Наталья Макарова

Цель жизни

Часть 1

– Не понимаю я тебя, Лиза. Почему ты никак замуж не выходишь? Вы с Костиком уже пять лет вместе. Предложения он тебе с завидной регулярностью делает. Смотри, надоест ему ждать! Сбежит парень.

Лиза осторожно перемешала сахар в маленькой кофейной чашке и подняла глаза на свою подругу.

– Не знаю, как и объяснить, Даша. Сама себя не понимаю. Ты же в курсе, что мы с ним уже три раза заявление в ЗАГС подавали, но в последний момент я всё время отказывалась. Словно что-то не даёт решиться, мешает.

Подруги сидели вдвоём на веранде летнего кафе. Обе – молодые, стройные, привлекательные. Даша – высокая яркая шатенка с вьющимися волосами в офисном стиле одежды. Лиза – миниатюрная девушка славянской внешности с прямыми русыми волосами, в джинсах и кожаной куртке.

Знакомы они были довольно давно, ещё с университета. Даша – дочь состоятельных родителей и Лиза – девушка, выросшая в детском доме, тем не менее, поступили в один ВУЗ и, найдя между собой много общего, подружились. Там же, в ВУЗе, они нашли своих будущих спутников жизни. Впрочем, спутниками Евгений и Константин стали далеко не сразу. В годы учёбы они все вместе просто собирались в студенческих компаниях. Но по окончании университета не решились расставаться, и пошли дальше по жизни в новом качестве.

Сейчас обеим было по 27 лет, обе имели хорошую работу, у обеих в личной жизни была определенность. Но… Если Дашин законный брак уже насчитывал два года, то Лиза до сих пор просто ходила на свидания с Костей, боясь решиться на большее.

Когда-то они планировали отпраздновать обе свадьбы в один день. Впоследствии Лиза отказалась от этой мысли, объяснив свое решение тем, что каждая свадьба должна проходить индивидуально. В итоге в ЗАГС пришла только одна пара – Женя и Даша. Время шло, Константин не оставлял попыток назвать Лизу своей женой, но пока его усилия не увенчались успехом.

Даша не раз заводила с подругой разговор на эту тему. Но, как и сейчас, Лиза не могла сказать ничего определённого. «Не знаю, ещё не решила, мне кажется, что время ещё не пришло» – вот были её обычные слова.

Даже сам Костя иной раз просил Дашу повлиять на подругу. И Даша искренне пыталась это сделать.

– Если ты сама не можешь в себе разобраться, значит, нужно обратиться к специалисту. Почему бы тебе не пообщаться с психологом?

– Зачем? Разве со мной что-то не так?

– Что за устаревший взгляд у тебя, подружка! Психолог – это не тот врач, который работает с сумасшедшими. Психолог – это человек, который поможет тебе лучше понять свой собственный внутренний мир.

– Я как-то не думала об этом.

– А ты подумай! А также подумай о том, что у тебя в бессмысленных сомнениях уже пять лет прошло. А ведь моложе мы не становимся. Пора на что-то решиться. Либо не мучь парня, оставь его и найди другого, либо согласись уже на счастливую семейную жизнь.

– Как будто посторонний человек сможет вселить в меня уверенность!

– Этот, как ты говоришь, посторонний человек сможет определить, что ты хочешь на самом деле. По крайней мере, я на это надеюсь.

Разговор продолжался в том же духе. Даша, душевно переживая за подругу, убеждала её не отказываться от предложенного варианта. Пусть это не станет панацеей, но ведь попробовать-то можно! Вдруг всё-таки поможет.

Впрочем, особых препятствий к посещению психолога Лиза тоже не видела. Придя вечером домой, она включила свой ноутбук и набрала в поисковой системе интересующий её запрос.

Психологов в городе оказалось множество. Предлагались индивидуальные и групповые занятия, онлайн консультации, различные тренинги. Лиза уже устала читать перечни их услуг, как вдруг на очередном просматриваемом сайте наткнулась на рубрику «вопрос-ответ». Женщина-психолог отвечала на вопросы, задаваемые посетителями сайта. Её ответы очень понравились Лизе. Кратко, но ёмко и доходчиво. Некоторые вопросы были откровенно глупыми и даже дурацкими, но специалисту во всех случаях удавалось вникнуть в суть проблемы. Лиза решила обратиться именно к ней.

На сайте были указаны номера телефонов и адрес клиники, где работала эта женщина. Лиза переписала эту информацию в свой мобильный телефон, намереваясь завтра же утром связаться с заинтересовавшим её специалистом.

* * *

– Алло… Здравствуйте, я хотела бы поговорить с Галиной Анатольевной… Очень приятно, меня зовут Елизавета. Могу я записаться к вам на приём?.. Прямо сегодня? Замечательно! Расскажите, пожалуйста, как к вам добраться?

Закончив разговор, Лиза отложила телефон и попыталась представить, куда ей ехать. У Галины Анатольевны, выбранного вчера психолога, была частная клиника, которая находилась за чертой города. Общественный транспорт туда не ходил. Можно было, конечно, вызвать такси, но погода стояла настолько замечательная, что Лиза решила воспользоваться выпавшей возможностью загородной прогулки.

Чтобы не опоздать, она вышла из дома пораньше, доехала на автобусе до окраины города и дальше пошла пешком. Дорога пролегала через перелесок, и девушка с удовольствием наслаждалась вдыхаемыми ароматами природы. Буйная зелень, пёстрые цветы по обочинам… Лиза думала о том, как давно она не выезжала за город и как здорово, что нужная её клиника находится в таком чудесном месте!

Среди деревьев показалась живописная полянка. На ней вырисовывалось небольшое трёхэтажное здание белого цвета, напоминающее внешним видом барочную усадьбу. Постройка настолько гармонично вписывалась в окружающую природу, что девушке невольно представились дворяне, подъезжающие сюда в каретах, запряжённых лошадьми. Единственное, что нарушало эту гармонию – высокий глухой забор, окружающий гипотетическую усадьбу. Девушка подошла к калитке и позвонила в установленный на ней домофон.

Ей открыли практически сразу. Лиза вошла в калитку и увидела идущего ей навстречу молодого человека.

– Здравствуйте! – поприветствовала его Лиза, – я к Галине Анатольевне.

– Я вас провожу. – Ответил молодой человек и указал на вход в здание, – сюда, пожалуйста.

Лиза поднялась по ступенькам на крыльцо и увидела висящую рядом с входом табличку «Психиатрическая больница». Этим-то и объяснялось наличие непроницаемого забора. По телефону Лизе объяснили, что Галина Анатольевна – главврач частной психиатрической клиники, а по совместительству она ведёт приёмы ещё и как психолог.

Лиза и её сопровождающий вошли в здание и направились по чистому светлому коридору к нужному кабинету.

– Вам сюда. – Молодой человек указал на одну из дверей.

– Спасибо. – Девушка постучала в дверь.

– Да-да, войдите. – Отозвался приятный женский голос.

Кабинет Галины Анатольевны полностью соответствовал своему окружению: тюлевые занавески на окнах, изысканные цветы на подоконниках, тяжёлая мебель из натурального дерева. И сама Галина Анатольевна явно была здесь на своём месте – ухоженная миловидная женщина приятной полноты лет 50-ти с небольшим. Всё увиденное произвело на Лизу настолько хорошее впечатление, что она решила начать разговор с комплимента.

– Добрый день. Как у вас здесь красиво! Даже не верится, что вы работаете с сумасшедшими.

Психолог дружелюбно улыбнулась.

– Они – такие же люди, как и все остальные, и тоже нуждаются в красоте. Проходите, Елизавета, присаживайтесь. Чем я могу вам помочь?

Лиза глубоко вздохнула.

– Спасите меня от одиночества.

Галина Анатольевна удивлённо подняла брови.

– Ваш внешний вид и манера держаться выдают в вас уверенную в себе женщину. Неужели всё так плохо?

Девушка начала не слишком весёлую повесть о своём взрослении. Выросла она в детском доме. Родителей своих не знала; ей говорили, что от неё отказались сразу после её рождения. Жизнь в детдоме подчинялась очень строгим, если не сказать, жёстким правилам. Красной нитью в воспитании проходило напоминание того, что тебе здесь ничего не принадлежит. Всё, что у тебя есть: еда, одежда, крыша над головой, обучение и проведение досуга – всё это дано тебе заботливым государством либо, в редких случаях, сердобольными воспитателями. Лично твоего в этой жизни ничего нет! Твоим будет только то, что ты заработаешь, когда вырастешь.

– Я рано поняла, что моё будущее зависит только от меня самой. Без ложной скромности могу сказать, что была очень старательной. Хорошо училась, поступила в университет, закончила его, сейчас работаю. Моё детдомовское детство осталось в далёком прошлом, я самостоятельный человек, обеспечивающий не только свои насущные потребности, но и могущий себе позволить некоторые удовольствия. Однако во мне до сих пор живёт маленькая девочка, боящаяся назвать что-нибудь своим. – Лиза взяла паузу.

– Мы вырастаем с тем, что в нас заложили в детстве. – Понимающе заметила Галина Анатольевна.

– Я много раз слышала, – продолжала девушка, – что из воспитанников детдома получаются прекрасные семьянины. Лишённые в детстве любви близких, они стараются привнести её в собственные семьи. Но в моём случае почему-то всё не так. Я привыкла всё время быть одна, и нахожу в этом свою прелесть. Я не хочу что-либо менять в своей жизни. А, может быть, боюсь… Мысль о том, что мне никто и ничего не может принадлежать, настолько крепко засела в моём сознании, что я просто не могу соединиться с другим человеком.

– Но значит ли это, что у вас совсем нет близких людей?

– У меня есть подруга, есть молодой человек… Но близких в полном смысле этого слова, пожалуй, нет. И, самое страшное, мне кажется, что они мне и не нужны.

– Вы уникальный экземпляр, Елизавета! – невпопад радостно заявила психолог, – вы мне абсолютно подходите.

Лиза принуждённо улыбнулась.

– Простите, я не понимаю вас.

– Я приглашаю вас стать участницей моего эксперимента. – Галина Анатольевна встала из-за стола и прошлась по кабинету. – Сейчас я всё вам объясню.

– Ну, если это поможет решить мою проблему… – неуверенно произнесла Лиза, наблюдая за передвижениями психолога.

– Моя методика избавит вас от всех проблем вообще. – Галина Анатольевна остановилась прямо перед девушкой и сосредоточенно посмотрела ей в глаза.

– Видите ли, я, прежде всего, психиатр. Меня интересует психика отдельно взятого человека, я изучаю её, пишу научные работы на эту тему. Уже на протяжении долгого времени я провожу один эксперимент, результаты которого станут серьёзными научными исследованиями. Под моим надзором в абсолютной изоляции от остального мира живут люди. Сейчас я говорю не об умалишённых, нуждающихся в медицинской помощи. Это нормальные люди, ведущие нормальный образ жизни с некоторыми ограничениями.

Лиза с интересом слушала психолога, однако пока не могла понять, какое отношение это имеет к её проблеме. Галина Анатольевна между тем продолжала:

– Человек, участвующий в эксперименте, живёт в особой палате вместе с такими же нормальными людьми. Его обеспечивают питанием, одеждой и всем необходимым. При хорошем поведении и послушании он может гулять по территории больницы в сопровождении охранника. Но при этом он лишается всех контактов с внешним миром, и клиника становится его пожизненным пристанищем.

У Лизы по спине пробежал холодок.

– Вы, должно быть, шутите! Это же концлагерь какой-то.

– Если вы знакомы с историей, то знаете, что фашисты уничтожили огромное количество людей ради своих целей. Я же никак не вмешиваюсь в жизнь человека, ни медикаментозно, ни психологически, ни физически. Я просто наблюдаю за людьми и их поведением в созданной ситуации. Это небольшая, но необходимая жертва ради науки.

– А почему вы считаете, что имеете право приносить эту жертву?

– Это естественное течение жизни и развитие научной мысли. Так было во все времена – кто-то совершал новые открытия, а кого-то размалывали жернова прогресса. Всё человечество можно условно разделить на два лагеря: гениев, которые своими достижениями двигают общество вперёд, и собственно общество, которое тянется за гениями.

– То есть, вы считаете себя гением?

– Коротко говоря, да. Мои исследования выведут психиатрию на новую ступень. И ради пользы обществу считаю допустимым пожертвовать несколькими его индивидами.

Лиза почувствовала, как в её душу закрадывается беспокойство, а уверенность покидает её. Она встала со своего места и сделала несколько шагов назад.

– Галина Анатольевна, я далека от ваших психологических экспериментов, поэтому отказываюсь от участия в них. Что касается моей проблемы, то я постараюсь разобраться в ней сама.

– Попробуйте посмотреть на это по-другому, Елизавета. Как живёт большинство людей? Работают, спят, едят, рожают детей и при этом не задумываются, для чего они это делают. И это в лучшем случае! А есть и такие, кто вообще ничего не делает, а только пьёт или употребляет наркотики. Как вы думаете, станет ли для общества разрушительным их изъятие? Нет, и место этих людей тут же займут другие.

Лиза тем временем отступила к двери, наткнулась на дверную ручку и дёрнула её. За дверью оказался молодой человек, провожавший девушку до кабинета, который тут же преградил ей дорогу.

– Пустите меня! – крикнула Лиза, инстинктивно почувствовав опасность.

– Вот взять, к примеру, вас, Елизавета, – продолжала психолог, – как вы проживёте свою жизнь? Семью вы вряд ли создадите, это понятно по вашим рассуждениям. Ну, будете работать, зарабатывать деньги, тратить их на себя же. И всё! Много ли потеряет общество, оставшись без вас? А здесь у вас есть реальный шанс принести пользу, и, может быть, даже попасть в историю психиатрии.

Лиза в очередной раз толкнула охранника.

– Я не хочу попадать в историю психиатрии. Пустите меня! – потребовала она и тут же почувствовала, как в руку вонзилось что-то острое.

Лиза в ужасе обернулась к Галине Анатольевне. Та спокойно стояла, скрестив руки на груди.

– Не волнуйтесь, Елизавета, это всего лишь безвредное успокоительное. А что касается эксперимента… ваше согласие здесь не требуется. Вы уже его участник. Лучше всего вам смириться и начать привыкать к вашему новому положению.

Последние слова психолога девушка услышала словно в тумане, после чего силы полностью оставили её.

* * *

Лиза пришла в сознание и обнаружила себя лежащей на кровати в больничной палате. Над собой она увидела склонённое лицо незнакомой девушки.

– Привет! Как ты себя чувствуешь? – дружелюбно поинтересовалась девушка.

Лиза приподняла голову и огляделась. Её взору предстали белые стены, большое зарешеченное окно, несколько больничных коек, тумбочки возле них, две закрытые двери. А ещё – люди. Несколько женщин разных возрастов, одетых в одинаковые серые халаты. На себе Лиза с удивлением обнаружила точно такой же халат.

На самой дальней койке сидела женщина лет 35–40 на вид с длинными рыжими волосами и недоброжелательно изучала Лизу. Впрочем, вскоре она отвернулась и не удостаивала больше ни взглядом никого из находящихся здесь людей.

С соседней кровати поднялась маленькая худенькая старушка и тоже подошла к Лизе. Девушка уловила в её глазах сочувствие.

На кровать рядом с Лизой присела совсем молодая блондинка с короткой стрижкой. Это её Лиза увидела первой, придя в себя. Ещё одна кровать стояла пустой.

– Где я? – прошептала Лиза.

– В клинике Галины Анатольевны. – Ответила блондинка.

Лизе тут же вспомнились страшные слова психолога.

– Она говорила про какой-то эксперимент…

– Да. Мы все в нём участвуем. И ты теперь тоже. – Со вздохом отозвалась блондинка.

– То есть, как это понять?

– Как тебя зовут?

– Лиза.

– Меня – Аня. Это – Маргарита Васильевна, – блондинка указала на старушку, которая тоже присела рядом, – а там – Эля. – Блондинка понизила голос.

Речь шла о недоброжелательной женщине на дальней койке. Она всё так же сидела, отвернувшись и абсолютно неподвижно.

– Она никогда не разговаривает. И вообще, ведёт себя довольно странно. Возможно, она… – Аня сделала характерный жест рукой возле виска. – Никто не знает, как давно она здесь.

– А как давно здесь вы? – Лиза привстала на кровати, адресовав этот вопрос обеим женщинам.

– Я четыре года. – Ответила Аня, кивнув в сторону дальней койки, – когда я тут появилась, она уже была такой.

– Четыре года?! – Лиза отбросила одеяло и резко встала. – Ты серьёзно? И так спокойно об этом говоришь?

– Я привыкла. – Равнодушно ответила блондинка, – поверь, со временем ты тоже привыкнешь.

– Я не собираюсь ни к чему здесь привыкать! Я должна выбраться отсюда!

– Бедная деточка! – вступила в разговор старушка, – ты поплачь, тебе легче станет.

– Выбраться отсюда невозможно. – Так же спокойно продолжала Аня, – когда ты это поймёшь, то успокоишься и будешь просто жить дальше.

– Жить?! Здесь? В этих четырёх стенах? Лучше уж не жить вообще! Маргарита Васильевна потянула Лизу за руку.

– Сядь, милая, успокойся и послушай нас. У всех есть своя история. Но все мы оказались здесь, и нам пришлось приспосабливаться.

Лиза выдернула руку и кинулась к одной из дверей, рывком открыв её. За дверью оказались туалет, умывальник и душевая кабина. – Как видишь, здесь есть все удобства. – Донёсся до неё голос Ани.

Лиза захлопнула эту дверь, подбежала к другой и дёрнула дверную ручку. Вторая дверь оказалась заперта. Девушка принялась колотить в неё и кричать.

– Выпустите меня немедленно! Откройте дверь! Вы не имеете права держать меня здесь!

Неожиданно дверь и в самом деле открылась. На пороге стоял уже знакомый Лизе молодой человек. Лиза попыталась проскочить мимо него, но ей это не удалось. Парень так скрутил её, что она не могла пошевелиться.

– Послушайте, Елизавета, – громко сказал он, – если вы будете сопротивляться, я буду вынужден вас ударить, чего бы мне делать не хотелось. Сейчас вы ещё раз поговорите с Галиной Анатольевной, но обещайте вести себя спокойно, иначе хуже будет только вам.

Лиза резко кивнула. Молодой человек крепко взял её за руку и, закрыв дверь палаты на ключ, повёл по коридору.

* * *

Это оказался совсем другой кабинет. Никакой роскоши, только самое необходимое – стол, стулья и шкаф, заполненный бумагами и медицинскими картами. Да и Галина Анатольевна на этот раз производила другое впечатление: жёсткая начальница, чётко знающая свою работу.

Молодой человек всё так же крепко держал Лизу, не давая ей делать лишних движений.

– Ну что, давайте поговорим снова, Елизавета. – Начала разговор психолог.

– Отпустите меня немедленно! – потребовала девушка. – Меня всё равно найдут!

– Вы ошибаетесь, здесь вас никто не найдёт, – уверенно заявила Галина Анатольевна. – Я хочу рассказать вам о жизни в новых для вас условиях. Со временем вы поймёте, что всё не так уж плохо.

Лиза понимала, что из крепких рук её сопровождающего ей не вырваться, поэтому решила действовать по-другому. Сделав вид, что успокоилась и готова слушать, она в то же время надеялась усыпить бдительность охранника и дождаться, пока он ослабит хватку, после чего попробовать убежать.

– Как я понимаю, вы уже познакомились со своими соседками. – Продолжала психолог, – все они – весьма милые люди, и вас не обидят. Но если всё же обидят – вам достаточно сообщить нам об этом, и проблемы будут улажены. Более того, вы можете обращаться к нам с любой просьбой. Единственное, чего вы лишены – это свободы и прежних контактов. Всё остальное в разумных пределах вам доступно. Если захотите пообщаться со мной на любую тему – я почти всегда к вашим услугам. Решите побыть одна – пожалуйста, в вашем распоряжении специальная комната. Вас туда отведут и оставят одну так долго, как вам нужно. Если пожелаете экзотических фруктов, алкоголь или наркотики – всё это мы можем вам предоставить. Возможно, вы однажды решите свести счёты с жизнью – и в этом вам не будет никаких препятствий. Вам опять же предоставят комнату, а также выбранный вами способ отправиться в лучший мир и не будут беспокоить. Если вы передумали умирать – вас отведут обратно в палату. Иными словами, своей жизнью распоряжаетесь вы сами. А я лишь фиксирую наблюдения за вами. У нас предусмотрены и прогулки, правда, не для всех и только после испытательного срока. Для каждого такой срок индивидуален, и я сама определяю, когда тому или иному человеку разрешить выйти на улицу. Гулять можно только по огороженной территории и только в сопровождении охранника. Маргарита Васильевна и Эльвира гуляют, а вот Анечка такой возможности лишилась. Когда-то она хотела сбежать во время прогулки, а я такого не прощаю. Если вы решите повторить её попытку, то перестанете выходить на улицу навсегда. Так что хорошо подумайте, прежде чем предпринять что-нибудь подобное. Что ещё? Еда три раза в день, приносится в палату. Всё вкусно и питательно. Если не захотите есть, никто не заставляет. Режима никакого нет, свободным временем распоряжаетесь вы сами. В принципе, всё. Если есть вопросы, я вас слушаю.

За время этого длинного монолога охранник так и не ослабил хватку, поэтому мысль о побеге пришлось отложить.

– Всё понятно. – Коротко ответила Лиза. – Отведите меня в палату.

Девушке хотелось как можно скорее изучить место своего заключения. Не может быть, чтобы оттуда не было выхода! Нужно сориентироваться на месте и придумать новый план.

– Да, ещё один момент. – Вспомнила Галина Анатольевна. – В палате есть окно, но не надо рассчитывать, что оно вам поможет. Кричать и звать на помощь бесполезно – все знают, что здесь сумасшедший дом, и если даже кто-нибудь что-то и услышит, вас всё равно примут за его пациентку. А что-либо выкинуть с информацией о себе из него не получится. Огороженная территория велика, за забор не добросите. Так что не предпринимайте подобных попыток, а то я могу и наказать. Если же будете послушны, условия жизни окажутся вполне приемлемыми. Всего доброго!

Молодой человек повёл Лизу обратно в палату, так и не дав ей возможности освободиться.

* * *

Другой молодой человек, которого Лиза пока ещё не видела, копался в её сумочке и просматривал отнятые у неё вещи. Найдя мобильный телефон, он взял его, вышел из клиники, сел в машину и поехал в центр города. Припарковав автомобиль около крупного торгового центра, он, прихватив телефон, прогулялся по магазинам, потом попетлял по близлежащим улицам и, наконец, направился в городской парк. Там он некоторое время побродил по зелёным аллеям, после чего взошёл на перекинутый через реку мост. В это время телефон зазвонил.

Молодой человек держал аппарат в руке, терпеливо ожидая, когда погаснет экран с высветившейся надписью «Костик». Наконец звонок прекратился. Человек вытащил телефонную sim-карту, сломал её и выбросил в реку. Корпус телефона он забрал с собой, вернулся к машине, проехал по центральным улицам и выкинул его в одну из урн. После всех этих действий он снова вернулся в клинику.

Константин набрал номер Лизы ещё раз. Но если раньше она просто не отвечала, то сейчас телефон оказался отключён. «Должно быть, батарейка села, – решил Костя, – позвоню ближе к вечеру».

Однако ни ближе к вечеру, ни вечером, ни ближе к ночи ситуация не изменилась. Сколько бы Костя не набирал Лизин номер, абонент оставался недоступен. Отчаявшись дозвониться до любимой девушки, Константин позвонил её подруге.

Даша проводила этот вечер в гостях у своих родителей, которых регулярно навещала.

– Нет, Костик, сегодня мы не созванивались. – Ответила она, – зато вчера виделись. Да ты не переживай напрасно! Просто поезжай к ней домой. Мало ли что произошло с её телефоном! Украли, потеряла, сломался… Но когда будешь у неё, всё же позвони мне на всякий случай и доложи, что всё в порядке.

Последнюю фразу Даша произнесла с улыбкой, так как ничуть в ней не сомневалась. Константин на мгновение задумался. С Лизой они общались очень давно, и у него был ключ от её квартиры. Однако девушка всё время держала какую-то неуловимую дистанцию, и Костя нечасто решался нагрянуть к ней в гости без приглашения и, тем более, воспользоваться этим ключом. Он снова набрал её номер и снова услышал в ответ тот же самый текст. Убедив себя, что сейчас настал исключительный случай, он взял ключ и поехал к ней домой.

* * *

Лиза внимательно изучала палату.

– Никак не могу понять, зачем ей это нужно? – произнесла она, имея в виду психолога.

– Мы здесь – что-то вроде лабораторных крыс. – Отозвалась Аня, – она изучает наше поведение в искусственно созданном обществе. Все ведь реагируют по-разному. Кто-то смиряется и живёт дальше, кто-то психует и сходит с ума, кто-то не выдерживает и сводит счёты с жизнью. Богатейший материал для наблюдений!

Последняя фраза была произнесена с сарказмом.

– Бред какой-то! Словно я вижу ночной кошмар или перенеслась в рабовладельческое время. – Лиза старалась сохранять спокойствие и трезво оценивать ситуацию.

– Жалко мне вас, девочки. – Вмешалась в разговор Маргарита Васильевна. – Это мне, старой, здесь самое место, а вам бы на свободе жить, работать, детей растить…

– А как вы здесь оказались? – поинтересовалась Лиза.

