М. Силина

Музей Акрополя

Официальный сайт музея: www.theacropolismuseum.gr

Адрес музея: 15, Dionysiou Areopagitou Street, Афины, Греция.

Проезд: Музей находится к юго-востоку от Акрополя, в историческом районе Макрияннис, в 300 м от Акрополя и в 2 км от центральной площади Синтагма, ближайшая станция метро — «Акрополь».

Телефон: +30 210 9000900.

Часы работы: 1 апреля-31 октября: вторник — воскресенье: 8:00–20:00, пятница: 8:00–22:00, понедельник — выходной.

1 ноября-31 марта: вторник — четверг: 9:00–17:00, пятница: 9:00–22:00, суббота — воскресенье: 9:00–20:00, понедельник — выходной.

1 января, первый день Пасхи, 1 мая, 25 и 26 декабря — выходные.

Цены на билеты: Общая стоимость — 5 €, для некоторых групп лиц — 3 € (подробнее — на официальном сайте музея).

Фото- и видеосъемка разрешены.

Информация для посетителей: На первом уровне музея работают кафе, на втором — ресторан.

На территории музея открыт магазин, где представлен широкий ассортимент открыток, книг и сувениров.

Здание музея

Акрополь — историческое название возвышенной и укрепленной части древнегреческого города. Афинский Акрополь представляет собой скалистый холм с пологой вершиной в самом центре города, где уже во времена архаики, в VI веке до н. э., началось широкое строительство храмов и святилищ. При тиране Писистрате в 560–527 до н. э. возводится храм Афины Гекатомпедон. В 480 до н. э. во время греко-персидских войн храмы Акрополя были разрушены. В 447 до н. э. по инициативе знаменитого государственного деятеля Перикла на Акрополе началось новое строительство. Руководство работами поручили его личному другу, знаменитому скульптору Фидию. Это было временем расцвета Афин, классической эпохой в развитии древнегреческой цивилизации. На склонах Акрополя возникли разнообразные святилища, к которым приходили горожане с надеждой избавления от несчастий и благодарностями. Наиболее крупными были святилища Асклепия и Диониса Элефтерия.

Интерьер музея

Все эти сооружения и разнообразные предметы, найденные в них, составляют богатейшую коллекцию музея Акрополя.

Необходимость создания музея с древнегреческими сокровищами назревала давно. Со времен Античности архитектурный комплекс стоял нетронутым и заброшенным. Ситуация изменилась в XV веке, когда Афины были завоеваны турками. Парфенон превратили в мечеть и пристроили башни-минареты. Храм Эрехтейон отдали под гарем турецкого паши, а храм Ники Аптерос разобрали для строительства военных укреплений. Сооружения страдали и от военных действий турок с венецианцами в 1687 и греческими повстанцами в 1827, и от коллекционеров, любителей старины. В начале XIX столетия английский лорд Элгин выломал десятки метров фриза Парфенона, скульптуры храма и даже одну кариатиду из портика Эрехтейона. В наши дни увезенное им составляет славу Британского музея в Лондоне. Но наряду с несчастьями, которые преследовали Акрополь, к XIX веку возросли интерес и уважение к сокровищам древних греков. Все больше и больше ученых, собирателей, реставраторов и историков стремились задокументировать, бережно сохранить, оградить от разрушений и показать миру наследие античной цивилизации. Восстановление комплекса стало возможным только после провозглашения независимости Греции в 1830. Тогда начались реставрационные работы: был воссоздан древний облик Акрополя, ликвидирована вся поздняя застройка на его территории, заново выложен храм Ники Аптерос. Этот процесс реконструкции после столетий запустения шел на протяжении двух веков. Остававшиеся под открытым небом скульптуры только к 1990-м были заменены копиями. Еще одним важным шагом в сохранении наследия Акрополя стало строительство его музеев — Старого и Нового.

Интерьер музея

Трудная и долгая история возведения музейных помещений началась в 1863, когда правительство постановило устроить музей на юго-восточной стороне Акрополя. Фундамент был заложен в 1865. Однако сразу стало ясно, что спроектированный музей очень мал для того количества разнообразных находок, которое принесли археологические раскопки.

Особенно плодотворной стала работа археологов в 1880-х. Второе здание музея начали планировать в 1888. Но после многолетних проволочек, войн и экономических затруднений в 1946–1947 приступили лишь к расширению старых помещений. Но к 1970-м хранить все собранные и отреставрированные произведения снова оказалось невозможным. Более того, музейные работники не могли организовывать даже полноценные выставки. Специалисты мечтали построить такой музей, который объединил бы все находки Акрополя, в том числе монументальные скульптурные фризы и статуи, а также о том, чтобы музей гармонично влился в комплекс Акрополя.

Поиск оптимального проекта затянулся еще на несколько десятилетий. Конкурсы были объявлены в 1976 и 1979, но они не принесли удовлетворительных результатов. В 1989 министр культуры Греции Мелина Меркури приложила все усилия, чтобы парфенонские мраморы — сокровища, вывезенные лордом Элгином, были возвращены Британским музеем. Договоренности с Англией подстегнули архитектурное сообщество к новым проектам экспозиционных помещений. Но счастливая находка снова отсрочила строительство. На площадке, которая отводилась под здание, обнаружили большое древнее поселение. Теперь задача усложнилась — новое здание должно вместить в себя и этот археологический участок.

И вот, наконец, в 2000 при широкой поддержке Европейского союза был объявлен новый конкурс. В 2007 здание Нового музея построили архитекторы Бернард Шуми и Михаэль Фотиадис.

Сегодня музей Акрополя занимает 25 000 м^2 выставочной площади (сравните с 800 м^2 первого музея!). Это трехэтажное здание с очень логичным и увлекательным размещением экспонатов. Музей находится всего в 300 м от Парфенона. Ежегодно сюда приезжает около 13 миллионов туристов.

Интерьер музея

Архаика

Мосхофор. 570 до н. э. Фрагмент

Геракл 700–500 до н. э. Терракота

Перед зрителем — вотивная, что в переводе с латинского означает «посвященная богам», статуя, созданная в дар Афине. Согласно мифам, первым подвигом Геракла стало убийство немейского льва — чудовища огромной величины, терроризировавшего всю округу. Существо благодаря невероятно твердой шкуре было неуязвимо для любого оружия, поэтому герой загнал его в логово и задушил руками. Греки изображали Геракла в львиной шкуре, потому что он носил ее для защиты.

Европейцы XVIII — второй половины XIX века не знали об архаической скульптуре Греции. Считалось, что греки сразу создали идеализированные образы прекрасных атлетов, однако их искусство под влиянием восточного было натуралистичным и одновременно условным в показе божественных сил, превосходящих человеческие. Статуя представляет интерес и тем, что на ней спустя тысячелетия сохранилась яркая раскраска.

Мосхофор 570 до н. э. Мрамор. Высота — 165

Мосхофор (в переводе с древнегреческого означает «тельценосец») — одна из древнейших, хорошо сохранившихся вотивных статуй Акрополя, она была посвятительной жертвой. Появление данного типа изваяний стимулировало творческие поиски, такие работы мастерам заказывали богатые и знатные люди в знак благодарности или просьб к богам. Статуя примечательна сдержанным силуэтом, как будто ощущается массивный блок камня, из которого она делалась. Статичность здесь контрастирует с выразительными, гипертрофированного размера глазами. Волосы прорезаны орнаментально. Обращает на себя внимание пресс, демонстрация физической силы, рисунок мышц декоративен. Статуя фасадна, рассчитана на рассмотрение только с одной точки зрения. Поверхность гладко отполирована, одежда обозначена условно, она плотно облегает фигуру без всяких складок. Скульптура была найдена на афинском Акрополе в 1864 вместе с Афиной Ангелитоса, которая также выставлена в музее.

Фронтон. Борьба Геракла с гидрой. Около 600–570 до н. э. Известняк

Европейцы «открыли» для себя искусство Греции в XVIII веке. Основоположник современных представлений об античной культуре И. Винкельман прославлял «благородную простоту и величие» греческих статуй, но сам никогда не бывал в стране и судил о ее скульптуре по более поздним древнеримским копиям. Только во второй половине XIX столетия археологи смогли узнать подлинную Грецию, отличавшуюся от «благородной простоты», воспетой классицизмом, яркостью раскраски, большим количеством разнообразных сюжетов, многие образы были далеки от идеальной отстраненности.

Данный фронтон (верхняя треугольная часть фасада) древнегреческого храма был найден во время раскопок в Акрополе. Работа представляет период архаики, который длился с VII века по 480-е до н. э. и чье название условно. Греческое искусство периода классики (после V века до н. э.) является образцовым, идеальным для восприятия европейцем. До этого времени оно прошло эволюцию, заимствовало черты из древнеегипетской, ассирийской и крито-микенской культур. Основной темой искусства стали мифы, их сюжетами украшались архитектурные сооружения.

На этом архитектурном элементе изображен Геракл, убивающий Лернейскую гидру. Змееподобное чудовище, обитавшее в воде, имело одну бессмертную голову и множество других, при отсекании которых у него вырастало несколько новых. Позади героя представлен его сподвижник и возничий Иолай с колесницей.

Здесь видны характерные черты архаического искусства: нерасчлененность композиции, отсутствие планов, скульптора больше волнует изображение фактического действия, чем то, как будет восприниматься сцена. Важное значение имела окраска в очень яркие цвета, что неожиданно для современного зрителя.

Апофеоз Геракла. Фрагмент фронтона здания на афинском Акрополе Около 575–550 до н. э. Известняк. Максимальная высота — 94

Апофеоз означал причисление человека к сонму богов, позже это слово стали употреблять в более общем смысле — прославление героя или события, кульминационный момент. Апофеозы известны любителям искусства по торжественным, театрализованным сценам барочной живописи. А вот так «документально» выглядел апофеоз периода архаики. Геракл приходит к Зевсу на Олимп, возвеличивание героя совершается «физически», через движение вверх. В отличие от животных боги идолоподобны. Они слишком могущественны, чтобы их можно было постигнуть человеческому воображению, поэтому изображаются как истуканы, Зевс непропорционально велик. Люди более живые, динамичные, с выразительной мимикой. Геракл в шкуре немейского льва, совершивший свои знаменитые двенадцать подвигов, олицетворяет человеческие умения, ловкость, смелость и предприимчивость. В персонаже исследователи видят новый поворот в мировоззрении древних, когда смертные уже могут вступать в спор или состязание с богами. За Гераклом, скорее всего, — Афина, его покровительница.

