Наталия Матвеева ТРОФЕЙ

Глава 1

Был объявлен ее выход. Ощущая дрожь нетерпения, приятного волнения и радости, она уверенной походкой вышла на подмостки. Яркие огни рамп слепили ее, а публика рвалась аплодисментами, криками и свистом. О, она прекрасно знала, что завсегдатаи бара ждут ее номера с необыкновенным восторгом.

Подмостки напоминали собой по форме градусник из детского мультфильма: сначала она шла по длинному, узкому мостику, звонко цокая каблучками и уверенно и грациозно качая бедрами, а затем мостик расширялся, превращаясь в форму круга, в центре которого…

Она коснулась шеста рукой, ощутив его холодную сталь и жесткость… Ее сердце билось в груди, она была в своей стихии. Заиграли первые аккорды страстной, горячей музыки, и она, как порыв ветра, легко и невероятно грациозно запрыгнула на шест… И Начала танцевать.

В этом месте автор, к сожалению, не может наступить своей песне на горло и не упомянуть о некоторых ключевых моментов биографии этой девушки.

Ее звали Элис Купер, и с семи лет она воспитывалась своим единственным и горячо любимым старшим братом Джеком Купером. Это произошло случайно, она сама не напрашивалась, но ужасная и нелепая автокатастрофа забрала ее родителей и сделала из семилетней девчушки и двадцатиоднолетнего парня обыкновенных и несчастных детей сирот, оставив их на попечение друг друга и государства. Возможно, жизнь этих ребят в диком и непредсказуемом штате Канзас могла бы быть совсем иной, но на момент катастрофы старший брат Элли Джек уже был совершеннолетним, а значит суд без зазрения совести назначил его единственным опекуном над раздавленной горем девочкой.

В целом, он очень даже неплохо смотрелся в этой роли. Не смотря на молодость, он упорно работал на нескольких работах, чтобы оплачивать их маленькую квартирку в бедном районе, соседствующую с вечно-синими лицами бомжей, копающихся по мусорным свалкам, и наркоманами, шныряющими по проулкам в поисках легкой наживы, при этом он не забывал водить сестренку в школу, проверять ее уроки и оберегать от неприятностей, которые она собирала с удивительной легкостью, как будто над ней горел невидимый флажок с надписью: «Ищу проблемы. У кого лишние — подкидывайте!»

Таким нелегким образом, раскапывая ворох трудностей, росли брат и сестра, постепенно закаляясь и приобретая свои индивидуальные черты, отличающие их от детей, выросших в окружении любви и родительской заботы. Джек стал очень даже симпатичным и привлекательным мужчиной, с жестким, несокрушимым характером, приятной фигурой и неплохим вкусом в выборе одежды, наверное, он был даже слишком привлекательным, что немедленно переросло в бесконечную любовь к бесконечным женщинам, и их ответную бесконечную любовь к нему. Элли же, не смотря на этих самых бесконечных женщин и образец непостоянства вкуса перед глазами, выросла обыкновенной, в меру скромной и гордой, без мнения о том, что весь мир ей чего-то недодал и по гроб жизни остается должен.

В общем, завершая краткие мемуары, можно сказать, что к тому моменту, когда Элли исполнилось восемнадцать, и они с Джеком переехали жить в Нью-Йорк, у них за душой не было ничего, кроме нескольких, довольно простых, но симпатичных комплектов одежды и на удивление привлекательной внешности… Но у Элли были еще танцы. Возможно, это единственное, кроме Джека, конечно, что представляло для нее какую-то ценность в жизни… Да что там, это была вся ее жизнь!

В Канзасе Элли окончила школу искусств с отличием, как того хотела ее мама, и в поисках себя, обучилась многим разным направлениям, но по-настоящему раскрыть свою душу и почувствовать, как она отрывается от тела и улетает вслед музыке, вытаскивая из нее одно за другим все ее чувства и эмоции, у нее получилось только когда она попробовала танцы на пилоне, так называемом шесте. Но об этом позже.

По приезду в Нью-Йорк Джек устроился в крупную строительную компанию дальнобойщиком и часто пропадал на рейсах по два-три дня, но Элли не боялась быть одной. Она к этому привыкла. Девушка во что бы то ни стало решила поступить учиться в престижный Нью-Йоркский Институт истории и бизнеса, но на книги и обучение нужно было зарабатывать, и тогда она решила заняться тем, что получалось у нее лучше всего в жизни — танцами. Она никогда не бросала танцы.

В Нью-Йорке девушка долго подбирала клуб, в котором она могла бы выступать, при этом не испытывая на себе острой потребности администрации в том, чтобы она разделась. Побывав в десятках клубов, Элли вдруг совершенно случайно забрела в клуб под коротким названием «Иглы». Это был не совсем клуб, хотя здесь и танцевали, но больше заведение напоминало бар-ресторан. Элли не верила, что здесь ей улыбнется удача. Она знала, что владельцем является крупнейший бизнесмен и торговец, а в простонародье — крестный отец одной из крупнейших мафиозных семей города — Джузеппе Моранди. Ей было немного страшно, потому что этот бар относился к такому темному и опасному преступному миру, а управляющая делами, стальная женщина-вамп сорока двух лет Сесилия Монтерезо, одним своим взглядом могла порезать на части не хуже кухонного ножа. Но не прошло и пары минут от начала ее танца, как Сесилия остановила музыку и подняла голову наверх, на красивый, резной ВИП-балкончик, где Джузеппе встречался со своими партнерами и проводил переговоры. Заметив, что Сесилия ждет знака, Джузеппе, который, не отрываясь, следил за выступлением девушки, серьезно кивнул и проговорил:

— Берем ее.

И Элли получила эту работу.

Сейчас ей двадцать два. Она четыре года танцует в «Иглах», ощущая при этом полнейший восторг и плохо скрываемый кайф. На жизнь денег ей хватало, и она была самой желанной танцовщицей за всю историю клуба. Постоянные посетители бара поначалу пытались оказывать на нее «физическое воздействие» (в ее голове глагол «приставать» перерос именно в такую деликатную форму), но Джузеппе ясно дал понять, что все танцовщицы его заведения неприкосновенны, в противном случае чьи-то «грязные лапы могут оказаться в не менее грязной глотке, или еще в подобного рода местах» — такая табличка висела прямо над барной стойкой, привлекая всеобщее внимание своим оригинальным и недвусмысленным текстом. Поэтому Элли была спокойна и счастлива.

Танцуя сейчас, завораживая своими длинными, черными, прямыми и струящимися по спине до поясницы волосами, превосходной подтянутой идеальной фигурой с потрясающими стройными ножками и нежным, плавным изгибом бедер, глядя в темноту зала необыкновенными миндалевидными, зелеными, словно изумруд, глазами в обрамлении тонких темных бровей, нежной линии носика и ярко-алых губ, Элли демонстрировала удивительную грацию, гибкость и страсть. Девушка приковала к себе около сотни глаз со всех сторон обширного, прямоугольного, темного зала, ловя горячие комментарии в свой адрес и слыша одобрительный свист.

О, этот танец!

Когда музыка кончилась, и Элли крутанулась последний раз, горячо, невероятно сексуально и эротично откинувшись на шесте, продемонстрировав соблазнительную грудь, чудесную, гибкую спинку и потрясающий животик, зал взорвался аплодисментами, выкриками и предложениями не очень приличного содержания, перемежавшиеся с более-менее цензурными восторженными восклицаниями.

Элли глубоко дышала, ощущая дикий прилив адреналина и чертовского восторга. Она открыла глаза и, посмотрев в темный зал, игриво улыбнулась. Поклонившись, она легко ушла со сцены, так же грациозно и звонко стуча каблучками, как и вошла.

На ней была всего лишь белая мужская рубашка, открывающая зону декольте настолько, насколько возможно, и демонстрирующая частички черного, сценического бюстгальтера, миниатюрные черные шортики, открывающие полностью ее стройные ножки в черных туфлях на высоченных шпильках, и, конечно, мужчины провожали ее взглядом до тех пор, пока она не исчезла за занавесом.

— Классный танец! — подмигнул Элли за кулисами пробегающий мимо с коробкой портвейна бармен Джо — молодой, приятной внешности, высокий шатен с карими глазами, невероятно веселый и до ужаса разговорчивый.

Элли приветливо улыбнулась ему.

— Тебе помочь?

Джо с огромным восторгом кинул на нее полный восхищения взгляд из-за плеча и весело крикнул:

— Да, захвати двенадцать литров бурбона на обратном пути! Гости сегодня его что-то уж слишком часто заказывают!

Элли захохотала и, откинув свои потрясающие черные волосы, двинулась в обратном направлении, к маленькой боковой лестнице, выходящей в зал.

Еще во время танца она заметила его за одним из дальних столиков. Слегка улыбаясь, она откинула плотную портьеру и нырнула в голубоватое освещение и клубы дыма от сигарет.

— О, черт возьми, опять эта цыпа! Детка, посиди с нами!

— Красотка, что ты делаешь сегодня вечером?

— Малышка, едем ко мне!!

Элли пропускала мимо ушей похотливые, полные животного вожделения реплики и уверенно, с присущей ей грацией, легко двигалась в темноте между столиками.

Джек сидел в развязной позе, курил и пил бурбон. На нем была небрежно расстегнутая на верхние пуговицы рубашка, черные брюки и туфли. Он излучал уверенность, силу, мужество и невероятно притягательную сексуальность. Элли исподтишка наблюдала за ним во время выступления и уже догадывалась о цели его посещения…

Подойдя к его столику, она с ходу произнесла:

— Даже не думай, Джек, ты не в ее вкусе!

Джек обаятельно улыбнулся и сделал глоток из бокала.

— Привет, сестричка! Потрясное выступление! Так сколько ей?

Элли прищурилась, не сводя суровых глаз с брата. Она видела, с какой страстью и силой притяжения он смотрел на моло1денькую официантку Тришу, которая включила весь свой флирт, бросая на него не менее пылкие взгляды в ответ.

Вот и сейчас, Триша мягко проплыла мимо его столика, улыбнувшись самой игривой улыбкой, на какую только была способна в своем возрасте, а Джек страстно прошелся глазами по ее стройной фигурке, излучая невероятную брутальность и желание.

— Месяц назад исполнилось восемнадцать. — сказала Элли, сложив руки на груди. — Она могла бы быть твоей дочкой.

Джек расхохотался и, мужественно выдохнув дым сигареты, страстно наклонился к стоящей спиной Трише и горячо шепнул:

— То, что нужно.

Элли закатила глаза, но с удивлением обнаружила, какое магнетическое воздействие произвели его слова на девушку. Она выпрямилась и неуверенно обернулась, сияя от счастья. Элли заметила, как сильно она разнервничалась и покраснела, и поняла, что борьба проиграна.

— Джек, ты омерзительный тип!

Джек посмотрел на Элли и хитро подмигнул:

— Отвезти тебя домой?

— Сама доберусь.

— Отлично.

Элли отвернулась и пошла прочь, догнав Тришу, уносившую грязную посуду на кухню.

— А мне он нравится… — с горящими глазами проговорила девушка. — Твой брат — самый сексуальный мужчина на земле!

Элли рассмеялась.

— Он старше тебя вдвое!

— Значит, он шикарный любовник! — выпалила Триша и, подмигнув Элли, свернула на кухню.

Элли удивленно смотрела ей вслед… Странно… Неужели бывают женщины, которые рассматривают более зрелого и взрослого мужчину в качестве интрижки «на один раз»? «Действительно, нужно еще подумать, кто тут кем пользуется», — ухмыльнулась про себя она.

Глава 2

Настал один из самых волнительных и ответственных дней в жизни Элли. И начался он с омерзительного, разрывающего уши, писка будильника.

Элли с трудом вырвалась из крепкого сна, проклиная свою полуночную работу и дьявола, придумавшего будильники с такими «миленькими» звоночками. С большой неохотой оторвав свою прекрасную головку от подушки, она сфокусировала трезвонящий аппарат на прикроватной тумбочке, схватила его и швырнула в противоположную стену. С пронзительным визгом будильник пролетел полкомнаты и, встретившись со стеной, развалился на части и замолк.

Элли перевернулась на спину, борясь со сном.

Солнце уже заглянуло в небольшую, но уютную спальню, лучиком пройдя по зеркальному шкафу-купе в полстены, рабочему столу с ноутбуком, широкой дубовой кровати, в которой, на белоснежных простынях в красной, тонкой, трикотажной пижаме нежилась Элли.

Ей так не хотелось вставать…

Но сегодня такой важный день! День первых лекций в Институте истории и бизнеса! По телу девушки прошла волнительная дрожь. Ей нужно будет влиться в новый коллектив, зарекомендовать себя, как ответственного студента, возможно, вступить в братство…

Так бы она и лежала, если бы входная дверь ее маленькой квартиры на Двадцать пятой улице с грохотом не отлетела. Элли обреченно застонала — она знала, что это Джек. Теперь покой ей только снится.

Ровно через секунду Джек вихрем возник на пороге ее спальни в той же одежде, что и вчера, и с нескончаемым потоком энергии и силы. За ночь его подбородок и щеки еще больше обросли мужественной щетиной, придавая его образу вместо несвежести, какой-то особый шарм, а рубашка на идеальном теле была наполовину расстегнута, обнажив миру потрясающий торс.

Увидев Элли в кровати, он поднял брови и ухмыльнулся:

— Так я и думал.

Элли застонала, заметив в его глазах решительный огонек. Кажется, сейчас ей снова придется испытать на себе один из его великолепных методов быстрого подъема…

— Нет, Джек, только не это, я сама…

Но Джек уже подлетел к ней и легко, словно пушинку, подхватил ее поперек туловища, закинув ее себе на плечо, будто какой-то мешок, и взяв курс на ванную комнату.

Элли захохотала и заколотила его по спине кулаками.

— Джек! Перестань! Отпусти меня! Джек!!!

Но Джек спокойно и уверенно занес ее в ванную, не снизойдя до разговоров, усадил ее прямо в саму ванну, вручил зубную щетку и задернул шторку со словами:

— Жду тебя через пятнадцать минут на кухне.

И походкой человека, преисполненного чувством выполненного долга, он развязно вышел, захлопнув дверь. Элли шутливо погрозила ему щеткой вслед, но не могла сдержать улыбки. Он делает так, чтобы ей было лучше… Правда, немного… спартанскими методами.

На стареньком, но от этого не менее потрясающем, «Мустанге» Джек привез Элли на парковку перед университетом.

Элли посмотрела на величественное, старинное пятиэтажное строение главного корпуса с колоннами в викторианском стиле, обвела взглядом зеленый двор, где под раскидистыми ветвями дубов собирались толпы студентов, общались, смеялись и обнимались, даря друг другу море позитива, заметила в толпе одиночек, растерянно, как и она, глазеющих на все происходящее, и подумала, что этот день — самый волнительный и нелегкий за прошедшие несколько лет.

Она посмотрела на популярных красоток в модных нарядах и на ярких, высоких юношей и с тоской вздохнула, опустив глаза на свой прикид.

На ней был спортивный черный топ, обтягивающий ее великолепную фигуру, подчеркивающий упругую грудь, серые спортивные штаны и, единственная ее гордость — белые «найковские» кроссовки, за которые когда-то она отдала весь свой заработок. Великолепные черные волосы она забрала в конский хвост на затылке и накрасила губы красной помадой. Что-что, а выгодный макияж, подчеркивающий изумрудные глаза, она делать умела.

Джек, облокотившись на руль, чуть прищурившись, наблюдал за сестрой, и, конечно, ее взволнованный вздох не укрылся от его проницательных глаз. Он слегка улыбнулся. Элли посмотрела на него:

— Я сегодня должна быть неотразимой? — с неохотой спросила она.

Джек ухмыльнулся.

— Нет. Просто постарайся не попасть в передрягу.

Элли рассмеялась.

— Обещать не могу! Эти дурацкие передряги сами меня находят!

Джек притянул сестру к себе и обнял за шею.

— Всего лишь будь внимательней с выбором друзей. — Он посмотрел вперед, и его глаза зажглись игривым огоньком. — К примеру, вон та крошка. — Он указал на миловидную студентку, неуверенно двигающуюся к массивным, дубовым дверям Института. Элли сморщила нос.

— Джек! Не навязывай мне тех, кого бы ты мечтал испортить! Она явно жуткая зануда, ты только глянь на эту неуверенную походку!

Джек расхохотался.

— Внешность бывает обманчива, сестричка! Ты даже не представляешь, что такие, как она, вытворяют в…

— Кстати, как там Триша? — перебила его с ухмылкой Элли, прекрасно понимая, где Джек провел прошлую ночь.

Джек только хитро подмигнул.

— Забрать тебя вечером?

Элли улыбнулась и помотала головой.

— Нет. У меня сегодня смена в баре.

Джек поцеловал Элли в лоб и подтолкнул.

— Тогда вон из моей машины.

Элли с шутливым укором посмотрела на брата и вышла в шумный и такой чужой двор. Она с интересом разглядывала студентов, снующих туда-сюда, радующихся старым знакомым и весело хохочущих в любимых компаниях… И волнение все прибывало и прибывало.

Элли толкнула дубовые двери и вошла в просторный, отделанный мрамором, холл университета. Проталкиваясь через толпы студентов, она нашла, наконец, стенд с расписанием занятий, на которые она записалась, и быстро изучила его, сделав несколько фотографий на свой мобильный. Выдохнув, она поспрашивала дорогу в свою аудиторию у проходящих мимо девушек странного, готического вида и, поднявшись на третий этаж, впервые вошла в зал, где собирались ее однокурсники.

Первое занятие — лекция по астрономии — проходило в огромной, поднимающейся все выше и выше (наверное, хотели сделать ее дорогой в космос, но стройматериала не хватило) с каждой ступенькой аудитории, поражающей своей вместимостью и гулким, отражающимся от стен и потолка эхом мужских и женских голосов.

Элли слегка затормозила в дверях, с восхищением разглядывая зал и с любопытством пялясь на тех, кто уже успел занять свои места. Юноши и девушки тоже с интересом посмотрели на Элли, и та заметила в глазах представительниц женского пола пренебрежение и насмешку, с коими они оглядывали ее свободный, спортивный стиль одежды, а юноши довольно быстро отводили глаза, хоть и успевали задержаться на несколько секунд на ее лице и груди.

Элли слегка ухмыльнулась. Спортивные штаны делают свое дело. Глупые пустышки, которым важны лишь наряды от ведущих кутюрье, не подойдут к ней лишний раз без повода, а парни не будут глазеть на ее ноги, ей и в баре этого хватает… Здесь она хотела быть обычной девчонкой и будет ею.

Совершенно спокойно, как будто она и эта аудитория — старые знакомые, Элли прошла вглубь и поднялась по лестнице примерно до середины зала, плюхнувшись на свободную скамью и расслабленно развалившись.

Солнце светило прямо ей в лицо, она слегка жмурилась, глядя то в окошко, на зеленые вековые дубы, то на входящих в зал студентов. В помещении, тем временем, звуки общения и вежливых знакомств все больше и больше усиливались, набирая обороты, и Элли с любопытством отметила, что стали выделяться активные девушки, претендующие на всеобщую любовь и преклонение, с накладными ресницами и обтягивающими фигуру яркими, откровенными платьями и высокими каблуками, специально подобранными, чтобы производить неизгладимое первое впечатление. Среди юношей происходило тоже нечто подобное: потихоньку начали выходить вперед более-менее привлекательные и наглые, глуповато поигрывающие мускулами и стреляющие, как им самим, наверное, казалось, игривыми взглядами брюнеты и блондины, стремящиеся оказаться в центре оживленных разговоров, а главное — поближе к девушкам с накладными ресницами.

Элли с интересом изучала их, понимая, что сидеть и жмуриться на солнышке ей нравиться гораздо больше, чем слушать то, о чем велась беседа в этих крутых компаниях. Она совершенно не хотела быть среди тех, кто громко и призывно хохочет, претендуя на всеобщую любовь, и тем более среди тех, кто с восторгом и преклонением смотрит им в рот… Поэтому она расслабленно наблюдала, мечтая, чтобы в эти двери вошли те самые люди…

Буквально за две минуты до начала лекции в аудиторию влетела девушка. Элли с любопытством посмотрела на нее. Она была светловолосой, волосы в беспорядке растрепались, спадая закрученными локонами ей на плечи, на достаточно стройном теле красовалось белое платье, завязывающееся на шее и открывающее ровную спину, разлетающееся легкими, воздушными волнами от талии до колен. Ее лицо было простым, но чем-то привлекало: большие голубые глаза, нежная форма губ, темные, вразрез с волосами, брови…

Залетев в аудиторию, она с ужасом посмотрела в сторону кафедры преподавателя, но, увидев, что его еще нет, выдохнула с облегчением и, тут же сделав неприступное и важное лицо, растрепанная блондинка легко, будто шагала по подиуму, от бедра двинулась вверх по ступенькам, внимательно разглядывая сидящих.

Элли слегка улыбнулась. Она смотрела прямо на нее, видя в ее глазах упорядоченность выбора, проницательность и ожидание чего-то, как будто кто-то свыше должен был включить для нее красную стрелочку над тем местом, где ей предстояло сесть… И с этой секунды Элли поняла — девушка выберет ее.

Блондинка уверенно шла вверх, скользя вдумчивым взглядом по направленным на нее глазам, носам, шевелюрам, и, наконец, она посмотрела на Элли.

Элли слегка улыбалась, пристально глядя на нее. Блондинка внимательно заглянула ей в глаза… И остановилась напротив. Сложив руки на груди и прищурившись, она спросила, не отрывая оценивающего взгляда от Элли:

— Ты выглядишь как спортсменка на олимпийских играх. Накрашена, как на подиум, а вот платья от «Гуччи» нет. Зачем ты напялила эти треники?

Элли ярко улыбнулась. Эта девушка — то, что ей нужно.

— Я и в них прекрасно выгляжу. С тем же успехом я могла бы нацепить каблуки и юбку. И кстати, треники — самая эффективная вещь на земле против внимания безмозглых идиотов. А ты всегда делаешь вид, что совсем не торопилась, или просто не знаешь, что твоя прическа напоминает второе пришествие на наши земли урагана «Катрины»?

Блондинка захохотала.

— Это естественная укладка! Я бы посмотрела на тебя, если бы ты опоздала в первый день! Можно сесть? Меня зовут Кейси. — и, не дожидаясь соблаговоления Элли на этот счет, она легко плюхнулась рядом и заговорщически прошептала:

— На самом деле Сиси, но я терпеть не могу это имя.

Элли ухмыльнулась.

— А я Элли. Элли Купер.

Кейси захохотала.

— Серьезно? А волшебник изумрудного города у тебя есть?

Элли сокрушенно развела руками, хитро представив себе Джека.

— Только чучело с соломенными мозгами.

— Тоже ничего. — Кейси улыбнулась. — Откуда ты? Только не говори, что из…

— Канзаса? — продолжила Элли. — Увы, ирония судьбы… или милая шутка родителей.

Кейси расхохоталась. Они еще немного поболтали, пока шум в аудитории не прервал громкий звонок, оповещающий о начале занятий. Последние студенты стали спешно заходить в зал, и тут Элли замерла… Кейси увидела перемену в ее лице и проследила за ее взглядом.

В аудиторию вошел парень. Он был красив, красив и еще раз красив… Он вошел уверенной походкой, спокойно и с каким-то внутренним сиянием осмотрев помещение и студентов взглядом ярких, голубых глаз… Они как будто светились невероятной внутренней энергией, силой, триумфальным превосходством и неукротимой решимостью… Казалось, что никто и никогда не сможет перейти ему дорогу, для него и его взгляда не существует достойных соперников. Элли все смотрела и смотрела, даже забыв о том, как нужно моргать или дышать. Парень был высок, обладал потрясающей атлетической, и от этого только еще более сексуально притягательной, фигурой. На нем была черная футболка, темно-синий модный пиджак, черные брюки и туфли, но не одежда, сидящая на нем с небрежной элегантностью, а именно он сам создавал вокруг себя ореол страстного и обаятельного притяжения. Темно-каштановые, чуть волнистые волосы, спадающие на лоб и затылок, проницательные, уверенные ярко-голубые глаза заставили всю женскую половину аудитории замолчать и уставиться на него наивными и по-детски восторженными глазками, невольно приведя в боевую готовность все свои орудия для победного флирта. Сам же красавчик, казалось, не замечал фурора, произведенного его появлением, а просто остановился на секунду в дверях, сунув руки в карманы брюк, и с огоньком внимательно осмотрел аудиторию волевым взглядом.

Элли смотрела на него, ощущая, как ее сердце громко стучит в груди, и она сама недоуменно слышала его стук, пытаясь понять одним полушарием мозга, как этот парень смог за одну секунду сотворить с ней такое, а вторым — какова вероятность того, что из сотни девчонок, из которых четвертая часть — это суперзвезды всех планет и галактик, он бросит взгляд на нее, в черной майке и спортивных штанах.

Кейси тихонько присвистнула.

— Ого-го, надо же, какой красавчик! Элли, скорее, покажи ему свои треники, он оценит оригинальность твоего выбора!

Элли таинственно улыбнулась.

— Я покажу ему все, что он захочет. Мне кажется, я люблю его!

Кейси прыснула. В этот момент вошел преподаватель — мужчина в сером костюме с ярко выделяющейся седой щетиной на фоне смуглой кожи и темных глаз, и строгим, повелительным тоном провозгласил на всю аудиторию:

— Успокаиваемся! Все по местам! Начинаю через полминуты.

Юноша двинулся вверх по ступенькам, ловя на себе восхищенные взгляды и слыша тихий благоговейный шепот девушек, сканирующих его глазами не хуже рентген-аппарата. Он легко и очень притягательно улыбался, но при этом оставался серьезным, а его взгляд скользил и скользил все выше… пока не остановился на Элли.

Элли смотрела на него, а он — на нее, и это было волшебное ощущение… Его проницательные, горящие внутренней, запертой им самим в глубине себя, страстью глаза внимательно изучали Элли, пока он поднимался вверх, вдоль рядов.

Элли испытывала невероятное жгучее чувство, кровь гнала и гнала с каждой секундой все быстрее, разливаясь горячей лавой по телу, сердце бешено долбилось в грудной клетке, а душу как будто подвесили на тонкую веревочку… М-да. Влюбилась в совершенно незнакомого, смазливого мальчишку… Но она чувствовала… знала, что он не просто пустоголовый ветер перемен.

Он не отрывал от Элли горящих глаз, поднимаясь вверх, и, дойдя до ряда девушки, сел прямо перед ней, бросив на нее последний обаятельный взгляд. Элли выдохнула и посмотрела на Кейси. Та хихикнула.

— Ну и ну! Жаль, я не захватила из дома мясо, думаю, бифштекс бы отлично прожарился на вашем взгляде! Черт побери! Завтра тоже приду в трениках!

Девчонки еще немного пошушукались, в то время, как преподаватель, профессор Фил Лесли, декламировал вступление к своей лекции. Элли совсем не слышала его слов… Она смотрела на впереди сидящего в развязной и расслабленной позе юношу, изучала влюбленным взглядом его волосы, затылок, плечи, его уверенные, немного наглые движения и слушала стук собственного сердца… Как вдруг откуда-то слева…

— Это что, «Найк»?

Элли резко выскочила из своих грез и повернула голову, с удивлением обнаружив слева от себя темноволосого, с длинноватыми, слегка волнистыми волосами юношу в просторной футболке, джинсах и кроссовках… Той же, всеми известной и порядком надоевшей, фирмы «Найк». Элли прищурилась, глядя на кареглазого незнакомца, и недоуменно спросила шепотом:

— Откуда ты взялся??? Держу пари, когда я сюда садилась…

Юноша мило и очень открыто улыбнулся ей, а его глаза блеснули задорным огоньком:

— Так это «Найк»? — он кивнул на ее кроссовки. Элли усмехнулась.

— Нет. Дешевая подделка.

Она посмотрела на Кейси, с интересом слушающую их разговор. Кейси кивнула на юношу.

— Ты его знаешь?

Элли пожала плечами.

— Впервые…

— Что ты танцуешь? — вдруг неожиданно донеслось ей в затылок, и Элли резко повернулась, заметив веселую улыбку на губах парня. Она ошарашено уставилась на него. Элли не хотела никому говорить, что по ночам танцует в баре для преступников, вертясь вокруг шеста… Мало кто мог бы понять ее правильно… Но этот парень!

— С чего ты решил? — пренебрежительно бросила Элли.

Юноша игриво подмигнул:

— Никто в здравом уме не выложит шестьсот баксов на обычные уличные кроссовки. Они очень важны тебе. Важны для тренировок. Так что ты танцуешь?

— Ты танцуешь? Будь я проклята! — шепотом, полным восхищения, проговорила Кейси. — А мне покажешь?

Элли шикнула на нее, а юноше сказала:

— Ты ошибаешься. Это не «Найк». Хочешь, я продам тебе эти кроссовки за три бакса?

Юноша внимательно посмотрел на нее, затем ухмыльнулся:

— Это «Найк». И я еще увижу, как ты танцуешь.

Элли фыркнула, отвернувшись от него и посмотрев на Кейси. Кейси лукаво улыбнулась.

— Сегодняшний денек полон сюрпризов!

Элли ухмыльнулась, а когда повернула голову, увидела, что рядом с ней пусто… Удивленно нахмурившись, она посмотрела на не менее удивленную Кейси и шепотом воскликнула:

— Ну и, черт побери, куда он делся? Он что, приснился мне в страшном сне???

Девчонки секунду смотрели друг на друга, а затем прыснули со смеху, стараясь не произвести шум.

Весь день напролет Элли и Кейси безостановочно болтали, смеялись и узнавали друг друга. Кейси оказалась веселой, шаловливой девчонкой, которая могла свести с ума своей откровенностью, оригинальным мышлением и чувством юмора. Она совершенно ничего не стеснялась и открыто заигрывала с окружающими юношами, мило, но очень неприступно улыбаясь.

Элли ощущала огромную радость — она нашла подругу. Свою, такую настоящую, она чувствовала это… Но не только Кейси сегодня безраздельно владела ее вниманием.

Этот парень… Когда Элли встречалась с ним взглядами, то готова была предложить ему жениться на ней! Но, кажется, не только она. К большому неудовольствию Элли и веселому азарту Кейси юноша покорил всю женскую аудиторию. Девушки жадно липли к нему стайками, некоторые из них скромно предлагали знакомство, а некоторые — с самоуверенной напористостью, что вызывало на лице парня легкую, почти незаметную улыбку. Он был серьезен со всеми, и за весь день Элли лишь пару раз увидела, как он по-настоящему улыбается, сражая своим обаянием и притяжением. Его мужественность и внутренняя сила неотвратимо привлекали Элли, но она была достаточно скромна и, на удивление, хорошо воспитала собственным старшим братом, который внушил ей, что женщина всегда должна оставаться женщиной, а инициатива должна сохраняться в руках мужчины, так что, вздыхая по нему в сторонке, она так и не подошла к нему ни разу за весь день.

Последнее занятие подошло к концу. Элли и Кейси вышли из аудитории с облегчением: от новых предметов голова просто звонила в уши не хуже колокола. На улицу уже опустилась прохлада, солнце медленно закатывалось за крыши домов, играя красными лучами в листве деревьев. Элли и Кейси не спеша прогуливались, направляясь к стоянке.

— Подбросить тебя до дома? — спросила Кейси, рукой указывая на маленькую красную «Тойоту», как попало перекрывшую каким-то волшебным образом сразу два парковочных места.

Элли захохотала.

— Если ты ездишь также, как паркуешься, то спасибо, я лучше пройдусь. Тем более мне нужно на работу. — девушка устало зевнула.

Кейси хитро вскинула брови.

— Ага! Так я могу случайно разгадать эту великую загадку бытия! С удовольствием подвезу тебя до работы, очень надеюсь, что мои предположения верны! — Кейси весело и загадочно захихикала. Элли ухмыльнулась.

— Какие еще предположения?

— Ты… м-м-м… стриптизерша! — выпалила Кейси, с жадным ожиданием уставившись на Элли. Элли возмущенно вытаращила на нее глаза и захохотала:

— Чего-о-о??? Вот, значит, как ты обо мне думаешь??? Ну все, блондинка, теперь ты точно никогда не узнаешь мою тайну! Я унесу ее с собой в… — Элли резко замолчала, уставившись куда-то перед собой. Затем она нахмурилась. — Черт бы его побрал!

Кейси удивленно глянула на подругу, затем проследила за направлением ее взгляда и тоже заметила старенький, но невероятно блестящий и эффектный «Мустанг» и потрясающего, сексуального мужчину, нагло и самоуверенно прислонившегося к нему и курившего с не меньшим обаянием.

— М-м-м! Кто этот потрясающий мужчина??? Какой симпатяшка! — выпалила Кейси, восторженно глядя на Джека, который уже успел заметить девушек и сам, в свою очередь, с горячим огоньком глазел на Кейси.

Элли хмыкнула.

— Вставай в очередь, Сиси. Это мой старший брат.

Девушки подошли к «Мустангу», и Элли бросила недовольный взгляд на Джека, возмущенно проговорив:

— Ну и что ты здесь делаешь, папочка? Кажется, я просила тебя не приезжать!

Джек невозмутимо выдохнул дым от сигареты и абсолютно спокойно посмотрел на сестру.

— Я должен был лично проверить, насколько красивую подругу ты себе заведешь. У тебя хороший вкус, сестричка!

Он перевел взгляд на слегка порозовевшую Кейси, которая тут же врубила на полную мощность весь свой флирт и женскую обольстительность и таинственно улыбнулась:

— Я и не ожидала, что у Элли из Канзаса есть такой потрясающе сладкий брат! Меня зовут Кейси Холл. — она протянула свою маленькую, аккуратную ручку.

Джек горячо улыбнулся, снова смерив Кейси своим притягательным, игривым взглядом, и, нежно взяв ее ручку в свою сильную мужскую ладонь, горячо поцеловал.

— Джек Купер. Ты невероятно красиво улыбаешься, Кейси. Я следил за тобой от самого кампуса.

Элли прыснула.

— Сиси, не слушай, он это всем говорит!

— А я всех называю сладкими и сексуальными, так что мне без разницы! — невозмутимо и весело откликнулась Кейси, не отрывая игривого взгляда от Джека. — Так что ты делаешь завтра вечером?

Джек слегка приподнял брови в игривом удивлении, но тут же снова смерив Кейси жаркими, страстными глазами, проговорил:

— Я весь твой, прекрасная Кейси.

— Вот и отлично! — Кейси мило улыбнулась ему.

Элли усмехнулась. Она вдруг поняла, что Сиси не так проста, как кажется, и это ее позабавило.

— Ну держись, Джек! — шепнула она так, чтобы братец ее услышал.

— Садись в машину, Элли. — жестким, беспрекословным тоном приказал он. — Я отвезу тебя на работу.

Элли хмыкнула.

— Как скажешь, папочка! До завтра, Сиси!

Кейси встрепенулась, наконец, оторвав восхищенный взгляд от Джека, и грозно помахала кулаком в сторону Элли:

— Не называй меня Сиси! Я знала, что Канзас портит людей.

Они обе рассмеялись, и Джек, снова на прощание поцеловав руку Кейси и смерив ее долгим, жарким взглядом, прыгнул за руль, направил «Мустанг» на выезд из парковки, окунув автомобиль в сияние красного заката.

Глава 3

Прошло три недели. Элли постепенно вливалась в студенческую жизнь и сделала для себя интересный вывод: жизнью Института истории и бизнеса правят дорогие шмотки, деньги, смазливые лица и ходячие горки мускулов. В ее классе училось двадцать пять студентов. С самого первого дня выделилась группа активных и богатых красоток, с потрясающей скоростью занявших собой пятерых юношей из футбольной команды, которых отличала бесконечная футбольная форма и абсолютное отсутствие мозгов, на фоне ярко выпяченных мускулов. Были и аутсайдеры — юноши и девушки, по негласным общественным правилам «недостойные» своим внешним видом и физической подготовкой соответствовать той или иной группировке, и был он… Даниэль Ван дер Билд. Тот самый красавчик, что поразил сердце Элли в первый же день. Дэн существовал отдельно от всех, и, казалось, что ему не нужны друзья. Он был тайной за семью печатями, темной лошадкой, которая так мучительно тянула к себе всех девушек с их курса. Он никого не обижал, никогда не отказывал в просьбах, был невероятно обаятелен, и его страстные глаза при всем внешнем хладнокровии и мужественности светили изнутри и, казалось, могли рассеивать мрак ночи. Дэн отличался невероятным умом — на всех предметах его успеваемость была на высоте. Он был очень добр и галантен — помогал по учебе, всегда придерживал дверь и вызывался помочь донести тяжелые сумки. Такой правильный и такой загадочный… Юноши в классе сторонились его и недолюбливали за то, что он своей персоной оттягивает на себя все женское внимание.

И была Элли. И была Кейси.

Кейси нашла общий язык со всеми: начиная от пустоголовых девочек с силиконовыми бюстами и платьями от «Версаче» и заканчивая силачами из футбольной команды. Она модно одевалась, красилась в яркие цвета, что поразительно шло ей, была веселой и остроумной и… по уши влюбленной в звезду футбола, черноволосого Микки Хатсона. Элли видела его насквозь. Самовлюбленный, вечно красующийся, здоровенный Микки менял девушек как перчатки, был небрежен в отношениях, и его ухаживания обычно длились не более двух дней. Он был глуп и пошл, но Кейси не хотела этого видеть. Ей просто нужен был он. Он был ее целью.

Элли же держалась особняком от всех. Сама того не замечая, она была среди девушек кем-то вроде Дэна Ван дер Билда среди юношей. Одевалась она все также по-спортивному, не давая повода задерживать на себе взгляд, но ее нежное личико и потрясающие миндалевидные глаза просто сводили с ума не только студентов, но и преподавателей. Элли намеренно одевала спортивную одежду и собирала волосы: она не хотела того самого пошлого внимания, которое видела в свои рабочие смены. Ей не нужны были выкрики и свист в спину, похабные руки и разговорчики. Она хотела быть независимой. Хотела быть личностью, а не только разодетой куклой как на картинке с обложки. Именно поэтому она никому, даже Сиси, не сказала, где работает. Какое мнение сложится о ней, если она скажет, что танцует на шесте в баре для преступников, принадлежащем крупному мафиози?.. Но казалось, что этот секрет скоро дрогнет.

Дело в том, что существовал в их классе еще Мэттью Джефферсон, тот самый парень, что узнал «найковские» кроссовки на ногах Элли в первый день, и теперь таинственно появлялся и исчезал обязательно где-нибудь неподалеку от Элли и Кейси. Мэтт, казалось, все время был рядом: первые пару недель он приставал с расспросами насчет танцев, но и о себе не рассказывал, его мозг блистал острым, как лезвие, умом, а фразами он всегда попадал точно в цель, оставаясь при этом неожиданно оригинальным. Его считали странным, кто-то называл его сумасшедшим, часть студентов удостоила его великолепными званиями «неадыквата» и «психа».

Но через три недели учебы, Кейси и Элли уже не мыслили себя без него.

Обыкновенное утро обыкновенного дня. Элли в кои-то веки удалось доехать до института без назойливого внимания брата: Джек уехал на рейс по работе. Взяв «Мустанг», Элли с удовольствием дорулила до института и сейчас, жмурясь на солнце, шла по шумному и многолюдному двору, выискивая Кейси. Она как всегда постаралась не привлекать к себе внимания своим внешним видом: обыкновенный белый, обтягивающий топ, обыкновенные салатовые спортивные штаны, обтягивающие икры, и не совсем обыкновенные, но уже до боли знакомые «найковские» белые кроссовки, а черные шикарные волосы совсем даже и не шикарно были забраны в странный, запутанный пучок на затылке. Остатки ночной красоты были только на лице: умелый макияж выгодно демонстрировал алые губки и зеленые глаза. Не смотря на скромное, по меркам современных студентов, одеяние, Элли как-то умудрилась отхватить взгляды почти всех юношей, мимо которых так уверенно и независимо проходила.

На одной из скамеек под старым, раскидистым кленом Элли и обнаружила свою подругу: Сиси сидела в гордом одиночестве, украшенном небесно-голубого цвета платьем, белыми туфельками на шпильке и белой ленточкой, небрежно охватившей ее светлые локоны. Выглядела она сногсшибательно, учитывая при этом, что девушка эффектно закинула ногу на ногу и красила губы яркой помадой вишневого цвета, глядя в маленькое зеркальце.

Элли весело усмехнулась и, подойдя к ней, плюхнулась рядом, сразу же закинув ноги на скамейку и усевшись в позу лотоса.

— Притормози, подруга! Еще один слой — и я бы перепутала тебя с той грудастой девицей, что вечно таскается за Терри Монтгомери из нашего класса! — со смехом заявила Элли.

Кейси и бровью не повела.

— Отстань. Я должна быть супер-неотразимой! Скоро придет ОН…

Элли шутливо фыркнула.

— Что, опять Микки? Сиси, он засранец! Как вижу эту рожу, так сразу…

Кейси дала подруге подзатыльник.

— Завидуй молча! Я ему нравлюсь.

— Не нравишься.

— Ты умеешь взбодрить! — обе одновременно хихикнули.

— А где Мэтью? — спросила Элли, оглядывая двор.

— Понятия не имею! — хохотнула Кейси. — Этот прощелыга может быть где угодно… А может, он сейчас спустится на нас с этого дерева?

Подруги, глянув на густую крону, весело рассмеялись.

— А как насчет Дэна? — с нетерпением спросила Элли, поправляя пучок на голове. Сиси закатила глаза и, видимо в отместку за Микки, саркастично ответила:

— Я за ним не слежу. — но, увидев большие, прочесывающие с огромным вниманием двор, глаза Элли, Кейси смилостивилась и добавила:

— А вообще… Он уже пришел, я видела его десять минут назад, он отбивался от очередной стайки девчонок… А точнее, обаятельно заигрывал с ними.

Элли ощутила укол ревности, но на лице не отразилось ни тени.

— Ха! Они его не получат. Он на меня смотрит. — Элли мечтательно улыбнулась, снова ощутив прилив горячей крови в груди.

Сиси расхохоталась и вдруг вскрикнула:

— Он идет! Как я выгляжу??? — торопливо спросила она, чуть покраснев. Элли угрюмо буркнула:

— Слишком хорошо для такого засранца.

— Ой, не зуди, а то рано постареешь! Встретимся на экономике! — и Сиси упорхнула, не прошло и секунды.

Элли думала о Дэне Ван дер Билде и, сквозь пелену своих грез, видела огромного, как скала, Микки, идущего по двору в неизменной футбольной форме в сопровождении двух своих верных подпевал. Она видела, как он оглядывал похотливым взглядом кроличьего самца проходящие мимо попки и ножки разных девушек, и в его пустых глазах мелькала одна мысль — кто же следующая?..

События стали развиваться самым неожиданным образом.

Элли проследила за прекрасной, стройной Кейси, которая подлетела к Микки с восхищенно-влюбленным взглядом и пылающими щечками. Микки победно ухмыльнулся, и они обнялись. Элли видела пренебрежительный взгляд его дружков: они смотрели на Кейси, как на очередную безмозглую дурочку. В сердце девушки закипел гнев.

Микки и Сиси прошли по двору, о чем-то болтая. Элли злилась от бессилия: любовь зла. Вдруг она заметила, как улыбка исчезла с лица Кейси. На ее место пришло непонимание, и она замотала головой, что-то взволнованно заговорив. Микки же улыбался тупой и пошло-плотоядной улыбкой гнилого человека… Секунда: его внезапный, мимолетный взгляд на своих друзей. Еще секунда: он крепко схватил Кейси в охапку.

Элли ощутила, как ее внутренности обожгло огнем гнева и ужаса. Она подскочила со скамейки. Кейси попыталась вырваться, брыкалась, но двое других представителей животного мира тесно обступили ее с обеих сторон, скрывая ее и Микки от посторонних глаз. Микки стал грубо и, судя по всему, больно тискать Кейси в своих слоноподобных объятиях, хватая ее за талию и спускаясь ниже, пытаясь залезть под юбку…

Мозг Элли застучал, она больше не могла стоять и смотреть. Как в тумане, она бросилась к подруге, совершенно не зная, что будет делать дальше. Ее разгневанное сердце билось, как бешеное, она врезалась и расталкивала локтями мирно стоящих и прогуливающихся на ее пути студентов, видя перед собой только трех мерзавцев, пытающихся при всех опозорить ее подругу, которая уже рыдала, но не могла громко закричать, один из громил закрывал ей рот рукой… Проходящие мимо только смотрели с ужасом и каким-то оцепенелым любопытством, но никто не рискнул вмешаться: о силе Микки здесь, в институте, ходила молва.

Гонимая ужасом и гневом, не видя ничего вокруг себя, Элли подлетела к троице и, гневно прошипев:

— Какого черта вы творите, ублюдки??? — она со всей скорости оттолкнула здоровенных дружков Микки, которые совершенно не ожидали никакого нападения, и, со всей силы схватив Кейси, вырвала ее из рук громилы-спортсмена, который был, мягко говоря, в шоке. Кейси отлетела, а Элли, размахнувшись, нанесла Микки сокрушительный удар кулаком прямо в выпученный от непонимания глаз, отчего здоровяк шатнулся, чуть не упав и с трудом удержавшись на ногах.

— Не смей так обращаться с женщиной, ты, ничтожество! — гневно закончила битву за честь Кейси Элли.

— Что за… — Микки приходил в себя, и в его заторможенном от умственного перенапряжения мозгу стал загораться нешуточный гнев. — Ты…!!! Парни, только посмотрите на эту мелкую шлюшку! И она залепила мне прямо в… черт возьми, в глаз! — он держался рукой за глаз, а во втором Элли успела заметить булькающую от распирающей его злости кровь. Как ни странно, возможно, из-за переполнявшего ее гнева, Элли не боялась его.

— Слушай сюда, скотина. Если ты еще раз хоть на метр приблизишься к Кейси — я вышибу тебе и второй глаз, обещаю! — гневно прошипела Элли, а Кейси, захлебываясь в рыданиях и потирая руки, на которых уже стали проявляться синяки, прохрипела:

— Элли, не надо…

Вокруг всей этой истории, без ведома ее участников, уже собралось пол института. Юноши и девушки шептались, шокировано глядя на происходящее, но никто не спешил вмешаться: у страха глаза велики…

Микки зарычал от гнева:

— Ах ты дрянь! Ну ты сейчас получишь… — и он резко и очень больно схватил Элли за плечо и начал его выворачивать за спину. Элли стиснула зубы, еле сдерживая слезы, и ее голову наполнил шум. Болевой шок нарастал, но она не смела пискнуть, откуда-то слева раздавались истеричные крики Сиси: «Пусти ее, ублюдок! Пусти ее!..» — и вдруг… Что-то изменилось. Сквозь белую и плотную вату боли, она вдруг услышала знакомый голос… Именно того человека, о котором она все время думает, который заставляет ее кровь кипеть, а сердце — стучать быстрее и быстрее…

— Отпусти ее. — сказал Дэн Ван дер Билд голосом, в котором звучало столько железа и мощи, внутренней силы и мужского превосходства, что Микки замер, глядя на него.

Элли сквозь слезы открыла глаза. Ее рука была заведена за спину и находилась на грани перелома, только идеальная гибкость и хорошая физическая подготовка спасли ее в этот момент… И еще, конечно, Дэн Ван дер Билд.

Он стоял напротив Микки в превосходной, модной черной куртке с поднятым воротом, серой футболке, обтягивающей его великолепный пресс, черных джинсах и модных кроссовках. Его развязная, обаятельная поза, руки, небрежно засунутые в карманы, пристальный гневный взгляд как-то по-особенному сияющих голубых глаз — все демонстрировало его силу, превосходство и желание покончить с этим делом раз и навсегда. Тут Элли заметила, что вокруг них собралась приличная толпа, и все, замерев, смотрели на Дэна. Из толпы блестело множество восхищенных и влюбленных глаз, слышался томный шепоток.

— Не лезь не в свое дело, Ван дер Билд! — рявкнул Микки, трясясь от гнева. — Ты же не хочешь иметь такого врага, как я…

Ни один мускул не дрогнул в лице Дэна. С огромным нажимом и упорством он четко произнес:

— Я сказал: отпусти ее. Немедленно!!!

— Ублюдок… — процедил Микки. — Сам напросился! Ребята!

Услышав команду, сторожевые псы Микки с двух сторон накинулись с кулаками на Дэна. Кейси закричала, закрыв лицо руками, толпа зашумела. Сердце Элли остановилось в груди от парализовавшего ее ужаса, но… Волнения оказались напрасными. Дэн очень проворно и сильно схватил одного парня за руку, резко развернул к себе спиной и сильнейшим пинком послал в толпу. Тот пролетел несколько метров и свалился на газон, зрители предусмотрительно разбежались. Второй громила попытался врезать Дэну по лицу, но он быстро и очень эффектно перехватил его руку и, завернув за спину, задрал так, что парень заверещал от боли и заорал:

— Отпусти, отпусти!!! Я не буду, не буду!!

Дэн резко и немного презрительно отпихнул его туда же, куда и первого — в толпу. В этот момент Элли ощутила, как от удивления и ужаса Микки практически перестал держать ее руку. Она резко вывернулась и, что есть силы, пнула Микки по коленке. Микки отшатнулся, выпучив на Элли один заплывший и один нормальный глаз, но ничего сделать ей в ответ не успел: Дэн подлетел и в ту же секунду ударом в другой глаз послал Микки в нокаут. Так как громила все еще, несильно, но держался за руку Элли, девушка почувствовала, что тоже падает, но в эту секунду ее подхватили горячие, сильные руки… Она как будто ощутила, как пульсирует в них сталь, непокорность, мужество и брутальность… В этот самый миг прямо напротив ее глаз возникли голубые, сияющие страстью, обаянием и мужеством, все с той же непоколебимой серьезностью, глаза Дэна, и ее мозг тут же взорвался эмоциями, а кровь вскипела от невероятной влюбленности.

— Ты в порядке? — быстро спросил Дэн и тут же повернулся к пошатывающемуся Микки, у которого быстро опухал второй глаз. — А ты — если еще раз увижу, что ты обижаешь девушку, я тебе шею сверну. Запомни это.

Голос, которым он это произнес, звенел от гнева, жесткости и превосходства. Ни капли страха — только несокрушимая уверенность в себе и внутренняя мощь. Микки затрясся и как-то странно зарычал, но тут толпа загремела аплодисментами и одобрительными выкриками, преимущественно женскими:

— Так тебе, дрянь!

— Хоть кто-то проучил подонка!

— Молодцы!! Ну, девчонка дает!

Услышав все это, Мики злобно зыркнул на Дэна и на Элли и, шатаясь, убрел вслед за своими поверженными дружками. Толпа стала разбредаться, оживленно обсуждая увиденное и восторженно поглядывая на Дэна и Элли. Элли подошла к Кейси, которая уже не плакала, а только всхлипывала. Та бросилась на шею подруги.

— Элли! Из-за твоей сумасшедшей выходки я теперь по гроб жизни тебе обязана! Хочешь, я продам свою коллекцию холодного оружия, чтобы отплатить тебе?

И девчонки рассмеялись.

Дэн подошел к ним и с тревогой посмотрел на руки Кейси, которые уже покрылись сплошными фиолетовыми синяками.

— Кейси, ты как? Давай я отведу тебя в медпункт. — голосом, не терпящим возражений, но в то же время излучающим заботу и искреннее переживание, спросил он.

Кейси благодарно улыбнулась ему, и в ее глазах зажглось восхищение. Элли заметила это и тихонько, ревниво толкнула подругу в спину. Кейси очнулась и быстро проговорила:

— Я в порядке, Дэн, спасибо! Я не знаю, как вас с Элли благодарить…

Элли подмигнула ей и улыбнулась, переведя взгляд на Дэна. Он смотрел на нее страстно, горячо, она внутренне содрогнулась от его несокрушимой силы и энергии, а улыбка, которую он подарил ей, сразила девушку наповал. Ее щеки порозовели, а сердце бешено заколотило по груди.

— Отличный удар. — с ухмылкой, горячо проговорил он. — Где ты научилась бить здоровенных парней?

Элли захохотала.

— Нигде. Я научилась этому, пока летела сюда на крыльях своего гнева, потому что этот урод обижал мою подругу… Я могла начать и с хорошего пинка… Но эта блестящая мысль посетила тебя. — Элли вдруг ощутила дикое стеснение, он был так сексуален, так красив! И смотрел на нее с невероятной страстью и огнем в глазах… Так серьезно, но в то же время так игриво! — И кстати… Спасибо тебе за то, что вступился за меня… Толпа просто стояла и смотрела, никто не рискнул, а ты… Ты спас мою руку от перелома! — весело закончила она свою робкую речь.

Дэн слегка прищурился, изучая Элли внимательным взглядом… Она слегка вздрогнула: он как будто пытался прочитать ее мысли и ему это удавалось! Чуть улыбнувшись, он сказал:

— Удивительно, пять минут назад ты излучала бесстрашие и поразительную стойкость, набросившись на самого сильного громилу института и вытерпев боль от выкрученной руки, а сейчас… Ты выглядишь так, будто я тебя смущаю. Я не боюсь восстановить справедливость, но ведь и ты не побоялась. — он серьезно, но с каким-то странным, непонятным чувством посмотрел на Элли и вдруг улыбнулся. — Еще увидимся, Элли Купер.

Элли покраснела еще больше, услышав такое точное описание ее собственных чувств, но поспешила взять себя в руки и улыбнулась ему яркой и нежной улыбкой:

— Еще увидимся, Дэн Ван дер Билд.

И Дэн, бросив на прощание горячий взгляд в ее глаза, пошел в сторону кампуса развязной походкой, излучая уверенность и обаяние, притягивая десятки женских взглядов и брутально закуривая.

Элли вздохнула ему вслед и посмотрела на Кейси. Та весело хохотнула.

— Ладно, я меняю свое отношение к этому загадочному типу. Если будете встречаться, я, пожалуй, не буду возражать.

Элли с шутливым укором посмотрела на подругу.

— Ну спасибо, разрешила! А вот ты, прежде чем встречаться с кем-нибудь, впредь согласовывай кандидатуру со мной! На все глаза мне кулаков не хватит!

И девушки звонко и весело расхохотались, двинувшись на занятия. По дороге к аудитории их сопровождали любопытными и восторженными взглядами, а многие показывали пальцем и перешептывались. Элли поморщилась. Слишком много внимания всегда смущало ее и очень досаждало. Кейси же, напротив, светилась ярче рождественской елки на Тайм-сквер.

В аудитории стоял шум и гвалт. Когда девушки вошли, напряжение и возбуждение превысило допустимые децибелы. Юноши восторженно и влюбленно глазели на Элли, наконец, снизойдя до того, чтобы с интересом и любопытством разглядывать ее фигуру и личико, а девушки смотрели с завистью и некоторой настороженностью.

Кейси сияюще помахала всем рукой, большинство ответило ей приветственным откликом в ответ, а Элли досадливо окинула направленные на нее глаза угрюмым взглядом и, сунув руки в карманы, стала подниматься по ступеням между рядов, желая убраться как можно выше, чтобы подавить в себе неловкое смущение.

На одном из последних рядов Элли заметила Мэтью, взлохмаченного как обычно, в серых спортивных штанах, белых «найках» и такой же белоснежной футболке, которая сильно контрастировала с его волосами. Развязно закинув ноги на парту, он расслабленно что-то смотрел в своем планшетном компьютере.

Элли мрачно плюхнулась рядом, сложив руки на груди и закинув ногу на ногу, не глядя на Мэттью, но периодически бросая взгляд на восторженную Кейси, которая с упоением вещала свой рассказ, окруженная толпой однокашников.

Мэттью увидел Элли и присвистнул:

— Эй, что ты такое натворила? О тебе говорит весь институт!

Элли нахмурилась еще больше.

— Ничего особенного. Просто дала в глаз одному мерзавцу, который обижал Сиси. Не знаю, что здесь нужно обсуждать?

Мэтт хохотнул.

— Ну да. Учитывая, что мерзавец — это Микки Хатсон, сердцеед и качок, то действительно ничего. А при чем тут Дэн Ван дер Билд?

Элли пожала плечами. В ее взгляде загорелся огонек при звуке его имени, а сердце встрепенулось.

— Он вступился, когда этот тупой верзила пытался сломать мне руку.

Мэтт расхохотался.

— О вас уже видео в U-Tube выложили. За десять минут — 1600 просмотров! Что за идиоты.

Элли улыбнулась, глядя на него. Удивительно, как же хорошо он ее понимает!

— И не говори!

В этот момент в аудиторию уверенно вошел Дэн. Он был как всегда серьезен, но глаза его горели огнем и невероятной мужской силой. Испепеляюще глядя на студентов, которые тут же уставились на него, он развязно стал подниматься вдоль рядов. Кейси, завидя его, хитро заулыбалась и быстро прыгнула на скамью рядом с Элли. Элли же не могла оторвать от него глаз, она всеми внутренними струнами ощущала ту сдерживаемую страсть и то обаяние, что излучала неприступная оболочка Дэна, и она чувствовала, что душа рвется к нему, а влюбленности ее нет предела.

— Красавчик! — шепнула Кейси заговорщически.

— Он уже пригласил тебя на свидание, Эл? — с корректным любопытством спросил Мэттью.

Элли слышала их через плотный слой ваты: Дэн обжигал ее горящим взглядом, сохраняя при этом внешнее хладнокровие. Их глаза встретились.

— Пока еще нет. — тихо сказала она.

Мэтт хмыкнул.

— А он знает, что ты танцуешь?

В этот момент Дэн прошел мимо Элли, не отрывая от нее взгляда, но слегка улыбнувшись, и сел прямо позади нее. Слова Мэттью вернули девушку с небес на землю, и она сурово посмотрела на него.

— Сколько раз тебе говорить, Мэтт, я не танцую! Хочешь, я подарю тебе эти кроссовки абсолютно бесплатно??

Мэтт широко улыбался и, наклонившись вперед, чтобы видеть Кейси, спросил:

— Кей, ты знаешь, что она танцует?

Кейси закатила глаза.

— Да, шизофреник ты мой дорогой, ты мне каждый вечер об этом смс-ки пишешь!

Троица весело расхохоталась.

Вошел преподаватель, и гвалт постепенно стих.

Всю пару Элли ощущала на себе его взгляд, и это не давало ей покоя… Она физически чувствовала жар, с каким его глаза скользили по ее волосам, шее, ровной спине, и вспоминала эти сильные руки в тот момент, когда он подхватил ее, и эти голубые глаза… В гневе он казался очень опасным и решительным, что привлекало ее к нему еще больше.

В середине пары цепочку размышлений прервала маленькая, скомканная записка, прилетевшая на ее стол сзади. Мэттью лишь усмехнулся, даже не посмотрев на Элли, а Кейси обернулась, искренне улыбаясь Дэну.

Элли не могла сдержать взволнованной улыбки: ее душа запела, ей хотелось вскочить на эту парту и станцевать на ней жгучий грузинский танец, с таким нетерпением она разворачивала бумажку. Послание гласило: «Завтра в шесть на Бруклинском мосту». Еле подавляя чувство дикого трепета и волнения, влюбленная по уши, Элли сделала деловой вид и нацарапала на бумажке: «ОК», не оборачиваясь, отослав ее через плечо назад Дэну. Она пыталась сдержать улыбку, но это было невозможно, ее душила радость, а сердце громко билось. Кейси хитро переглянулась с Мэттью, а затем глянула на Дэна и заговорщически прошептала:

— Видел бы ты ее лицо!..

Элли толкнула подругу в шутливом раздражении:

— Заткнись!

Но она не видела, как Дэн триумфально улыбнулся.

Глава 4

На следующий день Элли не находила себе места. Ночью она танцевала в баре жутко рассеяно, но гостям, похоже, под ударной дозой алкоголя, было все равно: они как всегда рукоплескали ей и бросали свои, как им казалось, очень необходимые для Элли комментарии. Весь день в институте она и Дэн не говорили, а лишь обменивались долгими, горячими взглядами, которые замечали не только Кейси и Мэттью, но и другие девушки с их курса, что полностью растворило в небытие их благодушное отношение к Элли, заменив его на зависть и ревность.

После занятий Кейси довезла Элли до дома и сыграла роль успокоительного, пока девушка собиралась на вечер.

— Почему бы тебе не пойти, как все нормальные девчонки — в вечернем платье? Неужели у тебя ни одного нет? — вещала Кейси, лежа в комнате Элли на ее кровати и набивая рот шоколадом.

Элли сидела перед зеркалом и красила губы красной помадой. Ее вечерний макияж был идеален, волосы, как обычно, собраны в странноватый, но довольно хитрый пучок на затылке, а на стройной фигурке красовалась белая просторная туника с рукавом в три четверти и широким вырезом от плеча до плеча, декоративно рваные на коленках джинсы, облегающие ее стройные ножки, и все те же, что и всегда, фирменные белые кроссовки.

— Конечно нет! Зачем оно мне, если у меня нет туфель к нему? — со смехом соврала Элли, понимая, что если бы Кейси узнала, какие наряды есть у ее подруги, то точно не выпустила бы ее из дома в таком виде.

Кейси покачала головой:

— А я-то думала, он тебе нравится…

Элли усмехнулась.

— Главное, я ему нравлюсь такой, какая я есть.

Кейси закатила глаза.

— Не пей много и не спи с ним на первом свидании. Испортишь впечатление.

Элли захохотала.

— Спасибо, что предупредила, подруга, а то я уж хотела не надевать белье! Все, я полетела, будешь уходить — дверь не запирай, иначе Джек меня прикончит!

Она подскочила, хватая телефон и напоследок бросая быстрый, взволнованный взгляд в зеркало. Кейси оживилась.

— Джек? М-м-м! Тогда я останусь и дождусь его! А ты иди-иди и до утра не возвращайся! Удачи, Элли!

Элли с усмешкой покачала головой и, махнув подруге на прощание, вылетела из квартиры. Так как квартира Элли находилась в одном из беднейших кварталов Бруклина, то нетрудно догадаться, что до моста девушка пошла пешком.

Еле сдерживая волнение и дрожь, Элли отбрасывала от себя страшную мысль, что Дэн разыграл ее. Часы на одном из бизнес-центров пробили ровно шесть, когда Элли, добредя уже до середины моста и поглядывая на шумно проносящиеся мимо автомобили, вдруг увидела его.

Дэн сидел на арматуре моста, свесив ноги в пустоту, и курил. Он был все так же потрясающе красив, а его глаза, сияющие в лучах заходящего солнца, все также излучали уверенное спокойствие, силу, мужество и дикий, внутренний огонь, как будто стучащийся в закрытую дверь…

Элли остановилась. Она еле дышала. Кровь кипела в ней, а глаза, прикованные к нему, сияли восторженной девичьей влюбленностью… Он так сексуален… Так, стоп! Что это на нем надето? Дэн сидел в белой, обтягивающей потрясающие мускулы, футболке и серых спортивных штанах, которые ужасно шли ему, подчеркивая его атлетическую фигуру. Образ завершился белыми модными кроссовками.

Элли выдохнула, взяла себя в руки и, улыбаясь своей таинственной, чуть играющей улыбкой, подошла к нему.

— Привет, Дэн.

Дэн посмотрел на нее: его глаза горячо и медленно скользнули по фигуре Элли сверху вниз и обратно, он лишь слегка улыбнулся, излучая невероятное мужское притяжение.

— Я рад, что ты пришла, Элли Купер. Преклоняюсь перед твоей красотой.

Он взял ее за ручку и нежно, но очень страстно поцеловал ее. Не успела Элли запечатлеть в своей голове всю бурю чувств, которую вызвало его прикосновение к ней, как Дэн вдруг неожиданно дернул Элли к себе в объятия и… спрыгнул с моста.

Секунда полета в бездну, и Элли закричала от неожиданности и всплеска адреналина… Ее сердце замерло лишь на мгновение, но тут она увидела, как над ними разматывается стальной трос, прикрепленный к арматуре моста, и безудержно захохотала.

Они летели вниз и Элли крепко держалась за шею Дэна, ногами обхватив его за талию, ощущая невероятный восторг и свист ветра в ушах, но все это не могло сравниться с горячей сталью его тела, его мужеством и силой… его триумфом над ней. Элли чувствовала его руки, такие крепкие и горячие, они обжигали ее спину…

Трос натянулся и спружинил обратно, оставив этих двоих болтаться в заходящих лучах солнца, играющих на водной ряби Гудзона, где-то посередине, между гулом автомобилей и тихим плеском воды, как будто они очутились в ином измерении…

Элли хохотала, ощущая такую любимую дрожь от адреналина в крови, и не только от него… Его глаза были так близко, Элли смотрела в них и тонула в их глубине, а Дэн изучал ее, внимательно считывая ее эмоции, страстно оглядывая ее лицо и улыбаясь только лишь во взгляде, оставаясь таким же собранным и серьезным, сильным и брутальным. У Элли кружилась голова от влюбленности, от горячившего ее жара, от тонкого, еле уловимого, но такого потрясающего запаха его одеколона, и она продолжала смеяться, пока ее легким еще хватало воздуха.

— Ты что, совсем того??? А если я боюсь высоты? — хохотала она.

Дэн любовался ею откровенно, их объятия становились все горячее… Он приподнял брови.

— Вот я и решил проверить, боишься ли ты чего-нибудь еще, кроме откровенного взгляда.

Элли закатила глаза.

— Ты, кажется, решил сразу избавить меня от всех существующих во мне недугов? На первом свидании люди обычно так близко не знакомятся. — она бросила взгляд на то, как ее ноги обнимают его, но Дэн качнул головой.

— Это пустяки. Мы все еще не знакомы. Ну что, идем? Держись крепче!

Он отпустил Элли, которая повисла на нем, вцепившись как можно сильнее, и схватился за трос, ловко подтягиваясь наверх. Элли восхитилась его силе и с улыбкой произнесла:

— Так вот для чего спортивные штаны? Оригинально.

Дэн ухмыльнулся.

— Просто знал, что ты вряд ли оденешь платье и продемонстрируешь мне свои потрясающие ножки.

Элли ощутила, как ее сердце забилось еще быстрее, и покраснела.

— Может, я ношу штаны, потому что они совсем даже не потрясающие.

Дэн в ответ лишь слегка улыбнулся.

Они влезли на мост и перевели дух. Дэн отцепил от себя трос и протянул ей руку, глядя на нее горячими, притягательными глазами. Элли ощутила дрожь любви, но не стала играть в гордячку и протянула ему свою маленькую ладошку, красиво и игриво улыбнувшись.

— Что теперь? Пойдем положим головы в пасть крокодилу?

Дэн впервые улыбнулся, да так обаятельно, что две идущие навстречу девушки завороженно уставились на него, проводив восхищенными взглядами.

— Нет. Едем в одно место.

Он подвел ее к потрясающему, черному «Доджу», не совсем новому, но блестевшему, как начищенный хрусталь. Элли присвистнула.

— Уау! Я такую только по телевизору видела!

Дэн спокойно открыл переднюю пассажирскую дверь для Элли и помог ей сесть.

— Вот мы и начинаем знакомиться ближе, прекрасная Элли. — и, захлопнув дверь, он сел за руль.

Виляя по запруженным улицам Нью-Йорка, они подъехали к бару «Восхождение». Мест на парковке около него практически не было, и народ с шумом все прибывал.

Элли улыбнулась, глядя на вывеску и чувствуя приятное волнение от радости. Она знала это место. Джек любил бывать здесь, он считал этот бар самым лучшим в Нью-Йорке, где играют настоящий рок.

Дэн внимательно следил за лицом девушки.

— Знаешь этот бар?

Элли радостно кивнула.

— Мой брат мне много рассказывал о нем. Здесь играют лучшие рок-группы Нью-Йорка… Всегда мечтала сходить сюда, но этот придурок отказывался брать меня. — шутливо пожурила Элли Джека.

Дэн снова горячо поцеловал ее руку и, бросив на нее очередной жаркий взгляд, слегка улыбнулся:

— Тогда идем скорее.

Бар был действительно великолепен: отделанный серым мрамором, он вмещал в себя около сотни уютных столиков и целый танцпол, на котором веселились гости всех мастей и возрастов. Самые потрясающие инструменты, старые и новые произведения, живое исполнение и то самое неповторимое, что называют «душой наизнанку», вместе с неотъемлемой страстью, огнем, адреналином — все витало в воздухе этого заведения и как будто окутывало со всех сторон.

Элли счастливо улыбнулась, оглядывая полутемное помещение, полное народу и серого дыма от сигарет. Здесь ей нравилось больше, чем в родных «Иглах», но бар «Иглы» жил внутри нее, он был ей будто вторым домом, который она ни на что не променяет.

— Ну и где тут бар? — в предвкушении, весело спросила она.

Этот вечер был самым великолепным в ее жизни.

Элли и Дэн сидели у бара, пили текилу с лимоном, болтали и танцевали, танцевали, танцевали… Дэн был просто потрясающим, он ухаживал за Элли, угождая всем ее даже невысказанным желаниям, он внимательно слушал ее рассказы о жизни ее и Джека, рассказывал о себе, и всегда, всегда этот горячий взгляд, обжигающий, душный, страстный, сильный и обезоруживающий, хотя Элли была далеко не шикарно одета. Им было весело, Элли ловила его редкие, но такие обаятельные улыбки, и чувствовала, как внутри нее все органы растворяются в обжигающем пламени… Они подпевали любимые песни, танцевали, пили…

Дэн рассказал Элли, что его фамилия относится к древнему роду, берущему свое начало с восемнадцатого века. Его предки были знатными дворянами и построили здесь, в старом Нью-Йорке, особняк, фамильный дом, в котором теперь живет Дэн. Богатство передавалось из поколения в поколение по мужской линии, но каждый, принимавший его, должен был продолжать семейный бизнес — торговлю рабами. До современности это дело, конечно, не дошло, но появились другие предприятия, которые и поддерживали дворянскую казну в избытке. Так фамильный дом и авто и достались Дэну от отца, который погиб при невыясненных обстоятельствах пять лет тому назад. Матери у него тоже нет — она умерла, когда ему было всего пять.

Элли, конечно, было жутко интересно, но она сходила с ума от страсти, слушая его голос, наблюдая за его уверенными жестами и такими притягательными голубыми глазами… Ну и в известной мере алкоголь тоже делал свое дело.

Весело переговариваясь, они вывалились из бара около трех часов ночи. Элли никогда не ощущала себя так хорошо — хоть алкоголь и дурил ей голову, но она прекрасно понимала, что происходит в данную секунду.

— Это было так… классно!!! — воскликнула она, кружась вокруг себя на тротуаре. — Я буду ходить сюда каждую ночь… Даже если ты не сможешь сопровождать меня! — весело добавила она.

Дэн ухмыльнулся, закуривая. Любуясь ею, он серьезно произнес:

— Поедем ко мне?

Элли вздрогнула внутри себя. Она так хотела этого, что ее разум туманило от горячей страсти… Но гордость… Интерес… Загадка… Она не должна так дешево отдаваться на первом свидании!

Сложив руки на груди, Элли подняла брови:

— Так сразу бы и предложил заняться сексом, к чему столь длинные прелюдии?

Дэн серьезно и очень по-мужски посмотрел на нее, затем вдруг усмехнулся, обаятельно выдохнув дым.

— Вообще-то, я собирался просто показать тебе особняк, но если ты хочешь заняться сексом…

Элли смутилась и с хохотом шлепнула улыбающегося Дэна по плечу.

— Черт с тобой, едем смотреть твой дворец! Завтра на учебу не пойду, а то Кейси оторвет мне голову!

Они рассмеялись и сели в машину.

Дэн привез Элли в один из самых старинных жилых кварталов Нью-Йорка — квартал Освободителей. Элли с огромным интересом разглядывала проплывающие мимо усадьбы разных эпох, окруженные старыми яблонями и погруженные во тьму. Большинство домов прятались за современными высокими, каменными заборами с видеонаблюдением, так что Элли могла видеть только шикарную черепицу, которой были покрыты их крыши. Но вот превосходный «Додж» подъехал к трехэтажному высокому особняку из старинного черного камня. Эпоха реформации — определила в своей голове Элли, восхищаясь величием старинного здания. По мощеной дороге Дэн подъехал прямо к крыльцу и бросил машину как попало.

— Приехали. — спокойно сказал он, пробудив Элли, которая завороженно разглядывала вишневый сад невероятной старины, окружавший со всех сторон поместье Ван дер Билдов.

Элли восторженно посмотрела на Дэна.

— А я живу в маленькой двухкомнатной квартирке в Бруклине, где единственную старину представляет мой тридцатишестилетний брат — герой-любовник. Хотя, чтобы посмотреть на него, нужно приложить усилия — он редко ночует дома.

Дэн тепло рассмеялся, сияюще посмотрев на девушку, и вышел из машины.

Они вошли в прекрасный, величественный дом. Все здесь дышало прежними эпохами: и мебель в Викторианском стиле, и винный погреб, и камин из резного камня… Элли чувствовала время, через которое прошел этот дом, и представляла балы, которые давали прежние владельцы дома, костюмы и напитки…

Они поднялись на второй этаж, где уже присутствовал дух современности: уютная, хорошо оборудованная кухня с различной вспомогательной техникой, шикарная ванная комната с гигантской джакузи и…

Дэн толкнул одну из дубовых дверей.

— А это…

Но Элли и сама догадалась.

— Твоя комната. — продолжила она и ощутила невероятный трепет.

Комната была прекрасной: древние книжные шкафы, трюмо, старые бюро и огромная кровать на четырех столбиках с красным, шелковым балдахином…

Элли вошла, оглядываясь, стараясь ничем не выдать своего волнения. С каждым шагом вторгаясь в личное пространство Дэна, она чувствовала, как ее сердце билось сильнее, а жар все больше захватывал ее внутренности, и выпитый алкоголь только усиливал чувства, придавая мыслям безрассудства. Дэн стоял в дверях, сложив руки на груди и облокотившись плечом об косяк.

Элли покружила в комнате и аккуратно присела на край кровати. Ее била внутренняя дрожь. Она посмотрела на Дэна… О, Боги! Он нежно ласкал взглядом ее тело, а его глаза! Через сталь и непоколебимую мужскую силу она ощутила горячую страсть, желание и… нежность. Он смотрел на нее так горячо, так притягательно… Элли еле заметно выдохнула.

— Твой дом прекрасен. Я не очень вписываюсь в интерьер, к сожалению.

Дэн ухмыльнулся.

— Ты не предмет, Элли, чтобы вписываться куда бы то ни было. И своей независимостью ты демонстрируешь это.

Элли улыбнулась и, стряхнув с себя некоторую робость, которая появилась в результате трудно скрываемой страсти, встала и подошла к нему.

— Мне пора.

Дэн стоял в дверях, не шелохнувшись. Его глаза сияли огнем и страстью, страстью…

— Я прошу тебя: останься.

Элли вздрогнула. Она тонула в его глазах, ее сопротивление катастрофически быстро угасало…

— Ты же знаешь, что…

Она не договорила. Дэн стремительно подошел к ней и поцеловал… И, конечно, сопротивление было сломлено окончательно.

Глава 5

На часах было восемь утра.

Элли принимала душ в огромной, великолепной, мраморной ванной комнате и видела себя в гигантское зеркало на стене. На ее губах играла счастливая и немного лукавая улыбка. Эта ночь была самой потрясающей в ее жизни. Она никогда не испытывала ничего подобного… Дэн любил ее… Она чувствовала это в его горячей и мощной страсти, в его нежности и диком, необузданном желании… О, как любовно и восхищенно он ласкал ее тело, и при этом оставался все таким же серьезным, излучающим невероятную внутреннюю мощь и мужество… Элли чувствовала себя в руках сильного, уверенного в себе мужчины, который знает, чего он хочет, и знает, чего хочет она…

И она не жалела о том, что отдалась так быстро. Ей казалось, будто они знакомы уже целую вечность… Хотя и знали друг о друге совсем чуть-чуть.

Приняв душ, Элли распустила свои длинные, черные волосы, наскоро наложила обычный макияж и, замотавшись в белое, пушистое полотенце, босиком легко заспешила на кухню.

Но не успела она толкнуть дверь, как та сама отворилась и Элли нос к носу столкнулась… с мужчиной. Их глаза встретились.

Невозможно описать словами, с каким взглядом он смотрел на нее, но Элли вдруг ощутила себя маленькой и беспомощной. Юноша был высок и просто чертовски невероятно красив и сексуален… У него были черные, как и у Элли, волосы, спускающиеся по шее небольшими волнистыми прядками, мужественное лицо, правильный нос и, как положено сексуальному красавцу, трехдневная щетина на щеках и подбородке… Но Элли заметила это, как и великолепную, подтянутую фигуру, уже позже. Она каким-то невероятным образом была просто не в состоянии прервать с ним зрительный контакт. Его синие глаза горели не просто огнем, а каким-то разрушительным, адским пламенем. Элли заметила в них сумасшедшую безрассудность, неукротимую, уничтожающую все вокруг себя, энергию и мужское превосходство… А главное — вместе с дикой страстью и игривым коварством, Элли заметила непреодолимое притяжение, обаяние… Ни доброты, ни тепла, ни вежливого любопытства в этом взгляде не было вообще, что тоже ощутила Элли на каком-то духовном уровне.

Элли и молодой мужчина принялись разглядывать друг друга. Первое удивление уже прошло, и Элли заметила, что юноша одет в черные, стильные брюки, потрясные туфли, а поверх идеального, мускулистого тела была небрежно наброшена белая рубашка с закатанными до локтей рукавами и расстегнутая на все пуговицы, буквально призывая взгляд Элли оценить его великолепную фигуру.

Но что-то в нем не давало ей чувствовать себя спокойно, она ощущала стеснение, и не только от того, что была в одном полотенце… Он нагло и очень откровенно прошелся глазами по ее телу, буквально впитывая каждый дюйм ее кожи с такой всеобъемлющей страстью и абсолютно не скрываемым желанием, что Элли захотелось убежать и спрятаться хотя бы в тот симпатичный винный погреб, который показывал ей Дэн вчера. Он внимательно и до ужаса притягательно заглянул в ее глаза и, с ощущением полной вседозволенности ухмыльнулся. Элли была сражена наповал этим коварным, даже каким-то черным, не оставляющим и шанса на спасение, обаянием.

— Ты что, уже одета? Жаль. Ты, наверное, ошиблась ванной, леди, джакузи в моей комнате гораздо круче.

Элли услышала эти нахальные, саркастичные слова, и в ней поднялся лукавый и игривый гнев. Неизвестно откуда к ней вернулась уверенность в себе, и даже наглость, которой не было прежде. Она игриво улыбнулась и, глянув ему через плечо, громко проговорила:

— Эй, Дэн! Не знаешь, что это за псих?

Юноша прищурился, хитро, с сарказмом улыбнувшись.

— Ты что, пришла с крошкой Дэнни? Детка, у тебя явные проблемы со вкусом. Надо быть разборчивее в выборе мужчин! — он горячо наклонился к ней и страстно, сводя с ума своей горячностью, проговорил:

— Идем со мной, и ты забудешь о Дэне раз и навсегда.

За спиной юноши показался Дэн в черной, обтягивающей футболке, джинсах и модных кедах, он сиял серьезной уверенностью и обаянием, Элли невольно улыбнулась глядя на него. Дэн подошел ближе и, слегка толкнув юношу, с раздражением произнес:

— Отстань от нее, Кристиан, найди себе другую жертву.

Элли посмотрела на юношу по имени Кристиан, который нахально, даже и не думая стесняться, разглядывал ее тело с ног до головы огненным, диким и совершенно необузданным взглядом, и перевела взгляд на Дэна:

— Так кто этот выскочка, Дэн? Ты так и не сказал.

Дэн открыл было рот, но Кристиан опередил его. С большим триумфом и пронизывающим сарказмом, он бросил на Дэна насмешливый взгляд и, взяв руку Элли, обжигающе, почти оставив на ней ожог, поцеловал ее:

— О, так ты не рассказал обо мне? Предусмотрительно, малыш Дэнни. Я Кристиан Ван дер Билд, девочка в полотенце, старший брат твоего возлюбленного, владелец поместья, в котором ты принимала душ, и тачки, на которой ты сюда приехала.

Элли от удивления вытаращила глаза.

