Бакулина Дина Владимировна

Звёздные нити

Дина Бакулина

ЗВЁЗДНЫЕ НИТИ

из цикла «Сказки о Музее Млечного Пути»

...Не изнемогает никогда

Яркая зелёная звезда…

НАХОДКА

Таня Рыбкина шла по парку и напевала песенку. «У-у-у!» — то громче, то тише пела Таня. «У-у-у!» — потому что слов девочка совсем не помнила. Но эта песенка всё равно звучала в душе Тани и очень ей нравилась.

Танина душа пела и танцевала: «Какой чудесный день!» А губы выговаривали только «у-у-у», да «у-у-у».

— У-у-у! — громко передразнил Таню идущий навстречу Витька Пирожков из параллельного класса. Его легкая куртка, как всегда, была застегнута не на ту пуговицу, одна штанина задрана, а волосы всклокочены. «Растяпа!» — решила Таня, небрежно скользнув по Витьке взглядом. Витька как будто догадался об этой Таниной мысли и обиделся. Глаза его сердито блеснули и он энергично покрутил пальцем у виска: так Витька хотел сказать, что Таня, по его мнению, глупая. На самом деле Таня Рыбкина вовсе глупой не была, а потому, вместо того, чтобы обидеться, она беззлобно взглянула на мальчишку своими большими карими глазами, улыбнулась и пошла дальше. Витька такого не ожидал. Он остановился и, удивлённо почесывая затылок, смотрел вслед удаляющейся Тане. Обычно, когда он дразнился, девчонки поступали иначе: вспыхивали от обиды и лупили его, чем придётся, — если, конечно, им удавалось Витьку догнать.

Таня радовалась: сегодня она получила пятёрку по литературе. Радость переполняла сердце девочки ещё и потому, что это была настоящая, «яркая» пятёрка. Таня ответила так хорошо, что даже сама удивилась. И дети в классе удивились. Они слушали ответ Рыбкиной, затаив дыхание, хотя обычно во время чужих ответом предпочитали болтать о чём-то своём.

Вообще Таня очень любила литературу. Она даже тайком сочиняла стихи и сказки про любовь и спасение. В Таниных сказках всегда кто-нибудь кого-нибудь любил, жалел и спасал. Жук спасал паучка, птица — бабочку, кошка — птицу. Живая природа и любовь в Таниных сказках не разделялись: наоборот, природа и любовь были созданы друг для друга, — точно так же, как друг для друга существуют цветы и бабочки. Наверное поэтому, стихи и сказки у девочки получались очень красивыми. Но Таня никому их не читала. Даже бабушке. К тому же бабушка, кажется, плохо разбиралась в литературе. Подружкам она тоже их не читала: ведь это были её личные стихи и сказки, в них выражалась её душа. А душа у Тани бывала иногда хрупкой, как бабочка, а иногда твёрдой, как дерево.

Таня уже перестала напевать. Теперь она шла молча и снова мысленно сочиняла стихи про любовь и спасение… Вдруг невдалеке Таня заметила малыша, беспомощно лежащего на траве. Всё было ясно: мальчик случайно раскачал свою коляску, она перевернулась и он выпал. Теперь малыш лежал на спине и странно двигал ножками и ручками. Молодые родители не заметили, что случилось: они увлечённо собирали одуванчики для венка. Таня подбежала к малышу и вздрогнула от ужаса: от удара о землю мальчик поперхнулся своей соской и теперь едва дышал. Таня приподняла голову мальчика и вытащила застрявшую соску. Малыш тотчас глубоко вздохнул и радостно засопел. Девочка подняла ребёнка на руки, и вдруг на том месте, где он только что лежал, заметила блестящую зелёную бусинку. Такую красивую!..

Одной рукой крепко держа малыша, Таня подняла бусинку и положила её в карман. Находка обрадовала её несказанно. Тем временем родители малыша наконец-то заметили, что с их сыном стряслось что-то неладное. С охапкой одуванчиков в руках они со всех ног побежали к Тане.

Малыш легко дышал и во весь рот улыбнулся своей спасительнице. Таня объяснила испуганным родителям, что произошло. Они очень обрадовались и хотели подарить Тане свои одуванчики, но девочка не приняла этого подарка: она всё равно не умела плести венки.

Расставшись со счастливым семейством, Таня пошла дальше. Она старалась вспомнить стихи, которые сочинила перед встречей с малышом, но как назло ничего вспомнить не смогла. Они упорхнули из Таниной головы, словно бабочка или птица. Вдруг Таня вспомнила, что только что нашла очень красивую белую бусинку. Она вытащила бусинку из кармана и поднесла ее поближе к свету и солнцу. Бусинка, в самом деле, была сказочно красивой! Она не просто переливалась, она ярко сияла на солнце! Легкая, невесомая, белоснежная, как самый белый на свете снег. Тане казалось, что бусинка улыбается солнцу, посылая ему свои крохотные нежные лучики. Налюбовавшись, Таня бережно положила бусинку обратно в карман и пошла дальше, снова от радости напевая: «У-у-у, у-у-у!!!»

ЧЕЛОВЕК-ПИНГВИН

Вдруг Таня увидела, как навстречу ей идёт, почти бежит большой… пингвин. «Разве такие большие пингвины бывают?» — изумилась девочка. «И потом, ведь пингвины при ходьбе переваливаются с боку на бок, а этот идёт ровно, только немного неуклюже…»

Когда пингвин приблизился к Тане, оказалось, что это и не пингвин вовсе, а человек. Но всё равно, выглядел он необычно: мешковатая, коротконогая фигура, вытянутая вверх лысая макушка, большой приплюснутый нос и маленькие синие-пресиние глаза — синие, как летнее небо и очень добрые. И одет был незнакомец тоже по-пингвиньи — в блестящий чёрно-белый костюм. И вообще человек-пингвин больше походил не на взрослого мужчину, а на большого неуклюжего ребёнка.

Таня от изумления остановилась. «Пингвин» тоже остановился, и обратился к ней с таким вопросом:

— Девочка, ты случайно не видела здесь большое белое семечко?

— Семечко?! Нет, не видела… — ответила Таня. Ей совершенно не пришло в голову, что лежавшая у неё в кармане бусинка, — быть может и не бусинка вовсе…

— Понимаешь, семечко случайно выпало у меня из кармана! А это было… очень хорошее, нужное семечко!

Незнакомец вывернул карман, в котором виднелась крохотная дырочка, и показал Тане. Таня внимательно осмотрела дыру и сочувственно вздохнула:

— Жалко! Видимо, семечко было очень маленьким, раз оно смогло сюда провалиться… Его будет трудно найти!