– Я здесь, милая, уже полтора года. Родной сын с невесткой такие условия жизни мне создали, что я от них в подвал жить ушла. На старости лет без жилья осталась. Как-то на свалке что-нибудь поесть искала, там Паша меня и подобрал.

– Какой Паша?

– Так охранник наш. Ты его ещё не видела. Тебя Игорёк сюда привёл. А ещё Паша есть. Они меняются, по очереди нас охраняют. Он мне представителем какой-то социальной организации назвался. Мол, поедем в дом, где за пожилыми ухаживают, мне там место бесплатно положено. Я и поехала с ним. Терять-то было нечего! Здесь уже меня Галина Анатольевна про жизнь мою расспросила и у себя оставила.

– Так вы здесь добровольно?

– Да, милая. Правда, о том, какие тут условия проживания, я уже в этой палате узнала. Но для меня это не так уж и страшно. Кому я там, за этими стенами нужна? А здесь меня кормят, одевают, гулять разрешают; крышей над головой до самой смерти обеспечена. Если с моим подвалом сравнивать, тут просто санаторий! Одно только плохо – таких, как вы, жалко очень. Несправедливо Галина поступает! Она бы лучше кого-то вроде меня собирала и ставила бы свои эксперименты. Мы бы ей только благодарны были. А вас-то за что света белого лишать! Я уж и разговаривала с ней об этом, да без толку.

– Паша, Игорёк… – удивилась Лиза. – Вы о них, как о своих друзьях или соседях рассказываете, а не как о тюремщиках.

– Так они же всё время рядом, милая. И еду нам приносят, и просьбы наши выполняют, и гуляют с нами. Они к нам по-человечески относятся, и мы к ним так же.

– Значит, запереть нас здесь – это по-человечески?!

– Ты всё равно ничего не добьёшься. – Перебила Аня, – мы здесь и эти два парня там, не считая, Галины – вот и всё наше окружение. Лучше уж существовать мирно, чем постоянно скандалить.

– Это мы ещё посмотрим.

Лиза подошла к входной двери и громко постучала. Дверь тут же открылась, и на пороге появился «Игорёк».

– Вы что-то хотите?

– Выпустите меня! – Лиза шагнула вперёд, но тут же уперлась в его мышцы.

– Если других пожеланий у вас нет, прошу больше не стучать.

Охранник втолкнул девушку обратно в палату и закрыл дверь на ключ. Лиза принялась изо всех сил колотить в дверь и кричать, чтобы её выпустили. Снаружи не было никакой реакции. Так продолжалось довольно долго. Женщины в палате понимали её, поэтому не пытались остановить. Лиза выбилась из сил и охрипла, но ничего не добилась. Уставшая, но не сломленная, она присела на свою кровать, чтобы отдышаться.

К двери подошла Аня и осторожно постучала.

– Игорёк, открой, это я.

Дверь моментально открылась, и охранник заглянул в палату.

– Ты же понимаешь, она ещё не привыкла. – Примирительно сказала Анна. – Принеси воды, пожалуйста. Ей надо прийти в себя.

Охранник кивнул, дверь закрылась; через минуту открылась вновь. На пороге появилась бутылка питьевой воды. Аня забрала воду и подала её Лизе.

– На, пей. И успокойся.

Лиза взяла воду и с тоской услышала звук поворачивающегося в замке ключа, который отделял её от привычного мира.

* * *

Сначала Костя долго звонил в домофон, рассчитывая, что Лиза дома, и просто что-то на самом деле случилось с её телефоном. Увидев бесполезность своих попыток, он открыл дверь подъезда сам и поднялся к её квартире.

Но, может быть, она отключила домофонный сигнал и не слышала его? С новой надеждой Костя принялся нажимать на кнопку дверного звонка. Снаружи ему было слышно, как в квартире раздаётся звонок, но ему никто не открывал. «Может быть, она в ванной? Или надела наушники?» – мелькали обнадёживающие мысли, пока молодой человек справлялся с замком и ключами от Лизиной двери.

В квартире было темно. Уже одно это обстоятельство вызвало у Константина нешуточную тревогу. Это означало, что девушки либо не было дома, либо с ней было не всё в порядке.

Костя быстро осмотрел всё помещение, включив везде свет, но не обнаружил ничего необычного. Все вещи на своих местах, только их хозяйки нигде нет. Он ещё раз набрал её номер, и опять услышал то же самое. После этого он позвонил Даше.

Дарья в это время сидела за поздним ужином со своей мамой.

– Значит, дома её нет? Без паники! Оставайся там, я сейчас Женьку прихвачу, и мы приедем.

Даша отключила входящий вызов и посмотрела на маму.

– Лиза пропала.

Мама пренебрежительно скривила губы.

– Что значит, пропала?

– Дома в такой час её нет, и на звонки она уже полдня не отвечает.

– Небось, укатила с очередным любовником куда-нибудь на Гоа!

– Ну что ты говоришь, мама! Какой Гоа, Лиза в детдоме и слов таких не знала!

– В детдоме, может, и не знала, зато теперь навёрстывает.

– Ну почему ты всегда о ней такого плохого мнения! Откуда у неё любовник, тем более, очередной! У неё, кроме Костика, никого серьёзного и не было.

– Она и с Костиком, судя по всему, не очень-то серьёзно. А дурное дело не хитрое. Я никогда не понимала, что у тебя может быть общего с этой детдомовкой!

– Ладно, мам, твоё мнение мне известно, спасибо за ужин. Мне надо бежать.

– Ты переживаешь за неё, беспокоишься, а я уверена, что она жива и здорова. Просто не посчитала нужным посвятить тебя и этого дурака Костика в свои планы, – ворчала мама, провожая дочь до порога.

Даша торопливо поцеловала маму в щёку и побежала к своей машине, на ходу набирая номер своего мужа Евгения.

* * *

– Я в 17 лет из дома убежала. – Рассказывала Аня, – родители были строгие, а мне свободы хотелось. Сначала у парня одного жила. Потом мы с ним рассорились, я и от него ушла. Начала скитаться по знакомым. То у одних, то у других, то у третьих перекантовывалась. Ну и пошло-поехало: случайные связи, гулянки, выпивка, наркотики. Я сама точно и не помню, как сюда попала. Игорь рассказывал, что нашёл меня невменяемую в каком-то гаражном обществе. В общем, четыре года я уже здесь. Эля тут уже была, такая же, кстати, как и сейчас, неразговорчивая. А ещё была другая женщина… Хорошая была, добрая. До меня несколько месяцев здесь жила. Никак не могла смириться, всё искала способ выбраться. Это с ней мы тогда на прогулке сбежать пытались. Не получилось. А после того, как нас гулять выпускать перестали, она совсем сникла. В общем, через какое-то время ушла она в одиночную комнату и больше не вернулась.

Аня вздохнула и погрустнела. Было понятно, что эти воспоминания причиняют ей боль. Немного помолчав, она продолжала:

– А потом Маргарита Васильевна появилась. Вот так и живём.

– А это? – Лиза указала рукой на свободную кровать.

– Не знаю, при мне тут никого не было. Наверное, не так уж просто найти подходящего человека.

– Неужели твои родители не искали тебя? – удивилась Лиза.

– Должно быть, искали, но разве нас можно найти!

– Ну, приходят же сюда посетители или какие-то проверки!

– В нашу палату никто не приходит. Сама подумай, кто догадается, что ты сейчас здесь! Мобильник твой давно выкинули. Если каким-то образом вычислят, что ты сюда приходила, Галина просто скажет, что ты была, но ушла. А проводить обыск не будет оснований. Это частная психушка. В другой части больницы небедные пациенты проживают, так что Галине хватает денег ещё и нас содержать. Поэтому никто тут ничего особенно не проверяет.

«Не может быть, чтобы отсюда не было выхода!» – в очередной раз подумала Лиза, стараясь не отчаиваться, а вслух спросила, подвинувшись ближе к Ане:

– А что с Элей?

– Я и сама не знаю. Она здесь дольше меня и, похоже, уже совсем свихнулась. Она никогда ничего не говорит, если её что-то спросить – не отвечает. Ничего не читает, ничем не интересуется, ничего не просит. Просто сидит и смотрит в одну точку. Иногда подходит к двери, стучит в неё, её забирают и уводят. Потом она возвращается, и всё продолжается точно так же.

Женщина, о которой шла речь, действительно почти всё время сидела неподвижно, изредка бросая в их сторону короткие взгляды.

«Тут и в самом деле можно свихнуться!» – подумала Лиза, чувствуя, как отчаяние и безысходность берут над ней верх. Понимая, что не может с собой совладать, она упала на кровать и залилась слезами.

* * *

Даша прохаживалась по квартире подруги.

– Как давно ты не можешь с ней связаться? – уточнила она у Кости.

– С обеда. Сначала она просто не отвечала, а потом началось «абонент недоступен». Чёрт возьми, ну почему я не поехал к ней сразу!

– Но ты же не знал! – постарался успокоить друга Евгений.

– Давайте попробуем определить, была ли она дома этим вечером. – Предложила девушка и пошла на кухню. Оба парня двинулись за ней.

Даша бросила взгляд на пустую раковину и открыла кухонный шкаф.

– Грязной посуды нет. Значит, она или вымыла её, или вовсе ею не пользовалась… Все тарелки сухие, кухонное полотенце – тоже. Видимо, она не ужинала.

Девушка переместилась в ванную.

– Полотенце для рук даже не влажное. Вряд ли она не мыла руки, придя домой. Делаем вывод, что дома её давно не было.

– Ты прямо как настоящий детектив! – восхитился женой Евгений.

– Стараюсь. – Серьёзно ответила Даша и пошла в комнату.

Там она открыла платяной шкаф, и некоторое время изучала его содержимое.

– Не похоже, чтобы она собиралась уехать. Все нужные вещи на месте. Вот, кстати, и её дорожная сумка стоит.

Девушка оглянулась на своих спутников.

– И что всё это значит?

– Ребята, может, мы зря волнуемся? – пытался быть оптимистом Евгений. – Может, у неё какой-нибудь корпоратив на работе? Или встретила какую-нибудь старинную знакомую и засиделась с ней в кафе? А телефон элементарно разрядился.

– На неё это не похоже. – Отозвался Константин. – Она обязательно предупредила бы меня о том, что будет поздно. Мы же с ней каждый вечер созваниваемся. Если бы её телефон разрядился, она позвонила бы с мобильного коллеги или этой самой знакомой. Нет, здесь точно что-то не в порядке.

Костя и так уже не находил себе места от беспокойства, а все эти Дашины предположения заставляли его нервничать ещё больше.

– И всё же не стоит делать поспешных выводов. – Настаивал на своём Евгений. – Если бы с ней что-то случилось, нам давно бы уже сообщили об этом, скажем, из больницы или, ещё чего хуже, из морга. Плохие новости доходят быстро. Она же взрослый человек, в конце концов! Может, она просто хочет побыть одна, поэтому уединилась где-нибудь и отключила телефон. Или, не обижайся, Костян, она желает отдохнуть конкретно от тебя.

В общем, согласитесь, но гораздо вероятнее, что она сейчас отсутствует добровольно, чем вынужденно.

Даша и Костя переглянулись. Определённая логика в этом доводе, несомненно, была. Константин оживлял в памяти недавние эпизоды их отношений. Да, Лиза всё время держала его на расстоянии, однако их чувства оставались стабильными, и он не сумел припомнить ни одного момента, который мог бы служить поводом для такого поведения. Лиза вообще не отличалась капризностью, требовательностью и привередливостью. Всегда была спокойна, рассудительна, и подобная выходка, если Женя, конечно, был прав в своём предположении, не слишком вязалась с её характером. Наоборот, она скорее сама позвонила бы ему и попросила какое-то время её не беспокоить, если уж ей действительно понадобилось бы побыть в одиночестве. Но, с другой стороны, полностью узнать другого человека невозможно, и всё когда-то случается в первый раз.

– То есть, ты хочешь сказать, что мы зря сюда примчались? – прервала его размышления Даша.

– Я считаю, что не нужно пороть горячку, – ответил Женя. – У нас нет оснований подозревать что-то плохое. Наверняка она вот-вот появится и очень удивится, увидев нас здесь. Думаю, надо ехать по домам и ждать до утра.

Усилием воли Костя заставил себя успокоиться.

– Ты прав, Жень. Поезжайте домой, а я всё же останусь здесь и дождусь её. Спасибо, что приехали!

Всем троим очень хотелось надеяться на лучшее, поэтому они охотно уцепились за этот аргумент.

– Обязательно позвони нам, когда она придёт. – Уже в дверях попросила Даша. – Не важно, сколько будет времени, в любом случае звони!

Константин пообещал друзьям сообщить о появлении Лизы и, проводив их, остался один.

* * *

Лиза предприняла ещё одну попытку привлечь к себе внимание шумом. Снова стучала и кричала изо всех сил, однако на этот раз в палату никто даже не заглянул. Когда подошло положенное время, охранник Паша, которого девушка увидела впервые, принёс им на подносе завтрак, поставил его около двери и тут же исчез.

– Успокойся, милая, ты ничего так не добьешься. – Философски заметила Маргарита Васильевна, принимаясь за еду.

Это Лиза уже поняла и сама. Нужно было менять тактику и придумать что-то другое. Силы ей были нужны, поэтому она, не сопротивляясь, поела, попутно рассмотрев посуду. Ничего интересного принесённые столовые приборы из себя не представляли: небьющаяся тарелка и пластмассовая ложка, которые вряд ли могли бы помочь в освобождении. Когда завтрак был закончен, всю посуду сложили на подносе и постучали в дверь, позвав Пашу. Охранник забрал поднос и так же быстро закрыл за собой дверь, не обращая на Лизу никакого внимания.

Теперь девушка решила осмотреться более детально. Начав с входной двери, Елизавета медленно перемещалась вдоль стены, ощупывая и осматривая буквально каждый миллиметр. Так она добралась до окна, не обнаружив ничего интересного. На окно она возлагала особые надежды, однако и здесь её ожидания не оправдались. Окно было довольно большим, но имело монолитное стекло с неоткрывающейся рамой, и было зарешечено снаружи. Кроме того, это был третий этаж. Девушка несколько раз внимательно осмотрела его, не желая признавать своё поражение, однако ей ничего не оставалось, как смириться и с этой неудачей.

Лиза двинулась дальше. Ещё несколько метров стены, и она оказалась перед дверью ванной комнаты. Зашла туда. Там вообще не было окон, только ровные гладкие стены. Не оставалось ничего другого, как продолжить осмотр.

Ещё один участок стены, и снова входная дверь. НИЧЕГО! Лиза вздохнула и начала осматривать кровати и тумбочки, не осознавая чётко, что она хочет там найти. Главное – заниматься делом, что-то искать, не останавливаться на месте. Не думать о том, что здесь находятся люди, годами не сумевшие найти отсюда выхода! Просто они не всё видели, не всё пробовали, недостаточно пытались… А у неё должно получиться! Она не прекратит своих попыток, сколько бы не ушло на это времени! Она никогда не смирится с таким существованием! Она обязательно выйдет на свободу! Надо так думать, надо поддерживать в себе эту надежду, надо не позволять отчаянию сломить себя… Иначе для чего вообще жить?..

* * *

Константин задремал лишь под утро. Почти всю ночь он ходил по квартире Лизы, пытаясь держать себя в руках. Сидел на кухне, заваривал себе чай в её чайнике, пил из её кружки, и представлял, что она сейчас рядом с ним. Вот она достаёт из холодильника какой-нибудь свой фирменный салат и, улыбаясь, ставит перед ним. Вот они по очереди моют посуду после ужина, смеясь, и брызгая друг на друга водой. Вот она закрывает шторы и включает ночник. Вот идёт в ванную, загадочно предлагая ему не скучать…

Открыв глаза, Костя увидел себя сидящим на диване рядом с горящим ночником. За окном уже было светло. Он выключил лампу и с надеждой ещё раз прошёлся по квартире. Вдруг Лиза вернулась и не стала его будить! Но нет. Никаких признаков присутствия другого человека в доме не было. Не сумев подавить приступ охватившей его паники, он достал мобильный телефон и набрал номер Даши.

Разговор был очень коротким. «Идём в полицию!» – твёрдо заявила Дарья, и на этот раз муж не стал её отговаривать.

Решили идти все втроём и договорились встретиться возле полицейского участка.

– Бедненький! – пожалела Костю Даша, ещё издали заметив его около отдела полиции. – Наверняка всю ночь не спал, вон бледный какой! И почему Лизка сопротивляется? Он её так любит! Сразу видно, как переживает из-за неё.

Этот монолог предназначался идущему рядом Евгению, который равнодушно поддакнул. Он по-прежнему придерживался мнения, что отсутствие Лизы – её личное дело, и относиться к этому надо с пониманием. Однако он видел, что жена и друг действительно обеспокоены, и не стал спорить, согласившись с их планом действий.

На первом этаже отдела полиции, в дежурной части уже толпились посетители. Оперативный дежурный терпеливо выслушивал каждого и направлял, куда было нужно: кого – к участковому, кого – в ПДН, кого – ещё куда-нибудь. В ожидании очереди Даша заметно нервничала: ходила по помещению, разглядывала плакаты, висящие на стенах, не вникая в суть написанного на них, сцепляла и расцепляла руки, поминутно посматривала на дежурных полицейских. Её спутники были гораздо спокойнее или, по крайней мере, казались такими. Между собой они не разговаривали. Каждый боялся озвучить вслух причину, которая привела их сюда.

Наконец подошла их очередь.

– Здравствуйте! – тут же начала Даша. – У нас девушка пропала.

Оперативный дежурный оглядел всех троих.

– У всех сразу или у каждого по отдельности?

– У меня. – Отозвался Константин, – а это её лучшая подруга и её муж.

– Чей муж? Пропавшей девушки?

– Муж мой. – Слегка возмутилась Даша, – а девушка его. – Она указала на Костю.

– Понятно. – Дежурный склонился над своими записями. – Как зовут?

– Кого? Мужа? – не поняла Даша.

– Девушку.

Дарья и Константин встретились взглядами.

– Давай, лучше я буду отвечать на вопросы. – Предложил молодой человек, – а ты, если что, дополнишь.

Даша кивнула и, взяв мужа под руку, отступила на шаг назад. Константин назвал данные Лизы. Последовали уточняющие вопросы. Когда пропала? Уходила ли ранее? Звонили ли в больницы и морги? Косте стало не по себе от последнего вопроса, и он просто молча помотал головой. Оперативный дежурный связался с кем-то по внутреннему телефону.

– Спускайся, к тебе люди. – Сказал он в телефонную трубку и обратился к стоящей возле него тройке, – сейчас придёт оперативник, который будет вести ваше дело.

Рядом с окошком дежурного находилась тяжёлая железная дверь с кодовым замком. Она неторопливо открылась, словно нехотя пропуская высокого худощавого темноволосого молодого человека. Этот человек бросил быстрый проницательный взгляд на двоих парней и девушку.

– Вы по поводу пропавшего без вести? Пойдёмте со мной.

Костя, Даша и Женя проследовали за железную дверь. За ней оказался коридор, упиравшийся в лестницу. Казалось, подъёму не будет конца и края. Они проходили этаж за этажом, а их провожатый всё вёл их дальше. Даша на своих высоких каблуках совершенно выбилась из сил, её спутники тоже начали задыхаться, когда полицейский, наконец, привёл их на последний этаж и остановился.

– Сюда, пожалуйста. – Он указал на дверь одного из кабинетов.

Его дыхание оставалось ровным, он совсем не выглядел уставшим, да и шёл всё время, не сбавляя шага, чем вызвал невольное восхищение привыкших к лифтам и автомобилям обывателей.

Евгений взял обессилившую жену за руку и помог ей войти в кабинет. Следом вошёл Костя. Оперативник предложил им присесть на стулья, стоящие вдоль стены, а сам занял место за своим рабочим столом.

– Оперуполномоченный, капитан полиции Алексей Ольховский. – Представился он, – слушаю вас.

* * *

Лиза негромко постучала во входную дверь палаты.

– Павел, откройте, пожалуйста.

К её удивлению дверь тут же открылась.

– Я же говорю, милая, если по-хорошему, так они любую просьбу выполнят. – Послышался голос Маргариты Васильевны.

Но у Лизы была своя цель.

– Павел, простите, я поняла, что имею право иногда побыть в одиночестве. Можно ли это осуществить прямо сейчас?

Охранник кивнул. Крепко взяв девушку за руку, он закрыл дверь общей палаты и перевёл её в соседнюю. Лиза оказалась в совсем маленькой комнатке, в которой не было ничего, кроме кушетки.

– Вам что-нибудь нужно? – поинтересовался охранник.

– Пока нет, спасибо.

– Когда захотите вернуться – постучите, я услышу.

С этими словами дверь закрылась на ключ. Лиза осталась одна. На самом деле ей хотелось увидеть другие доступные ей помещения, чтобы поискать в них возможность выхода. Но данная комната её разочаровала: искать в ней было абсолютно нечего. В ней не было ни других дверей, ни даже окна, только четыре стены и небольшая кровать. На всякий случай девушка всё же осмотрела и это место своего заключения, но, как это и было понятно с самого начала, побег отсюда был невозможен.

Лиза присела на кушетку и задумалась. Крики и угрозы на охранявших её людей не действовали, силой их было не взять. Оставалось перейти на вежливое обращение, ведь только так она могла увидеть что-то ещё, кроме своей палаты. Значит, отныне она должна вести себя именно так. В скором времени её, возможно, начнут выводить на прогулки, и тогда она сможет придумать новый план побега. А пока нужно максимально расположить к себе окружающих её людей и изучить их поведение. Пригодиться может каждая мелочь.

Доверять подругам по несчастью особенно не стоит. Вдруг кто-то из них является доносчиком Галины Анатольевны? Да и вообще, одной убежать проще, чем нескольким сразу. Чем меньше человек посвящено в тайну, тем надёжнее. Помочь они, судя по всему, вряд ли сумеют, а вот помешать могут. А если ей удастся сбежать… Нет, не так. Когда ей удастся сбежать, она обязательно выручит и остальных.

Понемногу Лизе удалось убедить себя в успехе и даже настроиться на позитивный лад. Она представила, как вернётся домой, как увидит близких ей людей… Острая боль от тоски по дому пронзила её насквозь. Она поняла, что ей не хватает Кости, всегда такого заботливого и внимательного. Раньше она порой чувствовала раздражение от его постоянных звонков и просьб о встрече, а теперь отдала бы что угодно, только бы увидеть его.

Она скучала по Даше, по её ненужным, но трогательным советам; по тому, как та грубовато, но с наилучшими намерениями пыталась устроить её жизнь. Даже по Жене, находящемуся в зависимости от Дашиного настроения, она скучала. Это был её мир, её окружение, её привычное существование, из которого её выдернули, как растение, и пересадили в чуждые ей условия, заставив в них выживать.

Лиза прислонилась к стене и даже не пыталась сдерживать слёзы, струившиеся по её щекам. Но, позволив на некоторое время эмоциям возобладать над собой, она нашла в себе силы успокоиться и вновь вернуться к размышлениям. Если она хочет возвратиться к своей прежней жизни, ей нельзя расслабляться и пускать всё на самотёк. Слезами горю не поможешь. Нужно действовать!

Девушка решительно встала и подошла к двери.

– Павел, – позвала она, постучав, – отведите меня обратно.

Она специально не стала вытирать слёзы, чтобы предстать перед охранником в продуманном образе печальной, но смирившейся жертвы. Дверь быстро открылась, и Лиза снова ощутила железное сжатие своей руки.

– Благодарю вас. – Произнесла она, встретившись со своим провожатым затуманенным слезами взором.

Часть 2

– Моя девушка пропала. – Говорил Константин, опустив голову.

Даша, помня о сумбурном диалоге, состоявшемся в дежурной части, на этот раз молчала, однако была готова в любой момент включиться в разговор, если что-нибудь, по её мнению, важное могло быть упущено. Оперативник что-то писал в лежащем перед ним протоколе.

– Будьте добры ваши документы. – Обратился он к Косте. Константин достал паспорт.

– Телефон свой скажите.

Константин назвал свой номер. Его паспортные данные и телефон тут же были занесены в протокол.

– Как я понял, близких родственников пропавшей среди вас нет? – уточнил полицейский.

– У неё вообще нет близких родственников. Она выросла в детдоме. Я – её жених, а это – наши с ней друзья. – Пояснил Костя.

– Тогда попрошу вас, жених, ответить на мои вопросы, а друзья, если будет нужно, вам помогут.

Сначала вопросы были простыми. Фамилия, имя, отчество; дата и место рождения; гражданство, место жительства; образование, профессия. По поводу времени, места и обстоятельств исчезновения Константин задумался.

– Я не смог до неё дозвониться в течение дня. Первый раз позвонил примерно в обед. – Молодой человек подробно рассказал об известных ему событиях.

– Но когда именно, где и как она пропала, мы не знаем. – Закончил он; Даша и Женя согласно кивнули.

Ольховский записал в протокол эту малополезную информацию и продолжил опрос:

– Что предшествовало исчезновению? Возможно, были какие-нибудь особые обстоятельства?

– Мне ничего такого неизвестно. – Вздохнул Костя, – вроде бы всё было как обычно.

– Кто из вас видел её позже остальных?

– Я! – обрадовалась Даша возможности быть полезной, – мы встречались с ней накануне вечером.

– Расскажите всё, что сможете вспомнить о вашей встрече.

Девушка смущённо посмотрела на Костю.

– Даже не знаю… Это был личный женский разговор.

