла видеть, что некоторые из коммандос явно в шоке от этой скоротечной перестрелки. Причём виной тому отнюдь не сам бой. Если верить записям из экстранета, лисицам довелось немало повоевать в Терминусе. Вероятно, они шли сюда, ожидая сражения против Кровавой стаи, а тут на них выпрыгнуло… в общем, то, что выпрыгнуло. Хаски? Зомби? Интересно, что такое это „зомби“ вообще?

— Да что же это за штуки такие? — прямо спросила одна из лисиц, не собираясь молчать. — Богиня… это болезнь какая-то, что ли?

— Она права, — поддержала другая коммандос. — Может, нам тут лучше карантин объявить или типа того?

— Мы не обнаружили признаков какой-либо инфекции, — ответила одна из бекха-якши в шлеме, голос был хоть и женским, принадлежащим азари, но при этом слегка искажённым. Будучи выше и массивнее тех двух азари, она легко проложила себе дорогу мимо них.

— Да откуда вам знать-то?!

— Точно, откуда?

Коммандос в чёрно-фиолетовом проигнорировала их, молча присоединившись к своей группе. Рекруты Затмения только покивали, уважая мнение бекха-якши. Они верили в подготовку и оборудование первой роты. Илена видела, как все перепроверяют системы, обновляют барьеры или техническую броню, готовясь спускаться в неизвестность.

Тела Вазир ожидала их у входа в шахту Кровавой стаи. Шахта представляла собой ведущую вниз дыру в земле, уходящую под уклоном градусов в тридцать. Поскольку строили кроганы, потолок был удобным и высоким, а сам проход — достаточно широк. Неподалёку до сих пор валялись грубые инструменты, должно быть ими Стая и вела раскопки. Оборудование, чтобы взрывать, резать и прожигать броню звездолётов и завалы металла и обломков. Лежащие рядом лопаты и кирки, должно быть, принадлежали ворка, примитивный ручной труд у них обычно получался лучше.

Хотя получившийся туннель и нельзя было назвать красивым внешне. Лампы были буквально прикручены и прибиты к самым твердым поверхностям, светодиоды освещали коридор в бледной бело-красной гамме. Пара вагонеток для вывоза обломков и перемещения тяжелого оборудования остались на месте… одна загружена металлическими листами с верхом, другая сброшена с рельсов. На одном из кусков металла можно было разглядеть странный треугольный знак, ещё один лист был залит кровью.

— Всегда ненавидела, когда, в конце концов, героев просто загоняют в пещеры, — Илена сменила штурмовую винтовку на пистолет-пулемёт. — Всегда очень дешево смотрелось. Ведь видно же, что это всё время одни и те же декорации в каждой серии.

— Так ты, правда, смотрела тот глупый сериал? — вздохнув, спросила Вазир, поняв, о чём она говорит. Спектр держала в руках свою винтовку „Защитник“, однако выглядела расслабленной, несмотря на то, что они всё глубже спускались в темноту подземелий.

— Да я на нём выросла! — Илена улыбнулась, но идущая впереди Тела этого не увидела. — Двенадцатый сезон, конечно, был слабоват, но благодаря ему я многое поняла…

— Поняла, что я сплю со всеми подряд и взрываю всё, что подвернётся? — проворчала Вазир.

— Я поняла, что значит сражаться.

— Сражаться? — переспросила Спектр недоверчиво, — в самом деле? — эти слова явно привлекли её внимание. Она даже обернулась, чтобы посмотреть на Илену.

— Не „сражаться“, в буквальном смысле, — попыталась объяснить дева, увидев, что её кумир проявляет свой интерес. — Я просто поняла, что Спектр должен сражаться за всех сразу. Не только за матриархов, Совет и корпорации. В сериале Тела Вазир защищала и маленькую колонию от монстров или пиратов с той же яростью, как она защищала бы от врага сам Совет. Вот почему она герой для меня, — Илена подмигнула. — Вот почему вы герой для меня!

Тела несколько долгих секунд смотрела на коммандера Затмения, даже не пытаясь улыбнуться.

— Это просто сериал, — наконец, произнесла она. Вновь перевела внимание на уходящую в глубину шахту. Добавила: — Кроме того, мне куда больше хотелось бы поговорить о тебе.

— Обо мне? — удивилась Илена. Что-то почувствовав, она оглянулась и увидела держащуюся поблизости Чамберс. Шепард была чуть дальше, двигаясь рядом с тем кроганом, Рексом. За ними шли команда Эньялы и четвёрка Синих лисиц под командованием Белого Варрена. Не хватало только Даро, но вряд ли это надолго. Она наверняка скоро их нагонит.

— Да, о тебе, — подтвердила Тела с сарказмом. — Если ты ещё не заметила, вокруг тебя расходятся волны.

— Да, наверное, я такая! — хихикнув, согласилась Илена.

— И у некоторых начали возникать вопросы — кто же собственно бросил тебя в воду, чтобы их поднять, — Вазир сделала глубокий вдох, вглядываясь в сумрак впереди. — Я уже знаю ответ, который так любит всем давать Затмение: Йона Седерис и множество друзей из Батарианской Республики. Это они дали тебе старт.

— Именно они, — соврала Илена. Ей даже неудобно стало. И потому что она солгала, и потому что это получилось так легко.

— Ни для кого не секрет, что у Йоны хватало друзей в верхах, — продолжила Спектр. — Матриархи, директора… контакты по всей Республике Азари… в „Армали“… в „Серрисе“. Подруги, бывшие сёстры по оружию, те, для кого-то она выполняла работу, и те, кого собиралась шантажировать.

— Да, в этом вся Йона, — со смехом признала Илена. — Вечно у неё были какие-то мутные делишки!

— И как много о них известно тебе? — медленно спросила Вазир. — Насколько ты была в них замешана? Ты ведь её преемница, всё-таки.

— Скорее преемница должности, а не её методов, — заверила Илена, успокаивающе помахав рукой. — Я никого шантажировать не собираюсь! Уж поверьте!

— Наивно думать, что ты так легко сможешь отмыться от всех грехов Йоны, — Вазир опустила голову, подныривая под торчащую под потолком трубу. — Что тебе следует сделать, так это обезопасить себя.

— Обезопасить себя? — повторила дева. — И как?

— Можешь для начала всё честно рассказать.

— Честно рассказать…

— Да. О том, кто тебе платит… кто оказывает протекцию, — Вазир явно не самая терпеливая матрона на свете, и Илена уже чувствовала, что той надоело смотреть, как перед ней валяют дурака. Неожиданно, Тела сделала глубокий вдох и примирительно произнесла: — Я всё понимаю… ты хочешь защитить тех, кто стоит за тобой. В первую очередь, твоего матриарха. Или матриархов.

Впервые в жизни, Илена не нашла, что сказать.

— Думай об этом, как о правилах приличия, — добавила Спектр, слегка понизив голос. — Моя матушка хочет побеседовать с твоей матушкой, в таком духе. Это просто правила приличия и хороший тон.

— Ладно, я поняла, — Илена кивнула, наконец, некоторое время просто идя шаг в шаг со Спектром и думая над ответом.

— Тогда мне нужны имена… или эмблемы, если… — Тела улыбнулась, пусть и слегка натянуто, но улыбнулась.

— Если?

— Мне нужны имена, — уточнила Вазир.

— Единственная, с кем я встречалась лично, это матриарх Вален.

— Продолжай.

— Она учёная. И затворница. Ваша „матушка“ едва ли с ней знакома, — Илена вздохнула. — Про остальных вам лучше спрашивать у Йоны. Для меня это просто набор смешно звучащих кодовых имён.

— Ясно, — ответила Тела, не слишком удовлетворённая тем крохотным количеством информации, что ей досталось. — Ужасно удобно, что Йона Седерис… „ушла в отставку“, и с тех пор её никто не видел лично.

— Она в весьма тяжелом состоянии… но ведь это и впрямь очень, очень удобно, не так ли? — Илена кивнула, соглашаясь с ней.

Всего на секунду Тела Вазир застыла на месте. Быстро взглянула на коммандера Затмения, но увидела лишь юную деву, счастливо улыбающуюся, будто она сейчас вовсе ни на что такое и не намекала. Йону Седерис многие знали и боялись. Она была безжалостной убийцей. Илена Таноптис… не была. Ведь так?

— И я думаю, что способа связаться с этой матриархом Ва» Лен нет? — уточнила Вазир, покачав головой и в несколько шагов догнав ушедшую вперёд деву.

— Если что-то требуется, всегда она связывалась со мной, а не наоборот, — Илена пожала плечами.

— Тогда это проблема. И больше для тебя, чем для неё, — заметила Тела, выпрямляясь во весь рост, когда они достигли дна и вышли из шахты. Кровавая стая смонтировала тут хоть какие-то грубые мостки и подпорки для неустойчивых обломков. Перед ними открылся кусок покорёженного корпуса корабля, и дальше можно было увидеть его борт. Похоже, докопав сюда, кроганы Стаи долго укрепляли стены и искали шлюз, пока у них не кончилось терпение, и они просто не взорвали кусок обшивки, чтобы попасть внутрь.

Внутри лампы уже выглядели посовременнее, освещение соответственно было получше. В одну из ламп мёртвой хваткой вцепилась рука крогана… в буквальном смысле, одна рука и больше ничего. Тела подошла ближе, хотя взгляд на конечность бросила лишь мимолётный. Сказала, подтолкнув её ногой:

— Свежая. Должно быть, принадлежала кому-то из клана Пэл.

— А тел нет, — заметила Илена. — Это здесь у вас был пост, так? Место хорошее. Но если они все погибли, то где же тогда тела?

— Это, конечно, вопрос, — согласилась Вазир. — Может, они сейчас у Окира под скальпелем.

— Тогда он, наверное, трудится в две смены, — Илена фыркнула.

Остальные сопровождающие присоединились к двум азари, плюс ещё пять новых лиц.

— Да, вот это корабль! Восхитительно! — похоже, Даро'Ксен вполне удобно чувствовала себя в боевом скафандре, даже в окружении коммандос азари, кроганов и замаскированных людей. Ведь сейчас они тут помогали решать проблемы кварианцев.

Рядом с ней был Раэль'Зора, отчётливо нервничающий от всего происходящего. Третьей из кварианцев была Пи'Мета, с оружием в руках внимательно смотрящая по сторонам в поисках возможных угроз. Раэль здесь представлял адмирала Ваана, а значит и весь совет адмиралов. Пи'Мета присутствовала как телохранитель Даро и, с недавнего времени, новый боец Затмения. Три тускло светящихся индикатора на её искусственной руке слегка изменили яркость, когда кварианка повернула в руках дробовик М-300. Вообще, кварианцы считаются одной из самых слабых асароидных рас, однако с новой рукой выбор оружия, которым она может свободно пользоваться, у неё стал шире.

— Это обломки, — заметил Раэль, изучая корпус и пробитую Кровавой стаей дыру в нём. — Весь Корлус усыпан такими обломками.

— Этот корабль кварианский, — заверила его Даро. — Внутри мы сможем узнать больше, но по записям в этом районе есть всего одно кварианское судно. «Наротал».

— То есть, лаборатория Окира находится внутри корабля, который мы искали? — Илена слегка кивнула Ведроголовой, довольная, что та наконец-то снова поблизости. — Совпадение?

— Совпадение, говоришь? — Даро фыркнула, для выразительности — дважды. — Совпадение? Едва ли! Но я сегодня добрая и предположу, что это был сарказм. Однако нет, Окир и этот Отряд 7-31 наверняка заняли его совсем не просто так. Внутри сохранились остатки лабораторий и много жилого пространства — всё это можно восстановить. Могу предположить, что причина в этом.

— Да уж, похоже, старый дурень Окир только и может, что заводить себе новых врагов.

— Эй, — воскликнула Илена, указав на крогана и его вечно молчаливую телохранительницу-азари.

— Тууго Такс, — напомнила Даро. — Как ты можешь это постоянно забывать?..

— А вот был бы я «Вождь Такс», тогда бы меня точно никто не забывал, — несмотря ни на что, кроган был в хорошем настроении. И даже фактически посреди поля боя, Такс всё равно пренебрегал бронёй скафандра, оставаясь в своём пальто и вышитой рубашке. Единственное, на что он согласился, это большой чёрный бронежилет, прикрывшей большую часть его тела. С другой стороны, его телохранительница была отлично бронирована и увешана оружием.

— Где-то там моя дочь, — продолжил он, почесав свой плоский подбородок. — Искренне надеюсь, что не в таком виде, как те наверху.

— Окиру пришлось очень сильно постараться, чтобы вытащить их сюда с Тучанки. Они ему нужны в целости, а не в виде безмозглых штурмовиков, — заверила древнего крогана Даро.

Тууго, похоже, эти слова слегка успокоили.

— Если с ней хоть что-то случилось, я буду очень… зол, — заметил он просто, но теперь в голосе слышались эмоции. В основном невероятное, но тщательно сдерживаемое бешенство. У Илены сложилось впечатление, что если они найдут его дочь в таком же состоянии, как эти хаски, то старый галантный кроган мгновенно впадёт в кровавую ярость. Но ни секундой раньше, и хвала богине за это.

— Ещё одна волна этих тварей может появиться в любой момент, — произнесла Шепард, беря на себя командование.

— Я тоже пойду вперёд, — согласился Рекс, они вступили под тень древних обломков рядом, двигаясь шаг в шаг. Кровавая стая бывала тут часто, так что и фонарей здесь тоже хватало. За авангардом двинулись остальные — Илена, Вазир, Даро и их подчинённые.

— О, да, — чуть позже произнесла Даро, её пальцы танцевали над инструметроном. — Это без сомнения «Наротал».

— Ка… — Илена заткнулась от одного взяглад Даро. — В смысле, поверю тебе на слово.

— Материалы и внутренняя структура, которую я сейчас наношу на карту… всё соответствует кварианским записям и имеющимся моделям, — всё-таки объяснила Ксен.

— Колониальный корабль кварианцев, — с интересом произнесла Вазир, разглядывая полуразрушенный коридор, по которому они продвигались вглубь. Не считая рисунков Кровавой стаи на стенах, больше кроганы тут ничего не повредили. Стены лишились покрытия, все электронные панели утащили на переработку, вентиляционные решетки проржавели, но это было ещё до них, и в любом случае, проход хотя бы не завален обломками. В конце концов, кварианцев считали хорошими инженерами отнюдь не просто так.

— Вы видели такие прежде? — поинтересовался Раэль. — До того, как они превратились в жилые корабли?

— Я сопровождала Тевос, когда она посещала кого-то из друзей на похожем корабле, — ответила Тела, на секунду уйдя в воспоминания. — Это было… ещё до войны. Она решила купить для дома гета дизайнерской работы. Хотела себе такого, который умеет петь.

— А-а, — с интересом протянула Даро. — Он же не набросился на неё, правда?

— Нет.

— Тогда ей повезло.

Илена поморщилась от этих слов, но Спектр только засмеялась.

— Нам с ней повезло, — согласилась она, — Но вот тот, что был у нас на кухне…

— Вы серьёзно?

— Нет.

— О!

— И как тогда всё было? — спросил Раэль, касаясь выцветшей панели на стене, слов на которой было уже не разобрать. — Когда кварианцы были на пике развития…

— Я тогда ещё сама была девой, — припомнила Тела, — Но кварианцев тогда все знали. А те из них, кто отправлялся в путешествия, использовали первые версии тех скафандров, какие вы носите сейчас. Всё кварианское тогда было в моде: кварианская одежда, кварианская кухня, кварианские технологии и кварианские партнёры. Численность расы тогда была двадцать девять миллиардов… большая часть на родине, поменьше на нескольких турианских планетах с право-аминокислотной жизнью, но и во многих населенных мирах встречались кварианские поселения под куполами или кварианские представительства.

— Несмотря на все романтические истории и пропаганду Флота, на самом деле половина выживших кварианцев обитала в дальних поселениях, слабо связанных с нашими главными мирами, — пояснила Даро на ходу, не переставая ещё и работать над сканированием корабля. — Когда началось восстание, оно распространялось вовне из миров, где было сконцентрировано больше всего платформ гетов. Внутренние миры были захвачены быстро, а флот оказался занят, пытаясь прикрыть окраинные колонии нашего доминиона. В изолированных регионах, где было очень мало гетов, мятеж и вовсе не начался — машин не хватило, чтобы набрать критическую массу и развить интеллект выше животного уровня. К тому времени, как восставшие геты смогли добраться туда, эти были уже отключены.

— В то время бывали случаи, когда геты впадали в бешенство, — добавила Вазир. — Больше всего досталось Тессии, ведь там в основном жили богатые азари, у которых были модные платформы гетов ручной сборки, заказанные на самом Раннохе. Немало богатых матрон однажды проснулись в постели с парой злых секс-роботов, — она покачала головой и что-то едва слышно пробормотала. Потом повторила громче: — У меня в те времена тоже был гет.

— …! — Илена только открыла рот, чтобы спросить.

— Не секс-робот! — прервала её Тела, прежде чем дева успела задать вопрос.