И она машинально потрогала свой карман, точно проверяя, нет ли и в нём дырочки: ей не хотелось, чтобы её новая нарядная бусинка тоже потерялась. Но карман оказался крепким, и Таня перестала волноваться.

Незнакомец тем временем внимательно и задумчиво смотрел на свою собеседницу.

— Таня! — весело, словно вдруг чему-то обрадовавшись, сказал он. — Если тебе однажды попадется на глаза это семечко, ты возьми его и принеси мне, пожалуйста…

Таня вздрогнула от неожиданности. Она очень удивилась, что незнакомец назвал её по имени.

— Откуда вы меня знаете?!

Незнакомец как будто смутился, а потом пробормотал:

— Ну, я вообще… многое знаю…

Тогда девочка решила, что это сейчас не главное: какая разница, откуда незнакомец знает её имя? Важно то, что он очень огорчён из-за своей пропажи!

— Хорошо, — сказала Таня, — если я случайно найду семечко, я принесу его вам. — Только…

Она хотела сказать, что вряд ли ей когда-либо удастся найти такое крохотное семечко. Но ничего не сказала: не хотела расстраивать нового знакомого. Впрочем, вид у незнакомца был отчего-то совсем не расстроенный. «Наверное, он оптимист», — подумала Таня, — кажется, так называют людей, которые думают о хорошем, и верят в лучшее.

— Но… если я найду семечко, куда же мне его принести? Где вы живёте? И… как вас зовут?

— Зовут меня Сириус, — ответил незнакомец, — а живу я… Ну, как тебе объяснить?.. В такой живописной местности… Впрочем, как только ты увидишь эту местность, то сразу узнаешь её!

«Живописной…» — мысленно повторила удивлённая Таня, — «Сириус! Какое необычное имя…»

А вслух она рассудительно сказала:

— Уважаемый Сириус! Но… ведь для того чтобы увидеть место, где вы живёте, мне нужно сначала до него добраться…

— А ты в Музее Млечного Пути когда-нибудь бывала? — неожиданно спросил «пингвин».

— Нет, — отрицательно покачала головой Таня. — Но как же мне все-таки вас найти?

Она никак не могла понять, почему Сириус не отвечает на такой важный вопрос.

— Попроси бабушку, чтобы она сводила тебя в Музей Млечного Пути!… — настойчиво произнёс незнакомец. — А мне уже пора!

И, не попрощавшись, он решительно направился в противоположную сторону парка.

«Сириус! Подождите!» — хотела крикнуть Таня. И… отчего-то не крикнула… Но Сириус всё равно остановился и, повернувшись к ней, сказал:

— Запомни, Таня, волшебные слова:

Не изнемогает никогда

яркая зелёная звезда!…

Таня изумлённо посмотрела вслед удаляющемуся Сириусу. Откуда он знает эти слова? Дело в том, что это были строчки из новой Таниной сказки, — ещё не написанной, а только задуманной. Никто на свете пока не знал, что Таня начала её сочинять!

«Как Сириус догадался? И почему произнёс именно эти слова? Почему назвал их волшебными? И откуда ему известно, что я живу с бабушкой? — ведь он сказал: «Попроси бабушку отвести тебя в Музей Млечного Пути…»

Размышляя, Таня задумчиво брела по парку. Вдруг кто-то сильно хлопнул её сзади по плечу. Обернувшись, Таня увидела перед собой Витьку Пирожкова.

— А… это ты… — разочарованно протянула Таня, — а я думала, ты домой давно ушёл…

«ВИТЬКА, А ТЫ ОКАЗЫВАЕТСЯ УМНЫЙ!»

— Слушай, Танька, а с кем это ты сейчас разговаривала? А? Кто это был? Странный такой? Ну, который… пингвин… А?

— Сам ты пингвин! — рассердилась Танька. — Это друг мой новый был, его Сириус зовут! Понятно?

— Понятно, — задумчиво сказал Витька. — Сириус?! Это у него имя такое?! Так только звёзды называются!..

— Не только! — сказала Таня.

— Интересно, о чём это вы с ним разговаривали? — с любопытством спросил Витька.

— А тебе не всё равно? — возмутилась Таня

— Мне всё равно, — соврал Витька, — но… всё-таки о чём, а?

— Он семечко потерял, где-то здесь в парке… Вот и просил, чтобы я поискала… Да разве такое маленькое семечко найдёшь!…

Таня огорченно вздохнула, машинально полезла в карман, вытащила из кармана бусинку и, словно забыв про Витьку, стала её рассматривать.

— А говоришь — не найти! — удивлённо присвистнул Витька. — А сама нашла! Ты что — совсем уже?!.

Витька уже собрался привычно повертеть пальцем у своего виска.

— Что нашла-то?! — рассердилась Танька. — Ничего я не нашла! Это ты, видно, совсем уже!..

— Семечко нашла — что же ещё?.. — в свою очередь обиделся Витька. — Ты же его сейчас в руках держишь!..

Витька так удивился Таниной несообразительности, что даже забыл покрутить пальцем у виска.

— Семечко?! — удивилась Таня. И вдруг явственно поняла, что Витька прав, и в руках у неё вовсе не бусинка, а именно то таинственное семечко, которое недавно потерял Сириус.

— Ты прав, Витька! — просияв сказала Таня. Потом внимательно посмотрела на него и удивлённо произнесла: — Ты, Витька, наверно, умный!

— Ну, не знаю… — неуверенно сказал мальчик.— Ну, может…

Таня впервые посмотрела на него с интересом и симпатией.

— Так может, ты догадаешься, как мне теперь Сириуса найти, а?

Витька очень воодушевился тем, что Таня в него поверила.

— Ну, попробую догадаться… А разве он не сказал, как его найти? Адрес свой не дал?

— Да в том то и дело, что нет! — снова нахмурилась Таня. — Никакого адреса! Сказал только, что живёт… в каком-то очень живописном месте…

— Ну… разве это адрес… — разочарованно протянул Витька. — А ещё? Что он ещё тебе говорил, помнишь? Может приметы какие-нибудь… или…

— Да нет, ничего такого… никаких примет… Он сказал только: «Пусть бабушка поведёт тебя в Музей Млечного Пути… " Кстати, а ты там когда-нибудь бывал?

— Конечно! — сказал Витька.— Сто раз! Ну… может, не сто… Может, раза два… Там классно!

Таня почти с уважением посмотрела на неряшливо одетого и как всегда растрепанного Витьку.

— Только причем тут Музей Млечного пути? А? — удивлялся Витька. — Может, он просто так это сказал? Случайно?