– И всё же я прошу вас рассказать всё в подробностях. Каждая деталь может быть важна.

– Ну, если это поможет в поисках, тогда, конечно, расскажу…

– Но вы не знаете, обратилась ли она к психологу, и к кому именно? – спросил оперативник после того, как девушка закончила свой рассказ.

– Не знаю. – С сожалением ответила Даша.

– Значит, психологи – это пока единственная зацепка. – Вслух произнёс Ольховский, сделав пометку в протоколе.

Далее последовало описание примет внешности. Костя со сжимающимся от беспокойства сердцем рассматривал предоставленные ему примитивно нарисованные картинки изображений овалов лица. Какое у Лизы лицо? Овальное? Нет, скорее круглое. По цвету – бледное, по типу – европейское. Лоб по высоте средний, брови – прямые, глаза – голубые… Сквозь эти простые и сухие описания ему представилась жизнерадостная улыбающаяся девушка. Как непохожи были его эмоции на то, что от него требовалось! Ему вспоминались её шелковистые отливающие золотом волосы, нежная кожа, мягкий негромкий голос, но вслух он произносил ничего не значащие определения.

Когда очередь дошла до одежды и обуви пропавшей, трое друзей оказались в тупике. Они понятия не имели, в чём именно Лиза в последний раз вышла из дома, и никто из них не знал её гардероб так досконально, чтобы определить недостающие в нём вещи.

– Она любит спортивный стиль. – Сориентировалась Даша, – брюки носит гораздо чаще, чем юбки и платья. Из обуви предпочитает кроссовки и туфли на низких каблуках.

– Ладно, это уже хоть что-то. – Ольховский сделал очередную запись в протоколе, – у вас есть её документы?

– Нет. – Костя оглянулся на спутников, те отрицательно помотали головами.

– А где они могут быть? При ней или дома?

– Скорее всего, дома, в коридоре, в шкафу. – Константин подробно описал хорошо знакомую ему часть Лизиной квартиры, где хозяйка обычно хранила свой паспорт.

– Понятно. – Оперативник закончил свои записи и протянул протокол Косте.

– Распишитесь.

Молодой человек, будучи не в силах читать только что написанное, не глядя поставил свою подпись.

– Фотография пропавшей у вас имеется?

– Чёрт! Как мы об этом не подумали! – сокрушённо воскликнула Даша.

– Не расстраивайся, у меня на телефоне есть. – Поспешил успокоить её Костя и протянул полицейскому свой мобильный, – такая подойдёт?

Ольховский взглянул на изображение. На него с фотографии задумчиво смотрела миловидная светловолосая девушка.

– Да. Сейчас я перекину её себе. – Через несколько секунд снимок высветился на мобильном оперативника, – и ключ от её квартиры оставьте, пожалуйста.

Костя сжал острый кусок металла в своей руке. Ему не хотелось отдавать незнакомому человеку вещь, которая, как ему казалось, связывала его с любимой. Ольховский поднял на него вопросительный взгляд.

– Ну, так, где ключ?

Константин со звоном положил ключи на рабочий стол полицейского. Этим жестом он попытался продемонстрировать внутреннее несогласие с вторжением представителя власти в свою личную жизнь. Ведь теперь этот посторонний человек будет ходить по квартире Лизы, перебирать её вещи, искать нужные ему улики – в общем, окажется в мире, до этого принадлежавшем только им двоим. Но Лизы там нет, поэтому он ничего не найдёт. Косте казалось, что можно было бы обойтись и без посещения квартиры. Но у полицейского были другие соображения. Он спокойно забрал ключи и ещё раз оглядел посетителей.

– Если вы вспомните или узнаете что-то новое, прошу незамедлительно сообщить об этом мне. Запишите мой телефон.

Оперативник продиктовал свой номер. Костя и Даша тут же занесли его в память своих мобильных, после чего, попрощавшись, покинули отдел полиции.

* * *

– Как я понимаю, Галина Анатольевна ставит эксперименты только на женщинах? – поинтересовалась Лиза у соседок по палате.

– С нами проще справиться. – Ответила Маргарита Васильевна.

– И морально, и физически. – Поддакнула Аня.

– К тому же, – продолжала пожилая женщина, – мы обходимся одной палатой. А будь мы разнополые, потребовалось бы больше места, а значит, и больше охраны. Галина, всё же, не зверь, чтобы всех вместе держать. В общем, так удобнее.

– Неужели ей неинтересно, что происходит с мужской психикой в подобной ситуации? – саркастически заметила Лиза. – Это ведь такой ценный материал для исследования! Уверена, наши реакции различны, и ей было бы, за чем наблюдать.

– Хочешь предложить ей это? – усмехнулась Аня.

– Почему нет? Может быть, нас тогда будут водить на свидания друг к другу. А то получается, что мы лишены не только свободы, но и общения с противоположным полом.

Женщины рассмеялись, и только сидящая на своём месте Эльвира злобно взглянула на них и опять отвернулась.

– Прекрасная идея! – Аня захлопала в ладоши, – надо требовать у Галины не только книжные новинки или экзотические фрукты, но и мальчиков по вызову. В конце концов, это тоже необходимо для нашего здоровья. А то всё наше общение сводится к просьбам типа «Паша, принеси поесть», «Игорёк, отведи погулять».

Всем очень понравилась предложенная тема разговора. Женщины по очереди шутили на взволновавшую их тему, в глубине души понимая, что всё это – не более, чем шутки. Никто и не думал всерьёз просить строгую тюремщицу о введении новых правил. И только Лиза уцепилась мыслью за ту долю правды, которая могла бы ей помочь. Ведь она – девушка, и, объективно говоря, достаточно привлекательная. А её охранники – молодые мужчины. Почему бы не попробовать сыграть на этом? Проще говоря, соблазнить одного из них и использовать его для своего освобождения.

Пока её соседки продолжали смеяться сквозь слёзы над своей женской долей, Лиза задумалась над вырисовывающемся в её уме планом. Соблазнять нужно было кого-то одного, так как погоня за двумя зайцами ещё никому не приносила удачи. Кого именно? Поразмыслив, девушка выбрала Павла. Оба охранника вызывали у неё крайне негативные эмоции, но Игорь собственноручно доставил её сюда, поэтому ненависть к нему была сильнее. Кроме того, Паша уже видел её якобы смирение, поэтому она рассчитывала на большее доверие с его стороны.

О нравственной стороне своего плана она старалась не думать. Конечно, соблазнение молодого человека могло зайти как угодно далеко и вполне привести к измене жениху. Но был ли у неё выбор? Без воплощения в жизнь своей идеи она рисковала никогда больше не увидеть никого из своих близких. А, не подпуская к себе потенциальную жертву, она не могла рассчитывать на его помощь. Замкнутый круг!

Лизе вспомнились исторические и литературные жёны, известные своей верностью: декабристки, Пенелопа, ждавшая Одиссея, Кончита, не верящая в смерть Резанова. Но её собственная ситуация была совсем другой! И похоронить себя заживо в четырёх стенах психбольницы, чтобы не предать своего даже не мужа казалось ей неразумным. Значит, нужно начинать действовать, не забывая при этом во все глаза смотреть по сторонам.

* * *

Алексей Ольховский открыл ключом дверь Лизиной квартиры.

– Валера, Рая, проходите! – позвал он следователя и эксперта, приехавших вместе с ним, – понятые идут?

Вслед за полицейскими в квартиру вошла пожилая пара – соседи Лизы, вызванные в качестве понятых.

– Ума не приложу, что могло произойти! – повторяла соседка. – Такая хорошая девочка! Вежливая, доброжелательная. Никаких шумных компаний не водила. Сколько здесь жила, только с одним молодым человеком и встречалась. Вы ведь её найдёте?

– Постараемся. – Не оглядываясь, ответил следователь, прохаживаясь по квартире, – Ну, Лёха, что думаешь?

– Да что тут думать… Следов борьбы нет, порядок в вещах не нарушен, предсмертной записки не обнаружено. Скорее всего, девушка просто не дошла до дома.

Эксперт Рая вышла из ванной.

– Следов крови я нигде не нашла.

– Ну вот, – подтвердил оперативник, – больше здесь нам особенно искать нечего.

Рая взяла расчёску, лежавшую на тумбочке.

– Это пригодится.

– А расчёска вам зачем? – возмутился сосед-понятой, – если хозяйки дома нет, так теперь тут распоряжаться можно?!

– Расчёска нужна для экспертизы. – Терпеливо объяснила Раиса, – из находящихся на ней волос мы выделим ДНК.

– Α-a, тогда ладно. – С умным видом согласился сосед.

Алексей открыл шкаф, указанный Константином, и достал Лизин паспорт. Следователь Валерий в это время упаковывал обнаруженный в комнате ноутбук.

– Это тоже нужно для экспертизы. – Пояснил он, забеспокоившемуся было, соседу.

Понятой покивал головой и отошёл в сторону.

– Распишитесь. – Ольховский протянул протокол Лизиным соседям. Валерий дал бдительному понятому бумажку с номером своего телефона.

– Если что-нибудь вспомните, узнаете или увидите, что хозяйка вернулась – сразу же позвоните.

Пожилая пара наперебой начала уверять полицейского в готовности содействовать. Через несколько минут квартира была опечатана. Попрощавшись с неравнодушными соседями, сотрудники полиции вышли на улицу.

– Тебе не кажется странным, – рассуждал следователь, – что жених был у неё дома сразу же после её исчезновения?

– У него был ключ, и он пришёл, чтобы дождаться её. Ничего странного. – Высказал своё мнение оперативник.

– А если он сначала уничтожил следы преступления, а потом спокойно заявил о её пропаже?

– Тогда логичнее было бы умолчать о своём посещении её дома.

– Его могли видеть там. Кроме того, нужно было держать марку перед друзьями. Хотя, как знать, может быть, они все трое в этом замешаны. Ведь не вызвали же они полицию сразу, а сами зачем-то рыскали по квартире!

Ольховский задумался.

– Наверное, не стоит отметать и эту версию.

– Вот именно. Поработай-ка ты с этой тройкой. Наверняка узнаешь что-нибудь интересное. А жениха вообще на прослушку надо взять. Лично у меня он – главный подозреваемый.

Рая в это время села в машину.

– Ребята, давайте быстрее! У нас на сегодня ещё множество дел.

Через мгновение машина следственно-оперативной группы двинулась с места.

* * *

– Ника, я дома. – Ольховский открыл дверь своей квартиры и тут же услышал знакомые звуки вальса «Искорка» из балета «Лебединое озеро».

Как он и ожидал, ответа не последовало. Жена снова репетировала. Как и вчера вечером, и позавчера, и недели, и месяцы назад. Танец был её любовью, её страстью и её жизнью. Её мужу из всего перечисленного доставались жалкие крохи.

Он не жаловался. Три года назад на свадьбе он обещал её матери, что не загубит её карьеру, и с тех пор, ценой значительных усилий, старался сдерживать обещание.

– Вероника очень талантлива. – Говорила тогда ему тёща, – с четырёх лет она занимается балетом. Ты берёшь себе в жёны не рядовую девушку. Её ждёт блестящее будущее. Я всю свою жизнь посвятила ей, а теперь это же должен сделать ты. Она будет танцевать и однажды покорит мировые сцены. Но если при тебе она превратится в домохозяйку, кухарку и уборщицу, я тебе этого никогда не прощу!

– Я люблю вашу дочь и сделаю всё для её счастья. – Серьёзно отвечал Алексей, – если она хочет танцевать, то я буду рад поддержать её в этом.

Тогда, три года назад, Вероника была двадцатилетней выпускницей балетного колледжа. Алексей, четырьмя годами старше, уже вовсю работал в органах и весьма мало интересовался балетом. Случайно, с кем-то за компанию, он попал на концерт в этот колледж и увидел на сцене хрупкую изящную девушку в пачке. Она казалась такой непохожей на женщин, которых он знал раньше! Большинство его сокурсниц, а впоследствии – сотрудниц были особами неробкого десятка, грубоватыми, употребляющими крепкие словечки и выпивку наравне с сильным полом, в общем – своими парнями в компании и в рабочем коллективе.

А здесь он увидел утончённое полувоздушное создание, не то нимфу, не то фею, сразившую его наповал первым же своим выступлением. После окончания концерта он дождался её около выхода. Фея оказалась мила и приветлива, простила ему отсутствие цветов и охотно согласилась встретиться с ним ещё раз.

Алексей словно очутился в другом мире. Концерты и репетиции, пуанты и балетки, фуэте и пируэты теперь занимали всё его свободное от работы время. Всё это было для него так ново, так необычно и так возвышенно, что не прошло и трёх месяцев, как он уже не представлял жизни без своей нимфы.

Она поразительно легко согласилась на его предложение. Не так просто, оказалось, уговорить её маму. Та при каждом удобном случае напоминала будущему зятю об уникальности и таланте своей дочери и выражала сомнения в его способности их оценить.

Последний такой разговор состоялся на свадьбе. Алексей торжественно обещал не мешать карьере Вероники и, по возможности, во всём помогать ей. С тех пор в его жизни ничего не изменилось. Только появилось вначале смутное, а потом всё более отчётливое ощущение того, что семья – это что-то другое, а не то, что происходит у них.

Да, он тоже был очень занят на работе. Да, ему тоже не раз приходилось задерживаться сверх рабочего времени. Да, случалось, у него тоже не было выходных или срывался какой-нибудь праздник. Но зато, когда он был свободен, его единственным желанием было скорее попасть домой и чем-нибудь порадовать любимую жену. То букет цветов, то коробку конфет, а то и золотое украшение старался он дарить ей по любому поводу и без такового. В ответ он слышал либо равнодушное «ага, спасибо», либо раздражённое «мне сейчас некогда». Цветы нередко оставались лежать на столе так и не поставленными в вазу, а украшения даже не примерялись. Так продолжалось до тех пор, пока Алексей не понял, что его старания не только не ценятся, но и не замечаются.

А Вероника продолжала вести привычный образ жизни. Репетиции, выступления, гастроли как составляли всю её жизнь до замужества, так и остались приоритетными после него. Еду она не готовила, уборку не проводила. Из домашнего хозяйства занималась только своими концертными костюмами. Одна комната в двухкомнатной квартире Ольховского была оборудована под балетный класс – там был установлен станок и зеркала во всю стену. В одном углу стоял шкаф с репетиционной и концертной одеждой, в другом – самая современная аудиоаппаратура. Когда Вероника была дома, почти всё время она проводила в этой комнате – то репетировала, то пришивала ленты к очередным пуантам, то отглаживала платья для выступлений.

Справедливости ради надо сказать, что от своего мужа она ничего не требовала. Если он не ходил за продуктами, то холодильник оставался пустым, но он не слышал от неё ни одного упрёка. Если у него появлялось время и желание готовить, она с благодарностью ела его блюда. Если готовить не получалось – безропотно употребляла полуфабрикаты. Если он долго не делал уборку, она не замечала недельную пыль на полках и паутину в углах. Её единственным условием было не мешать заниматься танцами и всем, что с ними связано.

Времени вместе они почти не проводили. Его интересы – рыбалку и хоккей – она считала примитивными, а собой на премьеры и выступления его тоже не брала, будучи уверенной, что он всё равно ничего в этом не понимает. Когда Алексей, наконец, увидел, что соединить их жизни в одну не получится, и перестал стараться привлечь к себе её внимание, Вероника даже не придала этому значения.

Все семейные друзья Ольховского много времени уделяли своим семьям, лишь изредка позволяя себе расслабиться в мужских компаниях. Алексей же частенько бывал замечен среди холостых приятелей за бокалом пива или в спортбаре за просмотром хоккейного матча.

«Почему она вообще вышла за меня?» – нередко спрашивал себя Ольховский, пока ему не надоело терзать себя неразрешимым вопросом, и он не успокоился, приняв всё, как есть. Ему, как и многим мужчинам, было непонятно то, что очевидно большинству женщин. Желание побыть королевой вечера, погулять в прекрасном белом платье, выйти замуж раньше всех подруг и вызвать тем самым их зависть, почувствовать себя не просто любовницей, а законной женой – всё это затмевает не только истинные чувства, но и здравый смысл. Именно эта поверхностная мишура, а вовсе не чувства, которых особенно и не было, сподвигли Веронику ответить «да». А потом… Алексей оказался весьма удобным для совместного проживания, принял её условия, так что ей, в общем-то, даже не пришлось раскаиваться в своём поступке.

Так они и жили – вместе, но каждый своей жизнью, не имея почти ничего общего и не желая ничего менять.

* * *

– Простите, Игорь, а могу я попросить у вас косметичку? – спросила Лиза, как только дверь палаты открылась на её стук.

– Да, разумеется. – Последовал незамедлительный ответ. – Напишите на бумаге, что именно вам нужно, и какой фирмы.

– А как насчёт модной одежды? Или я всегда обязана ходить в этом халате?

– Не обязаны. Можете добавить в список одежду. Только прошу вас оставаться в разумных пределах и не заставлять меня скупать весь магазин.

– Не беспокойтесь, всего пару наименований. – Лиза выдавила из себя улыбку и пошла к своей тумбочке.

– Игорёк! Принеси швабру, что ли. Давно мы здесь не убирались. – Послышался голос Маргариты Васильевны.

– Швабру? – Лиза обернулась к соседке, – нам ещё и уборка в обязанность вменяется?

– Нет, милая, это не обязанность. Это добровольное занятие. Сама понимаешь, у нас здесь убираться некому. Либо мы сами это делаем, либо живём в грязи. Время от времени кто-нибудь из нас изъявляет желание навести чистоту и порядок. В прошлый раз Анюта хозяйничала, теперь вроде как моя очередь.

– Маргарита Васильевна, я вам помогу! – отозвалась Аня и тут же уселась на кровать Лизы, – классно ты с косметикой придумала! Представляешь, а я до этого не додумалась. Устроим с тобой салон красоты, а?

– Обязательно устроим. – Согласилась Лиза, продолжая составлять список покупок.

Идея с уборкой тоже показалась ей интересной. В этот раз она решила понаблюдать за работой других, а в следующий – вызваться самой. Кто знает, может быть, это занятие предоставит ей какую-нибудь неожиданную возможность!

Когда список был готов, дверь палаты снова открылась. Игорь принёс швабру и ведро. Лиза протянула ему лист бумаги.

– Вот, возьмите.

Охранник пробежал глазами написанное. Всё было обозначено очень чётко, и наименований действительно было немного.

– Хорошо, скоро всё принесу.

– Благодарю.

Лиза тут же отошла от двери, чтобы охранник не заподозрил её в желании сбежать. Дверь закрылась.

* * *

Константин едва дождался окончания рабочего дня. Работа совершенно не шла на ум, все его мысли были о Лизе. Ещё один день без неё… Он не переставал звонить на её номер, но результат оставался тем же. Вечером он по договорённости заехал к друзьям.

– Я больше не могу сидеть и спокойно ждать, когда её отыщет полиция. Надо что-то делать! – с порога заявила Даша.

– Только я не знаю, что. – Сокрушённо ответил Костя, – я до последнего надеялся, что она действительно где-то задержалась. Но когда её нет столько времени, я уже не знаю, что думать.

– Но ведь неопознанных трупов вроде бы не находили, так? – вмешался в разговор Евгений, – значит, есть повод надеяться на лучшее.

– Вот спасибо, поддержал, так поддержал! – накинулась на мужа Даша, – а вдруг её в рабство забрали? Я слышала, и в наше время такое случается.

– Если это действительно с ней случилось, то найти её сможет только полиция. – Вздохнул Женя. – Чем мы-то можем помочь в её поисках?

– Даша права в том, – сказал Костя, – что труднее всего бездействовать. Может быть, стоит проверить собственные каналы? Ведь есть же всякие дальние знакомые, университетские приятели, детдом, наконец. Вдруг окажется, что кто-то что-то знает?

– Костик, ты молодец! – воодушевилась девушка, – этим и займёмся. Пусть каждый поищет у себя всю нужную информацию: имена, адреса, телефоны. Повспоминаем кафе, клубы и прочие места, где нам приходилось бывать вместе. Поспрашиваем там людей, в детдом сходим.

– Ты думаешь, что сделаешь это лучше полиции? – засомневался Женя.

– Мы сделаем это не лучше, а параллельно с полицией. Какие-то общие контакты мы могли забыть, а теперь попробуем восстановить их и задействовать. Кроме того, кто-то может не захотеть общаться с властями, а нас вряд ли проигнорируют.

– Лично я согласен только с первой частью плана. – Упорствовал Евгений, – найти всю максимально возможную информацию, а потом передать её профессионалам. Наше личное хождение по адресам никакой пользы не даст. Если она скрылась добровольно, то именно от нас. А если нет, то мы точно не найдём её быстрее полиции. Как знать, может, ещё и в историю какую-нибудь влипнем.

– В какую ещё историю? О чём ты?

– Лиза – мой друг, – серьёзно говорил Женя, – но ни одного человека нельзя узнать до конца. Может быть, она была связана с криминалом? А её исчезновение – дело рук опасных людей. Прости, Костя, я действительно тебе сочувствую, но впутывать свою жену в это дело не позволю. Пусть расследованием занимается полиция.

– Сериалов ты насмотрелся! – с досадой произнёс Костя.

– Пусть так. Но зато я буду уверен, что с моей женой ничего не случится. – Даша чуть не плакала от обиды.

– Ну почему ты такой чёрствый?! Неужели тебе безразлично, что будет с нашей общей подругой?

– Не понимаю, почему меня упрекают в безразличии. Я лишь реально оцениваю ситуацию и наши возможности. Ещё раз прости, Костя, но я не хочу, чтобы на месте Лизы оказалась ещё и Даша.

Константин примирительно махнул рукой.

– Ладно. Я сейчас поеду домой и буду искать все старые контакты. Вас прошу заняться тем же самым. После созвонимся и решим, что делать дальше.

Даша, не ожидавшая такой реакции мужа, поспешно кивнула. Евгений вышел проводить друга в коридор.

– Не обижайся, Костян, – сказал он уже за дверью, – пойми меня правильно. Уверен, что ты не разрешил бы Лизе участвовать в сомнительном предприятии. Вот и я боюсь за свою Дашу. Мы ведь не знаем, кто и что стоит за этим исчезновением, поэтому я на всякий случай предпочитаю держаться подальше. А все зависящее от нас мы и так уже сделали.

– Всё нормально. – Костя пожал приятелю руку и быстрым шагом пошёл вниз по лестнице.

* * *

Ольховский осторожно приоткрыл дверь домашнего танцевального класса.

– Ника, ты фруктовый салат будешь?

– Да, если тебе не сложно, сделай и на меня, пожалуйста. – Ответила жена, не прерывая своего аттитюда.

Алексей пошёл на кухню и достал большую салатницу. Во время приготовления еды он размышлял над розыскным делом Лизы. Строил различные версии, обдумывал варианты поиска. Могла ли девушка исчезнуть добровольно? Или с ней на самом деле что-то случилось? А если так, то была ли она целенаправленно похищена или с ней произошёл несчастный случай? Опять же, не стоило пренебрегать предположением следователя о возможной вине её друзей.

Разложив еду на две тарелки, Алексей позвал жену. Некоторое время они ели молча, думая каждый о своём.

– Скажи, Ника, – неожиданно прервал молчание Ольховский, – как ты думаешь, может ли девушка бросить человека, любящего её много лет?

Вероника удивлённо подняла тонкие брови.

– К чему такой вопрос?

– Не беспокойся, к нам с тобой это не имеет никакого отношения. Просто ты, как женщина, можешь помочь мне разобраться в женской психологии.

– Α-a, очередная рабочая заморочка! – интерес в глазах жены мгновенно угас. – Не знаю, что тебе ответить. Все мы разные и поступаем тоже по-разному.

– Но всё же выскажи своё мнение, а я уже решу, пригодиться оно мне или нет.

– Я думаю, что проверенного и надёжного человека девушка просто так бросать не будет. Только если влюбится в другого.

Ольховский одобрительно посмотрел на жену. Хоть у них и были совершенно разные жизненные интересы, иногда они бывали полезны друг другу.

– Я это учту, спасибо.

– Знаешь, – Ника сочла вопрос исчерпанным и перевела разговор на более интересную ей тему, – наш балетмейстер специально для меня будет ставить pas seul (па сэль).

– Рад за тебя. – Равнодушно отозвался Ольховский. Вероника презрительно скривила губы.

– Можно подумать, тебе есть до этого дело! Ты даже не знаешь, что это такое.

– Ты сама начала говорить об этом.

– Да! Хотелось, чтобы за меня порадовались, чтобы мной гордились. Только я поздно сообразила, что с тем же успехом могла бы разговаривать со стеной. Ты и искусство – вещи несовместимые.

Алексей раздражённо стукнул вилкой по тарелке.

– А ты знаешь, что такое оперативная комбинация?

– Нет. И сомневаюсь, что мне это нужно.

– Так же и мне нужен твой па сэль.

– Спасибо за салат. – Сквозь зубы произнесла Вероника и снова исчезла в своей комнате.

Алексей убрал со стола, помыл посуду и в одиночестве присел около кухонного окна. Зазвонил его мобильный телефон. Он ответил на звонок – это звонили с работы уточнить некоторые детали по недавним происшествиям. Закончив разговор, он повертел телефон в руках и, сам не зная почему, вывел на экран фотографию Лизы. «Где же ты можешь быть?» – подумал он, встретившись глазами с её задумчивым взглядом.

* * *

Лиза заканчивала свой макияж под любопытными взглядами Анны. Та успевала одновременно и составлять свой список покупок, и наблюдать за соседкой.