— Брат??? — она посмотрела на Дэна, который с нескрываемым раздражением стал готовить кофе. — Хотя, я понимаю, почему ты скрыл его от меня… — Элли также нагло и горячо посмотрела на Кристиана, прожигающего ее своим коварным и саркастичным взглядом. — Здесь абсолютно не о чем рассказывать.

Кристиан триумфально рассмеялся, излучая невероятную сексуальность и мужскую, брутальную уверенность в себе.

— Дэн, где ты нашел эту надоедливую, занудную пташку? Она выпендривается похлеще меня!

Элли захватило возбуждение и возмущение, а Кристиан спокойно прошел на кухню, схватил бутылку бурбона и, развязно плюхнувшись на стул и закинув ноги на стол, притягательно закурил, одновременно наливая себе в бокал выпивку. Дэн серьезно и раздраженно посмотрел на брата, затем на возбужденную Элли, которая вдруг с невероятным азартом и яростным гневом, сияющими прекрасными зелеными глазами смотрела на Кристиана, и жестко проговорил:

— А что ты вообще здесь делаешь? Ты же должен быть на своем очередном свидании с… этой… как там ее зовут?

— Джина или Дженни, кажется. — безразлично проговорил Кристиан, не сводя огненного взгляда с Элли, особенно уделив внимание ее ножкам и груди, точнее зоне декольте, которая не была скрыта полотенцем. — Да и какая разница? Кроме того, свидание еще не закончено. — он пожирающе и очень горячо взглянул Элли в глаза. — Скажи, а ножки настоящие? Давно таких стройных не видел.

Элли ухмыльнулась.

— Нет, я одолжила их на время у Джулии Робертс. Что за дешевые разговорчики? — она села за стол напротив него и с огоньком в глазах улыбнулась. — Слова закоренелого неудачника, особенно насчет девушки. Сколько тебе? Пятнадцать? Семнадцать?

Кристиан уверенно захохотал и глотнул бурбон. Дэн ухмыльнулся, глядя на него, и передал Элли кружку с кофе, восхищенно бросив на нее горячий взгляд. Элли нежно посмотрела на него в ответ, испытав снова свои трепетные чувства, но их тут же потеснил возмущенный и игривый гнев, когда она услышала ответ Кристиана:

— Двадцать семь, детка. Очень мило, что ты проявляешь интерес ко мне, но, кажется, ты отдалась моему брату? — Кристиан игриво подмигнул вспыхнувшей Элли. — Извини, я не кручу романы с выпендрежницами.

Элли шокировано расхохоталась. Дэн обнял ее за шею и, закуривая, спокойно произнес:

— Теперь ты видишь, почему я тебе не рассказал о нем?

Элли помахала ему пальцем в останавливающем жесте.

— Дэн, погоди. — она возмущенно и возбужденно посмотрела на Кристиана. — Это я выпендрежница? А кто сидит в позе гамака за столом, пьет бурбон в восемь утра и не хочет застегивать рубашку, пытаясь привлечь внимание дешевым трюком? А я вовсе не выпендриваюсь.

Кристиан хохотал от души. Сунув в рот сигарету, он начал застегивать рубашку, ничуть не смутившись от слов Элли, а даже наоборот, все равно демонстрируя свое превосходство.

— Ладно, детка, так и быть, застегнусь. А насчет тебя… Ты, между прочим, играешь в любовь до гробовой доски с моим братом-однолюбом, а сама выставила напоказ почти все свое тело, за исключением маленького кусочка, совершенно незнакомому мужчине… Если ты не выпендриваешься, тогда отчего все еще в полотенце?

Элли захохотала. Ее дико раззадорила эта игра, игра по-черному, на низменных чувствах гнева и азарта, игривого соперничества с этим эгоистичным, самовлюбленным, властным красавцем, который всегда оказывался на шаг впереди.

— Черт возьми! — воскликнула Элли, вскочив на ноги. — Ты просто невыносим! Подожди здесь, я покажу тебе, в чем пришла, и ты никогда не назовешь меня выпендрежницей! Никуда не уходи!

И она вылетела из кухни.

Через две минуты, Элли залетела обратно, на ходу натягивая кроссовки. Кристиан сидел в той же позе с бурбоном в руках, а Дэн восседал на столешнице, куря сигарету.

— Ну вот. Как тебе? — с триумфом сказала Элли, запихивая шнурки в кроссовки, и, вспомнив, что у нее еще были забраны волосы, останавливающе махнула рукой. — А, подожди. Еще вот. — И, достав из кармана резинку, она быстро смастерила на голове пучок и крутанулась вокруг себя. — Теперь я тоже, по-твоему, выпендрежница?

Кристиан с триумфом и не менее горячо осмотрел Элли с ног до головы, уделив особое внимание тем частям тела, которые были скрыты под полотенцем, и ухмыльнулся, излучая огонь.

— Да, теперь ты выглядишь ужасно, не спорю. Но ты все еще выпендрежница.

Элли повесила руки и рассердилась, сев на стул.

— И почему же?

Кристиан спустил ноги на пол и, облокотившись на локти, наклонился к Элли, завораживая ее обаятельным и таким дьявольски страстным взглядом синих глаз. До девушки донеслись тонкие нотки его одеколона, и в голове словно что-то вспыхнуло, а в душе как будто дернулась невидимая струна, но гнев уже прошиб плотину и постепенно затапливал все эти чувства под собой.

— Кроссовочки-то на тебе — за шестьсот штук баксов, детка.

Элли откинулась на спинке стула, проклиная его и себя за проигрыш.

— Черт! — но, пригрозив пальцем, добавила:

— Это еще не конец, психопат.

Дэн ухмыльнулся и, посмотрев на Элли, сказал:

— Оставь его. Он со всеми играет. Ты не такая.

Элли действительно была не такой. Всю жизнь она вела себя весело и жизнерадостно, по отношению к людям, была мила в общении. Никто из ее знакомых ни за что бы не поверил, что Элли Купер, девчонка с такой положительной энергетикой, может над кем-то злобно посмеяться или поиздеваться, не говоря уже о присвоении окружающим обидных прозвищ.

Но здесь… Что с ней такое? Она никогда так себя не вела… Этот бабник и мерзавец просто провоцирует ее, заставляя ее сердце развернуться обратной стороной… Выдохнув, она вернулась в реальность, улыбнувшись Дэну, но…

— О, нет, Дэнни, ты не прав. Она такая. Я вижу это в ее глазах. — триумфально и очень самодовольно заявил Кристиан, сохраняя уверенность и горячность в голосе.

Элли снова почувствовала волну раздражения и гнева, и, еле сдерживая эмоции, забыв себя, она ядовито прошептала:

— Докажи.

Дэн покачал головой, а Кристиан прищурился и победно улыбнулся.

— В другой раз. Бурбон?

Элли хмыкнула.

— В восемь утра?

Кристиан наклонился к ней, заглянув в ее глаза, излучая страсть, энергию, сумасшествие, развязность… Элли чувствовала эту волну, она замерла, ощущая себя слабее и уязвимее его… Он завораживал ее своей брутальностью.

— Выпей. И тогда я буду называть тебя по имени. О да, я постараюсь запомнить, как тебя зовут, это будет своего рода проявление уважения с моей стороны…

Дэн замахал рукой.

— Не поддавайся! Он…

Но Элли остановила его. Наивная, она привыкла верить людям и не заметила подвоха с его стороны.

— И только-то? Слабеешь на глазах, я уж было подумала, что выбить твое уважение не так-то просто… Давай сюда.

Легко выхватив бутылку из рук Кристиана, Элли одним простым и спокойным движением налила выпивку прямо в свою кружку с кофе, ничуть не смутившись тем, что полученный «коктейльчик» содержал в себе только половину кофе. Кристиан же внимательно следил за ее действиями, откровенно и игриво забавлялся, излучая превосходство и победу и ядовито улыбаясь.

Элли спокойно посмотрела на него.

— Запоминай, псих: меня зовут Элли Купер, и давай сразу обговорим — никакого летающего фургончика, говорящего чучела и изумрудного города. И кстати, да — я из Канзаса. Теперь смотри.

Элли легко, залпом выпила отвратительный, обжигающий горло кофе с бурбоном, чувствуя, как пьянеет с каждым глотком, но внутренне направив все свои ресурсы на то, чтобы сохранить трезвый ум и рассудок.

Дэн раздраженно и досадливо сложил руки на груди.

— Ну вот. Смотри, что ты наделал. Ей, вообще-то, всего двадцать два, и мы собираемся в институт на занятия. — Он спрыгнул со столешницы и серьезно, железным голосом произнес:

— Кончай свои фокусы… Иначе я наподдаю тебе прямо здесь, даю слово. Она — не предмет твоего самоутверждения, так что держись от нее подальше.

Элли услышала внутреннюю силу и невероятный огонь в этих словах и снова ощутила влюбленность… Дэна нельзя было не послушать… От него исходило что-то такое… Но Кристиан лишь саркастично поднял брови:

— Брось, Дэн! Еще обмотай ее колючей проволокой или… Пойми, братишка, ты ничего не сможешь сделать, когда я вскрою ее сущность.

Элли насмешливо сморщила нос и посмотрела на Кристиана так, будто он выдал полнейшую чушь.

— Вскрывают баночку с вареньем, Кристиан, а желание быть плохим есть в каждом из нас. Так что ты не первооткрыватель.

Кристиан встал, сделал глоток из бокала и, коварно прищурившись, произнес:

— А ну-ка, ну-ка, Элли Купер, повтори-ка еще раз слово «первооткрыватель»?.. Или лучше слово «бур-бооон» …

Элли дико разозлилась. Он опять дразнит ее и опять впереди! Она схватила со стола кружку и хотела было запустить ею в Кристиана, который огненно хохотал, но Дэн успел выхватить у нее орудие мести и вернуть обратно на стол.

— Вот засранец! — гневно воскликнула Элли, глядя на Дэна. — Ты это слышал?

Кристиан, тем временем, схватил бутылку и, обаятельно глянув на Элли огненным взглядом, произнес:

— Ладно, малышня, с вами весело, но мне пора ехать, меня ждет дама… Дэн, гони ключи от «Доджа».

Дэн даже не шелохнулся, пристально, испепеляюще глядя на брата.

— Нет, мы едем в институт.

Кристиан закатил глаза и не менее властно и жестко проговорил:

— Ну и езжайте, я тут при чем? Давай сюда ключи от моей машины.

Дэн прищурился, выдерживая сильный, горячий взгляд Кристиана, и Элли, желая поскорее закончить это противостояние характеров, чувствуя, что братья легко могут поубивать друг друга, тяжело и раздраженно вздохнула:

— У вас такие теплые отношения, я просто сгораю от зависти! Дэн, отдай ему ключи. — сказала она, встав между ними и посмотрев на него. Затем она перевела взгляд на Кристиана. — А ты довезешь нас до института, а потом покатишь, куда захочешь. — увидев, что братья все еще упрямо испепеляют друг друга взглядами, она нетерпеливо хлопнула в ладони. — Ну???

Дэн нехотя достал из кармана ключи и кинул их Кристиану. Тот ловко поймал и недовольно скривился:

— Ладно, так и быть. Садитесь в машину, детки, папочка подбросит вас в школу.

Элли радостно улыбнулась.

— Ну вот и отлично! — и взяв за руку Дэна, она повела его на выход из дома. Кристиан, нисколько не смущаясь, допил бурбон и двинулся следом, невозмутимо усевшись за руль.

— Может, я поведу? — спросил Дэн, садясь рядом с ним на переднем пассажирском сиденье. Кристиан с усмешкой посмотрел на него.

— Не говори глупостей. После такого количества кофе ты легко можешь нас убить. Пристегнись.

Дэн закатил глаза, а Элли весело захохотала.

Абсолютно уверенно Кристиан довез Дэна и Элли до института и попросил, как можно скорее, покинуть машину.

— Ты отвратительный тип! — сказала ему с чувством Элли на прощание.

— Не запнись на крыльце, леди. Ступеньки слишком крутые для трехсот грамм бурбона. — саркастично ответил Кристиан, напоследок бросив невероятно страстный и горячий взгляд на Элли и ее фигуру, излучив волну энергии и брутального мужества.

Элли все это почувствовала словно эхом внутри себя, что только еще больше разозлило ее. Ей казалось, что ее раздражению к этому выскочке просто нет предела.

— Пока, придурок! — злобно бросила она и хлопнула дверцей автомобиля. Дэн, смерив брата уничтожающим взглядом, молча вышел следом.

— Забудь о нем. — сказал Дэн спокойно, закуривая. — Он с самого детства такой.

Элли пожала плечами, изобразив безразличие, но в душе испытывая какую-то неясную тревогу…

— Вы с ним совершенно не похожи. Разве что… — Элли задумалась, и ей на ум пришел взгляд… Взгляд Дэна, сильный, внутренний, брутальный, уверенный в себе… И взгляд Кристиана… Такой же… Но какой-то… испорченный… — Ладно, проехали.

Дэн внимательно посмотрел на Элли и, казалось, все прочел в ее глазах, потому что кивнул и не стал развивать эту тему.

Они вошли в аудиторию один за другим, не держались за руки, сели за разные парты, и только горячие взгляды, что они бросали друг на друга, могли их выдать.

Элли, счастливо улыбаясь, ощущая, как ее душа поет и порхает в невесомости, плюхнулась рядом с Кейси, которая уж строила глазки Джимми Эвансу из параллельного класса. Она была в легком, желтом платье, с аналогичным по цвету, радужным макияжем и в очаровательных желтых, лакированных туфлях на шпильке.

— Выглядишь круто. — сказала Элли, не отрывая взгляда от Дэна, который обжигающе смотрел на нее, сидя через проход. Кейси окинула внимательным взглядом Элли, затем Дэна, и ее губки медленно расползлись в торжествующей улыбке:

— Да ладно… Штаны те же, что и вчера… Та же майка… Горячий взгляд и… постой-ка… — Кейси удивленно втянула носом воздух. — Ты что… это… это бурбоном пахнет???

Элли заговорщически посмотрела на нее и хитро подмигнула:

— Да тихо, ты! Никому не говори! Меня заставили выпить. Сегодня утром в особняке Ван дер Билдов…

— В особняке??? Утром??? — воскликнула шокированная Кейси и захохотала. — Ну ты дала, подруга!!! Переспала с парнем на первом свидании?!? Ты чокнутая!!! Ну и как он? — тут же с огромным любопытством нетерпеливо поинтересовалась она.

Элли бросила игривый и влюбленный взгляд на Дэна, развязно откинувшегося за партой, притягивающего взгляд исходящим от него мужеством, непокорностью, силой, обаянием и манящей сексуальностью, и с упоением начала:

— О, ты не представляешь, это было как в сказке… Значит, он…

— Ты переспала с Ван дер Билдом? — прервал ее спокойный и веселый голос слева, и Элли, вздрогнув, повернулась к его обладателю. Рядом с ней, откуда ни возьмись, нарисовался Мэттью, закинувший ноги на парту и сложивший руки на груди с таким видом, будто уже полчаса тут сидит, просто Элли до сих пор не замечала его.

Элли нахмурилась и воскликнула:

— Черт возьми! Откуда ты взялся??? Мэтт, я клянусь, в следующий раз поймаю тебя и повешу тебе на шею колокольчик! А если захочешь снять — пришью его к тебе, слышишь?

Мэттью рассмеялся и вдруг внимательно вдохнул, веселыми глазами глядя на Элли:

— У-у-у! От кого это тянет бурбоном??? Бурная ночка, а, Элли??

Элли замахнулась на него, но он, увернувшись, миротворчески вскинул руки:

— Шучу, шучу!!! Почти совсем и не пахнет, вот через десять метров уже совсем не чувствуется… — опять наткнувшись на грозный взгляд девушки, Мэтт мило улыбнулся. — Я, вообще-то, по делу. В субботу универ устраивает вечеринку в восточном стиле. Танцы, выпивка, горячие наряды… — Мэттью изобразил восточный танец. — Ну так что? Придете?

Элли и Кейси переглянулись. Элли ощутила прилив радостного возбуждения — она так любила вечеринки с танцами! В «Иглах» они иногда могли танцевать вместе с постояльцами, Джузеппе позволял им это, но очень редко, наблюдая за ними со своего балкончика… Но… ее сердце сжалось в тоске и небольшом страхе. Здесь никто не должен узнать, что она танцует… А быть на восточной вечеринке в спортивных штанах и сидеть у бара… Нет, она вряд ли справится.

Кейси радостно воскликнула:

— Вечеринка? Класс! — и тут же наигранно грустно потупилась. — Только мне не с кем пойти…

Мэттью хмыкнул.

— Не проблема, пойдешь со мной! — уверенно заявил он. Кейси расплылась в довольной улыбке. — А ты, Эл?

Элли нахмурилась.

— Я не люблю вечеринки.

Мэттью и Кейси хором воскликнули:

— Не может быть!

Мэтт повернулся и посмотрел на Дэна:

— Дэн! Эй, Дэн!

Дэн с ярким превосходством и мужеством серьезно и вопросительно посмотрел на него. Мэттью ничуть не смутился:

— Ты такой серьезный… А как насчет вечеринки в субботу? Элли без тебя не хочет идти. — соврал он и дернул девушку под столом за руку, чтобы та не пыталась спорить.

Дэн посмотрел на Элли, его взгляд зажегся обаянием и страстью, он брутально ухмыльнулся:

— Передай ей, что я заеду за ней в семь и пусть будет готова.

Элли невольно выдохнула. Отказать Дэну она физически не могла, а лишить себя удовольствия показать ему, какой красивой и женственной она может быть, тем более. Ответив Дэну игривой, таинственной улыбкой, она посмотрела на Мэтта:

— Ладно, дружище, ты выиграл. Только не смей заставлять меня…

— Танцевать? — весело продолжил Мэтт, читая ее мысли. — Это и не потребуется. Когда ты услышишь музыку, мы все увидим, как ты танцуешь.

Элли обреченно выдохнула, устав спорить, но зная, что будет держаться из последних сил. Она перевела взгляд на Кейси, которая мечтательно хихикнула:

— А я иду с Мэттью! Вот так номер!

Элли улыбнулась.

— И кстати, я — не против. — сказала она, хитро подмигнув, напоминая подруге о недавнем разговоре. Девчонки рассмеялись, а Мэтт снова бесшумно исчез так же внезапно, как и появился.

Глава 6

Суббота. Большие круглые часы в кухне маленькой квартирки в Бруклине показывали без десяти минут семь. Царила суматоха и гвалт.

— Ты не пойдешь в таком виде и точка! — гремел Джек, сидя на кухне в модной рубашке, полурасстегнутой на груди, черных брюках и туфлях, закинув ноги на стол и распивая виски.

В двери показалась голова Элли. Она гневно посмотрела на брата и вспыльчиво проговорила:

— Джек, Джек, слушай внимательно и запоминай — от-ва-ли, Джек, слышишь?

Джек затянулся и бросил на сестру строгий, как ему, наверняка, казалось, отеческий взгляд.

— Ты прекрасно знаешь, что я могу быстренько переодеть тебя в любое закрытое платье, не испытывай мое терпение!

Элли раздраженно крикнула ему из комнаты:

— А ты, кажется, куда-то собирался? Может, поспешишь?

В эту секунду раздался звонок в дверь.

Элли бросила последний оценивающий взгляд в зеркало: ее потрясающие, черные и мягкие, как шелк, волосы струились по спине до поясницы, обрамляя прекрасное личико, на которое был нанесен яркий, вечерний макияж, подчеркивающий зелень глаз и алые губки, а на стройном, подтянутом теле отлично сидело белоснежное платье в восточном стиле, как и полагается в восточных танцах, открывавшее взору практически все тело: расшитый камнями лиф поднимал упругую грудь, далее он тонкими нитями и одной более широкой полосой соединялся с юбкой, полностью демонстрируя плоский живот, узкую талию, а сидящая на бедрах юбка впереди была достаточно короткой, чтобы идеальные, стройные ножки были видны, а сзади имела длинный шлейф до пола, белый, как и все платье, и расшитый золотистыми нитями и камнями. Босоножки на высоченной тонкой шпильке добавляли образу страстной эротичности, но пока они грустно и беспорядочно валялись в коридоре.

Элли сияла. Когда-то давно, в школе искусств она изучала восточное направление, и костюмер сшила ей это платье для отчетного концерта. Девушке оно так понравилось, что она попросила сохранить его у себя, и теперь оно ей очень даже пригодилось. Элли знала, что выглядит очень красиво.

— Ну вот уже и Дэн пришел! — крикнула Элли в кухню, мило спеша к двери. — Будь нормальным, Джек!

Джек невозмутимо выдохнул дым и глотнул виски.

— Посмотрим. — железно ответил он.

Элли отворила дверь.

Дэн стоял на пороге, прикуривая сигарету. В его голубых глазах отразился огонь зажигалки, на нем был потрясающий черный костюм, модные туфли и белая рубашка. Элли как всегда ощутила неизменную мужскую брутальность и невероятное сексуальное притяжение.

Он поднял взгляд своих жестких, серьезных, проницательных глаз и посмотрел на Элли…О, она испытала невероятную дрожь и трепет! Дэн медленно и очень горячо, с восторгом, любовно оглядел ее тело снизу вверх, лаская ее взглядом, любуясь ее красотой… Его глаза вспыхнули огнем страсти и желания, невероятной мужской силой и сталью, огненным обаянием… Элли физически ощущала его мощь, ее щеки порозовели, она слегка засмущалась.

Дэн нежно и обаятельно улыбнулся ей.

— Ты сказочно красива. Хотя я и раньше это знал. Тебе не нужно стесняться.

Он подошел к ней и заглянул в ее глаза… Элли замерла… Она чувствовала его эмоции… Неужели это… Он нежно, но невероятно горячо поцеловал ее… Элли сходила с ума от любви…

— Эй! Элли, ты, кажется, забыла представить своего спутника. — послышался жесткий голос с кухни, и Элли и Дэн очнулись. Элли раздраженно посмотрела на удивленно поднявшего брови Дэна и, взяв его за руку, повела на кухню.

— Джек, это Даниэль Ван дер Билд, он поведет меня на вечеринку. — угрюмо проговорила Элли, указав на Дэна. — Дэн, это Джек Купер, мой старший брат-брюзга.

Дэн и Джек молча, оценивающе посмотрели друг на друга — целую секунду в кухне стояла гробовая тишина. Затем Джек протянул руку. Дэн крепко пожал ее… Элли ощутила, как они меряются силами и проверяют друг друга на мощность… Типичное мужское соревнование в крутости.

— Значит, Дэн… — задумчиво проговорил брат, слегка наклонив голову и все также внимательно изучая его. — А теперь скажи-ка мне, Дэн, у вас что, вечеринка в голом стиле? — он схватил Элли за руку и крутанул вокруг себя. — Смотри, на ней же только фигового листка не хватает!

Элли гневно вырвала руку и в сердцах воскликнула:

— Ой, Джек, кончай!

Дэн внимательно посмотрел на Элли, затем — на Джека, и стальным и сильным голосом проговорил:

— Не волнуйся, я за ней присмотрю. На этой вечеринке все девушки будут такие.

Джек весело поднял брови.

— Думаешь, я могу тебе доверять? Давно вы встречаетесь?

Дэн ухмыльнулся.

— Неделю.

Элли, которая до этого обувала босоножки, пробегая мимо в свою комнату за серьгами, весело подмигнула Джеку и беспечно заявила:

— И мы уже переспали, Джек. Дважды. — хитро добавила она.

Дэн улыбнулся ей, докуривая сигарету и сунув одну руку в карман брюк, а Джек прищурился, глядя на него:

— Она — все, что у меня есть.

Дэн кивнул и серьезно ответил:

— Я это знаю и не собираюсь обижать ее.

Элли залетела в кухню, на ходу застегивая сережки.

— Кстати, Джек, Дэн живет в фамильном поместье с винным погребом и библиотекой, и у него есть «Додж».

Джек весело и удивленно посмотрел на него:

— Это правда? Черт возьми, если ты серьезно настроен к моей сестре, так забирай ее жить к себе! Элли, иди жить к Дэну, я разрешаю.

Элли захохотала, а Дэн улыбнулся, глядя на нее.

— Элли, ты можешь переехать в наш особняк хоть сегодня. Я буду только счастлив.

Элли замотала головой.

— Ни за что на свете! Я не собираюсь жить с твоим дьявольским братом под одной крышей! Я убью его на второй же день!

Джек только обреченно вздохнул.

— Очень жаль! Ладно, смотри за ней, парень!

— Можешь не волноваться. — заверил его Дэн, как всегда, серьезным и непререкаемым тоном и, взяв Элли за руку, повел к выходу.

— Пока, Джек! Не жди меня! — весело крикнула Элли.

— Я и не собирался. — беспечно и невозмутимо ответил брат из кухни.

На улице было уже темно, когда «Додж» подъехал к зданию университета. В окнах первого этажа мелькали огни ламп и неоновая подсветка, а во дворе толпился веселый, хохочущий народ.

Элли и Дэн оставили машину и отправились на вечеринку. Элли сгорала от любопытства и нетерпения, ей так хотелось танцевать!.. Но… Нужно держаться до конца.

Мероприятие организовали прямо в главном холле института. Ди-джей, классная музыка, даже барная стойка с напитками и, конечно, танцы в прекрасных, откровенных восточных нарядах (хоть и нарядились практически только девушки — парни предпочли прийти в обычной для себя одежде), — все это ужасно захватывало дух и пробуждало огонь внутри Элли.

Когда они вошли, практически все глаза устремились на них. Юноши, не отрываясь, восторженно и жадно прожигали глазами Элли, не имея сил устоять перед ее красотой. Она действительно притягивала взгляд, потому что, сама того не ведая, излучала свет и силу, горячность и таинственность, эротичность и сексуальность… И как они молча ненавидели Дэна! Который, кстати, успел покорить фактически всю женскую аудиторию, а его пламенный, глубокий и невероятно сильный взгляд дурманил разум.

Но Дэну и Элли никто не был нужен, они переглядывались влюбленными глазами и от страсти Дэна и его мужественной галантности Элли таяла, как весенний снег.

В центре танцпола стоял невероятный ажиотаж: юноши и девушки столпились вокруг чего-то или кого-то и весело пританцовывали, хлопали и ободряюще свистели.

Элли с интересом направилась туда, потянув Дэна за руку.

— Пойдем! Там, кажется, что-то интересное!

Аккуратно просочившись через толпу в первые ряды Элли с изумлением и бесконечной радостью увидела потрясно танцующего… Мэттью Джефферсона! На нем были совершенно крутые спортивные черные штаны, невероятно классные «найковские» кроссовки и серая толстовка с капюшоном, рукава которой были для удобства вздернуты к локтям.

Элли и Дэн удивленно переглянулись, и Элли расхохоталась от невыразимого восторга и удовольствия. Мэттью был невероятно крут: он двигался так, как будто танцпол горел под ним огнем, он был спортивен, легок, а его движения… Элли видела, как сияют его глаза, как танцует его душа, как музыка придает ему сил и жизни, движет им, выворачивая его наружу… Она видела, потому что сама испытывала то же самое в танце, ту же страсть, тот же разрыв.

Толпа гудела в возбужденном ритме, подбадривая Мэттью, заставляя танцевать еще и еще. Элли заметила Кейси в шикарном черном, расшитом платье с глубоким декольте и овальным разрезом юбки с одной стороны, обнажая длинную, стройную ножку. Кейси влюбленно и разгоряченно смотрела на Мэттью, и Элли видела зарождение чего-то настоящего в ее глазах… Она помахала ей, и та, увидев подругу, вытаращила глаза, в изумлении оглядывая ее с ног до головы, а потом встряхнулась, показала два больших пальца наверх и триумфально расхохоталась. Элли засмеялась в ответ, и в этот момент музыка закончилась, и Мэтт, сделав последний классный прыжок, приземлился на колени и, проехавшись на скользком полу, очутился прямо у ног Элли.

Толпа и Элли с Дэном дружно зааплодировали ему, а Мэттью, совершенно не смущаясь, поднял голову, пройдясь снизу вверх по телу Элли и, с трудом оторвав глаза от ее прекрасных ножек, вдруг взглянул в ее лицо восторженным взором и, узнав подругу, встал в невероятном шоке.

Глядя друг на друга и думая каждый о своем, Мэтт и Элли восторженно одновременно воскликнули:

— Вот это да!!! — и вместе захохотали.

— Шикарно танцуешь, Мэтт! — сказал Дэн, улыбаясь и пожимая Мэтту руку.

— Спасибо, брат. — с благодарностью ответил Мэттью, но его глаза снова вернулись к Элли.

— Черт возьми! Ты просто нереально красивая! Как в сказке! И каблуки? Ты почти с меня ростом! А ножки…

— Эй, Мэтт, полегче, я могу обидеться! — весело смеясь, но все же с ревностью проговорила подошедшая Кейси, и Мэтт обнял ее за плечи и поцеловал в макушку. Кейси влюбленно стрельнула на него глазами и снова посмотрела на Элли. — Невероятно! Ты решила выиграть конкурс красоты? Дэн, ты бы поосторожнее, а то вон те пятеро от зависти могут устроить тебе темную!

Дэн улыбнулся.

— Пусть попробуют, если жить надоело! Может, пойдем выпьем?

И четверка пробралась к бару сквозь плотные толпы танцующих и веселящихся людей. Некоторое время они весело болтали, смеялись и пили коктейли, пока Мэтт опять не заладил свое:

— Элли, теперь твоя очередь!

Элли хмыкнула.

— Чудак, я уже выпила два коктейля, третий просто не лезет уже!

— Не отходи от темы! Ты знаешь, что я говорю о танцах! — воскликнул Мэттью и сел спиной к бару, глядя на толпу. — Давай! Покажи, что ты можешь!

Элли внутренне вся содрогнулась, но… музыка была нереально классной, она уже представляла, как будет танцевать под нее… Дэн с любопытством смотрел на Элли, а Кейси, видя, что подруга молчит, осторожно сказала:

— Мэтт, а ты не думаешь, что… она может… ну… не уметь танцевать?

— Да, Мэтт! — поддержала Элли, хватаясь за соломинку. — Что за навязчивая…

Мэттью хмыкнул и вскочил на ноги, сияюще глядя на Элли:

— Чушь! Ты просто хочешь сказать, что тот огонь в твоих глазах, что я вижу — это все обман? Значит твоя душа не летит к небесам при звуках музыки, а тело не горячится? — он возбужденно наклонился к ней. — Если ты боишься, что я танцую лучше тебя, то не волнуйся, никто не осудит! Но…

— Что??? — возмущенно воскликнула Элли, забыв напрочь о своем намерении держать все в тайне. — Я?? Боюсь??? Я ничего не боюсь!

Дэн и Сиси удивленно посмотрели на нее, а Мэттью триумфально хлопнул:

— Так докажи это! Или тебе не хватает балетного станка?

Элли чувствовала, как кровь забурлила в жилах, а душа подпрыгнула внутри… Все ее тело как будто пронзили мелкие иголки, адреналин подскочил… Она встала.

— Ну, держись, Мэттью Джефферсон! Спорим, я станцую круче? Расчищай танцпол!

Мэтт радостно захохотал, победно вскинув кулак.

— Спорю на что угодно, лишь бы увидеть! Идем же!

Дэн и Кейси, улыбаясь, шокировано переглянулись.

— Ты не шутишь? Ты реально умеешь??? — восторженно спросила Сиси. — Ну и ну!

Дэн улыбался, горячо глядя на Элли. Элли вопросительно подняла брови, скромно улыбнувшись ему:

— Ты не против, если я немножко… потанцую с другим?

Дэн ухмыльнулся и горячо, но очень нежно поцеловал ее в щеку.

— Постараюсь как-нибудь пережить. Тем более со мной остается Кейси.

Элли улыбнулась, глядя на подругу, которая кивком указала ей на танцпол и нетерпеливо выпалила:

— Давай уже! Я сгораю от любопытства!

Элли подмигнула ей и, обняв за шею пританцовывающего Мэттью, позволила ему увести себя в толпу.

И это был незабываемый вечер!!!

Элли танцевала так, будто сегодня последний день ее жизни. Все взоры были обращены только на нее, а Мэттью угадывал каждое ее действие, они танцевали так слаженно, так чувствовали друг друга, что казалось, будто они всю жизнь танцевали вместе.

Уличные танцы, жаркая латина, восточные направления, современная классика… та, которую Элли использовала в своих танцах на шесте в клубе, — танцпол горел под ее ногами, а душа летала… Она была невероятно изящна, гибка, женственна и игрива, она играла с музыкой, с Мэттью, со зрителями и, казалось, все присутствующие видели сегодня только ее, все мужчины зала мечтали о ней, восхищаясь ее умением и эротичностью, читая ее настроение и сходя с ума от ее красоты…

Закончилась очередная песня, и Элли с Мэттью, совершив последние пируэты, хохоча от восторга, поспешили к Дэну и Кейси, выпить и отдышаться.

Элли смотрела на Дэна и, видя его взгляд, ей захотелось тут же уйти с ним: он горел невероятным восторгом, восхищением, любовью и дикой, необузданной, внутренней страстью, желанием, граничащим с безумием, брутальностью и мужеством, присущим его серьезной и уверенной натуре.

Дэн сидел спиной к барной стойке и развязно курил, глядя на Элли. Кейси пила мартини и с почти такими же эмоциями смотрела на Мэттью.

— Уф! Ха-ха! — хохотал Мэтт и, подхватив смеющуюся, раскрасневшуюся Элли на руки, донес до бара и торжественно посадил на колени к Дэну. — Забирай ее, я больше не могу, она победила, черт возьми! Смотрите, даже ди-джей не сводит с нее глаз, это по-вашему нормально?!? — воскликнул он, наливая себе бурбон.

Элли пожала плечами.

— Подумаешь, смотрит! И вообще-то, Мэттью, любимый ты мой псих, это нормально, когда мужчинам нравятся женщины.

Кейси хмыкнула.

— Ну да, но не когда двум сотням нравится одна.

Дэн горячо смотрел на Элли, его руки грубо, и в то же время нежно держали ее и слегка, почти незаметно, горячо ласкали ее талию. Она чувствовала его жар, его энергию, ее мозг и чувства поплыли, кровь забурлила от страсти…

— Ты знаешь, что ты там только что делала??? Элли, это были не танцы, это был огонь. — серьезно, в своей манере, проговорил Дэн и, горячо наклонившись, страстно шепнул ей на ушко:

— Я восхищаюсь тобой.

Элли благодарно и очень игриво улыбнулась ему, и только они хотели поцеловаться, как вдруг сзади раздался брутальный и нагло-насмешливый голос:

— Это и есть ваша крутая вечеринка? Музыка ничего, а вот ледяного фонтана нет, да и публика… Дэнни, малыш, налей-ка мне бурбон.

И рядом с Дэном за барную стойку плюхнулся Кристиан собственной язвительной персоной, сияя и ослепляя своей горячностью, жесткостью и неотвратимым сексуальным обаянием. Почти все девушки зала, перешептываясь, смотрели на него, а Кристиан секунду выжидающе пялился на Дэна, но встретив его недовольный и холодный взгляд, пожал плечами, язвительно усмехнувшись:

— Ладно, сам налью, а то у тебя руки заняты.

Элли, увидев его, ощутила волну удивления, гнева и какого-то непонятного страха и, наморщив нос, раздраженно проговорила, посмотрев на Дэна:

— Дэн, что здесь делает этот дьявол?

Дэн пожал плечами.

— Я его не звал… но ему обычно не требуется приглашение, чтобы заявиться куда бы то ни было.

Кристиан ухмыльнулся и, перемахнув через барную стойку, взял бутылку и бокал. Обаятельно и невероятно горячо осмотрев своими синими глазами Элли, он пренебрежительно и с превосходством улыбнулся:

— Расслабься, Элли Купер. Я пришел не ради тебя. Дэн сказал, что здесь вечеринка в полуголом стиле и бесплатный бурбон. Кстати, — он наклонился к Элли, и она ощутила волну сшибающего с ног обаяния и невероятной страсти, его глаза заставляли ее ощущать слабость перед ним и ужасно желать противостояния… — Вон те два парня у входа говорили, что ты тут зажигала танцпол… — Кристиан изобразил грусть и тут же насмешливо ухмыльнулся. — Извини, опоздал на минуту твоего триумфа.

Элли снова ощутила гнев, как тогда, в поместье. Она злобно прищурилась и проговорила, обращаясь к Дэну:

— Дэн, я так понимаю, в твоем особняке сейчас никого нет… Думаю, мы можем поехать к тебе. Прямо сейчас.

— Эй! Куда вы собрались? Еще даже выпивка не кончилась! — воскликнула Кейси, подойдя к ребятам в обнимку с Мэттью. Посмотрев на Кристиана, ее глаза загорелись восторгом и невероятным, игривым любопытством. — О! А этот сексуальный мужчина очень похож на Дэна! Ты кто такой, красавчик?

Кристиан триумфально улыбнулся, включив все свое обаяние, но тут вмешался Мэттью, развернув Сиси к себе лицом:

— Так, стоп! Кейси, ты, кажется, пришла со мной? Или мне приснилось?

Элли ухмыльнулась, а Дэн улыбнулся, подняв бровь.

— Кейси, это мой старший брат Кристиан, ничего особенного.

— Да, моя подруга имеет привычку влюбляться во всех подряд, Мэттью, имей это ввиду. — добавила к словам Дэна Элли.

Кристиан нагло ухмыльнулся, отпив из бокала.

— Судя по всему, ты тоже имеешь эту привычку, девочка. — язвительно проговорил он, горячо подмигнув. — Оставь свои жалкие попытки побороться со мной. У тебя все равно ничего не выйдет!

Элли ощутила дикий гнев, раздражение и только приготовилась достойно ответить Кристиану, как тут услышала позади себя голос, который меньше всего ожидала услышать в этом месте:

— Надеюсь, это у меня со зрением проблемы, или на заднице моей сестры действительно лежат твои руки, парень? Даю секунду, чтобы ты их убрал, иначе я порву тебя на мелкие клочки! Элли, слезай с него, сейчас же! Это неприлично!

В этот момент Элли ощутила, как две сильные руки легко стаскивают ее с колен Дэна и ставят на пол. Раздражение захлестнуло ее, и она резко обернулась. Перед ней стоял Джек, грозно сложив руки на груди, одетый по последней моде и строго оглядывающий ее и Дэна.

— Джек, а ты-то что здесь забыл??? — в сердцах воскликнула Элли, слегка толкнув брата в плечо.

Кейси, увидев Джека, зарделась словно маков цвет, и с игривым флиртом в глазах улыбнулась ему:

— О, да это же сам сексуальный брат Элли пожаловал! Давно не виделись!

Джек тут же включил все свое обаяние, подмигнув ей:

— Отлично выглядишь, детка. — он невозмутимо уселся у барной стойки и, с любопытством, как будто чего-то выжидая, оглядел зал, обращаясь к Элли:

— Я пришел сюда не из-за тебя. Ты ушла из дома в полуголом виде, и я подумал, что здесь будет полно милашек, одетых, как ты… Ну и, конечно…

— Бурбон. — договорил за него Кристиан, с такой уверенностью, как будто точно знал, что Джек имел ввиду, и тут-то до Элли дошло, от кого она сегодня уже слышала нечто подобное.

Джек повернулся и внимательно, с интересом посмотрел на Кристиана. Их взгляды встретились. Элли никогда еще не видела такого жесткого столкновения двух горячих натур. С удивлением она обнаружила, что Джек и Кристиан смотрят друг на друга… одинаково! Одинаково оценивающе, с превосходством и нахальством, с невероятной силой и самоуверенностью.

Хмыкнув, Элли проговорила, пренебрежительно глядя на Кристиана:

— Класс. Теперь я поняла, кого ты мне напоминаешь. Вам надо жить вместе.

Джек и Кристиан не обращали на нее ровным счетом никакого внимания, продолжая мериться количеством тестостерона в крови через взгляд, затем Джек протянул руку:

— Джек Купер. Старший брат Элли.

Кристиан с азартом и удовлетворением улыбнулся и пожал ему руку.

— Кристиан Ван дер Билд. Старший брат малыша Дэнни. Так как насчет? — он кивком указал на второй бокал, стоявший рядом с бутылкой бурбона. Джек ухмыльнулся и кивнул.

— У тебя уже есть кто-то на примете?

Кристиан язвительно усмехнулся, налил бурбон, и они, чокнувшись бокалами, выпили.

— Конечно. Блондинка. Первая малышка, которая подойдет к барной стойке.

Элли закатила глаза и переглянулась с Дэном. Джек же ухмыльнулся и кивнул:

— Согласен. Тогда моей будет первая брюнетка.

Кейси и Мэттью с удивлением и весельем посмотрели на них, а Элли, хлопнув по стойке рукой и допив коктейль, посмотрела на Дэна:

— Кажется, нам пора. Эта вечеринка превращается в оргию старперов. Фу. Ребята, вы остаетесь? — спросила она друзей.

Мэтт поцеловал Элли в щечку и пожал руку Дэну.

— Мы еще побудем. Эл, ты просто невероятно танцуешь! Я это сразу понял, как увидел тебя в первый день.

Кейси и Элли обнялись.

— До завтра, подруга. — сказала Кейси, игриво подмигнув Элли.

— Пока, Сиси, Мэттью. — весело улыбнулась им Элли.

Джек и Кристиан смотрели на нее.

— Что, даже с нами не попрощаешься? — саркастично, в шутку сказал Кристиан.

— Шли бы вы куда подальше. — ответила им Элли, и парочка, только что нашедшая друг друга, расхохоталась, а Дэн, закуривая, уже уводил Элли за руку.

По дороге в особняк, Дэн внимательно следил за Элли, которая задумчиво смотрела в окно и изредка поглядывала на него.

— Тебе нравятся провокации моего брата. — вдруг спокойно заявил он. Элли резко посмотрела на него, ощущая возмущение и даже в какой-то мере стыд. Дэн продолжил:

— В этом нет ничего такого. Просто у него талант пробуждать в людях все самое плохое… А у женщин это, обычно, граничит с безумной влюбленностью. Девушки любят плохих парней, и ты…

— А я люблю хороших. — прервала его Элли, вдруг отчетливо осознав, что Дэн ревнует. Она неожиданно ощутила свою влюбленность к нему с новой силой, дикая страсть взорвала ее голову и все внутренности, прожигая их буквально до черного, кожаного сиденья «Доджа». — Кристиан раздражает меня, и мне хочется его проучить. Только и всего. Вы с ним кардинально противоположные, как огонь и лед… Ты… ты все держишь в себе, молчишь, но потом выдаешь в тысячу раз больше его… — Элли внимательно заглянула в такие серьезные, голубые глаза Дэна, горящие силой и огнем. Они остановились на светофоре посреди пустынного перекрестка. Элли чувствовала, что сейчас умрет от любви, так сильно ей хотелось оказаться в его объятиях… — Я выбрала тебя. Глуши мотор, я тебе сейчас это докажу.

Дэн улыбнулся и тут же заглушил двигатель.

Глава 7

Прошло два быстрых месяца.

Элли ощущала себя невероятно счастливой: Дэн был просто великолепен! Вместе им было очень хорошо: они смеялись, шутили, проделывали разные сумасшедшие фокусы и, конечно, любили друг друга… Она купалась в его страсти, огне, брутальности… Она ощущала себя, как за каменной стеной, с ним, Дэн был решителен, уверен в себе и, казалось, не боялся вообще ничего. Элли и Дэн любили играть друг с другом, Дэн умудрялся сохранять серьезность, даже когда шутил, но Элли чувствовала его настроение, его мысли, она понимала его, и ей не нужны были лишние слова. Дэн тоже в свою очередь, легко угадывал, чего она хочет и о чем думает, да и к тому же, он был таким заботливым, галантным и уважительным, что Элли иногда сомневалась, человек ли он вообще, потому что никто в этом мире, ну никто не может быть таким идеальным, это просто невероятно! Дэн же был кумиром не только ее романа, но и всех девушек с их курса, потому что всегда помогал всем, заступался и в любой ситуации мог подобрать нужные слова, чтобы приободрить кого бы то ни было.

И Элли знала, что он любит ее, хоть он еще пока и не говорил ей об этом.

Однако кое-что беспокоило ее.

Элли так и не рассказала Дэну, что танцует на шесте в баре для преступников. Она боялась его осуждения, ведь он такой правильный! А вдруг это может оттолкнуть его и повлиять на их отношения?.. Но и у Дэна, как выяснилось, была тайна от нее. Часто он исчезал ни с того, ни с сего, уходил всегда в разное время — то посреди дня, то ночью, иногда пропускал занятия… Элли было неудобно спрашивать, ведь о своих ночных уходах она тоже не рассказывала… И Дэн не выпытывал ее тайну. Она сказала ему, что у нее есть работа, он кивнул и ответил, что и у него есть. На этом точка. Но она доверяла ему во всем остальном, а он — ей, и это было самое главное.

Больше всего Элли раздражали ее отношения с Кристианом. Этот невероятный сердцеед умудрялся всегда зацепить ее, задеть, унизить своими пренебрежительными замечаниями и всегда… Всегда этот горящий взгляд синих глаз! Она не могла ему противостоять, ей казалось, что она сразу становится маленькой, глупой девочкой на его фоне. Если бы не его невероятный мужской магнетизм и сила, не его сексуальность и дикий, жадный огонь, с которым он всегда изучал ее фигуру, она бы наверняка ненавидела его.

Зато этот злобный и язвительный тип подружился с ее братом. Они с Джеком были удивительно похожи, как будто росли в одном инкубаторе, и теперь Элли часто видела их вместе, Кристиан даже стал захаживать к ним домой. Элли это раздражало, но она ничего не могла с этим поделать — Джек был ей не по зубам.

И пара слов насчет Сиси и Мэттью.

Их отношения были еще более странными и вконец запутанными. Кейси не могла без Мэттью, но упорно отказывалась признавать, что он ей ужасно нравится. Они держались на уровне дружбы, примерно, как до той самой вечеринки, но чуть более тесно. Мэттью спокойно и терпеливо исподтишка ухаживал за ней и делал это очень тонко и незаметно даже для самой Кейси, которая все отрицала. Элли веселилась, глядя на них, но знала, что рано или поздно, они будут вместе. Мэттью откровенно восхищался Элли, они часто танцевали в парке около института, многие останавливались, чтобы на них посмотреть, и Элли получала те невероятные эмоции, которые позволяли ей сочинять все новые и новые танцы для выступлений в баре. Им она пока тоже не раскрыла свой секрет, но уже была близка к этому.

В один прекрасный день все изменилось.

— Кей, ты что, мне не доверяешь?

— Мэттью, говорю же, отвяжись! Я занята, иди поприставай к кому-нибудь другому, да хотя бы к Элли! А мне нужно переписать задание у Дэна.

Элли, Кейси и Мэттью сидели в аудитории по биохимии и, ожидая начала занятия, занимались каждый своим делом: Кейси, как всегда, не сделала заданную на дом работу, поэтому с тройной скоростью переписывала ее у Дэна из тетради, который справлялся с учебой с поразительной легкостью; Элли читала учебник по юриспруденции, а Мэттью маялся от безделья, пытаясь куда-то пригласить Кейси.

Сегодня, как и в другие дни, на Элли была серая, обтягивающая майка на широких лямках, черные, спортивные капри, свободные в бедрах и отлично обтягивающие икры, и как всегда любимые фирменные кроссовки. Она была невероятно красивой даже в таком виде, ее глаза были подчеркнуты идеальным макияжем, а волосы, как попало, заколоты на затылке, что придавало ей некоторое изящество.

Кейси тоже выглядела потрясно: желтый свободный топ с завязками на шее и глубоким декольте, джинсовые шортики, открывающие ее стройные ножки, и сандалии на нескольких кожаных ремешках без каблука, — все это только дополняли светлые кудри вокруг ее лица и радужный, яркий макияж.

Элли посмотрела на друзей, ухмыльнувшись и подняв бровь, а Мэттью (тоже, как всегда, одетый по-спортивному) продолжал:

— Ну Кейси, это же самая отпадная вечеринка в городе! В клуб «Точка танца» приходят самые классные уличные танцоры! Тебе понравится! Музыка, коктейли и танцы…

Кейси игриво сделала недовольное лицо:

— Сумасшедший танцор, ты мне мешаешь! Никуда я не пойду, я же не умею танцевать! Черт, через десять минут придет Дэн и заберет конспект… — проворчала она, мельком глянув на часы.

Мэттью ухмыльнулся и, откинувшись на спинку скамьи и сложив руки на груди, с подозрением проговорил:

— Элли, а тебя не смущает, что эта блондинка проводит с Дэном слишком много времени?

Элли хихикнула, глядя на него.

— Ну, Дэна же не смущает, что я слишком много времени провожу с тобой.

— Тогда ты пойдешь со мной в клуб? — живо спросил Мэтт.

Элли захохотала.

— Пойду. Сегодня я работаю, а вот завтрашняя ночь вся твоя.

Мэттью подскочил и весело подставил ладонь для хлопка Элли. Они ударили по рукам.

— Класс! Нам будет хорошо вместе. — радостно заявил Мэтт.

Элли кивнула.

— Это без сомнения.

Кейси ревниво вскинула голову и посмотрела на друзей с возмущенным видом:

— Вы себя со стороны-то слышали? «Нам будет хорошо вместе» … А ничего, что ты не посоветовалась со своим парнем, Элли? Или у вас свободные отношения?

Элли сделала наивное лицо и проговорила:

— А что такого? Мы же друзья. Ты ведь отказала ему, вот я и…

— Я еще не решила! — раздраженно сказала Кейси. — Может и пойду…

Мэттью и Элли триумфально переглянулись и снова ударили по рукам.

— Спасибо за помощь, Элли! — воскликнул Мэтт и испарился.

— Вот подлюги! — ругнулась шутливо Кейси.

Элли хихикнула и тут же наклонилась к подруге:

— Сиси, какого дьявола ты с ним делаешь? Зачем динамишь его?

Кейси слегка вздрогнула, но постаралась сделать удивленный и непринужденный вид.

— Что??? С чего это ты решила? Мы с Мэттью просто друзья и все.

Элли недоверчиво хмыкнула и, закрыв учебник, сложила руки на груди.

— Друзья, значит? Не смеши меня! Сиси, пока ты раздумываешь, что к чему, он может начать встречаться с кем угодно! Да ты видела, как на него смотрят девчонки после той вечеринки? Опомнись немедленно, или будет поздно!

Кейси, не отрываясь от конспекта, нахмурилась.

— Да, брось, Элли. Мы не хотим встречаться, нам нравится так… И вообще, — вдруг бросив ручку, встрепенулась Сиси и требовательно посмотрела на Элли, — кто бы говорил! Вы с Дэном встречаетесь уже два месяца, а о том, что у вас роман, никто даже представить себе не может! Вы сидите за разными партами, не ходите за ручку и то, что вы занимаетесь сексом, могут подтвердить лишь страстные, пылкие взгляды, которыми вы обмениваетесь на занятиях! Что за странные отношения???

Элли довольно улыбнулась.

— Это такая игра. Мы не договаривались, правда! Это как-то само получилось… Зато всегда остается какая-то недосказанность… И мы успеваем соскучиться друг по другу, что делает наш секс просто невероятным!!!

Кейси неодобрительно посмотрела на подругу.

— Ты же знаешь, что это идиотизм, верно?

— Нет, не знаю.

— Не отпирайся. И если вы так близки, то скажи, он знает, где ты работаешь? И что ты стрипти… — хитро добавила Кейси, но не успела договорить.

Элли возмущенно перебила ее.

— Я не стриптизерша! Сколько раз вам говорить? А по поводу работы… — Элли вдруг ощутила напряжение. — Мы не расспрашиваем друг друга, но вообще, у нас нет секретов…

— Тогда ты можешь ответить, где он сейчас? — триумфально подловила ее Кейси.

Элли вздрогнула и замолчала, хмуро оглядывая аудиторию. Сиси была права: она ничего не знает о Дэне Ван дер Билде, кроме того, что он живет в особняке и что у него есть чокнутый брат. Но имея за пазухой свой секрет, она чувствовала, что не может требовать от Дэна раскрытия всех тайн… Кейси серьезно, без шуток, кивнула.

— Так я и думала. Вы психи, оба.

В эту секунду у Элли на парте зажужжал телефон. Пришла смс от Дэна: «На занятия не успеваю, встретимся вечером, в моей постели». Элли не могла не улыбнуться и показала сообщение подруге. Та обрадовалась.

— Отлично! Значит, я могу не возвращать конспект! Но эта смс-ка не отвечает на поставленный вопрос.

Элли угрюмо кивнула.

— Знаю. Попробую сегодня поговорить с ним начистоту.

Занятия закончились, и неуклонно на улицы Нью-Йорка стал спускаться вечер. Элли попрощалась с Кейси на крыльце: ее уже ждал Мэттью, скучающе восседавший на перилах, и неторопливо двинулась в сторону шоссе, собираясь поймать такси.

Но тут ее ждал удивительный, но не совсем приятный сюрприз. Как только Элли зашла на стоянку, не смотря на изобилие студентов, рассаживающихся по машинам, она в ту же секунду увидела его. «Додж» сиял в заходящих лучах солнца, но еще более притягательным был небрежно и очень самоуверенно привалившийся к капоту Кристиан, который, сложив руки на груди, изучающе смотрел на нее. Элли остановилась как вкопанная, не в силах оторвать от него глаз.

Кристиан выглядел потрясающе в белой рубашке, расстегнутой на верхние пуговицы и с закатанными до локтей рукавами, в черных брюках и туфлях. Его фигура была просто невероятно идеальной, но не только она заставляла всех проходящих мимо девушек оглядываться на него… Его взгляд! Эти синие глаза невероятно сияли страстью, глубиной, огнем, они отражали его сумасшедшее обаяние, его необузданную, разрушительную энергию и жажду, его желание… Они выражали его мужскую силу и уверенность в себе, бесшабашность и невероятную сексуальность…

Он огненно, с дикой мужской жесткостью и страстью изучал Элли с ног до головы. Казалось, он видит все ее мысли и чувства насквозь, и не скрывает своей усмешки… Элли лишь почувствовала досаду на себя, что этот противный тип сбивает ее с толку. Раздраженно заметив его злой, саркастичный взгляд, и совсем не видя страсти, Элли гордо отвернулась и как ни в чем не бывало прошла мимо.

Кристиан как будто это и предполагал, поэтому язвительно усмехнулся.

— Разве мой удивительный брат не рассказывал тебе душещипательную историю о том, как он упрашивал меня приехать за тобой?

Элли раздраженно закатила глаза, не оборачиваясь, но внезапно пришедшая на телефон новая смс заставила ее остановиться. Это снова был Дэн: «Забыл сказать: тебя заберет Кристиан. Он мне кое-что должен. Не попадайся на провокации. Счастливого пути!».

Элли недовольно хмыкнула над его шуткой, но ощутив триумф, повернулась и, сверкая глазами, с усмешкой сказала Кристиану:

— Упрашивал? А я думала, ты просто ему должен. Или это судьба сыграла с тобой злую шутку? — саркастично проговорила Элли.

Кристиан проницательно прищурился и вдруг победно улыбнулся.

— М-м-м! Вижу, мой младший братец не все тебе рассказывает! Знаешь, — сочувственно, с сарказмом добавил он, — отношения на секретах не бывают долговечными…

Элли зарычала от раздражения.

— Как было бы приятно поехать на такси, только бы не видеть твою рожу! — разгневанно произнесла она.

Кристиан безразлично пожал плечами.

— Вперед. Я тебя не держу. Ты — не самая приятная компания для поездки, выпендрежница. — и он ухмыльнулся, сексуально подмигнув Элли.

— Ты же обещал меня так не называть! — вспылила Элли и легонько шлепнула его по плечу, пытаясь не попадаться на его невероятное обаяние.

Кристиан триумфально и очень по-дьявольски расхохотался:

— Я солгал. Подумаешь! Так ты едешь или идешь двенадцать миль пешком?

Элли ощутила невероятную горячую волну внутри, волну азарта, огня, гнева и раздражения… Ей так хотелось победить этого мерзавца! Но он все время был на шаг впереди. Прищурившись, она хитро и горячо улыбнулась:

— Еду. Надеюсь, ты не пил, прежде чем сесть за руль? — раздраженно добавила она, садясь на переднее пассажирское сиденье.

Кристиан насмешливо ухмыльнулся, развязно садясь на место водителя.

— Только бурбон, детка!

Элли закатила глаза, с трудом промолчав.

Остаток дороги они не говорили, но Элли ощущала на себе его взгляд… Она старалась не поворачиваться, но неописуемое жжение во всем теле, чувство его всеобъемлющей страсти, брутальности, силы, мужества и… вседозволенности, граничащей с дьявольщиной, как будто магнитом разворачивали ее голову в его сторону, и она натыкалась на этот жаркий взгляд сексуальных и проницательных синих глаз… Кристиан, не стесняясь, с каким-то странным чувством разглядывал ее с ног до головы, останавливаясь лишь на лице… Да, в нем была злоба, усмешка, коварство, презрение… Элли чувствовала это и это ее очень бесило! Но было и что-то еще… Рядом со страстью, безумством и желанием… Элли злилась на себя за то, что ей было так любопытно бороться с ним при том, что он одновременно дико и неистово раздражал ее… Но эти внутренние противоречия не давали ей отвести от него взгляд… И большую часть дороги они молча смотрели друг на друга.

Когда Кристиан подрулил к парадной двери, они еще секунду смотрели друг на друга и он вдруг насмешливо произнес:

— На меня не действует.

Элли вздрогнула и очнулась. Она вдруг поняла, что пыталась воспользоваться всей своей эротичностью, женственностью и сексуальностью, как она делала тысячу раз на выступлениях в баре… Быстро отведя глаза и сконфузившись, проклиная себя за женские слабости, она гневно процедила:

— Я вовсе не собиралась…

— Флиртовать? — ухмыльнулся Кристиан и триумфально улыбнулся. — Я знаю, что ты не специально, Элли Купер. Но то, что ты чувствуешь, вряд ли понравится твоему парню, не так ли?

Элли вспыхнула от смущения, но тут же гнев и сила захватили ее:

— С чего ты взял, что я что-то испытываю? Я флиртую со всеми мужчинами, так что не приписывай себе то, что сам же и выдумал. Или ты считаешь, что знаешь меня? — раздраженно добавила Элли искрящему злорадством Кристиану. — Спасибо, что подвез, дьявол.

С ухмылкой она легко выпорхнула из машины и ушла в дом.

В ожидании Дэна Элли с сумрачным, задумчивым видом бродила по огромному особняку и, наконец, подхватив из кухни стул и бутылку вина, она уселась прямо напротив входной двери, закинув ногу на ногу и выпивая прямо из горлышка.

Прошло где-то минут тридцать, и со двора послышался гул мотора. Дэн уверенно вошел в дом и, казалось, нисколько не удивился, увидев сидящую в коридоре девушку с бутылкой вина. Секунду они смотрели друг на друга… Элли ощутила, как внутри нее волной поднимается ее страсть и любовь, при виде стройного, серьезного красавца, который с неизменной уверенностью, невероятной внутренней жесткостью и сталью смотрел на нее… Но еще в его взгляде Элли читала невероятное желание, любовный огонь. Дэн медленно, но очень жарко и нежно осмотрел Элли снизу до верху, наслаждаясь и восхищаясь ею, и Элли, снова невольно флиртуя, еле скрывая свое счастье, таинственно улыбнулась.

— Нам надо поговорить. — весело заявила она, снова отпив из бутылки.

Дэн был серьезен и непроницаем. Он кивнул, но тут же ухмыльнулся:

— Да, но не сейчас.

Подойдя к ней, он опустился перед ней на корточки и, нежно взяв ее руку своей горячей рукой, страстно поцеловал… и еще… и еще… и стал подниматься по руке все выше и выше… плечо… шея… Элли сгорала от любви… И, наконец, губы… Вместе со стулом он подхватил расхохотавшуюся Элли и легко унес в спальню.

Через два часа они лежали в постели: Элли на животе рядом с Дэном, который, развязно откинувшись на спинку кровати и глядя на девушку, курил. Элли серьезно посмотрела на юношу.

— Теперь мы можем поговорить? — улыбнулась она. Дэн кивнул.

— Ты хочешь узнать, чем я занимаюсь. — утвердительно произнес он, глядя на Элли проницательным взором.

Элли кивнула.

— Я работаю на одного человека. — спокойно заявил Дэн. — Помогаю ему перевозить разные товары, заключаю выгодные сделки…

— Он бизнесмен? — спросила с удивлением Элли. Ей как-то не верилось в такую сложную для такого молодого парня работу.

Дэн слегка улыбнулся.

— Да… В некотором роде. А ты?

Элли покраснела и выдохнула.

— Я танцую… в одном баре.

Дэн горячо посмотрел на нее.

— Я так и думал.

Элли удивленно уставилась на него:

— И это все??? Я думала, ты будешь подозревать меня в разного рода… непристойных танцах… Проще говоря, в стриптизе. — выпалила девушка. Дэн обаятельно выдохнул дым и с большой нежностью и заботой посмотрел на нее.

— Да мне все равно. Главное, что ты — моя. — увидев ее обиженное лицо, Дэн рассмеялся. — Элли, зная тебя, я бы в жизни не подумал, что ты согласишься танцевать стриптиз! Поэтому я спокоен.

Элли довольно улыбнулась.

— А твой бизнесмен… Кто он? Известная личность?

Дэн посмотрел на часы и нахмурился.

— Уже десять. Ты, кажется, говорила, что у тебя сегодня смена?

Элли вытаращила глаза.

— Что?? Десять? Черт!!! Мне пора!!

Она пулей выскочила из постели и, за полминуты одевшись и на ходу завязывая шнурки, вылетела из комнаты.

— Тебя подбросить? — крикнул Дэн, но Элли ответила уже из холла:

— Не надо! Увидимся завтра!

Всю дорогу до дома в такси и дома, собирая в спортивную сумку сценические наряды, и даже по дороге до бара «Иглы» Элли думала об их разговоре. Ничего не прояснилось. Только теперь добавилось ощущение, что Дэн намеренно скрывает суть своей работы… Элли почувствовала напряжение и разочарование… У них действительно странные отношения. Она о нем совершенно ничего не знает. С грустью Элли вошла в бар, в котором было уже полно народу, и так как до выступления оставалось еще полчаса, прошла к барной стойке и развязно плюхнулась за нее, ожидая Джо.

Через полминуты показался бармен. Как всегда веселый, одетый в черную футболку и джинсы, кареглазый Джо с яркой улыбкой встретил Элли и, оглядев ее желтую обтягивающую майку, серые спортивные штаны и неизменные «найки», проговорил:

— Привет, подруга! Ты опять умудрилась одеться так, чтобы твои фанаты ни за что тебя не узнали?

Элли весело усмехнулась.

— Джо! Ты же знаешь, мне их слюней хватает за время моих выступлений! Как сегодня обстановка?

Джо пожал плечами и стал вытирать бокалы.

— Отлично. Все, кого ты любишь, в сборе! — с шутливой поддевкой начал он. — Вон там — два торговца наркотиками, о чем-то серьезно спорят. За третьим столиком — сутенер и две его пташки, пьют портвейн. За десятым — торговец краденным оружием и три клиента… Ну и прочая нечисть.

Элли посмотрела на всех вышеперечисленных и ухмыльнулась:

— Скукотища!

В эту секунду у бармена под стойкой зазвонил местный телефон. Джо махнул рукой Элли, чтобы минуту подождала, и снял трубку:

— Да? — тут лицо его побледнело. — Да, мистер Моранди… — он в большом испуге посмотрел на Элли. Та в недоумении пялилась на него. — Элли Купер? Да, сэр, она уже здесь… Хорошо… — он медленно положил трубку.

Элли сидела как громом пораженная и ничего не понимала. Холод пробежал по ее телу, а в душе поднимался дикий ужас… Джо с огромным переживанием и страхом тихо проговорил:

— Элли, босс требует тебя к себе… Сейчас за тобой придут. Прошу, скажи: что ты натворила?? Он бы просто так никогда…

Элли глубоко вздохнула, чувствуя, как страх туманит ей рассудок и бьет в виски. Она с трудом выговорила:

— Джо, я понятия не имею, что ему нужно… Клянусь, я ничего…

В эту секунду мощная рука стиснула ей предплечье и, стащив со стула, развернула к себе. Элли увидела двоих амбалов Джузеппе, в черных костюмах и с огромными, толстыми лицами, пошло, но немного разочарованно разглядывающих ее с ног до головы:

— Привет, крошка! — гнусно улыбнулся один. — Хозяин хочет тебя видеть… Правда, ты как-то хреново вырядилась…

— Да, — с усмешкой подхватил второй, — через эти треники даже аппетитной попки не разглядишь… Ладно, идем и без глупостей.

Они больно подхватили Элли под руки и с силой потащили ее в кабинет босса.

— Эй, эй! Да полегче же! Я вам не мешок картошки! — грубо произнесла Элли, воинственно пытаясь вырваться.

Первый страх и паника прошли, Элли взяла себя в руки. Она действительно не сделала ничего, за что могла бы поплатиться жизнью, и эта мысль вернула ей уверенность в себе, хоть ужас в сердце еще холодил ее. Бугаи посмеивались над ней, издавая в ее адрес пошлые комментарии, но в общем-то, Элли не услышала про себя ничего нового.

Кабинет Джузеппе находился вверх по лестнице, на втором этаже. Один из верзил толкнул массивную дубовую дверь, около которой толпились какие-то люди, и они ввалились в кабинет.

То, что происходило дальше, изменило жизнь Элли навсегда. Она отлично помнила этот переломный момент. Кабинет был просторный и круглый, с окнами, выходящими прямо в зал и на сцену. Посередине стоял огромный, дубовый стол, освещенный несколькими лампами. За ним, в дорогом кожаном кресле сидел Джузеппе и курил сигару. На нем был дорогой малиновый пиджак в клетку, черная рубашка, расстегнутая на верхние пуговицы, обнажающая черные волосы на груди и массивный золотой крест на толстой цепочке, отличные черные брюки и туфли, которые Элли смогла оценить, потому что он сидел, закинув ноги на стол. Образ истинного мафиози довершала черная шляпа, скрывающая еще густые черные, но уже с проседью волосы, и толстая сигара, которую он важно курил.

В кабинете, помимо стола, стояли три кожаных дивана по разным сторонам вокруг стола, но Элли не успела хорошенько рассмотреть — ее грубо толкнули вперед, и она упала на колени на мягкий персидский ковер.

— Вот она, босс. — сказал один из верзил, и Джузеппе кивнул.

Элли подняла голову и… шок и непонимание, как в гонг, ударили внутри нее, а изумление поглотило все остальные возможные чувства. По обе стороны от Джузеппе стояли… Дэн и Кристиан собственной персоной! Элли в ужасе открыла рот, но, кажется, потеряла дар речи. Дэн и Кристиан держались абсолютно развязно и уверенно… Но ужаснее всего было то, что в их руках блестели револьверы, направленные на троих японцев в черных костюмах, двое из которых стояли чуть позади одного, с важным видом восседавшего на диване для гостей и закинувшего ногу на ногу.

Элли и Дэн с минуту в шокированном ужасе смотрели друг на друга… Она видела его испуганный взгляд… В ее голове все перемешалось и помутилось:

— Дэн?!?

— Элли?!? — воскликнули они почти одновременно.

— Что ты здесь делаешь?!? — в ужасе спросил он.

— Я?.. Я работаю в этом баре… — пробормотала Элли, вставая и не имея сил оторвать от него глаз. — А ты?.. Что происходит?.. У тебя… это… пистолет?..

Все присутствующие, включая Кристиана, расхохотались.

— Так-так! — язвительно начал Кристиан, злорадно усмехаясь. — Дэн, ты спишь с этой девчонкой и не знаешь, что она работает в нашем баре??? Вот так сюрприз!

— Что??? — взревел Джузеппе. — Даниэль… Ты спишь с моей танцовщицей???

Элли замотала головой.

— Нет, он спит со своей однокурсницей, студенткой университета.

— Студенткой? — с акцентом презрительно выговорил сидевший японец и встал.

— По вашим законам она уже давно совершеннолетняя. — спокойно махнул ему Джузеппе, выпуская сноп дыма от сигары.

— Что ты хочешь мне предложить? — злобным басом, но как-то противно слащаво улыбаясь, проговорил японец.

Джузеппе довольно улыбнулся.

— Бао, Бао, мой милый друг! Ты ведь так умен, раз сумел вычислить координаты и подбить мой самолет с первоклассным… Нет-нет! С вышеклассным краденым оружием, стоимостью в четыре миллиона долларов, над Тихим океаном в надежде вновь стянуть с меня эту сумму! — при этом Джузеппе выглядел и веселым и злобным одновременно. Элли ощутила его внутренний гнев и безжалостность, она почувствовала его власть над всем и невероятный страх… Кажется, сейчас все станет ясно, но она чувствовала, что для нее случится нечто очень-очень плохое… Об этом свидетельствовал и горящий болью и отчаянием взгляд Дэна и даже серьезный, стальной взгляд Кристиана, в котором вдруг исчезла сияющая насмешка.

Между тем, Джузеппе продолжал:

— Ты ведь такой догадливый… И я знаю, мой золотой, что ты любишь больше, чем деньги…

Японец Бао так резко разгневался, что, не контролируя своей злобы, подлетел к столу Джузеппе и громко стукнул двумя кулаками по его поверхности, дико краснея и излучая сумасшедшую ярость. Два его телохранителя быстро навели оружие на Джузеппе, продолжавшему хладнокровно сидеть в кресле как ни в чем не бывало и сладко улыбавшемуся, а Дэн и Кристиан мгновенно и одновременно навели свои пушки на них. Кристиан прищурился и злобно улыбнулся:

— Тихо, тихо, ребятки! Или вы хотите посмотреть, как танцуют девочки в зале, вывалившись из этого милого смотрового окошка с дырочкой во лбу?

Элли вздрогнула от невиданной и неожиданной жестокости и хладнокровия, которую прочитала в глазах братьев, и от шока не могла издать ни единого звука… Ей казалось все это нереальным сном… Ужас, страх, непонимание разливались по ее телу холодным потоком, но она еще пока могла держать себя в руках. Тем временем, Бао злобно зарычал:

— Что ты сказал, поскуда? Это я подбил самолет? Я? Это ты, ты сам его подбил, подонок! — плюнув слюной, рыкнул Бао, ткнув в Джузеппе пальцем. — Ты подбил свой самолет, а затем, по-тихому, собрал со дна океана оружие и вернул себе! Ты хотел обмануть меня, Джу, это не по-братски! — в эту секунду Бао выпрямился, и вся его злоба куда-то испарилась. Он вдруг ядовито улыбнулся.

Джузеппе тоже улыбнулся в ответ и весело проговорил:

— Ты ничего не докажешь, мой дорогой Бао! Ведь это ты его подбил! Сам посуди — зачем мне сбивать самолет, стоимостью в три с половиной миллиона, ради оружия, которое стоит всего лишь четыре миллиона! Я что, похож на психа?? Какая мне выгода? — Джузеппе спокойно снял ноги со стола и, наклонившись к Бао и бесстрашно глядя в его узкие глаза, проникновенно и тихо продолжил:

— То ли дело ты, Бао Миядзаки. Сбил самолетик, зачем тебе оружие, если ты снова сможешь посадить меня на крючок моего долга? Я много лет знаю тебя, золотой мой. Ты любишь управлять людьми. Для тебя деньги — не такое наслаждение, как страх в глазах твоих должников. Но мы знакомы давно, мой прекрасный, и я на твои уловки не ведусь. Хотя и несколько подстраховался…

Бао расхохотался величественным смехом, излучая триумф и невероятную власть. Элли уже с неподдельным интересом следила за двумя мафиози. Это был новый мир тонкостей игры, она понимала это и понимала, почему каждый из них занимается всеми этими делами… Это сила, сила ума, безнравственности, злости и невероятного тщеславия, стремления управлять миром с помощью уловок и внушения страха…

— Все вы, американцы, любители лизать задницы и ерничать. В твоем случае, Джу, это может быть очень кстати. Отставим глупые обвинения. Факт остается фактом. Ты должен мне четыре! Миллиона! Долларов! — отрывисто и с некоторой веселой угрозой сказал Бао.

Джу тоже хитро рассмеялся и отложил сигару.

— Хорошо, милый друг Бао. Чтобы снять разногласия, вызванные неловкой ситуацией с самолетом, я предлагаю тебе, в зачет долга, так сказать… взять себе эту милую девочку. — и Джузеппе указал на Элли.

Воцарилась тишина. Элли стояла, как громом пораженная… Ее рассудок поплыл, а тело заледенело и не слушалось… Она не верила своим ушам… Нет, это не то, она ослышалась, она определенно… В этот момент она наткнулась на взгляд Дэна, с невероятным ужасом и непониманием сверлящий Джузеппе. Он первый нарушил молчание и отвел от Элли пытливые, оценивающие взгляды:

— Что??? Джузеппе, так нельзя! Она человек! Ты не можешь продать ее, как какую-то…

— Уличную девку. — закончил за него Кристиан, хотя Элли видела, что и ему не смешно.

Джузеппе встал и, подойдя к Элли, грубо и больно схватил ее за шею, подтащив к Бао. Посмотрев на братьев изменившимся властным и гневным взглядом, он злобно провозгласил:

— Я могу делать с людьми все, что пожелаю, Даниэль! Особенно если эти люди работают на меня! — тут в его голосе мелькнула сталь. Элли бросило в лихорадочную дрожь. Она вдруг поняла, что находится на грани истерики и диких, безудержных слез ужаса и горя. — Если кто попытается ослушаться и пойти против меня… даже ты, Даниэль… Я, не жалея, убью того самой мучительной смертью.

Элли слышала это и верила ему. В его глазах она увидела всепоглощающую жестокость и хотела бежать… Джузеппе толкнул ее вперед к Бао.

— Я знаю, мой милый, — продолжил он снова слащаво-улыбающимся голосом, — что ты очень любишь женщин… Особенно танцовщиц. Эта девка — лучшая танцовщица из всех, кто работает в моих заведениях! И я бьюсь об заклад, что она лучшая в Нью-Йорке. Она приносит мне миллиарды прибыли в год… И я с большим сожалением, — он сделал фальшиво страдальческое лицо и потеребил Элли за щеку, — расстанусь с ней. Забирай ее, и забудем об этих четырех миллионах.

Бао пристально смотрел на Джузеппе, затем он уставился на Элли, внимательно оглядев ее спортивные штаны, майку, невероятно спутанную прическу, напуганное до смерти лицо… И расхохотался.

— Веселая шутка, Джу! Я знал, что ты умеешь шутить! — он медленно обошел вокруг Элли и, брезгливо сморщив в неприятном чувстве нос, дернул ее за руку, грубо крутанув спиной к себе. — Неужели ты всерьез думаешь, что я поверю, будто вот эта серая мышка может стоить четыре миллиона??? — он снова расхохотался. — Я не верю! Да, у нее неплохая фигура, но ты посмотри: как она несексуальна!.. Моя бабушка и то поприятнее будет! Бросай шутить, завтра жду перевода денег!

И он уселся на диван, а оскорбленная и испуганная Элли, покраснев до слез, дрожащим голосом спросила:

— Господин Моранди… — она задохнулась от страха. Джузеппе сморщившись посмотрел на нее. — Что… что выделаете?? Вы пытаетесь продать меня? Что происходит??? — вдруг с силой выпалила она.

Джузеппе прошел за стол и сел, сложив локти на стол. Он ядовито улыбнулся Элли и мило произнес:

— Извини, детка, ничего личного. — он перевел взгляд на Бао, и его лицо залилось кровью от злости и возбуждения. — Ты не знаешь, о чем говоришь, милый друг Бао! Эта мышь танцует так, что только благодаря ей я проворачиваю свои самые выгодные сделки в этом зале! Как скоро ты выступаешь, детка? — требовательно спросил он.

Элли посмотрела на свои старые, маленькие часики на тонком ремешке и нервно вздрогнула:

— Через десять минут.

Джузеппе довольно хлопнул в ладони.

— Отлично! Давай так, Бао: через десять минут в этом самом зале, — он указал за окошко, — мы сядем за первый столик, и ты посмотришь, как она танцует. Если тебе не понравится, в чем лично я сильно сомневаюсь, то завтра же, завтра! Слышишь? Я переведу на твой счет не четыре, а пять! Миллионов долларов! Так сказать, компенсация за моральный ущерб.

Элли, Дэн, Кристиан и Бао ошарашено уставились на него.

— Будь я проклят! — весело и игриво воскликнул Кристиан, глядя на Элли своим насмешливым, но страстным и жарким взглядом. — Дэн, если бы я знал, что она так танцует, то остался бы посмотреть, как вы занимаетесь сексом, может она и там что-нибудь интересное демонстрирует?

Дэн злобно глянул на брата и с невероятной жесткой сталью в голосе гневно осадил его:

— Кристиан.

Тот весело замолчал, а Бао засмеялся вновь, глядя на Джузеппе:

— Ты не в своем уме, Джу! Ладно, если через десять минут эта невзрачная шлюшка сумеет меня завести там, в зале, я согласен простить тебе твой долг! Но если нет… — он гневно и влиятельно наклонился к Джузеппе. — Ты будешь мне должен пять лимонов! Завтра. И без шуток.

Джузеппе серьезно протянул ему руку. Элли видела, как он уверен в своей победе, она просто не могла в это поверить… Это сон, ужасный, страшный сон…

Они пожали руки.

— По рукам! — воскликнул Джузеппе. — Мальчики, — обратился он к братьям, — вам тоже сегодня разрешено побыть в зале. Можете стать свидетелями нашей сделки! Все! Идем, идем, идем!

Он вскочил и, грубо схватив Элли за локоть, первый вышел с ней из кабинета. Остальные последовали за ними.

— Господин Моранди… Прошу, не надо! Это… это неправильно! О, пожалуйста остановитесь! — зашептала в горячей мольбе Элли, чувствуя, что не в силах остановить слезы.

Джузеппе и Элли остановились около ее гримерной комнаты.

— Идите в зал, Сесилия сейчас вас посадит! — сказал Джузеппе всем, кто шел за ними, и когда они ушли, открыл дверь гримерной и, больно сжав локоть плачущей Элли, гневно прошептал:

— Послушай, девка! Я не собираюсь расставаться со своими денежками, они мне дороже всего на свете, а ты мне — никто, хоть и танцуешь на убой… Так вот, девка, в твоих интересах сейчас станцевать так, как не танцевала никогда, будто это самый последний танец в твоей жизни!! Слышишь, слышишь?? — Джузеппе задыхался от гнева, его горячее дыхание обжигало Элли щеку. — А иначе… сегодня же вечером я пошлю Ван дер Билдов расчленить тебя и раскидать твое тело по канавам! Ясно? Я легко убью тебя, поверь, детка, не ты первая, не ты последняя! Постарайся, голубушка, или сдохнешь! — прошипел он и, грубо зашвырнув Элли в гримерную, захлопнул за ней дверь.

Элли бросилась на пол и истерично разрыдалась. Эхо гримерной разносило по помещению ее горестный плач. Она отказывалась поверить в это, она не могла вообразить, что такое могло произойти с ней… Джек ей, кажется, что-то говорил об этом… Говорил, что работа здесь может обернуться настоящим адом… Она смеялась и не верила… А теперь? О, Господи, когда Джек узнает, он придет в ярость… Элли знала, что он очень разочаруется в ней и, может быть, не захочет никогда больше с ней заговорить. Как ей пережить это? Ведь кроме него у нее никого нет… Разве что…

Элли села на полу, уняв плач, но все еще всхлипывая.

Дэн.

Он работает на Джузеппе! Он убивает людей по его приказу! Он — убийца!

Элли содрогнулась. Она любила его… Но любила обычного парня, с чрезвычайно сильным характером, да к тому же, красавчика с великолепной фигурой и проницательным взором. А теперь? Как он мог быть замешан во все это??? Ладно, Кристиан… Он дьявол во плоти… Но Дэн?!?

Элли встала и подошла к зеркалу.

Она вдруг подумала, что Дэн все равно не пугает ее. Он бы никогда не сделал ей больно. И более того… Сейчас она станцует, и, может быть, больше никогда не увидит его… Не почувствует его страстный, горящий любовью взгляд на себе… Не ощутит его сильных рук… Ее сердце застонало от боли и чувства невыразимого горя от того, что она угодила в такую нелепую ловушку из-за танцев, и теперь, через несколько минут, она либо будет рабой этого мерзкого японца, либо будет лежать мертвой в канаве…

Боль и слезы душили ее, но Элли глубоко выдохнула и, взглянув на часы, бросилась переодеваться.