— Не-а… не просто… — задумчиво протянула Таня. — Наверное, мне и в самом деле нужно сходить в Музей Млечного Пути…

— А хочешь, Танька, мы с тобой вместе туда пойдём! А? — неожиданно воодушевляясь, предложил Витька. Он обожал всевозможные тайны и приключения… — Хоть прямо завтра! Пойдём, а?.. У твоей бабушки всё равно ноги больные… Так, может, она тебя одну, — то есть вместе мной — отпустит?

— Отпустит, конечно, — сказала Таня. — Бабушка меня часто одну отпускает… А тебя? Тебя, Витя, отпустят домашние?

— Меня? — нахмурился Витька. — Да кому я дома нужен? Отчим у меня… Ну, он дома редко бывает… А если и бывает, то радости мало: злится всегда… Да и не до меня ему совсем… У него друзья всякие… дела…

Витька вздохнул и опустил глаза.

— А мама?

— Так ведь нет её у меня… Она же умерла, когда мне три года было…

— Я и не знала, — грустно сказала Таня. — А кто тебе завтрак готовит… и обед?

— Сам, — вздохнул Витька. — Я просто яйца варю и ем. А потом в столовой обедаю… Да всё нормально у меня!

И он украдкой шмыгнул носом. Ему явно хотелось поскорей закончить этот разговор, но он не знал, как.

— А ведь я слыхал, что у тебя тоже матери нет? Да? — просто спросил Витька.

— Да, — подтвердила Таня. — У меня только бабушка.

Оба немножко помолчали.

— Ну, так пошли, что ли, завтра в Музей Млечного Пути? — снова спросил Витька. — Завтра к тому же суббота…

— Пошли! — согласилась Таня. — У меня завтра четыре урока. А у тебя?

— У меня тоже. Тогда сразу после уроков?

— Да.

— Ты только семечко взять не забудь! Да не потеряй его где-нибудь! — громко крикнул Витька вдогонку Тане. — Ты ведь такая растяпа! — добавил он ещё громче.

— Не потеряю, не бойся! — откликнулась Таня. И подумала: «Не такой уж он и умный! К тому же грубиян!..»

Однако, опасения Витьки, что крохотное зёрнышко может потеряться, взволновали Таню. Она остановилась и стала нащупывать зёрнышко сквозь материю. Потом снова проверила прочность кармана. «Лучше совсем не буду его доставать», — решила она. — Потерплю до дома». Придя домой, Таня заботливо завернула свою находку в тонкий белоснежный платочек, самый лучший из всех, что у неё был, и снова положила его в карман.

— Не теряйся! — сказала Таня зёрнышку. — Ты ведь такое нужное, не теряйся, пожалуйста!

Можно было подумать, что Таня и в самом деле принимает зёрнышко за живое и даже разумное существо. А ведь оно было неподвижным, маленьким и твёрдым словно камушек.

В МУЗЕЕ МЛЕЧНОГО ПУТИ

Назавтра после уроков Таня и Витя, как и договорились, отправились в Музей Млечного Пути. По дороге они два раза умудрились поссориться и помириться, — причем из-за такой ерунды, о которой потом и не вспомнить.

Когда дети подошли к кассе Музея и уже хотели купить билеты, кассирша сказала, что сегодня вход в музей бесплатный.

— Похоже, чудеса уже начались! — удивилась Таня, и они вошли в музей.

Дети сразу же очутились в просторном коридоре, на стенах которого висело несколько больших и красивых гобеленов. (Гобелены — это такие ковры, вышитые вручную.)

Не сговариваясь, Таня с Витей машинально остановились у первого же гобелена и задумались:

— Ну… и зачем, интересно, мы сюда пришли?! — засомневался Витька.

— Сириус же сказал: обязательно сходить в Музей Млечного пути… Вот мы и отправились… — не очень уверено возразила Таня.

— И что теперь?! — не унимался Витька. — Где нам твоего Сириуса искать?!

— Откуда я знаю? — рассердилась Таня. — Ты тоже сам вчера сказал: «Пошли в Музей!..»

— Я, главное, ещё и виноват!… — Витька нахмурился и сердито засопел.

— Ну, пойдём хоть куда-нибудь! — примирительно сказала Таня. — Что толку стоять в коридоре?

— Эх! Безнадёжная затея! — сокрушался Витька, не трогаясь с места. — И зачем ты только этому Сириусу поверила… А может, он вовсе и не Сириус никакой, а просто… пациент из психбольницы сбежал…

— Сам ты из психбольницы! — обиделась Таня. — А Сириус настоящий! И зёрнышко это настоящее… И оно ему вправду очень нужно…

Дети совсем растерялись: они никак не могли понять, где им теперь искать Сириуса, чтобы вернуть потерянное зёрнышко…

Вдруг Таня тихонько тронула Витю за рукав и шёпотом спросила:

— Витька! Ты слышишь? Слышишь?! Чьи-то голоса рядом с нами! А в коридоре нет никого…

— Слышу! — немного прислушавшись, сказал Витя. — Да это же они разговаривают!

И он показал рукой на большой гобелен на противоположной стене коридора — копию известной картины из Русского музея. На нём были изображены три охотника сидящие на лужайке. Но вот, что странно: охотники казались живыми! Они двигались на гобелене, точно на экране телевизора и даже разговаривали между собой очень громкими голосами. Таню с Витей охотники, по-видимому, совсем не замечали.

— Ты видишь?!. — громким шёпотом спросил Витя

— Вижу! — отозвалась Таня. — Витя, давай поскорее пройдём мимо… Я не люблю охотников! А вдруг они рассердятся, что мы их заметили, и подстрелят нас, как зайцев!..

— Вряд ли… Кажется, они нас не видят, — успокоил её мальчик.

— Точно? — обрадовалась Таня. И правда: несмотря на то, что Таня с Витей незаметно для себя подошли к гобелену совсем близко, охотники их не замечали.

— Да какая сейчас охота?! Эх, беда! — сердито проговорил тот охотник, что был в шляпе. — Всё зверьё вон куда перебежало: в Деревню Хранителей!…

— Верно говоришь… — злобно сверкнув глазами, поддержал его Второй охотник и с досадой махнул рукой.

— Эх! Была бы только моя воля, я бы всю эту Деревню на корню сжёг!

— Ясно дело! И мы сожгли бы! — закивал головой Третий охотник. — Так ведь не поступиться же к ним никак! Мало того, что на холм забрались, да ещё и огонь этот удивительный завели… Ведь тот огонь нашего брата-охотника к Деревне и близко не подпускает, жжёт за версту прямо… Обходишь эту Деревню самыми дальними тропинками, а всё равно жарко становится… Жжёт, как в печке прямо!