Необходимо сказать и о работе археологов. Когда после века представлений об идеальной Греции расцвела археология как наука, которая давала ответы на вопросы об истинном положении дел и искусстве Древней Греции, ученые начали собирать памятники буквально по крупицам. Эта композиция не имела ни одной целой фигуры, нет уверенности, что они принадлежали именно данной группе. Например, карниз, вероятно, являлся частью какого-то другого фронтона, но безмерная любовь к античной культуре до сих пор вдохновляет исследователей воссоздать как можно больше сцен. Работа занимает десятилетия, а результаты реконструкций пересматриваются новыми поколениями.

Фронтон храма Гекатомпедон Около 575–550 до н. э. Паросский известняк. 77,5x325

Греческое искусство известно архитектурой, скульптурой, мелкой пластикой, бронзовым литьем, немногочисленными росписями, большим количеством надгробий, вазами и другой утварью. Именно по фрагментам, в редких случаях — целым частям, сегодня изучают древнегреческое искусство.

Гекатомпедон — храм Акрополя, который также называют древнейшим Парфеноном. Он построен в VI веке до н. э. и был обнаружен известным немецким археологом, одним из видных исследователей древней архитектуры Вильгельмом Дёрпфельдом в 1885–1890. Мраморные изваяния представляют собой битву богов с гигантами («гигантомахия»). В музее выставлено несколько очень выразительных фрагментов. Сюжеты совершенно разные по тематике. Они выступают как знаки присутствия-памяти о мифологических событиях, а не как связный рассказ. Из знаменитой «Теогонии» Гесиода известно о верованиях древних греков и родословной богов периода архаики. В то время искусство было пронизано еще более древним месопотамским влиянием. Свидетельством является скованность, застылость тел и так называемые архаические улыбки. Мастера стремились передать эмоции на лицах героев, но у них получалось изобразить только улыбку, которая диссонирует с безэмоциональным выражением глаз и отсутствием общей мимики. Композиция архаическая, то есть фигуры размещены рядом друг с другом, без учета визуального сокращения пространства.

Справа на фронтоне помещен трехглавый монстр — Тритопатор. Это чудище с тремя человеческими торсами и со змеиными хвостами. Скульптуры сохранили первоначальную окраску: волосы на головах и бородах синие, глаза зеленые, уши, губы и щеки красные, тела бледно-розовые, а хвосты расписаны полосами.

Тритопатор. Фрагмент фронтона храма Гекатомпедон. Около 575–550 до н. э. Паросский известняк. 77,5x325

Тритопатор — древний космогонический образ, перед которым трепетал древний человек. Первая фигура сжимает в руке язык пламени, вторая — волнистую ленту, а третья держит на ладони птицу (символы трех стихий — огня, воды и воздуха). Их мимика гипертрофирована для того, чтобы выражение лиц было видно снизу и издалека. Восточное влияние проявляется в характере причесок: бороды в форме лопаток и волосы, уложенные в орнаментальные вьющиеся пряди.

Если говорить о принципах искусства того времени, то стоит обратить внимание на форму скульптуры: очень высокий рельеф — горельеф. Фактически фигуры выступают во всю глубину от фона, но, тем не менее, «не могут оторваться». Считается, что это признак архаического искусства, когда преобладали внимание к многомерному телу, сакральный страх перед ним и уважение. Монстр изображен не таким страшным, но в представлении древних даже символы его власти наводят ужас. Позже, уже в классическую эпоху, фигуры станут уходить вглубь, архитекторы и скульпторы будут больше заботиться о визуальном восприятии.

Битва львов и быка. Фрагмент фронтона храма Гекатомпедон. Около 575–550 до н. э. Паросский известняк. 77,5x325

Данный фронтон демонстрирует влияние месопотамского искусства. Сцена борьбы животных — одна из самых популярных для этого региона. Сюжет схватки льва с быком чрезвычайно распространен в культуре древних шумеров, это один из древнейших мифологических образов. Фронтон потрясает своей динамикой и характером сцены. Интересно сравнить «ужасных», но не страшных трехголовых монстров с животными, в которых экспрессия бьет через край. Неизвестные мастера изобразили борьбу за жизнь, ожесточенную и всепоглощающую. Именно на основе таких образов современные исследователи составляют мнение о том, каким являлся мир людей древности, вынужденных быть свидетелями действия мощных сил природы, проявлявших смелость и изобретательность в стремлении защититься от них, в том числе заклинаниями.

Битва львов и быка. Фрагмент фронтона храма Гекатомпедон Около 575–550 до н. э.

Бык — священное животное для древних греков, он олицетворял силу и плодородие. Лев символизировал энергию, которая придает движение всему в природе. В самом простом смысле схватка быка и льва — это борьба созидающего добра с разрушающим злом. Обобщенность и монументальность образов очень эффектно соединяются с потрясающей наблюдательностью. Если изображения людей, их движений были сдержанными, то именно в передаче животных греки уже в период архаики достигли внутренней динамики образа, энергии и силы. В древности, глядя на эту сцену, греки будто слышали, говоря словами Гесиода, «оглушительный многомощный рев яростного быка» и «рык льва, бесстрашного духом». Здесь два льва атакуют быка, на морде которого запечатлен страх смерти, и он уже повержен.

Эти фрагменты были найдены археологами в 1888.

Фронтон Троила. Около 575–550 до н. э. Паросский известняк. 80x148

Данный фронтон являлся частью небольшого здания древнейшего Парфенона, храма Гекатомпедон. Он (вернее, его более или менее крупные фрагменты) найден в афинском Акрополе в 1888. Существуют две версии сцены, изображенной здесь. Традиционная трактовка отражена в названии. Как описано в мифах, Троила — младшего сына троянского царя Приама — убил поджидавший его в засаде Ахилл, когда тот шел напоить лошадей. Следует обратить внимание на несколько деталей. До нас дошли элементы обшивки домика — на ней были процарапаны оливковые деревья, слева сохранилась часть фигуры Троила, из домика выходит женщина с сосудом на голове, справа остался фрагмент ног еще одной женщины. Композиция примечательна своей жанровостью. Неизвестный мастер не просто изображает одну из сцен засады Ахилла, а вводит архитектурную декорацию и простых «прохожих». Сохранились следы цветного пигмента. Тщательно обработана поверхность, прорисована одежда, орнамент ткани. Однако, как уже говорилось раньше, фронтоны собирались учеными-археологами и искусствоведами фактически по маленьким обломкам, поэтому трактовка сцены не всегда бывает ясна. Так и в этом случае есть другая версия изображенного: это ритуальная процессия в храме богини Афины. Она привлекает многих исследователей, поскольку именно сцены процессий и религиозных торжественных шествий стали одним из традиционных сюжетов в античном искусстве.

Фронтон с квадригой. Около 570 до н. э. Мрамор. Высота — 50

Данный фрагмент представляет собой изображение квадриги — четверки лошадей. Группа симметрично построена, она уравновешена и статична, фасадное построение фигур строго, лошади словно выходят из фронтона. Интересно, что их морды даны в профиль, хотя тела изображены в анфас. Одной из проблем для скульпторов того времени являлась передача естественного движения. В композиции объединены декоративный ритм расположения животных и точное воспроизведение их облика. Поверхность мастерски отполирована, мышцы мягко, пластично высечены. Спокойным линиям мускулатуры соответствует плоская трактовка гривы и общая поза лошадей. Эти животные были очень популярны в древности, ведь на них древние греки воевали, состязались, работали, путешествовали.

Гомер давал разные эпитеты лошадям: быстроногие, лихие, стремительные, густогривые, длинногривые, крепкокопытные и легконогие. Они участвовали в скачках, успехи хорошей лошади прославляли самого героя. Позже, в период классики, греческие скульпторы достигли непревзойденных высот в изображении мощной динамики их движений, грациозности и достоверности передачи каждой отдельной мышцы.

Фрагмент фронтона с изображением львицы. Около 575–500 до н. э. Паросский известняк. 110x322

Во время раскопок Акрополя в последней четверти XIX века было сделано потрясающее открытие. Археологи обнаружили архаический «слой» — фронтоны и обломки древних храмов, многочисленные вотивные статуи, коры, плиты рельефов, отдельные фрагменты, относящиеся к VII–V векам до н. э. Груда обломков, ставших ценными памятниками архаического искусства, образовалась в результате сокрушительного нападения на персов. Они разрушили Афины в 480 до н. э. Именно эта исторически зафиксированная дата стала той точкой отсчета, которая разделяет искусство архаики от греческой классики. Многое, что было найдено под стенами Парфенона, ученые отнесли к эпохе до разрушения. В частности, к востоку от храма обнаружено множество похожих фрагментов из известняка. К сожалению, исследователи пока не смогли собрать воедино весь фронтон, поэтому в музее выставлены отдельные фрагменты. Здесь представлена уже известная зрителю сцена: львица пожирает быка. По мнению древних греков, в этом архаическом сюжете заключен поэтический образ миропорядка и иерархии на земле. Предполагается, что на фронтоне имелись изображения змей, фрагменты которых были найдены неподалеку. Крупные черты, артикулированные глаза, когти, грива свидетельствуют о том, что мастера специально оставляли место для широких линий цветной окраски фронтона. Зритель видит, что греческое искусство дошло до наших дней в результате кропотливого труда археологов, их удач, а иногда и ошибок.

Всадник «Рампин». Около 550 до н. э. Мрамор. Высота — 81,5

В 1936 английский археолог Хамфри Пэйн соединил торс, найденный на Акрополе в 1886, с головой всадника, которую в 1896 преподнес в дар Лувру французский коллекционер Жорж Рампин. В наше время оригинальная голова хранится в Лувре, а оригинальный торс и копия головы — в афинском музее. Целиком это одна из самых известных статуй греческой архаики. Неизвестный мастер добился выразительного декоративного ритма прически, бороды. Первоначально, судя по фрагментам, это была пара всадников.