– Тебе так идут фиолетовые тени! Я себе тоже такие закажу. – Озвучивала вслух свои мысли Аня, добавляя на бумагу очередной пункт.

Лиза придирчиво оглядела себя в зеркале с головы до ног. Её нынешний внешний вид выгодно отличался от недавнего больничного облачения. Теперь она была одета в короткую юбку и кофту с выразительным декольте. В сочетании с умеренным макияжем всё это производило должное впечатление. Маргарита Васильевна с умилением смотрела на обеих девушек.

– Вот и молодцы, девочки! Нашли, чем себя занять. Всё лучше, чем бесконечно киснуть в этих четырёх стенах. Умница, Лизонька! И себе занятие придумала, и подружке.

Под добродушное щебетание пожилой дамы Лиза подошла к двери и постучала. Открыл Павел. В первую секунду он явно смутился, но тут же взял себя в руки.

– Вы что-то хотели?

Лиза успела заметить, что её внешний вид произвёл на него нужное впечатление.

– Я хотела бы поговорить с Галиной Анатольевной. Это возможно?

– Сейчас я пойду, узнаю.

Рядом тут же появилась Аня со своим списком.

– Паш, а ты можешь купить мне вот это?

Павел взял бумагу и пробежал её глазами.

– Ань, всё сразу не смогу. Тут слишком много.

– Ну, хотя бы что-нибудь…

– Давай часть в этом месяце, а часть в следующем.

– Давай!

Довольная Аня вернулась в ванную комнату экспериментировать с Лизиной косметикой. Лиза осталась у двери ждать ответ. Через несколько минут охранник вернулся и сообщил о готовности своей начальницы пообщаться с пациенткой.

* * *

Лизу снова доставили в уже знакомый ей кабинет. Галина Анатольевна, увидев девушку, даже не скрыла своего удивления:

– Здравствуйте, Елизавета! Прекрасно выглядите. А вы говорили, что жить здесь невозможно! Как вижу, вы уже поняли свои преимущества и вовсю ими пользуетесь.

– Всё благодаря вашим заботам, благодетельница! – с сарказмом ответила Лиза и села на стул, приняв расслабленную позу.

– Я сразу увидела, что вы неглупая девушка, и сумеете правильно распорядиться ситуацией, в которой оказались. Чем могу вам помочь на этот раз?

– Хочу задать вам несколько вопросов и кое-что прояснить.

– Задавайте.

– Почему они работают на вас? – Лиза сделала жест рукой в сторону стоящего рядом Павла.

– Потому что кто-то должен здесь работать. Вот они и работают.

– Но это не обычная работа, и не каждый человек на неё согласится. Как вы их сюда заманили? Чем вы их здесь держите? Большой зарплатой? Угрозами? Шантажом?

– Полагаю, вас это не касается.

– Почему? Я ведь всё равно никогда не выйду отсюда, так что дальше меня эта информация не распространится. Как максимум, об этом узнают ещё мои соседки. Так что вы теряете, если скажете мне?

– Повторяю, Елизавета, есть вопросы, которые я не намерена обсуждать ни с кем. Вы хотите узнать что-то ещё?

– Да. Что будет, если я заболею? Меня будут лечить?

– Это зависит от болезни. Если она лечится в домашних условиях, скажем, грипп, ангина, бронхит или им подобное, вам будут даны лекарства и созданы условия для выздоровления. Если же болезнь потребует серьёзного врачебного вмешательства, операции или какой-либо ещё специальной процедуры, то вам придётся смириться с диагнозом. Если заболевание ограничит ваши двигательные способности, вам будет предоставлена коляска, если обнаружится онкология – вы получите обезболивающее, но бороться за вашу жизнь никто не будет. Если сломаете конечность – наложим гипс.

– Благодарю за исчерпывающий ответ. – С вызовом перебила Лиза, – а что будет, если я вдруг умру? В смысле, как поступят с моим телом?

– Вы будете похоронены в лесополосе за городом. Ваше тело в абсолютной целости и сохранности будет погребено практически по всем правилам ритуала, с той лишь разницей, что памятника и венков у вас, как вы понимаете, не будет. Так же никто никогда не узнает о месте вашего захоронения. Но, посудите сами, разве в этом случае вам будет уже не всё равно?

– О, безусловно, всё равно! – с напускной готовностью подтвердила Лиза. – Перспектива моих похорон меня полностью устраивает. Но есть один нюанс. Видите ли, мне сейчас всего 27 лет. Моей соседке Ане и того меньше. А вам, осмелюсь предположить, примерно 50, а то и больше. Как вы думаете, кто, скорее всего, умрёт раньше?

– Елизавета, я ещё не так стара, чтобы всерьёз задумываться о смерти.

– А вот это вы зря! Это мы здесь, взаперти, благодаря вашим заботам в абсолютной безопасности. А вы-то там по улицам свободно ходите! Вас может сбить машина, ударить молния, задавить упавшее дерево. А современные дома – это же вообще источник постоянного риска! Там и газ, и водопровод, и электричество…

Галина Анатольевна нервно ударила ладонью по столу.

– Довольно, Лиза! Что вы хотите?

– Хочу узнать, что будет, если вы скончаетесь раньше нас? Ваше дело перейдёт кому-нибудь по наследству? Или у нас будет шанс выйти на свободу?

– В этом случае, надо думать, уже мне будет всё равно. – Ледяным голосом ответила психолог, – на сегодня общения достаточно. Вы свободны, Елизавета.

Павел вывел девушку в коридор. Лиза была довольна тем, как прошла сегодняшняя беседа. Ей определённо удалось вывести Галину Анатольевну из равновесия, а значит, это была первая победа. Только вот что эта победа ей дала, и как ею воспользоваться?

Идя по коридору, Лиза нарочно споткнулась. Павел инстинктивно её подхватил, и она оказалась у него на руках. Девушка испытующе смотрела ему в глаза и не пыталась освободиться.

– Паш, почему ты работаешь здесь? – прошептала она, – неужели тебе нас не жалко?

Охранник поспешно поставил девушку на ноги, и они продолжили путь.

– Тебя это действительно не касается. – Ответил он перед самым входом в палату.

«Значит, эту тему лучше пока не трогать», – решила Лиза, слыша, как в замочной скважине поворачивается ключ.

* * *

Ольховский просматривал диск с материалами из Лизиного ноутбука. На все его ранее отправленные запросы в больницы и морги пришли отрицательные ответы. В ноутбуке тоже не было ничего необычного. Последние страницы, которые она посещала в интернете, были связаны с поисками психолога.

«Значит, подруга не ошиблась, и она действительно искала такого специалиста», – подумал оперативник.

Несколько сайтов она просматривала особенно тщательно. Можно было предположить, что она остановила свой выбор на ком-то из них. Впрочем, не было никакой уверенности в том, что девушка воспользовалась их услугами, а не ограничилась лишь просмотром. Но нужно было проверить и эту версию.

Алексей насчитал семь детально просмотренных Лизой сайтов. Каждый из них принадлежал какому-нибудь психологу или школе психологии. Он выписал их адреса и телефоны, намереваясь пообщаться с ними в ближайшее время. На повестке дня у него было ещё одно важное мероприятие – допрос жениха пропавшей девушки. Он открыл розыскное дело и нашёл телефон Константина.

– У вас есть новости о Лизе? – услышал он воодушевлённый голос в телефонной трубке.

– Нет. У меня есть вопросы к вам. – Ответил оперативник. Послышался разочарованный вздох.

– Да, конечно. Слушаю вас.

– Хотелось бы пообщаться лично.

– Сейчас приеду. – Сказал Константин и отключил входящий вызов.

В скором времени он уже сидел в кабинете Ольховского с исписанным листом бумаги в руках.

– Вот. – Костя протянул лист полицейскому, – это всё, что нам удалось найти и вспомнить. Здесь адреса и телефоны наших старых знакомых, с большинством из которых мы давно не общаемся. Но мы подумали, что это может пригодиться.

– Правильно подумали. – Одобрил Алексей, забирая бумагу.

– Ещё там перечислены названия кафе, ресторанов, салонов красоты и других заведений, где Лиза любит бывать.

– Хорошо, я приобщу это к делу.

– Мы хотели сами проверить эти адреса, но потом решили доверить это профессионалам.

– Правильно решили. – Похвалил Ольховский, – не стоит заниматься самодеятельностью.

Некоторое время оперативник внимательно изучал молодого человека, пытаясь понять, что у того на уме. С одной стороны, он действительно выглядел обеспокоенным, в его голосе слышалась надежда на благополучный исход, его действия говорили о том, что он всячески пытается помочь в расследовании. С другой стороны, всё это могло быть искусной игрой с целью запутать следствие.

– Расскажите подробнее о ваших отношениях с пропавшей.

Этот вопрос вызвал у Кости замешательство.

– Простите, какие подробности вас интересуют?

– Вы с ней часто ссорились?

– Нет. Лиза – спокойный человек, её трудно вывести из себя.

– А вы, значит, пытались.

– Ну, не то что бы… Просто в жизни всякие ситуации случаются.

– То есть, вы всё же ссорились?

– Бывало… Как у всех.

– Я спрашиваю не про всех, а конкретно про вас.

– Очень редко.

– Но, тем не менее, у вас были поводы испытывать к ней отрицательные эмоции.

– Вряд ли это можно назвать отрицательными эмоциями. Небольшая обида, огорчение, не более того.

– А что, это можно назвать положительными эмоциями?

– Нет, конечно, но…

Алексей продолжал своё давление на свидетеля.

– Значит, вы подтверждаете, что негатив в ваших отношениях имел место?

– Если в этом смысле, то да.

– И, соответственно, у вас могло появиться желание мести.

– Какой мести? О чём вы?

– О мести за нанесённую обиду.

– Да нет же, всё было не так!

– А как? Вы сами сказали, что испытывали к ней отрицательные эмоции.

– Да, но не в такой степени!

– А где граница между «такой» и «не такой» степенью?

– Я лишь сказал, что иногда между нами случались ссоры.

– Вы сказали, что ваши отношения были окрашены негативом.

Константин не нашёл, что ответить. Переведя дух, он спросил:

– Что вы хотите от меня добиться?

– Пытаюсь понять, был ли у вас мотив для убийства. – Хладнокровно изрёк полицейский.

Молодой человек страшно побледнел.

– Как?.. Лиза убита?

Оперативник выдержал весомую паузу.

– Надеюсь, что нет. У меня нет новостей о её местонахождении.

Константин, сердце которого сбилось с ритма, судорожно глотнул воздух и с глубоким выдохом опустил голову.

– После ваших слов во мне жизнь остановилась. А теперь вы опять дали мне надежду.

Ольховский повертел в руках карандаш и снова остановил взгляд на свидетеле.

– Пока вы можете быть свободны. Но если вы мне понадобитесь, я снова вас вызову.

Молодой человек, пошатываясь, вышел из кабинета. Алексей мысленно вернулся к недавнему диалогу. Какой вывод из него можно сделать? Причастен ли данный свидетель к исчезновению девушки? Опыт, интуиция и логические выводы подсказывали Ольховскому, что, скорее всего, нет. И дело не только в том, что он очень правдоподобно испугался слов об убийстве. По расчёту оперативника настоящий преступник сказал бы что-то вроде: «Неужели вы подозреваете меня?» А этот жених, прежде всего, волновался о девушке, и его ужаснул факт возможного убийства. Впрочем, окончательные итоги подводить было ещё рано.

* * *

– Знаете, девочки, а займусь-ка я уборкой. – Громко заявила Лиза, стоя посреди палаты.

– Мы же убирались недавно. – Сказала Аня, сидя на кровати Маргариты Васильевны, которая подстригала ей волосы.

Ножницы можно было получить ненадолго под личный контроль пожилой женщины.

– Здесь-то убирались. А в одиночной комнате? Там, наверное, всё плесенью заросло.

– Это дело хорошее. – Одобрила Маргарита Васильевна, – до одиночной комнаты у нас редко руки доходят.

– Паша! – громко крикнула Лиза, стуча при этом в дверь, – неси ведро и швабру, чистоту наводить буду!

Ещё с утра девушка сделала себе лёгкий макияж, а сейчас быстро переоделась в обтягивающие юбку и кофту.

– А тебе будет удобно в таком виде? – засомневалась Аня.

– Да, я просто халат пачкать не хочу. – Попыталась отговориться Лиза.

– А этот костюм тебе пачкать не жалко? – не отставала Анна.

– Но юбку с кофтой постирать проще, чем огромный халат.

– Ну, как знаешь. А я свои вещи беречь буду.

Анне уже была доставлена первая часть списка, и теперь она тоже с удовольствием щеголяла в обновках. Появился Павел, выслушал пожелание Лизы провести уборку в одиночной комнате, отнёс туда хозяйственные принадлежности, потом вернулся за девушкой. Когда они пришли, и он хотел по обыкновению закрыть дверь, Лиза остановила его.

– Подожди. А ты не можешь остаться в комнате со мной? Дверь закрой, ключ спрячь. Просто побудь внутри, а не снаружи.

– Зачем?

– Понимаешь, я всё время нахожусь среди одних и тех же людей. Хочется разнообразия. Давай пообщаемся!

– Я не могу. Вдруг им что-нибудь понадобится, я должен быть там.

– Ну, хотя бы немножко! Я ведь тоже отношусь к твоим подопечным, и мне сейчас нужно твоё общество.

На лице охранника появилась лёгкая улыбка.

– Хорошо. Но недолго.

Павел закрыл дверь изнутри, спрятал ключ в один из карманов и на всякий случай огляделся, нет ли в комнате чего-нибудь опасного. После этого он присел на кушетку.

Лиза принялась сосредоточенно полоскать тряпку в ведре, повернувшись к молодому человеку спиной. При этом она не села около ведра на корточки, а наклонялась к нему стоя.

– Скажи, а тебе не бывает здесь скучно? – спросила она, не оборачиваясь. Павел не отводил взгляда от подола её юбки.

– Нет. Я привык. – Произнёс он.

– А я вот очень скучаю. – Девушка выпрямилась и повернулась к охраннику.

Беглым взглядом она успела заметить, что её представление возымело нужный эффект. Поэтому она приблизилась к молодому человеку и положила руки ему на плечи.

– Паш, я ведь молодая здоровая женщина, – томно шептала она, наклонившись к его уху, – и мне нужен настоящий мужчина. Такой, как ты…

Павел собрался с силами и отстранил от себя девушку.

– Нет, Лиза, так нельзя.

– Но почему?

– Нельзя и всё.

Лиза обиженно поджала губы.

– Понимаю. Я не в твоём вкусе.

– Нет, дело не в этом. Ты очень привлекательная девушка, и если бы мы познакомились при других обстоятельствах, то всё могло бы быть иначе. Но здесь я на работе, и нам запрещено иметь личные отношения.

– Но ведь вы же сами меня сюда заперли! – в отчаянии вырвалось у Лизы. – Если бы не вы – я была бы свободна!

– Да, ты права. Но ничего уже нельзя изменить. Я прошу тебя больше так не делать, иначе я буду вынужден принять меры.

С этими словами охранник вышел за дверь, закрыв её на этот раз снаружи. Лиза опустилась на пол рядом с ведром. Нет, её не расстроило собственное фиаско. Павел был ей противен, и прикосновения к нему дались ей с трудом. Она принялась судорожно мыть руки в ведре с водой, пытаясь отделаться от неприятных воспоминаний. В глубине души она даже радовалась тому, что у неё ничего не получилось. Но, вместе с тем, девушка прекрасно понимала, что перед ней только что рассеялся ещё один призрак дороги к свободе.

* * *

Константин открыл тяжёлую дверь и вышел на первый этаж, где располагалась дежурная часть. Возле окошка стояла молоденькая заплаканная девушка, сквозь слёзы что-то пытавшаяся объяснить дежурному. Костя прошёл было мимо по направлению к выходу, но сказанные девушкой слова заставили его остановиться и прислушаться.

– И вот она пропала… Она всегда приходила сама, или я её забирала… А вчера, когда я пришла, мне сказали, что её уже давно нет…

Девушка всё время всхлипывала и убирала от лица чёрные волосы, лезшие ей в глаза.

– А по телефону вы с ней связаться не пробовали? – спросил оперативный дежурный.

– В этот раз она забыла свой мобильный дома.

– Может быть, она пошла в другое место?

– Нет, она всегда ходила только туда. Но даже если бы она пошла куда-то ещё, то всё равно давно бы уже вернулась.

Девушка не смогла сдержать новый поток слёз. Дежурный продолжал что-то записывать. Услышанное очень заинтересовало Константина. Судя по всему, у этой молодой особы тоже пропал близкий человек. Первой эмоцией Кости было, конечно, сочувствие. Но уже в следующий момент у него возникло желание поговорить с этой девушкой. Они находились в одинаковых жизненных ситуациях, а значит, могли понять друг друга и, может быть, даже помочь. Вдруг исчезновение их близких связано между собой? Костя решил дождаться девушку и обязательно пообщаться с ней. Однако его нахождение в отделе полиции могло вызвать ненужные вопросы и подозрения. Молодой человек счёл благоразумным покинуть дежурную часть. Выйдя на улицу, он отошёл от отдела, но выбрал такую позицию, чтобы не выпускать из вида его входную дверь.

* * *

В кабинете Галины Анатольевны, том самом, где Лиза бывала уже не раз, прямо на полу, привалившись к стене, спала девушка. От неё пахло спиртным, спортивный костюм, надетый на ней, был вымазан в грязи, чёрные волосы в беспорядке перепутаны. Психолог оценивающе рассматривала её. Рядом стоял охранник Игорь.

– А ты уверен, Игорёк, что с этой новенькой всё чисто? – спросила Галина Анатольевна.

– Да. Сколько времени я за ней следил! Конченая алкоголичка. Каждый вечер в кабак шлялась. Иногда за ней сестра приходила.

– А эта сестра не создаст проблем?

– Когда это родственники наших подопечных нам проблемы создавали! Ну пойдёт она в полицию, ну подаст заявление, и что? Кто всерьёз станет искать опустившуюся пьянчужку? А если и станут, я следов не оставляю. Допилась девочка и пропала. Пусть ищут!

– Ну ладно. – Согласилась женщина, – раньше мы никогда не промахивались, будем надеяться, что и в этот раз всё будет в порядке.

– Тем более, что и место у нас осталось последнее. – Добавил Игорь, – если никто их них в ближайшее время на тот свет не отправится, то нам ещё долго не нужно будет рисковать.

Галина Анатольевна одобрительно кивнула, но тут же сморщилась от ударившего ей в нос запаха перегара.

– Только её сначала надо в порядок привести. Пусть проспится, а потом я с ней побеседую. – Отдала она распоряжение охраннику.

– Сейчас я этим займусь. – Ответил Игорь.

Он поднял девушку, взвалил её себе на плечи и вышел из кабинета. Галина Анатольевна достала с полки чистую медицинскую карту и положила её на стол.

Часть 3

Алексей внимательно изучал схему передвижения Лизиного телефона в день исчезновения. Маршрут начинался у Лизы дома, далее петлял по городу, один раз выходил за город и обрывался в городском парке. Впрочем, это был маршрут телефона, а не самой девушки. Он мог находиться, в чьих угодно руках. Лиза могла его где-то оставить, его могли украсть, в общем, случиться могло разное. Поэтому с уверенностью отожествить перемещение аппарата с перемещением его хозяйки было невозможно.

Однако, польза от этой информации тоже имелась. В частности, на этом маршруте находилось только три кабинета психологов из семи, определённых ранее. При этом два из них располагались в центре города, и только один – за городом, куда и указывало направление движения. Напрашивался очевидный вывод: девушка посещала именно этого психолога. Хотя, если учесть возможность того, что она могла лишиться телефона раньше, чем попала на приём, проверять всё равно нужно было всех семерых. Но начать Алексей решил именно с загородного.

На своей машине он подъехал к белой усадьбе среди деревьев. Никаких строений рядом больше не было, поэтому, выйдя из машины и подойдя к дому, оперативник убедился, что это и есть нужное ему здание. Про себя он отметил красоту архитектурного стиля и окружающего ландшафта, однако он пришёл сюда по делу, и у него не было времени на восхищение местными красотами.

Ольховский позвонил в домофон на калитке. Ему ответил мужской голос:

– Кто там?

– Я из полиции.

– Что вы хотите?

– Хочу поговорить с психологом Галиной Анатольевной.

– Минутку.

Павел заглянул в кабинет своей начальницы.

– К нам полиция.

Галина Анатольевна ничуть не изменилась в лице.

– Так открывай скорее! Негоже заставлять ждать представителя власти.

Через минуту Алексей в сопровождении Павла уже шёл через двор к входу в здание.

– У вас тут психушка? – поинтересовался он, увидев табличку.

– Да, в доме находится психбольница, но наша главврач является ещё и психологом и ведёт приёмы.

– Мастер на все руки, значит. – Отметил для себя Алексей.

Войдя в кабинет Галины Анатольевны, оперативник предъявил ей своё удостоверение.

– Оперуполномоченный капитан полиции Алексей Ольховский. Могу я задать вам несколько вопросов?

Психолог принимала посетителя, как когда-то и Лизу, в своём парадном кабинете на первом этаже.

– Да, разумеется. Чем могу быть вам полезна?

– Скажите, вам знакома эта девушка? – оперативник протянул ей фотографию Лизы.

Галина Анатольевна сделала вид, что сосредоточенно вспоминает.

– Знаете, у меня каждый день бывает столько людей… Но да, её я помню. Она приходила.

– С какой целью, позвольте узнать?

– Как и большинству посетителей, ей была нужна психологическая консультация.

– По какому вопросу?

– Но… Я не могу разглашать личные переживания моих пациентов.

– Дело в том, что эта девушка пропала без вести, и в её поисках может быть полезна любая информация.

– Да что вы! – Галина Анатольевна притворно ужаснулась. – Тогда конечно. Дайте вспомнить.

Психолог несколько мгновений глубокомысленно помолчала.

– Она жаловалась на одиночество. Говорила о неустроенности своей жизни. Переживала, что её никто не понимает.

– А вам не показалось, что у неё мог быть суицидальный настрой?

Женщина тяжело вздохнула и кивнула несколько раз подряд.

– Именно так и показалось. Прямо она таких мыслей не высказывала, но производила впечатление действительно очень одинокого и всеми покинутого человека. Сначала в её жизни был детский дом, потом конфликты с женихом… Она не видела в своём существовании ни радости, ни смысла.

– Вы как-нибудь ей помогли?

– Я старалась. Указала на светлые моменты, которые бывают у каждого. Посоветовала поставить себе конкретную цель и изо всех сил её добиваться. Но насколько моя консультация оказалась ей полезна, судить трудно. Я ведь видела её всего один раз.

– Вы не приглашали её на повторный приём?

– Приглашала. Я видела, что этой девочке на самом деле нужна помощь, и хотела целенаправленно с ней позаниматься. Но она сослалась на большую занятость и пообещала подумать о следующем посещении. Больше она мне так и не позвонила.

– Как долго она пробыла у вас в клинике?

– Обычно мои консультации длятся не более часа. Значит, примерно столько.

– И куда она отправилась после, вы не знаете?

– Нет. Понятия не имею.

– Дело в том, что вы – пока последний найденный мной человек, который видел её в день исчезновения. Именно поэтому ваша информация имеет особую ценность.

– Я понимаю.

– Если вы что-то ещё вспомните, любую деталь, которая может показаться вам незначительной, прошу в обязательном порядке сообщить об этом мне.

Ольховский положил на стол психолога бумажку с записанным на ней своим телефонным номером.

– Не сомневайтесь. Удачи вам в поисках! Надеюсь, девочка найдётся живой и здоровой.

– Я тоже надеюсь. Всего хорошего!

Ольховский вышел из кабинета и в сопровождении Павла направился к выходу. Галина Анатольевна видела через окно, как он пересекает двор, потом выходит за калитку. Проводив незваного гостя, Павел примчался обратно к начальнице.

– Что будем делать? – в его вопросе звучало беспокойство.

Психолог отвернулась от окна и невозмутимо посмотрела на охранника.

– Ничего. Уверена, полиция нас больше не потревожит. На нас ведь ничто не указывает.

– Но всё же они узнали, что Лиза была здесь!

– Возможно, девочка сама рассказала кому-то, что собирается ко мне на приём. В любом случае, никто не знает, что отсюда она не выходила.

Галина Анатольевна снова повернулась к окну.

– Надо же, как вышло! Я предполагала, что это новенькая может доставить нам проблем, а оказалось, что разыскивают никому не нужную детдомовку. Впрочем, всё равно они никого не найдут.

* * *

Ждать пришлось очень долго. Сначала Костя неотрывно наблюдал за входной дверью отдела полиции. Потом его внимание постепенно начало притупляться от постоянного мелькания входящих и выходящих людей. Он едва не пропустил, как из отдела вышел Ольховский. Это обстоятельство озадачило Костю, так как ему казалось, что именно Алексей должен сейчас общаться с заинтересовавшей его девушкой. Однако, не будучи знакомым с тонкостями работы полицейских, Константин справедливо рассудил, что не ему в данном случае решать, и продолжил наблюдение.

Он видел, как оперативник сел в припаркованный рядом с отделом автомобиль и куда-то уехал. Это событие внесло некоторое разнообразие в монотонное течение времени ожидания. Он уже начал сомневаться, не ушла ли девушка в тот момент, когда он отвлёкся, как вдруг дверь в очередной раз открылась, и на пороге появилась она.