— Ау-у…. А какой тогда?

— Тостер.

— Гет-тостер? — не поверила Илена.

Азари ничего не могла собой поделать, она впрямь вообразила злобный тостер со светящимся глазом и зловеще шевелящимися пластинами, ведь по слухам, так геты и выглядят. «Такое чувство, что внутри моего гриля застрял кредитный чип», — возможно, говорил он, — «дотянитесь и заберите его себе. Ну же. Халявные деньги для вас, мерзкие мешки мяса! Просто используйте свои состоящие из воды уязвимые к жару пальцы! О, так ты хочешь, чтобы я заткнулся и поджарил тебе хлеб? Перепроверь список того, чего тебе можно просить, органик!»

— До войны гетов устанавливали во множество устройств, не только в мобильные платформы, — объяснила Даро, подтвердив, что да, во время Рассветной Войны действительно встречались злобные тостеры-убийцы.

— Так этот корабль ещё довоенных времён? — в голове Илены появилась ещё одна глупая мысль.

Все три кварианца уставились на неё.

— Это так, — ухмыльнувшись, подтвердила Тела Вазир.

— А вот что объясняет, почему нам не пришлось прорываться сюда с боем, — донёсся спереди голос Шепард. Они с Рексом двигались немного впереди, и они первыми упёрлись в обвалившийся участок коридора. Причина обвала тоже сомнений не вызывала. Из-под обломков до сих пор торчала половина хаска-ворка, продолжавшего тихо шипеть.

— А, такой же взрыв, как они делали наверху, — догадалась Илена.

— Мы сможем найти обход? — Тела решила принять на себя командование. Приблизившись, она пинком свернула шею полудохлому хаску. Потом перевела взгляд на Даро. — Тут же есть другой путь, верно?

— Может, он и есть, но результаты ультразвукового сканирования выглядит пока неутешительно, — гениальная кварианка Затмения, разглядывающая имеющуюся карту, не слишком их обнадёжила.

— Можем просто проделать себе проход взрывом? — предложил Раэль.

— И рискуем обрушить вообще всю ближайшую часть корабля, — возразила Даро.

— Раэл'Зора подал верную идею, — встала на его сторону Шепард. — Насквозь будет быстрее, чем в обход.

— Майор, — с беспокойством произнесла Чамберс. — Не забывайте…

— Это всего лишь биотика, — перебила её Шепард и затем перешла на человеческий язык, на английский. Это было неожиданно. — Лучше поступить так же, как «Вуду» сделали, когда брали штурмом судно «Хозяин Марионеток» во время Кампании Исхода. Манёвр Шепард, про который вы всё шутите, только в одиночной версии.

— Шепард, они штурмовали флагман чужих, а не нестабильную груду обломков, — Чамберс тоже перешла на английский. — Кроме того, предполагалось, что мы не будем использовать здесь Тэ-Ка.

— Скажем, что это биотическое искажение, или что-то подобное.

— В общем, мы пробьём путь с помощью биотики, — Шепард вновь перешла на тессианский.

— Сингулярностью? — уточнила Вазир, пытаясь понять, что они будут делать. Как и все остальные, она из беседы на языке людей не поняла ни единого слова. Однако не было видно, чтобы её это раздражало. — Не сработает: она слишком неуправляема, слишком много обломков будет в зоне поражения.

— У нас сингулярность более контролируемая, чем у вас, — влезла Илена до того, как Чамберс начала что-либо объяснять. — Или у Шеп, по крайней мере. У нас, у меня. У Шеп. Невелика разница.

Даро ничего не сказала, но так как иных вариантов не было, она вместе с остальными отошла подальше, предоставив двум «азари» делать своё дело. Всем известно, что у некоторых азари встречается особенный талант к биотике, даже на фоне их изначально одарённой расы. Создание сингулярности один из самых сложных и опасных приёмов, но с другой стороны — другие азари и знают о нём меньше всего. То есть, азари, у которых просто более развитые способности к биотике — это звучит довольно правдоподобно. Даже можно сказать, что это не однозначная ложь! Правда, эти две азари на самом деле и не азари вообще, и приём их вовсе не сингулярность. Так что, лжи всё-таки в утверждении намного больше…

Вздохнув, Чамберс встала рядом с Шепард. Илена вновь почувствовала касание к разуму, словно воздух начал дрожать.

Подняв ладони напротив обвалившейся секции, Шепард начала формировать псионический разлом. Только в этот раз он не выглядел как лужа или плоский круг. Вместо этого он словно пузырился и двигался в пространстве, принимая форму. «Управляемый разлом», пока можно так его назвать. Если прибавить к этому недавние переговоры на английском, похоже, что это некая комбинация разлома и «Тэ-Ка», как люди, вероятно, называли между собой телекинетическое поле, которым они могли управлять.

Фиолетовая лужа превратилась в пузырь, который быстро начал перерабатывать лежащие обломки. Илена почувствовала, как её щупальца слегка похолодели, а вдоль позвоночника пробежала дрожь. Может, внешне этот управляемый разлом и немного напоминал биотическую сингулярность, но он не всасывал в себя всё вокруг, не было потока воздуха и знакомого ощущения, отдающегося во внутреннем ухе… просто жутковатый фиолетовый глаз, с негромким треском перемалывающий препятствие, словно окно в бездну. Никто, имеющий хотя бы самое минимальное представление о людях и их возможностях, не купился бы, назови они это знакомым словом «сингулярность».

— Готово, — начала Шепард, когда управляемый разлом стал рассеиваться, оставляя идеально выплавленную дыру в обломках. Теперь проход в следующее помещение был свободен. — Это должно…

— Шепард! — крикнула Чамберс, но её предупреждение опоздало.

Со стороны открывшейся комнаты загремели слаженные выстрелы, странный залп из разогнанных эффектом массы пуль и биотических полей врезался в не успевшую среагировать Боевую матрону, сбив её с ног и заставив с размаху рухнуть на спину. Кинетические барьеры Шепард попытались защитить её, но вспыхнули и тут же разлетелись от столь мощного удара, словно стекло под ударом кувалды. Майор рухнула на землю ещё до того, Чамберс успела выкрикнуть её имя.

— Отродья! — заорал Рекс, приседая на одно колено и открывая огонь из дробовика «Клеймор».

В комнате было сразу три бывших крогана, которым очень не повезло, все в броне Кровавой стаи, сейчас прошитой синими прожилками, и у каждого на руке было массивное устройство, напоминающее виденные Затмением при захвате корабля Отряда 7-31. Но тогда им были вооружены батарианцы. А здесь были массивные кроганы, обращённые в хасков, их лиц было не различить из-за расстояния и облепившей их электроники, прорастающей словно побеги плюща на уже мёртвом дереве.

— Уничтожить их! — велела Вазир, бросаясь к краю проделанной дыры и на ходу закидывая внутрь гранату. — Немедленно, использовать самое мощное оружие!

Новые бойцы рванули вперёд, туда, откуда можно будет вести огонь через проделанный Шепард и Чамберс проём. Внушительно грохотали дробовики, «Призраки» посылали вперёд целые потоки пуль, но и ответный огонь врага был не менее яростным. Воздух вздрогнул и затрещал, когда отродье сделало новый выстрел. Меткость их была просто невероятной. Рекс выругался, получив попадание, к ужасу Илены выстрел свалил и мастера тоже, в точности как Шепард. Ещё один заряд попал в коммандос Затмения, бежавшую рядом с Эньялой, отбросив её дальше по коридору. Однако азари не просто упала на пол, её впечатало в стену с такой силой, будто деву сбило летящим челноком. В груди у неё темнела дыра размером с кулак, Илене не нужно было смотреть в лицо подчинённой, чтобы понять, что та погибла на месте.

— Амета! — выкрикнула Чамберс. В конце концов, все нынешние рекруты Затмения были недавно её учениками. Она встала, фиолетовая энергия пульсировала вдоль её позвоночника, словно поток пламени. — Ублюдки!

Псионический огонь собрался в её руке, формируя нечто, напоминающее формой копьё. Одним движением она отправила этот снаряд в цель. Несмотря на то, что под таким углом выстрел из любого оружия был бы невозможен, пси-копьё без промаха настигло свою жертву. Бледно-сиреневое пламя окутало руки одного из кроганов-отродий, разрывая на куски вместе со встроенным оружием. Кусочки мяса и обломки голубых электронных схем разлетелись во все стороны, словно мелкая стружка.

Покалеченное отродье опустилось на одно колено, но сдохнуть не спешило.

— Заставьте их потерять равновесие! — крикнула Илена, хотя здравый смысл вопил ей «заткнись и найди место, чтобы спрятаться!» Шеп подстрелили, и кто знает, насколько серьезно ей досталось. Система распознавания всё ещё показывала активный статус. Не было времени осматривать её, вообще не было времени на долгие рациональные размышления. Как и всегда, когда мозг говорил одно, а чутьё подсказывало другое, Илена послушалась тот голос, который обещал ей больше плюшек.

Спустя один торопливый и плохо продуманный биотический рывок Илена врезалась плечом — и головой — в стену из прошитых электроникой мышц и брони. Семьдесят два с половиной килограмма веса азари просто отскочили от крогана-отродья, чтобы было совершенно нечестно, поскольку «предполагалось», что биотический рывок должен пренебрегать массой противника. «Предполагалось», что он должен работать на здоровяках вроде этого крогана… И то, что он не сработал было совершенно нечестно. Тот, кто играл за этих парней, нагло жульничал, или, может быть, пользовался кодами. Отстой!

Приложившись задом об пол, Илена ошеломлённо оглядела противника, и только теперь заметила источник всех проблем. Крогана окружала странное слабое мерцание, слегка напоминающее эффект от щитов, однако не в точности. Любой, кто проводил слишком много времени в машинном отсеке, поедая печеньки пока никто не видит, легко узнал бы природу этого мерцания.

— Ядра нулёвки? Вот дрянь! — взвизгнула она, отпрыгивая в сторону прежде, чем отродье успеет прицелиться. Твари были огромными, безумно сильными, однако не слишком поворотливыми. А может лучше сказать — расчётливыми, они наводили свои пушки очень тщательно и аккуратно, чтобы не потратить выстрел впустую.

Илена отскочила на четвереньках, её щиты затрещали, когда заряд отродья ушел в пол на том месте, где она только что была. Пушка пробила палубу навылет. Второй кроган медленно поворачивался, пытаясь поймать вёрткую азари в прицел.

— Ну почему бы тебе этим ещё в кого-нибудь не пострелять, а?! — воскликнула Илена, открывая беспорядочный огонь и пытаясь обходить тварей по кругу. Она вполне уверенно обгоняла неторопливого монстра, оставаясь на шаг впереди, когда второй вдруг развернулся в другую сторону и взял её на мушку.

— Дерьмо!

Резко сменив направление, она проскользнула у твари между ног. Отродье начало разворачиваться, вновь пытаясь навести свою пушку, однако вдруг резко качнулось вперёд. Илена увидела, как в туше крогана одна за другой возникают новые дыры. Биотика на него практически не действовала, но достаточная плотность огня, похоже, всё-таки могла причинить вред. Автоматический механизм выбросил из гнезда опустевший термозаряд её пистолета-пулемёта. Илена отшвырнула перегревшееся оружие и выхватила штурмовую винтовку, вдавив спуск так, что чуть его не сломала. Новые очереди «Призраков» поддержали её, по частям разбирая отродье на куски, начав с рук.

На это стоило посмотреть: как три-четыре пулемёта фокусируют огонь даже не на отдельном противнике, а на одной части тела отдельного противника. Какой бы крепкой не стала броня и плоть превращённых в хасков кроганов, но и они разлетались кусками и ошмётками. Уже через несколько секунд обе ручные пушки были уничтожены, оставив отродий безоружными.

Гремя сапогами, мимо Илены пронеслись несколько бекха-якши. Чамберс, возглавившая атаку, яростно пнула одного из кроганов, наконец-то сбив проклятую тварь с ног. Другой дёргался и корчился, пока его в буквальном смысле превращали в решето стрельбой в упор. Медленно поднявшись на ноги, Илена наконец смогла оглядеть зал, захват которого они оплатили кровью.

Выцветший плакат с красивой кварианкой, призывающей есть смек и демонстрирующей банку с неким консервированным мясом. На фоне виднелось нечто, напоминающее ферму, и странное животное, смесь птицы с ящерицей. Ещё один плакат рекламировал нечто, что Илена просто обозвала «квадратной едой». Третий превозносил достоинства турианских злаков со слоганом «С Палавена прямо в вашу тарелку». У стен обнаружился ряд… вроде бы пищевых автоматов, разбитых кем-то из кроганов, слишком тупым, чтобы подумать, что еда внутри для право-аминокислотных, не говоря о том, что она пролежала там несколько сотен лет.

Это была богиней забытая кают-компания. Столько усилий и жертв ради комнаты отдыха.

— Ради сисек богини, Таноптис! — рявкнула Вазир, появляясь в комнате через проём. — Ты никогда не говорила, что склонна к самоубийству!

Илена не знала, отшутиться ей, или просто застонать. О чём она вообще думала? Это же был грёбанный биотический рывок!

— Шеп? — произнесла она, игнорируя Вазир и быстро возвращаясь в коридор, где собрались сейчас рекруты. Чамберс справлялась как следует, возглавив их и взяв зону под контроль. Хотя по званию она и была всего лишь капралом, но она так же являлась матроной и наставницей для рекрутов. Причём весьма ревностно берегущей своих, судя по всему. Спорить с ней никто не решился.

— Где Шепард? — спросила Илена, схватив одну из бекха-якши за руку, та просто указала ей в сторону. В небольшой нише в стороне от суеты лежали два тела под охраной того крогана, Рекса. Одно тело принадлежало Амете, и ему очень сильно досталось. Выстрел просто уничтожил треть груди азари. Первая погибшая в Затмении. Не раненная, в коме или в стазисе. Мёртвая.

А Шеп…

Чёрно-фиолетовый бронескафандр Шепард был вмят даже не в одном, а сразу в трёх местах. Пушки этих тварей были мощнее, чем «Вдова» — а это противотанковая винтовка, по сути, за исключением названия. Броня на животе и на груди была заметно повреждена, но всё-таки сдержала удар. Хвала богине за то, что люди делают настолько невероятно крепкое оборудование. А вот попадание в лицо пробило броню, ведь на ней был шлем с более тонким съёмным забралом. Сам шлем сейчас лежал рядом, заклинив в полуоткрытом положении. Шлем, который она надела только потому, что ожидала — Тела Вазир захочет взглянуть ей в лицо. И именно в этот долбанный раз, именно на этом задании!..

Илена не видела, насколько сильно она пострадала. Рекс накрыл лицо Шепард платком, или похожим куском ткани. Илена почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы, несмотря на то, что она сейчас непременно должна выглядеть храбрым и невозмутимым боссом Затмения…

— Она не…

— Она не азари, — шепотом сказал Рекс. — Азари бы уже была мертва.

— У-у-у-ух… — из под ткани, прикрывающей лицо «трупа» донёсся булькающий вздох. — Так ты заметил это. Рекс.

— Сложно было не заметить, Шепард, — Рекс проявлял достаточно такта и говорил вполголоса, хотя Илена абсолютно не представляла себе — почему.

Рекс работает на Вазир. Если он узнал что-то интересное, почему не поделиться со своими? Или они тоже уже знают? Нет. Шепард жива. А она бы этого не допустила, пока ещё способна дышать. Просто приказала бы Чамберс зачистить Вазир и всех её коммандос, чтобы сохранить секреты Икс-ком. А сейчас Рекс просто незаметно присел тут, прикрывая от взглядов раненную Шепард и не торопясь вслух объявлять о её тайнах. Правда, рядом тихо висели ещё и два дрона. Глаза Даро'Ксен

Шепард медленно и неуверенно дотянулась до своего лица под тканью, произнесла, вновь с каким-то бульканием:

— Это… плохо… Но бывало… и похуже.

— Забавно, — произнёс Рекс, касаясь вмятины в своей броне, на груди, куда пришёлся выстрел. — За годы я убил много азари. И кровь у них была голубая, а не красная. Так что, ответишь мне, что же ты такое, или мне пойти, ещё у кого-нибудь спросить?

— Я просто…

— Она пришелец, очевидно же, — признала Илена прямо. Шепард только тихо зарычала под прикрывающей её тканью.

— Терминус? — просто спросил Рекс. Он даже не сдвинулся, так и продолжил сидеть рядом с раненой женщиной.

— Нет, — помолчав, ответила Шепард.

— Неизвестный космос?

— Да.

— И вот вы здесь, — казалось, Рекса забавляет вся эта ситуация. Старый мастер боя даже начал улыбаться. — Просто… ходите среди нас… смешались с азари… растворились среди них, а они и понятия не имеют?.. — он фыркнул. — Ха!