Голову персонажа украшает венок, которым обычно награждали участников состязаний, а лицо — знаменитая архаическая улыбка. Обращает на себя внимание непривычное для современного человека сочетание условной трактовки лица и тщательного, реалистичного изображения тела с анатомически верным рисунком мускулатуры.

Коры

Наксосская кора. 560–570 до н. э. Фрагмент

Кора VI век до н. э. Мрамор

Чаще всего в качестве дара в храм Афины на Акрополе преподносили коры — статуи, изображающие девушек. По положению тела и позе они были похожи — всегда строго фронтальны и одеты. Это отличало тип женских фигур от мужских статуй (куросов), которые представлялись обнаженными. Позже, когда древнегреческое искусство стало очень цениться европейскими мастерами XVIII–XIX столетий, считалось, что скульпторы подражают грекам, запечатлевая обнаженными и мужчин, и женщин, однако эта традиция была заложена не греками, а римлянами. Коры различались между собой условно портретными чертами, прическами, одеждой и манерой исполнения. С середины VI века до н. э. их стали изображать в изящных хитонах.

После обнаружения архаического слоя у Парфенона музей стал обладателем большого количества статуй кор. Однако только на первый взгляд они одинаковые, несколько примеров из экспозиции позволят убедиться в специфике художественной трактовки и их портретных особенностях.

Здесь представлен уже хорошо узнаваемый тип коры со всеми признаками доклассического искусства: столпообразная фигура со слабоартикулированными членениями, прорезанные орнаментальные линии волос и складок, архаическая улыбка. Отдельно необходимо сказать о материале. К середине V века до н. э. скульпторы и архитекторы Греции главным образом использовали пентелийский мрамор (названный так по имени горы Пентеликон, у подножия которой его добывали). Именно из него построен знаменитый Парфенон. Этому виду камня свойственно со временем менять свой цвет под воздействием солнца, словно впитывая лучи, его оттенок становится золотистым.

Греки ценили интересные по свойствам материалы, поэтому любой музей искусства гордится греческими подлинниками, которые благодаря виртуозной обработке мрамора производят особое впечатление, несравнимое ни с какой хорошей фотографией.

Наксосская кора 560–570 до н. э. Наксосский мрамор. Высота — 53,5

Обычно коры изображались держащими в одной руке небольшой подарок-подношение для богини Афины: венок, фрукт, птицу или цветок. Здесь девушка прижимает к груди яблоко. Угадывается блок, из которого было высечено тело. Неизвестный скульптор придает образу живость с помощью талии, кажущейся немного вытянутой. Это создает привлекающий внимание контраст между общей застылостью и девичьей утонченностью. Мастер не сделал изваяние улыбающимся, героиня словно в трепете застыла перед богиней. Складки одежды, контуры процарапаны, а не высечены, как это станет характерно для сформировавшегося греческого искусства периода поздней архаики и классики с начала V века до н. э. Стоит отметить, что статуя была найдена не целой, ее собрали по частям.

Кора в пеплосе. Около 530 до н. э. Мрамор

Представленная кора — одна из самых известных статуй данной группы памятников. Ученые считают, что это изображение Персефоны — дочери Деметры и Зевса. Она считалась богиней плодородия и одновременно царства мертвых, ей поклонялись еще микенцы, их впоследствии завоевали греки.

В этом фрагменте видна архаическая черта — силуэт статичен, заметен блок камня, из которого создана статуя. Однако мастер обыгрывает столпообразность — артикулирует талию, высекает одеяние — пеплос (классическую древнегреческую верхнюю женскую одежду из легкой ткани, в складках и без рукавов). Об эволюции пластики говорит очень приятное выражение лица, застывшая архаическая улыбка приобретает все большую живость и эмоциональную теплоту.

Кора. Около 530 до н. э. Мрамор

В музее представлена еще одна кора, у которой сохранилась рука с подарком. В отличие от рассмотренной ранее эта статуя более поздняя по датировке и, соответственно, ее поза более свободна. Второй рукой коры обычно поддерживали подол хитона. Изображая эту деталь, древние греки стремились к реалистической, естественной трактовке человеческого тела. Данная статуя дает прекрасное представление о традиционной иконографии. Кора держит яблоко, эти плоды традиционно присутствовали в древнегреческой мифологии. Можно вспомнить яблоко раздора богини Эриды. Три богини — Гера, Афродита и Афина — боролись за право называться Прекраснейшей. Та, которой досталось яблоко, была признана победительницей. Привлекает внимание усложнение рисунка складок: их становится больше по сравнению с ранними образцами, они пластичнее, поверхность статуи разнообразней, нежели на более простых архаических вариантах. Но главное в том, что эта сложность от художественной обработки мрамора, а не от плоскостного орнаментального рисунка.

Кора. Около 500–490 до н. э. Мрамор

На примере этой статуи видно, как пропорции женской фигуры постепенно «выправляются» от архаической застылости. Движение, хоть и скованное, становится более естественным. Не последнюю роль в этом играет рисунок складок. Именно они делаются «визитной карточкой» древнегреческого искусства. Сложная фактура драпировки создается сочетанием длинной рубахи — хитона и накидки — гиматия, который обычно носили сверху. Именно его складки выделяются своим причудливым волнообразным движением. Они выстраиваются в несколько однообразный симметричный ритм, однако общая трактовка затейлива. Верхняя часть выступает от поверхности, а у ног неизвестный скульптор процарапывает только их линии. На лице статуи уже нет привычной архаической улыбки. Лицо кажется индивидуализированным, портретным.

В работах мастеров появляется разнообразие, которое можно объяснить личными предпочтениями, а не более поздней или ранней датировкой.

Кора. Около 520–510 до н. э. Мрамор. Высота — 115

Неизвестный скульптор в этом произведении стремился как можно точнее и изящнее передать богатую фактуру одежды — тканей и драпировок. Сохранившаяся раскраска свидетельствует о том, что статуя была изощренно орнаментирована. По сравнению с более ранними образцами поверхность фигуры виртуозно выделана, не остается ни одного пустого, не оформленного рукой мастера фрагмента. Кора здесь уже не вотивный идол, а живой человеческий образ. По этой статуе можно хорошо понять технику выполнения изваяний: из цельного блока высекалось тело, а руки вставлялись отдельно в специально заготовленные пазы.

Кора. Около 510 до н. э. Мрамор

Век кор был недолог. Считается, что эти вотивные статуи изготовляли в период с 600 по 480 до н. э. Позже археологи не находили такие фигуры женщин. Интересно, что коры олицетворяют переход от греческой архаики к классике. Их позы, детали, орнаменты архаичны, а лица портретны.

Зритель может рассмотреть педантичную орнаментику наряда и прически данного ваяния. Обращает на себя внимание взгляд, кора смотрит вниз. Это уже большой шаг вперед, по сравнению с архаическими «истуканами» появляется разнообразие выражений лица. Кора одета в изящный ионический хитон, голову украшает диадема. Знаменитый древнегреческий лирик Посидипп писал:

Сами эроты в тот миг любовались Иренион нежной,

Как из палат золотых Пафии вышла она,

Точно из мрамора вся и с божественным сходная цветом,

Вся, от волос до стопы, полная девичьих чар.

И, поглядев на нее, с тетивы своих луков блестящих

Много эроты тогда бросили в юношей стрел.

Задумчивая кора Около 500 до н. э. Паросский мрамор. Высота — 92

Это одна из самых известных статуй, еще ее называют «Кора с миндалевидыми глазами». Гармоничны пропорции тела, лицо спокойно, выражение глаз кажется задумчивым. Орнаментальный ритм завитков прически сочетается с тонкими вертикальными рядами складок хитона. Данная статуя по праву считается одной из самых красивых в коллекции афинского музея. Вместе с подавляющим числом других кор она была найдена во время раскопок Акрополя в 1888 недалеко от Парфенона. Выделка, черты лица, трактовка складок, тип фигуры — все свидетельствует о скором приближении периода классики в древнегреческом искусстве. Здесь драпировки высечены очень пластично, разнообразно, обогащены раскраской, однако еще не облегают тело так, как в классическую эпоху V века.

Кора в полосе. Около 500 до н. э. Мрамор. Высота — 27,5

Данная часть головы коры примечательна выражением лица. Его черты идеальны, пропорции гармоничны, благодаря чему древняя архаическая улыбка становится немного загадочной. Фрагмент коры назван так по пышной, сложно составленной прическе и короне — полосу. Корона — атрибут древних богинь, олицетворение круга жизни и материнства. Она имела сакральное значение, смертные женщины не могли носить ее. Остатки краски на прическе и глазах прекрасно оттеняют белизну кожи и нежную фактурность обработанного мрамора. Сохранились также некоторые части тела статуи, но их недостаточно, чтобы ее соединить.

Голова коры. Около 510 до н. э. Мрамор. Высота — 14

Голова этой коры сделана из классического типа мрамора — паросского. Неизвестный греческий мастер решил обогатить фактуру статуи и в верхнюю часть добавил пентелийский мрамор. Отверстия надо лбом предназначались для металлических орнаментальных вставок, они образовывали диадему. Все это свидетельствует о высоком качестве и сложности созданного произведения. Выражение лица, нежное и живое, как нельзя лучше напоминает о том, какой путь прошла греческая скульптура всего за век.

Архермос Хиосская кора. Около 520–510 до н. э. Мрамор. Высота — 55

Искусство скульптуры требует особого внимания к поверхности и осязательным качествам материала. Как писали эстетики XVIII–XIX веков, строившие теории о прекрасном на примерах античного ваяния, пластика — это искусство осязания. Подтверждением тому является представленная статуя, поверхность ее мрамора, фактура, остатки краски, обработка материала мастером. Этими визуально-осязательными свойствами пластики объясняется то воздействие на зрителя, которое оказывают даже обломки древнегреческих изваяний. И хотя они были раскрашены (на этом сохранились остатки синей и красной краски), именно притягательные свойства неокрашенного мрамора восхищали европейцев XVIII–XIX веков, стремившихся «подражать древним». В искусстве XX столетия существует целый ряд скульпторов, создавших произведения, имитирующие древнегреческие фрагменты, с использованием аллегории «руин», которые как бы соединяют мир природы и мир искусства (Генри Мур, Уильям Такер).