Она выглядела всё такой же заплаканной, поминутно вытирала слёзы и всхлипывала. Константин, заранее продумав всё, что он хочет ей сказать, решительным шагом подошёл к ней.

– Простите меня, пожалуйста, но мне нужно с вами поговорить.

Девушка отшатнулась от него, и хотела было пройти мимо. Константин проявил настойчивость.

Я понимаю, что у вас, вероятно, нет желания разговаривать с незнакомцем, но у нас с вами есть кое-что общее. Я случайно увидел вас в дежурной части. Как я понял, вы кого-то разыскиваете. У меня тоже недавно пропал близкий человек, и я тоже обратился в полицию. Увидев вас, я подумал, что мы можем быть полезны друг другу. Конечно, если вы остановитесь и согласитесь пообщаться со мной.

Всю эту речь Косте пришлось произносить почти на бегу, так как девушка прибавила шаг, желая избавиться от назойливого собеседника. Однако, услышав его последнюю фразу, она остановилась и, наконец, посмотрела на него.

– Вы знаете, где Диана? Скажите мне, где моя сестра! – её голос звучал звонко и требовательно.

– Нет, простите, я не знаю, где ваша сестра, и не знаком ни с какой Дианой.

– Диана – это и есть моя сестра, – объяснила девушка, – но если вы не знаете, где она, как же вы можете мне помочь?

– Как я уже сказал, у меня тоже потерялся близкий мне человек, моя любимая девушка. Я подумал, что мы с вами можем сопоставить обстоятельства исчезновения наших родственников и, возможно, найдём что-то общее. Вдруг выяснится, что они были знакомы! Или мы вдвоём обнаружим какую-нибудь деталь, которая поможет в поисках.

– Наверное, вы правы. – Неуверенно произнесла девушка и снова всхлипнула.

Костя видел, что его собеседница держится настороженно, не доверяя ему. Её реакция была вполне объяснимой. Нужно было постараться расположить её к себе, а для этого – первому рассказать свою историю.

– Вы не будете возражать, если я приглашу вас в кафе? Общаться на улице не слишком удобно.

Костя специально решил позвать девушку в людное место, чтобы она чувствовала себя спокойно. Как видно, она оценила это, потому что, немного подумав, согласилась.

– Вот и хорошо. – Обрадовался молодой человек, – кстати, меня зовут Константин. Можно просто Костя, и можно на «ты».

– Элина. – Ответила девушка.

– Какое необычное имя! – не удержался от комплимента Костя.

Его спутница никак на это не отреагировала.

– Меня тоже можно на «ты». – Сказала она немного погодя.

* * *

Игорь втолкнул в палату, едва держащуюся на ногах девушку.

– Дамы, помогите ей расположиться. – Обратился он ко всем присутствующим. – Мы с ней попозже пообщаемся.

Аня тут же подбежала к вновь прибывшей и схватила её под локоть.

– Эй, подружка, что с тобой? – почувствовав запах перегара, она тут же отвернулась, – понятно. Да уж, пробуждение будет не из лёгких.

Маргарита Васильевна принялась сокрушённо причитать:

– Опять молоденькую привезли! Да что ж они делают, изверги! Ладно бы уж таких старух, как я, сюда закрывали. И нам польза, и им. Так нет, им всё молодых подавай! Калечит чужие судьбы Галина, и даже не задумывается.

– Да они особенно не выбирают. Кто попался, того и везут. – Отозвалась Аня, усаживая новенькую на пустовавшую кровать.

Лиза наблюдала за этими перемещениями со стороны, сразу пытаясь понять, как появление ещё одного человека может повлиять на её планы. Хотя новоприбывшая и источала малоприятный аромат, было видно, что над ней уже поработали – вымыли и одели в чистый халат. Её чёрные волосы, не до конца высушенные, мокрыми прядями ложились ей на лицо.

– Да отойди ты от меня! – вдруг подала голос новенькая и отмахнулась от Ани.

– Я помочь тебе хочу. – Объяснила Анна, – тебе поспать надо.

– Н-не надо мне п-помогать. – язык девушки сильно заплетался. – Я сама м-могу. Где моя сестра?

– Надо полагать, осталась на свободе.

Девушка подняла на Анну мутный взгляд, в котором читалось удивление.

– Что значит на свободе? А я где, по-вашему? На зоне, что ли?

– Что-то вроде того. Ты поспи, а потом мы тебе всё объясним.

– Я не хочу с-спать, – новенькая встряхнула волосами, трезвея на глазах. – Ну-ка, рассказывайте сейчас. Вы, вообще, кто такие? И что я здесь делаю?

– Как тебя зовут, милая? – спросила Маргарита Васильевна.

– Диана.

– Добро пожаловать, Диана. Теперь ты одна из нас.

Девушка обводила взглядом палату, с недоумением вглядываясь в лицо каждой женщине.

* * *

Алексей медленно шёл по городскому парку. Где-то здесь телефон Лизы перестал выходить на связь. Всё было как обычно: мимо ездили велосипедисты, ходили хозяева собак со своими питомцами, гуляли мамы с детьми. Что могло произойти здесь с взрослой адекватной девушкой среди белого дня?!

Алексей взошёл на мост и долго наблюдал за течением реки. Думал о Лизе, пытаясь понять, куда она могла исчезнуть, потом его мысли постепенно перешли к собственной жизни. Он представил, что через пять, десять, пятнадцать лет в его судьбе, возможно, ничего не изменится. Его жена всё также будет танцевать, он всё также будет приходить домой, не замечаемый ею. Его друзья начнут стареть, но зато вырастут их дети, давая поводы для гордости своим родителям и радуя их. И только он один, седеющий и умудрённый опытом, будет по-прежнему просиживать в барах с молодыми сотрудниками. Такая перспектива отнюдь не казалась радужной. Чтобы так не случилось на самом деле, нужно было что-то изменить. Но что? И когда?

Зазвонил мобильный телефон, отвлекая от мрачных размышлений. Звонили из дежурной части. Алексей внимательно выслушал информацию, коротко ответил «сейчас буду», закончил входящий вызов и поспешил к своей машине.

По дороге в отдел он безуспешно пытался найти объяснение происшествию, о котором ему только что сообщили: пропала ещё одна девушка! Розыскное дело Лизы пока не очень-то сдвинулось с места, а тут ещё одна пропажа! Невольно появлялись мысли о серийном маньяке. Нужно было срочно ознакомиться с материалами нового дела.

* * *

– Мы были очень дружной семьёй, – начала свой рассказ Элина после того, как выслушала историю Кости, – всё свободное время старались проводить вместе. Сестра и родители были для меня лучшими друзьями. У папы был свой бизнес, а мама посвятила свою жизнь нам, детям. Но несколько месяцев назад случилось непоправимое – родители погибли в автокатастрофе. Не знаю, как мы с Дианой это выдержали это… Бизнес перешёл к нам. Диана, как старшая, старалась вникнуть в дела, но у неё ничего не получалось. Наши партнёры от нас отвернулись, компания обанкротилась. Мы вынуждены были продать свой дом и купить взамен малогабаритную квартиру. Это заставляло Диану переживать ещё больше. Она начала пить. Говорила, что она плохая сестра, раз не может обеспечить мне достойную жизнь. Я, как могла, успокаивала и поддерживала её, но, видимо, этого было недостаточно.

Воспоминания о сестре снова вызвали у девушки поток слёз. Костя не торопил её с рассказом. Он лишь слегка сжал её руку, давая понять, что разделяет её чувства.

– Каждый вечер после работы она отправлялась в один и тот же бар. – Продолжала Элина, немного успокоившись. – Обычно она возвращалась домой сама. Иногда она перебирала, и я, видя, что её долго нет, шла за ней. Не думай, что я спокойно смотрела на это и не пыталась её удержать! Но у меня не получалось. Она объясняла мне, что только там может успокоиться и отвлечься, чтобы найти новые силы жить. Я надеялась, что, в конце концов, это пройдёт… А вчера вечером она не вернулась. Я пошла за ней, но бармен, который хорошо знал её, сказал, что она уже ушла. Я походила по округе, поискала у наших немногочисленных знакомых, но её нигде не было. Тогда я пришла в полицию.

Элина опять расплакалась. Костя уже выяснил, что его собеседнице было только 18 лет, а её сестре – 24. Всю жизнь, прожив под опекой родителей, девушки не слишком были приспособлены к самостоятельности, поэтому не приходилось удивляться, что они не сумели удержать бизнес на плаву. Однако всё это не объясняло таинственного исчезновения старшей сестры. Задав Элине несколько вопросов, молодой человек пришёл к выводу, что между Лизой и Дианой не было ничего общего – ни дел, ни знакомых. По крайней мере, ни он, ни Элина ничего о них не знали. Обстоятельства исчезновения тоже оказались весьма различны. Единственное, что объединяло этих девушек – полная неизвестность об их местонахождении. Дальнейший разговор не имел смысла.

– Давай я провожу тебя домой. – Предложил Костя, когда они вышли из кафе.

– Давай. – Со вздохом согласилась Элина, – я так боюсь идти туда, зная, что там нет сестры…

– Будем надеяться, что она уже дома. Представляешь, какая будет радость – ты возвращаешься, а она ждёт тебя!

– Ты так думаешь? – в глазах девушки зажглась надежда.

Они шли пешком, обмениваясь по пути ничего не значащими фразами. Каждый гнал от себя мрачные мысли, стараясь надеяться на лучшее.

– Мы пришли. – Элина указала на обшарпанный подъезд одного из многоквартирных домов на грязной улице.

– Ну что ж, тогда счастливо тебе! Верю, что с твоей сестрой всё в порядке.

– Спасибо. Пока!

Девушка исчезла в подъезде. Константин вдруг вспомнил, что не спросил номер её телефона, но тут же решил, что он вряд ли ему понадобится. Они ведь уже выяснили, что никаких точек соприкосновения между ними нет, а значит, помочь друг другу они не могут. С этими мыслями Костя отправился в обратный путь, как вдруг услышал сзади голос, зовущий его по имени. Он оглянулся. За ним бежала Элина.

– Её нет! Её нет дома! – крикнула она, подбежав к нему, и, как ребёнок, схватила его за рукав, – я боюсь оставаться там одна.

По лицу девушки снова струились слёзы. Костя обнял её, прижав к себе.

– Что же мне с тобой делать? – вслух размышлял он. – Хочешь, пойдём ко мне.

Элина внезапно осознала всю необдуманность своего поступка. Она явно смутилась и отстранилась от него.

– Это, наверное, неудобно. А если твоя девушка вернётся?

– Я живу один, так что никакого неудобства нет. А если придёт моя девушка, то мы ей всё объясним, и она поймёт нас правильно.

– Спасибо. – Так же смущённо произнесла Элина, не двигаясь с места.

Она поддалась порыву эмоций, доверившись первому встречному человеку, который проявил к ней сочувствие. Но сейчас здравый смысл взял верх, и она стояла в нерешительности, не зная, как поступить.

– Ну что же ты? – Константин мягко подтолкнул её в спину, – идём!

Последние сомнения рассеялись. Элина вытерла слёзы и бодро зашагала рядом с новым знакомым.

* * *

Диана никак не могла успокоиться. Её трясло от рыданий, а её подруги по несчастью, каждая на свой лад, пытались её успокоить. Исключение составляла только Эльвира, которая, как всегда, сидела, глядя в одну точку.

– Я не могу… здесь оставаться… – сквозь слёзы с трудом можно было разобрать слова девушки, – моя сестра осталась совсем одна… она не сможет… не проживёт…

После того, как Диане объяснили, где она находится, её охватило такое отчаяние, что даже Лиза забыла о своих планах, исполнившись сочувствием. Новенькая переживала не за свою сломанную жизнь, а за оставшуюся в одиночестве младшую сестру. Это вызывало уважение. Лиза решила к ней присмотреться.

Неожиданно открылась дверь палаты. На пороге стоял Павел.

– Лиза, Галина Анатольевна разрешает тебе немного погулять. Пойдёшь?

Вот так подарок! После их последней встречи Лиза полагала, что ей ещё не скоро предстоит выйти на свежий воздух. Однако психолог сделала свои выводы и дала добро на прогулку. Не воспользоваться этим было бы непростительно.

– Да. – Ответила она, – девочки, прошу вас, не оставляйте Диану.

– Иди спокойно, милая, всё будет хорошо. – Ответила пожилая женщина.

– Маргарита Васильевна, вы можете после Лизы пойти. – Предложил Павел.

– Хорошо, Павлуша. Идите, гуляйте.

Лизу вывели из здания, крепко держа за руку. Оба они – и охранник, и его подопечная вели себя так, словно между ними не происходило сцены в одиночной комнате. Девушка решила, что Павел не стал сообщать начальнице о том инциденте, в противном случае улицы ей точно было бы не видать.

– Пока тебе разрешено быть на улице только 10 минут. Если будешь вести себя хорошо, время прогулок увеличится. – Сообщил провожатый.

– Ты так и будешь держать меня за локоть всю прогулку? – поинтересовалась девушка.

– Я отпущу. Но если попробуешь убежать, я всё равно догоню, и в следующий раз на улицу выйдешь не скоро.

Крепкая хватка ослабла, и Лиза освободила локоть. Девушка закрыла глаза и вдохнула свежий воздух полной грудью. Здесь, среди деревьев, он был особенно чистым и ароматным. На мгновение Лиза унеслась в мечтах на свободу, в свою прежнюю жизнь…

Нет, расслабляться нельзя. Девушка тут же взяла себя в руки и сосредоточилась на осмотре окрестностей. Непростительно терять такую возможность разработать новый план побега.

Территория была довольно большая, но ничего интересного из себя, не представляла. Просто поляна, обнесённая забором. Лиза двинулась вокруг здания, но со всех сторон её ждало, тоже самое. Трава, забор, стены клиники – вот и всё, что ей удалось обнаружить. Павел не отставал от неё ни на шаг, так что ей приходилось осматриваться очень осторожно, чтобы не выдать себя. Впрочем, Лиза быстро поняла, что смотреть здесь было не на что. Забор был высоким и гладким, так что перебраться через него не представлялось возможным, а к калитке её близко не подпускали. Как же не хотелось терять ещё одну надежду на освобождение!

– Десять минут истекли. – Констатировал Павел, – пойдём обратно.

Лиза послушалась. Её даже не пришлось удерживать – она покорно шла сама. Сейчас она была слишком расстроена своим открытием, чтобы сопротивляться. Ещё один её план побега терпел крах.

– Маргарита Васильевна, пойдёмте гулять! – объявил охранник, приведя поникшую Лизу в палату.

* * *

Алексей сидел в кабинете у следователя.

– Ты жениха проверял? – осведомился Валерий.

– Это не он. Тем более, ко второй девушке он вообще отношения не имеет.

– А вдруг он маньяк? Сначала свою подружку… того. Потом – чужую.

Алексей покачал головой.

– Нет. Здесь что-то другое.

Валерий отодвинул от себя бумаги и расслабленно потянулся.

– Слушай, Лёх, я устал. Давай на сегодня закончим. Может, сначала – по пивку, а потом – по домам?

Ольховский посмотрел на часы.

– Можно было бы, но мне мою служительницу муз кормить ужином пора. А то без меня она пуанты протянет.

При упоминании Вероники Валерий оживился.

– Кстати, как поживает твоя Мельпомена? Давно её не видел.

– Терпсихора. – Поправил Алексей, – не знаю, наверное, хорошо. Я сам её давно не видел.

– В смысле? – удивился следователь, – А где она?

– У себя в комнате. Безвылазно.

– А может, тогда пойдём к тебе? – предложил Валерий. – И посидим, и заодно музу свою покормишь.

– Пойдём! – охотно согласился Алексей.

Коллеги, взяв большую бутылку пива, отправились к Ольховскому. Валерий давно знал Алексея, считался его приятелем и был в курсе его семейной жизни.

– Не знаю, Лёх, как ты можешь так жить! – рассуждал по дороге следователь.

– Тебе нормальная женщина нужна, обыкновенная. Чтобы ждала тебя с работы, варила тебе борщи и рожала детей. А такие, как твоя, только издали хороши. Посмотрел на неё, полюбовался и забыл.

– Мне её никто не навязывал. Я сам такую выбрал. Вот и расхлёбываю последствия своего выбора.

– Но мы же не в XIX веке живём! Сейчас такие проблемы быстро решаются. Вы – взрослые люди. Договоритесь обо всём и спокойно разойдитесь.

– Я считаю, что разрушать семью можно только в исключительных случаях. Раз уж я привёл её в ЗАГС и назвал своей женой, значит, должен нести ответственность за этот поступок. Просто нужно было думать раньше и не доводить до этого.

– А разве у тебя есть семья? Разве есть, что разрушать? По-моему, вы так ничего и не построили. Ты вот на меня и мою Ленку посмотри! Душа в душу живём, ни на кого её не променяю.

– Но сейчас ты почему-то не к своей любимой Ленке бежишь, а идёшь со мной пить пиво. В то время как я, исключительно из чувства долга, думаю в первую очередь о насущных потребностях своей жены, а уже потом – о твоей компании.

– Как вижу, твои взгляды безнадёжно устарели. – Подытожил Валерий, заходя в подъезд вслед за Ольховским.

* * *

– Смотри, тут кухня, тут ванная. – Константин проводил по своему жилищу экскурсию для неожиданной гостьи, – если что-то потребуется – смело бери и пользуйся. Сейчас подумаю, куда устроить тебя на ночлег…

Внезапный звонок в дверь прервал его хозяйственный монолог. Элина испуганно вздрогнула и прижалась к стене.

– Это твоя девушка? – прошептала она.

Костя ничего не ответил и пошёл открывать. Аналогичная мысль зажгла в нём надежду. А вдруг это и в самом деле Лиза?

На пороге стояла Даша.

– Прости, что я без предупреждения. – Сказала она и по-свойски прошла в квартиру, – я ехала с работы и, проезжая мимо твоего дома, решила зайти узнать, нет ли новостей.

Тут же её взгляд встретился с взглядом незнакомой черноволосой девушки, стоящей возле стены.

– Это ещё что такое? – гневно сведя брови, Даша оглянулась на Костю.

– Это Элина. Мы с ней сегодня познакомились… – молодой человек попытался рассказать о предшествующий событиях, но Даша не стала его слушать.

– Да мне наплевать, где и когда ты её подцепил! Вот, значит, как ты ждёшь свою невесту! Теперь я понимаю, почему Лизка замуж за тебя идти не хотела.

– Даш, ты всё неправильно поняла!

– А разве это можно понять неправильно?

– Послушай меня, пожалуйста. Я сейчас всё объясню.

– Всё объяснять ты будешь Лизе, потому что, когда она вернётся, я всё ей расскажу. Так и знай! А кроме этого, я ещё пойду в полицию и расскажу об этом тому оперу. Пусть сделает соответствующие выводы.

– Прошу тебя, успокойся!

– Я удивляюсь, как ты можешь быть так цинично спокоен! Не надо думать, что в отсутствие Лизы некому защитить её интересы.

Этот бессмысленный диалог с Дашей начал действовать Косте на нервы.

– Если уж на то пошло, я не обязан перед тобой оправдываться! – вспылил он.

– Мне ты вообще ничем не обязан. И своей якобы любимой девушке, как я вижу, тоже. Прошу только об одном одолжении: не надо больше делать вид, что переживаешь за судьбу Лизы и надеешься на её возвращение. – Съязвила Даша и вышла из квартиры, хлопнув дверью.

Элина всё это время неподвижно стояла на своём месте, боясь вмешаться и ещё больше усугубить ситуацию.

– Чёрт возьми. – Произнёс Константин, закрывая дверной замок.

– Теперь у тебя из-за меня будут проблемы. – Всхлипнула Элина, снова готовая заплакать.

– Нет, ты здесь ни при чём. – Сказал молодой человек, проходя мимо неё на кухню.

Девушка пошла следом.

– Прости, я не хотела, чтобы так вышло. Но ведь это была не твоя невеста?

Костя сел за стол и положил голову на руки. Инцидент с Дашей оставил в его душе неприятный осадок.

– Нет. – Машинально ответил он. – Это была не моя невеста.

– Представляю, что бы тогда было, если бы действительно пришла Лиза!

– А ничего бы не было. Лиза – совершенно другой человек. Она выслушала бы меня и поверила мне.

На щеке Элины заблестела слезинка. Она села рядом с Костей и осторожно дотронулась до его плеча, но тут же в нерешительности отдёрнула руку.

– Прости. – Повторила она, – это я виновата. Я не должна была лезть в твою жизнь. Просто мне стало очень страшно и одиноко…

– Всё нормально. – Не глядя на неё, произнёс Костя, продолжая думать о своём.

* * *

Иногда нам кажется, что время тянется очень медленно, и мы не знаем, куда его деть. Иногда наоборот, оно мчится так быстро, что мы за ним не успеваем. Но, в любом случае, хотим мы того или нет, время ведёт нас по жизни, привнося перемены в наши судьбы.

Для Лизы время словно остановилось. Каждый новый день как две капли воды был похож на предыдущий. Не происходило ничего нового, только надежда на освобождение постепенно таяла…

Девушка запрещала себе отчаиваться, старалась придумать новые способы побега, но разум всё чаще замирал на мысли, что всё бесполезно. Однажды она чуть не потребовала одиночную комнату с каким-нибудь средством самоубийства. Но удержалась. Продолжила наблюдать за своими соседками по несчастью.

Не менялось абсолютно ничего. Эльвира всё также оглядывала диким взглядом стены, Аня развлекалась новыми нарядами и косметикой, Маргарита Васильевна вела задушевные беседы, Диана непрерывно плакала, переживая за сестру, если была трезвой либо надолго оставалась в одиночной комнате с бутылкой.

Лизу, правда, теперь выводили на прогулки, однако это разнообразие перестало быть приятным, как только девушка окончательно убедилась, что побег с улицы невозможен. Но она продолжала вести себя хорошо, чтобы не лишиться этой привилегии. Кто знает, может быть, когда-нибудь ей это пригодится… Когда? И для чего? На эти вопросы Лиза не смогла бы точно ответить, но это помогало ей поддерживать в себе смутную надежду.

Алексей в сотый раз перечитывал розыскные дела Елизаветы и Дианы. Он интуитивно чувствовал, что упустил в них что-то важное, что-то, что помогло бы раскрыть эти исчезновения, но никак не мог понять, что именно. Судьба Лизы почему-то интересовала его больше, чем жизнь второй девушки, поэтому к её делу он обращался чаще.

Как-то приходила её подруга… как там её?.. Дарья. Заявила, что жених, кажется, не заинтересован в раскрытии дела и может намеренно направлять следствие по ложному пути. Предположение о виновности жениха высказывал и следователь. Ольховский снова вызывал Константина на допрос, однако тот привёл вполне убедительные доказательства своей непричастности, а именно: спокойно объяснил двусмысленную ситуацию, на которую намекала подруга. У него живёт сестра второй пропавшей девушки. Она ещё очень молода и неопытна, и они по взаимной договорённости решили помогать друг другу в общем несчастье. Что ж, девушка уже совершеннолетняя, а значит, она вправе жить, где и с кем хочет. Нравственная же сторона данного вопроса к делу не относится.

Последним свидетелем, достоверно видевшим Лизу живой и здоровой, по-прежнему оставалась главврач психбольницы. Дальнейшие перемещения мобильного телефона, пропавшей, не привели ни к каким новым зацепкам и не указали на местонахождение девушки. Вызывать Галину Анатольевну не было смысла: что нового она могла бы сообщить? Но поиски нужно было вести с учётом факта посещения Лизой этого заведения.

Все эти мысли мелькали в мозгу Алексея, пока он шёл домой после окончания рабочего дня. Едва он приблизился к двери своей квартиры, как его слух тут же уловил знакомые звуки классической музыки. Вероника как всегда репетировала. Он представил её тонкую фигуру, кружащуюся в сложном танце, и почувствовал к ней почти физическое отвращение. Ему хотелось сосредоточиться на деле, хотелось ещё раз хорошо всё обдумать и проанализировать, а вместо этого ему придётся слушать «Спящую красавицу», так как в их доме только Вероника имеет право требовать тишину.

Постояв минуту в раздумье около своей двери, Ольховский решительно развернулся и снова пошёл на улицу. Там он сел в свою машину, завёл её и поехал к тому месту, которое в последнее время часто появлялось в его мыслях – к загородной психбольнице.

* * *

Лиза дышала вечерним воздухом. В нескольких шагах от неё находился охранник Игорь, но она старалась не замечать его, чтобы хотя бы на несколько минут почувствовать себя свободной. Впрочем, иллюзия свободы была весьма условной. Можно отвернуться от сопровождающего, но как отвернуться от забора, который окружает тебя со всех сторон?

Неожиданно девушке показалось, что вдалеке слышен шум двигателя автомобиля. Лиза прислушалась, но шум исчез. Она оглянулась на охранника. Тот, как обычно, был спокоен. «Наверное, послышалось», – с грустью подумала Лиза, продолжая прогулку.

Алексей остановил машину достаточно далеко от здания больницы. Выйдя из автомобиля, он пошёл к дому пешком, пытаясь повторить путь Лизы. Ещё одно посещение этого заведения не входило в его планы. Он просто пытался сосредоточиться на мыслях и проблемах пропавшей девушки. Пытался думать, как она, понять её состояние, представить, куда она могла пойти после.