Скинув с себя бесформенную спортивную одежду, Элли надела потрясающий, расшитый блестками и эротическим кружевом лифчик, поднимающий ее упругую грудь, накинула сверху белую рубашку с закатанными, по-мужски, рукавами до локтей, которая лишь слегка прикрывала попу, но Элли и не собиралась ничего скрывать, она расстегнула практически все пуговицы, чтобы демонстрировать грудь и сексуальный, плоский животик, и, довершая картину, натянула миниатюрные черные, из тянущейся ткани, шортики, открывающие ее невероятные ножки и подчеркивающие потрясающую попку, и черные, бархатные туфли на высоченной, тонюсенькой шпильке.

По обыкновению, Элли распустила свои черные, шелковистые и прямые, как лунная дорожка, волосы до пояса и ловко нанесла яркий, сценический макияж, сделавший ее королевой бала.

Она была невероятно красивой и знала это. И каждый, кто в тот вечер видел ее, ощутил в своем сердце сумасшедшую влюбленность и страсть…

Ее тело била мелкая дрожь, но она, сжав руки в кулаки, шла к выходу на сцену. Ее глаза горели невероятным, горячим отчаянием… Все проходящие мимо оборачивались на нее…

Еще секунда. Объявляют ее выход. В ушах зазвенело, и Элли вдруг подумала — да она все равно уже пропала! Хоть станцевать в последний раз от души! И, страстно улыбнувшись своей таинственной, хитрой улыбкой дикой обворожительницы, она уверенно и грациозно двинулась к шесту.

Зал взорвался криками и аплодисментами, когда она легко и уверенно на тонких каблуках эротично прошла по подмосткам. Они знали ее и ждали ее танца.

Элли услышала свою страстную мелодию, и ее волнение мигом ушло: она была в своей стихии… Почти сотня глаз пошло и страстно пожирали ее тело… Элли совершала такие движения, что зал сходил с ума от ее дикой красоты, гибкости, грациозности и эротичности…

Элли чувствовала, как горит ее душа, открываясь и отдавая себя музыке, танцу, залу. Она летала вокруг шеста, она соблазняла, но и держала загадку и таинственность, не показывая всего, что чувствует.

Глаза из полутемноты завороженно следили за ней, впиваясь в нее, светясь страстью, но в темноте зала Элли, иногда, когда позволяла музыка, искала только одни глаза… Отчаяние и отдача, жар, охвативший ее и безысходность, затуманили страх. Она безразлично увидела ошеломленные, вытаращенные в невероятном пожирающем экстазе глаза японца Бао, пристально и с нескрываемым безграничным желанием скользящие по ее телу, увидела глаза Джузеппе — победные, самодовольные и тоже возбужденные, с жаром оглядывающие ее, но ей было наплевать на них.

Барная стойка. И, о да, Дэн был там. Но, прежде чем Элли увидела его… она наткнулась на взгляд Кристиана. Ее сердце стукнуло в груди, а дрожь прошла по всему телу… Элли не хотела замечать того, что видит в его глазах, и залилась румянцем. Кристиан развязно сидел у стойки, попивая бурбон. Он был как всегда невероятно притягателен и сексуален, мужественен и брутален… Да, он смотрел с коварством, насмешкой, злорадством… но в его глазах бурлила такая стихия, которую Элли увидела впервые в жизни. Они сияли и горели, излучая сумасшедшую, необузданную страсть, огонь, желание, триумф и… наслаждение. Кристиан откровенно нагло изучал ее тело и… смотрел проницательно прямо ей в глаза, как бы считывая ее эмоции. Элли захлестнул жар, который она ощутила от него, и не только она. Позже она заметила, как все официантки и танцовщицы, сбившись в кучку, шептались, влюбленно глядя на него и дико краснея.

Элли откинула свои ощущения с огромным трудом и, улучив момент, посмотрела на Дэна. О, с какой дикой страстью он смотрел на нее, с какой любовью и нежностью! Сердце Элли пустилось в пляс, но тут же упало, вспомнив, что ее ждет, и вдруг прочитав в глазах Дэна невероятную боль и отчаяние, почти страдание, которое хуже смерти…

Она все поняла. Слишком хорош танец. Их разлучат.

Музыка завершилась, и сердце Элли остановилось на последних горячих движениях ее потрясающей, гибкой спинки и сумасшедших ножек.

Зал взорвался криками, свистом, аплодисментами. Отовсюду слышались выкрики не очень приличного содержания вперемешку с более-менее цензурной похвалой, но Элли как будто потеряла слух. Джузеппе встал и, жестом приказав успокоиться, подал руку Элли, помогая сойти с высокого помоста. Элли легко спрыгнула с полутораметровой высоты на шпильки и, дрожа всем телом, подошла к Бао.

— Ну что, милый мой Бао, убедился? — триумфально вскину руки Джузеппе. — Она — звезда, ее умению и красоте нет равных.

Бао пошло и с отвратительным плотоядным желанием оглядывал Элли с ног до головы. Разве что слюни не пускал. Элли передернуло от отвращения и нараставшего испуга. Японец медленно улыбнулся:

— Я ошибался в этой девке… Она чертовски! Дьявольски! Хороша! Она будет моей лучшей гейшей. — Бао встал и подошел к Элли, с жадным нетерпением пожирая ее глазами. — Собирай вещички, девочка, теперь ты моя. Навсегда. И только моя.

При этом он посмотрел на Дэна со всей своей мощью и триумфом победителя. Элли хотелось снова зарыдать, но от горя и отчаяния слезы застряли где-то в горле.

Дэн бесстрашно, с невероятной силой, холодным блеском и решимостью в глазах, уверенно проговорил, обращаясь к Элли, но достойно держа взгляд Бао:

— Элли, я верну тебя. Даю слово.

Бао лишь победно расхохотался. Джузеппе встал и протянул ему руку.

— Я так полагаю, о долге мы забыли.

Бао кивнул и пожал руку.

— Конечно, Джу. Ты даже не знаешь, как много потерял. — и, повернувшись к своим людям, Бао что-то сказал им на японском. Они подскочили к Элли и, грубо взяв ее под руки, потащили в гримерную.

— Отпустите меня! Пустите сейчас же! — шипела Элли, брыкаясь в их руках, но тут почувствовала укол в шею. — Что вы мне…

Договорить она не успела. Заснула мертвецким сном.

Глава 8

Пробуждение было невероятно болезненным. Через закрытые глаза Элли сначала увидела свет, а потом, еще не успев пошевелиться, ощутила тупые, болезненные удары прямо в головной мозг. Боль была до ужаса тошнотворной, и Элли решила немного полежать, пережидая. События минувшей ночи хлынули в ее голову потоком. Ее продали в рабство к какому-то японцу-якудзе, Дэн и Кристиан связаны с преступным миром, они убивают людей по приказу ее же босса, Джузеппе Моранди, но они не знали, что она танцует в «Иглах», как как им запрещено находиться в зале… После танца ее усыпили, как собаку, и привезли… Куда?? Где она??

Почувствовав, что боль уходит, Элли открыла глаза и осмотрелась. Уж что-что, а того, что она увидела, она совсем не ожидала! Она лежала все еще в своей сценической одежде, разве что туфли были аккуратно оставлены на полу, на огромной водяной кровати в каком-то шикарном номере, очевидно, отеля пять звезд. Вокруг нее, на уютных столиках, благоухали цветы, прекрасное трюмо с зеркалом было освещено разноцветными лампочками, пушистый дорогой ковер небрежно покрывал шикарный мраморный пол, а стены были обклеены высококачественными желтыми обоями.

В невероятном удивлении Элли села. Она была одна. Аккуратно поднявшись, она грациозно на носочках подошла к входной двери и с замиранием сердца дернула за ручку. Ну конечно. Заперто. Элли обреченно и отчаянно вздохнула. Ее душу вдруг резко наполнило безразличие и пустота. Страха больше нет… Да и чего теперь ей бояться? Худшее уже случилось. Этот крутой япошка вряд ли разрешит ей навещать брата или ходить в институт…

Элли вдруг истерически расхохоталась. Ее глаза заполыхали безудержным огнем, в котором она хотела скорее сгореть. Сложив руки на груди, она подошла к шторам и резким движением раздвинула их…

Море огней, неоновых вывесок, многоэтажек… Элли посмотрела на малознакомый пейзаж, ничуть не удивившись. Она не знала всего Нью-Йорка, тем более его окраин. Бесстрашно и все еще безразлично Элли легко вспорхнула на подоконник и, сев на колени, открыла окна… Темнота и огромная высота захватили ей дух, она заворожено смотрела в ночную бездну… Как вдруг сзади раздалось:

— Не советую, богиня, двадцать восьмой этаж.

Элли резко обернулась. В дверях стоял японец Бао, в потрясающем строгом, застегнутом на все пуговицы японском костюме, сложив руки на груди и пожирая Элли своим похотливым, жадным взглядом. За его спиной девушка приметила двух его телохранителей, тоже неотрывно и похабно оглядывающих ее с ног до головы с нескрываемым удовольствием.

Бао шагнул в номер и захлопнул за собой дверь, оставив своих людей снаружи. Элли вдруг почувствовала такой горячий прилив отчаяния, что резко поняла — сейчас ей абсолютно наплевать, убьет он ее или нет. Жизнь вдруг резко потеряла смысл… а с ним и свою ценность. Стало быть, ей вовсе нечего бояться и лебезить перед этим мерзавцем.

Видимо, ее гневная решимость отразилась на ее лице, потому что Бао несколько прищурился, с любопытством глядя на нее и излучая влиятельность и торжество.

Элли спрыгнула с подоконника и гневно спросила:

— Что вам от меня нужно?

Бао заулыбался и довольно потер руки.

— О, моя царица, я рад, что ты перешла сразу к делу. Теперь ты моя, навсегда моя… Я давно хотел получить богиню в свою коллекцию…

Элли передернуло от отвращения.

— Коллекцию?!?

Бао кивнул и подошел к ней ближе, пожирая ее восторженным, блудливым взглядом.

— Коллекцию гейш… Видишь ли… Я владею сетью первоклассных публичных домов по всему городу. Мои гейши самые лучшие и самые умелые… А ты… — он задохнулся от желания, и, подойдя вплотную к Элли, провел рукой по ее волосам. — Ты будешь моей царицей… Самой дорогой гейшей и самой желанной… Твое тело — божественно, твоя грация — как у тигрицы, а сколько в тебе эротичности и огня! Ты принесешь мне миллиарды… Но ты не волнуйся, — поспешно добавил Бао, — Я буду щедро одаривать тебя… Шубы, бриллианты, наряды… Ты будешь верно служить мне…

Элли серьезно и непроницаемо слушала его, а ее душа все больше и больше разверзала черную яму горя. Она не верила в это, она не понимала, за что ее так жестоко наказывает судьба, что она сделала такого? Боль звенела в каждой клеточке ее тела, как же ей хотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть, сгореть!! Лишь бы не это… То, чего она боялась больше всего на свете — что ее будут использовать, насиловать, обманывать — все сбылось… Гнев, злость, отчаяние вдруг пробудили в ней дикую жестокость, и она злорадно расхохоталась прямо в лицо Бао, вызывающе глядя ему в глаза:

— Вот размечтался! Ты серьезно думаешь, что я добровольно стану твоей шлюхой… в смысле, гейшей? — Элли отвернулась от него, ее трясло, но страха почему-то все еще не было… О, она знала, что играет с огнем, но тем больше распалялась и гневалась. Она подошла к окну, сложив руки на груди.

— Какая это часть Нью-Йорка? Я здесь никогда не была.

Бао триумфально и насмешливо рассмеялся.

— Это не Нью-Йорк, царица. Это Токио. Мой город.

И он снова захохотал.

Элли в диком ужасе и шоке обернулась к нему, от удивления забыв алфавит. Ее тело забила мелкая дрожь, как в лихорадке, она вытаращила глаза:

— Что?!? Как… Токио??? Мы что, в Японии???

Бао снова гнусно заулыбался.

— А ты думала, что я буду делить территорию влияния этой паршивой Америки? США — гнилая страна. А Япония — великая! И я здесь главный. — выложил он решающий аргумент.

Элли схватилась за голову и, снова посмотрев в окно, ощутила приступ дикой тоски и невероятного отсутствия опоры… Она в чужой стране… Без документов, без знакомых и родных… И в плену у мерзкого якудзы… Развернувшись, она требовательно и твердо воскликнула:

— А ну верни меня домой! Сейчас же!

Бао перестал улыбаться, и в его глазах заискрился гнев.

— Ты что, глупа, как курица? Я сказал: ты моя!! И будешь жить здесь, в Токио, и умрешь тоже здесь, а если перестанешь артачиться, то, может, не очень скоро! — он подошел к ней и вдруг гневно и больно схватил ее за предплечья. — Ты никогда больше не вернешься в Нью-Йорк! Никогда! Слышишь? Теперь ты — моя шлюшка!

Элли вдруг резко вырвалась и отбежала от него. Ее глаза пылали, она вся горела и чувствовала отчаянный, дикий гнев и боль.

— Ах так?! Значит, ты думаешь, что я брошу своего любимого, своего брата, родной город и друзей и буду верно тебе служить, как собачонка??? Спать с мерзкими японцами за деньги? Жить в рабстве??? Иди ты к черту!!! Я никогда не буду шлюхой, никогда!

Бао вдруг гневно взревел и, подлетев к Элли, резко схватил ее и грубо приставил к ее шее острый, широкий нож с длинным лезвием. Элли увидела в нем безжалостного убийцу, маньяка и… психопата. Бао гневно дышал, прижимая лезвие, Элли замерла…

— Тогда, царица, я буду вынужден перерезать тебе глотку… Видишь ли, до тебя тоже были девочки, которые принимали мой ласковый тон за мягкотелость… Но они не знали, что у меня есть за городом собственное кладбище гейш… Теперь, к несчастью, они в курсе. Если ты думаешь, что твоя красота и огонь остановят меня от убийства, то ты ошибаешься. Ты либо моя собственность, либо — ничья. А значит, умрешь.

Элли почувствовала дикий адреналин, ей вдруг почудилось, будто сердце сошло с ума, будто разум помутился, она дико забилась под ножом, не сомневаясь, что он за секунду может лишить ее головы, и неистово вырвалась от него, гневно захохотав:

— Ну и убивай! Ты отнял у меня все, что было, неужели же ты думаешь, что я захочу продолжать жить? Ради чего? В усладу тебе, ублюдку, или другим извращенцам?? Какой мне смысл? Черта с два! — Элли снова захохотала. — А если не веришь, то смотри! Смотри, как я красиво полечу из этого окна!

Вспышка в мозгу — Элли мысленно вспомнила Дэна, Джека, Кейси, Мэттью… Наивная мысль — это, наверное, не больно, умирать? Но дикое горе рвало ее на части… Она кинулась к окну и уже запрыгнула на подоконник, как грубые руки перехватили ее поперек туловища и гневно швырнули на водяную кровать.

Глаза Бао выражали невероятное удивление и жуткую злобу.

— Ну уж нет, девка! — заорал он. — Ты умрешь тогда, когда я решу, и так, как я захочу! А если ты не будешь мне подчиняться… Я буду отрезать твои части тела медленно, с интервалами и наслаждением, пока ты не умрешь… И ты будешь любоваться ими здесь, приколоченными гвоздями на этой самой стене!

Элли вытаращила глаза, но безумие, которое одолевало ее страдающую, униженную натуру, не дало возобладать здравому смыслу.

— Значит вот как! — воскликнула она и, вся в агонии и диком безрассудстве подлетела к Бао, выхватила из его руки нож и тут же запрыгнула на водяную кровать, обежав от японца подальше и прислонившись спиной к стене. Вскинув руку, она растопырила пальцы и положила ладонь на стену, а другой рукой занесла нож. — Тогда у тебя снова ничего не выйдет, грязный япошка! Я сама буду отрубать себе пальцы, один за другим, и сомневаюсь, что буду нужна тебе такой!!

И, прекрасно понимая, что сделав это, она на всю жизнь лишит себя танца, а значит с каждым днем будет все больше чахнуть и умирать, сделав это, она перестанет быть той, кем является теперь, обретя статус страдающей калеки, Элли все равно была полна решимости. Но сдаваться сейчас, когда впереди не было никакого будущего, она не собиралась. И какая теперь разница: инвалид она или нет?

Судя по всему, эти больные мысли отразились в ее горящих, уверенных и решительных глазах, потому что Бао просто шокировано уставился на нее, а в следующую секунду, когда Элли зарычала и замахнулась ножом, чтобы поразить собственную руку, он запрыгнул на кровать и, перехватив руку, сжал ее до боли, а другой рукой схватил Элли за шею и грубо поднял так, что она начала задыхаться.

— Чертова девка!!! Да как ты смеешь меня шантажировать? Никто еще не позволял себе такого со мной, и тебе это с рук не сойдет! — Бао задыхался от гнева. — Так, значит, умереть или остаться калекой ты не боишься… Похвально! Храбрость духа для японца — одно из лучших и благороднейших качеств… Правда, это для мужчины. — добавил он. — А вот женщина… Она должна быть послушной и кроткой, как милая овечка! И делать то, что велит ей мужчина! — снова зарычал Бао. — Раз ты такая смелая, для тебя у меня будет другое наказание… Кио, Лин! — крикнул он вдруг резко.

Из-за двери показались два телохранителя и, сложив ладонь к ладони на груди, поклонились боссу. Бао гнусно улыбнулся и что-то сказал им по-японски. Те одинаково пошло осклабились и с гнусным предвкушением и невероятным желанием вдруг двинулись к Элли, потирая руки.

Вот теперь Элли не на шутку испугалась, видя в их глазах то, что вызывало у нее только страх, ужас и кошмарные сны… Она вцепилась свободной рукой в руку Бао, которая держала ее за шею, и, застучав по ней, прохрипела:

— Подожди! Что происходит? Что ты сказал им? Я не понимаю вашего птичьего языка!

Бао гнусно улыбнулся и жестом приказал своим людям остановиться на месте. Те послушно замерли.

— О, ничего особенного, богиня. Всего лишь разрешил им использовать тебя прямо здесь и сейчас, реализуя все свои бурные фантазии и не переживая из-за того, что тебе может быть больно…

Элли вся обмякла разом, и Бао, почувствовав это, отпустил ее. Она в невероятном ужасе посмотрела на него, ощущая дикую, безудержную боль в сердце и подступающие слезы.

— Ты… ты разрешил им… изнасиловать меня? — тихо, с диким унижением и отвращением проговорила она.

Бао победно рассмеялся.

— Ну смерти же ты не боишься!

Элли выбросила нож и схватилась за голову. О, сколько ужаса было в ее душе! Но каким-то невероятным образом она вдруг взяла себя в руки и заговорила:

— Стоп! Хорошо. — тихо и спокойно сказала Элли. — Но ты должен будешь пойти со мной на компромисс. Я могу танцевать в одном из твоих борделей. Но! Я не собираюсь ни с кем спать и на мне всегда! Запомни это: всегда! Будет нижнее белье. И если ты не выполнишь мое требование и разрешишь кому-либо хоть пальцем меня тронуть, знай — я буду отрубать себе пальцы и ни одного не оставлю! Мне терять нечего!

Бао ледяным взглядом смотрел на Элли, его душил гнев и оскорбленное самолюбие. Как, как он мог допустить, чтобы какая-то девка ставила ему условия? Он бесился, как никогда. Но она чертовски хороша… С диким остервенением он кивнул.

— Хорошо. Я прикажу, чтобы никто не мог прикоснуться к тебе… Но ты будешь танцевать приваты. И будешь делать все остальное, что попросит клиент. Потому что за тебя я выставлю самую высокую цену. Ты будешь царицей, самой желанной гейшей Токио! Но если я услышу, что ты не усердна, что клиенты недовольны тобой… — Бао ядовито ухмыльнулся. — Я позволю всем своим людям делать с тобой все, что пожелают! И кстати — если объявятся твои родственнички или эти треклятые братья Ван дер Билды, я хладнокровно убью их всех, никого не жалея! Ты меня поняла?

Элли чувствовала, как все ее тело сотрясается от пережитого потрясения и стресса. Как же ей хотелось лечь куда-нибудь и пропасть навеки! Рыдания душили ее, но она держалась из последних сил. Обреченно вздохнув, она тихо сказала:

— Вряд ли кто-то вообще может знать, где я. Так что никто не придет.

Бао довольно улыбнулся.

— Вот и славно. — он глянул на часы. — О! Уже пора! Время не ждет, богиня. Через пятнадцать минут я пришлю к тебе мою кузину, ее зовут Кидо. Она сопроводит тебя по всем необходимым местам…

— По каким еще…

— Не перебивай! — вкрадчиво, но с невероятной угрозой в голосе сказал Бао. — Сегодня вечером выступаешь в моем ночном клубе «Огава». Это лучший бордель Токио! Тебе понравится… И ты постарайся понравиться! — указав на Элли лезвием ножа, рыкнул он. — Все необходимое получишь от Кидо. Веди себя хорошо, девочка, и мы поладим. — довольно добавил он и, махнув рукой, вышел из номера.

Элли села на эту дурацкую водяную кровать и, опустив лицо в ладони, дико зарыдала. Что теперь будет с ней? Ее продали, как шлюху, ее заставляют быть ею! И теперь она совсем одна в этом Токио, где она даже языка-то не знает! Ей угрожают смертью, насилием… Элли вытерла слезы и с огромным удивлением и ужасом вспомнила, что она здесь творила… Чуть не покончила с собой! Чуть не отрубила себе пальцы! Она ли это? Ужас и страх жгли ее изнутри, а главное — обреченность и горе, в сочетании с безразличием к будущему. Для нее все закончилось в тот день, когда ее силой вывезли из Нью-Йорка… И как жить дальше?..

Через обещанные пятнадцать минут в номер вошла немолодая, но очень стройная, с прямыми седыми волосами, забранными на затылке в тугой пучок, японка, одетая в серое кимоно до пола. Она поклонилась Элли, и та, в знак уважения, сделала то же самое.

— Вы говорите по-английски? — спросила Элли.

Кидо подошла к ней, глядя на нее спокойным, тихим взглядом, и с трудом проговорила:

— Английский… нет… Иди за мной.

И это, видимо, было все, что она знала. Элли подумала, что по роду ее деятельности больше трех слов знать и не нужно.

Кидо засеменила к двери, Элли двинулась следом, даже не думая о том, что одета вовсе не для улицы. Ею двигало безразличие к себе и… любопытство.

На лифте они спустились на первый этаж и вышли на узкую, тесную улочку возле отеля, освещенную множеством круглых рыжих фонарей, где теснили друг друга лавки с различным товаром и сновали туда-сюда прохожие. Темнота, теснота, шум, склоки, хохот, болтовня — и на Элли кое-кто показывал пальцем с пошлою улыбочкой, но девушка не оглядывалась на них, стараясь не отставать от Кидо. Еще двое верзил Бао следовали за ними, видимо, чтобы Элли не сбежала.

Пройдя несколько лавок, Кидо завернула к низенькой дверце возле мясного прилавка и вошла внутрь. Серый узкий коридор, грязные стены, исписанные иероглифами, и в конце замелькала белая дверь. Кидо подошла к ней, но заходить не стала, а легонько взяла Элли за локоть и толкнула к ней, проговорив:

— Туда.

Элли встревоженно посмотрела на нее, чувствуя, как страх накрывает ее волной, но подчинилась и вошла.

За дверью оказалась просторная, но заставленная многочисленными тумбами и шкафами комната, посередине которой располагался широкий операционный стол. Комната была ярко освещена и ужасно блестела белизной. Повсюду находились разные инструменты и техника, которые Элли видела только в больничных палатах, а среди всего этого сновал туда-сюда японец в белом халате и маске, прибирая какие-то склянки с кровью.

Элли содрогнулась от ужаса. Чувствуя, как холодеют ее ноги и руки, она дрожащим голосом спросила:

— Вы что, будете делать мне пластическую операцию?

Японец бессмысленно посмотрел на нее, то тут же окинув ее восхищенным взглядом с ног до головы, и что-то пробормотал на японском, жестами указав ей лечь на стол.

С мутным от страха рассудком, Элли подчинилась, внимательно наблюдая за доктором. Тот же, совершенно отработанным движением приготовил какие-то шприцы, скальпель, еще что-то непонятное черное, металлическое, в два или три сантиметра длиной, и резво надел перчатки.

Все дальнейшее происходило для Элли, как во сне. Доктор грубо пристегнул ее руки и ноги кожаными ремнями к кушетке и, крепко сжав левую руку, воткнул в нее иглу чуть повыше запястья. Элли сжала зубы, ее била нервная дрожь. Тут же она ощутила, как предплечье стало отниматься чуть ли не до самого локтя. «Наркоз», — догадалась она. Японец, что-то насвистывая, взял скальпель и сделал глубокий надрез в руке Элли чуть выше запястья, но, несмотря на наркоз, Элли ощутила дикую боль и, сжав зубы, постаралась не закричать и отвернулась, не желая видеть.

Около пяти минут японец что-то делал с ее рукой, его манипуляции причиняли Элли боль, но она отрешилась от нее, подумав о том, что было бы, если бы Бао дал ей отрубить себе пальцы… Наконец, он закончил и убрал с рук и ног девушки удерживающие ремни. Элли села и посмотрела на изуродованную руку. От удивления она даже забыла о боли: в ее прекрасную ручку был вшит тот самый металлический прямоугольник с каким-то круглым шариком из стекла и красной, мигающей лампочкой.

Элли с ужасом посмотрела на доктора:

— Что это за чертовщина? — прошептала она, но доктор недовольно замахал руками и указал на дверь.

Сбитая с толку и испуганная Элли повиновалась и вышла в коридор, где ее встретила Кидо, поджидающая с двумя людьми Бао, которая первым делом схватила ее с трудом отходящую от наркоза руку и внимательно осмотрела работу доктора. Удовлетворительно кивнув, она махнула Элли:

— Иди за мной.

Элли раздраженно вздохнула.

— Теперь-то куда?

Но Кидо не ответила. Они снова вошли в темный переулок с оранжевыми фонарями и, лавируя в толпе, быстро двинулись дальше. За первым поворотом они попали на грязную, неосвещенную улочку и толкнули первую дверь слева, над которой болталась какая-то вывеска с иероглифами и красивым рисунком девушки на мотоцикле.

Войдя в помещение, Элли сразу с горечью догадалась, что с ней теперь будет. Это был тату-салон. Посередине располагалось специальное кресло, а все стены были увешаны картинками татуировок на любой вкус и цвет. Когда Кидо и Элли вошли, из подсобки вылез огромный, накачанный негр с дредами на голове. Он был в черной майке, открывавшей огромные, покрытые разными символами мускулы, черных джинсах и армейских ботинках, на его шее болтался массивный золотой трилистник на цепочке, и внимание также привлекал ремень с золотой пряжкой. Его черные глаза с огромным удовольствием вперились в Элли, пожирая ее с ног до головы, а губы расползлись в довольной улыбке.

Кидо что-то быстро проговорила ему по-японски, он ей так же быстро ответил, не отрывая от Элли страстного, жаждущего взгляда, и Кидо, кивнув, вышла.

Элли нахмурилась, устало и раздраженно глядя на негра.

— Ну вот. Только этого мне еще не хватало. Сейчас этот громила насквозь меня всю протатуирует. — злобно проговорила она, будучи уверенной, что негр ее не понимает.

Но он вдруг громко расхохотался и на чистом английском проговорил:

— Я постараюсь аккуратней, крошка, так что можешь не бояться Большого Джима! Так ты из Штатов?

Элли шокировано смотрела на него, жадно слушая родную речь:

— Да. Слава Богу, хоть кто-то здесь не щебечет на этом дурацком языке.

Джим снова рассмеялся и указал Элли на кресло:

— Так как ты тут оказалась, крошка? И теперь ты работаешь в одном из борделей Бао? А в каком именно…

— Так стоп! — гневно осадила Элли негра. — Я — не шлюха и интимных услуг оказывать никому не собираюсь! Так что утри слюни и давай, делай… что ты там должен.

Джим удивленно вскинул брови и улыбнулся:

— Да не злись, красотка, я же не знаю всего… Обычно сюда приводят… сама понимаешь… а как ты… ну, договорилась с Бао?

Элли слегка остыла и уже спокойно проговорила:

— Ему пришлось мне кое в чем уступить… В общем, его методы мотивации против меня оказались никуда не годными. — как-то рассерженно на саму себя проговорила Элли и ледяным, сверкающим взглядом посмотрела на Джима.

Тот секунду изучал ее лицо, но, кажется, догадался, что об этом лучше не говорить, поэтому он просто достал свой татуировочный паяльник (как прозвала его машинку про себя Элли), и, присев около девушки на низкий стул, проговорил:

— Положи свою правую ногу вот на эту подставку… — он указал на специальную ступеньку и Элли легко и грациозно закинула ножку. Джим с огромным восторгом оглядел ее ногу, буквально приклеиваясь глазами к каждому сантиметру нежной, бархатистой кожи, и тихо, еле скрывая жар, проговорил:

— Черт возьми, вот это ножка! — но он быстро опомнился и добавил:

— Ладно, приступим.

И, с трудом взяв себя в руки, он начал набивать ей татуировку чуть повыше щиколотки. Элли сжала зубы и закрыла глаза, в очередной раз справляясь с болью. Через час Джим выключил паяльник.

— Готово, железная леди.

Элли выдохнула и открыла глаза. На ее ноге красовалась татуировка — тигрица, вокруг которой обвивалась роза с шипами. Элли вздохнула с облегчением.

— Ну Слава Богу! — рассмеялась она. — А я-то думала, что увижу что-то вроде надписи: «Собственность Бао Миядзаки» на всю ногу… А это… Это даже красиво.

Джим ухмыльнулся.

— Это знак того, что ты — одна из девочек Бао. Если вдруг кто-то попытается на тебя напасть в темном переулке — просто покажи ему татуировку. Здесь, в Токио, никто не смеет перейти ему дорогу.

Элли с отчаянным сарказмом рассмеялась.

— Как будто мне нужна его защита! Мне в моей жизни больше терять нечего, так что я постараюсь сделать все, чтобы отравить этому мерзкому япошке его существование. — Элли встала и выдохнула, вдруг тихо и неожиданно добавив:

— Раньше я такой не была.

Джим долго смотрел на нее, затем наложил чистую марлевую повязку на ее ногу и улыбнулся.

— Не снимай бинт ближайшие сутки. И… если захочешь еще какую-нибудь картинку, приходи… Или просто приходи.

Элли горько улыбнулась.

— Хорошо, Большой Джим. Пока.

И она хотела было выйти, но негр снова окликнул ее:

— Стой! Как тебя зовут-то?

Элли обернулась, выходя.

— Элли. Элли Купер. Я из Канзаса.

Джим захохотал.

— Черт тебя дери!

Элли, улыбаясь, вышла на улицу.

Кидо повела девушку обратно в номер и указала на огромную гардеробную. Внутри оказалось бесконечное море нарядов для стриптиза с точным размером Элли. Вещи были настолько откровенными, что Элли ощутила омерзение и жуткий стыд… Но делать нечего. На столике у зеркала лежала записка: «Сегодня в десять у тебя смена в клубе «Огава». Оденься посексуальнее, внизу тебя будет ждать серебристая «Тойота»». Элли догадалась, что это от Бао. Проглотив тугой ком в горле и глубоко вздохнув, Элли задушила свои рыдания глубоко в сердце и стала собираться.

Около десяти вечера она уже спускалась в вестибюль. На нее глазел весь отель. И она знала, как она сексуальна. На теле прекрасной Элли красовалось черное миниатюрное платье с глубоким вырезом спереди до живота, стянутым в района груди двумя тонкими, золотыми нитями, с таким же глубоким вырезом на спине, также державшимся на двух перекрестных нитях из золота; чулки в черную сеточку и лакированные туфли на захватывающей дух золотой шпильке. Сверху она накинула дорогое черное полупальто, а ее волосы были распущены и струились по спине. Лицо же было выгодно подчеркнуто золотистым макияжем, оттенявшим зеленые глаза, и буквально парализовавшим взгляды мужчин.

Сгорая от стыда и краснея, но при этом держась уверенно и спокойно, Элли вышла из отеля, слегка покачивая бедрами, и сейчас же обнаружила у входа серебристую «Тойоту» — внедорожник. Внутренне содрогнувшись, она грациозно отворила заднюю дверь и села. В машине оказался не только водитель (молодой японец с веселой ухмылкой в глухом, черном костюме). Она очутилась на заднем сиденье рядом с Бао, в заоблачно дорогом черном пальто и костюме, как и раньше, застегнутом на все пуговицы, со стоячим горлышком. Он курил толстую сигару, зажимая ее пухлыми пальцами, на которых болтались золотые перстни с огромными бриллиантами.

Бао с отвратительным похотливым выражением лица и сладострастным жаром в глазах медленно изучил Элли с ног до головы и улыбнулся.

— Ты выглядишь, как небесная царица… богиня… За тебя дадут очень, очень хорошую сумму… Любые деньги.

В этот раз Элли не ощутила никакого испуга, наоборот, ее гневу не было предела. Ей хотелось наброситься на своего мучителя, сделать ему как можно больней за то, что он превратил ее жизнь в ад… И она с огромной ненавистью и яростным гневом посмотрела на Бао своими горящими глазами. Кажется, Бао почувствовал все, о чем она думала, потому что прищурился, в удивлении подняв брови.

— Ответь только на два моих вопроса. — гневно и уверенно начала Элли, с трудом сохраняя самообладание. — Что это за штуковина, которую мне вшили в руку, между прочим, на очень и очень неважном наркозе, и что означает эта дурацкая татуировка? Обязательно было уродовать меня в нескольких местах?

Бао приспустил окно и выдохнул дым от сигары. Затем он взял ее за истерзанную руку и ухмыльнулся:

— Моя королева, это не штуковина, а видеокамера.

Элли в ужасе и шоке вздрогнула.

— Что-о-о???

Бао нежно, с диким желанием снова осмотрел Элли и мило улыбнулся.

— Посуди сама: у меня сто двадцать семь восхитительных гейш, за которыми необходимо следить! Надо знать, достаточно ли хорошо они ублажают клиента, где в данный момент находится каждая из них и, в конце концов, не мелькает ли рядом с моими девочками какой-нибудь тип… Ты же знаешь… — Бао грубо схватил Элли за подбородок и развернул к своему лицу. От него исходило чувство жадного торжества. — Вы все мои. И только мои. Камера — это отличный выход. В моем отеле есть комната, в которой ведется круглосуточное наблюдение за всеми вами. — спокойно добавил он, отпустив подбородок Элли.

Элли не верила своим ушам. Значит, нигде не спрятаться… И не сбежать…

— Отличный способ сэкономить на людских ресурсах. — сквозь зубы процедила она. — А татуировка?

Бао улыбнулся.

— Здесь все просто: тигрица — женщина, а роза — это я. Никто не сможет безнаказанно позариться на собственность Бао Миядзаки.

Элли хмыкнула.

— Да уж. Возможно, это и имело бы смысл, если бы все твои женщины не работали в публичном доме. Надеюсь, ты не забыл наш уговор?

Бао злобно поджал губы и гневно прошипел:

— У нас, японцев, принято держать слово. Тебя никто пальцем не тронет… Но ты будешь делать все, о чем тебя попросит клиент.

Элли вздрогнула от омерзения и, скрестив руки на груди, уставилась в окно, ощущая дикую боль в душе. Бао пожирающе оглядел ее и, довольно нахмурившись, замолчал.

Через пятнадцать минут Элли увидела яркую неоновую вывеску на японском, и по тому, какой невероятный ажиотаж творился вокруг, она угрюмо предположила, что это и есть знаменитый стриптиз-клуб «Огава». Темнота улицы тонула в свете фар многочисленных автомобилей, занявших всю парковку и брошенных вдоль улицы то там, то здесь. Элли отметила про себя, что почти все автомобили были очень дорогими, а мужчины, толпой слетающиеся ко входу — с явным отпечатком напыщенности на лице. Элли с отвращением поморщилась.

— Такие важные, а идут путаться с падшими женщинами. Мерзавцы. — процедила она.

Бао ухмыльнулся.

— Люди везде одинаковые. И в Америке любят прелюбодеяние. — с акцентом, комкано произнес он последнее слово. — Разница лишь в том, что мои девочки — чистые, высшего качества… А у вас в стране легко подхватить инфекцию.

«Тойота» остановилась у входа. Бао кивнул Элли.

— Идем. Я дам о тебе соответствующие распоряжения.

Элли снова ощутила давящую боль в груди и жгучий стыд… Зачем она пошла на это?!? Лучше бы умереть… Но теперь нет смысла сдаваться. Выход есть всегда. Она выдохнула и вышла из машины.

У входа их встретила молодая японка топлесс, в одних только черных, кожаных трусиках, туфельках на высоченной шпильке и чулках в сеточку. Ее черные, прямые волосы слегка прикрывали упругую грудь, на которой болтался большой кулон с янтарным камнем, а глаза и губы с ярким макияжем весело улыбались всем входящим. Девочка отмечала посетителей в своей тетради и указывала на заказанные ими столики. Когда подошел Бао, она ярко улыбнулась и, сложив ладони в приветственном жесте, низко поклонилась ему. Элли заметила и в ее руке веб-камеру, но порез был уже хорошо зажившим. Бао шлепнул японку по ягодице, и, наклонившись, поцеловал в шею, что-то проговорив на ушко.

Девушка улыбнулась.

Затем он указал на Элли и стал быстро что-то объяснять ей на японском. Девочка с любопытством и завистью разглядывала Элли с ног до головы и кивала, слушая босса.

Наконец, Бао повернулся к Элли:

— Элли, моя царица, это Чанг, администратор клуба. Я объяснил ей, что ты работаешь за тысячу йен в час и не оказываешь интимных услуг. Все, как договаривались. — он триумфально улыбнулся. — А теперь иди. Ты должна танцевать так, чтобы весь город стекался сюда только ради тебя. Ты должна заработать мне кучу денег.

Элли, прищурившись, испепелила его презрительным взглядом и двинулась внутрь, услышав вслед:

— Помни: я слежу за тобой! Не делай глупостей, богиня…

Элли вздрогнула, но не обернулась.

Глава 9

Прошло три недели с тех пор, как Элли начала танцевать стриптиз в баре «Огава». О, да. Прогноз Бао оправдался. В зале была невероятная толкучка, клиенты платили огромные деньги только за то, чтобы занять столик поближе к ее шесту. За приватным танцем к ней выстраивалась очередь, и Элли работала каждый раз до закрытия, без перерыва.

Остальные восемь девушек, которые попадали на ее смену, завистливо щурились и шептались за ее спиной, пытались делать ей мелкие пакости (то заберут косметику из гримерной, то нарочно передают не тот номер комнаты, в котором ожидает клиент), но Элли только смешило это, хотя на самом деле в душе она страдала.

На ее стороне была только крашенная в светло-русый цвет миниатюрная стриптизерша Лола, которая хорошо понимала по-английски, но говорила с большим трудом. Элли рассказала ей свою историю, поделилась болью, которая истязала ее душу, своим стыдом, на что Лола, докуривая сигарету, грустно ответила:

— Бедная девочка… Но и к этому, со временем, привыкаешь…

Элли повесила голову и разрыдалась.

Единственным достижением ее за эти дни стало то, что она, ни танцуя на шесте в зале, ни исполняя приватные танцы, не позволяла никому дотрагиваться до себя. «Хотя бы сама останусь чистой», — думала она, каждый раз уходя от просьб клиента снять белье и искусно заменяя это на другие постыдные действия, унижающие ее до дикого страдания… Но все же лучше, чем быть изнасилованной по десять раз за ночь отвратительными, грязными японцами.

И, казалось, конца этому аду не будет. Элли плакала, оставшись одна в своем номере каждый день после смены, и, глядя в окно на огромные небоскребы, узкие, тесные улочки и мигающие японские вывески, вспоминала Джека… Нью-Йорк… И Дэна. Она чувствовала трепет сердца от рвавшейся любви, с тоской представляя их ночи и то время, что они проводили вместе. Слезы текли из ее глаз рекой. Она не пыталась понять, почему Дэн и его брат Кристиан, этот дьявол во плоти, о котором Элли тоже иногда вспоминала с огнем в душе, работали на мафиозную шишку. Она не хотела думать о том, какие дела они проворачивают или… как они хладнокровно убивают людей. Это ушло на второй план. Важна была только ее любовь к Дэну. Ее страсть к нему. Но… она его больше не увидит.

Иногда Элли вспоминала Кейси и Мэттью и мечтала, что они стали настоящей парой. Думала об их с Кейси духовной связи, о том, как они с Мэттью понимают друг друга без слов… Об их танцах, конечно. Но чаще всего она тосковала по Джеку. И надеялась, что он никогда не узнает, чем она здесь занимается.

В клубе яблоку негде было упасть. Обычная ночь, время приближалось к двум часам. Элли была как всегда блистательна, эротична, обаятельна и, как она сама считала, невероятно вульгарна.

Она страстно танцевала на шесте, двигаясь медленно и грациозно, позволяя публике в зале, которая свистела, хлопала и что-то выкрикивала на японском, насладиться ее горящим, сексуальным телом. Ей это удавалось. Мужчина несказанно завелись. Их глаза пылали фанатичным желанием, и они жадно впивались в нее взглядами.

На Элли была дорогая черная норковая шубка, прикрывающая зад и с длиной рукава в три четверти. Под этой шубой на ее прекрасном теле красовалось шелковое, кружевное нижнее белье ярко-красного цвета, красные чулки в крупную сетку, обтягивающие ее идеальные ножки, и черные бархатные туфли на высоченной тонюсенькой шпильке, на которой Элли стояла так уверенно, будто родилась на каблуках. Ее прекрасные волосы были распущены, зеленые глаза подчеркивал выгодный макияж, а губки были ярко-алыми в цвет белья. Элли производила фурор. Она видела это по лицам японцев, сгорающих от желания, и играла с этим, совершая такие гибкие и страстно-грациозные движения, чтобы продемонстрировать всем свои прелести, при этом не раскрываясь до конца, что только еще больше их возбуждало.

Музыка кончилась, Элли сделала последнее движение, и публика взорвалась криками и свистом. Она на миг вспомнила любимое место «Иглы» … И слегка улыбнулась. Но, сходя с подмостков, девушка услышала голос Лолы:

— Элли, на приват, третья комната. Клиент заплатил пять штук! Будь осторожна!

И девушка быстро вспомнила, где находится. Кивнув Лоле и бросив слова благодарности, Элли эффектно двинулась сквозь толпу, провожающую ее взглядами, к комнате номер три.

С замиранием сердца и чувством жгучего стыда, никогда не оставлявшего ее, она вошла в маленькую комнату с окном, занавешенным плотными, фиолетовыми портьерами. Комната, как и смежная с ней, с большой двуспальной кроватью, освещалась десятком свечей. В ней было множество искусственных цветов и вспомогательной атрибутики, такой как наручники, маски, плетки, взбитые сливки, шампанское и многое другое, что так ненавидела Элли. Посередине, слева от большого зеркала и музыкального центра, игравшего тихую музыку, стояло кресло, в котором ждал клиент.

Обычно, входя, Элли видела его лицо, пожиравшее ее тело жадной похотью и нетерпением, но теперь, впервые, кресло было повернуто спиной ко входу.

Элли нахмурилась и закрыла за собой дверь. Мужчина в хорошем костюме и ботинках, с золотым толстым браслетом на руке, небрежно свисавшей с подлокотника, темноволосый, как и все японцы, сидел спиной к ней и… не двигался.

Элли медленно подошла к нему.

— Эй… эй, господин… — мягко сказала она, подходя сзади и тронув мужчину за плечо… как тут его голова откинулась назад, и Элли увидела, что он был…

Она тихо вскрикнула, закрыв рот руками, в ужасе, непонимании и страхе глядя на тело… Как тут, со стороны смежной комнаты с кроватью, она вдруг услышала такой родной, такой желанный и любимый ею, брутальный и притягивающий своим мужеством голос:

— Он не мертв, Элли. Всего лишь в отключке.

Элли вздрогнула всем телом и посмотрела на источник голоса, не веря своим ушам.

В дверях смежной комнаты стояли Дэн, Джек и Кристиан и все трое глазели на нее, не отрываясь.

Эли чуть не захлебнулась от нахлынувшего на нее счастья, из ее глаз потекли слезы, но она не чувствовала их. Ее сердце бешено билось и рвалось в груди, а душа кричала от радости… Неужели… Неужели?!? Он здесь… Дэн… ее любовь, ее мечта… Она жадно впилась в него глазами. О, он был так сексуален, так обаятелен и серьезен… Но сейчас его правильное, красивое лицо озарял стальной, сильный и страстный блеск глаз и едва заметная улыбка… Элли знала эту улыбку… Это его любовь к ней… Он же никогда не улыбался. На нем была потрясающая белая рубашка, с закатанными, как всегда, рукавами, расстегнутая на верхние пуговицы, черные брюки и классные, модные туфли.

Элли захохотала и кинулась к нему в объятья.

— Дэн!!!

Он протянул к ней руки… ах, он был так близко!.. Но Элли опомнилась и затормозила в метре от него.

— Нет!!! Стой, не подходи!! Он увидит! И вас…

Элли от страдания обхватила себя руками. Дэн нахмурившись, с тревогой посмотрел на нее, но не успел ничего сказать: вмешались Джек и Кристиан.

Джек серьезно и гневно смотрел на сестру, сердясь не на нее, а на то, что с ней происходит. Он выглядел тоже классно и притягательно в модной черной куртке, серой футболке, джинсах и кроссовках. Его лицо излучало дикий гнев и шок, он еле сдерживался.

— Эй, сестричка! Я, вообще-то, тоже здесь! — шутливо помахал он ей рукой, и Элли слегка успокоилась и рассмеялась, счастливо глядя на него.

— Джек! — со слезами проговорила она. — Я так скучала по тебе! Ты не подумай, меня заставили здесь работать… Я сопротивлялась этому мерзавцу Бао, как могла, но…

— Элли! — шокировано и взволнованно воскликнул Джек. Его лицо выражало неподдельный ужас. — Что ты такое говоришь?? Ты ему сопротивлялась??? Ради всего Святого! Ты думаешь, я осуждаю тебя?? Ты что, растеряла последние остатки мозгов вокруг шеста?? Я чуть не умер, думая, что мы могли опоздать сюда… — он рванул к ней, но Элли в страхе отшатнулась.

— Не подходи!! Он увидит, узнает… Он обещал убить вас всех, если вы явитесь!! — со слезами крикнула Элли. — Ну зачем?? Зачем вы приехали? Он убьет вас! Убьет! — и Элли залилась слезами.

— Черт возьми! — воскликнул Кристиан, и тут, наконец, Элли успела разглядеть его. Он был в невероятно сексуальном черном костюме, подчеркивающим его великолепное мускулистое тело, белой рубашке, так же, как и у Дэна небрежно расстегнутой на верхние пуговицы, и шикарных модных туфлях.

Элли снова ощутила горячую волну безудержной страсти, исходившей от него, невероятной мужской силы, брутальности и обаяния, сражающего наповал издалека, он был самоуверен и расслаблен, как обычно, и стоял, сунув руки в карманы брюк… И чертовски красив… Просто фантастика…

Элли наткнулась на его взгляд. Он ухмылялся наглой, торжествующей улыбкой, а его синие глаза… Они свободно и нахально со страстью оглядывали ее тело с ног до головы, медленно, эротично, страстно… Элли вдруг показалось, что он как будто прикасается к ней… Она физически ощутила его и вспыхнула, почувствовав, как сердце пропустило один удар. Кристиан сиял своим разрушительным огнем, его глаза проницательно и любовно ласкали Элли, излучая дикую страсть и… превосходство. И триумф. И насмешку.

— Я же говорил, надо было приехать пораньше, посмотреть ее шоу! Дэнни, ты только глянь: какие чулочки!

Элли дико покраснела, а Дэн и Джек с обеих сторон толкнули Кристиана.

— Эй! Не смей пялиться на мою сестру! — угрожающе воскликнул Джек. — Элли, застегнись… А то на тебе одежды как-то…

— Нет вообще. — с триумфальной и страстной улыбкой договорил Кристиан.

Дэн испепеляюще посмотрел на него.

— Последнее предупреждение, Кристиан. Не пялься! — членораздельно, угрожающе проговорил Дэн и повернулся к поспешно захлопывающую полы шубки Элли, сгорающую от стыда, что Кристиан видел ее почти голой. — Элли! Мы приехали за тобой. Мы вытащим тебя отсюда, собирайся. И почему мы не можем подойти к тебе?

Элли от страха снова всплеснула руками и выпалила:

— Потому что они увидят! Мы не можем сбежать отсюда! Через десять минут его люди будут преследовать нас по всему Токио! Вас убьют!!

И она опять заплакала.

— Элли!.. — воскликнул Джек, а Кристиан вышел вперед.

— Постой, дружище. — серьезно, жестом остановил он его. — Выпендрежница, ты нас недооцениваешь. Мы все проверили — здесь нет камер. Так как…

— Ну конечно! — отчаянно воскликнула Элли. — Они ему здесь и не нужны! — она задрала рукав, показывая ребятам врезанную в ее кожу веб-камеру. — Вот, вот камера!!! Он всегда знает, где я, что со мной, и он увидит вас!!!

Она поспешно задернула рукав. Юноши шокировано уставились на нее.

— Что за… — проговорил Джек и осекся.

— Вот проклятье! — хором процедили Дэн и Кристиан.

— Дэн! Джек! Уходите! Я так боюсь, что он узнает о вас! Мне все равно отсюда не уйти! Не из-за чего так рисковать… — со слезами на глазах проговорила Элли с глубоким, рвущимся из души отчаянием. Она так мечтала еще раз их увидеть! Но теперь ей было дико страшно… Стоп! Тут в ее мозгу кое-что включилось:

— А как вы вообще узнали, что я тут? — с огромным недоумением выпалила она.

Дэн открыл было рот, чтобы ответить, но тут вышел Кристиан, раздраженно закатывая глаза и, как всегда, с презрительной усмешкой посмотрев на Элли:

— Сейчас не время, детка, если ты, конечно, действительно не хочешь, чтобы мы были на том свете! Просто скажи: откуда мы сможем вытащить тебя? Где ты бываешь кроме этого места?

Элли раздраженно и озлобленно посмотрела на него, затем перевела взгляд на брата:

— Признайся, это ты его сюда притащил??? — но тут же она перевела взгляд на Дэна, который тоже с ожиданием смотрел на нее, и проговорила:

— Мне никуда нельзя ходить. Я бываю только здесь и в отеле. Там я живу.

— Что за отель? — быстро спросил Дэн.

Элли пожала плечами.

— У него вместо названия тупые иероглифы. Отсюда я поеду туда на серебристой «Тойоте». Мой номер на двадцать восьмом этаже, 2803. Кажется.

Дэн кивнул и переглянулся с ребятами. Джек нахмурился.

— Проследим за тачкой. Придется вытаскивать из отеля. — сказал он и посмотрел на сестру:

— Вот что: завтра ночью, около двух часов, мы придем за тобой. Собери все необходимое. Побег будет быстрым и… рискованным.

Элли задрожала от волнения и страха, но, поборов себя, твердо кивнула.

Японец на стуле пошевелился. Элли с испугом посмотрела на него, затем, умоляюще, на ребят:

— Уходите скорей! Быстро, быстро, быстро!!! — зашептала она.

— Не забудь — завтра! — серьезно шепнул Дэн, и троица исчезла за окном в смежной комнате.

Глава 10

Время, назначенное для побега, неумолимо приближалось. Элли ходила по своему номеру, чувствуя, как дрожь дикого, неимоверного ужаса пронзала ее тело. Она не думала о том, что будет с ней, если им все-таки удастся дойти до ее номера. Она могла думать только о Дэне и Джеке… и даже о Кристиане… И холодела от ужаса при мысли, что их могут убить.

Она пыталась вести себя как обычно, чтобы не вызвать подозрение у следивших за ней по веб-камере. Элли приняла душ, одела черную, обтягивающую майку, серые спортивные штаны и свои любимые кроссовки, но собрала рюкзак с очень маленьким набором необходимых вещей: когда ее привезли сюда из Нью-Йорка, то японцы захватили только ту ее одежду, что была у нее в гримерной в тот вечер. Забрав волосы в хвост на затылке, Элли легла на кровать, которая еще долго ходила под ней ходуном, и, пытаясь сдерживать волнение и бьющий в сердце ужас, закрыла глаза, прислушиваясь к тихим голосам двух охранявших ее за дверью людей Бао.

Было без трех минут два… Сердце Элли стучало громче, чем голоса снаружи ее номера… Но вдруг послышался треск рации, и взволнованный японский говор что-то быстро прокричал. Охрана за дверью заволновалась, и Элли услышала, как они перезаряжают пистолеты.

На ватных ногах она встала, обхватив свое дрожащее тело руками. «Началось», — подумала она, и в этот момент услышала шум в коридоре, бег, крики и выстрелы. Вне себя от страха за любимого и брата, Элли заметалась по номеру, впиваясь ушами в каждый крик за дверью, но ничего не могла разобрать.

Вдруг раздался удар, и дверь отлетела, сорвавшись с петель, в дальний конец спальни. Элли резко присела, закрыв голову руками, вскрикнув и увидев дым в коридоре. В эту секунду в номер влетел Дэн. В каждой руке у него было по автомату, его глаза горели уверенным, хладнокровным огнем, а на теле красовалась модная куртка, футболка и джинсы с кроссовками. Даже в минуту дикого ужаса и растерянности Элли чувствовала свое притяжение к этому сексуальному красавчику.

Увидев ее, Дэн, не задумываясь, подбежал к ней, схватив ее за руку и резко утащил к стене. В этот момент в комнату влетел японец — человек Бао, и Дэн уверенно навел на него ствол и выстрелил в самую голову. Точно. Хладнокровно. Элли снова вскрикнула от ужаса и закрыла глаза руками… Она никогда не видела, как убивают человека… И это сделал Дэн!! Не успев хорошенько осознать то, что произошло, Элли почувствовала, как Дэн куда-то тащит ее и кричит, чтобы она пригнулась… Ничего не соображавшая от шока Элли повиновалась, увлекаемая Дэном в сторону кровати, и в этот момент услышала свист пуль у себя над головой.

Они плюхнулись на пол, укрывшись за широченной кроватью и прислонившись к ней спинами. Элли сходила с ума от нереальности происходящего… Дэн высунулся и расстреливал всех, кто на полной скорости влетал в номер. Элли шокировано смотрела на него, затем услышала странный шум у двери и высунулась из укрытия, чтобы посмотреть. В дверях разворачивался настоящий бой: Джек и Кристиан спиной к спине с невероятным усилием и отличной техникой дрались сразу с пятью японцами.

— Джек??? — удивленно протянула Элли, чувствуя, что от переизбытка странной, новой для себя информации, у нее кружится голова… Она не могла в это поверить… Ее брат!!!..

Джек и Кристиан, помогая друг другу, легко уложили всех головорезов и, отстреливаясь от новой партии, подбежали к кровати и, опрокинув стоявшее рядом трюмо, укрылись за ним.

Элли вытаращила глаза, глядя на то, как ее родной брат, которого она знала всю жизнь, легко, с десяти метров попадает в лоб противнику из ружья, не дрогнув ни единым мускулом, убивая человека… Одного за другим… Элли вскинула к нему руки после того, как он швырнул ножом в подбежавшего слишком близко к кровати японца, проткнув ему ногу, после чего Кристиан легко и точно выстрелил ему прямо в сердце, и воскликнула:

— Ради всего Святого, Джек!!! Откуда ты… как ты…

— У меня кончаются патроны! — крикнул ребятам Дэн.

Кристиан подмигнул ему.

— Отлично! Значит, и здесь тоже пора с этим кончать! Джек, дружище — тебе слово.

Джек, посмотрев в дикие от ужаса и непонимания глаза Элли, обаятельно и мужественно подмигнул ей, доставая из-за пазухи гранату.

— Видишь ли, сестра… — и он точно метнул гранату ко входу. — У меня был от тебя небольшой секретик… Пригнись.

В эту минуту раздался оглушительный взрыв. Элли зажмурилась и закрыла голову руками. Полетели мусор, щепки, осколки и капли крови, дым заполнил комнату.

— Кажется, все… — сказал где-то над ней голос Дэна. — У нас не более трех минут, чтобы уйти, пока не подоспела новая партия смертников.

Элли медленно открыла глаза и подняла голову. Она увидела глаза Дэна… Все те же, любимые, таинственные глаза, лучившиеся смелостью, мужеством, ледяным спокойствием и… жадной страстью, счастьем, любовью и тревогой.

— Ты в порядке? — тихо и серьезно спросил он.

Элли отрицательно замотала головой.

— Каков план? — весело и ядовито, желая продолжить бойню, спросил Кристиан, заряжая автомат.

Джек вздохнул и, окинув серьезным взглядом ребят, угрюмо проговорил:

— Нужно разделиться.

Дэн и Кристиан спокойно переглянулись, но сердце Элли так и подпрыгнуло:

— Что??? Нет!!! Джек, мы не можем!! Я не могу тебя отпустить! Ты пойдешь со мной и с Дэном!

Джек серьезно вздохнул, глядя на Элли:

— Элли! Сейчас нет времени это обсуждать! Сюда через пару минут нагрянет вооруженная толпа кровожадных японцев, и у нас будет больше шансов выжить, если мы разделим этих идиотов пополам!

— Но… — снова попыталась возразить Элли, желая сказать, что она не может выбирать между ним и Дэном.

Джек повелительно остановил ее жестом:

— Ты пойдешь с Кристианом.

Сердце Элли так и забилось от негодования и обиды.

— Ты в своем уме, Джек??? Я ни за что…

Дэн развернул ее к себе и сильно тряхнул:

— Элли! Так нужно! Они будут искать тебя рядом со мной или братом, так что это даст вам преимущество…

— Время! — сказал Кристиан, указав на часы и явно злясь. Джек кивнул.

— Мы с Дэном пойдем первыми. Вы — через тридцать секунд. Встретимся… Где бы нам встретиться?

Элли злобно зыркнула на брата и быстро проговорила:

— Справа от главного входа есть проулок. Он очень узкий и темный. В третьем доме слева расположена мясная лавка.

— Отлично. — сказал Дэн. — У мясной лавки через… двадцать минут.

Все кивнули.

В коридоре послышались бег и крики.

— Пора. Будьте осторожны. Береги ее. — выдохнул Джек Кристиану, и они с Дэном подскочили и выбежали в коридор.

Элли с раздражением посмотрела на Кристиана, который, не смотря на свою жестокость и злобу, сиял притяжением, сексуальностью и необузданной страстью. Он поймал ее взгляд и презрительно усмехнулся:

— Что, выпендрежница, страшно?

Элли испытывала ужас, но признаться Кристиану для нее — все равно, что лечь в могилу. Она гордо усмехнулась.

— Не дождешься! Они хотят убить тебя, а не меня. Так что бояться нужно тебе.

Кристиан ухмыльнулся.

— Детка, если бы я боялся смерти, то ни за что не приехал бы сюда, тем более, за тобой. — проговорил он с усмешкой, сделав упор на последние слова.

Элли это жутко обидело, и она бросила на него полный гнева и, как ей показалось, презрения, взгляд. Кристиан прислушался. Сумбур на площадке продолжался, и он глянул на часы.

— Нам пора. Будем прорываться. Здесь есть пожарная лестница?

Элли, все еще злая и обиженная, кивнула.

— Да, в конце коридора, за маленькой, красной дверью.

— Тогда идем.

Он обаятельно подмигнул ей и, схватив за запястье, поднял с пола и потащил к двери.

Элли увидела гору трупов, разорванные гранатой тела, и ее затошнило… Кристиан выглянул в коридор, затем весело отпрянул назад.

— Там человек десять… Бегут сюда.

Элли с ужасом посмотрела на его лицо, полное решимости убить их всех, и, схватив его за руку, потянула к смежной комнате.

— Там есть еще один выход! Бежим!

Они рванули в соседнюю комнату, служившей неким подобием гостиной, и уже добрались до двери, как вдруг кто-то резко дернул Элли за руку, и она в оцепенении остановилась, ощутив дуло револьвера на своем затылке. Сердце ее забухало в груди, но Кристиан был немного впереди, и она, с большим трудом сохраняя спокойствие, окликнула его:

— Кристиан.

Он обернулся. Увидев здоровенного, триумфально улыбающегося японца, держащего Элли за руку одной лапой, а второй — приставив к ее голове пистолет, он нисколько не растерялся, а резко и уверенно навел на него ружье. Элли видела его глаза… Необузданная сила и сумасшествие так и рвались на волю, в сочетании с дерзостью и разрушительной злобой… Он был жесток, но не отталкивал, а наоборот, как магнит, притягивал своей силой и мужеством… Такого Элли не видела еще ни в одном мужчине.

— Брось оружие. — ломано по-английски сказал японец.

Кристиан насмешливо прищурился.

— Ни за что. Иначе мне придется убить тебя, переломав тебе все кости. А это дольше. Извини, но мы очень спешим.

И его уверенная рука нацелила ружье прямо в лоб японцу. Его глаза метали искры. Элли испугалась, ощутив, как ствол больнее прижался к ее голове… Она понимала, что безразлична ему, но…

— Кристиан! А ты не думаешь, что он может убить меня? — отчаянно и гневно воскликнула она.

Кристиан ухмыльнулся.

— Не будь дурочкой, Элли Купер.

Она снова увидела презрение и насмешку в его глазах. В этот момент из двери, через которую они планировали выйти, ворвались несколько японцев, держа наготове пистолеты. Увидев Кристиана, они попытались выстрелить, но он был быстрее: двоих он убил точными выстрелами в голову, одного отправил в нокаут ударом приклада и врезал еще двоим, уложив их рядом друг с другом. Элли не успела восхититься его умением, а воспользовавшись суматохой, увидела рядом с собой вазу из толстого стекла с цветами, недолго думая, схватила ее и, развернувшись, изо всей силы врезала ею по лицу державшего ее на мушке японца. Ваза разбилась, и японец повалился без сознания. Кристиан весело улыбнулся, увидев это, но, не раздумывая, схватил Элли за руку, и они снова рванули к выходу… Только не добежали. Сзади послышался выстрел, Элли в ужасе почувствовала, как рука Кристиана дрогнула, и вдруг что-то резко укололо ее в шею.

— Ай! — Элли развернулась, и, перед тем, как заснуть, увидела позади того самого японца, которого она огрела вазой. Его голова была вся в крови, он шатался, но в одной его руке все еще был зажат револьвер, а в другой — невесть откуда взявшийся шприц. Элли ощутила, как сознание покидает ее, в глазах появилась пелена, и она, падая на колени, успела посмотреть на Кристиана… В его боку она заметила кровоточащую рану, но и он упал на колени от снотворного, перед этим с трудом произнеся:

— Черт возьми, выпендрежница, ты что, не могла врезать ему посильнее?..

И они оба упали без сознания.

Глава 11

Голова раскалывалась от боли и каких-то беспокойных снов. Элли снова и снова видела Джека, Дэна, она обнимала их, ее сердце сияло от счастья… Но вот они уходят, и она, рыдая, бросается следом… А их уже нет… И рядом с ней стоит невероятный брутальный красавчик Кристиан. Он огненно смотрит на нее, и в ее сердце почему-то нет раздражения, а только стеснение… Он что-то говорит ей, так настойчиво…

— Элли! Проснись! Проснись сейчас же, черт возьми! Ну же!

Это не сон. Кристиан говорил тихо, но настойчиво и раздраженно и откуда-то сзади…

Элли с трудом разлепила глаза. Белый туман почти рассеялся, и картинка стала проясняться: она сидела посреди гостиной на стуле, ее руки были связаны за его спинкой… И Кристиан был привязан к ней в точно такой же позе, сидя к ней спиной. В довершении картины она увидела, как толстая веревка обхватывает ее живот, окончательно уничтожая все шансы быть от Кристиана подальше.

— Проклятье! — отчаянно воскликнула она, повернув голову так, чтобы краем глаза видеть Кристиана. У дверей стояли двое японцев: один — вполоборота к ним, а другой говорил по телефону по-японски и был явно доволен собой. — Теперь они прострелят тебе голову, а я буду до конца жизни танцевать приваты старым извращенцам.

Она чуть не задохнулась от горя и безысходности и ощутила слезы на лице.

Кристиан усмехнулся.

— Какая же ты еще маленькая, Элли Купер. Теперь я понимаю, что имел ввиду твой брат, когда говорил, что за тобой вечно нужно присматривать.

Элли вздрогнула от обиды и возмущения.

— Что??? Да он…

— Проехали. — раздраженно прервал ее Кристиан. — Теперь к делу. Эти два красавца у двери могут понимать, о чем мы говорим?

Элли знала, что кроме Бао, в его свите по-английски знают только «да», «нет», «доллары» и «бросай оружие», поэтому угрюмо покачала головой:

— Нет. Но какая разница? У нас нет оружия. Мы привязаны друг к другу, как это ни прискорбно. Выход перекрыт. Нам не уйти!

Кристиан язвительно усмехнулся.

— Тебе повезло, пессимистка. Ты застряла здесь со мной. А значит, мы уйдем отсюда во что бы то ни стало. — Элли услышала абсолютное превосходство и уверенность в его голосе и вдруг физически ощутила спиной его силу и мужество. Она внутренне вздрогнула.

— Хорошо, самоуверенный придурок. — раздраженно сказала она. — Какой план? Будем просачиваться сквозь стены?

Кристиан ухмыльнулся.

— Два вопроса, Элли Купер. Первый: ты видишь на полу возле своей ноги осколок стекла? Достать сможешь?

Элли глянула на японцев, не обращавших на них никакого внимания, и посмотрела вниз: осколок действительно лежал около ее кроссовка, и, благодаря своей гибкости, она, конечно, сможет достать его.

— Безусловно.

— Отлично! — весело ответил Кристиан. — Тогда вопрос номер два: ты мне доверяешь?

Элли вздрогнула. Вопрос прозвучал серьезно, а, стало быть, он придумал что-то воистину сумасшедшее…

— Что ты собираешься делать? — с испугом проговорила она.

— Через две минуты я вытащу нас отсюда. Если ты не против, конечно. — злобно усмехнувшись, проговорил Кристиан.

Элли была испугана и заинтригована, но других вариантов не было: она все равно умрет. Сегодня… или чуть позже, за то, что пыталась бежать.

— Ладно, у меня все равно нет другого выхода.

— Тогда не будем трепаться. Давай осколок, они отвернулись.

Дальнейшие события изменили Элли на всю оставшуюся жизнь. Пока японцы довольно улыбались и вели непринужденную беседу, Элли ловко изогнула спину и, приложив некоторые усилия, подобрала осколок и, немного повертев его в руках, сумела передать Кристиану. Тот, не мешкая, принялся пилить веревки, и через полминуты Элли почувствовала, что оковы на ее запястьях стали ослабевать.

— Ты готова, малышка? — огненно спросил Кристиан и тут же свистнул японцев у двери:

— Эй, кретины! — японцы ошарашено и злобно уставились на него. Кристиан подмигнул. — Я бы с удовольствием убил бы всех, кто расхаживает в фирменной форме Бао по этому отелю… Но нам пора. Как-нибудь в другой раз. Бежим. — отчетливо, но с невероятным жестким повелением в голосе проговорил он, и Элли, чувствуя, как от возбуждения ее тело вибрирует, как струна, вскочила на ноги одновременно с Кристианом и позволила ему вести ее.

Все еще привязанные к стульям, они резко понеслись в сторону окна, и Элли, с ужасом догадавшись о том, что сейчас будет, закричала:

— Что ты дела…

Она не успела закончить фразу. Кристиан развернул ее своим телом назад и бросился прямо на стекло… отделявшее номер Элли от бездны в двадцать восемь этажей.

Перед полетом Элли успела заметить, как шокировано замерли люди Бао, так и не достав пистолеты, за которыми они потянулись… Их лица… Яркий свет… Все померкло, когда она ощутила удар и услышала звон бьющегося стекла…

Невероятный полет в бездну… Чувства Элли отключились, и она слышала только свой крик… Только звезды в ночном небе и лица Дэна и Джека, мелькнувшие светлым пятном в ее голове… Жаль, она не сказала им перед смертью, как сильно любит их… Перед смертью???

Ее сердце не стучало, окна мелькали, она летела в пропасть, но… Душа подсказывала, что это не конец… Кристиан бы не убил ее… Точнее, он не убил бы себя. Но не это натолкнуло ее на данную мысль, а два толстых, стальных троса, вдоль которых они летели. «Строительные леса», — мелькнуло в мозгу у Элли, и в тот же миг они обрушились на деревянный строительный мостик девятью этажами ниже. Сокрушительный удар о мостик, дикая боль во всем теле и яркая вспышка в мозгу, что они спасены… Но вдруг Элли ощутила треск, и мостик под ними разлетелся на щепки и снова головокружительный полет в пустоту…

Душа Элли закричала вместе с ней — это конец…

И в этот безрадостный миг снова ее тело сокрушил удар и новый взрыв боли: полет окончился на невероятно как оказавшемся еще одном строительном мостике шестью этажами ниже первого.

Мостик качался. Тишина. Элли тупо смотрела в бездонное звездное небо, видела обломки первого моста, качавшиеся над их головами… И вдруг ее сердце заработало так ощутимо, так значимо! Она почувствовала, как кровь разлилась по ее телу, ощутила прекрасную, ни с чем не сравнимую… боль! О, какое счастье! Элли захватила эйфория, радость: она жива, ЖИВА!!!

Она повернула голову, посмотрев на Кристиана. В эту же секунду и он повернулся, посмотрев на нее… Она видела его сияющий, сумасшедший взгляд, видела блеск и огонь в его глазах и безудержное веселье… Счастье… Радость…

В этот момент они хором звонко расхохотались. Элли смеялась так, будто первый раз в жизни, глядя в синие, огненные глаза Кристиана… И тут включился здравый смысл. Она резко посерьезнела и ее душу заполнили злость и гнев на него.

— Ты… ты нас чуть не убил! Придурок! Как же я тебя ненавижу!!! — искренне, в сердцах закричала она, глядя на встающего на ноги, искрящегося триумфом и весельем Кристиана. — И как ты узнал, что есть второй мостик???

Кристиан ухмыльнулся и протянул ей руку.

— Я не знал. Нам чертовски повезло. Идем. Они наверняка уже знают, где мы.

Элли задохнулась от возмущения и, подав ему руку, начала подниматься:

— Поверить не могу! Мы могли уже быть на том свете из-за твоей безумной… Ай-й-й!!! — вдруг закричала она, ощутив резкую боль в другом предплечье.

Повернувшись, она увидела, что ее рука пригвождена к мостику огромным осколком стекла и идет кровь.

Кристиан секунду нахмурено смотрел на рану, затем весело произнес:

— Прости, принцесса. Нет времени на спиртовую обработку и все такое…

И он резко, без предупреждения, выдернул осколок. Элли закричала, ее пронзила слепящая, резкая, пульсирующая боль, от которой перед глазами заплясали белые пятна. Она согнулась пополам. Кристиан же быстро схватил ее руку, осмотрел рану и вдруг довольно выдохнул:

— Отлично! Артерия не задета! Ты везучая, Элли Купер! Иначе наш полет с двадцать восьмого этажа мог оказаться напрасным. Теперь идем!

Элли ощутила невероятную волну гнева к этому циничному, бесчувственному мерзавцу, который в своей жизни любит только убивать и обманывать женщин, и, не удержавшись, она процедила:

— Господи, как только мы выберемся, я сделаю с тобой такое, что ты сильно пожалеешь, что…

— Да, да, девочка, идем, нам вообще-то некогда. — язвительно ответил Кристиан, не скрывая раздражения и безразличия, и, схватив деревянный обломок, валяющийся в куче мусора на мостике, размахнулся и ловко разбил окно номера, находившегося напротив них. Не теряя времени, он влез в окно, достал револьвер и осмотрел помещение: никого.

— Так. Давай. — сказал он, протянув к Элли из окна свои сильные руки.

Элли влезла на карниз, и Кристиан легко, как пушинку, подхватил ее и ловко, так чтобы она не поранилась, втащил в номер и поставил на ноги. Не смотря на свой гнев, Элли ощутила его силу и огонь в руках, его мужество и безрассудство, его уверенность…

Они добежали до двери и осторожно выглянули в коридор. Кроме постояльцев, болтавших на разных языках и расхаживающих туда-сюда, людей Бао они не заметили.

— Порядок. — спокойно сказал Кристиан. — Пошли.

И они быстрым шагом двинулись к пожарной лестнице. На узкой лестничной клетке никого не было, но откуда-то сверху слышался шум: люди Бао искали их. Кристиан и Элли, что есть мочи, рванули на первый этаж. Добежав до самого низа, Кристиан тихо приоткрыл дверь и они выглянули: в холле стоял жуткий шум и беспорядок. Туда-сюда носились с оружием люди Бао, расхаживали работники отеля, суетились экономки и с чемоданами сновали новые жильцы.

— Нам не выйти незамеченными. — сокрушенно прошептала Элли, упав духом.

Кристиан насмешливо посмотрел на нее.

— Я это уже слышал. Там, в номере. Тебе повезло, пессимистка, я еще жив. А этих всех мы убьем, не проблема.

И он достал гранату. Элли похолодела от ужаса и резко зашептала с диким остервенением:

— Что???… Нет!!! Там невинные люди! Мы не можем вот так просто пожертвовать их жизнями…

Кристиан жестко схватил Элли за руку и заглянул в глаза. Она ощутила его превосходство, брутальное мужество, его силу и уверенность… Он был сурово ироничен и смотрел на нее, как на маленькую глупышку.

— У тебя есть другой план? Судя по конскому топоту сверху отряд маленьких, узкоглазых ублюдков будет здесь через пару минут… и я их всех убью. Но вот тех двадцать человек, что ждут нас снаружи, я, возможно, прикончить не успею. Так что возьми себя в руки и приготовься бежать, принцесса.

И не успела Элли и слова вымолвить, как он резко выскочил и, бросив гранату, потянул ее к полу. Раздался оглушительный взрыв, треск и звон, и главный холл наполнился белым, непроницаемым дымом и криками людей.

— Бежим! — крикнул Кристиан, и они пулей бросились к выходу. Выскочив из здания, Кристиан и Элли огляделись. Снаружи, то там, то здесь, были брошены около двух десятков «Рэнж Роверов», и к отелю уже на всех парусах летели люди Бао, расчехлив оружие.

— Сюда! — шепнул Кристиан и утащил Элли за небольшую живую изгородь, высаженную вдоль стен отеля. Они смогли укрыться за ней, только присев на корточки.

— И что теперь? — раздраженно спросила Элли. — Будем поливать кустики? Через полминуты они узнают, что мы здесь!

Кристиан гневно посмотрел на Элли и хотел было ответить, но тут он понял, о чем она говорит. Его взгляд резко упал на веб-камеру, вшитую в ее руку.

— Дьявол! Совсем забыл! Я думаю, надо дать им фору. — ядовито усмехнувшись, сказал Кристиан, а его огненные, синие глаза сверкнули. Он схватил Элли за руку, и вдруг в другой его руке мелькнул нож. Элли от ужаса потеряла дар речи… Не целясь, Кристиан точным ударом с силой разбил экран камеры в руке Элли острием ножа, и девушка еле удержалась, чтобы не закричать от испуга. Увидев, что он сделал, и что ее рука осталась невредимой, Элли злобно толкнула его в плечо и, не помня себя от гнева, прошипела:

— Ты псих, ты вообще в своем уме??? Теперь ты чуть не отрезал мне руку! Боже, как я вообще еще жива с тобой??? Это чудо!!!

Кристиан ухмыльнулся.

— Да, ты действительно живучая заноза в заднице. Но поговорим об этом позже. В какой стороне проулок?

Элли гневно и обиженно посмотрела на него, но показала в правую сторону. Там, метрах в пятидесяти, темнела узкая улочка, где должны были ждать Дэн и Джек.

Кристиан секунду думал, оглядывая шумный двор перед отелем, где выла сирена скорой помощи, носились вооруженные люди Бао и шумели пострадавшие от взрыва. Элли отчаянно и безнадежно оглядывалась. Добежать до проулка незамеченными им не светит… Она посмотрела на Кристиана, ожидая его расстроенных глаз, но… Он триумфально улыбнулся.

— Черт возьми, будь я трижды проклят, если это не выход! — весело и задорно воскликнул он. — Ну-ка, давай, принцесса, поднимай свою милую попку! За мной!

И он, схватив Элли за руку, куда-то резко потащил вдоль изгороди. Элли недоумевала, куда они так радостно бегут, ведь через несколько метров изгородь кончится и они окажутся как на ладони у людей Бао…

Но у самого конца Кристиан резко затормозил… у канализационного люка. Увидев, как он проворно оттаскивает крышку, Элли почувствовала, как волосы у нее на голове встают дыбом. Она отчаянно замахала руками и горячо зашептала:

— Что??? Нет, нет, нет!!! Мы не полезем в канализацию! Там же полно крыс! И… и такая вонь! — добавила она, ощутив, как пахнуло нечистотами. — Я ни за что туда не…

— Полезай. Живо!!! — повелительно произнес Кристиан ледяным тоном, излучая невероятную сталь и превосходство.

Элли сложила руки на груди.

— И не подумаю.

Вдруг Кристиан резко схватил ее за шиворот и стал силой, грубо и больно запихивать Элли в люк.

— Нет, ты полезешь, упертая девка, или я пристрелю тебя сам, а твоему братцу скажу, что не смог тебя вытащить!

Элли отбивалась от него и, чуть не плача от невероятной грубости в свой адрес, вдруг мельком взглянула в его гневные, горящие синим льдом глаза… Кристиан перехватил ее взгляд и, проницательно прищурившись, добавил:

— О, да, Джек убьет меня за это, но поверь, если ты окончательно выведешь меня из себя, я выстрелю тебе в голову с огромным удовольствием.

Элли вздрогнула от пронзившего ее ужаса… Вдруг она ясно ощутила, что Кристиан начисто лишен тормозов, и если он захочет ее убить, то убьет, чего бы ему это ни стоило… Даже ценой собственной жизни. Он беспощаден. Он жесток. Он — профессиональный убийца. Этого она о нем даже предположить не могла.

Спускаясь по ржавой лестнице в темную, кишащую крысами и тараканами, канализацию, Элли прошипела так, чтобы Кристиан, идущий следом, слышал ее:

— Ты — чудовище! Надеюсь, это приключение, связавшее нас вместе, будет последним! И как ты обращаешься с женщиной!!! Толкаешься, грозишь смертью! Я все расскажу брату и Дэну.

И она ступила в мутно-зеленую, плывущую куда-то вдаль, вонючую жижу. Кристиан спустился следом и включил фонарик на мобильном. В тусклом свете фонарика их взгляды снова встретились. Элли внимательно, но вызывающе заглянула в его глаза… Но желания убить там уже не было. Он смотрел на нее насмешливо, как раньше, с жаром и неимоверным обаянием, мужской силой и безудержным огнем… Удивительно…

— Ты еще не знаешь всех моих достоинств. И, о да, я не сомневаюсь, что ты расскажешь Джеку все. Все, кроме того, как мы выбрались из номера.

Элли внимательно выдержала его взгляд и понимающе ухмыльнулась. Да, если ее братец узнает, что Кристиан рискнул ее жизнью и это чуть не закончилось трагедией, он оторвет ему голову голыми руками. Это было бы приятно, но…

Элли кивнула.

— Иначе, я полагаю, ты убьешь меня?

— Не сомневайся. — твердо заявил Кристиан и огляделся, пытаясь сориентироваться. — Идем туда. — Он зашагал по тоннелю, направленному в сторону проулка.

Шли минут десять молча. Мимо них, пугаясь света, в разные стороны шарахались толстые, белые крысы, и Элли каждый раз испуганно вздрагивала: крыс она боялась больше, чем всех японцев Бао, вместе взятых. Наконец, показалась лестница, ведущая наверх, к люку.

