Евгения Ладыжец, Дмитрий Кригер

Кларитэ. Клининг для особых случаев

Идеальный порядок в доме не гарантирует порядка в голове.

Часть 1

Глава 1. Чистота – залог здоровья

– Вот, смотрите – ни с того, ни с сего рухнула. Чудом никого не задело! И ведь прямо перед вашим приходом!

Ковер с густым ворсом насыщенного лилового цвета припорошен осыпавшейся с потолка побелкой. Кажется, будто это снег.

– Ни у кого из соседей подобных случаев не было?

– Ну, не зна-а-аю… Сейчас спрошу. – Хозяйка суетится, манерно тычет пальчиком в широкую, не по руке, пластину телефона. – Алло, Тамара Сергеевна? Тамарочка, скажите, в вашем подъезде потолки себя как ведут? На голову жильцам не падают еще? Нет-нет, я просто интересуюсь, капремонт впереди, дом-то старый…

Дом действительно старый, сталинской постройки. Он как разорившийся дворянин – изо всех сил старается делать вид, будто дела идут отлично, но в душе он угнетен и сломлен. Фасад радует глаз свежей краской и выбеленным пластиком оконных рам, а внутри…Тут ступени раскрошились, там перила подъела ржа, здесь целое кубло змеящихся трещин на стыке стен.

– Вы знаете, надоело уже – сил нет. – Доверительно смотрит владелица просторной трёшки, жалобно хлопая ресницами. – Последний месяц будто черная полоса какая – то машина посреди дороги встанет, то телефон своевольничает, то молния в антенну попадет – и только нашу квартиру задевает. Хулиганы провода порезали, наркоманы, наверное, малолетние. Ну, вы в курсе – сдадут как цветмет, потом за дозой…

– Нам понадобится полтора часа на уборку и восстановление.

– А? Да-да, конечно.

– Вам есть, где провести это время?

– Что? Позвольте, но как же это…

Как всегда. Вопреки обычаям, компания печатает условия оказания услуг более крупным шрифтом, однако это не спасает.

– Сударыня, вы внимательно читали договор перед тем, как подписывать?

– Д-да, но… Я подумала, это не обязательно и…

– Если хотите, наша компания на время уборки предоставляет клиентам сертификат на посещение кофейни «Шантарэль». Смотрите, от вашего дома как раз через дорогу.

– О, и правда. – экзотично оформленные брови в стиле Фриды Кало взлетают вверх при виде цветной бумажки. – И что, можно заказать все, что угодно?

– Здесь условия, здесь – копия вашего договора с клинингом. Покажете ее администратору при входе.

– Ну ладно. Через полтора часа вернусь. – Женщина игриво грозит пальчиком и, накинув легкую кофточку, выходит.

– Хорошо вам провести время! – учтиво летит ей в спину. Хлопает дверь, отрезая квартиру от остального мира. Утомленный вздох.

– Подумать только, и это еще первый заказ на сегодня… Что за день? – Я опускаюсь на колени и пытаюсь справиться с непослушной «молнией» на большой спортивной сумке.

– Понедельник, – услужливо подсказывает ехидный девичий голосок из недр этого необъятного баула. – Давай, не томи, работать надо.

«Молния» наконец-то поддается, сумка с треском раскрывается… И мы начинаем работать. Схема одна и та же для подобных заказов – девочки чистят жилище от грязи реальной, а мы с братом – от невидимой, «виртуальной». Впрочем, как раз такая грязь и является основным в нашем деле. Ибо опасна смертельно, когда накоплена в больших количествах.

Вот и она, наша сегодняшняя с братцем задача – липкие зеленовато-серые нити, почти закрывшие собой несущую стену и часть потолка в комнате. Как раз на том участке, откуда сегодня так удачно рухнула люстра. Старинная, с хрустальными «капельками» и литым ободом. Красивая была люстра. Жаль, разбилась.

– Май, хрусталь не выбрасывать, нашим сдадим.

– А стекло? – Майя деловито сдувает со лба отросшую челку и рассматривает осколок «капли» на свет. – Стекло тоже собирать?

– Нет, стекло в мусор, однозначно. – Это брат закончил осмотр других комнат и сейчас маячит за плечом, оценивая масштаб трагедии. – А нехило они тут развлекались, еще день-два – и люстра бы прямехонько на голову спикировала.

– Зато диспетчеры, как всегда, отличились, – язвительно скривившись, демонстрирую родственничку бланк заказа. Уровень сложности – первый. То есть, грубо говоря, «плёвое дело, ребята».

– Кто на этот раз?

– Болконская, кто ж еще. – Я со вздохом прячу бумажку в сумку. Добра начальница, добра безмерно… А иначе бы хамоватую разгильдяйку выставили вон еще на первой неделе испытательного срока. – Как будем работать?

– Как обычно. Я чищу, ты нейтрализуешь.

Обычно – это значит, что все риски и неприятности, которые таит в себе эта пакость на стене, братец смело берет на себя, оставляя мне самое простое. Настоящий мужчина. А как ему идет новая форма! Он и так похож на доброго молодца из советских фильмов – пшеничные кудри, серые глаза, ямочки на щеках, богатырские плечи, телосложение в целом спортивное. Добавьте к этому темно-зеленую, сшитую по фигуре рубаху из крапивы и выбеленные широкие штаны из того же материала, сверху повяжите кофейно-коричневый длинный фартук с множеством карманов на поясе, на волосы накиньте белоснежную бандану… Дороговато в изготовлении выходит, однако траты эти оправданы – никакая энергетическая дрянь к сотруднику компании не прилипнет. Мой наряд, кстати, мало чем отличается. Разве что для моего профиля еще перчатки наподобие велосипедных положены, с открытыми пальцами.

Мерзостная субстанция словно чует, что пришел ее последний час – дрожит, извивается, начинает медленно смещаться в сторону окна. Болконская точно получит выговор. Если не от начальницы, то от нашей бригады – без сомнений. Это ж надо, присвоить элементарный уровень сложности почти разумной сущности!

– Э, нет, дорогуша, – брат защелкивает застежку «фартука» и небрежным жестом распыляет настоянную на серебре воду из пульверизатора. Обычного такого, пластикового, на хозбазах по полтиннику продаются.

– Майя, окна не открывать, пока не дам команду! – кричу в распахнутую дверь. Домовушки работают быстро, на ковре уже и следа не осталось от утреннего происшествия. – Пока протрите зеркала и полынным сбором все углы обработайте. Ну и так, по мелочи…

– Не учи ученого, Гаша!

– На магазинно-молочную диету посажу, – с угрозой рычу в ответ мелкой нахалке. Знает же, что я терпеть не могу, когда имя коверкают!

И так родители «постарались». Агата Дмитриевна Кранш-Перова – каково, а? Как я в школе намучалась с таким ФИО – врагу не пожелаешь. Брату повезло больше. Он просто Александр Дмитриевич Перов. Мачеху (то есть мою маман) Сашка чтит и уважает, однако при получении паспорта добавлять к фамилии родного отца нечто постороннее, отказался. Родители не настаивали. Как был записан в свидетельстве о рождении Перовым, так и остался. А меня в силу младенческого возраста никто спрашивать не стал.

Майя виновато пищит, из коридора доносится чиркающий звук, шуршание и металлический звон – курильницы достали. Братец уже разложил стремянку и соскребает серебряной щеткой «плесень» с потолка, попутно опрыскивая ее водичкой, чтобы не упорствовала. Нечисть да нежить подобный «душ» не жалует, на каком бы этапе развития не находились. Разве что личинки и зародыши сразу дохнут, а настолько развитые «организмы» только обжигает и парализует ненадолго.

– Агата, не тормози! – ворчит Сашка со своего «насеста», меняя пульверизатор на небольшую газовую горелку и баллон с дозатором. Продолжительный «пшик» и… Уж не знаю, что там намудрили спецы из технического отдела, но вид теплого рыжего пламени, пляшущего по всей поверхности потолка, радует меня безмерно. Новая разработка, гордость компании – время уборки сократилось в разы, да и копоти после себя такой огонь не оставляет.

Я послушно берусь за обычный с виду веник (рябина, осина, ива) и совок (серебряное напыление), сгребая падающие с потолка и стен комья чуть светящейся «пыли». Наш инвентарь, да и сам процесс в целом смотрятся чуточку дико, а мечущиеся по квартире тени (домовушки) наталкивают на нехорошие мысли. Потому в условиях прописано обязательное отсутствие посторонних в помещении на время уборки.

– Все, жги! – командует Сашка, по-кошачьи ловко спрыгивая на пол.

И я жгу. Достаю заранее приготовленную лучину, согреваю ее теплом дыхания и запаливаю от своей зажигалки. Разумеется, тоже доработанной нашими спецами. А потом наклоняю параллельно полу и опускаю все ниже над совком. Ощущение, будто режешь тупым ножом черствый хлеб. Раскромсанная на части сущность, вольготно раскинувшаяся в этом доме, исчезать не хочет, сопротивляется даже после усилий брата, на грани слышимости визжит, но… Живой огонь сильнее. В какой-то момент сопротивление пропадает, а совок на мгновение ярко вспыхивает.

– Чисто, можете проветривать!

– Ты кухню проверь на всякий случай, я коридор и кладовую. Мало ли, какой дряни там развели. – Брат садится прямо на ковер, скрестив ноги, и закрывает глаза – устал не на шутку, однако это ничего не меняет.

Работа должна быть закончена в срок и в полном объеме. Хорошо, что в нашей бригаде не две домовушки, а три. С Майей не всякий решится спорить, даром что ростом с пятилетнего ребенка, зато характер у нее какой! Вот и кадровик не стал рисковать, учитывая, каким авторитетом пользуется наша главная домовушка у своих собратьев. Павел Андреич – мужик мудрый, просто закрепил за нашей бригадой статус кураторов, и знай теперь радуется, всех новеньких к Майе под крылышко отправляет. На стажировку, как в документах значится.

К возвращению хозяйки мы успеваем зачистить еще два «пятна», к счастью, не таких запущенных, как первое – в коридоре у входной двери и на кухне, в шкафчике для мусорного ведра. Стандартный расклад, в общем-то. Хватило обработки серебряной водой и пары капель полынного масла. Запах, конечно, своеобразный, однако в такой низкой концентрации не повредит. Наоборот, позволит сохранить чистоту в квартире подольше.

Хозяйка, оценив царящий в ее жилище порядок, на радостях пытается вручить Сашке пару купюр, брат смущенно отказывается. После недолгих уговоров купюры прячутся обратно в женский кошелек, а на трюмо ложится визитка клининговой компании «Кларитэ» с указанием номера нашей бригады. Раскланиваемся, желаем здоровья и счастья этому дому (традиция такая), вываливаемся на улицу. Сумка с домовушками и инвентарем тянет плечо. Сашка жадно глотает свежий (по сравнению с квартирным) воздух, пока я закидываю вещи на заднее сиденье перламутрово-синего Гетца. Наконец, он садится в машину, пристегивается. Я отправляю сообщение диспетчеру – мол, закончили, готовы к новым свершениям. Планшет выдает ответ спустя минуту.

– Куда дальше? – Брат даже не пытается заглянуть в экран – редкий случай.

– На Ленина, офис в новом доме.

– Центр? Опять, поди, цокольный этаж? – Брезгливо кривится Майя. Уж ее-то никакая сила в сумке не удержит, до того любопытная. Кстати, по правилам компании это серьезное нарушение – домовушки во время переездов должны сидеть в сумке. Но для Майи мы с братом решили сделать исключение. Были причины.

– Центр, – подтверждаю со вздохом. Определенно, день тяжелый. Сначала псевдоразумная плесень вместо легкого заказа, теперь вот это. Нет, в новостройках работать обычно проще, но не в цокольном этаже!

– Агат, справимся. До отпуска всего шесть дней, включая этот. – Сашка пихает меня в бок и задорно подмигивает. Ну да, ну да… Отпуск, родимый, не за горами. – Давай, принимай заказ – и поехали.

– Хорошо, – согласие дается нелегко, но напоминание о грядущем отдыхе помогает пересилить себя. – Только в Шантарэль заглянем, ладно? Кофе хочется – сил нет.

– Кофе, говоришь? – Братец переглядывается через зеркало с Майей и посмеивается, ехидненько так. У меня тут же начинают полыхать уши. Вот язва кучерявая!

– Да, именно кофе! – цежу в ответ сквозь зубы и резко трогаюсь с места. – А ты баллон дополнительный выцыганишь, пока я буду наслаждаться.

– Ладно, мелкая, не злись. – Примирительно улыбается мне Александр свет Дмитриевич и легонько сжимает плечо. – В Кларитэ твоя тайная страсть уже всем известна. И поверь, она не так ужасна, как ты считаешь.

Ох, если бы мы оба тогда знали, к чему приведет в итоге небольшую клининговую компанию с особым профилем эта моя страсть… В жизни бы в тот день из дому не вышла!

Глава 2. Про силу зависти и неожиданные встречи

Страсти человеческие на первый взгляд кажутся разными. Кто-то вполне безобидно уживается с тягой к крепкому кофе, с годами переходящей в зависимость, а кого-то приводят в неистовый восторг чужие крики боли. Люди за прошедшие века прекрасно научились маскировать свои страсти и страстишки, некоторым же вовсе присвоили статус легальных занятий. Мы признали нежелание и неумение справляться с собственными «демонами» этаким творческим полетом мысли, пафосно провозгласили слабоволие свободой выбора… И забыли, напрочь забыли, что следы этой свободы никуда не исчезают, даже если никто не заметил нашей слабости.

Потакание страстям – неважно, хорошие они или плохие с точки зрения общества – рождает энергетические сгустки с определенным зарядом. Чаще всего, к сожалению, негативным. Потом эти сгустки сливаются в «пятна», разрастаются «плесенью», становятся зародышами сущностей и мощнейших эгрегоров, впоследствии раскачивающих наш мир по своему желанию. Человек, в доме которого поселилась подобная пакость, сначала быстро устает и начинает болеть, после наталкивается на череду неприятностей – от мелких до судьбоносных, скатывается в уныние и апатию, жалеет себя безмерно, превращается в закоренелого неудачника с горой комплексов… И кормит, кормит, кормит паразита, рожденного его же слабостью и отсутствием воли. Неприятное зрелище, в общем. И никто из людей не замечает эту жуткую изнанку собственной жизни. Никто, кроме редких видящих. Собственно, они (то есть такие, как мы с братом) и составляют большую часть персонала в «Кларитэ».

Наверное, таких, как мы, смело можно бы назвать ведьмаками и борцами с нежитью (и нечистью иногда). Правда, в этом веке все больше в моде загадочные «космоэнергет» и «экстрасенс». Еще иногда хилерами кличут, но все больше по ошибке. Ветвь знаний та же, только хилеры – лекари душ – с человеками работают, а мы по старинке с окружающей его средой. И зовем себя в шутку «уборщиками». Вот с этого шутливого прозвища и родилась лет десять назад маленькая клининговая компания со звучным именем «Кларитэ». А неподалеку от нее спустя полгода открылась первая «душевная» кофейня, давшая впоследствии жизнь целой сети «Шантарэль».

Не сказать, что персонал обеих компаний страстям неподвластен. Как раз наоборот. Только нас своевременно учат негативные порывы переводить на нечто созидательное или очистительное. Уборка как один из методов прекрасно этому способствует. Однако маленькие слабости есть у каждого. Сашка вот, к примеру, монеты коллекционирует, Майя цветы разводит, а я… В моем случае почетное место Страсти номер один занимает Он. Нежный, ласковый, успокаивающий одним своим присутствием… Вот он как раз появился за барной стойкой, приближается к занятому нашей командой столику… Все ближе, ближе… Я в предвкушении облизываюсь, не сводя с него глаз.

– Агата, счастье мое драгоценное… – Белокурый красавец-бариста с манящей улыбкой заглядывает мне в лицо, аккуратно сгружает содержимое подноса на стол.

– Спасибо, Марк, – я счастливо вздыхаю и накрепко вцепляюсь в чашку со сбитнем. Наконец-то! Наверное, в прошлой жизни я была медведицей, иначе отчего бы мне ТАК любить мёд в любых его видах?

– Нет, ну это несерьезно! Я тут стараюсь, понимаешь ли, время выкраиваю, чтобы к ней хоть на минуточку подойти… Сашка, твою сестру надо обвенчать с каким-нибудь пасечником, она с ума от радости сойдет! – сдувая со лба челку, притворно возмущается Марк, ища поддержки у брата. Тот с усмешкой поддерживает балаган – сурово хмурит брови, грозит мне пальцем.

– Вам не понять, – лениво отмахиваюсь, мелкими глоточками цедя волшебный напиток. – Хотя идея с пасечником достойна внимания. У нас никого на примете нет? А, ребят?

Марк недовольно фыркает, Сашка откровенно гогочет, привлекая внимание.

– Вечно с тобой так, Агатка. Я к ней со всей душой, лучшие специи у шефа выпрашиваю, мёд выбираю такой, чтобы с нотками жимолости обязательно…

Нежная жимолость действительно чувствуется в общем букете. Нечасто встретишь, уж больно рано она цветет в наших краях. Марк и правда старался, а я… Становится стыдно.

– Благодарю тебя за заботу, целитель.

– Сиди уж, ведьма. Наслаждайся. – Протяжно вздохнув, отмахивается парень и уходит обратно на кухню. Готовить чудесные напитки для других посетителей. А где иначе, кроме как за чашкой исходящего паром кофе, вытянуть из утомленного суетой и вечным цейтнотом горожанина всякую дрянь, мешающую тому жить долго и счастливо?

– Обидела. – Брат укоризненно смотрит куда-то в район переносицы. Ощущение, будто взгляд прошивает насквозь. Излюбленный прием папаши, когда он читает нотации. У Сашки выходит не так внушительно, однако приятного тоже мало. – Ведь знаешь же, что…

– Не начинай. Марк – парень хороший. Не надо ему моих проблем. Поехали давай, нас клиент ждет.

В машине братец снова затеял разговор о моем зеленоглазом воздыхателе.

– И все-таки, чем тебе он не нравится? – напирает Сашка, облокотившись о спинку моего сиденья и закрывая половину обзора в зеркале заднего вида. – Парень в теме, врать и изворачиваться, как отцу перед Ирэной, не придется. Природа вроде ни умом, ни внешностью не обидела, твои причуды воспринимает спокойно. А смотритесь как вместе – картинка!

Ирэна – это моя мама. Звать ее мамой, равно как и мачехой, у брата язык не поворачивается. По имени-отчеству она сама не разрешает – мол, семья все-таки. Потому прижилось обращение по имени.

– То есть ты считаешь, что отношения нужны ради картинки? – едко отзываюсь я и спихиваю его лапищу. – Саш, сядь нормально, мешаешь.

– Я задал вопрос. – Недовольно бурчит, но не возражает.

– Вот пристал! – От раздражения переключая передачу раньше времени, Гетц протестующе стучит. – Сашка, на кой ляд мне сейчас новые отношения, а? Дайте пожить спокойно! В конце концов, я только пару месяцев в разводе! Не лезь хотя бы ты!

– Извини, Гата, – пристыженно опускает глаза мой родственничек-богатырь. После чего добавляет непреклонным тоном. – Один встреченный придурок – это не повод ставить на личной жизни крест.

– Хоссспади… – Закатываю глаза и еле успеваю притормозить – на перекрестке опять перенастроили светофоры. – Саша. Никто не ставит крест. Просто я НЕ ХОЧУ пока никаких отношений. Дайте пожить спокойно! Или я в качестве мести напомню матери о твоем обещании с невестой познакомить!

– Усёк, заткнулся, – сглотнув от мелькнувшей в голове картинки, брат обезоруживающе улыбается и поднимает руки вверх. – Ты пойми, я же о тебе беспокоюсь.

– Я так и поняла. Спасибо. Но это последний раз, когда ты так легко отделался. В следующий жди возмездия.

– Во имя Луны! – дурачась, Сашка изображает заковыристую комбинацию – нечто среднее между панковской «козой» и жестом «говорю по телефону».

С заднего сиденья доносится заливистый хохот – это мы Майке показали пару серий анимэ про Сейлормун. Причины последовавшей за просмотром истерики – иначе неостановимый гогот домовушки не назвать – она пояснять отказалась. А через неделю вручила мне на день рождения зажигалку. В форме круглой «пудреницы» с рисунком из металлических позолоченных лент и крупным красным камешком в центре. Если бы не скрытый внутри этого безобразия механизм от технарей Кларитэ, позволяющий высекать живой огонь, так необходимый мне во время работы…

– Все, выгружаемся. – Под сдавленные смешки из «сумки с инструментами» мы вываливаемся из машины, пересекаем парковку и ввинчиваемся в толпу спешащих на работу с обеденного перерыва жителей.

Пожилой консьерж, окинув нас суровым взглядом, вызывает по телефону кого-то из нужного нам офиса. По ступенькам взбегает «модный» мальчонка – рубашка в клеточку, джинсы узкие, кеды-конверсы, стрижка аккуратная, челочка косая, очки в прямоугольной черной оправе – машет нам рукой и несется обратно. Спускаемся следом, по пути уворачиваясь от свисающей «паутинки». Хорош-ш-шенькое место, ничего не скажешь. Что живет внутри офиса, если щупальца расползлись далеко по этажу? А ведь в бланке стоит всего-то второй уровень сложности. Болконская, что ли, опять принимала?

– Сколько вам понадобится времени? – учтиво обратился к нам юноша и, выслушав ответ, звучно хлопнул в ладоши. – Ребята, все на выход! К возвращению шефа тут должен быт идеальный порядок, так что не тормозим, собираемся!

– А как же квартальный отчет? – тоненько пищит кто-то из угла, где стоит самый заваленный бумагами стол.

– Анна Андреевна, перерыв на час отчету пойдет только на пользу! Будучи в голодном обмороке, вы его все равно не закончите. – Ехидствует наш провожатый, зорко контролируя потянувшихся к выходу сотрудников. Через десять минут помещение пустеет, парень довольно хмыкает и, обернувшись к нам, заявляет, – Я вас снаружи закрою, ладно? Иначе эти обормоты раньше времени вернутся, а платить штраф по вашему договору из своего кармана мне не хочется. Вот карта офиса, я отметила, где нужно убирать, а где просто можно ограничиться протиранием пыли.

И убежал…убежала, оставив меня в растерянности, а братца в глубокой задумчивости.

– Вы что, всерьез ее за парня приняли? – недоумевая над нашей реакцией, Майка между делом осматривалась. – ладно, Сашка мог ошибиться, но ты-то, Гаша? Ты же девочка, как можно соперницу не признать?

– Какую…соперницу? – Я подозрительно уставилась на домовушку. Егоза тут же сделала вид, что ничего не говорила и, схватив щетку, унеслась в дальний конец офиса. Следом порскнули две ее товарки. – Саша?

– Я ничего не понял, не спрашивай, – выплыл из транса брат и пожал плечами. – Ну, подумаешь, девчонку за парня посчитали. Беда какая… Сейчас вообще не поймешь, где кто. Только наощупь.

Я фыркнула и, не удержавшись, рассмеялась. Был у нас такой опыт, да… Решили не так давно сходить с братом в клуб на какую-то популярную тусовку – потанцевать, отдохнуть, душой расслабиться. А там аудитория такая – все под стать нашей сегодняшней «ошибке». В итоге мы настолько расслабились, что определить пол извивающегося вокруг него в жарком танце партнера брат смог лишь после ощупывания. Не нашел причитающегося женскому полу на груди «томной красавицы», сбледнул немного – дело-то уже к поцелуям шло – и… сбежал, едва не потеряв ботинок на лестнице. Золушк мой великовозрастный.

Час пролетел незаметно. Офис, состоящий из трех комнат – опэн-спейс для сотрудников, кабинет директора и кухня-курилка с вытяжкой – неожиданно порадовал низким уровнем «загрязнения». Здесь действительно работали, и работали хорошо – с удовольствием, энтузиазмом, «огоньком», как говорится. Вот домовушкам, воюющим с пылью, следами чернил, прилепленными под столешницами жвачками и прочей физической грязью, пришлось повозиться. А мы, быстро разобравшись с плесневелыми пятнами в курилке и тонкой, оборванной местами паутинкой в большом зале, двинулись к кабинету, сделав крюк, чтобы сжечь зародившуюся сущность на лестничной клетке – времени хватало, а оставлять такую дрянь в жилом доме себе дороже.

Судя по карте загрязнения в кабинете местного начальства, нервных и противных посетителей директор брал на себя. Границу между личной и гостевой частями кабинета словно по линейке провели. Насколько чистой – пара пятнышек на потолке не в счет – была часть со стороны руководителя, настолько же загаженной оказалась ее вторая половина. Мягкое кресло для посетителей, кофейные столик с подборкой журналов, макеты каких-то неведомых мне металлических изделий – все было сплошь оплетено густой, постоянно шевелящейся массой грязно-желтого цвета. Даже устойчивая ко всему драцена в горшке – и та повяла.

