Владимир Поселягин

Зург: Империя

* * *

– Не спишь? – Лидия присела рядом.

Хмуро покосившись на неё, я отрицательно покачал головой и снова уставился на звёздное небо. Сегодня знаменательная ночь, по мнению бойцов сопротивления, случай: небо очистилось от облаков, и показались звёзды. Вид был очень неплох, надо сказать, я бы даже сказал, очень красив. Такого на Зорин или Декане я не видел, завораживающее зрелище, неким образом схожее с тем, что можно увидеть в иллюминатор бота или челнока на орбите.

– О чём думаешь?

– О бабах, – хмыкнул я и услышал звонкий колокольчик смеха Лидии.

Сестра смеялась искренне без обидных ноток, она действительно изрядно повеселилась после нашей встречи, когда я пытался избавиться от тех двух блондинок. Правда, резко перестала смеяться, когда я громко объявил, что обеих «невест» передаю на полгода ей – для обучения, чтобы те освоились со всеми техническими штучками и не выглядели белыми воронами. Если уж они так вцепились в меня, то должны в космосе и на кораблях выглядеть если не своими, то хоть понимающими. Лидия тогда подумала и кивнула, ей понравилась поставленная мной задача.

– А если серьёзно?

– О твоём сообщении и привезённом кристалле. Честно говоря, до сих пор не могу прийти в себя. Всё с ног на голову встало, все ориентиры потерялись.

Когда Лидия шесть часов назад так эффектно и неожиданно появилась, на что она наверняка рассчитывала, я был в таком изумлении, что не сразу пришёл в себя, да ещё её слова окончательно выбили меня из колеи. Причём так, что сработала аптечка бронекостюма, напичкав меня успокоительным.

В общем, произнеся ту памятную фразу, которую я никогда не забуду, сестричка по глазам попыталась отследить мои эмоции.

«Нордцы с Зории. Они вышли к Декану, они живы, корабли, старсейвер целы… Почему они нас нашли и почему эти старикашки-старейшины говорят, что выполняли твои приказы? Всё, что они делали, приказал им ты. Что такое артефакт Древних «Пророк»?..»

Видимо, что-то в моих глазах она уловила, так как через пяток секунд отстранилась и удовлетворённо кивнула. Похоже, Лидия поняла, что я просто ничего не помню.

– Ты не помнишь, совсем не помнишь, – печально сказала она. – Может, это тебе поможет?

Достав из кармашка на поясе информационный кристалл, она протянула его мне.

– Что это? – Я покрутил его меж пальцев.

– Старейшины передали. Сказали, что пароль – прозвище твоей дочки. Кстати, какой дочки, почему я не знаю? Кому заделать успел? Где она? Как зовут? Сколько ей лет? Сколько она весила, когда родилась? Она тоже светленькая?..

– Хватит чирикать, балаболка, – отмахнулся я от сестрички. – Это просто пароль такой… Всё, иди познакомься с местными, особенно с этой белобрысой парочкой девах, что так желают стать моими жёнами, а я изучу, что на этом кристалле.

– Расскажи, что на нём.

– Я пока не знаю. Понимаешь, Лид, я просто ничего не помню, и все мои домыслы были построены на полученных сведениях, но если то, что ты говоришь, правда, то получается, это были ложные сведения. Голова кругом идёт. В общем, дай мне пару часов, я приду в себя и посмотрю кристалл. Уверен, на нём полный ответ на все как мои, так и твои вопросы. Ну, а потом расскажешь, как к вам нордцы вышли, как вы там сражались.

– Да не сражались мы, – фыркнула девчушка. – Они вышли и встали точно вне пределов дальности нашей обороны и связались с нами. Причём используя коды и шифры, которые я написала после твоего отлёта. На их взлом им бы потребовалась неделя, а они вот так сразу.

– Объяснили это?

– Да. Сказали, что это ты им дал коды четыре года назад, когда давал задание.

– Не помню, – вздохнул я. – Всё, иди.

Лидия направилась сначала к сопротивленцам, о чём-то пошепталась со старшим, а потом свернула к моим «невестам». Как на них реагировать, я пока ещё не знал, поэтому со спокойной душой оставил это на будущее. Осмотревшись, я отошёл в сторону, тут стены каньона создавали тень и не сразу было заметно что-то вроде ниши. Улёгшись прямо на высохшую каменистую землю, я вставил кристалл в открывшееся отверстие-приёмник на поясе и активировал включение записи.

Как Лидия и говорила, на кристалле стоял пароль. Думаю, если бы не он, она давно попыталась бы взломать его, но зная, что при её неумелых попытках это скорее всего приведет к потере записи и уничтожению кристалла, наверняка не стала этого делать.

– Нафаня, – сказал я вслух.

Так я называл свою дочку в прошлой жизни. Уж больно ей был люб этот мультфильм, и она, трёхлетняя кроха, бегала, повторяя это слово, – так и прилипло оно к ней. Пароль оказался верным, и активировалась запись. Одно это показывало, что запись составлена мной. Даже мнемоскопирование не помогло бы нордцам сделать такую запись и зашифровать. Пароль я сказал на русском, а его кроме меня никто не знал.

Когда на забрале шлема появилась картинка, я не удивился, увидев на ней молодого себя. Та же комната, как и в прошлый раз, то же освещение и остальное, даже «я» так же выглядел. Это меня не то чтобы насторожило, но вся эта ситуация напрягала серьёзно. Если это мистификация, то зачем содержали бабушку и сестёр в таких условиях? Зачем Лидии удалили био-нейросеть, сделав так, что бабушка вынуждена была лично проводить операцию? Зачем нас высадили в Мёртвой пустоши? Зачем всё это? Нажав на паузу, я размышлял, разглядывая своё, но более молодое лицо. Тот «я» конечно же даст ответ, но какой именно, я пока не предполагал и пытался разложить по полочкам разбегающиеся мысли. Я ещё пока не пришёл в себя и не мог смотреть запись, что-нибудь да пропущу.

К счастью, характер у меня был крепким, и на рефлексии ушло всего минут пять. Глубоко вздохнув, я активировал пуск.

«Привет, – помахала рукой моя молодая копия, сообщение также шло на русском. – Зная себя, я могу сказать, что ты сейчас находишься в расстроенных чувствах от непонимания ситуации, в которой оказался. Надеюсь, ты дал себе время, чтобы прийти в себя перед просмотром записи? Скорее всего дал, я бы дал. Слушать то, что я скажу, нужно очень внимательно и сосредоточенно, тут каждое слово имеет скрытый смысл. Позже ты поймешь, о чём я. Чтобы сразу исключить вопрос, какого хрена тут происходит, я дам ответ, правда, от него возникнет куда больше вопросов. Всё дело в артефакте Древних «Пророк». Это его неофициальное название – я дал, когда случайно воспользовался им. Хм, не знаю, обрадую тебя или нет, но это произошло во время секса. Да-да, девственность я потерял в то время, которое у тебя стёрто из памяти. Думаю, ты догадался, я су мел-таки соблазнить Керри. Держали мы это в тайне, до шпионских игр дошло с переодеванием, так что об этом никто не знает. Кстати, советую принять в семью тех двух девчушек Оллу и Дину, которые сделали свой Выбор несколько минут назад. Удивлён? Хотя не думаю, что сильно, наверняка ведь всё начал понимать. Да-да, дело в том артефакте. Помнишь, у Керри была цепочка с ярко красным камнем-кулоном, он ещё так восхитительно смотрелся в ложбинке между её великолепных грудей? Кстати, они не только на ощупь упруги, но и на вкус само совершенство. Ну, да ладно. Так вот во время одной из наших постельных игр мы делали запись, потом посмотришь, она сидела на мне в позе всадницы и играла грудями, приближая к лицу то одну грудь третьего размера, то другую, а я пытался губами ухватить её за сосок. Классная игра, и уж очень возбуждает, потом сам попробуешь. Так вот во время очередной игры Керри забыла снять цепочку с шеи, и когда она наклонилась, кулон попал мне прямо в рот, и я его прикусил. Случайность, конечно, но эффектно. Я не знаю, как объяснить тебе то, что произошло, это было странно и непривычно. Время замерло, но я всё ощущал, и камень во рту, и тяжесть Керри, даже «выстрелить» смог, хоть и был обездвижен. В общем, полные ощущения, но время всё же остановилось. Я не понимал, что происходит, пошевелиться не мог, что-либо сделать тоже. Но тут вдруг перед глазами развернулась звёздная карта. Я уже стал немного разбираться в ней, всё-таки пилот двух специальностей, третью заканчивал учить, поэтому не сразу, маршрут был дальний, но всё же разобрался с высветившимися координатами. Мысленно я приблизил карту и точку, и она развернулась буквально рядом, это оказался огромный астероид, находившийся в плотном астероидном облаке. Я бы назвал его даже планетоидом, хотя он немного и не дотягивал по размерам. Как только я навёл на него взгляд, картинка метнулась вперёд, и я увидел ангары с боевыми и транспортными кораблями на консервации, потом забитые склады и, наконец, стазис-камеры со спавшими внутри людьми. Спали они больше четырёхсот лет. Да-да, их уложили в стазис-камеры перед Большой Бедой, когда Содружество рухнуло после нашествия арахнидов. Одно я понял точно: если не вывезти восемьдесят тысяч инженеров, учёных, техников, медиков и всех, кто находился в стазисе, то через два года они погибнут, а лететь до них нужно было примерно год. Терять такой ценный людской материал я не хотел, поэтому начал размышлять, что делать. Видимо, от этого сработала закладка, и артефакт заработал как надо. Это действительно оказался «Пророк», прибор Древних. Но он попал в руки нашему земляку Антону Кремневу, и тот его доработал. Это его люди и семья лежат в стазис-капсулах, это он внедрил эту запись в прибор Древних, не нарушая его основную работу. Ну, а когда запись прокрутилась, тот заработал как надо. Я просмотрел всю жизнь Антона, прибор мог «видеть» как будущее, хоть и мутно, так и прошлое, это уже чётче. Второе легче, будущее в нескольких вариантах. Обычно выдавались три самых близких к реальности, но что делать, ты сам понимаешь, зависит только от тебя. Так яузнал о «подлом» деянии нордцев, срежиссированном мной, о том, как я отправлю их к планетоиду поднимать и будить проспавших четыре с половиной века предков, как они вернутся, но уже на Декан, и, пообщавшись с Лидией, передадут ей этот кристалл. Людей с планетоида нордцы с собой не возьмут, те не бычки на поводу. У них своё командование и своё руководство, но координаты Декана им были переданы, как и то, кто отдал приказ их будить, если захотят присоединиться, возражать не будем. Силком тащить их не получится. «Пророк» выдал несколько вариантов, и все они были губительны для нас. Семья Кремнева, которая и была в руководстве, отличалась таким же бычьим упрямством на давление, как и их предок Антон. По одной линии будущего все эти люди со всем своим имуществом, о котором ты в данный момент и мечтать не мог, присоединятся к тебе, но на правах автономии, отдельного княжества. Так что советую создавать империю Росси. Для них Декан – удобное место для базы и жизни, на краю более – менее освоенных планет, к тому же в составе неплохого государства. Если они присоединятся, а такого я исключить не могу, то произойдёт это в промежутке между пятью и семью годами с момента, как ты покинул Декан, направившись на Норд. Так что у тебя стоит довольно серьёзная задача: создать к этому времени государство. Сейчас ты мысленно спрашиваешь, почему нужно было так жёстко поступать с тобой и семьёй. Отвечу правду. Я не знаю. Когда я просматривал варианты, эта линия была самой благоприятной и безопасной, с минимальным уровнем проблем и потерь. Ответ наверняка находился в будущем, но я не успел выяснить, решив оставить это на потом. Я успел просмотреть нашу жизнь до момента, когда ты крадёшь наследницу клана, а потом всё. Артефакт оказался разряженным, а при полной разрядке он уничтожается. Очнулся я с песком во рту от кулона, с Керри на мне. Для меня прошла пара дней, пока я путешествовал в будущем и прошлом, для неё секунда, она даже не заметила заминку и продолжила играть своими упругими прелестями, пока я не закашлялся от пыли во рту… Чуть не подавился… Не думай, что я всё вот так вот знаю о будущем. Нет, такого нет, я успел просмотреть основные моменты своей линии жизни. Я знаю всю твою жизнь до момента похищения наследницы, вот что дальше, не скажу, знаю, что происходило в стёртые моменты твоей памяти, ну и успел задать запрос по ништякам, что скрывает космос. Фабрик по производству нейросетей сохранилось куда больше. Я не говорю про ту, что имелась у людей на планетоиде, это их, я о более современной, находившейся в спецхранилище корпорации «Нейросеть». Одним словом, очень нужного оборудования там много, и тебе чуть позже надо будет слетать по координатам столичной планеты империи. Она, конечно, уничтожена, но схрон находится в системе, и у тебя все шансы его найти. Да, и ещё, обещание своим нордцам нужно выполнять. Норд нужно освободить… Это была первая запись. Есть ещё пять, не считая шести самых ярких наших постельных игр с Керри, включая тот момент с её кулоном, потом просмотришь. Пароль для следующей записи, где я даю более подробные данные, состоит из прозвища, что мы дали колымаге тестя. Ах да, прежде чем отключиться, добавлю. У тебя наверняка встанет вопрос, почему Керри не отправилась с нами, знаю, как мы на неё слюни пускали, как-никак она идеал женской красоты. Так вот, была такая мысль, но оказалось, что девушка в положении, причём от «Пророка». Я об этом не узнал. Не дал он такие сведения. Так что поэтому я и составил посуточную твою жизнь до момента с наследницей, чтобы ты проверил, всё ли сходится и есть ли сбои. Прибор к тому моменту давно рассыпался, и я не знаю, кто у меня, сын или дочь, я потом настал момент начала операции. Сегодня я крепко попрощаюсь с Керри, я завтра мне с утра начнут стирать память. Надеюсь, план сработает, и это на себя возьмёт бабушка. Попробовал уговорить её недавно…»

– Подожди, – воскликнул я. – А с чего это ты вот так вот взял и поверил какой-то древней хрени?

«…Сейчас ты спрашиваешь, почему я поверил «Пророку». Поверил, ^то уж говорить, любой бы поверил. Как только кулон рассыпался и течение времени вернулось в прежнее русло, я прополоскал рот, ну и, закончив миловаться с Керри – сколько с ней времени ни проводи, всегда мало, настоящая женщина, – я отправился проверять то, что видел с помощью прибора. Давал я ему такую задачу. Всё сошлось, и трещина в несущем корпусе транспорта, куда грузили продовольствие и боеприпасы – пришлось разбирать его и производить замену силового набора. И тайники и схроны выявились на планете. Десант из нордцев, направленный мной на Зорию, доставил всё до мелочей, всё согласно моим спискам. Мы заполучили большое количество баз знаний и прилично пополнили запасы нейросетей. Оказалось, Зорию ещё чистить и чистить от ништяков. Потом один из старейшин чуть не скончался, но я знал о приступе, и рядом дежурили медики. Они спасли его. Сделал перестановку руководящего состава на те должности, которые они потянут со всей эффективностью. В общем, множество мелких, никак не связанных между собой проверок показали, что я не спятил и артефакт работал. Кстати, старейшины Совета знают многое из моих видений, но далеко не всё, даже трети не будет. Я поставил им задачу добраться до планетоида. Дорога трудная, поэтому пришлось задействовать всю эскадру, причём не зря, было шесть боестолкновений, одно с арахнидами. Эти пауки живы оказались. Если бы не старсейвер, нашим бы несдобровать, а так уничтожили улей и флот поддержки и двинули дальше. Сейчас они находятся в системе Декона, терпеливо дожидаясь окончания четырёхлетней эпопеи, только разведчики выслали на другие планеты, которые ты ещё не исследовал, – тоже мой приказ четырёхлетней давности, ну и Норд нужно освободить. Обещание есть обещание. Всё, отключаюсь, знаю, что ты переполнен эмоциями и информацией. Полчаса приходи в себя и пообщайся с сестричкой. Спроси, как она добралась до Норда, удивишься и порадуешься. Всё, до следующей записи».

Вздохнув, я вытащил кристалл из приёмника, убрал его в бронированный чехол и, вспомнив обтянутые комбинезоном формы Керри, пробормотал:

– А ведь сейчас ей тридцать. Буду брать в жёны?.. Что я, идиот от такого сокровища отказываться? Сколько к ней подкатывало и получало отказа, а я, похоже, как-то пролез через выстроенную ею стену отчуждения. Ладно, раз у неё мой ребёнок – нужно у Лидии спросить, кто, – то берём. Без вопросов.

Наверно, это у меня сработал защитный механизм, в момент сильных эмоций думаю не о деле, а об удовольствии. Посмотреть на Керри со мной в записи? Никогда не видел её обнажённой. Наверняка умопомрачительное зрелище. Особенно когда она выгибается вперёд, да и пахнет она всегда приятно и волнующе. Сердце сразу прерывается и начинает стучать в два раза быстрее, когда она входит в помещение. Влюбился ли я? Пожалуй. Керри того стоила.

Всё же просматривать записи с нашими любовными утехами, о которых я, естественно, не помнил, не стал. Получить ещё один моральный удар не хотелось. Я потом просто не смогу ни о чём другом думать. Это сперма-токсикоз о себе давал знать. Тут под боком находились, кто мог решить эту проблему, даже в двух экземплярах, тем более очень даже в моём вкусе, но пока я старался об этом не думать, несмотря на то что мысли постоянно съезжали на постельное непотребство. М-да, прошлый «я» правильно сказал, что мне потребуется с полчаса, чтобы прийти в себя. Приходил бы и дольше, моральный удар был силён, просто я только через полчаса вспомнил об аптечке, и мне наконец снизили гормональный фон, а то тот зашкаливал. Ещё немного, и он бы вышел в красный фон.

Тут, отвлекая меня, запищали разведчики-дроны, висевшие над каньоном. Посмотрев на картинку, я поморщился и позвал сопротивленца, через которого и вёл все переговоры.

– Мин, подойди!

Кстати, для Лидии тоже было событием то, что мы тут не одни. Видимо, боевые базы знаний она подняла не на должный уровень. Понадеялась на трёх часовых, что выставили нордцы, – один наверху, двое по сторонам каньона, – а сама дронов не выпустила.

Подбежавший партизан вопросительно посмотрел на меня. Встав с ложа, на котором я пролежал без малого полтора часа – даже след на земле остался, сказал Мину:

– Там наверху в трёхстах метрах от каньона идёт группа девушек. Шесть голов. Ещё три дальше, метрах в семистах, и одна залезла в дупло дерева на поляне. Поляна неподалёку от той тройки. Приведите их сюда. Шансов выжить у них немного.

– Почему не вы?

– Мне двоих хватило, – широким жестом указал я на блондинок. – Этих вы освободили, вот и спасайте теперь.

Партизан убежал к своим, после чего начал выбирать молодых парней по одному ему понятным причинам. Через минуту группа сопротивленцев скрылась за поворотом каньона, там дальше был подъём, по которому поднимался я, спускались девчата, ну и часовой поднимался тоже. Надеюсь, успеют их перехватить.

Конечно, оставаться вот так вот на месте после уничтожения охотников из работорговцев и их помощников не стоило, но время у нас ещё было. До утра точно. Подумав, я направился к своим «невестам». Лидия продолжала с ними о чём-то беседовать, причём все трое стреляли в мою сторону глазками. Издалека не понятно, с какими эмоциями, а приблизив изображение, понял, что Лидия с хитринкой, а девчата с любопытством и надеждой.

Следующие полчаса я пытался уговорить отменить их Выбор, пока мне прямо не сообщили, что им придется умереть. Выбор окончательный и изменениям не подлежит. Я даже застонал тогда от досады, но тут, заметив, что через забрало шлема на меня с любопытством, в котором преобладал смех, смотрит сестрёнка, усмехнулся и сказал всем троим:

– Значит так, как выживать там наверху, вы не знаете, поэтому идёте в ученицы и помощницы моей сестры Лидии. Думаю, за полгода вы подучитесь, а там и решим, что делать дальше. Отсрочить ведь Выбор возможно?

– Можно, – неуверенно кивнула та из дивчин, что постарше. Хотя всё равно обе малолетки, пусть подрастут сначала.

Лидия же секунд десять открывала и закрывала рот, но что-либо произнести просто не могла от возмущения, однако чуть позже она пришла в себя. Задумчиво посмотрела на «невест» и согласно кивнула, так и не сказав ни слова.

В это время начали возвращаться партизаны. Я их отслеживал наверху с помощью дронов. Знал, что они нашли всех, даже ту дурёху, что в дупло забралась. Девчата сразу же накинулись на еду и воду, кстати, моих покормили, они были сыты, партизаны поглядывали на них, а Мин подошёл ко мне.

– Всех нашли, – вздохнул он, вытирая выступивший пот на лбу рукавом рубахи.

– Не всех, там ещё две появились. Отправь пару парней, пусть приведут их сюда. Лучше вообще поставить пост наверху и выдать им рацию, чтобы я мог направлять их, если появятся новые беглянки.

– Сейчас сделаем, – кивнул тот и снова убежал. Сам он вполне в возрасте, а бегал как молодой.

– Ну, а теперь давай пообщаемся с тобой, – повернулся я к сестрёнке.

Та уже успела более-менее осознать, что у неё появились помощницы-подчинённые, и теперь руководила ими, первым делом решив осмотреть более внимательно, что ей досталось. Как раз на этом я её и застал.

– Нормально, можно не маломерки им давать, универсальные комбезы подтянутся по фигурам… Ты что-то сказал?

– Да, идём пообщаемся. Хочу знать, как ты тут оказалась, на чём прилетела и как меня нашла.

Мы отошли в сторону и заняли те «табуретки» из камней, на которых я общался с Мином.

– Да особо рассказывать нечего. Прилетела на «Светляке» – помнишь свой рейдер, который ты недоделал? Я доделала и прилетела.

– Подожди, там же усиленная медсекция?

– Ага, я ничего менять не стала, три кибердоктора, реаниматоры, ну и всё остальное. Ещё я взяла почти все наши запасы нейросетей и баз знаний. Я правильно сделала?

– Более чем, – задумчиво протянул я, после чего спросил: – А меня как нашла?

– Так вместе с передачей кристалла старейшины сообщили точное твоё местонахождение. Их очень порадовало, что ты выполняешь обещание и освобождаешь Норд.

– М-да, интересно девки пляшут, – протянул я.

– Где? – закрутила головой Лидия. – Где пляшут?

– Да это поговорка такая, – отмахнулся я. – Давай подробно, как прибыли нордцы и как произошла ваша встреча, что говорили, что еще передавали.

– Да уже всё вроде рассказала. Отдыхаем мы себе, никого не трогаем, как ты говоришь, а тут общая тревога, вход в систему крупной эскадры из двух десятков кораблей. Причём код опознавания идёт наш, я его писала. Практически они могли спокойно пройти полосу обороны. Но не стали этого делать, выполняли инструкции от тебя. В общем, я с ними связалась, немного поругалась, но согласилась провести переговоры у них на борту.

– Опасно, забыла инструкции, что я написал?

– Убедили они меня, описали то, что происходило, пока мы жили на Деконе. То, о чём ты не знал. Слетала на челноке, три часа летела, пообщались, я получила от них этот кристалл и все те слова, что уже сказала. Ну, а потом просто, «Светляк» был готов, я собралась, погрузила всё, что нужно, и вылетела на Норд.

– А они почему на Деконе остались, логично было лететь всем вместе, это ведь их идея фикс освободить прародину? – Ответ я знал, но хотелось знать мнение сестрёнки.

– Я тоже спросила. Они сказали, что свою сторону договора выполнили, разбудили и ничего не взяли на планетоиде, даже отремонтировали систему жизнеобеспечения, повреждена она была, а теперь твоя очередь. Ну, ещё про инструкции говорили, написанные тобой. Оставаться в системе и готовиться к бою. Вот они и готовятся.

– Сказали, какая опасность угрожает?

– Нет, но старейшины явно что-то знают, уж больно странно выстраивают оборону. Они точно знают, с какой стороны придёт противник, и готовятся к этому. Таскают с других планет мины и делают своё минное поле. То есть начали, когда я улетала.

– Хм, становится более или менее понятно. Вряд ли они пиратов ждут, с ними и наша оборона справится. Может, арахниды, может, что другое. Ладно, ты руководи своими подчинёнными, а я пойду дальше запись просматривать.

– А что там? – как бы между прочим спросила она.

– Много интересного, но ещё больше неприятного. Кстати, отвечу на твои прошлые вопросы. Возможно, у меня действительно есть ребёнок, дочь или сын – не знаю, но Керри залетела четыре года назад.

– Ты что, Стальную Королеву соблазнил?! – вытаращила глаза сестра. – Она же ни с кем.

– Ни с кем, – согласился я. – Похоже, только со мной. Всё, давай занимайся, там в шаттле есть коробка с запасными комбезами, можешь переодеть девчат, ну и сама там дальше разберёшься, а меня пока не беспокоить. Доступ к шаттлу я тебе дал. У самой где аппарат стоит?

– Там дальше в лесу, я разведывательный катер использовала, тот, что «Москит». А спустилась незаметно. Птах, искин твоего «Зоркого», меня опознал, я получила созданную тобой карту патрулирования и охраны Норда бандитами и спокойно её обошла, как и ты это сделал. Дальше навелась по маяку с твоего шаттла.

– Это хорошо, – одобрил я. – Мой шаттл кроме меня самого максимум двоих на борт сможет взять, сама знаешь, что это за малыш, а ты человек десять сможешь на орбиту поднять без потерь ходовых качеств катера.

– Ну да, так и есть.

– Всё, давай занимайся девчатами, а я ещё немного подумаю. Если что решу, сообщу. Хотя в принципе и так понятно, что нужно подниматься на орбиту и создавать первый ударный кулак. У нас вот почти пять десятков добровольцев есть, если беглянок считать.

– Да они же малолетки? Некоторые младше меня, вроде твоих невест. Кстати, я их одобряю, правильные девочки, хорошо воспитанные.

– Пусть наверху побудут, там безопаснее.

– Хорошо, тогда я их всех готовлю к тому, что часть на время покинет планету.

– Выбирай тех, кому можно ставить нейросети. Как я уже говорил, пора переходить на новый уровень сопротивления. Ну, а потом и со старейшинами пообщаемся. Список первоочерёдных специальностей я тебе позже сброшу на нейросеть.

– Сейчас всё сделаю. У меня медицинский сканер, у него, конечно, погрешность высокая, но уровень интеллекта он определяет.

– Беги давай, – кивнул я и, проследив, как сестрица, прихватив «невест», повела их к шаттлу, вернулся к своей нише, уж больно тут удобно лежать. В смысле никто не мешает.

Активировав следующую запись, я сказал пароль:

– «Рухлядь».

Почти сразу пошла запись, и я снова увидел молодого себя. Причём в той же позе и с тем же выражением лица. Видимо, сделав первую запись, тот «я» стал создавать следующую.

«Вернулся? Что ж, продолжим… – Тот «я» на несколько секунд задумался, видимо прикидывая, с чего начать, и начал с не особо приятных новостей: – Как ты знаешь, старейшины в курсе о «Пророке» и о будущем. Мне пришлось рассказать им об этом, но знает только верхушка. Описывать, кто, не буду, ты и без меня прекрасно знаешь. Та тройка, с которыми ты в основном общался. Совет с твоим дедом во главе был отодвинут в сторону, чтобы не мешали родственные чувства, но не на последние роли. Так вот, эта тройка перешилась брать такую ответственность на себя, и был собран Совет. Когда я им выложил будущее, то встретил первоначально отказ. У них был выбор: или спасти сто тысяч своих молодых современников, что пытались в очередной раз освободить Норд, но все погибли, или спасти восемьдесят тысяч неизвестных им людей, на плечи которых и ляжет основная тяжесть восстановления Содружества и, возможно, нашей империи. Мне удалось сделать это, с трудом, но всё же я смог уговорить их. Могу ещё посоветовать: никогда не торгуйся со старейшинами, особенно когда тебе что-то очень нужно. С их стороны было получено согласие на рейд к планетоиду по выданным мной координатам, к сожалению, требовалось использовать все силы, иначе они бы не дошли. Ну, ещё перед ними стоит задача отразить атаку кочующего улья арахнидов. В принципе те атаковать не собирались, просто тропа миграции пройдёт через систему Декана, но они по-любому атакуют Декан, почувствовав там признаки жизни. Мы для них пища. Через пять недель произойдёт выход кораблей улья, так что нордцы должны у спеть подготовиться. После боя они очистят систему и вылетят сюда. К этому моменту Норд должен быть освобождён, чтобы население радостно встретило заблудших соплеменников. Это одно из условий договора. Помимо этих двух особых пунктов были и другие. Плата за работу. Кроме освобождения Норда, это основной пункт с моей стороны, я вынужден был дать согласие на передачу им в собственность старсейвера и всех боевых кораблей. Зная о том, что в будущем соберу целую эскадру и проведу консервацию части боевых кораблей на Декане, я был вынужден дать согласие. Слишком плата была серьёзна, чтобы ещё торговаться. Лучшие умы и инженеры, которых мы разбудили и спасли от смерти, того стоили, без них становление Содружества практически нереально. Удалось выторговать себе часть груза в трюмах старсейвера и транспортов. Перед уходом на Норд контейнеры будут выброшены в открытый космос с моим имуществом, там в основном те производства, которые я ещё не смог найти и собрать, когда был «сталкером». Вернёшься, соберёшь. Это пока всё для второй записи, как я уже говорил, дальше в будущее я посмотреть не успел, и что будет с тобой дальше – не в курсе, но задел сделал отличный. Так что всё зависит только от тебя. Пароль для следующей записи – имя жены из прошлой жизни. А пароль для просмотра записей с Керри, по её же имени. Третья запись – подробный рассказ с тем, как можно захватить наследницу, где замаскированные склады и бункеры обороны на Норде, ну и поэтапно, что делать дальше. Кстати, отдельно сохранена подробная инструкция, как вести себя с местными старейшинами, на провокации не поддавайся. Есть там один жук, старейшина Бекас. Незаметно скажи ему: «Я знаю, что произошло с твоими внучками» – это собьёт накал страстей. Ты сейчас хочешь спросить, что же там произошло с его внучками. Поясню. Они были в Сопротивлении и участвовали в последней попытке освободиться. Только их не убили, а отправили в метрополию рабынями. Красавицами они были, вот их и отправили в секс-тур по борделям. Персоналом, естественно. Про бордели не говори, просто скажи, что живы и находятся на одной из главных планет клана. Ах да, напоследок забыл добавить, согласно договору со старейшинами, все суда клана на орбите ты должен захватить целыми и передать их местным. Бесплатно установить им нейросети и залить базы знаний, обучая. Всё, пока».

Я только успел возмущённо открыть рот, получив последние сведения, как тот «я» быстро попрощался и остановил запись, не успел выслушать начало потока моей брани. Это уже подстава. Минут пять спускал пар, пока не успокоился.

В принципе всё, что говорил молодой «я», было правдой. Так что волей-неволей мне необходимо было выполнить свою часть договора, и я собирался этим заняться в ближайшее время. Вот просмотрю четвёртую запись, где был подробный план моей будущей работы, хорошо, что самому голову не придётся ломать, а действовать потребуется по рабочему плану, а то времени и так не оставалось, там решу, что делать. Да ещё схроны и базы на планете получу, вернее их координаты. Был ещё шестой, серьёзно замаскированный файл, и что на нём, я пока не знал, и тот молодой не говорил. Явно что-то интересное на нём скрыто, но вот что, пока не понятно. Думаю, плюшки, заныканные владельцами много веков назад, вроде того планетоида. Но с планетоидом промедление сравнимо смерти, не успеем, ценные кадры погибнут, а вот на остальное, похоже, время было. Это, конечно, всё догадки, но зная себя, я был уверен в своих предположениях, что именно находится в шестой записи.

Закончив ругаться, я подозвал Лидию и сообщил, что этой ночью мы на двух судах поднимемся на орбиту, взяв максимальное количество пассажиров. Повторю: максимальное. Узнав время взлёта, она убежала к партизанам. Кстати, обе невесты, теперь уже без кавычек, находились там же. Они получили статус и теперь были вровень с остальными. Ну, а я, придя немного в себя от новостей, активировал четвертую запись и, сообщив имя своей жены из прошлой жизни, стал просматривать её дальше. Потом и пятую запись просмотрел. Вот только к шестой не получил пароля и пока его не знал. Тот «я» в пятой записи под конец сообщения, таинственно улыбаясь, сказал:

«…пароль для шестого пакета с информацией – имя твоей четвёртой жены, кстати, с информацией, что на нём хранится, ты почти угадал…»

Вот теперь гадай, скоро ли жена появится, если я пока вообще не женат, или нужно ждать несколько лет. С учётом того что тот «я» не успел далеко посмотреть в будущее, ну это на словах только, то четвёртая жена у меня появится достаточно скоро. Один раз тот «я» уже подставил себя под ложную информацию, причём достаточно осознанно, но, как и тогда, не верить я ему не мог. Раз сообщал, то так и нужно действовать. Это не было неосознанным решением, каждый верит себе, я подумал и решил, что ничего плохого в том, чтобы последовать совету себе молодому, нет. По крайней мере, все его советы выводили так или иначе меня в плюс. То есть я всегда получал стоящие ответы, несмотря на извилистый и опасный путь. Это пока сомнений не вызывало.

Таким образом закончив с записями – чуть позже ещё раз просмотрю их, я и лежал на бугре в траве, заложив руки за шлем, наблюдал за ночным небом, ожидая, когда подойдёт назначенное для вылета время. Именно в этот момент Лидия ко мне и подошла со своим вопросом. Что я на него мог ответить? О бабах, конечно.

– Что делать будешь и что в этих письмах всё-таки? – продолжала допытываться сестра.

Я достаточно быстро описал немного отредактированную версию с артефактом «Пророк» – кстати, скоро будет каталог артефактов от Антона, и я займусь этими древностями. Похоже, Кремнев не зря с ними возился, стоящие штучки.

Закончил свой рассказ сестрёнке я на том, что остался должен нордцам.

– Так что освобождаю Норд, даю волю местным, организую им армию и флот и дожидаюсь прибытия наших зорийских нордцев, приму их присягу, и всё. Тогда наша сделка считается законченной.

– Да-а, представляю, как им было тяжело принимать решение. Или гибель ста тысяч молодых соплеменников, или гибель восьмидесяти тысяч профессионалов из прошлого, – пребывая в задумчивости, отстранённо пробормотала Лидия. – Кстати, на Декан же ты их не пустишь?

– Сейчас нет. Хотя уже была предварительная договорённость, нордцы, и наши и эти, входят в нашу империю с особыми условиями. Условия небольшие, не обременительные, я на них пошёл. Из нордцев организуется императорская гвардия, то есть моя гвардия, спецназ, ну и служба на флоте, про телохранителей тему пока не поднимали. Чуть сниженный доход в казну и снижение оплаты за оборудование, нейросети и остальное – вот, в принципе, и всё.

– Да-а, вот карьера у тебя, – едко сказала Лидия. – Из простого технаря в императоры. Хотя, наверное, сестрой императора прикольно быть. Если у тебя, конечно, всё получится.

– Нужно уметь в нужный момент быть там, где происходит этот самый нужный момент, – хмыкнул я.

– Подожди, если они становятся твоими подданными, то почему ты передаёшь им корабли?

– Меня это самого озадачило. Такая просьба странная, и их ответ – мол, для патрульной эскадры Норда, которая должна будет обеспечивать безопасность не только этой системы, но и других, мне показался мало убедительным. Возможно – это просто догадки, – но мне кажется, нордцы, когда я закончу выполнять свою сторону договора, откажутся давать мне присягу. Это не только мне в голову пришло, но и моему второму «я» из прошлого. Он со мной этой мыслью и поделился. В принципе я с ним согласен, странно это всё. Если не захотят ко мне под руку идти, то и не надо. У меня всё ещё имеется остаточное чувство неприязни к ним, и я его пока не могу перебороть. Империю можно построить и без нордцев, я на это легко пойду, хоть становление империи и затянется. Немного, но всё же.

– Подожди, если ты там видел будущее, то и присяга там должна быть, – вспомнила и предположила сестрёнка.

– Он видел, – не стал я отрицать. – Видел, как пришла эскадра, как был салют со старсейвера, праздник и остальное. Только вот нордцы начали затягивать на неделю с церемонией. Мол, у них не всё готово, но особо и не подготавливаясь, а дальше тот «я» не видел, кристалл рассыпался, и что дальше, неизвестно. Я могу только предположить, что после затягивания времени старейшины просто отказались от этой договорённости, мол, она им не в тему. Тем более никаких письменных обязательств не было, лишь устное соглашение. Да ещё я из будущего торопился отбыть, нордцы все покинули систему Декана, и бабушка с сестричками там остались одни. Бабуля с обороной, конечно, справится, но я хотел вернуться побыстрее. Вот в принципе и всё.

– Да уж. Накрутил так, что мозги набекрень свешиваются, как ты любишь говорить.

– Немного не так, но ты права. Намутила тут с нами Судьба. Ладно, время подходит, а тебе с отобранными партизанами ещё до катера сорок минут идти. Выдвигайся, потом вместе взлетим и поднимемся.

– Ага, я тогда пошла.

Ночь была достаточно светла, планета спутника не имела, а свет звёзд не дотягивал до дна каньона, но всё же прибор ночного видения в шлеме давал достаточно чёткую картинку, хоть и в тёмных тонах. Обе блондинки сидели рядом во время нашего разговора, молча сидели, ожидая, когда мы закончим. Слышать они нас не слышали, общались мы по шифрованной связи, так что когда Лидия убежала, махнув им рукой, чтобы они оставались на месте, то синхронно с некоторым испугом посмотрели на меня. Обе девчушки были в новеньких комбезах, которые то и дело поправляли, хотя складок и не имелось, и ласково поглаживали ботинки с ребристой подошвой, которые были у них на ногах. В общем, полный комплект, включая пояс с батареями, компом, аптечкой и остальным. Пользоваться они ими пока не могли, никто их не учил, вот Лидия сама настроила им и подогнала комбезы. Ничего, время будет, подучит.

Свет от костра до бугра, где я лежал, не доставал, и невесты меня практически не видели, а Лидия, у которой на плече работал фонарь, убежала, поэтому пришлось включить свой, чтобы обе девушки хоть что-то видели.

От костра, собравшись в компактную группу, отделилось тринадцать парней и девчат, по виду не младше восемнадцати. Шли они во главе с Мином, а того вела Лидия, направившись к расселине, чтобы подняться наверх. Катер я её нашёл с помощью дронов, так что там было пока безопасно, ну а нам оставалось ждать. Оставшиеся партизаны продолжили куковать у костра, многие спали, а я продолжил размышлять, велев девчатам пока лечь рядом, отправимся мы не скоро, полчаса у них есть, нечего мозоли на попах отсиживать.

За вечер и часть ночи мои дроны засекли ещё шестерых беглянок, которых также привели в наш лагерь. Как только мы улетим, оставшиеся партизаны покинут каньон, именно поэтому многие давно уже спали, набираясь сил. Лидия дала им мощную переносную радиостанцию, поэтому связь у нас будет. Та имела настроенный шифрованный канал. Правда с орбиты наше общение могут засечь, поэтому придётся спускаться сюда, здесь уже общаться можно будет без проблем. Без опаски, что нас обнаружат в эфире.

Наконец дроны показали, что Лидия на подходе, да и она сама прислала подтверждение, поэтому я встал, поднял своих невест – я уже смирился с этим – и направился к шаттлу, на ходу отдав приказ дронам спуститься. От костра отделилась мальчишеская фигура и бросилась за нами следом. Его Лидия определила третьим пассажиром, я решил брать предельное количество людей, все три пассажира худосочные, хоть и крепкие из-за двойного тяготения, думаю, смогут втиснуться. Парнишку звали Эриком, ему было восемнадцать, он имел достаточно высокий интеллект, поэтому Лидия и решила его брать. У него было двести три единицы, идеал для инженера, а нордцам понадобится инженер, пусть он пока учится, поднимая базы, нужные у Лидии в закромах были, пока его соотечественники будут заниматься освобождением планеты. Ну, а уж потом на его плечи ляжет вся тяжесть возрождения нормальной обороны Норда. Конечно, у тех, что с Зорин, были свои инженеры, точнее один, два других дали мне присягу и вернутся со мной с остальными ребятами и девчатами на Декан, так что ещё один спец нордцам не помешает. Я честно исполнял возложенные на меня обязательства.

Сняв маскировку, я открыл вход в кабину и первым протиснулся на место пилота, комментируя, как и кому куда лезть следом. Девчата разместились в грузовом отсеке, тем более тот был полупустым, в тесноте, валетом, но всё же уместились, а вот паренька пришлось усаживать рядом, на край кресла, места для него больше не было. Вот в такой жуткой тесноте я и поднял свой шаттл. Ничего, лететь не сутки, всего несколько часов, выдержим. Мне пришлось загерметизировать свой бронекостюм и перейти на внутреннюю циркуляцию, чтобы система жизнеобеспечения шаттла работала не на пределе.

Когда шаттл поднялся над каньоном, я стал поднимать его выше, а за мной следом шёл катер с Лидией и другими партизанами. Окно уже начало тут действовать, поэтому мы незамеченными поднялись на орбиту и ушли в глубь системы. Отклика от моего дроида-разведчика, ломавшего один из судов клана, пока не было, ничего, подождём. Тот «я» из прошлого уже подтвердил, что дроид начал взлом. Более того, он передал мне коды доступа к искинам всех кораблей, что находятся на орбите, и тех, что скоро прибудут с наследницей. Что упрощало их захват на порядок. Фактически с подобными знаниями, что я получил, у бандитов не было никаких шансов, чтобы как-то противостоять мне. Реально никаких шансов.

До «Светляка» Лидии мы добрались без проблем. Тот был укрыт довольно далеко от моего «Зоркого», но зато спрятан хорошо, тут сестричка постаралась. Немаленькую тушу среднего крейсера, который я переделал в рейдер с приличными трюмами, она умудрилась укрыть в скоплении мелких обломков. Радар у шаттла был неплох, всё же разведывательная эксклюзивная вещь, так что я проверил. Действительно незаметен.

У этого типа боевых кораблей имелась лётная палуба, крохотная – на один бот или пару челноков, но всё же. Именно этим обусловливался мой выбор. По сравнению с другими авианесущими кораблями, «Светляк» был крохой. На подлёте Лидия дистанционно запустила открытие бронестворок, отчего часть брони стал отходить в сторону, открывая лётную палубу и давая мне возможность рассмотреть, что одна из площадок занята челноком, а вторая, видимо, предназначалась для катера. Ничего, шаттл у меня кроха, в любом месте встать смогу. Так и оказалось.

Первым встал на опоры катер Лидии, и только уже потом я завёл на лётную палубу своё судно. Я проткнул силовую защитную плёнку и поставил шаттл между челноком и катером. Борта едва-едва не касались соседних машин, но всё же посадка прошла штатно.

– Всё, прилетели, можно покинуть борт судна. Извините, что во время полёта стюардессы не разносили напитки, – бодро сказал я, активируя открытие створки шлюза.

Паренёк весь занемел, так что пришлось ему помогать выбраться через верхний шлюзовой вход из шаттла. Но всё же тот, неловко двигая конечностями и набив пару шишек, выбрался и спустился на лётную палубу. Потом я уж и девчат выпустил, тоже помог им выбраться.

Лидия и остальные партизаны ждали нас у входа, поэтому мы немедленно направились каждый по своим делам. Сестричка повела невест в мои апартаменты, они ещё малы, чтобы им нейросеть ставить, хотя по нашему опыту это и возможно, подумаю ещё, а остальных я повёл в медсекцию. Сняв шлем и закрепив его на плече, я бодро шагал по коридорам крейсера. В принципе долго идти не пришлось, до медбокса было сорок метров, нужно лишь пройти до лифтового холла, спуститься по лестнице на этаж ниже – и готово, вот она медсекция.

Когда мы прошли дезинфекцию, то в холле я велел Мину выстроить одетых в медицинские халаты добровольцев в одну шеренгу.

– Приказ выполнен, – сообщил тот, бросив придирчивый взгляд на своих соплеменников.

– Значит, так. Задача у нас на данный момент одна. Освободить Норд и его население от фактического, да что я говорю, прямого рабства. Вы первые из нордцев, кто пойдёт в бой, по этим кондициям, исключая трёх человек, вас и выбирали. Вашими специальностями будут «сержанты десанта», двое «офицеры десанта», дополнительные специальности подберете сами. Это «сапёр», «пилот атмосферной техники», «водитель бронетехники» и «разведчик». Вам установят нейросети «Штурмовик-3» третьего поколения, двум будущим офицерам «Штурмовик-ЗМ», который является переходным оборудованием между третьим и четвёртым поколениями. Они помощнее и имеют дополнительные опции. У нас их, в отличие от «троек», не так уж и много, поэтому устанавливаться они будут только офицерам… Что у вас?

Паренёк, что поднял руку, спросил:

– А трое, про которых вы говорили, что получат?

– Тройка других – это бойцы технического, медицинского и транспортного обеспечения. Проще говоря, вот эти две девушки и этот паренёк станут пилотом, медиком и инженером. Они получат соответствующие нейросети и базы знаний. Я могу принимать экзамены и ставить необходимые метки на нейросети, что позволит вам управлять оборудованием прошлых лет. Ещё нужен техник, мы не все направления закрыли, но пока его не подобрали. Есть добровольцы?

Партизаны стали переглядываться, никто не хотел терять специальность штурмовика, Тогда я пообещал добровольцу залить эти базы, поэтому успел самый шустрый, сделавший шаг вперёд.

– Хорошо. Теперь первая тройка за мной, остальные могут устроиться на диванах и стульях, как ваша очередь придет на установку нейросетей и имплантов, я вас вызову.

Первые пациенты оказались грязные. Когда я их положил в диагностические капсулы – их было две, – пришлось включать процедуру очистки, снимая показания интеллекта и вводя их в карты ФПИ – это первые документы, что они получат на руки. Лидия к этому моменту уже устроила девчат у меня в комнате и прибежала с контейнером со склада. Я ей заказал нейросети и импланты, вот она набрала всё, что нужно, и принесла. Вернее, технический дроид принёс. Она сзади шла. Так что, как только я получил нужное оборудование, сразу уже уложил первую тройку в капсулы кибердокторов, положил в приёмники нейросети и импланты, после чего запустил процедуру установки. Сейчас устанавливались нейросети для двух офицеров десанта и для инженера. Ему я ставил «Инженер-5М», лучше у меня просто не было, это из вторичных нейросетей. Ему же ставил и импланты того же пятого поколения. Пять штук, больше эта сеть не тянула. У офицеров по четыре импланта максимум, а у простых штурмовиков-сержантов – по три импланта. Они были такого же поколения, к тому же, к счастью, имелись на руках, так что я также запустил их установку.

Пока шла установка первым трём пациентам, у будущего инженера она шла дольше, я успел прогнать через диагносты остальных и составить им карты ФПИ, куда собирался внести их личные данные. Всё согласно довоенным протоколам прошлого.

Так как я имел сертификат врача третьей категории, искин медцентра «Бастиона», что на Декане, подтвердил эту категорию мне и бабушке. Она пока в свободное время учила на вторую, по ночам, когда сестрички спали, больше у неё времени не было. Так вот, с категорией врача я мог проводить операции, устанавливать и снимать нейросети и импланты, производить мнемоскопирование, лечить, восстанавливать и отращивать утраченное. В общем, много что. Так что мне не составило труда сразу расписать порядок операций для всех пациентов, и осталось только претворить его в жизнь.

– Закончила? – спросил я у Лидии, когда оба будущих офицера, один из них Мин, поднялись с лож капсул кибердокторов.

Тему вопроса она знала, поэтому я не уточнял. Так как партизанам предстоит провести на корабле несколько дней, вполне возможно недель, им нужно было предоставить временное жильё на борту. Я сразу попросил обеспечить сестрёнку их удобствами. Крейсер имел порядка тридцати кают и без напряга системы жизнеобеспечения способен вместить сорок пять человек.

– Закончила, провела расконсервацию шести двухместных и трёх одноместных кают. Офицеров и инженера в одноместные, остальных в двухместные, включая обеих девчат. Честно говоря, я бы их не взяла, но они показали высокий уровень интеллекта, для врача и пилота это очень важно, да и не так опасно.

– Согласен, – кивнул я, наблюдая, как оба партизана надевают стандартные десантные комбинезоны с интегрированными брониками. Офицерских у нас было мало, поэтому всем штурмовикам я решил выдавать именно такие комбезы.

– Как прошла установка? – спросил подошедший Мин.

Как пользоваться комбинезоном, он явно знал, подогнал его по фигуре, поприседал, поправил пояс и подошёл к нам. Его напарник, молодой парень лет двадцати пяти проделал те же процедуры, но уже не так уверенно. Вот как раз для него комбез был непривычен, впервые он его надел. Оружия ни у кого из партизан не было, это было одно из условий – оставить его на планете, поэтому многие из добровольцев чувствовали себя неуверенно. Хотя на ремнях у обоих будущих офицеров как раз кобуры были, но пустые. Потом выдам им оружие, когда базы поднимут на нужный уровень.

– Установка прошла штатно. У вас новенькие нейросети, не вторичные, поэтому сети активируются достаточно быстро. Сейчас моя сестра вас отведёт в выделенные каюты, там отдохнете, ожидая, когда появится картинка операционной системы нейросети. Сети у вас запустятся примерно через шесть часов. Ничего не делайте, но через пару часов попробуйте поработать с ними, настраивая под себя. Чтобы понять, как пользоваться ими, я сбросил небольшие инструкции вам в память симбиота, найдёте их в папках «Загрузка». Поясню проще. Заходите в «Меню», раздел «Память», и далее «Загрузка». Там активируете инструкцию и внимательно её изучите, а через сутки после активации сети начнёте плотно учить базы знаний в учебных капсулах. У нас их четыре. По очереди будете учить. Я подготовлю вам пакет баз. Какую дополнительную специальность хотите получить? Выбрали уже?

– Сапёр, – кивнул Мин.

– Разведчик, – ответил второй партизан.

– Хорошо, я подготовлю нужные пакеты баз. На этом всё, идите за сестрой и внимательно слушайте её инструкции, где будете жить, куда можно ходить, а куда нет. Это боевой корабль, и тут свои внутрикорабельные правила, которые нужно соблюдать.

Будущие офицеры ушли за сестрой, а я начал укладку следующих пациентов, обеих девчат – нужен пилот и врач, ну или хотя бы сертифицированный медик. Пока я общался с первыми партизанами, прошедшими операции по установкам сетей, капсулы, дистанционно управляемые мной, провели процедуры очистки и уже были готовы к следующей работе. Девушки, немного смущаясь, сняли халаты, легли в капсулы, и крышки закрылись. Нейросети и импланты я им уже положил в приёмники, поэтому стал настраивать компы капсул на операции, после чего те штатно начались. Одной я ставил «Пилот-3», с тремя имплантами усиления, другой «Медик-3», других нейросетей у меня не было. И с ними можно нормально работать. Просто базы знаний чуть медленнее будут учиться, но с их уровнем интеллекта это не существенно. С учётом того, что нейросети сейчас ценятся дороже жизни, я делал каждому пациенту королевский, вернее даже императорский подарок. Всё для того, чтобы освободить Норд, и в будущем они станут элитой своего народа, что прекрасно понимают.

Вот так вот я и поставил на поток обучение. Окон, чтобы спуститься на Норд и набрать ещё добровольцев, пока не было, следующее образуется через сутки, вот мы с сестрёнкой и пахали на установках и обеспечении проживания партизан. Остальных, кому ещё не сделали операции, отвели в каюты, чтобы они осваивались и не томились в нетерпении. Так что за двенадцать часов я установил всем партизанам по сети и комплекту имплантов, изрядно подняв этим их возможности.

Лидия тоже не сидела без дела, кроме того что прописала их временно в каютах, выдала комбезы и простенькие считыватели, чтобы те переливали базы в памяти сетей, также она познакомила всех, кто отдыхал или ожидал своей очереди, с кораблём. То есть показала, где кают-компания, научив вручную запускать галопроектор с фильмами, ну и где столовая на двадцать человек. Пищевым синтезатором партизаны пользовались с охоткой и с удовольствием. Санузлами она их тоже научила пользоваться, показывая, что и как. Не на примере, в основном устно объясняла.

Конечно, в первое время были проблемы, непривычные к слабой для нас стандартной гравитации, они были в первое время резки в движениях, но потом ничего, несколько часов, и уже начала появляться привычка ходить и двигаться осторожно. Лишь пару разбитых случайными жестами пластиковых панелей поменяли, вот и всё.

После того как я закончил, вернулся в каюту и буквально упал на кровать и быстро уснул. Я тут уже был, менял «Хамелеон» на пилотский комбез, так что знал, где тут и что находится. В принципе и так знал, я же эти помещения проектировал и строил, вот только обстановку создавала уже Лидия. Девчата спали в соседней комнате, там Лидия две койки поставила из запасников, а я устроился в своей спальне.

Проснулся я через пять часов по сигналу зуммера. Моя сеть напоминала, что пора вставать и лететь за следующей порцией партизан. Чем больше я успею за первое время подготовить себе помощников для перехвата обороны, тем лучше.

– Что? – я потряс головой, прогоняя остатки сна, мне показалось, я не расслышал ответ управляющего искина «Светляка».

– Повторяю. Ваша сестра Лидия, капитан и пилот крейсера, час назад вылетела на разведывательном катере в сторону планеты Норд. Она оставила вам устное сообщение: «Спи, братик, я всё сама сделаю, привезу кого нужно, а ты отдыхай».

– Чёрт знает что, – пробормотал я и сладко зевнул, после чего вернулся в постель и снова уснул, предварительно отдав приказ искину будить меня, когда катер будет на подлёте.

Тот разбудил меня почти сразу. Мне так показалось, но по часам на рабочем столе сети прошло шесть часов. По крайней мере, я выспался и чувствовал себя прекрасно. Выяснил, где невесты – те гуляли по коридорам корабля, им не везде был доступ, но искин выделил им дроида, и тот проводил экскурсию. Через того с ними общался сам управляющий искин. Остальные пассажиры тоже были кто где. Кто всё ещё спал, кто завтракал – было раннее утро.

Так вот, выяснив, где девчата, и приняв душ, я оделся и покинул каюту. Катер уже был на подлёте, маневрировал в обломках, готовясь совершить посадку на лётную палубу, куда я как раз направлялся. Если кому показалось, что мы как-то с небрежностью отнеслись к возможному захвату, то есть своей безопасности, то это не так. Катер просканировали, получили несколько кодов опознавания, и сейчас на лётной палубе ожидало два штурмовых дроида. Мало ли.

Как оказалось, я зря навёл такой переполох, прибыли именно те, кого мы и ждали. В салон катера как-то умудрилось втиснуться четырнадцать парней и две девушки. Даже в кабине у сестры двое сидели на полу. Места больше просто не было.

– Не стоим, выходим и строимся, – скомандовал я, встав у шлюзовой двери катера.

Чтобы новички особо сильно не напрягались, я заранее вызвал Мина и одну из девчат, ту, что медик. Пока катер маневрировал у крейсера, готовясь совершить посадку, я выяснил у обоих, что нейросети у них активировались ещё вчера и они готовы к учёбе, поэтому пообещал первую четвёрку положить в обучающие капсулы, а остальных, кому хватит, в лечебные. У нас в медсекции было четыре учебных, шесть лечебных, три капсулы кибердоктора, четыре реаниматора и два диагноста, не считая другого медицинского оборудования.

Дальше командовал Мин, которого новички явно знали, хотя много было незнакомых лиц. Так вот, пока Мин их строил, а он в Сопротивлении имел как раз офицерский чин – капитана, я спросил у Лидии, имевшей усталый вид:

– Откуда новенькие?

– Ох, и не спрашивай. Навелась по их рации и села неподалёку от одной из лесных баз, там сотни полторы сопротивленцев было, не считай тех, что мы знаем. Отобрала лучший материал и вот привезла. Много народу было, думала, не долетим. В следующий раз меньше возьму. Устала. На взлёте чуть не попалась, бот бандитский мимо пролетал, но, к счастью, не заметили.

– Я сам со всеми закончу, так что иди к себе, прими душ и выспись. Ты молодец, хотя я тебя за своеволие и хотел поругать.

Сестричка устало улыбнулась и направилась к выходу, а я повёл новичков за собой, Мин ушёл за первой партией пациентов, пора им начинать усваивать базы. В мед секции я начал проводить те же процедуры, прогнал всех через режим дезинфекции, потом через диагносты и положил первую партию в капсулы кибердокторов. Я ещё вчера сделал запас сетей и имплантов, и не пришлось бегать за ними на склад. Так вот, пока одни ожидали своей очереди в халатах, а у тройки началась процедура внедрения симбиотов и имплантов – в этот раз все планировались будущими штурмовиками, лишь двое пилотами, – так вот, появилась свободная секунда, и я, достав из ящика стола врача медсекции – это было его штатное место – кофр с базами знаний, стал формировать пакеты баз для офицеров, сержантов, медика, пилотов, ну и инженера.

Начал с инженера. Первая партия пациентов уже была тут, в медсекции, общалась с новичками, так что, сформировав первые пакеты – десять штук, по количеству капсул, – я начал их вызывать. Инженера, пилота и обоих офицеров положил в учебные капсулы, им нужно было поднимать свои знания как можно быстрее, после чего через компы капсул по очереди перелил к ним на сети базы знаний с кристаллов, которые после этого осыпались пылью, и запустил процедуру учёбы. Выдал я основные специальности, формированием пакета баз для дополнительных пока не занимался. Просто не было времени.

Потом занялся остальными. Медика, техника и четырёх сержантов десанта уложил в лечебные капсулы. Остались ещё трое сержантов. Подумав, я уложил их в реаниматоры и быстро сформировал им пакеты баз знаний по специальностям. Сами реаниматоры для учёбы не предназначены, но всё же провести эту процедуру могут. Конечно, скорость поднимется лишь в два раза, но это лучше, чем просто так учить. Всех их я положил на максимум – десять дней. Базы знаний выдал собственноручно созданными пакетами. В офицерский пакет входило девять баз: «Боевая тактика и планирование» четвёртого ранга, «Тактика малых групп», «Офицер флота», «Стрелок» и «Специализированный бой» третьего ранга, «Боевые дроиды и дроны», «Стрелковое оружие» и «Бронекостюмы и скафы» второго ранга и «Устав военного флота Содружества» первого ранга. У сержантов десанта попроще. У них были «Тактика малых групп» и «Стрелок» третьего ранга, «Специализированный бой», «Боевые дроиды и дроны», «Стрелковое оружие» и «бронекостюмы и скафы» второго ранга и «устав военного флота Содружества» первого ранга.

Этот пакет баз даст достаточно знаний для боев как на планете, так и в космосе, на космических объектах. Больше давать – нет времени ни учить, ни осваивать. Этого уровня вполне хватит, чтобы сделать из партизан приличных, я бы даже сказал, отличных солдат этого времени. По крайней мере, они будут на одном уровне с бандитами, даже чуть выше, возможности последних я знал хорошо после допросов пленных.

Пилот и медик также получили пакеты баз не выше третьего ранга, пилот должен был сдать на сертификат «Пилота малого корабля», медик на медтехника, на врача ему учиться пока рано, пусть то, что имеет из знаний, поднимет для лечения своих товарищей. Реаниматор и пару лечебных капсул я ей выделю, так что будет, на чём девушке работать. Вот инженер получил базы пятого ранга – это минимум для получения метки сертификата специальности, но думаю, ему хватит. Пусть спасибо скажет, что у Лидии хоть это нашлось. Всё у неё было, но вот аппаратуры мнемоскопирования не имелось. Она была на «Зорком», но слетать к нему у меня не было времени.

Вообще не было, даже присесть отдохнуть. Ведь уложив первых пациентов в капсулы на обучение, я плотно занялся остальными. Устроил их в каютах, прописал в списках корабля – каюты были расконсервированы Лидией перед отлётом, причём все. Хватит заселить сорок человек. Так вот, устроив их в каютах, я смотался на склад подобрать вещевое имущество, те же комбезы и считыватели, их у нас хватало, не жадничали. Кто по какой специальности шёл, тот такой комбез и получал.

Так вот и шло время. Поднимал из операционных капсул одних, укладывал других, а тех, кто покинул капсулы после операции, отводил в каюты, чтобы они пришли в себя и переоделись. Это всё за десять часов, что изрядно поднапрягло меня, очень уж я устал, даже ужин пропустил, хотя Олла, одна из невест, и приходила меня звать, потом вообще принесла ужин на рабочее место, хоть так поел. В общем, думаю, понятно, в каком состоянии меня застала свежая и отдохнувшая Лидия.

– Устал? – сочувственно спросил она. – Много ещё?

– Эти двое последние. У двух первых троек уже сети запустились. Шустро работают. Они сейчас их осваивают. Я им дал ограниченный доступ к корабельной сети, чтобы освоили возможность отправки сообщений через симбиоты. Учатся потихоньку.

– А учить как, ведь все капсулы заняты?

– Эти первые будут костяком боевой группы, остальные успеют поднять базы едва ли до второго ранга и освоить их, этого вполне хватит для моих целей, а поднимать базы дальше они позже будут, там уже у них появится время. Я думаю, новичков, что ты привезла второй партией, этой ночью нужно спустить на планету и взять следующих, так и будем работать конвейером. Я отберу себе тех, кто мне подойдёт для планов на будущее, остальными пополним подразделения Сопротивления. Учиться они смогут и на планете, мы им для этого особо не нужны. Вот если потребуются метки специальностей на нейросети, тогда да, без нашего оборудования и нас самих не обойтись. Но эти метки, как ты знаешь, им пока не особо нужны, главное – уметь обращаться с оружием и воевать, а это мы им дадим с базами знаний. Считыватели у всех, я сформировал пакеты баз, так что сразу передал их на руки. В последней партии почти все штурмовики, три офицера, остальные сержанты, что рядовым составом будут командовать, да два пилота. Для боёв в космосе мне хватит двух хорошо вооружённых и оснащённых взводов, так что остальных направим на планету, пусть там мятеж поднимают… Сколько у тебя оружия и защиты в трюме?

– Стандартных пехотных излучателей два средних контейнера.

– С боезапасом их там помещается по пятьсот штук. Уже неплохо, – прикинул я. – Это оружие для наземных боёв, что ещё есть?

– Сотня «Бизонов», штурмовых комплексов, сотня АК-автоматов, пятьсот бронекостюмов «Парль», сотня штурмовых скафов пятого поколения «Иген» – ты откуда-то приволок это старьё, ну и три десятка разведывательных скафов того же поколения модели «Тон». Ты их вместе с «Игенами» из одного рейда притащил.

– Самое то, молодец. «Игены» в два штурмовых взвода, что будут захватывать корабли бандитов в системе, разведчиков им же, их маскировки хватит для тайного и незаметного проникновения. Дальше уже дело техники и набранного из баз знаний опыта. Сейчас подниму эту двойку из капсул и сформирую с десяток комплектов баз знаний разведчиков. Нужно хотя бы пятерых обучить. Такие бойцы всегда пригодятся. Один комплект разведчика нужен офицерский.

– Тебе решать, я в этом всё равно не понимаю, – фыркнула сестрица. – Через шесть часов я улетаю за следующей партией. Нужно что?

– Комплекты баз у тебя не полные, нужно оборудование мнемоскопирования. Слетай за «Зорким» и подгони его к «Светляку».

– Сейчас слетаю на твоём шаттле. Пришвартую твой разведчик ко второму шлюзу. Потом там его найдёшь.

– Лады. Всё, у меня окончание процедуры операции, пойду пациентов поднимать, – устало вздохнув, сказал я и направился в операционный бокс.

Через десять минут, отведя пациентов к себе в каюты – пускай полежат, придут в себя перед отлётом, – я вернулся в медсекцию. Капсулы кибердокторов уже прошли процедуры очистки и встали на режим ожидания, поэтому я занялся, как и хотел, формированием пакета баз знаний по специальности разведчиков.

На этом было всё, вторая группа пациентов пока ещё осваивалась, базы знаний им пока рано было давать, перед отлётом с Норда это Лидия сделает. Она передаст на планете каждому по баулу с оружием, бронекостюмом и остальной экипировкой, поэтому, приняв душ и посмотрев на спящих невест – те меня не дождались, ушёл к себе и, завалившись на кровать, спокойно уснул.

* * *

Так и прошла следующая неделя, пока в сонной системе Норда не произошли изменения. Нет, это не касалось полутора сотен партизан, что за это время у нас на «Светляке» прошли операции по установкам симбиотов и имплантов, просто в систему вошла группа из трёх судов, которую я ждал. Вышли из гипера на краю системы секунда в секунду, согласно полученным от молодого меня сведениям.

За эту неделю произошло достаточно изменений. Лидия каждую ночь, когда образовывалось окно в системе наблюдения и охраны планеты, увозила на Норд добровольцев, коим уже установили симбиоты, и привозила молодняк, которым ещё предстояло пройти через всё это. Также она увезла с ними бронекостюмы, амуницию и оружие. Каждому, кто отправлялся обратно на планету с нейросетью в голове и с пакетами баз, выдавалось всё это. Так что за эти недели на корабле не было толп народа: полтора десятка человек, обычно в капсулах, уже какой день учатся, да временами пока идут операции, новички ожидают и отдыхают в каютах. Дроиды-уборщики работают на износ. Каждые сутки нужно убираться, так как появляются новые постояльцы.

Особо я не вникал в то, что происходит на планете, да и там информацию о нас держали в жутком секрете. Пятым рейсом прибыли на борт трое старейшин, вот с ним я и пообщался. Помощь из прошлого помогла, один из старейшин, когда я ему шепнул про внучек, уже не смотрел на меня волком. Одним словом, мы договорились. Много информации выдавать не хотелось, но я сообщил, что через два месяца сюда придёт эскадра под управлением зорийских нордцев. Те до этого жили на другой планете, но наконец с моей помощью смогут перебраться к ним. Помогаю я Норду и нордцам по их просьбе, они же выполнили мою, вернее заканчивают выполнять. Так что вскорости их стоит ждать, но до этого я должен согласно нашему соглашению освободить их соотечественников от рабства и кабалы. Вот в принципе и всё. То есть никаких договоров или соглашений я с ними не заключал, просто известил, что оказываю помощь по просьбе их иномирных соплеменников.

За семь дней капсулы из первой партии покинули только сержанты, их места заняли офицеры, технари, пилот и трое разведчиков. Эта группа как раз не отправилась на планету, их я приберёг для себя, начав формировать боевое подразделение. Офицеров не было, поэтому я поставил старшим одного из сержантов – того, что имел более смышлёное лицо, вот он и занялся подразделением. Им старшины отдали приказ во всём помогать мне, так что слушали они меня очень внимательно. Офицеров среди партизан хватало, вот и с последней партией отправил на планету двух человек. Пока они ещё не профессионалы, но эти двое пробыли у нас лишние сутки из-за старейшин, поэтому успели слегка подучиться. Немного подняли – все базы по первому рангу, один так вообще одну из баз во второй ранг поднял. Шустрый малый. Так что уже кое-что они знали, чтобы хотя бы понимать что происходит. Так что вся тяжесть должна была лечь на сержантов, эти офицеры пока не дееспособны, а должны на планете продолжить учиться. Так же, в режиме сна. У них до месяца впереди, успеют. Да и сержанты поднатаскают рядовой состав. Лидия следующими рейсами им должна спустить сотню бронекостюмов и столько же пехотных излучателей. Короче говоря, практически для полной пехотной роты без тяжёлого вооружения. Сестрёнка быстро собиралась и его просто не взяла, даже боевых дронов не было. Надеюсь, они не понадобятся, всё же работорговцы стараются вооружение на планету не спускать, как-никак оно может быть повёрнуто против них, так что в руках их помощников на планете очень мало вооружения. В основном местное, колюще-режущее.

Помимо этой помощи в оружии, обеспечении и защите я сдал старейшинам два склада территориальной обороны, которые пока были никем не обнаружены. Если им удастся в них проникнуть и складированное имущество цело, этого хватит вооружить пару дивизий, не меньше. Одного всё же недоучившегося техника я с ними отправил в помощь для взлома, нужные знания и оборудование я ему дал. Он базы, правда, только до второго ранга поднял, но время есть, вскроет.

Так что, как уже говорил, я устанавливал импланты, которые довольно быстро заканчивались, часть пациентов оставлял на борту, остальным считыватель и комплекты баз в зубы, и сразу после операции отправлял обратно на планету. Там подучатся. По просьбе старейшин я подготовил два десятка механиков по атмосферной и наземной технике, пилотов, водителей, артиллеристов и сапёров.

Если склады вскроют, они будут квалифицированным костяком при формировании подразделений. Офицеры и сержанты будут командовать ими. Старейшинам я ясно сообщил, что орбитальную группировку возьму на себя, а вот тех, кто на планете – в основном администрацию и их охрану – это уже само Сопротивление должно ликвидировать, вот оно и готовилось.

За эту неделю я установил и залил базы знаний двадцати трём офицерам десанта, каждый выбирал ещё дополнительную профессию, многие брали пилотов малых кораблей, их сети позволяли управлять такими судами, а также шестидесяти семи сержантам десанта. Пять десятков из них уже на планете, там учат в естественном сне базы, днём применяя выученное на практике, заодно тренируя рядовых, не имеющих сетей. Было двадцать два пилота малых кораблей и атмосферной техники, шестнадцать механиков и технарей, пять ремонтников, восемь сапёров, двенадцать артиллеристов, трое корабельных техников, четыре медика и два связиста-программиста. Тридцать человек из всего этого состава находилось на борту «Светляка», остальных Лидия с имуществом спустила на планету, чтобы они там продолжали учёбу. Смысла держать их тут не было, капсулы были заняты, а остались только те, кто мне был нужен. Десяток сержантов, один офицер и два разведчика отрабатывали разные приёмы в трюме, тренируясь на захватах кораблей, на ночь ложились в капсулы для дальнейшего подъёма баз, а те, кто учился днём, тренировались ночью. Больше бойцов в принципе мне и не нужно, а то я размахнулся на два взвода. Хватит и полутора десятков. Остальные просто были ценными специалистами и ждали, когда подойдёт их очередь учиться в капсулах. Учились они днём по внутрикорабельному времени.

Когда прозвучал сигнал тревоги, я находился в медсекции, мне доставили очередную партию пациентов, и я с ними работал. Обычно Лидия доставляла двенадцать человек, но в этот раз было тринадцать, поэтому последнего я укладывал одного, остальные тройками уже прошли процедуры. Ещё пять таких заездов с клиентами, и всё, баста, картриджи к капсулам подходили к концу, а взять их пока было негде. На «Светляке» был стандартный запас, и мы быстро его вырабатывали.

Связавшись с Лидией искином «Светляка», я узнал причину сигнала. Выяснилось, что прибыла тройка судов, уже несколько дней ожидаемых мною. Я даже головой покачал, точно в срок пришли, действительно секунда в секунду. Похоже, эти артефакты Древних и на самом деле крутые штучки.

Капсула была настроена так, что крышка сама поднимется и пациент сможет её покинуть, потом сестра отведёт его в каюту, чтобы он отдохнул. Дальше, понятно, считыватель, базы знаний, бронекостюм, оружие, и обратно на планету. Реальный поток у нас шёл.

Быстро покинув медсекцию, я направился в рубку «Зоркого», пристыкованного к борту более крупного собрата, там было оборудование связи и слежения, на два поколения лучше установленного на «Светляке», и видел я с помощью него полсистемы, при этом не обнаруживая себя.

Забежав в рубку, я плюхнулся в кресло пилота и, подсоединив шнуры к нейроразъёмам на руках, расслабился, дальше буду работать сетью и имплантами, тело не понадобится. Проверка показала, что это те самые суда, что мне были нужны, описание сходилось. На среднем, имевшем название «Иго», и находилась та, кто мне был нужен. Зачем мне наследница, я пока не знал, но тот «я», что из прошлого, настоятельно советовал мне её захватить. Не она ли моя четвёртая жена?

Проследив, как суда в течение трёх часов на большой скорости сближаются с планетой, а потом тормозят у большого транспорта, выполнявшего тут функцию терминала, я довольно кивнул. План уже давно был сформирован, мой диверсант «Тень» вернулся на борт «Зоркого», перепрограммировав искины всех судов, так что пираты ещё не знали, что их лоханки уже не их, а мои. Пока я это не демонстрировал. Да и не знали бандиты обо мне, так что, думаю, их ждёт немалый сюрприз. Кто-то удивится, как так – за неполную неделю взломать управляющие искины у двух с половиной десятков судов, когда успел, если только на то, чтобы незаметно пробраться в рубку, нужно несколько дней? Я же отвечу, что это возможно, причём зная коды – даже просто. Мне на шаттле удалось, сблизившись на максимальное расстояние с судном бандитов, связаться с дроидом и передать ему несколькими пакетами новые приказы. Там были коды ко всем искинам и поэтапно указано, как их перепрограммировать. Дальше просто. Дроид тут же перепрограммировал два наличных искина, что стояли на древнем рейдере бандитов, бывшем ранее сухогрузом, после чего, покинув судно, перебрался на линкор. Перепрограммировал его искины, и с него уже отправлял сигналы, используя антенну связи флагмана эскадры, на другие корабли, взял их под контроль, ну и сам линкор, конечно же. Мне самому эти лоханки были не нужны, раскурочены так, что не понятно, как летают, рубки полуразобраны, везде кабели и дополнительное оборудование. Опытных инженеров и техников у них, похоже, не было, да и меток сертификатов специальности у пилотов, вот и приходилось ломать искины так, что те работали вполсилы, отчего приходилось что-то добавлять, иначе суда просто бы не летали и не стреляли. Половина оборудования у них была отключена или вообще не комплектна. Я же готовил профессиональных техников и пилотов с метками о сдаче специальности. Когда суда станут принадлежать нордцам, техники и инженер, если подучится к этому моменту, приведут их в порядок… при наличии запчастей, естественно.

Суда пристыковались к терминалу, и дальше уже было не интересно. Коды к искинам новичков у нас были, и сейчас искины большого транспорта просто их перепрограммируют, для этого даже «Тень» не требовалась. Удобно знать будущее, знаете ли. Так что как только все корабли в системе будут под нашим контролем, тогда и начнём. То есть завтра ночью по времени флагмана бандитов, по которому жили экипажи всех судов. То есть атакуем, когда они спят и не ожидают этого. У нас три дня на всё про всё – до прибытия очередного каравана из трёх транспортов, идущих за продовольствием. Шли они под охраной старого авианесущего крейсера. Эти суда и охранника я тоже планировал захватить, нордцам пригодятся, коды к их искинам у нас также были. Именно поэтому одной из партий специально отобранных добровольцев я делал установку нейросетей не солдат, а давал им симбиоты и базы знаний флотских, готовил перегонные команды. Это будущие офицеры флота местных сил самообороны. Пока кроме них у нордцев флотских не имелось, да и эти только четвёртый день поднимают свои базы знаний. Ничего, у них месяц впереди, и я не шутил. Да, я собираюсь завтра ночью захватить все корабли, но нордцы об этом пока не знают, даже готовившаяся штурмовая группа была не в курсе. За этот месяц на Норд должно было прийти четыре каравана и шесть одиночек. Их я так же собирался взять за кукан и экспроприировать. Вот такие у меня были планы. А через месяц уже можно официально освобождать Норд. Причина в таком решении была банальна. Жажда наживы. Один из одиночек, «сталкер», обнаружил и вывез ну очень ценную находку, которая моей империи точно пригодится, и я ставил всё на этот трофей. Завод по производству медоборудования седьмого поколения – это охренительно ценная вещь, и за него действительно стоило побороться. О моих планах знала только сестрёнка, и она была обеими руками за. Должны же мы хоть что-то тут получить.

Недолго послушав переговоры бандитов и ничего нового не услышав, я направился к себе в апартаменты на «Светляке». Пациент уже был в каюте, Лидии через пару часов отправлять его с остальными обратно на планету. Так что пока всё штатно. Я даже не отменил доставку следующей партии, успею её отработать до начала акции.

Девчата весело смотрели фильм в гостиной и только помахали мне руками, посылая воздушные поцелуи. Они за это время, активно пообщавшись с Лидией, она присутствовала тут же, и, насмотревшись фильмов, немного освоились на корабле. Между нами пока ничего не было, мы просто узнавали черты и характеры друг друга, привыкали быть вместе. Девчата в первое время были закомплексованы, но сестрёнка сумела их растормошить. А причина, почему между нами ничего не было, была банальна, тут замуж выходили, сняв первую кровь. То есть та, у которой я буду первым, станет первой и главной женой. Традиции Норда. Вот я и тянул время до встречи с Керри. На роль старшей жены, императрицы, если всё, конечно, получится, она подходила идеально. Само совершенство. Девчатам я это честно объяснил, и они поняли меня.