Антинор Кора 525–500 до н. э.

Перед зрителем — одна из самых известных женских статуй этого типа. Обычно коры указанного периода изображены фронтально, их силуэт лаконичен. Данная фигура выделяется тем, что профиль достаточно сложен из-за пышной драпировки слева. В постановке ног передано движение, что делает статую живой. Однако, несмотря на динамику, ритм складок достаточно скован, они прорисованы условно. Одновременно чувствуются декоративная монотонность и пышность объемной материи. Также обращает на себя внимание прическа женщины, в которой отчетливо видны древнеегипетские мотивы.

Очень часто на постаменте изваяния высекали имя заказчика, художника или указывали предназначение конкретной коры. Эту женскую фигуру называют по имени мастера, который ее сделал, — корой Антинора.

Эвтидикова кора. Около 480 до н. э. Мрамор

Черты лица этой знаменитой коры производят потрясающее впечатление. Статуя выполнена в так называемом суровом стиле. Он был распространен в период перехода от архаики к древнегреческой классике. Обращает на себя внимание соединение двух противоположных тенденций: нежные, струящиеся, тонкие линии сложно составленной одежды, свобода выделки фактуры и простое, героическое, лаконичное лицо молодой женщины. В ее облике нет ничего лишнего и личного — это не портрет, а монументальный тип. На губах и глазах коры сохранились следы краски. Основательность пропорций и общее качество обработки поверхности свидетельствуют об оригинальном и сильном таланте мастера, сделавшего эту статую.

От архаики к классике

Гигантомахия. Фрагмент фронтона. Афина. Около 520 до н. э.

Эндой Статуя Афины — посвящение Каллия. Около 530–525 до н. э. Мрамор. Высота — 190

Перед зрителем — монументальная статуя богини Афины, восседающей на троне, облаченной в пышный, тяжеловесный хитон и нагрудный щит, который был украшен бронзовыми змеями по краям и устрашающим изображением горгоны в центре. По этому изваянию можно понять, как иногда приходится работать археологам в поисках ответов на загадки акропольских руин. В 1821 на Акрополе обнаружили мраморную статую Афины без головы. Ученые пристально изучали творчество древних мастеров, чтобы знать иконографию и возможных авторов находок, которых с каждым десятилетием становилось все больше. Так, в книге Павсания «Описание Эллады» о путешествии по Греции они прочли: «Эндой был родом афинянин, ученик Дедала, он последовал за ним на Крит, когда Дедал бежал туда вследствие убийства Калоса. Есть статуя Афины его работы, на ней есть надпись, что посвятил ее Каллий, а сделал Эндой». Также упоминания об этой великолепной скульптуре есть в труде Плиния «Естественная история». Сопоставив место находки и древнее описание, исследователи пришли к выводу, что эта сильно пострадавшая фигура и есть та самая легендарная Афина.

Сфинкс. Около 530 до н. э. Мрамор

Сфинкс — крылатое чудовище с туловищем львицы, головой и грудью женщины. Как пишет великий Софокл в трагедии «Царь Эдип», появившись около Фив, эта «вещунья» предлагала всем проходящим разгадать ее загадку. Никто не мог правильно ответить, все повстречавшиеся на ее пути умирали в муках, кроме Эдипа, которому это удалось. И тогда дева погибла, бросившись со скалы. Интересно, что, хотя греки не изображают ее страшной или уродливой, что-то зловещее исходит от ее красоты, безупречных черт лица и архаической улыбки. На то, что это мифологический персонаж, указывает и орнаментальная трактовка фигуры, далекая от жизненности человеческих образов.

Торс борца Тесея. Около 520 до н. э. Мрамор

Обнаженное мужское тело атлета в реалистически трактованном движении представляет собой образец типичного греческого искусства, по мнению просвещенных европейцев XVII века. Статуя плохо сохранилась, но мощный разворот плеча, мускулатура торса, особое ощущение устойчивости производят впечатление, будто это не мертвый кусок камня, а живой человек, в мраморе ощущается внутреннее движение. Уже с названного времени подобные изображения борцов служили образцами для уроков рисования европейским художникам. Таким образом, древнее искусство органично вошло в современную культуру. Логичное распределение нагрузки, уравновешенное визуальное и фактическое положение тела — одни из главных черт классической греческой пластики.

Гигантомахия. Фрагмент фронтона. Зевс. Около 520 до н. э. Паросский мрамор

Это фрагмент фронтона древнего храма богини Афины, который был построен около 520 до н. э. и разрушен персами в 480 до н. э. До сих пор ученые не знают точного расположения фронтона в храме, называющемся Гекатомпедон. Гигантомахия (переводится как «борьба с гигантами») — один из самых популярных сюжетов древнегреческого искусства, основа основ греческого воззрения на устройство мира. Он был подробно описан в литературе, в том числе, к этим легендарным событиям обращался Гомер в «Одиссее». Наиболее известным и лучше всего сохранившимся изображением гигантомахии, является знаменитый «Пергамский алтарь» (II век до н. э., Пергамский музей, Берлин).

Винкельман, знаток и пропагандист древнегреческого искусства XVIII века, считал, что внешний облик и телосложение зависят от нации и климатических условий. По его мнению, греки имели прекрасные тела благодаря щедрому солнцу, их утонченность и естественная способность к искусствам зависели именно от теплого климата. Ученый полагал, что мастера лепили именно то, что видели. Конечно, это предположение условно, однако греческое искусство впервые в истории прославило именно атлетический идеал. И действительно, трудно понять, как могли игрушечные, идолообразные, статичные скульптуры архаики со временем эволюционировать до точного, гармоничного изображения человеческого тела, которое до сих пор считается эталоном красоты. Кажется, будто статуи высечены легко, непринужденно, что они сразу приобрели естественные пропорции. В данной фигуре Зевса, например, лицо и прическа трактованы еще орнаментально, педантично, а тело уже выражает гармоничный идеал атлета.

Гигантомахия. Фрагмент фронтона. Афина. Около 520 до н. э. Паросский мрамор

Это второй фрагмент обширного фронтона с изображением событий гигантомахии. Гея наслала на олимпийцев ужасных гигантов. Ничего не подозревавшие боги наслаждались новым днем, своим бессмертием, силой. Вдруг на земле появились разломы, откуда потянулись ядовитые испарения — дыхание зашевелившихся в толще гигантов. Из их глоток, похожих на огненные кратеры вулканов, вырвался грозный рев, в нем было столько злобы и ярости, что гора Олимп содрогнулась. Не в силах дотянуться до жилища богов, чудовища стали швырять в небо все, что попадалось под руку. Они выхватывали из земной тверди скалы и яростно метали их. Именно тогда моря, заполняя образовавшиеся углубления, вторглись в сушу и возникли новые проливы и острова. Зевс и другие олимпийцы приложили все силы, чтобы остановить гигантов, которые размахивали земной осью, как простой дубиной. Но по воле рока боги лишь с помощью смертного смогут одолеть врагов. И тогда Громовержец послал Афину за Гераклом.

Данный храм был разрушен персами в 480 до н. э. Так об этом событии писал знаменитый историк Геродот: «Когда со всеми защитниками акрополя было покончено, персы разграбили святилище и предали огню весь акрополь». Особенно пострадали здания, построенные Писистратом, в том числе это. Статую Афины нашли по частям: голову в 1863, а тело и плащ лишь в 1882. Фигура больше человеческого роста, скульптура по-архаически крупная, выступает почти во весь объем от стены. Богиня предположительно попирала одного из гигантов.

Собака. Около 520 до н. э. Мрамор. Длина — 125

Эта мраморная вотивная статуя в древности, скорее всего, принадлежала святилищу Артемиды Бравонии. Гомер в «Одиссее» так описывает эту девственную, вечно юную богиню охоты и плодородия, покровительницу всего живого:

Как стрелоносная, ловлей в горах веселясь,

Артемида Мчится по длинным хребтам Ериманфа-горы иль Тайгета,

Радуясь сердцем на вепрей лесных и на быстрых оленей;

Там же и нимфы полей, прекрасные дочери Зевса,

Следом за нею несутся. И сердцем Лето веселится:

Выше всех ее дочь головой и лицом всех прекрасней, —

Сразу узнать ее можно, хотя и другие прекрасны.

Так меж своих выделялась подруг незамужняя дева.

Собаки были традиционными спутниками Артемиды — двенадцать псов были подарены ей Паном. Скульптура отличается потрясающей проработкой скелета и мышц. В прошлом мастера изображали богов условно, отвлеченно, иногда даже робко, а животных всегда очень анатомически и психологически точно, документально, реалистично. Образ человека занимал промежуточное место между идолоподобным представлением богов и стремлением к передаче жизненности и естественности движений и взглядов в анималистике.

Эндой Гончар. Около 510 до н. э. Мрамор. 122x76

На этой посвятительной стеле изображен гончар-вазописец по имени Эвфроний, одетый в плащ-гиматион. Он держит сделанный в дар богам килик — сосуд для напитков плоской формы на короткой ножке с двумя ручками — и крышку от него. Обращает внимание виртуозное владение резцом: складки плаща прорезаны очень живо, динамично, они четко выделяются на фоне, но при этом не производят впечатления нарочитой декоративности. Это умение «схватить» движение — потрясающая черта искусства древних греков.

В музее хранится еще одного произведение Эндоя — статуя Афины, выполненная по заказу Каллия. Скульптор был также персонажем древнегреческой мифологии, потому что считался учеником легендарного Дедала.

Фигура лошади. Около 500 до н. э. Мрамор. Высота — 11 3

Скорее всего, эта фигура была сделана как дар богине мудрости Афине, являющейся покровительницей войны. Знаменитого троянского коня со спрятавшимися внутри воинами данайцы преподнесли именно ей, во всяком случае, об этом было написано у него на боку. Лошади являлись важной частью уклада древних греков, их образ значим в мифологии и литературе. Одной из вершин древнегреческой культуры стали стихи поэта Пиндара, посвященные героям, участвовавшим в состязаниях колесниц.

