Райс Вендор

Осколок Мира. Цикл первый : Близкий Рай (СИ)

Вендор Райс

Цикл:

«Осколок Мира»

Книга первая:

«Близкий Рай»

Содержание

Почему горит Амбар ………………

Закат Лорда Аримана ………………

Знатная Графиня Амерзи ……………

Почему

Горит

Амбар

I

" Почему горит амбар? " Этот вопрос был первым звуком, который коснулся слуха Гилиаса после неестественной тишины, ощутимой даже через шум дождя и треск горящего амбара. Может в другое время, в другом мире, другой жизни этот вопрос вызвал бы в нем заинтересованность, тревогу, опасение, страх и волнение. Сейчас же он не имел никакого оттенка. Вслед за ним не последовало никаких эмоций.. Вопрос, преодолев плотную стену небесного душа, коснулся ушей Гилиаса и разбился о них, как морская волна о безжалостные холодные скалы. И также, уподобляясь дождевым каплям, сформировался в струйки, стекающие с мочек ушей, упал на землю, успевшую стать грязью, озаряемой изменчивыми бликами ночного пожара, воюющего с водной стихией. Гилиас слышал вопрос, но воспринимал он только грязь, стекающую с его головы и лица, перемешавшуюся воедино с обильно льющейся кровью, постепенно стекавшей в грязевую жижу под ногами. Воспринимал дрожь, волнами проходящую по телу и переходящую в судороги с каждым последующим приливом... И еще он воспринимал боль! Боль, которую ощущает человек, понимающий, что раны, которые растерзали его тело, уже так просто не залечишь мазью и травами...

II

- Знаешь, а мне нравятся эльфийки. Ох, как нравятся. Это точно могу сказать! Уверенно сказал Бриан, парень лет двадцати, двадцати пяти с плотной копной черных волос, небрежно уложенных в подобие прически. И в подтверждение словам кивнул сам себе. Гилиас сбросил с плеча ковер на пол. Его подтянутое тело с заметно подчеркнутыми контурами мышц, было обнажено по пояс. Но более заметной чертой были яркие голубые глаза, сверкающие из-под челки русых волос. Он ощутил легкую радость от того, что представилась возможность сделать небольшую паузу в уборке помещения, и ответил на это:

- Бриан, вчера, когда я поднял эту тему, я имел, введу совсем иное. Это вопрос не симпатий, просто некоторые вещи мне не понятны. И, кажется, что и другим они так же не ясны. Посмотри вот на гномов или на тех, кто наполовину гном. Они друг от друга почти не отличаются, разве, что только длинной бороды

Бриан на это хихикнул, и в его глазах блеснула искра насмешки. Гилиас не заметив этого, продолжил:

- И женщины у них... Как бы это сказать правильно?.. Не вызывают своей внешностью желания дарить им цветов. Не согласен разве? И вот к чему я веду: если мы, мужчины не видим красоты в их женщинах, то видимо и наши женщины не должны видеть в гномах или наполовину гномах мужчин! Я так считаю! Ты не согласен?

- Возможно... - как-то без особого понимания ответил Бриан. Он мечтательно очертил дугу карими глазами и, улыбаясь, добавил к первой своей фразе:

-Вот неделю назад на "рынке Фрези" такую эльфийку полукровку видел, ммм закачаешься!

Гилиаса такой ответ не удовлетворил. Он решил все же добиться желаемого ответа от Бриана:

- Ну, ты, что видишь в женщинах - гномах... женщину?

Этот настырный вопрос оборвал полет Бриана в романтических грезах и ему это не понравилось. Прищурив недовольно глаза, он ответил:

- Нет, конечно, не вижу. Но тут, же сердцу не прикажешь. А ты просто никак забыть не можешь, что Наира тогда выбрала гнома вместо тебя

Это был абсолютно не тот ответ, который ожидал услышать Гилиас и он воспринял его скверно. Молча скривившись, поднял ковер и вышел из дома.

История с Наирой была очень давней, еще, когда Гилиас учился в Универсариуме. Обиды и терзания давно улеглись в душе, и подобно различного рода хлама на чердаке, пылились на задворках сознания и воспоминаний. Просто все близкие и друзья знают эту историю, и в любом разговоре или споре, если Гилиас излишне затрагивает достоинство гномов (хоть сам он так не считает), ему напоминают историю с Наирой, указывая тем самым на истинную причину неприязни к гномам. Но самое неприятное для него в этом всем постоянно являлось, что именно Бриан чаще всех указывает на неприятную ситуацию, приходясь лучшим другом детства. Находясь на дворе, Гилиас, не сдержавшись, выкрикнул другу:

- Вообще - то я в свое время смог добиться расположения Груфильды и дружил с ее братом Тровальдом, до той поры пока его не призвали служить в Заскалье. Так, что у меня нет неприязни к гномам, если ты к этому клонишь!

Однако награда за несдержанность не заставила себя долго ждать, явившись в виде насмешливого и колкого ответа Бриана:

- Да-да, я помню эту гномку Груфильду! - смех: - Перевернутый табурет с одной ножкой и тот был в состоянии добиться у нее расположения!- снова смех: - К тому же сам рассказывал, что не рассчитал тогда со стаканами "Грозного Старателя" и перебрал лишнего

Осознав, что эта беседа, в принципе, как и всегда, если она касается гномов, будет для него проигрышной, Гилиас, развешивая ковер, чтоб выбить из него пыль кратко ответил:

- Ясно!

Гномы, как и их изобретения, нравились людям, в том числе и его друзьям и родным. Ему они и сами были не отвратны, но вот что-то мешало принять их и пытаться не унижать их гордую расу, особенно если, ни одного ее представителя нет рядом, чтоб отстоять свою честь и честь собратьев. Гилиас осознавал, что это не правильно, но все, же скрытый червь обиды точил сознание, мешая, ему относиться к гномам как относятся все остальные. Лучшим выходом из ситуации он решил, будет смена темы, а вступать в конфронтацию с другом накануне грядущего веселого вечера, как-то не хотелось. Выбивая ковер, Гилиас обратился к Бриану, выносящему мусор из дома:

- Кстати ты помнишь, что Луна скоро будет близко к Краю?

- О ! Да ! Вот зрелище будет! Я в прошлом году пропустил. Она уже сейчас совсем большая. Днем столько деталей на ней можно рассмотреть. Кстати я взял из библиотеки старинные книги с гаданиями по Лунным облакам. Я думаю в день прохождения Края они будут особо отчетливо видны.

- Здорово! Погадаем обязательно. Мне кажется, немного заглянуть в свое будущее можно. Главное свою смерть там не увидеть - остерегся Гилиас.

- Скажешь тоже. Это не такие гадания, не серьезные. Так чтоб повеселиться и атмосферы загадочности для девчонок навеять. Вечно ты с опаской ко всему относишься

-Ну, в принципе ты прав, вот только это не опасения. Скорее предусмотрительность. К стати я вот что вспомнил, когда на рынке месяц назад покупал настенный ковер, один покупатель рассказывал другому, что когда он приобрел стационарный оптикуляр*(см. примечания в окончании произведения) и наблюдал передвижения странных темных объектов на поверхности Луны как раз во время прохождения ее через Край

Бриан вышел из дома, держа метлу словно меч. Лицо его было озарено мечтательной фантазией:

- Это просто здорово! Вот, что это может быть… А ?? Может древние боги или неведомое зло там обитает... Или существа, о которых мы не знаем…

Гилиас пожал плечами:

-Церковь считает, что за пределами Осколка Мира живет зло и выходить за его пределы, даже в мыслях - это грех, не говоря уже о магии и науке. Я лично, думаю - может это гномы уже и к Луне добрались. Они же вечно что-то по-тихому мастерят, видимо смастерили и лестницу к Луне

После этих слов мечтательность с лица Бриана сошла, как и не бывало. Он с насмешкой глядел на друга, говоря без слов: "Ты гномов уже даже к Луне приписал". А в довершение молчаливой насмешки засмеялся сам. Гилиас обернулся к нему, вскинув руку, как бы оправдываясь, и несколько протяжно произнес:

-Да я же не к этому про гномов... - но фразу заканчивать не стал. Она еще больше смешила Бриана с каждым словом.

III

Дом был приведен, как казалось друзьям, в полный порядок. Мозаичные окна после мытья горели синими, желтыми и зелеными огнями отражая, лучи яркого солнца и наполняли помещение внутри мягким магическим светом. Здание это состояло из двух этажей и размещалось на небольшом участке с фруктовым садом и амбаром с двустворчатыми дверьми .

Участок этот входил в состав ассоциации дачников «Водная гладь". Ассоциация насчитывала сотни участков расположенных вдоль реки извивающейся подобно змее, берега которой местами обильно поросли лесами и различного размера валунами.

Приготовления к вечеру были окончены. Жара начинала входить в свои законные права, всячески подогреваемая ярко оранжевой небесной лампой - солнцем. Стрелка старинных часов, тем временем, с треском отсчитала без десяти минут двенадцать.

Часы эти были гномьей работы и очень нравились отцу Гилиаса. Возраст их составлял более ста лет. Но, не смотря на свой почетный возраст статус семейной реликвии, они так и не приобрели. Большую часть своего пребывания в семье Гилиаса они служили тумбочкой для всякого рода предметов утреннего туалета. Лишь около шести лет назад они были лично починены отцом, и стали исполнять свою прямую обязанность, с незначительными сбоями от чего, и были, перевезены в загородный дом. Здесь же, в прихожей, заполненной магической разноцветной аурой проникающих лучей света, они великолепно располагались, создавая атмосферу волшебства и древности, издавая металлические щелчки, чеканя стрелками часы и минуты, видимо, намереваясь догнать все те года, что были сломаны, знаменуя определенное выставленное время металлическим громким звоном.

Гилиас, искупавшись в реке, находился в спасительной тени беседки и занимался распилом дров для вечернего костра. Бриан, что-то копошился в доме. По доносившимся звукам, он полез в подвал. И точно, из подвала донесся громкий взволнованный возглас:

- Гилиас! Иди сюда быстрее! Только быстрее!

Оставив распил сухой ветви дерева, Гилиас поспешил к дому. Дверь в подвал была распахнута. Внизу стоял Бриан, зажав в руке небольшую бутылочку "Страж Громвольда". Глянув на него, Гилиас вопросительно кивнул.

- Глянь, какой гад на лестнице сидит! Я не вылезу больше из подвала! - пояснил ситуацию старый друг.

На верхней ступени и, правда, сидел черный, крупных размеров, паук.

- Да... довольно таки здоровый экземпляр. На дачу, как не приедешь так вечно пауки и змеи. Как сговариваются между собой. Помнишь, в прошлый раз змея была? - сказал Гилиас.

- Конечно, помню! Тоже в подвале!

- Давай я его попытаюсь пришлепнуть!?- уверенно предложил Гилиас, намереваясь, снять сандаль.

- Нет! Не стоит! Он тогда прыгнет мне прямо на голову! - возмутился Бриан и нервно потеребил свою копну черных волос, будто там уже сидел ненавистный паук.

- Все, в общем, ясно - я отсюда не вылезу! - обреченно заявил он.

- Что ты выдумываешь? Его следует пришлепнуть! Что еще прикажешь делать ?

Но Бриан, кажется, уже не слушал, что ему говорят сверху, погрузившись в тяжкие фантазии о кознях паука-тирана. И так же почти с безысходством в голосе добавил:

- Как теперь спать ложиться, если в доме такое чудовище?.. Я теперь спать не лягу вообще... Зачем я полез за этим вином!? - закончил узник подвала, уже гневаясь на себя.

- Давай я его кипятком оболью, что ли!

- Нет! Нет. Это пока вода вскипятится - долго будет. Не надо!

Так и замерли оба, уставившись на паука: Бриан ожидая атаки, и Гилиас, выжидая момент все же познакомить паука с подошвой. А тот и не догадывался, что держит в оцепенении двух великанов, и видимо, немного дремал. И тут на часах зажглась синяя маленькая лампочка, и они ознакомили всех о наступлении полудня звоном, походящим на удары маленьких молотов о, соответствующих размеров, наковальню. Словно ожидая боя часов, как условного сигнала паук начал неспешное движение по ступеньке в сторону Бриана.

- О мать первородных! Зачем они зазвонили? - воскликнул тот. В этот момент Гилиас со всей расторопностью, на которую был способен, снял, сандаль, и направил удар в сторону восьмилапого тирана. Подошва хлопком поприветствовала ступень рядом с пауком. От удара тот подскочил и, поджав лапки, укатился за лестницу.

- Ты попал по нему? Нет! Я видел, не попал! - округлил глаза от переживаний Бриан, прижимая к груди "Страж Громвольда" словно талисман способный уберечь от любой беды. Гилиас тоже видел, что промахнулся, но начал демонстративно вытирать подошву о брюки, убеждая тем самым в успешности проведенного удара, и для пущей убедительности добавил:

- Да попал я по нему! Вылезай уже давай

По лицу друга было видно, что он не верит в сказанное, но нежелание оставаться один-на-один в подвале с пауком который исчез из поля зрения, вытолкнуло его одним прыжком из подвала. Он резко захлопнул дверь и гневно произнес:

- Эти часы проклятые! Зачем так громко звонить!? Надо их было вообще выключить или сломать!

Гилиас на это спокойно сказал:

- Давай лучше вина отхлебнем, в горле пересохло. Оно ведь прохладное - отлично! Ты только девчонкам не говори ничего про паука. Будут потом его всю ночь в углах да складках одеяла замечать

Бриан пожал плечами:

- Ну, они смогут ко мне присоединиться, если, что. Я спать в эту ночь не собираюсь. Этот паук точно ядовитый. Может даже смертельно. Страшней чудовища не бывает!- уверенно завершил он свою мысль. При последних словах, не смотря на жару, холодок пробежал по коже Гилиаса. Вид у него стал встревоженный. Бриан заметив это, спросил:

- Ты чего такой стал ?? Словно сам не свой ?

- Не знаю... Как-то не по себе стало после твоих слов. Тревожно стало... Ладно! Идем, проверим, насколько мясо пропиталось в маринаде - махнул рукой Гилиас, развеяв тем самым призраки беспокойства. Впереди ждет веселый вечер, нечего страх нагонять.

IV

Ближе к шестнадцати часам вечера к друзьям присоединился их общий друг Эридор, эльф – полукровка, с которым они познакомились в случайной драке с хулиганами, около десяти лет назад. Мать его является человеческой крови, а вот отец представитель рода пограничных эльфов далекого Заскалья. Эридор был высок. Кожа его носила оттенок легкой бледности. Светлые волосы уложены аккуратной прядью, на эльфийский манер. Но отличительной чертой были яркие, словно горящие в ночном небе две звезды янтарные глаза, украшающие его лицо. Учился он в Универсариуме на факультете "Аналитической магии" по специальности "Механический телекинез с элементами прикладной молниилогии". Однако обучение это было, ему не по душе и потому особых успехов в этом он не достигал. Получал средние отметки и очень любил веселиться, отдыхать с друзьями и забывать об учебе, воспринимая ее как нечто обременительное и абсолютно бесполезное. Учился лишь только из уважения к родителям, но как говорилось ранее, без особого энтузиазма. В общем, являлся обычным протирой штанов о студенческую скамью.

И вот он заглянул к своим друзьям, как было оговорено заранее, но пришел на час раньше. С собой он нес бутылочку "Лунный Зенит"- настойку на лепестках Эльсуса голубого цвета. Легенда гласила, что цветок этот был принесен эльфийским богом Эльсусом с Луны, чтоб лечить живых от всех болезней, однако, попав на Осколок Мира, утратил почти все свои свойства. Но Эридор не верил в эти сказки. Ему просто нравился сладковато-терпкий вкус "Лунного Зенита" и мягкое охмеление, которое он приносит.

Калитка была не заперта, и Эридор спокойно проник на дачу. От калитки вела, выложенная белым камнем, широкая тропинка, петляющая через сад и, выпрыгивая из него, уходила к дому, упираясь почти в порог. Гилиас и Бриан сидели в креслах, чуть поодаль от сада на специально подготовленной площадке выстеленной из квадратных плит каменного дерева коричневого цвета, и, попивая вино, любовались видом Земли. Она же, словно девица, которой восторгаются, показывала себя во всей красе на безоблачном голубом небе, занимая пятую его часть, сверкая белой шапкой северного полюса. Южный полюс застенчиво прятался за горизонтом. Атмосфера ее была кристально чиста и позволяла рассмотреть мельчайшие детали материков, граней океанов, морей и извилины рек.

- Таким пейзажем можно наслаждаться вечно. Сегодня она особенно четко видна. Не может быть, чтоб на Земле никто не жил... А помнишь, ты рассказывал, что с горы видно как Осколок прокалывает Землю! - заинтригованно говорил Бриан

- Конечно, помню. Этому нас в Универсариуме учили. С самой высокой горы Заскалья видно как острый край Осколка вгрызается в Землю в районе этого округлого континента. Ученые маги выдвигают гипотезы, что на земле имеется жизнь, однако она имеет примитивные формы иначе мы с ними или они с нами давно вступили бы в контакт

- А я помню, читал, про одного ученого гнома. Он, в свой станковый огромный оптикуляр, рассмотрел на Земле что-то наподобие дорог. А , позже, движущиеся по ним точки и серо-белые нагромождения напоминающие города. Представь, что там тоже живут! Как они могут выглядеть? Может, они и не хотят с нами вступать в контакт? Может это города Богов ? - с загадочностью в голосе предположил Бриан, воображением уже давно исследовав земную поверхность и увидев живущих там фантастических обитателей.

- Я думаю, что город Богов должен быть намного больше. Его видно должно быть не вооруженным глазом. Может таких размеров как сам континент, в котором торчит Осколок.… А может и как вся планета. Этот гном явно хлебнул "Стража Громвольда» перед рассмотрением Земли! Или захотел, чтоб про него все говорили! - уверенно завершил мысль Гилиас. Бриан насмешливо покосился на друга:

- Еще бы. Пьяный гном выложил состояние за оптикуляр для глубокого обозрения Земли только, чтоб все о нём говорили??

Гилиас неоднозначно пожал плечами. Бриан еще раз усмехнулся, и помотал головой, удивляясь антипатии своего друга к гномам. За их спинами послышались шаги.

- Привет-привет дознатели планет! - радостно поприветствовал друзей Эридор. Они выпрыгнули из кресел и наперебой приветствовали гостя:

- О ! Привет! - протянул руку первый Бриан.

- Как добрался?? Привет! Нормально?? - это уже Гилиас.

- Нормально в принципе. Только мой нектар богов нагрелся

- А что это ?? - прищурил глаза Бриан.

- Это то, что я взял лично для себя, так что без обид. Это "Лунный Зенит", вещица довольно таки дорогая, особенно для студента. Угощу только капелькой каждого и все - пояснил Эридор, деловито подняв указательный палец.

- Ну, с такими аппетитами ты явно улетишь, сегодня на Луну - посмеялся Бриан.

- Ты кстати девчонок не встречал по пути ? Говорили, что по - раньше придут, и все еще нет их - взволновался Гилиас.

- Нет, не встречал. Кроме двух собак и беспризорника - никого. Да что тут беспокоиться полчаса ходьбы и на даче?

- Ну... - многозначительно протянул Гилиас, не утрачивая беспокойство в голосе.

- Кстати морозильник*(см. примечания в окончании произведения) работает ?-

- Еще нет. Энергию не дали до сих пор - огорчил Гилиас.

- Можно конечно в подвал, но там паук - предостерег Бриан

- Большой? - осторожно поинтересовался Эридор, сжав губы. Бриан кивнул. Эридор улыбнулся и уверенно сказал:

-Что ж тогда подождем энергию. А сильно охлажденные напитки пить - можно горло простудить!

Гилиас усмехнулся. Эридор добавил:

- Я кстати с утра Трала видел. Он, по всей видимости, собирался купить технокат*(см. примечания в конце произведения). Или купил, он так спешил, что я не совсем понял - сообщил новость Эридор.

Только прозвучали эти слова, со стороны калитки стала слышна какофония звуков: девичий смех, мужское негодование, щелчки и механические хлопки, словно дерево бьется о металл.

- По голосу, похоже, что Трал. Да ?- неуверенно предположил Бриан

- Точно он !И видимо девчонок по дороге встретил и подвез на новеньком технокате - улыбнувшись, подтвердил предположение друга Эридор.

В калитку вбежали подтянутые брюнетки в легких одеждах голубого и розового цветов, смеясь и держась, друг за дружку. Это были две сводные сестры, общим у них был отец. Младшая Эфира, и старшая Таира. Подруги Гилиаса и Бриана с детства. Будучи детьми и подростками они ничем не отличались от своих друзей мальчишек, так же лазали по деревьям, дрались и махали палками, представляя, что это меч. И лишь совсем недавно, чуть меньше года назад они стали меняться, превращаясь в настоящих девушек. Бриану это очень не нравилось. Гилиас не высказывался на этот счет.

- Ой, приветики мальчики... Приветики... Ой, не могу... И я не могу!

Наперебой смялись и радостно махали девушки друзьям. В калитку вошел Трал, еще один друг, который стал таковым после драки с Брианом в детстве - невысокий крепыш с карими глазами. Лицо и походка явно выдавали в нем недовольство:

- Гилиас куда можно будет пристроить это корыто... Купил такой ширпатреп, что самому за себя стыдно. Рваный носок, а не технокат! - выпалил Трал, и на последних словах сплюнул в сердцах. Это еще сильней раззадорило сестер. Три друга пошли навстречу ему и девушкам, обнялись, и поприветствовав друг друга, всей компанией, вышли осматривать приобретение Трала.

На дороге перед заборчиком стоял довольно побитый временем и дорогами трехместный, трехколесный технокат с небольшим прицепом. Коричневая облупившаяся краска и не менявшиеся, видимо еще с завода, скаты с прожелезнённой резиной составляли печальное мнение об этом средстве передвижения.

- Сколько ты заплатил за ...это ? - скривив губы, поинтересовался Гилиас.

- Двести! - возмущенно ответил Трал, взмахнув руками. Этот ответ никак не повлиял на Гилиаса, и он для уточнения спросил:

- Это много?

Трал наполовину возмущенно, наполовину удивленно посмотрел на своего друга. Понять этот взгляд было не сложно, и Гилиас пояснил:

- Я в этом просто не разбираюсь. Меня, в принципе, технокаты никогда особо не интересовали

- Как в принципе все великолепные вещицы, которые делают гномы - вставил Бриан, подшучивая над старым другом. Девушки дружным смехом поддержали шутку. Гилиас махнул на них рукой. Трал, не понимая шутки или не вслушиваясь в нее, с недовольством глядел на свою покупку.

- А чего это вы, так смеялись когда приехали ?- поинтересовался Гилиас

- Ой, сил не было сдерживаться уже - стала с усмешкой пояснять Эфира.

- Мы только вышли на дорогу за леском, а там Трал стоит на своем, этом самокате и довольный такой машет нам- дополнила Таира.

- Да, довольный такой! Улыбка так и расплывается по всей дороге - улыбаясь, добавила младшая Эфира.

- Мы его заметили, машем в ответ. Он начал в нашу сторону ехать, разогнался так. А потом кааак остановиться резко, что аж подпрыгнул и как-то неловко и медленно вывалился из кресла - продолжала, заливаясь смехом объяснять Таира

Эфира смехом поддержала сестру.

- Да я вообще не понял, что произошло! Просто бац! И стал. Вроде на тормоза резко нажали - подняв брови, стал объяснять Трал. Теперь уже почти смеясь, слушали его объяснения Эридор, Гилиас и Бриан.

- Так дальше - хуже - махнула ручкой младшая сестра и продолжила:

- Он снова залез на свой технокат, и кричит нам: "Я сейчас, стойте там" начал снова ехать, и тут у него заклинило руль или что-то другое произошло, но он начал ездить кругами. И, с каждым кругом все быстрее

- Это кошмар был, какой то! - возмущенно добавил Трал. Рассказ продолжила старшая сестра:

- Потом он остановился. Что-то там покопался в двигателе и сказал, чтоб мы садились. А мы же все пытаемся не смеяться. Держимся. Ну вот, расположились по удобнее. Едем, разговариваем...

- И тут, перед самой дачей у него выпадает какой-то скомканный клочок бумаги из кармана и попадает между ногой и бортом техноката. Трал сделал такие большие глаза, заметив это, и потянулся ее достать, не следя за дорогой и…- перебила старшую сестру Эфира но, засмеявшись, не закончила и продолжила снова Таира:

- ... Нагнулся ее поднять, а тут ямка на дороге. Мы все подскочили, что дух захватило. Но вот Трал выше всех подскочил и чуть не слетел с седла. И видимо так примерился задом о сиденье, что скорчил непередаваемое лицо . А каким тонким голоском выкрикнул проклятия, ой не могу ,как у котенка голосок был. Это надо было только видеть. И мы уже не могли держаться и начали вовсю смеяться

Закончила пояснения Эфира, и продолжила с сестрой смеяться. Трал скорчил гримасу, изображая поделочный смех, добавив с ноткой сарказма:

- Ха-ха-ха, как потешно! Мне больно было вообще-то. Только смеяться и можете. Бумага, что выпала - это договор о купле - продаже техноката

Таира ласково погладила Трала по плечу:

- Ну, извини Тралик, нам тебя жалко... просто это было очень смешно… Ха-ха-ха

И снова девушки залились звонким смехом, пролистывая смешные моменты происшедшего в памяти. Трал махнул на них рукой, повернулся спиной и нахмурившись, добавил:

- Больше вообще катать не буду!

Теперь засмеялись все. Гилиас прервал смех, начинающий задевать достоинство друга:

- Так, хорошо. А музыку ты захватил?

Трал рад был тому, что тема переключилась с него на музыкальный аппарат. Он подошел к прицепу и раскрыл материю, в которой что-то бы было завернуто. Взору всех предстал поношенный музыкальный аппарат. Представляя собою трапециевидной формы, контейнер полметра высотой со съемной верхней панелью и не плотно прилегающими друг к другу сегментами корпуса, через который просматривались синие и красные, хаотически размещенные кристаллы. Особого названия это устройство не имело. В основном все говорили: «музыку захватил" или "берем музыку с собой", подразумевая именно это удивительное устройство. Изначально оно было разработано человеческими магоинженерами, и оборудовано на совместных с гномами заводах. Служило оно для определения качества изготовления деталей малых и средних размеров, в том числе и шестерней механизмов, по средствам циркулирующего внутри контейнера воздуха, пропитанного энергией синих и красных кристаллов. И вот, однажды, один предприимчивый рабочий по имени Семеридж подметил, что при нахождении дефектной шестерни в рабочем контейнере начинают возникать различные мелодичные звуки, похожие на музыку. Не имея слуха и не обучаясь в музыкальных школах, он смог высечь на шестерни дефекты таким образом, что вышла музыкальная композиция, которая просто очаровала начальника цеха - гнома Дровальда, который в дальнейшем всячески сопутствовал продвижению этого, ставшего музыкальным, аппарата в массы. Вскоре Семеридж вместе с Дровальдом организовали свою контору по продаже музыкальных аппаратов и музыкальных шестерней, став через полтора года одними из богатейших членов общества Новой Независимой Человеческой Республики.

- Надеюсь, что встряска не повлияла на музыку - сказал Трал. Достал несколько шестеренок разного диаметра и толщины, серебристого и золотистого оттенков с многочисленными глубокими узорами и сквозными отверстиями и начал их осматривать.

- Видимо все нормально - заключил Трал, окончив осмотр, и добавил:

- Здесь кстати, и гномьи композиции - для танцев, и наше человеческое и эльфийского немного

Потом снял верхнюю панель у музыкального аппарата и погрузил в него шестеренку самого меньшего диаметра, покрутил ручку на одной из панелей, а потом на другой нажал кнопку. Раздалась дивная и плавная музыка нарастающих басов с металлическим оттенком.

- Классно! Правда ? - заметил Эридор. Трал улыбнулся и кивнул.

- А что так тихо будет играть? - заволновалась младшая Эфира. Трал гордо поднял голову и с легкой надменностью добавил:

- На моем аппарате можно очень громко делать! Всех соседей разбудим!

И произведя очередные манипуляции с аппаратом, многократно добавил громкости. И уже на повышенных тонах, чтоб его было, слышно сквозь создавшийся гул музыки добавил:

- А ночью он изнутри светится красным и синим. Вообще здорово!

Гилиас убавил громкость и скомандовал:

- Так всё ! Закатываем технокат в амбар и идем уже жарить мясо. Пошлите развлекаться !

Все с радостью восприняли команду. Девушки, словно бабочки, впорхнули обратно в калитку, а ребята, открыв ворота, дружно закатили новоприобретение Трала, как и было предложено, в амбар. А когда закрывали ворота на дачный участок, проникли два рыжих кота с поднятыми хвостами, предчувствуя мясные угощения, и видимо, обдумывая какую тактику лучше применить к отдыхающим, чтоб больше ухватить угощений: ласковых, милых и бедных котиков или вороватых, наглых котов.

V

Вечер плавно начинал сменяться ночью. Звезды украсили собой гладь ясного ночного неба. Огромный полумесяц на две третьих показывался из-за горизонта. Поверхность Земли, укрытая матовой туникой наступающей темноты зашедшего Солнца, была усеяна редкими белыми и желтыми огоньками.

В молодежной компании веселье уже подходило к завершению. Еще играла музыка. Синие и красные кристаллы музыкального аппарата мигали яркими огнями, в такт музыке, зазывая энергию веселья. Таира с Эридором танцевали, подчиняясь голосу вина в крови. Гилиас ворочал затухающие угли костра, дожаривая оставшееся прекрасно замаринованное мясо, распространяя, через дым, аромат, вызывающий аппетит, даже если желудок не был пуст. Бриан и Трал энергично о чем-то общались с Эфирой, весело смеясь. Но, как и угли, которые имеют свойства превращаться в пепел, хоть и кажутся переполненными внутренним жаром, так и внутренняя энергия веселья отдыхающих отдавала свои последние импульсы, неумолимо угасая. Гилиас переместился в кресло, маленькими глотками уменьшая вино из своего стакана. На расположенном рядом кресле расположился Трал. Эфира оперлась о спинку кресла Трала. Бриан присоединился к танцу Эридора и Таиры зажимая в руке, почти пустую бутылку «Лунного Зенита», которая в темноте светилась легкой, голубой аурой.

- Здесь так красиво и спокойно! - мечтательно протянула Эфира. И вздохнув полной грудью, добавила:

- Эти звезды, эта Земля! Земля прекрасна ночью со всеми этими огоньками на ней. Что это за огонечки? Может Ангелочки? Всегда хотела побывать на Земле... - почти с грустью закончила девушка, слегка надув губки.

- Ох, Эфа, церковь очень плохо относиться к таким желаниям. Триста лет назад за такие мечты можно было угодить в темницу

Мягко спускал с облаков на землю девушку Гилиас.

- Очень плохо…там, я думаю, красиво очень. И как с нее смотрится наш Осколок Мира, представляете ?-

- А я думаю эти огни на Земле - это души героев. Вот точно! За героев!- предложил тост Трал, и отхлебнул вина.

- Нет, эти огни - это зло! Вот честно так думаю, что-то злое. Не зря же церковь запрещала так сильно раньше помыслы о Земле. Она же считала, что все зло исходит с Земли. Так ведь Гилиас? - подключился к беседе Бриан, слегка пошатываясь.

- Ну конечно. Не спроста за Заскальем, в сторону Земли вся местность заселена жуткими тварями и Ордой Зеленокожих. Это точно неспроста - поддержал Бриана Гилиас. Трал слегка скривился:

- Да нет же! Что-то вы оба прямо краски так сгущаете, так что страх берет. Какие твари жуткие? Герои это!

И снова отхлебнул вина. Эфира махнула кистью ручки, и с легким недовольством добавила:

- Ой, да ну…Глупости какие-то! Там красиво. Интересно, а к Земле можно дойти?

- Еще не одна экспедиция не вернулась оттуда. Ни одна! - вскинул бровь Гилиас и поучительно кивнул головой. Эфира снова махнула на него ручкой, ответив:

- Ой, Гили дай помечтать

И тут Бриан подкинул всеобщую шутку, видимо не оценив поддержку Гилиаса, громко сказав:

- Ну, самое главное, чтоб эти огни на Земле не жгли гномы! Вот это будет самое страшное зло,да? Ха-ха-ха-ха

Все засмеялись даже танцующие. Гилиас недовольно скривился.

- Кстати о жути - к каким-то своим мыслям добавил Трал, и продолжил:

- Стража на прошлой неделе нашла четыре истерзанных и трупа молодых людей. Не слышали?

- Нет, и не хочу даже, о таком слушать! - уверенно пошатываясь, заключил Бриан.

-Что за кошмар ты на ночь вспомнил Трал?- спросила присоединившаяся к основной части компании Таира. Только Эридора никак не отпускала музыка. Он все пытался и пытался передать ее ритм резкими, полными хмеля движениями, при этом, даже, что-то пытаясь напевать себе под нос.

- А я люблю, кошмарики на ночь - с улыбкой сказала Эфира, добавив:

- Побояться, побояться и в дом, под одеяло

Гилиас скривился и сказал:

- Трал, ты знаток, что в ночь рассказывать. Где ты это слышал?... Где это произошло ?

- Да зачем об этом сейчас говорить? Не о чем больше? - начал возмущаться Бриан. Но заинтересованное в рассказе лицо Эфиры подбодрило Трала, и он не обращая внимания на Бриана, продолжил:

- Это произошло с другой стороны города, в ассоциации "Ярусы". А рассказал мне про это мой товарищ, который в страже служит. Части тел прямо по всему участку были разбросаны...

Тут Трал осекся, заметив на себе осуждающий взгляд Гилиаса. Но слегка хмельную Эфиру уже невозможно было остановить в ее жажде побояться перед сном. Она решительно настаивала на продолжении:

- Ну! Ну, что там такое было, рассказывай! Не утаивай ничего. Не смотри на них - они вечно всего бояться!

Просьба Эфиры придала уверенности рассказчику:

- Нашли их или точнее то, что от них осталось через день как они на отдых приехали. От туловища были оторваны или отгрызаны руки, ноги и головы. Двери в дом выбиты. На стенах кровищи море и следы когтей...

- Когтей? Ужас у меня даже мурашки по коже пробежали! - обрадовалась этим ощущениям Эфира. Трал продолжил:

- А одну девушку так, что-то пожрало, что туловища почти не осталось... И самое жуткое в том, что их рвали на части, когда они могли быть еще в сознании. По крайней мере, головы отделялись от тел в последнюю очередь, это было точно установлено. Вот такие ужастики-кошмарики!

Но Эфира не насытила свою страсть к жуткому, и желала выжать из этой истории максимум впечатлений:

- Ну не заканчивай! Что это за зверь такой был? Какое животное могло так мучить? Может это и не животное, да ?

- Стражники тоже предполагают, что это не зверь! Может это дух озлобленный или ведьма, какая! Но самое главное есть предположения, что это создание может переместиться из северной части города в южную, к нам, то есть. Потому, что на западе, и востоке похожий почерк убийств был зафиксирован!

- Класс! Вот жуть, какая, я даже к дому одна боюсь теперь идти! - радовалась Эфира. Старшей сестре было не так весело от рассказанного. Она возмущенно воскликнула:

- Все! Хватит! Я не буду это больше слушать. Мне уже не хочется веселиться....И вообще мне кажется, что за нами следят со стороны сада!

Гилиас обернулся к саду, щуря глаза, пытаясь рассмотреть что-то или кого-то среди деревьев. Но тщетно. И он не уверенно сказал:

- Ну а мясо? Еще осталось порции на две, так точно

- Нет! Нет. Пожалуйста! Давайте завтра доделаем. Пошлите скорее уже в дом. Мне очень не по себе здесь уже - молящим голосом стала просить Таира.

- Ну, что же! Давайте собираться. Уже, в самом деле, поздно - сказал Гилиас. И вдруг неожиданно для всех налетел непродолжительный, холодный ветер, как-то мрачно зашумев листвой фруктового сада. Всем явно стало не по себе от такого, и головы непроизвольно повернулись в сторону шумящих деревьев. Гилиас отметил про себя, что как моментально свое и родное может в ночи становиться чуждым и враждебным, если пощекотать нервы всякого рода страшными историями. Он мотнул головой и выключил музыку.

- Собираемся! - скомандовал он. И все мгновенно вышли из оцепенения и начали собираться и слаживаться как-то хаотически и на скорую руку.

- Я пойду, включу освещение в доме!? - наполовину вопросительно сказал Бриан. Гилиас утвердительно кивнул. Тьму, словное острое копье, мгновенно пронзил яркий свет, освещая голубой аурой широкий полукруг возле дома, через раскрытую дверь, распалив краски мозаичных окон. Ребятам свет также развеял тьму в мыслях, и они уже более организованней и веселей стали слаживать и относить в дом все, что создавало атмосферу отдыха.

Гилиас отнес в дом кресло и возвращался за вторым. Он обратил внимание, что Эридор вглядывается во тьму, укрывающую фруктовый сад. Он окликнул друга:

- Эй! Что там Эридор?

- Я не знаю... Я видел там, среди деревьев какое-то движение... Или мне показалось? - не поворачиваясь, ответил тот.

- Может это "Лунный Зенит" помогает видеть? - усмехнулся Гилиас.

- У меня как-то на душе не спокойно стало после этого рассказа за убитую компанию. Очень тревожно, как ожидание чего-то плохого - не отреагировав на сарказм, сказал Эридор. Эти слова, словно заразу, перенесли тревогу в сознание Гилиаса. Он тоже остановился и стал вглядываться в расплывчатые силуэты деревьев ночного сада, но в ответ попытался бодрым голосом ответить:

- Следует выспаться и все призраки вечера развеются!

- Какие призраки? - обеспокоено спросила Таира, остановившись за спинами парней, и уже шепотом продолжив:

- Вы там что-то видите? Там кто-то есть?

- Да нет там ничего! Складываемся уже быстрей и ложимся отдыхать - вспылил Гилиас, скорее на себя, что стал поддаваться призрачным волнениям, чем на беспокойство Таиры.

- Вон! Смотрите возле того крайнего дерева - громким шепотом сказал Эридор. Гилиас стал снова напрягать зрение, вглядываясь в неясные очертания дачного сада. Теперь и ему стало, видится, что возле одного из деревьев стало вырисовываться во тьме методичные покачивания, схожие на качающийся маятник. Тьма, однако, не давала возможности сделать уверенный вывод: обман зрения это или движения чей-то фигуры в саду.

К стоящим присоединились Трал и Эфира. А Бриан продолжал складываться, не обращая внимания на остальных, видимо уже позабыв о рассказе Трала, и даже напевал тихонько заводную мелодию, неоднократно проигрывавшуюся в течение вечера.

- Вон! Смотрите! Я четко вижу руку!- взволнованным громким шепотом и, указывая рукой, сказал Эридор. Таира прикрыла, руками рот, испугавшись сказанного. Состояние взволнованности передалось всем наблюдающим. Однако это оказалось на первый взгляд. Трал, находясь в плену сладкого хмеля, усмотрел в сложившейся ситуации возможность показать себя и устроить незваному гостю, если тот присутствует, хорошую взбучку:

- Эй, ты там, приятель. Советую тебе убраться по-быстрее, иначе ты рук-ног не соберешь, это я тебе обещаю... А хотя нет! Стой там, я сам подойду. Уже поздно прятаться в саду, я тебя вижу, так, что держись!

Эта громко сказанная угроза в сторону призрачного гостя настолько была неожиданной, что заставила всех вздрогнуть. Бриан услышав подобные слова, тоже остановился и прекратил напевать и носить утварь в дом. Трал, не теряя времени, протиснулся между Эридором и Гилиасом, и, закатывая короткие рукава, хотел направиться воплотить свою угрозу в жизнь. Его схватил за плечо Гилиас и сильно сжал. Трал остановился, и без слов поняв Гилиаса, отступил назад. Взгляду друзей предстали плохо различимые во тьме, но достаточно четкие для осознания элементы движения. И они приближались к ожидающей и наблюдающей молодежи. Неторопливые перемещение в саду вот-вот материализуются в очертания неведомого гостя. Но быстрее материализовался звук! Глухой и протяжный. Одновременно сочетающий в себе и стон и рычание.

Первым очертания нечто, что могло издать, такой звук разглядел Эридор. Он, молча, присел от внутренней волны страха ударившей через вены по всему организму. Гилиас сначала отвлекся на Эридора, но потом направил взгляд обратно в сторону сада увидев закончившие формироваться во тьме очертания таинственного создания. На фоне черного ствола дерева четко вырисовывалась фигура схожая с человеческой, но сутулая. Длинные руки свисали почти до земли. И рост. Пришелец был высок, выше каждого из наблюдающих за ним друзей. Не меньше двух метров роста.

Обретя четкие очертания, фигура замерла. Хмель Трала пропал. Он осознал, как прав был Гилиас, остановив его лихацкий поступок. Со стороны зловеще замершего незнакомца к компании друзей быстро приближалась небольшая тень. Поровнявшись с людьми тень начала, очень быстро юлить у них между ног с фыркающими звуками и, похоже, была на небольшую черную собаку. Она шмыгнула возле Таиры. Девушка негромко ахнула. А тень так же быстро удалилась обратно к, словно окаменевшему, незнакомцу. Гилиас вопросительно посмотрел на Таиру:

- Эта собака меня царапнула- не громким дрожащим голосом ответила она. А фигура начала снова свои неторопливые движения, поднимая и широко растопыривая длинные руки, будто желая обнять всю компанию целиком, издав еще один устрашающий звук. Походил он на булькающий басистый рык. Протяжный, нарастающий, и захлебывающийся.

- Все в дом! Быстро! - криком скомандовал Гилиас. Эта команда скинула каменные оковы страха как с самого скомандовавшего так и остальной компании, словно небрежное движение росу с травы. Буд то сметенные резким ветром листья, ребята молнией метнулись к спасительному убежищу. В этот момент почти каждый из бегущих благодарил богов, что отдыхали на даче, а не в лесу, как планировали по началу. А Гилиас не поворачивая головы, затылком ощущал, что преследовавший тоже ускорил свой ход, надеясь догнать убегающих раньше, чем они доберутся к дому.

В секунду, проскочив дверной проем друзья небрежно разместились в комнате: кто повалился на пол, кто прижался к стене. Трал одним махом закрыл дверь и забив одним ударом засов в щеколду, успев, заметить, что преследующий тоже бежит, прихрамывая. Никто даже не успел перевести дыхание, молча, глотая воздух судорожно сокращающимися легкими, как в дверь врезалось что-то тяжелое. Засов скрипнул, но выдержал, только один болтик из шести, выпал. Штукатурка над дверью осыпалась. Да и сама дверь из каменного дерева выдержала резкий напор. Трал отскочил от двери, оступившись о полулежащего Бриана и упал рядом. Девушки закричали, схватившись, друг за дружку. Парни были просто в оцепенении. За дверью было слышно хрипящее, тихое рычание, в котором чувствовался неудержимый гнев. И снова три удара, но уже слабее, чем первый. Девушки в такт ударам вскрикивали от ужаса, охватившего полностью их сознание. Эфира безудержно стала плакать, уткнувшись в плечо сестре, инстинктивно пытаясь спрятаться от настигшего ужаса. У Таиры по окаменевшему лицу из широко раскрытых глаз текли горячие слезы. Эридор стоял, словно статуя еще бледнее обычного, схватившись за голову. Бриан и Трал лежали, приподнявшись на локтях, уставившись в дверь.

За дверью стало тихо, видимо нечто отошло от двери. Первым из замораживающих тисков страха вырвался Гилиас. Он стал что-то искать в комнате под кроватью, и шкафами, роняя проклятия про себя. Бриан, шепотом наполненным гневом, из-за переживаний, что метания друга смогут призвать рычащее нечто, выпалил:

- Что ты ищешь, боги тебя раздери !?

- Топор! Проклятье, видимо я занес его в амбар! - ответил Гилиас, остановившись и прищурив глаза, вспоминая, действительно ли он разместил топор в амбаре. Поведение его было несколько не соответствующим сложившейся ситуации. Казалось, он спокоен, но сильная дрожь, пробирающая его тело, выдавала в нем внутренние волнение.

Такой громкий ответ взбесил друга . Исказив лицо и приложив указательный палец к губам, Бриан гневно показал, что следует быть тише.

- Кто это Гилиас? Что ему нужно?- протянула надорванным голосом Эфира.

- Я не знаю... Но предположение есть!

Ребята понемногу стали отходить от сковавшего их оцепенения.

- А что если это та тварь, что разорвала компанию, про которую я рассказывал? Что теперь делать?- предположил Трал.

- Как что делать? Мы же в доме! Будем сидеть здесь, пока он не уйдет!- теперь гневно сказал Бриан Тралу, повернув к нему голову.

- Ну, так тела тех же четверых в доме нашли, а части тел разбросаны были всюду!- так же гневно ответил Трал. Эфира, услышав такое, залилась горькими слезами.

- Тише! Тише!- прошипел Эридор, и надорванным голосом вскрикнул:

- Слышите ?...Я вижу его силуэт в окне!

Перед окном было видно очертания фигуры. Потом оконную решетку с яростью стали дергать и шатать. Решетка скрипела и видимо гнулась под яростным натиском, но героически устояла. Тяжелые спешные шаги, сопровождаемые надрывистым хрипом, направили силуэт к другому окну. Яростные рывки пытались сорвать решетку и с этого окна, но крепления были сделаны на славу, и она повторила подвиг ранее атакованной решетки. Видимо неудача взбесила враждебного пришельца, и оно ударило по решетке, как-то беспомощно застонав. И замерло напротив окна, словно обдумывая, что предпринять дальше.

- Что он делает?- сухим голосом спросила Таира, смотря в одну точку.

- Пытается проникнуть внутрь и думает, как это сделать! Так, топора нет ... надо что-то другое - ответил на вопрос Гилиас, и схватив массивный табурет за ножки, размашистыми и тяжелыми ударами стал ломать его об пол. При трескающих звуках ломающегося табурета, силуэт быстрыми тяжелыми шагами снова переместился к двери, и за ней что-то тяжело упало. Девушки вздрогнули и немного успокоились в проливе слезных осадков. Бриан, так и не поднимаясь с пола, спросил в пространство:

- Что ж оно там делает, чтоб его разодрало?

- Я думаю, смотрит на нас в щель, между дверью и полом. Чем мы здесь занимаемся. Интересуется - ответил Гилиас, почти сломав табурет. Бриан почему-то сейчас осознал, как паук, который днем сидел в подвале мог проникнуть в дом - через щель. Но непонятное поведение друга заставило снова впасть в гнев:

- А что ТЫ делаешь? А ?

- Оружие! - ответил Гилиас, отломав одну ножку с крупным изогнутым гвоздем, а сидельце взяв на подобии малого щита. С наружи стали слышны совсем странные звуки, будто кто-то отрыгивался, а в щель между полом и дверью стало пытаться проникнуть нечто по виду схожее на влажный кусок мяса в прозрачной пленке. Вслед за этим помещение наполнилось жутким зловонием.

- О, милостивые боги, что он делает? Когда это уже кончится? Хватит. Хватит!- стала истерить Эфира. Таира пыталась держать ее крепче.

- Я думаю…оно хочет свой язык просунуть в щель - сам не веря своей догадке, с сомнением в голосе сказал Гилиас. И это намерение у существа за дверью получилось осуществить. То, что могло служить языком, было бледно розового цвета покрытое сетью маленьких черных капеляров. Проникнув в помещение, предполагаемый язык поднялся, изогнувшись подобно кобре, и стал равномерно покачиваться вверх-вниз.

- Обнюхиваешь нас гад, да ? ...Так обнюхай это, тварь!- выкрикнул Гилиас. Одним прыжком оказавшись возле двери и пригвоздив, покачивающийся предполагаемый язык к полу ножкой табурета...

VI

Движение Гилиаса не было молниеносным. Может даже и не очень быстрым, скованное страхом, но движимое яростью, рвущей на мелкие клочья его морозные оковы. Этот поступок Гилиаса в образовавшемся мире страха, отчаяния, безысходности и злобного существа снаружи был совершенно чуждый. Он казался настолько нереальным насколько может нереальным казаться Солнце, внезапно появившееся в ночном небе. Трал, молча, хлопал глазами, и не мог понять, реальность окружает его или это некое ужасное подобие реальности, которое может, привидится только в кошмарном сне, вызванном тяжелым заболеванием. Этот не переборимый страх заполняющий вены, вязкостью сковывающей мышцы, и вызывая сильнейшую дрожь. Эти слезы застывшие в глазах. Выветривание сознания из головы, наполняемой вместо этого лишь одним желанием спрятаться и переждать. А Трал был не из робкого десятка. Нередко его задирчивость и, временами, откровенное нахальство приводило к стычкам с хулиганьем человеческой и гномьей породы, после которых он вынес, как награду, три шрама от ножа и неисчислимое количество обычных синяков и ссадин. Но сложившаяся ситуация кардинально отличалась от уличных драк. Снаружи находилось существо настроенное не просто враждебно. Оно не хотело обзываться, оскорбляя твое достоинство, или вывести из себя. Не было также и желания у него кулаками вытрясти из тебя излишнее самодовольство, которым ты задеваешь окружающих. Желание у этой твари было одно, и это чувствовали все - убить! Просто лишить тебя того дара которым наградили родители - жизни. Лишить будущего. Разрушить все твои планы. Планы твоих друзей и близких, связанных с тобой. Все, которые уже есть, и которые еще родятся. И это нечто просто хочет забрать все эти дары жизни, о которых так часто забываешь до момента беды, и кинуть в огонь своего бесхитростного и в тоже время невообразимо ужасного желания - убить тебя! Смести тебя из этой жизни, как ветер сметает листву, как дождь смывает чьи-то следы. И это все вызывает тяжелую обиду, внутри, перекрывающую дыхание, словно камень тяжелый лежащий на груди. Тралу так не хотелось смерти, что не возможно было передать словами. А чувство обиды тисками давило грудь, от того, что неизвестное нечто не согласовывает с тобой вопрос жизни и смерти, как не согласовывают его с курицей, перед тем как отнять ей голову. Из-за того хочется просить, умолять, вымаливать себе прощение, даже не зная, чем провинился перед своим палачом. Выплакать просьбами свою законную жизнь, дороже которой сейчас нет ничего на свете. Трал окинул туманным взором людей в комнате, ставших в эту секунду ему во стократ дороже, чем обычно. Как же не хотелось ему их терять, а еще больше не хотелось покидать этот мир. Эридор направив взор в никуда, стоял как вкопанный, обхватив голову обеими руками. Рядом лежащий Бриан весь бледный с искривленным лицом и печально сложенными бровями, по-видимому, глядел туда же куда и Эридор. Девушки, обнявшись, безутешно рыдали. Трал осознал, что всех охватывает чувство обреченности. А время казалось застыло в комнате или растягиваясь, словно вязкое тесто.

Взгляд Трала коснулся Гилиаса. Подобного Гилиаса он не знал. Казалось, что все, что происходит с ними, не пугает его, а только злит. Кожа на его лице приобрела красный оттенок. Лицо искажено в гневной гримасе. Тело пробирает дрожь. А его глаза! Глаза горели ненавистью к тому, что пыталось проникнуть в дом. Трал знал этого человека хорошо, но сейчас не узнавал своего товарища. Знал его как человека вспыльчивого, иногда выдумщика, который знает много научных и магических фактов, и весельчака... Лежа на полу, наблюдая за своим другом, Трал видел перед собой великана, который собирается сразиться с неописуемым злом, пришедшим забрать их жизни. Перед дверьми стоял самоотверженный герой из сказок, пусть и с табуретной ножкой вместо меча, в свете энерголамп, окутанный магической светло-голубой аурой, готовый ценой своей жизни спасти их. В глазах Трала близкий друг, человек которого он знал много лет, превращался в божество. Он не мог оторвать глаз от Гилиаса.

Время в комнате прекратило замирать, и начало только ускоряться. Мерзкий язык, брызнув черными каплями на пол, мгновенно спрятался обратно за дверь. И сразу же снаружи стали доноситься холодящие кровь рычания, стоны и вой, в котором чувствовалась боль от повреждения, нанесенного ножкой табурета, и удары о землю, как будто ее бьют чем-то тяжелым и большим.

Гилиас однако понятия не имел, как его сейчас воспринимает Трал. Он просто стоял у двери довольный своим попаданием по языку. А еще довольный пониманием того, что этому существу больно, значит оно живое, а не призрак. Он чувствовал, как кровь прилила к лицу, и чувствовал гневно-радостный боевой кураж. Охваченный волной воинственного запала, выкрикнул слова предназначавшиеся тому, что было за дверью:

- Тебе понравилось ? Могу добавки насыпать! Хочешь?

Таира подняла голову и с ужасом вперемешку с гневом выпалила Гилиасу:

- Зачем ты его дразнишь? Хочешь, чтоб он нас точно всех убил!?

А снаружи, словно разобрав слова Гилиаса в дверь начало яростно ломиться разгневанное чудище. Короткий разбег тяжелыми шагами сопровождаемый рычаниями, и глухой тяжелый удар с сопением и хрипотой. В доме уже больше не кричали, только вздрагивали с каждым ударом в дверь. Гилиас уже и сам был не рад, что раздразнил это создание, но наряду со страхом в нем разгорался все сильнее гнев. Гнев на нечто решившее, что оно вправе однажды ворваться в судьбы людей и преследуя свои низменные интересы нанести непоправимые раны как физического, так и душевного характера.

В дверь был нанесен третий удар. Засов уже плохо держался в своих креплениях, но еще выполнял свои прямые обязанности - держать дверь запертой. Гилиас следил за засовом, весь дрожа от страха и гнева. Дыхание участилось и вырывалось со свистом. Сжав зубы, он поднял сидельце, защищаясь, как щитом и занес ножку табурета над головой для стремительного но, скорее всего, единственного удар. Четвертый удар пошатнул дверь. Гилиасу показалось, что он услышал треск древесины. Он не мог поверить, что это могла поддаться дверь.

Неожиданно для Гилиаса был нанесен пятый удар. Дверь пустила громкую трещину, извилистым устьем расширяясь к ее верхнему краю. Артерии вздулись на его шее от напряжения, дыхание стало более хриплым, а ноги перебирали более подходящую стойку для удержания первой атаки, ломящегося в дом пугающего нечто. Гилиас ожидал следующего, решающего натиска. Воинственный запал уже иссяк и развеялся. ” Я же не воин, не воин!”, шептал Гилиасу страх. Свет энерголамп хорошо освещал, что было за трещиной. Там был глаз. Большой оранжевый глаз с черным зрачком, который смотрел прямо на Гилиаса. А Гилиас смотрел на этот глаз и все еще не мог поверить, что происходящее не дурной сон. Черный зрачок расширялся и снова сужался, яростно изучая человека, защищающего дверь.

За дверью слышался захлебывающийся рычащий хрип. Новой атаки не последовало. Чудище просто сжигало возможную жертву яростно-голодным взглядом, через ненавистную дверь, по очереди поставляя то один, то другой глаз.

Гилиас осознал, что нападающий агрессор утомился ломать дверь. Понимание этого подняло дух. Гилиас вспомнил о втором этаже. Там была сравнительно недавно замена старой двери на новую с двойным засовом. Она была не настолько крепка как входная на первом этаже, однако у агрессивного существа устроившего охоту за друзьями, не будет достаточно пространства чтоб, разбежавшись атаковать новую преграду. Это могло дать преимущества чтоб продержаться до утра.

Снаружи раздался недалекий раскат грома. Для Гилиаса это послужило сигналом к действиям.

- Наверх! Бегом наверх! Там оно нас не достанет- скомандовал Гилиас, но находящиеся как-то неспешно, испуганно и вяло начали двигаться в сторону лестницы ведущей на второй этаж, наблюдая за устрашающим глазом, хорошо просматриваемым в щели. Действия, предпринимаемые запуганными друзьями, очень разозлили существо снаружи. Оно начало злобно хрипеть, бить и царапать дверь, успевая заглядывать при этом в щель. Предприимчивость улетучилась, при новых атаках на дверь и все кто начинал неспешное движение, мгновенно вернулись на свое место испуганно, и покорно наблюдая приближение своего неизбежного конца. Гилиас, наблюдая подобное, также мгновенно вспылил, позабыв о страхе и, закричал:

- Вы что? Что вы сидите? Бегом наверх! - и нанес несколько ударов по трещине в двери.

В этот раз движения были более уверенными. Друзья, спотыкаясь и ускоряясь, спешили к лестнице и по ней на второй этаж. Гилиас вбежал на второй этаж последним и уверенно затворил двойной засов второго этажа. На первом этаже, в дверь ощущались удары, злобные рычания и вытье. А потом все умолкло.

- Энергия не подается, света нет! - сообщил Бриан шепотом, безуспешно пытаясь осветить мрак комнаты, куда они все переместились, интенсивно щелкая рубильником. Это было не объяснимо, потому как с первого этажа, из-за не плотного соприкосновения с дверной коробкой, дверь окаймляло тусклое голубое свечение, доказывая тем самым, что в дом энергия подавалась. Но второй этаж по не ведомым причинам оказался обделенным энергией и смирено погрузился во мрак после затворения двери.

На втором этаже было два окна. Одно находилось возле самой двери, второе в стене напротив. Эти окна были без решеток более широкие, чем на первом, двустворчатые и с прозрачным стеклом. Укрывшиеся на спасительном втором этаже непроизвольно сгруппировались в средине комнаты, подальше от окон. Кроме Гилиаса, который стоял возле двери и прислушивался. Вместо беснующегося снаружи монстра, находящиеся в темноте услышали шум ветра и одиночные удары крупных капель дождя о крышу. Мрак комнаты рассеялся ворвавшейся вспышкой молнии. Догоняя ее, на крышу свалился тяжелый молот грома, разорвав мембрану неба и обрушив ливневые потоки на земную суету ночи. Девушки неожиданно взвизгнули, но тут, же с радостными причитаниями взяли на руки что-то перемещавшееся у их ног. Глаз по не многу уже привык к темноте и уже различал силуэты и контуры предметов в комнате. Девушки подняли на руки сонно мурчащих котов. В середине вечера все думали, что они ушли гулять дальше, но как оказалось, коты имели свои планы на завершение вечера. И спрятавшись на втором этаже, от возможного изгнания за пределы жилища, уснули там. Теперь не подозревая, или не понимая грозившей опасности двое пушистиков, довольно комфортно расположились на руках девушек, намереваясь продолжить нарушенный сон. Девушки нервно гладили их и целовали, словно эти ласковые мурчащие комочки отвели уже от них беду.

И в самом деле, можно было предположить, что ужас, одолевавший компанию друзей на первом этаже, окончился. Ни ударов в дверь, ни рычания, ни жадно следящего глаза. Вообще никакого звука выдающего злобное создание снаружи не присутствовало. Все было обыденно. Дождь, дача, компания друзей и коты. Это абсолютно не устраивало Гилиаса. Он не верил, что зло так легко может оставить их в покое. Еще он начал предполагать, что злобное нечто, скорее всего мыслящее существо, нежели зверь, испытывающий голод. К тому же понимает их речь. И эти догадки не очень радовали его. Гилиас не спеша, переместился к окну возле двери и выглянул в него. Молния, осветившая на долю секунды окружающий мир, позволила рассмотреть, что под окном и рядом с домом нет злобного преследователя. Оставалось проверить еще одно окно, и в случае не обнаружения ждать утра и предпринимать попытку выбраться из дома. Ведь не зря есть пословица: "утро вечера мудрей, по-молодецки удалей”. Подбираясь уже к самому окну, нога Гилиаса ступила на доску, которая предательски громко скрипнула, нарушив успокаивающую тишину, укатанную убаюкивающим дождем. Никогда раньше здесь пол не скрипел. И Гилиас вполголоса метнул, подобно молнии, проклятья в сторону пола вообще и скрипнувшей доски в частности. Эти действия привлекли внимания Бриана, который до этого смотрел, как коты спят на руках у почти успокоившихся девушек.

-Что ты делаешь ? - спросил громким шепотом он Гилиаса.

- Смотрю где оно. Может уже, убралось! - ответил тот. Сверкнула молния, и громыхнул удар, от которого дрогнули стекла. Гилиас выглянул в окно и оторопел. Прямо под окном подняв свою ужасную вытянутую голову, стоял злобный гость. Через тьму были различимы контуры фигуры, которую омывала ширма дождя. На голове хорошо просматривались длинные острые уши, контуры острого носа и черные впадины вместо глаз. Сутулившееся тело покрывала темная материя, которая служила когда-то одеждой, а сейчас как ненужный атрибут прошлого, беспомощно висела рваными лохмотьями. Одной рукой, стоящий под окном агрессор опирался о стену. И вообще весь вид этого существа, даже в скрывающем детали мраке, указывал на наличие разума в его охваченной злом голове. И это пугало еще сильнее, чем бездумное животное. Это могло означать, что оно будет перебирать различные обдуманные варианты достижения своей ужасной, мрачной цели.

- Он здесь! Под окном! - почти вскрикнул Гилиас

- Что он делает? - тонким голоском, вместо шепота узнала Эфира.

- Стоит и смотрит прямо на меня - ужаснулся Гилиас. Мрачный гость под окном, словно услышав, что говорят о нем, медленно склонил свою голову с левого плеча на правое, развернулся боком, и, опираясь рукой о стену, неспешными хромающими шагами направился за дом.

- Проклятье, он куда-то уходит!- взвизгнул Гилиас, чуть не подпрыгнув на месте от негодования и страха охватившего его. Перемещение этого создания могло означать только одно: реализация идеи как добраться до них на второй этаж. Гилиас отлично это понимал, потому так и взволновался. И не зря. Чудище не заставило себя долго ждать. С той стороны, где крыша полого спускалась ниже окон второго этажа, через шум падающей с неба воды, доносились странные звуки словно на крышу, что-то закидывают. Потом стали отчетливо слышны шлепающие шаги по поверхности крыши.

- Матерь богов ! Он на крыше! - вскрикнул Эридор. Все вскинули головы вверх, словно пытаясь через серый мрак рассмотреть, что происходит на крыше. Коты продолжали спокойно спать на руках, упорно не замечая надвигающейся опасности. Шаги медленно и не уверенно приближались к тому окну, возле которого продолжал стоять Гилиас. Потом что-то громко ударилось о покрытие крыши, покатилось вниз, и с тяжелым мокрым шлепком упало в успевшую стать грязевой ванной землю. С наружи разлились протяжные злобные завывания и стоны.

- Свалился с крыши! - злорадно хихикнул Гилиас

- Слышишь, как воет! Наверно поломал себе что-то. Может, здохнет там, наконец! - продолжал злорадствовать Гилиас. Остальные не разделяли его злорадных эмоций. Они с тревогой прислушивались к происходящему с наружи. На головы испуганной молодежи стали падать маленькие капельки воды. Когда произошло падение, крыша видимо повредилась и дождевые потоки, найдя лаз в помещение проникли по началу капельками, а потом и легкими струйками, омывая головы и спины стоящих. Стенания монстра прекратились. Снова стало слышно, как это нечто забирается на крышу. Ликование Гилиаса смело как рукой. Он тоже стал прислушиваться с опаской к происходящему. Теперь со стороны крыши было слышно, как тянут что-то тяжелое и останавливаются, снова приближаясь к тому окну, где располагался Гилиас. Все напряженно следовали головами за шаркающе - волокущемся звуком. Звук резко прекратился в области над головой Гилиаса. Тот, предчувствуя неотвратимо надвигающееся злобное нечто, стал нервно вращать головой, заглядывая в окно, в потолок, на силуэты товарищей. Почему-то он осознавал, что является первостепенной целью этого создания. Его первой будущей жертвой. И это осознавали, видимо и стоящие обособленно в стороне друзья. Гилиас чувствовал, что опасность, как топор палача зависла над ним. А может уже и опускается подобно лезвию, смерть несущего оружия.? Но вот откуда узреть нападение? Снова ярким клинком молния разрезала ночь, и молот грома всколыхнул небесный водопад. В эту секунду освещенности Гилиас краем глаза заметил некое движение за окном. Он успел только прикрыть грудь сидельцем и рефлекторно повернуться лицом к окну. Резкий сокрушающий удар был нанесен в окно, возле которого стоял Гилиас. Створки вломились внутрь, с треском и хрустом разбитого стекла, которое влетело в комнату роем осколков разных размеров, роняя и царапая находящихся в ней. Гилиас отлетел и упал на пол от удара и неожиданности, окаменев на месте. Щека и руки кровоточили от стеклянных порезов битого стекла. В ту же секунду комнату охватил рокот победоносно рычания. В оконной раме, не помещаясь полностью, находилось чудовище. Длинными конечностями, которые, по всей видимости, служили ему руками и имели непропорционально длинные пальцы с загнутыми когтями, оно держалось за пол, пытаясь втащить, свисающее с наружи ужасное тело. Гилиас рассмотрел во мраке, который уже воспринимался глазами, неестественно широко раскрытый рот на длинном лице, больше походивший на рваную дыру в истлевших одеждах. Глаза - две бездонные впадины, наполненные могильным мраком, заметно выделяющийся острый нос и очень длинные острые уши. По бокам ужасающего лица тянулись тонкие пряди мокрых, перепачканных грязью редких волос.

Смертельно опасные руки монстра рывком втащили часть тела, и одна нога перешагнула оконную раму. Рычание переросло в зловещее клокотание, означающее скорую расправу над окаменевшими, словно статуи друзьями. На фоне окна стало заметно, как на плечо чудовищного создания забралась небольшая тень на четырех лапах, силуэтом, походившая на собаку и вскочила внутрь помещения. Со злобным не схожим на собачье рычанием кинулась на Гилиаса, вцепившись ему в ступню, прокусив острыми словно лезвия, маленькими клыками ногу и подошву сандаля. Резкая боль немного отрезвила Гилиаса и вывела его из состояния оцепенения. Не отводя глаз от неспешно вползающего чудища, почти на ощупь, размахнувшись, насколько хватало сил у одеревеневшей руки, Гилиас ударил сидельцем псевдо собаку в область спины, между задними и передними лапами. Та от неожиданно сильного попадания вскрикнула, почти человеческим голосом, и, упавши на бок, откатилась в сторону. Но в момент вскочила и с переполненным гневом рычанием кинулась на стоявшую в оцепенении компанию. Первыми очнулись коты, все еще находившиеся на руках девушек. С испуганным шипением и фырканьем они вырвались из теплых объятий девичьих рук, обильно расцарапав при этом, и разбежались в разные углы комнаты. В этот же миг стал не своим голосом кричать Эридор. Девушки поддержали его истошными криками, заполнив комнату хором страха и безысходности. Псевдо пес вскочил Эридору на спину и, невероятным образом, держась за нее, наносил рваные укусы в область головы и плеч. В безуспешной попытке снять с себя злобное создание Эридор стал метаться но, запнувшись обо что-то в темноте, стал падать в сторону окна расположенного возле двери. По недоброй случайности это окно не было даже закрыто на щеколду изнутри и, распахнувшись, позволило жертве и маленькому монстру на ее спине, выпасть на улицу. Мокрый, громкий удар тела о влажную землю оборвал короткий, полный отчаяния крик Эридора.

Монстр в окне почти весь влез. Пытаясь разогнуться, одной рукой придерживался за стену, второй еще царапая пол. Гилиас одним движением поднялся на ноги, сбросив с себя тяжелые цепи, сковывающие все члены, надетые страхом перед надвигающейся, смертельной угрозой.

- Вниз! Бегом вниз! Бежим из дома! - заглушая рев и истерику девушек, надорвавшимся голосом кинул он команду. Трал словно ждал ее. Одним движением откинул засов, схватил девушек за руки и поволок по лестнице вниз. Бриан спотыкаясь, кинулся за ними.

Гилиас, к сожалению, не успел последовать примеру своих товарищей. Когтистые пальцы, разрывая кожу, вцепились ему в ногу. Резкое движение чудовищной руки опрокинуло его спиной на пол, в режущие осколки окон…

VII

Гилиас поднял голову. Жуткий гость, смотрел прямо на него, издавая шипящие прерывистые звуки. Ужасающее подобие рта растягивалось еще шире, словно у змеи готовящейся поглотить мышь, создавая в пространстве звуки схожие на рвущуюся материю и хруст маленьких косточек. И Гилиасу показалось, что на этой ужасной пасти образовалось подобие улыбки. В следующий момент оно издало короткое утробное рычание и с сильным рывком подтянуло будущую жертву к себе...

…Когда Гилиас учился в Универсариуме, студентам в течение полугода преподавали одну из методик самообороны: Квазителекинетическую систему защиты от нападения и дальнейшего обезвреживания противника. Одним из немногих хорошо запомнившихся уроков для Гилиаса стал "Урок квазителекинетического усиления удара". В свое время он сломал немало тренировочных мечей, удачно выполняя задания педагога, получая отличные отметки…

…Злобная пасть готова была уже принять плоть не сопротивляющегося человека. Но Гилиас хоть и приобрел статус жертвы, имел свое мнение на счет сложившейся ситуации. В этот раз его удар был молниеносный. Наполненный силой приобретенных знаний умноженной на нежелание погибать, как ягненок в клыках волка, он сделал свое дело: угодил точно в цель, куда и был направлен - в зажавшую, словно тиски чудовищную руку. Ножка табурета разлетелась в щепки, перебив надвое костяной, плотно обтянутый серой кожей когтистый палец монстра, оставив болезненное гудящее ощущение в плече Гилиаса. Гвоздь разорвав, плотное серое полотно кожи, оставил в ней рваную рану и застрял в кости.

Монстр взвыл от неожиданной боли принесенной существом почти превратившейся в долгожданный ужин, и отдернул поврежденную руку, на которой бесполезным придатком болтался перебитый палец. Гилиас в ответ победоносно, во весь голос истерически засмеялся, удивляясь, что смог нанести повреждение чудовищу, дающее шанс на спасение. Он оттолкнулся ногой от туловища монстра и, прокатившись по усыпанному стеклом полу, нырнул головой вперед в дверной проем, перебирая ступеньки руками. Злобное создание, когда от него оттолкнулась привередливая жертва, чуть не выпало из окна, еле удержавшись неповрежденной рукой за стену. Но увидев как, юркий ужин нырнул на лестницу, пытаясь спастись, рванулось вперед, отталкиваясь неповрежденной рукой от стены, издавая разъяренный истошный вопль, от которого застывала кровь в жилах.

На средине лестницы Гилиас услышал как тяжелое тело, с истошным воплем врезалось в дверную коробку и открывающуюся внутрь дверь, при этом с треском повредив ее. Монстр, как и его ускользающая жертва начал, быстрый спуск по лестнице головой вниз, перекатываясь длинными, беспорядочно перемещающимися руками, рыча и клацая острыми корявыми зубами. Гилиас достигнув нижнего края винтовой лестницы, вскочил на ноги и вылетел стрелой в открытую наружу дверь, окунувшись в прохладные небесные потоки, даже не осознав этого. Его охватывал не переборимый ужас оттого, что за ним гонится яркий представитель ночных кошмаров. И что он остался сам, один. Все убежали! Первое, что кинулось Гилиасу в глаза, когда он выскочил из дома, это был амбар, освещенный тусклым мерцающим в струях дождя светом энергофонаря. К нему он и направил свой спасительный побег.

За спиной он услышал, как из дома выскочило чудовище и тяжелыми шлепками настигало его. Вслед стали слышны крики друзей:

- О боги! Оно за Гилиасом гонится!

Гилиас охваченный отчаяньем, полуобернулся увидеть, сколь далеко его преследователь. Он был совсем рядом, вытягивая руки перед собой, чтоб быстрее схватить ускользающую жертву. Открывающаяся и закрывающаяся, с костяным клацаньем огромная пасть, полная черных, хаотически расположенных зубов, и хромое перебирание ног схожее отдаленно на бег. Увиденная картина повергла Гилиаса в пучину отчаяния. Отчаяния и обиды. Он начал причитать на бегу, голосом, почти перешедшим в истерику:

- Нет, нет, нет, нет боги! Богиии нет! Не хочу! Не хочу!

Слезы самопроизвольно стали катиться из глаз, смешиваясь с дождем. Он врезался в одну из створок дверей амбара, распахнув ее внутрь, и пробежал еще немного и остановился. Его остановило, словно невидимая стена, осознание того, что он загнал сам себя в ловушку. Из амбара ему не выбраться!!! Гилиас повернулся лицом к дверям и замер, роняя слезы в истошном, давящем приступе обиды и не желании умирать. Вторая часть двери резко распахнулась и немного вернулась назад. Чудище вошло в амбар и остановилось, победоносно рыча. Тусклый свет фонаря выхватывал из мрака элементы тела этого создания. Туловище его было покрыто неким подобием материи, похоже, служившей когда-то рясой. Темно-серая кожа укрытой сеткой черных вен и средних размеров цепь на длинной шее. Это все, что попало на глаза Гилиасу, перед тем как чудовище начало победоносно, не спеша входить внутрь.

Гилиас стал пятиться назад. Рядом на аккуратном прямоугольном стогу сена, смотанном металлической сеткой, лежала пила и топор, которыми он сегодня заготавливал дрова для жарки мяса. Гилиас взял дрожащей рукой топор, подумав о том, как давно, словно столетия назад они спокойно наслаждались дружеской компанией теплым вечером, вкусным мясом и хорошей музыкой. " Как же не хочется умирать! О боги!" молча, плакал Гилиас. Спиной он уперся в технокат Трала. Все! Дальше отступать некуда! Гилиас понял, что это его последние минуты жизни. Он понимал, что его жизнь спасла судьбы его товарищей. Жалко было только Эридора. "Может он, раненый истекает кровью лежит там под окном. Лежит, а его грызет то мерзкое подобие собаки. Бедный Эридор!" Но плакаться было уже поздно. Хищник загнал жертву и собирался устроить кровавый пир. Пригибаясь и расставляя свои руки, монстр перебирал ногами, выбирая удачную для единственного и смертоносного прыжка позицию. Пальцы на ужасных руках скорчились, от чего когти стали казаться еще страшнее и остррее. Чудовищная пасть искривилась, толи в оскале, толи в жуткой улыбке. Слезы застыли в лазах Гилиаса. Он поднял перед собой сидельце, и занес дрожащий укой топор над головой для возможного, но бесполезного удара.

Он почувствовал уже как тяжелое, большое и жуткое тело, словно таран сметает его, вместе с технокатом. Как он беспомощной куклой с перебитым позвоночником и сломанными ребрами, трепещется в чудовищных когтях этого жуткого монстра. Это был явный конец его жизни! Единственное на, что он надеялся, что умрет до того, как этот зверь начнет рвать плоть своими корявыми зубами. Гилиас, неожиданно для самого себя выкрикнул:

- Хочешь сожрать меня? Да ?

- Да-а-а-а! - хрипло, но достаточно громко утробным голосом ответил монстр. Топор, чуть не выпал из рук. " Он разумный! Он разговаривает!" - стучало в голове у Гилиаса. В глазах помутилось оттого, что такое омерзительное существо, в самом деле, было разумным и говорящим, а не изголодавшимся зверем неведомой породы.

В этот момент произошло, то чего не ожидал никто из находящихся в амбаре, ни хищник, ни его загнанная жертва. В амбар вбежали товарищи Гилиаса. На лицах их присутствовал страх, но отступать они явно не собирались. Каждый был вооружен предметами быта и хозяйства служившими сейчас оружием. У Бриана был энергофакел. Трал сжимал двумя руками лопату, которой сегодня копали ямку для углей. Эфира отыскала, вила, а Таира держала в каждой руке по стеклянному бутылью.

Монстр прекратил подготовку к прыжку и замер в растерянности, осознавая, что амбар заполнился людьми, которые хотят напасть на него. Появление друзей неслыханно обрадовало Гилиаса. Отчаяние сменилась надеждой. Дрожь покинула его тела. Само время остановилось, ожидая первого действия, либо хищника, либо решивших дать отпор недавних жертв. Сумасшедшая идея посетила голову Гилиаса. Он несколько мгновений назад попрощался с жизнью, друзьями и всем белым светом и ощущение, что нечего терять еще управляло сознанием.

- Бриан разбей энергофакел и поджигай сено! Быстрей! Сожжем это богомерзкое создание! - крикнул Гилиас. Он предположил, что даже все вместе они не справятся с чудовищем но, подпаливши амбар, его можно задержать, чтоб оно сгорело здесь. За это было не обидно положить жизнь. Бриан на секунду замялся, но тут, же выполнил сказанное. Разбив о пол ту часть энергофакела, что была из термостойкого стекла, и поднес его к сену. Рваные, мечущиеся языки энергии ярко голубого цвета стали кусать сухие стебельки. Стог вмиг вспыхнул медно-оранжевым пламенем.

Осознавая, своим чудовищным сознанием, что попадает в огненную ловушку, существо боролось с желанием настигнуть все же такую близкую жертву и желанием совершить бегство. Но неутолимая жажда крови взяла верх над самосоханением. Оно ринулось на Гилиаса, преодолевая очень быстро считанные метры, разделявшие их, своими хромающими ногами. Но и Гилиас уже не был испуганной мышкой перед настигшей ее змеей. Технокат укрывала водонепроницаемая ткань. Он стянул ее одним движением и швырнул в приблизившееся существо. Она комком накрыла часть головы и плечо. Все, что стало происходить дальше, Гилиасу показалось очень медленным. Словно движения всех происходили под водой.

Монстр смахнул тканевую преграду движением головы. Она стала катиться по его телу вниз. Гилиас с криком кинулся навстречу врагу, намереваясь нанести удар топором в нижнюю часть грудной клетки. В ответ на это в сторону головы Гилиаса направилась когтистая ладонь, но тот, прикрывши макушку сидельцем, нагнулся, пытаясь избежать удара. Один из когтей зацепил доски импровизированного щита, нарушив равновесие Гилиаса. Он пошатнулся, но был уже достаточно близок для удара и, заплетаясь в своих ногах, нанес бесцельный удар в область тела. Металл топора, заточенный для раскола дерева, прорвав истлевшую темную ткань, изведал вкус отвратительной плоти под ней, оставив глубокий порез, наполнившийся моментально черной жидкостью. Монстр вскинул к верху голову, завывая, и ударил Гилиаса ногой в область живота, опрокинув его на спину. Чудовище прикрыло рану рукой с перебитым пальцем, а вторая партия когтей уже летела в сторону лежащего. Четыре когтя врезались в сидельце, выбив из него щепки. А пятый впился в грудь, окрасившись в алую горячую кровь. Гилиас закричал от боли. Жуткий враг наклонился над Гилиасом, придавливая его свой рукой к земле, пытаясь вонзиться когтем глубже в тело. Но лежащий из всех сил этому сопротивлялся - двумя руками упираясь в сидельце, пытался оттолкнуть навалившуюся когтистую пятерню.

С громким криком к борьбе присоединился Трал. Удар лопатой наотмашь пришелся чудовищу по ноге, заставив того стать на колено. В ответ на смелый поступок Трал получил ответный удар наотмашь тыльной стороной чудовищной кисти, которая только что давила Гилиаса, пронзая грудь. Голова того кивнула назад. Трал выдержал удар, оставшись на ногах, но попятившись назад, сокрушенно сел. Его губы и нос были повреждены, выпустив из себя кровь, залили подбородок, струйками стекая на шею и грудь. С другой стороны атаковать кинулся уже Бриан. Воспользовавшись ситуацией, он подобрался настолько близко к врагу, что смог короткими выпадами опаливать пламенем энергофакела бок, употребляя страшные проклятия. Ярые языки энергии пожрали тленную ткань и оставили большие волдыри на мерзком теле в месте соприкосновения с ним. Монстр заревел, развернувшись в сторону обидчика с желанием ударить и его рукой. Но Бриан мгновенно присел, уклонившись от удара и победоносно проклиная чудовище, продолжал наносить ожоги. Это позволило Гилиасу отползти назад и, держась за грудь подняться. Кровь пропитала мокрую рубаху и капала на пол. Девушки тоже приняли участие в битве. В спину и голову полетели бутыли, разбившись вдребезги. Вслед за ними полетели вилы, пронзили спину, и покачиваясь остались в ней. Чудовище стало выть, и видимо, испытывать панику. Не понимая на кого кинуться или доставать вилы из спины, оно хаотически перебирало воздух руками и махало ими в разные стороны. Бриан сам, удивляясь своей ловкости, уворачивался от хаотически летающих рук, с победоносным смехом и приговорами продолжал оставлять ожоги.

Гилиас почувствовал, что настает момент для удара, и ринулся на монстра. И оказался прав. Приблизившись беспрепятственно к чудовищному врагу, нанес сильнейший удар по второй ноге. Рваная глубокая рана, окропившая топор черной кровью, заставила монстра встать на второе колено. Это была почти победа. Паника, проникающая в сознание чудища, пеленой боли застилала ему глаза. Оно ревело и махало руками, пытаясь задеть хоть кого-нибудь. Гилиас уворачивался выжидая, подходящий момент чтоб ударить в голову. Бриан продолжал заниматься ожогом монстра, но уже не так интенсивно, утомление начинало брать верх. Гилиас в какой-то момент подумал, что можно напасть на чудовище для решающего удара. Но ошибся! Он подбежал слишком медленно и близко к врагу. Когти, прорвали ему щеку, плечо и область под ключицей, из-за неудачного защитного маневра.

Он вскрикнул и, отступивши спешно назад, оперся спиной о технокат и присел, настолько сильна была боль охватившая его. Девушки не прекращали обстрел. Все, что было подходящим для катапультирования руками шло в ход: ручки молотков, пилы, напильники, банки, гвозди, камни. Но силы тоже были не безграничны. Боевой пыл начинал угасать, уступая место усталости. Все реже предметы летели в спину врага.

Трал, отойдя от болевого шока шатаясь, поднялся, сжал лопату по крепче, и немного разбежавшись, что было сил, направил свое оружие в область живота монстра. Паникующий ревущий враг не заметил опасности с этой стороны. Удар заставил его замолчать и согнуться, опершись на одну руку. Из пасти на пол стала литься черная маслянистая струя. Сам же Трал, вложив все силы, в этот удар, споткнувшись, укатился в сторону. Гилиас тоже отошел от боли, и, испытывая нарастающий все сильнее в нем гнев, не раздумывая, кинулся на, кажущегося поверженным монстра. Но не полностью друзья вымотали жуткое создание. Силы у него еще имелись! Когда Гилиас был рядом, и занес топор для удара, пытаясь снова применить знания квазителекинетического усиления удара, монстр неожиданно быстро разогнулся и нанес резкий удар снизу вверх. Лезвия когтей разорвали ногу и левый бок атакующего. Гилиас ахнул, и, попятившись назад, рухнул на пол. Его заботил один вопрос: почему не сработало усиление удара? Потом перед глазами все помутнело.

В этот же момент Бриан, посчитал, что очень удачным решением будет попадание энергофакела в прыжке, в область головы. Но исполнить задуманное не получилось. Усталость отвела его руки в сторону. И подпрыгнув, он пронзил воздух на приличном расстоянии от намеченной цели, успев удивиться, как можно было испортить такой прекрасный удар. Но приземлиться он не успел. Когтистая рука, сопровождаемая рычанием, смела его в полете, заставив, кубарем катится в сторону, глубоко расцарапав грудь.

А пламя, не обращая внимание, на бой смертных существ поглощало все больше и больше пространства, разрастаясь в своеобразного огненного монстра, шипя на попадающие в него капли дождя.

Бриан, от удара откатился к самым дверям. В этот момент в двери амбара вошел Эридор. Весь перепачканный грязью, кровью и черной вязкой жидкостью. Вся его правая сторона головы и плечо были в рваных ранах. Руки тоже носили следы сражения. На поясе висело то существо, которое напало на него в доме. Задние лапки были небрежно обмотаны веревкой и прикреплены к поясу, а передние чуть касались пола, болтаясь при ходьбе Эридора, словно у тряпичной куклы. Существо, по всей видимости, было мертво. Средний и указательный пальцы на правой руке Эридора были покрыты металлическими, пластинами, словно надета была часть рыцарской рукавицы. И на них мигали синие и зеленые огоньки, похожие на маленькие лампочки. Лицо его излучало в окружающее пространство не переборимую ярость и ненависть к чудовищу в амбаре. Он выставил руки перед собой. Слегка сжав в локтях, и не отрывая взгляда от монстра начал, перебирать в воздухе какие-то невидимые фигуры, или нащупывая что-то. Но вот он что-то нащупал невидимое, мрачно усмехнулся и начал сжимать и крутить с усилием эту невидимую фигуру. Чудище захрипело, и завыло, изогнувшись назад. Эридор используя знания боевого телекинеза, явно что-то нарушал внутри организма чудовища. Девушки на миг остановились передохнуть. Бриан, поднялся тоже, наблюдая страшную картину мук монстра.

Но тут неожиданно для всех жуткий мученик вскочил на ноги и, развернувши, уверенно побежал к выходу из амбара. Казалось воздействие Эридора, на него утратило свою силу. Одним резким движением он смел со своего пути Бриана и Эридора, и начал, прихрамывая удаляться, растворяясь в ночи и дожде.

Первым от неожиданного поворота событий отошел Гилиас. Он, хромая выскочил из, почти всего охваченного огнем амбара и погнался за убегающим чудищем. Он догнал его и кинулся на него сзади. Они вместе повалились в жижу, в которую превратилась питаемая вешними водами земля. Он успел нанести два удара топором по спине, потом когтистая ладонь схватила Гилиаса за ягодицы и ногу, глубоко проникнув когтями в ткани, и стащив с себя, швырнула рядом в грязь. Однако подняться с земли чудовище уже не успело. Эридор снова начал производить свои мрачные манипуляции с органами этого ужасного создания, прилагая, видимо к этому процессу больше сил, чем в первый раз, причиняя тому невероятную боль. Трал и Бриан уже подбегали к упавшему существу. Перед самим монстром Трал оскользнувшись, упал возле ноги этого создания, и, поднявшись на одном локте, что есть сил рубил маленьким топором ненавистную ногу. Бриан, оказался более удачливый. Поравнявшись с монстром, он вытащил, вилы из спины жутко воющего чудища и начал колоть его по всей спине. Девушки последними вклинившиеся в ужасающую сцену, кидали комки грязи, целясь в ужасное лицо.

Осознание того, что оно стало жертвой своей добычи, видимо заполнило сознание чудовища. Оно поднялось на руках и жутко завыло. В этом вое слышалось отчаяние. Вой перешел в утробный крик. Но жалость оно вызвать не могло. Слишком многого натерпелись друзья за один вечер. Да и души тех, кто был насмерть истерзан этим созданием, требуют отмщения. Словно вестник правосудия Гилиас медленно возник над истошно кричащим безымянным ужасом. Глаза его горели мрачным огнем. Он занес топор высоко над головой. Сейчас он был уверен, что техника усиления удара не подведет. С яростным криком он молниеносно опустил топор на шею мучавшегося чудовища, чуть ниже затылка. Удар был настолько силен, что почти отсек голову. Она клюнула вниз, жуткий крик резко захлебнулся свистящим хрипом. Руки разъехались в стороны, и тяжелое туловище хлюпнуло в грязь, упав навеки, чтоб никогда не подняться больше для зла. А Гилиас еще раз нанес удар, и голова, словно срубленная ветка, отскочила немного в сторону. Все замерли, уставившись на лежащую рядом голову, на которой даже через ночной мрак отпечаталась жуткая гримаса, и не понимали еще, что все окончено.

Амбар же почти весь охваченный пламенем, освещал картину смертельной битвы, насыщая мрак оранжевым мерцанием….

…А тем временем, на территорию дачи проник ближайший сосед. Человек скверного характера, и любящий совать нос в чужие дела. Заметив, что у его соседей возникает пожар он, не веря своему счастью, поспешил воочию полюбоваться зрелищем, не взирая на сильный дождь. Проникнув через незапертую колику, он поспешил к месту пожара, и увидел там, возле амбара ребят. Он подошел к ним, хотел притвориться, что переживает случившемуся горю, но радость от чужого горя так переполняла его, что он не смог справиться с собой и тонким, отдающим в нос голосом спросил, абсолютно неуместный как ему показалось вопрос:

- Почему горит амбар ?

Примечания к рассказу: " Почему горит амбар"

Оптикуляр - произведение гномьей инженерно-технической мысли позволяющее увеличивать отдаленные объекты. Изготавливается в различных модификациях, от карманных приборов, используемых в повседневной жизни, до больших стационарных установок для серьезных научно-исследовательских работ. Техническое название Триангуляционный механический оптико-энергетический окуляр. Получил широкое распространение в Независимой Новой Республике Людей более трехсот лет назад, после подписания трехстороннего военно-экономического пакта с Конгломератом Союза Гномов и Единого Высшего Совета Эльфов, во время войны с Ордой Зеленокожих.

Морозильник - контейнер прямоугольной формы с сигнальными лампами трех цветов для охлаждения продуктов. Изначально разработанный для понижения температуры молекулярных решеток нестабильных глубинных элементов обрабатываемых импульсами магии огня. Приводится в действие потоками управляемой энергии. Широкое распространение получил в быту у всех цивилизованных рас на Осколке Мира.

Технокат - очередное изобретение гномов, получившее массовое распространение во всей цивилизованной части Осколка Мира. Это средство передвижения в различных вариациях от двух до восьми колес, приводимое в движение по средством цепей, шестеренок, рам передач и потоками управляемой энергии. Изначально было разработано как мобильная боевая единица для войны с Ордой Зеленокожих.

Закат

Лорда

Аримана

I

Эльфийский город Этринос является последним граничным городом перед горным кряжем, который зовется Заскалье. Эта скалистая череда проходит через три государства - человеческое, эльфийское и гномье. С одной стороны этого горного пояса находятся цветущие королевства, переполненные жизнью. С обратной, как считают многие - бескрайние области запустения, моровых ветров и мертвых лесов. Это всё - области владения Орды Зеленокожих.

Снежные вершины и бездонные, укрытые бахромой тьмы пропасти. Зеленые, яркие склоны и безжизненные серые плато. Сверкающие мириадами искр водопады и зловеще свистящие ущелья Заскалья таили в себе в равной степени как прекрасное, таинственное так и опасное. Очень часто смертельно опасное. Одной из таких опасностей являлась недавно образовавшаяся расщелина невдалеке от Этриноса. Через расщелину время от времени попадали потоки моровых ветров, которые разрушали почву, изменяли структуру деревьев до неузнаваемости и отравляли воду. Но самое страшное, что моровой ветер все чаще вызывал ужасные мутации в живых существах. Особенно у ближайших живущих к страшной расщелине фей. И с каждым годом расщелина становилась все шире и глубже. Наконец она достигла таких размеров, что по ее дну можно было добраться до владений Орды Зеленокожих.

Город Этринос от расселины отделяет обширная полоса негустого лиственного леса упирающегося в подножие Заскалья, множества озер и нескольких крупных поселений фей, которые не однократно просили о помощи эльфов. Но долгие исследования эльфами расщелины, ни к чему не привели. Несмотря на свой богатый магический опыт, эльфы не были в состоянии решить образовавшуюся проблему. Потому им пришлось обратиться за инженерной мыслью к гномам. Последние охотно откликнулись, так как инженерный потенциал, накопленный, гномами требовал реализации. И моровая расщелина была самой подходящей для этого причиной. Гномы начали монтаж огромной горной трещины. Без магических обрядов и заклинаний они начали с самого тяжелого участка, который находился ближе к опустошенным областям. Они смогли перекрыть наращенным искусственным камнем и огромными балками перекрытия из молекулярно укрепленной стали треть расщелины. Многие, в том числе и феи уже праздновали победу над природной катастрофой. Однако не судилось закончить это мега строение. Три года назад неожиданное землетрясение страшной силы повергло в бездну незавершенное инженерное чудо, а вместе с ним многие жизни рабочих и руководящего персонала конструкции. Там же погиб и руководитель проекта достопочтенный и уважаемый во всем цивилизованном мире инженер и архитектор - Грунер Кауф. Монтаж раскола прекратился. Беда была в том, что уровень интеллекта и опыт Грунера в инженерном мастерстве позволял экспромтом создавать схемы дальнейшей реконструкции расщелины, без формирования долгосочных схем и чертежей, чем он злоупотреблял с самого первого дня строительства. С собой, на тот свет, он забрал идеи по реализации и завершению проекта, и никто бы не смог его заменить. Горе проект свернули. Это стало днем траура. Днем невосполнимой утраты. К тому - же все то, что было возведено гномами, рухнуло бесформенной грудой на дно ущелья. Тела многих так и не нашли. Как и тело Грунера Кауфа.

В то время когда застраивалась расщелина, на место проекта часто приходил представитель обнищавшего дворянского рода – маг среднего уровня Лорд Ариман Элийский. Титул Лорд закреплен был за ним, чисто формально, в память о боевых заслугах отца положившего свою голову, как считалось, в одной из схваток с Зеленокожей Ордой, когда Ариман был еще ребенком. Лордом, конечно, его никто не считал. Состояние их семьи промотал дядя Аримана, оставив мать с ребенком почти ни с чем. Мать отошла в мир иной, когда Ариман оканчивал третий курс академии магических наук. Ариман остался сиротой. Поддерживал его лишь друг семьи, и боевой соратник отца - граф Амерзи. Однако и тот скоропостижно скончался, когда Ариман закончил академию. Граф оставил в завещание юному Лорду небольшое состояние, которое он бережно хранил и пытался преумножить и по сей день.

Во время строительства укрепления расщелины он часто общался с инженерами, рабочими и руководителями различных отделов. Ему даже посчастливилось пообщаться с Грунером. Общение с этим знатным гномом произвело значительное впечатление на него. Тогда под влиянием известного инженера и архитектора Лорд Ариман значительно расширил свои познания в геологии местности, прилегающей к расщелине. В том числе и об устройстве литосферных плит и разломов, на которых стоит Заскалье. Когда случилась трагедия Лорд Ариман должен был находиться среди укрепляющих наращиваемую преграду сооружениях. Однако он там не был. В тот самый трагический момент Ариман приобретал для своей любимой подарок - прекрасное кольцо с пламенным рубином. И не видел ничего порочного, в том, что он слегка задержится на колоссальную стройку. После ужасного землетрясения молодой Лорд не мог простить себе, что его не было в момент трагедии у расщелины. Он считал, что мог спасти жизни хоть нескольких гномов. Эти события оставили неизгладимый след в душе эльфа. Он стал много думать о том возможно ли в принципе исправить геологический пролом, в горах который унес жизни многих. И его долгие размышления, геологические и магические изыскания на месте разлома вместе с гномами – энтузиастами привели к выводу, что возможно! Но для этого необходимо одобрение городского совета эльфов. И, конечно же, денежные ресурсы, которых у него не имелось в достаточном количестве.

Лорд Ариман долго обращался к городским властям, чтоб собрать совет. На него он предлагал пригласить представителей как гномьей, так и людской расы. Это может привлечь многих торговцев и ученых к данной проблеме. К тому же решать проблему стоило в любом случае. Но заседание совета все откладывали и откладывали. То в связи с опасностью предприятия для самого Аримана: никто не решался нести ответственность за его гибель, в случае непредвиденных обстоятельств, хотя никто в принципе и не вслушивался в идеи молодого мага. Другой причиной было отсутствие некоторых членов совета. А по сути отлагательства нужны были лишь для того, чтоб остудить пыл Лорда. Но амбициозность и принципиальность, которая передается по крови представителям его фамилии, не давала остыть желаниям Аримана. В конечном итоге Ариман дождался, когда совет соберется в полном составе, и ему дали разрешение на проведение своего выступления.

Выступление Аримана решили провести по старому обряду - в Древе Советов. К тому же в здании городского совета проводились ремонтные работы. Решили так же, что еще несколько новаторов выступят перед аудиторией. Возможно кто – нибудь, кроме Аримана сможет заинтересовать торговцев своими идеями и вечер не пройдет зря. Лорд Ариман в свою очередь пригласил как новых знакомых среди гномов, так и своих старых друзей, и друзей семьи.

Древо Совета стоит в стороне от города Этринос среди обширного луга окруженного лесом. По старой традиции все важные вопросы должны обсуждаться в Древе Советов. Но со времен войны с Зеленокожей Ордой эта традиция себя понемногу изжила. В городе построили здание городского совета, и все вопросы стали обсуждаться именно там. Древо Советов оставили для праздничных заседаний, зачитывания решений показательных судебных разбирательств и детских экскурсий. И в этот раз заседание решили провести в Древе, чтоб показать его несерьезность. Однако созванные гости, и второстепенные члены совета спешили на это действо с неподдельным интересом. Проблема моровой расщелины очень многих заботила, и возможность послушать варианты решения этого вопроса вызывала ажиотаж. Особенно в свете последнего морового дуновения, которое свело с ума половину колонии фей и они принялись чинить беспорядки в городе и его окрестностях. К Древу Совета спешили даже те, кто не был приглашён, чтоб из первых уст узнать результаты заседания совета.

Спешила на заседание и одна любознательная фея. Она особо не разбиралась в тонкостях эльфийской речи, но в эмоциях она знала толк. Если даже кто и пытался скрывать свои намерения, она могла это заметить своими зоркими глазками. Она слишком поздно узнала от соплеменниц о том, что эльфийские великаны собираются решать вопрос о «мертвой трещине» - так называли феи расщелину в Заскалье. К тому же после неудачи гномьих великанов, племенам фей было интересно, кто следующий возьмется за это страшное дело. Может даже человеческие великаны ?

Фея вылетела еще, когда солнце только начало клониться к горизонту на покой. Синее бездонное небо накрывало собой весь мир. И лишь неясные облачка на горизонте стремились испортить безупречную чистоту небесной тверди. Солнце ласкало своими теплыми лучами каждый участок земли. Не исключением была и фея. Солнце играло яркими искрами в ее крылышках. Фею очень забавлял полет в прогретом воздухе уходящего дня. Она достигла уже черты города Этринос. Облачка на горизонте тоже спешили испачкать небо и спрятать солнце. Когда фея достигла границы луга, где стояло Древо Совета, темные облачка достигли солнца. И мир вокруг вмиг переменился. Солнце укрылось под легкой серой пеленой и сменило цвет с мягко оранжевого на кроваво-алый. Зелень напиталась новым цветом, будто была окроплена кровью. Вершины гор также стали алыми, а очертания расщелины еще больше стали выделяться. Тень Древа Совета обрела, устрашающий бардовый оттенок и фею смел в сторону резкий, очень холодный порыв ветра. Ей стало не по себе от изменившегося освещения мира, ветра и зловещих теней, растущих по земле под ней. Солнце все также медленно заходило, не меняя окраски. Фея подумала, что это дурной знак и поспешила к Древу.

А между ветвей Древа, образующих обширный купол, уже пробивался голубоватый свет. Под Древом наблюдалось оживленное движение разнообразных транспортных приспособлений, эльфов, людей и гномов. Казалось, никого не впечатлил резко наступивший закат.

Фея аккуратно приземлилась на ветвь Древа. Она протиснулась через листья и, усевшись поудобнее, стала наблюдать за происходящим в Зале Древа Совета. Зал был полон. На трибуну выходил молодой Лорд Ариман Элийский…

II

Древо Совета было выращено очень давно могучими эльфами – магами. Оно было магически взращено еще до того как город Этринос фигурировал в архитектурных проектах и инженерных схемах. Это огромное древо первоначально служило природной фортификационной преградой на пути кровожадных полчищ Зеленокожей Орды, которые пересекали Заскалье и опустошали эльфийские земли. Оно вмещало в себя целый гарнизон, являлось жаростойким и могло родить питательные плоды для тех, кто находиться внутри. Потому продолжительные осады Древа были не страшны. В стволе своем Древо имело потайные ходы, открывающиеся лишь эльфам и магические лифтовые площадки, которые могли доставлять на самую верхушку. Люди прозвали Древо - деревянная скала. Поговаривали, что Древо могло двигаться и сметать вражеские полчища своими гигантскими ветвями, словно мусор метлою. Но вымысел это было или, правда, никто в точности сказать не мог. Создатели Древа, как и свидетели набегов Зеленокожих давно отправились в лучший мир к Богам и праотцам. Потому этот интересный факт так и остался на уровне легенды.