— Да! — с досадой махнул кулаком Первый охотник. — Если бы не тот огонь, давно бы Хранителям конец пришёл! Уж разобрались бы мы с ними как следует! Чтобы зверьё лесное, добыча наша к ним от нас не перебегала!…

— Эх, вот если б сюда кто из них забрёл… Уж тогда бы им мало не показалось!

— Да когда ж они сюда забредали-то? — сердито буркнул Второй. — Эти ненормальные из Деревни здесь и дышать-то толком не могут… душно им у нас… и темно, видишь ли… Конечно, у самих-то огонь этот… как его…

— Радуга, — уныло подсказал Третий охотник

— Точно, радуга… и эти… звёзды…

— Говорят, они их сами изготавливают… Выращивают, вроде… А может лепят из чего-то… — добавил Второй

— Вот, паразиты! — оскалился Первый охотник и злобно потряс в воздухе кулаком… — Мир они, видите ли, украшают… звёздами всякими… радугой! Законную добычу нашу, зверьё лесное, от нас прячут… Любители красоты! Хранители! Да что им там охранять-то?! Звезды что ли?! Ха-ха! Сами в домишках убогих живут, — ни богатства никакого, да и ни ничего стоящего у них там нет! Подумаешь, Хранители Звёзд! Да кому они нужны, эти Звёзды?! То ли дело мы! Мы люди серьёзные: птиц, зверей стреляем, чтобы не шмыгали под ногами, не мельтешили…

— Верно: нечего зверью веселиться! А про Хранителей я так скажу: имена у них в Деревне какие?! Это же просто тьфу! Марсы какие-то, Плутии… Или нет — Плутонии, вроде…

— Мерзкие имена! — поддержал Второй охотник. — Срам просто! То ли дело у нас, никаких имён нет, а только клички, да все звонкие, внушительные!… Злодей!… Душегуб!… Громила!…

— Я больше не могу их слушать, Витя! — Таня закрыла лицо руками. — Пойдём отсюда!

— Да ты что, Таня?! Не поняла, что ли? Ведь это же они о той самой Деревне говорят, где твой Сириус живёт!

— Ой, Витя! И правда!..

Таня снова начала прислушиваться, но охотники как назло тут же заговорили совсем о другом: стали хвастаться, у кого ружьё лучше, и сочинять небылицы про свои успехи в охоте на бедных зверюшек…

Таня с Витей отошли от гобелена и стали рассуждать:

— Смотри, Таня, что мы узнали. Во-первых, узнали, что где-то здесь, в музее есть картина, на которой нарисована чудесная Деревня, — так?

— Так… Деревня, стоящая на пригорке… — добавила Таня.

— Да. И что дома там такие… Ну, не сказочные терема, а самые обыкновенные дома…

— Витя, самое главное, что они про радугу говорили… На той картине радуга должна быть нарисована!

— Верно, Танька! — обрадовался Витя. — Радуга-то — это и есть самое главное… Пошли искать!

— Пошли! — тоже обрадовалась Таня. — Только музей-то большой… Как же мы найдём картину, на которой радуга изображена? А вдруг их здесь несколько?

— Может, у смотрительницы спросим? — предложил Витя

— Давай… Только видишь, она занята сейчас: разговаривает с кем-то…

— Да, это надолго… Придётся самим искать. Вот, если не найдём, тогда и спросим…

«ТЫ СВЕТИШЬСЯ!»

Друзья больше часа бродили по Музею Млечного Пути. Чего здесь только не было!.. Огромные модели космических кораблей — и настоящих и фантастических, — светящиеся, точно лампы, макеты звёзд, глобусы дальних планет, карты звёздного неба, картины, изображающие инопланетные виды… Впрочем, имелись здесь и земные пейзажи, но все они так или иначе были связаны с различными небесными явлениями: затмением солнца, падением метеорита или миражами в пустыне… На некоторых картинах сияла радуга, вот только не было такой картины, где бы радуга висела над деревней, стоящей на пригорке.

— Ох, — пожаловалась уставшая Таня, — зря мы все это затеяли, Витька… Нашли кому поверить — злым, хвастливым охотникам…

Но… вместо того, чтобы ответить, Витя вдруг остановился, как вкопанный и во все глаза уставился на Таню.

— Ты чего это светишься? — наконец изумлённо спросил он.

— Как это — свечусь? — не поняла девочка.

— Откуда я знаю, как? Светишься, да и всё! Словно луна ночью! — восхищённо сказал Витя. Раньше он никогда не смотрел на Таню с таким восторгом.

— Ой, Витя! Моя бусинка, то есть, зёрнышко, таким тёплым стало! Вернее, даже горячим…

Таня быстро вытащила из кармана платок, в который было спрятано зёрнышко, развернула его, и дети увидели, что зёрнышко значительно выросло и поменяло свой цвет. Теперь оно было не белым, а золотистым и от него исходил яркий, но тоненький, словно ниточка, луч света. Таня с Витей изумлённо смотрели на горячее золотое зёрнышко и тонкий луч. Девочка осторожно дотронулась до луча, — он оказался твёрдым, словно проволока. Переложив зёрнышко в левую руку, и крепко зажав его в кулак, Таня осторожно сжала луч правой рукой.

Витя тоже дотронулся до луча, и сжал его в ладони. Вдруг луч заструился, задвигался, плавно подался вперёд, увлекая детей за собой. Поддавшись внезапно охватившей радости, дети даже не пытались сопротивляться. Луч тянул их куда-то — так тихонько и ласково, что им не хотелось разжимать рук.

— Ой, ты теперь тоже светишься, Витя! — сказала Таня.

Но Витя не отвечал: он, не отрываясь, смотрел туда, куда увлекал их таинственный луч. Таня тоже взглянула в том направлении и вдруг увидела до той поры незаметную картину — Деревню на пригорке и яркий, разноцветный сноп света, исходящий от одного из домов…

— Витя! Разве это не радуга?! — не в силах оторвать глаза от разноцветного огня, сказала Таня.

— Конечно, — ответил мальчик. — Радуга!

Теперь казалось, что луч, всё больше и больше увлекавший детей за собой, исходит не от зёрнышка, а от этого, переливающегося всеми цветами, сияния. Ничего не пугаясь, не сопротивляясь и не отнимая рук от луча, дети послушно влеклись к снопу света. Вдруг, точно от резкого толчка, подобного тому, который случается, когда самолёт резко приземляется на землю, движение прекратилось. Луч сам собой исчез, словно его никогда и не было. Чудесное сияние тоже значительно отдалилось и светило теперь ровно и не так ярко.

В лицо детям дохнуло свежестью и прохладой, потому что они уже очутились в Деревне.