Кристиан поднялся по ней и, осторожно выглянув, оценил обстановку. Довольно улыбнувшись, он махнул Элли:

— Пока тихо. Можем вылезать, мы на месте.

Он выбрался на мостовую, и Элли, с огромным облегчением последовала за ним. Кристиан помог ей вылезти, и она осмотрелась: они действительно были в том самом проулке. Мясная лавка находилась буквально в пятидесяти метрах от них. и улочка была темной и пустынной… Не считая какие-то фигуры вдалеке.

Кристиан тоже смотрел на них.

— Это они. Нужно скрыться. Далеко эта лавка?

И они бросились бежать. Добежав до темной, пустынной лавки, Элли и Кристиан бросились за прилавок и — о, счастье! Элли увидела Дэна и Джека, напряженно сидящих, прислонившись спинами к лавке и держащих оружие наготове.

— Дэн! Джек! — воскликнула Элли и, испытывая невероятное облегчение и дикую радость, упала на колени возле них и обняла сразу обоих.

Дэн и Джек крепко прижали ее к себе, и Элли ощутила, как они оба облегченно вздохнули:

— Элли! Слава Богу! — выдохнул Дэн, а Джек добавил:

— Мы так волновались за тебя! Услышали взрыв… Ты в порядке? Что с рукой?

Элли с трудом оторвалась от них и, не глядя на свою окровавленную руку, улыбнулась, впервые за последние несколько часов.

— Ничего, жить буду! Джек, ты подлец! — вдруг шутливо, но обиженно воскликнула она. — Оставить меня с этим дьяволом одну! Ты хоть представляешь, что с нами было за эти сорок минут???

Дэн и Джек одновременно укоряюще посмотрели на Кристиана, который вальяжно курил, облокотившись спиной о лавку. Тот весело ухмыльнулся и подмигнул Дэну:

— А что? Вы хотели, чтобы я доставил эту выпендрежницу невредимой — так на ней ни царапины… Это я образно говоря. — добавил он, глянув на окровавленные руки Элли в мелких порезах и ссадинах. — А вообще… Джек, дружище, я понимаю, что сестру не выбирают, но, Дэн, ты то! Твой вкус на женщин мог быть и получше! Твоя возлюбленная — спец по выпиливанию мозгов.

Элли снова злобно и обиженно прищурилась, глядя на Кристиана, глаза которого блестели ядом и сарказмом, а Дэн закатил глаза, в раздражении глядя на брата.

— Элли, не слушай. С ним кто угодно с ума сойдет. — проговорил он, а Джек кивнул:

— Да, милая, ты не волнуйся. Я тоже хорошо выпиливаю, так что, дружище, — повернулся он к Кристиану, — наш разговор еще впереди.

— Надеюсь, мы пригласим на него и бурбон. — беспечно отозвался Кристиан. — А теперь нам надо сваливать. Проулок прочесывают люди Бао.

— Так чего мы ждем? — вскочил на ноги Дэн и помог Элли подняться. — Нам бы только место, где мы могли бы спрятаться и оторваться от преследования…

Элли на секунду задумалась и тут ее озарило:

— Есть одно! Большой Джим! Он спрячет нас! Идем!

— Большой Джим? — удивленно пронеслось среди ребят, но они двинулись следом за Элли.

Четверка добежала до тату-салона, часто оглядываясь на еще пока далекие, но быстро приближающиеся фигуры и прячась в тени, и Элли с огромным волнением дернула ручку двери, в душе моля Бога, чтобы Джим был здесь.

Они ворвались в небольшой зал, как и раньше, увешанный картинками возможных татуировок, и Элли громко позвала негра:

— Большой Джим?!? Ты здесь???

Из соседней комнатки тут же выплыла могучая черная фигура большого Джима в черной майке на голом, татуированном теле и черных джинсах. Когда он увидел Элли, его глаза загорелись удивлением и радостью, он расплылся в улыбке:

— Ого! Какие гости! Землячка Элли Купер! Что, надумала сделать еще тату? Я с удовольствием снова полюбуюсь на твои ножки!

Элли захохотала и обняла его. Кристиан ухмыльнулся, а Дэн и Джек, одинаково воинствующе посмотрев на Джима, одновременно проговорили:

— В смысле — «еще тату»? — возмущенно воскликнул Джек.

— Полегче насчет ножек, приятель. Это моя женщина. — холодно процедил Дэн.

Джим примирительно поднял руки, а Кристиан, расслабленно разглядывающий картинки татуировок на стенах, весело проговорил, посмотрев на негра:

— А ты мне уже нравишься, амиго!

Элли махнула на троицу рукой и упрошающим взором посмотрела на Джима:

— Большой Джим, не обращай на них внимания. Нам нужна твоя помощь.

— Говори. — серьезно кивнул Джим.

— Я сбежала от Бао…

— Ты… ЧТО… сделала??? — ошарашено спросил Джим.

— Так вот. — продолжила Элли. — Его люди сейчас в квартале. Они прочесывают все лавки и… скоро будут здесь. Нам нужно как-то…

— Смыться. — догадался Джим. — Детка, ты обратилась по адресу. Проходите…

Он не успел договорить, как в дверь постучали. Послышались японские голоса.

— Вот черт! — воскликнул Джек, и все трое, как по команде, достали оружие.

Джим быстро открыл какую-то невзрачную серую дверь и шепнул:

— Идите туда. Это туалет. Над раковиной окно в соседний проулок… Удачи, красотка! — улыбнувшись, шепнул он Элли.

Ребята шепотом поблагодарили негра и бросились к спасительному окну. Забившись вчетвером в маленький туалет, они стали бесшумно, по очереди, вылезать в небольшое слуховое окно и слышали, как Джим на японском о чем-то удивленно спорил с людьми Бао.

Дэн вылез первым и огляделся. Проулок был узким, грязным и совсем пустым. Он дал знак, и Элли, легко и спортивно подтянувшись, не смотря на боль в руке и спине, вылезла следом. Через секунду за ними последовали Кристиан и Джек.

— Бежим туда! — шепнул Дэн, указывая на шумный перекресток впереди, и четверка пулей рванула к широкой улице, чтобы слиться с ночным движением.

Подбежав к краю улицы и глядя на проносящиеся туда-сюда машины, ребята спрятались в тень и зашептались:

— Нужна машина. — сказал Кристиан.

— Да. Поедем в какой-нибудь небольшой мотель подальше отсюда. — кивнул Дэн, а Джек, вглядываясь в улицу, вдруг улыбнулся.

— Машина сейчас будет. Вон моя любимая модель. — сказал он, кивнув на припаркованный у обочины «Ниссан» — внедорожник. — Сигнализация отстает на три секунды, так что успею бесшумно вскрыть.

Элли изумленно уставилась на брата.

— Откуда ты это знаешь? Ты что, специалист по угонам машин?

— О да. — сказал Кристиан. — Ты еще многого не знаешь о своем чудесном брате. Джеки, дружище, вперед! Покажи очередной класс!

Элли попыталась еще что-то сказать, но Джек уже скрылся за поворотом, и в этот момент резкий топот, крики и стрельба настигли их сзади. Люди Бао бежали к ним. Дэн дернул Элли к себе за спину и, спрятавшись за мусорными баками, они с Кристианом открыли ответную стрельбу.

— Дьявол! Быстро они! — крикнул Кристиан, выстрелив одному из японцев в голову.

— Они выследили сигнал камеры в руке Элли! — крикнул Дэн и тоже послал очередного противника на тот свет.

— Так они нас везде найдут! — крикнула Элли, обхватив голову руками.

— Пока мы не отрубим тебе руку. — ухмыльнулся Кристиан, и Элли в ужасе выпучила на него глаза. — Да я шучу, принцесса!

И снова, судя по крику, он точным выстрелом кого-то подстрелил.

В эту секунду на большой скорости в проулок задом заехал «Ниссан», и Джек, высунувшись из окна, стал стрелять по людям Бао:

— Живо, прыгайте! — крикнул он, и Дэн, схватив Элли за руку, прикрывая их стрельбой, быстро впихнул ее на заднее сиденье, запрыгнул следом сам, а на переднее плюхнулся Кристиан, после чего Джек нажал на газ, и автомобиль с визгом сорвался с места.

Послышались выстрелы по кузову, но авто уже запрыгнул в плотное движение по ярко освещенной улице, и Элли обернулась, чтобы посмотреть на злые и вытянутые лица пятерых оставшихся японцев, которые смотрели им вслед. Она весело захохотала.

— Вот это круто!!! Джек, может еще разок???

— И ты волновался за нее, дружище? — с сарказмом сказал Кристиан Джеку, огненно посмотрев на Элли. — Я же говорил, что ей здесь нравится!

Остаток дороги они ехали молча, бороздя неизвестные улочки Токио. Элли ужасно устала и была опустошена. Теперь, вместо адреналина, страха, раздражения и гнева она чувствовала только жгучую, режущую боль в руке, из которой все еще шла кровь, и ломоту во всех остальных частях тела после падения. Дэн с тревогой и заботой поглядывал на девушку, Кристиан беспечно и бодро курил, светясь своим огненным обаянием, а Джек, пригнувшись к рулю, искал место ночлега.

Наконец, на самой окраине города, в одном из узких и грязных проулков, ребята увидели светящуюся вывеску и пару десятков брошенных то там, то здесь автомобилей. Элли оживленно подалась вперед.

— Это гостиница! Я точно знаю! На вывеске нашего отеля был точно такой же иероглиф. — радостно воскликнула она.

Дэн и Джек кивнули, молча разглядывая обшарпанную входную дверь.

— Похоже, здесь мы сможем спрятаться. Хотя бы до утра. — проговорил Дэн, и Джек свернул на парковку.

Толкнув парадную дверь, ребята очутились в небольшом, тусклом холле, где было густо накурено и сновали постояльцы, кое-кто был одет в местные, засаленные халаты. Элли увидела старую, деревянную стойку ресепции, увешанную объявлениями, облупленные стены, и слева от ресепшена — распахнутую дверь, откуда играла неплохая танцевальная музыка и слышался гул веселых голосов.

Ребята подошли к ресепции, и Джек, слегка хлопнув ладонью по стойке, привлек внимание портье — полуседого японца в старой, клетчатой рубашке и джинсах, который, жуя жвачку, пытался настроить свой маленький телевизор и совсем не смотрел в их сторону.

— Нам нужно два смежных номера, приятель. — строго и требовательно сказал Джек. Японец поднял на него удивленные глаза, затем осмотрел остальных, обратив внимание на их пыльный и грязный вид и пропитанную кровью толстовку Элли, после чего его глаза зажглись хитрым огоньком. Он сложил руки на груди и, молча осклабившись, уставился на них.

— Два номера, тупица! Понимаешь? — снова, но уже более агрессивно, проговорил Джек, пытаясь показать на пальцах.

— Дай-ка я ему объясню, Джеки-малыш. — злобно, но с довольной, предвкушающей улыбкой проговорил Кристиан и, засучив рукава, полез на стойку. Дэн успел схватить его за шиворот и оттащить назад, серьезно и повелительно проговорив:

— Кристиан! Здесь нельзя.

Элли выдохнула, посмотрев на ребят, и, пошарив в карманах, отыскала мятые купюры — около ста двадцати долларов. Это все, что у нее было с собой. Она бросила деньги на стойку и гневно посмотрела на японца, который издевательски широко улыбался:

— Давай комнаты, засранец, плачу наличными!

Японец с довольным видом отрицательно покачал головой и, бегло заговорив по-японски, указал на потрепанную серую табличку слева от себя. На ней было написано на ломанном английском: «Доллары не принимаем. Только йены».

— Ах ты, дьявол! — ругнулся Джек и посмотрел на ребят. — Есть идеи?

Кристиан ухмыльнулся, чуть прищурившись и одарив Элли своим обаятельным, обжигающим взглядом, проговорил:

— Как это у тебя нет йен, принцесса? Ты же стриптизерша! Посмотри, наверняка в трусиках или еще где завалялись…

Элли гневно ткнула его в плечо и прошипела, испытывая чувство обиды и раздражения:

— Предупреждаю, идиот, если ты не прекратишь, то я…

— Не надо, Элли. — сказал Дэн, вставая между ними и закрывая ее спиной. — Мы знаем, что ты не такая. А вот я — совсем другое дело. — проговорил он с огромной внутренней силой и жесткостью. — И я легко сделаю с ним все то, о чем ты не успела договорить.

Они уставились друг на друга испепеляющими взглядами, но Джек прервал их зрительный контакт.

— Может, хватит? Подумаем лучше, кого будем грабить.

Элли в ужасе посмотрела на брата и задумчиво обвела глазами помещение. Вдруг из раскрытой двери слева раздался веселый и возбужденный гул голосов, и заиграла страстная мелодия… Душа Элли очнулась и вспорхнула… Она танцевала под эту музыку на шесте в баре Джузеппе…

Медленно, как завороженная, она подошла к двери и заглянула туда. За дверью оказался небольшой, но просторный бар. Столики располагались слева и справа вдоль стен, посередине — танцпол, а чуть левее — подмостки с… двумя шестами. По правую сторону от всего этого кое-как втиснулась барная стойка, которая была очень популярна в этот час. Элли восторженно смотрела на подмостки: там одновременно танцевали две японки и переполненный танцпол восторженно гудел, швыряя танцовщицам под ноги деньги. Девушки двигались грациозно, как пантеры, но Элли чувствовала, что, не смотря на откровенные наряды, не скрывающие ничего, в них не доставало того душевного огня и скрытой эротичности, которая позволила бы им окончательно покорить аудиторию.

Когда музыка закончилась, зал взорвался криками, а девушки, улыбаясь, остались возле шестов. На подмостки вскочил ведущий и что-то быстро затрещал на японском. Он показал сначала на одну девушку — зал закричал, затем на другую — зал закричал еще больше. Улыбаясь, он подошел к ней и поднял ее руку…

«Это конкурс!» — возбужденно воскликнула Элли про себя и увидела, как ведущий собрал с подмостков деньги и вручил победительнице. Элли восторженно улыбнулась и повернувшись к ребятам, которые все еще обсуждали, где украсть денег, стащила с себя толстовку и швырнула ее Джеку, на ходу подбегая к нему и распуская волосы:

— Джек, быстро, дай платок!

Джек протянул ей платок, недоуменно глядя на то, как Элли торопливо снимает кровавую повязку на предплечье и меняет ее на свежий платок, и, переглянувшись с ребятами, спросил:

— Элли, ты куда-то собралась? Что ты задумала?

Элли ослепительно улыбнулась ему, оттряхивая свои штаны:

— Пойду достану нам немного денег. Ждите здесь!

Кристиан, который уже заглянул в бар и догадался, куда намылилась Элли, ядовито усмехнулся:

— Шикарно выглядишь! Ты уделаешь всех!

Элли прищурилась, принимая его вызов.

— Можешь поставить против меня. Я скоро вернусь. — и уверенной походкой девушка двинулась в бар.

Переговоры с ведущим были тяжелыми. Он быстро догадался, что Элли хочет поучаствовать, но долго смеялся и отказывал, показывая на ее внешний вид. В итоге Элли ощутила прилив азарта и огня в груди и, кажется, ведущий заметил это по ее глазам, поэтому с недоверием и усмешкой махнул рукой.

Музыка заиграла. Элли услышала ее… Услышала сердцем, душой. Она была эротичной и страстной, Элли знала эту композицию.

Ее соперницей оказалась уверенная в себе, гибкая японка в потрясающем черном лифе, украшенном перьями, черных, блестящих мини-шортиках, демонстрирующих ее подтянутый зад и длинные стройные ноги. Она презрительно оглядела Элли с ног до головы, на что Элли весело улыбнулась и помахала ей рукой, и публика, оживленно разглядывая девчонку в черной майке, серых спортивных штанах и потрепанных, но дорогих кроссовках, без интереса переводила взгляд с нее на сексуально одетую японку.

Но Элли это не смущало. Она знала, что победит.

Первые ее движения зажгли сцену под ней… Элли летала вокруг шеста так, будто не было ни грамма веса в ее костях, будто притяжение земли не действует на нее… Будто под ее ногами горит адское пламя… Сердце Элли танцевало, она ощущала музыку каждой клеточкой своего тела и, не смотря на свой уличный наряд, танцевала так, будто была на высоченных шпильках. Она была страстной, была горячей, была желанной и… Все в зале завороженно следили за ней, она видела невероятный огонь в глазах публики, слышала одобрительный свист и восклицания… Элли знала, что у барной стойки наблюдают Джек, Дэн и Кристиан и намеренно не смотрела на них, боясь выдать свой триумф. Или боясь увидеть в их глазах… Она отмела эту мысль. Ее соперница японка танцевала с остервенением и даже пыталась сделать пару очень пикантных трюков, но все было бесполезно. Толпа бушевала вокруг шеста Элли.

Когда музыка закончилась, и ведущий объявил победу Элли, ошарашено и восторженно глядя на нее, Элли скромно улыбнулась, забрала кучу денег, которые ей накидали на подмостки и, помахав всем рукой, весело двинулась к ребятам. Все трое улыбались, поджидая ее у выхода.

— Ты была прекрасна. А твои спортивки — это просто страх! — весело проговорил Дэн, но с серьезным видом поцеловав Элли в лоб. Девушка рассмеялась.

— Да, сестричка, ты уделала эту костлявую брюнетку! Молодец! — смеясь, проговорил Джек.

Элли посмотрела на Кристиана. Тот, ухмыляясь, смотрел на нее в упор проницательным, покоряющем взором горячего, брутального мужчины, с жаром оглядывая ее тело. Элли ухмыльнулась:

— Сколько ты проспорил, дьявол?

Кристиан улыбнулся.

— Напротив! Я пообещал этой сексуальной пташке лучшую ночь в ее жизни, если она поддастся тебе.

— Так тебе просто повезло! — триумфально заявила Элли.

Кристиан как всегда насмешливо посмотрел на нее.

— Нет, это ей повезло, что она боролась с тобой.

Элли снова захлестнула дикая обида и злость, что она не может победить его даже в такой ерунде. Испепелив его гневным взглядом, Элли отвернулась и, гордо пройдя к стойке ресепции, вывалила ошарашенному, прилипшему к ее телу взглядом портье кучу смятых купюр, теперь уже йен.

— Две смежные комнаты. — жестко потребовала она. — Сейчас же!!

Портье сгреб деньги и, не отрывая похабного взгляда от Элли, достал две связки ключей и бросил на стойку. Элли пригрозила ему пальцем, а Дэн, подхватив ключи, взял ее за руку и увел вслед за ребятами, которые уже нашли лестницу на второй этаж.

Номера разделяла синяя, невзрачная дверь в стене комнаты, которую Элли могла охарактеризовать как номер на один час. Грязное окно, зашторенное толстыми, коричневыми портьерами, широкая двуспальная кровать и тумбочка с телевизором — все, что находилось в номере Элли и Дэна, не считая маленького холодильника и душевой комнаты.

Кристиан и Джек хмыкнули, глядя на допотопный телевизор с кинескопом, и прошли в свою комнату, зеркально отражавшую комнату Дэна и Элли, за исключением того, что там стояла не одна, а целых две кровати, правда меньшего размера.

Дэн установил среди комнаты стул и принялся шарить по тумбочкам, махнув рукой Элли:

— Садись. Рана глубокая, придется зашивать. И, к тому же, надо выковырить из твоей руки эту проклятую штуковину.

Элли в испуге вытаращила глаза на Дэна, но увидев его серьезное, решительное лицо, только устало проговорила:

— А ты уверен, что она сама не заживет? Мне кажется, все не так уж…

— Элли! Сядь и не спорь! — услышала девушка повелительный тон Джека, стоявшего в дверях их номера. Глянув на брата, она поняла, что сопротивляться бесполезно и плюхнулась на стул.

— Если хочешь, братишка, я могу зашить. Знаю отличные швы: «вперед, иголка» и «крестик». — с ухмылкой проговорил Кристиан, развязной походкой входя в их номер и уже попивая невесть откуда взявшийся бурбон.

Элли сощурила на него глаза, показывая сопротивление, и скинула толстовку. Дэн присел рядом на стул и, развязав рану, быстро осмотрел ее.

— Пять минут, Элли. Придется потерпеть, наркоза никакого нет, конечно.

— Как нет? — весело воскликнул Кристиан, задорно улыбаясь. — Конечно есть! На, держи, выпендрежница! — и он вручил Элли бутылку.

Элли понюхала бурбон и поморщилась, а Дэн забрал у нее бутылку.

— Отличный антисептик.

И он плеснул выпивку прямо в рану Элли.

От резкой, невыносимой боли у Элли помутилось в голове, она стиснула зубы, с трудом удерживая крик, и ощутила, как из ее глаз брызнули слезы. Дэн тревожно следил за ее состоянием, но Элли было так стыдно закричать или заплакать на глазах у Кристиана, который, конечно, будет насмехаться над ее слабостью, что она, собрав все свои силы в кулак, подняла глаза на Джека и, вытерев другой рукой слезы, проговорила спокойным голосом:

— Итак, Джек. У нас есть немного времени, так что рассказывай: как вы узнали, что я здесь? Зачем взяли с собой это чудовище? — Элли указала на Кристиана, весело попивающего бурбон и абсолютно не реагировавшего на ее высказывания. — И, наконец, как ты оказался замешан во все это???

— О, это интересно! Ни за что не пропущу этот разговор. — с сарказмом проговорил Кристиан, развязно и нагло развалившись на кровати с бутылкой и горячо и сексуально прикурив сигарету.

Джек вздохнул и, взяв еще один стул, сел рядом с Элли, оседлав его. Он посмотрел на сестру тревожным, проницательным взглядом, затем переглянулся с Дэном и проговорил:

— Мы здесь, потому что Джузеппе приказал нам вернуть тебя обратно. Ты будешь снова танцевать в «Иглах».

Элли чуть не подпрыгнула от удивления и вытаращилась на Джека, переводя взгляд с него на Дэна и обратно. Ее сердце от неожиданности и радости пропустило один удар.

— Что??? Но… как же сделка?? Я же… Он же отдал меня вместо своего долга!

Джек вздохнул и его взгляд обледенел. Ответил Элли Кристиан.

— Понимаешь, принцесса… Наш босс — такой человек, который никогда не отдаст то, что принадлежит ему.

Элли непонимающе посмотрела на него.

— Но как такое возможно?!? Если заключать сделки, то всегда приходится с чем-то…

— А вот как раз для этого, сестричка, существую я. — серьезно и пристально глядя на Элли, сказал Джек. Элли шокировано уставилась на него. — Да, я тоже работаю на Джузеппе. — угадав ее мысли, угрюмо проговорил он.

Элли вздрогнула от ужаса. Она не могла в это поверить! Ее брат… Тот, который вечно защищал ее, вытаскивал из неприятностей, запрещал ей танцевать на шесте и встречаться с кем попало, тот самый брат работает на мафию!

— Нет… — расстроенно протянула она. — Ты?.. Но… как? Что ты делаешь для него?

Джек пристально посмотрел в ее глаза. Элли видела, как тяжело ему даются эти слова, это объяснение… И как больно ему разочаровывать ее.

— Я нужен для того, чтобы придумывать способы, как вернуть то, что Джузеппе вынужден был отдавать по условиям сделок. При чем, обо мне, — Джек сделал особый упор на эти слова, — никто не знает и не должен знать, потому что если другие мафиози догадаются, что это не несчастные случаи и не просто совпадения, что они лишаются людей или товара, полученного от Джузеппе… То ни ему, ни, тем более, мне — не жить. Поэтому я теневой игрок.

Элли слушала брата, и ее глаза застилала пелена глубокого разочарования, боли и тоски. Ей все казалось нереальным сном — и его слова, и жуткая боль в руке, и все, что произошло и происходит здесь, в Токио… Ей не хотелось верить в это… Глубоко вздохнув, пытаясь осознать то, что Джек ей говорит, Элли, преодолевая глубокое расстройство, спросила:

— Так это значит… Вы все были знакомы до того, как я вас…

— Нет. — сказал Дэн. — О Джеке никто никогда не знал. Но ведь мы не могли подумать, что ты тоже работаешь на Джузеппе.

Элли удивленно посмотрела на него и, сообразив, о чем он, ухмыльнулась:

— Ну так это все ерунда. Я всего лишь танцую в его баре.

— Из-за этой ерунды, детка, нас сегодня раз двадцать чуть не пристрелили. — весело заявил Кристиан, выдохнув дым.

Элли тряхнула головой и снова посмотрела на Джека. Тот изучал ее пытливым взглядом, пытаясь прочувствовать ее реакцию. Она снова ощутила неистовую горечь и прошептала:

— Хорошо… Я поняла. Но как вы меня нашли? И как мы будем выбираться в Америку?

— Через два дня нас будет ждать вертолет на заброшенной площадке «Хукусэйдо». Это окраина Токио. — серьезно проговорил Джек. — Наша задача — продержаться это время и сделать так, чтобы тебя не нашли, а нас не убили.

— Такая мелочь. — расстроенно, с сарказмом проговорила Элли, не глядя на Джека и опустив голову. В этот момент Дэн обрезал нитку.

— Ну все. — спокойно проговорил он. — По возвращению в Нью-Йорк покажем тебя нашему доктору. Он и не такие раны лечил.

Элли с удивлением заметила две чистые, белые повязки на руке: в том месте, где был осколок, и там, где была камера. За своими внутренними переживаниями она совсем забыла о сумасшедшей боли в руке. Посмотрев в заботливые, но серьезные и мужественные глаза Дэна, Элли ощутила вновь трепет сердца и улыбнулась ему.

Дэн встал и, наклонившись, поцеловал Элли в щеку, но… Она почувствовала этот внутренний огонь и силу, его брутальность, его притяжение…

— Я скоро вернусь. — заявил он, накидывая куртку и направляясь к двери. — Нужно изучить окрестности и продумать план отступления. — увидев встревоженные глаза Элли, он добавил:

— На всякий случай.

И он вышел. Джек тоже встал.

— А я займусь поиском новой тачки. Люди Бао видели наш «Ниссан».

Кристиан затушил сигарету и вальяжно и расслабленно встал, ухмыльнувшись и направившись к двери. Джек поднял брови и посмотрел на его спину:

— А ты куда?

Кристиан удивленно и нагло посмотрел на него и триумфально ухмыльнулся:

— Как куда? В бар, конечно. Когда закончишь обо всем заранее заботиться, мы будем тебя ждать.

— Ты же не говоришь по-японски! — усмехнулся Джек.

Кристиан весело и безразлично пожал плечами.

— А когда для этого нужны были разговоры, дружище? — бросил он с огнем сексуального обаяния в глазах и исчез за дверью.

Элли встала и, сложив руки на груди, посмотрела на брата. Когда они остались вдвоем, вся горечь правды навалилась на нее тяжким грузом. В ее душе рвалась боль и противоречие, ей было горько, обидно, и она пока не могла это принять. Джек внимательно смотрел в ее глаза… Да, он все мог по ним прочитать, и Элли знала, что не обязательно рассказывать ему о своих чувствах… Но и она видела, что он испытывает боль от того, что врал ей.

— Джек… Значит… все это время ты убивал людей? Ты… преступник, вор… И можешь сесть в тюрьму или… тебя могут убить! Боже!!! Я не могу поверить! — Элли всплеснула руками и закрыла глаза, пряча слезы.

Джек взял ее за руки и, отведя их от лица, заглянул ей в глаза воспаленным взглядом.

— Элли! Послушай меня! Послушай! Мне очень, очень жаль, что я не сказал тебе все с самого начала… Ты привыкнешь к этой новости и я знаю, ты никогда не смиришься с тем, что я делаю. Но ты должна мне поверить. — с нажимом и очень проникновенно проговорил он. — Я делаю это руками… Но не по совести. Я все тот же твой брат, и большую часть времени на работе действительно провожу в дороге. Так вышло, что нам с тобой всегда нужны были деньги. Оплата за квартиру, институт, прочие расходы…

Элли со слезами вцепилась в куртку брата и умоляюще горячо воскликнула:

— Я могу бросить учебу, устроюсь на десять работ, но ради Бога, Джек, пожалуйста…

Джек с горечью вздохнул и проговорил:

— Элли, Элли! Я бы все отдал за то, чтобы прекратить… Но ты сама понимаешь… Джузеппе меня не отпустит. За эти два года я стал незаменим для него… И уйти могу только на тот свет. Но запомни — я люблю тебя и всегда буду защищать и опекать. Как раньше.

Элли зарыдала и бросилась ему на шею. Они простояли какое-то время, не имея сил разомкнуть объятья. Джек гладил ее по волосам, а Элли пыталась все это осмыслить. Он ее брат… Что бы он ни делал. Он — все, что у нее есть, и она любит его.

— Мне нужно идти. — сказал Джек. — А ты пообещай — из номера никуда не выйдешь, закроешь за мной дверь и будешь ждать меня или Дэна. Прими душ и отдыхай. Мы обо всем позаботимся.

Элли вздрогнула, ощутив, как леденеет душа.

— Я буду совсем одна! А если они найдут меня???

Джек улыбнулся и обаятельно подмигнул, внушая уверенность и спокойствие.

— Не переживай. Сначала они найдут нас. И им не очень повезет, если они разозлят Кристиана.

Элли ощутила внутри непонятную смесь эмоций при упоминании о нем, но все, что она смогла выделить из пожара в сердце — это злость и обида, поэтому она угрюмо пробормотала:

— Может, они случайно убьют этого монстра…

Джек расхохотался.

— Он нам еще пригодится. Запрись как следует!

И он тоже ушел.

Элли тяжело выдохнула, но заперла дверь и действительно ушла в душ. Стоя под теплыми струями воды, она вдруг поняла, как абсурдно все, что случилось с ней… И ей ли осуждать брата, когда именно она всю жизнь создает неприятности? И в бар танцевать она пошла по своей воле, а ведь он предупреждал ее, что это может плохо закончиться… И что теперь? Она в Японии, прячется от могущественного якудзы, который заставил ее танцевать стриптиз и продавать себя отвратительным, мерзким япошкам, а еще раньше ее же босс продал ее, как куклу, в уплату долга! Это и в страшном сне не могло присниться.

Думая об этом, Элли ощутила, как ее голова и сердце постепенно приходят в норму и чувство разочарования и боли испаряется без следа.

Вымыв волосы и тело и выстирав одежду, Элли просушила вещи феном, наложила простенький макияж и, подождав, пока высохнут волосы, снова завязала их в невероятный, торчащий во все стороны пучок. Глянув на себя в зеркало, она недовольно нахмурилась: на руке бинты, все тело покрыто ссадинами и синяками, под глазами круги, лицо бледное… И что будет дальше? Элли прекрасно понимала, что даже если они вернутся живыми, на этом все не закончится.

Просидев в номере еще около часа, Элли ощутила такую тоску и пустоту, что, одевшись, она, не медлив ни секунды, вышла из комнаты. Не зная, куда идти, Элли бесцельно спустилась на первый этаж и вдруг услышала любимую танцевальную музыку, веселые голоса и смех. Удивленная тем, как это она раньше не вспомнила про бар, Элли с удовольствием вошла в помещение.

В зале было полутемно, на танцполе полно народу, ди-джей крутил пластинки, а у бара тусовались одинокие юноши и девушки, робко поглядывая друг на друга… И те, кто уже обзавелся парой. Элли увидела Кристиана, и ее сердце сжалось. И снова эта буря чувств овладела ею! Он сидел на стуле в развязной позе и обнимал двух японок: одну — за талию, другую — за шею. В руке у него была бутылка, и он попеременно шептал что-то то одной девушке, то другой, при чем Японки, явно не понимая, но смутно догадываясь о смысле его слов, счастливо и влюбленно улыбались и краснели от удовольствия.

Элли почему-то разозлило то, что она увидела, но, подходя к барной стойке, в ее голове проскользнула мысль, что уверенный в себе, заносчивый и наглый Кристиан горит, как огонь из преисподней, что даже не глядя на него и садясь через два стула, она чувствовала его сексуальность, его притяжение, видела, как он сиял и какая неимоверная мужская энергия исходила от него… Он был красавчиком, сумасшедшим и обаятельным… Элли знала, что это все, что нужно женщинам.

Стараясь не думать о нем, но с негодованием и обидой на себя понимая, что не может выкинуть его из своей головы, Элли угрюмо плюхнулась на стул и, облокотившись о стойку, поманила бармена, молодого и худосочного японца, пальцем:

— Эй, бармен! Иди-ка сюда. — он подошел, и Элли увидела в его глазах пошлую улыбку… Кажется, он узнал ее, вспомнил ее танец, потому что его глаза похотливо прошлись по ее телу и он осклабился. — Бутылку виски. — потребовала Элли, но он стоял не шелохнувшись. Элли вздохнула, думая, что он ее не понимает. Она осмотрела полки, но на всех бутылках увидела японские этикетки. — Ну виски, виски… Как тебе объяснить?? — разозлилась она, глядя по сторонам, и вдруг наткнулась взглядом на Кристиана, его девушек и бутылку бурбона в его руке. Он насмешливо и ядовито ухмыльнулся, презрительно глядя на Элли. Девушка вскипела от негодования. — Ладно, и это пойло сойдет. — проговорила она, глядя на бурбон, и указала бармену:

— Тогда тащи вот это!! Бурбон… понимаешь меня, придурок??

Бармен, конечно, все понял. Она видела это по его глазам. Но он не шелохнулся, а только еще больше осклабился и вдруг жестом показал, как Элли снимает майку, танцуя стриптиз.

Элли оскорбило это так, что в ее голове загудело, а эмоции вышли из-под контроля. В висках стучал гнев, и Элли вдруг, сама от себя не ожидая, призывно улыбнулась ему, не замечая, что ее глаза мечут искры, и, наклонившись к нему, игриво прошептала:

— А ну-ка, иди сюда, мой дорогой, я кое-что скажу тебе на ушко…

Бармен, увидев ее глаза и услышав притягательный голос, весь вспотел и пошло заулыбался, не веря своему счастью. Только он приблизился к девушке, как Элли грубо и сильно, по-мужски схватила его за шею и так приложила голову об барную стойку, что тот взвизгнул от боли. Но Элли ничего не замечала, ее кровь кипела от гнева и оскорбления, и прижав голову бармена к стойке, Элли положила рядом свою голову и заглянула в его красные, налившиеся глаза и опухшее от бесполезного сопротивления лицо, и, почувствовав удовлетворение, проговорила:

— Если ты еще хоть раз сделаешь подобный жест в мою сторону, я вырву твои чертовы глаза, ты понимаешь меня, ублюдок?!? А теперь — тащи виски. Живо!!! — прикрикнула она и отпустила бармена.

Тот, расширенными от ужаса глазами посмотрел на Элли и, держась за ушибленное ухо и что-то пробормотав, быстро метнул на стол возле Элли бутылку виски и стакан и спешно исчез от греха подальше.

Элли открыла бутылку и угрюмо, но с определенным триумфом, плеснула в стакан виски и отпила. Вдруг невероятное жжение в сердце, как магнитом, развернуло ее голову в сторону Кристиана. Он стоял рядом, все еще обнимая двух японок, которые глазели на Элли с большой ревностью и недовольством, и Элли физически ощутила его мужское превосходство, его притяжение, внутреннюю сумасшедшую энергию, которая выливалась в кипящую кровь и сияющие синие глаза. Он с ухмылкой смотрел на Элли, подняв бровь.

Элли было сложно отключить эмоции, переполнявшие ее, но она все равно предательски заглянула в эти красивые, горящие пламенем, проницательные и игривые глаза и взбесилась.

— Что? — грубо спросила она, с вызовом посмотрев на него.

Кристиан саркастично ухмыльнулся.

— «Вырву глаза»? Неплохо! Можно было бы еще «каблук в ухо» … Но для тебя это неактуально. — произнес он, огненно пройдясь по ее телу глазами и задержавшись на потрепанных кроссовках.

Элли почувствовала, как в ней просыпается азарт и желание победить его и, презрительно взглянув на недовольных японок, она ухмыльнулась:

— Интересно, а что бы ты сказал на моем месте?

Кристиан притягательно улыбнулся и поднял брови:

— Ты имеешь ввиду — что я уже ему сказал?

Элли удивленно посмотрела на него, затем на бармена, который с невероятным ужасом косился на них обоих, и снова вернулась к нему. Кристиан что-то шепнул обеим японкам и протянул одной ключи от своего номера, поцеловав одну в щеку, а другую — в шею, и обе, зардевшись от удовольствия, победно посмотрев на Элли, удалились, качая бедрами.

Элли ухмыльнулась, посмотрев им вслед.

— А эти милые овечки знают, что ты очень злой волк?

Кристиан насмешливо ухмыльнулся:

— Нет, для них я буду хорошим. Насколько смогу. — добавил он, прищурившись. — Как рука?

Элли отпила из бокала и помотала головой.

— Давай не будем об этом! Ты чуть не убил меня! Несколько раз…

Кристиан сел рядом с ней на стул и ухмыльнулся.

— Не считается. Реально был только один раз.

Элли внимательно посмотрела на него и внутри нее вдруг вспыхнул страх. Она знала, о каком случае идет речь…

— Ты говоришь о том, как обещал пристрелить меня, если я не полезу в люк? — Элли наклонилась к нему, ощутив сумасшедшее обаяние. — А ты мог тогда реально убить меня?

Кристиан повернулся к ней, и их глаза встретились. Он слегка прищурился. Она тонула в его синих глазах, чувствовала его страсть… На секунду мир вокруг куда-то исчез… Были только его глаза, синие, светящиеся, излучающие силу и превосходство…

— Легко. Но я бы выстрелил сразу в сердце. Чтобы не мучилась.

Элли ощутила эту власть, эту жестокость, и ей вдруг стало горько… Мир вернулся и она покачала головой:

— Ты — чудовище. Самовлюбленный, эгоистичный, властный мерзавец. Ты бесчувственный, как пробка.

Кристиан расхохотался. Обаятельно закурив, он ухмыльнулся и наклонился к Элли:

— Может быть. Но ты такая же. Ты самовлюбленная, жестокая и выпендрежница. Ах да, еще зануда.

Элли возмущенно посмотрела на него и расхохоталась:

— Это еще почему? Никто из моих знакомых в жизни никогда мне этого не говорил! Я добрая, светлая и могу быть хорошей подругой. — заявила Элли с вызовом.

Кристиан с сомнением поднял брови и выдохнул дым.

— Ты уверена? Хорошо. Вот тебе мои аргументы. Ты хоть раз задумывалась о том, как танцуешь?

Элли протестующе вскинула руку, но на самом деле ей было дико любопытно.

— Даже не начинай! Что ты можешь знать…

Кристиан схватил ее за запястье своей сильной, обжигающей рукой и прищурился.

— Я не об этом. Видела бы ты свое лицо! Ты тащишься от самой себя! Тебе кажется, что ты лучше всех.

Элли обиженно взглянула в его огненные, полыхающие злобой глаза, и выдернула руку.

— Да что ты понимаешь! Я тащусь не от себя, а от танца, и я действительно хорошо танцую.

Кристиан с усмешкой и сарказмом хмыкнул.

— Это ты врезала парню из футбольной команды на школьном дворе? Это ты сейчас угрожала бармену расправой? Это твоя жестокость, детка. А насчет самовлюбленности… Взять хотя бы то, как ты себя описала! — и он расхохотался. — Факт налицо, Элли Купер. Ты — плохая девочка и сгоришь в аду.

Элли так разгневалась на него, затем на себя, что не заметила, как гнев перешел в азарт, и она хлопнула рукой по столу.

— Да хоть бы и так, придурок! Я все равно в сто раз лучше тебя! Ты любишь убивать! Ты любишь делать людям больно! Ты мучаешь всех: брата — своей необузданной жестокостью, женщин — отсутствием чувств и обманом, а меня — своими глупостями! Я ударила того парня за то, что он обижал мою подругу, нахамила бармену, потому что он записал меня в разряд дешевых шлюх! Я никогда никого не предавала и не делала больно, а танцы — это вся моя жизнь, и да, я считаю, что могу взорвать танцпол одним своим появлением!

Кристиан наклонился к Элли, и она ощутила потрясающий аромат его парфюма… И эти глаза! Он медленно и огненно, сияющим взором оглядел ее и обаятельно улыбнулся:

— Значит, ты думаешь, что ты хорошая? Как насчет сделки?

Элли внутренне вздрогнула, но желание доказать ему, что она сильнее, желание победить его подожгло ее азарт и игривый настрой. Она вызывающе посмотрела на него.

— Ты опять со своими глупостями? Ладно. Каковы условия?

Кристиан отпил из бутылки и коварно улыбнулся.

— Ты идешь туда, — он указал на танцпол, — и зажигаешь. Если публика признает тебя — я выполню любое твое желание.

Элли удивленно и радостно посмотрела на него. Хитро прищурившись, она проговорила:

— А ты не боишься, что мое желание окажется невыполнимым для тебя?

Кристиан снова насмешливо улыбнулся:

— Я ничего не боюсь, глупышка. Не думаю, что ты заставишь меня выпрыгнуть из самолета без парашюта. Но даже если и так — я все равно прыгну. Даю слово. — серьезно и жестко добавил он, и Элли почувствовала, что так и будет. Кристиан действительно не боится смерти… И выиграть пари будет очень сложно. Она задумалась.

— Хочу, чтобы ты навсегда перестал спать с женщинами. — серьезно заявила она. Элли шутила, но Кристиан не только не испугался, но наоборот, слегка разозлился, и его глаза зажглись недобрым огнем.

— Предупреждаю, девочка, это желание будет тебе дорого стоить. — проговорил он, и Элли ощутила страх. Но, выдержав его взгляд, она сказала:

— Я пошутила. Зачем обрекать тебя на мучения до конца твоих дней? Мое желание — ты обещаешь больше никогда не врать мне.

Кристиан улыбнулся.

— Ставки высоки, принцесса! Вот тебе условие: если ты заставишь танцевать абсолютно всех в этом баре, включая меня, то я никогда больше не солгу тебе, хоть это может тебе и не понравится. Но если ты не сделаешь этого — тогда тебе придется допить эту бутылку и лечь на стойку. Бармен подожжет тебе живот специальным огнем в виде восьмерки, а внутрь поставит стопки с текилой.

Элли ошарашено вытаращила на него глаза.

— Зачем тебе это?

Кристиан язвительно улыбнулся.

— Ты узнаешь, выпендрежница. Когда повзрослеешь.

Элли раздраженно посмотрела на него и, принимая вызов, проговорила:

— Идет!

Допив бокал, она игриво посмотрела на Кристиана и, подмигнув ему, встала на ноги. В этот момент зазвучала популярная танцевальная музыка, Элли услышала родные голоса и знакомый язык, и это придало ей сил. Она сделала великолепный высокий прыжок через себя и, очутившись в толпе, начала с простых движений уличного стиля, ярко улыбаясь и чувствуя, как ее сердце сливается с музыкой. Она танцевала так озорно, что вскоре все танцующие стали повторять за ней незамысловатые, но эффектные движения, а вскоре выделились несколько танцующих юношей, которые хорошо подхватывали то, что начинала Элли, и вливались в танец с ней, кружа около нее и подхватывая ее стиль.

Через полчаса Элли летала по танцполу, скользкий пол горел под ее ногами. Она была страстной, эротичной, притягательной и невероятно грациозной и гибкой, не смотря на спортивные штаны. Все юноши были влюблены в нее и пытались привлечь ее внимание, девушки либо завидовали, либо хлопали ей, подтанцовывая.

Элли сияла и чувствовала душой свой танец, музыку, и ей было плевать, выиграет она или нет. Несколько раз она смотрела в сторону бара: Кристиан в вальяжной позе пил, курил и общался с девушками, пленяя их своим обаянием, сиянием и взглядом. Элли не хотела замечать его, не хотела думать об их пари… Ей все казалось, что он снова заманивает ее куда-то… И зачем она вообще согласилась на эту провокацию? Сердце Элли сжалось, испытывая сомнение, обиду, страх перед мужчиной, который всегда побеждал ее и был сильнее… Ее глаза потухли, и она хотела было вернуться к бару… Но Кристиана там не было.

Она смутилась и вдруг ощутила, как сильная, мощная рука схватила ее за запястье, крутанула, и Элли оказалась в его объятиях…

Кристиан ухмылялся, в его глазах бушевала стихия, огонь, страсть, обаяние, энергия… Элли снова показалось, будто они одни… Весь мир пропал, была только музыка, танец и его глаза… Синие, искрящиеся… Элли вдруг снова почувствовала себя сильной, красивой и улыбнулась ему таинственной, озорной улыбкой. Она флиртовала, танцуя вокруг него, положив ладонь на его твердую, как сталь, потрясающую грудь, чувствуя его сердцебиение и ощущая силу и мужество, жесткость характера…

Кристиан танцевал великолепно, он придерживал Элли за талию, двигаясь с ней в такт, и ему не нужно было совершать какие-либо особенные действия, Элли чувствовала его доминирование, его власть над ней… Она чувствовала это по грубой, но страстной, обжигающей ее поясницу, крепкой руке.

Он играл с ней, желанно оглядывая ее тело, и Элли чувствовала, как ее сердце дрожит от радости и… чего-то еще…

Они танцевали, веселились и пили еще пару часов, и Элли казалось, что Кристиан совсем другой и вовсе не презирает ее… Особенно после бутылки виски.

— Ты проиграла. — триумфально проговорил он, когда они плюхнулись на стулья около барной стойки.

Элли захохотала.

— Не может быть! Все танцевали, даже ты!

Кристиан закурил. Он обаятельно посмотрел на Элли и прищурился.

— Не все. Вон та парочка сидела все это время. — он указал на дальний столик, где в темном углу целовались юноша и девушка.

Элли глотнула из горлышка и покачала головой, задорно улыбнувшись.

— Не считается! Они заняты другим, их даже землетрясение не поднимет.

Кристиан взглянул на Элли сильным, стальным взглядом и презрительно улыбнулся. Она была пьяна, ей было весело, и она могла сотворить все, что угодно…

— Полезай. — повелительно сказал он, и Элли ухмыльнулась, игриво посмотрев на него.

Она гибко и грациозно запрыгнула на стойку, а Кристиан позвал бармена и долго объяснял напуганному, дрожащему японцу, что им от него нужно.

Не отрывая взгляда от горящих страстью синих глаз Кристиана, Элли приподняла майку, обнажив потрясающий, плоский животик, и эротично легла на стойку. Кристиан медленно и желанно оглядел ее живот и, снова посмотрев в ее глаза, отрицательно покачал головой. Элли увидела бешеную энергию, страсть, огонь, рвущиеся наружу, она ощущала его мужество и силу так близко, что ей было трудно дышать… И его глаза обжигали ее, проницательно угадывая ее мысли.

Он наклонился к ее уху и прошептал:

— Даже не пытайся, девочка. Иначе мне придется убить тебя.

Элли вздрогнула, ощутив страх, но алкоголь в ее крови не давал ей проанализировать все, что происходит, поэтому она просто ответила:

— Да, спасибо, что напомнил, какой ты изверг. Но я это и так знала.

Кристиан триумфально улыбнулся и сделал знак бармену.

Бармен, все еще трусливо посматривая на Элли и Кристиана, взял длинный инструмент, замотанный в специальную марлю, и нарисовал жидкостью на животе Элли восьмерку, не забывая при этом пожирать ее тело глазами. Элли триумфально улыбалась.

Бармен поставил внутрь полукругов стопки с текилой и поджег восьмерку. Элли увидела, как загорелся ее живот и расхохоталась, стараясь не расплескать выпивку.

Кристиан горячо посмотрел на нее и улыбнулся. Элли быстро схватила его за предплечье и проговорила:

— Без рук.

— Как скажешь, принцесса. — притягательно проговорил Кристиан, и Элли снова ощутила его силу и дикую сексуальность.

Он обаятельно и ужасно желанно оглядел ее животик и через огонь она ощутила его жаркое дыхание на коже, ее кровь закипела… Кристиан горел, сиял, притягивал невероятной силой и брутальностью, и вновь Элли показалось, что кроме его красивого лица и этих глаз ничего больше не существует вокруг…

Он наклонился к ее животу и, подцепив зубами стопку из огня, ловко перехватил ее рукой и выпил. Все, кто сидел около бара, зааплодировали ему. То же самое он проделал и со второй стопкой, но чуть не уронил ее, потому что Элли весело захохотала, однако он быстро и ловко перехватил стопку и, ухмыльнувшись, посмотрел на Элли игривым взглядом, тут же выпив. Бар снова захлопал, а бармен затушил огонь водой и дал Элли полотенце.

Элли, смеясь, легко спрыгнула со стойки и, вытираясь, весело проговорила:

— Чуть не упустил вторую! А я думала, ты ловкий!

Кристиан дьявольски улыбнулся и весело прикурил:

— Ты мне еще за это заплатишь!

— Не сомневаюсь! — с шутливым испугом проговорила Элли, приведя себя в порядок, и в тот же миг чья-то сильная рука схватила ее за запястье, а другая рука вцепилась Кристиану за шиворот, и Элли с негодованием увидела разгневанное лицо Джека и услышала его грозный, гремящий от гнева голос:

— И что, черт возьми, вы тут вытворяете вместе??? — Джек посмотрел на Элли. — Сестра, что ты делаешь с этим ублюдком в баре?? Ты обещала сидеть в номере! А вместо этого ты позволила ему не то, что смотреть… а пить с твоего живота!!! Ты же, вроде, встречаешься с другим парнем?!? Ах да, он еще и его брат! А ты!.. — Джек повернулся к Кристиану, но тот только весело ухмыльнулся и с такой же силой и уверенностью в себе посмотрел на него. Элли снова увидела, как два сильных характера столкнулись, и ни один не может подавить другой…

Кристиан весело ухмыльнулся.

— Успокойся, дружище. Твоя сестра по-прежнему встречается с моим братом, и у нее абсолютно обыкновенный живот. Я такие сто раз видел. Ничего особенного, это просто игра.

Эти слова, непонятно почему, вдруг так оскорбили Элли, что она бросила на Кристиана полный гнева и обиды взгляд и встала, чуть шатнувшись от количества алкоголя в желудке.

Джек злился и, погрозив Кристиану пальцем, проговорил:

— С тобой потом. «Игра» … — передразнил он и посмотрел на Элли. — А ты — иди к себе в номер и жди Дэна! Зачем ты вообще вышла?!..

Элли прищурилась, посмотрев на брата, но обида от слов Кристиана так больно царапала ее душу, что она ответила резко и грубо:

— Мне стало скучно. И кстати, Джек, может ты не заметил, но ты мне больше не авторитет!

И не очень твердой, но уверенной походкой Элли покинула бар, подхватив недопитую бутылку.

Придя в номер, Элли вдруг почувствовала, что сейчас заплачет, и причина была, скорее всего, в количестве выпитого. Она пошла прямо в ванную комнату и, скинув «найки», залезла в ванну прямо в одежде, усевшись на ее дно и включив прохладный душ.

Обняв руками колени и уткнув в них лицо, Элли ощущала, как прохладная вода мочит ее длинные волосы, как промокает ее одежда, как вместе с теплом из сердца уходит боль, а из головы — алкоголь.

Она не знала, отчего его слова так сильно ранили ее… Он и раньше не стеснялся нелицеприятно высказываться в ее адрес, но здесь что-то не то… Элли трезвела и чувствовала, что уже может успокоиться и жить дальше, а ее боль постепенно сходила на нет.

В какой-то момент она услышала, как открылась дверь и через секунду душ был выключен. Две сильные и такие горячие руки подхватили ее и вытащили из ванной, легко поставив на пол.

Дрожа от холода, Элли увидела Дэна, который молча, серьезно смотрел на нее своими голубыми глазами, и в их глубине Элли увидела силу чувств, страсти, мужества и притяжения…

Он держал ее за плечи и ничего не говорил, только внимательно изучал ее взглядом. Элли вдруг ощутила, как забилось ее сердце, как забурлила кровь в жилах и как тоска по нему ударила ей в голову. Она выдохнула и бросилась ему на шею, трепеща от восторга и любви… И, наконец, он поцеловал ее… Она мечтала об этом все эти недели… Как желала оказаться в его объятиях!

Через пару часов Элли сидела в кровати, натянув себе на грудь одеяло, и следила, как Дэн одевается. Она любовалась его потрясающей фигурой, его красивым профилем, его мускулами.

Дэн бросил взгляд на Элли и слегка улыбнулся. Натянув джинсы и футболку, он присел к ней и снова заглянул ей в глаза… Элли трепетала… Дэн нежно и страстно поцеловал ее и серьезно сказал:

— Я люблю тебя, Элли.

Элли почувствовала дикое счастье и радость, ей захотелось петь и танцевать и броситься ему на шею, но вместо этого она просто счастливо улыбнулась:

— Я тоже люблю тебя, Дэн. С того самого дня, как увидела в аудитории впервые.

Дэн улыбнулся и кивнул.

— Да. Я тоже люблю тебя с того момента.

— Дэн… — Элли замялась, сомневаясь, корректно ли спрашивать. — Почему вы работаете на Джузеппе? Я понимаю, Кристиан — воплощение зла, для него убить кого-то означает в очередной раз потешить свое эго, но ты…

Дэн вздохнул.

— Мы вынуждены это делать, Элли. Это старая история… Наш отец и Джузеппе знали друг друга с детства и были влюблены в одну женщину — нашу мать. Джузеппе, к моменту знакомства с ней, уже стал крестным отцом, а отец вел семейный бизнес. Они договорились, что если мама выберет Джузеппе, то он будет работать на отца до конца своих дней и все его дети в том числе, а если выберет нашего отца…

— Он и его дети будут подчиняться Джузеппе. — недовольно вздохнула Элли. — Всё эти ваши мужские глупости! Хотя бы у твоего отца была любовь.

— Из-за которой он погиб, а его сыновья убивают, грабят и проворачивают преступные сделки по указке его бывшего друга. — с ухмылкой сказал Дэн. — Не думай об этом, прекрасная Элли. Это пустяки, с этим можно жить.

— Но убивать…

Дэн взял ее руку и нежно поцеловал.

— Я ненавижу делать это, но у меня нет другого выхода. Ты знаешь, Джузеппе…

— Никогда тебя не отпустит. — грустно закончила Элли. — Знаю. А я думала, ты хороший мальчик.

Дэн улыбнулся и, наклонившись к Элли, горячо и волнующе прошептал ей на ушко:

— Так и есть.

— Звучит как тост! — весело воскликнула Элли и потянулась к бутылке на тумбочке, но Дэн был проворнее. Он перехватил бутылку и серьезно сказал:

— На сегодня тебе уже хватит.

Элли надула губки, но ответить не успела: за окном послышался шум нескольких автомобилей сразу. Дэн стремительно подошел и выглянул за портьеру:

— Это они. — серьезно, но сохраняя полное спокойствие, заявил он. — Надо уходить. Скорее одевайся.

Элли подскочила и за полминуты натянула на себя одежду, успевшую уже как следует высохнуть. В это время Дэн без стука влетел в номер Кристиана и Джека. Джек уже был одет, хотя в его постели спала миниатюрная японка, и стоял, глядя в окно.

Элли увидела Кристиана, который спал, обнимая тех самых девушек из бара, и, не смотря на голый, сексуальный торс идеального сложения, обида, нанесенная им, резко врезалась ей в память. К тому же, вид голых девушек рядом с ним вызывал у нее отвращение. Она отвернулась.

— Кристиан! К сожалению, благородство не позволяет мне тебя здесь оставить, так что вставай, они уже здесь, мы уходим. — громко проговорил Дэн, тряхнув брата за руку.

Кристиан улыбнулся сквозь сон и, не торопясь потянувшись, проговорил:

— Благородство — это твоя проблема, брат. Что-то надо с этим делать.

— Давай вставай, философ! — быстро проговорил Джек.

Элли посмотрела на него со страхом и тревогой.

— Как они могли отыскать нас так быстро? — воскликнула она.

— Очень просто, Элли. — хмыкнул Джек. — Твой танец на шесте снимали на видео несколько десятков человек, и через секунду ты уже была звездой Ю-Тьюба.

— Проклятье. — проговорила Элли.

Через две минуты все четверо были уже собраны и готовы идти, стоя у двери. В постели оставались только спящие японки. Дэн аккуратно выглянул за дверь с оружием наготове. Ребята сразу услышали шум внизу.

— Выйдем через прачечную. — сказал Дэн и вышел в коридор. Остальные гуськом быстро двинулись за ним. В конце грязного, обшарпанного коридора была незаметная серая дверь. Дэн толкнул ее, и они оказались в миниатюрной комнате с прямоугольной, размером примерно метр в ширину и полметра в высоту дверью.

Четверка с трудом забилась в комнатку.

— Японцы какие-то чересчур маленькие. — с сарказмом проговорил Кристиан, глядя на дверцу.

— Это не проход. — сказал Дэн и нажал незаметную черную кнопку справа. Послышался монотонный гул. — А лифт.

Элли и Джек переглянулись, и Джек проговорил:

— В прачечной можно накинуть чужую одежонку и незаметно выйти через главную дверь.

Элли поморщилась. Она не хотела воровать. Кристиан ухмыльнулся.

— Кажется, твоей идеальной сестре не по вкусу твой потрясный план.

Дверь лифта отворилась, обнажив металлическую кабину глубиной около метра. Дэн взял Элли за руку.

— Давай.

Элли, не мешкая, забилась в самый угол, пытаясь занять как можно меньше места благодаря своей гибкости, но юноши были гораздо крупнее ее. Джек залез следом, а Дэн и Кристиан, осознав, что места нет, махнули:

— Езжайте. Мы сразу за вами.

— Нет, Дэн, нет! — испугалась Элли, но он уже закрыл дверь, и лифт двинулся вниз.

Прачечная была небольшой, но обставлена по последнему слову техники: на конвейере кружились, стирались и отжимались вещи жильцов и персонала.

Джек схватил чей-то тулуп и шапку, а Элли нашла удлиненный плащ и женскую шляпку. Как только они оделись, приехали ребята.

— Судя по шуму, они уже вломились в наши номера. — провозгласил Кристиан в черном пальто и гангстерской шляпе, которая ужасно шла ему. Элли засмотрелась на него дольше, чем нужно, но вовремя спохватилась.

В конце прачечной был выход в холл, и Кристиан осторожно выглянул:

— Отлично! Здесь всего семеро суетятся.

Элли испуганно выдохнула. Дэн взял ее за руку и серьезно и уверенно посмотрел на нее:

— Элли, пойдешь сразу за Джеком и не смей отставать! Я прикрою сзади, а Кристиан пойдет первым.

Кристиан триумфально кивнул.

— Пора замочить еще нескольких ублюдков! Идем!

Они вышли и, опустив головы, направились к выходу. И вот она — спасительная дверь, Элли уже было выдохнула, как тут сзади раздался крик и началась пальба. Рука Дэна пригнула Элли за шиворот, и они рванули к выходу. Выбежав, Джек схватил Элли за руку и, прикрывая собой и отстреливаясь, потащил к черной «Митсубиси», стоявшей слева от входа.

Четверка плюхнулась в машину, и Джек резко вырулил на улицу и влился в движение. Несколько человек Бао выстрелили по капотам и бросились к своим машинам, но было уже поздно: Джек свернул сначала на одну улочку, затем на другую, и они окончательно потерялись из поля зрения.

— Отлично! — довольно воскликнул Джек и одновременно с Дэном посмотрел на бледную, испуганную Элли, которую все еще трясло от пережитого ужаса.

— Ты в порядке? — спросил Дэн.

Элли видела его тревожный взгляд и неистовое тепло, с которым он изучал ее лицо, любуясь каждой черточкой, и решила не говорить, что ее ноги были ватными от страха, а тело до сих пор леденит мелкая дрожь.

С трудом вернув самообладание, она проговорила:

— В полном. Это мы уже проходили.

И тут она увидела, как пальто Кристиана, который сидел впереди, сбоку пропитывала кровь. Ей стало дурно, а голова поехала кругом. Она судорожно вцепилась в его сиденье и воскликнула:

— Ты что, ранен???

Кристиан ухмыльнулся, посмотрев на нее. Его лицо было бледным, но глаза горели бешеным огнем и игривым светом. Он весело проговорил:

— Тебе не повезло, выпендрежница. Я, вероятнее всего, буду жить. А значит, все еще могу убить тебя.

Элли ощутила облегчение, и снова вспомнилась обида, боль, раздражение и гнев, и она отвернулась, глядя в окно и больше не говоря ни слова.

— Рана глубокая? — с любопытством поинтересовался Дэн.

Кристиан заглянул под пальто и поморщился от боли.

— Эта дьявольская кровь никак не остановится. Думаю, легкое не задето, иначе я бы уже не мог отвечать на твои вопросы, братик.

Джек ухмыльнулся.

— Они просто не знали, что для того, чтобы убить тебя, им понадобится осиновый кол, а не какие-то дохлые пистолетики. Когда найдем убежище, Дэн достанет пулю.

— Скоро я смогу делать из них бусы. — съязвил Кристиан.

Элли внутренне содрогнулась, понимая, о чем он говорит, но обида была сильнее и она не шелохнулась.

Около двух часов «Митсубиси» колесил по Токио, и ребята пытались отыскать хоть что-то, что могло бы служить убежищем на два дня. В поисках приюта Джек выехал в тихий пригород, и они ехали мимо небольших поселений с аккуратными, уютными домиками, пока, наконец, вдали не замаячила католическая церковь. К удивлению Элли, ребята единодушно решили ехать туда.

Глава 12

Последующие два дня прошли мирно и очень спокойно. Ребят приютил отец Майкл, родом из Штатов, но почти всю жизнь проживший в Японии. Юноши помогали ему ломать дрова, чинить крыши трапезной и сарая со скотиной, пахать церковное поле и работать в огороде, а Элли помогала ухаживать за цветником и поддерживать чистоту в помещениях, взамен отец выделил им спальные места на чердаке церкви — там были полы, устланные соломой, немного мебели и несколько кроватей. Он был по-христиански добр к ним и ни о чем не спрашивал, но согласился спрятать их, если нагрянут люди Бао.

Все двое суток Элли ощущала, что ей становится легче: рядом были родные люди, скоро она снова будет в Нью-Йорке… Когда она смотрела из окна чердака на тихие крыши деревушек и поля вокруг, ей казалось, будто перестрелки, опасность и ужасы остались позади… Но она понимала, что даже в Америке ничего не закончится.

Все это время Элли абсолютно игнорировала Кристиана, стараясь не смотреть на него, не говорить с ним и держаться от него, как можно дальше. Она испытывала злость и обиду, хотя много раз пыталась понять, почему. Его слова — это пустой звук, это желание задеть ее, вывести из равновесия, она знала, что им доверять нельзя… Но все же здесь было что-то не то, и ее сердце рвалось от боли и оскорбленного чувства.

Утром второго дня Элли работала в цветнике, пытаясь прополоть заброшенную грядку с кустом алых роз. Ее волосы были беспорядочно заколоты на затылке и торчали во все стороны, а поверх неизменной майки и спортивных штанов с кроссовками был накинут длинный белый рабочий халат и резиновые перчатки до локтей.

Бурьян, которым порос кустарник, был таким жестким и так глубоко уходил корнями в землю, что Элли приходилось тащить изо всех сил, упираясь ногами в землю и вцепившись в него обеими руками. Она видела Дэна, который набирал из колодца воду, Джек был в сарае, помогал отцу Майклу кормить скотину, а Кристиан торчал неподалеку, восстанавливая обрушенный от старости деревянный забор. Элли боролась с собой, но все же бросила взгляд на его сильные, мускулистые руки, потрясающее тело и невероятно красивый профиль с сосредоточенными синими глазами, щетиной и черными, как смоль, волосами, падающими на шею непослушными волнистыми прядками.

Он не смотрел в ее сторону, и Элли радовалась тому, что он не замечает ее взгляда. Даже таская деревянные балки и забивая гвозди, он излучал невероятную мужскую силу и непреклонность, сиял мощью и горячим огнем, мужеством и обаянием, и Элли чувствовала его жар, она невольно любовалась им…

Но в голове вспыхнул бар, его глаза и слова, которые он говорит… С гневом и обидой Элли отвернулась и с остервенением направив свою злобу на сорняк, вцепилась в его стебель и тащила, отдуваясь.

Вдруг горячий брутальный голос с тонкой насмешкой проговорил сзади:

— Помочь?

Элли от неожиданности так рванула сорняк, что он выдернулся, а она по инерции упала на попу, держа в руке колючий стебель. Ее сердце странно вздрогнуло, но она все еще злилась, поэтому гневно подняла глаза на стоящего над ней стройного и сексуального, хоть и в грязной одежде, Кристиана, обаятельно закуривающего сигарету.

Элли не могла смотреть в эти сияющие жизнью, наглостью и превосходством синие глаза, с усмешкой изучающие ее, и отвернулась, пытаясь взровнять землю после сорняка лопаткой.

— Я и без тебя отлично справляюсь. — отрезала она с раздражением.

Кристиан ухмыльнулся и вдруг схватил ее за локоть и легко поднял на ноги, грубо, но горячо развернув к себе. Его синие глаза проницательно заглянули в ее зеленые, и она снова ощутила себя маленькой и глупой рядом с ним.

— Скажи, принцесса, за что ты обижаешься на меня? — обаятельно и притягательно спросил Кристиан, выдохнув дым.

Элли снова ощутила неимоверную обиду в сердце и с горечью проговорила:

— О чем ты? Просто стараюсь избегать негативных эмоций.

Кристиан прищурился и ядовито улыбнулся.

— Ты не говоришь со мной с того вечера в баре. Полагаю, тебе не понравилось, что я назвал тебя обычной девчонкой. Если ты не согласна, тогда просвети меня, что же в тебе особенного?

Элли посмотрела в его страстные, сверкающие озорным блеском глаза и вдруг все поняла… Пока он не проговорил это вслух, она совсем не видела сути своей обиды. Но теперь…

— Особенного? — тихо проговорила она. — Да ничего. Не в этом дело. Ты поставил меня в один ряд с теми однодневными стюардессами, горничными, медсестрами и остальными им подобными, которые проводят с тобой одну ночь и забывают о ней, да и о тебе тоже! И которые совсем ничего для тебя не представляют, ты не уважаешь их, не знаешь их сердца и того, что внутри! — Элли гневно стянула с рук перчатки. — Мне противно, что ты так мало обо мне знаешь, а уже записал в разряд тупых, безликих кукол, которые вешаются на тебя, как рождественские игрушки! Не дождешься, пошлый, жестокий, самовлюбленный мерзавец!

И гневно швырнув в него перчатки, она двинулась прочь, еле сдерживая слезы. Кристиан расхохотался и, догнав ее, развернул к себе:

— Элли Купер, ты еще маленькая, глупая девочка. Я имел ввиду совсем другое. — он заглянул в ее глаза, и она физически ощутила его силу, мощь и сталь характера. — Я просто показал твоему брату, что ты мне, как женщина, неинтересна, чтобы он перестал пилить мой и твой мозг. — Элли вздрогнула. Кристиан усмехнулся. — Я не собирался тебя ни с кем сравнивать, тем более, если бы я хотел, чтобы ты была моей, я бы уже забрал твою душу.

Элли вздохнула. Она все поняла. Обида ушла, но в ее сердце как будто вонзили невидимую железную иглу. Что-то больно сжалось в груди, но взяв себя в руки, Элли вдруг по-новому взглянула на себя: да что это с ней?!? У нее есть Дэн, она любит его, а внимание других ей совершенно безразлично!

Она взглянула в его сияющие страстью и проницательностью глаза и пожала плечами:

— Ну ладно. Проехали. Только не заставляй меня больше так пить! Лучше убей.

Кристиан ухмыльнулся.

— Без проблем, выпендрежница. Но пить я тебя не просил. Ты сама. Потому что ты — плохая девочка, и скоро ты с этим смиришься.

И он развязной походкой двинулся прочь, а Элли со смесью ощущений посмотрела ему вслед.

Глава 13

Вертолет должен был ждать их в семь часов вечера на старой площадке «Хукусэйдо», так что ребята, рассчитав время, заранее выехали туда. Улицы в этот час были запружены, и, благодаря карте Токио и окрестностей, ребята продумали маршрут таким образом, чтобы почти не заезжать в город.

Все было спокойно, и Элли чувствовала неимоверный душевный подъем: скоро она вернется в родной город, увидит Бруклинский мост, Эмпайер, Тайм-сквер… Но уже подъезжая к назначенному месту, Дэн, ехавший за рулем, проговорил:

— Проклятье! Нас тут встречают. Еще пять минут. — задумчиво проговорил он, взглянув на часы.

Джек и Кристиан молча достали оружие, при этом Кристиан в предвкушении насвистывал, а Элли подалась вперед, чтобы самой видеть: въезд на площадку преграждали три черные «Тойоты» и люди Бао уже стояли наготове с оружием в руках.

— Нет… Нет!!! — отчаянно воскликнула Элли, схватившись за голову от нахлынувшего разочарования и страха.

— Не переживай, принцесса! — весело проговорил Кристиан. — Они умрут быстро, даже не заметят.

Элли так устала от всех этих убийств, что болезненно закусила губу.

Джек достал гранату и хлопнул Дэна по плечу:

— Дружище, гони прямо на них. — и, увидев вопросительный взгляд Кристиана, он добавил:

— Ты же не думал, что мы будем тратить пули на этих засранцев?

Элли недовольно посмотрела на брата, и в этот момент послышался гул пропеллера: в небе показался вертолет.

— Как раз во время. — проговорил Дэн и вырулил прямо на автомобильный кордон.

Люди Бао заметили их и начали стрельбу. Дэн и Кристиан пригнулись: лобовое стекло разлетелось вдребезги, а Джек выдернул чеку. Кристиан молниеносно среагировал и открыл огонь, чтобы прикрыть высунувшегося Джека. Пролетая мимо автомобилей и зацепив две машины, мощно оттолкнув их кузовом с сильным грохотом, Элли сползла на пол, закрыв голову, а Джек швырнул гранату, и через пару секунд раздался оглушительный взрыв.

Вертолет уже приземлился, и «Митсубиси», подлетев к нему на всей скорости, виртуозно затормозил перед дверью.

— Быстро! — крикнул Дэн сквозь шум пропеллера и ветер и, схватив Элли за руку, помог влезть в вертолет, прикрывая от троих, оставшихся в живых, спешащих к ним людей Бао, которые осыпали их пулями. Кристиан и Джек запрыгнули следом и Джек точным выстрелом уложил одного, а затем и второго японца, но третьему везло: он уворачивался от пуль и бежал к вертолету, хотя тот уже оторвался от земли, поднимаясь в вечернее небо. Элли видела лицо этого отчаянного человека, и в этот момент у него закончились патроны: он растерянно и злобно выбросил пистолет и поднял голову, глядя на вертолет. В ту же секунду Элли заметила ствол, направленный прямо на этого японца… И вдруг она увидела ужас и отчаяние в его глазах, увидела беспомощный жест…

— Кристиан, нет!!! — крикнула она как раз в тот момент, когда тот собирался нажать на курок. Он удивленно посмотрел на нее, в его глазах светилась жестокость и блеск триумфа… Он не убрал оружие, продолжая целиться. Элли в отчаянии схватила его за руку с пистолетом, ощутив ее силу и твердость, и умоляюще крикнула:

— Не надо, прошу, не убивай его! Он же… он же просто…

Кристиан смотрел на японца, Дэн и Джек молча ждали, глядя на него. И тут он опустил пистолет. Элли выдохнула и посмотрела далеко вниз: маленькая фигура японца в безграничном облегчении и молитвах упала на асфальт. Элли засмеялась от радости и почувствовала слезы. Дэн и Джек переглянулись в удивлении.

— Будь я проклят! — тихо воскликнул Джек, а Дэн незаметно ухмыльнулся.

Кристиан захлопнул дверь и отодвинул дверцу, отделявшую их от пилота. Элли увидела светловолосого парня с карими глазами, который, посмотрев на ребят, улыбнулся им и поднял большой палец.

— Стэнли, красавчик! — захохотал Кристиан. — Мои ночные молитвы были только о тебе!

Стэнли широко улыбнулся Кристиану, и Дэн перелез в кабину и сел за штурвал второго пилота. Джек обнял Элли за плечи, и она, наконец, ощутила, как что-то тяжелое и гнетущее, сжирающее ее душу, стало потихоньку уходить. Она заплакала, закрыв лицо курткой брата — они летели домой.

Глава 14

Нью-Йорк сиял своими громадами и неоном. Вечерние сумерки окрасили небо в красные тона, и рыжие полоски пролетали по домам и зданиям районов, деловых кварталов, парков… Город шумел болтовней возвращающихся с работы, прогуливающихся людей, машинами, музыкой из ресторанов…

Вертолет приземлился на вершину небоскреба «Айленд-хилл», недалеко от центра города. Элли знала, что это здание принадлежит Джузеппе, поэтому выдохнула с облегчением.

Они вышли из вертолета, и пока ребята весело болтали с пилотом Стэнли, Элли подошла к краю площадки и посмотрела на огромный вечерний город перед ней… Ветер трепал ее волосы, как обычно беспорядочно и смешно заколотые на затылке, но Элли, замерзая на ветру, никогда не чувствовала себя более счастливой, чем сейчас. В ее глазах стояли слезы, а сердце радостно прыгало в груди… Как будто здесь, на родной земле, ее проблемы станут гораздо меньше…

— Элли. Идем. — позвал ее Дэн и нежно взял за руку. Элли посмотрела ему в глаза и улыбнулась.

Они спустилась на первый этаж и вышли из небоскреба.

— Поймаем такси. — сказал Кристиан, закуривая. Джек кивнул.

Элли взглянула на них, не совсем понимая, что происходит:

— Джек… Мы что, не домой едем?

Джек и Дэн переглянулись, и Джек серьезно посмотрел на Элли:

— Элли… Мы сейчас поедем в «Иглы». Нужно обсудить с Джузеппе план… на будущее…

— Какой план? — настороженно и гневно спросила Элли.

— Ну-у-у…

— Все просто, выпендрежница. — весело и с сарказмом начал Кристиан, стоя к ним спиной и высматривая такси. — Бао взбесится от того, что ты улизнула из его великой страны и последует за тобой, чтобы вернуть тебя обратно и, заодно, начать войну с Джузеппе, которая закончится плохо для кого-то из них. И когда он убьет всех нас и заполучит тебя, то… — Кристиан повернулся и триумфально и нагло посмотрел на Элли, сияя злобным сарказмом, — скорее всего, ты уже не сможешь танцевать на своих условиях. Он легко убьет тебя за предательство.

Элли раскрыла рот в бешеном недоумении и перевела взгляд на Джека и Дэна. Да… Что-то такое она и сама предполагала… Но услышать это со стороны было еще неприятнее и страшнее… И все же.

— Это если Бао выиграет войну. — с вызовом, жестко процедила Элли. — Но он не выиграет. Вот увидишь!

И заметив подъезжающее такси, Элли махнула рукой.

Глава 15

Элли испытала прилив радости и любви, увидев родной бар, свою сцену с шестом, столики, занятые разной нечистью… Она счастливо улыбнулась, проходя мимо бара и махнув неизменному Джо рукой. Бармен просиял и, послав Элли воздушный поцелуй, крикнул:

— Я знал, что ты вернешься, Элли!

Элли рассмеялась, но, увидев, как Дэн испепеляет бармена глазами, дернула его за рукав куртки.

И вот тот самый круглый кабинет, за дверями которого, набычившись, стояли двое верзил, которые смерили Дэна и Кристиана недовольными взглядами. Не церемонясь, без стука, Кристиан толкнул дверь, и Элли увидела Джузеппе, сидящего за столом в темно-синем клетчатом пиджаке, черной рубашке и малиновом галстуке. Его полноватые ноги, на которых отлично смотрелись черные брюки и дорогие лакированные туфли, были заброшены на стол, заваленный бумагами, парой пистолетов и деньгами. Держа в руке, украшенной толстыми золотыми перстнями на пальцах, телефон, он что-то громко говорил, явно кипятясь. Увидев ребят и Элли, его лицо просияло, а губы расползлись в победной улыбке:

— Тони, я перезвоню, пришли мои ребята. — быстро и громко проговорил Джузеппе в трубку и, бросив телефон на стол, вскочил на ноги. — Вы нашли ее! Отлично! — он подскочил к Элли и, схватив за руку, крутанул вокруг себя, разглядывая. — Так-так… Руки-ноги на месте… Опять чудной наряд… Да она цела и невредима! — триумфально воскликнул Джузеппе и наклонился к лицу Элли:

— Надеюсь, эти противные япошки не сильно попортили тебя, моя милая?

Элли ощутила гнев и обиду и воскликнула, всплеснув руками:

— Мистер Моранди! Зачем вообще вы это сделали, если собирались вернуть меня обратно?!?

Джузеппе весело плюхнулся за свой стол и, достав толстую сигару, с важностью закурил:

— А это, моя милая, для того, чтобы проучить засранца Бао, который столько раз поставлял мне некачественные автомобили, и втянуть его в противостояние, которое ослабит его и уничтожит.

Кристиан, Дэн и Джек свободно расселись по кожаным диванам, и Джузеппе заказал им бурбон в баре, а Элли сосредоточенно думала, усевшись прямо на пушистый персидский ковер в позу лотоса.

— Так значит, тот самолет… — задумчиво проговорила она. — Вы действительно сами его подбили???

— Молодец, девочка, продолжай в том же духе и, возможно страна логики и дедукции откроет и для тебя свои двери. — бросил с насмешкой Кристиан, а Джузеппе внимательно и пронзительно посмотрел на Элли — в его глазах она прочла ответ на свой вопрос.

— Ладно, выкладывайте! — жестко проговорил босс. — Как все прошло?

Ребята втроем поведали ему обо всех приключениях в Токио, и Джузеппе удовлетворенно кивал. Когда рассказ был окончен, он развернулся на своем кресле так, чтобы можно было смотреть через окно в зал, на выступление танцовщиц, и задумался.

— Значит, вызов брошен… Когда Бао узнает, что девчонка здесь, он перебросит сюда основные силы, чтобы забрать ее и уничтожить всех, кто встанет на его пути. — рассуждал Джузеппе, куря трубку. Элли поежилась. Она все еще пешка в этой игре… — Значит, мы будем готовить им ловушки, и пока не умрет последний япошка, работающий на эту мразь, мы не остановимся. А потом доберемся и до него… Элли Купер. — резко повернулся он к девушке, молча погрузившуюся в печальную хандру о себе, сидя на ковре. Она очнулась и посмотрела на него. — Ты начинаешь танцевать с завтрашнего дня! Надеюсь, ты не растеряла всех своих умений, пока торчала в этой дерьмовой стране?

Элли угрюмо покачала головой.

— Наоборот. Приобрела много новых. — с грустью и отвращением проговорила она.

Джузеппе хлопнул в ладони.

— Отлично! Значит, молва о том, что ты здесь, быстро дойдет до его ушей… Останется только расставить капканы.

— Стой, стой, Джузеппе! — жестко и повелительно притормозил его Дэн. — Мы будем продолжать использовать ее в нашей игре? Но она будет в смертельной опасности!

Джек согласно кивнул.

— Да, босс, ты не говорил, что моя сестра будет приманкой! Она еще маленькая, дай ей спокойно жить своей жизнью!

Джузеппе внимательно посмотрел на Дэна и Джека и хладнокровно и непоколебимо проговорил:

— Твоя сестра и твоя девушка, — он по очереди указал на каждого из парней пальцем, — сама выбрала свою судьбу, решившись танцевать в моем баре. Все, кто работают, на меня, являются моей собственностью… А девчонка — просто огонь! Ты бы слышал, что о ней говорят мои клиенты в зале! Она будет живцом и точка. — Джузеппе приподнялся в кресле. — А ваша задача — охранять ее и сделать так, чтобы ее не убили раньше времени! Вам ясно? — уже разозлившись, крикнул Джузеппе.

Дэн и Джек одинаково с вызовом посмотрели на него, а Кристиан ухмыльнулся и, наклонившись к Элли, с ядовитым сарказмом произнес:

— Добро пожаловать в ад, принцесса!

Джузеппе снова встал и посмотрел на танцпол.

— Если хотите, мои милые друзья, я могу приставить к вашей девочке еще людей. Вы же не думаете, что будете освобождены от основной работы?

— Ну разумеется. — язвительно проговорил Дэн.