Он не спеша дошёл до забора и остановился. Всё, на этом известные ему шаги Лизы заканчивались. Он бросил взгляд на здание за забором и мысленно представил себе выходящую из калитки девушку. Куда она пошла потом?! Обычно не подводящая его интуиция на этот раз почему-то молчала. Виртуальная Лиза по-прежнему стояла около забора, не решаясь сделать шаг ни в одну сторону. Словно она и вовсе не покидала эти стены… Но ведь это невозможно!

«Помоги мне! – шёпотом попросил Алексей придуманную им девушку. – Подскажи, где тебя искать. Дай понять, что с тобой случилось». Реальная Лиза в это время прошла мимо него с другой стороны забора. Трудно было сказать, о чём она в тот момент думала; её мысли были отстранены, она словно находилась в другом месте, в другом измерении, в другой жизни. «Пора домой», – догнал её сзади голос охранника. Девушка без слов повернула к входу в здание и вошла внутрь. Ольховский услышал дверной хлопок, который прервал его размышления, но не придал ему значения. Побродив ещё немного вокруг забора, Алексей вернулся к своей машине. С сожалением он вынужден был признаться себе, что его поездка не дала никаких результатов.

Вернувшись в палату, Лиза в раздумьях села на свою кровать. Она понимала, что выжидательную позицию надо менять на активную. Ждать каких-либо изменений можно было очень долго. И можно было их так и не дождаться. Значит, если не получается найти несовершенства этой системы, нужно сломать её изнутри. Лишить её мозга и центра, а именно – Галины Анатольевны. Главврач создала это противоестественное общество, она поддерживает в нём жизнь и общение и, если её убрать, оно распадётся. Остаётся вопрос: что значит «убрать»? Убить? Поначалу Лиза ужаснулась этой мысли и тут же отбросила её, будучи уверенной в том, что на убийство она никогда не пойдёт. Но чем больше она размышляла над этим, тем яснее видела, что другого выхода нет. Она ни за что не смогла бы убить человека в обычной жизни. Но сейчас она против своей воли вела необычную жизнь, и в этой жизни были другие цели.

* * *

Константин вернулся с работы. Едва он открыл дверь своей квартиры, как тут же почувствовал ароматный запах выпечки. Элина хозяйничала на кухне.

– Привет! – поздоровался Костя, заглянув в кухню, – запах изумительный. Ты снова решила меня побаловать?

Девушка вздрогнула от неожиданности и покраснела, опустив глаза к полу.

– Прости, я не слышала, как ты пришёл. Не знаю, любишь ли ты пирожки с мясом?

– Очень люблю. Уже иду мыть руки.

Через минуту молодой человек сидел за кухонным столом, с аппетитом поглощая вкуснейшие кулинарные шедевры своей гостьи.

– А ты почему не ешь? – поинтересовался он у стоящей рядом девушки. Элина смущённо отошла к плите.

– Я пока готовила, всего напробовалась, вроде бы и наелась. А ты ешь! Главное, что тебе понравилось.

Девушка наблюдала за трапезой хозяина квартиры с таким необыкновенным восхищением, что вскоре Косте стало не по себе от её взгляда.

– Элина, – позвал он, – садись рядом. Расскажи, как провела день.

Она послушно села на соседний стул.

– Ничего особенного. Замесила тесто, сделала уборку, занялась выпечкой. Вот и всё.

– Спасибо тебе. – Искренне поблагодарил Костя, – с тех пор, как ты здесь поселилась, моя жизнь стала намного легче.

– Должна же я приносить пользу, ты ведь так заботишься обо мне!

– Ничего необычного я не делаю. Ты помогаешь мне, а я – тебе, пока не закончится это сложное для нас время.

– А когда оно закончится? – неуверенно спросила девушка, делая ударение на последнем слове.

– Когда найдутся наши близкие, всё вернётся на свои места. Ты снова будешь жить у себя дома с сестрой, а я надеюсь соединить свою судьбу с любимой женщиной.

Элина вздохнула и погрустнела.

– А если они не найдутся?

– Не надо так говорить. Даже думать так не надо. Они обязательно найдутся.

– А если нет? – на этот раз в голосе девушки звучал страх, – если их убили?

– Полиция не нашла их тела. Значит, они живы. Нужно в это верить! Для меня моя Лиза всегда будет живой.

– А как же я? – Элина испугалась собственной смелости, но всё же продолжила, – появится Лиза, и ты спокойно отправишь меня домой и вскоре забудешь?

Константин немного помолчал, тщательно подбирая слова.

– Элина, – наконец сказал он, – ты стала мне другом в сложный для нас период. Я никогда не забуду тебя и готов всегда тебе помогать. Но Лизу я люблю уже много лет и не представляю рядом с собой другую женщину. Прости.

Элина выскользнула из-за стола и исчезла в комнате. Костя не пошёл за ней. Он понимал, что сейчас ей нужно побыть одной. Однако безысходное настроение девушки частично передалось и ему. Он не ожидал, что ситуация так усложнится. Получается, что теперь он нёс ответственность не только за физическое состояние своей юной знакомой, но и за её моральное благополучие.

* * *

Лиза, находясь в ванной, делала вид, что красится, а на самом деле через зеркало наблюдала за тем, что происходит в палате. Возле неё вертелась Аня, прося то посмотреть новые тени, то попробовать новую помаду. Лиза не отказывала соседке в её просьбах, но сейчас её интересовала Диана. Именно с ней девушка решила поделиться своим планом действий. Одной, она понимала, ей было не справиться, но к выбору единомышленницы надо было подойти осторожно.

Диана – единственная, кого привезли на глазах Лизы, поэтому можно быть уверенной, что она не доносчица главврача. Впрочем, если шпионок среди жительниц этой палаты и нет, нельзя предугадать их реакцию на возможность побега. Например, они могут посчитать это слишком большой опасностью и помешать осуществлению плана из лучших побуждений. Поэтому Лиза решила не рисковать и довериться только одному наиболее близкому по духу человеку.

Диана была трезвой, но явно собиралась исправить это положение. Она нервно ходила по палате, очевидно собираясь попросить у охранника очередную порцию спиртного.

– Диана слишком много пьёт. – Подчёркнуто доверительным шёпотом сообщила Лиза Ане. – Надо постараться отвлечь её.

Ане эта идея показалась разумной.

– Диана, иди к нам! – позвала она девушку.

Диана равнодушно заглянула в ванную.

– Простите, девочки, но мне не до красоты.

– Подожди. – Лиза подошла к ней и протянула помаду тёмно-сливового оттенка. – Этот цвет тебе, кажется, очень подойдёт. Давай попробуем!

Тут же подключилась Аня и, схватив Диану за руку, потащила её к зеркалу.

– Сейчас мы тебя накрасим, сделаем тебе причёску, и твоё настроение станет гораздо лучше!

Диана явно не разделяла энтузиазма девушек, но, не желая их обижать, подчинилась. Из палаты притащили табуретку, установили её перед зеркалом и усадили на неё слабо сопротивляющуюся Диану. Аня принялась колдовать над ней с расческой, а Лиза выбирала подходящую ей палитру теней. Воспользовавшись моментом, когда Анна зачем-то отлучилась из ванной комнаты, Лиза наклонилась к сидящей на стуле девушке и шепнула ей:

– Мне нужно с тобой поговорить. Давай сегодня вечером, когда все заснут.

Диана мгновенно оживилась и, с бешеным любопытством впившись в Лизу взглядом, торопливо кивнула. Вернувшаяся Аня сразу же заметила произошедшую с соседкой по палате перемену, однако приписала её действию их импровизированного салона красоты.

– Видишь, так гораздо лучше. – Подбадривала Диану Аня, расчёсывая ей волосы.

Диану словно подменили. Она улыбалась, давала девушкам советы по поводу своей причёски и макияжа, проявляла интерес к набору косметики. Выйдя через некоторое время из ванной, она тут же пошла к Маргарите Васильевне похвалиться своим внешним видом. Она без конца благодарила девушек за заботу и даже не думала обращаться к охраннику за выпивкой. Периодически она смотрела на Лизу внимательным взглядом и явно ждала от неё чуда.

Эта серьёзная девушка наверняка хочет сказать ей что-то очень важное, в этом Диана не сомневалась. А то, что это оставалось секретом для остальных, позволяло Диане надеяться на скорые изменения в своей жизни. Возможно, она возлагала на ещё несостоявшийся разговор слишком большие надежды, но желание освобождения было так велико, что она не могла совладать со своими эмоциями.

* * *

В гости к Константину зашёл Евгений. Друзья сидели на кухне за бутылкой пива. На столе стояли разнообразные закуски, приготовленные Элиной. Сама девушка, не желая мешать мужскому разговору, подав еду на стол, удалилась в комнату.

– Понимаю, почему Даша разозлилась. – Сказал Женя, когда они остались одни. – Девочка-то симпатичная.

– Ну, хоть ты не начинай! – умоляюще попросил Костя, – мне всё равно, какая она: симпатичная или страшная, молодая или старая. Я просто ей помогаю в трудной жизненной ситуации.

– Не знаю, какой была бы твоя помощь, будь она на самом деле старая и страшная.

– То есть, ты разделяешь мнение своей жены?

– Нет. Я вообще считаю, что это дело касается только вас троих: тебя, Лизы и Элины. Ни я, ни Даша, ни кто-либо другой вмешиваться не имеет права.

– Вот трудный ты парень, Женька! – раздосадовался Костя. – Я же тебе объясняю: нет никаких троих и нет никакого дела. Есть я и Лиза. А Элина – просто случайная знакомая.

Женя усмехнулся.

– Я-то тебе верю. Но со стороны всё выглядит именно так, как подумала Даша.

– Ну, так объясни ей, пожалуйста, что она не права. А то меня она даже слушать не стала.

Евгений помолчал, выбирая среди мясной нарезки, наиболее понравившийся ему кусок.

– С женой я поговорю, не беспокойся. Но кое-что хочу сказать и тебе.

– Я тебя слушаю.

– Ты так категорически от этой девочки не отмахивайся.

– Не понял. Что ты имеешь в виду?

– Повторюсь, что не собираюсь лезть в твою жизнь со своими советами, но, мне кажется, тебе стоит к ней присмотреться. Хозяйка она прекрасная, с тебя глаз не сводит. Что тебе ещё нужно?

– Я вообще-то Лизу люблю.

– Ты меня прости, приятель, но ваши отношения с Лизой давно зашли в тупик. Я, например, совсем не уверен, что её исчезновение не является экстравагантным способом дать тебе окончательную отставку.

– Ну что ты такое говоришь!

– Ладно, допустим, я не прав. Но тогда дела обстоят ещё хуже. Раз её нет столько времени, значит, с ней что-то произошло. Прости за откровенность, но ты и сам понимаешь, что её, вероятно, уже нет в живых. Как человека, её, безусловно, жалко, но это не значит, что ты теперь должен уйти в монастырь.

– Жень, мне неприятен этот разговор.

– Ладно, на этом закончим. Но как-нибудь на досуге ты всё же подумай о своей новой подружке. Такие случайности не происходят просто так.

– Тело Лизы не найдено, а значит, она жива. – Решительно заявил Константин. – А раз она жива, отношения с другой женщиной для меня невозможны.

Дальнейшая трапеза продолжалась при полном молчании.

* * *

Ночная темнота потихоньку пробралась в палату. Лиза приподнялась на постели и прислушалась. Все спали. Она подошла к кровати Дианы и осторожно тронула девушку за плечо.

– Ты спишь? – спросила она одними губами.

Диана тут же открыла глаза и помотала головой. Лиза молча указала ей на дверь ванной комнаты и сделала приглашающий жест рукой. Очень тихо, стараясь не издать лишнего звука, девушки прокрались в ванную и закрыли за собой дверь. Подумав, Лиза включила воду.

– Это чтобы нас в любом случае не услышали. Пусть уж лучше думают всякую ерунду. – Шёпотом пояснила она.

Диана вся напряглась и не сводила взгляд со своей собеседницы.

– Ты хочешь отсюда выйти? – будничным тоном спросила Лиза.

– Ты ещё спрашиваешь!

– Я тоже этого хочу. Поверь, я рассматривала разные способы побега, но ни один из них не осуществим в одиночку. Поэтому я предлагаю тебе действовать сообща.

– А как же остальные?

– Я не уверена на счёт остальных. Эля – явно неадекватный человек, Маргарите Васильевне здесь лучше, чем на свободе, а Аня находится здесь так давно, что уже не представляет себе иного образа жизни. В общем, я боюсь предательства, случайного или намеренного.

– Понятно. А ты думаешь, отсюда можно сбежать?

– Просто сбежать – нет. Ни из палаты, ни из коридора, ни с улицы. Но можно создать ситуацию, когда побег станет возможным.

– И ты придумала, как это сделать?

– Да, у меня есть некоторые мысли. Но я хочу знать, могу ли рассчитывать на тебя.

– Абсолютно во всём!

– Не торопись с ответом. То, что я предложу, может оказаться для тебя неприемлемым. Разумеется, ты вправе отказаться. Единственное, о чём я прошу, это не выдавать меня.

Диана придвинулась ближе к Лизе и дотронулась до её руки.

– Для меня неприемлема жизнь здесь. Всё остальное меня не пугает. Я буду с тобой до конца. Что нужно сделать? Устроить пожар? Разыграть сумасшествие? Кого-нибудь убить? Я выполню всё, что ты скажешь.

Лиза сжала губы и на мгновение задумалась. Отступать было поздно, да и незачем. В лице этой девушки у неё появился хоть и призрачный, но всё же свет надежды. Если же сейчас оставить место недоверию, её снова ждёт полная темнота.

– Ты угадала. – Продолжала Лиза. – Мой план состоит в том, чтобы убить Галину. Это парализует действия её подчинённых, и я надеюсь, даст нам возможность уйти. Но может случиться и наоборот – они в отместку поубивают всех нас.

– Жизнь здесь – почти то же самое, что смерть. Так что надо рискнуть.

– Спасибо за поддержку. Но тебе не придётся убивать Галину самой. Этот грех я возьму на себя. Ты же должна будешь действовать в точности по плану, который мы сейчас обсудим.

Диана крепко сжала руку Лизы в знак полного согласия и приготовилась слушать.

Часть 4

Ольховский сидел в баре, который любила посещать Диана до своего исчезновения. Он заказал себе чашку чая и не спеша пил её, не переставая размышлять о своих розыскных делах. Он приходил сюда уже не первый раз, искал её вероятных собутыльников, расспрашивал случайных знакомых и сотрудников заведения. Никто не смог поведать ему ничего интересного. Да, такая девушка сюда приходила, проводила здесь время, а потом вдруг перестала появляться. И всё, больше её никто не видел, и никто не знает, где она.

Алексей был уверен, что между этими двумя делами существует какая-то связь. Ему подсказывали это его опыт и интуиция. Обе девушки исчезли совершенно бесследно, между исчезновениями прошло очень мало времени. Ни в одном, ни в другом случае не подтвердились добровольный отъезд или уход из жизни. Значит, обе пропали не по своей воле и, скорее всего, им помогли одни и те же люди. Но это означало, что между ними должно быть хоть что-то общее! Хоть какой-то признак, по которому осуществлялся этот жестокий отбор… Да, каждая из них молода и по-своему привлекательна, но по улицам ходят толпы молодых и красивых девушек. Должно быть что-то ещё…

Внезапно Алексея осенила такая простая мысль, что он разозлился сам на себя за то, что она не пришла к нему раньше. Когда пропала Лиза? После посещения психолога. А Диана? Да, ему ничего неизвестно о том, была ли Диана в клинике Галины Анатольевны, но девушка находилась в трудной жизненной ситуации, а значит – могла также обратиться к специалисту. Это предположение – пока единственное, что хотя бы теоретически могло связывать двух пропавших людей. Его нужно было срочно проверить. Ольховский заплатил за чай и бегом помчался к своей машине.

По дороге в клинику он пытался сосредоточиться на посетившей его мысли и сформулировать её более чётко. Допустим, выяснится, что Диана тоже была на приёме у психолога. Что из этого следует? Что Галина Анатольевна виновна в обоих исчезновениях? Конечно, нет. Но это даст возможность по-новому оценить факты. Может быть, окажется, что девушки могли познакомиться именно в этой клинике и совместно решили как-то изменить свою судьбу. Впрочем, не стоит забегать слишком далеко. Для начала Алексей хотел просто уточнить своё предположение у врача, а потом уже действовать по обстановке.

* * *

План Лизы не был безупречным, но ничего лучшего они с Дианой придумать не смогли. Для начала нужно было отвлечь одного из охранников, отослав его за какой-нибудь срочной покупкой. Когда в клинике останется только один охранник, Лиза напросится на свидание с главврачом. Разумеется, охранник пойдёт её сопровождать. В кабинете Лиза попытается убить Галину Анатольевну, воспользовавшись эффектом внезапности. Охранник, конечно же, схватит её и потащит обратно в палату. Девушки рассчитывали на это, так как он должен будет стараться оказать помощь своей начальнице, а в присутствии Лизы он сделать этого не сможет. По этой же причине у него не будет времени разбираться с Лизой сразу, и он предпочтёт запереть её. При входе в палату Диана присоединится к Лизе, и вдвоём они должны справиться с физически крепким парнем. Они обездвижат его, после чего убегут. Разумеется, в случае успеха они помогут и своим соседкам. Остаётся надеяться, что в ответственный момент те не станут им мешать.

Оставалась ещё вероятность того, что охранник поведёт Лизу не в общую палату, а в одиночную комнату. Но на этот случай придумали следующий ход: Диана, услышав возню в коридоре, должна начать истошно кричать, привлекая внимание. Охранник, не имея достаточно времени на выяснение всех вопросов, скорее всего, приведёт девушку в палату, чтобы узнать, в чём дело. И тогда Лиза с Дианой завершат исполнение своего замысла.

В этой схеме оставалось много всяких «но». Девушки лишь предполагали, что их враги будут действовать именно так, но они могли повести себя совсем по-другому. Лиза могла не успеть или не суметь убить Галину. Охранник мог не оставлять разбирательства на потом, а свернуть ей шею прямо в кабинете. Две не самые сильные девушки могли не одолеть одного молодого человека… В общем, много чего могло пойти «не так». Но ставка была слишком высока. В случае неудачи их жизнь вряд ли бы изменилась, так как целью психолога было именно наблюдение за их поведением, а они тем самым предоставили бы ей прекрасный материал. Зато в случае успеха их ждала бы самая главная награда – свобода. Ради неё было решено рискнуть.

* * *

Диана негромко постучала в дверь. В палату заглянул Игорь.

– Мне нужны… – девушка замялась. – В общем, у меня женское недомогание. Купи, пожалуйста, вот это.

Она протянула небольшой клочок бумаги с перечисленными на нём средствами женской гигиены.

– Только, пожалуйста, побыстрее. Всё началось так внезапно, а у меня ничего из этого нет. – Взмолилась она.

– Уже иду. – Ответил Игорь и исчез за дверью.

Лиза восхищённо наблюдала за подругой. Та вела себя очень естественно. Хотя в этом не было необходимости, она для большей убедительности обхватила руками живот и, прихрамывая, направилась к своей кровати.

Подождав оговорённые десять минут, Лиза подошла к двери палаты и решительно постучала. Никто не знал, как ей дались эти уверенность и внешнее спокойствие. На самом деле её ноги подкашивались, сердце бешено колотилось, а голова словно находилась в тумане. Но заглянувшего Павла она попросила вполне ровным голосом:

– Я бы хотела поговорить с Галиной Анатольевной. Это возможно?

– Сейчас узнаю. – Охранник закрыл дверь и снова появился через пару минут.

– Она примет тебя, пойдём. – Сказал он.

Когда за ней закрылась дверь палаты, Лиза почувствовала себя так, словно вступает в другой мир. Но малодушию не было места, другой мир ждал её за стенами этого здания.

Галина Анатольевна сидела за столом в своём кабинете и что-то писала в чьей-то карте. Лиза не торопясь прошла в кабинет и села на стул недалеко от стола. Её взгляд сосредоточенно искал что-нибудь, что можно использовать как орудие убийства. Павел стоял рядом.

– Здравствуйте, благодетельница! – вкрадчивым тоном начала девушка. – Как дела? Как здоровье? Надеюсь, совесть не сильно мучает?

Психолог на мгновение оторвалась от своих записей, взглянула на девушку и снова опустила голову, склонившись над картой.

– Я рада вас видеть, Елизавета, но в данный момент я занята. Если это всё, что вы хотели узнать, то, спасибо, у меня всё в порядке. Можете идти.

– Нет, это не всё. Я пришла сказать вам кое-что важное.

– Говорите.

Лиза несколько раз сжала пальцы и сделала глубокий вдох, готовясь к решающему броску.

– Я беременна. – Быстро сказала она и указала на Павла, – от него. Психолог тут же подняла голову. На её лице отразился неподдельный ужас.

– Паша! – ахнула она, глядя на охранника.

Павел инстинктивно отступил назад.

– Это неправда. – Он закрылся руками, словно желая защититься.

Всё, больше ждать было нечего. Подходящий момент настал. Эти двое были поглощены только друг другом. Лиза вскочила на ноги, схватила стул и изо всех сил швырнула его в Галину Анатольевну. Попадание вышло удачным. Психолог вскрикнула и упала на пол. Охранник с криком «Мама!» тут же кинулся к ней.

«Мама?!» – это открытие как током поразило Лизу. Так вот почему эти двое парней работали на сумасшедшую докторшу! У них, оказывается, было что-то вроде семейного подряда. Перед глазами девушки за секунду промелькнули лица Галины, Павла и Игоря. У всех троих имелось несомненное сходство. Сейчас, когда она узнала правду, это казалось совершенно очевидным. Но почему она раньше не догадалась? Впрочем, на размышления не было времени. Их родство сыграло Лизе только на руку. Воспользовавшись замешательством охранника, она выскочила через незакрытую дверь в коридор.

* * *

Пробегая мимо двери своей палаты, Лиза скосила на неё взгляд, но останавливаться не стала. Сейчас она ничем не смогла бы помочь своим соседкам. Ключа у неё не было, выбить дверь не представлялось возможным, она только потеряла бы время. Сзади уже слышались шаги охранника.

– Остановись немедленно! – услышала она его голос, – я всё равно поймаю тебя, и будет только хуже!

В это время из-за двери раздался пронзительный крик Дианы:

– Пожар! Помогите! Мы тут все сгорим!

Разумеется, никакого пожара не было. Это была придуманная Дианой хитрость для отвлечения охранника. И она сработала! Его шаги замедлились. Очевидно, Павел соображал, как ему поступить: бежать ли дальше за Лизой или всё же заглянуть в палату.

«Милая моя, хорошая Диана! – думала Лиза на бегу, – я обязательно вытащу тебя отсюда. И остальных тоже. Главное, чтобы мне самой удалось выбраться». Ситуация осложнялась тем, что все окна этого здания были зарешечены. Лиза пробежала весь второй этаж, сбежала вниз по лестнице на первый – везде было одно и то же. Ей удалось оторваться от охранника, но воспользоваться этим шансом не получалось – она всё равно оставалась внутри своей тюрьмы. В отчаянии она рванулась в коридор первого этажа и тут же увидела знакомую дверь – кабинет Галины Анатольевны, в котором её принимали в день прихода. Она схватилась за дверную ручку и с облегчением убедилась, что дверь не заперта. Это было несказанным везением!

В этом кабинете не было решёток. Очевидно, что психолог недавно работала здесь и в скором времени собиралась сюда вернуться – на столе были разложены медицинские карты. Впрочем, девушке было не до того, чтобы осматривать обстановку. Она подбежала кокну, сбросила на пол цветочные горшки и открыла оконную раму. В этот момент из коридора до неё донёсся голос Павла:

– Стой сейчас же! Тебе всё равно не убежать! – кричал он.

Но Лиза уже выпрыгнула из окна и помчалась через поляну к забору. Охранник ворвался в кабинет. По дороге он споткнулся о разбитый цветочный горшок, что задержало его и дало Лизе ещё немного времени.

Девушка подбежала к калитке. Она лихорадочно перебирала пальцами по поверхности замка, но открыть его не получалось. Вероятно, в этой системе было предусмотрено всё, и калитка открывалась только специальным ключом. Неужели ей придётся сдаться прямо на финише?!

Забор был высокий, выше человеческого роста. Лиза подпрыгнула и схватилась руками за его верхний край. Острое железо тут же впилось ей в ладони. Невероятным физическим усилием ей удалось подтянуться на руках. Ногой она почувствовала замочную скважину и, оттолкнувшись от неё, оказалась наверху забора. Охранник уже подбегал к ней.

– Вернись обратно! – почти умоляюще прокричал он.

Но Лиза спрыгнула вниз на другую сторону.

* * *

Ольховский остановил машину недалеко от клиники. Выйдя из автомобиля, он направился было по знакомой ему дороге, но тут же увидел бегущего ему навстречу человека. Это оказалась девушка в больничном халате и с растрёпанными волосами. Заметив его, девушка побежала прямо к нему.

– Помогите мне! – закричала она. – Меня удерживают здесь силой!

Алексей совершенно точно видел эту девушку впервые, однако что-то в ней явно показалось ему знакомым. Когда она приблизилась, он утвердился в своей догадке.

– Лиза! – крикнул он.

В душе Лизы бушевала буря эмоций, но все они тут же уступили место удивлению.

– Вы меня знаете? – спросила она, переводя дыхание.

Алексей торопливо достал своё удостоверение.

– Я оперативник, ведущий твоё розыскное дело.

– Полиция… – с облегчением выдохнула Лиза.

Внезапно она ощутила такую сильную физическую и моральную слабость, что её ноги подкосились. Алексей тут же подхватил её.

