Приходько Роман

ВСЕ МЫ ХОДИМ ПОД БОГОМ…

Время приближалось к полуночи. Первый осенний дождик крадучись зашептал по крышам машин, рекламным вывескам и пыльным крышам навесов. Старый растрескавшийся асфальт недолго сопротивлялся, впитывая влагу, и вскоре обречённо заблестел отражениями тусклых уличных фонарей в небольших лужицах. Высокие стёкла круглосуточной дешёвой забегаловки на окраине спального района, под гордой вывеской «Бар», тут же покрылись бриллиантовой россыпью холодных капель, частично скрыв от посетителей ночную жизнь столицы. Среднего роста грузной комплекции бармен облегчённо вздохнул, провожая взглядом группу изрядно захмелевших молодых людей. Сегодня обошлось без скандалов и битой посуды, что являлось признаком благополучно прошедшей смены. Теперь до самого утра, да в такую отвратную погоду, вряд ли произойдёт какое-либо из ряда вон выходящее событие, способное испортить ему хорошее настроение.

Повелитель шейкеров и король веселительных коктейлей переключился на ладную фигурку новенькой официантки, что убирала столик после молодёжи, и в его глазах появились масляные нотки с грязным подтекстом. Посетителей оставалось двое. До икоты пьяная проститутка, постоянно промышлявшая в этом заведении, и высокий коротко стриженый парень, обладатель дорогущего кожаного плаща. Они сидели у стены в разных концах зала лицом друг к дружке. Их взгляды время от времени встречались, выражая полную противоположность отношений к личности оппонента. Если путана всем своим видом говорила: «Я в твоём распоряжении, красавчик!», то парень однозначно отвечал: «Даже и не думай!» Благо, девушка была не в состоянии достаточно навести резкость, чтобы прочесть презрение, исходящее от мужчины. Пронзительно тренькнул колокольчик входной двери. Все присутствующие как по команде повернули головы и уставились на длинноволосого парня в точно таком же плаще, что и у посетителя за столиком. Бармен с официанткой удивлённо: из-за идеального сходства ещё и лиц ночных клиентов. Путана с ликованием: от того, что её шансы повысились вдвое. А мужчина у стены: с полным безразличием. Незнакомец устало прошествовал к своему «близнецу», бросив на вопросительный взгляд бармена:

— Чёрный кофе без сахара. Девушка громко икнула, после чего послала ночному посетителю воздушный поцелуй. Тот безразлично скользнул голубыми глазами по фигуре нетрезвой соблазнительницы, развязал ремень плаща и сел напротив парня, коротко спросив:

— Твоя?

— Пока да.

— В смысле?.. Вроде ещё молодая?!

— На рассвете передаю другому. Длинноволосый в полном смятении застыл с немым вопросом на лице.

Со стороны казалось, будто он услышал полнейшую глупость, но в то же время осознавал, что это — правда чистой воды.

— Увольняют меня! — расплылся в улыбке стриженый. Разговор перебила официантка:

— Ваш кофе! Может, ещё что-нибудь? Клиент отмахнулся, словно ему предлагали купить пылесос.

— Девушка, а какое у вас сегодня дежурное блюдо? — оживился вдруг другой мужчина и с нетерпением взглянул на электронные часы над входной дверью.

— Баварские колбаски с ломтиками картофеля, запечённого…

— Отлично! — перебил официантку стриженый. — Двойную порцию, бокал пива и сигареты, — лучезарная улыбка довершила заказ. Когда блондинка в униформе удалилась, длинноволосый сделал глоток из чашки и с сарказмом заметил:

— Тебя не отпустят из-за мелкого нарушения Правил. Нас и так не хватает. Отбор ведётся даже среди женщин. Так что, Михаил, зря ты заказал весь этот мусор. Горечь очередного наказания не даст тебе почувствовать вкус былых наслаждений. Успокойся, не гневи Создателя, а то дадут кого-нибудь с каменным топором из непролазных джунглей — намаешься…

— Видно ты меня не понял. Красный раздел Правил — это серьёзный проступок! Чашка в руках длинноволосого дрогнула. Несколько капель кофе попали на облегающую водолазку. Даже не заметив этой оплошности, обладатель ещё влажного после дождя плаща быстро менялся в лице, словно увидел на руках собеседника проказу.