Элли чувствовала дрожь во всем теле, но внутри себя ощущала, что не удивлена ни единому слову, произнесенному в стенах этого кабинета. Более того, она предчувствовала, что с ней произойдет нечто подобное, когда ее впервые так грубо приволокли сюда…

— Я сама могу о себе позаботиться. — уверенно и собранно заявила она.

— Ну конечно. — насмешливо проговорил Кристиан, а Элли бросила на него уничижительный взгляд.

Джузеппе повернулся к ней.

— Тебе есть, где жить? Такое место, о котором не сможет узнать Бао?

Элли задумалась и вспомнила Кейси… Да, там он ее точно не найдет.

— Да, есть.

— И это не замок Ван дер Билдов? — ехидно спросил Джузеппе.

Элли хмыкнула.

— Я что, похожа на дуру?

Джузеппе кивнул.

— Идите. Дорогая, завтра твоя смена.

Элли бросила на него последний взгляд и первая вышла из кабинета.

Глава 16

— Ну и где ты собралась жить, сестра? — угрюмо спросил Джек, выруливая на улицу на своем «Мустанге». Элли сидела рядом, закинув ноги на приборную панель, а Дэн и Кристиан расслабленно развалились сзади.

— У Кейси, конечно! — радостно сообщила она. — Нижний Ист-Сайд, Двадцатая улица, дом двенадцать.

— А Кейси об этом знает? — усмехнувшись, спросил Дэн.

— О, она не будет против, если ты об этом. — легко и весело сказала Элли.

— Малышка Кейси все еще встречается с этим долговязым парнем? — прищурившись, спросил Кристиан.

Элли посмотрела на него.

— Надеюсь, что они уже поженились. — победно и коварно проговорила она.

— Элли… Мне очень жаль, что так все сложилось. — серьезно сказал Джек. — Я всю жизнь пытался уберечь тебя, а вышло все наоборот… — он с горечью отвернулся.

Элли мягко взяла его за руку. Она ощущала странное спокойствие и уверенность в себе и в будущем… И никакого страха.

— Все будет в порядке, Джек. Мы разберемся с этим и будем жить дальше. Ты ни в чем не виноват, неприятности всю жизнь липнут ко мне, как мухи…

— Это точно. — сказал Джек с улыбкой.

— Главное — мы вместе. — проговорил Дэн, взяв Элли за плечо. — Пока мы защищаем тебя, тебе ничто не угрожает.

Элли улыбнулась. Рядом с ними она действительно чувствовала себя, как за каменной стеной.

Кейси жила в многоквартирном четырехэтажном доме старой постройки с высокими потолками и большими окнами. Ее просторная трехкомнатная квартира располагалась на четвертом этаже. Ребята поднялись по узкой лестнице и постучали в дверь.

Элли ждала с замиранием сердца: она тосковала по подруге все эти дни… Дверь открылась и на пороге возник… Мэттью, в спортивных штанах и футболке, как всегда растрепанный. Увидев четверку, он сначала секунду шокировано таращился, а затем до него, наконец, дошло:

— Элли!!! Черт бы меня побрал, Элли!!! — и они бросились обнимать друг друга. Элли не смогла сдержать слез счастья. Мэттью громко крикнул, обернувшись в глубь квартиры:

— Кейси! Скорей сюда!! Ты не поверишь!!!

Из комнаты слева, зевая и потягиваясь, в серебристом шелковом халатике вышла Кейси, все такая же очаровательная блондинка с ярким, не смотря на вечер и домашнее одеяние, макияжем.

— Что опять случилось, Мэтт? Неужели нам по ошибке доставили бесплатную пиццу… — и тут она увидела Элли, плачущую в объятиях Мэтта и дико закричала:

— А-а-а, разрази меня гром!!! Элли, Элли, Элли!!!

Теперь они стали похожи на шестиногое и шестирукое чудище, кружащее по прихожей, всхлипывающее и причитающее от радости. Дэн и Джек улыбались, глядя на них, а Кристиан со скучающим видом посмотрел на часы:

— И эта сопливая сцена длится уже пять минут! Надо было захватить из бара выпивку.

Элли, Кейси и Мэттью, тем временем, жадно смотрели друг на друга, все не имея сил оторвать друг от друга глаз.

— Элли… Черт возьми! Где ты была? Целый месяц… Телефон отключен, в институте нет, дома нет, и у Ван дер Билдов пустота! Ты хоть понимаешь, что мы написали заявление в полицию???

Элли захохотала.

— Ну и как? Они нашли что-нибудь? — шутливо спросила она. — Я была в Токио. Меня продал туда мой босс Джузеппе Моранди в качестве уплаты долга другому мафиози, Бао Миядзаки, а тот сделал меня танцовщицей стриптиза и приватов для извращенцев и ублюдков. — спокойно и легко проговорила она.

Секунду Мэттью и Сиси смотрели на нее, затем Сиси с трудом проговорила:

— Это… что… шутка???

— Да, только не пересказывайте ее где попало, а то придется убить вас. — язвительно проговорил Кристиан.

Кейси шокировано посмотрела на него.

— Мне нужно выпить. — заявила она и двинулась на кухню.

— Наконец-то. Я с тобой. — молниеносно отреагировал Кристиан и ушел следом.

— Мэттью, Элли тебе все расскажет, но, как ты понимаешь, ей нельзя вернуться домой. — проговорил Дэн. Мэттью кивнул.

— Конечно. Пусть остается на любой срок.

Элли радостно улыбнулась, а Джек продолжил:

— Это еще не все. То, что будет происходить дальше, опасно для ее жизни, и за ней скоро начнется охота, поэтому один из нас каждую ночь будет охранять ее. Если вы отступитесь, мы все поймем и подыщем другое…

— Никогда! — крикнула из кухни Кейси. — Она наша подруга, и мы ее не бросим!

Элли просияла и послала ей воздушный поцелуй, а Мэттью обнял ее за плечи:

— Мы сами постараемся защитить ее, насколько это возможно. — уверенно заявил он.

— Спасибо. Это очень много значит для нас. — благодарно улыбнулся Дэн, а Джек проговорил, обращаясь к Элли:

— Сестричка, завтра утром я привезу твои вещи, а сегодня будет лучше, если с тобой останется Дэн. Элли кивнула и поцеловала брата в щеку.

— Ладно. Отдыхай. — сказал Джек и крикнул в сторону кухни:

— Кристиан! Идем, у нас еще дела.

Кристиан и Сиси вышли из кухни, при этом девушка сияла от восторга и смущения.

— Заходи почаще, красавчик! — игриво улыбнулась она уходящему Кристиану, и тот обаятельно подмигнул ей, сражая своим огнем и сиянием наповал.

— Но не чаще раза в год. — серьезно добавил Мэттью, насупившись.

Элли дернула Кейси за руку, и та опомнилась.

— Всем пока! — махнул Джек, и они с Кристианом ушли.

— У меня есть виски. — сказала Кейси заговорщически, но Элли только рассмеялась.

— Брось, подруга, я и так тебе все расскажу!

— Но я еще хочу узнать, чему ты научилась, пока танцевала приваты…

Мэттью и Дэн удивленно переглянулись, а Элли развернула Кейси спиной и подтолкнула к кухне:

— Ты что, блондинка, с ума сошла??? Не при Дэне же…

И с хохотом они ушли на кухню.

Глава 17

На следующий день Элли проснулась в прекрасной, персиковой спальне, когда солнце уже светило через великолепные коралловые шторы и бросало свои лучи на кровать и спящего рядом Дэна. Элли счастливо улыбнулась. Все как будто в порядке… Вчера они сидели допоздна, пересказывая Кейси и Мэттью подробности их приключений, при этом Мэттью был шокирован и растревожен, а Кейси иногда заливалась слезами, иногда приходила в яростный восторг, иногда молча грустила. Когда Кейси и Мэтт ушли спать, Элли и Дэн еще долго целовались на кухне, не имея возможности оторваться друг от друга… Только под утро они ушли в спальню и не спали еще час… Элли радостно ощутила внутри себя трепет и любовь, ласку, огонь и страсть.

Она села и потянулась в постели. В этот момент дверь распахнулась, и на пороге бесцеремонно возникла Кейси, жуя тосты и весело глядя на Элли и Дэна. На ней было нежное желтое платье и такой же милый макияж, гармонично подчеркивающий ее светлые волнистые волосы. Она хитро подмигнула Элли:

— Что, у Дэна выдалась бессонная ночка?

Элли хихикнула, в этот момент Дэн открыл глаза и, подняв голову, посмотрел на бодрую Кейси в дверях, и, уронив голову обратно, проговорил:

— И не одна, Сиси! И вообще, — он поднялся на локтях, — куда это ты вырядилась в такую рань? Слишком хорошо выглядишь для утра…

Дэн слегка улыбнулся, обаятельно оглядев Кейси с ног до головы. Та счастливо засмеялась.

— Милый Дэнни, так ведь уже час дня! Мы с Мэттью-психом уходим на занятия в институт. Кстати, если хотите тостов — ничего не выйдет, после меня Мэтт пытался наскоро приготовить в тостере яичницу. — и с хохотом она удалилась.

Элли переглянулась с Дэном и весело выскользнула из постели, чтобы раздвинуть шторы и распахнуть окно. Дэн встал и начал собираться. Элли увидела, как он серьезен и угрюм, и нахмурилась:

— Ты уходишь?

Дэн натянул футболку и подошел к ней. Она заглянула в его потрясающие глубокие и проницательные глаза и все поняла. Дэн заботливо оглядел ее лицо и, поцеловав в лоб, серьезно проговорил:

— Да, мне нужно работать. Сегодня с тобой останется Джек или Кристиан. Я уеду в Мексику по делам Джузеппе. — он внимательно посмотрел на Элли обаятельным, горячим взглядом и спросил:

— Тебе не страшно?

Элли усмехнулась и, ощущая внутри полное спокойствие и немного адреналина, уверенно ответила:

— Нет. Я уже примирилась с мыслью о своей смерти, в этом мне помог твой брат.

— Я бы удивился, если бы узнал, что он помог тебе чем-то хорошим. — шутливо сказал Дэн и, поцеловав Элли и попросив ее быть осторожной, ушел из квартиры.

Бар «Иглы» был переполнен. Шел десятый час вечера. Элли, Кейси и Мэттью вошли внутрь.

— Садитесь к бару. За столиками всякая шушера. — сказала Элли и подвела ребят к барной стойке.

— Джек говорил, что он тоже обычно сидит за столиком. — хитро улыбнулась Кейси.

Элли хмыкнула.

— Ну так я и говорю. — улыбнулась она.

В этот момент подошел Джо. Увидев Элли, он просиял:

— Неужели ты будешь танцевать сегодня, Элли? Пока тебя не было, выручка упала на сорок процентов. — весело проговорил он, взяв Элли за руку и поцеловав ее.

Элли улыбнулась.

— Да, сегодня мой второй бенефис. Не считая того случая, когда я подхватила ангину и лежала дома две недели. Джо, это мои друзья — Сиси и Мэттью. — представила Элли ребят, и Мэтт с удовольствием пожал бармену руку, а Кейси обаятельно улыбнулась:

— Привет, симпатяшка! Ты наверняка готовишь отличную «Маргариту»!

— И шикарно наливаешь коньяк в рюмку. — с ухмылкой добавил Мэттью.

Джо улыбнулся и подмигнул ребятам.

— Будет сделано! Друзья Элли — мои друзья!

И он удалился делать заказ. Кейси подмигнула Элли.

— А он к тебе неравнодушен! Видишь, как смотрит?

Элли ярко улыбнулась, перехватив действительно пылкий взгляд Джо, а подруге шепнула:

— В этом же нет ничего плохого, да? Ладно, мне пора. — громко сказала она. — Мэтт, мне понадобится твое критическое мнение.

Мэттью кивнул.

— Боюсь, что не смогу до конца быть объективным. — подмигнул он.

Элли танцевала почти всю ночь. Она была прекрасна в черном, шелковом коротком платье, под которым виднелись танцевальные шортики, черный бюстгальтер, выделяющий под кружевным обрамлением платья ее потрясающую грудь, черных чулках в сеточку, черных шелковых перчатках до локтей с отрезанными пальчиками и неизменных туфлях на высоченной шпильке. Ее длинные волосы блестели в свете рамп, а прекрасное лицо подчеркивал яркий, сценический макияж.

Несколько раз она видела лицо Джузеппе, смотревшее на нее через окно кабинета и явно отражавшее удовлетворение, а ближе к ночи приехал Джек и присоединился к ребятам у бара. Элли чувствовала себя в своей стихии, на родной, любимой сцене и зажигала от всего сердца, имея невероятный успех. Публика бушевала, требуя девушку еще и еще, Элли снова слышала восторженные крики преступников за столиками, видела их сверкающие глаза, горящие в огне страсти, и сияла от счастья. Она дома.

Ближе к утру Джузеппе потребовал ее к себе. Попросив ребят подождать, Элли и Джек поднялись к нему в кабинет. Так как Элли все еще была в сценическом наряде, Джузеппе страстно оглядел ее с ног до головы и, испытывая возбужденный мандраж, проговорил:

— А ты горячая штучка, моя дорогая! Клиенты в восторге, как и раньше! Молодец! — и посмотрев на Джека, угрюмо и враждебно прилипшего к нему взглядом, все-таки решил переключиться. — А теперь к делу. Мой человек доложил, что слух о появлении девчонки в моем баре уже дошел до Бао… А это значит…

— Что завтра он и сотня его лучших людей будут в Нью-Йорке. — закончил Джек. — Что предпримем, босс?

Джузеппе улыбнулся.

— Послезавтра открытие моего нового ночного клуба «Затмение». Я велел расклеить рекламу по всему городу, так что ожидается порядочно народу. Будут выступать мои лучшие танцовщицы… — он посмотрел на Элли. — Ты подготовишь свои самые заводные штучки, леди, и я дам тебе денег — купишь лучший откровенный наряд в городе! На тебя слетятся японские птицы, моя королева… И когда это случится, — Джузеппе расхохотался, — мы их взорвем!

Элли в ужасе вытаращила на него глаза, а Джек сел, серьезно обдумывая.

— Но… мистер Моранди! — закричала Элли. — Погибнет множество ни в чем не повинных людей! Мы не можем… Нельзя ли придумать что-то другое?..

Джузеппе безразлично махнул рукой.

— Мне на это плевать. Но если твоему брату и Ван дер Билдам есть дело до других, они придумают, как незаметно вывести клиентов. Ты должна запомнить одно, — наклонился он к ней, сверкая металлом в глазах, — взрыв прогремит ровно в 1:30 ночи, и за минуту до него ты должна будешь всецело удерживать внимание людей Бао любым способом! Глядя на тебя, я полагаю, что ты справишься с этой задачей. За тридцать секунд до взрыва ты должна выйти из здания, не попавшись в лапы этих мерзавцев и не утащив их за собой, иначе все будет напрасно, а отделка бара стоит мне немалых денег, красотка! Имей ввиду, — Джузеппе закурил. — Если ты не выйдешь в 1:30, твой брат или кто-то другой из Ван дер Билдов все равно нажмет на кнопку и… мне будет немного жаль. Все-таки танцуешь ты — как огонь!

Джузеппе ледяным тоном усмехнулся и снова оглядел Элли с ног до головы. Сердце Элли билось от возбуждения и волнения. Она другого и не ожидала, поэтому молча кивнула, с вызовом огненно глядя на Джузеппе. Тот оценил ее взгляд, хмыкнул и посмотрел на Джека:

— Займись подготовкой всего необходимого и сообщи братьям. Пусть включаются в работу. Взрыв должен уничтожить значительные силы Бао и как следует разозлить его! Все, выметайтесь!

И Джек с Элли молча вышли.

Глава 18

На следующий день в просторной гостиной дома Кейси Элли в обтягивающих черных спортивных шортиках, голубой майке и в тон ей таких же голубых гетрах на икрах и черных танцевальных балетках репетировала новые номера для выступления в баре «Затмение». Показывая движения своим гибким, грациозным телом, Элли советовалась с Мэттью, который лежал на диване поперек его, головой вниз, закинув ноги на его спинку и иногда давал ценные советы или показывал некоторые движения сам.

В гостиной также, расположившись в мягких креслах, сидели Дэн и Кристиан и тихо переговаривались о завтрашнем дне. Элли танцевала, бросая на Дэна пылкие взгляды и стараясь не смотреть на очаровательного, сильного, сексуального красавчика Кристиана, который сидел в потрясающей белой рубашке, черных брюках и туфлях, вальяжно развалившись в кресле и сия всей своей непоколебимой, необузданной мощью и страстью, горячо и желанно оглядывая Элли и с брутальной ухмылкой попивая бурбон.

Элли чувствовала, как его синие глаза прожигают ее сердце насквозь, но она не забывала, что он злобен и безжалостен и упивается страданиями других… А Дэн… Он был также красив и притягателен в модной, подчеркивающей его потрясающее тело футболке, джинсах и кедах и Элли чувствовала его внутреннюю силу, спокойствие и хладнокровие и одновременно знала, что он необыкновенно благороден и добр… И любит ее… Элли улыбнулась сама себе, ощущая невероятное счастье и любовь. О да, она любила его, это она знала точно…

— Если я вот так сделаю, а потом пируэт, плие и… вот! — Элли сделала очень эротичное движение вокруг себя и невероятно высокий прыжок и посмотрела на Мэттью. — Так нормально?

Мэттью задумчиво посмотрел на нее.

— Пике сделай более выраженным… В шпагат… М-м-м… — он не знал, как объяснить, но Элли все поняла и сделала шикарный прыжок. Мэттью улыбнулся. — Да, вот так! Супер!

— Взрывчатку можно расположить вдоль стен или под сценой. — тихо сказал Дэн, тоже сделав глоток бурбона из бокала. — Лучше…

— Под сценой. — мрачно улыбаясь, закончил Кристиан. — Взрыв будет сильнее, и вероятность угробить сразу всех ублюдков резко возрастает… — он горячо оглядел Элли, увидев ее шикарный прыжок. Его глаза засияли страстью. — О, вот это мне понравилось, очень сексуально, принцесса! Повтори-ка!

Элли раздраженно закатила глаза, но в душе засияла. Значит, на самом деле эффектно… Дэн недовольно посмотрел на него, затем на Элли:

— Ты должна в первую очередь подумать о том, как тебе выбраться за тридцать секунд. Элли, нам нельзя будет зайти внутрь, иначе эти подонки сразу все поймут!

Элли снова крутанулась вокруг себя, сделав грациозное па, и пожала плечами:

— Дэн, я что-нибудь придумаю. Главное — подготовить танец так, чтобы вы могли незаметно вывести гостей, пока японцы будут пялиться на меня.

Кристиан одобрительно кивнул.

— Правильно, выпендрежница! Зачем заранее забивать себе голову такой ерундой? Кстати, Дэн, я никого выводить не собираюсь, пусть все сдохнут, мне плевать. — беспечно заявил он, и подмигнул Элли со всем своим обаянием и жаром.

Дэн раздраженно махнул на него рукой и встревоженно встал, раздражаясь:

— Элли, ты не понимаешь! Они могут поджидать тебя у выходов со сцены, и ты будешь в ловушке! Бомба взорвется ровно в 1:30 по таймеру, и ты должна…

Элли выдохнула и подошла к Дэну, глядя в его гневные, но невероятно встревоженные глаза. Она сейчас вдруг осознала, что ей без разницы, умрет она или нет. И чувствовала себя уверенно и спокойно… И ей хотелось иметь власть над собой, своим самообладанием, своей жизнью…

— Дэн, все будет в порядке. Я успею выйти, обещаю.

— Если что-то пойдет не так, я приду за тобой. — ледяным, непререкаемым тоном проговорил Дэн.

Кристиан усмехнулся.

— Ты зануда, Даниэль. Убиваешь налево и направо, но тратишь столько времени на лекции о выживании для какой-то девчонки! Не обижайся, Купер.

Элли раздраженно махнула на него рукой. В этот момент в гостиную влетела Сиси, встряхивая мокрые от дождя волосы и скидывая на ходу белое пальто, держа в руках две большие коробки. Она сияла и была красива и беспечна как всегда. Не обращая внимания на то, что до ее прихода в гостиной велся какой-то разговор, она весело защебетала:

— Всем привет! На улице потоп, еле доплыла. — она посмотрела на Дэна и Кристиана и, флиртуя, проговорила:

— Дэнни, классно выглядишь! Кристиан, серийный убийца, ты уже выпил весь бурбон в магазинчике за углом? Мэттью, как и обещала, я никому не назначила свидания по дороге туда и обратно!

Элли в нетерпении тряхнула подругу, привлекая к себе внимание, и проговорила:

— Принесла?

Кейси закатила глаза.

— Ты вообще в курсе, подруга, что твой магазин похож на секс-шоп? У меня глаза разбежались от этих нарядов! Я, конечно, понимаю, что ты в этом танцуешь перед сотнями зрителей, но честно говоря, я в таком постеснялась бы из спальни выйти…

И она подала радостной Элли коробки с нарядом для завтрашнего выступления.

— Ты бы постеснялась? — с шутливым сомнение проговорила Элли. — Хотела бы я на это посмотреть!

И она достала потрясающий топ из черного шелка с глубоким вырезом спереди и серебристыми нитями, завязывающимися на шее и пояснице. Спина в нем должна быть абсолютно голой… Элли восхищенно прикинула его на себя и с удовольствием заглянула в коробку, где лежали черные, миниатюрные лайкровые шортики с маленьким аккуратным, перьевым белым цветком. Такой же цветок был и на топе.

— Ну это ладно, — махнула рукой Кейси, шутливо упрекая подругу. — Вы только гляньте на туфли! Я в таких и два шага не сделаю… Элли, можно померить? — тут же с мольбой попросила она.

Элли рассмеялась и открыла обувную коробку: черные, с длинными кожаными ремешками, обхватывающими ногу, босоножки на невероятно высокой, двадцатисантиметровой шпильке и платформе приковали взгляд всех, кто находился в комнате.

— А ты уверен, Дэн, что мы действительно не сможем зайти на представление? — горячо улыбаясь, проговорил Кристиан.

Дэн ухмыльнулся и весело посмотрел на Элли.

— Это все, прекрасная Элли? Кажется, в магазине забыли добавить комплект одежды к этому белью…

Элли рассмеялась, и они с Кейси ушли в спальню, примерять обновки.

Глава 19

Вечер следующего дня неминуемо наступил. Элли в обыкновенной серой толстовке, серых, обтягивающих, спортивных бриджах и своих «найковских» кроссовках сидела на переднем сиденье «Доджа». Дэн был за рулем, а Джек и Кристиан уехали на «Мустанге» раньше, чтобы проверить готовность зала к грядущим событиям. Элли смотрела в окно и чувствовала внутреннее возбуждение, адреналин и… страх перед взрывом. Дэн тревожно наблюдал за ней всю дорогу и, наконец, произнес:

— Я знаю, Элли, что ты не боишься людей Бао. Они не убьют тебя, но даже плен или смерть не пугают тебя. Но я вижу, что тебе страшно.

Элли вздрогнула от его проницательности и, еле сдерживая слезы, прошептала:

— Я боюсь, что взрыв сделает меня инвалидом, ну, не знаю, оторвет руку или ногу… Если я не отойду на достаточное расстояние… — Элли воспаленными глазами посмотрела на него. — Дэн! Обещай, что если это случится, ты пристрелишь меня! Потому что я не смогу жить и быть обузой, я не смогу без танцев…

Они подъехали к ночному клубу и увидели сотни машин гостей и клиентов, пожаловавших на открытие. Дэн взял Элли за руку и грубо притянул к себе. Его глаза излучали мощь и уверенность. Он с нажимом проговорил:

— Обещаю, что все время буду рядом, и с тобой ничего подобного не случится. Ты выживешь и будешь так же прекрасна, как сейчас.

Элли немного успокоилась и, чувствуя дикую любовь и благодарность, поцеловала Дэна.

В баре все кипело: столы были заняты разношерстной публикой, от самых отпетых преступников и негодяев, ведущих дела с Джузеппе, до самых обыкновенных посетителей. Официантки в сексуальных, обтягивающих красных платьях суетились с подносами, бармен устроил шоу подкидывания бутылок, а на высоченном помосте уже крутилась вокруг шеста Ребекка, девушка из бара «Иглы», в потрясающем золотом костюме.

Элли внимательно огляделась: ни одного японского лица… Может, все обойдется? Ее смена началась ровно в одиннадцать.

В своем новом наряде она танцевала шикарно: ее стройные ножки покорили всех присутствующих, ровная, гибкая спина заставила потерять сон, а зона декольте свела с ума. На тонких шпильках, с развевающимися черными волосами Элли страстно танцевала под любимую музыку, и зал рукоплескал ей, а охрана еле удерживала рвущихся с влюбленными похабными глазами мужчин, чтобы они не стащили Элли с подмостков… Она призывно, но таинственно улыбалась, демонстрируя свою гибкость, сексуальность, страсть, и ее душа горела… Но сердце оставалось холодным.

Она внимательно оглядывала зал.

Около двенадцати часов она увидела их. Они незаметно возникли в зале и разбрелись по разным концам, не кучкуясь и не привлекая внимания. Элли смогла насчитать около тридцати человек… Она видела их глаза, видела триумф, алчность, похоть… Они пошло смотрели на нее, ожидая окончания выступления, и думали, что все будет так просто!

Элли танцевала уже два часа подряд, но не чувствовала усталости. Она видела, что обе лестницы, ведущие со сцены, были перекрыты, выход из клуба тоже… Этого она ожидала…

Постепенно зал пустел. Время подходило к 1:30. Элли видела каких-то людей, которые что-то шептали гостям, и те незаметно ускользали. Оставались только люди Бао… Элли дотанцовывала, но видела, что они стали удивленно озираться вокруг… И вот остались только они.

Музыка закончилась. Элли огляделась. У нее только тридцать секунд… Двое людей Бао с одной стороны и двое с другой кинулись на сцену с криками. Элли бросилась вперед и, сделав высоченный акробатический прыжок через голову и перелетев через несколько человек, взбиравшихся на сцену в передней части, она приземлилась на мраморный пол и рванула к двери изо всех сил. Кто-то схватил ее за руку, но она вырвалась… Двое стояли у двери, тогда Элли, чувствуя, как все ее тело цепенеет от ужаса, не задумываясь, схватила сначала стул, подвернувшийся под руку, и с силой швырнула его в одного японца, а затем бутылку с ближайшего к ней стола, и в тот момент, когда второй попытался ее схватить, атаковала его по голове и выскочила за дверь…

В эту секунду раздался оглушительный взрыв. Элли ощутила, как ее отбрасывает горячей взрывной волной, и мир в ее глазах сначала ослепило, а затем заволокло жуткой болью, и она потеряла сознание.

Очнулась Элли через несколько минут после взрыва. Первое, что она ощутила — это то, что ей абсолютно нечем дышать. Преодолевая пульсацию в голове и жуткий шум в ушах, она приподнялась на локтях и увидела, что лежит на асфальте в куче мусора, осколков, щепок, придавленная оконной раной. Собрав все силы в кулак, она откинула раму и дико закашлялась. Пепел и зола собрались в горле, вызывая рвотный рефлекс, грудная клетка болела… Элли видела черные дыры окон и двери там, где был клуб, оттуда еще валил дым и горел огонь, слышала вдали вой пожарных машин и скорой помощи и, все еще кашляя, попыталась подняться… Руки, ноги и тело были покрыты царапинами и кровавыми ранами, Элли с трудом скинула туфли и огляделась: вокруг, среди мусора, валялись трупы людей Бао… Изуродованные, окровавленные, обожженные… В ту секунду, когда она хотела подняться, она вдруг ощутила сильный удар в спину и триумфальный смех. Вскрикнув от резкой боли, Элли обернулась: перед ней стоял кровавый, обожженный, но живой японец и ухмылялся. Одежда на нем была порвана, а лицо наполовину заплыло в сине-черную гематому.

Он резко схватил ее и потащил по усеянному осколками и щепками асфальту, хромая. Элли закричала от боли и отчаяния: она знала, что он тащит ее к машине…

В эту секунду она вдруг увидела оторванную руку, в ладони которой был зажат пистолет. Японец тащил ее прямо к ней, не замечая лежащего на их пути оружия, и Элли, чувствуя дикий ужас, отчаяние и страдание от невыносимой боли, собрала все силы и ухитрилась схватить пистолет, лежащий в руке.

Не целясь, она закричала и выстрелила прямо в спину японцу. Тот рухнул на колени, а затем — лицом в асфальт и затих.

Дрожа всем телом и чувствуя, что сейчас закричит, Элли подползла к нему и увидела застывшую мертвую ухмылку и глаз, замерший навеки. Она убила его.

Упав на зад и попятившись от него, Элли ощутила, как из ее груди лавиной хлынули рыдания, а сердце сейчас порвется от боли и ужаса сознания того, что она сделала… Сирены были совсем близко… В этот момент ее поймали две сильные и такие родные руки:

— Элли! Элли! Тихо, тихо!

Элли обернулась и, увидев такие глубокие и такие любящие глаза Дэна, бросилась ему на шею и забилась в ужасной истерике, не имея сил остановиться:

— Дэнни… Я… убила… убила!.. О, Боже мой!!!

В эту секунду подлетел Джек и обнял сразу их обоих, глубоко выдохнув:

— Элли! Слава Богу, ты цела! Все, все, не плачь, не плачь!!

— Я подгоню машину. — услышала Элли голос Кристиана, и страх выглядеть в его глазах маленькой и слабой заставил ее остановиться.

Дэн укутал ее в свою куртку, и они уехали домой до того, как нагрянула полиция.

В квартире Кейси было пусто — ребята ушли на какую-то вечеринку, судя по записке на холодильнике. Элли не испытывала ничего, так глубоко в ней застряло потрясение. Дэна вызвал к себе Джузеппе и ему пришлось уехать, так же, как и Джеку, у которого была назначена крупная сделка на утро. Элли пришлось остаться с Кристианом, но она не испытала по этому поводу никаких чувств. Ей было все равно.

Она молча ушла в душ и долго отмывала себя от запекшейся крови, чувствуя невероятную пустоту в душе… Слез не было, не было раскаяния, даже мыслей… Но Элли все видела этот замерший глаз, как будто он был перед ней.

Одевшись в белоснежную кружевную сорочку из полупрозрачной шелковой ткани, под которой выделялось потрясающее, сексуальное белье, и накинув поверх золотистый легкий халатик, Элли вышла из ванной, встряхивая своими потрясающими, длинными волосами.

Кристиан был в гостиной. Она увидела его и на секунду остановилась. Он сидел в расслабленной позе на диване, расстегнув почти полностью свою рубашку и обнажив потрясающее мускулистое тело. В одной руке у него дымилась сигарета, а в другой торчала неизменная бутылка бурбона. Он смотрел телевизор, но когда вошла Элли, их взгляды встретились. Элли увидела эти страстные, горящие дьявольским огнем, синие глаза, которые ласкающе прошлись по ее телу и обожгли ей кожу своим светом, она чувствовала его притяжение и брутальность и не могла оторвать глаз от его лица… Он был жесток, хладнокровен, но вместе с тем внутри него бушевала такая стихия, что Элли невольно вздохнула… И он был чертовски красив! И так смотрел на нее…

Но вспомнив о его наглости, самоуверенности и язвительности, вспомнив о его отношении к ней — презрительном, насмешливом, Элли гордо подняла голову и эротично прошла в свою комнату, не глядя на него, но чувствуя его триумфальный взгляд, прожигающий ее через спину.

Она беспокойно спала… Металась по подушке…

Элли видела сон.

Она была дома, в Бруклине, как вдруг раздался дверной звонок. Элли ждала брата… Она пошла открывать. На пороге стоял тот самый окровавленный японец и единственным глазом укоряюще и злобно смотрел на нее. Элли испытала невероятный страх, такой, что душа чуть не отделилась от тела, а сердце неистово забилось… Она попятилась, чувствуя, что начинает плакать:

— Ты… ты что, жив? Я же выстрелила тебе в спину… — шепотом, дрожа проговорила она.

Японец шагнул в дом и обвиняюще по-английски проговорил:

— Нет, я мертв. Это ты убила меня! Ты убила! — воскликнул он, и Элли, закричав от ужаса, бросилась в свою комнату и попыталась запереть дверь, но ей все никак не удавалось…

— Я не хотела, я не хотела! Но… но… — Элли рыдала и всхлипывала и вдруг увидела, что в коридоре никого нет… Истерично рыдая, она отвернулась и вдруг…

В темной комнате стоял он. Из его спины текла кровь, в том месте, куда она выстрелила, и он смотрел в окно. Элли зажала рот руками, вдох застыл в ее легких. Японец повернулся и закричал страшным голосом:

— Ты убийца!!! Ты тоже умрешь!!! — и он бросился на нее.

Элли закричала и попыталась закрыться руками, как вдруг ощутила, как кто-то хватает ее за руки, и услышала знакомый сильный и мужественный голос, зовущий ее:

— Элли! Элли, проснись! Элли, это сон, проснись!!!

Приказ подействовал, Элли резко открыла глаза и увидела, что она не в Бруклине, а дома у Кейси, и ее крики были не во сне, а наяву. Она увидела Кристиана, сидящего на краю кровати и держащего ее за руки, все в той же белой, расстегнутой рубашке, брюках и туфлях. Его глаза огненно сияли, но не насмехались, а были серьезны и сосредоточены.

Элли не удержалась и зарыдала, закрыв лицо руками и закричав:

— Я убила!!! Я убила… Как… я… могла?!? — всхлипывала она. — Он пришел в мой дом… и сказал, что я убила его!!!.. Я попаду в ад!!!

Кристиан улыбнулся и отнял руки от ее лица. Заглянув в ее глаза, он повелительно и жестко проговорил:

— До ада тебе еще далеко, выпендрежница. Успокойся, успокойся! Слышишь? Это был всего лишь кошмар! А в жизни тебе еще придется отбиваться от этих чертовых японцев… Может, конечно, менее кровавых… — с сарказмом проговорил он.

Элли слегка улыбнулась и перестала рыдать. Спокойствие и уверенность Кристиана заражали ее, а его глаза огненно сияли и притягивали… Она вытерла слезы и проговорила:

— Как мне теперь жить? Я убила человека! Я лишила его жизни! Он никогда больше не купит себе смокинг, не будет любить, не будет любим никем… А я все сделала, чтобы спасти свою никчемную жизнь!!! Лучше бы я умерла!

Кристиан ухмыльнулся.

— Ты совсем глупышка, Элли Купер! Этот человек был подонком. Он убивал, насиловал, грабил ни в чем не повинных людей, и то, что он не будет носить костюм или разбивать чьи-то сердца — малая плата за то, что он совершил. Ты не могла позволить ему увезти себя, разве ты не знаешь, что снова попав к Бао, ты уже не сможешь диктовать ему свои условия? Он бы убил тебя со всем зверством, на которое способен, или… — Кристиан ухмыльнулся. — Сделал бы самой грязной шлюхой Токио.

Элли вздрогнула, вспомнив свою жизнь в Токио, но ее сердце не переставало щемить от раскаяния и самобичевания. Она села в кровати и заглянула в глаза Кристиана, почувствовав его энергию, огонь…

— Но, Кристиан! А если у него семья, дети… Я лишила их отца!

Кристиан взял Элли за плечи и грубо тряхнул, ледяным тоном проговорив:

— У таких, как он, работающих на мафию, не может быть семьи. Никто не станет заводить жену или детей, они легко могут стать мишенью для мести или шантажа. Элли, ты должна запомнить одно, — с нажимом и превосходством проговорил он, — в начале всегда тяжело, но ты переживешь это. Ты не должна сожалеть об этом ни минуты! Это была необходимая самооборона. Он не стоит твоего раскаяния и ночных кошмаров.

Элли задумалась, потом подняла глаза на Кристиана.

— Самооборона… Ну а ты? Ты убил столько человек! Неужели ты никогда не раскаивался и не сожалел об этом?

Кристиан серьезно посмотрел на нее и встал, подойдя к окну. Элли видела его идеальную фигуру, сексуальный профиль лица, его неотвратимо притягивающие глаза, глядящие в окно…

— Было одно убийство… Но оно вызывает во мне чувство сомнения, а не раскаяния. На всех остальных мне плевать.

Элли встала с кровати и, забыв о том, что на ней только полупрозрачная сорочка, подошла к нему и, взяв его за локоть, проговорила:

— Расскажи мне.

Кристиан повернулся к ней и медленно, горящим страстью, желанием и притяжением взглядом ласкающе прошелся по телу Элли снизу вверх. Их взгляды встретились, и Элли вдруг почувствовала вспышку в самом сердце… Борясь со странным чувством, которое закипало в ее крови, она вспомнила, что не одета, и, смутившись, села в кровать, накинув на себя одеяло. Кристиан триумфально усмехнулся, затем сощурился и совершенно хладнокровно и спокойно произнес:

— Это убийство моего отца, Элли Купер.

Элли вздрогнула всем телом и ощутила, как руки и ноги налились свинцом… Насколько нужно быть жестоким и бесчувственным, чтобы убить своего собственного отца?? Холод и неимоверный страх захватили ее душу. Она думала, что понимает сложную натуру Кристиана, но он — все еще загадка для нее, которая, при разгадывании, открывает все более и более мрачные уголки его души. Элли вспомнила, как смело и грубо она дразнила его и даже представить себе не могла, что он может причинить ей вред… А теперь…

Его глаза сияли, она с трудом выдохнула и, собрав всю свою храбрость в кулак, тихо проговорила:

— Но… Дэн сказал, что он погиб при невыясненных обстоятельствах пять лет назад!

Кристиан усмехнулся.

— Он просто не хотел травмировать твою хрупкую психику. Обстоятельства гибели отца очень даже хорошо выяснены: я убил его, разломав ему все кости и подвесив его тело над Гудзоном.

Элли ощутила дрожь ужаса и паники, видя, как спокойно Кристиан говорит о том, с каким зверством убил отца… Она прошептала:

— За что ты так сильно ненавидел его?.. Ни одно преступление на свете не может быть причиной для такой зверской расправы! — в ее глазах блеснули слезы.

Кристиан нахмурился и снова посмотрел в окно.

— Он разрушил нашу семью. Он заключил сделку с Джузеппе из-за любви к нашей матери, но в результате этого он сделал из нас орудие убийства и преступности. Мне было пятнадцать, когда Джузеппе потребовал свою часть сделки. Меня и маленького, десятилетнего Дэна привели в публичный дом — десять лет назад это было одно из лучших заведений босса и его кабинет располагался там. — Кристиан посмотрел на Элли. — К нам приставили человека — настоящего мастера, который учил нас убивать не жалея и не оглядываясь, стрелять без промаха, обращаться с холодным оружием… Но главное — не испытывать ни раскаяния, ни сожаления. Дэна он берег, потому что тот был ребенком, и его обучали гораздо позже… Так что все самое интересное было со мной. — Кристиан горько ухмыльнулся. — Из меня сделали чудовище, растоптав душу и не оставив ничего хорошего, за что можно было бы цепляться… Я горю в аду уже сейчас, и всему виной был отец.

Элли слушала, и ее глаза наполнялись слезами. Она вдруг заметила, насколько он сложный, насколько трудно ему бороться с натурой, потому что в его испорченной душе горит целое пламя… Она снова встала, опять забыв о том, что ее сорочка не скрывает абсолютно ничего, и подошла к нему. Ее сердце сильно билось от смеси разных, непонятных ощущений, но одно она понимала четко:

— Ты испытываешь смущение, потому что знаешь, что если позволишь себе раскаяться в своем преступлении, то начнешь сожалеть и обо всем остальном. А ты этого не хочешь. — тихо и уверенно проговорила она, утопая в его огненном взгляде. Она аккуратно взяла его за стальное, горячее предплечье и прошептала:

— Ты ошибаешься. В тебе есть хорошее. Ты же не убил того японца из вертолета, когда я тебя попросила… И я докажу тебе, что ты гораздо лучше, чем сам о себе думаешь.

В этот момент она вдруг заметила, с какой страстью и невероятным притяжением и обаянием он оглядывает ее тело… Она ощущала энергию и мужество, исходившие от него, чувствовала тот адский огонь, который неотвратимо заставлял кровь кипеть, а сердце биться все быстрее… Ее щеки вспыхнули, и она вдруг снова ощутила гнев и раздражение. Импульсивно сложив руки на груди, она гневно проговорила:

— Ты вообще слышишь, что я тебе говорю?

Кристиан ухмыльнулся.

— Да, конечно: какую-то ерунду про японца, которого я якобы пожалел, хотя на деле у меня просто закончились патроны. Давай лучше поговорим о том, как выбросим с крыши все твои треники и накупим тебе нарядов наподобие этой сорочки…

Он снова ласкающе по-мужски оглядел ее сверху вниз. Элли раздраженно схватилась за голову и плюхнулась в кровать, накрывшись одеялом.

— И все равно ты не даешь забыть о том, какой ты отвратительный, мерзкий, пошлый… придурок! Ты ухитряешься превратить все хорошее во что-то гадкое! Спасибо за помощь, можешь идти.

И она отвернулась от него и закрыла глаза. Кристиан триумфально ухмыльнулась:

— Осторожнее, Элли Купер! Я ведь безжалостен, помнишь? Спокойной ночи, выпендрежница.

И он вышел, оставив Элли кипеть в котле своих странных и смешанных эмоций.

Глава 20

Наутро Элли проснулась разбитой, но отдохнувшей. Ночное происшествие и разговор заставляли ее вздрогнуть и ощутить боль в сердце, но эмоции по поводу убийства были замещены смесью непонятных чувств от воспоминаний о Кристиане.

Элли умылась, причесала свои длинные черные волосы, нанесла нежный макияж и одела обтягивающие, декоративно рваные джинсы, желтую тунику и сандалии на тонких ремешках без каблука. Оглядев себя в зеркало, она осознала, что выглядит очень легко, мило и игриво. Выдохнув, она вышла из комнаты.

Запах чего-то ароматного доносился из кухни, и Элли направилась туда.

Кристиан стоял у плиты и жарил яичницу. Элли не смогла удержаться и снова оглядела брутального красавца с ног до головы: Кристиан был великолепен в расстегнутой белой рубашке с закатанными рукавами, обнажающей его потрясающий, притягивающий взгляд, торс, черных брюках и туфлях. Элли засмотрелась на его сильные, мускулистые руки… и в этот момент он повернулся.

Они встретились глазами, и Элли ощутила стеснение и неловкость. Синие, обжигающие глаза снова горячо и оценивающе оглядели ее и загорелись страстным огнем и сексуальным притяжением. Он триумфально и язвительно ухмыльнулся и проговорил:

— М-м! Так ты больше похожа на девчонку! Что произошло с твоими шароварами?

Это подействовало на Элли как холодный душ. Она вызывающе посмотрела на него:

— Решила постирать. — язвительно проговорила она и, подойдя к нему, заглянула в сковороду. — Это что, завтрак? А я и не знала, что отъявленные преступники любят яичницу!

Кристиан ухмыльнулся.

— Опыт общения с женщинами подсказывает: если не хочешь скандала — уходи, пока она спит. Ну а если уже поздно, — закурив, весело продолжил он, — готовишь ей завтрак — и она наивно верит, что ты еще вернешься.

Элли потянулась и оторвала себе кусочек яичницы, с аппетитом сунув его себе в рот. С усмешкой она проговорила:

— Я бы никогда не согласилась пойти с тобой на свидание! Даже не зная то, что я о тебе знаю.

Кристиан снова насмешливо улыбнулся и огненно шепнул ей на ушко:

— Это потому что ты не спала со мной.

Элли вздрогнула и внимательно посмотрела ему в глаза. В эту секунду ей снова показалось, что весь мир исчез вокруг… Есть только его синие глаза, его обаяние и бешеная страсть. Она снова ощутила яркую вспышку в сердце, как будто оно лопнуло и кровь разлилась по всему телу кипящей лавой…

Но… вспомнив, какой он безжалостный, надменный, язвительный и жестокий, Элли с трудом взяла себя в руки и отвернулась от него в поисках своей кружки.

Увидев, как Кристиан подкидывает яичницу на сковороде и ловко ловит, она весело улыбнулась:

— О, это легкотня, я тоже так умею! Смотри!

И она, забрав у него сковороду, повторила его трюк. Они посмотрели друг на друга и как будто прочитали мысли. Кристиан хитро спросил:

— Усложним?

Элли подмигнула ему.

— Что я должна делать?

— Бери вон ту сковороду.

Последующие пятнадцать минут они с громким хохотом носились по кухне и перебрасывали друг другу яичницу с помощью сковородок. Закидав все вокруг ошметками и просмеявшись, они снова посмотрели друг на друга:

— Как-то все это слишком просто… — вздохнула Элли. — Скукотища! Усложним?

Кристиан ухмыльнулся.

— Без проблем! Иди на улицу.

Элли секунду непонимающе смотрела, как Кристиан открывает окно, затем сообразив, захохотала и помчалась вниз.

Подъехавшие через полчаса уставшие, но довольные Мэттью и Кейси нашли Элли носящейся со сковородой по тротуару и пытающуюся поймать тосты и другую еду, которую Кристиан кидал ей из окна.

— Что здесь, черт возьми, происходит? — в веселом недоумении спросила Кейси, подходя к подруге. — Элли, я, конечно, рада, что ваши ночные приключения по-видимому удались, но нельзя же отмечать победу таким способом! Эй, красавчик! — крикнула она Кристиану, ярко и обаятельно улыбаясь. — Хватит разбрасывать мою еду! Лучше сделай мне сэндвич, я буду через минуту!

Кристиан огненно и притягательно оглядел ее и сексуально проговорил:

— Для тебя все, что угодно, моя королева! — и исчез из окна.

Мэттью с ненавистью посмотрел на окно и ревниво — на Кейси, но тут же, справившись с собой, перевел взгляд на Элли:

— Эл, я рад, что ты в порядке. Столько царапин! — воскликнул он, оглядев лицо и руки девушки. — Все прошло, как планировали? Мы волновались за тебя.

Элли пожала плечами.

— Немного зацепило взрывом, но я правда в порядке. Все прошло, как планировали…

— Расскажешь за завтраком! — весело воскликнула Кейси и первой двинулась к подъезду. — Я такая голодная! Серийный убийца-ловелас наверняка уже приготовил что-то вкусненькое!

Мэттью гневно вздохнул, но Элли улыбнулась и обняла его за шею.

— Она дразнит тебя, не бери в голову! Лучше придумай, как поддразнить ее. Вот увидишь — она станет шелковой!

Мэтт улыбнулся Элли и тоже обнял ее, проговорив:

— Она еще пожалеет, что затеяла эту игру! — весело пошутил он, пригрозив вслед ушедшей Сиси пальцем.

Они мирно сидели на кухне и завтракали. Элли рассказывала ребятам о ночных событиях, Кристиан молча курил, развязно сидя на подоконнике, как вдруг зазвонил его телефон. Кристиан снял трубку и саркастично ухмыльнулся:

— Привет, Джеки-малыш! Ты либо ужасно соскучился, либо хочешь узнать, что у нас на завтрак. — пауза. Кристиан безразлично слушал, а Элли, ощутив волнение, следила за его лицом. — Да, с ней все в порядке… Да не трогал я ее, успокойся и давай ближе к делу… — пауза. Кристиан нахмурился. — Вот проклятье! А ты уверен, что он не… Ладно, ладно, что дальше?.. — пауза. — Угу. Я скажу ей. Да не дрейфь, она не умрет от разрыва сердца. До вечера.

Он положил трубку и, сложив руки на груди, молча уставился на Элли, о чем-то раздумывая.

— Что? Что такое? — поспешно спросила Элли, чувствуя дрожь страха внутри и холод, сковывающий конечности.

Кристиан слез с подоконника и ухмыльнулся:

— Пойдем. Нам нужно поговорить наедине.

— Эй, эй! — возмущенно вскричала Кейси. — Мы имеем право знать! Мы можем помочь…

— Только не хватало доставать из передряг еще и вас! — язвительно и гневно проговорил он и снова посмотрел на Элли. — Быстрее, девочка, быстрее!

Он схватил ее за локоть и потащил к выходу.

Они сели в припаркованный у дома «Додж», и Элли вцепилась в руку Кристиана, который застегивал рубашку.

— Пожалуйста, Кристиан, скажи, что произошло? Что-то с Дэном? Или Джеком? Что…

— Выпендрежница, если ты будешь трещать, как радио, то вряд ли я смогу найти паузу в твоем вещании и ответить на все твои вопросы! — насмешливо проговорил Кристиан раздраженным и немного надменным тоном. — Бао решил нанести ответный удар. Его люди разгромили «Иглы», двенадцать человек убито, около тридцати — ранены.

Элли вскрикнула и закрыла рот рукой. Внутри нее все похолодело.

— А персонал? Джо? Триша? Алиса?

Кристиан ухмыльнулся и горько посмотрел на нее.

— Все целы. Вот только… — он замолчал, глядя в окно.

— Что? Что? Что? Кристиан, скотина, говори скорей, или я разорву тебя на мелкие кусочки! — вспылила Элли, гневно тряхнув его за рукав.

Кристиан схватил ее руку, и Элли ощутила невероятную мощь. Он испепеляюще посмотрел на нее и гневно процедил:

— Мой младший братик-благородное создание теперь у него. Сегодня вечером Бао ждет нас и Джузеппе в своем коттедже на окраине Нью-Йорка на сходку. Так что будь милой и оденься по-человечески. — с сарказмом улыбнулся Кристиан.

От сковавшего ее ужаса Элли долго молча смотрела на Кристиана, а боль и горе рисовали в ее голове самые страшные картины… Только не Дэн! Только не Дэн!! Нет, нет, ну почему??? В ее глазах блеснули слезы.

— Нет… нет… — прошептала она. — И что теперь? Он убьет его? Вы отдадите меня ему в обмен на освобождение Дэна? А если он ранен??

И Элли, не находя себе места от горя и не имея сил пока справиться с этим, медленно посмотрела в окно, ничего не видя. Кристиан, кажется, прочел все в ее глазах и наклонился к ней, сияя уверенностью и жестким превосходством.

— Эй, эй! Он не убьет его, точнее не успеет, потому что сначала я вышибу ему мозги. Отдавать тебя тоже никто не собирается, так что возьми себя в руки, ты должна быть сильной, слышишь? Веселье в самом разгаре!

Элли посмотрела на него. Кристиан был настолько спокоен и уверен в своих силах, что Элли поневоле начала успокаиваться.

— Что же мы будем делать? — спросила она.

Кристиан улыбнулся своей обаятельной улыбкой.

— Вот наконец-то конструктивный диалог. Все очень просто, Элли Купер. Сделаем вид, что играем по его правилам, и дождемся, пока его бдительность сладко уснет. — Кристиан триумфально улыбнулся.

Элли окончательно успокоилась, и в ее душе зажегся праведный гнев. Она сжала кулаки.

— Это все из-за меня… Если он его хоть пальцем тронет…

— Да успокойся, девочка, мой брат живучий, этим он заразился от меня, так что не хорони раньше времени.

Элли посмотрела на него и ухмыльнулась.

— Какой план?

Глава 21

Элли разглядывала себя в зеркало, когда пришел Джек. Он остановился в дверях комнаты и угрюмо уставился на нее. На девушке красовалось белоснежное, обтягивающее, короткое платье без лямок, подчеркивающее ее красивую грудь, узкую талию и плавную линию бедер. Стройные потрясающие ножки притягивали взгляд, а белые туфли на высоченной шпильке довершали образ. Волосы Элли распустила и знала, что, длинные и черные, они только делают ее еще более желанной, а лицо и потрясающие зеленые глаза были подчеркнуты аккуратным вечерним макияжем. Увидев хмурое лицо Джека, Элли искрометно улыбнулась:

— Ну как тебе? По-моему, неплохо. — она снова покрутилась вокруг себя.

Джек вздохнул.

— Я тебя не выпущу из этой комнаты, пока ты не найдешь что-то менее…

— Пикантное?

— Вызывающее. — Джек серьезно посмотрел на веселую Элли. — Мы едем не на вечеринку, и там может произойти всякое…

— Брось, Джек! Твоя сестра в кои-то веки славно вырядилась, а если ее придется спасать, то это будет гораздо приятнее, чем тогда… Отличное платье, выпендрежница! — сказал Кристиан, входя в комнату и горячо оглядывая Элли страстным, пожирающим взглядом обаятельного и сексуального мужчины. Элли ухмыльнулась, когда он в великолепном черном костюме, белой рубашке и черных туфлях встал напротив нее. Его рубашка идеально сочеталась с ее платьем.

Джек поднял брови и весело улыбнулся:

— В таком виде вы отлично подойдете для ограбления казино. Буду иметь ввиду на будущее.

Элли и Кристиан рассмеялись и посмотрели на самого Джека, который также был в великолепном костюме и черном пальто, совсем как у гангстеров в кино.

На «Додже» они подъехали к бару «Иглы». Через высокие и узкие оконные проемы Элли с грустью увидела разломанные столы, сорванные декорации и разный мусор из щепок и посуды, который пытались убрать нанятые рабочие. Через пару секунд из бара вышел Джузеппе в своем малиновом пиджаке в клетку, черных брюках и лакированных туфлях. Увидев «Додж», он махнул кому-то в баре рукой и, закурив сигару и одев шляпу, подошел к потрясающему «Линкольну», припаркованному слева от входа. За ним последовали около двух десятков его людей, которые расселись по машинам и вереницей двинулись за ним.

Коттедж, купленный Бао в качестве личной резиденции в Штатах, располагался в тихом пригороде Нью-Йорка, вдали от других поселений. Он был скромно спрятан от глаз березовой рощей, растущей вокруг, и огромным, более трех метров в высоту, забором с живой изгородью.

Ворота были автоматическими и управлялись из дома. Когда машины подъехали, они гостеприимно распахнулись, открыв глазу трехэтажный кирпичный дом с мансардой, террасой и пристроенным сбоку флигелем. Вокруг дома росли кусты акаций и роз, и Элли поморщилась, глядя на свою татуировку на ноге:

— Маньяк-любитель роз… Меня сейчас стошнит.

Джек и Кристиан удивленно посмотрели на нее, но заметив, что она задумчиво таращится на татуировку на ноге, промолчали.

«Линкольн» затормозил прямо у входа, где у парадной двери их ожидали два японца с оружием в руках. Кристиан припарковал «Додж» рядом с машиной Джузеппе и, проверив наличие патронов в оружии, они одновременно с Джузеппе и другими его людьми вышли, направившись к крыльцу.

— Дальше пойдете только вы и она. — сказал японец с ужасным акцентом, указав на Джузеппе и Элли.

Джузеппе улыбнулся и стряхнул пепел на ботинки японца.

— Идти в дом, полный враждебно настроенных японцев одному? Без охраны? Мой дорогой друг, совершить сделку по обмену моего человека на девчонку-танцовщицу мне не настолько дорого, как моя жизнь. Так что без этих двоих, — он указал на Кристиана и Джека, — я никуда не пойду. — он ухмыльнулся. — Разве что сам Бао не выгонит из дома всех своих шавок и не оставит одну только горничную.

Японцы резко навели на него стволы, но и Джек, и Кристиан, и все люди Джузеппе пришли в боевую готовность, взяв на мушку противников. В этот момент парадные двери отворились, и вышел сам Бао, в черном с золотым кимоно, дымя дорогой сигарой и улыбаясь.

— Все, хватит! Господа, опустите оружие! Разве у нас принято так приветствовать друзей? — весело проговорил он, обращаясь к своим людям. Те покорно убрали пистолеты. Он посмотрел на Джузеппе.

Тот злорадно ухмыльнулся и вскинул руки.

— Мой дорогой Бао! Как я рад тебя видеть! Ты так гостеприимно пригласил нас в свой дом! Меня, девчонку Элли Купер и ее брата Джека, а также брата бедняги Даниэля…

Бао злобно улыбнулся и посмотрел на Элли. Его глаза зажглись страстью и похабным желанием, он медленно, со вкусом осмотрел Элли с ног до головы.

— Моя царица! Вот мы и встретились снова! Ты так ловко сбежала от меня в Токио! И все-таки выпрыгнула из окна, как и обещала! — и он подошел к Элли и, взяв ее руку против ее воли, поцеловал.

Джек вышел вперед и агрессивно отобрал руку Элли.

— Эй! — и, посмотрев на девушку, он непонимающе и грозно спросил:

— О чем он говорит??

— Мы потом тебе все расскажем, дорогой Джеки! — примирительно и поспешно сказал Кристиан.

Бао сделал приглашающий жест.

— Добро пожаловать, мой милый Джу, прекрасная царица, ее брат и брат Даниэля! Остальные… извините, на сегодня приглашения закончились. — сказал он, грозно глянув на людей Джузеппе.

Они вошли в дом.

Гостиная была просторной, обставленной всевозможными диванчиками, креслами, пуфами, которые теснились ближе к камину. Джузеппе огляделся и презрительно сморщил нос, с издевательской улыбкой проговорив:

— Неплохо, Бао, неплохо. Но для мафиози такого, — он сделал особый насмешливый акцент на этом слове, — масштаба мог бы подыскать что-то более… изысканное.

Бао довольно усмехнулся и подошел к бару.

— Выпьете что-нибудь?

Джузеппе сел в одно из кресел и, стряхнув пепел прямо на пушистый персидский ковер, проговорил:

— Мое время, в отличие от твоего, мой гостеприимный друг, очень дорого, так что давай сразу к делу.

Бао насмешливо глянул на него, и в его глазах зажегся недобрый огонь.

— Джу, Джу! Ну зачем же, зачем же так? Ведь это ты подбил мой самолет, это ты отдал мне девчонку за пять миллионов и именно ты нагло и подло забрал ее назад! Так что в моем доме ты устанавливать свои правила не будешь. — угрожающе закончил он.

Джузеппе хотел ответить что-то колкое, но терпение Элли лопнуло, и она вышла вперед и посмотрела на обоих:

— Ради всего Святого! Прекратите этот балаган! Бао, где Дэн? Что ты с ним сделал? — гневно воскликнула она, глядя на веселого Бао.

Джек зашипел на Элли и оттащил за локоть назад:

— Элли, не лезь…

— Да отстань ты, Джек, я не боюсь! — тихо прошипела в ответ Элли и выдернула локоть, а Кристиан ухмыльнулся:

— Поздравляю, Джек. Узнаю твое воспитание.

Бао посмотрел на Элли страстным взором и победно улыбнулся:

— О, милая, рад, что ты первая об этом заговорила! Я думаю, вместо того, чтобы бросать пустые слова, лучше взглянуть… Идемте за мной!

Он двинулся к двери, ведущей вглубь дома.

Они прошли по ярко-алому коридору, увешанному портретами женщин в белых рамках, и двинулись к самой дальней двери. Как оказалось, она вела в подвал.

Увидев подвальное помещение, Элли ужаснулась. Оно представляло собой тюремные серые камеры с толстыми железными решетками, внутри которых с потолка свисали цепи с кандалами, чтобы подвешивать взятых в плен, а снаружи, на стене висели различные орудия пыток — от ножей до розог всевозможных размеров.

Бао подошел к одной из клеток и триумфально улыбнулся.

— Добро пожаловать в мою комнату страха! Вот ваш парень. Думаю, ему было бы приятно вас видеть… Если бы он смог прийти в сознание.

Элли бросилась к решетке, и ее сердце зашлось от боли и ужаса: Дэн висел, подвешенный к потолку за руки. Его голова свесилась на грудь, и волосы прядями чуть прикрыли синяки и гематомы на его лице… Элли видела, что он был зверски избит, вся одежда в некоторых местах была разорвана и пропитана кровью, на руках блестели свежие раны.

Элли ощутила, как внутри нее что-то обрывается, как душа от страданий парализует ее тело, и как боль разливается по жилам. Сквозь слезы, она шепотом проговорила:

— Дэн, Дэн! Ты слышишь меня? Я здесь, Дэн! Дэн! — она повернулась, мельком увидела наполненные ужасом глаза Джека и Кристиана, разозленные глаз Джузеппе, и в ее сердце загорелся дикий гнев. Не видя и не слыша ничего вокруг, она посмотрела на Бао:

— Что ты с ним сделал??? Он жив???

Бао ухмыльнулся, не торопясь с ответом.

— Жив. Пока.

— Что??? Что значит «пока»?? Да я тебя на куски порву, если он… — взорвался Кристиан, но Джузеппе его остановил.

— Подожди, сынок. Бао, мой милый, пора раскрыть карты.

Бао вздохнул, притворно сокрушаясь.

— Ну хорошо. Я ввел вашему другу Даниэлю в кровь ядовитое вещество. Оно затормаживает деятельность головного и спинного мозга, вызывая паралич конечностей и снижение умственных способностей… до нуля. Через сутки ваш парень умрет… Если, конечно, мы все вместе не успеем помочь ему.

Элли почувствовала, как у нее отнимаются ноги. Дэн умирает… Он умирает… Боль тупо стучала в ее мозгу, и она, сама того не ожидая, бросилась к Бао с явным намерением задушить его.

— Ах ты… Я убью тебя…

Но две сильные руки — с одной стороны Джека, а с другой — Кристиана, — подхватили ее и оттащили назад. Джек обнял Элли, и она, уткнувшись в его куртку лицом, заплакала от отчаяния и страха.

— Что мы должны сделать? — жестко спросил Джек, крепко обнимая сестру.

Бао встряхнул рукава халата, за которые его схватила Элли, и улыбнулся, переведя взгляд с Джека на Джузеппе:

— Я введу ему противоядие, мой дорогой Джу, в том случае, если ты отдашь мне Элли Купер… Я имею ввиду то, что я увезу ее в Японию и она станет моей женой. А значит, будет принадлежать мне вечно, ведь в нашей великой стране отсутствует такая банальщина, как разводы. — Бао пожирающе посмотрел на девушку и добавил, с угрозой в голосе:

— Но если ты и твои люди снова попробуют забрать ее… Я вам сам ее отдам. По кусочкам. Знаете, я обожаю ящички разных форм и размеров…

Элли, Джек и Кристиан в шоке уставились на него. Ноги Элли снова сделались ватными. Она пропала. Ее жизнь в обмен на жизнь Дэна… Все правильно. Это из-за нее все началось, и ею должно закончится. Она вытерла слезы и уничижительно процедила:

— Ты совсем больной. Ты сдохнешь, как собака, в одиночестве и угодишь в ад.

Джузеппе ухмыльнулся и проговорил:

— Запомни, мой дорогой Бао, — ты никогда не сможешь обвести меня вокруг пальца. Я непобедим. И если с Даниэлем будет что-то не в порядке, то и ты получишь не совсем целую девчонку.

Элли в ужасе посмотрела на него, но тут вмешался Кристиан.

— Эти переговоры скоро перейдут в стадию открытых угроз. Джузеппе, пойдем отсюда, он только тратит наше время на бесполезную болтовню.

Джузеппе кивнул.

— Ты прав, Кристиан. Надо уходить. На ответ нам остается… — он посмотрел на часы и на Бао. — Сколько же??

Бао ухмыльнулся, но его взгляд был обозленным. Элли поняла, что теперь ситуацией руководит уже не он, а Джузеппе, и потеря власти над ним очень сильно его злит.

— Завтра в девять вечера Даниэль Ван дер Билд умрет. Жду вас до этого времени, и Элли, моя царица… — он снова желанно посмотрел на нее. — Оденься посексуальнее… Я имею ввиду то, что нижнее белье тебе не понадобится.

— Ах ты, ублюдок, да я тебя… — взорвался Джек и ринулся на Бао, но его удержали Элли и Кристиан.

— Что за семейка? — ухмыльнулся Бао.

— Я поразмышляю над твоим предложением. — улыбнулся Джу. — Но ты ведь не думаешь, что все пройдет гладко?

И с этими словами он повернулся и пошел к выходу, поманив за собой ребят.

Когда они вышли на улицу, Джузеппе строго проговорил:

— Джек, Кристиан — садитесь в мою машину. Обсудим план. — он посмотрел на Джека, который бросил в сторону Элли тревожный взгляд, явно не желая оставлять ее одну.

Элли возмущенно выдохнула и, уже ничего не остерегаясь, воскликнула:

— Но, мистер Моранди! Позвольте мне участвовать! Я… я…

Джузеппе насмешливо глянул на нее.

— Исключено, малышка. И если не хочешь меня разозлить, то ты сейчас же пойдешь и сядешь в машину, можешь держаться сразу за «Линкольном», а то, боюсь, твой брат будет не в состоянии думать о чем-то другом. Водить-то умеешь, деточка?

Элли ощутила внутри дикую волну гнева. Ее никто не воспринимает всерьез, а между тем Дэн умирает из-за нее! Они считают ее маленькой и глупой… В ее сердце вдруг застучала жажда борьбы и противоречия, желание доказать, что она на все способна… Сверкнув глазами, Элли процедила, глядя на Джузеппе:

— Я думаю, никто не умеет водить без ключей.

— Кристиан, отдай ей ключи! — распорядился Джузеппе и двинулся к своей машине, крикнув всем:

— По машинам!

Кристиан с неохотой отдал Элли ключи, но в ее мозгу бушевали совсем другие чувства, так что она даже не стала вступать с ним в очередное противостояние.

Ехали по Нью-Йорку долго, петляя по узким улочкам, чтобы снять возможное преследование, но сколько Элли не вглядывалась, ей не удалось заметить никаких подозрительных машин, только вереницу автомобилей Джузеппе. Пока она ехала, глядя на задние фары «Линкольна», внутри нее кипела сильная злоба, которой она раньше никогда не испытывала. Ей хотелось что-то сделать, не сидеть сложа руки, ведь каждая минута промедления отбирает у Дэна драгоценную жизнь по крупицам… Она вспомнила его, висящего без сознания в камере, избитого и парализованного ядом, и ее сердце заболело с утроенной силой. Нет, она не переживет, если он больше не очнется, его голос замолчит навеки, а горящие обаянием и теплотой глаза не посмотрят на нее никогда…

По щекам Элли потекли слезы. Как же ей хотелось упасть на свою кровать, закрыться одеялом и уснуть, а проснувшись, обнаружить себя вновь студенткой, влюбленной в красавчика, танцующей в баре и зарабатывающей немного денег на скромную жизнь в Бруклине…

Они подъехали к дому Кейси. Из «Линкольна» вышли Джек и Кристиан, что-то сказали в опущенное окно и одновременно посмотрели назад, выискивая глазами «Додж». Увидев подъезжающую Элли, они переглянулись и ушли в дом. «Линкольн» и остальные машины уехали.

Элли кое-как припарковалась и бросилась следом за ребятами.

Было уже очень поздно, Кейси и Мэттью спали. Элли тихо прошла на кухню и увидела сидящих за столом Джека и Кристиана, разливающих бурбон. Они одинаково угрюмо посмотрели на нее, ничего не сказав.

Элли уселась за стол.

— Итак? Что будем делать? — прошептала она.

Кристиан усмехнулся, а Джек строго посмотрел на сестру и с нажимом проговорил:

— Лично ты — ничего не будешь делать. Иди спать, не мешай нам!

Элли возмущенно посмотрела на него и горячо зашептала:

— Джек, ты что, идиот? Дэн умирает!!! Я не собираюсь сидеть сложа руки, так что или ты мне скажешь, что вы задумали, или завтра я поеду в дом Бао и соглашусь на все его условия, даже если мне придется навсегда остаться с ним!!!

Джек гневно схватил ее за плечи и стал трясти, зашептав:

— Если ты это сделаешь, то клянусь, я… Ты не посмеешь! Элли, сейчас же иди спать и не сходи с ума!!!

Элли вскочила и стряхнула его руки.

— Вот еще! Джек, Дэн умирает!!! Ты слышишь? И все из-за меня! Я должна помочь ему! Я не переживу, если…

Она запнулась. Кристиан встал.

— Так, теперь все понятно, Джек. — с сарказмом и триумфом проговорил он, глядя на Элли. — У нас тут угрызения совести. Значит так. — он грубо схватил Элли под локоть и потащил к двери, и, ощущая его невероятную силу, Элли поняла, что сопротивляться бесполезно. Выставив ее в коридор, сияя уверенностью, злобой и превосходством, он горячо посмотрел на нее. — Ты сейчас пойдешь в свою комнату и будешь сидеть там весь завтрашний день, и если я увижу тебя рядом с выходом из квартиры, я прибью гвоздями к стене одежду, в которую ты будешь одета. А чтобы твоя душенька была спокойна, знай, что мы вытащим моего брата и спасем его жизнь, при этом отдавать тебя Бао никто не собирается. Ты все поняла?

Элли взорвало от гнева.

— Ты не смеешь приказывать мне!! Если вы пойдете спасать Дэна, значит я иду с вами!!!

Кристиан прищурился и, сняв руки Элли с дверного проема, еле сдерживая гнев, громко прошептал:

— Это исключено, ты остаешься здесь! Разговор окончен!!! — и он хлопнул дверью.

Элли от гнева ударила по двери ладонью и, прислонившись спиной к стене, спустилась на пол и, обхватив руками колени, стала ждать.

Разговор на кухне шел около часа, и, как бы Элли ни прислушивалась, услышать что-либо не было возможности. Наконец, дверь отворилась. Джек и Кристиан вышли и, увидев Элли, недовольно переглянулись.

— Вот ведь упертая. — разозленно шепнул Джек и двинулся в ванную комнату.

Элли вскочила и побежала следом.

— Джек! Джек! Вы должны взять меня с собой! Джек!

Джек, не оборачиваясь, скрылся в ванной, заперев дверь изнутри. Элли от бессилия взялась за голову и, повернувшись, посмотрела на Кристиана, который спокойно курил, развязно развалившись на диване в гостиной. Она подошла к нему и встала перед ним, испепеляя его взглядом.

Кристиан горячо осмотрел Элли с ног до головы, и его синие глаза снова зажглись беспредельным обаянием и страстью.

— Ты будешь стоять здесь всю ночь? — шепотом ухмыльнулся он.

Элли сложила руки на груди, грозно и отчаянно глядя на него.

— Почему??? — с болью спросила она.

Кристиан нетерпеливо выдохнул дым, встал и, схватив Элли за руку, повел в ее комнату.

— Значит, ты считаешь себя взрослой и деловой, выпендрежница? — раздраженно начал он. — А ты не думала, что твой брат не хочет потерять тебя? Ты — это все, что у него осталось, вся его семья. Если тебя пристрелят — ради чего ему жить? — он завел Элли в ее спальню и развернул к себе. Она заглянула в его глаза, и внутри нее снова все перевернулось, сердце забилось, как бешеное, душа сжалась и смесь чувств захватила целиком… — Если ты пойдешь с нами, то все его силы уйдут на то, чтобы защитить тебя, и тогда шансы спасти Дэна сведутся к минимуму! Если ты такая взрослая, то подумай об этом!

И он вышел, оставив Элли гореть наедине с собой и страдать всем сердцем.

Глава 22

На следующий день Элли проснулась спокойной и сосредоточенной. У нее был план.

Кристиана не было всю ночь, он пришел только под утро, веселый и пьяный. Джек задумчиво и серьезно готовил оружие, поглядывая на Элли подозрительным взглядом, но девушка и бровью не вела. Она делала вид, что не замечает ни того, ни другого, общалась с Кейси и Мэттью, держа ребят в курсе событий, но вела себя спокойно и непринужденно, как будто смирилась с тем, что у нее в грядущей игре совсем нет роли.

Около шести вечера Джек, одетый в модную куртку, серую футболку и джинсы с кроссовками, держа наготове автомат и пристегивая на пояс кобуру с набором ножей, гранат и патронов, громко крикнул из гостиной:

— Элли! Мы уходим!

В спальне Элли только этого и ждала. Она сидела перед трюмо в черно-белой толстовке, драных декоративными дырками обтягивающих джинсах и своих любимых белых «найках». Ее волосы были как всегда собраны на затылке в замысловатый узел, а на лице — нанесен аккуратный, вечерний макияж.

Внутри нее все холодело от ужаса того, что она задумала, но это придавало ей еще больше решимости. Посмотрев на себя в зеркало сверкающими глазами, Элли сжала в руке потихоньку украденные у Джека ключи от «Мустанга» и крикнула в ответ:

— Скатертью дорога!

Джек хмыкнул и вопросительно посмотрел на Кристиана, который выглядел просто потрясающе сексуально в черном пиджаке, темно-синей футболке в тон глазам, обтягивающей его потрясающее тело, джинсах и черных модных кроссовках, одевающего кожаные перчатки и невозмутимо курящего с уверенным, расслабленным лицом.

— Да что с ней такое?

Кристиан ухмыльнулся.

— Она что-то задумала. Вот увидишь.

— Черт бы ее побрал! — ругнулся Джек, но Кристиан, взяв в одну руку ружье, а в другую — автомат, проговорил:

— Нет времени, дружище. Пора ехать.

Джек кивнул.

Элли услышала, как хлопнула входная дверь и, выдохнув, собрав всю волю в кулак, помчалась следом.

Аккуратно выглянув из подъезда, она увидела, как «Додж» отъехал от дома и скрылся на соседней улице. Не теряя времени, Элли бросилась в «Мустанг» и рванула следом.

На центральном шоссе Элли догнала машину, и в плотном вечернем потоке ей удавалось преследовать ее и оставаться незамеченной. Наконец, они выехали за город, и Элли узнала тихий, нелюдимый пейзаж вокруг. Так как автомобилей на дороге стало совсем мало, Элли остановилась и выждала десять минут. Когда габаритные огни «Доджа» исчезли из виду, Элли двинулась в путь.

И вот тот самый дом посреди березовой рощи… Элли ощутила, как сердце забилось от поднимавшегося страха. Оставив машину, она стала тихо пробираться пешком через заросли. Метрах в двадцати от забора с живой изгородью Элли увидела около десятка брошенных то там, то здесь автомобилей, а вдоль забора, слева и справа от ворот, расположились около двадцати человек в черном, с оружием наготове. Напротив ворот, в кустах, Элли заметила что-то вроде пушки на колесах или пулемета и светловолосого раскосого парня, замершего в ожидании.

Элли прищурилась и заметила у самых ворот две согнутые знакомые фигуры, переговаривающиеся друг с другом, склонив головы.

Пригнувшись как можно ниже, Элли через кусты направилась к ребятам. Подбежав сзади к Джеку и произведя при этом невероятный шушукающийся фурор среди людей Джузеппе, заметивших и узнавших ее, она подергала брата за локоть и шепотом спросила:

— Джек! У тебя случайно не найдется лишнего пистолета?

Джек и Кристиан уставились на нее вытаращенными глазами, при этом Джек вздрогнул и сначала побледнел от страха и шока, а затем покраснел от гнева и прошептал:

— Элли! Сожри меня сам дьявол!!! Какого черта ты здесь делаешь??? Как ты… Ты что, украла у меня ключи от «Мустанга»?

— Я же говорил, Джеки, надо было пристегнуть ее наручниками к холодильнику! А теперь у нас еще одна проблема. — раздраженно проговорил Кристиан, недовольно и гневно глядя на девушку.

Элли замотала головой.

— Я не создам проблем! Я отыщу вакцину и спасу Дэна! — так же раздраженно и обиженно ответила ему Элли и посмотрела на Джека. — Твой «Мустанг» в порядке, он там, в лесу. Дай мне пистолет, а то у меня только вот это… — Элли достала из-под толстовки кухонный нож для мяса, который она прихватила из дома на всякий случай. — Если я потеряю его, Кейси убьет меня!

Джек еще больше вытаращил глаза и, схватив Элли за плечи, почти заорал шепотом:

— Ты… ты что, совсем сдурела??? Да тебя здесь прибьют быстрее, чем ты скажешь слово «танец»!!! Сейчас же иди в машину!!! Быстро!!!

— Ни за что! — тоже шепотом крикнула Элли. — Если ты не дашь пистолет, то я пойду так и…

— Эй, Кристиан! — крикнул раскосый блондин из-за пулемета. — Ну что, скоро?..

Кристиан махнул ему и кивнул, и, повернувшись к Джеку, проговорил:

— Нам пора, Джек, пусть идет с нами. Дай ей пушку.

Джек зарычал в бессилии и отчаянии и, достав запасной пистолет, протянул Элли и показал, как им пользоваться.

— Элли, иди за мной и никуда не отходи!! Ты поняла?? Мы вместе найдем Дэна и вакцину. Никуда не отходи!! — горячо шептал Джек.

Элли сунула пистолет под кофту и сосредоточенно кивнула:

— Поняла, поняла.

Кристиан взглянул на них, убедившись, что разговор окончен, и шепнул парню с пулеметом:

— Эй, Тайлер! Начинай!

Белобрысый весело кивнул, и раздался невероятный, оглушительный грохот, вспышки, и Элли увидела, как толстые снаряды со свистом разносят широкие металлические ворота, дым и осколки разлетались во все стороны…

Все, что происходило дальше, напоминало Элли кошмарный психологический триллер, никак не связанный с реальностью. В огромную дыру, образовавшуюся на месте ворот, четко один за другим забежали люди Джузеппе, и в огромном особняке завопила сирена. Элли успела увидеть, как почти во всех окнах дома зажегся свет и из парадных ворот во двор высыпало несколько десятков японцев с автоматами и пистолетами, началась жуткая суета, стрельба, крики…

Элли, по приказу Джека, бежала за ним, пригнувшись и обхватив руками голову. Они пряталась за кустами и деревьями, медленно продвигаясь к дому, но не имея возможности подступиться к нему вплотную. Элли видела сквозь дым от выстрелов груды кровавых, мертвых тел и японцев, и американцев, слышала стрельбу из пулемета, раздававшуюся из окна третьего этажа, слышала грохот от разрывающихся гранат и ничего не могла понять в этой суматохе…

Кристиана давно уже не было видно и, совершив очередную перебежку и укрывшись от гранаты за стеной небольшой, квадратной беседки, Элли тревожно оглядела двор, особенно мертвые тела, вызывающие у нее невероятную тошноту. Джек отстреливался, одной рукой укрывая Элли за своей спиной, но девушка все же начала трясти его за куртку, стараясь перекричать шум выстрелов и взрывов:

— Джек! Джек! Где Кристиан??? Джек, я его не вижу!!!

Ее сердце вдруг испуганно и больно сжалось, когда она представила, что его могли… В голове запульсировало, но Джек, перезаряжая автомат, быстро прокричал, возвращая ее в реальность:

— С ним все будет в порядке! Он живучий ублюдок! Идем!

Джек схватил Элли за запястье и потащил ближе к дому, но им тут же пришлось укрыться за толстым деревом: в них стали палить из мансарды четверо японцев.

Элли раздраженно и отчаянно глянула на часы — почти восемь. Она сжала зубы. Медлить больше нельзя.

— Джек! — отчаянно и истерично крикнула она. — Нам надо попасть в дом!!!

Джек ухмыльнулся, выстрелив в японца, который показался в окне мансарды.

— Я и сам знаю, сестра!

Элли вздохнула и, аккуратно высунувшись из-за брата, оглядела дом. В одном из окон первого этажа горел свет, но явно никого не было… Это был шанс. Она достала револьвер и, зажмурив один глаз, старательно навела его на окно. Джек ошарашено посмотрел на нее:

— Что ты делаешь??

— Иду спасать Дэна! — крикнула в ответ Элли и выстрелила. Стекло разбилось вдребезги. — Да!!! Джек, как это говорится… Прикрой меня!! — крикнула она и, не оглядываясь, рванула к окну.

— Элли!!! Нет!!! — услышала она позади испуганный голос Джека, но не обернулась — над ее головой со свистом рассекали воздух пули.

Пригнувшись, Элли добежала до стены и прижалась к ней спиной, тяжело дыша. На нее падала тень, которая скрывала ее от глаз японцев, и, видимо, именно поэтому по ней не стреляли. Адреналин гонял ее кровь, сознание плавало, но Элли вдруг ощутила себя в своей стихии.

Она вцепилась руками в карниз окна и вскарабкалась на него, подтянувшись на руках. Толкнув разбитую раму, Элли неуклюже ввалилась в светлую комнату и упала на пол.

Подняв глаза, она вдруг увидела посреди комнаты двух людей Бао, только что вбежавших с оружием наготове. Секунду они смотрели на нее, затем довольно переглянулись и бросились к ней. Элли завизжала от страха, прижавшись спиной к стене под окном и закрывшись коленками, думая, что это конец…

И в эту секунду два точных выстрела прорезали воздух, и оба японца упали замертво с пулевыми отверстиями во лбах.