Шепард вновь потянулась к лицу, частично откинула ткань в сторону. Даже сквозь мерцающую голограмму лица азари было видно, что она вся испачкано кровью, красной и никоим образом не похожей на азарийскую. Илена не знала, как, но полная модификация под азари, что использовали люди, позволяла имитировать кровь и даже образцы ДНК по имеющемуся шаблону, внося небольшие изменения. Если поцарапать одну из модифицированных, у неё выступит голубая кровь, как у азари. Однако у Шепард этой модификации не было. У неё было установлено нечто под названием «железная кожа» и потому…

Железная кожа.

— Так вот как ты сумела выжить, — догадалась Илена, — эта ваша «железная кожа».

Илена знала, что Шепард сейчас тоже оценивает всю картину. Вместо трупа азари у них имеется живой человек и кроган-свидетель. Постоянный отказ Шепард от модификации, облегчающей маскировку, возможно, спас ей жизнь.

— Шепард, — влезла в разговор Даро'Ксен, приблизилась, держа шлем одной из бекха-якши. По непрозрачному забралу не определишь, но кварианка выглядела обеспокоенной. — Ваши модификации и впрямь крайне впечатляют. Впрочем, я это уже говорила, — помявшись на месте, она протянула шлем. — Я… ну, я подумала, вам он будет нужнее. А ещё я хотела сказать, что всё выглядит вовсе не так плохо, и Чаквас наверняка сможет восстановить вашу челюсть до исходного состояния.

— Отрастёт обратно, — произнесла Шепард, беря шлем.

Когда она полностью сдёрнула ткань, Илена наконец смогла рассмотреть всё как следует. Может, она и уверяет, что всё отрастёт как раньше, но, богини ради… Как Шепард говорит-то вообще? Дотянувшись свободной рукой, Боевая матрона дёрнула один из ближайших дронов. Робот послушно залил её лицо лечебным туманом, разработанным людьми. Затем Шепард надела шлем, закрепила, герметизировала, и никто ничего не видел.

Если не считать некоего Урднота Рекса.

— Нож я оставлю себе, — заявил он, вставая и протягивая человеку массивную трёхпалую ладонь.

— Проклятье, да на здоровье, — проворчала Шепард, принимая руку. Кроган поставил её на ноги и вернул обронённый пулемёт. Испачканную кровью тряпку, до того прикрывавшую её лицо, Шепард спрятала в карман. Оказавшись на ногах, она повернула голову и посмотрела на рядовую Амету. Хотя бы, её лицо не пострадало. Уже хоть что-то. Илена опустилась на колени рядом с ней. Чамберс наверняка знала эту деву по имени, а вот Илена — нет. Для неё эта азари просто ещё одна из рекрутов, принятых в Затмение. Одна из девчонок Эньялы, и Илена знала, что Эньяла сейчас где-то неподалёку, но ближе её пока не пускали. Должно быть, кто-то из бекха-якши перехватил её, не давая пока приблизиться сюда…

— Мне жаль, что я даже не знала твоего имени, — мягко произнесла Илена. Она коснулась пальцами лба девы. — Амета…

— Она была с Туузы, колонии в Аттическом траверсе, — почтительно произнесла Даро. — Чаквас позаботится о ней. И вам бы тоже стоило ей показаться, майор.

— Хаски! — донёсся крик одновременно со звоном предупреждения, отправленного по сети Затмения. Дальше в ход уже пошёл чистый сленг Затмения: — Наблюдаю ET(2)! — красные контуры показали противника сквозь обшивку звездолёта. Хор «Призраков» и дробовиков ожил вновь. Шепард повернулась к погибшей, склонила голову на секунду, а затем вновь бросилась в перестрелку. Рекс и Даро'Ксен последовали за ней. Илена… задержалась, дождавшись Чаквас и передав ей тело для помещения в стазис.

— Амета, — произнесла Илена тихо, пробираясь через переходы древнего колониального корабля кварианцев и игнорируя взгляды подчинённых и голубых лисиц. Она ведь не станет последней. На самом деле, чудо, что они продержались так долго без потерь, но будут и другие. Новые погибшие товарищи. Но Амета стала первой, и её имя Илена поклялась запомнить.

Смерть являлась неизбежной частью их работы. Никто не подписывал контракт, не зная о таком риске и не приняв его. Но Амета из Туузы умерла не поэтому. Она умерла в Затмении, и Илене важно было думать, что Затмение это нечто важное, оно стоит того, чтобы умирать за него.

Глава 20[28]

Тела Вазир присела, укрываясь за какими-то центрифугами и дожидаясь, пока её перегретая винтовка охладится. Рядом никого не было, Шепард и Чамберс продолжали зачищать дальний конец лаборатории, засыпая врага потоками пуль, которые, казалось, просто не заканчиваются, словно проблем перегрева для них не существует. Очереди «Призраков» уже давно слились в непрерывный треск. Булькающий стон прозвучал одновременно с резким грохотом развернувшейся фиолетовой сингулярности, которые эти бекха-якши так любили использовать. Последний из кроганов-отродий попытался вылезти из разлома, буквально на глазах превращаясь в неузнаваемый обрубок тела — неизвестная сила ломала и отрывала ему конечности по пути. Наконец, будто был пройден некий порог полученного урона, тварь прекратила дёргаться и развалилась на части, а кружащийся разлом окрасил стены в новый цвет.

— Приближается волна лунатиков, — доложила ещё одна из бойцов Затмения. — Опознаны как хаски. Двенадцать единиц.

— Встречайте их! — приказала Шепард. — Рекс! С той стороны!

Убрав свой перегретый «Защитник» за спину, Вазир сконцентрировала биотику в своих руках. Когда она встала из-за укрытия, азари ещё и прикрыл пульсирующий барьер. Из-за угла уже показались первые несколько хасков — несчастные ворка, чьи тела были искалечены неизвестной кибернетикой Окира. Они сходу налетели на две биотические ударные волны.

— Ух! — выдохнула Илена, сразу доставая свой пистолет-пулемёт. — Их там ещё больше?!

Как Вазир уже поняла, дева была не слишком мощным биотиком. Всего вторая ударная волна, а запаса сил уже почти не осталось. Хотя правильнее будет сказать, что Илена способна на мощные атаки, но вот резерва для их многократного исполнения ей ощутимо не хватает. Сама Тела тем временем сконцентрировала биотическую энергию в правой ноге и резко топнула, отправляя ещё одну волну в растущую толпу хасков.

Несущиеся ворка повалились на пол, словно варрены при виде ещё более крупного хищника, а тем временем бойцы Затмения продолжали поливать их огнём с дистанции. Один особо шустрый хаск прыгнул вперёд, пользуясь своими изменёнными ногами, но его прямо в воздухе порвали на куски очереди сразу трёх «Призраков». Отстреленная рука ударилась о броню на груди Вазир. Со взрывчаткой всё было бы намного проще, но, к сожалению, им требовалось занять эту лабораторию, а не сровнять её с землёй.

— Биотики! — крикнула Спектр своим коммандос. Две из них выбежали вперёд, обогнав бойцов Затмения в чёрной и золотой броне, два мощных толчка от азари расшвыряли хасков. Один врезался в своего собрата, другой ударился о стену, свернув себе шею. Повреждённое тело приземлилось, пытаясь пошевелить непослушными конечностями, вновь броситься вперёд.

Вторая двойка Лисиц вышла вперёд, сменяя первую, они накрыли хасков ещё одним прицельным залпом биотики. Ещё двух хасков, попытавшихся пролезть через дыру в стене, поприветствовали раскалёнными зарядами ручные дроны инженеров Затмения. Один из ворка ухитрился получить сразу три заряда в лицо и шею. То малое количество мозга, что ещё оставалось в голове, испарилось и разнесло череп, пытавшийся удержать его. Даже без головы хаск продолжал бежать вперёд, пока координация тела не была потеряна окончательно. Его ноги беспорядочно дёргались, словно хаск пытался заставить себя бежать, даже запнувшись через одно из тел и рухнув на пол.

Винтовка Телы выдала звуковой сигнал, соответствующий значок на интерфейсе её визора загорелся зелёным. Не глядя достав оружие, Вазир точными очередями из «Защитника» добила трёх хасков. Они просто стали частью большой дымящейся груды мяса и голубых электронных схем, громоздившейся у дальнего выхода из лаборатории. Считать Тела Вазир перестала уже давно. Для неё они уже просто слились в одну сплошную массу мёртвых ворка.

— Проход зачищен, — отчиталась одна из чёрно-фиолетовых охотниц, хотя последний хаск, оставшийся без ног, ещё пытался куда-то уползти. — Все лунатики ликвидированы, — добавила она, когда Рекс добил несчастного ворка, наступив на него всем своим весом.

— Разведка, вперёд, — приказала Шепард, не давая своим времени перевести дух. — Эньяла.

— Исполняю! — ответила одна из азари в золотой броне. — Предоставьте всё мне! Первое звено! Вперёд!

Две азарийские коммандос, турианец и саларианский инженер двинулись дальше вслед за небольшим облаком своих дронов. Им требовалось только обогнуть угол коридора и оценить следующий зал и его безопасность.

— Рекс! — Крикнула Вазир. — Батэта! Иана! Прикройте их!

Подтвердив получение приказа, две Лисицы побежали за ними. Кроган легко их догнал, большой красный горб сильно выделялся на фоне их голубой брони, усеивающих пол тел, пронизанных голубыми линиями электронных схем, и голубоватой дымки, висящей воздухе после массового применения биотики.

Вазир впервые смогла целиком оглядеть лабораторию, которую они взяли штурмом. Это было первое подобное помещение после различных коридоров и жилых кают. Никого из живых, разумеется… и ничего важного, на первый взгляд, хотя на всякий случай резервные отряды Затмения и Синих лисиц уже брали периметр под контроль.

Её внимание привлёк треск инструметрона.

— Вы слышали это? — спросила Чамберс, наклонив голову. Она указала стволом пулемёта на одного из бывших кроганов, тело которого не разнесло на мелкие кусочки.

— …шу часто сей вопрос, дети мои, и неизменно был у меня ответ на него, — мерцающая голограмма Кваша Хурготта появилась над едва живым инструметроном. Это была запись какой-то проповеди. — Как бог Хэшток одновременно может быть богом Ваулом? Разве один из них не бог кроганов и Тучанки, а другой не является богом ворка?

Голограмма Хурготта сложила руки на животе, от устройства вновь донёсся треск.

— Дети мои, представьте себе крогана и ворка, стоящих спиной к яркому огню. Ворка видит свою тень и гордо указывает на неё. Так же делает и кроган. Они будут спорить, чья же тень настоящая. А реальны обе они, каждая лишь отражает, насколько они способны увидеть и понять свет, что озаряет их. Настоящий лик Ваул-Хэштока нельзя увидеть в отражении. Ваул-Хэштока называют Отцом-и-Матерью, потому как не имеет он пола и не имеет он расы. Он есть свет, что дарован обеим расам, и что соединяет их. Восхвалите же…

Голограмма мигнула и погасла, когда инструметрон вспыхнул от короткого замыкания. Вазир покачала головой и вернулась к изучению лаборатории. Наука никогда её не привлекала, за века своей жизни она ни разу не подступалась к этой сфере, в отличие от многих азари. Конечно, она примерно понимала предназначение собранного тут оборудования, но ничего из этого не выглядело важным. Большую часть помещения занимали центрифуги, высотой ей по пояс.

— Здесь ничего нет, — заключила Даро'Ксен, хотя она изучала комнату не одна. Варрен делал то же самое, но у него не было в помощниках небольшой эскадрильи собственных дронов, как у кварианки.

Вазир прищурилась, увидев, как один из этих роботов удалённо взламывает ближайший терминал. Это уже было неожиданно. Для своих обманчиво малых размеров, эти дроны умеют слишком уж много всего. Но тут была и положительная сторона. Если дрон может на расстоянии взламывать компьютер, то и его тоже можно взломать издалека. Ну, почти наверняка можно. Вопрос анализа и подготовки — как превратить преимущество противника в его же слабость.

Ещё раз проверив уровень температуры своей винтовки, Тела про себя заинтересовалась, насколько же эффективна гибридная схема Затмения, сочетающее обычные радиаторы с термозарядами? Когда выдастся свободное время, надо будет добыть себе подобное оружие. Закончив с проверкой, Спектр отошла в сторону, по пути сделав знак Варрену, и тот послушно последовал за ней. Тела не видела лица агента Серого Посредника, но ей казалось, что тот… раздражен.

— Проблемы? — спросила она тихо, пока они двигались шаг в шаг.

— Эти кварианские дроны оказались неожиданно продвинутыми, — ответил Варрен, вроде бы и успокоившись, но явно только внешне.

— Они умеют удалённо взламывать терминалы, — сказала Вазир, понимая, что, наверное, именно это и злит батарианца. Серый Посредник всегда старался (или старалась) доставать для своих агентов самое новейшее оборудование. А сейчас, похоже, этих агентов обошли на повороте и кто, кварианцы. Спектр чудом удержалась, чтобы не засмеяться.

— Получить удалённый доступ через дрона совсем не трудно, — Варрен щёлкнул пальцами, рядом из-под тактической маскировки возник небольшой шар, потом вновь растворился в воздухе.

Вазир этим представлением было не удивить. Она уже подозревала что-то подобное, да и потом, подобные невидимые дроны уже применяются в ГОР. А значит, большая часть Спектров, имеющих связи, знают о них. А если совместить невидимый дрон и оборудование для удалённого взлома, то получается весьма мощный инструмент, единственное ограничение которого это необходимость периодически пересоздавать робота при помощи инструметрона.

— Но как быть с тем, что её четыре машины работают параллельно? — спросил Варрен, поглядывая на пару пробежавших мимо Лисиц. — Я был слишком оптимистичен, думая, что смогу опередить Затмение и скормить им отредактированные данные. Я могу работать быстро, а программы нашего общего знакомого позволяют буквально резать чужую защиту, но один против четырёх… расклад не в нашу пользу.

«Общий знакомый…» — Вазир фыркнула про себя. Почему он не может сказать прямо? Просто Серый Посредник. К чему играть словами даже наедине?

— Я бы советовала быть очень осторожным, если ты собрался что-то сделать с техникой этой девчонки, — предупредила Тела. — Если она заметит, то сразу позовёт своих на помощь. И добром это для тебя не кончится, — добавила, угадав его мысль. — Я не боюсь драки с ними, но сейчас пока не время и не место.

— Тогда сделаю, что смогу, — проворчал Белый Варрен и торопливо направился обратно. Вазир это слегка забавляло. Она раньше никогда не видела этого стойкого батарианца таким раздражённым. А потом она просто напомнила себе о главной разнице между ними. Варрен работает «на» Серого Посредника, а Вазир работает «с» Серым Посредником.

Войдя в следующую лабораторию, Спектр осмотрелась по сторонам. Слева стояли несколько баков, все сейчас пустые. Что занятно, рядом было сложено несколько подозрительно узких клеток. По размеру они были как раз чтобы поместить кого-нибудь внутрь и в таком виде запихнуть в подобный бак. А судя по пятнам в том углу, здесь была не только лаборатория. Просто она осознала всю картину только сейчас.

— Клетки для рабов, — произнесла ещё одна азари в золотой броне Затмения, присела, чтобы осмотреть пол. Проследила пальцами следы от перетаскивания чего-то тяжелого, затем положила ладонь на ближайшую клетку.

— Слишком уж они узкие, — возразила Вазир, хотя тоже заподозрила что-то подобное.

— Вы говорите о клетках для транспортировки, — ответила азари, выпрямляясь и глядя куда-то в сторону, под закрытым шлемом её лица было не разобрать. — А эти похожи на доработанные клетки для показов. Они так сделаны, чтобы заставить раба стоять внутри прямо. Иногда в качестве наказания, а иногда чтобы продемонстрировать покупателям, — её инструметрон выдал данные анализа, азари удивлённо наклонила голову, увидев их. — Сделаны из какого-то сплава иридия… — она наклонилась к ближайшему баку, не выключая инструметрон. — Такие стоят кучу денег, но зачем… а, понятно! Тут остались остатки каких-то едких веществ на дне! Но зачем запихивать внутрь рабов? — спросила лейтенант Затмения с отвращением. — Они их там растворяли, что ли? Зачем? Психи какие-то!

— Сейчас меня больше интересует, кого они тут растворяли, а не как, или зачем, — сказала Вазир, её тренированные инстинкты кричали, что во всём этом что-то определённо неправильно. — Если не затаскивать туда крогана, подобная клетка ведь просто не нужна, не так ли? Будь я азартной матроной, то поспорила бы, что…

— Что? — переспросила азари из Затмения, а затем среагировала на новую угрозу: — Дерьмо! Лунатики! Лизелль, всем подразделениям…

Хаски становились умнее. Разумеется, эту комнату тоже взяли штурмом со стрельбой, как и все предыдущие, изломанные истекающие «кровью» тела тварей были разбросаны повсюду. Однако несколько хасков лишь притворялись мёртвыми, затаившись среди трупов своих собратьев. Дождавшись, пока авангард двинется дальше, они решили напасть на тех, кто двигался позади. Вазир оценила эту тактику.