Приняв душ, я переоделся в домашнюю одежду и вышел к девчатам. Они смотрели юмористические ролики одного комика из прошлого, столько лет прошло, а все равно смешно, простые и лёгкие шутки доходили до всех, поэтому я и решил присоединиться. Взяв из холодильника банку с пивом, я устроился в кресле и сделал первый глоток.

– Они прибыли? – поинтересовалась Лидия, когда я утолил жажду и дальше уже смаковал напиток.

– Да, операция переходит в заключительную фазу, – кивнул я. В момент прибытия сестрёнка спала и не слышала зуммера. – Завтра ночью начинаем. Сегодня отвезёшь и доставишь очередную партию, а следующую ночь всё, баста. Думаю, хватит. Представителю старейшин на планете скажешь, что подошли к концу медпрепараты, просто нечем делать операции.

– Летать рядом с бандитами опасно, – вздохнула та. – Ты их суда, конечно, все взял под контроль незаметно для них, но визуально всё равно засечь могут. Я ведь предлагала перевезти капсулы кибердокторов на планету и делать операции там.

– А я тебе повторю, это нерационально, доставка клиентов к нам более удобна в плане работы и использования медоборудования.

– Ладно, не убедил, но пусть будет. Тут другой вопрос, почему ты так мало людей оставил, не сотню солдат, а всего полтора десятка?

– Больше и не нужно. Да и эти понадобятся или нет, я не знаю, просто подстраховка, силовая группа на всякий случай. Понимаешь, я действительно взял под контроль все суда, скоро и тройка новичков моими станут, если уже не стали, пока подтверждения не было, и я знаю, что от каждого ждать, получил данные с управляющих искинов всех судов. Так вот, их с новичками стало двадцать девять, и экипажи двадцати четырёх я могу уничтожить не сходя с этого места, отчего сами суда перейдут под наш полный контроль, но оставшиеся суда и большой транспорт-терминал взять вот так вот за раз не так уж и просто. Сразу всю команду не уничтожишь, вот и придётся повоевать отобранным мной ребятам. Не зря же они тренируются в невесомости и вакууме у нас в трюме, нарабатывая опыт. Вон, даже боевыми дроидами начали вполне ловко управлять. Справятся. Тревога не сразу поднимется, искины будут блокировать связь, так что это избиение, а не война за планету. Шансов у бандитов нет, я это понимаю, поэтому так спокоен. Главное, чтобы информация до аборигенов не просочилась, это может помешать нашим планам.

Мои невесты не обращали на нас внимания, хотя и понимали, о чём мы, но я контролировал их везде и всегда. Так что информация на сторону не уйдёт.

– Ты сам направишься за этой наследницей?

– К чему? У меня мощный узел связи на «Зорком», все более-менее рабочие дроиды под контролем, дистанционно управлять с разведчика труда не составит. Самому мне там находиться не обязательно.

– Ну-ну, посмотрим.

Несмотря на скептицизм Лидии, всё прошло как по маслу. В принципе, несмотря на новую партию партизан Сопротивленческого корпуса нордцев, времени мне хватило начать подготовительную работу до часа «Икс». Конечно, все планы работают до первого выстрела, но у нас первый выстрел произошёл практически под конец операции, да и то сделан он был не теми, от кого я этого ждал.

Этим днём я поставил первые две метки по сертификатам специальности. Да-да, я это на Норде сделал впервые. Просто мне был необходим пилот малого корабля, я не хотел отправлять в бой Лидию, и один из сержантов, офицер, не поднял пока ещё на достаточную высоту свои базы. Из всех тех, кто проходил обучение, только двое подняли базы на необходимую высоту, вот я и прогнал их через виртуальные тренажёры и поставил метки, иначе большая часть оборудования просто не будет им подчиняться. Для сержанта тот же штурмовой скаф без этой метки просто груда металла, для пилота рубка – то же самое.

Времени было мало, чтобы остальных подтянуть до кондиции, но хоть эти двое смогут воспользоваться своими возможностями на полную, по мере выученных знаний. Катер Лидии был в полной готовности к моменту начала операции, внутри находился пилот, который нервно кусал губы, сидя в кабине, это был её первый не виртуальный вылет. В салоне восемь бойцов, один с меткой в штурмовом скафе и «Бизоном», можно сказать тяжёлая артиллерия, остальные в планетарных бронекостюмах, имеющих встроенные скафы, и с простыми АК-автоматами. У штурмовых скафов и уж тем более стрелковых комплексов «Бизон» были программы опознавания владельца, то есть по меткам они видели, может солдат ими владеть или нет, поэтому получил такое мощное оружие только один сержант, которого я и назначил старшим, остальные не потянут, они не смогут воспользоваться оборудованием в полной мере. Добавлю, тот сержант с меткой и выданным вооружением уделает остальных без проблем, им просто нечего ему будет противопоставить, ни защита, ни оружие не помогут. Реально серьёзное оружие.

Так они и сидели несколько часов в ожидании, когда их направят в бой. Поначалу всё шло хорошо, искины согласно моим приказам проводили открытие шлюзовых, как говорят, «нараспашку», что вызывало взрывную декомпрессию и сброс атмосферы на борту судов в открытый космос. Выживали не многие, дежурные, да и то те, у кого были «живые» комбезы. Правда, таких было большинство, суда у них дышали на ладан, утечки случались часто, так что это вопрос выживания. Семь дежурных сидели вообще в скафандрах. Только вот никому это не помогло, суда-то были под моим контролем, так что вылезали из потолочных ниш турели, где они были, и открывали огонь, боевые дроиды также не оставались без дела, заканчивая начатое. Так что через две минуты после начала акции двадцать пять судов висели пустые, без живых экипажей.

С остальными судами, как я и прикидывал, поначалу возникли проблемы, большая часть экипажей остались живы, они соблюдали инструкции и держали переборки опущенными в ручном режиме, так что там многие выжили, и они начали борьбу за свою жизнь с искинами. Там вмешательство не требовалось, их уничтожение вопрос времени. Хотя не сказать, что всё шло штатно, два челнока, набитых бандитами, смогли отойти от одного из судов, но всё же за критическую черту не заходили.

Наведя прицелы на цель – оба челнока собирались прошмыгнуть мимо старого артиллерийского крейсера – я сделал два выстрела и… промахнулся. Да-да, практически в упор стрелял, и снаряды прошли мимо, уйдя в глубокий космос. Хорошо, на «Зорком» стояла система отслеживания метательных снарядов, поэтому, внеся поправки, я произвёл ещё два выстрела по заметавшимся челнокам и превратил их в конфетти. Состояние судов оказалось ещё хуже, чем я думал, хорошо, что они не мне отойдут. С другой стороны, техникам-нордцам опыт в их восстановлении в будущем пригодится, а они его тут получат просто огромный. Ещё бы, бандиты эксплуатируют суда десятками лет, после чего выбрасывают, находят в космосе другие и кое-как восстанавливают, надеясь, что хоть эти дольше продержатся.

Вот на терминале, как и ожидалось, шло не так гладко. Нет, с недавно прибывшими судами особых проблем не возникло, они перешли под моё управление и избавились от части экипажа. Не от всего, на терминале был бордель из нордок, те там и зависали, а так как я не хотел потерь среди местного населения – они и так потеряли слишком многое, – то действовал осторожно, что приводило к неожиданным результатам. Просто когда взревели баззеры тревоги и дроиды, которые охраняли нордок и нордцев, вдруг повернули оружие против их хозяев, те быстро сориентировались и, собирая оружие с трупов, попытались пойти на прорыв. Пришлось брать руководство на себя и управлять ими, а то перебьют их без командования и защиты. А у меня хоть был продуманный план действий, в который я сразу включил это неожиданное приобретение.

Стадо не стадо, но толпа оказалась трудноуправляемая из-за имеющихся у них претензий к бандитам и жажды крови. Но всё-таки молодцы. Лидеры среди бывшего персонала борделей смогли навести порядок, сформировали несколько групп и оказали мне ту необходимую помощь, которую я собирался возложить на ребят в катере. Так что под конец операции я им дал отбой и отправил отдыхать. Повоевать им нормально не удалось, чем они были изрядно огорчены.

На самом терминале дела закручивались очень серьёзные, там выжило достаточно много бандитов, и они забаррикадировались в трёх местах, благо ничего важного там не было, реакторы и рубка большого транспорта, что тут выполнял роль терминала, были под моим контролем. Сейчас я и занимался решением этой проблемы.

– К тебе можно? – заглянула ко мне на «Зоркий» Лидия.

– Проходи, – устало кивнул я.

– Как ты? Двенадцать часов тут сидишь с момента начала операции. Мне Птах сказал, я проснулась всего два часа назад.

– Нормально. Все суда бандитов, боевые и нет, под моим контролем. Правда, некоторые бандиты выжили. Забаррикадировались в двух местах на терминале, третью группу я ликвидировал три часа назад. Сейчас перехожу ко второй фазе.

– А что за вторая фаза? Я о ней не слышала, – удивился сестрёнка.

– Я говорил, но в общих чертах. Сказал, что как только всё имущество бандитов станет нашим, начну заниматься им. Вот, занимаюсь.

– Ну да, помню, а конкретнее можно?

– Можно. У многих бандитов, а они считаются элитой, стоят нейросети, вторичные-троичные – неважно, так вот, пока есть время, я и занимаюсь сбором тел, сканированием того, что у них установлено, и складированием на будущее. Трюмы терминала обширные, на всех хватит. Вот сейчас и занимаюсь сбором тел. Да ещё помощники на терминале работают.

– Как? Я же видела, что твоя группа силовой поддержки в трюме тренируется, – удивилась сестрёнка.

– О-о-о, для меня это тоже несколько сюрпризом оказалось. Я как-то не принимал в расчёт три борделя, что находятся на терминале в центре развлечения. Так вот, они, как только началось избиение их мучителей, взялись за оружие. Пришлось взять руководство на себя. Так что терминал я контролирую не только дроидами, но и людьми. Часть сейчас отдыхает, часть носит трупы к медсекции, там уже на поток поставлено извлечение симбиотов и имплантов.

– Много их?

– Семьдесят три девушки, двадцать два парня.

– И парни есть?

– Некоторые пираты девушек, скажем так… не любят, да и женщины у них в экипажах тоже есть. Кстати, наследницу взяли, как раз когда она скакала верхом на одном из этих парней. Его привязали к кровати, вот она и развлекалась.

– Красивая?

– О, нет. Телеса, как студни, свисают по краям, некрасивое зрелище, – хмыкнул я. – Сейчас в карцере сидит на судне, на котором прилетела, дроиды охраняют, а то тот парень её чуть не придушил, когда его развязали. Это точно не моя четвёртая будущая жена.

– Помочь?

– Если можно. Я тут сразу двумя ботами дистанционно управляю, гружу тела членов команд судов к ним в трюм. Там на каждом по два технических дроида, а потом перевожу в трюм терминала. Вернее, поначалу так делал, но потом включил в экипажи ботов медицинских дроидов. Нашёл парочку вполне рабочих, хоть и сильно изношенных. Они при приёме сразу диагностируют тела и определяют, где есть ценные импланты и нейросети, а где просто мусор. Тела последних подготавливают к уничтожению. На терминале два больших контейнера, тела убираются туда.

– Сколько сделать успел?

– Два часа работаю, три судна очистил.

– М-да, много работы предстоит, – согласилась Лидия и стала пробираться мимо меня на соседнее кресло, а заметив, что я делаю, удивлённо хмыкнула.

Удивляться было чему. Я ведь не только воевал с выжившими бандитами, стараясь делать это техникой, и таскал ботами тела бандитов на последующие операции по извлечению, но и дистанционно работал в медсекции терминала, а она была вполне неплоха. Правда, капсул кибердокторов там было всего пять, но главное – были и работали. Причём особых проблем с медкартриджами у пиратов не было, видимо один из их «поисковиков» где-то нашёл и распотрошил медсклад.

Удивление Лидии было вызвано тем, что организованные из освобождённых нордцев команды сносили тела погибших бандитов к медсекции, где все пять капсул кибердокторов на износ работали, извлекая под моим управлением сети и импланты. Не у всех, у некоторых сети были непригодны к установкам, но если их импланты считались вполне рабочими, извлекали только их.

Конечно же я не умел управляться с тремя делами сразу, просто ставил задачу, отвлекался от одного, занимался вторым, потом третьим, возвращался к первому, и так по кругу. Когда Лидия сняла с меня проблему перевозки трупов, работала она с огоньком, управляя ботами и дроидами в дистанционном режиме, я занялся двумя другими не менее важными делами. С бандитами ладно, они окружены, деться им некуда, тем более оборона усиливалась, дроиды притаскивали и устанавливали турели на местах возможных прорывов, поэтому я вплотную занялся нордцами и медсекцией. У меня была почти сотня добровольцев, не считая ещё десяток, что лежали в реаниматорах, не все прошли перестрелки на борту без ранений, так что пора озаботиться созданием флотских подразделений. Думаю, это будет приятным сюрпризом старейшинам внизу, а то в основном они планетарные силы готовили.

Отправив вызов командиру нордцев на терминале, я почти сразу увидел его на экране своего пилотского пульта «Зоркого». Ответил тот незамедлительно.

– Командир, – кивнул он, внимательно глядя на меня.

Парень уже успел переодеться, на нём был десантный комбез, на плече весел АК-автомат, но вот привести себя в порядок времени у него не было. Как я помнил по нашим прошлым общениям кровавый мазок на щеке, так он и оставался.

– Настало время того, о чём мы говорили. Три капсулы кибердокторов снимаются с процедур извлечения нейросетей. Готовь людей, будем ставить вам сети. Начнём с диагностов, я хочу знать, чего вы стоите. Предупрежу сразу, выбрать будущие профессии я вам не дам, момент не тот, сам выберу, ориентируясь по количеству единиц интеллекта. Но нужны флотские подразделения, так что скорее всего все вы будете обучаться для экипажей боевых кораблей и других флотских подразделений. Сообщи об этом всем освобожденным.

– Сделаем.

– Я постоянно на связи, сейчас начну руководить вами… Картриджи с медсклада, я смотрю, вы уже доставили, это хорошо. Сейчас вставлю нужные в диагносты и капсулы кибердокторов, и начнём первые процедуры по диагностированию и установкам…

Лидия, сидевшая в соседнем кресле, не отвлекаясь от своих работ, с интересом слушала, как я работаю. Наблюдала на экранах, как меддроиды готовили капсулы, как легли первые нордцы в четыре капсулы диагностов, а потом трое уже в капсулы кибердокторов, и как крышки закрылись, погружая их в сон. К этому времени были извлечены уже три десятка сетей из трупов и около сотни имплантов, я определил уровень у этой четверки, только у одного он был выше пилотского минимума, вот и подобрал им сети из списка. Тому, что имел самый высокий интеллект, я запустил установку сети «Управленец-4ЕМ», то есть сознательно выбрал его на должность начальника тыла флота, собираясь закачать необходимые базы – они были в запасах, привезённых сестрёнкой. То есть нужен был крепкий тыл, на нём всё держится, и я сделал первые шаги к этому, готовя специалиста. Двум другим парням, что легли в капсулы, я выбрал техническую специальность – в будущем они станут корабельными техниками. Как раз в списке извлечённых были две одинаковых сети «Техник-4Е», тоже четвёртого поколения, как и у будущего начальника тыла, так что операции по установкам начались. Импланты я подобрал, сообразуясь с их будущими профессиями. Техникам – на интеллект и память, тыловику интеллект, память и имплант для расчётов. Их было два среди извлечённых, оба и установил.

Операции начались, я сделал установки компам капсул, поэтому занялся диагностированием следующих добровольцев – нужно прогнать всех, чтобы получить их данные и составить списки, какие именно трупы укладывать первыми в кибердоктора, чтобы извлечь необходимые сети, не все нужные имелись в наличии. Да и бандиты в окружении зашевелились, пришлось погасить их шевеление парой выстрелов из турели. Те вооружены были только лёгким оружием и снова попрятались в жилом отсеке, где их заблокировали. Вторая группа скрывалась в технических складах. Портить оборудование не хотелось, поэтому мы и заняли позицию выжидания. Вдруг сами пойдут на переговоры, время на нас играло, не на них.

Так я и работал следующие пять часов: прогнал через диагносты всех нордцев, что находились на терминале, составил личные данные каждого, ну и определил, кем каждому быть, да и извлечение сетей было поставлено на поток. Две капсулы работали не переставая. Первой группе установки симбиотов и имплантов прошли штатно, потом вторую уложили, все трое имели пилотский минимум, поэтому я и поставил им пилотские сети, собираясь сделать из них капитанов кораблей, ну и пилотов по совместительству из-за дефицита последних. После второй партии на операцию положил следующую тройку, тоже, кстати, имеющих пилотский минимум. Всего таких было семеро, остальные будут технарями, завскладами, электриками, артиллеристами, ну или операторами защиты. Большинство были женщинами, девушками – я бы уточнил, пятеро будущих капитанов имели бюсты, но это меня не смущало, нордцы крепкие ребята и девчата, выдюжат.

А я не выдюжил. Когда легла в капсулы третья тройка и я настроил капсулы на операции по установкам сетей по их личным физическим параметрам, то понял, что всё, больше не выдержу. Даже нордцы на терминале давно уже легли спать, лишь дежурная смена бодрствовала, как и их командир.

– Слушаю, командир, – ответил на вызов лидер освобождённых.

– На сегодня всё, заканчиваем работы. Требуется отдых. Как только третья тройка покинет капсулы, отправляйте их отдыхать. Продолжим через двенадцать часов. Завтра к вам прибудет катер, шлюз номер три, вам доставят базы знаний. Поэтому завтра с утра озаботьтесь поиском по каютам бандитов считывателей, также собирайте базы знаний, если найдёте.

– Сделаем, – кивнул тот.

– Всё, отдыхайте.

Отключившись, я посмотрел на Лидию, та, по внешнему виду, тоже устала.

– Сколько успела?

– Половину всех судов, ещё половина осталась и флагман. Наши работы пока не замечены на планете?

– Нет, администрациям внизу идут те же сигналы и приказы. Я даже час назад спускал два грузовых бота за зерном, всё нормально. Никто ни о чём не подозревает. Осталось за месяц привести суда в порядок, чтобы они хоть как-то были похожи на настоящие боевые, хотя бы по характеристикам, и можно ловить того «сталкера», из-за груза которого мы всё это затеяли.

– Да уж, – согласилась сестрёнка. – Нордцы, если узнают о заводе, нам его не отдадут. Тот, у кого он будет, серьезно поднимется в торговле медицинским оборудованием.

– Это точно, – согласился я. – Я отдыхать, ты как?

– Сейчас этот крейсер дочищу и тоже отдыхать пойду.

– А я, чую, не дойду, тут на «Зорком» и устроюсь.

– Ага, хорошо.

Добравшись до своей каюты, я упал на кровать и вырубился. Конечно, можно было бы колоть стимуляторы, но я их уже колол, когда принимал первые партии добровольцев с Норда и работал на грани, а потом проводил очистку организма, когда уже втянулся в работу и стимуляторы мне не требовались. Так что теперь ещё шесть дней мне этими препаратами пользоваться серьёзно не рекомендовалось, я это как врач говорю.

Выспался я в принципе прилично, лишь на пятый час меня поднял зуммер сигнала – это бандиты зашевелись и пошли на прорыв. Так что со злости повредив несколько переборок и расстреляв штурмовую группу, а выживших загнав обратно, я пустил следом пять боевых дридов, мстительно ликвидировав эту группу бандитов, после чего отправился досыпать дальше. Третья оставшаяся признаков жизни не подавала, позволив мне выспаться.

Когда я прошёл в рубку «Зоркого», сестрёнка уже там работала с ботами.

– Привет, – помахала она рукой. – Я уже флагман очистила. Сейчас за носитель взялась, там больше всего тел.

– Молодец. Сейчас приму душ, поем и присоединюсь.

Всё, что нужно, находилось на «Зорком», поэтому я вернулся к себе в каюту и занялся собой, прогоняя остатки сна.

Когда я вернулся, сестрёнка задумчиво посмотрела на меня, наблюдая, как я устраиваюсь в кресле и подсоединяю штекеры к разъёмам на кистях рук.

– Ворх, а тебе не надоело тут? Не кажется, что мы занимаемся хоть и нужным, но нудным делом? Вся тяжесть лежит на нас двоих?

– Кажется, – легко согласился я, так как считал так же. – На самом деле побыстрее бы закончить, дождаться прибытия зорийских нордцев, забрать наших девчат и ребят, что с ними работают, и всё, домой. Там уже будем спокойно строить империю, используя аборигенов Декана. Вот такие у меня планы на будущее, и честно говоря, хотелось бы заняться этим поскорее, а тут эта нудная работа, которая никак не закончится, и конца края ей не видно.

– Выговорился? – улыбнулась сестрёнка. – Легче стало?

– Да, как-то полегчало.

– Чтобы сбросить с себя большую часть дел, нужно…

– …подготовить специалистов из нордцев, – закончил я за неё. – Тут у меня в очереди неплохой кандидат есть, я ее хотел капитаном сделать, пилотским минимум позволяет, но, пожалуй, сделаю главным флотским врачом и, наверное, единственным. Тут проблема только в одном: метку я поставить ей не смогу.

– А тебе как поставили, и бабушке?

– Там искин крупного госпиталя ставил, а он как три врача. Тут такого нет. Такая же проблема и с инженером.

– Но это можно как-то обойти?

– Да, искины медсекций вместо врачей. Меня одного хватит и нужно ещё два искина.

– На «Светляке» его нет.

– В медсекции терминала есть, да на носителе, который ты сейчас чистишь, – задумался я на секунду. – В общем, проблема решена, осталось установить сеть, закачать базы и обучить её. Там уж и метку можно поставить.

– Не так всё и просто с этими метками, – вздохнула сестричка.

– Это точно, простые пилотские и техников ставить может любой навигационный искин или пилот в ранге «мастер», а тут всё серьёзнее, но, как видишь, лазейки, чтобы это всё обойти, найти всегда можно.

– Вижу. Сейчас какие планы?

– Мне нужно как можно быстрее установить всем освобождённым на терминале сети и импланты и запустить учебный процесс, чтобы уже через четыре недели у нас были те, кто сможет управлять двумя-тремя боевыми средними кораблями. Ну, и корабли нужно к этому времени подготовить. Вот и займусь установками, а потом обучением. Ты, кстати, поищи среди этой рухляди корабли посвежее, данные о них с управляющих искинов я тебе сейчас скину.

– Хорошо, сделаю, но только после того, как закончу с вывозом трупов с судов.

– Работай, – кивнул я.

Отправив сигнал на терминал, на номер планшета Бада, того лидера, что руководил освобождёнными, я поздоровался и сказал:

– Продолжаем. Как у тех девяти, что первыми прошли процедуры установки?

– У семерых недавно запустились нейросети, у двоих пока ждём.

– Хорошо, им ещё сутки на адаптацию, пока сети не заработают нормально, потом можно начинать учебу. Быстро провести установки я вам в этих трёх капсулах не успею, поэтому придётся разделиться на две группы. Часть из вас отправят на захваченный нами корабль бандитов, это носитель. Сейчас там медсекция подготавливается к приёму пациентов, так что это ускорит установки. Через шесть часов на борт терминала – номер шлюза я уже сообщал – подойдёт челнок, не катер, он доставит базы знаний и перевезёт тридцать человек на носитель. Списки нужных я вышлю. Это максимальное число пассажиров. Дальнейшие инструкции получите позже. Подготовьте рабочие скафандры для этих трёх десятков. На борту, кроме медсекции, нет атмосферы. Сейчас пусть следующая тройка ложится в операционные капсулы. Кстати, как там поиск считывателей?

– Нашли три десятка и около сотни кристаллов. Но что на них, нам не известно. Провели обыск у тех бандитов, что вы уничтожили шесть часов назад. Много ценных трофеев, повреждения на судне есть, но какие, я понять не могу, не разбираюсь.

– Главное, разгерметизации не произошло. Кристаллы уложите в отдельную сумку и отправьте с челноком мне. Я тут разберусь, что и как. Всё, работайте, первые инструкции я высылаю.

Убедившись, что следующая тройка находится в капсулах и начались операции – в двух других, наоборот, штатно извлекались, – я направился на «Светлячок». Нужно порыться в оскудевших запасах баз знаний и скомплектовать для тех, кто находится на терминале, пакеты баз. К счастью, запасы со флотскими базами знаний мы практически не трогали, поэтому за час я всё сделал, и технический дроид потащил три сумки к челноку. Внутри находились пронумерованные коробки для хранения кристаллов. Так что не ошибутся, собирал я для каждого нордца свою партию баз.

Уложив следующую тройку под нож киберхирурга, проверил, как остальные мои дела. Лидия дистанционно повела челнок к терминалу, а я решил разобраться с последней группировкой бандитов. А то те уже два раза выходили на мелкие стычки, пробуя оборону. Кстати, Лидия, да и я до этого, так спокойно пользуется дистанционным управлением по той причине, что прихватить нас за руку некому, как и обнаружить. Всё, мы хозяева в этой системе, о чём, кроме нас двоих и той сотни на терминале, никто не знал. Поэтому она и работала так спокойно. Конечно, всё шло очень быстро, даже излишне быстро, но у нас была причина торопиться. Напомню, через три дня прибудет очередной конвой за продовольствием, и к встрече нужно подготовиться. Нам с Лидией. Так как больше никого подготовлено для этого не было, да и не хотели мы его светить. На трофей. Но так как план захвата был разработан мной в прошлом и он должен сработать, то особо мы не беспокоились, зная, что делать пошагово. Всё расписано до нас, как говорил Балбес.

С бандитами пришлось постараться, выкуривая их. Лидия подала идею, и я, обдумав, принял и осуществил. Мы просто сняли с большинства судов боевых дроидов, включая штурмовых, и, подготовившись, завалили бандитов железом. Потерь особо не было, трёх дроидов повредили, но и бандиты не уцелели. Не сдавались они, понимая, что с ними сделают. Так что, покончив с бандитами, я поставил задачу искину терминала разобрать завалы, начав ремонт собственными силами, а Баду – собирать и складировать трофеи. Нужно терминал привести в порядок, в будущем, я так понимаю, это будет база флота, пока нордцы сюда станцию не притащат.

Вот так вот мы с сестрёнкой и работали. Где было интересно, а где скука смертная. Главное, моя тайная сотня начала учить базы в учебных и лечебных капсулах терминала и носителя, ну а я готовился к тому, что придётся тут изрядно хитрить, чтобы прибывающие караваны и одиночки ничего не поняли о том, что власть сменилась. Вот этим делом я и занимался следующие четыре недели. Трофейных судов за это время прибавилось на порядок.

* * *

– На этом я заканчиваю доклад, – закрыв планшет, подвел итог Бен Остин, начальник службы тыла организованного шесть дней назад флота Норда.

Да-да, я вышел из тени и помог формировать флот, так что присутствующие на заседании старейшины были счастливы и горды. Ведь фактически они способствовали освобождению Норда. А тот был освобождён, реально освобождён. Сейчас, конечно, на планете шли чистки, но и те подходили к концу. Как я дал семь дней назад сигнал, что все бандитские суда у меня под контролем, так Сопротивление и ударило, уничтожая подручных бандитов на планете. К тому времени нордцы вскрыли один склад территориальной обороны, и у них была бронетехника, вооружение и защита. Четыре полнокровных пехотных батальона сформировали, благо сержантов и офицеров для этого хватило. Впритык, но хватило.

Честно говоря, я был счастлив, так как, Норд освобождён и я выполнил основную часть своей работы. Была ещё договорённость о ремонте судов для вступления их в строй флота Норда, но это уже дело другое. Не самому ремонтировать, а обучить людей, дальше они уже сами.

Семь дней назад к Норду вышел большой транспорт, который мы так ждали. Именно в его трюмах находились разобранные и законсервированные блоки и модули необходимого нам завода. То есть приманка сработала, прибывший на отдых и пополнение горючего экипаж повёлся на нашу игру, и судно было захвачено без особых повреждений, а на следующий день я дал сигнал Сопротивлению. Само судно мы отогнали в сторону и организовали его оборону, ясно показывая, что это наш трофей и никого мы на его борт не пустим. «Светляк» выведен из обломков, где был скрыт, и в автоматическом режиме принял охрану транспорта на себя. Кстати, транспорт назывался «Манк» и был переименован Лидией в «Лебедя». Походил он чем-то на эту прекрасную птицу.

После сигнала Сопротивление мгновенно нанесло удар по главным конторам оккупационной администрации и по их вооружённым силам, после чего стали гонять выживших, ну а я стал помогать возрождаться флоту Норда. В принципе помогать там особо было нечего, так как передавать было некому. Они всё ещё учились, лишь четыре дня назад трое капитанов сдали нормативы и получили метки пилотов средних кораблей на свои нейросети, приняв под командование два восстановленных мной до приличного уровня крейсера и полуразобранный носитель с рабочими лётными палубами и москитным флотом. Сейчас шло формирование команд. Так что, кроме нашего «Светляка», боевых единиц, готовых к возможным схваткам, у Норда пока не было. Про малые не говорю, их максимум на патрулирование послать можно.

Сегодня как раз старейшины смогли собраться и вот принимали доклады офицеров, а я сидел в сторонке как наблюдатель. Освободить я их освободил, теперь пусть сами руководят по мере сил. Мое дело теперь маленькое – продолжать устанавливать нейросети, пока у местных не появится свой врач, а установка шла непрерывно, добровольцы пёрли с планеты потоком, заполняя трофейные суда и осваиваясь на них. Да ещё я руководил ремонтами, пока местный инженер сам не возьмётся за работу. Но и он тоже учился. Так как уже три десятка техников получили необходимые знания и метки, я направил их в единственный ремонтный док у этой группировки бандитов, который, естественно, после захвата вошёл в состав новообразованного флота Норда. Док был средним, висел он неподалёку от топливных терминалов, и сейчас там работало шестнадцать техников, остальные были распределены по кораблям в должности главных корабельных техников. Теперь на их плечи легла вся тяжесть ремонта, поддержания жизни всех систем и их восстановления. Ничего, подучатся следующие партии, будет им помощь. А то, вон, пилоты для истребителей уже есть, а техников на лётную палубу не имелось.

Честно говоря, я не понимал, зачем меня вызвали на это совещание. Назначенный командующий флотом и обороны был тут, другие офицеры и старейшины тоже. Уже была разработана и согласована программа по восстановлению судов, их ремонту, комплектованию экипажей и по созданию обороны. Большая часть из присутствующих пока нейросети ещё не получила, руководили используя свой опыт, но делали они это неплохо. У меня, вон, установка сетей встала, двенадцать очередных нордцев ждут, а тут вызвали на линкор. К чему?

Для чего, выяснить я так и не смог, предположив разве что, чтобы посмотрел, как они сами со всем управляются. Так я не расстроился, обрадовался только.

По окончании совещания я покинул зал на борту флагмана, а потом и сам флагман, лично управляя челноком, чтобы добраться до терминала. Я пока там обустроился, а вот Лидия с девчатами проживала на «Светляке», но большую часть времени проводила на «Лебеде», занимаясь его ремонтом и техническим обслуживанием, которое прежней командой практически не проводилось.

Медсекция «Светлячка» больше нами для операций не использовалась, и там вот уже две недели как чужих на борту не было, кроме моих невест. Теперь у нордцев свой флот и медицина, нечего им делать на борту наших кораблей. Добавлю разве ещё вот что. Когда у меня появилось свободное время, я наконец прошёл процедуру снятия памяти и создал несколько сотен баз знаний. Так что теперь проблема с этим была решена, и нордцы получали не низкоуровневые базы, а вполне серьёзные, пятого и шестого. Проблема была только с кристаллами, куда эти базы закачивались, у нас их просто не было в наличии, имелось два десятка болванок, но и всё. Эту проблему я решил просто, так как сейчас не времена Содружества, то есть не было необходимости в защите от копирования. Да-да, я просто сбросил базы на планшеты медиков, а на меня уже работало двенадцать прошедших сертификацию специалистов, и те через капсулы заливали базы прямо в память сетей нордцев. Вот и всё.

Если кто думает, что все нордцы, которые получили сети, сейчас работают как проклятые, то ошибается. Активно работала малая часть, только те, что прошли сертификацию. Да и то они старались поднять знания выше, выйти на новый уровень профессионализма. А остальные учились в капсулах, и учились серьёзно. Правда это продлится недолго, через неделю, по моим прикидкам, подойдут к концу медкартриджи, и всё, медсекции встанут. Конечно, уже сделали и так немногочисленные запасы для экстренных случаев, но и их надолго не хватит. То есть требовалось пополнение. Вот тут вперёд вышел я. У меня была рабочая фабрика по производству медкартриджей и других медицинских препаратов. Со мной был заключён договор на свободную продажу препаратов и картриджей нордцам, так что они смогут приобретать у нас в империи медицинское оборудование и препараты, пищевые синтезаторы и картриджи к ним, корабельные блоки и другие запчасти. То есть всё, что им так необходимо. У них не было других поставщиков, кроме империи, представителем которой я выступал. Если только, как бандиты, разграблять то, что ещё было не разграблено до них. Как вы понимаете, это не панацея, и тут нужны постоянные и качественные поставки, так что моё предложение пришлось в тему.

Договор на сотрудничество был нами подписан вчера, о чём я забыл сообщить Лидии. В принципе она о моих намерениях знала, просто нужно было уведомить её об этом и, возможно, огорчить. Я собирался отправить её с девчатами обратно на Декан, чтобы там начала запускать фабрики. Пока сама, а потом мы наберём и обучим аборигенов с планеты. Те уже созрели для подданства, сами просили, так что пора. А причина такой спешки была в том, что нордцам уже всё это было остро необходимо, и командующий флотом отдал приказ готовить два транспорта, чтобы отправить их к нам на Декан за первыми поставками. Трюмы этих транспортов мы заполним из своих запасов, мы ведь запускали фабрики и заводы, делали пробные выпуски продукции, так что закрыть бреши есть чем. А вот дальше нужен персонал, торговые представители, дипломаты и остальные. Мне нужно было государство, которого пока нет. Создавать мне его придётся снова с нуля на грани фола. Ничего, не в первый раз, справлюсь, но сестру, чтобы она встретила эти два транспорта, которые собираются пустить в сопровождении одного крейсера, нужно отправить заранее. Ей нужно будет подготовиться к их прибытию, к тому же на ней и переговоры и разгрузка. Пока стоит вопрос насчёт оплаты, но не критически. Первая партия идёт в кредит, о чём уже были предварительные договорённости. Я собирался ввести денежную единицу империи, и называться она будет рубль, но это всё в планах. Оборудования, чтобы печатать деньги, а денежные операции первое время планируется проводить через наличность, у меня пока не было. Промышленные синтезаторы для этого не особо годились, банковское оборудование требовалось.

Вот такие дела творились в системе за этот месяц. Но я был доволен, всё, что мы планировали, было сделано, и можно думать, что делать дальше. Ах да, всех немногочисленных пленных и наследницу я передал старейшинам. Пленных казнили, но это и понятно, а вот наследницу оставили для торгов с бандитами. То есть фактически заложница, но это их дело, не моё. Мутят они там что-то, постоянно жирдяйку допрашивают.

Прибыв на терминал, я направился в медсекцию. Местные искины были переданы флотским, отчего я их уже не контролировал, хоть и оставил себе тайную лазейку, поэтому приходилось работать в медсекции лично, по дальности работы сети. Узнав, как в боксах дела, – я положил на операции по установкам следующую партию из двенадцати человек – все, как на подбор, с пилотским минимум, и ставились им пилотские нейросети из последних запасов, – я вернулся в шлюзовую. До окончания операции два с половиной часа, успею смотаться на «Лебедь», где сейчас работала Лидия, и пообщаться с ней.

У планеты и в системе заметно прибавилось движения, в основном малых судов. Топливо было привозное, и хотя терминал полон, его сразу начали экономить. Именно поэтому летали в основном челноки и боты, а патрулированием границ системы занимались четыре малых боевых корабля, три корвета и фрегат. Их было больше, но разобрав их, удалось нормально собрать только вот эти четыре единицы, доведя если не до совершенства, то до очень приличных стандартов качества точно. В каждом было по трое-четверо членов команды, поэтому сформировать их труда не составило, тем более общая численность пилотов малых кораблей, имеющих метки, перевалила за пятьдесят человек, даже авиакрыло на носителе начали создавать. В общем, стремительными шагами нордцы создавали оборону. Пока у них вокруг были неподвижные огневые точки из трофейных судов бандитов, до которых ещё не дошли руки для ремонта, поэтому планета практически была прикрыта. А так всего им не хватало, даже людей.

Размышляя об этом, я осторожно подвёл челнок к шлюзовой тяжёлого транспорта и совершил стыковку. Руководил мной один из четырёх корабельных искинов «Лебедя», причём отвечающий за груз и систему жизнеобеспечения. Остальные были отключены, сейчас Лидия вскрыла рубку и ремонтировала её, возвращая первоначальный вид. Рубка, когда мы захватили транспорт, действительно пугала своим видом. Причём в бою она не пострадала. Как и с другими судами бандитов, с ней провели модернизацию, чтобы взять под контроль оборудование и искины. Зачастую запитывая оборудование напрямую. Поэтому тут полно вилось по полу кабелей, они свисали с потолка и торчали в нишах стен. Вот Лидия, проведя обслуживание двигателям и реакторам, где тестируя, а где мелко ремонтируя, засучила рукава и взялась за рубку. Ей, как и мне, не нравилось, что с той сделали. У бандитов не было меток специальностей, и управляли они судном практически на ручном управлении, так как искины не давали им пилотировать судно по-другому. Именно поэтому им и пришлось пойти на эти многочисленные хитрости.

Пройдя шлюзование, я вышел в холл, тут ещё велись работы, были сняты часть настенных и потолочных панелей и свисали шланги и кабели, да бегали технические дроиды со «Светлячка». Пройдя к лифту – тот не работал, – я поднялся по лестнице на третий этаж и дошёл до рубки. Лидия была там, она лично перебирала косу тонких проводков, что-то бормоча себе под нос, а рядом суетились три технических паучка, снимая часть оборудования со станин.

– Привет, я смотрю, ты развернулась вовсю.

Обернувшись, сестричка улыбнулась и кивнула, отчего длинная чёлка упала ей на глаза.

– Работы тут… – протянула она.

– Когда сможешь быстро подготовить «Лебедь» к полёту? – прямо спросил я её.

Сестричка удивлённо посмотрела на меня, встала с колен, задумчиво осмотрелась, после чего только ответила:

– Да в принципе судно к вылету готово, ничего важного я не снимала. А если дашь мне пару дней, то я хоть до нормы тут всё доведу. Бандиты, похоже, нашли такой же транспорт и всё с него сняли, даже искины, так что запчастей хватает. К стандарту судно я не доведу, работы много, но оно еще лет десять после меня нормально полетает. А что случилось?

– Договорился, как и рассчитывал, только вот нордцы сразу конвой с транспортами формировать начали. Вылетает тот примерно через восемь дней. Тебе нужно их обогнать, прибыть раньше и подготовиться. Вот список остро необходимого им.

Сестрёнка замерла, получив на сеть файл, и начала его просматривать.

– Всё это у нас есть на складах. Опустошим их, конечно, но выдать всё можно, – определилась она.

– Вот именно, но подготовиться тоже нужно.

– Если я вылечу в один день с ними, то всё равно прилечу раньше. Дня на три. Точно не скажу, пока не знаю полётные характеристики «Лебедя».

– Тут ещё вот какое дело. Нужно добраться до Декана до того, как оттуда уйдёт эскадра зорийских нордцев. Нужно снять с их бортов наших парней и девчат.

– А они когда вылетают?

– Через одиннадцать дней.

– Если вылететь сегодня, то успею, – прикинула Лидия. – А ремонт я и в полёте закончу. Хорошо, что я всё-таки выучилась на пилота тяжёлого корабля, мы тут единственные, кто имеет такую метку на сети.

– Это точно. Нордцы активно учатся, но смогут управлять такими кораблям не скоро, хотя их у них уже восемь. Два боевых, остальные – транспорты.

– К нам какие полетят?

– Средние, конечно, для тяжелых у них пока пилотов нет. Всего три пилота на средние суда, и все летят к нам. Правда, через пару дней ещё двое подучатся, так что брешь закроют, но всё равно им тут всего не хватает.

– Ты тут один справишься?

– Ты во мне сомневаешься?

– Нет, но беспокоюсь. Пойдём в кают-компанию, я там прибралась уже и навела порядок, можно отдохнуть.

Мы прошли от рубки по коридору чуть дальше и вошли в третью дверь слева, что открылась перед нами. Сестричка набрала на пищевом синтезаторе заказ, лёгких закусок и соку, после чего принесла поднос к столику, за которым я сидел. Сделав глоток, Лидия спросила:

– Тебе тут что оставить? «Светлячок» или своего «Зоркого» захочешь?

– Последний, естественно.

– Плохо, твой крейсер и на внешней подвеске можно тащить, а моего крепыша не получится. Пузырь гиперпривода не даст. Придётся трюм трамбовать.

– Место там есть?

– Сам же всё инспектировал, забыл? – сестра посмотрела на меня удивлённо. – Место есть, просто перекладывать всё нужно, складировать, чтобы освободить. Там три больших погрузчика, позже займусь, работы на два часа, а потом можно и лететь.

– Займись и сразу вылетай, – кивнул я и замер, отложив вилку, после чего поморщился и пробормотал: – Вот я идиот.

– Ты о чём?

– Да о шестом послании, где пароль – имя моей четвёртой жены. Я-то думал, это наследница из бандитского клана, а это развод.

– С кем разводишься? – всё не понимала сестра.

– Я имею в виду, липа это была, обманули меня.

– Это получается, ты обманул сам себя?

– Получается именно так, – продолжая ругать себя, только мысленно, ответил я.

– Зная тебя, скажу, что это вполне возможно.

– Сейчас посмотрим, прав я или нет.

Кристалл я всегда носил с собой, во избежание, поэтому, достав из чехла свой планшет, вставил его в приёмник и запустил активацию. Как только появилось меню пароля, сказал:

– Абракадабра.

Сработало, пароль был принят, но, к моему удивлению, высветилось меню на русском следующего пароля, только уже с подсказкой.

«Кто сидит сейчас напротив тебя?» – прочитал я и, посмотрев на жутко любопытную Лидию, ответно написал, тут был письменный пароль: «Лидия».

– Как ты догадался, что пароль может быть этим?

– Ну, я же его создавал и мог сейчас написать что угодно, о чём тот молодой «я» из прошлого прекрасно знал. А про жену, я так думаю, сказал, чтобы потянуть время. Сейчас узнаем, почему.

Пока я активировал запись, Лидия перебралась ко мне с тарелкой салата в руках и стаканом сока и, прижавшись к боку, тоже стала смотреть на экран планшета. Вот только, в отличие от меня, она ничего не понимала, запись также была на русском.

«Привет, мой догадливый «я» из будущего. Всё ты правильно понял и сделал. Вот только к одному озарению не пришёл, придётся подтолкнуть тебя… Кстати, сестричка, привет, прекрасно выглядишь», – помахала рукой моя молодая копия, поздоровавшись с Лидией уже на общем.

– Привет, – ответила сестрёнка и тоже помахала ему правой рукой.

«…вернёмся к нашему разговору. Думаю, для тебя это будет ударом. Никакого артефакта Древних «Пророк» не существует. Это абстракция, вымысел. Задача этого артефакта Древних, а он действительно из тех времён, направить тебя по тому пути, по которому мы хотим. Потом и ты поймёшь, к чему я, и присоединишься ко мне, поэтому я сразу и сказал «мы». Понятно, что ты в недоумении и гневе, для чего всё это было надо. Повторю, чтобы ты пошёл по тому пути, который нам нужен. Чтобы ты оказался в нужное время в нужном месте, и ты сейчас именно там. Через две недели, я сообщу точную дату чуть позже, ты должен будешь сделать одно дело, которое изменит жизнь тех осколков былого величия Содружества, что сейчас существуют, в лучшую сторону. На тебе будет отдельная миссия, которую можешь совершить только ты. Однако это тоже оставим на потом, потому как я знаю, что ты сейчас на эмоциях и просто не сможешь правильно воспринять то, что я тебе сообщу. Вернёмся к тому артефакту, который поначалу ввёл в заблуждение меня и до сих пор держит в нём тебя. Тогда то, что происходило с тем, что я чувствовал, когда поглотил кулон Керри – я тебе не всё рассказал, только самое начало, запись всего того, что происходило, тут. Твою запись, с твоей нейросети. Ты не ослышался, всё именно так и было. Про Антона Кремнева я тебе говорил, так вот скажу прямо, когда он модернизировал этот прибор и заносил туда записи с твоей нейросети четыре с половиной века назад, ты стоял рядом и помогал ему…»

– Машина времени, – прохрипел я в изумлении.

Слушал я с огромным вниманием и сосредоточенностью, похоже, мне открывают реальную суть вещей, что со мной происходили за эти дни. В последнее время мне казалось, что мной играют как марионеткой, а сейчас прямо говорили, что это так и есть. Только Лидия, поскучав, ушла работать. Она всё равно ничего не понимала, но взяла с меня обещание обязательно рассказать о беседе.

«…да, именно машина времени, как ты сейчас сказал. Ну, шш прибор времени, //в знаю, как правильно это называется. В записи последнее сказано. В общем, кулон оказался обычным передающим устройством, настроенным на наше ДНК, полное совпадение показателей. Я не знаю, кому его подарили, чтобы с тех времён он оказался именно у Керри. Она говорит, от бабушки по наследству получила, но не думаю, что это сложно, данные её родичей я тебе тоже сообщу. Так вот о приборе. Посмотрев запись всей твоей жизни – ты же делаешь отрывочные записи самых важных моментов, – я понял, что потом уже реальная пошла. Представляешь, я увидел себя самого, но на сто шестьдесят лет старше. Он объяснил мне, что я должен делать и как повлиять на тебя, чтобы ты меня слушал. Записей кроме этого он никаких не оставил, так что я тебе передам, что именно он рассказал. Сегодня Лидия должна отправиться на Декан, как ты и планировал. Но заберёт она не только «Светлячок», но и «Зоркого», он тебе тут не понадобится. Следующие две недели живи и работай как и прежде. Поставь метки двум врачам, что скоро закончат обучение. Инженера не дождёшься, да к тому моменту зорийские прибудут. Так вот, по координатам, которые я тебе скину, висит остов полуразобранного катера, у него в силовом наборе – там краской помечено – находится хрустальная палочка с навершием. Это артефакт Древних. Тот, что старший из нас, очень продвинулся в изучении артефактов Древних. Он его настроил на максимально возможное перемещение назад, на шестьсот лет. Ты попадёшь в довоенное Содружество и проживёшь интересную жизнь. Менять историю не надо, пауки всё равно нападут, и наша модель истории – это ещё самое хорошее, что могло произойти. Так вот, договоришься с нордцами, они тебя подкинут до нужной системы, возьмёшь свой челнок. Это максимальная масса, с которой ты можешь переместиться, а без судна нельзя, не будешь же в скафандре бултыхаться. Что дальше делать, разберёшься, тот Старший это как-то обтекаемо коснулся, только сказал, что нам там понравится. Найдёшь Антона и пообщаешься с ним, расскажешь про будущее, дальше работайте вместе, он поможет, подготовит людей и всё что нужно для возрождения Содружества…»

– А как же сёстры, бабушка? – несколько растерянно сказал я.

«…да понятно, что ты о наших беспокоишься, но делать этого не стоит. В тот момент, когда ты отправишься в прошлое, ты вернёшься к ним. Тот ты, который прожил в прошлом почти двести лет, который прошёл полный цикл омоложения и вернулся сюда, в будущее в стазис-камере с остальными восьмьюдесятью тысячами специалистов. Думаешь, почему я так прыгал, уговаривая нордцев отправиться на секретную базу? Нас спасал. Именно он, Старшой, со своим опытом, знаниями и, главное, обеспечением, и начнёт возрождение не только империи, но и Содружества. Признайся, тебе это не потянуть. Да и не так уж и интересно, просто ты почувствовал долг перед людьми. Ах да, ещё забыл добавить, там, в катере, помимо средства перемещения, ещё есть три кристалла хранилищ информации. Тоже Древних, естественно. Ты не сможешь их открыть и прочитать сообщение, пока не станешь экспертом в артефактах. Как ты понимаешь, у тебя достаточно времени на это. На них инструкции, что и как делать дальше. Ну, всё, Средний, сейчас сообщу координаты и те сведения, что осталось, и пойду на заклание. Мне через двадцать минут память стирать будут. Покедова…»

Прослушав запись с координатами, записав их в память сети и зашифровав сложным паролем, я отключил планшет и откинулся на спинку дивана в некоторой растерянности. Вот как вот это всё воспринимать? Круговерть махинаций и обмана так вскружила мне голову, что я пребывал в некоторой растерянности, но одно знал точно – знал, чем купить себя, и меня этим купили. Откажусь ли я побывать в прошлом, если все тылы мне прикрыли? Да ни за что!

* * *

– Удачи, – протянул мне руку капитан лёгкого крейсера «Отмщение» Дил Месинг. – Ты уверен, что тебе именно сюда нужно?

– Уверен-уверен, – в который раз ответил я.

– Мы просканировали систему, на сколько дальности, конечно, хватало, тут несколько обломков, и всё. Ни одной планеты с атмосферой нет, только звёзды.

– За мной сюда прибудут, – «сознался» я.

– А-а-а, я так и думал, что у тебя тут встреча, – довольно заулыбался сорокалетний мужчина.

Из-за массовой гибели молодежи, что случилась пару лет назад, в оборону гребли всех, кто подходил по параметрам, добровольцев, естественно. На счастье старейшин Норда, отказников не было, даже инвалиды шли, их восстановили в реаниматорах. Вот и капитан, узнав, что у него отличные показатели, пожелал попасть на флот. Активная учёба – и вот уже три дня командует на собственном судне. Карьера просто великолепная. Меня даже удивляло, как нордцы так быстро освоились и с уверенностью смотрели вперёд. Оптимисты все как один.

Со мной за эти две недели тоже не произошло особых таких изменений. Сестра да, та долго пребывала в шоке, отходя от того, что я ей рассказал, но потом ничего, собралась, мы попрощались, я на двести лет, и в тот же день улетела с пока несостоявшимися невестами на Декан. Я продолжил службу как ни в чём не бывало, заодно готовясь. Челнок со «Светляка» я забрал и немного доработал в свободное время. Увеличил топливные баки за счёт салона, всё равно я в нём один буду, поставил более мощный реактор, систему жизнеобеспечения и даже пищевой синтезатор установил. Спать я собирался в спальнике, для койки места не оставалось. Не знаю, сколько я проведу на борту, но готовился серьёзно. Даже офицерских пайков набрал из запасов Лидии. Всё ими забил. Но главное – это санузел, на челноке его до этого не было, пришлось сделать, что также сказалось на размерах салона. Практически у меня было небольшое судно, без возможности уходить в гипер, но с увеличенной дальностью хода.

Так как я собирался в прошлое – до сих пор в это поверить не могу, несмотря на все мои приготовления, – я стал собирать наличность, ходившую в те времена. К сожалению, из-за того что в прошлые времена в основном были электронные переводы, нашлось не так и много. Я пустил слух, что собираю коллекцию, и мне понесли эти ненужные банкноты. Набралось чуть более шестнадцати тысяч кредитов. Мелочь, понятно, но и то хлеб. Попрощался со старейшинами я тоже хорошо, они довольные, что я всё сделал, как и обещал, не особо сильно удерживали меня. Так как со дня на день должна была прибыть эскадра зорийских нордцев, к моему отлёту они не успели, а у местных старейшин уже были свои специалисты, закрывшие дыру в работе с моим отлётом, никто меня не останавливал. Вон, даже этот крейсер выдали, из трюма которого дроидами как раз вводили мой челнок. В общем, попрощался я со всеми. Даже письмо с Лидией бабушке и сестрицам отправил, после чего мы вылетели по тем координатам, что мне были нужны. Три дня полёта, первые в жизни капитана и команды в гипере, и мы на месте. А сейчас шло прощание, так как все из двенадцати членов команды хорошо меня знали.

Наконец затянувшаяся процедура прощания закончилась. Напоследок капитан только сказал:

– Мы сюда вернёмся через два дня, посетим одну перспективную на находки систему и вернёмся. Если никого не будет, отправимся домой.

– Спасибо, – поблагодарил я его.

Пройдя шлюзование, я заблокировал шлюз и прошёл в кабину, протискиваясь мимо запасов. Оказавшись в кресле пилота, первым делом проверил всё оборудование. Оно работало штатно, топливные баки были полны.

Отстыковавшись от крейсера, я отвёл свой челнок в сторону. Пожелав удачи, пилот боевого корабля начал разгон по одному ему известному направлению, хотя… Просчитав на глаз, куда тот собирается прыгнуть, я понял, что их интересует соседняя система, где, судя по старым картам, была перевалочная торговая база. Может, действительно что интересное найдут, а так они не только меня везли, но и совершали разведывательный рейд. Ведь как я всё-таки узнал дальнейшие планы нордцев? Да чтобы они спустили несколько веков рабства клану! Вот уж дудки. Сейчас вся их мощь и возможности, которые я им дал, шли на возмездие. В общем, они готовились к войне с кланом. По их мнению, в живых должен остаться кто-то один. А с учётом того, как они готовятся и на какой профессиональный уровень выходят благодаря моим базам знаний, я понимал, что у клана нет никаких шансов. Кровь за кровь.

Крейсеру, чтобы уйти в гипер, понадобилось два часа разгона, пока он не прорвал пространство и не исчез с моих экранов. Всё это время, разогнавшись, я дрейфовал в сторону большой звезды. В том районе и должен висеть катер. По прибытии я его не нашёл, искал несколько часов, и ничего. На следующее утро продолжил, пока наконец сканер не выдал уверенный сигнал. Когда я его услышал, сердце пропустило один удар. Честно нервничал, но всё же пока всё шло как надо.

Стабилизировав челнок в десяти метрах от медленно вращающегося остова планетарного катера – как он тут оказался? – я пошёл надевать скафандр. Экипирован я был просто отлично, даже штурмовой скаф был и стрелковый комплекс «Бизон», то есть для войны готов, но на этот раз воспользовался обычным скафандром. Вот дроидов не было, только одного технического смог взять, места больше не было.

Облачившись в скаф техника, я прошёл шлюзование и, оттолкнувшись от порога, полетел к катеру. Приняв удар массы своего тела на руки, остановил полёт и, перебирая руками, пробрался внутрь. Катер не имел обшивки, лишь несущий каркас, так что труда мне это не составило. Метку краской я нашёл не сразу. Оказалось, нужно было искать снаружи, но тайник всё же был мной обнаружен. Пробоина заделана пластиком, и я разбил его ударом кулака, после чего достал шкатулку изнутри. Как и говорилось в сообщении, в ней была хрустальная на вид палочка с утолщением с одной стороны и три незнакомые мне пластинки, видимо те самые для хранения данных.

Забрав всё, я вернулся на челнок и, не снимая скафандр, прошёл в рубку. Убрав пластины в карман, я покрутил палочку в пальцах и, вспомнив, как описывалось применение, стал снимать скафандр. Разоблачился по пояс – ломать палочку нужно голыми пальцами, а не в перчатках скафа. Уже держась за навершие, которое требовалось раздавить, я замер.

– Блин, что я делаю? – прошептал я. – А если это очередной развод?..

Сообразив, что рефлексировать я могу долго и вообще отказаться от этой попытки, неожиданно для себя раздавил навершие, после чего сломал палочку посредине. То есть проделал все описанные процедуры активации.

Несколько секунд посидев в кресле с зажмуренными глазами, я осторожно приоткрыл один, опасливо осмотрелся и удивлённо спросил:

– И что, и всё?.. Опять развели?

В рубке ничего не изменилось, всё так же светились огоньки на пульте, показывающие, что все системы челнока работают, только осколки палочки куда-то пропали. Я это не сразу заметил. Тут вдруг заорал сканер, и челнок качнуло от гравитации, идущей от крупного транспорта, и динамик почти сразу заорал:

– Эй, сопляк на шлюпке, какого хрена на трассе делаешь, жить надоело?! Уроды, если так потрахаться хочется, снимайте номер в гостинице, а не устраивайте эти бредовые прогулки по космосу. Чтобы у вас там отсохло всё!

Чувствуя, как у меня по лицу расплывается улыбка, я только промычал в ответ:

– Извините, случайно вышло.

– По голосу слышу, что уже всё успели. У-у-у, молодёжь! Откуда только взялся, не было же только что никого…

Ворча, пилот среднего транспорта, который продолжал разгоняться для ухода в прыжок, напомнил мне, где я оказался. Быстро проверив сканерами округу, я определил, что система мне совершенно не знакома и встреча с этим транспортом – знак судьбы.

– Эй, на… – быстро взглядом найдя название судна на пилотском экране, которое оно штатно выдавало в эфир, я продолжил: – Эй, на «Бекасе», я заблудился. Не подскажете, где нахожусь?

– Во уморил. В соседней системе торговая база висит, туда лети, а я с грузом, у меня инструкция. Фронтир тут. Хорошо, я тебе попался, а кто другой, мог бы и челнок у тебя прибрать. Тут никто не поленится деньги с земли поднять. Лови координаты системы и где находится станция. Поосторожнее, там, говорят, новички пропадают. Случаи были.

– Спасибо, пилот.

– Да не пилот я, а суперкарго, сейчас ночь на борту, у меня бессонница, а дежурного прихватило, в санузле сидит. У меня базы пилотские есть, вот и сижу, пока он не вернулся. Ну, всё, я в прыжок ухожу. Прощай, парень.

– Спасибо, – ещё раз поблагодарил я.

Транспорт исчез из системы, а я задумчиво почесал затылок, размышляя, что делать дальше. По неизвестному судну понятно, что оно из какого-то государства, скорее всего, доставляет грузы шахтёрам своей же корпорации, что работают в глубинах космоса. Тут мне действительно повезло, тот неизвестной мужчина был прав, могли и не они попасться. Быстро вбив координаты в комп челнока, я определился, где нахожусь, опустил нос судёнышка и, набирая скорость, полетел к торговой станции. Судя по информации, что выдал с координатами неизвестный с транспорта, она была свободной, и там царили свои законы. Что ж, посмотрим.

Пока челнок разгонялся до крейсерской скорости, я задумался. Меня напрягло то, что оказался я в совершенно другом месте. На «Зорком» сюда лететь порядка двух месяцев, даже чуть больше. Это что же получается, и правда, звезды и планеты постоянно двигаются и вселенная меняет своё местоположение, двигаясь по течению?

Другого объяснения у меня нет, по логике, где я в прошлое нырнул, там и должен вынырнуть. Да и старые карты не всегда совпадали с действительностью. Хорошо ещё, что в планету какую не влип. В таком случае становится понятно, почему остов катера, ожидающий меня с тайником, находился именно в той системе и именно на том месте. Видимо, там было самое безопасное место для перемещения. По крайней мере, я уже был на сто процентов уверен, что это самое перемещение прошло на те же сто процентов.

Задумавшись, я вдруг захохотал. Теперь понятно, почему тот из будущего не рассказывал, что меня ждёт. Он был прав, я лучше сам проживу эту жизнь, как хочу. Но главное, я знал координаты Земли из записей того же Антона Кремнева, который, судя по тем же данным, родился не так и давно, и похищен он будет через четыре месяца. Ничего, найдём и, если получится, спасём дочку. Я ведь тогда из самолёта перенёсся в это тело, если он разбился и дочка погибла, я себе этого никогда не прощу. По времени у меня есть почти шесть месяцев до той трагедии. Что ж, нужно поторопиться, но без спешки.

До станции я летел двое суток, тут, оказалось, до неё было приличное расстояние, но вполне в дальности челнока. С увеличенными баками он и втрое дальность покроет. Когда стали попадаться первые признаки человеческого присутствия – мусор, диспетчерские модули, живые или нет, детский использованный подгузник?! – на связь вышел диспетчер. Оказалось, у торговцев очень неплохо поставлена диспетчерская служба. На Фронтире это жёсткая необходимость. Налёт – и всё утеряно. Поэтому и диспетчеры, и всё, что им необходимо, на станции имелось.

– Неизвестный борт, идущий курсом А – три девять, вектор два плюс, сообщите свои данные и цель прибытия.

– Говорит челнок «Аркадия». Был высажен транспортом в соседней системе. Цель прибытия – купля-продажа и дальнейший транзит, – последовал мой незамедлительный ответ.

Вообще-то я давно ждал вызова, уже раз двадцать прокрутил это общение, но вызывали не сразу.

– Принято. Продавать челнок будете?

– Возможно.

– Палуба три-Е, ловите закреплённый за вами маршрут движения.

Челноки по внешнему виду были похожи друг на друга. Менялись только начинки на более современные, и какие-то узлы. Видимо, диспетчер получил характеристики моего челнока по выхлопу двигателей и пытался определить, что у меня за модель. Не получится, этот челнок был построен за несколько лет до начала войны с архами, то есть выпускать их будут через сто семьдесят лет.

Причём если провести проверку корпуса анализатором, он покажет изношенность металла в несколько веков. Это, конечно, снизит цену, но и продавать челнок очень не хотелось, такого оборудования просто не существовало ещё. Его только-только разрабатывали.

Не сказать, что система была прямо забита судами и кораблями, но около сотни их тут было. Отдельно, похоже, была парковка, там висело в несколько рядов семь десятков судов разных моделей и типов. Что примечательно, боевых было очень мало, десятка два. Остальные гражданские суда. Понять торговцев или владельцев можно: экономичность хода, удешевлённое оборудование, ремонт – в общем, экономия на всём. Безопасность, конечно, страдает, но и простые суда можно вооружить до зубов, хоть это и требует серьёзной модернизации.

Двигаясь согласно выданному маршрутному листу, я облетел станцию по кругу и на ручном управлении медленно завёл челнок на лётную палубу, где уже стояло шесть десятков подобных судов разной потасканности, поколений и типов.

Челнок под моим управлением осторожно завис над палубой и, можно сказать, нежно встал на опоры. Заглушив двигатели, я стал глушить все остальные системы, кроме реактора, тот перевёл в режим ожидания. Проверив, как выгляжу, и поправив немного отросшие волосы, я покинул рубку и направился по коридору к шлюзовой. Там прошёл процедуру шлюзования и наконец оказался на станции, людской станции. На скольких я был, не пересчитать, а тут рабочая и, главное, с жителями. Тип мне этот был знаком, но что за модель, не понятно, видимо старое поколение, к войне утилизированное. У станций тоже есть срок службы, после которого их нужно перерабатывать на металл.

Первый увиденный предок оказался местным сотрудником безопасности. Он представился и коротко описал, что можно делать на станции, а что нет, да посоветовал сменить шокер на более серьёзное оружие. Мол, на станции не везде безопасно, а забота о жизни и здоровье клиентов полностью лежит на них самих. Службу безопасности вызывать можно, если успеют, приедут, если нет, соберут трупы.

– Всё понял, – когда мужчина закончил, сказал я.

Тот кивнул и отправился по делам, на этом вся процедура регистрации нового клиента была закончена, но подошёл другой, местный техник. С интересом поглядывая на мой аппарат, он поздоровался.

– Никогда не видел подобных машин. Чьё производство? По обводам вроде империя Антран. Но я сейчас посмотрел каталоги, там такого аппарата точно нет.

– Эксклюзивная разработка, в каталог не вошла, – рассеянно ответил я. – Извините, мне переодеться нужно.

Вернувшись на борт челнока, я сменил пилотский комбез на десантный офицерский комбез с возможностью мимикрии и встроенным бронежилетом, со всем дополнительным обвесом и опциями. На ремень с одной стороны повесил кобуру с легким офицерским четырёхствольным излучателем, а с другой стороны – офицерский бластер, который местные переборки прожжет, как нечего делать.

Достав пачку банкнот, я отсчитал двести кредитов разным номиналом, чтобы было чем расплатиться, и, убрав их в закрытый карман на груди, покинул челнок. Потом закрыл его, заблокировав замок, поставил на сигнализацию и, пыхтя от натуги, подвесил на створку шлюзовой тяжёлую мину типа «Эр-Ти». Техник большими глазами наблюдал за моими манипуляциями, а когда я закончил, задумчиво пробормотал:

– Колючей проволоки по периметру не хватает, колпаков с пушками, вышек с охранниками и патрулей.

– Не сыпьте мне соль на рану, – хмыкнул я. – Лучше помогите советом. Я на Фронтире впервые.

– Оно заметно. Кстати, зря ты мину на движение поставил, тут между судами часто кто шныряет.

– Вот и пусть шныряют в другом месте, мне моё имущество дорого. Мина сперва посвистит, предупреждая. Сразу не рванёт. У шнырялыциков три секунды есть, чтобы выйти из зоны. Любой успеет.

Тут я лукавил: и свист будет, и подрыв, но подрыв игрушечный, ещё не хватало челнок повредить, боевой части в мине не было. Два дня ковырял взрывчатку, пока летел к станции, заменил на кое-что другое дурно пахнущее. Не своё, экскременты одного животного с Норда из моих запасов. Нюх у собак отбивает только так. Для того и держал. Местный безопасник же сказал, что я себя и своё имущество могу оберегать, как хочу. Пожалуйста, я хочу миной. Пусть мне хоть слово кто-то скажет.

– Советом? – задумчиво протянул техник. – Советом можно, но не за просто так, нальёшь мне глока в баре… Два стакана.

– Согласен.

– Тогда пошли, моя смена почти закончилась, можно и пораньше уйти.

Видать, техник был выпивохой, поэтому, не сдав смену, он заторопился к выходу, потащив меня за собой. Как оказалось, он тут жил и работал сорок семь лет и реально знал про всех и про всё. Кто что делает и кто чем зарабатывает. Подсказал, куда не надо ходить и где нельзя пить, если не хочу попасть в рабство или пойти на органы. Натуральные ценятся выше выращенных.

Вот так вот потихоньку я и вливался в местное общество, то есть старательно адаптировался, чтобы не выглядеть белой вороной. Техник заливался местным спиртом, прозванным глоком, и при этом, не переставая, лишь во время глотков замолкал, мёл языком. Большая часть была важной информаций, но попадался и мусор.

– Корабль? – задумался тот. – Тебе боевой надо, что ль?

– Желательно, – согласился я.

– Тут хлам один изношенный до предела, так что у нас не покупай. Если с консервации, то тебе в окраинные государства надо, там, если повезёт, если очень сильно повезёт, то и восьмое поколение можно взять. А тут что, лоханки четвёртого и пятого поколений, редко шестого. Если дальнего космоса не боишься, то можешь к мусорщикам пойти, они корабельные кладбища потрошат на местах боёв, могут и тебе собрать. Тут в течение трех веков каждые тридцать лет империи что-то делят, и кучи флотов остаются висеть в разных системах. Пятое, шестое, бывает и седьмое поколение, но это редко. В принципе, если тебе с одного на другое место летать, и тут что-то подобрать можно, но если в полёте что посыплется, не обессудь.

– Это не проблема, починю, – покачал я головой, внимательно слушая техника.

– Тоже техник, что ль?

– Инженер.

– Да ну?! – настолько удивился собеседник, что даже немного протрезвел. – Тебе же лет семнадцать, а то и шестнадцать на вид… Хотя вот выходы нейроразъёмов на руках, да и на челноке ты прилетел. Но всё равно молод ишо, чтобы инженером быть. А на челноке и на ручном управлении летать можно.

Я нисколько не обманывал старика, у меня действительно стояли метки на нейросети, и я мог пользоваться местным, не современным для меня оборудованием. А то, что они поставлены в будущем, особо не влияло на результат. Метки во все времена одинаковы. Так что по сегодняшним временам я крутой чел, пилот трёх направлений, врач, инженер, производственник и даже учёный, не считая бойцовских умений.

– Ну да, – согласился я. – Где мне этих мусорщиков найти, они тут бывают?

– Да тут только и бывают, где им ещё добычу сбывать? Хотя, конечно, зря они сюда летают, близко им, так ведь местные сговорились и добро у них по весу берут. Как металл, а это не очень выгодно получается, сам понимаешь. Правда, некоторые мусорщики начали целые корабли пригонять, вот они идут хорошо, и прибыль приличная. Боевые всё же. Пираты тут часто бывают, берут сразу.

– Хм, интересная новость. Так где мне на станции мусорщиков найти?

– Так в «Мусорщике». Клуб такой есть на нижних этажах, они в основном там и тусуются. Там их и найдёшь, будь уверен. Только сейчас мало мусорщиков, у меня знакомый в баре клуба работает, так говорит, собрались большой партией и куда-то улетели две недели как. Разведали вроде как новое кладбище, где бои шли пятьдесят лет назад. Ценное оборудование можно снять. Только опасно это, пятьдесят лет кораблям не срок, «живых» много, и ракету запулить могут в честного работягу мусорщика.

– Много вы знаете, – хмыкнул я.

– Так я два года мусорщиком был, пока тут не осел. Если бы не жена, грымза, был бы вольной птицей. Эх, а сейчас посмотри на меня. Опустился, обрюзг, лысина вон какая, пью, – пустил тот слезу, хорошо уже наклюкавшись.

– Шанс у каждого есть изменить свою судьбу, был бы характер для этого и желание. У вас нет последнего. Если бы вы собрались, отправились с мусорщиками и сорвали куш, может, что-то бы и изменилось. Например, хватило бы на процедуру омоложения.

– До неё ещё горбатиться и горбатиться. Лет сто проживу, тогда можно. Но ты прав, пора что-то менять, надоело это болото, спился уже, – снова пригорюнился тот и пустил длинную нитку слюны, склонив голову.

Заметив, что тот спит, я расплатился за заказ и попросил бармена отправить техника домой, оплатив эту услугу, – куда везти, тот знал, – и направился на поиски клуба «Мусорщик».

Идти оказалось недалеко, спросил у первого же встречного прохожего и, поймав его удивлённый взгляд, которым он окинул меня с ног до головы, услышал озадаченный вопрос:

– А в сети посмотреть не пробовал?

Если бы тот рядом не стоял, я бы машинально хлопнул себя по лбу ладонью от досады. Извинившись за неуместный вопрос, я зашагал дальше. Зайдя в ближайшее кафе и заняв свободный столик, занялся сетью. Система связи, почты и тому подобное у меня были всегда заблокированы за ненадобностью. А в прошлом, то есть в эти времена, даже на таких заштатных станциях хоть своя, локальная, но сеть была. Чтобы пользоваться сетью, требовалось оплатить абонемент, там были разные суммы и сроки, однако справочная была бесплатная. Зайдя в неё, я забил запрос и получил ответ со схемой маршрута к нужному мне клубу. Всё оказалось просто, даже интересно и непривычно. Никогда до этого таким видом связи и отправки сообщений я не пользовался. Надо нарабатывать опыт, пригодится.

Пить-есть я ничего в кафе не стал, помнил наказы техника, поэтому, покинув заведение, поспешил к лифтовому холлу. По пути заметив яркую вывеску салона красоты, совмещённого с тату-салоном, я потрогал свои отросшие локоны и направился ко входу. Там довольно симпатичная девушка, используя разный технический ассортимент оборудования парикмахера, на удивление качественно меня постригла. Всего семь кредитов за работу.

Покинув парикмахерскую, я спустился на лифте на шесть этажей ниже, там по длинному транспортному коридору прошагал чуть больше километра и, покинув район складов, оказался в жилой зоне. Тут и находился клуб «Мусорщик». Реклама мигала на «крыше», и её было видно издалека.

Вход не охранялся, неподалёку тусила группа молодежи, которая весело смотрела на меня, и от них слышался смех и ржание. Меня они особо не напрягли, бойцов среди них не было, поэтому прошёл мимо и вошёл в клуб. Техник не ошибся, мусорщиков на станции было мало, залы клуба полупусты. Клиентов и пяти десятков не наберётся, хотя помещения клуба были рассчитаны на полутысячную толпу посетителей.

– Что желаете? – спросил бармен, когда я подошёл к стойке.

– Из напитков ничего, а вот совета можно.

– Советы в наше время это такая вещь, они как бы есть, и их как бы нет, – философски сказал тот, протирая очередной стакан.

– Хорошо сказано, главное, в тему, – одобрил я. – Мне нужен мусорщик, который знает обо всех.

– В принципе могу и я сгодиться, но раз вы ничего не заказываете…

Положенная мной купюра в двадцать кредитов мгновенно исчезла со стойки.

– Что вы хотите знать?

– Мне нужно судно, можно с экипажем, можно с одним капитаном. Тот, который знает кладбища и не побоится отвезти меня туда с габаритным имуществом. Вот и всё.

– Насколько габаритным?

– Челнок стандартного размера.

– Хм, – тот задумался, при этом его руки ни на секунду не замедлялись и не останавливались, превращая стаканы в чистый хрусталь с помощью белого полотенца. – Думаю, для вас идеальный вариант Эжен. У него большой грузовой фрегат, он туда порожняком летает, обратно корабельное оборудование возит. Он этим живёт, так что, думаю, подработке будет рад.

– Он тут?

– Раз выбрал его, тут, разумеется. Несколько недель назад был большой сход, крупное кладбище нашли, так его не взяли. Корабль малый, дальность не так велика, как у средних. Это так, согласен, но фрегат Эжена очень быстр. Обиделся он, после отказа горе заливает, заработанное в последнем рейде тратит. Сейчас только пришёл, ещё в норме. Для него один стакан ничто. Сидит у колонны в бежевом комбезе.

Мельком обернувшись, я сделал снимок владельца фрегата сетью и, вернувшись к разговору, изучил его. Это был довольно высокий и стройный мужчина, возможно тридцати лет, возможно и ста, тут не поймёшь без медицинских исследований. Он сидел один с пустым стаканом, на который тупо смотрел, а рядом початая бутылка. Чего именно, непонятно, этикетки не было, наверное, тот же глок. Он тут очень популярен. Кстати, комбез у него был не пилотский, а редкий тип инженерного. Такие носят инженеры-администраторы на верфях.

– Есть у него слабые места?

– Женщины.

– Да у всех мужчин слабое место женщины, в той или иной степени, – мы с барменом посмеялись. – Ладно, сам разберусь, благодарю за информацию.

– Обращайтесь ещё.

Покинув барный табурет, я прошёл через танцпол, где под медленную музыку топталась сильно пьяная парочка, они с трудом стояли на ногах и, видимо, чтобы не упасть, друг друга использовали как опору, и подошёл к столику Эжена.

– Добрый вечер, али день, не знаю, сколько сейчас времени на станции. Вы позволите присесть?

Эжен удивлённо осмотрел соседние пустые столики и кивнул.

– Валяй, хоть не так скучно будет.

– Как вы относитесь к возможности найма?

– Хм, что за найм?

– Доставить меня с челноком в определённую точку. Какую, пока не знаю, сами подберёте. Мне нужно кладбище с кораблями седьмого, минимум шестого поколения. Главное, чтобы там были «живые» корабли. У вас есть такое место на примете?

– Парочка имеется. Корабельные кладбища столетней давности с шестым поколением знаю, одно есть с седьмым, и даже с восьмым. Но последнее – это чёрная дыра. Лучше не лезть.

– Почему? – полюбопытствовал я.

– Военные там автоматические артиллерийские и ракетные станции разбросали, даже не приблизишься, сразу огонь открывают. Сколько добрых парней из наших так голову потеряли, а всё жадность. Армейские там сами копошатся, снимают по краю со своих кораблей самое ценное, на антарские не лезут, кодов к ним нет.

– Далеко это кладбище с восьмым поколением?

– Да рядом, можно сказать, шесть дней лёту в гипере на моём «Скауте».

– Цена доставки?

– Пять тысяч возьму. Туда всё входит: еда, перевозка. Трюм у меня большой, три челнока войдут.

– Меня это устраивает, когда можем вылететь?

– А когда нужно?

– Вчера.

– Хм, – закашлялся тот. – Понял, собираюсь немедленно. Где твой челнок?

– Палуба «Е».

– С другой стороны, но не беда, встретимся на краю системы, мой позывной «Скаут», по имени судна.

– Хорошо, половину суммы дам на борту. Вторую по прибытии.

– Нормально, – кивнул Эжен, и мы расстались. Тот направился к своему судну, а я – к своему челноку.

