Сергей МЯКИН

ВЕСЬ МИР У ИЗЛУЧИНЫ

— Смотрите, что у меня получилось! Ну, может, эта фигура слишком размытая и сомнения вызовет, но светящиеся шары очень четкие! И главное — они разноцветные и собираются вместе, а потом организованно разлетаются! Надо будет проанализировать последовательность, в этом есть что-то разумное, — возбужденно говорил руководитель группы Олег, демонстрируя друзьям результаты автоматической ультрафиолетовой съемки местности за прошедший день.

— Магнитный фон здесь тоже офигенный. Скачет как бешеный. Я сначала в проплешине померил, так там непрерывная пульсация идет, а в овраге сначала в норме был, а потом два раза как зашкалило! Я все данные сохранил и на камеру записал, как стрелка прыгала, — делился результатами и впечатлениями Толя, подкладывая хворост в костер и закрепляя над ним котелок.

Андрей отхлебнул несколько глотков крепкого пива из горлышка большой бутылки и, глядя на занимающиеся оранжевыми всполохами ветки и взмывающие к вершинам деревьев искры, в свою очередь сообщил:

— А я вступил с ними в контакт. Мне сказали, что здесь ориентир находится для пришельцев, вроде маяка, по которому их корабли находят свои базы в универсальном пятимерном пространстве. Всего на Земле двенадцать таких зон — две в Европе, две в Азии, две в Северной Америке, одна в Центральной, две в Южной, одна в Австралии и еще две в Антарктиде. Наша на всю европейскую часть России рассчитана.

Он начал неуверенно, потому что, в отличие от остальных, ничем не мог подтвердить свои слова. Впрочем, видя понимание и поддержку в глазах друзей, задававших не скептические, а удивленно-уточняющие вопросы, он говорил все более решительно с оттенком торжества в возбужденном голосе.

Молчал лишь Игорь, новичок поисковой группы, лишь месяц назад вступивший в местное общество уфологов.

— А ты что скажешь? — обратился к нему руководитель группы. — Неужели ничего необычного не увидел?

«А можно им рассказать?» — задал Игорь мысленный вопрос тому, ради кого пришел в затерянную среди горных хребтов и дремучей тайги аномальную зону.

«Скажи про меня, но не говори о том, что я тебя пригласил. Посмотрим, что они ответят», — после небольшой паузы послышался тихий, холодный и какой-то бесконечно усталый голос, идущий то ли из головы, то ли из-под земли, то ли с макушек сосен, озаряемых луной и отблесками костра.

— Я н-ничего т-такого не видел, но с-слышал голос. Эт-то хозяин этого места. Он т-там, н-на холме живет, — заикаясь, пробормотал Игорь, обводя беглым взглядом собравшихся и показывая на возвышение, темнеющее у реки.

— На том холме?! — недоверчиво пожал плечами Олег. — Не знаю, там как раз все поля в норме и ничего аномального не видно. — И что же тебе говорила эта сущность?

— Н-н-ничего, только то, что он хозяин этой зоны, — ответил Игорь, понуро глядя то на огонь, то себе под ноги и отчетливо понимая, насколько чуждыми выглядят его слова на фоне всего, о чем только что говорили коллеги.

— А ты пытался отличать этот голос от своих фантазий так, как я учил? — проворчал парапсихолог Андрей и, не дождавшись вразумительного ответа, раздраженно продолжил:

— Я лично ничего подобного не слышал, и до нас никто такого не сообщал. Так на контакт не выходят, это на какие-то сказки и фэнтези похоже.

— Да ладно, Андрюха, человек в первый раз в аномалке, растерялся немного, в следующий раз освоится. Главное, чтобы интерес не терял, — примирительно-нетрезвым голосом вмешался Толя. — Давайте лучше выпьем за его первый опыт и успех нашего мероприятия!