Загремели выстрелы, очередь из винтовки Спектра перечеркнула грудь одного из хасков. Лизелль не отставала от неё, сначала применив биотический толчок, а потом переключившись на дробовик. Усиленный заряд ударил в ещё одного несущегося хаска, мгновенно остановив его и погасив набранную скорость. Третий хаск пытался прорваться через огонь Вазир, одновременно начиная светиться, словно плавящийся предохранитель. Чтобы понять, что последует дальше, совсем не нужно быть саларианским ученым. Всем уже доводилось видеть самоподрывы, которые хаски устраивали, подобравшись близко.

Биотическая ударная волна сбила хаска с ног, а бросок швырнул эту не совсем живую бомбу через весь зал. Взрыв и пронесшаяся по комнате волна вызвали отклик в биотическом усилителе Телы. Несколько раз видя их подрывы с расстояния и теперь ощутив последствия лично, Вазир всё сильнее начинала подозревать, что ответственная за появление хасков технология никоим образом не является нормальной. В основе была биотика. Искусственная биотика. Помимо очевидного вопроса «как?», возникал и второй — «зачем?». Этих тварей легко можно было бы набить обычной мощной взрывчаткой. Почему было не использовать стандартное оружие и взрывные устройства?

— Лейтенант, — донёсся голос саларианца, два бойца в золотой броне влетели в комнату, сходу начиная стрелять по ближайшему хаску. Плотный огонь заставил тварь свалиться набок и даже протащил дёргающееся тело по полу на небольшое расстояние.

— …анный! Брошенный теми, кто называл себя моими «товарищами», — голограмма Кваша появилась над ещё одним едва живым инструметроном, должно быть причиной этому каким-то образом стала «смерть» хаска, на чьей руке он был закреплён. — Но теперь открыто мне, что не случайность, но свет Ваул-Хэштока привёл меня в ваш мир, дети мои. Здесь, на горе Срашах, встретил я ворка, которого уважаю и по сей день. Того, кто научил меня всему, чему учу я теперь вас, — голограмма перебрала длинные чётки, состоящие из зубов.

Это было чёрное время, тот момент, когда осознал я, сколь несправедливо обращалась моя раса с вами, — объяснил вождь, на мгновение его голос сменился треском помех. Шальная пуля прошла сквозь изображение, ведь бой ещё продолжался. — …мясо для наших бесконечных войн и свар, и столько жизней было отдано совершенно напрасно. Разве так должно старшей расе вести за собой младшую? Разве так должно поступать с роднёй? Нет! Среди всех видов, что встречались кроганам, лишь ворка смогли сравниться с нами в крепости тела своего и духа. Мы предали братьев наших, указав им неверный путь: раз за разом со слезами погибать без цели, лишь за презренный металл. Мы предали ворка. И тем самым предали и себя, ибо только вместе ворка и кроганы вновь обретут утраченную некогда силу!

Мы немногочисленны, тогда как ворка неисчислимы. Каждый из вас суть целая армия, которой ещё предстоит родиться! В своём развитии вы превзошли необходимость делиться на женщин и мужчин, взамен научившись приобретать тот пол, какой вам угоден! Мы, кроганы, стары, но у нас есть мудрость, и мы можем направить вас. Должны мы указать ворка путь… указать им путь к славе, и через это самим обрести спасение! Обрести искупление! Обрести и для себя славу! — голограмма торжествующе вскинула руки. — Слушайте меня, дети мои, каждый, кто погибнет за меня, погибнет под светом Ваул-Хэштока, и те, кто падёт в бою, последним их звуком будет не жалкий плач, но могучий рык!

Проповедь закончилась, голограмма затрещала, когда запись зациклилась — кроган воздевал руки снова и снова, вместо звука осталось лишь шипение помех. Инструметрон дёрнулся, ударившись о пол, когда его отбросил в сторону очередной хаск, выбравшийся из-под груды тел и прыгнувший через всю комнату с помощью своих улучшенных кибернетикой ног. Тела Вазир встретила его ударом ладонью в лицо, одновременно применяя бросок — поднятое из мёртвых тело швырнуло обратно с чудовищной силой благодаря действию нулевого элемента.

— Только мне кажется, или эти твари и впрямь выучили новые фокусы? — спросила она, отправляя несколько пуль в изломанное тело, врезавшееся в дальнюю стену лаборатории.

— Всё чаще они предпочитают прыгать вместо того, чтобы бежать напролом, — согласилась Лизелль, делая контрольный выстрел в упавшего хаска, просто на всякий случай. Проходивший инженер ещё и добавил очередь зажигательными для двойной гарантии. Воспользовавшись передышкой, лейтенант Затмения сменила раскаленный термозаряд на новый.

— Все в Затмении уже в курсе, что надо приглядываться к лунатикам, прикидывающимся дохлыми, — добавила она, подавая сигналы своим товарищам по оружию. — Спектр, вам бы тоже стоило оповестить своих наёмниц, чтобы они осознавали эту угрозу.

— А ты меня, похоже, совсем не боишься, — отметила Вазир, выстрелом из тяжелого пистолета ломая инструметрон с зациклившейся проповедью. — И откуда ты столько знаешь об инструментах работорговцев, кстати говоря?

— Я из Терминуса, — просто ответила Лизелль, отходя от Спектра чтобы соединиться со своими и вновь двинуться на штурм в первых рядах.

В принципе, это всё объясняло. Если эта азари из Терминуса, то рабовладение для неё часть повседневной жизни, то, что всегда существует где-то рядом.

Посмеиваясь про себя, Вазир последовала за ней. Пускай и забавно было подыгрывать этим девам, изображая союзника, но у них ещё было немало работы. Лабораторный комплекс протянулся далеко, от бывших кают экипажа и дальше, при этом враг отчаянно держался за каждый поворот и каждый зал. Бойцы часто срывались на крик по открытому каналу, когда их зажимали или срочно требовалась огневая поддержка. Кроме того наёмники Затмения могли «видеть» друг друга и обнаруженных врагов через стены и переборки. Пока один отряд отступал, второй мог просто проломить ближайшую стену и выйти во фланг не ожидающим такого кроганам-отродьям.

Понемногу Вазир начала менять мнение об этой группе. Их система «Цель» оказалась куда опаснее, чем её убеждали раньше. Это была не просто система наведения или доработанный прицел для отдельного бойца Затмения. Все они были интегрированы в единую сеть. Вдобавок никто из их солдат не рвался в бой первым, набивать счёт убитых врагов. Они сражались слишком осторожно… больше напоминая турианский кабал, чем обычный отряд коммандос азари.

Однако анализировать всё это Тела успевала лишь в промежутках между перестрелками, а вскоре началось настоящее сражение, когда идущий в авангарде отряд начал зачищать внутреннее кольцо сферической части бывшего жилого корабля, сейчас бездействующей. Этот сегмент корабля раньше был вращающимся, в нём было три внутренних кольца и целый лабиринт отсеков гидропоники под ними. Точнее, так было бы на обычном жилом корабле… а не здесь.

Внутренние кольца корабля давно превратились в руины. Часть лаборатории протянулась и через эти опустевшие сектора, словно длинный шрам. Пара кранов и фуникулёров использовались для доступа в «низину» в сферической части корабля. Когда-то там кварианцы выращивали растения в закрытой экосистеме, а теперь внизу стояли неровные ряды небольших сборных домов, почти целая деревня.

— Внизу обнаружены множественные источники тепла, — кажется, сказавшая это бекха-якши была довольна находкой. — Требуется подсветка.

— Создать здесь заслон, — приказала Шепард, её кулак светился пламенем фиолетовой биотики. Другая бекха-якши швырнула вниз красную осветительную шашку. — Распределить цели, приоритет — прыгунам.

— Прыгунам? — переспросила Вазир, подходя ближе и добавляя огонь своего «Защитника» к очередям штурмовых винтовок и полудюжины «Призраков».

Больше половины из оказавшихся внизу хасков принадлежали к подвиду, способному совершать длинные прыжки. Обычные просто неслись прямо сквозь стену из кружащихся разломов, к тому же Синие лисицы и сама Вазир более чем охотно применяли биотику, швыряя сумевших проскочить в эти смертельные водовороты. Было что-то приятное в том, чтобы попасть броском в хаска, отбросив его вместе ещё с парой ближайших в сиреневый вихрь и смотреть, как его там размалывает.

Другое дело — прыгуны… Они представляли угрозу посерьёзнее. При любой возможности пытались перепрыгнуть разломы или даже проползти по искривлённой вертикальной стене. В темноте и хаосе боя они были сложными целями, даже до того, как подбирались на дистанцию прыжка. Потому, пользуясь преимуществом высоты, сводная группировка Лисиц и Затмения сформировали шеренгу из стрелков и биотиков.

Когда тела уже начали громоздиться друг на друга, одна из бекха-якши создала под ними большой разлом. Те хаски, которые только притворялись мёртвыми, задёргались, пытаясь спастись, но ни один из них вырваться целым не успел. А тех, кто ухитрялся прорваться сквозь огонь и приблизиться на дистанцию рукопашной, биотики любезно отшвыривали обратно. Синие и фиолетовые вспышки освещали руины жилого корабля, уничтожая всех, кто пытался подобраться ближе.

— Шепард! — Рекс сумел перекричать грохот пальбы. — Посмотри вниз! От осветительной шашки, двадцать метров вправо!

— Там какой-то шест торчит? — проворчала Боевая матрона, вытягивая шею, чтобы разглядеть получше.

— На нём висит кроган! — крикнул Рекс, в прыжке сбивая однорукого хаска усиленным выстрелом из дробовика. — Он проткнут этой штукой!

— И что с того? — спросила Шепард, и вдруг поняла: — Он что, ещё шевелится? — Вазир тоже попыталась разглядеть то, о чём они говорят, но было слишком далеко и слишком темно. — Нет, это невозможно…

— Это то, о чём я думаю? — прорычал Рекс, выпрямляясь во весь рост, чтобы рассмотреть получше.

— Деморализуйте их, — крикнула Шепард своим, делая прыжок. Богиня, просто невероятный прыжок. — Отставить разломы, только деморализация.

— Вперёд, вперёд! — ещё три бекха-якши прыгнули следом за ней.

— Мы тоже идём вниз! — Рекс не смог последовать за ними, потому побежал по толстым рельсам батарианского фуникулёра. Его дробовик громыхнул несколько раз, сбивая пару хасков, решивших напасть на одинокого крогана. Ни бойцы Затмения, ни Лисицы не двинулись тем же путём, прикрыть его было некому. Строй рассыпался, переходя в наступление и уничтожая всех противников, оказавшихся на пути.

— Только посмотрите на этот бардак… — похоже, только Даро'Ксен не спешила охотно присоединиться к перестрелке. Кварианка куда больше была занята, пытаясь отыскать что-то в отсеках звездолёта. Вазир заметила, что Варрен тоже старается держаться неподалёку от крысы в скафандре… но несколько секунд посмотрев в зловеще светящееся жерло орудия одного из её дронов, повисших рядом с ним, батарианец тоже решил отправиться вниз и присоединиться к сражению.

Вскоре два робота Даро разлетелись в стороны, пытаясь найти что-то в многочисленных руинах внутренних колец. Ну и ладно, пусть кварианка пока разглядывает окрестности. Если она отвлечена, то…

— Мы кое-что нашли, — доложил Рекс, его голос был отчётливо слышен через систему связи в визоре Спектра. — Тебе лучше самой сюда спуститься, Вазир.

— Что там у вас? — спросила она, спрыгивая сначала на неподвижно висящую кабину фуникулёра, а дальше бегом спускаясь по рельсам.

— Я… сам не совсем уверен, — фыркнув, признался старый мастер боя. Хотя даже фырканье у него какое-то растерянное получилось.

Вокруг неё бойцы Затмения и Синих лисиц проводили добивание лежащих хасков, чтобы стопроцентно гарантировать, что те мертвы… или нефункциональны… или как ещё стоит описать их состояние? Над головами гудели дроны Затмения, некоторые сканировали помещение, другие тоже били по трупам ворка тороидальными зарядами. Ниже, на следующий уровень опять полетели осветительные шашки, только теперь ярко-белые, а не красные.

— Мы нашли вождя Кваша, — сказал Рекс, жестом подзывая Вазир.

У его ног лежало тело. Вождю очень крепко досталось. Его броня была пробита и изрублена во многих местах, костяной щит на голове вскрыт справа, достаточно глубоко, чтобы достать до мягких тканей под ним. Насколько Вазир знала, именно таких ран кроганы боятся больше всего. Из многочисленных порезов сочилась кровь, но хуже всего выглядела отчётливая дыра в его левом боку. Без сомнения, его чем-то проткнули насквозь, но для столь серьёзного ранения было на удивление мало крови. Одна из бекха-якши присела рядом с ним, приложив к морде крогана кислородную маску, пока дрон обрабатывал раны каким-то гелем. Свои чётки кроган по-прежнему крепко стискивал в кулаке.

— Его насадили вот на это, — объяснил Рекс, указав на зазубренный металлический шип, торчащий из белого пьедестала. От большого шипа отходило ещё три малых, словно ветви какого-то проклятого богиней уродливого дерева. Металл выглядел чёрным и маслянистым, не однотонным, но с глубокими красными и фиолетовыми прожилками.

Тела была уверена, что ничего подобного она раньше не видела, а вот пьедестал отличался. Армированный пластик с батарианскими цифрами и ярлыками на нём. Изучив его, она вновь перевела взгляд на металлический шип, на котором тоже были испачканные кровью ярлыки. Инвентарные номера.

— Это откуда-то принесли сюда, — сказала Шепард, но скорее для Илены, чем для своих новых «союзников». Деву, судя по всему, эта их находка откровенно пугала. — Посмотрите, — она указала на царапины на полу. — Должно быть, притащили сюда из лаборатории…

— Шеп, — тихо позвала Илена, разглядывая жутковатый кусок металла. — Что это за штука?

— Очевидно, что это протеанские технологии, — ответил Белый Варрен, разглядывая металл и сканируя его своим инструметроном. Дрон, парящий рядом и делающий тоже самое, он игнорировал. Затем батарианец посмотрел в сторону Вазир, но тут всё и так было понятно. Она знала, что это всё означает, и как она обязана теперь поступить.

— Чем бы оно ни было, это точно не техника батарианцев, — сказала Вазир, положив руку на свою винтовку. — Теперь речь идёт уже о протеанах. Вы же понимаете, что это означает, не так ли? — она посмотрела на Шепард и Таноптис. — Мне ведь всё для вас разжевывать не нужно?

Коммандер Затмения и Боевая матрона переглянулись.

— Давайте сначала возьмём территорию под контроль, а потом будем делить, кому и что достанется, — ответила Шепард, указывая другим бекха-якши продвигаться ниже.

— Именно так, как она сказала, — согласилась Илена, повернулась, чтобы следовать за заместительницей… но она случайно запнулась о тело одного из кроганов. Всё-таки Кваш был не единственным, кого сняли с этого металлического «дерева», но прочие были в более поздних стадиях… разложения… или лучше сказать, превращения? Хотя Хурготту, кажется, повезло оказаться проткнутым ещё живым, но вот остальные к моменту встречи с шипом были уже мертвы, и чтобы эта штука ни делала, но превратить в отродье мёртвого крогана ей было куда легче, чем живого.

— Я вождь Кваш Хурготт, — произнесла ясная и чёткая, в отличие от предыдущих, голограмма, ударив себя кулаком в грудь. — Если вы слышите это, значит я пал в бою. И, вероятно, стал одним из демонов этого места. Надеюсь, вы сможете упокоить меня и всех остальных. И надеясь на это, я хочу поделиться тем, что мне удалось узнать. Возможно, вы достаточно сильны и достойны того, чтобы распоряжаться этой информацией!

— Предсмертное признание? — удивлённо произнесла Вазир, пока кроган сделал паузу.

— Занятно, — заметил Белый Варрен, без сомнения, записывая всё происходящее. Его скрытый дрон наверняка уже взломал этот инструметрон.

— Мы пришли сюда в поисках Окира… и самок, которых он украл с Тучанки, — усмехнувшись, начал Кваш. Но прежде, чем он продолжил, запись почему-то перескочила вперёд. — …нам лгали! Лгали! Нам! Нам! — мерцающая голограмма вновь перескочила дальше. — …узрели истину… углубились в лаборатории ценой множества жизней…

— Эта запись повреждена, как и все остальные, — объяснил Варрен, покачав головой. — Возможно, мы сумеем восстановить её, но на это понадобится время…

Визор Телы беззвучно выдал сигнал о новом сообщении.

Дроны Даро гудели и покачивались, их «глаза» иногда вспыхивали оранжевым.

— Дети мои… — голограмма крогана мигала, вождь пытался воздеть руки. — Представьте. Тень. Озаряемые! Мои же «товарищи»! Немногочисленны. Предательство! Неисчислимы! Е-е-е-е…

— Уверен, Даро уже сделала себе копию с этого инструметрона, — сказала Шепард, похлопав ближайшего дрона по «голове». Тот засвистел в ответ. — Ладно. Один отряд мы оставим здесь, чтобы охранять это место. Чаквас, сделай, что сможешь, чтобы стабилизировать состояние крогана. Рилей, охраняйте его и эти тела.