– Завидуют их шефу, причем сильно, – покачал головой Сашка, оценив фронт работ. – Ну что, поехали, сестренка. Как обычно?

Я кивнула, брезгливо морщась. Следов НАСТОЛЬКО сильной зависти я еще не встречала. Даже пожалела в кои-то веки, что перчатки у меня с открытыми пальцами. Прикасаться к визжащей на грани слышимости мерзости не хотелось совершенно. Но…заказ есть заказ.

Мы уже складывали рабочий инвентарь в сумку, когда дверь кабинета вдруг открылась, впуская нежданных посетителей. Подтянутого мужчину лет сорока на вид в толстовке с логотипом «заказавшей» нас компании – очевидно, директора. И… моего бывшего мужа, изумленно застывшего в дверях за его спиной. Заметил. Больше того – еще и узнал, зараза.

– О, как хорошо, что вы подошли! – Сашка-умничка, быстро сориентировался в ситуации и включил «болтуна». Одной рукой вынимая из кармана так и не снятого фартука свернуты трубочкой договор, другой он цепко ухватил под локоть директора и не хуже бульдозера потащил в опен-спейс, вынуждая моего бывшего шагнуть назад, освобождая проход. – Распишитесь, пожалуйста, вот здесь, здесь и здесь, если вас устраивает наша работа. Смотрите внимательно, если что-то не так – говорите. Да, ваша помощница оставила карту офиса, уборка осуществлялась в соответствии с указанными на ней зонами…

Я мышью проскочила следом за ними, стремясь поскорее покинуть помещение. Кажется, Виталик что-то крикнул мне вслед, но останавливаться и уточнять я не стала. Ни к чему это. Лишь бы он не додумался к Сашке с расспросами лезть. Брат может и не сдержаться, потом придется перед начальством оправдываться, почему драку на глазах у клиента устроили…

– Все, гони! – Брат плюхнулся на сиденье и оскалился в недоброй улыбке, глядя в боковое зеркало. – Или хочешь поговорить?

– Да ну тебя, – я невесело усмехнулась и надавила на газ. В зеркало заднего вида старалась не смотреть, пока не вырулила на шоссе. И так знаю, кто там стоял и смотрел вслед нашему Гетцу.

Глава 3. О бывших мужьях и любящих родителях

– Агата, не веди себя, как ребенок. Если все так плохо, обратилась бы ко мне! Что я, денег бы не дал? Так нет же, мы упрямые! Мы лучше будем туалеты от чужого дерьма чистить, чем обратимся к…

– К кому? Ну, договаривай? К кому обратиться? К бывшему мужу? Так вроде чужие люди уже, ничем друг другу не обязанные.

– Грубо, Агат. – Виталик с укоризной посмотрел и отвлекся на меню.

– Извини, но это факт.

Кто мог подумать, что этот упрямец позвонит моей матери? Ну кто?! Точно не я, ибо при мне эти двое общий язык не нашли ни разу. А тут маман радостно сдала мое любимое место отдыха, куда Виталик бодрым козликом прискакал аккурат к завершению смены. И Сашки-то, как назло, рядом нет…

Телефон в кармане пискнул один раз и затих. Марк интересуется, не нужна ли его помощь. Странно, я думала, он свое уже отработал сегодня. На предложение, как бы ни хотелось им воспользоваться, отвечаю отказом.

– Конечно, официально ты от раздела имущества отказалась, но…

– Даже не вздумай!

– А что я должен думать?! – рычит Виталик. – Моя жена…

– Бывшая жена!

– Да к черту! Моя бывшая жена работает уборщицей по найму! Куда это годится?

– Что люди скажут, да? Как всегда, Виталь, как всегда. – Остается только вздыхать и надеяться, что скоро на его горизонте нарисуется какая-нибудь фифа и приберет парня в свои ручонки. – Ты же знаешь, что мне плевать.

Молчит, пыхтит. Ну да, он же помнит, что именно из-за этой его черты – вечная оглядка на чужое мнение – мы, в общем-то, и разошлись. Не выдержала душа поэта, как говорится. Когда Виталик заявил, что нам срочно нужно родить ребенка – потому что люди уже шепчутся, мол, в наши-то годы, да при нашем-то «стаже» семейной жизни (подумаешь, четыре года) не иметь детей сродни признанию в… Чего там только не было – и в бесплодии, и в нелюбви друг к другу, и в наличии любовницы, и в нетрадиционной ориентации. Многое было сказано, только вот одно не прозвучало. «Милая, давай родим сына?» Или хотя бы «Дорогая, я хочу от тебя детей». Я, Виталий Скворцов, а не тридцать три левых человека из числа его коллег, родственников и подчиненных. Объяснять, что ребенок, вообще-то, не статусная игрушка вроде дорогих часов или новенького гелленвагена, я не стала. Просто собрала вещи, уехала к брату, а утром подала на развод. Надоело мне быть модным приложением к председателю Общественной палаты города, понимаете? Так что да, мне двадцать четыре года – и я уже разведенная женщина.

– Агата, я тебе добра желаю. Ну, хочешь, в долг возьми. Какая сумма тебе нужна? Зачем ты вообще вышла на работу? – допытывался бывший супруг, машинально выстукивая ритм на картонке меню.

– Мне там нравится работать. Тем более я в одной бригаде с братом. Ты же не считаешь, что Сашка в клининг по нужде великой подался?

– Ах, вот оно что, – удовлетворенно сверкает очами Виталий и широко улыбается. – Развели секретность, меня чуть инфаркт не хватил! Так бы и сказала, что Дмитрий Васильевич вас по делу туда отрядил.

– Ты еще громче покричи, тут половина гостей – мои коллеги! – шикнула, грозно сдвинув брови.

В конце концов, он сам пришел к таким выводам. Оно и к лучшему, наверное. Тем более, что не так уж они и ошибочны. В Кларитэ нас действительно отец отправил, резерв внутренний развивать. Папа любит многоходовки, в отличие от мамы. Маман особыми способностями не обладает, наш с Сашкой дар исключительно по папиной линии идет. По правилам ведьмаческой генетики (или как это так называется), до меня он вообще дойти не должен был, но… Род Перовых в принципе уникален, так что никто особенно и не удивился, когда выяснилось, что младшая дочь Великого и Ужасного тоже с «огоньком» родилась. Маман меня по психологам и психиатрам затаскала в детстве, скрывая от папы, что я вижу сущности. Ей казалось, что фантазия у ребенка слишком уж…живая. Жуткое времечко было, даже сейчас вспоминать неприятно. «Сдал» её, как ни странно, братец. Просто увидел, как я с окна в палате «паутину» счищаю голыми руками. Невидимую, в общем-то. Так и открылось все.

– Ладно, Виталик, раз ты все для себя прояснил и успокоился – до свидания. Я устала, а еще к отцу ехать.

– Могу подбросить, – услужливо предложил мне этот надоеда.

– Спасибо, не нужно, – прозвучало из-за плеча. – Привет, милая. А я тебе сюрприз привез.

– Добрый вечер, Марк, – да я даже так чувствую, что от него медовыми пряниками пахнет!!! Моими любимыми! – Кофе допью – и поедем.

– А вы, собственно, кто? – тут же набычился Виталик и…сдулся.

– А тебя, собственно, не касается, – холодно цежу сквозь зубы и встаю с места. Проще самой уйти, чем дожидаться подобной щедрости от бывшего, которому точно вожжа под хвост попала. – Надеюсь в этом году тебя больше не видеть.

– Сурово ты с ним, – удивленно присвистнул Марк, когда мы оказались на улице. – Мне казалось, вы разошлись мирно.

– Мирно, – я упала на пассажирское сиденье и закрыла глаза. – Но разошлись. А значит, больше у него нет причин лезть в мою жизнь.

А что? Мы действительно разошлись мирно. Виталику в тот момент было вредно для репутации светиться в некрасивых сценах, как считал его секретарь. А у меня не было никаких притязаний на «совместно нажитое имущество». И чувств никаких тоже не было, вот совсем. Отношения зашли в тупик, невозможность посвятить спутника жизни в свои проблемы – он-то не видит окружающую людей энергетическую мерзость – добавляла отчуждения. Получили штамп о разводе в паспорт, под присмотром Сашки сдали в переплавку кольца (он потом их куда-то увез на вечное хранение, чтобы никто не сумел навредить через оставшиеся слитки), я забрала чемодан со своими вещами и уехала. Живу второй месяц у родителей в так и оставшейся за нами с братом «детской». Ищу, куда бы съехать так, чтобы без соседей и не разориться при этом. И желательно не в том районе, где обитает и трудится Виталик. Развод, знаете ли, не повод для общения.

– Ну, он так не считает, – бариста кивнул на почти прилипшего к окну кофейни Виталика. – Бдит и блюдет твою честь.

– Бдит он, ага… Чтобы кто чего плохого не подумал о его бывшей жене! – Утихомирившееся раздражение вновь вспыхнуло костром. Марк понятливо хмыкнул. Мне на колени приземлился небольшой хрустящий пакет с ажурной бабочкой кофейного цвета – логотипом «Шантарэль». – Переехать, что ли…

– Ты чего это, Агат? – всполошился парень. – Куда переехать? Зачем? Из-за придурка бывшего?!

– Это так, мысли вслух. Кто ж меня отпустит-то. – Я усмехнулась и вгрызлась в ароматный кругляш фирменного пряника с имбирем, корицей, вяленой клюквой и медом. – Что там на повестке собрания?

Дело в том, что отец, Дмитрий Васильевич Перов, является бессменным лидером общины видящих нашего города. В миру – Председатель филиала Ассоциации восточных единоборств нашего региона. АВЕЙР, если сокращенно, ибо йога туда тоже затесалась, как обязательный элемент обучения. Вполне пристойная легенда, если учесть, что для развития способностей все видящие должны на приличном уровне владеть собственным телом, чувствовать энергетические потоки и уметь концентрироваться. Раз в квартал отец собирает всех зарегистрированных видящих для разбора особенно важных вопросов, передачи информации от регионального куратора и представления новичков. В принципе, представителями от нашей семьи это сборище уже обеспечено – папа, как-никак, его возглавляет. Потом за ужином все расскажет. Да и вообще в этот раз очередь Сашки являться на слет «спортсменов». Так что…

– Маркуш, а закинь меня к брату в берлогу, ладно? – я ехидно улыбнулась белокурому водителю и, поймав ответную улыбку, погрузилась в дальнейшее исследование пакета со вкусностями. Все-таки кондитер у «Шантарэли» – волшебник! Познакомиться бы…

До высотки, где обитал на данный момент Сашка, Марк домчал меня за десять минут. От щедрого предложения зайти вместе и попить чайку отказался, слегка побледнев при этом. Странная реакция, если учесть, что с братом они ладят. Потом Сашку расспрошу, чем он парня так напугал.

Дверь в нужную мне квартиру открыли только минут через семь отчаянного эксплуатирования звонка. И поверьте, рожа – не побоюсь этого слова – существа, высунувшегося посмотреть, кто так настойчиво ломится в гости, напугала даже меня.

– Гата? – хрипло каркнула оно, вперившись пристальным взглядом слегка мутных покрасневших глаз куда-то в район моей макушки. – Тебе чего? Что-то срочное?

– С-с-сашка? – Я настороженно осмотрела человека, буквально повисшего на углу двери – рост позволяет, не всем же быть такими хоббитами, и принюхалась.

Судя по всему, трезв аки стеклышко. И действительно мой брат. Только почему-то выглядит, как Бармалей-разбойник. Волосы всклокочены, лицо опухшее, в красных пятнах, глаза какие-то нездоровые, футболка мятая и чем-то забрызганная. И стоит-то сей мужчина так, что в квартиру не заглянуть.

– Сашка, тебя где-то зацепило сегодня? Почему сразу не сказал? Лекарства есть? – Подпускаю в голос заботливых ноток и начинаю теснить эту здоровую тушу внутрь. Во-первых, стоять на лестничной площадке мне уже надоело – соседи тут любопытные до ужаса. Во-вторых, если этот разгильдяй все-таки подцепил где-то споры «плесени» – именно она оказывает эффект, схожий с аллергической реакцией – то брата нужно срочно осмотреть и купировать процесс. Для видящих он, к сожалению, в разы более скоротечен, чем для простых людей.

– Нет, все в порядке. Гатка, иди домой. Ну, куда ты лезешь?! Я же просил без звонка…. Не приходить.

Он честно пытался не пропустить любимую сестренку в свою холостяцкую берлогу. Ха! Впрочем, преодолев его сопротивление и ввинтившись-таки в коридор, я сама оказалась уже не рада.

– Сашенька, а поясни-ка мне, что…это? На тебя орки напали? Или отряд взбесившихся домовушек?

– Ну… – Братец смущенно потупился и запустил пятерню в волосы на затылке, добавив прическе хаоса. – С Машкой расстались. Вот и…

Ах, с Машкой… Красные пятна на мужественном лице тут же обрели знакомые очертания, из предвестников опасной заразы превратившись в следы от пощечин и острых когтей. Назвать ногтями хищный маникюр его последней пассии – сильно недооценить убойную силу противника. Я дошла до двери в комнату – братец снимал однушку студийного типа на семнадцатом этаже, окинула взглядом творящийся там беспредел и тяжело вздохнула. Достала мобильник, набрала отца.

– Пап, нас с Сашком сегодня не жди. Нет-нет, с работой закончили, просто тут… Ай, сейчас фотку скину, сам поймешь. Оценил? Окей, часов в одиннадцать приеду домой. Маме сам скажи.

Глава 4. Тайная страсть Александра Перова

Пока я общалась с папой, братец угрюмо сверлил взглядом какую-то изумительно интересную точку за моим плечом спиной. Так посмотришь – и не скажешь сразу, что он старше всего на пять лет. Вру. Четыре года, семь месяцев и один день. Сашка – февральский, а я в конце июля родилась. В ночь с июля на август, вернее.

– Я тебя люблю, Гата. Но можно было так не наглеть, – ворчит он, с тоской поглядывая на чудом уцелевшие часы. Аккурат под ними – мокрое пятно. Судя по осколкам на полу, от фужера на тонкой ножке.

Я мимолетно устыдилась. Ну да, была такая договоренность между нами – без предупреждения на личную территорию друг друга не врываться. Мало ли, кто чем (или кем) занят. Даже когда Сашка жил с родителями, в комнату к старшему брату я попадала раз десять от силы. И то с высочайшего разрешения и отцовского одобрения. Бесило это в детстве – жуть. А сейчас прекрасно понимаю, откуда ноги росли у такого остервенелого желания не впускать никого в свою «вотчину». Сама такая же выросла.

– Пошли уж, жертва маникюра, – я беззлобно дернула братца за прядь волос и показала язык. – Все равно сам ты здесь еще долго не приберешься.

И мы принялись за уборку. Знаете, никогда бы не подумала, что мой идеальный со всех точек зрения брат может оказаться таким…таким…свинтусом! В голову закралось подозрение, что образцом для подражания и восхищения Сашка становится, только выбираясь на люди. А вот в своей берлоге он, можно сказать, отрывается, открывая свое истинное лицо. Гора нестиранной одежды в ванной, заляпанное брызгами зубной пасты и высохшими потеками воды зеркало над раковиной, летняя обувь вперемешку с зимней, чашки с отбитыми краями, «выводок» носков на подоконнике – сушатся они так, ага. Добавьте к этому последствия бурного прощания с любовницей в виде расколотых тарелок, ошметков белых роз в луже, натекшей из опрокинутой вазы, забытое (в спешке или умышленно?) нижнее белье Марии, встречающееся в самых неожиданных местах… Сдается мне, девушка просто не вынесла такого беспардонного пренебрежения к порядку в доме и сбежала, воспользовавшись первым попавшимся предлогом.

– Сашка, объясни мне, как так вышло? – пыхтела я, отскребая погнутым ножом налипшую на линолеум жвачку. – Тебя же мне вечно в пример ставили, как образец послушания и порядочности? Во всех смыслах, блин…

– Уметь надо, – подмигнул мне старшенький и с гыканьем увернулся от запущенного в него тапка – ходить по ЭТОЙ квартире босиком, вопреки своей привычке, я не отважилась. – Думаешь, я просто так любимую сестренку в комнату не пускал? Не-е-е-ет…

Стоит сказать, что нам с братом в какой-то мере повезло. Характерная черта видящих (и ведьмаков в частности) – острое чувство собственности. Моя одноклассница спокойно уживалась с младшей сестрой в одной комнате лет до шестнадцати, пока не поступила в колледж и не съехала в общагу. В нашем случае попытка поселить двух ведьмачат вместе кончилась бы плачевно. Для всех. Когда я родилась, семейство Перовых обитало в двухкомнатной квартире, где меньшую по площади занимал брат, а большую – родители и маленькая я. Однако, как только Сашка поделился с папой своими наблюдениями за четырехлетней сестричкой, отец категорично заявил о грядущем переезде и выделении каждому из детей собственной комнаты. Наверное, пережить детский возраст без кошмарных боев за территорию и сохранить нормальные отношения мы с братом сумели именно благодаря папиной предусмотрительности.

– Как прошла встреча? – лениво шкрябая по полу шваброй, поинтересовался Сашка.

– Маман донесла?

– А кто ж еще. Просила не мешать влюбленным мириться.

Моя мама мыслит во многом схоже с Виталиком, хотя общий язык они найти так и не смогли. Так что аргументы «что люди скажут» и «кому ты будешь нужна такая» я слышала от нее каждый вечер на протяжение всего процесса и первого месяца после развода. Когда Сашка открыто поддержал меня, мама возмутилась до глубины души. Пыталась даже папу привлечь, но тот ласково посоветовал ей оставить детей в покое, ибо «выросли уже наши лоботрясы, Ирэночка». Выходит, мама отступилась только на словах, а на деле все еще лелеет мысль о моем примирении с бывшим. Интересно, бабуля так же реагировала на ее собственный развод с первым мужем? Надо будет спросить при встрече…

– Меня Марк спас от попытки примирения. А Виталик решил, что в клининге мы оба трудимся с подачи отца, и отстал.

– Ну, в чем-то он прав. – Братец тряхнул шевелюрой и следующей фразой отбил мне желание заканчивать уборку. – А хочешь вместе со мной на репетицию сегодня?

– ДА!!!

Часы испуганно тренькнули и все-таки рухнули на пол. Брат покосился на печально стучащую по разбитому стеклу минутную стрелку и тяжело вздохнул.

– Надо было позже предложить, где-нибудь на улице.

– Сейчас все уберу и пойдем! – я суетилась, больше напоминая простую домовушку, чем уважаемую Видящую. Осколки смести в совок, изломанные стебли букета и остатки романтического ужина – в ведро, грязную одежду в стиральную машину (какое счастье, что белый цвет брат терпит только на работе), посуду – в мойку. – Все! Я готова, пошли скорее!

– Фанатка, – усмехнулся Сашка, за это время успевший привести в порядок свою шевелюру и сменить домашнюю одежду на более приличный вариант. – Ну, поехали, что ли.

И я, пританцовывая, поспешила вслед за братом на улицу. Пешком с семнадцатого этажа, ибо лифты Сашка не переносит – грязно там всегда, да и пешочком оно как-то…здоровее будет. Да, я фанатка. Но оно того стоит, уж поверьте опытному человеку! За такое зрелище, пусть даже на репетиции, я даже медовых пряников не пожалею!

Сашка только на первый взгляд такой правильный и образцово-показательный. Красавчик, спортсмен, умница и так далее. На самом деле мой брат – тот еще разгильдяй и противник правил как таковых. Исключение составляет лишь работа, поскольку там нарушение техники безопасности влечет за собой травмы (это в лучшем случае) – как его, так и мои. И если себя ему не жалко, то о моем здоровье он печется с удесятеренной силой. Ну и ради отца он может пойти на некоторые уступки – все-таки наследник рода, статус обязывает. А так…

Вы не поверите, но мой брат-богатырь – скрипач. В группе «Тиара Альвов», которая играет келтик-метал. А еще мой брат самую малость энергетический вампир. И не абы какой, а настоящий гурмэ – ему, видишь ли, чистый драйв и фанатское восхищение подавай, ради чего парень и выкладывается на сцене по полной. Для него порция искренних восторгов – как для меня стакан хмельного меда от повара Шантарэли. То есть очень маняще и круто. Когда Сашка исполняет на концертах соло, женская половина зала просто с ума сходит от его «запилов». Даже меня, привычную, в общем-то, к его выкрутасам, зацепляет. Выступает он, конечно, чтобы лицо не светить и отцу не мешать, в гриме и с накладной косой – эльфа изображает, однако популярности ему это только добавляет. Сариэль Хоствинд, недостижимая мечта школьниц и студенток нашего города.

Правда, фанатею я не от братовского творчества (хотя послушать иной раз не прочь под настроение). Меня пронимает до дрожи работа пиротехников группы – молодой семейной пары. И раз Сашка позвал на репетицию сегодня, значит, они тоже будут присутствовать и отрабатывать свою часть выступления.

* * *

Сашка смотрел на подпрыгивающую от нетерпения сестру и ухмылялся. Да, он знает, как порадовать младшую, несмотря на ее хамскую выходку. Заявилась без предупреждения, навела шороху в квартире… Хорошо еще, что без Майи зашла. Та бы мигом его тайник вычислила и не постеснялась выпотрошить. А там и Агата бы заинтересовалась, чего отцу крайне не хотелось. Сын был с ним согласен. Нечего девчонкам в это дело лезть. Надо бы еще ее любимцам напомнить, чтобы помалкивали, пиротехники частенько забывались и вновь начинали ориентироваться лишь на свою интуицию, а не на регламенты АВЕЙР.

– Сегодня ты рано, Сар. Народ еще не собрался, – Лилиэль Солнечная для фанатов, вне сцены просто Ангелина Карпова с сияющей улыбкой открыла дверь реп-базы так быстро, будто караулила у порога. Рассмотрев за плечом музыканта темноволосую макушку еще одного визитера, девица с почти модельной внешностью надула пухлые губки и состроила недовольную гримасу. – Сань, я же просила левый народ не водить!

– Агата – это Лина, новая вокалистка «Тиары Альвов». Лина, это моя любимая сестренка, Агата. – Сашка, не церемонясь, сдвинул загородившую проход девицу и втащил сестру внутрь. Усадил на диван, сунул в руки немного измятый пакет с остатками медовых пряников от Марка и умчался в подсобку, на ходу крикнув через плечо. – Посиди тут пока, Линка тебе чаю нальет, мне нужно позвонить.

– Эм… А куда делась Валя? И давно ли ее заменяет ЭТО?

Мужчина тяжело вздохнул и отключил вызов. Определенно, надо выспаться. Он надеялся, что мелкая его послушает и останется в общем зале? Серьезно?

– Агата, мне нужно позвонить. Посиди с Линой, познакомься, Кузнецовы скоро подойдут. А я поговорю и все тебе потом расскажу? – ласково, как с ребенком, заговорил он с сестрой и…

– Фигушки, – категорически отмела его попытки младшая и уселась на пол, предварительно закрыв изнутри дверь подсобки на щеколду. – Где Валя?

– Кто бы сомневался… – раздраженно проворчал музыкант и спрятал телефон в карман. Агата в своем репертуаре. – Вали нет и ближайшие года полтора-два не будет. Она, если помнишь, вышла замуж.

– И?

– И пока ты разводилась, Валя вышла в декрет и уехала с мужем к его родственникам на время беременности. Рожать будет там же. И не факт, что вернется потом. Поэтому вместо нее мы взяли Лину.

– А, понятно. – Агата о чем-то сосредоточенно размышляла, рисуя пальцем узоры на пыльной столешнице.

Подсобка скорее являлась комнатой отдыха, нежели местом хранения всевозможных примочек группы. Помнится, сам Сашка не раз ночевал здесь, когда ссорился с очередной любовницей. Выгнать девицу из собственного дома на ночь глядя ему воспитание не позволяло. В подсобке стоял шкаф со сценическими шмотками, небольшой старенький холодильник урчал в уголке, продавленный, но все еще годный для сна диван сверкал проплешинами обивки – покрывало кто-то из ребят унес домой постирать.

– Саш, но она же дура, у нее на лбу написано, – наконец, выдала вердикт своих измышлений Агата, просительно заглядывая братцу в глаза. – Может, вы другую возьмете, пока не поздно?

– Поздно, – снова горестно вздохнул Сашка и присел рядом с сестрой. – Концерт через неделю. С Линой мы уже сыгрались, голос у нее хороший, внешне тоже не подкачала, плюс хвост своих поклонников имеется, что тоже неплохо. И на афишах ее фотография. Не поймут нас, если опять замену проведем.