Возражений не последовало. После очередных тостов и горячей тушенки с картошкой разговор плавно перешел на перспективы публикации результатов экспедиции не только на сайте, но и в журнале «Аномальные новости», потом на проблему межзвездных контактов, мировую политику и, наконец, женщин. Толя заплетающимся языком рассказывал о продолжении знакомства с Катей после встречи выпускников, Олег — о подготовке к свадьбе, а Андрей — о романе с колдуньей под псевдонимом Миранда, которая в обычном материальном мире по совместительству являлась простым бухгалтером Мариной.

Игорь отмалчивался, лишь изредка вставляя реплики в беседу. Он не хотел портить друзьям настроение рассказом о том, что на самом деле привело его сюда.

…пожар на даче… ну почему он забыл выключить этот проклятый кипятильник, какое-то затмение в голове… скандал… упреки… суд с соседями, на дом которых перекинулось пламя…

… сокращение… увольнение… за что, ведь он всегда был одним из самых примерных и ответственных… из-за неудачи в проекте, но ведь неудачи бывают у всех, отрицательный результат — тоже результат… или для того, чтобы взять на его место любимчика шефа, который будет писать за него докторскую…

… и наконец, слова Ани: «Я ухожу. Не хочу жить с нищим никчемным неудачником».

…пустота и отчаяние в одинокой квартире перед опостылевшим телевизором… мысли о самоубийстве. Другой бы, наверное, запил, но его никогда не тянуло к алкоголю, а вот ко всему аномальному и потустороннему… нет, не то чтобы очень, но статьи, передачи и фильмы о сверхъестественном он любил…

…и сны… это место… излучина глубокой реки со скалистыми берегами, испещренными оранжевыми и желтыми прожилками начинающейся осени на фоне темной зелени сосен и елей. Он видел этот тихий живописный уголок почти каждую ночь и просыпался с желанием остаться там, раствориться в реке и чистом лесном воздухе вместо возвращения в ставшую чуждой и унылой повседневность. Вскоре эта картинка встретилась ему наяву в подборке всплывающих на «Мэйл. ру» новостей об аномальных зонах. Там говорилось о тектоническом разломе, НЛО, магнитных аномалиях, странном свечении и готовящейся экспедиции…

… новые сны и любопытство, помноженные на неудачи в поиске работы, обилие свободного времени и тоску, привели его в клуб уфологов.

Его опыт работы с электроизмерительными приборами и полупрофессиональной киносъемки пришлись кстати…

… и, наконец, голос, ворвавшийся в голову сразу после того, как они прибыли сюда и стали настраивать аппаратуру.

* * *

Сейчас, в тусклом свете туманного сентябрьского утра, зов стал громким и отчетливым. «Поднимайся на холм, нам надо встретиться и многое обсудить», — вырвал он Игоря из неглубокого тревожного сна. Олег и Толя храпели в углу палатки и, судя по количеству выпитого накануне, вряд ли собирались подниматься в ближайшие несколько часов. Андрей, напротив, уже встал и готовил удочки, чтобы встретить рассвет на берегу реки.

— Ты куда в такую рань? Тоже порыбачить решил? — спросил он.

— Нет, я на тот холм, про который вчера говорил, — ответил Игорь и, пристально посмотрев в глаза Андрею, произнес то, о чем так и не решился заговорить с ним накануне:

— Слушай, вот ты же экстрасенс, с инопланетянами контактируешь. Неужели ты ничего не чувствуешь, что оно там, на холме, и именно это здесь самое главное?

Андрей поморщился и слегка улыбнулся, похоже готовясь отмахнуться какой-нибудь отговоркой или иронично-презрительной шуткой, но в следующее мгновение его взгляд стал серьезным, пронизывающим и колючим. Сначала он пристально посмотрел на холм, а потом Игорю в глаза. Тот попытался отвернуться и отойти, но собеседник остановил его:

— Нет уж, дай я посмотрю, раз сам напросился. Послушай, тебе это в самом деле надо?

— Что? — Игорь растерялся от неожиданного вопроса, произнесенного жестким и вместе с тем немного испуганным голосом.

— Ты знаешь что. Идти туда. К нему. Ведь ты же… не вернешься, — Андрей перешел на шепот, продолжая неотрывно смотреть Игорю в глаза.