Но все это было очень-очень давно. Древо уже многие столетия служит Залом Совета эльфов. Однако стоит заметить, что последние полстолетия, а то и больше все важные заседания проводятся в городе. Древо служит больше культурно – историческим памятником прошлых, славных времен. Но только не в этот вечер! На обширных площадках для транспортных средств нет свободного места. Здесь и технокаты различных модификаций, от двух, до восьми колес. И великолепные кареты, запряженные четырьмя скакунами. И механико-паровые кареты. Запряженные богатым убранством лошади и даже обычные телеги, запряженные одной замыленной клячей с пеной на губах. Все спешили на совет. И кто на чем мог.

Но еще больше возле древа собралось тех, кто не попал или попросту не был приглашен на совет. Были тут все: и люди, и гномы, и эльфы. Проблема моровой расщелины волновала всех куда больше, чем представляли себе члены эльфийского совета. Некоторые из прибывших разбили себе шатры перед Древом. Другие просто разместились на расстеленных коврах и что-то жевали, обильно запивая легкими хмельными и утоляющими жажду напитками. Третьи, разожгли костры и жарили на них мясо. В основном разжиганием костров занялись гномы. Это вызывало недовольство эльфов и большой интерес у людей. Вся эта плотная живая масса постепенно распадалась на малые и обширные группы, которые за поеданием пищи обговаривали заседание совета и возможные варианты решения проблемы расщелины, а все это заливало яркое оранжевое светило. Добавляя красок и без того пестрым одеждам трех разных культур собранных в одном месте.

Многим молодым, под хмельную голову это все собрание казалось военной компанией для совместного похода на Орду Зеленокожих. Некоторые из них пытались вспомнить слова из старинных песен. Воинский романтизм в сердцах молодых, набирал силы. То там, то здесь возникали дружеские схватки, чтоб узнать, чья удаль сильнее. Местами даже седовласые, глотнув лишнего, начинали показывать боевой опыт, приобретенный за прожитые годы. Все больше это начинало походить на совместное войско. Раздавались песни на героическую тематику. Музыкальное сопровождение играло в такт. Многие даже братались после товарищеских столкновений. Чаще братание происходило между людьми и гномами. Но бывало и эльфы, которые часто сдерживают свои эмоции, клялись в дружбе и гномам и людям. К тому времени, как резко изменившийся закат окрасил всё в кроваво-алые тона, разношерстная толпа превратилась почти в войско с высоким моральным духом. И, если бы, был дан клич идти на Орду, большая часть из тех, кто пребывал возле Древа, двинулись не раздумывая. Не страшно идти бить врага, если у тебя в братьях люди, эльфы и гномы. Некоторые даже позабыли о цели их приезда, уже устанавливали между новоприобретенными товарищами дружественные и частенько торгово-купеческие взаимоотношения. Обменивались друг с другом дорогими для себя вещами и оружием. Один людской купец так был очарован доблестью эльфа, что предложил ему в жены свою дочь. Тот с радостью согласился. Они даже собирались покинуть место совета, но им вовремя напомнили, зачем они сюда приехали и они решили пока повременить. Но сразу после совета купец звал эльфа на смотрины к себе в родной город. Это происшествие бурно обсуждалось многими, что сильней укрепляло дружественную обстановку, не способную разрушить даже обильным количеством хмельных напитков.

В раскинутом лагере у подножия огромного Древа царила дружеская обстановка. Веселый гомон, смех, песни и не прекращающаяся удаль, волной захлестнувшая и молодых и тех, кто был постарше, и с сединой. Даже старики, которые казалось, не способные нормально ходить пускались в пляс, подавшись общей волне братания. Один гномий старик так выплясывал, что сломал себе ногу. И сам от этого хохотал. Смеялся, что в старости еще довелось почувствовать молодецкой удали. С вершины же Зала Советов эта картина представлялась несколько иначе. Создавалось впечатление, что Древо находится в осаде беснующейся ордой. В которой то и дело зажигают костры, громко смеются, бьются на клинках и снова смеются.

В прочем у тех, кто находился в Зале Советов, не было возможности наблюдать панораму происходящего под Древом. В Зале шли выступления трех приглашенных новаторов. Среди них был и Лорд Ариман. Это был стройный высокий эльф с глазами прозрачного янтаря. Лицо правильной формы с кожей, словно из мрамора. Белоснежные длинные волосы были аккуратно уложены назад и сплошной волной шли ниже плеч по спине. Одежды его были сшиты на заказ под его фигуру. Они состояли из длинной рясы бирюзового цвета с яркими отливающими золотом нитями, переплетающимися в замысловатые узоры. Высокий широкий ворот, через который были пропущены белоснежные волосы, полукругом опоясывал затылочную часть головы. Грудь пересекал, с правого плеча на левое бедро, алый широкий пояс, сложенный складками. На левой руке одет был отцовский перстень с темно-синим камнем, а на груди весел золотой амулет-оберег от злых чар.

Выступить перед аудиторией Ариману довелось последним, третьим по счету. Двое из выступавших заинтересовали своими идеями нескольких купцов и ученых. И члены совета были этим довольны. Осталось лишь прослушать речь Аримана, чтоб он убедился, что никто не заинтересовался и успокоился, наконец. Может совет решит ему выделить небольшой гранд за то, что он был инициатором собрания, так как предыдущие выступления предвещали существенные прибыли для казны города.

В ярко освещенном множественными канделябрами и люстрами с люминесцентными голубыми камнями собралось много народа. Верхние ложа занимали главные члены совета. Ряды ниже - второстепенные. Дальше шли торговцы, купцы, маги и ученые. Первые ряды занимали приглашенные гости. Среди них была графиня Амерзи, блондинка в дорогом розовом пышном платье - жена покойного графа Амерзи со своим верным слугой Тримо, темноволосым мужчиной неопределенного возраста с колким взглядом. Он предпочел прийти во всем зеленом. Так же среди приглашенных Ариманом был Вендор Райс, лучший друг покойного графа Амерзи и боевой соратник отца Аримана- мужчина средних лет с хорошо уложенной прической, легкой челкой спадавшей ему на лоб и голубыми глазами. Он явился в алой дорогой рубахе надетой на блестящий великолепной работы белоснежный нагрудный панцирь, с ярко – голубыми жилками, синих брюках и с коротким клинком на поясе. Рядом с Вендором сидел гном - Дулиф Грум. Верный друг Вендора. Гном типичной наружности. Крупный нос, размашистая рыжая борода и доброе, вызывающее доверие лицо. Он предпочел коричневую простую рубаху и серые брюки.

Аудитория в общей сложности насчитывала более трехста персон, и большей своей частью ждала выступления молодого Лорда. И вот время Лорда Аримана пришло. Он не спеша, расправил свои длинные одеяния сверкающие золотом. Прошелся по гладко уложенным длинным волосам и, не спеша, вышел к трибуне. Он волновался, но как любой воспитанный и уважающий себя эльф не показывал эмоций. Зал был расположен полукругом перед трибуной. И полный зал ждал его слов. И слова должны быть убедительны. Ариман вздохнул и начал речь твердым звонким голосом:

- Я приветствую Вас, достопочтенные члены совета! Приветствую Вас, уважаемые гости нашего совета. Приветствую и тех, кто остался, не равнодушен к нашей проблеме. К нашей общей проблеме. И проблему эту Вы все хорошо знаете без лишних слов. Это моровый раскол в горах Заскалья. Ариман сглотнул, перевел дыхание и продолжил:

- Чуть больше трех лет назад, наши товарищи, и не побоюсь этого слова – братья гномы откликнулись на наш клич о помощи. Они собрали свои лучшие умы и руки и отправились исправлять беду, с которой мы оказались бессильны справиться. Они сделали это абсолютно безвозмездно, как Вы помните. Это было дело чести. Честь гнома - уберечь своего соседа от угрозы, если он сам не может с ней справиться

Ариман вглядывался в лица в зале. Находят ли его слова отражения в их сердцах. Однако это было тщетно. Сидящие просто смотрели на него. Ариману не хотелось говорить. Хотелось действовать. Но таков порядок – сначала следует убедить, а уж потом воплощать задуманное в жизнь.

- Мы приняли их как спасителей. И они оказались нашими спасителями. Не покладая рук, недосыпая ночей, этот благородный народ строил и строил стену. Возводил укрепление не только от моровых ветров, но и от угрозы куда более страшной - Орды Зеленокожих. Они не жалея себя, рискуя своими жизнями возводили сооружение достойное памяти будущих поколений. Они строили не просто укрепительный бастион – они ваяли узы, навсегда скрепляющие наши два народа

Ариман при этих словах сжал вместе руки в замок на уровне грудей. Этот эмоциональный жест был замечен и положительно расценен как гномами, так и людьми. " Видно сразу от души говорит! " - шептались в зале. Вендор Райс пересекся глазами с Ариманом и одобрил сказанное кивком и улыбкой. Члены эльфийского совета традиционно остались непоколебимы. Ариман, наткнувшись взглядом на поддержку, продолжил более уверенно и размеренно:

- Я был с ними, когда они только прибыли к разлому. Я общался с многими достойными представителями их народа. Я помогал им, как мог в строительстве и в коротании досуга после тяжелых работ. Спускался в глубокие шахты и подымался на заоблачные вершины вместе с ними. Мне даже посчастливилось вести беседы с самим Грунером Кауфом. Славные братья гномы строили грандиозное сооружение с улыбками на лицах, словно это был игрушечный дом. Я лично лицезрел, как они на треть достигли успехов в своем величии. Мое сердце переполнялось гордостью за этот народ и благодарностью за их бесценную помощь. И чем больше я проводил времени с гномами, тем больше я возвышался и становился лучше…

Ариман умолк на несколько секунд, и продолжил более глухим голосом:

- А потом произошло…ЭТО! Землетрясение уничтожило все то к чему мы стремились двумя народами, за несколько минут. Слепая стихия уничтожила прекрасное рукотворное творение гордого народа! Уничтожила и взяла непомерную плату за стремление укротить природу. Это место стало их могилой вместо постамента величия! Вместо славы они познали смерть… Их души и по сей день там! Они требуют, чтоб мы не забывали той жертвы, которую пришлось им принести ради нашего блага! А что сделали мы ? Забыли!

Ариман слегка пристукнул рукой с перстнем о трибуну, пытаясь сдержать эмоции. Это тоже не ускользнуло от взора многих в зале. Видно была не прикрытое переживание проблемы. Многие хотели дождаться результата пламенных речей Аримана. Выступающий Лорд продолжал:

- Мы все забыли о страшной трагедии и вот уже три года живем, словно ничего не произошло. Словно и разлом пропал! Вы, конечно, хотите спросить к чему столько речей ? Столько укоров ? Что он может предложить? Не беспокойтесь - я утолю Ваше любопытство совсем скоро.… В тот день, когда случилось не поправимое, меня не было среди гномов. Я решил, что ничего страшного не случиться, если на несколько минут я задержусь в городе. А если бы я был с ними, я мог спасти, хотя бы одного их них. Может даже самого Грунера. Ведь в этот день у нас с ним намечалась очередная беседа.… Этой легкомысленной ошибки я не простил себе и по сей день …

Из зала послышалось: " Или ты мог вместе сними умереть!" Ариман снова импульсивно пристукнул о трибуну и взволнованным голосом вскрикнул:

- Я мог бы спасти Грунера!

Но тут, же взял себя в руки и продолжил размеренным голосом:

- После случившегося я не мог найти себе места. Я искал ответы на вопросы: " Как закончить то, что было начато? Возможно ли это? Кто нам в этом поможет?" В своих изысканиях я познакомился с замечательными гномами - исследователями глубин литосферы Заскалья! Вот они!

Ариман, улыбаясь, указал на правую часть зала. Многие обратили взор на тех, про кого говорил эльф. Гномы заерзали на своих местах, ощущая неловкость от всеобщего внимания, что-то бормоча себе под нос. Ариман подождал, когда все снова обратят внимание на него, и продолжил:

- Эти славные ребята и привели меня к ответам. Они рассказали мне многое. И еще больше показали. Мои магические эксперименты и помощь этих благородных гномов убедили меня, что ответы есть! Возможно, ли закончить начатое? Возможно, заверяю с твердой уверенностью! Кто нам всем в этом поможет?... Я!

Многие в зале стали пересматриваться между собой. Это начинало вызывать подозрение о душевном равновесии Лорда. Ариман, видя замешательство, продолжил:

- Конечно, Вы задаете себе вопрос, как обнищавший дворянин может позволить себе организовать строительство среди гор? Да никак! Я просто выращу новую гору на месте раскола!

Это взорвало зал. Многие стали недовольно ворчать. Многие стали вслух говорить, что молодой Лорд тронулся умом. Кто–то из зала выкрикнул: " Как ее вырастить? Это же не морковка, в самом деле". Члены эльфийского совета продолжали молчать, но в душе радовались своим давним предположениям, что Ариман повредился умом на почве переживаний трагедии. Ариман выждал паузу, когда возмущения поутихнут и продолжил:

- Конечно гора это не овощ, чтоб ее растить на огороде. Я, при помощи вихревой магии отыщу подходящий осколок горы в недрах земли, прямо под расколом. Потом достану его, и на месте раскола вырастит новая гора. Как видите все очень просто!

И Ариман улыбнулся. Эта улыбка переполнила чашу терпения даже у членов совета. Глава городского совета Эльван, не высокий, плотно сложенный эльф, в пурпурных одеждах, обшитых золотом и украшенных драгоценными камнями, резко поднялся со своего места и высказался:

- Лорд Ариман Вы видимо находитесь не в себе! Ваша идея абсурдна! Использование вихревой магии без особого разрешения не дозволено, так как она разрушает организм использующего ее и окружающий мир! Вы попросту умрете, используя ее за несколько минут от страшных ран и внутренних кровотечений. Или того хуже - заберете жизни окружающих. К тому же нет ни у одного эльфа такой астральной концентрации, для создания достаточной магической мощи, чтоб воплотить Ваш план. Оставьте трибуну и покиньте Зал Совета!

Ариман ожидал подобной реакции. Он улыбнулся и продолжил совершенно спокойным голосом:

- Я покину трибуну, после того как закончу свое выступление, достопочтимый патриарх Эльван. Теперь позвольте приступить к пояснению методики выполнения столь не сложной операции, а затем к практическому примеру. Совладать с вихревой магией очень тяжело, практически не возможно - это знают все. Однако о том, что ее можно перенаправить в какой-либо предмет в больших количествах и потом управлять ею - об этом забывают многие…

Патриарх Эльван грубо прервал Аримана:

- Все об этом знают! Прекратите этот цирк перед уважаемой публикой и отправляйтесь к себе домой! Я не желаю применять к Вам силу!

Но Ариман продолжил. Он понимал – времени оставалось мало, прежде чем его изгонят, но следовало успеть. Он начал произносить предложения чуть быстрее:

- … Однако и достаточно стабильного материала, чтоб выдержать вихревую магию, очень мало. Я, с моими друзьями – гномами, однако нашел аналог этого материала в недрах самого раскола! И мы, при поддержке гномьих мастеров – кузнецов и моих магических знаний, создали посох, который может выдержать нескончаемое количество насыщений вихревой магии! Трод вынеси посох, пожалуйста!

Зал утих. Умолк и Эльван, так и оставшись стоять. Это было слишком невероятно, что бы быть правдой. Однако один из гномов из той группы, на которую указывал Ариман в своей речи, удалился. И вернулся с продолговатым предметом в руках, схожим по форме на копье, завернутым в зеленую материю. Он поднес предмет Ариману.

- Спасибо мой маленький друг! - ласково сказал Ариман.

- Да завсегда, пожалуйста! - бодро ответил гном и поспешно удалился на свое место. Ариман запустил руку под материю. Схватился за древко посоха и поднял руку вверх. Материя упала на пол, обнажив предмет который скрывала. Это было длинный, в рост Аримана, посох. Черный матовый материал составлял верхнюю оболочку, сквозь которую просматривался тускло-голубой стержень во всю длину древка. Верхушку посоха венчал некий механизм кубической формы, без острых углов. В механизме происходили постоянные перемещения фрагментов причудливой формы. По внешним контурам манизма проскакивала электрическая дуга или искра. Зал изумился. Эльван сел на свое место. Ариман уверенно упер посох в пол и продолжил:

- Теперь позвольте перейти к практико-демонстрационной фазе моего выступления. Посох обладает достаточной силой, чтобы сдерживать в себе вихревую магию, однако живая плоть не настолько устойчива к разрушительным последствиям этого рода магии. Даже если управлять ею через посох, тело повреждается. Потому мне необходимы маги лекари, которые будут удерживать мое тело в стабильности. Однако аккумулирование вихревой магии одним эльфом не достаточно для выполнения поставленной задачи. Потому мне необходимы маги – медиумы, которые будут усиливать мой астральный канал. Дальше схема, я думаю ясна. Маги – медиумы усиливают мои способности, маги – лекари стабилизируют состояние моего тела. Я выполняю то, что должен. Для демонстрации силы управляемой вихревой магией я покажу Вам один…фокус

Ариман, улыбаясь, жестом пригласил четырех эльфов с левой стороны зала. Сам вышел из-за трибуны и снова обратился к гному:

- Трод, дружище, выкатывай!

Гном снова удалился из зала. Послышались звуки вращающихся колес, слегка поскрипывающих под большим грузом. Трод и еще три гнома прилагая максимум усилий, вкатили на четырех колесной телеге серый шар, раза в полтора больше человеческой головы. Ариман стал напротив телеги на расстоянии нескольких метров. Эльфы стали по двое с каждого плеча Аримана. Ариман снова обратился к залу:

- Обратите внимание уважаемые господа. Этот шар выполнен из стали прошедшей двойную молекулярную закалку. Могут ли уважаемые гномы ответить: возможно, ли расколоть этот шар?...

...Молекулярное укрепление стали, гномы изобрели около столетия назад. После этого довольно сложного процесса сталь становилась в сотни раз прочнее. Но на этом гномы не становились. Примерно пятьдесят лет назад они разработали технологию двойного молекулярного укрепления, позволяющие усилить сталь в тысячи раз. После этого сталь невозможно было разрушить в принципе ни одним известным способом. Укрепляющие балки при застройке расщелины были выполнены как раз из стали двойного молекулярного укрепления. После рокового землетрясения они долгое время так и лежали на дне раскола, не имея ни единой царапинки на своей поверхности. Потом гномы, конечно же, их транспортировали к себе на родину…

…Со своего места поднялся хорошо осведомленный в кузнечном деле известный гном – купец Фрадир Грим и, ткнув пальцем в шар, громко заявил:

- Клянусь бородой своего деда, такой шар невозможно будет повредить самым крепким бурильным сверлом. А расколоть? Вообще забудьте об этом! Ха! Двойная малекулярка - это бессмысленно и пытаться! Сами боги не смогут оставить на нем и царапинки - и сел на место, скрестив руки на груди, ухмыляясь. Ариман тоже слегка улыбнулся и сказал:

- Что ж уважаемые господа приготовьтесь удивляться. Я сделаю с этим шаром нечто хуже, чем просто его расколю

Ариман кивнул эльфам по бокам. С левого плеча, лекари, приложили ладони к вискам, закрыли глаза и сконцентрировались на целостности тела Аримана. Справа медиумы подняли руки и головы к верху и, сконцентрировавшись на астральном канале Анримана, начали его усиливать, производя монотонные, гортанные звуки. Сам же Ариман, поставив перед собой посох и взявшись за него обеими руками, стал аккумулировать в пространстве вихревую магию. Взгляд его был сконцентрирован на шаре. Волосы Аримана слегка зашевелились, словно от ветра. Внутренний стержень посоха начал пульсировать голубой аурой. Освещение в зале стало мерцающим и даже исчезало на несколько секунд. Это был знак, что магия пребывает в посох. Воцарилось молчание. В зале стал слышен слегка уловимый гул исходящий отовсюду. Неожиданно стальной шар взмыл над телегой на высоту метра, и завис, словно был невесом. Потом с шаром стали происходить странные деформации, сопровождаемые металлическим скрежетом и треском. Лицо Аримана было спокойно. Он даже немного улыбался. В шаре образовывалось отверстие, идущее из недр наружу, которое расширялось, а возникающие края, окаймляющие отверстие начинали заворачиваться по всему объему шара. Фрадир Грим подскочил со своего места и, хлопнув себя по лбу, закричал:

- Чтоб меня разорвало на маленькие кусочки - он выворачивает шар наизнанку, как старую кожаную перчатку!

Патриарх Эльван первым осознал: то, что делает сейчас Ариман, сулит большие выгоды и перспективы, как для города, так и для совета, даже в случае провала операции по восстановлению расщелины. Главное выведать технологию изготовления посоха. Он вскочил со своего места и, захлопав в ладоши, выкрикнул:

- Блестяще Лорд Ариман Элийский! Блестяще! Вы получаете мое разрешение на проведение работ по восстановлению морового разлома! Поздравляю!

Вслед за главой Эльваном стали вставать со своих мест и другие члены совета, отдавая своё одобрение Ариману, и аплодировать. Вскоре все кто находился в зале, аплодировали Лорду. А вывернутый наизнанку шар звонко упал на телегу, став прямым доказательством, что невозможное - возможно, если приложить достаточное усилие!

III

Аплодисменты стали утихать. Находившиеся в зале, пораженные увиденным, бурно обсуждали Лорда и его находчивость. Многие спешили поздравить его с таким блистательным успехом. Даже предыдущие выступавшие новаторы спешили напроситься к Лорду в команду, на любых условиях. В зале витало осознание, что вскоре начнет происходить нечто такое, что останется на страницах истории. Больше всех это радовало эльфов. В случае успеха всей компании эльфийский народ сможет доказать, что магией можно не только убивать или лечить, но и ваять! К Лорду наперебой подходили ученые, купцы, торговцы, политические и военные деятели. Кто хотел договориться об аудиенции, чтоб узнать детали предприятия. Кто сразу же предлагал любую помощь, кто просился быть в команде. Ариман всем учтиво улыбался, кивал и обещал каждому то, что тот просил. На такой успех, если честно Лорд не рассчитывал. Он планировал, что сможет убедить аудиторию в своей правоте. Предполагал, что кто-то будет удивлен и может даже, будет хлопать в ладоши тому трюку, что он проделал с шаром, на изготовление, которого ему пришлось выложить кругленькую сумму. Но такой успех. Все стоя аплодировали. Сам патриарх и глава совета Эльван аплодировал ему - обнищавшему дворянину и сироте, которого еще несколько дней назад в городе считали, чуть лучше придворного мага. Раньше приставка Лорд перед его именем звучала словно издевка, а как сейчас глава совета произнес эти слова: « Блестяще ЛОРД Ариман Элийский!». Эти слова звенели в его голове словно колокольный звон. Теперь он ЛОРД! Теперь он чувствует это. И все теперь чувствуют и знают это. Насколько бы гордились им родители… Они и сейчас им гордятся рядом с богами. Это была победа. Победа и ответственность, и ожидание, которое Ариман любой ценой должен оправдать. Ариман сам себе поклялся ценой своей жизни завершить проект и не позволить больше никому погибнуть в этом проклятом расколе. Он всегда, всю свою жизнь чувствовал, что на него возложена некая миссия свыше. Он с юных лет пытался понять, в чем она заключается. И вот она, наконец, обрела свои формы. Ариман чувствовал в себе силы принять этот вызов судьбы и пытаться его одолеть. Подобные мысли и раньше приходили к нему, когда он общался со знатным гномом-инженером Грунером Кауфом, и когда спускался в глубочайшие шахты со своими друзьями гномами, и когда он ездил на родину гномов, чтоб выковать посох, расплатится, за который, с гномами-кузнецами, ему пришлось деньгами, вырученными с продажи семейных драгоценностей. Но сегодня это была не важно. Сегодня это была черта после, которой нет возможности отступать и давать себе передышку. Теперь весь эльфийский народ смотрит на него, а может даже весь мир ждет от него результатов. Теперь Ревелис Этрийский - отец его возлюбленной явно по-другому на него посмотрит. Нет больше того неуверенного мальчишки, каким он был три года тому назад, когда познакомился с Анель. С Анель Этрийской - дочерью успешнейшего купца и внештатного посла Единого Высшего Совета Эльфов. Нет больше неудачника, как называл его отец Анель.

Но вот одна печальная мысль огорчала праздник победы - Анель не пришла на совет. Сколько он не выискивал ее среди сидящих в зале, так и не пересекся с ней глазами. Такой факт не мог не огорчить Аримана. Но с другой стороны, может это и к лучшему. Он мог начать волноваться, что «упадет лицом в грязь» перед ней. Что может, что-то не получиться и постоянно искать поддержки в ее взгляде, а вышло еще лучше, чем планировалось. Он сам начал дело и завершил его. Впереди его ждет великое деяние, которым будут гордиться потомки. Или забвение… Провала Ариман не допускал. Если даже он не сможет найти подходящий кусок скалы глубоко под землей, он просто начнет ломать горы и закидывать ими раскол. Хотя гномы проконсультировали, что проще вытащить из земли, чем пытаться рушить Заскалье. Ариман даже усмехнулся мысленно сам себе. Размышляет как бог. Разрушать горы, доставать из–под земли скалы. Управлять вихревой магией. Со стороны издевательство над шаром выглядело впечатляюще, и может даже устрашающе. Однако Ариман не ощутил особого влияния ни в этот раз, ни впервые, разы, когда он экспериментировал с вихревой магией, и делал камни полыми изнутри. Нет каких-то особых усилий как, при использовании других магических школ. Не стоит особо и концентрироваться. Просто астрально нащупываешь поток вихревой магии и представляешь, что ты хочешь делать с предметом. Иногда на теле появлялись раны или разрывы кожи, которые даже не ощущались. Но чаще всего был зуд внутри тела. Ариман предположил, что у него может иммунитет к вихревой магии. Но это конечно смелое предположение было. В книгах неоднократно описывалось, как маги взрывались, злоупотребляя этой магией. Многие даже случайно убивали окружающих, теряя контроль над магией. Сегодня при поддержке магов-лекарей даже зуда не ощущалось. Ариман, не напрягаясь, выворачивал металл, который не поддается повреждениям любого характера, а сам думал о том появиться ли Анель, и что ему приготовяит на ужин дома прислуга. И если честно признаться, все происходящее сегодня в зале казалось ему вообще не реальным. Вывернутый шар, аплодисменты важнейших представителей города и страны: все походило на театральное представление. Мысли, мечты и воспоминания представлялись более реальными, чем важнейшее заседание совета за последние десятилетия, а может и столетия. Это тоже позабавило Аримана про себя. А больше всего Лорда поражал его собственный посох. Его форма и способ создания пришли к нему во сне. Но все одно не верилось, что эта удивительная вещь была разработана и частично создана им сам. Видимо любая задумка обретает собственную душу, после того как творец реализует ее. Она отрывается от своего создателя и обитает сама по себе. Когда рядом с создателем, когда вдали от него. Точно как дети. Растут с родителями – видишь, что твое. Вырастает и диву даешься, неужели это мой, еще вчера малыш, сегодня такой детина.

Мысли Аримана прервал возникший перед ним глава совета Эльван, обратившийся к нему:

- Лорд Ариман могу признаться, я повидал за свою жизнь много странных вещей, но Вам удалось удивить меня сегодня. Как Ваше состояние после соприкосновения с вихревой магией ? Может головокружение или рана где открылась ?

- Благодарю за тревогу – она излишня. Я чувствую себя великолепно, а голова и вправду кружиться. Кружиться от понимания, какие грандиозные деяний предстоит нам совершить в будущем. Мы с Вами войдем в историю - ответил учтиво Ариман. Но Эльван не отступал:

- Я понимаю Вашу эйфорию, Ариман. Я тоже был молод, и успехи часто кружили мне голову. Однако взвесьте все и хорошо обдумайте. Пока не поздно можно все отменить. Фокусы с шаром – это одно, но возвести целую гору – это колоссальное количество магии. На кону стоит Ваша жизнь. Может даже жизнь тех, кого Вы за собой поведёте. Вы осознаете всю сложность и опасность этой компании ? Когда совет подпишет указ, обратного пути не будет. Я не хочу, чтоб этот указ стал Вашим смертным приговором. Ваш покойный отец не простил бы мне этого

Ариман кивнул и ответил:

- Я так же понимаю Ваши опасения, патриарх. Однако у меня обратного пути не было уже очень давно. Еще задолго до сегодняшнего выступления. Поверьте то, что проделано было с шаром это не шарлатанские манипуляции с очарованным зрителем в полутемном переулке. Для этого требовалось много вихревой магии. К тому же я рассчитал, сколько мне необходимо магов, чтоб уберечь всех от опасности. И если Вы вспомнили про отца, то я думаю, он не простил бы мне позорного отступления от своих слов. И не забывайте - этот посох мощнейший аккумулятор магии. Мои расчеты указывают на то, что его способность накапливать вихревую магию, до момента разрушения самого посоха стремятся к бесконечности. К тому же с его помощью значительно упрощается управление всей накопленной магией

Эльван медленно кивнул в ответ. И сказал несколько другим тоном. Сказал как равный равному:

- Могу признаться, Лорд Ариман после сегодняшнего выступления я стал смотреть на Вас совсем по-другому. Я считал Вас мальчишкой, запутавшимся в своих бедах и переживаниях, а Вы оказались достойным наследником своего отца. В Вас некая искра, которая зажигает других. И если говорить начистоту, я не верю в успех Вашего предприятия. Но я верю, что Вы приложите максимум усилий, что бы постараться исполнить задуманное. И также Вы предусмотрите все меры предосторожности, чтоб никто не пострадал. Само по себе совместное предприятие людей, гномов и эльфов положительно скажется на отношениях этих народов, при любом исходе. Уже повлияв на одно ЭТО обстоятельство - Вы сделали правильно. И знайте, в любом случае, независимо от результата компании Вы получаете кресло в совете, солидный гранд, которого Вам хватит на всю жизнь и титул Лорда отныне вступает в свои полные права. Вы уже вошли в историю

Ариман не мог поверить своим ушам. Может, это был сон. Или бред. Такое поднятие в верха общества, еще не успев толком ничего сделать. Теперь точно отец Анель отдаст её в жены. Патриарх Эльван видимо хотел еще, что-то сказать, но казалось, не решался. Ариман сам поспешил снять неловкость:

- Вы еще хотели что-то добавить ?

Патриарх как-то тревожно ответил:

- Нет. Ничего больше. Через два дня зайдите в дом советов, там мы решим организационные вопросы всей компании. У Вас будет все, что потребуется - и повернулся отойти, но тут же резко повернулся и спросил:

- Как у Вас удалось создать такое чудесное изобретение как этот посох? Это же уникальный артефакт современности. Этот посох словно материализовался со страниц древних легенд. Вы понимаете, как необычно видеть такую вещь в наше время?

Ариман несколько смутился такому вопросу, и скромно улыбнувшись, ответил:

- Да я сам до сих пор удивляюсь: неужели это моих рук творение. Но я, же не сам его сделал. Мне помогли лучшие мастера - кузнецы гномьего народа. Мне пришлось продать фамильные драгоценности, чтоб расплатится за него

Взгляд Эльвана был прикован к посоху. Он вскользь ответил:

- Скажите, где заложили фамильные драгоценности, и мы их выкупим.… Разрешите мне его взять в руки?! - эмоционально закончил он. Ариман кивнул и передал посох. Эльван не мог налюбоваться им. Казалось, он рассматривает каждый сантиметр посоха.

- Он великолепен…Просто безупречен. Я чувствую, как через него проходит магия и если сконцентрироваться, то можно поймать даже самые дальние отголоски магических потоков.…Это неповторимо!

Эльван упёр посох в пол, закрыл глаза и стал концентрироваться на магических потоках. Посох стал приобретать сначала желтые оттенки, потом пульсировать оранжевым светом. Эльван восхищенно посмотрел на Аримана и сказал:

- Так он же накапливает несколько видов магии в себе одновременно! Потом прищурил глаза и спросил негромко:

- Признайтесь Лорд - Вы отыскали этот посох в глубинах под расколом или где-то в иных местах? Вы же его не создавали, так ведь?

Аримана возмутило подозрение во лжи. Он слегка вскинул голову и ответил:

- Патриарх Эльван если Вам будет угодно, схему создания посоха я могу начертить мелом прямо на полу зала совета!

Эльван улыбнулся и мягко ответил:

- Не серчайте Ариман. Просто Ваше творение чрезвычайно необычное. Вы необыкновенный эльф, могу заметить. А о Вашем посохе мы пообщаемся более детально, но чуть позже. До встречи

С этими словами глава совета удалился, вернув посох владельцу. Сразу за патриархом подошел Вендор Райс и его друг гном Дулиф Грум.

- Приветствую тебя Лорд Ариман - поклонился Вендор

- Здравия желаю! - кивнул Дулиф. Ариман широко улыбнулся и ответил:

- Привет Вендор. Как тебе мое выступление?

Вендор усмехнулся и сказал:

- Честно - начало было слишком плаксивое. Я думал принести тебе носовой платок даже

Ариман засмеялся. Он с детства помнил, как отец смеялся с шуток Вендора Райса. И всегда они были грубы и невежественны, но никогда не воспринимались как оскорбление. Запомнил, как отец хвастал при матери своим мастерством владения магической палочкой в битве с отрядами врагов, а Вендор тогда подшучивал: " Да видел я как ты махал этой полкой, перед ними, словно сосиской перед голодными волками, которые не могли решить: оттяпать тебе руку или сожрать всего целиком". Тогда смеялись все. И Граф Амерзи, и отец, и мать, а маленький Ариман подхихикивал, в такт взрослым, не понимая чего они радуются. Теперь вот и он повзрослел. Теперь и он, как отец смеётся с грубых шуток Вендора.

- Но Ваша манипуляция с шаром, Лорд, нечто неповторимое. Я внукам рассказывать буду как шар, укрепленный двойной молекуляркой вывернули наизнанку, словно носок - поспешил восхититься Дулиф. И Вендор добавил:

- А вообще не плохо. Ты совсем уже вымахал, взрослый. Я вижу, ты с магией управляешься не хуже чем я с мечом. И когда ты успел так повзрослеть? Еще года три-четыре назад ты все, как мальчишка, бегал к гномам на стройку. Надоедал Грунеру своими: " А как это работает? ", или «Почему это работает?». Как вообще ты жил все это время? Не пишешь, в гости не приглашаешь. На дому тебя застать не возможно. Потом раз, как гром с ясного неба – приглашение на собрание городского совета эльфов. Я подумал, что это шутка какая-то. Поговорить даже толком не получилось. Ты все также пишешь стихи этой купеческой дочке?

Этот ряд вопросов шквалом охвативший Аримана навеял на него ностальгическую тоску. Он ощутил, как соскучился по Вендору – старому другу семьи. Он захотел сделать то, что делал его отец при встрече с графом Амерзи или Вендором – просто обнять.

- Я соскучился по тебе Вендор - сказал Ариман и обнял Вендора. Тот засмеялся, после объятий и ответил:

- Совсем как отец. Такой же неженка. Чуть, что - сразу обниматься - В нежности старых знакомых опять вмешался Дулиф Грум:

- Уважаемый Лорд Ариман. Разрешите ли Вы сопровождать Вас в Вашей компании по восстановлению раскола?

Ариман, улыбаясь, ответил:

- Конечно! Я уже стольким дал согласие на сопровождение в этом предприятии, а если со мной будете вы, то я сочту это только за честь! Дулиф продолжил:

- Кстати, Лорд с момента нашей последнее встречи у меня тоже многое изменилось - и он утвердительно кивнул, и подняв указательный палец к верху продолжил:

- Я больше не служу в вольных войсках. Теперь я торговец. У меня собственная лавка в моем доме

Вендор поспешил подшутить над другом:

- Скажи точнее, что твой дом это и есть твоя лавка. Ха-ха-ха

- Ну, это значительные успехи. Поздравляю от всего сердца. Теперь рисковать жизнью не надо. Куда спокойнее, правда?

Дулиф почесал лоб и как – то неуверенно ответил:

- Ну…да

Потом с притворным презрением глянул на Вендора и добавил:

- И этот теперь больше не командир надо мной. Я больше не слышу эти противные команды по утрам! - Вендор поднял брови, глянул уничтожающим взглядом на Дулифа и сказал:

- С такими выражениями, рядовой ты, в самом деле, больше никогда не попадешь в вольное войско, так как то место, которым ты говоришь, будет валяться далеко за пределами Древа Советов. А таких безголовых калек в полк точно не берут. А если и берут, то очень редко. Но в твоем случае вряд ли получиться исключение!

Ариман усмехнулся. Дулиф махнул на Вендора рукой и обратился к Лорду:

- Скажите, сэр, а Вы так и живете в Вашем старом отцовском поместье?

Ариман кивнул и ответил:

- Конечно, я всячески пытался его сохранить, хоть иногда приходилось не просто. А вот некоторые угодья пришлось продать.…Если бы не мой управляющий, Ронс Бир младший, то я остался бы на улице

Вендор уже без шуток добавил:

- Я не позволил бы тебе остаться на улице. Ариман, ты мне как племянник. Неужели ты думаешь, дядя оставил бы тебя без присмотра. Я в прошлый раз, когда приезжал к тебе погостить, имел разговор с Ронсом. Толковый малый. Преданный, как и его покойный отец, вашему дому. Тогда я понял, что если он руководит твоим поместьем, все будет хорошо. Я даже снабдил его круглой суммой, чтоб не отобрали за долги ближайшее лесное угодье

Ариман от удивления поднял брови и промолвил:

- Так вот каким чудом наш старый парк не пошел с молотка!

Ариман продолжал изумляться:

- Но почему Ронс ничего мне не говорил? Почему он не упомянул, как ты выручил нас?

Вендор ответил, пожал плечами:

- А стоило ему, что-то говорить? Ты ведь все время проводил с гномами на их строительстве в расколе. И постоянно изучал магию. А когда находил свободную минутку, бегал на свидание к этой купеческой дочурке

Ариман утвердительно кивнул. Он вспомнил, как тогда ему все казалось иным. Каким ребенком он был тогда, когда бегал на консультации к Грунеру Кауфу. Зато теперь он больше не мальчишка! Он Лорд! Вендор продолжил:

- Вспомни, как ты отвечал ему, когда он подходил с важными вопросами к тебе: " Ронс мне все равно", "Ронс делай, что считаешь нужным", " Ронс мне некогда", " Ронс бери денег, сколько тебе нужно "

Ариман после слов Вендора начинал понимать, какой груз ответственности лежал на плечах Ронса, управляющего его родовым поместьем. И он никогда не жаловался. Ариман пообещал себе, что как только вернется в поместье, поблагодарит Ронса Бира младшего, как следует. За все годы. Крупной денежной компенсации будет не достаточно. Он расширит его полномочия максимально. Наймет ему помощника. Может, попытается выбить для него низший дворянский титул, когда сядет в кресло городского совета. Но все это после. Пока, что эти размышления сходны с грёзами и мечтами, а сейчас - зал, полный гостей и членов совета, обсуждающих будущее предприятие. И Вендор с Дулифом перед ним. Дулиф мечтательно произнес:

- Я бы в Вашем пруду половил рыбку, как раньше. Помните сер, какую рыбину мы выловили с Вами?

- О конечно Дулиф помню! Даже Анель хлопала от радости тогда

Вендор стал подшучивать над Дулифом:

- Еще бы наш юный друг позабыл ту рыбалку. Когда ты кинулся в воду голыми руками тянуть несчастную рыбешку, она, увидев тебя, от ужаса умерла на месте

Дулиф скривившись, посмотрел на Вендора и тоже съязвил:

- Как мне помнится, я уже доставал рыбину мертвой. Может, она испустила дух чуть раньше? Ведь как только я полез в воду, за моей спиной стоял ты, Вендор!

Ариман опять усмехнулся безобидным колкостям друзей. Такие взрослые, прошедшие много сложных путей в жизни, повидав разное, а шутят и подсмеиваются друг над другом, словно дети. Это радовало Аримана, и создавало некий уют в общении с ними. К Ариману подошёл купец Фрадир Грим:

- Прошу извинить меня Лорд, что прерываю Вашу беседу.… Однако.… Здесь такое дело... мы разыграли некий спор с Вашим участием

Вендор упер руки в боки, Дулиф недоверчиво прищурился. Ариман улыбнулся и сказал:

- Я весь во внимании. В чем причина спора, и как я могу помочь, чтоб разрешить его?

Фрадир стал пояснять:

- После Вашего … трюка с шаром, я ... мы все были шокированы увиденным. Мы не могли найти объяснений этому. Одной магии, для объяснений маловато. Ранее ни одно магическое влияние не могло нанести повреждений молекулярно укрепленной стали, ну разве, что нагреть чуток или охладить, а вот, чтоб металл, подвергшийся двойному молекулярному укреплению так небрежно, без особых усилий выкрутить на изнанку…

Вендор прервал гнома:

- Что-то долго ты говоришь! Вы там поспорили, на каком слове мы уснем?

Фрадир невозмутимо продолжил, не обратив на колкость внимания:

- …Вот чтоб выкрутить на изнанку, просто не возможно. Тогда мы решили осмотреть шар на изъяны. Понимаете? Может как-то случайно, без Вашего ведома, шар был выполнен с изъяном, и потому так все удачно получилось…

Теперь вмешался Дулиф Грум:

- Я что-то не понимаю, брат гном, вы там хотите уличить моего друга во лжи? Такое тянет на дуэль за честь. Вы хотите дуэль?

Фрадир не сдержавшись, ответил раздраженно соплеменнику:

- Никакой дуэли не будет! Никто не хочет оскорблять вашего друга-эльфа, но истинна, должна восторжествовать. Мы осмотрели достаточно внимательно шар и пришли к выводу, что если повреждения имелись, то теперь молекулярная решетка, деформировалась, понимаете? Деформационные лини исказились. Обратный процесс с шаром не возможен, понимаете? - закончил Фрадир, радостно сверкая глазами на Лорда. Ариман, усмехнувшись, наклонил голову и сказал:

- И вы поспорили, что я не смогу свернуть шар обратно. Правильно я вас понял?

Фрадир ткнул пальцем в сторону Аримана и радостно воскликнул:

- Точно!

Вендор скрестил руки на груди и настораживающее сказал Фрадиру:

- Это разве спор? Это открытое оскорбление чести Лорда. Я не ожидал подобного от гнома

Но Фрадир не отступал. Закусив, нижнюю губу он спросил:

- Так, что Вы Лорд отказываетесь повторить фокус?

Ариман усмехнулся и покачал головой и ответил:

- Вендор все хорошо. Любопытству гномов нет границ. Это очень похвально, что они хотят до конца удостовериться в истинности произошедшего. Однако если их убедить в своей правоте, они станут надежнейшими помощники в любом твоем деле. Очень хорошо, уважаемый Фрадир. Я согласен разрешить ваш спор

Фрадир развернулся и громко стал взывать к находящимся в зале:

- Внимание! Прошу Вашего внимания! Минуту Вашего внимания! Лорд Ариман согласился снова продемонстрировать фокус с шаром!

Зал постепенно утих и многие обратили свои взоры на Лорда. Эльфы, которые помогали Ариману, показались в поле его зрения и вопросительно глянули на него. Он отрицательно кивнул им. Ариман снова приблизился к шару на расстояние нескольких метров. Он поставил посох перед собой, сжав обеими руками. Свет снова начал мерцать. Волосы Аримана вздернулись, как от дуновения ветра. Маг стал медленно подымать посох. Шар стал подыматься вслед за посохом, над тележкой. Посох снова стал пульсировать голубым свечением. Шар со страшным скрежетом стал заворачиваться обратно. Фрадир смотрел с изумлением. Он понял, что спор проигран. Но он не догадывался, что победа Аримана в споре будет безоговорочной. Ариман резко опустил посох вниз, гулко ударив об пол, а шар, словно мыльный пузырь, моментально расширился, превратившись в большую, выше эльфийского роста сферу и звонко упал на тележку, чуть не опрокинув ее. Зал ахнул. Образовавшаяся стальная сфера медленно спала с неподходящей для нее тележки и громко покатилась в другой конец зала. Фрадир молча, снял с пояса увесистый мешочек и протянул его Дулифу. Лицо его выражало даже не удивление. Он был похож на блаженного. Фрадир молча, стал уходить, но потом развернулся и как-то сухо сказал:

- Скажите Ариману, чтоб рассчитывал на меня во всем. Я с вами! Эти драгоценности по-праву его

И после этих слов удалился, доже не глянув на Аримана. Многие в зале снова стали восхищенно аплодировать Лорду. Эльфы лекари поспешили к Ариману, однако он улыбнулся и жестом остановил их порыв. Держась за левый весок, и немного пошатываясь, он подошёл снова к Вендору. Дулифа переполняла гордость за молодого Лорда. Он, махнув кулаком, выпалил:

- Ух, как же это было! Вот это утерли нос этому заносчивому гному, чтоб треснули мои сапоги!

Вендор обеспокоено произнес:

- Не стоило самому это делать. Вихревая магия, насколько я знаю, очень коварна!

Ариман виновато улыбнулся и ответил:

- Да. Ты прав. Когда сделал сферу из шара, меня внутри всего сильно тряхнуло. Теперь в висок отдает

Дулиф протянул мешочек Ариману, переданный Фрадиром. Тот взял его удивившись вслух:

- Что это?- и раскрыл его. Мешочек был заполнен драгоценными камнями. Дулиф пояснил:

- Этот тот гном-заноза передал Вам, Лорд. Сказал, что Ваше по-праву. И еще добавил, что будет с Вами в реставрации раскола

Вендор тоже заглянул в мешочек, и восхищённо подняв брови, сказал:

- У-у-у-у. Так тут целое состояние. Ариман, слушай с такими фокусами, что ты показываешь можно за месяц сколотить целую казну. Я наверно брошу свою службу. Буду твоим охранником и партнёром, а ты по всему миру будешь надувать, и сдувать эти стальные шарики а, как тебе идея ?

Ариман усмехнулся. Дулиф нахмурился и спросил:

- А я что не с вами буду? Или уже забыл про друга?

Вендор качнул головой и ответил:

- Почему же не с нами. С нами. Нам же надо, чтоб кто-то готовил, стирал одежды и штопал носки

Дулиф вскипел:

- Носки!? Да я тебе заштопаю носок прямо к ноге, так, чтоб уже точно не прохудился, а одежду застираю до дыр на срамных местах, и спереди и сзади. Будешь после Аримана фокусы тоже показывать. Фокусы бесстыдного срама! Дамы и некоторые джентльмены накидают тебе много медяков а может, дамы и не накидают ничего, не приметив, что им нужно через дыры в одеждах. Вот как!

Ариман и Вендор начали смеяться, что есть сил. Дулиф фыркнул, недовольно и кивнул, скрестив руки на груди. Но через несколько секунд и сам присоединился к общему смеху друзей.

В этот момент к троим друзьям, мягко шурша подолами платья, подошла графиня Агнес Манфол Де Амерзи со своим верным слугой Тримо. Её троица не заметила. И она, приблизившись достаточно, чтоб было слышно ёё голос, обратилась громко к своему слуге:

- Посмотри Тримо, как здесь весело! А нас даже никто не приглашает разделить задорные шутки

Тримо слегка закинув голову назад и нагло улыбнувшись на одну сторону, ответил таким же тоном:

- Ага! Я вижу. Никаких манер. Хотя может они тут и не веселятся, а только притворяются. Может им стоит показать, как надо по-настоящему веселиться!

Графиня наигранно - шутливо стукнула его веером по плечу и, улыбаясь, добавила:

- Ну, прекрати! Не будь таким грубияном. Наш юный Лорд, просто купаясь в лучах славы, еще не заметил старую знакомую. Так ведь, милый Ариманушка?

Все трое умолкли, услышав вкрадчиво-сладкий голос графини. Вендор даже немного скривился. Дулиф прищурил глаза. А вот Ариман… Ариман стал стесняться. Его щёки стали наливаться румянцем. Этого он сам от себя не ожидал. Он помнил, это состояние возникало в нём в присутствии графини еще с юности…

…Однажды граф Амерзи приехал навестить Аримана вместе со своей юной супругой Агнес Манфол Де Амерзи. В первую же встречу, Ариман налился краской и не мог скрыть своего волнения. Графиня же, заметив это, заливалась искристым смехом. Это происходило и в последующие встречи, пока граф был жив и здоров. Он никогда не приезжал один. Однажды, когда граф отправился в совет решать земельные вопросы угодий, которые принадлежали Ариману, графиня пригласила юного мага прогуляться с ней в парке. Ариман пытался держать себя в руках. Отвечал связно и рассудительно. Вот только румянец на щеках выдавал его. И вот они гуляли вдоль пруда, общались. Графиня смеялась и сверкала тёмными глазами на юного Лорда, часто поправляя белокурые локоны. И вдруг остановилась, взяла его за локоть и спросила: " А ты знаешь, почему я постоянно приезжаю сюда с графом?". Ариман отрицательно покачал головой. Графиня игриво улыбнулась и негромко сказала: " Из-за тебя Ариманушка. Из-за тебя!". После этих слов она нежно провела ладонью по его щеке и, став на цыпочки, прикоснулась своими губами к его губам. Дальнейшую прогулку они продолжили в молчании. Точнее молчал Ариман. Графиня же продолжала задорно смеяться со всяких мелочей. Пытаясь обратить внимание юного Лорда на них…

…Но все это было очень давно. Потом он встретил Анель и влюбился в нее, а графиня, после смерти супруга прибывала лишь один раз, но не застав Аримана оставила ему письмо, в котором сожалела, что не свиделась с ним, и что она приедет навестить Лорда, как только выпадет свободная минутка. Сейчас же времени совсем нет. Со смертью графа на нее свалилось много проблем. С течением времени Ариман забыл свои юношеские сердечные тревоги и переживания. Он был влюблен в Анель. О графине вспоминал лишь иногда, и то когда вспоминал графа. На совет он ее пригласил на тот случай, если будет голосование. Ариман рассчитывал в ее лице получить весомую поддержку. С этой же целью был приглашён и Вендор и многие другие. Однако он смог своими собственными силами убедить совет. И был тому рад. Рад и уверен в себе, до того как услышал звонкий голос графини за своей спиной.

Он, словно оцепеневший, медленно развернулся. Графиня лукаво смотрела на него снизу вверх. Казалось, она ни капли не изменилась с того момента, когда он видел ёё в последний раз. Ариман не мог ничего сказать. Графиня начала первой:

- Ну, здравствуй милый Ариманушка. Ты такой взрослый стал. Я помню тебя совсем юным. Но кое-что в тебе так и не изменилось: ты так, же краснеешь когда видишь меня. Это так мило! Я сразу же вспоминаю, как мы гуляли в парке. Помнишь, как мы тогда гуляли в парке?

Ариман приложил усилие над собой. Все-таки он уже не тот юнец, который трепетал от поцелуя в парке. Он Лорд! Он маг! И он почти покорил себе вихревую магию! И любит он Анель, в конце концов! Ариман учтиво улыбнулся:

- Конечно миледи, я помню нашу с Вами прогулку в парке. Это останется со мной, как одно из важнейших воспоминаний. Прошу извинить мою бестактность. Я не встретил Вас по приезду, по ряду объективных причин, излагать которые сейчас не целесообразно. Позвольте справиться, как Вы доехали? Может Вам, в чем необходима помощь? Если желаете Вы можете остановиться в моем поместье

Графиня смотрела Ариману прямо в глаза. Казалось, она хочет прочесть, о чём он мыслит. Она мягко, с восхищением сказала:

- Такой взрослый стал. Совсем мужчина уже. Мне следовало заглянуть к тебе в гости чуть раньше, Ариманушка. Снова прогулялись бы по парку. Вспомнили бы былое. Провели бы вечера вдвоём за беседами. Я думаю, мы бы общались ночи напролёт

И после этих слов она снова провела легко ладонью по его левой щеке. Тримо с явным не довольством наблюдал эту сценку, а лицо Аримана еще сильней загорелось румянцем. Он не знал, куда себя деть. Зато Вендор Райс не мог не отвесить шутку в полголоса, обращаясь к Дулифу, но чтоб услышали все:

- Сдаётся мне Дулиф, что после таких ночных бесед наш молодой Лорд не то, что шар выкрутить не смог. Он и с постели бы не встал. Графиня по всем дисциплинам магическим прогнала бы его, ночи напролет

Дулиф шкодливо хихикнул. Графиня словно только сейчас заметила Вендора и, с едва различимым пренебрежением, ответила ему:

- О! Ты ещё здесь, Вендор. Как странно годы идут, а твои шутки, так и остаются на уровне беспризорной шпаны. Люди видимо больше не могли выносить твоего юмора, и ты нашел себе в друзья несчастного гнома и насилуешь его уши

Тримо издевательски засмеялся. Ариману стало не по себе. Двое важных людей из его прошлого начинают между собой вести конфликтный диалог, а он молчит как мальчишка и не знает, что сказать, чтоб предотвратить это. Вендор спокойно парировал графине:

- Ну, когда проходимки без роду и племени лишают тебя лучших друзей, то в любом случае ищешь друзей близких тебе по духу. И неважно гном это будет, или эльф!

Тримо гневно в упор уставился на Вендора после этих слов. Казалось, он еле сдерживает себя, чтоб не кинуться на него, а графиня, тем не менее, спокойно продолжила:

- Тебя лишает друзей твоя не переборимая черствость, грубость и самодурское невежество. Неспособность построить нормальную семью. Одиночество, гордыня и пафос, а еще…- графиня подняла указательный палец. И на этих словах Вендор грубо прервал её речь. Наклонившись ближе к графине с явным отвращением на лице:

- А еще меня лишила лучшего друга одна мерзавка, которая теперь живет в его доме и пользуется теми благами, которые он заработал, рискуя своей жизнью во благо родине. Живет некая безродная дрянь, лишившая жизни своего мужа, благороднейшего человека. Она живет, он больше нет. Хотя быть должно на оборот!

Все понимали, что Вендор имеет в виду графиню. У Вендора с ней были свои давние счеты. Он считал, что именно она извела на тот свет графа Амерзи. Ариман, услышав подобное, попытался, как-то неловко заступаться за графиню, сказав неуверенно:

- Вендор ну, что ты.…Так же нельзя… - но его слова вряд ли кто услышал. Из-за чего он стал ощущать себя еще более некомфортно. Он никак не мог повлиять на ситуацию, а вот Тримо уже не выдержал, сгорая от гнева, выпалил:

- Как ты смеешь безродная дворняга своими грязными намеками порочить графиню? Твой язык надо вырвать, поджарить и дать тебе съесть, чтоб больше не мог ни одной мерзости сказать!

Вендор брезгливо оглядел искаженное лицо Тримо и обратился к Ариману:

- Рад бал встрече Ариман! Я к тебе еще загляну, обсудим кое-что, а сейчас нам пора. Идем Дулиф!

Но, поравнявшись с Тримо, пальцем дал тому знак, что хочет шепнуть что-то на ухо. Троимо скаля зубы и сжимая губы, немного приблизился. Вендор негромко сказал, чтоб слышно было только Тримо:

- Ты наверно обиженно ждешь у покоев графини, когда там скрипит кровать по ночам, в надежде что и твоя очередь придет. Потому такой преданный?

Тримо подскочил от ярости на месте. Глаза его налились кровью. Видимо в чем-то Вендор оказался прав, так как правда больней всего задевает. Через хрип ярости с трудом можно было различить угрозы посылаемые вслед Вендору. Но графиня сдерживала своего подданного, уперев в его грудь сложенный веер. Дулиф несколько промедлил следовать за другом, видимо обдумывая, как и ему внести лепту в этот ситуацию. Он стал раскланиваться, прощаясь со всеми. И специально наступил графине на подол платья, слегка надорвав скрепляющие нити и оставив грязный след. Извиняясь и пятясь перед изумившейся графиней, что есть силы, толкнул Тримо своим задом, так, что тот, запнувшись, чуть не упал. Ариман, наблюдая все это, думал, что привалиться сквозь землю от стыда. Однако как только Дулиф, удалился, графиня также восхищенно глянула на Аримана и с очаровательной улыбкой сказала:

- Ариманушка прости за неловкую нелепость с этим невеждой. Я сейчас удалюсь привести себя в порядок, а потом мы обязательно с тобою еще поболтаем. Наедине!

После этих слов она приложила два пальца к своим губам и потом коснулась ими губ Аримана. Еще раз улыбнулась и, развернувшись, стала удаляться. Тримо шел рядом. Его всего трясло. Толи от гнева. Толи от ревности. Ариман выдохнул с облегчением. Такой ситуации он никак не мог предугадать. Такая неразбериха. Он слышал, что Вендор считает графиню виновной в смерти графа, но ёё вина не была доказана. И причем это было слишком давно. Ариман еще раз выдохнул, покачав головой. Зал уже редел. Несколько гномов пытались выкатить из зала созданную Ариманом сферу. Ариман стоял на месте, наблюдая как зал, пустеет. И тут он заметил среди уходящих фигур Анель. Она скромно стояла в алом одеянии. Белоснежные волосы спускались по обоим плечам, и ложились на грудь. Золотая диадема венчала ее голову. Она улыбалась ему. Это было подобно глотку свежего воздуха для Аримана. Он поспешил к ней. По пути к нему обратился один из группы гномов – исследователей глубин. Но Ариман осек его:

- Не сейчас, извини. Это вам! - и отдал мешочек с драгоценностями гному в руки. Лицо гнома выразило крайнюю изумленность, когда он увидел содержимое мешочка.

Ариман подошел к Анель почти вплотную и замер. Так она была для него красива. Анель улыбалась, подымая большие зеленые глаза на Аримана, и тут же робко опускала их. Она произнесла мелодичным голосом:

- Привет милый. Ариман прощебетал в ответ:

- Привет Анеличка! Ты пришла. Ты все-таки пришла. Ты просто не отразима! Анель кратко кивнула:

- Да. Я была здесь с самого начала. Все видела. Это ты был сегодня неотразим. То, что ты делал сегодня, было похоже на ожившие старые сказки. Могучий эльф покоряет магию и направляет ёё на добро. Ты осуществил то, о чем мне так много рассказывал. И объединил ты всех в одном зале: и людей и гномов и эльфов. Все как в тех легендах, о которых ты мне рассказывал. Ты настоящий могучий маг, а я всего лишь девушка…

Ариман поспешно положил посох и взял девушку нежно за руки:

- Что ты! Анелюшка! Это же я. Все тот же твой Ариман! Всё тот же арий. Посмотри на меня. Это же я – твой Арюша!

Анель подняла глаза. Они были влажные. Казалось, она сейчас обронит слезу, однако она улыбалась. Она гордилась. Очень гордилась Ариманом. Все те сказки, легенды и планы о которых он ей рассказывал, оказались былью. Ёё милый Арюша, который так любил гномиков, и постоянно с ними бегал и спускался в шахты, оказался героем будущих легенд, а она? Кто она в сравнении с ним… Обычная эльфийка, только, что дочь успешного, но честного купца. Какой же он казался её сейчас величественный. Величественный и могучий.

Ариман больше не мог сдерживать своих чувств. Он наклонился и поцеловал ёё. Потом спросил:

- Почему же ты не показалась мне сразу?

- Я не хотела тебя сбить с нужного настроения. Причем сегодняшняя слава – она только твоя заслуга. Ты сам должен был ей насладиться. Ты же так тяжело и долго к ней шёл

Ариман усмехнулся и ответил:

- Нет! Это наша с тобой слава. Наша. Без тебя у меня ничего бы не вышло. Ты меня вдохновляла во всех моих начинаниях. И ни разу во мне не сомневалась. Теперь у нас эту славу никто не отнимет. Вот чтоб еще твой отец тут был, чтоб все видел …

- Он тоже был. Мы вместе наблюдали украдкой. Он был так рад, когда ты убедил совет в своей правоте. Он просил передать, что предоставит любую помощь в этой задумке. Потом он сказал, что никогда в тебе не сомневался, только ждал, когда ты раскроешься. И еще он сказал…

Она опустила глаза. Ариман понял, что не закончила Анель. Отец Анель дал добро на то, чтоб они сыграли свадьбу. Теперь осталось вырастить одну несчастную горку и заняться настоящими делами: сотворить семью с Анель. Анель вдруг подняла глаза и спросила:

- А кто была та женщина, что подходила к тебе? Я раньше никогда ёё не видела

Ариман вдруг испытал стыд за себя. За то, что он испытал забытые юношеские эмоции к чужой, по сути, персоне. Еще и это касание ее пальцами к губам Аримана. Он почувствовал, что проявил неверность к Анель. Губы его искривились. И он нехотя ответил:

- Это... Это призрак из прошлого. Это супруга нынче покойного друга моей семьи. Я пригласил ее в поддержку в случае голосования. Но лучше бы не приглашал… Ну, что ж. Зал опустел совсем. Я думаю и нам пора покинуть это место. Идем ?

Анель кивнула. Ариман, взяв в одну руку посох, другой под локоток руку Анель и направился к выходу. Ариман пообещал себе больше не позволять слабости к графине.

Глава совета, Эльван вышел на обширный балкон, увитый плетущимися лозами растений. Бутоны этих растений мерцали в наступившей тьме разными цветами. Легкий ветерок сдувал с них светящуюся пыльцу, словно разноцветные искры и развеивал их в окружающем пространстве. Эльван при помощи магического усиления голоса, громко объявил результаты совета перед большой толпой, собравшейся возле Древа Советов. Ночь озарил радостный возглас разных народов, объединённых одной идеей. Идеей всячески помочь Лорду Ариману в предстоящем нелегком труде.

А среди тех, кто был возле Древа, ползли слухи о необыкновенных способностях молодого Лорда в области магии, с каждым новым рассказчиком, обретая все более невероятные подробности и детали…

VI

Недвижимая гладь небольшого озера покрыта черными водорослями и красными, словно кляксы крови, цветками причудливой формы. Летящий над озером крупный зеленый жук решил сесть на один из цветков. Только его лапки коснулись лепестка, сразу приклеились к нему. Жук, осознав неладное, пытался взлететь, но было поздно. Передышка в полёте на красном цветке была смертельной ошибкой. Лепестки бутона стали, не спеша сворачиваться, укрывая тельце несчастного жука. Несколько секунд жук яростно боролся, пытаясь вырваться из закрывшегося бутона. Но потом утихли звуки жужаших крылышек. Коварный плотоядный цветок поглотил жука и раскрылся снова, поджидая очередную беспечную жертву. Из глубин озера с рычанием и стоном всплыл огромный пузырь газа и громко треснув, выпустил в окружающее пространство ядовитое зеленое облако. Оно было настолько густым и тяжелым, что расползлось по водной поверхности, будто плотное покрывало. Вслед за газовым пузырем со дна озера стало подыматься нечто ужасное. Сначала из воды медленно стали показываться восемь огромных лап похожих на паучьи, покрытых серым хитиновым панцирем. Сложены они были вместе, пучком. И когда они вынырнули из воды на высоту нескольких метров, стали медленно разлаживаться и опускаться на поверхность озера. Потом всплыло бесформенное тело, из которого и росли эти лапы. Из тела вверх протянулись мясистые отростки, которые постоянно вздрагивали. И, наконец, появилось то, что можно было назвать головой. Из тела протянулся самый крупный отросток, который раскрылся, словно бутон цветка. Обнажились ряды загнутых вовнутрь, острейших жёлтых зубов. Существо громко и протяжно зарычало. Этот рев гулким эхом прокатился в пространстве. После нечто замерло и лишь иногда шипело.И всю эту картину укрывал легкий полумрак, создаваемый сплетёнными кронами страшных, темных деревьев. И деревья эти тянулись плотной стеной к самому подножию раскола.

Когда моровый ветер в первый раз пронесся сквозь расщелину, он стал менять структуру растений и животных. Менял воду и почву. Многие феи, жившие в этих некогда волшебных лесах, начинали болеть и умирать. Некоторые из феи начинали изменяться в своём облике. Они превращались в маленьких кровожадных чудовищ, которые пожирали своих соплеменников. Некоторые летели в ближайший эльфийский город и начинали причинять не малый вред. К ним прибавлялись и дикие звери, облик и поведение которых страшным образом изувечил моровый ветер. Следопыты, ходившие по этим жутким местам, рассказывали, что видели жутких монстров, как небольшого размера, так и очень крупных. После первого морового ветра был и второй. И третий и четвертый. И ситуация ухудшалась пока не стала критической. Целые колонии фей мигрировали к стенам эльфийского города Этринос, моля о помощи. Звери и птицы бежали из обжитых мест, а область заражения становилась все шире и шире. В недалеком будущем это грозила полным вырождением лессовых угодий закрепленных за Этриносом. Ситуация требовала кардинального решения вопроса. Решено было пораженную область полностью очистить и заново посадить деревья, а испорченные водоёмы осушить и наполнить очищенной водой. Решено было это сделать, после того как гномы застроят раскол. Но после трагического землетрясения унесшего десятки жизней, вместе с идеёй о закрытом расколе оставили и замыслы по реконструкции, прилегающей к расколу территории.

Но в этот раз все было по-другому. После предложения Лорда Аримана закрыть раскол " выращенной " горой все проекты и замыслы обрели новую жизнь. Это стало толчком для реализации многих задумок. Но основная их цель была довольна, проста: расчистить обширную площадку под лагерь будущей экспедиции. Все это эльфы планировали сделать степенно и организованно. Однако весть о невероятной задумке Лорда Аримана облетела ближайшие к Этриносу деревушки и города людей и гномов. Многие посчитали внести свой вклад в это предприятие делом чести. Люди брали с собой механические топоры и пилы. Объединялись в отряды и шли к Этриносу. Многие обычные люди и эльфы одевались в доспехи, проверяли оружие и луки. Они собирались на войну. На войну с «черным лесом". Так прозвали изувеченные моровым ветром леса вблизи раскола. Гномы же решили обойти лес старой дорогой, которую проложили еще, когда начали застраивать расщелину. «Черный лес» оказался зажат в тиски. С одной стороны гномы со своей техникой с – другой люди, эльфы и даже феи ждали команды, чтоб начать бой со страшным лесом и не менее ужасающими обитателями в нем. Феи собирались уничтожать свих изменившихся соплеменниц. И в этой будущей борьбе они рисковали больше остальных, так как свойство немыслимо менять животных и природу не действовало ни на людей, ни гномов, ни эльфов, а вот фей почти сразу охватывали страшные метаморфозы. Моровые ветра приходили неожиданно, резкими порывами, и предугадать их было невозможно.

Поначалу городской совет планировал снарядить небольшую армию для охраны тех, кто будет расчищать территорию возле раскола. Однако народа собралось великое множество. Уговорами и просьбами расходиться, убрать их из-под городских стен не вышло. Потому совет снарядил небольшой военный отряд для формального сопровождения и поддержания порядка желающих выкорчёвывать лес. Основной запрет был на сжигание поваленных деревьев. После этого была организованна официальная экспедиция по ликвидации и утилизации деревьев и водоёмов. Эта экспедиция вместе с небольшим отрядом солдат стала во главе толпы желающих расправиться с лесом. И в один из дней они свернули свои палатки, шатры, лежанки и сложенной дружиной в несколько тысяч двинулись к расколу. Картина эта была впечатляющей. Люди, эльфы и феи на их плечах дружно, почти строем шагали по холмистой равнине. Яркое солнце отблескивало, где от лезвий мечей или боевых топоров, где от пил, где от начищенных доспехов. Войны в этих краях не было уже очень давно - более трехста лет. Но этот поход ничем от военного не отличался. В чертогах жуткого леса их ждало немало опасностей, и большая часть из них была смертельной. В этой добровольной армии царила слаженность и готовность к опасностям, хотя многие не осознавали, насколько это было опасно. Это казалось им веселым приключением. Однако никто из шедших в «черный лес» не сомневался, что не отступит перед угрозой, какой бы опасной она не была. Их прадеды плечо к плечу стояли перед более страшной напастью - Зеленокожей Ордой. И выстояли. Так и они теперь столкнуться с опасностью с братом-эльфом и братом-человеком. И если надо закроют своей грудью своего брата. Среди идущих стали запевать старинные песни на героическую тематику. Стали заводиться темы про жаркие схватки, тяжелые бои, бесстрашные поступки и героические смерти. Эльфов и людей стала все больше и больше охватывать волна боевого куража. «Черный лес» уже воспринимался как кровный враг, пощады которому не будет. Феи тоже прониклись боевым запалом и разгоряченные представлением о будущих столкновениях стремительно кружили над головами идущих, ярко сверкая крылышками на солнце.

"Черный лес" уже был на горизонте и стремительно приближался. Черные и серые деревья, словно руки монстров, торчали из земли, плотно слетаясь высокими кронами. Но тут произошло нечто неожиданное. Командир солдат вскинул руку вверх и приказал прекратить движение. Добровольная армия остановила постепенно ход. Все интересовались, что произошло. Потом стали передавать ответ друг другу: со стороны леса кто-то к ним приближается. Этот ответ был слишком расплывчатый. Но по лицам многих стало видно, что их боевой пыл поубавился. Они пересматривались между собой и негромко переговаривались. Вдалеке, по равнине, к ним приближались стая неких животных. Были они схожи на волков. Но потом стали доноситься холодящие душу звуки со стороны приближающихся. Там были, и рычания, и стоны, и вой. И все это нарастало и становилось все ближе. Люди и эльфы стали всматриваться. И разглядывали ужасающие детали. В приближающейся толпе были четвероногие существа похожие на волков. Только шерсть местами слезла с их тел и обнажала кровавые язвы. На мордах не было кожи или мяса, или того и другого одновременно. Из-за этого обнажался страшный оскал щелкающих голодных челюстей. Бежали там и какие-то двуногие существа, вытянув вперед руки. Пасти этих существ были широко раскрыты, и они пронзительно выли. И приближающаяся толпа была многочисленна. Несколько сотен, если оценить беглым взглядом.

Все это внесло смятение даже в ряды солдат. Бегущая нечисть по равнине среди белого дня - это выглядело немыслимо и в тоже время пугающе. Такое неожиданное нападение чудовищных существ да еще в таком количестве почти полностью убрало воинственную искру из сердец многих. Командир солдат скомандовал приготовиться к бою. У кого есть щиты прикрыть себя и товарища. Но все, же армия добровольная - не регулярная. Все происходило в некой суматохе и очевидном страхе. Чудовища стали совсем близко. Один эльф громко запел героическую песню. Его поддержал человек. Всё это походило на дурной сон. Что люди, что эльфы не раз слышали истории о снующих в безлюдной местности страшно воющих существах на двух ногах. Вой которых заставлял стынуть кровь в жилах будущей жертвы. Называли эту нечисть вурдалак. И считали что это неуспокоенный дух, и появляется он только по ночам. Однако все кто собрался на вырубку леса, не видел этих монстров своими собственными глазами. К тому же сейчас яркий солнечный денёк. Над головой высоко летают ласточки и степные орлы. Мимо мирно пролетает большой коричневый жук. И… вурдалаки бегут по равнине с широко раскрытыми пастями, острыми черными зубами и поблескивает на солнце бурой, покрытой слизью, кожей. И воют. А сопровождают этих страшно нелепых созданий изменённые моровым ветром толи собаки, толи волки, совершенно ужасающего внешнего облика. И вот теперь всё это немыслимое собрание ужаса неслось организованным отрядом на испуганных людей и эльфов. Они может и небыли трусами, однако к опасности, как и к тяжелой работе, следует привыкать и увеличивать её интенсивность постепенно, начиная с малого. Здесь же сразу столкновение с нечестью, которую даже дальние патрули, могли никогда и не видеть, и потому она приобретала мифические оттенки. Однако вот они мифы материализовались и кровожадно несутся на перепуганную самопроизвольную армию. Страшно становилось настолько, что даже некоторые из солдат укрывшись за щитом и выставив перед собою копьё, закрывали глаза, и еле шевеля губами, шептали молитвы. Но всё было не так безнадёжно. Самопровозглашенная армия всё же стояла не с пустыми руками. Многие готовились к возможным боям и имели полную амуницию и вооружение. Даже обычный топор дровосека мог стать грозным оружием. Не хватало лишь маленькой искры, чтоб зажечь, начинающие сыреть, дрова. И тогда запоют мечи, зазвенит тетива, гулко ударят молоты. И эта искра нашлась. Даже две.

Когда песнь зазвучала из уст эльфа, а после её поддержал человек, в сторону от всех отошёл один эльф. Руки его тряслись, а сам он сильно возмущаясь тем, что не позволит быть съеденным каким-то мерзким вурдалаком, достал из-за спины кинетическую стрелу и посадил её на тетиву. Стрела такого типа умножала силу удара, что позволяло отбрасывать цель на несколько метров назад. Он вскинул лук, и, вздрагивая от волнения, пустил стрелу. Куда он прицеливался было неизвестно, однако стрела отыскала свою цель, и этой целью оказался вурдалак. Раздался хлопок, и двуногий монстр подлетел над толпой соплеменников. Вот только стрела как-то не правильно коснулась его тела. Вурдалак взмыл ногами к верху, и со звуками схожими на кряканье утки, упал головой в землю, видимо смертельно повредившись. Это воодушевило многих стрелков, а некоторых даже насмешило. В толпу чудищ, находившихся на расстоянии не более ста метров, полетели стрелы разных свойств. Какие стрелы были с электрическим зарядом, какие кинетические, попалась даже одна с замораживающим эффектом. В этот раз мишенями стали и мутированные волки. Попадет электрическая стрела, он на месте подскакивает и бьётся в конвульсиях, пораженный электрическим зарядом. Рядом раздался хлопок и снова взлетел вурдалак, перевернувшись в воздухе несколько раз. Другому волку замораживающая стрела превратила одну из лап, продев насквозь, в морозную ледышку. Он на бегу стал на неё, и она с треском раскололась. Волк скуля, повалился. Еще одного волка продела насквозь вполне обычная стрела с молекулярно заточенным наконечником. И тут же подобная стрела вонзилась в грудь одного из вурдалаков. Он неловким образом полетел вперед, так как ноги еще не успели сбросить темп бега, а смерть уже настигла. Некоторые из чудовищных волков перерождались в еще более жуткую сущность, и старая шкура, не успев слезть, болталась, словно старое тряпьё.

Стрелы внесли хаос в строй врага. Он потерял слаженность и растянулся. Поверженные стрелами, падали под ноги бегущим. Падали на бегущих. Все эти изменения среди мчащейся нежити вызывали бурю радости. С каждым упавшим, покатившимся и взлетевшим врагом люди и эльфы радостно вскрикивали. Забывалось даже, что это приближался ужас из кошмарного сна. Однако по большому счету это не меняло надвигающейся опасности. Рычащие и воющие монстры, хоть и несли потери, однако решительно приближались. Солдаты переминались с ноги, на ногу выбирая устойчивую позицию, чтоб принять на щит удар чудовищных тел. И когда обороняющихся отделяло от монстров не более тридцати метров, от скопления людей отделился один воин в легких доспехах. Его шаг был тверд, но не решителен. Он тяжело дышал и с яростью и страхом глядел на приближающийся ужас. Но решение было принято. Это и было вторая искра, которая зажгла огни в сердцах. Воин предположил, что обороной они ничего не добьются. Эти мерзкие существа просто перегрызут их как котят, когда начнется суматоха, а солдат слишком мало, чтоб защитить всех. Им бы себя защитить. Ведь было видно, что даже их командир боится и нервно кусает губы.

Солнце весело играло лучами на остром шлеме воина и на лезвии его меча, а он шел на смерть. Он глубоко и резко вдохнул два раза и, стуча мечом о щит, стал кричать в сторону врага: " На меня! На меня!". Часть монстров свернула в его сторону. Их отделяло метров пятнадцать, и воин с криком помчался на монстров. Вслед за воином стройной стайкой полетели и феи с маленькими копьями. Воин первый встретил клыки чудовищного волка. Тот не естественно широко разинув пасть, прыгнул на бегущего человека. Однако воин на бегу ударил волка ребром щита в голову, отклонившись чуть в сторону, и что есть силы, полоснул лезвием по спине другого. И снова отклонился в сторону. Он прижал щит ближе к груди и с криком бежал прямо на воющего вурдалака. Воин почти прыгнул на монстра и, к своему удивлению, снёс того с ног без особого сопротивления. Столкновение с чудовищем заставило война лишь отступить на пару шагов назад. Но человек не собирался останавливаться на достигнутом. С очередным волком он проделал предыдущую операцию – ударил, что есть силы щитом и вонзил половину лезвия меча в увенчанный язвой бок создания. Когда он проделывал эти манипуляции, то заметил, что сбитый им вурдалак пытается подняться. Воин помчался к нему и, что есть силы, ударил носком сапога в голову, и вонзил лезвие в правую часть груди. Чудище захрипело и, перевернувшись, стало извиваться. Воин удивился своей стремительной атаке. Три раненых волка и один вурдалак, а он без единой царапинки. Ему казалось, что время тянется, словно вязкое тесто. Казалось, все вокруг замедлило свой ход. Феи медленно налетели на волка и вурдалака, пронзая их своими маленькими копьями. Те с рёвом, пытались схватить юрких созданий, но безуспешно. Очередной вурдалак приближался, а чёрная кровь медленно стекала по лезвию меча. Воин занес меч над головой и с криком бросился на врага...

Остальные ошеломленно смотрели, как один воин бесстрашно поражает врагов одного за другим. Он был подобен воителю, пришедшему из седых героических легенд. Командир солдат заворожено, с раскрытым ртом наблюдал за этой картиной. Однако порыв смельчака мог быть накрыт волной нечисти в любую минуту. Когда человек стремительно пронёсся сквозь стан врага, многие волки и вурдалаки остались за его спиной. Теперь же они развернулись и двинулись на него. Воин оказался зажат в кольцо. Командир солдат обернулся к добровольной армии за своей спиной, поднял копьё и полной грудью протяжно выкрикнул: « В бой!». Он первым вырвался из ряда держащих оборону солдат. Вооруженная толпа людей и эльфов ответила ему одобряющим криком и ринулась за ним, занеся над головой каждый свое оружие. Кто-то держал над головой даже двуручную пилу.

Наступление чудовищ было обреченно. Лавина из нескольких тысяч тел смела и растворила в себе жутких созданий. Образовалась бесформенная масса с горячим боем в своем центре. Люди и эльфы, у которых при столкновении выпало оружие из рук, наносили удары по телам монстров кулаками и ногами. Особо ловкие прыгали ногами вперёд, попадая ступнями в грудь вурдалакам и снося таким маневром волков, а некоторых вурдалаки перехватывали в прыжке, впивались в плоть, а после отшвыривали в сторону. Луки использовали уже не по назначению. Ими колотили спины и бока врагов. Многие луки не выдерживали яростных ударов и ломались на две части. Иногда даже на три. Никто уже не обращал внимания на укусы страшных челюстей и глубокие порезы, наносимые когтями вурдалаков. Монстров пытались валить на землю, запрыгивая им и на спины, на грудь и дергая за ноги, а поваленных просто затаптывали ногами или секли, кто, чем мог. Но многим волки и вурдалаки нанесли такие увечья, что они без сил лежали на земле, истекая кровью. Кто-то пытался оттащить подальше от схватки раненых братьев. Доблестные эльфийские солдаты пытались воплотить в жизнь дни нудных тренировок, лишь теперь понимая, для чего сержант их мучил до седьмого пота. Некоторым из них удавалось пронизывать одним ударом сразу двоих врагов. А над всей этой сечью стоял жуткий гул из брани, рёва и предсмертных криков чудовищ. Это была беспощадная бойня.

Казалось, что бой тянулся, целую вечность. На самом деле уничтожение монстров заняло не более двадцати минут. Но конечно в эти минуты произошло многое. Очень многие из людей и эльфов проверили свою стойкость и поддержку братского плеча. Люди стояли над телами, лежащих на земле без сил братьев-эльфов не позволяя жутким тварям терзать их тела. Эльфы, на себе стиснув зубы, вытаскивали раненых людей, не обращая внимания на укусы волков и когти вурдалаков. В бедро одного эльфа впился волк и застрял зубами в кости. Эльф, скривившись от боли, нес как раз на себе человека. Волк, рыча, тащил эльфа назад, но тот, медленно, шаг за шагом относил своего брата-человека дальше от основного побоища. И волк, хоть и упирался лапами в землю, медленно полз за эльфом. Кровь залила всю правую ногу, пропитав одежды, и нога даже начинала неметь. Но эльф бережно положил человека на землю. Затем резко обернулся к волку и яростно схватил того за челюсти. Они были стиснуты стальной хваткой, но ярость передавшаяся рукам превозмогла этот чудовищный замок. Он оттянул нижнюю челюсть и отвёл раскрытую пасть от бедра. Волк злобно рычал, но это было уже бесполезно. Эльф одним резким движением сломал нижнюю челюсть. Потом поднял визжащего волка и стремительно опустил того на землю, мордой вниз. Шейные позвонки бестии сломались от такого удара. Эльф повалился рядом с поверженным волком. Он оттолкнул содрогающееся в агонии тело левой ногой и, перекатившись, накрыл собой человека, которого нес. Он тяжело дышал, но был доволен, что смог защитить человека, а невдалеке от этой маленькой победы яростно бился человек с эльфийским копьем в руках. Между ног человека, на земле лежал эльфийский солдат. Дыхание его было прерывистым, и он держался за пах, из которого обильно сочилась алая кровь. Человек же над ним не подпускал ни волка ни вурдалака. Сам он был весь, израненный, но стоял крепко и разил метко. Вурдалаку снес челюсть резким выпадом. Двух волков проколол резкими взмахами и был готов отражать нападения, пока бьется сердце…

Но вот бойня завершилась. Жуткие порождения «черного леса» были повержены. Солдаты и добровольцы добивали раненых чудищ. Когда эта процедура была окончена, решено было свалить их тела на несколько куч и сжечь. Так и поступили. Место недавней схватки обдало жаром и дымом от горящих страшных тел. Среди людей и эльфов были также потери. Павших решено было отправить на механических телегах экспедиции в город. Сопровождать этот печальный картеж будут раненные и желающие добровольцы. Оборудование перегрузили в другие телеги, а три освобожденные оказались заполнены телами умерших братьев. Раненых тоже оказалось много. Добровольцев отправиться обратно в город не нашлось. «Чёрный лес» теперь стал всем кровным врагом. Это из него вышли эти создания и напали на них. Каждый желал поквитаться за сегодняшнюю трагедию. Картеж с павшими сопровождали только сильно раненные и несколько солдат. Командир передал с уходящими солдатами приказ о незамедлительном формировании и прибытии подкрепления. Телеги не спеша отправились в сторону города, а уже сформировавшаяся в пылу схватки армия из обычных людей и эльфов, под предводительством эльфийского командира, слаженным, но быстрым шагом направилась мстить «черному лесу».

Прибыли они к плотной стене из кривых и зловещих деревьев «чёрного леса» когда солнце начало свой путь на закат. Но отдыхать никто и не думал. Члены экспедиции разложили оборудование для распила и утилизации спиленных стволов. Огромные пилы и бездымные печи, питаемые энергией красных и синих магических кристаллов, монтировались очень быстро. Каждому хотелось поскорей избавить землю от этих мерзких зарослей. Люди и эльфы вытянулись в плотную цепочку и приступили к вырубке страшных деревьев. Они надпиливались, или надрубывались. Потом на них набрасывались стальные троса, которые натягивались механическими рычагами. Стволы с гулким стоном трескались и обрушивались наземь или на другие деревья. Потом они подтягивались к большим пилам и разделялись на несколько частей. Эти части распиливались в свою очередь пополам и погружались в печи. Синее и красное пламя охватывало древесину с шипением и свистом, обращая почти сразу в серый и черный пепел. Дело заладилось на славу. Лесоповал шёл очень быстро, и все были очень рады тому. В распиле деревьев принимали участие даже солдаты и их командир. Феи тем временем направились вглубь леса на поиск и уничтожении своих изменившихся соплеменниц.

А гномы тем временем с другой стороны леса давно вели спил леса, даже не подозревая о случившейся схватке. За их спинами находился огромный разлом между двумя высокими горами. Даже при свете дня он выглядел зловещим. Края разлома казались серо-чёрными, а на его дне видны были остатки неудавшейся застройки, валяющиеся бесформенными грудами зеленого камня. Но гномы не обращали на горы внимания. Они уверенно валили деревья на своих механических колесницах, переделанных под распил древесины, вместо бурения горных пород. Когда солнце начало клониться к закату, гномы встретили неожиданную преграду - развалины старой башни без крыши. Три четверти круглой стены башни были целыми и местами доходили до бойниц второго этажа, а брешь в одной части стены обнаруживала остатки винтовой каменной лестницы уходившей глубоко в недра башни. Тогда часть гномов оставили свои машины и с осторожностью приблизились к башне. Из башни, рыча, на них вырвались, несколько вурдалаков в железных нагрудниках и с дубинами в руках. Возглавлял их маг в темных, рваных одеяниях, которые влачились за ним по земле. Лицо его укрывала овальная гладкая маска, выполненная из белого мрамора. Длинные пальцы чудовищно украшали длинные жёлтые когти. В левой руке его был кривой небольшой изумрудный посох с круглым наконечником, сияющим светом молочного оттенка. Вурдалаки напали на безоружных гномов. Маг выкрикивал на неведомом скрипучем языке слова угрожающим тоном и пускал белый плотный луч из посоха по гномам. Луч опаливал одежды и оставлял ожоги на телах. Некоторые падали на землю, пытаясь затушить горящую одежду и бороду. Остальные гномы поспешно отступили к своим машинам и, взяв в руки ремонтные инструменты, дали отпор магу и вурдалакам. Пятеро гномов получили смертельные ранения ужасными дубинами, а один страшные ожоги от белого луча, испускаемого магом. Вурдалаков уничтожили, а мага смогли захватить, в плен, изрядно поколотив. С мага сорвали маску. Это оказался эльф с костлявым лицом, обтянутым жёлтой кожей. Но самым удивительным было то, что волосы его были абсолютно чёрными. Такой факт сильно изумил гномов, так как у эльфов в основном белые волосы, и лишь иногда рождаются с золотистыми. Эльфу-магу связали руки и завязали рот. Его погрузили в клетку и решили отправить в сопровождении нескольких механических колесниц в эльфийский город Этринос, как только встретят людей и эльфов, рубящих лес с обратной стороны. Но маг каким-то образом освободил рот и уже на вполне понятном языке стал выкрикивать: "Белая хозяйка принесёт рай! Вы жалкие гномы издохнете вместе с эльфами! Скоро наступит рай! Мои слуги уже пожрали эльфов и людишек, которые тоже шли сюда. Рай пожрет вас всех!". Магу снова завязали рот, но в этот раз уже покрепче. Убитых братьев бережно положили в одну из машин и в сопровождении ещё двух отправили обратно, к ближайшему городу гномов.

После гномы продолжили вырубку леса с еще пущим рвением, обогнув развалины башни. Решили остановить вырубку поздней ночью, разбив палатки и разжигая костры. Продолжили утром. Стволы деревьев распиливались на две части, а после пополам и погружались в огромные передвижные дробилки, переделанные измельчать древесину, вместо камня, в мелкую труху, которая прессовалась и тюками слаживалась по краям широкой просеки. Широкие пилы гномьих машин за несколько минут срезали толстые стволы ужасного леса, а сверла, для глубинного бурения, вырывали пни из земли, словно пробку из бутылки. По счастливой случайности, на пути гномов не оказалось озер. Единичные изменившиеся создания разбегались и разлетались в ужасе в разные стороны, пугаясь шума и грохота гномьих машин. Гномы даже изловили нескольких матировавших волков, чудовищных фей и зубатых моровых птиц. По расчетам гномов, к концу этого дня они должны будут встретиться с эльфами и людьми. Но спил усложнился. Структура деревьев стала более крепкой, и время, чтоб свалить дерево требовалось больше. Гномы закончили работу ночью. Однако расчеты почти не подвели. Людей, эльфов и гномов отделяла незначительная по ширине стена леса. Люди услышали грохот гномьей техники и с энергофакелами, излучающими голубой свет, наведались к гномам в гости. Это была радостная встреча, не смотря на поздний час. К ним присоединились и эльфы. Одни делились впечатлениями о схватке с моровыми волками и вурдалаками, другие хвастали, что поймали мага, который, по-видимому, управлял этими жуткими созданиями. Утром продолжили борьбу с лесом. Деревья редели на глазах. Гномья машина, человеческая пила и эльфийский трос встретились на последнем широком дереве. Оно было вмиг повалено и саженно в бездымной печи, под совместные одобрительные крики эльфов, людей и гномов. Очень широкая лесная просека, ведущая прямо к расколу, была готова. Теперь здесь сможет разместиться все: будущая экспедиция Лорда Аримана, торговцы, купцы, ученые, маги, летописцы и армейские гарнизоны.

Работа была окончена. Отряд солдат разбивал лагерь, в ожидании подкрепления. Гномы стали возвращаться к подножию раскола. Там они собирались устанавливать оборудование для исследования прилежащих к расколу земных пластов на предмет магических и драгоценных парод. По расчетам " выращиваемая" гора перевернет эти пласты, а некоторые даже вывернет наружу. К этому следовало быть готовыми. И гномы готовились. Лес они вырубили своими силами, поэтому совет Этриноса дал им разрешение на исследования горных владений и земных глубин. В дальнейшем, в случае удачного обнаружения полезных ископаемых, будет создан совместный гномо - эльфийский комитет по регулированию торговли прямо с места раскопок. Предположительно ситуация складывалась очень положительно. И хоть верхушка совета сомневалась в успехе всего предприятия, обычные граждане и торговцы были уверенны безоговорочно. Солдаты еще не успели разбить палатки, а добровольная армия отойти обратно к городу на двести метров, как к просеке подоспел караван Альвуса Руйкона - эльфийского купца, почитателя антиквариата и всевозможных редких вещей. Этот эльф имел большой вес в торговых кругах, и он прибыл первым. Он уверенно сошёл с кареты и, уперев руки в бока, довольно покачал головой, осматривая место вырубки. Он был доволен увиденным. Потом, взойдя на холм, он стал высматривать, где будет размещаться его лагерь. Альвус увидел подходящее место и рукой указал своему картежу, куда следует направиться. Но Альвус никогда и ничего не делал без страховки. Отбывал из Этриноса он с маленьким секретом. Даже двумя. Первый поведал сам глава совета: торговый комитет будет организован в любом исходе предприятия. Идея освежевать горные глубины, причём гномьей техникой, витала в головах эльфийской правящей верхушки уже давно. Но так организоваться как сейчас не получалось до выступления Лорда Аримана, а после его выступления все словно сорвались с цепи. Все стали сами собой объединяться и организовываться. И не воспользоваться подобным шансом, по меньшей мере, было бы неразумно. Потому торговому комитету – быть! Следовательно, и торговле - быть! И потому и золоту в сундуках – тоже быть! А вот второй секрет, был не мене важный. Пообщавшись с магами, и гномами Альвус узнал, что когда Ариман будет пытаться вытащить новую гору из-под земли, он в любом случае нарушит много глубинных и ближних пластов земной коры. Это может привести к обнаружению новых месторождений всякого рода полезных ископаемых, даже если у Лорда-мага не выйдет высунуть гору из-под земли. Знания такого рода вселяли радость и надежду на благоприятную торговлю в рамках торгового комитета. Другие купцы и торговцы поменьше рангом не знали таких секретов. Однако все они знали, что Альвус собирает полный караван и едет к «черному лесу», а если уж едет он, то и остальным можно будет поживиться. Альвус покинул пределы города, и все торговцы и купцы, кто был достаточно обеспечен или имел возможность перевозить свою лавку, поспешили сделать то же самое. Не обошли вниманием этот вопрос и мастера ювелиры. Они прикинули, что в случае удачных раскопок, можно будет развернуть мастерскую прямо возле раскола и там торговать. Многие из ювелиров скооперировались с купцами и совместно отправились в путь. Также такое действо не могло обойти стороной историков, летописцев, художников и поэтов. Все они также собирали свои поклажи и выдвигались в сторону горного разлома. Туда же подтягивались и эльфийские войска.

Всё это паломничество продолжалось в течение нескольких дней. И стягивались все не только с эльфийских краёв, но и человеческих областей и, конечно же, гномьих городов-государств. Вскоре обширное пространство просеки было заполнено шатрами, палатками и кое-где даже домиками-мастерскими. В них обитали ювелиры.

Прибыли к расколу и Дулиф Грум с Вендором Райсом. Дулиф имел два интереса - научный и торговый. Вендору было просто интересно понаблюдать за историческим моментом. Прибыла к расколу и графиня Амерзи. Её сопровождал торговец Фарив, имевший не однозначную репутацию среди других торговцев. Многие считали его скользким типом. К тому же он был невысокого роста и своей широкой бородой походил на гнома, вот только острая улыбка и прищуренный взгляд придавали ему хищный вид, в отличие от гномьего, добродушного и открытого. Прибыли члены будущего торгового комитета. Все кто хотел или должен был присутствовать на этом предприятии, уже находился возле раскола. Ожидали только Лорда Аримана. Некоторые поговаривали, что Лорд отказался от этой затеи. Этот слух распространялся быстро и многие не на шутку встревожились. Однако вскоре прибыл и Лорд Ариман, с многочисленной свитой магов и адептов. С собой он имел небольшой ларец. В нем лежал указ, подписанный всеми членами городского совета и его главой. Именовался указ так: " О возведении новой горной единицы по средствам не стандартных магических операций ", а сам проект назвали более кратко, но чётко: " Гора Аримана "

V

Ариман был одет по-простому. Белая рубаха и серые брюки. Он осматривал местность, чтоб выбрать подходящую рабочую площадку. Он смотрел на раскол, уходящий ввысь над его головой. У подножия раскола гномы уже прорубили несколько исследовательских шахт. И первые результаты принесли успехи. Золотая и алмазная жилы были найдены. Но все ожидали, что найдена, будет жила и с магическими кристаллами. Однако еще больше ждали, когда Ариман достанет глубоко из-под земли новую гору. Многие считали, что она точно будет необычной, и явит миру небывалые загадки неизведанных глубин.

Ариман стоял и смотрел снизу вверх. Он даже сам почти не верил, что один хлипкий эльф сделает вещи богам одним лишь подвластные. Однако он решился это сделать. Место, где он стоял, отлично подходило для " выращивания " горы. Именно здесь он, через несколько дней сделает то, о чем будут вспоминать потомки. О чем будет написано в истории. Ариман, еще не предпринимая ничего, что касалось новой горы, уже ощущал в общении с собой, что его ставят гораздо выше, чем многих членов совета. Может даже выше самого главы совета. С ним разговаривают и знаменитые купцы и общественные деятели как-то особенно. Словно он живая легенда. Даже члены совета относятся к нему так, словно он выше их рангом. Как же все это необычно. Еще недавно он был обычный дворянин, который с каждым годом становиться беднее неумолимо стремясь к полному разорению. Да еще с сумасшедшей идеей в голове. Теперь он самый привилегированный эльф в Этриносе. Такая смена статусов не менее удивительна, чем его затея с закрытием раскола. Однако это было правдой. Значит и идею о возведении новой горы – тоже следует сделать правдой!

Ход его мыслей нарушил человек с грифелем в руках и холстом, помещенным в простую деревянную раму под мышкой. Он обратился к Лорду с нескрываемым трепетом:

- Прошу извинить мою наглость Ваше святейшество… Ариман обернулся и, улыбаясь, спросил:

- Что Вам необходимо, мой друг?

Человек затрепетал от услышанного, ответив дрожащим голосом:

- Я ?... Ваш друг? Это Вы мне? Благодарю ваше святейшество…

- Так что же Вы хотели? - усмехнулся Ариман

- Ах! Да… Я хотел попросить Ваше высочество позировать скромному художнику, если конечно я могу просить о такой удаче… Ариман снова усмехнулся, и, покачав головой, ответил:

- Конечно, друг мой! И прекратите звать меня высочество и святейшество. Я всего лишь скромный маг, служащий во благо своего народа

Человек заворожено глядел на эльфа и благоговейно пролепетал:

- Воистину Вы полны достоинств, как и рассказывают, но скромность, видимо, главная из них…

Но вот человек встряхнул головой, словно отходя от дурмана, и сказал более сдержанным голосом:

- Значит, что я хотел ?.… ах, да! Станьте полу боком, глядите на раскол и так застыньте на несколько минут. Я только зарисую Ваш эскиз и всё. Больше не буду Вас тревожить

Ариман выполнил, то о чем просил человек. Художник же стремительно стал наносить штрихи на полотно, уперев деревянную раму в поднятое колено. Он что-то стирал пальцем на полотне, дул на него. Ругался невнятно про себя. Вытер вспотевший пот, испачкав лицо черной пылью от грифеля. Потом закусил грифель зубами и стал вертеть рамку из стороны в сторону и обратился к Лорду:

- Посмотрите Ваше святе…Лорд. Если Вы найдете, хоть малейшее сходство, я буду самым счастливым человеком…

Ариман посмотрел на работу художника и изумился. Выполненный грифелем рисунок в черно – белых тонах передавал всю глубину окружающего мира. И он сам изображён словно живой. Ариман изумлённо качал головой, говоря человеку:

- Вы удивительно хорошо рисуете, с уверенностью могу заявить Вам, друг мой. У меня при себе нет золота, но позвольте, пройдем к моему шатру и я обязательно вознагражу Вас за ваш труд…Изумительно исполнено.…А раскол в каких деталях, а Заскалье.… И так быстро…Вы идеально передаёте резкость и детали…

Человек был на седьмом небе от счастья - Лорду понравилось его искусство. Он прижал рисунок к груди и радостно ответил:

- Вы уже меня вознаградили, похвалив мою работу. Большей награды мне не надо. Огромнейшее Вам спасибо и до свидания Ваше святейшество

Человек развернулся и вприпрыжку радостно помчался к разбитым вдоль пролеска шатрам. Ариман даже не успел спросить имя этого одарённого художника. К Ариману приблизился Вендор и похлопал по плечу:

- Уже пожинаешь плоды славы, как я погляжу?

Ариман, всё еще очарованный рисунком неизвестного художника, не совсем услышал вопрос и сказал своё предложение:

- Как нарисовано, было! Просто бесподобно! И это грифелем. Жаль Вендор ты не увидел, как этот человек рисует

Вендор усмехнулся ответив:

- Это не страшно. Скоро в масле увижу, что он нарисовал

Ариман вопросительно взглянул на Вендора и не доверчиво спросил:

- В каком смысле увидишь? Ты знаешь этого художника?

Вендор снова усмехнулся, и ответил:

- Конечно, знаю. Кто же его не знает? Это сам Армин Ван Бауден!

Глаза Аримана широко раскрылись от удивления. Армин Ван Бауден самый знаменитый художник и скульптор современности. Его произведения признаны верхом изобразительного искусства, и считаются культурным достоянием трех рас: гномов, людей и эльфов. Его технику изображения изучают во всех школах искусств и во всех трех государствах. Его полотна настолько дороги, что позволить их себе могут очень обеспеченные слои общества. Вендор сообразил, что Ариман не узнал гения, и, усмехнувшись, сказал:

-Что не признал его, да? Это его конек. Переодеваться в бедного художника и рисовать знаменитых личностей в обычной жизни. Причем он так искусно маскируется, что некоторые несколько раз ловятся на его удочку. Теперь и ты будешь занимать свое место в его коллекции. Быть нарисованным Армином - это большая честь. Поздравляю! Меня он уж точно не зарисует грифелем, а если и решиться нарисовать, то разве, что только тем, что прилипает к подошве и паршиво пахнет. Хех!

Ариман был чрезвычайно удивлен:

- Но он так естественно восхищался мной.… Неужели только ради картины?

- Может и не только ради картины. Ты себе не представляешь, Ариман как ты взбудоражил души и сердца. О тебе уже начинают слагать легенды. Ты смог своим коротким выступлением перевернуть внутренний мир многих. Ты объединил народы так, как они не объединялись со времён войны с Зеленокожей Ордой. Посмотри, что ты смог сделать!