В скульптуре подмечена естественность движения, анатомически правильно изображена игра мышц, однако поза все еще фронтальна, а грива декоративна.

Живописная пинака «Прекрасный Мегакл». Около 500 до н. э. Терракота. Высота — 66

Слово «пинака» с древнегреческого буквально означает «доска, картина», они изготавливались из мрамора, бронзы, дерева или терракоты. Это был вотивный предмет, который укреплялся на стены гробниц в дар богам. По свидетельству Витрувия, помещения в храмах и жилых домах, где хранились пинаки, назывались «пинакотеками». Сейчас так именуют картинные галереи.

Так, у зрителя есть возможность бегло охватить всю историю форм живописи, ведь картина представляет собой смежный вариант между иконой, имеющей ритуальную функцию, и современным полотном, которым украшают интерьер.

Мегакл — предположительный герой этой пинаки — один из политиков первой половины VI века, многолетний соперник афинского тирана Писистрата (так назывались властители в додемократическую эпоху).

Белокурый эфеб 480 до н. э. Паросский мрамор. Высота — 24,5

«Эфеб» с греческого означает «юноша». Данный уцелевший портрет неизвестного молодого мужчины был найден с остатками желтой краски на волосах в 1887. Зрителю уже знакома архаичная орнаментальная трактовка прически, которая здесь становится художественной — это не просто условные линии, а творчески преобразованная пышная шевелюра. Данная работа находится на грани поздней архаики и ранней классики. Особая тяжесть, массивность в изображении головы неизвестного юноши создают интересный эффект по контрасту с тонкостью отделки и прекрасной обработкой камня. Голова сделана из паросского мрамора (безупречно белого цвета), который стал чрезвычайно популярен в эпоху греческой классики.

Классика

Афина Промахос. Около 475 до н. э.

Критий Мальчик Крития 480 до н. э. Мрамор. Высота — 117

В 1865 археологом Сэмом Румпфом был обнаружен торс представленной скульптуры, а голова найдена спустя 23 года его старшим братом. Музей является обладателем одного из классических образцов древнегреческой пластики. Как точно заметил один из специалистов по античной скульптуре В. Блаватский, композиции того времени, «хоть и строго замкнуты, пронизаны внутренним ритмом, построения их гармоничны». Знаток темы ню в европейском искусстве К. Кларк назвал эту статую «первым красивым обнаженным телом в искусстве».

Уверенность и умиротворение позы юноши стали образцом для следующих поколений ваятелей. Пракситель и Лисипп следовали этой сбалансированной композиции. Позже в истории искусства похожая гармония частей, математически высчитанные пропорции получили название «канон Поликлета» по имени одного из величайших скульпторов Античности.

Евенор Афина Ангелитоса. Около 480 до н. э. Мрамор. Высота — 77

Скульптура была обнаружена на афинском Акрополе в 1864 вместе со статуей «Мосхофор», в раскопе, на профессиональном жаргоне археологов называющемся «персидский мусор», где находятся обломки и фрагменты статуй и архитектурных сооружений, разгромленных персами в 480.

Некоторые ученые полагают, что у скульптора, выполнившего данную статую, учился великий Фидий, создатель Парфенона, о котором речь пойдет дальше. Афина одета в хитон, пеплос и облачена в нагрудный щит с изображением горгоны. Общий силуэт очень строг, ноги трактованы столпообразно, что олицетворяло устойчивость, незыблемость богини. Складки хитона, наоборот, живописны, прекрасно выделаны, отличаются мягкостью и достоверностью расположения. Обращает внимание изображение тонкости материи, сквозь которую проступает колено Афины. Простота, лаконичность, убедительность соотношения частей вместе с виртуозностью выполнения прославили древнегреческих ваятелей.

Круг Мирона Афина, опирающаяся на копье. Около 460 до н. э. Паросский мрамор. 54x31

Афина, оперевшись на копье и наклонив голову, стоит перед стелой, пристально глядя на нее. На богине украшенный гребнем шлем и длинный пеплос. Трактовка ее нижней части напоминают Афину скульптора Евенора (с. 55). Особое обаяние рельефа достигается за счет гармонии вертикалей. Тяжелый силуэт пеплоса богини противопоставлен тонкому длинному копью. Композиция строится на сочетании простых геометрических фигур: полусферы, прямоугольников, полукруглого цилиндра. Возможно, стела служила межевым знаком святилища Афины на Акрополе, где был найден этот рельеф — одно из самых изящных произведений в коллекции музея. Афина здесь уже не является архаическим идолом, она приобрела человеческую живость и теплоту.

Существует повторение сюжета опирающейся на копье богини мудрости в вазописи — на сосуде типа «лекитос», (Национальный археологический музей, Афины).

Алкамен Прокна и Итис. Около 430 до н. э. Мрамор. Высота — 163

Алкамен был учеником Фидия и прославился статуями богов, выполненными из разных материалов (мрамор, бронза, слоновая кость). Именно он задал канон изображению дискобола. Скульптор продолжил, развил и довел до совершенства принципы искусства наставника.

Эта величественная статуя иллюстрирует кровавую легенду. Здесь представлена Прокна, дочь царя Афин Пандиона, собирающаяся лишить жизни своего малолетнего сына Итиса. Так она решила отомстить мужу Терею, который изнасиловал ее сестру Филомену. В ночь таинств Вакха женщина убила мальчика и накормила супруга его мясом.

Стоящая спокойно фигура одновременно монументальная и утонченная. Характер складок свидетельствует о том, что композиция не могла не производить впечатления.

Храм Афины Ники. Фрагмент восточного фриза. Боги Лето, Аполлон, Артемида и Тесей(?) 427–424 до н. э. Мрамор. Высота — 45

Храм Афины Ники, представляющий собой часть архитектурного комплекса Акрополя, был построен зодчим Калликратом в честь окончания войны с персами в 427–421 до н. э. Первые эскизы относятся к 450 до н. э. В 449 был заключен мирный договор и экспансия империи Ахеменидов остановлена. Древнегреческая цивилизация вступила в полосу расцвета, в этот период поэты, философы, скульпторы и художники создали классические произведения, ставшие высшими культурными достижениями Древней Греции и Античности в целом. Легкая архитектура строения контрастировала с мощными, выступающими от поверхности рельефами. Храм украшает фриз с сюжетами битвы греков с персами, а с восточной (передней) стороны — с изображением совета олимпийцев. В его целле (одном из внутренних помещений) по греческой религиозной традиции была установлена большая деревянная статуя Афины. В одной руке она держала шлем — символ войны, а в другой — ветку гранатового дерева — символ мира.

Данный фрагмент представляет собой сцену совета богов — Аполлона, Артемиды, возможно, Тесея и Лето. Последняя не так хорошо известна современным любителям искусства, она — первая жена Зевса, которую он оставил ради Геры. Аполлон и Артемида — ее дети.

В парфенонском фризе строгому спокойствию образов отвечали невысокий рельеф, распластанность фигур, как бы заключенных между двумя плоскостями. Здесь, наоборот, динамике изображений соответствует более свободная композиция. Скульптуры имеют объемный характер, их постановка и игра складок одеяний создают ощущение непринужденности течения фриза.

Храм Афины Ники. Фрагмент восточного фриза. Совет богов. Деметра, Кора, женские фигуры, возможно, Мойра, нереида Фетида, Фемида и Пандроса 427–424 до н. э. Мрамор. Высота — 45

В Греции во время турецкого владычества, длившегося с 1453 по 1830, многие здания Акрополя сильно пострадали. Был разобран и храм Афины Ники, из блоков которого сооружали укрытие для пушек. Однако впоследствии благодаря труду археологов почти все части постройки нашлись и ее сложили вновь.

Сегодня храм Афины Ники оформляют копии рельефов, оригиналы выставлены в афинском Национальном археологическом музее и в Британском музее (Лондон). Как и все скульптурные декорации Древней Греции, данный фриз был ярко раскрашен. Классические пропорции, идеальная грация фигур органично объединяются неизвестными мастерами этого рельефа с динамичными позами. Как уже говорилось, современное почитание древнегреческого идеала было подготовлено восхищением и деятельным изучением Античности художниками, философами и поэтами XVIII–XIX веков. Щедрая южная природа, потрясающая свобода пластического мастерства, правильные черты лиц и пропорции тел убеждали творцов, что Греция являлась буквально раем на земле. Знаменитый немецкий композитор Р. Вагнер противопоставлял европейскую цивилизацию Античности: «В то время как греки для своего просвещения собирались в амфитеатре, где испытывали часами длившееся удовольствие, христиане на всю жизнь запирались в монастырь». Несомненно, что именно благодаря знакомству со скульптурой Древней Греции мыслители реконструировали, воссоздавали и оживляли в своей фантазии жизнь демократического афинского полиса. В настоящее время, конечно, известно, что в Греции были и рабство, и войны, и кровавые жертвоприношения. Однако искусство говорит со зрителем на языке гармонии и естественности.

Храм Афины Ники. Афина и Ника 427–424 до н. э. Мрамор. Высота — 45

Первоначально храм Афины Ники окружала балюстрада из пентелийского мрамора длиной около 42 м, украшенная плитами с рельефами. Главный сюжет — разнообразные фигуры богини Ники, совершающей обряды в честь победы. Каждое изображение было независимо от соседнего и выполняло декоративную роль.

Самый известный фрагмент этой балюстрады — «Ника, развязывающая сандалию» — экспонируется в этом же музее. Во фрагменте Афина сидит на троне. Рядом располагались сцены, показывающие, как Ника ведет быков на заклание, несет оружие или составляет триумфальную композицию из военных трофеев. Все образы богини полны силы, движения насыщены страстностью.

В данном фрагменте демонстрируется виртуозность, даже шик в создании складок. Именно струящаяся одежда стала одним из главных средств художественного оформления фризов. Игра ткани придавала живость, динамику, усложняла игру света и тени. Здесь волнообразные складки не просто облегают тело или естественно колышутся при движении, а еще образуют фантазийный вихреобразный орнаментальный рисунок. Можно вспомнить многочисленных кор в экспозиции музея или рельеф с Афиной, опершейся на копье, чтобы понять изменения, которые произошли в стиле ваяния за это время.