Добрался нормально. Там, зажав нос, прошёл к челноку. Мину кто-то всё же подорвал, и всё был в экскрементах одного очень вонючего животного. Я дистанционно открыл вход и нырнул внутрь, проходя режим шлюзования и дезинфекции – последнее, чтобы отбить запах. Потом связался с местным диспетчером. Тот сначала узнал, оплачена ли у меня стоянка – естественно, оплачена, сразу по приземлении на сутки вперёд уплатил словоохотливому технику, – и я вылетел наружу. Там связался с Эженом, он тоже уже был в космосе, и мы обговорили место встречи. Через час мы сблизились, и я медленно завёл челнок в трюм фрегата, там застопорил его, включив на опорах магнитные башмаки, и в скафе покинул судно, прошёл на борт фрегата через внешнюю шлюзовую. Через трюм хода в жилой отсек не было, это не крейсер. В жилом отсеке кроме каюты владельца была ещё одна, в ней я и устроился.

Следующие шесть дней делать мне было нечего, поэтому, сказав капитану судна, что буду отдыхать, лёг на койку и, открыв один из разделов, нашел в списках баз недоученные и продолжил учёбу. Время идёт, и не стоит его просто тратить. Тем более закаченные мне на нейросеть базы тут очень крутые, много новых знаний. Да и моя бионейросеть – мегадевайс. Тоже надо быть поосторожнее. Ладно, хоть меня за восемнадцатилетнего принимают, не подозревая, что мне семнадцать. Отбрехался, придётся и дальше так делать. Главное, в медкапсулы не попадать, те сразу определят, сколько мне лет, и сообщат, что нейросеть странная и поставили мне её слишком рано. Что есть, то есть.

Добрались мы до нужной системы благополучно, хоть и пришлось делать дополнительный промежуточный прыжок. Оказалось, фрегат уходил в гипер на максимальное время четверо суток и пять часов. В данный момент мы оба, втиснувшись в крохотную рубку, с интересом наблюдали за тем, что было на трёх пилотских экранах. На краю были видны точки охранных модулей, готовые атаковать.

– Видишь? Ближе никак, – сказал Эжен.

– Вижу. Вообще удивительно, что так подобрались. Ладно, я пошёл собираться, оставишь меня здесь, дальше делай как планировал.

– Понял.

Собравшись, я вернулся к рубке и протянул Эжену вторую половину оплаты за доставку. После этого пройдя шлюзование, я по внешней броне прошёл к открывающимся створкам трюма и оказался внутри, там десять минут запускал все системы челнока, в основном ходовые, остальное было в норме – реакторы и система жизнеобеспечения работали штатно, и кормой назад вывел челнок из трюма фрегата.

– Удачи, парень.

– Благодарю, вам тоже ценных находок.

Попрощавшись, мы разлетелись в разные стороны. Мой путь лежал к корабельному кладбищу, на который ещё нужно было попасть, а Эжен полетел к другому, где находились корабли шестого поколения. Там тоже немало встречалось ещё «живых» боевых кораблей. Фрегат Эжена довольно скоро скрылся с экранов моих сенсоров, а после они же уловили пробой пространства. Тот ушёл в гипер, а я, поиграв плечами для разминки, активно включился в дело.

Дроид-диверсант из будущего модели «Тень» у меня был с собой. Да и куда я без него? Естественно, на взломе охранной системы этого бывшего поля боя, а ныне корабельного кладбища, я рассчитывал использовать его. Но прежде чем это делать, нужно понять, что ломать. Дело в том, что на экранах виднелись только оборонительные платформы, а вот управляющего звена я не видел. Скорее всего, оно за платформами, в глубине у кладбища, но как его мне найти? Сканеры фрегата не доставали, но у челнока стояло более совершенное оборудование, и оно вполне дотягивалось до границ кладбища. Так что я полетел рядом с охранной линией, стараясь её не пересекать, иначе откроют огонь, и искал модуль управления или нечто подобное. Сама охранная система мне была смутно знакома. В базах знаний были похожие типы оборудования, но там оно было совершеннее, а тут, видимо, первые или вторые прототипы. Кстати, я знаю все их больные и слабые стороны, а раз современные взяли их от предков, вот от этого оборудования, то эти проблемные участки должны быть и тут.

Как я и предполагал, охрана была построена по сегментному типу. То есть отдельная система со своим блоком управления отвечала за определённую точку пространства. Чтобы перекрыть отнюдь не маленькое кладбище, флотским пришлось использовать двенадцать комплектов такого оборудования, а оно отнюдь не дешёвое, как крейсер пятого ранга стоит. Наверное. Примерно сказал, но не думаю, что ошибся.

Определив себе сегмент для взлома – тут самое удобное место для проникновения в глубь кладбища, – я выстроил примерный маршрут полёта дроида и лично запустил его с брони челнока. Другой пусковой кроме собственной мускульной силы плеча и руки у меня не было. Как-то не догадался. Правда, и места для перевозки также не имелось.

Когда дроид улетел, я снялся с места и направился к остову транспорта, медленно дрейфующего в стороне. От него остался только силовой набор с кормы, вот в нём я и спрятался. Теперь осталось только ждать, пока дроид не вскроет этот участок охраны. Без этого я на кладбище не сунусь. У меня простой челнок, а не разведывательный корабль с системой маскировки, заметят и расстреляют в момент. Жаль, на Норде не нашлось подходящего маскировочного оборудования, поставил бы, так что приходилось обходиться чем есть, то есть чем не было.

Сигнал от «Тени» пришёл через три дня. Он как ретранслятор использовал одну из платформ, чтобы до меня докричаться и сообщить, что дело сделано. Естественно, он до этого не сам додумался, а выполнял установки, написанные мной. Как бы то ни было, получив сигнал, я сразу вылетел к кладбищу, по пути пройдя охранный пояс, снял с управляющего модуля «Тень». Тот молодец, хорошо поработал и заслужил отдых. Ненадолго, правда, подберу себе подходящий корабль, и ему придётся изрядно постараться, ломая корабельные искины и другое оборудование.

Естественно, у кладбища я старался вести себя сверхосторожно, так как один раз за охранным поясом, между ним и границей кладбища, прополз флотский транспортник. Значит, работы там ведутся, и нужно постараться, чтобы меня не обнаружили. Именно поэтому двигался я зигзагами. От одного остова до другого, оценивая увиденное. Увиденное не порадовало, флотские полностью обобрали корабли, но вот в глубь кладбища они не лезли, мой сканер ловил больше сотни активных засветок радаров и корабельных сканеров, то есть «живых» кораблей хватало. Меня они как раз мало интересовали, да и для чего мне корабль, у которого износ оборудования на грани отказов? Нет уж, нужно искать корабль с повреждениями, но который можно восстановить. Я пока в этом мире никто, это действительно так, поэтому на первое, да и на второе время мне необходим надёжный бронированный и хорошо вооружённый дом, моя берлога. Дом, на котором я могу путешествовать по вселенной и обжитым мирам. Ну, и чтобы посетить Землю, мне нужен был корабль. В космической цивилизации корабль – это жизнь.

Первые остовы, как я и говорил, были разобраны до состояния скелета. Было видно, что у флотских дело поставлено серьёзно и до мелочей. То есть если боевой корабль было нерентабельно восстанавливать до прежнего состояния, так его цена была куда выше, то просто снимали практически всё, оставался только повреждённый голый силовой каркас, напоминающий со стороны скелет. Корабли восьмого поколения, которые тут находились, были модульные, не модульные только до третьего поколения шли. Так вот, корабли были модульные, и практически можно было собрать, имея силовой каркас, что угодно этого же класса, тем более корабельные модули разных стран-производителей и фирм были унифицированы. То есть, если соответствует тип и ранг корабля, то заменить на другой модуль не составляет проблем. Правда, там были небольшие программные проблемы у разных государств, но их к девятому поколению полностью решили.

Сколько тут погибло кораблей, я не знаю, возможно, два флота государств-противников столкнулись. Погибли, естественно, не все, иначе кладбище куда обширнее было бы, но несколько сот судов тут имелось. Окраины кладбища местные тыловики-флотские подчистили – похоже, работали тут именно они. Слишком всё напоминало службу технической поддержки флота своим порядком и основательностью. Так вот, окраины они подчистили, я пролетел мимо семи разобранных до несущего каркаса остовов, даже броню сняли, где она не была повреждена, добравшись уже до нетронутых участков корабельного кладбища. Похоже, тыловики работали так. Буксиром, который тут наверняка есть, но я его пока не видел, – флотские с другой стороны работали, что и обусловливало мой выбор именно этого места для проникновения, – подтаскивали «мёртвый» корабль к базе, там его разбирали или ремонтировали, восстанавливая. Всё для этого у них было. Как я уже говорил, восстановление было поставлено на поток. Похоже, группа флотских, что всё это затеяла – официально или нет, поднимет на этом огромные деньги, тут не миллионами, тут многими миллиардами попахивало, за такие деньги стоило побороться. Естественно, флотские считали кладбище своим, законы на Фронтире им были не писаны. Поэтому следовало работать очень и очень осторожно, не думаю, что им понравится моё желание найти и собрать под себя корабль, уведя его у них из-под носа.

Когда пошли разбитые корабли, я стал предельно осторожным. Неподалёку светился активными сканерами, изредка давая засветку боевого радара, линкор антарцев, империи работорговцев прошлого, вернее теперь для меня реальности. Пора отвыкать от прошедшего времени, теперь это настоящее, моё время. Конечно, всё у меня при перемещении прошло как-то быстро, и я не успел нормально подумать, но одно знал точно: оставить сестёр и бабушку одних я не мог, и если всё это действительно подготовил и осуществил тот я из будущего, то об этой стороне беспокоиться не стоит. В общем, я мог заниматься всё это время чем хочу, как и планировал. У меня кроме сильного желания попасть на Землю – интересно, почему всех землян всегда тянет обратно? – была также задача стать если не экспертом, то хорошим спецом по артефактам Древних. Вот такие у меня планы на будущее. Как стать спецом, я пока не знаю, наверняка есть каталоги и разработки учёных, буду учиться по ним, поэтому перед полётом к Земле нужно запастись учебным материалом, ну а потом и на Землю смотаюсь. Кстати, она от этого кладбища не так и далеко, полтора месяца полёта в гипере на тяжёлом крейсере. Не знаю пока, что я брать буду, но нужно что-то серьёзное, потому как сейчас эти места довольно опасные и пропасть можно легко. Поэтому одно я определил точно: нужно брать если не линкор, то тяжёлый крейсер. Это самые крупные дубинки на Фронтире, размениваться по мелочам не стоит. Правда, у этих типов кораблей требования к экипажу слишком высокие, они там были необходимы. Однако одному управлять трудно, но всё же возможно. Особенно с моими-то базами из будущего.

Вот поэтому, начав углубляться в корабельное кладбище, я не только старался обойти «живые» корабли, но и подбирал себе будущий дом и крепость из тех, что не подавали признаков жизни. Кстати, как я ни старался, но от внимания ещё живых искинов разных кораблей не ушёл, слишком маленькое расстояние между нами было. Они провожали меня «взглядами» долго и я бы сказал, удивлённо. Мой челнок не соответствовал стандартам и не отвечал на отзывы, то есть понять, кто я и какому государству принадлежу, они не могли. Лишь из-за того, что я не входил в их зону безопасности, они не открывали огонь. Да-да, есть такая зона безопасности у повреждённых и брошенных кораблей, она в искинах в управляющих кодах вписана. Так что если даже кто из искинов «увидит» тебя, то не атакует, пока не пересечёшь границу этой самой зоны. Как-то так. Я это знаю из базы «Искины, настройка и программирование», выученной мной до шестого ранга. То есть я в этом спец. Тем более по новейшим искинам, что позволяло мне знать все сильные и слабые стороны искинов восьмого поколения, стоявших на этих кораблях, и выше. Взлом, очистка от следящих закладок и программирование для меня проблемы не составят.

Конечно же тот «живой» линкор антарцев привлёк моё внимание, но больше из-за того, что тут, похоже, была свалка тяжёлых кораблей, бой шёл на пистолетных дистанциях, и линкоров я тут насчитал пятьдесят семь штук. Из них восемь были «живые», но явно без экипажей, то есть висели в пространстве в ожидании, атакуя всех, кто входил в зону их безопасности. Кстати, после боя они не атаковали друг друга, несмотря на то что корабли противников висели рядом. Это экипажи были врагами, а в программах искинов как раз такого не было, что нужно обязательно атаковать корабль противника, кроме случаев, если он под управлением экипажа или сам атакует тебя. У искинов есть программы опознавания, чтобы определить, есть ли на корабле противника экипаж, ну и биологический сканер в придачу, последние были на всех кораблях. Оборудование небольшое и много места не занимает.

Я и повисел у остова одного из антарских линкоров, изучая этот участок кладбища. Жирное место, и тут можно изрядно подняться, однако в основном тут были остовы тяжёлых линкоров, они излишне серьёзно были повреждены. Ещё бы, бой вёлся на близких дистанциях, поэтому я особо не рассчитывал найти тут что-то стоящее. Было четыре малых линкора, три артиллерийского типа, практически мониторы и один авианесущий, также с серьёзной артиллерией, но мне ничего не подходило. Я бы выбрал что-то из тяжелых крейсеров с увеличенной артиллерией и обязательно с лётной палубой. Кстати, мелких обломков брони и модулей тут было просто великое множество, в некоторых местах даже облаками висели, а «живые» корабли ими были буквально облеплены, но я старался быть внимательным и берёгся. На челноке, не имеющем щита, находиться тут было опасно. Уже была пара случайных касаний, от которых корпус челнока содрогался, и на боку появилось две вмятины, но пока вроде обошлось. В общем, место довольно опасное, но нужно искать дальше.

После драки линкоров бой, похоже, перешёл в свалку, и вокруг было много крейсеров с редкими вкраплениями туш линкоров. Носителей я не видел. Да и не участвовали они в подобных свалках. Обычно они находились в тылу под охраной крейсеров, имевших многочисленную артиллерию ПКО, и выпускали рои москитного флота. А тот уже добирался до противника сам. Тут в обломках много летало повреждённых и даже целых истребителей. Встречались и спасательные капсулы, как москитного флота, так и с кораблей. Пустых не было.

На восьмой час поисков моё внимание привлёк корпус тяжёлого авианесущего крейсера модели «Нохан», модификации рейдер-универсал. Такие типы кораблей действительно были универсальны, они годились как для одиночных рейдов или в составе эскадры, так и для охраны конвоев и эскадренных боёв. То есть достаточно универсальные и, главное, удобные для любого применения корабли. Это был третий «Нохан», которого я видел на кладбище, было ещё два, но в таком состоянии, что местные флотские точно пустят их на разбор. А у этого силовой корпус явно цел, хотя корма практически отсутствовала. Вернее там, в виде «розочки» остался один из четырёх двигателей, остальные, видимо, уничтожил залп с линкора, добив ракетами. Больше никто таких повреждений нанести не мог. Тут чувствовалась работа крупнокалиберной артиллерии.

Этот тип крейсеров мне нравился, он имел мощную артиллерию, даже восемь туннельных орудий малой мощности, их ещё «сотками» называли, такие на малые линкоры ставятся, и четыре башни средних тоннельных орудий, а это уж более чем серьёзно. Ещё он имел увеличенную дальность хода и четыре, а не две лётные палубы. Он мог нести до пятидесяти судов москитного флота и брать десант в численности до батальона. Причём со средствами усиления, то есть с бронетехникой и тяжёлым вооружением. Для меня идеальный вариант. Кстати, у Кремнева в его мемуарах в первой собственности будет упоминаться схожий крейсер, но другой модели и модификации. У него был чистый рейдер, а я нашел универсал.

Заинтересовавший корабль был от меня далеко, нужно как-то пройти зоны безопасности двух «живых» антарских крейсеров, но я не думаю, что это будет проблемой, проходы имелись. По времени уже была ночь на моём судне, да и я изрядно устал, без отдыха сканируя и осматривая кладбище, поэтому решил оставить «Нохан» до завтра. Так что засыпал я с довольной улыбкой, всё-таки нашёл что надо, да ещё два однотипных корабля имелись на примете, которые пойдут на запчасти. Осталось завтра внимательно осмотреть находку, и можно приниматься за работу. Сколько это займёт времени, не скажу, зависит от состояния крейсера, но минимум три недели. Да, кстати, эти «Ноханы» – это не то чтобы восьмое поколение, а скорее переход с восьмого на девятый, который сейчас использовали В КС обоих государств, флоты которых тут столкнулись. То есть в свободной продаже таких крейсеров не найти. Находка реально отличная и, главное, в тему. Но вот пересекать границы государств на нём не стоит, отберут, без сомнений отберут. Как убрать эту проблему, я пока не знал, но решу. Возможно, найду здесь малый крейсер, который свободно поместится в трюме «Нохана», и будет у меня для полётов по освоенным мирам специальный корабль, а «Нохан» я спрячу на это время. С такими мыслями и размышлениями я и уснул. Завтра предстоит тяжёлый день, много работы и диагностики корабельного оборудования, поэтому требовалось хорошенько выспаться.

Честно говоря, крейсер меня порадовал. Повреждений у него было не так и много, да и не критичные они, модули легко заменяемые, уничтоженные разгонные двигатели на корме, пара снесённых маневровых, ну и точечный удар по рубке. Жилой модуль был цел, но пуст, как и шахты для спасательных капсул. Похоже, большая часть экипажа покинула борт корабля. Да и на лётной палубе не хватало челноков и ботов, вернее их там вообще не было. Похоже, экипаж экстренно эвакуировался.

Весь этот день я провёл на борту «Нохана» со своим техническим дроидом, у которого был отличный встроенный диагност, проверяя оборудование и вооружение. С последним всё было не так радужно, хотя легко заменяемо, что я и собирался сделать, но в остальном без проблем. На борту обнаружилось тридцать семь тел погибшего экипажа. Я лично их собрал, пока дроид работал, и убрал в средний контейнер, чуть позже туда отправились ещё четыре тела, найденные дроидом в разных неожиданных местах при осмотре и диагностике систем крейсера.

До самого корабля я добирался три часа, но всё-таки смог это сделать благополучно. Потом залетел на одну из лётных палуб, из трёх она одна была открыта, три другие скрывали массивные плиты брони, защищавшие их. Видимо, эту палубу использовали для эвакуации. Реакторы были целы, хоть и экстренно заглушены, износ всего ничего, да и гипердвигатель цел, что странно. После того залпа с линкора он должен быть точно уничтожен, но как ни странно уцелел. Требовалось провести лишь юстировку, и всё. Переборки между этим отсеком и двигательным искривлены, даже пробоины имеются, но сам гипердвигатель не задело.

Прошёл мой второй день на кладбище. Ночевал я всё так же на борту челнока, что стоял на лётной палубе на магнитных башмаках, в полной разрухе вокруг, но меняя картриджи скафа, и всё это время изучал корабль, находясь внутри крейсера. По крайней мере, я теперь точно знал, что мне требуется, и составлял план ремонта и список необходимых модулей для замены. Теперь осталось посетить два других «Нохана» и определить, что у них уцелело, чтобы демонтировать и прибрать себе. Кстати, и «Тени» уже нашлась работа. На борту «Нохана» я обнаружил инженерный комплекс с дроидами, правда последних был некомплект, трёх не нашёл, и тот сейчас взламывал управляющий искин, а дроиды стояли на зарядке от реактора моего челнока. Без этих технических и, главное, инженерных комплексов крейсер мне до первоначального состояния не восстановить. Правда, до первоначального я и не собирался его восстанавливать, уже сформировался в мыслях план возможной модернизации того если не до десятого, то до девятого поколения точно. Да и пару башен тяжёлых туннельных орудий можно поставить, а дополнительный реактор, чтобы всё это питал, можно и в трюме установить. Рубка у крейсера была уничтожена, требуется заменить, но можно поставить с двух других, зато жилой модуль цел. С ним было много возни, чтобы заменить, так что я этому был только рад, но и его собирался перестроить по своим планам и под желания. Летать я собирался один, значит, и жилой модуль под себя переделаю, хотя сотню кают и оставлю, мало ли пассажиры вдруг на борту окажутся. Жилой модуль мог вместить семьсот шестьдесят человек экипажа, членов подразделений лётной палубы и личного состава батальона. Там был серьёзный тренировочный зал и даже места для отдыха – пара баров и кафе. Как я уже говорил, крейсер-универсал, и в плане рейдера мог ходить далеко. Так что о комфорте команды и пассажиров позаботились, что меня только радовало. К сожалению, система жизнеобеспечения полностью вышла из строя, но заменить её не так уж и трудно. Разберёмся.

* * *

Счастливо вздохнув, я продолжил любоваться тем монстром, который вылепил за эти семь с половиной недель из проекта «Нохан». Теперь с моим крейсером ничто и рядом не стояло. Если перевести его в поколения, то местные флотские эксперты уверенно дадут ему десятое поколение. Да уж, пришлось мне постараться, чтобы сделать то, что я хотел. Первоначальный вариант, то есть восстановление по стандартам флота Антран, был мной обдуман и отставлен в сторону как малоперспективный. Вот тогда, а это произошло на третий день моего пребывания на кладбище, я и разработал новый план полной модернизации «Нохана». Причём с виду тот не сильно изменился, и при опознании в нём признают именно крейсер типа «Нохан», тогда как я умудрился превратить его даже не в лёгкий, а средний линкор, но малых размеров. Как я это осуществил? Ох и пришлось повозиться и подумать, пока не смог сформировать свои идеи сначала в виде схемы, а потом уже и в этом корабле. Базы знаний из будущего в этом изрядно помогли, без этих знаний я бы не рискнул вносить конструкторские изменения в корпус и программное оснащение крейсера.

В принципе, что отличало десятое поколение от восьмого? Да более новейшее вооружение, оборудование и программное обеспечение, втиснутое в меньший корпус, что был до этого. То есть по стандартам будущего, тяжёлый крейсер «Нохан» как раз и был размером со средний линкор. Чем дальше в будущее, тем уменьшались размеры и увеличивались возможности кораблей. Так что я просто воплотил в жизнь работы инженеров-конструктов чуть раньше, чем они сами это сделали. Ну, а расчёты, которые я делал, сводились к тому, чтобы разное оборудование работало совместно. Всё-таки большая часть не была совместима с тем, что стояло на крейсерах.

В чём изменился «Нохан»? В принципе во всём, я даже его жилой модуль убрал и установил другой, как раз со среднего линкора, где взял большую часть запчастей и модулей для замены. Первое, установил более мощные реакторы, также пять их было, но энергии они давали на треть больше, да ещё сварил станину и установил в трюме шестой, для поддержки остальных. Корма обзавелась более мощными двигателями с лёгкого линкора, со среднего и уж тем более тяжёлого двигатели там бы просто не поместились. Да и эти вошли впритык, и пришлось наращивать броню. Это были первые внешние изменения в этом проекте: чуть увеличенная корма, скрывавшая двигатели совершенно другой модели, ну и колпаки башен туннельных пушек. Их осталось столько же, но калибр был установлен совершенно другой.

Про рубку лучше рассказать отдельно. Один из линкоров, найденных мной, видимо, был экспериментального проекта, так как выделялся среди других и был явно девятого поколения. Наверное, он тут был на испытаниях. Рубка у него была цела и куда лучше и оснащённее, чем у других кораблей. Вот её я снял и установил на «Нохан». Та по размеру даже меньше была, и пришлось повозиться, чтобы поставить и закрепить её. К тому моменту «Тень» уже взломал управляющий искин, на него подали питание, бросив кабель от реактора челнока, и он стал мне помогать. Все закладки я с него убрал, так что в случае встречи с подразделениями флота В КС империи Антран неповиновения не будет. Все сигналы с их кораблей будут проигнорированы, но искин обязан мне сообщить, что его пытаются взять под контроль.

Помимо этого, вместо восьми лёгких туннельных пушек я установил башни средних, а вместо четырёх средних – башни тяжёлых. Тут вот пришлось повозиться, гнёзда под эти башни не подходили, и те пришлось вырезать из корпусов кораблей-«доноров».

Вот так я работал все эти недели, в чём мне помогали семь инженерных комплексов, которым я давал задания, это облегчало работу, и двенадцать технических. Именно такое количество комплексов и позволило закончить так быстро. Теперь по списку, что я сделал.

Поменял рубку на более совершенную, теперь мне будет в два раза легче управлять крейсером, да ещё вести одновременно бой и пилотирование.

Более серьёзная внешняя броня, снятая с того экспериментального линкора, она ещё была покрыта специальным напылением, помогающим сбросить излучение сканеров и радаров.

Отвлекусь немного от рассказа. В будущем все боевые корабли имеют такое напыление на броне. Оно действительно помогало от сканеров и радаров, те не могли зацепиться, чтобы навести ракеты или прицелы противника и дать сделать ему прицельный выстрел или залп ракет, но тогда же нашли и противодействие, модернизируя антенны и само оборудование, как сканеров, так и радаров. Сейчас до этого ещё не дошли, и такое вот напыление становилось для противника серьёзным испытанием. Попробуй попади в цель, если прицел и наведение сползает с неё. В моём же случае, зная всё техническое описание нужного оборудования, я модернизировал его в новой рубке «Нохана», и теперь для моего корабля как раз такое напыление никакой проблемы не представляло. Целеуказание уверенно держало судно на прицеле. Именно по этой и ряду других модернизаций эксперты В КС и дали бы кораблю десятое поколение.

Но вернёмся к самому кораблю. Так вот, замена рубки, брони – ох, и помучились инженерные комплексы, когда гнули её по обводу, – замена вооружения, жилого модуля, реакторов, двигателей, как разгонных, так и маневровых, системы жизнеобеспечения, сканеров, радаров была проделана мной, но пока не опробована. Да всё я поменял или проделал за семь с половиной недель. Ещё у меня в планах было создание медсекции, вернее даже малого госпиталя на борту корабля, но пока не успевал, основные узлы делал.

Поэтому медоборудование, собранное с ближайших кораблей, и всё оснащение находились в трюме и частично в контейнерах на сцепках. До этого трюм был полупустым, а теперь забит до предела. Более того, на корпусе корабля на сцепках были закреплены два десятка средних контейнеров и около сотни малых. Всё добро, что я насобирал, увозил с собой. В принципе сегодня всё, отсыпаюсь, а завтра покидаю это кладбище. Да-да, я собирался это сделать на следующий день.

Чтобы покинуть территорию кладбища, мне необходимо было пройти мимо зон безопасности четырёх пока ещё «живых» кораблей, одного антранского и трёх антарских. Так вот, обойти я их не мог, это самый удобный маршрут, из-за этого и пришлось задействовать «Тень». Сегодня он закончил ломать искины последнего из четвёрки, того самого линкора, что привлёк моё внимание в первый день, и путь был свободен. Я как раз летал за ним на своём инженерном боте, и вот при возвращении остановил судно, заставив его зависнуть в пространстве, и в данный момент любовался своим творением. Крейсер висел серой тушей – это напыление так реагировало на свет прожекторов бота – и сиял огнями на лётной палубе. В принципе, со стороны тыловиков, где те находились, мы были скрыты, но я всё равно не терял внимания и старался вести работы как можно незаметнее. Пока то, что я находился на кладбище, ими не было вскрыто. Ну, а когда покину, там уже будет поздно.

В принципе рассказывать о том, что я делал, не хотелось, работа нужная и тяжёлая, разве что проектирование меня увлекло, и я отдался ему полностью. А так я рыскал по кораблям, собирая всё, что плохо лежит, и позже перебирал, что пригодится, а что нет. Одной из первых ценных находок был ремонтный корабль обеспечения. Что он тут делал, не совсем понятно, обычно они рядом с носителями тусуются, в тылу, и уже после боя занимаются ремонтом, но этот был именно в середине кладбища. Он обогатил меня не только на три инженерных комплекса полной оснащённости и немалым набором запчастей к ним, но и вот этим ботом. Три других были уничтожены во время боя. Так что на этом боте, используя манипуляторы, я и перетаскивал всё добро к «Нохану». Также с помощью бота я ворочал и устанавливал на станины тяжёлые сигары двигателей. Отличным приобретением оказалось это судёнышко, сколько времени мне сэкономило. Помимо него я забил лётную палубу отремонтированными истребителями, штурмовиками и перехватчиками. Даже нашёл четыре бомбардировщика и тоже приписал их к крейсеру. Так что лётная палуба была полна техникой. С разведывательного корабля, что также оказался на кладбище, я снял много очень ценного оборудования, включая разведботы, челноки и катера, имеющие системы массировки. Для тайного проникновения на планеты самое то. Более того, у самого крейсера было оборудование маскировки, оно, конечно, из максимально возможных по мощности, но и его я установил в рубке «Нохана» и задействовал.

Такое оборудование могло прикрыть полем маскировки крейсер размером максимум пятого поколения, каким и был разведчик, где я позаимствовал это оборудование, а у меня был корабль десятого, максимального поколения, в два раза больше. Поле на него просто не налезало, чтобы полностью прикрыть. Однако и это оборудование маскировки можно было модернизировать, что я и сделал. Три дня кропотливых расчётов – и готово, теперь мой крейсер и мой дом мог быть прикрыт этим полем. Я уже пробно запускал его, работало отлично. Жаль, долго держать было нельзя, слишком много энергии жрало. Стержни реакторов очень быстро «съедались», да и у самих реакторов излишне быстро увеличивался износ. Конечно, мне активного эксплуатирования всего этого оборудования хватит лет на двадцать, но всё равно не хотелось так быстро терять ресурс. Я не планировал так быстро расставаться с этим кораблём. Нужно ещё подумать и найти выход из такой прожорливости оборудования маскировки. Может, найдётся возможность эту прожорливость если не сократить, то как-то уменьшить. Ничего, время будет, посижу за расчётами.

В принципе вроде всё, работал я, с редкими вкраплениями сна, непрерывно и наконец создал этот шедевр, о чём только что рассказал. Как я уже говорил, работа была очень тяжелая, поэтому я устал не только морально, но и физически, и эти сутки решил потратить на крепкий сон и отдых.

Стронув бот, я завёл его на лётную палубу крейсера и дистанционно запустил закрытие бронестворки. Защитная плёнка тут работала, но иметь подобное незащищённое место на корабле для проникновения чужаков не хотелось. Конечно, управляющий искин контролировал всё вокруг и такого не допустит, у него жёсткие инструкции, да и щит работал, хоть и не в полную силу, но в ближайшее время покидать борт корабля я не собирался, вот согласно стандартной флотской инструкции и закрыл палубу.

Поставив бот на его место – это была единственная свободная площадка для парковки, – я покинул его, перед этим отключив все системы, но не глуша реактор, и направился в свои апартаменты. Атмосфера на борту была, и штатно работала система жизнеобеспечения. Кстати, пока есть время, расскажу про искины и о том, как я ломал голову, придумывая название для своего творения. Искинов в рубке было семь, всё же рубка с линкора, но я нашёл место и поставил восьмой, дополнительный. Он ни за что не отвечал, а служил для усиления возможностей расчётов и работы остальных. В это время на окраинных мирах уже пошли искины с так называемой приставкой «А», то есть с усиленными мощностями расчётов. Конечно, до тех, с которыми я работал в будущем, им ещё далеко, можно сказать первые прототипы со всеми своими болезнями и недостатками, однако и с ними я изрядно поработал, обновил установочные программы собственноручно написанными софтами. То есть увеличил почти вдвое их возможности и приблизил к стандартам будущего. Ничего трудного, я знал, что нужно делать, и написание нужных программ у меня заняло два дня. Сделал бы быстрее, но заготовок не было, пришлось с нуля начинать.

Так вот, искинов было восемь, из которых три усиливающие остальные. Управляющему я дал новое имя Перун, в честь славянского бога, навигационному – Кузьмич, чуть не дав Сусанина. Но быстро вспомнил, что как назовёшь судно, так оно и поплывет, и назвал Кузьмичом, по фильму с Земли, про охоту где. Отвечающему за вооружение дал имя Командор, это был уставной вояка, по тем личностным данным, что я ему записал, внутренняя безопасность тоже была на нём. Четвёртый отвечал за систему жизнеобеспечения и техническое обслуживание корабля, то есть командовал всеми ремонтными и техническими дроидами. Пятый искин – Шпунтик – это лётная палуба, координационный центр управления москитным флотом, ну и всё обслуживание. С освободившимися и увеличенными мощностями появился запас в их памяти, и я дал им ещё некоторые установочные программы с новыми обязанностями. Теперь Командор и Перун помогали мне в случае артиллерийской стрельбы, скорость прицеливания повышалась в разы. Ну, и ракеты можно было направлять теперь дистанционно. А вот название для корабля я пока не придумал и называл всё так же: «Нохан». Это была такая маленькая рыбка в одном из миров империи Антран. Маленькая, но очень опасная. Она кусала, парализовывала жертву, забиралась под кожу и съедала изнутри, а уж если их несколько… В общем, удачное название, если вспомнить, что «Нохан» к тому же и рейдер, созданный также, чтобы работать на коммуникациях противника.

Про вооружение рассказать хотелось бы особо. Четыре башни тяжёлых туннельных пушек, шесть средних и всего две малых. Пушки одноствольные, не спаренные, и работали на дальних дистанциях. То есть я мог уничтожить противника до того, как войду в его зону поражения, именно для этого мне и нужна была помощь искинов, стрелять придется не визуально, а по расчётам, а при пилотировании всё вместе я это не потяну, хотя возможностей моей сети впритык, но хватало. Ещё было пять башен плазменных пушек главного калибра, восемь среднего и двести шесть турелей ПКО. Помимо них было восемь пусковых средних ракет и всего две тяжёлые. Да-да, умудрился втиснуть, хотя казалось бы – куда?

Ещё стоило бы упомянуть о средствах спасения. Нет, шахты со спаскапсулами я вернул в исходное положение, то есть теперь все капсулы на местах, да и было их всего двадцать штук, десятиместных. Я про другое. Среди обломков мной был найден фрегат – средний фрегат модели «Туго» в модификации торпедоносца. Сами пусковые я убрал, доработал кораблик, и готово. Неплохая личная яхта у меня теперь всегда была на борту. Фрегат был жёстко закреплён на сцепке пятой шлюзовой рядом с жилым модулем, и от него к этой шлюзовой из моих апартаментов можно было добраться быстрее всего. Вот как-то так. Сам фрегат претерпел серьёзные как внешние, так и внутренние изменения. Он стал быстрым, очень манёвренным и вооружённым, получил оборудование «Скрыта», то есть маскировки. Запас хода у него увеличился на порядок, гипердвигатель теперь помощнее, ну и остальное. Как я уже говорил, поработал над ним. Вот вроде бы и всё.

Сутки прошли хорошо. Я выспался, потренировался часок при двойном тяготении и искупался в бассейне, не мог я не сделать его в тренажёрном зале. Зал с отличными снарядами и тренировочными капсулами прямо манил, а я любил доводить себя до полной усталости, чтобы повысить физические и профессиональные умения бойца. Кто-то удивится, откуда у меня вода, да и воздух тоже. Поясню, у флотских по инструкции на каждом корабле должен быть запас воды в виде льда, хранящегося в малых контейнерах, ну и воздух в баллонах под высоким давлением. Я это всё нашёл, и мне вполне хватило, даже стандартный запас сделал, согласно всё той же инструкции. Флотские плохого не посоветуют, у них всё это кровью написано, на личном опыте.

Вытеревшись полотенцем, я прошёл воздушную обработку у душевых кабин – тёплый воздух подсушил последние капли – и, надев пилотский комбез – у меня их на складе теперь много, все неношеные, в консервационной плёнке – направился в рубку. Все приготовления были закончены, я позавтракал, позанимался, и полный сил и здоровья решил покинуть это кладбище, что так много мне дало. Да, я собирался покинуть кладбище, но направиться планировал не на Землю, а сначала заглянуть на ту станцию торгашей под названием «Карай», откуда на фрегате мусорщика прибыл в эту систему. Дело в том, что я действительно многое нашёл тут, на кладбище, но далеко не всё, что мне было нужно. Это я и надеялся найти у торговцев. Например, те же косметические наборы и остальное, что так манит женщин. На Земле это один из самых ходовых товаров. У меня, конечно, есть промышленный синтезатор, который может создать всё, что угодно, но он снят с ремонтного корабля, и программы в него вбиты для создания запчастей плат и небольшого оборудования именно для боевых кораблей. Не было у меня нужных программ, и как их писать, я пока не знал.

Я производственник, а не косметолог. Проще купить, тем более наличность на кораблях я собрал в приличном количестве, как и банковских чипов. Последние я пока не взламывал, многие имели пароли, оставил на будущее. Про каталоги и учебный материал по артефактам Древних тоже не стоит забывать. Всё это мне также было нужно, хотя бы чтобы основы усвоить. Надеюсь, всё это я найду на станции и приобрету.

Пройдя в рубку, которую охраняли два боевых дроида противоабордажного комплекса – у меня внутренняя безопасность была в активном режиме, – я устроился в кресле капитана и, подсоединив шнуры к нейроразъёмам на кистях, замер, запуская большую часть систем, кроме сканера и радара. Если я их запущу, то засвечусь, как огонь в ночи, а это делать было пока рано. Нет, пока я использовал пассивный радар на малой мощности.

Большую часть прохода я расчистил, ботом оттащив обломки, но он всё равно был узок, поэтому защиту пришлось уменьшить, плёнка пузыря была практически у контейнеров, но не касаясь их. Потерять своё добро я не хотел. Только в одном месте кладбище не было мной расчищено от остовов кораблей и крупных обломков. Тогда линкор антарцев ещё не был под моим контролем, как сейчас. Пришлось остановить движение крейсера и стабилизовать его в пространстве, после чего на боте в течение пяти часов оттаскивать обломки в сторону. Мы с ботом отлично потрудились как буксировщики. Удобные штуки эти манипуляторы, надо сказать, не зря же это судёнышко назвали инженерным, то есть для инженеров. Очень компактное и удобное оборудование для меня.

На этом было всё. Я благополучно дошёл до охранной системы флотских, которая уже была взломана мной, и начал медленно разгоняться, врубив сканеры и радар, «осматриваясь» в системе. Теперь это можно было сделать безопасно. В квадрате, где работали тыловики, поднялась паника, и мне пошли запросы, которые я игнорировал. Через три часа мой тяжело нагруженный корабль прорвал пространство и ушёл в гипер. Одно это – скорость перехода – показало, что я не зря модернизировал корабль. Такие суда с подобной массой уходят на два часа позже. Вот, наверное, удивились флотские, они наверняка сняли характеристики «Нохана» и по ним рассчитали время на прыжок. А тут на два часа раньше корабль исчез с радаров. Стоит задуматься, а кто это вообще был?

Как только звёзды прыгнули мне навстречу, я потянулся и, покинув кресло капитана, направился в жилой модуль. «Нохану» лететь до станции два дня, в отличие от фрегата, так что займусь-ка я госпиталем. Место под него уже подготовлено, осталось создать сам госпиталь. Сделать я собирался обычный малый госпиталь по стандартам Содружества. Это шесть боксов и четыре служебных помещения. Боксы были диагностический, операционный, два лечебных, реанимационный и учебный. Служебные и того проще: склад медпрепаратов, кабинет и комната отдыха для медперсонала, кабинет главврача вместе с комнатой для отдыха, и в нём же небольшая кладовая спецхранилища для самых дорогих и опасных препаратов. Ну, и процедурная, естественно.

Активировав на ходу три технических комплекса, один я направил на место, где в скором времени будет находиться госпиталь, а два в трюм за строительным и обшивочным материалом, настенными и потолочными панелями. Остальное уже потом понадобится, когда заработают камеры дезинфекции. То есть когда в госпитале заработает своя система жизнеобеспечения и он перейдёт на замкнутый цикл работы, как и должно быть согласно стандартам. Энергошины туда уже подведены, осталось доделать, что не успел. Думаю, пока летим эти два дня, я успею закончить с госпиталем.

* * *

– Неизвестное судно, сообщите свои данные и цель прибытия, – прозвучал в динамиках запрос от диспетчера, как только я вышел в обычное пространство.

– Тяжёлый крейсер «Нохан». Цель прибытия – совершить операции купли-продажи, – ответил я стандартно на такой же стандартный вопрос.

Хорошо, тут Фронтир и не спрашивают документы на корабли и суда. Если ты им управляешь, то ты или нанятый пилот, или владелец, другого не дано. Конечно, такие громады, как у меня, тут редкость, даже пираты предпочитают суда поменьше, чтобы с ремонтом так не возиться, но ничего необычного в моём прибытии не было.

– Стыковка или парковка? – последовал второй запрос.

– Парковка.

– Принято. Парковочное место шесть Д – двадцать шесть. Отправляю маршрут до конечной точки.

– Маршрут принял, – подтвердил я и направил корабль согласно проложенному маршруту.

Шедшие рядом или навстречу суда шугались и уходили в сторону, когда на пилотских экранах вылезал мой монстр. В эфире звучали испуганные восклицания, перемешанные с восхищенными возгласами. Была пара запросов от капитанов судов, но я их проигнорировал, не интересовало меня их любопытство и алчность. Явно кто-то, разглядев, что у меня все борта усеяны контейнерами, решил поживиться за счёт перепродаж.

Добравшись до места, я остановил и стабилизировал крейсер на закреплённой за мной парковке и стал глушить часть систем, кроме околобортового контроля – Командор стреляет без предупреждения, это Перун предупреждает. Покинув рубку, я направился к себе. Сейчас подойдёт челнок с местными служащими, и те получат плату за парковку. Платил я наличными за два дня вперёд.

Естественно, покидать борт я не собирался, это слишком опасно, такой куш, как мой крейсер, может и владельцам станции застить глаза. Нет уж, побережёмся. Сейчас оплачу парковку и два дня работы в местной сети, найду в продажах то, что мне нужно, закажу доставку и, оплатив, покину эту систему. Вот после этого и будет лежать мой путь к Земле.

Так примерно и вышло. Когда я был у себя в каюте, со мной связался Перун, сообщив, что на подлёте челнок, запрашивающий разрешение на стыковку. Подхватив пачку банкнот, я поспешил к нужному шлюзу. Естественно, я озаботился тем, чтобы никакая гадость не попала на борт крейсера, поэтому шлюз на внешней броне охранялся противоабордажными дроидами, никакой диверсант не подберётся и не высадится, да и я в холле шлюзовой был не один. Если что, мы этот челнок как блин раскатаем.

Когда стыковка была завершена – я за всем следил дистанционно, а руководил и управлял стыковкой Перун, это его обязанность, – двое представителей власти станции прошли шлюзование и оказались в холле. Один, тот, что постарше, только поморщился, заметив, что на них направлено порядка двадцати отнюдь не слабых стволов, и это только летальное, не летального тоже хватало. А вот молодой, тоже в комбезе серого цвета, такие чиновники носят, но без шевронов и эмблем, с интересом осмотрелся. Он явно опознал, дроиды каких боевых комплексов их держат на прицеле. Восьмое поколение тут было мега-круто, поэтому был удивлён и поглядывал с уважением.

– Я старший диспетчер Айонс, – представился тот, что постарше. – Мне необходимо поговорить с владельцем судна или с капитаном.

– Зачем он вам? – заинтересовался я, невольно напрягшись.

– Парень, не гневи судьбу, просто вызови хозяина.

Диспетчер явно считал, что я тут наёмный работник, да и в то, что я пилот, он не поверил, возраст не подходил, мне бы быть на пару лет старше. А так действительно мне было семнадцать лет, хотя до восемнадцатилетия недолго оставалось, да и выглядел я соответствующе: молоденький крепкий блондин с голубыми глазами. Вечно все путаются с моим возрастом, и часто это приводит к недоразумениям.

– Ты решаешь за него? – удивился тот.

– Я получил необходимые инструкции перед встречей с вами. Ответ я уже озвучил. Теперь перейдём к делу, по которому вы прибыли, хотя я и удивлен, что для приёма платы прилетел целый старший диспетчер. Озвучьте стоимость двухдневной парковки и двух дней работы в вашей сети, нам нужен раздел торговых операций и товаров.

– Парковка стоит сто кредитов в сутки, с вас две сотни, доступ в сеть сможешь получить за пятьдесят, это трёхдневный абонемент, меньше нет, вам хватит. Только вот на нашей станции принято торговаться за товар лицом к лицу. Поэтому вам никто не пришлёт этот товар и не продаст. Уже лет тридцать существует эта традиция. Она распространена по всему Фронтиру.

– Возможно, – кивнул я, припомнив, что техник с лётной палубы говорил что-то подобное, о чём я успел подзабыть. – Тогда вот оплата за все затребованные капитаном услуги.

Диспетчер принял положенное, выдал квитанцию об оплате за два дня парковки и карточку с трёхдневным абонементом в сеть. Я могу теперь выходить в сеть через нейросеть или оборудование связи крейсера, нужно только активировать карточку по номеру. Предпочту последнее, там защита помощнее будет. Закончив свои служебные дела, диспетчер вернулся к своей настоятельной просьбе увидеться с владельцем крейсера, на что я всегда отвечал отказом.

– А зачем он вам? – в который раз спросил я.

Диспетчер наконец не выдержал и взорвался:

– Этого не твоего ума дела, щенок. Быстро беги за капитаном.

– He-а, не убедили, – покачал я головой. – Вы мне надоели, поэтому попрошу покинуть борт корабля. Капитан уже извещён об этом инциденте и велел выкинуть вас за борт без скафандров. Пожалуй, я не буду этого делать.

Диспетчер грязно выругался, злобно посмотрел на дроидов, что стояли в холле, и, резко развернувшись, порывистым шагом направился обратно в шлюзовую. Мы с молодым парнем кивнули друг другу, и тот последовал за главным. Кстати, парня я просчитал. Он сто процентов из патрульной эскадры, что приписана к этой станции. Там всего семь боевых кораблей, причём четыре из них малые. Фрегаты да корвет, но он точно офицер-патрульный. Видать, его взяли с собой как эксперта, но не пригодился, силы были не на их стороне.

Диспетчер с неизвестным прошли шлюзование и, отстыковавшись, полетели обратно на станцию, а я, дав приказ провести проверку, не оставили ли они какой жучок, вдруг услышал от Перуна:

– Капитан, нас только что просветили сканером поиска биологических объектов. Теперь они знают, что вы один на борту и просто разыграли их.

– Где оборудование? – подскочив от неожиданной новости, я рванул в рубку.

Проигнорировав лифты, я по лестнице взлетел наверх и на ходу вскочил в кресло оператора артиллерийских систем, запуская расчётный центр. Сейчас наверняка в диспетчерском модуле станции воют сирены, заметив начало работы моих боевых радаров и сканеров, но я успел навести прицел на уходящий челнок. По докладу Перуна, оборудование сканирования находилось именно там. Причём, судя по мощности излучения, способного пробить такую толстую броню, как у нас, там стояло оборудование, по меньшей мере, с крейсера пятого, а то и шестого ранга. Получается, челнок был модернизирован, реактор и оборудование занимали в нём практически всё место. Это что же, челнок-разведчик?

– Они теперь знают, что вы одни, а таким кораблём управлять без экипажа невозможно… по их уверенности, – сказал Перун. – Пригнать его сюда с некоторой сложностью можно, вот бой вести или ещё что, точно нет. Получается, у них козырь, и они об этом знают. Я засёк кодированную передачу с челнока на станцию.

– Крейсер «Нохан» вызывает челнок диспетчерской службы. Поясните причины немотивированного сканирования корабля. В случае отказа ответить – открываем огонь.

Крейсер уже окутался щитами, выходящими на полную мощность, крутились тарелки и решётки радаров, слезали с направляющих и пусковых защиты, и уже виднелись головки ракет. Башни орудий двигались, поднимая и опуская стволы, словно вынюхивая цель. Было видно, что корабль готов к бою. Причём реально готов, я в своих силах был уверен. Для меня местная охранная эскадра ничто, раскатаю в лепёшку. Артиллерия и пусковые самой станции, конечно, серьёзный противник щиту, но выбить их пушками ничего не стоит, защита у них не выдержит алюминиевые болванки, разогнанные туннельными пушками. Вот только хозяева станции, получив доклад от своих людей с челнока, были уверены в обратном. В том, что один человек, тем более мальчишка, просто ничего сделать не сможет. Шансов у меня, по их мнению, не было.

– Прекрати дурить, лучше отключи системы и подготовься к приёму досмотровой партии, – услышал я приказ на диспетчерской волне, в голосе неизвестного отчётливо слышались жёсткие нотки.

Мой ответ последовал незамедлительно, челнок исчез в огненной вспышке, выстрел средней плазменной пушки его полностью уничтожил, а туннельные пушки и орудия главного калибра уже били по охранным кораблям и артиллерийским палубам станции. Один крейсер шестого ранга сразу взорвался, у него рванули реакторы, средний носитель, выбрасывая кучу осколков и мусора, начал разваливаться пополам. В самой станции тоже начали появляться отверстия, не предназначенные конструкцией. Стрелял я так, что любому кадровому флотскому станет ясно, что в рубке находится опытная спаянная команда операторов-артиллеристов полного штата: два пилота, не меньше двух операторов защиты и капитан. Реально в эти времена один человек так вести бой просто не мог. Факт. До меня было фактом.

В эфире что-то постоянно кричали, поначалу требуя, а потом умоляя прекратить огонь. Но меня уже понесло, я перешёл в так называемый режим «Слияние», когда происходит полное единение с кораблём. Теперь у меня вообще не было проблем в этой мелкой стычке с управлением и расчётами. Я управлял каждым орудием, каждой пушкой, турелью, маневровым двигателем, чувствовал как свои пальцы оборудование щита, выстраивая его в три, а то и четыре уровня и ловя ответы противника, которых становилось всё меньше и меньше, по мере выбивания у них артиллерии. Какой-то псих-торговец одним залпом выпустил в меня весь запас ракет и попытался удрать за станцию. Он, видимо, решил помочь местным, пока другие отходили от шока. Не успел, получил в корму сперва две болванки из туннельных средних пушек, сбивших щит и повредивших разгонные двигатели, а потом я главным калибром добавил, добивая, отчего тот превратился в остывающий ком металла. Ракеты я перехватил так же главным калибром, расфокусировав прицел, отчего выстрелы были с распылением плазмы, а то, что пролетело мимо сгустков плазм в виде облака, посбивали турели ПКО. За весь бой мой щит принимал на себя только ответы артиллерии противника, из ракет было пропущено две или три из тех нескольких сотен, что по мне выпустили. С каждой секунды мой опыт рос, я осваивался и отвечал всё увереннее и увереннее.

– Ну чего ещё? – недовольно спросил я на очередной умоляющий вопль. К этому моменту мой кураж пропал, и я стал здраво мыслить.

– Прекратите огонь, – снова попросил неизвестный, возможно, дежурный диспетчер.

– С какой это радости?! – искренне удивился я, увеличивая мощь щита на переднюю полусферу и прекращая вести огонь. – Вы первые начали. По законам Фронтира ваши действия классифицируются как пиратские.

– Мы готовы заплатить.

– Я к вам сюда не для этого прилетел. Мне нужно было кое-что купить, а вы решили забрать мой корабль. Мне это не понравилось.

– Мы готовы заплатить и выполнить все ваши условия, – ответил тот же диспетчер. Кстати, тот, у которого были жёсткие нотки в голосе, в эфире больше не появлялся.

– Да подождите вы, я думаю, добивать вас или нет.

– У нас больше двадцати тысяч жителей, сейчас на две тысячи меньше, – тоскливо ответил тот.

Больше ему ничего не оставалось ответить. Кораблей охранения нет, кроме трёх малых, два находились на патрулировании по границам системы, а второй прятался за станцией, как и десяток-другой судов разных торговцев и мусорщиков. Они опасались попасть под случайный выстрел. По мне, вон, тоже били все кому не лень, и три стоявших рядом на парковке судна напоминали дуршлаг. Мазилы. Я же любовался на свою работу. Вся та сторона станции, что была повёрнута ко мне, обзавелась точечными отверстиями от огня туннельных пушек. Теперь с этой стороны не было ни артиллерии, ни ракетных установок, ни торпедных шахт – всё выбил. Многие из жителей, решив, что станции каюк, спасались, кто как мог. Борт станции покидали малые суда, спасательные капсулы и боты. Я на них внимания не обращал, захотят, вернутся. Добивать их дом я первоначально не собирался, а вот проучить – это да.

– Я стрелял только по оружейным модулям и по навесному вооружению, причём снарядами с эффектом разрывных. Уверен, у вас на пультах нет сигналов о серьёзных повреждениях обшивки и утечке воздуха. Так что ни о каких многочисленных погибших не может быть и речи. Разве что вы имели в виду своё охранение, так я им только отвечал, они первые сделали выстрелы на поражение, да ещё около тысячи человек покинуло борт станции на спасательных капсулах, ботах и челноках. Этих сами ловите и возвращайте.

– Что вы хотите?

– От вас уже ничего, поэтому расстаёмся мирно. Попробуете ещё раз атаковать меня – уничтожу, это обещание я могу вам дать с гарантией. Тем более я сам военный диспетчер по специальности и знаю, куда нужно стрелять. Три выстрела в сектора «А-4», «Е-22» и модуль «АрВи» – и добивать не потребуется, сами умрёте от недостатка воздуха и отсутствия возможности запустить систему жизнеобеспечения. Очень, знаете ли, мучительная смерть.

Это действительно было так, я прямо намекнул диспетчерам, что мне хватит трёх выстрелов, чтобы обесточить станцию и разнести её систему жизнеобеспечения. На ремонт уйдёт дня три, да и то если есть комплектующие. До диспетчерского модуля я бы вот так сразу не добрался, он находится в центре станции в бронированном кожухе, но в принципе тоже возможно. В общем, диспетчеры по моим словам поняли, что я тоже понимаю в их деле и могу их дом и рабочее место раскатать по модулю, аналогу кирпича.

– Мы вас поняли. Больше выстрелов до вашего ухода не прозвучит.

Медленно пятясь на передних манёвровых кормой вперёд, я ушёл за корпус большого контейнеровоза, который парил воздухом из пробоин жилого модуля и у которого уже суетился челнок с командой, а на броню выбегали технические дроиды. Я за его тушей развернулся, перенеся всю мощность щитов на корму, и начал разгоняться. Диспетчерские модули, оружейные и ракетные системы на границе системы я прошёл нормально, никто действительно не стал по мне стрелять, а через час после границы мой «Нохан» ушёл в гиперпространство. Первый урок я получил и попытаюсь его не повторять. Тут в одном прыжке была ещё одна перевалочная база, правда пиратская, но там вроде как вполне возможно поторговать или продать что-то, относительную безопасность пираты гарантировали, вот туда я и направился. Лишь уйдя в прыжок, я хлопнул себя по лбу и выругался. Можно же было содрать с нахалов контрибуцию в виде артефактов Древних, потребовав, чтобы мне передали всё, что у них есть в качестве платы за их жизни. Но хорошая мысль всегда приходит опосля. Может, вернуться?

К сожалению, пока всё это происходило, я подзабыл об одной не то чтобы крупной, но очень существенной проблеме. У меня было мало топлива для разгонных двигателей. Маневровые-то ладно, они от реактора запитаны, а вот разгонные без топлива не могут. На кладбище с этим действительно были проблемы. У самого «Нохана» топливо после повреждения баков смешалось с какой-то технической жидкостью и превратилось в непонятно что, пришлось извлекать и выбрасывать баки, а на их место варить и устанавливать новые, да и систему топливопроводов также поменял. На других были схожие проблемы. Топливо в пригодном состоянии я, конечно, находил, но мало, гель за это время вступал в реакции с разными материалами и терял свои свойства. Лишь с двух кораблей, где была полная герметичность, я слил всё топливо. Хватило на половину баков «Нохана», но я ведь собирался в дальнее путешествие, поэтому требовался запас. Тут у торговцев я хотел вызвать топливозаправщик, чтобы доставил его к борту и залил мне полные баки, но из-за безалаберности владельцев станции всё пошло не совсем так, как планировал. Когда я уходил, то связался с тем диспетчером, что вёл со мной переговоры, и поинтересовался такой их странной реакцией на мой корабль.

– Да у нас тут возникли проблемы с одним пиратским кланом, – в голосе диспетчера отчётливо слышалась досада. – От владельцев поступил приказ уговорить капитана только что прибывшего крейсера оказать помощь в отражении возможной атаки за солидное вознаграждение. Исполнители перестарались.

– Прибить такого исполнителя надо.

– Так вы и прибили. Он на челноке был.

– Ну, значит, за дело. Смысла в нашей встрече не было, я бы всё равно в ваши мелкие дела не полез, сами набедокурили, сами и выпутывайтесь.

Я удалился на необходимое для разгона расстояние и наконец ушёл в гипер. Через час я вышел из него и, развернув крейсер к торговой базе пиратов, прыгнул уже к ней. Причина такого моего поступка была в том, что торговцы, которым я слегка намял бока, могли по характеристикам прыжка крейсера вычислить, куда я улетел, вот и пришлось совершать два, так я подметал следы. У меня не было уверенности, что у них не имелись спецы, способные по таким характеристикам рассчитать мой прыжок, но раз я умею, значит, ещё такие умельцы найдутся. Поэтому рисковать не стал и сделал как сделал.

До пиратов было три с половиной дня лёту, поэтому, когда звёзды на экранах пилотских визоров уже привычно прыгнули мне навстречу, я покинул рубку и направился в госпиталь. Полностью закончить я его не успел, осталась мелочь: установить оборудование и всё протестировать. Вот этим делом я и занимался, пока по привычному мне корабельному времени не наступила ночь. За это время я успел распаковать и установить капсулы во всех боксах. Встали те на станины нормально, потом была юстировка и тестирование. Каждую капсулу я проверял лично, заправлял их спецкартриджами и проводил полную очистку систем. Все капсулы были восьмого поколения и очень неплохи, у меня даже запас имелся в трюме, ещё пару малых госпиталей сделать можно. Такие капсулы на Фронтире не купишь, тут максимум шестое есть, да и то за такие деньги, что проще застрелиться. Про седьмое и восьмое я уж и не говорю. Поэтому я собирался не продавать это оборудование, а использовать только для себя или своих целей.

Вот так у меня прошёл первый день в гипере, второй я наполовину так же посвятил госпиталю, пока полностью тот не закончил, что торжественно отметил у себя в апартаментах. Время ещё было, поэтому я два часа позанимался при двойном тяготении в тренировочном зале, на час залез в военную тренировочную капсулу и только после этого направился в госпиталь, где лёг на оставшееся время в обучающую капсулу поднимать базы. Нужно пользоваться любой возможностью для этого.

Кстати об апартаментах и о жилом модуле. Я действительно всё сделал под себя, но всё же оставил возможность брать пассажиров. Просто было свободное место, да и так, на всякий случай. Сам жилой модуль имел сотню кают, из них семьдесят двухместных, тридцать одноместных, десять так называемых двухкомнатных офицерских, два бара и кафе, на данный момент законсервированных. Также там был тренировочный зал с душевыми и бассейном, которыми я активно пользовался, отдавая два-три часа на это, ну и мои апартаменты, естественно. Последние были рядом с рубкой, чтобы возможно было как можно быстрее добежать до неё. Что в принципе не существенно, я мог управлять кораблём в любом его месте, просто в рубке это гораздо удобнее и продуктивнее. Так вот, об апартаментах. Я их сделал в виде квартиры-пентхауса, и вид из «окон» был соответствующий. Восемь роскошных комнат и не менее роскошный санузел, правда не имеющий бассейна, мне и того, что в тренажёрном зале, хватало. Так вот, у меня была спальня очень роскошной отделки со всеми предметами мебели и аксессуарами, потом рабочий кабинет, кабинет для отдыха, гостиная, личный небольшой тренировочный зал с неизменной военной тренировочной капсулой, медбокс с реаниматором и обучающей капсулой, столовая и кухня. Последние можно назвать совмещёнными, переборки между ними не было, я там арку сделал. Обычно на кораблях кухонь не было, только столовые с синтезаторами, но тут мне повезло. В апартаментах одного капитана линкора я нашёл самую настоящую кухню, где можно готовить блюда из натуральных продуктов. Видать, тот был гурманом. Я её извлёк и установил в отдельном помещении апартаментов, там же стоял самый лучший из найденных мной пищевых синтезаторов, а также блок стазис-камеры для хранения продуктов. Это помещение со всем встроенным оборудованием у меня называлось кухня. Я им пока не пользовался, кроме синтезатора, но чуть позже попробую. Среди многочисленных кристаллов с базами знаний, что я насобирал по военным кораблям, как раз была «Повар» пятого ранга, устаревшая на двадцать лет. У меня, конечно, была похожая, но эта более полная, с готовкой на таких мобильных корабельных кухнях. Вот выучу её и испробую кухню. Ну и, конечно, продовольствие когда достану. А то у меня одни картриджи для синтезаторов да офицерские и солдатские пайки в НЗ.

После довольно долгих раздумий я всё же решил идти к станции пиратов на «Нохане», хотя первоначально собирался слетать на фрегате, провести, так сказать, разведку. В принятии правильного решения мне помогли два явных контрабандиста, что выясняли отношения в соседней с торговой базой системе. Когда я вышел из гипера, они сразу бросили пробовать друг друга на прочность и синхронно повернулись ко мне, облучая боевыми радарами и сканерами, как волчата со вздыбившейся шерстью. Правда, сразу сообразив, что мне они вряд ли что повредят, разве что разозлят, заметно снизили агрессию.

– Хой, парни, – вышел я на них на общем канале. – Тут рядом станция висит, вроде как пиратская. Там как с безопасностью и услугами?

Общался я на открытом канале, сидя в пилотском кресле, причём сузив картинку так, чтобы было видно только моё лицо и плечи – чтобы было не понятно, что я на корабле один. А то были тут умники, просвечивали крейсер радаром поиска биологических объектов и решили поживиться. К старым судам четвёртого поколения контрабандистов я тоже подходить не стал, оставаясь вне пределов работы их, надо сказать, неплохой артиллерии. Оба контрабандиста тоже были в открытых каналах. Причём на одном судне был заметен экипаж, что мелькал на заднем плане, а второй был вроде один, хотя оба судна одного класса, только один раньше был специализированным лесовозом, другой рудовоз. Простые, как молоток, но надёжные суда, переоборудованные в рейдеры со сцепками на внешней обшивке для перевозки контейнеров. Трюмы у них тоже обширные, занимали семьдесят процентов общего объёма. Это много, поверьте мне. Например, на моём крейсере трюм занимал всего шестнадцать процентов, а это практически ничто. Многие поэтому и выбирали гражданские суда, не только из-за дешевизны ремонта и запчастей. Тут деловая хватка на первом месте. У пиратов, кстати, так же, но они более мобильные. Есть и боевые суда, на которых происходит захват трофеев, и транспорты, на которых они всё вывозят. Однако и гражданские суда с охоткой используют, особенно в дальних рейдах.

– Безопасность как везде на Фронтире: не лови ртом гнуса, и всё будет нормально, – ответил мне пилот и капитан того контрабандиста, что имел экипаж. – Если вы так беспокоитесь о безопасности, то на этой базе разрешено брать с собой по одному охранному дроиду на каждого члена команды. Именно одного и именно охранного. Не штурмового, не противоабордажного. А товар там есть любой, практически всё, даже рынок рабов. Причём не плохой, я вот себе двух выкупил, отработают два года по контракту – и свобода. Техниками взял. Отличное место, я тут всегда закупаю по дешёвке то, что очень ценится на окраинных мирах. Даже работаю с правительственными организациями, ищу пропавших на рынках рабов и во владении у новых хозяев, выкупаю за премии.

– Эмигур прав, – кивнул пилот второго судна, когда замолчал первый. – Место отличное. Были бы деньги и желание у вас, а возможности у торговцев с «Тонжира» практически бесконечны. Всё выполнят. Если не сразу, то позже, да ещё доставят адресату. Они тут очень пекутся о своей репутации. Станция большая, способна вместить двести тысяч человек, как персонала, так и клиентов, так что народу там не протолкнуться, все парковочные места забиты. Как ты понимаешь, это многое значит.

– Это хорошо. Я сначала на «Карай» зашёл, так те решили у нас корабль отжать, представляете?

– И что? – полюбопытствовал первый.

– Нет у них больше с одной стороны вооружения, да и патрульных кораблей, кроме мелочёвки, тоже.

– Да это разве торговая база? – усмехнулся второй. – Метут все крохи и не гнушаются грабежом. Недавно торговца взяли, что шёл сюда, к пиратам, так те узнали и счёт им выставили. Даже свою боевую группировку выслали. Я так понимаю, защищаться им теперь нечем, так что стребуют контрибуцию, да и саму станцию отберут. Слишком те расслабились. Сперва тихо себя вели, а тут обнаглели.

– У них что, крыши не было? – удивился я.

– Была из армейцев Антара, но работорговцы далеко, они тут только патрульными эскадрами появляются, а пираты близко. Тем более этот клан как раз с этими флотскими с империи контактирует, не будут те возникать. Владельцы «Карая» сами подставились.

– Всё понял, благодарю.

Всё время разговора мой «Нохан» летел на большой скорости к границам системы, мне нужна была соседняя, поэтому, закончив разговор – контрабандисты вполне здравомыслящие попались, – я только прибавил скорости. А вот мои недавние собеседники снова сцепились в бою. Как я понял, у них была дуэль, поэтому применялась только бортовая артиллерия, но не ракеты и не торпеды.

Все четыре часа до границы я с помощью сканера «наблюдал» за боем. Надо сказать, было много интересного и нового для меня, я про такие подлые приёмы и хитрости, которые применяли оба контрабандиста, ещё не знал, но усвоил быстро. Мало ли пригодится. Бой шёл не до окончательного уничтожения или повреждения кораблей, а до сноса щитов. Проиграл тот, что один сидел в рубке судна. Но и это понятно, как ему со спаянной командой тягаться, но по моему мнению, он и противника своего изрядно потрепал, опустив щит процентов на шестьдесят – шестьдесят пять.

После схватки оба судна потянулись со мной. Общались те на общей волне, так что я слышал, о чём. Оказалось, всё же это была не дуэль, а спор, и проигравший теперь изрядно проставлялся. С учётом того что его оборудование защиты со сносом щита скорее всего пострадало, да и если вспомнить довольно высокие цены на спиртное, влетел ему проигрыш в копеечку. Но это их дела, я так, немного полюбопытствовал.

После пересечения границы я ещё час трюхал на разгонных, пока не потянулись диспетчерские и оружейные модули. Почти сразу меня вызвал диспетчер, тут с этим было серьёзно, всё же большой корабельный грузотранспортный поток наблюдался в системе. Оба контрабандиста были правы: по сравнению с базой пиратов «Карай» – дыра дырой.

Общение с диспетчером было стандартно и уже привычно. Тот поинтересовался причинами прибытия, спросил, не собираюсь ли я продавать крейсер, клан даст лучшую цену, а после отказа приступил к прямым обязанностям. Сообщил номер парковки и обещал отправить заявку на топливный терминал, чтобы мне доставили топливо на место. Замечу, по всеобщим инструкциям гражданского и военного флота Содружества, сами могут подходить к топливным терминалам только средние суда не выше шестого крейсерского ранга. Остальные заправляются с помощью мобильных танкеров, что сами к ним подходят для заправки. Мой крейсер как раз входил в последнюю категорию, поэтому мне и удовлетворили заправку на парковке. А когда я уже маневрировал, чтобы подойти и встать на своём парковочном месте, то со мной связался диспетчер и сообщил, что наливное судно будет через час. Оплату за все виды услуг можно передать либо пилоту танкера, либо на борту станции, если оплата наличными, как у меня. Я выбрал второе, мне ещё за использование внутренней сети заплатить надо, да к тому же я собирался посетить станцию, раз тут можно с дроидом ходить. Я даже знал, какой себе возьму. Охранный, модели «Капонир» со встроенным искином, реактором и серьёзным вооружением. Это одиночные боевые машинки, работают вне боевых комплексов.

После того как «Нохан» встал на парковке, я вошёл в сеть, в тот раздел, что бесплатный, и изучил внутренние законы на станции пиратов. Много интересного узнал, как и про охрану дроидами. Использовать их действительно можно, но без тяжёлого вооружения. Поэтому, изучив инструкции и законы, я покинул рубку и направился в арсенал. Там выбранный мной дроид уже был «разбужен» Командором и проходил тестовую проверку. В общем, с него сняли гранатомёты, вместо них поставили полицейские «подавители», не летальное оружие, а пушку зарядили спецбоеприпасом, не летальным. Она теперь по выбору могла стрелять клейкой массой, сеткой или резиновой дробью. Но вот крупнокалиберный пулемёт и встроенные игольники снимать не потребовалось, к запрещённым на станции они не относились. Запретили только то, что может повредить обшивку, если повредили переборки, платит за ремонт проигравшая сторона.

Как вы понимаете, я не могу взять стандартный образец. Конечно, дроид этот восьмого поколения, сомневаюсь, что на станции есть ещё нечто подобное, поэтому доработал его. Вместо модульной спарки игольников на одной из опор дроида я повесил доработанный мной блок глушилки и написал за десять минут программу в искин дроида, чтобы он мог использовать это нетипичное для него оборудование. Он теперь способен глушить не только всю связь на тридцать метров вокруг нас, но и сигналы нейросетей. А если перевести на скачок пиковой мощности, то это оборудование, получив такую нагрузку, выдаёт выброс энергии, и такое самодельное ЭМ-излучение сожжёт все электронные носители на те же тридцать метров. Кроме той же нейросети, её таким способом не повредить.

Да и у дроида была защита, всё же военная техника, не прошедшая конверсию.

Когда я закончил и переодевался у себя в апартаментах, открыв все створки шкафа с зеркальными дверцами, на связь вышел Перун, сообщив, что на подходе танкер и меня вызывает пилот.

– Выведи его на меня на голосовое общение.

– Сделано.

– На связи «Букх», топливоналивной танкер. К какому борту подходить? – услышал я довольно нежный голос. Пилотом танкера оказалась девушка или, возможно, молодая женщина.

– В принципе к любому из топливных горловин обоих бортов. Баки нужно заполнить под пробку. У меня сейчас примерно треть от общего объёма. Кроме этого хотелось бы приобрести шесть средних специальных контейнеров для перевозки топлива вместе с самим топливом. Сцепки для этих контейнеров подготовлены, три на правом борту, три на левом. Номера сцепок корабельному искины известны, он сообщит их вам и будет ответственным за крепление контейнеров.

– Принято, «Нохан». У меня с собой контейнеров нет. Доставлю их следующим рейсом. За раз я вам баки не заполню, треть запасов всего на борту. Вы у меня третий за сегодня.

– Норма. Оплата после первой заправки наличными, я сам к вам подлечу на челноке.

– Принято. Пока начну с левого борта. Он мне ближе.

– Переходите на общение с искином, он проконтролирует процесс заправки, – сказал я, после чего Перун нас отключил и сам занялся заправкой.

Командор же следил, чтобы к нам на борт не перебралась какая диверсионная гадость. Да он вообще очень плотно контролировал околобортовое пространство. За час, что мы тут висим, любопытные уже появлялись, даже был охранный корвет, что проводил патрулирование. Он осмотрел вооружение крейсера, но корабль сканером не просвечивал, тут это было не принято – Фронтир, а не окраинные миры или станция «Карай». На Фронтире в подобных местах личные тайны священны, если, конечно, гость чего не натворил. Ну, а в открытом космосе, где нет свидетелей или их не хотят оставить, можно использовать что угодно.

Пока проводилась заправка, Перун сообщил, что всё идёт штатно, я наконец закончил переодевание. Надел офицерский десантный комбез с интегрированным броником, взял излучатель и бластер с игольником, не забыв выгрести всю имеющуюся наличность. Большую часть я убрал в нишу в самом дроиде, у меня там был тайничок, остальное оставил при себе. Мне ещё с пилотом танкера расплачиваться за контейнеры и топливо. За остальные услуги расплачусь отдельно, уже на станции.

Пока шёл на лётную палубу, бронестворка отходила в сторону, и между атмосферой на корабле и вакуума космоса была только силовая плёнка, довольно надёжная, кстати. Пройдя на борт челнока – это уже был местный, восьмого поколения, свою машину из будущего светить больше не хотелось, я поднял челнок и вывел его с палубы, после чего створка стала закрываться. Не хочу, чтобы была лазейка для проникновения. Конечно, оборонительное вооружение у меня на «Нохане» в полной готовности, и Командор стреляет без предупреждения, если кто влетит в зону безопасности вокруг корабля, но всё же рисковать не хотелось. Имущество мне досталось тяжело, сколько мысленно и физически работал, пока не создал этот шедевр, поэтому терять его не хотелось.

Подлетев к танкеру – тот уже заканчивал заправку, и манипуляторы извлекали гибкий шланг, закрывая горловину, – я пристыковался к шлюзовой судна. Там меня ждал пилот. Это была молодая женщина лет тридцати – пятидесяти, она уже сообщила, сколько и что будет стоить, поэтому я сразу передал ей нужную сумму. Подсчёт проблем не выявил, и та обещала доставить и закрепить заказанное. Ну, и топливо оставшееся подвести.

После этого я полетел на станцию, а танкер – к топливному терминалу, где уже готовили заказанные контейнеры для перевозки топливо-геля. Диспетчер выдал мне маршрут, и по нему я сел на одной из лётных палуб, предназначенных для приёма маломерных судов гостей и клиентов станции. Кстати, когда я совершил посадку, то за мной следом влетел потрёпанный челнок четвёртого поколения, из него гурьбой вылезла большая команда и направилась в глубь станции с шумом, гамом и смехом. В них я опознал команду одного из контрабандистов, за схваткой которой наблюдал ранее.

Заглушив все системы челнока, я оставил только реактор шелестеть на холостом ходу, ну и, понятное дело, комп, который будет следить, чтобы моё судёнышко не угнали, встал из кресла и потянулся, разминая спину. После шлюзования я покинул борт челнока следом за своим дроидом, что был переведён в режим телохранителя. У него была такая функция, что и повлияло также на выбор, кого взять. Тот подтвердил, что всё чисто, только в пяти метрах стоит местный служащий и ожидает меня.

В отличие от «Карая», тут административная служба была поставлена как надо. Местный сотрудник сообщил те же инструкции поведения на станции, что я просмотрел у них в сети, принял деньги за парковку крейсера и челнока. Заплатил я за три дня вперёд. Также он на то же время выдал мне абонемент в местную сеть.

– Можно поинтересоваться?.. – задал я вопрос, а заметив, что тот сделал характерный жест рукой, намекая об оплате услуги, согласно кивнул. – Меня интересует, где на станции можно приобрести товар для Диких миров?

– Этим у нас только двое занимаются: тар Василек, и тар Еж. Все торговцы, что контактируют с аборигенами Диких миров, покупают товар у них.

– Меня интересует товар для Дикого мира, где аборигены уже начали запускать спутники на орбиту.

– Туда же, они всем этим занимаются. Товар по развитию миров разложен, не ошибётесь.

– Ясно. На первый вопрос ответ я получил. Теперь второй. Я бы хотел получить учебный материал и каталоги по артефактам Древних. Я в этом плаваю, мало что знаю и хочу подтянуть свои знания.

– Хм, – задумался местный служащий. – Вопрос сложный. Этим у нас никто профессионально не занимается, хотя… Недавно корабли клана взяли экспедицию, те вели раскопки в Диком мире где-то в глубине Дикого космоса, так вот, среди рабов есть сам профессор Ключинский. Их исследовательский корабль недавно ушёл с лота за тридцать два миллиона кредитов. Об этом тут уже все слышали.

– А что это за профессор?

– Да вы что! Это самый известный специалист в Содружестве, он консультирует даже императоров, что уж говорить о приближённых ко двору. Его считают всесодружественным специалистом. Знаете, сколько у него грантов и наград? Я сам когда-то поднялся на продаже случайно попавшего мне артефакта Древних, так что интересуюсь, и кто такой этот профессор, прекрасно знаю.

– Так его, наверное, выкупили уже? – задумался я.

– Нет ещё, только сегодня корабль из империи Антран прибыл, переговоры вечером начнутся, клан хочет по максимуму продать профессора и его людей. Хотя, может, и начались, прибывшие хотят выкупить не только профессора с лаборантами и аспирантами, но и всё его имущество. С судном они вот только опоздали, продано уже. Если поторопишься, то можешь купить его дневник или ещё что. Только это дорого, профессор на слуху.

– Да это понятно. К кому насчёт приобретения учебных материалов обращаться?

– Вольных торговцев, что снимают тут торговые площади, у нас полно, но тех, кто работает на клан, не так и много. Скорее всего, продажей профессора будет заниматься тар Борил, он в клане лучший по переговорам. Скинуть его координаты для связи?

– Да, неплохо было бы.

Тот отправил мне на нейросеть файл с данными нужного торговца, после чего получил плату и направился по своим делам. За ценные, на мой взгляд, советы он взял всего лишь тридцать кредитов. В общем, местный сотрудник убежал к следующему клиенту, а я вернулся на борт челнока. Пока делать на станции мне было нечего. Нужно было навести контакты и лучше начать с тара Борила, пока профессор и всё его имущество не были проданы. Для связи я использовал комп челнока, чтобы собеседник мог меня видеть, пришлось для этого активировать абонемент.