Вендор указал рукой на великое множество шатров и палаток за их спинами, расположившимися вдоль всей просеки. И продолжил:

- Ты посмотри - все здесь. Люди, гномы и эльфы. Ариман ты возродил в их сердцах уважение и братскую любовь друг к другу. Каждый готов отдать жизнь за брата гнома или брата человека. Ты оживил старый союз наших народов, о котором давно уже все позабыли. И будь уверен - если ты не сможешь достать эту клятую гору из-под земли, они всем миром придут и вытянут её, вместо тебя. Ты сроднил эти народы. Теперь мы снова стали одним цельным монолитом, как во времена старой воины с Зеленокожими

Ариман видел, как между палатками передвигается великое множество народа. Вон эльф с гномом смеются. Вон человек помогает гному катить бочку. Чуть дальше эльф читает поэму, а люди внимательно и заворожено слушают, а потом аплодируют. В другом месте эльф учит людей стрельбе из лука, а человек метанию ножей. А невдалеке все вместе устанавливают большой шатер. Брови Аримана насупились. Он и сам понимал, какой резонанс внес в жизни многих. Но когда, то, же самое слышишь из уст другого, а тем более из уст Вендора, все становиться более чётким в сознании. Размытость образов приобретает формы, и начинаешь видеть всю грандиозность происшедшего. Не гора, которую он так дерзко собирался вырвать из земли, является уникальным действом. Нет! Она лишь маленький придаток к более грандиозному событию. Основным было единение народов. Ариман был лишь искрой, маленьким толчком к этому. В этом и была его миссия, его особенность. Вот для чего он был рожден на свет. И не важно, в самом деле, появиться эта гора или нет, люди, эльфы и гномы останутся братьями. Это радовало Аримана. Его сердце наполнялось гордостью за этот благородный порыв братских народов. Он понимал, что большей награды не может быть. И большего он уже сделать не сможет. Он выполнил уже свою миссию. Всё остальное является лишь формальностью. Объединение народов уже не остановить. Осознание этого наполняло его сущность неописуемой радостью. Однако возлагало на него и большую ответственность. Ариман выступил движущей силой для многих к единению, сам того и не предполагая, когда делал свое выступление. Теперь же братским народам необходим был символ их единения. И гора будет этим символом! Она будет играть в будущем куда более важную роль, чем просто затвор раскола. И Ариман дал себе молчаливое обещание любой ценой сотворить эту гору!

Вендор смотрел на Аримана. Лицо последнего было насупленным, а глаза фанатично горели. Вендор спросил:

- Скажи Ариман, ты всерьез считаешь, что сможешь из-под земли вытащить такую громадину, чтоб закрыть расщелину? Пойми, когда сидишь в зале и смотришь, как происходят различные чудеса со стальным шаром, начинаешь верить, что ты прям всесильный. Но здесь…. Ты посмотри на эти масштабы. Они же грандиозны! Неужели у тебя хватит сил проделать задуманное. Ты прости, конечно, что я сомневаюсь, но когда стоишь почти у подножия раскола и этих огромных скал, невольно начинаешь сомневаться…

Ариман посмотрел Вендору прямо в глаза и с запалом ответил:

- Отвечу тебе честно Вендор. До сегодняшнего разговора с тобой я сам очень сильно сомневался. Я даже тянул время, выжидая для себя подходящего момента. Но теперь мои сомненья развеялись как туман на ветру. Все стало очень четко в моей голове. Я достану эту гору любой ценой, даже если мне придется вывернуть наизнанку все земные недра!

Вендор пристально смотрел на Аримана, и говорил:

- Ты очень не обычный эльф Ариман. Знаешь, в своих поисках реализации этой сумасшедшей идеи, ты перешёл некую грань, после которой ты никогда не сможешь уже быть прежним. Теперь и я не сомневаюсь, что ты выполнишь задуманное…. Ты больше чем эльф. Ты станешь героем нашего времени, попомни мои слова. И для меня большая честь, Ариман знать тебя лично. Гордость за тебя разрывает мне грудь!

Вендор видимо хотел обнять Аримана, но смог сдержать порыв, и просто крепко сжал его плечи, сдержано, улыбаясь. Вендор был очень скуп на нежности с мужчинами, и этот порыв означал очень многое. Ариману было очень приятно от подобного, однако мысли его были уже далеки отсюда. Он уже организовывал мысленно, работу тех магов, которых привёз с собой. Время больше не терпело отлагательств. Ариман взволнованно произнёс:

- Идём Вендор! Время больше не может ждать. Скоро я приступлю к ритуалу управления вихревой магией. Эта гора будет триумфом объединения наших братских народов, даже если мне придется сложить за неё голову!

Вендор одобрительно качнул головой, и они хотели направиться в сторону лагеря, но оклики за спиной заставили их задержаться. К ним приближался тот самый гном, который устроил спор на совете, когда выступал Ариман - Фрадир Грим. Он шел быстрым шагом, и сложно было определить, с какими намерениями он к ним приближается. Правая рука была выставлена вперёд и сжата в кулак. Он приблизился почти впритык к Ариману, глаза его горели. Фрадир разжал широкий кулак и громко сказал:

- Вот!

На ладони лежал синий камень средних размеров. Магическая синяя аура плотно окружала его и, словно дым, струилась между пальцами гнома. Так как Ариман мысленно давно уже был не здесь, он не понял жест гнома и вопросительно глядел на того. Гном возмущённо сказал:

- Неужели ты Ариман не понимаешь, ЧТО это значит? Да на торговле только одной пылью после огранки таких камней, я смогу построить тебе замок на три сотни слуг! Мы раскопали его прямо под разломом на глубине всего двести метров. Инженера говорят, что в нижних слоях земной коры таких может быть очень много. Если ты вытащишь эту гору из земли, то мы все, чтоб треснула борода моего деда, будем богаче самих богов!

Вендор усмехнулся и ответил:

- Ну, жить тебе, Ариман уже точно будет где, а если каждый торговец купит тебе по замку с угодьями, то у тебя получиться целая страна!

Гном снова сжал кулак и добавил:

- Торговать пока такими штучками нельзя, но вот всем показать его можно! И я пойду, покажу всем такую находку. Пусть покупают себе целые поместья, чтоб хранить там золото за выручку!

И с этими словами Фрадир помчался в сторону шатров. Вендор качнул головой и сказал:

- Всегда удивлялся, как в таких маленьких существах как гномы умещается меркантильность выше всякой горы

Ариман так до конца и не понял произошедшего. Сознание его было полностью переключено на ритуал. Он просто сказал:

- Пошли - и они оба направились к палаткам магов.

Камень, который принес в лагерь Фрадир Грим, наделал переполох. Им не могли налюбоваться и ювелиры магических камней, и торговцы и обычные наблюдающие. Эльфийский купец Альвус Руйкон не мог оторвать глаз от подобной прелести. Камень просто заворожил его. Он пытался рассмотреть каждую его грань. Играл пальцами с потоками магической ауры излучаемой камнем. Он твердо решил приобрести себе эту диковинку, когда торговый комитет даст добро. Однако он не подозревал, что и Фрадир Грим решил первым заиметь этот драгоценный камушек. Гном, прищурившись, с недоверием наблюдал, как эльф любуется ЕГО камнем. Все кто знал толк в торговых и ювелирных делах, не могли дождаться, когда Лорд Ариман проведет ритуал и вытащит гору. Тогда комитет даст добро, и золото польется рекой! Но не все торговцы были терпеливыми. Фарив, торговец, прибывший с графиней Амерзи, был иного мнения. Фактически, он сюда и прибыл, чтоб проводить контрабандный бартер. Он привез с собой великое множество вещей, которые с удовольствием захотят иметь гномы – рабочие, втайне от своего руководства. Взамен, они будут снабжать, незаконно его всяческими находками в первую очередь. Фарив ожидал подходящей находки и после камня, который демостировал Фрадир, понял что дождался нужного момента. Следовало развертывать теневую торговлю. Первейшим товаром было спиртное. Обычные гномы очень любили приложиться к бутылочке, и потом в похмельном дрёме тихонько мурлыкать песни своего народа. Фарив привез огромное количество элитного спиртного, которое намеревался менять на драгоценные находки. Второй товар ещё более опасный - бесшумная и магическая взрывчатка. Третий вид товара миниатюрная ручная бурильная установка с магическим усилителем. Да и всякой различной мелочи, запрещенной при бурильных работах, в шахтах и штольнях у него было предостаточно.

Днями он крутился возле раскопок. Общался с гномами. Высматривал хоть одного подходящего кандидата, чтоб начать своё незаконное предприятие. И темная удача подвернулась к нему лицом. Один из гномов повздорил со своим начальником и эмоционально покинул место раскопок. Фарив оказался свидетелем этого, и раскинул свою сеть. Он понимающе стал общаться с гномом. Поддельно входить в его положение. Выяснилось, что гному необходимы деньги, но покидать место раскопок начальник не разрешал, хотя гному могла подвернуться более выгодная работёнка. Гном вывернул перед Фаривом карманы и показал негранёные алмазы, которые утаил от начальника. Это была победа, для Фарива. Он предложил гному золото, за утаивания подобного характера. И если нужно дополнительное оборудование, чтоб добыть еще больше драгоценного материала. Гном согласился, так как Фарив отсчитал ему кругленькую сумму за два алмаза. В следующую их встречу, гном обжился бесшумной взрывчаткой и спиртным. В третью встречу привел еще двоих гномов, которые также взяли спиртное и взрывчатку. Теневая торговля набирала обороты. Но на пятый день Фарива с гномами раскрыл один из инженеров. Он собирался отвести их эльфийским стражам порядка, но Фарив был очень хорош в вопросах риторики и убеждения. Он смог договориться с инженером, и включить его в свою тайную торговлю. Теперь инженер курировал гномами, которые незаконно приносили Фариву драгоценности и магические камни. К рабочему персоналу гномов рекой полилось все запрещённое. Некоторые приходили прямо к палатке Фарива и отоваривались на месте. И все это происходило на глазах у всех, но никто ничего не подозревал. Гномы народ не очень разговорчивый, и может хранить тайны, даже если эти тайны очень скверные и сомнительные. Причем казалось, сама природа играет на руку Фариву. Неделю, за неделей идут проливные дожди. Это мешает Ариману начать ритуал. Однако вода не помеха бурениям, и торговля Фарива процветает.

Но вот время дождей прошло. Несколько дней стояла теплая, ясная погода. И в один из этих дней Ариман решил сделать то, что ему предначертано. Его шатер располагался в начале просеки на холме. Сам Лорд находился в шатре со своей любимой. Они сидели на ложе и держались за руки. Ариман был одет в длинные серебристые одежды, укрепленные особыми нитями. Это требовалось для ритуала. Потоки вихревой магии не предсказуемы и могут разорвать обычную ткань. Одежды, которые были на Аримане, согласно расчетам должны выдержать эту чудовищную нагрузку. Анель была в обычном белом легком платьице. Они сидели молча. Слова были излишни. Все уже было решено и обратного хода нет. Анель не подымала глаз. Ариман любовался ею. Он не громко спросил её:

- Ты точно не пойдёшь? Весь мир будет смотреть. Неужели не хочешь увидеть наш триумф?

Анель подняла глаза на возлюбленного. Они блестели от влаги, но она сдерживала слёзы. Ариман знал, что только он покинет пределы шатра, возлюбленная даст волю эмоциям. Анель сказала:

- Наш триумф произошёл намного раньше, когда мы полюбили друг друга, а сейчас это твой долг. Но это страшный долг. Я не могу смотреть, как тебя будет терзать эта ужасающая сила. Я видела, как ты тренировался со своими магами - это невыносимо было смотреть. А здесь…Это намного страшней…»- Ариман успокаивающе улыбнулся:

- Не волнуйся ни о чём. Это просто необходимо сделать… Я быстренько вытяну горку и сразу же вернусь к тебе. Это же просто – встал, посохом махнул, горку вытянул и мигом к тебе!

Но Анель не восприняла шутку. Она очень волновалась. Почему-то она очень боялась того, что собирался предпринять её возлюбленный. Она боялась за его жизнь. Ночами ей не раз снились кошмары, про то, как появившаяся гора отбирает жизнь у Аримана, а она ничего не может с этим сделать. Но всё уже решено. Ариман вздохнул и поднялся. Анель схватила его руку и поцеловала её, сказав:

- Я буду молиться богам, чтоб они хранили тебя…

Ариман усмехнулся и провел ладонью по её волосам, ответив:

- Не волнуйся. Ты даже не заметишь, что меня не было. Я же туда и назад. И всё

В шатёр вошёл один из магов и сказал:

- Милорд нам пора

При этих словах, ком подкатил к горлу Анель. Ариман мягко освободил свою руку из ладоней Анель, взял посох, и ещё раз улыбнувшись ей, вышел из шатра. День стоял безоблачный и солнечный. Именно такой день должен быть, когда достигаешь успеха или находишь свою гибель. Или если всё это случается с тобой одновременно. Все в огромном лагере с трепетом ждали, когда начнётся ритуал. Ариман видел, как люди, эльфы и гномы выстроились по обе стороны просеки, создав ему и его магам живой коридор. "Это будет знатный день!" подумал Ариман и направился к расколу. В след за ним двинулась большая свита из магов. Лицо Лорда было строгим и слегка нахмуренным. Он уже начинал нащупывать потоки вихревой магии и концентрировать их в себе и в посохе. Искры летели из наконечника посоха в разные стороны, а после каждого его шага пыль подымалась маленьким вихрем. Ариман достанет сегодня гору любой ценой. Другого не дано. Ариман шёл, через живой коридор не замечая никого. Ни Вендора, ни графиню Амерзи. Он уже мысленно проводил ритуал. Для него существовало сейчас несколько вещей: раскол, вихревая магия и будущая гора! Зато за Ариманом следили тысячи глаз. Смотрели на него и многие проникались благоговейным трепетом. Весь его внешний вид давал понять, что он не отступиться от своего при любых обстоятельствах. Кто-то в первых рядах усмотрел и другое. Один из людей негромко сказал гному: " На нашем Лорде лица нет, больно смотреть. Как на плаху идет, бедный. Проклятый раскол, такого эльфа извести может ". Гном глубоко вздохнул и понимающе кивнул головой, приговаривая: " Да уж. …Да уж…." Ариман, к своему удивлению обнаружил в мыслях одну мечущуюся идею. Она была детской, но ему от неё становилась приятно. Идея того, что все увидят, что он прав. Он всем докажет, что может. И все им будут довольны. Такая идея повеселила Лорда. Он даже намного улыбнулся. Но ход его мыслей прервал голос мага:

- Мы пришли милорд. Можно начинать?

Улыбка спала с лица Аримана. Он остановился и молча, кивнул магу. Это было то место, которое он сам выбрал для ритуала. Здесь все и решиться…А перед Ариманом зияла широко разинутая пасть раскола в горном кряже, словно бросая ему вызов. И он принял этот вызов!

Ариман поставил перед собой посох и крепко сжал обеими руками. За его спиной расположились маги. Одни из них охватили его тело лечебной магией, другие стали увеличивать магический потенциал Аримана. Посох засиял голубым светом. Такое количество магов аккумулирующих астральный канал заставляли сознание Аримана чувствовать себя иначе. Ему казалось, что он ментально вырвался из тела и окутал собою свою физическую оболочку, а потом ощутил стремительный поток чудовищной вихревой магии. Он погрузил себя в неё так резко, как брошенный камень погружается в воду. Тело его вздрогнуло, и если бы не маги – лекари, может уже взорвалось на мелкие кусочки. Он чувствовал, как вихревая магия пытается разорвать молекулярные связи в его теле, но маги хорошо выполняли возложенную на них задачу. Тело оставалось в целостности. Ни малейшего намека, на какие – либо разрывы или нарушения внутренних органов. Однако он ощущал, что оно остается стабильным благодаря искусственному вмешательству, а вихревая магия пульсациями пытается разорвать на части. Это было ужасное ощущение, однако выносимое. Ариман чувствовал, что посох переполняется этой ужасной магией. Электрические дуги, исходившие из посоха с треском, били в землю, подымая облачка пыли. И вот посох впитал достаточно магии. В округе стоял странный громкий гул - это вихревая магия пыталась вырваться из посоха, но безуспешно. Теперь Ариман понял, что почти сливается со своим посохом. Настало время погружаться в недра земли и вести поиск подходящей горы. Он выпустил из посоха невидимые потоки магии, которые словно руки, погрузились в землю. По поверхности прошла дрожь. Ариман чувствовал, как он погружается глубже и глубже. Ощущает все неровности и полости под земной поверхностью, и проходит сквозь них. Он ощущал в одночасье поверхности столь больших пластов земли, что они были соизмеримы с горами в Заскалье. Глаза его широко раскрылись от столь необычных ощущений. Но вот он, на огромной глубине провалился в пропасть, невероятных масштабов. Ариман даже ментально - магически отпрянул назад, но потом продолжил поиск, углубляясь в пропасть. И наконец, он нашёл глыбу, на её дне, масштабами подходящую под гору. Он схватил её своими магическими руками и начал подымать. Но тут, же остановился. Он почувствовал нечто странное внутри этой огромной глыбы. Всё её нутро было переполнено жизнью. Какие – то маленькие существа с большими головками и глазами жили внутри этой глыбы. Ариман удивился тому безмерно. Он опустил обратно на дно пропасти эту гору, и стал ее исследовать, проникая ментально в её толщу, благодаря вихревой магии. И тут его удивлению не было границ. Вся гора было сплошным механизмом и городом для маленьких существ. Неожиданно гора вздрогнула и стала передвигаться по дну пропасти подальше от того места, где была поднята. Существа, населявшие гору, были очень напуганы происшедшим. Ариман чувствовал это и мысленно извинился перед ними. Но, необъяснимым было то, что существа услышали его мысли, что напугало их еще сильней, и гора ускорила свое передвижение. Ариман изумлённо продолжил поиски другой горы вдоль дна. И сразу же наткнулся на еще одну. Это была огромных размеров глыба. Достаточных, чтоб закрыть раскол. Ариман погрузился и в нее. Она являла собой обычную горную породу, переполненную различными жилами драгоценных и магических камней. И что-то Ариман почувствовал еще под этой горой. Но ощущение это длилось секунду и он не смог осознать, что это было. Вторичное исследование горы ничего не дало, и он решил доставать гору наружу. Гора с маленькими существами отдалилась достаточно далеко, и Ариман надеялся, что обломки, которые будут падать на дно пропасти, не заденут её. Он схватил гору, но возникло ощущение, которого он точно не ожидал. Он почувствовал, что эта гора очень тяжёлая. Это было абсолютно невообразимо! Неужели ментально можно ощутить вес? Но раздумывать времени не было. Он направил еще больше усилий, чтоб вырвать гору и начать подымать вверх. Это усилие отобразилось на его физическом теле. В глазах треснули капилляры, сделав их красными. На лбу и щеках проступили синие вены, которые часто пульсировали. Желудок казалось, вывернется на изнанку. И, похоже, было на то, что дышит только одно лёгкое. Но гору он уже схватил. Она поддалась, он её слегка качнул, и начал подымать вверх. И тут новая шокирующая неожиданность. Под горою вскрылась огромная дыра. И из этой дыры нечто огромное схватило гору за основание и резко дернуло вниз. Ариман выпустил гору, и она рухнула на свое место. Такой рывок волной вернулся Ариману в его физическое тело. Он сильно покачнулся, еле удержавшись на ногах, которые очень слабо упирались в землю, и немного дрожали в коленях. Ариман кашлянул кровью, алые капли стекли на подбородок и упали в пыль. Наблюдавшие за Ариманом маги очень встревожились увиденным, а ближайшие наблюдающие за ритуалом схватились за головы. Многие говорили: «Он погубит себя! Надо все останавливать!» У самого же Аримана кружился вопрос в голове: «Что это могло быть?» «Что за невероятная силища могла вырвать у него гору?» Шальная мысль проскочила, словно молния в сознании: « Это был какой-нибудь бог!» Но потом его охватил гнев. Неужели какое-то неизвестное божество, и божество ли, отберёт у него такой долгожданный триумф? Не бывать такому! И это уже дело чести. Он снова сконцентрировался на своих магических руках, и более цепко схватил гору и, несмотря на тяжесть, стал резко её подымать. Он поднял гору над пропастью и стал приближаться к поверхности, и тут нечто снова вцепилось в гору у её основания. Но Ариман был готов к этому. Он ментально напряг магические руки и с силой дёрнул гору на себя. И вырвал её. Это стоило ему еще одного кашля кровью. Кашель был непродолжительный, но сильней первого приступа. Кровь пошла даже носом. Главный маг-лекарь начинал, про себя, паниковать. Многие наблюдающие отвернули свои лица, приговаривая: « Я не могу смотреть на подобное! Он же убьет себя, а проклятой горы так и не видно».

Но Аримана остановить уже было невозможно. К нему страшились подойти. Лицо его исказилось в гримасе гнева и мук. Посох пульсировал красным светом. Он хрипел, но не останавливался. Ариман врезал вершину горы в более мягкие пласты земной поверхности и начинал протаскивать её сквозь них. Все ощутили нарастающий подземный гул. Это вселяло благоговейный ужас в сердца наблюдавших. Глаза их были широко раскрыты. Они пересматривались между собой и шептались: « Гора? Это что гора?» Аримана окутала златистая аура. Посох горел, синим и красным светом, а гора с грохотом и гулом, прорезалась всё ближе и ближе к земной поверхности. Ариман чувствовал, что она совсем близко и вот-вот покажет свою вершину. Но нечто из глубин снова проявило себя. Оно снова вцепилось в гору и начало с невероятной силой тянуть её обратно под землю. Ариман не мог в это поверить. Так близко успех и всё может быть нарушено. Казалось, к горе добавился вес, в половину самой горы. Видимо то что тянуло гору вниз в первый раз само прицепилось к основанию горы и препятствовало её подъему. Ариману очень хотелось ощупать магическими руками это нечто, но тогда он выронит гору и достать её назад у него не хватит сил. Он принял решение! Пусть это будет последнее, что он сделает, но гора будет стоять! Он стал медленно подымать посох над головой. Маги, осознали, что это действие опасно для самого Аримана. К тому же многие из них так истощились, что оседали наземь без сил. Наблюдавшие также замерли, подсознательно ощущая, что поднятый посох будет кульминационным моментом в ритуале. Ариман собрал всю мощь, на которую был способен для последнего рывка. Казалось, что и посох стал весить несколько пудов. В голове Аримана проскочила мысль, которая в сложившейся ситуации была как минимум не к месту: « Видимо магия, тоже имеет вес, если ею переполнять предметы». Но это была секундная мысль. Красные и синие молнии вырывались из посоха и с громыхающим треском, попадая в землю, оставляли выжженные воронки. Воздух вокруг потрескивал и взрывался от переполнявшей пространство вихревой магии. Ариман был больше не в силах удерживать посох навесу и с мучительным криком опустил его на землю. Тот стукнул о поверхность земли, словно большой деревянный столб. Гора под землей всколыхнулась, сбросив с себя глубинное нечто. Ариман успел лишь мгновением ментально коснуться этого создания. Оно было невероятных размеров, и улетело обратно в пропасть, а гора с громким треском и гулом, подобно взрыву нескольких сотен взрывчаток, стремительно вырвалась из-под земли. Она вгрызлась в разлом, закрыв его больше чем наполовину. Во все стороны полетели обломки. Удар горы об горы был настолько сильным, что передался вибрацией по земле подобно землетрясению. Многие из наблюдавших повалились наземь. Старший маг жестом указал остальным магам прекратить обряд. Они только этой команды и ждали. Силы их были на исходе, и они все опустились на землю, чтоб перевести дыхание. Упавшие наблюдающие поднялись. Гул еще гулял по горам и равнине. Они смотрели не на новоявленную гору, а на Аримана. Ариман стоял, вцепившись в посох и смотрел на гору. Он согбился и шатался. Но гора появилась! Вот она! Он сделал это. Он создал символ единения народов, которым будут гордиться потомки! Силы оставляли Аримана. Ровно, как и сознание. Он, держась за посох, соскользнул на колени. Глаза его медленно закрылись, и он опустил свою голову на руки, которые еще держались за древко посоха. А в самом посохе, в такт угасанию владельца, затухало голубое свечение. К Ариману подбежал Вендор и подхватил того на руки. Голова Аримана откинулась назад. Подбородок был весь окровавленный, из носа текла кровь. Ариман с трудом открыл глаза, и, увидев Вендора, слабо улыбнулся. Вендор в порыве прижал его голову к своей груди, и, покачиваясь, приговаривал с надрывом:

- Живой!.. Слава богам живой!...Живой!

VI

Анель сидела рядом с любимым и гладила его руку. Ариман открыл глаза и улыбнулся ей. К удивлению многих магов- лекарей у него не оказалось страшных нарушений организма. Слегка были нарушены дыхательные каналы, надорван желудок и растяжка мышц рук. В остальном его состояние здоровья было в пределах нормы. Истощение, полученное вследствие взаимодействия с потоками вихревой магии, было не смертельным. И могло быть восстановлено меньше чем за неделю. Про себя Ариман отметил, что всё – таки у него есть иммунитет к вихревой магии. Иначе выдержать подобные нагрузки он был бы просто не в состоянии, даже при поддержке такого количества магов за спиной. Еще его интересовал вопрос об огромном нечто, что вырывало у него гору. Ариман решил пока не распространяться на этот счет, и как только поправит силы, укрепит основание горы так, что назад её невозможно будет затащить. Главное, чтоб это нечто не вырвалось наружу. Но гору оно не получит назад – это было решено твёрдо. Ариману было не по себе, что он своими действиями смог потревожить что-то настолько грандиозное. И еще он очень опасался, чтоб это не стало погибелью для всех. Он отгонял от себя подобные мысли и старался думать о будущем. О будущем с Анель. Ариман возродит свой род. Анель сама говорила, что хочет не меньше трёх детишек. А сделаем пять! Теперь у него хватит и сил, и денег, чтоб достойно вывести свой род в правящую верхушку. Его дети и внуки будут правителями! Но все это в будущем, а пока следует восстановить свои силы.

Анель заметила его пробуждение, И ласково спросила:

- Снова проснулся? Ночью ты снова стонал и кричал, что она твоя, и ты её не отдашь. Ты уже четвёртую ночь не хочешь отдавать кого-то…Кто она?

Ариман не ожидал сразу после пробуждения услышать подобное. За все время, сколько они знакомы с Анель, она никогда не ревновала. Все радости ревностных мук доставались Ариману. То послы знатные приезжали в гости к её отцу, то купцы, то молодые командиры. И часто Ариман своими глазами видел, как Анель смеялась и шутила с ними, как приветливая хозяйка и воспитанная дочь. А однажды Ариман увидел, как Анель грациозно танцует с одним высокопоставленным молодым чиновником. После этого Ариман долго ходил по парку съедаемый ревностью, словно лист гусеницами. Но все это было уже давно. Еще до того, как он признался Анель в любви. Всё изменилось относительно недавно. Когда Ариман создал посох, и продемонстрировал его мощь Анель. Ариман отвёл Анель далеко за пределы города. Она уже тогда отметила, что он после возвращения из гномьих краёв стал очень серьезный и более уверенный в себе. Тогда он сказал: « Видишь те деревья и тот большой камень? Придумай всё, что угодно сделать с ними - я сделаю» Анель тогда ещё смеялась. Она была не раз свидетельницей смешных магически выдумок Аримана, которые не удавались на глазах многих. После них он долго сидел печальный, а она успокаивала его и говорила, что все получиться когда-нибудь. Она тогда не верила, что у него получиться, нечто серьезное. Он ей очень нравился. Можно даже сказать, что она в него была влюблена. Но… Но он был выдумщик, и шутник. Причем разоряющийся дворянин. Он совсем не думал о будущем. Ни о своём, ни об их общем. Он жил одним днём. Анель отлично понимала, что они не могут быть официальной парой. Не смогут быть супругами. И рано или поздно ей придётся разорвать эти нежные отношения. Она оттягивала этот момент как можно дольше. Она не понимала тогда слов оцта. Он однажды сказал ей про Аримана: « Этот малый, очень необычный. Поверь мне дочь моя. В нем есть потенциал, который следует пробудить. Ему надо хорошая взбучка или нервное потрясение. Надо чтоб он постоянно находился в напряжении. Только тогда он сможет реализоваться, а ты, находясь с ним, лишь разнеживаешь его. Постоянно жалеешь. И когда он станет личностью, ты станешь для него обузой!». Тогда это возмущало Анель. Как она может стать обузой Ариману. И не верила, она, что Ариман добьется высот. Но всё это было до того дня как они вышли за город. До того как он показал ей посох, который она считала очередной игрушкой Аримана.

Ариман был серьёзный. Но он всегда был серьёзный перед новой своей магической выдумкой. И потому она шутливо ответила ему: « Что с ними сделать? А пусть эти деревки живут в этом камушке. Пусть этот камушек будет их домиком. Ха-ха-ха». Она помнила, что в прошлый раз он уже пытался произвести нужное магическое действие на глазах у толпы зевак, и спросил ее, чтоб она хотела. Она тогда была и не рада, что ответила ему. Все наблюдающие тогда оказались испачканы грязью и еще некой скверно пахнущей жидкостью, вследствие его неудачного магического эксперимента. И в том числе и её дорогущее платье также было измазано. Ариман тогда был очень подавлен. Однако сейчас они были вдвоём, и можно было заказать любую глупость. Ариман серьезно взглянул на нее и спросил: « Это всё? Больше нет пожеланий?». Анель засмеялась и ответила: « Нет не всё. Пусть над ними горит еще ясное солнышко». Её очень забавлял настрой Аримана. Вся эта строгость, и деловитая подготовка могла предвещать очередную неудачу, после которой она сможет успокоить его, а так как настроение у неё было сегодня очень игривым, успокоить она его могла очень достойно.

В ответ на это Ариман молча кивнул и попросил отойти чуть в сторону от него. Она наигранно сделала серьезное лицо и со словами: « Слушаюсь, господин!» отпорхнула в сторону. Но где-то в глубине сознания она почувствовала нечто не ладное. Ариман не удивился, как раньше, высказанной задумке. Создавалось впечатление, что он намерен выполнить то, что она навыдумывала. Она стала с притворной серьёзностью наблюдать за Ариманом. Ариман же поставил посох перед собой, крепко сжав его левой рукой. Он стал нащупывать потоки вихревой магии. Посох засиял голубым свечением. Дальнее дерево под магическим влиянием вырвалось с корнем из земли и повисло в воздухе. Напротив него в воздухе повис огромный камень. Камень словно взорвало изнутри, и в воздухе зависла обширная сфера из осколков различных размеров. С деревом также стали происходить некие деформации. Оно стало сжиматься и уменьшаться в размерах, утолщаясь при этом. Много листьев опали при этом странном изменении. Потом дерево по воздуху приблизилось к сфере из осколков. Они окружили деформированное дерево и стали с треском слаживаться в некое подобие прямоугольного домика с острой крышей и одним окном. Когда грубо сложенный домик полностью укрыл в себе дерево, он бережно опустился на землю. Высоко над ним завис увесистый булыжник. Ариман поднял посох, и немного наклонил его в сторону домика с деревом. Из посоха вырвалась, с электрическим треском, голубая непрерывная молния, и ударила в нависший булыжник. Искры сыпались и летели в разные стороны от камня, а сам он начинал разогреваться. Сначала он стал темно-красным, потом ярко-алым, потом огненно-оранжевым. И впоследствии он загорелся солнечно желтой краской. Было заметно, что порода расплавилась, и желает раскаленной кляксой обрушиться на крышу дома, но магическая сила удерживает её в форме сферы. Молния прекратила раскалять и без того уже наколенную магму, в которую превратился камень. Ариман поставил посох на землю, и, не отрывая взгляд о того, что он сотворил, всё также строго и серьёзно спросил Анель: «Ты так хотела, милая?». Анель же стояла ни жива ни мертва. Она не раз видела проявление магии. Даже в боевых целях. Но там было видно как стараются маги, выполняя не столь сложные магические операции. Что с посохами, что без. Но то, что сотворил без особых усилий Ариман, было непостижимо. Стоит каменный дом, и через отверстие в одной из стен видно, некогда высокое дерево, а над домом висит ярко желтый аналог светила. Ариман медленно повернул голову к возлюбленной. Из правой ноздри его носа текла тоненькая струйка крови. Он также строго и мягко в одночасье сказал: «Больше не будет неудач Анеличка. Я больше этого не допущу!». В тот день весь её мир перевернулся. Она увидела Аримана совсем с другой стороны. Нет больше смешного и озорного мальчика бегающего с гномами в шахты. Перед ней стоял взрослый мужчина-эльф. Еще в этот день она поняла, что та магия, которой управлял Ариман, очень опасна. И самое главное, что она открыла для себя, что она на самом деле любит Аримана, и хочет, чтоб этот мужчина был с нею всю жизнь. После этого события, Ариман снова занимался своими любимыми вещами: бегал и далеко уезжал с гномами, неудачно экспериментировал, шутил и по-детски заливался смехом. Но в глазах Анель, он остался необыкновенным навсегда…

…Сейчас же, когда она сидела рядом с ним, и гладила его руку, он вообще казался ей богом. Ни один обычный эльф не был в состоянии достать гору из земли. Ариман это сделал. Сделал то, что подвластно только богам и остался живой. Значит, вывод напрашивается сам собой - он превращается в бога. Даже те маги, которые лечили, разводили руками, определив все повреждения после ритуала. Они вообще переживали, чтоб тело Аримана осталось в целостности, не то, что он сам остался живой. Они говорили растерянно - это чудо!

Но любить бога, не означает не ревновать его. Лишь сейчас Анель начинала понимать слова отца: «…Ты станешь для него обузой». Четыре ночи подряд, после происшествия, Ариман во сне повторял: «она моя, я не отдам её тебе. Она моя!». Анель чувствовала, что эта фраза касается не её. Она и так была рядом и никто не сможет теперь её увести от Аримана. Никто даже не посмеет это сделать. Значит, он говорил про иную особу женского пола. Ревность сжимала грудную клетку Анель, так, что было тяжело дышать. Она не могла дождаться, когда Ариман снова проснется, чтоб узнать, кто эта женщина, и если Ариман любит её, уйти с их пути навсегда. Она не будет обузой!

Ариман, не ожидавший такого вопроса, усмехнулся и спросил:

- Анеличка ты, что? О чём ты говоришь, милая?

Анель вскинула на него большие зелёные глаза, устланные блестящей пеленой обиды:

- Я не стану стоять у вас на пути. Если ты любишь её так и скажи. Я уйду, и не буду мешать. Скажи честно…Это та белокурая женщина, что подходила к тебе на собрании? Это она?

Ариман поднялся с постели и обнял любимую, приговаривая:

- Ну что ты! Что ты любовь моя. Какая женщина? Это просто кошмары, после сложного магического обряда. И больше ничего. Мне нужна только ты

Анель крепко обняла Аримана, уткнувшись ему в грудь, и сказала:

- Я не хочу!... Я не могу тебя терять Ариман! После всего пережитого, после стольких бессонных ночей и волнений, я не переживу если ты оставишь меня. Слышишь, не переживу!

Ариман удивлёно качал головой, гладя Анель по волосам. Он был удивлён тем, что себе напридумала его любимая. Ариман её временами не узнавал - такая она стала волнительная. Если б она знала, что он хочет уже пятерых детей вместо троих, то её сомнения мигом улетучились. В этот момент в шатер вошла графиня Амерзи, одетая по-походному, в синюю рубаху с длинным воротом, широким поясом с золотой застёжкой, в виде короны. Бёдра плотно облегали кожаные черные штаны, украшенные драгоценными камушками. На левом бедре висела тонкая сабля в золотых, инкрустированных ножнах. Глаза Аримана широко раскрылись от неожиданности. Анель обернулась, опустила глаза, увидев, кто зашел, и прижалась сильней к Ариману. Графиня хотела что – то сказать, но Ариман опередил её:

- Графиня, прошу Вас извинить нас, но мы хотели бы с моей невестой остаться наедине! Если у Вас есть вопросы, которые необходимо решить, то я буду свободен только к вечеру, либо, к завтрашнему утру. Графиня на секунду оторопела от подобного тона, подняв бровки вверх. Но потом рассмеялась и ответила:

- Ой, насмешил Ариманушка, так насмешил. Какие вопросы могут быть у нас с тобой. Ты чуть не погиб, борясь с той горой, а я не могла тебя проведать все эти дни. Да ещё извиниться не вышло, что так и не наведалась в гости после той встречи на совете. Боги милосердные, не будь таким строгим со мной, я же волнуюсь за тебя. Неужели не ясно

Ариман понял, что графиня, не стесняясь Анель, начинает применять свои методы соблазнения. Он решил пойти от противного и другим способом выпроводить её из шатра. Ариман одной рукой обнимал Анель и чувствовал, что её пробивает дрожь от присутствия этой женщины. Лорд улыбнулся и более мягким голосом ответил:

- Вы правы, дорогая Агнесс. Это я только проснулся, потому не достаточно деликатен. Мне приятно, что Вы не забываете своего скромного знакомого, и печётесь о его здоровье. Но Вы поймите, что мне необходимо побыть наедине со своей невестой, а позже я обязательно уделю Вам время. Видимо такой ответ удовлетворил графиню. Она нежно улыбнулась и слегка закатила глаза, вздохнула и ответила:

- Ну что же Ариманушка… Как скажешь. Я всё понимаю. Я надеюсь, что твоя невестушка, восстанавливая твоё здоровье, не заберёт все твои силы. Мы должны с тобой хорошенько все обговорить. Особенно теперь - И графиня, послав воздушный поцелуй Ариману стала выходить из шатра. Ариман выдохнул с облегчением. Он держал Анель крепко и чувствовал, как она пыталась вырваться из его объятий. Ощущал своим телом, как она вся дрожала от нервного потрясения и ревности. Но вдруг графиня резко развернулась, и весело подняв свои брови, снова обратилась к Ариману:

- Послушай, милый я вот, что подумала…

Ариман понял, что графиня не собирается уходить на положительной ноте. Анель больше не сможет выдержать её присутствия в шатре. Терпение Лорда было не безгранично, и грубые слова уже начали формироваться на его языке. Но все положение спас гном. Когда графиня начала свою фразу в шатер заскочил Дулиф Грум, толкнув ее. Она умолкла, сжала губы и стрельнула в того яростным взглядом. Рука её легла на эфес сабли, а Дулиф Грум, словно не заметив присутствия графини, затараторил:

- Молодой Лорд, я прошу меня извинить, что прервал Вас с Вашей невестой, но просто подарки и золото, что Вам несут некуда больше складировать. Разрешите ставить еще один шатёр для хранения?

Графиня решила, что ей оставаться тут больше не имеет смысла и, оттолкнув гнома в сторону, гневно покинула шатёр. Ариман был безмерно рад видеть Дулифа. Он как никогда был вовремя. Вообще Ариман в своём долгом общении с гномами отметил, про себя, что они всегда появляются вовремя, когда нужны. В самую тяжкую минуту они появляются из ниоткуда, и протягивают руку помощи, или спасают ситуацию. Гном, как только графиня вышла, громко сказал:

- А здесь, что ещё кто-то был? Так неприятно пахнет. Завтрак наружу прямо рвется!

Сказано это было так, что графиня не могла не услышать. Она отдернула подол шатра и испепеляющим взглядом сверлила гнома. Если бы её глаза могли метать молнии, от Дулифа осталось бы дымящаяся горстка пепла. Дулиф сделал вид, что только сейчас заметил графиню. Он расплылся в неестественно широкой улыбке и попытался нагнуться, имитируя поклон, приговаривая искусственно слащавым тоном:

- Здравствуйте Ваше высочество! Вы почтили нас своим присутствием. Извините, не могу наклониться, так как завтрак вырвется наружу и испортит Ваши милые штанишки. К тому же, сейчас не самое лучшее время заходить сюда. Какой-то злой дух наведался в шатер и оставил после себя страшное зловоние. Вот так!

Графиня прошипела:

- Ненавижу гномов! - и удалилась, гневно цокая каблуками. Дулиф повернулся лицом к Ариману, и, указывая на выход, с притворным изумлением пролепетал:

- А что я такого сказал?

Ариман посмеялся с этой грубой шутки. Даже Анель не удержалась и про себя тихонько усмехнулась. Ариман обратился к Дулифу:

- Дулиф, друг мой! Ты не представляешь, как вовремя ты заглянул! Я вижу, что острить и язвить ты хорошо научился у Вендора! Так что там с шатром? Какие подарки и золото?

Анель отпрянула от Аримана и виновато промолвила:

- Это я забыла тебе сказать. Уже четвертый день все тебе сносят драгоценности, дорогие подарки и золото в честь твоего успеха. Дулиф с Вендором и еще несколькими гномами поставили уже два шатра, чтоб там хранить все подаренное. Извини, я думала совсем о другом- Ариман поцеловал её и снова прижал к себе, а Дулиф сказал:

- Молодая госпожа всё верно говорит. Нужен третий шатер милорд, извольте взять Ваш запасной? Мои уже просто кончились

Ариман не знал даже, что ответить. Он растерянно ответил гному:

- Делай друг мой, все, что посчитаешь нужным

Гном довольно кивнул и вышел из шатра. Дулиф намеренно ворвался в апартаменты Аримана. Он услышал голос графини в шатре и посчитал, что она может навредить идиллии Лорда и его невесты. Шатер был всего лишь предлогом. Дулиф и так собирался взять запасной шатер Аримана. Он направился к телегам Лорда и с ещё двумя гномами достали шатёр. Раскинули его они быстро. И занесли внутрь еще пять сундучков с драгоценными камнями и семь мешочков с золотом. Теперь он мог спокойно отправиться на исследования новой горы, которая темно-синей громадиной высилась на месте разлома. Он сообщил старшему магу из Аримановой свиты, что третий шатёр установлен. Пусть теперь маги следят и заносят новое золото внутрь. Теперь он был полностью свободен и направился к палатке Вендора. Однако его там не оказалось. Дулифа всегда удивляло, как его друг мог удаляться, не советуясь и не приглашая его с собой. Гном направился к новой горе.

Весь пролесок был заполнен народом. И походило это всё на городской торговый квартал. Возле шатров и палаток стояли оборудованные торговые места. В домиках ювелиров были открыты двери. Люди и эльфы из ближайших городов уже отоваривались здесь тем, что предлагали. Торговый комитет всё ещё не дал разрешения на официальную торговлю и выработку жил, но торговцы умудрились завлечь покупателей и на свой старый товар. Всё таки торговый простой получался продолжительный, а компенсировать затраты хотя бы на пищу стоило. Дулиф тоже хотел торговать, но решил подождать официального разрешения. Сейчас в нём бушевал интерес, который гнездился в крови каждого гнома-это новые земные глубины и недра гор. Поверхностные исследования горы Аримана были разрешены, и он не мог такого пропустить. Среди гномов инженеров у Дулифа был знакомый, который пускал его на разработку испытательных шахт. Да и рабочий персонал его тоже уже хорошо знал. Дулиф был не прочь вместе с ними работать и, углубляясь находить новые месторождения полезных ископаемых. Это приносило ему большое удовольствие. Особенно с коммерческой точки зрения. Ведь вскоре всем этим добром и он будет торговать. Его лавочка в городе преобразуется в целый магазин. Может два. Он общался по вечерам со многими торговцами. Они уже разработали ценовую политику, чтоб максимально достаток был у всех, пропорционально затраченному капиталу на закупку товара, а в складах гномов уже было уже достаточно наработанных направлений, откуда можно черпать драгоценный материал. Всё должно было складываться удачно. Пессимистических настроев не наблюдалось. То, что сделал для всех Ариман, было бесценно. Потому ему уже сносили подарки в виде золота и драгоценностей. Это даже стало хорошей приметой. Отнеси подарок Ариману и торговля станет удачной. Первый подарок, ларец с драгоценными камнями, принёс под шатёр Аримана Альвус Руйкон. Он сказал, что это будет правильно. И такой жест принесет торговую удачу всем. После вторить Альвусу стали почти все. Даже Дулиф подкинул один мешочек с золотыми в общую горку подарков. Только самые скупые не решались на такой шаг. Вендор сразу придумал, что следует ставить шатры, чтоб складировать там все добро. Воровать его не станут, сочтут дурной приметой.А если, кто и позариться на это добро – все не унесёт. Для этих целей сгодились два запасных шатра Дулифа, очень просторных и вместительных. Шатры были забиты так, что сквозь материю были видны контуры ларцов и мешков.

Дулиф шел по утоптанной тропке между торговыми палатками и мысли о будущем его были светлы, радостны и полны энтузиазма. Он улыбался и крутил головой в разные стороны. Разноцветные палатки и остроконечные шатры заставляли сердце и душу наполняться искристыми, по-детски приятными эмоциями. Над многими шатрами реяло знамя торгового дома или родовой герб. Скоро знамя дома Грумов будет развиваться над его шатром вместе с торговой лентой, которую он сам пошил для такого случая. Наконец он тронется с мёртвой точки, на которой застопорился, как занялся торговлей. Счастливый гном глядел по сторонам. Взгляд его падал на других гномов, людей и эльфов. И случайно скользнул между палатками. Что-то странное мелькнуло в его радостном сознании. Он остановился и не мог понять, что его смутило. Дулиф вернулся назад и снова взглянул туда, где было мельком замечено нечто странное. За двумя торговыми желто-синими палатками эльфов на небольшом расстоянии находилась палатка Фарива. Возле входа в неё стояли два гнома с едва заметной нервозностью оглядывались по сторонам. Это и насторожила Дулифа. Что этим гномам необходимо у такого проходимца, которым считался Фарив. Один их гномов словно почувствовал, что за ними наблюдают, и обернулся. Он хлопнул по плечу своего товарища, и они поспешно удалились за палатку. Дулиф приблизился к палатке Фарива и заглянул вовнутрь. Там был огромный чёрный пес на цепи, который с громким лаем кинулся на гнома. Дулиф отскочи от палатки. Фарива не было в ней. Где же он мог быть? И зачем эти гномы находились возле его палатки. Одного из гномов Дулиф видел на работах в шахте. Сейчас у этого гнома должен был быть выходной. Почему же он не отдыхает, а крутится с товарищем возле сомнительного торгаша? Это было чрезвычайно любопытно. Следовало поспрашивать у гномов на раскопе. Дулиф поспешно направился к раскопкам.

Временные исследовательские шахты располагались на разной высоте. Были такие, что разметили свою рабочую площадку на самой вершине горы. Дулифу больше нравилось спускаться вглубь шахт с поверхности земли. Он направился в свою любимую, которая находилась как раз в месте, где новая гора врезалась в левый край раскола. Гномов было мало, уже все на раскопах. Приближаясь к шахте, он увидел, как гном вывез тележку с набитыми камнями и грунтом. Он ссыпал ее в массивный вагончик и опустил на нём рычаг. Вагончик покатился по рельсам к ближайшему выкопанному оврагу и высыпал в него содержимое. Потом вернулся на своё место. Дулиф махнул гному, приветствуя того:

- Привет! Ну что как успехи сегодня Крили?

Гном улыбнулся и ответил:

- Отлично! Еже найдена малая жила магических красных!

Дулиф махнул рукой:

- Эх, проклятье я пропустил такое!

Гном подбодрил Дулифа:

- Не переживай Дулиф, там ещё хватит! Давай накидываю рабочку и пошли копать!

Дулиф радостно пожал руку гному, приблизившись, и они вместе спустились в шахту. Справа на стене висела рабочая одежда гномов. Дулиф накинул её поверх своей и, взяв в руки механическое сверло, питаемое магической энергией синих кристаллов, и направился в полутьму шахты.

Шахта была не глубокой. Она уходила пологой тропой всего на сто метров. По одной стороне шли рельсы для вагонеток. По другой перемещались гномы. Свет подавался энерголампами размещёнными по обеим сторонам шахты. В конце находилась стена, которую гномы долбили механическими молотками и сверлами. Дулиф погрузился в сладостный шум работы, окутанный пылью дробящейся породы. Он поприветствовал, сквозь грохот, ближайших гномов и тоже стал у стены. Сверло с треском и гудением стало вырывать крупные куски синей горы. Набив кучу камней Дулиф грузил их лопатой в вагонетки и гномы отвозили их наружу. Это приносило ему удовольствие, однако голову не оставлял вопрос: Что гномы делали возле палатки Фарива. Это не давало ему покоя, и он дождался пока ближайший гном, освободится и начнёт грузить в вагонетку свою порцию камней. Дулиф обратился к нему:

- Привет Рулиф! Что ничего еще не нашел сегодня?

Гном радостно откликнулся:

- Как же не нашёл ?! Нашёл, пока тебя не было. Хороший такой алмазище! Мне за него будет премия. Да еще какая!

Дулиф покачал головой:

- Надо же такое. Жилу красных магических кристаллов не увидел, как нашли. Твой алмаз не увидел. Что-то неудачно так сегодня заладилась работа

Гном поспешил успокоить Дулифа:

- Не переживай. Мне сегодня приснился сон, что мы отыщем алмазную жилу. И я чувствую, что сон вещий. Так, что повезёт тебе сегодня ещё

Дулиф качнул головой:

- Ну, это было бы неплохо. Слушай Рулиф, я хотел тебя спросить тебя кое о чем

Гном перестал грузить и выпрямился:

- Валяй! Что там у тебя на уме?.

Дулиф сказал:

- Я сегодня увидел одного из твоих сменщиков возле палатки одного сомнительного торговца. Ты не знаешь, что он мог там покупать. Этот тип очень грязный. Он может надуть твоего сменщика зараз-

Рулиф переменился в лице и продолжил грузить камни. И как то грубо ответил Дулифу:

- Ничего я не знаю за этого нечестного торговца Фарива. И мне это не интересно. Покупает что-то, значит ему надо!

Дулиф поднял брови и снова обратился к Рулифу:

- Я не называл имя этого торговца. Ты что- то знаешь про него?

Гном разогнулся и с нотками гнева ответил Дулифу:

- Слушай Дулиф, я ничего не знаю. Ясно тебе! Ты пришёл болтать или работать? Если болтать, так ищи другие уши. Лично я пришёл сюда работать сверлом, а не языком - он закончил погрузку, взял сверло и отошёл подальше от Дулифа.

Это было больше чем подозрительно. Дулиф догадался, что Фарив как-то связан с гномами на раскопках. Возможно, даже ведет противозаконную торговлю. Может даже продает гномам что-нибудь запрещённое. Стоило срочно отыскать этого мерзавца и вывести его на чистую воду. Дулиф направился к выходу из шахты. Где искать Фарива? Может выждать возле его шатра? Но что он тогда ему предъявит? Может посоветоваться с Вендором? Но пока они будут совещаться Фарив успеет еще провернуть с гномами свои грязные делишки. И что вообще он имеет общего с гномами? Дулиф вышел из шахты и остановился в раздумьях. И удача сама привела к нему желаемый объект. Фарив спускался на веревочном лифте с шахт второго яруса. Идея в голове родилась мгновенно. Фарив вряд ли знает его в лицо. Он обратится к Фариву с намеком на его услуги. Тот поверит и сам себя выдаст. Вот тут Дулиф и поймает его на горячем. Фарив спустился и вышел из лифта. Дулиф окликнул его и, улыбаясь, направился к нему:

- Фарив! Фарив подожди

Тот остановился и подозрительно прищурил глаза. Дулиф приблизился и протянул Фариву руку:

- Привет!

Фарив не подал руки и с пренебрежением спросил:

- Ты кто такой ещё?

Дулиф почесал затылок, и как бы извиняясь, стал объясняться, опуская глаза вниз:

- Я…Ну я просто рабочий…Просто тут такое дело…Понимаешь… Ну мне кое-что надо от тебя…

Фарив прервал его:

- Так хватит! Я тут причем? Иди вон покупай у других торговцев, что тебе надо! - и развернулся уходить. Дулиф схватил его за локоть и спешно сказал:

- Ну, подожди! Мне сказали, что ты мне можешь в этом помочь...

Фарив резко развернулся, скинул руку и сурово уставился на Дулифа:

- Что ты мелешь? Кто тебе что рассказывал? Убирайся пока не получил взбучку! Дулиф наигранно встревоженным голосом продолжил:

- Рулиф сказал, что ты можешь помочь! Или, что он соврал?

Фарив нахмурил лоб:

- Рулиф…Рулиф... Рулиф из нижней шахты?

Дулиф скорчил гримасу крайней обеспокоенности и добавил:

- Ну да! Он мне посоветовал, что если хочешь решить некоторые вопросы…то следует найти тебя…Сам он не захотел пойти со мной, сказал, что будет работать без перерыва и потому у него нет времени

Фарив кивнул головой и недовольным тоном произнес:

- Конечно, он не захотел пойти с тобой. Эта собака не рассчитался за предыдущий товар, а набрал нового! Потому и хочет работать без перерывов. Зато от меня вечно прячется, заморыш!

Это был триумф. Фарив на крючке! Осталось только подсечь и выдернуть рыбку! Дулиф так же обеспокоенно спросил:

- Ну, так что? Поможешь?

Фарив вопросительно кивнул Дулифу и спросил:

- Так что тебе надо?

Дулиф протяжно ответил:

- Ну… И то…И..

Фарив махнул рукой:

- Ясно! Вы гномы вечно не знаете, что вам надо. Идем подальше от лишних глаз. У меня есть некоторые зарисовки и одна штучка, которая тебя заинтересует

Дулиф согласно кивнул, и они проследовали в закоулки за шахтой. Они остановились возле глухой стены, окруженные стенами шахт. Фарив достал из одного кармана своего камзола маленькую папку с листками, а из другого овальный черный предмет, уместившийся в ладони, в некоторых местах мигающий синим и красным светом:

- Вот держи - это бесшумная мина. Её можно использовать для масштабного разрушения породы и стен, а вот здесь, в папке рисунки почти всего, что у меня есть. А какое спиртное у меня есть! Закачаешься! Ну а теперь скажи-ка дружище, что есть у тебя? Камни? Магические кристаллики? Золотые самородки? Беру все!

Дулиф взял мину в руки и повертел её. Вот Фарив и попался. Вот чем промышляет этот подлец. Поставляет запрещённое оборудование и алкоголь на шахты. Дулифу стало стыдно за сородичей-гномов. Неужели они такие меркантильные, что смогли вступить в сговор с этим мелким жуликом. Дулиф подкинул мину в руке и хмыкнул. Фарив в предчувствии удачной сделки добавил:

- Можно набрать товар авансом. Только смотри, чтоб не как Рулиф! Он уже доигрался. С ним разберутся строго. Смотри, чтоб с тобой такого не приключилось. Ну, так, что? Сразу расплатишься или в долг пока возьмёшь?

Дулиф усмехнулся и ответил:

- Ну, ты и мерзавец Фарив. Сразу с тобой расплатится эльфийская стража. Причем по всем счетам, поверь мне!

Фарив такого ответа точно не ожидал. Он удивлённо моргнул и мгновенно впал в бешенство. Ярость не дала ему осознать, что перед ним не гном-рабочий. Он одним шагом приблизился к Дулифу вплотную. Их бороды соприкоснулись, и Фарив сжигая глазами гнома, выпалил:

- Ты, что червяк подземный, в игры со мной играть вздумал? Одно моё слово и тебя закапают так глубоко, что ни одна экспедиция не найдёт! Поверь мне, теперь ты не то, что моего товара не получишь, но и своей получки тебе не видать. Здесь ты уже наработался, вонючее отродье!

Дулиф, вместо слов придумал лучший ответ. Он скривил рот и обильно плюнул Фариву в лицо. Тот охнул и стал вытирать слюну, отступив на шаг назад. Дулиф еще раз подкинул мину в руке и собирался стукнуть ею Фарива по голове, чтоб немного обездвижить. Но произошло то, чего Дулиф точно не ожидал. Фарив подхватив его под руку и ворот, ловким и умелым броском швырнул через себя. Дулиф полетел в сторону стены. Врезался в неё и неловко упал левым плечом на землю. Мина выскользнула из руки и укатилась в неведомом направлении. Фарив стал медленно расстегивать пуговицы своего камзола, грозно приговаривая:

- Ну, скотина! Теперь тебя сами боги не спасут. Я сделаю из тебя отбивную. Будешь знать, как мне голову морочить. Справедливость захотел восстановить? Посмотрим, как ты будешь её восстанавливать без головы!

Дулиф понял, что Фарив, кроме того, что является темным торговцем, ещё и скрытым бойцом. Он стал смеяться, медленно подымаясь с земли. Давно Дулиф не вступал в схватку. И уж точно не ожидал, что какой-то шарлатан может дать ему бой. Фарив скинул камзол на землю, но остановился в своем яростном порыве. Лицо его противника не излучало страха. Напротив он был очень доволен случившимся и посмеивался, стягивая с себя рабочую одежду. Дулиф стал разминать пальцы, весело приговаривая:

- Ну что же, посмотрим: дерешься ты также хорошо как и торгуешь. Иди сюда!

Дулиф сжав руки в кулаки и подняв их на уровне головы, стал приближаться. К Фариву пришло осознание, что он нарвался на непростого гнома. Сам себя завел в капкан и выдал все свои козыри. Непростительная оплошность. Но этот гном был явно один, а Фарив был тоже не плох в ближнем бою. Он тоже стал приближаться к Дулифу, сжав кулаки. Выход у Фарива был один - убить гнома и скрыть его тело! Атака Фарива была стремительной. Он одновременно пустил ногой пыль в сторону Дулифа, и пока она оседала уже придумал как напасть. Правый кулак бьет в голову. Натыкается на блок. Одновременно левый попадает в пах. Локтем правой руки он пробивает защиту гнома. Лбом бьёт в нос. Гном теряет равновесие. Фарив хватает того левой кистью за голову и, в прыжке, правым коленом наносит сокрушительный удар в висок. Гном падает, и Фарив левым коленом наступает на горло гному, ломая его. Всё решено. Пыль не успела осесть, застилая глаза Дулифу, а Фарив молниеносно налетел на него. Но Фарив не знал боевую подготовку Дулифа. Правый кулак Фарива летел в голову Дулифа. Дулиф в ответ своим правым кулаком отбил правый кулак соперника. Левый кулак Фарива отбил левам коленом, и резко подпрыгнув, правой ступнёй угодил Фариву в грудную клетку. Тот издал хриплый свист и покатился по земле, поднял клубы пыли. Дулиф усмехнулся, выкрикнув Фариву:

- Вставай! Я еще не закончил

Фарив мгновенно вскочил и ринулся на Дулифа. Ситуация начинала усложняться. Дулиф был сильный соперник. Боевая закалка в вольной армии под руководством Вендора, давала свои плоды. На Дулифа полетел шквал обманных и целевых ударов. Один их них разбил Дулифу нос в кровь. Вся борода оросилась в темно-алый цвет. Однако гном даже не моргнул, выдержав попадание. Завершить свою серию ударов Фарив решил в прыжке, намереваясь угодить Дулифу в голову коленом. Но Дулиф подпрыгнул одновременно с соперником, и правым кулаком нанес сильнейший удар тому в колено. Коленная чашечка хрустнула, и нога не естественно изогнулась. Левый локоть гнома угодил Фариву в переносицу. Кровь брызнула и обильно залила бороду. Фарив сокрушенно повалился на землю. Он стонал, держался за ногу и лицо. Он осознавал, что проигрывает. Возможно, уже проиграл, и что с этим делать совсем не ясно. Это вселяло обиду и страх. Дулиф же схватил его за шиворот и поднял, словно полупустой мешок. Со словом: « Мерзавец!» он раскрутил того и швырнул, что есть силы в сторону деревянной стены шахты. Фарив влип в неё и почти обессиленный, медленно, по ней сполз, оставляя красный след. Дулиф стал к нему приближаться, приговаривая:

- Дерешься ты не сильно! Так в подворотне хулиганье разгонять только можно. Торгуешь видимо ты всё же лучше, если смог уговорить гномов с собой сотрудничать. Но это всё ты уже объяснишь страже!

Но козырь в рукаве у Фарива остался. Он развернулся и швырнул обильную жменю пыли Дулифу в глаза. Возле стены находилась лопата, и Фарив когда налетел на стену, подмял лопату под себя. И года Дулиф стал интенсивно протирать глаза, Фарив поднялся и с криком: " Здохни!», размахнувшись, нанес удар. Дулиф в последний момент успел укрыть голову, повернувшись левым плечом. Штык лопаты прорвал одежды и оставил глубокую кровавую ссадину. Фарив снова замахнулся, однако Дулиф схватил его за рубашку и нанес резкий удар головой в лицо. Это был завершающий удар в поединке. Лопата выпала из рук, а сам Фарив снова повалился спиной на стену и сполз по ней, широко раскинув ноги перед собой. Голова его упала на грудь, и он хрипел, пуская кровавую слюну на брюки и пыльную землю. Дулиф стал осматривать поврежденное плечо, возмущаясь:

- Ну, надо же! Мою любимую рубаху порвал. Ты, что не мог по ногам бить? Эти брюки я совсем не люблю. Одел лишь потому, что другие постираны были!

В ответ Фарив только хрипел. Дулиф хотел поднять Фарива, чтоб отвести к страже, однако заметил, что к ним приближается стремительно человек. Дулиф крикнул ему:

- Эй! Уважаемый господин, идите сюда!

Человек приблизился и Дулиф узнал Тримо, слугу графини Амерзи. Это была не самая приятная встреча, но лучше чем ничего. Дулиф снова обратился уже по имени:

- Тримо! Голубчик! Помоги-ка мне этого негодяя поднять!

Однако лицо Тримо было суровым. Он бегло глянул на поверженного Фарива и напал на Дулифа. Скорость ударов Тримо была превосходна. Дулиф почти не заметил летящего кулака, и еле успел уклониться. Но вот второй и третий удары пресечь не удалось. Дулифу показалось, что его стукнули несколько раз по телу и в голове молотком - настолько тяжела была у Тримо рука. И один стремительный удар левой ногой заставил гнома упасть на спину, перекатившись через себя. Такого исхода событий Дулиф в принципе не мог предсказать. Он резво поднялся на ноги и мотнул головой, пытаясь стряхнуть ощущения от тяжелых ударов. Он удивленно обратился к Тримо:

- Ты чего? Что с тобой? Этот мерзавец незаконно торговал на шахте запрещённым товаром! Я поймал его и обезвредил. Тримо я понял еще на совете, что противен тебе, но не до такой, же степени!

Тримо поддел носком левой ноги лопату и ударом швырнул её под ноги гному. Голос его был холодный и безжалостный:

- Хватит болтать. Бери лопату! Я привык сражаться с соперником, у которого оружие в руках. Так приятнее побеждать!

Дулиф недоумевал. Почему Тримо нападает на него. Буд-то он в чём-то виновен. Он снова попытался растерянно обратился к нему:

- Тримо что с тобой? Я же тебе ничего не сделал! Я поймал преступника, а ты на меня нападаешь. Если я так обидел тебя - извини!

Но вместо ответа, Тримо медленно с негромким скрежетом, обнажил длинную саблю из черного металла. Солнце отразилось тусклым матовым блеском на её лезвии. Дулиф понял, что разговор окончен. Сейчас начнется серьёзный бой. Дулифа посетила мысль, что Тримо заодно с Фаривом. Но если он так, же хорош на клинках, как в кулачном бою, Дулиф уже никому ничего не расскажет. Мертвые всегда упрямо молчат!

Тримо начал бой. Его сабля, словно жало огромной осы, сверкала чёрной смертью в пространстве. Дулиф был ранен в плечо, но пытался отбиваться. Но даже если бы он был полон сил, то не смог устоять перед Тримо. Его искусство фехтования было прекрасным. Дулиф осознал, что Тримо просто его изматывает, нанося ослабляющие порезы по всему телу. Его ноги были изрезаны. Спина и руки тоже имели легкие ссадины. Даже щека была надрезана. Дулиф понял, что пришёл его последний бой. С таким соперником он ещё не сталкивался. И вот первая встреча обернётся смертельным фиаско. Тримо издевательски посмеивался над Дулифом, нанося ему легкие раны. Гном еле держался на ногах, истекая кровью. Дулиф проклинал, про себя, что не пошёл советоваться с Вендором. Может быть, всё повернулось бы иначе. Теперь же его тело закопают, в самом деле, так, что никто никогда не найдет. Дулиф несколько иначе представлял свою смерть. На поле боя, в окружении боевых товарищей и ряда поверженных врагов. Но уж точно не в закоулках, за шахтой. Тримо решил закончить эти издевательства. Он подскочил к гному. Вывернул лопату из его ослабевших рук и швырнул в сторону. Ударил эфесом сабли в висок и левым коленом пнул в грудь. Дулиф повалился рядом с Фаривом, который уже начинал приходить в себя. Дулиф закрыл глаза и облокотил голову о стену шахты. Это был конец. Тримо взял рукоять сабли обеими руками и расположил лезвие так, чтоб пронзить тело гнома. Он улыбнулся очередной своей победе. И нанес удар….

В лезвие сабли звонко врезался металлический бортик круглого небольшого щита. Сабля выскочила из рук Тримо и покатилась по земле. Рядом упал щит. Тримо на несколько секунд застыл в полном недоумении. Щит? Сабля из рук? Перебитый смертоносный удар? Это, что сон? Тримо услышал приближающиеся шаги. Он повернул голову. К ним, в сопровождении гнома-рабочего, приближался Вендор Райс. Гном испуганно шмыгнул в сторону, а Вендор не спеша приближался. Тримо кипел от ярости. Он был похож на зверя, у которого вырвали добычу из пасти. Тримо настолько был в недоумении и припадке гнева, что просто наблюдал, как Вендор приближается к ним, а Вендор легкой походкой укорачивал расстояние между ними. Он шмыгал носом и когда совсем приблизился как – то неловко чхнул. Он подошёл к Дулифу, и как между делом негромко сказал Тримо: «Подвинься», слегка оттолкнул того в сторону. Шокированный Тримо сделал шаг назад. Вендор по – дружески потрепал косматую голову гнома, приговаривая с легкой укоризной:

- Дулиф, Дулиф,… Что с тобой делать? Как ребенок вечно вляпываешься в глупые истории. Учишь, тебя учишь, а ты прям назло плохо дерешься и всё. Ну, вот скажи, ты, что специально подставляешь свою голову под удары? Или хоть иногда уклоняешься? Или тебе нравиться как она пустая звенит? Ведь я так понимаю, последние мозги тебе уже давно выбили. Э-эх…

Дулиф не мог поверить, что Вендор здесь. Он открыл глаза и увидел над собой своего друга человека. Вендор спас его. Вендор прогнал страшную смерть долой и теперь стоит и шутит с ним как в обычный из дней. Дулиф так рад был увидеть своего друга. Но улыбнулся Вендору и пролепетал слабым голосом: « Вендор,… неужели ты здесь? Я так рад тебя видеть» Вендор махнул в сторону гнома рукой и ответил:

- Так переставай крючить такое лицо. Ты заплачь ещё! Только учти, я носовой платок в палатке забыл

Потом он запустил руку под рубаху и стал чесать живот, повернулся к Тримо и спросил того:

- Что вы тут не поделили? И вообще тебе не стыдно? Такой здоровый, а изрезал этого недалёкого коротышку словно сосиску

Глаза Тримо были налиты кровью. Он впялился в лицо Вендора и прошипел сквозь зубы, брызгая слюной:

- Я разрежу тебя на мелкие кусочки и выкину собакам!

Вендор скривился. Он брезгливо посмотрел на Фарива с Дулифом и снова на Тримо. И опять обратился к нему:

- Я вот смотрю на вас всех, и понимаю - что-то с вами не так! Вы тут, что-то подпорченное съели, или выпили? Что-то у вас с головами явно нет дружбы - и он покрутил ладонью возле виска. Тримо был шокирован подобным нахальством. Вендор вел себя как среди малолетних подравшихся хулиганов. Весь его тон и поведение не излучало ни капли страха, или волнения. Тримо привык, что при одном его виде соперники трепещут от ужаса. Толпы убегали при виде его. Но может этот наглый Вендор не знает или, скорее не понимает на кого нарвался. Ну, ничего! Сейчас Тримо преподаст ему урок и насадит двух друзей на одну саблю. Это будет интересно! Давно ему не выпадало двойное убийство товарищей. Вот и хорошо, что Вендор подошёл. А щит свой он больше никогда не кинет. Тримо успокоился. На его лице заиграла нахальная улыбка, и он ответил Вендору:

- Какой же ты глупец Вендор, что пришёл сюда. Так бы ты оплакивал смерть своего друга, но живой ходил бы и язвил, а теперь мне придется вас двоих в одну яму закапывать. Ну, это даже приятней будет. Были друзья в жизни - останетесь и в смерти

Вендор развернулся к Дулифу и сказал:

- Я понял дружище- он ел что-то испорченное, а ты пытался его остановить. Но было слишком поздно, мозг его очень повредился. Печально!

Но Тримо уже не слушал издевки Вендора. Он благосклонно пропустил их мимо ушей. Пусть шутит - последние шутки перед смертью это даже поэтически. Тримо не спеша подошёл к сабле и поднял её. Он решил убивать Вендора мучительно, а потом он убьёт того гнома, который привёл сюда Вендора. Тримо был абсолютно спокоен. Он даже уже стал помышлять, что сегодня ему приготовят на ужин. Молодую свинину или может телятину? Всегда убийства вызывали у Тримо аппетит, а после неописуемое умиротворение в душе. Но мысли о еде очень подогрели аппетит. Он передумал убивать долго. Несколько ударов и оба друга мертвы. С их телами разберутся, а он пойдет уже поест. Голод терпеть невыносимо. Он спокойно обратился к Вендору, медленно приближаясь:

- Возьми свой щит. Я хочу, чтоб он был у тебя в руках, когда ты падёшь. Мне так больше нравиться

Вендор повел бровью и ответил:

- Как скажешь - и нагнулся, поднять щит. Когда он разогнулся, Тримо нанес молниеносный выпад, направленный Вендору в шею. Вендор слегка поднял подбородок и чуть уклонился назад. Смертоносное черное лезвие, испачканное пылью и кровью Дулифа, прошло в нескольких миллиметрах от сонной артерии. Вендор снова обратился к Тримо:

- Если ты хочешь побрить меня, не стоит - я уже брился

Тримо не мог понять, что такое произошло. Везенье? От такого удара не уклоняются. Скольких он уже положил таким выпадом, а этот стоит и опять издевается. Тримо взял саблю обеими руками и начал танец смерти. Но этот танец видимо Вендору был знаком. Выпад в грудь- Вендора там нет. Над головой и вскользь груди - там уже щит и искры от соприкосновения с ним лезвия. Тримо стал проводить комбинацию из ударов, а Вендор, словно предугадывая их, молниеносно уклонялся. Присаживался, отходил в сторону, кружился и все время отклонял лезвие сабли щитом в сторону. Это было невероятно. Столько ударов, а на Вендоре ни царапины. Вот Тримо закружился на месте и подпрыгнул, нанося со спины очередной смертоносный удар. Но скорость Вендора была неописуема. Тримо в одну секунду видел его перед собой, а в следующую Вендор находится рядом с ним, и удар летит в пустоту. Но не просто летит. Тримо ощутил на своей руке хватку Вендора. Она была подобна тискам. Тримо сам обладал не дюжей силой, но такой хватке он был поражен. Вендор в полете протянул его вперёд, а потом кинул назад. Тримо свалился на спину и…И порезал себе плечо своей же саблей. Он вскочил. Порез был глубокий. Но КАК? Как такое могло быть? Вендор стоял и чесал себе щеку. Казалось он находиться не в смертельной схватке, а где-нибудь на рыбалке. Тримо снова кинулся на него, совершая еще более опасные выпады и рубящие удары. Он рычал, пыхтел злился, но Вендор двигался настолько быстро, что Тримо успевал замечать его лишь краем глаза. Тримо решил провести свою самую опасную атаку с несколькими прыжками и коронным ударом левой ноги. Он словно вихрь стал кружиться, мчась на Вендора. Первый выпад, и Вендор отклоняет лезвие так, что оно полоснуло Тримо полбу. Но тот уже не обращал внимания. Еще два. И вот Вендор, как показалось Тримо, отбил атаку неуверенно. Стоило довершить серию ударом ноги. Так он и сделал. Махнув саблей перед лицом Вендора, он прыгнул и его нога, словно стрела, летела в намеченную цель. Но в очередной раз Вендор проделал с Тримо невероятную вещь. Он немыслимо быстро поддел щитом летящую ступню Тримо, направив ногу значительно выше намеченного места, а свободной рукой, сжатой в кулак ударил Тримо в грудь. Тримо ощутил словно удар молота по рёбрам. И понял, что одно из ребер раздробленно. Он рухнул обмякший на землю, словно раненая птица. Непослушная сабля выскользнула из рук, разрезала правую щеку и срезала ткань рубашки на правом рукаве, до самого локтя. Обнажилась крупная наколка красной тушью - жуткий волк воющий на красную луну. Наколка мастера фехтовальщика красного братства. Вендор поднял брови, увидев наколку, и сказал:

- ООО! Вот оно, что! Теперь понятно, почему ты такой дёрганный. Ваше братство всегда отличалось кровожадностью. Может, ты просто есть хочешь, потому прыгаешь здесь как бешеный тушканчик. Тебе, может мяса подкинуть, чтоб успокоился уже?

…Тримо был мастером фехтования и ближнего боя в одном из самых жестоких братств. Он был непобедимым чемпионом в своё время долгие годы. Потом ему служба в братстве надоела, и он решил из него выйти. Но выходить из братства можно было только через собственную смерть, и он решил, убить каждого кто помешает ему уйти. В тот день полегло много членов братства, вместе с их главой, а Тримо спокойно дальше себе жил. Сколотил себе банду и занимался грабежами и налётами. Потом сколотил маленькую армию наёмников и учувствовал в различных военных междоусобицах человеческих и эльфийских княжеств за солидные деньги. Братство регулярно подсылало к нему убийц. Но он всех их уничтожал. Одно время даже собирал коллекцию из черепов, присланных убийц. Его именем пугали князей и правителей городков. Но это было давно, а сейчас он, непревзойденный чемпион, валялся в пыли поверженный одним ударом какого - то Вендора…

А тем временем Фарив стал уже приходить в себя. Он повернул тяжелую голову вправо и увидел рядом с собой Дулифа с закрытыми глазами. Это был шанс поквитаться за нанесенное оскорбление. Фарив сжал правую руку в кулак и наотмашь, что есть силы, ударил Дулифа в лицо. Дулиф охнул от удара и повалился на землю. Фарив же не успокаивался и колотил гнома по спине кулаком левой руки, бормоча неразборчивые проклятия. Дулиф перекрутился и стал на колени. Теперь гнев охватил и его. Он, нечетко выговаривая слова, направил угрозы в сторону Фарива:

- Ну, все! Вот теперь ты точно доигрался. Стража не успеет тебя спасти. Я отшлифую тебя похлеще, чем алмаз

Дулиф тяжело дыша, пытался подняться с колен, а Фарив, уже не дотягиваясь до спины, толкал гнома кулаком в зад, всё так же бормоча проклятия. Дулиф рывком поднялся, опираясь рукой о стену шахты, и попытался резко развернуться и приметить Фарива ногой. Это почти ему удалось. Носок башмака ударил Фарива в грудь, и Дулиф снова повалился на землю. Фарив протяжно выдохнул, от удара и упал головой в пыль. Дулиф снова поднялся и схватил Фарива за воротник рубахи. Но, тот и не думал сдаваться. Он впился зубами в ногу гнома чуть выше колена, сжимая челюсть, что есть силы. Гном застонал и злобно сказал:

- Вот клятая мерзость же!

И стал наносить медленные, но размашистые удары правой рукой в левую область головы Фарива. После третьего удара, голова Фарива стала болтаться словно тряпичная. Но гнома было не остановить. Он пытался бить коленом в грудь. Съезжал по Фариву, теряя равновесие после удара и, подымаясь, снова продолжал избивать того.

Тримо поднялся с земли. Он выкрикнул Вендору:

- Да кто ты, демон тебя раздери?

Вендор поднял удивлённо брови и ответил:

- Тримо у тебя, что глаза отказали? Я человек, как и ты. Ну, что ты успокоился уже?

Тримо осознал, что ему…ЕМУ придётся отступать. И отступать бегством. Непонятно каким мастерством боя владел Вендор, однако оно на несколько порядков выше его собственного. Вендор расправлялся с ним, как с неопытным новичком, даже не обнажив меч. Но что бы убежать, необходим отвлекающий манёвр. Так, чтоб Вендор не погнался за ним. И этот маневр сам себя реализовал. Тримо обратил внимание, как гном неуклюже истязает обмякшее тело Фарива, и стоит к нему спиной. Это был шанс. Тримо ловко достал из сапога небольшой кривой нож. Он метнёт нож в спину гнома. Вендор побежит спасать друга, а Тримо убежит, спасая свою шкуру. Чудесный план. Тримо метнул нож, и в туже секунду Вендор, став на одно колено метнул свой щит. Это было не вероятно. Вендор будто бы знал о замысле Тримо и предугадал его. Лезвие ножа звонко отскочило от щита, а тот, задев Дулифа, покатился по земле. Тримо не мог найти этому объяснение. Видимо Вендор был не человек, а демон. Человек не смог бы так ловко одолеть Тримо. И тут у Тримо в голове мелькнула пугающая мысль. Второго покушения на своего друга Вендор уже не простит. Казавшийся удачным план, оказался капканом собственноручно расставленным Тримо. И он в него угодил. Тримо пожалел первый раз в жизни, что покушался на чью-то жизнь. Он видел, как лицо Вендора изменилось. Казалось, глаза его наливаются неким туманным свечением, а само лицо становиться каменным. Он медленно поднялся с колена и обнажил меч. Тримо уже не сбежать. Это он понял. Придется принять бой. И бой этот будет, видимо смертельным. Тримо подумал, что то же самое ощущали и его жертвы. Да! Неприятное ощущение. Еще и на голодный желудок. Даже подташнивает слегка. Тримо пятился назад, сам не замечая этого. Вендор подошёл к гному, одной рукой оторвав того от Фарива и посадил рядом, оперев спиной о стену. Поднял щит и стал приближаться к Тримо. Вот и смерть. Теперь атаковал Вендор. Если атаки Тримо были подобны полёту быстрой стрелы, то лезвие Вендора было похоже на мгновенную вспышку молнии. Тримо каким-то чудом удалось отбить две-три атаки, от чего у него гудело в кистях. Он даже попытался сам провести контратаку. И это было его последней ошибкой. Вендор намертво зажал лезвие сабли между щитом и рукой, а потом широким взмахом своего клинка перебил пополам саблю Тримо. Обломок выпал из рук Тримо. И выпал уже от ужаса. Его саблю в принципе нельзя было сломать. Но это произошло, а Вендор вытряхнул вторую часть лезвия сабли, схватил её и резким движением продел правую кисть Тримо, подняв руку над головой, а клинок Вендора был занесен для последней атаки - продеть лезвием лоб Тримо. Тримо успел только испуганно ахнуть и широко открыть глаза. Вендор был непоколебим….

Остановил смертельную атаку оклик эльфийской стражи: «Прекратить бой! Прекратить!» Острие лезвия уже коснулось кожи лба, разрезав её. Но Вендор успел остановить руку. Тримо всего трусило. Он поднял глаза и увидел острейшее лезвие из голубого металла упертое ему в лоб. Но он живой. И спасли его те, от которых он за всю жизнь не ждал ничего хорошего – стражники. Вендор убрал лезвие и сильно пнул Тримо ногой в грудь. Еще несколько рёбер хрустнули, а Тримо повалился на землю и хоть мог, но не захотел подыматься. Стражники окружили Вендора. Но командир стражи знал Вендора. Они поговорили с ним, и стража на носилках унесла Фарива и Дулифа от шахт. Тримо тоже, подавленный плелся среди стражников. Тримо оставили в палатках стражников, для допроса. В шатрах и палатках Фарива провели обыск и обнаружили огромное количество запрещенных товаров. Решено было, что его в сопровождении стражи доставят в Этринос, для дальнейшего разбирательства. Несколько стражников отправились к шатрам графини Амерзи, и она внесла залог за Тримо. Среди гномов, работающих на шахте, также должны были пройти проверки. Но представители торгового комитета вместе с руководством раскопок, решили, что расследования должны быть внутренними. И не слишком строгими, так как скоро же будет подписано разрешение на официальную выработку и торговлю полезными ископаемыми. Не стоит отпугивать торговую удачу мелкими склоками….

VII

Погоды стояли великолепные. Солнце освещало и грело новую гору своими щедрыми лучами, а та в ответ радостно блестела глубоким, синим матовым светом. Пролесок, расчищенный трёмя народами, теперь максимально наполнялся представителями этих народов. Они, словно муравьи, заполнили всё пространство пролеска. Одни любовались новой горой. Другие общались с ювелирами и торговцами о будущих покупках. Третьи, которые были, не так обеспеченны, уже приобретали дешёвые безделушки и несли домой, выдавая среди своих близких, за диковинку из недр горы Аримана. Комитет, посовещавшись с Лордом Ариманом, постановил, объявить официальное разрешение на добычу полезных ископаемых в тот же день когда Лорд со своими магами «дорастит» гору. Потому было решено проводить ритуал рано утром. Никто, даже невеста Лорда, больше не волновались. У всех было ощущение приближения праздника. Многие поговаривали, что тот день, когда Ариман закончит с горой, объявить праздничным днём и праздновать каждый год как день Аримана или день горы Аримана. Внутреннее расследование связей гномов с Фаривом проводилось вяло. И больше походило на формальность. В основном у гномов было изъято спиртное и взрывчатка. Остальные инструменты для работ в шахтах остались у гномов. Одним из членов комиссии по проверке и изъятию запрещенных предметов был тот самый инженер, который также состоял в незаконных связях с Фаривом. Потому многие гномы были спокойны, а некоторые даже остались довольны, что Фарив исчез с их поля зрения. Теперь долги, которые образовались перед ним, можно было не отдавать. Остальная часть гномов, которые были честны перед законом, стали сильно возмущаться. Но им просто решили повысить ставку за будущие выработки и поставить на богатые месторождения. Гномы понемногу остепенили своё возмущение. Шахты и оборудование демонтировались и все ожидали последней манипуляции над горой. Прибывающие из Этриноса эльфы принесли весть о допросе мага, захваченного гномами. Это был некогда знаменитый алхимик Лювос Найти. Около двадцати лет назад он покинул город, оставив молодую жену с ребёнком, и бесследно исчез. Считали, что его растерзали волки у подножия гор Заскалья, когда он занимался очередным поиском ингредиентов для своих экспериментов. Маг находится в безрассудном состоянии. Причитал, что убили его детей и слуг, подразумевая, скорее всего вурдалаков и моровых волков. И устрашал всех наступлением в скором времени рая. Рай, который пожрет всех и каждого. Ещё он упоминал белую хозяйку, которая принесёт рай. Маги и учёные так и не смогли объяснить от чего его, волосы приобрели тёмный цвет. Его изумрудный посох вызвал немалый интерес. В чужих руках он испускал только свечение или белые искры. Только один молодой алхимик смог пустить массированный белый луч, оплавивший каменные выступы темницы. Наблюдавшие за этим маги пришли к выводу, что посох активизируется у алхимика в руках определённого возраста. Видимо Лювос был примерно такого же возраста, как и алхимик, когда у него появился в руках этот смертоносный посох. Несколько позже обнаружилось, что посох способен изменять магические свойства предметов. И даже влиять на разум. Молодой алхимик описывал свои ощущения от долгого взаимодействия с посохом. В голове рождались различные идеи темного характера. Решались сами собой сложные алхимические формулы. Ночью снились странные сны о неведомом мире, который был прекрасен. Однако, что-то в этом мире было не так. Казалось, что всё его совершенство – это лишь ширма, оболочка за которой скрывается нечто. Нечто чуждое и злобное, а ещё, от частого пользования посохом возникает зависимость. Потому его решили оставить для магических и научных исследований, но без продолжительного взаимодействия. Хотя молодой алхимик очень хотел заиметь себе эту вещицу. Даже предлагал внести всё своё состояние в пользу академии магических наук, чтоб обладать посохом. Однако алхимику позволили бесплатно проводить любые законные эксперименты в стенах академии города Этринос. Чем он и воспользовался, перевезя почти все свое оборудование из поместья в одну из лабораторий. И, можно сказать, поселился там, иногда уходя ночевать к себе.

А вот иная новость не очень радовала многих. Фарива положили под стражей в лазарет, где он быстро шёл на поправку. Однако за него внесли большой залог, личность по имени Тиренс, назвавшийся деловым партнёром. Лицо его было сокрыто длинным капюшоном, и никто не рассмотрел даже подбородка у этого человека…или эльфа. Стражу убрали, и Фарив поспешно удалился из лазарета. Видели, как он также поспешно удалился из Этриноса.

Дулиф находился в своей палатке с Вендором. Он перевязывал рану на плече нанесённую Фаривом. Вендор помогал ему и корил:

- Я так и не пойму Дулиф. Ну ладно Тримо мастер на мечах. Но этот торгаш…Как он вообще сумел тебя задеть? Еще и плечо рассёк. Сдаёшь позиции дружище. Ведёшь себя как новобранец

Дулиф конечно был очень благодарен Вендору за спасение жизни. Однако и Дулиф в своё время спас ему жизнь. И он не помнил, что-то, чтоб подтрунивал над ним после этого. Дулиф скривился и ответил:

- Вендор ну знаешь… У каждого бывают промахи. Ты видел меня на поле боя. Видел, как я сражаюсь. Так, что просто помоги мне сменить повязку и всё

Вендор кивнул и ответил:

- Промахи говоришь?...До прихода Тримо у тебя на теле можно было насчитать не меньше трёх промахов…От торгаша!!! Поверить не могу!

Дулиф выхвалил из рук Вендора бинтовой компресс:

- Так всё. Я лучше сам, а ты вон иди еще порассказывай о том, как я опростоволосился. Я думаю, не все прибывшие из Этриноса знают об этом

Вендор засмеялся, и снова взяв в руки компресс, приложил его к затянувшейся ране. Дулиф поднял со столика рядом деревянную кружку, наполненную хмельным напитком, и глотком осадил её всю. Отрыгнув, он сказал Вендору:

- Знаешь, я скучаю по тем временам, когда мы были в легионе вольной армии. Мы тогда были молоды, полны сил… Видимо, это старость уже стучится в дверь. Если б этот нахал Тримо напал на меня когда я был помоложе, я скрутил бы ему ручонки, как таракану лапки

Вендор засмеялся, ответив на это:

- Или стал бы смолоду калекой!

Дулиф не отреагировал на шутку. Его охватила волна ностальгических воспоминаний. Он серьёзно ответил Вендору:

- Нет. Я серьёзно говорю. В каких мы были передрягах, что этому Тримо и не снилось… Это уже возраст. А еще мне до сих пор жаль что легион расформировали после того случая…Эх только служить начал…

Вендор налил себе и Дулифу еще по кружке пенного и хмельного напитка и отломил по куску вяленой свинины. Он сел рядом и тоже ностальгически вздохнул:

- Ты прав дружище. Славные были деньки. Так вспоминаешь и не вериться, что всё это снами происходило. Сейчас мир стал спокойнее. Или мне так кажется, даже не знаю. У меня создается впечатление, что я не служил в нашем, седьмом легионе, а вроде бы мне рассказали о нём всякие небылицы в таверне. Если бы не наши трофеи, то тяжело было бы поверить в пережитое»

Дулиф качнул головой, отпил и многозначительно ответил:

- Да! И генерала нашего жаль так. Такой человек был!

Вендор посмотрел на Дулифа и сказал:

- А знаешь, во что мне ещё не вериться?

Дулиф доверчиво и вопросительно посмотрел на Вендора. Вендор ответил:

- Что ты вырос! Ты пришёл в легион таким коротышкой, что я об тебя спотыкался, думая, что это скамейка

Дулиф снова скривил лицо и с укоризной сказал Вендору:

- Ну, вот зачем портить момент такой? Сидим, вспоминаем былое-удалое, а ты всё шуточки, да шуточки

Вендор серьёзно ответил:

- Видимо ты в серьёз стареешь Дулиф. Сидишь весь раскис от воспоминаний. Какие твои годы? Гномы по сто пятьдесят лет живут в среднем, а тебе всего шестьдесят четыре. И половины жизни не прожил, а уже нюни пустил. Вспомни слова генерала, кто подвергся унынию, тот проиграл. Жизнь наша борьба. Нет легиона - найдутся, другие приключения, если они нужны. Но я сужу по себе, уж лучше, то, что мы пережили, больше не переживать. Потеря товарищей, страх, смерть. Уж лучше это пусть будет в воспоминаниях. Мы бились за мир. Так давай наслаждаться этим миром.

Дулифа проняла речь Вендора. Не зря он был командиром, мог подобрать нужные речи. Он ответил:

- Ты прав! Точно ты прав! Мы сражались за мир. Вот пускай этот мир нам и отплатит теперь. Я временами забываю об этом. Всё мне былой удали хочется. Но вот как показала недавняя потасовка - не такой уже прыткий. Всему свое время. Теперь я буду торговать, добра наживать и путешествовать

Вендор заметил ему на это:

- Тебе следует уже и о семье подумать. Пол жизни прожил с мечом в руках, а вторую уже пора с детьми на плечах

- Все верно- сказал Дулиф, допил и продолжил:

- Да и тебе… Ой извини! Что-то я перебрал лишнего!

Вендор застыл после слов друга. Скулы заиграли на его лице. Он не злился на Дулифа, просто воспоминание проскользнуло в голове, оставляя болезненный след. Дулиф понимал, что сболтнул лишнего. Ему было не по себе от сказанного, и он придумал, как избежать неловкого молчания. Он поднялся со стула и торопливо сказал:

- Я схожу, возьму еще нам выпить, и солонинки…Хорошо?

Он быстрыми шагами направился к выходу. И возле самого выхода оторопел и стал пятиться. В палатку медленно вошёл Тримо. Голова его была опущена. Одна его рука была перебинтована, а второй он прижимал к груди круглый кожаный мешок. Он поднял голову. Из глаз его текли слёзы. Он смотрел на Дулифа. Тримо сокрушенно упал на колени перед Дулифом. Голос его был надрывистым:

- Дулиф прости меня. Прости мою глупость. Прости мой гнев. Прости, если сможешь. Я виноват перед тобой. И перед тобой Вендор. Если хочешь – убей меня прямо сейчас. Может тогда я смогу искупить свою вину перед тобой!

Он бросил мешок на пол, снял длинный кинжал с пояса и протянул его Дулифу, не подымая головы. Дулиф с раскрытым ртом, от удивления посмотрел на Вендора. Вендор молча, пожал плечами. Гном стал несколько растерянно отвечать человеку, который совсем недавно хотел лишить его жизни:

- Тримо..я..это..подымайся с колен. Ну …то, что произошло… Тримо резко прервал его:

- Нет! Я виноват. Смертельно виноват перед тобой. Лучше бы Вендор прикончил меня тогда. Я устал всю свою жизнь творить гадости. И когда я думал, что покончил с этим, чуть не взял еще один грех на душу. Меня следует казнить!

Тримо одним движением скинул ножны с кинжала и приставил острейшее лезвие к своему горлу. Кожа поддалась мгновенно. Дулиф видел, как на пол капают слезы и кровь Тримо. Вся эта сцена тронула доброе сердце гнома. Он видел терзания человека, и ему стало жаль того. Дулиф выхватил кинжал из руки Тримо и подняв того с колен, усадил на стул. Тримо почти сполз со стула, укрыв лицо ладонью. Слезы продолжали каплями лететь вниз с подбородка. Он дрожащим голосом начал говорить:

- Я знаю кто ты Дулиф. Я знаю кто вы. Я уже всё узнал. Вы же герои легендарного седьмого легиона! Вы оба одни из немногих, кто остался в живых после битвы при Гримдоре. Даже мы в красном братстве восхищались седьмым легионом, хоть мы и были отпетыми душегубами. Многие из нас, и я, в том числе, в душе мечтали быть легионерами вольной армии. И я чуть не лишил жизни одного из тех, кем восхищался…а этот мерзавец Фарив обвёл меня вокруг пальца, как мальчишку!

Тримо стукнул перебинтованной рукой о перила стула, и продолжил:

- Он говорил, что сможет договориться с руководством гномов о поставке им некоторого необходимого оборудования после официального разрешения комитета. Но только ему необходима будет поддержка знатного лица. Я и посоветовал его графине. Какой же я глупец! Он постоянно ошивался возле шахт, а потом он сказал, что обнаружил незаконную торговлю среди гномов и хочет вычислить мошенника! Он говорил, что это явно гном торгует среди гномов. Какой же я простачок. Он прокручивал свои грязные делишки прямо у меня под носом. Я, конечно, начал подозревать, явно что-то нечистое. В тот день я заглянул к нему в шатёр. Я обнаружил там магические и бесшумные мины, спиртное и всякую мелочь, которой не должно быть у него! Я впал в гнев. Я понял, что меня провели вокруг носа. Я хотел найти Фарива и задать ему несколько вопросов. Я отправился к шахтам, в надежде найти его там. Но меня нашёл какой-то гном и сказал, что Фарив дерется с каким-то гномом. Я подумал, что может Фарив не лжёт! Может, он вычислил мерзавца и пытается его остановить, а запрещённые предметы - это то, что он насобирал у гномов, как доказательства незаконной торговли. Но когда я увидел избитого Фарива и стоящего над ним гнома, я снова впал в ярость. Моя голова и так сильно повреждена за годы, проведённые в братстве. Я очень тяжело себя контролирую. Часто впадаю в гнев по мелочам… Но я, же мог убить тебя Дулиф, а ведь ты же меня спрашивал, за, что я нападаю на тебя! Прости меня!

Тримо убрал руку. Глаза его были красными от слез, а лицо излучало душевные терзания. Дулиф был растроган этой ситуацией. Он протянул левую руку человеку, и они пожали друг другу руки и Дулиф, чувствуя, что ком подкатывает и к его горлу, торжественно сказал:

- Забудь друг всё, что произошло! Битва сделала нас близкими. Я рад найти в тебе нового товарища! Я прощаю тебя!

Губы Тримо дрожали. Он медленно кивнул, и сиплым голосом добавил:

- Вы, гномы, удивительный народ! Ты Дулиф замечательный гном! Ты простил мне то, что я хотел лишить тебя жизни. Я не забуду этого!

Вендор поднялся, по товарищески похлопав Тримо по плечу и сказал:

- Ну, всё! Возьми себя в руки! На вот хлебни. Это поможет! Тримо схватил Вендора за руку и сдавленно выпалил:

- Нет Вендор! С тобой я вообще не достоин, пить с одного кубка. И там, на совете ты был прав! Я по уши влюблён в графиню и плетусь за ней как собачонок, уже который год. Но эта зависимость сделала из меня другого человека. Я столько натворил за свою жизнь плохого, что и не пересказать, а когда я увидел её, мне захотелось бросить всё и просто быть рядом с ней. Я знаю, что она никогда не ответит мне взаимностью, и я буду вынужден сгорать от ревности, когда к ней приезжают ухажеры. Однако это всё делает меня человеком. Я перестал быть тем чудовищем, которым меня вырастило братство…По крайней мере я стараюсь быть человеком…

Дулифа очень растрогали речи Тримо. Ему стало жаль искалеченную жизнь этого человека, вынужденного постоянно жить в муках ревности и мучительных воспоминаниях. Он растроганно сказал Тримо, положив руку тому на плечо:

- Для меня ты Тримо - человек! И мой друг! У монстров нет друзей, а у тебя есть. Знай - отныне ты всегда можешь рассчитывать на моё плечо!

Тримо встал и низко поклонился гному, сказав:

- Для меня это будет честью. Я принес тебе Дулиф золото в мешке. Прими его как дар. Прошу прими его, не откажи сделать такую милость

Дулиф неохотно кивнул. Ему не хотелось ничего брать у новоприобретённого товарища. Наоборот хотелось что-то дать ему. Чем-то помочь. Радость и приятные эмоции переполняли грудь гнома. Ему хотелось испить по кружке хмельного с Тримо. Узнать о нём побольше. Но Тримо извинился, попрощался и поспешно удалился из палатки, вытирая ладонью лицо. Дулиф восторженно смотрел вслед удаляющемуся человеку. Потом заглянул обратно в палатку и захотел поделиться своими эмоциями и впечатлениями с Вендором:

- Вот человек, какой, а? Решился прейти и попытаться всё исправить. Наладить. Мерзавец в прошлом, а как старается стать человеком. Сердце у него живое. Сколько наверно и повидал и наделал плохого, а всё одно остался живым внутри. Что скажешь Вендор?

Вендор поднял брови, отхлебнул и ответил:

- Ну, что я могу сказать? Вас двоих хоть под венец отправляй. Так уж ты влюблено на него смотрел

Дулиф изумился:

- В каком смысле Вендор? Что ты такое говоришь?

Дулиф предположил, что Вендор приревновал к новообразовавшимся дружеским связям. Но это было глупо! А Вендор продолжил:

- Такое впечатление, что ты не со мной в легионе служил. Такой доверчивой нюней стал, что аж противно! Торговля явно тебе на пользу не идет. Еще год, второй пройдет и ты будешь глаза платочком вытирать, от того как мило ползёт комашка по травке. Дулиф, он мастер красного братства!

Дулифа задевали слова Вендора. Он возмутился:

- Ну и, что с того где он был раньше. Главное, что сейчас он исправился. И не такое чёрствое бревно как ты!

Вендор серьёзно посмотрел на Дулифа и сказал:

- Послушай меня внимательно. Красное братство – это одна из опаснейших организаций. Тримо являлся мастером этого братства. И это означает, что он был мастером не только в бою. Одним из важнейших искусств в братстве было театральное. Убийцы братства могли несколько лет жить с жертвой, играя роль слуги, мужа, жены или приёмного ребенка, а потом зверски уничтожали, тех, кого приказывали. Ты подумай о том, почему он до сих пор живой выйдя из братства. Потому, что он сам отлично знает как надо играть, и какими эмоциями, чтоб запудрить мозги. К нему, я думаю, не раз подсылали убийц, но он всё еще живой. Так то!

Дулиф задумался. Но капля сомнения еще обитала в голове. Он задал неуверенно вопрос:

- Так зачем ему это надо было всё ?

Вендор ответил:

- Он играет эту игру, спасая свою шкуру. Он отлично понимает, что я могу с ним разделаться. И чтоб снять с себя все подозрения в причастности к делам Фарива он сыграл роль жертвы тяжелой несправедливой жизни. Показал себя униженным и разбитым, а всё для того, чтоб уменьшить нашу бдительность. И он думает, что у него получилось. По крайней мере, с тобой. Но в этом есть еще и плюс. Он не знает, что его игра раскрыта. Пусть думает, что ты ему поверил. Поверь Дулиф это страшный человек, он может плакать, убиваться и страдать у тебя на руках, а в следующую секунду перережет тебе горло…

Вендор зря такое говорить не стал бы. Дулифу стало неприятно, что он поверил этой дешёвой актёрской игре. Он пнул мешок ногой. Из него звонко посыпались золотые монеты. Он посмотрел на них и предположил:

- Может и золото еще отравлено?

Вендор опроверг подозрение:

- Это вряд ли. Просто указывает на то, как важна была эта игра, а правит всем балом графиня. И Фарива этого она не зря сюда привезла. Она явно, что-то замышляла. Но ты видимо нарушил все планы, а может и не все…

Дулиф хмурый вышел за бутылкой хмелящего напитка и вскоре вернулся. Он разлил её по кружкам, и они с Вендором уселись в стулья, гадая какие коварные планы, могла строить графиня...