— Ну, во-о-от, — расстроенно протянула Илена, отходя от тела Кваша и следуя за Боевой матроной. — А я надеялась, что мы пройдём путь от одной записи к другой, узнаем в процессе кучу секретной информации! Понимаешь, как в видеоиграх!

— Жизнь, это не видеоигра, знаешь ли.

— А откуда тебе знать?

Рекс присел рядом с медиком бекха-якши, которую звали Чаквас, посмотрел на коматозное тело Кваша, ему было любопытно, что же именно превращает кроганов в тех отродий, с которыми они сражались всю дорогу сюда. Вазир вроде как задержалась для того, чтобы проконтролировать действия своих коммандос. В конце концов, перед ними протеанский артефакт, а значит это уже практически собственность Совета. Она уже заявила свои права, теперь к своей собственности надо и охрану достойную приставить. Правда, эта штука была ни капли не похожа на протеанские артефакты. Однако кого заботят такие мелочи?

А ещё у неё нашлось время прочитать короткое сообщение, которое Варрен отправил ей лично. А минуту спустя батарианец и сам подошел к ней.

— У меня появилась очень интересная информация, — прошептал агент Посредника, возясь со своим инструметроном. — …по поводу Окира.

— О? — Вазир уже ждала продолжения. — Излагай.

БАЗА ДАННЫХ ПО ЛУНАТИКАМ (текущая версия 5.2.04)

ХАСК

Кодовое обозначение: Привидение

Хаски-ворка продолжают встречаться в больших количествах. Все оперативники должны принимать во внимание информацию об их способностях и подвидах, полученную на основе первичной аутопсии. Начальный анализ показывает, что эти хаски имеют способности адаптироваться к окружающей среде, сравнимые со способностями самих ворка. Сканирование показывает, что хаски могут быстро создавать новые модификации, лучше отвечающие условиям текущего поля боя и более опасные для противника.

ХАСК-С

Кодовое обозначение: Дух

Хаск-С или «Смертник», вариант, который взрывается, приблизившись к врагу. Их легко определить по яркому свечению. Все модули Цель Затмения получили обновление (вер. 5.2.04) чтобы автоматически подсвечивать хасков С-типа, и их легче было выделить в рядах противника. Обратите внимание, что с первого контакта с ними хаски-С демонстрируют постепенное уменьшение видимого свечения. Однако модули Цель в данный момент отслеживают и идентифицируют их по инфракрасной сигнатуре.

Предупреждение: взрыв хаска С-типа имеет в своей основе биотическую природу, потому создаёт мощную ударную волну и наносит большой урон кинетическим барьерам. Рекомендуется совмещать биотические атаки и концентрированный огонь. Убитый хаск-С не взрывается, но, как правило, просто сгорает на месте.

Хаск-П

Кодовое обозначение: Полтергейст

Хаск-П или «Прыгун», вариант, приспособленный к длинным прыжкам, чтобы быстро сократить дистанцию и вступить в ближний бой. Судя по всему, их ноги серьёзно модифицированы, а стопы и ладони покрыты обращенными назад крючками, позволяющими цепляться за стены, потолок и предметы обстановки. Возможно, в ответ на стандартную тактику Затмения всё больше обычных хасков будут превращаться в хасков-П. Обновление модулей Цель (вер. 5.2.04) автоматически выделяет хасков П-типа на основе их манеры движения за счёт кинематического анализа.

Хаск-О

Хаск-О или «Охотник», вариант, часто «притворяющийся мёртвым» и в ходе боя остающийся неподвижным. Получив незначительные повреждения, они часто изображают свою «смерть». Некоторые просто падают на месте, другие изображают спазмы и судороги, пытаясь создать достоверную картину своей гибели. После этого хаск продолжает лежать неподвижно, в том числе не закрывает поверхностные раны для имитации картины своей смерти. Хаск выжидает наиболее благоприятного момента и после этого пытается атаковать за счёт элемента неожиданности. Как мы можем судить, этот вариант крайне быстро адаптируется к обману и обходу сенсоров дронов и алгоритмов модулей Цель. Мы выпустим следующее обновление, когда сможем решить все эти проблемы. До этого рекомендуется добивать, сжигать, расчленять или взрывать каждое тело хаска и без этого никогда не считать его окончательно мёртвым.

НАПОМИНАНИЕ

Всем в Затмении, пожалуйста, не забывайте, что рядом находятся наши дроны под системами маскировки. Это наши союзники, хотя в системе Цель они и не отображаются. Если замаскированные противники начнут встречаться на регулярной основе, модули получат соответствующее обновление. Пока, если вы увидите эффекты тактической маскировки или наткнётесь на что-то невидимое, то не стреляйте в него. Это свои. Вероятно. Благодарю за сотрудничество.

Д'К

Они двигались в сторону внутреннего фуникулёра, когда Илена вдруг задала вроде бы простой, но на деле очень важный вопрос:

— То есть, это принадлежит жнецам?

Аннабель Шепард рано или поздно ожидала этого вопроса. Даже хотя ей и был открыт доступ к информации, Илена всегда предпочитала обсуждать человечество, а не проводить исследования о нём самостоятельно. В её распоряжении имелась большая и не проходившая цензуру база данных по истории, ведь Таноптис считали важной фигурой в Операции «Афина», и вдобавок она была одним из немногих пришельцев не-служебных рас в составе Икс-ком. Она уже знала о том, что человечество появилось здесь, в том числе, и из-за жнецов — не только на Корлусе, но вообще в пространстве Цитадели. Пару раз они с Анной уже говорили на эту тему, тогда она изложила повсеместно распространённую точку зрения на жнецов, как на несуществующую страшилку, космическую буку, которой все только детей пугают.

А теперь ей довелось увидеть много необъяснимого даже с помощью псионики или, как она любит говорить, «космической магии». Илена двигалась медленно, держа оружие стволом вниз, однако всё-таки была настороже. А ещё она хорошо притворялась, будто ей не слишком-то и интересен ответ, глядя в сторону и будто бы внимательно изучая жилое кольцо кварианского звездолёта. По залу с тихим гулом двигались дроны, патрулирующие местность. Затмение взяло эту зону под контроль куда плотнее, чем Рекс или Вазир могли бы думать. За ними на небольшой дистанции двигались два невидимых искателя. Аннабель определённо не собиралась сегодня расслабляться, решив, что они уже победили.

— Вероятно, — ответила она, тоже замедляя шаг. Илена шла рядом, справа от неё, между ними были рельсы, которые батарианцы установили, чтобы запустить фуникулёр для доступа к дальним частям кварианского корабля.

— И сколько вам, на самом деле, известно обо всём этом? — спросила Илена шепотом, но улучшенный слух Шепард уловил её голос. — Это же не первая встреча с хасками. У тех тварей на разбившемся корабле тоже было биотическое оружие. Вы удивились, увидев их, но не слишком сильно удивились, понимаешь?

Илена остановилась, а через несколько шагов остановилась и Шепард.

— Я знаю, может, сейчас и не самый подходящий момент, но… — честно признала она.

— Это всё эфириалы, — объяснила Аннабель, поворачиваясь к своей соратнице и протеже. — Ты ведь читала о той войне, хотя бы совсем немного. Знаешь про Флагман пришельцев… самый первый… который назывался «Дорога смерти».

— Дюран вызвалась добровольцем для чего-то… и… вроде, она возглавила штурм того корабля? — кивнула Илена, хотя и с унылым видом. Даже она понимала, что могла бы знать больше об этом, и ей бы следовало знать больше, однако она не знала. — Но что произошло дальше, я не совсем поняла.

Шепард выдохнула, недавно регенерировавшие ткани лица ещё болели и ныли всякий раз, стоило ей улыбнуться… или нахмуриться. Она посмотрела по сторонам, сменила обычное зрение тетрахроматика на многоцветное тепловое видение, затем на смазанную чёрно-синию картинку магнитных полей. Вздохнула, в конце концов, это далеко не самое худшее место в галактике, чтобы сделать небольшой перерыв на несколько минут. Конечно, отнюдь не самое защищённое — лучше было бы вести этот разговор на борту Тевуры, или вообще на Арктуре — но сгодится и так. Илена явно уже была готова слушать.

Итак, правда…

— Там был не только отряд Дюран, — сказала Шепард, одновременно слегка касаясь разума азари. — На штурм Флагмана отправили всех, кто был в Икс-ком. Тогда мы в буквальном смысле стояли на пороге конца света, и командующий отлично понимал это…

— Ещё один Юный пал…

Монотонный голос эфириала в голове Дюран отдавался эхом и звучал даже громче, чем грохот работающей пушки сектопода. Полусекундный гул, пока тот набирал заряд, сменился оглушительным громом выстрела, сверкающий бело-золотой поток разогнанных частиц пробивал всё, что оказывалось на его пути — препятствия, врагов, стены, потолки. Взрыв, раздавшийся за спиной, сбил её с ног, заставив рухнуть лицом вперёд на пол.

— Убейте его! — крикнула Аннет, чувствуя, как где-то в голове вспыхивает боль, когда она призвала ещё один разлом, откуда-то из глубин той Тьмы, что открылась ей в комнате Голлопа.

— Чжан! — услышала она рык полковника Бен-Соломона. — ДАВАЙ!

Майор Шаоцзе «Чилонг» Чжан (Китай), бывший в их отряде специалистом по тяжелому вооружению, зарядил единственную бластерную установку, имеющуюся в их распоряжении. Привстав на одно колено, Аннет прикрыла рукой глаза, когда сектопод выпустил ещё один сверкающий поток частиц, снеся край балкона, на котором они укрывались, пытаясь достать противника внизу. Длинные подвижные когти на многосуставчатых ногах сектопода цеплялись за металлический пол, машина пыталась выстоять против созданного Дюран разлома, пожирающего её правый борт.

Ходячий танк протестующее стонал, почти как живое существо, но разлом упорно слой за слоем поглощал его броню, а одну из его длинных ног выкрутило, провернув почти на триста шестьдесят градусов. Металл и электроника с трудом поддавались мощи разлома, отпадая слоями, словно луковая шелуха, однако мех ещё функционировал, и сейчас он корректировал наведение ещё и для ракетного залпа, первый до этого ушел мимо. Вот только теперь ему не нужно стрелять навесом через балкон, после прошлого попадания лучом ему открылась прямая линия для стрельбы.

В этот момент бластерный заряд от Чжана вошёл в левый, до того неповрежденный борт сектопода. Светящийся зелёным шар было почти невозможно разглядеть, Аннет увидела лишь сверкнувший в воздухе зигзаг там, где прошла его траектория, изогнутая, словно кто-то швырнул рехнувшийся бумеранг. Однако попадание буквально отдалось во всём теле Дюран, резонируя в костях.

Взрыв был такой мощи, словно господь решил лично покарать этого пришельца, вспышка ослепила Аннет, а ударная волна протащила её по полу. Несколько секунд она могла лишь смотреть, как сквозь белую муть перед её глазами пол и потолок несколько раз меняются местами. И это притом, что «интеллектуальные» системы её пси-брони зафиксировали выстрел и, вроде бы, поляризовали шлем перед взрывом.

Локтем остановив своё вращение, Аннет вскочила на ноги, пользуясь накопленной инерцией, плазменная винтовка уже на рефлексе была нацелена на кусок перекрученного металла. Разлом, казалось, игнорировал физические воздействия, включая даже близкий взрыв бластерного заряда, который вскрыл сектопода, так что ударной волной искореженную машину только зашвырнуло в самый его центр. Сектопод снова загудел, набирая заряд для своей пушки, но само орудие уже было повреждено, разбито на части, в результате дюжина тонких потоков белого света ударили из корпуса робота вверх и вниз, снося целый кусок потолка и уничтожая всё, чему не повезло оказаться ниже. Ещё один взрыв поставил точку, окончательно уничтожив этот механический кошмар.

— Доложить! — приказал полковник. Любящие коллеги когда-то подобрали ему позывной «Дым» — за прокуренный кашель и постоянные попытки завязать с сигаретами. Высокий мужчина, числящийся бойцом поддержки, его легко можно было узнать по раскрашенной в городской камуфляж силовой броне «Архангел» и тяжелой перевязи, обычно увешанной гранатами. Как и в случае с похожей перевязью Аннет, сейчас различной взрывчатки на ней уже оставалось удручающе мало.

Броня Дюран подала звуковой сигнал, демонстрируя её медицинские показатели, а так же статус всех остальных бойцов в отряде.

— Эхо! — крикнул лейтенант Кларк, подбегая к полковнику. Аннет с немалым трудом поднялась на ноги, чтобы тоже проверить состояние сержанта Сюзанны «Эхо» Андерсон (Канада). Снайпер их отряда, она попала под тот первый залп плазменными ракетами, который сектопод сделал вслепую.

— Нашел её! — сказал Дым уже с аптечкой в руках, не давая Кларку приблизиться. Красный статус, полученный через общую сеть модулей Цель, показывал, что, судя по биоритмам, пульс у Эхо практически отсутствует. Однако пару секунд спустя после действия медикаментов статус сменил цвет на зелёный.

— Противник! Мутоны! — донёсся сбоку ещё один голос. — Мутоны! Вспышка справа!

Кричал сержант Массани (Намибия) с позывным «Бешеный пёс», самый молодой из их отряда, на целых два года младше Аннет. Вспышка плазменных мин направленного действия подсказала Дюран, где искать врага — у одного из боковых проходов, ведущих вглубь бесконечного лабиринта этого проклятого флагмана пришельцев. Мутоны, и не меньше дюжины. От шедших первыми после взрыва мин остались лишь горящие ошмётки, но остальные попытались сблизиться с людьми, занимая укрытия за обломками и балками.

— Ну как, понравилось? — крикнул Массани, сам он надежно был прикрыт от огня, толстой колонной и ограждением. Он выстрелил навскидку из пистолета в руку мутона, превращая конечность в яркий зелёный туман. — А у меня есть ещё!

Не дожидаясь приказа, Дюран бросилась вперёд, пытаясь найти укрытие, из которого легче всего будет выйти мутонам во фланг. Пространство между чужими и людьми гудело от летающих в обе стороны смертельных зелёных зарядов плазмы. Один из мутонов, почти в самом арьергарде, несколько раз ударил себя кулаком в грудь. Вскоре уже все они выли и рычали, их кровь кипела от желания немедленно броситься в бой, чтобы победить или погибнуть.

Два пришельца, имевшие терпения меньше, чем у остальных, понеслись вперёд, пытаясь пересечь пустое пространство между позициями людей и мутонов. Плазмомёт майора Чжана накрыл их зелёным огнём, шестьдесят зарядов снесли их практически мгновенно, со стороны это напоминало пламя, опадающее под струёй пены из пожарного шланга. Только вместо пены была плазма, и всё, чего она касалась, горело или испарялось. Даже невероятно крепкий сплав пришельцев под её воздействием плавился, оплывая белыми металлическими разводами.

Лейтенант Дэниел «Кратер» Кларк (США), второй боец поддержки в отряде, швырнул гранату, благодаря многочисленным генетическим улучшением бросок его был на дальность, уже недоступную для обычного человека. Небольшая граната с простым таймером приземлилась в центре группы мутонов, во все стороны плеснула плазма и огонь. Мутонов этим было не убить, их защищала броня из инопланетного сплава и модифицированная с помощью биоинженерии крепкая шкура, однако от взрыва пострадали укрытия. Пока мутоны пытались откатиться в безопасное место, двое из них были выбиты точным огнём.

— Дюран! — Бен-Соломон присел рядом с ней. — Когда ты сможешь снова применить разлом?

«Несколько минут», — хотела сказать она. Ни её тело, ни разум ещё не привыкли к тому, чтобы раз за разом тянуться к той Тьме. Разлом не был похож на обычную пси-панику или атаку на разум. Совершенно иной уровень. В идеале, ей бы следовало потренировать его хотя бы несколько дней…

— Меньше минуты, — пообещала она. Над головой прошел заряд плазмы, совсем рядом, со стороны мутонов вновь донеслось многоголосое рычание.

— Ладно, — ответил полковник. — Тогда, там два берсерка у них в резерве. Скажи, видишь их?

Кивнув, Дюран быстро выглянула из-за укрытия. Она уже привыкла всегда искать красный блеск в бою с чужими. Красную броню у них носили берсерки и элитные мутоны, и во втором случае это означало врага, у которого будет при себе тяжёлый плазмомёт. Через секунду она заметила их: двух берсерков, дожидающихся моментов для внезапной атаки. Они низко склонились за своими укрытиями, почти растянувшись на полу.

— Я их вижу! — доложила она, спрятавшись обратно.

— Берешь левого, — приказал Соломон, и затем два псионика одновременно потянулись разумом к берсеркам, находящимся в поле их зрения. Аннет почувствовала, как касается разума мутона. Он был примитивным, хрупким… слабым. Каким бы могучим телом мутоны ни обладали, их разум оказался крайне уязвим.

— Пси-контакт! — крикнули псионики, предупреждая других людей. Остальные сходу попытались деморализовать врага или навести на него панику. Все в их группе имели пси-способности, хотя бы на самом базовом уровне, как у Массани.