Честно говоря, скрипач и сам уже не рад был, что повелся на чистое звучание голоса и совершенно не обратил внимания на прилагаемый к нему характер. А характерец тот оказался… премерзким. Жаль, вскрылось это только после выхода афиш с представлением новой вокалистки. Девочка привыкла добиваться своего в основном за счет милой мордашки. Она опаздывала на репетиции, капризничала, требовала перерывов и особого ухода за собой – мол, иначе она без голоса останется. Кроме того, Лина напропалую флиртовала со всеми мужчинами в группе и за ее пределами, что тоже, мягко говоря, раздражало. От немедленного вылета ее спасали только близость концерта и заступничество Ивана. Басист убеждал, что стоит немного подождать – перевоспитать девчонку еще можно. Вот и воспитывали…

– Ну ладно, пойду знакомиться с вашим дарованием, – Агата похлопала брата по плечу. – Крепись, казак, атаманом станешь. Если что, скажи, я Марка приглашу. Он поможет.

Вскоре из общего зала послышался громкий смех – судя по всему, чета пиротехников тоже решила появиться раньше обычного. Минут двадцать у него есть, пока Агата наводит шороху и прощупывает Линку – вряд ли она удержится, чтобы не подразнить «эльфийку». Не любит сестрица гламурных девочек, ой как не любит. Хмыкнув, мужчина набрал первый номер в списке.

– Алло, шеф? Состав будет готов завтра утром. Где забрать? Лучше в городе, я узнаю маршрут клининга и дополнительно сообщу. Оплата как обычно. До свидания.

Отключившись, Сашка закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Спокойствие. Главное в этом деле – спокойствие. Следующему абоненту досталось только одно слово, произнесенное нарочито безразличным голосом.

– Завтра.

Старшему брату Агаты предстояла очередная бессонная ночь. Разве что сегодня причиной тому послужит не горячая красотка, а нечто иное. Гораздо более влекущее и воодушевляющее для ведьмака.

Сестра, как и большая часть «Кларитэ» и АВЕЙРа, заблуждалась. Фанатское восхищение для скрипача было только приятным бонусом к совместному творчеству с группой. Настоящей же страстью Александра Перова были травы. И пределов тому, что с их помощью мог сотворить сын главного ведьмака, не было.

Глава 5. О порушенных планах и незваных гостях

Домой я вернулась на час позже, чем обещала отцу, в самом радужном настроении. Несмотря на досадное недоразумение, зовущее себя Лилиэью, репетиция у ребят прошла просто волшебно. Сегодня «Тиара Альвов» подбирала песни для грядущего концерта, и как раз одна из них – мелодичная баллада о любви какого-то божества из древнеирландского пантеона к обычной человеческой девушке, неожиданно тронула меня до слез. Скрипка у братца в руках пела настолько проникновенно, а хрипловатый голос Ивана, исполняющего партию бога, звучал так страстно и неподдельно искренне…

– Ну, если уж Гата слезоразлив устроила, остальные точняк не устоят! – хохотнул Костя Кузнецов, отключая диоды, разложенные в причудливом порядке по полу. В помещении пиротехники тренировались с таким вот безопасным набором лампочек, чтобы потом, во время концерта, быстро разложить свой пожароопасный инвентарь.

Разумеется, я пожелала остаться на обсуждение рабочих моментов и высказала все недочеты, которые успела подметить – привычная и давно одобренная музыкантами схема. Само собой, кукла-вокалистка, которой от меня досталось за «картонность» поведения, не обрадовалась замечаниям и попробовала закатить скандал, требуя «Ванечку» разобраться с малолетними нахалками. Конечно же, Сашка не удержался и добавил пару «ласковых» к уже сказанному мной – он вообще не выносит, когда про меня гадости говорят, да и девица его явно достала, всю репетицию глазки строила больше, чем работала. Кузнецовы поддержали, Иван вынужденно встал на сторону Ангелины, Тарас с Ромкой (близнецы, гитарист и флейтист) ожидаемо вспомнили о своем психологическом образовании и начали всем промывать мозг… Кончилась эта вакханалия примирительной трапезой в соседствующей с реп-базой пиццерии. Потом Сашка поехал домой, а я отправилась к родителям – выслушивать мамины нотации по поводу Виталика и папины наставления по итогам сборища АВЕЙРа, которое мы с братом дружно продинамили.

– Явилась, – маман укоризненно поджала губы и, принюхавшись, брезгливо скривилась. – Приличные девушки по кабакам не шатаются в твоем возрасте.

– А никто не говорил, что я приличная девушка, – буркнула вполголоса. Подумаешь, курили ребята, пока вызванное мне такси ждали.

– Что-что? Я не расслышала, – угрожающе-спокойно уточнила мама, сложив руки на груди.

– Я тоже рада тебя видеть, мама. Привет от Саши. – Я скинула кеды, из вредности повесила пахнущую табаком куртку рядом с маминым любимым жакетом и прошла вперед. – Папа где?

– В кабинете, тебя дожидается, – сварливо полетело мне в спину. Зашуршала одежда – значит, маневр удался. Сначала она будет перевешивать подальше свои и отцовские вещи, потом в ход пойдет «антитабак» – баллон всегда припрятан в тумбочке у зеркала. На самом-то деле, я тоже так поступала, когда жила отдельно, просто сегодня настроение борцовское какое-то. Нелюбовь к сигаретному дыму в нашей семье передается по женской линии. А папа, как видящий, предпочитает специальные травяные сборы для окуривания помещений – от них и запах приятнее, и толку больше.

– Как брат? – Папа в своем репертуаре. Голова мокрая, сам в махровом халате жуткого баклажанного цвета, окно кабинета нараспашку. Нет, я знаю, что у ведьмаков здоровье покрепче будет, чем у простых смертных, но все равно… – И не надо напоминать про мой возраст, Гата. Ничего со мной не случится от небольшого сквознячка.

– Да пожалуйста. – Я свернула с полпути к окну и села в кресло напротив папиного стола. – Потом пеняй на себя, когда опять к врачу за больничным листом придется идти.

– Не пугай ежа сама знаешь чем. Где брат?

– Расстался с девушкой, устраняет следы погрома. – бодро отрапортовала я, припомнив, сколько еще осталось у Сашки работы в квартире.

– Ну ладно. Все равно новости больше тебя касаются, – легко согласился с отсутствием наследничка отец и, нагнувшись, извлек из-под стола увесистую серую папку-скоросшиватель. Удивительные дела творятся в этом доме. Что за день-то такой бесконечный? – Держи, ознакомишься за ночь.

– Что, прям за ночь? Так срочно? – Я с опаской покосилась на пухлый талмуд. Это ж мне до рассвета!

– Пришла бы сегодня на совещание…

– Поняла. В чем суть дела?

– Завтра в 13.30 прибывает делегация из СФО*. Для обмена опытом, так сказать. Нужно встретить, разместить, провести обзорную экскурсию по городу и привезти в АВЕЙР к восьми вечера.

– Почему я? – Сибирские видящие – классные ребята, я не прочь познакомиться, но все-таки у отца для подобных мероприятий есть целый штат специально обученных сотрудников.

– Хочу, чтобы ты присмотрелась к ним внимательнее. Настроены ли на сотрудничество, добровольно ли поехали, насколько сильны в целом.

– Почему не Сашка, в таком случае?

– Саша завтра мне нужен в другом месте. К тому же стажеров, которых СФОшники оставят здесь, будешь курировать ты.

На минуту в кабинете повисла пауза. Я с разинутым ртом осмысливала сказанное, отец же преспокойно листал документы. А потом напряжение всего дня прорвалось…

– ЧТО?! Папа! Какие еще стажеры? – Я подскочила со своего места и, вцепившись в стол, нависла над отцом. Наверное, мама сейчас переполошится – говорить тихо я не могу. – Как курировать-то, когда? У меня работа вообще-то, планы на отпуск построены и оплачены, на кой черт мне сдались какие-то стажеры? У тебя тьма народу фигней страдает в АВЕЙРе, повесь на них этих засланцев! Ты же знал о наших с братом планах! Впервые за последние лет пять собрались на море – и тут такая подстава!

– Агата, сядь и помолчи. – Папулечка глянул не хуже голодного удава. Значит, переспорить не удастся.

Я с обреченным вздохом рухнула обратно в кресло и уставилась в окно. Подумать только, август на исходе, бархатный сезон, у меня уже купальник в чемодан сложен, Сашка с дайверским клубом договаривается… Чтоб этих стажеров-сфошников бесы покусали! Не могли позже приехать? Где-нибудь через месяцок, например!

– С турагентством я договорился, поедете в конце осени туда, куда захотите. Недостающую сумму я внесу. С «Кларитэ» тоже все вопросы уладил, дополнительную нагрузку с вашей бригады снимут.

– И что мне с этими стажерами делать? – несмотря на отцовские обещания, настроение все равно было мрачнее тучи. Ненавижу, когда в мои планы кто-то вмешивается.

– Взять помощниками к себе в бригаду, разумеется. Показать работу ведьмаков без прикрас, чтобы пафоса убавить ребяткам. – Тут папочка по-акульи улыбнулся. Коварненько так. Ну-ка, ну-ка, это что же, он сам не рад приезду высоких гостей? – Уверен, ты придумаешь, чем их занять, чтобы времени на шпионские игры у мальчиков не осталось.

– Так бы и сказал, что с шаманами опять воюем, – я пренебрежительно фыркнула, стараясь сохранять обиженный и равнодушный вид, но… Скрыть азарт, вспыхнувший внутри, не удалось.

– Рабы поступают в твое распоряжение в среду. День на адаптацию, день на введение и так далее, – продолжил отец, прекрасно понимая мое состояние. – Агата, прошу тебя, будь осмотрительнее. Ситуация непростая, вас с Александром, как моих детей, будут давить, чтобы в итоге повлиять на мое мнение. Подвергай сомнению каждое слово и каждый жест, что придет со стороны ребят.

– Хорошо, папа. – Я сцепила руки в замок и прикусила указательный палец. Меня берут на серьезное дело! Ура! Наконец-то!

– Надеюсь на твое благоразумие, дочь. Иди, ужинай. – Отец наклонил голову и устало повел плечами. – Документы не забудь. В папке – информация о текущей ситуации. На вокзал тебя отвезет Кузнецов.

Я не говорила? В группе Сашки все Видящие, кроме басиста. Оттого, наверное, он и поддался чарам новенькой, Лилиэли Селедкиной, или как ее там. Так или иначе, этот жуткий долгий понедельник, наконец, закончился. И, несмотря на несколько неприятных моментов, закончился хорошо. От позднего ужина я отказалась, больно надо фигуру портить, сразу отправилась в душ. После завела будильник на четыре тридцать утра – чтобы успеть изучить материалы, выданные отцом, и завалилась спать. Надеюсь, вторник выдастся попроще…

* * *

– Все, господа, с меня достаточно! В отличие от вас, отпускники, мне на работу к восьми утра! – Сашка, криво усмехнувшись, медленно поднялся. Оценил на глаз стоимость своей части заказа, вытащил несколько купюр и положил в центр стола. – Хорошей ночи.

– Иди уж, страдалец, – рассмеялись близнецы. – Мы еще погудим. Правда, Линочка?

– Я, пожалуй, тоже домой, – вдруг резко засобиралась вокалистка.

– Такси вызвать? – услужливо поинтересовался пиротехник, подмигивая Сашке. Мол, смотри, на какие подвиги тебя сподвигнуть пытаются.

– Нет, меня Сашенька проводит, правда, родной? – мурлыкнула, обольстительно улыбаясь, блондинка, подтверждая тем самым намеки Кости.

– Прости, Лина, но сегодня я не настроен на прогулки под луной. Вань, проводи наше голосистое сокровище, не то заблудится еще, – жестоко разбил девичьи мечты Александр Перов, после чего быстро накинул куртку и, махнув всем рукой, вышел на улицу. Нашел глазами притормозивший через дорогу автомобиль непонятной марки цвета мокрого асфальта, раздраженно рыкнул.

– Я же сказал – завтра. – Перов-младший уселся рядом с невозмутимым водителем.

– Завтра нет времени на инструктаж, – прозвучало сзади. В просвет между сиденьями проскользнула средней толщины папка – близнец той, которую получила не так давно Агата от своего отца. – Изучи и подготовь указанные сборы к вечерней встрече. Сам тоже появись. Дмитрий Васильевич просил передать, что конфликты на ровном месте ему не нужны.

– Я-то ему зачем? – поморщился Сашка, представляя в красках, как именно пройдет завтрашняя встреча с делегацией шаманов из СФО. Своих проблем ему мало…

– Сестру поддержишь, – язвительно пояснил невидимый собеседник. – В АВЕЙРе «крот», если помнишь. Потому стажеров решено передать на поруки твоей ненаглядной малявке. Проконтролируй там, чтобы ерунды не натворила. Все, свободен.

Дверца открылась, выпуская Сашку на остановке неподалеку от его дома. Скрипач, зло ругнувшись, вышел и, не оглядываясь, направился вглубь дворов. Похоже, сегодня сон ему не светит – помимо заказа по тому делу, которое он ведет сейчас, придется еще и отцу смеси готовить. Не мог, что ли, утром предупредить? Еще и Агату втянул! Чертов понедельник…

* * *

Вторник, вообще-то, мой любимый день недели, как ни странно. Но в этом месяце все почему-то летит кувырком. Маман, решившая вдруг, что ей просто необходимо стать моей подружкой – запоздалое какое-то решение, если честно. Бывший муж, озаботившийся моей репутацией и местом работы. Работа, трудами госпожи Болконской превратившаяся в сущий ад с постоянным ожиданием подставы. Брат, за две недели августа перессорившийся со всеми своими «постоянными» любовницами, которые теперь осаждают меня в соцсетях, жалобно моля о помощи. Глупые, вот чем я им помогу? Тем более, ни одна меня в качестве братовой жены не устраивает. Отец, своим председательским повелением запоровший все мои планы на бархатный сезон. Шаманы, встречать которых мы с Кузнецовым должны на вокзале в 13.30 дня…

– Кузнецов, я тебя ненавижу… Дай поспать, а?

– Гашенька, подъем! Ну же, давай! – пиротехник из Сашкиной группы и по совместительству один из папиных сотрудников упорно стягивал с меня одеяло. Кто его вообще в квартиру впустил в такую рань? – Светка меня живьем сожрет, если не успеет свои фантазии воплотить.

– Изыди! – с надрывом простонала я и зарылась под подушку, бурча сквозь пуховую преграду. – Времени еще навалом, будильник даже не звенел…

– Потому что у тебя мобильник сдох! – рассержено гавкнул мне прямо в ухо этот наглец и рывком выдрал подушку. – Перова! Очнись! Время – 11.20!

– Черт! Раньше сказать не мог?! – я подскочила, как ужаленная, и заметалась по комнате. Блин, блин, блин! Как же так?! Я всего на полчаса прилегла отдохнуть после изучения отцовских документов! – Костик, я мигом! Только в душ и…

– К-куда! Стой! – Кузнецов сцапал меня за руку и отправил обратно на кровать. Скептически осмотрел, хмыкнул и вручил аккуратный пакет с винтажным узором. – На, одевайся. Светка постаралась, как знала, что ты проспишь. Шеф одобрил. Потом мчимся к моей милой, она делает тебе боевой дамский раскрас – и летим на вокзал.

– А кофе? – нерешительно пискнула я, вытряхивая из пакета – о, ужас! – костюм. Прямые брюки в коричнево-бежевую клетку, модную в этом сезоне блузу мелкой вязки с пайеточной розой справа над грудью, приталенный пиджачок в тон брюкам и даже лодочки насыщенно-коричного цвета.

– В машине попьешь, – категорично обрубил мои попытки отсрочить встречу со Светой ее доблестный муж. – Пять минут на одевание, потом я вернусь и вытащу тебя на улицу.

– Есть, сэр! – шутовски козырнула я и, больше не обращая внимания на вторженца, принялась за переодевание, возмущенно тарахтя. – Определенно, этот момент я включу в счет оплаты для папочки. Будто не знает, что я терпеть не могу офисные шмотки!

Дело не в моем бунтарстве или инфантильном неприятии «взрослой одежды», как часто случается у моих сверстниц, нет. Просто – неприятный феномен – даже идеально подобранный под мой «типаж» офисный стиль одежды, придающий строгое очарование моим коллегам и подругам, саму меня превращает не в бизнес-вуман, а… В милую девочку-студентку. В крайнем случае, зеленую наивную выпускницу университета а-ля «институт благородных девиц». И этот факт необорим. При моих 165 сантиметрах роста, бледноватой коже, каштановых волнистых волосах до середины спины и серых (единственное общее с братом) глазах вкупе с по-детски пухлыми щечками (ненавижу!) выглядеть старше 20–22 в таком вот «официальном» прикиде не-воз-мож-но! При всех талантах Светки, за визажными услугами которой в очередь становится половина города, сделать из меня кого-то более внушительного, чем институтка, не выходит! А если еще добавить к сему светлому образу светские манеры, которые я должна буду явить миру как официальный представитель АВЕЙР… Мрак! О чем папа думал, когда одобрял этот наряд?! Или…он это специально? Чтобы, мол, сразу недооценили «противника»?

– Агата, я вхожу! – Кузнецов побарабанил в дверь, выждал секунд пять и появился на пороге. Сокрушенно вздохнул, оглядев итог моих стараний. – Пошли уж, жертвенная овечка. Может, Света тебе нарисует что-нибудь внушительное вместо этой невинной моськи…

Увы и ах, наши с Костей надежды не оправдались. Посему приезжих шаманов в 13.30 на перроне встречал хмурый бородатый мужик в камуфляжной куртке с зеленой нашивкой «АВЕЙР» на предплечье и – мы решили играть на контрасте – юная особа, не достающая макушкой даже до плеча своего спутника, в модных очках с прямоугольной оправой и с кокетливо распущенными по плечам локонами, старательно косящая под «взрослую тётю». Честно говоря, я даже зауважала чертову дюжину делегатов, дисциплинированно выстроившуюся перед нами напротив вагона. Все, как на подбор – рослые, спортивные, в походном камуфляже и с туристическими рюкзаками за спиной. Никто из сибиряков не позволил себе и намека на ухмылку. Ну, кроме одного… Той еще заразой оказался впоследствии.

Глава 6. Стажеры

Суровые сибирские гости внимательно взирали на меня с высоты своего немаленького роста и ждали. Я откашлялась и, сияя приклеенной к губам улыбкой, сделала шаг вперед, добровольно отказываясь от Костиной поддержки.

– Добро пожаловать! Мы рады приветствовать вас на территории АВЕЙР. Чувствуйте себя, как дома.

«Не забудьте, что вы в гостях» – прямо-таки просилось на язык. Ухмылка того из шаманов, что стоял ближе к главе делегации, стала еще противнее. Как стояли, так и стоят. Молчат, смотрят выжидающе. И взгляды-то… Тяжелые, неприятные. Вот не зря у нас шаманов не любят.

– Сейчас мы с вами поедем в гостиницу, там вы сможете отдохнуть с дороги, пообедать. – Продолжаю щебетать, как заведенная. Ох, знала же, что просто не будет! Надо было Сашку с собой брать. Он бы живо их заболтал. Да и выглядит братец более представительно в деловом костюме, не то, что я. – Затем нас ожидает обзорная экскурсия по городу, визит к месту силы и…

– Спасибо, дитя, твое рвение похвально. Можешь отдохнуть, остальные вопросы мы решим со старшим – перебил мой информационный поток жилистый, неожиданно смуглый мужчина с абсолютно седыми волосами, заплетенными в косу до пояса. И… уважительно склонил голову перед заметно растерявшимся Костиком, приложив сложенные щепотью пальцы сначала ко лбу, затем к сердцу. – Мы польщены, что ради встречи нашей скромной делегации прибыл один из наследников рода Перовых.

На перроне воцарилось молчание. Костик вдруг побледнел, очевидно, представив возможные выходы из сложившегося конфуза. А я… Ну, я даже почти не обиделась. В конце концов, отец прекрасно знает, какое впечатление я произвожу, если стараюсь быть милой. А потому он явно что-то задумал, отправив сюда именно меня, а не Сашку. Так что вспоминаем данные из собранного на делегатов досье и импровизируем.

Видимо, седовласый что-то почувствовал, потому единственный из СФОшников не стал готовиться к бою, когда я со вздохом сначала сняла очки, затем собрала в незатейливый хвост распущенные волосы и, будто бы невзначай, вытащила из кармана свою чудо-зажигалку. К слову, вот они, настоящие отношения между ведьмаками и шаманами – стоило мне пошевелиться, как двенадцать особей сильного пола тут же напряглись и схватились кто за карман, кто за ремень, кто за боковые стенки рюкзаков.

– Приношу свои извинения, Агата Дмитриевна, – старик зыркнул на воинственную молодежь, заставив их пристыженно потупиться и замереть, опустив руки по швам, и кивнул мне без единого намека на издевку. – Всему виной разница в традициях. В наших краях к женщинам, наделенным силой, относятся более…бережно. Мы ценим оказанное вашим отцом доверие.

– Ничего страшного, – я искренне улыбнулась Едигару Шарбакову, бессменному лидеру организации «КАМ», стоящей на страже интересов своих коллег по бубну, если можно так выразиться. Говорят, Едигар силен неимоверно, потому, несмотря на существование «раскольников» в рядах шаманов, все еще стоит у руля. – Следуйте за мной, автобус уже ждет.

– Глядишь, и получится у шефа договориться, наконец, с приезжими, раз их ведет сам верховный. – Костик, так и не проронивший ни слова, пока мы грузились в автобус, покосился на сидящих в салоне гостей и хмыкнул. – Статуи, блин. Хоть бы моргнули, что ли.

– Они молодцы, – я проследила за взглядом пиротехника и завистливо вздохнула.

Нашим бы активистам такую выдержку и концентрацию, цены бы им не было! А ведь среди делегатов больше половины моего возраста и даже младше – для обмена опытом СФО командировал тех, кто помоложе. Помнится, я еще удивлялась вчера, как же так – молодой да ранний шаман в разы опаснее ведьмака. Не потому, что сильнее. Просто результаты, если он потеряет контроль, будут фатальными.

Как бы еще исхитриться и выбрать за один вечер беспроблемных стажеров?

По Восточному шоссе мы добрались до загородного гостиничного комплекса «Радуга» где-то за сорок минут. В удивительной тишине, которую даже Костик нарушить во второй раз не рискнул. Появившееся время я решила потратить с пользой для дела, потому вспоминала все, что отложилось в памяти с прошлой ночи.

Первое. Шаманы, в отличие от ведьмаков, через свой уникальный канал связи с миром духов «работают» с тонкими материями, для нас недоступными. Проще говоря, ведут спасительные беседы с душами всего живого и природного.

Второе. Шаманский дар, коли пробуждается, делает это стихийно, агрессивно и неожиданно для своего носителя. Дескать, как духи решат, что человек готов принять их знания, так и открывают ему дорогу через свои пределы. Потому одно время при инициации и последующем обучении гибла примерна половина претендентов на сей гордый «титул». Сейчас ситуация улучшилась, потери сократились до 1/5.

Третье. Хороший шаман – спокойный, как удав. Если назвавшийся шаманом вдруг проявляет яркие эмоции (именно эмоции, не чувства), тушите свет, бегите в бункер. Скорее всего, скоро рванет. Чем дальше заходит обучение, тем опаснее для самого ученика и окружающих последствия утери контроля.

Четвертое. Едигар Шарбаков, верховный шаман, в миру – президент организации «КАМ», давно продвигает среди своих идею сотрудничества с ведьмаками. После его появления количество конфликтов между такими разными Видящими почти сошло на нет. Старик осознает, что, увы, не все проблемы решаются через духов, и активно доносит эту мысль до своих коллег. Значит, нам он не враг. Однако по отцовским бумагам в СФО подрастает оппозиция, ратующая за полный разрыв отношений с нами. Видите ли, мы своими кустарными методами лишаем душу человеческую ее пути к росту и очищению. По непроверенным данным, возглавляет этих революционеров не кто иной, как родной внук Едигара.

Пятое. Внуков у товарища верховного шамана много. В составе делегации аж целых три: Станислав, Борей и Ренат. Вопрос в том, есть ли среди них чертов сепаратист от мира Видящих. И если есть, то зачем Едигар взял его с собой на столь важные переговоры!

* * *

Сестру Сашка смог отловить только в конце приема, устроенного в честь прибывших гостей. Агата задумчиво потягивала через соломинку фирменный безалкогольный коктейль «Радуга». От вверенных на ее попечение сибиряков ведьмачка отгородилась плотной шторой и, судя по всему, была очень довольна своим ненадежным укрытием.

– А, привет, братец. Как жизнь? Папик уже поделился планами захвата мира? – Агата сунула бокал с недопитым коктейлем Сашке в руку. В ответ на изумление пояснила. – Наврали. Там ни капли меда нет, только ароматизатор.

– Коза, – фыркнул старший брат и уселся рядом с ней на подоконник.

– Ну так что с планами-то? – подтолкнула Сашку девушка и требовательно уставилась в глаза. – Я же не дура, давно поняла, что мной решили прикрыть что-то более важное. Если б не фанатичное шаманское желание оберегать девиц с даром, фиг бы папаша меня привлек.