Прошел день, и наступило утро. Утро знаменательного исторического события. Утро, когда Лорд Ариман закончит своё магическое действо с горой. В этот раз Анель согласилась наблюдать за любимым. Она поняла, что страхи насчёт горы беспочвенны. Никто не сомневался, что всё пройдет удачно. Народа собралось великое множество. Лорд Ариман снова был облачён в серебристые одеяния. Ему снова сделали живой коридор. Он, улыбаясь, шёл под руку с Анель. Она, что-то весело ему рассказывала. Он иногда кивал и смеялся в ответ. Все кто смотрел на эту пару, не могли налюбоваться. Аримана и Анель озаряло восходящее солнце и казалось, они охвачены сверкающей аурой. « Как из сказки!» восхищались в толпе. За ними шли маги. Они тоже были уверенны в успешном завершении дела. Ариман остановился перед горой. Она, казалась, ему прекрасна. Темно-синяя с золотыми и красными крапинками. Сейчас он поставит долгожданную точку в вопросе раскола. И эта точка станет новым отправным пунктом в жизнях и карьерах очень многих. Анель отошла в сторону. Маги, как и в прошлый раз, разместились за спиной Аримана. Ариман поставил перед собой посох. Он уже чувствовал, что такое глубинные потоки вихревой магии. И это его больше не пугало. Да и сегодня не надо будет прибегать к столь радикальным мерам. Маги-лекари взяли, ментально, под контроль тело Аримана. Другие увеличили астральный канал. Аримана снова охватили потоки вихревой магии, закружив пыль вокруг него и растрепав волосы. Ариман сосредоточился и ментально направил магию их посоха в гору. Она начала гудеть и трещать. Камни осыпались по её краям, а потом она начала движение вверх. Ариман почти не ощущал напряжения в теле, вызываемого магией, а гора подымалась всё выше и выше, недовольно разбрасывая вокруг себя каменные осколки. Вот она закрыла полностью раскол, и её вершина стала возвышаться высоко над его краями. Ариман поднял руку. Маги прекратили своё воздействие на него. Вот всё и завершилось! Так эта гора и останется на веки здесь. Ариман выполнил свою миссию. Он повернулся лицом ко всем, кто за ним наблюдал. Они молчали, но он видел, что глаза их горели и все они ждали слов от него. Ариман улыбнулся и громко сказал:

- Дорогие друзья, моя миссия здесь окончена. Отныне эта гора навсегда займет своё место среди себе подобных гор Заскалья. Проект завершён!

Но его слова почти завершили запал, разгоревшийся в сердцах. Не хватало какой- нибудь эмоциональной реплики и толпа взорвется бурной радостью и весельем. Что – нибудь простое, но сказанное с чувством. И Ариман нашёл что сказать. Он радостно и громко выкрикнул:

- Раскола больше нет!- и стукнул посохом по земле. Это был сигнал. Эмоциональный взрыв был неописуемый. Отовсюду раздавались радостные крики, поздравления в адрес Аримана и друг друга. Стала слышна музыка и гномы пустились в пляс вместе с людьми. Эльфы своими мелодичными голосами пели весёлые песни. Кто-то даже пытался импровизировать, совмещая в стихах Аримана, гору и торговлю. Анель радостно захлопала в ладоши, слегка подпрыгнув на месте. Неожиданно один разгорячённый гном подхватил её за руку и начал с ней динамичный танец. Маги смеялись. Ариман также смеялся. Это была безоговорочная победа! Когда эмоции немного улеглись, гномы шумной толпой устремились к горе.

Теперь они смогут развернуть на полную мощность работу по добыче золота, драгоценных и магических камней, а может и других интересных артефактов скрывающихся под толщей горы. И никто уже не ждал объявления комитета. Все и так знали, что добывать и торговать можно. Монтирование шахт происходило сутками. По ночам при свете огромной луны и энергофакелов гномы возводили и бурили. За несколько дней гора обросла лифтами и шахтами на различных высотах. Автоматические механизмы, бурильные колесницы и гномы беспрестанно перемещались на укрепленных металлических трассах, серпантином спускавшихся к самой земле. С большого расстояния казалось, что гора-это огромный термитник, по которому снуют насекомые, такое количество гномов и их механизмов находилось на горе, а добыча их превосходила все ожидания. Места для складирования добытого просто не находилась. Приходилось размещать палатки возле горы, и под охраной эльфийской стражи, слаживать всё добытое там. Писари торгового комитета не успевали вносить в торговый реестр весь накопленный материал. Было решено, что в один из дней гномы сделают передышку, и торговцы максимально попытаются реализовать добытое.

Но не все гномы разделяли радостный запал своих собратьев. Гном по имени Рулиф был очень недоволен тем, что произошло с Фаривом. И хоть он был должен ему, это не означало, что торговля была бы прекращена, а теперь, после проверки у него изъяли большой запас алкоголя и ряд инструментов. Но изъяли не всё. И спиртное еще осталось и мины, и мини бур с очистителем породы. У Рулифа был отличный план. Он уже знал, где находился Фарив. Он просто надолбит достаточное количество камней и отвезет их Фариву за отличную цену. И разбогатеет в миг. Без этой нудной и утомительной работы на шахте. Причём он не раз уже видел сон, который истолковал как вещий. Красивая женщина с яркими светлыми волосами зовёт его с собой и показывает, где следует добывать. То, что женщина-это явно дух хозяйки горы Рулиф ни на секунду не сомневался, и что этот дух благоволит ему. Рулиф уже однажды забредал, как бы случайно в ту шахту, куда вела хозяйка горы во сне, и золотые жилы там имелись. Но там, на время приостановили работу, предполагали, что есть источник газа. Но Рулиф в это не верил. Там видимо какой-то инженер себе присмотрел подходящую жилу и сам хочет её разработать. Но не тут-то было. Рулиф тоже хитрый старатель. Он опередит всех. В тот день, когда назначат перерыв в работе, чтоб расторговаться добытым, Рулиф проскользнет в нужную шахту и при помощи бесшумных мин добудет столько, сколько влезет в походный мешок. Вот так! И вот этот день настал. Работы прекращены. Гномы удалились из шахт, а Рулиф напротив. Утром он проник на шахты, так что стража не заметила и начал свой путь на верхушку горы. Шахта была именно там. Лифтами пользоваться нельзя, иначе заметят, пришлось одолевать весь путь пешком. Но эти труды вознаградятся с лихвой. К тому же спиртное, которое Рулиф с удовольствием испивал, подымаясь, скрашивало это восхождение. К тому времени как Рулиф добрался к шахте, он был изрядно пьян. Он пел песни и был настроен очень серьезно. Вот только ноги не разделяли его энтузиазм, и он несколько раз падал в полутьме шахты, выкрикивая проклятья. Наконец он приблизился к долгожданной цели. Внутренний голос подсказывал ему, что в стене перед ним сокрыты несметные богатства. Он достал бесшумную мину, активировал её и отошёл. Мина мелькала сими и красными огоньками. Потом они загорелись одновременно и мина взорвалась. Оранжевое пламя на секунду показалось, озарив шахту, и тут же с шипением исчезло. Камни полетели в стороны и часть стены осыпалась. Рулиф схватил ближайшую лопату и начал интенсивно разгребать кучу камней. Он не мог поверить своим глазам. Негранёные алмазы лежали прямо у его ног. Он схватил их и засмеялся. Потом слёзы радости проступили на его глазах. Наконец он исправит свою жизнь раз и навсегда! Рулиф отхлебнул хороший глоток из бутылки, осушив её, и решил установить сразу две мины. Времени терять нельзя. Внутренний голос настолько отчетливо звучал в голове, что Рулиф почти его слышал. Голос призывал спешить. Опять шипящий взрыв, и снова успехи. Еще больше алмазов. Точно сны были вещими. Рулиф набивал мешок камнями. Он начал новую бутылку. И ему пришла в голову идея, что поставить четыре мины будет вообще замечательно. Так он и сделал. Установил, отошел подальше и снова приложился к бутылке. Тут в его сознание, опьянённое алкоголем, пробился странный запах. Чем это так смрадно могло нести? Осознание того, что это могло быть, молнией пронеслось в голове. Г А З! Но было слишком поздно. Мины уже детонировали… Последнее, что услышал гном в своей голове, это дьявольский женский смех, и его поглотило безжалостное пламя…

Ариман сидел на ковре перед своим шатром. Шатер находился на небольшом возвышении, откуда открывался отличный вид на гору и пролесок ведущий к ней. Пролесок был чрезмерно переполнен. Сегодня начался первый день официальной торговли и торговля кипела. Толпы людей и эльфов постоянно прибывали, чтоб приобрести хоть, что - нибудь связанное с горой и этим местом. Ариман с умиротворённой улыбкой на лице наблюдал за этой шумной толпой. Он полулежал и попивал прохладный медовый напиток. Одет он был в длинные легкие одежды с белоснежным отливом. Анель отлучилась прочесть доставленное письмо от отца. Сказала, что будет в скором времени возвратится. Ариман тем временем наслаждался кипящей перед ним жизнью. Магов он отпустил, а сам решил побыть здесь еще несколько дней. После необходимо вернуться в поместье. Решить вопросы с земельными угодьями. Некоторые выкупить назад. Похлопотать за своего управляющего - Ронса Бира. И решать многие другие житейские вопросы. Вопрос свадьбы уже не стоял. Ну, Ариман так на это надеялся. Но всё это будет потом, а сейчас он просто хотел насладиться деянием своих рук и тем, к чему это привело. К нему подлетела маленькая, отливающая на солнце серебром фея, и что-то взволнованно лепетала. Ариман ничего не мог разобрать, что она говорит. Он только улыбался ей. Фея всем своим видом указывала в сторону горы. Ариман отхлебнул из кубка и все, также блаженно улыбаясь, не спеша посмотрел на гору. Несколько минут назад он смотрел на неё. Ничего не происходило. И вот стоило ему отвлечься на фею, улыбка мгновенно спала с его лица. Из верхушки горы вырывались синие, зеленые и красные столбы огня. Что там произошло? Ведь все гномы сегодня отдыхают, а торговля набирала обороты, и никто не замечал, что происходит с горой. Ариман схватил посох и бегом направился к горе. Следовало узнать, что там приключилось, пока беда не набрала масштабов. Но где-то в глубине сознания Ариман понимал, что беда уже неотвратимо приблизилась, и от неё не спастись…

Со стороны горы стали слышны громкие звуки эльфийского горна, извещающего об опасности. Однако торговля развернулась настолько бурная, что мало из тех, кто находился среди разложенных торговых мест, обратил внимание на возникшую угрозу. Горн протрубил второй раз. Никакой реакции от окружающих не последовало. Ариман пробежал уже почти все расстояние, отделяющее его шатер от горы. Он заметил, что верхушка горы покрылась красными огненными трещинными. Сердце его бешено колотилось. Он чувствовал: что-то неизбежно ужасное вот-вот должно случиться, а окружающие его люди, эльфы, гномы, феи и животные радовались ясному теплому дню. Они даже не предполагали, что в любую секунду может произойти нечто чудовищное. Горн начал трубить третий раз и тут раздался оглушающий взрыв, подобный десяткам раскатов грома. Всю верхушку горы разнесло на куски, и огромный огненный шар увенчанный черным облаком дыма, поднял этот смертоносный каменный град высоко над горами. Но долго камни не могли покорять воздушные высоты, и все они по дуге стали стремиться к земле. И весь этот раковой град из камней различных размеров должен был окончить свой путь там, где сейчас располагались шатры, домики, палатки и торговые площадки. Это должна быть ужасающая катастрофа, оставляющая после себя огромное количество жертв.

Когда раздался взрыв, некоторые попадали на землю, некоторые спрятались в палатки, но все они устремили свои взоры к смертоносной горе. Над всем развернувшимся рынком воцарилась тишина. Камни безжалостно стремились к земле. Каждый из находившихся здесь стоял на своём месте, оцепенев от нелепого ужаса. Некоторые из них понимали, что это конец. Каменный град погребёт под собой очень многих. Гора хотела взять свою жатву. Все стояли, кроме одного эльфа. Ариман несся к горе. Он в секунду понял, что необходимо сделать. Но произошедшее было нелепостью. Что произошло? Как она могла взорваться? Ариман понимал, что магическое действие, к которому придется прибегнуть, явно негативно отразиться на его здоровье. Но сегодня никто не умрет! Ариман, стиснув зубы на бегу, ментально открыл свой астральный канал и моментально нащупал потоки вихревой магии. Его посох засиял голубым свечением. Искры с шипением разлетались в разные стороны. Из носа пошла кровь, и Ариман почувствовал, как больно стрельнуло в затылке. Но останавливаться нельзя. Он всё придумал! Он создаст магическую сеть, в которую схватит все проклятые камни с этой проклятой горы и отшвырнёт их подальше, назад к горе. Он всё придумал! Никто не умрет! Ариман выскочил на открытую площадку перед горой и с силой ударил посохом в землю. Потоки вихревой магии, вырвавшиеся из посоха, подняли пыль и сорвали с правой руки Аримана рукав. Высоко над шатрами и палатками образовалась полупрозрачная сеть из электрических нитей. Она казалась, колышется как на волнах, а её широкие звенья пускали искры, падающие вниз. Камни стали падать в сеть, пытаясь её прорвать. Однако Ариман был настроен решительно. Он болезненно побледнел, задыхался и сипел, но прилаживал максимально усилий, чтоб сеть оставалась в целостности, а камни огромными глыбами всё падали и падали, зависая над головами испуганных наблюдающих. Ариман ощущал весь этот чудовищный вес, который лег на сеть. Ариман стонал. Лицо его исказилось от усилий, которые он прилаживал. На шее и лбу надулись вены. Из левого глаза потекла кровавая слеза. Он стал приседать, не в силах сдерживать смертоносный груз над головами. Он присаживался, и камни в сети становились все ближе к живым созданиям. Были слышны даже крики ужаса, когда сеть опустилась ниже. Ариман видел это, и терпеть такое он не мог. Он не уронит камни на головы находящихся здесь! Он не позволит этому ужасу случиться. Он взял свою волю в кулак, и почти не делая вздохов, распрямился. Всё его тело била дрожь. Видно было, как кожа на кистях и правой руке треснула и из ран стала сочиться кровь. Вихревая магия без поддержки магов – лекарей разрушала тело Аримана. Но никто не умрет - пульсировало в голове у эльфа! А вот камнепад не мог быть вечным. Последний камень упал в сеть. Все! Пора теперь этот роковой улов убрать подальше. Сеть медленно стала смещаться в сторону горы. Наблюдающие за этим видели как камни переворачивались в сетке, видимо пытаясь выпасть и унести жизнь хотя бы одного живого существа. Но этому не бывать! Ариман, управляя потоками вихревой магии, отвёл сеть с камнями в сторону, и не в силах дотянуть к подножью горы, ментально убрал сеть. Камни с грохотом осыпались на землю синей, но уже не смертельной грудой. Они постоянно, переваливались, находя каждый своё место. Видимо не могли успокоиться, не насытившись живой плотью. Ариман облегчённо выдохнул и стал тяжело дышать, опершись о посох. Он вытер левым рукавом кровь с губ и подбородка и улыбнулся горе. «Вот так! Никто сегодня не умрет, ясно тебе, подлая гора!» мысленно обратился к ней Ариман. Люди, эльфы и гномы и теперь не могли пошевелить окоченевшими суставами. Они не могли осознать, что произвело на них больший шок. Летящие смертельным градом камни, или то, что Ариман их спас. Сам же Ариман смотрел на дымящуюся гору и с каждой секундой ненавидел её всё сильней. Она чуть не погубила сотни, а может даже тысячи жизней, а гора словно ощутила ненависть излучаемую Ариманом и ответила. Послышался каменный треск и металлический скрежет закреплённых на горе подъемников и дорог. Ариман стал всматриваться в гору. Что еще там могло произойти? И увидел! Огромная глыба стала откалываться от горы, стаскивая за собой все сооружения гномов. Она имела почти круглые очертания. Глыба на секунду замерла и стремительно начала скатываться вниз по горе. Мосты и различные тросы с лифтами, словно руки трепыхались по сторонам катящейся глыбы. Ариман не мог в это поверить. Это было похоже на кошмарный сон, а глыба набирала всё больше ход. Курс её движения пролегал как раз в просеку. Гора не оставляла надежд поживиться живой плотью. И если каменный дождь не возымел успехов, тогда этот кошмарный обломок точно раздавит не один десяток тел. Тысячи наблюдали за вращающимся, грохочущим каменным монстром и осознавали, что от судьбы не уйти. Многие покорно опустили головы. Другие положили руки на плечи товарищей, чтоб укрепить их дух перед смертью. Ариман усмехнулся. Проклятый раскол! Уже нет его, а смерти всё одно должны быть….Но не будет этого! Ариман распрямился. Он понял, что необходимо сделать. И он это сделает. И это точно будет, стоить ему жизни. Всё очень просто. Следует поглубже окунуться в потоки вихревой магии, и, почерпнув достаточно, сотворить огромный магический барьер. И эта глыба удариться об него и остановиться. Все очень просто…И не о чем жалеть! Ариман сделал всё, о чем так долго мечтал. Научился управляться с вихревой магией, убедил совет, достал гору и закрыл раскол. Даже в таком разрушенном виде она полностью закрывает собой расщелину. Не о чем жалеть, и день сегодня хорош, чтоб принять последний бой. Вот только одно беспокоило. Жаль, что не успел Анель поцеловать в последний раз… Но так тому и быть! Никто сегодня не умрет! Ариман закрыл глаза и сконцентрировался. Астральный канал открылся, и Ариман ментально вгрызся в потоки вихревой магии. Безжалостные силы этой страшной магии пронизали плоть мага, пытаясь её перестроить и разрушить. Ариман все это чувствовал. Чувствовал, что его внутри словно прокалывают сотни иголок и наворачивается плоть, как на бур. Но отступать некуда. Из сияющего посоха вырвались небольшие молнии. Он стал набирать вес. Ариман поднял его над землёй. Огромный осколок горы вышел на финишную прямую. На его пути был небольшой холмик, послуживший ему трамплином. Глыба невысоко подскочила над землей и летела прямо на мага. Наблюдающие за этой кошмарной картиной отвернули головы. Ариман открыл глаза. Лицо его было напряженное и болезненно серое. Из ран на лбу и щеках сочилась кровь. Но он был спокоен. Он не позволит этому бездушному камню забрать жизни. Н И К Т О Н Е У М Р Е Т! Ариман резко опустил посох на землю. Тот снова гулко ударил о землю, словно скинули тяжелый камень под ноги. Перед Ариманом мгновенно возникла огромная полупрозрачная белая стена. И в этот же миг чудовищная глыбы врезалась в него. Раздался треск, словно рядом что-то взорвали. Барьер колыхнулся. От столкновения Аримана окатила ударной волной, и сорвало с него верхнюю часть одежды, но он устоял на ногах, держась за тяжёлый посох. Оставшаяся одежда бесформенными лохмотьями повисла вдоль пояса. Всё тело мага было усеяно кровоточащими ранами, а глыба словно застряла в магическом барьере. Она зависла в воздухе на несколько секунд, и рухнула перед магом, всколыхнув пыль. Пыль осела. Ариман держался за посох и стоял на месте, слегка шатаясь. Барьер исчез. Ариман смог с трудом развернуться. Тысячи глаз смотрели на него. Ариман улыбнулся. Они все живые. Никто не умер! Это было последнее, о чём подумал эльф. Глаза его подкатились, и он упал спиной на глыбу, медленно по ней сползая и оставляя кровавый след. Посох секунду простоял ровно, а потом, как и его владелец рухнул наземь, подняв облачко пыли. Эльфийские стражники поспешили к Ариману. Тело его было бездыханным. Стражники бережно поклали тело на щиты и понесли к его шатру. Ариману в третий раз создали живой коридор. Но этот коридор был другой. Все молчали и многие испытывали непонятное чувство вины перед героем – магом уберегшим их. Когда стражники несли Аримана, через живой коридор к ним навстречу бежала вся растрепанная и испуганная Анель. Стражники шли, молча, не глядя на нее. Губы ее дрожали. Она качала головой, словно не веря во, что-то. Когда стража проносила Аримана мимо неё, левая рука Аримана свесилась с щита и колыхалась, в такт шагу солдат. С нее капала обильно кровь. Анель вмиг побледнела. Она издала глухой стон и, закрыв рот обеими руками, сокрушенно рухнула на землю…

А кое-кто из стоящих в живом коридоре наблюдал за горой. Взрыв и отломившейся от неё осколок странным образом изувечили гору. То, что осталось от вершины напоминало голову чудовища с разинутой пастью и злобно насупившимися бровями. Один гном сокрушенно покачав головой, сказал: - Да чтоб меня разорвало, точно говорю - это не гора, а горе Аримана!

VIII

В чудеса поверить сложно, но возможно, если видишь их своими глазами, а чудес было хоть отбавляй. Чудным образом возле горы в роковой день не оказалось никого, только одного гнома Рулифа никак не могли отыскать. Чудным образом Лорд Ариман оказался настолько силен в управлении вихревой магией, что и камни и глыбу остановил, отвратив масштабную катастрофу. И чудным образом…остался жив! Со всеми своими внешними и внутренними повреждениями Лорд Ариман остался живой. Да еще и в сознании. После своего героического поступка он пришел в себя через несколько часов, когда все думали, что он отошёл в мир иной. Его накрыли с головой простыней. Анель сокрушалась над его телом. Рядом с палаткой стоял бледный Вендор Райс и осунувшийся Дулиф, а напротив них графиня Амерзи, закрывая лицо одной рукой. Но видно было, что слезы бегут из её глаз. Тримо бережно держал её за плечи и видимо шептал слова утешения. Никто из них не решался войти в палатку, слыша терзания молодой эльфийки. Когда Анель положила свою голову и руки Ариману на грудь со словами: « не хочу без тебя жить…», Ариман положил свою ладонь ей на волосы и ответил слабым голосом:

- И не стоит…

По крику Анель стоявшие возле палатки осознали, что внутри твориться, что-то неладное. Они влетели в палатку сразу вчетвером. Ариман улыбался и пытался сдержать порывы своей возлюбленной. Анель же пыталась расцеловать все тело Аримана, которое было не укрыто простыней. Вендор сжал губы и приложил к ним сжатый кулак. По правой щеке медленно сползала слеза. Дулиф, покраснел словно томат, и размахивая руками выскочил из палатки с неистовыми криками: « Он жииииив! Он живой!». В ответ стали раздаваться радостные крики, а вот реакция графини была трудно объяснима. Она, осознав, что Ариман живой, качнула отрицательно головой и ещё больше залилась слезами, выскочив из палатки. Тримо поспешил за ней.

Прошло несколько дней. Аримана лечили маги-лекари вызванные из Этриноса. Они были очень удивлены тем, что Лорд остался жив. Они советовали Аримана не переправлять в город, до тех пор, пока он не сможет сам встать на ноги. Повреждения, которые были нанесены воздействием вихревой магии, для остальных оказались бы несовместимы с жизнью. Но Ариман был жив – здоров и очень весел. Он шутил, охотно ел и быстро шёл на поправку. Анель не отходила от него ни на секунду, а ночами спала возле его ложа. За что Ариман отчитывал её каждый день. Раны Лорда затягивались. И Ариман знал, что это неспроста. Теперь он точно был убеждён, что обладает иммунитетом к вихревой магии. И это очень его радовало, а еще его радовали слова Анель. Она сказало, что хочет всю свою жизнь провести с ним. Но без небольшой сценки ревности не обошлось. После таких значимых слов, она добавила, что будет с ним, даже если он будет флиртовать и временно увлекаться другими представительницами женского пола. Аримана это посмешило. Ведь он знал, что нужна ему только Анель.

После разрушения горы, гномы с пущим рвением взялись за её разработку. Они обнаружили природный магический артефакт: предмет из неведомого сплава, который мог заряжать магической силой металл. Но это было первое его свойство. Второе обнаружилось несколько позже. Один из магов – лекарей рассматривая предмет, ощутил, как его сознание погружается в глубины предмета. Он стал полупрозрачным и в его бирюзовой глубине маг рассмотрел странные спиральные образования, которые вращались. Яркие шарики, разных размеров и пустоту между ними. И всё это расширялось и становилось больше. Маг почти весь погрузился в увиденное, но транс прервал гном, окликнув его. Маг поделился впечатлениями, и странный предмет решили доставить в Этринос для дальнейших исследований. Ариман запретил, чтоб при нём упоминали гору и любые успехи и находки связанные с ней. Он в прямом смысле ненавидел гору. У него не было желания видеть ее, и он желал поскорей вернуться в Этринос. Проклятая гора могла унести столько жизней, а если б Ариман уехал на несколько дней раньше, страшные последствия разрушения горы было бы не избежать. И вместо подарков, во многие дома поселилось неисправимое горе. Ариман даже подумывал сбросить клятую гору обратно в подземную пропасть. Но это были лишь импульсивные идеи.

Ариман дремал. Анель как обычно сидела рядом с его ложем. Маги – лекари закончили несколько часов назад процедуру исцеления, после чего Лорд окунулся в легкую дремоту. Анель снова получила письмо от отца. Она так не хотела уезжать. Анель хотела, поговорит об этом с Ариманом. Но не сейчас, а чуть позже, когда он поспит. Словно почуяв мысли Анель, Ариман открыл глаза, нежно посмотрел на Анель и сказал:

- Ты всё так и сидишь, сторожишь меня, голубка моя?

Она сдержано улыбнулась и кротко кивнула. Ариман продолжил:

- Что-то ты совсем исхудала. Ты совсем не ешь наверно? И все волнуешься за меня. Но теперь уже не стоит. Я думаю, больше эта проклятая гора не сможет навредить!

Анель снова мягко улыбнулась и опустила глаза. Было видно, что она порывается что-то сказать но не решается. Ариман прикинул в голове от чего такое, может быть. И пришёл к двум вариантам. Первый - снова ревность к графине. Ариман так жалел, что отослал пригласительное письмо ей. Призраки прошлого должны оставаться в прошлом! И второй вариант- это снова письмо от отца. Но вид у Анель был больше опечаленный, чем ревнивый. Ариман спросил:

- Отец зовет к себе?

Анель вскинула на Аримана мгновенно ставшие влажными глаза. Откуда он мог узнать о письме, и что отец требует её появления? А в прочем не стоит удивляться. Для Анель Ариман давно уже стал божеством, а боги умеют все. Не то, что знать про конверты с письмами. Они даже не умирают, как обычные смертные. Два раза Ариман казалось, находился на грани жизни и смерти, а выходило так, что смерть к нему и не приближалась. И с богами, по легендам всегда так и происходило. Анель схватила руку Аримана и вполголоса сказала:

- Я не смогу без тебя любимый мой. Я не хочу никуда уезжать. Мне ничего не надо - только ты!

Ариман дальше стал анализировать. Значит, вторая причина не давала покоя Анель. И если она должна уезжать, то причина должна быть очень важной. Скорее всего отец решил, что наступил момент ввести Анель в семейное торговое дело. Ариман сказал:

- Любовь моя, я уже совсем здоров. И скоро смогу уже даже ходить. Потому мне особый присмотр не нужен, а вот отца ослушиваться нехорошо. Наших родителей надо почитать при жизни. К тому же наступила пора, чтоб ты освоила то, чем отец занимался всю жизнь. Для вашей семьи это очень важно. Ты не должна подвести своего отца. И насколько я помню, еще совсем недавно ты сама ждала этого часа

Анель склонила голову и ответила:

- Да… Конечно хотела. Но сейчас все изменилось. Сейчас мне ничего уже не надо. Я хочу лишь одного - быть всегда рядом с тобой, а отец хочет брать меня на важный дипломатический прием, чтоб я сама вела диалог и заключала торговые сделки. Но я так далеко от этого стала. Для меня это все кажется таким мелким и ничтожным

Ариман погладил её по полосам и сказал:

- Драгоценное моё сокровище. Нельзя ставить крест на своих замыслах, поддаваясь эмоциям. У тебя уготовлена блестящая карьера. К тому же у тебя прирожденный талант дипломата. Ты смогла бы уговорить даже эту проклятую гору не взрываться, просто я оказался ближе и своей неумелой магией накидал камней повсюду

Анель улыбнулась шутке. Она взглянула Ариману в глаза и все так же негромко сказала:

- Но где мне взять силы, чтоб заставить себя уехать от тебя. Как убедить, что с тобой все будет хорошо. Что эта гора снова не захочет отнять тебя у меня?

Ариман усмехнулся и ответил:

- Я даю тебе гарантии, что гора больше ничего не выкинет, а если она снова начнет ерничать, я просто швырну ее обратно туда откуда достал и найду новую, более покладистую!

- Боги, как у тебя находятся силы шутить на эту тему? - изумилась Анель.

- Ну, а если говорить серьёзно, то по возвращению в Этринос я тоже буду очень занят. Мне стоит решить великое множество вопросов связанных с родовым поместьем и отобранными за долги землями. Да ещё и в совете для меня уже место будет. Там так же стоит появляться. Дел будет у меня невпроворот - продолжал убеждать Анель Ариман. Вход в палатку тихо зашуршал, и вошла графиня Амерзи. Ариман изменился в лице. Меньше всего он желал сейчас видеть эту женщину. И вообще Ариману казалось, что она сошла с ума. Как и её слуга Тримо. Их поведение не оставляло никаких сомнений на счет умопомешательства. Ариман ощутил, как напряглась Анель. Она утихла и наклонила голову. Да и графиня была не похоже сама на себя. Лицо ее было печальным. Весь ее облик в темно зелёном платье был какой-то унылый. Глаза её были влажными от недавнего рыдания. По графине было видно, что она очень подавлена. Амерзи вошла и замерла, видимо не решаясь предпринимать дальнейших действий. К груди она прижимала некий предмет, завернутый в розовую ткань, которую она нервно теребила. Глаза её были опущены и хаотично осматривали пол под ногами. Установилась напряженная и неловкая тишина. Ариману это очень не нравилось. Он приподнялся на локте и жестом указал графине на ближайшее кресло, добавив словами:

- Проходите графиня! Прошу Вас присядьте

Но графиня не поднимая глаз, отрицательно покачала головой. Она произвела непонятное движение. Казалось она хотела резко выскочить из палатки, но вмиг остановилась. Аримана это все поведение начинало раздражать. Он очень жалел, что отослал ей письмо. Она явно сумасшедшая. Надо было попросить стражу караулить у входа и впускать только после разрешения. Ариман снова обратился к графине:

- Что с Вами, графиня? На Вас лица нет. Присядьте. Налейте себе воды. Успокойтесь и расскажите, что стряслось, если Вы за этим явились

В этот раз графиня послушалась и села на самый краешек кресла. Анель глядела на графиню и не узнавала ее. От той вертихвостки, способной вскружить голову даже самому стойкому мужчине не осталось и следа. Перед ней сидела измученная неведомыми терзаниями женщина. И было видно, что она уже не молода. Ревность к графине сменилась на жалость. Анель обратилась к графине:

- Ну что же Вы молчите? Что не решаетесь сказать? Может мое присутствие стесняет Вас? Я могу выйти, если это облегчит ситуацию?

Графиня посмотрела на Анель. Глаза ее были красными от слёз. Она сказала хриплым тихим голосом:

- Нет! Прошу Вас не уходите… Я скоро оставлю Вас и не буду мешать. Я покидаю лагерь и навсегда покидаю пределы Вашей страны. Мы больше никогда не увидимся. Я хотела подарить Лорду Ариману одну вещь, которую мой покойный муж очень берег. Но я думаю, он был бы счастлив, если б знал что эта вещь перейдет в руки нашего Лорда

При слове нашего, ревность снова застучала по венам Анель, а графиня развернула материю. В руках у нее оказалась небольшая книга в узорчатом декоративном переплете, красного цвета. Было видно по состоянию обложки, что книга старая. Графиня пояснила:

- Это книга из неприкосновенных запасов графа. Она бесценна. Это ручная работа Мальвуса Понта исполненная на староэльфийском языке. Кое-что можно даже почитать из нее. Просто за все то, что наш Лорд сделал и выстрадал, это наименьшее, чем я могу отблагодарить…-голос её осёкся. Из глаз снова полились слёзы. Она поспешно встала и хотела направиться к выходу. Но резко остановилась и коснулась плеча Анель. Эльфийка вздрогнула от неожиданного прикосновения, но графиня не убрала руки и сказала Анель:

- Ты счастливая женщина. Храни в памяти всё приятное, что тебе дарит судьба и дорожи этим. Потому, что никогда не узнаешь, когда и на каких условиях она отберет всё, что дорого - и после этих слов покинула палатку.

От сказанных слов Анель стало не по себе, и холодок пробежал по спине, а Лорд же был очень удивлен подарком. Неужели книгу писал сам Мальвус Понт? Мальвус - знаменитейший, гениальный мистик и историк начала прошлого столетия. Он оставил после себя фундаментальные труды, по которым и по ныне учат магические дисциплины многие ученики магических школ и академий, а по его историческим очеркам написали не одну сотню диссертаций поколения историков. Так неужели у него в руках такой, в самом деле, бесценный экземпляр трудов Мальвуса? Ариман отлично знал староэльфийское письмо и, закусив губу, открыл книгу. Он даже позабыл, что рядом находится Анель. Сейчас Ариман прочтет то, за что отдали состояние многие коллекционеры. Мальвус был загадочной личностью, и также загадочно исчез. Рассказывали, что он закрылся одним вечером в своей лаборатории и бесследно пропал. Исследование его записей и дневников не дало ответа, куда мог пропасть Мальвус. Мысли Аримана прервал печальный голос Анель:

- Отец желает, чтоб я отправлялась к нему послезавтра…

Ариман закрыл книгу и ответил:

- Прекрасно! Тогда и я оставляю этот лагерь послезавтра! И мы вместе отправимся навстречу твоим успехам, любовь моя!

Анель встала и от всего сердца поцеловала Аримана.

Вендор Райс покинул лагерь поспешно, не предупредив даже Дулифа. Гном, однако, был знаком с такой особенностью друга. Он постоянно пропадал и появлялся без предупреждения. Дулиф также развернул торговое место, и отпустил своего первого клиента - молодого человека. Тот приобрёл две подвески с драгоценными камнями, для матери и жены. Он не успел порадоваться почину, как к нему подошел Тримо. Он был очень хмурый. Дулиф помнил слова Вендора, однако стал изображать радость. К тому же без поддержки Вендора, Тримо мог сотворить с ним плохие вещи, а так может и пронесёт. Тримо без приветствия сразу спросил:

- Дулиф у тебя есть выпивка?

Гном сейчас меньше всего был настроен общаться и тем более употреблять спиртное. Он помялся на месте и неуверенно ответил:

- Есть, конечно… Но понимаешь у меня первый день торговли.. Может чуть позже?

Тримо прищурил лаза и сказал:

- Ты же говорил, что считаешь, меня другом и окажешь помощь. Вот мне нужна помощь - мне нужно с кем-то выпить

Дулиф почесал затылок, не зная, что ответить, а Тримо продолжил:

- Тебя выручка тревожит? Вот держи, я думаю, за сегодня больше не наторгуешь - и швырнул гному на стол с украшениями небольшой мешочек с золотом. Гном оценил взглядом наполненность мешочка и пришёл к выводу, что Тримо прав. Если этот человек так разбрасывается деньгами, грех этим не воспользоваться. Дулиф уже без угрызений совести забрал золото, и спросил:

- Так, что будешь? Крепкое или игристое?

Тримо безразлично махнул рукой и ответил:

- Не важно! Главное чтоб хорошо взяло!

Дулиф быстро свернул торговое место, и они вместе с Тримо направились к его палатке. Они зашли в неё и Тримо сразу плюхнулся в кресло. Было явно видно, что его тревожит что-то. Дулиф разлил в деревянные бокалы пенный напиток и подал один Тримо. Тримо залпом осушил его и выдохнул, закинув голову. Дулиф молча, налил еще один. Торимо неожиданно начал говорить:

- Понимаешь…Я совсем её не знаю. Я так много времени провожу рядом с ней, и ничего не знаю о ней. Она не разговорчивая на самом деле. Это на людях она смеётся, кокетничает, изображает счастье. Когда ее никто не видит, она постоянно молчит и ходит с таким угрюмым лицом

Дулиф сначала даже не понял о ком речь. И решил просто многозначительно молчать с понимающим лицом. Может Тримо выговорится, напьется и уйдет, а он успеет еще и поторговать. Тримо продолжил:

- Ты думаешь она мне платит? Нет! У меня столько денег, что тебе и не снилось. Я очень богат. Понимаешь, это она попросила, чтоб для всех я считался её слугой. Я слуга! Это немыслимо… Но я согласился. Я не могу ей отказать, а знаешь, как мы с ней познакомились? Я гулял по городу со своими головорезами, а тут из-за угла она появилась. Я почти врезался в неё. Сначала я подумал, что птичка попалась. И денежки и удовольствие сейчас будет мне и моим ребятам, а она так спокойно коснулась пальцами моего виска и сказала: Такой человек мне подойдет. И всё! Понимаешь? Всё! Во мне, что-то перевернулось. Я понял, что птичка, в самом деле попалась, но птичка это – я

Дулиф налил третий бокал, а Тримо все продолжал:

- Представь, я этого никому еще не рассказывал. Ты гном странно на меня влияешь. И мне это нравиться! Наконец я могу поговорить об этом с кем-то еще, а не сам с собой… Иногда я даже сам с собой ругался... У тебя бывало такое? Сам с собою ругаться… Нет конечно, не было! Ты нормальный. Это вот я сумасшедший. Бросить разгульную жизнь и стать тенью незнакомки. И мне это еще и нравиться. Я не раскаиваюсь в этом. Ну, только когда меня съедает кошмарная ревность. Меня уже несколько дней съедает червь ревности. Я понимаю, что Лорд Ариман ваш с Вендором друг…Но с каких демонов она к нему так прикипела? После его геройства она не находит себе места. Постоянно рыдает. Отлучалась сама в город и такая же вся расстроенная вернулась…И заешь, что я хочу тебе сказать…Только между нами..

Гном придвинулся ближе и Тримо не громко сказал:

- Мне показалось, что она больше расстроилась тому, что он выжил. Тогда возле палатки, когда мы думали, что он того. Отошёл к праотцам, я расслышал как она шептала, сквозь слёзы: «не оживай, ты не должен оживать..» Я так понял она говорила о Лорде!

Такая информация тоже заинтересовала Дулифа. Он не смог дальше молчать и спросил:

- Так ты, что думаешь она хотела чтоб он умер?

Тримо мотнул головой и ответил:

- Она хотела, чтоб он не остался живой после своих магических фокусов!

- Но почему?

Тримо развел руками и ответил:

- Я понятия не имею. Я вот только уверен в том, что она ведьма. Это точно! Однажды ночью, я по привычке проходил мимо её спальни и услышал за дверью жуткое рычание. Я был не пьян. Я высадил дверь с клинком наголо… И ничего… Кроме одной вещи. Когда я вломился в комнату, то графиня стояла посередине комнаты и вопросительно на меня смотрела. И всё бы ничего, да вот только длинные подолы ее ночного гардероба ложились на пол так, словно она только, что подпрыгнула и приземлилась. Или и того хуже.. Висела в воздухе или под потолком и резко опустилась..Вот так-то

Дулиф покачал головой:

- Как ты так живёшь? С ведьмой под одной крышей, да еще и без капли взаимности

Охмелевший Тримо лукаво улыбнулся:

- Ну как сказать, без капли взаимности… В прошлый раз, когда я приходил, я немного слукавил. Иногда, по ночам она странным образом оказывается у меня в комнате. Прямо на ложе. Я не слышу её приближения, хотя очень чутко сплю - в братстве научили. Она набрасывается на меня и у нас случаются часы бурной страсти. После она также дивно удаляется из комнаты, а я проваливаюсь без сил в сон. Но на утро она так себя ведёт, будто ничего не происходило. Когда это случилось в первый раз, я подумал, что я самый счастливый на свете мужчина. Я купил самые красивые цветы и принес ей. Она взглянула на меня так, что я почувствовал себя очень неловко, и даже глупо. Потом она спросила, зачем я это сделал. Я ответил: за вчерашний ночной сюрприз! Следующий её взгляд был испепеляющий. Я убежал с этими цветами словно мальчишка. Я был подавлен. Ком стоял у горла. Прошёл месяц, и она снова появилась ночью в комнате. Я понял, что она с причудами, но я люблю эти причуды…Как и её люблю. Понимаешь Дулиф! Я никому не мог сказать, что люблю, а её люблю… а вот она меня нет! Я хочу узнать о ней побольше, однако за пять лет, что я с ней, знаю лишь, что она вдова. И что у неё очень странные знакомые, которые приезжают в гости. И то, что она обожает комплименты. Бывает, найдёт меня и начинает спрашивать: я красивая, а? Ты в меня еще влюблён? И тому подобное. Истерзает меня и уходит, смеясь, а ещё она выдумщица различных хитроумных планов... Вот такое у нас с ней общение. Когда она что-то выдумает, она просто подходит ко мне и спрашивает: сможешь сделать? Я говорю: да! Она мне улыбается и уходит. И самое в этом странное - она всегда знает где меня искать, даже когда я отлучаюсь, не сообщая ей!

Пока Тримо не спеша рассказывал это всё Дулифу, то незаметно для себя очень охмелел. И на том моменте как он закончил, резко отдернулся вход палатки. Графиня Амерзи стояла и гневно смотрела на Тримо. Потом она не громким, но сдержанным голосом выдавила:

- Может, ты еще расскажешь, какого цвета у меня исподняя одежда? Или как ты подглядываешь за мной постоянно, когда я омываюсь? Совсем мямлей стал!

Тримо с широко раскрытыми глазами подскочил с кресла. Дулиф даже не поднялся, а еще больше вжался в кресло, сжав губы. Графиня продолжила:

- Что ты застыл как вкопанный? Пошли, нам надо собираться!

Тримо кивнул, и, не прощаясь, вышел из палатки заплетающимися ногами.

Дулиф остался один в растерянности. Вот как понимать сегодняшнее поведение Тримо. Неужели он и сегодня играл роль? Или сегодня он по-настоящему выложил то, что так давно его тревожило? Дулиф не смог разобрать. Все было слишком натурально, чтоб быть игрой. И графиня явно не притворялась. Гном покачал головой и вышел из палатки. Ему снова необходимо разложить торговое место и снова торговать. Это принесет ему успокоение и отвернет от ненужных мыслей. Вендор был прав насчет Тримо в одном. Это странная темная личность, не смотря на все его переживания и порывы. И с ним стоит как можно меньше пересекаться. Слава богам, что они с графиней покидают лагерь…

Ариман прибыл в город, уже передвигаясь без сторонней помощи. Город встретил Аримана как героя. Ариман и Анель пересекли городские врата на белых скакунах, держась за руки. Жители Этриноса кидали им под ноги цветы и желали самого лучшего. Желали от души. Трубили праздничные горны. Город был наполнен радостью и каждый ощущал гордость, что Лорд Ариман живет в их городе, а многие гордились больше остальных, так как знали Аримана лично, когда он не был еще так знаменит. Среди эльфов стали ходить слухи, которые были похожи на зарождающуюся легенду. Поговаривали, что Ариман на самом деле полубог. И посох его явно божественно происхождения. Или Ариман получил божественное откровение и благословенье, когда искал как закрыть раскол. Гномы считали, что в Аримане живут души тех гномов, что погибли при чудовищном землетрясении в расколе. Потому он и не может умереть. Но все больше и больше считали, что он бессмертный. Девушки завидовали Анель. белой и черной завистью. Особенно те, что так же лично знали Лорда Аримана.

В конце диной улицы, заполненной жителями Этриноса, находилась городская площадь. Там Аримана ждал глава городского совета Эльван. Ариман с Анель приблизились к нему и спрыгнули с лошадей. Лицо Эльвана было очень взволнованным. Он очень странно и раболепетно смотрел на Аримана. Видимо даже глава совета убедил сам себя, что Ариман совсем необычный эльф, а может и, убеждать не надо было. Может Ариман и в самом деле посланник богов… Эльван подбежал к Ариману и, заглядывая в глаза трепетным и извиняющимся голосом, произнес:

- Вы уже отлично себя чувствуете Лорд? Простите меня, что я не навестил Вас… Я очень желал приехать, однако дел было невпроворот…Однако я каждый день справлялся о Вашем здоровье…

Ариман ощутил себя очень неловко. Эльван годился ему в отцы, как минимум. К тому же этот эльф занимал самый высокий пост в городе и был уважаемым членом всеобщего эльфийского совета. И вот он сейчас извиняется перед ним. Так быть не должно. Ариман подхватил Эльвана под локоть и мягко обратился:

- Что Вы! Не стоит передо мной извинятся. Это же я, покорный Ваш слуга и слуга всего эльфийского народа. К тому же без Вашего разрешения ничего не вышло. Вы что забыли?

Эльван затряс головой и схватил обеими руками ладонь Аримана. Губы его сжались, а глаза стали влажными и он тихим голосом сказал:

- Нет, Ариман. Это мы твои слуги. Я твой слуга навеки… В тот день когда ты остановил камнепад и кусок горы, к местным ювелирам приезжали мои дети. Понимаешь? Мой сын и дочь могли умереть в тот день! А ты собой загородил их от смерти… Ты спас не только мою, но и много семей от непоправимого горя. Если б не ты… Если бы не ты я никогда не услышал бы голос наследника моего престола… Никогда бы мой сыночек и доченька, кровиночки мои не пришли бы ко мне рассказать о случившемся. Знаешь Ариман, у меня кроме них никого не осталось. Если б они тогда… Город навсегда перед тобой в неоплаченном долгу. Я решил все твои земельные и долговые вопросы. Твоя фамилия, как и ты навсегда вписаны в историю города. Никогда и ни при каких обстоятельствах ты и твои будущие дети не будут нуждаться! Даю слово эльфа!

Аримана это очень растрогало. Он не знал, что ответить. На язык наворачивались скромные фразы на подобии: « Я делал, так как делал бы любой на моём месте» или « Каждый поступил бы также». Но он понимал, что скромность здесь будет просто излишней. Когда тебя благодарят столь значимые эльфы, ее следует принимать молча. Ариман просто кивнул. И они с Анель направились дальше. Анель медлить было нельзя. Когда они поравнялись с ее поместьем, то нежно и долго прощались. После Анель стала собирать свиту и поклажу в командировку к отцу. Ариман направился к себе. Вся эта слава, уважение и статус это хорошо. Но вот Аримана не давала покоя маленькая вещица. Книга, подаренная графиней, вызывала в нём непомерный интерес как у исследователя. Такой уникальный исторический артефакт находится рядом с ним, а он и буковки не может из него прочесть. Как бы графиня была не в себе, она отлично знала, что подарить. И знала, что Ариман отлично знает староэльфийский язык. А еще Ариман знал точно - пока он не прочтёт эту книгу, никакими другими делами заниматься не сможет.

Прислуга встретила Аримана, как и все остальные - как полубога. Они все боялись поднять глаза на него, а управляющий Ронс Бир, от волнения не мог чётко выговорить фразы и путал слова. Но как Ариман не пытался улыбаться, шутить и дружески похлопывать по плечам, никто не смог отнестись к нему по прежнему. Это очень озадачило и даже огорчило Аримана. Да и как уже можно было относиться так же? Если все провожали «нашего Аримашу», а вернулся герой современных легенд. Уходил молодой и несколько наивный маг, а вернулся весь в шрамах венценосный герой! Осанка и голос даже изменились в нём. И никому, не объяснишь, что всё это следствие недавней борьбы организма с последствиями влияния вихревой магии. Нет, это всё не так! Ариман так изменился, потому, что он переродился. Он был наследником древних эльфийских магов, про которых сейчас детям рассказывают сказки. Ариман никогда уже не станет прежним. Пусть он сам этого еще и не понимает. Ариман воплощение живой былины! И никто больше ничего слушать не будет, даже от самого Аримана. Ни один смертный эльф не в силах вытащить гору из – под земли, а потом еще и остановить чудовищную катастрофу и остаться в живых после всего. Ариман, конечно, может уже рассказывать всё, что угодно. И что маги ему помогали, и что ему просто повезло. И что он такой же как и раньше. Все знают, что благородные герои и полубоги древности всегда отличались скромностью. Ариман не являлся исключением. Вот только поверить, что этим героем оказался вечно озадаченный и шибутной эльф с сумасшедшими идеями и влюблёнными глазами, было очень тяжело. Тяжело и от того еще сильнее укреплялась вера в это.

Следующую неделю Ариман был очень занят встречами, приёмами и приглашениями. По несколько раз на день ему назначались встречи со знатными персонами. И людей и эльфов и гномов. И у всех оставалось приятное впечатление о нем. Состояние Аримана увеличивалось не по дням, а по часам. Все, что ему предлагали он со всем соглашался. И новые проекты, и коммерческие идеи и схемы посоха. Ариман на все давал согласие, чтоб только быстрей с эти разобраться. Все это его уже не заботило. Аримана очень интересовала книжечка подаренная графиней. Он прямо грезил ею. Но откладывал чтение на тот момент, когда будет полностью свободен. И вот такой день настал. В этот день не было назначено ни одной встречи или приема. Он получил письмо от Анель, где она рассказывала, что с отцом занимаются установлением новых дипломатических и торговых связей на фоне всеобщей волны объединения народов в человеческих городах. И что у нее все удается успешно. И что она очень скучает по Ариману и надеется вскоре вернуться. И что отец совершенно не против свадьбы. Это письмо порадовало Аримана. Но еще большая радость ждала его впереди. Он сообщил управляющему, Ронсу Биру, что отправиться в запанный зал для чтения, и попросил его не беспокоить.

Ариман шел быстрым шагом по коридору, потирая ладони в предвкушении чтения. Возможно, Ариман первым прочтет то, что написал Мальвус Понт, один из самых загадочных мистиков. Он вошёл в обширный зал. Запер дверь на ключ. Положил ключ на круглый резной стол и отдернул занавеси. Яркий свет заполнил собой комнату, осветив обширную библиотеку, расположенную вдоль стены. Ариман расположился в кресле и открыл книгу. Да, она была написана от руки. Местами даже выцвели целые предложения, но прочесть можно было. Ариман был знаком и ранее с трудами Мальвуса. Однако стиль написания этой книге несколько отличался. Видимо редактируемые книги устраняли стилистику. Но в том, что она написана Мальвусом не было сомнения. На заглавной станице стояла обширная подпись. И эту подпись Ариман знал хорошо. Подпись и каллиграфия текста сходились. Ариман принялся за чтение.

Книга описывала странные народы и государства, о которых Ариман никогда не слышал. Автор делал пометки, какие из них исчезли с лица земли, а какие просто культурно ассимилировались с другими народами. Видимо описывалась очень глубокая древность. Мальвус описывал странную расу железных людей, которая почти уничтожила Орду Зеленокожих. Описывал существ живших в облаках. Описывал саму Зеленокожую Орду. И это описание Аримана очень заинтересовало, так как оно не вписывалось в исторические каноны. Мальвус описывал зеленокожих, как крупных, хорошо сложенных существ, схожих с людьми, только острыми ушами, темными волосами и зеленым или коричневым оттенком кожи. Они очень дружелюбны. Хорошие скотоводы, охотники и ремесленники. Они хорошо размножаются и строят удивительные города. Система правосудия и стражи у них почти отсутствует, так как они чрезвычайно честны и бескорыстны. Они смогли построить великолепную империю на бесплодных землях за горами Заскалья. Империя их пала под натиском армий железных людей идущих из самых глубин Осколка Мира. Потом раса железных людей исчезла. Это уберегло от полнейшего вымирания Зеленокожих. И судя по записям Мальвуса, многие из них перебрались через Заскалье и обосновались жить рядом с эльфами в мире и согласии. Мальвус нарисовал даже карту, где располагались поселения Зеленокожих на территории эльфов. Судя по карте, это было то место, где сейчас находилось Древо Совета. Ариман был немало удивлен описанным. Ведь со школьной скамьи ему привили образ Зеленокожих, как ужасных кровожадных созданий, создающим немало проблем. Но возможно в древности они и были дружелюбными, а потом стали агрессорами. Сделав такой вывод, Ариман принялся читать далее. Далее описывались создания, которые вызвали у Аримана еще больший интерес. Существ этих Мальвус называл Тзоги. Ростом они не превышают новорожденного ребенка. У них большие головы и развитые конечности. Они чрезвычайно интеллектуально развиты. Причем все до единого. Живут они очень глубоко под землёй в естественных пропастях и пустотах. Для перемещения они переделывают огромные камни или даже целые горы в самоходные укрепленные города. Видимо когда Ариман искал под землёй подходящую гору, он наткнулся на гору Тзогов. Очень на это походило. И если это так, тогда и остальное, что писал Мальвус, может быть правдой. Так же описывал расу белокожих человекоподобных великанов с красными бородами, которые часто совершали набеги на царства людей и эльфов. И дальнейшая запись опять же удивила Аримана. Зеленокожие, объединившись с людьми и эльфами, выступали не раз войной против краснобородых, которые в свою очередь были еще и каннибалами. По причине этих частых набегов, был сооружен укрепленный форт - Заскалье. Но, прекращать удивляться Ариману было еще рано. Дальше Мальвус описывал новую, удивительную расу…гномов. Описывал так, будто ранее никогда не видел их. Описывал как невысокий, бородатый добродушный народ, технологически значительно опережающий все остальные расы, который мигрировал из пустошей Заскалья на нетронутые местности на запад от эльфийских царств. Миграция их произошла вследствие техногенной катастрофы неведомых масштабов. Одни считали, что из недр земли был выпущен злой бог, разрушающий все. Другие считали - это было проклятием богов накликанным гномами за их гордыню. Ариман покусывал губы, от волнения. Откуда Мальвус мог брать такие данные? Кто ему предоставлял источники, чтоб так детально описывать давно минувшую историю? Книга была уникальной, бесспорно! Дальше пошли описания ближайших параллельных миров. Один мир Мальвус назвал «Кладбище Богов». По его описанию в этом измерении происходили такие масштабные разрушения, что и представить невозможно. Сами звезды в этом мире разрушались. В небе дрейфовали пылающие огромные каменные и железные корабли и города, а земля была усеяна неподвижными телами таких существ, которых как боги иначе и не назовёшь. Второе измерение было названо «Цотту», названное в честь местного населения. Мир наполнен существами выше эльфийского роста с длинными шеями и огромными черными глазами, укрытые белоснежными одеждами. Существа эти являются чудеснейшими архитекторами. Они научились использовать силы природы в своем измерении так, чтоб воплотить любую инженерную мысль. Они никогда не слышали о магии и о том, что есть еще иные измерения. Хоть ближайшие спутники к их планете были уже покорены летающими по воздуху остроносыми кораблями. Дальше в книге было некая странность. Начинался параграф с названия третьего измерения, но первоначальный текст был затерт и поверх него написан текст почерком схожим с Мальвусом. Как Ариман не пытался всмотреться в затертый текст, прочесть не удавалось. Можно было лишь строить догадки о затертом названии третьего измерения. Ариман прочел название, которое предположительно можно было перевести как «Сердце Вселенной». Однако символы староэльфийского языка могли иметь и другое значение. Ариману это не понравилось. Зачем зачеркивать и переписывать текст? Что-то скрыть? Надо будет показать специалистам эту книжечку. И с этими мыслями Ариман принялся читать книгу дальше. Текст сообщал о третьем ближайшем измерении под названием «Рай». Это измерение было заселено загадочной и древней расой без имени. Было известно, что они достигли такого развития, что ни один житель не был больше отягощён проблемами. Эта раса установила тесную взаимосвязь тела с духом, и каждый приобретал свою уникальную форму соответствующую своему духу. Не было больше войны, голода и болезней. Все пространство пронизано одной общей истиной и умиротворением. Описание этого измерения Аримана не сильно заинтересовало, а вот вывод, который шел к нему был более интересный. В нем говорилась, что каждый, кто побывал в этом измерении, возвращается из него всеведущим мудрецом. Вот только достойные могут в него попасть. Весь материал, использованный в этой книге, был изложен со слов мудреца, побывавшего в этом измерении. И еще Мальвус добавил, что ниже написано заклинание открывающее портал в измерение « Рай», вот только у него, Мальвуса не вышло открыть его. Может тот, кто читает книгу, является достойным?

Ариман пробежался глазами по трем строкам заклинания, и оторвался от чтения. Он взялся за подбородок и задумался. Неужели описанное правда? А может Мальвус все же смог открыть портал и ушел в « Рай»? Может с этим связанно его загадочное исчезновение? Но ведь в книге описано, что только достойные смогут открыть портал. Но неужели он, Ариман менее достоин? Неужели он, спасший столько жизней и не возгордившийся этим, не достоин? Заглянуть одним глазком в это измерение и назад. Сколько можно было бы узнать? Его натура исследователя требовала познаний. Но как это может повлиять на него? Насколько он изменится? Может он перестанет любить Анель и причинит ей боль? Но сколько знаний можно было бы почерпнуть у этой удивительной расы… Ариман усмехнулся сам себе. Он даже не прочел заклинание, а уже почти побывал в другом мире. Это же книга! Может, Мальвус и описал правдиво что –то , а что -то и нет. Никому не известно. И то, что Ариман нащупал гору с маленькими существами напоминающих описанных Мальвусом Тзогов мало на, что указывает. Все следует проверять опытным путём. Ариман снова усмехнулся и открыл книгу. Он с улыбкой на лице стал произносить слова, как было указанно в заклинании. Переходя на вторую строку, Ариман ощутил, как пространство вокруг него всколыхнулось. Несколько книг упало с книжного шкафа. Он вскочил с кресла. Заклинание действует! Что же делать? Решение мгновенно родилось. Он возьмет свой посох. Оденется в самую лучшую одежду и…и войдет в «Рай»! Ариман схватил ключ, отворил дверь и помчался за посохом и одеждой. Ронс Бир из гербария наблюдал, как в больших окнах мелькает фигура бегущего Аримана в одну сторону. Потом через несколько минут, уже одетый в парадную форму одежды и с посохом в руках он мчался обратно. Ариман заметил Ронса среди цветов. Открыл окно и радостным голосом крикнул тому:

- Ронс, меня по-прежнему не беспокоить, пожалуйста! - и радостный помчался дальше. Ронс подумал, что Ариман, хоть и герой, но видимо немного тронулся умом от пережитого. Он тяжело выдохнул, покачал головой и стал дальше заниматься своим любимым занятием - ухаживать за цветами.

Ариман влетел в зал. Затворил дверь и положил ключ на книжную полку возле двери. Взял книгу в руки и начал снова читать заклинание. Невероятно! Какие только с ним чудеса не происходят! Сейчас он попадет в иной мир, а в случае чего, он выучил уже заклинание наизусть. Можно будет перейти назад, если книга вдруг утратится. Но скорее всего никаких казусов не получится. Не зря этот мир называется «Рай». Пространство снова всколыхнулось вокруг него. Еще упали несколько книг, и слегка отодвинулось кресло, на котором он сидел, а потом раздался громкий треск, словно резко разорвали тряпичное полотно. Перед Ариманом возник кривой разлом, излучающий приятный, мягкий, желтый свет. Кайма разлома в пространстве горела золотом. Ариман очарованно всматривался в образовавшийся портал. Ему казалось, что он видит очертания великолепного города, сквозь желтое свечение. Ариман глубоко вздохнул, улыбнулся и сделал шаг на встречу прекрасному неведомому….

Очнулся Ариман, лежа на полу совершенно нагой в том же зале, где и читал заклинание. Тело его было покрыто блевотиной и слизью которая пахла, словно разложившийся труп. Чувствовал он себя отвратительно. Тело гудело, болело и было не послушным. Он еле приподнял голову. В окно падал тусклый серый свет, освещая страшный беспорядок в комнате. Карела, стулья и столики были перевернуты. Большинство книг сброшено на пол. Посоха и книги рядом не было видно. Ариман ощущал, что голова его чрезвычайно тяжела. И еще заметил, что тело обильно усеяно коротким, похожим на собачий, черным волосом. Что произошло? Сколько он здесь находиться? Ариман пытался напрячь память… Он читал заклинание. Потом образовался портал.. Он шагнул в него…

И тут сознание взорвалась жуткими воспоминаниями. Он шагнул в портал, и его словно заглотило огромное живое существо. Он чувствовал, как глотками это нечто проталкивает его куда-то вглубь, видимо в желудок. Вокруг сплошная тьма, заполненная зловонием. Потом его выбросило в какое-то пространство, заполненное желтым тошнотворным светом, который резко менялся на алый. И наоборот. В этом пространстве не ощущалось ни верха ни низа, но всё это пространство казалось вращается. Он видел какие-то огромные бесформенные силуэты протянувшиеся вдоль всего пространства. И еще присутствовало неясное мельтешение замечаемое краем глаза и вызывающее тошнотворный рефлекс. И глубинные утробные звуки не похожие ни на что, а потом Ариман ощутил дикую боль и почувствовал, что его всего вскрыли со всех сторон, словно конверт. Он увидел свою кожу, мышцы, кости, внутренности и кровь, как бы отдельно. Но всё это по-прежнему продолжало функционировать как единый организм. Рядом витала в пространстве изорванная одежда, книга и посох. Одежда и книга стали растворяться и исчезли совсем, а вот на посох Ариман почувствовал, как прилаживается невообразимая по мощности сила. Однако тот сгибался и выпрямлялся. Нечто не могло разрушить посох. Потом Ариман обратил внимание, что на фоне его внутренностей образуются два энергетических сгустка. Один светлый другой темный. Светлая энергия отделилась от организма и впиталась в посох, а темная впиталась в кости, кровь и плоть. Ариман ощутил болезненный внутренний ожог. Он, как мог, закричал, но вышел только сиплый свист. На этом муки не окончились. Он ощутил, как нечто начало мять его мозг. Каждую извилину по отдельности и весь мозг в целом. От таких манипуляций Ариман стал плакать и смеяться одновременно. Воспоминания и фантазии стали налаживаться одно на другое. Реальность перемешалась вымыслом. Он и доставал гору и был горой, а еще он был насекомым и Анель, которая ненавидела Аримана, и рожала ему одноруких уродцев. Вендор Райс принес ему на блюде зажаренную руку Дулифа, а с графиней он ловил рыбу не крыше своего поместья. Последнее, что услышал Ариман, перед тем как впасть в беспамятство был звук, который взбудоражил всё его тело. Словно раскат грома, из глубин пространства донеслось громыхание, которое прозвучало на всё пространство. И было оно похоже, Ариману на букву «Ж», хоть другая часть сознания Аримана и понимала, что никакой буквы «Ж» не было произнесено…

От нахлынувших резко воспоминаний Ариман снова потерял сознание и повалился на пол.

I X

Ослепительно яркий свет сочился через окно. Ариман снова открыл глаза. Он всё также находился в зале, где прочёл заклинание. Сознание возвращалось к нему постепенно. И вслед за сознанием тело наполняла боль. Он попытался приподняться на локтях, но упал. Дышать было очень тяжело. И голова как-то странно ощущалась. Казалось, на нее надели тяжелый шлем. Он ощупал голову. Нет ничего. Ариман отдышался и предпринял еще одну попытку подняться. В этом раз более удачно. Он сел, упершись дрожащей рукой в пол. Боги милосердные. Что же произошло? Ариман помнил все, что с ним произошло. Казалось, он побывал в аду. Он осмотрелся по сторонам. Беспорядок. Ни одежды, ни книги…ни посоха. Проклятье! Неужели посох остался там, в аду. Какой же это рай? Может он прочел заклинание не правильно? Но это было исключено. Даже сейчас, в таком плачевном состоянии он помнил каждое слово из заклинания, и интонацию, с которой его следовало произносить. И тут молниеносно его охватил гнев. Графиня! Это она принесла ему проклятую книгу. Вспышка гнева придала ему сил и Ариман, опираясь на перевернутое кресло, смог подняться. Он сорвал штору, чуть не повалившись снова на пол, и неловко окутал свое тело, испачканное в высохшую серую слизь и черные короткие волосы. Неуверенными шагами он приблизился к книжной полке, на которой оставлял ключ. Тот спокойно лежал на месте. Ариман закрыл за собой дверь, настороженно оглядываясь, словно скрывал в этой комнате что-то. Он и сам не понимал, зачем закрывает комнату. Просто ему очень не хотелось, чтоб прислуга туда заходила и видела следы неудачного…эксперимента. Он закрыл дверь, крепко зажав ключ в руке, и резко развернулся, чтоб удалиться к себе. И словно призрак перед ним возник его управляющий Ронс Бир. Лицо его было встревоженным. Он обеспокоенно смотрел на Аримана и обеспокоено спросил:

- Мой Лорд, слава богам я, наконец, встретил Вас! Где же Вы пропадали все эти дни? Что с Вами приключилось?... И как же от Вас несет смрадом! Мой Лорд, что-то произошло?

Внезапное появление управляющего, его встревоженный вид и вопрос мгновенно подняли в Аримане волну неконтролируемого гнева. Лицо его исказилось. Он захрипел от еле сдерживаемого приступа гнева и выпалил в ответ:

- Ты, что подлец шпионишь за мной? Тебе, что мало денег платится, чтоб ты не донимал своего господина глупейшими вопросами? Или тебе нечем заняться больше? Иди, стриги свои проклятые цветы!

Тон голоса повысился почти до крика в конце предложения. Ронс Бир побелел от подобного ответа. Глаза его широко раскрылись от испуга, но он в полголоса продолжил обращение к Ариману:

- Ни в коем случае мой Лорд я не следил за Вами… Просто к Вам приходила целая делегация из городского совета, хотели видеть Вас на первом заседании в этом месяце, а я даже не знал, что им ответить…и…

Ариман прервал Ронса криком:

- Да плевать мне на делегацию и на тебя! Вы, что все не понимаете, что я могу быть занят! Хватит с меня вас всех! Все мозги внутри уже съели мне, как черви! Убирайся с глаз моих!... А лучше приготовь мне горячую ванну. Ты слышал меня?

Рука Аримана сжалась в кулак, словно он хотел нанести удар Ронсу. Управляющий заметил это и, кивнув головой, убежал исполнять приказ. А на пол упало несколько соленых капель, от нанесенной обиды. Бирс скрылся из виду за углом коридора. Ариман тяжело выдохнул и взялся рукой за лицо. Что он делает? За, что так накинулся на Ронса? Откуда такой гнев просыпается в его душе? Видимо он тронулся умом, находясь в этом пространстве. Следует принять горячую ванну. Омыться от нечистот другого мира, извинится перед Ронсом, и сходить в городской совет. И сходить к лекарю. Может, даст дельный совет, а самое главное следует написать графине письмо! И изложить в этом письме все свое недовольство. Он напишет письмо на ее старый адрес в городе людей, а лучше наведается лично, если разузнает, где она находится точно. Такой вопрос оставлять открытым не стоит. Это просто непростительно!

Ронс подготовил чудесную пахнущую розами ванну с приятной теплой водой. Ариман погрузил в нее свое тело и ощутил как приятное, очищающее тепло пронизывает все тело. Казалось, что он продрог до самых костей, хоть за окном и не было мороза. Ариман мысленно выразил благодарность своему преданному управляющему. Нельзя было так поступать с ним!

Ариман наслаждался ванной, но одна вещь все же портила удовольствие. Ему казалось, что его руки удлинились. Ариман подымал и рассматривал их. Вроде бы длина такая же… а вроде бы и чуть длиннее. Как проверить? Никак. Но ощущались они явно как, то странно. Да и голова была необычайно тяжела. Ощущения одетого шлема не проходило. Ариман явно чувствовал как голову охватывает плотный обод. Это все было следствие пребывания в этом проклятом пространстве. Ариман принял бодрящую ванну и почувствовал себя намного лучше. Казалось, сознание достаточно прояснилось. Он решил разыскать Ронса и принести свои извинения. Управляющего он застал за своим любимым занятием-ухаживанием за цветами. Пожилой человек с обильной сединой улыбался цветам и вполголоса разговаривал с ними. Он не заметил своего Лорда и продолжал радостно копошиться среди разноцветного цветочного сада. Ариман наблюдал за стариком. Сердце его сжалось от жалости к нему. Ни семьи, ни детей у него не было. Всю свою жизнь, как и его отец, Ронс посвятил службе в поместье Аримана. Ариман был ему как сын! Он окликнул Ронса. Тот вмиг осунулся и не подымая головы приблизился. Ариман добродушно улыбнулся, положил руку на плечо человеку и мягко сказал:

- Ронс, милый прости меня. Ведь ты же мне как отец! Ты не заслужил такого обращения. Просто…просто я очень утомился. Понимаешь? Я так утомился. Я не хотел срываться на тебя. И я очень благодарен тебе за все, что ты делаешь. И за то, что ты есть вообще в моей жизни!

Ронс поднял голову и посмотрел Ариману прямо в глаза. Ариман заметил, что слезы застыли в глазах старика. И это вместо сострадания вызвало в нем брезгливость. Фу! Плачущий старикашка! Ариман сам был шокирован своими мыслями и возникшей эмоцией, но совладать с ней был не в силах. Он попытался не смотреть в лицо Ронсу. А Ронс ответил:

- Не переживайте господин. Я всё понимаю. То, что выпало на вашу участь, не каждому можно было вынести. Да еще и радовать всех своим здоровьем и жизненной силой. Я никогда на Вас не держал и не держу обиду. Вы знаете сами, что семьей я не обзавелся. И Вы, милорд и есть моя семья, а родных всегда прощают, что бы они ни сотворили, а за теплые слова спасибо большое, они согрели моё старое сердце

Ариман с трудом выдержал это душевное излияние своего управляющего. С трудом, потому, что Ронс на старости лет, при разговоре стал тянуть предложения. Да к тому же не выговаривал четко букву «р». Он пытался натянуто улыбаться, и водил глазами по сторонам, чтоб не пересечься с влажным взглядом управляющего. Когда Ронс окончил свое предложение, Ариман кивнул и снова обратился, через силу:

- Спасибо и тебе за понимание. И еще вот, что пошли депешу в городской совет. Пусть будут готовы принять меня на ближайшем собрании.Я буду присутствовать. Хорошо?

Ронс улыбнулся и ответил:

- Я уже это сделал мой господин. Ближайшее собрание будет послезавтра. Вас все с нетерпением ждут

В голове Аримана возник раздирающий сознание гневный вопрос « Что? Как послал? Без моего ведома? Да как …Ты…Старый…» Но Ариман совладал со своей яростью и криво улыбаясь, ответил:

- Очень мило. Спасибо тебе большое. Ты просто читаешь мои мысли. Мне с тобой очень повезло

Ронс расплылся в довольной улыбке. Ариман заметил, что у Ронса недостает боковых зубов, и это было последней каплей. На смену гневу подкатила волна отвращения. Ариман, не прощаясь, поспешил удалиться. Боги милосердные как же он раньше не замечал, что Ронс такой…такой гадкий? Он пришел к нему просто извиниться, а этот старик…такой гадостный и плаксивый. Совсем чокнулся со своими цветами. Разговаривает с ними наверно и постоянно плачет. В дальнейшем следует реже с ним пересекаться! Ариман выдохнул. Теперь следует сходить в гостиницу, где проживала графиня и разузнать все о нынешнем ее месте пребывания.

Он решил пройтись пешком. Прогулка должна подействовать благоприятно. Ариман всегда любил прогулки. Но это оказалось нелегкой задачей. На улице его все узнавали. Все с ним здоровались, все кланялись и улыбались, а еще, ему казалось, что все видят, что с его руками непорядок. Он явно замечал, как они, опуская глаза бросали беглый взгляд на его руки. Его руки явно стали длиннее и это все видят. Или ему так кажется? Нет! Точно видят! Он в ответ тоже всем улыбался и кивал головой, но постепенно ускорял свой шаг. Руки он вытянул по швам и в таком положении почти бегом направлялся к гостинице. Он заметил, как одна знатная дама в возрасте наблюдает за ним, прищурив глаза, а потом обратилась к внучке: « смотри, что с ним?» Это было невыносимо! Даже старуха видит, что с руками что-то не так! Он на ходу вытянул вперед руки и стал рассматривать по очереди каждую. Ну что с этими руками не так? Обычной длины! Ариман видел, что на противоположной стороне улицы ребенок копирует его. Так же вытянул руки вперед и с улыбкой на лице бежал вперед, поглядывая на него и смеясь. За ним увязался второй ребенок и также стал делать. Это было ужасно! Все вокруг сошли с ума! Даже дети! Ариман увидел перед собой вывеску нужной ему гостиницы и заскочил в нее. Это хоть не надолго спасет его от сумасшествия окружающих эльфов. Холл гостиницы был пуст. Один управляющий сразу оказался возле Аримана и располагающим, мягким тоном обратился:

- Мой Лорд, какая честь! Чем обязано наше скромное заведение посещением столь ясной персоны? Чего вы желаете?

Ариман, услышав голос управляющего гостиницей, вмиг успокоился. Он собрался и снова прибрел спокойное состояние. Ариман спокойно ответил:

- Мне потребуется от Вас совсем немногое. Мне необходим адрес квартирования графини Амерзи, если она оставляла его

Лицо управляющего несколько изменилось, однако он также мягко ответил:

- Милорд. Графиня оставляла свой адрес нам…но перечень особ, которые могут его узнать достаточно ограниченный. И Вы… увы в нем не числитесь…Прошу простить нас, но в этом вопросе мы не сможет удовлетворить ваши желания. Однако может у вас есть иные пожелания?-

Состояние Аримана вмиг изменилось. Получается, он проделал этот нелегкий путь от дома к гостинице через толпы сумасшедших эльфов и детей для того, чтоб ему отказали? Ариман посмотрел на управляющего как на нечто очень мерзкое и пренебрежительным тоном ответил:

- Ты что подонок, отказываешь мне? Ты хотя бы представляешь, через что я прошёл? Ты хотя бы осознаешь, кто перед тобой стоит? Если б не я, травились бы вы все дальше своим моровым ветром и дохли как мухи от его яда, а тебя лично надо было посадить на верхушку горы, когда она взрывалась. Ты знаешь, что я могу сделать? Я могу поднять всю вашу гостиницу на высоту птичьего полета и скинуть вниз. Может, тогда я окажусь в списке тех, кто может узнать адрес графини?

Ариман с искаженным лицом поднял руки, вверх имитируя магическое действо. Управляющий побледнел от страха и присел, наблюдая за руками. Ариман отметил, что даже в состоянии страха управляющий видит, что с руками что-то неладное. Он опустил руки и крикнул на испуганного эльфа:

- Сейчас же говори адрес!

Перепуганный управляющий куда-то исчез и через секунду вернулся с клочком бумаги, на котором был корявым подчерком написан нужный адрес. Ариман выхватил из трясущихся рук бумажку и пригрозил:

- Молись богам, чтоб этот адрес был истинным! - и поспешно вышел из гостиницы.

Ариман покачал головой и потер лоб рукой. С ним явно что-то происходит неладное. Так запугать эльфа. Никогда в жизни Ариман не применял насилие. Никогда! Это всё эта мерзкая графиня и её книжечка! Вот он ей напишет письмецо! Ещё, какое письмецо! И навестит её! Ариман посмотрел адрес. Столица человеческой республики. Отлично! Он всем расскажет кто она такая! И Вендора подключит. Не зря Вендор так ее терпеть не может. И еще следует ее мерзкого слугу наказать. Ариман вспомнил, как тот пренебрежительно и нахально вел себя на совете.

Ариман быстрым шагом добрался к своему поместью не обращая больше внимания на окружающих. Хоть некоторые дети продолжали копировать его, выставляя руки вперед и бегая. Видимо специально дразнили! Его увидел Ронс, но Ариман опередил управляющего. Он крикнул:

- Я к себе в кабинет. Я буду очень занят. Меня не тревожить. Я спущусь к ужину

Что хотел сказать Ронс осталось неизвестным. Ариман закрылся у себя в обширных апартаментах и сел за большой овальный стол. Сейчас он такое напишет, что этой мерзкой графине мало не покажется. Злорадная улыбка озаряла его лицо. Так! Где перо? А вот оно в нижнем шкафчике! Текст уже был готов. А бумага где? Ага, вот она! Ариман аккуратно положил перед собой лист. Облизнул губы и усмехнувшись наклонился излагать свой гнев в письме…

И ничего! Ариман сначала даже не понял, что произошло. Он прилаживает руку к листу. Текст уже готов вырваться из-под пера. Но…Но он забыл как писать буквы! Что за бред? Ариман гневно хлопнул себя по колену другой рукой. Да, что ж за проклятье такое? Что за наваждение? Он снова приложил руку к листу и стал пытаться выводить символы. Рука настырно отказывалась отображать что-либо вразумительное. Клякса. Каракуля! Ариман напрягся и скривился, прилаживая максимальное усилие, чтоб вывести, хоть одну букву. Ну! Вот почти вышло! Пальцы посинели от напряжения. Почти получилась буква «З»... И тут, словно руку что-то подбило. Она неестественным образом выкрутилась, оставив на листе длинную чернильную спираль с маленькой кляксой в окончании. Ариман взревел от гнева. Что есть силы, швырнул перо в стену, и вскочил со стула. Что за проклятье?! Что же это твориться такое? С этими руками явно что-то не так. Или с головой! Ариман закатил рукава по самые плечи и стал рассматривать свои руки в зеркале. И нашел подтверждение. На локтях с внешней стороны были видны следы растяжки кожи. Словно его руки вырвали из суставов и потом поставили на место. Он сел на кровать. Значит руки, в самом деле, стали длиннее! Ему не показалось. Проклятая графиня! Что она с ним сделала. Она специально подсунула эту книжку. И та страница была специально затерта, а поверх нее написано было совсем другим почерком. Ариман видел, что стиль написания даже отличается, но глупая жажда к познаниям сыграла с ним злую шутку. Что же делать? Надо завтра пойти к писарям, чтоб написали письмо. Графине и Вендору. Отложить все дела и направиться с Вендором к графине. Пусть мерзавка исправляет, что натворила. Но все это будет уже завтра. Сейчас нет никаких сил. Лучше лечь и уснуть. Да и голова снова неестественно тяжелой стала. Ариман поправил рукава и расположился боком на ложе и закрыл глаза. Сильнейшая сонливость затягивала его в свои сети. Перед тем как утонуть во сне, Ариман подумал, что такая сонная усталость тоже не естественная.

Ариману приснился красивый город в тухнущем закате. Очень необычный красивейший город. Ариман стоял на высоком холме и видел, что этот необычный город неизмеримо велик. Он тянулся до самого горизонта. И, как казалось Ариману, занимал весь горизонт. Некоторые здания этого города были выше гор. И все здания светились приятными для глаза огнями. По улицам города перемещались странные аппараты, перевозившие его жителей. Над городом перемещалось не меньшее количество воздушных суден различных размеров и модификаций. Но Аримана поразило иное. Все здания и улицы были гармонично соединены с синими деревьями, зелеными растениями и множествами цветов. Это вызывало ощущение приятной гармонии технологии и природы. Ариман почувствовал, как сзади к нему приближаются. Он обернулся и увидел двух существ, которые шли к нему, но его явно не замечали. Они были, похоже, на людей, но идеально грациозны. Лица не имели ни глаз, ни носов, ни ртов. Одна сплошная розовая пелена из полупрозрачной кожи. Сквозь прозрачную пелену, которая служила им лицом, проступали различные краски красивыми узорами. Существа общались между собой, издавая мелодичные трели. Но Ариман сразу понял, что существо с кремовыми волосами и в блестящих синих одеждах - это мужчина, а его собеседник, с красивыми розовыми локонами, вьющимися вдоль плеч, и в зеленых матовых одеждах - женщина. К тому же у нее в руках были ярко-оранжевые цветы причудливой формы в вазончике. Они были ниже Аримана. Существа прошли рядом и остановились возле края холма. Ариман понял, что для этих существ он невидим, и он продолжил наблюдение за ними. Мужская особь, грациозно жестикулировала своей семипалой кистью, указывая на город. Женская особь, как показалось Ариману, стеснялась чего-то. Ариман удивился, что такие необычные существа в странном неведомом мире, а отношения у них строятся по таким же правилам как и у него в мире. Ариман наблюдал. Мужская особь видимо настояла на своем и женская кивнув, согласилась. Она стала спиной к городу, а мужская особь стала на некоторое расстояние перед ней. Семипалая кисть провела в воздухе грациозную дугу, и перед мужской особью возник обширный прозрачный прямоугольник, с черными краями. Интересно! Видимо у них тоже есть магия. Мужская особь стала перемещать прямоугольник в пространстве, так, что глядя через него, за женской особью получился прекрасный пейзаж с городом. Мужская особь пошевелила пальцами. На «лице» женской появились прекрасные узоры. Мужская особь коснулась прямоугольника и в нем мгновенно отобразилась женская с пейзажем позади неё. Ариман очень удивился такому. Прекрасная магия. Создает картины с самым реалистичным отображением пространства, которое когда-либо видел Ариман. А может эта магия копирует часть пространства в пределах этого прямоугольника. Это великолепная идея. Следует такое попытаться проделать, когда проснется. И тут Ариман еще раз удивился. Он понимает, что спит? Он ущипнул себя за руку. И было больно. Очень странно! Понимать что во сне. Осмыслено рассуждать и испытывать ощущения реального мира…

А мужская особь продолжала создавать картины окружающего пространства. Женская особь, уже осмелев, позировала ему с цветами. Они оба издавали мелодичные звуки. Ариман понял так, что они смеются. Ему очень захотелось, к ним обратится, но он осознавал, что не будет услышан. Очень жаль! Когда оба существа насытились этим занятием, мужская особь одним движение убрал прямоугольник. Ариман снова изумился: « а как же сделанные картины? Как быть с ними?» Не может же быть так, что это было напрасное позирование. Видимо есть другая магическая операция, которая заново материализует сделанное мужской особью. Солнце полностью ушло за горизонт, и окружающий мир погрузился во тьму. Существа сели на синюю травку плечом к плечу. Мужская особь обняла женскую. Они прикоснулись « лицами». Ариман так понял, что это было нечто на подобии поцелуя. Потом они оба повернули головы в сторону города и наблюдали, вместе с Ариманом за архитектурным чудом. В ночи город казался еще грандиознее. Зачем ему это сниться? И почему сон не заканчивается? Да и как то неловко стоять тут невидимым и подглядывать за этими существами в каком-то далеком мире. Даже если этот мир-мир снов. Ариман ощутил шуршание под ногами. Он наклонился и в свете огней города увидел у своих ног существо, отдаленно напоминающее собаку черного окраса. Существо смотрело прямо на него и скалилось. Странно. Это существо видит Аримана. Неожиданно для себя Ариман услышал голос этого создания. Хриплый, низкий голосок. Походило, на то, как ребенок пытается имитировать интонации взрослого. Существо сказало:

- Сейчас в этот мир прейдет рай! Смотри, хозяин!

Ариман посмотрел, на город. Окружающее пространство оглушительно взорвалось. Над городом образовалась расширяющаяся алая воронка. В несколько секунд она стала больше города и заполнила собой все ночное небо. Нечто невообразимо огромное упало из воронки на город, причинив страшные разрушения. Стал слышен пугающий, охватывающий все пространство гул или рев. Ариман широко раскрыл глаза. Он слышал этот гул. Он слышал его, когда находился в другом измерении, после прочтения заклинания. Боги милосердные! Неужели этот мир поглощается тем кошмарным измерением. Мужская и женская особи подскочили. Женская тревожно и даже испуганно издавала трели. Мужская пыталась обнять ее, чтоб успокоить. Со стороны города стали слышны звуки, видимо извещающие население об образовавшейся угрозе. В сторону воронки и шевелящегося нечто, посреди города, полетели яркие синие и зеленые лучи. Раздался оглушающий раскат грома и все пространство заполнилось тошнотворным желтым светом, резко сменяющимся на алый, и возник жуткий смрад. Аримана обдало горячей волной воздуха и повалило наземь. Он ощутил, как окружающее пространство начинает приобретать вращение, как и в том пространстве, где он был. Ариман заметил, что женская и мужская особь корчатся в конвульсиях на синей траве, а потом с ними стали происходит ужасающие трансформации. Они начали превращаться в чудовищ из кошмарных снов. Одежды их разорвались. Какие-то зеленые отростки, клыки, конечности и зубатые пасти образовались на их телах. Эти создания стали издавать страшный рев, и после они слились между собой частями тела, что служили им ранее ногами. У мужской особи выросли перепончатые когтистые крылья, и это странное слияние монстров взмыло в воздух и направилось к городу, в котором, не прекращаясь, во все стороны летели смертоносные лучи. Ариман схватился за голову, молча наблюдая гибель города, а может и целого мира. И неожиданно для себя понял, что рядом с ним находится некая злобная сущность. Он чувствовал ее дыхание, но не видел, а сущность была совсем рядом. И видимо прозрачная, в своей основе. Он почувствовал, как оно зловонно дыхнуло ему в лицо и запустило свои невидимые длинные пальцы под кожу на лице, охватив участки от нижней челюсти до висков. Оно стало растягивать медленно кожу, видимо, намереваясь ее разорвать. Ариман кричал от ужаса и боли, а оно злобно ревело ему в лицо.

Ариман вскочил с постели от ужаса, глухо стеная и интенсивно вытирая лицо. Какой кошмарный сон! Ариман до сих пор ощущает боль от пальцев невидимого чудовища! Он подбежал к зеркалу и стал рассматривать лицо. Ему казалось, оно несколько деформировалось. И было очень бледным, а белки глаз стали красными. Теперь с лицом что-то неладное. Похоже, оно как то заострилось. И верхняя челюсть вроде бы выдвинулась вперед. Слишком плотно верхняя губы ложиться на десна. Проклятье! А десна, какие! Еще и надулись! От чего они так воспалились? Он поднял верхнюю губу. Десна на самом деле были болезненно распухшими. Но как так может происходить? Ложился он с нормальными деснами, а тут сразу все воспалились? Но почему они тогда не болят? Проклятая графиня! И проклятый сон. После него он чувствует себя еще больше разбитым. Ариман снова доплелся к кровати и рухнул в нее. Сколько он проспал? Видимо не долго, так как за окном было еще светло. И тут Ариман заметил на ковре перед кроватью великое множество черных волосинок. Явно они были собачьи. Ариман пришел в бешенство. Что же такое со всеми происходит? Все вокруг него сошли с ума? Слуги заводят собак и выгуливают их прямо в покоях своего Лорда. Управляющий дома вечно хнычет и разговаривает с цветами. Дети на улице видят множество разных глупостей, но дразнят именно Аримана. Хотя он должен быть для них героем. Графиня, любовь его юности, подсовывает ему такую «свинью» с этой книгой. Не такой награды он ожидал после всех тягостей пережитых с этим неблагополучным расколом и ненавистной горой. Его размышления прервал странный звук. Ариман прислушался. Это было тихое шуршание. Исходило это шуршание из-под кровати. «Гадкий пес до сих пор в комнате. И прячется под кроватью!» Ариман исказил лицо, сознав это. Он решил напугать животное. Надо слегка подпрыгнуть на кровати и зверь выскочит, а потом его можно за шкирку выкинуть в окно! Ариман не спеша приподнял на руках верхнюю часть тела, и с искаженной гримасой на лице, что есть силы, опустился на ложе. Кровать пошатнулась, но животное не показалось. Ариман подкатил от ярости глаза. Ему очень не хотелось перегибаться через кровать и смотреть где сидит эта мерзкое создание. Вдруг еще вцепиться в лицо. Ариман предпринял еще одну попытку. И гулко упал на кровать. Она снова пошатнулась, но ожидаемого эффекта не последовало. Ариман с искаженным лицом проклял все на свете. Он с остервенением ударялся спиной об ложе раз за разом. Бил кулаками о постель. Снова подпрыгивал на кровати. Он даже взвыл от гнева. Но животное не показывалось из-под кровати. В конечном итоге Ариман вымотался от гнева и порывистых движений и просто лежал, гневно сопя. Но произошло то, что заставило его застыть на кровати и даже не дышать. Из-под кровати послышался голос! Он уже слышал этот голос. Только, что во сне. Таким голосом к нему обратилось существо схожее с собакой. А голос из – под кровати протяжно сказал:

- Не гневись хозяин. Это я натрусил тебе волос. Но ты, же не будешь меня наказывать?

Ариман, широко раскрыв глаза водил ими из стороны в сторону, не зная, что предпринять. Видимо он окончательно сошёл с ума. Он убьет графиню, когда доберется к ней. Не будет никакого письма. Он просто приедет к ней без предупреждения и убьет! Непонятно почему Ариман испытывал сильный страх. В голове промелькнула мысль, что следует наложить магический барьер на кровать, чтоб это нечто, если оно, конечно, там есть, не смогло вырваться. Он попытался сконцентрироваться на астральном канале. И его ожидало очередное потрясение. Он не может раскрыть свою астральную составляющую. Что за проклятье? Это все из-за пребывания в этом ужасном измерении он ни писать, ни использовать магию не может. Что же делать? И откуда, это существо знает, что он разозлился именно из-за волос на полу? На смену страху, снова стал приходить гнев. Проклятье! Будь все проклято кругом! И даже то, что он не может придумать, что делать в сложившейся ситуации, пусть будет проклято! Но вот снова раздался странный вкрадчивый голос:

- Можно я вылезу, хозяин?

Ариман закусил губу. Что делать? Может накинуть одеяло на существо, если оно покажется, а потом забить его насмерть стулом? Точно! Ариман сухим, хриплым голосом ответил, наворачивая край одеяла на руку:

- Да. Покажись мне!

Он услышал шорохи под кроватью, и с той стороны где он заметил волосы на ковре, из-под кровати выползло существо и уставилось темными, как ночь, круглыми глазками на Аримана. Оно было точь-в-точь как во сне. Размером с крупного кота. Но по структуре своей больше походило на собачонка. Мордочка была слегка заостренной и не имела усиков. Лапки заканчивались небольшими пальчиками с закруглёнными черными когтями, видимо очень острыми. Шерстка было угольно – черной и плотно прилегала к мускулистому тельцу. Оно подняло хвост и оскалилось, видимо радуясь. Ариман отметил, что пасть этого существа содержит ряды острейших маленьких клыков, которые также были чрезвычайно остры. И, как и когти, были черные словно уголь. От существа исходил легкий запах гниения. Однако не смотря на это Ариману создание показалось очень даже милым и забавным. Он высвободил руку из накрученного на нее одеяла и присел на кровати. Он с любопытством смотрел на существо перед ним. Неужели оно реальное? Ариман обратился к нему:

- Что ты? Или кто ты?

Существо не шевелило ртом, но Ариман четко слышал голос. Оно ответило:

- Я твой слуга, хозяин!

Проклятье! Непонятное существо считает его своим хозяином. Откуда оно могло взяться? Он решил у него это узнать:

- Откуда ты пришел?

Существо ответило:

- Я вернулся вместе с тобой из рая

Брови Аримана полезли на лоб. Вот оно, что. Это все объясняет. Он слегка наклонился к существу и с оттенком гнева спросил:

- Это, по-твоему, рай? Меня там вывернуло наизнанку в прямом смысле слова. Со мной произошли ужасные вещи. Я оставил там свое величайшее изобретение. И это ты называешь раем?

Существо невозмутимо ответило:

- Так бывает с каждым, в первый раз, хозяин. Потом уже начинаешь понимать всю красоту рая

Ариман скривился, и сказал:

- Красоту? То, что я видел во сне так же на красоту мало походило. Во что превратились на моих глазах, те несчастные создания было ужасно. И весь их город был поглощен чем-то кошмарным. Там погибли множества невинных созданий. И это красота, по-твоему?

А существо, также виляя хвостом и скалясь, невозмутимо отвечало:

- В том мире, что ты видел, хозяин, все слились с раем. Там никто не умер. В раю никто не умирает. В раю каждый меняет свою телесную оболочку соответствующую своему духу

Ариман вскинул руку возмущаясь:

-Ты хочешь сказать, что тот монстр, в которого превратилась эта влюбленная парочка прямое соответствие их душам? Что за бред ты несешь! Они корчились в предсмертных конвульсиях, а потом стали таким ужасом, которым можно пугать бывалых воителей!

Создание абсолютно не трогало импульсивное высказывание Аримана. Оно так же не возмутило, отвечало:

- Для тех, кто не слился с раем их красоты не понять. Они стали совершенны, как и все в том мире. И ты, хозяин если бы был един с раем, также стал прекрасным

Ариман, молча, уставился на существо. Оно явно несло бред. Сумасшествие не оканчивалось. За ним в этот мир последовало фанатично настроенное создание, считающее его своим хозяином. Если конечно оно реально, а не плод его воспаленного разума. Он обратился к существу:

- К тебе можно прикоснуться? Ты не будешь кусаться?

Существо ответило:

- Ты мой хозяин. Я не имею права тебя кусать!

Ариман не спеша протянул ладонь и осторожно коснулся спинки создания. Оно было сухим на ощупь. Очень гладким и очень холодным. Но это касание понравилось Ариману. Он провел несколько раз вдоль спинки. Существо даже не шелохнулось. Проклятье! Создание реальное. Несанкционированный призыв существ из других измерений строго преследуется законом. Теперь Ариман волей случая стал правонарушителем. Проклятье! Ариман убрал руку, а существо неожиданно сказало:

- Я настоящий, хозяин. Ты не придумал меня!

Ариман прищурил глаза и спросил:

- Ты, что можешь читать мысли?

Оно ответило:

- Просто ты мой хозяин

Ариман взялся за подбородок. Как все закрутилось. Надо, чтоб это существо никто не увидел, тем более прислуга. Уж слишком оно отлично от собаки. Сразу заподозрят неладное. Надо попросить это создание, чтоб пока не выходило из комнаты. Пока… А потом?...Интересно у него есть имя или ему следует придумать? Ариман спросил существо:

- У тебя имеется имя?

Оно ответило:

- Конечно. Меня зовут Намир

Отлично! Фанатичное существо из другого измерения по имени Намир. И тут Ариман осенила одна мысль. Он спросил Намира:

- Скажи Намир, ты демон?

Если демон, то можно сказать, что оно появилось, когда он доставал гору. Демоны, судя по старинным описаниям, часто появлялись сами при мощных магических операциях. Неожиданно существо издало скрипучие звуки, видимо изображая смех:

- Нет, хозяин. Я просто слуга. Но могу тебя заверить, что даже демоны сливаются с раем. Неохотно, но сливаются и стают его частью навсегда!

От таких речей у Аримана пробежали мурашки по коже. Он настороженно спросил:

- Так, что же рай поглощает всех?

Тут тон голоса у Намира несколько изменился. В нем чувствовалась затаенная злоба:

- Нет, хозяин. Не всех… Есть те кого рай поглотить не смог. В рае они называются Ковыряльщики Вселенной. Однажды они даже чуть не уничтожили рай! Но потом они исчезли, и рай оказался спасен -

Ариман изумился. Какие страшные чудеса рассказывает ему это маленькое создание. Видимо эти ковыряльщики еще ужасней рая. Хотя, что может быть еще ужасней этого ужасного рая. Но вот один вопрос сильней беспокоил Аримана. И он в полголоса задал его:

- Намир…скажи, рай и в этот мир прейдет?

Намир завилял хвостиком:

- Возможно. А может, и нет. Этого я не знаю

Такой ответ немного успокоил Аримана. И в нем проснулся исследователь. Он поинтересовался у существа:

- Намир, а ты можешь мне объяснить, что такое рай?

Существо моргнуло несколько раз глазами, видимо не зная, что ответить, а потом неуверенно сказало:

-Рай…Это рай!

Ариман кивнул, и продолжил опрос:

- Хорошо. Но там есть боги?

- Нет

- Откуда появился этот рай?

- Когда-то давно рай был таким же миром как все остальные. Но ученые мужи пытались найти способ как сделать его совершенным. Сотворив множество ошибок, они смогли все же найти путь, чтоб мир стал идеальным. Так и возник рай

- Ясно. А сейчас есть в рае…население? Города? Страны?

- Нет. Всё сливается с раем, и становиться одним

Такие ответы еще больше запутывали, чем проливали свет. Ариман продолжал:

- Ну, а солнце там есть? Ночь? День?

- Нет. Там ничего такого нет. Говорю же - всё сливается воедино

Ариман изумился совсем:

- Так, а что там есть вообще? Ни земли, ни воды, ни воздуха нет?

- Нет! Нет ничего кроме рая!

Ариман разозлился таким однообразным, и в основе своей бредовым ответам, и сказал:

- То, что ты говоришь полная бессмыслица! Ты же вот из рая! И как тогда этот проклятый рай может поглощать миры, если его никто не направляет в нужном направлении? Что тогда там может быть прекрасного, если ничего там нет? Чушь!

Намир невозмутимо ответил:

- Я здесь, потому, что оторвался от рая. Рай сам себя направляет. Он находит в каждом из миров проводника, который создает врата, через которые проходит рай, и мир поглощается. И рай прекрасен тем, что он рай!

Ариман смотрел на это фанатично настроенное создание. И хоть он уже был зол на него, оно ему очень нравилось. Ариману хотелось усадить существо на колени и гладить. И кормить. А чем оно питается? Ариман спросил:

- Намир, ты не голоден? Что ты вообще ешь? Ты вообще ешь?

Намир ответил несколько загадочно:

- Когда я буду голоден, я попрошу хозяина, чтоб он принес мне пищу

Странное существо. Ариман хотел еще, что-то спросить у него, однако в их диалог вмешался сторонний звук. В дверь негромко постучали, и послышался голос управляющего:

- Милорд, не хотелось Вас тревожить, однако скоро будет готов ужин. Накрывать на Вас и Вашего гостя? Или Вы будете потчевать сами?

Эти вопросы жутко разгневали Аримана. Этот проклятый управляющий явно за ним следит. Откуда он еще мог узнать, что Ариман общается с Намиром! Он вскочил с постели и гневно выкрикнул:

- Ты что стоял под дверью и подслушивал? Чего ты решил, что я здесь, в комнате не один? Возьми свой проклятый, вонючий ужин и засунь его...

Ариман не закончил предложение. Силы оставили его и он повалился на пол. Намир приблизился к лежащему Ариману и наклонив свою мордочку к его лицу не громко сказал:

- Я советую Вам хозяин пойти подкрепиться этой…пищей. Она еще предает Вам силы. А Вы должны быть сильны!

Ариман, тяжело дыша, вопросительно посмотрел на существо и спросил:

- Еще придает силы? А потом, что? Не будет придавать? Я умираю?

Намир снова засмеялся скрипучим голосом и ответил:

- Нет, хозяин не умираешь. Ты становишься прекрасным. Я позабочусь о тебе. Ты не умрешь!

Мысли Аримана были туманны. Становиться прекрасным? Позаботится? Что это милое создание имеет введу? Об этом всем следовало разузнать, но сил нет совсем. Да и не хочется сейчас этого делать. Как-нибудь потом. Сейчас следует поесть, даже Намир советует поесть. Главное, чтоб Намира никто не увидел. Ариман взволнованно сказал существу:

- Намир в моем мире заклинателей призвавших созданий из другого мира преследует закон. Заклинателей судят, а созданий закрывают в клетках и ставят эксперименты. Я бы очень не хотел, чтоб тебя посадили в клетку. Не выходи пока из моих покоев, пожалуйста

Намир снова как-то странно рассмеялся и ответил:

- Не переживай, хозяин. Меня никто не заметит, если я этого не захочу, или если я не питаюсь, а сейчас тебе следует поесть то, что у вас в мире считается…едой

Ариман кивнул. Такой ответ успокоил его. Он приподнялся на локтях и громко спросил в сторону двери:

- Ронс ты еще здесь?

Ответ последовал незамедлительно:

- Здесь милорд!

Ариман скривился. Проклятый старикашка! Все это время стоял и подслушивал мерзавец. Он явно уже заподозрил не ладное. Явно ему очень хочется узнать, с кем Ариман общается в комнате. Но ради безопасности Намира следует вести себя посдержанней с этим управляющим. Неизвестно, может он от обиды пойдет и расскажет блюстителям правопорядка, что его хозяин занимается незаконным призывом. Ариман попытался максимально спокойно ответить:

- Дорогой Ронс, накрой, пожалуйста, стол только для меня. Гостей у меня нет! Это я сам с собою общаюсь. Понимаешь Ронс? Есть некоторые вопросы, которые меня очень тревожат. И если их обсуждать вслух, то они становятся более…понятными. Понимаешь Ронс?