— Как?.. Ведь ты уже несколько веков не попадал в прошлое?! Это невозможно! Изменить историю Мира…

— Брось, Алексей! Мне с самого начала претило наблюдать, как подопечные совершают кучу мерзостей, а затем взывают о прощении. И главное — всё сходило и продолжает сходить им с рук. Наши доклады просто выбрасывались в мусорное ведро. Посмотри, во что превратился Мир из-за повального всепрощения! Его дети убивают друг дружку, прикрываясь именем Господа. Люди живут ради греховных удовольствий!

Наши обязанности — никому не нужный блеф. Все эти жалкие полумеры, я имею ввиду природные катаклизмы, приелись смертным и вовсе не считаются карой Господней.

— И ты с такой позицией всё равно хочешь влиться в ряды этих отбросов? — перебил Михаила собеседник. — Или того хуже — помышляешь о конкурентах? — подозрительно прищурился Алексей.

— Нет! Я хочу умереть, исчезнуть навсегда! Лучше сгореть в Аду, чем увидеть дно пропасти, куда скатится Человечество. Повисло гнетущее молчание. Каждый думал о своём. Только поднявшийся ветер отчаянно барабанил дождевыми каплями по окнам бара. Официантка тихонько принесла заказ Михаила. Видно прочувствовав настроение клиентов — молча удалилась. Скучающий за стойкой бармен включил «метровую плазму», черневшую до этого на противоположной от посетителей стене, и помещение наполнилось звуками выстрелов, криками толпы, возбуждёнными голосами дикторов. Мировые новости как всегда в большинстве содержания отражали лишь гадость и мерзость людского общества. В заключение выпуска показали коротенький репортаж о сенсационной находке американских археологов. Суть его сводилась к тому, что при раскопках в Египте было обнаружено древнее захоронение, из гробницы которого наряду со скелетом извлекли запечатанную пачку «Marlboro». Радиоуглеродный анализ сигарет показал, что они старше самой гробницы в два раза. Далее транслировали интервью с несколькими учёными, и никто из них не смог дать хоть какого-то объяснения находке.

— Твоя работа? — спокойно спросил Алексей.

— Пункт пятый красного раздела Правил. «Наказание: увольнение.

Примечание: принудительная чистка памяти с последующим запуском процесса старения по человеческим меркам. Дополнение: после физической смерти душа направляется только в Ад».

— Когда ты успел? И как вообще прошёл карантин? Ведь при перебросе на новый объект всегда тщательно омывают Святой водой?! — недоумевал длинноволосый. Михаил глотнул из бокала, крякнул от удовольствия и поведал:

— Все мы ходим под Богом. Из-за этого — что у людей, что в окружении Хозяина — бардак полный! При желании любой Ангел-Хранитель может пронести через карантин всё, что угодно. После первого испытания на «коротком» объекте, австралийском подростке-наркомане, меня перебросили в Египет до начала эры…

— Ты уже тогда всё решил? — поразился Алексей.

— Да. И просчитал все варианты. Бессмертие и крылья ангела сначала, конечно, завораживали величием положения над людьми…

— Мальчики! Ик! Можно к вам присоединиться? — неожиданно вмешалась путана, находясь на полпути к столу, где беседовали мужчины.

— Изыди, отродье! — со стальными нотками в голосе пробасил Алексей, приподнялся и медленно повернул голову в сторону девушки. Та словно споткнулась, увидев перекошенное злобой лицо парня.

Хмель разом улетучился, и она застыла в шаге перед столом, объятая ужасом.

— Эй! Полегче! — стриженый перехватил за плечо собеседника, затем обратился к подопечной. — Красавица, подожди меня у своего столика, я скоро подойду! Девушка попятилась назад, а Алексей рывком высвободился из захвата и прошипел:

— Ты уже не ангел. В сущности — перерождение в смертного уже свершилось. Ты чувствуешь вкус, мыслишь убого, грех охватывает тебя… Взметнулись полы плаща, заскрипели ботинки по кафельному полу, звякнул колокольчик входной двери — длинноволосый Ангел-хранитель растворился в темноте ночи.

Content

Приходько Роман
ВСЕ МЫ ХОДИМ ПОД БОГОМ…