– Да? – раздражённо ответили с той стороны, самого собеседника я поначалу не видел, но чуть позже появилась и картинка, общался тот, похоже, со мной через планшет.

– Доброе утро, тар Борил. Я смотрю, у вас нет времени на общение, поэтому сразу изложу суть дела. Я бы хотел провести мнемоскопирование профессора Ключинского. Если что, результатами поделюсь.

То, что меня теперь слушают со всем вниманием, я понял по тому, что дрожание картинки прекратилось, и на меня взглянул седовласый мужчина с приятными чертами лица лет ста на вид, то есть сорока по-земному. Тот цепким взглядом осмотрел меня и спросил:

– У тебя есть такое оборудование и специалист, что может на нём работать?

– Имеется и то и другое. Теперь хотелось бы услышать ответ и цену вопроса. В случае отказа я мог бы приобрести записи профессора и каталоги, что есть при нём.

– Это всё уже давно продано, желающих много. Вот только мы уже пробовали провести мнемоскопирование профессора, чтобы снять слепок памяти и, как ты хочешь сделать, базы знаний. Не получилось. Профессор полностью инертен к этой процедуре, снятие памяти невозможно. Да ещё его добровольное согласие никак не получить, а без него снятие памяти тоже невозможно.

– Я бы хотел всё же попробовать. В случае, если у меня ничего не выйдет, я выплачу компенсацию за беспокойство.

– Пятьдесят тысяч кредитов, – сразу же озвучил тар.

– Идёт, – кивнул я, такая сумма у меня была. – Ожидаю вас на борту крейсера «Нохан». Сопровождающих может быть не более трёх, безопасность гарантирую.

– Ещё бы ты её не гарантировал, – проворчал тот. – Через полчаса будем на борту, жди.

– Принято, – кивнул я, и мы разъединились.

Я был жутко доволен. Похоже, я нашёл самый быстрый способ получить нужные сведения. Ну, а то, что сообщил мне тар о том, что с профессора нельзя снять память, меня нисколько не обеспокоило. У меня ведь базы из будущего, а там эту проблему решили. Даже если у профессора стоит искусственная защита, а не природная, я всё равно её взломаю и получу, что мне нужно. Причём незаметно для самого профессора и для сопровождения, где наверняка будет местный специалист по мнемоскопированию. Ну, а им скажу, что ничего не получилось и выплачу за ценные сведения, что стоят многие миллионы, всего лишь какие-то пятьдесят тысяч. Конечно, это половина всех средств, что у меня было, я и про собранные на кладбище, но такой шанс упускать нельзя. Бывает он редко и клювом щёлкать не стоит.

Связавшись с диспетчером, я сообщил, что собираюсь вернуться на борт своего корабля, и, покинув лётную палубу, полетел к своему дому. Там заканчивалась заправка и уже были подвешены топливные контейнеры. Запас, как говорится, карман не тянет.

Тар Борил прилетел лично, причём не через полчаса, как сказал, а через час. Он присылал извинения за задержку, были у него для этого серьёзные причины, о которых мне, естественно, никто ничего не сообщил. С таром был молодой суетливый парень, видимо тот самый специалист, и крепкий боец в штурмовом скафе. Я его поначалу не хотел пускать, но после размышлений всё же дал согласие. Правда, теперь эту четвёрку сопровождало шесть боевых штурмовых дроидов. На всякий случай.

Надо сказать, что сам корабль гостей очень сильно впечатлил, всё сверкало, как новое, всё работало штатно, а уж госпиталь произвёл неизгладимое впечатление. Особенно специалист осматривался с жалобным взглядом, ему с подобным оборудованием никогда не работать. Кстати, профессор никак не выглядел загнанным или забитым, он весело общался с таром, они даже подтрунивали друг над другом. Сам профессор, когда мы прошли в процедурную и он увидел кресло оборудования мнемоскопирования, только поморщился, но ничего не сказал, позволил мне усадить его и надеть на голову шлем, закрепить все датчики. Пока оборудование работало, выдавая ложные сигналы и процедуры сканирования, тар Борил поинтересовался:

– Великолепный корабль. Вы владеете им?

– Нет, что вы, я всего лишь наёмный сотрудник. Отвечаю за медицинское направление. Старший по госпиталю, по совместительству оператор защиты.

– Медтехник?

– Врач.

– О-о-о, молодой человек. В таком возрасте и уже специальность врача, да ещё «защитника», далеко пойдёте. Скажите, как ваш капитан и владелец корабля отреагирует на предложение продать нашему клану этот крейсер?

– Вряд ли согласится, – для вида подумав, а на самом деле поработав дистанционно с оборудованием мнемоскопирования, ответил я.

– Жаль, искренне жаль, – вздохнул тот, в его голосе действительно была печаль. – Я мог бы поговорить с ним лично?

– Вот это вряд ли, капитан в операционной по установке имплантов и выйдет оттуда не раньше, чем через три дня.

– Но позвольте, – вклинился в разговор специалист из гостей, – установка имплантов длится всего несколько часов, а не сутками.

– У него полная замена сети и имплантов. Если взять режим реабилитации, то как раз три дня и выходит.

– А, тогда да, тогда всё правильно.

– Кстати, я закончил. Профессор действительно полностью защищён природой от сканирования. Мне действительно жаль, искренне жаль, – вздохнул я, постаравшись вложить в голос как можно больше скорби. К счастью, спец гостей подтвердил мои слова, изучив показания прибора. Ложные, естественно.

Тар Борил, не мигнув глазом, принял на руки уже подготовленную стопку банкнот и начал пересчитывать. Пока он этим занимался, медицинский дроид, заставивший спеца завистливо пощёлкать языком, привёл профессора в чувство, освободил от захватов и ремешков, снял шлем. Тот встал, поправил комбинезон и присоединился к нам, после чего мы все вместе направились к шлюзовой в сопровождении боевых дроидов. Тар подтвердил под протокол, что принял компенсацию, и пока у него было время, давил мне на мозги, пытаясь уговорить, чтобы я вывел его на владельца корабля. Сам я был в белом комбезе медика, играл свою роль, поэтому продолжал её придерживаться. Мол, не уполномочен и так далее. Было у меня задание добыть учебный материал, я его провалил, поэтому буду пытаться найти каталоги и что-то из баз знаний. Наверняка ведь они есть у торговцев, естественно не полные, но всё же. Вот это я всё и лил в уши тару. Тот, кажется, мне не особо верил, но слушал внимательно, не забывая осматривать коридоры, по которым мы шли. То, что внутренняя безопасность приведена в полную готовность, он явно заметил и поморщился своим мыслям.

Наконец гости покинули борт моего корабля, не оставив закладок и других неприятностей, за этим Командор очень и очень внимательно следил, пустив все доступные вычислительные мощности в дело, так что я вздохнул свободнее, когда челнок клана покинул борт, отстыковавшись от шлюзовой, и направился к станции. Я же, убрав с лица недовольное выражение, вроде как был расстроен, что ничего не получилось, развернулся и побежал обратно. Как раз всё у меня получил ось-таки. Да-да, снял я слепок памяти профессора, более того, умудрился временно запустить его отключённую нейросеть и скачать также с неё память, убрав следы своего вмешательства. Так что куш я сорвал серьёзный. Пока я ещё не в состоянии оценить, какой, но реально серьёзный. Думаю, из памяти профессора я также создам помимо нужных баз по артефактам дополнительно пару сотен баз знаний. У профессора несколько десятков специальностей. Как-никак ему почти двести лет, так что я был в дополнительной прибыли. Наверняка у него были редкие профессии и знания, которые так просто не найдёшь. Не удержавшись, я издал победный клич и засмеялся, меня переполнял адреналин. Кстати, кристаллов-болванок для записи баз у меня не было, придётся, как в будущем, на планшете хранить.

Понятное дело, сразу я формированием баз заниматься не собирался, у меня для этого полтора месяца будет полёта к Земле. Нет, сейчас я хотел оценить, что добыл, и просмотреть архив памяти нейросети профессора. Я там всё подряд грёб, что было, то и скопировал. Даже зашифрованные файлы, они меня больше всего интересовали. Кстати, таких оказалось много. Выяснил я это, когда закончил с просмотром памяти и взялся за копию памяти нейросети. Время терять не хотелось, за пребывание на станции у меня было оплачено, поэтому я быстро просмотрел, что добыл, и отдал приказ «Тени» взломать пароли к зашифрованным файлам профессора. Тот их хранил для чего-то, может, что важное там имелось. Нам, подлецам, всё сгодится.

В общем, оставив «Тень» работать с зашифрованными файлами, я их перекинул на отдельный кристалл хранилища, чтобы всё остальное тот случайно не испортил, и направился к шлюзовой. Не к той, где был недавно пристыкован челнок гостей, а где стоял мой. Там на борту меня дожидался охранный дроид, и мы вместе с ним вернулись на станцию. В этот раз я связался сначала с одним нужным мне торговцем, потом с другим. Оба пригласили к себе в магазины оценить качество и разнообразие товаров. Определив по схеме станции, кто из них ближе, того я и выбрал. Второго потом посещу.

Дальше просто. Оставив челнок на той же лётной палубе, где у меня была оплачена парковка, я в сопровождении дроида направился к торговцу. Идти в принципе было недалеко, но время тратить не хотелось, поэтому через сеть я вызвал автоматическую малую грузовую платформу. Знал бы, свою взял бы с «Нохана», у меня таких была пара десятков. Платформа нас доставила к месту назначения и запиликала, требуя плату, наличкой она не брала.

– Вон терминал на стене, заведи временный счёт в местном банке и расплачивайся, – заметив мои затруднения, подсказал прохожий, указав рукой на терминал.

Подсказка мне помогла, я действительно открыл временный счёт в местном банке, зарегистрировавшись в сети, и положил на него двести кредитов. Взяли в комиссию десять, гады какие. Платформа перестала гудеть, когда оплата была переведена, после чего полетела по следующему заказу, а я, осмотревшись, направился ко входу в нужный магазин. Кстати, тот счёт можно было закрепить на рабочем столе нейросети и пользоваться сразу и без проблем. Я мгновенно оценил такой удобный кошелёк и поцокал языком в восхищении. Это был мой первый виртуальный платёж. Действительно многократно проще и легче пользоваться, чем наличными. Теперь понято, почему последние не особо в ходу. Наверняка в мирах Содружества наличность вообще не используют, она тут, на Фронтире только ценится. Правда, чтобы приписать счёт, мне пришлось завести в местной сети почту, отчего сразу полез спам, пока я его не заблокировал, но это даже к лучшему. Для связи письмами и пересылки файлов эта почта тоже неплоха. Правда, эта почта действовала только на этой станции.

Магазин тара Ежа меня несколько удивил. Это был огромный лабаз со стеллажами, на которых выложен товар. Длинные ряды и множество ходов напрягали. Тут легко можно было заблудиться. Справа от входа была конторка, где сидел местный служащий, ещё несколько мелькали у стеллажей, сопровождая потенциальных или постоянных покупателей.

– Вы что-то желаете? – подошёл ко мне свободный менеджер-консультант.

– Я связывался с таром Ежем насчёт товара для Дикого мира, где аборигены выводят спутники на орбиту. Тот сказал, что нужный товар для продаж или обмена у него есть.

– Это редкость найти такие миры, обычно попадаются со средневековьем или ещё младше, но такой товар у нас действительно имеется. Прошу пройти за мной, я покажу нужный ряд. Там есть столики с компами, в них вы можете просмотреть весь перечень интересующего вас товара с расценками и подобрать всё, что нужно. Работать с компами легко, нужно лишь сформировать конкретный запрос.

– Неплохо, – оценил я сервис.

– Позвольте спросить, вы впервые решили начать торговлю с аборигенами? – поинтересовался консультант, с интересом осмотрев мой комбез медика, не имеющий никаких знаков различий и меток подтверждённых специальностей.

– Да это не я. Капитан решил приобрести, чтобы задобрить или подкупить аборигенов. Я просто выполняю его приказ.

– Понятно. Если вам известно, что нужно капитану, то вы легко подберёте всё, что нужно, из наших каталогов. Вот, кстати, единственный у нас стеллаж с товаром как раз для технически развитых Диких миров. А вот там три столика с компами. Не буду вам мешать, если что заинтересует, подзовите любого продавца или подойдите к офису.

– Благодарю.

Консультант ушёл, а я направился к столикам. Весь товар на стеллажах был запакован, попробуй пойми, что там внутри, так что проще действительно поработать с каталогами на компах.

В магазине тара Ежа я пробыл порядка шести часов, тут я действительно нашёл всё, что мне было необходимо, даже не пришлось посещать магазин другого торговца. Парфюмерия, косметика, средства ухода – всё брал высшего качества. Помимо них взял ткань для одежды, которую не будут производить на Земле ещё несколько сот лет, просто нет таких технологий. Естественно, я брал не только рулоны ткани, но и готовую одежду. Несколько сот комплектов взял. В принципе на этом было всё. Больше средств не было, а продавать из своего имущества на корабле я ничего не хотел. В основном средства ушли именно на косметику и парфюмерию, остальное брал по факту в трёх малых контейнерах. Весь груз занял всего лишь пять таких контейнеров. После оплаты кассир твёрдо уверил меня, что покупка будет доставлена на борт моего крейсера в течение двух часов.

Пришлось возвращаться на корабль, принимать заказ, размещать его на складах. По внутрикорабельному времени «Нохана» был уже глубокий вечер, практически ночь, поэтому, поужинав, я лёг спать. Утром, после завтрака и двухчасовой зарядки на двух G, я вернулся на станцию. Пора решить вопрос, который мне мешал жить.

Тех ста пятидесяти кредитов на счету мне вполне хватило, чтобы посетить бордель и снять девушку на три часа. Я, конечно, платную любовь сильно не одобрял, так как могу уговорить любую, но тут уже терпеть мочи не было, даже медпрепараты не помогали снизить гормоны.

Не знаю, надолго ли помогла мне это сексотерапия или нет, но я был доволен и «высосан» до дна. Так что вернулся на борт корабля в приподнятом настроении и, известив диспетчера, стал покидать парковку и саму систему. Уже через шесть часов после ухода из зоны безопасности станции и разгона я был в гипере. Путь мой лежал к Земле.

* * *

Откинувшись на спинку капитанского кресла, я задумчиво рассматривал сине-зелёный шар планеты, что вращалась вокруг местного светила. На экранах капитанского пульта и на общем обзорном была одна картинка, изображение моей прародины, то место, где я родился в прошлом теле – Земля.

Крейсер мой находился на краю системы, я скрыл его в скоплении астероидных обломков, заведя за большой астероид в режиме маскировки, которую всё же немного доработал. Тут было идеальное место для укрытия, поэтому, пока я буду на планете, корабль будет ожидать меня тут.

Естественно, сканеры и радар я на такое расстояние использовать вполне мог, чтобы рассмотреть планету, но это как крикнуть на всю вселенную: «Я тут!» То есть меня обнаружат сразу по засветкам, поэтому сделал проще. Как я уже говорил, мне на кладбище встретился разведывательный крейсер, который я обобрал полностью. Естественно, у него помимо другого многочисленного оборудования были разведывательные зонды и шахты, которые я установил на «Нохан». Так что двенадцать часов назад из двух шахт вылетели зонды и устремились вдаль. Один зонд был в модификации ретранслятора, всё же расстояние было большим, второй как раз разведывательный. Ретранслятор завис в середине пути и стал выполнять свою работу, усиливая наши сигналы для обмена сообщениями, а разведывательный, пролетев мимо Луны, дал мне картинку Земли и замер на орбите. В том техногенном мусоре, что летал вокруг планеты, замаскироваться ему ничего не стоило. Так что как только тот приступил к изучению планеты, у меня появился доступ ко всем средствам связи Земли. Дрогнувшей рукой войдя в интернет, я определился со временем. Фу, не ошибся, тот наш полёт с дочкой произойдёт только через два с половиной месяца, так что я успел. Осталось посмотреть, что происходит на планете вообще. В принципе то же самое, что и раньше. Америка опять давит на Россию, и её собачки-подпевалы из ЕС подвизгивают в восторге. Зная, что тут сделает в скором времени Кремнев, я только мстительно улыбнулся. Его выкрадут через неделю, и уже через несколько месяцев он вернётся. Так что недолго им тут пировать и жировать на чужих хребтах осталось.

Год на планете шёл тринадцатый, начало лета. Именно в этот памятный год я и вылетел в тот рейс. Да и Кремнева похитят во время отдыха именно в этот месяц. Всё к одному сходится. Кроме работ с самой планетой, я и системой заинтересовался. На Марсе явно была чья-то база. Скорее всего, работорговцев, да за Луной, с тёмной стороны, висел старый транспорт аж третьего поколения. Такой берёт на борт до пяти тысяч человек, ну или рабов. В капсулах выходит чуть меньше, тысячи на три. Около него мельтешили челноки и боты, значит, работа по вывозу людей в Содружество идёт.

Вмешиваться в историю я не хотел, поэтому буду вынужден со стороны наблюдать, как вывозят с планеты людей. В принципе вмешаться мог, но только помешать вывозить наших, славян, ликвидировав подручных работорговцев в России. На остальных мне было глубоко плевать. Если кто-то скажет, что я расист, то он… будет прав, я тоже так считал. Да и за что мне любить другие народы? Вот именно что не за что – значит, я расист.

С помощью зонда я нашёл на планете Москву и свой дом, даже, к своему изумлению и радости, разглядел себя, того прошлого. Тот Валентин выбежал распаренным из бани и с ходу нырнул в большой надувной детский бассейн, находившийся во дворе коттеджа. Жены и дочки не было дома, так что Валентин был голышом. Поплескавшись во дворе, охладившись, он вернулся в баню. Что есть, то есть, в прошлой жизни я очень уважал русскую парную. У меня в коттедже на окраине столицы была и банька, и финская сауна. Ох, и хороши они были! Хотя почему были? Вон, они и сейчас есть… у того, прошлого меня.

Вот этим я и занимался до наступления темноты в Москве. Внутрикорабельное время со столицей не совпадало, поэтому я перевёл его по Москве, так как в ближайшее время собирался спуститься на планету и пожить там, среди привычного мне в прошлой жизни окружения. Так что пущу на приготовление пару дней, и всё, можно вылетать на разведывательном катере. Он крохотный, размером с жигуль-«десятку» так что спрятать труда не составит.

Во время полёта я приготовиться не успел, так как все эти два месяца провёл в учебной капсуле. Да-да, я сделал-таки три базы знаний по артефактам Древних. В одну всё не уместилось, там разные разделы и специфики. Назвал я их: «Общие сведения по артефактам Древних», «Ремонт и обслуживание артефактов Древних» и «Эксперт по артефактам Древних». Все базы получились шестого ранга. То есть профессор в этом деле действительно был профессионалом. Я их залил на свою нейросеть и начал учить. Не сразу, пять дней возился с оборудованием маскировки, меня бесило то, что оно жрало слишком много энергии. С такой мотивацией я плотно засел за работу и за эти пять дней смог собрать пару дополнительных блоков из запчастей и снизил энергопотребление оборудования маскировки на треть. Вот это радовало, у меня уже была идея, как ещё снизить энергопотребление, но хорошего понемногу, поэтому лёг в капсулу на максимальную дальность прыжка крейсера, на семь с половиной дней.

За два месяца, прерываясь только на то, чтобы совершить очередной промежуточный прыжок, поднял две базы до пятого ранга и одну до четвёртого. Теперь я был спецом в артефактах и уже многое понимал, но до профессора мне ещё учиться и учиться. Тот реально был профи и многое знал. Ничего, у меня ещё будет время для этого. Только одно я понял: информация с дальнейшими инструкциями, которые хранились на кристаллах Древних, мне ещё долго будет не доступна. Дело в том, что моя нынешняя нейросеть не могла взаимодействовать с оборудованием Древних. Для этого нужен симбиот или нейросеть Древних. Ни того, ни другого у меня не было, а если вспомнить смертность среди тех, кто ставил себе такие сети Древних, как-то нет желания применять всё это на себе. А смертность была девяносто девять процентов. Так что информация мне реально не скоро будет доступна. Вот если бы симбиот найти…

Во время полёта я действительно отвлекался от учёбы, чтобы совершить очередной промежуточный прыжок. Крейсер мог находиться в гипере семь с половиной суток, вот я и проводил в капсуле это время. Лишь во время прыжка, то есть когда крейсер снова был в гипере, я тренировался в зале, обедал или ужинал – зависело от времени, и снова учился. Вот так вот, как в калейдоскопе, и пролетело это время.

Покинув рубку, я направился налётную палубу. Нужно осмотреть катер, с которым уже работал Шпунтик. Тот проводил регламентные предполётные работы, готовя судёнышко к вылету. Ну, а я пока шёл, мысленно прокручивал, что с собой брать. Купленную по моей фигуре у тара Ежа одежду – это понятно, не в комбезе же там рассекать, тем более я нашёл нечто похожее на джинсы, а вот что из защиты и оружия мне пригодится?.. М-да, будем думать.

Не знаю, не знаю, но бронекостюм я точно возьму. Из тех, что привёз из будущего. Взять тот же «Хамелеон»: если снять шлем, то система маскировки подгонит костюм под обычную одежду землян. Нет, костюм возьму, но всё же ходить в нём чревато проблемами, всё-таки он отличается от общепринятой одежды, даже в режиме маскировки. Деталей множество, если все бросятся в глаза, это привлечёт ко мне много ненужного внимания. Поэтому костюм со всем вооружением берём, но носить не будем, просто спокойнее будет, когда он под рукой. Если бы зима была, ещё ничего, а летом же не получится его поносить. Ещё я насчёт ручного оружия завис: брать «Бизон» или ракетный ручной комплекс? Решил брать всё. Главное, чтобы грузоподъёмности катера хватило. Лучше иметь всё под рукой, чем потом бегать и орать, где это или то.

С катером я провозился пару часов, набивая его и так невеликий грузовой отсек всем, что мне может пригодиться в России. Естественно, парфюм, косметику и пару рулонов ткани тоже взял, на пробу. Закончил я где-то в полночь по московскому времени. Надо же, отвык от этого словосочетания, ничего, быстро обратно привыкну. Была только одна проблема: я говорил с акцентом. Тот, кто долго не бывает на родине, действительно в первое время путается и плохо говорит, но со временем всё приходит в норму. После переселения я редко говорил на русском, так, изредка для языковой практики, ну разве что матерился много, поэтому мышцы и язык к своему русскому были не сильно привычны. Из-за этой проблемы нужно было проработать легенду и изготовить документы.

Оборудование для создания любого типа документов, даже земных со слабыми степенями защиты, у меня имелось. Нужный чемоданчик я нашёл на спецскладе того разведывательного крейсера. Сейчас времени уже не оставалось, спать отправлюсь, чтобы перевести организм на московское время, поэтому решу эту проблему завтра. Сделаю несколько комплектов документов. Основные – я из-за границы, например из Германии, по внешности похож, потом из Швейцарии, документы должны иметь метки о пересечении границы, ну и российских несколько сделаю. Хоть в документах мне восемнадцать будет, чтобы права в российских документах использовать.

Покинув лётную палубу, я направился к себе, отдав приказ Перуну подготовить пару килограммов золота для продажи. Мне нужна была наличность для использования на Земле. Можно, конечно, напечатать любые купюры, как и документы, но честно говоря, возиться с этим не хотелось. Там каждая купюра должна иметь свой номер. Проще продать бросовое в Содружестве золото и приобрести наличные, это освободит меня от житейских проблем.

Утром, когда я принял душ и завтракал, Перун сообщил, что транспорт работорговцев покинул орбиту спутника Земли и начал разгон для прыжка в гипер.

– Пускай уходит. Скоро должен другой подойти, на котором Антона увезут. Какой-то левый пират, что от патрульного крейсера убегал и прыгнул наугад.

– Активировать маскировочное поле?

– Не требуется, «Нохан» находится в каверне большого астероида, полного металлов. Заметить его можно только вблизи или визуально. Кто, кроме нас, полезет сюда?

– Шахтёры.

– Вот именно, только шахтёры, которым тут делать нечего.

– Какие у вас планы, капитан? – поинтересовался Перун.

– Есть тут кое-что в мемуарах Антона. Он пишет, что когда они обследовали систему, то нашли корабль Древних. На этом записи обрываются, страницы были повреждены, поэтому, что это за корабль и были ли там находки, я не знаю. Нужно его найти и обследовать, у нас на это одиннадцать месяцев до возвращения Антона на планету.

– Смею вам напомнить, капитан, для подобных поисков у нас в трюме есть разведывательно-поисковый комплекс «Пластун». У него двадцать два зонда и шесть ретрансляторов. Он полностью исследует систему и, если тут что-то есть, «Пластун» обязательно обнаружит.

– Да, точно. Про «Пластуна»-то я и забыл, мы тогда много что вывезли с разведчика. Да, придётся задержаться на пару дней и запустить комплекс. Солнечная система имеет нестандартную конфигурацию, поэтому на исследование уйдёт несколько недель… В принципе запущу поиски и отправлюсь на планету. Если «Пластун» найдёт корабль, сразу вызывай меня, я постоянно буду на связи.

– Хорошо, капитан. Придётся поработать с зондами, настраивая их на работу в агрессивной среде, чтобы пираты их не обнаружили.

– Согласен, нам их внимание не надо, поэтому режим маскировки включим на максимальный уровень.

– Это увеличит срок поисков на десять – пятнадцать дней.

– Не существенно, главное, чтобы был результат. Всё, работаем.

Вот так за завтраком я и нашёл себе работу на ближайшие несколько суток. Причём работа была важная и даже необходимая.

Я действительно серьёзно впрягся. В штабе крейсера – я не стал его убирать – было развёрнуто оборудование «Пластуна», после тестирования и проверки произошёл запуск сразу двенадцати зондов и четырёх ретрансляторов. За следующие недели «Пластун» полностью возьмёт систему под контроль, я не только буду видеть все пиратские корабли, но и, возможно, найдётся тот корабль Древних. Гадать не буду, посмотрю по результатам.

За эти же дни я подготовился к вылету. Сделал документы: бланки можно было найти в интернете, да и взломать архивы госструктур разных государств мне также не составило труда. В общем, шесть комплектов документов я теперь имел, более того, мои данные были внесены в архивы и серверы государств, где я числился вроде как гражданином, и даже в таможенных службах были отметки обо мне. Так что подготовка была серьёзной и основательной, но наконец настало время вылететь на Землю. Я отдал несколько приказов Перуну и Командору, убедился, что оставляю крейсер в порядке, и, забравшись в катер, сел на место пилота. Второе и последнее было занято большим баулом с бронекостюмом и частью вооружения. Автоматы, гранаты и другой специнструмент лежали на полу у пассажирского сиденья. Остальное находилось в грузовом отсеке. Катер под моим управлением приподнялся над полом, убирая опоры в корпус, и вылетел через защитную плёнку наружу. Бронестворка стала закрываться, отсекая меня от лётной палубы, но я уже не обращал на это внимания, а в режиме «скрыта» направился к Земле.

Пираты тут особо не разворачивались, кроме базы на Марсе и десятка древних зондов ничего у них не было, поэтому я спокойно пролетел значительное расстояние. Это заняло у меня восемь часов, и уже в ночное время войдя в атмосферу – всё как и рассчитал, – стал спускаться.

Место для приземления я подобрал заранее – лесок у речки, можно сказать вблизи Москвы. Тут до окраины километров пятьдесят всего будет. При приземлении я заметил на берегу пятно костра, светлела палатка и рядом расположились пятеро рыбаков, видно они выбрались отдохнуть с ночёвкой. На километровой высоте я перешёл в пологое пикирование и, снизившись над лесом, аккуратно опустил машину на крохотную полянку в ельнике. После чего выбрался наружу, виброножом нарезал лапника и замаскировал катер. Подхватив заранее подготовленную сумку-баул, повесил её на плечо на длинном ремне и направился к речке, к тому месту, где горел костёр.

Катер я на самом деле не бросил без присмотра, если так кому-то показалось. У него была защита и связь. Связь доставала до ста километров, так что свяжется искин катерка со мной без проблем. Ещё у него было два стационарных «подавителя», он мог вырубить случайного свидетеля, также у него был охранный дроид. Да-да, размером с кошку, но очень серьёзный противник для местных грибников и любителей природы, я бы даже сказал, непобедимый противник. Убивать я никого не хотел, поэтому искин катера в случае случайного обнаружения должен вырубить свидетеля и перевезти его куда-нибудь подальше. Пусть гадает, что с ним было и как он оказался в совершенно незнакомой местности. Так что пока я не найду для своего лётного средства надёжное укрытия, вроде бокса в гаражном кооперативе, беспокоиться о том не нужно. Кстати, насчёт гаража я не шутил, идеальное место, а перегнать технику можно и ночью. Катер по габаритам без проблем войдёт в гаражный бокс.

До любителей ночной рыбалки я добрался минут за сорок. Тут километра три идти по ночному лесу. Ещё на подходе я расслышал споры и ругань. Кто-то визгливым голосом убеждал товарищей, что он видел мерцающую летающую тарелку. Вспомнив, что я тормозил антигравами, только понимающе улыбнулся. Да, те при нагрузке начинают слегка мерцать. Катер перегруженным шёл, а я это как-то не учёл, вот и заметили меня. Опыта высадок маловато, чтобы всё учитывать.

– Эй, там кто-то в кустах хрустит, – услышал один из рыбаков, как я подхожу.

– Кто там, отзовись? – спросил другой.

– Мир вам, земляне. Я прибыл с другой планеты, чтобы вступить с вами в контакт, – загробным голосом сказал я. Ну не мог удержаться, слишком рыбаки подставились.

Реакция последовала незамедлительно, послышались треск кустарника и плеск воды, да кто-то глухо выматерился. Не выдержав, я громко засмеялся, переходя на ржание.

– Сволочь ты, Витя, до мокрых штанов напугал, – поправив сушившиеся у костра камуфляжные штаны, сказал дядя Боря, старший из компании рыбаков.

– Тебе ещё повезло, в воду прыгнул, можно сказать помылся, а этих двоих дуралеев пришлось по лесу ловить, – сказал его младший брат. Они работали в одной фирме, коей владели, а остальные были друзья-соседи да сын старшего брата.

Отвлекаясь от ухи, я снова прыснул, вызвав три злобных взгляда, которые меня пытались прожечь. Шутка моя удалась в полной мере: с учётом увиденного в ночном небе, а видели, оказывается, все, мой голос в ночи вызвал эффект разорвавшейся бомбы, все рыбаки прыснули в разные стороны. Только один имел крепкие нервы и, услышав мой смех, сообразил, что над ними жестоко пошутили, и полез с кулаками. Не преуспел, побить себя я не дал. Но потом и другие подтянулись, также пытаясь меня проучить. Хмель после шутки испарился, и теперь они снова звенели стаканами, возвращая себе умиротворённое состояние. Ничего, выпили водки на мировую и меня, вот, угостили ухой. После водочки самое то, как родная пошла.

– Ещё и костюм как зеркальный, на самом деле на скафандр похож, а присмотришься – джинса джинсой, – буркнул один из пострадавших от моей шутки.

– Ну, мужики, ну не мог я не приколоться, когда услышал, о чём вы треплетесь. Не простил бы себя, если бы упустил такой момент.

– Да уж подобрал, – проворчал один из рыбаков, токарь на автозаводе. – Кстати, ты сам, Витёк, откуда, что-то говор у тебя не знакомый?

– Из Германии. Родители туда переехали, когда Союз распался, а потом уж и я родился. Вот, изучаю родину предков.

– Ну и как? Нравится?

– Не очень. Порядка нет, мусор везде, за лесом не следите, поборы на дорогах, коррупция…

– Хватит-хватит, – остановил меня дядя Боря. – Ты тут сейчас договоришься. Опять вас до рейхстага погоним.

– Рейхстаг не мой, – нейтрально ответил я и вернулся к ухе. Эх, как мне этого не хватало-то! Настоящая ушица на дымке, приготовленная по всем правилам…

– Сам куда путь держишь и тут что забыл?

– В деревню Кузьминки из Москвы ехал. Тут на остановке сошёл, а куда идти, не видно, ночь. Вот на вас и вышел.

– Ну, это понятно, где тут что найдёшь. Ладно, ночуй с нами. Завтра покажем дорогу в эти Кузьминки. Они тут километрах в восьми.

– Пожалуй, я вернусь обратно в Москву, что-то расхотелось мне смотреть ту древнюю православную церковь.

– Ну, смотри сам.

Легенда прошла нормально, никто документов у меня не спрашивал, так что мы начали устраиваться на ночь. Мне дали коврик из пенки, а одеяло у меня было своё, так что через полчаса, как и все рыбаки, я забылся сном. Правда, перед этим я направил запрос искину катера, и тот прислал своего охранного дроида, чтобы берег мой сон. Да, было у меня при себе специальное оборудование, выполнявшее подобную работу, но не думаю, что рыбаки обрадуются, когда я тут буду ходить вешать датчики и камеры слежения. Пусть и дальше остаются в неведении.

Утром, после завтрака остывшей ухой, мы начали собираться. Мне-то ладно – скатал одеяло и убрал в баул, вот остальным на это понадобилось много времени. Сообразив, что так рано они уходить не хотят – водка ещё была, а сегодня воскресенье, – я стал прощаться, к облегчению рыбаков. Мне указали на тропинку, мол, она выведет к лесной малоезженной дороге, а там и до остановки недалеко, и мы распрощались. Я энергичным шагом двинул к остановке, остальные продолжили культурно отдыхать.

Через четыре километра по указанным ориентирам я действительно вышел к остановке. Там были две бабки и молодая женщина с ребёнком лет трёх, крутившимся у неё под ногами, как юла. Обернувшись, я отправил охранного дроида обратно к катеру – тот сопровождал меня на всякий случай до остановки – и, убедившись, что тот скрылся среди деревьев, я вышел на дорогу. Люди на остановке не особо обратили на меня внимание, лишь девочка поглядывала с любопытством на мой костюм из ткани зеркального вида. М-да, нужно всё же переодеться. Это тут меня принимают за чудаковатого городского, но уж больно в глаза бросаюсь. Так что продам золото и сразу приобрету нужную одежду. Ну, и парикмахерскую посещу, постригусь по-земному. «Молодёжную» выберу стрижку или «полубокс».

Автобус прибыл через сорок минут. Хрустя дребезжащим корпусом и скрипнув тормозами, он встал, и с шумом открылась дверь. Уже отвыкший от всего этого, я смотрел на «Пазик» как на внеземное чудовище, чуть ли не открыв рот. Заметив, что в салон уже проходят женщина с ребёнком – шустрые старушки успели первыми, – заскочил внутрь, ища взглядом свободное место. Таких не оказалось. Автобус был полон, поэтому я остался стоять в проходе, бросив баул под ноги, чтобы не мешал. Кстати, в салоне помимо деревенских было полно тех, кто возвращался с рыбалки с ночёвкой. Таких было легко определить по простой походной одежде, по перегару, по удочкам и рюкзакам, ну и по многочисленным точкам комариных укусов на лице. У меня таких, между прочим, не было, побрызгался от гнуса из своих запасов. Против земной живности иноземная химия действовала только так.

Автобус по асфальтированной дороге ехал недолго, свернул на более узкую, что вела к деревне, как было ясно из названия на дорожном знаке. На мой недоумённый вопрос один из пассажиров пояснил, что так маршрут проложен – через эту деревню на другую трассу, что уже шла к Москве, вернее уже находилась в пригороде. Асфальт быстро закончился, и пошла щебёнка, улицы деревни тоже не были заасфальтированы, а по центральной была всё та же разбитая щебёнка. На остановке у местной администрации мы взяли ещё пассажиров. Уже стало тесно, но своего места рядом с дверьми я терять не хотел, а баул убрал на надмоторную полку, водитель разрешил. Покинув деревню, мы дальше затряслись по щебёнке. Несмотря на не особо приветливую встречу блудного сына Землёй, я всё равно был доволен. Ностальгия глушилась ударными темпами. Хочу обратно, на крейсер – тишина, спокойствие, нет потных деревенских и такой тесноты. Родина, мля.

Ехали мы недолго, буквально через пару километров я заметил, что автобус притормаживает, а водитель матерится. Привстав на цыпочках, я выглянул из-за плеча массивного мужика из последних пассажиров и рассмотрел впереди на узкой дороге габаритные огни какого-то внедорожника, что перегородил всю и так не широкую дорогу. Нам уже попадалась встречная машина, с которой мы с трудом разминулись. Объехать его автобус не мог: справа вплотную к дороге стояли деревья, а слева рядом с опушкой блестело водой болотце.

На сигнал автобусного клаксона из окна показалась изящная женская ручка с многочисленными браслетами и ярко-красными ноготками и показала средний палец. Внедорожник так и продолжал стоять не шелохнувшись.

Хмыкнув, я беззвучно затрясся от смеха. Знакомая ситуация. Гёрл из тех, что «насосала» на машину, показывает, кто тут круче. Много я таких видел, что пытались подобными способами поднять своё самомнение, а если доходило до конфликтов, доставали дорогущие телефоны и пугали, что позвонят папикам.

– Расступись, – велел я. – Сейчас поговорю, и водитель нас пропустит… И сумку мою подайте. Подвезёт он меня.

Покинув автобус, я повесил сумку на плечо и, придерживая её левой рукой, направился к тихо порыкивающему на холостом ходу внедорожнику, оказавшемуся «хаммером», чёрного цвета с хромированными дисками и деталями. Посмотрев ещё раз на блеск болотистой лужи, я только криво усмехнулся.

На подходе я услышал растянуто-развязный голос:

– …ты прики-инь, он сказа-ал, что мы полетим на Мальдивы. Лучшее бунгало снимем, а ему грю… Подожди, Моника, тут дярёвня идёт.

Водитель меня, похоже, рассмотрела в зеркало заднего вида, лопухи по бокам стояли неслабые, поэтому прервала разговор. Был ли ещё кто в машине, я не видел, задняя полусфера была наглухо тонирована, лишь в открытое окно водительской дверцы виднелся локоть хозяйки машины.

Говорить я ничего не стал, в этом случае бесполезно, знаю по собственному опыту из прошлой жизни. Поэтому бросив баул на капот, я открыл дверцу водителя и, схватив хозяйку за воротник дорогого жёлтого жакета, швырнул в лужу. Знаете, как камешки блинчиками пускают? У меня почти получилось, по крайней мере она докатилась до конца лужи, врезавшись в противоположный берег. Раскинув ноги и выставив зад в таких же жёлтых узких шортиках, деваха громко и противно завизжала, а я, проверив машину, бросил баул на заднее сиденье – машина была пуста – и кинул хозяйке её телефон, который она выронила, когда я её вытаскивал из машины. Тот ушёл под воду метрах в двух от неё.

Дисциплинированно застегнув ремень безопасности, я стронул тяжёлый внедорожник с места и покатил по дороге, набирая скорость. На машине была привычная мне автоматическая коробка, так что я быстро разобрался с управлением и уже через минуту спокойно рулил, слушая радио. Автобус остался далеко позади, по-моему, водитель и все, кто видел свершившееся на их глазах возмездие, даже не остановились и поехали дальше. Никому не было дела до разодетой, как попугай, девицы.

Скоро показалась нормальная двухполосная дорога с населённым пунктом. Я проехал посёлок, выехал на развязку, и вот она, Москва. На трассе я втопил педаль газа, отчего мощный движок разогнал отнюдь не лёгкий внедорожник до ста пятидесяти километров в час. Справа мелькнул пост ДПС, где были веселые ребята, махающие мне полосатыми палочкам. Я им тоже помахал, но подвезти отказался, только прибавил газу. На кураже и адреналине я разогнался до ста восьмидесяти. Больше пробовал, но уже управление не то: чуть что, может с дороги выкинуть, а на ста восьмидесяти ещё ничего.

Особо я не беспокоился, автомобиль не мой, прежде чем сесть в него, надел перчатки, так что брошу тачку где-нибудь и займусь своими делами. Кстати, на соседнем пассажирском сиденье лежала дамская сумочка, если повезет, обзаведусь наличными. Той тёлке они пока всё равно не нужны, а мне пригодятся. Вон, на автобус денег не было, рыбаки сбросились, дали сотку, как раз до столицы хватало. Я им напел, что у меня только кредитки, налички нет, прониклись и сбросились. Наш народ.

Окна я закрыл, ещё когда только выезжал на трассу, и сейчас салон охлаждался климатом, поэтому я чувствовал себя комфортно и почти привычно. Всё же земная техника по удобству заметно уступает внеземной.

Я уже двигался по Москве, окраины остались позади, то есть появились «зебры», светофоры и другие дорожные неудобства, которые так бесят всех российских автолюбителей, а уж если прохожие переходят дорогу… В общем, я сбросил скорость сначала до сотни, потом и до семидесяти. Тут вдруг сзади, сияя маячками, ко мне пристроилось какое-то недоразумение, вежливыми матюгами прося остановиться, причём машина оказалась вневедомственной охраны. Этим-то что от меня надо, или гайцы всех, кто был рядом, подняли? Как бы то ни было, я поступил вполне разумно. Остановился. Резко. Не успевший свернуть или затормозить «жигуль» охраны врезался мне в корму. Удар не был так силён, чтобы водитель и пассажиры пострадали, но машину они разбили, так что я снова дал газу и свернул на ближайшей эстакаде в улицы, уходя в какой-то новый микрорайон. Так крутясь по улицам, я уходил в центр Москвы. Частенько на параллельных улицах я видел машины полицейских, но уходил от них, оставаясь незамеченным. Как я это делал? Так а зонд на орбите на что? Он всё снимал, а Перун и Командор, азартно комментируя погоню, руководили мной, где свернуть, где снизить скорость, а где вообще прибавить.

На одном из перекрёстков я заметил дэпээсника, который в рацию что-то говорил, не спуская с меня взгляда. По словам Перуна, все полицейские машины сразу же начали окружать район, ими явно кто-то грамотно руководил. Опытные гады, натренировались на любителях погонять.

– Ладно, повеселились и хватит, – решил я, останавливая внедорожник прямо посередине довольно оживлённого перекрёстка. Водители, которым я перегородил проезд, остановились и сигналили, но главное, перед машиной было чисто.

Покинув салон, я забрал баул, вернулся к открытой водительской двери и нажал на клаксон. Зеваки, что с интересом смотрели на меня с тротуара, заметив, что я машу руками, прося разойтись, подались в сторону. Включив скорость, я заблокировал педаль газа, и «хаммер» буквально прыгнул вперёд, оттолкнув меня в сторону и чуть не переехав по правой ноге задним колесом. На ста метрах он разогнался до восьмидесяти и, подскочив на бордюре тротуара, буквально влип в стену старого, явно дореволюционной постройки дома. Сам дом не шелохнулся, а от внедорожника, который окончательно превратился в безкапотный, разлетелось множество деталей. Многие зеваки заулюлюкали и захлопали в ладоши, да и водители, впечатленные зрелищем, начали нажимать на клаксоны. Отчего я, отставив ножку, поклонился на все четыре стороны.

Я покинул проезжую часть, и движение вернулось в норму. Добежав до автобусной остановки, к которой как раз подъехала маршрутка, я вскочил на подножку и прошёл внутрь. Ещё убегая от полицейских я порылся в сумочке и нашёл кошелёк. Там были сплошные пятитысячные купюры, ни одной более мелкой я не нашёл, ну а карты проигнорировал. Всего в кошельке было пятнадцать купюр, я их все забрал. Так что за билет я расплатился красненькой, получил сдачу тысячными купюрами и более мелкими.

Сошёл я на следующей остановке, дисциплинированно перешёл по зебре на другую сторону и сел в маршрутку в обратную сторону, заняв свободное место. Мы проехали через перекресток, где парил мотором «хаммер» и находилось порядка пятнадцати полицейских машин, из-за чего у перекрёстка возникла пробка. Там сейчас работало два регулировщика, снимая эту проблему. Когда этот район остался позади, я покинул автобус и поспешил в сторону довольно большого торгового центра. Мне нужно было сменить одежду, и этот лабаз, где торговали в основном одеждой, подходил как нельзя лучше. Вот только я не учёл интереса продавцов к моей одежде. Вращаясь в этой сфере, они более или менее разбирались в фасонах и тканях, и мой костюм их явно вводил в недоумение, разжигая жуткое любопытство. И ведь я выбрал самый неприметный костюм, другие были круче.

Заметив в одном магазине вполне приличную подростковую одежду полуспортивного фасона, я свернул именно в этот павильон.

– Здравствуйте, что желаете? – улыбнулась мне девушка, консультант Олеся, как было написано на её бейджике.

– Подобрать одежду. Обувь у вас есть?

– К сожалению, нет, но через два павильона от нашего продают спортивную обувь. Её очень хвалят.

– Хорошо, а нательное бельё?

– У нас всё есть.

– Отлично, тогда приступаем, начнём с белья…

В этом торговом комплексе я оставил порядка тридцати тысяч. Но зато отлично закупился одеждой, та едва поместилась в баул. Сам я теперь был в серых штанах со множеством карманов, на ногах армейские ботинки, на торсе синяя облегающая майка – было жарко, лето как-никак, – ну и серая куртка, наброшенная на баул. Ещё я взял пачку носков, красный спортивный фирменный костюм – подошёл как влитой, – пяток белых футболок, трусы три пары, ну и всё. Брал всё в фирменных магазинах, поэтому средства ушли быстро.

Выйдя наружу, я поправил ремень на плече и зашагал к дороге, нужно поймать частника и ехать в центр, найти квартиру для съёма. Если кто из подручных работорговцев и устроился в России, он точно в Москве, и я его вычислю. В общем, сегодня потрачу время на обустройство, а завтра отправлюсь к своему дому, хочу посмотреть вблизи на себя, дочку и жену. Я ведь реально их давно не видел.

Ловить частника не пришлось, чуть дальше стояла припаркованная машина с желтым колпаком на крыше.

– Куда? – спросил водитель, когда я открыл заднюю дверь и сперва бросил баул на заднее сиденье, после чего сел сам.

– На вокзал.

– На какой?

– На ближайший.

– Понял, сейчас будем.

Тот достаточно быстро доставил меня на Казанский вокзал. Походив там, я нашёл бабульку, что сдавала комнату. Таких было много, но только у этой была двухкомнатная квартира в сталинке на втором этаже со всеми удобствами. Быстро сговорившись, мы взяли такси и поехали смотреть квартиру. Та действительно была неплоха и мне понравилась, всё было – мебель и постельное бельё. Старенький риелтор показала мне, что где лежит, записала данные с заграничного паспорта, а я теперь Виктор Берт из Германии, и, получив аванс за месяц вперёд, покинула, пообещав прийти за следующей квартплатой через месяц. Эта квартира обошлась мне дороже, чем одежда, и на кармане осталась только мелочь, чуть более полутора тысяч.

Когда старушка ушла, я закрыл входную дверь на внутреннюю щеколду и прошёл к балкону. Дверь подалась сразу, так что я вышел и осмотрел проспект, вдыхая такой непривычный загазованный воздух. После корабельного воздуха, где отсутствуют какие-либо запахи, воздух родной планеты казался излишне… вонюч. Ничего, привыкну. Прищурившись, я посмотрел в проём между домами напротив. Там виднелись разнокалиберные крыши боксов гаражного кооператива – то, что мне нужно. Правда, денег на аренду уже нет, и сейчас, как мне кажется, настало время решить эту проблему. Надеюсь, скупки в воскресенье работают.

Достав из баула два килограммовых золотых блина, я убрал их в карманы и, подумав, прихватил вибронож, убрав его под футболку, которую вытащил навыпуск. Холодильник на кухне был отключён и пуст, поэтому при возвращении стоило озаботиться продуктами. Проверив документы в заднем кармане брюк, я покинул квартиру и, играя связкой ключей в правой руке, сбежал по лестнице. На скамейке отдыхали три старушки, я вежливо поздоровался и направился через двор к арке, чтобы выйти на улицу.

Где найти ближайшую скупку, я сообразил не сразу. В принципе можно было поймать таксиста и тот довезёт, но я сделал проще. Достал планшет, вышел в местный интернет и быстро нашёл координаты ближайшей. А нашёл просто, по регистрации её в соответствующей организации. Даже машину можно было не брать, планшет накидал мне маршрут движения, тут идти двадцать минут. Я не смог отказать себе в таком удовольствии и прогулочным шагом направился к скупке, которая называлась странным словом «Ломбард».

Прогулялся я не без удовольствия. С улыбкой слушал родную речь, разглядывал девушек в коротеньких платьицах, лето всё же, ну и просто отдыхал душой. Заметив продавщицу, торговавшую на улице мороженым, взял эскимо и дальше шёл с самым лучшим настроением, что когда-либо у меня бывало.

Ломбард находился не в подвале, как я привык считать, а на втором этаже здания. Тут же был и банк, только на первом этаже. В самом ломбарде за узким окошком сидел приёмщик, я шлёпнул перед ним один кругляш и попросил оценить. Тот удивился, покапал на него чем-то, даже просверлил, потом разглядывал в лупу, пока, наконец, не сообщил:

– Тут чуть больше килограмма. Могу дать миллион рублей.

– Я смотрел мировые цены, он стоит почти два, то есть миллион восемьсот тысяч с мелочью.

– Но принесли вы это золото к нам, а не к мировым покупателям.

– Всё равно слишком мало. Миллион семьсот ещё куда ни шло.

– Сейчас подойдёт старший приёмщик, он решит, я его уже вызвал.

Через минуту в каморку, где сидел более молодой приёмщик, зашёл старик. Торговались мы долго, блин, лучше бы сам деньги напечатал, но всё же сошлись на миллионе шестистах, вернее мне выдали наличкой три миллиона двести. И деньги у них нашлись. Причём в банковских упаковках. Так что я расстался с двумя килограммовыми кусками и получил несколько пачек денег.

Сумки у меня с собой не был, так что я её купил тут же, мне даже её не подарили – дорожную сумку, небольшую такую, ношеную, но деньги все вошли. Золото на Земле штука опасная, так что, покидая ломбард, я остерегался, осторожно проверяясь. Не ошибся, слежка была, я её сразу засек, когда взял такси и отъехал от здания, где располагалась скупка. Ну-ну, мне это даже интересно. В принципе если ребята серьёзные, то и оружием обзаведусь, пригодится. Моё для землян на оружие мало похожее, даже не попугаешь, разве что рассмешишь, так что придётся использовать местное. Да и как я буду уничтожать приспешников работорговцев? Одно дело отверстия, сделанные из местного огнестрельного орудия, другое – из игольника. Лучше перестраховаться.

– Сверните тут и остановитесь у того дома, – попросил я таксиста.

Тот выполнил, что я сказал. Расплатившись, я покинул машину, перебежал через проезжую часть и направился сквозь какой-то парк в сторону высоток, что виднелись вдали. Двое из машины, что за нами ехала, последовали за мной, делая вид, что я их совсем не интересую, а машина, чёрный «форд»-седан, рванула дальше, видимо в объезд наперехват.

Шагал я легко, улыбаясь встречным девушкам и получая ответные улыбки. С двумя девушками, гулявшими парочкой, наверное бы, поговорил и попробовал закрутить роман, а то я той конфеткой не наелся, которую испробовал на базе пиратов перед полётом на Землю. Однако у меня было дело, которое требовалось решить, поэтому со вздохом прошёл мимо, хотя те и ожидали от меня ответных действий. Это было видно по мимике и движениям. По так называемому невербальному общению. Многие в молодом возрасте так неосознанно общаются. Опыт понимания приходит с годами.

Заметив боковую тропинку, где практически никого не было, я свернул на неё и зашагал дальше, с интересом глядя на зелёное великолепие вокруг. Правда, наши везде нагадить умудряются. Мусор начал появляться. За парком было видно, что ухаживают, дорожки были подметены, контейнеры для мусора были пусты, но за ночь молодёжь, которую никак иначе кроме как свиньями не назовёшь, успевают загадить его, отчего великолепие леса пропадает. Раньше я работал на окраине, у меня там сервис был, восстанавливал ретромашины, коттедж неплохой имел, квартиру в довольно приличном районе, которую собирался подарить дочке на шестнадцать лет, однако саму Москву я знал плохо. Родился и жил до этого в Подмосковье. Что это за парк, я представлял смутно, на вывеске перед входом было написано «Нескучный сад», надеюсь, название соответствует реальности. Скучать я тут не собирался. Двигаясь по парку, я уходил в противоположную сторону от дома, но ничего, разберусь.

Оставив позади странный, явно старинный мостик, сложенный из камней на русле высохшего ручья, я вообще ушёл подальше от людей. Оба парня, сообразив, что это их шанс, сблизились – я их контролировал, подвесив на ремень сумки камеру и поглядывая на экран планшета, что держал в руке. Те видели, что я ничего не опасаюсь, вообще не оглядываюсь, на цыпочках, стараясь не издать ни шума, для чего, видимо, и надели лёгкую обувь, подбежали, и тот, что выше, попытался прижать к моей шее электрошокер. Не удалось.

Мгновенно присев и уведя руку с лёгким нелетальным средством в сторону – кстати, оно бы меня не вырубило, импланты бы не дали, – я двумя ударами погасил сознание сперва одного, а потом и второго нападающего. Свидетелей действительно не было, тропинка была пуста, поэтому, убрав шокер в карман, я подхватил обоих за шивороты, сил, увеличенными имплантами, хватало, и понёс их, держа навесу, в глубь леса. Метров на пятьдесят углубился.

Потом сбегал обратно, уверился, что никаких следов не осталось, свидетелей тоже, и лишь потом вернулся.

Вдруг в кармане куртки длинного едва слышно завибрировал виброзвонок телефона. Достав его, я увидел на экране, что одного из языков вызывает какой-то «Леха». Возможно, это водитель «форда», может, вообще какой левый. Отключив оба телефона и вытащив батареи, я отбросил их в сторону. Потом связал им руки их же разрезанной на полосы одеждой, не забыв вставить кляпы. После этого заставил очнуться сперва одного, нажав на определённые точки на его теле, допросил, свернул шею и приступил ко второму. Этот рассказал чуть больше, но в принципе то же самое.

Оставив оба трупа на месте, я вернулся на тропинку и зашагал к выходу из парка, левее блеснула река, но я ушёл вправо, возвращаясь по своим следам. Нужно будет машину найти – спецсредств, чтобы обработать подошвы и отбить нюх собак, у меня с собой не было. Пока шёл, размышлял, что мне дало общение с этими сосунками. Как оказалось, навели на меня отнюдь не скупщики, те, похоже, честно сработали. Эта тройка решила ломануть ломбард, зная, что там в сейфе всегда имеется не меньше пяти миллионов рублей. Пасли они ломбард, а тут одному попался на глаза я. Слишком долго был в приёмной, вот они и решили меня ограбить. То есть действовали практически наугад, просто наудачу.

Третий подельник действительно Алексей и водитель той машины. Они идиоты – на деле были на своей машине, вернее купленной по доверенности, но это ничего не меняет, вычислить можно в лёгкую, по своим же документам брали машину. Третий подельник меня не интересовал. Попадётся, пришибу, но специально искать не буду, хотя тот наверняка мог догадаться, кто придавил его товарищей. Ну, да ладно. При опросе этой двоицы и обыске, я приобрёл шокер, телескопическую дубинку, один выкидной нож и около пяти тысяч рублей мелочью, документы, и ничего более я не брал. Вот при допросе один мне выдал вполне интересные сведения. Оказывается, он знал человека, который занимается оружием. Они как раз у него хотели брать автомат и пару пистолетов, чтобы идти на дело с серьёзным оружием, а не с макетами. Контакты этого человека я взял, пригодятся.

Покинув парк, я взял такси и поехал в район, где снял квартиру, но вышел не у неё, а у гаражей. Машина укатила, а я направился к выезду, где виднелась над гаражами будка сторожа. Если от кого и можно получить необходимые сведения, то только от него. Невысокий пухловатый мужчина, чем-то похожий на всесоюзного любителя кошек, оказалось, курил внизу у лестницы. Так что, поздоровавшись, я сразу задал свой вопрос.

– Бокс арендовать? – задумчиво переспросил тот, осматривая меня.

– Желательно, – утвердительно кивнул я.

– Хм, тут три бокса сдаются, вон объявления висят, один продаётся. Хозяин умер, родственникам не нужен. Ты если купишь или арендуешь, ко мне подойди, я тебя в книгу учёта внесу и первый взнос за охрану приму.

– Без проблем.

На объявлениях кроме телефонов владельцев были и номера бокса, поэтому с разрешения сторожа, а охранялось тут хорошо, я прогулялся по кооперативу и посмотрел, кто где находится. Один был угловым, с зассанной стеной, вонь ещё та, два других вполне неплохи, но больше всего моё внимание привлёк тот бокс, что находился в тупичке. Он был расширенным, и въезд в тупик не просматривался от сторожки. То, что надо. По адресу его хозяина я и направился.

Владельцем бокса был полный алкаш, но, к счастью, к моему приходу набраться он не успел, просто было нечем. Он обрадовался, что я хочу арендовать его бокс, быстро собрался, не забыв ключи от ворот, и мы направились обратно к гаражам. Бокс был пуст, подметён, и видно, что приведён в божеский вид.

– Продавать не хочу, своими руками всё тут делал, а вот арендовать – это пожалуйста.

– Отлично, – ещё раз осмотревшись и щёлкнув выключателем, кивнул я.

Просил алкаш за бокс десять тысяч в месяц, вполне по-божески, если учесть удачное расположение гаражей. Передав ему при стороже плату сразу за полгода вперёд под расписку, я получил ключи от бокса. Потом провёл все дела со сторожем. Архип, хозяин бокса, уже ушёл, а я, сходив в ближайший магазин, приобрёл отличный замок, на который поменял хозяйский. Около миллиона я спрятал в гараже, убрал в ведро и прикрыл чистой ветошью, будет НЗ, после чего направился к себе. По пути заглянул в гипермаркет, решив купить продуктов. Причём всё, что лежало на полках или стояло в холодильниках, я проверил медицинским анализатором, и индикатор от трети продуктов светился жёлтым – питаться ими не рекомендовалось, а у мясных рядов так вообще доходило и до красных, вредное мясо. Покинув магазин сети французских гипермаркетов, я зашёл в обычный небольшой магазинчик на первом этаже девятиэтажки и накупил там продуктов уже местного, российского производства. Правда, и тут в одном месте сверкнуло жёлтым индикатором. Но по сравнению с гипермаркетом, все продукты были отличными и чистыми. С двумя большими пакетами я вернулся на съёмную хату.

Пройдя на кухню, я включил холодильник, воткнув вилку в розетку, и стал раскладывать покупки, что в холодильник, а что на пустые полки буфета. Посуда была, и я подумывал что-нибудь сготовить, но время ещё было, поэтому, убрав часть денег в баул и взяв с собой только пятьдесят тысяч, я покинул квартиру и направился в кафе, что приметил при возвращении. Там спокойно и пообедал.

Когда я заканчивал, пиликнул лежавший на краю столика планшет, принимая новое сообщение. Зонд на орбите продолжал сканирование России, особенно Москвы, и выдал первые результаты, которые уже обработал Перун и переслал мне. Оборудование у работорговцев должно работать в другом частотном диапазоне, поэтому ещё перед тем, как запустить зонд, я провёл ему нужные обновления и сделал необходимые настройки, так что тот сканировал в достаточно широком диапазоне. А связь мы держали не постоянную, сигналы шли узконаправленными файлами, которые трудно отследить, тем более тем оборудованием, что было у работорговцев, а у них тут полная древность.

В общем, включив планшет, я изучил присланные материалы, изредка отвлекаясь на кофе. Информация была, и меня это порадовало, всего по России было обнаружено шесть нетипичных для технологий Земли сигналов, но вполне обычных для оборудования третьего и четвёртого поколения Содружества. В основном работали такие же планшеты, как и у меня, только гораздо старше, но один раз, прямо из Москвы, был узконаправленный сигнал на базу на Марсе. Зонд его удачно перехватил, а Перун совместно с «Тенью» расшифровал. В файле, отправленном на базу, был приказ назавтра доставить на планету сорок кило золота и капсулу реаниматора. Одному из их подручных требовалась срочная медицинская помощь. Больше в нём ничего не было. Главное, я знал, откуда был отправлен сигнал. С Рублёвки. Я даже не удивился, когда изучил координаты и адрес.

– А вами я завтра займусь, – пробормотал я.

Из шести обнаруженных сигналов три были в столице, три других уже разбросаны по всей России. Один в Сибири, другой в районе Ростова, я так понимаю, он гастарбайтеров с Украины принимал, кто их искать будет, третий в Сочи, по отдыхающим работал, похоже. Те, что в Москве, тоже заслуживали внимания, один в частном медицинском центре обитался, второй в центре Москвы в одной из квартир – тут, недалеко от меня. Ну, и про последний я уже сообщал: коттедж и, возможно, один из штабов работорговцев, там кроме оборудования связи ещё шесть сигналов планшетов было и трёх коммуникаторов. А медцентр – отличное прикрытие, находится в большом парке, малолюдно, хоть сколько людей держи на его территории. Идеальная база. Так-то по Земле было множество таких сигналов, но, как я уже говорил, зону поисков работорговцев я сузил до России. Остальные меня не интересовали.

Помимо этого Перун, что работал с интернетом, выдал справку по пропавшим в России за последние пять лет. Другие государства меня также мало интересовали. Цифры впечатляли. Ещё год активной работы работорговцев, и цифра вывезенных явно перевалит за миллион.

Когда я закончил с поздним обедом и с работой с присланными материалами, то заметил, что одиноко сидевшая приятная на вид и фигуристая девушка уделяет мне внимание и вполне понятно делает знаки с желанием познакомиться. А я что, против? Подошёл, поздоровался и пообщался. Мы ещё около двух часов посидели в кафе, а потом пошли гулять, к вечеру после ужина в трактире та прямо сказала, что хочет меня, и мы поехали ко мне на квартиру. Ночь был сумасшедшая. Не знаю, что двигало девушкой, но она вела себя так, как будто эта ночь с мужчиной у неё была последней. Я был впечатлён.

Рано утром я проснулся оттого, что постель пуста. Осмотрелся. Все мои вещи были на месте, к ним явно никто не подходил. Я вдруг обнаружил, что на большом зеркале косметического столика красной губной помадой написано: «Типерь и ты болен СПИДам. Добро пожаловать в АД».

– Двоечница, две ошибки сделала, – сладко зевнув, пробормотал я и, накрывшись одеялом, продолжил дрыхнуть.

В следующий раз проснулся я ближе к обеду. Работы на сегодня я запланировал много, закончу под утро следующего дня, так что дал себе нормально выспаться. После душа я прошёл на кухню и, достав из шкафа сковородку, бросил на горячее железо кусок сливочного масла и стал взбалтывать яйца, приготавливая омлет. Омлетов в меню пищевых синтезаторах не было, а то, что было, иначе чем непотребством не назовёшь. Омлет обязательно должен быть с молоком, хорошо взболтанный и поджаренный. Переложив блюдо на тарелку, я достал специальный прибор и сделал полный слепок блюда вместе с тарелкой. Всё, вернусь на борт крейсера, внедрю новое блюдо в синтезатор, порадую себя. А чтобы не одно тащить, ещё тут наделаю или в ресторане просканирую их до молекул. Пельмешки, щи, борщ, грибочки с жареной картошечкой, холодец – как мне всего этого не хватало! Вкусовые рецепторы у этого тела были схожи со вкусами аборигенов, так что я получал то же удовольствие, что и они, принимая земную пищу. Вон, в кафе перед встречей с этой заразной незнакомкой я делал заказ на щи, на второе взял плов по-узбекски, потом блины с начинкой и кофе. Прибора для снятия копий блюд у меня тогда с собой не было, не озаботился взять, но в следующий раз, направившись в турне по ресторанам, возьму. Обязательно.

Омлет оказался восхитительным, и я съел всё до крошки, несмотря на то что использовал шесть яиц и пол стакана молока. Всё влезло с голодухи-то. Насчёт надписи я не беспокоился, единственно, что я в этом потеряю – время на то, чтобы стереть помаду с зеркала. Тело-то у меня искусственно модифицировано, и никакая зараза к нему не пристанет, это я вам как врач говорю. СПИД и в космосе ранее был известен, пока эту болезнь не свели на нет.

После завтрака, бросив грязную посуду в раковину – потом помою, я сходил за баулом и, достав медицинский сканер, проверил себя. Так и оказалось, зараза не пристала, а то, что было сверху, смыл душ.

Стерев надпись, я собрал свою одежду. Мы ещё в прихожей начали целоваться, разбрасывая от коридора до спальни детали одежды. Незнакомка собрала свою, а моя так и лежала. Я проверил: даже деньги из карманов не взяла, другое ей было нужно, не жажда наживы. Одевшись, я вернулся в спальню и, взяв с прикроватной тумбочки планшет, сначала проверил, как там мои подопечные – я про работорговцев, – после чего занялся незнакомкой. Телефон та мне не давала, но он у неё был в сумочке, и девица её оставляла рядом с кроватью. Я просто прокрутил на планшете запись того, что было вчера, выявил из записи сигнал и номер её телефона и сразу набрал. Планшет вполне мог выполнять роль местных мобильных, ему даже симки были не нужны, а номер не высвечивался, его просто не было. Звонить мог только я, мне уже никто не сможет этого сделать.

– Алло? – услышал я после шестого звонка знакомый нежный голос.

– Привет, двоечница, – весело поздоровался я. – Прочитал твою надпись на зеркале, посмеялся. Учись грамматике. Кстати, твоя попытка не удалась. Знаю, что эта болезнь в ранней стадии не выявляется, но я уже третий раз заражаюсь СПИДом. Намёк понятен? Тем, у кого есть связи, можно достать лекарство, у кого нет – дохнут. Мировая политика: меньше людей – больше кислороду и еды. Это тебе пора в АД, я ещё поживу. Всего хорошего.

Слушала та меня молча, но не отключалась, я слышал её дыхание. Закончив свой монолог, отключился. Мелкая месть проведена, пусть теперь морально мучается. Больным что ни скажи, они во всё верят, а мой бодрый голос и явная насмешка над неудачницей давали ей понять, что я не лгал и откровенно насмехался над её попыткой меня заразить. Плевать я на это хотел, у меня лекарство есть, о котором мало кто из простых людей знает. Поверит? Ещё как поверит. Примчится сюда? Возможно, но проверять не хочется, хата засвечена и лучше сделать её запасной и поискать другую, но тут же, рядом.

Собрав все вещи – оставлять тут ничего не хотелось, я покинул квартиру с баулом в правой руке, который держал за ремень. Быстро спустившись, я направился к проспекту. Там стояла тумба афиш и объявлений. Если квартиры где и сдаются, то можно найти их там. Обращаться через риэлторов не хочется – след, поэтому я рассчитал найти комнату так. Как оказалось, вчера, когда я проходил через проспект, мне не показалось, объявления были. Найдя самое свежее – оно ещё мокрым было от клея, я набрал номер, указанный на листке бумаги.

– Здравствуйте, – услышал я настороженный женский голос. Причём на заднем фоне было слышно движение машин и запоминающийся сигнал клаксона. Я этот клаксон также услышал, и не через нашу связь, женщина явно находилась где-то рядом.

– Добрый день, – бодро ответил я. – Я увидел ваше объявление, и оно меня заинтересовало. Вы сдаёте комнату с полным содержанием, как я понимаю?

– Да, у меня трёхкомнатная квартира, и я сдаю одну комфортабельную комнату со всей обстановкой. Готова убирать комнату и готовить.

– Хм, меня заинтересовало ваше предложение. Мы можем поговорить лично? Я так понял, вы где-то рядом, судя по шуму машин? У вашего объявления стою, у стенда. У меня большая серая сумка на длинном ремне и светлые отросшие волосы.

– Я сейчас подойду.

Через минуту ко мне действительно подошла довольно молодая женщина с какой-то печатью обречённости и боли на лице, которая её заметно старила, а так она ещё была вполне ничего, в моём вкусе. Рыжая и зеленоглазая с третьим размером, губастая и такая же невысокая. Я тут был низкорослым, метр семьдесят. В прошлой же жизни рост у меня был метр девяносто три.

– Здравствуйте, – тихо поздоровалась она. – Я хозяйка квартиры.

– По телефону мы уже обговорили всё, что меня интересовало, пойдемте, посмотрим комнату.

– Вы не спросили цену, – оставаясь на месте, сказала рыженькая.

– А что, это важно? – усмехнулся я.

– Нам да.

– Какова цена?

– Две тысячи долларов в месяц.

– Ого, откуда такие цены?

– Очень деньги нужны, дочь больна.

– Квартиру поменять на меньшую не пробовали? – с интересом спросил я.

– Квартира не моя, свекрови, а она не даст никогда мне её продать, да и сдать через риэлторов. Приходится вот так по-тихому.

– Свекрови безразлична жизнь внучки? – удивлённо поднял я правую бровь.

– Это ребёнок от первого брака, у нас с Саввой не было детей. Хорошо ещё из квартиры не выгоняют, мы там прописаны.

– Понятно всё с вами, – задумался я. – А с дочкой что?

– Вы не заразитесь, не бойтесь, всё стерильно, – быстро сказала та, явно теряя надежду меня уговорить. Рыжая явно не имела больше других способов найти средства для покупки лекарств для дочери.

– Так что с ней?

– СПИД.

Я невольно удивился. Встретить в Москве больного СПИДом можно, но трудно, а тут сразу двое.

– Тьфу ты, я-то думал, что серьёзное… Вот что, у меня встречное предложение. Я вылечиваю вашу дочь от этой срамной болезни, которая, между прочим, в основном передаётся половым путём, а вы меня бесплатно селите, только за продукты я буду платить. Как вам такое предложение?

– Лекарств, полностью вылечивающих СПИД, не существует, я знаю это как никто другой, – уверенным тоном ответила та, но я видел, как в её глазах мелькнула надежда. Я же говорил, отчаявшихся людей можно уболтать и уверить в любой глупости, но в данный момент я предлагал реальные вещи.

– Это устаревшая информация, в одном исследовательском институте провели удачные эксперименты. Пока проект проходит испытания на добровольцах, но результаты шокирующие. У меня есть одна упаковка того лекарства, я вылечиваю вашу дочь, вы меня селите и ухаживаете за мной. Я иногда не слежу за бытом и бываю рассеянным.

– Вы не лжёте? – в этот раз надежда так и пёрла из неё, даже прохожие оборачивались.

– А зачем мне это? Остановиться я у вас собираюсь минимум на месяц, но наверняка больше, а результат вы увидите через несколько дней. Через неделю ваша дочь будет полностью здорова. Правда, там есть процедуры, которые необходимо пройти, но я вам позже скажу, что это такое.

– Нет, скажите прямо сейчас, мы сможем это выполнить?

– Да сможете, сможете. Это всего лишь обильное калорийное питание и усиленные физические нагрузки. Пусть бегает и спортом занимается.

– Это хорошо, – ослепительно улыбнулась та, прямо как солнышко выглянуло. – Оленька у меня спортсменка, лёгкой атлетикой занималась.

– Ну, это вообще хорошо. Идём?

– Идём.

Квартира оказалась через три дома от того, где я уже снял первую квартиру, и даже ближе к гаражам. Когда мы прошли в прихожую и снимали обувь, к нам из одной из комнат выглянула полная копия матери, тоже рыжая и тоже очень красивая. Только вот печаль во взгляде и тёмные тени под глазами выдавали её с головой. Девочка явно накрутила себя и была в напряжении. Многие уходят из жизни раньше, чем болезнь переходит в серьёзную стадию. Психология.

– Какая стадия? – поинтересовался я.

– Ранняя, выявили три месяца назад во время медосмотра в спорткомитете, – убирая сумочку на тумбу, ответила Жанна, так звали мать девочки.

– В принципе для лечения всё равно требуется неделя, поэтому нет особой разницы, в какой степени развилась болезнь. Просто пациент в ранней степени лечение проходит гораздо легче… Где тут моя комната? Устроюсь, и пообщаемся насчёт лечения.

– Вот эта, третья слева. Рядом ванная и туалет, напротив кухня, дальше комната дочки и зал, где я обитаю.

– Нормально, – кивнул я, заглянув в комнату.

Видно, Жанна отдала свою спальню, хорошенько над ней поработав. Большая двуспальная кровать в приличных размеров комнате, два окна с красивыми занавесками, шкаф с зеркальными дверцами, очень хороший ремонт, комод, стул и компьютерный стол в углу, но самого аппарата не было. Мне понравилось, жить можно.

Убрав часть одежды на полки шкафа, я достал из баула небольшой кофр, открыл его и, подсоединив к медицинскому планшету, запустил процесс создания лекарства. Я не шутил, когда говорил Жанне, что вылечить её дочь – плёвая задача. Через пять минут, пока хозяйки шушукались в комнате у дочки, аппарат закончил работу и выдал три капсулы: красного, синего и зелёного цветов.

Убрав оборудование на место – я его планировал унести в гараж, пусть там хранится, – вернулся в коридор и окликнул хозяек.

– Привет, меня Виктором зовут, – поздоровался я с дочкой Жанны. По виду мы казались одногодками, но я всё же был старше и так, и по опыту.

– У тебя вправду есть лекарство? – в лоб спросила та. Как и у матери, у неё светилась в глазах надежда.

– Да вот оно, – показал я на ладони три необычного для них вида капсулы. – Их нужно проглотить, можно запить водой, в три приёма в течение пяти дней… Ты меня слушаешь? – заметив, что девочка не сводит с капсул глаз и заторможенно мне кивает, я протянул ей красную капсулу и велел: – Иди выпей, а я пока поговорю с твоей матерью.

Девушка убежала на кухню, схватив протянутую капсулу, а я повернулся к Жанне.

– Можно я запишу всё, что вы скажете? – попросила она.

– Без проблем, – кивнул я, а когда та вернулась с блокнотом в руках, стал диктовать: – Красная капсула, что выпила Ольга, подготавливает её организм к лечению. На это понадобятся сутки, завтра в это же время она должна выпить зелёную. Это уже серьёзно, и вы не должны отходить от дочери в течение трёх дней, её будет полоскать, причём кровью. Кормить её нужно будет хорошо, мясом и, если можно, омлетами. Эти три дня вам придётся несладко, ну а на четвёртый день, когда организм вернётся в норму, даёте синюю капсулу, она отвечает за полное восстановление организма. Поэтому калорийное питание и серьёзные физические нагрузки. Жалеть дочку не надо, следующие три дня она должна полностью выложиться, это ей поможет в будущем. Питание на лечение до синей капсулы не влияет, кормите чем есть, дальше знаете… Записали?

– Я смогу вернуться в спорт? – тихо спросила Ольга. Она стояла в дверном проёме кухни, облокотившись о косяк.

– Через восемь дней, а лучше через девять, тогда анализы точно покажут норму, всё выйдет рвотой и через мочу, можешь спокойно проходить медосмотр и идти обратно восстанавливаться в спорте. Проблем я не вижу.

Да, кстати, всем говорите, что анализы были ошибочны, в больнице перепутали, обо мне никому ни слова. Я и так переступил закон, помогая вам, лекарство-то не сертифицировано. Его в секрете держат, собираясь через год сделать массовый выброс в торговые сети. Где его я взял, лучше тоже не спрашивайте. Кстати, я сейчас уйду, и меня не будет несколько дней. Очень срочные дела, но часть вещей оставлю. Вот тут сто тысяч рублей, сейчас идите, берите такси и делайте запасы продовольствия, ближайшую неделю у вас на это не будет времени. Покупайте в магазинах, что закупают товар у частников или российских ферм, у них товар качественный и без химии. В гипермаркеты, особенно иностранных сетей, не ходите, там вредные для организма примеси в еде, это я вам как специалист говорю.

– Мы на рынке покупаем, – ответила Жанна.

– А, ну, так даже лучше… Всё на этом, давайте мне запасные ключи, и расходимся. Меня в ближайшее время не ждите, возможно, я даже несколько дней не появлюсь, отдыхать с друзьями буду в области, поэтому вернусь не скоро. Рыбалка, девочки, шашлык, то да сё, долго меня не будет.

– Ой, – подскочила Ольга, которая всё это время меня излишне пристально разглядывала. – А я вас знаю, ролики с вашим участием по интернету крутят.

– Это не я, они сами на меня напали, – быстро сказал я и сразу уточнил: – А что за ролик?

– Вы там машину большую чёрную вдребезги разбили.

– А-а-а, – разочарованно протянул я. – Я об этом уже забыть успел. А что, хорошо сняли?

– Да нет, там уличная камера, но вы в неё попали, только когда к автобусу бежали, зато хорошо видно, как машина в здание врезается, камеру аж тряхнуло. Остальные с регистраторов машин, там похуже, но узнать вас можно. Я узнала по сумке и по лицу, у вас запоминающаяся причёска. Только одежда у вас другая была. Красивая такая, блестящая. Я такую никогда не видела. Мама у меня портниха, но такой у неё не было.