За дверью послышался мягкий голос:

- Понимаю милорд, понимаю. Я жду Вас через полчаса

Управляющий удалился. Ариман снова скривился. Конечно, понимаешь. Понимаешь, что своего господина взял на крючок. Вот мерзавец.

Ужинал Ариман в одиночестве. Управляющий и прислуга не показывались ему на глаза. И это было к лучшему. Ариман мог не сдержаться и наговорить лишнего. Он быстро окончил трапезу и направился к себе в покои. Намира он не наблюдал. Ариман звал существо, однако оно не показывалось. Он решил сразу лечь спать, ведь завтра следует присутствовать на совете. По всей видимости, это было важным событием, но Аримана оно мало интересовало. Просто следовало это сделать. Ариману не снилось ничего. Он провалился в тьму и пробудился с первыми лучами солнца. Он чувствовал себя очень странно. Руки снова его беспокоили. Казалось, они снова удлинились. Ариман рассматривал их возле зеркала. Неожиданно за спиной послышался голос Намира:

- Не переживай хозяин из-за рук. Так должно быть

Эти слова успокоили Аримана. Он развернулся и погладил существо. Намир вильнул хвостом. Ариман улыбнулся и спросил:

- Где же ты был? Я звал тебя, но ты не появлялся

Существо ответило:

- Я всегда рядом, хозяин, но иногда меня не видно

Ариману подошел такой ответ. Он чувствовал, как прикипает к этому странному существу. Он надел на себя парадные желто-синие длинные одежды и направился к зданию городского совета. Настроение вроде бы было отличное, но все равно беспокоили руки. Кисти заметно выглядывали из-под рукавов, словно одежда на размер меньше. Это приносило дискомфорт, и он не знал, куда эти руки спрятать.

Здание совета было трех этажным и ослепительно белым, купаясь обильно в солнечных лучах. Аримана встретили у входа в здание, и почтительно поприветствовав, повели на третий этаж в зал совета. Он был уже почти весь заполнен членами совета. Аримана усадили на первый ряд, посередине. Каждый намеревался выразить ему свое почтение. Это очень сильно стесняло его, а потом просто начало раздражать и злить. Поначалу он еще улыбался и кланялся в ответ. Но потом просто нахмурился и сидел, уставившись на трибуну. Положение спас глава совета Эльван. Он начал заседание совета. В постановке дня решался большой перечень вопросов различной значимости и сложности. Ариман сидел, слушал суть вопросов. Потом члены совета выходили к трибуне и излагали свои способы решения той или иной проблемы. На несколько вопросов Ариман также высказал свое мнение. Но потом это все стало его жутко утомлять и злить. Он уже не слушал ничего, а просто ворочался на кресле. Когда к нему обращались за его мнением, он отрицательно мотал головой и молчал. Потом все заседание совета слилось для него в один ужасно раздражающий гул. И ко всему прочему у него развился страшный зуд в локтях. Он пытался, незаметно для всех почесать локтевые суставы, но от этого они начинали еще сильней зудеть. Это все становилось невыносимым. Аримана переполнял еле сдерживаемый гнев. И тут его стали интенсивно окликать. Глава совета Эльван громко, пятый раз позвал его, а потом подошёл и коснулся плеча. Все взгляды в зале были направлены на Аримана. Он вскочил от прикосновения, гневно уставившись на главу совета, и выкрикнул:

- Что!? Что ты хочешь от меня?

Эльван обеспокоено обратился к Ариману:

- Мой Лорд, как Вы себя чувствуете? С Вами все в порядке?

Ариман также импульсивно выкрикнул:

- Нет, не в порядке! Мне надоело сидеть здесь на вашем глупом совете и слушать ваши глупые проблемы! А еще у меня жутко чешутся локти и спина!

И он стал интенсивно расчесывать через одежду то локти, то спину. И тут он заметил, что весь сидящий зал наблюдает за ним. Это еще сильней разгневало Аримана. Он вылез на кресло и размахивая руками выкрикнул залу:

- Что вы смотрите на меня все,а? Смотреть больше некуда? Прекратите сейчас же! Отвернитесь! Как я вас ненавижу!

Эльван подхватил Аримана за локоть и аккуратно спустил с кресла. Он с тревогой в голосе негромко спросил Аримана:

- Мой Лорд, Вам нездоровиться? Вы себя плохо чувствуете?

Настоящее переживание в голосе Эльвана охладило ярость Аримана. Он моментально поник. Ему стало жутко стыдно за свою неправомерную выходку. Он, наклонив голову, дрожащим голосом ответил:

- Мне очень нездоровиться. Я не знаю, что со мной происходит. После того взрыва на горе, я сам не свой…Позвольте мне уйти, я не могу здесь больше находиться. Я не могу смотреть присутствующим здесь эльфам в глаза после своего поступка

Эльван по-отцовски погладил плечо Аримана и ответил:

- Ты извини нас Ариман. Ты пережил такое, что ни один эльф не в силах выдержать, а мы насели все на тебя. Приемы, разговоры членство в совете. Тебе нужен продолжительный отдых. Отправляйся к себе и отдыхай. Я позабочусь, чтоб тебя больше никто не тревожил. И не переживай, мы все понимаем почему ты сорвался. Никто тебя не винит. Напротив, мы всегда останемся тебе благодарны

Слезы навернулись на глаза Аримана. Ком в груди почти перекрыл дыхание. Ариман, также, не подымая головы, выбежал из зала. Он бежал к себе. Он хотел закрыться у себя в покоях и никого не видеть. Он молниеносно влетел к себе в покои. Закрылся на ключ и рухнул на ложе лицом в подушку. Он рыдал. Внутри его раздирала обида и стыд. На кровать запрыгнул Намир и вскарабкался Ариману на спину. Он поскреб лапкой спину Аримана и сказал:

- Хозяин не стоит переживать! Этот совет абсолютно не твоё. Он не нужен тебе вовсе. И никто тебе больше не нужен. Ты всегда был один и в этом твоя сила, а теперь нас двое, и мы в два раза сильнее

Эти слова успокаивающе подействовали на Аримана. Он прекратил лить слезы, и повернув голову сказал:

- Ты прав! Мне никто не нужен! Я с самой юности был одиноким и сам принимал решения! Чего я буду тратить свои эмоции на этих…невежд!

- Правильно, хозяин. Правильно! А теперь тебе надо поспать. Засыпай!

Ариман закрыл глаза и почти сразу стал погружаться в сон. Намир устроился на спине у Аримана, сложив аккуратно лапки и положив голову на передние.

Проснулся Ариман вечером. Он был очень хмурым и решил подышать воздухом. Как и следовало ожидать, он наткнулся на Ронса. Тот сообщил Ариману, что ужин уже готов и дожидается своего господина. Ронс отчего-то был очень доволен. Это злило Аримана. Он прошел в зал для трапез. Ужин был накрыт праздничный. Вся прислуга, включая их детей, были одеты нарядно и радостно накрывали стол. Ариман плюхнулся в кресло и спросил в честь чего праздник в поместье. Ронс счастливо усмехнулся и ответил:

- В честь Вас, мой Лорд. В честь Вашего первого дня в совете! Это праздник для всех!

Ариман пробурчал себе под нос: « нечему радоваться». Блюда были выставлены на стол, и вся прислуга выстроилась вдоль правой стены зала. Они все были взволнованы и сдержанно улыбались. Ариман не мог понять, зачем они тут все стоят. Еще и своих детей притащили. Он посмотрел на них и спросил:

- Мы что ждем кого то?

Старая повариха, радостно улыбаясь, отрицательно покачала головой. Ариман пожал плечами и сказал:

- Тогда, с вашего позволения я преступлю к трапезе

Он чувствовал голод и жадно набросился на еду. В зал вошёл управляющий в новейшем зеленом фраке, с декоративной, сияющей золотом вазой из дорогого синего стекла. Он увидел, что Ариман уже трапезничает и весело сказал:

- О Лорд, Вы уже ужинаете? А я подумал, пред ужином преподнести Вам подарок от нас всех и поздра…

Закончить он не успел. Первая часть фразы сказанной Ронсом жутко разгневала Аримана. Этот подлый старикашка уже следит, когда он ест, а когда нет. Это было последней каплей! Ариман проревел с полным ртом в сторону Ронса:

- ЧТО! Что ты сказал подлец? Ты следишь, уже даже когда я ем? Ненавижу!

Ронс опешил от неожиданной ярости своего господина, и стал виновато, что-то мямлить себе в оправдание. Но Аримана было уже не остановить. Он стал кричать и на Ронса и на прислугу, обвиняя их и плохой пище и в том, что они следят за ним, и что жизни от них нет. Упомянул, что даже уборку нормально не делают, получая достойную оплату и кров над головой. Упомянул черные волосы в его апартаментах, хотя отлично знал, чьи они. Прислуга испуганно переглядывалась между собой и Ронсом, не зная, что делать. Дети спрятались за родителей. Закончил Ариман неубранным залом, в котором он читал заклинание. На это Ронс возразил, что Лорд сам никого туда не пускает. Но этот довод подействовал, словно дрова для огня. Ариман, весь красный от гнева вскочил из-за стола. Перевернул блюда на столе, а некоторые скинул на пол и стал неистово кричать: «Убирайтесь вон из моего дома! Пошли вон все!». Но прислуга, оцепеневшая от ужасного гнева своего, господина застыла на месте. Тогда Ариман, раскрыв широко глаза и исказив лицо в ужасной гримасе, стал хвать еду со стола и швырять ею в прислугу и Ронса. Лицо Ронса стало серьезным. Он, что-то для себя осознав, стал спешно выводить испачканную в еде и перепуганную прислугу из зала. Когда они все исчезли с глаз, Ариман сокрушенно рухнул назад в кресло. С его пальцев на пол капали остатки пищи. Из – под стола не спеша вышел Намир. Он одобрил поступок Аримана. Ариман улыбнулся Намиру. Схватил с пола руками остатки перевернутой еды и стал жадно её поглощать, пачкая одежды. Он закинул ногу на ногу, нервно подергивая ступней. Аримана тоже был доволен своим поступком. Единственное, что его беспокоило это снова неестественная тяжесть на голове. Но это ничего! Пройдет! Он посмотрел на Намира и с неким злорадством сказал:

- Теперь мы заживем по-новому!

- Да. Да, хозяин!

X

Последующие дни Ариман не покидал свое родовое поместье. Служащие и управляющий покинули его стены. Ариман остался один. Почти один. Намир странным образом исчезал и появлялся когда считал нужным. В моменты его появлений Лорд общался с ним о рае. Точнее о том, как себя чувствуешь в нем. Как воспринимаешь все вокруг себя. Как сладко воспринимается поглощение нового мира. И Ариману эти рассказы стали по душе. Иногда ему казалось, что он хочет раствориться в рае. Но Намир говорил, что его время еще не пришло. Сначала он должен стать прекрасным. Внешность Аримана неуклонно менялась. Руки очевидно стали длинней. Кисти свисали уже ниже колен. Зубы деформировались и стали кривыми. Глаза приобретали жёлтый оттенок. И все лицо также преобразилось. Подбородок, нос и уши заострились. Кожа приобрела бледный оттенок, а еще язык. Он также казался больше своих обычных размеров. Но эти изменения больше не заботили Аримана. Его тревожили две вещи. Неестественная тяжесть на голове и слабость. Он поедал невероятное количество пищи найденной в кладовой. Но его все равно мучил голод и слабость. Когда он узнавал у Намира, что с этим делать, тот отвечал, что следует ждать и все скоро измениться. Временами на него нападал неконтролируемый гнев. Он метался из комнаты в комнату и с ревом кусал и ломал, что попадалось ему на глаза. А что не мог сломать, с силой швырял в стену. Потом падал на пол и бил кулаками в пол. Ярость также мгновенно проходила, как и охватывала его. И после он спокойно шел в кладовую и ел. А еще его никто не навещал. Видимо глава совета Эльван сдержал свое слово. И все это Ариману очень подходило. Он ел, спал, крушил в гневе, что мог и снова ел. Жизнь походила на рай. Главное, что он никого не видел. Только Намир вызывал в нем приятные ощущения.

Ничто не нарушало его прекрасного существования. Одним ясным утром он сидел у окна, выходившего на улицу, и жевал засоленный кусок свиного мяса. Он смотрел, как мерзко радуются жизни маленькие птички. Как одинокие гадкие эльфы проходят по дороге, бросая беглые взгляды на его поместье. Иногда Ариману хотелось кричать из окна, чтоб они не смотрели в его сторону. Иногда он так и делал. Раскрывал окно и во весь голос покрывал бранью проходящих. Но в это утро он просто хотел есть, и испытывать отвращение от наблюдения радостной мерзкой жизни за окном. Но вот он заметил прекрасный картеж запряженный тройкой белоснежных коней. Что это еще такое? Это было омерзительно прекрасным. Он открыл окно, чтоб покрыть страшной бранью этот картеж. И тут он остановился. Где-то он видел его. Когда-то давно уже видел! Но память не могла никак подсказать, где и когда. Кони тем временем остановили первую карету напротив ворот в его поместье, и из кареты выпорхнула стройная дама, одетая в одежды людей: пышное, но легкое бирюзовое платье и широкую шляпку, защищающую от солнца. В руках у нее был сложенный розовый зонт. Ариман прекратил жевать и стал вглядываться в женскую фигуру. Она так же казалась ему очень знакомой. Но откуда? Дама прошла ворота и, подняв голову, помахала Ариману рукой в полупрозрачных бирюзовых рукавичках. Ариман отпрянул от окна, как ошпаренный. Проклятье! Это была Анель! Ариман уже и забыл, что у него есть невеста. Это было подобно грому среди ясного неба. Ее появление что-то перевернуло в нем. Что же делать? Боже она увидит его в таком уродливом облике. Куда деваться? Может убежать? Нет. Это глупо. Она уже заметила его. Что же делать? Что же делать? И тут необычная мысль пришла в голову. Надо просто привести себя в порядок! Эта мысль была настолько проста и гениальна. Ариман выкинул кусок мяса и вытер губы. Так! Привести себя в порядок! Что же это значит? Он забыл, что это означает. Надо срочно вспоминать. Она такая красивая, а он похож на ночной кошмар. Так! Красивая? Что же это значит? А! Это когда замирает сердце, и при ее виде хочется петь! Петь? Он не помнил, что такое петь, но помнил, что это нечто приятное. Он услышал, как в комнату вбежал Намир и заскочил на окно. Существо заметило приближающуюся Анель, повернуло головку к Ариману, и встревожено сказал:

- Хозяин прогони ее! Сейчас же! Она может все испортить!

Такое заявление этого мерзкого создания взбесило Аримана. Какое право оно имеет так говорить о ней. Он прошипел Намиру:

- Заткнись, тварь!- и ударом руки наотмашь смел того с подоконника.

Существо, взвизгнув, улетело в дальний конец комнаты. Ариман же стрелой помчался к себе в покои. Следовало срочно найти подходящие одежды с длиннейшими рукавами, чтоб скрыть ненормальную длину рук. Расчесать и напомадить волосы. И, конечно же, следовало найти флаконы с ароматами. Проклятье! От него же наверно дурно пахнет. Сколько дней он уже не принимал ванны! Ариман второпях отыскал подходящее одеяние бардового цвета с длиннейшими декоративными рукавами. Слава богам оно было! Выливал на себя ароматы и пытался расчесать непослушные немытые волосы. В этот момент послышался звук дверного колокольчика. О боги! Она уже у дверей! Он понесся вниз. Щетка для волос застряла в волосах. Ариман смог оторвать ее перед самой входной дверью, проклиная ее про се себя. Ариман очень был взволнован!

Анель мечтательно приблизилась к двери и позвонила в колокольчик. Странно. Невидно ни прислуги, ни Ронса. Где все? Как же она давно не видела своего любимого. Как он? Видимо совсем занят, что так долго спускается встретить ее. А сколько всего накопилась. Сколько всего хочется ему рассказать. Но больше всего хочется прильнуть к его груди. Хочется уединиться с ним. Надолго! Выплеснуть все чувства, которые накопились, за то время что они не виделись. Анель пробирала легкая дрожь от мысли, что она сейчас увидится с ним. Увидеться со своим любимым богом во плоти. Она не могла сдержать улыбку в предвкушении этого момента. И тут отворилась дверь. Лицо ее вмиг изменилось, и она даже на шаг отступила назад, шокированная увиденным. Перед ней оказался некто отдаленно напоминающий Аримана: бледное заостренное лицо, блестящие отдающие желтизной и безумием глаза. И сутулая осанка. Перед ней стояла жуткая копия некогда столь прекрасного и любимого эльфа. Она удивленно произнесла:

- Ариман?! Это ты…

Ариман натянуто улыбнулся, чтоб не показывать деформированные зубы и негромко ответил:

- Конечно. Ты, что меня не узнаешь?

Анель не могла поверить своим глазам. Она так же удивленно спросила:

- Боги, что с тобой?

Ариман отвел в сторону глаза и виновато ответил:

- Я сильно…хворал, пока тебя не было…

Но тут, же радостно воскликнул:

- Но теперь я иду на поправку! Мне намного лучше уже! Я так рад тебя видеть! Ты не представляешь, как я рад тебя видеть! Твое присутствие оздоровляет меня… Я так рад тебя видеть!

Анель так же улыбнулась в ответ. Но все желание приблизиться к Ариману ушло. Вид у него был чрезвычайно отталкивающий. К тому же, через ароматы был слышен запах давно немытого тела. Она сделала шаг по направлению к нему, намереваясь войти в дом. Но поняла, что Ариман не пропускает ее внутрь. Она остановилась и улыбнулась. Образовалась неловкая молчаливая пауза. Анель не знала, что говорить. Ариман не пускает ее и просто стоит, молча улыбаясь. Такой ситуации она себе явно не представляла. Но ситуацию разрешил сам Ариман. Он сказал:

- Я думаю в дом лучше не заходить…пока. Все помещения полны… хвори. Она, можно сказать, ходитпо дому. Давай лучше где-нибудь с тобой прогуляемся. Такое прекрасное утро. Зачем сидеть в скучном доме?

Анель прикинула в уме, что этот вариант лучшее из сложившейся ситуации. Она радостно кивнула и спросила:

- А где ты хочешь?

Этот вопрос поставил Аримана в ступор. И даже разозлил. Проклятье! Откуда он может знать, где в этом мерзком городе можно прогуливаться? Он почти его не помнит уже! Она, что сама не могла придумать где! Но ответ как-то сам всплыл в голове:

- Давай отправимся в парк, где я в первый раз признался тебе в своих чувствах!

Такой вариант был наилучшим. Анель еще радостней улыбнулась. Все нормально. Все отлично! Это все тот же ее Ариманушка! Такой же заботливый и романтичный, только видимо хворает сильно. Она прощебетала :

- Это великолепная идея! Я так за тобой соскучилась! Мне столько хочется тебе рассказать!

Но приблизиться она так и не решилась. Ариман же в свою очередь так же усмехнулся и довольный тем, что нашел ответ, сказал:

- Тогда не будем больше терять времени! Направимся туда быстрей! Я тоже так за тобой скучал…любимая!

Ариман взял Анель под ручку. Она засмеялась, полностью успокоившись. Да не так уж сильно от него разило немытостью. Как от лежачего больного. К тому же она видимо давно его не видела и отвыкла. Если б она была свидетельницей протекания хвори, то не так реагировала на это. И вообще она повела себя не красиво. Он бедненький хворает, а она даже его не приголубила. Анель полностью успокоилась. Она прижалась к его плечу и прошептала: « Любимый мой, я так скучала, ты не представляешь». Ариман тоже улыбался. Ему тоже было приятно от этих слов. Такое забытое ощущение просыпалось внутри. Он так давно не ощущал себя…нормальным. Как он жил? Что он творил! Поступал так словно в бреду. Словно околдован. Околдован? Намир! Точно! Это проклятое маленькое создание дело рук графини. Это она привязала это создание к нему, чтоб сводить с ума! Ну, клятая. Ариман вернет ей все сполна! Боги! А прислуга! А управляющий Ронс. Они же все его оставили. Все получат по счетам. Сначала этот гадкий зверек, а потом графиня!

Они спешили к карете. Анель бала очень рада. Ее планы не рушились, а только слегка изменялись. Сейчас они наговорятся с Ариманом всласть. Потом возьмут бутылочку игристого. Ариман примет ванну. И они смогу надолго уединиться от всего мира. Только они вдвоем. Это прекрасно! Они запрыгнули в карету, и она помчалась к парку. А из окна второго этажа за всем этим наблюдал Намир, стоя на подоконнике, и злобно скалил острые черные зубки.

Анель не могла удержаться и начала свое повествование уже в карете. Она делилась с любимым, как она волновалась перед отправлением в Республику людей. Как отец давал ей советы. Рассказала, что наряд, в котором она приехала к нему - это следование последней моде тамошних светских дам. Ариман внимательно ее слушал и так же пытался ей рассказать некоторые новости. Но все они касались того времени, когда он не решился прочесть ту злополучную книгу. Но запала Аримана хватило ненадолго. Когда они выехали на оживленную площадь, на него снова накатила волна злости. Все эти снующие эльфы, другие средства перемещения. Шум, смех, разговоры. Все это вызывало в нем отвращение. Он не мог переносить наблюдение бурлящей жизни. Он замкнулся в себе и отвечал Анель лишь кивком головы. Может быть, в парке он сможет отрешиться от этого пагубного ощущения. Насколько он помнил, там всегда было мало посетителей. Парк занимал обширную территорию, потому гуляя по его аллейкам можно было когда - никогда увидеть идущую на встречу пару или семью. В этом парке эта мерзкая графиня его поцеловала, когда он был юношей, лишив его покоя. Вот же мерзкая, какая особа. А Анель было не сдержать. Она все вещала и вещала, даже не обращая внимания на то, что Ариман ей почти не отвечает.

Ожиданиям Аримана не суждено было реализоваться. Когда они приблизились к главным вратам парка, он увидел, какое великое множество карет и технокатов находится вблизи. Это было не вероятно. Как на зло ему в этот день парк должен был быть переполнен эльфами. Ариман с Анель вышли из кареты и направились в парк. Прислуга несла продукты и ковры, на которых они будут сидеть. Чего Ариман опасался, то и случилось. Парк был прямо перенасыщен гадкими эльфами…

Сам парк был великолепен. Высокие и низкие изящные деревья, с шумящими кронами. Искристые пруды с множеством разноцветных рыбок. Чудесные пестрые птицы перелетали с ветки на ветку, мягко шурша крыльями. Розовые и белые кролики прыгали по травке. Все это было прекрасно за исключением великого множества эльфов находившихся в парке. Ну и мерзких нежных кроликов. Они так же вызывали некое отвратное чувство в Аримане. Анель же напротив, подымала на руки почти каждого кроля, что пробегал мимо. И как специально поворачивала мордочкой к Ариману, чтоб он так же восхищался. Ариман натянуто улыбался, но ему становилось трудней все это переносить. Он даже провел ладонью по лицу и глубоко выдохнул, пытаясь найти в себе силы. Анель все не замолкала. Щебетала и смеялась. Ариман не мог взять в толк, одну вещь: она, что в своих дипломатических путешествиях с отцом дипломатом и торговцем одновременно, не наговорилась? Неужели ей было мало тех переговоров, которые она там вела? Так же и язык устать может, а она все болтает и болтает. Еще и ежедневник ведет. Анель болтает. Гадостные счастливые эльфы ходят туда-сюда. Кроли вечно под ноги кидаются. Еще и феи стайками перелетают с места на место. Ну, разве подобное можно вынести?! Ариман не мог уже дождаться, когда они доберутся до места. И вот они пришли к нему. Дерево средних размеров росло почти у самой кромки изумрудного пруда. Оно выросло с некой кривизной и его ветви спускались к самой воде. Это образовывало естественный купол, и укрывало от яркого солнца. Под ветвями была достаточно места, чтоб разместиться нескольким эльфам. И, хвала богам, место это было не занятым. Под этим деревом Ариман когда-то давно, трепеща, словно лист на ветру, признался Анель в любви, а она ответила взаимностью. Но это казалось так давно. Словно в иной жизни. Буд – то этого и не было. Но это было. И это связало их. Раньше, в ключевые моменты своей жизни Ариман приводил сюда Анель и делился с ней всем. Для них это было особое место. Для Анель точно, а вот для Аримана, сейчас это было просто дерево рядом с прудом.

Прислуга расстелила тонкий ковер. Разложила яства и удалилась. Вернуться они должны были через условленный промежуток времени. Таким образом, Анель с Ариманом оставались одни. Они разместились на ковре. Ариман сел спиной к дереву. Анель напротив. Ариман ожидал, что когда они сядут, то ему станет лучше. Но оказалось наоборот. Анель принялась уплетать еду, умудряясь при этом беспрестанно болтать и смеяться. Ариман еще больше стал замечать снующих эльфов с детьми. Птиц, рыбок, фей. Глаза его бегали из - стороны в сторону. Голова импульсивно поворачивалась то в одну, то в другую сторону. Гнев все сильней заполнял его сознание. Бесконечная болтовня Анель! И кроли! Он замечал их везде! Эти милые пушистые создания постоянно щипали своими гадкими ненасытными ротиками травку. И видимо из-за своей жадности к еде, перенасыщали свои мягкие животики. От этого их милые глазки – бусинки отвратительно выпячивались. Так эти создания сидели в панике несколько минут, чуть не трескаясь от переедания. И только трава начинала немного перевариваться в обжорливых пушистых животиках, они снова начинали ее бессмысленно щипать и жевать. Жевать! И жевать!

Из мыслей об отвратной прекрасной природе и живности Аримана вырвала Анель. Она коснулась вопроса свадьбы, но только сейчас заметила, что Ариман ее совсем не слушает. Он как-то пугливо бросал взгляды по сторонам, словно ее здесь и не было. Она протянула руку, и повернула его лицо в свою сторону и сказала:

- Эй! Я же здесь! Ты, что совсем меня не слушаешь?

Для Аримана этот жест Анель и ее слова были последней каплей. Его терпение лопнуло. Он широко раскрыл глаза и сквозь плотно сжатые кривые зубы злобно прошипел:

- Ты, что это контролировать меня удумала!?

Она отдернула руку и испуганно пыталась что-то объяснить. Но Ариман прервал ее истерическим криком:

- Заткнись!

При этом крике, капля слюны вырвалась из его рта и попала Анель на щеку. Она вздрогнула, но так, оторопевшая от неожиданности, и застыла на месте, с надкусанной лепешкой в руке. Ариман же продолжил свою яростную тираду:

- Замолчи! Закрой свой рот! Нет сил тебя слушать больше! Неужели рот у тебя не закрывается?! Точно как у этих проклятых кролей! Говоришь, говоришь, говоришь! И как этот гадкий кроль все жуешь, жуешь и жуешь свои дрянные лепешки! Выкинь её! Выкинь эту клятую лепешку!

Ариман грубо выхватил из рук Анель лепешку и выкинул ее в озеро, а всю еду, разложенную на ковре, нервно разметал руками. И снова выкрикнул:

- Как я уже устал от тебя. Тебя и этих проклятых лепешек! Ненавижу! Ненавижу!

Больше такого яростного хамства Анель выдержать не могла. Она вскочила и помчалась к выходу из парка, вытирая на бегу слезы. Она не могла осознать, что произошло. Но было ясно одно: с Ариманом произошли ужасные изменения. Этого Аримана она не знает. Может из-за болезни с ним такие перемены, но находиться рядом, просто не выносимо. Он никогда на нее не повышал голос. За, что он так на нее кричал? Может он и болен, но столько ярости и гнева в больных нет. Еще минута и он ударил бы ее! Боги! За, что ей такое наказание. Где ее Ариман- эльф-бог? Где тот герой, что спас столько жизней возле раскола? Где ее любимый? Боги верните Аримана назад! Где мой Ариман!

Анель бежала, не заметив, как легкий ветерок сорвал с неё шляпку. Она бежала и не видела никого и ничего вокруг. Она боялась, что утратила любимого эльфа. Может, даже начинала понимать, что незаметно, без предупреждения в её жизнь пришла беда. Пришла утрата Аримана, когда она меньше всего этого ожидала.

Ариман сокрушенно повалился спиной на ствол дерева. Он смотрел вслед убегающей Анель. Видел, как шляпка слетела с её головы, и покатилась по траве. Что сейчас произошло? Сейчас произошло нечто кошмарное. Анель убежала от него. Он её оскорбил. ОН никогда ее не оскорблял. Даже больше. Он никогда не повышал на неё голос. Он с неё пылинки сдувал. Клялся, что не позволит ни одному негодяю довести её до слез. И сам оказался этим негодяем. Анель ушла от него. Она ушла навсегда. Такое поведение не простительно. Сколько она для него делала, сколько терпела его выходки и выдумки. Прошла с ним весь путь от неизвестного мечтателя, до знаменитейшего из эльфов. И что? Он просто на неё накричал, как на беспризорного воришку. А раньше он даже и на вора не повысил бы голос. Он чудовищно изменился. Очень изменился и видимо, нет пути назад. И все это гадостное существо Намир. Это оно сводило его с ума. Оно поплатится за это. Но Анель это не вернет…Проклятье! Опять эта голова стала тяжелой. Что с этой головой? Явно ощущается, словно тяжелый шлем надет. Или тяжеленный металлический обруч. Он повернул голову в сторону озера, куда выкинул лепешку. И скривился. Разноцветные рыбки пытались своими жадными ротиками отхватить побольше кусочек от плавающей на озерной глади лепешки. Даже рыбки, эти красивые безмозглые создания, вечно голодные и ненасытные. Как же все-таки окружающая его жизнь противна.

Он сидел под ветвями дерева, которое было некогда очень важным для них обоих, а теперь оно стало местом их разлуки. Как необычно! Место их слияния стало местом из разрыва. Что теперь делать? Он подумал, что Анель вернет его к нормальной жизни. Но вместо этого он обидел её. Видимо её следовало догнать, остановить, извиниться и наконец пойти к лекарям… Но нет никаких сил. Хочется просто сидеть тут под деревом и никуда не уходить. Если конечно кролики окончательно не сведут с ума. Ариман понимал, что если Анель скроется с глаз, то это будет означать разрыв. Она сейчас завернет за дерево, и больше он её не увидит… Она завернула. Ариман так и остался сидеть под деревом, ничего не предпринимая. Он просто смотрел перед собой, на перевернутую еду на ковре. Ему даже есть не хочется сейчас, хотя с утра он был чудовищно голоден. Придется снова вернуться к прежней жизни. Теперь уж точно связи с окружающим миром не будет. Анель была последней связующей нитью, и она ушла. Ушла…

Ну и пусть уходит! Не могла понять, что ему могло быть не до ее бесконечной болтовни. Можно было как–то по-другому себя вести. А она? Только тараторила бесконечно и ела. Сама виновата, что он так вспылил. Видела же, что он несколько…болен… И все равно жаль, что она ушла… Если б она не ушла он простил бы ее…Или она его? Он уже совсем запутался, кто виноват. Отношения так сложно оказывается! Он уже забыл как это. Видимо с Анель всегда было так сложно… Или нет? Неожиданно в его мысли ворвался странный звук. Он был похож на шуршание маленьких крылышек. Ариман повернул голову и увидел, что перед ним летает маленькая фея. Она заметила, что он обратил на нее внимание, и помахала ему ручкой. Ариман улыбнулся и протянул руку с раскрытой ладонью. Фея без опасения села на нее. Ариман поднес руку ближе и спросил ее:

- Что ты хотела, малышка? Или ты просто поздороваться со мной прилетела?

Фея начала нежным тонким голоском рассказывать, о том, как она рада встретить такого великого героя. Благодарила от имени всех фей его за то, что он решил вопрос с расколом. И всячески его нахваливала и благодарила. Рассказала, как она наблюдала за ним через кроны Древа Совета, когда он выступил перед советом. Ариман смотрел на фею и думал, что какое это необычное создание. Такое маленькое, а может летать, понимать окружающий мир и разговаривать. Эта фея было еще совсем юна и не пуглива. Такое юное, милое и…аппетитное создание! Ариман ощутил странный голод. Он не был похож на обычный голод. Это было нечто иное. Он сжал ладонь с феей и небрежно отправил ее себе в рот. И замер, с широко раскрытыми глазами. Он чувствовал, как она трепещет крылышками, кричит и бьет ручками по внутренним стенкам щек. Что он сделал? Зачем он держит фею во рту? Что за сумасшествие? Что он собирается делать? Надо раскрыть рот и немедленно выпустить это перепуганное невинное создание. Однако вместо этого, он стал медленно двигать челюстью, подвигая языком сопротивляющееся тельце феи к зубам. Он почувствовал, как между зубов попала ножка. Он стиснул зубы сильней, и она хрустнула. Фея неистово кричала во рту. На язык полилась странная, приятная на вкус жидкость. Видимо кровь? Ариман продолжал, с глазами на выкате, жевать фею. Пролетавшие мимо стайки фей ворочали головками, не понимая где слышны крики. Ариман же сидел укрытый ветвями, и пережевывал их соплеменницу. Он почувствовал, как хрустнула ручка. Еще одна ножка. И видимо ребрышко. Но когда между зубов попала головка и треснула, словно орешек, Аримана стошнило прямо на ковер. Изувеченное тельце несчастной феи еще содрогалось в отвратной красновато-желтой жиже. Сердце Аримана готово было вырваться из груди! Что он наделал! Боги, что он сделал! Бедная фея! Бедная, вкусная фея! И что теперь делать? Надо убегать! Но неожиданно для себя Ариман услышал над собой голос Намира:

- Молодец. Хозяин. Начинает правильно питаться!

Ариман даже вздрогнул от неожиданности. Проклятый звереныш и здесь его нашел! И все видел! И молчал! С ним стоит поквитаться! И тут Ариман заметил вдали прислугу Анель. Они видимо шли забрать ковер и яства. Проклятье! Следовало уносить ноги и живей. За истерзанную фею можно было ответить перед законом. Фея уже не шевелилась. Ариман надеялся, что она умерла. И ничего не расскажет. Но протянуть руки и свернуть ей шейку у него не хватило духу. Он на четвереньках обогнул дерево, поднялся и побежал в обратную сторону от приближающейся прислуги. Если они его не застанут возле ковров, то и не смогут доложить страже, что это именно Ариман истерзал несчастное создание. А может, увидят трупик феи, сами испугаются и, чтоб не навести на себя подозрение, где-нибудь от него избавятся. Тем более лица у этой прислуги абсолютно не внушали доверия. Видимо рыльца в пушку! В принципе, как и у всех! А тут еще и труп, какой то там феи. Закопать молча и дело с концом! Главное быстрей убежать от этого места, чтоб прислуга не смогла его увидеть.

Ариман долго бежал, чтоб выйти из дальних ворот парка. Потом огибал парк. Потом шел к себе в поместье улочками и территориями, где было мало населения города. Когда он, наконец, добрался к себе, через несколько часов, Ариман осознал насколько он вымотался. Ариман почти без сил отворил входную дверь и перед ним возник Намир, и радостно воскликнул:

- Поздравляю, хозяин. Это было великолепно! Только фею следовало не выплевывать, а глотать!

Ариман скривился от мгновенно охватившей его ненависти к этому мерзкому созданию. Он резко захлопнул дверь за собой. Все! Теперь он поквитается с этим зверенышем раз и навсегда! Он хотел ударить Намира ногой, но все оказалось не так просто! Существо было на удивление вертким. Оно уходило от всех атак Аримана, кусая его, в отместку, и смеясь. Но каким, то невероятным образом Ариману удалось схватить Намира в прыжке за заднюю лапку, раскрутить, с силой, над головой и запустить в стену. Тот взвизгнул, от удара и обмяк на полу. Силы покинули и Аримана. Он повалился на пол. «Какая тяжелая голова!» Это была последняя мысль, прежде, чем он потерял сознание.

X I

Ариман был совершенно обессиленный. В последнем припадке ярости он разбил все зеркала, что попались ему на глаза. Порезы от стекла и раны от укусов Намира затянулись на удивление быстро. Но это его не заботило. И то, что с каждым днем его облик ужасно искажался, его тоже не заботило. Он чувствовал не естественно длинным черным языком как в некоторых местах, где выпали его зубы, прорезались острые кривые клыки. Его заботило две вещи. Первое - это невероятная слабость в конечностях и теле. А вторая - ужасная тяжесть на голове. Он сидел в полутемной кладовой и жевал кусок мяса. Казалось, он плохо был просолен, но так было даже вкуснее. Силы совсем покидали его тело. Дрожащая рука от напряжения, подносила кусок мяса ко рту. Ариман отрывал клыками кусок и рука падала вниз, не в силах так долго находится в таком положении. Он медленно жевал кусок мяса и ждал смерти. Это был его конец. Это точно! И так даже лучше. Наконец пройдет эта проклятая головная тяжесть. Голова его склонилась на грудь, но челюсти продолжали неторопливо жевать. Проклятый звереныш больше не показывался, после того как он швырнул его в стену. Ну и пусть. Хоть на него Ариман зла не держал, и даже несколько скучал по этому созданию. Скорее бы уже эта смерть!

Ариман услышал, как по ступеням в кладовую неспешно клацают маленькие коготки. Намир? Ариман еле приподнял голову. Точно. На ступеньках стояло существо. Ариман, молча, уставился на него. Намир оскалился, видимо улыбаясь, и произнес:

- Бедный хозяин. Хозяину надо правильно питаться, чтоб стать сильным. Хозяину нужна кровь. Хозяину нужна плоть этих мерзких созданий. Тогда он станет прекрасным и сильным!

Ариман опустил голову. Что он такое говорит? Он говорит, что ему необходимо поедать живых существ? О боги… Нет! Не бывать этому! Пусть он чудовищно изменился. Пусть стал внешне походить на ночной кошмар. Но что бы пожирать живых существ… Никогда! Лучше умереть. И та бедная фея так у него из головы и не выходит. Как она кричала у него во рту. Бедняжка, а он жевал и жевал её еще живую. И пусть она была чрезвычайно вкусна, он не станет этого больше повторять. Нет! Смерть единственный выход! Все! Он прохрипел в ответ Намиру:

- Убирайся, откуда пришел! Я не буду никого есть. Дай мне умереть…

Но существо не собиралось отступать. Оно засмеялось и ответило:

- Намир не даст хозяину умереть. Намир заботливый. Намир принес хозяину то, от чего он не сможет отказаться

Он снова засмеялся и поднялся по ступенькам. Но через минуту спустился волоча в зубах живого белого кролика. Ариман не мог в это поверить. Это проклятое создание притащило именно то живое существо, которое ему было меньше всех жаль, а точнее вовсе не жаль. К тому же он помнил, как они щипали эту проклятую травку своими алчными, ненасытными ротиками. Точно как Анель свои лепешки. К тому же весь вид этого кроля вызывал жуткий голод. Особый голод! Тот, что охватил его, когда он жевал фею. Ариман искривил губы, обнажив клыки. Челюсть его искривилась. Он захрипел. Намир одним кивком шеи швырнул перепуганного кроля Ариману. Тот накинулся на животное и впился в него клыками. Он сжимал тельце кроля словно апельсин, выдавливая из него кровь. Кода от животного осталась одна шкурка, он небрежно швырнул ее в сторону.

Кровь живого создания разлилась по его телу сладким теплом. Он ощутил, как его тело наполняется силой. Тяжесть на голове заметно уменьшилась. Он поднялся с пола и завыл от такого приятного ощущения внутри. Как же это было великолепно! Боги это было великолепно. И невероятно вкусно! Следовало послушать Намира раньше. Все решено! Теперь он будет питаться животными. Живыми животными! Денег у него хватит, чтоб до конца жизни покупать себе …еду! Надо было, в самом деле, ту проклятую фею разжевать и проглотить! Не послушал Намира, а зря! Теперь Ариман точно убедился - это существо плохого ему не посоветует. Но на животных следует и остановиться. Пожирать эльфов будет перебор! А сколько силы в руках! Он сжал кулаки и напряг мышцы. Как он давно не чувствовал себя сильным! Он посмотрел на Намира и сказал:

- Я буду покупать себе животных, и поглощать их! Но, эльфов есть, я не буду! Ясно!

Намир засмеялся и ответил:

- Как скажешь, хозяин. Только ходить стоит на вечерние рынки в бедные кварталы

- Почему?

Намир снова усмехнулся и сказал:

- Ты слишком изменился. Окружающие не поймут твоей красоты. И одеваться стоит, хозяин, чтоб тебя не узнали

Ариман удивился смекалки этого маленького создания. Он сделает так, как Намир ему посоветовал. Если он советует, то лучше так и делать. Хуже от этого не будет. Он знает, что говорит.

В последующие вечера Ариман ходил в самый бедный квартал города. Эльфы торговали там почти до захода солнца. Он приобретал всяких животных без разбора. Котов, собак, кролей и птиц. Но больше всех ему нравились маленькие поросята. Он поглощал несчастных созданий, а их истерзанные тушки выбрасывал на задний двор. Силы его многократно возросли. Чувствовал он себя очень хорошо. Однако, как он мог предположить, метаморфозы, изменяющие его тело, ускорились. Он стал сутулиться. Клыки заменили почти все зубы, а язык почти не помещался во рту. К тому же он заметил, что челюсть значительно шире стала открываться, чем обычно, когда он питался животными. Для походов за новыми животными он нашел у себя старую коричневую накидку с капюшоном, полностью скрывающую его лицо. Насколько понимал Ариман, жизнь снова стала налаживаться. Он пожирал зверей. Получал силы. Рычал. Выл. Испытывал припадки ярости и крушил в доме все, что не мог поломать раньше. Это был истинный рай. Ариман был очень доволен таким положением вещей. Но вот в одно утро к нему подбежал Намир и взволнованно сообщил:

- Хозяин, к нам снова приехали! Видимо это снова та женщина, которую я тебе советовал прогнать!

Ариман заскрипел от злости зубами. Он подбежал к окну и слегка отдернул штору. Проклятье! Точно это была карета Анель! Что ей еще надо! Убежала и все, значит! Неужели не было ясно, что он ее больше видеть не хочет. Из кареты выпрыгнул Ревелис Этрийский - отец Анель. Вслед за ним, ведомая им за руку шла, наклонив голову сама Анель. Глаза ее были красными от бесконечных стенаний и слез.

Ревелис, крупных размеров эльф, средних лет в темных одеждах с золотой цепью на груди, приблизился быстрым шагом к двери поместья. Он был очень зол. Ревелис не звонил в колокольчик. Он несколько раз с силой постучал в дверь и прокричал:

- Ариман! Ариман, чтоб тебя демоны порвали, выходи! Я знаю, что ты дома! Выходи и скажи мне в глаза, все то, что ты сказал моей дочери!

Ариман, стоя за шторой, хрипел от гнева. Его пальцы с когтями скрючились. Руки бесконтрольно описывали в пространстве замысловатые узлы. Он хотел выскочить на улицу и расцарапать отцу Анель лицо. Его за ногу слегка укусил Намир, и сказал строго:

- Не стоит ничего делать, хозяин! Ты еще не настолько силен! Он может тебя победить! Просто прогони их!

Это несколько остудило пыл Аримана. Он просто подскочил к двери и изменившимся голосом закричал:

-Убирайтесь вон! Убирайся вон ты, вонючий недоносок! Кто просил тебя сюда ехать и говорить со мной? Она? Убирайтесь оба. Я не хочу вас видеть никогда!

Ревелис несколько опешил от таких речей. И особенно от голоса, которым они были произнесены. В этом голосе явно слышались интонации Аримана. Но как, же он изменился! Значит, Анель была права. Он очень плох и ему срочно необходима помощь. Однако Анель, ни на что, кроме слов не обращала внимания. Она сокрушенно рыдала. И даже присела на землю, закрыв лицо руками. Ревелис немного остыл и обеспокоенным голосом спросил:

- Ариман, может, тебе нужен лекарь? Ты себя совсем плохо чувствуешь, я так думаю

Для Аримана это было не выносимо. Они не хотели уходить. Ариман провел когтями по двери, сняв краску, и истошно закричал:

- Это тебе и твоей соплячке понадобиться лекарь, если ты сейчас же не уберешься! Будь ты проклят!

Губы Ревелиса вздернулись. Подобные оскорблении, даже от умалишенных, но не позволит себе терпеть. Он закричал в ответ:

- Если, я сейчас уйду, ты больше никогда не увидишь Анель!

Ариман взвыл:

- Да убирайся же ты поскорей, чтоб ты здох! НЕ надо мне твоя соплячка и вовсе. Сыт ей по горло!

Анель уже лежала на земле, теряя сознание от разрываемых сердце переживаний и удушающих слез. Ревелис покачал головой и сказал с отвращением:

- Как я в тебе разочарован. Ты просто сумасшедший недоумок, а не герой. Вот кто ты!

Он плюнул Ариману на дверь. Резко развернулся, поднял почти без чувств дочь и унес ее в карету. Ариман выдохнул с облегчением. Слава богам это закончилось. Это было не выносимо! Но как теперь легко и свободно на душе! Он даже проголодался! И словно предчувствуя это, Намир притащил за ухо Ариману поросенка, а тот не подозревая, что с ним сейчас произойдет, смотрел на Аримана и похрюкивал…

Жизнь снова вошла в привычное русло. Ариман ходил в бедные кварталы за пищей. Снова рычал и выл. Все было прекрасно! Однажды он бал так голоден, что решил сходить раньше обычного времени. Ариман пришел тогда, когда эльфы- бедняки еще толклись среди убогих лавочек. Это жутко злило Аримана. Он протиснулся туда, где продавали животных, и… увидел юную эльфийку. Она была ниже его ростом и стояла у того торговца, у которого он обычно брал поросят. Одежда ее была проста, но кройка была сделана так, что ее правое плечо было оголено. Его взгляд приковало это плечо. Оно было необычайно…аппетитным. Ариман сдерживал себя. Пытался смотреть на животных, но взгляд сам собой притягивался к этому плечу. Он стоял, совсем рядом, тихонько сопя. Он ждал, когда она, наконец, уйдет. Но та, что-то весело обсуждала с торговцем. Он отвесил шутку. Она засмеялась и повела плечом. Это движение было последней каплей терпения Аримана. Он с рычанием впился в плечо не ожидавшей ничего девушки и прокусил клыками кожу. Кровь хлынула на язык, а он стал, словно зверь трепать ее плечо. Она звонко закричала. Рядом стоявшая эльфийка тоже закричала. И сам торговец тоже закричал. Это спугнуло Аримана. Он выпустил плечо девушки и стрелой помчался прочь. Страх отдавал в висках. Боги! Боги! Что он сделал? Теперь за ним точно прейдет стража! Его посадят в темницу! О боги! Он так не хотел в темницу. Он там умрет. Он только распробовал вкус жизни! Надо быстрей убегать!

Он влетел в поместье. Захлопнул дверь и повалился на пол, тяжело дыша. Что теперь будет? Какой ужасный день! Зачем он пошел так рано! Это проклятый, ужасный день! Но этот день еще не все сюрпризы открыл Ариману. Он не успел отдышаться, как к нему подошел Намир и сказал:

- Хозяин, скажи, Намир заботится о тебе?

Ариман, ничего не понимая, кивнул. Намир продолжил:

- Намир все время безвозмездно переживает о хозяине. Так?

Ариман снова кивнул. Намир обошел с другой стороны Аримана и продолжил:

- Настало время и хозяину позаботится о Намире. Намир очень хочет есть!

Ариман не понимал, что существо хочет от него. За ним сейчас может нагрянуть стража, а он о еде. Ариман мотнул головой и ответил:

- Намир, пойди возьми себе там поросенка…или кто там остался? Кот? Мне сейчас не до этих игр! За мной стража может прийти с минуты на минуту!

Но Намир оскалил зубы и как-то странно сказал:

- Намиру нужна еда, а не закуска, хозяин!

Ариман вопросительно посмотрел на существо и произнес:

- Что ты имеешь в виду?

Намир злобно засмеялся и ответил:

- Мне нужен ребенок. Эльфийский ребенок!

Аримана обдало холодной волной. Что? Ребенок? Какой ребенок? Что он такое сказал? Нет! Нет! Нет! Дети считались в эльфийском обществе священными. До вступления в совершеннолетие, эльфийских детей окружала легкая перламутровая аура, считавшейся самой сутью связи эльфов с божественной сущность. Любое преступление, связанное с детьми очень сурово каралось. Ударить ребенка считалось одним из тяжелейших преступлений, а тут…Нет! Ариман отрицательно замотал головой. Даже если он сам превратился в монстра, на такое кошмарное злодеяние он не пойдет! Никогда! Намир смотрел, как Ариман пребывает в сомнениях. Он зарычал и влез на грудь Ариману. Его рычащая мордочка почти вплотную приблизилась к ужасному лицу Аримана, и он злобно сказал:

- Я могу умереть, если не поем, то, что мне нужно. Ты же этого не хочешь, хозяин? Поэтому ты сейчас же пойдешь и приведешь мне ребенка!

Это был приказной тон. И очень пугающий. Ариман с раскрытым ртом рассматривал злобную маленькую мордочку Намира. Боги! Он должен привести ребенка на убой! Ариман был подавлен и шокирован. Он даже забыл, о возможном преследовании стражей. Он медленно встал и вышел на улицу. Хозяин покорился своему слуге!

Ариман спотыкаясь, слонялся по округе. Где же искать этих детей? Как их можно затащить к себе? Это не возможно! На этом он точно попадется, и сядет в темницу! И вот в лучах заходящего солнца он увидел одинокую фигурку мальчика сидящего на камне. Ариман приблизился к нему. Ребенок небольшим ножичком стругал длинную гибкую ветвь. Ариман подошел и замер перед мальчиком. Тот поднял головку и прищурившись посмотрел на незнакомца. Потом улыбнулся и поздоровался:

- Здравствуйте дядя Ариман! А я Аскерий! Я узнал Вас, хоть Вы очень страшный стали! Что с Вами?

Ариман стоял шокированный и подавленный. Что ответить? Он сказал первое, что пришло на ум:

- Я очень хвораю…

Мальчик насупился и ответил:

- Так Вам надо быстрее лечиться. Эльфы могут Вас испугаться. Я вот не испугался, потому, что я как папа -очень смелый!

Ариман молчал. Он не знал, что еще говорить. Хватать малыша и бежать с ним под мышкой у него не подымалась рука, а мальчик сам продолжал разговор:

- Папа говорит, что Вы герой. Я а скажу Вам, что мой папа тоже герой! Я как папа - очень смелый! А еще я стругаю себе лук! Вот! - и мальчик поднял ветку над головой. Потом опустил ее и спросил:

- Что Вы хотели, дядя Ариман?

Ложь моментально родилась в голове Аримана:

- Я хотел показать тебе очень необычную зверюшку. Она у меня недавно, а показать некому. Хочешь посмотреть? Я не далеко здесь живу! Так, что хочешь?

Мальчик бодро встал и также бодро ответил:

- Мой папа говорит: если Ариман скажет идти, я буду идти. Если Ариман скажет лежать, я буду лежать! А я как папа! Показывайте свою зверушку!

Ариман был шокирован всем происходящим. Ребеночек сам согласился идти в смертельную ловушку. Ариману хотелось кричать ребенку: « Не слушай меня! Беги быстрей! Убегай от меня! Я чудовище!». Однако вместо этого он, молча, плелся к себе в поместье, часто спотыкаясь.

Они вошли в дом когда уже стемнело. Ариман зажег светильник. Мальчик увидел какой вокруг твориться хаос, помахал пальчиком Ариману и сказал:

- Вы очень большой неряха, дядя Ариман! Папа наказал бы Вас за такой бардак!

Ариман кивнул и окликнул Намира. Тот откликнулся из кладовой. Ариман с мальчиком подошли к массивной двери в полу. Ариман открыл ее и, указывая на темную лестницу, сказал:

- Этот зверек находится там! Спускайся. Ты очень удивишься. Такого ты никогда не видел!

Мальчик слегка помялся, но потом нахмурился и сказал:

- Я как папа! Ничего не боюсь! - и смело зашагал по лестнице вниз. Ариман резко захлопнул за ним дверцу и сел сверху, уставившись в одну точку с раскрытым ртом. Он услышал, как ребенок бегом поднялся по ступенькам к двери и застучал ручками, жалобно приговаривая:

- Дядя Ариман, дядя Ариман, откройте! Что-то я здесь ничего не увидел! Тут так темно! Можно я уже пойду? Я потом посмотрю! Честно! Откройте!

Но Ариман сидел неподвижно. Вскоре из кладовой послышался злобный рык Намира. Детский пронзительный крик, и молчание. Через некоторое время перед Ариманом появился облизывающийся черным языком Намир. Он довольным голосом сказал:

- Хороший хозяин! Позаботился о Намире! Теперь и Намир отблагодарит хозяина!

Существо впилось клыками Ариману в ногу, прокусив вену. Ариман почувствовал, как в жилы и кровь попала обжигающая жидкость, сводящая все тело, в тоже время придающая неимоверную силу. Ариман подскочил и взревел:

- Что это со мной? Что ты делаешь?

Намир спокойно пояснил:

- Я поглотил не только плоть этого ребенка, но и часть души. И теперь поделился, через укус с тобой, хозяин! Так будет каждый раз, когда ты будешь приводить мне детей!

Ариман снова сел на пол и закрыл лицо руками. Какой же он монстр! Он стал монстром!...

После первого ребенка Ариман смог привести еще тех детей. Угрызения совести его уже не мучили совсем. Ту силу, которой делился с ним Намир, невозможно было никак иначе испытать. Он решил проявить инициативу и привести четвертое дитя уже без просьбы существа. Он направился во второй половине дня на поиски. И на этот раз все прошло удачно. Намир отблагодарил хозяина и снова поделился силой, через укус. День был прекрасным. Однако, когда он соблазнил четвертого ребенка он видимо потерял бдительность. Через два часа после расправы над несчастным чадом, Ариман заметил приближающуюся к его поместью делегацию. Она состояла из трех крепких стражников с копьями, трех фермеров и самого главы городского совета Эльвана. Ариман широко раскрыл глаза и замер как вкопанный перед окном. Его тело проняла сильная дрожь. Вот и пришел час расплаты. Колени его ослабли, и он повалился на пол. Поросёнок с черным пятнышком на спине, которого Ариман приготовил, чтоб съесть мирно хрюкал возле двери. Теперь все!

Тем временем эльфы приблизились к двери поместья. Фермеры что-то злобно выкрикивали. Эльван пытался успокоить их пыл. Стражник древком копья гулко постучал в дверь и громко сказал:

- Именем законной стражи города Этринос, приказываю Вам выйти Лорд Ариман!

Этот голос, словно колокол, звенел в голове Аримана. Он весь пронятый дрожью поднялся и поплелся к двери. Бежать некуда! Да и нет уже смысла! Он слегка приоткрыл дверь, оставив маленькую щелочку. Стражник копьем отворил ее полностью. Поросенок с радостным хрюканьем выскочил наружу и помчал в неведомом направлении. Эльван ахнул, увидев стоящего за дверью, так чудовищно изменился Ариман. Он был сутул. Длинные руки, с когтями торчащие из рукавов грязного коричневого одеяния, были намного ниже колен. Бледное лицо. Редкие волосы. Заостренные нос и подбородок. И полностью желтые глаза с огромными зрачками. Фермеры наперебой стали тыкать пальцами и кричать: « Это он! Это он увел моего ребенка! Где мой племянник, подлец!» Эльван подошел вплотную к Ариману и негромко спросил:

- Боги! Да что же это с тобой, Ариман?!

Ариман, смущенно глядя на Эльвана, жалобно проревел, утробным голосом:

- Я…Я…болею…простите меня, пожалуйста…

Из его глаз потекли две крупные слезы. Эльван приложил руку к лицу. Мотнул головой и мягким голосом сказал:

- Ариман, милый пойми: нашей страже придется провести обыск у тебя в доме, чтоб очистить твое честное имя. Я пришел сюда, потому, что не верю, что ты мог совершить то, в чем тебя обвиняют. Ты согласен?

Ариман только стоял и все таким же голосом жалобно просил прощения, обливаясь слезами. Неожиданно возле ног Аримана возник Намир и злобно зарычал. Стражники и Эльван отпрянули назад. Намир поднял голову и сказал Ариману:

- Хозяин! Прекрати плакать! Ты не обязан пресмыкаться перед ними! Теперь мы больше не связаны с этим миром! У тебя достаточно сил порвать последние нити! Так порви же их!

И после этих слов одним прыжком преодолел расстояние разделявшее его и Эльвана. Уцепился коготками за грудь и стал рвать тому лицо. Эльван схватившись обеими руками за тельце Намира, в надежде оторвать от себя, споткнулся и повалился на землю, истерически крича. Тон с которым сказал свои речи Намир и последующее его действие воодушевило Аримана. Страх, как рукой сняло. Он взревел! Ближайшего стражника он схватил своими длинными руками и втащил в дом, захлопнув ногой дверь. Он почувствовал, что силы в руках у него намерено. Он словно куклу, ударил стражника об пол, потом об дверную коробку и швырнул в дальний конец комнаты. Второй стражник ударом ноги отворил дверь и хотел поддеть Аримана копьем. Но это у него не удалось. Ариман, чудовищно рыча, перехватил древко копья своей ручищей. Вырвал его, и вмиг перевернув, воткнул острие в живот опешившему стражнику и тут же вытащил в помещение. Стражник повалился на пол. Ариман атаковал следующего. Но тот успел защититься щитом. Но удар был такой силы, что тот повалился на крыльцо. Ариман, продолжая рычать, словно жуткий зверь, выпрыгнул на крыльцо. Вырвал свободной рукой щит у кричащего стражника и одним сильнейшим ударом копья в грудь, пригвоздил того к крыльцу. Рядом корчился в муках Эльван. Ариман переступил его и сошел с крыльца. Теперь он больше не боялся ответственности за свои поступки. Он свободный хищник, и хочет плоти и крови своих жертв. Ничто его больше не связывает с этим городом и миром эльфов. Ничто!

Он видел, как трое фермеров бежали врассыпную от его поместья, а Намир, что есть силы, пытается догнать одного из них. Даже пыль из-под лапок летела. Но жить фермер очень хотел, и как это не смотрелось удивительно, бежал быстрей Намира. Тот, осознав, что не настигнет фермера, прекратил погоню и поспешил к Ариману. Тот же стоял и полной грудью вдыхал свободу! И еле слышные запахи будущих жертв. Дыхание его хрипело от удовольствия. Как же приятно убивать! А если жертву еще и пожирать при этом… Но сладостные мечты монстра Аримана прервал обеспокоенный голос Намира:

- Хозяин! Хозяин! Я чувствую призыв! Нас зовет к себе.. графиня…

Ариман насупился. Зовет? Он ничего не слышит, и подавно не чувствует. Звереныш сошел с ума? Но Намир волчком кружился на месте и почти скулил:

- Я не могу ее больше слышать! Хозяин бежим скорей! Я знаю, где она! Она зовет! Бежим скорее, иначе я сойду с ума!

Ариман злобно захрипел. Графиня значит. Это хорошо! Значит, с нее и начнем. Он с удовольствием раздерет в клочья это тщедушное тельце. И ее слугу тоже! Проклятая колдунья! Она хотела близости с ним. Так он теперь покажет, насколько может быть близок хищник и его жертва! Ариман злорадно зарычал и побежал. Намир опередил его, и показывал путь. Они бежали очень долго. Неожиданно Намир остановился и как-то жалобно проскулил:

- Хозяин… Я должен признаться тебе…

Ариман злобно зарычал в ответ. Он не желал остановки. В чем еще признаваться? Поздно уже! Да и плевать на все! Надо кровь и плоть! Но Намир продолжил:

- Хозяин…Я… Я это ты!

Ариман вопросительно посмотрел на этого сумасшедшего зверька, а Намир пояснил:

- Когда ты был в раю…ты должен был сразу измениться. Но ты был настолько чист душой, что изменения не удавались. Потому рай создал меня, твою копию, только противоположную тебе. Но в тебе зла не было абсолютно. Потому я получился отдельно от тебя, а не в тебе! Рай прикрепил меня к тебе, чтоб я разлагал тебя и сделал прекрасным… Но, все случилось еще лучше, чем предполагалось! Душа покинула твое тело и была поглощена посохом. Потому твое тело, пропитанное добром, легче стало изменять! Мое имя Намир - это твое наоборот! Я и ты, это одно целое! Как в раю! Прости хозяин, что раньше не говорил об этом. Но я боялся, что ты не поймешь, а сейчас ты прекрасен, потому поймешь все!

Ариман слушал, молча бессмысленный лепет зверька. Ему было абсолютно наплевать на эти слова. Ему очень хотелось обгладывать ручонки ненавистной графини! Он мотнул головой и выставил руку вперед, указывая на то, что следует продолжать путь. Намир вскрикнул: «Да, хозяин!» и снова помчался. Они достигли леса и нырнули в него. Они углублялись в лесную чащу. Впереди, среди густых деревьев, в вечном полумраке густого леса стала видна пещера. Ариман учуял запах графини исходящий из пещеры. Он с рычанием влетел во тьму пещеры и помчался по небольшому коридору. Пещера расширилась, и Ариман выскочил на слабо освещаемую энергофакелом площадку. Посредине площадки располагался большой резной трон из красного дерева. На нем сидела, закинув ноги на перила, графиня Амерзи, в темных штанах и темной блузке. Рядом опершись на трон, стоял Тримо, а сам трон окружали странные люди. Все они были одеты одинаково, в черное. Их руки и головы были обмотаны желтыми бинтами, сквозь которые сочилась красная и черная слизь. На поясе висело по два коротких клинка. И стояли они замершие, словно каменные статуи. Графиня повернула голову в сторону Аримана. Радушно улыбнулась и неспешно захлопала в ладоши. Ариман хотел кинуться на нее, но не мог пошевелить, ни одной своей конечностью. Он зарычал от бессилия. Гневно глянул на жалобно скулящего Намира у своих ног и прохрипел:

- Что со мной?

Намир скулящим голосом пропищал:

- Она - белая госпожа! Она проводник рая. Она может повелевать нами! Лучше молчи хозяин!

Ариман захрипел от гнева и злобно сказал Намиру:

- И ты все это время молчал об этом, гаденыш?

Намир только жалобно скулил, прижавшись к ноге Аримана. Графиня тем временем соскочила с трона, и улыбаясь приблизилась к Ариману. Она прощебетала нежным голоском:

- Как же ты изменился, милый Ариманушка. Ты стал еще прекраснее, чем я могла предположить!- и засмеялась. Издевательски засмеялся и Тримо, а графиня продолжила:

- Тебя наверно мучит вопрос за чем ты здесь? Тебя наверно мучают много вопросов. Я отвечу тебе на них, пока ты совсем не стал…прекрасным. Ты здесь, чтоб отдать, то, что принадлежит мне. Но об этом чуть позже! Именно для этого я тебя позвала. Если б ты знал, как долго я ждала, когда ты убьешь наконец хоть одного эльфа!

Она снова засмеялась. Ариман молчал и злобно хрипел. Графиня продолжила:

- Ты наверно хочешь узнать, зачем мне это надо было? Так я отвечу! Ты исполнил пророчество! С моей помощью, конечно. Пророчество гласит, что падший герой принесет ключ к вратам рая! Знаешь, как долго я искала этого героя. Сначала мой покойный муженек, граф Амерзи. Потом тот старый гном - инженер Грунер Кауф, который придумал застроить раскол. И еще один человек, которого ты даже не знаешь. Сколько усилий я прилаживала, чтоб создать ситуацию, где они возвысятся и падут. И все тщетно! А оказывается, что все это время этим героем был ты! Когда ты прислал мне письмо, я сразу все поняла. Я поняла, что следует действовать. Я сразу поняла, что в тебе есть нечто особенное, еще, когда увидела тебя в юности. Это я привезла с собой Фарива и заставила его продавать гномам всякие опасные штучки при разработке шахт в горе. Это я привела одно безмозглого и алчного гнома к самому опасному месту на горе, где он и взорвал гору, а ты, мой милый всех спас! Эта ситуация была лучшей из всех, что я когда-нибудь устраивала! Ты стал великолепным спасителем. Чистота твоей души была превосходной. Только с одним еле заметным изъяном. Маленький червячок тщеславия жил всегда в тебе. На этом я и сыграла! Я стерла часть книги Мальвуса Понта, поместив туда главу про рай с заклинанием. И ты конечно, же не мог не испытать это заклинание! Мой милый!

Графиня снова засмеялась, обернувшись к Тримо. Тот тоже посмеивался, но как-то странно наблюдал за всей этой картиной. Графиня снова обернулась к Ариману и театрально насупила брови, продолжив:

- Конечно, я очень переживала, когда несла тебе эту книгу. Вдруг ты не переживешь путешествие в рай, а мне очень не хотелось тебя терять. Человеческая часть моего сознания очень переживала за тебя. Я была так растрогана, что даже сомневалась давать тебе книгу или ждать следующего подходящего случая. Я даже больше хотела, чтоб ты умер тогда, истерзанный вихревой магией. Ведь человеческая часть моей души любит тебя. Давно уже любит, и не хочет подвергать тебя ужасам пребывания в раю. Но потом, я успокоилась. Ведь большая часть моей сущности…Высшая ее часть, взяла верх над человеческими эмоциями. Эта часть была убеждена, что ты все выдержишь и станешь прекрасным! И стал прекрасным, мой милый! Но потом все пошло не так! Вернувшись из рая, ты упорно не хотел…пасть! Ты столько долгих недель не хотел пустить кровь разумного существа на свои руки. Хотя у тебя было столько возможностей. Я наблюдала за тобой и почти отчаялась. Но удача улыбнулась нам! Ты наконец убил разумных существ! И сразу троих! Троих стражников! Это великолепно! Ты не подвел меня, и тем самым завершил пророчество! И теперь мы подошли к самому главному. Наконец я могу забрать, то что так долго тебя отягощало, Ариманушка!

Она всунула руку в маленький мешочек, висящий на поясе. Вынула сжатый кулачок и улыбаясь, одним движением рассеяла сверкающую пыль над головой Аримана. Пылинки, искрясь, осели на плечи Аримана, а на его голове стала материализовываться нечто наподобие высокой короны с острыми шпилями, выкованной, казалось из самой тьмы. Корона была окутана клубящимся черным пламенем, языки которые вырывались в пространство и тут же исчезали. Графиня, стала на носки и бережно сняла корону с головы Аримана. Тот моментально почувствовал, как тяжесть спала с его головы. И он оказался безумно рад этому. К графине подошел один из людей обмотанных бинтами с сундуком в руках. Графиня погрузила бережно короны в сундук и заперла его. Потом повернулась к Ариману и также радостно сказала:

- Благодаря тебе Ариманушка я использую рай в своих целях. Я буду поваливать раем, а не он мною! Другие проводники были глупыми. Они служили раю, а он их пожирал, как и весь их мир. Но со мной такого не будет. Я возьму из рая все, что мне надо, и я буду ему диктовать свои условия. Без меня он в любом случае сюда не проникнет, а я буду его контролировать. Я сделаю мир прекрасным на свой лад!

Тут ее лицо стало серьезным. Она приблизилась вплотную к Ариману и приложила свою ладонь к его щеке. Указательный палец на её руке стал деформироваться и превратился в бледно белое, полупрозрачное подобие паучьей лапы. Графиня негромко, так чтоб слышал только Ариман, сказала:

- Это будет наш мир! Наш с тобою мир. До встречи, любимый!

Она нежно провела ужасным подобием пальца по щеке Аримана, и убрала руку. Палец обратно стал нормальным. Она снова стала веселой, хлопнула в ладоши и защебетала:

- Ну, все мальчики! Нам пора! Нас ждут очень важные дела! Поспешим!

Она обогнула Аримана и стала выходить из пещеры. Забинтованные молча, подхватили трон, и также обогнув Аримана стали цепочкой выходить из пещеры. Замыкающим был Тримо. Он был явно не доволен окончанием беседы графини с этим чудовищем. Особенно его злило, то, что он не слышал, что она сказала этому…Ариману. Зато он видел, как она коснулась его мерзкой щеки. Он больше никогда не будет целовать эту ручку графини. Проходя мимо замершего Аримана, он с силой хлопнул того по руке и издевательски сказал:

- Удачи, парень! - и покинул пещеру.

Ариман остался в полной темноте слушая все еще скулящего Намира. Он перекручивал в голове все сказанное графиней. И понимал, что его ничего не тронуло. Его больше волновало, что он чудовищно голоден. И следует скорее найти себе уже пищу. Следует поживиться молодым эльфийским мясом… а потом.. а потом вкусить мясо людей. Человеческие поселения должны быть не очень далеко! Решено! Сначала эльф, а потом люди! Ариман довольно зарычал и помчался из темной пещеры на поиски пищи…

…

…Слух о том, что произошло со стражей и патриархом Эльваном в родовом поместье Аримана, разошелся очень быстро по городу. Все считали, что Ариман навлек на себя проклятье, замахнувшись на деяния которые под силу только богам. Только боги природы могут ворочать горы, но не эльф, каким бы могучим он не был. И сама гора с ужасающей гримасой на ней, образовавшейся после взрыва, тоже проклята. В народе укрепилось навсегда название этой горы: « Горе Аримана»…

X I

...Компания из шести молодых людей весело отдыхала под мелодичную музыку исходящей из музыкального контейнера трапециевидной формы. Ариман долго за ними наблюдал. Намир научил его становиться незаметным для глаз, и Ариман часто этим пользовался. Когда окружающее пространство окутал сгущающийся мрак наступившего вечера, Ариман пробрался во фруктовый сад напротив амбара. Ариман давно не питался и был очень слаб. Поживиться плотью этих шестерых молодых людей будет очень хорошо. Это надолго восстановит его силы…

...Вскоре они заметили Аримана который уже не мог долго стоять в темноте на одном месте, и обливаясь слюной, наблюдать за ними. Один даже выкрикивал угрозы в сторону фруктового сада и намеревался подойти. Намир решил прошмыгнуть к людям и на нюх проверить насколько они испуганны. Да и вообще, насколько готовы дать отпор в случае нападения. Намир вернулся с хорошей новостью. Люди источали сильнейший запах страха. Скорее всего, отпора не будет вообще. Только паника и крики, как с предыдущими четырьмя, которых он разорвал за полчаса. Ариман обрадовался этому. Он вышел, ковыляя из фруктового сада. Расставил свои длинные руки, словно намереваясь обнять всех, кто рассматривал в темноте фруктовый сад и направился навстречу очередному своему ужину….

Знатная

Графиня

Амерзи

…

…Родовое поместье лорда Дилая Элийского готовилось к знатным проводам. Вскоре лорд и его жена Фрая должны были выступить в поход в составе легендарного вольнонаемного седьмого легиона. Битва при Гримдоре, которую планировал генерал Алтан Гендер, требовала присутствия максимального количества боевых специалистов. Дилай был боевым магом. А его жена, с которой он и познакомился на службе в вольнонаемном седьмом легионе, была одной из лучших лучниц легиона…

…Дилай, находясь на службе в легионе, часто имел доступ ко многим архивным магическим и техническим источникам. Среди них была уникальная книга: « Способы и методики технического управления магическими потоками». На основе полученных знаний из этой книги он разработал и создал себе особые боевые доспехи мага, усиливающие его телокинетические и психомагические способности. Теперь маг обретал не только защиту в ближнем бою, но и мог создать сильнейший отпор превосходящим силам противника. Но на этом Дилай не остановился. Он создал себе небольшой, но смертоносный скипетр, метающую губительные молнии в противника. Пятьдесят лет назад, когда он впервые заметил Фраю в легионе, она была еще рекрутом. Он совершенно случайно увидел, как грациозно и умело столь юное создание обращается с луком. Лорд Дилай, был статным эльфом. Он знал, что нравиться женщинам и эльфийской и человеческой расы. Даже некоторые жены гномов на него засматривались. Он редко принимал отказы. Но так как он был еще и воспитанным эльфом, он не часто прибегал к смущению противоположного пола своим присутствием и намеками. Ну разве, что тогда когда очень долго был в походах. Именно такой случай был сейчас. Он неделю, как вернулся из трехмесячного, и как считал Дилай, бесполезного похода в Пустоши Заскалья. К тому же он никак не мог взять в толк, почему эта местность называется пустошью. Там также есть леса, поля, реки и… целые страны! Там есть и эльфы и люди и гномы. И живут они вместе в общих городах. А с ужасными клыкастыми созданиями с ярко зеленой кожей, явно похожими на дикарей, Дилай встречался всего несколько раз. Схватки эти были жаркими и опасными, но походили больше на усмирение диких животных, чем на усмирение, так называемой Зеленокожей Орды. В первый раз, когда он выбрался за пределы гор Заскалья, он был чрезвычайно удивлен бурной жизнью за пределами, кипящей в Пустошах. Первейшим и главнейшим условием вступления в легион было не разглашение всего, что будет увидено в пустошах. Тех, кого только подозревали в праздных разговорах о пестрой жизни в Пустошах, выгоняли с позором из легиона. Будь то командир или рядовой. Это очень возмущало Дилая. Ведь все исторические книги и очерки гласили о страшном запустении за пределами Заскалья. И о земле кишащей зеленокожими монстрами. Дилай тогда часто вступал в дискус и спор со своим командиром на эту тематику. Он не понимал, как столько достойных представителей седьмого легиона могут намеренно плодить и усиливать историческую ложь. Командир приводил свои доводы на эту тему, а когда заканчивалось терпение пугал исключением из легиона. Это их породнило. И когда командир пал в бою, усмиряя войну двух дальних городов-государств, Дилаю стало не так уж и важно эта проблема с лживым освещением Пустоши на бумаге. Он очень жалел о том, что так и не успел провести обычную беседу на отвлеченные темы с командиром. Что не узнал его ближе, хоть очень к нему прикипел. Юридически, Легион выполнял патрулирование дальних и ближних рубежей Пустоши. А фактически, служил миротворческой силой, усмирявшей частые конфликты, между различными городами и государствами Пустоши. Потому в его рядах находились, торговцы, купцы, дипломаты и представители различных религиозных и магических направлений. По сути это было мобильное мини государство верховным правителем, которого был генерал, а членами совета являлись командирская верхушка.

Как бы там не было, к службе в легионе привыкали быстро даже самые рьяные соискатели истины и правды. Первое столкновение с опасностью у многих переключало внимание на другие более насущные проблемы, чем установление тождественности между не правдивыми историческими книженциями и действительностью. Важней становилось спасти жизнь боевого товарища, чем подобная мелочь. И Дилай был не исключение. Смерть командира поставила точку для него в этом вопросе. И теперь он просто честно исполнял свой долг в самом почетном легионе, бравшем в свои ряды представителей всех трех рас.

Теперь же Дилай достаточно опытный боевой маг, вернувшись из похода, и прогуливаясь по лагерю, заприметил юную Фраю, которая необычайно ловко клала одну за другой стрелы на тетиву лука и пускала в тренировочную мишень, восхищая командира отряда стрелков. Да и сам лук был замечательной работы. Больше среднего размера он имел изгиб из трех волн. Древесина, из которой он был исполнен, имела красный оттенок. А то место, где следовало держать лук, было оснащено ручкой перпендикулярной к самому луку, с прикрепленной к ней основой металлической рукавицы, потускневшей от времени. С той стороны, где стрела соприкасалась с телом лука, была приделана короткая изящно гравированная полая трубка, от которой исходил легкий электрический гул. А сверху, на трубке был приделан прицел, из круглой линзы, отливающей голубым оттенком. Лучница ловко доставала стрелу из колчана, прикрепленного на правой ноге, вставляла в трубку и натягивала тетиву. Потом отпускала. Стрела вылетала из трубки с достаточно громким хлопком, а из самой трубки вырывался небольшой язычок оранжевого пламени. Это предавало стреле дополнительную скорость, и оставляло в пространстве быстро исчезающий красный, закрученный ломаной спиралью шлейф, за пущенной стрелой. Стрелы так часто пускались, что было похоже на канонаду из маленьких взрывов. Внимание Дилая поначалу привлекли эти звуки. Но когда он заприметил Фраю, все остальное его мало стало интересовать. Лучница прекратила обстрел мишени. Она встряхнула левой рукой лук. Он с механическим треском сложился, став, чуть ли не в три раза меньше, и она аккуратно прикрепила его на левый бок, к специальным зажимам на поясе. Молодая, прекрасная, стройная эльфийская лучница, ловко обращающаяся с механико-магическим луком! Это произвело сильное впечатление на Дилая. Да еще после долгого похода, без капли женского внимания! Он приблизился. Командир лучников не мог нахвалить свою рядовую. Он заприметил Дилая и довольным голосом обратился к нему:

- Дилай, дружище! Ты погляди, какое сокровище я откопал для легиона в Богами забытой деревушке!

Дилай широко и слегка надменно улыбаясь, многозначительным тоном произнес:

- О ! Я вижу! Вижу! Сокровище, да и только!

Фрая обернулась. Ее брови были подняты. Она прекрасно понимала, на что намекает этот нахальный эльф. Она оглядела его с ног до головы, презрительно фыркнула и отвернулась. Улыбка понемногу стала сползать с лица Дилая. Он явно ей не понравился. Жаль, конечно. Но девушка достаточно красива. Дилай повел бровью и пошел себе дальше. А Фрая в свою очередь была удивленна подобным поведением. Этот нахальный эльф был очень красив. И такой статный, но видно с первого взгляда - щегол! Любитель женщин. Она ожидала, что он сейчас начнет пыжиться перед ней, словно индюк, как все остальные, показывая свою индивидуальность. Ведь и она была достаточно не дурна собой. Однако вопреки ожидаемым лестным речам, он просто развернулся и ушел. Она посмотрела ему в след. Вот нахал! Даже не попытался как-то к себе ее внимание привлечь! А идет – то как! Видно понимает, что она смотрит на него. Вот бы пустить ему щепотку соли в зад, на острие стрелы, чтоб не был таким самодовольным. Командир принес еще партию стрел. Сказал, что он обожает, всякие магические штучки и никак не может наслушаться хлопков исходящих от лука, при спуске тетивы. Взял у нее лук и сам стал пускать, со смехом, стрелы, создавая очереди из хлопков. А Фрая стояла и думала о том, как могут таких нахалов набирать в легион. Подошел, нарушил спокойствие честной девушки, и молча, ушел, будто не произошло ничего! Нахал! Она надеялась, что больше никогда не увидит его…

… Поместье гудело, словно пчелиный улей. Фрая одетая в легкое белое платье с золотыми узорами, метушилась вместе с прислугой. Накануне отъезда к Дилаю заглянули два боевых товарища. Первым был пожизненный холостяк Граф Бертран Анри Де Амерзи - яркий позитивный человек чуть выше среднего роста, с хорошо сложенным телом, прекрасной темной шевелюрой, длинными тонкими усами и гордой неспешной походкой. На поясе у него всегда висела его любимая фехтовальная сабля, из стали прошедшей двойное молекулярное укрепление и украшенным золотом изящным эфесом. В этот раз с графом приехала даже его матушка. Она все не оставляла надежды женить его наконец. Хоть на эльфийской женщине…Хоть на гномьей. Вместе с матушкой приехал целый ворох прислуги. Некоторые из них не видели ни разу эльфов живьем, а тут их привезли в город полный одних эльфов. Они украдкой глазели на Дилая и Фраю. А прислугу, состоящую из эльфов, очень стеснялись. Общались только с Ронсом Биром старшим, управляющим поместьем. Это был старик с пышной сединой и приветливыми глазами. Также общались с Ронсом Биром младшим, зрелым мужчиной лет тридцати пяти. И то лишь общались по той причине, что они оба были людьми. Вслед за Графом прибыл второй товарищ - Вендор Райс. Одет он был в синие одежды, под которыми скрывался защитный круглый нагрудник, очень необычной работы. Он был выполнен из шероховатого матового металла белого цвета с голубыми прожилками. Вдоль всего доспеха были размещены изящные символы ярко синего цвета, и казалось, что они находятся под слоем металла и проступают сквозь него. К тому же от доспеха исходил негромкий механический гул. Сам этот человек был среднего роста с короткой прической и насыщенными голубыми глазами. Но удивляло Делая в нем другое, Вендор очень плохо поддавался старению, в сравнении с другими людьми. Он знал его почти тридцать лет и Вендор ни на год не постарел. И прибыл он не один. С собой он привез юного рекрута-гнома Дулифа Грума. Товарищи Дилая собрались не просто праздновать. Было решено, что отправляться в легион они вместе, после того как хорошо погуляют вместе.

Дилай и Граф Амерзи сидели на веранде когда, к ним приближался Вендор Райс. Он отчитывал гнома за какой-то проступок. А тот покорно смотрел на него, и казалось, впитывал каждое сказанное слово. Граф приветственно помахал рукой и громко сказал:

- Эгей Вендор! Прекрати уже полоскать бедолагу, не в бою ведь! На нем уже лица нет, а ты все не успокоишься- Вендор приблизился и пожимая руки ответил:

- Да вот скорее бы уже бой, а то этому коротышке следует пар выпустить!- Дилай усмехнулся:

- Что же он такого сделал? Меч тебе с утра не начистил?

Дулиф поприветствовал всех и молча стал в сторонке. Вендор прыгнул в приготовленный для него стул и пояснил:

- Этот сорванец, не успев попасть в город, уже наделал беды. Я оставил его всего на полчаса одного, а он уже успел четверых эльфов и одного своего соплеменника научить падать на землю. Да так научил, что стража его уже вела в камеру. Пришлось подкупить стражу, чтоб не затягали его судебными разбирательствами

Дилай с интересом осмотрел гнома и сказал:

- Четырех эльфов говоришь? Где же ты откопал такого умельца?- Вендор выпил бокал прохладного немного хмельного напитка, любезно предоставленного Графом, и ответил:

- Это не я, господа. Это наш горячо любимый генерал Алтан Гендер, чтоб он был неладен! Наш доблестный генерал, каким-то образом оказался должен деду этого сорванца, и его отец решил взять с генерала плату за этот долг. И ничего лучшего не придумал, как отправить сыночка-забияку в седьмой легион. А генерал Алтан взял, да и принял его без всяких вступительных испытаний. И мало того! Он эту обузу скинул со своих плечей на мои! Вызвал к себе. Объяснил, что к чему, и прикрепил его ко мне, словно клеща к собаке. Теперь приходится везде с ним быть! И учить!- Граф засмеялся и сказал:

- Ну, так тебе еще и жаловаться! У тебя такой способный ученик. Пятерых одним махом уложил. Смотри только, чтоб ученик не превзошёл своего учителя. А то будешь вместо тех эльфов землю-матушку целовать!- Дилай и Граф посмеялись с этой шутки. А Вендор парировал в ответ:

- Нет, друзья мои. Рано смеетесь! Я к тому времени как научу этого гнома всему, натравлю его на вас! И буду тихонько в стороне посмеиваться, как коротышка двух амбалов по земле катает!- Граф Амерзи прищурил и сказал:

-Так ты считаешь милый друг, что твоя техника ближнего боя сильнее моего телепатического фехтования?- Вмешался и Дилай, своим вопросом:

- Или моей магии?- Вендор удивленно посмотрел на друзей и ответил:

- Господа! Я хочу сказать одно! Я вижу, что нам всем не хватает хорошего боя, чтоб разрядится!- Граф поднял указательный палец и произнес:

- Точно! Давайте поднимем бокалы за славный бой, к которому приведет наш доблестный генерал. И налей ты Вендор уже и гному! Стоит весь напыжился, скоро треснет

Вендор протянул Дулифу бокал. И они все вместе осушили прохладный игристый элитный напиток, светло-желтого цвета, под названием « Душа Эльфа». Дилай произнес:

- Если генерал всерьез планирует поход на Гримдор, это будет славная битва. И тебе, мой юный гном, выпала великая честь сражаться бок-о-бок с Вендором. Если он рядом, не бойся ничего, поверь мне. Он сражается как лев, и всегда думает о товарищах, а потом о себе!

К боевым товарищам подбежал совсем юный Ариман, сын Дилая. Он радостно вскрикнул:

- Граф, Вендор вы уже тут? Я так спешил, чтоб встретить вас! Смотри Вендор, чему я научился с момента последней нашей встречи!

Он достал из широкого кармана кривую палку, увенчанную резным кольцом, с одного конца, и сказал:

- Эту волшебную палочку я смастерил сам, без отца! Смотри Вендор!

Он взял палочку двумя руками и направил на ближайший цветок. Цветок зашатался, а потом разлетелся на мелкие кусочки. Ариман удивленно уставился на остатки цветка. Потом перевел взгляд на сидящих и растерянно произнес:

- Но… я хотел, достать цветок из грядки…Я не хотел, чтоб он взорвался… Еще позавчера у меня получалось..

Вендор успокаивающе произнес:

- Не переживай, Ари! Упорно тренируйся и упражняйся! И вот увидишь! Когда-нибудь, ты не то, что цветок ты целую гору из-под земли достанешь. А теперь иди к нам и расскажи как ты. Как твоя учеба. Как здоровье. И расскажешь нам с дядей Бертраном, как твой отец на нас говорит, когда нас нет рядом…

Дилай поднял вопросительно бровь. Ариман, разочарованно вздохнул, спрятал палочку на место и направился к сидящим за столом. Он так хотел показать Вендору, чего достиг, но не получилось… Может в будущем…Может и научится каким-нибудь фокусам…

I

Гилиас молча, сидел на дворе и смотрел на топор, которым он отсек голову тому существу возле амбара. Он до сих пор не мог поверить, что страшный монстр который собирался полакомиться им и его друзьями, знаменитый на весь мир Лорд Ариман Элийский… Это было невероятно. Как такой эльф мог превратиться в столь кошмарное создание. И само главное: как они смогли одолеть его! Если верить рассказам, то за ним тянется след из множеств убийств. И были среди них и воины и следопыты. Как им, простым людям удалось справиться с таким смертоносным противником? Гилиас не мог найти ответ на эти вопросы. Как удалось Эридору выжить после падения? Да еще справиться с этим маленьким злобным созданием. Как друзья нашли в себе силы встретить всем вместе опасность, не разбежавшись от страха кто куда… Откуда у него нашлись силы сопротивляться боли от ран нанесенных смертоносными когтями. И самое странное, откуда у него в голове возникла мысль, о том, что зло должно быть наказано любой ценной! Какое зло! С чего он решил в тот момент, что может спасать от зла! От куда эта неестественная смелость..Это ведь даже была не смелость! Нет! Не смелость… Он просто знал, что следует делать. И он не думал о себе. Он думал о том как не выпустить это смертоносное зло в мир, где оно способно погубить еще не одну невинную душу. А удар, который он нанес сначала ножкой табурета, а потом вот этим топором. В этих ударах была чудовищная сила! Откуда она взялась! Объяснить ее только уроками по квазителекинетическому усилению нельзя было. Удар был намного мощнее. И какие, к богам, невинные?! Откуда он это взял вообще. Да он против смертей. Его, как и многих других, возмущают известия об убитых людях разбойниками и душегубами. Но он обычный рабочий в цеху по сборке энергофакелов. Он даже не стражник. В тот вечер произошло, что-то необычное. Он чувствовал, как его руку и мысли ведет нечто большее, чем страх или желание выжить. Он уже боролся не просто за свою жизнь. Он боролся со злом в лице ужасно изменившегося героя эльфов Аримана. Нечто большее, чем он сам вело его и не дало умереть. В этом он был уверен! Вспоминая по секундам тот вечер, он все больше приходил к выводу, что над ними была простерта длань богов. Боги не дали им умереть, и остановили их руками, зло плодившее горе на земле. Это было его четким убеждением. Но высказывать его Гилиас никому не собирался. Да и зачем? Таира и Эфира достаточно быстро восстановились после этих событий. Уже через пару дней после того как тело Аримана транспортировали на родину, они весело смеялись и гуляли в парке. Ребята на перебой стремились с ними познакомиться, так как они стали самые знаменитые девушки в столице. Эридор продолжил спокойно учебу в Универсариуме, пользуясь успехом у противоположного пола. Трал, словно сошел с ума. Он считал, что они подобны героям из древних легенд. И должны отправиться на поиски сокровищ и тайн, а не тратить жизнь впустую. Бриан в принципе не хотел обговаривать случившееся. Лорд Ариман был его кумиром. Как у многих. А теперь он получил двойной шок. Лорд стал монстром, а Бриан был одним из тех, кто уничтожил его. Единственное, чем поделился Бриан, это кошмарный сон. Ему очень часто снился сон, что Лорд Ариман стоит в горящем амбаре. Только не в виде чудища. Он красиво одет, и ухожен, прямо как на картине Армина Ван Баудена. Ариман стоит и просит Бриана прекратить. На лице лорда видны слезы. Он говорит, что ему нужна помощь. Ему надо помочь, найти свою душу. И еще ему очень больно. Но Бриан во сне продолжает обжигать Аримана горящим факелом и победоносно смеяться. Бриан каждый раз просыпается в поту и слезах после этого сна. Он был убежден, что Лорду нужна была помощь. Его не следовало убивать. Но кто же знал тогда, что это знатный герой?......

Гилиас смотрел на топор. Черная кровь так и не отмылась с лезвия. Она темными кляксами укрывала металл, и казалось, въелась в него очень глубоко. У этого создания, в которое превратился лорд, видимо очень едкая была кровь…

Родители Гилиаса тоже странным образом восстановились после происшествия. Они были рады, что их сын остался жив. А большего и не надо было. Отец советовал забыть все, как страшный сон. И не переживать за амбар. Отстроят новый. Жизнь вокруг Гилиаса шла своим чередом. Вот только он один выпал из нее. Он больше не мог вести себя как прежде. Нет желания ни шутить, ни радоваться. К тому же он чувствовал, что в нем словно что-то взрастает. Но, никак не мог определить, что именно. Плохое это или хорошее. С работой тоже не ладилось. Только его раны немного затянулись, он снова вернулся в цех. Но все валилось из рук. Глава цеха посоветовал ему отдохнуть. Еще немного подлечиться, но Гилиас отказался. Работа хоть и не ладилась, но не надолго отвлекала от назойливых мыслей.

Мать копошилась на дворе. Она что-то спрашивала Гилиаса. Он отвечал, не задумываясь. Или просто кивал головой. С каждым днем его все меньше и меньше волновали житейские вопросы. Все, что казалось важным раньше, теперь казалось таким мелким. То, что так было насыщенно красками, теперь виделось тусклым и постепенно меркло. Гилиас не чувствовал себя больше частью общества. Частью общего потока жизни. Он понимал, что нуждается в чем – то ином. Но уж точно не в бреднях Трала о поиске сокровищ! В тот момент как Гилиас полумал о Трале калитка открылась и во двор вошел Трал, весь сияя, как отполированный клинок в лучах солнце. Он поздоровался с матерью Гилиаса и направился прямо к нему. Оценив внешний вид Трала, Гилиас сразу понял, о чем пойдет речь. Он подкатил глаза и тяжело выдохнул через губы сложенные трубочкой. Трал же без приветствия, достал массивный папирус, сложенный вчетверо и развернул его, воодушевленно сказав:

- Смотри! Внимательно! Это наш путь к успеху!

Гилиас даже не опустил взгляд на свисающий из рук Трала папирус и ответил:

- Трал! Сколько можно! Я не собираюсь ввязываться в эти глупые авантюры! Неужели ты не понимаешь, что это все детские игры! Какие сокровища! Какие приключения? Ты в каком веке живешь? У нас по улицам технокаты катаются и энергофонари освещают дома и улицы! А ты … В общем нет! Это все чушь!

Однако Трала не так легко было сбить с намеченного пути. Он невозмутимо продолжил:

- Да ты только взгляни! Это не погреб заброшенного дома, и не старый колодец. И даже не пещера под городскими стенами. Это все детский лепет по сравнению с этим…Хотя в пещеру я сам лазил. Там такая змеища огромная была. Ты не поверишь, и детские косточки. Я уже городской страже все рассказал и показал. Вот смотри!

Трал достал из кармана два огромных, с указательный палец, змеиных клыка, и сказал:

- Это я себе на память оставил!- Гилиас скривился и ответил на это:

- Ты явно свихнулся! Зачем ты лазил в ту пещеру? Она же могла тебя укусить!- Трал поднял брови и воодушевленно ответил:

- Так она и укусила!- Он закатил рукав на левой руке и показал два рваных следа, затянувшиеся кровяной коркой

Гилиас встревожено произнес:

- О Боги! И ты все еще живой! Когда ты успел в эту пещеру залезть, если только на днях мы виделись, и ты ничего не знал о каких-то пещерах? Ты себя вообще как теперь чувствуешь?- Трал улыбнулся и махнул рукой, ответив:

-Я чувствую себя нормально! А в пещере был позавчера, а вчера я ходил за этой картой!- и он снова ткнул папирус Гилиасу. Тот взял его в руки, но так же обеспокоенный состоянием друга взволнованно спросил:

- Это все хорошо, но Трал, это же не шутки! Тебя укусила огромная змея, а ты спокойно ходишь и разговариваешь… Может яд еще не подействовал? Тебе срочно необходимо к лекарю! – Трал жестом остановил переживания товарища и сказал:

- Подействовал! Я видел как, он выступает наружу. Из-под кожи. Понимаешь, что-то не дало яду разойтись по крови! Он выступил через раны, и они почти сразу затянулись. Понимаешь, я и об этом хотел с тобой поговорить, но меня очень интересовала карта. Но раз так уже разговор повернулся… Только не подумай, что я совсем спятил. В тот вечер, когда эта тварь напала на нас, с нами что-то произошло- Гилиаса удивило услышанное. Удивило, что и Трал чувствует тоже, что и он. А Трал продолжил:

- После схватки с монстром, я стал…немного другой. Я чувствую в себе столько силы, столько энергии. Понимаешь! И этот яд в крови. Он сам вытек из раны! Что-то внутри меня не дало яду убить меня!- Гилиас вопросительно пожал плечами и спросил:

- Но как такое может быть? Что могло произойти?- Трал почесал подбородок и ответил:

- Я думал над этим. И нашел ответ! Я так думаю, что всех кого коснулся монстр, немного изменились. Я думаю, эта дрянь передала нам часть своей силы! Вот так! А с тобой дела вообще могут обстоять еще хуже!-

- Почему?- Трал повел бровью и невозмутимо ответил:

- Ну как почему? Оно тебя расцарапало всего! На тебя попала его кровь. Вот смотри, с топора она не смылась, а с твоей кожи сошла? Что-то здесь нечисто. Ты так не считаешь? Гилиас широко раскрыл глаза и спросил:

- Ты думаешь, мы станем такими же?- Трал пожал плечами и ответил:

- Не знаю. Я пока человеческого мяса не хочу. Но это позволит мне заняться тем, чем я так давно хотел заняться. Поисками приключений! Неужели ты забыл Гилиас как это было в юности интересно! Как мы вместе выбирались за город и жили в лесу несколько дней. Как ходили в пещерки, как гоняли дикого кабана… Только теперь все серьезней! Теперь мы сможем…

Гилиас прервал друга жестом руки и встал. Его заботил совсем иной вопрос, и он рассуждал на счет него:

- Подожди, подожди.. То есть ты думаешь, что со всеми с кем соприкоснулся Лорд Ариман могли произойти изменения?.. Меня расцарапал…Тебе разбил лицо, Бриану тоже. Эридора вытолкнул из амбара, когда попытался убежать. Но девушек он не коснулся…Все может быть. Нет! Точно, ты прав! Так и есть. Вот почему я себя так странно чувствую…Неужели мы все превратимся в такое ужасное подобие человека?- Гилиас ужаснувшись закрыл рукою рот. Трал почесав нос также невозмутимо ответил:

- Как –то ты сгущаешь краски. Уже вон сколько времени прошло, и не превратились же! Однако улучшения в своем теле я чувствую точно! Кроме того, что от яда я не умер, так я еще и намного ловчее и сильнее стал. Вот смотри

Трал подошел к старой яблоне с широким стволом и толстой корой. Подмигнул Гилиасу и что есть силы стал наносить удары правым кулаком в ствол дерева. Кора разлетелась в щепки. Показалось живая часть ствола, а Трал все бил и бил. Вскоре и она стала разлетаться в разные стороны, забрызгав Гилиаса. Мать Гилиаса увидела, каким вредом занимается Трал и с упреком крикнула ему:

-Чем это ты там делаешь Трал? А ? Хочешь мне новую яблоню посадить?

Трал запыхавшись остановился и ответил сначала матери потом Гилиасу:

- Извините! Вот видишь! А рука даже не расцарапалась!

Гилиас был шокирован увиденным. Явно было видно, что Трал насиловал ствол дерева с душой, применяя всю свою силу. Однако на его кулаке в самом деле не было повреждений, только легкое покраснение. Трал снова обратился к Гилиасу:

- Теперь ты! Я хочу посмотреть, насколько силен ты!- Гилиас отрицательно покачал головой и ответил:

- Нет! Я не выжил из ума, чтоб разбивать руку об дерево. К тому же я не чувствую, что моя рука такая крепкая, как…кувалда- Трал настаивал:

- Ну! Давая Гилиас. Пока мать твоя в дом зашла! Давай, стукни дерево!- Гилиас упорно отказывался. Тогда Трал придумал другую вещь:

- Тогда давай ты подставишь руку, я легонько по ней стукну!- Гилиас изумился и сказал:

- После того, что ты с деревом сделал? Я не буду подставлять тебе ладонь!