ДЕРЕВНЯ ХРАНИТЕЛЕЙ

— Молодцы, что так быстро добрались! — послышался за спиной детей голос Сириуса. — Да ещё и вдвоём…

Таня с Витей смотрели на Сириуса так, словно знали, что он их встретит. Как будто именно о такой встрече они и договаривались.

— Ну, Витя, молодец, что пришёл, — пожимая мальчику руку, сказал Сириус.

Витя отчего-то совсем не удивился тому, что Сириус знает его имя. Ему, как и Тане, всё здесь казалось простым, знакомым и даже родным: и трава, и воздух, и деревянные дома на пригорке, и сам Сириус. Детям казалось, что они вернулись домой после долгой разлуки.

— Вы, может быть устали, или хотите есть? — заботливо спросил Сириус.

— Нет, — за них обоих ответила Таня. — Мы не устали… совсем…

— Ну, хорошо, — кивнул Сириус, — тогда я отведу вас на кухню. — Ведь Таня не сказала, что они не хотят есть.

РАСТЕНИЯ С ЗЕЛЁНЫМИ ШАРИКАМИ

Они медленно поднимались вверх по пригорку вслед за Сириусом. По обеим сторонам тропинки раскинулись грядки, на которых шелестели густой листвой странные растения, увенчанные круглыми зелёными шариками размером с маленький помидор. На каждом кустике виднелось лишь по одному зелёному шарику. На растения по очереди падал солнечный луч, и тогда шарики ярко светились и переливались, точно они были сделаны из изумруда.

Таня с восторгом смотрела на эти чудесные посадки. Витя тоже внимательно разглядывал их, но в глазах его был не восторг, как у Тани, а сосредоточенная серьёзность. Казалось, он силился что-то понять…

— А что это тут растёт? — спросила Таня у Сириуса, который тихо, почти бесшумно шёл впереди.

— Это? Звёзды… — не оборачиваясь, ответил Сириус.

— Как это? — не поняла Таня. — Растения так называются?

— Нет. Это и есть звёзды, — повторил Сириус.

— Настоящие? — переспросила девочка.

— Да.

— Странно… Эти шарики, хоть и красивые, но на звёзды совсем не похожи… — с недоумением протянула Таня.

— Просто они ещё не созрели, — пояснил Сириус. — Ведь и взрослые люди не всегда похожи на себя в детстве. Разве не так?

— Так, — подумав, согласилась Таня. Витя по-прежнему сосредоточенно молчал.

Они прошли мимо большого стеклянного здания с прозрачной крышей.

— А это наша Оранжерея, — сказал Сириус. — Здесь продолжается путь Звёзд…

— Мы зайдём туда?.. — с надеждой предложила Таня.

— Конечно, — пообещал Сириус. — Но попозже. А сначала пойдём на кухню, ведь я обещал вас накормить…

— Уважаемый Сириус, — сгорая от любопытства, спросила Таня, — вот вы сказали, что в Оранжерее продолжается путь звезды, — а где он начинается?

— В Детской, — ответил Сириус.

— А где заканчивается путь Звезды? — неожиданно нарушил своё молчание Витя.

— Где? — задумчиво переспросил Сириус. — Понимаешь, Витя, путь настоящей Звезды бесконечен… Если ей удалось вырасти и укрепиться, её путь уже никогда не закончится, она будет жить всегда…

— А бывает так, что Звёзды умирают маленькими, не успев вырасти? — спросила Таня.

— Бывает, конечно. Но значит, это были Лишние Звёзды… Такие, которым самим не захотелось сбыться, поэтому они сначала перестали расти, а потом потерялись и вовсе умерли…

— Значит, бывают Звёзды Лишние и Звёзды Нужные? — спросила Таня.

— Да. Только Лишние Звёзды никогда не попадают на небо. Не добираются до него. Они исчезают в пути… Одни — в Детской, другие — в Оранжерее, третьи — на Грядке, четвёртые — в Хранилище.

— А что, у вас есть и Хранилище? — спросила Таня.

— Да. В Хранилище дозревают снятые с грядок Звёзды.

— То есть… растения… да? Вернее зелёные светящиеся шарики на растениях?

— Совершенно верно, — кивнул Сириус. — Потом, уже в Хранилище спелые Звёзды меняют свой цвет. Тогда солнце полирует их и, уже готовые, они уходят в небо. Точнее, их выпускают в небо.

— Как птиц?!

— Да.

— А кто их туда выпускает?

— Хранители Звёзд, то есть мы, — ответил Сириус.

— Значит, жители Деревни?

— Да. Ну вот мы и пришли, — сказал Сириус, открывая перед детьми дверь большого деревянного дома. — Здесь у нас кухня.

Навстречу им вышла бодрая старушка в розовом платке с голубыми цветочками.

— Это вот Витя, а это Таня, — представил детей Сириус.

— Ариадна, — улыбнулась старушка. Голос у неё был громкий и звонкий, как у молодой. — Да вы в дверях-то не стойте, проходите…

И Ариадна поставила на стол две тарелки с кашей. Таня заглянула в свою тарелку и так разочаровалась, что нечаянно сказал вслух:

— Фу, манная!..

— А я манную кашу люблю! — простодушно обрадовался Витя.

— Ты попробуй, Танечка, может, она у тебя и не манной окажется… — загадочно сказала старушка. — Ты какую кашу любишь?

— Гречневую с молоком, — вздохнула Таня. Ей было очень неловко от того, что она, словно маленькая, раскапризничалась.

— Так это как раз гречневая и есть! — обрадовалась Ариадна.

Таня снова заглянула в свою тарелку и точно: теперь в ней была не манная, а гречневая каша, да ещё и с молоком! Девочка даже удивиться забыла — так ей захотелось поскорее попробовать кашу. Ариадна с удовольствием смотрела, как дети едят, а потом забрала у них пустые тарелки и сказала:

— Ступайте в те маленькие комнатки и ложитесь отдыхать… Вон та, с жёлтой дверцей, пусть будет для Тани, а та, что с синей — для Вити.

— А как же?.. — начала было Таня. Ей хотелось сказать Ариадне, что они нисколько не устали и хотят осмотреть Деревню… И Оранжерею, и Детскую, и Хранилище для Звёзд…

— А я что-то и вправду устал… — согласился Витя и, помахав Тане рукой, направился к синей двери.

— Ну, тогда я тоже… — зевнув, согласилась Таня. И в самом деле — сон уже потихоньку начал одолевать и её.

В маленькой комнате за жёлтой дверью, были только небольшая кровать с подушкой и окно. Стены, кровать, подушка и даже окно были жёлтыми. Едва опустив голову на подушку, Таня тут же уснула.