Мутоны начали колебаться, их накрыло приступами головокружения, страха, пугающих видений. И воспользовавшись их растерянностью, полковник и капитан нанесли удар. Одержимые берсерки храбро встали во весь рост и бросились на недавних соратников, раздавая удары мономолекулярными лезвиями на руках. Пребывая наполовину в своём теле, и наполовину в теле берсерка, Аннет усмехнулась, приказывая своему пришельцу зарубить рычащего мутона, впечатать его в пол и следующим ударом вспороть живот.

— Пёс! — крикнул Чжан, бросаясь вперёд. — За мной!

— Два раза звать не надо, — откликнулся Массани, меняя пистолет на пушку сплава.

Кларк остался в тылу, ведя огонь с дистанции и контролируя ситуацию в общем. Оставшихся мутонов вырезали очень быстро, отряд прошёл сквозь их ряды словно нож. Каждый, кто пытался высунуться из-за укрытия, кто пытался отбиваться от подконтрольных людям берсерков, каждый, что пытался спастись в панике… все они погибли один за другим. Дольше всего прожили те, кто попал под атаку первыми, так что в итоге Аннет просто велела своей кукле встать рядом с Массани. Она «почувствовала», как тот приставил оружие ко лбу пришельца, а затем Аннет резко вернулась в своё тело.

— Чисто! — крикнул лейтенант Кларк, не теряя бдительности. — Зона зачищена!

— Все лунатики уничтожены, — спокойно отчитался Чжан, словно докладывал своему боссу в гонконгских триадах об очередной сделке. — Какие будут приказы, полковник?

— Охраняйте периметр. Хватит с нас уже сюрпризов, — произнёс Бен-Соломон, тоже полностью возвращаясь в своё тело. — После двинемся дальше. Лёд, какое направление?

«Лёд». Капитан Аннет «Лёд» Дюран (Франция). Едва ли она когда-то могла предположить, что так всё обернётся. Что до позывного, это была ещё одна шутка. Её взрывной характер был всем хорошо известен, так что кто-то решил, что будет забавно называть темпераментную девушку «Лёд».

— Non, пока не знаю, — ответила она. Аннет больше не слышала голос эфириала, но ощущала что-то… где-то рядом. И ближе, чем раньше. Громче. Сильнее. Но вопрос — где именно? Флагман пришельцев был размером с город.

— Мы потеряли SHIV, теперь и Эхо без сознания, — прорычал Кларк. «Без сознания», это было очень мягко сказано. Если бы не её второе сердце, одна из новых генетических модификаций, сержант была бы уже мертва. — Грёбанные лунатики!

— Эй, а потише можно, а? — произнесла с пола Сюзанна Андерсон. — О-о-о-ох! — она застонала от боли, когда попыталась встать.

— Не торопись, Эхо, — произнёс Бен-Соломон, подходя к ней.

— Похоже, стоит сказать спасибо нашим безумным учёным, — признала Андерсон, вновь откидывая голову, сложенный шлем её брони ударился об пол. — Я это чувствую… как бьётся второе сердце… Господи, это называется — пронесло.

— Ты регенерируешь… пусть и медленно, — произнёс полковник, затем вдруг выругался: — Дерьмо!

— Что? — спросила Андерсон с беспокойством. Встать она ещё не могла.

— Это не тебе. Доклад от отряда «Отель», — командир покачал головой, Аннет в буквальном смысле смогла увидеть его эмоции. Она уже знала, что именно ему сказали.

— Полковник Ким? — спросил Массани, самый слабый псионик среди них. Он присел на край оплавленной балки. — Иисусе. Сэр, сколько наших ещё в строю?

— Парни Эппнера ещё сражаются, — Бен-Соломон потянулся, чтобы помочь Андерсон встать. Терпя боль, та сумела подняться на ноги. — Хантер и отряд «Зулу» тоже в деле. И как я слышал, отряды Росса и Дюпонта встретились и вместе пытаются наступать дальше.

— Пять команд? — неверяще переспросил Массани. — Это всё, что осталось от ударной группировки?

— «Рейнджеры» с подкреплением они сбили полчаса назад, — напомнил Чжан, в своей броне «Титан» Марк 2 он возвышался над всеми в отряде. — Рио и Лагос сожжены дотла. Сразу две атаки по городам одновременно…

— Три, — добавил Кларк. — Третий корабль сел у нашей базы в Южной Америке. Когда они поймут, что на базе только обслуживающий персонал, наверняка зачистят и пойдут в атаку на ближайшие поселения.

— Всё или ничего, дамы и господа, — кратко описал Бен-Соломон всю ситуацию. Ад уже был на пороге, удары пришельцев принимать теперь стало некому. Икс-ком вложил в эту атаку всё, имея лишь слабую надежду, что Флагман служит последней крепостью и главным командным пунктом, откуда чужие руководят вторжением. Что уничтожить его, значит уничтожить пришельцев. А если это не удастся, то и они все обречены.

В Икс-ком служили тысячи человек, и вот теперь из оперативного состава осталось полдесятка отрядов, не считая учёных, инженеров и обслуживающего персонала в разных бункерах организации. И больше никого.

— Юный…

Аннет услышала это раньше остальных.

— Юный. Иди к нам. Иди ко мне.

— Вы это сейчас слышали? — спросила Аннет и на мгновение поморщилась, поняв, что от удивления опять говорит с акцентом. Она очень сильно старалась, чтобы не был слышен этот «простонародный французский говор». Из-за этого свои же соотечественники постоянно ей напоминали, что она не служила раньше, как остальные оперативники Икс-ком, а была гражданской, бродягой, прибившейся к организации.

— Шепот, — сказал Кларк, на пару секунд поднял забрало шлема, огляделся по сторонам. — Господи, звучало очень жутко.

Но для неё это был не только шёпот.

— Сюда! — указала направление Дюран, коротко взглянув на Андерсон. Похоже, не отстать от остальных та сможет. Сейчас женщина держала на коленях свою снайперскую винтовку, и в целом напоминала раненного хищника, который всё равно готов продолжать охоту. Она только кивнула, заметив взгляд Аннет.

— Все слышали её, — сказал Бен-Соломон. — Перезаряжаемся и идем.

Подчиняясь инстинкту, Дюран повела отряд мимо обгоревших трупов мутонов и дальше к гравитационному лифту. Один за другим они спустились, сразу занимая оборону. Внизу было пусто, однако все они видели, что не так давно тут шел бой. Мёртвые сектоиды и летуны лежали среди того, что недавно было баррикадами. Ближайшая дверь был повреждена, одна из створок заклинила, вторая была сорвана и валялась на полу.

— Не думал, что настолько близко есть кто-то из наших, — заметил Кларк, изучая тела. — Мне кажется, или…

— Этих лунатиков убивали лазерным оружием, а не плазмой, — закончила Эхо за него. Ей это оружие было хорошо знакомо, как и то, как выглядят всевозможные повреждения от него. Снайперские винтовки были последним классом оружия, которое перевели с лазерного на плазменное. А многие снайперы по-прежнему предпочитали свои старые лазерные винтовки. Андерсон пнула труп сектоида, почти разрубленный надвое, рана на его теле выглядела так, словно чужого пытались разрезать бензопилой.

— Туда, — указала Аннет путь.

Они добрались до длинного подъёма, когда корабль вздрогнул от удара — весь отряд сразу же на рефлексах попытался залечь. Это было первое и последнее предупреждение перед тем, как мир вокруг них перевернулся под визг рвущегося металла и гул распадающегося элерия. Аннет выругалась, пытаясь прикрыть руками шлем от целого цунами летящих в её сторону обломков. Один из самых больших кусков врезался Дюран в плечо — не будь на ней силовой пси-брони, вероятно, таким ударом её бы раскатало в блин. Её швырнуло в воздух, закрутило в сумасшедшем вихре вместе с искорёженными листами сплава чужих.

В себя Аннет пришла, когда забилось её второе сердце.

— Fais chier, — выругалась и простонала она одновременно. Её глаза открылись, но она не видела ничего, кроме темноты. Однако почти сразу стало понятно, что она не ослепла, когда вновь замерцал интерфейс её шлема после перезагрузки всей системы. Ещё через пару секунд подключился основной источник питания, и вернулась связь с отрядом.

Положив ладони на прижавший её кусок металла, Аннет слегка отодвинула его, подогнула правую ногу и тоже упёрла в преграду. Толкнула вес сначала руками, затем ногой, напрягая прошедшие модификацию мышцы, так что вскоре тяжелая масса обломков сдвинулась достаточно, чтобы пропустить немного света. Когда места стало достаточно, капитан упёрлась в металл и второй ногой, резко пнула тяжелую преграду… силы, измененных мышц хватило, чтобы освободить её из-под завала.

Выбравшись в зал, всё ещё свободный от противника, Аннет сразу переключила шлем на систему свой-чужой. Через пару секунд на экране появились направления на всех членов её отряда. В основном, они так же медленно выбирались из завалов. Все остались в живых, спасибо силовой броне.

Это было безумием. Всё это задание было безумием с самого начала.

Обнаружив местоположение сержанта Андерсон, Аннет начала отбрасывать в сторону обломки. Для обычного солдата такой вес был бы неподъёмным, но благодаря силовой броне и всем генетическим модификациям она была ещё жива, могла помочь другим, могла сражаться дальше. Но сколько ещё они продержатся в таком темпе? Наконец, добравшись до Эхо, Дюран вытащила её из-под завала.

— Ты ухитрилась выжить? — спросила она, Андерсон только усмехнулась в ответ.

— После всего, что с нами уже было? — риторически спросила та, отшвырнув в сторону целую кучу металла, накрывшего её снайперскую винтовку. — Потребуется что-то посерьёзней… во-о-от дерьмо!

Может, её саму это и удивило, но снайперка оказалась куда более хрупкой, чем её хозяйка. Длинная винтовка была сильно погнута и искрила в нескольких местах. Не взорвалась, слава богу, ведь элерий активен лишь при облучении строго определенными типами частиц, но стрелять из неё уже невозможно. А разобрать подобное оружие прямо в поле и попытаться починить, разумеется, не стоило и думать.

— И хрен с ним, — решила Эхо, доставая плазменный пистолет.

Женщины направились в ту сторону, где собиралась мужская часть команды. Кларк выглядел невредимым, Чжан вообще всегда напоминал ходячий танк. А вот Массани…

— Думаю, победа на конкурсе красоты мне теперь не светит, — заключил молодой человек, отбросив свой разбитый и раздавленный шлем. Половину его лица практически размазало, правая глазница была пуста, не считая свежей крови. Однако он усмехнулся, несмотря на кошмарно выглядящие раны. Полковник уже заканчивал заливать повреждения медицинским спреем, затем с помощью меднабора наложил сверху чистые повязки.

— Выглядит страшно, но состояние у тебя стабильное, — оценил Бен-Соломон. — Кровотечение остановится через несколько секунд. Большая часть регенерирует, но…

— Эй, да теперь же красивее, чем раньше было, — пошутил Кларк, хлопнув сержанта по спине. — Ты как в целом, приятель?

— Зато моя малышка всё ещё со мной, — пнув в сторону разбитый шлем, Массани ласково похлопал своё оружие. — Сейчас она мне нужнее, чем половина лица.

Чжан только молча ему кивнул.

— Какого дьявола это вообще было? — задала логичный вопрос Андерсон, весь отряд начал оглядываться по сторонам. Повсюду лежали обломки всех форм и размеров, а высоко над головой можно было разглядеть неровную дыру в самом корпусе флагмана. Аннет могла видеть сквозь неё голубое небо, затем на его фоне мелькнул заряд авиационной плазменной пушки и донёсся грохот. Небо вокруг корабля горело почти в буквальном смысле.

— Похоже, это ВВС, — сказала Андерсон, увеличив приближение в своём шлеме.

— Чьи? — уточнил Чжан. — Наши?

— Все, — коротко ответила Андерсон. На мгновение далеко в небесах расцвёл взрыв. — Подняли вообще всё, что ещё может летать, — покачав головой, она касанием к шлему вернула оптику в стандартный режим. — Но в тот раз, как мне кажется, во флагман врезался «Огненный шторм»

— Камикадзе? — удивился Кларк.

— Откуда мне знать? — ответила Эхо. — Да и какая разница?

— Лёд, — обратился полковник к Дюран. — Ты всё ещё чувствуешь направление?

— Думаю, что да, — кивнула Аннет, она всё ещё ощущала, куда им нужно двигаться.

Все в отряде «Ноябрь» кивнули ей, а затем приняли запрыгивать или забираться на тот подъём, откуда их сбило взрывом, возвращаться на прежний курс. Досталось ему серьёзно, большая часть пола лежала теперь на этаж ниже в виде оплавленных обломков металла. На этом фоне различить в окружающем хаосе куски врезавшегося «Огненного шторма» было практически невозможно — он ведь сделан почти целиком из тех же сплавов, что и корабль чужих. Однако генетические модификации вновь продемонстрировали свою полезность, позволив шести солдатам проложить путь через эти руины.

Стоило им миновать самый поврежденный участок прохода, когда отряд атаковали несколько летунов. Как обычно, они полагались на маневренность и предпочитали засыпать людей гранатами с высоты, но наскоро созданные телекинетические поля позволили прикрыться от гранат, а атаки на разум быстро заставили чужих ошибаться и сбили координацию. Некоторые из них оказались настолько слабы, что удар по разуму убивал их на месте, в буквальном смысле взрывая мозг.

Когда недолгий бой закончился, Дюран вновь указала им верное направление.

— Да будь я проклят! — воскликнул лейтенант Кларк, первым заметивший лежащие тела, — это те, о ком я думаю?

— Но это же невозможно, — возразил Массани, одним прыжком оказываясь рядом с остывшим трупом. Ногой он легко перевернул мертвеца на спину.

Человек, белый, спортивного сложения, он погиб от попадания плазмы в грудь, похоже из чего-то крупнокалиберного. В этом ничего шокирующего как раз не было. Куда больше удивляло то, во что же он одет. На человеке не было силовой брони, уже ставшей стандартом для всех оперативников Икс-ком, только пластинчатые доспехи поверх гражданского делового костюма. Помимо основной брони была ещё надета разгрузка со вшитыми пластинами из трофейного сплава чужих. И будто этого недостаточно, лицо человека прикрывали чёрная балаклава и чёрно-оранжевая бандана на нижней половине лица.

— Экзальт, — Массани произнёс это название, словно проклятье. Да по сути они и были проклятьем Икс-ком. Экзальт безжалостно и неумолимо противостоял организации почти с самого начала войны. Аннет начало застилать глаза красной пеленой. Мало кто «общался» с Экзальт больше, чем она.

— Bâtard! — прошипела она, пытаясь взять себя в руки. Решила, что стоит посмотреть на остальные тела. Этот ублюдок из Экзальт был тут не один. И умер не только он один. Здесь было множество трупов мутонов и летунов, рядом с трупами мужчин и женщин.

— Если делать догадки, я бы предположил, что они явились сюда за тем же самым, — произнёс неизменно спокойный Чжан.

— Я ненавижу этот грёбанный Экзальт! — прорычала Аннет, борясь с искушением всадить в одно из тел пару выстрелов. Именно террористы из Экзальт поймали её и пытались продать пришельцам. Именно из-за них она прошла через все эти пытки у чужих. А потом они же сами вытащили её обратно… уже ради собственных экспериментов. Ни через сто, ни через тысячу лет она не забудет всего, через что прошла в их лабораториях.

— Не ты одна, — напомнила Андерсон, обходя тела чтобы наложить руки на уцелевшую лазерную винтовку. Пусть и производства Экзальт, но принцип ровно тот же самый. Она дважды проверила само оружие и его прицел, прежде чем продолжить: — Похоже, они всё-таки смогли где-то найти людей для последнего броска.

— Но я думал, что мы раздавили всех этих ублюдков, когда снесли их базу в Гонконге? — спросил Массани, присев и сняв бандану с одного из тел, посмотрел в бледное, будто принадлежавшее альбиносу лицо. Бандану он убрал в подсумок брони как сувенир

— Мы там всё сожгли до основания, — согласилась Аннет, этого она ну ни капли не стыдилась, даже наоборот. — Но может, нескольким и удалось уйти. Мы там особо не церемонились и не разбирались, когда стирали их штаб с лица земли.

— У элитных агентов Экзальт обычно есть плазменные гранаты, — прервал их рассуждения Бен-Соломон. — Шестьдесят секунд на всё. Берите всё, что сможет пригодиться, потом выдвигаемся дальше.

Отряд «Ноябрь» хором согласился с командиром и рассыпался в поисках припасов и оружия. Не считая обоих бойцов поддержки, у остальных к этому моменту гранат практически не осталось. Дюран не была слишком гордой, чтобы воспользоваться оружием врага, даже если и такого врага, как Экзальт. Проигнорировав пару свето-шумовых, принадлежавших вражескому медику, она нашла искомое на теле пулемётчика, лишившегося головы. У него осталось при себе сразу три плазменных гранаты, и Аннет справедливо решила, что ей они будут нужнее.