Храм Афины Ники. Южный фриз. Битва греков с персами 427–424 до н. э. Мрамор

На данной плите изображена битва греков и персов. Фриз на южной стороне храма показывает эпизоды разнообразных сражений, которые проходили во время многолетнего противостояния, в том числе, например, знаменитую Марафонскую битву (490 до н. э.). Военные события были хорошо отражены в литературе и искусстве того времени. Так, знаменитый древнегреческий драматург Эсхил написал трагедию «Персы» (472 до н. э.). От лица побежденных он создал монументальную картину происходящего:

Ты персов, о Зевс, огромную рать,

Что силой тверда и славой горда Была, погубил,

Ты ночью беды, ты мраком тоски Покрыл Экбатаны и Сузы.

И матери рвут дрожащей рукой Одежды свои,

И льются потоком слезы на грудь Измученных женщин.

Реставраторы точно не знают, к каким частям храма принадлежали те или иные эпизоды, существуют лишь гипотетические реконструкции. Еще две плиты с южной стороны находятся в Британском музее.

Характер этих батальных сцен существенно отличается от стиля фриза Парфенона. Фигуры переданы в более динамичном движении, они скомпонованы в отдельные группы, которые расставлены значительно реже, поэтому во фризе храма нет многоплановых решений, имеющихся на парфенонских образцах. Силуэты резче выступают на фоне, отличаются большей округлостью и живостью трактовки. Высота рельефа создает резкие, контрастные светотени, что еще больше усиливает динамику изображенных событий.

Эрехтейон. Кариатида. Около 420–413 до н. э. Мрамор

Искусствовед И. Винкельман писал: «Колонна даже в лучшие времена означала у греков также статую». Считалось, что легендарный Дедал первым начал придавать колоннам-статуям очертания тел. Ордер — художественный образ строительной конструкции — стал вторым компонентом неиссякаемого творческого потенциала древних зодчих, поэтому кариатиды — колонны в виде женских фигур — являются символом искусства Греции. Интересно, что если людей или богов мастера изображали логично с точки зрения физической нагрузки, распределения тяжести тела, то в кариатидах зритель не увидит никакого физического усилия. Во все века это сравнение человека и опоры волновало воображение архитекторов, на рубеже XIX–XX столетий они будут показывать портретные черты, гримасы усилий, игривые улыбки и многое другое.

Эрехтейон. Кариатида. Около 420–413 до н. э. Мрамор

Сегодня на Акрополе путешественник может увидеть только копии кариатид, так как оригиналы хранятся в афинском Национальном археологическом музее. В его помещениях созданы все условия для защиты произведений от разрушений, которым они подвергались на воздухе.

Пространство вокруг Эрехтейона считалось самым священным на Акрополе. Есть несколько версий, почему вместо колонн поставлены коры («кариатиды» — их более позднее название). Многие ученые сходятся во мнении, что это своеобразные плакальщицы, горевавшие о смерти легендарного афинского царя Кекропса, могила которого расположена перед портиком.

Ленормановский рельеф. Около 410 до н. э. Мрамор. 40x55

Данный рельеф был обнаружен в 1852 и стал важной находкой для историков Древней Греции, ведь это одно из немногих сохранившихся изображений триремы — класса боевых кораблей, использовавшихся древними греками, финикийцами и римлянами. Достаточно большой фрагмент «Одиссеи» Гомера посвящен их описанию. Читателям известно стихотворение О. Мандельштама, в котором лирический герой начал читать историю Одиссея:

Бессонница. Гомер. Тугие паруса.

Я список кораблей прочел до середины:

Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный,

Что над Элладою когда-то поднялся.

Как журавлиный клин в чужие рубежи —

На головах царей божественная пена —

Куда плывете вы? Когда бы не Елена,

Что Троя вам одна, ахейские мужи?

Особенностью трирем было то, что они управлялись с помощью трех рядов весел. Специалисты до сих пор спорят, каким именно образом древним воинам это удавалось, поэтому данный музейный экспонат в первую очередь является историко-культурным документом. Рельеф стал главным источником знаний для ученых, которые в 1980-х реконструировали устройство и внешний вид трирем. Боевые корабли и мастерство управления ими обеспечили Афинам господство на Эгейском море на протяжении V века до н. э. Во всем — в военном деле, искусстве и культуре — этот период стал золотым в истории Древней Греции.

Рельеф с изображением Геры и Афины 403 до н. э. Мрамор. 116x56

Эта стела — прекрасный пример классического искусства Греции V века до н. э. Пропорции богинь гармоничны, позы уравновешенны и естественны. Идеализация и героизация в их облике достигают виртуозности. Через сотни лет скульпторы всего мира будут стремиться подобным образом изображать человека, древнегреческий идеал возродится в искусстве классицизма. Афина, защищающая афинян, изображена в военном облачении: в шлеме и со щитом. Рядом с ней Гера — покровительница спартанцев. Они олицетворяют окончание войны и успех переговоров, которые происходили после битвы при Эгоспотамах в 405 до н. э. Привлекает внимание введение в композицию элемента пейзажа: изображен ствол дерева, к нему Афина приставила свое снаряжение.

Ника, развязывающая сандалию 420–400 до н. э. Пентелийский мрамор. Высота — 106

Представленная работа — одно из самых известных произведений древнегреческого ваяния. Движение богини потрясает своей непринужденностью, легкостью, живым струящимся потоком складок. До сих пор профессиональных скульпторов и зрителей поражают простота и особая достоверность передачи ткани, которая буквально льется от левой руки Ники, придерживающей пеплос. Захватывает и особая сбалансированность позы, ее тектоническая (визуально устойчивая) ощутимость: героиня стоит на одной ноге, а по положению второй зритель видит, как она напряжена и действительно прикладывает усилие, чтобы сохранить равновесие. Такую позу сложно нарисовать, а сделать в рельефе, чтобы соблюсти графическую точность и пластическую осязательность, — труднее в разы!

Парфенон

Фидий и его мастерская. Фриз Парфенона с изображением гидрофоров. Фрагмент

Фидий и его мастерская (500–423 до н. э.) Фриз Парфенона. Фрагмент с изображением богов — Посейдона, Аполлона и Артемиды 442–438 до н. э. Пентелийский мрамор. Высота — 106

Музей Акрополя гордится коллекцией рельефов Парфенона, которые являются одними из ценнейших памятников древнегреческой пластики классической эпохи, когда мерой всех вещей, как говорил один из того времени Протагор, становится человек. Недаром изменился не только стиль скульптуры, но и метод застройки всего Акрополя.

Если древний храм Гекатомпедон строился строго симметрично к главной дороге, то Парфенон архитекторы расположили с учетом местности, он вписывается в природное окружение. Эта естественность в эпоху классики видна во всем.

Эпоха Перикла, третья четверть V века, — период расцвета Афин. Парфенон — главный храм города — был построен в 447–438 до н. э. архитектором Калликратом по проекту Иктина и украшен в 438–431 до н. э. под руководством Фидия. Сейчас в храме находятся копии рельефов. В музее Акрополя представлены 50 м оригинального мраморного фриза, 80 м — в Британском музее, один блок в Лувре, а фрагменты — в музеях Палермо, Ватикана, Вены, Мюнхена и Копенгагена.

Декорация Парфенона состоит из четырех частей: сохранились метопы (часть фриза) с изображением мифологических персонажей, скульптуры во внутреннем поле фронтона (тимпане), колоссальная статуя Афины Парфенос, а также сплошной фриз, который занимает целый этаж музея. Он состоял из 115 блоков общей длиной 160 м. Мастера создали около 378 человеческих фигур и более 200 — животных. На фризе показан главный праздник города и богини Афины — Панафинейские игры. Один раз в четыре года событие получало статус Великих Панафиней и отмечалось с особой пышностью. Изображение именно этого торжества выбрал для украшения фриза основного городского храма прославленный скульптор. Праздник длился двенадцать дней и сопровождался ритуальными процессиями, жертвоприношениями, а также музыкальными и атлетическими состязаниями. Он заканчивался днем рождения Афины, данный эпизод также изображен на фризе. В этот день процессия подносила новый пеплос к ксоану (древняя деревянная скульптура) богини. По обе стороны от сцены подношения были показаны двенадцать богов Олимпа.

Фидий и его мастерская Фриз Парфенона. Фрагмент с изображением Артемиды 442–438 до н. э. Пентелийский мрамор. Высота — 106

На примере этого фрагмента с изображением Артемиды можно увидеть основную черту классического искусства Древней Греции. Скульптор так отделывает поверхность, что складывается полное ощущение, будто легкая, очень тонкая ткань облегает прекрасное тело богини, струясь нежным потоком складок. Становится совершенно понятным многовековое убеждение европейцев, что древнегреческая пластика не была покрашенной. Трудно представить, что эту ювелирную работу скрывал слой восковой краски! Стоит обратить внимание на то, что боги в этот период окончательно принимают человеческий облик. Так, Артемида изображена прекрасной девушкой. Возвышенная чувственность и проникнутая благородным спокойствием человечность — черты авторского стиля Фидия.

Фидий и его мастерская (500–423 до н. э.) Фриз Парфенона. Фрагмент с изображением всадников 442–438 до н. э. Пентелийский мрамор. Высота — 106

На данном фрагменте представлены фигуры всадников. Кони показаны в разных фазах движения, называющихся «аллюры», в рыси и галопе. Как уже говорилось, древние мастера были внимательными наблюдателями природы. Именно изображение животных, как домашних, так и диких, традиционно отличается веризмом (реалистичностью), прекрасно подмеченными особенностями движения и поведения. Для современного человека всадник — это тот, кто сидит на лошади. Однако в Древней Греции так называли целое сословие, которое объединялось отнюдь не по наличию коня и умению на нем ездить, а по имущественному цензу. Определялось количество лошадей в полной экипировке, которое мог позволить себе иметь гражданин. Именно к периоду, в который были созданы рельефы Парфенона, относится процесс кристаллизации прослойки всадников, к описываемым временам их было совсем немного — около 300 человек. Они играли большую военную и политическую роль во время греко-персидских воин. Позже так называли властителей целых полисов. На фризе традиционно представлены крепкие, атлетического сложения мужчины, с достоинством держащиеся в седле, образуя продолжительную ритуальную процессию. Фигуры на лошадях, скопированные с этого скульптурного изображения, стали очень распространенным мотивом в искусстве западноевропейского неоклассицизма.