-Ну, тогда давай по другому! Я подставлю, а ты ударишь. Ну, что ты как девчонка все выкаблучиваешься?- Такой вариант больше устраивал Гилиаса из всех предложенных. Трал поставил перед ним раскрытую ладонь. Гилиас сжал кулак, и немного еще помявшись, нанес удар по ладони. Раздался громкий шлепок. И Трал, схватившись за ладонь, жалобно пропищал:

- Чтоб тебя разорвало! Говорил же, надо было в дерево! Словно молотком по пальцам! Ну, ты и дубина!- Однако Гилиас не мог ничего понять. Он не почувствовал, что его рука как-то особенно стала тяжелой. Да и мышцы не появились новые. Ничего не произошло, такого необычного. Он чувствовал себя как всегда. Никакой особой силы не чувствовалось. Однако искривленное от боли лицо Трала говорило об обратном. Тот отдышался и сказал, все еще держась за руку:

- Видишь! Я был прав! Ты еще сильнее меня…Проклятье! Ты не мог ударить в это гребанное дерево? У меня все пальцы онемели! Так ну теперь, ты меня послушаешь насчет карты, что я принес?- Гилиасу было уже все равно. Все так стремительно происходило, что это его начинало просто пугать. Неведомая сила в руках, которую он не ощущал. Трал, который проявляет чудеса смекалки, в очевидных вещах. Возможность превратится в чудовище. Это какой-то дурной сон, что ли? А Трал тем временем развернул карту, придерживая непослушной рукой и начал пояснение:

- Смотри. Это горы Заскалья. Это просека, в моровом лесу. Это эльфийский город Этринос. А это наша столица - Арантая! Понял расположение? А теперь смотри! Вот эта точка это крепость в которой гномы нашли злобного мага. Этот маг управлял вурдалаками, которые напали на людей и эльфов, когда они приближались к моровому лесу. Ну, что ты так смотришь, вроде ничего не понимаешь…- Гилиас, равнодушно смотрел на карту. Его интересовало, как себя чувствует Эридор и Бриан. Он отрешенно ответил:

- Эридор ведь ничего не подозревает. А ведь его еще и то существо покусало. И Бриан тоже ничего не знает…- Трал возмутился:

- Да все с ними хорошо! Эридору я написал письмо, поясняя свои догадки. Он ответил мне. И теперь ему стало ясно, почему у него так хорошо получаются уроки магии. К Бриану я тоже заходил. Он даже обрадовался такому. С каким азартом он ломал толстенные палки на своем дворе, если б ты видел

Гилиас возмутился:

- А когда это ты стал таким шустрым умником? И как это ты письмо написал? Ты недавно перо не знал с какой стороны держать? И почему это я узнаю все последний?- Трал как то странно поглядел на друга и ответил:

- А когда ты стал такой деревянный? Сидишь тут один, хмурной как туча и света белого не видишь! Это я попросил всех к тебе не приходить. Я хотел первый сам к тебе зайти и все пояснить. Кстати ты один не заинтересован в поисках приключений. Даже девчонки и те согласны. Слушай лучше дальше! Так вот, эта точка - остатки какой-то старой эльфийской башни. Когда гномы разделались с магом и его подручными вурдалаками, они просто завалили вход в башню своими бурильными машинами. Понимаешь?! Просто завалили вход, и все! Туда никто не спускался! Там может быть столько сокровищ и секретов, что ты себе не представляешь! И золота и драгоценных камней! Я даже представить себе боюсь! Я не знаю, сколько у нас еще продержится эта силища в руках, но это просто глупо не использовать такой шанс. Кстати забыл сказать. Эридор ради этого послезавтра приезжает из Универсариума. Мы все готовы идти, один ты остался!- Гилиас удивленно смотрел на Трала. Все так происходит быстро, словно гром с ясного неба. Все уже даже готовы идти. Он спросил:

- И девчонки наши тоже идут?- Трал отрицательно качнул головой:

- Нет! Им нельзя! У них нет той силы, что есть у нас четверых. Послушай, Гилиас, ты должен согласиться. Причем это ты на меня так повлиял! Да! Ты. И не удивляйся! Когда мы валялись там на полу, а эта тварь ломилась внутрь, ты один решился дать ей отпор. Ты сломал табурет. Взял ножку от него, словно оружие и тал перед дверью, стремясь взять на себя первый удар чудовища. Я тогда был просто шокирован! За эти секунды, мне показалось, что я повзрослел на годы вперед! Я так не хотел умирать, и хотел …плакать! А ты. Ты просто стоял и ждал боя с монстром. Ты был похож на героя из легенд. Бесстрашного воителя побеждающего зло. И я тогда подумал, что если ты не боишься, то и нам не стоит. И что ты нас спасешь. И ты спас. Это ты больше всех принял на себя гнев этого создания. И это ты отрубил ему голову. Это как тогда в юности, помнишь? Когда мы гнали по лесу кабана, а на встречу вышел черный крупный волк. Мы и тогда с Брианом на землю упали. А ты стал между нами и волком. Я помню, как тогда вы с ним пересматривались глазами. Волк тогда понял, что ты умрешь, но и его не оставишь в живых, потому ушел. Я тогда тебе очень завидовал. Я постоянно дрался, постоянно в ссадинах, а ты часто дома сидел, книжки читал. А как случилось настоящее опасное приключение, ты нас спас. Ты всегда нас спасал. И, я думаю, что та сила, которая у нас появилась - это дар богов, за то, что мы избавили…Ты избавил мир от такого кошмара, как тот монстр. И теперь настало время этот дар использовать по назначению! Так, что ты скажешь? Ты с нами?!- Гилиас был тронут и воодушевлен словами своего товарища. Трал так изменился! Ему хотелось пожать руку друга. Обнять и сказать твердое «ДА!». Он даже собирался это сделать, но его порыв прервал громкий и продолжительный стук в калитку. Трал вопросительно глянул на Гилиаса. Тот ответил:

- Я никого не жду!- Они вместе направились к калитке. Гилиас, даже забыл отложить топор и с ним так и проследовал, узнать, кто там стучал. Он отворил дверь. Перед ним находился мужчина среднего роста, неопределенного возраста с яркими голубыми глазами и аккуратной короткой прической, в сине красных одеждах. Через рубаху проглядывался защитный белый нагрудник. Немного в стороне стоял гном с пышной бородой, в клетчатых серых одеждах, с подтяжками и жевал сливы, которых у него была полная пятерня. Гилиас смотрел на мужчину. Лицо его было серьезным. В воздухе чувствовалось не объяснимое напряжение. Тут мужчина усмехнулся, и слегка повернувшись к гному, сказал:

- Смотри Дулиф, как нас встречают! С хлебом, солью и топором!- Гном, продолжая уплетать сливы, и сплевывая косточки на дорогу, ответил:

- Да уж! Радушный прием, нечего сказать!- Гилиас отложил топор в сторону и спросил:

- Кто вы? Вы к отцу?- Мужчина ответил:

- Где мои манеры. Меня зовут Вендор Райс. А это мой друг Дулиф-

-Здрасте!- с полным ртом ответил Дулиф. Вендор продолжил:

- Я пришел к Гилиасу. Это твой отец?-

- Нет. Гилиас – это я! Что вам нужно?- напряжение между людьми не исчезало. Казалось оно, только набирает силы. За спиной Гилиаса переминался Трал, шмыгая носом, явный признак того, что он готов к потасовке.

Вендор рассматривал стоящего перед собой юношу. Он был совсем молодой. Как он мог убить Аримана. Вендор знал, что произошло с жертвами безумства Аримана. Но как этот юнец мог уничтожить столь грозного противника. Даже если он был не один? Здесь явно скрывалась некая ложь. Может быть не такой уж этот молодой человек и обычный гражданин столицы Человеческой Республики. Может, он как-то связан с Графиней? Или с Красным Братством через Тримо? Потому ему, или им удалось умертвить Аримана, а самим остаться в живых. Здесь явно чувствовалась рука проклятой графини. Он нутром чуял, что эта она причастна к страшным изменениям происшедшим с Ариманом. И может этот молодой человек, даст некоторую зацепку. Хочет он того или нет! Вендор пристально посмотрел молодому человеку в глаза и спросил:

- Так значит это ты одолел лорда Аримана?- Гилиас выдержал испытывающий взгляд незнакомца и твердо ответил:

- Да! Мы с товарищами убили то зло, в которое превратился этот уважаемый эльф!- Вендор не мог поверить своим ушам. Как нагло врет этот юнец. Врет и не краснеет. Вендора переполнял гнев. Ему хотелось отмщения за своего любимого племянника. За своего любимого Аримашу. За того героя, которым он был. Вендор с явным язвлением в голосе сказал, якобы обращаясь к Дулифу:

- Дулиф, ты слышал? Он с товарищами убили зло! А ты знаешь, вообще кто был такой лорд Ариман. Ты знаешь, что этот эльф сделал для своего народа?- Гилиас предположил, что эти двое могли быть друзьями прежнего Аримана. Он понимал их боль и гнев. Он понимал, что они надеялись, как все близкие, на иное завершение этой ужасной истории. Он почти физически ощущал, ту душевную муку, исходящую от мужчины, не смотря на то с какой колкостью была сказана эта фраза. Гилиас так же уверенно ответил:

- Знаю, уважаемый господин. Я и все мои товарищи восторгались мужеством и героизмом этого достойнейшего из эльфов. Однако то существо, совершившее нападение на нас, не было уже прежним Лордом Ариманом. Мне так же неприятно, что так вышло…

Выражение лица Вендора изменилось. Злоба, обида, ненависть и бессилие проступили на нем. Слезы застыли в глазах Вендора. Не был прежним Ариманом? Ах, ты сопляк! Да ты вообще знал Лорда, чтоб так говорить?! Ты знал, какая у него было душа? Ты знаешь, мальчишка, как это потерять сначала друга, а потом сына этого друга, когда ты поклялся их защищать ценой своей жизни! Нет! Ничего ты не знаешь, проклятый обманщик. Подставная кукла! Сейчас он задаст еще один-другой вопрос и силой вытрусит из этого мерзавца и его прихвостня всю правду. И никто его не остановит! Вендор сквозь зубы спросил:

- А как ты, будь любезен ответить относишься к наколкам красного волка на плече и графине Амерзи?- Гилиас не понял смысла этого вопроса, и ответил как есть:

- Никогда не видел, господин подобную наколку. И графиню я не знаю никакую. Я вообще не знаком с графинями. Я простой рабочий человек- Вендор издевательски усмехнулся, хлопнул себя по ноге и так же с издевкой обратился якобы к Дулифу:

- Ты слышал Дулиф? Ни наколок он не видел, и графиню не знает. И простой рабочий убил такого жуткого монстра, который наводил ужас на всю столицу! Как все просто!- Дулиф продолжал жевать сливы плюя косточки уже в сторону калитки, отвечая:

- Все это похоже на наглое вранье, как по мне!- Вендор кивнул головой и сказал:

- Вот и мне так кажется! И настало время говорить правду, мерзавец!- То, что стало происходить дальше, было очень неожиданным для обеих сторон возникшего конфликта. Вендор молниеносно протянул правую руку вперед, чтоб схватить лгуна за шиворот. Гилиас, удивляясь себе, успел заметить, это движение. И даже более того. Отступить в бок, и отбить локтем протягивающуюся руку. Между раскрытой калиткой и Гилиасом проскочил Трал. Но как-то медленно. Он оказался между ним и Вендором. Его кулак был направлен Вендору в подбородок. Однако Вендор, одним толчком левой руки перенаправил все тело Трала в сторону, и тот летел на Дулифа, который уже ловко подставил ногу, через которую Трал должен был споткнуться и упасть. Однако этого не произошло. Трал в последний момент успел перескочить наглую ногу гнома, и очутился прямо перед ним. Дулиф, со спокойным лицом продолжал поглощать сливу. А кость выплюнул прямо в грудь Тралу. Теперь Трал разделял неприязнь Гилиаса к гномам. Дулиф, засунул сливы в карман и начал атаку. Но и Трал был битый калач. Ему хотелось проверить свои силы. Потому он так и рвался на поиски приключений. Но удача сама предоставила подобный случай. Что ж потренируемся на этом нахальном гноме. Но чуть, позже. Так как пока получалось только отбивать его атаки, производимые со скоростью полета стрелы.

Гилиас был шокирован увиденной картиной. Трал, ужасно сквернословя, отбивался от страшного натиска, проводимого гномом. Но оба они двигались как-то медленно. Каждый производимый удар и последующий Гилиас видел и мог предугадать. Но перед ним стоял Вендор. Лицо его было каменным. Настроен он был категорически серьезно. Его правая рука снова летела в сторону Гилиаса. Но в этот раз скорость превышала предудущий выпад. Гилиас успел перехватить ее, когда пальцы Вендора коснулись его горла. Вендор смотрел прямо в глаза Гилиасу. И взгляд этот был затуманен яростью. Гилиас, все также понимая, что такое поведение вызвано душевной болью, просто хотел препятствовать яростным желаниям Вендора. Но это было не просто! Гилиас схватил не руку. Казалось, он схватил стальную рельсу, и пытается ее согнуть, отстраняя подальше от своего горла. Рука Гилиаса дрожала, но продолжала упорно, миллиметр за миллиметром отодвигать смертельную хватку Вендора. Он тоже смотрел Вендору в глаза. И в его взгляде не было ненависти. Было понимание. А где-то на заднем плане в сознании все происходящее выглядело нелепо. Он сражается с каким-то незнакомцем возле калитки своего дома. Двигается быстро, словно молния, и даже переживает за чужака, желающего как минимум, его покалечить. Если б ему такое рассказали, он бы не поверил в подобные байки. Бред! И снова странное чувство внутри, как тогда, когда он занес топор над головой несчастного чудовища, некогда именовавшегося Ариманом. Чувство справедливости. Ее следует установить здесь и сейчас! Но силы были у Гилиаса не безграничные. Он чувствовал, что начинает ослабевать. Его рука дрожала. А рука Вендора снова начала приближаться. И в этот миг лицо Вендора изменилось. Он убрал руку, и как – то странно стал смотреть на Гилиаса. Пелена ярости стала сменяться чем то схожим на изумление. А вот Дулиф с Тралом завелись не на шутку. Дулиф пытался произвести болезненный захват, уже потеряв спокойствие, и поливая бранными словами своего соперника. А Трал, еще уворачивался, но так, же заметно слабел. Лицо Трала имело кровавые следы неудачного отражения атак Дулифа. Но и Дулиф видимо угодил, под кулак, так как левое ухо его распухло, увеличилось в размерах, и было бардового цвета. Вендор взволнованно вскрикнул:

- Дулиф, прекрати!- Тот недовольно ответил:

-Чего?!- Но оставил свои попытки. Трал был этому неслыханно рад и отскочил назад, злобно сверкая глазами на гнома. Вендор облизал губы и как-то странно всматривался в лицо Гилиаса. Он взволнованно спросил:

- Сколько вас было, когда вы расправились с Ариманом?- Гилиас ответил:

- Шестеро- Глаза Вендора забегали, и он стал повторять:

-Шестеро…шестеро…шестеро… Назови имена всех!-

- Я, Трал, Бриан, Эридор, Эфира и Таира!- Вендор был очень взволнован. Дулиф давно его таким не видел. Он понимал, что происходит нечто очень важное, но что не мог взять в толк. А Вендор усмехнулся, и сказал:

- Ха! Там были женщины! Они не в счет! И даже имена назвал в нужном порядке, кроме одного. Невероятно!- И тут Вендор снова переменился в лице. Глаза его были широко раскрыты. Он тяжело дышал. А потом он стал произносить слова очень странным голосом, и казалось этот голос сотрясает все пространство:

- Когда поглотит солнца лик извечный мрак

И зверь личину сбросить будет рад

А двери распахнуться в Ад

Запомни наши души, странник

И призови восстановить порядок божий

Установить господень лад!

Когда Вендор произносил это странное стихотворение, сознание Гилиаса стало меркнуть. Странные образы мелькали перед ним. Яркие существа с крыльями. Огромный храм, потолка в котором не видно. Живые рисунки на стенах. Сияющее солнце где-то высоко над ним. И над солнцем…Бог!? Воспринять его Гилиас не смог. Он только понял, что это некое божество. Яркое и…ласковое. Но Вендор не ограничился произношением стихотворения, или заклинания. Он стал произносить имена, которые словно взрывы раздавались в голове Гилиаса:

- Гастерион

Триандор

Беливрат

Эристор

Драмдор

После произношения этих имен Гилиас упал на колени. Вместе с ним, с возгласами повалились на землю Трал и…Дулиф. Удивлению Вендора не было границ! И Дулиф! Вендор достал из внутреннего кармана одежды необычный медальон. Он был выполнен, казалось из хрусталя. Форма его напоминала необычайные по красоте крылья, обрамляющие солнце, заключенное в хрустальный шар. По всему медальону имелись меленькие голубые вкрапинки и прожилки. Вендор закусив губу, поднес медальон к голове Гилиаса. Медальон в руках Вендора вспыхнул, словно маленькое солнце. Он усмехнулся. И подошел к Тралу, находящемуся в полубессознательном состоянии. Медальон снова воспылал. Вендор застыл над Дулифом. Неужели и Дулиф… Он поднес к его голове медальон, и тот снова ярко вспыхнул. Вендор усмехнулся. Вот тебе и Дулиф! Вот и старый пройдоха!

…

… Дилай был чрезвычайно встревожен тем фактом, что Фрая также должна учувствовать в походе седьмого легиона. Если генерал решил собрать максимальный штат седьмого легиона, компания предполагалась серьезная. За все время службы в легионе Дилай застал всего три раза, когда легион собирался в полной комплектации. Первый – это война с Харсидами, белокожими великанами Пустошей. Второй раз - ложная война между Гримдором и так называемой Зеленокожей Ордой, и третий - урегулирование крупной гражданской войны в Предельных городах-государствах. И вот четвертый! И снова Гримдор! Дилай надеялся, что история с военным походом на Гримдор снова окажется пустой затеей. Однако секретность окружавшая эту боевую операцию настораживала. Единственное было известным то, что правитель в Гримдоре сменился. Поговаривали, что им стал, как не странно это было слышать, белый великан, из племени агрессивно настроенных ко всему белому свету Харсидов! Харсид управляет людьми, эльфами и гномами? Это даже нелепо было произносить. Может это привело к гражданской войне? Может к войне с соседним царством? Но как бы там не было, если в деле замешан Харсид – добра не жди. Вот такие размышления очень мучили Дилая. И пускай Фрая состояла на службе в седьмом легионе! Пусть она была командиром группы в сто лучников! В первую очередь она была его супругой! Матерью их ребенка, в конце концов! Она не должна больше бегать по горам и полям и пускать смертоносные стрелы во врагов. Сколько раз он отпускал ее саму в легион, когда ее призывали, а потом не мог в течении многих месяцев найти покой. Но это все уже в прошлом! Это все было до рождения Аримана. Появление на свет этого ребенка провело черту между прошлым и будущим. Создало грань, с одной стороны грозный командир лучников, под прозвищем «Громовая Стрела» Фрая, и нежная любящая жена и мать – Леди Фрая Элийская, с другой. Он ведь уже писал письма с обращением в канцелярию легиона. Там ему дали четкий ответ, что Леди Фрая не будет призываться больше на службу в ряды легиона, без крайней на то необходимости, либо в случае самовольного изъявления желания на то. Неужели в этом проклятом Гримдоре настолько плохи дела, что стоит призывать мать, у которой подрастает сын? Да и вообще призыв женщин в легион- плохая затея! Он давно об этом думал. То, что там рождаются новые семьи, благодаря знакомствам в рядах легиона - это, конечно прекрасно. Легион соединяет сердца. Однако легион также бездушно может эти семьи и разрушать. Сколько раз он видел, как любимые теряли своих половинок не поле боя, а потом теряли голову, и бросались в неравный бой с соперником, выискивая смерть. Это неверно! Давно уже следовало провести реформацию, и исключить из рядов противоположный пол! Война – это мужское дело! К тому же Фрая становилась просто невыносимой, когда снова приступала к службе. Она превращалась совсем в другого эльфа! Становилась жесткой, непоколебимой и бесстрашной! Общаться с ней не представлялось возможным. Она абсолютно выходила из-под контроля. Единственное живое существо, к которому она прислушивалась, это был вышестоящий командир. И все! Потому Дилай был очень удивлен, открыв для себя новую Фраю, в обычной жизни. Она предстала перед ним хрупкой, ранимой и самое удивительное, покладистой персоной. К тому же отличной хозяйкой. Такую Фраю он полюбил еще больше. Сам же Дилай, как ему казалось, не менялся совсем. Что в строю, что за домашним ужином. Хотя, однажды, когда они с Фраей поконфликтовали, после одной удачной операции, она сказала ему, что он ведет себя словно бесхребетное создание. В чем это заключалось, для Дилая до сих пор оставалось загадкой. За несколько дней до отбытия он провел с ней беседу, убеждая остаться дома, вопреки всеобщему призыву легиона. Однако, она осталась не преклонной. Она ответила, что Ариман остается в хороших руках. Ронс Бир младший и старший хорошие люди. Их Ариманушка для них является и сыном и внуком. К тому же она, в письменном виде, наделила Бира старшего и своего брата Артона Натревиля полномочиями полноправных хозяев поместья, всех денежных сбережений и прилегающих угодий, на время их отсутствия. Все это крайне беспокоило Дилая. Единственный козырь, который оставался у него - это его сын Ариман. Он думал, что сынишка будет очень опечален их уездом. Особенно материнским. Хотел надавить на жалость жены через печаль ребенка. Однако козырь оказался поддельным! Маленький Ариман достаточно стойко отреагировал на известие об уезде матери и отца. А Фрае он вообще сказал, что очень гордится ею. Просил, чтоб она следила за папой, и чтоб убила как можно больше чудовищ. Все это было не правильно! Но Дилай знал: он имеет слово в доме лишь в тех вопросах, которые не пересекаются с легионом. Все это обдумывал Дилай, когда они все вместе ехали в карете к пункту сбора. Вендор, Бертран и Фрая оживленно вели беседы. Шутили и смеялись. Молодой гном Дулиф украдкой посматривал на них всех и тоже иногда посмеивался. А Дилай сидел угрюмый. Но на его настроение никто не обращал внимание. Все были заинтригованны будущей военной операцией. А легион становился все ближе и ближе…

…Служба в легионе была довольно интересной. Когда ты, пройдя все испытания, поступал в него на службу, вся твоя прошлая жизнь перечеркивалась. Не имело значения, кем ты был раньше, лорд, барон, граф или торговец. В легионе ты становился обычным рядовым. А твой командир в обычной жизни мог быть…Нищим оборванцем, в прошлом, конечно же! Ходили слухи, что сам генерал Алтан Гендер, до того как попал в легион, просил милостыню на улице. И единственный выход, чтоб ему не умереть с голоду, оставалось податься в легион. Но насколько это было правдой, судить не брался никто. Дилай, под прозвищем «Горячие кости», был ветераном среди боевых магов в отряде штурмовых магов уже долгие годы. Свое прозвище он получил, используя молнию в битвах. Некоторые противники, поверженные им, обгорали до костей, которые в свою очередь долгое время оставались горячими и дымились «Громовая Стрела» Фрая бесстрашно вела в бой отряд из ста лучников. А точнее сказать лучниц! В ее команде были только представительницы противоположного пола. Может, так было и правильно. Вендор «Белый Лев» командовал отделением в двести легких и тяжелых пехотинцев, которых самолично обучал, и проводил вступительные испытания для новых рекрутов. Почему « Белый Лев», к своему стыду, Дилай так и не узнал за долгие годы службы и дружбы с Вендором. Ветераны поговаривали, посмеиваясь, что это все из-за белых доспехов. Однако сам Дилай никогда не видел на Вендоре белых доспехов, кроме нагрудника, конечно. Тот постоянно снаряжался в тяжелую амуницию бурого или черного цвета, в которой молниеносно быстро перемещался. Граф Амерзи или «Разящее жало», был заместителем командира мобильной бригады технических и техномагических боевых машин, количеством в двести единиц. Но самую уникальное прозвище получил сам генерал Алтан Грендер - «Генерал Легион» Или просто « Легион». А вот юный гном Дулиф Грум, не успев попасть в отряд Вендора, получил прозвище « Раз, два», с чего Дилай очень смеялся. Что послужило тому, никто не мог объяснить. А сам Дулиф на такое прозвище очень негативно и бурно реагировал.

Так же в легионе приветствовались рекруты со своим вооружением и техникой. Однако и собственный арсенал легиона был внушительный. Рекрут, пришедший без ничего и прошедший вступительные испытания, снаряжался с ног до головы…

…Вольнонаемный седьмой легион в семь тысяч бойцов расположился обширным лагерем, похожим на небольшое поселение вблизи крупного города Ходнес, расположенного далеко в, так называемых, Пустошах, которые были абсолютно не пустыми. Город населяли в основном гномы люди и анари – существа похожие на людей, только с темной кожей и с большой складкой прямо над переносицей, и коричневыми вьющимися волосами. Анари считали, что складка на лбу - это третий глаз, который откроется, когда их верховное божество спустится на землю.

А в самом легионе присутствовала строжайшая секретность насчет боевого похода. В чем заключалось операция не оговаривалось. Была только дана команда, всем находится в повышенной боевой готовности. Известен оставался лишь конечный пункт назначения – Гримдор. Но легионеры и не задавали ненужных вопросов. Если так надо – значит надо! Легион стоял уже неделю возле Ходнеса, и с разрешения местных властей проводил тренировочные маневры. Дилай почти не видел Фраю. Она все время проводила время со своими лучницами. Иногда он слышал громкие хлопки, разрывающие окружающее пространство, испускаемые ее луком, доставшийся ей от отца, знаменитого охотника – Лиаса Натривиля.

Вендор проводил тренировку. Молодой гном Дулиф Грум очень нервировал его. Он был способным учеником, однако абсолютно не сдержанный. Все свои навыки применял на сослуживцах. Это нарушало дисциплину, установленную Вендором, и работающею, словно часовой механизм. За все время, которое легион потратил на перемещение к Ходнесу, Дулиф успел уже передраться как минимум с десятью пехотинцами. И все из-за глупой клички, которую он получил. У одного была кличка « стремительный», у другого «молчун», у третьего «щит», а у него «раз, два». И толком никто не мог пояснить, почему такая несуразная досталась именно ему. Просто как-то само пристало. И Дулиф с этим не мог смириться. Он сначала ругался, с тем, кто его так называл, а потом дрался. К тому же он был левша, и потому схватки с ним, даже для опытных бойцов протекали не благоприятно. Вендор проводил плановые тренировки, но больше всех нагрузку он организовывал, для Дулифа. Его он определил в тяжелую пехоту, не смотря на его рост.

День стоял мало облачный и теплый. Отряд бойцов, в котором был и Дулиф возвращались с марш- броска. Вендор видел как они бегом пересекают поросшую мелкой травой равнину, направляясь к лагерю. Последним бежал Дулиф. Отлично! Может, вымотается, и прекратит донимать других. Вендор наблюдал за своими солдатами, когда стал ощущать нарастающий гул. Это было настораживающее. Казалось он исходил из – под земли, и становился все сильней. Это было не к добру! Вендор повернулся к остальной части бойцов, которые тоже были встревожены не объяснимым гулом, и скомандовал:

- Боевая тревога! Боевое построение! Приготовиться к бою!- Гул достиг максимального предела. Казалось источник, от которого он исходил, располагается прямо под ногами Вендора. Он обнажил меч. Вендор ожидал атаки. Однако гул и дрожь, тали удаляться, в направлении отряда, который все такой же равномерной трусцой бежал по равнине. Проклятье! Что это может быть? Что предпринять? Следует направить основные силы на сближением с бегущим отрядом! Вендор подал команду:

- Войны готовсь! Курс, приближающийся отряд! Бегом марш!- и они начали сближаться. Но нечто, перемещающееся под землей почти поравнялось с отрядом в котором был Дулиф. Они остановились и приняли оборонительную стойку. И то, что издавало гул под землей показалось. В земле начали образовываться воронки, из которых, словно муравьи стали вылазить мерзкого вида зеленые слизистые существа. Ростом они были не больше ребенка, однако имели на своих безносых головах непомерно большой рот усеянный рядами клыков, и огромные желтые когти на четырехпалых кистях рук. Спина заканчивалась небольшим хвостом, который беспрерывно подергивался. Вендор уже сталкивался с этими существами. Это их называли траски. Злобные маленькие создания, пожирающие все на своем пути. Они больше были животными, чем разумными существами. Их относили к Зеленокожей Орде, но были ли они ее частью достоверно сказать никто не мог. Вендор громко скомандовал:

- Зеленокожие! Солдаты принять бой!-

Только первый траск показался из воронки, как сразу же кинулся на стоявших в обороне солдат, и был продет насквозь тонким лезвием меча, издав жалобный визг при этом. Но воронок становилось все больше и больше. Трасков становилось все больше и больше. Обороняющиеся солдаты приняли бой и уже вовсю секли этих злобных существ. Но вот подоспело подкрепление под командованием Вендора. Стальные, молекулярно укрепленные лезвия мечей были настолько остры, что, казалось, могут разрубить воздух. Они со свистом рассекали пространство и беспощадно вгрызались в зеленые тела, нанося смертельные раны, либо отсекая конечности. Из земли показался необычный траск. Он значительно превосходил ростом своих соплеменников и кожа его была коричневой. На голове его был алый обруч с темным камнем. Грудь пересекал кожаный ремень, а нижнюю часть туловища укрывала длинная юбка черного цвета. На правую руку была надета стальная пластинчатая изящно сделанная рукавица, доходившая до локтя, пальцы которой оканчивались длинными острыми когтями. В левой он держал маленький неровный посох, выполненный из черного камня, с белыми прожилками. Из земли он появился на странном приспособлении. Верх его венчал небольшой резной каменный трон, по бокам которого торчали ряды маленьких трубок, из которых выходил черный дым. Массивная металлическая платформа имела два колеса сзади и три механических лапы, по форме схожих с паучьими, которые с треском врезались в землю и подтаскивали платформу с троном вперед. Этот траск был чрезвычайно необычный. Таких Вендор еще никогда не видел. Он был явно разумный. Когда он появился на поверхности, то моментально соскочил с трона, яростно выкрикивая трескающие звуки. Он злобно метался среди нахлынувшей волны трасков и бил их посохом. Некоторых сватал за шею и кидал обратно в нору, из которой тот вылез, но брошенный траск выбирался назад и кидался на солдат. Видно было, что этот необычный траск в панике, и не знает как совладать с менее развитыми соплеменниками. Вендор обрисовал в голове всю сложившуюся картину. Этот отряд трасков, под командованием необычного траска планомерно следовал в оговоренное место, но видимо неразвитые подчиненные сородичи были слишком голодны и не смогли совладать с соблазном отведать свежего мяса, и нарушив волю командира вырвались наружу. Потому он так сейчас мечется и яростно паникует. А если он еще и с посохом, значит может быть знаком с магическими дисциплинами. Такой противник для солдат может оказаться очень опасным. Его следует ликвидировать самому! Но Вендора опередил Дулиф. Он выскочил из отряда, закованный в тяжелые бурые доспехи, и словно маленькая пантера кинулся на траска - главаря. Однако тот, хоть и был в ярости и пытался вернуть соплеменников обратно под землю, заметил приближающуюся угрозу. Он направил на Дулифа посох. Раздались громкие электрические хлопки и из посоха стали лететь маленькие круглые ядра, связанные с ним ломанными красными молниями. Дулиф прикрылся щитом. Ядра летели с такой силой, что ударившись в щит, разорвали первый защитный слой и застряли в нем. Однако это не остановило гнома. Он неуклонно приближался. Главарь отвел посох в сторону. Из посоха вылетели еще три ядра опять же связанные с ним кривыми молниями. Зависли в воздухе на расстоянии полуметра и свесились, словно были связаны с посохом не электрическими молниями, а обычными цепями. Это орудие стало походить на тройной цеп. Правую руку, растопырив пальцы, он отвел в сторону. Когти на рукавице стали краснеть, потом желтеть, и наконец, стали беловато- желтыми. Воздух вокруг пальцев парил, что указывало на огромную температуру накала в когтях. Маг приготовился к бою. Дулиф подскочил почти вплотную к траску, который превышал ростом и его. Траск, как, оказалось, двигался очень быстро и ловко. Он взмахнул своим магическим аналогом цепа и нанес резкий удар по Дулифу. Тот укрылся щитом. От соприкосновения ядер с щитом снова послышался электрический треск и оранжевые искры обильно осыпались в траву. Дулиф провел удар, но маг увернулся и ударил теперь правой рукой, попав по щиту. На нем появились борозды от когтей с оранжевыми оплавленными краями. Маг когтями смог расплавить защитный слой щита. Но Дулифа это видимо мало заботило. Он задался целью извести мага. Однако это было достаточно сложно. Тот ловко уворачивался от лезвия меча и избивал щит рукой и магическим цепом. Но вот в очередной выпад гнома, маг схватил правой рукой лезвие меча, которое от соприкосновения с раскаленными когтями само стало нагреваться и в местах соприкосновения приобретать оранжевый цвет и плавиться. Другой рукой он произвел удар цепом, и ядра прикрепились к изувеченному щиту. Траск стал мерзко, но явно победоносно рычать, раздвигая щит и меч Дулифа в стороны, открывая его лицо и грудь. Силы у траска было немерено. Дулиф не мог сопротивляться ей. И чем больше траск отодвигал щит, тем ближе он наклонял свою голову к Дулифу. Гном рассмотрел, что на зубах у того находятся металлические насадки, удлиняющие и заостряющие их. Такими зубами можно было прокусить и кольчугу. Видимо траск и собирался сделать нечто подобное. Но Дулиф решил не дожидаться подобного надругательства над своей плотью. Он отпустил щит, и со всей силы, что смог вложить в дар отправил кулак правой руки, в стальной рукавице траску в голову. Апперкот вышел на столько сильным, что обруч слетел с головы траска, а некоторые зубы верхней челюсти оказались выбиты, или врезались в черепную кость. Траск остался на ногах, но тут же стал терять силы, упал на колени перед гномом и осел. Вендор, кричал Дулифу остановиться. Он хотел захватить мага в плен. Но либо шум битвы поглощал его крик, либо сам Дулиф был на столько зол на врага, что не воспринимал ничего вокруг. Это было не известно, однако врага он щадить не стал. Он занес меч, и сверху вниз вогнал на косую его в тело поверженного смертельно опасного противника, по самую рукоять. Тот даже не вскрикнул. Только кивнул головой, и стал бездыханно валиться на землю. Вендор винить Дулифа не мог. Это было его законное право данное самой битвой - уничтожить своего соперника. И Дулиф воспользовался им. Но как жаль, что они не захватили это необычное существо живьем…

После гибели вожака, в ряды трасков посеялась паника. Одна часть пыталась снова залезть в норы, вторая бессмысленно металась по равнине, третья все еще ведомая животным голодом бросалась на солдат, пытаясь прокусить доспехи и щиты. Но вскоре все завершилось. Подопечные Вендора вдосталь насытили мерзких созданий сталью мечей. Тело поверженного траска – мага перенесли в лагерь. Дулиф, надеялся, что после победы над столь грозным соперником, ему сменят прозвище. Однако, эта победа добавила пикантности в штуках над Дулифом. Над ним подтрунивали: « Вот видишь, ты настоящий воин. Как быстро одолел траска! Раз, Два и все!». А у командования легиона случай с нападением траска вызвал опасения. Этот маг – траск, как предположили, направлялся в сопровождении небольшой группы куда-то не далеко. Иначе свита из неразумных собратьев была куда больше. А самый близкий город после Ходнеса, это Гримдор. И если была одна группка этих существ, может быть как минимум и вторая. Траски не особо страшные соперники, но в союзе с другими войсками, могут быть смертельной угрозой.

Через несколько дней Вендора вызвали на совет командиров. Ему сообщили, что в темницах Ходнеса находится пленник, обладающий очень важной информацией. Переговоры с правителями Ходнеса успехов не принесли. Этого узника не то, что отпустить не разрешили. К нему не дозволенно даже совершить единственную явку. Через подкуп стражника удалось узнать, что пленник находится при смерти. Если он умрет, то унесет с собой на тот свет важнейшую информацию. Вендору было поручено проникнуть в темницу и узнать всю информацию, которой обладает узник. По возможности вызволить. Ему было разрешено взять с собой одного спутника. Вендор решил отправиться один.

Он решил долго не мудрить, и пойти к начальнику стражи и на прямую предложить ему взятку. Это был план Б. Если не сработает, то придется прибегнуть к плану А: ночное проникновение в город, тайное проникновение в темницу, шепотом выведывание информации, попытка вытащить пленного. Потасовки со стражей… В общем тому подобная волокита, которую Вендор очень не любил. И хоть ему и советовали выполнять только план А так как начальник стражи неподкупен, он решил сделать все иначе. Жадность всегда должна победить. Дело было серьезное, потому и методы должны быть серьезные. И серьезность методов измерялось наполненность кожаного мешочка алмазами. Вендор не спеша направлялся к Ходнесу. Город окруженный высокой каменной стеной. Ворота двойные: внешняя массивная дверь и внутренняя решетка. Стражники выглядят убого и смотрят голодным взглядом. Улицы грязные. Снующие жители выглядят уныло, даже в такое прекрасное солнечное утро. Здание городской темницы было двух этажным и местами с заметными трещинами. Все указывало на то, что город не был богатым. Возможно решение, которое принял Вендор даст результат. Вендор попросил стражника провести к начальнику и представился послом седьмого легиона. Его провели на второй этаж, в самый край здания. Это ему не сильно понравилось. Выбираться в случае фиаско будет проблематично. Начальник стражи, тощий человек с козлиной бородкой среднего возраста, сидел за большим деревянным столом грубой работы. Обстановка в кабинете не указывала на особую роскошь. Вендор расценил это как добрый знак. Человек пристально оглядел Вендора и спросил сухим голосом:

- Что послу необходимо от скромного служителя правопорядка?- Вендор не собирался юлить. Он запустил руку в карман, нащупав мешочек с алмазами, достал один и положил, не спеша один на стол сказав:

-Мне нужна маленькая услуга от Вас, которую Вы вполне можете удовлетворить - Человек прищурил глаза, сложил руки на груди и откинулся на стуле. Он ответил. И в его голосе слышались недобрые нотки:

- Вот значит как…Я понимаю о чем Вы хотите меня просить. Этот пленник…Я уже говорил другим Вашим послам, что он в очень тяжелом состоянии, но я уверяю Вас, ему оказывается помощь лекарями. Но он не жилец. День-два и не более того. После смерти мы выдадим Вам тело, если в этом будет еще необходимость. И…неужели Вы думаете, что у меня нет алмазов в своих сбережениях? Уберите сейчас же!- Вендор повел бровями и ответил:

- Конечно же, есть. Но не в таких количествах!- Вендор запустил руку еще раз в карман и достал небольшую пригоршню и высыпал их на стол. Алмазы сияли в лучах солнца. Глаза начальника стражи стали сиять в искрах алмазов. Он подумал о том, что теперь его дом преобразиться. Он сможет обновить гардероб сваей женушки и двоих сыновей. А еще отправит их учится. Да и вообще сделает много разных приятных вещей, ведь никаких алмазов у него и в помине не было. Но вслух он сказал иное:

- Откуда у Вас столько этих чудных камней?- Вендор спокойно ответил:

- Военный трофей. Приберегал их для особо важного события. Ну так, что Вы скажете? Вы сможете удовлетворить мою просьбу?- Начальник стражи закивал головой, не отрывая глаз от драгоценных камней. Он думал о том, что теперь его сыновья поступят в самое престижное учебное заведение, вместо того чтоб просто сидеть дома. Сам же ответил:

- Да! Вы сможете, увидится с пленным. Но я Вас не обманываю, он действительно очень плох. Ему не долго осталось. Но все это будет под моим личным присмотром!

Вендор был доволен. Начальник стражи подвергся соблазну, а алмазов было потрачено меньше половины мешочка. Вендор достал еще два алмаза и поставил еще одно условие:

- Мне бы хотелось находится в камере с пленным на едине

Начальник стражи снова кивнул головой и сказал:

- Хорошо! Я дам Вам ключи и останусь в дверях, но Вы сами убедитесь, что забирать пленника из камеры не самый лучший вариант, для самого же пленника. К тому же мое начальство меня самого посадит в темницу, если я позволю это сделать

Такой вариант устраивал Вендора. Может, когда придется забирать пленного, он еще накинет несколько камушков и все решиться. Начальник очень податливый. Вендор сказал:

- Что же тогда. Не будем терять времени

Начальник снова кивнул. Собрал алмазы и положил их в карман брюк. Встал из-за стола и молча вышел из кабинета, жестом показав следовать за ним. Они спустились на первый этаж. С него в подвальную часть, из которой тяжелая деревянная дверь с мощным засовом вела в темницы по пологой не крутой лестнице. Он вручил Вендору ключи и сказал:

- У Вас пятнадцать минут. Последняя камера справа. Идите

Вендор направился в нужном направлении. На стенах темницы висело несколько факелов, слабо освещая пространство. Он прошел ряды камер, дверьми которых являлись массивные решетки на замках, и остановился возле нужной. Он открыл замок и отворил тяжелую решетку. Зрелище представшее его взору было не из приятных. На нескольких матрацах, уложенных один на другой лежал эльф, укрытый простыней. Он весь дрожал и тяжело дышал. Лицо его было укрыто болезненными ранами. Казалось, он был без сознания. Начальник стражи был прав. Эльф выглядел так, будто в любую секунду испустит дух. Вытаскивать его из темницы было бессмысленно. Он просто этого не переживет. Вендор подошел ближе к эльфу и негромко окликнул его:

- Лавриль, Лавриль ты слышишь меня?

Эльф тяжело открыл веки и с трудом перевел взор на Вендора. Вендор продолжил общаться с умирающим:

- Лавриль я из седьмого легиона. Меня послал генерал Алтан Грендер. Смотри, узнаешь?

Он достал золотой перстень с выгравированным на нем орлом – герб легиона, чтоб эльф удостоверился, что он не лжет. Такие перстни выдавались не многим. Только тем, кто зарекомендовал себя перед легионом. На таких перстнях так же наносились инициалы носящего. Если такой перстень находился в чужих руках, значит прежний владелец скорее всего был уже мертв. Однако эльф был не в том состоянии, чтоб всматриваться в перстни. Он что-то шептал, смотря на Вендора, но слышно не было ничего. Он подошел ближе и подставил ухо, чтоб услышать, хоть слово. Эльф видимо собрал последние силы и тихим голосом сказал:

- Передай…Атрантос…передай…атрантос…атрантос…- и голос его утих. Вендор ничего не понял. Атрантос? Никогда раньше не слышал этого имени. Или это город? Проклятье! Столько потратить кровью и потом доставшихся алмазов, чтоб ничего толком не узнать. Лучше бы ночью сюда прокрался, результат был бы тот же! Он снова стал говорить с эльфом:

- Лавриль, очнись! Лавриль! Ты должен передать мне очень важную информацию! Лавриль!

Эльф снова поднял тяжелые веки и проговорил:

- Атрантос…

Вендор нервно кивнул головой и сказал:

- Да, да! Атрантос, я понял! Что это? Это человек? Город? Местность?... Камень? Памятник? Что это?

Эльф пытался еще, что-то сказать беззвучно шевеля губами, но его глаза закатились и он впал в болезненное беспамятство. Вендор понял, что больше он ничего от эльфа не услышит. Проклятье! Вендор не так себе представлял эту встречу. Он ничего не узнал вообще. Это провал! Проклятье! Он сжал губы и вышел из камеры, закрыв ее. Это было не вероятно. Бестолковая, бессмысленная затея стоила ему целого состояния. Он был вне себя от ярости. Вендор направлялся к выходу, когда его окликнули:

- Добрый человек, не проходи мимо. Подойди ближе

Женский голос который он услышал, заставил вмиг остановиться на месте. Он слышал его и раньше…но где…этот голос.. . Он приблизился к камере, откуда исходил необычный женский голос. В дальнем углу, на сене сидела фигура, со странными очертаниями. Свет плохо освещал камеру, и Вендор не мог рассмотреть фигуру достаточно четко. А к нему снова обратились:

- Добрый человек, помоги старику! Не оставь в беде! Передай сыну записку от старика. Он уже и так извелся весь, дожидаясь пока меня выпустят

Вендор не мог понять, что происходит. Этот необычно красивый голос был явно женский, но принадлежал, ни эльфийке, ни женщине человеческой расы. Такой чистый, хрустальный и мелодичный, и в тоже время абсолютно чуждый человеческому слуху. И что за чушь этот голос произносил? Какому старику, если это явно говорила женщина? Тем временем фигура поднялась с пола и медленно приблизилась. Освещение факела стало достаточно, чтоб Вендор рассмотрел узника…а точнее узницу. Его глаза широко раскрылись, и он сделал шаг назад от металлической решетки. Он узнал теперь и этот голос и ту, что находилась за решеткой. И это была демонесса...

Ее изящный идеальный стан охватывали, словно вторая кожа, необычайные одежды. Они переливались золотом, и отблескивали словно чешуя рыбы. На ногах были надеты изящные сапоги, из черного металла. Кисть левой руки венчал золотой пластинчатый браслет, с инкрустированными красными камнями. Кожа ее была ярко-голубой, и казалось, имела легкое внутренние свечение. Голову венчали два массивных изогнутых рога, цвета розового перламутра, аккуратно выступавших из воронено-черных длинных гладких волос. Большие, глубокие янтарные глаза. И лицо, слишком идеальное, чтоб принадлежать представительнице этого мира. Вендор помнил это лицо. Он никогда его не забывал, с того момента когда в первый раз увидел. Демонесса в свою очередь, удивленно смотрела на Вендора сверху вниз - она была несколько выше его. А тот стоял, словно вкопанный, и не мог отвести глаз. Неожиданно демонесса лукаво улыбнулась, положила одну руку на бедро, слегка наклонила голову на бок и сказала, изменившимся голосом, в котором чувствовалось теплые нотки по отношению к Вендору:

- А… Так это ты мой маленький, веселый паладинчик! Столько лет не виделись, и вот где пришлось свидится

Вендор был паладином, но скрывал это от многих. Так как церковь временами преследовала таких как он….

…Давным – давно, еще до разрушения ордена паладинов инквизицией церкови, когда Вендор был еще юным, не более двадцати лет от роду, он впервые увидел ее – демонессу. Он был молодым, подающим надежды паладином, с задатками командира. Его мастер-наставник, старенький дедушка, часто проводил с ним беседы. Он рассказывал о дивных существах с небес, которые были лучшими друзьями ангелов, и звали их - Альтари. И всегда приговаривал, что если повезет, и его не отправят на учения в дальние регионы, то он может, увидит этих замечательных созданий. Вендор был очень заинтригован этими рассказами и много лет ждал визита, чтоб хоть одним глазком увидеть этих существ. Его командиры хвастали, что не только видели их, но и общались и ели за одним столом. А некоторые из старых ветеранов, даже бились бок-о-бок с ними, против исчадий ада. И вот этот день настал. Наставник Вендора пришел к нему, и принес великолепнейшее парадное снаряжение паладина. Вендор когда одевался, дрожал, настолько сильно, что стучали зубы, так как он был чрезвычайно взволнован. Больше всего на свете он желал увидеть хоть одного Альтари. Наставник сказал, что сегодня особенный день - прибудет очень важная делегация, и многочисленная, потому насмотреться на них Вендор сможет вдосталь. И если кто-либо из Альтари захочет пообщаться, то он услышит немало интересного из их уст. Это должен был быть самый лучший день в жизни Вендора. Но он даже не представлял еще, насколько будет этот день особенным для него…

Все паладины собрались на широкой площади храма и смотрели в ясное голубое небо. Смотрел и Вендор. Как же они появятся? Прилетят, что ли? И они прилетели. Сначала он разглядел черную точку, где-то в бездонной глубине неба. А потом, совершенно бесшумно эта точка стала необычайно быстро приближаться, и приобретать формы огромного серебристого блина, который заполонил собой все небо. Вращаясь, он завис над храмом. Такого Вендор не ожидал увидеть. Видимо это было некое воздушное судно Альтари, наподобие дирижаблей гномов, только намного красивее. Его поверхность была словно выточена из камня, только блестела как отполированный металл. А потом в середине этого блина образовалось круглое отверстие, из которого исходил яркий синий свет, на фоне которого стали видны вылетающие из судна маленькие фигурки, приближающиеся к земле. И Вендор рассмотрел Альтари. Они были в изящных красивейших, необычайных доспехах разных цветов, блестящих как чешуйка у рыб. Головы их венчали изящно изогнутые большие рога. У кого два, у кого и три. А за спиной большие серебристые крылья, из того же материала, что и их судно. Альтари стали мягко приземляться на мраморную поверхность площади, сначала касаясь одной ногой, грациозно ступая на следующую. Крылья приземлившихся, аккуратно слаживались за спиной в прямоугольную коробочку, с округленными углами. Паладины стали громко их приветствовать. Кланяться, а главы совета пожимать руки. Альтари стали снимать шлемы. Вендор увидел, что у всех них яркая голубая кожа, разноцветные глаза, и волосы. А черты лица были идеальными. Голоса абсолютно необычными, для человеческого слуха. Вендор стоял, чуть дыша и благоговейно наблюдал за этой картиной. И тут он увидел ЕЁ. Одна из представительниц Альтари направлялась прямо к ним с мастером. Она была выше Вендора, и безупречно красива. Такой неземной, в прямом смысле слова, красоты Вендор не видел, хоть частенько бегал без разрешения на свидания к нескольким красавицам из ближайшего города. Наставник поприветствовал ее, так словно давно знал. А Вендор просто застыл на месте и не мог оторвать взгляд от нее. Ни толчки наставника в бок, ни укоризненный его взгляд не могли вывести его из этого состояния. Паладины и Альтари направились внутрь храма. На площади оставалось уже совсем немногие, в их числе и Вендор с наставником и женщиной – Альтари. И только потому, что Вендор не мог выйти из ступора. И она обратилась к нему:

- Так, что ты идешь с нами, маленький паладинчик? Или так и будешь тут разглядывать наш кораблик?

Этот чудеснейший, как казалось Вендору, голос вывел его из ступора. То, что возникло в его сердце, по отношению к этой Альтари, сложно было описать. И хоть он чувствовал, что мышцы были словно камень, на рот это не распространялось. Он быстро, но четко выпалил:

- Позвольте, госпожа, я понесу Ваш шлем?- и выхватил из рук ее шлем. Она искристо засмеялась и обратилась к наставнику:

- Какой смешной у тебя ученик. Смешной маленький паладинчик!- Тот ответил, с неким упреком, обращаясь к Вендору:

- Да уж! Никогда его таким не видел. Всегда собранный и серьезный, а тут что-то на него нашло

Альтари долго гостевали у паладинов. А Вендор выискивал всякие возможности, чтоб пересечься с прекрасной Альтари. Когда она общалась с наставником, он просился находится рядом. Один раз она сама его позвала к себе. Она хотела с ним пообщаться. И они разговаривали. Вендор задавал ей вопросы интересовавшие его долгие годы: видели ли они ангелов? Где находится родина Альтари? Сколько они живут? Есть ли у них войны? Любят ли они купаться в теплом море? И всякое другое. Но ответы он не запоминал. Он с серьезным лицом не мог оторвать от нее взгляда, и не мог наслушаться ее голоса. Альтари лишь улыбалась на это и смеялась. Альтари провели в стенах храма больше двух месяцев. И когда стало известно о том, что они собираются отбывать, Вендор решился на рискованный поступок. Он разыскал прекрасную Альтари. Она была в храмовой библиотеке. На ней было необычайное кружевное платье. Такой фасон Вендор никогда не видел. Она явно привезла его с собой. До того как Вендор увидел ее в платье, он думал, что ничего не может сделать ее еще более идеальной. Но платье доказало обратное. Он без приветствия подошел к ней. Она оторвала взгляд от книги, слегка прищурившись и сдержанно улыбаясь, глядела на него. Весь его внешний вид указывал на то, что Вендор настроен серьезно. Он подошел почти вплотную, и глядя прямо в ее янтарно-алмазные глаза произнес:

- Я узнал, что Вы скоро отбываете на свою родину, и потому я здесь. Я должен Вам сказать, что Вы самое прекрасное творение господа, что на земле, что на небесах. Прекрасней Вас нет, и не будет, потому, что когда господь создавал Вас, он вложил всю свою душу. Может, я больше Вас не никогда не увижу, но знайте, что я никогда не забуду проведенное с Вами время и Вас. Я никогда не смогу выбросить Вас из своей памяти. Вы лучше и прекрасней, чем любая богиня!

Альтари улыбаясь смотрела на Вендора, и молчала. Он наблюдал за каждым изменением в ее лице и глазах. Его мучили сомнения о верности поступка. Может в их мире не принято открываться в своих чувствах. Может он ее оскорбил? Но ему показалось, или так хотелось, что в ее глазах появился некий особый блеск. Вендор видел подобный в земных девушках. Но неужели так могла смотреть Альтари? Она грациозно положила ему свою ладонь ему на щеку и сказала:

- Мой милый маленький паладинчик

Вендор ощутил ни с чем не сравнимое прикосновение. Оно настолько разительно отличалось от людского, что Вендору просто не с чем было его сравнить. Одно было ясно, оно было неописуемо приятным и теплым. Даже жарким. Он чувствовал как его щека горит под ее ладонью. А еще он запомнил как прекрасно пахнет ее кожа. Словно некий прекрасный аромат цветка.

Это была последняя их встреча. Альтари отбыли. А потом церковь уничтожила орден паладинов в инквизиционных войнах. Альтари окрестили демонами и приписали их к силам зла и связь с ними была утрачена. Но Вендор навсегда запомнил то прикосновение и аромат ее кожи…

… Он и сейчас ощущал этот аромат, в пропахшей потом и сыростью темнице. Альтари, которую церковь обозвала бы демонессой стояла перед ним. И Вендор застыл перед ней, как и тогда, когда впервые увидел ее. Его сердце бешено колотилось. И если б не нагрудный панцирь, точно выскочило наружу. Господь милосердный, что Альтари делает в этой мерзкой темнице? Как ее смогли сюда заточить? Ее надо вызволить любой ценой! Даже если придется сразиться с гарнизоном стражников. Как вообще этим нищим подонкам удалось изловить это прекрасное небесное создание? Падлецы! Вендор приблизился к решетке и схватил прутья руками. Он забыл, от волнения, что у него с собой связка ключей. И потому просто решил отогнуть прутья решетки. Он приложил огромное усилие. Вены вздулись на его шее и прутья стали поддаваться. Альтари усмехнулась и спросила его:

- Что ты делаешь?

Вендор взволнованно ответил:

- Я вызволяю Вас!

Альтари улыбаясь ответила:

- Но у тебя же ключики есть! Зачем так мучиться?

Вендор замер. Точно! Ключи! Он стал хаотично подбирать ключи, но ни один не подходил. Проклятье! Альтари приблизилась к решетке, протянула руку, так чтоб не коснуться прутьев. Взяла связку ключей, открыла замок и вернула ключи Вендору. Но осталась в камере. Вендор не мог понять что такое. Почему она не выходит. Какое-то заклинание наложено, что ли? Альтари пояснила, в чем причина:

- Я не могу прикоснуться к этой решетке. Она вся ржавая. Ржавчина вызывает болезненный паралич. Иначе я б давно уже отсюда выбралась. Те люди, что заточили меня в эту темницу хорошо знают о наших уязвимых местах

Точно! Ржавчина. Проклятая ржавчина! Вендор помнил об этом. Бедная Альтари. Вот мерзавцы! Он отворил двери решетки, но Альтари все равно не покинула свою камеру. Она, улыбаясь, смотрела на него и сказала:

- Ты, наверное, даже не помнишь, кто я. Да? Маленький паладинчик? Вендор посмотрел ей прямо в глаза и ответил:

- Я обещал Вам, что никогда Вас не забуду, и я не забыл Вас, госпожа Сатритолинконес

Альтари засмеялась и ответила:

- Это ж надо такое, запомнил мое полное имя. Так возмужал, а все тот же смешной паладинчик. Ты же помнишь, я просила называть меня просто Сатри. Но и я тебя помню. Твое имя Вендор. Вендор Райс. Правильно? Я не могла спутать

Вендор не мог поверить своим ушам. Богиня Альтари помнила его имя. И это после стольких лет. Может тогда изменение в ее взгляде ему не показалось…Но он оставил эти мысли на потом. Сейчас надо вызволить ее отсюда. Пусть даже ценой своей жизни. Он обнажил клинок и сказал:

- Нам надо выбираться, госпожа. Станьте за мой спиной, я попытаюсь вытащить нас от сюда

Сатри снова усмехнулась и ответила:

- А говоришь, что не забыл. Все уже позабывал мой боевой паладинчик. Альтари могут видеть только паладины в их истинном облике. Для всех остальных, мы принимаем различные образы. Для всех в этом городе - я дряхлый старичок. Нам не стоит ни с кем сражаться. Но вот выйти будет проблематично. Стражники не отпустят меня. Начальнику стражи строго запретили кого либо пускать ко мне. Так, что выбраться от сюда, совсем не реально. Ты лучше передай вот эту записку нужному человеку, я здесь останусь

Вендор был шокирован услышанным. Нет! Нет! И еще раз нет! Он волею случая, божественным проведением встретился снова с ней. И оставит её здесь в этой дыре? Не бывать такому. Плохо, что один пошел. Надо было взять с собой хотя бы того гнома, Дулифа Грума. Он маленький, юркий, и хорошо сражается. Вдвоем бы точно вызволили ее. Вендор ответил:

- Нет, госпожа! Я ни за что не оставлю Вас здесь. Господь не для того сотворил нашу с Вами встречу, чтоб так нелепо она завершилась. Начальник стражи у меня на крючке. Он выпустит, если надо всех кого я попрошу. А если нет, тогда я разнесу эту темницу вместе с ним, до основания!

Сатри улыбнулась и ответила:

- Ну, что ж! Веди тогда, смелый паладинчик!

Как раз в этот момент послышался голос начальника стражи:

- Эй! Ну, что Вы там? Пятнадцать минут уже давно прошли. Возвращайтесь, или я спускаюсь вместе со стражей!

Вендор стал подыматься по лестнице с озадаченным и даже несколько растерянным видом. Он все еще не мог поверить, что за его спиной так же как и он, равномерно отсчитывает ступени темницы какого – то захолустного городишки великая Альтари.

Брови начальника стражи полезли на лоб. Когда он увидел, что Вендор подымается не сам, а с каким – то дряхлым стариком, в белой грязной робе. Он вообще ничего не мог понять. К кому приходил этот чрезмерно богатый незнакомец. Он подумал, что этот визит был связан с умирающим эльфом, а оказалось… Он поинтересовался озадаченно - злобным голосом:

- Вы к кому собственно приходили? Я ничего не могу понять? Вам нужен был тот умирающий эльф, насколько я понимаю? Вы же сами сказали, что из седьмого легиона. А всем кто из седьмого легиона нужен умирающий эльф! Зачем Вам этот старик, я не пойму?

Вендор повернулся к начальнику стражи с широко раскрытыми глазами, и ответил сухим голосом:

- Я понял, что он мне очень…дорог

Старичок, усмехнулся и прихрамывая, тоже вышел из дверного проема и стал в сторонке. Начальник стражи только скривился и несколько раз моргнул, на такой глупый ответ, загадочного, богатого и видимо, чокнутого гостя. Потом перевел взгляд на старика и, прищурившись стал его разглядывать. Потом воскликнул:

- Но его я тоже не могу отпустить! Понимаете? Мне…Я получил приказ сверху, какие узники не должны ни в коем случае покидать пределы этой темницы. Я не могу вот так просто отпустить этого бедолагу

Вендор с таким же лицом снова ответил начальнику:

- Мне очень нужен…старик! Очень нужен!

Старик снова как – то странно усмехнулся. Начальник стражи снова скривился. Тот тон, с каким незнакомец сказал за старика, был мягко сказать странный. Казалось, что он просил отпустить не дряблого старикашку, а прекрасную деву. И ему стало противно от одного предположения, для каких целей этому богатенькому сумасшедшему нужен несчастный старичок, который видимо был не против последовать за своим псевдовызволителем. Однако прежде, чем начальник стражи успел, что – либо сказать, Вендор всунул ему в руки весь мешочек с алмазами. Зачем они ему, если за его спиной бесценная драгоценность! Начальник быстренько развернул мешочек и оторопел на месте. Ко всем демонам преисподней эту службу в роли начальника стражи. И туда же эту толстую корову- свою жену! А! И еще этих безруких балбесов – сыновей! Явно они не от него. Это точно, что женушка их в молодости с кем-то нагуляла, как ему и говорила его тетушка! Теперь он сможет начать абсолютно новую жизнь. Боги! Вы есть на белом свете! Он богат! Начальника стражи вырвал из мира грез мягкий голос старика:

- Любезнейший скажите. А могу я свой сундучок тоже с собой забрать? Начальник смотрел на старика так, будто не понимал слов, потом махнул рукой и безразлично ответил:

- Да забирайте все! Тирс! Тирс, отдай старику все его вещи

Стражник отдал старику средних размеров сундучок с ручкой и коричневый плащ. Сундук схватил Вендор, под мышку, и они втроем направились к выходу: Вендор и Альтари в лагерь седьмого легиона, а начальник стражи на встречу своей мечте и новой жизни!

Путь к лагерю Вендор с Альтари проделали в молчании. Он шел впереди, она в образе старика, за ним. Он не видел ее, но чувствовал, как она смотрит ему в спину. Он мог поклясться, что чувствует ее взгляд. Спину иногда просто обдавало жаром, потом все проходило. Он шел и думал о том далеком дне, когда он ей признался в своих чувствах. Это могло показаться храбростью: открыться богине со звезд. Однако он сам отлично понимал, что это была грандиознейшая трусость. Вендор думал, что больше никогда не увидит ее, и потому можно сказать все. Он отлично понимал, что Сатри улетит и не вспомнит о каком – то несчастном паладине. А вот для себя, он решил, что никогда не забудет этот образ. И пока, что он стойко придерживался этого правила. Он даже дал обед безбрачия. С того времени, как он познакомился с Альтари, он никогда больше не разделял ложе с другими женщинами. Была у него и одна маленькая причуда, о которой он никому не рассказывал. Он не мог любить других женщин, потому, что это было бы попросту измена. Да, измена! Так как в своем воображении он давным давно жил вместе с Сатри. Они любили друг друга, растили детей и были счастливы на своем летательном корабле Альтари, который летал, то на ее родину, в гости к родным, то обратно на Осколок Мира, в их родовое поместье. Все у них было хорошо и ладно. Вендор иногда так мог глубоко уходить в свои грезы, что иногда его не могли часами растолкать. И вот что теперь? Что теперь делать, если его любимая жена в воображении, идет за его спиной настоящая! В своих мечтах они так много и часто общались, а теперь он не может и слова выдавить из себя. Проклятье! Это просто неимоверно! Она настоящая шагает сзади. Он слышит ее изящные шаги. Но ничего не может сделать. Это неимоверно глупо! Проклятье! Он бывалый воин, ветеран стольких битв и командир лучшего боевого отряда в легионе, ничего не может сказать. Все, что приходит на ум, кажется сплошной глупостью. Абсолютной глупостью. Даже вопрос: « не устали госпожа?» выглядит несуразным. Ведь его можно было задать в любой момент, но вдруг этот момент не подходящий? А как понять когда подходящий? Сумасшествие, да и только. Это в его воображении она хоть и была Альтари, но была обычной женщиной. А по настоящему? В настоящей жизни – то как? Она была Альтари ! Вот как. О чем с ней говорить? Ну, приведет он ее в свой шатер и что дальше? Она ведь хотела, что –то передать кому- то? Почему же они не пошли этого делать, а она сразу пошла за ним. И почему она так лукаво улыбается? И смеется? В его воображении она была скромней. Ему не верилось, что небесная гостья может так же вести себя как обычная женщина. Ну, в смысле может, но в воображении. А в действительности не может…или не должна? Проклятье! Так точно можно свихнуться. И чем дольше они вместе, тем сильнее он…стесняется ее. Это не выносимо! Тут за его спиной Альтари громко вздохнула и издала некий мелодичный звук, словно она утомилась от перехода. Вендор чуть сквозь землю не провалился. Он налился краской и продолжил путь, не оборачиваясь дальше. «Это ребячество!» подумал он, но ничего не предпринял, чтоб его поведение походило на взрослого человека. Так они и добрались к лагерю. Вендор не замечая никого вокруг вошел в шатер. Альтари юркнула за ним.

Войны из отряда Вендора переглянулись между собой. Командир с сумасшедшим выражением лица вернулся с секретного задания. Еще и какого – то дряблого старикашку приволок с собой. Видимо руководство сходит с ума, и Вендор подвергся их влиянию. Так решили войны и продолжили заниматься своими делами.

Вендор стал посреди шатра и замер. Альтари не спеша рассматривала каждый угол, грациозно поворачивая голову. Что она рассматривала, Вендор понять не мог. Он просто чувствовал себя неловко и все. Неожиданно она сказало:

- Я буду там!- и указала на заставленный сундуками угол. Потом направилась туда, и отодвинула, с необычайной легкостью, два громоздких сундука, набитых всевозможной утварью, и села прямо на пол. Скрестила ноги, вытянула вперед руки, ладонями к Вендору, запрокинула голову назад и замерла в таком положении. Что она делает? Вендор не понимал. Вендор поставил ее сундучок на землю. Альтари вскинула резко голову и посмотрела на Вендора. Лицо ее не было уже игривым, как в темнице. Она сказала:

- Моему сознанию необходима внутренняя подпитка. У тебя нет книг? Три штучки хватит вполне

Вендор опешил. Книги? Какие книги во время марша. Но он вспомнил, что назойливый гном Дулиф как – то хвастал, что он не только хорош в поединке, но и в грамоте также. И в доказательство этому он показывал рюкзак забитый книгами, и тетрадями. Над ним, конечно, же подшутили: « Ты их наверно читаешь очень быстро, если набрал так много. Раз Два и прочел!». Больше Дулиф не показывал никому книги, и никто его не видел за чтением. Однако это был подходящий вариант, чтоб исполнить просьбу Альтари. Вендор кивнул головой и ответил:

- Если Вы подождете, госпожа, я принесу книги

Альтари чарующе улыбнулась и ответила:

- Конечно подожду, маленький паладинчик. Я думаю ты принесешь мне самые хорошие книги. Я права?

Вендора снова бросило в краску. Он кивнул и выскочил из шатра. Проклятье! Что она хотела сказать этой фразой? Она проявляет симпатию, или просто воспринимает его как низшее существо? Или как домашнего питомца? Или они все так общаются? Но вот с наставником, много лет назад она не так общалась. Она была серьезна и даже строга. А с ним, что тогда, что сейчас чувствуется игривость. Или ему кажется? Проклятье! В воображении она совсем не такая. Она скромная. А в живую она…И тут Вендор застыл. Он совсем забыл, что вернулся с важного задания. Следует отчитаться о завершении предприятия. И срочно! Он глазами пересекся с ближайшим войном из своего отряда и скомандовал ему:

- Раил, найди Дулифа Грума, и скажи ему, чтоб занес в мой шатер все книги, что у него имеются. И добавь, что это приказ!- Воин кивнул и помчался на поиски гнома. Помчался и отметил, про себя, что командир по не многу сходит с ума. Вот уже и книги читать захотелось. Видимо этот заносчивый гном-коротышка плохо влияет. Вендор, же быстрым шагом направился к шатрам командования. Почти все командиры находились на маленькой площадке, обсуждая что-то. Заметив Вендора они прекратили общение. Лица их стали серьезными и напряженными. Они ждали результатов операции. В шатре генерала собралось все верховное командование, за большим круглым столом. Генерал, не высокий преклонных лет человек с орлиным носом, цепкими светлыми глазами и ровно уложенной прической отливающей сединой, стоял в дальнем конце палатки, и слегка поглаживая подбородок слушал Вендора. Когда Вендор произнес слово : « Атрантос», генерал убрал руку от подбородка и сжал губы. А некоторые из военачальников взволнованно переглянулись. Генерал уперся руками в стол и сказал твердым, звонким, не соответствующим своему возрасту голосом:

- Ну, что ж. Все прояснилось и подтвердилось. Пора ввести нашего командира в курс дела- Командиры одобрительно кивнули, и генерал просветил Вендора:

- Все началось около трех-пяти лет назад. Сначала стали пропадать по городам и деревням дети. Они так часто пропадали, что родители прекратили выпускать их из дома даже с утра. Потом стали пропадать и взрослые. Сначала поодиночке, а потом целыми группами. Жители городов и поселков стали роптать своим правителям, чтоб те навели порядок. А потом произошло событие которое было совсем необычным. Бесследно пропала большая банда грабителей и душегубов, которую пытались изловить не один месяц. Все члены этой группировки просто исчезли, а на месте их последней стоянки были видны следы битвы, и много крови, однако тел не нашли. Обнаружили лишь одного перепуганного человека, в рваных одеждах, который прятался в большом дупле дерева, укрывшись мхом. Он явно был одним из пропавшей шайки, однако находился не в себе. Он кричал, что его товарищей забрали демоны ночи с острыми клыками. Они и его пытались съесть, но он успел сбежать и спрятаться в дупле. Тело сумасшедшего бандита и в самом деле было покрыто глубокими ссадинами и следами от укусов клыкастыми челюстями. Но на этом загадочные исчезновения не прекратились. Однажды стало известно, что пропали все жители деревни между городом Гримдор и городом Ходнес. Это стало шокирующим известием для жителей Ходнеса. Была создана специальная комиссия, для расследования ужасающих преступлений. Но вскоре бесследно исчезла и сама комиссия. Снарядили вторую, для расследования исчезновения первой. Были обнаружены записи главы комиссии. И согласно им, все следы преступлений указывали на Гримдор. Комиссию укрепили военным отрядом и направили к Гримдору. Но…Отряд с комиссией так и не достиг стен города. Он бесследно исчез. Тогда стали собираться отряды добровольцев, для похода на Гримдор, и уточнения причастности кого-либо в городе к этим исчезновениям. Набралась достаточно масштабная добровольная армия, которая была укреплена солдатами, во главе с третьей комиссией. Но произошло совсем не вероятное. Вся эта армия так же исчезла. В одном дне пути от Гримдора она приняла ночной бой с неведомым врагом и видимо проиграла его. Жители ближайших деревень говорили, что слышали звуки ночного сражения. Слышали крики сражающихся, и звон оружия. Однако были слышны и другие звуки, от которых стыла кровь в жилах. Были слышен рев, который не похож на звериный. Был жуткий вой и громкие клокочущие басы. Все это продолжалось не больше часа, а потом все стихло. По утру люди обнаружили на месте сражения лишь не многочисленные комплекты оружия, кровавые лужи и большое количество нор в земле. После этого события ужас охватил ближайшие города и деревни. Жители боялись выходить на улицу без особой нужды. Но на этом потрясения для них не завершились. Один купец, который прибыл из Гримдора делился со всеми произошедшей с ним ужасной истории. Он увидел на улицах города своего пропавшего родного брата, который входил в состав первой комиссии. Однако тот его не узнал, и когда купец хотел его обнять, тот кинулся на него с кулаками. Избил того и обильно искусал. После чего убежал в неведомом направлении. Вслед за эти событием, жители Ходнеса стали подмечать, что главы городского совета ведут себя несколько…эксцентрично. Они вели себя так, словно впервые были в этом городе. А лица их были напряженными, и даже злыми. Но последней точкой стали возвращения пропавших взрослых и детей. Вернувшимся не могли нарадоваться. Но это длилось не долго. Вскоре родные стали подмечать, что с их близкими явно происходит не ладное. Они были нелюдимы. Часто впадали в не объяснимую ярость. И даже был зафиксирован случай когда вернувшаяся после полугода отсутствия девочка двенадцати лет искусала насмерть свою прабабушку. Тогда совет купцов решил обратится за помощью к седьмому легиону, точнее лично ко мне. И я решил откликнулся на просьбу. Было решено подключить лучшего секретного разведчика. Этим разведчиком и был умирающий в темнице Ходнеса эльф Лавриль. С ним были оговорены условные слова - ключи, которые раскрывали суть дела. «Густар» – вышел на след. «Неведа» – отмена предыдущего послания. «Рума» – организованная масштабная фальсификация. «Тогри» – нет возможности проводить расследования по причине серьезного травмирования. «Вангир» – неполное послание. Ожидайте уточняющего. «Сениль» – происки Красного Братства. «Кентор» – новая разбойническая банда. «Усура» – скрытые междоусобные войны. «Картор» – провокационные действия для разжигания войны между городами – государствами. «Патрита» – злодеяния некоего культа с применением кровавых ритуалов. «Уксул» – неорганизованные нападения неразумных кровожадных существ. «Пиктур» – организованные нападения разумных кровожадных существ. «Сурат» – неведомая злобная сила. И наконец «Атрантос» – хорошо организованная управляемая неведомая злобная сила. По началу Лавриль отправил послание «Густар». Потом «Рума». Вслед за ним пришло поспешное сообщение «Неведа Рума». Долго не было сообщений. Потом прибыло новое – «Усура Патрита». И вслед за ним опровергающее – «Неведа Усура Патрита». Предпоследнее его сообщение, что мы получили было таковым: « Гримдор. Сурат Патрита». Вестей от него было очень долго. Потом нам стало известно из достоверных источников он направляется из Гримдора в Ходнес. Когда он прибыл в Ходнес от него поступило известие: « Гримдор. Сурат Пиктур Тогри Вангир». После этого связь с ним прервалась. Было решено собрать полный состав седьмого легиона в строгой секретности. Мы пришли к стенам Ходнеса, и отправились узнать где может быть Лавриль. Оказалось, что он находится в темнице. Однако на все просьбы и уговоры выдать узника городские правители не шли. Они отказывались от большого залога за узника. Причин заточения они не поясняли. И в конечном итоге диалог стал приобретать мрачные оттенки. Они пригрозили выставить против нас армейские и солдатские полка, если мы не прекратим требовать освобождения узника. Ясное дело, что мы смели бы эти полки с лица земли, как волна сметает песочные замки, однако это навсегда оставило бы темное пятно на репутации легиона. Потому следовало любой ценой узнать последнее сообщение, если таковое было у Лавриля. И к сожалению оно было…Теперь секретность снята с нашей операции. Наш легион направиться боевым строем под стены Гримдора, для уточнения причастности к случившимся злодеяниям и представлению перед судом виновных…Кем или чем бы они небыли. Командиры боевых частей могут довести эту информацию личному составу. Всем быть в полной боевой готовности. Послезавтра выступаем. Но сначала следует побеспокоиться о теле доблестного героя, брата и сослуживца Лавриля! А теперь все свободны!- Шатер генерала вмиг опустел. Вендор направлялся к себе. Вот пока он слушал слава генерала, эта информация будоражила его. Она интересовала его и по особенным причинам. Ведь там могла произойти встреча с силами зла, являющимися исконными врагами всего живого. Много лет назад Вендор уже сражался с этими силами. Если бы он не был паладином, вряд ли бои были бы выигрышными. Эти схватки очень выматывали и ставали почти фатальными для него. И в этот раз может история повториться. Все это было тревожным и волнительным в шатре генерала. Однако только нога ступила за порог, мысли Вендора мгновенно переместились к Альтари, которая находилась в его шатре. Дулиф интересно принес уже свои книги, или где –то опять задирается с очередным обидчиком? Вендор вошел в свой шатер…

Дулиф был объят негодованием. Он в одиночку одолел мерзкого траска -колдуна, а ему не отдавали боевые трофеи побежденного противника. Рукавица и магический цеп этого создания по праву были его. Он пришел их забрать, а ему сказали, что не положено. Эти изделия нужны для магических исследований и экспериментов. Что это такое? Когда он пришел в легион, Вендор лично ему сказал, что с поверженных противников интересующие вещи можно забирать себе, в качестве боевых трофеев. И что теперь? Какие –то там исследования лишают его первых трофеев. Это не честно! Дулиф увидел как Вендор вошел к себе в шатер. Он ускорил шаг, неся в руках рюкзак полный книг. Он будет требовать от Вендора своих трофеев. Пусть, что хочет то и делает. Ругается с магами, выкупает эти трофеи. Все, что угодно пусть делает. А если и это не поможет, то он направиться к самому генералу. Это не честно лишать его таких трофеев. Дулиф почти вскочил в палатку Вендора, кинув рюкзак на пол. Вендор стоял спиной к нему в другом конце шатра, и Дулиф направился к нему, произнося взволнованным и полным негодования голосом:

- Это не честно! Вы мой командир, Вы и должны с этим разобраться! Так нельзя делать! Я заслужил. Я сам…- Дулиф осекся на полуслове. Вендор повернулся к нему лицом. Гном заметил, что его командир не один. Кто –то еще сидел на земле, за массивным сундуком. Дулиф не мог сложить, части увиденного тела в единый образ. Рога, две руки, ног не видно. Что это? Вдруг, тот кто еще находился в шатре резко поднялся во весь рост. Глаза гнома широко раскрылись. Он попятился назад, запнулся о рюкзак с книгами и упал на зад. Дулиф был просто шокирован увиденным. Высокое существо, выше Вендора, с огромными рогами на голове, и чешуйчатой кожей приближалось к нему. Оно было отдаленно похоже на женщину, однако чем оно являлось на самом деле неизвестно. Создание устрашающе улыбалось, возвышаясь над гномом. И Дулиф этого ужасно испугался. А когда оно стало протягивать руку, видимо, чтоб схватить Дулифа, он поставил скрещенные руки перед собой, пытаясь инстинктивно защититься, и истошно стал кричать.

Вендор такого не ожидал. Чего этот глупый, назойливый и вообще не совсем нормальный гном орет на полу в его шатре? Сейчас сбегутся все кто есть рядом. Вдруг заметят истинный облик Альтари. Как тут можно будет это объяснить. Альтари, же не обращая внимание на вопли испуганного гнома, вынула из рюкзака две книги, и продолжая возвышаться над несчастным гномом, раскрыла одну из них. Вендор одним прыжком очутился возле Дулифа. Левой рукой опустил его руки, а правую сжал в кулак, и махая им возле самого носа гнома гневно и взволнованно прохрипел:

- Чего ты орешь? Прекрати сейчас же! Чего ты кричишь, проклятый?- Дулиф прервал свой крик, испуганно переводя взгляд с Вендора на Альтари, не в силах ничего ответить. Альтари вместо гнома объяснила причину такого поведения:

- Неужели ты не понял Вендорчик. Он видит меня. Видит меня настоящую и боится. Потому и кричит бедняжка- Вендор удивленно посмотрел на Альтари и спросил:

- Он? Он видит Вас госпожа? Но как?- Альтари повела бровью, пристально оглядела Дулифа и ответила:

- Видит точно так же как и ты Вендорчик. Это очень не обычный гномик- Вендор все равно не мог понять как такое может быть. Он изумился:

- Но как он может Вас видеть? Он же не паладин. Даже не ученик ордена. Да и орденов больше не осталось..»- Альтари продолжала смотреть на гнома, и улыбаясь ответила:

- Да, он не паладин. Однако он необычный. Не могу разглядеть почему у него такая способность. Может он, как и ты может видеть истинное лицо зла. Очень необычный гномик – Вендор слегка скривился. Некая нотка ревности заиграла в его сердце. Какой то гном – коротышка видит как и он, палладии – странник, звездную госпожу. Бред какой – то! Вендор посмотрел сверху вниз на испуганного Дулифа и ответил:

- Да уж. Не обычненький ты наш. Вот тебе и «РАЗ, ДВА». Гном-считалочка видит то, что ему совсем не положено!- А Дулиф не слушал, о чем говорят над ним человек и…демон. Он только думал как выскочить из палатки. Оттолкнуть ногами чудище, чтоб отлетело назад, и бежать сломя голову. Или просто сорваться с места…А впрочем ему не убежать. Если верить всему, что говорят про Вендора, жить осталось несколько секунд. Теперь ясно откуда у него столько силы и ловкости. Вендор – демон и спит с демонессой. Проклятый Вендор, лучше бы он никогда его не знал. А теперь все. Песенка спета…

II

Дулиф сидел на табурете ужасно удрученный. Голова его была опущена и не могла подняться, чтоб взглянуть на Вендора, словно к шее был привязан огромный камень. Дулиф чувствовал, что предал Вендора. Пусть это было не его виной. Однако столько лет они провели бок-о-бок сражаясь, а Вендор даже и не подозревал, что его товарищ-гном… паладин. Гном никак не мог избавиться от этого угнетающего ощущения внутри. Ему хотелось извиняться перед Вендором. Объяснить, что он не знал об этом и ничего не скрывал. Вообще никогда ничего не скрывал. Только хранил тайны. До сих пор никто не зал, что Альтари привел в седьмой легион Вендор. Однако Дулиф не мог даже смотреть на своего друга. Это было предательство. И ничего тут не поделаешь. Даже если это была та вещь, от которой Вендор словно сошел с ума, от радости. Он предал своего друга, будь оно все проклято! Почему он должен был быть этим треклятым паладином. Он же гном. Неужели боги сошли с ума?

Однако Вендор даже не подозревал, что чувствует гном. Он относил его состояние к переживанию необычной вести. А Вендор сиял от счастья, словно небесное светило. Не зря тогда, много лет назад Альтари сказала, что он необычный гном. И как судьба приставила этого замечательного гнома к нему. Как же все просчитано богами! А он столько издевался над Дулифом. Сколько он подшучивал и отпускал язвительные колкости в его сторону, не зная, что Дулиф…Да! Да! Вендор, как паладин-странник исполнит свое предназначение! Всю жизнь он этого ждал! Все сбывается! Пророчества никогда не лгут. Он возродит ОРДЕН! И кто бы мог подумать: в Дулифе обитает душа самого Драмдора, одного из основателей ордена паладинов. Это исторический момент. Никто не сможет его понять, кроме самого Вендора. Даже эти ребята не понимают пока всей важности случившегося. Но это пока! Скоро души первопаладинов ступят в силу! Орден будет возрожден. Одно его только смущало. В пророчестве сказано, что это произойдет в конец миров. А он обнаружил души первопаладинов в обычной драке. Что – то было не так, но то, что это были они сомневаться не стоило. Он видел их своими собственными глазами. Зло не могло совершить такой обман. Или…Нет! Никаких или. Это сбывшееся пророчество!

Вендор ходил взад-вперед маленького дворика, окруженного тремя высокими стенами. А четвертой служил одно этажный домик с покрытый красной черепицей. Это был дом Дулифа. Он был разделен на две части. Дом служил торговой лавкой и жильем одновременно. А дворик иногда служил складом. Сейчас же он пустовал. Весь товар Дулифа сейчас умещался в самой лавке. Да и Дулиф, после происшествия с горой Аримана вел не особо бойкую торговлю. К тому же все чаще повадились приходить к нему некие мерзкие личности и требовать денег, как они говорили: «за спокойную торговлю». Три раза он им отказывал и выдворял. Они все грозились разрушить его жилище, но никакими действиями не подкрепляли свои угрозы. Однако и покупателей, с момента появления рэкетиров поубавилось. В общем торговля шла с переменным успехом. Вот и сейчас магазинчик был закрыт. Они ждали, когда придут Гилиас и Трал с товарищами. Вендору необходимо было увидеть и остальных, чтоб быть твердо уверенным в достоверности пророческого ознаменования, и ввести в курс дела всех. В тот день когда Вендор прочел строки из пророческого стиха возле калитки Гилиаса, все изменилось. Вендор привел в чувства почти потерявших сознания ребят и без объяснений попросил их прийти к дому Дулифа когда они соберутся все вместе. Он побоялся, что они могут не прийти и заинтересовал их золотом, отсыпав добрую пригоршню каждому, пообещав, что даст столько же, если они появятся тем же составом, когда Ариман на них напал, только без девушек. Он сказал, им, что это очень важно и для них самих. И разочарованны они не будут нисколько. Гилиас, было видно, сомневался. А вот его товарищ Трал наоборот. Он выразил согласие за всех. И Вендор был почему то уверен, что они придут. Однако солнце было уже далеко не в зените, а ребят все еще не было. Потому Вендор и метался беспокойно по дворику Дулифа, не замечая терзаний товарища. Он подошел к Дулифу, и положил ему руку на плечо, сказав:

- Ну что ты, дружище! Чего ты так пригорюнился? Ты же не на плаху идешь. Ты даже не представляешь, что теперь нас ждет!- Дулиф поднял голову. Его лицо выражало муку. Однако он ни слова не мог выдавить из себя. Но Вендор не замечал этого. Он был весь в мечтах о будущем ордене. К тому же он прислушивался. Вроде со стороны улицы стали слышны голоса возле дома нескольких людей. И сразу же послышался звон дверного колокольчика. Лицо Вендора вспыхнуло:

- Пришли!- Встрепенулся Дулиф. Он подскочил, сказал:

- Я открою- и помчался в дом. Стали слышны голоса молодых людей в помещении. Потом громкий удивленный возглас Дулифа. Что там произошло? Дулиф снова появился на дворике. Лицо его было крайне удивленным. Он даже позабыл о своих терзаниях. Он обратился к другу:

- Вендор, это какое – то наваждение. Или я совсем сошел с ума. Ты видишь то же, что и я?- За Дулифом во двор стали входить Гилиас, Трал. Их друг Бриан, худоватый молодой человек с крупным острым носом, темными глазами и густой черной копной волос. И…Ариман. Глаза Вендора широко раскрылись. Он поднял руки перед собой и негромко проговорил:

- Матерь богов! Как же так? Что за происки зла? Ариман? Ты живой?- Молодые люди пересмотрелись между собой. Они явно не понимали, что происходит. Точнее не могли понять сначала реакцию гнома, а теперь этого странного человека. Какой Ариман? Полуэльф Эридор и вправду был очень похож на Лорда Аримана. На тех картинах, которые они рассматривали в музее, Эридор был вылитый Ариман. Даже цвет глаз тот же. Вот только не было длинных перламутровых волос, как у всех эльфов. Да и рост был не тот. Эридор был значительно ниже. Ростом с обычного человека. Ну может чуть выше. Друзья тогда подшучивали над Эридором, что он может являться внебрачным сыном родителей этого лорда. Эридору не нравились такие шутки. А вот лорд вызывал в нем восхищение. Он даже купил себе домой одну из репродукций. Эта картина так и стояла в его комнате. Лорд Ариман там был изображен в простом одеянии, и смотрел на еще не закрытый горой раскол. Эридор часами рассматривал эту картину. Лицо лорда выражало суровую уверенность в успешности будущего предприятия, и непоколебимую решимость. И еще Эридор был очень горд, тем, что имеет такую схожесть с великолепнейшим из эльфов своего времени. Он питал робкую надежду когда-нибудь встретится с ним. И встретился…

Но в сложившейся ситуации удивлялись не только Дулиф с Вендором. Удивлялся и Эридор. Он смотрел на Вендора и не мог поверить своим глазам. Он никогда не видел раньше в живую этого человека, однако знал его. Он не раз видел его во снах. Видел облаченного всего в белые доспехи с развевающимся красным плащом за спиной. Он стоял окруженным мраком, и сиял в нем, словно свеча во тьме. Эридор с самого детства видел этот сон. И вот это человек из сна стоит живой перед ним. Эридор сделал шаг вперед и сказал:

- Я видел тебя! Я видел тебя во снах... Ты с самого детства приходил ко мне во сны…- Вендор, закрыл рот рукой и молча смотрел на Эридора. Поразительное сходство с Ариманом. Только ниже ростом. Но если бы длинные волосы, копия Ариман в юности. Пути господни воистину не исповедимы. Трал наблюдая эту трепетную картину обратился к Бриану:

- В первый раз слышу, что Эридор видел этого дядьку во сне - Бриан немного скривился и ответил:

- Я тоже. Однако я давно подозревал, что Эридор очень скрытный. Не удивлюсь, если он знает, зачем мы здесь все вместе собрались – Трал ответил:

- Я уже знаю. Это все связанно с той загадочной потерей сознания, которая нас всех поразила. А вам с Эридором вообще повезло! Вы не слышали каким голосом этот мужик произносил стишок. Как вспомню, аж мурашки по коже. Кстати, если что готовься с боем уходить отсюда. Тот гном очень прыткий – К ним в беседу вклинился Гилиас:

- Я думаю, что никаких стычек сегодня не произойдет. Сегодня мне кажется будет очень важный день для нас всех – Трал всплеснул руками и ответил:

- Ну надо же! И когда ты так стал думать? А я тебе не тоже самое говорил, когда нас сюда приглашали? А вот оружие надо было с собой взять. Хотя бы топоры… Что – то я не доверяю этому гному- Бриан удивился и усмехнулся:

- Ты, что с Гилиасом местами поменялся? Вообще – то это он гномов недолюбливал – Трал пояснил свою точку зрения:

- Вот если бы тебя так потрепал этот коротышка, я посмотрел бы как ты отнесся к гномам. У него не руки, а стальные тиски. Поверь мне – Вендор тем временем не спеша приблизился к Эридору, и осторожно его рассматривал, словно боясь спугнуть видение. Эридор в свою очередь с интересом рассматривал материализовавшегося персонажа из своих снов. Дулиф сел на табурет и потихоньку снова начал погружаться в пучину угрызений совести. Гилиас смиренно ждал, когда начнется, то ради чего их сюда пригласили. А вот Трал ждать не мог. Ему не нравилось воцарившееся глупое молчание. И эта несуразная сцена с рассматриванием друг друга Эридора и Вендора. Он перемялся с ноги на ногу. Переглянулся с Брианом. Тот пожал плечами. Трал почесал затылок. Потом нос. Это становилось невыносимо. Они сюда пришли для важных дел. Или как минимум еще за обещанными деньжатами. Они недолжны тратить ни одной лишней минуты. Пока в их жилах течет сила, надо идти на поиски приключений. И карта есть и собрались все, и даже Гилиас согласился. А они стоят тут наблюдают как Эридор никак не налюбуется незнакомым мужчиной. Трал не выдержал и громко сказал:

- Ну может мы уже делом займемся? Сколько можно эти смотрины устраивать? – На его восклицание никто не обратил внимание. Только Гилиас с укоризной глянул. Трал мотнул головой и скривившись посмотрел на Бриана. Тот тоже недоумевающее развел руками. Эридор неожиданно спросил:

- Почему ты мне снился? Кто ты?- Этот вопрос вывел Вендора из состояния транса. Он оживился и запоздало ответил на вопрос Трала:

- Правильно! Займемся делом! Садитесь. Я сейчас все поясню – и наклонившись ближе к Эридору, улыбаясь сказал:

- Мы с тобой еще обязательно поговорим на эту тему! И еще у меня для тебя есть подарок, который я хранил много лет. А теперь садись и слушай - Друзья сели на табуреты, заготовленные заранее и стоявшие вдоль одной из стен. Вендор указал Дулифу, что его место среди четырех товарищей. Тот очень удивился, но пересел к четверке. Вендор сложил ладони перед собой, улыбнулся и обратился к сидящим:

- Ну что ж. Здравствуйте друзья паладины! Да – да. Вы все паладины. Вы удивлены, я знаю. Я не меньше вас удивлен, но это правда. Вы можете сказать, что паладинов не существует. Это все сказки. Но это все ложь, распускаемая церковью. Я также паладин. Паладин – странник. Я один из немногих уцелевших после разгрома инквизицией наших орденов. Вы скажите: это было очень давно. Я знаю. Это действительно было очень давно. Но все дело в том, что я живу на белом свете тоже очень и очень давно. Глава ордена, перед смертью вложил в меня искру ордена, и она поддерживает во мне жизнь долгие годы. Без нее я давным давно стал бы уже косточками в земле. Но эта искра не просто так была отдана мне. Я паладин – странник. Мое предзнаменование: основать новый орден. И в этом мне поможете… Вы. Да-да именно вы все. И ты Дулиф, как это не странно, тоже. К тому же не просто основать, а возродить Непорочный Первоорден Священных Паладинов. И этими паладинами оказались именно вы. В каждом из вас находится часть души первопаладина. Не смотрите, на меня как на сумасшедшего. Вы думаете откуда я узнал, что это именно вы? Мы паладины видим некоторые вещи в их истинном обличье. Если это первородное зло, значит мы увидим его, в каком облике оно не явиться в этот мир. Однако мы видим и добро в его истинной сути. Так вот, я и рассмотрел в Гилиасе это. Когда я хотел вытрясти правду из этого нахала, я смотрел ему прямо в глаза. Мой разум был помутнен гневом, однако вмиг все перед глазами изменилось. Я увидел перед собой не этого юношу. Передо мной был один из родоначальников ордена ГАСТЕРИОН. И я все понял. Как вы думаете я узнал, что именно вы все пятеро являетесь носителями первопредков нашего ордена? Очень просто! Во-первых ваши имена начинаются с той же буквы что и имена первопаладинов. Вот Трал – это ТРИАНДОР. Вот ты? Бриан? Бриан - БЕЛИВРАТ. Ариман…То есть..Эридор? В тебе Эридор находится ЭРИСТОР. Ну и конечно же самым большим сюрпризом для меня оказалось, что мой верный друг и товарищ Дулиф – это ДРАМДОР. Второй способ как я проверил, не ошибаюсь ли я – это простенькое заклинание, произносимое голосом в тональности напева Альтари. Кто такие Альтари? Я потом вам расскажу кто это. Самое главное, что вы должны знать о них – это наши покровители. Это они помогли основать орден паладинов и указать истинный лик зла и добра. И это заклинание помогло запустить процесс слияния душ первопаладинов с вами. То есть возродить ваш истинный облик. Ну и наконец третий способ, который меня убедил окончательно. Это священный медальон паладинов. Я ушел на его поиски, когда Ариман… Когда из Аримана сделали… Чудовище. Я не знаю кто и как мог его так извратить, но он поплатится за это…Ну ладно..Об этом потом. Значит этот медальон загорается ярким светом вблизи первопаладинов. И что же вы думаете? Медальон зажегся над тобой Гилиас, тобой Трал и даже над тобой Дулиф. Над остальными я больше, чем уверен он также воспылает! – Вендор окончил пламенную речь, почесав правую бровь. Четверо ребят сидели перед ним с невозмутимыми лицами, и каждый со своими мыслями. Гилиас, понял, что вот он истинный смысл жизни. Трал, надеялся получить после увлекательной лекции обещанное золото и отправится уже в поход. Бриан хотел почему то съесть большое яблоко. Этот рассказ навеял на него аппетит. Эридор подумал, что не плохо бы иметь портрет этого паладина у себя в коллекции, и поставить рядом с портретом Аримана. Дулиф так и находился в печали, со склоненной головой. Это был не тот эффект на который рассчитывал Вендор. Он вкратце рассказал им о важнейшем событии которое произошло в их жизнях. А они сидят так, словно следует еще что – нибудь добавить. В смысле добавить конечно же еще стоит. И не маловажную часть, однако выражения лиц должны быть все таки более заинтересованные, а не такими…пресными! Словно рыбы испорченной объелись все! Вендор скривил челюсть набок. Оратор из него конечно никудышный, но если бы он услышал нечто подобное впервые, то это произвело бы на него впечатление. А тут…Даже Дулиф низко наклонил голову! Спит что ли олух? Видимо так они и не осознают всю грандиозность будущих деяний. Да к тому же души первопаладинов не вступили в силу. Постепенно они все поймут. И главное отучиться подшучивать над Дулифом, даже мысленно. Видимо стоит добавить ему еще что – то. Но они же молчат, ничего не спрашивают. Что им еще сказать? Тут поднялся со своего табурета Гилиас. Его лицо вырожало спокойствие и решимость. Он ответил за всех:

- Для нас всех большая честь являться паладинами. Хоть каждый из нас, как я погляжу не до конца понимает, что значит им быть. Мы готовы принять то, что судьба нам уготовила с честью! Мы полностью в Вашем распоряжении достопочтимый Вендор. Ведите и направляйте нас! – В завершении речи Гилиас приложил руку к груди слегка поклонился Вендору, закрепляя тем самым свои слова. Вот этого Вендор и ждал. Все правильно! Ведь в Гилиасе находится душа ГАСТЕРИОНА – лидера первопаладинов. Он хлопнул в ладоши и стал потирать руки, приговаривая:

- Прекрасно! Прекрасно! Нам многое предстоит сделать, прежде чем вы полностью воплотитесь в первопаладинов. И не переживайте, вы останетесь сами собою…только несколько…усовершенствованными…Я так думаю- Тут поднялся Трал с явным недовольством на лице и сказал:

- Что значит прекрасно-прекрасно? Нам с вами нечего делать! У нас свои планы вообще-то были! Ваши паладины подождут. Мы сначала сделаем то, что наметили, а потом подумаем ввязываться в эту аферу или нет. Я достаточно четко выразился? И где обещанная часть золота? Нет ее? Значит мы сейчас же уходим! - Гилиас резко повернул голову к другу. Он такого не ожидал от него. Трал всегда, с самого детства был заносчивым. Иногда не в меру грубым. Часто это было не к месту. И вот сейчас это было очень не кстати такие речи. Чем был так ослеплен его разум? Неужели он не слышал, о чем толковал Вендор? В них души первых паладинов! И с ними общается ЖИВОЙ паладин, а не персонаж из книг. Это было достаточно невежливо и…даже гадко. Гилиас не стерпел такого. Он снова поднялся со своего табурета и вмиг оказался перед Тралом. Глаза Гилиаса пылали яростью. Он сжигая друга взглядом выпалил:

- Сядь сейчас же на место Трал! Как же тебе не стыдно? Неужели нажива золота тебе застелила сознание? Неужели ты не слышал, что сказал этот господин? Неужели ты не понимаешь КТО с нами разговаривает? Трал одумайся! Мы общаемся с живым паладином. С паладином, соратники которого исчезли лет сто назад! Мы общаемся с живой легендой! И сами являемся частью этой легенды! Устыдись Трал. Ты ведешь себя недостойно!- Трал не ожидал такого нападения. Он отвел глаза в сторону, пытаясь не соприкасаться взглядами. Он и сам понимал, что перегнул палку в своем высказывании. Он помнил как в детстве они читали старые книги про паладинов на чердаке у деда Гилиса. Как они потом бегали с палками и боролись со злом, в виде стаи злобных собак. Помнил, как они когда были чуть по-старше мастерили доспехи имитируя доспехи паладинов. Как они придумывали священные клятвы на манер паладиновских. Но все это было так давно. Потом появилась взрослая жизнь. Веселящие напитки. Прекрасные девушки и безжалостные драки с хулиганским отродьем. И все это ушло и забылось. Осталось в прошлом, в детстве. И потому эта речь и воспринялась абсолютно не так как нужно. А после того как выступил Гилиас со своим одобрением и желанием сотрудничать с этим Вендором, который нисколечко не был похож на паладина из книг все планы могли быть полностью разрушены. Какие – то там мифические паладины в них живут, указывая на то, что чем-то придется заниматься. А вот реальный план отправиться на поиски приключений в старую разрушенную башню, с нечеловеческой силой в руках, которой они сейчас обладают разлетался в пух и прах. И это было очень обидно. Очень! И деньги он же не для себя выпрашивал. Для них же всех. Но перечить Гилиасу Трал не стал. Он был не прав, да и уважал и любил своего товарища сильней чем вступать в мелкие споры. Трал просто поморщился и кивнув головой сел на место.

Вендор же с восхищением наблюдал эту картину. И когда Трал сел он сказал:

- Непокорный дух ТРИАНДОРА! Согласно легендам они всегда вступали в споры с ГАСТЕРИОНОМ. Великолепно! Души еще не возродились полностью, а взаимоотношения уже видны!- Бриан подал голос:

- Так они постоянно так скубуться. Вот сколько помню. То Гилиас на Трала орет, то наоборот. С самого детства! – Гилиас повернулся к Вендору и сказал:

- Прошу извинить нас господин. Мы готовы дальше внимать вашим словам. Продолжайте- Вендор как –то растерянно улыбнулся. Продолжайте…Это конечно хорошо, но вот как продолжать? Что продолжать? Согласно предсказаниям тем в ком появятся души первопаладинов следует пройти испытания. Но какие? К этому Вендор, если честно не был готов. Он уже давным давно оставил поиски первопаладинов. И испытания он никакие не готовил. В тот момент когда он разглядел в Гилиасе ГАСТЕРИОНА он сам оказался к этому не готов. Но лучший способ – это сказать правду. Он вздохнул и сказал:

- Что ж.. не буду скрывать от вас провду, как и что продолжать дальше я не знаю. Я не меньше вашего был удивлен когда все это случилось. Согласно предсказаниям паладин-странник, то есть я, отыщет души первопаладинов в конце миров. Герои в которых заключены эти души, то есть вы, должны пройти испытания указанные самой судьбой, чтоб первопаладины могли полностью возродится. Вот и все! Все идет несколько странно. Конец света не наступил, а я вас нашел. Причем всех сразу. Но ни одного испытания у меня в планах для вас не было. Должны быть некие предначертанные самой судьбой, но я о них даже не догадываюсь. Я могу лишь предположить, что встреча с Ариманом было одним из испытаний. После этого вы все получили необычную силу в руках и скорость реакций, свойственные для всех паладинов. Что дальше, об этом следует еще подумать. У Дулифа, насколько я помню, это все было с самой юности, как только он поступил на службу в седьмой легион. Так, что как то так. Давайте думать вместе, что будем предпринимать – Эридор широко раскрыл глаза услыхав, что эти двое, паладин и гном были в седьмом легионе. Он повернулся к гному, с удивлением рассматривая его и произнес:

- Так вы еще и в легионе были? Вы застали битву при Гримдоре? – Дулиф кивнул и ответил:

- Да. Застали. Ужасное было зрелище- Эридор с юности увлекался историей седьмого легиона. Битву при Гримдоре называли забытой героической станицей в истории. Он не мог успокоиться. Он теперь восторженно смотрел на Вендора и с трепетом спросил:

- А вы застали Альтана Грендера, генерала легиона? Мага « Горячие кости»? Лучницу под прозвищем «Громовая стрела». Непобедимого воителя которого называли «Белый Лев». Гнома Дадлифа? «Бомбардира»?Люсьена Тоила? Гартола по прозвищу «Месть»?- Вендор слегка улыбнувшись ответил:

- Конечно! Мы с ними вместе приняли тогда бой в Гримдоре. Ужасная битва тогда была. Просто ужасная. Гном Дадлиф – вот он! Просто его имя неправильно записали в анкете. И вместо Дулифа получился Дадлиф. А «Громовая стрела» и «Горячие кости» это были отец и мать лорда Аримана. Тогда многие стремились попасть в седьмой легион. А точнее в вольно наемные легионы. Тогда это было модно. Ведь кроме седьмого был и пятый и девятый легионы. Но после битвы при Гримдоре многое изменилось. Многие нас тогда осуждали. В той бойне погибло много невинных людей. Почти весь легион был разбит. Эта битва было нечто ужасное-Дулиф посмотрел на восторженного Эридора и сказал:

- А «Белый Лев» - это Вендор. Почему белый? Просто он может…- Гнома прервал Вендор:

-Дулиф! Не надо. Ты знаешь, что я не люблю когда об этом рассказывают. Если придет время ребята сами все увидят. Но лучше, что б не видели. Если я захочу, я сам об этом расскажу- Дулиф кивнул.