– С планами…

Сашка приехал к отцу в конце рабочего дня. В офисе АВЕЙР оставалась только секретарша Лидочка, беспрепятственно позволившая ему пройти в кабинет главы. Дмитрий Васильевич Перов, кривясь, рассматривал обожженную половинку альбомного листа.

– Опять подбросили?

– Нет. На этот раз официальным письмом прислали. Идиоты.

Анонимки с требованием добровольно уйти с поста руководителя АВЕЙР приходили раз в два-три дня последний месяц. Подобные действия имели вполне логичную подоплеку – в конце сентября главные ведьмаки регионов собирались недалеко от Екатеринбурга на «стратегическую сессию». От выступления представителя АВЕЙР зависели дальнейшие отношения Видящих Сибири и других регионов. Курс Перова в этом вопросе явно ломал чьи-то планы. Если отец Сашки сумеет договориться с Едигаром…

– Для чего ты приставил к ним Агату?

– Пусть набирается опыта. Старшие не тронут Видящую и учеников от соблазна удержат. Тем больше внимания молодежь будет уделять твоей сестре.

– В чем подвох?

– Есть подозрения, что наш аноним, как и твой заказчик, работает на противников Едигара. Возможно, они попробуют встретиться с кем-то из делегатов. Шарбаков в письме просил помочь урегулировать…хм…конфликт. Сам он по некоторым законам своего ремесла не может этого сделать.

– Какова моя роль?

– Официально ты уедешь из города. На гастроли. Неофициально – останешься здесь и будешь следить за нашими гостями. Сегодня поможешь ей выбрать стажеров.

– Хорошо, отец… – про себя Сашка думал, что в таком случае хотя бы успеет помочь мелкой, если та вляпается.

– Саш… Эй, Перов, очнись! – Агата пихнула брата острым локтем в бок и нахмурилась. – Ну? Чего тебе отец наговорил? Зачем он нас привлек к делу?

– А… – Сашка тряхнул кудрями и приобнял сестру за плечи. – Да проследить просил, чтобы нашу красну девицу никто из заезжих молодцев не заморочил. Кого в стажеры-то выбрала?

– Думаю пока, – сразу посерьезнела девушка. – По уму нужно брать трех внучков Шарбакова. Но тогда они могут подать протест, мол, ценные заложники, все дела.

– Соображаешь, – ведьмак дернул сестру за косу и ухмыльнулся. Перед глазами мелькнули строки из прочитанных ночью досье. Верховный шаман просит помощи. В деле точно кто-то из его кровной родни. Если оставить шаманят-революционеров в городе ведьмаков, те рано или поздно себя выдадут. Кто там ему показался наиболее подозрительным? – Бери двух внуков – старшего и младшего, и этого… Аслана.

– Новичка? – удивленно переспросила Агата, вспоминая названного последним парня. Абсолютно безобидный мальчик.

– Ну, кто-то же среди твоих стажеров должен тебя слушаться сразу.

* * *

За закрытыми дверями малого конференц-зала, что по прихоти владельцев нашел себе место в проекте гостиничного комплекса «Радуга», под шум комнатного фонтана беседовали двое.

– Признаться, я не ожидал вашего приезда так скоро.

– На то есть причины, анга*. Услышал ли ты их или мне нужно провести тебя незримой тропой?

– Нет, Едигар Рахманович. Благодарю за доверие, но я, к сожалению, уже почувствовал изменения. На своей шкуре, так сказать.

Дмитрий Васильевич Перов зажег еще одну ароматическую свечу и удовлетворенно откинулся в кресле. Даже в такой компании забывать о безопасности не стоило. Особенно в такой компании.

– Чем вы заняли свою молодежь, если не секрет?

– Чем-чем, – усмехнулся Верховный шаман, успевший сменить камуфляж на более традиционные одежды, а посему больше похожий на вождя американских индейцев. – Как и обычную молодежь, дорвавшуюся до свободы от наставников и родителей – новыми впечатлениями. Еда, напитки, люди, номер с джакузи – до утра не оторвутся.

В миру господин Шарбаков предпочитал «человеческий» стиль общения и говорил просто и без туманных цветистых оборотов, в отличие от некоторых своих собратьев. Ведьмака эта черта сибирского гостя несказанно радовала.

– Значит, нам никто не помешает.

– Дочка у тебя сильна, анга. – Шаман вспомнил девушку, встретившую их на вокзале и нахмурился. – Не впутывал бы ты ее в это дело. Наивная больно, сожрут и не подавятся.

– Гату? Да кто посмеет-то? – самодовольная улыбка прочно обосновалась на лице главы АВЕЙРа. – Я не исключаю, что кто-то может рискнуть надавить на меня через детей. Но Гату всерьез не тронут – ее есть, кому защищать, брат постоянно рядом. И сама она отпор дать может.

– Ну, как знаешь, – печально покачал головой Едигар. Официальный настрой уходил, как песок сквозь пальцы. К чему лишние церемонии между давними знакомцами? – Рассказывай, что у вас творится. А я потом свои мысли изложу.

– Любитель травок у нас завелся, – начал перечислять Дмитрий Васильевич, загибая пальцы на правой руке. – Составы берет у старшего моего, по отдельности безобидные, но вот вместе… Так мы и не поняли, в чем подвох. Может, ты подскажешь. Меня подсидеть пытаются – это дело привычное, да вот повод на этот раз особый. Помнишь же про сбор наш ведьмачий? То-то и оно, не хочется кому-то из моих подопечных, чтобы вез я проект наш с тобой. В целом по городу резкий всплеск всякой дряни. Рано, слишком рано началось. Ну и в остальном по мелочи.

– Услышал, – кивнул шаман и, вздохнув, объяснил свои тревоги. – У меня, как ты помнишь, внучата расшалились. Кто уж их взбаламутил – не понятно. Революционеры, чтоб их… Колдунов мелких изводят, пути им ложные под ноги кидают. Тринадцать жертв несчастных случаев. Духи с ума сходят, будущее не прозреть толком, мельтешат. Опять же, среди учеников снова срывы пошли.

– Снова? – переспросил ведьмак. – У тебя лет пятнадцать уже тишь да гладь в этом вопросе.

– Тишь? Такая тишь, хоть вешайся на ближайшей елке! – В сердцах рявкнул шаман. Тени в углах зала затрепетали, залопотали едва слышно… И поникли, стоило Едигару глянуть в их сторону. – А ну цыц там, бездельники!

– Ты поэтому мне трех внучков приволок? А если выберет Агата кого, протест подавать не стнешь?

– Да пусть любого берет из двенадцати. Не жалко.

– В смысле… – Дмитрий Васильевич в изумленном неверии посмотрел на своего гостя и ударил ладонью по колену. – Вот старый пройдоха! Так ты всех привез? Как только моих людей обойти смог?

– Привез лишь тех, кто тропами шаманов ходит. – Степенно поглаживая подбородок, ответил Едигар. – Пусть твоя дочь выберет. У нее интуиция посильнее должна быть, все же роду такого. На кого укажет, тех и оставлю. Ты всем, поди, как обычно наболтал – так и так, надо за супостатами проследить?

– Ну… – Ведьмак смутился, вспоминая инструкции, выданные детям. – Есть такое. Для конспирации.

В кармане главы АВЕЙРа забесновался телефон. Мужчина вытянул технику на волю, всмотрелся в экран…

– Имена счастливчиков прислали. Станислав, Борей, Аслан.

– Хороший выбор, – протяжный вздох последовал со стороны сибиряка. – Сильные парни, перспективные. И подозрительные все, чтоб их… Ты уж проследи, Дмитрий, как бы твои молодцы в рвении своем внучатам хребты не поломали.

– Все сделаем, не волнуйся. – Дмитрий Петрович отправил сообщение детям и отключил телефон. – Давай-ка пока травяные сборы глянем, вдруг узнаешь что…

Где-то за пределами конференц-зала, прикрытого пеленой ароматного дыма, вздрогнула Агата, получив ответ от строгого родителя. Прочитала, недобро улыбнулась, проводив взглядом слоняющихся по залу шаманят, и снова уткнулась в книжку, сидя на подоконнике.

Глава 7. Работа – не волк…

Ученикам шамана о решении по кандидатурам стажеров сообщили утром во время завтрака. Агату, на ночь уезжавшую домой, отец также настойчиво попросил присутствовать, потому девушка, толком не выспавшаяся, хмуро взирала на мир из кресла, передвинутого к открытому окну. С ночи зарядил противный моросящий дождик, в долине, где находилась «Радуга», перетекал туман. Двенадцать делегатов, чинно орудующих вилкой и ножом, выглядели невыносимо бодро и свежо, чем еще больше портили настроение ведьмачки.

Господин Перов, сверившись с записями в старомодном, но крайне дорогом бумажном ежедневнике, откашлялся.

– Как вы помните, по существующей между нашими организациями договоренности АВЕЙР готов принять трех стажеров сроком на месяц для обмена опытом. Мы еще раз обсудили с Едигаром Рахмановичем сложившуюся ситуацию и предлагаем со своей стороны еще одно место.

– Кого вы выбрали? – подал голос младший из ребят, Аслан, с любопытством глядя на главного ведьмака.

– Мы будем рады, если наше приглашение примут следующие делегаты, – по негласной договоренности, «светить» тот факт, что выбирала стажеров именно Агата, мужчины не стали. Мало ли, как повернется… – Ренат, Борей, Станислав и Аслан.

Верховный шаман, поймав взгляды учеников, величественно кивнул. Еще до отъезда он успел довести до сведения младших родственников, что отказаться те, чьи имена назовут, не имеют права без его на то позволения. Внуки, подчиняясь решению старшего, послушно поднялись и замерли с непроницаемыми лицами, ожидая продолжения.

– На время стажировки, – Дмитрий Васильевич оглядел поднявшихся. Тяжело дочке придется. Она, к слову, уже нахохлилась в своем углу. Недовольна, скорее всего, что ее об изменениях не известили. Ничего, девочку еще много новостей сегодня ждет. – На время стажировки руководителем и куратором для Борея, Станислава и Аслана является Агата Кранш-Перова, ведущий мастер клининговой компании «Кларитэ». Ренат отправится непосредственно в офис АВЕЙР как мой ассистент. Приступаете сегодня. Автобус приедет за вами через час. Остальных членов делегации ждет насыщенная культурная программа по красотам нашего края. С вашего позволения, молодые люди, на этом я прощаюсь. Если возникнут вопросы, обращайтесь к Агате.

Вопросов прямо сейчас не возникло, потому Дмитрий Васильевич Перов, подмигнув Едигару, пожелал всем приятного аппетита и вышел из малой столовой, прихватив с собой дочь. Весьма и весьма недовольную происходящим.

* * *

Я никогда не жаловалась на выдержку, однако сегодня благоразумие меня чуть не оставило. Признаться, сначала я решила, что мне послышалось – с недосыпа много чего мерещится. Пристальные взгляды парней, вставших из-за стола, сомнений не оставили. Папочка это сделал.

Нарочно, черт возьми, представил меня их куратором именно в тот момент, когда я выгляжу поганей всего – это раз! Растрепанная, сонная, ненакрашенная, в широких братовских джинсах (ночевала я у него, пришлось грабить на предмет нормальной одежды, не в костюме же ехать)! Абсолютно непрезентабельная личность, в общем.

Более того, папандр, кажется, обеспечил мне проблемы на работе – это два! Ведущим мастером я не была, такой должности в «Кларитэ» в принципе не существовало, значит, ее создали специально под меня и совсем недавно. Привет, сплетни и дрязги, давно не виделись!

И третье, возмутившее меня до предела – срок стажировки! Отец ни словом не обмолвился, что эти…эти…инородные элементы здесь застрянут на месяц! Целый, плесень им в глотку, месяц! Что мне с ними делать все это время?! Да я максимум на неделю мучений рассчитывала!

– Папа, какого…

– Цыц, – оборвал меня наш великий и непогрешимый и, схватив за руку, потащил в другой конец коридора. Ключом отпер кабинет, зашел, осмотрелся, затащил меня, запер дверь изнутри… – Пять минут. После я уезжаю.

Как всегда. Вот и ругайся с отцом после этого. Я моментально собрал мысли в кучу и выдала наиболее тревожные.

– Что мне, блин, с ними делать целый месяц?! Папа, если бы ты сразу обозначил срок, я бы тебе другие имена назвала! Эта…банда – они же неуправляемые вообще!

– Справишься, я в тебя верю, – отец присел на кожаный диван и выдохнул, потирая виски. – И запомни, если все пойдет, как планировалось – а ты знаешь, что мои планы чаще сбываются, чем нет, – они здесь не дольше, чем на две недели. В середине сентября все должно завершиться.

– Поменяй мне хотя бы одного! – я заныла, прекрасно помня, что папочка не выносит такой тон. – Возьми себе Станислава или Борея!

– Нет, дочь, кого выбрала, с теми и работай. Неси ответственность, так сказать. – Папа, этот всегда серьезный важный мужик с сединой на висках – вы представляете?! – вдруг показал мне язык и по-молодецки энергично вскочил с дивана. – Да, чуть не забыл. В досье была ошибка, все четверо, кого мы берем на стажировку, внуки Едигара. Будь аккуратнее со словами. Удачи!

И сбежал! Позорно ретировался с места, оставив меня беззвучно ругаться и топать ногами от бессилия!

В столовую я возвратилась минут через пятнадцать, когда цензурно и не очень выразила все свое неудовольствие этому миру. Мир в ответ смолчал, явно приготовив новую пакость. У дверей комнаты я остановилась, собираясь с духом, и… В конце концов, не подумал о лишних ушах – сам дурак, верно?

– Думай, что говоришь! Подчиняться какой-то пигалице я не собираюсь! Я лучший ученик Верховного! – рычал с едва уловимым акцентом один из моих подопечных. Знать бы, кто…

– Остынь, брат. Мы все здесь ученики Верховного, если не забыл. – О, а вот и миротворец. Судя по голосу, это кто-то из старших. Ренат или Борей?

– Р-р-родственнички…

– Да ладно вам лаяться, прикольно же! Целый месяц свободы! Как думаете, у них есть нормальные клубы? – Звонкоголосый Аслан. Ну надо же, не знала, что шаманам настолько мирское не чуждо. Будет тебе клуб, только помоги с братьями справиться.

– Тебе, мелкий, только бы развлекаться. – Хм, а этого я еще не слышала. Интересно, смогу ли по голосам сейчас различить? – Дед рекомендовал вести себя прилично. Это всех касается.

– Молчал бы, зануда…

Я фыркнула, разом скинув большую часть волнения. Оказалось, не такие уж спокойные и невозмутимые эти шаманята. Справимся. С этой мыслью я и вошла в столовую, расправив плечи и сияя улыбкой. Позитив, надо начать с позитива, как Сашка учил…

– Доброе утро еще раз. Меня зовут Агата, я ваш куратор на этот месяц. Предлагаю познакомиться еще раз и определить план на сегодня.

– Ренат, – окинув взглядом хмурых братцев, со вздохом представился самый старший и протянул мне руку.

Ренат Шарбаков. Прямой наследник Едигара и заместитель в «КАМ». Сорок один год, хотя выглядит моложе. Наверное, больше тридцати я бы не дала. Женат, двое детей. Как и дед, похож на медведя – такой же широкоплечий и кряжистый, с кустистыми бровями и будто высеченными из камня чертами лица. Седых волосы больше половины, волосы забраны в хвост из мелких косичек, но ему это, как ни странно, идет. Рукопожатие крепкое, но бережное. Повезло папандру с помощником…

– Борей. – Одарив меня презрительным взглядом, назвался моя будущий кошмар. И отвернулся, разглядывая туманный пейзаж за окном.

Борей Карагач. Сын старшей дочери Едигара. В «КАМ» отвечает за связи с общественностью, хотя я не представляю, как он это делает с таким-то мерзким характером. Тридцать два года, не женат. Коротко стриженный блондин восточно-модельной внешности. То есть высокий, жилистый и с гламурно-лошадиным лицом.

– Станислав, – дурашливо поклонился мне тот самый парень, который ухмылялся при встрече на вокзале.

Станислав Герет. Сын второй дочери Едигара, счастливо живущей с мужем в Германии. Как уж она отпустила ребенка в «дикую Сибирь», я не представляю. Но факт есть факт – Станислав жил в России в семье деда с семи лет. Сейчас ему около двадцати пяти. Пловец, стрелок, лингвист и еще много кто, судя по досье.

– Аслан, – застенчиво улыбаясь, подошел ко мне самый младший из стажеров. Я даже залюбовалась – такой милый ребенок. Ямочки на щеках, румянец, ресницы пушистые… Глаза только слишком проницательно смотрят.

Аслан Шарбаков, двоюродный брат Рената по отцу. Восемнадцать лет, музыкант, певец. Шаман не из сильнейших, зато с дополнительным даром, чем и привлек наше с Сашкой внимание. Мальчик умеет видеть сущности и сам их уничтожать, не прибегая к помощи духов. Неоднозначный персонаж.

– Очень рада знакомству, – я улыбнулась, отвечая Аслану, после чего села в полюбившееся мне кресло. – Итак, автобус приедет через тридцать пять минут. За это время вам предстоит собрать вещи, переодеться и получить сухпаек. Далее Рената мы закидываем в офис АВЕЙР, а с вами тремя едем в «Кларитэ». Сегодня подберем вам рабочую форму и заполним формуляры, потом экскурсия по рабочим маршрутам и небольшой тест.

– И мы свободны? На вечер планов нет? – саркастично усмехаясь, поинтересовался Борей.

– А кто вам сказал, что мы быстро закончим? – притворно удивилась я, наградив мужчину самым безмятежным взглядом, на какой была способна. Не забыть бы предупредить директора, чтобы нам заказ дали подальше да погрязнее… – Если других вопросов нет, до встречи через полчаса.

* * *

Директриса «Кларитэ» (назвать директоршей эту даму у меня язык не поворачивался) смотрела на меня изучающе, будто видела впервые, и с долей сочувствия в красивых зеленых глазах.

– Не надорвешься ли, Гата?

Стажеров прочно заняла Наденька, наша швея. Выяснилось, что мужских комплектов нужного размера на складе сейчас нет, потому придется или срочно шить, или перешивать из устаревшей «коллекции». Не рассчитывал наш клининг на таких здоровенных лбов, ну никак. Сашке-то спецзаказом форму провели. А все почему? Потому что мужики в нашей профессии – редкость. Зазорно им, видите ли, уборкой заниматься. Они все больше охотниками ходят, сталкеров изображают. На всю компанию, наверное, человек пять-шесть мужских особей наберется вместе с моим братом.

– Есть такое опасение, Оксан. Но ты же знаешь отца – если он решил, то спорить бесполезно.

Оксана, папина лучшая ученица, понимающе улыбнулась и, пошуршав чем-то в столе, вручила мне хрустящий бумажный пакетик.

– От Марка. Переживает за тебя парень.

Я обреченно вздохнула и закрыла глаза. Марк. Хилер, мать его. Как я могла забыть про хилеров?!

– Оксана, дай нам какой-нибудь заказ, а? Так, чтобы от города подальше и погрязнее. И «Шантарэль» предупредите, пусть хилеров эти две недели придержат. Еще нам лишних жертв не хватало…

Если ведьмаков, очищающих пространство от результатов человеческих эмоций, шаманы недолюбливают и считают бесполезными, то хилеров они просто не выносят. Потому как конкуренты, как мне папа объяснял. Хилеры не видят окружающую людей грязь, они не говорят с духами, не предвидят будущее и не могут заглянуть в прошлое. Они вообще мало чем отличаются от простых смертных, кроме одного.

Хилеры – целители человеческих душ. Они не дают угаснуть той незримой, необъяснимой, но чертовски важной для нас искре, которая дарит силы жить. И тем будят неукротимую зависть у шаманов старой школы, которые никакими ухищрениями не могут заставить пойти на поправку человека, который потерял надежду и решил, что ему пора на тот свет. А таких в наше неспокойное время, увы, очень много.

– Хорошо, будет вам заказ. Есть у меня «висяк», куда никто ехать не хочет, – постучав ноготками с французским маникюром, наконец, ответила Оксана и, заметив моя ликующий взгляд, пригрозила мне пальцем. – Но! Только через неделю, когда твои стажеры отработают по простейшим уровням сложности. Мне проблемы с Едигаром не нужны.

О том, что на практику в «Кларитэ» попали не простые шаманята, а целых четыре внука Верховного собственной персоной, она уже знала. Передавать реакцию не буду – ибо цензурными были только предлоги.

– Так. Хватай сегодня Майю, у Болконской возьмешь заказ на первый уровень. Вы там, кстати, с Сашкой уже были позавчера. – Директриса нахмурилась, вчитываясь в строки отчета на ноуте. – Офис этажом выше. Похоже, недоработали вы что-то, господа.

– Кстати, хотела тебе сказать – приставь к Болконской куратора. Эта коза нам дважды уровень сложности занизила в описании. – Не преминула наябедничать я. Потому как нечего протирать сиденье в диспетчерской, если мозгами шевелить не умеешь. От уровня сложности заказа зависит экипировка бригады. Ладно, мы с братом ко всему готовы – папочка натаскал. А если кто другой попадется?

– Проверю, – пообещала Оксана и отвлеклась на телефонный звонок. Услышав, кто именно посмел ее тревожить, тут же ткнула мне пальцем в дверь и отвернулась. Пришлось идти к диспетчерам.

Вверенные моим заботам «мальчики» обнаружились на складе. Я полюбовалась на их измученные лица – Наденька в своем стремлении сделать даже рабочую форму идеально сидящей по фигуре частенько увлекалась, и решила, что пора их спасать. Тем более, что угрюмые Станислав с Бореем очень уж подозрительно переглядывались, пока вокруг них порхала с английскими булавками в зубах наша швейная фея.

– Наденька, долго еще? Нам бы на вызов ехать. – Я привалилась к стене и подмигнула девушке.

Наденька охнула, посмотрела на часы, на ребят, снова на часы… И сокрушенно вздохнула.

– Идите, конечно. Завтра загляните только на полчасика раньше, я с рукавами закончу.

– Спасибо, Надя! Ты лучшая! Обязательно, как приедем, сначала к тебе. – Я едва удержалась, чтобы не показать моментально сникшим стажерам язык. – Идем, мальчики, карета подана.

Отчетливый зубной скрежет стал мне ответом. Так, глядишь, придется еще услуги стоматолога им оплачивать…

Часом спустя мы вырулили, наконец, из стихийно образовавшейся в центре города пробки и с ветерком домчались до обозначенного в заказе торгово-офисного центра с горделивым именем «Европа». Стеклянная громада насмешливо поблескивала на солнце.

– С этого момента, орлы, попрошу слушать меня и лишнюю инициативу не проявлять, – я закинула сумку с инструментами и притаившейся домовушкой на плечо и повернулась к вылезшим из Гетца стажерам.

Троица шаманят ответила мне недовольными взглядами. Ну, кто виноват, что они вымахали такие здоровые, а служебная машина рассчитана на двоих плюс рабочий инвентарь? Пришлось им втискиваться на заднее сидение, поскольку Майя категорически отказалась ехать рядом с чужаками и потребовала уместить ее пристанище рядом со мной. Или это выданная напоследок форма их так расстроила?

Наденька, памятуя о технике безопасности в нашем деле, подобрала «на первое время» моим подопечным три комплекта. Постиранных, выглаженных, прошедших спец. обработку, но все-таки б/у – с нашитыми инициалами сотрудников, на данный момент пребывающих в счастливом отпуске. Так, Станислав примерил форму моего братца, Аслану подошел комплект кого-то из близнецов, сейчас играющих с Сашкой в группе, а Борею…кхм… Борею Наденька вручила форму нашей директрисы, предварительно потребовав от меня дать клятву молчания и ни за что, даже под самыми жуткими пытками, не раскрывать парню, кто же таков этот «О.Р.». Среднего из моих стажеров наша швейная фея ощутимо боялась.

– Надеваем банданы, – подавая пример, я спрятала волосы под кипенно-белый платок так, чтобы снаружи не осталось ни одной пряди. – И идем. Нам нужен первый этаж, кабинет номер двенадцать.

– Агата, может быть, тебе…вам помочь? – Аслан, благодушнее всех настроенный, протянул руку, взглядом указывая на сумку. – Тяжелая же.

– Спасибо за предложение, – я благодарно улыбнулась под разъяренное шипение домовушки. – Но по технике безопасности инвентарь, увы, обязан носить старший по бригаде, независимо от пола. Готовы? Тогда заходим…

И мы зашли, миновав «карусельные» двери здания и бдительного старичка-консьержа, неодобрительно проводившего нас взглядом. А в дверях кабинета номер двенадцать столкнулись с той самой помощницей директора, которую вчера мы с братом приняли за парня. Девушка, так и оставшаяся для меня безымянной, приветливо улыбнулась, скользнула взглядом дальше, наткнулась на шаманят и…как-то сразу сникла. Быстро пробормотала нечто среднее между извинением и прощание и сбежала. Жаль, я не придала этому моменту значения, занятая своими мыслями. Глядишь, многих трудностей потом сумели бы избежать.