– Наконец-то ты нашлась! Что с тобой случилось? С тобой всё в порядке? – с тревогой спрашивал он.

Лиза, задыхаясь, кивала и изо всех сил боролась с собой, чтобы не потерять сознание.

– Меня держали там… – она указала рукой на клинику. – Я убежала… Но там остались другие женщины. Я боюсь, они их убьют.

Ольховский взял её на руки, отнёс к машине и усадил на переднее сиденье. Она не сопротивлялась, доверчиво обнимая его плечи, пока он её нёс.

– А теперь расскажи мне, пожалуйста, всё по порядку. – Попросил Алексей, видя, что девушка отдышалась, и ей стало немного лучше.

– Сейчас нет времени на подробный рассказ. – Настойчиво сказала Лиза, – в этом ужасном месте остались люди, которых нужно спасти.

– Сколько их?

– Четверо. Все они – женщины разного возраста.

– Где конкретно находятся?

– В палате на втором этаже. Это всё придумала психолог. Я, кажется, убила её. Я готова нести за это наказание, но об этом – потом. Сейчас нужно спасать девочек. Там остался охранник, её сын. Скоро должен прийти второй. Они могут с ними что-нибудь сделать.

Алексей далеко не всё понял из этого сбивчивого объяснения, но одно было совершенно ясно: в здании были люди, и они находились в опасности. Оперативник набрал на мобильном телефоне номер своего коллеги.

– Андрюха, ты сейчас где?.. Отлично. Бери напарника, и срочно подъезжайте к загородной психбольнице. Диктую адрес…

Лиза расслабленно вытянулась на автомобильном сидении. Ей никак не верилось, что всё худшее уже позади.

* * *

Павел открыл калитку, намереваясь продолжить погоню за Лизой. Ему казалось невероятным, что девушка смогла преодолеть такой высокий забор. Впрочем, сейчас не было времени на эти размышления. Охранник выбежал за ворота и тут же увидел, как девушка приблизилась к какому-то человеку.

Павел не собирался так легко сдаваться. Хотя появление постороннего создавало определённые трудности, ещё ничего потеряно не было. Сейчас он добежит до них, заберёт девушку и объяснит прохожему, что это одна из психически больных, содержащихся в клинике, которой удалось вырваться на свободу…

Приближаясь к разговаривающей паре, Павел находил в этом постороннем прохожем всё больше и больше знакомых черт. Вскоре он вспомнил, где именно видел этого человека. Это же полицейский, который приходил к ним в поисках Лизы! Охранник резко остановился, не смея поверить в свой окончательный провал.

Но если он здесь, это значит, что он всё узнал?! Мгновенно Лиза переместилась на второй план. Его не убедишь, что сбежавшая девушка – всего лишь сумасшедшая, несущая полный бред. Сейчас он пойдёт в клинику и устроит в ней обыск. Что делать?! Как объяснить свои действия? Как оправдать мать и брата? Павел побежал обратно и захлопнул за собой калитку.

На бегу он позвонил со своего мобильного Игорю и, не вдаваясь в подробности, попросил того пока не появляться. Теперь нужно было исчезнуть самому и забрать с собой раненую мать. Но сначала нужно было уничтожить свидетелей. Лиза уже была вне его досягаемости, но её соседок оставлять в живых было нельзя.

Павел вбежал в кабинет матери и открыл ключом один из ящиков её стола. Там лежал пистолет. Галина Анатольевна приобрела его на всякий случай, и его ещё ни разу не доводилось использовать. Но сейчас настал именно такой случай. Он схватил оружие и помчался на второй этаж.

Открыв дверь палаты, он сразу же выстрелил, почти не целясь. Он услышал женский крик и тут же почувствовал удар чем-то тяжёлым по голове. Диана стояла наготове около двери палаты со стулом в руках. Как только дверь открылась, она тут же обрушила своё деревянное орудие на голову охранника, однако он успел выстрелить на долю секунды раньше. Пуля попала в Аню. Та вскрикнула и упала на пол. Диана инстинктивно бросилась к ней, не убедившись в том, что охранник больше не опасен. Маргарита Васильевна испуганно зажалась в угол.

Удар оказался недостаточно сильным, чтобы сбить охранника с ног. Он покачнулся, выронил оружие, но удержался, схватившись за стену.

– Ах ты, маленькая дрянь! – сквозь зубы прошипел он.

Диана поняла свою оплошность и вскочила на ноги, готовясь защищаться. Но что она могла сделать одна против рослого парня?

Павел потянулся за упавшим пистолетом, но тут случилось невероятное. Всегда спокойная и молчаливая Эльвира вдруг вскочила со своего места и с диким криком бросилась на охранника. Он пытался стряхнуть её с себя, но она вцепилась в него мёртвой хваткой. Растерявшаяся Диана не сразу заметила, что она набросила ему на шею пояс от халата и старалась его задушить. Павел пытался освободиться, но женщина нечеловеческими усилиями продолжала сжимать свою удавку. Через несколько мучительно долгих минут молодой человек осел на пол и больше не двигался. Эльвира расхохоталась хриплым, каким-то звериным смехом и наступила на него ногой. Диана растерянно смотрела на труп охранника. Дверь палаты оставалась открытой.

* * *

Рядом с машиной Ольховского остановился ещё один автомобиль. Это подъехали оперативники, которых Алексей позвал на помощь.

– Тебе лучше остаться здесь. – Попросил Лизу Ольховский. – Я закрою машину, и тебя никто не побеспокоит.

Девушка и сама не горела желанием возвращаться в это страшное здание, но упоминание закрытой машины вызвало у неё приступ ужаса.

– Нет! Только не надо меня закрывать!

– Прости. – Алексей понял, что допустил ошибку, – не буду. Даже ключи тебе оставлю. Только не уезжай без меня, ладно?

Последняя фраза разрядила обстановку, и девушка снова успокоилась. Ей очень не хотелось отпускать нового знакомого и оставаться одной, но выбора у неё не было.

Из подъехавшего автомобиля вышли два человека – коллеги Ольховского. Они перебросились с Алексеем парой фраз и все втроём отправились к зданию за забором. Послышался хлопок выстрела.

Ольховский толкнул калитку, и она поддалась – Павел второпях не закрыл её на ключ. Оперативники осторожно прошли по двору, оглядываясь во все стороны и прислушиваясь к каждому звуку. Дверь клиники тоже оказалась не заперта. Полицейские вошли внутрь и тут же увидели в коридоре девушку, нацелившую на них пистолет.

– Отойдите с дороги! – закричала она. – Или я выстрелю.

Ольховский вспомнил фотографию из второго розыскного дела и узнал Диану.

– Уберите оружие, Диана. – Спокойно сказал он. – Мы из полиции, и пришли сюда, чтобы помочь вам.

– Значит, у Лизы всё получилось. – С облегчением выдохнула девушка и бросила пистолет.

– Да, Лиза в безопасности. Она очень переживает за вас.

– А у нас тут такое… Пойдёмте со мной, сами всё увидите.

Девушка повернулась и пошла по коридору вглубь здания. Полицейские последовали за ней. На втором этаже дверь одной из палат была распахнута. У самой двери неподвижно лежал молодой парень. Внутри на полу сидела пожилая женщина и держала на коленях голову лежащей девушки, которая также не двигалась. На одной из кроватей сидела рыжеволосая женщина средних лет и, не мигая, смотрела на вошедших.

– Ребята, разберитесь тут, а я осмотрю здание. – Сказал Ольховский своим спутникам и, достав оружие, двинулся дольше по коридору.

Ему попались несколько закрытых дверей, но вот он дошёл до открытого кабинета. Из него доносились шорохи и чьё-то тяжёлое дыхание. Алексей заглянул внутрь.

На полу, опираясь спиной о стену, сидела Галина Анатольевна. На её голове была кровь, и она, пытаясь вытереться, размазывала её по лицу. Ольховский тут же оказался рядом.

– Как вы себя чувствуете? Самостоятельно идти сможете? – спросил он, подавая ей руку.

Психолог кивнула, схватилась за предложенную руку и с трудом поднялась. Они медленно вышли из кабинета и в коридоре встретили остальных оперативников.

– В общем, так. – Доложил один из них, – имеем два трупа и троих живых внешне, вроде бы, здоровых. Скорую вызвали, начальству доложили. Теперь ждём приезда врачей и всех остальных.

Алексей одобрительно кивнул и перевёл взгляд на Галину Анатольевну.

– Нам с вами вскоре предстоит долгий разговор.

* * *

Игоря удалось поймать через несколько часов. Благодаря описаниям свидетельниц это не составило большого труда. Галину Анатольевну осмотрел врач и пришёл к выводу, что её ранение совсем не опасно, и она может участвовать в допросе. Лиза с облегчением узнала, что её покушение не привело к серьёзным последствиям, и, следовательно, ей не грозят ни наказание, ни муки совести. Убившая Павла Эльвира была отправлена на психиатрическую экспертизу, а остальные женщины доставлены в отделение полиции. Каждой из них была предложена медицинская помощь, от которой они отказались. И только Анне никакая помощь уже не требовалась…

С Лизой беседовал сам Ольховский. Он старался создать для неё в своём кабинете по возможности непринуждённую обстановку. Попросил коллег не беспокоить их во время разговора, предложил девушке чай, сделал несколько замечаний на нейтральные темы. По дороге в полицию Лиза сидела в его машине рядом с ним. Хотя она с трудом отходила от пережитого, он чувствовал, что она готова к диалогу с ним и очень ценил её доверие.

– Мне трудно говорить о том, что со мной произошло. – Призналась Лиза. Алексей не настаивал.

– Я понимаю. Тебе нужно успокоиться, собраться с мыслями. Расскажешь тогда, когда сможешь.

– Не могу поверить… – на глазах девушки заблестели слёзы, – Ани больше нет. Она была самая младшая из нас, в жизни мало хорошего видела. И это в тот момент, когда до спасения оставались считанные мгновения!

Алексей сел рядом с Лизой и обнял её за плечи.

– Все слова здесь бессмысленны… Мы попробуем найти её родственников и связаться с ними. Они имеют право знать о её судьбе.

Лиза больше ничего не говорила. Молчал и Алексей, не убирая своей руки с её плеча. Так они долго сидели, думая каждый о своём. За окном постепенно становилось всё темнее…

Вдруг Лиза встрепенулась.

– Раз ты искал меня, значит, кто-то заявил о моей пропаже?

– Да, твой жених и твои друзья.

– О… – девушка ужаснулась собственной недогадливости. – Они же до сих пор не знают обо мне!

– Прости. – Алексей потянулся за телефоном, – я должен был сообщить им сразу, но эта формальность вылетела у меня из головы.

– Подожди. – Лиза положила свою ладонь на его руку, держащую телефон. – Не надо им звонить. Они ждали меня столько дней, что ещё несколько часов ничего не изменят. Я хочу немного прийти в себя, а потом сама им сообщу.

Ольховский убрал телефон.

– Давай, я провожу тебя домой. – Предложил он.

Девушка в ответ охотно кивнула.

* * *

«Только бы с сестрой всё было в порядке!» – думала Диана, добираясь домой из полиции. Вещи, которые находились при ней до попадания в клинику и бывшую на ней одежду уничтожили охранники, поэтому у неё с собой не было даже ключа от квартиры.

Добежав до знакомой двери, Диана принялась сначала звонить, потом стучать и, наконец, колотить в неё ногами. Никто не открывал.

«Неужели её тоже похитили?!» – испугалась девушка, всё ещё находясь под впечатлением от собственной истории. Не помня себя от паники, Диана кинулась к соседям.

– Валя, что с моей сестрой? Где она?! – огорошила девушка открывшую ей соседку.

На лице Вали отразилось сначала недоумение, а потом – радость.

– Дианочка! – с улыбкой произнесла она, – значит, с тобой всё в порядке? Ты вернулась?

– Да к чёрту меня! Где Элина?

– У неё всё хорошо. Она с молодым человеком живёт. Они иногда приходят квартиру проверять.

– С каким ещё молодым человеком? – насторожилась Диана, – она даже не встречалась ни с кем.

– С виду приличный человек. На машине её подвозит.

Диана была так ошарашена этой новостью, что напрочь забыла о себе и о закономерных вопросах о своём исчезновении. Однако соседку куда больше интересовала недавняя жизнь старшей сестры, чем рядовая, с её точки зрения, перемена в судьбе младшей.

– Диана, ты проходи. – Пригласила Валя, – чай попьём, поболтаем. И что у тебя за вид такой странный?

Диана по-прежнему оставалась в больничном халате, так как переодеться ей было не во что. Поскольку попасть домой ей пока не представлялось возможным, пришлось принять приглашение гостеприимной хозяйки. Девушка прошла в соседскую квартиру.

– А может, выпьем чего-нибудь покрепче? – подмигнула ей Валя. – За твоё счастливое возвращение.

– Нет! – Диана изо всех сил замахала руками. – Больше ни за что и никогда. Я всегда понимала, что выпивка не приводит ни к чему хорошему, но что к такому – и представить не могла!

– Ну, как хочешь. – Валя взяла в руки чайник.

– Подожди, Валь. Давай чай на потом оставим. Дай лучше телефон.

Соседка протянула Диане свой мобильный. Девушка набрала на нём номер своей младшей сестры.

Элина мыла посуду, когда зазвонил её мобильный, лежащий в кармане фартука. Она, не глядя, вынула его и, приложив к уху, удержала плечом.

– Алло… Диана?!

Очередная тарелка выпала из её рук и с грохотом упала на пол. Туда же полетел и телефон. На шум из комнаты прибежал Костя. Он застал Элину сидящей на полу среди осколков посуды, луж воды и мыльной пены, и прижимающей к себе телефон.

– Диана… – шептала она, – Диана вернулась.

– А Лиза? – с дрожью в голосе спросил Константин, – они были вместе?

– Я не знаю. – Элина встала на ноги, по-прежнему держа телефон возле себя, словно он был связующей нитью между ней и сестрой. – Я должна ехать домой. Она ждёт меня там. Ты поедешь со мной?

– Конечно. – Костя сразу же поспешил за ключами от машины.

Прежде всего, его интересовала не сама Диана и её чудесное возвращение, а возможность узнать что-нибудь о своей невесте.

* * *

Алексей и Лиза долго стояли около подъезда. Разговаривали обо всём и ни о чём конкретно. Девушка даже забыла о том, что на ней до сих пор ненавистный больничный халат. Они уже давно обсудили дела и оговорили время следующей встречи, но им никак не хотелось расставаться. Ольховский отдал Лизе ключ от её квартиры, который был у него.

– Я забрал его у твоего жениха. – Пояснил он. – Это было нужно для дела.

– Значит, ты уже был у меня дома? – с улыбкой спросила девушка.

– Был. Прости, что без приглашения.

– А хочешь зайти ещё раз, но уже по приглашению?

– Хочу. – Ответил Алексей, но его голос заглушил рёв двигателя подъехавшего автомобиля.

Лиза сразу узнала эту машину. «Ну почему именно сейчас?» – с досадой подумала она прежде, чем из автомобиля выскочил Костя и бросился к ней.

– Лизонька, любимая, ты жива! С тобой всё в порядке! Какое счастье!

Он сжимал её в объятиях, гладил её волосы, целовал её лицо, а она пыталась увернуться и встретиться взглядом с Алексеем.

Ольховский понял, что на сегодня его миссия выполнена. Он не стал дожидаться, пока бурная радость Константина утихнет. Поймав на секунду взгляд Лизы, он молча помахал ей рукой и исчез в вечерних сумерках.

Из автомобиля Кости вышли две девушки. Старшая сосредоточенно наблюдала за происходящей сценой, младшая же залилась слезами и отвернулась.

– Зря мы поехали с ним. – Сказала старшая, – надо было остаться дома. Мы здесь лишние.

– Я думала… – сквозь слёзы прошептала младшая, – что он забудет её. Я ведь делала для него всё, я старалась стать для него незаменимой. Но он всё равно думал только о ней!

Диана взяла Элину за руку.

– Я верю, что он хороший. Но он не один такой на свете. И он не твой. А когда-нибудь ты обязательно встретишь своего. Пойдём домой!

Константин совершенно забыл о своих попутчицах. Только случайно увидев две удаляющихся фигуры, он вспомнил о них.

– Я приехал не один. – Смущённо произнёс он, слегка отстраняясь от Лизы, – со мной были Диана, которую ты знаешь, и её сестра. Только они, кажется, решили, что нам пока не до них, и теперь уходят. Я позову их обратно.

– Нет. – Лиза покачала головой, – им сейчас тоже не до нас. Пусть побудут вдвоём.

– Ты даже не спросишь, каким образом Диана с сестрой оказались в моей машине?

– После случившегося со мной я уже ни чему не удивляюсь. Даже тому, как ты узнал, что я здесь.

– Так от них и узнал! Понимаю, это звучит странно, но я всё тебе объясню. Так уж сложились обстоятельства, что мне тоже пришлось познакомиться с этими людьми. Ты же не дала мне о себе знать! – в голосе молодого человека слышался лёгкий упрёк.

– У меня нет телефона. – Спокойно возразила девушка, – а до дома я ещё не добралась.

– Прости. – Константин ещё раз прижал Лизу к себе, – а я всё держу тебя возле подъезда. Пойдём к тебе!

– Позвони Даше. – Попросила девушка, – она ведь наверняка тоже волнуется.

Просьба Лизы вызвала у Кости удивление.

– Прямо сейчас? Но ведь она тут же примчится, и мы с тобой не сможем остаться вдвоём.

– Она тоже имеет право знать обо мне. Кроме того, теперь в моём распоряжении уже есть телефон, и моя прежняя отговорка не сработает. – Шутливым тоном сказала Лиза, имея в виду мобильный Кости.

Молодой человек не хотел ни в чём отказывать своей любимой в этот первый вечер после их разлуки. Он нехотя набрал номер, но не Даши, а её мужа.

– Привет, Женёк! Не поверишь, какая у меня замечательная новость. Лиза вернулась!.. Да, конечно, ждём.

Константин закончил разговор и с кислым выражением лица спрятал телефон.

– Ну вот, сейчас они приедут.

Лиза внутренне очень обрадовалась возможности увидеть друзей. Не только потому, что соскучилась, но и потому, что их визит избавлял её от необходимости оставаться с Константином вдвоём. Она шла по лестнице впереди него и не могла понять, что этот чужой и посторонний человек делает в её жизни.

* * *

Дома Константин не отходил от неё ни на шаг.

– Любимая, я знаю, что с тобой произошло. – Говорил он, – Диана в двух словах мне рассказала. Это было ужасно, и я не хочу мучить тебя расспросами. Но сам я должен тебе кое-что рассказать.

– Расскажи. – Равнодушно отозвалась Лиза, переодеваясь в свою домашнюю одежду.

– Вообще, ситуация проста и понятна, но Даша увидела её в совершенно ином свете. Поэтому, раз уж она скоро здесь будет, мне хотелось бы начать разговор при ней.

– Хорошо. – Машинально сказала Лиза, не слушая его.

Все мысли девушки занимал Ольховский. Она вспоминала каждый миг, проведённый с ним, каждое сказанное им слово, каждый жест и взгляд. Эти ощущения были для неё совершенно новыми. Человек, с которым она познакомилась всего лишь несколько часов назад, интересовал её гораздо больше, чем люди, которых она знала много лет! А Константин… В начале своего заключения она скучала по нему, как по чему-то привычному и неизменному, потом перестала вспоминать его, а теперь предпочла бы, чтобы на его месте был Алексей… Внезапно раздался звонок, прервавший её размышления.

– Подруга! Живая! Здоровая! Невредимая! – Даша ворвалась в квартиру и буквально смяла Лизу в объятиях.

Следом за женой скромно вошёл Евгений.

– Здравствуй, Лиза. Рад тебя видеть. Привет, Костян.

Даша презрительно фыркнула, увидев рукопожатие двух друзей.

– И этот тоже тут.

– Тише, – остановил жену Евгений, – не забывай, зачем мы сюда приехали.

– Я-то знаю, зачем я здесь. А вот нужен ли здесь он, это ещё вопрос. – Начала заводиться Даша.

Необычное поведение подруги заинтересовало Лизу и вырвало из мира воспоминаний.

– Что у вас случилось? – полюбопытствовала она.

– Это как раз то, о чём я хотел тебе рассказать. – Отозвался Костя. – Поскольку все в сборе, дойдёт очередь и до этого. А сейчас, я думаю, нашим друзьям интереснее узнать о тебе.

Лиза пригласила всех на кухню и стала заваривать чай. Попутно она, избегая подробностей, как могла коротко, поведала свою недавнюю историю.

– Это я виновата! – сокрушалась Даша, – Чёрт меня дёрнул посоветовать тебе обратиться к психологу.

– Ну что ты, моя хорошая! – Лиза искренне обняла подругу, – я же сама выбрала эту сумасшедшую и пришла к ней. Никто не виноват. А главное, что всё уже закончилось.

Даша вытерла набежавшую слезу.

– Сколько же тебе пришлось вытерпеть! Да ещё и дома свои проблемы. – Она бросила гневный взгляд на Костю.

Константин подвинулся ближе к Лизе.

– Я сейчас всё расскажу, – сказал он, – а ты сама решишь, осуждать меня или нет.

В отличие от Лизы Костя рассказывал свою историю очень подробно, стараясь ничего не упустить. Он сообщил о первой встрече с Элиной, их разговоре, общем желании найти своих близких, страхе девушки оставаться одной и, наконец, о её переезде к нему. Упомянул он и приход Даши, и её реакцию на увиденное. При чём, он описал ту ситуацию настолько точно и правдиво, что сама Даша не нашла, что возразить. Единственное, о чём Костя умолчал, так это о диалоге с Элиной, в котором затрагивалась тема их возможных отношений. Свидетелей того диалога не было и, как известно, дальше разговора дело не зашло, поэтому Костя предпочёл не нагнетать обстановку излишней откровенностью.

– Когда Диана позвонила сестре, я сразу же повёз Элину к ней. От Дианы я узнал, что именно случилось с девушками, и что Лиза, по всей вероятности, тоже уже дома. Я попросил Элину поехать со мной, чтобы она лично могла подтвердить мои слова. Сестры не хотели расставаться, и я привёз сюда их обеих. Но, увидев Лизу, забыл про них, и они ушли. Но мы можем с ними увидеться в любое другое время, и они скажут вам то же самое. – Закончил своё повествование Константин.

– Ты ему веришь? – осведомилась Даша у подруги.

– Да. – Спокойно ответила Лиза, – не вижу ничего невероятного в этой истории.

Даша пожала плечами.

– Ну, если так, мне возразить нечего. Прости, Костик, я была неправа. Если Лиза тебя не осуждает, я тем более не имею права этого делать. Мир?

– Мир. – Охотно отозвался Костя и добавил в полголоса, – может, теперь вы оставите нас одних?

Дарья с готовностью кивнула.

– Женя, – позвала она, – думаю, нам уже пора. Не будем мешать нашей паре после долгой разлуки.

Евгений встал из-за стола, готовый последовать за женой, но Лиза их тут же остановила.

– Даш, я попросила бы тебя не уходить. Жень, пожалуйста, разреши своей жене остаться сегодня со мной.

Евгений растерянно перевёл взгляд на Константина.

– Лиза, а как же я? – ошеломленно спросил Костя.

– Не обижайся, но сейчас я бы очень хотела пообщаться с Дашей.

– То есть этой ночью ты отталкиваешь меня, чтобы пообщаться с Дашей?! В ситуацию грамотно вмешался Евгений.

– Твоей девушке сейчас не до физических отношений. Ей хочется просто поговорить. А с кем это можно сделать лучше, чем с подругой? Пусть они сегодня спокойно поболтают, а завтра она будет в твоём полном распоряжении.

Женя подтолкнул сомневающегося Костю к выходу.

– Общайтесь, девочки, если нужно – звоните нам. Спокойной вам ночи.

– Спасибо! – хором ответили девушки, выпроваживая своих мужчин за дверь.

* * *

– Судя по всему, ты рассказала нам не всё. – Догадалась Даша, когда они остались одни.

Лиза блаженно вытянулась на диване.

– Ты права. Но то, что я не рассказала, предназначено только для тебя.

– Сгораю от любопытства. – Даша села рядом с подругой.

– Знаешь, мне нужен был не психолог. Мне нужен был рядом другой человек.

– Вот это вывод! – Дарья искренне удивилась, – и давно ты это поняла?

– Сегодня.

– То есть?

– Я познакомилась с человеком, которого действительно хочу видеть рядом с собой. Хочу за него замуж, в шалаш, на край света, куда угодно! Только бы быть с ним.

– Да… – Даша не сводила с подруги изумлённый взгляд. – Я с Женькой-то не уверена, что хочу всё то, что ты перечислила. А у тебя за один день так крышу снесло!

– Дело в чувствах. Они или есть, или нет. И время здесь не причём.

– А что твой избранник думает о тебе?

– Точно не знаю. Но мы, женщины, чувствуем, когда кому-то нравимся. Насколько я могу судить, он ко мне тоже неравнодушен.

– А как же Костя?

– Если честно, то мне всё равно. Теперь ты понимаешь, что мне безразлично, было у него что-то с этой Элиной или не было. Наверное, было бы лучше, если бы он действительно остался с ней.

Даша встала с дивана и прошлась по комнате.

– Ну, подружка, ты меня просто ошарашила! Даже не знаю, что сказать. Вот уж поистине несчастье помогло! Другая бы на твоём месте плакала о горькой судьбе, а ты радуешься и мечтаешь.

– Просто поддержи меня и не осуждай.