Гилиас оказался растерянным. Он не ожидал, что испытания которые следует пройти…просто не созданы. Что ж теперь делать? Он настроил себя достаточно серьезно. Накричал на Трала, и зачем? Чтоб узнать, что следует ждать неких испытаний на которые укажет судьба? Но сколько следует ждать? Он уже готов к переменам в своей жизни. Это именно то, чего ему не хватало. И вот до этой высшей цели остается один шаг, а шагать то некуда. Надуманная мечта начинает ломаться? Снова придется спускаться в эту мирскую жизнь и пребывать в ожидании? Это не справедливо. Еще и на Трала накричал. Может Трал был и прав. И какой толк в этой силище в руках, если применить ее толком нельзя? Гилиас поднялся с табурета потирая подбородок и растерянно спросил:

- И что ж дальше? Где же нам искать эти испытания, чтоб стать настоящими паладинами? Нам придется просто ждать когда судьба нам их подкинет?- Вендору стало как-то не по себе от этих вопросов. Этот момент он не продумал. Он был так рад, что нашел следы первопаладинов, что дальше этого мыслить просто не мог. Он решил, что все пойдет как в пророчестве. Однако как-то не так все шло. Он воодушевил этих ребят, а вот что дальше. Видимо не все как в пророчестве . Ведь и нашел он их не тогда когда случился конец света, как говориться в пророчестве. Вендор ответил:

- Я думаю, что отчаиваться не стоит. Пророчество лгать не будет! Если сказано, что следует пройти испытания указанные самой судьбой, то значит вы их пройдете. А пока, чтоб зря время не терять я могу вас всех тренировать. Еще у меня есть литература паладинов. История, кодекс, боевые очерки. Я понимаю – это покажется нудным. Мне до сих пор это таким и кажется, но все же лучше, чем бессмысленно ждать. Так ведь? Заодно вы ближе узнаете об ордене…- Трал слушал эти слова и тут его вдруг осенило. Испытания указанные самой судьбой –это их намеченное путешествие к башне мага! Кто знает, какие выпадут испытания на их пути? Ничего не пропало! Он хотел идти на поиски приключений, так он и пойдет. Теперь Гилиас не сможет не согласиться. Он подскочил с табурета, чуть его не опрокинув и по –радостному взволнованно сказал:

- Не стоит ждать никаких знаков судьбы! Они у нас уже и так есть! Гилиас – это то место куда мы собирались отправиться. Это наше будущее путешествие в башню мага!- Гилиас посмотрел на друга и улыбнулся. Точно! Трал прав. Это и есть знак судьбы! Он ответил:

- Точно Трал! Какой же ты молодец! Как я сам не догадался? Вот оно испытание. Ведь это для нас всех нечто новое будет. Значит испытание. Я думаю нам не следует откладывать это в долгий ящик. Ты согласен Трал?- Трал был очень рад услышанному. Он широко улыбнулся и ответил:

- Еще бы дружище! Вот наконец это тот Гилиас которого я знал! Все как в детские годы, только намного интереснее! Я всю жизнь о таком мечтал!- Вендор обратился к Гилиасу:

-О каком путешествии вы говорите? Что именно за предприятие вы затеяли?- Но вместо Гилиаса объяснять стал Трал, разворачивая карту, которую носил с собой во внутреннем кармане:

-Вот смотрите Вендор! Это карта областей прилегающих к просеке возле морового раскола, где Лорд Ариман возводил гору. Вот город Этринос, вот наша столица. А вот это как раз и есть башня мага, который напал на гномов, когда они корчевали лес. Так вот вход в эту башню гномы просто завалили! Исходя из рассказов, туда никто не спускался! Эта башня мага полностью не тронутая стоит. Вы представляете какие находки и приключения нас ожидают там?- Вендор почесал подбородок. Возможно это и есть знак судьбы? Но что –то слишком просто. Какие же это испытания? Прийти в брошенную башню мага и вытащить оттуда все, что можно потом распродать на рынке? Хотя…Пути господни не исповедимы. Это путешествие лучше, чем ожидание подходящих испытаний. Все правильно! Пусть идут. Оботрутся в мире. Увидят какие бываю люди. Какие бывают подонки. И какие ужасы поджидают в ночном моровом лесу. Все верно. А книги прочесть они успеют и позже. Если в этом еще будет необходимость. Вендор одобрительно кивнул головой и уверенно сказал:

- Это отличная идея, ребята! Я думаю, что вам следует отправиться в этот путь. Возможно это будет одним из испытаний в котором вы сможете проявить себя и станете еще ближе к душам первопаладинов. Теперь спешить некуда. Делайте то, что должны и время все расставить на свои места! Я полностью одобряю и благословляю вашу компанию! Необходимое снаряжение, доспехи и оружие вы найдете у Дулифа. Я все оплачу. Но спешу вас огорчить, Дулиф с вами в поход не отправиться. Он достаточно прошел испытаний в своей жизни. К тому же он бывалый воин, и может принимать безошибочные решения. А вот вам следует пройти тропой проб и ошибок, без чьей либо помощи, полагаясь только на самих себя. - Трал не мог поверить. Его мечта реализовалась! Да еще и без этого гнома. Лучше и не придумаешь. К тому же и Гилиас наконец – то загорелся этой идеей. Трал повернулся к Бриану и улыбаясь спросил того:

-Ну а ты что скажешь? А то все молчишь и молчишь- Бриан расправил затекшие руки. Зевнул и ответил:

- Это все здорово! Очень здорово! Только я хочу есть. А больше всего хочу здоровое яблоко- Эридор засмеялся услышав подобный ответ. Кругом творятся необычайнейшие вещи, которые настолько весомы и сложны, что воспринимаются сознанием не в полном объеме, а Бриану хочется яблока. Смешная нелепость! Однако это не все, что хотел сказать Бриан. Он поднялся с табурета и задал вопрос Вендору:

- Испытания и души первопаладинов – это все хорошо, однако есть маленький вопрос. Вы сказали, что когда мы станем одним целым с душами этих паладинов, то останемся сами собою. Только несколько лучше, чем сейчас. Однако добавили, что надеетесь, что так будет. Может быть и так, что эти души поглотят нас? Нас может и не остаться?- Этот вопрос заставил посмотреть всех на Вендора. Очень важный вопрос. Но Вендор не знал однозначного ответа на него. Ничего не говорилось в пророчествах о том будет выглядеть слияние душ первопаладинов и людей в которых эти души находятся. Но одно он знал точно - первопаладины это добро в чистом виде. Оно не сможет нанести вред и потому с уверенностью ответил:

- Нет. Такого не будет. Я считаю, что вы обретёте мудрость и силу первопаладинов, оставаясь в своем уме и сознании. Вы станете…совершенными. Однозначно ваша жизнь кардинально изменится, как только вы переступите порог этого дома. Однако ваше прошлое меркнет перед тем какое будущее вас ждет впереди. Это стоит принять и смело продолжать путь. Поймите в любом случае у вас обратной дороги уже нет. Вы уже не те, что были до встречи с Ариманом. И станете иными как только отправитесь в путь. Это может быть не заметным для вас самих, но в итоге это так. А если так разобраться, то любой человек на протяжении всей своей жизни меняется. Мы взрослеем и уже не такие как в детстве. Стареем и уже не такие как в зрелости. Это круговорот жизни. Не стоит опасаться этого и тем более жалеть об ушедшем. Все минувшее остается у нас в памяти и к нему можно в любой момент вернуться. И если приучить себя, то можно снова испытать все те же чувства, что и тогда. Поверьте моему опыту- Эта речь была откровенной. Гилиас был согласен с каждым сказанным словом. Он посмотрел на своих друзей. Сейчас они все ему казались теми же самыми которых он знал и совсем другими. Зародыш будущих перемен уже начал развиваться в каждом из них. И в нем самом. Обратного пути нет. Жаль только родителей. Они не смогут этого понять. Однако это та жертва на которую придется пойти, чтоб достичь тех высот которые им приготовила судьба. Лицо Гилиаса выражало серьезное спокойствие. Все обрело свой смысл. Он обратился к товарищам:

- Все верно друзья. Все предопределено. Недаром мы в детстве так любили истории про рыцарей и паладинов. Не зря мы так часто вступали в потасовки с дебоширами, пытаясь их усмирить и поставить на место. Все изначально было заложено в нас. Не будем больше препятствовать судьбе и положимся на нее полностью. Давайте отправимся в этот поход как можно скорее и найдем в нем все то, о чем каждый из нас мечтал. И даже больше. Пусть мы и не паладины. Пусть мы не знакомы с их историей, их жизнью и нравами. Однако мы все знаем, что такое честь и плечо друга. Так не посрамим же память предков, чьи души находятся в нас. Вспомним наш старый девиз: «Честь и отвага превыше всего! За брата постоим как за себя самого!»- Закончив речь Гилиас вытянул перед собой руку ладонью вниз. Лицо Трала исказилось от гордости и пробудившихся давно забытых детских понятий о гордости и рыцарской чести. И эти понятия казались ему сейчас реальней чем вся его жизни до этого. Он положил свою руку поверх Гилиасовой, проговорив сдавленным голосом:

- Как за себя самого!- Он смотрел Гилиасу прямо в глаза и видел в них то, что чувствовал и в своей душе. Это в самом деле было нечто большее чем просто приключение. Третьим был Бриан. Он гулко хлопнул своей ладошкой поверх Траловой руки, так же произнеся:

- Как за себя самого!- И наконец, Эридор подключился к друзьям:

-Как за себя самого!- Сказал он и завершил круг.

Вендор смотрел на друзей объятых пламенем удали и готовности к будущим испытаниям. И пусть это была еще полудетская задорность, она сможет поддерживать нужное пламя в их сердцах, до того момента как они станут первопаладинами. И в голове у него родилась интересная идея. Этот замысел придаст им еще больше важности в их будущих походах. Он придумал дать имя их отряду. Вендор достал меч и вознес его над их головами, произнеся:

- Отныне нарекаю вас именем дающимся всем рекрутам ордена паладинов. Нарекаю вас отрядом Священных Белых Волков. Отправляйтесь в путь с господом, благословляю вас!- Друзья молча, как по команде развернулись к и направились к выходу. Им стоило уладить семейные и рабочие дела, прежде чем отправиться. И следовало сделать это как можно быстрее. Отныне Отряд Белых Волков не терпит промедлений!

Вендор успел коснуться локтя Эридора. Тот обернулся. Глаза его пылали задором охватившем всех друзей. Господь милосердный, как же он был похож на Аримана. Точная его копия. Ведь Вендор отлично знал каждый изгиб лица Аримана. А лицо Эридора в точности его копировало. Вендор сказал ему мягко:

- Задержись немного Эридор. Помнишь я говорил про подарок? Я думаю сейчас самое время тебе его выдать. Я подумал, что лучше его отдать пораньше. К нему следует еще привыкнуть, как мне кажется. Я думаю, что он тебе подойдет. А по пути ко мне ты расскажешь о себе. Согласен?- Эридор несколько смущенно улыбнулся и кивнул. Но тут же спросил:

- Скажите господин паладин почему Вы мне снились с самого детства?- Вендор усмехнулся и спроси в ответ:

- А ты ответь мне почему ты так похож на Лорда Аримана?- Эридор пожал плечами, смущенно улыбаясь. Вендор усмехнулся еще раз, похлопав его по плечу и ответил:

- Потому, что пути господни неисповедимы! Поверь мне! Ты скоро это сам поймешь. Везде и во всем кроется тайный смысл его деяний. И не всегда он нам сначала понятен. И зачастую даже неприемлем. Однако потом все становится яснее. И ты видишь, что так и должно было быть… Ну идем же, я очень хочу, чтоб ты получил то, что так долго я хранил, и не дарил даже лорду Ариману- Они стали удаляться. Дулиф посмотрел им вслед и громко спросил:

- Вендор…Вендор, а что же делать мне?- Вендор обернулся и улыбаясь ответил:

-Как что? То, что ты и так делаешь постоянно: притворяться, что ты торговец, а не воин. Все равно твое время уже пришло. Осталось лишь немного подождать – Вендор с Эридором вышли. Дулиф остался один. Он слегка скривился. Он хоть и чувствовал вину перед Вендором, но эти его шутки все равно вызывали в нем негодование. Он пробурчал про себя: «Притворяться…Притворяться…Мне это нравится…Уж лучше, чем махать топором..» и пошел в дом открывать лавку для возможной торговли.

…

Легион остановился в нескольких днях пути от Гримдора. Невдалеке от его месторасположения находилось живописное место. Крутые известняковые берега с густой зеленью деревьев упирались в голубую реку. Среди этих деревьев на покрывале сидел Вендор Райс. Рядом стояла Альтари и купалась в лучах яркого теплого солнца. Она расставив широко руки и улыбаясь иногда кружилась в теплых лучах. А Вендор просто сидел и жевал лепешку с мясом. Для него это становилось невыносимым вся эта ситуация с ней. Они почти не общались с момента ее вызволения. Самый длинный разговор у них был в последний раз когда тот сумасшедший гном Дулиф орал в палатке испугавшись госпожу Сатри. И вообще называть Альтари госпожа Вендору тоже уже надоело. Но по другому язык не поворачивался. Она вела себя несколько эксцентрично, но Вендор к этому привык. Однако общение в несколько слов отягощала всю эту ситуацию. Вендор сам был не любитель общаться, однако в своем выдуманном мире, где они давно были женаты он общался очень много с ней обо всем. Даже иногда ругались и мирились. Все в том мирке было. Однако когда настоящая Альтари находилась рядом, выдуманный мир постепенно развеивался, словно густой туман. И Вендору с одной стороны это не нравилось. За столько лет он так к нему привык, что не готов был с ним расставаться. В этом мире совсем недавно придуманная Альтари задала вопрос о том кто эта Альтари с которой Вендор проводит столько времени. И почему она так похожа на нее. Одной частью своего сознания Вендор понимал, что это несколько ненормально объяснять своей фантазии кто эта Альтари. Да и как объяснить? Сказать, что это ты настоящая? Или как? Это уже совсем не нормально! А вот другая часть сознания на такие мелочи внимания не обращала. К тому же вопрос в голове был настолько отчетливо сформулирован и так громко звучал, словно был задан реальным человеком. И Вендор стал объяснять! И стал объяснять в самом неподходящем для этого месте - на совете командиров. На несколько секунд окружающий мир пропал из поля зрения. Перед ним стояла разгневанная и ревнующая выдуманная Альтари задавшая вопрос. А он как – то смущенно, что-то пытался объяснить, частично используя ложь. А потом он опомнился и увидел, что все взоры обращены на него. Он извинился, сослался на то, что ему нездоровится и со всеобщего согласия покинул совет. Но когда выходил из шатра, выдуманная Альтари - жена снова ошарашила его. Она сказала, что им придется расстаться. И все. После этого выдуманный мир больше не посещал его. Он тосковал без него, однако тоска не долго его тревожила, когда он видел идеальное лицо настоящей живой Альтари. Оно было прекрасным настолько, что превосходило даже его фантазии. Однажды он наблюдал как она спит. В полумраке рассматривал каждую деталь ее идеальных очертаний. А она , не открывая глаз неожиданно произнесла:

- Как мило, что мой маленький паладинчик охраняет мой покой- И каким же голосом это было сказано! Вендор не мог на это ничего ответить. Он снова улегся на свое место. А Альтари добавила в след:

- Правильно. Тебе надо отдыхать! Спи, спи. Ты должен быть очень крепким. Ты же настоящий паладин - Вот как на такое реагировать? Вендор не мог взять в толк. И все это она говорила с таким тоном, который Вендор мог растолковать только как манящий либо соблазняющий. Может все Альтари женского пола так общаются. Вендор этого не знал. Но воспринималось это именно так. Госпожа Сатритолинконес, вызывала в нем всю бурю эмоций и чувств которую может ощутить сердце. Эта масса ощущений волнами накатывала на него, а он ничего не мог с этим сделать. Не признаваться же второй раз ей в своих чувствах. Тогда это было ребячество. Он был юн и горяч. Но сейчас он уже намного старше. К тому же с искрой ордена в груди он живет дольше любого обычного человека, а мудрости, как в легендах рассказывают, так и не набрался. Столько лет жизни прошло, а ум как остался на одном уровне так и стоит. Может даже глупее стал…

Вендор посмотрел на Альтари. Она так и стоит молча улыбаясь и греясь на солнце. Зачем она захотела сюда прийти? По идее она высшее создание. Она должна обладать неисчерпаемой мудростью. Знаниями далеких миров. Однако Вендор смотрел на нее и понимал, что никак и никогда не сможет воспринять ее как учителя и наставника. Даже если она начнет рассказывать некие тайны мироздания недоступные обычному смертному. К тому же ничего подобного она и не рассказывает. Он воспринимает ее как мужчина воспринимает женщину. Как влюбленный мужчина воспринимает женщину, являющуюся объектом его любви. И не сможет, а скорее всего и не будет воспринимать ее иначе. Нет! Не хочет он ее воспринимать как – то иначе. А она просто стоит идеальная, по неземному красивая и греется на солнце. А он просто жует лепешку с мясом и молча смотрит на нее. Глупо. Глупо да и только! Альтари повернула к нему голову. Вендор хотел быстренько отдернуть голову, чтоб не было заметно, что он глазеет на нее. Однако в туже секунду сообразил, что его движение головой будет слишком очевидным и поставит его в еще более неловкую позицию. Он так и продолжил смотреть на нее. Точнее в ее безупречные глаза. Альтари наклонила голову на бок, прищурила глаза и улыбнулась. Ну вот! Опять она это делает. Она отлично знает какие эмоции вызывает в нем и играет с ним. Но зачем? Разве так должны вести себя высшие наставники ордена паладинов? Что то здесь не так! Или это он уже сам себя накрутил? Проклятье! Запутаться, упасть и не встать. Сплошная каша в голове! Неожиданно Альтари обратилась к нему:

- И что это у тебя в руках? Аромат достаточно соблазнительный!- Вопрос был неожиданный. По крайней мере для самого Вендора. Он даже немного вздрогнул, не ожидая обращения к себе. Но он ответил достаточно спокойно и безмятежно, чем удивил сам себя:

- Это обычная мясная лепешка с сыром, госпожа- Альтари несколько протяжно произнесла:

- Ле-пе-шка…- И добавила:

- Я тоже ее хочу!- Вендор продолжая проявлять чудеса хладнокровия и выдержки, не переставая удивлять самого себя ответил:

- В этом нет никаких проблем, госпожа. Я захватил их достаточно. К тому же есть чем и горло промочить. Я налил полный кувшин ягодного морса – Однако Альтари это видимо не удовлетворило. Она грациозно приблизилась к Вендору и наклонившись так, что их лица оказались на одном уровне произнесла:

- Я желаю твою ле-пе-шку –И мягко тремя пальцами вытянула желаемый продукт из руки Вендора. Вендор весь обомлел внутри, осознавая как близко находится ее лицо. Что это было? Что это значит? Что делать? Что говорить? Однако снаружи он был совершенно спокоен. Он улыбнулся и сказал:

- На здоровье, госпожа – Альтари распрямилась и засмеялась, приговаривая:

- На здоровье! Какой милый паладинчик. На здоровье говорит. Очень мило – И откусила небольшой кусочек лепешки с той же стороны, что и Вендор. Закрыла глаза и не спеша стала жевать. Вендор не мог понять, что происходит. Но нутром чуял, что –то должно произойти. Эта прогулка в это место была организованна не спроста. Он не мог понять, что, но надвигающееся событие начинало вызывать в нем внутреннюю дрожь. Чтоб совладать с нею, он сжал одну руку в кулак, и продолжал наблюдать за прекрасной Альтари. Она же откусила еще один кусочек и так же неторопливо стала его поглощать. Вендор понял, одно – ситуация полностью под ее контролем. Она что – то задумала и неспешно исполняет свой план. Он же является фигурой как минимум второстепенной. Да! Однозначно вымышленная Альтари отличалась от реальной. Альтари из грез была по – проще, более земной. Точнее это был обычная земная женщина заключенная в тело Альтари.

Реальная Альтари медленно открыла глаза и также не спеша посмотрела на Вендора. Он заметил, что ее взгляд изменился. Как именно нельзя сказать. Но точно изменился. Он чувствовал это. Она не спешно протянула ему лепешку проговорив:

- Возьми ее. Мне достаточно. Спасибо тебе – Вендор не мог понять, что случилось. Почему ее тон изменился? Почему он стал другой. В нем не чувствовалось той игривой шутливости. Неужели проклятая лепешка не понравилась? Что же произошло? Проклятье! Земных женщин порой не поймешь совсем. А здесь женщину из других миров попробуй раскуси! А может они все одинаковые, с какого бы мира не были! Любит измучить мужское сердце до такой степени, что оно в груди бьется словно на ниточке. Еще чуть-чуть переживаний и все! Оборвется и разобьется в дребезги! Проклятье! Что же такое могло произойти? Надо было не брать эти лепешки! Вечно он голоден. Вот тебе и на! Наелся лепешечками? Вендор уже возненавидел эти лепешки.

Альтари тем временем несколько отдалилась и стала к нему спиной. Потом она таким же изменившимся голосом произнесла:

- Ты уже совсем не паладинчик. Ты настоящий паладин, только сам этого не знаешь. Да ты настоящий паладин. Я сначала на это мало обратила внимания… А еще ты очень скрытный! –Вендор думал, что провалиться сквозь землю. Что же происходит такое? Что он уже сделал? В чем скрытность то? Эти проклятые лепешки! Вендор вышвырнул недоеденную лепешку в сторону, пока Альтари стояла к нему спиной. Может Альтари нельзя есть сыр? Или мясо? Он не помнил этих мелочей. Однако в слух спокойно спросил:

- Скрытный, госпожа?- Альтари обернулась. Взгляд да и само ее лицо изменились. Вендор не мог понять она гневается на него или нет. Или что там еще могут испытывать эти внеземные женщины. Вендор подумал, что легче бы сейчас находится было на поле боя, в сложной ситуации чем здесь и сейчас. Альтари ответила:

- Конечно скрытный. По тебе ничего нельзя рассмотреть. Я наблюдала за твоим лицом и движениями. За твоими словами и тоном. Ничего нельзя понять. Как тебе удается все это скрывать в себе? А я знаю как. Истинный паладин может скрыть в себе все. Ведь так? Ты все держишь в себе. Все скрываешь? – Вендор находился почти в шоковом состоянии. Что она от него хочет, он не понимал. Что скрывает внутри? О чем речь? Никакой разницы между женщиной Альтари и земной женщиной. Выдумает себе что-то, а потом допытывается будто ее домыслы известны всему белому свету. Вендор снова недоумевающее спросил:

- Что скрываю госпожа? – Альтари повела бровью и ответила:

- Ты же в меня очень давно влюблен. Как такое ты можешь так долго скрывать? – Вендора бросило в холодный жар. Откуда она узнала? Он так и спросил:

- Почему вы так решили? Разве паладин может влюби..- но закончить он не успел. Альтари с быстротой молнии оказалась возле него. Их лица снова оказались очень близки. Она положила ему указательный палец на губы и слегка улыбаясь смотрела ему в глаза. Ее глаза были большими. Больше обычного. Это Вендор точно мог утверждать. А еще он заметил в них огоньки в прямом смысле слова. Где то в глубине ее жгучих янтарных глаз горели два красных огонька. А еще Вендор ощущал как великолепно пахнет ее кожа. И что палец ее словно был наэлектризован и губы Вендора слегка пощипывало. Она негромко сказала:

- Не стоит ничего говорить. За тебя все сказала твоя слюна. Я специально взяла ту лепешку, что ты ел. И твоя слюна все о тебе рассказала. Ты еще лучше чем я думала. Теперь я точно знаю, что ты мой. Мой паладин – Она снова отклонилась и продолжила говорить:

- Все равно я удивляюсь как такое чувство тебе удавалось скрыть от меня. Мы Альтари не можем скрывать своих чувств. Я думаю ты и сам заметил это. По мне же все видно. Так ведь? – Однако Вендор не видел ничего. Что там надо было видеть? Он хриплым голосом ответил:

- Извините госпожа, но я ничего не вижу…- Она засмеялась и сказала:

- Ну как же? Неужели не видно, что я вся наэлектризована. Неужели не видно как я себя веду. Неужели ты не заметил, что я ничему тебя не обучаю? Вендор я знаю тайны глубинных звезд. Я знаю суть мироздания дальних миров. Я знаю как зовут каждую молекулярную структуру моего костюма. Мне известны совершенные навыки борьбы с первородным злом. Однако мне это все не надо сейчас. А знаешь, что мне необходимо?- Вендор догадывался какой будет ответ, но вслух просипел:

- Нет госпожа не знаю- Она расставила руки в стороны запрокинула голову улыбаясь и кружась ответила:

- Мне надо быть с тобой! Я так давно уже готова к слиянию. Мне нужен был только мой партнер. И ты подходящий. Ты самый подходящий. Я давно об этом думала. Мой выбор давно уже падал на тебя. Еще когда ты был юн и мы в первый раз встретились. Но что-то тебе не хватало. А потом мы так расстались, что я окончательно не успела убедится в правоте своих рассуждений. Но вот господь соединил нас снова, и теперь я полностью уверена. Я не могла уже дольше ждать потому и решила уединится от всех. Мы должны были остаться одни Вендор потому, что ты мой!- Вендор слушал эти слова и смотрел на радостную кружащуюся Альтари, и все это ему показалось какой-то глупой игрой. Не так должны себя вести высшие существа. Они должны быть недоступны. Должны быть кладезем бесконечной мудрости, но недостижимы. А здесь какое-то слияние. Это даже несколько отвратно! А может она…сошла с ума? Не так он представлял себе разговор с госпожой Сатри. Вендор поднялся и твердо сказал:

- Я не понимаю госпожа о чем вы говорите, однако считаю что я услышал достаточно. Я думаю что мы должны прекратить это! – Альтари остановилась и вновь мгновенно приблизилась к Вендору. Она смотрела на него сверху вниз и улыбалась. Потом приложила нежно свою ладонь к его щеке и сказала:

- Прекратить? Нет мы только начинаем! Может ты еще не понял – я тоже в тебя влюблена. Теперь я это точно знаю! Когда я увидела тебя в первый раз я почувствовала что-то необычное по отношению к тебе. Ни один Альтари не мог у меня вызвать подобное. А ты смог. Все эти годы я не могла забыть тебя. Смирилась с тем, что не смогу тебя больше увидеть. И тут ты нашелся! Все былые чувства вспыхнули во мне словно пламя. Я надеялась рассмотреть в тебе хоть малейший намек на взаимность, но ты все умело скрывал. Но я помнила как много лет назад ты мне открылся в библиотеке ордена. Я надеялась, что ты не забыл меня. А ты… А ты все это время помнил и любил меня. Мой милый паладин!- Вендор ощущал это неповторимое прикосновение. Все его тело проняла дрожь и неописуемое приятное чувство. Он закрыл глаза не в силах больше сопротивляться чарам Альтари и прошептал:

- Я не мог забыть тебя! Ты стала для меня всем. Я все это время надеялся отыскать тебя. Пусть не признаться что люблю, но хоть видеть тебя. Но это все… это сон. Это прекрасный сон…-Альтари оказалась за спиной Вендора. Она обвила его руками словно лианами и прижавшись своими губами к его уху прошептала:

- Это не сон. Я люблю тебя. Альтари любят на всю жизнь. Ты мой Вендор, а я твоя! Когда ты закончишь свой поход, а я завершу свои дела, мы полетим к звездам! Я покажу тебе прекрасные миры среди которых мы будем вместе! – Вендор не мог в это поверить. Это не могла быть реальность. Он видимо уже умер и попал в рай. Не может быть такого, чтоб прекраснейшая Альтари была в него влюблена. В обычного паладина. Он даже не герой из легенд. Обычный паладин чудом оставшийся в живых. А она принцесса звезд. И говорит такие вещи. Господь! Если это сон, то он не хочет никогда просыпаться! Никогда! Альтари оказалась снова перед ним. Весь ее костюм искрил, а сама она источала розовую ауру. Вендор смотрел на нее восхищенными влюбленными блестящими глазами. Она загадочно улыбаясь взяла его за руки и их пальцы сплелись. Вендор заметил, что и он сам излучает светло голубую ауру. Такого с ним никогда не было. Он чувствовал, как через руки волнами передается некие импульсы которые казалось затрагивают саму душу и заставляют ее петь и подыматься в высь. Альтари прошептала:

- Теперь наши души сольются!- Она запрокинула голову закрыв глаза. Последнее что увидел Вендор, как искры охватили и его тело, а его аура стала проникаться красной аурой Альтари. Потом его охватила волна неописуемого блаженства и он тоже закрыл газа. Он почувствовал, как окружающий мир пропал. Остались только они вдвоем. Точнее они стали одним целым. Он чувствовал как его душа проникает в ее тело, а ее в него. Он словно окунулся в океан блаженства. Другого сходства он найти не смог. Это было поистине райское наслаждение. Ни одна плотская утеха не могла сравниться с тем, что испытывал Вендор. Это было нечто необычное. Не тела, а их души ласкали друг друга.

Человека и Альтари окутала густая завеса красно-синего облака и они взлетели невысоко над землей. Потом они начали неспешное вращение, а между ними стала образовываться яркая искра пульсирующая оранжевым светом. Искра поднялась над ними, и в момент наивысшего наслаждения Альтари овила ногой бедро Вендора и они слились в страстном поцелуе. Вендору казалось, что слияние продолжается вечность. Но вот ауры стали ослабевать и растворяться. Они опустились снова на землю. Альтари явно была истощена этим действом. Она еле держалась на ногах. В ее руках появились прозрачные полусферы. Искра которая сверкала над ними опустилась в одну из полусфер и Альтари накрыла ее второй. Она улыбаясь посмотрела на Вендора и сказала демонстрируя сферу с искрой:

- Знаешь, что это? Это наш ребенок Вендор. Наш с тобой ребенок. Альтари рождаются из чистой энергии. Помнишь я тогда тебе рассказывала? Здесь наше дитя не сможет вырасти, но мы отнесем его к звездам – На этих словах силы совсем оставили Альтари. Вендор бережно подхватил ее и нежно уложил на покрывало. Альтари улыбаясь спала, прижимая к груди маленькую сферу с искрой внутри. А Вендор не мог отойти от случившегося. Он понимал, что никогда не будет уже прежним. То, что сейчас случилось было чудом. Они навсегда сроднились. Они сроднились душами. Вендор последует за Альтари на край Вселенной. Теперь это больше не фантазия. Эта прекрасная реальность. Это рай во плоти. То, что он чувствовал к Альтари нельзя описать таким простым словом как любовь. Ведь в нем теперь часть ее души, а в ней его. Вендор просто сидел рядом склонившись над Альтари. Его рука лежала на ее руках. Он чувствовал, что сфера с их ребенком излучает приятное тепло и это было прекрасно!

А невольным свидетелем этих событий оказался Дулиф. Вендор сообщил только ему, где их с «дедушкой» искать, если будет необходимость. И эта необходимость произошла почти сразу же как Вендор ушел. Дулифа послали за ним, а он застал Вендора с демонессой как раз в тот момент когда они начинали сливаться аурами. Он затаив дыхание наблюдал за этой необычайной картиной из-за дерева. Он чувствовал себя очень неуютно. Он не хотел подглядывать, однако так вышло и его не оставляла мысль о том что он гадкий подглядала. И что теперь делать он не знал. Ему приказали срочно найти Вендора, но подойти сейчас к Вендору и его спящей демонесе он не решался. Так и продолжал сидеть чуть дыша за деревом и наблюдать.

III

Графиня Агнес Манфол Де Амерзи была в не себя от ярости когда до нее дошло известие о том, что Лорд Ариман в облике жуткого монстра был убит. Точнее эта была даже истерика. Такую графиню Тримо не знал. Она металась словно бешенная кошка по комнатам и рушила все на своем путь. И сил у нее было предостаточно. Тримо просто не мог понять откуда в такой маленькой и хрупкой женщине столько силищи. Она переворачивала шкафы и серванты. Срывала со стен тяжелейшие картины и швыряла их в стены. Одному из слуг она расшибла голову вазой, лишь за то, что он появился у нее на пути. Она разорвала на себе платье и рвала волосы. А еще она выла. Истошно. Не человеческим голосом. Это казалось Тримо достаточно отвратным. Да и вообще в последнее время графиня отворачивала от себя. Ночных встреч с нею как в былые годы уже не было. Да и он особо этого и не желал. Все ее поведение и обращение с ним были чрезвычайно небрежными. Казалось, что он выполнил уже нужное ей предназначение и теперь является неким бесполезным придатком который не нужен и выбросить жалко. Все чаще его голову посещал вопрос: « не уйти ли раз и навсегда от этой графини?» Но что-то его постоянно останавливало. То купца надо какого-то убить. То в заложники семью какого-то чиновника взять. То мага с его учениками укокошить. Всякие ему она задания подкидывала. Так вот получалось, что все оставался и оставался.

И вот они только вернулись в столицу людей. Только разместились в поместье, и тут ей сообщают, что полудурок – монстр Ариман убит какой-то компашкой сопляков. Все! Подумаешь трагедия! Так нет же. Надо выть, кричать все ломать. О чем это говорит? О том, что этот мерзкий Ариман даже в таком ужасном виде был ей дорог. А он, Тримо всего лишь инструмент в ее руках. И чего так убиваться? Она же колдунья или волшебница или ведьма, или кто там еще. Помахай своими посохами да волшебными порошками над трупиком и будет тебе снова скакать словно и не умирал. Так нет же! Не хватает никакой магии, чтоб совершить подобное. Зачем тогда вообще заниматься магией если нельзя оживить умершего и наколдовать кучу золота. Тримо никогда этого не понимал. Сколько он уже убил этих колдунов доморощенных по приказу графини не перечесть и что? Хоть одному его магия помогла? Нет! Ловкость, скорость и острый клинок побеждают магию за раз. Да к тому же вечно эти маги готовятся чтоб колдовать. Что-то у них вечно не получается. Все горит, шипит, взрывается не там где надо. А когда застаешь врасплох так вообще колдовать не успевают. Здесь же все проще! Стрелу на тетиву и нет мага. Клинок из ножен - нет мага. Подкрался незаметно и громко крикнул на ухо – тоже нет мага. Умер от сердечного приступа прямо у его ног. В общем абсолютно бесполезная штука эта магия. Ничего она не может кроме служить оправданием собственной беспомощности и демонстрации фокусов. Единственный вариант настоящего магического действа Тримо мог признать только у Армина. Вот это магия так магия. Вытащить гору из земли – это тебе не зелье сварить, или вечно волшебной пылью разбрасываться, как графиня.

Тримо стоял на первом этаже поместья графини смотрел в широкое окно выходящее в сад и курил массивную резную трубку. На втором этаже снова стали слышны звуки падающей мебели и крики графини. Снова накатило! Уже столько времени прошло после известия о смерти Аримана, а она не может успокоиться. Тримо не хотел идти к ней. Она ему была сейчас очень отвратна в таком виде. Да и идти к ней бесполезно. Успокоить ее он не в силах. Он курил трубку и думал о том, как ему все опостыло. Опостыли бесконечные убийства и терроры который он учиняет по приказу графини. Опостыла жизнь животного в ее тени. Опостыли ее чудовищные слуги обмотанные с ног до головы бинтами вечно источающие зловоние и мерзкую жидкость. Опостыло то, что он как был так и остается монстром, наблюдающим за нормальной жизнью. Случалось даже такое, что он не убивал указанных ею людей. Он просто приходил и сообщал им, что они умрут если не уберутся куда подальше. А лучше вообще исчезнут на долгое время. Бывало выпускал взятых заложников, убивая при этом охрану графини. Опостыли ему свои собственные припадки ярости, которые он научился в последнее время сдерживать. Опостыло ему колдовство графини. Которое, кстати ей очень не шло. И все ее кровавые обряды с молодыми людьми у которых извлекали внутренности когда они еще были живые. Такое все это было абсурдное! Такое все…однообразное. Запугивания, похищения, убийства, муки и смерть. Опостыло, что он уже почти достиг возраста пятидесяти лет, а так и остается одинок. Нет у него даже товарища, чтоб когда- никогда перекинуться грубой шуткой. Или пойти изнасиловать нескольких путан. Нет искреннего единомышленника. Всех его знакомых уже давным давно перевешали за грубейшие нарушения законов. А иных он сам убил, так как они его предавали. В последний раз он излил душу тому гному возле горы Аримана. Как же это было здорово. Просто напиться и бормотать всякий бред товарищу, не опасаясь, что он всадит тебе нож в спину… Ведь он сначала шел к Дулифу с Вендором играть спектакль. А как этот гном его встретил? Гном действительно его простил. Простил за то, что он чуть не пронзил его насмерть. Он бы так не смог никогда простить. Никогда! А гном взял и простил. Как будто это было не покушение на жизнь, а случайный плевок на башмак. А во второй раз? Он просто его слушал. Тримо за долгие годы извечных тревог, напряжений и потраченных нерв просто расслабился. Действительно расслабился и просто говорил. Говорил то, что так тревожило его. А гном его слушал. И более того – он еще и сопереживал. Сколько он убил этих гномов, и только сейчас узнал какие они. Тримо только сейчас понимал, что он познавал живых в смерти. Но никогда не удавалось возможности познать их в жизни. Вот просто в быту. Как они смеются, ходят, спят и одеваются. Причем делают это все не наигранно, а просто живут. Сколько он слышал предсмертных проклятий в свой адрес. А вот обычных рассуждений ни разу. Сколько лживых клятв. И только одну он услышал чистосердечную от этого гнома. Как же все опостыло. И как же повезло этому демону Вендору, что у него есть друг. Друг на всю жизнь. Который не продаст тебя за грош, и не бросит умирать раненого. И не убежит от опасности, но будет ценой своей жизни защищать тебя. Лет двадцать назад он счел бы такие мысли за слабость. Лет двадцать назад ему никто не нужен был. Он был хищный волк жаждущий крови. Но теперь все не так. Зрелому матерому хищнику хотелось залезть в конуру и отойти в сторону от бесконечного кровавого оборота жизни. Однако нет у него свой конуры. И никто его не ждет кроме сырой земли в безымянной могиле. Тримо знал, точнее был уверен, что рано или поздно он получит расплату за все свои злодеяния. Когда –то, когда он будет наиболее уязвим будет нанесен решающий удар, и сгинет он как и многие другие подонки в бесславном забытьи. Встреча с Вендором лишь укрепила его убеждения в этом. Если б охрана не подоспела, лезвие меча пронзило ему череп и болтался бы он в агонии словно муха на игле. Вендор был нечеловечески силен и быстр словно демон. И он был…хорошим, если так можно сказать. А сколько по свету ходят таких как Вендор. К тому же на их стороне неотомщенные души тех жертв чья кровь на его руках. И все они вопрошают отмщения. Он точно это знает. Почему судьба так исковеркала его жизнь? Почему ему надо было попасть в красное братство с самого детства? Почему он не мог быть каким –нибудь философом, или… сочинителем литературных творений? Нет же! Он должен был олицетворять в себе самые темные людские пороки. И жить под вечной угрозой неожиданной расплаты, висящей над головой словно занесенный топор палача… Повезло же этому демону Вендору. Таких как он ждет и слава и друзья и любящая женщина. А он знал только грязных путан, изнасилованных несчастных женщин, ну и графиню. И что это? Это порок. А что такое любовь он не знал. Любовь и забота любящей женщины. Нет ему, зверю доступа к этим радостям. Он должен мучиться на костях своих жертв в ужасном, сводящем с ума одиночестве.

Тримо затянулся по крепче и выпустил густое облако дыма, приобретшего уродливые очертания, словно вся его жизнь. Он поморщился рассматривая рассеивающееся облако. А ведь как жить иначе он не знал. И не умел. Ведь кроме оружия в руках он ничего не держал. Ни починить, ни построить он ничего не умел. Только ломать все и разрушать. Удивительно, что хоть грамоту познал. Может повеситься? Или скинуться с высокой скалы и не дожидаться позорной смерти от какого то Вендора, или похожего на него?...

Однако тяжелые мысли Тримо прервал слуга неприметно возникший за спиной. Тримо просто ощутил чье –то присутствие и обернулся. Слуга поклонился и сказал:

- Господин прибыли гости к графине. Желают видеть ее - Тримо поморщился. Какие еще гости? Очередные мерзкие личности, возомнившие себя великими магами и желающие уединиться с графиней ночью непонятно для каких занятий? Он спросил слугу:

- Кто такие? Назвались? – Слуга кивнул и ответил:

- Да господин. Вендор Райс и Дулиф Грум – Тримо чуть не подпрыгнул на месте. Этот Вендор точно демон. Как так получается, что только подумал о нем, а он уже здесь? Ведь есть же пословица: « Не зови демона попусту, может и прийти». Проклятье! Чего он сюда притащился? Может пронюхал, что графиня замешана в ужасной деформации Аримана? Проклятье! Этот демон наверно способен на это. Тримо был уверен, что именно по поводу Аримана он явился сюда. После стычки с Вендором Тримо заподозрил, что рано или поздно тот обнаружит, что графиня замешана в этом грязном деле. И он захочет получить ответ за это. Ведь было очевидно, что он носится с этим проклятым эльфом как с сыном. А нет ничего страшнее отца ищущего отмщение за убийство и издевательства над своим чадом. Особенно если таким отцом является Вендор. Что же делать? Ничего! Видимо день расплаты наступил. Не зря ему сегодня в ночь приснился черный ворон на могиле. Следует идти. Бежать бессмысленно. К тому же Вендор не такой живодер как он. Если будет убивать, то убьет быстро и без мучений. Раз и голова с плеч…Тримо затянулся и сказал слуге:

- Я выйду к ним. И что бы не происходило, не вмешивайся и не зови никого!- Слуга кивнул, но спросил:

- Принести вам ваш клинок, господин?- Тримо обреченно усмехнулся и ответил:

- Да… Чуть по –позже, на могилу…- И отправился на встречу к нежданным гостям. Он ничего не собирался скрывать, если Вендор начнет задавать вопросы. Надоело оттягивать неминуемое. Он шел по дорожке, проходящей через сад, в конце которого был массивный высокий забор с такой же массивной железной дверью. Она была отворена, и Тримо видел скрестившего на груди руки Вендора и рядом стоящего Дулифа. Лицо Вендора даже издали не сулило ничего хорошего. Оно было суровым и словно выточенным из камня. Тримо понял, что был прав. Вот и судный день. Вообще –то полечь от руки Вендора может и не настолько позорно. Все ж лучше, чем от предательского ножа в спину или яда в вине. Может Вендор захочет сделать это благородно в поединке, и Тримо сложит свою голову как воин, а не поганый шакал? Скорее всего так и будет. Вендор герой седьмого легиона, он по иному не сможет поступить. Значит так тому и быть! Если Вендор пришел сюда узнавать за Аримана, он изложит все ничего не утаивая, потому, что все это уже опостыло! И графиня тоже ответит за свои злодеяния. Все должны ответить! И он будет первым! Тримо сделал еще одну большую затяжку, выпустил дым и посмотрел на небо. Синее с облаками. Видимо последний раз видит его. Сколько жертв умерщвленных его рукой так думали? Но, что удивило самого Тримо, то, что идет он совершенно без страха. Нет страха перед верной гибелью. Даже некое облегчение... Тримо почти подошел к гостям. Было видно как у Вендора напрягаются скулы. И тут произошло неожиданное. За спиной Тримо услышал страшный вопль издаваемый графиней. Он обернулся и увидел, что она несется с растопыренными руками прямо на пришедших. Тримо понял, что она хочет кинуться на Вендора и Дулифа. Хоть она сейчас выглядела отвратительно, однако Тримо по неведомой причине перехотел, чтоб она в истерике получила смертельную рану от Вендора. Ему стало ее…жаль? Значит надо соврать! Сказать, что вся вина на нем. Графиня невиновата? Проклятье! Зачем она выбежала? Он уже настроился на смертный бой, а эта сцена разрушила весь его настрой. Уже и умирать как –то не охота! И признаваться тоже…Проклятье! А графиня тем временем неслась с широко раскрытыми глазами и искаженным лицом. Тримо еле успел ее перехватить обхватив талию и плечо. Но это было не просто. Казалось, что он пытался удержать не миниатюрную невысокую женщину, а буйвола. Тело ее было непривычно жестким и рвалось с чудовищной силой. Тримо еле удавалось ее сдерживать. Графиня же смотрела сумасшедшими глазами из которых ручьями текли слезы на Вендора и рвала руками воздух, пытаясь дотянуться к нему. Она истерическим голосом выкрикнула:

- Будь ты проклят! Ненавижу тебя! Чтоб ты сдох мерзавец! Где ты был когда его убили? Почему ты не нашел его раньше? Почему ты позволил ему умереть? Как ты мог позволить случиться такому? Ненавижу тебя! – Лицо Вендора было искажено еле сдерживаемым гневом. Тримо подумал, что он кинется на них и посечет на мелкие кусочки. Но Вендор лишь выкрикнул в ответ:

- Как ты смеешь меня обвинять в его гибели? Это ты виновна в том, что с ним произошло! И ты сама это знаешь! Его гибель полностью на тебе! Я это знаю! Как и смерть Реджинальда! И когда я докажу это, тебе уже будет не скрыться от правосудия! Ты ответишь за все! Слышишь меня? За все! Все смерти только по твоей вине! Идем отсюда Дулиф, пока я не учинил возмездие прямо здесь! - Вендор резко развернулся и весь дрожа от ярости быстрым шагом стал удаляться. Дулиф с каменным лицом последовал за ним. Графиня же вся обмякла, и повисла в руках Тримо. Она закрыла лицо руками и залилась безудержным плачем, бормоча: « Вы все заплатите! Вы все скоро заплатите за это! Все заплатите!». Потом она резко повернула голову к Тримо и злобно сказала:

- Тримо, я хочу, чтоб те кто убил Ариманушку сдохли! Слышишь меня? Слышишь? Сдохли в чудовищных муках! Сделай так, Тримо! Сделай это!- Тримо отвел голову в сторону и немного скривился. Графиня спасла его от расплаты за злодеянии. Он сам сейчас находился в достаточно не стабильном состоянии. И меньше всего ему хотелось сейчас кого-то зверски и мучительно убивать. Ему хотелось размышлять, почему судьба оставила его в живых. Для какой цели? Снова безнаказанно казнить живых существ? Или есть иная цель? А тут опять : «чтоб сдохли в муках»…

Дулиф находился в своем магазине. Покупателей было совсем не густо. Трое с утра и все. Он размышлял о том, что произошло возле поместья графини Амерзи. Вендор ясное дело был непоколебим. Даже если б графиня насмерть извелась у его ног, он продолжал бы обвинять ее. Однако для него самого эта сцена произвела тяжелое впечатление. Не похоже было на то, что она играет. Такие красные, измученные частыми рыданиями глаза тяжело сыграть. Точнее не возможно. Она явно тяжело переживала утрату Аримана. Да и Тримо шел явно не играя. Он шел так словно приговоренный узник на эшафот к палачу. Вендор из-за своей ярости через чур жесток к окружающим.Хотя… Тримо мерзкий подлец, по словам Вендора. Ведь иначе быть не может, если он бывший мастер Красного Братства. Но все равно это как-то все запутанно. В этом мире все так запутанно. Те люди которые казалось бы утратили человеческий облик из-за своих поступков, испытывают такую же душевную боль и муки, что и обычный человек. А простой человек может пройти мимо лежащего и истекающего кровью, даже не обратив внимания, проявляя чудеса черствости и безразличия. Странный мир. Но его размышления прервали. Сначала он подумал, что это покупатели вошли в лавку. Но сразу же понял, что это вымогатели. Один был крупного телосложения и высокий. В руках его был деревянный молот, лежащий на плече. Так же на плече красовалась наколка красного цвета изображающая волка. Этого горе вымогателя Дулиф видел впервые. А вот двое других уже приходили. Один худощавый с хищными глазами. Другой также высокий и с необычайно детским лицом на котором красовался шрам через всю левую щеку. Дулиф скривился. Наверно ему придется все – таки применить к ним силу и выкинуть их всех из магазина, изрядно перед этим поколотив. Точно! Давненько он уже не вытряхивал из наглецов чрезмерную назойливость. Он вышел из-за стойки и закатив рукава направился к нахальной троице. Однако тот, что был с хищными глазами достал из кармана маленькую трубочку и выдул прямо в лицо Дулифу облако порошка зеленого цвета. Он оказался достаточно едкий. У гнома перекрыло дыхание, и мгновенно заслезились и запекли глаза. Он согнулся, неловко пытаясь кашлять. Громила размахнулся и опустил молот Дулифу на спину. Гном крякнул и растянулся на полу. Дулифу показалось что одно из ребер хрустнуло. Крепыш засмеялся и хриплым басом сказал, обращаясь к сообщнику с детским лицом:

- Булов, и это герой седьмого легиона? Ха-ха! Да я его чуть не расплющил как муху. Вранье это все! Какой это к демонам герой? Сопливчик гномий это, а не герой- Но Булов возразил:

- Герой, герой. Ты Мурат не обольщайся. Просто застал ты его врасплох. Я справки наводил, и точно знаю, что это один из признанных героев битвы при Гримдоре. К тому же он уже не молод. Но это и к лучшему. Сейчас мы его сломаем, будет нам и дань платить, и поищем его боевые награды. Они очень дорого стоят на черном рынке – Третий вымогатель оттащил Дулифа к стойке и облокотил на нее спиной. Он сел на корточки перед гномом, достал из кармана семечки и кидая скорлупу прямо на гнома обратился к нему:

- Вот видишь, дружище как плохо получается. Я сколько к тебе приходил. По-человечески с тобой общался. Сколько времени давал на размышления, а ты со мной как с псом поганым себя вел. Ну вот и получай теперь за свое хамское поведение. И в любом случае, я тебя жалею. Мурат может из тебя котлету сделать. Но я этого не позволяю. Я даже не буду повышать месячную плату тебе. Просто в виде неустойки мы заберем твои медали, и все. Они тебе в любом случае не нужны. Лежат себе, пылятся. А нам от них прок будет. Лады? – Гном в ответ только хрипел с закрытыми глазами. А лускающий семена продолжил:

- Я понял ты не сможешь нам сказать, где они у тебя лежат, так? Ну это не страшно. Мы сами поищем, а ты потом приберешься. Лады, отдыхай пока – Он резко похлопал гнома по щеке и поднялся, обращаясь к Мурату:

- Ну, что ребятки перевернем тут все верх дном. Поищем медальки. Может еще, что ценное найдем – Крепыш усмехнулся, подошел к шкафу стоящему возле входной двери и размахнувшись, со всей силы ударил по нему молом. Шкаф подскочил и треснув упал на пол, предварительно вывалив из себя кожаные рукавицы, ткани, кожаный шлем и рубахи. Мурат еще раз ударил по шкафу, отбив одну из стенок и улыбаясь сказал:

- Здесь не нашел! Надо искать дальше! – В этот момент открылась дверь в магазин, и на пороге появился Гилиас, оказавшись лицом к лицу с крепышом. Гилиас молча перевел взгляд со здоровяка на хрипящего гнома, потом на человека с маленькими хищными глазами, и снова на здоровяка. Он сначала даже не понял, что происходит в лавке, так необычна показалась ему картина. Он нахмурил брови и попытался спросить:

- Так! Что здесь прои…- Но не закончил. Громила положил ему свою ладонь на лицо и что есть силы выпихнул того из дверного проема на улицу, сказав при этом:

- Вон пошел, шакаленок! Закрыт магазин! – и носком ноги захлопнув дверь. Остальные бандиты-вымогатели не обратили на эту сценку никакого внимания. Они усилено рыскали по помещению, переворачивая оружие и доспехи, вытрушивали ящики с утварью, выискивая боевые награды Дулифа. Здоровяк развернулся спиной к двери, и она резко распахнулась. В дверях стоял Гилиас. Губы его были сжаты. Глаза пылали яростью. Крепыш искривился и снова потянулся схватить наглеца. Гилиас не дожидаясь этого нанес два удара в растопыренную ладонь. Удары были настолько быстрыми, что Мурат их просто не заметил. И настолько сильными, что его рука отдернулась назад, словно тряпичная. К тому же руку прострелила резкая боль. Он взревел и замахнулся кувалдой. Гилиас подскочил и в полете ударил локтем древко. Оно раскололось, и одна часть кувалды улетела куда-то в сторону. Здоровяк вообще не понял, что произошло. А Гилиас подумал, что разбивать локтем кувалды плохая идея. Он чувствовал, как гудит теперь локоть. Но уже поздно. И он стал бить здоровяка по корпусу. Кулаки так мягко заходили в плоть, словно пред ним стояло не крупное человеческое тело, а большой матрац. А здоровяк просто был ошеломлен. Он как то неловко пытался блокировать удары, которых даже не видел. Он только краем глаза успевал замечать, как резко двигаются плечи незнакомца. На секунду появляется кулак и снова исчезает, чтоб нанести очередной удар. Мурату казалось, что его избивают железным молотом. Он почувствовал, как два его ребра треснули, а желудок подскакивал внутри словно мяч. Не смотря на свой рост он ничего не мог сделать этому странному незнакомцу. А Гилиас не хотел останавливаться. Он бил здоровяка и по телу и по рукам. Бил не придерживаясь никаких техник. Просто колошматил словно отбивную молоточком. Крепыш начал стонать, кричать и слегка приседать. Тогда Гилиас ударил своей ногой по его ноге. Она моментально согнулась в колене. Крепыш опустился на одно колено, и Гилиас отправил еще один удар тому в лоб. Раздался громкий шлепок. Здоровяк откинулся на спину, а на лбу моментально выросла крупная малиновая шишка. Двое других сообщника были также шокированы. И каждый думал о своем. Бандит с острым взглядом хотел выдуть еще одну порцию едкого порошка. А второй, с детским лицом подумал, что «делать ноги» самое время. И каждый из них почти одновременно стал выполнять задуманное. Тот, что был с хищным взглядом мгновенно двумя пальцами отправил капсулу с порошком в трубочку, набрал воздуха для резкого выдоха и почти поднес трубку к губам. Гилиас заметил это и в один прыжок оказался перед бандитом. Он успел подумать даже, что будет очень плохо если тот успеет сделать выдох. И он не успел. Гилиас тыльной стороной ладони нанес удар по руке с трубочкой. Она заскочила, выбив нижний зуб, вымогателю в рот. И он сделал выдох. Весь рот заполнился едким порошком. Глаза его неестественно широко раскрылись и казалось сейчас выпадут. Они стал падать на пол. Третий бандит уже кинулся к выходу, однако Гилиас ринулся к нему и настиг возле самой двери. Он схватил его за бока со спины и поднял над землей. Тот закричал. Но Гилиас несколько раз ударил поднятого бандита об дверь и тот замолчал, видимо потеряв сознание. Гилиас швырнул его в сторону, словно куклу. В этот момент опомнился здоровяк. Он поднялся и с ревом кинулся на Гилиаса. Гилиас успел развернуться, и в него врезался громила с бешеными глазами. Они вышибли дверь и выкатились на улицу…

Тримо шел не спеша. Он думал о том, что в самом деле стал мягкотелым. Все чаще на него стали накатывать тяжелые мысли о расплате. Особенно после той роковой встречи с Вендором. Это был первый раз в его жизни, когда он проиграл бой. Да еще как проиграл! Чуть не лишился жизни. Этот случай показал ему, что он далеко не всесильный. Сейчас желание раскаиваться и принимать возмездие у него прошло, однако чувство того, что все опостыло не оставляло его. Тримо шел в квартал где находилась одна из банд Красного Братства. Точнее самое низкое из сословий этой организации. Мелкие жулики и вымогатели, однако их можно было натравить на тех кто расправился с Ариманом, чтоб самому руки не марать. Он даже не хотел узнавать, кто были эти люди. Просто закажет расправу над ними и все! И пусть Красное Братство само решает, что делать. Изобьют их до полусмерти или убьют. Не важно. Даже знать не хочется. А графине скажет, что расправился и все. Все так опостыло. Нет ничего, что развеселило бы его. Но вдруг он увидел, как дверь одного из магазинов с треском вылетела и на улицу выкатились двое. Он остановился и улыбнулся. Один из вкатившихся был здоровяк, а под ним намного меньше ростом молодой человек. Здоровяк ревел и пытался одной рукой бить человека под собой, но видимо у него это плохо получалось. Молодой человек под здоровяком что-то выкрикнул и сбросил с себя массивное тело словно старую перину. Тримо усмехнулся. Вот так нате. Такое веселье! Грех не понаблюдать. Вот сейчас здоровяку достанется. Он опять усмехнулся. Молодой человек схватил здоровяка одной рукой и небрежно стал ронять того на мостовую. Здоровяк пытался закрыть лицо, хрипло крича и перебирал ногами. Тримо смеялся, даже не обращая внимания на необыкновенную силу молодого человека. Немногие люди, что были кругом разбежались кто куда, а из подворотни выскочило еще пять сообщников здоровяка и бегом направились на выручку. Великолепно! Забавная сцена! Теперь эти пятеро разорвут в клочья того смельчака. Ну как такое может не развлечь! Тримо ликовал. Вдруг за спиной услышал молодой голос:

- Что там происходит? –

Тримо полу обернулся и со смехом ответил невысокому незнакомцу:

-Сейчас там одного героя порвут в клочья! Ха-Ха. Беги от сюда, пока и тебя не увидели – Однако молодой человек стоящий рядом неожиданно дерзко ответил:

- Ты не нормальный? Эти мерзавцы хотят убить человека, а ты стоишь и смеешься? Сейчас же беги за стражей! А я сейчас покажу этим ублюдкам как землю стоит целовать! – Тримо фыркнул, посмотрел сверху вниз на наглеца и ответил:

- Ты, малыш не дорос еще, чтоб так мне отвечать. Беги от сюда, пока я сам тебя здесь по мостовой не размазал. Мигом отсюда! – Трал шмыгнул носом, посмотрел с неприязнью на высоко наглеца и сказал:

- Я так погляжу ты ничем не отличаешься от тех подлецов. Может сначала тебе урок преподать надо? Хотя нет. Стой здесь, я сначала их раскидаю, а потом тобой займусь. И не вздумай убегать, все равно догоню! - Такую дерзость Тримо стерпеть не мог. Он сделал мгновенный разворот и направил тяжелейший удар ногой нахалу в голову. Но тот оказался чрезвычайно юркий. Он почти успел увернуться от его коронного удара ногой, который мог ломать шеи. Носок туфля чиркнул Трала по лбу оставив красную ссадину. Трал не долго думая нанес ответный удар. Точнее два. Он сразу двумя кулаками ударил Тримо по ребрам. Тот отскочил в сторону, чуть не упав. Что за проклятье? Тримо накинулся с меткими ударами на Трала. Но у него почти ничего не выходило. Тот словно успевал предугадывать направление кулака, или локтя, или колена. Тримо успел только рассадить тому бровь и слегка повредить нос. Этого не может быть. Такие меткие и обманные удары просто не возможно предугадать или отбить. Их мог отражать только один человек… Вендор! Но этот невысокий крепыш не был им! Но эта мысль поселила Тримо, когда он в прыжке направлял смертоносный удар коленом в голову Тралу. И это была его роковая ошибка! Трал перехватил Тримо в полете, сведя всю силу удара на нет, и что есть силы швырнул Тримо наземь. Кидок был чудовищной силы. Тримо почувствовал это. Никакие тренировки по правильному падению не моли воспрепятствовать этой не человеческой силе. Тримо сильно ушибся о камни на мостовой, и разбил себе нижнюю губу. Весь подбородок залило кровью, однако Трал не собирался на этом останавливаться. Его охватил безудержный гнев. Он еще раз схватил Тримо искажая лицо в гримасе ярости и поднял над собой. Тримо пытался кулаком бить голову и лицо Трала, но это было бесполезно! Трал с ревом снова швырнул Тримо на камни, словно подушку. На этот раз Тримо разбил себе нос и левую бровь. Сознание затуманилось. Удар был подобен падению как минимум с третьего этажа дома. Но Трал и этим не насытил свой гнев. Он чувствовал в руках необычный прилив сил и хотел им воспользоваться на полную катушку. Он схватил Тримо за шиворот, немного разбежался, протащив того щекой по камням и швырнул в стену ближайшего дома, словно ненужный башмак. От удара сознание оставило Тримо и он бесформенной грудой осел под стеной, на которой остался кровавый след. Трал же только разогрелся. Он обратил свое лицо искаженное яростью, туда где один человек сражался уже с толпой бандитов. И только сейчас увидел, среди кричащих и свистящих душегубов бьющегося Гилиаса. И помощь ему казалось не нужна была. Мерзкие отбросы общества падали и отлетали в стороны, словно скошенные колосья хотя спина у Гилиаса уже кровоточила…

Бриан еще из далека услышал странный гомон впереди. Он шел к Дулифу подобрать себе амуницию. Они с Тралом и Гилиасом договорились встретиться примерно в это время у лавки гнома. Эридор все никак не мог наобщаться с Вендором, словно с близким другом и они гуляли в парке. К тому же он несколько загадочно сказал, что ему уже не нужен доспех. В общем Эридор стал совсем странный после встречи с паладином Вендором. Бриан шел к Дулифу и жевал большое краснобокое яблоко. Очень он любил яблоки. И чем ближе он приближался к лавке, тем громче становились крики людей. Он вывернул из-за угла и увидел прямо возле магазина Дулифа большую толпу мужчин с мечами, цепями и дубинами в руках. Они ужасно ругались, кричали и свистели. Боги милосердные, что это? Бриан сначала подумал, что он вывернул не вовремя. Он даже испугался, такой свирепый вид был у этой толпы. Но потом он увидел, как в толпу мужчин, словно стрела, влетел с криком Трал. В сторону в неестественных позах отлетели трое. Бриан откусил большой кусок яблока и подумал, что наверно пришел черед испробовать новоприобретенную силу не на деревьях. Хотя страшно… Боги как же страшно, но позволить Тралу одному сражаться это будет предательство! «За брата постоим как за себя самого!» Вот когда эта детская клятва приобретала настоящую силу. Бриан еще раз откусил яблоко, сжал кулаки и жуя помчался на выручку другу в бесновавшуюся толпу, из которой люди вылетали и выпадали, от метких ударов друзей…

Сознание вернулось к Тримо. Он дрожащими руками цепляясь за стену поднялся и направился на шатающихся ногах дальше от кричащей толпы. Это был крах. Это было унижение. Но желание мстить у него не было. Это и было начало возмездия. Теперь он точно это знал. Сначала Вендор чуть его не убил. Теперь какой-то незнакомец избил его до полусмерти. То, что этот незнакомец ученик Вендора нет сомнений. Такая страшная сила и ловкость не может быть у обычного человека. Проклятый демон Вендор наплодил вокруг себя таких же демонов. А может и не демонов. Может это слуги немезиды. Может окружающий мир устал от таких подонков как он сам и создал таких необычных людей как Вендор, чтоб они очистили землю от такого мусора, каким он являлся. Так и есть. И столкнулся он с эти молодым человеком не зря. Судьба дала ему шанс, чтоб он мог повести себя по другому. Но нет же. Он снова сделал все как всегда. Хотел избить незнакомца и дальше наблюдать сцену убиения. Вот и получил. Теперь судьба окончательно от него отвернулась. Он потратил свой единственный шанс. Теперь он знает, что расплата не будет благородной, как он надеялся. Он будет униженно избит и брошен умирать в своих тяжелых мыслях. Будь оно все проклято. И графиня тоже! Надо было ее не останавливать. И все бы уже давно кончилось. А теперь снова мучительно ждать когда за ним придет случай, чтоб казнить. И некуда ему бежать. И сил самого себя убить нет. Не подымиться рука на себя. Почему он не мог быть обычным человеком? Почему именно он должен был стать чудовищем которое теперь будет зализывать свои раны и ждать наказания? Почему он не мог быть ученым магом или письмотворцем с большой семьей. С женой, детишками и стариками – родителями. Радоваться земным благам и счастливо проживать свою жизнь? ПОЧЕМУ ОН?

Он, истекая кровью, добрался до какого-то парка и почти без сил плюхнулся на скамью. Он видел как люди видя его, отворачиваются и закрываю глаза детям. Боже какое же он чудовище. Проклятое чудовище. Почему он не умер во время драки с тем юнцом? Мучительно ожидать завершения своей никчемной пустой жизни – это невыносимо. Невыносимо! И Тримо в первый раз в своей жизни заплакал. Без рева, без причитаний. Просто из его глаз полились горькие слезы о бессмысленно потраченной жизни. Слезы сожаления о том, что он творил безмерное зло. Но это разве поможет? НЕТ! А слезы все лились и лились, перемешиваясь с кровью. Находясь в своих скорбных мыслях он не сразу заметил, что перед ним стоит молодая темноволосая девушка и что-то его спрашивает. Он поднял голову, но через пелену застилавшую глаза не мог четко рассмотреть ее. Лишь женский силуэт. Розовые одежды и длинные темные волосы. Он проревел, не понимая почему она стоит возле него:

- Убирайся! Не смотри на меня! Ты не должна меня видеть - я чудовище ! Убирайся от чудовища – Да и вообще он не знал четко, это было видение, или реальный человек перед ним стоит. А Эфира не могла пройти мимо. Она увидела хорошо одетого высокого мужчину, который весь истекал кровью. Люди кругом отворачивали от него свои головы, и ей было стыдно за них. Человеку плохо и больно, а они даже не спросят что с ним. Она мягко ответила, не обращая внимания на сказанные Тримо слова:

- Вам очень больно, я не могу Вас оставить в таком состоянии. Давайте я Вам хоть немного помогу - Она поставила на пол корзинку с кувшином наполненным водой. Достала мягкую круглую тряпичную салфетку и стала аккуратно отирать лицо Тримо от крови и грязи. Тримо тяжело дышал слегка склонившись набок, и не мог понять, что происходит. Эфира смачивала салфетку и продолжала омывать лицо Тримо. Раны на его лице перестали уже кровоточить, и лишь зияли кровавыми буграми. Пелена сошла с его глаз и он увидел перед собой красивую девушку, которая начала уже омывать ему руки. Она улыбнулась, заметив, что он смотрит на нее и сказала:

- Ну вот видите. Так же лучше. И вы уже не плачете. Это правильно. Мужчины не должны плакать, да же если с ними случилась беда. Для этого есть мы, женщины. Мы можем поплакать и за двоих. На вас напали грабители? – Тримо не мог в это поверить. Видимо он сильно повредился головой. Темноволосая красавица с лицом ангела омывает ему рука от крови. Как такое может быть? Он спросил ее:

- Что ты делаешь? – Она снова улыбнулась и ответила:

- Я помогаю вам. Я не могла пройти мимо видя чужое горе. Вам нужна помощь, и я хочу помочь, хоть немножко - Тримо все равно ничего не мог понять. Он снова спросил:

- Зачем мне помогать? Зачем тебе помогать мне? – Лицо девушки стало серьезным, хоть она и улыбалась, и она ответила:

- Потому, что мы люди. Мы должны друг другу помогать, если один из нас в беде. Только так мы становимся людьми. А за всех остальных людей мне стыдно. Ни один не подошел к вам и не узнал, что с вами. Им должно быть стыдно – И снова продолжила омовение рук. Тримо не мог в это поверить. Судьба послала к нему ангела! За что? Он же такой безжалостный зверь! Он не заслуживает такой доброты. Тримо чувствовал как маленькие нежные теплые ручки девушки бережно обращаются с его грубыми руками, которые были по локоть в крови в прямом и переносном смысле. Он смотрел на нее и она казалась самым прекрасным созданием в мире. И она просто проявляла к нему заботу, даже не зная что за человек перед ней. Просто по доброте своей. Неужели такое может быть? Такое может быть с ним? Эфира закончила смывать кровь. Оторвала полоску ткани от своего рукава и перевязала голову Тримо, прикрыв рассеченную бровь. Потом спросила:

- Вы далеко живете? Давайте я помогу вам добраться к дому? Давайте помогу подняться. Идемте. В родном доме и стены лечат. Идемте – Тримо послушался, молча наблюдая за ней. В его черной душе зажегся некий маленький, но очень теплый огонек. Он не понимал, что это за чувство, но почти не дышал, чтоб не спугнуть. Эфира же подхватила его под плечо, взяла корзинку и они неспешно, ковыляющим шагом направились к выходу из парка. А про себя она отметила, что мужчина которому она помогает чарующе обаятелен. Несмотря на то, что он весь изранен и явно старше ее. Что –то загадочное и манящее было в его глазах. Она никогда так не обращала внимание на остальных мужчин, и точно не ожидала заметить нечто манящее в израненном незнакомце на скамье. Ей было тяжело помогать ему идти, но теперь ей в помощь была не только чистосердечная доброта, но и интерес, который вызывал этот незнакомец. Она как бы невзначай, чтоб он не заподозрил ничего, весело спросила:

- Как вас зовут?-

- Тримо -

- А меня Эфира. Вот и познакомились. Рада нашему знакомству Тримо -

- …И я ...тоже ...рад…-

IV

Весть о случившемся возле магазина Дулифа со скоростью стрелы облетела город. Стража конечно же прибыла на место потасовки. Вот только нападавших пришлось утаскивать в лазарет, а не темницу. Тридцать пять человек с тяжелейшими травмами лежали у ног троих друзей. Некоторые из стражников, прибывшие первыми говорили, что глаза друзей светились белым светом, который потом угас. Стража не тронула товарищей. Начальник караула, который также прибыл на место вопиющего инцидента был шокирован. Трое молодых людей обрызганные кровью гордо стояли над телами поверженных противников, которые являлись матерыми душегубами. Что тут могло произойти? Что за чудо спасло этих троих? Люди, которые тайком наблюдали за ужасным действием говорили, что эти трое двигались настолько быстро, что их было почти не видно. Они с нечеловеческой силой швыряли о землю и стены бандитов, или наносили такие удары, что те кувырком летели на несколько метров. Конечно это все были выдумки. У страха всегда глаза велики. Но что-то тут произошло чрезвычайно необычное. Однако если хоть половина из сказанного являлось правдой, то становиться ясно, как они смогли изловить и уничтожить чудовище, некогда бывшее Лордом Ариманом. Но ведь это тоже несколько странно. Он лично узнавал за каждого из них. И в их историях жизни не было ничего необычного. Однако факт остается фактом. Эти трое крепко стоят на земле, тяжело дышат и лица их суровы. А поганая мерзость, терроризирующая город уже долгие месяцы корчиться на земле. Может сама судьба или души замученных людей вложили в их руки не дюжую силу? Но все это были домыслы. В реальности троица стояла и молча смотрела на начальника караула, задавая беззвучный вопрос. Он понял его и кивнул, тем самым отвечая: « Вы можете идти». И трое друзей молча стали покидать место боя. Поравнявшись с начальником караула Гилиас негромко проговорил:

- В доме раненый гном, ему необходима срочная помощь - Тот молча кивнул в ответ. Что-то в голосе этого молодого человека было завораживающе – пугающее. В нем ощущалась непонятная мощь, которая чувствовалась даже через тяжелый стальной шлем.

Друзья направились к реке. Стоило смыть с себя свою и чужую кровь. Весь путь они молчали. И лишь остановившись на пологом берегу реки заговорили. Точнее Бриан начал разговор:

- Ребята я не знаю, что это было, но это было достаточно виртуозно. Мы двигались словно три молнии. Разве такое может быть? – Трал снимая с себя рубаху ответил:

- Может! Еще как может. Я этого ждал всю свою жизнь. Вот так двигались герои древних легенд. Так бились светлые рыцари и паладины. А мы теперь и есть паладины! – Гилиас угрюмо ответил:

- Мы не паладины. Еще нет. Мы просто обладаем частью их силы. И вспомни Трал, чем заканчивались все те истории про героев. Они почти все героически погибали – Трал уже находясь в реке скривился и сказал на это:

- Опять ты Гилиас начинаешь все видишь в темных тонах. К чему ты клонишь? Ты разве не заметил – мы непобедимы – Гилиас отрицательно мотнул головой и ответил:

- Нет. Мы победимы. Мы все теже люди, только чуть быстрее и сильнее остальных. К тому же меня сильно ранили. Мне прошлись мечом через всю спину. Рану видимо придется зашивать. Останется шрам навсегда – Трал усмехнулся и ответил:

- Ранили говоришь? Что – то я не вижу – Гилиас стал ощупывать спину и очень удивился. Вместо глубокого пореза, он ощупывал уже затянувшуюся и покрытую коркой ссадину. Как это так? Трал снова усмехнулся заметив удивленное лицо друга. Он сказал:

- Я же говорю – мы не победимы! – и нырнул. Гилиас повернулся к Бриану и сказал:

- Бриан хоть ты меня послушай. То, что мы смогли расправиться с этой мерзкой шайкой еще не делает из нас героев. Нам просто повезло, что сейчас у нас есть эта сила. К тому же у всех героев из сказок находились враги сильнее их. Они побеждали зло ценой своей жизни – Бриан тоже уже разделся. Он пожал плечами и ответил:

- Не знаю Гилиас. Я могу сказать точно, что чувствую себя отлично. Просто превосходно. Я всегда был слаб. Всегда слабее вас с Тралом. Для меня любая драка это было ужасное испытание. Нередко я просто прятался, даже когда вас двоих били. А теперь я сильный. Я сильнее чем десять здоровых мужиков. И понимание этого заставляет чувствовать себя просто замечательно. Я больше не боюсь. Понимаешь Гилиас? Я не испытываю больше страха, потому, что знаю – никто не сможет больше меня обидеть. И вас тоже. Потому ты хоть переживай, хоть не переживай, меня не убедишь. Я наконец могу почувствовать себя полноценным человеком и широко расправить плечи, потому, что никто мне их больше не согнет. Никто! - на этих словах он разбежался и прыгнул в воду. Однако Гилиас оставался хмурый. Он хорошо помнил сказки и легенды. Сила избранным давалась лишь для борьбы с неким не переборимым злом. Чтоб остановить какую то страшную беду. Когда Вендор рассказывал им о душах первопаладинов в них, это все воспринималось как …очередная легенда. Было интересно и красиво. Было завораживающе почувствовать себя паладином. Но после этой стычки все стало обретать четкие формы. В их теле находится чудовищная сила, которая, если верить Вендору, еще не вступила в полные права. Как они двигались, как они швыряли здоровенных мужчин, словно грязные носки. Трал с Брианом не понимают, что большая сила – большая ответственность. Они словно дети с новой игрушкой – хотят наиграться вдосталь. А ведь сила есть, теперь должна последовать и ответственность за нее. Проклятье! Точно! Он крикнул друзьям:

- Трал, Бриан слушайте. А ведь эти мерзавцы нам не простят того, что мы сними сделали. Я так думаю, что их намного больше чем мы уложили. Они теперь могут охотится на наших родных и близких! Могут подпалить наши дома! – Трал почесал мокрый подбородок и сказал:

- Точно! Как я сам об этом не подумал? Значит их надо всех из города выбить! Молодец Гилиас! Отличная идея! – И Трал снова нырнул. Гилиас был ошарашен таким высказыванием. Он что-то пробурчал невнятное, не найдя подходящих слов на такое. Трал вынырнул и Бриан спросил его:

- А где ты их будешь искать? Ты что знаешь где их логово? - Трал улыбнулся и ответил:

- Считай, что знаю. У меня товарищ же в городской страже служит. Они там все притоны бандитские знают. Вот мы первыми к ним в гости наведаемся. Молодец Гилиас! Мне нравится эта идея! - Гилиас уже собрался с мыслями ответил:

- Трал что ты несешь? Кого ты будешь выбивать из города ты в своем уме? – Трал парировал:

- У тебя есть другие идеи? Пойти к стражникам и попросить их чтоб они защищали наших родных? Это бред! Надо пойти и разобраться с этими отбросами раз и навсегда – Бриан тоже вставил слово:

- А где мы теперь будем доспехи и оружие брать? Лавку Дулифа разнесли полностью. Да и сам гном наверно в лазарете еще несколько дней будет лежать… - Трал пожал плечами и ответил:

- Может тех денег, что дал Вендор хватит хорошо экипироваться. Хотя нам может и не стоит много набирать. Шиты, мечи, шлемы и нагрудники. Или кольчуги. Думаю хватит – Гилиас не мог поверить своим ушам. Он возмутился:

- Вы я вижу совсем спятили! – Трал тоже не выдержал и на повышенных тонах ответил:

- Это ты Гилиас какой –то странный! Значит в поход согласился идти. Ты, что думал нас там зайчики с кроликами встречать будут? Там куча грабителей с большой дороги. А в моровом лесу вокруг башни говорят и вурдалаки есть. А хотя не хочешь не иди с нами. Мы с Брианом сами их всех положим и выкинем всех до единого за городскую стену - И закончил изложение мысли обращаясь уже к Бриану:

- Совсем странный. Почувствовал какая у нас сила и не хочет ею пользоваться. Буд –то мы грабить кого-то идем. Люди нам еще спасибо скажут – Бриан поддержал Трала, кивая головой и смотря на Гилиаса. Тот понял, что эту затею они не оставят. И скорее всего к ним еще и Эридор присоединится. Оставить товарищей Гилиас не мог. Он махнул рукой в их сторону и ответил:

- Ай ладно! Я с вами. Не оставлю же я таких сумасшедших самих. Кто-то должен за вами присматривать – Трал улыбнулся и сказал:

- Вот так бы сразу! Давай залезай уже купаться. Стоишь весь в крови этих мерзавцев – Гилиас стянул с себя одежду и тоже прыгнул в воду. Бриан сказал Тралу:

- Слушай я наверно не смогу заколоть живого человека. Поколотить это одно, а вот убить…- Гилиас вынырнул и оттирая лицо ответил:

- По большому счету они все утратили человеческий облик. От человека у них осталась только оболочка. К тому же оружие может и не придется использовать – Трал кивнул:

- Вот именно. Может одних тумаков будет достаточно. Но если они перегнут палку, посечем их как капусту. Я как то дрался на ножах разок. Страшно до первого пореза. А потом как так и надо. Я думаю на мечах будет не сложнее – Бриан мечтательно сказал:

- А я бы хотел саблю. Или ятаган. Такой большой в две руки, чтоб брать. Теперь мне силы хватит это точно – Купаясь друзья не заметили как к ним подошел Дулиф. Гилиас увидел его первым и громко изумился:

- Дулиф? Как? Как ты сюда добрался? – Дулиф ответил:

- Я пришел поблагодарить вас, что отстояли мой магазин. Эти мерзавцы давно напрашивались на взбучку. И вы им устроили очень хорошую. Вижу вы уже прошли первое боевое крещение и довольно удачно – Гилиас не мог никак унять удивление:

- Но ты же лежал без сознания. Я думал, что они тебя избили до полусмерти – Дулиф кивнул:

- Я тоже так думал. Громила стукнул меня по спине, и я подумал что сломал мне хребет. Я потерял сознание, а потом раз и очнулся. Ничего не сломано. Как будто и не было никаких повреждений. Смотрю – толпа народу возле магазина. Куча стражи и вся мостовая усеяна стенающими подонками. Я начал спрашивать, что случилось. Мне в деталях все описали как вы этих сволочей колошматили. Жаль я пропустил все веселье. Сдаю позиции на старости уже – Бриан спросил:

- А как же ты нас нашел? – Дулиф усмехнулся:

- Так уже наверно весь город знает где вы. Но только боятся к вам подходить. Уже история с битьем этих горевымогателей обросла сказочными деталями. Тот человек который посоветовал где вас искать предупредил, что вы летаете, а на руках у вас длинные когти, как у диких животных. И еще вы рычите. Вот так то! – Гилиас улыбнулся и сказал:

- Рад, что ты в порядке – Трал несколько холодно сказал Дулифу:

- Мы собираемся перевернуть верх дном логово этих ублюдков и прогнать их из города. Ты с нами? – Гном усмехнулся и стал потирать ладоши:

- Еще бы! Теперь уж я точно не пропущу веселое гуляние. И не позволю больше пускать мне порошок в глаза. Когда выступаем? – Трал ответил:

- Как только я разузнаю где они засели. Это думаю займет день. И еще нам бы доспехи подобрать…- Гном махнул небрежно рукой и ответил:

- За это не переживай! Этого барахла у меня достаточно. Просто у меня руки так и чешутся поквитаться с этой нечестью. Жаль, что тех троих, что были в лавке так здорово отделали. Мне не досталось не кусочка – Гилиас сказал Дулифу:

- Знаешь, Дулиф люди не зря рассказывают небылицы. С нами действительно некая перемена произошла. Мы двигались настолько быстро, словно стрела. А сила в руках неописуемая. Мы раскидывали их словно лущеные скорлупки. Это было нечто невероятное. Дулиф удивился:

- Неужели так быстро двигались? Я видел пока только одного человека способного так перемещаться – это Вендор – Гилиас ответил:

- Я думаю, что это сила первопаладинов начинает все больше и больше нас охватывать. Кстати, как говорил Вендор ты же тоже носитель одной из душ. Может потому ты так быстро отошел от тяжелого удара. Может и у тебя уже появилась эта необычайная сила? –Гном неуверенно ответил:

- Даже не знаю, ребята. Я так не думаю. Хотя я чувствую себя внутри словно молодой – Трал стал подначивать гнома:

- Так проверь! Стукни что есть мочи по тому дереву! Или лучше вон тот большой камень! Давай! – Гном замялся:

- Нет… Я же не мальчишка какой –то деревья да камни лупить – Подключится и Бриан:

- Давай Дулиф! Стукни тот камень. Проверь свою силу. Я тоже сначала долго опасался. У тебя она тоже должна появиться – У Дулифа появились смешанные чувства. В нем проснулся молодецкий задор, и понимание того, что это глупость не подходящая почтенному гному в его года. Он перевел взгляд на Гилиаса. Тот улыбнулся и пожал плечами. Трал снова подзадорил гнома:

- Ну, давай же! Всегда интересно посмотреть как эта сила в других проявляется. Давай! Мы все ждем. Или ты боишься этого камушка? – Дулиф посмотрел на довольно таки крупный булыжник. Он торчал из земли и доходил гному до колена. Дулиф не решался. Вдруг эти трое просто подшучивают над ним. Он поверит и разобьет себе руку об камень, а они будут смеяться над старым олухом… Хотя нет! Эти ребята не такие, хоть он и мало их знает. Таких мелочных шуток от них не стоило ожидать. Да и как – никак они защитили его лавочку, и его самого, пока он был без сознания. Что ж, значит можно решиться на такой странный поступок. В крайнем случае просто рука поболит немного. Он сжал губы, отошел на несколько шагов и резко разбежавшись, с негромким возгласом: «ха!», что есть силы ударил кулаком по камню. Камень вывернулся из земли, словно выдернутый зуб на ниточке и упал в нескольких метрах от своего прежнего места. Гном был очень удивлен, но отметил, что рука немного тянула после удара. Друзья вместе одобрительно воскликнули:

- ООО! Ого! –

-Вот так удар!-

-Отлично!- Дулиф изумился. Это надо же такое ему на старости лет подвалило счастье. Не могла эта сила открыться у него раньше. Когда он сражался в Гримдоре, или других битвах. Сколько товарищей можно было бы спасти… А Трал вылез на берег и направился к камню:

- Я тоже хочу пнуть этот камень!- сообщил он и ногой пнул булыжник. Тот снова отлетел в сторону, словно мяч. Но Трал стал разминать пальцы на ноге, поясняя:

- Проклятье! Больно было. Уже проходит, но видимо мы еще не сможем поиграть в пинай-пасуй камнем – Гилиас словно этого и ждал. Он поднял указательный палец вверх и сказал:

- Вот тебе урок и доказательство, что мы уязвимы. Следует быть очень внимательными! – Трал махнул на него рукой…

Вендор был безмерно рад успехам друзей. А так же полностью одобрил идею о походе на бандитскую шайку. Только Эридор опечалился тому, что не смог поддержать друзей в их битве. Однако безоговорочно согласился выбить мерзкое отродье из города. Вендор подарил ему доспехи своего старого боевого товарища Дилая, являвшегося отцом Аримана. Вендор рассказывал, что хранил их очень много лет. Хотел преподнести в виде подарка Лорду Ариману на свадьбу, однако не успел. Доспехи имели магическое ограничение. Только те кто одной крови с их владельцем мог надеть их на себя. И когда Эридор попробовал примерять их на себя, они чудным образом на нем сели словно литые, хотя зрительно казались намного больше. Они состояли из шлема, полностью закрывающего лицо, оставляя тонкие разрезы для глаз, в которых стояли черные стекла. Однако когда Эридор примерял шлем, он видел окружающий мир, словно своими глазами, только несколько ярче. От шлема спускалась мелкая кольчуга, плотно закрывающая шею. Дальше шел нагрудник, эластично ложащийся на тело в одежде с остроконечными наплечниками. Руки до локтя укрывали рукавицы, которые до самых пальцев были спиралевидными, словно вырезаны из цельного подготовительного материала. Брюшную полость укрывала мелко зернистая кольчуга, а ноги до колен умещались в сапоги которые состояли из передней и задней панели. Крепежные элементы передней панели с носком идеально заходили в пазы задней и Эридору казалось, что сапоги это вторая кожа. Венчал этот великолепный комплект Темно синий плащ с капюшоном, кайма которого была обшита широкой золотой нитью. Плащ имел дивное свойство. Если им закрываться левой рукой, то он становился для укрывшегося словно щит. Пробить его было невозможно. Или почти не возможно, так как в нем было круглое отверстие в области живота. Как и в самой кольчуге, прикрывающей брюшную полость. Вендор конечно уверял, что ни огнем ни мечом, ни стрелой пробить плащ невозможно. А дыра в плаще и доспехе была сделана другим оружием. Каким не уточнил. Но самое интересное в доспехе было то, что он был выполнен словно из камня. Из камня темно-зеленого цвета. Даже кольчуги на шее и животе. Но на этом подарки Вендора не окончились. Он преподнес еще и оружие Дилая. Это было механическое приспособление, которое крепилось к правой руке и внутри него находилась небольшой скипетр темного цвета с наконечником выполненном из голубого камня. При определенном движении, механизм извлекал из себя скипетр, прикрепленный к короткому металлическому стержню, и влаживал его прямо в ладонь. Это был магический скипетр испускавший, по словам Вендора, смертоносные потоки молний. Однако Эридор к своему стыду прогуливал лекции по воссозданию эффекта молнии. Но вот телокинетические манипуляции с окружающими объектами он учил хорошо. А так как костюм являлся кроме брони еще и усилителем астрально-магического потенциала, то Эридор был в состоянии ворочать и швырять в сторону крупные камни и коряги, чем они с Вендором и занимались за городом, когда его друзья сражались с бандой. А Вендор не мог нарадоваться тому, что доспех оделся. Это подтвердило его догадки. Дивное сходство Эридора с Ариманом было связано с тем, что они были одной крови. Видимо отец Эридора приходился родственником Дилаю. Ведь не редко у эльфов рождались близнецы среди дальней родни. Значит род Аримана не пресекся и эта благородная кровь теперь течет в жилах Эридора.

Дулиф Грум приготовил для ребят особые доспехи. Когда он только начинал заниматься торговлей, то накупился дорогущих механических доспехов, в надежде быстрого обогащения. Но как говориться – скупой платит дважды. Доспехи на столько дорого стоили, что никто не желал их приобретать. Он вложил в них целое состояние, и остался ни с чем. Деньгами ему тогда помог Вендор. За все время он продал всего один из семи, а остальные так и остались по сей день пылиться в подвале. Теперь настало самое подходящее время чтоб вернуть их из забвения. Гилиас выбрал себе доспех темно оранжевого цвета. Он полностью укрывал его тело не сковывая движений, так как любое движение компенсировалось механическими устройствами внутри брони. Шлем его был с широким красным гребнем и лицо в нем оставалось открытым. Еще он выбрал себе желтый плащ, в тон доспеху. Также Гилиасу понравился полуторный меч с тонким лезвием и оранжевой рукоятью. И вообще ему с детства нравился желтый или оранжевый цвет в оружии или доспехах. Трал избрал себе несколько необычный доспех. Это было необычное изделие гномов севера - каменный доспех с металлическими крепежами и механизмами. Шлем был в такт доспехам – массивный, угловатый и с двумя рогами. Он полностью прикрывал лицо, оставляя широкие отверстия для глаз. Когда Трал примерял его на себя то казался похож на ожившего голема. Из оружия он взял себе булаву с маленькими зубцами. Так же Гилиас и Трал взяли себе по механическому щиту. Одно движение и он разлаживается строгий конус. Другое движение он складывается в узкую пластину, которую можно крепить на пояс. Бриан решил приодеться во все черное. Ему больше импонировал черный цвет. Он выбрал механический доспех с круглым нагрудником и одним широким наплечником на левом плече, и массивным компенсатором движений на правой стороне нагрудника напоминавшим большую шестерню. Конусный шлем имел забрало, закрывающее подбородок и нос. Доспех был отполирован и переливался строгим матовым блеском. Себе он тоже взял плащ темно-синего цвета, так как черного у Дулифа не оказалось. Из оружия он, как и хотел, взял двуручную саблю с лезвием из темного металла, которую ловко забрасывал на плечо, придерживая одной рукой. Друзья рассматривали друг друга и испытывали смешанные чувства. С одной стороны одеться в такие замечательные доспехи было прекрасно. Однако с другой, это было похоже на какой- то маскарад. Доспехи своим исполнением и цветовой гаммой настолько отличались от тех, что находятся на вооружении у стражи и армии, что друзья показавшись на улице, выглядели бы в них словно бродячие клоуны. Была и одна проблема, которую помог решить им Вендор - это официальное разрешение на ношение боевого вооружения и доспехов. Вендор отдал его Гилиасу.

Трал узнал где находится бандитский притон. Бриан никак не мог наестся яблоками. Эридор немного обижался на то, что никто из друзей не восхищается его доспехом. В общем все было готово для выступления. Они стояли в лавке Дулифа в полном сборе, не решаясь выйти на улицу. Дулиф окончил надевать блестящий гномий доспех. Одел цилиндрический шлем полностью закрывающий лицо. И казалось, что его борода растет прямо из шлема. Взял обычный круглый щит, увесистый топор, подошел к Гилиасу и спросил:

- Ну что? Выдвигаемся? – Тот кивнул и открыл новую дверь магазина, еще пахнущую деревом. Они вышли на улицу, и не спешно направились куда указывал Трал. Когда они свернули на более оживленную улицу, их появление было подобно грому среди ясного неба. Люди разбегались в сторону с широко раскрытыми глазами и тянули за собой детей. Мальчишки же восхищенно глазели на необычайных воителей. Многие из ребятишек дергали мать или отца за руку, и указывая на грозно идущую пятерку рыцарей: « Вот видишь? Я же говорил, что герои – рыцари существуют. Видишь – это не сказки!». Люди молча смотрели на эту процессию, не понимая что это. Может праздник какой и вывели актеров? Однако звук лязгающих подошв тяжелых доспехов и блеск оружия сразу отгоняли такие мысли. Технокаты и самоходные повозки огибали идущих и останавливались. Из них выходили люди и смотрели в след идущим раскрыв рты. Это было необычайное действие. А еще люди пытались не пересекаться глазами с идущими, особенно с тем что оранжевом доспехе. Очень суровый у него был вид.

Трал ликовал! Он в необычайнейшем доспехе идет по улицам и люди глядят ему вслед. И он не один, он со своими лучшими друзьями. Это была сказка! Это был прекрасный сон. Да к тому же они не театрально шагают, а направляются на бой с опаснейшей бандой города. Они идут на бой. Как настоящие герои. Непобедимые герои. Да! Все детские мечты осуществились в самом лучшем своем варианте. Лучше уже просто быть не может! А Бриан, снова принялся жевать яблоко, неловко придерживая одной рукой и шлем и плод. Некоторые из людей узнавали в идущих рыцарях тех самых, что избили толпу бандитов, и им сразу становилось понятно куда направляется эта группа. Некоторые узнавали среди идущих своего знакомого или коллегу по цеху, чему очень удивлялись. А яркая и грозная процессия уверенно и молча приближалась к своей цели. Бриан неожиданно сказал:

- Я когда иду слышу как гудит доспех. Дулиф так должно быть?- Тот ответил:

- Конечно! Он же тяжеленный на самом деле. Механико-распределительная система компенсаторов веса и движений работает на полную – Гилиас спросил:

- Так они заклинить могут? – Трал причмокнул от недовольства и ответил:

- Гилиас тебе лишь бы волноваться! Как он заклинит? Нас в таких доспехах целая армия не остановит! – Гном мотнул головой:

- Ну не скажи. Я видел как самоуверенность губила многих. Это просто отличные доспехи мастеров севера и востока, но не больше. Все остальное зависит уже от их владельца – Трал ответил:

- Я про это же и говорю. Мы двигаемся словно демоны, в добавок еще и в доспехах будем. Тут все мерзкое бандитское паганье разбежится - Гилиас заметил:

- Это мы без доспехов так двигаемся. Может они будут стеснять наши движения. На это следует обратить особое внимание при стычке - Трал на это просто недовольно фыркнул. Эридор же подумал, что самое время хоть как –то обратить внимание на свой доспех, и сказал:

- Не знаю как ваши доспехи, а мой точно позволяет мне все движения осуществлять. Я чувствую себя в нем лучше чем без него. Это же доспех самого отца лорда Аримана. Он был герой седьмого легиона и друг Вендора! - однако эти слова не произвели никакого впечатления на друзей. Каждый из них был очарован и доволен своим выбором, и не оставалось места для восхищения иным доспехом. Ответил только Дулиф:

- Я помню этот доспех. Лорд Дилай Элийский в нем был не победим – Бриан дожевал яблоко надел снова шлем и казал:

- У тебя Эридор такой странный голос получается когда разговариваешь в этом шлеме. Вреде бы не ты совсем – Гилиас согласился:

- Это точно. Ты в этом доспехе сам на себя не похож – Этого Эридору было предостаточно. Он улыбнулся. Конечно не похож. Без доспеха он просто Эридор, а в доспехе он БОЕВОЙ МАГ! Трал остановился и сказал:

- Это здесь. Вот эта дверь – Друзья остановились и посмотрели куда показывал Трал. Лестница возле одного из зданий уходила вниз, и упиралась в массивную деревянную дверь. Бриан спросил:

- И что теперь? Будем стучаться? – Эридор усмехнулся и сказал:

- Да. Я постучусь. Надеюсь получиться – Они приблизились к двери, разместившись всем отрядом на ступеньках. Эридор был ближе всех к двери. Он сделал быстрое движение рукой и магический скипетр оказался у него в руках. Он сконцентрировался на телокинетических способностях ментального воздействия на предметы. Рукой со скипетром он стал чертить в воздухе невидимые дуги. Дверь скрипнула. Где –то треснула. Рванулась. Потом еще раз. Эридор стал в пол голоса проговаривать заклинания усиления телекинеза. Потом поднял руку с магическим скипетром над головой и резко опустил направив в сторону двери. Массивная дверь с громким треском разломилась пополам и ввалилась во внутрь с частью дверной коробки на которой крепились петли, подняв небольшое облако пыли. Друзья были поражены силой Эридора, однако восторгаться этому было не самое подходящее время. Гилиас обогнул Эридора и шагнул за разрушенную дверь. Потом Трал и все остальные. За дверью находилось обширное подвальное помещение заполненное бандитами. Кругом стояли столы, и лежанки на которых они размещались. Вдоль стен было сложено, видимо, награблено добро и оружие. Гилиас видел, что взгляд каждого из находящегося здесь бандита направлен в их сторону. Боги как же их тут много! Сотни полторы, не меньше. Если завяжется бой будет очень много мертвых и крови. Разве это геройство? Просто прийти и начать вырезать этих бандитов? А если среди них есть те, кто обманным путем здесь оказался. Есть те кто хочет уйти. Есть и те кто раскаивается в содеянном. И если лишить жизни таких людей, то чем они тогда будут лучше убийц? Разве такая кровь на руках сделает их достойными легенд и былин? Но такие мысли видимо тревожили голову только одного Гилиаса. Трал обогнул его, стал на сломанную дверь, ударил кулаком правой руки в ладонь левой и злорадно сказал:

- Ну что мрази? Готовы землю жрать? – Бандиты вмиг осознали, что это не стража. Значит можно разорвать не званых гостей в клочья! И слова Трала просто взорвали всю эту и так озверелую толпу. С ревом и криками они вскинусь как по команде со своих мест. Кто кинулся за оружием, кто сразу помчался в сторону безрассудных храбрецов. Эридор махнул скипетром, бормоча заклинания усиления и трое из бежавших кубарем покатились назад. Трал не раздумывая метнулся, словно стрела, на встречу разъяренной толпе, сметая на своем пути бандитов словно игрушки. Вступил в бой и Гилиас. Он решил использовать оружие в самой крайней мере. В бой ринулись и Бриан с Дулифом. Дулиф тоже решил пока не использовать оружие. А Бриан был уверен, что не может рубить даже бандитов. Он просто бил их эфесом сабли, кулаком и ногами. Это битва была жарче и страшней предыдущей. Друзья метались в толпе озверевших бандитов нанося жестокие удары по их телам, оставляя вмятины на брони тех кто ее имел. Иным везло меньше. Разбитые головы и лица. Сломанные руки, ноги и ребра. Иные подлетали к потолку, другие в стены или катились по полу. Иногда лезвия мечей или копий попадали по доспехам, но это было вскользь, и не причиняло повреждений не то, что друзьям, а и самим доспехам. Эридор орудовал своим посохом, бил свободной рукой и враги ложились у его ног. Он чувствовал свою силу. И она казалась ему безграничной. Множество из напавших уже лежало на полу, или вдоль стен. Те кто находился возле кого-то их друзей пытались бежать, но задние ряды напирали на них не давая покинуть место сражения. Трал хватал ближайшего и кидал его в остальных. Или раскручивая за ноги пытался сбить остальных. Он вошел в такой боевой кураж, что рычал и бодал рогами на своем шлеме на право и на лево. Дулиф вращался словно юла нанося по одному четкому удару, который обездвиживал цель и она падала от боли или без сознания. Гилиас стоял почти на одном месте. Враги не могли к нему поступиться. Он отшвыривал их, бил, также кидал в толпу, подымая над собой. Неожиданно перед Гилиасом возник высокий бородатый массивный человек. Лицо его было искажено яростью. На груди был надет круглый панцирь, а правя рука казалось была вся из металла. Он с огромной скоростью протянул руку к Гилиасу. Гилиас попытался увернуться, но громила успел схватить его за плечо. Гилиас ощутил как доспех стал гнуться от ужасной силы металлической руки великана. А потом бородатый верзила…швырнул Гилиаса. Тот покатился кубарем по полу так сильно, что шлем слетел с его головы. Пока он катился успел подумать, о том, что все таки был прав. Не могут только они быть такими всемогущими. На каждую силу найдется другая сила. Он вскочил на ноги и увидел, что бородатый громила несется на него. Гилиас сжал губы и побежал на встречу. Металлический кулак летит прямо в грудь. И скорость перемещения его в пространстве была почти такая же как и у Гилиаса. Но все же медленнее. Гилиас левой рукой отбил стальной кулак, а правую согнул в локте, выставил вперед и крепко уперся ногами в пол. Здоровяк не успел остановиться и налетел на Гилиаса, словно на вкопанный столб. Локоть ударился в нижний край панциря. Тот треснул и разломился. Локоть зашел глубоко в тело, и Гилиас ощутил как в большом теле что-то хрустнуло. Здоровяк заревел, потом скривился и упал на колени перед Гилиасом. Но на этом мучения бородатого громилы не окончились. Трал видел как котился по полу Гилиас и уже летел охваченный гневом на железнорукого и переживаниями за друга. В его руках была булава. Трал сам ревел:

- Убью! – Он с неимоверной силой направил булаву в голову бородатого. Но тот успел защититься своей стальной конечностью. Булава и рука со страшным лязгом встретились. Рука треснула и согнулась по полам, а булава разлетелась на куски. Сам здоровяк несколько нелепо улетел вбок. В этот момент все помещение оглушил громкий звук горна. Все бандиты остановились и отступили. На своих местах остались и друзья. Здоровяка оттащили. В воцарившейся напряженной тишине послышался громкий старческий голос:

-Господа! Господа! Прекратите уже. Зачем вы пожаловали к нам? Что вам нужно от скромных и обездоленных людей ютящихся в этом душном подвале? - бандиты расступились, образовав живой коридор, в конце которого за маленьким столом на полу сидел лысый старик с длинными седыми усами и бусами в руках. Гилиас поднял шлем и направился прямо к старику. Он остановился в паре метров от столика и спросил:

- Вы у них за главного? –

Старик скромно ответил:

- Что вы, юный господин. Я всего лишь предоставил этим несчастным кров и крышу над головой – Однако поблажливый тон старика не действовал на Гилиаса. Он твердо ответил:

- Ясно. Значит вы их предводитель. Значит вы уже догадались кто мы – Старик утвердительно кивнул:

- Конечно. Вы те рыцари, что преподали урок некоторым из моих нерадивых подопечных. Так что же вам от нас надо? - Гилиас продолжил:

- У нас два условия. Первое - ваши головорезы не будут преследовать наши семьи и наших друзей. И второе вы уберетесь из этого города навсегда. Если вы не выполните их, то .. – Старик прервал Гилиаса, подняв руки запричитав:

- Что вы, что вы юный господин. Ни в коем случае! Ни ваши близкие, ни друзья не будут обижены. Это я вам гарантирую, клянусь своей старостью. И из города мы уйдем, мы не будем больше доставлять никаких проблем. Дайте нам три-четыре дня, и вы забудете о нас навсегда. Это все что вам нужно было? – Гилиас не мог поверить в то, что эти вопросы так быстро разрешились. Он несколько растерянно забегал глазами и неуверенно ответил:

- Да… – Старик добродушно улыбнулся и сказал:

- Все будет сделано юный господин. Только больше не калечьте моих парней пожалуйста - Гилиас неуверенно кивнул. Одел шлем и развернулся уходить. Все товарищи тоже чувствовали себя несколько растеряно и смотрели за действиями Гилиаса. Тот молча вышел из помещения. За ним проследовали и остальные. Последним выходил Дулиф. Перед тем как выйти он развернулся и громко сказал:

- Смотри старик, чтоб то о чем сейчас говорилось было выполнено. Иначе я вернусь и не буду таким мягким как мои юные друзья – И вышел. Возле старика возникла фигура бородатого громилы. Он держался за бок, металлическая рука беспомощно свисала вдоль тела. Он басом, превозмогая боль обратился к старику:

- Мастер как же так? Мы позволить этим шакалам так просто уйти? Их же всем вместе с семьями и друзьями следует порезать на мелкие кусочки и скормить свиньям! – Старик не подымая головы ответил холодным голосом:

- Ты еще слишком юн и глуп Рамир. Ты сражался с врагом даже не зная кто он. И если ты не заметил, то еще немного и это вас тут всех покрошили бы на салат. Ты хоть знаешь кто это были?- Рамир кивнул:

- Да! Демоны. Человек не может обладать такой силой- Старик скривился и ответил:

- Тьфу какой же ты дурак. Совсем не думаешь. И не запоминаешь о чем я тебе рассказываю. Это были паладины. Юные и явно без наставника. Не знаю откуда они взялись, но зато они уже знают, что обладают силой и скоростью паладинов. А без наставника они простые люди, только быстрые и сильные. Вот так –то Рамир – Тот удивился:

- Паладины? Но…- Старик перебрал бусы и прервал Рамира:

-Никаких но. Еще немного и от тебя вместе с твоими бездарями остались бы только воспоминания. Потому мы не будем трогать их родных. И мы уйдем из этого города. Уж засиделись мы тут – Рамир не мог успокоиться:

- Но как же так мастер? Мы просто забудем о том, что случилось? – Старик усмехнулся:

- Нет конечно! Я обещал не трогать их родных, но ни слова не сказал о них самих. Причем заметь как они были одеты. Такая экипировка явно не для встречи с твоими оболтусами. Они скорее всего хотят отправиться в путешествие на поиски приключений обладая такой силой. Молодые же еще. А сюда заглянули размяться. И вот за чертой города расплата их и настигнет – Рамир растеряно спросил:

- Но как? Если они нас в закрытом пространстве так избивали, то на открытой местности просто поубивают. Как же с ними поквитаться? Ловушки и засады? – Старик отрицательно мотнул головой и сказал:

- Нет. Ты пойдешь к ведьме Фриде и кажешь ей, что настало время выпустить зверя – У Рамира пробежали мурашки по коже. Очень он не любил магию. А Фриду вообще в детстве и юности боялся. А тут еще и …зверя выпускать. Он неуверенно сказал:

- Зверя, мастер? Но может есть некий иной способ? – Старик вспылил:

- Как ты мне надоел со своими НО. Отрезать бы тебе язык. Ты, что не понимаешь что это может быть единственный способ остановить их. Даже я могу с трудом справиться с одним паладином, а тут их целых пять! К тому же они явно зеленые и неопытные. Одной силы им будет недостаточно. К тому же их следует убить пока они молодые, иначе они немело нервов попортят нашему брату. И на всякий случай заглянешь еще в гильдию Красного Братства и очень хорошо попросишь, чтоб они напустили лучших убийц на них. Так будет вернее. А теперь выполняй, что я сказал и давайте собирайте добро. Надоело уже мне в этом городе! –

Тримо боялся. Он испытывал страх и был этому безумно рад. Две вещи по настоящему делают человека человеком. Это страх и любовь. Тримо теперь был в этом уверен полностью. Он боялся нарваться на Вендора. Боялся столкнуться с тем коротышкой, что чуть не убил его. И боялся, потому, что теперь есть что терять. Никакого самоубийства. Никаких больше убийств и интриг по заказу графини. Это все не то. Все это пустое. Смыслом его наполняло лишь одно – странное чувство к той девушке, что ему помогла. И он боялся потерять это чувство. И боялся за Эфиру. Она помогла ему добраться до самого поместья графини. Если та увидит Эфиру то обязательно принесет ее в жертву каким – то своим темным богам во время очередного кровавого ритуала. Но графиня видимо была занята своими делами.