Глава 8. Инцидент в Европе

Пока я раскланивалась с хозяйкой офиса, объясняя ей про причитающиеся заказчикам бонусы в кофейне «Шантарэль», сопровождающие меня мужчины рассредоточились по помещению, на мой взгляд, совершенно беззаботно (и непрофессионально!) прикасаясь к предметам обстановки.

– Руки убрали! – шикнула я на них, едва бизнес-леди скрылась за дверью. Подчинились, пусть и неохотно. Стоят, смотрят. – За инструктаж по технике безопасности вы расписывались, неужели ничего не уловили?

– Там говорилось про униформу и чистку инвентаря, но никак не про исследование помещений, если вы, девушка, сами не помните. – Язвительно ответил Борей, впрочем, руки спрятав в карманы.

А я именно в этот момент осознала, что не представляю, как с ними работать. Ведь они же не видят заразу, густой грязно-желтой ячеистой сетью налипшую на потолок и часть мебелировки офиса! Черт, да им подцепить энергетического паразита тут – раз плюнуть!

– Так… Раз у нас с вами первый выезд на стажировке, давайте договоримся, – я взяла себя в руки, загнав волнение поглубже. Потом папе все выскажу. Потом. Сейчас же… Я быстро оглядела средних размеров комнатку, на очистку которой по договору мне отводился час.

Светлая, просторная приемная со столиком-стойкой для администратора отделена от основной части офиса разрисованной ширмой наподобие тех, что мелькают в фильмах о старой Японии. Стены отделаны фигурной штукатуркой теплого песочного цвета с золотистыми вкраплениями. Красиво, не спорю, но крайне усложняет работу подобным мне. На потолке цветочный орнамент, на полу – ребристый ламинат под черное дерево – премиум-класс, очередная «новинка» в нашем городе. Справа у окна – чайный столик с низким диванчиком. Слева на небольшом возвышении – массажный стол, за ним стеллаж с флаконами масел и прочих полезных в этом ремесле штук. Штора, закрывающая клиента от чужих взглядов, на данный момент снята – вон, лежит атласной кучей на полу.

Проблема та же, что и у ребят этажом ниже. Зависть, самое едкое из негативных чувств. Ее следы, хоть и не так явно закрепившиеся в этом чистеньком, но несуразном по оформлению месте, заставили меня брезгливо сморщиться. Удалять следы зависти сложнее всего. С Сашкой мы бы в час уложились, а вот с этими господами из далекой Сибири…

– Ты что-то видишь, да? – Аслан заметил мои гримасы и тоже начал крутить головой, усиленно щурясь. Станислав и Борей, хмуро переглянувшись, закрыли глаза. Хм, хотят с помощью своих духов увидеть паразита?

– Я – вижу. А ты? – Насколько я помню, в досье упоминалось, что парень обладает смежным даром. Интересно, насколько сильным. Старшие тут же уставились на него в ожидании ответа.

Парень прикусил губу и неуверенно махнул в сторону чайного столика.

– Там что-то не так. Какое-то марево, как от земли в жару идет.

– Ты можешь различить его цвет?

– Н-нет. – Аслан виновато посмотрел на меня и вздохнул. – Только то, что оно есть. Сильнее всего над диваном, затем стол, посуда на нем и стена.

– Молодец, это уже неплохо. Первый уровень не все могут видеть четко, это нормально. – Старания нужно поощрять. Тем более, что зону самого сильного загрязнения он определил верно. Завистница, скорее всего, держит свои чувства в секрете. Судя по засиженности места, она, небось, еще и подружкой хозяйке прикидывается. Я повернулась к старшим братьям Аслана. – А вы? Чувствуете что-нибудь? Извиняюсь заранее за глупые вопросы, я ни разу не видела шаманов в действии.

– Мы не можем видеть, как Аслан, – соизволил ответить Станислав. Видимо, замечание насчет грозящей им опасности заражения сделало свое дело. – Но присутствие чуждой энергии ощущаем.

– Отличный расклад, – я сплела пальцы в замок, пытаясь найти выход.

Если от младшего из троицы хоть какой-то толк будет, то старшие просто балласт. И, судя по лицам, сами это понимают. В чем смысл этой стажировки, хотела бы я знать? Они увидят только механические действия, но не поймут, с чем именно я «сражаюсь». Ощущения для них не настолько яркие, чтобы вовремя реагировать – я видела, как Борей влез пятерней в грязное пятно и даже не поморщился. Надо, кстати, обработать…

– Так. Предлагаю на сегодня следующий расклад. Я и Аслан чистим офис от грязи энергетической, вы – от реальной. Ну, пыль там протереть, жвачку от стульев отскрести, окно помыть. – Поймав возмущенные взгляды старших, я нервно дернулась и затараторила, выставив руки перед собой. – Понимаю, вам не по статусу, но иначе мы просто не уложимся в срок, неустойку придется платить из собственного кармана всем четверым. После возвращаемся в офис и обсуждаем ваши впечатления и ощущения. Станислав, – я раскрыла сумку и вытащила две упаковки стерильных перчаток. Бросила одну черноволосому шаману. – Надевай. Зависть, конечно, не очень опасна в том виде, как она тут расползлась, но все равно приятного мало, если подцепишь. Борей, подойди, пожалуйста.

Блондин, уже начавший потихоньку расчесывать ладонь, нехотя приблизился и изумленно охнул, когда из раскрытой сумки выпорхнула Майя. Домовушку шаманята разглядели без проблем, на то она и дух-помощник. Конечно, во время инструктажа Оксана мельком коснулась этой темы, чтобы, упаси боги, развеять нашу полезную нечисть не вздумали. Однако легкого остолбенения и восхищения Майя добилась.

– Майя, это мои стажеры. Стажеры, это Майя, мой дух-помощник. Проследи, чтобы старшие не влезли никуда, – попросила я домовушку и чуть ли не с головой влезла в сумку. Наконец, нащупав в недрах этого баула флакон с полынным настоем, взяла Борея за запястье и щедро плеснула на запачканную ладонь необходимым составом. Как только последняя ниточка желтой «паутины» испарилась, оторопевший шаман получил свою пару перчаток. – Надевай, и будь осмотрительнее в следующий раз. Через неделю мы поедем на заказ более высокой сложности. Там простым зудом не отделаешься.

Все шло прекрасно. Аслан вполне освоился с нашими инструментами и вовсю орудовал щетками и пульверизатором с заряженной водой. Все-таки его сдвоенный дар сильно облегчал работу, а там, где способностей Аслана уже не хватало, включалась в работу я. Майя на правах более опытной гоняла Станислава с Бореем. Те огрызались, чернявый шаман ехидничал, но при этом работа у них спорилась…

Мы чуть-чуть не успели. Ключ в дверях повернулся, когда физически офис блестел и сверкал – Станислав с Бореем, несмотря на вполне оправданное недовольство порученной им задачей, справились на отлично. А вот энергетически… Аслан только-только закончил счищать специальным скребком «паутину», которую мне предстояло уничтожить. И видеть ЭТОТ процесс заказчице совсем не нужно.

– Отвлеки ее, пожалуйста, – я перехватила руку юноши и аккуратно забрала скребок, покачав головой в ответ на его взволнованный взгляд. – Уведи в коридор. Мне нужно ровно пять минут.

– Я сделаю, – неожиданно вызвался Борей. Бросив на пол перчатки, он схватил со стеллажа какой-то флакончик и вышел в приемную. Извинился, задал какой-то вопрос…

– Май, – шепотом позвала я домовушку. – Уложите сумку.

– Не отвлекайся, – грубовато посоветовал мне Станислав и поманил к себе Аслана. – Отойди, малой, не мешай ведьме работать.

Кого он ведьмой назвал?! Меня?! Ах, ты ж… Раздражение, вопреки обычаю, помогло сосредоточиться. Я смахнула на посеребренный совочек неопрятный комок «ниток» грязно-желтого цвета, достала из кармана на фартуке свою зажигалку. Огонек весело запрыгал над сложенными щепотью пальцами, мигнул, сменив цвет с рыжего на синий, и тяжелой каплей упал на парализованную сущность. Тонкий оглушающий визг ударяет по ушам, вверх вырывается облако густого дыма, которого в принципе не должно быть – прямо в лицо, перед глазами крутятся черные точки…

– Гата! – перепуганно кричит где-то в стороне Майя…

– Вот дрянь, – успела выдохнуть я и рухнула вниз, прямо на корчащуюся в пламени пакость. Самоубийственное действие, знаю…

Упасть до конца мне не дали. Поймали на излете, как говорится, с силой дернули в сторону за рукав рубашки и уже потом осторожно уложили на что-то умеренно мягкое. Точно не на пол.

– Встать сможешь? – недовольно интересуется Станислав, чье лицо медленно, но неотвратимо проступает сквозь расплывчатую пелену перед глазами.

– Угу. Как Майя?

– В сумке сидит. А что?

– Ничего. Помоги встать. – На вежливость сил просто не хватило.

Из кабинета мы вывалились с чернявым в обнимку. Аслан шел следом и нес сумку. Майке пришлось задвинуть в сторону гордость и позволить чужакам тащить ее ценную тушку. Ибо я была просто не в состоянии, себя бы на ногах удержать.

– Фаина Аркадьевна, принимайте работу, – я шагнула к заказчице, мило беседующей с Бореем, и чудом не упала.

– Ой, спасибо, ребятушки! – всплеснула руками дама и, заглянув в свой кабинет, радостно улыбнулась. Даже заходить внутрь не стала, тут же подписала нужные бумаги. – А как свежо-то стало! Обязательно Оксаночке позвоню и за вас словечко замолвлю.

На том и разошлись. Хозяйка, наконец, скрылась за дверью. А я, сделав еще пару шагов, сползла по стенке, ощущая себя так, будто из тела все кости вынули. Гарри Поттер с проделками эльфа-доброхота отдыхает.

– Что с ней? – над головой переговаривались шаманята, встав так, чтобы закрыть меня от чужих взглядом.

– Понятия не имею. Подожгла ту дрянь, которую Аслан собрал, и упала почти сразу.

– Мелкий, ты что-то видел?

– Нет, я отвлекся на другое, – а в голосе столько раздражения, с ума сойти. Хотя я бы тоже не радовалась, зови меня Сашка мелкой да малой. Повезло мне с братом…

– До машины дойти поможете? – сиплю с пола, надеясь, что услышат.

Услышали. Кто-то молча вздернул на ноги, крепкой рукой приобнял за плечи и потащил вперед. Я вяло шевелила ногами, больше занятая другой проблемой – как бы остаться в сознании. На мужское самоуправство – моя «опора» бесцеремонно вытащила ключи от машины из кармана моих же брюк – внимания не обратила даже.

– Лучше?

Меня уложили на заднее сиденье и щедро обрызгали водой. Полагаю, из рабочего пульверизатора. Вот и славно. Головокружение слегка отступило. Я открыла глаза, кивнула и нащупала в кармане мобильный. Нажать единичку (слава богам, на моем телефоне кнопки, а не голый сенсор!), куда занесен один из трех номеров, которые я помню наизусть. Дождаться, пока абонент возьмет трубку…

– Гата, что-то срочное?

– Сашка, – голос звучит жалко и хрипло, аж стыдно за собственную слабость. – Саш, забери меня.

На этом сознание решило, что с него хватит, и отключилось. Бедные шаманята, вот уж им не повезло в первый же день стажировки…

* * *

– Ренат, что скажешь? Александр взаимодействует с заказчиком уже не первый месяц. Обычному человеку такие настои требуются в меньших количествах. Тут же объем на целую роту.

Дмитрий Васильевич с интересом смотрел на старшего из внуков верховного шамана. Мужчина, осторожно принюхивающийся к содержимому стеклянных флаконов, был младше ведьмака всего-то на семь лет. Курс деда на примирение с другими Видящими поддерживал всецело, собственных детей воспитывал в том же ключе. Мир полон гармонии, а значит, ничего и никого лишнего в нем нет. Жаль, очень жаль, что эта светлая мысль для многих его «коллег» по дару была не очевидна.

– Отец, я… – дверь распахнулась, впустив в кабинет гордость и будущее рода Перовых – Александра свет Дмитриевича. По особой просьбе родителя – причесанного, опрятно одетого и делового, потому крайне недовольного.

– Александр, Ренат, будьте знакомы. – Ведьмак взмахом руки остановил сына и благожелательно улыбнулся шаману, который на звук чужого голоса резко обернулся.

– Добрый день, – небрежно кивнул Ренату молодой человек и снова повернулся к хозяину кабинета. – Так вот, отец…

– Александр, где твои манеры? – обманчиво спокойно поинтересовался Перов-старший и мысленно выругался. Характером детки – что старший, что младшая – пошли в него. – Ренат Гавирилович…

– Будет твоим ассистентом на время стажировки, – закончил фразу Сашка и недовольно тряхнул головой. – Я знаю, Агата уже звонила. Отец, дай договорить!

– Саша! – прикрикнул главный ведьмак, раздосадованный хамским поведением сына.

– Дмитрий Васильевич, все в порядке, – со смешком остановил приближающуюся бурю Ренат. – Мы знакомы с Александром, причем уже несколько лет. Ваш наследник – талантливый травник.

– Секреты от отца, значит, да? – вздохнул Перов и с укоризной посмотрел на сына. Тот фыркнул и пожал плечами.

– Познакомились на Алтайской конференции, – все-таки решил внести ясность Саша. – Оба были докладчиками. Все? Теперь я могу сказать?

– Говори уж, – Дмитрий Васильевич сел в кресло. – Ну?

– Только что прислали еще один заказ. На этот раз седативный, причем из разряда запрещенных.

Перечень запрещенных снадобий содержал около семисот наименований, с каждым годом подрастая еще на два-три пункта. Яды, лекарственные смеси, вызывающие привыкание, настои, опасные для здоровья Видящих, но безопасные для людей, и наоборот. Для «своих» охотников и бойцов АВЕЙР делал исключение на часть этого списка. Так, у имеющих особое разрешение травников ведьмаки могли заказать средства тонизирующие, подстегивающие регенерацию, усиливающие способности, парализующие и так далее, вплоть до некоторых ядов. В какой-то момент Сашка, в травах смыслящий вполне сносно, изъявил желание получить такую лицензию. Отец не стал возражать, тем более, что о личности травника заказчику данные не давались. Работали ребята под номерами и псевдонимами. И, судя по обратившемуся к Сашке «клиенту», который и не думал куда-то исчезать, инкогнито зельевара раскрыть не удалось.

– На основе каких трав нужно изготовить состав? – Ренат поочередно коснулся пальцем каждого из выставленных на столе образцов и повернулся к Сашке.

– Вьющийся пион, – последовал быстрый ответ.

Сибиряк хмыкнул и плавно, неслышно приблизился к травнику. Заглянул парню в глаза, поправил блескучую серьгу в ухе. В этот момент Перов-старший понял, что встречаться в поединке с преемником Едигара он бы не хотел. Громоздкий, тяжелый с виду, Ренат Шебраков своими повадками походил на медведя. Те тоже обманчивое впечатление создают.

– А еще? Что еще он попросил добавить? Из-за простенького пионового настоя ты бы не примчался. – Разгадать маневр молодого человека шаману оказалось несложно. Кому, как не ему, знать, что пион эффективнее действует в виде эфирного масла, а не заваренной-переваренной травы. Другой вопрос, на что Александр намекает таким нетривиальным способом. Сашка, встретившись с коллегой взглядом, только ухмыльнулся и промолчал.

Ренат задумался, так и оставшись стоять напротив сына ведьмака. Для ведьмаков пион в умеренных дозах не страшен и работает как легкое успокоительное, наподобие ромашкового чая. С чем нужно его смешать, чтобы получить настолько убойную седативную штуку, которая попадет в запрещенный список снадобий? Неужели…

– Вижу, ты догадался, – Сашка правильно расценил гримасу, искривившую лицо шамана, и невесело улыбнулся. – Проблема в том, что эта трава в нашем регионе не растет. Раньше находили в пограничном округе, но сейчас я не уверен, что она там есть. Заменить эту дрянь чем-то похожим я не могу – эффект не тот будет, да и внешне настойка станет отличаться по цвету и консистенции.

– Отказаться?

– Не вариант. Он найдет другого поставщика, и мы его упустим. – Досадливо цыкнул Сашка и спросил. – Получилось понять, чего он добивается?

– Есть некоторые подозрения. Но многое зависит от того, кому предназначены эти «лекарства». Людям или Видящим, женщинам или мужчинам, взрослым или детям.

– Паршивый расклад, – Сашка посмотрел на отца. – Видимо, мне и правда придется покинуть город на некоторое время.

– Езжай. Кого с собой возьмешь?

– Всех, кроме Ивана и новенькой. Присмотри за Агатой, чтобы не учудила ничего. Ренат, удачи.

Увы, сестрица успела найти проблемы еще до того, как Сашка уехал из города. Скрипач как раз объяснял товарищам по сцене, почему они отменяют несколько концертов и переносят гастроли на месяц, когда зажужжал телефон. Ведьмак шикнул на гневно пыхтящую вокалистку и принял звонок.

– Гата, что-то срочное? – сдержать раздражение все-таки не удалось. Слишком сильно разозлило мужчину нытье певицы, возомнившей себя центром группы.

– Сашка, Саш, забери меня! – прошептали на том конце. Голос сестры вдруг смолк, послышался звук глухого удара, как будто мобильник упал на что-то мягкое.

– Гата? Гата, алло! – Нехорошее предчувствие окатило Сашку ледяной волной. В динамике зашуршало, взвизгнула Майя и…звонок оборвался.

Перов-младший непечатно высказался о порченом везении некоторых девчонок и набрал директора «Кларитэ». Судя по времени, Агата должна еще быть со стажерами. Осталось выяснить, где.

– Оксана? Гата еще не вернулась? А стажеры? Тоже нет? Отлично. Куда отправились? В «Европу», значит… Ну, спасибо. Выручила. – Сашка повернулся к ребятам из группы, нашел взглядом пиротехников и кивнул. – Костик, поедешь за рулем. Светка, захвати аптечку. Мало ли. Остальные свободны. Как приеду, договорим.

И вышел на улицу, хлопнув дверью. Следом, обогнув беззвучно разевающую рот Ангелину-Лилиэль, ушли пиротехники. С улицы послышался стрекот мотора, зашуршали по дорожке шины.

– Нет, вы это видели?! – Наконец, совладала с собой Лина и возмущенно уставилась на оставшихся музыкантов. – Как собакам! Кто он такой, чтобы командовать?!

– Лидер группы, – меланхолично ответил ей кто-то из близнецов (кажется, Роман – без инструментов девушка различала их с трудом) и подошел к столу, где были разложены партитуры. – Давай последнюю партию в новой песне повторим. Вернется – спросит.

– Лидер, значит, – прошипела госпожа Солнечная и топнула ножкой. – Еще посмотрим, кто тут будет распоряжаться…

Правда, на этот раз девушке пришлось смириться. А вернувшийся ближе к сумеркам скрипач отрывисто бросил, что на гастроли они-таки едут.

* * *

– Что за параноики, а! – Станислав еще раз попробовал снять блокировку с мобильного их куратора и раздраженно бросил аппарат на переднее сидение автомобиля. Устаревшая модель, которую выбрала для себя пребывающая в отключке девицы, подчиняться чужаку отказывалась. – Безуспешно. Там цифровой код, просто так не снять.

– Ну что, поздравляю нас, – Борей прищелкнул языком и, отодвинув Станислава от машины, заглянул в салон. Похлопал девушку по щекам, оттянул веко и вздохнул. – Обморок, притом глубокий.

– Может, вызвать «скорую»? – нерешительно предложил Аслан, из-за плеча старшего брата поглядывающий на Агату.

– Не стоит. Она кому-то успела дозвониться, – Станислав обошел Гетц и сел на водительское место. Побарабанил пальцами по рулю, затем, вспомнив о специализации старшего в их тройке, повернулся к блондину. – Борей, не в курсе, кто такой Сашка?

– В курсе, – Борей поморщился и снова вздохнул. Взъерошил и без того скособоченный после банданы «ежик» волос. – Брат ее родной. Наследник рода Перовых. И за сестричку он сначала бьет, потом разбирается. Аслан, соберись и вспомни, что там произошло?

– Ну, мы счищали паутину, потом она взяла совок, смела все в кучу, подожгла. И упала.

– Очень информативно, – с насмешкой «похвалил» младшего Станислав. – Куда смотрел-то, мелкий? Даже я видел, что от совка черный дым повалил, прямо ей в лицо. После этого девчонке поплохело.

– Станислав, тогда ты и расскажешь, – кивнул своим мыслям Борей и… бодрой походкой пошел в сторону шоссе, по которому они приехали на заказ.

– Эй, ты куда собрался? – средний из внуков шамана удивленно окликнул «дезертира».

– Подожду вас в кофейне. Шантарэль, кажется. – Борей все-таки оглянулся и, заметив непонимающие взгляды родственников, закатил глаза. – Вы что, не понимаете? Нас отправили на простейший заказ. Никаких проблем возникнуть не должно было – по крайней мере, не сейчас, пока дед еще здесь. Братец у нее бешеный. Первый вывод, который придет в голову, будет решающим.

– Ты считаешь, он обвинит нас? – испуганно уточнил Аслан. – Но мы же ничего не делали! Вы двое вообще полы мыли!

– Вот и объяснишь это ведьмаку, когда он примчится, – снисходительно улыбнулся парню Борей и пошел дальше, бросив через плечо. – Только Славочку между собой и этим Сашей поставить не забудь. Он у нас парень опытный, драк не боится.

– Крыс-с-с-са, – Станислав выскочил из машины, в бешенстве сжимая кулаки. – Вечно чужими спинами прикрывается!

– Сла…

– Не зови меня так! – прикрикнул на растерянного брата Станислав и выдохнул сквозь сжатые зубы. Зажмурился, досчитал до десяти и уже более спокойным тоном продолжил. – Зайди в здание. Борей прав, про наследника Перова дурная слава ходит. А тебе еще лицом торговать.

– Но как же… А ты? Может, я останусь, а? Вдвоем легче справиться. – Аслан выглядел совершенно потерянным. Заботливый какой выискался, презрительно подумал Станислав и несильно толкнул брата в спину. Борей совершенно прав, мелкому одного удара ведьмака хватит, чтобы в больницу загреметь. Пусть отсидится лучше, целее будет.

– Пош-ш-шел! Увидишь, что я не справляюсь, звони Ренату. Сам не лезь. Дед с нас шкуру спустит, если с тобой что-то случится.

Аслан подозрительно шмыгнул носом, обиженно посмотрел на лежащую в машине девушку и нарочито медленно (гордый какой, дурень!) побрел к дверям в офисный центр. Впрочем, когда на парковку с диким ревом и свистом влетел темно-синий внедорожник, парень перешел на бег и успел-таки забежать внутрь до того, как из машины выскочили «коллеги» Агаты, ведомые ее главным защитником.

– Спокойно, спокойно! Здесь ваша ведьма, целая и невредимая! – Станислав вскинул руки и отошел подальше от машины, справедливо оценив надвигающуюся на него угрозу в лице рослого «богатыря» в потертых джинсах и камуфляжной майке.

– Еще раз так назовешь – без зубов оставлю, – ласково пообещал шаману Сашка и, подбежав к открытому Гетцу, поднял сестру на руки. Подумав, кивнул замершим рядом с ним помощникам и повернулся к чужаку. – Садись. За нами поедешь. Костя, проследи.

«Кажется, повезло» – перевел дух Станислав и покорно залез в рабочий транспорт сотрудников клининга. Сумка с инструментами, которую Аслан ставил вперед, вдруг взлетела и свалилась на сиденье рядом с ним. Похоже, домовушка решила тоже проследить за подозреваемым, невесело подумал парень и уставился в окно.

– Куда остальные делись? – выруливая с парковки, поинтересовался водитель, тот самый мужик, который встречал делегацию на вокзале вместо с девчонкой.

– Решили прогуляться, пока я ведьму для вас сторожу, – беспечным голосом ответил Станислав.

– С первого раза не понимаешь? – неприятно усмехнулся ведьмак и прибавил скорость. – Смотри, при Перовых не брякни. Точно зубов лишишься.

– Не понимаю, в чем проблема. – Шаман нахмурился. Что не так? – Ведьмак и ведьма – разве не одно и то же?

– Сразу видно, не местный, – хмыкнул Костик и пустился в объяснения. Ехать предстояло за город, в «Радугу», где сейчас общался с оставшимися делегатами Дмитрий Васильевич. – Сказки-то в детстве не читал?

– Читал, да видимо, не те. – Внук шамана искоса взглянул в зеркало дальнего вида и расслабился. Он до последнего опасался, что Аслан, как и многие его сверстники, возомнит себя героем и помчится выручать родственничка из лап «врага». Повезло. Братец оказался не так туп, как другие.