Элли шокировано уставилась на них, затем резко подняла голову и увидела влезающего в комнату Кристиана с пистолетом в руках, веселого, но явно раненного — его предплечье было в крови.

Элли испытала одновременно облегчение и невероятное счастье, но и дикое волнение, пока еще не понимая, что странно чувствовать такое к чужому человеку… Кристиан горячо и обаятельно улыбнулся Элли и подал ей руку со словами:

— Ай-яй-яй! Как нехорошо, выпендрежница! Надо слушаться брата, брат плохому не научит и спасет от смерти, если надо! Какого дьявола ты тут делаешь?

Элли встала и ухмыльнулась:

— Время уходит. Надо спасти Дэна, а я даже не знаю, где искать это противоядие! Надеюсь, с Джеком все будет в порядке в мое отсутствие…

— О, он без тебя, наверно, не справится! — с сарказмом проговорил Кристиан, направляясь к двери и выглядывая в коридор.

— Ты ранен? — спросила Элли, ощущая внутри какой-то невероятно глубинный страх, но не показывая этого.

Кристиан весело посмотрел на нее.

— Где? Ах это… — проговорил он, проследив за взглядом Элли на свое предплечье. — Я даже не заметил.

Он снова выглянул в коридор.

— Идем! Быстро!

Схватив Элли за руку, он вытащил ее в коридор, и на какой-то момент девушка испытала странное чувство де жа вю… Но не время думать. Они огляделись. Коридор был ярко голубым.

— Это не тот коридор! — воскликнула Элли.

— Без тебя вижу, принцесса! — гневно и разозленно ответил Кристиан, но в ту же секунду со стороны гостиной в коридор ворвались несколько людей Бао и с громкими криками, увидев ребят, открыли по ним огонь. — Пригнись! Осторожно!

Кристиан толкнул Элли к левой стене, спрятав за небольшой выступ из камня, судя по всему, декоративный, а сам укрылся за статуей из белого мрамора, изображавшей богиню Артемиду. Отстреливаясь, Кристиан параллельно достал из кармана гранату и крикнул:

— Береги голову, детка! Мозги тебе еще понадобятся! — и с веселой улыбкой он выдернул чеку и бросил гранату в приближающихся противников.

Раздался оглушительный взрыв, Элли зажмурилась и, закрыв голову руками, упала на пол, но взрывной волной ее отбросило к стене, и вдруг Элли ощутила, что стена куда-то проваливается… Это оказалась открывшаяся дверь. Не мешкая, Элли кинулась в темную комнату и закрыла дверь за собой.

Нашарив рукой выключатель, Элли зажгла свет и на секунду шокировано замерла: она была в лаборатории. Несколько хорошо оборудованных операционных столов, различные стеллажи вдоль стен с колбами, шприцами, какими-то образцами, внутри которых все блестело разными цветами и плавало, пять высоченных холодильников и множество шкафчиков с разнообразными лекарствами… Не веря своим глазам и своей удаче, Элли медленно прошла вдоль полок, рассматривая пузырьки и ампулы с непонятными, хоть и на английском языке, словами. В эту секунду она услышала сзади шорох и, неосознанно выхватив кухонный нож, резко развернулась.

Перед ней стоял парень в очках и белом халате, темноволосый, высокий и до ужаса испуганный. Элли выставила вперед нож и крикнула:

— Не подходи!! Ты кто такой?

Парень вскинул руки, демонстрируя то, что он безоружен, и быстро проговорил:

— Я Ник, Ник Джонс. Ученый и доктор… работаю в этой лаборатории… Пожалуйста, опусти нож, я не собираюсь…

— Черта с два. — ответила Элли. — Ты американец? И работаешь на Бао?? Да как ты…

— Я работаю на науку. — поспешно проговорил Ник. — И никому не причиняю вреда. Что происходит в доме? Откуда ты взялась? Что вам нужно?

Элли выдохнула и опустила нож. Ник действительно был безвреден. Она видела по его напуганным глазам, что он не собирается звать людей Бао или нападать на нее.

— У Бао находится человек Джузеппе Моранди. Его люди пришли за ним, но он умирает от какого-то яда и мне нужно лекарство…

Но Элли не успела договорить. Дверь с грохотом отлетела, и ворвались двое японцев. Увидев Элли, они бросились к ней. Элли завизжала и попыталась убежать, но один из японцев с довольным хохотом догнал ее и схватил за руку, дернув к себе.

Элли не знала, как это произошло, но она совершенно не думая, размахнулась ножом, который держала в руке, и всадила лезвие прямо в плечо державшей ее руки. Японец заорал не своим голосом и отпустил ее. Элли бросилась к двери, но второй подонок был тут как тут. Он размахнулся и ударил Элли по лицу наотмашь.

Слепящая боль, и Элли упала на пол, ничего не замечая от нее. Пелена застилала глаза, боль стучала в висках… Но это было не все. Японец, совсем как тогда, возле клуба, схватил ее за волосы и, гнусно улыбаясь, вытащил в коридор.

Боль была нереальной, но Элли вдруг почувствовала дикую злобу. Она неожиданно ощутила под кофтой твердую рукоятку револьвера и, превозмогая боль, вытащила его, процедив:

— Да что вы за скоты, японцы?? Совсем не умеете обращаться с женщиной!

Японец удивленно посмотрел на нее, но не успел отреагировать — Элли выстрелила ему в грудь. Он упал.

Элли выдохнула и с трудом поднялась. Лицо болело от удара, голова тоже трещала, как безумная. Картинка слегка подрагивала, но Элли уже приходила в норму.

Вдруг в конце коридора, со стороны гостиной, Элли услышала топот, выстрелы и крики… Она узнала голоса Джека и Кристиана, и внутри нее все рухнуло… Они не должны пострадать… Элли глянула на часы — половина девятого… Дэн, возможно, уже мертв… И сейчас ее брат на волоске от гибели… И Кристиан… Элли на секунду вспомнила его горящие глаза, и ее сердце больно сжалось от ужаса.

Она рванула в гостиную.

В гостиной разборка была на исходе: вокруг валялись груды мертвых тел, Кристиан стоял у стены, его ладонь была пригвождена к стене ножом, и из нее лилась кровь. Двое японцев держали его на прицеле, он был невероятно зол — еще секунда, и он бы рванул на них.

Джек стоял посередине комнаты, его держали за руки два здоровенных амбала Бао, а сам Бао в своем шелковом кимоно с улыбкой целился ему прямо в сердце.

В голове Элли полыхнул невероятный страх. Она выбежала в гостиную и встала между Бао и братом, вытянув вперед руки и посмотрев на Бао:

— Все!!! Хватит!!! Хватит, Бао, ты сейчас же отпустишь моего брата, Кристиана и дашь мне лекарство для Дэна!

Бао довольно улыбнулся, оглядев Элли пожирающим взглядом с ног до головы, и проговорил:

— Богиня! И ты здесь? Прости, но я не понимаю, почему не могу пристрелить их обоих? Они ворвались в мой дом, устроили погром…

— Элли! Уходи! Уходи сейчас же! — крикнул в отчаянии Джек.

— Выпендрежница! Хоть раз послушай своего брата! — с ухмылкой и горечью проговорил Кристиан, но Элли покачала головой. Она все решила.

— Дэн умирает. — сказала она, глядя на Бао. — Ты обещал вколоть ему вакцину, если я останусь с тобой. — она протянула ему свою руку.

Бао триумфально ухмыльнулся и опустил пистолет.

— Нет, Элли, нет… — с огромной болью прошептал Джек.

Элли почувствовала слезы на щеках и посмотрела на него.

— Я буду в порядке, Джек. Обещаю. — она снова посмотрела на Бао. — Ну что ты стоишь, как болван? Разве не это было условием твоей сделки?

Бао прищурился, глядя на Элли.

— Почему я должен тебе верить? Ты получишь вакцину, и вы сможете спокойно продолжить громить мой дом и убивать моих людей.

Элли подошла к нему.

— Если Дэн умрет, ты точно никогда меня не получишь. — процедила она. — Так что главный козырь сейчас в твоем рукаве.

Бао пристально посмотрел на нее. Затем он схватил Элли за руку, а второй рукой достал из кармана рацию и проговорил в нее:

— Ник, прием. Принеси зеленую вакцину в круглую гостиную.

Из рации с треском послышалось:

— Иду, босс.

Бао снова нажал кнопку:

— Лин. Привези тело последнего, Ван дер Билда. Он в морге.

Элли вздрогнула и увидела, как дернулся Кристиан и побледнел Джек.

— Где??? — прошептала Элли, чувствуя, как ноги перестают слушаться ее, а голова поехала кругом.

— О, я зову эту комнату моргом. — довольно сказал Бао. — Даниэль Ван дер Билд почти не дышит, так зачем ему занимать мою камеру? Если, конечно, он уже не мертв… Я ведь не помню точно, во сколько часов вколол ему яд вчера…

Элли резко повернулась к нему, ее сердце тяжело бухало в груди, но она не успела ничего сказать: ее опередил Кристиан.

— Если он погиб, то клянусь, я не остановлюсь, пока не сожгу твои дома и не пристрелю последнего япошку, который на тебя работает… — гневно процедил он. От него исходила волна безумной злобы, его глаза горели огнем.

Бао ухмыльнулся.

— Тогда, мой друг, тебе придется посвятить этому свою жизнь.

— Ты меня недооцениваешь. — прошипел в ответ Кристиан, и в ту же секунду из двери справа показался японец с каталкой. На каталке лежало безжизненное тело Дэна.

Увидев его, Элли бросилась к нему и, упав возле него на колени, вцепилась в его руку, заливаясь слезами.

— Дэн… Дэн… — шептала она, чувствуя, что его рука нереально холодная, а сам Дэн ужасающе бледен. Даже раны на лице и теле приняли фиолетовый оттенок… Но он не мог умереть… не мог умереть… Элли не видела и не слышала ничего вокруг, все голоса стали далекими и раздавались будто изнутри ее боли, ее горя, ее облитого кровью сердца…

Послышались новые шаги, и в гостиную ворвался Ник Джонс. Увидев гору трупов, Джека и Кристиана под прицелами, бьющуюся в истерике над телом Дэна Элли, он шатнулся, испуганно вскинув руки.

— Принес? — грозно спросил Бао.

Ник кивнул.

— Д-да.

Кристиан вдруг прищурился, глядя на Ника испепеляющим взглядом.

— Постой, ты американец? И работаешь на этого узкоглазого якудзу? Да я разметаю твои кишки по ветру, ублюдок…

Элли услышала это сквозь шум в ушах и резко подняла голову, посмотрев на Кристиана. Кристиан резко вырвал нож из своей руки и швырнул его в пол точно рядом с ногой Ника, вскрикнувшего от испуга, а затем молниеносно подобрал свой пистолет и взвел курок, целясь прямо ему в лоб.

Элли вскочила на ноги и, вскинув руку, резко воскликнула:

— Кристиан, нет! Ты о нем ничего не знаешь!

Кристиан секунду держал Ника на мушке, не обращая внимания на крики с ярко выраженным угрожающим характером со стороны японцев, и вдруг медленно опустил пистолет.

— Проклятье, да что здесь происходит??? — удивленно взорвался Джек. — Элли, иди домой, учи уроки, а ты, Кристиан, — грохни ублюдка!! Я что в параллельном мире?

Элли с болью вздохнула, но времени не было. Бао проговорил:

— Если разборки окончены, то, думаю, пора приступать к делу, а то, мне кажется, Даниэль неважно выглядит.

Элли энергично закивала и умоляюще посмотрела на Ника. Тот подошел к каталке и ощупал пульс, заглянул под веки и тихо проговорил:

— Он уже мертв. Смерть наступила около минуты назад.

Элли шатнулась и рухнула возле Дэна. В ее ушах загудело, а голова закружилась… Боль охватила все ее тело, душа закричала пронзительным криком… Нет, это она сама кричит…

— Ник… Что, ничего нельзя сделать? — недовольно спросил Бао.

Ник достал ампулу и проговорил:

— Если уколоть прямо в сердце, возможно удастся снова запустить его.

— Делай! Быстро! — закричал Кристиан.

Ник размахнулся и всадил толстую иглу прямо в грудь Дэну. Его тело дернулось и он захрипел. Элли резко подняла голову. Сквозь слезы, она увидела движение Дэна, и все внутри нее задрожало.

— По-получилось? — с трудом прошептала она.

Ник быстро взялся за пульс и сделал массаж сердца, затем снова проверил пульс. В комнате повисла тяжелая, напряженная тишина… Элли встала, шатаясь, и подошла к Дэну. Она чувствовала что-то еле уловимое, что-то, что растапливало боль в ее сердце…

— Ник? Ну??? — рыкнул Бао.

Ник глубоко вздохнул и поднял на Элли глаза.

— Получилось. Пульс есть. Действие противоядия завершится через семь часов, и он придет в норму.

Джек и Кристиан одновременно выдохнули от облегчения и рассмеялись, а Элли снова упала перед Дэном на колени и, поцеловав его руку, сквозь слезы счастья и нервного потрясения прошептала, чувствуя дрожь во всем теле:

— Прости меня, Дэн! Я все исправлю!

— Вот и отлично, значит, сделка совершена! — воскликнул Бао, потерев руки. — Теперь забирайте своего парня и выметайтесь из моего дома! А если попробуете снова прийти за девчонкой… — Бао триумфально улыбнулся. — Я убью ее.

Элли посмотрела на Джека, бледного и несчастного, посмотрела на Кристиана, проницательно изучающего ее своими огненными глазами, и вдруг улыбнулась.

Бао схватил ее под локоть и прошипел:

— Теперь ты моя, богиня! Навсегда… Хасаки, Нимуко! — крикнул он кому-то. — Отведите ее в мою спальню и стерегите, пока я не приду. — с гнусной улыбкой проговорил он двум японцам у входа.

Те кивнули, сложив руки в японской манере, и подошли к Элли, грубо схватив ее за руки и потащив к выходу.

— Элли, Элли!!! — закричал в отчаянии Джек, и Элли заметила безграничное страдание в его глазах. — Нет, нет!!!

— Не приходи за мной, Джек!!! — закричала Элли, пока ее тащили из комнаты. — Не приходи, ты слышишь?? Джек, Джек!!!

Гостиная скрылась из виду, но крик Джека еще был слышен какое-то время, пока девушку не ввели на лестницу. На втором этаже люди Бао грубо затолкнули ее в первую дверь слева и заперли внутри, оставшись дежурить снаружи.

Элли безразлично оглядела шикарно обставленную просторную спальню, гигантскую кровать, чугунные статуэтки голых женщин слева и справа от кровати, аккуратно расставленные на полках, и подошла к окну.

Теперь точно все. Конец. В ее душе вдруг снова разверзлась пустота. Страх, отчаяние, безнадежность, отсутствие будущего, а главное — любви и семьи… Элли горько ухмыльнулась, глядя на березовую рощу, на двор, заваленный трупами, осколками и мусором, и постепенно осознавала, что в ее жизни наступил черный и окончательный тупик. Боль пронзала ее, дрожь не оставляла ее тело, и вдруг она увидела силуэты Джека и Кристиана, вышедших во двор и аккуратно несущих тело Дэна.

Элли резко прильнула к окну, впиваясь взглядом в родных и близких ей людей, чувствуя, как рвется к ним ее сердце, как слезы хлынули из глаз… Она старалась запомнить в них все… Каждую мелочь, каждую деталь, навсегда… И как прожить жизнь, зная, что никогда больше не обнимешь своего родного и любимого брата, самого близкого человека на земле? Как жить без Дэна, без его глаз, его ласковых рук и горячих губ? Без его любви? И Кристиан… Что-то странно притягательное в этой борьбе с ним, что-то невероятное, что заставляет ее подчиняться ему, его обаянию и этим странным, смешанным эмоциям, которые возникают в ней, и в которых она так и не разобралась…

Она видела, как отъезжают оставшиеся вживых люди Джузеппе, видела все удаляющиеся силуэты ребят… Она впивалась в них взглядом и только через какое-то время поняла, что их уже давно нет в этой роще… Нет больше в ее жизни…

Она упала на колени и облокотилась локтями о кровать, дав волю слезам.

Через час вошел Бао. Он сиял.

Элли подскочила. Ее глаза наполнились злобой. Она снова, как тогда, в Токио, ощутила, что ей незачем больше жить и теперь нечего терять, поэтому за себя она поборется до конца…

Бао ухмыльнулся.

— Богиня! Я думал, ты уже в постели! Пора тебе продемонстрировать все свое мастерство, иначе я могу разозлиться и наказать тебя, так что будь умницей, девочка!

И он принялся развязывать кимоно.

— Э-э-э-э!!! — воскликнула Элли, попятившись от него. — Я еще не твоя жена, так что даже не думай, что я стану тебя ублажать! Не подходи ко мне, предупреждаю!

Бао рассмеялся.

— А то что? Убьешь себя? Ну и пускай! Твоя смерть будет началом. Я расквитаюсь с Джузеппе и подчиню себе этот город, а затем перебью всех, кто когда-либо был связан с этим ублюдком, включая твоего дорогого братца и возлюбленного, а также этого самоуверенного выскочку. Как тебе мой план?

Элли зарычала от злобы. Бао кивнул.

— Я так и думал. Но есть и другой план. Ты не перечишь мне, потому что в моем доме правила устанавливаю только я, а через неделю мы улетим в Токио, где нас обвенчают и поженят, и ты будешь танцевать стриптиз в «Огаве», как и раньше. Твой любимый, твой брат и друг будут жить… С большей вероятностью. Ну так что ты выбираешь, моя королева?

Элли прищурилась, еле сдерживая гнев.

— Одни угрозы! А слабо тебе, мерзавец, без всего этого получить то, что ты хочешь? Или ты настолько трусливый, что у тебя всегда должна быть подушка безопасности?

Бао злобно искривился. Элли увидела искры в его глазах и по-настоящему испугалась… Зачем она злит его? Он же и правда может убить их… Развязывая кимоно, Бао просился на Элли:

— А ну иди сюда, паршивая шлюшка!..

Элли закричала и шарахнулась от него в сторону кровати. Быстро взобравшись на нее, Элли прижалась спиной к стене и, схватив стоящую рядом чугунную статуэтку, швырнула ее в Бао с диким криком:

— Не подходи!!! Пошел к черту!!!

Статуэтки полетели одна за другой, Бао рычал и ругался, но подлезть к Элли не мог: чугунные тяжелые изделия больно били его в корпус, по рукам и голове.

— Ах ты… А ну, прекращай… Ф-ф-ф… — фыркал от боли Бао и, быстро достав рацию, крикнул в нее:

— Хасаки, Нимуко! Берите «тетрапал» и быстро ко мне в спальню!!! Живо!!!

Из рации хрипнул голос:

— Да, хозяин.

И воцарилась тишина. Элли тяжело дышала, устав бороться, а Бао, с отвратительной гнусной улыбкой, граничащей с яростью, оттряхивал кимоно и шипел:

— Тебе это с рук не сойдет, маленькая дрянь! Никто не смеет так обращаться с самим Бао Миядзаки!

Элли поудобнее устроилась у стены и взяла в руки последнюю статуэтку, чтобы было чем обороняться. Дикое нервное возбуждение вызывало в ней дрожь, а душа кричала от омерзения и страха… Сбывается ее самый худший кошмар.

— Что такое «тетрапал»? — быстро дыша, с трудом проговорила Элли. — Зачем ты их зовешь? Опять за волосы таскать будут?

Бао расхохотался.

— Вижу, мои люди были не очень любезны с тобой. — он прищурился. — Но если ты станешь милой и услужливой, как подобает жене якудзы, они никогда больше не притронутся к тебе, даю слово!

Элли замотала головой.

— Никогда! Ты лишил меня всего, ради чего можно жить, ты пытаешься сделать из меня омерзительную шлюху, но я ею никогда не стану, слышишь? И ты меня не запугаешь!

Бао злобно ощерился.

— Это мы еще посмотрим.

В этот момент вошли Хасаки и Нимуко и вопросительно глянули на босса.

— Что встали? — крикнул Бао. — Колите ей!

Элли закричала и, швырнув статуэтку, попыталась бежать, но японцы с хохотом поймали ее и бросили на кровать. Элли рвалась, брыкалась и кусалась, но втроем они достали наручники и пристегнули руки девушки к спинке кровати, а затем Хасаки достал шприц с прозрачной жидкостью и с размаху всадил его Элли в бедро.

— Все. Теперь идите вон. — приказал Бао и оба японца, поклонившись, ушли.

Элли лежала практически без сил, но слабо пыталась вытащить руки из наручников. Вдруг она почувствовала, как расслабляются все ее мышцы, а изображение перед глазами с триумфальным и довольным лицом Бао стало разъезжаться и подрагивать.

— Что ты мне вколол? — с трудом шевеля языком спросила Элли.

Бао наклонился к ее лицу и проговорил:

— Это замечательное изобретение моего ученого, Ника. «Тетрапал» обладает успокоительным эффектом. Все мышцы расслабляются, нервная система успокаивается… За небольшим исключением: мозг не засыпает, как при приеме обычных снотворных. Ты будешь все видеть, слышать, чувствовать… Но не сможешь сопротивляться.

Элли ощутила невероятную безнадежность, отчаяние, тоску, но заплакать не могла… От безысходности она просто прошептала:

— Зачем все это? Ты столько времени на меня убил… Ради чего? Что, у тебя мало красивых японок в Токио? Или это все из-за мести Джузеппе?

Бао стал стаскивать с нее одежду. На секунду он ухмыльнулся и горящими глазами посмотрел на Элли:

— Джузеппе здесь не при чем. Я могу расквитаться с ним за тот самолет гораздо круче, чем просто забрать его танцовщицу. — он стянул с нее толстовку и майку, оставив в одном белье. Пожирающим пошлым взглядом оглядев девушку, он продолжил, внезапно покраснев и задрожав:

— Неужели ты не поняла, что я возжелал получить тебя еще в тот самый день, когда увидел, как ты танцуешь? Ты должна быть только моей… только моей и ничьей больше… — Бао захохотал, и его руки прошлись по телу Элли, задержавшись на груди и опустившись ниже. Девушку передернуло от омерзения и отвращения. Если бы мозг работал нормально, она была бы ошеломлена таким признанием, но сейчас испытывала лишь небольшое удивление.

— Ты животное… — прошептала Элли, зажмуривая глаза, чтобы не видеть того, что он будет с ней делать.

Бао наклонился к ее уху и прошептал:

— Я люблю тебя. А значит, сам буду решать, когда тебе жить, когда умирать и что делать… Так что открой глаза и смотри!!! — бешено зарычал он и Элли, открыв глаза, все-таки сумела заплакать от ужаса, унижения и горя. Бао набросился на нее, как хищная, голодная птица.

Глава 23

Прошло три дня. Элли жила взаперти в доме Бао, под пристальным надзором его людей. Ей запрещалось выходить из дома, заглядывать в комнаты, которые скрывали какие-то секреты Бао, но зато она должна была выполнять работу по дому, готовить ужин, убирать спальню и несколько гостиных.

Элли испытывала такое глубокое унижение от своего существования, ей было так мерзко и грустно, что она постоянно плакала, лицо ее было бледнее луны, а под глазами залегли темные тени. Бао каждый день уезжал, возвращаясь только под вечер один или в компании своих дружков-уголовников, и девушка в красивом платье должна была подносить напитки или сигары.

Но это было не самым страшным для Элли. Унижение от обслуживания бандитов, с гнусными лицами оглядывающих ее с ног до головы и глотающих слюни, она могла стерпеть. А вот сексуальные измывательства под наркозом — это было невозможно. Каждое утро Элли по два часа рыдала в душе, натирая себя мочалкой до боли, пытаясь смыть грязь и запах этого ублюдка и забыть… Но каждую ночь это повторялось снова. Элли рвала на себе волосы от боли и страдания, не смея думать о том, что такая жизнь теперь будет всегда…

Она вспоминала лица Дэна, Джека, Кристиана… Она тосковала и хандрила, как будто не видела их уже целую вечность, но в один прекрасный день что-то изменилось.

Бао не было дома. За дверью спальни как всегда дежурили его сторожевые псы. Элли встала и, одев черное, обтягивающее платье до колена с закрытой грудью и глубоким вырезом на спине, черные бархатные туфли, сделав аккуратный макияж и распустив шикарные черные волосы до пояса, Элли вдруг посмотрела на себя в зеркало и увидела… Кристиана.

Он стоял, сложив руки на груди, сильный, храбрый, безрассудный. Элли как будто видела его синие глаза, горящие решимостью и страстью, огнем и обаянием, невероятной мужской энергией и притяжением. Элли зажмурилась. Ее щеки запылали огнем, как будто она на самом деле почувствовала его силу, мужество и огонь… В сердце вновь возмутился вихрь чувств, непонятных, смешанных…

Элли открыла глаза.

— Что делать? — неслышно шепнула она и явственно увидела, как Кристиан саркастично ухмыльнулся и, страстно закурив, оглядел ее своими игривыми глазами:

— И что? Ты собираешься вот так сидеть и чахнуть? И ничего не предпримешь? Если бы мне было нечего терять, я бы убил ублюдка.

Элли вздрогнула и улыбнулась сама себе. В ее глазах зажегся прежний огонь, она увидела его и теперь знала, что будет делать. Кристиан всегда будил в ней дух борьбы, противоречия и силы, она хотела доказать ему свою самодостаточность, храбрость и… бесшабашность. Зачем? Почему? Она не знала. Но дьявол, который спал в ней три дня, проснулся. Бао заслуживает смерти. И Элли знала, что теперь делать.

Она вышла из комнаты. Хасаки и Нимуко были на месте. Они одинаково горячо осмотрели Элли с ног до головы и улыбнулись пошлыми улыбками. Нимуко протянул Элли лист бумаги.

— Как обычно. Меню ужина. Хозяин будет к семи.

Элли сморщилась и саркастично посмотрела на Нимуко.

— Отлично. Как раз не могла придумать себе занятие в этой тюрьме.

Через пару часов Элли прошла на большую кухню и приступила к готовке. У входа из кухни стояла ее личная сладкая парочка и внимательно следила за ее действиями. Элли каждую секунду чувствовала на себе их взгляды, но они должны были стать частью ее плана.

Большим кухонным ножом Элли кромсала мясо. Она стояла спиной и знала, что японцы не видят ее рук. Сосредоточившись и закусив губу, Элли взяла нож и медленно порезала себе левую ладонь. Обжигающая боль — и из глаз брызнули слезы. Элли вскрикнула и повернулась к Хасаки и Нимуко. Ее рука истекала кровью.

— Что случилось? — безэмоционально спросил Хасаки.

— Порезалась! Что, сам не видишь? — огрызнулась Элли, всхлипывая.

Нимуко подошел и взял в руку ее ладонь.

— Порез глубокий. Отведем ее к Нику.

— Хозяин не велел водить ее в лабораторию… — начал протестовать Хасаки, но Элли, утирая слезы, воскликнула:

— Если можешь, то зашей сам, я не против! Плевать мне на вашу лабораторию, сделайте что-нибудь!

— Ведем к Нику. — жестко сказал Нимуко, и Элли внутри себя возликовала. Именно этого она и добивалась.

Они прошли через тот самый голубой коридор, который, как и все помещения в доме после той битвы, был частично разрушен и активно восстанавливался японскими рабочими, специально прибывшими для этого из Токио, и Хасаки толкнул Элли в лабораторию, а сам недовольно глянул на Нимуко и процедил:

— Поторапливайся. Босс не велел здесь находиться.

— Вы так добры ко мне, мальчики! — с издевкой проговорила Элли и хлопнула дверью.

В лаборатории все было, как и в прошлый раз: те же холодильники, шкафы с лекарствами, бутыльки с прозрачной жидкостью и так далее. Оглядываясь, Элли подошла к одной из операционных каталок и вдруг позади себя услышала голос:

— Это ты? Бао сказал, что тебе нельзя…

Элли резко обернулась и ухмыльнулась. Ник был все такой же испуганный, в очках и белом халате. Элли протянула ему залитую кровью руку.

— Не бойся. Зашить сможешь?

Ник подошел к ней и, взяв ее руку, внимательно осмотрел рану. Затем пристально поглядел на Элли.

— Ну и как это произошло?

— Резала мясо. — пожала плечами Элли.

— И аккуратно разрезала себе руку? — проговорил Ник с проницательной ухмылкой, одевая перчатки и подготавливая нитки и иголку.

Элли вздрогнула внутри себя, но, вспомнив, что он доктор, грустно улыбнулась:

— Это останется между нами? Клятва Гиппократа и все такое…

Ник обрабатывал ее рану и улыбнулся доброй и милой, но очень застенчивой улыбкой:

— Я никому не скажу, и клятва Гиппократа здесь ни при чем. Ты спасла мне жизнь. Тот парень бы убил меня… Это самое малое, что я могу для тебя сделать. — он дико покраснел и спрятал глаза.

Элли удивленно рассмеялась.

— А я уже и забыла! Да, Кристиан точно бы убил тебя, и я сама удивляюсь, почему он меня послушался… Может, сказалось расстройство из-за брата…

— Тот парень, которого я вернул к жизни, был его брат? И твой… — он замялся.

Элли грустно кивнула.

— Да. Теперь я здесь. Это конец. Через четыре дня Бао увезет меня в Японию и сделает своей женой. Моя жизнь превратиться в ожидание смерти… Но Дэн должен был жить, я бы не вынесла, если бы он умер от этого яда…

Ник аккуратно зашивал ее рану и задумчиво кивнул.

— Это один из сильнейших ядов, созданных мной. Мне так жаль, что моими руками было убито уже так много человек!..

Элли вся обратилась вслух. Сейчас или никогда.

— Как ты это делаешь? И на что вообще похож яд? Бао колет мне каждую ночь какую-то штуку — это тоже яд? Я умру?

Ник перерезал нитку и замотал головой.

— Нет, он колет тебе «тетрапал», тормозящее вещество. — Ник подошел к маленькому белому шкафчику над мойкой и открыл его, взяв в руки пузырек с верхней полки. — Вот он. А вот это, — он взял шприц с темно-серой жидкостью с нижней полки. — Это триметилнитрат. То, что чуть не убило твоего возлюбленного.

Элли внутри себя возликовала. Теперь она знала месторасположение яда. Осталось только украсть. Она сморщила нос.

— Жутковато выглядит.

— Это яд. — улыбнулся Ник.

— Спасибо, что спас его… И спасибо за руку. — искренне, с нежностью проговорила Элли и встала. — Мне пора.

Она двинулась к двери, но Ник окликнул ее:

— Эй! Стой. Как тебя зовут?

Элли улыбнулась и посмотрела на него, уже выходя.

— Элли Купер. Я из Канзаса.

И она вышла.

Вечером на ужин Бао привел двух мужчин с наколками на всех видимых местах. Как поняла Элли, это были поставщики оружия. Девушка старалась произвести эффектное впечатление — ей нужно было во что бы то ни стало завоевать доверие Бао и усыпить его бдительность. Перешагнув через чувства стыда и омерзения, Элли блистательно сыграла роль девочки на побегушках, эротично качая бедрами, при каждом удобном случае создавая для себя такие позы, чтобы ее потрясающие ножки пикантно показывались из-под платья, и игриво улыбалась.

Поставщики не сводили с нее пожирающих глаз и Бао тоже, его пошлые взгляды, горящие похотью и желанием, она встречала при каждом своем жесте и движении. Ей было противно, но она должна была пройти через это.

Когда ужин закончился и гости ушли, Элли убралась в гостиной, помыла посуду и пошла в спальню.

В темной комнате на фоне силуэта окна Элли увидела мощную фигуру японца в своем черном костюме. Он курил сигару и смотрел в окно. Элли притворила за собой дверь и остановилась, со страхом ожидая.

— Ты сегодня была чертовски великолепна… Эти торговцы чуть ли не задаром продали мне десять ящиков первоклассного оружия. — он повернулся. Элли видела его возбужденный взгляд, но в глазах сквозило недоверие и подозрительность.

Он стремительно подошел к ней и, выбросив сигару, больно схватил ее за локти и зарычал в лицо:

— Ты что-то задумала??? Отвечай!!! Или я буду жечь тебя сигарой всю ночь…

Элли стала вырываться как обычно и крикнула:

— Что за чушь?? Что я могу задумать? За мной сутки напролет слоняются твои люди и ты! Неужели ты думаешь, что в одиночку я могу переломить ход событий? — она перестала брыкаться и тихо проговорила:

— Я просто устала бороться. Это не имеет никакого смысла. Моя жизнь мне больше не принадлежит, да и жить незачем. Поэтому я решила успокоиться и принять реальность.

Бао секунду смотрел на нее, затем снова больно стиснул ее локти и зарычал:

— Ты врешь!!! Врешь!!!

— Не вру! — крикнула Элли и вырвалась. Отойдя к кровати, она внутри себя выдохнула и, игриво улыбаясь, медленно и сексуально потянула вниз молнию на платье.

— Я могу тебе доказать… — притягательно шепнула она.

Бао с трудом перевел дух, не имея сил оторвать глаз от Элли и сгорая от вожделения, но вытащил шприц с «тетрапалом» и тяжело подошел к ней.

Элли схватила его за руку со шприцом, но Бао злобно улыбнулся:

— Прости, царица, но я все равно тебе не верю. Так что ты будешь лежать смирно, как всегда…

Элли призывно улыбнулась и легким движением скинула с себя платье, оставшись в потрясающем черном шелковом белье и туфлях.

— Значит, ты не хочешь узнать, что я умею?..

Бао пожирающе смотрел на нее, затем глубоко выдохнул. Элли видела, что он уже изнемогает от желания, его била мелкая дрожь, и ее чуть не передернуло от отвращения и унижения… Но это только часть плана.

Бао отбросил шприц и схватил Элли за шею, тяжело дыша от вожделения.

— Хочу, богиня… Но если ты меня обманываешь… — он наклонился к ее уху и захрипел:

— Тогда я тебя голую прибью гвоздями над камином в гостиной и разрешу всем своим людям использовать тебя…

Элли посмотрела в его безумные глаза и увидела вдруг бесконечную, тупую страсть и невероятную любовь, граничащую с сумасшествием… И она поняла, что он никогда так с ней не поступит.

— Это так мило… Значит, ты хочешь, чтобы все у тебя на глазах… — она не успела закончить. Бао затрясся и толкнул ее на кровать.

— Замолчи! Замолчи!!! Я хочу этого меньше всего на свете… — и он набросился на нее.

Глава 24

Третья ночь была на исходе. Элли лежала в постели и слушала храп Бао. Она была в полном сознании, Бао больше не использовал «тетрапал». Сегодня ее шанс. Завтра утром частный самолет увезет ее и Бао в Токио, и все будет кончено… Страх заполнял ее душу, леденил ее тело, но каждый раз она вспоминала родные и любимые лица Дэна, Джека, о Кристиане она боялась думать, и дикое желание во что бы то ни стало вернуться к ним так захватывало ее, что она испытывала горячую дрожь.

Большие часы на стене показывали половину четвертого утра. В доме было тихо. Элли неслышно поднялась с кровати, чувствуя, как ноги наливаются свинцом от ужаса и, накинув тонкий, шелковый халатик, босиком неслышно выглянула за дверь.

В коридоре никого не было. Когда Бао был с ней, он никому не позволял стоять под дверью, она знала это.

Тихо пройдя до лестницы, Элли перегнулась через перила и посмотрела вниз. Двое японцев прохаживались по первому этажу с автоматами наперевес. Элли выдохнула и стала ждать. Когда оба повернулись спиной к ней, девушка бегом рванула вниз и из коридора сразу забежала в круглую гостиную, но там, по счастью, боком к тому выходу, из которого она выскочила, стояли еще двое мужчин и разговаривали на родном языке. Элли бросилась вниз и нырнула за спинку дивана.

Японцы говорили около пяти минут, потом Элли услышала, как хлопнула входная дверь. Выглянув и увидев, что гостиная пуста, Элли выдохнула и с невероятно колотящимся сердцем бросилась к двери, ведущей в голубой коридор.

В коридоре, как ни странно, было пусто. Элли подбежала к двери в лабораторию и взялась за ручку: заперто. Ее лицо от ужаса вспыхнуло. Она выдернула из волос заколку и, сунув тонкую часть в замочную скважину, стала крутить на удачу. Через секунд тридцать послышался щелчок и дверь отворилась. Элли возликовала и ворвалась внутрь.

В темноте, освещаемой только лунным светом, пробивающимся в окна, она подбежала к белому шкафчику над мойкой и достала оттуда шприц с ядом. Не мешкая, Элли сунула его в карман халатика и помчалась обратно, стараясь не думать о том, что будет, если Бао проснется и не найдет ее.

Промчавшись по голубому коридору, Элли снова залетела в гостиную, а оттуда — на лестницу, снова в поту пережидая, когда охрана повернется к ней спиной. Забежав на второй этаж, Элли, ужасно шумно дыша и обливаясь холодным потом, неслышно, дрожащими руками открыла дверь и скользнула в темную спальню. Бао спал, но храпа слышно не было. Элли сняла халатик и тихо легла обратно. Глядя на спину этого отвратительного, уродливого извращенца, Элли испытала дикое желание закричать во все горло и всадить ему шприц прямо сейчас… Но он вдруг пошевелился, и Элли поспешно закрыла глаза, думая о том, что сейчас не подходящий момент.

Если она всадит ему укол, он проснется и все поймет, поставит себе вакцину и убьет ее. Значит нужно завуалировать укол под что-то другое… Но что?

У нее оставался всего один день на то, чтобы придумать новый план.

Весь день Элли слонялась по дому, тщетно пытаясь придумать способ вколоть яд Бао. Она выполняла обычные его поручения, готовила, убиралась, конечно, под присмотром его людей.

Время шло, и девушку охватило страшное отчаяние. Последний шанс ускользал из рук, и скоро назад уже дороги не будет…

Но тут произошло что-то невероятное.

Около семи вечера Бао, как всегда, вернулся в дом и ужинал в гостиной. Элли стояла неподалеку в красивом голубом, облегающем платье до колена, с глубоким вырезом на груди и тонким золотым ремешком на талии. На ногах ее красовались великолепные босоножки на таких же золотых, в тон пояску, ремешках на высоких каблуках. Волосы Элли были распущены, а зеленые глаза подчеркнуты ярким, вечерним макияжем и алой помадой на губах.

В эту секунду раздался оглушительный взрыв, и ворота, вместе с большей половиной забора разлетелись вдребезги. В гостиной, часть стены которой занимало окно от пола и до потолка, взрывной волной вышибло стекла, и Элли еле успела спрятаться за спинку кресла от летящих осколков и камней со двора.

Бао упал на пол, но тут же поднялся, расширенными от неожиданности глазами глядя во двор:

— Какого черта здесь происходит?!? — заорал он, и Элли выглянула из-за кресла, чтобы самой увидеть, как в разрушенную дыру, сквозь огонь и пыль, въезжают боевые машины с пушками. На шум и крики в гостиную сбежались все японцы и, наставив оружие на машины, ошарашено смотрели на Бао.

Тот злобным взглядом оглядел своих людей и заорал безумным голосом:

— Что встали??? Убить их всех!! Кто бы это ни был!!! Убить! Машины — взорвать! Действуйте!!!

Он посмотрел на Элли, испуганно смотрящую на пушки, целившиеся прямо в гостиную, но внутри ликующую от невероятного, неожиданного шанса на спасение, и крикнул:

— Хасаки! Нимуко! Девчонку запереть в спальне! Связать! Живо!

— Да, господин! — услышала Элли услужливые голоса, и сильные руки с обеих сторон грубо и больно схватили Элли за плечи.

— Бао! Что значит «связать»? Зачем? Бао! Бао!! — закричала Элли сквозь грохот выстрелов, но Бао уже не слышал ее, открывая тайник с оружием в стене. Японцы вытащили Элли в коридор и приволокли в такую ненавистную ей спальню. Элли услышала невероятный грохот пальбы и крики на первом этаже.

Японцы достали веревку, и Хасаки схватил Элли за плечи, грубо усаживая на стул. «Нет, нет, только не веревки, иначе я не выберусь никогда!!!» — внутри себя закричала в панике Элли и вдруг вспомнила о яде, который украла для Бао…

Яд был в кармане халата, а халат лежал в полуметре от нее, позади, на кровати…

Нимуко стал накидывать веревки на тело Элли, но девушка начала пинаться и отпрыгивать на стуле назад. Хасаки держал ее за руки, но ничто не могло ее остановить, отчаяние захватило ее с головой. Она рванулась к халату, выхватила шприц и всадила Хасаки в плечо.

Японец зарычал от удивления и боли, и Нимуко бросился к нему с криком: «Это яд!», а Элли, воспользовавшись заминкой, схватила стул и швырнула его в японцев, бросившись бежать.

Сбежав по лестнице, Элли чуть не попала под невероятный град пуль: в гостиной проходил бой на поражение. Элли упала на коленки и, прячась за обломками мебели, поползла к выходу. Она мельком видела американцев, экипированных по полной программе оружием, патронами, видела отстреливающихся и явно не готовых к такой атаке японцев, видела груди тел, дым, кровь, но ничто не могло отвлечь ее от главной цели… Стирая руки и колени в кровь, она ползла к дыре, открывающей выход во двор… Она ничего не видела, не замечала… только клочок неба и зелень травы и деревьев.

— Куда собралась, шлюшка?.. — услышала Элли сзади дикий рык, и рука больно схватила ее за ногу и развернула на спину.

Над ней стоял Бао, его лицо было перекошено от злобы, глаза сияли безумством, он тяжело дышал, был весь в пыли и грязи, с автоматом в руках…

Элли закричала и стала вырываться, как безумная, брыкаясь и пытаясь отползти и освободиться:

— Отпусти, отпусти, мерзавец!!!

— Я тебя не пущу! Ты предала меня, мразь! Я сам убью тебя!

И он за ногу поволок Элли вглубь дома. Элли истерично рыдала, моля Бога, чтобы шальная пуля нашла его, но… Они уже были в коридоре, бой остался позади.

— Захотела сбежать… Дружков своих позвала! Я тебе говорил, от меня один выход — в могилу! Слышишь, дрянь?

Бао безумно рычал, Элли через боль и ужас цеплялась за все ступеньки, ее платье было порвано, а на теле красовались синяки и царапины, но она ничего не чувствовала и не слышала, кроме…

— Дружков?.. Каких еще…

— Твоих сраных дружков!! — заорал Бао, посмотрев на Элли. — Ты будто не узнаешь людей Джузеппе!!

Сердце Элли подпрыгнуло от радости, и она захохотала. Вдруг, откуда ни возьмись, она почувствовала невероятную силу внутри и желание жить… Они пришли за ней! За ней!

Элли рванула ногу, и Бао, не ожидая такой силы, отпустил ее. Элли побежала по коридору, сама не зная, куда бежит. Главное — выжить. Бао заорал и бросился следом, открыв огонь из автомата.

Элли шарахнулась за какую-то статую и, когда Бао был совсем рядом с ней, она со всей силы толкнула тяжеленную статую прямо на него. Он закричал и упал, придавленный статуей, но быстро выбрался и, хромая, бросился следом.

Элли добежала до конца коридора… Все двери были заперты. Она в отчаянии развернулась, но Бао настиг ее и с размаху ударил по лицу. Элли упала от сокрушительного удара и от болевого шока на секунду потеряла над собой контроль. В голове пульсировало, но это было только начало. Бао набросился на нее и, схватив за волосы, ударил головой об пол. Элли закричала и, сгруппировавшись, оттолкнула его от себя. Вдруг на глаза ей попался люк в потолке и веревочная лестница, скрученная рядом с ним. Чтобы ее спустить, нужно было дернуть рычаг в стене…

Бао снова набросился на Элли и снова схватил за волосы, но девушка чувствовала спасение, ее было не остановить…

— Да что за привычка у вас, японцев, дергать за волосы?!? — крикнула Элли и снова толкнула Бао так, что он упал на спину. Элли схватила его автомат и, не целясь, выстрелила на удачу…

Услышав крик, разрывающий воздух, Элли не стала проверять, в какую часть тела она попала, а отбросив автомат, дернула за рычаг и спустила лестницу. Быстро взобравшись по ней, Элли толкнула люк и вылезла… на крышу.

— О, нет… — в ужасе прошептала она, побежав по крыше и оглядываясь. Других выходов не было.

Она подбежала к краю. Высота в три этажа, внизу гравий. Фокус, как в Токио, здесь не пройдет, она разобьется… На газоне она видела несколько десятков машин, боевую технику, которая посыпала пулями этажи дома… Шум стрельбы и крики были уже глубоко внутри…

Элли вгляделась в рощу и… Она чуть не закричала от радости. Среди деревьев стоял «Додж», отражая на своем корпусе всполохи выстрелов.

— Джек… Дэн… — по лицу Элли полились слезы счастья, но сзади она услышала хриплый злобный рык:

— Попалась, шлюшка… Отсюда тебе не уйти… Хотя, можешь снова спрыгнуть. Так ты умрешь быстрее и без мучений.

Элли повернулась и увидела Бао. Он зажимал рану в плече, но девушка видела у него кровь в боку и бедре. Он пылал злобой и ненавистью и надвигался на нее, в его руке был автомат.

Элли рухнула назад и попятилась от него, чувствуя дикий, удушающий приступ страха и часто дыша.

— Оставь меня в покое! Хватит меня мучать! — крикнула Элли.

Бао набросился на нее и ударил по лицу наотмашь, зашипев:

— Я никогда тебя не оставлю, потому что ты моя… Моя!!! Я ведь люблю тебя…

И он злобно захохотал. Элли попыталась вырваться, но Бао швырнул ее к самому краю крыши, и она больно ударилась об небольшой каменный заборчик спиной и застонала. Бао подошел к ней и наступил на ее щиколотку.

Элли закричала и рванула ногу, но ощутила ужасающий треск и резкую, нестерпимую боль в ноге, которая парализовала ее тело…

Бао вцепился ей в шею и сжал ее изо всей силы, пытаясь задушить Элли… Он рычал, а Элли не могла дышать, перед глазами заплясали синие круги, сил на сопротивление не было, она чувствовала слезы, но ей не хватало кислорода… Мозг стал отключаться, и вдруг в глубине ее подсознания резко возникло лицо Кристиана, с укором смотрящее на нее… Он осуждал то, что она сдалась и ждала смерти, что она не борется…

Элли вдруг открыла глаза и с диким хрипом, собрав всю свою волю в кулак, и с силой, которой в ней никогда не было, вцепилась в тело Бао и швырнула его назад, через свою голову.

Бао не ожидал этого и отпустил шею Элли, потеряв равновесие, но не успел схватиться за бортик, и Элли столкнула его вниз, в пустоту…

— Не-е-ет… — закричал он в полете, и глухой удар об гравий оповестил Элли, что он упал.

Она хрипло пыталась отдышаться, как вдруг сквозь свистопляску перед глазами, увидела три приближающиеся к ней фигуры, и знакомый голос проговорил:

— Ну и ну! Она его убила!! Черт бы меня побрал!! Джеки, твоя сестра — монстр.

Элли узнала этот брутальный, насмешливый голос, но такой сексуальный и притягательный, и с трудом улыбнулась, все еще пытаясь отдышаться.

— Элли! Элли!

Горячие и тесные объятия брата, и Элли заплакала от счастья, уткнувшись в его шею. Джек был невероятно взволнован и испуган, он тяжело дышал и не хотел отпускать сестру, вздыхая от облегчения. Элли открыла глаза. Картинка в ее голове встала на место, и она увидела родной и такой любимый силуэт, модную куртку, футболку и джинсы с кроссовками, потрясающее идеальное тело, темно-каштановые волосы и горячее, жадное сияние наполненных тоской и любовью голубых глаз…

— Дэн… — шепнула она, не веря своим глазам. Он стоял рядом, живой и невредимый, а его серьезное лицо озаряла счастливая улыбка.

Элли оттолкнула брата и вцепилась в куртку Дэна, подтянув его к себе и жадно поцеловав… Снова любовь, радость, счастье полыхнули в ней, слезы лились из глаз и она чувствовала его любовь, его страсть и горячую нежность…

Дэн обнял ее, прижав к себе и проговорил:

— Элли, я так боялся опоздать… Ты хоть понимаешь, что победила его сама?!?

Он посмотрел на нее, и Элли улыбнулась. Ее глаза вдруг как магнитом притянулись наверх, и она, сама не зная почему, посмотрела на Кристиана, который расслабленно курил и оглядывал Элли сияющим бешеной энергией и наглостью взглядом. Он был как всегда красив и мужественен, с ружьем на плече, в потрясающей куртке, футболке и джинсах с кедами, и улыбался игривой, обаятельной улыбкой.

— Вижу, Бао подобрал тебе приличную одежонку? По дороге назад заберем все остальное.

Элли ухмыльнулась, и внутри нее снова вихрем пронеслись сильные и какие-то непонятные чувства… Она вдруг покраснела и поспешно посмотрела на Дэна и Джека, жадно впитывающих ее глазами.

— Элли, как ты? — заботливо спросил Дэн.

— Мы места себе не находили… — проговорил Джек с гневом в голосе. — Этот подонок обижал тебя?

Элли снова ощутила слезы радости и улыбнулась.

— Джек… Дэн… Я так боялась, что больше никогда вас не увижу, что придумала этот план…

— Какой еще план?!? — взорвался Джек, а Элли посмотрела на него, как на идиота, и спокойно сказала:

— Ну как убить Бао, конечно! Если бы вы не пришли, я бы не смогла завершить дело…

Джек и Дэн переглянулись, ошарашено глядя друг на друга, а Кристиан расхохотался:

— Вы это слышали? «Завершить дело» … Эта девчонка — прирожденный гангстер.

— Она не убийца. — гневно проговорил Джек, а Кристиан шутливо нахмурился:

— Может быть, но ты забываешь, кто только что спихнул с крыши самого крупного мафиози Токио.

— Ладно, поговорим об этом позже. — серьезно сказал Дэн. — Пора уходить отсюда. Элли, ты как? Идти сможешь?

Элли расхохоталась и отстегнула босоножки. Одна нога болела зверски, и девушка только сейчас почувствовала, что от невыносимой боли стискивает зубы. Голова тоже трещала, кружилась и ее подташнивало.

— Этот ублюдок что-то сделал с моей ногой, так что вряд ли.

Юноши все разом уставились на ее ногу, но Элли замахала руками:

— Ну хватит пялиться! От перелома еще никто не умирал! Помогите мне…

Она протянула руки, и Дэн легко, как пушинку, поднял ее к себе на руки и понес. Элли не смотрела по сторонам, не замечала развалины, горы трупов, кровь… Она смотрела ему в глаза и ощущала его дыхание, его жизнь… Счастье захватывало ее, и она проговорила:

— Я так рада, что ты жив… Я думала тогда, что ты…

— Я был мертв. — спокойно сказал Дэн. — Но жив сейчас только благодаря тебе и твоей жертве. — он посмотрел на Элли горящим взором. — Я останусь твоим должником навеки и буду всегда выполнять любые твои желания. Я люблю тебя.

Элли счастливо и хитро улыбнулась.

— Любое? И даже свозишь в Диснейленд?

Дэн таинственно улыбнулся.

— Ну не знаю… Ты не находишь, что это уж слишком?..

Они расхохотались.

Ребята погрузили Элли на заднее сиденье «Доджа», Кристиан сел за руль, Джек рядом с ним, а Дэн — к Элли.

— Ну что, выпендрежница, выкладывай. — ухмыльнулся Кристиан, выруливая на дорогу.

Элли замялась. Ей было ужасно стыдно говорить о том, что делал с ней Бао и тем более рассказывать, как она «усыпляла его бдительность», чтобы он не колол ей этот чертов «тетрапал» … Ей пришлось изменить Дэну по собственной воле, и она ужасно боялась разочаровать его и испытывала неловкость перед братом и тем более перед Кристианом. Позор обжег ей щеки, и она покраснела.

— Я сопротивлялась, как могла, но он вкалывал мне транквилизатор под названием «тетрапал» каждую ночь… — тихо проговорила она и отвернулась, глядя в окно.

Дэн, Джек и Кристиан тревожно переглянулись, кажется, обо всем догадавшись. Элли грустно и с вызовом посмотрела на них:

— Это вещество делало из меня тряпичную куклу, и при этом я не могла заснуть или закричать… Мышцы не слушались… Он сказал, что любит меня, поэтому не убьет, но…

— Что-о-о??? — воскликнули все трое разом, а Джек с силой и невероятным гневом сжал кулаки:

— Ублюдок… урод… ненавижу!!! Кристиан, поворачивай, я хочу развеять его прах над Гудзоном… Точнее, кусочки его тела…

Дэн проницательно заглянул в глаза Элли и тут же нахмурился: он все понял. Его взгляд засверкал злобой, отчаянием и дикой болью, Элли видела, как он переживает за нее и как любит… Он проговорил:

— Расскажи о плане, Элли. Что ты сделала?

Элли благодарно улыбнулась ему за то, что он поменял тему разговора, и подробно рассказала обо всех своих действиях, за исключением того, что ей пришлось ублажать Бао, чтобы он не колол ей успокоительное, заменив эти подробности общей фразой «завоевать его доверие», и того, что на все это ее подбило воспоминание о Кристиане.

Ребята слушали, раскрыв рты, Кристиан довольно улыбался, Джек злился на то, что девушка так рисковала своей жизнью, а Дэн восхищенно и горячо смотрел на нее. Когда она закончила, Кристиан первым произнес:

— Ты сумасшедшая, Элли Купер. Чокнутая. Если бы мы пришли не вовремя — тебе была бы крышка.

— Элли! Как ты могла? — воскликнул Джек, развернувшись и глядя на нее больными от шока и тревоги глазами. — Ты хоть понимаешь, что могло бы быть, если бы он догадался или увидел… Как ты вообще до этого додумалась??? Как ты не побоялась??? Элли, что с тобой? Ты так изменилась… Я тебя не узнаю… — Джек хмурился, Элли с горечью опустила глаза, но он вдруг по-другому посмотрел на нее и проговорил:

— Я горжусь тобой, сестра.

Элли не поверила своим ушам. В ее глазах блеснули слезы, и она расхохоталась. Дэн тоже улыбался. Обняв Элли, он проговорил:

— Почему-то я не удивлен, что ты не стала сидеть сложа руки. Джек говорит, что ты была другой, а я помню тебя только такой — сильной, храброй, находчивой, ничего не боящейся. Ты потрясающая, Элли Купер. — сказал он ей уже на ушко, и Элли покраснела от радости и нежности к нему.

— Насчет находчивости… — хитро проговорил Кристиан. — Как ты там сказала? Тебе пришлось… «завоевать его доверие»? А что, затуманить разум якудзы через постель — неплохая идея! Да ты взрослеешь, малышка!

Элли вздрогнула и покраснела от того, что они, оказывается, все поняли, и снова ощутив странную смесь чувств к Кристиану, она наклонилась к нему и раздраженно шлепнула его кулаком по плечу:

— У меня не было другого выхода, придурок! — гневно воскликнула она, но почему-то ей хотелось улыбнуться.

— Вообще не напоминайте ей об этом! Хватит! Она такое пережила… — серьезно и сурово сказал Джек, и Дэн согласно кивнул.

В этот момент зазвонил мобильный Кристиана. Он снял трубку.

— Да, Джузеппе? — пауза. — Все отлично, едем назад. — пауза. Кристиан глянул в зеркало заднего вида на Элли. — Девчонка? Нет, у нее растеклась тушь и порвано платье, а так она в полном порядке. — Элли гневно прищурилась, глядя на него, но Кристиан игриво и огненно подмигнул ей и серьезным тоном добавил:

— Шучу, папаша. Ей нужна помощь. Едем в больницу. — пауза. — Бао мертв. Неудачно спустился с крыши своего особняка. — пауза, затем Кристиан улыбнулся. — Спасибо, босс, но как это ни странно, мы здесь ни при чем. Твоя девчонка его убила. Через два часа приедем.

Он положил трубку. Элли испуганно посмотрела на него, но Дэн спокойно проговорил:

— Не волнуйся, Элли, все закончилось. Джузеппе ждет нас, а не тебя. А сейчас мы едем к доктору.

Элли выдохнула и улыбнулась, не веря, что все позади и можно жить спокойно и счастливо.

Госпиталь в центре города был полон народом даже в такой поздний час. Ребята проводили Элли в кабинет хирурга. Врачом оказался мужчина лет шестидесяти, тихий, но суровый на вид. Он приказал топтавшимся у кушетки Дэну, Джеку и спокойно стоящему у двери Кристиану выйти, а сам принялся за осмотр.

— У вас крепкие мышцы. — проговорил он сквозь пышную бороду, проницательно поглядев на девушку. — Занимаетесь спортом?

Элли покачала головой.

— Танцы.

Хирург оглядел множественные порезы, синяки и ушибы на теле, рваное платье, раны на голове и нахмурился:

— Это, конечно, не мое дело… Но… на вас напали?

Элли внутри себя вздрогнула, но тут же улыбнулась.

— Ну кто станет нападать на меня, доктор? Банальный взрыв бытового газа, не более.

Доктор явно не поверил и покачал головой.

— Где же тогда ожоги? Леди, если вас кто-то…

— Доктор, прошу вас, займитесь моей ногой, я уже хочу скорее танцевать на сцене! — с веселой улыбкой перебила его Элли, содрогнувшись внутри себя еще раз.

Доктор неодобрительно покачал головой и достал бинты.

— У вас порваны связки в щиколотке. Перелома нет, но жесткую повязку нужно наложить, чтобы они правильно срослись. Ваша нога немного выкручена. — доктор натянул перчатки. — Как вас зовут?

— Элли.

— Элли, я сейчас поставлю твою ногу на место. — он облокотился о кушетку возле ноги Элли. — Будет больно, но без этого нельзя, иначе ты не сможешь ходить. После этого я наложу повязку на месяц. Итак. Ты готова?

Элли недовольно поморщилась и улыбнулась.

— У меня нет другого выхода, как всегда. Кричать можно?

— Можно и нужно. — улыбнулся через бороду врач. — На счет три. Раз… два…

И он резко схватился за ногу Элли. Девушку пронзила такая слепящая боль, что в глазах потемнело, а желудок снова начало выкручивать. Она закричала.

В эту секунду дверь резко отворилась и Элли увидела… Кристиана. Он смотрел на нее сияющими синими глазами, и она снова мгновенно почувствовала какую-то связь, доступную только им, как будто весь мир померк, кроме его горящих глаз… Она перестала кричать, и ее жутко затошнило. Она закрыла рот руками. Кристиан поднял бровь и посмотрел на доктора, который уже подготавливал повязку:

— Доктор, вы что, ее тут режете?

Врач серьезно и молча посмотрел на него, и Кристиан закрыл дверь.

Элли подтащила стоявшее на полу ведро для мусора, и ее вырвало туда. Доктор нахмурился и покачал головой, накладывая гипс.

Элли виновато посмотрела на него.

— Простите, доктор. Видимо, переволновалась.

Он наложил повязку и проговорил:

— Ногу не перегружай, через месяц придешь на осмотр. Общее время лечения составит примерно два месяца. Ни о каких танцах речи нет, связки — это очень серьезно.

Элли в ужасе посмотрела на него. Целых два месяца не танцевать! Она совсем потеряет форму! Но вспомнив о том, что сегодня утром она вообще не знала, будет ли жить или умрет, то девушка немного успокоилась. Доктор переждал бунт сопротивления в лице Элли, он сказал:

— Тебе необходима консультация и осмотр терапевта. Иди в сорок восьмой кабинет, я сейчас позвоню ему, он примет тебя.

Элли заулыбалась и, спустившись с кушетки, в порыве благодарности бросилась ему на шею.

— Спасибо, доктор! Вы самый прекрасный и заботливый человек в мире!

Доктор смутился и неловко похлопал ее по спине.

— Ну, ну, Элли. Иди. Увидимся через месяц. Вот моя карточка.

Элли взяла карточку и захромала к выходу. Боль в ноге была, но терпеть уже стало вполне возможно. Глянув на визитку, она кокетливо улыбнулась.

— Спасибо, доктор Джеймс Роу. Я люблю вас!

— Иди уже! — махнул рукой доктор, но Элли видела, что он не мог сдержать улыбки.

Терапевт осмотрел Элли и констатировал сотрясение мозга и множественные ушибы и порезы, но в целом она была в порядке.

Дэн и Джек ждали у кабинета, их нервы были напряжены до предела. Элли вышла и посмотрела на них:

— Что у вас с лицами? Такое чувство, что вас обоих сейчас разорвет изнутри. — она хитро улыбнулась.

Дэн подлетел к ней, вопросительно взглянув:

— Ну что?

— Надежды нет. Я умираю. — театрально траурным голосом проговорила Элли. Джек схватил ее под локоть и повел к выходу, недовольно проговорив:

— Сестра, ты дура.

Элли захохотала. Обняв Дэна за шею, она вдруг ощутила какую-то утрату… Резко обернувшись вокруг себя, она спросила:

— А где Кристиан?

Дэн внимательно посмотрел в ее блеснувшие тревогой зеленые глаза и спокойно сказал:

— Его выгнали на улицу. Оказывается, в коридорах больницы нельзя курить.

Элли не поверила себе, но отчего-то она испытала облегчение. Джек подозрительно глянул на нее, но она уже беспечно заговорила о том, как скучает по их квартирке в Бруклине. Кристиан действительно был на улице. Он развязно сидел на лавке перед корпусом и курил. Увидев Элли, он горячо подмигнул ей:

— Жалко, что ты не можешь прогуляться до дома пешком. Сажать тебя в «Додж» может быть опасно для самого «Доджа».

Элли снова испытала раздражение и закатила глаза.

— Не бойся. Если что, открою окошко.

— Домой? — спросил Дэн, и Элли, почувствовав невероятно полное счастье, поцеловала его в щеку и кивнула.

Глава 25

Прошла неделя. Неделя спокойной, размеренной жизни. Той, которая была раньше. Элли вернулась домой, в Бруклин, в свою маленькую уютную квартирку, снова стала посещать занятия в институте, одеваться так, как она хочет, и делать то, что хочет…

Но ее вдруг стала пожирать хандра. При чем такая сильная, что она не могла с ней бороться. Ей было невероятно грустно, как будто она потеряла что-то очень важное в жизни. Девушка не понимала, что с ней происходит, но ей было так тоскливо, что ни Дэн, который выкручивался наизнанку чтобы развеселить ее, ни Кейси и Мэттью не могли расшевелить ее.

Элли чаще всего хотелось побыть одной, она почти не ела, не могла танцевать из-за жесткой повязки на ноге и не могла разрядиться. Дэн окружал ее нежностью и заботой, придумывал ей занятия, любил ее, ласкал, был с ней днем и ночью… Но в ней что-то погасло. Она знала, что по-прежнему любит Дэна… но она не хотела его, хоть и обожала его внешность, фигуру, внутреннюю силу, стержень, мужество… Да вообще все, что было в нем. Дэн не наседал и просто был рядом, создавая Элли уют и спокойствие…

Отношения с Кристианом были странными и неопределенными. Он, как и раньше, насмехался над ней и считал никчемной, язвил, издевался… но его глаза всегда горели безудержным огнем и силой, и Элли испытывала невероятное притяжение к нему, она везде и всегда искала встречи с ним, но вот парадокс: как только она встречала его, он вызывал в ней дикое раздражение и массу других смешанных чувств. Элли пыталась уговорить себя, что он для нее ничего не значит, но невольно все равно шла туда, где должен быть он, чтобы на секунду встретиться с ним взглядом… Иногда он подвозил ее в институт или по другим делам по просьбе Джека, потому что Элли с повязкой на ноге было трудно передвигаться самой, и она не могла водить машину. Но чаще всего она оставалась ночевать в поместье Ван дер Билдов, где видела его практически всегда… в обществе каких-то женщин, иногда одной, иногда нескольких.

В эти моменты ее раздражение к нему превращалось в состояние бешеного гнева… И ее тоска только усиливалась.

Было занятие по социальной экономике. Элли, в тунике с рукавами «летучая мышь» прекрасного фиалкового цвета, джинсовых шортиках, открывающих ее потрясающие стройные ноги, и легких сандалиях на тонких лямках без каблука, которые она могла надеть прямо на забинтованную ногу, сидела в расслабленной позе за партой в аудитории и абсолютно безэмоционально рисовала на полях своей тетради какие-то цветочки, совершенно не слушая преподавателя, но чувствуя только свинцовую тяжесть в груди.

Слева от девушки сидел Дэн в потрясающей белой рубашке, черных брюках и туфлях, сияющий своей непоколебимой решительностью, глубокой силой и притяжением, а справа устроилась Сиси, в красивом и элегантном зеленом платье и туфлях на шпильке, и Мэттью, в мешковатой футболке, широких джинсах и «найках».

Они вслух обсуждали ее, но Элли было плевать, она даже бровью не шевелила.

— Элли, хочешь, сегодня можем съездить в «Иглы». Проведаешь своих коллег, развеешься. — сказал Дэн, заботливо и ласково глядя на девушку.

Элли пожала плечами.

— Мне все равно.

— Слышал? Ей опять по барабану! — всплеснула руками Кейси. — Да что с ней творится? После всего, что она пережила, ей бы радоваться жизни и все такое!..

— У нее депрессия. — сказал Дэн. — Если бы только понять, отчего.

— Да все с ней понятно! — вмешался Мэттью, глядя на формулы, которые учитель чертил на доске. — Она тоскует по танцам. Это ее жизнь! Правда, Эл?

Элли пустым взглядом посмотрела на него и задумалась. Внутри нее ответа не было. Все та же хандра.

— Не знаю. Наверное, и это тоже. — безразлично сказала она.

— Правильно! — кивнул Мэтт. — А еще она тоскует по своим «найкам».

Кейси закатила глаза.

— Ты придурок, Мэттью. Думаешь, все в этой жизни сводится к твоим дурацким кроссовкам?

— Эх-х-х, Сиси… — вздохнул укоряюще Мэттью и покачал головой.

— Я думаю, отчасти Мэттью прав. — сказал Дэн. — Но есть еще что-то. Что-то сильнее и серьезнее, чем танцы.

— Все, хватит. — раздраженно проговорила Элли. — Прекратите меня обсуждать. Займитесь своими делами, а я хочу побыть одной.

И Элли схватила свою тетрадку и, еле сдерживая гнев, вышла из аудитории, сказав преподавателю, что у нее разболелась нога.

Весь день Элли, хромая, ходила по улицам Нью-Йорка, а когда боль стала совсем невыносимой, пришла на Бруклинский мост и села на перила, свесив ноги над рекой. В ее голове не было мыслей, только мелькали образы… Дэна, брата, друзей и Кристиана… Свинец в сердце невероятно давил на грудь, и Элли хотела закричать и заплакать… Только бы понять, что с ней такое…

Около семи вечера возле нее затормозил «Мустанг» Джека. Элли не удивилась, увидев взволнованные лица брата и Дэна, выскочивших из авто и забравших ее с перил моста. По дороге домой они о чем-то говорили, но Элли не слушала их и не отвечала на вопросы. Она положила голову на плечо Дэна и уснула.

Глава 26

На следующий день Элли проснулась в своей спальне одна. Она точно помнила, что когда засыпала, Дэн был с ней, помнила тепло его рук, обнимавших ее… Она потянулась и посмотрела на прикроватный столик. Там оказалась записка, написанная на купюре в десять долларов: «Уехал по работе, тебя отвезет Джек, целую, Дэн».

Элли хмыкнула и неохотно поднялась с кровати. Сходив в душ и, как обычно, обернувшись белым махровым полотенцем, встряхнув свои чудесные длинные волосы, Элли вошла на кухню и… замерла.

На стуле, закинув ноги на стол, в развязной позе сидел Кристиан в потрясающе сексуальной белой рубашке, черных брюках и модных туфлях. Он сиял мужеством, сексуальностью и огнем, от него исходила невероятная, рвущая все преграды, энергия и сила, а синие глаза игриво встретились с глазами Элли и тут же скользнули вниз, горячо и желанно оглядев ее тело.

Кристиан ухмыльнулся. Он пил бурбон, курил и считал пачки денег.

Элли безразлично отвернулась от него и прошла мимо, к чайнику. Затем, сообразив, что опять выглядит слишком откровенно, как и в первую их встречу, да и вообще, нужно что-то спросить у него, хотя бы откуда он взялся в ее квартире в такую рань, Элли повернулась к нему с кружкой кофе в руке:

— Ты что здесь делаешь?

Кристиан ухмыльнулся.

— Хотел лично убедиться, что за невероятная депрессия, вокруг которой так суетится мой брат и мой друг.

— Нет никакой депрессии. — раздраженно сказала Элли. — У них поехала крыша. А теперь серьезно: что ты здесь забыл?

Кристиан ядовито прищурился и проговорил:

— Разуй глаза, выпендрежница: я курю, пью бурбон и считаю грязные деньги, которые нужно отмыть в самый ближайший срок. Лучше твоей кухни для этого места нет!

В эту секунду в квартиру залетели Джек и Дэн. На Дэне был потрясающий черный костюм, туфли и белая рубашка, а Джек красовался в модной куртке, черной футболке, джинсах и кроссовках. Они стремительно промчались на кухню и, подойдя к Элли, по очереди поцеловали ее в щеку.

— А, Кристиан! Ты уже здесь? Отлично! Сколько денег? — спросил Джек.

— Три миллиона, Джеки-малыш. — обаятельно сказал Кристиан, выдохнув дым сигареты.

Дэн посмотрел на него.

— Можем сбыть их в оружейном магазине или через Швейцарский банк. Или купим героин. — спокойно и немного весело проговорил он.

Джек налил себе кофе и посмотрел на Элли, которая безразлично уселась на столешницу и задумчиво крутила ложечку в своей кружке, почти не прислушиваясь к их обыкновенному трепу.

— Сестра, как настроение? И кстати, ты почему в таком виде? Здесь же… — он посмотрел на Кристиана, который не спускал глаз с ног Элли. — …Кристиан…

Кристиан с усмешкой посмотрел на него.

— Брось, дружище! Я все это уже сто раз…

— Так, стоп. — серьезно проговорил Дэн, сурово посмотрев на Кристиана. — Хватит болтать.

Элли раздраженно выдохнула.

— Джек, я вообще-то у себя дома. А вот зачем вы все устроили сборище на моей кухне в восемь утра с кучей фальшивых денег и алкоголем, я ума не приложу! Хотя, если честно, плевала я на все это с высокой колокольни.

Она нахмурилась.

— Деньги не фальшивые, а грязные, глупышка. — презрительно хмыкнул Кристиан.

— Да ну какое мне дело?!? — разозлилась Элли, снова опустив глаза в чашку.

— Что же с ней такое? — тихо проговорил Джек, явно тревожась и отпив кофе. — Эта дурацкая депрессия ее доконает.

— Может показать ее специалисту? — также тихо проговорил Дэн. — Если, конечно, мы сами не поймем, в чем дело.

Джек кивнул, а Кристиан расхохотался.

— Вы что, действительно не понимаете, что с ней? Да ваша девочка просто тоскует по приключениям!

Элли сильно вздрогнула, ощутив, как свинец в груди резко сжал ее сердце до боли, отреагировав на его слова. Джек и Дэн шокировано переглянулись и тупо уставились на Кристиана. Тот спокойно допивал бурбон, весело поглядывая на Элли.

— Объясни. — потребовал Дэн.

Кристиан притворно вздохнул.

— Ну напряги извилину, братик. Она раньше была счастлива. Потом начались все эти события, которые не только не напугали ее, а наоборот заставили рисковать жизнью еще больше, даже когда это, в общем-то, и не требовалось! Взять хотя бы то, как она ставила условия Бао, угрожая ему, что покончит жизнь самоубийством, как она рвалась поехать с нами спасать тебя от смерти, как осталась в доме Бао, пожертвовав своей свободой, и как составила безумный план его убийства! Да она теперь жить не сможет без всего этого!

— Что за чушь?? — воскликнул Джек. — Ты ее совсем не знаешь! Она всегда была скромной, тихой и доброй… Она не может страдать из-за…

— Это ты, Джеки, не хочешь замечать ее истинную сущность. — Кристиан встал и подошел к Элли, триумфально улыбаясь. — А у нее в глазах все написано.

Элли медленно подняла голову. Троица внимательно и удивленно смотрела на нее. Элли чувствовала, как ее сердце бешено заколотилось в груди, и вдруг она расхохоталась. Парни удивленно переглянулись, лица Джека и Дэна отражали невероятное недоверие, но и радость от ее смеха, а Элли хохотала, как будто смеется впервые после долгой зимы.

Все еще громко смеясь, Элли слезла со столешницы и ушла к себе в комнату, закрывшись изнутри. Она не понимала, что с ней, ее сердце гулко звенело в груди, щеки горели, а глаза сияли. Неужели Кристиан прав? Неужели все из-за этого? Ее голова кружилась. Она действительно никогда не была такой, как сказал Джек. Все эти события изменили ее, ее мироощущение, ее характер. Но как Кристиан догадался? Как он мог это увидеть, когда ни Дэн, ни брат, ни друзья не догадались, ни тем более она сама???…

Элли перестала смеяться и стала собираться в институт. Одев обтягивающую белую майку, драные, облегающие джинсы и сандалии, Элли наложила красивый макияж, подчеркивающий изумрудные глаза, и повязала волосы в странный узел.

В этот момент раздался стук в дверь, и Элли услышала голос Джека:

— Элли, нам с Дэном нужно идти. Кристиан отвезет тебя в институт. Я вернусь вечером.

Элли посмотрела на дверь.

— А Дэн?

Молчание. Затем:

— Не знаю. Но он постарается. Будь осторожна с ногой и… ни во что не вляпайся, умоляю!

Элли вскинула брови и хмыкнула:

— Иди уже.

Она услышала, как хлопнула входная дверь и вышла в кухню, немного смущаясь, как и раньше. Кристиан снова курил, дожидаясь ее. Когда она вошла, он оглядел ее с ног до головы и ухмыльнулся:

— Ты что, никуда не идешь? Я думал, ты одевалась.

Элли ощутила обиду, но свинец в груди еще давил, поэтому она подняла брови:

— Я готова. Можем ехать.

Кристиан не двинулся с места, молча и вопросительно глядя на нее. Элли нахмурилась и вышла в коридор, где висело большое зеркало. Покрутившись возле него, она громко сказала, так, чтобы Кристиан мог ее слышать:

— А по-моему я отлично выгляжу.

— Да, для средних классов школы. Или посиделок в дешевом караоке. — услышала она в ответ из кухни, и ее пронзил гнев и обида. Элли вновь ощутила, как ее захлестнуло свежее чувство соперничества, которое глубоко уснуло под тяжестью депрессии. Она прищурилась и вошла в кухню, посмотрев на Кристиана:

— А Дэну нравится, как я одеваюсь.

Кристиан насмешливо поднял брови.

— Поэтому он с тобой и встречается. Извини, но Дэнни для меня не авторитет в этом деле… Да и вообще ни в одном деле.

Элли ухмыльнулась.

— Ты грубиян. Твой авторитет — это Фредди Крюгер. Жди меня здесь. Я сейчас.

И Элли унеслась к себе в спальню. Открыв шкаф, она достала прекрасное черное платье с глубоким декольте, открывающим ее округлую грудь, длинными, обтягивающими ее тонкие, женственные руки рукавами и прекрасно облегающее ее идеальную фигуру, тонкую талию и нежный изгиб бедер. Платье было достаточно коротким, чтобы открыть прекрасные ножки, но вид портило отсутствие каблука и повязка на щиколотке. Элли распустила свои потрясающие волосы и зачесала их на один бок. Оглядев себя в зеркало, она улыбнулась. Обув мягкие, черные балетки и стараясь хромать как можно меньше, Элли вышла из комнаты и столкнулась в дверях кухни с Кристианом. Его огненные глаза дьявольски знойно и притягательно засияли, он страстно оглядел Элли с ног до головы и девушка ощутила невероятный жар, исходивший от него, силу и брутальность. Он улыбнулся.

— Теперь идем.

— Жаль, не могу надеть каблуки. — сказала Элли, пытаясь спровоцировать Кристиана на оценку себя.

Он открыл дверь и ухмыльнулся.

— Это и не нужно.

Они молча ехали в машине. Элли смотрела в окно, но ей казалось, будто пространство между ними наэлектризовано. Не глядя на Кристиана, она ощущала его близость, его сияние, его бешеную, непредсказуемую, грубую энергетику, но такую притягательную и мужественную, что хотелось выйти и сбежать. Грусть все еще была в ней, но Элли теперь не думала о свинцовой гире в ее душе. Она думала о его словах, что ей нужны приключения для счастливой жизни, риск, опасность…

В этот момент у Кристиана зазвонил телефон. Он не стесняясь, включил громкую связь и дьявольски улыбнулся:

— Привет, братик. Что, соскучился?

Элли посмотрела на мобильный. Из него послышался серьезный и жесткий голос Дэна:

— Кристиан, где ты? Что с Элли?

Кристиан язвительно вздохнул.

— Да успокойся, Дэн, мы едем в машине, я везу твою чокнутую подружку в институт.

— Эй! — обиженно воскликнула Элли, пригрозив Кристиану пальцем. Дэн проговорил:

— Что на этот раз?

— Ты только представь: у нее оказался полный гардероб потрясных платьев, а она все это время носила только мешковатые треники! — воскликнул весело Кристиан. — Я говорил тебе, что у нее не все дома.

— Только не говори, что ты заставил ее переодеться. — недовольно проговорил Дэн. Кристиан ухмыльнулся.

— Я не заставлял, она сама захотела стать попривлекательнее.

Элли жутко обиделась, и ее щеки запылали румянцем. Она мстительно проговорила:

— Дэн, он отказывался везти меня, если я не переоденусь! А если бы я пошла пешком, то могла бы опоздать на занятия… — мило пожаловалась она.

Кристиан прищурился, глядя на нее, а она триумфально улыбнулась.

— Кристиан. Мы еще поговорим. — гневно процедил Дэн.

— Зачем ты звонишь, брат? — серьезно и раздраженно сказал Кристиан.

— Джузеппе. Он хочет, чтобы мы завтра привели Элли к нему в кабинет в восемь. Говорит, у него к ней разговор.

Элли резко вздрогнула, ощутив вдруг такие знакомые возбуждение и страх. Она удивленно посмотрела на Кристиана, который тоже, прищурившись, задумался над этой новостью, и проговорила:

— Что ему нужно, Дэн?

— Я не знаю, Элли. Но ты не волнуйся раньше времени. Если что — я все улажу.

— Не волнуйся, Дэнни, я думаю, твоя возлюбленная сама сможет все уладить без тебя. Ей не впервой отправлять серьезных мафиози на тот свет.

Элли состроила ему рожу.

— Очень смешно, придурок!

Дэн проговорил:

— Элли, ты только не волнуйся.

— Мне фиолетово, Дэн. До вечера. — отчего-то устав, быстро проговорила Элли. Дэн ответил:

— До завтра. У меня сегодня дела. И у Джека тоже. Если хочешь, чтобы с тобой…

— Дэн, все в порядке, я с удовольствием побуду одна. — раздраженно проговорила Элли. — Мне не нужна сиделка, все, пока!

И она отключила звонок, сунув телефон Кристиану. Тот удивленно и насмешливо посмотрел на нее, но не стал ничего говорить. Только когда они приехали к институту, он проговорил:

— Дэн ошибается в тебе. Он для тебя слишком хороший и благородный, а ты просто стерва.

Элли ощутила невероятную обиду и боль в душе, ей сильно захотелось заплакать, но она не могла, а только сквозь зубы проговорила:

— Не лезь мне в душу и в наши отношения! Ты самый отвратительный и мерзкий человек, которого я когда-либо встречала, я тебя ненавижу!

И она вылетела из машины настолько стремительно, насколько позволяла больная нога.

Глава 27

На следующий день Элли была взволнована по-настоящему, в первый раз с того дня, как вернулась из дома Бао. Ни в своей квартирке, ни в институте она не находила себе места, и Кейси и Мэттью тревожились, при этом Кейси отчего-то довольно улыбалась.

Элли немного ожила и даже иногда принимала участие в разговоре, что несказанно радовало ребят, и Элли это замечала, но было одно но: Дэн весь день отсутствовал, и Элли чувствовала вину и боль за вчерашний разговор. Он заботился о ней, любил ее и терпел все ее выходки, а она так глупо поддалась настроению, что нагрубила ему. Элли мучилась из-за этого и скорее ждала вечера, чтобы все ему объяснить и извиниться. Что касается Кристиана, то она так злилась на него, что пылала гневом при одном только воспоминании о нем, но главное, она не хотела признавать, что этот безжалостный убийца во всем был прав в отношении нее… И это было обиднее всего.