– Вы разбираетесь в тканях? – заинтересовался я, обратившись к Жанне.

– У меня много своих клиентов было, я работала в частном ателье, пока меня не уволили. Про дочь узнали, свекровь донесла.

– Знаете у меня есть к вам интересное предложение: образцы тканей, которые не найдёшь и за границей. С этой тканью вы сделаете себе имя. Более того, у меня есть парфюм, косметика и омолаживающие комплексы. Очень и очень дорогие. Один такой стоит от десяти до ста тысяч долларов в зависимости от комплектации. Предлагаю стать вам моим партнёром, вся работа на вас, поэтому прибыли вам отходит половина, остальное мне. Как вам такое предложение? Средства для открытия этого бизнеса у меня есть, вам требуется лишь работать, причём хорошо.

– Я подумаю, время для этого есть, спасибо, – кивнула Жанна.

Она была немного заторможена, всё-таки столько событий и новостей за раз, поэтому я и решил покинуть их немедленно, тем более планы у меня были, и их требовалось выполнять.

Собираясь в прихожей, я услышал вопрос Ольги, полный любопытства:

– А зачем вы ту машину разбили?

– На ней ездила классическая «ма-а-сквичка» из провинции. Вела себя нагло, развязно, я её проучил, а технику разбил.

Ольга захихикала, услышав такой ответ, а я, попрощавшись и пожелав удачи, покинул квартиру. Проверившись во дворах – слежки не было, сразу направился к гаражам. Дошёл быстро, тут двадцать минут неспешным шагом, там скинул почти все ценные вещи, оставив при себе лишь лёгкое оружие – игольник и вибронож – да пачку денег, после чего закрыл бокс и, взяв на улице такси, поехал к тому товарищу, что, как у меня имелись сведения, продавал оружие. Тот оказался на месте, ещё в салоне такси я с ним созвонился, намекнул о желании приобрести товар и договорился о встрече, поэтому, когда приехал, он уже был на нужной скамейке в небольшом сквере. Продавец заметно нервничал и постоянно оглядывался, однако встреча прошла нормально, я договорился о приобретении двух пистолетов «Макарова», по три магазина к каждому и сотне патронов. Тот сообщил сумму, я её передал, после чего он созвонился со своим напарником и сообщил мне, где можно забрать товар. Я прошёл в конец парка и из кустов достал полиэтиленовый пакет. В нём были два пээма, магазины и патроны. Всё это я убрал в ту сумочку, в которой ранее уносил деньги от скупщиков, вошли как раз. Вернувшись в гараж – слежки не было, – я привёл оружие к бою, так как оно ещё было в пушечном сале. Номера были на месте, но меня это мало беспокоило, об этом должны были побеспокоиться продавцы. Наконец добыв всё, что нужно, я покинул район гаражей и, взяв такси, поехал на Рублёвку. Пора было приступать к началу операции – очистить Россию от зверья. Не люблю работорговцев.

Рублевка, конечно же, охранялась, но мне ничего не стоило сделать запрос от владельца соседнего с нужным особняка, дав охране номер машины такси, чтобы нас пропустили через пост. Район тут был серьёзно охраняемый, ещё и частная контора работала, «чоп».

– Мне вас ждать? – спросил таксист, остановив машину у калитки нужного особняка, соседа того, к кому я направлялся в действительности.

– Думаю, да. Проедете и встаньте вот там, у тротуара, где ёлочки голубые посажены, я сам к вам вернусь. Если что, скажите, что ждёте клиента, вам тут разрешено находиться ещё час, но я вернусь быстро, минут через пятнадцать.

– Понял, жду, – кивнул тот. Расплатился я с ним более чем щедро, так что он не хотел упускать жирного клиента.

Покинув машину, я поправил висевшую на боку сумочку и направился к воротам ограждения нужного коттеджа. На мой стук прозвучал вопрос из динамика – за мной наблюдали через камеры:

– Что вы хотите?

– Мне нужна Ольга, мы договаривались о встрече. Я её жених.

– Тут нет женщин с таким именем.

– Это дочь хозяйки дома, сообщите немедленно, или я подниму крик. Вас уволят! – добавив в голос истеричности, выкрикнул я.

– Ожидайте, сейчас к вам выйдут.

Долго ждать не пришлось, как только ворота дрогнули и начали на роликах уходить влево, время понеслось вскачь. Я рванул вперёд и двумя ударами, по одному на каждого, уложил двух парней в форме охранников. Потом подскочил к будке, уничтожил того, что там сидел – именно с ним я вёл переговоры, – только после этого достал пистолеты из сумки и побежал ко входу. Дверь была не заперта, и я оказался в холле, прыжком уходя за одну из колонн. Негромко застрекотал игольник, и моё укрытие брызнуло мраморной крошкой, я же выкатился из-за укрытия и с двух рук снял стрелка на втором этаже. Потом рванул на зачистку помещений. Схему дома я имел, тут не только зонд поработал, но и Перун, взломав главный архитектурный архив Москвы, поэтому ориентировался я в доме свободно. Всего в доме было шесть человек. Пленных я не брал и добивал раненых.

Проведя зачистку и обыск дома, я нашёл замаскированную панелью дверь в подвал и начал спускаться. Из-за отличной звукоизоляции те, кто там находился, не слышали, что происходило наверху. В подвале я обнаружил ещё двух работорговцев, причём один из них был серолицым, элитой империи работорговцев, выходцев с какой-то планеты, где излучение солнца так их мутировало. Самое интересное, они с помощью пыток допрашивали мужчину лет тридцати пяти на вид в форме следователя генеральной прокураторы. У него были майорские погоны на кителе, брошенном на соседний стул. Кроме этого пленного тут была женщина и двое маленьких детей. Они были прикованы к стене самыми настоящими кандалами. Похоже, местный палач был любителем ретро пыточных инструментов, да и подвал был отделан под старину, как будто мы находились в старом замке.

Честно говоря, не понимаю, зачем это нужно, с технологиями Содружества допросить пленного под препаратами ничего не стоит. Похоже, антарцы просто развлекались, наслаждаясь мучениями жертв. У одного из детей, девочки лет восьми, был ожог на лице от раскалённого прута, да и другим было видно, что досталось, но серьёзно за них ещё не брались. Я тоже опытный и в пытках понимаю, базы знаний дают мне такой опыт.

Моё появление прощёлкали. Первый выстрел был в мужика с кожаным передником на голом волосатом торсе, он, похоже, тут и работал палачом, пуля пээма вошла ему в затылок. Вторая пуля разбила игольник, висевший на поясе серолицего, просто так его я убивать не хотел. Теперь меня заметили, и если пленные смотрели на меня с надеждой и немой мольбой – у всех были кляпы, то серолицый с изрядным удивлением.

– Ты ещё кто такой? – спросил он озадаченно на общем. Не обращаясь ко мне, скорее просто от удивления вырвалось.

– Смерть твоя, – ответил я ему на том же языке.

– Антранец? – сразу понял он, зло прищурившись.

– Можно и так сказать, – криво усмехнулся я и положил пистолет на ступеньку, второй был в сумке. – Потанцуем?

– Я тебя на куски порву, харшев выродок, – вежливо согласился тот.

У антарца были боевые базы и импланты, причём первые подняты до достаточно высокого уровня. Предположу, работорговец в прошлом был офицером, причём с боевым опытом. Пару приёмов я запомнил, в базах такого не было. Для нас бой в замедленном действии длился несколько минут, а для пленных всего около десяти секунд. Для них мы обменялись ударами, после чего тело серолицего почему-то упало с потолка.

Сам бой был динамичен и вполне интересен для меня как для бойца. Антарец с места прыгнул ко мне, но напоролся на прямой удар ноги, после этого мы кружились, пробуя друг друга, а когда примерно прикинули возможности, уже закружились в вихре боя, пробегая по стенам, по потолку и даже по телу трупа, пока я не подловил противника, отчего он подлетел, ударился о потолок, пробив спиной штырь арматуры, долю секунды повисел и упал на пол. Всё, серолицый был мёртв. Бой вёлся на такой скорости, что его вряд ли мог засечь человеческий глаз, так что для пленных прошло куда меньше времени.

Вернув пистолет в сумку, ко второму, я подошёл к следаку и, присев перед ним на корточки, посмотрел в глаза, вслух задумавшись:

– Ну и что мне с вами делать?.. Хм, пускай ваши же вас и освобождают.

Достав из кармана планшет, я набрал номер «02». Когда дежурный полицейский ответил, я, изображая волнение, сообщил с придыханием:

– Здравствуйте. Я, понимаете, в подзорную трубу наблюдал за звёздами…

– Днём? – удивился дежурный.

– Не перебивайте, у меня из окна дома виден пляж… Так вот, я наблюдал за звёздами, за людьми, которые, я на Рублёвке живу… Так вот, я наблюдал за ними и тут случайно увидел, как в один из домов заехала машина и оттуда вытащили связанного следователя. Он был в форме, майор, кажется. Его били ногами, а потом утащили в дом. Ещё из машины выгнали двух детей и женщину, они тоже связаны были.

– Сообщите свои данные и адрес, где это произошло, – заторопился дежурный.

– Себя не скажу, я боюсь, убьют. А дом, где всё это происходило, на соседней улице, адрес я знаю…

Сообщив адрес, я отключился, продолжая так же, как и во время звонка, смотреть в глаза следаку.

– Где же я тебя видел? Больно уж лицо знакомое. Правда, разбито оно изрядно, что понижает возможность опознания, но всё равно где-то мы встречались… Ну, да ладно, надеюсь, мы больше не увидимся. Если это произойдёт… думаю, намёк ясен. Через пару минут тут будут ваши, они помогут, ну а я прощаюсь.

Сорвав со спинки стула китель и подхватив за шкирки оба трупа, я поднялся по лестнице, волоча их. Потом измарал китель кровью и повесил на дверь входа в подвал. Как флаг для привлечения внимания помощи пойдёт. Потом снова взялся за трупы и поволок их дальше. Пройдя половину дома и холл, вышел на подъездную дорожку у двухместного гаража, где уже лежали все остальные тела работорговцев. Мне нужно было их уничтожить, чтобы трупы не попали на столы патологоанатомов, иначе те обнаружат то, чего в телах не должно быть: пилотские разъёмы на затылках, выходы на кистях рук, ну а если покопаются, то и остальное найдут. Достав из сумки большую плазменную гранату, я положил её сверху кучи трупов. Её хватит, чтобы превратить их в прах. Помахав рукой девчушке из соседнего дома, что снимала меня на телефон из окна третьего этажа крупного особняка, направился к воротам. В общей куче была вся иноземная техника, так что она должна была сгореть вместе с трупами. Чека была при мне, поэтому я активировал подрыв. Плазма тут же начала пожирать тела, ну а я бегом добежал до такси и, плюхнувшись на заднее сиденье, велел водителю:

– Давай на окраину к медцентру, я сообщу адрес.

– Чего это там загорелось? – заинтересовался он, когда мы отъехали от тротуара и, набирая скорость, покатили к выезду.

– С подружкой поругался, подарки мои жжёт.

– С детьми таких родителей лучше не ссориться.

– Тут, наверное, лучше со мной не ссориться, я злее, – невольно хохотнул я.

Мимо нас пронеслись две полицейские машины, а чуть позже – пожарная и скорая. На выезде нас остановили, шлагбаум был опущен, а полицейских стояло трое, а не один, как было раньше.

– Выйдите из машины, приготовьте документы, – велел старший поста, в звании старшего лейтенанта.

Мы дисциплинированно вышли, и если водитель просто протянул документы, то я атаковал. Этого не ждали, хотя и были настороже. Так что двоих я сразу положил на асфальт, не убивая и не калеча, просто вырубая, вот к третьему пришлось перепрыгивать через машину, он с другой стороны стоял. Сержант успел цапнуть кобуру, но на этом и всё, я подхватил его бессознательное тело – наливающаяся на лбу шишка пройдёт, после чего велел водителю:

– Давай в машину, я сейчас подниму шлагбаум.

Тот не уехал, когда я поднял стальную трубу, позволил сесть в кабину и повёз прочь от Рублёвки. Через пару километров я его тормознул.

– Спасибо, командир, – протянул я таксисту десять тысяч рублей. – Выручил. Сейчас езжай дальше. Я другую машину поймаю.

– Лады, – кивнул тот.

С момента, когда мы отъехали от поста, он не проронил ни слова, сидел напряжённый и лишь вздрагивал, когда я снаряжал расстрелянные магазины, а когда я вышел, дал по газам и умчался. Я же остановил частника и, сообщив адрес, договорился, что он отвезёт меня в нужное место. Хорошо ещё таксисту адрес ума хватило сразу не говорить, он только знал, что меня интересовал медцентр на окраине, вот и всё.

Добрались до места мы быстро, я расплатился и по асфальтовой узкой дороге, что уходила в глубь леса, побежал в сторону медцентра. В коттедже на Рублевке и охрана, и хозяева были из Содружества. У них были установлены нейросети. Как тут, я пока не знал, хотя Перун и держал медцентр под присмотром, прослушивая все сообщения. Он сказал, что нанятые работники из местных тут есть, но они в теме, жалеть не стоит, есть и те, кого недавно похитили, их называли «мясом». Шесть штук этого «мяса» находились у них на складе. Также, пока я воевал на Рублёвке, он сообщил, что этот день рабочий, все, кто тут работает, находятся на своих местах, поэтому известно их точное количество: пять человек охраны – один на воротах, другие отдыхают или патрулируют территорию, – двенадцать человек медперсонала, ну и «мясо», конечно. Вот и всё.

Захват медцентра, как и с коттеджем, прошёл без сучка без задоринки, ну а то, что могут быть случайные свидетели, меня волновало ещё меньше. Ликвидировав охрану, я прошёлся и убрал персонал. Только двое имели из всех нейросети, их тела со всем собранным медоборудованием и техникой из Содружества были мной уничтожены. Включая стазис-капсулы. Их на складе было сорок штук, видимо держали для самого дорогого «мяса», если попадутся, в шести капсулах я нашёл несостоявшихся рабов, имеющих индекс интеллекта не меньше двухсот единиц. Похоже, за такими специально охотились. Самый дорогой товар. Вытащив их из капсул и вколов дозы снотворного, я всех погрузил в машину с медицинскими эмблемами и спецсигналами. Пятеро вошли в салон, один в кабину.

Когда сбор всего, что выдавало внеземные технологии, был закончен – меня та рухлядь не интересовала, – я поджег склад, используя две последние плазменные гранаты, что гарантированно уничтожат всё, что попадёт в зону действия их плазмы. Заняв место водителя, я покинул территорию частного закрытого медцентра и покатил в центр Москвы, иногда включая спецсигналы и матюгами разгоняя автолюбителей. Одного на новенькой спортивной «Ауди» с номером «007», который не реагировал на мои сигналы, просто столкнул с дороги, заставив врезаться в столб на обочине, при этом он помял левый бок микроавтобуса и разбил переднюю левую фару. А не хрен было, виляя задом, ехать передо мной пару километров, отказываясь уступать дорогу. Ему, видишь ли, понравилось ехать перед «скорой», которой все уступали дорогу, никаких пробок, всё чин-чинарём.

Направлялся я к той квартире, откуда шёл сигнал одного из планшетов. Это был последний адрес, который я собирался посетить в столице. Их больше не оставалось, остальными займусь, когда доберусь до катера. Тот сообщал, что пока всё в норме, его никто не обнаружил.

Заметив сбоку въезд на территорию районной больницы, я остановил машину перед шлагбаумом и, бросив ту тарахтеть на холостом ходу на ручном тормозе, покинул кабину и быстрым шагом направился прочь. Тут медики, пусть оказывают помощь, это их работа, а свою я уже сделал. Охранник вышел из будки, что-то кричал мне вслед, после чего осторожно полез в машину. Когда я перебегал дорогу в неположенном месте – мне нужна была другая сторона улицы, тот из машины бросился к своей будке, видимо вызывать помощь. Ну и хорошо.

Дворами и переулками я добежал до нужного дома и замер у дверей в парадную. Та была закрыта, ключа у меня не было, я уже собирался планшетом подобрать код, когда та открылась – выходил один из владельцев квартир. Шмыгнув внутрь, я поднялся на третий этаж и, ногой выбив дверь, вбежал в квартиру. Сканер поиска биологических объектов показывал, что внутри всего один. Это оказался местный, завербованный. Быстрый допрос выявил, что он работает преподавателем в одном из уважаемых и престижных университетов и отбирает тех, у кого высокий коэффициент интеллекта. Результативно работал, больше двухсот умов отправил рабами в Содружество, гнида.

Свернув ему шею, я забрал всё, что дали ему работорговцы. Кроме планшета, через который они держали связь, было ещё оборудование виртуальной реальности с порно, тот зависал как раз в виртуале, когда я к нему пришёл. Понятное дело, что я собирал только то, что видел, и наверняка что-то да осталось. Но это не существенно, пусть голову спецы ломают, всё равно скоро их к империи Антран присоединят.

Покинув квартиру и дом, я вышел на перекрёсток и направился вниз по улице. Через десять минут мне попалось кафе, где я поужинал – время было пятый час. Рядом был салон красоты, и я в него зашёл, попросил изменить причёску. Мне сделали вполне стильную, но незнакомую: выбритые виски и часть затылка, но оставлена чёлка. Смотрелось реально стильно и красиво, пятьсот рублей стоило, я тысячу дал, мне понравилось, а то всё сам, или сестра, или бабушка, а тут профи поработал.

Только после этого поймав такси – мимо как раз ехало пустое, – велел везти меня за город, к деревне Кузьминки. Тот задрал таксу в два раза, но согласился меня везти, хотя говорил, что работает только по столице. Я дал согласие и дальше уже спокойно сидел на заднем сиденье, пока меня везли по нужному адресу, при этом «ползая» в интернете. Я изучал всё, что там известно в новостях по Москве. Особо пока ничего не было, вот в полицейских сводках, куда у меня был доступ, все три происшествия уже мелькали. И коттедж – там сейчас прокуратура работала, всё же их сотрудника освободили, в медцентре тоже работали, да и в больнице были, где я машину с несостоявшимися рабами бросил. Лишь о квартире ничего сообщено не было, времени мало было. А вот про пару вчерашних грабителей в парке сообщение имелось, нашли их. Также я узнал, что фоторобот с моим описанием уже есть у всех полицейских, более того, похоже, некоторые дела, где я мелькал, начали сводить в одно, прокуратора этим занималась.

Ничего, сейчас ликвидирую оставшуюся тройку работорговцев и их приспешников, после чего слегка изменю внешность – работать я всё так же буду под иностранца, их так сразу не хватают, ну и займусь своими. Сегодня, к сожалению, к семье из прошлого заскочить не получилось, срочные дела образовались, но будет время, загляну.

Тут я кое-что вспомнил, память о прошлой семье навеяла, и громко хлопнул по колену, досадливо поморщившись. Водитель бросил на меня быстрый взгляд в зеркало заднего вида, но ничего не сказал. Дело в том, что я вспомнил кое-что из своей прошлой жизни, один неприятный момент. Жена поцарапала дорогущую иномарку, владелец оказался очень крутой тип. Ко мне приехали крепкие ребята и сказали, чтобы продавал всё, иначе нас закопают, даже дочь не пожалеют. Я тогда начал собирать деньги, нужные люди подсказали, что другого выбора нет, но ко мне на следующий день пришёл следователь и стал расспрашивать подробности аварии. От него я узнал причину такого интереса. Оказалось, тот хряк из олигархов пропал вместе со всей своей семьёй, а охрана была перебита. Ярко и нагло. Я тогда только порадовался, платить никому не надо, и забыл о них, а сейчас вспомнил и понял, что олигарх на мне теперешнем. Как раз завтра он и должен исчезнуть. Ну, что ж, надо – исчезнет. Только вот сначала с работорговцами в России закончу, а остальных шугну, чтобы тихо сидели и сюда больше не лезли, им и в других государствах товара хватит.

Однако расстроился я не о том, что нужно ликвидировать олигарха вместе со всей семьёй и охраной, я вспомнил того следователя из подвала. Тот, что приходил ко мне в прошлой жизни насчёт пропажи олигарха, и тот, с которым я повстречался в подвале работорговцев, это был один человек. А я ведь тогда спросил у следователя, что у него с лицом, там ссадины были и аж четыре пластыря, а он ответил, что в автоаварию попал, а сам изучающе поглядывал на того меня. Умный тип. Значит, при ликвидации олигарха я засветился, и он отрабатывал контакты. Хм, нужно подумать и собрать о нём все доступные сведения. Это я поручил Перуну.

Когда показалась знакомая остановка, я сказал:

– Тут остановите. Мне через лес быстрее, хоть прогуляюсь.

– Без проблем, – кивнул таксист.

Пока я передавал ему деньги, он был напряжён: лес, пустая трасса, и мы одни – видимо, рука на монтировке была, но ничего, расстались мирно. Он получил ту сумму, какую просил, а я направился в лес по тропинке, обойдя остановку, и услышал за спиной шум разворачивающейся машины.

До катера добрался без проблем, время было вечернее, около часа до темноты, поэтому решил заняться сортировкой: что мне пригодится ночью, а что нужно завезти в гараж. Даже переоделся, свою немного замаранную кровью одежду убрал в грузовой отсек, а сам облачился в бронекомбинезон «Хамелеон», в котором гулял первое время по Норду. Как только сыто клацнул шлем и костюм перешёл на внутреннюю циркуляцию, пропуская воздух через фильтры, я даже вздохнул. Хорошо себя чувствовать защищённым. Я как-то в последнее время привык быть то в штурмовом скафе, то в «Хамелеоне», что было чаще, а тут в простой одежде махаться приходилось. Любое неосторожное движение – и травма. Ладно, опыт и рефлексы, вбитые базами знаний, уберегли меня от этого.

Наконец стемнело, и я вылетел из леса в режиме маскировки и направился в Москву. Там незаметно, вернее, даже стремительным падением сел у своего бокса, зависнув у самой земли. Открыл его и перетаскал подготовленные для хранения вещи и вооружение, освободив также грузовой отсек. Лишь после этого стремительно взлетел, успев до того, как подъехавший сосед осветил фарами катер, и направился в Ростов. Долетел за двенадцать минут. По сигналу планшета работорговца я определил, в каком районе города он обитает, посадил катер на крышу здания и спустился. Незаметно для жителей пятиэтажки я оказался в подъезде и встал перед нужной дверью. Тут вдруг за спиной открылась соседская дверь, и вышел мужичок в трениках с пузырями на коленях и в обвислой серой майке, поставил ведро с мусором на пол, закурил, после чего стал с ведром спускаться, так и не заметив меня, прижавшегося к стене. Режим маскировки – это просто отлично, я был одного цвета со стеной, причём так, что были незаметны бугры маскировавшегося костюма. Для глаз простого человека стена казалось ровной, и в подъезде как будто никого не было.

Как только внизу хлопнула подъездная дверь, я вздохнул и снова подошёл к нужной двери. Вибронож легко разрезал два замка и цепочку, поэтому я незаметно для двух обитателей квартиры прошёл внутрь. Кухня и спальня были пусты, хозяева обнаружились в зале. Странно, они меня удивили, оба были пожилыми, похоже семейная пара. Но когда мужчина наклонился к столику за пивом, я рассмотрел на затылке заглушку, что закрывала пилотский нейроразъём.

Рисковать я не стал, мало ли у них защита от шокеров, поэтому одним слитным прыжком оказался в зале и нанёс два удара. Потом привычно связал и допросил. Чета оказалась действительно из Содружества, зарабатывала себе на пенсию, им ещё два года до закрытия контракта работать. Их каналы поставок меня не особо интересовали, как и то, как они оболванивают приезжих с Украины на заработки, поэтому после окончания допроса я аккуратно умертвил их и по очереди поднял в катер. Деда сунул в грузовой отсек, а бабку, ей за двести было, в пассажирский салон на свободное место, пристегнув ремни. Всё лишнее я также забрал с собой. Взлетев, я направился в Сочи и свернул в глубь Чёрного моря, где со стометровой высоты избавился от трупов работорговцев. Причём избавился я не просто так, зонд показал мне, где находятся все корабли НАТО, я выбрал со звёздно-полосатым флагом и совершил политическую диверсию – прицельное бомбометание трупами. Попал в мостик и в корму. Не промахнулся. Развлекался, конечно.

Развернув катер, я направил его в сторону Сочи. Ночь была безлунная, облака низко висели, так что летал в полной темноте. Надеюсь, никто меня не заметил.

В Сочи прошла та же операция, только в этот раз работал на работорговцев абориген, красивый такой молодой парень с располагающей улыбкой, умеющий втереться в доверие. На нём тоже около сотни человек отправленных в рабство. Этот труп я сбросил на другой американский корабль, который радиоразведкой занимался. После этого я вышел на орбиту и направился к той части России, где располагалась Сибирь. Нужного человека я нашёл не сразу. Видимо, до него дошли известия, что на них началась охота. Ну, или просто насторожило отсутствие связи, поэтому пришлось просматривать запись расположения сигналов его планшета на сутки назад, и нашёл я майора в квартире любовницы. Ни дома, ни на работе его не было. Это был майор из ФСИНа, он отвечал за направление со стороны Сибири. Пропавшие отдыхающие, байдарочники, грибники и рыбаки были на нём. Более того, он организовал поставку рабов из зон. У него был специальный прибор, коим он во время проверок проводил сканирование заключённых. Если там были отвечающие параметрам инженерного минимума, то производилось изъятие. Причём очень хитро. В том медцентре, который я уничтожил, было две капсулы старых реаниматоров, в которых было возможно производить клонов. Неполноценных, естественно, только тело. Мозги они нормально делать не могли, разум в них не появлялся. Дальше просто: майор брал биологические образцы интересующих их заключённых, выращивались клоны за неделю, после чего с челнока работорговцев облучалась «подавителем» вся зона, вырубая всех из сознания на двадцать минут. За это время из зоны забирали тех, кого нужно, их одежду надевали на клонов, а тех оставляли на местах изъятия будущих рабов. Система классная, никто ничего не понимал, списывая всё на магнитные бури и другие аномалии, а тех, кто потерял разум, отправляли в тюремные больницы, где они тихо существовали овощами, пока через два-три месяца не умирали. Такие клоны были недолговечными. Так вот, таких отправленных было почти четыреста человек. Странно, что этим не заинтересовались соответствующие органы. Хотя нет, как сообщил майор, всё же заинтересовались, но клоны соответствовали всем требованиям копий, и хирурги тут не помогут. Потерял разум, и всё, овощ, так бывает… Но не четыреста человек за пять лет по непонятным причинам. От этого майора я и узнал, почему работорговцы взяли того следователя, Кирилла Гвоздева, он как раз это дело и копал, практически вышел на майора. Поэтому его и взяли, уточняя, что он узнал и кому успел сообщить, когда я вмешался. Перед концом майор тоскливо сказал, что они кражи из зон прикрыли, продолжат грибников красть, ну и студентов вузов соблазнять контрактами на несуществующую работу.

Майора я утопил в речке, подвесив груз к ногам. Только после этого направился обратно. Неподалёку от Москвы приземлился на берегу лесного озера и искупался, поглядывая на красивое звёздное небо, тут облаков не было. Перед рассветом я промелькнул на окраине столицы и совершил посадку в гаражном кооперативе, загнав катер в свой бокс. Там расстелил на полу спальник и спокойно уснул. Перун работал, собирая информацию об олигархе, моя жена из прошлой жизни уже стукнула машину его супруги – крикливой, неприятной в момент ссоры из-за столкновения женщины, а я пока спал. Пяти часов мне хватит, чтобы восполнить недостаток сна.

Утром я надел красный спортивный фирменный костюм, он единственный был у меня чистым из всей одежды, я его ещё не носил, но обувь осталось прежней, благо подходила по своей спортивной форме к костюму. Покинув бокс – умылся я влажными салфетками, – позавтракал в ближайшем кафе – вполне прилично кормили – и, взяв такси, поехал разбираться с олигархом. Во время завтрака Перун через планшет уже доложил мне о событиях дня, так что я знал, что нужно делать. По работорговцам. То, что сеть в России уничтожена, они выяснили быстро и пока прервали все контракты, настороженно выжидая, что будет дальше. Пусть их. Вот по олигарху я получил куда больше сведений, чем знал в прошлой жизни.

Стукнули всё же мою жену, а не она, это та стерва начала резко сдавать задом и помяла моей капот, а себе покоцала бампер и краску на багажнике поцарапала. Однако с виду виновата была именно моя жена. А как иначе, у неё передок разбит, у той корма, а камер, чтобы засвидетельствовать, не было. Да и свидетели как-то быстро исчезли с горизонта. То да сё, уже этим утром, пока я теперешний спал, братки олигарха пришли к прежнему мне прямо в автосервис. Слегка настучали по печени и проникновенно сообщили, что меня выставили на деньги за ремонт, если за сутки не заплачу, заработает счётчик. После их ухода тот я позвонил своим круто сидящим клиентам, ну его и просветили, как он влип. Вот и получается из моей памяти из прошлой жизни: сегодня пропадёт олигарх, а завтра к вечеру навестит знакомый следователь Гвоздев, которого я спас вместе с семьёй из подавала. Ну, не то чтобы спас, поучаствовал в этом.

Такси высадило меня у указанного адреса, где я, расплатившись, вышел. Это был деловой район, магазины со стеклянными витринами и яркими рекламами, дорогие бутики, ну и рестораны да молодёжные кафе. Направился я к двухэтажному трактиру, у которого стояло несколько автомобилей. Похлопав по капоту чёрного «Ленд-Ровера» – именно на нём ко «мне» сегодня приезжали братки олигарха, если меня память не подводит, – я направился ко входу.

Пройдя внутрь и окинув взглядом общий зал первого этажа, я направился на второй. Тут тех отморозков не было, уж их рожи я хорошо запомнил. После их прессинга печень пошаливать начала, да и по почкам они мне настучали, кровь в моче была.

Все трое сидели на втором этаже у окна, из которого открывался отличный вид на проспект, где работал красивый фонтан, выбрасывающий в небо струи воды.

– Вы пообедать или хотите заказать вечеринку? – подошла ко мне девушка-официант в чёрном переднике, когда я оказался на втором этаже.

Покосившись на неё – осмотрел девицу с ног до головы, заставив смутиться, но глаз она не опустила, – я медленно покачал головой:

– Нет, сударыня, я к вам на минутку заглянул, передать привет от своего знакомого вот тем трём господам.

– Хорошо, – кивнула она, с опаской посмотрев на троицу у окна. Видимо, она их прекрасно знала, и те достаточно вольно вели себя с местной обслугой.

Подойдя к столу троицы, я сел рядом с одним, напротив двух других, и сказал:

– Ну, привет, старые знакомцы.

– Ты кто? – спросил один из троицы, что имел самую большую харю, он и при избиении командовал. Видимо, старший был среди этой команды.

– Вы сегодня одного чела навестили, по почкам ему настучали, попугали. Ему это не понравилось, он заказ на вас дал и на вашего хозяина. Я исполнитель.

Сидевший справа дёрнулся и получил смертельной удар локтём в висок, после этого я, отпрыгнув в сторону, выхватил пээм и открыл огонь. Выпустил весь магазин и гарантированно ликвидировал всю троицу. Даже тому, с проломленным виском, пулю в голову загнал.

Девушка испуганно сжалась у конторки и тихо сказала, когда я проходил мимо к лестнице:

– Это люди Хозяина. Ему не понравится.

– Я знаю, – честно ответил я. – У меня заказ и на него тоже. Всего хорошего, это за мусор, что я оставил.

Две пятитысячные купюры легли на конторку, а я бегом спустился в полупустой обеденный зал первого этажа.

Почти все посетители разбежались, да и прислуга была не вся. Я вышел на улицу и направился к внедорожнику – ключи нашел у лысого в кармане куртки, именно он был водителем. Пискнув сигнализацией, машина снялась с охраны и позволила мне сесть в неё, запустить двигатель и выехать с небольшой парковки. Через несколько секунд я скрылся за ближайшим поворотом.

– Ну, что там олигарх? – спросил я Перуна, у нас была прямая связь. Тот следил за олигархом и сразу всё передавал мне.

– Ему уже пытались два раза дозвониться и доложить о бойне в трактире, я блокировал оба вызова и продолжаю блокировать. Он на служебном «мерседесе», что принадлежит корпорации, коей он же владеет, с семьёй и одной машиной сопровождения с охранниками только что отъехал от своей квартиры, направляется в сторону выезда из города. Судя по перехваченным сообщениям, едет в коттедж на берегу реки – отдохнуть решил. Да и жена пилит, что ей машину разбили, а компенсации всё нет. Требует забрать не сорок тысяч евро, а шестьдесят.

– Стерва та ещё, – согласился я. – Мне ведь жена в прошлой жизни говорила, что это её стукнули, а я не верил, вернее сомневался. Машину только купил, думал, выгораживала себя, а тут вон оно как. Значит, так, олигарха буду брать у его коттеджа, на подъездной дороге.

– Нормально, там никто не помешает, и жертв случайных будет меньше, – согласился Командор – боевую операцию курировал он, а не Перун. – Они по параллельной улице едут, нужно прибавить скорость, чтобы быть на месте раньше них и подготовиться. Нужно хорошо поторопиться, цель использует мигалки на машинах и спецсигнал, у них скорость выше.

– Капитан, – вдруг возбуждённо сказал вышедший на меня Перун, – только что «Пластун» сработал, есть корабль Древних в системе. Нашёл он его.

– Где он его нашёл?

– В секторе семь – шесть ноль двенадцать по оси шесть. Есть описание корабля, ближайший зонд передаёт чистую картинку. У него длинное веретенообразное тело с выступами орудийных башен. Длина – четыре километра, ширина – четыреста восемьдесят шесть, высота – триста двадцать. Это пока всё, зонд должен сблизиться для более детального сканирования. Требуется разрешение на запуск ещё трёх зондов по обнаруженному судну.

– Разрешение даю, – быстро обдумывая свои дальнейшие шаги, ответил я.

– На рейдер смахивает, – влез в разговор Командор, что тоже в режиме онлайн изучал картинку, идущую с зонда. – Кстати, похоже, корабль пытались укрыть. Кто ещё полезет в этот труднодоступный участок системы?

– Так, все замолчали, у меня изменение планов, – скомандовал я и продолжил: – Олигарха будем брать прямо тут. Не хочу терять время на выезд из города. После завершения карательной акции – возвращение в гараж, пережидание поисков, после чего ночью возвращение на «Нохан». Пока в Москве будут искать меня – я уже тут хорошо засветился, – займусь кораблём Древних, очень уж он заинтересовал меня. Командор, где эта семья хряков?

– Вы двигаетесь практически не обгоняя друг друга по параллельным улицам. Советую прибавить скорость.

– Да, похоже, ты прав, придётся погонять, – согласился я, утопив в пол педаль газа, отчего внедорожник буквально прыгнул вперёд.

На ближайшем повороте, на жёлтый свет светофора я повернул налево, пока не выехал на улицу, где вдали виднелась небольшая колонна машин олигарха и его охраны. Догнал я их быстро и, непрерывно сигналя дальним огнём, обогнал сперва охрану, а потом и «мерс». Перед седаном я вильнул и не только нажал на тормоз, но ещё и ручник поднял, приготовившись к удару. Тот последовал почти сразу.

Водитель «мерседеса» почти ушёл от удара, но всё же разворота и скорости ему не хватило, вернее она была завышена, поэтому удар им пришёлся на правое крыло и правую часть капота. Бронированная машина хорошо так подтолкнула сзади тяжёлый внедорожник, но я не пострадал. Быстро отстегнувшись, я покинул машину с двумя пистолетами в руках, мельком осмотрелся. Оказались мы в центре перекрёстка, с четырёх сторон были двухполосные трассы, полные автомобилей и свидетелей, но я не обратил на это никакого внимания, так как уже начал стрелять. Пули из пээма в правой руке одна за другой били в одну и ту же точку в бронированном лобовом стекле напротив водителя, пока четвёртая пуля, наконец, не прошла насквозь и не оказалась в черепе водителя. В это же время из левого пээма я стрелял по охране, что высыпалась из «Галентвагена». Их было четверо, и мне хватило пяти выстрелов, чтобы убрать их. Четвёртый и пятый выстрелы я сделал по четвёртому охраннику, он самый сообразительный – успел спрятаться за свой джип, поэтому одна пуля в ногу, вторая в голову упавшего.

Быстро перезарядившись, я подошёл к «мерседесу» и постучал стволом по окну со стороны водителя, жестами прося сидящего на переднем сиденье олигарха открыть заблокированную дверь. В это время в крышу машины врезалась пуля и с визгом срикошетила в небо, а за спиной раздался хлопок выстрела. По звуку, стреляли из такого же пээма, как у меня. Быстро обернувшись и делая шаг в сторону, чтобы уйти с линии прицеливания, я обнаружил за спиной метрах в пятидесяти сотрудника ДПС, что целился в меня из своего табельного оружия. Судя по его виду и оснащению, а также отсутствию служебной машины, похоже, он осуществлял на перекрёстке безопасность дорожного движения – следил, чтобы не было аварий и остального, не положенного инструкцией. Ну, а если случалось, то составление протокола тоже было на нём.

Отреагировал я сразу, второго выстрела полицейский сделать не успел. Моя пуля вырвала из его рук табельное оружие, явно повредив пальцы и кисти рук. После чего я, попеременно стреляя то из одного пистолета, то из второго, с пятидесяти метров держал оружие регулировщика в воздухе. Как? Каждая пуля подталкивала его выше. Так что как только у меня закончились патроны в магазинах, исковерканное оружие упало на асфальт, где лежал, прижимая руки к груди полицейский. Похоже, крепко ему досталось, но сам виноват, нужно сначала делать предупредительный выстрел, а потом стрелять на поражение. Хорошо ещё хреновым стрелком оказался: с пятидесяти метров, фактически в упор, умудрился не попасть.

Снова перезарядившись – это были последние магазины, – я вернулся к «мерсу». Тот работал на холостых оборотах: водитель успел перед смертью запустить заглохший мотор. Я снова стволом пээма постучал в окно, придав агрессивное выражение лицу. Если не откроет, убью, но тот что-то визжал по телефону и на меня внимания старался не обращать, даже отвернулся. Что ж, сам виноват. Быстро закрепив на дверь водителя взрывчатку в двух местах, я ушёл за корму «мерса» и активировал подрыв, отчего дверца медленно вывалилась наружу. Хлопок был негромким и вроде как ничего такого не натворил, подумаешь, дверца вывалилась, а на самом деле все трое пассажиров трупы. Убило взрывной волной, что внутрь ушла. Проходя к машине, я наступил на хрустнувшую дверцу. Заглянул внутрь и выкинул труп водителя наружу, после чего сел на его место, развернул машину и, набирая скорость, погнал обратно. Даже с одного взгляда было ясно, что сам олигарх, его жена и бегемотоподобный пятнадцатилетний сын мертвы. Кровь шла из ушей и глаз.

Уходил я в промышленный район, Перун и Командор меня вели. Мы уже подобрали место, где избавимся от тел и машины, заброшенное озеро для этого подойдёт в самый раз, только нужно подъехать с противоположной стороны, там глубже, и машина уйдёт с крышей под воду, пока её в ил не засосёт. Более того, я умудрился во время управления позвонить в службу такси и вызвать машину. Только не к самому озеру, а к ближайшему перекрёстку, метрах в четырехстах от водоёма, скрытого с дороги посадкой. Озеро было техногенным и гнилым. Туда отходы сбрасывали со спичечной фабрики, так что купаться там не рекомендовалось, да я в принципе и не собирался, мне это озеро для другого было нужно. Когда появился нужный поворот, я свернул на нём влево, а потом мелькнула и гладь пруда.

Наконец машина разогналась, и я на ходу выпрыгнул из неё, быстро перебирая ногами, чтобы погасить скорость. «Мерс» ухнул в воду, подняв тучу брызг и отправив волну к противоположному краю, но всё же по инерции ушёл от моего берега. Из-за отсутствия двери вода мигом хлынула в салон, и «мерс» почти сразу скрылся под водой. Сперва капот ушёл вниз, а потом, мелькнув кормой, уже зад погрузился.

– Действительно глубоко, – наблюдая множество пузырьков, пробормотал я. – Ладно, побежали к дороге.

Поправив висевшую у правого бока сумку с оружием, я двинулся к посадке, за которой был нужный мне перекрёсток. Такси пока не было, поэтому, устроившись в тени деревьев, я начал снаряжать магазины. Патроны ещё имелись, но пора уже было посетить торговцев и закупить у них оружие и боеприпасы. Хотя в принципе можно совершить налёт на военный склад, с катером проблем с этим делом не возникнет.

Куртку к спортивному костюму, в котором совершал акцию, я ещё у озера выкинул. Завернул в камень и бросил в воду, оставшись в красных спортивных штанах и белой футболке. Лишь сумка та же осталась на боку. Изменение внешнего вида сомнительное, но хоть не буду как ёлка светиться. Наверняка ведь всем постовым передали мой словесный портрет и во что я одет. Хм, тут вещевой рынок недалеко, не завернуть ли мне к нему? Сказано – сделано. Сев в салон подъехавшего такси, я велел везти меня к рынку, а сам откинулся на спинку сиденья. В принципе всё, что планировал, я сделал, осталось ждать и ночью вылететь к крейсеру, ну а там экспедиция к кораблю Древних. На фрегате полечу, не хочу «Ноханом» рисковать, мало ли тот живой. Перун, конечно, каждые полчаса докладывает новые сведения по находке, но разнообразием они не отличаются. Как ни сближались зонды с кораблём, тот на них не реагировал. Вполне возможно, он действительно был мёртв, однако всё же перестрахуемся.

Рынок я посетил благополучно, там же сразу переоделся в синие джинсы, такую же белую футболку, лёгкую синюю куртку и белые кроссовки. Помимо этого я приобрёл полосатую челночную сумку и сделал хороший такой запас одежды для разных случаев на будущее. Туда же убрал свою одежду, в которой ходил на дело. Фигня, что грязная и потная. Постираем.

С этой сумкой я доехал на такси до нужного района и дальше сорок минут, проверяясь, шёл пешком, пока не оказался в боксе. Там оставил вещи, сходил поужинал и, вернувшись, заперся до темноты. Осталось только ждать.

В полночь вывел катер из гаража, в этот раз в нём я ничего не оставлял, всё забрал, и, взлетев на орбиту, направился к «Нохану». Мой взлёт так никто и не заметил, ни местные, ни работорговцы, не было ни у тех, ни у других такого оборудования, чтобы могло это сделать. Ну, а гараж я свой обнёс и забрал всё, что было, потому что не особо доверял подобному хранилищу. Если участковые начнут ходить с моими фото, а они у них есть после всех акций, сторож меня сразу опознает. Вот поэтому и не рисковал, в гараж я возвращаться больше не собирался, да в принципе, может, и на Землю не вернусь. Всё, что хотел, я сделал, копии всех земных блюд тоже снял, теперь в синтезаторе будет русское меню. В общем, посмотрим, не решил ещё. Но покидать Солнечную систему, пока не узнаю, что было в том рейсе, я не собирался. Мне ещё дочь спасать.

Долетел до крейсера я нормально, в режиме маскировки, то есть тайно для работорговцев. Те меня действительно не смогли засечь, но поняли, что в системе они не одни. Перун висел на их линиях и слушал переговоры, «Тень» во взломе шифров отлично помогал ему. Особо те ничего сделать не могли, только обсудили, что нужно срочно доставить сюда станции слежения и наземный комплекс ПКО и незаметно для аборигенов поставить его на планете. Я с иронией воспринял эту новость, вряд ли они это осуществят, не те люди.

На подлёте я снизил скорость. Лётная палуба уже была открыта. Створка ушла в сторону. Я аккуратно поставил катер на своё место. Других тут всё равно не было, лётная палуба была забита полностью. Позади начала закрываться бронированная створка, отсекая летную палубу от открытого космоса, а я, покинув катер, отдал несколько приказов дроидам. Они должны были разгрузить хорошо потрудившуюся машину и отнести всё, что было в салоне и грузовом отсеке, по местам хранения. Вооружение в арсенал, остальное на вещевой и технический склады. Правда, в арсенал никому, кроме меня, доступа не было, сложат у порога, потом уберу.

– Есть свежие сведения по находке? – громко спросил я, покидая лётную палубу и направляясь в сторону рубки.

– Информация та же. Зонды летают вокруг корабля, тот не реагирует. Я констатирую, что корабль Древних мёртв. Напомню, что за всё время поисков, живых» кораблей тех времён найдено было всего восемь, остальные в таком же состоянии или в виде груды обломков. Кстати, капитан, запуск всех систем фрегата закончен, его реакторы выходят на полную мощность. Когда вы планирует вылетать?

– Часа через два. Выспался я в катере, пока до вас восемь часов добирался, так что я в норме. Нужно сделать только несколько важных дел.

Я час потренировался при двойном тяготении, ещё минут двадцать плавал в бассейне, и только потом сходил сначала к себе в апартаменты, а после посетил законсервированные бары и кафе, запуская там, на время, пищевые синтезаторы. Да-да, я внедрял им в память новые блюда. Одно даже попробовал – суп куриный с домашней лапшой. Проба удалась, блюдо ничем не отличалось от оригинала, поэтому, собравшись и пройдя на борт фрегата, я вылетел к кораблю Древних, по пути также внеся в меню синтезатора корабля новое блюдо. У меня везде стояли только самые лучшие и дорогие синтезаторы, которые позволяли вносить в их память такие правки и дополнения. Как бы то ни было, но фрегат за восемнадцать часов под режимом «скрыта» всё же добрался до нужного квадрата. Можно было бы и быстрее долететь, но тогда работорговцы, что мониторили систему – мы это видели, – засекли бы выхлоп двигателей фрегата. А так долго, но незаметно.

* * *

Оттолкнувшись от небольшой орудийной башни – возможно, она считалось турелью ближней обороны, как турели ПКО на «Нохане», я медленно полетел к пузатой сигаре фрегата, что висел в трёхстах метрах от корабля Древних. Одной рукой к боку я прижимал небольшой кофр с последними находками, контролируя полёт. Два технических и один инженерный дроиды в данный момент приваривали на место проход, через который мы попали на борт. Блин, полтора месяца я исследовал этот памятник истории. Да, повезло найти такие вещи, какие я не ожидал, однако и события в системе пролетели как-то мимо моей головы. Тут уже появлялось пять судов, одно случайное, на котором вывезли Антона с другими людьми, и четыре транспорта работорговцев. Те штатно работали, грузили криокапсулы с рабами и улетали обратно. Событий много было, но я не отвлекался. Так вот, по самому кораблю. Мне нужно было сделать так, чтобы казалось, что на нём никого не было с того момента, как корабль бросили, а его бросили, он был повреждён. Так вот, на пятый день удалось, не оставляя следов, попасть на борт. Исследовал я корабль с таким диким интересом, какого сам от себя не ожидал. Когда я ещё работал сталкером и занимался поиском уцелевшего оборудования и кораблей в будущем, у меня на это дело тоже была большая охотка, но тут реально было интересно.

Во время поисков я нашёл спецхранилище симбиотов Древних. Что это такое, я знал из баз, профессор много уделял времени этой тематике. Это были универсальные усилители для нейросетей. Любых. Фактически это были импланты, только в десятки раз круче и лучше. Симбиоты позволяли работать с базами знаний Древних, закачивая их и изучая, что позволяло разбираться в осколках прошлого и даже использовать всё ещё рабочее оборудование.

У самого профессора этого симбиота не было, несмотря на сильное желание получить его, но он многое знал о них. Всё я брать не стал, нужно было что-то оставить команде Антона, которая в скором будущем тут окажется, поэтому я взял только тридцать три штуки, оставив шестьдесят семь. Причём пока дроиды продолжали исследовать отсеки корабля, я вернулся на крейсер и в операционной капсуле установил себе симбиот. Тот устанавливался в ручном режиме: прижал коробочку помеченной стороной к затылку и через минуту можно убирать, но я подстраховался. Как выяснилось, зря. Установка прошла штатно. Причём, судя по показаниям компа капсулы, что просканировал установленный симбиот, ориентировочно тот начнёт работать через неделю, а на полную мощность выйдет через два-три месяца – тут точно не скажешь. Скорость установки и перехода в активный режим симбиота зависит от характеристик установленной нейросети. У меня была с приставкой «био», и симбиот с такими сетями более плотно взаимодействовал, соответственно и подстраивался под них также очень быстро.

Дальше потянулась рутина. Как я ни исследовал корабль, больше ничего ценного не было. Особенно базы знаний меня интересовали. Нет, были, конечно, находки, но если их брать, это вызовет подозрение, часть самого ценного я уже взял, симбиот запустился и даже закончил поглощать мои импланты. Я за эту неделю не вылезал из тренажёрного зала, изучая свои новые возможности, и чем больше изучал, тем больше погружался в состояние полного восторга.

Так вот, в этот день я прекращал работы по кораблю Древних. Я, конечно, неплохой специалист благодаря знаниям профессора, но многое на корабле мне было непонятно. Поэтому, повторюсь, мне для изучения нужны были базы знаний тех времён. Помимо этого я три недели пролежал в учебной капсуле, подняв одну базу из знаний профессора до шестого ранга. Это многое мне дало, однако всё же знаний не достаточно. Главное, я понял, что мне нужно делать: вернуться на Фронтир – соваться в освоенные миры пока не хотелось – и поискать базы знаний. У пиратов и торговцев часто в продаже имеются артефакты Древних, включая кристаллы с базами знаний. Продают они их по дешёвке, как древности, можно купить то, что стоит миллионы, за пару сотен кредитов. Потому что продавцы, в отличие от меня, ничего с этими находками сделать не могут, а раз не могут, то и цены не повышают. Вот рабочие артефакты – это да, такие стоят о-го-го сколько. По крайней мере, одно я понял точно: базы знаний, полученные мной из памяти профессора и пока до конца, кроме одной, не доученные, пустышки. Во многих аспектах профессор вёл ошибочную политику, фактически создавая лженауку. Я это понял не сразу, но всё же до меня дошло. Поэтому те недоученные базы знаний, что хранились в памяти моей сети, я удалил.

В данный момент я уносил на фрегат то, что смог найти, опознать и забрать с собой. Одной из важных после симбиотов находок, обнаруженной в жилой каюте давно брошенного корабля, я считал найденный рабочий считыватель Древних. Проверка показала, что тот вполне ремонтопригоден. Ещё было два десятка мелких предметов обихода, половину которых я не смог опознать. Всё поместил в отдельный кофр, который теперь держал в руках, пока летел к фрегату. Помещу кофр в арсенал, а когда получу необходимые знания, уже нормально рассортирую. А считыватель мне был нужен, чтобы определять, какие базы имеются у торговцев, и стоит ли их брать. Хорошая штука. В принципе кристаллы Древних можно открывать и с помощью современного оборудования, но есть одно но. Они все зашифрованные, и взломать их практически невозможно, а если это удаётся, то скачивать информацию можно не более десяти раз, после чего носитель информации уничтожается. Со считывателями Древних другое дело. Нет, без шифра кристаллы не откроешь, но именно считыватели Древних, в отличие от современных, могут определить, что за информация хранится на информационных носителях. Такие считыватели – большая редкость, и стоят они ну очень много, поэтому для меня это была очень ценная находка. Продавать не буду, самому пригодится.

Ботинки скафа громко лязгнули, когда я, подрабатывая реактивным двигателем, сблизился с фрегатом и коснулся его обшивки подошвами. Шагая по борту, я дошёл до шлюзовой и после стандартной процедуры дезинфекции, оставив кофр у входа, поспешил в рубку. Оба технических дроида, как и инженерный, уже закончили работы и, как раз долетев до фрегата, цеплялись за стыковочные узлы. Возвращаться к крейсеру они будут на броне корабля.

Двигался я обратно к «Нохану» порядка двадцати часов, обойдя работорговцев по большой дуге. Что-то они там суетились на Марсе. Как доложил Перун, им доставили комплекс ПКО, и они его собрались монтировать на планете. Вот идиоты. Ладно, это их дело, тем более скоро, меньше года осталось, тут появится целый флот империи Антран, так что до этого момента мне лучше быть как можно дальше от этой системы, а то ещё к пиратам причислят.

После возвращения я долго тренировался в зале, уже на тройном тяготении, выясняя предел своих возможностей, после чего душ, бассейн и такая роскошная и удобная кровать. О своих на Земле я помнил, Перун следил за ними. Всё шло как обычно, ничего такого не случилось, да и обо мне стали подзабывать, хотя из сводок розыска я так и не исчез, да и не уберут меня. Я собирался не сегодня-завтра вернуться на Землю и начать подготовку к спасению дочери. Я мог лететь в своей внешности, мне она нравилась, или поменять её. Для этого мне даже не нужны были медкапсулы. Да-да, не нужны. Так как установленный симбиот имел несколько функций, одна из которых – изменение внешности по желанию хозяина. Я ею не пользовался пока, смысла не видел, а вот другими приходилось. Например, три дня назад я совершенно обнажённый вышел через защитную плёнку в открытый космос. Думаете, замёрз или умер от удушья? Да ни фига, походил десять минут по броне и вернулся, ругая себя, что не нацепил двигатель. Унесло бы в открытый космос, долго бы я там руками-ногами махал? Ладно, догадался цепляться во время «прогулки» за выступы на броне, не унесло никуда. Вот так вот, просто задержал дыхание, заставляя сердце работать и кислород циркулировать по крови, ну и укрепил кожу, создав защитный слой от холода. Правда, долго так ходить не удастся, максимум проживу сутки в вакууме, потом всё, край.

На второй день после прекращения всех работ на корабле Древних и возвращения на крейсер я занимался в зале, когда на связь вышел Перун:

– Капитан, похоже, у нас проблемы.

– Что случилось? – останавливая тренировку, поинтересовался я.

– Ваша дочь влипла в неприятную историю. Тот вы из прошлой жизни пока ничего не знает.

– Раз и сейчас не помню, значит, та история до него так и не дошла. Похоже, придётся вмешаться, – констатировал я, подходя к скамейке и беря в руки полотенце, поскольку был весь мокрым от пота. – Докладывай, что она натворила и сколько у нас времени?

– В данный момент вашу дочь везут на полицейской машине в больницу. Её подозревают в умышленном убийстве…

Аккуратно ступив на землю с перил, на которых балансировал, я осмотрелся и направился к выходу из парка. Было раннее утро, вокруг никого, поэтому я был спокоен. Катер лежал на дне озера – идеальное место, чтобы спрятать его. Я минут десять назад совершил экстренную посадку в этом парке в трёх минутах ходьбы от той больницы, куда увезли дочку: завис над берегом, потом покинул машину, ступив на эти перила мостика, и через дистанционное управление опустил ее на дно озера, ровно посередине. Глубины хватало, тут было три метра. Кстати, дальности моей нейросети вот в таком прямом дистанционном управлении ранее хватало на километр, и то на открытой местности, в лесу или на корабле куда меньше. Сейчас с помощью симбиота я мог работать с оборудованием катера на десять километров, причём здания или другие мешающие сигналу предметы мне как раз не очень-то и мешали. Блин, да я влюблён в этот симбиот, классная штука! Не зря профессор на всё был готов, чтобы его заполучить. Но находили их обычно по одному, максимум по два, таких мощных, как у меня, за всю историю археологии ни разу не встречалось. Странно это.

Когда недолгие мелкие волны озера улеглись, я убедился, что свидетелей нет, да в принципе и сканером тут прошёлся, кроме мелких зверьков никого, после чего, придерживая сумку, заторопился к больнице. Одет я был в синие джинсы, чёрную футболку, синюю куртку и в спортивную, но крепкую обувь. Я в ней на большинство дел ходил, выдержала.

Летел я к планете всё те же восемь часов, за которые вполне успел выспаться. Мог бы и быстрее. Но как уже говорил, так меня легко засечь по выхлопу работы двигателя, и то шёл на грани. Перун мне докладывал, что сообщали в сводках, да и полицейских прослушивал. Те нисколько не сомневались, что убийца как раз моя дочка. Блин, да куда ей в четырнадцать лет? Так вот, был звонок от неизвестного лица, что он нашёл труп подростка, привязанного к железной ограде районной школы, весь в крови. Замечу, сообщение было только о трупе. Наряд, что выехал на место, обнаружил пацана лет пятнадцати, всего исколотого ножом, привязанного к ограде. Судя по многочисленным колотым ранам, действительно женская месть. В ногах в луже крови сладко спала моя дочь с окровавленным ножом в руках. Она была пьяная. Нет, не так. Она была в стельку пьяная, да ещё, похоже, покурила травку. Для меня это было шоком. Этот момент я припомнил в своей памяти, дочки дома не было три дня, она тогда с женой поругалась и ночевала у подружки. Но потом ничего, вернулась.

Правда первое время зашуганная была. Не по этой ли причине? Много же о своей жизни узнать можно, наблюдая за ней со стороны.

Дочку добудиться не смогли, отправили сперва в отделение, но на середине пути с водителем связался дежурный и велел ехать в больницу, чтобы ту прокапали, так что та всё ещё была в больнице. Наряд выехал в полдевятого, убийство произошло ещё в светлое время позади школы, где никто не ходит, восемь часов я летел к дочке, теперь было шесть утра. За это время выяснилось, что убитый – сын полковника полиции, и не сказать что он хорошо себя вёл в школе. Та ещё мразь оказалась. Похоже, это реальная месть.

Галька тропинки скрипела под мощными рифлёными подошвами ботинок, под моим быстрым, переходящим на бег шагом. Дочку в больнице прокапали, но больше ничего не делали, та спокойно уснула. Ночь всё же. А утром её должны были забрать в отделение. Кроме полицейского, что сторожил палату – приказ отца убитого, препятствий на моём пути не было. Сейчас надо быстро выкрасть дочу из больницы, чтобы её не допрашивали. Может, потом вообще не найдут, не зная её данных, тем более училась она в другой школе другого района. Ну, а мне нужно будет найти реального убийцу, тогда её точно искать не будут, если только как свидетеля, но это не критично, всё же та пьяна была и вряд ли что вспомнит.

У озера в парке был туман, но когда я вышел в город, машин уже хватало на улицах, и когда пересёк проезжую часть, тумана уж не было, лишь влажность повышенная, и всё. Когда я подошёл ко входу на территорию больницы, стоявший и куривший у будки охранник покосился на меня и спросил:

– Вы к кому? Рано ещё, нет никого.

По иронии судьбы, это была та самая больница, где я бросил санитарную машину с несостоявшимися рабами, да и охранник был тот же, я его узнал. Он видел меня со спины, не думаю, что опознает, поэтому я был спокоен. Достав из нагрудного кармана куртки красное удостоверение, я предъявил его.

– Младший лейтенант Свиридов, оперуполномоченный. Мне необходимо поговорить с неизвестной, что привезли вчера вечером. У её палаты ещё охрану выставили.

– Есть такая, – согласился охранник, задумчиво меня разглядывая. Только непонятно, почему. То ли силясь вспомнить, то ли запоминая. Записав данные из удостоверения – по ним я был стажёром убойного отдела из РОВД этого района, он вернул мне корочки и указал, где можно пройти внутрь и где сидит дежурная медсестра. Она проводит до палаты.

Сами корочки я сделал за пару минут, пока собирался вылетать на помощь дочке, ну и ещё пары разных ведомств. Жаль, мордашка у меня слишком молодая, в сомнение может ввести реальность документов. В принципе я мог изменить внешность, но эта функция в симбиоте ещё горела жёлтым, то есть установка всё ещё идёт, и она не завершена, поэтому опасался использовать новые возможности. Вот выйдет симбиот на полную мощность, тогда и поэкспериментируем. А пугало меня то воспоминание, когда я пробовал выйти в космос, изменяя организм. Это да, получилось, но как я потом долго возвращал всё обратно. Нет уж, когда симбиот Древних заработает в полную силу – а то все значки жёлтым горели на рабочем столе сети, то есть были ограниченно годными к работе, – вот тогда и буду пользоваться.

Убрав документы обратно, я направился к отдельной двери, у которой стояла закрытая машина «Скорой помощи». Дверь была заперта, но на звонок ответили и пропустили. Медсестра действительно отвела меня к палате, где лежала дочка. Да уж, природный казус: тело у меня другое, но она всё равно мне дочка, веселушка и оптимистка. Как же она попала в эту неприятную историю?

Сержант при нашем появлении насторожился и встал со стула, на котором сидел. Он немного расслабился, когда я, подходя, достал из кармана красные корочки и развернул их, готовясь предъявить. Только вот делать я этого не стал. Этот полицейский из того же РОВД и сразу поймёт, что документ липа, такого опера нет. Их обычно всех знают.

Открывая корочки, чтобы предъявить их сержанту, я вырубил того ребром ладони по шее. Успел подхватить, чтобы не издал шума при падении, после чего ухватил за халат пытавшуюся убежать молоденькую медсестру и, нажав на пару точек у неё на шее, отправил с гарантией на пару часов в глубокий сон. Открыв дверь в палату дочки, я затащил туда волоком оба тела, убедился, что снаружи ничего не осталось, и, используя ключи сержанта от наручников, отстегнул руку дочки от спинки кровати и осмотрелся. Та ещё спала, но уже могла проснуться, а этого мне в принципе не надо. Не помнит она ничего, не знает о происшествии, и хорошо.

Проверил состояние дочки с помощью медицинского сканера – состояние не очень, алкоголь ещё был в крови, да и следы от курения травки я обнаружил, похоже, целый косячок выкурила. Введя ей лёгкое снотворное, я поднял дочку на руки и направился к выходу из палаты.

Так с ношей на руках дошёл до выхода и оставил её на скамейке, потом прошёл в соседнее помещение, именно там сидела медсестра, которая провожала меня к палате. Вихрем влетев внутрь, я вырубил трёх человек, что там сидели – двое были в униформе работников «Скорой помощи», – после чего снял с вешалки чью-то женскую куртку, очистив карманы, – дочкина была в крови, хорошо остальная одежда не пострадала, – надел куртку на дочку и направился к машине «Скорой помощи». Дальше просто: дочу на переднее сиденье, пристегнуть, потом на место водителя, завести ещё тёплый мотор – видимо, машина недавно приехала с вызова – и тихонько покатил к выезду. Естественно, оставлять охранника в сознании я не мог, поэтому подъехал, вышел, вырубил, открыл ворота и покатил дальше. Где живёт подружка дочки, я знал, поэтому поехал в тот район. Через двадцать минут я уже был на месте. Поднялся на пятый этаж с дочей на руках, быстро ввёл ей в кровь очищающий препарат и, позвонив в квартиру, стал быстро спускаться. Пусть подружка и её родители о ней позаботятся. Они были дома, спали в своих кроватях, я проверил сканером. Когда я спустился и вышел во двор дома, то снова просветил верхние этажи, проверяя, как там дела. Дочку уже нашли и помогли пройти в квартиру. Она сама это сделала. Думаю, запах перегара уже почуяли и поняли, почему она в таком состоянии. Кстати, сделали это родители подружки, та даже не встала. Настроив работу сканера по узконаправленному лучу, я просветил им подружку, получил снятые параметры с её тела. Ну, что ж, судя по коктейлю в её крови, гуляли они с дочкой где-то вместе, просто потом их пути-дорожки разбежались. Почему, не знаю. Ничего, послезавтра дочка вернётся домой, там всё нормально будет до того памятного рейса. Между прочим, Алину завели в спальню её подружки, после чего мужчина вышел, а женщина раздела невольную гостью и уложила в кровать рядом со своей дочкой. Понимающие родители, это хорошо. Сами в молодости, наверно, кутили.

При обыске дочери, когда её обнаружили у трупа, к счастью, в карманах при ней ничего не было, кроме жетонов на метро и старого трамвайного билета – не знаю, где она телефон потеряла и свой новенький паспорт, поэтому я надеялся, что её поиски затянутся. Машину «Скорой помощи» я отогнал подальше и оставил на пустыре, а сам двинул к тому РОВД, который занимался этим делом. Было уже полвосьмого утра, народу на улицах хватало, некоторые магазины или кафе были открыты. Поэтому заметив круглосуточное кафе, я зашёл в него и сделал заказ на плотный завтрак.

Честно сказать, готовили в этом кафе отвратно: что-то было вчерашнее, даже позавчерашнее, что-то вообще недожаренное, – но я поел, сканер показал, что принимать это в пищу можно, но не часто. В девятом часу я покинул кафе и, поймав редкое в это время такси, велел везти меня в РОВД. Адрес я назвал. По прибытии я посмотрел на суету у входа – тут не только начало рабочего дня и пересменка, но, похоже, и происшествие в больнице, – вошёл в здание и показал дежурному новые корочки – офицера ФСБ.

– Вам должны были позвонить, – сказал я.

Это было так, Перун, скопировав звонок дежурного управления ФСБ по Москве и Московской области, позвонил в дежурную часть РОВД, озвучил код подразделения и также сообщил, что к ним прибудет сотрудник по делу об убийстве школьника. Данные из удостоверения он дал, так что дежурный в звании капитана быстро перекидал номер удостоверения и фамилию в свой журнал и велел сержанту отвести меня в кабинет следователя, что вёл это дело.

Тот провёл меня на третий этаж и, постучавшись, сообщил, что прибыл гость. Тому уже сообщили из дежурки, поэтому он меня встретил и пригласил присесть. Это был крепкий такой мужчина с обозначившейся лысиной и умными глазами, он был в форменных брюках и рубахе. Китель с капитанскими погонами накинут на спинку стула, фуражку я обнаружил висящей на вешалке.

– По каким причинам вы заинтересовались этим делом? По виду ничего сложного, одноклассница убила своего друга из-за неразделённой любви или за измену. Пока ещё разбираемся.

– Вы упустили эту девочку, – чуть улыбнувшись, сказал я, принимая у следователя папку с делом и открывая её.

– А, вы уже знаете? – не удивился тот, слегка поморщившись. – Найдём. Я пока подробностей не знаю, там опера работают, но найдём.

– Работа такая – всё знать.

– Может, и где она находится, вы тоже знаете?

– Конечно, – отрываясь от просмотра материалов дела, ответил я. – У родителей должна быть… Понимаешь, капитан, тут вот какая история. Девочка вообще левая, я уже провёл своё расследование по приказу её отца, а он куда выше сидит, чем отец убитого подростка. Так вот, убийство, как у вас указано в судебно-медицинском заключении, произошло в восемь часов, плюс-минус пять минут, а обнаружили труп с подозреваемой в полдевятого, в двадцать часов тридцать три минуты, как следует из протокола прибывшего наряда. Я отследил, что делала подозреваемая вами в тот день. Она в пять вечера пришла с подружками на вечеринку – тусняк, как они называют. Там она очень хорошо выпила, выкурила косяк, и они с подружкой направились по домам, по пути потерялись. Как их только патруль не взял… Так вот, покинули они квартиру, по словам многочисленных участников тусни, в двадцать часов десять минут. Время точное, в то же время из гостей уходила другая парочка, и они вызвали такси, у диспетчера отмечено, когда и во сколько прибыла машина. Да и с водителем я поговорил. Они вышли общей компанией, после чего он повёз клиентов по адресу, а эта парочка стояла у подъезда, он их запомнил. От парадной до места убийства пять минут пешком, но это ничего не значит, не успели бы они. Вот и встаёт вопрос, кто убил парня. Мне ваша версия нравится, вполне возможно, это кто-то из его окружения, скорее всего школьного. Удары были нанесены слабой рукой, но многочисленные. Это женщина.

– Подросток? – уточнил внимательно слушавший меня следователь.

– М-м-м, вряд ли, – медленно покачал я головой. – Скорее всего, молодая женщина, подростки импульсивны. Женщина, которая мстит за что-то серьёзное… Вы запрос давали об изнасилованиях за последние два месяца? Ищите лучше те, которые не приняли или развалили дело. Напомню, у убитого отец занимает достаточно высокую должность.

– Хм, – задумался следователь. – Убит он был в нашем районе, проживает тут же. Вполне возможно, если и было какое происшествие, то заявление несли к нам… Сейчас узнаю.

– Не стоит, – остановил я его. – Я уже поговорил с вашими сотрудниками, они признались, что по приказу полковника Дегтярёва, отца убитого подростка, не приняли заявление от одной гражданки. Кстати, учительницы той школы, где учился убитый. В её заявлении было указано о групповом изнасиловании с перечнем имён и фамилий, и один из них был Павел Дегтярёв, убитый подросток. В заявлении было указано, что именно он являлся заводилой.

– Адрес? – азартно спросил следователь. Я его просчитал – адреналиновый маньяк, для него работа удовольствие, любит он такие дела.

– Я с вами прокачусь, – вставая со стула, сказал я.

На самом деле ни с кем я кроме Перуна не общался, и большая часть истории была выдуманной. Просто, пока сидел в кафе, проанализировал ситуацию, прослушал переговоры полковника, он дважды касался темы того заявления и изнасилования, дальше уже несложно было размотать клубок. Месяц назад из школы уволилась молодая учительница, так что выбор среди педсостава был очевиден. Тем более кроме уволившейся остальные на роль жертв насилия не подходили по возрасту. Конечно, жаль было её сдавать, тем более я был на её стороне, но дочка роднее. Этот следователь, если будет её искать, то со своим упорством точно найдёт, а мне этого было не надо.

Мы спустились и сели в служебную машину, поехали по адресу, который я сообщил. Следователь, пока мы ехали, прямо за рулём непрерывно болтал, то он участкового вызывал к квартире, то выяснял у какого-то лейтенанта подробности какого-то неприятного случая в той же школе, то звонил экспертам. Мужик был в деле.

Участковый ждал нас у парадной, поэтому, припарковав машину на свободном месте, мы прошли к нему, поздоровались, поднялись и остановились у двери квартиры на третьем этаже.

– Похоже, там что-то упало, – прислонившись ухом к двери, пробормотал следователь, после чего нажал на кнопку звонка. Я с ним был согласен, тоже это слышал.

На звонки никто не отвечал и не подходил, поэтому я взял ситуацию в свои руки.

– Отойдите, – велел я и, подойдя к двери, нанёс удар кулаком в дверь из ДСП, пробив в ней дыру. Никак не нарадуюсь на свои новые возможности, появившиеся с установкой симбиота.

Дотянувшись до цепочки, я откинул её и дважды щёлкнул замком, открывая дверь. Оба, и участковый, и следователь, вошли в квартиру, я последовал за ними. Первым обнаружил хозяйку квартиры участковый. Она была в зале.

– Сюда! – крикнул он и, ухватив женщину за ноги, приподнял – та ещё дёргалась в петле.

Следователь бросился ему на помощь, а я, подняв упавший стул – вот что грохнуло, – встал на него и перерезал верёвку. Успели вовремя, та после недолгих манипуляций хрипло задышала. Пока участковый вызывал «Скорую» и искал понятых, следователь оббежал квартиру, после чего вернулся в зал из кухни, держа в руках набор кухонных ножей. Один отсутствовал.

– А ножичек-то, похоже, отсюда. И сапоги там в прихожей. Похоже, кровь у них на подошве. Будем изымать.

– Ну, вот и возможную убийцу нашли, – вздохнул я. – Жаль её, поступила как настоящий мужик, покарала негодяя. Только вот почему других не тронула, или тот действительно зачинщиком был?

– Разберёмся, – уверенно кивнул следователь.

В это время у меня зазвонил планшет, это был Перун. Сделав вид, что разговариваю с ним, я вышел в коридор.

– Ну и? – спросил я.

– Дегтярёв узнал, что в дело вмешалось ФСБ, и позвонил своему знакомому из этой конторы. В общем, они уже знают, что вы не настоящий сотрудник и пытаются позвонить следователю. Я пока блокирую его линию, но они наряд выслали. Вам лучше уйти.

– Согласен.

Отключив планшет, я вернулся в зал. Там уже шла работа, следователь обыскивал комнату, понятые наблюдали, участковый всё записывал. Несостоявшаяся самоубийца лежала на диване и тихо плакала, около неё хлопотала женщина лет тридцати в униформе сотрудника «Скорой помощи». Ничего странного в их быстром появлении не было, они работали в соседнем подъезде по вызову, пока не получили новый. Так что через пару минут после звонка они появились в квартире.

– Я могу с ней поговорить? – спросил я у фельдшера.

– Только недолго, она в не очень хорошем состоянии.

– Понял, – кивнул я и наклонился над диваном, заглядывая в глаза лежавшей женщины. – Зачем вы сунули нож той девочке в руки и испачкали её куртку кровью?

– Там не было никого, когда я уходила. А нож бросила под ноги этому негодяю, – тихо ответила она мне.

Приняв вертикальное положение, я посмотрел на следователя, что стоял рядом, и внимательно слушал.

– Похоже, та пьяная нашла тело и уснула у него под ногами. Случайность, – сказал он.

– Меня отзывают, дальше сами, – сказал я следователю.

– Понял, спасибо за помощь, – крепко пожал он мою ладонь. – Бывай, может, ещё увидимся.

– Надеюсь, что этого не произойдёт, – засмеялся я.

Покинув квартиру, я спустился и направился к арке. Когда я в неё проходил, то с другой стороны во двор как раз въехала патрульная машина, из неё выбежали четверо полицейских и направились к подъезду, из которого я только что вышел. Выйдя на улицу, я взмахом руки остановил частника и попросил везти меня в Главное управление МВД. Причина такого моего решения была в слезах бывшей учительницы, пострадавшей от чувствовавшего свою безнаказанность молодого зверья. Время было, поэтому я решил прокатиться и наказать тех, кто к этому всему был тем или иным способом причастен. Муторно было на душе, я хоть так хотел оправдаться перед несчастной женщиной. Мало того что изнасиловали, так ещё и на зону поедет, а это с гарантией.

Довезя до нужно места – по пути мы останавливались только на автовокзале, я оставил сумку в камере хранения, – высадили меня неподалёку от входа. Ближе не подъедешь, там было всё заставлено новенькими внедорожниками и иномарками с синими номерами, поэтому я пешком направился ко входу. Дежурный записал мои данные младшего лейтенанта Антонова из МУРа – тут всё на бумаге было, смешно, хотя компьютеры стоят, – позвонил полковнику Дегтяреву, к которому я и попросился на приём. После чего сообщил номер кабинета. Прокатило. На втором этаже я прошёл к нужному кабинету. Вошёл в приёмную, где сидела молоденькая секретарша. Она обо мне доложила по телефону и провела в кабинет.

– Что за дело, давай быстрее, – немного фамильярно и грубо сказал полковник, требовательно протянув руку к папке, что я держал в руках.

Секретарь уже вышла, закрыв обе двери тамбура, поэтому, подходя, я не вытащил из папки ничего, а с ходу нанёс удар кулаком в лицо полковнику, разбив тому нос. Схватил его за шкирку – тот был ошарашен ударом, но сознания не потерял – и перетащил через стол, чуть не оторвав воротник кителя, и, бросив на пол, стал профессионально обрабатывать ногами, приговаривая:

– Никогда не забирай заявления граждан и не разваливай дела, особенно если в этом замешана твоя семья, не покрывай их, не отмазывай. Не запугивай потерпевших и свидетелей, не подделывай улики, не вмешивайся в те дела, к которым отношения не имеешь… А теперь, падла, повторяй за мной… Ну!..

Пришлось ещё попинать его, опустив почки, пока тот не начал, запинаясь, повторять всё, что я говорю. В общем, в три захода он всё запомнил, каждый раз для запоминания я обрабатывал его руками и кулаками. Когда тот потерял сознание, внутренности у него были все отбиты, рёбра тоже пострадали, но кроме трещин там вряд ли что было, поэтому я вытер кулаки от крови платком и покинул кабинет.

– Уже всё? – улыбнулась мне секретарша.

– Ему хватило, – честно сказал я. – Товарищ полковник теперь занят будет, ему нужно обдумать то, что я ему принёс. Пока лучше его не беспокоить.

– Хорошо, – кивнула та.

Я покинул приёмную и здание, направившись вниз по улице в сторону автовокзала. Пешком далеко идти, чуть позже поймаю машину, а пока пообщаюсь с искином.

– Нашёл подельников Павла?

– Заявлений от пострадавших нет, тут полковник хорошо потрудился, но я изучил звонки подростка и выяснил, что у него есть лучший друг. Думаю, уж он точно участвовал во всех забавах. Если требуется узнать больше, нужно допросить его.

– Где он?

– Судя по пеленгу телефона, у себя дома. Утро ещё, пол-одиннадцатого, спит, похоже. Каникулы идут.

– Давай мне его адрес, сейчас за сумкой заеду и к нему направлюсь, – велел я и поднял руку, останавливая машину с шашечками.