Ей снилось, что она большая белая птица, которая летит высоко в синем-синем в небе, то и дело непроизвольно касаясь крыльями маленьких ярких звёзд. А звёзды в ответ на тёплое прикосновение её крыльев, сияют, улыбаются ей и что-то тихонько напевают…

— Таня, Таня вставай! — послышался у неё над ухом звонкий голос Ариадны.

Таня тут же проснулась, словно совсем и не спала и спросила:

— Мы пойдём смотреть Деревню?

— Да, — ответила Ариадна.

— А Витя?

— Он уже ждёт.

За столом на кухне сидели Сириус и Витя.

— Ну, пошли! — поднимаясь из-за стола, сказал Сириус. Витя охотно последовал за ним.

ДЕТСКАЯ КОМНАТА ЗВЁЗД

Стены Детской комнаты для Звёзд были сделаны из многослойного стекла — толстого, но прозрачного. Внутри Детская оказалась просторной и очень тёплой. На полу у стен стояло множество больших красивых горшков с душистой геранью, так что весь воздух Детской был пропитан чудесным запахом герани.

На полках, в маленьких открытых коробочках, накрытые прозрачными тряпочками, лежали такие же маленькие зёрнышки как то, что нашла у себя в парке Таня. Из одних зёрнышек уже пробивались крохотные зелёные росточки, другие зёрнышки, судя по всему, ещё спали, едва заметно дышали и готовились прорасти.

Сириуса и детей встретили приветливые хозяева Детской — женщина по имени Алюла и мужчина, которого звали Наос. У обоих на голове были светло-зелёные высокие шапочки, подобно тем, которые иногда носят врачи. Этим двум хранителям было поручено заботиться о малышах-звёздах.

Хотя хранители Детской и Сириус называли они друг друга просто по именам, было видно, что Сириус среди них самый опытный и уважаемый.

— Вы можете отдохнуть, — обращаясь к хранителям, сказал он. — А я вот, новую смену привёл… Знакомьтесь!

Таня с Витей переглянулись и, не сговариваясь, почтительно поклонились Алюле и Наосу.

Наос кивнул, Алюла молча улыбнулась, потом потянулась к одному из шкафчиков и, достав пустую коробочку, протянула её Сириусу. Затем оба хранителя вышли из Детской.

— Ну, Таня, давай сюда своё зёрнышко! — сказал Сириус. — Я положу его в коробочку… А впрочем… Может, ты сама её положишь?

От неожиданности Таня немного замешкалась с ответом. И вдруг Витя решительно предложил:

— А можно мне?

Сириус внимательно взглянул на Витю и молча кивнул.

— Ну а мы с тобой, Таня, не станем ему мешать… Давай, посидим пока.

И он жестом пригласил девочку сесть вместе с ним на небольшой кожаный диван у стены.

Тут стало происходить что-то совсем непонятное. Витя уверенно взял из рук Сириуса коробочку и поставил её на стол. Потом, поочередно открывая шкафчики, он деловито достал марлю, ножницы, блюдце, бутылку с розовой жидкостью и карандаш. Часть жидкости из бутылки он налил в блюдце. Уверенным движением отрезав два кусочка марли, Витя смочил один из них в розовой жидкости и положил на дно коробки, вторым покрыл взятое у Тани зёрнышко. Осмотрев несколько заполненных коробок, Витя поставил следующий за последним номер на своей коробке и водрузил её на полку рядом с остальными.

— Расти моя звёздочка, расти! — ласково обращаясь к зёрнышку в коробке, сказал мальчик. Потом он убрал ножницы и всё остальное обратно в шкаф, вылил остаток розовой жидкости из блюдца в горшок с геранью и преспокойно уселся на диванчик, рядом с Таней и Сириусом.

— Ну, ты даёшь, Витя! — восхищённо сказала Таня. — Но как?! Откуда… ты все это знаешь?

Таня вопросительно посмотрела на Сириуса: может быть он подскажет какой-нибудь ответ? Но Сириус молчал.

— Неужели ты обманул меня, Витя? Ты уже бывал здесь раньше, да? И тебя всему этому уже научили?

— Нет, — тихо ответил Витя. — Я ещё не бывал здесь… Во всяком случае…

Он не успел договорить

— Ну, друзья, нам пора! — решительно поднимаясь с дивана, заторопил друзей Сириус. Надо сказать, что, несмотря на доброту и мягкость, иногда в его взгляде и голосе чувствовалось что-то очень властное, — что-то такое, чему трудно было не подчиниться. — А вот как раз и Алюла с Наосом подошли…

В самом деле, хранители Детской уже заходили в комнату.

Таня с Витей послушно последовали за Сириусом. Уходя, Витя обернулся и ещё раз взглянул на свою коробочку с зёрнышком…

Сириус объяснил, что из Детской звёзды-малыши попадают в Оранжерею. Она и стала следующей остановкой Тани и Вити.

Оранжерея оказалась намного просторнее Детской. С виду она походила на обыкновенную теплицу для растений, только очень широкую и высокую. Здесь на грядках выращивали рассаду для звёзд. Воздух в Оранжерее, также как и в Детской, пах душистой геранью, потому что сами растения-звёзды по запаху, цвету и форме листочков очень напоминали герань, — только листья у растений-звёзд крупнее и округлее.

В Оранжерее Хранители попеременно меняли температуру и влажность воздуха, готовя звёздную рассаду к высадке в открытую почву. Отсюда рассаду переносили на открытый воздух, на грядки. Здесь она превращалась в невысокие зелёные растения, на которых качались плоды, похожие на изумрудные шарики. Созревая, шарики начинали светиться. Эти плоды-шарики и были телами звёзд. На грядке они наполнялись жизненными соками, обретали силу… Потом созревшие звёзды собирали и несли в Хранилище, чтобы там они окончательно дозрели.

Хранилище — самое красивое здание в Деревне Хранителей. Стояло оно на самой дальней околице и совсем не походило ни на жилые деревянные домики, ни на Оранжерею, ни на Детскую с прозрачными стенами.

Хранилище напоминало настоящий дворец, но не вычурный, а строгий. Уже созревшие готовые звёзды жили там до тех пор, пока не приходила их пора появиться на Небе. Ведь звёзды появляются на небе не просто так, а для того, чтобы осветить чью-то жизнь или направить чей-нибудь путь.

Сириус объяснил Тане с Витей, что посетить Хранилище они не смогут: там никогда не бывает гостей, войти туда могут только Наставники. Наставники — это самые верные, мудрые и ответственные люди в Деревне, те, кто растил и хранил звёзды, выращивая рассаду на грядках, работая в Детской и Оранжерее.