Время подходило к семи часам. Элли слонялась по квартире, пытаясь сохранять спокойствие и отогнать подкатывающий страх. Она не знала, что задумал Джузеппе, но помимо беспокойства в ее сердце было и любопытство и готовность ко всему.

Элли услышала звонок в дверь. Мельком глянув на себя в зеркало, а одета она была, как раньше, в черную майку, спортивные штаны и, благодаря тому, что опухоль на ноге постепенно спадала, она сумела влезть в свои любимые «найки». Волосы она на ходу заколола в торчащий во все стороны пучок и открыла дверь.

Дэн был великолепен в модной серой куртке, черной футболке, джинсах и кроссовках, а его голубые глаза сияли мужеством, силой и внутренней, соблазняющей сексуальностью. Он серьезно, но чуть прищурившись, и довольно холодно посмотрел на Элли и проговорил:

— Ну что? Едем?

— Да. — Элли кивнула и снова ощутила мощное чувство вины и стыда.

Они молча спустились и сели в «Додж». Дэн выехал на дорогу. Элли ощущала его холод и отстраненность, чувствовала напряжение и ее пронзила боль. Она посмотрела на него виноватыми глазами:

— Дэн… Прости меня за вчерашний разговор. Я ужасно обошлась с тобой, и мне очень стыдно…

Дэн внимательно, но также холодно посмотрел на нее:

— Не думай об этом. Проехали.

Элли замотала головой.

— Нет, послушай… Я не знаю, что на меня нашло, но я обещаю, что буду впредь себя контролировать. Я люблю тебя.

Дэн снова посмотрел на Элли, проницательно заглянув ей в глаза. Он вдруг нахмурился и сказал:

— Я буду счастлив, если это правда.

Элли хотела что-то сказать, но они уже подъехали к бару.

«Иглы» шумели, как и всегда. Как и всегда разнокалиберные преступники за столиками, неизменный бармен Джо, просиявший при виде Элли, девушки официантки в коротких платьицах и танцы… Элли с глубокой тоской посмотрела на шест, вокруг которого крутилась какая-то незнакомая девушка, и у нее комок встал в горле.

Они прошли на второй этаж и вошли в кабинет.

Джузеппе расхаживал по мягкому персидскому ковру вперед-назад, в темно-синем пиджаке, черных брюках и синих туфлях, в его зубах торчала сигарета, а на голове красовалась гангстерская шляпа.

Войдя в кабинет, Элли увидела Кристиана, нагло и развязно сидевшего на диване в белой, полурасстегнутой рубашке с закатанными рукавами, черных брюках и туфлях, курящего и слушающего босса, который о чем-то возбужденно говорил.

Кристиан огненно посмотрел на Элли своими синими, безжалостными глазами и язвительно усмехнулся, излучая презрение. Элли снова ощутила, как в ней поднимается волна гнева и дикой обиды, боли, она гордо отвернулась и посмотрела на Джузеппе:

— Вы хотели меня видеть, мистер Моранди?

Джузеппе очнулся и, увидев перед собой Элли, вскинул руки и подошел к ней:

— О, моя дорогая! Ты пришла! Отлично! У нас есть серьезный разговор. — он заглянул ей в глаза, и Элли увидела в его взгляде силу, власть, безрассудство, злобу, безжалостность… Но ей было не страшно. Она подняла брови и проговорила:

— Вы снова хотите продать меня в рабство в обмен на деньги?

Джузеппе расхохотался. Он прошел и сел за стол.

— Ну что ты, моя милая! Если бы я хотел, то не приглашал бы тебя для разговора, а продал бы незамедлительно! — он снова рассмеялся и, облокотившись на стол, вдруг серьезно и очень холодно спросил:

— Так это правда, что именно ты грациозно скинула Бао Миядзаки с крыши его собственного дома? Правда, что ты обманывала его и подготовила план, как высвободиться самой? Правда, что ты поехала вслед за моими людьми на бойню и не побоялась рискнуть своей жизнью ради Даниэля?

Элли нахмурилась и недовольно посмотрела на Кристиана и севшего рядом с ним Дэна в такой же развязной позе. Дэн внимательно посмотрел на нее:

— Элли, это не мы рассказали. У Джузеппе свои источники информации.

Элли перевела удивленный взгляд на мафиози, и тот кивнул.

— Да, это правда. Ну так что, Элли Купер?

Элли кивнула и усмехнулась.

— Все было именно так, правда на словах звучит, будто я супервумен. — проговорила она.

Джузеппе прищурился и посмотрел на нее.

— Ты боялась? Сомневалась в себе? Надеялась на кого-то?

Элли недоуменно посмотрела на него. Затем задумчиво ответила:

— Да, я боялась, сомневалась, но… рассчитывала только на себя. Я сама могу о себе позаботиться.

Джузеппе с сомнением хмыкнул, но улыбнулся и проговорил:

— И последний вопрос… Бао Миядзаки был действительно влюблен в тебя?

Элли вздрогнула и снова посмотрела на ребят на диване. Кристиан весело ухмылялся, а Дэн задумчиво изучал лицо Джузеппе, видимо пытаясь догадаться, что же ему нужно. Она посмотрела на Дона и вздохнула:

— Он так говорил.

— И ты соблазнила его? — быстро и триумфально спросил Джузеппе.

— Мистер Моранди… — начала было протестующе Элли, задрожав всем телом, но ее опередил Дэн:

— Джузеппе, что ты делаешь? — жестко и гневно спросил он.

— Стой, братик, сейчас начнется самое интересное. — ядовито проговорил Кристиан, пристально и огненно глядя на Элли.

Джузеппе встал на ноги и рявкнул:

— Молчать! Или я вас выставлю! Отвечай немедленно! — он сверкающими глазами посмотрел на нее.

Элли дико покраснела и проговорила:

— Да. Мне пришлось. Иначе я бы не смогла усыпить его бдительность и освободиться от действия лекарств.

Джузеппе мрачно и довольно кивнул. Он встал и подошел к Элли, заглянув ей в глаза и испытующе глядя на нее.

— То, что нужно. — проговорил он. — Я хочу предложить тебе работать на меня.

Элли не поверила своим ушам. Внутри нее все взорвалось, и сердце бешено забилось… но не от страха.

— Джузеппе! Что ты делаешь? — воскликнул Дэн с предостережением и невероятным волнением.

— Дьявол забери меня, Джузеппе, побойся Бога! — захохотал Кристиан. — Эта девчонка — шило в заднице, от нее одни неприятности!

Элли чувствовала дрожь во всем теле, как после пробежки, ей хотелось одновременно убежать от страха и остаться здесь и только слушать, что он ей скажет…

— Но, мистер Моранди… — тихо проговорила Элли. — Я и так на вас работаю — танцую в вашем баре… помните?

Джузеппе кивнул.

— Ты будешь и дальше танцевать, у меня клиенты приходят только ради тебя. — он выдохнул дым от сигары и присел на свой стол. — Мне нужна женщина. Женщина, которая сможет заключить выгодную сделку, женщина, которая найдет выход в безвыходной ситуации, с высоким чувством самосохранения, обольстительная, красивая, страстная… Но главное — бесстрашная, идущая на риск и принимающая правильные решения в острых ситуациях. Женщина, такая, как ты. Что скажешь?

— Элли! Нет! Даже не думай! — воскликнул Дэн. — Это очень опасно!

— Даниэль, еще слово — и ты окажешься в коридоре! — угрожающе процедил Джузеппе, не отрывая взгляда от Элли.

Элли прислушалась к себе. Ее сердце дико билось в груди, кровь гудела в висках, дрожь возбуждения и ужаса била ее тело, но… Она чувствовала среди всего этого невероятный, дикий, сумасшедший восторг, радость, счастье… Да что это с ней?

— Мистер Моранди… — она немного замялась. — Что вы хотите, чтобы я делала? Убивала людей? — она содрогнулась.

Джузеппе рассмеялся.

— Зачем же убивать? У меня для этого есть профессионалы, они сидят вон на том диване. — он махнул рукой на братьев. — Ты будешь выполнять поручения другого рода… заключать выгодные сделки, передавать товар… и многое другое. Твою неприкосновенность гарантируют Даниэль и Кристиан, они всегда будут неподалеку. В крайнем случае, я думаю, ты сможешь постоять за себя, не так ли?

Элли внимательно смотрела на него. Опять рисковать жизнью? Идти навстречу опасности? Хитрить? Обманывать? Выкручиваться? Заигрывать?

— Хорошо. — просто ответила она. — Но у меня есть условие. Можно?

— Элли, ты с ума сошла? — воскликнул Дэн. — Он будет посылать тебя к бандитам, вооруженным и очень опасным! Все, что ты будешь делать, противозаконно! Джузеппе, она же еще…

— Даниэль! — гневно воскликнул Джузеппе. — Я знаю все об этой девочке и, по-моему, ей столько же лет, сколько тебе! Успокойся, или иди в бар, не мешай. — он посмотрел на Элли. — Что за условие?

Элли сложила руки на груди и твердо заявила:

— Я буду танцевать и ходить в институт. Я должна жить нормальной жизнью.

— По рукам! — захохотал Джузеппе.

— Великолепно! — с сарказмом сказал Кристиан. — Джек на это никогда не пойдет.

Джузеппе выдохнул дым сигары, довольно улыбаясь, и ответил:

— Ты возьмешь Джека на себя. Он же твой друг.

— Босс! — возмущенно воскликнул Кристиан. — Он мой единственный друг, вообще-то! Ты что, хочешь быть секундантом на нашей дуэли?

Элли триумфально улыбнулась и шепнула:

— Так тебе и надо, придурок!

Джузеппе поднял руку.

— Я что, просил обсуждать мое поручение? Не злите меня, ребятки!

Элли подошла к Джузеппе, чувствуя мучительное сомнение. Она тихо проговорила:

— Мистер Моранди…

— Зови меня Джузеппе, дорогая. — промурлыкал мафиози, оглядев Элли огненным взглядом. Дэн и Кристиан переглянулись, подняв брови.

— Джузеппе. — уверенно начала Элли. — Что если я не справлюсь?

Джузеппе удивленно посмотрел на нее. Затем ухмыльнулся.

— Если ты не справишься, я попрошу твоего любимого Дэна выстрелить из какой-нибудь милой пушечки в твою чудесную головку… Но он, скорее всего, не сделает этого. Поэтому я дам поручение Кристиану убить вас обоих… Думаю, ему будет немного жаль, но он хладнокровно сделает все, что нужно. Так что старайся, милая. От твоих действий зависит твоя жизнь и жизнь Даниэля.

Элли в ужасе посмотрела на Дэна. Тот недовольно смотрел на девушку и язвительно проговорил:

— Приехали. Что же тебе спокойно-то не жилось?

Элли выдохнула, но ее сердце снова стучало, как живое, она чувствовала невероятный подъем и, взяв себя в руки, кивнула:

— Все ясно. Я могу идти?

— Подожди. — сказал Джузеппе. — Есть еще кое-что. Знаешь ли ты, милая леди, что в Японии существует традиция — тот, кто убивает главного мафиози — якудзу, занимает его место?

Элли шокировано уставилась на него.

— Черт бы меня побрал! — расхохотался Кристиан. — Дэнни, твоя девушка теперь якудза! Класс! Как же мы раньше без нее жили?

Джузеппе улыбнулся.

— Кристиан прав. Многие японцы видели, как ты сбросила Бао с крыши, и теперь вся мафия Токио готова подчиняться тебе… Если хочешь, можешь возглавить…

— Я их всех ненавижу! — в сердцах сказала Элли. — Это грязные, трусливые, грубые извращенцы!

Джузеппе всплеснул руками.

— Позволь мне предложить тебе совет. У японцев есть неформальный лидер — его зовут Лин. Ты можешь лично передать ему полномочия по управлению мафиозным кланом, и он будет слушаться только тебя… пока ты не умрешь.

Элли хмыкнула.

— Этого еще только не хватало! Я с радостью все передам, хотя не представляю, что, этому Лину.

Джузеппе хлопнул.

— Отлично! Эндрю! — крикнул он за дверь. — Заводи!

Элли шокировано обернулась. Человек Джузеппе завел высокого, молодого японца в строгом черном костюме. Увидев Элли, он низко поклонился ей и проговорил:

— Моя госпожа… Рад видеть вас в добром здравии.

Элли пожала плечами.

— Насчет доброго здравия… Твой бывший господин порвал мне связки на ноге, так что это сомнительно. И что касается «госпожи» … Мне, конечно, приятно, но я не работорговец, зови меня Элли.

— Гляди-ка! Уже рулит, как будто всю жизнь руководила мафией. — ухмыльнулся Кристиан. — Может ты о ней чего-то не знаешь, брат?

Джузеппе посмотрел на Элли и поощрительно кивнул. Элли взволнованно выдохнула и на секунду задумалась. Нужно все сделать правильно… Джузеппе не случайно устроил эту встречу… Ее мозг бешено работал. Она посмотрела на Лина. Тот снова поклонился ей:

— Как вам будет угодно, Элли. Слушаю ваши распоряжения.

Элли нахмурилась.

— Лин. — аккуратно начала она. — Ты можешь возглавить мафию Японии, но: твоя политика будет согласовываться с Джузеппе Моранди, и ни ты, ни твои люди никогда не пойдете против него.

Лин поклонился и кивнул.

— Как вы пожелаете, госпожа Элли. Что-нибудь еще?

Элли задумалась. Затем проговорила:

— И ты не будешь покупать чужих женщин и издеваться над ними. Женщины — это не товар, их нужно уважать, а не таскать за волосы!

Парни на диване хмыкнули, а Лин серьезно кивнул.

— Как вам будет угодно.

— Тогда пока! — Элли помахала ему, показывая, что разговор окончен.

Лин поклонился и вышел. Элли посмотрела на Джузеппе. Тот ликовал. Он подошел к девушке и восторженно посмотрел на нее:

— Ты все сделала, как я и ожидал. Ты настоящая находка, Элли Купер. Ты не облажаешься.

Элли довольно улыбнулась, но ее не покидало ощущение, что она что-то забыла. И тут ее озарило. Она подбежала к двери, не обращая внимания на боль в ноге, и, открыв ее, крикнула, перегнувшись через перила:

— Лин! Лин! Вернись!

Через полминуты Лин показался на ступеньках.

— Да, госпожа Элли?

— Ник Джонс. Ученый из лаборатории Бао. Он жив? — с замиранием сердца спросила она.

— Да, но он в госпитале. Небольшое ранение в ногу. — сказал Лин. Элли облегченно выдохнула.

— Ты отдашь его мне. Я буду лично распоряжаться им и его изобретениями.

Лин незаметно вздохнул и кивнул.

— Да, конечно, госпожа. Это все?

— Все. Пока!

И Элли, счастливо улыбаясь, закрыла дверь. Джузеппе в этот момент переговаривался с Кристианом и Дэном, и когда Элли вошла, он довольно посмотрел на нее, улыбаясь.

— Браво! Ты великолепна, моя дорогая! Скорее поправляйся, у нас много дел. — он подошел к ней и восторженно осмотрел с ног до головы.

— Ну теперь-то мы можем идти, Джу? — спросил Кристиан. — Я опаздываю на свидание.

Элли испытала дрожь от взгляда босса, и ее сердце екнуло… Только бы не влюбить его в себя… Она вспомнила аналогичный взгляд Бао, и ее сердце сжалось.

— Выметайтесь. — махнул рукой Джузеппе и снова долгим взглядом оглядел Элли. — До встречи, дорогая…

— До свидания. — сказала Элли и вышла, увлекаемая Дэном.

Когда троица оказалась на улице, Кристиан закурил, посмотрев на Элли насмешливым и язвительным взглядом.

— Ну вот, выпендрежница. Теперь ты конкретно вляпалась. Мало того, что нам снова придется вечно спасать тебя из разных передряг, так ты еще умудрилась обворожить неприступного Джузеппе Моранди! Дэн, мне очень жаль. — он подмигнул брату и сказал:

— А теперь извините, я опаздываю на чертово свидание!

И он удалился. Элли задумчиво посмотрела ему вслед и перевела взгляд на Дэна. Тот молча курил, не глядя на девушку. Они сели в «Додж».

— Отвезти тебя домой? — спросил Дэн холодным тоном. Элли посмотрела на него и сразу почувствовала, что он еще злится на нее за вчерашний разговор, даже больше, чем за сегодняшний выбор. Девушка улыбнулась. Внутри себя она ощущала такой невероятный подъем, легкость, радость и восторг, что все ее прежние сильные чувства и эмоции вернулись, она вновь ощутила страсть и желание, глядя на красавца Дэна и ощущая его силу и мужество. Как будто все ее тело проснулось от долгого и мучительного сна, и она ожила, кровь вновь забурлила по ее жилам.

— Лучше отвези меня к себе домой. — огненно сказала она, игриво улыбнувшись. Дэн внимательно посмотрел на нее и, ничего не отвечая, вырулил на дорогу.

Элли сияющими глазами смотрела на него. Она снова жила, дышала, чувствовала и это было невероятно прекрасно! Дэн смотрел на дорогу, не глядя на Элли. Девушка изучала его красивый профиль, потрясающие волосы, сильные мускулистые руки… Она чувствовала его силу, его сексуальность, его внутреннюю власть и ледяное самообладание…

Элли с новыми силами ощутила, что любит его, что ее кровь кипит, а сердце стучит от его близости… Она таинственно и маняще улыбнулась.

— По-моему, у нас остался один нерешенный момент. — она страстно и горячо провела рукой по его бедру и колену.

Дэн превосходно держал себя в руках, но Элли заметила, как изменился его взгляд и сбилось его дыхание. Резко затормозив на перекрестке, он жестко и горячо перехватил руку Элли и с силой сжал, заглянув ей в глаза:

— Неужели он был прав? Ты действительно не можешь жить без приключений и опасности? Ты хочешь каждый день рисковать жизнью ради выполнения заданий безумного мафиози? Такая жизнь тебе нужна?

Элли внимательно посмотрела на него и игриво и соблазнительно улыбнулась:

— Я не знаю. Я просто слушаю свое сердце. Мне кажется, что судьба сделала за меня этот выбор… Я чувствую легкость, радость, свободу и… — она замолчала и слегка откинулась на спинку сиденья.

Дэн прищурился, проницательно глядя на нее.

— Как же я сам не догадался? Мой брат знает тебя лучше, чем я.

Элли наклонилась к нему, сгорая от страсти. Его глаза были совсем близко, Элли чувствовала надвигающуюся бурю чувств. Нежно проведя рукой по его щеке, она прошептала:

— Не думай об этом. Кажется, ты хотел проверить, люблю я тебя или нет?

Она горячо и нежно поцеловала его в губы, таким легким, но таким огненным поцелуем, что все внутри нее вспыхнуло, но Дэн нажал на газ и отвернулся.

— Хотел.

Элли вдруг обиделась и испугалась одновременно.

— Дэн, что с тобой? Ты меня больше не… Я тебя больше не волную? — скорректировала она свои слова, и ей вдруг захотелось заплакать.

Они подъезжали к поместью Ван дер Билдов, Дэн вдруг ухмыльнулся и проговорил:

— Ты сошла с ума? Просто секс ничего не докажет. Ты всю неделю спала со мной, как будто это была дежурная процедура.

Элли ощутила жгучий стыд.

— У меня была депрессия… — виновато протянула она.

— А сейчас эйфория. — улыбнулся Дэн.

Элли прищурилась. Они затормозили у парадного входа.

— Значит так. Если ты не хочешь спать со мной, я пойду и найду кого-нибудь другого…

Элли не успела договорить. Дэн вышел из машины, открыл ее дверцу и стремительно достал девушку, подхватив на руки. Элли обняла его ногами и их глаза встретились… Элли утонула в волне страсти, исходившей от него, и ей стало трудно дышать.

— Ты никого не найдешь, Элли. И никогда так не говори.

Он дико и страстно поцеловал ее, Элли умирала от любви… Ничего не видя, они ворвались в его спальню и бешено упали на кровать, срывая друг с друга одежду… Это была лучшая ночь в жизни Элли… Его руки, губы, его сила и потрясающее тело сводили ее с ума, ей хотелось кричать и умолять, чтобы это длилось вечно…

Глава 28

Утро наступило внезапно. Элли сидела у Дэна на коленях,/ и они целовались в постели. Его руки горячо гладили ее спину, нежно лаская ее кожу… Элли не хотела, чтобы этот миг заканчивался.

— Теперь ты веришь? — шепотом сказала она.

Дэн улыбнулся красивой улыбкой. Его глаза сияли.

— Ты восхитительна, божественна, даже если твоя любовь — выдумка, то только не эта ночь. Она останется со мной навсегда.

Элли улыбнулась и снова поцеловала его.

— Скажи еще… — прошептала она. Дэн нежно поцеловал ее в шею и, взяв ее руку, поцеловал ладонь, проговорив:

— Ты самая желанная женщина на земле, я счастлив, что могу быть с тобой. Я люблю тебя, Элли.

— Я тоже люблю тебя, Дэн. — Элли улыбнулась и, наклонившись к его уху, шепнула:

— Ты в постели просто шикарен.

Она улыбнулась и ушла в душ. С отличным настроением, светясь от счастья, Элли завернулась в душистое полотенце, пахнущее туалетной водой Дэна, черное, как и ее восхитительные волосы, и босиком двинулась на кухню в поисках еды.

Едва отворив дверь, Элли столкнулась с Кристианом. Чувство де жа вю вскружило ей голову… Он был, как и в тот самый первый день, потрясающе сексуален в белой рубашке, обнажавшей идеальный, мускулистый торс (на котором Элли заметила несколько шрамов, у Дэна они тоже были, но в гораздо меньшем количестве), черных брюках и туфлях. От него исходила волна сексуального притяжения, брутальности, необузданной энергии и страсти, Элли ощутила его огонь, его необычайное сияние и чувствовала безрассудство, триумф, стремительность и решительность…

Но глаза его горели адским пламенем, синим огнем наглости, ледяной жестокости и грубости… Кристиан ухмыльнулся и откровенно оглядел огненным взором опять, как на зло, полуголую Элли, и девушка ощутила дрожь и ужасное жжение внутри. Она вспыхнула от стыда и от того, что поддается на его обаяние и снова услышала в себе уже знакомое ей чувство раздражения (что несказанно облегчило ей душу):

— О, нет! Опять!

Кристиан ухмыльнулся.

— Я вижу, твоя депрессия прошла, раз ты снова стесняешься своего полуголого вида.

Элли гордо прошла на кухню и уселась на стол, соблазнительно закинув ногу на ногу.

— Я не стесняюсь. Когда я танцую на сцене, на мне гораздо меньше одежды. Что у нас на завтрак? Только не говори, что опять яичница на высоковольтных проводах!

Кристиан ухмыльнулся и открыл шкаф, достав оттуда бутылку рома и томатный сок. Он подошел к Элли, их глаза встретились, и Элли снова ощутила что-то невероятное внутри. Его глаза сводили ее с ума. Она флиртующе улыбнулась. Он заметил это и ухмыльнулся, поставив перед ней бутылки и проговорив:

— Нет, выпендрежница, одно и то же — это неинтересно. Сегодня будет «кровавая Мэри» и блинчики на люстре.

Элли захохотала веселым, озорным смехом.

— Отлично! Я смешаю напитки, а ты готовь блинчики!

Весело и беззаботно переговариваясь, подкалывая друг друга и переглядываясь игривыми взглядами, Элли и Кристиан развели на кухне бурную деятельность: Элли совершенно не знала, как правильно смешивать напитки и пробовала абсолютно все, что получилось, так что через десять минут она уже чувствовала себя пьяной.

Кристиан замесил тесто и, выпекая блинчики, подкидывал их так, чтобы они непременно повисли на люстре, но те то и дело рвались и падали на стол, а Элли подъедала их кусочки. Наконец, особо крепкий блин все-таки остался висеть на люстре.

Элли захохотала и захлопала в ладоши, как маленькая.

— Ура! Круто! Круто! — она зашаталась, ее голова ехала от количества выпитого. Кристиан подошел и отпил ром из бутылки, тоже глядя на блин.

— Теперь надо его съесть. — заикаясь, проговорила Элли. — Ну-ка, не мешай-ка!

И она полезла на стол, забыв, что на ней одно полотенце.

— Эй, стой, дурочка! — воскликнул Кристиан. — Ты забыла ром!

И он полез следом, легко взобравшись на стол. Элли смеялась и отрывала кусочки блина, пошатываясь. Кристиан стал делать то же самое с другой стороны. Элли чувствовала жар во всем теле, она видела его глаза и под воздействием алкоголя ей казалось, что притяжение между ними усиливается… Какой же он красивый, какой сексуальный…

— Что вы делаете? — услышала она удивленный голос Дэна и посмотрела вниз. Дэн пристально смотрел на них, сложив руки на груди. На нем была черная футболка, обтягивающая его идеальное тело, джинсы и кроссовки. Он выглядел великолепно. Элли горячо и игриво улыбнулась ему:

— О, любимый! Мы завтракаем! — сказала она с запинками и пошатнулась. — Давай, я помогу тебе забраться… — она протянула ему руки.

Дэн перевел гневный взгляд на Кристиана, весело наблюдающего за ними:

— Она что, пьяна? Кристиан!

— А что? — воскликнул Кристиан. — Пускай девочка делает то, что хочет, разве это плохо?

Дэн перевел с него взгляд на Элли и проговорил:

— Тебе, вообще-то, через три часа на занятия.

— А тебе нет? — весело спросила Элли, доедая то, что осталось.

— Нет. Мы сейчас уезжаем по делам. — сказал Дэн.

Элли беспечно махнула рукой:

— Адьес!

Дэн вздохнул и, легко схватив Элли за ноги, подтянул к себе и, закинув на плечо, проговорил:

— Если не хочешь остаться без ноги на всю оставшуюся жизнь, прекрати в пьяном виде лазать по столам!

И он понес ее в свою комнату. Уложив упирающуюся Элли в кровать, он строго и жестко проговорил:

— Теперь спи. В таком виде идти в институт нельзя.

— Да что ты все «нельзя», «нельзя» … Дэн, не будь занудой… — пробормотала Элли, уже засыпая.

Дэн посмотрел на Кристиана, который стоял в дверях. Тот игриво улыбался и, подняв брови, сказал:

— По-моему, пора вызывать блондинку.

Дэн злобно посмотрел на него и сказал, доставая мобильник и набирая номер Кейси:

— Ты дьявол, держись от нее подальше! Зачем ты ее провоцируешь? Оставь свои игры, иначе…

— Иначе что? — с усмешкой, бесстрашно сказал Кристиан. — Возненавидишь меня за то, что я даю возможность твоей девчонке быть собой?

Дэн хотел что-то добавить, но Кейси взяла трубку и заспанным голосом пригрозила убить любого, кто не является разносчиком бесплатной пиццы. Дэн улыбнулся и быстро изложил суть дела.

Через пару часов Элли сидела на кухне в своих неизменных спортивных штанах, майке и кроссовках, потирая ноющую ногу и морщась от тошноты и головной боли. Кейси звонко поставила перед ней большую чашку крепкого черного кофе и села напротив:

— Объясни мне, подруга, что могло так вывихнуть твой мозг, что за полчаса ты выпила четыре коктейля с ромом?

Элли фыркнула от одного упоминания и взяла в руки кружку.

— Это все Кристиан. Этот идиот предложил повесить блинчики на люстру и есть их, запивая «кровавой Мэри» … Лучше бы я готовила блинчики…

Кейси хитро прищурилась и улыбнулась.

— К этому мы еще вернемся. Тогда давай поговорим о том, каким это образом твоя депрессия улетучилась за один вечер, из-за чего ты снова стала способна на всякие глупости?

Элли счастливо улыбнулась.

— Джузеппе предложил мне работать на него.

Кейси вытаращила глаза и захохотала.

— Но ты ведь и так работаешь на него, глупышка!

— Знаю! Он решил взять меня в дело! — Элли ликовала. Кейси шокировано выдохнула и закричала:

— Да ладно! Рассказывай мне все!

Элли подробно описала вчерашний вечер, не сделав ни одного упоминания о Кристиане, зато с восторгом рассказав об их с Дэном шикарной ночи, и закончила происшествием на кухне, после которого она пьяная проспала два часа.

Кейси сияла возбуждением и с замиранием сердца слушала ее рассказ, но когда Элли закончила, она прищурилась и проницательно проговорила:

— Да, подруга, пока у тебя по брату Ван дер Билду в каждой руке, ты в абсолютной безопасности.

Элли вздрогнула и непонимающе тихо проговорила:

— О чем ты? У меня только Дэн… Мы с Кристианом на дух друг друга не переносим! Он издевается надо мной, презирает меня, считает никчемной и его бесят мои штаны! А я погружаюсь в глубокое раздражение каждый раз, когда вижу его! Я готова его убить! — Элли перешла на эмоциональные высказывания, густо покраснев, а Кейси довольно улыбалась. Когда Элли закончила, Кейси проговорила:

— И как это тебя угораздило, Элли? Влюбиться сразу в обоих братьев? Кажется, в тебе борются добро и зло!

Элли вскочила на ноги и поморщилась.

— Сиси! Что ты такое говоришь? Я люблю Дэна! И точка! Говорю же, Кристиан меня терпеть не…

— Ну не будь ты упертой ослицей! — захохотала Кейси. — Как ему еще себя вести, если он злодей? Да к тому же, влюбленный в чужую девушку! Девушку брата!

— Все! Все! Молчи! Молчи! — Элли замахала руками и закружила по кухне. Ее сердце билось так сильно, что она почти не могла дышать. Кейси захохотала и подлетела к подруге:

— Разрази меня гром! Черт возьми, это правда! Ты избегаешь о нем говорить, ты все отрицаешь! — Сиси хохотала, как безумная. — Девочка моя, ты так попала!

Элли жутко рассердилась. Она села на подоконник, взяв в руки кружку с кофе и угрюмо уставившись в нее.

— Сиси, я люблю Дэна. Люблю, понимаешь? А это дурацкое увлечение пройдет.

Кейси успокоилась и выдохнула.

— Если это действительно увлечение. Идем, нам пора.

И она первая вышла из кухни.

Глава 29

С момента возвращения из дома Бао прошел месяц. Этот день был невероятно важен для Элли, она с огромным нетерпением ждала его: день, когда доктор Джеймс Роу снимет повязку и осмотрит ее ногу. Она так соскучилась по танцам, что все ее тело болело, а душа страдала. Она с невероятной тоской смотрела на Мэттью, который жил танцем, каждый раз пританцовывая при любых обстоятельствах.

Элли была дома, в своей квартире. На ней была зеленая, обтягивающая майка, обычные серые штаны и неизменные «найки». Она сидела на своей кровати в позе лотоса и с нетерпением поглядывала на часы: Джек и Дэн должны были подъехать с минуты на минуту.

Элли посмотрела в окно и задумалась. Три недели. Три недели счастливых отношений с Дэном, в окружении его фантастической заботы, ласки, нежности… Из-за больной ноги Джузеппе не давал Элли заданий, выжидая, когда она поправится и сможет одевать пикантные наряды и носить каблуки, поэтому поводов видеться с Кристианом не было…

Да и после того разговора с Сиси, которая открыла ей глаза на то, что в ее душе творится какая-то чертовщина, она избегала его. В доме Ван дер Билдов Элли старалась бывать как можно меньше, но как назло, куда бы она ни пошла, Кристиан всегда был именно там. Элли старалась не общаться с ним и уходить от него как можно скорее, потому что его невероятный магнетизм, мужество, жесткость и безумная страсть заставляли все внутри нее дымиться и кипеть от жара…

Проблема была еще в том, что ее брат и Кристиан были неразлучны, как пара сапожников, более того, они работали вместе, благодаря чему Кристиан чаще, чем нужно приходил к ним домой, и Элли старалась не встречаться с ним взглядом, потому что его синие глаза игриво и страстно подчиняли ее себе.

Послышался хлопок входной двери, и в спальню влетел Джек. Увидев Элли, он провозгласил приказным тоном:

— Иди в машину, Дэн уже там. Я буду через пять минут. — и он умчался в свою комнату, на ходу снимая рубашку.

Элли хмыкнула и молча последовала его указаниям.

Дэн курил возле машины, развязно облокотившись об нее, и потрясающе притягательно выглядел в модной серой куртке, белой футболке, джинсах и кроссовках. Он оглядел Элли восторженным взглядом и проговорил, когда она подошла:

— Прекрасная Элли, ты готова?

Элли поняла глубинный смысл вопроса и, нежно поцеловав Дэна, ответила:

— Я верю, что все будет хорошо.

Джек, как и обещал, выскочил из подъезда ровно через пять минут, и они двинулись к больнице.

Доктор Джеймс Роу ни капельки не изменился за последний месяц: та же сухость, та же борода, та же строгость в отношении больных. Но когда вошла Элли, его глаза под очками слегка улыбнулись:

— Ага, Элли Купер! Присаживайся. Как нога?

— Мой дорогой доктор Джеймс! — радостно воскликнула Элли и легла на кушетку. — Нога в порядке и просила передать, что о-о-очень скучает по танцам!

— Сейчас посмотрим. — доктор стал снимать повязку.

Около десяти минут он ощупывал щиколотку Элли, затем сделал рентгеновский снимок, а еще через десять минут, когда снимок был готов, он задумчиво разглядывал его на свет, напряженно почесывая бороду. Глядя на него, Элли почувствовала такое невероятное волнение и страх, что ее ноги и руки как будто опустили в ледяную воду.

— Ну что там, доктор? — тихо спросила она. Джеймс Роу сел напротив нее, серьезно глядя ей в глаза:

— Две новости, Элли. Хорошая и плохая. Хорошая новость: связки срослись, повязка больше не нужна и можно приступить к курсу реабилитации. — он смотрел на Элли, но та не шелохнулась. Ее сердце билось так, будто она пробежала стометровку.

— Не тяните, доктор. Говорите, как есть. — дрожащим голосом попросила она.

Джеймс вздохнул.

— Связки срослись неправильно. Представь себе, что нужно соединить два кирпичика, но у тебя не выходит полностью совместите его боковые стороны и ты соединяешь их с существенным сдвигом… В общем, Элли Купер, ходить ты сможешь, и после месяца специальных упражнений будешь летать, как птичка… Но твои связки очень уязвимы и могут порваться снова в любой момент… Так что даже через месяц ты не сможешь ходить на каблуках и… тем более, танцевать.

Элли почувствовала, как ее душа вдруг вырвалась из тела и взлетела на небо от крика дикого боли… Гул в ушах, слезы, все вместе превратилось в тупую, ноющую боль, а сердце будто остановилось…

— Доктор Джеймс… — прошептала Элли сквозь слезы. — Вы хотите сказать, что я никогда больше не смогу танцевать? Никогда?

Доктор нахмурился и серьезно проговорил:

— Пойми, Элли. Если ты случайно оступишься и снова порвешь связки… тебе придется делать ампутацию, второй раз срасти их не будет возможности. Поэтому я категорически запрещаю тебе носить туфли на каблуке и заниматься танцами! Ради твоего же здорового будущего, а не инвалидного кресла!

Элли чувствовала град слез по своему лицу, но не ощущала ничего, зияющая дыра внутри нее росла с каждой секундой.

— Нет, доктор, нет, нет… Здорового будущего? Без танца у меня вообще нет будущего! Равно как и без каблуков — работы… Я не могу пойти на это…

Джеймс разгневанно посмотрел на нее.

— Ты в своем уме, Элли? Это не просьба! Я разрешаю тебе носить твои кроссовки, но не туфли! Через месяц жду тебя снова, вот список упражнений! И если в тебе есть здравый ум, то ты не станешь рисковать всей жизнью ради танцулек! Все, разговор окончен!

Он поставил последние печати в ее карточку и отдал Элли.

Девушка вышла из кабинета, ничего вокруг не видя и не слыша… Боль стучала в висках, боль стучала в сердце, душа рвалась на части… Шум в ушах усиливался, ноги налились свинцом, а перед глазами плясали вспышки. Слезы лились и лились, но она не могла вымолвить ни слова.

Дэн и Джек крутились вокруг нее, обнимали, что-то говорили, но она не слышала ничего и молчала. Ребята отвезли ее домой, тревожно пытаясь узнать хоть что-нибудь, но ничего не могли добиться, Элли только рыдала, спрятав лицо в ладони.

По приезду в квартиру, Элли крикнула, что не хочет никого видеть и чтобы ее оставили одну, и заперлась в своей комнате.

Упав на кровать, она билась в рыданиях и даже не могла подумать, что танцев больше не будет! Ни бара, ни шеста, ни чувства полета или огненной земли… Как жить без того, что составляло основу ее жизни, что заставляло чувствовать себя грациозной, гибкой, сексуальной и такой живой!! А работа… Она только поняла, чего на самом деле хочет после предложения Джузеппе, но как она будет привлекать или соблазнять на выгодные сделки? Босиком?

Через час Элли немного успокоилась, и чувство горя и потери заменилось сумасшествием и гневом. Она открыла шкаф и достала большую коробку с туфлями. Несколько минут она смотрела на великолепные, из разных материалов, прекрасно выполненные туфли на высоких каблуках и, разозлившись еще больше, подтащила коробку к окну и распахнула обе створки.

— Гори оно все огнем! — закричала Элли сквозь слезы, усевшись на подоконник и свесив ноги в пустоту. — Ненавижу!

И она запустила туфлю прямо на тротуар, попытавшись попасть в мусорные баки, стоящие на противоположной стороне дороги. Прохожие удивленно шарахались от ее трюков и поливали Элли всеми ругательными словами, какие только бывают, но девушке было все равно. Она швыряла туфлю за туфлей на мостовую и утирала дикие слезы боли и отчаяния.

Вдруг дверь в ее комнату резко отлетела, и стремительно вошел Кристиан. Увидев, чем занимается девушка, он быстро подбежал к ней и, сев рядом, схватил ее за руки, вырвав из ладони очередную туфлю. Элли так долго избегала его, избегала чувств, которые испытывала в его присутствии, что на секунду замерла, глядя в его гневные синие глаза, сияющие решимостью и превосходством.

— Ты что делаешь??? Совсем с катушек слетела? Что ты творишь??? — жестко и гневно воскликнул он, тряся Элли за руки. Она чувствовала этот его сексуальный магнетизм, мужество, брутальность и безудержную энергию и силу… И он был так красив в своей белой рубашке, черных брюках и туфлях…

Она закрыла лицо руками и зарыдала, не имея сил остановиться. Потом она резко и гневно снова схватила туфлю и крикнула:

— Зачем они мне теперь? Пусть будут на помойке, там кому-нибудь пригодятся!

И она попыталась кинуть туфлю, но Кристиан так же гневно схватил ее руку и, вырвав туфлю, раздраженно воскликнул:

— Ты совсем спятила?? Если что и выбрасывать, так это твои идиотские… — и он грубо схватил Элли за ногу и стал стаскивать с нее кроссовок. Элли забарабанила кулаками по его плечам и закричала:

— Эй! Э-э-эй!!! Все, все, прекрати!

И она с огромным усилием вырвала у него свою ногу и, обняв колени, зарыдала. Кристиан внимательно посмотрел на нее, затем нахмурился и закурил:

— Что случилось, выпендрежница? Конец света обещали только в следующем году.

Элли посмотрела на него и внезапно успокоилась, ощутив его страсть, его спокойствие и хладнокровие, его уверенность, и, вытерев слезы, тихо проговорила:

— Доктор сказал, что мне больше нельзя носить каблуки.

— Подумаешь! Ты и так их не особо…

— И танцевать. Никогда больше! Нельзя! Танцевать! — крикнула отрывисто Элли и снова зарыдала.

Внизу на тротуаре припарковалась машина Кейси, и девушка, выбежав, увидела Элли, сидящую с Кристианом на окне, и, окинув взглядом разбросанные по тротуару туфли, совершенно не удивилась, а только воскликнула:

— Черт бы меня побрал, Элли! Что он тебе наговорил?? Я поднимаюсь!

И через минуту она уже входила в комнату. В это время Кристиан с усмешкой смотрел на Элли, еле удерживающую себя от нового приступа рыданий.

— И что? Ты станешь слушать какого-то старого козла, который запрещает тебе делать то, что ты хочешь? Ты сдашься, ляжешь в кроватку, уснешь и на следующий день проснешься официанткой в кафе?

Элли недоуменно посмотрела на него:

— Ты не понимаешь! Если я снова порву связки, мне отрежут ногу!

Кристиан выдохнул дым и обаятельно улыбнулся.

— Так не рви их, глупая! Что с тобой? Обстоятельства вынуждают тебя бороться, а ты льешь слезы? Значит, Джузеппе ошибался в тебе. Ты трусишка. Сейчас же ему позвоню и расскажу об этом.

Кристиан достал телефон и уже набрал номер, как Элли выхватила мобильный из его рук и, окончательно успокоившись, возмущено воскликнула:

— Ты что, совсем??? Только попробуй!

Кристин триумфально улыбнулся, а Кейси, войдя в комнату и подходя к Элли, зааплодировала:

— Молодец, красавчик! И как ты это делаешь?

Элли вяло сунула телефон в руку Кристиану и вдруг ощутила безвыходность и собственное бессилие. Грустно посмотрев вниз, на разбросанные туфли, она проговорила:

— Это уже не важно. Доктор дал мне месяц на разработку связок, и даже если к концу курса я смогу ходить на каблуках, то все равно потеряю форму и уже никогда не смогу танцевать, как раньше! А значит, с «Иглами» и с Джузеппе будет покончено…

Кейси обняла подругу и, испытывая невероятное сочувствие, проговорила:

— Ну, перестань, Элли! Главное — что ты будешь танцевать! Даже если и не с таким успехом, как раньше, но…

Кристиан закатил глаза. Выбросив сигарету, он дернул Элли за руку и заставил посмотреть в его горячие синие глаза.

— Давай заключим сделку, Элли Купер. Я ставлю на то, что ровно через месяц ты оттанцуешь в «Иглах» всю смену с таким успехом, что клиенты не захотят отпускать тебя со сцены.

Элли сомнительно хмыкнула и с горечью посмотрела на него.

— Ладно. Допустим, случится чудо, и я отлично станцую через месяц, хотя вероятность этого при моей теперешней подготовке и не слушающей мои команды ноге — одна к тысяче. Что тогда?

Кристиан триумфально прищурился, и его глаза зажглись игривым огнем и невероятным сексуальным притяжением.

— Тогда ты должна будешь мне поцелуй.

Элли пропустила удар сердца. Внутри нее вихрем закружился целый ворох ярких эмоций, из которых самыми сильными были радость, удовольствие, недоверие, раздражение и подозрительность, но Элли просто сходила с ума от его нахальства, наглости, бесстрашия и откровенности…

— Ты вообще в своем уме? — воскликнула Кейси, пытаясь прервать их наэлектризованный зрительный контакт. — На случай, если ты не заметил, у Элли есть кое-кто, и этот кто-то — твой родной брат!

Кристиан, так же, как и Элли, не обратил ровно никакого внимания на ее слова. Он огненно и проницательно смотрел Элли в глаза, ожидая ответа. Элли заставляла себя дышать, чувствуя, что ее тело не слушается ее, а сердце выбивает чечетку в ушах. Она видела только его, и снова как будто мир угас…

— Хорошо. — сказала она, как можно беспечнее. — Это маловероятный сценарий, так что я согласна. Но если я не сорву оваций, тогда что?

Кристиан пожал плечами.

— Тогда я выполню любое твое желание, выпендрежница.

Элли триумфально улыбнулась и протянула руку.

— Идет!

Кристиан хитро и ядовито улыбнулся, взявшись за ее руку своей сильной мужской рукой, и Элли как будто прострелило страстью. Она слегка покраснела. Кейси рассерженно дула губки, глядя на них. Кристиан обаятельно посмотрел на нее:

— А блондиночка разобьет.

Кейси раздраженно разбила их рукопожатие, но Кристиан вдруг резко схватил ее за запястье, и в его глазах мелькнула ледяная жестокость и стальное хладнокровие. Он прищурился:

— И если ты расскажешь хоть одной живой душе о нашей сделке, я прострелю тебе обе ладошки и подвешу тебя на гвоздики в первом же переулке, я не шучу, красотка!

Кейси нахмурено и с опасением выдернула свою руку и спокойно проговорила:

— Ты сумасшедший. — она посмотрела на Элли, которая виновато улыбалась. — И ты — тоже!

Кристиан ухмыльнулся и, бросив напоследок страстный взгляд на Элли, вышел из комнаты. Кейси покачала головой.

— Ты понимаешь, на что ты идешь? Это сам дьявол! И он опасен.

Элли испытывала невероятный подъем, ее душа трепетала, но она не хотела этого признавать, поэтому просто пожала плечами.

— Успокойся, подруга, то, что он выиграет спор, маловероятно, так что…

— Элли? Ты в порядке? — в комнату залетел Дэн. Кейси осуждающе посмотрела на Элли и вышла собирать туфли.

Глава 30

Элли начала упорно работать над собой.

Первая неделя далась ей тяжелее всего. Девушка сильно потеряла форму за прошедший месяц и занялась тяжелыми физическими нагрузками, чтобы вернуть прежнюю подтянутость и силу мышц. Она не танцевала, старалась избегать сильного давления на больную ногу, но упорно разрабатывала связки, которые, по ее ощущениям, были как дубовые.

Все эти дни Дэн и Джек с обеих сторон нависали над ней, узнав, что задумала Элли. Их предостерегающие речи, тревожные взгляды, преследования и бесконечные запреты раздражали Элли, и она старалась как можно чаще оставаться одной и не попадаться им на глаза.

Хуже всего было то, что вместо того, чтобы наслаждаться счастливыми отношениями с умным, сильным, заботливым и нежным Дэном, Элли постоянно думала о Кристиане. Ее мозг как будто специально везде рисовал его образ и зажигал огонь в ее сердце, и Элли ловила себя на мысли, что тренируется больше не из-за себя, а из-за этого поцелуя, который он предложил…

Внутри Элли все разрывалось, и она не могла понять себя. Она точно любила Дэна. Это неоспоримо. Но что тогда Кристиан? Убийца, злодей, наглец и мерзавец, влюбляющий в себя целый мир и пользующийся своим обаянием и невероятной сексуальностью, безжалостный и саркастичный, возможно, просто играющий с Элли в игру, как со всеми… Но в нем был этот неисчерпаемый огонь. Сияние. Элли не знала, как это назвать, но чувствовала внутреннюю страсть, безудержную энергию, рвущуюся наружу и… Как ей хотелось испытать ее на себе! Броситься в омут с головой с плохим парнем, очаровать его, привязать к себе…

Но зачем? У нее есть Дэн.

И снова ее рвет на части.

За первую неделю Элли набрала нужную форму.

За вторую неделю вновь освоила высоченные шпильки.

За третью неделю начала подготовку новых танцев, в чем ей ужасно помогал Мэттью.

В конце четвертой недели…

До ее первой смены в «Иглах» оставалось три дня.

Солнце садилось за горизонт, освещая кроваво-красным сиянием крышу дома Кейси, на котором стоял портативный DVD и играла потрясающая, страстная рок-музыка.

Элли носилась по крыше, поджигая полы под собой невероятным танцем. Ее сердце разрывалось от счастья и страсти, она прыгала все выше и выше, полностью контролируя себя, свое тело, свою ногу, она была грациозной, гибкой, страстной и эротичной, ее душа кричала от счастья, она летала под музыку… На ней был короткий желтый топ на широких лямках, открывающий невероятный плоский животик, обтягивающие черные гетры, подчеркивающие упругую попку и сексуальные стройные ножки, гольфы из вязанной ткани и танцевальные балетки.

Прямо на самой крыше сидел Мэттью в своей фирменной просторной футболке, спортивных штанах и «найках» и, не отрывая восхищенного взгляда от Элли, хлопал ей в такт музыке. Когда послышались последние аккорды, Мэтт крикнул:

— На «четыре» сделай высокий шотэ и через себя! Давай, Эл!

И Элли легко исполнила невероятный высокий прыжок через себя и легко и страстно приземлилась прямо на больную, но теперь уже здоровую ногу.

Музыка стихла. Внутри Элли все горело, и она сделала глубокий вдох… И захохотала от счастья. Мэттью засмеялся вместе с ней, они бросились друг к другу, и Элли запрыгнула в его объятья, обхватив его руками и ногами, все еще громко смеясь и плача одновременно… Этот момент был одним из самых прекрасных в ее жизни, она помнила свое возрождение и не верила себе…

— У тебя получилось! — кричал Мэттью, хохоча.

Элли плакала и смеялась вместе с ним.

— Да? Точно? Да?

— Да! Да! Ты шикарна! — Мэттью просмеялся и весело добавил:

— Нужна вечеринка! Срочно! Идем сегодня в клуб «Точка танца».

Элли радостно закричала и захлопала в ладони. Спрыгнув с юноши, она сделала несколько потрясных пируэтов и воскликнула:

— Вечеринка! Вечеринка!

Мэттью стал пританцовывать ей в такт и сказал:

— Обещай, что ты будешь танцевать только со мной! Все танцы. Ну, можем договориться на один медленный танец на стороне, если ты не против таких жестких условий.

Элли захохотала и снова обняла его.

— Все танцы сегодня — только твои, мой милый! Благодаря твоей помощи и поддержке мы здесь и этот момент настал, так что можешь командовать мной, как пожелаешь! Я вся твоя! Позовем Дэна и Кейси?

Мэттью замотал головой.

— Нет, нет, ни за что, оставим им смс-сообщения и к черту все! Я заеду за тобой в десять.

Элли снова счастливо запрыгала вокруг него, и они одновременно достали телефоны и написали Дэну и Кейси одинаковые сообщения: «Ушла (ушел) в «Точку танца» с Мэттью (Элли). Буду утром», после чего поспешили по домам переодеваться.

Прибежав домой и не чувствуя ног от счастья, Элли устроила настоящий погром в комнате, вывалив на кровать все свои платья и раскидав их по комнате. Она долго не могла остановиться на том или ином наряде, но наконец выбрала легкое и нежное персиковое платье без лямок, обтягивающее ее грудь и разлетающееся от талии по бедрам, но длиною выше колена, открывая ее великолепные ноги. Элли обула такие же персиковые, в тон платью, замшевые туфли на высоченной, супертонкой шпильке и нанесла великолепный вечерний макияж, подчеркнувший ее зеленые глаза, тонкие брови, алые губки.

Чуть-чуть постояв перед зеркалом, Элли думала несколько секунд, прежде чем достать плойку и завить свои длинные, роскошные волосы в темные, крупные локоны, мягко падающие ей на плечи, грудь и струящиеся по спине. В этот момент входная дверь отворилась и вошел Мэттью. Он тоже выглядел потрясающе в модной кепке, футболке и джинсах с заниженным низом, ну и, конечно, в великолепных белых «найках». Он остановился у входа в ее спальню и восторженно открыл рот, оглядывая Эли с ног до головы.

— Ты… ты выглядишь просто… Великолепно! Дурацкое слово, но для тебя ни одно не будет подходящим. — проговорил он, не отрывая от Элли восхищенных, горящих глаз.

Элли расхохоталась и поцеловала его в щеку.

— Спасибо, Мэтт, ты тоже шикарен! Мы сегодня порвем всех!

— Это несомненно! За тобой будут охотиться все мужчины!

Элли взяла его под руку.

— Ну и черт с ними! На всю ночь я — твоя, мы же договорились! Идем.

Мэттью повел Элли к машине, все еще влюбленно разглядывая ее с ног до головы.

Время подходило к двум часам ночи. Клуб «Точка танца» сиял и светился неоновыми огнями, весь вход и пара соседних кварталов были заставлены автомобилями, а в самом клубе яблоку было негде упасть. В темноте танцпола, прорезающейся серебристыми лучами, звучала великолепная музыка: рок, джаз, латина, улицы и нью-стайл качали публику, и в этой толпе Элли танцевала с Мэттью. Не успели они прибыть, как Элли тут же стала центром вселенной, самой страстной, гибкой и сексуальной девушкой в зале, танцпол горел под ее звонкими каблучками, а ее душа летала и кричала от счастья. Все вертелось вокруг нее, девушки подражали ей и злились на то, что все мужчины в зале не сводили с нее глаз, приглашая ее на танец, но Элли флиртовала и кокетливо всем отказывала, танцуя только с Мэттью, который был на седьмом небе от счастья, не сводя со своей партнерши восхищенных глаз.

Элли и Мэттью танцевали улицы, как раз в этот момент дверь отворилась, и в бар вошли Дэн, Кристиан, Джек и Кейси. Мэттью увидел их и шепнул Элли. Элли испытала триумф, радость и невероятное волнение. Внутри нее все перевернулось, но она игриво улыбнулась, продолжая танцевать, не глядя на них. Танцующая толпа смотрела только на их пару и старалась повторять за ними движения, Элли зажигала и была самой потрясающей из всех женщин, но ей было важно привлечь внимание одного…

Музыка кончилась и Элли с Мэттью двинулись к бару, возле которого уже сидели Кейси, в великолепном, обтягивающем, миниатюрном желтом платье и туфельках, Дэн в черном костюме и туфлях, Кристиан в модной черной куртке, футболке, обтягивающей его стройное тело, джинсах и модных кроссовках, и Джек, в белой рубашке, черных брюках и туфлях. Они пили напитки, что-то обсуждали и смеялись.

Элли знала, что они были на задании Джузеппе, поэтому приехали только сейчас, захватив по пути из дома скучающую Кейси, хотя и Элли, и Мэттью подчеркнули, что это только их вечеринка и им никто не нужен.

Дэн и Кристиан одновременно повернулись и посмотрели на подходящую к ним Элли…

Девушке резко стало душно.

Дэн смотрел на нее влюбленно и восхищенно, с восторгом, нежностью и ласковой страстью оглядывая изгибы ее тела, любуясь ею, как желанным цветком, как прекрасной статуей, как мечтой…

Кристиан смотрел по-другому. Элли вспыхнула, стараясь не обращать внимания, но… Он увидел Элли, и его глаза огненно загорелись, сияя страстью, желанием, наглостью и откровенностью… Он горячо оглядывал ее тело, и Элли ощутила его мужество, его страсть, его брутальную энергию и мужское превосходство… Он ухмыльнулся, откровенно желанно разглядывая ее, обжигая страстью, как огнем…

Джек тоже смотрел на Элли, но его восхищение смешивалось с тревогой и недовольством, но все равно больше было восхищения.

Элли поцеловала Дэна и обняла Кейси и Джека.

— Привет! Какого дьявола приперлись?

Кейси расхохоталась.

— Ты забрала моего Мэттью, я что должна ночевать одна, единоличница?

Дэн кивнул.

— Аналогично. Что нам делать дома одним?

Элли кивнула на Кристиана.

— А этого зачем притащили? — с внешним недовольством проговорила она.

Кристиан уже откупоривал бутылку бурбона. Усмехнувшись, он посмотрел на Элли:

— Тут есть бурбон и первоклассные женщины! Если ты променяла Дэна на своего дружка, то это не значит, что я хочу ночевать с ним.

— Тем более, что Кристиан опять облажался. — сказал Дэн, недовольно глянув на брата.

Элли сочувственно посмотрела на него и с любопытством и внутренним жжением спросила:

— Что опять стряслось?

Джек подошел к ней, закуривая.

— Ерунда. Джузеппе послал нас стрясти деньги с одного должника… Теперь его обгорелый труп найдут в сожженной машине на окраине города, а сто тысяч долларов Кристиан, наверное, возместит из своей зарплаты.

Элли удивленно посмотрела на Кристиана, который невозмутимо курил и пил бурбон.

— Да расслабьтесь, — сказал он Дэну и Джеку с ухмылкой, — пойдете к боссу и скажете, что это я, вам как будто впервой! Этот парень был подонком, когда мы пришли, он попытался выстрелить мне в спину! А ведь мы еще даже не начали истязать его пытками! Короче, он это заслужил.

И Кристиан с довольной улыбкой и металлическим блеском в глазах сделал глоток из бокала.

Элли, Мэттью и Кейси выразительно переглянулись и Кейси сказала:

— Ничего нового. За этой потрясной внешностью кроется ужасный человек.

— Не такая уж у него и потрясная… — начал было Мэттью, но Кейси приложила палец ему к губам и зашикала.

Элли пожала плечами.

— Ну ладно, развлекайтесь! Мэттью, танцевать! — весело приказала она, но ее с обеих сторон перехватили Дэн и Джек.

— Ты что, собираешься с ним всю ночь танцевать? — ревниво спросил Дэн.

— Эй! В таком виде я тебя не пущу! Ты в курсе, что когда он тебя подкидывает, твоя юбка задирается… — начал возмущенно Джек, но Элли подняла руку, останавливая его.

— Так, стоп! Зачем вы вообще приехали, я же говорила… ну ладно. — Элли раздраженно выдохнула. — Дэн, я обещала Мэттью все танцы, кроме одного медленного, так что да, я собираюсь всю ночь танцевать с ним. Джек. — Элли перевела взгляд на брата и задрала юбку, обнажив миниатюрные танцевальные шортики такого же, как платье, персикового цвета из эластичного материала. — Ты об этом? Расслабься, это не нижнее белье, а танцевальные шорты. Но даже если бы это были трусики… — Элли прищурилась и опустила подол, глядя на возмущенного и ошарашенного Джека. — Думаю, не тебе пришлось бы об этом волноваться. Все, теряем драгоценное время.

Она обняла Мэттью за шею и позволила себя увести.

Последующие несколько часов все веселились. Элли танцевала с Мэттью и, как и раньше, была центром мира, Дэн танцевал с Кейси, и им явно было весело, но Элли не испытывала ревности, в отличие от Мэтта. Джек и Кристиан тут же обзавелись девушками, при чем Элли видела, что девушки периодически исчезали и появлялись другие, видела, как женщины всего зала смотрели на них и видела, как обаятельно и горячо они обращались с ними. Иногда Элли видела, как огненно Кристиан танцевал с девушкой, как страстно смотрел на нее, как что-то шептал ей на ушко, как грубо, но горячо обнимал за талию, и у любой женщины, оказавшейся в его объятиях, лицо сияло от эйфории и влюбленности, она верила, что одна единственная такая…

Элли чаще, чем нужно, смотрела на него и корила себя за то, что не может игнорировать его присутствие, в то время, как он даже не замечал ее, развлекаясь с другими.

Немного устав, Элли и Мэтт плюхнулись за стойку и выпили по коктейлю на брудершафт, держась в рамках приличия. В этот момент подошли веселые Дэн и Кейси:

— Подруга, твой парень — отличный кавалер! — кокетливо с улыбкой проговорила Кейси. — С ним так весело!

Элли услышала явный подтекст в ее словах с намеком на ее увлечение не тем парнем и ухмыльнулась.

— Твой парень, Сиси, тоже шикарен! Я бы танцевала с ним всю жизнь, если бы не Дэн.

Дэн и Мэттью переглянулись, понимая, что девчонки подкалывают друг друга, и рассмеялись. Дэн обнял Элли, и она утонула в его влюбленных и нежных глазах… Но черт возьми, краем глаза она заметила Кристиана, опускающегося на стул позади Дэна и весело что-то обсуждавшего с Джеком и бутылкой дорогущего бурбона… Собрав себя воедино, Элли сконцентрировалась на Дэне и на своих чувствах к нему.

— Ты чудесно выглядишь. — серьезно сказал он. — И танцуешь потрясно… Но я все равно тревожусь за тебя. Ты должна быть аккуратнее.

Элли улыбнулась, и Дэн поцеловал ее. Она таяла от его горячих и нежных губ, но вдруг ощутила, что он смотрит… Поцеловавшись, Элли открыла глаза и увидела взгляд Кристиана, горящий, насмешливый, ядовитый и невероятно страстный и жгучий. Она покраснела, и Дэн все заметил. Он повернулся и посмотрел на брата ледяным и жестким взглядом. Кристиан легко и открыто выдержал его взгляд, излучая не меньшую силу и превосходство, и триумфально улыбнулся.

Внутри Элли все рухнуло… Она пропала. Она видела это по их глазам. Дэн ничего не сказал, но только проницательно посмотрел на Элли. В этот момент заиграла медленная мелодия. Мэттью улыбнулся Элли:

— Ты не против? Один медляк для Кейси.

Элли улыбнулась и шутливо расстроилась.

— Ну конечно, мне очень жаль! Но что поделаешь??

Они рассмеялись, и Мэттью увел Кейси в толпу обнимающихся парочек. Элли взяла за руку Дэна, но тут зазвонил его телефон. Дэн нахмурено глянул на дисплей и виновато посмотрел на Элли:

— Прости, это Джузеппе, я должен ответить.

И он вышел из зала.

Элли расстроенно положила локти на стойку. Она медленно, но верно, все портила, и даже сейчас единственная попытка все вернуть не удалась, а больше медленных танцев со свободным выбором партнера не будет, она обещала Мэтту…

За первых полминуты песни к ней подошло пять человек с приглашением на танец, но она с грустной улыбкой всем отказывала. И вот неожиданно она услышала сзади:

— Идем танцевать, выпендрежница.

Внутри нее все вспыхнуло. Она обернулась. Кристиан стоял около нее в нахально-самоуверенной позе, сунув руки в карманы джинсов и глядя на нее фирменным, обаятельным и сжигающим до черного пепла взглядом. Она покраснела и раздраженно проговорила:

— Я отказала пяти парням до тебя, с чего ты решил, что я пойду с тобой?

Кристиан саркастично пожал плечами и проговорил:

— Наверно потому, что это единственный медляк, который ты можешь станцевать не с тем всклокоченным парнем, а с Дэном, но моего брата здесь нет, так что ты пойдешь со мной.

Элли снова поразилась его наглости и самоуверенности и возмущенно рассмеялась:

— Ни за что! Я с тобой не пойду, даже если этот потолок рухнет мне на голову или тысяча гиппопотамов пройдут колонну…

Она не успела договорить. Кристиан схватил ее за руку, легко и довольно грубо сдернул на пол и потащил на танцпол. Резко развернув Элли к себе, он притянул ее в свои объятия, и его невероятно горячие руки оказались на ее талии… Элли еще сердилась на него за его грубость, но это сексуальное тело, этот жар, исходящий от него, эти руки, обжигающие ее кожу и волна силы, обаяния, страсти… Она утонула с головой в его сиянии и мужественности, в его горящих глазах…

— Ты совсем не умеешь обращаться с женщинами! — все еще злясь, проговорила Элли. — Кто же так приглашает на танец?

Кристиан ухмыльнулся и, наклонившись к ее уху, страстно прошептал:

— Я приглашал нормально, принцесса, но ты испытывала мое терпение!

Элли прищурилась.

— Ха! Ты в курсе, что мы не всегда получаем то, что хотим?

Кристиан насмешливо улыбнулся.

— Да? Со мной такого никогда не было.

— Неужели? А если я уйду прямо сейчас? — злобно прошипела Элли.

Кристиан и глазом не моргнул. Он грубо прижал ее к своему горячему, сильному телу, так что Элли чуть не задохнулась от страсти, нахлынувшей на нее, и прошептал ей на ухо, продолжая и дальше истязать ее самообладание:

— Уходи. Я не заплачу. Только ты сама не хочешь этого.

Элли снова возмущенно и раздраженно выдохнула, но ее кровь так кипела от страсти и внутреннего огня, от того, что ее невообразимо тянуло к нему, что она вспыхнула, понимая, что злится на себя за то, что он прав. Ее охватило чувство борьбы с ним и желание опустить его на землю, поэтому она игриво и гневно улыбнулась и проговорила, глядя в его синие глаза:

— Откуда ты можешь знать, чего я хочу? Может быть я пошла с тобой, чтобы заставить Дэна ревновать? Или позлить Джека? Или от скуки? Или чтобы сыграть с тобой в игру под названием «я тобой очарована, как и миллионы до меня»? Прости, но ты эгоистичный придурок.

И она ушла обратно к стойке, куда уже вернулся Дэн, обняла его и поцеловала, отчего-то чувствуя дикую боль в душе и страх перед необъяснимой для себя потерей.

Глава 31

Наступало утро. Дэн вез Элли и Джека домой на «Мустанге». Элли сидела впереди, закинув ноги, которые ужасно ныли от усталости, на приборную панель авто и, прислонив голову к стеклу, практически дремала. Джек же не стеснялся, откровенно погрузившись в сон в очаровательной позе морской звезды на заднем сиденье, но даже в царстве Морфея крепко держа за горлышко бутылку недопитого бурбона.

Дэн был трезв и как обычно, не изменяя своей манере, был серьезен и непроницаемо молчал. В какой-то момент он посмотрел на сонную Элли и вдруг спросил:

— Что происходит между тобой и Кристианом?

Элли чуть не подпрыгнула от неожиданности, резко очнувшись и ощутив, будто ее окунули в таз с ледяной водой. Она дико боялась этого разговора, потому что понимала, что соврать Дэну невозможно, он умен и проницателен, да к тому же, она и сама не хотела этого… Покраснев от стыда и взглянув в ревнивые, наполненные болью глаза Дэна, Элли тихо проговорила:

— О чем ты, Дэн? Ты и сам знаешь, что он провоцирует меня на разные гадости.

Дэн ухмыльнулся.

— Мой брат влюблен в тебя, это факт. И ты достаточно умна, чтобы понять это.

Внутри Элли как будто взорвался вулкан. Она не могла в это поверить, это не может быть! Ужаснее всего было то, что ей об этом говорит Дэн, ее любимый, а она при этом чувствует свою вину, но все равно радуется его словам!

Элли нахмурилась.

— Что за глупости, Дэн? Твой брат — бесчувственное чудовище, безжалостный убийца, который во всем мире любит только себя самого, не считая убийств, беспорядочной половой жизни и бурбона! Прошу тебя, не думай об этом, это просто ревность.

Элли сжала кулаки, понимая, что разговор не окончен, и как же ей было стыдно за свои поступки, чувства, за то, что она делала Дэну больно!

Дэн серьезно посмотрел на нее и затормозил на светофоре.

— Элли, прошу, скажи мне правду. Тебе он нравится?

Элли вздрогнула и покраснела. В ее груди повисла свинцовая тяжесть, и она с трудом выговорила:

— Я… я не знаю, Дэн. Но я точно уверена в одном — я люблю тебя.

Дэн улыбнулся и проницательно посмотрел на нее. Затем задумчиво проговорил:

— Тебе нужно время… да? Разобраться в своих чувствах к нему и ко мне?

Элли благодарно посмотрела на него.

— Да… кажется. Но мне все равно думается, что ты ошибся насчет Кристиана.

Дэн покачал головой.

— Мы разные, но он все равно мой родной брат. Я хорошо знаю его, и он действительно дьявол во плоти… Но у него есть чувства.

Элли выдохнула и обхватила себя руками. Затем она посмотрела на Дэна и нежно дотронулась до его сильной руки, глядя на его красивый профиль, мужественные плечи, видя, как ему нелегко, но благородство в нем и есть его внутренняя сила… Она улыбнулась, ощущая свою любовь и нежность:

— Дэн. Прошу тебя, поверь мне — я действительно люблю тебя, я полюбила тебя с первого дня нашей встречи, ты столько раз спасал меня, и я рисковала жизнью ради тебя! Но пожалуйста, не говори мне о Кристиане, потому что…

— Потому что ты не понимаешь, что к нему чувствуешь. — закончил Дэн, и взял Элли за руку. — Элли, я тоже люблю тебя, я готов ради тебя на все, но ты должна сделать выбор. Нельзя оставлять все как есть, это не игра. Я не злюсь на то, что ты очарована им, все женщины всегда выбирали его, но тебе нужно расставить все точки над «и», конечное решение только за тобой.

Элли не верила своим ушам. Как можно быть настолько благородным и добрым? Он не разозлился, не устроил скандал, не кричал на нее, не грозился убить его или ее… Он просто ждал ее решения и любил…

— Как ты можешь быть таким идеальным? — шепнула с улыбкой Элли.

Дэн с горечью усмехнулся и затормозил около их дома. Дотащив Джека до кровати, Дэн поцеловал Элли в лоб и ушел, а девушка легла в свою кровать и расплакалась.

Глава 32

Настал самый трепетный момент в жизни Элли. День ее первой после болезни и восстановления смены в баре «Иглы». В своей неизменной черной майке, спортивных штанах и кроссовках, Элли вошла в заново отремонтированный бар и, продираясь через толпы клиентов, прошла к барной стойке. Джо просиял, увидев ее, и тут же подлетел и поцеловал Элли в щеку:

— Элли! Неужели это ты? Ты зашла просто так? Как твоя нога?

Элли захохотала.

— Джо! Столько вопросов, с чего же начать? Нога — в порядке, это все та же я, а зашла, потому что у меня сегодня смена.

Джо расширил глаза от восторга.

— Правда?? Будешь танцевать??

— Да.

— Ух ты!! Супер!! А то посетители уже грозятся убить меня, если я не верну тебя обратно!

Элли рассмеялась и посмотрела наверх, на окна кабинета Джузеппе. Она разглядела его силуэт, огонек сигары и почувствовала его взгляд на себе… Джо проследил за ее глазами и наклонился на стойку, заговорщически прошептав:

— Эл, а это правда, что босс предложил тебе работу… темного характера?

Элли посмотрела на него удивленными глазами?

— Откуда знаешь?

— Сесилия Монтерезо сказала. Ты слышала, что она давно мечтает о таком предложении?? Теперь она завидует тебе еще больше и говорит, что ты околдовала босса своими… формами.

Элли расхохоталась.

— Час от часу не легче! Если бы Сесилия знала, через что мне пришлось пройти, то поняла бы, что формы тут не играют вообще никакой роли…

В этот момент в зале появилась Сесилия и, увидев Элли, завистливо прищурилась и крикнула:

— Наконец-то, Купер! Дуй переодеваться, у тебя выход через десять минут. Лишь бы у бара прохлаждаться, а кто работать будет?

Элли радостно подмигнула Джо и бросилась в гримерную.

И снова это невероятное чувство полета! Такой родной холодный, металлический шест, и такая разгоряченная от страсти и огня кожа… Элли забыла обо всем: забыла о том, что с ней было, о Бао, о японцах, о преступниках, о своих сумбурных чувствах к Дэну и Кристиану, забыла о своей ноге и летала вокруг шеста, чувствуя свою невероятную сексуальность, дерзость, эротичность, ощущая красоту своего тела, гибкой спины, стройных ножек, тонкой талии, пухлой груди… Элли знала, какие воздушные и блестящие ее длинные черные волосы, какие яркие и сияющие страстным блеском ее зеленые глаза и ощущала необыкновенный триумф, апогей своей собственной жизни…

Она действительно была необычайно притягательна, эротична и красива в черном, из тонкого шелка, платье, украшенном кружевами в районе лифа, великолепно струящимся по ее фигуре и открывающим ножки в черных кружевных чулках с черными стрелками, в черных из лайкры перчатках до локтя с отрезанными пальчиками и в черных бархатных туфельках на невероятной, огромной шпильке. Волосы Элли были распущены, а под платьем в разных пикантных позах на шесте можно было увидеть шелковое блестящее, нижнее белье для танцев (расшитый лифчик и танцевальные шортики). Образ страстной покорительницы мужских сердец довершала ярко алая помада и чудесный выразительный макияж.

Она намеревалась покорить всех в зале, завоевать любовь публики и очаровать каждого… И ей это удалось. Преступники разных уровней, от новичков (молодых и самоуверенных), до главарей бандитских группировок (средних и старших лет), а так же обычные посетители бара не сводили с нее глаз, сходя с ума от ее огня и вызывая ее еще и еще, поднимали шум, когда выходили другие танцовщицы, ругая весь свет браными словами. Элли вспомнила себя, вспомнила, как два месяца назад она также срывала аплодисменты, кружила головы посетителям и как считала, что так будет всегда, даже не представляя, что судьба может преподнести ей такой нелегкий урок.

И конечно, она не предполагала такого успеха. В ней что-то изменилось, и они это замечали. Перед ними теперь танцевала не милая девчонка, а страстная и уверенная в себе женщина… Элли поняла это уже гораздо позже.

Она видела в зале брата, с гордостью улыбающегося ей и не забывающего вести свою любовную игру со всеми официантками, а около полуночи из кабинета Джузеппе спустились Дэн и Кристиан и, спокойно что-то обсуждая, сели у бара и заказали бурбон. Элли видела их лица, и ей было странно, что они могут вот так разговаривать, не смотря на то, что девушка одного из них призналась, что испытывает нечто к другому…

Они смотрели, как она танцевала, Элли видела их глаза, чувствовала их энергию на расстоянии, понимала их мысли… Дэн смотрел восхищенно и нежно, изучал любовным взглядом каждый изгиб ее тела, горя огнем и страстью, но скрытыми внутри его серьезной и спокойной оболочки…

Кристиан же откровенно пожирал ее взглядом и сиял такой бешеной страстью, что, видимо, сам понимал, что не сможет справиться с ней… От него исходила сила, мужество, брутальность, холодное бесстрашие, но хуже всего было то, что Элли ощущала дьявольское пламя его глаз, откровенно ласкавших ее фигуру…

Внутри девушки все разрывалось, и она закрыла глаза, чтобы не видеть их, не чувствовать, потому что она до сих пор не знала…

Когда публика, наконец, отпустила уставшую, но счастливую Элли за кулисы, девушка с облегчением упала на стул в гримерной, закинув ноющие ноги на трюмо, и принялась медленно раздеваться, желая скорее перебраться в свою удобную одежду и обувь. Она скинула туфли и аккуратно стала снимать чулки, как в этот момент дверь резко отворилась. Элли вздрогнула. Она уже знала, что это он.

На пороге действительно стоял Кристиан. Увидев, что делает Элли, он улыбнулся, горячо глядя на ее ноги, и вошел, заперев за собой дверь.

Элли запаниковала внутри себя, почувствовав, как ее сносит волной чувств и разнообразных эмоций, и ей стало невообразимо душно, захотелось убежать, но не оставаться с ним наедине… Она попыталась собрать все клетки в своей голове в единый мозг и возмущенно проговорила:

— Тебя не учили стучать? А если бы я была голая?

Кристиан ядовито усмехнулся и с сарказмом сказал:

— То есть ты называешь свое неглиже одеждой? В зале каждый может рассказать подробности твоего нижнего белья, так что…

Элли гневно прищурилась и проговорила:

— Отвернись. Мне надо переодеться.

Кристиан повернулся спиной, и Элли скинула с себя платье. Меняя лифчик, она спросила:

— Зачем ты пришел?

— Ты сегодня отлично танцевала. — сказал он.

Элли со скоростью света натянула майку и штаны, запихивая ноги в кроссовки.

— Да? А мне показалось, что как-то не очень. — с замиранием сердца спросила она, не чувствуя ног под собой от волнения. Она знала, к чему он клонит, она боялась этого больше жизни, боялась, что ей снесет крышу, а Кристиану будет все равно…

— Тебя вызывали на бис четыре раза. — услышала она, завязывая шнурки, и вдруг совсем рядом с собой:

— За тобой должок.

Она медленно поднялась. Все ее тело как будто пронзил огонь, сердце забилось быстрее, кровь вскипела… Она обернулась… Он стоял рядом с ней, его глаза излучали невероятный триумф, огонь, желание, синий лед… Элли не могла говорить, не могла дышать, как вдруг… Он страстно поцеловал ее… в щеку, и это было сказочно! Элли ощутила его горячие губы на своей коже, его страстное дыхание, и вдруг он опустился ниже, поцеловав ее в шею… Так игриво, так желанно, что от его притяжения и мужской энергии Элли взлетела до небес от блаженства… Но через секунду образ Дэна вспыхнул перед ее глазами, и она очнулась от чувства невероятной вины и стыда… Отбежав от него, Элли, не замечая своих движений, взялась рукой за то место на шее, которое еще жгло от его поцелуя, и, дрожа всем телом, прошептала:

— Что ты наделал?

Подхватив сумку, Элли стремительно вылетела из гримерной.

Глава 33

Последующие две недели выдались у Элли очень насыщенными. Джузеппе стал поручать ей разную работу и перед своим первым заданием — заключить выгодную сделку с Майклом Крибсом, владельцем сети крупнейших казино в Нью-Йорке под красноречивым названием «Павлин» на покупку одного из его игорных домов по наиболее минимальной цене — Элли волновалась так, что ее зубы стучали. Но все оказалось довольно просто: Майкл выглядел потрясающе в свои пятьдесят, был живым и веселым, с превосходным чувством юмора, так что девушка мгновенно смекнула, как именно нужно общаться, чтобы очаровать его. Сделка была очень важна для Джузеппе, и у Элли все получилось. После этого она стала намного уверенней в себе и уже не волновалась так сильно.

Благодаря тому, что Джузеппе души в Элли не чает, ей удалось упросить его не отправлять ее на задания ни с Дэном, ни с Кристианом, так как из-за своих сумбурных и непонятных чувств она избегала их обоих, но это оказалось сложнее, чем она думала.

Они буквально преследовали ее на каждом шагу: Элли видела их в баре, дома, когда она ехала в институт, возвращалась из института… Элли понимала, что они оба хотят поговорить, но она была не готова сделать выбор, тем более что очень боялась ошибиться… Но еще ее откровенно смущало, что они часто были вместе, хотя нормальные люди в такой ситуации, наверное, как минимум, не общались бы…

В итоге, чтобы избавиться от их назойливых приставаний, Элли сбежала в дом Кейси и пару недель жила там спокойно. Хуже всего было то, что Джек обо всем догадался и пытался поговорить с Элли о ее чувствах, напоминая, что Дэн добр, заботлив и благороден, а Кристиан — безжалостный убийца, лицемер и самовлюбленный эгоист, для которого вся жизнь — это сплошной риск, азарт и желание во всем быть первым. Обсуждение парней с родным братом совсем смущали и раздражали Элли, она только отмахивалась от него, но его слова западали ей в душу, и она вновь думала, что Кристиан играет с ней, а Дэн страдает ни за что, и ей становилось все более противно за себя. Как быто ни было, Элли успешно сбегала от них две недели подряд, понимая, что долго так тянуть не сможет.

Стоял жаркий, летний денек. Элли была в баре, в подсобке, помогала по просьбе Джо осуществить пересчет спиртного. Она сидела на одном из ящиков с алкоголем в удлиненной фиолетовой тунике из полупрозрачной ткани, джинсовых шортах и босиком, сложив потрясающие ножки в позу лотоса и перекинув душистые волосы на одно плечо. В руках у нее был блокнот и ручка, и она сосредоточенно подсчитывала стоимость сорока бутылок виски. Джо тем временем возился среди остальных ящиков и пересчитывал количество закупленного алкоголя, бросая пылкие взгляды на очаровательную и нежную Элли, ее ножки, ее маленькие, красивые пальчики и небрежно, но очень эротично разбросанные по полу фиолетовые, в тон кофте, туфли на шпильке.

— Сорок две тысячи триста двадцать восемь долларов, Джо. — проговорила задумчиво Элли. — Это больше, чем в прошлом квартале, придется поднять цену…

Джо пожал плечами и улыбнулся.

— Или кому-то просто достанется коктейль с немного меньшим содержанием виски, чем указано в карте… Посмотрим по чаевым.

Элли расхохоталась, зная, что Джо шутит и ему действительно придется поднять цену, а это постояльцам ох как не понравится…

В этот момент дверь в подсобку отворилась, и вошел Кристиан.

Элли вздрогнула и мгновенно залилась краской… Он поймал ее, теперь ей действительно придется выкручиваться… Сердце забилось, как бешеное, кровь закипела, как вулкан, а руки задрожали… Она не могла взять себя в руки, он просто одним своим видом выводил ее из равновесия…

Кристиан развязно вошел в подсобку, сунув руки в карманы джинсов… На нем была черная, обтягивающая его идеальное тело футболка, вышеупомянутые джинсы и кроссовки. Он как всегда сиял триумфом, превосходством, уверенностью и необузданной силой притяжения, Элли не могла дышать… Он оглядел девушку игривым и дьявольски горящим страстным взглядом с ног до головы, ядовито ухмыльнулся, затем перевел взгляд на Джо, и его глаза снова зажглись ледяной безжалостностью и мужским превосходством.