…Прошло минут десять или, может быть, пятнадцать, показавшихся им обоим несколькими часами, подобными тому неспешному времени, которое попутчики в поезде тратят на разговоры по душам. Выслушав рассказ Игоря, Андрей задумчиво произнес:

— Ну что ж, иди, раз зовут и сам хочешь. Это твой выбор. А мне и дома хорошо. И мне ни ты, ни они, — он поднял голову вверх, — ничего об этом не говорили.

Проводив Игоря взглядом, он направился к реке и больше не оборачивался.

Его сознание плавно растворялось в холодной прозрачной воде и пряном осеннем воздухе, охватывая окрестности — сначала излучину и холм, потом сворачивающую лагерь экспедицию и, наконец, тайгу, реки, деревни и города на сотни километров вокруг. Память о жизни Игоря Васильева сохранялась, но с каждой минутой отдалялась, проваливаясь куда-то в глубины холма и на дно реки, а привычные чувства, эмоции, тяготы и тревоги уходили вместе с телом и обрывочными воспоминаниями о недавнем разговоре: «Мы похожи, и мы устали — ты от жизненного тупика, а я от однообразия. Я позвал тебя, чтобы поменяться — ты станешь мной, а я тобой». Разум заполнялся новыми мыслями и заботами, подобно тому, как кувшин, из которого вылили застоявшуюся воду, наполняется ароматным соком или вином. «Проверить кладку между скалами, расчистить завалы, чтобы поток энергии из разлома не ослабевал и возвращающийся в созвездие Лиры корабль мог подзарядиться… Через месяц Совет наблюдателей в Питере, надо отчет подготовить… Из Центра велели светящиеся шары местным жителям показать для поддержания интереса, так чтобы сфотографировать могли, надо выбрать день и способ концентрации энергии… С рыбаками еще поиграть, что ли, — от тех двух, которые сети за Осиновкой понаставили, рыбу отгоню, а может, и запутаю сети нафиг, а то совсем эти браконьеры оборзели. А вот тем ребятам на байдарке, которые на спиннинг ничего поймать не могут, пару щук кило по три-четыре подкину, как Андрею полчаса назад. Хороший парень, постараюсь поддерживать с ним связь — даже если он не захочет со мной на контакт выходить, понаблюдаю за ним, буду помогать понемногу… И грибники за вторым притоком, Нижней Каменкой, заблудились, а поблизости медведь бродит, может случиться беда — надо помочь». Он сосредоточился на тяжелом, угрюмом и озабоченном поисками пищи буром мохнатом существе, с хрустом бредущем по зарослям, и окутал его незримым, но вязким и плотным коконом сонливости, а потом стал вкрадчиво подбираться к сознанию испуганно озирающихся по сторонам мужчины, женщины и ребенка…

* * *

Его сознание постепенно уплотнялось, сбрасывая тысячелетнюю память Миардона как отжившие своё желтые листья, сохраняя в глубинах разума самые приятные воспоминания и наполняясь новыми мыслями и заботами Игоря Васильева: «Наконец заживу обычной человеческой жизнью… В другой город перееду, работу найду, пусть и не исследовательскую, а просто с техникой связанную, с девушками знакомиться буду, потом женюсь, детей родим… Спортом заниматься буду, читать, телевизор смотреть… а о прошлом и всех этих уфологах забуду… разве что иногда новости об аномальных местах и явлениях читать буду, если ностальгия замучает…»

Приближаясь к лагерю, он встретился с Андреем, с торжествующим видом возвращавшимся с берега реки с двумя щуками, лещом и крупным окунем. Они перемолвились парой дежурных фраз об удачном улове и погоде, а потом посмотрели друг другу в глаза. Во взгляде Андрея сменились любопытство, отрешенная потусторонняя пронзительность, испуг и уважение, прежде чем он понимающе покачал головой и задумчиво посмотрел на холм над излучиной. Через минуту они, перебрасываясь шутками с Олегом и Толей, принялись сворачивать палатку и собираться в обратный путь.

Content

Сергей МЯКИН
ВЕСЬ МИР У ИЗЛУЧИНЫ