– Ведьмаки и ведьмы схожи в одном – они все принадлежат к Видящим. Но ведьмы силу тянут извне – из собственных владений и особых ритуалов. Ведьмаки раньше на этих гадин облавы устраивали, когда бабы совсем черту пересекали. АВЕЙР нашел, как приструнить излишне властных дамочек, гонения на ведьм кончились…

– Но осадочек остался, – понятливо кивнул Станислав и прикрыл глаза. – Спасибо, мы не знали таких тонкостей. Передам остальным.

– Что у вас там приключилось-то? – Костик с интересом разглядывал пассажира. Разумный парнишка, чем он Гате не угодил? С первого взгляда озлилась именно на этого!

– Потом при всех расскажу, мы толком не поняли.

«Все» собрались в давешней столовой. Были там и главный ведьмак с дедом Станислава, и Ренат, и непонятно как добравшиеся Борей с Асланом. Бледный Сашка уложил сестру на стол, рывком стянул с нее обувь, вспорол униформу клининга, распахнув рубашку до высокой девичьей груди. Младший из шаманов сдавленно охнул и отвернулся, пунцовый как вареный рак. Остальные, более спокойно относящиеся к женской наготе, вытянули шеи в попытке рассмотреть, что так напугало наследника Перова – и слаженно отшатнулись.

Затянувшийся обморок Агаты имел крайне неприятную причину. От ямочки над ключицами вниз по белой коже девушки прямо на глазах свидетелей вспухали друг за другом безобразные водянистые пузыри, окруженные тонкой багровой каймой.

Отец девушки грязно выругался и вышел из комнаты, на ходу шепнув что-то Едигару. Тот кивнул и перевел взгляд на Рената. Преемник Верховного шамана вихрем вымелся за дверь и вернулся спустя пару минут, таща за собой дедов рюкзак.

– Борей, бери братьев. Расскажете Дмитрию все по порядку, – распорядился Едигар, закатывая рукава своего одеяния. Мужчина, привезший Станислава, тут же распахнул дверь столовой и выжидательно уставился на стажеров. – Александр, будешь нашими глазами.

Осунувшийся ведьмак что-то буркнул и сел на стул рядом с безвольным телом сестры. Взял ее за запястье, закрыл глаза…

Константин закрыл дверь и хмуро воззрился на троицу шаманят.

– Что встали? Дмитрий Васильевич ждет вас.

– А… – Аслан съежился под яростным взглядом ведьмака, но все-таки задал вопрос, мучавший сейчас каждого из братьев. – Что с ней? Это опасно?

– Ожог и отравление. Мы едва успели. – Скупо ответил мужчина и, развернувшись, зашагал вперед по пустынному коридору гостиничного комплекса.

– Поздравляю с отличным началом стажировки, братцы, – скривив губы в подобии улыбки, тихо сказал Борей и степенно двинулся следом за их провожатым.

Глава 9. «Привет, болезная!»

Из всех оттенков зеленого самый отвратительный, на мой скромный взгляд, тот, что используют в больницах. Мертвый, склизкий, унылый. Даже думать о нем противно, не то, что видеть каждый день! А мне, по настоянию врачей, придется терпеть эту гадкую зелень еще неделю! Как тут не начать беситься? Вот и я считаю, что никак.

– Гаточка, к тебе пришли! – радостно оскалилась в дверном проеме Анна Сергеевна, местная разновидность надсмотрщика и садиста в одном лице. Очень уж болючие уколы ставила, зараза, да с таким блеском в глазах нездоровым…

Пришлось вставать и, натянув резиновые тапки на шерстяной носок (холодно тут – жуть!), шлепать пешочком на первый этаж, к посетителям. И плевать, что папа с Сашкой устроили меня в платную палату – одноместную и с чайником электрическим на подоконнике, если в переводе на человеческий язык. Попытки родных прорваться ко мне Анна Сергеевна категорично пресекала зычным окриком «Не положено». Эхо потом по коридорам гуляло, пугая соседок по отделению…

– Гатка! Ты как, малыш? – златокудрый смерч в лице моего брата подхватил, закружил. Так и дотащил до скамейки на руках под умиленными взглядами персонала и завистливыми – других пациенток.

– Сань, отпусти, – я зашипела, пытаясь сползти на соседнее с ним место. Ну где это видано! Я уже не мелюзга, чтобы у старшего братика на коленках сидеть по поводу и без! Поймут еще не так, потом сплетни поползут… Народ у нас любит языком почесать.

Неохотно, но отпустил. Так-то лучше, а то устроил тут спектакль со мной в главной роли! Недовольно поднимаю взгляд на брата и… Раздражение сдувается, как дырявый воздушный шарик. Смотрит, бедняга, как пес побитый, под глазами черные круги, весь осунулся, щетиной зарос, кудри нечесанные, футболка – из той партии, что какая-то из бывших ему подарила. Значит, все чистые уже извел, дома не ночевал. Неужели тут дежурил?!

– Сашка… Ты когда спал нормально последний раз?

– На том свете отосплюсь, – шутит неловко, улыбается. – Ты как, мелкая? Ну и напугала ты меня…

– Если бы только тебя, – я невольно вспоминаю события недельной давности и тяжело вздыхаю. Я страдала, что мне коварно всучили трех шаманят сроком на целый месяц? Дурой была. Уж лучше с ними нянчиться, чем еще семь дней тут торчать.

– Я тебе гостинец принес, – вдруг подмигивает Сашка и….Да! Сбылась мечта голодного обитателя больницы! Вожделенный запах пробивается даже сквозь якобы вакуумную упаковку, намекая на райское наслаждение. – Марк расстарался, всех поваров в Шантарэли загонял.

– Спасибо! – Перов-младший расцелован в обе небритые щеки с наказом половину благодарности передать Марку. От последнего заявления братца слегка перекосило, чем я и решаюсь воспользоваться, дабы вытянуть хоть какие-то крохи информации. – Что там с моим делом? Какой псих так топорно работает?

– Любопытная какая, – Сашка усмехнулся и щелкнул меня по лбу. – Выпишут – тогда расскажу.

– Ну Сашка-а-а-а-а! Я с ума здесь сойду еще семь дней торчать! Уважь желание узника!

– Как семь дней? – Братец обеспокоенно хмурится и еще раз осматривает меня с ног до головы. – Тебе что, хуже стало?

– Нет, нормально со мной все. Даже шрамов не осталось. Просто зав. отделением – жадная крыса! Для профилактики он меня подержать решил, видите ли.

Еще бы, кому охота расставаться с таким источником дохода, как дочка самого председателя АВЕЙР? Ведьмаки болеют крайне редко, а лечить нас – дело сложное. Анализы в обычную лабораторию не сдашь, стандартные схемы лечения не действуют, абы с кем в палату не положишь, потому как больной ведьмак – пациент вредный во всех смыслах. Силы в бессознательном состоянии (во сне в том числе) на себя тянет отовсюду, в том числе и из несчастных с соседних коек. Так что папочке, решившему в кои-то веки сбагрить меня лечиться в стационарном режиме, пришлось изрядно потратиться. Палата, частная биохимическая лаборатория, ежедневная оплата подзарядки защитного экрана, отделяющего мои «покои» от других больных…

– Хм. В палате что-нибудь ценное осталось? – Сашка смотрит, хитро щурясь.

– Н-нет. – Жгучая волна ликования зарождается где-то внутри, грозясь совершенно неприлично выдать наши с братцем планы окружающим.

– Тогда пошли, прогуляемся. Тепло на улице, ты вроде не на постельном режиме… – И под неодобрительным взглядом дежурной брат повел меня гулять. А что? Он родственник, я практически здорова… Само собой, обратно в недружелюбное заведение с мерзкими стенами меня не вернули, беззастенчиво закинув мое восторженно вопящее тельце на заднее сиденье родного Гетца. И контейнер с медовыми гостинцами от Марка любезный брат тоже не забыл туда подбросить. Чтобы не скучала, наверное, пока будем ехать в его берлогу. Не домой же к родителям!

* * *

Перов-младший поглядывал в зеркало и криво усмехался. Мелкая с такой жадностью накинулась на медовые пряники, что возникал вопрос, а кормили ли ее вообще в больнице? Внешний облик Агаты вселял серьезные сомнения по этому поводу. Сестрица здорово похудела, посерела как-то даже. Воробей воробьем, ни следа от яркой и наглой ведьмачки, которая при желании парой фраз доводила окружающих до бешенства. Даже не верится, что спасти ее удалось лишь чудом. И имя ему – Едигар, Верховный шаман.

Агата зашуршала пакетом, выискивая в его недрах еще один пряник, а перед глазами Сашки словно в замедленной съемке мелькали события того злополучного дня. Вот трех недовольных и растерянных братцев-СФОшников выставляют из комнаты под благовидным предлогом – парни, очевидно, все еще не понимают, что произошло с их куратором. Вот Ренат споро раскладывает свой чемодан – прямо на полу, не чинясь, смешивает в глиняной чаше травы, шепчет особый наговор, не обращая внимания на свидетелей. Кто-то – взгляд не останавливается на вошедшем – приносит только что вскипевший, исходящий паром чайник. Плещется о стенки чаши вода, с тихим шелестом обнимая травяную пыль.

Едигар, закрыв глаза, водит руками над Агатой, что-то напевая вполголоса. Слетают теплые, солоноватые капли, росой оседая на девичьей коже – это Ренат, закончив приготовления, разбрызгивает получившийся отвар специальной кистью. Сашка не понимает, что за состав тот использует – ему в этот момент нет дела ни до профессиональной гордости, ни до банального любопытства. Перов-младший сидит впритирку к сестре и с нарастающим отчаянием ощущает лишь угасающий под его пальцами пульс. Смотрит, не отрываясь, на калейдоскоп пятен, стремительно разрастающихся в стороны по грудной клетке и животу молодой ведьмачки. И время, чертов мучитель, ползет со скоростью улитки, секунды превращая в часы.

Потом, когда следы аллергического ожога потускнеют, из жутких волдырей превратятся просто в подсохшие корочки, будто обведенные по контуру красной гелевой ручкой, Сашку мягко, но непреклонно оттащат от погруженной в восстановительный сон сестры. Ренат лично заварит младшему товарищу успокоительный сбор, а Верховный с легким налетом зависти посокрушается – мол, его бы внукам ценить и уважать друг друга так, как это вышло у детей Перова. Уже ближе к ночи, когда Агату со всеми предосторожностями разместят в спец. палате городского стационара, и выдернутый с отдыха семейный доктор Перовых подтвердит, что здоровью девушки более ничего не угрожает, отец непререкаемым тоном объявит наследнику о грядущей командировке под прикрытием в соседний регион. Настоящей, а не подставной, как планировалось раньше. Разумеется, только после того, как Агату выпишут из больницы и, предварительно обвесив защитными амулетами, отправят подальше от семейного гнезда. Пока же ее задачи по кураторству заезжих стажеров возьмет на себя старший брат – ибо перед Едигаром ведьмаки теперь в долгу, и оставить его внуков без присмотра в чуждой им сфере ну никак нельзя. Мало ли.

– Чем меня так зацепило, а, Саш? – Агата ловит взгляд брата в зеркале и криво усмехается. За неделю, проведенную в больничных стенах, ей так и не назвали диагноз. Более того, время между звонком брату после выхода из «Европы» и пробуждением в палате словно выпало из памяти девушки.

– Проклятие чужое поймала. На смерть. – Помявшись, Сашка все-таки отвечает. Смысл таить? Все равно же узнает.

– Да ладно? – Агата кривится, подозревая брата во лжи. – Сашка, я уже ловила такое, ты же помнишь. И ничего, никаких последствий. К тому же выглядит оно совсем иначе.

– В том и проблема, мелкая. Отец подозревает, что его ведьма накладывала. Сильная и незарегистрированная. Там по остаточному следу столько всего нашлось, аналитики все еще результаты собирают.

– Вот это новость, – сестрица удивленно округляет глаза, забывая даже про излюбленное лакомство. – Мало нам шаманов и предвыборной возни, так еще и ведьмы вылезли. Кто их охотников едет по следу?

– Я, – помявшись, сообщает Сашка. – Как тебя выпишут официально, так и уеду.

– Ну, хоть на том спасибо. А что со стажерами? Их уже отправили назад? Отец решил все свои дела?

– С чего бы им отправляться назад так рано? – Брат непонимающе смотрит на отражение мелкой в зеркале. – У них по документам стажировка сроком на тридцать дней. Истекло только девять. Я, конечно, подменил тебя на время больничного, но и только.

– Ну, папочка! – Агата злобно зашипела, резким движением смяв бумажный пакет от сладостей. – Он мне обещал, что через две недели – максимум через две! – они уберутся из нашего города! Выходит, соврал опять!

– Не понимаю, чего ты бесишься? Отличные ребята, кстати, своеобразные, конечно.

Тут молодой ведьмак не кривил душой. Присланные из сибирских лесов шаманята, как их с подачи Агаты между собой звали авейровцы, оказались вполне адекватными. И в плане работы – на несколько вызовов «Кларитэ» за эту неделю он успел с ними съездить, и в плане общения. С пониманием отнеслись к той нелепой драке, которую Сашка устроил, столкнувшись с ними в коридоре гостиницы тем злополучным вечером.

Отец с Верховным и Ренатом как раз повезли Агату в больницу, Константин отвлекся… Одуревший от беспокойства за сестру Сашка, налетев на гаденько ухмыляющегося своим мыслям блондина из троицы шамановских внучат, не сдержался. Вспомнилось все – и как смотрел этот хмырь на сестру – свысока, как на букашку какую-то, и как трусливо сбежал тогда с парковки, скинув всю ответственность на младших братьев, и как язвил, когда бессознательную Агату, закинув на стол, готовили к осмотру.

Растаскивали их в восемь рук. Сашку держали опомнившиеся пиротехники, смазливого блондинчика – подоспевшие на шум братья. К слову, драться Борей все-таки умел и несколько раз ощутимо приложил Сашку кулаком, так что поутру Дмитрий Васильевич Перов только молча осмотрел последствия незапланированных боев на лицах мужчин и рукой махнул. Потом уже успели и «мировую» выпить, и по душам поговорить.

– В общем, смирись, мелкая. Все равно другого куратора отец им давать отказался наотрез. – Тем более, что троица шаманят вроде как подрядилась в обмен на обучение свою бедовую «наставницу» охранять. Пока девушка лежала в больнице, братья по очереди дежурили около ее палаты и успели дважды засечь наведенные проклятья. Там же выяснилось, что в их силах чертову напасть обезвредить. Перова-старшего, равно как и самого Сашку, которому вскоре предстояло уехать из города, такой поворот устраивал. А значит, капризов Гаты никто слушать не станет.

Мелкая в ответ метнула разъяренный взгляд и молча ткнулась лбом в окно. В тот день с братом девушка больше не заговаривала.

* * *

Разумеется, отец узнал о моем побеге из больницы в тот же день. Как пить дать, зав. отделением пожаловался. Не знаю, каким чудом Сашка убедил папочку оставить все, как есть, но в итоге мне было дозволено остаться у брата. С двумя условиями – до конца прописанного врачом срока никаких ведьмаческих махинаций, а еще – ежедневные визиты в опостылевший больничный корпус на осмотр. Пришлось согласиться. Кто бы мог подумать, что и тут родственнички из лучших побуждений подложат мне такую свинью! Да не одну, а целых трех!

– Сашка! Какого чер-р-р-рта здесь происходит?! – Я ошалелым взглядом прошлась по двери кухни, где спрятались невесть как попавшие в квартиру шаманята – и повернулась к брату. Тот только что вернулся из аптеки, прервав процесс моего «приветствия» незваным гостям, и теперь растерянно замер на пороге. Картина маслом просто – растрепанная младшая сестра в коротких пижамных шортах и майке, у которой по костяшкам пальцев бегают симпатичные голубоватые огоньки – и три бледных СФОшника средней подпаленности, опасливо выглядывающих из-за приоткрытой двери.

– Гата, это для твоей же безопасности. – Сашка поднял руки перед собой и ласково мне улыбнулся. Это он так вину свою надеется искупить? Психолог недобитый! – И вообще, прекращай балаганить. Ведешь себя, как маленькая!

– Для безопасности?! А оставлять спящую сестру в одной квартире с тремя левыми мужиками – это, ты считаешь, безопасно?!

– Да ничего бы они тебе не сделали! – Сашка сердито фыркает и виновато косится в сторону насупленных шаманят. У Станислава подпалина на рукаве футболки, у Борея – красная полоса ожога на всю щеку. Один Аслан, лапушка, цел и невредим. А не надо таких сюрпризов по утрам мне устраивать!

Надо признать, это утро по степени отвратности превзошло все мыслимые пределы. Прекрасно зная, что после его целебных отваров я сплю беспробудным сном, Сашка заставил меня выпить вечером половину кувшина. Мол, для скорейшего восстановления и тэдэ. Просыпаюсь я, значит, ближе к одиннадцати, чувствуя себя будто заново родившейся, с улыбкой потягиваюсь, открываю глаза… А там они! Три пары беспардонных гляделок, готовых во мне дырки просверлить!

– Привет, болезная! – говорит мне обладатель тех, что потемнее, и расплывается в широкой улыбке. – Ужасно выглядишь!

И…запихивает в рот мой медовый пряник! Из той партии, которую специально вечером принес запыхавшийся от быстрого бега Марк! Специально, бедняга, готовил, на работе задержался, узнав, что Сашка меня выкрал из больничного заточения! В общем, нервы у меня не выдержали…

– Ты не мог вчера меня предупредить, умник, что гостей ждешь утром? Глядишь, я бы не так отреагировала, заметив чужих людей в квартире!

Сашка задумчиво чешет затылок и вздыхает. После чего делает широкий шаг в сторону настороженно следящих за нашим разговором парней и…

– Они не в гости пришли, а за тобой. Считай, что до конца стажировки они – твоя официальная охрана. Кто-то же должен тебя защищать, когда я уеду?

После чего храбро спрятался в кухне, захлопнув перед моим носом дверь. Вместе с другими защитничками. Я нервно хихикнула и, смахнув с руки огонек, отправилась в ванную. Хороша охрана, которая своей подопечной боится…

Тот факт, что огонь я смогла зажечь без помощи своей зажигалки, дошел до меня только под вечер. И это было плохо. Настолько плохо, что…

Глава 10. Предотъездная

Младшую сестру Александр Перов любил. Больше того – души в ней не чаял. Это Борей понял еще до того, как ведьмак намял ему бока в гостинице.

– Или со мной идет один из них, или я иду сама! С таким конвоем по городу бродить – только лишнее внимание привлекать! Оно мне надо?

– Тебе, может, и не надо. А нам с отцом – очень даже. Их сил хватит, чтобы тебя от нового проклятья закрыть.

– Да с чего вы вообще взяли, что были какие-то другие проклятья?! Я же не на себя настроенное поймала! Сашка, ты прости, конечно, но не надо меня душить своей заботой! Парни могли ошибиться, откуда им знать, как ведьмино проклятье непроявленное выглядит, а вы уже к апокалипсису готовитесь!

Итак, сестру Александр любил. Однако бывали моменты – и Борей был уверен, что там, за дверью кухни, как раз настал один – когда эту мелкую язву хотелось отлупить ремнем и на пару часов лишить дара речи. А все почему? Потому, что слишком много воли девчонке дали и место ее не указали сразу. Место женщины, пусть даже одаренной – за плечом мужчины. Мужа, отца, брата, деда, шефа – неважно.

Агату же упорно несло на передовую. Что характер у кур-р-р-ратора от ведьмаков окажется тяжелый, Борей предполагал. Не зря он долгое время наблюдал за царящими у «коллег» порядками, должность обязывает. Но вот того, что инстинкт самосохранения у этой пигалицы напрочь отключен, не предполагал. Свободу ей, видите ли, ограничили! Конвой приставили! Дура!

– Может, нам как-то…вмешаться? – Аслан, нервно вздрагивающий каждый раз, когда на кухне что-то гремело, не выдержал первым. – Они уже сорок минут там ругаются.

– Главное, что нас не втягивают. Пусть Александр сам с этой занозой договаривается. – Станислав, за неимением других вариантов, растянулся во весь рост на ковре и лениво гонял меж пальцев тонкую пластину с изображением волчьей головы. Подарок его банды перед отъездом. Как на войну провожали, олухи.

– Слушай старших, Аслан. Они плохого не посоветуют. – Борей хмыкнул, наблюдая за братьями.

Наверное, прав дед в своем желании внуков к делу общему привлечь. Глядишь, если молодежь общий язык найдет, то и родители их бедовые про ссоры смогут забыть. Забавные ребята, ершистые. А уж секретов у каждого – лопатой не разгребешь. Откуда, например, взялся у младшенького сдвоенный дар? Оба родителя – из уважаемых родов, ведьмачьей крови там не сыскать. Почему дед обнародовал сей факт только недавно? Сам не знал? Или что-то духи нашептали, вот и решил рискнуть? Сколько грязи наружу выплыло о «достопочтенных гражданах», никто и не ожидал. Парень даже из дома сбежал вскоре после дедового заявления, у Рената прятался. Не такой простак Аслан, раз скрывать свою особенность столько лет умудрялся.

Или взять, например, Станислава. Чего ему в Германии не жилось спокойно? Официальная версия смешна и неправдоподобна. Наставник, мол, парню потребовался, сила вскипела раньше времени. Сила и правда кипела. Но это не повод совсем с отцом и матерью отношения разрывать. Что там произошло, в славном семействе Геретов? А ведь отец Станислава большая шишка там, у себя на родине. Неужто ему преемник не нужен? Или…лицом не вышел?

– В общем, так, мальчики. – Заноза, как ласково звали гости Агату, замерла на пороге кухни. – Сегодня, так и быть, прогуляемся по городу вместе, а с завтрашнего дня и до конца моего больничного я хожу с кем-то одним. Решайте сами, с кем и в каком порядке. Теперь ты доволен?

Это уже не им, это брату. Тот прислонился к стене и на сестру смотрел с усталой обреченностью. Кивнул, кудри свои разлохматил – вот и весь ответ. Темнит Перов-старший, сознательно от детей детали скрывает. Ренат много интересного Борею за ужином вчера рассказал, в том числе и о нарастающем конфликте в АВЕЙРе. Как бы самим под удар не подставиться.

А что? Расклад таков, что приезжие, сами того не желая, могут подыграть любой из сторон. Деталей-то ведьмачества они не знают. Потому, как бы дочке главного ведьмака ни хотелось вернуться к былому режиму, не выйдет. Тут уже самим шаманятам – Борей хмыкнул, мысленно примерив на себя это словечко – впору прилепиться к девчонке и дневать-ночевать подле нее. Если Дмитрий Васильевич настроен детей своих держать в стороне от конфликта…

* * *

Как выяснилось, папочка выделил нам АВЕЙРовский синий «Лансер» в личное пользование на время моего больничного. Одним решением двух зайцев убил – и стажеров-СФОшников лишний раз по улицам не гонять, и меня, болезную, поберечь. Зав. отделением встретил нашу делегацию – иначе не назвать – вполне мирно. Меня отправили на осмотр, с мужчинами провели разъяснительную беседу, как следует обращаться с ведьмачками, которым запрещено использовать свои силы, чтобы не спровоцировать срыв. Ей-богу, в пересказе Сашки, да под едкие комментарии Станислава выходило, что хуже подобных мне больных быть просто не может. Капризные, подозрительные, мнительные, да еще и с навязчивым желанием убедиться, что с даром все в порядке, несмотря на запреты. И плевать, что до этого были вполне адекватные и милые люди, к голосу разума прислушивающиеся.

Конечно, над страшилками врача я посмеялась. Ни к чему из перечисленного меня не тянуло, дар я и в обычном состоянии активировала редко – не так уж часто требуются мои способности чистильщика. А потом Сашка вдруг решил, что троице шаманов обязательно нужно познакомиться с музыкантами «Тиары»…

– Зачем тебе это? – Я никак не могла разобраться в мотивах брата. Посторонних на репетиции он не приглашал почти никогда – исключениями были я и Марк. Во-первых, Сашка не хотел, чтобы о настоящей личности Сариэля узнали фанатки – а кто-нибудь обязательно проболтался бы. Во-вторых, на репетициях «Тиара Альвов» трудилась в поте всех своих лиц, готовясь к новым концертам и отрабатывая материал. И чужим людям видеть внутренние моменты жизни музыкантов совсем не нужно.

В ответ Сашка пробурчал что-то несвязное – то ли показать коллегам по сцене заезжих гостей хотел, то ли, наоборот, гостям своих ребят представить. В общем, братец решил сыграть за моей спиной, что меня задело, но… У всех свои секреты.

Света и Костя Кузнецовы, мои дорогие пиротехники, к реп-базе приехали одновременно с нами. Судя по всему, Сашка вызвонил их, пока я была на осмотре. Костик обменялся дружескими рукопожатиями с шаманятами, Света критически осмотрела нашу компанию с ног до головы и скорбно вздохнула. Наверняка опять будет настаивать на совместном походе по магазинам, очень уж она любит поиграть в личного стилиста, вот как пить дать! Не то, чтобы я против – чувство вкуса и стиля у Светочки было отменным. Просто…не до того.