«МЫ ХОТИМ ОСТАТЬСЯ!..»

— Ну что друзья, вы наверно устали… к тому же вам пора домой… — сказал Сириус, показав детям главные здания Деревни.

— Нет! — неожиданно в один голос возразили Таня с Витей.

— Пожалуйста, уважаемый Сириус, разрешите нам ещё немного пожить у вас… — попросила Таня. — Вот только… моя бабушка…

— О бабушке можешь не беспокоиться, — сказал Сириус. — С ней всё будет хорошо…

Он сказал это так твёрдо, что Таня сразу ему поверила.

— А Витя… — начала была Таня. Она хотела сказать, что о Вите тоже будут волноваться дома, но Сириус перебил её:

— О Вите дома некому волноваться.

Мальчик с девочкой переглянулись. Впрочем, они уже отвыкли чему-либо удивляться в Деревне Хранителей. А Сириус, подумав, предложил:

— Не хотите ли поработать в Детской? Несколько дней будете трудиться под присмотром Алюлы и Наоса — они вам помогут, — а потом возьмётесь за дело самостоятельно. Вы будете ухаживать за своей звездой…

— За тем зёрнышком, которое я нашла в парке? — обрадовалась Таня.

Сириус важно кивнул.

— А можно я… — начала было девочка.

— Ты будешь слушаться Витю. Из вас двоих он главный, — строго сказал Сириус.

— Почему это? — удивилась Таня. В своей школе она почти всегда и во всём была первой, а значит главной. Даже мальчишки её уважали и частенько слушались. Но здесь, в Деревне… Таня тут же вспомнила, что в Детской Витя, в отличие от неё, сразу догадался, что нужно делать с зёрнышком. Откуда он это узнал?.. Совершенно непонятно!

— Ему это всё уже снилось! — неожиданно ответил на её мысли Сириус. Таня вопросительно посмотрела на проводника, и он повторил: — Вите снились и наша Деревня, и Детская, потому он и знает, как нужно здесь работать.

Витя согласно кивнул.

— Ну, что ж… — пожала плечами Таня, с уважением смотря на Витю. — Главный, так главный!

ДРУЗЬЯ РАБОТАЮТ В ДЕТСКОЙ

Хотя Витя узнал из своего сна о многом, всё же работа в Детской оказалась намного труднее, чем думали дети. Маленькое зёрнышко-звёздочка, за которым они вместе ухаживали, было очень прихотливым. Когда температура в комнате понижалась хотя бы на один градус, зёрнышко мёрзло и начинало плакать: крохотное тельце звезды покрывалось мелкими капельками. Если же температура наоборот повышалась, зёрнышко перегревалось, потело и краснело. От сильного перегрева или долгого охлаждения оно могло умереть, а поддерживать одинаковую температуру в комнате было не просто. К тому же для герани, чей запах питает маленькие звёздочки, необходим свежий воздух. Значит, нужно всё время открывать окошки и проветривать комнату, и каждые пятнадцать минут менять местами горшки с геранью. Это делалось для того, чтобы солнечные лучи падали на каждое растение по очереди, но не успевали иссушить его. Солнце в Деревне было очень жарким. Тане с Витей приходилось и спать, и есть по очереди, чтобы звёздочка ни на минуту не оставалась без присмотра. Дети были так заняты, что даже не успевали подумать о том, как они сильно устают.

Когда их зёрнышко немного подросло и окрепло, Сириус разрешил перенести его в Оранжерею. Там Тане с Витей предстояло вырастить из него рассаду.

— Но сначала вы должны дать имя своей звезде, — сказал Сириус.

Дети выбрали для своей звезды имя Беллактирс, что в переводе означает «Воительница». Это имя сразу же понравилось обоим друзьям. А между собой они решили сокращённо называть свою звезду Беллой.

Потом Таня с Витей ухаживали за Беллой в Оранжерее. Это было точно так же трудно и утомительно, как и следить за ней в Детской. Но дети успели так привязаться к своей звезде, что эта работа всё равно была им в радость.

После Оранжереи Беллу поместили на грядку. Там тоже приходилось постоянно поливать и разрыхлять почву вокруг подрастающего звёздного куста. Разных температур воздуха звезда уже не боялась, но теперь Тане с Витей нужно было следить за почвой, чтобы она слишком не уплотнялась, не переувлажнялась или наоборот не пересыхала…

Наконец Белла выросла и окрепла, и Сириус сказал, что скоро её можно будет перенести в Хранилище. Сердца Тани и Вити затрепетали от этой новости. Ведь это означало, что звезда, с таким трудом выращенная ими, через несколько дней сможет засиять на небе! Но тут — неожиданно для обоих друзей — Сириус предложил Тане вернуться домой.

Таня была так поражена этой просьбой Сириуса, что некоторое время только молча смотрела на него, не в силах произнести ни слова.

Вместо того чтобы повторить свою просьбу, Сириус зорко, с какой-то огромной внутренней силой посмотрел на Таню. И тогда девочка так ясно вспомнила о своей, оставленной дома, одинокой беззащитной бабушке, что у неё даже выступили слезы.

«Как же я могла совсем забыть о ней? — недоумевала Таня. — И сколько же времени ей пришлось провести без меня?» От такой мысли девочка в ужасе закрыла лицо руками. Ведь у её бабушки больные ноги, она даже не может самостоятельно ходить в магазин!.. «А что если из-за меня она умерла от голода?» — подумала Таня, и сердце её похолодело.

— Нет, Таня, с твоей бабушкой все в порядке! — улыбнувшись, успокоил её Сириус. — Время здесь в нашей Деревне бежит гораздо быстрее, чем на всей остальной земле. Пока вы здесь выращивали звезду, в вашем мире прошёл всего лишь один день. Но уже через несколько наших часов там начнется следующий земной день… Поэтому тебе лучше поторопиться!

— А как же Витя? — грустно спросила Таня. — А наша Белла?

Ей было очень жаль бабушку, но и думать о том, что придётся покидать это чудесное место было слишком тяжело.

— Витя? — переспросил Сириус. — Если он тоже захочет вернуться, я один позабочусь о вашей звезде. Ты, конечно, тоже можешь вернуться, Витя!

— Нет! — чуть ли не закричал мальчик. — Я не хочу, не могу возвращаться! Пожалуйста, Сириус разрешите мне остаться здесь! Я хочу навсегда остаться с нашей Беллой, с вами…

— Хорошо, — сказал Сириус, — но видишь ли, Витя, если ты останешься здесь, то для тебя откроются только два пути. Во-первых, ты сможешь стать одним из наших Хранителей. Но тогда через некоторое время тебе придётся проститься с Беллой! Тебе поручат выращивать новые звёзды, а Беллу передадут в другие руки, — тому Хранителю, кто должен заботиться о последних земных днях звезды… Он станет готовить вашу звёздочку к полёту, а когда подготовит, то сразу запустит её в небо. Этот Хранитель может даже поменять имя твоей Беллы. И постепенно ваша звезда настолько изменится, что ни ты, ни Таня уже никогда не сможете узнать её.