– Что ты, какое осуждение! Если ты определилась со своими чувствами, я буду только счастлива за тебя. Хотя Костяна жалко… Если забыть этот сомнительный эпизод с Элиной, он на самом деле очень переживал за тебя.

– Я сама поговорю с ним и честно обо всём расскажу. Надеюсь, он поймёт и простит меня.

– Надеюсь, что так и будет. – Даша в задумчивости снова села рядом с подругой. – Может, ты, наконец, скажешь мне, кто твой избранник?

* * *

Ольховский вернулся домой. Мысли о сегодняшних событиях ни на секунду не отпускали его, а в центре этих мыслей находилась Лиза.

Сначала он прошёл на кухню и выпил стакан воды, совершенно не обращая внимания на музыку, как всегда доносившуюся из комнаты жены. Потом настойчивая мелодия всё же дошла до его сознания. Он посмотрел на часы и понял, что время ужина давно прошло. Но, как это ни странно, совесть и чувство долга вовсе не вызвали в нём раскаяния за внеплановую задержку.

«Не маленькая, наверняка сама нашла, что поесть», – с раздражением подумал он о жене.

И как только он вспомнил о ней, он тут же понял, что готов к переменам в своей жизни. Он подошёл к двери её комнаты, решительно открыл её, направился к музыкальной аппаратуре и выключил музыку. Вероника от неожиданности замерла, не закончив движение. Алексей никогда не позволял себе раньше таких вольностей. Если ему нужно было прервать её танец, он осторожно заглядывал в комнату, терпеливо ждал, когда она его заметит, и после этого долго извинялся. А теперь вдруг осмелился на такое грубое и наглое вторжение!

Первой эмоцией Вероники было крайнее возмущение. Но, будучи умной женщиной, она быстро сообразила, что это не просто так и, более того, не сулит ей ничего хорошего. Поэтому она не стала высказываться, а спокойно отошла к станку и, облокотившись об него, выжидающе посмотрела на мужа.

– Скажи, Ника, я тебе нужен? – без всяких вступлений спросил Алексей.

– Ты хочешь от меня уйти? – надменно поинтересовалась жена.

– Просто ответь, пожалуйста, на вопрос.

– Да.

– Интересно, зачем?

– Я люблю тебя. – Ответ звучал холодно.

– Даже так? – не поверил Алексей, – неужели ты говоришь серьёзно?

– Да! – с вызовом повторила Вероника.

– Не думал, что ещё когда-нибудь услышу от тебя эти слова.

– Могу я узнать, к чему этот допрос?

– Пойдём на кухню, поговорим.

Вероника без возражений переместилась следом за мужем на кухню и села за стол.

– Тебе нравится наша семейная жизнь, дорогая? – с некоторым сарказмом спросил Алексей.

– Вполне, – не задумываясь, заявила Вероника. – Но поскольку ты заводишь этот разговор, то, надо полагать, что-то не нравится тебе?

– Мне вообще ничего не нравится. У нас с тобой не семья, а совместное проживание.

– Мы живём так уже не первый год, и ты никогда не жаловался. Поскольку в наших отношениях ничего не изменилось, могу предположить, что изменилось что-то лично у тебя.

– Ты как всегда проницательна.

– Дай угадаю, о чём ты. Обычно в таких случаях причина одна – другая женщина. Я права?

Алексей выдержал взгляд Вероники.

– Да.

Некоторое время Ника, не мигая продолжала смотреть на мужа. Вдруг она ударила ладонью по столу и закрыла лицо руками.

– Боже, но почему? – из её глаз заструились слёзы, – почему всегда нужно бояться других женщин? Откуда они берутся, эти другие? Сколько семей уже распалось из-за них, а им всё мало! Теперь вот и до моей семьи добрались…

Ольховский не ожидал от своей всегда холодной и выдержанной жены такого бурного проявления эмоций. Он подошёл к ней и погладил её по плечам.

– Не надо плакать, Ника. Я думал, что уже давно безразличен тебе. Жена повернула к нему заплаканное лицо.

– Ты так гордишься тем, что всегда держишь данные обещания! А ты помнишь, что обещал мне на свадьбе?

– Конечно. Я обещал всегда быть с тобой.

– Вот именно! И теперь ты готов отказаться от своих слов ради какой-то… даже не знаю, как её назвать!

– Нет, я не нарушаю своих обещаний и не отказываюсь отданных слов. Только ты можешь освободить меня от них. Мне казалось, что это будет самым правильным решением.

– Нет! Ты – мой муж, и должен быть со мной. Если нарушить данное слово для тебя так же невозможно, как и раньше, то мы забудем об этом разговоре, и у нас всё останется по-прежнему.

– Я тебя понял. – Алексей подошёл к окну и устремил взгляд в тёмное небо.

– Лёш, мы же ещё можем быть счастливы! – Ника обняла его сзади.

Ольховский отстранился.

– Иди спать, Ника. Я хочу побыть один.

* * *

Лиза почти бегом бежала в отдел полиции. Перед выходом из дома она накрасилась и уложила волосы гораздо тщательнее, чем делала это обычно. С утра ей звонил Костя, но она сбросила его звонок, отправив в ответ сообщение, в котором просила не беспокоить её, так как она ещё отдыхает.

На самом деле об отдыхе не шло даже речи. Проводив Дашу, девушка сразу же начала собираться на встречу с Ольховским. Конечно, это должна была быть встреча в самом деловом смысле слова, но главное – ей предстояло увидеться с ним! Пусть в его рабочем кабинете, пусть по поводу розыскного дела! Лиза не сомневалась, что их разговор всё равно выйдет в нужное русло.

Подойдя к дверям отдела, девушка увидела пожилую женщину, одиноко сидящую на скамейке. Она была одета в больничный халат, подобный которому Лиза совсем недавно с ненавистью выбросила на свалку.

– Маргарита Васильевна, здравствуйте! – Лиза удивлённо присела рядом, – что вы здесь делаете?

– Здравствуй, Лизонька, здравствуй, деточка. – Женщина явно обрадовалась знакомому лицу. – Какая же ты красивая!

– Спасибо. Так почему вы здесь?

– Я в полиции на допросе была. Сначала меня долго допрашивали, потом, спасибо им, разрешили у них на первом этаже ночь скоротать. А теперь всё, я свободна. Только идти мне некуда. Они мне один адресок дали. Социальной службы или чего-то подобного. Сейчас с силами соберусь и пойду туда.

– Подождите. – Лиза положила свою ладонь на руку пожилой женщины и на минуту задумалась, – у меня есть предложение получше. Хотите жить у меня?

– Что ты, девочка! Зачем тебе старуха в доме нужна?

– У меня большая квартира. Да и вместе мы с вами уже жили, привыкать не придётся.

– Не хочу я тебе мешать, милая. Ты молодая, у тебя вся жизнь впереди. Выйдешь замуж, деток родишь, а тут я у тебя под ногами болтаться буду.

При упоминании возможной семейной жизни Лиза слегка покраснела.

– Вы же знаете, что у меня нет родственников. – Сказала она. – Вот вы и станете бабушкой моим детям. Научите меня с малышами обращаться, будете мне помогать, присматривать за ними. Вы же любите детей?

– Очень люблю, милая. Давно уже хотела с маленькими понянчиться, да не думала, что доведётся. Спасибо тебе!

– Значит, договорились!

– Только вот что, Лизонька. Я дармоедствовать у тебя не хочу. Ты же работаешь? Давай я тогда на хозяйстве буду. И есть приготовлю, и уборку сделаю, и постираю. Не возражай! Мне не тяжело, я со всем справлюсь. Хоть какую-то пользу приносить смогу!

Лиза улыбнулась.

– Хорошо, не возражаю. – Она открыла свою сумочку и достала оттуда ключ от квартиры, – вот ключ, берите его и идите домой. Сейчас я расскажу вам, как туда добраться. А мне ещё в полицию по делам нужно, я попозже приду.

* * *

Лиза вошла в кабинет Ольховского. Увидев её, Алексей настолько обрадовался, что даже не посчитал нужным это скрыть.

– Как я рад, что ты пришла! – Ольховский поднялся из-за стола ей навстречу.

– Я тоже рада тебя видеть. – Искренне ответила девушка, но, смутившись, тут же перевела разговор на другую тему. – Расскажешь мне, как идёт расследование?

– Расскажу всё, кроме того, что нельзя разглашать в интересах следствия. – Пообещал Алексей.

Галина Анатольевна и её сын находятся под стражей в ожидании суда. Но даже в этих условиях психолог и не думает о раскаянии. Настаивает на том, что она всё делала правильно. Считает, что её исследования – цель всей её жизни – обязательно будут оценены в будущем. Кажется, что смерть второго сына удручила её не больше, чем отсутствие возможности продолжать свою работу.

У Дианы всё в порядке. Она воссоединилась со своей любимой сестрой, сделала нужные выводы из своего недавнего поведения, и сейчас ищет работу. Хочется верить, что будущее этой девушки окажется более благополучным, чем прошлое.

Удалось найти родственников Анны. Однако они так давно потеряли с ней связь, что уже смирились с тем, что больше не увидят её живой. Поэтому её гибель не стала для них потрясением.

У Эли подтвердилась абсолютная невменяемость. Выяснилось, что много лет назад она была соседкой Галины Анатольевны. Когда та организовывала своё заведение, Эльвира первой попала в злополучную палату, многолетнее пребывание в которой сказалось необратимыми изменениями в её психике. Сейчас она содержится в соответствующем медицинском учреждении, и, к сожалению, нет надежды на то, что она когда-нибудь оттуда выйдет.

– По поводу Маргариты Васильевны… – Алексей на секунду задумался, подбирая слова.

– По поводу Маргариты Васильевны я всё знаю! – подхватила Лиза.

Она рассказала Ольховскому о своей встрече с бывшей соседкой по палате и о принятом ими решении.

– Ты молодец! – похвалил оперативник, впечатлённый самоотверженностью девушки.

– Надеюсь, ты не против. – Скромно взглянула на него Лиза.

Формально эта фраза означала следующее: теперь Алексей был в курсе, что в случае необходимости он может найти Маргариту Васильевну по адресу Елизаветы. Но сама девушка вложила в эти слова больший смысл, и ей хотелось, чтобы Ольховский понял это.

– Что ж, значит, остались только мы с тобой. – Со значением произнёс Алексей.

Лиза слегка покраснела.

– Может быть, пойдем, пообедаем где-нибудь на нейтральной территории? – последовало предложение оперативника.

Девушка охотно согласилась.

* * *

Алексей и Лиза сидели в кафе. Разговор шёл вокруг нейтральных тем: о погоде, о природе, о спорте, о политике… Каждый чувствовал необходимость поговорить о личном, но ни один не мог решиться на это первым.

Наконец возник подходящий момент. Лиза потянулась за салфеткой, Алексей постарался её опередить, чтобы помочь ей. В итоге они опрокинули салфетницу, и рука девушки оказалась в руке Ольховского.

Елизавета не стала забирать свою руку, коротко взглянула на спутника и опустила глаза. Эпизод становился слишком красноречивым, чтобы проигнорировать его.

– Лиза… – начал Алексей, – мы с тобой взрослые люди, и я не вижу смысла делать вид, что ничего не происходит. Ты – совершенно особенная девушка, я не встречал никого, похожего на тебя. И ты стала очень дорога мне за то непродолжительное время, что мы знакомы.

– Я чувствую то же самое, – прошептала Лиза, – и очень ждала этих слов.

– Я не мог не сказать тебе об этом. Но обманывать тебя я тоже не могу. – Ольховский вздохнул, собираясь с мыслями. – Наверное, у нас всё могло бы получиться, но я несвободен.

Лиза изумлённо взглянула на него и непроизвольно отдёрнула руку.

– Да, у меня есть жена. – Продолжал Алексей. – Скажу тривиальную вещь, но наша с ней жизнь давно не ладится. Между нами нет ни чувств, ни понимания. Мы просто по инерции идём той дорогой, к которой привыкли.

Во взгляде девушки мелькнула надежда.

– Но, в таком случае, ничего не потеряно! У меня тоже есть жених, отношения с которым полностью исчерпали себя.

– Но ты не жила с ним. Не строила с ним быт. Не давала никаких обещаний. А я привёл эту женщину в ЗАГС и в присутствии многих свидетелей пообещал остаться с ней на всю жизнь.

– Ну и что? Разве твоя жена – инвалид, нуждающийся в твоей опеке? Или она не способна сама себя обеспечивать?

– Нет. Она – привлекательная женщина, успешная танцовщица, и сама достаточно зарабатывает.

– Тогда я не понимаю.

– Меня никто не понимает. Но это один из моих принципов – никогда не нарушать данного слова. Она не сделала ничего, что могло бы освободить меня от неё – не изменяла мне, не вставляла мне палки в колёса, не совершала подлостей. Она не виновата в том, что я разлюбил её и встретил тебя. Поэтому я не могу предать её.

– И ты готов принести себя в жертву своим принципам?

– Пойми, это моя ошибка, и только я должен нести за неё ответственность или, если хочешь, наказание. Если бы ты была на месте моей жены, ты могла бы точно так же быть во мне уверена.

– Судя по тому, что я услышала, мне никогда не быть на её месте, – с досадой сказала Лиза и встала из-за стола. – Твоей жене повезло. Она замужем за самым верным и надёжным человеком в мире!

Девушка развернулась и пошла к выходу. Алексей долго смотрел ей вслед, не зная, как ему теперь жить дальше.

* * *

Константин открыл дверь после настойчивого звонка. На пороге стояла Лиза.

– Любимая, наконец-то я дождался тебя! – он сделал шаг ей навстречу и крепко обнял её.

Девушка уткнулась лицом в его плечо.

– Ну что мы стоим на пороге! Проходи, Лизонька. – Костя мягко подтолкнул её в комнату.

– Скажи, Костя, – без всяких предисловий сказала Лиза, – твои чувства ко мне не изменились?

– А разве ты сама не видишь, любимая? У меня не было и не будет человека ближе тебя.

– Тогда давай окончательно определимся с нашими отношениями. Ты ещё хочешь взять меня в жёны?

На лице молодого человека отразилась неподдельная радость.

– Конечно, хочу! Я ещё пять лет назад этого хотел, только ты всё сомневалась…

– Больше не сомневаюсь. Поехали в ЗАГС, подадим заявление.

Голос Лизы всё это время звучал ровно и даже отстранённо. В душе Кости всколыхнулись некоторые сомнения.

– Прямо сейчас? Но ведь нужно всё спланировать, подготовиться. Тебе надо платье выбрать. Если мы подадим заявление, у нас останется слишком мало времени до торжества, и мы ничего не успеем.

– Тебе нужна я или торжество? – с некоторым раздражением спросила Лиза, – Выберем неторжественную регистрацию, а платье я любое белое куплю.

– Хорошо, как скажешь. – Костя слишком боялся, что девушка может передумать, – поехали!

Лиза первой вышла из квартиры, и её жених не увидел набежавшие на её глаза слёзы.

* * *

Алексей целый день думал о своей встрече с Лизой. Работа не клеилась, домой не хотелось. Идти в бар настроения тоже не было – там обязательно встретился бы кто-то из знакомых, а он ни с кем не хотел сейчас общаться. Он просто сидел за столом и бесцельно вертел в руках карандаш. По внутреннему телефону позвонили из дежурной части.

– К тебе жена пришла. – Сообщил по телефону дежурный оперативник, – я её пропустил, сейчас к тебе поднимается.

Ольховский очень удивился, и эти эмоции наконец-то вывели его из оцепенения. Ника? У него на работе?! Такое случалось всего пару раз в начале их отношений, когда Алексей пытался познакомить её со своим миром, но в итоге она так и осталась в своём. Даже находясь под одной крышей с ним, жена не очень-то жаловала его своим обществом. А чтобы она специально пришла к нему на работу, такого вообще невозможно было представить! Не иначе, как произошло что-то серьёзное.

– Что случилось? – обеспокоенно спросил Алексей, как только Вероника вошла в его кабинет.

– Прости, не дождалась тебя дома, вот и решила прийти сюда. – Жена изящно уселась на стул напротив его стола.

– Так что случилось? – повторил свой вопрос Ольховский.

– Я долго думала о нашем с тобой разговоре и поняла, что ты прав. Наша совместная жизнь – это не жизнь семейной пары, и ты вправе желать большего.

– Хорошо, что ты это понимаешь. Но в нашем случае ничего уже изменить невозможно.

– Я знаю, что сама во всём виновата. – Ника нервно то сжимала, то разжимала пальцы, – я всегда видела от тебя только любовь и заботу, а ты от меня не получал ничего.

– Это всё теперь неважно, Ника. – Нетерпеливо перебил её Алексей, – я обещал, что в нашей жизни ничего не изменится, и так оно и будет. Единственное, о чём я прошу тебя, не требуй от меня возвращения прежних чувств.

Вероника принуждённо засмеялась.

– Ты неправильно понял меня, Лёша! Я пришла не за тем, чтобы снова уговаривать тебя остаться. Наоборот, я хочу, чтобы ты нашёл то счастье, которое так заслуживаешь, и которое я не смогла тебе дать.

Ольховский смерил жену изучающим взглядом.

– Выражайся яснее, Ника.

– Я отпускаю тебя, Лёша, и освобождаю от всех данных мне обещаний. С этой минуты ты – абсолютно свободный человек. И бумажные формальности мы уладим как можно скорее.

Ольховский подошёл к жене, взял её руками за плечи и развернул лицом к себе.

– Ты серьёзно?

– Да. Иди к своей девушке, если считаешь, что она – именно та, кто тебе нужен.

– А как же ты?

– Обо мне не беспокойся. Наверное, мне вообще не следовало выходить замуж. Главное для меня – это моя работа, а личные отношения всегда были на заднем плане. Если повезёт – однажды встречу такого же фанатика своего дела, как я сама.

Алексей схватил свою жену за руки и крепко сжал их.

– Ника, ты уже только что сделала меня счастливым! Спасибо тебе.

– Но у меня к тебе будет последняя просьба.

– Всё, что захочешь!

– Разреши мне не уходить от тебя прямо сейчас, на ночь глядя. А утром я соберу вещи и отправлюсь обратно к любимой мамочке.

– Ты можешь оставаться у меня, сколько тебе угодно.

– Нет, ни к чему затягивать наше расставание. По поводу мамы не переживай. Я всё объясню ей как нужно, и она не будет иметь к тебе претензий.

– Спасибо тебе. – Повторил Алексей, обнимая Веронику в порыве дружеских чувств, – знай, что и теперь ты в случае необходимости можешь рассчитывать на меня. Если я тебе понадоблюсь – всегда обращайся.

– Хорошо. – Улыбнулась Ника, – теперь пойдём домой?

– Ты иди. – Алексей потянулся за ключами от кабинета, – а я последую твоему совету и определюсь со своим будущим.

* * *

Войдя в свою квартиру, Лиза не стала разуваться. Она прошла в комнату и уселась на диван прямо в обуви, пождав под себя ноги. Константин проследовал за ней.

– Что-то не так, любимая?

Девушка отвернулась к окну, глядя пустым взглядом сквозь стекло.

– Ты опять не уверена, что мы поступили правильно?

– Всё хорошо. – Машинально ответила Лиза, стараясь не смотреть на собеседника.

Костя сел на пол около дивана и положил руку девушке на колени.

– Я тебя очень люблю. Я любил тебя с самого начала, как увидел. Любил, когда ты отказывала мне. Любил, когда с тобой случилось это несчастье. Любил, когда кто-нибудь другой уже отчаялся бы и перестал надеяться. Ничто не может изменить моей любви к тебе. Я не представляю другого счастья, кроме как быть рядом с тобой. Но мне очень хочется, чтобы и ты была счастлива.

– Я счастлива. – Произнесла Лиза, превозмогая душевную боль.

– Это правда? Значит, теперь мы всегда будем вместе.

– Да. – Произнесла Лиза, отчаянно пытаясь найти в своём сердце хоть каплю чувств к будущему мужу.

– Обещаешь? – молодой человек уткнулся лицом в её колени.

– Обещаю. Мы всегда будем вместе. Я никогда не уйду и не предам тебя. Чтобы не случилось, я навсегда останусь с тобой.

Рука девушки гладила его по волосам и лицу. «Выбор сделан. Назад дороги нет», – тяжёлая мысль заполнила собой всё её сознание.

* * *

Был уже поздний вечер, когда Алексей оказался удома Лизы. Наверное, было бы лучше сначала позвонить ей и предупредить о своём приходе, но он так хотел поскорее её увидеть, что не подумал об этом.

В домофон звонить не пришлось – из подъезда как раз в это время выходили люди. Но, оказавшись перед заветной дверью, Ольховский почувствовал, как решимость покидает его, уступая место неуверенности. Как Лиза встретит его после их недавнего разговора? Вдруг не захочет слушать? Ведь он совершенно ясно дал ей понять, что отношения между ними невозможны. А теперь пришёл сказать об обратном…

Его рука сама собой потянулась к дверному звонку. Будь что будет! Без разговора с девушкой он отсюда не уйдёт.

Дверь открыл Константин.

– А… Вы к Лизе? – спросил он, едва скрывая удивление.

– Да. – Ольховский сам не ожидал такого развития событий, но отступать было поздно, – она дома? Позовите её, пожалуйста.

– Сейчас. – Константин исчез за дверью.

Прошло, наверное, не более нескольких секунд, но Алексею они показались вечностью. Наконец дверь снова открылась, и на лестничную клетку вышла Лиза.

– Прости. – Сказал Алексей, отходя от квартиры, – я не знал, что ты будешь не одна.

Девушка прикрыла за собой дверь и приблизилась к нему.

– Ты что-то хотел?

– Хотел сказать, что был неправ. Я не должен был ставить принципы выше дорогого мне человека. Надеюсь, я пришёл не слишком поздно.

– Поздно для чего? – отозвалась Лиза.

– Для того, чтобы изменить свою и твою жизнь. Мы с женой расстаёмся, и скоро я буду свободен.

– Это ваше дело. Если ты здесь только за этим, то ты опоздал.

– Но почему? – Алексей дотронулся до руки Лизы и хотел притянуть её к себе, но она тут же освободилась.

– Мы с Костей подали заявление в ЗАГС. – Девушка старалась не смотреть на собеседника, чтобы тот не видел подступившие к её глазам слёзы. – Скоро мы поженимся. Но главное не это. Главное то, что я обещала ему всегда быть с ним. Понимаешь, обещала! Он – хороший человек, любит меня и заслуживает моей верности.

– Но ты же не будешь с ним счастлива! – в голосе Алексея звучало отчаяние.

– Неважно. За свою жизнь я никогда не была счастливой, так что вряд ли это станет для меня большой потерей.

– Но ты ведь ещё можешь передумать! – умоляюще произнёс Алексей, пытаясь поймать её взгляд.

– Я никогда не нарушу данного слова. – Твёрдо произнесла девушка, собрав последние душевные силы.

Неожиданно дверь Лизиной квартиры открылась, и из-за неё выглянула Маргарита Васильевна.

– Лизонька, может быть, позвать человека в дом? – спросила она.

Ольховский быстро наклонился к уху Лизы.

– Я буду ждать. – Шепнул он ей и бегом побежал вниз по лестнице.

Лиза обессилено прислонилась к стене. Старательно сдерживаемые эмоции, наконец, нашли себе выход через потоки слёз. Маргарита Васильевна суетилась возле девушки, стараясь то обнять её, то погладить по голове.

– Что случилось, милая? – спрашивала она, – тебя так огорчил этот полицейский? Что он сказал?

Некоторое время Лиза только всхлипывала, не находя в себе сил ответить.

– Нет, он ничего не сделал. – Наконец произнесла она, – это всё я. Я сама. Я только что обрекла себя на то, чтобы быть несчастной всю жизнь…

Она закрыла лицо руками, давая выход новому приступу рыданий. Пожилая женщина молча обняла её и прижала к себе.

* * *

Ольховский быстро шёл по улице, удаляясь от дома Лизы. Он шёл, сам не понимая куда, зачем, и что его ждёт в конце этого пути. Никогда жизнь ещё не казалась ему такой бессмысленной.

Сейчас он не мог объяснить себе цели ни единого своего шага. Зачем он работает? Зачем раскрывает преступления? Почему именно ему досталось это дело с психиатрической клиникой? Для чего он встретил Лизу? Есть ли во всём этом хоть какой-то смысл? Или всё это – не более, чем стечение ничего не значащих обстоятельств?

Он не знал ответов на эти вопросы. Не знал, что ему делать дальше. Не знал, куда сейчас идти. Ничего не знал даже о себе самом.

Но зато теперь он точно знал, что такое настоящее чувство. И понимал, что потерял его, не успев до конца обрести. Именно оно должно становиться целью жизни каждого человека, но не каждому дано увидеть эту цель. Счастлив тот, кто её достигает. Но и тот, кто к ней только прикоснулся, тоже счастлив. И когда-нибудь он это тоже поймёт.

17.11.2014

Об авторе

Год моего рождения – 1981. Мой первый литературный эксперимент случился в семилетнем возрасте. А в 16 лет я написала первое, как мне тогда казалось, серьёзное, произведение. С тех пор постоянно что-нибудь пишу: рассказы, повести, статьи.

Печаталась в одной из газет моего родного города Калининграда. Выступаю с историческими очерками на открытых площадках по случаю государственных праздников. Дружу преимущественно с прозой. Больше всего люблю писать на исторические темы и исследовать психологию людей.

Content

Наталья Макарова
Цель жизни

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Об авторе