– Наша солнцеликая-то на месте уже? Или опять Ванёк будет ее загулы прикрывать? – вполголоса поинтересовался Костик, пока мы толпились в узком коридоре.

– Должна быть. – Сашка сурово поджал губы и тряхнул головой, откидывая назад непослушную гриву. – Я предупредил ее, еще одно опоздание – и «Тиара» ищет другую вокалистку. В конце концов, у Светки в прошлый раз неплохо вышло.

Я обернулась к жене пиротехника, округлив глаза. Какие интересные новости, однако! Меня не было неделю!

– Потом расскажу, – мило покраснев, шепнула Света и умчалась в подсобку за своими инструментами.

– Са-а-а-аш, – я хотела было потребовать объяснений у брата, но тот уже прошел вперед, о чем-то переговариваясь с Бореем и Асланом.

Не знаю, какой резон был тащить сюда мерзкого блондина, с его-то кукольной хрупкостью и тягой к гламуру. А вот младший из сибиряков на реп-базе чувствовал себя как дома. Парень словно подрос на полголовы и раздался плечах, движения стали плавными и размеренными, даже выражение лица утратило тот налет щенячьей наивности, который вызывал неуемное желание потрепать парня по щеке и дать конфетку. Теперь, глядя на Аслана, не возникало сомнений в его принадлежности к роду сильнейшего из шаманов.

– Вот мелкий и показал свое лицо, – в тон моим мыслям присвистнул Станислав. Средний внук Едигара настороженно осматривался и как будто принюхивался. – А чем это у вас здесь так несет? Тараканов травили, что ли?

В этот момент дверь подсобки скрипнула, выпуская в общий зал приторно-приветливую вокалистку. Лина, обряженная в белоснежное сценическое платье, проплыла по комнате и остановилась в двух шагах от моего брата. Вульгарно подмигнула Борею, с интересом рассматривающему это чудо света, и изобразила глубокий реверанс. Если учесть, что платье было с глубоким декольте и ассиметричной юбкой, обнажающей стройные ноги на огромной шпильке… Зрелище моим спутникам открылось довольно аппетитное, что тут скрывать. Тем удивительнее оказалась для всех присутствующих реакция шаманов.

* * *

Что день выдастся не из легких, Сашка осознал сразу, как только вошел с утра в квартиру и почуял запах гари. Агата, если расщедривалась на приготовление завтрака, на тостер, ни плиту не использовала принципиально. Так, хлопья с сухофруктами смешает и йогуртом зальет – для любимой сестры мужчина всегда хранил в холодильнике запас этого «птичьего корма». Ждать приступа хозяйственности со стороны ранних гостей не стоило тем более – воспитание иное. А значит…

– Сашка! Какого чер-р-р-рта здесь происходит?!

Ну да, все верно. Агата, как и все ведьмаки, сквозь сон ощутила присутствие чужих на своей территории и проснулась. Неважно, что именно настолько ее взбесило, что девушка прибегла к дару. Важно теперь, как ее успокоить и подвести к мысли, что в его отсутствии присматривать за мелкой будут её же стажеры. К счастью для присутствовавших в квартире мужчин, Агата довольно быстро взяла себя в руки. И даже не особенно сопротивлялась (хотя со стороны выглядело явно иначе, судя по встревоженным лицам шаманят), когда Сашка озвучил ей решение отца. Настояла только, что сопровождать ее в свободное от работы и дел время будет лишь один «телохранитель», не больше. Сашка согласился – внуки Едигара были примерно равны по уровню дара, что в данном случае являлось несомненным плюсом.

Расследование, затеянное спецами отца, протекало вяло – кроме направления, откуда тянулось проклятие, ничего выяснить не удалось. Таинственный заказчик по-прежнему скупал у Сашки настолько разнопрофильные настои и зелья, что сложить их в общую картину не вышло даже при участии Рената. Анонимки с угрозами по-прежнему попадали к Дмитрию Васильевичу на стол, минуя всяческую охрану. «Кларитэ» завалило заказами, в том числе, со стороны АВЕЙРа – за последнюю неделю количество «грязи» и «плесени» в городе выросло втрое, если не больше. Охотники сбивались с ног – на пустырях и в долгостроях то и дело попадались эгрегоры и сущности пятого-шестого уровня. Хилеры – и те мобилизовались, подтянув к работе даже слабеньких учеников, настолько поганым и тяжелым стал энергетический фон в городе. Ситуация вокруг выборов предводителя ведьмачьего рода отягощалась новыми сложностями, а виновника этому до сих пор не нашли.

Грядущий отъезд по зыбкому следу ведьмы, чье проклятье так неудачно поймала Агата, тоже радости не добавлял. За мелкую Сашка почти не беспокоился – все-таки за неделю он довольно хорошо изучил братьев-шаманов. Несмотря на внутренние разногласия и общую настороженность в отношении ведьмаков, внуки Едигара свои обещания держали, так что под их надзором сестриц никуда не вляпается. А вот что касается товарищей по сцене…

– Борей, как у вас обстоят дела с защитой? – обратился к старшему из троицы Сашка, пока недовольную Агату взял в оборот ее лечащий врач.

– Какого плана защита тебя интересует? – Блондин с трудом, но удержал маску спокойствия на лице. Гиперзабота, которой Перов-младший тщился окружить девчонку, порядком угнетала. Как сама-то она это терпит? Уму непостижимо. – Мне кажется, тех мер, которые мы обсудили, достаточно для твоей сестры.

– Я о другом, – Сашка смутился, без труда разгадав мысли, снующие в голове собеседника – вряд ли они сильно отличались от тех, что посетили Станислава с Асланом. Те-то настолько хорошо собой не владели, чтобы скрыть накатившее раздражение. – Могут ли ваши…эм…чары защитить живой объект на расстоянии?

– Определенного типа – могут. – Борей с любопытством взглянул на ведьмака. О том, что по уровню дара Александр Перов был практически равен своему отцу, Ренат тоже успел шепнуть. Как и то, что в ближайшие дни парню предстоит командировка. – Кого ты хочешь защитить? Своих спутников? Разве твоих собственных сил недостаточно?

– Хотелось бы иметь дополнительную страховку для команды. – Сашка хмыкнул, ничуть не удивившись осведомленности сибирских гостей. Отец всегда крайне практично подходил к вопросу, какую информацию можно обсуждать при посторонних и куда она затем должна через них уйти. – Как ты видел, Агату даже семейная защита не уберегла, хотя мы с ней не так сильно различаемся по уровню дара.

– Что ж, давай посмотрим, что можно сделать. Когда планируешь встречу?

– Сегодня же. После больницы заедем к нам на реп-базу, – Сашка подмигнул вмиг заинтересовавшемуся Аслану. – Операция довольно сложная, так что едем мы под прикрытием.

– Бременские музыканты прямо-таки, – съязвил Станислав и ухмыльнулся. – Несчастную принцессу будете из золотой клетки спасать?

– Разумеется. Будет потом сюжет для новой баллады. Фанатки любят такие истории.

– О, так ты действительно музыкант?

– Да. Скрипач.

Средний из шаманов неверяще уставился на Сашку, чем немало насмешил и самого ведьмака, и своих братьев.

– Эх, Славик, говорил я тебе, читай досье внимательно. – Насмешливо попенял родственнику Борей и тут же, посерьезнев, взглянул на Перова. – Мы сделаем защиту для твоих друзей. Но ты будешь должен.

– Разумеется, – подтвердил Сашка и пожал Борею руку.

До реп-базы добрались без приключений, если не считать легкую словесную пикировку между Агатой и Бореем – очень уж сестре не по нраву был этот мужчина. Из-за предстоящей командировки под видом гастрольного тура график репетиций сместился, музыканты спешно дорабатывали материал, крупицы свободного времени проводя в стенах своей «каморки». Вот и сегодня Иван с близнецами пришли за полчаса до начала, чтобы без спешки настроить инструменты. Кузнецовы приехали, как и договаривались, по звонку. Лина, получившая на прошлой неделе выговор за постоянные опоздания, тоже должна была успеть к началу. По крайней мере, Сашка на это очень надеялся – угроза вылететь из группы за свои выкрутасы не могла не подействовать на безголовую вокалистку.

Так и оказалось. Лина появилась в своей излюбленной манере – соблазнительное (на её вкус, разумеется) платье, слащаво-невинное выражение личика, глуповатая улыбка, низкий, чересчур низкий реверанс… Перов-младший, в этот момент как раз пояснявший Борею ведьмачью специализацию каждого из «музыкантов», грозно глянул на распоясавшуюся вконец девицу. Парочка отнюдь не лестных для нее фраз так и крутилась на языке, но высказать свое недовольство скрипач не успел.

– Я бы настоятельно рекомендовал вам, Александр, заменить вокалистку. У этой нет ни вкуса, ни особого таланта. Если хотите, я помогу с поисками.

На мгновение в зале повисла тишина. Лина, похоже, просто остолбенела от услышанного – совсем не такую реакцию она привыкла получать от мужчин. Сашка пытался по лицам шаманят определить, кто именно это сказал – отвлекшись на девушку, он на пару секунд упустил гостей из вида. Что до остальных – те с интересом и даже неким злорадством ждали продолжения. За недолгую «карьеру» в группе Ангелина успела не единожды вывести из себя всех, кроме безответно влюбленного в нее Ивана. Басист, увы и ах, в своей зазнобе изъянов не замечал, но подобную слепоту парню снисходительно прощали – единственный человек в «Тиаре Альвов», как-никак, причем талантливый.

– Так что скажете? – Младший из шаманят встал рядом с Сашкой и, скрестив руки на груди, хмуро и недобро уставился на Лину. Под его тяжелым взглядом девушка поникла, съежилась и, буркнув что-то нечленораздельное, выбежала на улицу. Басист, что ожидаемо, выскочил следом.

– Я прослежу, – кивнув Сашке, к сбежавшей парочке присоединился Ромка. У флейтиста лучше всего получалось справляться с женскими истериками.

– Спасибо за совет, но мы уж как-нибудь сами разберемся. – Сашка повернулся к Аслану и выдавил вежливую улыбку, тщательно гася поднимающееся внутри бешенство. Да, Лина не идеальна, однако она со своими задачами справляется. И какой-то заезжий сопляк с непомерным самомнением не смеет оскорблять его, Сашкиных, товарищей по сцене!

– Советую прислушаться к малому, – Борей, по-новому глядя на младшенького, тронул закипающего ведьмака за плечо. – В данной сфере он, стоит признать, разбирается отменно. Это во-первых. А во-вторых…

– Во-вторых, от девчонки воняет. – К братьям присоединился Станислав. Подмигнул непривычно серьезному Аслану и перевел взгляд на Перова. – Если она и была когда-то надежным членом твоей команды, то теперь об этом лучше забыть.

– Ты не мог бы пояснить свои слова? Что значит – воняет? – Костик озвучил вопрос, буквально витавший в воздухе. Все ведьмаки, кто остался в помещении, навострили уши.

– Хм… Как бы вам объяснить, – Станислав пощелкал пальцами в поисках нужных слов, глядя в потолок. – У всех людей, наделенных даром или обделенных, есть свой запах. Так вот, от девушки просто несет чем-то потусторонним.

– Так от нас всех несет, мы же чистильщики! – язвительно прокомментировала его слова Агата. Сашка шикнул на сестру.

– Мойтесь почаще, – так же едко посоветовал парень, явно недовольный ее вмешательством. – В общем, от вашей девицы тянет одержимостью.

– Все шаманы определяют наличие вредных сущностей по запаху? – поинтересовалась Света, выглядывая из-за плеча мужа.

– Нет, скорее, это уникальная способность Станислава. По отцовской линии идет, – внес ясность в ситуацию Борей. – Аслан, ты тоже что-то почувствовал? Я не замечал раньше за тобой тяги к прилюдным оскорблениям коллег.

– Я просто констатировал факт. Предыдущая вокалистка «Тиары» была в десяток раз лучше, – презрительно дернул уголком рта молодой человек, и Сашка снова ощутил небывалое желание подправить ему физиономию. – А эту…особу к микрофону-то подпускать стыдно. К тому же Славка прав, в ней что-то сидит, причем крепко.

– Почему тогда мы ничего не заметили?

– Ну, ту дрянь, которую поймала Агата, вы тоже не разглядели. – С ноткой самодовольства в голосе напомнил Станислав.

Перов-младший, скрипнув зубами, оставил реплику шамана без ответа. Во-первых, не время для разборок – в свете текущей ситуации в городе одержимость Лины могла быть не случайностью. Во-вторых, девчонка и впрямь не дотягивала до Вали, стоило признать. На время гастролей вокалистку сыграет жена Кузнецова, не проблема. Голос у Светы хороший, к операции она подготовлена в несколько раз лучше, чем Лина. А там, глядишь, если все хорошо пойдет…

– Костя, Света, Лину в АВЕЙР к отцу. Аслан, Ренат сможет увидеть то же, что и ты?

– Я ему объясню, куда смотреть. – Парень достал мобильный и, найдя нужный номер, отошел в сторону.

– Отлично, – Сашка проводил сибирского музыканта рассеянным взглядом, хмыкнул и повернулся к его старшим братьям. – Что ж, вопрос о дополнительной защите становится все более актуальным.

– Без проблем. Сейчас начнем с присутствующих, остальными займемся, как вернутся. Травы у тебя здесь есть?

– Конечно. – Тут Перов отвлекся на коротко тренькнувший телефон. Поджав губы, уставился на экран. Вздохнул, закатив глаза. Сообщений от этого человека он не ждал совершенно. – Агата, покажешь, ладно? Я скоро к вам присоединюсь.

Девушка молча кивнула, отлепилась от стены и неторопливо направилась в подсобку. Кончик косы покачивается где-то на уровне поясницы в такт шагам, карман топорщится кругляшом неизменной зажигалки… Все, как обычно.

Если бы он знал, что видит сестру такой в последний раз…

Глава 11. Ведьмин след

Мутная лужа насмешливо булькнула, заливая свои воды через край Сашкиных ботинок. Настроение, и без того поганое с самого утра, неотвратимо скатывалось к отметке «ниже плинтуса». Неделю уже отмотали в этом захолустье, в каких только клоповниках не выступали! Вдобавок ко всему Светка, эта гиперответственная женщина, умудрилась простыть, никому не сказала, даже мужу – в результате на последнем концерте сорвала голос. Впереди еще два выступления, ведьму они так и не нашли, еще и Агата третий день подряд на звонки не отвечает. Только обиженной мелкой ему для полного счастья не хватало…

– Чтоб вас всех! Кузнецов, какой там номер дома?

– Седьмой, – радостно гаркнул пиротехник, бодро шлепая по глинистому скользкому «тротуару», после затяжных дождей потерявшему сколько-нибудь цивилизованный облик.

– Элитный коттеджный поселок, м-м-м-мать… – Ведьмак скрипнул зубами и подошел к ближайшему дому. Фонарь на последнем издыхании мазнул блеклым пятном света по стене и, мигнув, погас. Сашка обреченно вздохнул и выругался. Чертовы гастроли. Чертово задание. Чертова ведьма!

* * *

Неделю назад

Отец позвонил по второй линии. С одной стороны, прекрасный повод попрощаться с Мариной, вознамерившейся поскандалить по телефону (мало ей разгромленной квартиры было!). С другой… Спецы АВЕЙРа поймали-таки четкий след зловредной ведьмы, под чье проклятие попала Агата. Потому «Тиара Альвов» в несколько усеченном составе выехала в гастрольный тур уже на следующее утро. Место вокалистки заняла Света, Лину отправили на обследование в закрытую клинику. Увы, но шаманы не ошиблись в своих ощущениях. Девушка где-то подцепила неизвестного энергетического паразита. Иван предпочел остаться с возлюбленной. Честно говоря, ведьмачья часть коллектива этому решению только порадовалась – внятных объяснений, почему человека тащить с собой на «гастроли» нельзя, у них для парня все никак не находилось.

Рассерженную Агату с трудом отправили к матери домой под присмотром Марка, специально вызванного ради такого дела – мелкая, чего доброго, могла и следом увязаться. Просто из чувства противоречия – сестрица внезапные изменения планов терпеть не могла. После этого СФОшники в относительной тишине занялись созданием защиты для каждого бойца из команды Сашки. Затем, уже ближе к рассвету музыканты помчались на склад «Кларитэ» за снаряжением и билетами – и на поезд.

След ведьмы уходил к предгорьям. Отвратительный поворот.

– И как мы будем искать эту гадину? – Тарас с отвращением отодвинул планшет. На экране шло слайдшоу с так называемыми «местами силы» первого города из списка АВЕЙРа.

Время в поезде тянулось медленно. Карту региона и того участка, который следовало прочесать особенно внимательно, изучили за последние четыре часа раз по пять каждый. Кроме Светы – жена пиротехника в это время доучивала тексты, вполголоса напевая на своей полке.

– Тебе же объясняли в штабе, – Костя с наслаждением прихлебывал горячущий черный чай из стакана с фирменным подстаканником. – Приедем, выступим, шаманскими метелками помашем – если запах ведьмы не почувствуем, как его Аслан описывал – отправляемся дальше.

– Звучит бредово.

– Да ладно тебе, лишь бы сработало. – Костик подцепил с верхней полки пакет с ватрушками, подцепил краешек одной пальцем. – Относись проще – прокатимся, страну посмотрим. Вон, в окно глянь – красота! Золотая осень, бархатный сезон…

Увы, здесь неизменный Костин оптимизм ситуацию спасти не смог. Бархатный сезон, воспетый поклонниками отдыха на побережье, в суровых уральских реалиях выглядел как-то…не очень.

– Золотая осень, значит? – едко уточнил у смущенного пиротехника Тарас, кутая гитару в собственную ветровку.

– Ну, извиняй, по прогнозам никакого дождя не было, – Костя пожал плечами, запаковывая рюкзак со сценическим инвентарем в непроницаемый для влаги «мешок», предусмотрительно пришитый одни концом к лямкам.

– Угомонись, – Сашка кинул брюзжащему музыканту запасной дождевик. – Сколько раз говорили, купи нормальный чехол и не мучайся.

– Тут недалеко от клуба будет крупный центр, в нем есть и музторг, – это Рома заглянул в планшет, быстро пролистывая справочник туриста. – Предлагаю заглянуть и прибарахлиться. Я, например, кеды забыл в спешке.

– Оболтусы, – Света, стоя сбоку от Ромки, надменно усмехнулась и хрустнула тонкими наманикюренными пальчиками. Флейтиста от такого непотребства аж перекосило, под издевательское хихиканье шутницы парень поспешил отойти ближе к брату. – Где там наши организаторы? Ждут, пока мы вымокнем и осипнем?

– Едут уже, приготовьтесь. – Успокоил своих товарищей Сашка и, обведя всех грозным взглядом, напомнил. – Почувствуете что-то странное – неважно, в какую сторону от нормы – сразу говорите. Мы не знаем, как покажут себя шаманские приемы вместе с нашим даром.

Ребята честно покивали, после чего с видимым облегчением загрузились в подъехавший к спуску с перрона джип. Гастрольная охота на ведьму началась – в плотной пелене дождя, с ползущим по улочкам туманом и в грязи.

* * *

Нет, в самом городе – столица края, как-никак! – слякоть и грязь особого дискомфорта не доставляли. Там и тротуары мощенные, и асфальт ровный, и ливневки добротно сработаны. «Тиару Альвов» в этих местах ждали давно и с нетерпением, потому, как только подтвердилась дата приезда, музыкантам пообещали (и предоставили) водителя, номера в довольно симпатичном отеле, даже экскурсию в Мэрию организовали в свободное от репетиций время. Во-первых, потому как для любимой группы не жалко. Во-вторых, с такими сильными ведьмаками ссориться никому не хочется, и мэру в том числе.

Он-то, паскуда, и заманил в эту глушь.

– Понимаю, вам, Александр Дмитриевич, не с руки такой мелочевкой заниматься, но все же… Может, глянете? Профессиональным, так сказать, чтобы взглядом. А мы уж потом по вашей рекомендации и поступим.

Дело было за ужином. Музыканты как раз вернулись в отель после концерта в соседнем городе – идея организаторов жить в одном месте, а на выступления выезжать с личным водителем, куда понадобится, ребятам приглянулась. Так шансы уловить след ведьмы возрастали в несколько раз.

За столом мэр мялся, вертелся, лебезил, но суть проблемы все-таки объяснил. В коттеджном поселке у реки жители тревожатся. Сознательные, мол, граждане – заявку честь по чести оформили и прислали, да не один раз – службу контроля ведьмаческую вызывали настойчиво. Вчера очередная как раз-таки пришла.

– Причина вызова?

А причину не указали. Такие вот растяпистые граждане. Потому местных контрольщиков филиал АВЕЙРа направлять не стал – с попустительства мэра, разумеется. Зачем людей и транспорт гонять лишний раз, если можно просто обозначить как недостоверное обращение и выбросить?

– Хорошо, хоть про это нам лично сказал, шклизень. – Света машинально вытаскивала из упаковки влажную салфетку, протирала руки – и тянулась за следующей. Ощущение гадливости не отпускало. – Без причины связываться с контролем никто не жаждет.

– Доедем и разберемся. Заявки присылал староста, как говорит секретарша. Если это тот самый дед, про которого я думаю…

* * *

К вечеру тучи разогнало. Коттеджный поселок «Зарека» больше смахивал на простенькую деревеньку после налета стихии. Свет почти нигде не горит, вместо дороги – раскисшая глина, изрытая внедорожниками, провода оборваны, недовольно мычит одинокая буренка, переходя от ограды к ограде. Разве что дома будто со страниц глянцевых журналов сошли, но и те от долгой сырости поблекли: краска на фасадах облупилась, дерево потемнело.

Искомый дом номер девять обнаружился, как назло, в конце улицы. Сашка, счистив об угол ступеньки налипшую рыжеватую грязь, поднялся на крылечко и постучал в дверь. Остальные настороженно ждали его внизу.

– Чего надо? – в приоткрывшуюся щель был виден только красный с синими прожилками сосудов нос и кустистая борода.

– АВЕЙР, служба контроля, – холодно ответил Сашка и достал выданный на складе медальон. На всякий случай, как сказала директриса «Кларитэ».

– Входите. – Хозяин дома вздохнул и распахнул дверь. – Обувку-то сымайте, на кухню проходите. Продрогли, верно.

– Рассказывайте с самого начала, – приказал Перов-младший, следом за стариком пройдя в другую комнату и садясь за стол. Несмотря на поздний час, в доме, кроме старика-Видящего, никого не было.

– А что тут скажешь? – пожал плечами дедок, звеня посудой. На забранный нарядной цветастой скатертью стол встали четыре граненных стопки с ягодной настойкой и аляповатая чашка чая. – Зови своих молодцев, неча внимание привлекать.

– Куда жену дел?

– К внучке в город уехала. Да вы пейте-пейте, не отравлено.

Костя с женой и непривычно серьезные близнецы тишком просочились на кухню. Сели на лавку, рюкзаки с инвентарем и оружием (на всякий случай) кинули каждый себе в ноги. Инструкции на то и пишутся, чтобы им следовать.

– Она же у тебя ведьма? – Сашка принюхался к содержимому стопки и, выдохнув, одним махом опрокинул ее в рот. Поежился, вздрогнул. Тело стремительно наполняло приятным жаром.

– Травница, – проследив за реакцией молодежи, старик ехидненько фыркнул.

– Спасибо, – искренним, но несколько нестройным хором поблагодарили хозяина молодые люди. Согреться им всем после лесного перехода и прошедшего ливня не помешало бы. Затем Сашка продолжил. – Пусть она пока в городе гостит, на дорогах неспокойно. Рассказывай уж, Ефим, что случилось? Для чего ты контроль вызвал?

– ЧеПе у нас, сынок, приключилось, – ведьмак зябко повел плечом. – Знаешь ведь, что старшая-то по округу нашему – Агелина? Та еще стервь, а тут совсем из ума выжила. Племянница к ней летом погостить приехала на недельку. Ох и живая девка, добрая. И не уехала.

– И все? – не сдержался Костик. – Из-за нового жильца вы вызвали контроль?

– Дослушай, неслух. – Дед Ефим неприязненно покосился на пиротехника. – Я точно знаю, что девочка не уехала. Нет ее следов за околицей. Но и на улицу она не выходит. Почитай, уже третий месяц.

– Скажи-ка, Ефим, а девочка с даром? – насторожился Сашка. Ангелину он знал еще с тех пор, когда ведьмачка была директором детского лагеря, куда ведьмачат отправляли учиться на лето. Властная ведьма не раз становилась объектом его шуточек во время смен. А еще Ангелина отличалась поразительной злопамятностью и была завистлива к чужим талантам. Могла ли она на старости лет нарушить закон?

– И да, и нет, – ответил старик. – В том и загадка. Лес ее как свою принимает, земля на зов откликается, твари дохнут. А все равно что-то чужое в ней.

– Понятно, – протянул Сашка и поднялся. – Ну-ка, покажи нам, где Ангелина домик себе построила?