Фидий и его мастерская (500–423 до н. э.) Фриз Парфенона. Фрагмент с изображением всадников 442–438 до н. э. Пентелийский мрамор. Высота — 106

Изображения всадников часто встречаются на фризе Парфенона. Этому есть два объяснения. Во-первых, как уже было сказано, всадники были одним из привилегированных сословий в древнегреческих полисах. Во-вторых, скачущие лошади и мужские силуэты с эффектно развевающимися плащами как нельзя лучше подходили для такого типа скульптуры, как фриз.

Композиция данного фрагмента рельефа сложна: древние мастера умело компонуют профили нескольких наездников, сохраняя перспективное искажение. Несмотря на кажущуюся простоту, это тонкая работа, для которой нужно иметь хорошее чувство пространства. Стоит сказать, что многие древние и современные ваятели, не такие опытные, как творцы из мастерской Фидия, не соблюдают математических соотношений с учетом всех зрительных искажений. В настоящее время студенты обучаются именно на рельефах фриза Парфенона. Исключительную трудность представляет и необходимость совместить изображение нескольких пар лошадиных ног. Обращает на себя внимание поза всадника на переднем плане, у которого не сохранилось лицо. Его посадка на лошади естественна, в ней сквозит уверенность, непринужденность, привычка постоянно находиться в седле. Фигура по-настоящему грациозна. Поражают фантазия, виртуозность и трепетность скульпторов к деталям, с какими выполнено изображение каждого персонажа из бесчисленного количества составляющих процессию.

Фидий и его мастерская (500–423 до н. э.) Фриз Парфенона. Фрагмент с изображением гидрофоров 442–438 до н. э. Пентелийский мрамор. Высота — 1 06

Большую часть данного фриза занимают изображения групп всадников и колесницы, на втором месте по частоте — ритуальные процессии, когда мужчины и женщины несут сосуды и дары.

«Рельеф с изображением гидрофоров» получил такое название от древнегреческого слова «водонос». Он характеризует скульптурную композицию древних — фигуры поставлены ритмично, однако их движения живые, не возникает ощущения однообразия. Многие персонажи представлены в профиль, они движутся в сторону, как бы проходя мимо зрителя. Рельеф многопланов: на фоне скульптур переднего плана даны менее выступающие профили героев второго, а иногда третьего. Общие силуэты мужчин почти идентичны, однако складки одежды, положение поддерживающей сосуд руки, трактовка обнаженных частей тела у каждого разная. Ракурсы всех трех персонажей пусть немного, но варьируются мастерами. Еще одно важное умение скульпторов Древней Греции заключалось в уникальной способности создавать реалистичные портретные образы и при этом облагораживать их. Ваятели достигали непревзойденной меры идеализации и документальности, лица неизвестных мужчин прекрасны и естественны.

Произведения Фидия и его мастерской отличаются потрясающей свободой исполнения: разнообразие поз, движений, отсутствие скованности, условности. Работа выполнена очень талантливо, но скульптуры были помещены за наружной колоннадой грандиозного храма, под потолком. Для удобства просмотра сцен мастера пошли на хитрость — рельеф в верхней части немного выше (6 см над фоном), чем в нижней (4 см). Этот прием напоминает наклон высоко висящей картины. Немаловажно также, что рельеф был очень ярко раскрашен.

Фидий и его мастерская (500–423 до н. э.) Фриз Парфенона. Фрагмент с изображением жертвенной процессии 442–438 до н. э. Пентелийский мрамор. Высота — 106

Здесь представлена одна из многочисленных сцен с изображением жертвенной процессии. Молодой мужчина справа (фигура сохранилась только в зарисовках) подталкивает быка. Скульптор подмечает поведение встревоженного животного, которого ведут на заклание в честь богини Афины. Жертвоприношения были очень важной частью религиозных и общественных обрядов Древней Греции, ими сопровождалось каждое значимое событие в государстве. Этим ритуалам много места уделено в «Илиаде» и «Одиссее» Гомера. Так описывает поэт процесс жертвоприношения в «Илиаде»:

Кончив молитву, ячменем и солью осыпали жертвы.

Выи им подняли вверх, закололи, тела освежили,

Бедра немедля отсекли, обрезанным туком покрыли

Вдвое кругом и на них положили останки сырые.

Бедра сожегши они и вкусивши утроб от закланных,

Все остальное дробят на куски, прободают рожнами,

Жарят на них осторожно и, все уготовя, снимают.

Кончив заботу сию, ахеяне пир учредили.

Несмотря на древний, архаический и не вызывающий в наше время сочувствия обряд, художественный язык сцены понятен современным зрителям. Здесь так же, как и во всех блоках фриза, скульпторы гармонично выстраивают композицию: вертикальные фигуры людей уравновешиваются мощными горизонтальными телами быков. В области компоновки, в ее простоте и убедительности древнегреческим мастерам не было равных. Именно поэтому много веков спустя, уже в эпоху СССР, на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке 1939 в Москве отечественные ваятели использовали эту сцену для изображения в рельефе социалистического животноводства.

Фидий и его мастерская (500–423 до н. э.) Фриз Парфенона. Фрагмент с изображением мальчиков с баранами 442–438 до н. э. Пентелийский мрамор. Высота — 106

Можно смело утверждать, что по красоте эти рельефы (сохранилось 96 плит) не превзойдены до сих пор. Несколько слов необходимо сказать о судьбе фриза. В античное время он все также украшал Парфенон. Во второй половине III века произошел пожар, но неизвестно, насколько пострадали сами скульптуры. Когда в начале VI столетия здание превратили в церковь, убрали фриз с восточной стороны. В XII веке сняли еще как минимум шесть блоков. В 1458, когда Грецию и Афины завоевали турки, Парфенон стал мечетью. В 1674 французский посол в Турции сделал очень тщательные, точные рисунки фриза, до сегодняшнего дня сохранились зарисовки восточной и западной частей. Они стали ценной подмогой для археологов и реставраторов, ведь уже через 13 лет Парфенон был сильно разрушен в ходе боевых действий между турками и венецианцами: многие плиты оказались уничтоженными, некоторые упали, рассыпались и остались лежать до XIX столетия. Но еще в середине XVIII века английские архитекторы выполнили рисунки расположения Парфенона, его внешнего вида, скульптурных деталей. Позже, несмотря (иногда и благодаря) на первые успехи в археологии, ряду блестящих открытий, ценители древностей не всегда церемонились с сокровищами. Так, английский посол лорд Элджин варварски распорядился скульптурами, он постарался увезти как можно больше плит, поэтому обламывал блоки так, чтобы оставались только понравившиеся ему изображения. На это ушло десять лет, с 1802 по 1812, причем часть груза в 1804 затонула, но впоследствии была поднята на поверхность. В настоящее время вывезенные лордом богатства называются «Мраморы Элгина» и составляют богатейшую часть коллекции Британского музея (Лондон). Оставшиеся мраморы перенесены в помещение музея лишь в 1993.

Фидий(?) (500–423 до н. э.) Фриз Парфенона. Фрагмент с изображением укрощения коня 442–438 до н. э. Пентелийский мрамор. Высота — 106

Перед зрителем — очень эффектное изображение наездника, пытающегося укротить своего коня. Древнегреческий мастер прекрасно подметил движения лошади и позу всадника. Данный фрагмент дает возможность как следует рассмотреть основы скульптурного искусства. Словно слышно тяжелое дыхание животного, автор прорезает не только мышцы, но будто даже и кровеносные сосуды. Привлекает внимание одежда наездника: как виртуозно скульптор выполнил легкую ткань на груди, которая собирается тончайшими драпировками, и как пышно, осязаемо, достоверно изображены крупные, тяжелые складки развевающегося на скаку плаща. Общее гармоничное впечатление создается с помощью верно выбранной высоты рельефа, кажется, что конь и всадник легко поднимаются вверх, ничто не сдерживает их.

Композиция построена смело даже для этого фриза, где почти нет скованности и надуманности. Впечатляет точность обработки каменного блока, располагавшегося наверху, ведь изображение покрывалось краской, и снизу трудно было рассмотреть детали, которые скульптор вырезал так искусно. Исходя из этого, некоторые исследователи предполагают, что сцену создал сам Фидий. Многие ученые считают, что здесь представлен важный для афинян герой, одни думают, что это неизвестный мифологический персонаж, другие — что военачальник. Любители искусства, наверняка, вспомнят статую П. К. Клодта «Укрощение коня» на Аничковом мосту в Санкт-Петербурге (1841-1850).

Фидий и его мастерская (500–423 до н. э.) Фриз Парфенона. Фрагмент с изображением двух всадников 442–438 до н. э. Пентелийский мрамор. Высота — 106

На этом фрагменте зритель видит двух всадников. Обращает на себя внимание сложность изображения лошадей — их ноги пересекаются, что является серьезной задачей для скульптурного рельефа, однако древний мастер прекрасно с ней справился (это удавалось далеко не всем творцам). Уцелело изображение шляпы одного из наездников — она называлась «петасос». Следы зеленой краски были обнаружены на плащах персонажей. Нет ничего бравурного в игре складок, одежда изображена предельно реалистично. Нос, глаза и губы мужчины увеличены для того, чтобы после раскраски они были видны издалека. Этот фрагмент, как и вся скульптура фриза, отличается гармоничностью пропорций, тонкостью отделки материала, эмоциональной теплотой.

Интересно, что многие мастера XVIII–XX столетий пытались состязаться с Фидием, более того, сцены буквально повторялись ваятелями разных стран и эпох, адаптировались под современную им тематику. Например, еще недавно вход стадиона «Динамо» в Москве был украшен рельефами, на одном из которых автор изобразил сюжет с всадниками на конях, взяв за основу фриз Парфенона. Только вместо греческих наездников были советские атлеты. Древняя Греция ближе, чем может показаться современному человеку.