Витя грустно и задумчиво смотрел на Сириуса.

— А второй? Какой второй путь? — нетерпеливо спросила Таня.

— Второй путь немного труднее… Но выбор всё равно за тобой! Если ты хочешь чтобы эта, выращенная вами обоими звезда, всегда оставалась вашей, любила вас и откликалась на ваш зов, ты должен как бы… умереть…

— Умереть? — переспросила Таня.

— Ну, не совсем умереть, а только для виду… На самом деле ты, конечно, останешься жив, но только переселишься в другие края — так далеко отсюда, что для людей Земли и жителей Деревни станешь невидимым. Они никогда не смогут ни видеть, ни слышать тебя, но зато смогут видеть твою звезду, твою Беллу. А Белла будет любить и слушаться только тебя, потому что ты один будешь руководить её покоем и движением на Небе.

— А меня? Меня тогда Белла совсем забудет? И я тоже уже никогда не увижу и не узнаю её? — чуть не плача спросила Таня.

— Нет, если Витя выберет этот второй путь, ты сможешь узнавать вашу звезду, и она тоже будет узнавать тебя. Ведь звезда будет слушаться Витю, а Витя вряд ли забудет тебя когда-нибудь…

— Значит, наша звезда и Витя станут одним целым?

— Ну… можно и так сказать… Но на самом деле Витя, хотя и останется невидим ни для кого, он будет всей своей жизнью служить вашей звезде, а она станет любить и слушаться его и в свою очередь служить другим людям… Она будет отдавать им своё тепло, свет и силу, часть своей души… Она сможет указывать и направлять и даже исправлять пути людей… Понимаете теперь, как важна жизнь даже одной-единственной звезды?

— Да, — негромко сказал Витя. — Я пожалуй… я пожалуй…

Он сбился, но через мгновение голос его окреп, и мальчик произнёс уже твёрдо:

— Я выбираю второй путь. Я хочу остаться с Беллой, чтобы умереть и жить для неё. Ведь её жизнь так важна, а я так полюбил её…

— Ну, хорошо, — сказал Сириус так спокойно, как будто давно знал о решении Вити. — А сейчас нам пора попрощаться с Таней и отправить её домой.

ЗДРАВСТВУЙ, БЕЛЛА!

— Таня, ну где же ты так долго пропадала?! — громко сетовала бабушка. — Тут без тебя такое событие случилось!.. Соседка, тётя Лена, к нам мальчика в гости привела — Артёма… Маленький ещё мальчик-то, только в первый класс пошёл… Он, бедняга, недавно без родителей остался — вот беда! Тётя Лена спрашивает: можно ли его иногда к тебе приводить, чтобы ты с ним поиграла, что ли, книжку ему почитала… Ведь знаешь, небось, что дети детей лучше понимают… А ты бы о нём, как о братике заботилась…

— Да где он сам-то бабушка? Где Артём-то? — удивилась Таня.

— Артём? Да на кухне — чай с пряниками пьёт…

Таня пошла на кухню. Там, возле чашки остывшего чая сидел очень печальный малыш. Таня улыбнулась ему и он улыбнулся ей в ответ.

— А можно он с нами ночевать останется? — спросила Таня через несколько часов.

— Да можно, думаю! Завтра же выходной, в школу ему не надо… Вот только тётю Лену предупрежу…

Когда на улице потемнело, Таня отвела Артёма на балкон.

— Давай на звёзды смотреть! — предложила она.

— Давай! — обрадовался мальчик. Ему очень нравилось дружить с Таней и звёзды он тоже любил.

— А хочешь, Артём, я открою тебе одну тайну? — вдруг сказала Таня.

— Открой! — попросил Артём, и глаза его заблестели.

— Где то там на небе… — начала девочка.

— Далеко, далеко? — переспросил Артём.

— Да, далеко-далеко… Там живёт мальчик Витя… и наша с ним звезда по имени Белла…

— Ваша звезда!? — восхищённо повторил Артём.

— Да, наша собственная!

Они молча смотрели на небо и вдруг Таня явственно увидела как одна из звёзд очень ярко и сильно засияла. И тогда Таня всем сердцем поняла почувствовала, что Витя сейчас видит и её, и Артёма… Видит и слышит.

Таня не сдержалась и заплакала от радости.

— Витя! Витя! — позвала Таня. — Ты слышишь меня? Слышишь?! Как ты там?

И звезда засияла ещё ярче и радостнее.

— Это Витя? — показывая рукой на сияющую звезду, спросил Артём.

— Да, — сказала Таня. — Это мой лучший друг Витя и наша с ним звезда по имени Белла.

— Значит, она светит для тебя? — спросил малыш, улыбнулся и помахал звезде рукой.

— Нет, — ответила Таня. — Теперь она светит и для тебя тоже. Это будет наша общая звезда: Витина, моя и твоя!

Артём захлопал в ладоши и даже запрыгал от радости.

— Теперь, если тебе вдруг станет холодно, неуютно или одиноко ты просто выйди на балкон и позови: «Витя! Белла!» И они откликнутся, и наша звезда просияет именно для тебя… Тогда тебе больше не будет холодно, неуютно и одиноко. Ведь ты будешь знать, что кто-то в небесах радуется, когда видит тебя.

А звезда сияла и сияла Тане с Артёмом, а они махали рукой и улыбались ей.

Content

Бакулина Дина Владимировна Звёздные нити

Дина Бакулина ЗВЁЗДНЫЕ НИТИ из цикла «Сказки о Музее Млечного Пути»

НАХОДКА

ЧЕЛОВЕК-ПИНГВИН

«ВИТЬКА, А ТЫ ОКАЗЫВАЕТСЯ УМНЫЙ!»

В МУЗЕЕ МЛЕЧНОГО ПУТИ

«ТЫ СВЕТИШЬСЯ!»

ДЕРЕВНЯ ХРАНИТЕЛЕЙ

РАСТЕНИЯ С ЗЕЛЁНЫМИ ШАРИКАМИ

ДЕТСКАЯ КОМНАТА ЗВЁЗД

«МЫ ХОТИМ ОСТАТЬСЯ!..»

ДРУЗЬЯ РАБОТАЮТ В ДЕТСКОЙ

ЗДРАВСТВУЙ, БЕЛЛА!