— Выйди. — жестко приказал он непререкаемым тоном. Элли закатила глаза.

— Кристиан, нам не о чем разговаривать. Джо, останься.

Джо враждебно, но все так же испуганно смотрел на Кристиана, он был наслышан о его репутации, но это все равно не сломило его внутреннее желание защитить Элли… Он не шелохнулся, стиснув зубы, и Элли видела, как мелькал ужас в его карих глазах.

Кристиан язвительно прищурился, глядя на Элли, и проговорил:

— Нам есть о чем поговорить, принцесса. — он перевел гневный взгляд на Джо и уже более злобно, с оттенком угрозы проговорил:

— Так что ты сейчас выйдешь отсюда, немедленно!

— Кристиан! — возмущенно воскликнула Элли, но вдруг заговорил Джо. Его голос слегка подрагивал, звучал не очень уверенно, но Джо преодолевал себя:

— Она не хочет с тобой говорить, ты разве не слышал? Я никуда не уйду.

Кристиан подошел к нему близко, его глаза горели таким ледяным огнем безумного гнева, мужской силой и самоуверенностью, что Джо совсем струхнул под его металлическим натиском. Кристиан с нажимом проговорил, еле сдерживая себя:

— Слушай меня внимательно, бармен. Если ты сейчас же не выйдешь отсюда, то я переломаю тебе восемь пальцев, а два оставлю, любые, на твой выбор, а еще могу сломать тебе шею, и ты будешь очень весело смотреться за барной стойкой, клиенты оценят. Ты меня понял?

Джо задрожал от страха, и Элли было так приятно, что он ее защищает, но ей нужно было вмешаться немедленно. Она вскочила на ноги и встала между ними, повернувшись лицом к Кристиану и возмущенно глядя на него:

— Ты что, не в своем уме? Прекрати немедленно! Джо, дай нам пять минут.

Джо явно боролся с собой и ему очень не хотелось оставлять Элли с Кристианом, но он буркнул:

— Ладно. Но если он хоть пальцем тебя тронет…

— Он ничего мне не сделает. — нахмурено проговорила Элли, все еще глядя в синие глаза Кристиана. Тот бросил на Джо насмешливый и презрительный взгляд и жестко проговорил:

— Считаю до трех. Раз… два…

Джо быстро вышел и закрыл за собой дверь. Элли шлепнула Кристиана кулаком по плечу и раздраженно воскликнула:

— Обязательно было ему хамить? И запугивать? Он, вообще-то, единственный бармен в «Иглах».

Кристиан безразлично пожал плечами.

— Я же сказал — два пальца оставлю. Он сможет наливать бурбон.

Элли выдохнула, справляясь с раздражением и понимая, что оно не затмевает ее чувств к нему, и спокойно сказала:

— Проехали. Что тебе нужно?

Кристиан язвительно усмехнулся, и только тут Элли заметила, что у него рассечена бровь.

— Мне кажется, наш предыдущий разговор был немного… незаконченным.

Элли ощутила невероятную боль внутри, вспоминая тот божественный поцелуй и дико краснея.

— О чем же ты хочешь поговорить? О том, что я встречаюсь с твоим братом, а когда ты поцеловал меня, я не смогла вовремя остановить тебя, позволив этому мгновению длиться больше, чем нужно?

— Ты что-то чувствуешь ко мне? — откровенно спросил Кристиан. Элли тонула в его глазах, и все внутри нее отозвалось болью при звуке этого вопроса, который так долго мучал ее и рвал на кусочки.

— Какая разница? Это ведь твоя игра. Ты хотел доказать, что я плохая девчонка, и у тебя получилось. Не важно, чувствую я что-то или нет. Я идиотка. И кстати, кто это тебя так разрисовал? — с веселым любопытством спросила Элли.

Кристиан улыбнулся. Его глаза зажглись игривым огнем и весельем.

— Что, не узнаешь след кулака своего любимого?

Элли опешила и расхохоталась.

— Это Дэн врезал тебе? А за что?

— За то, что я поцеловал тебя. — невозмутимо проговорил Кристиан таким тоном, будто это само собой разумеется. Элли вытаращила глаза.

— Что-о-о??? Кто ему рассказал? Я ничего не говорила и Кейси тоже…

— Это я ему рассказал. — спокойно заявил Кристиан, закуривая сигарету.

— Но… зачем?? Ты совсем идиот??? — воскликнула Элли. В этот момент в дверь сунулась голова Джо и он боязливо спросил:

— Элли? Все в порядке?

Элли замахала ему.

— Да, да, Джо, уйди! — и голова с удивлением на лице исчезла, а Кристиан триумфально улыбнулся.

— А что такого? — спокойно спросил он. — Это же была моя инициатива, кроме того, тебе это понравилось.

Элли сокрушенно покачала головой и села на коробку, грустно взяв в руки блокнот. Она вдруг ощутила невероятную усталость от всей этой запутанной ситуации, и ей было больно.

— Это все дурацкая ошибка, и я просто маленькая, глупая дурочка, что так легко повелась на твое обаяние, как и миллионы до меня. Теперь мне предстоит жить с этим и разобраться в себе, но я уже сделала Дэну больно, а он этого не заслуживает.

Кристиан присел около нее на корточки и триумфально улыбнулся.

— Почему ты думаешь, что я играю с тобой? Разве не мой занудный брат в порыве ревности сказал тебе, что я влюблен?

Элли задохнулась от нахлынувших на нее эмоций. Она не верила своим ушам… Ее сердце билось так сильно, что она боялась того, что Кристиан может услышать его стук…

— И что? Это правда? — спросила Элли тихим голосом.

Кристиан прищурился и выдохнул дым. Он неопределенно пожал плечами и ухмыльнулся.

Элли взорвалась. Она вскочила на ноги и воскликнула, вне себя от гнева и обиды:

— Вот видишь! И ты говоришь мне, что не играешь? Вся твоя жизнь — сплошная игра! И я — просто очередной трофей, который ты хочешь украсть у своего брата, потому что ты подлый, двуличный, самовлюбленный мерзавец! А теперь запоминай — я люблю Дэна и точка! Как вообще я могла сомневаться??? — она подлетела к двери и открыла ее. — А теперь уходи, нам с Джо нужно закончить работу.

Кристиан встал и с минуту молча смотрел на нее горящими, страстными глазами. Затем он улыбнулся и нагло и уверенно вышел, так ничего и не сказав.

Элли села на ящик, еле сдерживая слезы. Внутри нее все бурлило от обиды и гнева, ее трясло от боли и невыразимой тоски. Она ничего не понимала и не хотела понимать, ей казалось, что она совершила ужасную ошибку и своими руками разрушила все, что было хорошего у нее. А ведь Джек предупреждал ее! Говорил, что такое Кристиан! Но ей казалось, что между ними есть нечто незримое, что притягивает их друг к другу, что-то такое, чему невозможно сопротивляться…

Вошел Джо и внимательно посмотрел на Элли. Затем тихо спросил:

— И как тебя угораздило, Эл? Влюбиться в такое чудовище?

Элли грустно рассмеялась.

— Все в порядке, Джо. Я уже заплатила за это, поверь мне.

Джо грустно улыбнулся и обнял Элли за плечи.

— У тебя все будет хорошо, Элли. Ты замечательная и сделаешь правильный выбор.

Элли задумалась.

— Выбор… Ты-то откуда знаешь? — воскликнула она в недоумении.

Джо усмехнулся.

— Только идиот не заметит, как они оба на тебя смотрят.

Глава 34

Когда Кейси вошла в гостиную своей квартиры, то увидела Элли, раскинувшуюся на диване и забросившую ноги в туфлях на журнальный столик, пьющую дорогой бурбон, взятый в одном из ящиков по разрешению Джо и тупо уставившуюся в телевизор, где шла какая-то передача про мир животных.

Кейси сложила руки на груди и вопросительно подняла брови. Элли перевела на нее измученный, больной взгляд и гневно воскликнула:

— Вот и объясни мне, что все это, к чертям, означает??? Сегодня я помогала Джо в подсобке бара, как вдруг заявляется Кристиан!

Кейси саркастично хмыкнула и села рядом с подругой:

— Как неожиданно! Ты прячешься уже полмесяца, и что это ему нужно???

Элли шлепнула подругу по коленке:

— Хватит издеваться! Так вот… — и она подробно пересказала их разговор, не сдерживая обиженных восклицаний или эмоций.

Кейси слушала с улыбкой, а в конце спросила:

— Ну и что тут такого? Не вижу причин для столь гневной раздражительности.

— Как??? — вскричала Элли. — Сиси, он пришел узнать о моих чувствах к нему, а когда вопрос встал о его чувствах, он промолчал! Ему надо было узнать, получилось ли завоевать сердце чужой женщины, самоутвердиться в собственных глазах! Это мерзко, и подло, и…

— Элли! — жестко воскликнула Кейси. — Он пришел узнать о твоих чувствах!!! Ты сама так сказала! Послушай себя со стороны! И что? Он узнал о них? Нет! Ты не ответила ничего определенного, так что и он поступил также — ничего тебе не сказал! Зачем ему раскрывать карты, когда он не знает, чем рискует?

Элли резко остыла. Ее сердце быстро забилось, и она на секунду задумалась.

— Так ты думаешь, он не поиздеваться приходил? — спросила она спокойным, деловым тоном.

Кейси рассмеялась.

— Подруга, я тебя умоляю! Ты же знаешь его! Если бы ему было вообще плевать, он бы никогда не пришел! Так что настало время прекратить отсиживаться в моей квартире, а уже решить для себя, с кем ты хочешь быть. Иначе, боюсь, они могут тебя не дождаться.

Элли вспыхнула и отпила бурбон. Чувство, что ее рвут на части, снова вернулось. Она сморщила нос.

— Кейси! Ты же понимаешь, я не могу выбрать! Они — братья! И такие разные! Дэн заботится обо мне, он благороден и мужественен как рыцарь, он нежный и добрый и пытается уберечь меня от беды своими предостережениями и запретами. — Элли задумалась. — А еще он шикарный любовник и готов ради меня на все.

Кейси улыбнулась.

— И какая жизнь ждет тебя, если ты выберешь его?

Элли задумалась.

— Ну… Я думаю, что буду жить как за каменной стеной, моя жизнь никогда не будет в опасности, у нас будет чудесная тихая семья и свой дом вдали от приключений и риска… У меня будет все, что я пожелаю, я буду счастлива, ведь я точно знаю, что люблю его, а он — меня.

Кейси хмыкнула.

— Ладно. А что Кристиан?

— Кристиан… — Элли нахмурилась. — Он грубый, жестокий, злой и хладнокровный, он убийца, чудовище… но… Внутри него живая энергия, ее так много и она настолько импульсивна и непредсказуема, что никогда не знаешь, что он сделает в следующую секунду, не говоря уже о завтрашнем дне… Он не умеет жить спокойно, ему нужен риск, драйв, адреналин, он безумен и неадекватен, и… видит меня насквозь. — Элли посмотрела на Кейси. — Он силен, горяч, сексуален, а его обаяние не оставляет выбора. Он красив, но саркастичен и зол, и что-то необыкновенное горит в его синих глазах, какая-то необузданная страсть…

Кейси хитро подмигнула.

— Подробная характеристика! И какая жизнь, по-твоему, ждет тебя с ним?

Элли задумалась.

— Я не знаю… Непредсказуемая? Опасная? Импульсивная?.. На одном дыхании… — уже тихо пробормотала Элли. — Но Кейси… Мне страшно, понимаешь? Я совсем не знаю Кристиана, не понимаю, о чем он думает, и не имею представления о том, что он чувствует ко мне! И если я выберу чокнутую жизнь, то все это может оказаться игрой, и я потеряю Дэна навсегда и буду мучиться от неразделенной любви к Кристиану! А Дэн… он уже любит меня! И будет оберегать до конца наших дней!

Кейси взяла бутылку из ее рук, налив себе бокал.

— Все это на самом деле не важно, подруга. Важно то, что именно ты чувствуешь к каждому из них. Представь себя в тюрьме. С тобой это уже было. Кого из них ты будешь ждать? Кто тебя вытащит? И кого ты хочешь видеть рядом? Не думай, а расслабься. Первый, кто придет тебе в голову, и есть твой единственный. Завтра вечером ты поедешь в поместье и объяснишься с ними обоими. — строго закончила Кейси.

Элли с горечью хмыкнула.

— Легко сказать! Хотя, насчет тюрьмы… В этом что-то есть.

— Подумай на досуге, хватит уже мучать бедных парней! И освободи хотя бы одного красавчика! — крикнула Кейси, уходя в свою комнату и оставляя Элли дальше страдать от своих мрачных мыслей.

Глава 35

Весь следующий день Элли слонялась по квартире Кейси и практически не разговаривала. Она уже передумала на тысячу лет вперед, лежа всю ночь и разглядывая потолок спальни, но к единому мнению так и не пришла. Она знала, что если бы была в тюрьме, то мечтала бы о сумасшедшем спасении и притягательной улыбке Кристиана, ведь это его образ помог Элли выжить в доме Бао, это он спас ее из небоскреба Токио, он был рядом, когда в ее жизни наступали тяжелые переломные моменты, он всегда знал, как ей помочь… Но она не могла забыть его презрительный взгляд, его вечную насмешку над ней, отношение как к маленькой, надоедливой девчонке… И почему все решили, что он в нее влюблен? Он ни разу не заставил ее думать так, ни одним поступком не обнаружив своих чувств. Это всего лишь домыслы Кейси и Дэна, которые видели ее рядом с ним чаще, чем любую другую женщину, но это всего лишь совпадение…

Что если она выберет его? А он все это время просто играл с ней? И у него нет никаких особых чувств? Значит Элли совершит страшную ошибку, ведь Дэн, которого она любит, тоже больше никогда не будет с ней… Да и она сама никогда не посмеет даже заикнуться о том, чтобы вернуться к нему после всего, что сама натворила, и чему стала причиной…

А если не мучиться и оставить все, как есть? У них с Дэном любовь, он заботится о ней, его глаза горят восхищением при виде ее… Элли вспоминала их ночи, его руки и ласки и вопрос казался решеным, но… Он не дает ей свободы, запрещает делать то, что она хочет, слишком беспокоясь о ней… А она хочет риска, приключений и безрассудных решений, которые спонтанно приходят ей в голову!

Что же делать?

Был практически вечер. На Элли было красивое голубое платье с разлетающейся юбкой от талии до колена, завязывающееся на шее, ее волосы были распущены, а на лице нанесен очаровательный вечерний макияж и алая помада. Девушка сидела на диване в гостиной, вытянув вперед свои потрясающие ноги, и жевала попкорн, мрачно глядя в телевизор, где показывали «Звездные войны». Рядом в развязной позе сидел Мэттью с растрепанной шевелюрой, в футболке и джинсах и с тем же выражением мрачности на лице.

Не глядя на Элли, он проговорил:

— Что-то ты вырядилась сегодня. Неужели у тебя свидание?

Элли услышала сарказм в его голосе и хмыкнула:

— О да. Двойное. Сначала с Дэном, потом с Кристианом. Я обещала Кейси порвать с одним из них. Кстати, ты случайно не знаешь, кого мне выбрать?

Мэттью весело посмотрел на нее.

— Эл! Но ведь ты сама знаешь! Тебе не нужен ничей дурацкий совет!

— Но… если бы я знала, разве я бы мучилась в догадках? Ты такой смешной! — Элли рассмеялась.

Мэттью удивленно посмотрел на нее.

— Я тебя не узнаю, Эл! Ты же лучший танцор из всех, кого я знаю! Ты выберешь того, кто дает тебе свободу полета! С кем ты чувствуешь себя настоящей, и кто дает тебе то, что нужно, чтобы гореть так, как ты горишь! Для кого ты танцуешь? Кто заставляет твою кровь кипеть, а тебя — превращаться в страстную обольстительницу? Даже идиот не заметит в тебе желание влюбить в себя этого человека. И ты знаешь, о ком я говорю.

Элли как будто ударили тяжелым предметом. Все вдруг стало так просто и понятно! Как же она раньше не замечала этого? И теперь будь что будет, она пойдет на риск и ей не важно, как все закончится. Главное — она поступит по совести.

— Поверить не могу! И ты все это время был здесь, с ответом на мой главный вопрос в своей голове!!! — захохотала Элли и, сияя от счастья, поцеловала Мэттью в щеку. — Какое счастье, что у меня есть ты! Так, стоп. А что у вас с Кейси?

Мэттью хмыкнул.

— Две минуты — и ты уже решила проблему своей личной жизни и переключилась на мою? Ответ — ничего, ты и сама знаешь, она динамит меня, как и раньше. Думаю, что просто не любит. — грустно добавил он.

— Не любит?!? — воскликнула Элли. — Ты живешь у нее дома! Она везде таскается с тобой! Она заигрывает с другими парнями только ради того, чтобы поддразнить тебя! Знаешь, что? — Элли встала. — Сегодня день благородного риска, и если я сделаю это, то ты точно не побоишься рискнуть! Идем!

Элли схватила ошарашенного Мэттью за руку и потащила к ванной комнате, где Кейси принимала душ и что-то мелодично напевала. Элли постучала:

— Кейси! Открой, я забыла свои духи на полочке!

Мотивчик не прервался, но раздался звук открывающегося замка. Элли посмотрела на Мэттью. Тот испуганно вытаращил глаза:

— Нет! Нет-нет-нет-нет…

— Да. Да. Да. — настойчиво и с нажимом проговорила Элли и, открыв дверь, втащила его за собой.

Кейси принимала душ за цветастой шторкой и сквозь влажный, горячий пар и полупрозрачную клеенчатую ткань был виден ее стройный силуэт. Мэттью потерял дар речи, глядя на ее фигуру восторженным, мальчишеским взором. Элли улыбнулась.

— Время пришло, Кейси! — громко и весело воскликнула она и отдернула шторку.

Кейси резко повернулась и, увидев Мэттью, завизжала, пытаясь прикрыть наготу руками, но затем вспомнила о шторке и быстро задернула ее. Мэттью был так ошеломлен, что в начале, при виде голой Кейси, просто вытаращил глаза, а затем, опомнившись, попытался отвернуться, но было уже поздно, на его щеках горел страстный румянец…

Элли захохотала, а Кейси закричала, вне себя от гнева:

— Элли, черт бы тебя побрал, ты что, совсем свихнулась??? Ты разве не знала, что люди моются голыми??? За каким хреном ты его сюда притащила?? Ох, вот выйду, попадись мне только!!!..

— Кейси, Кейси, прости, я ничего не видел, ничего, только маленький кусочек, и то… — затараторил виноватым голосом Мэтт, а Элли рассмеялась и закатила глаза.

— Я тут подумала, подруга, ты заставила меня принять очень важное для себя решение… И было бы как-то невежливо не отплатить тебе тем же. — Элли закинула на перекладину, с которой свисала шторка, полотенце и добавила:

— Выходи. Мы тебя ждем.

— Клянусь, я убью тебя, Элли, ты чокнутая! — ворчала Кейси, оборачиваясь в полотенце.

Мэттью ждал ее и заметно нервничал, стоя спиной к ванной. Кейси отдернула штору и, бросив метающий искры взгляд на хихикающую Элли, подошла к Мэттью и тронула его за плечо. Он обернулся. Увидев нежно улыбающуюся Кейси в коротеньком полотенце с мокрыми, растрепанными локонами, он не мог скрыть восхищения и влюбленности. Его глаза загорелись пламенем страсти, повисла пауза, они смотрели друг на друга… И он проговорил:

— Ты такая красивая…

Сиси счастливо улыбнулась, и Мэтт резко притянул ее к себе и поцеловал.

Элли счастливо запрыгала и закричала от радости:

— Ура!!! Наконец-то!! Как долго я этого ждала!! А сейчас — мне пора, а то если приеду слишком веселой рвать отношения, то могут заподозрить роман на стороне! Всем пока! Ночевать не приду!

И она рванула в коридор, сияя от радости. Пока она надевала голубые, лакированные туфельки в тон платью, из ванной вышли сияющие Кейси и Мэттью и, держась за руки, все время бросая друг на друга пылкие взгляды, вошли в прихожую.

— Подожди, так ты уже решила? — удивленно спросила Кейси.

Элли подмигнула ей.

— Да. Твой замечательный парень помог мне в этом. — хитро подмигнула она. Кейси улыбнулась и посмотрела на Мэттью.

— Как это у тебя получилось? Где ты раньше был со своими советами?

Мэттью рассмеялся.

— Элли сказала то же самое. Но ведь ответ на ее вопрос так очевиден. Из чего тут выбирать?

Элли хитро усмехнулась.

— Ладно, обсудите это в спальне… Мне пора! Чао!! — и она вылетела из квартиры.

Глава 36

Элли взяла маленькую красную «Тойоту» Сиси и двинулась на ней в поместье Ван дер Билдов. Ее всю трясло от страха и волнения, руки и ноги так дрожали, что не слушались ее, а все тело гудело, как ураган. Сейчас решится ее судьба. Быть ей счастливой или несчастной, получить все или ничего… Но что бы ни было, она знала — то чувство, что внутри нее, прекрасно, и да, она будет сильно страдать в случае негативного исхода, будет болеть, тосковать… Но если он будет счастлив, она сможет смириться с этим.

Она затормозила у входа в особняк. Бросив машину как попало, Элли вышла и с замиранием сердца посмотрела на окна дома: в спальнях Дэна и Кристиана горел свет, но она и так знала, что они здесь. Джек говорил ей, что сегодня свободный вечер.

Входная дверь была не заперта. Элли не ощущала ног, ее сознание плыло, как в тумане. Она вошла в дом. Прихожая и гостиная были пусты. Элли глубоко вздохнула и двинулась на кухню. Медленно подойдя к окну, она сложила руки на груди, глядя на деревья во дворе, и стала вспоминать… События, происходившие здесь, были для нее волнительными и приятными. Их образы мелькали у нее перед глазами…

Она услышала шаги на лестнице. Элли закрыла глаза. Волнение сводило ее с ума, дрожь била тело, но она смогла почувствовать… ощутить две пары глаз, смотрящих на нее. Она отдельно чувствовала нежный и восхищенный взгляд, ласкающий ее ножки, спину, волосы… Это был Дэн… И другой… искрящийся, огненный, желанный и сияющий, обаятельный и притягательный… Это был Кристиан. Элли едва заметно выдохнула и повернулась.

Дэн стоял у стола, сложив руки на груди, а Кристиан был у входа в кухню, развязно сунув руки в карманы брюк. Элли видела, как они оба красивы, как сексуальны: Дэн прекрасно выглядел в обтягивающей футболке и джинсах с модными кроссовками, а Кристиан как всегда искрил обаянием в белой рубашке, черных брюках и туфлях.

— Элли? Ты пришла ко мне? Или к нему? — спросил спокойно Дэн, а Кристиан триумфально улыбнулся.

Элли еле перевела дыхание. Так трудно ей никогда не было.

— Я пришла поговорить с вами обоими. — спокойным голосом проговорила она. Подойдя к Дэну, она взяла его за руку. — Идем?

Дэн кивнул, и они поднялись в его спальню. Войдя, Элли закрыла дверь, а Дэн сел на кровать и закурил. Его глаза проницательно смотрели на Элли, и в них отражалась невероятная грусть и всепоглощающая боль… Элли испытала невероятное чувство вины и стыда… Она видела, что он обо всем догадывается. Усевшись рядом с ним, Элли тихо начала:

— Дэн. Я люблю тебя, видит Бог. Я помню каждое мгновение, проведенное с тобой, и это было счастьем для меня. Я люблю твою сдержанность, твое мужество, силу, благородство. Люблю твою заботу и нежность, самоотверженность и внутреннюю страсть…

— Но ты выбираешь его. — грустно улыбнувшись, проговорил Дэн.

Элли вдруг явственно ощутила, что плачет.

— Да… Прости… Возможно, я совершаю самую большую ошибку в своей жизни, но сердце мое тяготится без него, и я не могу отречься от своих чувств… Прошу тебя, прости меня! Я действительно была счастлива с тобой!

Дэн вдруг повернулся и посмотрел на нее сильным, уравновешенным взглядом, но Элли чувствовала скрытую боль, как будто она лежала на поверхности. Он провел своей горячей рукой по ее щеке, и Элли уже рыдала навзрыд. Он улыбнулся.

— Помнишь, когда ты спасла мне жизнь, я пообещал, что всегда буду выполнять любое твое желание? Если ты хочешь быть с моим братом, я не стану препятствовать. Если ты будешь счастлива, то я не имею права стоять у тебя на пути. Сначала мне казалось, что у нас много общего… Но Кристиан увидел тебя гораздо лучше меня, о чем я ужасно жалею. Ты раскрылась, стала самой собой, и в этом тебе помог он. К моей скорби, он подходит тебе гораздо больше, чем я, и если мы останемся вместе, пропасть между нами только увеличится, кроме того, потребность в нем будет только возрастать в твоем сердце с каждым днем. Ты во всем ищешь его, ты пытаешься доказать ему, что лучше тебя нет на земле… Но он и сам это видит. Да и к тому же, ты можешь повлиять на него, ты делаешь его лучше, в общении с тобой он больше походит на нормального человека, чем обычно. Так что, Элли, — Дэн вздохнул и посмотрел впереди себя, — ты должна быть с ним. Эти слова даются мне ужасно нелегко, и я до сих пор не могу поверить, что именно я сказал тебе все это…

Элли плакала, глядя на него, испытывая ужасное страдание от разрыва с ним, как будто часть ее сердца просто вырывают из груди.

— Дэн… Кристиан — твой брат… Я разрушила ваши отношения? Ты теперь будешь злиться на него?.. Не будешь с ним общаться? И со мной?

Дэн нахмурился.

— Если бы я мог на какое-то время уехать, чтобы заглушить в себе все свои эмоции по отношению к нему или к тебе, я бы сделал это, но это невозможно. Джузеппе никогда не даст мне отпуск. Не беспокойся. Я буду общаться и с тобой, и с ним, потому что это твой выбор, и, как я уже говорил, я его уважаю.

Элли сходила с ума от горя.

— Как ты можешь быть таким идеальным?? Ты — самый лучший, самый прекрасный во всем этом мире, все женщины мечтают о таком, как ты… А я выбираю безжалостного убийцу, самовлюбленного, властного и эгоистичного придурка вместо тебя! Что же со мной не так???

Элли вздохнула, и какое-то время они сидели молча. Элли перестала плакать и теперь просто вспоминала то счастливое время, которое она провела с ним здесь, в этой комнате…

— Я всегда буду любить тебя. — тихо сказала она и встала.

Дэн посмотрел на нее голубыми, полными боли, глазами.

— Я знаю, Элли. — слегка улыбнулся он. — Я тоже буду всегда любить тебя.

Элли двинулась к двери, на ходу вытирая слезы. Почти уже на выходе, он окликнул ее:

— Элли. — она обернулась и посмотрела на него. Дэн подошел к бару и, достав бутылку бурбона, с горечью проговорил:

— Ты ошибаешься насчет меня. Я не идеальный. Если бы я был таким, ты осталась бы со мной.

Элли снова ощутила нож, режущий ее сердце, и, в последний раз взглянув в эти серьезные, но бывшие только лишь несколько дней назад такими родными, голубые глаза, вышла.

Перед тем, как войти в комнату Кристиана, Элли охватил такой мандраж, что она пару минут просто стояла у двери, держась за ручку. Приступ панической атаки был так силен, что у девушки кружилась голова, а легкие сжались в груди, не давая ей дышать.

В этот момент дверь отворилась изнутри, и на пороге возник Кристиан. Элли вздрогнула от неожиданности, удивления и смущения… Он был так красив! Она видела его потрясающее тело, чувствовала исходящую от него мужскую брутальность, наглость, самоуверенность, превосходство… А его синие глаза… Кристиан медленно и невероятно страстно и игриво осмотрел Элли с ног до головы, так что внутри нее все снова закружилось в бешеном вихре, поднял бровь и триумфально ухмыльнулся, светясь жуткой самоуверенностью.

Элли выдохнула и вспомнила, что она буквально час назад окончательно решила для себя, что все равно рискнет, тем более теперь бояться не было смысла: пан или пропал.

Она без разрешения прошла мимо Кристиана в его комнату, воскликнув:

— Фу, какая же я трусиха! Откуда ты узнал, что я за дверью?

Кристиан спокойно запер за ней дверь, подошел к бару и налил себе бокал бурбона. Расслабленно и весело посмотрев на умирающую от волнения Элли, которая пыталась искусно скрыть его под маску безразличия, он проговорил:

— Я не знал, у меня просто началась клаустрофобия. — Элли вытаращила на него глаза, но он, сделав глоток из бокала, вдруг улыбнулся и добавил:

— Шучу! Звук твоих каблуков на каменном полу 18 века, затихший около моей двери пару минут назад, не услышат, наверное, только мертвые в саду.

Элли закатила глаза, толком не зная, шутит ли он насчет мертвых или нет, поэтому решила не обсуждать больше эту тему и окончательно попыталась успокоиться. Легко сказать! Она испытывала такой неимоверный страх и смущение от того, что она пришла сообщить ему, что ее собственный голос отказывался подчиняться.

— Ладно. Перейдем к делу. — с удивлением услышав свой решительный и деловой тон, проговорила она. — Кристиан. Я не знаю, чего именно ты добиваешься. Но готова выложить тебе, что я думаю и чувствую.

Кристиан язвительно улыбнулся и проговорил:

— Надеюсь, ты не слишком долго? У меня всего одна бутылка, не хотелось бы прерывать твой захватывающий монолог и спускаться в погреб на самом интересном месте.

Элли захлестнули старые чувства возмущения и противоборства, и она вдруг обнаружила, что это придало ей уверенности и сил. Она гневно прищурилась.

— Тебе что, мало одной бутылки и четырех литров моей крови? Ладно, слушай. Ты наглый, самоуверенный, эгоистичный, властный придурок, который считает, что может легко и безнаказанно манипулировать людьми и унижать их, когда ему вздумается. Ты безжалостный и хладнокровный, никого не жалеешь и не уважаешь, и человеческая жизнь, а тем более чужие мысли и чувства, для тебя ничего не значат. Тебе на всех плевать, кроме себя. Ты ужасен.

Кристиан пожал плечами и усмехнулся.

— Тогда беги. Выпендрежница, по-моему, тебе надо выпить. Так твоя характеристика будет еще точнее.

Элли задохнулась от обиды и отчаяния. Она подошла к нему, пылая гневом, и, взяв стакан, налила себе бурбон. Сделав глоток и закашлявшись, она воскликнула, не сдерживая злости и спуская себя с тормозов:

— Вот так всегда! Ты издеваешься и играешь с людьми, используешь их против них самих! Мне кажется, я совершаю ужасную ошибку и буду жалеть об этом до конца своей отвратительной, несчастной жизни, но я рассталась с Дэном, которого люблю!

Кристиан вдруг посерьезнел и совсем другими глазами посмотрел на Элли. Она увидела в них массу чувств, противоречивых и недоверчивых и таких притягательных, что девушка снова вспыхнула.

— И почему ты сделала это? — тихо и серьезно спросил он.

— Вот теперь мне нравится твой тон, мог бы… — заговорила Элли, но Кристиан схватил ее за плечи и жестко прервал, глядя на нее горящими глазами:

— Принцесса! Отвечай, почему ты сделала это! — жестко приказал он, и Элли пропустила удар сердца.

— Ты сам знаешь. Из-за тебя. Я не знаю, что со мной случилось и как это произошло, но чувства к тебе росли во мне с каждым днем… Я не могу встречаться с Дэном, потому что… — Элли выдохнула, сгорая от его взгляда. — Потому что люблю тебя. А теперь… вон то окно открыто? Я хочу выброситься.

Она вырвалась из его рук и подошла к окну. Кристиан молчал. Элли повернулась, глядя на него с огромным отчаянием, быстро теряя надежду на счастье. Ей жутко хотелось зарыдать, она с трудом держала себя в руках. Кристиан молча смотрел на нее, улыбаясь победной улыбкой и оглядывая ее жарким, страстным взглядом. Элли ухмыльнулась:

— Сейчас полагается что-то сказать, тупица.

Кристиан расхохотался.

— Я знаю. Просто хочу запомнить этот момент. Мне никогда еще не признавались в любви с таким безразличием на лице. И ты так мило назвала меня ошибкой…

Элли всплеснула руками, не зная, куда себя деть от горя, и воскликнула:

— Так, все! У меня была маленькая надежда, что хоть сейчас ты поймешь, как мне трудно, и не будешь издеваться… — Элли вскочила на подоконник, легко и грациозно, как будто на ней не было каблуков, и стала открывать окно.

В этот момент горячие руки сдернули ее вниз, усадив на подоконник, и… его глаза оказались совсем рядом… Элли не могла дышать от его близости, она чувствовала его силу, энергию, мужество, превосходство над ней, а его глаза горели неудержимой страстью, игривым огнем, притяжением и… насмешкой.

Он улыбнулся.

— Прежде, чем ты сделаешь это, позволь мне теперь высказать, что я о тебе думаю.

Элли не дышала, ее душа замерла, а руки похолодели… Вот он, момент истины…

— Я думаю, ты самоуверенная, наглая, упертая, настырная, ты всегда лезешь не в свое дело и до ужаса любишь спасать чью-то жизнь. Попросту говоря — ты чокнутая. — спокойно сказал он, и Элли гневно прищурилась. Кристиан ухмыльнулся, увидев это, и продолжил:

— Но я также думаю, что ты сильная, смелая, страстная и фантастически красивая, а твои ножки просто шикарны… Может быть из-за всего этого, а может из-за чего-то еще, я так чертовски сильно люблю тебя, что готов сломать шею каждому, кто подойдет к тебе ближе, чем на метр, выпендрежница.

Сердце Элли гулко забилось в груди… Она не верила своим ушам! Неужели правда? Неужели любит??? Неужели она сможет быть счастливой? Она внимательно смотрела в его глаза… и вдруг все поняла. Она ощутила снова ту связь между ними, что постоянно возникала, тот странный контакт, то притяжение… Она неожиданно заметила не насмешку, а восторг, жар, желание, не сарказм, а игривую страсть и грубое превосходство… и улыбнулась.

— Не может быть… — прошептала она.

Кристиан горячо посмотрел на ее губы. Подняв брови, он тихо проговорил:

— Могу доказать.

Он сдернул ее с подоконника и, грубо притянув к себе, поцеловал…

Это был самый волшебный поцелуй в жизни Элли! Она ощущала его силу, его мужскую брутальность, его триумф и превосходство… Он целовал ее так страстно, так желанно, так грубо и нежно, что Элли больше не контролировала себя, ее уносило в океан огня, любви, счастья…

Она прижималась к его потрясному телу, чувствовала его сильные руки, а он ласкал ее так грубо, но страстно, распаляя свой дьявольский огонь все сильнее с каждой секундой, что Элли тонула в его энергии, которая была неподвластна ему, и ей хотелось кричать от радости и восторга… Кровь кипела, сердце стучало в такт его сердцу… Кристиан легко подхватил и усадил ее на подоконник, лаская своими грубыми, сильными руками ее ножки, талию, спину, и целуя, целуя, целуя…

Но тут ее мозг на мгновение включился, и, хотя Элли сходила с ума от страсти, она положила ладонь на его великолепную грудь и отстранила его, пытаясь отдышаться.

— Стой, подожди.

Кристиан пылающими, желанными глазами смотрел на нее. Она видела, как ему сложно удерживаться… Он нетерпеливо ухмыльнулся:

— Теперь ты издеваешься, да? Что еще?

Элли закусила губу.

— Я не понимаю, как такое возможно? Я же всегда раздражала тебя! Ты смеялся надо мной, ты презирал меня, считал никчемной! И… и ты столько раз грозился убить меня! И говорил, что легко сделаешь это! Как же ты можешь любить меня после этого?

Кристиан вздохнул и ухмыльнулся.

— Ты правда не понимаешь или прикидываешься глупышкой? Я не мог относиться к тебе иначе, ты была девушкой моего брата! Я сознательно отталкивал тебя от себя, чтобы не дать своим чувствам вырваться, чтобы ничего не испортить! Дэн хоть и ужасно скучный, но все-таки единственный близкий мне человек. Как я мог позволить себе увести у него женщину, которую он любил? Я даже представить себе не мог, что между нами возникнет это… эта связь, которую я не смогу контролировать, и что ты, не смотря ни на что, все равно полюбишь меня… В общем, я рад, что мне не пришлось убивать его ради того, чтобы ты стала моей. — весело добавил он.

Элли закатила глаза.

— Но… Я же раздражала тебя в начале!

— Ну и что. Если ты не в курсе, то сейчас ты тоже…

— И ты чуть не убил меня… несколько раз! — не дав ему закончить, воскликнула Элли, хотя понимала, что это все уже не важно, он любит ее, но ей хотелось еще немного попридержать его, поиграть с ним.

— Послушай меня, Элли. — серьезно и жестко сказал Кристиан. — Я бы никогда не смог убить тебя, я врал.

— Ты говорил, что я такая же, как все, что во мне нет ничего…

— Я идиот, Элли, все, запиши все свои вопросики в свою очаровательную головку и задай мне их утром! А сейчас — хватит болтать.

Элли игриво взялась за веревочки, которые завязывали ее платье на шее, и призывно улыбнулась. Ее распирало от страсти и от того, как жарко и как нетерпеливо он смотрел на нее, но играть с Кристианом и дразнить его было невыносимо приятно… Как долго она мечтала об этом в тайне от самой себя!

— Последний вопрос. — Элли потянула веревочки на платье и развязала их, придерживая нежную голубую ткань на груди, чтобы она не спала раньше времени. Взгляд Кристиана зажегся невероятным пламенем, он огненно и так желанно смотрел на нее, что Элли заставляла себя дышать, ощущая невероятный вихрь в животе. Он нетерпеливо поднял брови:

— Ну?

— Когда все это началось? Когда ты понял, что…

— Черт возьми, Элли! — поморщился он и снова начал целовать девушку… После таких ласк она уже не могла его останавливать.

Глава 37

— Все, Кристиан, хватит! Хватит, прекрати! Я больше не могу! — хохотала Элли, лежа на шикарной кровати, свесив голову с ее края, а Кристиан огненно ласкал ее и целовал животик.

Был уже полдень, но Элли и Кристиан даже не думали спать… Эта ночь была самой восхитительной в ее жизни… О да, она, как и орда поклонниц до нее, не стала исключением в фанатическом восторге от этого парня… Но она чувствовала, что с ней он был другим. Кристиан горел, как факел, ей казалось, что ее окружает невероятный энергетический огненный шар, который не знает ни усталости, ни спокойствия… Он был невероятно груб, но сексуален, дразнил ее и играл с ней, но в то же время он любил ее так, как не любил никто и никогда… Элли сгорала от страсти и чувствовала себя так, будто она улетает в небо, так далеко ей казалась земля, другие люди, обычная жизнь… С ним все было сильнее, ярче, она не могла справиться со своими и с его эмоциями… Он давал то, чего не может дать ни один обычный мужчина на земле, даже самый сексуальный и красивый в мире…

Элли была счастлива и умирала от любви. Точнее, жила. Она вдруг ясно осознала, что не смогла бы жить дальше без него…

Он перестал целовать ее и триумфально улыбнулся.

— Хорошо. Дам тебе пять минут отдохнуть. Что будешь на завтрак? Бурбон или… бурбон?

Кристиан оделся и, накинув рубашку, по всей видимости считая, что в ней-то он уж точно прилично выглядит, подошел к бару. Элли перевернулась на живот и восхищенным, любящим взглядом посмотрела на красавца Кристиана.

— Кажется, уже пришло время обедать. — усмехнулась она, бросив быстрый взгляд на часы, и вдруг неожиданно смутилась.

Кристиан закурил и налил два бокала. Подняв брови, он подал Элли один и проговорил:

— Можем пойти на кухню, но что-то мне подсказывает, что ты боишься столкнуться с Дэном. Если хочешь, можем связать веревку и вылезти в окно.

Элли рассмеялась и сказала:

— Ты ведь понимаешь, что он сейчас чувствует? Не хватает только подкрепить его гнев и боль нашим полуголым видом.

— Так ты за веревку? — весело спросил он, а Элли шлепнула его по руке, шутливо рассердившись. Кристиан ловко и грубо перехватил ее руку и, притянув Элли к себе, горячо поцеловал. Элли растаяла, и ее кровь снова погнала с утроенной скоростью по всему телу.

— Пять минут прошло, принцесса. — страстно шепнул Кристиан, и Элли уже была готова на все ради его ласк, но вовремя собралась и села, прикрыв себя одеялом.

— Вчера вечером ты кое-что обещал мне.

— Ну, начинается. — язвительно протянул Кристиан и лег на спину, умудряясь лежа попивать бурбон.

— Кажется, в твоей речи прозвучали слова «вопросы», «запиши», «утром» … — игриво начала Элли. Кристиан посмотрел на нее синими проницательными глазами и, прищурившись, сказал:

— Ладно. Но ты мне за это заплатишь.

Элли наклонилась и нежно провела рукой по его бедру… Она буквально физически ощутила, как в нем вспыхнул огонь страсти. Она игриво и притягательно улыбнулась:

— Отлично! Обожаю платить! Всегда и всем…

— Так, ближе к делу, или замолчи. — приказал Кристиан, горячо взяв ее за ногу.

Элли улыбнулась.

— Так с чего все началось?

Кристиан внимательно посмотрел на нее.

— С той ночи, в Токио. Я был просто в шоке от того, как легко ты пошла на все те безрассудные поступки, с помощью которых мы выбрались из отеля, но при этом тебе было действительно страшно, хоть ты и очень наивно думала, что это не заметно. — он улыбнулся. — Ты выпрыгнула из окна 28 этажа. Ты полезла в канализацию. Ты… — он задумался и вдруг горячо посмотрел на нее. — Но по-настоящему я понял, что между нами что-то есть, там, в том баре, где ты танцевала… Ты заигрывала со мной.

Элли улыбнулась.

— Ты тоже играл со мной. А насчет безрассудных поступков… Я сделала все это с тобой. Ты раздражал меня и жутко злил. Мне хотелось доказать тебе, что я могу сама о себе позаботиться… И хотелось победить тебя. Но все, что было — это доверие. Я доверилась тебе и почему-то была уверена, что ты вытащишь меня, потому что ты… псих.

Кристиан расхохотался. Элли посмотрела на него.

— Ты пытался доказать мне, что я плохая девочка. И ты говорил, что я ужасно выгляжу в спортивных штанах! Ты говорил, что я танцую и тащусь от себя! Ты все время считал меня маленькой!

Кристиан сел и заглянул ей в глаза своими синими, искрящимися глазами.

— Ты плохая девочка, Элли — это факт. Мне нравилось провоцировать тебя, но разве не благодаря этому ты поняла, что тебе нужно в жизни? Ты думала, что ты хорошая и правильная, и, как настоящая школьная отличница, выбрала Дэна за его благородство и сексуальную задницу. Как только мы впервые встретились здесь, на кухне, я почувствовал в тебе то, что…

— Есть в тебе самом? — договорила Элли. Кристиан удивленно посмотрел на нее.

— Да. Ты права. Нас что-то связывало все это время, но я старался отгонять от себя эти мысли, ты же принадлежала моему брату! Но черт возьми! Ты как будто всегда была перед моими глазами! Как будто появлялась там, где я меньше всего ожидал тебя видеть, как будто тебя что-то притягивало ко мне. И я полюбил тебя. Но как ни пытался, не смог уничтожить в себе это чувство, тем более, мне казалось, что я нужен тебе, что ты тоже что-то чувствуешь. — Кристиан затушил сигарету и отпил из бокала. — А все остальное — вранье, я играл с тобой в детские игры. Насчет твоих любимых треников… — он наклонился к ее уху и горячо прошептал:

— Я считаю, что ты в них очень сексуально выглядишь. Но надо же было тебя чем-то дразнить!

Элли задохнулась от любви.

— Ах ты!.. — она не успела договорить — он поцеловал ее страстным поцелуем.

В этот момент Элли услышала звонок своего мобильного. Она разочарованно посмотрела на Кристиана, тот горячо подмигнул ей и встал, подав валяющийся среди ее разбросанных на полу вещей телефон. Элли увидела, что это видеозвонок от Кейси. Она наспех поправила волосы и ответила:

— Привет, подруга!

На экране появилась лохматая голова Кейси, и Элли увидела, что подруга тоже лежит в постели и прикрывается одеялом. Кейси хитро улыбнулась и воскликнула:

— Разорви меня дикий зверь! Это что — улыбка счастья на твоем лице?

Элли расхохоталась и посмотрела на Кристиана, слоняющегося по комнате с бутылкой бурбона. Она снова испытала прилив эйфории и таинственно улыбнулась:

— Об этом потом. Ну, рассказывай! Ты провела ночь с Мэттью? И как? Как он в постели?

— Эй! Я вообще-то здесь! — услышала Элли голос Мэтта, и его лохматая голова тоже пролезла в объектив камеры.

Элли и Кейси одновременно пожали плечами и спокойно сказали:

— Ну и что.

Сиси посмотрела на Элли и проговорила:

— Он неплох, но мне кажется, что он не старался как следует… — протянула она, и Элли услышала на заднем плане:

— Что?? Ты издеваешься?? Элли, не слушай ее! Поверить не могу! — послышался хлопок — Мэттью вышел из спальни.

— На самом деле он просто великолепен! — воскликнула Сиси и от счастья закатила глаза.

Элли рассмеялась.

— Я так и поняла! Зачем ты издеваешься над ним?

— Так это же весело! — пожала плечами Кейси.

Кристиан слушал их разговор и, снова закуривая, сказал:

— Что я слышу? Белоснежка выбрала чудовище? Блондинка, ты, кажется, ошиблась сказкой. — проговорил он с сарказмом.

Кейси вытаращила глаза.

— Что-о-о??? Элли, я что, слышу голос этого сумасшедшего маньяка Кристиана Ван дер Билда? Пожалуйста, скажи, что мне показалось! Пожалуйста, пожалуйста!

Кристиан подошел к Элли и заглянул в экран, бросив на Кейси горячий взгляд:

— О, блондиночка, симпатично выглядишь! Шикарные плечики!

Кейси закатила глаза, а Элли рассмеялась и вытолкнула Кристиана из кадра.

— Боже мой, пресвятая Дева Мария, ты сошла с ума! — захохотала Кейси. — А если он случайно убьет тебя?

— Случайно? — с насмешливой улыбкой спросил Кристиан. — Я никогда не убиваю случайно, девочка, ты путаешь понятия «безжалостный» и «тупой», блондинка. — он вышел из комнаты.

Элли посмотрела на нее счастливым взглядом.

— Сиси, он любит меня! Он никогда не причинит мне вреда, я это чувствую!

Кейси посмотрела на счастливое лицо Элли и улыбнулась.

— В душе я, конечно, надеялась, что здравый смысл возобладает, но почему-то знала, что ты выберешь его. Вы идеально подходите друг другу: оба чокнутые. Хочу знать подробности вашей ночи!

Элли только открыла рот, как в комнату вернулся Кристиан и с ходу заявил:

— Даже не думай! Она тебе подробностей не рассказывала, а то, что я шикарен, не подвергается сомнению.

Элли и Кейси значительно переглянулись, а Кристиан посмотрел на Элли и весело проговорил:

— Кстати, совсем забыл, если я увижу снова, что ты танцуешь с этим волосатиком свои горячие танцы — я переломаю ему ноги. При чем каждую косточку. — он подмигнул Элли и стал собирать ее одежду с пола.

Кейси испуганно вытаращила глаза.

— Он врет! Он не сможет! Правда ведь, Элли? — с ужасом и надеждой протараторила Кейси.

Элли неодобрительно посмотрела на Кристиана. Тот вопросительно поднял брови.

— Успокойся, Сиси. Он пошутил. — сказала Элли.

— Нет. У меня есть молоток. — спокойно заявил Кристиан.

Элли прищурилась и с нажимом произнесла:

— Пошутил.

— Нет.

— Да.

— Нет.

— Вот видишь! — прошептала Кейси. — А если бы ты выбрала Дэна, этого бы не было! Кстати, почему ты его не выбрала? Ты же говорила, что он потрясный любовник!

Кристиан встал напротив Элли, сложив руки на груди и прищурившись глядя на девушку.

— Ну да. Говорила. Это чистая правда… Кристиан, Кейси тебе так мстит за Мэттью.

Кристиан ухмыльнулся.

— Ладно. Пусть живет волосатик. Только без разговоров о том, каким крутым сексом ты занималась с моим братом.

Элли улыбнулась, почувствовав, что он действительно ее ревнует, и ее сердце наполнилось дикой любовью и страстью к нему.

— Кейси, мне пора. Увидимся завтра в институте, и постарайся отвязаться от Мэттью, иначе опять не удастся обсудить подробности! — весело улыбнулась Элли.

Кейси подмигнула.

— Ты читаешь мои мысли! Чао!

И она отключилась.

Элли призывно посмотрела на Кристиана. Тот стоял, не двигаясь. Девушка знала, что он хочет услышать…

— Кажется, ты давал мне только пять минут?

Кристиан все еще стоял, проницательно глядя на Элли. Элли виновато посмотрела на него. Затем снова хитро и нежно улыбнулась.

— Кристиан, Дэн был лучшим… Пока я не выбрала тебя.

— Признай, что я шикарнее, и замнем тему. — весело проговорил он. Элли захохотала:

— Кристиан. Ты шикарней всех самых шикарных любовников на планете, и за это я люблю тебя еще больше. А еще за то, что ты скромный и не соревнуешься с родным братом. Так ты идешь?

Она встала, обернувшись в одеяло.

Кристиан подошел к ней и какое-то время смотрел ей в глаза. Элли видела в них любовь и невероятную дикую ревность и страсть к ней. Он ухмыльнулся:

— Я так и знал! — и он легко подхватил ее в одеяле и вынес на кухню. К сожалению, в этот день Элли так и не удалось поесть.

Глава 38

Прошло две недели. Элли и Кейси сидели на лекции по истории американского трудового права и сходили с ума от жары. Открытые окна не помогали, студенты обмахивались, кто чем может, и беспрестанно прикладывались к бутылкам с водой. Кейси старательно записывала лекцию, сосредоточив внимание на профессоре Вудстроу, которая рисовала на доске какие-то схемы и то и дело тыкала в них указкой.

Элли не слышала ни слова из ее лекции и ничего не записывала, с головой улетев в свои мысли и рисуя сердечки на полях тетрадки. Она улыбалась себе, своему состоянию, и думала о Кристиане.

Ей все еще не верилось, что она встречается с ним… Как будто это сказочный сон, где финал, как и положено, завершается хэппи-эндом, где принцесса и прекрасный рыцарь соединяют свои жизни… За исключением того, что принц Элли работает на мафию и без единого намека на совесть убивает людей разными изощренными способами, которые могут прийти в голову только психу. Но Элли любила его. Любила до безумия, до сумасшествия, до ужаса… Хотя старалась этого не показывать, потому что могла его потерять… И она знала, что он любит ее… Она чувствовала это. Все эти две недели их свидания сводились к жаркому, страстному, самому невероятному в жизни Элли сексу, и ей казалось, что она уже не сможет больше… но Кристиан был неумолим и невероятно силен, и Элли впадала в новый приступ эйфории и страсти.

Они играли друг с другом, подогревая чувства, спорили, шутили… Но это не только не ухудшало взаимоотношений, но и добавляло новую искру… которая тоже, как правило, завершалась сексом.

Элли улыбалась самой себе и солнышку, сидя в легком, облегающем ее фигуру нежно-синем гипюровом платье чуть выше колена на тонких кружевных лямках, таких же синих, в тон платью, туфлях из бархата на высоченной шпильке, закинув свои длинные черные волосы на одно плечо и сложив ногу на ногу. Она была неотразима и все юноши в аудитории украдкой посматривали на нее, а некоторые в открытую оборачивались, чтобы бросить на нее новый восторженный взгляд. Она приобрела бешеную популярность после того случая, когда, в попытке защитить Кейси, она врезала Микки Хатсону, но теперь, когда она забросила спортивные штаны и кроссовки, она была центром вселенной.

Девушки завидовали ей, юноши приглашали на свидания, и только одна Кейси относилась к ней с прежней любовью. Элли посмотрела на подругу, сидящую в желтом топе с завязками на шее и белых брючках, подчеркивающих ее потрясающие ножки, в шикарных желтых босоножках на высоком каблуке, задумчиво изучающую схемы на доске. Она была невероятно нежной и милой… На вид.

— Где Мэттью? — шепотом спросила Элли.

— Уехал в Мичиган проведать родителей. — быстро проговорила Кейси, не отрываясь от лекции.

— А ты чего не поехала? — хитро с улыбкой спросила Элли.

— Смеешься? Я его и к себе в постель-то через раз пускаю, так что нелюбовь его матери ко мне подождет. — хмыкнула Сиси. — А теперь отвали, я слушаю лекцию.

Элли вздохнула и подумала, что милый образ Кейси никак не вяжется с ее стервозным характером.

— Кристиан тоже занят. Надо это как-то использовать… — весело задумалась Элли. Кейси раздраженно посмотрела на нее.

— Подруга, еще слово — и я чем-нибудь заклею тебе рот.

— Поцелуем?

— Вряд ли. И кстати, разве у тебя не смена в баре сегодня?

Через три часа, когда занятия окончились, Элли и Кейси сели в маленькую красную «Тойоту» и поехали в «Иглы».

— Надеюсь, он не оторвет тебе голову за такую наглость? — со смехом проговорила Сиси. Элли хмыкнула.

— Нет, не оторвет. Я ему нужна. Максимум, что он может сделать — это лишить меня сладкого.

Они подъехали к бару. В два часа дня он был еще закрыт, внутри суетился персонал, убирая зал и подготавливая его к вечеру, бармен Джо расставлял полные бутылки взамен выпитых, и то тут, то там торчали люди Джузеппе. На парковке Элли увидела его «Линкольн» и личного водителя и довольно улыбнулась.

— Отлично! Он здесь!

Через пять минут Кейси уже сидела у барной стойки и мило болтала с Джо, а Элли уверенно входила в кабинет Джузеппе. На счастье, кроме самого босса, пары его людей и Джека, рассевшегося на диване, больше никого не было. Джузеппе, в черном клетчатом пиджаке и оранжевом галстуке восседал за столом с неизменной сигарой в руке. Перед ним была рассыпана горсть патронов, и он разорялся, глядя на нахмуренного, но расслабленного Джека:

— Ты видишь это? Видишь? Этот чокнутый самоубийца Паркинс продал мне шесть упаковок холостых патронов! Шесть! Подумать только, что за идиот! А может, в его жизни все так плохо, что он специально нарывается, чтобы умереть? Джеки-малыш, узнай, где он живет и с кем, сегодня же пошлю Кристиана разобраться с ним.

Джек кивнул.

— Без проблем, Джузеппе. — он перевел удивленный взгляд на Элли. — Привет, сестра… Ты перепутала время суток? Отвезти тебя домой?

Элли хмыкнула.

— Привет, Джек. Я пришла к Джузеппе.

Джузеппе посмотрел на нее пожирающими глазами, и его гнев мгновенно стих. Он пошловато улыбнулся и проговорил:

— Какими судьбами, дорогая? Я не вызывал тебя.

Элли красиво улыбнулась, включив все свое обаяние, и нежно проговорила:

— Джузеппе, мой милый, у меня сегодня смена в баре… Дай мне отгул! Я поменяюсь с Ребеккой. Ну пожалуйста!

Джузеппе мигом насупился и прищурился.

— Черта с два. На твоих танцах мой бар каждую ночь сколачивает кругленькую сумму, а Ребекка — посредственная шлюшка. У тебя все?

Джек рассмеялся.

— Зачем тебе отгул, Элли? На свидание хочешь сбегать?

Элли знала, что он не может смириться с тем, что она выбрала «плохого» парня вместо «хорошего», поэтому язвительно ухмыльнулась.

— Да, на свидание со своей подругой Сиси, помнишь такую? Вы, кажется, переспали… раз или два. — и она снова с мольбой посмотрела на Джузеппе. — Ну Джузеппе, миленький, один разочек! Мы здесь в баре посидим, я клянусь, выпью сколько смогу, чтобы компенсировать смену…

— Нет, Элли, нет!

— Ну пожалуйста. — она подошла и эротично присела к нему на стол. Джузеппе резко вспотел, жадными глазами глядя на ее попку и бедро. — Я отработаю в свой выходной.

— На твой выходной я запланировал кучу дел! — хрипло воскликнул он, но его взгляд вернулся к бедру Элли, и он махнул рукой:

— Ладно, девка, считай — у меня хорошее настроение. Валяй, меняйся. Но воскресенье — твое.

Элли вскочила и захлопала в ладоши. Подбежав к Джузеппе, она чмокнула его в щеку со словами:

— Спасибо, спасибо, ты лучший! — и вылетела из кабинета.

Кейси подвезла Элли до ее дома и, договорившись приехать за ней в девять, укатила. Элли поднялась в квартиру и, упав на кровать, заснула мертвецким сном.

Не смотря ни на что, в девять вечера Элли была готова. На ней было серебристое облегающее платье с глубоким декольте, подчеркивающим ее красивую грудь, обтягивающее ее плавные бедра и узкую талию и достаточно короткое, чтобы открыть всему миру ее невероятно потрясные ноги. Волосы Элли распустила, и они струились по ее спине, соблазнительно прикрывая глубокий вырез платья, а на лице был выполнен великолепный вечерний макияж в сочетании с алой помадой.

За окном послышался гудок, и Элли скорее сунула ноги в черные, замшевые туфли на высокой, серебристой шпильке и почти бегом сбежала вниз.

Кейси ждала ее, сидя за рулем. Она была невероятно красива, убрав свои светлые волосы в элегантный узел на затылке, нарядившись в черное, обтягивающее платье без лямок, сидящее на ее груди и талии и открывающее ее стройные ножки, а образ завершали черные туфли на таком же высоком, как и у Элли, каблуке. Подруги посмотрели друг на друга и расхохотались.

— Мы с тобой — на любой извращенный вкус, осталось только платьями обменяться! — хохотала Кейси.

— О да! Раскатаем этих придурков под асфальт! — и подруги дали друг другу пять.

Кейси выехала на автостраду.

— Думаешь, надо сказать Мэттью? — хитро спросила она. Элли улыбнулась.

— Думаю, да. Честность в отношениях превыше всего.

— А ты сказала Кристиану?

— Ну… — Элли замялась. — Я собиралась.

— Тогда только после тебя! — хохотнула Сиси. — И включи громкую связь.

Элли шутливо прищурилась, глядя на подругу, и набрала номер Кристиана. После второго гудка прозвучал брутальный и мужественный голос:

— Салют, принцесса! Чем занимаешься без меня?

Элли счастливо улыбнулась и посмотрела на ухмыляющуюся Кейси.

— Привет, Кристиан. Да так… маюсь от скуки. А ты что делаешь?

— Гоню грузовик под сто восемьдесят миль в час из Филадельфии, пью бурбон… А потом мне еще нужно кое-кого пришить. В общем, тоже скукотища.

— Как романтично! Теперь я понимаю, почему ты его выбрала. — с сарказмом проговорила Кейси. — Превышает скорость, пьет за рулем, а грузовик наверняка битком набит трупами.

Элли и Кристиан расхохотались, и Кристиан проговорил:

— Блондиночка! Рад тебя слышать, но ты немного опоздала: грузовик с трупами был вчера. А сегодня это дурацкие «Шевроле Комаро», которые я должен сбагрить бизнесмену с совершенным отсутствием вкуса за очень привлекательную цену. Как поживает волосатик?

Кейси посмотрела на Элли взглядом «я же тебе говорила!» и ответила:

— Качает мускулы, чтобы дать тебе достойный отпор. Так что будь бдителен, красавчик!

Элли закатила глаза. Кристиан саркастично ухмыльнулся.

— О, конечно, блондиночка, передай ему, что я дрожу от страха. Элли, зачем ты позвонила? У тебя, кажется, должна начаться смена… через две минуты.

Элли смущенно выдохнула и, хитро посмотрев на Кейси, скромно проговорила:

— Ну… Джузеппе дал мне отгул, так что мы едем в «Иглы» пить мартини за счет заведения.

Элли рассчитывала поддразнить его намеком на то, что Джо сделает ради нее что угодно, но Кристиан и здесь оказался непредсказуем:

— Что-о-о??? Джузеппе дал тебе отгул?? Принцесса Элли, ты что, станцевала ему стриптиз?

Элли прыснула от смеха и проговорила обычным тоном:

— Нет, милый, я переспала с ним.

— До или после того, как Джек вышел из кабинета? — послышался триумфальный голос, и Элли возмущенно открыла рот: это не она, а он как всегда переиграл ее.

— Так ты все знаешь! Ладно, тогда пока. Надеюсь, тебя не будет всю ночь. — мстительно улыбаясь, проговорила Элли.

Кристиан ухмыльнулся.

— Только в том случае, если ты снова откопала свои треники и облачилась в детскую маечку.

Кейси улыбнулась и ответила раньше Элли.

— Не дождешься! Ты что, думаешь, я бы согласилась идти с ней в таком виде? На ней потрясное серебристое платьице и супер-каблучки…

— Я буду в два. — жестко отрезал Кристиан.

— Но… — воскликнула Элли. — Тебе же еще этого Паркинса убивать! И ты едешь из Филадельфии, это как минимум пять часов…

— О, так мы все друг о друге знаем! Совсем как настоящая пара! — с сарказмом проговорил Кристиан. — Убить — это тридцать секунд, а доехать из Филадельфии… ты красила губки, когда я говорил, что еду на скорости сто восемьдесят миль в час? До встречи, принцесса! — и он отключился.

Элли посмотрела на Кейси счастливыми глазами. Их игра настолько подогревала в ней страсть к нему, что она готова была все бросить и помчаться к нему на встречу.

Кейси, казалось, прочитала это в ее глазах и хитро улыбнулась:

— Да ты без ума от него, подруга! И чего же ты так долго выбирала между братьями?

Элли пожала плечами.

— Думаю, я боялась, что Кристиан ничего ко мне не испытывает. Но Дэна я тоже люблю, вообще-то. А теперь твоя очередь.

Кейси покачала головой и набрала номер Мэттью. Скоро в трубке послышался оживленный голос:

— Дай угадаю: вы решили затусоваться с Элли? Я прав?

Элли и Кейси шокировано переглянулись и покатились со смеху.

— Да ты экстрасенс, мой дорогой! Значит, я в тебе не ошиблась! — хохотала Кейси. — Мы действительно едем в «Иглы» пить мартини.

— Значит, решили посидеть в баре для преступников? А завтра что по плану? Экскурсия в окружную тюрьму штата? Кстати, Элли, как поживает твой новый дружок?

Элли улыбнулась и шутливо ответила:

— Его еще не пристрелили, если ты об этом. А вообще — он обещал тебя не трогать, мой дорогой дружище!

— И что, ты ему веришь?

— Я верю тому, что он любит, а значит, спокойно могу шантажировать его.

— Вы идеально подходите друг другу. — заключил Мэттью. — Кейси, будь осторожна и прошу — не заигрывай со всеми подряд! Я предвидел, что вы, скорее всего, потащитесь туда, поэтому попросил Джо приглядеть за тобой.

— Что??? — вытаращила глаза Кейси. — Да как ты вообще догадался…

— Эй! Мог бы и меня попросить! — в шутку обиделась Элли.

— Ты будешь слишком занята с Кристианом, чтобы следить за ней.

— Да его там вообще не будет!

— Не смеши меня! Я наблюдал ваши чокнутые отношения две недели, и если он не прилетит к тебе на крыльях ночи, сгорая от ревности и отсутствия самоконтроля, то значит его кто-то успел пришить до этого.

Элли и Кейси снова шокировано переглянулись.

— Черт возьми, Мэттью! Ты настоящий псих! Как ты можешь так хорошо разбираться в людях?? — восторженно воскликнула Элли, а Кейси проговорила:

— Милый, я так люблю тебя! Твой сексуальный мозг чрезвычайно заводит!

— Я тоже люблю тебя, Сиси, не дай Бог, узнаю, что ты там кого-то подцепила! Мне пора, пока.

— Пока, псих! — хором ответили Элли и Кейси и, одновременно закинув телефоны на заднее сиденье, захохотали и включили музыку.

Ночь была в самом разгаре. В баре было полно народу, на шесте зажигала Ребекка, но публика бросала возбужденные и восторженные взгляды на барную стойку, где сидели Элли и Кейси и вовсю веселились, болтая, смеясь и танцуя. Джо ни на секунду не оставлял их, подливая в их бокалы мартини, освежая закуски и развлекая девушек разговорами. Он не спускал влюбленных глаз с Элли, и Кейси это замечала, игриво подмигивая девушке. Элли была узнаваема, хоть и не танцевала на шесте. К ней беспрестанно подходили постоянные клиенты: торговцы наркотиками, рэкетиры, сутенеры, воры и разбойники и просили станцевать для них или с ними, но Элли легко и игриво всем отказывала.

Не смотря на это, ее прекрасная фигура, чудесные изумрудные глаза и длинные душистые волосы, как магнитом, притягивали всех мужчин в зале, и они то и дело угощали напитками или говорили комплименты. Элли и Кейси хихикали, по-девчачьи шушукались и обсуждали мужчин, хотя Кейси не могла удержаться от заигрываний с теми, кто обращал на нее внимание.

— Элли, негр с двадцатого столика желает угостить тебя вишневым виски. — проговорил Джо и поставил перед девушкой бокал с напитком. Наклонившись к Элли, он шепнул:

— Это известный торговец краденым антиквариатом, говорят, он обчистил уже больше двухсот музеев по всей стране! Его зовут Вилли Туртего, и он качается в спортзале.

Элли с улыбкой выслушала Джо и повернулась, посмотрев в сторону двадцатого столика: за ним действительно сидели трое негров, но один из них выглядел явно представительнее в идеальном черном пиджаке, черной футболке, джинсах и туфлях. На его голове красовалась гангстерская шляпа, а на шее висел массивный золотой крест на жирной цепочке. Он действительно был здоровым и накачанным и не спускал пожирающих, восхищенных глаз с Элли.

Элли нежно и очень интригующе улыбнулась ему и одними губами проговорила: «спасибо». Негр чуть кивнул головой и слегка улыбнулся в ответ, все также пожирая Элли похабным взглядом.

— А что? Он очень даже ничего! У вас могли бы быть дети-мулаты! — весело проговорила Кейси, и Элли шлепнула ее по колену.

— Перестань! Ты же знаешь, что я люблю белые розы!

Девушки расхохотались, и тут Элли услышала за спиной:

— Прекрасная леди, позвольте мне лично выразить свое восхищение вами! Вы — как тонкая фарфоровая ваза пятнадцатого века — хрупкая и бесценная!

Элли повернулась и увидела перед собой того самого Вилли Туртего. Он нависал над ней, оглядывая ее с ног до головы пошлым, вожделенным взглядом, впиваясь глазами в ее ножки, талию, зону декольте и глаза.

Элли испытала досаду. На самом деле ей уже очень сильно надоело, что ее не могут оставить в покое, но она не могла быть грубой — эти люди были клиентами Джузеппе. Она внутренне выдохнула и улыбнулась игривой улыбкой:

— Спасибо, конечно, но я вряд ли разобьюсь, если меня бросить.

Вилли это очень понравилось, он рассмеялся и протянул руку:

— У вас восхитительное чувство юмора! Позвольте поцеловать вашу нежную, маленькую ручку…

В этот момент и Элли, и Кейси, и Вилли, и даже Джо за стойкой услышали звук взводимого курка и горячий, брутальный и до невозможности сильный, самоуверенный и злой голос, который позади него весело проговорил:

— А, Вилли! Рады приветствовать тебя в нашем баре! А теперь — отойди от нее на три шага, сунь свою замечательную, ловкую ручонку в модные штанишки и соблюдай дистанцию, потому что это — моя женщина, и если ты еще раз хоть попытаешься заговорить с ней, я засуну твою шляпу тебе в гланды и прострелю тебе голову! Ты все запомнил? А то я могу повторить погромче, в микрофон, например.

Элли, Кейси и Джо одновременно заглянули за Вилли и увидели Кристиана, потрясающего, сексуального, бесстрашного, уверенного в себе, воплощение силы и мужества, и сияющего огнем и беспощадной злостью. Он был одет в великолепную модную куртку, футболку, джинсы и кроссовки и был невероятно притягателен, а его синие глаза искрились поднимающимся из глубин его взрывного характера гневом, страстью и обаянием.

Он стоял, чуть прищурившись, глядя на затылок Вилли и направив ствол прямо ему в голову уверенной рукой.

Вилли вдруг внезапно сглотнул, и Элли увидела страх в его глазах. Он глупо улыбнулся и, подняв руки в примирительном жесте, повернулся к Кристиану, боясь смотреть в его испепеляющие глаза.

— Кристиан, дружище! Как поживаешь? Ну прости, прости, откуда же я мог знать, что эта чудесная нимфа — твоя? Она так сладко улыбалась, у меня как будто мозги отшибло! Ну брось, дружище, опусти ствол! Клянусь, больше не подойду к ней! Ну же?

Элли вышла из-за его спины и, видя, что Кристиан продолжает держать Вилли на мушке, явно борясь с искушением пальнуть в него сию же секунду, подошла к нему и обняла его за талию:

— Отпусти его, Кристиан! Он же не знал! Тем более, что он был гораздо более вежлив и обходителен, чем все предыдущие до него…

— Кристиан, не дури! — услышала Элли уверенный и сильный голос Дэна и увидела его самого, подходящего вместе с Джеком к барной стойке. Элли увидела его голубые глаза, внутри нее что-то шевельнулось, но она знала — это голос прошлого и вины перед ним. Он спокойно проговорил:

— Привет, Элли. — повернувшись к Джо, который тоже отодвинулся подальше от Кристиана, он добавил:

— Двойной виски безо льда, Джо.

— Сейчас будет, Дэн. — доброжелательно ответил Джо и исчез. Дэн снова посмотрел на Элли. Не как раньше. Просто посмотрел.

— Привет, Дэн. — спокойно ответила она. В эту секунду Кристиан опустил оружие:

— Ладно, вали отсюда. Тебе повезло, что эта прекрасная женщина добрее меня.

Вилли, громко извиняясь, быстро засеменил к своему столику, а Кристиан, горячо и грубо обняв Элли, заглянул ей в глаза… Элли снова ощутила, что весь мир отступил назад… Она смотрела в эти бездонные синие глаза, искрящие огнем, притяжением и безрассудством, дикой страстью и жесткой, неподвластной ему самому любовью, и сгорала от своих чувств к нему.

— Значит, сладкая улыбка… — проговорил он, чуть прищурившись, глядя на Элли.

Элли игриво и притягательно улыбнулась ему.

— Ну… Они все были очень милы ко мне, не могла же я… — она посмотрела на часы, была половина третьего ночи. — А ты опоздал.

Кристиан пожал плечами.

— Паркинс почему-то не хотел умирать. Представляешь, лежал с ножкой от табурета в горле целых десять минут!

Элли поморщилась.

— Фу. Ты что, не мог просто пустить пулю ему в живот?

— Вообще-то, так и было. — сказал подошедший Джек, целуя сестру в щеку. — Я до сих пор не понимаю, что ты в нем нашла.

Кристиан триумфально ухмыльнулся, а Кейси хмыкнула:

— Если это ваша повседневная беседа, то по вам психушка плачет.

— Кейси, красавица! Как поживаешь? — обаятельно проговорил Джек, обнимая Сиси за плечи. Та флиртующе улыбнулась:

— Отлично, малыш Джеки! А ты уже встретил ту самую, которая сможет тебя выносить?

— Ну-у-у…

— Вообще-то, да. — спокойно и все также невозмутимо, как и всегда, сказал Дэн, попивая виски. — Только вот ее саму никто не выносит.

— Да? Кто это? Кто? — с диким любопытством спросила Элли.

Джек замахал руками.

— Нет, Дэнни, не говори…

— Сесилия Монтерезо. — триумфально ответил Кристиан, и они с Дэном ударили по рукам.

— Что??? Неееет… — с недоверием и шоком протянула Элли, а Кейси расхохоталась:

— Это та женщина-вамп, что по ночам пьет кровь молодых и красивых девочек?

— Подонки, я убью вас! — гневно процедил Джек, упав за стойку. — Джо, подгони бурбон.

В этот момент в бар вальяжной походкой хозяина вошел Джузеппе, в сопровождении двоих верзил — своей личной охраны. На нем был темно-коричневый пиджак, рыжий галстук, темные брюки в полоску и бежевые, глянцевые туфли. Он курил толстую сигару и медленно оглядывал зал.

Посетители заискивающе приветствовали его, Ребекка чуть не упала с шеста от страха, а персонал поспешил предложить свои услуги.

Джузеппе посмотрел в сторону бара и, увидев ребят, направился к ним.

— Так-так, братцы! Прохлаждаемся? — воскликнул он, подойдя к ним. — Джо, налей-ка мне самый лучший бурбон. Не настроен сегодня пить ослиную мочу.

Джо метнулся к бутылкам, исполняя приказ, а Джузеппе посмотрел на Элли и Кейси:

— О, моя дорогая! Так ты выбивала отгул не ради свидания?

Он с вожделением осмотрел ее с ног до головы.

Элли улыбнулась.

— Со мной подруга и мартини. Отличный выходной!

Кристиан обнял ее за шею, она с любовью заглянула в его глаза.

— Эй! А как же я? — он поцеловал ее, и Элли взлетела до небес от счастья.

— Погоди-ка! Ты, кажется встречалась с младшим? Даниэлем? Что за чертовщина, Кристиан! Не распускай руки! — возмутился Джузеппе, а Кристиан усмехнулся и триумфально заявил:

— Ну и что? Теперь она — моя, так что делаю, что захочу.

Джузеппе снова шокировано посмотрел на него, затем — на Дэна:

— Это правда?

— Абсолютная. — спокойно кивнул Дэн.

Джузеппе хлопнул в ладони.

— Чтоб я сдох! Так мне надо срочно встать в очередь! Если она ушла от Даниэля к тебе, значит, неровен час, уйдет от тебя ко мне… Да, моя милая?

Джузеппе взял Элли за руку и притянул к себе, чтобы поцеловать. Элли засмеялась, а Кристиан вытянул ладонь Элли из его волосатой лапы и вернул себе в объятия:

— Так, так, полегче, папаша! Девочка любит меня, так что можешь закатать все, что ты там раскатал, обратно.

Джузеппе посмотрел на Элли.

— Моя милая, предложение будет в силе всегда. — и тут он расхохотался. — То-то я смотрю, у меня Даниэль стал звереть, убивает всех подряд напропалую! Ну что ж, мне это на руку. Вместо одного безумного убийцы у меня теперь двое! Джеки, а ты, кажется, расслабился. Надо бы припахать тебя по полной, чтоб не отвлекался на всякую ерунду…

— Сесилия не похожа на ерунду, босс! — воскликнул Джек. — Она — невероятная женщина! Второй такой нет на земле!

Все расхохотались. Джузеппе махнул рукой.

— Что за чертовщина у вас творится? — тут он увидел Кейси и осклабился. — О, какая милая пташка к нам залетела! Леди, вы, случайно, не одинокая танцовщица, ищущая компании?

Кейси рассмеялась.

— А вы умеете обращаться с женщинами! И такой симпатяшка! Жаль, что я уже дала согласие другому!

— Джузеппе, это моя подруга, пожалуйста, не надо! — протараторила умоляющим голосом Элли, и Джузеппе махнул рукой:

— Ладно! А жаль! Заходи почаще, моя птичка! — подмигнул он ей. Посмотрев на ребят, он уже более строго и влиятельно проговорил:

— Хватит прохлаждаться, дел по горло! Джек, Дэн, Кристиан — ко мне в кабинет, срочно! Надо обсудить рэкет полицейского участка, там что-то нечисто… — он посмотрел на Кристиана, который не сводил горячих глаз с Элли, и хмыкнул:

— Ладно, Кристиан, ты можешь подняться через десять минут… Но не испытывай мое терпение! Иначе пристрелю! — он посмотрел на Элли. — А ты отдыхай, моя дорогая, завтра зайдешь — обсудим твою роль.

Элли улыбнулась, а Дэн и Джек угрюмо посмотрели на Джузеппе.

— Вот почему всегда так! Джузеппе, мы с тобой и в огонь, и в воду, а стоит только женщине мило улыбнуться и надеть короткую юбку — и ты уже позволяешь ей все! — шутливо обиженно сказал Джек.

Джузеппе хохотнул.

— Ха-ха, вот потому ты еще не женат, мой друг! А теперь — хватит болтать, за работу! Пошевеливаемся!

И Джузеппе забрал угрюмо поникших Дэна и Джека.

Кейси восторженно посмотрела ему вслед.

— Какой мужчина! Он любит клубничные десерты?

Кристиан хмыкнул.

— О да, блондиночка, особенно если полить клубничку кровью должников.

— Вечно ты все портишь! — шутливо рассердилась Кейси, а Кристиан игриво улыбнулся:

— Милая, почему бы тебе не помочь бармену в подсобке? Кажется, он туда резко засобирался. — уже угрожающе сказал Кристиан, глядя на испуганно таращившегося на него Джо.

Джо кивнул и улыбнулся Кейси.

— Да, Сиси, мне очень нужна твоя помощь…

Сиси закатила глаза.

— Ладно! Элли, как ты думаешь, у Мэттью в роду были медиумы? Он предсказывал, что так и будет!

Элли тепло улыбнулась подруге и нежно похлопала ее по руке.

— Всего десять минут, Сиси. А потом — я вся твоя.

Кейси подмигнула и, эротично качая бедрами, прошла в сторону маленькой, серой двери, поманив за собой Джо.

— Пойдем, бармен. Они сгорят в аду.

Джо двинулся следом, но Кристиан махнул ему пистолетом и жестко проговорил:

— Эй, бармен! Мы с тобой еще не закончили!

Джо вздрогнул, а Элли закатила глаза и украдкой шепнула ему:

— Не слушай, он придурок!

Джо нервно улыбнулся и исчез. Элли посмотрела в горящие огнем и сталью синие глаза Кристиана. Он триумфально улыбнулся, очень обаятельно и страстно оглядев Элли с ног до головы, затем притянул ее к себе и обнял, поцеловав в макушку.

Элли прижалась к нему, чувствуя его сияние, огонь его прекрасного тела, его энергетический пульс, и ее затянуло в пучину безграничной любви и жара. Как будто снова весь мир исчез, и остались только они вдвоем… Кристиан молчал, горячо обнимая ее, и Элли выдохнула, тихо проговорив:

— Мы через столькое прошли… Думаешь, из нас когда-нибудь получится нормальная пара?

Кристиан усмехнулся и взял Элли за плечи, заглянув в глаза:

— Никогда, выпендрежница. Потому что то, через что мы уже прошли — это ничтожная доля того, что нам предстоит. Наша жизнь никогда не будет нормальной. Ты — чокнутая, я — идиот. Но разве ты не этого искала, когда выбрала меня?

Элли улыбнулась и нежно поцеловала его в губы, ощутив при этом взрыв огня внутри себя.

— Я искала тебя всю жизнь, идиот. И всегда любила тебя, с самой первой минуты нашего знакомства, включая тот момент, когда ты ворвался в больничную палату хирурга, накладывающего мне гипс. Именно тогда я поняла, насколько все мои эмоции и чувства завязаны на тебе.

Кристиан улыбнулся.

— Я ворвался, потому что подумал, что он пытается сломать тебе все кости — ты кричала, как ненормальная… — Элли обиженно шлепнула его по плечу, и Кристиан перехватил ее руку и поцеловал. — Мне пора. Элли, знай, я так сильно люблю тебя, что брошу вызов многомиллионной армии, если она встанет у меня на пути. Я умру за тебя и буду защищать, что бы ни случилось с нами.

Элли ощутила неимоверное, безграничное счастье и улыбнулась.

— С нами ничего не случится. Обещаю.

— Я знаю. Потому что ты без ума от меня, крошка. — игриво, в шутку сказал Кристиан, и пока Элли не успела ответить, быстро поцеловал ее страстным, горячим поцелуем и ушел уверенной, развязной походкой.

Элли осталась одна, но улыбка не сходила с ее лица. Ее сердце сделало правильный выбор.

Content

Наталия Матвеева ТРОФЕЙ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38