Её взгляд уже зацепился за четвёртую, когда Дюран отвлеклась на ещё одного погибшего агента Экзальт. Приблизившись и пытаясь опознать его, она опустилась рядом и стянула с трупа балаклаву, затем опустила с лица оранжевую бандану. Лицо перед ней было бледным, слишком бледным, явно сказалось побочный эффект генетических модификаций Экзальт… но этого человека она узнала.

— Саид, — прошептала она, коснувшись пальцами в броне его лица. Саид Тарик. Это был он. Она была уверена… но теперь он уже мёртв. Солдаты Икс-ком смогли вытащить Мэтта и Фатиму, но Саида так и не нашли. Все с тех пор считали его погибшим.

— Почему? — спросила Аннет шепотом, настолько тихо, что аппаратура шлема не уловила её голос и не передала другим. — Почему Экзальт?

— Этот Юный оказался недостоин, — ответил голос в её голове, товарищи не услышали её вопроса, а вот эфириал услышал. — Он видел меньше, чем видишь ты. У него был большой потенциал, но он растратил его впустую. Недостойный. Не то, что нужно нам. Очередная ошибка…

— Он был моим другом.

— Лёд? — позвал Кларк, она услышала приближающиеся шаги. — Готова выступать?

— Я готова, — ответила Аннет, вставая и отходя от тела. — Мы уже почти добрались. Я чувствую это.

Они были уже близко. Минуту спустя отряд «Ноябрь» наткнулся на первого эфириала. Под его командованием находился отряд из берсеркеров и элитных мутонов. К счастью, первой двигалась Андерсон в режиме невидимости, потому с размаху они в толпу пришельцев не влетели. В первую очередь люди взяли под контроль пару мутонов, перепугав остальных и заставив запаниковать, когда самые сильные бойцы в отряде вдруг начали стрелять по своим и потом сосредоточили огонь на эфириале. Пришелец в мантии ответил на это разломом, но в результате вместе с одержимыми перемолол ещё по паре берсеркеров и неподконтрольных людям мутонов.

И даже под плотным обстрелом плазмой пришелец держался слишком уж долго, прежде чем начать отступление. Вытащив все четыре руки из-под мантии, он пытался отражать летящие в него выстрелы, левитируя подальше от людей. В конечном итоге непрерывная стрельба и пси-атаки шести оперативников преодолели его защиту, эфириал дёрнулся, задрожал, а затем вспыхнул ярким фиолетовым светом. Бен-Соломон отдал приказ всем залечь, и почти тут же эфириал взорвался в вихре псионической энергии, мгновенно сжигая плоть на телах ближайших мутонов. От погибшего лунатика остались лишь несколько дымящихся обрывков красно-золотой мантии.

— В этом не было необходимости. Мы признаём твою силу, Юный.

— Я слышал, — заметил Массани, осторожно продвигаясь вперёд. — Вы же тоже все его слышали, да?

— Я тоже, — отозвался Кларк. — Что они признают какого-то «Юного», вроде.

— Это, наверное, про тебя, Лёд, — хмыкнув, добавил Чжан, тоже настороженно двигающийся к следующему укрытию.

— Передвигаться осторожно, — предупредил Бен-Соломон, держа плазменную винтовку наготове.

Впереди был всего один проход, тянущийся метров на десять, высокий, но очень узкий. Расширялся он только у входа и выхода, превращаясь в некое подобие церемониальной арки. В арке могли бы стоять рядом три человека в броне, но через коридор можно было двигаться лишь по одному. Аннет заняла укрытие за ограждением платформы, с которой начинался этот проход.

Если заглянуть за край, внизу можно было видеть прозрачную полусферу внешнего корпуса корабля, усиленную сплавом пришельцев. А сквозь корпус далеко внизу можно было увидеть волны южной Атлантики. Неужели они, правда, на нижних палубах корабля? Это казалось невозможным. Отряд высадился на его крыше и даже близко не прошел бы нужного расстояния сверху вниз. Должно быть, это всего лишь какая-то странная проекция.

Пока она смотрела, горящий истребитель пронёсся мимо борта звездолёта, взорвавшись в полёте.

— Иди сюда, Юный. Новый вид. Предстань перед нами. Дай нам увидеть своё отражение в тебе.

— Эхо! — позвал полковник и ткнул кулаком в сторону проёма.

Андерсон кивнула, подошла достаточно близко и с размаху швырнула что-то через коридор в зал за ним. Это был боевой сканер, одно из чрезвычайно полезных устройств, которые носит при себе снайпер. Эхо сразу переключила изображение с него на общую сеть отряда, поверх интерфейса на экране шлема Аннет возникло окно, демонстрирующее картинку со сканера. Но то, что засёк сканер, то, что увидела Эхо и все они — эта картина лишила их надежды.

Эфириалы.

Двенадцать сразу.

Плюс элитные мутоны… по двое при каждом из них. Этого противника им не одолеть. Задача была невыполнима. Ни один из лучших штурмовых отрядов Икс-ком не пробился бы через этот зал. Вероятно, даже все оставшиеся группы вместе, учитывая, насколько узкий тут проход.

— Господи, — прошептал Кларк. Сейчас его эмоции легко было увидеть: боль, страх, отчаяние. Безнадёжность.

— Займём эту зону, — быстро нашел решение Бен-Соломон. — Заблокируем выход. У нас только один вариант. Мы можем дождаться Эппнера, Хантера, Росса, Дюпонта…

— Иди, Юный. Иди сюда.

— Подходи и забери её! — крикнул Массани в ответ. — Давай, иди сюда, урод!

— Массани, — Андерсон отошла от прохода и начала выбирать себе позицию получше, — ты хоть раз в жизни смог пройти мимо осиного гнеда и не врезать по нему палкой?

— Не-а, — честно ответил штурмовик, на изуродованном лице появилась ухмылка.

— Понадобится побольше гранат, — сказал Чжан, взвешивая в руках тяжёлый плазмомёт. — Смотаем по несколько штук, поставим растяжки. Я могу к ним ещё бластерный заряд добавить и…

— Дайте мне войти туда.

Пять человек медленно обернулись к Дюран. Аннет почувствовала, как под шлемом по лбу стекает пот. Ей не хватало воздуха. Потянувшись, она с шипением расстегнула клапаны брони, нарушая её герметичность. Стянула шлем, короткие волосы рассыпались по плечам. Остальные смотрели на неё, как на сумасшедшую.

Возможно, так оно и было. С той минуты, как она вошла в комнату Голлопа, её разум уже трудно было назвать совершенно нормальным.

— Проклятье, нам ни за что на свете не взять этот зал штурмом, — отметила она очевидное. Затем указала на узкий коридор. — И даже если мы их оттуда выманим, нескольких, может, и убьём, но остальные нас задавят

— Будем медленно отходить, — ответил Чжан, пожав плечами. — Им придётся сражаться за каждый дюйм.

— Тот, который с нами говорит, не такой, как прочие. Это их лидер. И ему нужна я, — утерев пот со лба, Аннет попыталась объяснить им. — У нашего отряда… у всей операции… у нас будет лишь один шанс. Если я сама войду туда.

— И что потом? — не выдержал Кларк. — Что с тобой будет? Думаешь, мы станем использовать тебя, как приманку?

— Что будет дальше?.. — Аннет покачала головой. Затем призналась: — Я сама не знаю пока. Узнаем, когда сами увидим.

— Это безумие, — возразила Андерсон, вцепившись в недавно принадлежавшую Экзальт винтовку. — Аннет, ты не можешь…

— Мы тебя туда не отпустим, вот что она хотела сказать, — влез Массани.

— Полковник, — Дюран посмотрела на того, от кого будет зависеть решение. Под шлемом она не видела лица командира, но знала, что он размышляет, пытаясь оценить все возможные выгоды её плана. Даже если ценой его выполнения будет её жизнь.

— Они умеют читать мысли, — тихо произнёс он. — Тварь уже знает, что ты попытаешься напасть.

— Даже если и знает, ей это безразлично, — заверила она. — Джошуа, я жду твоего приказа.

Он колебался. Внизу сейчас взорвалась ещё одна пара истребителей, их горящие обломки рухнули в океан. Сколько людей гибнет прямо сейчас в этом бою? Ни один вид оружия человечества ничего не мог сделать флагману пришельцев. Перед тем, как отправить «Огненные штормы» и «Рейнджеры», Икс-ком и входящие в проект страны запустили по нему залп ядерных ракет. Единственным результатом стал электромагнитный импульс, накрывший половину южного полушария.

— Сделай это, — произнёс он, наконец, и отступил, давая ей пройти.

— Ты и впрямь собираешься это сделать? — спросил Кларк, казалось, он не мог поверить в происходящее. — Лёд, ты серьёзно, просто возьмешь и войдешь туда?

— Именно так я и поступлю, — сказала Аннет, направляясь к арке, шлем она так и не надела. На ходу начала расстёгивать перевязь с гранатами.

— Последние слова получше будут? — спросила Андерсон, пропуская её, но, казалось, готовая в любой момент остановить.

— Нет, думаю, и так сойдёт, — решила Дюран, Эхо только невесело усмехнулась. — Главное, прикройте мне спину.

— Мы уже давно только тем и занимаемся, — напомнил ей Массани. Все остальные дружно закивали. Дюран улыбнулась. Да, это правда. Приятно было видеть рядом тех, кто готов прикрыть тебя, кому можно доверять, а ещё тех, кто имел тот же самый Дар, что и она. Тот же самый Дар, благодаря которому она встретила Фатиму и Мэтта… Кажется, сражаясь с чужими в рядах отряда «Ноябрь» она впервые в жизни чувствовала себя на своём месте.

Но ничего из этого ей нет нужды произносить вслух, ведь у всех у них есть Дар.

Положив плазменную винтовку на пол, Аннет Дюран перешагнула порог и пошла по узкому коридору. На картинке со сканера она всё разглядела верно, в этом помещении было три уровня. Над полом справа и слева возвышались двухъярусные балконы, которые сейчас занимали молча наблюдающие за ней эфириалы. У подъёмов на эти балконы замерли вооруженные мутоны. В середине было относительно пустое пространство с чем-то, напоминающим компьютеры или сервера чужих, там мутонов в красной броне и с тяжелым плазменным оружием было ещё больше.

На противоположном конце зала из нижнего яруса поднималась ещё одна платформа, на той же высоте, что и арка входа. Там тоже парили эфириалы, напоминая призраков в красно-золотых мантиях. Ещё один висел перед ними, очень похожий на остальных… и при этом он казался более величественным, более важным, более сильным. Он скорее ощущала это, чем видела глазами. За его спиной на платформе виднелось уже знакомое Устройство Голлопа, такое же, как попавшее в распоряжении Икс-ком.

— Узри же величайшую ошибку… Эфирных… — голос резонировал в черепе Аннет, на мгновение она прикрыла глаза от яркого света. — Мы сами, не сумевшие возвыситься так, как этого ожидали.

Главный эфириал подплыл ближе, из складок мантии появились четыре руки, ими чужой обвёл ряды своих собратьев. Теперь Аннет поняла, что тварь говорит о них самих. Он говорит о всех эфириалах, как о расе.

— Мы, познали изгнание, — транслировал он ей свои мысли. — Мы были обречены вновь и вновь передавать Дар низшим созданиям… мы искали тех, кого сможем возвысить… подготовить их… к тому, что ждёт всех нас.

— Мы никогда не просили «возвышать» нас, — подумала Аннет в ответ. То, что одновременно сказала вслух, не могла разобрать и она сама.

— Вы встали на этот путь задолго до того, как осознали само его существование, — провозгласил Высший эфириал.

Аннет стояла перед эфириалами и мутонами без какого-либо укрытия. Любой из них мог прикончить её одним ударом. Однако они застыли, беззвучные и неподвижные, словно статуи. Только самый главный эфириал говорил сразу за всех.

— Я не понимаю…

— Мы нашли вас ещё до того, как вас можно было назвать хотя бы юными, — объяснил Высший эфириал. — Мы изменили вас по своему подобию. Мы посеяли в ваш род семена Дара. Мы растили и оберегали вас. Когда пришли чужаки, мы защитили вас, потому что вы принадлежите нам.

— То есть люди… это эфириалы? — спросила Аннет, помотав головой. Это невозможно, она сама отказывалась принимать подобную мысль.

— Нет! — возразил Высший, его ответ был настолько резким и «громким», что заставил женщину поморщиться. — Нет! Вы Не эфириалы! Вы Новый вид. Ваш Дар равен нашему, но ваши тела сильнее. Вы лучше приспособлены. Идеальны.

— И я всё ещё ничего не понимаю!..

— Доказательство этого в твоей крови! То вещество, что вы именуете «Составом». Ты ведь видишь, как оно движется по твоим венам? Ты светишься от него, а нам этого не дано, — казалось, что Высший эфириал… счастлив. Доволен. Его эмоции были слишком странными и слишком чуждыми, Аннет от них чуть не стошнило. — Мы наблюдали. То было не пустое любопытство… но необходимость, поскольку наша физическая оболочка становилась всё более… неэффективной. На поиск идеального вида нас толкала наша собственная ограниченность, наша слабость.

Высший эфириал вновь спрятал верхние руки под мантией.

— Хотя бы одно из наших семян дало всходы, — судя по тону, он был по-настоящему счастлив. — Теперь мы лишь собираем то, что всегда принадлежало нам, Юный.

— Люди это не посевы, вы не можете просто «собирать нас» как урожай! — крикнула Аннет, и вслух, и мысленно. — Мы живые существа, разумные существа! Такие же, как и вы! Сколько миллионов вы уже убили? Или сколько миллиардов?!

Эфириал полетел вперёд, паря над головами мутонов на нижних платформах.

— Тех, что не имели ценности, нельзя считать потерями, — произнёс он, полностью равнодушный к тому, что за время войны на земном шаре уже погибло больше миллиарда людей. — Приближается Великий враг. Его авангард уже близко. Новый вид не справится без нашего руководства. Мы покажем вам путь.

Он попытался коснуться её, Аннет отшатнулась назад, отбив морщинистую руку.

— Нам ничего от вас не нужно! — прошипела она, потянувшись за спину, к плазменному пистолету. — Мы лишь хотим… — она молниеносно достала оружие и мгновенно открыла огонь, — чтобы нас оставили в покое!

Это была самоубийственная атака, но Аннет, в общем-то, и не надеялась застать чужого врасплох. Эфириал поднял руку, выставляя отражающее поле. Зелёный шарик плазмы буквально в сантиметрах от его ладони срикошетил, уходя в сторону.

— Это не ваш путь, — подумал Верховный эфириал, другая его рука засветилась, когда он псионикой подтянул Дюран к себе. — Ваша цель не в этом!

Вырвавшись из его телекинетической хватки, Аннет прыгнула вперёд с ножом в руках. Древнее оружие, удара которого пришедшая со звёзд тварь меньше всего ожидает. Обойти отражающее поле можно было лишь двумя способами — успеть ударить раньше или заставить псионика потерять концентрацию. Оно отражало лишь те удары, которых пользователь ждёт — во всяком случае, такая теория была сейчас самой популярной у исследователей.

Остриё ножа задрожало, врезавшись в преграду, заскользило по слабо светящемуся пси-полю.

— Мы нужны вам, — убеждал её эфириал, однако поле убирать не спешил. — Вам не победить Великого врага без…

Высший эфириал исчез во вспышке пламени и зелёной плазмы. Он не заметил перевязь с оставшимися гранатами, брошенную ему под ноги и сейчас отделенную от Дюран отражающим полем. Аннет лишь надеялась, что его защита продержится достаточно долго и прикроет её от взрыва собственных гранат. Она уже чувствовала прошедший через барьер жар. Услышав яростный вой дюжины мутонов, она только мрачно и довольно усмехнулась.

«А это тебя уже проняло, да?» — мстительно подумала она. «Отлично!»

— НЕТ!

Прошедшая сквозь огонь и защитные поля рука схватила её за горло. Отражающее поле с треском рассыпалось, когда из опавшего пламени возник эфириал. Обе нижние руки ему оторвало, там остались лишь обгорелые обрубки, но две другие, скрытые под мантией из металлической ткани, уцелели.

С неожиданной силой, подаренной не мышцами, но разумом, он поднял человека над полом.

— Юный! — прорычал голос в её голове, эфириал был в ярости. Аннет чувствовала, как сила чужого касается её, так же как ощущала холодную почти безжизненную руку на своём горле и ледяное касание разума эфириала, вторгающегося в её мысли. По его разбитому взрывом шлему побежали трещины, золотистый сплав ломался и отваливался кусками. Однако Аннет уже видела морщинистое и атрофированное лицо чужого прямо сквозь него.

— Если не хочешь быть зерном будущего урожая, Юный, — подумал он, одновременно Аннет почувствовала, как холод пробирает её до костей, — то станешь просто пищей!

Откачка энергии. Она уже видела, как эфириалы проделывают подобное, но только со своими союзниками. Не было ни одного доклада о том, чтобы они пытались применить эту способность против людей.