Фидий и его мастерская Парфенон. Западное крыло. Фрагмент сцены «Ссора Афины и Посейдона за власть над Аттикой» 438–432 до н. э. Мрамор

Сохранилось большое количество обломков с фронтона, изображающего одну из самых популярных сцен древнегреческого искусства — ссору богини Афины с Посейдоном. Бог, символ тирании, даровал горожанам воду, а Афина, олицетворявшая демократию, — масличное дерево. Афиняне выбрали ее и утвердили демократические законы свободного полиса (города). Чем может быть интересен этот плохо сохранившийся фрагмент? Безусловно, своим мощным движением, наклоном торса и разворотом бедра, которые даже в таком плачевном состоянии поверхности мрамора производят сильное впечатление.

Рельеф с изображением состязаний апобатов. Около 300 до н. э. Мрамор. 41x84

Данная работа иллюстрирует состязание апобатов во время Панафинейских игр. Четверкой лошадей управляет возничий, справа от него изображен гоплит — так называли тяжеловооруженных пеших воинов. Он должен был соскочить с повозки и пробежать определенное расстояние. Похожие сцены запечатлены и на фризе Парфенона. Соревнования проводились в районе Агоры (традиционное название рыночной площади), где археологи нашли еще несколько похожих изображений. Такие рельефы посвящали богам в знак благодарности за победу. Спортивные успехи являлись не просто доказательством силы участника. «Греческие состязания должны были выявить не того, кто лучше всех в данном спортивном искусстве, а того, кто лучше всех вообще — того, кто осенен божественной милостью», — писал М. Гаспаров, авторитетнейший знаток древнегреческого искусства.

Игры — часть ритуальной культуры, церемоний, к которым относились также гадания и обряды жертвоприношения. Интересно, что это произведение представляет собой стилизацию — неизвестный мастер специально сделал рельеф в духе раннего древнегреческого искусства. Пиндар, один из самых загадочных поэтов Древней Греции, в Олимпийском гимне, посвященном Гиерону Сиракузскому (476 до н. э.), так писал о славе, которая доставалась победителю состязаний:

Слава Пелопа

Далеко озирает весь мир с Олимпийских ристалищ,

Где быстрота состязается с быстротой

И отважная сила ищет своего предела;

И там победитель

До самой смерти

Вкушает медвяное блаженство

Выигранной борьбы…

Фидий и его мастерская (500–423 до н. э.) Фрагмент северного фриза Парфенона 442–438 до н. э. Пентелийский мрамор

Представленный фрагмент дает возможность полюбоваться на умелую, компактную и виртуозно созданную композицию архитектурного фриза. Слева вырезана фигура обнаженного всадника. Его поза очень проста, реалистически достоверна, в ней чувствуется некая изысканность, движения полны достоинства, юноша уверенно сидит на коне. Эта идеализированная естественность, как уже не раз было сказано, очень ценилась последующими поколениями художников — наследниками античной культуры.

Любители искусства могут вспомнить русского живописца XX века Кузьму Петрова-Водкина и его знаменитую работу «Купание красного коня» (1912, Государственная Третьяковская галерея, Москва). Выросший на изучении древнерусского и классического искусства, автор этого полотна по-своему продолжил развитие типических и идеальных черт в изображении прекрасного всадника. В древнегреческие времена такие одухотворенные образы были предметом не отдельной картины, а в большом количестве исполнялись неизвестными мастерами на стенах величественных храмов.

Справа на фризе изображены в профиль еще несколько лошадей и наездников — необходимо обратить внимание на сложнейшую компоновку ног животных. Ваятель виртуозно вырезал в мраморе переплетения, пересечения ног, строго соблюдая визуальные перспективные сокращения. Между всадниками в профиль показан прекрасный мужчина в гиматии, провожающий и благословляющий друзей на путешествие. Его фигура и накидка с богато трактованными струящимися складками вносят ритмическую паузу в движение лошадей, стабилизируют всю композицию этого небольшого фрагмента.

Галерея склонов

Вотивная стела Силона. Середина IV века до н. э. Фрагмент

Мастер Сабурова Лутрофор. Посвящение Нимфе. Около 455–440 до н. э. Керамика. Высота — 19

Данный раздел посвящен одному залу экспозиции музея — объектам, найденным на склонах Акрополя. Ученые обнаружили много домов, помещений мастерских, дорог, площадей, а также предметов быта: повседневные вещи, украшения, детские игрушки — то есть все то, что можно увидеть в любом городе и в наши дни. Хронология находок охватывает широкий период с неолита (3000 лет до н. э.) до поздней Античности (VI век н. э.).

Перед зрителем тип вазы, называющийся «лутрофор» — керамическое изделие с длинным горлышком и ручками особой формы. Эти сосуды использовались для хранения воды в брачных и погребальных церемониях, служили не только в ритуальных, но и в парфюмерных целях. Вазы часто обнаруживаются в захоронениях незамужних женщин, недаром сосуд посвящен Нимфе — покровительнице брака.

В Древней Греции искусство вазописи получило особое распространение. Его история настолько интересна и многообразна, что ученые различают несколько главных этапов развития. Особый уровень художественного языка этих изделий был достигнут в Афинах (около 520 до н. э.). Именно здесь археологи обнаружили вазы так называемого краснофигурного типа. Фон окрашивался темным, а фигуры сохраняли светлый, красноватый оттенок керамики. Такой прием позволял представлять фигуры не как плоские силуэты, а объемно и фактурно. Мастера соревновались друг с другом в искусстве композиции, сюжета, рассказа, динамики повествования.

Стили исполнения в вазописи принято называть условно. Они именуются по месту находки, главному сюжету или, как в этом случае, имени археолога. Существует еще несколько ваз, которые относят к схожей стилистике (несколько экспонатов в античной коллекции государственных музеев Берлина).

Табличка из святилища Нимфы. Около VI века до н. э. Глина. 100x120

Недалеко от крупного святилища Асклепия располагался небольшой открытый храм, посвященный Нимфе, покровительнице брака и свадебных церемоний. Ей афиняне посвящали брачные купальные вазы (лутрофоры), а также разнообразные вотивные предметы: сосуды для благовоний и духов, коробочки для косметики, шкатулки для ювелирных изделий, большие вазы, фигурки, веретена и раскрашенные глиняные таблички. На данной изображены резвящиеся самка оленя и ее детеныши. Своей беззаботностью, легкостью и грацией они ассоциируются с нимфами. Можно вспомнить описание юных нимф у Платона («Пан»):

Тише, источники скал и поросшая лесом вершина!

Разноголосый, молчи, гомон пасущихся стад!

Пан начинает играть на своей сладкозвучной свирели,

Влажной губою скользя по составным тростникам,

И, окружив его роем, спешат легконогие нимфы,

Нимфы деревьев и вод, танец начать хоровой.

Эта работа относится еще к периоду архаики: нет классической виртуозности линии и лаконичной выразительности силуэта, однако производит очень приятное впечатление, потому что рисунки по характеру будто на грани между неподвижным символом и живой передачей. Непосредственность, наивность совмещения бегущих оленей, птиц, произвольно расположенных на табличке, орнаментально трактованных цветов явно свидетельствует о том, что изображения понимались в религиозном, ритуальном значении, несли функцию подарка и не обладали самостоятельной художественной ценностью произведения искусства.

Вотивная стела Силона. Середина IV века до н. э.

Данный экспонат принадлежит к богатой коллекции предметов из святилищ, в большом количестве найденных на склонах Акрополя (как его называли, Священной горы). В античное время они считались своего рода переходом, пограничным местом между городом и главным святилищем. Здесь проводили разнообразные государственные культы, располагался ряд частных святилищ. На южном склоне размещались самые крупные и богатые — Диониса Элефтерия и Асклепия.

Стела была создана в честь культа древнего мистического Блауте, который, по мнению исследователей, каким-то образом связан с обувным ремеслом. Большую часть занимает изображение ползущей змеи. На самом верху помещен сандалий, на нем видна мужская фигура — сам жертвователь по имени Силон. Ученые по сей день спорят о том, что могло обозначать изображение сандалия и змеи. Эту задачу еще предстоит решить.

Посвящение Асклепию. Без даты. Мрамор. 95x65

Асклепий почитался как бог медицины и врачевания. Римский аналог этого имени — Эскулап — известен до сих пор, так называют врачей. Интересно, что согласно мифам Асклепий был рожден смертным, но за свое мастерство удостоился бессмертия. Этот факт показывает, насколько древние греки ценили и уважали врачебное дело, что подтверждают также богатейшие находки в его святилище на Акрополе. Наряду с Асклепием почиталась и его дочь Гигиея (здоровье). Именно от ее имени произошло слово «гигиена», у врачевателя была еще одна дочь — Панацея («все излечивающая»). Святилище Асклепия, в котором также занимались лечением, было основано афинянином Телемахом. В 420–419 до н. э. он установил на южном склоне статую бога из большого храма в Эпидавре. Больные и страждущие размещались непосредственно в портике прямо перед святилищем. Там они засыпали и ждали чудес, которые нашлют на них боги во время сна. Археологи обнаружили большое количество вотивных предметов, особенно графических и скульптурных изображений различных частей тела, которые Асклепий и его семья помогли излечить. Эти находки доказывают, что вера была очень важной составляющей жизни древних афинян. Данный рельеф дает возможность узнать, как обычно проходила церемония просьб о выздоровлении и преподношения даров. Асклепий показан в храме с женой Эпионой («облегчающая боли») и дочерью Гигиеей. Они принимают дары от многочисленных просителей.

Портрет правителя. Конец II века.

Следующий том

Капитолийские музеи — старейший комплекс городских музеев Рима — размещены в трех дворцах: во Дворце сенаторов, Дворце консерваторов и в Новом дворце. Здания расположены на площади, спроектированной самим Микеланджело Буонарроти. В музеях представлены обширная коллекция древнеримской скульптуры, собрание живописи, охватывающее период от Позднего Средневековья до XVIII столетия: полотна Веронезе, Тинторетто, Рубенса, Караваджо, Ван Дейка, Тициана, Пьетро да Кортоны, коллекция греческих ваз и другие предметы искусства.

Content

М. Силина
Музей Акрополя

Архаика

Коры

От архаики к классике

Классика

Парфенон

Галерея склонов