Проблем с беседой с другом погибшего Павла не возникло. Я сначала заехал за своей сумкой, а потом и к нему. Родители были на работе, так что я срезал замки и спокойно прошёл к нему в спальню. Разбудил, пояснил ситуацию, в которую он попал, и стал задавать вопросы. Тот сперва молчал, но пара оплеух сделали своё дело, поплыл, как нечего делать. Даже показал хранившееся на компе видео и фотографии со сценами изнасилований и издевательств. Мать! Восемнадцать эпизодов! Знал бы, я б того полковника насмерть забил, а не наносил всего лишь тяжкий вред здоровью.

Всего он выдал шестерых подельников, которые участвовали если не во всех, то во многих эпизодах. Средство насилия я ему просто оторвал. Не отрезал, а, ухватившись рукой, ничуть не проявляя брезгливости, просто оторвал, бросив на его кровать. Зная, что скоро Земля вступит в империю и тут будет очень приличная медицина, то есть оторванное отрастят заново, чего я не хотел, схватил воющего подростка за футболку и, подтащив к окну, выкинул наружу. К сожалению, был пятый этаж, но я рассчитал бросок так, чтобы он упал не на газон, а на забор. Это была гарантированная смерть.

Смыв в ванной кровь с одежды – на меня брызнуло во время экзекуции, – я покинул квартиру и поехал по следующему адресу. Два часа – и ещё шестеро лишились средств насилия, только этих не убивал, двух самых ярых, можно сказать подстрекателей и лидеров, уже не было, одного учительница на тот свет отправила, нанеся больше тридцати ударов ножом, другого я в окно выкинул. Ну, а этим урок будет.

Последнего я нашёл, по странному стечению обстоятельств, в соседнем доме с тем, где снял комнату, где рыжие живут, поэтому решил зайти постираться, ну и узнать, как дела у них идут. Одежду я серьёзно измарал, как ни отстирывал её, всё равно пятна были, а у Жанны, насколько я помнил, в ванной была стиральная машина.

На мой звонок ответили почти сразу:

– Кто там? – я распознал звонкий голосок Ольги.

– Постоялец вернулся.

Почти сразу щёлкнули замки, и у меня на шее повисла Ольга, болтая в воздухе ногами. Жанна вышла из кухни, вытирая руки полотенцем, она с улыбкой смотрела на нас.

– Мы вас уже потеряли. Вроде сняли комнату и вдруг исчезли на полтора месяца. Номера телефона не оставили, только и знали, что Виктором зовут. Где искать было? – укорила меня Жанна, когда мы с её дочкой прошли в прихожую.

– Дела срочные появились, вот и не смог вернуться. Да и сейчас я ненадолго. Одежду испачкал, постирать хочу. Это возможно?

– Для тебя, – выделила последнее слово Жанна, – всё можно.

Раздевшись в спальне, я выгреб всё из карманов и бросил одежду в машину, запустив стирку, после чего получил от Жанны халат и прошёл на кухню – меня пригласили перекусить. Был третий час, они уже поели, поэтому кормили меня, а пообедать я действительно не успел.

– Как у вас вообще дела? – поинтересовался я, с удовольствием испробовав нормального домашнего супу. Я всегда с фрикадельками любил, у меня жена его замечательно готовит.

– Ольга полностью здорова, – ответила Жанна и тепло провела ладонью по голове дочки, сидевшей рядом и смотревшей на меня странно блестевшими глазами. – Она уже восстановилась и теперь вернулась к активным тренировкам, скоро будут межобластные соревнования.

– А ты почему не в школе? – поинтересовался я, пока Жанна убирала пустую тарелку и ставила блюдо со вторым – была гречка с подливой и котлетой. Как говорила моя бабушка в прошлой жизни, ум съешь как вкусно.

– Два урока всего было, я уже вернулась, а через час поеду в спорткомплекс, тренер говорит, что мне навёрстывать нужно упущенное. Очень радовалась, что я вернулась в спорт.

– Это хорошо, – одобрил я и чуть не подавился, когда услышал от Жанны:

– Месяц назад следователь приходил, тебя искал. Фотографии показывал разные, снятые в разных местах. Зачем ищет, не говорил, но очень искал.

– Гвоздев, – понятливо кивнул я, после чего с уважением протянул: – Упорный.

– Ты его знаешь?

– Приходилось встречаться. Только он тогда был сильно избит и связан. Хм… – задумался я, при этом не отвлекаясь от второго блюда.

Следак был опытный, если он вычислил эту мою берлогу, значит, нашёл и остальные. Люди у него свои должны быть, мог и наружку за квартирами оставить. Хотя мог не оставить.

– У тебя проблемы? – прямо спросила Жанна.

Удивлённо посмотрев на неё, я медленно покачал головой, с иронией сказав:

– Проблем у меня никогда не было, они были у тех, кто мне мешал.

– Это ведь кровь у тебя на одежде? Ты закрылся курткой, но на штанах были пятна и на футболке. Высохшие, иначе Ольга бы испачкалась, но точно кровь. Так ведь?

– Так, – согласился я. – Мисс Марпл в молодости, я в восхищении.

– Чья это кровь?

– Скрывать не буду. Не вижу причин. Кровь подростков пятнадцати лет в основном. Если бы проводилась экспертиза, то она бы определила, что там кровь нескольких человек. Я их наказывал, получилось немного кроваво.

– Оля, уйди. Уйди, я сказала!

Та убежала, но явно начала подслушивать под дверью.

– За что ты их?

– На них была серия довольно жестоких изнасилований, восемнадцать эпизодов, две жертвы покончили с собой. Наказал, отрывая средства насилия. Голыми руками отрывал. Не пришить теперь.

Жанна замешкалась, пытаясь понять, как на это реагировать, после чего уверенно сказала:

– Так им и надо. Как представила, что мою дочку, кровиночку, могли вот так вот… Они живы?

– Двое нет: одного жертва ножом, другого я в окно. Зачинщики и главные подстрекатели были.

– Туда им и дорога, – также уверенно заявила Жанна.

– Кстати, вернёмся к прошлому нашему разговору. Помнишь, я предлагал создать совместный бизнес?

– Помню, – кивнула та.

– Я привёз образцы товара, они сейчас на складе, определись, как вступить на рынок. Наличных я тебе подкину. Лучше работать через верхние слои общества. Да и купить, кроме них, товар никто не сможет. Это очень дорого, сделано для элиты. Увидишь товар, сама всё поймёшь.

– Я в ателье теперь работаю, не в том, из которого уволили. Клиенты за мной перешли, которые меня знают. Есть очень серьёзные люди с деньгами, они возьмут, если правильно подать.

– У меня было свободное время, и я наделал буклеты. Сейчас принесу, – сходив в спальню – при этом невольно стукнул кухонной дверью Ольгу по лбу, – я вернулся с буклетами. – Тут всё ясно написано.

– Как красиво, – восхитилась та. Развернув буклет в лист, она стала читать.

Тут поработали Перун и я, но всё же больше он, мои были лишь идеи. В буклете ясно говорилось, что выпускающая фирма нигде не значится и работает только с очень богатыми людьми и правительствами разных стран. То есть афишировать себя им не надо, они уже имеют свой рынок продаж, и кому нужно, о них знают. В буклете были фото товаров с описанием, технологией применения и его последствиями.

– Прочитала? – спросил я. – Вот второй буклет. Тут ткани, тебе будет интереснее, чем парфюм изучать, косметику и омолаживающие средства.

Изучив всё, что я ей дал, иногда ахая в восхищении, Жанна наконец оторвалась от буклетов. Ими завладела Ольга, тихо прокравшаяся на кухню, и спросила деловым тоном:

– Когда пробники будут?

– Вечером, как стемнеет, завезу. Когда пробная партия закончится – а разойдётся всё быстро, ты сама понимаешь, – если надо будет ещё, звони мне. Держи, это номер, на него никто никогда не отвечает. Как пойдут гудки, просто сообщи, что тебе нужно из товара и в каком количестве. Мне передадут. Понятно?

– Да, – кивнула та и убрала листок в карман передника.

В это время вдруг затрезвонил дверной звонок, заставив вздрогнуть обеих хозяек.

– Гвоздев пришёл, – усмехнулся я. – Оль, впусти его. Интересно узнать, почему он меня так активно ищет.

– А это не?..

– Нет, у меня много дел в Москве было, и все они пересекались с вашими законами, – ответил я на её недосказанный вопрос.

– Чаю налью, – сказала, вставая, Жанна, когда Ольга убежала ко входной двери.

– Было бы неплохо, – согласился я.

Поесть я уже успел, пустая тарелка из-под второго отодвинута в сторону, поэтому с благодарным кивком принял бокал с тарелочкой и сделал мелкий глоток.

– Восхитительно.

– Доброго дня всём присутствующим, – сказал прошедший на кухню довольно крупный мужчина в форме следователя, это был Гвоздев. За ним, пытаясь обогнуть то с одной стороны, то с другой, торопилась Ольга. Она лишь на кухне его обошла и встала за моей спиной.

– Присаживайтесь, я вам чаю налила, – предложила Жанна. – Виктор предупредил, что это вы пришли.

– Вот как? – следователь сел за стол напротив меня и стал изучающе разглядывать, помешивая ложкой чай.

– Я смотрю, за полтора месяца ссадины и синяки сошли. Хотя шрам на брови остался. Чем я так привлёк ваш интерес?

– Ну как же, такой интересный молодой человек не может не произвести впечатления своими действиями. Это я как профессионал говорю.

– Но он же только машину разбил! – возмутилась Ольга.

Видимо, она не смогла прослушать наш с Жанной разговор на кухне, мы тихо говорили, понизив голос, поэтому любопытная егоза крутилась рядом, пытаясь понять, что происходит.

– О-о-о, девочка, по сравнению с остальными делами этого юноши та история просто детская шалость.

– А что он сделал? – любопытство у той никак не унималось.

– А вот это тебе знать не нужно. Кстати, вы не оставите нас вдвоём?

– Конечно, – согласилась Жанна, бросив на меня острый взгляд. – Оля, идём.

Когда дверь за хозяйками закрылась, Ольга имела недовольный вид – не дали послушать. Следователь спросил:

– Те в подвале, они были не с Земли?

Я молча кивнул, сделав очередной глоток чая.

– Ты тоже инопланетянин?

Невольно фыркнув, я неопределённо покачал головой и утвердительно кивнул, отчего следователь глухо выругался. И, печально вздохнув, сказал:

– Спасибо. Спасибо, что позвонил нашим и вытащил из подвала с семьёй. Прибывший первым наряд сразу прошёл по кровавому следу волочения, нашёл на двери мой китель и спустился к нам. Долго не искали, путь в подвал чуть ли не стрелкой был нарисован. Нас освободили и отправили в больницу. С детьми в норме, психологи помогают забыть случившееся. Жена только переживает, что дочка обезображена на всю жизнь. Видел у неё на щеке ожог? До костей прожгли, твари.

– Могу помочь в этом. Отдаёшь мне дочку, через три дня возвращаю. Никаких шрамов не будет, – поставив пустой бокал на тарелочку, предложил я.

Следователь, не мигая, молча смотрел на меня странным взглядом, пока не спросил:

– Зачем вы тут?

– Конкретно я или эти?

– Все.

– Ну, я тут по делам, старые долги раздаю. А антарцы – это корпорация, занимающаяся добычей и торговлей людьми. Там у них людей с высокими показателями интеллекта очень мало, идёт медленная деградация. А тут такой аквариум по выведению уникумов. Их крадут, вывозят и продают на рынках. Спрос огромный. Работают тут около шестидесяти лет. Из рабства выбираются в люди единицы. Остальные так и… Не стоит говорить, как утилизируют рабов. Аппетит пропадёт.

– А ты, получается, не из этих?

– Из другого государства, где рабство официально запрещено, наши государства часто воюют, двадцати лет не проходит, чтобы не было очередной стычки или военного конфликта. Я тут как частное лицо.

– Почему они нам не помогут?

– А зачем? Это дикие пространства, тут ничего ценного, разве что людской резерв, но для нашей империи он не критичен. Не интересны вы никому, кроме работорговцев. Кстати, их сеть в России я зачистил, на них и местные работали, и на контракте из их империи. Групп было несколько: один в Сочи, один в Сибири, пара в Ростове, ну и в Москве. Главарей я при тебе зачистил, потом медцентр и ещё одиночка, препод в одном из университетов, шею ему набок положил.

– Жёстко, – прокомментировал следователь, но одобрительно. – А олигарх со своими людьми тебе чем помешал?

– Дорогу перешли, а я никогда не колеблюсь в устранении препятствий.

– Больница и пропавшая девочка-подозреваемая – твоя работа?

– Знаешь же, зачем спрашиваешь?

– Та женщина созналась в убийстве подростка, все улики показывают на неё. Его отец, я так понимаю, тоже твоя работа?

– Жалко её было, не люблю, когда кому-то должен, а тут волей-неволей сдал её. Подумал, и искупил перед ней свой поступок. Был у полковника, был у лучшего друга его сына, он, кстати, хорошо полетал в окно, ну и других дружков, что в этих развлечениях принимали участие, навестил.

– Убил?

– Последних не посчитал нужным, оторвал средства насилия.

– Не опасаешься мне вот это всё так рассказывать? А если у меня с собой группа захвата?

– Нет. Ты один приехал, на служебной машине с водителем, она внизу ждёт. Даже если бы спецназ привёз, я его без особых усилий и последствий для себя положил бы и ушёл. Кстати, наружки не было, тебе позвонила соседка с первого этажа и сообщила, что я пришёл.

– Хорошо работаешь, молодец, – с искренним уважением сказал тот. – Планами поделишься?

– Через месяц улечу обратно, но пока тут буду.

– Улетишь? Значит, судно у тебя есть?

– Боевой корабль. Тяжёлый крейсер, который одним залпом способен уничтожить всю Москву. Кстати, у работорговцев ничего подобного нет, у меня тут самая большая дубинка, и главное… я очень хорошо умею ей пользоваться.

– Значит, ты одиночка, без команды или экипажа, – смог сделать правильный вывод следователь, пребывая в задумчивости. – Работорговцы так и будут продолжать тут работать? Почему ты не выходишь на правительства?

– Думаешь, они не знают? Некоторые в доле и получают процент… Не дёргайся ты так, в России чиновники используются втёмную, работорговцы осторожно тут работают. Тем более сеть я их уничтожил.

– Только в России?

– Я тут работаю, остальные мне не интересны.

– Почему работорговцы просто не захватят нас? Как я понял, для них это раз плюнуть.

– Это так, но захватывать не имеет смысла. Нужно выделять средства на содержание и всё остальное, включая охрану. Это съест часть прибыли, а антарцы деньги считать умеют. А тут вы сами разводитесь и плодитесь, знай самых лучших выдёргивай из косяка. Знаете, как рыбак рыбачит?

– Догадываюсь, – угрюмо ответил следователь, после чего спросил: – Ты вправду девчонку от СПИДа вылечил?

– Хм, выпытали? Удивлён. Да, вылечил. По одной из своих профессий я имею специализацию врача третьего ранга. Всего их три, с третьего по первый, последний, как вы понимаете, самый высокий и высокооплачиваемый. С тем оборудованием, что у меня есть, можно делать всё, даже клонов выращивать. Те умершие в тюремных больницах как раз клоны. Зеков в рабство отправили.

– А утерянные конечности? – загорелся в глазах следователя огонёк.

– Также без проблем, только занимает куда больше времени. Там от повреждений зависит.

– Обеих ног ниже колен нет и позвоночник всмятку.

– Мина, – понимающе кивнул я. – Афган, Чечня?

– Последнее. На грузовике подорвался в конвое.

– Не проблема, две недели, и будет как новенький.

– Какая плата?

Я в недоумении пожал плечами, как-то не задумывался над этим вопросом, о чём честно сообщил:

– Да у меня всё есть, ничего не нужно. Помощи тоже не надо, мешать только будете. Разве что постарайтесь до моего отлёта обо мне забыть.

– Если информация о вас случайно уйдёт на сторону?

– Да плевать я на это хотел. Если вы надеетесь на телефон и диктофон в своём кармане, то они не работают и ничего не записали. Оборудование нового поколения и не такое может.

– Да уж, – вздохнул Гвоздев. – Насчёт дочки и брата жены я подумал и решил согласиться. Когда вы можете приступить к их лечению?

– Сегодня ночью. Вывезете их за город и встаньте где-нибудь на безлюдной второстепенной дороге, я вас сам найду. Часам к одиннадцати.

– Понял, буду ждать.

Рукопожатие у следователя оказалось очень крепким, он кивнул и, открыв дверь, направился в прихожую. Встав, я подошёл, опёрся левым плечом о косяк и посмотрел, как он собирается.

– Гвоздев, – позвал я, когда он уже открывал дверь. Хозяйки, услышав шум, который мы производили, тоже вышли в коридор. – Ты дело ведёшь, серию об убитых молодых девушках. Убийцу ты знаешь, разговаривал с ним в цветочном магазине вчера вечером, опрашивал.

Молча кивнув, следователь вышел, а я несколько отстранённо посмотрел на хозяек, после чего тряхнул головой и спросил:

– Постиралась одежда?

– Машина стихла, значит, выжала, можно вынимать, – кивнула Жанна и, посмотрев на Ольгу, спросила: – А ты почему ещё здесь? Марш на тренировку!

Пока я доставал одежду из машинки, Ольга быстро собралась и убежала с большой спортивной сумкой, перед уходом попросив больше не пропадать.

Когда та ушла, Жанна заперла дверь, несколько секунд пребывала в задумчивости, бросая взгляды на меня от входной двери. Я при свете лучей солнца придирчиво осматривал брюки, не остались ли следы крови, поэтому видел её хорошо. А одежда хорошо постиралась, но была чуть влажная, поэтому я повесил её на верёвки в ванной. На выходе ко мне прижалась Жанна, бюст у неё оказался не только на взгляд, но и на ощупь упруговолнующим, и, глядя мне в глаза, стала развязывать пояс моего халата. Противиться я не стал, женщина мне нравилась, и я бы сам чуть позже перешёл к активным действиям, но если не успел, что ж, отдамся этому любимому делу с головой.

Тяжело дыша, Жанна оторвалась от меня и перекатилась на спину. Кровать в спальне, как я уж говорил, была широкой и позволяла резвиться как душе угодно. Когда она перевела дыхание, то спросила, положив мне правую руку на грудь и слегка поцарапав:

– Два часа, я уже мокрая от пота, дыхание сбила, а ты всё живчик, и дышишь, как будто ничего не было. Хотя вижу, что ты ещё можешь.

– Могу, – согласился я. – Только загонять тебя не хочу.

– Какое загонять, у меня после смерти мужа полтора года никого не было. Не хотела, просто память о муже мешала. Любила я его очень.

– Значит, хорошим мужиком был, – ответил я и стал ласкать хозяйку, пока она снова тяжело не задышала, но тут щёлкнула дверь в прихожей.

– Ольга с тренировки вернулась, – ахнула Жанна и стала судорожно собираться, но успела лишь накинуть на себя одеяло, когда дверь открылась. А я так и лежал обнажённым. Ольга молча осмотрела нас, вздохнула и закрыла дверь.

– Ну вот… – что-то хотела сказать Жанна, но замолчала, как-то заторможенно глядя в угол спальни.

– Мне собираться пора, вечер уже, да и планы есть. Если что, я в ванную.

После душа я оделся и вышел в прихожую с сумкой в руках. Ольга так и не появилась, но вышла Жанна из её комнаты.

– Расстроилась. Разговаривать не хочет, – вздохнула она.

– Подростковая влюблённость. Быстро пройдёт, – ответил многоопытный я. – Вечером жди с пробным товаром. Как связь держать, я сказал.

– Хорошо. Буду ждать.

Покинув квартиру, я спустился по лестнице, проигнорировав лифт, и вышел во двор, после чего широким шагом направился в сторону выхода к ближайшей улице. Мне нужно было поймать машину. У меня были планы навестить прошлую семью, но подставлять их так не хотелось, и так они уже в зоне подозрений. Тот же Гвоздев выйдет на них по двум разным эпизодам и сложит два и два, что мой интерес у этой семьи крутится. Этого мне не надо, так что будем продолжать помогать со стороны. А в данный момент я направлялся к тем торговцам оружием, хотел ещё приобрести некоторые образцы. На связь тот вышел без проблем, опознал и договорился о встрече, как в прошлый раз. Тоже в сквере, но в другом.

Когда я уже подъезжал, Перун, мониторивший обстановку вокруг меня и знающий, куда я направляюсь, вдруг сообщил, что продавца доставили в наручниках и посадили на скамейку, а сквер окружают. В операции задействовано около сорока человек, и это не полиция.

– Федералы на меня вышли, – понимающе усмехнулся я. – Через продавца, значит, взять хотят? Ну-ну… Шеф, мне позвонили, встреча отменяется, едем дальше, я покажу, куда.

Машина, уже начавшая тормозить, чтобы остановиться, прибавила газу и покатила дальше. К сожалению, такси не было тонированным, и похоже, меня опознали. Увидели такси, взяли под наблюдение, а тут оно, мигая поворотником и притормаживая, вместо того чтобы закончить манёвр, вдруг начало разгоняться, да и меня было видно. От тротуара сорвались две припаркованные машины и отъехал большой микроавтобус, видимо с группой захвата.

– Шеф, похоже, придётся погонять. Справишься?

– Не понял, – сказал тот, потом заметил в зеркала заднего вида погоню, а у меня ПМ в руках, и пробормотал: – Понял.

– Гони, – велел я ему и, открыв заднее окно, высунул руку и начал стрелять назад.

Три пули – и две машины сошли с дистанции с пробитыми шинами, но упорно держались вдали, не теряя меня из виду. Это были одна легковушка и микроавтобус, вторая, виляя, чтобы я в неё не попал, продолжала следовать за нами. Когда я уже уверенно держал её на прицеле, такси вдруг резко затормозило, отчего меня кинуло на спинку переднего сиденья и слегка ошеломило. Послушался звук отпираемой и захлопнувшейся двери. Водитель сбежал. Быстро посмотрев на приборную панель, я только поморщился – ключи он забрал. Подхватив упавшую на пол сумку, я вышел из машины, посмотрел на вставшую поперек машину преследователей, за которой они прятались, вдали были видны две оставшиеся, медленно приближающиеся. Вскинув руку, я прострелил колёса этой машине и, закинув сумку за спину, направился в парк, перепрыгнув через забор ограждения. По счастливой случайности – водитель остановил машину у какого-то парка – шанс уйти был.

Скрывшись среди деревьев, я перешёл на бег, нужно было добраться до другой стороны раньше преследователей. Судя по крикам и командам, прибывшая помощь начала организовывать оцепление. Я не успел, на моих глазах полицейские машины останавливались и блокировали парк, полицейские выставили оцепление. Потыкавшись в разных местах, я везде видел вооружённых людей. Если кто думает, что я был в панике или на взводе, то он ошибается, я был полностью спокоен, так как не видел причин пребывать ни в той, ни в другой эмоциях. Ну, сдамся в крайнем случае, а потом при конвоировании сбегу. Вообще проблем не вижу.

Выйдя на тропинку, я сел на скамейку, расслабленно откинулся на спинку и закинул одну ногу на другую. Больших водоёмов я в этом парке не обнаружил, кроме двух фонтанов, под водой не спрячешься, а я ведь мог не дышать почти сутки. Лес редкий, не укроешься, к тому же его наверняка будут прочёсывать с собаками. Если только попробовать под землю уйти, пара колодцев мне попались. Главное, на канализацию не нарваться, нужны те ходы, что славятся среди диггеров.

Первый колодец имел неслабый смрад – канализация. Второй я нашёл дальше, позади какого-то памятника. Вот тут было интересно, причём по следам я обнаружил, что через этот люк часто ходят. Положив сумку рядом, я спустился до пояса, потом подхватил сумку, одной рукой закрыл люк и начал спускаться. Место, где я спустился, быстро найдут, поэтому стоит поторопиться.

Достав из баула подствольный фонарь для «Бизона» – это фактически был прожектор, – я включил его, осмотрелся. Туннель был в виде арки из старого красного кирпича. Я направился налево. Люблю ходить налево.

Шёл долго, часто поворачивая в разных местах, чтобы сбить со следа. Дважды в какие-то проломы чуть не падал, опасное это место – подземелья. Заметив железную лестницу с перилами, что шла наверх, я поднялся, потыкался в запертую железную дверь и, срезав ножом замки, прошёл в помещение тамбура. Тускло горела лампочка под потолком, поэтому я выключил фонарь и убрал его пока в карман. Открыв дверь – тоже пришлось виброножом воспользоваться, – я оказался в каком-то подъезде жилого дома. Причём там был у входа массивный стол и сидела старушка-консьержка. Действовал я тихо, это проникновение она не заметила, продолжала сидеть и читать журнал, используя очки с толстыми линзами в оправе. Это дало мне возможность тихо прикрыть дверь – хорошо, что петли смазаны были – и задуматься, как мимо неё пройти. По виду было понятно, что цербер. Увидит меня и в сумку и вцепится. Тут что-то другое нужно, неожиданное и незаметное. На столе ещё стоял телевизор, куда, по-видимому, шли картинки с камер. Достав бинокль, я приблизил изображение. Так и есть, две с улицы, одна с чёрного входа и последняя в лифте.

Вздохнув, я достал игольник, перевёл боезапас на сонные иглы и, прицелившись, выстрелил. Громко хлопнув себе по ляжке, старушка продолжила читать, но буквально через секунду клюнула носом и легла на столешницу. Подбежав к ней с инъектором в руках, я сразу ввёл в тело лекарство, блокирующие снотворное. Причём через голову, чтобы не было заметно среди волос укола, и вышел из парадной. Запись камеры явно не ведут, всё идёт напрямую к консьержке. Так что не думаю, что она поднимет панику. Да и проспит меньше минуты, я успею уйти. Подумаешь, пару раз клюнула носом и вздремнула малёха, в таком возрасте бывает.

Отойдя от парадной, я сразу поднял руку, встав на краю тротуара, чтобы поймать попутную машину. Остановилась старенькая иномарка.

– Куда, шеф? – поинтересовался водитель, выглядывая в открытое со стороны переднего пассажира окно.

– Тут недалеко, тысячу даю.

– Полторы.

– Поехали, – согласился я.

Бросив сумку на заднее сиденье, я сел сам и, захлопнув дверь, посмотрел на удивительно большое дуло пээма, который направлял на меня водитель. С этой стороны калибр у пистолета кажется куда больше, чем он есть на самом деле.

– Все деньги забрать хочешь? – осторожно поинтересовался я.

– Смешно, – усмехнулся тот. – Я опер. На твои поиски всех подняли, я в отдел ехал, дежурный сегодня, а тут смотрю – полная копия словесного описания из ориентировки голосует. Даже не поверил своей удаче.

Мгновенно выбросив руку вперёд, я забрал оружие из рук полицейского. Движение тот не засёк, только удивлённо посмотрел на свою руку и на то, как я, насмешливо на него поглядывая, кручу на пальце его же табельное оружие.

– Э-э-э, впечатлён, – протянул тот, быстро приходя в себя. – Что делать будем?

Выкинув из рукоятки магазин на пол, я передёрнул затвор, выбрасывая неизрасходованный патрон, после чего протянул руку:

– Запасной.

Тот передал мне запасной магазин, его я тоже бросил на пол, а пистолет рукояткой вперёд протянул ему, пояснив:

– Табельное, наказать могут. Поехали, я покажу дорогу.

Опер кивнул и, запустив двигатель, осторожно тронул машину с места. Ехали мы недолго, когда тот вдруг нарушил молчание:

– Мы оба профессионалы и понимаем ситуацию. Поэтому ответь, как расстанемся?

– Вырублю не калеча, – успокоил я его. – При нажатии на некоторые точки люди засыпают на продолжительное время.

– Ну, это ещё ладно, это можно.

– Вот тут останови, – попросил я, заметив, что мы въехали в нужный район. – Слышь, капитан, ты того регулировщика не знаешь, которому я из рук пистолет выбил? Покалечился он вроде.

– Лично не знаю, но сводки читал, руки повреждены, ещё осколком от пистолета в подбородок попало, зубы повредило, – припарковавшись и заглушив машину, ответил тот.

– Значит, не показалась кровь на лице, – задумался я. – Слушай, а ты бы ему по-тихому не мог компенсацию от меня передать, денежную? Нехорошо получилось. В принципе он сам виноват, предупреждающий не сделал, но всё равно на службе был.

– Не, после встречи с тобой я на подозрении буду. Подставляться не хочу. Лучше сам как-нибудь.

– Понял твою позицию, ладно, прощай.

Нажав на две точки на шее опера, я вырубил его. Хорошо вырубил, на несколько часов. Сняв с его пояса наручники, пристегнул к рулю, чтобы меньше трясли за то, что упустил меня. Покинув машину, я направился в московские дворы. Тут такая путаница, что легко затеряться. Достав на ходу планшет, я отправил вызов на «Скорую». Как только ответили, сообщил:

– Я только что видел, как мужчина, сидевший в машине, вдруг схватился за сердце и упал лицом на руль. Он не шевелится, а я боюсь к нему подходить. В медицине ничего не понимаю.

– Сообщите адрес и номер машины.

– Конечно-конечно… – ответил я и быстро продиктовал адрес и номер машины опера. Мало ли, пусть ему окажут квалифицированную помощь, трупов на мне и так хватает.

Убрав планшет обратно, я связался с Перуном и велел ему найти данные того регулировщика. Если есть возможность, почему не помочь человеку, пострадавшему на службе, тем более по твоей вине.

Перун выполнил приказ достаточно быстро. Он не только дал его данные, но и сообщил, в какой больнице лежит, номера телефонов самого и его жены. Определившись, где тот лечится, я поймал частника и попросил его отвезти меня к Склифу, именно там лежал раненый. На подъезде я набрал номер жены пострадавшего полицейского.

– Здравствуйте. Людмила Иосифовна? Это вас сослуживец вашего мужа беспокоит. Мы тут с ребятами скинулись, решили поддержать вас материально, и я везу всю сумму. Вы ведь сейчас с мужем в больнице находитесь?

– Да, нас завтра выписывают, я ему одежду привезла, – несколько растерянно ответила та. – Но подождите, ребята же уже собирали деньги и нам передавали.

– Это дополнительно, Серёга ведь ещё сколько на больничном будет, а кормить он вас должен, вот помогаем с этим. Вы выйдите к парадному входу. Я сейчас туда подъеду и всё вам передам. А Серёгу не беспокойте, потом сообщите о нашей встрече. Хорошо?

– Я у него в палате, он всё слышит.

– Ну, тогда привет герою. Я вас внизу жду, поторопитесь.

– Сейчас буду.

Частник меня высадил, взял плату, какую запросил, и уехал дальше, а я, придерживая сумку, направился к Склифу. Фотографию женщины – из социальных сетей – Перун мне скинул на планшет, поэтому я издалека опознал её, ещё на подходе.

– Доброго вечера, Людмила Иосифовна, – снова поздоровался я, подойдя ближе.

Та смотрела в другую сторону, поэтому вздрогнула, услышав близкий голос за спиной. Обернувшись, она удивлённо осмотрела меня.

– Вы моложе, чем я думала.

– Выгляжу на столько, сколько есть, – усмехнулся я, доставая из сумки полиэтиленовый пакет с чем-то тяжёлым и квадратным. – Вот, тут полтора миллиона рублей. Хватит и на реабилитацию, и на лечение.

Та приняла пакет, прижимая его от растерянности к груди, но вдруг замерла, пристально меня разглядывая. Уже начало темнеть, вот-вот на столицу опустится ночь, но ещё вполне было различимо.

– А я вас узнала, это вы стреляли в моего мужа.

– Я, – согласился я, не став скрывать истину. – Передайте ему, чтобы в следующий раз делал предупредительный выстрел. А деньги – извинение ему от меня. Заслужил, не струсил и вмешался. Скатайтесь на море, отдохните. Развейтесь. В любом случае вы сами знаете, как ими распорядиться. У вас ведь дочери есть, их тоже одеть-обуть надо.

– Вас же ищут, – немного растерянно ответила она и мельком обернулась. Заметив, что с балкона второго этажа за нами наблюдает мужчина в пижаме с сигаретой в руке, я помахал ему. Это был Сергей, тот самый регулировщик.

– Конечно ищут, сегодня дважды чуть не поймали, ФСБ и один опер наглый. На хапок меня взять хотел. От федералов ушёл, а опера вырубил. Без вреда, даже «скорую» ему вызвал. Ладно, вы идите к мужу, а то он нас излишне пристально разглядывает, как бы не заподозрил чего, да и мне пора. Дела, знаете ли.

Женщина, часто оглядываясь, направилась ко входу в больницу, а я к выходу с территории. Там благополучно поймал частника – что-то такси не было – и договорился, что он отвезёт меня к парку, в озере которого я спрятал катер.

Доехав до места, я расплатился и углубился на территорию. Наверное, я пребывал в излишней задумчивости, этот день, казалось, никак не закончится, столько событий было, поэтому не сразу заметил, что стал объектом пристального внимания группы молодёжи. Трое спереди, двое блокировали сзади.

– Эй, спортсмен, телефон позвонить есть? А то так курить хочется, что тёлку снять не на что.

– Смешно, – сказал я юмористу. – Я даже рад, что встретился с вами. На душе муторно, так и хочется кому-нибудь рожу набить, размяться. Ты меня понимаешь?

С щелчком из рукоятки выскочило лезвие ножа, и говорливый пару раз махнул рукой, показывая быстроту.

– Ну что, спортсмен, потанцуем?

– Знаешь, – задумчиво сказал я. – Проктологу будет сложно извлечь его из тебя.

Первыми атаковали те двое сзади, решив взять меня на захват, они же первые и упали, удары я не сдерживал, головы лопнули, как переспелые арбузы, от мощных ударов кулаков. После этого я принялся за остальных. Ещё два трупа и нож по рукоятку в заднице говорливого. Однако произошедшему я был рад. Сбросил с дракой всё, что накопил в душе за этот день, сплюнул и пошёл к озеру. На подходе катер поднялся из воды и, шурша двигателями, завис на берегу. Дальше понятно. Я подготовил три сумки с пробным товаром для Жанны, чтобы потом не искать, и взлетел, направившись к её дому. Уже давно наступила ночь и, несмотря на сияние огней Москвы, летел я спокойно. Как раз эти самые фонари и мешали смотреть вверх, ослепляя.

Катер я поначалу хотел оставить на крыше, спустившись через чердак, однако крыша у них была вполне освещена, к тому же рядом дом стоял на пару этажей выше. Поэтому я просто приземлился на совершено тёмный участок двора и поставил катер на пустое место парковки. Кто на него внимание обратит в темноте? Прихватив все три сумки – в одну положил пачку денег, ровно миллион на развитие, – я поднялся к рыжим и позвонил в дверь. Встретила меня Жанна, провела в зал и стала принимать товар, включая деньги. Насупившаяся Ольга зашла чуть позже, но с не меньшим интересом стала изучать всё, что я принёс. Особенно долго она крутилась у зеркала, прижимая к груди то одну материю, то другую. Я несколько тюков принёс, они произвели изрядное впечатление на Жанну.

– Это вам подарки, – протянул я каждой по косметическому набору. Те на них и так облизывались, как кошки на сливки, так что я порадовал их таким подарком.

В общем, мы закончили, Жанна хотела всё задокументировать, но я остановил её, тут всё было на доверии. После этого мы попрощались, так как я сразу сообщил, что меня не будет продолжительное время. Появлюсь, если нужно будет закинуть очередную партию товара. Цены я назвал, для них дорого, но это того стоило.

Вернувшись во двор, я сел в катер и стал ждать, пока со двора не исчезнет парочка с двумя детьми, они грузились в машину, причём делали это долго и со включенными фарами. Начну взлетать, заметят. Как бы то ни было, они наконец погрузились под матюги мужика, плач дочки и ругань жены, после чего уехали. Стремительно подняв катер на пятисотметровую высоту, я повёл его по сигналу мобильного Гвоздева за город. Машину я нашёл сразу. Действительно, на пустой второстепенной дороге стояла, и никого рядом. Опустив катер позади его машины – поставил на опоры прямо на асфальт, – я вышел из катера и пожал руку вышедшему из машины следователю.

– Ты им ничего не говорил? – уточнил я.

– Нет, как и просил, сказал, в одну очень хорошую клинику едем.

Подойдя к машине, я открыл дверь и кинул внутрь гранату. Сразу же захлопнул дверцу.

– Это что?! – крикнул Гвоздев и пытался прорваться к машине, но я его остановил.

– Успокойся, простая граната с сонным газом. Не хочу, чтобы они обо мне знали, сам будешь потом выпутываться, когда их сонных после восстановления привезёшь домой… Всё, уснули, часов на пять хватит, давай помогай грузить. Дочку в багажный отсек, я там спальник расстелил, по размеру ей как раз будет, а шурина в салон, пристегнём его ремнями.

Гвоздев осмотрел сначала своих, убедился, что они живы и дышат, газ в салоне уже растворился, «незаметно» для меня прибрал корпус гранаты и помог перенести тела в катер. Дочку-то он сам нёс, а вот шурина вдвоём, ещё тот лось оказался. Я бы его и один унёс, вес его для меня ничто, просто неудобно тащить, а вдвоём сподручнее.

– Ну, давай, – протянул я ему руку. – Как кто из них будет готов к возвращению, сообщу. Но всё же советую вернуть их одновременно, как и забрали. Шурина твоего я посмотрел, работы там дней на одиннадцать, так что через одиннадцать дней жди нас обратно, я позвоню предварительно. У дочки ничего серьёзного, часов шесть восстановления, но пусть лежит. Она это перенесёт без вреда, хоть неделю, хоть месяц. Вспомнит только момент, как вы тут остановились. Помимо этих ран я подчищу их организмы, здоровыми сделаю, а то у вас тут больно много химии в воздухе летает.

– Что есть, то есть, – согласился следователь. – Буду ждать звонка. Жене я ничего не говорил, лишь версию о закрытой военной клинике выдал.

– Ну и хорошо. Всё, давай… Ах да, если что, держи номер для экстренной связи, позвонишь на него и, не обращая внимания на гудки, продиктуешь текст, он до меня дойдёт, там я сам свяжусь.

– Хорошо.

Мы попрощались и разошлись, я взлетел, а следователь, проводив взглядом улетевший катер насколько мог, поехал домой. Вот я перестал взлетать и опустил машину дальше. При Гвоздеве что-либо колоть пациентам было опасно, что-то он уж больно нервно реагировал, когда я их усыпил. А так вколол снотворное, хватит часов на десять, и уж потом полетел на «Нохан». Добрался нормально.

Дальше понятно. Медицинские дроиды извлекли пациентов из катера, уложили на гравикаталки и доставили в госпиталь. Проведя полную диагностику организмов, я отметил проблемные участки, после чего поместил обоих в реаниматоры и запустил лечение. Парень действительно будет восстанавливаться одиннадцать дней, тут я всё подсчитал правильно, ну а девочку после излечения введут в коматозный сон, и она эти одиннадцать дней проспит, не выходя из капсулы. Вот и всё.

Я же занялся своими делами. Подготовил товар для Жанны, сложил кофры и баулы, куда всё расфасовал на лётной палубе, а сам на вторые сутки лёг в обучающую капсулу поднимать те базы, которых у меня ещё много было не доученных.

Поднял меня Перун, он имел такую возможность. Сонно посмотрев на поднявшуюся крышку капсулы, я вежливо спросил, даже не делая попытки пошевелиться:

– Ну, и какого меня подняли? Три дня всего учился.

– Вам, капитан, сообщение с Земли. Абонент Жанна делает особо срочный заказ на весь список товара.

– А-а-а, – протянул я, зевая. – Распробовали, значит? Это нормально.

Покинув капсулу, я сел на кушетку и стал читать сообщение от Жанны, которое Перун отправил мне единым файлом на нейросеть.

– Да-а, – протянул я. – За один рейс я всё не увезу. Придётся челнок брать, а у него система маскировки не такая совершенная, как у катера. Хм, надо подумать. Надо связаться и уточнить количество, а то мне цифры кажутся излишне завышенными. Кстати, Перун, ты должен был отслеживать все действия Жанны. Она была в себе, когда это сообщение отправляла?

– Я поэтому вас из капсулы и поднял, что ситуация может выйти из-под контроля. Всё, что было у неё в наличии, уже ушло, более того, клиенты даже заплатили аванс за ещё не доставленный товар. Ваш компаньон действительно завысил количество требуемого товара, но не так и сильно.

– Давай реальные цифры, – велел я и, получив их, хмыкнул. – Ну, вот это нормально, это я и на катере увезу, даже запас будет. А я ещё хотел малую Гвоздеву отвезти, отцу на руки передать, нет уж, пусть дальше в капсуле спит, вместе с дядей передам. Тому ещё шесть дней лежать.

Одевшись, я прошёл к себе в апартаменты и, взяв планшет, который всегда беру, отправляясь на Землю, вызвал Жанну. В Москве сейчас пять дня, так что не спит. Та взяла трубку сразу же, знала, что если номер не определяется, то это я.

– Привет, – поздоровался я. – Судя по твоему сообщению, дела идут?

– Ещё как. Первыми омолаживающие комплекты берут, расхватали сразу, и очереди уже на двенадцать человек. В ней самые-самые, которые в телевизорах и в газетах на слуху. Ты когда будешь со следующей доставкой?

– Я не в России, поэтому, сама понимаешь, лететь долго, но если чартерным рейсом, то за восемь часов доберусь. Только не по списку, за раз всё не смогу доставить, следующий завоз будет дня через три.

– Сколько будет? – деловито поинтересовалась рыжая.

– В три раза больше, чем пробная доставка.

– Немного меньше, чем я рассчитывала, но в размеры укладываемся. Хорошо, буду ждать. Кстати, что мне делать с деньгами? Половина наличностью прямо тут, остальные на моём банковском счету.

– Среди клиентов есть банкиры? – подумав, спросил я.

– Четверо, ещё у троих жёны мои постоянные клиентки по пошиву платьев и другой одежды, они много что набрали.

– Переведи все деньги в слитки платины. Банкиры, думаю, тебе смогут в этом помочь, за небольшие комиссионные. Трать, не думай. Кстати, советую и тебе все деньги перевести в платину, потом поймёшь, почему. Да и банкирам можешь это шепнуть через жён, мол, через год все их деньги обесценятся, золото тоже, а вот платина цену не потеряет, даже выше поднимется. Но говори, когда мне слитки приобретёшь. Справишься?

– Думаю, да, знаю, к кому насчёт этого обратиться. Одна банкирша с Севера, у неё большая часть украшений из платины, говорила, что у её мужа прииск.

– Отлично, решай все вопросы по этому поводу с ней. Пообещай ей, что эти слитки больше нигде не всплывут и к ним не приведут. Жди меня часа в два ночи. Примерно так.

– Хорошо. Буду ждать. Я даже с банкиршей поговорить успею.

– Удачи.

– И тебе.

– Слышал? – спросил я у Перуна, отключая планшет.

– Катер уже заправлен и готов к погрузке и вылету.

– Тогда летим, дело есть дело.

Быстро собравшись, я направился на лётную палубу, там согласно списку собрал нужный товар – раз берут хорошо, то нужно этим пользоваться, – закинул всё в грузовой отсек и пассажирский, с сомнением осмотрел и решил, что влезет ещё один баул. Тесно будет, ну и ладно, всё равно я собирался весь полёт проспать. Искин хорошо держал катер на маршруте, и я всегда спал в это время, занимался только взлётом и посадкой.

Всё-таки лишний баул влез, хотя сидеть мне теперь было неудобно, на правый бок давило. Вылетев с лётной палубы, я в течение двух часов бодрствовал, висел в интернете, изучая последние новости. Много интересного узнал, о себе тоже. Искали ух как, но на Жанну пока не вышли, то есть было безопасно у неё появляться. Груздев молодец, подстраховался, прикрыл её.

Сам полёт прошёл без проблем, я проснулся, только когда катер начал входить в плотные слои атмосферы, его искин облетел планету и заходил как раз на Москву, так что пришлось брать управление на себя. Не то чтобы это было так необходимо, искин и посадить может, было бы указано где, просто я и сам полетать любил, чувствуя, как машина реагирует на все твои мысли или движения, если в ручном управлении.

В Москве была ночь, и, несмотря на то что из-за постоянного света, фонарей, реклам и всего остального пролетать над ней незаметно довольно сложно, я всё же умудрялся это сделать. А дело в том, что я практически падал, тормозя у самой земли и совершая посадку, или взлетал так, что катер от скорости трещал корпусом. Тогда есть шанс, что мой прилёт пройдёт незамеченным. Так-то оно, конечно, безопаснее совершать посадку за городом и добираться до Жанны на машине, но время терять не хотелось. Сел я в том же тёмном дворе, убедился, что дом спит, позвонил Жанне, та ждала, и в три захода всё перетаскал к ней в квартиру, бегая обвешанный баулами и сумками. Кстати, Жанна ими уже интересовалась, очень они её удивили. Причём не одну её, оптовому покупателю, которая купила товара на шестьсот тысяч евро, подарила такой баул с непонятным для них логотипом. А причина удивления была в том, что повредить баул не получалось – ни ножом, ни огнём. Она об этом всем покупательницам говорила, которым баулы давала.

Ольга спала, поэтому, жадно поцеловавшись в прихожей, мы прошли в спальню – и она, и я хотели друг друга. Правда, задержался я всего на два часа, после чего крепко поцеловал Жанну, покинул квартиру и вылетел обратно, через восемь часов добрался до крейсера.

Слетал я всё ж не зря. Пока мы миловались, Жанна шёпотом описала, как вступала в новый для неё бизнес. Пришлось уволиться из ателье, купить нормальные швейные машины и установить их в спальне – они в углу стояли двумя тумбами. Вот так вот, сообщив своим клиенткам и шести клиентам, которым шила костюмы, что у неё есть для них удивительная ткань, которая поразит всех, она добилась успеха. В назначенное время на дом приезжали клиенты, Жанна расписала посещения так, чтобы они не сталкивались, и те, восхищённо ахая, выбрали себе фасоны кто платьев, кто костюмов. Двое заказали костюмы из зеркальной ткани, вроде той, из которой мой был пошит, когда я впервые ступил на Землю. Жанна меня похвалила, что догадался вместе с рулонами ткани привезти и нитки, так что дело пошло. Ну, а во время примерок она щебетала и рассказывала о парфюмах, о косметике и, главное, об омолаживающих комплектах, которые простым смертным не купить, а через неё можно. Причём те были универсальны. Их могли использовать как мужчины, так и женщины, противопоказаний не было. Часть решила подумать, часть взяли сразу, посчитав, что за такие деньги предлагать фигню не будут, и выплатили аванс. Распробовали, увидели, что с ними стало на следующий день после приёма, ну а дальше как снежный ком. Рассказывали о чудо-средствах только своим и только по знакомству, об этом просила Жанна.

Жанна была умной девочкой и понимала, что это долго продолжаться не может, ещё немного, и на неё выйдут такие люди, тягаться с которыми она не сможет. Так что поговорили мы и об этом. Поэтому я посоветовал ей вкладывать все средства в слитки платины, пообещав увезти её в безопасное место. Не уточнив, в какое. Самое забавное я собирался выполнить своё обещание, только вот этим безопасным местом посчитал Содружество, я хотел её отвезти в империю Антран и помочь с прохождением через Центр беженцев. Ну, а собранные средства помогут ей в новом мире крепко встать на ноги, по крайней мере, купить дом и начать своё дело, средств у неё должно хватить. Вот такие дела.

Следующие шесть дней прошли в принципе так же без особых проблем, я дважды доставлял Жанне товар – аппетиты московских небожителей росли, как и вырученные за эти средства. В последнюю поездку я привёз на крейсер контейнер, набитый килограммовыми слитками платины. Я их просветил техническим сканером, и тот показал, что это именно тот металл, что мне нужен. Небольшие примеси, конечно, были, но на качество они не влияли. Примут такие слитки в Содружестве, ещё как примут. Всего было сорок два слитка. Думаю, ещё пара недель, и нужно закрывать лавочку, Жанну ещё не трогали, но скоро захотят наложить руку на этот денежный поток. С другой стороны, мы продали всего половину того, что я привёз. Так что кто захочет наложить лапу на наше дело, тот по лапе этой и получит. В общем, долю свою я получил в металле и был доволен. Теперь понятно, почему торговцы охотно ведут свои дела в Диких мирах. Да я на том, что уже заработал, в сто раз поднял прибыль. То, что нам удалось заработать, стоит как половина моего крейсера со всеми его запасами. Намекну, стоимость этого товара, который я купил, если перевести на платину, получится половина слитка, а у нас уже около ста, если и долю Жанны считать. Кстати, она меня послушалась и переводила все деньги в платиновые слитки. Там ещё её свекровь возникала, мол, много людей на её квартиру шастает, мол, они квартиранты, так Жанна дала ей сто тысяч рублей, и той уже несколько дней нет. Понятливая бабка, когда нужно.

Вот примерно так всё и происходило. Сегодня заканчивалось восстановление шурина Гвоздева, и я собирался его вместе с племянницей возвращать обратно в руки следователя. Тот за всё время только раз связывался со мной, спрашивал, как дела, ответил, что в норме. А теперь я сам позвонил ему.

– Гвоздев.

– Это Виктор. У меня всё готово, пациенты в полном порядке. Когда встретимся для передачи?

– Сегодня ночью там же?

– М-м-м… да, успеваю. Только на три часа позже. Нормально?

– Да, я буду ждать.

– Тогда до встречи.

Я собрался и, дистанционно управляя меддроидами, извлёк из капсул обоих пациентов. Им уже ввели снотворное, десять часов проспят, и на каталках отправили к катеру. Потом была погрузка, и мы вылетели к Земле. Через три недели я собирался покинуть Солнечную систему, поэтому хотел закончить свои дела и спокойно смотаться отсюда. В принципе, кроме того злополучного рейса, ничто меня тут не держало.

В системе было два транспорта работорговцев, что заполняли трюмы капсулами с рабами. В России они не работали, это так, но на днях пытались заново развернуть сеть, ещё трупы – и они окончательно исчезли с горизонта. Уже сообразили, что в эту страну им лучше не лезть. Добрался я до планеты, так и не попавшись им на глаза, потом спустился рядом с ночной, но яркой из-за огней Москвой и аккуратно посадил катер на опоры на асфальтовую дорогу. Опять ночь, опять тот же старый внедорожник и снова следователь, что ждёт меня у открытой двери. Больше как вблизи, так и вдали никого не было, только пара зайцев, и всё.

– Здорово, – первым протянул руку следователь. – Как мои?

– Да спят, как сурки. Ещё часа два проспят, – пояснил я. – Сами проснутся, лекарство выйдет из организма естественным способом. То есть с мочой.

– Подождём, хотелось бы удостовериться.

– Это долго ждать надо, – усмехнулся я. – Давай переносить.

Сперва Гвоздев перенёс на заднее сиденье дочку. Я видел, как он в салоне при свете плафона осматривает её лицо. Увиденное его явно удивило, никаких следов. С шурином он ещё больше удивился: ноги были на месте. Он их трогал, закатывал штанины до колен – нормальные ноги. Даже пощипал, от чего шурин дёрнул ногой во сне.

Мы проболтали о том о сём около часа, когда я хлопнул себя по лбу.

– Забыл совсем, я подарки подготовил тебе и жене, – сбегав к катеру, я вернулся с подарками. – Вот, это жене твоей, комплект парфюмерии из восьми флаконов на все случаи жизни. Это коробка с косметикой. Тебе тут такую не найти, ну и омолаживающий комплект. Противопоказаний нет, ты тоже можешь пользоваться. Эффект применения увидишь на следующий день. А вот это пузырёк, там пятьдесят таблеток. Слышал про боевые стимуляторы?

– Это когда сила появляется, боль не чувствуешь и ясность ума?

– Практически да, только последствий нет и привыкания тоже. Хорошая штука. Можно применять, если несколько дней не спишь, работать будешь как вол, все преграды сносить.

– Стоящая штука, – сразу оценил следователь, убирая пузырёк в карман форменных штанов. Остальное он сложил на пол у заднего сиденья, где спала дочка. – Это не ими Косницкая Жанна Валерьевна торгует из-под полы?

– Всё-то ты знаешь, – усмехнулся я. – Кстати, намёк перед расставанием. Узнаешь о таком человеке – зовут Антон Кремнев, – советую вступить в его команду одним из первых. Не пожалеешь. Потом поймёшь, о чём я. Да, и средства в платину переводи, остальное скоро в фантики превратится, включая золото.

– Много что посоветовал, буду думать и анализировать. Кстати, лавочку с Жанной прикрой, ею серьёзные люди заинтересовались, из тех, что приближены к президенту.

– Как заинтересуются, так и забудут. Я им шаловливые ручки-то пообрубаю, хотя… Ты можешь меня навести на них, но сам, оставаясь в тени? Хочу весь остаток товара сбросить.

– Твой номер есть, пробью контакты, сброшу сообщение.

– Лады.

В это время начал просыпаться шурин, широко зевая и протирая глаза, да и я пощипал ногу девчушки, та тоже проснулась.

– Видал? – указал я на них. – Всё, прощаемся, пока они меня не увидели, сам тут разбирайся, откуда у ноги выросли, почему ожог исчез.

– Давай, – пожал он мне руку.

Бегом бросившись к катеру, я резко его поднял и на максимальной скорости рванул к Москве. Только скорость набрал, пришлось тормозить и прятать своё судно – столица была подо мной. Спрятал так же, утопил в озере. Только в другом. Места стоянки менять надо. Подхватив два баула, очередной заброс Жанне, это всё что я мог взять, направился к ней.

Время было пять утра, но она нормально встретила меня. Убрала баулы в шкаф и помогла раздеться. После душа я нырнул к ней в тёплую постельку. Дама была не против, так что через полчасика, разлёгшись у меня на груди, она точила коготки о грудь.

– Сворачивать это всё пора, – сказал я. – Ты как, не против в другое государство переехать? Я помогу с гражданством и обустройством.

– Меня тут ничего не держит. Мы с Ольгой быстро соберёмся. Только вот языки не знаем.

– Это как раз не проблема, есть специальные способы, как научиться быстро.

– За пару месяцев?

– Даже быстрее. Через месяц я уезжаю из России уже навсегда, могу вас взять с собой, места свободные есть.

– Что за страна?

– Пусть будет сюрпризом, тебе понравится.

– Хм, а брать с собой что можно?

– Только личные вещи, на память что-то, ну и средства для вживления в новый мир. Одежды много не бери, и той ткани, что я привозил, там её много.

– Это хорошо, – протянула и потянулась, как кошка.

– Я тебе за день сообщу, чтобы вы готовились и вещи собирали, больше двухсот килограммов не берите. Если будешь больше брать, то давай я сейчас начну вывозить на транспортное средство, за раз я всё не увезу, машина не грузовая. Со дня на день остаток товара я скину, продам тем людям, что тебе уже намёки делают, так что через пару дней можешь всем говорить, что ты теперь этими продажами не занимаешься, обращайтесь к другим людям. Я тебе позже проинструктирую, что говорить и делать.

– Хорошо, – согласилась та.

Мы ещё достаточно долго обсуждали деловые вопросы и будущие планы. Оба мы устали, так что под утро уснули в объятиях друг друга, пока нас не разбудила Ольга.

* * *

Наблюдая точку поднимающегося «Боинга», я не глядя взял из подставки пакет с соком и, вскрыв его, сделал глоток, крякнув от удовольствия. Томатный сок – вещь! Оставшиеся недели я провёл довольно продуктивно, удалось продать весь товар, покупатель, конечно, удивился, что я затребовал оплату в виде платины, но согласился, изрядно сбив цену. Кстати, платина имела те же примеси, что и в ранее купленных слитках, похоже, они был из одного источника, то есть с одного прииска.

Жанну и Ольгу пришлось перевезти на другую квартиру и поменять им номера телефонов на левых лиц. Мера была вынужденная, распробовавший иноземных препаратов московский бомонд чуть не порвал мою компаньонку и её дочку, когда та сообщила, что прекратила этот вид деятельности. Сутки они терпели, а потом с моей помощью переехали в другой район, стараясь поменьше выходить и готовясь к переезду. Все свои деньги Жанна, как я и советовал, перевела в платину, даже доверилась мне и передала на руки, чтобы я увёз на корабль. Она думала, у меня морское судно. Полагаю, я её удивлю. То, что я с другой планеты, даже из будущего, она не знала. О последнем вообще не собирался говорить.

То время, которое я отмерил, подошло к концу, тот я из прошлого с дочкой сели в самолёт, и борт, поднимаясь, направился в Германию – всё как и в моей памяти. Осталось следовать за ним на удалении и мониторить обстановку, чтобы, чуть что, вмешаться. Я помнил, что тот неизвестный мне инцидент произошёл, когда мы уже пересекли границу с Россий. Это было где-то над Украиной.

Дальше я летел за бортом спокойно, поглядывая, как он согласно полётной карте меняет маршрут, облетая какие-то районы. Летели мы днём, только я на малой орбите, стараясь не врезаться в какой-то техногенный мусор, а они чуть ниже, всего километров на сорок. Через час полёта я вздрогнул и приблизил изображение «Боинга».

– Попались, – чувствуя, как мои губы растягиваются в улыбку, прошептал я.

Рядом с «Боингом» было мерцающее пятно, так работает система маскировки. У меня было новейшее оборудование, поэтому оно легко засекло чужое судно, что сближалось с «Боингом». Достав бинокль, я приподнялся и посмотрел на судно работорговцев в простую оптику через боковое обзорное окно катера.

– Серия М-2, антарский разведывательный катер пятого поколения. Десантный отсек на пять человек. Ну-ну.

Снова сев на своё место, я постучал по экрану. На него подавались картинки с восьми скрытых камер, установленных мной на борту судна за пять часов до вылета. Где должны быть наши места, я помнил, поэтому две камеры поставил так, чтобы они с разных ракурсов показывали того меня из прошлого и нашу дочь. Бандиты действовали быстро и достаточно профессионально. Облучили пассажиров и экипаж «подавителем». Борт дальше летел на автопилоте. Вырезав в борту дыру, бандиты прошли на борт через временный гофрированный переход. Из-за этого перехода атмосфера на борту не упала, хорошо сработали. На борт прошли двое в технических скафах. Они явно знали, кого ищут. С одного места вынесли паренька лет двадцати, с другого мужчину постарше, на вид лет сорока. Похоже, у них был на этих двоих заказ. Вот дальнейшее заставило меня поморщиться. Пользуясь тем, что пассажирки и стюардессы ничего не могу сделать, они стали их лапать, выбирая посочнее или по вкусу. Зачем, я понял сразу. Отобрав двух красивых девушек, они отнесли их на борт катера. Понятно, рабынь для утех выбирали. После этого катер отошёл, произошла разгерметизация, и «Боинг» на автопилоте, согласно заложенным программам, начал снижаться. В это время катер подготовился открыть по самолёту огонь. Работорговцы явно заметали следы, собираясь уничтожить порядка полутора сотен человек. Этого я не мог допустить, у меня дочка там.

В тот момент, когда работорговцы только вырезали дыру в борту, я бросил свой катер вниз, но осторожно, чтобы меня не засекли, внимательно наблюдая, что происходит на борту. Когда бандиты его покинули и отлетели, чтобы расстрелять, то сами превратились в небольшую звёздочку после моего выстрела, а я, подлетев к спускающемуся борту, стал сканировать пассажиров. Дочка была жива, хоть и без сознания, а вот пассажир, что сидел рядом с ней, был практически мёртв. По неизвестной мне причине, излучение «подавителя» выжгло ему мозг, и тот превратился в растение.

– Так вот что это было, вот как моё сознание перебросило в будущее да ещё в тело мальчика, – протянул я, изучая те показания, что выдавал экран сканера. Теперь мне многое стало понятно. Кстати, в салоне ещё трое превратились в подобные овощи – где летают их души?

Вздохнув и представив, как моя семья мучается, ухаживая за этим растением, я принял решение. Узконаправленный сигнал – и сердце моего прошлого физического сосуда остановилось, это было милосердное решение. Подлетев к кабине, я облучил пилотов другим излучением, снимая с них заряд парализатора. Те через пару минут начали шевелиться, быстро пришли в себя и взяли воздушное судно под контроль, запрашивая землю для экстренной посадки. Сели они благополучно в Польше. Из салона спасатели вынесли шесть тел: тех, кто не выдержал разгерметизации из-за слабого здоровья, и три овоща. Камеры мои нашли, но те особо необычностью внимания не привлекли, я их тут купил, на Земле. За дочкой прилетел мой германский родственник, и он же организовал вывоз моего тела на родину для похорон. Что было дальше, я не видел, не хотел смотреть на свою семью в такой момент. Тяжело это, по себе знаю.

Жанна после моего звонка собралась, и они, с дочкой покинув Москву на такси, направились в пригород, к той самой остановке у деревни Кузьминки.

Как только такси их высадило и, развернувшись, уехало, обе рыжие сели на скамейку и стали терпеливо ждать, негромко переговариваясь. Подкравшись к ним со спины, я подошёл расхлябанной походкой и спросил с широкой улыбкой:

– Девчата, а что это вы тут одни и без охраны делаете? Может, подвести? У меня транспорт улёт – эх, прокачу…

Поцеловав вскочившую Жанну, я кивнул Ольге, которая протянула мне две дорожные сумки. Ещё был чемодан на колёсиках.

– А где твоя машина? – спросила Ольга, оглядевшись.

– Там, в лесу, нужно по тропинке с километр пройти. Ближе подогнать не мог, людей много ходит, увидят. Ну что, идём? Честно говоря, мне ваша планета уже поднадоела, пора её покидать.

– Ухты, как заговорил, – приняла всё за шутку Жанна. – А мы тебе не надоели?

– Пока нет, – пожал я плечами.

Идти было не совсем удобно, на левом плече небольшая сумка-косметичка Жанны, левой же рукой я катил на колёсиках по тропинке чемодан, в правой руке нёс большую сумку Ольги.

– Вот нахал, – восхитилась Жанна, после чего с удовольствием вдохнув чистого воздуха, огляделась. – Что-то мы долго идём – успеем? Вот-вот стемнеет.

– Если стемнеет, это ещё лучше. Кстати, пришли, пустите меня вперёд, я вам дорогу показывать буду.

Рыжие чуть отошли в сторону с тропинки, пропуская меня. А я, найдя протоптанную своими же ногами через кустарник тропку, приподнял багаж выше, чтобы не поцарапать поклажу, и пошёл вперёд.

– Ай, я колготки порвала! – воскликнула Ольга.

– Удивительные вы земляне люди, из-за такой мелочи расстраиваться.

– А ты бы не расстроился? – едко спросила та.

– Я колготки не ношу, они мужчинам как-то не к лицу.

– А куда мы всё-таки идём? – начала беспокоиться Жанна.

Беспокоиться было о чем: вечер, скоро ночь, а я их веду непонятно куда. Тем более все их средства были у меня. Стукнешь их тут по головам, и всё, долго их тела не найдут.

– Да пришли уже, – успокоил я её.

В это время из кустов выскочил разведывательный дроид, с виду похожий на металлического паука, только зелёного цвета, и заскакал вокруг меня, как собачка, под синхронный визг обеих дам. Дроидом я управлял сам, дистанционно – веселился.

– Ну, и чего шум подняли? – засмеялся я. – Это просто робот. Можете потрогать, он железный.

– Точно? – с сомнением спросила Жанна.

– Да точно-точно, думал, развеселю вас, а вы в крик.

Вот Ольга была посмелее, подошла, осторожно потрогала, осмелела и даже попробовала отколупнуть краски, после чего подняла дроида на руки.

– Лёгкий, – удивилась она.

– Так и должно быть, это же разведывательная модель. Специальные сплавы. Он очень быстрый и опасный, повредить его тоже сложно. Дроид не боевой, относится к охранным, он охраняет стоянку моего катера.

– Наверное, нам тут стоит задуматься. Этот робот непонятный, про землян постоянно говоришь… – начала медленно Жанна, о чём-то размышляя.

– Если ты спрашиваешь, землянин ли я, то отвечу честно: нет. Я три с половиной месяца назад к вам прилетел, дела тут были, а сейчас возвращаюсь.

– И ты хочешь забрать нас?

– Почему нет? – пожал я плечами, продолжая стоять и держать в руках сумки. Они были тяжелы, не знаю, что рыжие туда напихали. Впрочем, никаких проблем это мне не доставляло.

– Но как мы там?.. – несколько растерянно спросила Жанна. Ольга слушала с большим вниманием, но тут же взвизгнула и выпустила дроида, когда он ущипнул её за грудь через футболку.

– А как здесь? Там живут такие же люди, с такими же червяками в голове. Немного другие законы и техника, а так всё то же самое. За месяц освоитесь и будете удивляться, как жили прежде.

– У тебя корабль есть? – влезла в разговор Ольга, машинально потирая болевшее место. – Мы на нём полетим?

– Да, корабль у меня большой, военный, на нём безопасно. Только лететь долго.

– Год? – не унималась егоза.

– Два месяца, но мне нужно по пути заглянуть в пару мест, так что на месяц дольше. Я вас обещал доставить на место, устроить и проследить, чтобы у вас всё было нормально, так что буду выполнять. Вот когда вы освоитесь – не думаю, что это займёт больше двух недель, – тогда и распрощаемся… Всё, идём, тут метров пятьдесят осталось.

Мы направились дальше, обе рыжие пребывали в изрядной задумчивости. Первой спросила Жанна:

– Точно нормально всё будет?

– Там в людских государствах землян хватает, уже несколько миллионов, и они проблем с вживлением никаких не испытывают… если из рабства выбираются, – последнее я добавил себе под нос.

– А откуда они там взялись? – обе рыжие были настолько удивлены, что не заметили, как мы подошли к кустам, где стоял катер. В принципе он и вправду имел визуальную маскировку, то есть со стороны напоминал травяной холм.

– Вашу планету уже несколько десятков лет посещают корабли империи Антар, а в этой империи официально разрешено рабство. Работорговцы незаметно похищают землян и вывозят к себе. Рабы-земляне очень ценятся.

Объясняя, я запустил открытие грузового отсека и наконец убрал внутрь обе сумки и чемодан из крокодиловой кожи. Вернее, я так думал, но сканер показал, что это искусная имитация.

– А ты не оттуда?

– Нет, я вообще гражданства не имею, – закрыв грузовой отсек, обернулся я. – Немного объясню, куда мы собираемся. Сейчас мы находимся вдали от обжитых мест Космоса, как я уже говорил. Лететь далеко. Там находится анклав людских государств, это образование называется Содружество. В это Содружество входит более сотни государств, совершенно разных. Есть империя Антран и империя работорговцев Антар, названия созвучные, но государства разные, они постоянно воюют друг с другом. Я вас хочу отвезти именно в империю Антран, это более безопасное для вас место жизни. О войнах если вы и узнаете, то случайно да из новостей. С языком проблем не будет, вам на голову наденут колпак, облучат специальным излучением, это будет проходить в течение двенадцати минут, и в зависимости от способностей вы заговорите на общем языке Содружества. Он так и называется: общий.

– Как это в зависимости?

– Это от уровня интеллекта зависит, чем он выше, тем быстрее вы освоите материал, что вам вложили в голову. Причём не только знание языка, но и письменности и счета. Достаточно удобная и полезная процедура. Все земляне, насколько я в курсе, проходили её без проблем. Если вы умные, а вы умные, за сутки освоите язык. Кто потупее, на несколько дней может затянуть этот процесс… Вы уже решили, летите со мной или нет? А то я смотрю, вы обе в сомнениях.

– Я хочу, – тихо сказала Ольга.

Жанна тоже кивнула и со вздохом сказала:

– Уши бы тебе отодрать за все эти тайны, но согласна с Ольгой, очень хочется посмотреть на жизнь инопланетян, тем более на Земле нас никто не держит.

– Вот и отлично, лезьте в катер, место, правда, свободное одно, но ничего, в тесноте да не в обиде.

– Это мы тут будем лететь несколько месяцев? – ужаснулась Ольга, заглянув в салон катера через открывшуюся с её стороны дверцу, при этом с большим интересом осматривая убранство.

– Нет, что ты, – засмеялся я. – Лететь нужно будет восемь часов до моего корабля. Тут работорговцы действуют, пришлось его укрыть. Дальше уже с удобствами полетим, каждой могу по каюте выделить.

Сперва я погнал их в лес – туалета на катере нет, ну а когда они вернулись, стал командовать, что и как делать. Я забрался на своё место и стал помогать обеим рыжим. Те поступили с выдумкой: сперва села Жанна и, раздвинув ноги, дала место Ольге, а та её грудь как спинку сиденья использовала. Усаживались мы уже в полной темноте, много времени на болтовню ушло, при свете бортовых и внутренних плафонов катера. Пристегнув обеих одним ремнём безопасности и активировав закрытие створок – обе рыжие вздрогнули, – я сказал:

– Ну что, девчата, держитесь вот за эти поручни. Эх, прокачу!

Катер поднялся под синхронный визг рыжих, в нём преобладал восторг. Мы поднимались ввысь, чуть опустив нос, чтобы было видно огни Москвы. Потом пробили облака и оказались на орбите, обе пассажирки, как заворожённые, смотрели на тёмную сторону планеты с многочисленными огнями городов. Москва под нами светилась больше всех. Яркая такая слегка помигивающая точка.

Передав управление искину, я потянулся и расслабленно откинулся на спинку кресла, сообщив пассажиркам:

– Ну, всё, у вас есть восемь часов, поэтому пытайте меня.

Расспрашивали меня обо всём, даже о разных мелочах. Поэтому как начались расспросы, я сразу сказал-пояснил, что ничего о жизни в Содружестве не знаю, родился и вырос на Фронтире, в тех пространствах, где закон один – сила. Поэтому для меня тоже посещение империи будет открытием, но по крайней мере, я в курсе, что нужно и можно там делать, и помогу им. Дальше все восемь часов я объяснял пассажиркам особенности жизни в Содружестве. Коснулись всего: деньги, законы, симбиоты, импланты, базы знаний, профессии, уровень жизни бедняков и всё остальное. Уяснив себе основное, они стали пытать меня, почему я оказался тут, в Солнечной системе. Пришлось на ходу выдумывать историю, которая довольно хорошо прошла. Пояснил им, что у меня был друг-землянин, бывший раб, он умер, но взял с меня обещание, что я найду его родную планету и помогу семье. Тот якобы мне спас жизнь, и из чувства долга перед усопшим я выследил одно судно работорговцев, и оно привело меня сюда. Семье я помог, обеспечил всем, что можно, ну и с работорговцами повоевал, по случаю освободив того следователя. Очистил Россию – а погибший друг был русским – от работорговцев, чтобы они больше на этой территории не работали.

Мы уже подлетали, минут двадцать осталось, когда я закончил рассказ, но меня тут же спросила Ольга:

– Вот мы улетаем, а кто будет защищать Землю? Они ведь вернутся.

– Это не проблема, правительство империи Антран уже знает о ней, ещё один ваш земляк помог, так что скоро сюда отправят флот, чтобы взять планету под контроль и уговорить её вступить в свой состав.

– Не совсем понимаю, зачем это нужно, да и не верю, что политики наши согласятся, – задумчиво протянула Жанна.

– Не волнуйся, этот вопрос будут решать бывшие земляне, а они знают, как нужно разговаривать с политиками. А насчёт того, для чего это нужно империи, ты прямо в теме. Тут где-то рядом обнаружились неслабые запасы одного очень редкого материала, который считается государственным резервом и может разрабатываться только под присмотром государства при сдаче всего добытого ему же.

– Понятно. Рядом Земля, которая может обеспечить всем, что необходимо добытчикам.

– В принципе так, идеальная база. Но не забывай о большом количестве достаточно интеллектуальных людей, которые везде ценятся, их будут вербовать, обещая золотые горы. Так что для многих это шанс вырваться из болота. Поверь, простым людям приход имперцев будет за счастье. Естественно, поднимутся волнения недовольных, вспомни негров в Америке или эмигрантов в Европе, что живут на пособие, но это нормально и быстро подавимо. Точно не скажу, но уже через год после прихода флота на Земле будет тихо и патриархально.

– А почему эти люди поднимут волнения? – спросила Ольга.

– В империи отличная медицина – значит, не будет инвалидов и калек, их всех вылечат, пожилых омолодят. В империи не делают социальные выплаты. Никто не будет кормить безработных и голодающих, как те привыкли и другой жизни не знают и не принимают. Не хочешь работать – умри от голода, никто пальцем не пошевелит. Если это решение человека довести себя до смерти голодом, не имея желания заработать на кусок хлеба, то это чисто его проблемы, государственные органы в этом случае не имеют права вмешиваться. Лишь похоронят за счёт государства. В империи кремируют, никто не хоронит.

– Жёстко, но правильно, – оценила мой ответ Жанна.

– Что есть, то есть, – согласился я. – Кстати, вот и мой корабль.

– Какой огромный, – расширила глаза от изумления Ольга.

– Это мы ещё далеко, сейчас ближе подлетим, – невзначай похвастался я.

На корабле зажигались бортовые огни, чтобы пассажирки могли оценить хищную грацию боевого корабля, и в центре корпуса появилась световая щель. Бронестворка начала открываться, чтобы впустить нас налётную палубу. Когда мы уже сблизились вплотную, я сбросил скорость, чтобы завести катер на палубу. Жанна спросила:

– Откуда у тебя такой корабль?

– Собрал из металлолома, – пожал я плечами, но заметив, что та продолжает на меня смотреть, объяснил более подробно: – Я ведь не только пилот или врач, я ещё и корабельный инженер, а в Содружестве эта профессия входит в десятку самых оплачиваемых. Про то, что обе империи ведут бои в космосе, я уже говорил. Так вот на местах боёв остаются огромные количества повреждённых и брошенных кораблей, такие места называют корабельными кладбищами. Даже сформировалась такая не особо почетная профессия, как мусорщик. Они снимают с кораблей немногие уцелевшие детали и продают. Флотские, конечно, там многое снимают, но знающие люди могут собрать там любой корабль, всё, что душа пожелает. Я нашёл кладбище, где происходили недавние бои, то есть там находились вполне современные корабли, которые в империи только-только вошли в свободную продажу. Главное, что их не успели разграбить, то кладбище охраняли флотские, пришлось постараться, чтобы на него пробраться. Вот там я собрал этот крейсер, и он теперь мой. Потом зарегистрирую его.

Мы уже давно сели на лётной палубе, даже бронестворка успела закрыться, отсекая нас от холодного космоса, но пассажирки продолжали меня слушать.

– Устали? – спросил я. – Идём, устрою вас. Сам устал, но отдохну, когда мы будем в прыжке.

Пришлось помогать выбираться обеим. Конечности затекли, пока летели, восемь часов выдержать в одном положении – это нужно иметь силу воли и крепкое здоровье. Наконец обе рыжие порозовели и направились за мной, с интересом поглядывая на технического дроида, что нёс их вещи. По пути я указывал на то или иное помещение, объясняя его предназначение, пока мы не подошли к каютам.

– Это офицерские двухкомнатные, устраивайтесь, – дистанционно открыл я две каюты, поэтому, когда мы подошли, дверь в каждую была открыта, тут ко мне подбежал дроид с двумя планшетами. – Это планшеты, вы будете с помощью них управлять всем оборудованием в каюте. Без нейросети это можно делать только так. Отдыхайте, я вам помогу, только кровать открыть, ну и покажу, как санузлом пользоваться. Принципиальной разницы там нет, быстро освоитесь.

Обе рыжие действительно сильно устали, как-то не особо запоминая, что я говорил, выслушали, после чего выпроводили из кают, устраиваясь в них. Пожав плечами, я направился в рубку. Сам очень устал, поэтому как уйдём в прыжок, сразу отправлюсь спать.

На то, чтобы вывести крейсер из укрытия и не попасть на экраны сканеров работорговцев, мне понадобилось почти четыре часа, наконец я оказался на краю системы и стал разгоняться. Ещё через пару часов крейсер ушёл в прыжок. Направлялись мы к той пиратской станции «Тонжир», с которой началось моё путешествие к Земле. Топлива в баках хватало – было чуть больше половины, поэтому заправляться из контейнеров я пока не стал, сделаю пару прыжков, там видно будет.

Как только звёзды прыгнули мне навстречу, я покинул рубку и направился в свои апартаменты. Там уже на автомате – мозг практически спал – принял душ и завалился спать.

Проснулся я в девятнадцать часов, судя по внутрикорабельному времени. Время было настроено на Москву, но с отлётом мои внутренние часы немного расстроились, поэтому так и получилось. Тем более мы восемь часов летели к крейсеру, а это практически всю ночь, потом я выводил крейсер из укрытия и совершал прыжок. На это тоже ушло немало времени, ну и подушку придавил на семь часов, вот семь вечера и выходило. Всё правильно.

Потянувшись и зевнув со скулежом, я спросил Перуна:

– Как там пассажирки?

– Если бы вы заранее в планшетах инструкции по применению не составили, так бы и тыкались, как слепые котята. Они сейчас ужинают в кают-компании.