– Это не дом, а дворец какой-то! – Спустя двадцать минут присвистнул кто-то из близнецов. В сгустившейся темноте, да в одинаковой походной одежде различить их было делом невозможным.

Ответственная за округ не поскупилась и выстроила себе шикарный трехэтажный особняк – с колоннами у входа, башенками и балкончиком, выходящим на сторону реки. От зевак ведьма отгородила свои владения двухметровым забором, украшенным поверху колючей проволокой.

– Н-да, дела-а-а-а, – выразил общее мнение Костик и зарылся в свой рюкзак. Нащупав искомое, пиротехник подмигнул Сашке. – Ну что, я отключу ток, а вы пока попробуйте по-доброму в дом попасть. Вдруг наследника самого Перова пустят без приглашения на аудиенцию?

Пустили. Под бдительным наблюдением двух мордоворотов и трех черных алабаев гостей провели в дом, проводили по устланным ворсистыми дорожками коридорам в шикарно обставленную комнату и заперли. Хозяйка соизволила почтить их своим присутствием минут через тридцать.

– Не уважает тебя старая карга, – хмыкнул Тарас. Или Рома. Не разобрать.

– Ангелина Петровна, рад встрече.

– Что привело столь важную персону в мой скромный дом?

– Слухи ходят, Ангелина Петровна. Будто вы племянницу силой удерживаете.

– Чушь какая. Томочка приезжала на две недели и давно уехала. Это Ефим вам наплел? Давно пора его на пенсию отправить. Спит и видит, как бы меня подсидеть.

Неторопливая беседа светского толка затянулась на полчаса. Из претенциозного обиталища ведьмы выбрались аккурат в полночь. За забором «разведчиков» поджидал Костя. Хмурый и злой.

– Где Ефим со Светкой? – забеспокоился Сашка, не заметив рядом с пиротехником еще двоих спутников.

– Домой к старику отправил, нечего тут мельтешить лишний раз. Смотри-ка, чего я нашел.

На экране планшета, подключенного к системам видеонаблюдения дома, сквозь всполохи помех проступала комната, размерами больше похожая на кладовку. Абсолютно пустая, если не считать скорчившуюся в уголке на куче тряпья девушку в длинной футболке.

– Тваррррь, обманула-таки.

– Будем вытаскивать?

– А ты предлагаешь так все оставить?! Может, и отказную по запросу Ефима для мэра составишь? Так и так, мол, проблема не обнаружена.

– Сань, не пори горячку. – Костик поморщился, продолжая колдовать с планшетом. – Сейчас я данные перекину кое-куда для сохранности, и покумекаем у Ефима, как девчонку спасать. Часа два она потерпит, не в таком критическом состоянии.

А дома у Ефима мужчин поджидала еще одна новость. На обратном пути Света почувствовала тот самый потерянный ведьмин след, проходя мимо неприметной полянки за куцым рядом подлеска. Только не сразу разобралась, что к чему – шаманята предупреждали, действие такой гибридной защиты для каждого из группы Сашки будет сугубо индивидуальным. Женщина сначала просто мимоходом удивилась, откуда на пустом месте такой насыщенный запах гнили. А уж потом, войдя в дом, догадалась расспросить старика. Он и поведал, что тот кусок земли относится к владениям Ангелины, и что местные никакой полянки не видят, только непролазный мрачный лес.

Глава 12. Час от часу не легче

– Значит, место силы у нее там, – подвел итог рассказу жены Костик, вручая своей простуженной благоверной теплые вязаные носки. – Хорошо устроилась, стерва. И контроль не подкопается, потому как частная территория.

– Место силы – это хорошо, – ухмыльнулся Сашка, наконец, определившись с планом действий. – Одной заботой меньше.

– Не больше ли? – осторожно вставил один из близнецов.

– И больше, и меньше. Меньше – потому что его не нужно искать. Света, – он повернулся к женщине и хитро прищурился, – как насчёт смотаться к мэру за вещичками, а?

– Нашёл гонца в слякоть, – пробубнила единственная дама в этой боевой компании, не оглядываясь. На данный момент ее занимала только одна мысль – как привести обувь хотя бы в какое-то подобие порядка. Расхваленный повсюду новомодный бренд испытания российской глубинкой не прошел. Полуспортивные ботинки с суперпокрытием оказались бессильны против раскисшей местности.

– Значит, должно случиться чудо. Доставайте-ка, господа пиротехники, свои заначки, – промурлыкал Сашка уже почти над головами Кузнецовых. Те вздрогнули.

– Так еды вроде и так полно, – с притворной наивностью захлопал глазами Костя. При этом он дёрнулся, будто хотел встать, но в итоге просто повернулся, подставив теплу очага спину.

– Я не про бабушкины пирожки, друг мой. – Сашка развлекался вовсю, придвигаясь всё ближе к пиротехнику. – Я про те занимательные игрушки, которые наверняка знатно грохнут у тебя в потайном кармане, если ты будешь и дальше так прижиматься к огню. В жизни не поверю, что ты не припас особенно убойных сюрпризов перед походом к Ангелине.

Пиротехник, чертыхаясь, мигом отпрыгнул от камина. Близнецы, в свою очередь, шарахнулись от Костика. Сашка проворно занял освободившееся место, продолжая лукаво поглядывать на супругов. Секунд десять тянулось молчание, потом оба со вздохом достали из внутренних карманов курток по два небольших чехла различной формы.

– Ну… вот, – пробормотал Костя, затем иронически приподнял бровь. – Какие штрафы изволите взыскать, товарищ инспектор? Час нотаций, вечерний паёк, или как обычно?

Сашка немного помолчал, глядя на ребят и шевеля губами. Не найдя подходящей колкости, он решил перейти сразу к делу.

– Ты сохранил снимки с камер? Прикинь логику их расположения. Локализуй хотя бы приблизительно, где склад с девушкой… то есть кладовку… Ну, ты понял.

– Восточная часть, скорее всего, – подал голос Рома, успевший стащить планшет Кузнецова.

– Этаж определить сможешь? Особняк под охраной, времени на поиски нет. Чем меньше будем плутать, тем больше времени на отступление.

– Да уж не новичок, сам понимаю, – вяло огрызнулся Рома, придирчиво разглядывая небольшой экран. – Подвал это, первый уровень.

– Дед Ефим, – обернулся Сашка к хозяину домика, – граница владений Ангелины где проходит?

– Так по реке, голубчик, где ж еще. Там неподалеку еще мостик приметный такой есть, с перильцами резными. – Старик посмотрел на парня с удивлением, мол, как такое можно не знать, и тут же прикрикнул на возившуюся у очага Свету. – А ты не носом не крути, девка, надевывай давай, носочки из собачьей шерсти, жена сама вязала! Здоровее будешь!

– Александр Дмитриевич, разрешите обратиться? – Света раздраженно фыркнула на дедка и, вздохнув, все-таки надела колючие черно-бурые носки. – Зачем тебе наше снаряжение, командир?

– Ревизию провожу, – подмигнул ей Сашка. Неужели думала, что он не в курсе, сколько запрещенки пиротехники с собой на операции таскают втихомолку? – Показывайте, что есть, и будем думать, что из этого можно слепить. В плане пока столько дыр, что лучше пригодиться может абсолютно все.

– Начни с дыр. А лучше с самого начала, – вкрадчиво посоветовал Костик и перекинул ведьмаку фляжку. – Глотни немного, мысли прочистит. Глядишь, тогда и мы твой план поймем.

– И нам оставь! Тут все замёрзли, если ты не забыл, – капризно топнув ножкой, заявила Света. Оба пиротехника снова перебрались к огню, с напускной угрозой нависая над сидящим товарищем. Близнецы, глядя на эту картину, тихо посмеивались, заняв место за столом.

– Минус одна дыра, – довольно осклабился Сашка, отказавшись от предложенного напитка и передав фляжку Свете. – Дед! Тащи бутыль! И ребят накорми, я скоро вернусь! – Оглянувшись на друзей, он одним прыжком подлетел к стене, схватил куртку и выскочил за дверь.

Секунд десять ведьмаки АВЕЙРа сидели с образцово-обиженными лицами, но, когда стало ясно, что делиться планом с ними пока никто не собирается, разочарованно вздохнули и расслабились.

– Кто-то понял, что он придумал? – на всякий случай спросил пиротехник.

– Да ну его, давайте лучше поедим, а? – хмыкнув, близнецы отправились на кухню.

* * *

Промозглый ветер быстро выстудил бурлящий в крови гнев, и мысли, наконец, начали выстраиваться в аккуратные ряды. Напоследок Сашка что есть силы вдарил кулаком по стене дома и, тихо матерясь, направился к машине. Раскисшая глина вязко чавкала под ногами, затягивая, будто трясина. Трясина и есть все происходящее, если подумать. Расслабились ведьмаки за годы мира, хватку потеряли, все больше по офисам да по кабинетам окопались. Разленились, чер-р-р-рти. Настолько, что темную ведьму под носом прошляпили. По крайней мере, очень хотелось верить, что всему виной безалаберность и халатность местного филиала АВЕЙРа. Допускать одну мысль о том, что кто-то из «своих» опустился до сговора с паразиткой, тянущей силу уже даже не из живой природы, а из кровной родни… Перов-младший потряс головой и сосредоточился на настоящем. Сначала вытащат девушку, потом будут разбираться, кто прав, а у кого рыло не пухом, шерстью заросло.

«Дедулин компот, если подумать, градусов на пятьдесят потянет. Хватит на экстракцию из любой смеси, кроме полыни. Полынь сейчас ни к чему…» – Сашка вытащил из бардачка небольшую коробку и теперь сноровисто перебирал полупрозрачные вакуумные пакетики, содержимое которых больше напоминало разноцветную муку. Под сиденьем, конечно, лежал еще один свёрток, который разом бы решил все проблемы, но… Отец за использование «запрещенки» точно не похвалит, да и ведьма получит лишний шанс на послабление приговора.

Итак, в доме, помимо самой ведьмы, около пяти живых охранников, явно модифицированные псы и ловушки. За жизнь пленницы, если Ангелина почувствует, что запахло жаренным, ведьмак не дал бы и гроша. «Тетушка» излишне осведомленную девчонку уберет – или проклятьем, или собственными руками, и семейные узы ей не помешают. Значит, действовать нужно на предельной скорости. Неизвестно, в какой степени замешан в происходящее мэр с его свитой, а потому… Инструменты жаль, но жизнь дороже.

Травник еще раз прокрутил в голове все, что помнил о нейтрализации природных ведьм, и с шумным вздохом потянул из коробки несколько пакетиков. Придётся повысить концентрацию энергетика для себя и ребят, после смеси для окуривания одежду вообще только в утиль – всю, вплоть до нижнего белья. Одни расходы от этих женщин…

«Староват становлюсь для таких авантюр, определенно», – Сашка усмехнулся собственным мыслям, спрятал травы в карман и, выудив из багажника чемодан с инструментами, пошел обратно. Дед Ефим на немой вопрос ведьмака только нахмурился и, кряхтя, проводил мужчину на чердак дома. Туда же Костик, любопытно косясь на командира, через пару минут затащил бутыль самогона и тарелку с ужином. Перов-младший в это момент как раз раскладывал на полу содержимое своего чемодана: черную мраморную плиту размером с лист А3 формата, набор растворителей, обсидиановую ступку с пестиком, «поющую» чашу, металлические щипцы и пластиковую мерную ложку от какого-то аптечного сиропа.

– Интуиция подсказывает, что ты опять нас травить своей дрянью будешь. – Хмыкнув, пиротехник водрузил свою ношу аккурат на середину плиты. – Поешь сначала, без тебя долго не продержимся, случись какой форс-мажор.

Сашка благодарно улыбнулся – подкрепиться, и правда, не мешало бы. Энергетики и прочие тонизирующие зелья обладали одним существенным недостатком – выпитые на голодный желудок, спустя какое-то время они отправляли человека в глубокий беспробудный сон часов этак на девять-десять.

Через час все приготовления были завершены. На инструктаж команда поднялась под крышу – мало ли, кого ведьма успела призвать себе в помощь.

– Ну что, орлы. Ведьма нам попалась не простая, со сдвоенным даром. – Сашка лично влил в чай каждому из ребят по пять ложек энергетика. – Пейте-пейте, просто тоник, ничего глобального. Итак, ведьма. Силу тянет, как вы уже поняли, из земли и воды. Значит, будем уравнивать шансы огнем, так сподручнее. Света, ты берешь машину и вместе с Ефимом ждешь нас на той стороне реки, за границей. Сама она туда не сунется, знает, что не выстоит. Скорее, в погоню кого-то организует, будет шанс оторваться. Тарас, ждешь снаружи, тебе девушку перекинем. Рома и Костя идут со мной в дом.

– Что в пузырьках? – Костя придирчиво изучал на просвет радужную маслянистую субстанцию в аптечном флаконе, которые ровным рядочком выстроились на подоконнике.

– Не тряси раньше времени, а то дед Ефим без чердака останется.

– Понял, не дурак, – пиротехник аккуратно поставил гремучую смесь на место и отошел подальше. Умение Перова создавать из безобидных ингредиентов взрывоопасные вещества его всегда поражало. – Что подрывать будем?

– Смотрите по ситуации. – Сашка допил остатки энергетика и поморщился – напиток вышел уж слишком горьким. – Идем в мертвый час, чтобы противников было меньше изначально.

Мертвый час, волчий час – время, когда все живое замирает, погружаясь в самый глубокий сон. Даже у ведьмы, несмотря на ее опытность, не хватит сил противостоять законам природы, потому учуять врагов сразу она не сможет. По крайней мере, Сашка на это надеялся.

За оставшееся до вылазки время они еще раз изучили план дома, раздобытый Костиком и доработанный Ромой. Прогрели автомобиль, долив в бензобак содержимое еще одного флакона из Сашкиной коллекции. Уговорили-таки деда Ефима закрыть и на время переехать в город к жене и внучке, пока служба контроля АВЕЙРа не вынесет окончательного решения по делу перешедшей грань ведьмы Ангелины. Чего доброго, отомстит еще старику, когда ведьмаки покинут коттеджный поселок, ведьмы – они злопамятные.

Света со своим подопечным выехали чуть раньше назначенного времени – им предстояло сделать довольно большой крюк, добравшись до ближайшей переправы и скрытно вернувшись к границе земель Ангелины. С первым волчьим воем – в этих краях самый темный час перед рассветом не зря носил свое имя – выдвинулись остальные.

Все складывалось удачно. Слепое бельмо луны закрыло тучами, следящие заклятья на гравийных дорожках вокруг коттеджа тихо шипели, истаивая, под специально обработанными нейтрализатором подошвами диверсантов. Обесточить систему безопасности Костик умудрился практически за несколько секунд. Усыпить сторожевых псов взялся Рома – среди его коллекции флейт и дудочек была и та, что могла угомонить самого Цербера своим неслышным для человеческого уха пением. Определить ближайшую к пленнице комнату с самым широким окном и вскрыть замки помог Тарас – была в его жизни темная страница, о которой он старался не вспоминать, однако навык сохранился.

Комната оказалась прачечной, в такой час пустующей. Тарас остался снаружи, как и обговаривалось, Костя слился с тенями служебного помещения, Рома с флейтой и Сашка с инъектором наготове пошли дальше. Мало ли, как отреагирует измученная родственницей девушка на ворвавшихся в ее «покои» мужчин.

Племянница ведьмы дремала, прислонившись головой к стене. На появление чужаков внимания не обратила совершенно – видимо, приняла сквозь марево сна за слуг Ангелины. Рядом с ней валялась недоеденная плитка дешевого шоколада и старая, с истертым рисунком и сколотым ободом чашка с какой-то бурдой.

Сашка скрипнул зубами, разглядев в полумраке комнатки темно-фиолетовые пятна на сгибах локтей и исколотые, распухшие мочки ушей девушки. Таким образом брали кровь только у пожилых людей – или тех, у кого проблемы с кровотоком. Видимо, жажда ведьмы стала потихоньку брать верх над разумом.

Инъектор коротко вжикнул, погружая девушку в глубокий сон. Опала, на лету раздуваясь жирными хлопьями пепла, нейтрализующая ведьминские чары травяная смесь. Сашка закинул на плечо почти невесомую жертву родственных уз, Ромка, уходивший последним, хитро поставил один из флаконов на полу так, чтобы распахнутая дверь обязательно разбила хрупкое стекло. Девушку передали Тарасу, Костя спешно разложил по углам свои жгучие «подарочки»…

Они успели покинуть пределы коттеджа и спуститься вниз по склону, ведущему к реке, когда на верхнем этаже вдруг вспыхнул свет, а в волосах девушки что-то замигало ярко-красным светом.

– Вот дрянь! – Сашка выдернул странную следилку – гибрид техники и ведьминских чар, легко раздавил её пальцами – но было поздно. Облако нейтрализатора на время пригасило действие амулета, однако подавить его целиком не смогло. В доме громыхнул взрыв, за ним еще парочка, зажглись прожекторы, обшаривая прилегающую к коттеджу территорию. – Так, всем ускориться! Тарас, Рома, девушку в машину. Костя, держись рядом, прикрываешь.

– А ты?

– А я встречу гостей. – Сашка недобро оскалился, оглянувшись на сияющий в темноте дом. – Разговор у меня к ответственной за округ. Ну, чего встали?

Команда Перова успела пересечь ажурный мостик и отбежать от незримой границы ведьминских владений еще метров на сто, когда Ангелина появилась на склоне. Ведьма шла неторопливо, вальяжно, в сопровождении четверых мордоворотов-охранников. Заметив свою пропажу на другом берегу, она скривилась и прибавила шаг. Сашка мысленно похвалил того из своих предков, кто додумался ограничивать силу таких вот паразитов границами их земель, и приготовился. Слава богам, с ведьмами, хоть и не с такими сильными, он уже встречался.

– И не стыдно вам, Сашенька, закон нарушать? – Ангелина улыбнулась, будто сытая кошка. – Кто мог подумать, чтобы сам наследник Перова приличную женщину ограбить решит? Ай-ай-ай, нехорошо-то как. Что люди скажут? Папочка будет недоволен…

Ведьма приблизилась еще на шаг, остановилась у начала мостика. Мостик был добротный, из толстых бревен собранный, резьбой с наговорами украшенный – с наскоку чары не сломаешь. Ангелина хмуро цыкнула, сделав в уме пометку – первым делом с утра вызвать бригаду плотников и снести этот пограничный столп к чертям. Давно пора расширить свои земли.

– Вы лучше подумайте, уважаемая, что скажут люди, когда узнают, что вы родственницу в качестве кормушки использовали. – Посоветовал Сашка, разогревая в ладони один из пузырьков. Перов-младший стоял ровно посередине моста. Костя, ловко скрывшийся в высокой береговой траве, занимался тем же.

– А это не их дело. И не я первая это придумала. – Отмахнулась со скучающей гримасой ведьма. – Девчонка согласие дала? Дала. Подпись стоит на договоре? Стоит. Значит, теперь она моя собственность. Верни!

– Перебьешься. Подпись еще проверить надо на подлинность, ваши увертки контролю известны. А неучтенный источник подлежит изъятию.

– Ах, Сашенька, нам ли с тобой ссориться? – Ведьма остановилась, носками туфель касаясь моста. – Ну, зачем тебе сдалась моя племянница? Ты ей не брат, не сват – отдай мне девочку, и я все забуду. Отцу твоему помогу даже с недругами справиться.

– Нет.

– Последний раз предлагаю. – Глаза ведьмы сверкнули зеленью. она с силой опустила каблук на основание мостика – но дальше пройти не посмела.

– Не ваша она, Ангелина, сами знаете. Видящим друг друга использовать в таком плане запрещено законом.

«Потому как рождаются после таких экспериментов безумные старухи вроде вас», – хотелось ему крикнуть, но Сашка удержался. Правила ведьм он помнил. Три раза она должна услышать отказ, прежде чем напасть. Иначе ее же сила подведет хозяйку.

– Ты сам решил, – процедила ведьма и отступила назад, скомандовав охране. – Девчонку вернуть!

«Големы!» – осознал масштаб проблемы Сашка, увидев, как быстро набирают скорость ведьмины слуги, вихрем пролетев мимо него. Впрочем, ребята отобьются – с меткостью проблем нет ни у кого. А вот он сам… Ведьмак нащупал в кармане складной нож – особый, перед походом вместе с шаманами заклятый.

Сила ведьмы – в ее волосах, учили наставники. Обрежь твари косу под корень – и ослабнет она в несколько раз. Правда, эта конкретная ведьма все равно останется слишком сильна, после такой-то дозы наполненной даром крови. Но все же…

Пробежать по мосту навстречу плетущей чары ведьме. Уклониться от рванувшихся в его сторону шипастых побегов лозы, чиркнув по плотной зеленой кожице ножом. Швырнуть под ноги пакостной старухе пузырек, предварительно сорвав крышку – ведьма, конечно же, попыталась опасную вещицу поймать на мягкую «подушку» из спешно выращенного мха, но…

Костя не зря значился лучшим пиротехником в городе. Вспыхнувшая синим пламенем на воздухе смесь мигом сожрала предложенную ей приманку, окружив Ангелину пылающим кольцом. Единственное пламя, которое невозможно погасить водой или чарами.

Осталось всего ничего: обойти пойманную преступницу, запрыгнуть в круг – своего хозяина пламя не тронет, схватить за распущенную по ночному времени шевелюру и быстро провести ножом, отбросив лишнее. Огонь с ликующим треском проглотит такой щедрый подарок.

Слишком уверовавшая в собственную непобедимость ведьма попалась в простейшую ловушку всех времен и народов, и теперь яростно кричала, призывая на род Перовых самые жуткие проклятья. Синее пламя, после сожженных в нем волос, подросло на полметра и обещало не гаснуть еще долго. Пожалуй, до обеда можно не волноваться, что ведьма сбежит. Здесь ее контроль – не местный, купленный с потрохами алчной бабой, а настоящий, АВЕЙРовский – и заберет. Сашка довольно усмехнулся и, сложив нож, поспешил к урчащему на берегу внедорожнику, где ждала его команда.

– Ну что, поздравляю с еще одной успешной операцией! – широко улыбаясь, заявил мужчина, распахнув дверцу автомобиля. И сильно удивился, увидев мрачные лица ребят. – Что случилось? Что-то критичное с девушкой?

– Дмитрий Васильевич звонил, – после небольшой паузы, пока шел обмен взглядами между ведьмаками, сообщила Света.

– И-и-и? – Сашка насторожился. Обычно отец дожидался звонка с его стороны, не вмешиваясь в процесс. Неужели что-то не учли, и Ангелина оказалась хитрее?

– Говорит, у Агаты проблемы. – С нервным смешком продолжила Света. – Твою сестренку послезавтра ждет недолгий суд – и тюрьма за сепаратизм и попытку убийства.

Глоссарий

Внимание! Трактовка некоторых терминов – сугубо авторская.

АВЕЙР – Ассоциация Восточных Единоборств и Йоги Региона.

Анга – колдун.

Бариста – специалист по приготовлению идеального кофе. (с) Агата.

Видящий – широкое понятие, обозначающее людей с паранормальными (с точки зрения обычного человека, конечно же) способностями.

Ведьмак – человек, который может видеть негативные сущности в любом проявлении (при должном обучении и старании), однако нейтрализовать способен лишь те, что паразитируют вне живого организма.

Домовушка – дух-хранитель домашнего очага. Отвечает за уют и порядок в доме. Спутница домового.

СФО – Сибирский Федеральный округ. Имеет в своём составе 12 субъектов, среди которых есть как республики, так и прочие регионы. Территория округа составляет 30 % от территории Российской Федерации.

Хилер, тета-хилер – человек, который может ощущать присутствие негативных сущностей (проявляется как запах гари/гнили), а также с помощью дара и особых методик способен излечить/защитить пострадавший от них живой организм. В особых случаях действует как целитель – помогает наполнить опустошенный энергетический резерв.

Справочник сотрудника клининг-центра «Кларитэ»

Уровень сложности заказа – уровень опасности сущности, с которой может встретиться бригада. Всего используется семь уровней – от 1 (примитивное энергетическое загрязнение) до 7 (условно-разумные и разумные сущности, включая высокоразвитую нечисть).

Эгрегор – седьмой (высший) класс опасности. Условно-разумная сущность, площадь влияния которой исчисляется километрами.

Content

Евгения Ладыжец, Дмитрий Кригер
Кларитэ. Клининг для особых случаев

Часть 1

Глава 1. Чистота – залог здоровья

Глава 2. Про силу зависти и неожиданные встречи

Глава 3. О бывших мужьях и любящих родителях

Глава 4. Тайная страсть Александра Перова

Глава 5. О порушенных планах и незваных гостях

Глава 6. Стажеры

Глава 7. Работа – не волк…

Глава 8. Инцидент в Европе

Глава 9. «Привет, болезная!»

Глава 10. Предотъездная

Глава 11. Ведьмин след

Глава 12. Час от часу не легче

Глоссарий