— О, господи! — Аннет вдруг поняла. Да, против обычных людей это было бы бесполезно, но не против неё.

Сжав кулак и собрав все силы, какие могли дать её модифицированные мышцы, Аннет Дюран одновременно собрала всю силу воли, пытаясь преодолеть паралич, вызванный оттоком энергии. Закричав, она ударила кулаком по шлему эфириала. Рука на её горле ослабла, разжалась, Аннет упала. И затем добавила немного своей силы к высвободившейся энергии, которую эфириал не успел поглотить и которая так и мерцала между ними. Результатом стало появление чёрного разлома невидных прежде размеров.

Стены растрескались, словно старое дерево, пол вздыбился и рухнул вниз, в полусферическое углубление несколькими этажами ниже. Мутоны завыли от боли, валясь прямо сквозь разлом. Те из них, кому не повезло оказаться ближе к центру, и вовсе погибли на месте, разорванные кошмарной силой на мелкие кусочки. Другие эфириалы просто наблюдали, ошеломлённые, растерянные или просто боящиеся вмешаться. Лишь двое из них на самом ближнем балконе отплыли в сторону, чтобы не попасть в край разлома.

Верховный эфириал ещё был жив, он парил в центре созданного псионикой вихря, но защищал себя от него одной лишь невероятной силой воли. Его верхние руки уже были изранены напряжением и действием псионики. Сломанные пальцы торчали под неестественными углами, из ран и порезов капала вязкая фиолетовая жидкость.

— Юный! — вновь мысленно крикнул он. — Вы нуждаетесь…в нас! Лишь мы сможем направить вас!

Аннет был слишком занята отступлением, пятясь спиной вперёд. Пол под её ногами обваливался, падать до следующего уровня предстояло метров тридцать. Благодаря псионике она могла творить много невероятного, однако летать Дюран не умела. К тому же даже с дёргающимся и продолжающим сопротивляться эфириалом в центре, разлом всё равно продолжал расширяться. Он продолжал поглощать всё на своём пути. Аннет и сама ощущала его давление, она находилась внутри него. Пси-усилитель её брони взвыл, а затем взорвался от перегрузки, в правую руку впились осколки металла и кристаллов. Пол под Аннет рухнул, однако в последний момент чья-то рука ухватила её за пояс.

— Полковник! — крикнула она, буквально болтаясь у него в руках и не имея возможности ни за что зацепиться. Практически вся ближняя половина помещения обрушилось вниз под действием разлома. Уцелела дальняя часть и пол уже следующего зала, уходящего вглубь корабля, где сейчас и стоял её отряд. Когда обрушились стены они смогли как следует рассмотреть место, где недавно Дюран вела бой с эфириалом. Пушка сплавов, лазерная снайперка, бластерная установка и две плазменные винтовки — всё оружие людей уже искало свои цели.

— Стойте! Стойте! — крикнула Аннет, понимая, что дюжина эфириалов пока что не будет вмешиваться, только наблюдать. Она могла ощущать их эмоции, теперь, когда Высший эфириал был серьёзно ранен и не заглушал их. Они были обеспокоены. Растеряны. Осознавали угрозу. Древние, высокомерные, нетерпеливые, осторожные… Был даже какой-то оттенок воодушевления. Теперь она ясно ощущала их собственные чувства, когда пропала их связь с хозяином.

— Полковник! — попыталась она перекричать громыхание разлома. По сути, командир тоже находился в зоне его досягаемости, но держал защиту. Аннет видела искры псионики, вспыхивающие над его бронёй, полковник прикрывал себя одной силой воли. — Мне нужно подобраться ближе!

— Чего?! — крикнул Бен-Соломон в ответ.

— Мне нужно приблизиться к нему! — произнесла она. — Донеси меня туда! Никому не стрелять!

— Ты должно быть рехнулась, Дюран! — сказал он, но сделал то, о чём она просила. Полковник прижал её к себе крепче, обхватив за талию, и включил двигатели. В броню «Архангел» встраивался экономичный маломощный антиграв, а Аннет в этот момент с помощью псионики почти обнулила свой вес.

Когда они оказались рядом, она прыгнула вперёд, оттолкнувшись от рук командира.

— Юный!.. - искалеченный Верховный эфириал застонал почти по-человечески, когда Дюран врезалась в него. Они несколько раз перевернулись в воздухе, пролетели по короткой дуге и рухнули на уцелевшую платформу, заваленную телами мёртвых мутонов, убитых ударной волной и пси-отдачей разлома. Выжило всего несколько из них, сейчас укрывшихся в самом дальнем углу зала. Аннет чувствовала их страх. Они боялись и её, и эфириалов. Боялись, потому что осознавали, насколько опасна для них псионика.

Схватив упавшего Верховного эфирила, Дюран достала своё последнее оружие. Это было даже почти смешно, ведь у неё в ладони оказался маленький белый дугомёт четвёртой модели с полными батареями. Миниатюрную версию этого устройства теперь выдавали всем оперативникам Икс-ком, но, должно быть, Аннет впервые представилась возможность воспользоваться своим. Захват пленных это был абсолютно не её профиль.

— Подумай… подумай об этом, Юный, — давили на Дюран мысли эфириала, он пытался навязать свою волю и заставить её подчиниться, заставить её поддаться на эти уговоры, заставить её согласиться с ним. — Новому виду без нашего присмотра не овладеть этой силой…

Свободной рукой Аннет сняла и откинула в сторону разбитый шлем пришельца. Лицо под ним было словно у покойника, серое и сморщенное. Удлинённая голова медленно пульсировала в такт сердцебиению повелителя чужих.

— Какими вы будете, — умоляюще спросил он, — без нас?

— Свободными… — прошипела Аннет Дюран, опуская дугомёт и разряжая всю батарею в лицо инопланетянина, снова и снова, пока он продолжал дёргаться у неё под ногами. Вздрогнули парящие поодаль эфириалы, и Аннет вместе с ними. Показалось, будто невидимая цепь, обмотанная вокруг её шеи, слегка ослабла. Не исчезла, не рассыпалась, но хотя бы ослабла. Но, возможно, это было только начало.

Дугомёт протестующе загудел, когда закончился заряд, спусковой крючок ещё несколько раз сухо щёлкнул вхолостую. Отбросив его, Дюран опустилась на колени, подняв глаза к потолку. Фиолетовая энергия окутала её, сверкая в глазах, словно пламя. Даже её дыхание, казалось, подсвёчивалось фиолетовым. На мгновение её разум вернулся во Тьму, которую она увидела в комнате Голлопа. Вот только теперь эта цепь не держала её неподвижно, она могла оглядеться по сторонам и увидеть больше. Это была вовсе не пустота.

В темноте возникли силуэты, вдалеке она увидела вращающуюся галактику. И их, как она поняла, тех самых врагов. Великого врага. Тех, кого эфириалы так боялись и ненавидели. Она увидела, что флагманских кораблей эфириалов на самом деле много, и все они прячутся в глубинах космоса от Врага. Они сами всё понимали. Много раз им удавалось пережить пришествие Врага, каждый раз они прятались, каждый раз убеждали себя, что всего лишь выжидают момент для удара. Но на самом деле они боялись. Повелители остальных флагманов уже просто сдались.

— Этот корабль называется «Дорога смерти», — произнесла она, откуда-то зная это. Первая из людей, кто осознал всё. Она увидела, что это не первый их визит, этот корабль прежде посещал Землю много раз. Она увидела, как эфириалы расправлялись со слабыми врагами, пытавшимися украсть их секреты. Она осознавала всё больше, понимала всё больше, и самое главное, она поняла, откуда же берутся все эти знания.

Их передавали ей остальные эфириалы.

— Они прекратили сражаться!

Аннет медленно повернулась к своему отряду, всё ещё ждущему на пороге соседнего зала. Их отделял от неё оплавленный пролом, но теперь это значение не имело. Они стояли вместе, прижав руки к шлемам и слушая переговоры и передачи с земли. Только Массани, оставшемуся без шлема, приходилось переспрашивать у остальных. Аннет связь больше была не нужна. Она уже знала. Она уже видела, что произошло, сотнями чужих глаз.

Заставив себя встать, она проковыляла мимо оглушенного эфириала, раньше бывшего Высшим. Он никогда вновь не станет во главе, но у него есть сила и знания, тут он не врал. Новому виду ещё очень многому предстоит научиться, вот только сделает это он на своих условиях и так, как посчитает правильным.

Мутоны расступились при её приближении, пара ближайших эфириалов отплыла в сторону, давая ей дорогу. Руки легли на Устройство Голлопа пришельцев, и в этот миг разум Аннет Дюран расширился в сотни раз. Она увидела их всех, словно яркие огни, каждого из них: тех, кто стоит на пороге зала, тех, кто дерётся в небесах и на земле, кто прячется в бункерах от врага… Она даже увидела четверых, стоящих в зале вокруг голограммы земного шара, ждущих новостей.

Их ожидание и без того было долгим.

— Пробудитесь, — прошептала она. И человечество послушалось её.

Примечания

1

Пегасид, иначе «Горячий Юпитер» — вид планет вне Солнечной системы, близких по массе и прочим параметрам к Юпитеру, но обращающихся на очень близких к светилу (меньше половины астрономической единицы) орбитах, и потому с очень горячей поверхностью. Названы по первой планете такого рода, обнаруженной в системе 51 Пегаса.

2

Vigilo Confido — девиз организации Икс-ком, с латыни можно перевести как «Я знаю, я на страже» или «Осознанная бдительность».

3

Вероятно, подразумевается вулкан Олимп на Марсе. Высота 21 километр.

4

BB скорее всего сокращение от «Big Battleship» — дословно «Большой линкор», устаревшая классификация морских судов США.

5

2702 — по летосчислению Цитадели. Согласно примечанию автора, в данный период разница с календарём людей составляет 580 лет, то есть служба адмирала начинается в 2122 году, а текущее время действия — 2150 год н. э.

6

СОВ — Специальный Отряд Вторжения, спецназ Батарианской Гегемонии. 2) На самом деле, средний кроган весит в районе ста пятидесяти килограмм, а крупный около двухсот, и даже согласно самым смелым оценкам иных рас, их предел это 350 кило. Но Шепард можно простить в данной ситуации.

7

Следующие две главы будут поменьше предыдущей. Как вы могли уже заметить, я больше концентрируюсь на предыстории, научных изысканиях и разработках, персонажах, и тому подобных вещах вместо действия напрямик, космических битв или эпичных войн. Тактические сражения это, конечно, исключение.

8

Здесь слово «Галактика» приводится транслитом как в русском, «Galactica», в отличие от английского «galaxy», то есть это имя.

9

Вероятно, подразумевается Сизигий в астрономическом смысле — расположение в ряд трёх объектов в одной гравитационной системе, например парады планет или Земля, Луна и Солнце при затмениях.

10

Специалист — воинское звание в армии США (и Сингапура), равно капралу и старше рядового первого класса, однако не относится к сержантскому составу и, как правило, выдаётся военному, не имеющему в распоряжении подчинённых. До 1985 года оно делилось на шесть классов, однако после оставили лишь общее звание «специалист», но, возможно, за сто пятьдесят лет ситуация изменилась или в Икс-ком приняты иные нормы. Стоит пояснить, что в её отношении «лейтенант», упомянутый Шепард ранее — здесь не воинское звание, а скорее «должность» в Затмении, то есть один из заместителей командира. Точно так же как и коммандер — должность Илены, как командира ЧВК, а не её воинское звание, как флотское звание лейтенант-коммандера (аналогично капитану третьего ранга) Хакетта.

11

Аболиционизм — в данном понимании, движение за отмену рабства и освобождение рабов.

12

Временно повышенный майор — подразумевается существующая в армии США и стран Британского содружества практика, когда офицера, исполняющего обязанности выше своего звания, не назначают «исполняющим обязанности командира батальона» или «исполняющим обязанности командира батареи», но «исполняющим обязанности майора» или «исполняющим обязанности капитана», и он в таком виде уже командует батальоном, батареей и т. д. После его могут вернуть в своё реальное звание, что не будет считаться понижением по службе, однако всё время замещения «исполняющий обязанности» получает зарплату и льготы соответствующие временному званию, согласно ему же осуществляется субординация, т. е. лейтенант в качестве временного майора может приказывать капитану, и в речи и обращениях временный характер звания никак не выделяется, поэтому об Анне говорят, как о «майоре Шепард», а не «и.о. майора».

13

Непереводимая игра слов, к сожалению. По-английски лунных червей называют Thresher Maws, дословно «молотящая пасть», тогда как так же как американский фильм об акуле называется Jaws, то есть звучит похоже. Соответственно фильм, о котором говорит Илена, в оригинале называется Maws.

14

Отряд 731 — подразделение Японской императорской армии, существовавшее в годы Второй Мировой Войны и занятое преимущественно антигуманными медицинскими экспериментами на людях: военнопленных и населении оккупированных территорий. Официально числился частью так называемого Департамента предотвращения эпидемий и очистки воды.

15

Шервани — длинный пиджак/короткое пальто, на Земле — традиционная одежда в Юго-Восточной Азии, в частности в Индии. Пример — http://www.modnaya-odejda.com/wp-content/uploads/2014/big-photo/b/14166/indiyskaya-muzhskaya-rubashka-photo-big-AZMOBO.jpg

16

Песня «Асы неба», группы Iron Maiden.

17

Мессершмитт Bf.109 и Супермарин Спитфайр — соответственно, немецкие и британские истребители периода Второй Мировой войны.

18

Дохляки — здесь, подразумевается один из видов пришельцев, когда-то атаковавших Землю, данная раса отличается возможностью до некоторой степени имитировать внешний облик и жесты человека.

19

Серая слизь — гипотетическая неуправляемая масса нанороботов, которые бесконтрольно увеличивают свою численность, перерабатывая всё встречное в таких же нанороботов.

20

Авторские заметки:

— элкор и волус из предыдущей главы были небольшой отсылкой к чужому омаку по данному фанфику. Это два Спектра, специализирующихся на дезинформации, спонсируя всякие глупости вроде фильмов про Бласто.

— Я рад, что читателям нравятся мелкие детали. Порой я пытаюсь экспериментировать с культурой рас МЭ, их физиологией и всем прочим. Основная цель это батарианцы, поскольку из канона о них почти ничего не известно, кроме того, что они обожающие рабство уроды.

— в этот раз глава побольше, и в ней будет много такого, что вы оцените… надеюсь (скрестил пальцы).

21

Три четверти часа — очевидно, подразумевается час азари, а поскольку они делят сутки на 20 часов, то одна серия про Вазир идёт около 54 земных минут. Так как продолжительность суток на Земле и на Тессии примерно совпадают.

22

В оригинале здесь упоминаются дробовики «Грааль», однако данное название слишком уж прямо завязано на земную историю и мифологию, чтобы так до официального контакта могли называть сугубо кроганское оружие. Поэтому название иглострела заменено на более нейтральное.

23

Беллона — возможно, подразумевается не полностью искусственный объект, а астероид 28 Беллона, открытый в 19 веке и в настоящее время находящийся в поясе астероидов между Марсом и Юпитером. Учитывая, что его масса и размеры на пару порядков больше, чем у Деймоса и Фобоса, люди вполне могли перегнать этот астероид и разместить на орбите Марса в качестве его новой самой большой луны.

24

Примечание автора:

Небольшой праздничный омак, который я написал некоторое время назад, но прежде чем кто-то начнёт возмущаться, скажу, что его события каноничны и являются частью основной истории. Он просто немного выпадает из хронологии. Но он дал мне возможность добавить множество деталей в мир и декорации, поработать с персонажами, чего сделать в основной истории не получалось, поскольку большая её часть происходит вне территорий людей.

Так же добавлю предупреждение: мнения и идеи персонажей этой истории принадлежат лишь персонажам этой истории.

Так же я искренне рад, что недавно для меня нарисовали фан-арт по этой работе: теперь у нас есть картинка с Иленой, которую можно поставить на обложку произведения!

(Ссылка: http://orig05.deviantart.net/769f/f/2015/052/9/1/asari_by_saniika-d8j0nxv.jpg)

Примечание переводчика: время действия главы однозначно не определено, однако судя по некоторым намёкам в дальнейшем — события происходят перед отправкой Затмения на Корлус, то есть до 12-й главы.

25

Диаметр 2300 километров, глубина от дна кратера до края стенок — от 7 до 9 километров. Второе место в Солнечной системе на данный момент, первое у Бассейна Южный Полюс на Луне, и статус Северного полюса Марса как ударного кратера, который потенциально больше их обоих, пока неоднозначен.

26

Имеется в виду команда по (американскому) футболу «Детройтские львы» из, соответственно, Детройта.

27

Нинол — органическое вещество, соединение этанола, имеющее множество различных производных. Базовый нинол — вязкое моющее средство, но возможно кроганы и саларианцы могут это ещё и употреблять.

28

Примечание переводчика: ругань на французском оставлена как есть, там и по контексту понятен смысл.

Content

Cap'n Chryssalid
Пси-Эффект

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Примечания