– Освоили, значит, синтезатор? – принимая сидячее положение и пальцами очищая глаза, спросил я.

– Да, поначалу мало что понимали, пришлось многое подсказывать, но потом освоились. Даже научились душ использовать как прачечную, постирали свою одежду, в которой прилетели. По полкам шкафов все вещи разложили.

– На тебя как реагировали?

– Испугались сначала, когда со всех сторон мой голос раздался, визжали, потом пообщались со мной и уже так нервно не реагировали.

– Я ведь и говорил вчера, нужна помощь – просто громко попросите об этом корабельного искина, ответит.

– Сонные были, вот и забыли. О вас спрашивали, сказал, что вы весь день работали и сейчас спите. Ещё сказал им, что мы уже летим.

– Хорошо. Я в душ, сообщи пассажиркам, что сейчас присоединюсь к ним за ужином.

– Сообщил, уже ждут.

После душа я надел пилотский комбез и направился в кают-компанию. Это было небольшое помещение для отдыха офицеров, также для приёма пищи. Была ещё столовая, ниже этажом, для других пассажиров, если их много, но она была законсервирована, потому как надобности в ней не было.

Пройдя в кают-компанию, я поздоровался с рыжими, чмокнул в щёку Жанну и, сделав заказ синтезатору, вернулся за их столик с подносом. Пока я принимал пищу, они лениво переговаривались между собой, Ольга пальцем листала страницы на лежавшем на столе планшете, что-то рассматривая там. Когда я утолил голод и откинулся на спинку стула, отхлёбывая травяной настой из стакана, Жанна задала первый вопрос:

– Что это за одежда на тебе и та, что лежала у нас в каютах?

– Это комбинезоны, созданы специально для космоса. Они универсальны. Подгоняются по фигурам, причём не только комбинезон, но и ботинки под ногу. Это необходимость носить такой комбинезон. Может быть авария, столкновение или повреждения в бою, и атмосфера с корабля улетучивается. Эти комбинезоны спасают экипажу жизни. Вы заметили, что у меня рукава комбеза доходят до пальцев и кажется, что на руках перчатки с отрезанными пальцами? Так вот, когда происходит разгерметизация, комбинезон автоматически превращается в подобие скафандра. То есть из воротника выстреливает плёнка, соединяется под горлом, и получается шлем, на пальцах отрастают недостающие части перчаток. Однако это всё же не скафандр, он даёт всего два часа, чтобы найти и надеть уже настоящий скафандр. Многим космолётчикам эти комбезы спасли жизнь.

– А нам как быть? – растерялась Жанна. Они с дочкой обе были в своих земных одеждах, видимо проигнорировав ту, что я им дал.

– Покажу и научу пользоваться, – успокоил я их. – Проведу инструктаж, что можно делать на корабле, что нет, куда можно ходить, а куда нет. Ну, и выдам остальное. Кроме тех комбезов закреплю за вами скафандры. Они находятся в специальных нишах дальше по коридору. Это по инструкции их там положено хранить, но офицеры обычно держат у себя в каютах в шкафах. Но это военные, не обращайте на них внимания.

– У нас комбинезоны другого цвета, у тебя синий, а те серебристые были, – сказала Ольга, внимательно слушавшая наш разговор.

– На Фронтире люди носят комбезы какие попадутся, что есть, то и носят, но в освоенных мирах, я про Содружество, каждый цвет что-то означает. Синий – пилот, светло-зелёный – корабельный электрик, тёмно-зелёный – корабельный техник. Коричневый – инженер, белый – медик или врач, ну и так далее. Серебристый – универсальный комбинезон для любых пассажиров в космосе. Флотские их обычно не используют, поэтому даже удивительно, что на кладбище я смог найти небольшой запас этих комбезов на одном из крейсеров. Это цвета для космоса, на планетах своя расцветка, но там и встроенных в униформу скафандров нет. Вот как-то так.

Обе пассажирки задумались, после чего Жанна спросила:

– Помнишь, когда мы летели, ты рассказывал про нейросети. Очень хорошо и подробно рассказывал, что это такое и для чего нужно. У меня вопросы насчёт них и тебя появились. Задам?

– Давай, – согласился я, поставив пустую кружку на столик.

Подбежавший дроид-стюард тут же убрал всю посуду и протёр наш столик. Обе рыжие без особого интереса посмотрели на работу дроида. Видно, в прошлые их посещения он так же шуршал, к чему они успели привыкнуть.

– Ты говорил, что ставят симбиоты в восемнадцать лет, потом долго нужно учить базы знаний, сдавать экзамены и получать подтверждённую специализацию. Я всё правильно помню?

– Так.

– Тебе восемнадцать, и ты имеешь несколько профессий. Причём ты говорил, что все они подтверждённые. Это как?

– Объяснить сложно, но я попробую. Напомню, я жил на Фронтире, а там всё не так, как в Содружестве. В шестнадцать лет я попал в плен, и меня продали на одну исследовательскую частную станцию. Там занимались незаконными исследованиями и опытами над людьми. Мне ещё повезло, попал в отдел, где занимались нейросетями. Установили экспериментальную, их разработки, а потом испытывали, закачивая базы и заставляя меня учить их, там же я сдавал и на сертификаты, там же получал подтверждение на сеть. Год там держали, пока налёт пиратов на станцию не освободил меня. Многих тогда освободили. И я видел, что делали с людьми в других отделах, жуткое зрелище. Один из пиратов был ваш земляк, он меня и освободил. Я с ним потом полгода в одном экипаже пролетал. Хороший парень… М-да… Да, кстати, мне действительно на днях исполнилось восемнадцать лет, и я теперь считаюсь вполне сформировавшейся личностью, то есть взрослым. Поэтому не только вы будете получать гражданство, но и я. Пригодится такое дело, чтобы свободно находиться на территории Содружества. Это я про все государства, кроме Центральных миров, туда только очень серьёзных людей пускают. Про полного гражданина я вам говорил? Вот только они могут посещать Центральные миры.

– Понятно, – кивнула Жанна. – Помотало тебя… Я вот ещё что узнать хотела: что бы ты посоветовал мне установить из нейросетей? Ты говорил, что они разнообразны, стоимость разная, но без них никуда.

– Что устанавливать, это от тебя зависит, чем ты в Содружестве заниматься захочешь. Кстати, а чем ты хочешь заниматься?

– Наверное, тем же, чем и у себя, пошивом одежды, – пожала та плечами. Она ещё не была уверена в своих планах, потому как не представляла, что её ждёт на месте.

– Тут ниша в принципе занята, фабрики по пошиву одежды всё перекрывают, а элитные одежды шьют модельеры, придумывая свои фасоны, туда очень сложно пролезть, да и конкурентов там не любят.

– А ты бы что посоветовал?

– Есть много профессий, если ты хочешь заняться несколькими, а это вполне реально, по мне можешь судить, то линейка сетей «Управленец» тебе подойдёт идеально. Лучше брать последнюю модель. В принципе тут я тебе могу помочь, но нужно сначала провести тестирование в диагностической капсуле. Кстати, идём все вместе, я вам язык загружу.

– Общий который? – с любопытством спросила Ольга, тоже вставая.

– Он самый.

Мы покинули кают-компанию и направились в госпиталь. Там оборудование произвело немалое впечатление на пассажирок. Ещё не привычные к такому великолепию, они, широко открыв глаза, смотрели на помещения и оборудование. Ну да, госпитали были красивы, глаз не отвести. Всё белое: оборудование блестит в свете плафонов, пол, потолки, стены, – разве что обзорные стены были из стекла и не белые. Шуршали дроиды, подготавливая диагностические капсулы, в процедурной готовили кресло для обучения языку – смотрелось всё серьёзно и деловито.

Когда мы зашли в камеру дезактивации, я сказал:

– Глаза закройте, сейчас воздухом попшикает, иначе щипать будет.

Те послушно закрыли глаза и, морщась, перетерпели неприятную процедуру очистки. Наконец мы пришли в сам госпиталь и дошли до бокса с диагностами.

– Раздевайтесь донага и лезьте в капсулы, – велел я.

Заметив, что Ольга на меня смущённо смотрит, я отвернулся.

– Обязательно всё снимать? – уточнила Жанна.

– Для сканирования интеллекта и других показаний не обязательно, но я вас полностью обследовать хочу. Чтобы в Москве жить, нужно иметь крепкое здоровье, так что скорее всего ваши организмы придётся изрядно подчистить. Тут уже были земляне. Я их исследовал и лечил, одному ноги заново отращивал. Так вот, у обоих пришлось чистить организм: почки, печень, лёгкие – да всё.

– Мы легли уже.

– Хорошо, – оборачиваясь, сказал я, дистанционно запуская закрытие крышек капсул.

Диагностировал я их минут двадцать, после чего поднял крышки и велел им самим подниматься.

– Не получилось? – разочарованно спросила Ольга, прикрываясь руками.

– Почему? – удивился я. – Двадцать минут длилась процедура. Просто капсулы вас усыпили, и процедура пролетела в мгновение. Нормально всё, но чистить всё-таки придётся. Держите комбинезоны, их дроид доставил из ваших кают. Раз вы на корабле, нужно носить их, учитесь.

Сперва на Жанне показал, как нужно надевать и, приседая, двигать конечностями так, чтобы комбез удобно сел и нигде не стеснял. Жанна была восхищена, да и Ольга, на её примере одевшись, тоже была приятно удивлена удобством этой внепланетной одежды.

– Каждый раз так нужно делать? – уточнила Ольга, когда комбез подогнался по её фигуре. Кстати, довольно развитой, комбез это ясно показывал, смущая хозяйку.

– Нет, если только обнулишь настройки, а так он подогнался под тебя и будет в таком виде постоянно… Всё, привыкли? Тогда идём за мной в соседнее помещение, сразу проведём процедуру обучения, благо всё необходимое оборудование у меня имеется. Вот это вот я снял с разбитого разведывательного крейсера. У него вся мед секция была забита очень специфичной аппаратурой, и это кресло ещё ничего, вполне нормальное оборудование.

Мы прошли процедурную, где я сперва посадил Жанну на пятнадцать минут, потом и Ольгу.

– Вот и всё, – сказал я. – Чуть позже я буду время от времени задавать вам вопросы на общем. Как начнёте понимать, сразу скажите.

– Ты проверил, какие показания по интеллекту? – уточнила Жанна. Она уже знала, что чем выше, тем легче устроиться в новом для них мире.

– У тебя сто тридцать шесть единиц, что очень не плохо. У Ольги сто двадцать девять, но она ещё растёт, так что может поднять его выше. Есть специальные развивающие программы для этого.

– То есть сеть «Управленец» мне поставить можно?

– Ну, не всё в линейке, некоторые минимум сто пятьдесят единиц интеллекта требуют, но есть очень неплохие прототипы этих сетей. Кстати, так получилось, что у меня есть пара десятков сетей модели «Управленец», могу помочь с выбором и установкой. Я же врач как-никак. К тому же у меня и имплантов усиления хватает. Поставлю всё бесплатно, а в Содружестве за всё надо платить. При получении гражданства тебе в документы просто поставят метку модели и типа сети, вот и всё. Правда, эти сети имеют военные обозначения, у гражданских они носят другие названия, и при проверке это покажет, но так как они в свободной продаже, вопросов это не вызовет. Базы знаний нужно покупать отдельно, у меня есть несколько сотен кристаллов, но всё это военные базы. Тебе их не признают, да ещё на заметку возьмут, интересуясь, где ты их приобрела. Зато есть несколько баз «Юрист». Немного устаревшие, но зато выучив базу, начнёшь понимать, что такое Содружество, вернее какие там законы и как жить. Есть ещё несколько невоенных баз, сама выберешь, нужны они тебе или нет.

– Откуда эти нейросети? Из того исследовательского центра вывез? – полюбопытствовала Жанна.

Беседуя, мы покинули процедурную и прошли в кабинет главврача, обе рыжие устроились на роскошном кожаном диване, а я в кресле напротив них.

– Нет, у меня только вторичные сети, – подумав, я не стал скрывать этот аспект.

– Что это такое?

– Объяснить сложно, но можно. Я был на кладбище. Там в пустоте плавают не только мёртвые туши кораблей, но и человеческие тела…

– Не продолжай, я поняла, – остановила меня рыжая. – Как так можно?!

– Как раз на Фронтире это обычное дело, в ходу часто имеются как вторичные сети, так и трижды используемые. От новых они ничем не отличаются, полностью вычищены и готовы к установкам. Пребывание сетей в головах трупов никак на них не сказывается. Бывают повреждённые, но это если повреждена была голова. В Содружестве такие сети ставить не рекомендуется. Но причина тут одна, если все будут ставить вторичные, то корпорация «Нейросеть», что занимается продажами сетей, имплантов и баз знаний, сразу потеряет часть доходов. Ей выгодно, чтобы покупали новые. Напомню, ставить их не рекомендуется, то есть можно, а не запрещено по каким-то там показателям. Также и с имплантами. Они все вторичные… Я вижу, ты в сомнении, поэтому дам время подумать. Хотя сам считаю, что предложение выгодное и принять его стоит, но неволить не стану, у тебя своя голова на плечах… Ладно, хотите прогулку ознакомительную по кораблю устрою? А то вчера, когда вас вёл, быстро всё показал, да и то, что по пути было, к тому же вряд ли вы что запомнили, обе сонными тогда были.

– Да, идём, – тут же согласилась Ольга. Жанна пребывала в задумчивости, поэтому только отстранённо кивнула.

Мы покинули госпиталь и направились гулять по кораблю. Всё пассажиркам нравилось, всё их интересовало. Особенно привёл в восторг тренажёрный зал. Я убрал тройное тяготение – из любопытства обе рыжие попробовали там походить и сказали, что очень тяжело, поэтому я вообще отключил тяготение, и две озорницы, мама и дочь, летали по залу в невесомости, смеясь и хохоча. Никаких приступов вроде морской болезни они не испытывали. Да и летали поначалу неловко, а потом освоились и получали от этого огромное удовольствие.

– Я вам дал доступ в корабельную сеть, так что связывайтесь с Перуном и заказывайте, что нужно. Посещать зал можете, когда захотите. За той дверью раздевалка, душевые, а за той бассейн, из него идёт отдельная дверь в раздевалку с душевой. Вот вроде и всё.

– А тяготение прибавлять или убавлять?

– Через Перуна, скажите, что хотите, он сделает, только смертельное не поставит, программный запрет на это.

– А почему ты назвал искина Перуном? Это же славянский бог с Земли, – поинтересовалась Жанна, присаживаясь рядом со мной на скамейку, пока Ольга бегала и рассматривала тренировочные снаряды.

– Так назывался корабль того землянина, что спас меня.

– Почему ты не говоришь, как его зовут, всё в третьих лицах?

– Его данные – это закрытая информация, тебе о ней знать не нужно.

– Понятно. Ладно, показывай, что ещё интересного у тебя есть.

– Да в принципе больше ничего. Пара баров, кафе, но они законсервированы, я же один летал, мне без надобности. У меня пятикомнатные апартаменты, там всё есть, я и кают-компанией никогда не пользовался. Их подготовили к вашему прилёту. Так-то я в основном тут пропадаю, люблю держать себя в тонусе.

– Тогда каюту свою покажи.

– А я хочу посмотреть, где ты кораблём управляешь, – сказал а из другого зала Ольга, которая всё слышала.

– Рубкой это называется… Ну, что ж, идём.

Я показал и рубку, и свою каюту. Жанне она очень понравилась, потом мы прошли к их каютам, где я уже более подробно пояснил, как тут всем пользоваться. Некоторые моменты были для пассажирок откровением, они не знали о скрытых в стенах нишах, оборудовании галопроекторов, проигрывателях, ну и об остальном. Только о шкафе им было известно, да и то по подсказке Перуна.

После этого Ольга осталась у себя в каюте, училась пользоваться галопроектором, я ей дал сборник фильмов – золотая коллекция, так что как она усвоит язык, сможет их смотреть, поэтому только училась, да ещё в корабельную сеть залезла. Ненадолго, ничего не поняла, письмена ей были не известными, и вышла. Ну, а мы с Жанной ещё раз пошли осматривать мои апартаменты, особенно вдумчиво – спальню.

Следующим утром меня разбудил поцелуй Жанны. Ответив на него, я потянулся и спросил:

– Выспалась?

– Всю ночь не спала, всё обдумывала твоё предложение. Правда, никаких проблем не будет?

– Были бы, не предлагал бы.

– Тогда я хочу себе сеть, все необходимые импланты и те базы знаний, которые у тебя есть, – чётко и ясно сказала она.

– Умница, правильное решение, – похвалил я её и попытался завалить на постель. Сразу не далась, так что поборолись.

Через некоторое время мы лёжали рядом – Жанна снова пыталась унять сбитое дыхание, – и продолжили разговор:

– Ты заметила, на каком языке мы разговаривали?

Жанна ахнула, она даже не поняла, что мы разговаривали на общем, пребывая в раздумьях. Задала мне вопрос на русском, я ответил ей на общем, и она, не заметив, сама на него перешла. Насколько минут рыжая пробовала разговаривать на языке, даже почитала в планшете теперь понятные ей инструкции, хотя я сделал перевод на русский, но она исходник читала. Вырвал я её из получения новых знаний вопросом:

– Что надумала?

– Какую сеть мне лучше поставить?

– Максимально возможную для уровня твоего интеллекта. Лучше всего подойдёт «Управленец-7МУ». Я уточнял на пиратской станции, полазил в сети, их недавно пустили в продажу. Так что оформят тебе всё нормально, спрашивать, где ставили, не будут, этим многие занимаются, лишь продажами ведает корпорация «Нейросеть». Такая сеть держит шесть имплантов. Предлагаю поставить максимальные две на интеллект «плюс сто пятьдесят», две на память «плюс сто пятьдесят», имплант защиты «броня-триста» и шестой… пожалуй, можно на восприятие «плюс сто». Это поможет тебе в нужные моменты принимать быстрые решения. Это вообще-то пилотский имплант, но тебе он тоже пригодится.

– А управлять кораблями я с этой нейросетью смогу?

– Да, сеть это позволяет, даже средние корабли, но не тяжёлые. Комплект баз пилота малого корабля стоит в принципе немного, за неделю их выучишь, по рангам они не высокие, попрактикуешься в капсуле виртуальной реальности и сдашь экзамен – получишь сертификат профессии. Все профессии так учатся и сдаются.

– Какие у тебя ещё базы есть, кроме «Юриста»?

– Те, что тебе могут пригодиться?

– Да.

– Ну, кроме «Юриста», дам базу четвёртого ранга, выше тебе ни к чему, выше только адвокаты и юристы используют. Есть база «Боевая медицина» в третьем ранге, но главное, есть «Общие сведения об империи и Содружестве». Она безранговая, я две такие базы нашёл. Остальные производственные базы для космоса, не думаю, что они тебе пригодятся, но есть три базы «Торговец», «Управленец» и «Наука», все в третьем ранге. В принципе тебе будет полезно их выучить. Они, конечно, устарели на тридцать лет, и никто тебе их не подтвердит, но пользоваться ими можно. В жизни всё пригодится, поверь мне. В корпорации «Нейросеть» есть процедура обновления старых баз, о ней я ничего не знаю, но раз существует такая возможность, значит, их можно обновить. Тем более базы в невскрытых упаковках – значит, они лицензионные.

– А ты можешь список этих баз мне на планшет отправить? – спросила Жанна. – Я бы сама посмотрела и выбрала, что мне может пригодиться.

– Да, можно, без проблем.

Отправил Жанне список и, пока она его изучала, направился в душ, прихватив комбез. Так что через десять минут в спальню я вышел уже одетым, свежим и чистым.

– Выбрала что?

– Да, есть некоторые знания, которые меня заинтересовали. Вот, например, база знаний «Повар» пятого ранга, что это за база такая?

– То и значит, повар. То есть ты не только сможешь готовить на кухне из натуральных продуктов блюда Содружества, но и сможешь как тебе заблагорассудится настраивать пищевые синтезаторы. Ты уже сможешь это делать как профессионал, а не как пользователь.

– Хорошая штука, – оценила та. – Берём. Теперь вот «Экономика». Это то, что я думаю?

– Да, всё по экономикам государств Содружества. Будешь в теме, если торговать начнёшь. Она с «Торговлей» в одном комплекте идёт.

– Третий ранг, нравится, беру. А вот «Специализированный бой» – это что такое?

– Она, по-моему, в третьем ранге? – припомнил я. – Бери не думай, в комплекте с «Лёгким стрелковым оружием». Она тоже в третьем ранге, пригодится. Сможешь защитить себя или, если что, отстреляться. Оружие в Содружестве разрешено, только на планетах не всё, тебе вот, например, разрешат на первое время носить шокеры, они всем разрешены. Вырубает человека из сознания с пяти метров. Тебя такое оружие не вырубит, я тебе импланты защиты поставлю. «Специализированный бой» – это способность защищать себя голыми руками. У меня эта база выучена в седьмом ранге, очень серьёзная штука. Ты сможешь отбиться, ну или побить другого человека, даже нескольких. У меня тут капсулы тренажёрные, там рефлексы вобьют. Уровень как у земного десантника. Их считают элитными войсками. Четвёртый ранг – это уровень спецназа, тебе это не нужно, так что будешь просто очень хорошо тренированной, умеющей за себя постоять. Будешь знать, куда, как и с какой силой ударить, чтобы вывести противника из строя. Как я уже говорил, очень полезное умение.

– Тоже хорошо, – с сомнением в голосе, нужно ли ей это, сказала Жанна. – И последнее в списке это «Кибернетика». Это что такое?

– В принципе тоже нужная вещь. Сможешь пользоваться и настраивать оборудование, имеющее программы. То есть тот же планшет, коммуникаторы и другую аппаратуру. Они для тебя станут знакомыми и понятными, если проще.

– Пригодится, – решила та. – Раз бесплатно дают, надо брать. А остальные – промышленность и тому подобное, что к космосу относится – мне действительно не надо.

– Когда ставить пойдём? – спросил я.

– Ольга уже вызывала. Сейчас душ приму, позавтракаем, я дочке скажу, что согласилась на операцию, и тогда пойдём. Кстати, у неё тоже общий усвоился, она фильм сейчас смотрит, нас ждёт.

– Хорошо, тогда жду.

Мы вместе спустились в кают-компанию. Как и я, обе пассажирки выбирали из меню синтезатора земные, привычные им блюда. Я взял пельмени с бульоном, на второе манную кашу, компот и чай с ватрушкой. Жанна – борщ и макароны по-флотски, а Ольга – шашлык из баранины и пару салатиков. Очень калорийно, знаете ли. Пока завтракали, общались, я подарил Ольге коммуникатор с обнулёнными данными, пояснив, что тот необходим ей до восемнадцатилетия и будет заменять ей нейросеть до установки симбиота.

– Там в меню найдёшь «Настройки», в разделе «Помощь» есть инструкция по использованию, учись, – пояснил я ей.

Та застегнула ремешок, подогнала по размеру и ойкнула – у неё взяли образец ДНК. Теперь прибор был настроен на неё одну, что я ей и сообщил.

– Это армейская модель, с увеличенной памятью и скоростью вычислений. Хорошая машинка, в Содружестве такие есть в продаже, но стоят дорого. Там сбоку есть приёмники для дополнительных карт памяти, я их уже поставил, пользуйся. Можешь совместить прибор с планшетом, это увеличит возможности обоих. Разберёшься, там в инструкциях всё есть.

После завтрака мы направились в госпиталь, Ольга хотела присутствовать при установке.

– Операция займёт порядка пяти часов, плюс я ещё хочу Жанну в реаниматор положить, чтобы восстановить её тело. Могу тебя тоже положить, – предложил я Ольге.

– Не-е, я с мамой, когда она операцию пройдёт.

– Ну, как хочешь, это твоё решение.

Пока Жанна укладывалась в капсулу кибердоктора, с испугом поглядывая на стальные манипуляторы со скальпелями-«пальцами» в изголовье, я отобрал нужную нейросеть и импланты. Та легла, после чего я положил симбиот и импланты в приёмник и запустил процедуру установки по личным физическим данным рыжей, снятым мной вчера в диагносте.

Минут десять постояв рядом с капсулой и убедившись, что всё идёт нормально, я махнул рукой Ольге:

– Идём, нельзя тебе тут находиться. Подождёшь в приёмной.

– А мне только в восемнадцать можно будет поставить?

– Именно так, – подтвердил я, когда мы уже вышли в приёмную.

– Жаль, хотелось бы побыстрее.

– Ну, в этом я тебя очень хорошо понимаю, однако у тебя есть замена, слабенькая правда, но есть. Учись пользоваться коммуникатором, пока есть возможность, в будущем тебе это пригодится.

– Надеюсь.

– Ладно, мне тут делать нечего, всё делает автоматика, а работ по кораблю хватает. Я займусь делами, ты можешь отдыхать.

– Да я лучше с тобой похожу.

– Дело твоё, – согласился я.

Так до окончания процедур Ольга и ходила за мной хвостиком, наблюдая за всем, что я делаю. Работ мелких хватало, что я не успел сделать, ими и занимался, закрывая дыры. Не сам, конечно, дроиды носились, как технические, так и инженерные, однако часто приходилось самому присутствовать на месте. Так эти пять часов я и доводил свой корабль до идеала. Наконец я получил сигнал от искина госпиталя, что операция завершена, поэтому мы поспешили к Жанне. Подняли её, та сообщила о своих ощущениях. Эйфория была, вот и всё, после чего я обеих рыжих положил в лечебные капсулы. Они больше подходили для очистки организмов. Ещё спустя час я с обеими сидел в кают-компании. Обед был поздним – был четвёртый час по корабельному времени, но ничего, ели с большим аппетитом.

– Через сутки сеть запустится, ещё через сутки сможешь учить базы. Я тут небольшую одноранговую базу скомпоновать успел, пока вы в лечебных капсулах лежали, инструкцию по использованию и применению нейросети. Инструкция общая, для всех нейросетей, но управление там одинаковое, разберёшься. Так что отдыхать, питаться, ну а потом учиться.

– А мне что делать? – спросила Ольга.

– Лететь нам ещё до-о-олго, так что чем хочешь, чтобы не скучать. Тренажёрный зал и целая фильмотека в твоём распоряжении. Так что думаю, что скучать у тебя времени не будет. Мать твоя по десять дней в обучающей капсуле будет лежать, два потом отдыхая. Быстрее ей базы не выучить… Разгон под твои параметры, Жанна, я уже подобрал, так что учиться действительно быстро будешь, капсула на тебя будет настроена. Всё это даёт прирост скорости обучения. Так что к концу полёта всё выучишь, будь уверена.

Моя бывшая пациентка сидела и спокойно ела, изредка кивала, сообщая, что меня слушает. Она лишь нет-нет да бросала взгляд на кисти, где виднелись нейроразъёмы сети. На затылке у неё такой разъём, только пилотский, тоже был, сейчас закрытый стандартной заглушкой.

– А как закачивать базу в память нейросети? – спросила она.

– Я тебе уже подготовил считыватель. Тоже армейский, модели «Хорк». Хороший аппарат, быстро заливает базы на нейросети. Базы через два дня дам, чтобы ты не торопилась их учить, это может повлиять на установку нейросети. Она ведь продолжает приращиваться и полностью встанет только через месяц, выйдя на максимальную работоспособность. Но учить базы можно будет уже через два дня, даже рекомендуют это делать, чтобы сеть быстрее приращивалась. Через два дня, напомню.

– Хорошо, – кивнула та. – Сам что планируешь делать, пока я учусь?

– Тоже учиться. Между прочим, у самого недоученных баз изрядно хватает, и неплохо бы, пользуясь свободным временем, подучить их.

– А Ольга? – насторожилась та, да и сама мелкая тоже заинтересовалась.

– А что Ольга? Перун будет за ней следить, чтобы ничего не натворила. Думаешь, ей одной не хочется пожить, чтобы нотаций не слушать и делать, что хочешь? Почувствовать себя свободной…

– Хочу-у, – прохныкала та, скорчив мордашку. Жанна с сомнением смотрела на неё.

– К тому же ты можешь для неё написать распорядок дня, и Перун будет очень внимательно следить, чтобы всё выполняла.

Теперь уже Жанна выглядела изрядно заинтересованной, тогда как Ольга насторожилась.

– Как он её заставит?

– Это достаточно просто. Если увещевания не подействуют, он пришлёт технического дроида и будет поднимать её разрядами тока, мелкими, неприятными и почти не болезненными, но поваляться в постели не получится, тем более сила тока будет постепенно повышаться. Перуна не уговорить, не разжалобить, не запугать, он всё равно заставит всё делать.

– Гады, – выдохнула Ольга.

– Но всё-таки против воли лучше не заставлять, поэтому если будешь писать распорядок дня, то делай это вместе с Ольгой, у неё ведь тоже должно быть свободное время, – сказал я и поймал благодарный взгляд мелкой.

Обе рыжие остались в кают-компании, у них появилась общая тема, и они теперь до слез Ольги и неприступности Жанны спорили, как Ольга будет жить, ну а я продолжил заниматься кораблём. На весь полёт всё наше свободное время распланировано так, что будем заниматься по плану. Учиться и учиться, приближаясь к границам освоенного космоса.

* * *

Из режима обучения меня выкинуло внезапно. Крышка уже была открыта, мигали сигнальные плафоны на стенах под потолком, ревела тревога.

– Что?! – рявкнул я. – Нам ещё полтора дня в гипере лететь!

– Мы попали в поле действия глушилки гипера, на данный момент в поле видимости наблюдаю шесть судов противника, – доложил Перун и ехидно добавил: – Судя по переговорам, они в сомнении, не думали, что в их сети попадёт такая жирная птица, как мы. Похоже, пираты.

– Ну, я им!.. – зло рявкнул я на бегу.

При первом же докладе я подхватил одежду с кушетки и рванул в рубку, так что пока выслушивал доклад Перуна, уже был в рубке и судорожно одевался, принимая командование кораблём. Обучение я проходил не в госпитале, от него бежать и бежать, а в своих апартаментах в медбоксе, где у меня стояла персональная обучающая капсула.

Застегнув комбез, я усел в кресло капитана и, подсоединившись напрямую к управлению кораблем, дал ход разгонным, подрабатывая левыми передними маневровыми, разворачивая крейсер к неизвестным, что находились справа от нас. Ещё на бегу я дистанционно подключился к управлению и знал, что как только нас выбросило в обычное пространство, Перун сразу окутал крейсер щитами, а противник был слишком далеко, чтобы что-то предпринять. У противника сейчас был только один выход – бежать, так как ничего тяжёлого у них не было, мелкие лоханки одни да средний крейсер пятого поколения. Судя по несуразности сборки, выкуплен у мусорщиков или захвачен у них же.

Отправив им вызов на общем канале в режиме видеоконференции, я зло спросил:

– Эй, на лоханках, какого хрена меня разбудили?!

Почти сразу же мне ответили, но никак не тот, кого я ожидал. Ответил Эжен, хозяин того фрегата, что подкинул меня до кладбища с кораблями восьмого поколения.

– Эжен, чертяка, ты-то тут какого делаешь?

– Сам не ожидал тебя увидеть, – улыбался тот. – Мы тут глушилку собрали, только запустили проверить, заказ на неё денежный дали, как ты вывалился из гипера. Значит, хорошую мы глушилку сделали, мощную.

– Да уж, собрали, – согласился я, не особо веря в подобную версию. Какой же пират признается, что он пират? В кругу хороших знакомых разве что.

– Откуда у тебя такое чудо? Ты им что, один управляешь? Что-то я позади экипаж не вижу.

– Один-один, вполне справляюсь. А откуда? Так ты меня сам подбросил до кладбища, забыл? Вот, собрал из обломков.

– Так ты инженер?! – изумился тот.

– И станционщик к тому же, метку специальности имею. У меня больше десятка профессий, вот такой я удивительный паренёк… Ладно, глушите свою хреновину, я дальше лечу, дела у меня.

– Подожди, парень, – вышел на связь другой абонент, судя по направлению канала связи, с крейсера. – Дело есть, очень денежное. Как тебе?

– Не интересует. Очень широко развит в знаниях, поэтому если что надо, сам добуду без проблем. Делиться не люблю, так что сами и только сами. Всё, пока.

Глушилку отключили, как мне сообщил Перун, поэтому, как только мы ушли в гипер – до станции пиратов осталось полтора дня полёта, – я направился обратно доучиваться. А Ольга или Жанна об этом ничего не знали: одна спит, по внутрикорабельному времени три часа ночи, другая в капсуле лежит, поднимает последние базы знаний. Вернее, даже последнюю. Так как остальные она уже выучила. Сейчас «Повар» до пятого ранга тянула.

Пройдя в свои апартаменты, я забрался в капсулу и вырубился, обучаясь до окончания следующих суток. Произошедшая история не то чтобы изумила или расстроила меня, просто ещё раз подтвердила, что чем круче дубинка-корабль у путешественника, тем ему проще во Фронтире.

В следующий раз я уже очнулся штатно, капсула согласно заложенной программе вывела меня из сна-обучения точно в назначенный срок. Легко и грациозно покинув капсулу, я сделал лёгкую разминку, чтобы кровь бежала быстрее и, посмотрев на часы на рабочем столе нейросети, отправил на коммуникатор Ольги предложение совместно пообедать, сообщив время, когда мы встретимся в кают-компании. Было пол-одиннадцатого утра.

До выхода из гипера ещё два часа, так что у меня достаточно времени, чтобы полтора часа потренироваться в зале да полчаса пообщаться с Ольгой. Мы с Жанной старались побольше с ней проводить времени, когда не лежали в капсулах. Правда, та особо и не расстраивалась нашими долгими отсутствиями, судя по выражению её лица, она бы предпочла, чтобы мы из капсул до конца полёта не выходили. Расслабилась девочка, почувствовала вкус свободы. Ох, непросто будет Жанне, когда они устроятся в Содружестве. Та ещё егоза неусидчивая.

После душа, я сразу переоделся в спортивный костюм и, держа на сгибе локтя пилотский комбез, направился в тренажёрный зал. Там убрал комбез в раздевалку и приготовил одноразовое полотенце, в зале сделал тройную гравитацию и после лёгкой разминки крепко принялся за себя. За последние тренировки мышцы, суставы и кости заметно окрепли, спасибо симбиоту Древних, поэтому тренировался я с душой и удовольствием.

После душа и десяти минут плавания в бассейне я оделся и направился в кают-компанию – подошло время, что я назначил Ольге. Та уже была на месте и ковырялась в тарелке салатика.

– Привет, – поздоровался я, проходя в помещение. – Будешь что?

Та сообщила недлинный перечень блюд, которые я сказал помимо своего обеда. Получив всё на поднос, отнёс к столику, за которым сидела мелкая рыжая.

– Мы сегодня прилетим?

– Да, через час выходим из гипера на краю системы. Потом ещё часов пять колупать на разгонных, и будем на месте. Это пиратская станция. Торговая. Я собираюсь кое-что поискать там и приобрести. Задержимся на неделю максимум, потом полетим к следующей. Всего шесть таких станций я планирую посетить.

– Там безопасно?

– Не на всех станциях. На «Тонжире» стараются поддерживать порядок, если не будешь стрелять в разные стороны, то проблем не будет. Конечно, можно нарваться на отморозков, во Фронтире их как раз больше всего, но это как повезёт. Большую часть требуемого товара я буду искать через станционную сеть, а потом уже встречаться с торговцами, торговаться и покупать.

– А нас с собой возьмёшь?

– Любопытно? – когда та кивнула, я ответил: – Без проблем. Только мать твою через три дня, когда она последнюю базу закончит учить, поднимем. Не надо прерывать процесс обучения.

– Понятно, – протянула та. – А посмотреть на пиратов дашь?

– На станцию, что ли?

– Да.

– В рубке посидишь, посмотришь. Только тихо сиди.

Продолжая обедать, мы спокойно общались, переходя с одной темы на другую. Наконец подошло время выхода из гипера. Осталось минут десять, поэтому мы направились в рубку, пока дроид-стюард убирал со стола, да и вообще прибирался.

Ольгу я посадил за отключённый пульт оператора защиты, там только экран работал, показывая черноту гипера. Но вот наступил тот момент, когда корабли выходят из прыжка, и звёзды не прыгнули на нас, а наоборот, прыгнули от нас вдаль, засверкав бриллиантами на чёрном полотне космоса. Вышли мы там, где я и рассчитывал и, стараясь не сбавлять скорость, полетели к станции. Диспетчер вышел на нас довольно быстро:

– Диспетчерская служба торговой станции «Тонжир» вызывает тяжёлый крейсер «Нохан». Прошу сообщить цель прибытия.

– «Нохан» – «Тонжиру», цель прибытия – заправка и покупка некоторых культовых предметов старины. Парковка на неделю.

– «Нохан», понял вас, высылаю номер парковки и маршрут следования.

– «Тонжир», вас понял.

Отключившись, я посмотрел на Ольгу, которая с жутким любопытством, превратившись практически в одно ухо, слушала нас.

– Видишь, ничего интересного. Стандартные переговоры. Рутина.

– Всё равно интересно, – выдохнула она.

На большой обзорный экран, что висел над пультом пилота, подавалась картинка с носовых камер, поэтому она видела станцию во всём её великолепии.

– Это станция? – несколько озадаченно спросила она.

– Ну да, они в основном так и выглядят.

– Похоже на конструктор «Лето», который собирал двухлетний, хорошо выпивший спиртного ребёнок.

– Да, есть такое, – засмеялся я. – Однако как инженер по таким вот станциям скажу, что как раз вот эта была собрана нормально и довольно продуманно. То есть рационально. Удобно для использования, если проще. Кстати, это станция пятого поколения постройки империи Антран, грузопассажирского типа, модель «Оло».

– Смешное название.

– Это фамилия изобретателя. Многие называют творения своими же именами. Кстати, Эрнест Оло – землянин. Швед, по-моему.

– О-о-о, – протянула девчонка.

Она так и просидела на месте, пока я маневрировал и заходил на место парковки. Слева стоял большой танкер четвёртого поколения, похоже именно он развозил топливо по всем этим станциям, слева парковочное место было пусто. Подо мной висел старый крейсер пятого ранга второго поколения, изношенный до предела, а надо мной на парковочном месте находилась очень дорогая, с нанесённой на корпус позолотой, яхта. Похоже, олигарх безбашенный тут отдыхает, ну или трофей какого-нибудь пиратского капитана. Не знаю.

Как только корабль остановился и стабилизировался в пространстве, я вздохнул и сказал:

– Прибыли.

– А тут есть корабли сильнее твоего?

– Похоже, что да, когда сближались, я успел осмотреться. Тут шесть линкоров. С ними вот так вот за раз я не справлюсь, тем более если там опытные спаянные экипажи.

– А с одним?

– Легко.

– Но у нас крейсер, линкор же сильнее.

– Не в этом дело. У нас корабль моложе, у него больше возможностей и вооружения. А тут старьё, собранное по кладбищам. Не конкуренты, одним словом. Они меня даже догнать не смогут, я быстрее. При необходимости сбежим. Пираты, скорее всего с рейда вернулись и сейчас отдыхают на станции. Тут есть центры развлечения. Бордели, казино, бары и всё такое, думаю, они там тратят заработанное.

– А-а-а. А они нас не тронут?

– Пока мы тут, нет. Вот уйдём в соседнюю систему, там уже наша свобода и наша безопасность в наших руках. За соседние системы охрана «Тонжира» не отвечает.

– Что сейчас делать будем?

– У меня денег нет, слетаю на станцию, продам кое-что из барахла, чтобы наличные были. Кстати, тут надо себя очень осторожно вести. Закон десятерых помнишь?

– Да, на одного нельзя нападать больше чем вдесятером, если нанесли травмы, нужно вызвать медицинскую помощь и дождаться её прибытия. Если таким способом тебя заставили отдать всё, что у тебя есть, это считается законным.

– Вот-вот. Могут и к нам прицепиться, ввязать в драку, а потом с ножом у горла: «А не хочешь ли ты поделиться своими вещами, крейсером например?» Тут, конечно, такой закон Содружества действует так сяк, ещё докажи законность передачи, но всё равно нужно быть осмотрительными. Запомни, во Фронтире правит сила.

– Я помню, – кивнула та и машинально погладила игольник на поясе.

Эти на вид игрушки, а на самом деле довольно серьёзное оружие, я подарил обеим рыжим в начале полёта, чтобы привыкали. Жанна-то после изучения базы о «Лёгком стрелковом оружии» довольно ловко начала с ним обращаться, я ещё в комплекте им по шокеру дал, а вот Ольга училась изматывающими тренировками. За этим Командор следил. Тренировалась в тренажёрном зале, стреляла там же. Иглоуловитель был приличный. Так что за эти два месяца она набила руку в применении. Половину малого контейнера с боезапасом потратила, но зато теперь научилась стрелять с разных позиций. Даже на бегу. Командор тут как учитель превзошёл сам себя, да и Ольге было интересно. Жанна лишь изредка присоединялась к дочери, да и то больше, чтобы держать себя в форме.

– Идём, ты пока своими делами займись, а я на станцию слетаю, средствами обзаведусь, ну и к сети местной подсоединюсь. Сможешь со своего планшета или коммуникатора в местной сети висеть, изучать, что там есть.

– Это хорошо, – довольная кивнула та.

Мы покинули рубку и направились по своим каютам. Я у себя из кабинета, из сейфа, забрал один платиновый слиток, тут он стоил шестьсот тысяч кредитов, вполне хватит нам до конца полёта, то есть до империи Антран, до ближайшей планеты, где есть Центр беженцев.

Серьёзно вооружаться я не стал. С того же разведывательного крейсера я натащил много имущества, включая бронекомбинезоны, это, конечно, не мой штучный «Хамелеон» из будущего, более громоздкие модели, но тут очень серьёзно. Так что я облачился в бронекомбинезон «Кузнечек-2Е», взял бластер, игольник и вибронож – для профессионала вполне достаточно. В прошлые свои посещения я просто так шутил, обвешиваясь оружием, пытался выдать себя за полного лоха и новичка. Сейчас этого не требовалось, дело было серьёзным. Подумав, я прихватил и второй слиток. Мало ли пригодится.

Ольга проводила меня до лётной палубы и проследила, как челнок покинул борт корабля и вылетел к станции. Добрался я нормально, диспетчер сбросил маршрут, так и долетел. На лётной палубе я во второй раз внимательно выслушал местного служащего о законах, что существуют на «Тонжире», мало ли что новое придумали, и, кивнув по окончании речи, спросил у него:

– Где у вас ближайший обменник? – Тот с недоумением пожал плечами. – Банк? На этом этаже будет «Светоч», неплохой банк, мы через него зарплату получаем.

– Местный, значит, а ещё есть?

– Ещё три. Даже есть филиал Главного банка Содружества.

– А он тут откуда взялся? – удивился я. – Где мы, а где Содружество!

– Там, где деньги, всегда есть банки.

– Это да, – вынужден был согласиться я.

– На самом деле хозяева договорились с представителями банка, обещали безопасность во всех случаях. У нас почти весь денежный поток идёт через этот банк, хозяева не прогадали, очень приличный процент получают с этого.

– Дельцы… Ладно, спасибо за помощь, – я сунул служащему десять кредитов, затерявшиеся в кармане.

За парковку челнока и «Нохана» я пока не платил, нечем было. Можно заплатить позже, никто не заставляет это делать сразу, но всё же медлить не стоит. Поэтому я направился в банк. Лучше закрыть долги, мало ли.

Идти пришлось пешком, оплатить или арендовать транспорт было не на что, опять платформу забыл взять с крейсера, хоть пометку в блокноте на сети делай, чтобы та напоминала, когда я лечу на станцию – бери, мол, с собой платформу. То, что пришлось идти пешком, даже принесло свои плоды, я видел жизнь на станции, видел в реальном времени и вживую. Одно я уяснил чётко: на станции не зевай и держи ухо востро. За время пути мной были замечены тринадцать попыток воровства, из которых одиннадцать удались. Ладно, хоть ко мне никто не приближался, бронекостюм тоже имел функцию «хамелеона», поэтому я настроил цвет на пугающе чёрный. Так что при одном даже взгляде на мою фигуру у воров не появлялось ни капли желания подойти ко мне ближе. Да и мне их калечить не хотелось, так как ворами были парнишки с девчатами. Взрослых ни одного не видел. Тех, кого поймали за руку, просто лупили и отпускали, до смерти ни одного не забили, тут за этим следили строго.

Добрался до филиала Главного банка Содружества я нормально, даже порадовался, что он мне тут встретился. Дело в том, что филиалы этого банка есть везде. У него даже имени, то есть названия не было, просто Главный, и всё на этом. Эти банки реально были везде, то есть, имея вклад в этом банке, я мог снять средства в любом филиале. Но главное, банк гордился своей надёжностью. Вот уже больше ста лет его ни разу не ломали и не похищали средства. Не знаю, ещё не пробовал, но в принципе можно ради любопытства. Я неплохой программер, да ещё имеющий базы из будущего.

В банк я вошёл, откинув шлем, отчего тот съехал на правое плечо, на левом была плазменная пушка. То, что она не работает, показывал поднятый вертикально ствол. Без этих двух процедур я не мог войти в банк. Правила такие.

– Добрый вечер, – улыбнулась мне менеджер. – Чем могу вам помочь?

– Вы занимаетесь приёмом ценных металлов? В данном случае платины.

– Конечно, мы занимаемся всеми сферами банковской деятельности, – вежливо кивнула она. – Вы хотите сдать металл на оценку?

– Да, если цена меня устроит, то открыть счёт. У меня пока нет счёта в вашем банке, хотелось бы исправить это недоразумение.

– Мы постараемся помочь вам в этом. Пройдёмте за мной.

Мы прошли через бронированные створки и спустились по внутренней лестнице банка на этаж ниже. Нас сопровождал один из охранников банка. Внизу в одном из кабинетов сидел оценщик, мужчина лет пятидесяти на вид, он взял оба слитка, достаточно качественно и ловко провёл экспертизу, которая заняла у него не более пяти минут, и даже выдал сертификат качества.

– Примесей, конечно, много, молодой человек, – сказал он. – Однако до сертификата качества дотягивает. Общую стоимость обоих слитков я оцениваю в миллион пятьсот сорок две тысячи триста двадцать кредитов. Будете проверять?

– Я уже всё сделал, пока вы работали, задача-то плевая, – улыбнулся я.

– А вы не так просты, молодой человек, – удивлённо посмотрел на меня оценщик и после моего согласия перевести слитки в кредиты убрал их в свой сейф.

Мы покинули оценщика и поднялись с менеджером в один из кабинетов. Женщина прошла за стол, а я сел перед ней, устроившись на стуле поудобнее.

– Для оформления счёта мне нужны ваши документы, карту ФПИ, пожалуйста, – протянула та руку.

Хрустнув липучкой нагрудного кармана бронекостюма, я достал пластинку пластика и протянул его ей. Мне как врачу ничего не стоило сделать это удостоверение, я имел на это право. Та, не глядя, вставила карту в приёмное гнездо и на экране компа, встроенного в стол, стала изучать данные, которые отображались с карты.

– Господин Росс, тут не указано ваше гражданство, – отметила та. – Это один из основных пунктов, по которому я могу открыть полный счёт. Есть возможность провести открытие через вашу ДНК, вы сможете также им постоянно пользоваться в наших филиалах, но не через сеть, только прибыв лично в один из филиалов. После процедуры принятия гражданства в любом филиале вы уже можете развернуть ваш счёт до полного. Это бесплатная процедура.

– Странные у вас, конечно, порядки, – отметил я. – Но давайте, делайте по ДНК. Счёт в этом случае будет защищён?

– Конечно, не было ещё таких случаев, чтобы у нас что-то украли.

Процедура открытия счёта заняла десять минут, меня провели через сканер, снимая форму скелета – пришлось для этого снять бронекостюм, также взяли образец ДНК. После этого счёт был открыт, и там оказалась указанная сумма. Очень прилично, хватит надолго, если не шиковать. Правда, я сразу снял пятьсот тысяч наличностью. У меня планировались большие расходы, так что нужно было подготовиться.

Вернувшись на лётную палубу на арендованной платформе, я сразу через служащего палубы оплатил недельную парковку крейсера, те пару часов, что тут стоял челнок, купил десятидневную карту абонемента сети и вылетел обратно. Всё, что нужно, я сделал, пора возвращаться на борт своего дома.

Ольга, дождавшись, когда я введу номер с карты оплаты сети в комп связи «Нохана», тут же убежала к себе, Перун дал ей доступ, она собралась полазить в местной сети, ну а я вызывал тара Борила, местного очень серьёзного дельца. Тот вёл торговые дела с пиратами, скорее всего продавая награбленное. Ответил он не сразу.

– Слушаю вас, молодой человек.

– Доброго вечера, тар Борил. Я не знаю никого из деловых людей на «Тонжире» кроме вас, поэтому и решил связаться именно с вами. Думаю, наше общение пойдёт к общему удовольствию в делах.

– Лить патоку вы умеете, молодой человек, но я сейчас немного занят, поэтому хотелось бы конкретики.

– Меня интересуют артефакты Древних в любом состоянии. Если они у вас есть, готов выкупить выставленный товар. То, что меня заинтересует, естественно.

– Знаете, у меня есть встречное предложение. Подобными предметами я торгую уже очень давно, и, конечно же, появился неликвид, который никому не известен и не нужен. Всё это постепенно копилось в малом контейнере. Я готов обсудить с вами возможность приобретения артефактов Древних, а у меня много стоящих вещей, если вы, не глядя, выкупите этот контейнер. Цена – пятьдесят тысяч кредитов.

– Брать не знаю что – мне очень не хочется, но своими ценными вещами, что имеются для продажи, заинтриговали. Надеюсь, скидка будет при продаже?

– Разумеется.

– Хорошо. Парковка Е-12Б4, крейсер «Нохан». Доставляйте контейнер к третьему шлюзу, оплата наличными.

– Договорились, в течение часа покупка будет доставлена. Я же вас ожидаю через три часа в своём офисе в деловом центре «Тонжира». Этаж 1Е, двести шестой офис.

– Буду, – коротко ответил я и отключился.

Контейнер доставили через сорок минут на челноке четвёртого поколения, изношенном до предела. Пилот только с третьего раза смог состыковаться. Однако я всё равно бдительности не терял, на внешней обшивке дежурили дроиды, наблюдая, чтобы нам не подкинули какую диверсионную гадость, да и в шлюзовой был противоштурмовой комплекс. Однако всё прошло штатно, мне передали контейнер, его в холл шлюзовой занёс малый дроид-погрузчик, ну, а я, убедившись, что доставили то, что нужно, расплатился. Правда, это на словах было так, поначалу пилота долго держали под прицелом, пока два меддроида обеззараживали контейнер и всё, что было внутри. Мало ли там гадость какая. Потом я осмотрел покупки, убедился, что доставили именно артефакты Древних – кто его знает, что это такое, загогулины какие-то, и подтвердил получение заказа, выдав пилоту-курьеру требуемую сумму. Тот, глухо ругаясь, ушёл к себе на челнок и улетел на станцию, а в открытый контейнер сразу же заглянула Ольга и с недоумением покрутила в руках какую-то чёрную витую фигню. У меня у бабушки люстра с такими финтифлюшками была. Кажется, даже пластиковыми. Её внуки их снимать любили и в мушкетёров играли, пока половину не растеряли.

– А что это? – озадачилась она.

– Сам не знаю. Купил не глядя. Торговец развёл, но зато я получил карт-бланш на возможность изучить выставленные им образцы товара и купить то, что мне может приглянуться. А вот это уже серьёзно. Ладно, иди к себе, я сейчас уберу контейнер на склад, это на будущее, и пойду собираться. Через пару часов у меня встреча с местным дельцом, нужно посмотреть, что он продаёт, пока есть такая возможность.

– А можно мне с тобой на станцию? – попросилась Ольга.

– В принципе повода для отказа не вижу, так что собирайся, через час вылетаем.

– Я быстро, а что надевать?

– Тебе принесут офицерский комбинезон со встроенным бронежилетом. У него есть функция подстройки под фигуру. В нём пойдёшь, да игольник прихвати, этого хватит. Тяжёлой артиллерией буду я, если что.

Рыжая убежала, а я убрал контейнер в спецхранилище для нужных вещей и отправился к себе. После душа залез в сейф и вытащил считыватель Древних. Тот был немного поломан, я не умел чинить такие штуки, но главное, функции свои выполнял, и это радовало. Для проверки артефактов самая нужна вещь. Брать я в основном собирался именно базы знаний Древних. Мне нужны были их знания. А как взламывать защищённые носители, я уже успел подумать. Через считыватель «Тенью». Это займет, конечно, очень много времени, может даже до месяца, хотя может и быстрее, если вообще удастся и информация не удалится. Для этого я собирался набрать больше кристаллов с базами знаний, чтобы неудача не была таким ударом и оставались запасные варианты. «Тени» ведь тоже требуется тренировка для подборки алгоритмов взлома.

Наконец мы собрались и вылетели на станцию. Там я уплатил за три часа стоянки челнока, и мы направились по нужному маршруту по коридорам станции. Где находится офис тара Борила, я выяснил из сети «Тонжира», так что ехали мы с ветерком. В этот раз я взял платформу, поэтому был весел и насвистывал, демонстрируя хорошее настроение. Ольга, сидевшая рядом, крутила головой, как болванчик, пытаясь охватить всё, мимо чего мы проезжали. Даже иногда вопросы невпопад задавала: «Что там такое? И это ещё кто?» Инопланетян я и сам до этого не видел, поэтому даже притормозил платформу и посмотрел на голую обезьяну с длинным хвостом, что прошла в боковой проход. Ничего кроме пояса с оружием у него не было. Судя по первичным признакам, это был самец.

– Леур, кажется, – разгоняя платформу, неуверенно ответил я. – По описанию похоже, но сам представителя этой расы вижу впервые.

– Опасные? Где они живут?

– У них две своих планеты, находятся в одной системе. Они входят в Содружество как отдельная раса на равных правах. Это всё, что я знаю, очень замкнутые они, о себе мало что рассказывают.

– Понятно, – разочарованно вздохнула та.

– Кстати, мы приехали. Это нужный нам офис.

Припарковав платформу и поставив её на сигнализацию, я отправил вызов тару Борилу, и мы направились к дверям его офиса. Встречал нас помощник хозяина, он и провёл в торговый зал, причём отдельный, посвящённый только артефактам Древних. Оказалось, ткнув наудачу, я попал куда нужно, тар Борил был одним из крупных продавцов этого вида товара, так что осталось воспользоваться подвернувшимся шансом. Самого тара не было, он обещал прибыть позже, поэтому с нами был тот его помощник, что нас встретил. Ничего страшного, я был занят, так как застрял у кофра, забитого информационными кристаллами, а Ольга ходила у стеллажей, с любопытством разглядывая витрины. Мне не нравилось то, что помощник стоял рядом и внимательно смотрел, что я делаю. На намёки он не реагировал и не отходил, так что пришлось проверять информационные кристаллы при нём. Часть были пустыми, часть – с утерянной информацией, но были и крупицы золота. Первой мне попалась база знаний «Корабельный техник» в пятом ранге, после чего нашёл три базы гражданского назначения, которые мне были совершенно не нужны, а чуть позже ещё одна ценная находка, в этот раз даже серьёзнее: база знаний «Инженер-универсал» в шестом ранге.

Естественно, помощник не видел, что за кристаллы я отбирал, закрывать от него экран считывателя, но отобранные кристаллы он приметил, я их положил в выданную мне корзину, чтобы потом договориться с хозяином об их продаже. Мельком осмотрев остальные выставочные образцы – действительно было много ценных артефактов, я спросил у помощника, есть ли у них ещё информационные кристаллы. Оказалось, что есть. К нам в павильон вынесли ещё один такой кофр, и я продолжил сканирование. Следующая ценная находка – база шестого ранга «Хакер» производства расы Зтов. Я её тоже прибрал. Потом было сразу две ценные находки: «Диверсант» и «Военный программист», обе также в шестом ранге. Мне кажется, все эти базы были найдены на одном корабле или в одном месте – схожи чем-то, направленностью, что ли. Последняя находка: также две базы, но с одной специальностью – «Ремонтник» шестого ранга. Именно с одной из этих баз и начну взлом, потренируюсь, мало ли «Тень» уничтожит случайно данные. Дроиду же тоже надо на чём-то тренироваться, раз кошек рядом нет.

Я сообщил помощнику, что закончил. Тот кивнул и попросил пройти в кабинет хозяина. Мы с Ольгой последовали за ним. Тот провёл нас в кабинет, но сам остался снаружи. Тар Борил сидел в кресле и смотрел что-то на экране визора – с моей стороны экран не был виден. Сомнения развеял сам тар, повернув экран в нашу сторону. Там была запись того, как я считывателем проверяю информационные кристаллы Древних.

– Вы в курсе, что с этим считывателем может работать только тот, у кого стоит или нейросеть, или симбиот Древних? – спросил тар.

– Теперь в курсе.

– Знаете, сколько я с вами ни общаюсь, вы не перестаёте меня удивлять. Обманули с профессором. Да-да, чуть позже мы это узнали, вы смогли снять слепок его памяти, теперь ещё это. И что мне с вами делать?

– Думаю, что-либо со мной сделать не в ваших силах, да и хозяевам я не по зубам, – показал я злой оскал. – Поверьте, мне не составит труда раскатать эту станцию по модулям. Я ведь как-никак инженер-станционщик и в этом деле очень неплохо понимаю, а если скрестить профессию с другой, например штурмовик в шестом ранге, частично в седьмом, то вообще проблем со штурмом и последующим уничтожением всех, кто находится в этой системе, не вижу.

– Ну-ну, не нужно горячиться, молодой человек. Мы же с вами умные люди и всегда придём к консенсусу. Давайте пока решим вопрос по тому товару, что вы выбрали. Думаю, цена в сто тысяч неплоха для них.

– Да им красная цена тысяча, причём за всё!

– Но ведь они немало стоят, раз вы их выбрали.

– Вот будет у вас такой же считыватель, узнаете, чем владеете – вот тогда цены и повышайте. А сейчас незачем. Для вас это просто непонятные болванки с древних времён, так и продавайте. Напомню, покупатель всегда прав.

– Что за чушь? – искренне удивился делец. – Никогда такой чепухи не слышал. У нас говорят: кто облапошил – тот и прав.

– Мы росли в разном окружении и времени. Тысяча.

– Знаете, а я, пожалуй, соглашусь, но с одним условием. Вы заново проверите оставшиеся информационные кристаллы и сообщите нам, что на них находится. За это я не буду завышать цену. Как вам такое предложение?

– Работы на час. Если за эту работу кроме уже отобранных кристаллов я получу в качестве платы ещё два по моему выбору, то я согласен, – был мой ответ, после чего я положил на стол однотысячную банкноту. – Если можно, то у меня просьба. Сообщите тем торговцам, которые продают такие кристаллы, что я готов практически бесплатно проверить их информационные носители Древних, в оплату взяв по два кристалла по своему выбору.

– А вы, молодой человек, далеко пойдёте, – задумчиво сказал делец. – Пожалуй, я не буду никому это сообщать, а куплю скопом по бесценке все их запасы, а вы мне составите потом список. С оплатой работы я согласен. Не обременительная.

– Договорились. Сообщите, когда будете готовы, я сразу прибуду.

Мы покинули кабинет и вернулись в павильон. Там я с помощником дельца, что записывал и откладывал особо ценные кристаллы, маркером нанося на них номер, проверил, что у них имелось. Это действительно заняло чуть больше часа. Закончив, мы разошлись. Помощник половину кристаллов отнёс в сторону, собираясь их снова выложить на витрину – никто же не знает, что они пустые, – а вот другие, где информация была ценной, он понёс в хранилище. За работу я получил два информационных кристалла, на одном была база знаний «Пилот корвета класс эксперт» пятого ранга гражданской направленности и база знаний «Ремонтник корабельных оружейных систем» также пятого ранга.

Как только мы покинули офис, то несколько растерянно остановились. Нашей платформы не было. Угнали. Кто и почему, не знаю, но угнали, ироды.

– А где?.. – Ольга растерянно показала на пустое место.

– Угнали, – пояснил я. – Молчи пока, сейчас со службой безопасности свяжусь, сообщу о краже.

Вызов, однако, мне ничего не дал, те ответили, что следить нужно за своими вещами. И вообще это наши проблемы, кражами охрана не занимается.

– То есть если я сам займусь поисками, то никаких проблем?

– Именно.

– А если я половину станции разрушу? – уточнил я, разговор вёлся «под протокол».

– Ну, это, парень, вряд ли. В любом случае платит проигравшая сторона, уразумел?

– Более чем, – ответил я и отключился. – Сейчас платформа наёмная подлетит, я тебя отвезу на челнок. Потом займусь возвращением своего имущество. Это же надо, какие-то гады посмели меня ограбить.

– Я с тобой хочу, – заныла Ольга.

– Не обсуждается. Мне Жанна, если что, голову оторвёт.

Мы сели на подлетевшую платформу и направились к нужной лётной палубе, где у меня стоял челнок. Там я оставил Ольгу и покупки, после чего на той же платформе полетел на поиски воров и своего имущества. Как искал? Да просто по сигналу маяка. Я его в пульт ручного управления спрятал, пока тот не разберёшь – не найдёшь.

Отъехав от челнока, я отправил кодовый сигнал, и маяк тут же заработал, сообщая, где стоит украденная платформа. Так что на месте я был уже через пять минут. Не так и далеко оказалось, на шесть этажей ниже.

Это был какой-то ангар. Тут вообще был длинный коридор со множеством ангаров, я половину коридора проехал, пока не нашёл нужный. Покинув арендованную платформу, я просветил техническим сканером створку, та была стандартная, уходила в левый бок, чтобы не перекрывать соседние ангары. У соседа слева соответственно уходила вправо. Обычная конструкция. Найдя, где находится распределительный щит, я настроил наплечную пушку на максимум и тремя выстрелами пробил дыру в переборке, подошёл, замкнул контакты, и створка начала уходить в пазы, открывая проход.

Когда я подошёл и посмотрел внутрь, то невольно усмехнулся, обнаружив три крайне удивлённые хари.

– Так, ну и кто у меня платформу увёл? – заходя, спокойно спросил я.

– Я же говорил, тут маяк, а вы – «помехи, помехи»! – взвизгнул невысокий, похожий на хорька мужичок в комбезе техника.

Весь ангар был завален техническим мусором из разных моделей платформ и другой техники. Моя стояла тут же со вскрытым двигательным кожухом. Больше никаких вмешательств я не заметил. Кроме технаря был ещё здоровый мужик в комбезе инженера и парень моих лет. Подозреваю, тот самый угонщик.

– Да подожди ты, – махнул мужик рукой в сторону «хорька», после чего сказал мне: – Ты знаешь, на кого мы работаем?

– Да мне плевать, – честно ответил я, и пушка на плече замолотила, сделав три очень быстрых выстрела.

Головы всех трёх воров лопнули, как арбузы. Причина выстрелов в голову была в том, что вместе с ними были уничтожены и сети, так что снять, что на них было в последний момент, теперь невозможно.

Подойдя к своей платформе, я осмотрел её, вернул все настройки на место и захлопнул капот. Потом подошёл к телу парня и снял с него немного окровавленный рюкзак. Раз он смог вскрыть мою защиту, правда, я её не накручивал, слабенькой была, то у него должно быть соответствующее оборудование. Так и оказалось, был планшет и переделанный сканер. Когда я включал сигнализацию, тот снимал параметры и копировал их, после чего угнать платформу было достаточно легко.

Трофей мне этот был не интересен, самоделка простенькая, сам лучше сделаю, поэтому заняв кресло в платформе, я вывел ее из ангара, снова замкнул контакты, чтобы створка вернулась на место и закрыла вход, после чего покатил к челноку. Добрался нормально, загнал машину внутрь, расплатился с местным техником за парковку – челнок на час дольше простоял, и мы вылетели на крейсер.

– Ох, устала, спать уже хочется.

– Да, по внутрикорабельному времени поздний вечер, почти ночь, – согласился я.

– Как ты вернул платформу?

– Ну как, по маяку нашёл склад, где её начали готовить к разборке, и вернул.

– А с ворами что? Побил?

Я промолчал, продолжая управлять судном.

– Убил? – продолжала допытываться Ольга.

– Да.

– Зачем?

– Это моё оборудование. Своё я могу дарить только сам, воровство не приемлю. Кроме себя, конечно. Если мне надо, я возьму, даже чужое. А вот когда меня грабят, прихожу в бешенство. Жизненная позиция такая.

– Проблем с пиратами не будет?

– Не мои проблемы.

– Если они нападут?

– У меня будет шанс уничтожить их.

– То есть ты тогда тому дядьке правду говорил, что легко убьёшь пиратов?

– Я в такие моменты стараюсь не врать и говорить правду. Борил это понял, он умеет чувствовать чужие эмоции. Видел я этих пиратов, хорошие индивидуальные бойцы есть, но не более. Противников среди них для меня нет. Я могу уничтожить и станцию, и местный флот. Я это прекрасно знаю – они нет.

– У тебя реально нет тормозов, – протянула Ольга.

– Я в курсе, ты не первая, кто мне это говорит. Моя сестрёнка считает так же.

– Так у тебя сестра есть?! – изумилась Ольга.

– У меня их три, все младшие.

– Почему раньше не говорил?

– А зачем? Они так далеко, что я их ещё нескоро увижу, лет через сто восемьдесят, если стазис-камеру не считать.

– Ага, так я тебе и поверила, люди столько не живут.

– На Земле да… Я вообще удивился, что вы всего шестьдесят – семьдесят лет живёте. Фактически только начинаете жить, и всё, старость и смерть.

– А вы сколько живёте? – тихо спросила Ольга.

– Двести тридцать – десяти пятьдесят лет, а долгожители и до двухсот семидесяти дотягивают. Но это редкость. Нам изменения в геном внесли, поэтому мы мало болеем и долго живём. Ещё есть процедура омоложения, но это вообще отдельная тема. Так что некоторые и до четырёхсот, и до пятисот лет доживают. Но это достаточно богатые люди, не всем по карману процедура омоложения. Одна ампула «Омолодина» стоит за двадцать миллионов кредитов, на чёрном рынке чуть дешевле, но не намного, да и просроченных препаратов там много.

– Почему раньше не говорил?! – снова возмутилась Ольга.

– Да как-то разговор на эту тему не сворачивал, тем более это не должно вас беспокоить.

– Почему?

– В эмиграционной программе империи Антран чуть меньше пятнадцати лет назад для привлечения большего количества беженцев из Диких миров включили процедуру омоложения организма. Все дикие, как и вы, тоже недолго живут.

– Но если препарат двадцать миллионов стоит, разве его будут отдавать не пойми кому?

– Не-не-не, ты не так поняла. «Омол один» создан для тех, у кого уже изменён геном, а тот препарат, что дают в Центре беженцев, для нас как вода, бесполезен. Это разные препараты, соответственно и стоимость совершенно разная. Ты их не путай.

– А-а-а, теперь понятно.

– На чём я остановился?.. А, так вот, препарат этот достаточно дорогой, сто тысяч кредитов стоит, но учитывая, что он производится на государственных предприятиях, его закупают по себестоимости и передают в Центр беженцев. Вам сделают первый укол сразу после принятия гражданства, естественно, после того как проведут через диагност, потом будет второй укол и третий. Время между ними не скажу, там от физических данных пациента зависит, но в течение года. За этот год ваш организм перестроится, и вы тоже станете долгожителями. Правда, думаю, это все скоро отменят, слишком затратно даже для империи. Беженцев-то немало.

– А мы успеем?

– Успеете, это не прямо сейчас отменят. Может, ещё пару лет просуществует, не скажу, не знаю.

Про бойню в ангаре Ольга уже давно забыла, заваленная такими новостями, поэтому после того как мы прибыли на корабль, она побежала к себе, а я направился в свои апартаменты. Не хочу терять время и сразу поставлю «Тень» на взлом. Чем быстрее я начну разбираться в устройствах Древних, тем лучше. Больше всего меня привлекала база знаний «Хакер». Это то, что нужно, чтобы взломать пароли к информационным кристаллам, полученным от себя же самого в будущем.

Сборка этой конструкции для взлома кристаллов Древних заняла у меня минут двадцать, больше на тестирование времени ушло. Убедившись, что «Тень» начал взлом первого кристалла, пока не сообщая, сколько времени ему на это понадобится, он ещё не определился, я направился в душ, а потом и спать. Время вечернее, так что уже тянуло в сон.

Выспался я хорошо, даже, можно сказать, прекрасно. После душа заглянул в кабинет и направился в кают-компанию, где уже завтракала Ольга. «Тень», который через считыватель Древних работал с одним из информационных кристаллов с базой знаний Древних «Ремонтник», уже определился, сколько ему понадобится времени на взлом. К моему удивлению, цифра не была шокирующей, всего шесть дней. Думаю, тут помогло то, что во время полёта от Земли с «Тонжиром» я несколько раз настраивал дроида на работу со считывателем, пришлось написать десяток программ для совместной работы, иначе ничего бы не получилось. Вот когда впервые их подключил, «Тень» вообще считыватель не видел и не опознавал, а так несколько программных усовершенствований, и пожалуйста. Поломать голову, конечно, пришлось. Да и считыватель тоже был с характером. Когда дроид смог к нему подключиться, тот выдавал, что его подключили к оборудованию, содержащему вирус, вот тут да, хорошо пришлось подумать и поискать, где тот нашёл вирус. Безрезультатно. Поставил в программном обеспечении «Тени» фильтр на вхождение, и всё, картинка с экрана считывателя о вирусе пропала. Видимо, тот смог понять, что к нему подключают оборудование для взлома, хотя в нём даже слабенького компа не было. Это заставило меня ещё больше уважать оборудование и аппаратуру Древних. В те времена, похоже, серьёзно относились к качеству изделий. А оборудование для перемещения во времени? Столько времени прошло, что даже не знаешь, что именно ожидать от изделий тех времён.

– Привет, – поздоровался я, проходя в кают-компанию. – Есть какие новости?

– Ага, всё утро в сети станции лазила. Там есть новостные сайты и торговые. В торговые не пустили, только в рекламные разделы с выложенным товаром. Нужно зарегистрироваться, чтобы туда входить. А в новостях много чего интересного. Представляешь, убили главного инженера станции, сына одного из представителей Совета клана пиратов, который тут всем заправляет. Тело нашли в каком-то ангаре с ещё двумя. Сейчас ищут, кто это сделал. Обещают тому, кто сообщит об убийцах, выдать вознаграждение в полмиллиона кредитов. Это большие деньги?

– Большой дом, двухэтажный, с бассейном на заднем дворе, возможно даже крытом, ну и хороший спортивный глайдер в придачу. Всё в столице любой планеты в безопасном космосе империи Антран. Цены там практически одинаковые, кроме курортных.

– Много, – протянула та. – А кто их убил, интересно?

– Я, – коротко ответил я и, отодвинув пустую тарелку с первым, волоком по столу подтянул вторую, со вторым блюдом, кашей с гуляшом.

– Ты-ы-ы?!

– Это и были те самые воры, что угнали у меня платформу. Я же не буду их сортировать, где там вор, а где инженер. Всех прихлопнул… М-м-м, обожаю каши с мясной подливой. В следующий раз возьми, не пожалеешь.

– Ты так просто говоришь – убил трёх человек, и как будто ничего не случилось.

– Оль, ты меня поражаешь, что за глупости? – невольно засмеялся я.

– Я просто не понимаю, убить и спокойно есть. Я ещё уверена, что и спал ты крепко.

– Уверенность у тебя пророческая. Да и с чего мне переживать из-за каких-то упырей?

– Но всё равно…

– Оль, вот смотри, если ты убьёшь за свою жизнь людей тысяч пятьдесят – семьдесят, то, поверь, к вопросам жизни и смерти посторонних людей ты будешь относиться или философски, или с равнодушием…

– А ты столько убил?! – ужаснулась та.

– Ну, не лицом к лицу, у меня таких не больше пятисот будет, я в общем количестве, в боях в космосе тоже много людей погибает… Давай перейдём на другую тему, что-то мне эта не нравится. У тебя сейчас какие планы?

– Тренажёрный зал. У меня через девять минут плановая тренировка начинается – поэтому и не наедаюсь, два салатика да чай.

– Понятно всё с тобой. Если что, через день, может два, улетим отсюда к следующей станции. Основное из того, что мне было необходимо, я как ни странно нашёл, но ещё поищем, а потом уже в империю полетим. Только сначала спрячем крейсер.

– Зачем? – насторожилась та.

– Понимаешь, мой корабль не входит в разрешённые стандарты гражданского флота Содружества. Или отнимут, или заставят частично разоружить, а я этого делать не хочу.

– И как тогда?

– Тут больше беготни будет и бюрократии, но я нашёл, как правильно зарегистрировать свой корабль.

– Это тоже интересно, но я спрашиваю, как мы в империю попадём?

– Ты разве не видела пристыкованный к левому борту фрегат? Я же там рядом ставлю свой челнок, к третьей шлюзовой. Фрегат на пятой шлюзовой стоит.

– Не видела, – растерялась та.

Было от чего, в челноке в рубке были обзорные окна, и Ольга во время своего первого полёта вся извертелась там, мешала мне управлять, разглядывая «Нохан», соседние суда и саму станцию, а такую заметную вещь не увидела.

– У меня два корабля, крейсер – он с натяжкой, но всё же относится к средним боевым кораблям, десятый крейсерский ранг, – ну и фрегат, это уже малые боевые корабли. Раньше он торпедоносцем был, но я его яхтой своей сделал, на нём и долетим. Там четыре каюты. Все с удобствами устроимся. К тому же по стандарту гражданского флота к фрегату не подкопаешься. А проведя процедуру принятия гражданства, я его зарегистрирую, как положено.

– Понятно. А что, крейсер можно спрятать?

– Легко, это же космос, найти его можно только совершенно случайно. К тому же я активирую оборонительное вооружение на полную мощность, и подойти к нему никто, кроме меня, не сможет. Вот так вот.

– А «Нохан» как зарегистрируешь?

– Я этого не знал, Перун подсказал. Когда мы были на этой станции в прошлый раз, то я велел ему найти возможность обойти законы, и тот сразу нашёл. В Содружестве, в частности в империи Антран, есть такие государственные программы, их шесть, но меня интересуют две, это «Наёмник» и «Демилитаризация». Первая позволяет иметь серьёзное вооружение и мощный корабль, «Нохан» со всеми своими модернизациями вполне вписывается в это понятие, ну а второе – это профессия мусорщика, только уже подтверждённая сертификатом специальности. То есть получив эти две профессии, что для меня не представляет сложности, я смогу слетать за «Ноханом», пригнать его и зарегистрировать на себя, не имея проблем. Обе эти профессии помогут. Правда к «Мусорщику» ещё советуют «Спасателя» брать… Посмотрим, по профессиям я подхожу.

– Профессия мусорщика значит, что это ты собрал этот корабль, а наёмника – что можешь им владеть, – задумчиво протянула Ольга. – Хитро-о.

– Не схитришь – не проживёшь.

– У нас поговорка немного другая, – улыбнулась та. – Ой, я же на тренировку опаздываю!

Вскочив, она чмокнула меня в щёку и унеслась в сторону тренажёрного зала. Я же, допив стакан индийского чая, спросил в пространство:

– Перун, есть какие новости?

– За три последних часа с вами тринадцать раз пытался связаться неизвестный абонент. На все его попытки я отвечал отказом, сообщая, что капитан почивать изволит.

– Правильно, не хрен всяким ухарям будить меня. Ладно, если ещё раз попытается вызвать, соединяй, пообщаемся.

– Будет сделано.

Неизвестный абонент всё же вышел на меня, отправив четырнадцатый вызов. Я в это время сидел в кабинете у себя в апартаментах и перебирал те информационные кристаллы, что уже получил. Заново проверить их считывателем я не мог, тот был в активной работе. Как с таром Борилом теперь работать буду? Придётся прерывать работу «Тени» и выполнить договорённость. А пока мы летим к следующей станции, пусть «Тень» и дальше взламывает этот кристалл. Надеюсь, прерывание взлома на нём никак не скажется.

– Снова связался? – переспросил я у Перуна, когда тот доложился о новом вызове. – Хорошо, соединяй.

Почти сразу засветился экран визора, встроенного в стол, но картинка была с той стороны тёмная, неизвестный абонент не хотел, чтобы я его видел.

– Нур Росс? – в голосе неизвестного было отчётливо слышно удивление, видимо он не ожидал, что ему ответит такой молодой паренёк, я-то со своей стороны камеру не отключал.

– Угадали, это я. Что надо?

– Хм, господин Росс, вы знаете о том всем известном побоище, что произошло на борту станции? Все службы и наёмники с пиратами подняты на уши, ищут убийцу.

– Да пусть ищут, флаг им в руки, – пожал я плечами, кажется, начиная догадываться, кто этот неизвестный абонент и какова его цель. Сто пудов свидетель и сейчас шантажировать меня будет.

– Глава клана, многоуважаемый Цемес, предложил за информацию об убийце полмиллиона кредитов. В банкнотах или на счёт в банке.

– Хороший куш, – согласился я, заполняя паузу, сделанную неизвестным свидетелем.

– Так вот, я предлагаю вам заплатить мне миллион кредитов, и никто не узнает, что вы там были.

Я засмеялся, искренне и весело, правда недолго. Ещё раз хохотнув напоследок, я вытер платком слёзы, выступившие на глазах.

– Знаете, неизвестный мне человек… плевать я хотел на вас и на ваше предложение. Да иди, рассказывай, кому хочешь и что хочешь, хоть повеселюсь. Жаль, трюм крейсера трофеями забит, я бы перебил хозяев станции, а её забрал бы с собой. Всё, не связывайся со мной больше по такой чепухе.

Вырубив связь, я потянулся и посмотрел на таймер. Медленно цифры отсчёта уходили назад, осталось чуть больше пяти суток. Работа-то идёт! Если всё пройдёт нормально, загружу эту базу на свою сеть и начну учить. Встав, я покинул кабинет, не забыв приказать Командору, чтобы усилил контроль за околобортовым пространством, да и вообще за округой присматривал, чтобы нас не застали врасплох.

Следующие шесть часов, лишь однажды прервавшись на обед, я работал на лётной палубе. Вернее, в техническо-ремонтном боксе. Дело в том, что я насобирал на корабельном кладбище большое количество уцелевших модулей с истребителей, штурмовиков и перехватчиков, а так как были даже иногда почти целые корпуса, то я решил собрать рабочие машины, чем сейчас и занимался. Дроиды сняли с борта крейсера три средних контейнера с деталями и приволокли их мне, ну а я, сверяясь со списком – контейнеры висели в вакууме рядом с открытой лётной палубой, – при необходимости приказывал доставить мне ту или иную деталь и собирал боевые машины. Начал с перехватчиков и всё это время ими же и занимался. Собрал шесть штук. Провёл полное тестирование, вооружил и убрал в один из освобожденных от запчастей контейнеров. В такой, правда, восемь перехватчиков влезают, но будет время, продолжу. В данный момент меня прервали, Перун сообщил, что на связь вышел тар Борил.

Вытирая на ходу руки тряпицей от оружейной смазки крупнокалиберного вооружения перехватчиков, я подошёл к настенному терминалу лётной палубы и ответил на вызов:

– Доброго дня, тар.

– Не такой он и добрый, Росс, – угрюмо сказал тар, глядя на меня с экрана терминала. – Это действительно ты убил Дерека?

– Тар Борил, за свою жизнь я отправил на тот свет несколько десяток тысяч пиратов и других нехороших людей. Вы хоть намекните, о ком говорите. Я всех не упомню, да и имён не знал, они сгорали вместе со своими переделанными под рейдеры лоханками. Конкретнее надо, конкретнее.

– Хм, я о парне, которого ты убил вчера в ангаре техника Хорьха. Есть свидетель, он всё подтвердил.

– Ха, имя соответствует роже и душе, – хмыкнул я и кивнул: – Было такое дело. Я когда от вас вышел, увидел, что у меня личную платформу украли, нашёл и покарал обидчиков, как душе было угодно, мне так охрана станции посоветовала. Сказали, что кражами они не занимаются. Этот Дерек, я так понимаю, тот крупный мужик, что в инженерном комбезе был?

– Именно, – вздохнул тар. – Ты понимаешь, что подписал себе этим смертный приговор?

– He-а. Вообще проблем не вижу. Мы не в Содружестве, где за убийство сразу арестовывают и отправляют на каторгу, это Фронтир. Каждый защищает себя как может. Да и этому ухарю нечего было делать в ангаре, а раз был, значит, соучастник, значит, поделом получил. Где я не прав?

– Ты не прав был в том, что отец этого Дерека очень влиятельная личность в клане, возможно даже преемник главы. Сам говорил, во Фронтире правит сила. Сейчас она не на твоей стороне.

– Это вы так думаете, у меня своё мнение. Однако спасибо за предупреждение. Кстати, что там в планах насчёт кристаллов? Я хочу их заработать бесплатно с пару десятков.

– С чего это? – сразу насторожился тар, переходя на деловой тон. – За партию две штуки сможешь взять.

– Не за партию, а за то, что умещается в одном кофре. Сколько кофров, столько раз я смогу выбрать себе информационные кристаллы. Изучите договор внимательнее. В один контейнер пересыпать не советую, в договоре так и написано: кофры.

На несколько секунд тар замолчал, искал в памяти сети нужный договор, а мы его заключили всё чин чинарём. Потом, видимо, читал. Наконец он на несколько секунд закрыл глаза, открыл и посмотрел на меня.

– Молодой человек, я в очередной раз поражён, вы первый, кто смог развести меня таким простым способом. Видимо, я сильно устал, когда читал его перед подписанием, и не обратил внимания на эту оговорку, которая многое решает. Хорошо, договор есть договор. Когда вы сможете прибыть?

– А что, вы уже собрали?

– Восемь стандартных кофров, забитых до верха.

– Работы часов на пять, – оценил я. – Хорошо, через полчаса буду.

– Молодой человек, напомню вам, что только в моём офисе вы будете в безопасности, внутренние законы пираты всё же выполняют, но сама станция, её коридоры… будьте осторожны, если вы так самоуверенны и решили всё же прибыть ко мне.

– Ну, вы же не можете меня посетить со всеми этими кофрами.

– Увы, мне ещё тут жить. А вот принять вас у себя я ещё могу. Законы бизнеса позволяют, а пираты, как на них ни погляди, такие же бизнесмены, хотя и своеобразные.

– Вот и я про то же. Ждите через полчаса.

– Жду.

Отключившись, я на секунду задумался, кивнул себе и, велев Шпунтику и Перуну убрать контейнеры обратно на сцепки, а бронестворку лётной палубы закрыть – все работы на сегодня прекращаются, поспешил к себе в кабинет. В этот раз я облачился в бронекомбинезон «Хамелеон» из будущего. Выглядел он как обычный бронированный комбинезон, но по своим функциям, которые местным ещё и не снились, приравнивался к штурмовым скафам от пятого до седьмого поколения. То есть очень серьёзная защита. Более того, ещё и имеющая свой щит, оборудование щита крепилось на левую руку и могло в течение минуты держать обстрел боевого дроида. Собрался хорошо, вооружился, даже тяжёлый четрёх-ствольный излучатель взял, такой не то что переборки, обшивку станции без проблем пробьёт, но вот с «Тенью» возникла проблема. Даже не с ним, а с информационным кристаллом, что он взламывал. Как только я отдал приказ на прекращение работ, тот доложил, что сразу после выполнения приказа с кристалла была удалена вся информация. Облом-с.

По этой причине ругаясь на самого себя, я подхватил считыватель Древних и, убрав его в небольшой рюкзачок на спине «Хамелеона», заторопился к шлюзовой. Мне ещё до станции лететь и до офиса добираться. Ольгу о своей отлучке я предупредил. Вернее, оставил голосовое сообщение, которое ей потом передаст Перун, она у себя в каюте в наушниках меломанила. Подсела на прототип рока Содружества. Мне он, кстати, тоже нравился.

До станции я долетел без проблем. Диспетчер штатно выдал мне маршрут до лётной палубы, я уже знал схему станции и сейчас летел не к ближайшей, а к той, откуда было ближе всего добираться до офиса нура Борила. В этот раз, когда я выгонял из грузового отсека челнока платформу, то наружу ещё вышли три противоштурмовых дроида. Да и комп челнока был настроен так, чтобы следить, что происходит вокруг. Так что, оставив двух дроидов стеречь моё имущество – тут воруют, я уже хорошо знал это, – я полетел под охраной третьего к офису Борила.

Меня никто не тормозил, летел я на небольшой скорости, так как успевал, поэтому даже удивился, что добрался без проблем. По идее, меня ещё на лётной палубе должны были встретить плохие парни. Из крейсера они выковыривать меня не будут, я тому стукачу как бы ненароком сказал про полные трюмы дорогих трофеев. Нет, пираты будут меня брать, чтобы случайно не попортить корабль и остальное моё имущество, то есть тут, на борту станции. Однако никого не было. Предположу, что тут мог повлиять тар Борил. Месть местью, а дело превыше всего. Думаю, как я закончу у него с работами, тогда за меня и возьмутся.

Тар лично встретил меня у входа в свой офис, где он выставлял на продажу самые дорогие образцы товара.

– Я несколько удивлён, вы явно поняли мои намёки не появляться тут, но проигнорировали их. Вы понимаете, что обратно на крейсер вы не вернётесь?

– Вернусь, – уверенно ответил я и, осмотревшись, спросил: – Когда к работе приступим?

– Что ж, мой помощник уже ожидает, можете приступать. Только прошу, когда решите покинуть мой офис, загляните, пообщаемся на прощание.

– Обещаю, – уверенно ответил я.

Тар направился к себе в кабинет, а я прошёл в то помещение, где работал и вчера. Мы с помощником поздоровались и приступили к работе, из-за которой я сюда и прибыл. Я подключил считыватель к своей сети, и как только тот запустился в более полных функциях, то стал проверять кристаллы, раскладывая их в несколько кучек, пустые к пустым, с разной информацией в разные кучки, и лишь базы знаний укладывали в одну общую. Помощник занимался тем же, чем и вчера: составлял списки и номеровал кристаллы, чтобы потом не путаться.

Ещё при проверке я сразу отбирал себе из проверенных кофров по две пластинки информационных кристаллов с базами знаний. Вышло шестнадцать штук. Встречались часто повторяющиеся базы, однако брал я в максимальном ранге, шестой, минимум пятый, но никак не ниже. По списку отобранного получилось вот что: «Пилот-универсал класс крейсер», «Военное дело – Сапёр», «Военное дело – Разведчик», «Военное дело – Взломщик», «Военное дело – Оператор боевых наземных машин», «Военное дело – Штурмовик», «Военное дело – Полевой ремонтник», «Военное дело – Полевая хирургия», «Военное дело – Кибернетика», потом «Навигация», «Медицина», «Инжиниринг», «Общие сведения об оружии, лёгком и тяжёлом стрелковом», «Церемониальное оружие – церемониально-боевое оружие», «Общие сведения о производстве в космосе», «Общие сведения о гражданском оборудовании и аппаратуре».

Последние пять были в пятом ранге, и я их выбрал для общего своего развития в артефактах Древних. Три последних базы входили в профессиональные пакеты баз, которые я не нашёл, но и эти ценные находки дадут мне хорошую возможность разбираться в оборудовании, аппаратуре и оружии Древних. Тот же контейнер, что мне продал тар – я ведь не знаю, что там внутри, а эти базы позволят разобраться. Разносторонним специалистом в разной области артефактов Древних позволят стать. Историки и археологи, вроде того профессора Кричинского, или как там его, не знали и десяти процентов всех артефактов. Так что неизвестные артефакты так и были помечены, как непонятно что. Их продавали просто как культовые предметы старины, практически за копейки. Если у меня всё получится, я стану докой в этом деле.

Когда мы закончили, я забрал заработанное и прошёл в кабинет тара, пока его помощник заканчивал возиться с кофрами – ему ещё всё это нужно правильно оформить, чтобы красиво и понятно подать хозяину.

– Уже закончили? – поинтересовался тот, когда я прошёл в кабинет.

– Да, пора. У меня только одна просьба есть. На витрине я обнаружил два сломанных считывателя Древних, не той модели, что у меня, но однотипных. Я могу их забрать, выкупить?

– Каждый продаётся по шесть тысяч. Неликвид.

– Беру, – отсчитав необходимую сумму, сказал я. Мне тут же принесли оба предмета, которые я убрал в рюкзак к своему считывателю.

– Я попросил о встрече после работы по той причине, что хотел предупредить о возможной опасности, – немного неуверенно сказал тар.

– Вы о том, что меня ждут снаружи? Так я знаю, просчитал, да и дроид, что охраняет платформу, сообщил о наблюдателях. Скорее всего, меня будут брать в одном из транспортных коридоров на полпути к лётной палубе. Брать будут живым, убивать им меня не выгодно. С трупа сложно получить компенсацию.

– Но возможно, крейсер ведь ваш, и никто не сможет оспорить права на него.

– Тоже верно, но и получить пароли и коды к его искинам можно только от меня. А без них он до-о-олго будет висеть у вас в системе, отстреливая всех, кто будет подлетать поближе. Однако я зашёл к вам не только по вашей просьбе, но и получить некоторые сведения. Меня интересует, где можно найти этого Цимеса, главу клана?

– На другой станции – их у клана шесть. Тут заправляет один из его помощников.

– Пусть будет помощник. Мне нужен тот, кто может принимать решения и отдавать приказы на станции.

– Это нур Олен, он тут за старшего поставлен Цимесом. А зачем он вам нужен, молодой человек?

– Ну как же, на меня нападут. Может быть, повредят моё транспортное средство, возможно, нанесут другой материальный и моральный урон. К кому я пойду после того, как уничтожу нападающих, за компенсацией? Нападающие ведь на него будут работать.

– Ну вы, молодой человек, и нахал. Я таких наглых и самоуверенных и не встречал ранее, – изумлённо покачал головой тар.

– На том и стоим. Так что там с этим Оленом? Где мне его найти?

– Он, конечно, тут за старшего, но не администратор, поэтому штаб у него в баре «Пиратская жена». Там его и можно найти, редко выходит. А вот охраны у него много.

– Благодарю, я узнал, что хотел. На этот раз прощаемся, задерживаться у вас я не собираюсь, планы, знаете ли.

– Тогда прощайте, – кивнул тар Борил.

Я покинул его кабинет и подошел к своей платформе. Из-за штурмового дроида прохожие её обходили стороной. Посмотрев на наблюдателей, я показал им неприличный жест, по очереди всем трём, после чего сел в платформу и, стронув её с места, полетел обратно к лётной палубе. На следующем же повороте я выпустил трёх летающих мини-дроидов-разведчиков: двух отправил по маршруту, а одного в тыл, чтобы меня не догнали и не напали со спины.

Всё же выдумку и опыт пиратов я недооценил. Они не стали применять боевых дроидов, ради них я и взял излучатель, который вполне способен разобрать их на запчасти, раскидав оплавленными деталями, а поступили хитрее, ожидая, что я подготовился к возможной нашей встрече.

Когда я летел по пустому коридору – даже странно было, это и насторожило, – вдруг переборка, мимо которой я пролетал, взорвалась, и платформу швырнуло на противоположную, изрядно помяв её. План взять меня удался бы, если бы не мой комбинезон из будущего и симбиот Древних. Физически я стал совсем другим. Когда переборка только начала раскрываться лепестками разорванного металла, я просто оттолкнулся и прыгнул назад по ходу платформы. Так что её-то швырнуло о противоположную стену коридора, а меня лишь поваляло по полу взрывной волной, поэтому я даже синяков не заработал. И сразу же вскочил на ноги, держа излучатель наизготовку и крепко упирая его приклад в плечо, а пушка на левом плече искала цели. Она их нашла.

Не знаю, кто заложил мину, но он был гений. Взрыв был, как ни странно, направленный, и целью был не я или платформа, а штурмовой дроид, что меня охранял. Вот он превратился в оплавленный кусок металла, платформе же досталось взрывной волной, ну и меня слегка зацепило. После взрыва в обоих концах коридора тут же появились бойцы в штурмовых скафах. Я смотрю, они серьёзно подготовились к моему захвату, но не слишком. Трое в скафах спереди, четверо сзади и десяток в простых бронекомбезах. Так что я открыл из излучателя огонь по четверке, а наплечная пушка по тройке за спиной. Стрелял я, непрерывно перемещаясь по коридору, так как по мне первое время тоже вели огонь. Излучатель – такая штука, что для него броня скафов ничто, не говоря уж про пушку, так что скоро живых в коридоре с обоих концов не было, кроме меня, стоявшего у своей разбитой платформы. На всё про всё двенадцать секунд.

– Восстановлению не подлежит, – осмотрев своё погибшее транспортное средство, вздохнул я.

Подхватив излучатель, я на бегу быстро вошёл в сеть станции, нашёл её схему и, выяснив, где находится нужный бар, увеличил скорость движения.

За первым же поворотом коридора обнаружились две платформы, шуршащие на холостом ходу. И третья, на которой удирал последний из пиратов. Выстрел из излучателя прожёг в его спине дыру величиной с кулак. Платформы, конечно, были четвёртого поколения, но на вид как новенькие, видимо со склада длительного хранения. Будут мне первой компенсацией.

Поступил я просто: прицепил вторую к первой и полетел к убитому пирату. Его платформа, потеряв управление, не пострадала, а врезалась в переборку по касательной. Так что остались только царапины. Сбросив труп на палубу, я прицепил третью платформу ко второй и полетел к бару «Пиратская жена».

Добрался быстро, хотя меня и пытались дважды перехватить, но оба заслона я сбил без каких-либо особых потерь, только вот третью платформу, чадящую чёрным дымом, пришлось отцепить – волочилась за нами, серьёзно повреждённая. Добравшись до бара, я оставил платформы у края проезжей части и, на бегу из пушки вырубив дыру рядом со входом, прыжком ушёл внутрь, перекатился через спину по полу, гася скорость и непрерывно стреляя. В одной руке у меня был игольник, в другой – офицерский бластер, ну и пушка на плече била непрерывно. В принципе стандартный боезапас у таких пушек в это время не более тридцати снарядов, но я-то из будущего, у «Хамелеона» сотня была. Так что особо я не экономил, даже треть за всё время нахождения на пиратской станции не расстрелял.

В зале было порядка сорока посетителей, ещё у барной стойки десяток. Ну и охраны набежало тоже около десяти, однако выборочный огонь я не вёл – я стрелял во всех, у меня тут все противники. Конечно, большая часть тут были левые, что заскочили на огонёк, но меня это мало волновало, я пришёл в логово врага и стрелял во всё, что шевелится. Естественно, сначала полегла вся охрана, потом я уже открыл огонь по посетителям, к тому моменту бегом направляясь к двери, что вела в закрытые помещения клуба, в те, где только «для своих».

Уничтожить я успел не всех посетителей, человек пять-шесть умудрились переждать бойню под столиками, прикрываясь телами убитых, поэтому когда я парой выстрелов проломил стену рядом со входом и нырнул туда, они побежали к выходу из бара, я это видел с помощью дроидов-разведчиков. Быстро поднявшись на второй этаж, я ногой выбил стальную дверь, которая рухнула внутрь с вмятиной от моего удара, и ушёл в сторону, когда старый боевой дроид открыл огонь практически в упор, но я успел уйти в сторону, и меня не зацепило. Припомнив, где тот стоит, я расстрелял переборку, пробив в ней дыру, и следующие снаряды пронзили дроида в бок под манипулятор с гранатомётом. Там была самая слабая броня. В кабинет, где чадил дымом дроид, я забегать не стал, а побежал к лестнице, мне нужно было спуститься в подвал бара, именно туда уехал на лифте местный управляющий. Мне так дроиды доложили, они могли сканировать строение и видели, кто где находится. Именно в подвале я и перехватил трёх человек. Двое сразу упали пронзённые выстрелами. Судя по неплохим бронекостюмам, это были телохранители пиратского управляющего, а вот он сам не пострадал.

– Ну, привет, коровье вымя, – хрипло сказал я.

Я был на адреналине, поэтому говорил немного быстро, слегка запинаясь. Кто-то удивится, я тут как какой-то просто сверхвоин ношусь и убиваю всех подряд. В принципе так и было, скорость моего движения выше обычной, и мне казалось в бою, что противник очень медленно двигается. Однако это было не так, те двигались быстро, просто я еще быстрее, вот и вся фишка. Они банально за мной не успевали, для них я был размытой тенью.

Подойдя к пытавшемуся поднять с пола бластер Олену, я отвесил ему крепкую затрещину, практически пощёчину, стараясь сдерживать себя, иначе его размозжённая голова отлетела бы в сторону.

– Ну что, урод, не ждал?! А я пришёл, – зло выплюнул я и, приподняв над полом, хорошенько его потряс. – Как жизнь и станцию выкупать будешь? Я ведь не только тебя прибить смогу, но и станцию разнесу к едрене фене. Ну?!

– Что ты хочешь? – морщась от тряски, спросил он.

– Денег, естественно. Есть?

– Сколько?

– Пять миллионов за тебя и десять за станцию. На мой счёт в Главном банке Содружества, лови его номер. Передавай «под протокол», что делаешь это по своему желанию без принуждения.

Тот повторил, после чего вопросительно посмотрел на меня:

– Деньги переведены, договор с моей стороны выполнен.

– Не до конца, я не имею возможности дистанционно проверить баланс счёта, поэтому пройдём к ближайшему филиалу банка. Я знаю, где он, был там уже.

Тому ничего не оставалось делать, как последовать за мной, сила была не на его стороне. Народу в баре оказалось полно, тут и охрана, и пираты, однако ничего делать они мне не стали, хотя явно очень хотели. Олен велел нас пропустить и не причинять вреда моей особе. Когда мы вышли из бара, практически в обнимку – я прикрывался местным управляющим, то сразу указал на место парковки и возмущённо заорал:

– Опять угнали! Охренели, что ли?! С первого раза не запомнили, уроды, что я делаю с ворами?!

Пушка на плече тут же зашевелилась, выискивая цели, и пираты, как тараканы, бросились в разные стороны, сообразив, что я реально в бешенстве и сейчас начну стрелять во всех, кого вижу. Правильно поняли.

– Стой! Стой! – заорал Олен, в попытке остановить меня. – Сейчас тебе вернут платформы.

Я уже собирался расстрелять две бронированные платформы охраны со станковыми излучателями, имеющимися по бокам, там стрелки сидели, и они тоже меня собирались нашинковать, когда тот заорал. Поэтому, спрятавшись за его тушкой, я сказал:

– Вот эти две и хочу в качестве компенсации.

Это были полицейские модели бронированных платформ, и у меня лично таких не было, поэтому я решил, пользуясь возможностью, прибрать их к рукам. Они тоже четвёртого поколения, не особо новые, но явно в полном порядке, ухоженные.

– Договорились, – кивнул тот и махнул рукой, приказывая стрелкам покинуть свои места.

Те не сразу – им приказ продублировал начальник охраны станции, – всё же выполнили его. На этом этаже, похоже, собралась вся внутренняя охрана станции. Я подцепил обе платформы, мы с управляющим сели в первую и полетели к Главному банку Содружества. За это время я сменил пароли в компах обеих платформ, пароли мне дали. Раз не предохраняют от краж, пусть своим имуществом расплачиваются. В этот раз у меня был эскорт, охраняли две платформы спереди и сзади, набитые бойцами в боевых скафах. Они же охраняли моё новое имущество, пока мы были в банке. Выяснилось, что приход всё же состоялся, так что мы из банка направились на лётную палубу, где у меня стоял челнок. Вот там всё было в порядке, дроиды продолжали охранять моё имущество, челнок блестел покрытием как новенький. Эх, а их товарищ погиб смертью храбрых.

Загнав обе платформы внутрь, я вышел вместе с управляющим из грузового отсека челнока и кивнул на охранников, что кучковались у входа, не смея подойти ближе.

– Можете идти, договор вы со своей стороны выполнили, я выполняю свой. Отпускаю и не трогаю станцию.

Тот уходить не спешил, внимательно осмотрел меня – смог только фигуру, даже лица не было видно из-за затемнения забрала, и спросил:

– Ты, парень, понимаешь, что тебя могут уничтожить, как только ты покинешь станцию? Расстреляют из пушек.

– Не только знаю, ещё и надеюсь, – в моём тоне была явная насмешка. – Попадут они вряд ли, я пилот малого корабля в ранге мастера, да ещё с боевыми базами, зато разозлите, и наша договорённость о том, что я не трону станцию, будет расторгнута.

– Ты думаешь, сможешь справиться со станцией и охранными кораблями?! – тот был искренне удивлён.

– Без каких-либо проблем. Вообще препятствий не вижу, кроме пока ещё действующего договора.

– Ну-ну, можешь лететь на свой корабль, тебя никто не тронет.

– Надеюсь, что вы всё-таки поддадитесь эмоциям и передумаете, – я немного подался вперёд и почти прошептал: – Это так возбуждает, когда станции с людьми и хозяевами превращаются в маленькие звёздочки от подрывов реакторов. Я хочу увидеть это ещё раз, ещё и ещё, ещё и ещё.

– У тебя не так много времени, чтобы покинуть лётную палубу станции, – хмуро сказал Олен.

Хмыкнув на прощание, я прошёл на борт челнока и, устроившись в кресле пилота, запустил двигатели. Грузовой отсек был ещё открыт, так что дроиды, когда челнок только-только приподнялся над палубой, шмыгнули внутрь, поэтому вылетая наружу, я активировал закрытие створок грузового отсека.

Как ни странно, психологический прессинг управляющего помог, тот не стал отдавать приказ на обстрел челнока бортовой артиллерией «Тонжира». Благоразумен, хвалю, но как доложил Командор, пока я проводил стыковку к шлюзу, боевые корабли и линкоры наёмников стали сходить с парковок и расходиться в разные стороны, мне явно перекрывали пути отступления. Причём больше всего судов и боевых кораблей ушло в те секторы, которые были со стороны Содружества и куда я собирался направиться.

– Ну, раз хотят повоевать, повоюем, – решил я, покидая челнок и проходя стандартную процедуру шлюзования. – Давно хотел испытать своё творение в боевой обстановке, а тут такой шанс.

Пока Перун запускал все системы, готовя корабль к дальнейшему путешествию и возможному бою, я добрался до своих апартаментов и, переодевшись в пилотский комбез, поставил «Тень» на взлом второго кристалла с базой знаний «Ремонтник». У меня похожая база, только военных, была в новом поступлении, поэтому в принципе если и эта будет потеряна, то ничего страшного.

В этот раз время, указанное на взлом, было меньше: пять суток и двенадцать часов, похоже, дроид подобрал алгоритм взлома этого вида кристаллов. Как только «Тень» принялся за работу, я направился в рубку. Корабль был готов к дальнейшему походу и возможному бою. Поужинать я не успел, поэтому, когда выводил крейсер с парковки – диспетчер дал мне безопасный маршрут по тем координатам, откуда я начну разгоняться для ухода в гипер, – то сделал заявку в кают-компанию насчёт ужина, быстро выбрав из меню, что хочу.

Когда мы уже отдалились от парковок и начали уходить в сторону соседней системы, вся мощь у меня была на кормовых щитах, мало ли обстрелять пожелают.

Стюард принёс заказ. Только почему-то ещё приволок и Ольгу, следующую за ним по пятам. Пришлось и её впускать в рубку, дав разрешение Командору. Он отвечал за безопасность корабля, а у Ольги вход в рубку был только с моего разрешения.

– Мы что, уходим от «Тонжира»? – тут же спросила она, устраиваясь в соседнем кресле, пока я ставил поднос на отдельный столик в углу рубки.

– Да, – коротко ответил я, заправляя салфетку за ворот комбеза, а вторую расстилая на коленях.

Питаться в рубках было запрещено инструкцией, поэтому когда я модернизировал «Нохан», то в уголочке сделал убирающийся столик и стул, как раз для подобных случаев. Покинуть рубку я не мог, корабль двигается в жилой системе, а вот так за столиком, дистанционно отслеживая все манёвры крейсера, управляемого пока Перуном, поесть мог.

– А зачем? Почему сейчас?

– Пираты всё-таки выяснили, что именно я убил сына какой-то там шишки, он, кстати, сюда срочно вылетел с другой базы, и пытались меня задержать, подловить и захватить. Выбирай сама, что тебе больше нравится. В общем, на станции, после того как я решил свои дела с таром Борилом, меня пытались захватить и разбили ту платформу, из-за которой был весь сыр-бор. В общем, засада не удалась, я её уничтожил, после чего отправился…

Я достаточно быстро описал свои приключения на станции, изредка прерываясь для еды, закончил рассказ одновременно с ужином. Стюард прибрался на столике и понёс поднос с грязной посудой обратно в кают-компанию, а я вернулся в кресло капитана, подсоединяя шнуры, ну и закончил рассказ:

– …так что за границей этой системы нас ждут, будь уверена.

– Почему ты так спокоен, там же много кораблей?! – возмутилась та. – Может, сбежим? Ты говорил, что мы можем, мы быстрые.

– Нордовцы от противника не бегают, – гордо выпятил я грудь. – Они просто совершают в нужный момент тактическое отступление. Но не в этом случае. Я сам обострил ситуацию, чтобы меня просто так не выпустили. Я свой крейсер испытать хочу, а тут такая возможность! Лоханки пиратов самое то.

– Но там же их много!

– Ну и что? Опасаться нужно всего шести линкоров и двух носителей, остальные крейсеры и мелкотня для нас опасности не представляют. Выбьем самых опасных – можем спокойно улетать, мошкара сама разбежится.

– То есть ты думаешь, что у нас всё получится?

Удивлённо посмотрев на мелкую, я ответил:

– Естественно, получится. Заслон-то небольшой, хоть и мощный, пираты не знали, куда мы полетим, тут во все стороны можно, поэтому у них разброс сил. После того как я сообщил маршрут диспетчеру, они все бросились в эту систему, но не думаю, что успеют. Получается, нас ждут три линкора и один носитель, достойные соперники. Другие мало интересуют.

– Ну, смотри… Можно мне тут остаться?

– Да пожалуйста, – пожал я плечами, увеличивая скорость корабля. Ещё час, и мы будем на краю системы с соседней, где нас уже ждут.

– Ты говорил, что нордовец – это что такое? – нарушила тишину в рубке Ольга. Мне казалось, тихо сидеть она вообще не умела.

– Ты землянка, я нордовец.

– Ты родился на Норде?

– Нет, я во Фронтире родился, предки оттуда были. Всё говорили, что у нас характеры нордцев, законы нордовские заставляли учить, обычаи их.

– Что-то в твоём голосе нет особой радости.

– Да плевать я на этот Норд хотел, он мне не дом. Если предки оттуда, пусть сами его и восхваляют, а меня им не тычут. Вернее, тыкали.

– Они у тебя живы?

– Умерли, бандиты убили, удалось спастись только нам с сестрёнками и бабушке.

– Понятно, – вздохнула та. – А где этот Норд находится?

– В империи Антран. Не так далеко от столичной планеты империи. Она очень известна.

– Почему?

– На Норде тяготение чуть меньше двойного, поэтому выходцы оттуда сильные и ловкие. Они служат, причём любят служить своей империи. Их много в гвардии у императора, во флотских и армейских подразделениях специального назначения. То есть элита. Ещё там на планете очень серьёзные рыбные промыслы и питательный злак, доход с продажей сельхозкультуры и морепродуктов в казну наместника планеты идёт серьёзный.

– А почему наместника?

– Империя – монархическая страна, тут правят дворяне, и планеты обычно принадлежат им, ну или самому императору. Но их не так и много. Доход идёт этим дворянам, а те уже отчисляют налоги императору. Норд тоже ленная планета, императорская, чем жители очень гордятся, поэтому там наместник… Ха, а вот и комитет по встрече.

– Они нас смогут обстрелять?

– Только один линкор, у него есть тяжёлые туннельные пушки, в зону действия двух других линкоров мы ещё не вошли. А вот они все в нашей зоне действия. Сейчас не мешай, я в «слиянии» буду, говорить не смогу.

Почти сразу войдя в «слияние», я прицелился в самый опасный линкор с дальнобойными пушками. Тот почему-то не стрелял. Я сделал залп из своих тяжёлых орудий, отчего его носовые щиты засверкали всполохами попаданий. Вот, наверное, капитаны-наёмники удивились, что крейсер, у которого в основном средняя артиллерия и всего несколько башен мелкокалиберных туннельных пушек, ведёт огонь, как будто он по крайней мере линкор. Причём ни одного промаха не было, и носовые щиты уже просели, ещё залп, и они слетят. А залп последовал, щиты слетели, и отползающий в тыл линкор получил пару серьёзных повреждений носовой брони. Ещё залп, и нос будет не восстановить. Похоже, это понимали все наёмники, так как последовал вызов по общей волне.

Активировав связь, я молча посмотрел на мужчину, которого на Земле бы назвали настоящим морским волком.

– Вот что, парень, я смотрю, ты серьёзно настроен на прорыв и, похоже, у тебя все шансы. Мы отходим в сторону, стрелять не будем, можешь проваливать.

– Не устраивает, – коротко ответил я. – У меня модернизированный до десятого поколения крейсер, и в бою он соответствует тяжёлому линкору. Я хочу его испытать, и вы на это годитесь как никто другой.

Про тяжёлый линкор я, конечно, загнул, средний ещё может быть, но пиратам-то об этом знать не нужно.

– Что ты хочешь? – скривился адмирал наёмников. Это, похоже, он и был.

На несколько секунд потянулось настороженное молчание, пока я его не прервал:

– Ладно, в следующий раз испытаю. Проваливайте с дороги, – хмуро бросил я, после чего начал разгон «Нохана» для ухода в гипер, выходя из режима «слияния».

Ольга почти сразу заметила, что взгляд у меня стал осмысленный, поэтому спросила:

– И что, мы проиграли?

– Нет, ещё хуже, – печально вздохнул я. – Наёмники и пираты поняли, что я реально их сильнее, двумя залпами снёс защиту флагману с предельной дистанции и третьим собирался его добить, поэтому попросили не добивать, обещая пропустить. Вот и пропускают, пришлось и мне их отпустить. Жалко, я подраться был не прочь, желание такое и сейчас есть.

– Ну и хорошо, что ничего не вышло, в следующий раз с кем-нибудь подерёшься, – с облегчением вздохнув, улыбнулась Ольга.

Так мы и общались, пока не ушли в гипер, после чего направились каждый по своим каютам, ночь уже была по корабельному времени, спать хотелось. Да и мне побегать и попрыгать пришлось, не то чтобы устал, тренировками в зале себя больше изводил, скорее моральное опустошение было.

К обеду следующего дня закончила обучение и покинула капсулу Жанна, присоединившись к нам в кают-компании.

– Шесть дней вас не видела, а такое чувство, как будто только что расстались. Есть какие новости? – поинтересовалась она, когда дроид-стюард принесёт заказ.

Это я не ленюсь, сам всё делаю, дроид только убирает, а Жанна, научившись использовать дистанционное управление, только им и пользовалась.

– Да нет особо, – ответил я с непроницаемым выражением лица, не обратив внимания на фырканье Ольги. – Так, по мелочам. Были на пиратской станции, сейчас летим в Содружество.

– И что, ничего интересного? – разочарованно спросила Жанна.

– Скука одна, – подтвердила я.

– Мама, врёт он всё, – не выдержала Ольга, подпрыгнув на стуле от возмущения. – Мы на станции были, у нас там машину украли, ну эту, летающую платформу. Там Витя убил трёх воров, нашёл и убил, а один оказался сыном шишки, и его решили убить. Когда он вернулся на станцию, то попал в засаду, убил всех, обиделся и пошёл к старшему, убил там всех его людей, а с него самого потребовал выкуп, обещая уничтожить станцию и всех жителей. Тот заплатил и выпустил Витю, а когда мы улетали вчера, нас попытались остановить корабли пиратов и наёмников. Витя начал по ним стрелять, они испугались и пропустили нас, а сейчас мы летим в Содружество. Вот так вот.

Я слушал тарахтение этой рыжей говорилки, с тем же непроницаемым выражением на лице продолжая обед, поэтому когда Ольга замолкла, то услышал озадаченный вопрос Жанны:

– Это правда?

– Я же говорю, скука. Ни разу нормально подраться не дали, – пожаловался я.

Жанна не успела открыть рот, как Ольга продолжила вываливать на неё новости:

– Витя уже нашёл, что хотел, и мы сейчас летим прямо в империю, больше никуда залетать не будем. Ещё он сказал, что может прожить двести пятьдесят лет и что все в Содружестве живут столько же, и только из Диких миров, как с Земли, меньше. Но нам уколы сделают в Центре беженцев, и мы тоже долго жить будем. А ещё у него есть три младшие сестры и бабушка, но они далеко… И он нордовец. Мы земляне, а он нордовец. Но родился он не на Норде, а на станции, но его всё равно нордовцем называют. Они все на планете блондины, невысокие и сильные.

– Ты не боишься подавиться, разговаривая во время еды? – поинтересовался я у мелкой, после чего сказал Жанне: – У меня от неё уже голова болит.

Та посмеялась и сказала, что привыкну, если чаще с ней общаться буду, а так она рыжее облако оптимизма и всегда такой была.

Особо Жанна не ворчала, что мы в такие дела влезли: я мужчина, раз так нужно, значит, нужно. Люблю такие женские позиции. Вечером у меня в спальне она поинтересовалась моими планами.

– Планы? – задумчиво протянул я, лёжа на спине и играя её кудряшками, рассыпавшимся по груди. – Планы обычные, две недели будем добираться до границ империи. Но где-то недалеко нужно будет спрятать крейсер. Показывать его в империи пока не стоит, до того момента, пока не зарегистрирую. Дальше полетим на фрегате, это чуть дольше, но не больше чем на два-три дня. Там дальше понятно, Центр беженцев и остальное. Регистрацию будем проходить на приграничной планете, но там лучше не селиться, поэтому у вас три недели, чтобы выбрать себе планету по душе.

– Ты бы что предложил? – спросила та.

– Планета Зория. Практически это копия Земли по климату. Уровень жизни, конечно, выше на порядок, – сразу же сказал я, так как собирался подстеречь там Антона. – Но в принципе выбор большой, больше двухсот планет, выбирай – не хочу. Есть и курортные, где сплошные моря и золотистые пляжи с пальмами, роскошные отели и всё остальное. Уровень жизни там достаточно высок, но дорог. Хотя с вашими средствами это не проблема.

– А нам хватит на дом и хотя бы начать своё дело?

– Жанн, поверь, для тебя это не проблема, по меркам империи ты миллионерша, а значит, вполне обеспеченная женщина. Ты сможешь приобрести недвижимость на нескольких планетах и время от времени переезжать, чтобы сменить обстановку. Даже сможешь купить свой корабль и, выучившись, летать, где хочешь.

– Правда? – Жанна приподнялась на локте и пристально посмотрела мне в глаза.

– Да, ты очень обеспеченная женщина

– А ведь всё благодаря тебе, – ответила та и стала меня ласкать, снова через пару минут возводя на вершину блаженства.

* * *

Как только флаер-такси высадил нас у ворот Центра беженцев, я первым открыл дверцу вверх и помог выйти обеим рыжим дамам.

– Ну вот, мы на месте, как я и обещал, – сказал я, указав на ворота госучреждения.

За последние три недели приключения так и не догнали нас, поэтому путешествие было скорее рутинным и уже привычным, пока мы не оказались в сутках пути в гипере от границ империи. Там я нашёл большой планетоид, долго по нему стрелял, пока не пробил канал на шесть километров вглубь, можно сказать узкую воронку, потом осторожно, кормой вперёд завёл туда «Нохан». Укрытие идеальное. В этот же день, перебравшись на фрегат, мы вылетели к ближайшей планете, называлась она Ферра-2. Летели шесть дней, штатно прошли границу, и вот мы на поверхности планеты.

Ещё когда вошли в систему, гражданский диспетчер тут же запросил меня – корабль-то стандартных кодов не посылал, а так пираты делают. Я отозвался, пояснил, что купил корабль во Фронтире. Откуда и лечу, везу двух землянок в Центр беженцев, они хотят стать гражданками империи, ну и сам собираюсь пройти эту процедуру. Диспетчер подтвердил получение сообщения от меня, сказал, что зарегистрировал нас как кандидатов, и в Центре беженцев будут ждать нас завтра, а также выдал маршрут к терминалу. На полпути к орбитальному терминалу нас остановили два патрульных корабля, досмотровая партия всё проверила и пропустила дальше, не обнаружив нарушений. На вопрос командира группы, откуда фрегат – слишком поколение высокое для Фронтира, у них самих корветы тоже восьмого были, – я ответил, что тот достался по случаю от пиратов. Всё же редкость, но во Фронтире корабли восьмого поколения встречались. Больше тот ничего не спрашивал. Прибыв к терминалу, я сразу согласился арендовать на месяц помещение, и погрузчик доставил наш фрегат в малый ангар, где корабль хоть и впритык, но уместился. Платил я везде наличными. Местным это не совсем удобно было, но не жаловались, понимая ситуацию. Переночевав на борту корабля, следующим утром мы с помощью орбитального лифта спустились на планету и на такси добрались до цели нашего путешествия. Ну, для меня очередной цели.

Кстати, я не успел описать всё, что касалось артефактов Древних, их баз и остального. Так вот, база «Ремонтник» всё же была взломана. Я залил её на сеть, встала как миленькая, и начал учить. В учебной капсуле первый ранг учил почти сутки. Если первый столько, то шестой ранг я что, год учить буду?! Базы знаний Древних оказались куда объемнее, чем я думал. За эти три недели «Тень» взломал пароли у пяти баз, их все я залил на сеть и выучил в первом ранге, начав многое понимать в артефактах, лишь «Ремонтник» и «Хакер» успел поднять до второго ранга и учил третий «Хакера». Только когда я выучил второй ранг, понял, какое сокровище мне досталось. Эту базу я буду учить до максимума, уж поверьте мне. До шестого ранга.

– Идём, – сказал я. – Чего стоять?

Я первым направился ко входу, у которого находился самый обычный охранник. Не думаю, что он тут так необходим, скорее всего, этот пост организовали для таких, как мы – объяснить, куда пройти и с чего начать. Можно сказать, небольшая справочная. Так и оказалось. На мой вопрос он указал рукой на трёхэтажное здание администрации: там секретарь, она всё оформит.

В Центр беженцев обращались только те, у кого до этого не было гражданства, а кто хотел поменять на местное, имперское, проходили проверку и регистрацию через Иммиграционную службу. Центр беженцев как раз за ними числился.

Мы сошли с проезжей части и по тропинке, выложенной брусчаткой под дикий камень, дошли до входа в здание. Внутри работал кондиционер и было довольно прохладно. Встретившая нас деловитая женщина строго спросила, по какому мы поводу, после моего ответа прошла за конторку и, проведя проверку в компе, кивнула. Мы числились в списках.

– Вам нужно пройти четырёх специалистов, после проверки и обследований вы должны вернуться сюда. После принятия клятвы гражданина империи Антран вы получите гражданство.

– Простите, – сказал я, изучая поданные документы, когда женщина закончила. – Проходить медицинское освидетельствование нет нужды, я сам врач в третьем ранге и всё уже сделал. По остальным вопросов нет.

– Не важно, что и где вы проходили, сдача документа фиксируется только нашими специалистами. Документы, завизированные другими специалистами, считаются у нас не действительными.

– Понял, – согласился я. – Вопросов больше нет.

Мы покинули здание и направились в медцентр, где и должны были пройти всех трёх чиновников, включая одного от медицины. Особо я не расстроился, что придётся лезть в капсулу, так как успел об этом подумать за время полёта. Местные специалисты просто не поймут, что у меня за сеть, я ввёл в неё настройки, и та выдавала, что у меня стоит «Инженер-6Е». Правда вот симбиот Древних скорее всего обнаружат, но кому какое дело, что у меня в голове, это моя голова, что хочу, то и вставляю. Ещё я замаскировал временно часть меток о прохождении сертификатов специальности. Оставил пять: «Пилот малого корабля», «Пилот среднего корабля», «Врач» третьего ранга, «Корабельный техник-универсал» и «Инженер-универсал» третьего ранга. Этого пока хватит, и так вызовет множество вопросов, откуда они у меня взялись. Два месяца как восемнадцать исполнилось, а тут столько профессий. Хотя отвечать просто не буду. Не их дело.

Мы быстро прошли трёх специалистов. Один явно был контрразведчиком, всё выпытывал, откуда мы и как тут появились. Этот мужик очень походил на особиста в части, где я служил в прошлом теле, поэтому мысленно так и стал его называть. Даже повадки и прищур был тот же. Хорошо, у нас легенда проработана была, так что не запнулись, но похоже, местный спец понял, что мы что-то утаиваем, однако метки о прохождении поставил.

Последним был медбокс с врачом. Обе рыжие легко прошли через капсулу и получили карты ФПИ, вопросов к ним не возникло. На их вопросы врач ответил, что уколы по изменению генома им сделают в любое время по их желанию после официального получения гражданства, но не сейчас, они пока только кандидаты.

Девчата остались меня ждать в коридоре на скамейках, я же лёг в капсулу с камнем на душе, но пятнадцатиминутная процедура прошла быстро, действительно пятнадцать минут, судя по часам на рабочем столе сети.

Выбравшись голышом из капсулы, при процедуре диагностики пациента усыпляли, я быстро надел свой пилотский комбез и подошёл к врачу, что сидел задумчивый за столиком рядом со входом. Подписывать прохождение он не спешил.

– Вы про симбиот Древних в курсе? – спросил он.

– Конечно.

– Согласно инструкции, я уже сообщил кому следует, о вас и о вашем симбиоте, вы должны знать это, – подписывая прохождение и вручая новенькую карту ФПИ с моими данными Ворха Росса, сказал он.

– Буду знать.

– Вам могут предложить поступить на службу во флот или в исследовательские государственные центры.

– Пошлю куда подальше. Не волнуйтесь, доктор, я умею это как никто другой, – улыбнулся я.

– Дело не в этом, диагностика ясно показала, что вы нордовец, а у них некоторые обязательства перед государством. Отказаться вы не сможете.

– Я не нордовец, и на какие-то там обязательства мне начхать. Государств много, могу и в другое пристроиться. Меня тут совершенно ничто не держит, просто ваша империя была ближе.

– Может быть, может быть, – протянул тот, когда я открывал дверь и выходил в коридор.

В коридоре меня уже ждали. Обе рыжие были настороже, поглядывая на нашего старого знакомца, того самого «особиста».

– Господин Росс, прошу пройти со мной.

– Без проблем, – кивнул я и велел девчатам подождать меня.

Мы вернулись в его кабинет, и он снова указал на стул перед собой.

– Вы утаили, что с Норда и у вас стоит симбиот Древних.

– Ничего я не утаивал, родился во Фронтире, не на вашем Норде, и к нему никакого отношения не имею, кроме генов. А насчёт симбиота скажу так: это моё дело, стоит он или нет, вас это никак не касается.

– Вы немного не понимаете ситуацию, молодой человек. Независимо от вашего желания, нам есть дело до вас и вашего симбиота. Все, повторяю, все владельцы подобных имплантов работают на нас. По-другому быть не может. Благодаря им мы сделали огромный скачок вперёд по сравнению с другими государствами.

– Артефакты Древних, я понял. Получается, вы на государственном уровне решили эту проблему. Ну-ну. От меня-то вы что хотите?

– В любом случае после получения гражданства вы отправитесь в один из наших исследовательских центров. Вы понимаете, что вы нужны своему государству?

– Кстати о своём государстве, – очнулся я и резким движением порвал пачку документов. – Вы наглядно мне пояснили, что становиться гражданином вашей страны мне не стоит. Своё заявление я аннулирую. На этом всё, думаю, продолжать наш разговор не стоит, всего хорошего.

Тот попытался меня остановить, но я не обратил внимания на его попытки и вышел в коридор.

– Проблемы? – спросила Жанна, заметив, что я хмурюсь.

– Да, я не смогу получить гражданство этой страны.

– Почему?

– Объяснить сложно, но возможно, – поморщился я, когда на выходе из здания словил солнечный луч прямо в глаза. – Помните, я вам про частную исследовательскую станцию рассказывал? Вот, про неё узнали, и меня сразу после принятия гражданства решили отправить уже в местные лаборатории – изучать. Причём навсегда, тот сотрудник так и высказался. А я не хочу, чтобы меня препарировали на столе.

– Вот гады какие! – возмутилась Ольга и тут же спросила: – И что?

– Что-что, отправить меня в лабораторию они имеют право, только если я стану гражданином империи, поэтому я собираюсь забрать заявление. Жить я тут не смогу.

– Как же быть теперь? – нахмурилась Жанна.

– Особых проблем я не вижу. Направлюсь в другие государства, где подобных проблем нет и где спокойно смогу пройти регистрацию. Тогда я буду навещать вас как иностранный гражданин, но тут таких много, никаких проблем с этим нет. Ну, и головастики со своими длинными руками до меня не доберутся.

– Кто? Головастики?

– Учёные, – пояснил я удивлённой Ольге.

– Что ты теперь будешь делать?

– Я имею право, согласно законам империи, находиться на её территории месяц, столько же я могу не регистрировать свой фрегат, вот через месяц его конфискуют, поэтому до наступления этой нехорошей даты мне лучше покинуть территорию империи, причём несколько заранее. Как видите, время, чтобы устроить вас тут, у меня есть, но очень мало. Идём, нам ещё вас регистрировать.

– Может, нам тоже подобрать другое государство? – спросила Жанна.

– У вас проблем с империей нет. Это ни к чему.

Какую подлость совершил тот «особист», я понял, когда мы прошли в здание администрации. Мы даже рта не успели открыть, как дама, оказавшаяся секретарём, улыбнулась и сказала:

– Поздравляю вас с вхождением в ряды граждан империи Антран.

– Подождите, – остановил я её. – Моё заявление аннулировано, я вам отправил это прошение, я не хочу быть гражданином вашего государства, почему вы поздравляете нас троих?

– Пришёл приказ провести максимально быстро вашу регистрацию, поэтому как только пришли через сеть документы, я всё сделала. Ваше заявление запоздало.

Оттолкнув женщину от стола, я быстро пощёлкал по клавиатуре и понял, откуда пришёл сигнал. Из кабинета «особиста», как раз в тот момент, когда я с ним общался. Тот параллельно отдавал приказы через свою сеть. Вот ведь выродок упорный. Быстро сработал, мразь, задницу свою прикрыл. Если бы он меня упустил, а всё к этому шло, санкции в отношении него наверняка последовали бы серьёзные.

Женщина возмутилась моими бесцеремонными действиями, но я исподлобья на неё взглянул, и она замолкла.

– Ждите моего адвоката. Именно он будет заниматься аннулированием гражданства, а сейчас всего хорошего… Идём.

Мы покинули здание администрации и быстрым шагом направились к выходу.

– Всё так плохо? – поинтересовалась Жанна, в её голосе была явная тревога.

– Да, очень. Обложили, похоже, придётся с боем прорываться.

Оружия у нас не было, даже шокеров, мы не были гражданами этого государства, и нам не разрешалось его носить. Иностранцы получали специальное разрешение в МИДах. Кроме полных граждан, конечно же, они имели право носить что угодно и где угодно. Так что придётся действовать голыми руками, если потребуется, но останавливаться я не собирался.

Мы шли по тропинке к воротам. Часто попадались прохожие, и мои рыжие уже так от них не шарахались, как раньше. На Ферре-2 солнце имело красный оттенок, и небо было красноватое. Соответственно местные жители имели насыщенно красную кожу. Немного непривычно, но дамы уже не дёргались, только с интересом стреляли глазами на аборигенов. Ольга только с испугом спросила, когда мы спускались утром на орбитальном лифте, не станет ли она такой красной. Я успокоил её, что станет, если останется тут жить и загорать под солнцем. Не думаю, что останутся, было видно, что и маме и дочери местное светило и планета не нравились.

У ворот меня ждали «особист» и пара охранников. Интересно девки пляшут.

– Стойте тут. Жанна, включи запись «под протокол», как я учил, и снимай, как мы общаемся, могут подставить. С этим проще оказывать давление на неугодных.

– Поняла.

Рыжие чуть отстали и шли сзади, им, как и мне, не нравилось, что тут происходит. Похоже, они уже пожалели, что выбрали именно эту империю.

– Уже уходите? – с иронией поинтересовался «особист». – Попрошу вас задержаться. Скоро сюда спустится челнок и заберёт вас. А дам я не задерживаю.

– Тебе не кажется, что это уже беспредел?

– Нет, не кажется, – покачал тот головой.

– Понимаешь, у меня есть одна такая черта. Я всегда отвечаю. Не волнуйся, бить не буду. Я привык убивать, а не бить.

Три удара «щепоткой» пальцев – и оба охранника и «особист» легли в красноватую пыль почвы этой планеты. Неожиданно для меня из кустов выпрыгнуло шестеро солдат, приказывая нам лечь и не двигаться. Пришлось перейти на ускоренное движение и уложить их рядом с телами местных. Бить бойцов в бронекостюмах было сложно, но можно. Прятались они, оказывается, в водостоке за кустарником, его не было видно с тропинки, поэтому и прошляпил их. Оттащив их в тень, я махнул рукой рыжим:

– Уходим, быстро.

Мы добежали до парковочной площадки, там какая-то парочка местных, краснокожих, покидали салон такси, и заняли машину. Везти нас я велел в город. Доступ в сеть у меня был, оплатил на месяц вперёд ещё вчера, когда мы были на терминале. Найдя офис корпорации «ЮрКор», я сообщил адрес дрону-пилоту.

– Что будем делать? – спросила Жанна.

– Похоже на развод. Ничего не понимаю. Нужно с адвокатом посоветоваться. Местную специфику я не знаю, поэтому обратимся к тем, кто в этом хорошо разбирается.

Мы благополучно добрались до центра местной столицы и вышли на площади. Рыжие крутили головами, рассматривая всё, что происходило вокруг, причём обе с большими глазами и открытыми ртами, но не отставали от меня и спешили следом. На входе, в фойе, я узнал у секретаря, где сидит дежурный адвокат, и та нас сопроводила к нему. Уплатил я секретарше за полгода вперёд, минимально возможный срок в «ЮрКор». Хоть полгода пробуду в их клиентской базе.

Адвокат оказался профи. Выслушав наш рассказ, он изучил все записи «под протокол» и честно сказал:

– Классический развод, и в кабинете у этого чиновника, и засада с солдатами. Вас вывели из себя, заставили делать необдуманные поступки и при нападении на представителя власти отправили бы отбывать срок. Дело, конечно, липовое, но вам бы предложили выбор: или срок, или служба в интересах этих людей. Судя по тому, как они сработали, схема была хорошо сработанная. Похоже, вы не первый, на ком они сработали. Как бы то ни было, но вы гражданин империи. Вы будете писать заявление на сотрудников Центра беженцев?

– Да, иначе они меня закроют. Ещё хочу поднять шумиху в прессе.

– Вот это я вам делать не рекомендую. Могут быть осложнения с местной властью, они тут не любят, когда их поливают грязью. А их это всяко заденет.

– Вряд ли у меня это получится. По словам того сотрудника, люди с симбиотами Древних находятся под контролем государства.

– Вас немного обманули, думаю, врач был в сговоре. Подобные вам люди, конечно, представляют интерес для государства, но власти предпочитает работать с добровольцами. Покупают симбиот, устанавливают его и ведут те исследования, какие им необходимы. Бывают наёмные работники с установленными симбиотами Древних, но только добровольцы. Принуждения тут нет. Интерес к вам у сотрудников Центра беженцев совершенно в другой области.

– В какой? – озадачился я.

– Посмотрите на свою карту ФПИ, особенно в раздел с уровнем вашего интеллекта, – протянул тот мою карту. Она лежала на столе, среди наших общих документов.

– Пятьсот шестьдесят три, природный двести двенадцать, – вздохнул я, сразу же сложив всё, что у меня до этого не сходилось.

– Как видите, интерес чиновников Центра к вам совершенно меркантильный. По ценам рабского рынка наших соседей империи Антар, ваша стоимость колеблется от пяти до десяти миллионов кредитов. Куш неплохой. Скорее всего, никто бы об этом и не узнал, вас бы арестовали за нападение на представителей власти и по-тихому вывезли с планеты. Как действовали бы чиновники Центра, не знаю, но думаю, я не далек от истины. Не думаю, что вашим дамам что-то угрожало, скорее всего, им бы сообщили, что вы арестованы согласно букве закона.

– Всё встало на свои места, – вздохнул я и, посмотрев на рыжих, сказал: – Развели, как последнего сопливого мальчишку, а я сразу повёлся… Блин, их ведь на волосок отделяло от смерти, я бы реально начал всех там убивать. Привычка уже в кровь въелась.

– Простите? – не понял адвокат.

– Издержки воспитания. Я во Фронтире родился.

– Придётся позабыть о своих привычках. Ну что, будем писать заявление на имя префекта округа?

– Будем. Вон у меня две свидетельницы под боком.

Неприветливо встретила нас империя Антран, очень даже неприветливо, она мне как-то сразу разонравилась. У меня характер такой, если невзлюбил, то это навсегда, не переубедишь, поэтому пусть я останусь гражданином империи Антран, но буду держаться от её границ как можно дальше. Легализовался, и ладно. Ещё раз вздохнув, я перевернулся на другой бок, отчего нары скрипнули.

Вот уже как двое суток я чалюсь в камере следственного управления города Кирым, планета Ферра-2. Дело оказалось громким, и следователь, которому поручили заняться этим делом, рьяно заработал. Но вот насчёт меня всё было не так гладко. Нападение на сотрудников Центра было? Было. На бойцов охраны Центра нападал? Нападал. Заявление они раньше написали? Раньше. Вот пока во всём этом разбираются, меня временно и поместили сюда, всё согласно букве закона. Как сказал тот следователь, что вёл дело, моё освобождение потребует нескольких дней.

Рыжих я отправил на орбиту в ангар, где стоял фрегат. Их сопровождал адвокат, по моей просьбе. Не знаю, по наитию или как, но я «под протокол» сказал Жанне, что если что со мной случится, то фрегат со всем имуществом станет её, и передал коды доступа к искинам корабля. Также перед расставанием я велел ей стать клиентом корпорации «ЮрКор». Чтобы они контролировали все её действия, мало ли что не то сделает. Это могло произойти по незнанию. К тому же им с Ольгой ещё раз следует посетить Центр беженцев и пройти прививки по смене геномов. В этот раз их должен сопровождать адвокат. И почему мне в голову не пришло нанять его перед посещением? Сейчас таких проблем бы не было, ничего те не смогли бы сделать, я на начальном этапе поломал бы им игру. А сейчас деваться некуда, придётся пока играть по их правилам.

Платиновые слитки Жанны были на фрегате, у неё в каюте, мои на крейсере в далёком космосе. Маршрут в искинах фрегата я удалил, мало ли что, чтобы никто не нашёл «Нохан», так что был более или менее спокоен.

Противно визжа, открылась дверь – охранники специально не смазывают петли, – и в камеру вошли двое в форме охранников.

– Что, уже всё, на свободу с чистой совестью? – поинтересовался я, принимая на нарах сидячее положение.

– Нет, парень, – сказал один из них. – Свободы тебе ещё долго не видать, если ты её вообще увидишь.

Я мгновенно вскочил на ноги, вставая в боевую стойку, но тут обе стены, слева и справа, как будто дёрнулись в мою сторону. Это походило на работу огромных музыкальных колонок, когда врубаешь рок и те бьются в припадке. Тут было по одному похожему удару, но последствия странные, я почувствовал, как стоявшие передо мной охранники расплываются и поднимаются кверху. Оказалось, я просто падал на пол.

Сознания я не потерял, балансировал на краю, хотя тела не чувствовал, симбиот постарался, спасая, поэтому сквозь шум в ушах услышал, что говорили охранники. Они подошли, подняли меня, ухватив под мышки, и потащили из камеры, волоча ногами по полу, куда-то дальше по коридору. Но разговор у них был интересен.

– Этого-то зачем взяли? – поинтересовался один из охранников, когда они, стукнувшись плечами о косяк, выносили меня в коридор из камеры. – Он же тут временно, выпустить должны были не сегодня-завтра.

– Уже не выпустят, экземпляр интересный. Упакован он хорошо, сеть и импланты. Капиус велел его брать и готовить документы по внезапной смерти.

– Как обычно, укус игоса?

– Да, белокожие сразу дохнут, не любят яда нашего паучка.

– Нормально… Слушай, почему его «ударником» вырубили, по виду сопляк ещё совсем?

– Сопляк не сопляк, а инженерную сеть уже имеет да полный набор имплантов, включая боевые. Думаешь, почему Капиус на него слюну пускал? За таких денег больше дают. Я читал его дело, там всё было указано про сеть и импланты, так что если бы не вырубили «ударником», пришлось бы повозиться. Тебе хотелось?

– Не-е.

– Вот и мне нет. Ладно, хоть у него ничего серьёзного не было, стандарт, иначе бы пришлось напрочь вырубать.

– Это да, как с прошлым живчиком, укусил меня, гад, под локоть, когда мы его вязали. Ни фига на него шокеры не действовали… Тяжёлый, зараза… Интересно, куда их всё же отправляют? Только от нас таких ушло около пятидесяти, так не мы одни поставками «мяса» занимаемся.

– Я от Капиуса слышал, что одна корпорация вроде новую планету открыла в Диком космосе. Много чего там интересного нашла, но вот дохнут там исследователи да учёные, вот и решили очистить её руками заключённых. У корпорации руки везде есть, начали выкупать заключённых, туда их тысячами отправляют.

– А Капиус не врёт?

– Не-е, у него глаза бегают, когда врёт. Он про это слышал от своего брата, а тот на транспорте корпорации ходит техником. Это судно переделали для перевозки заключённых. По-тихому вывозят, в капсулах.

– Во дела.

– Это ещё не всё, похоже, Капиуса на повышение отправляют, поэтому нам нового начальника тюрьмы дадут, и накроется наш тихий бизнес, а я ещё кредит за глайдер не выплатил.

– Может, Капиус что придумает, ему тоже не хилые деньжищи идут с «трупов».

– Может, и так, но и место предлагают жирное… Всё, пришли, укладываем в капсулу.

Меня вытащили во двор тюрьмы, где стоял челнок. Занесли внутрь и уложили в капсулу. Веки были полуоткрыты, и я видел, что таких капсул тут было с десяток, и не все пустые. Как и в камере, ничего сделать я не мог, тело не слушалось, и без моего согласия меня положили в капсулу, и крышка закрылась. На этом всё, вырубился. Старая ненадёжная криокапсула начала свою работу.

Жаль, что симбиот Древних не вышел на полную работоспособность, большая часть иконок на рабочем столе сети горели жёлтым, иначе меня так просто «глушилкой» бы не вырубили. Вот это было реально жаль.

* * *

– Следующий! – рявкнул сидевший за столом старый седой негр, похожий на президента пиндосов на Земле.

Внешнее сходство было поразительным. Только этот был надзирателем, что занимался непривычной ему канцелярией и что ему явно не нравилось. Видимо, на замену временно сунули, а тот, недовольный, срывал злость на рабах корпорации. По-другому их назвать сложно. Мы и есть рабы, нам это вчера доходчиво объяснили, подняв из криокапсул. По словам того охранника, что руководил подчинёнными, поднимавшими нас, с того момента, как нас положили в капсулы, прошло полгода, мы тут никто, мы рабы, что скажут, то и будем делать.

Дёргаться я не стал, осмотрел трюм транспорта. Тут было около трёхсот капсул в два этажа, но это не весь трюм, а малая его часть. Если прикинуть по переборкам, похоже, это средний «Викоз», подсчитать объем трюмов, и если всё забито капсулами с бывшими заключёнными, то нас вывезли около пяти тысяч. Уверен, такие транспорты постоянно курсируют между империей и неизвестной планетой.

Когда меня подняли, синего и холодного, – я трясся, пытаясь согреться, – то я вспомнил тот разговор охранников. Они думали, я был капитально вырублен, но это не так. Ситуация немного начала проясняться благодаря воспоминаниям. Получается, я был единственным из новоприбывших, кто примерно знал, что нас ждёт. Это давало мне возможность правильно отреагировать на изменение обстановки. Вон, я даже вёл себя как все, хотя симбиотом мог моментально привести тело в порядок и попробовать сбежать. Только вот из трюма да голым сбежать будет сложно. На то, что капсулу открывали и со мной ранее проводили некоторые манипуляции, намекало то, что я был обнажённым, как и все вокруг, слушавшие здорового охранника, хотя укладывали меня в пилотском комбезе, и то, что нейросеть у меня была отключена. Последнее оказалось не проблемой, симбиот уже вышел на полную мощность и с помощью него я снова активировал сеть, так что порядок. Хорошо, что у симбиота была возможность управления и «тумблер» отключения-включения сети, так что им щёлкнул, и сеть запустилась. Надеюсь, да что надеюсь, уверен, что о симбиоте Древних никто не знал. В капсуле не было серьёзной диагностической аппаратуры, не заметила бы она его, так что это пока моя серьёзно оберегаемая тайна.

Нас долго мурыжили в трюме, где было достаточно холодно, двоих, что начали возмущаться, вытащили из строя и демонстративно отходили плётками, порвав кожу на спине, после чего погнали по коридорам транспорта в другое помещение. Судя по множеству обрывков пищевых пайков на палубе, тут уже были другие новички из соседних трюмов. Нам дали по одному пайку на двоих, мне пришлось делить свой с каким-то лысым мужиком с отрезанными уже давно ушами. То ли культист, то ли фанатик какой-то церкви. У них процветают такие вот обряды и физические ампутирования частей тел. Я паёк сразу разломил пальцами и протянул долю ему. Тот сразу стал возмущаться, что у меня больше, поэтому удар по голове – и у меня оба куска. Делил я честно, сам виноват.

Обрывки упаковок пайков мы тоже бросали на палубу, многие бегали в туалет, две двери вели в них, я тоже сходил облегчиться – после криокапсул всегда по-малому хочется, два или три раза. Я два раза сбегал. Потом нас вывели и по коридорам повели в сторону кормы, как я понял, к шлюпочной палубе, однако на полпути развернули и погнали обратно. От одного такого же несчастного мужика, в татуировках по всему телу, я узнал, что посадку на челноки отменили, тот это от охранников услышал. Почему, никто не знал, но выяснилось это на следующее утро. Нас просто не успели до наступления темноты спустить на планету, а ночью внизу не принимали, потому что на планете никого не было из корпоратов, все на ночное время поднимались на орбиту.

Однако не было повода грустить, нам выдали робы, самые обычные дешёвые тюремные ярко-оранжевые робы. Хоть что-то. Капсулы сложили в несколько рядов в одном месте, и теперь трюм напоминал курятник: везде ходили, сидели и переговаривались оранжевые петушки. А над нами по переходам перемещались охранники и следили за порядком. Вооружены они были старыми армейскими импульсниками. Так себе оружие, честно говоря, но против безоружной толпы действенное. Особенно если настроить не на точный выстрел, а расфокусировать линзу, то получится ружьё-метёлка, стреляет импульсами, но как током шандарахнет. Пара выстрелов – и толпа лежит, корчась от боли. Их в своё время полицейские использовали, чтобы гасить бунты, митинги и волнения, пока не получили более серьёзные игрушки.

Утром нас покормили и направили снова к шлюпочной палубе, по пути в наш поток влилась другая группа заключённых, или не знаю, как нас правильно называть. Может, тот охранник-здоровяк, что речь толкал, был прав. Мы тут все рабы. Особо он ничего не говорил, только объяснял, что нужно слушать и будет хорошо. Крутил эту пластинку разными словами и фразами, но смысл был тот же. Мне вообще кажется, он как раз рассчитывал на возмущение, чтобы на глазах остальных показать, что мы тут никто. А смысл? Если охрана работала дубинками, не переставая, и явно получала удовольствие от избиения людей. Вот это реально показывало, что мы тут действительно никто.

Когда в нашу колонну из бокового прохода влилась новая группа – их, похоже, только подняли, они ещё были голыми и имели синюю кожу, последствия киберзаморозки, – я увидел в толпе того «особиста», по вине которого попал в эту историю. Напугался ли я? Скорее насторожился. Видимо, этот бывший служащий Центра беженцев попал в ту же историю, что и я, и, похоже, он подтёр информацию в моём деле, что у меня симбиот Древних. С одной стороны, это хорошо, никто о нём не знает, с другой – тварь этао, похоже, ещё та и точно меня сдаст к своей выгоде.

Он меня тоже опознал, но не сразу, я успел сблизиться и, качнувшись в его сторону, незаметно ударил двумя пальцами в бок. После чего отошёл в сторону. Тот меня опознал и шёл дальше, потирая голый бок, но когда я уже скрылся в толпе, он упал и забился в судорогах. Спасать его не стали. В сторону, чтобы не мешал движению, оттащили уже труп. Ну, а я избавился от того, кто меня знал, то есть некоторые мои возможности.

На шлюпочной палубе тех, кто имел робы, повели к челнокам и стали стоя запихивать внутрь как можно больше людей. А голых отводили в сторону и вручали такие же робы. Похоже, это была общая униформа для заключённых. Я попал в первую партию в третий челнок и, как и все, спрессованный со всех сторон, ожидал, когда челнок покинет борт транспорта и направится вниз к планете.

Спускались мы около часа, пару раз челнок тряхнуло, похоже на боковой ветер в верхних облаках, но потом ничего, приземлились.

Когда я через аппарель покинул следом за другими оранжевыми заключёнными грузовой отсек челнока, то слегка прищурился. По виду планета была как планета, голубое небо, жёлтое солнце, поднимающееся над горизонтом, облака кудрявые, вдали виднелись верхушки деревьев, но что за земли вокруг, было непонятно. Высокий забор загораживал, а вышки с автоматическими пушками настораживали. Направлены они были внутрь, на нас.

Вели нас от челноков по выложенному плитами из пенобетона взлётному полю, метров триста до трёх ангаров. Это были все строения, которые я смог разглядеть вокруг. У этих трёх ангаров было по две двери, перед каждой стоял стол и сидел служащий компании. Я хорошо запомнил эмблему на их униформе. Выберусь, вырежу владельцев вместе семьями. Достался мне негр, похожий на пиндосского президента с Земли.

– Номер! – рявкнул тот.

Нам когда выдавали робы, выдали каждому по номерку, больше ничего не было.

– Двенадцать, шестьдесят три, восемнадцать, сто шесть Е, – по памяти сказал я.

У меня была возможность стырить номерок у других, но делать я этого не стал, при проверке по этому номеру высвечивалось моё лицо. Сказал бы другой номер, опалился бы.

– Держи купон на тысячу зорий. На них в ангаре сможешь купить некоторые вещи. Если имеешь голову на плечах, полезные, если нет – быстро сдохнешь. Шагай… Следующий!

Естественно, он это говорил всем, и тем, кто стоял передо мной, тоже, поэтому я слышал его речь заключенным несколько раз. Некоторые пытались задавать вопросы, но стоявший рядом охранник огревал их крепкой дубинкой, именно поэтому, получив пластиковую карточку, называемую тут странно: «купон зорий», – видимо, местные деньги, прошёл под тёмные своды ангара. В нём было жарко. Нет, не так. В нём было как в духовке, металлокерамические конструкции буквально дышали огнём, нагретые местным солнышком. В ангаре носились заключенные в своих оранжевых робах с разными вещами в руках. Заметив с противоположной стороны открытые двери, я направился к ним, двое охранников у них только покосились на меня. Им ещё хорошо было, ветерок обдувал через дверной проём.

– Извините, нур, – обратился я к одному из них, на вид посерьёзнее, вроде не беспределыцику. – Не объясните, что тут происходит?

– Каждому объяснять, – скривился тот. – Ладно. Тебе купон дали, на эти деньги ты сможешь купить простое оружие, патроны при выходе получишь, ну или оснастку. Но на многое не рассчитывай, цены тут кусаются. Как набрал – на выход, сдаёшь купон, получаешь выбранный товар, и свободен, вся планета твоя.

– Поселения? – был мой немедленный вопрос.

– Пара десятков больших и около полусотни малых. Задача – чистить местные земли… Всё, вали, бесплатная справочная закрыта. Щас баб погонят, веселее будет.

Я отошёл и стал рассматривать представленный товар. Первым из ящика я взял новенькую фляжку с плёнкой на горлышке, та могла конденсировать воду, и за ночь набиралось до половины фляжки. Если тут проблема с водой, это нужная вещь. Ценник я заметил сразу, он был написан маркером от руки со всех сторон ящика.

– Охренеть, сто зорий за фляжку?! Да-а, однако.

В стороне трое крепких мужиков, похожих с виду на одну команду, запинали другого заключённого, сняли с него робу и забрали его купон. Вздохнув, я стал обходить остальные ящики, изредка сталкиваясь с другими заключёнными. Охранники, которые изредка забегали в ангар, торопили, чтобы мы побыстрее заканчивали. Следующей моей приятной находкой был нож охотника с полным комплектом в рукоятке. Очень ценная вещь для понимающего человека. Достав такой же комплект из другого ножа, я запихнул его в свой – еле-еле, но влезло, теперь у меня был запас. Третьим был рюкзак, он, в отличие от ножа, стоил не двести зорий, а пятьдесят. Туда я и убрал находки. Потом взял котелок, сковородку, комплект посуды с приборами, невскрытый комплект специй. Подумав, взял два. Хорошая штука. Осталось девяносто зорий, и я ходил и смотрел, что ещё можно было взять. На оружие даже не смотрел, я сам оружие, выбирал только то, что может пригодиться. Тонкую стопку одеял я не сразу разглядел, их задвинули ящиком за стеллаж. Посмотрев на цену – они были по сорок пять, – взял два. Всё, я набрал ровно на тысячу зорий.

Пройдя те ворота, где стояли охранники, я остановился у стола, за ним сидел другой охранник. Тот сразу взял меня за кисть, подсоединил медицинский планшет через нейроразъём и «включил» сеть, не обратив внимания на то, что она уже была включена. Работал на автопилоте, проще говоря. После этого он велел вываливать на стол перед ним всё, что я набрал.

Сняв с плеча рюкзак, я вывалил все свои покупки на стол. Тот быстро подсчитал и сообщил сумму. Купон он забрал, как только я его протянул, и велел забирать вещи.

– Свободен, – кивнул тот.

Собрав всё обратно, сверху свёрнутыми в рулон положил одеяла, я накинул ремни рюкзака на правое плечо и, отойдя от ангара на сто метров, осмотрелся. Стоял я на протоптанной многочисленными ботинками заключённых тропинке, вокруг была степь, и лишь вдали виднелась тёмная полоса леса. Обернувшись, я посмотрел на ангар и забор, что к нему подходил. С этой стороны забор замещали стены ангаров. Понять, что тут было что-то вроде пересыльного пункта, можно легко. Тут спускали на поверхность, давали крохи на руки и выпускали. Но вот что за жизнь на планете, и правду ли говорили те охранники из тюрьмы? Что за опасность царила здесь, от которой дохли как мухи исследователи и учёные?

Поправив ремни рюкзака, я всё же перевесил его за спину и направился к лесу быстрой походкой. Через километр я остановился, сошел с тропинки метров на тридцать. Впереди и позади были видны оранжевые фигурки, двигающиеся, как и я, к лесу. Достав флягу, я содрал с горлышка консервационную плёнку – пусть сразу конденсирует влагу. Вода – это жизнь, тем более жара просто придавливала к земле.

Я не сразу смог понять, что за жужжание доносится сверху, а когда понял, то упал в траву и стал прикрываться ею. Из-за полученного опыта базы знаний Древних «Хакер», я распознал в звуке специфичную работу двигателей боевых беспилотников. В Содружестве такие моторы не использовали, это точно ракетные носители, беспилотники модели «Зело» империи Зтов.

Рассмотреть я их не успел, только увидел, как встают дыбом в огне и дыме ангары, один из которых я недавно покинул. После этого мелькнула тройка аппаратов в небе, к которым тянулись ниточки зенитных снарядов и дымные хвосты зенитных ракет, но те, выпустив ещё один залп по челнокам – я их не видел, просто прикинул на глазок, где те стоят, – с разворотом стали уходить, совершая противозенитный манёвр. Ушли два, одну машину корпоратам всё-таки удалось сбить, и та рухнула в паре километров от меня, пачкая небо столбом чёрного дыма.

Встав на ноги, я сплюнул на пыльную траву, посмотрел вслед улетевшим «Зелам» и буркнул:

– Просто прелестно. Планета, напичканная артефактами Древних. Теперь понятно, почему тут такая смертность.

Подняв с травы рюкзак, я закинул его за спину и, поправляя ремни на плечах, осмотрел тропу, дорогу, какую-то птицу в голубом небе. Заметив что-то на опушке, приблизил изображение. Симбиот позволял мне это делать. Мои глаза стали как бинокли, могли приближать изображения и удалять. Полезная функция, хорошо, что я бинокль не купил, а взял только то, что было необходимо. Там на опушке группа одетых в военную форму людей встречала новоприбывших; они строились в колонны и уходили куда-то в глубь леса. Сопротивляющихся избивали, хорошо так, даже ногами. Посмотрев на небо, я с чувством спросил:

– И какая же падла мне сказала, что в прошлом мне понравится?!

Продолжение следует

Content

Владимир Поселягин
Зург: Империя