В один из вечеров к ней прибыл достаточно необычный гость. Высокий, в черной ободранной мантии с обширным капюшоном и крупным вороном на плече. К тому же от гостя исходил отвратительный смрад. Тримо понял, что это был маг. Маг – некромант. Он видел таких давным давно. Они все выглядели одинаково: бесформенные капюшоны, какое –то животное их сопровождает, и конечно же мерзкий смрад. Однако после этой встречи графиня успокоилась и даже привела себя в порядок и много времени стала проводить в своей лаборатории в подвале поместья. Выполнил ли Тримо порученное задание по уничтожению тех кто умертвил Аримана она не узнавала. Она даже не интересовалась почему он такой весь израненный. Она вообще с ним не общалась. Он видел ее только издали. И это было хорошо. Не хватало, чтоб она разглядела в нем происходящие перемены. Теперь оставалось придумать как бы так покинуть графиню, чтоб она его не преследовала. Он был уверен, что простое бегство будет воспринято ею как предательство. А предательство смывается только кровью. А всякие передряги и бега ему сейчас не нужны. Сейчас нужна лишь та девушка. После того как она помогла Тримо они виделись еще один раз совсем недолго: он бродил по городскому рынку, прихрамывая, в надежде снова увидеть где-нибудь Эфиру. А она сама его увидела. Она приобретала продукты со своим отцом, улыбчивым мужчиной. Они подошли к Тримо и немного пообщались. Отец Эфиры так же проявил сочувствие к Тримо. А Эфира улыбаясь сказала ему, что они еще увидятся и упорхнула. Когда они смогут увидится? Где? Наверно нигде. Или случайно пересекутся еще разок другой. У нее видимо есть молодой человек. Она его любит, он любит ее и они скоро сыграют свадьбу и будут растить себе спокойно детей. А он так и останется один. Проклятье! Он … ревнует. Боги ревнует к придуманным фантазиям. Тримо усмехнулся и задымил трубкой. В этот момент подошел слуга и обратился к нему:

- Господин у ворот стоит девушка и желает видеть вас – Тримо даже внимание не обратил на эту фразу. Мало ли всяких там мерзавок желает его. Но спросил :

- Какая еще там девушка? –

- Она сказала, что ее зовут Эфира, господин. Сказала, что вы знаете ее – Тримо передернуло, и моментально в сердце стрельнул страх. Боги, если ее увидит графиня… Он схватил слугу за горло и сдавил с такой силой, что бедняга посинел. Тримо взволнованно и гневно прошипел слуге сквозь зубы:

- Если ты еще кому-нибудь скажешь, что ко мне приходила девушка, я разрежу тебя по полам, зажарю и съем. Понял? – Слуга лишь испуганно вращал глазами и хрипел. А Тримо уже помчался, ковыляя, на встречу с Эфирой. Чтоб провести с ней хоть немного времени и увести подальше от кровожадной графини. Для него эта девушка было словно глоток свежего воздуха после затхлой и зловонной гробницы. Она было чистым листом, новой строкой в жизни Тримо. И он бежал к ней словно юнец, улыбаясь от всей души. И она тоже улыбалась ему в ответ!

*

Мальвус Понт был чрезвычайно озадачен. Продвижение прекратилось. Точнее оно только началось и сразу прекратилось. Казалось « Гамертон» уперся во что –то. Но разве такое возможно? Разве можно в космосе найти преграду которая не разрушает судно, а просто блокирует продвижение?

Мальвус смотрел сквозь прозрачную стену корабля и ему представлялась прекрасная и необычайная картина. Планета Земля и торчащий в ней огромный конусовидный камень, размерами с треть самой планеты. И планета и огромная глыба объяты голубой пеленой атмосферы. По ним текут реки и моря, растут леса и тянутся к небу горы. Когда-то эта глыба, торчащая в земле была Мальвусу домом. Она зовется «Осколок Мира». Теперь же он оставил его и направлялся на « Гамертоне» к Сердцу Вселенной, но что –то помешало перемещению. Корабль просто застрял в пространственном туннеле. Одной своей частью он находился на орбите Земли, а другой уже почти достиг Сердца Вселенной. И это было прискорбно. Не смотря на всю свою сообразительность и изобретательность найти объяснение данному явлению Мальвус не смог. Он даже подсчитал, что с момента как он вошел в пространственный туннель, на «Осколке Мира» прошло не менее ста пятидесяти лет. На самом судне прошло не более месяца. Поначалу « Гамертон» стал молекулярно втягиваться в туннель, почти на половину. А потом застопорился. Электронный друг, которого Мальвус прозвал так же как и судно « Гамертон» сообщил, что движение судна блокировано … ничем! Ни повреждений на судне, ни посторонних объектов в туннеле не было. Что могло послужить причиной оставалось не ясным. Мальвус провел ряд экспериментов и пришел к выводу, что из туннеля в сторону Земли одновременно с « Гамертоном» что –то или кто-то хотел проникнуть, и они стали друг для друга двойными пробками. Но это была гипотеза. Проверить ее никак не имелось возможности, так как санация окружающего пространства не обнаружила чьего –либо присутствия. Ничего иного кроме того, чтоб ждать Мальвусу не оставалось. Это огорчало. Быть в одном шаге от Сердца Вселенной и не достигнуть его. Но беда была даже не в этом. « Гамертон» не мог совершит реверс, и разместится на той же позиции, что была перед входом в туннель.

Мальвус смотрел на Землю и « Осколок Мира». Его охватывала печаль. Когда –то он был эльфом и жил среди себе подобных. Теперь же память о нем наверно уже стерлась в умах. Лишь несколько написанных им книг может быть сохранились в дальних уголках библиотечных полок. Но так должно было быть. Он должен познать все. Он всегда этого желал. С самого детства он видел суть вещей. Даже без пояснений он разбирался в механизмах и магических конструкциях мгновенно. Первым его достижением еще когда он был ребенком, оказались знаменитые магические часы Преала Номикуса, которые не работали уже более чем пятьсот лет. Многие пытались их снова запустить, но все было без толку. Мальвуса к этим часам привел его дед. Он только глянул на них и понял, в чем неполадка. Он вполз в огомные часы с оним лишь молоточком. Юный Мальвус взял молоточек, разбил и магический кристаллик в самой серцевине часов. Он знал, что именно этот кристалл из десятка тысяч является помехой в работе часов. Взял магическую стеклянную палочку и разбив ее развеял осколки и магическую пыль над самим часовым механизмом. Огромный механизм взрогнул так, что дрожь передалась всему знанию где находились сами часы. Часы Преала Номикуса снова заработали. Мальвус запустил их. С этого и началась слава Мальвуса. Ему удавалось запускать или наоборот останавливать многие магические, механические и механико-магические устройства. Дедушка ему подарил одну великолепную вещицу, которую назвал « Куб Миров» - черный куб, размером с голову новорожденного, имеющий множество мелких иероглифов, полостей, отверстий и борозд. Эта была еще одно загадочное изобретение древнейших, которое так и не смогли понять и использовать, и оно лежало в складе Академии магии, считавшись поломанной или утратившей всякую магическую силу. Мальвус возился с ним днями и ночами. Он чувствовал, что разгадка рядом, но никак не мог ее нащупать. Он потратил на разгадку куба больше двух месяцев. Это было в несколько раз дольше, чем он тратил на разгадку иных механизмов. А потом куб поддался и раскрыл свою первую тайну. Он позволял Мальвусу проникать в промежуток между пространством и какой –то иной материей. Мальвус видел окружающих эльфов, его же не видел никто. Он видел необычайных существ, похожих на крылатых медуз, приближающихся к некой грани возле него и неспособных пересечь ее. Видел он и некие огромные сущности, перемещающиеся где-то далеко за этой невидимой гранью. Мальвусу почему то подумалось, что он находится под водой. Так Мальвус совершал переход в этот дивный мир очень часто, и однажды прихватил с собой садок, чтоб выловить одну из летающих медуз. И это у него получилось достаточно легко. Она сама заплыла в садок, он подсек ее и вытащил, потом перешел снова в свой мир, и с несчастной медузой стали происходить странные метаморфозы. Она прямо в садке стала превращаться в существо с множенсвом щупалец. Когда превращение закончилось появившийся существо начало издавать пронзительный писк. Мальвус был еще ребенком, он разволновался и не придумал ничего лучшего, как снова перейти в другой мир и перебросить создание обратно за грань. Так он и сделал. Существо снова превратилось в крылатую светло-голубую медузу, которая продолжила свое неспешное движение. Следующая идея Мальвуса была самому перейти через грань. Но полностью проникнуть он опасался и продел грань рукой. Кисть стала изменять форму,растянувшись словно лента, колыхающаяся под водой. И самое ужасное, что он переставал ее чувствовать. Он испугался и отдернул руку назад. Она постепенно приобрела нормальную форму и от идеи проникновения за грань Мальвус отказался. Следующим открытием стало мгновенное перемещение на любые расстояния. Он перемещался при помощи куба, куда ему хотелось. Но каждый раз как он начинал перемещение, он ощущал странный призыв. Словно в глубине сознания его кто-то тихонько звал. Мальвус не раз пытался сконцентрироваться на этом голосе. И однажды у него это получилось. Он спросил голос : « куда ты меня зовешь?» И голос ответил: « Земля!». Мальвус попытался переместится на Землю с Осколка и все вышло. Он оказался в развалинах огромнейшего города. И хоть это были руины, они восхитили Мальвуса. Величественные сооружения уходившие своими обломками высоко в небо. Удивительные дороги и сады, и воздушные мосты. Все это было очень завораживающе. Мальвус бродил по улицам этого города, разглядывая каждую деталь с раскрытым ртом. И неожиданно его окликнул голос. Тот самый голос который звучал в его голове. Принадлежал он седобородому старику с посохом в рваных серых одеждах. Мальвус спросил старца кто он и зачем его звал. Старик усмехнулся и ответил: « Скучно мне старому одному здесь сидеть, вот я и позвал тебя. А зовут меня дедушка Протос». И они начали общаться. Старик ведал ему очень интересные вещи. И учил магии и всяким техническим наукам. Мальвус узнал, что город в котором они находятся - это город ушедших богов, которые жили на Земле сотни тысяч лет назад. Как они выглядят мало кто знает. Даже Протос не знал. Или не помнил. Протос уже не мог в этом разобаться. Боги оставили после себя множество орудий и кораблей, для полета по Вселенной. Дедушка Протос все рассказывал не утаивая, и Мальвус внимал. Он часто прилетал обратно к Протосу и тот каждый раз находил новые истории и задания. Время шло и Мальвусу следовало учиться. Но так как он значительно опережал своих сверстников родной дедушка Мальвуса решил определить его в Академию Магических Наук. Будучи еще юношей Мальвус блестяще ее закончил. Сразу после выпускных экзаменов он отправился снова на Землю поделиться радостью с дедушкой Протосом. И тот радовался чуть ли не больше самого Мальвуса. Протос решил преподнести Мальвусу подарок – он отвел его к огромному летательному судну, похожему на скалу. Простос сказал, что это судно называется « Гамертон» и оно могло бы доставить Мальвуса к Сердцу Вселенной – кладезю всех знаний которые есть во Вселенной. Однако это судно не работает. Сколько лет Протос над ним не колдовал не поддается и все. Он сказал, что дарит его Мальвусу и если тот сможет починить его, то сможет отправиться познавать Вселенские тайны. Эта идея навсегда овладела сознанием Мальвуса и он принялся за починку судна. Но вот чего он не ожил так это то, что ремонт в самом деле был чуть ли не возможной задачей. И это занятие стало смыслом его жизни. Мальвус рос. Ему предложили работать в Академи Магических Наук, с предостовлением лучшей лаборатории и конечно же он согласился. Мальвус читал лекции, эксперементировал в лаборатории, писал исторические и магические книги. А в свободное время перемещался на Землю и пытался починить «Гамертон». А дедушка Протос продолжал ему рассказывать все боле захватывающие исторические проишествия из далекого прошлого, что и легло в основу многих исторических творений Мальвуса. И давать все более и более сложные задания, над которыми он так же с удовольствием «ломал себе голову». Мальвус чувствовал как благодаря работе и заданиям Протоса он увеличивает и развивает свой умственный потенциал. Ему казалось, что скоро справит « Гамертон» и с Протосом отправиться к Сердцу Вселенной. На работе его так же сопровождали успехи. Он закончил теоретический труд под названием « Двойственность понятия магия-материя», в котором доказал, что многие предметы могут переходить в магическую волну и наоборот, подкрепив свой труд блестящим экспериментом. Вся аудитории аплодировала Мальвусу стоя. Однако это было в первой половине дня. А во второй он представил уважаемой публике свое устройство, назвав его « Пространственно – молекулярный дезинтегратор материи». Это устройство, внешне напоминающее короткое копье могло разлаживать на молекулы разные объекты, а потом собирать их воедино, образовывая совершенно новый по своим свойствам объект. Публика снова была шокирована и аплодисменты не утихали. Это был грандиозный успех. Мальвус предполагал, что его устройство поднимет расу эльфов на новый технологический уровень и они смогут даже соревноваться с гномами. Аудитория не хотела отпускать Мальвуса, но он спешил. Он спешил поделиться радостью с дедушкой Протосом. Мальвус мгновенно перенесся на Землю. Наступающие сумерки вовсе его не смущали. Он почти светился от радости и хотел, чтоб Протос разделил ее с ним. Он нашел старика в своей лачуге, при тусклом освещении. Старик сидел к нему спиной и негромко подхиикивал. Мальвус не обратил на это внимание. Он сразу начал восторженно рассказывать о своем успехе. А когда закончил, то старик спросил его : « так ты достиг вершины своего развития?». Мальвус уверенно ответил : « Да!». Старик резко повернулся к нему, и кинул ему свою палку, с криком : «Держи!». Мальвус рефлекторно схватил ее и словно окаменел. Он не мог пошевелиться, и словно срубленное дерево повалился наземь. А старик распрямился во весь рост и все также злобно хихикая сказал: « У меня для тебя есть последняя история». Он рассказал об одном страннике с далеких звезд, потерпевшем крушение на этой проклятой и отсталой планете с торчащем в ней камне много тысячелетий назад. И что этот странник не мог найти себе пищу и мог умереть если б его не нашел один маг. Маг искусственно поддерживал в нем жизнь, а странник осознал, что исходящая из головы и души мага энергия может послужить отличной пищей и умирать не придется. Он дождался когда маг уснет и поглотил его душу и разум, и вместе с этим все знания и воспоминания мага. Это было великолепно, и к тому же чрезвычайно вкусно. После этого странник призывал к себе выдающихся магов и ученых. Помогал им достичь апогея умственного и духовного развития, а потом поглощал их. И теперь то же самое ждет и Мальвуса. Если он, Протос, поглотит душу и разум Мальвуса то этого хватит на несколько тысяч лет не меньше, чтоб больше не питаться, а потом снова придется призывать новую жертву. После окончания этого жуткого рассказа, старик стал превращаться в огромное безобразное создание истекающее красной слизью с длинным хоботом. Оно не спеша устроилось у головы Мальвуса и неторопливо приставило свой хобот к его голове. Мальвус был шокирован, испуган и ощущал боль. Боль от того как волосы втягиваются в этот мерзкий хобот-рот. Он чувствовал, как все волосы вырвались с его головы, с кусками кожи. Еще он чувствовал, как мерзкий слизистый язык лижет раны на облысевшей окровавленной голове, оставляя пекущий след. А существо, некогда бывшее добродушным дедушкой, урчало от удовольствия. Мальвус не мог даже кричать, не то что шевелиться. Ну почти не мог. Куб миров всегда был при нем, прикрепленный на боку в крупной сеточке. Когда Мальвус упал, куб перекатился под правую руку. Указательный палец мог немного шевелиться. Мальвус стал водить пальцем по кубу, и мгновенно перенесся в пространство между мирами. Он видел с одной стороны существо, которое еще не осознало, что произошло, а с другой летающих медуз за невидимой гранью. Оцепенение прошло. Мальвус вскочил и выкинул обездвиживающую палку за грань в сторону медуз. Она превратилась в нечто на подобии паука и медузы стали атаковать его. А паукообразное существо беспомощно шевелило лапками. Потом из глубины пространства появилась огромная пасть и поглотила то, что было похоже на паука. С другой же стороны Мальвус видел, что страшное существо осознало, что он пропал, и бесновалось, мечась по лачуге переворачивало все, с ужасающим ревом. Это было очень страшно. Мальвус сначала подумал, что следует переместится обратно на Осколок, и никогда сюда больше не возвращаться. Но потом понял, что если это чудовище не остановить, оно призовет другую жертву и ей вряд ли повезет так же как Мальвусу. Такое допустить он не мог. Мальвус собрал всю свою решительность и снова появился в ужасной лачуге. Чудовище не сразу заметило его появление. Оно рычало и царапало одним красным когтем пол. Этого было достаточно, чтоб Мальвус одним движением добрался до своего « Дезинтегратора», который оставил облокоченным возле входа в лачугу. Монстр понял, что снова не один. Он резко развернулся к Мальвусу и сказал старческим голосом: « Куда ж ты подевался внучок? Я уж подумал, что оставил старика. Ну иди же обними дедушку!» и зарычав кинулся на Мальвуса. Но это было уже бесполезно. Мальвус резко направил острие « Дезинтегратора» и нажал на клавишу на древке. Широкий белый луч ударил в жуткое тело. На секунду чудовище замерло, захрипев, а потом превратилось в обширное красно-черное облако. Мальвус распылил его на молекулы. Теперь стоило соединить их с чем-нибудь, что не сможет дать жизнь этому монстру. Мальвус вышел на улицу, объятую тьмой. С чем бы соединить молекулы этого жуткого пришельца со звезд? Все просто. С камнем. С большим куском камня! Что же подойдет лучше? Дорога? Нет! Развалины здания! Он максимально структурирует молекулы создания в молекулы камня и это будет для него смертельно. Мальвус притянул лучом облако, в которое превратилось чудище к стене ближайшего разрушенного здания, и усилием « Дезинтегратора» заставил облако впитаться в монолитную стену. Оно впиталось в него, не оставив даже и следа. Вот и все! С монстром покончено. Мальвус понял это, сел и заплакал. Как же это могло так произойти? Ведь с дедушкой Протосом были связаны самые приятные воспоминания и переживания с самого детства. Какой ужасный мир! Он больше никогда не вернется на Землю! Хотя нет! Есть еще «Гамертон»! Его следует исправить. Исправить и улететь к Сердцу Вселенной. Но как же его сделать! И тут ему пришла замечательная идея. Он распылит Дезинтегратором весь Гамертон, предварительно запомнив всё его устройство, и соединит с кубом миров. Это должно сработать! Он сделает это сразу с утра. Мальвус переместился к себе в дом. Отер голову и обработал раны и впал даже не в сон, а темную яму. С самого утра он был уже возле Гамертона. Он положил на борт судна куб миров и начал их распылять. Образовалось огромная молекулярная туча. Что ж пора совмещать молекулы куба и Гамертона. Мальвус совместил их. И корабль ожил! Исчезая, он был похож на давно заброшенный хлам. Появившись он сиял огнями словно только был создан. Мальвус открыл рот от удивления. Получилось даже лучше, чем он предполагал. И корабль заговорил с ним. Странным, бездушным голосом, но на понятном языке. Голос сказал : « Здравствуй друг! Теперь ты будешь мною управлять!» Мальвус также спросил корабль: « Ты живой? Ты можешь говорить» Корабль ответил: « Я не являюсь биологической формой жизни. Я есть искусственно созданный разум для поддержания оптимальной деятельности данного судна. Ты меня перепрограммировал и, я теперь в твоем подчинении, друг». Мальвус не мог надивиться чуду. Он спросил: « Как же тебя зовут, искусственный разум?» Голос ответил: « Тебе решать как будет звучать мое новое имя» Мальвус не задумываясь сказал: « Твое имя будет как и у корабля - Гамертон, друг. А меня зови Мальвус» Голос ответил: « Рад знакомству, друг Мальвус»…

Мальвус стоял возле прозрачной стены корабля и вспоминал череду событий приведших его к Гамертону. Его волосы так и не восстановились, после поглощения монстром. Блестящую лысую голову эльфа венчала золотая диадема с большим красным камнем. Тело покрывал серебристый костюм с таким же плащом. А всего его окутывала плотная прозрачная аура, переливающаяся в окружающем свете словно вода. Эту ауру он создал вместе с искусственным разумом Гамертоном, для комфортного пребывания в различных мирах. Мальвус на Гамертоне перемещался в мир, который он назвал Кладбище Богов. То, что он там видел его очень поразило. Огромные плавающие в небесах города и таких же размеров горящие судна. А на земле неподвижно лежали создания, которых кроме как богами он назвать не мог. Некоторые излучали такую энергетику, что на них даже смотреть нельзя было. А на орбите планеты в этом мире кружились три разрушенные луны размером не меньше Земной. Солнце в этом мире было почти на треть поглощено синей пеленой. А между лунами и планетой метались призрачные жуткие тени, которые Мальвус посчитал за души умерших богов. Долго в этом мире Мальвус не мог находиться. Энергетика смерти разрушала Гамертон. Был он и в мире « Цотуу». Он его так назвал, по названию местного населения. Существа выше эльфийского роста с длинными шеями и большими глазами. Они так же могли перемещаться на воздушных суднах, однако никогда еще не встречали гостей со звезд, кроме Мальвуса. Был Мальвус в мире в котором застал как бог проявлял свои чувства к богине. Иначе как боги он тоже не мог назвать этих созданий. Бог был соткан из облаков и молний пронизывающих все пространство, и отдаленно напоминал представителя человеческой расы. А богиня - это была огромная скала, которая стала приобретать очертания женской фигуры, при приближении к ней бога. Каменная богиня, сбросив с себя лишние камни, робко стояла, слегка наклонив голову, а грозовой бог спустился к ней и обнял ее сзади своими огромными руками облаками. Она протянула к нему свои каменные руки. Они соединились в поцелуе. Раздался оглушающий гром и разряды молний. Мальвус посчитал некультурным наблюдать за страстью богов и поспешно удалился. Но это все его радовало не долго. Все миры в которые он перемещался были сравнительно недалеко от Земли и Осколка. Мальвус пропадал с глаз достопочтенного общества на два или три месяца всего. В последний раз его не видели пол года. И не потому, что переход был долгим, просто топливом для Гамертона служило время. А вот перемещение в Сердце Вселенной никак не удавалось. Пока искусственный разум Гамертон, не обнаружил межпространственный туннель на орбите Земли, предположительно ведущий куда требовалось Мальвусу. На этот переход потребует много времени. Примерные подсчеты показывали, что для этого стоит затратить сто пятьдесят лет, плюс – минус пятнадцать. Это был решающий шаг. Мальвус на такое не рассчитывал. Ну пятнадцать, ну двадцать пять лет. Но сто пятьдесят! Он долго на это решался, и одним вечером, находясь в своем кабинете решился. Никого не предупреждая, он подал мысленный сигнал Гамертону. Тот мгновенно переместил Мальвуса на борт, корабль вобрал в себя примерно сто пятьдесят лет и начал вход в пространственный туннель. И остановился!

Почему же корабль остановил свой ход? Мальвус не мог понять. Размышления Мальвуса прервал голос Гамертона:

- Друг Мальвус, не хочу отрывать тебя от размышлений, однако у нас проникновение на судно – Мульвус был шокирован услышанным. Проникновение? Он спросил:

- На Гамертон проникли? Но как? Кто?- Голос так же спокойно ответил:

- Каким образом неизвестно. Предположительно они просто материализовались прямо на судне. Наши гости очень безобразны, по всей видимости агрессивны и стремительно приближаются к тебе – Мальвус снова был ошарашен услышанным и сказал:

- Так пошли стальную стражу остановить этих…гостей –

- Уже послал, однако наша стража не в состоянии их остановить- Мальвус не мог ничего понять. Ему, что снится дурной сон? Это было слишком фантастично, чтоб быть правдой. Он взволнованно сказал:

- Друг Гамертон дайка картинку – Перед Мальвусом возник прямоугольник на котором отображалось то, что происходит не вдалеке от капитанского мостика. Три омерзительных создания синего цвета истекающие слизью с множеством конечностей, когтей и зубов с жутким ревом рвали на мелкие кусочки стальных человекоподобных стражей, словно они были сделаны из бумаги. Что это за кошмар такой? Эти создания явно не желают добра. Значит выход один. Их стоит всех распылить и в разобранном на молекулы виде вышвырнуть за пределы судна. Мальвус взял в руки Дезинтегратор и сказал Гамертону:

- Друг мой, впусти наших гостей. Я хочу их поприветствовать – Голос так же спокойно ответил:

- Как скажешь, друг Мальвус. Только будь осторожнее. Мне не хочется тебя терять – Дальняя стена исчезла, и в обширный яркий зал ворвались жуткие создания, беспромедлительно направившиеся к Мальвусу. Мальвус направил на них острие Дезинтегратора и провел по каждому белым лучом. Все три создания лопнули, словно мыльные пузыри превратившись в синие облачка. Мальвус каждое из них перевел лучом сквозь прозрачную стену судна. Облачка, словно гонимые ветром стали удаляться. Какой то невообразимый ужас! Может эти создания блокируют ход корабля? Голос Гамертона снова обратился к Мальвусу:

- Друг мой, спешу тебе сообщить, что наше судно начало обратный ход – Мальвус не мог поверить своим ушам, что за сумасшествие твориться? Он спросил:

- Как обратный ход? Гамертон сам двигается назад? – Голос безэмоционально ответил:

- Нет друг мой. Нас что –то выталкивает из пространственного туннеля обратно к Земле и Осколку Мира –

…

Гримдор был мрачным городом- крепостью. Он располагался на горе, каскадами уходя к ее верхушке, вершину которой венчала, словно корона, зубчатая башня. С одной стороны его омывала широкая река, с другой укрывал тучный лес. Третья сторона состояла из высоких холмов, с торчащими гранитными камнями, что служило естественной преградой. И лишь четвертая - узкая полоска равнины служила доступом к городу. На ней и разместился седьмой легион. Легион являлся грозной силой, и его появление заставляло либо ликовать, либо испытывать страх. Однако, когда огромное войско разместилось почти под стенами города, ни один из стражников не вышел узнать причины подобной остановки. Стража ходила вдоль стен, словно не замечая прибывшее войско. И это заставляло нервничать самих легионеров. К тому же дурная слава Гримдора навивала особую обстановку напряженности. Не раз под его стенами велись войны. В Гримдоре когда-то был кровавый культ древнему богу зла. В Гримдоре была страшная магическая чума. В Гримдоре были самые страшные и безжалостные ведьмы. В Гримдоре была одна из кровопролитнейших гражданских воен. И в Гримдоре изловили оборотня и живого мертвеца. Все, что вызывало ужас или отвращение находило дивным образом пристанище в Гримдоре. В Гримдоре занимавшие трон правители чаще всего сходили с ума, и в Гримдоре были самые искусные изготовители ядов. Все это было когда-то, но предвзятое отношение к городу так и осталось. И вот снова. Снова кровавая тропка привела к Гримдору. Командирская верхушка собиралась делегацией, во главе с генералом отправиться на прием к местному правителю. А обычные служащие готовились к бою.

Подавляющее большенство легионеров считало, что ничем добрым этот поход не окончится. Вот только Вендор не обращал внимание на возможную угрозу. Его заботило совсем другое. Клятый гном Дулиф подсматривал за ним с Сатри. Может и не подсматривал, но точно что – то видел! Он же почему –то тоже может видеть его Сатри. Это вызывало в Вендоре бурю негодования и ревности. Никто, ну может кроме другого паладина, не должен видеть Альтари. Его единственную Альтари. Он сидел в кресле в своей палатке и нервно постукивал пальцем по столу. Альтари медитировала в дальнем углу, а напротив Вендора на маленькой табуретке сидел, весь съежившись, Дулиф. С того момента, как Вендор заметил гнома за деревом, и до момента остановки возле Гримдора Вендору никак не удавалось поймать этого коротышку, чтоб поговорить, по душам. А гном умело скрывался, в надежде, что командир несколько поостынет и можно будет пояснить ситуацию. Потому, что то лицо, которое было у Вендора, года он увидел гнома не сулило ничего доброго. И пытаться, что –то объяснить было бы бессмысленно. Потому Дулиф не придумал ничего лучшего как просто сбежать. Вообще то он никогда не был трусом. Никогда, но Вендора он побаивался. Те приемы и скорость перемещения, что демонстрировал Вендор на тренировках, просто поражала. Что бы он смог сделать с гномом в припадке ярости? Правильно – неизвестно. Потому следовало просто смело отступить, быстрым бегом. А потом уж вопрос как –то и решиться.

Вендор сверлил взглядом гнома. Он резко сказал:

- Что прикажешь с тобой делать? – Дулиф не поднял головы. Вендор продолжал стучать пальцем по столу. Он снова обратился к гному:

- Вот откуда ты взялся на мою голову? А? Тебе вообще в голову приходило, что как минимум подсматривать не прилично! Ты вообще осознаешь свидетелем чего ты был? Да куда там! Ты же просто гном… Ты мне безмерно противен – Дулиф попытался, все так же не подымая головы оправдаться:

- Я не подглядывал… Мне приказали разыскать вас… И я направился за вами. Откуда мне было знать – Но Вендор прервал гнома:

- Ты думаешь, я не понимаю что ты не просто подсматривал? Это и ребенку понятно, что рядовой не пойдет подглядывать за своим командиром. Мне не понятно другое. Если ты видел, что происходит нечто необычное и прекрасное. Причем то, что ни тебе ни другому смертному не положено видеть, почему ты просто не развернулся и не ушел? Боялся, что не выполнишь приказ? Чепуха! Таким тебя не запугать. Нет. Ты остался потому, что тебе было интересно! Вот в чем вся беда. Ты подсматривал за мной и звездной госпожой. Ты же такой чурбан, Дулиф, хоть и читаешь свои книжицы. Ты хоть в одной из них прочел об Альтари. О прекрасных жителях звезд? Нет конечно. Ты просто сидел там за деревом и глазел, и это отвратно. Такого от гнома я просто не ожидал. Обычно люди являются кладезем пороков, но вот чтоб гномы… - Дулиф еще больше осунулся. Вендор все верно объяснил. Вот почему ему самому было не по себе. Он же в самом деле мог уйти, как только увидел необычный воздушный танец командира и демонессы. Ему просто хотелось смотреть, что будет дальше. Просто смотреть на необычайное явление, и все остальное было лишь отговоркой. Дулифу было самому за себя стыдно. Глаза его были мокрыми. Если б отец видел его. До какого предела несовершенства он дошел. И толк от всех прочитанных книг, если он повел себя так…мерзко. Альтари чувствовала терзания гнома. Она не могла остаться равнодушной к ним. К тому же она не видела ничего плохого в том, что гномик видел их слияние для создания искры ребенка. Ведь это же было не плотское слияние. Слияние душ можно видеть. Это даже хорошо, а вот слияние тел, которое ждет их с Вендором впереди видеть не должен никто. Это достаточно личное. К тому же Вендор либо забыл, либо она не успела ему рассказать, что слияние душ это вообще дело прилюдное. Все радуются, что родилась новая искра. Просто здесь никто этого бы не понял, и может даже испугался. А гномик…Это же гномик! Сатри грациозно поднялась и приблизилась к Вендору. Одна обвила его сзади руками и ласково проговорила:

- Милый не обижай так несчастного гномика. Ты посмотри на него. Еще немного и он просто раствориться в пространстве, от стыда за себя. А ведь он ничего плохого и не сделал – Вендора охватила две волны – ревности и гнева. Какая из них была первая, Вендор не разобрал, да и не хотел разбирать. Сатри защищает этого коротышку! Он вскочил и, указывая на гнома, гневно сказал:

- Как же это не сделал? Он посматривал за нами. Разглядывал своими маленькими глазками каждую детальку нашего слияния. Вот только для чего я не возьму в толк. Нет Сатри не защищай его! Ему стыдно и правильно, так и должно быть. Может у вас в мире это нормально, чтоб все видели, но у нас все не так. Такие вещи должны оставаться между двумя…любящими, вот. И не важно, гном ты, эльф или человек. И самое в этом противное знаешь, что? Он же даже не понимает кто ты! И не хочет понимать. Он просто сидит и боится, как глупое животное. С того момента, как он увидел тебя он не подошел ко мне ни разу, чтоб поинтересоваться кто ты. Понимаешь? Он скорее всего вбил в свою глупую голову, что ты какой –нибудь…демон или что –то в этом роде. И боится. Боится тебя, не смотря на то, что ты его защищаешь. Дулиф, чтоб тебя разорвало! Подыми свою голову и посмотри на госпожу Сатритолинконез. Она не демон! Запомни это раз и навсегда. Госпожа Сатри – жительница звезд. Она хранительница мудрости и наставница. И то что ты подсмотрел, это не был какой –то шабаш ведьминский. У нас с госпожой…чувства. Мы любим друг друга, и так вот проявляется наша любовь. И то, что ты видел это особое …волшебство. И тебе довелось быть счастливчиком, чтоб увидеть его. Понимаешь? – Дулиф все так же удрученно сидел. Вендор ожидал несколько иного. Он думал, что гном будет восхищен услышанным. Начнет робко расспрашивать. Это бы исправило его проступок. Вендор с удовольствием поделился бы с ним, всем что знает. Ведь как ни крути гном то необычный. Однако Дулиф просто сидел и молчал, покорно склонив голову. Вендор был разочарован. А еще этот гном книги читает? И что в том толку? Перед ним живая представительница звездного мира, а ему даже не интересно. Вендор слегка скривился и сказал:

- Я разочарован Дулиф. Очень разочарован. Я исключаю тебя из своего отряда. Не переживай, я дам хорошую рекомендацию и тебя возьмут в любой другой. А теперь ступай. Я не хочу тебя больше видеть – Дулиф окаменевшими ногами встал, и развернувшись молча вышел из палатки. Он был шокирован, ему было очень больно и обидно. Все в отряде знали, что у Вендора на гнома особый взгляд. Он тренировал и штудировал его больше всех. Гном, не смотря на свой юный возраст подавал уже большие надежды. Да и Вендор бы зря не возился с ним, если б не видел в нем потенциала. И теперь, что? Ученик подающий надежды разрушил их таким мерзким образом. Дулиф не мог себе этого простить. Отец не так его воспитывал. Как он мог так низко опуститься? Как мог так оступиться? Вендор в нем разочаровался…Пусть! Придет время и он докажет Вендору, что достоин и его уважения и службы в его штурмовом отряде. Дулиф шел к общей палатке рядовых и сержантов. Ветер обдувал ему лицо и сдувал слезы обиды за себя. Он шел в мечтах, о том что сможет доказать Вендору, что достоин его уважения. Шел, размышлял и даже не знал, о том как скоро его грезам суждено осуществиться…

Сатри присела в то же кресло где сидел Вендор. Ей вообще нравилось прикасаться к тем же самым местам где он находился. Там оставалось очень много его энергетического следа. И ей приносило особое удовольствие ощущать его и поглощать. Жаль люди лишены такой особенности. Хотя может когда они отправиться к звездам, он научиться. Не зря же все таки паладин означает « светлый сын звезды». Она забросила ногу на ногу и сказала Вендору:

- Ты был очень жесток с этим молодым гномиком. Поверь мне – он не заслуживает такого обращения – Вендор сжал губы и ответил:

- А я не заслуживаю, чтоб за мной подглядывали всякие коротышки. К тому же Сатри согласись, он видит тебя, так же как и я. Значит не такой как все смертные, но его абсолютно не волнует кто ты. Он просто испугался и закрылся от важнейшей информации в своей жизни. Это сильно разочаровывает. Меня очень разочаровало. Я бы на его месте узнал бы о тебе все до мельчайших подробностей. – Сатри наклонилась вперед и игриво улыбаясь сказала:

- Ну еще бы! Ты так и делал. Когда только увидел меня, в тот же вечер что –то расспрашивал и расспрашивал. Но я так и поняла, что ты ничего не слушал, из того, что я тебе говорю. Ты только рассматривал мои глаза и каждую деталь моего лица. Это было так мило…И ты так же смотришь и сейчас. Мне это очень нравиться - Негодование Вендора прошло и сменилось смущением. Сатри говорила так, что он постоянно смущался. Казалось быть должно все на оборот. Мужчина своими речами обязан смущать деву…Но если дева со звезд? Может так и должно быть? Он не знал. Как ни странно, ничего об Альтари он не знал. Только общие знания полученные от мастера, но не от нее. Все, что она рассказывала пролетело мимо ушей. Ну почти все. Вендор просто смущенно посмотрел на нее, а она добавила, облизнув нижнюю губу:

- Мне очень нравиться как ты рассматриваешь меня. Это выделяет столько твоей энергии. К тому же у меня для тебя есть один маленький сюрприз. То что мы с тобой делали у реки, это был душевный порыв. Однако у меня есть и порыв тела. Понимаешь меня, мой милый? – Вендор отлично понял, что имеет введу Альтари. Значит все живые существа, даже со звезд занимаются любовью! Осознание этого заставило Вендора испытывать легкую дрожь во всем теле. Сатри взяла его за руку и негромко сказала:

- Следует закрыть палатку. Я думаю, что нам пора утолить телесный голод прямо сейчас. Но пообещай мне, что ты простишь этого маленького гномика – Вендор послушно кивнул, и весь взволнованный направился затворить вход в палатку. Только он подошел к нему, перед Вендором возник генеральский курьер. Он поприветствовал Вендора и сказал:

- Командир Вендор Райс, генерал Алтан Грендер просит вашего присутствия в его свите во время переговоров с правителем Гримдора – Вендор не мог в это поверить. Вот прямо сейчас? Что за проклятье? Он повернулся к Альтари, молчаливо извиняясь. Она улыбаясь одобрительно кивнула головой. Вендор повернулся к курьеру и ответил:

- Сообщите генералу, что я буду через пятнадцать минут – Курьер развернулся и ушел. Вендор снова развернулся с извиняющимся лицом. Сатри успокаивающе сказала:

- Не переживай любимый. Вот вернешься с задания, и тогда мы сразу же продолжим с чего остановились. А теперь подари мне поцелуй перед уходом, или может ты уже разлюбил свою госпожу? – Вендор в одно мгновение оказался возле нее. Их губы слились, словно стали одним целым…

Свита у генерала собралась приличная. Персон пять десять не меньше. Кроме Вендора был еще и Дилай. Вся свита была укомплектована в доспехи. Кто тяжелые, кто в легкие. Кто и в кожаные. Но укомплектовались они словно собрались на смертный бой. Одно только было условие – белоснежная накидка поверх доспехов обязательный элемент дипломатической встречи. Дилаю это не нравилось. Ему казалось, что выглядит он достаточно нелепо, в белой накидке в сочетании с синим плащом, и ярко – зеленым доспехом. Он стоял с Вендором несколько в стороне от всех и жаловался:

- Я почти не вижу Фраю. Представляешь Вендор? Она словно намерено избегает встречи со мной. Она ведет себя словно дикая кошка. Других сравнений подобрать не могу. Несколько дней назад пробралась ко мне в шатер ночью, когда я уже спал. Я учуял присутствие, схватился за оружие и начал творить заклинание. Я чуть не поджарил ее! А она кинулась на меня, парировав мой меч своим огромным кинжалом. Опрокинула на кровать и стала срывать с меня одежды, впиваясь, словно вампир, в губы и шею. Я был шокирован происходящим! Я испугался даже. Она была похоже на голодного демона! Она извивалась надо мной, постоянно целуя и кусаясь. А когда я пришел в себя, ее уже и след простыл! - Вендор был изумлен услышанным. Он знал, что Фрая меняет свое поведение попадая в легион, но чтоб вытворять такое с собственным мужем? Он переспросил с легким недоверием:

- А это точно была Фрая? Может тебя…одолела иная фурия? – Дилай мотнул головой в шлеме, и ответил:

- Ты что Вендор?! Я Фраю узнаю всегда, даже если мне голову отрубят. Это была она. Но… Она словно сходит с ума, когда возвращается на службу. Я не могу так больше. Это будет последний раз когда мы вместе служим в легионе. После этого задания я запрещу ей сюда возвращаться. И… И сам больше не вернусь. – Вендор удивленно посмотрел на друга и спросил:

- Не вернешься? Но как же ты будешь без всего этого? Ты же сам говорил, что легион твоя настоящая жизнь, а все остальное ширма – Дилай помедлил с ответом, и делая небольшие паузы между словами пояснил:

- Это было раньше. Теперь все не так. У нас с Фраей растет сын. Понимаешь Вендор? Мой сын…наш сын там, а мы здесь. Мы все никак не наиграемся в войну! Я больше так не могу. Я не хочу месяцами блуждать по этим псевдо пустошам, о которых даже ребенку не расскажешь, потому что все секретно. Не хочу больше молниями сжигать своих противников, а потом этими руками здороваться, обнимать Фраю и Аримашу. А еще сильней не хочу, чтоб Ариман ластился в нежных руках матери, которая несколько недель назад пускала стрелы и резала кинжалом врагов. Вендор, это же все останется с нами! Нам с этим жить, с этими кровавыми руками. Как Фрая может гладить Аримана по голове, когда ее руки…Все, этого больше не будет. К тому же я соскучился по…нормальной Фрае. Мне не хватает ее кротости и ласки. Наших бесед и прогулок. Я устал от ее дикости, когда она сюда возвращается – Вендор был удивлен. Если честно, ему самому хотелось поделиться с другом сердечными переживаниями, в надежде что тот поймет. Но услышав душевные терзания Дилая, решил повременить с откровениями. Он лишь сказал:

- Что – то ты раскис дружище! Я думаю, вам просто стоит поговорить с Фраей. Не может быть все так плохо. Ты просто за ней соскучился. И за сыном соскучился. Вот и все. Ну Дилай, соберись. Нам сегодня еще генерала защищать, насколько я понял – Но Дилай из всего сказанного услышал лишь несколько фраз. Он обратился к Вендору в вопросительной форме:

- Поговорить и все? Я же тебе говорю, что не удается с ней никак переговорить. После ночного происшествия я направился прямо к ее сумасшедшим лучницам. И знаешь, что они мне сказали, даже не пропустив к ее шатру? Они сказали, что хозяйка! Понимаешь ХОЗЯЙКА насытилась ночными страстями и сама придет ко мне, если захочет. Представляешь? Она там всем уже похвасталась, что проникла ко мне незаметно в палатку и овладела мною! У меня такое ощущение создалось после услышанного, что я юная и глупая дева которой насытился опытный воин. Ты не представляешь, как это себя так ощущать… - Вендор повел бровью и ответил:

- Ну в некотором смысле я понимаю… - Дилай недоверчиво переспросил:

- Понимаешь? Вендор, извини но как тебе понять если ты все никак себе избранницу не найдешь по душе? Не дай боги тебе такое ощущать, когда ты трепещешь, словно лист на ветру перед женщиной, которая тебя желает. Это не правильно несколько… - Вендор почесал левую бровь и сказал неуверенно:

- Ну как не нашел… Тут такое дело Дилай… Я даже не знаю как тебе объяснить… В общем я тебя отлично понимаю, поверь мне – Теперь Дилаю пришло время удивляться. Он снял шлем и с высоко поднятыми бровями посмотрел на Вендора. Это вообще перед ним его старый друг Вендор? Закоренелый холостяк, который по воздержанию от женского пола переплюнул самого Реджинальда Амерзи? Этот поход явно всех сводит с ума. Да и где он успел найти ту, которая смогла покорить его сердце? Вендор сам же говорил, что сердце его забрала богиня со звезд, и только ей он верен. Неужели это была не выдумка, оправдывающая страх перед женщинами. Дилай наклонился к Вендору и негромко спросил:

- Ты что не шутишь?...Ты что встретил ее? Ты нашел ту, в которую был влюблен с юности? Но где? Когда? Как? – Вендор смущенно улыбнулся и ответил:

- Я не шучу Дилай. Поверь, совсем не шучу. Это похоже на чудо, но это правда! Я нашел ее когда ходил на специальное задание по поручению генерала. Вот так…- Дилай не мог сдержать возбуждения:

- Скачущие демоны, Вендор! Это было сколько времени назад?! Где ты ее прятал? Почему сразу не поделился этим? Ты должен нас познакомить! Я не прощу себе, если не увижу эту звездную госпожу, укравшую сердце моего друга – Вендор закусил нижнюю губу, подумав, что погорячился, раскрывшись Дилаю. Он несколько неуверенно ответил:

- Даже не знаю Дилай. Может это не самая лучшая идея…Просто она не похожа на обычных женщин… У нее есть некоторые…отличия – Дилай не понимал. Он спросил:

- Какие отличия? Чем она так отличается? – Вендор смущенно опустил глаза вниз и негромко ответил:

- У нее синяя кожа…и… у неё есть рога – Дилай не произвольно усмехнулся, услышав подобное описание отличий. Он сразу же спохватился, чтоб не обидеть Вендора. Но образ возникший в голове Дилая никак не хотел проходить. Он явно видел синюю козу с длинными рогами, которую Вендор гладит по голове и влюблено на нее смотрит. Вендор покраснел, вмиг осознав, что Дилай засмеялся со сказанного. Дилай попытался ретироваться и сказал еле сдерживая смех:

- Извини Вендор. Я …думаю, она…она очень красива… - Дилай не смог сдержать смех, так как образ синей козы наглаживаемой Вендором заполнил все сознание. Он понимал, что неправильно, и даже обидно смеяться, но… Но проклятье! Сердце его друга было отдано синей ,рогатой женщине?! Это немыслимо. Вендор, все еще красный скривился и сказал Дилаю:

- Лучше бы ничего тебе не говорил. Ничего, я тебе ее покажу. Ты в нее влюбишься тоже. Будешь пытаться с ней заигрывать, и вот тогда то я тебя насажу на меч, словно жука на иглу. И Фрая не поможет! – Дилай выдохнул и положив руку Вендору на плечо ответил:

- Прости дружище! Я не сомневаюсь, что она достойна тебя. И мне очень хочется ее увидеть и пообщаться. Первым делом после того как вернемся с генеральских переговоров, ты нас познакомишь. Извини еще раз. Это все мои расшатанные нервы – В этот момент к ним подошел генерал. Они сразу оба подтянулись и отдали приветствие. Генерал слегка улыбнулся и взяв Вендора под локоть отвел немного в сторону. Он оглянулся по сторонам, поправил свой доспех отливающий на солнце золотом и негромко обратился к Вендору:

- Вендор ты не догадываешься почему я позвал тебя с собой на переговоры? – Вендор кивнул и ответил:

- Конечно генерал догадываюсь – защищать вас! И поверьте, я сделаю все, что от меня зависит чтоб вы могли спокойно провести переговоры – Генерал кивнул в ответ и сказал:

- Не сомневаюсь Вендор. Ты поступишь так же как и остальные сорок девять человек. Однако есть иная причина. Вендор, легион как и я бережет твою тайну. Никто за пределами легиона не узнает, что ты паладин. Однако сегодня может пригодится твоя помощь именно как паладина, а не просто война. Мои источники говорят о том, что в городе может находится первородное зло, зверь бездны. Я думаю, что это создание обязательно появится либо на переговорах, либо по пути к ним. Никто не сможет с ним справиться, кроме паладина. Но если нет, то иметь тебя в свите все же надежней, чем не иметь. Так, что будь готов – Вендор остолбенел, и наверно даже побелел. Генерал не обратил на это внимание. Он просто ушел, сказав все что хотел. А Вендор не мог прийти в себя. Зверь бездны! Боги милостивые. Вендор сталкивался уже с первородным злом. Точнее с созданиями которые населяют бездну, и это чудовищные твари. В последний раз он чуть было не сложил свою голову в битве с одним из этих созданий. Вендор их боялся…

Когда инквизиция разрушила орден, он доже не окончил курс юного паладина. Мастер ордена вложил ему искру ордена, дал несколько рукописей и напутствовал. Потом умер. Вендор остался один. И на руинах ордена он в первый раз встретился с этим чудовищным созданием. В подземельях ордена по неведомой Вендору причине томилось одно из них, и при разрушении вырвалось наружу. Оно было похоже на человека, только закутанного в мантию из дыма. Глаза этого создания горели оранжевым свечением. Оно обратилось к Вендору, произнося свои предложения прямо у него в голове. Оно сказало, что очень голодно и у него нет желания сражаться. Потому если Вендор позволит себя поглотить, оно сделает это быстро и безболезненно. В противном случае Вендор умрет мучительной смертью. Вендор тогда считал себя достаточно умелым, чтоб отказаться от столь заманчивого предложения. Он знал какой силой и скоростью реакций обладают паладины. Но он не знал КАКОЙ обладают дети первородной тьмы. Не успел Вендор достать клинок из ножен, как существо было прямо перед ним. С какой скоростью оно смогло переместиться, для Вендора осталось загадкой. Но в тот же миг из туловища человекоподобного создания к нему протянулись толи руки, толи щупальца с пальцами – когтями, придавили с невообразимой силой к земле, и стали мять и рвать плоть. Вендор даже вскрикнуть не успел, как был весь в крови и с тяжелыми ранами. Он только чувствовал боль и не передаваемое зловоние источаемое существом. Умереть ему не дала искра. Она засияла прямо из нагрудника, ослепив чудовище, согнав с него пелену черного дыма и обнажив кошмарные формы монстра. В этот момент Вендор из последних сил нанес молниеносные удары клинком, разрубив почти по полам тело чудища. Клинок был из голубой стали, доставляемой со звезд. Такая сталь была ядовитой для порождений тьмы. И если паладин не успевал нанести смертельный удар, то ранение приводили чудище к неизбежной смерти. Именно таким способом Вендор спасся от неминуемой смерти во время встречи со вторым порождением тьмы. Он промышлял долгое время охотником за головами. И однажды ему поступил заказ на ведьму, живущую в лесу на окраине города. Вендор не спеша отправился в путь. Ведьма не помеха. Он уже и колдуна и мага и ведьму побеждал. Это должно было быть плевым дельцем. Но не в этот раз. Он нашел дом ведьмы. Когда он приблизился к нему, двери отворились и на пороге появилась молодая женщина с длинными светлыми волосами и белом платье. Она приветливо улыбнулась и сказала: « Здравствуй молодой паладин. Разреши мне привести себя в порядок, чтоб достойно тебя встретить» и сказав это зашла обратно в дом, затворив дверь. Вендор был несколько удивлен. Обычно ведьмы и маги были на вид не такими. Более гадкими что ли? Но поразмышлять он не успел. Дверь выломилась наружу и из дома вырвалось нечто большое. Это существо было похоже на кляксу только с множеством длинных лап, похожих на паучьи. Монстр был весь черный, окутанный легкой дымкой клубящегося мрака. Вендор рассмотрел на кляксообразном теле порванное бесполезно болтающееся белое платье в котором вышла хозяйка дома и все понял. Ведьма позволяла вселяться в себя порождению тьмы в обмен на магические силы. Поэтому оно почувствовала его приближение, и уверенно назвала его паладином. Но думать больше было некогда. Чудовище отвратительно скрипело, рычало и свистело. Оно прыгало по стволам деревьев ломая и разбрасывая ветки. Вендор обнажил оружие и подумал, что этот бой будет не из легких. Если он вообще его переживет. Монстр кинулся на Вендора, атакуя всем телом. Уклоняться удавалось с большим трудом, не то что совершать контратаку. Создание было настолько тяжелым, что стволы гнулись под его весом. А те деревья в которые оно врезалось просто падали, словно срубленные. Вендора утомило уклоняться от чудовища. Это игра могла продолжаться бесконечно. К тому же Вендор боялся это порождение мрака, а свои страхи следует перебарывать. И он сам кинулся на монстра. Те секунды, в которые произошла жаркая схватка, Вендор не смотря на свои тренировки, запомнил плохо. Одно запомнил точно – он срубил две лапы этой твари, а потом она смела его словно снежная лавина, приплюснув к стене дома. Он утратил сознание. Очнулся он подвешенный верх ногами в доме. Перед ним стояла молодая ведьма с растрепанными волосами и в разорванном белом платье. Она держалась за бок. На лице была явная гримаса боли. В руках ее был длинный кривой нож. Вендор обнаружил, что он полностью обнажен. Ведьма замелила, что к нему вернулось сознание. Она ковыляя приблизилась к нему и хриплым, полным боли голосом сказала: « Привет еще раз милый паладин. Тебе сегодня удостоилась особая честь. Честь стать моим обедом. Ты рад? Я тоже!» Она еле подняла руку с ножом, поднесла ее к паху и слабо надавливая стала вести лезвие ножа вниз, видима пытаясь разрезать Вендору живот. Но сил у нее не хватало и она опустила руку тяжело дыша. Ведьма устало улыбнулась Вендору и сказала: « Погоди минутку голубчик. Мне надо немного отдохнуть, а потом я сразу к тебе вернусь» Она развернулась, зашаталась и упала замертво. Видимо в ведьме было уже так много от порождений тьмы

, что ранение принесенные монстру звездной сталью, оказались смертельными и для нее. Звездная сталь отравила ведьму, словно яд. Очевидно, что ведьма этого не знала, и умерла даже не осознав от чего. Вендор освободился. И решил углубиться в те записи, что оставил ему мастер. Может они помогут ему лучше сражаться с этими бестиями. И прочитав записи более внимательно, чем в первый раз Вендор открыл для себя много нового. И помощь в борьбе с детьми первородной тьмы была у него постоянно под носом. Это был белый нагрудник заряженный искрой ордена. Вендор научился активировать его, но эти активации сжигали искру, потому он очень не часто этим пользовался. Всего несколько раз во время службы в легионе. Так же Вендор узнал из записей о пророчестве, о медальоне. О знаках и предвестниках конца мира. И понял насколько серьезная миссия лежит на его плечах.

Вот такие были встречи Вендора с чудищами бездны. И они очень его пугали. Каким могло быть создание в этот раз невозможно даже представить. Но теперь он знает как пользоваться нагрудником, может это позволит ему не быть таким беспомощным перед жутким созданием?! Вендор раздумывал над этим, а генерал со свитой уже направились в сторону Гримдора. Из ступора его вывел Дилай, и они поспешили за остальными…

Реджинальд Амерзи находился в городе. Он стоял с одним из командиров своего отделения на рыночной площади, располагавшейся на третьем ярусе. Они были одеты в обычную одежду. Ничего не выдавало их службу в легионе. Таких шпионских пар, как Реджинальд и его напарник, по городу было очень много. Генерал отправил их с определенной целью. Попытаться обеспечить вход основного войска в город, в случае неудачных переговоров. Под неудачными переговорами генерал подразумевал покушение на его жизнь и жизни тех кто его сопровождает. Условным знаком для этого служил выброшенный в окошко белый платок. Потом агенты находившиеся на верхних ярусах трубят в рог, звук в котором специально механически усилен. Армия начинает штурм, а остальные агенты начинают операцию по открытию ворот для воинов легиона. Реджинальд стоял с напарником облокотившись на стену и наблюдал за окружающими людьми. Напарник, по имени Румер жевал лепешку и тоже следил за людьми. Что-то с ними было не так. Они ходили. Разговаривали. Что – то покупали. Но Реджинальд ощущал, что с ними нечто неладное. Были среди людей и такие которые пугливо, что – то приобретали и озираясь сразу удалялись с рынка. Это все было странно. А стража так вообще была как одурманенная. Она спокойно пропускала и выпускала всех, без предварительного осмотра. Реджинальд обратился к Румеру:

- Ты видишь то же, что и я? Ты замечаешь, что с этими людьми твориться не ладное? – Румер кивнул:

- Конечно! Но больше меня удивляют те, что с опаской осматриваются по сторонам. Чего они бояться, вот в чем вопрос – Реджинальд согласился:

- Ты прав. Пугливые. И стража меня также удивила. Я пронес с собой свою шпагу и хоть бы взглянули на нее – Румер хмыкнул и сказал:

- Я кинжалы протащил и все в порядке. А ты знаешь какие у меня кинжалы. Один их вид вызовет сильные опасения. А эти болваны на них даже не посмотрели. Чувствую наше дело будет плевое. Если вообще будет – Реджинальд нахмурился и ответил на это:

- А я чувствую, что это все добром не кончится. Что –то нехорошее случится и совсем скоро. Не обойтись простой стычкой с парочкой раненых и случайно убитых. Вся эта странность жителей города и охраны она…нехорошая. Нездоровая, как по мне – Румер улыбнулся с казал:

- Ты слишком серьезно к этому относишься. Честно! Намнем бока парочке охранников и растолкаем забияк. Все пройдет гладко, и легиону за это насыпят увесистую гору золота – Реджинальд посмотрел в глаза Румеру и серьезно спросил:

- Ты всерьез считаешь, что генерал собрал полный состав легиона ради усмирения простого гражданского или военного бунта? – Румер отвел глаза в сторону и неоднозначно сказал:

- Я вообще об этом стараюсь не думать… Я просто хочу вернуться к жене… - Слуха Реджинальда коснулся странный звук. Точнее этот звук был вполне привычным, но не в городе а где – нибудь на тренировках. Это был звук бряцанья тяжелых доспехов. Реджинальд обернулся в ту сторону, откуда доносился этот звук. Это было невероятно. Гном в тяжелых доспехах легкой трусцой пересекал улицу. Реджинальд ожидал всякого, но гном в доспехах на улице вражеского города? Причем гном в тяжелых доспехах легиона! Это какой –то абсурд. Как его смогла пропустить стража? Реджинальд и Румер заворожено наблюдали за гномом, не зная , что предпринять и что это значит в принципе. Однако Реджинальду гном показался знакомым, когда тот остановился передохнуть и снял шлем. Так и есть. Это Дулиф. Любимчик Вендора, хоть он вечно на него жалуется. Но, что этот сумасшедший гном делает здесь один? Он окликнул гнома:

- Дулиф! Дулиф дружище, иди-ка сюда – Дулиф не спеша и явно с неохотой подошел. Лицо у него было суровым, а глаза красными как от слез или сильного ветра. Он молча подошел и так же молча стал стоять. Реджинальд ухмыльнулся. Эти гномы такие сумасшедшие. Они словно дети. Вечно обижаются и дуются, а стоит с ними пошутить или сказать доброе слово, сразу оттаивают. Он ласково улыбнулся и спросил Дулифа:

- Скажи дружище, что ты здесь делаешь. Тебя, что Вендор послал на какое –то задание, на которое ты не хочешь идти? – Гном нахмурился и украдкой глянув на Реджинальда, спросил сиплым голосом:

- Почему вы так решили господин Амерзи? – Реджинальд и Румер усмехнулись. Реджинальд ответил:

- Ну как почему. Ты в тяжелых латах бегаешь, можно так сказать, по вражьему городу с недовольным лицом и красными глазами. О чем это говорит? О том, что ты делаешь то, что тебе не хочется. А почему ты делаешь, то что тебе не хочется? Потому, что ты выполняешь приказ. А приказ тебе может отдавать только Вендор. Соответственно Вендор послал выполнять то, что тебе очень не хочется, и это видно по тебе. Разве я не прав? – Дулиф отрицательно мотнул головой и ответил:

- При всем моем уважении к вам, господин Амерзи вы абсолютно неправы – Реджинальд изумился:

- Неужели? Тогда что ты здесь делаешь? Ты, что дезертируешь? Я старший по званию, и ты обязан доложить мне обстановку! – Дулиф поднял гордо голову и твердо сказал:

- Я никогда не убегу как трус! Я лучше перережу себе глотку, чем опозорю легион дезертирством! Хотите знать зачем я здесь? Я расскажу, но помешать вы мне не смейте! Прошу вас. Я здесь, как вы и предположили из-за своего командира Вендора Райса. НО не потому, что он мне приказал, а потому, что … он меня изгнал из отряда! – В голосе гнома чувствовалась боль. Глаза вздернулись мокрой пеленой, но он удержался, чтоб не пустить слезу. Реджинальд поднял брови и переглянулся с Румером, потом сказал:

- Вот оно, что значит… Видимо у него были весомые причины для этого. Я не припомню ни единого раза, чтоб Вендор выгонял кого-либо из своего отряда – Дулиф замотал головой и сжатыми губами проговорил:

- Нет! Это была ошибка. Я не хотел, чтоб так случилось. Я не хотел подглядывать за ним и его спутницей. Я хочу все исправить! – Реджинальд удивлялся все больше и больше. Вендор, спутница, подсматривающий гном. Что за театральное выступление? И какая спутница у Вендора если он закоренелый холостяк. Может гном болеет? Он спросил того:

- А ты ничего не путаешь, дружище? Вендор вообще-то избегает женский пол. Уж я то знаю. Это первое! А второе – как ты собираешься исправлять ситуацию посреди города? Может у тебя легкая хворь? – Дулиф посмотрел в упор на Реджинальда и сказал:

- Вы может и его друг, но многого не знаете. Я увидел, то что мне было не положено. Но это было случайно! Я не специально это сделал. И Вендор разозлился на меня за это и выгнал из своего отряда. Но я придумал, как все исправить. Вендор вместе с генералом отправились на переговоры. Я все узнал. Они уже долго в башне. Мне просто следует застать Вендора и генерала вместе. Я при всех принесу извинения Вендору и поклянусь в вечной верности легиону и Вендору, если он сможет меня простить. Вот мой план. И я прошу вас господин не препятствовать мне. Это мой единственный шанс реабилитироваться! – Реджинальд улыбнулся потирая лоб. Гномы сумасшедший народец. Если вобьют себе в голову что –то , то никак не остановишь. Реджинальд и не собирался препятствовать, однако дело было в другом. Гном просто не знал, что здесь должна будет проводится операция по открытию ворот, и он может просто не дождаться генерала и Вендора до окончания заварушки. И лучше бы пережить ее находясь в строю, а не один на один с возможным врагом. Реджинальд хотел было объяснить все это гному, однако Румер толкнул его в бок локтем и указывая в сторону башни сказал:

- Гляди, это похоже платок летит вниз – Реджинальд присмотрелся: на фоне серой стены башни мелькала белая точка. Явно это был платок, выброшенный генералом в окно. В эту же секунду раздался громкий звук горна. Пора действовать! Но вслед за горном последовал звук, похожий на колокольный. Но в отличие от обычного колокольного, этот был глубокий и тяжелый. От него мурашки бегали по спине. Реджинальд заметил, что все люди вокруг замерли. Те у кого в руках были предметы, бросили их на землю. И с людьми стали происходить страшные перемены. Казалось их кожа плывет, или под кожей у них что –то шевелится. Он поймал на себе взгляд нескольких из замерших. Глаза их были в прямом смысле налиты кровью. Лица медленно искажались в ужасающую гримасу, не естественно раскрывая рот или растягивая губы, обнажая перекошенный оскал. Реджинальд аккуратно освободил шпагу и негромко сказал гному:

- Дулиф! Одевай-ка ты свой шлем, я думаю сейчас он тебе очень понадобится -…

Генерал со свитой вошли в башню. Лакей, высокий мужчина с острым носом и гадкой улыбкой провел их по ступеням в обширный зал с высоким потолком и несколькими колоннами вдоль стен. По среди зала стоял длинный стол устеленный черной скатертью, на которой стояли всевозможные яства, питье и сладости. Вдоль стола, по обоим краям стояло по двадцать пять стульев, а во главе стола стоял большой трон. Он был настолько большим, что человек в нем казался бы ребенком. Служащий сказал, что б гости располагались за столом, а государь сейчас подойдет, и удалился. Однако генерал и свита остались на своих местах. Вид черной скатерти в обширном и светлом помещении отталкивал каждого. Что –то плохое было в этом. Что –то злое. Генерал обернувшись к свите почти шепотом сказал, чтоб были готовы ко всему, не проявляли малодушие и главное, в случае опасности организовали доступ к окну где он выкинет белый платок. Все были на стороже. Но то, что произошло дальше удивило многих. Большие створчатые двери в дальнем конце зала распахнулись и вошел пригибаясь великан. Все замерли и уставились на него. Это быль представитель племени рыжебородых великанов. Ростом он был не меньше четырех метров. Бледная, полу прозрачная кожа, сквозь которую проступали красные вены. Неестественно голубые большие глаза и огненно-рыжая борода. Все это указывало на принадлежность к своему племени. Но на этом сходства видимо и заканчивались. Рыжебородые великаны в большинстве своем были варварами. Их взгляд – это взгляд зверя. У этого же он был холодный, расчетливый и злобный. На лысой голове красовалась несоответствующее малых размеров для великана, корона, которая казалось была соткана из самой тьмы. Плотные темные клочья, словно дым или пламя срывались с зубьев короны и тут же пропадали. На плечи, словно плащ была накинута шкура создания похожего на крокодила, только панцирная кожа была абсолютно черной. Из одежды на нем были изящные расшитые золотом пурпурная рубашка с высоким воротом и брюки. Грудь была увешана различными амулетами и талисманами, среди которых бы и человеческий череп, и череп существа с двумя рогами, и ослепительно горящий красный камень. На указательных пальцах обеих рук красовались массивные перстни с голубым и прозрачным камнем. Ноги гиганта были обуты в каменные сапоги, дивным образом сгибавшиеся при ходьбе. В правой руке была каменная трость, а на плече сидело существо похожее на черного ворона, только намного больших размеров со светящимися красными глазами. Великан окинул взором прибывшую делегацию и медленно улыбнулся. Он не спеша стал к ним приближаться, гулко чеканя шаги по полу каменными подошвами. Он неспешно умостился на огромный трон, шмыгнув носом и также улыбаясь обратился гулким басом к прибывшим:

- Здравствуйте милые гости. Я рад, что вы зашли в такой замечательный для меня день. Сегодня мы с вами будем праздновать пришествие рая на эту несовершенную землю. Присаживайтесь за стол, коль зашли – Все стояли в оцепенении и ждали чего –то ужасного. А Вендор все ждал появления порождения бездны мрака. Корона на голове великана очень походила, как ему казалось на предмет из того кошмарного мира. Но сильнее всех удивил своих сослуживцев генерал. Он хлопнул в ладоши, потер их и сказал:

- Замечательно! Я то думал нас тут с копьями и мечами встречать будут, а тут такой пир. Я пока к вам шел почувствовал, что в горло пересохло. Очень хочу приятных напитков, разрешите? – это он обратился к великану. Казалось сам великан ненадолго опешил и неуверенно ответил:

- Бери…пей – Генерал улыбаясь кивнул и подойдя к столу взял изящный графин и налил себе полный золоченый бокал. Он выпил его залпом и причмокнул от удовольствия. Потом посмотрел на свою свиту и удивленно произнес:

- Чего вы там стоите? Проходите к столу. Добродушный хозяин нас приглашает за трапезу, негоже отказывать. Ну же! Это приказ! – Все стали неуверенно подходить к столу, и снимая шлемы и рукавицы размещаться за столом. Великан нахмурив брови молча наблюдал эту картину, а потом расхохотался на весь зал и сказал, глядя на генерала:

- Вы люди и эльфы не перестаете меня удивлять. Признаюсь, я ожидал иной реакции. Я предполагал, что вы будете скованны в своих действиях и разговорах. И подготовил речь на этот случай. Но чтоб вот вы всерьез сели за стол. Даже и предположить не мог. Повеселили меня. Я так давно не смеялся, молодцы! – Генерал разместился на стуле ближе всех к великану, и очищая апельсин ответил:

- Знаете, уважаемый господин, я воспитанный человек. И если приглашают к толу, то это вершина неуважения к хозяину отказаться. Особенно если стол так великолепно и великодушно накрыт – Великан хмыкнул и казал:

- Что ж раз так, то и я вкушу трапезу с вами, генерал – Великан протянулся и взял со стола разу двух молодых поджаренных поросенка с яблоками в пастях. Он закинул одного поросенка в свой большой рот и стал неспешно его жевать. Генерал запихнул себе в рот половину апельсина и посмотрев на свою свиту недовольным голосом сказал:

- А что вы сидите сами не свои? Сейчас же приступить к приему пиши! Это приказ - Дилай сидел возле Вендора. Он наклонился к нему и тихо сказал:

- Это безумие! Похоже генерал сбрендил – Но Вендор его почти не слушал. Он автоматически одновременно ел виноград и свинину, осматривая углы в поисках зверя бездны. А генерал тем временем, сам взяв ножку птицы в одну руку и бокал с соком в другую продолжил беседу с великаном таким тоном, словно это был не ужасающий громила, а какой –нибудь его товарищ:

- Так вы меня знаете? Как приятно. Мне очень приятно, что слава легиона идет впереди него, словно боевой штандарт. Вы так не считаете? – Великан пожал плечами, и закинув второго поросенка ответил:

- У каждого по разному генерал. Я больше люблю находится в тени, и появляться в самый решающий и победоносный момент – Генерал кивнул в ответ налил себе еще бокал и поднявшись сказал:

- Из ваших слов, я понял, что сегодня какой –то праздник для вас? Так давайте выпьем за него эти прекрасные напитки – Он с укоризной посмотрел на свою свиту. Все так же наполнили себе бокалы и выпили их стоя. Великан усмехнулся, и сказал:

- Тогда и я тоже выпью. Нагнали вы генерал на меня аппетит! – Он взял сразу четыре кувшина с жидкостями и выпил их одновременно. Генерал сел на свое место, и продолжив поглощать птицу снова обратился к великану:

- Вы извините за бестактность, однако я не расслышал вашего имени когда вы вошли. Мое же вы уже знаете – Великан поднял бровь и надменно сказал:

- Мое имя ничего вам не скажет генерал. Пока…Но если вам действительно интересно я скажу его. Арсул Тармун! – Генерал улыбнулся и ответил:

- Великолепно! Будем знакомы Арсул. У вас очень яркое и запоминающиеся имя, могу вам заметить – Великан приподнял голову и гордо сказал:

- Оно состоит из имен моего деда и прадеда - великих чародеев снежных вершин. Я совместил в себе силы их обоих! – Генерал восхищенно глядя на великана изумился:

- Невероятно! Так вы знакомы с магическими дисциплинами? Прошу простить меня, однако вы достаточно сильно отличаетесь от своих соплеменников, коих мне довилось неоднократно повидать – Великан недовольно фыркнул и ответил:

- Эти безмозглые животные мне больше не братья. Они порабощены пучиной невежества и звериного мышления. Они не в состоянии познать истину бытия. Они не такие как я. А я не такой как они. Внешне может еще схожи, но этому быть не долго… - И великан снова потянулся за пищей. Генерал понимающе кивнул и спросил:

- Я так понимаю, что нынешним правителем города являетесь вы Арсул? - Тот кивнул и небрежно ответил:

- Конечно! Это же очевидно генерал! – Генерал подняв в извиняющийся позиции брови кивнул. Отхлебнул глоток из бокала и снова спросил:

- Так поделитесь с нами, какой же такой замечательный праздник собрал нас всех за этим чудесным столом? – Великан вытер ладонью рот и ответил:

- Это я сделаю сегодня всем праздник. Праздник пришествия рая – Сказав это, он снова потянулся за пищей. И когда он открыл рот, чтоб закинуть в него очередную порцию, то его лицо стало меняться. Он на секунду застыл с раскрытым ртом. Потом закрыл его и злобно прищурившись уставился на генерала. Великан отшвырнул пищу на стол. Она перевернула кувшины с жидкостью и некоторые блюда с яствами. Все, кроме генерала прекратили есть. Каждый ощущал как нарастало напряжение с каждой секундой. А генерал продолжал есть, словно беседа и не прерывалась. Велика злобно улыбнулся и сказал:

- А ты хорош Алтан Грендер. Меня предупреждали о твоей способности располагать к себе любого. Я думал, что не попадусь на твою удочку. Однако попался. Ты хорош. Еще немного я бы все начал тебе вылаживать, словно на блюдечке икру. В присутствие твоих солдат. Я восхищен- Генерал добродушно посмотрел на великана и сказал:

- Ты слишком нервный Арсул. Мы с тобой просто беседовали. Нет ничего плохого в том, чтоб поделиться друг с другом своими планами и желаниями во время застолья. Разве нет? – Великан хлопнул ладонью по периллу кресла и сказал:

- Хватит! Мы наговорились. Однако, я все же утолю твое любопытство. Ведь тебя это сюда привело. Ни деньги, ни слава, а любопытство. Я знаю. Отлично знаю, что такое любопытство и куда оно может завести. В какие темные уголки этой земли. Скажи ты же хочешь услышать почему я здесь? Почему пропадали люди и целые деревни? Почему столько смертей? Почему люди и эльфы возвращались несколько иными? Хочешь? – Генерал поудобнее разместился на стуле, взял бокал с соком и улыбнувшись сказал:

- Конечно хочу! Это наконец лишит кучу проблем и мои бессонные ночи закончатся. Валяй Арсул. Расскажи все как на духу! – Великан скривился в гримасе отвращения но ответил:

- Хорошо! Я – предвестник будущих перемен на всей этой земле! Я принесу в этот мир рай! Корона на моей голове – это ключ к вратам за которыми находится рай для всех. Когда я призову сюда рай все станут прекрасными. Не будет больше ни зла, ни добра. Все станут прекрасными и позабудут о всяких мелочах терзающих их души. Почему я обосновался здесь, в Гримдоре? Потому, что здесь сильнейший энергетический разлом, прямо под башней. Так мне будет проще провести ритуал открытия ворот для рая. Почему были пропажи? Потому, что экспериментировал с каждым кого мне приносили, чтоб узнать насколько он станет прекрасным от легкого соприкосновения с раем. И результаты меня впечатлили. Почему пропали отряды и комиссии расследовавшие пропажи жителей? Потому, что я призвал себе в помощь множество отвратительных созданий, которые с удовольствием лакомятся живой плотью на ужин. Почему… - Генерал подняв указательный палец, прервал великана. Генерал от души чхнул. Вынул из - под доспехов белый большой платок и извинившись высморкался в него. Потом стал осматриваться по сторонам, видимо пытаясь увидеть куда выкинуть платок. Обернулся, и указывая пальцем на окно сказал негромко великану:

- Я выкину его ладно? – Но великан не слушал генерала. Лицо его было искажено и он продолжил:

- Почему я все это тебе рассказываю? Почему я исполняю твое желание? Потому, что оно последнее! Ни ты ни твои люди от сюда живыми не выйдут. Я надеялся, что твой легион прибудет сюда. И ты прибыл, и пришел сам в капкан. Твой седьмой легион был для меня последней преградой, перед достижением великой цели. Но теперь уже нет. Что ты скажешь на это…генерал? – Белый платок стал лететь неспешно вниз, вдоль стены. А генерал развернувшись ответил:

- Скажу, что не пойму где же меня просквозило. И главное когда? Еще вчера я чувствовал себя отлично. А вот сегодня уже и насморк есть…- Великан еще сильней скривился и сказал сквозь зубы:

- Это твои последние шутки. Ты умрешь сегодня точно не от простуды! – Генерал в свою очередь также скривился и недовольным тоном сказал:

- Что –то мне такая беседа уже не по душе! Вставайте ребята, мы уходим – Великан резко поднял трость, которая загорелась ярким оранжевым огнем, и ударил ею по столу. Тот разлетелся, разбросав некоторых людей, которые не успели встать, в стороны. Великан закричал :

- Ты никуда не уйдешь! – В этот момент через окно послышался звук горна. Птица похожая на ворона взмыла в воздух и вылетела в окно. В этот же миг послышались протяжные и тяжелые колокольные звоны. Птица залетела обратно и уселась снова на плечо. Великан злорадно усмехнулся и сказал:

- Ты думал, что все рассчитал? Послать агентов и шпионов в город. Подвести армию максимально близко к городским стенам. Начать штурм, подав условный сигнал, а самому с отрядом лучших бойцов захватить или убить вражеского лидера? Ха! У меня для тебя есть маленький сюрприз. Я экспериментировал не только с выкраденными жителями ближайших деревень и поселений. Экспериментам подвергался почти каждый житель Гримдора. Почти каждый из них – уже прекрасный. Они будут очень рады встретить твою несчастную армию. К тому же ты привел с собой паладина. И не удивляйся. Я знаю как ощущать поборников предвечного зла. Это был правильный ход. Мало кто сравниться с паладином в скорости и ловкости. Однако, что он сможет сделать со зверем бездны? Созданием настоящей тьмы? Ха-ха! И пока этот монстр, которым я управляю, будет расправляться с паладином, мои слуги расправятся с тобой и твоими людьми генерал! - Вендор похолодел внутри, услышав эти слова. И вслед за этим он почувствовал, что в зале уже появилось существо, которое является ребенком извечной тьмы. Но откуда оно покажется Вендор предугадать не мог. Свита генерала обнажила оружие. Маги сконцентрировавшись ждали команды. Все смотрели на генерала. Алтан Грендер же сжигал глазами великана, который издевательски улыбаясь поднялся с трона и отступил от него, и стукнул горящей тростью об пол. Зал стал заполнятся людьми с черной и белой кожей в странных одеждах. В страшных доспехах, с клинками в руках с которых капала красная и синяя жидкости. С чудовищными масками вместо шлемов. Были среди них и наемные убийцы общества Серой Тьмы в кожаных доспехах из серой кожи в черных капюшонах – самые кровожадные убийцы из всех. Они долго мучили свою жертву, прежде чем она уходила в мир иной. Генерал наблюдал за тем как комната заполнилась самыми ужасными отбросами жизни которые только можно придумать. Она наполнилась теми, против кого он еще в молодости поклялся на могиле отца, что будет бороться всеми возможными способами. Лицо его скривилась от отвращения. Не такой исход событий он предполагал. Хуже, но следует выходить из ситуации. Он надел свой шлем и громко, заглушая крики и свист чудовищной толпы убийц прокричал своей свите:

- Слушай мою команду, бойцы – пленных не брать! За мной! – И ужасное колесо войны закружилось! В полчище мерзости заполнившее комнату полетели молнии и огни посылаемые магами. Клинки и копья, словно солнечные лучи пронизывающие тьму, продевали тела своих врагов с неуловимой точностью и умением. Зал заполнился криками, рычанием, стонами и ужасный групповым танцем смерти, над которым возвышался великан и смеялся, жутким басом. Все ринулись в бой, кроме Вендора. Он ждал своего врага. Он чувствовал его и ждал, когда тот появиться. Все в груди кипело. Доспех гудел внутри и пульсировал изнутри светлым вспышками. И Вендор заметил его… Оно возвышалось над сражающейся толпой и смотрело прямо на Вендора. Он чувствовал на себе этот тяжелый взгляд из –под капюшона, страшных глаз потустороннего создания. Вендор смотрел на создание, оно на него. Что сокрыто под мантией с капюшоном? Какой ужас призвал этот мерзкий великан? На это Вендор получил ответ. Вот это существо стояло в беснующейся толпе, и в следующий момент оно уже почти приблизилось к Вендору. Но и он уже не был юнцом, в первый раз встретившимся с монстром. Он успел увидеть маневр этого создания, и отклонился в сторону, обнажив клинок. Огромные, словно мечи черные когти со свистом расписали воздух в том месте где он только, что стоял и высекли искры задев каменный пол. Мантия, снова закрылась, сохранив тело чудища невидимым. Только горящие черные глаза яростно смотрели на Вендора. В его голове послышался гадкий шипящий голос: « Не сопротивляйся, паладин. Ты не сможешь от нас уйти. Покорись судьбе и отдай нам свою душу и тело ». Вендору было противно также мысленно отвечать этому монстру и он сказал словами:

- Покориться? Такой мерзости как ты? Нет уж извини. А твоего брата я уже повидал достаточно, и до сих пор живой. И что –то мне подсказывает, что и в этот раз останусь жив. А вот тебе не уйти от моего возмездия! Таким как ты не место на этой земле. Я изгоню тебя в туже дыру, откуда ты выполз! – В голове снова послышался голос. Теперь оно смеялось, а потом сказало: « Сколько мы слышали эти слова. Скольких паладинов мы вкусили в свое время. И теперь, за долгие года мы снова вкусим паладинову душу» Вендор усмехнулся и ответил:

- За долгие года говоришь? Так ты, или вы там старые наверно уже как гнилые кости. Смотрите не рассыпьтесь когда драться будем! – На это создание ничего не ответило, но атаковало в ответ. Из под распахнувшейся мантии на Вендора полетели и огромные когти, и длинные хвосты и ужасная зубатая пасть. Это было похоже в самом деле на атаку нескольких существ одновременно. Страх частично оставил Вендора. Он смог отбить эту атаку и кувырком уйти в сторону, но заметил, что коготь распанахал плечевой доспех, словно бумагу и задел плоть, из-за чего по руке бежала кровь. Настало время применить ту силу которая была в нагрудном доспехе. Согласно записям оставленным мастером, применение этой силы тратит искру, но выбора не было. Вендор закрыл глаза и мысленно настроился на нагрудник. Он расставил руки в стороны. Вендор почувствовал, что готов и дал мысленную команду раскрыться полному доспеху паладина. Его окутала зыбкая золотистая аура. Порождение тьмы налетело на нее, но не смогло пробить. Оно ревело. Грызло зубами, царапало когтями, било ужасными семипалыми руками, но не в силах было пробить. А тело Вендора окутали золотисто-голубые нити. Старый доспех, что сидел на нем, распался на кусочки, разрезанный этими нитями. А они все уплотнялись и вскоре тали приобретать форму необычайно красивейшего белоснежного доспеха с голубыми прожилками. Голову венчал великолепный шлем, из которого, возвышались два белоснежных крыла, словно живой птицы. Вместо отверстий для глаз узкая синяя полоска, а за спиной полупрозрачный красный плащ. Клинок Вендора засиял синей аурой. Окутавший Вендора доспех полностью закрывал его тело, позволял двигаться беспрепятственно, увеличивая все способности в несколько раз. При помощи этого доспеха Вендор и надеялся победить жуткое порождение тьмы. Аура спала, и Вендор молниеносно схватил создание одной рукой и приподняв швырнул в стену. Но успел отметить, что даже в костюме он ощутил насколько оно тяжелое. И в самом деле, удар в стену был подобен тарану. Полетела пыль со стены и треснули камни. Но создание не собиралось здаваться так просто. Оно только врезалось в стену, и в туже секунду оттолкнулось от этой же стены и полетело обратно в сторону Вендора, и смело его. Они вместе кубарем укатились в воюющую топу, подминая под собой сражающихся. Меч Вендор от такого удара выронил. Удар был чудовищный, но доспех почти погасил его. Они крутились на полу с монстром нанося друг другу тяжелейшие и почти невидимые человеческому глазу удары. Монстр широко размахивая когтями смертельно задевал что своих союзников, что свиту генерала. Некоторые их павших от глубокого пореза когтя, даже не поняли кто нанес рану. Неожиданно монстр пронзительно заверещал. Поднялся на ноги, захватив за плечи Вендора и несколько раз ударил, что есть силы об пол. Монстр бил Вендора прилаживая столько усилий, что аж подпрыгивал. Вендор вырвался из цепкой хватки, и пошатываясь отошел в сторону. Монстр не собирался давать передышку. Он уперся на хвосты и нанес по Вендору, удар той частью тела, что возможно была ногами. Тот улетел, словно небрежно брошенная тряпка в колонну. Не успел Вендор коснуться камней, чудище было уже возле него. Но Вендор не собирался также ждать, когда это создание разобьет его доспех, словно ореховую скорлупу. Только создание появилось перед ним, он нанес ему серию из тяжелейших ударов в корпус и то, что могло быть головой под капюшоном. Один из сложенных когтей треснул. Создание осело. Вендор схватился за треснувший коготь, вытащил его и ударом локтя отбил. Потом развернул и вогнал его, словно лезвие клинка в тело создания. Оно закричало почти человеческим голосом. Две руки сложенные замком, высунулись из под мантии и ударили Вендора прямо по шлему, обломив одно из крыльев. Вендор был ошеломлен ударом. Он отступил назад и упершись спиной в колонну съехал по ней . А существо продолжало рычать и кричать, катаясь по полу, разбрызгивая черно – зеленую кровь. Вендор не имел права просто сидеть под колонной, упершись в нее спиной. Он упираясь о нее рукой приподнялся, и направился слегка пошатываясь к созданию. Не было сил уже двигаться с нечеловеческой скоростью. Но оставались силы просто избить чудище до смерти. Он приблизился к созданию. Оно высунуло свою руку и схватило Вендора за шлем. Вендор сам зарычав выкрутил чудовищную руку на максимальный изгиб, и резко присев сломал ее об колено. Существо взвыло, а Вендор снова навис над ним и стал наносись тяжелейшие удары по корчащемуся созданию руками и ногами. С каждым ударом в теле монстра что –то хрустело и ломалось, а его вой и рычание становились тише и захлебывались. Вот оно и умолкло! Вендор остановился, тяжело дыша. Он поднял голову, и увидел, что стоит на против открытого окна в которое светит кровавое солнце. Он подумал, что сбросить тело этого чудища с высоты будет отличной идеей. Вендор схватил создание. Оно весило очень много. Вендор еле дотащил его к окну. Теперь он знал – даже паладины устают. Он сделал последний рывок, и жуткое, тяжелое тело нырнуло за окно, полетев далеко –далеко вниз. Вендор перегнулся через край окна и успел увидеть, как тело монстра, ударилось далеко внизу об каменную мостовую и расплылось словно клякса. Но так же Вендор был свидетелем ужасной картины разыгравшейся в городе под башней. Всюду пожары. Доносящееся нечеловеческое рычание огромного количества жутких глоток. И сражающиеся солдаты легиона, в городе с монстрами в которых превратились жители Гримдора. Где лучники стояли на горящей крыше и уже короткими мечами отбивались от ползущих к ним монстров. Где боевые технокаты отстреливались от бегущей и ревущей страшной толпы, где отряд тяжелых штурмовых пехотинцев теснился огромной толпой мерзких созданий – недавних жителей Гримдора. А вот и дом взорвался, а вот и еще один! Это ужасная картина. Вендор от неожиданности не мог от нее оторвать взгляда…

Дилай стал свидетелем как Вендор превратился в рыцаря в белоснежных сияющих доспехах. Теперь он понял, почему Вендору дали клич «Белый Лев». Но почему он никогда не рассказывал об этом? Ведь они знают друг друга не один год. Видимо на это были свои причины. Дилай был впечатлен. И как его друг сражался с неописуемым чудищем, это было восхитительно. Но долго наблюдать за этой картиной не приходилось. Он понял, что достаточно четко прицелиться в создание, которое сражалось с Вендором не получиться – слишком оно было быстрое. Оставалось сжигать остальных. Плащ был и щитом и броней, вражеские клинки, дротики и магическое пламя просто разбивались об него. Ничто не могло его пробить, однако вот просто в наглую теснить Дилая очень даже получалось. Он сжег кривой ярко –голубой молнией уже как минимум пятерых. От них на полу лежали лишь дымящиеся скорченные останки. Но остальных это не волновало и не пугало. Они словно бешенные псы напирали на Дилая и свиту генерала. Вот его прижали к колоне и сбили с ног, но возле оказался генерал. Он одним движением снес голову чернокожему войну и помог подняться Дилаю. В следующий миг новая волна напирающих разъединила их с генералом. Он оказался почти рядом с великаном, и через окружающий гомон услышал его слова:

- Выпускай всех! Этих я вижу маловато, даже тварь бездны не может справиться с паладином. Сейчас же открывай все темницы! – Этот приказ был обращен к высокой фигуре в черной мантии с капюшоном, накинутым на голову. Эта фигура обеспокоенно ответила:

- Всех, господин? Даже Альтари? Они ведь очень нестабильны – могут убивать и своих и чужаков – Великан гневно стукнул горящей оранжевым пламенем тростью по полу и вскрикнул:

- Я что тебе сказал! Наплевать мне на всех Сугул! Следует начинать ритуал и сейчас же! Все идет как я задумал. Очень много боли, очень много крови и загубленных душ. Если я сейчас пропущу время открытия ворот, рай никогда не войдет в это измерение! Сейчас же выпускай все наши эксперименты, и следи чтоб никто меня не тревожил. Я начинаю ритуал, и никто не должен проникнуть в лабораторию пока я буду поглощать жертв. Слышишь Сугул? Поплатишься своим мертвым телом. Оживлю и снова убью! – Тот к кому обращался великан повернулся к двум бледным эльфам и что –то негромко им сказал. Они кивнули и убегая покинули зал. О чем шла речь было не совсем понятно, однако ничего хорошего в ней не было это точно. Великан развернулся и направился к двери намереваясь покинуть зал. Дилай не мог позволить этому случиться. Он отталкивал и бил ближайших врагов, пытаясь достаточно приблизиться к великану, чтоб ударить молнией. Он почти выбрался на хорошую позицию и направив скипетр великану в спину пустил сильнейший аккумулированный разряд искривленной молнии, рвущей пространство с громким треском. Но произошла непредвиденная вещь. Слуга великана в черной мантии успел сбить Дилая с ног. Смертельный разряд очертил дугу над головой великана оплавив и взорвав некоторые камни. Тот удивленно обернулся, и увидев лежащего на земле Дилая язвительно улыбнулся, помахал ему шутливо пальцами, словно прощаясь с товарищем и захлопнул за собой массивные двери. Послышался звук затворяющегося огромного засова. Проклятье! Дилай был вне себя от ярости. Он ужасно не любил промахиваться. Он поднялся на ноги. Скипетр испускал в разные стороны сильнейшие дуговые разряды аккумулированной электроэнергии. Дилай смотрел на того, кто помешал ему исправить всю сложившуюся ситуацию одним махом. Дилай хотел накопить достаточно заряда, чтоб от мерзавца не осталось и следа. Неожиданно на Дилая выскочил один из серых убийц. Дилай направил в его сторону скипетр и пустил небольшую молнию. Того от удара унесло на несколько метров в сторону и уже бездыханное тело, еще несколько раз кувыркнулось по полу. За спиной Дилая диск солнца зашел за горизонт, осветив зал угасающим кровавым заревом. Слуга великана сбросил с себя мантию. Это был худой и бледный человек с длинными седыми волосами. Он был бледен, словно труп. Глаза его были словно угли. Они отблескивали злобными огоньками. И он заговорил, обращаясь к Дилаю:

- Наконец это ненавистное солнце зашло! Теперь я могу начать питаться. И ты ряженый маг будешь моим первым блюдом на ужин – Он расставил руки в стороны. Из его пальцев выросли длинные когти. Рот неестественно широко раскрылся, как у змеи, обнажив четыре длинных клыка, по двое снизу и с верху. И под конец этот монстр еще и взмыл невысоко над землей. Дилай был шокирован: неужели это настоящий вампир? Вампир из каких то сказок вдруг ожил. Боги сколько же в этом гадком городе собрано всякого рода мерзости! Но вампир это или нет, он будет скоро жареным куском мяса! Дилай направил на него скипетр. Вампир засмеялся и сказал:

- Глупец! Меня нельзя убить! – Делай хладнокровно ответил:

- Это мы сейчас посмотрим. Готов поспорить, что ты еще не встречался с разрядом молнии в пять раз мощнее небесного! – Вампир несколько озадачено посмотрел на Дилая, а тот пустил в него весь накопленный потенциал ужасающей молнии, которая словно взрыв громыхнула в пространстве. Вампира пришлепнуло, словно муху к стене, и он стал не просто гореть, а испаряться, как и предполагал Дилай. Вампир жутко кричал, а маг продолжал жарить его молнией. Вскоре чудище умолкло, и Дилай прекратил испускать молнию, опасаясь разрушения скипетра. На землю, вместо вампира пала обожженная дымящаяся грудная клетка, с таким же черепом. Дилай пошел и раздавил череп ногой. В этот момент к Дилаю приблизился генерал в окровавленных доспехах. Он спросил его:

- Где пропал великан? Он же только, что был здесь? – Дилай с некой долей вины в голосе ответил:

- Я упустил его! Он закрылся за этой дверью. Я успел услышать, что он планирует сотворить некий магический ритуал, пока мы тут сражаемся – генерал отрицательно покачал головой и сказал:

- Мы должны его остановить. Какой бы это ритуал не был, добра он точно не принесет! – Дилай кивнул, и молча развернувшись направил смертоносный разряд молнии прямо в дверь. Дерево горело и плавилось. Металлические части двери раскаленными каплями стекали на пол. К Дилаю присоединился еще один маг. Он создавал в пространстве морозящее облако. Его он и направил на дверь. Но ничего не действовало. Дверь хорошо выполняла свою обязанность – не впускать нежелательных для хозяина гостей. Генерал подбадривал магов, но видел, что из этой затеи ничего путного не будет. Отряд головорезов натравленный великаном был почти истреблен. Из пятидесяти членов свиты на ногах осталось не больше двадцати трех. К генералу приблизился Вендор. Он обратился к нему:

-Разрешите я попробую? – Генерал кивнул. Вендор разбежался и врезался в дверь. Удар был сильный, но не достаточно. Вендор стал бить кулаками дерево. Крупные щепки летели в сторону, но дверь была сделана на славу. Вендор не смог ее разбить, хоть и приложил максимально усилий. Он даже…устал ее колошматить. Он становился и тяжело дыша, ответил:

-Ничего не выходит…- Генерал снова качнул головой, и сказал:

- Скверны дела ребята. Дверь взрывать надо…- Словно дожидаясь этих слов, за их спинами раздался оглушающий взрыв. Створки высоких дверей вместе с камнями и петлями влетели внутрь. Сквозь образовавшееся облако пыли и наступивших сумерек, в зал въехали два техноката, переполненные войнами, с мортирами на борту. С одного из технокатов соскочил , улыбаясь Реджинальд Амерзи и продев насквозь ближайшего врага, которым оказался серый убийца громко и радостно сказал:

- А вот и кавалерия подоспела, господа! Не ждали, я думаю уже? А мы о вас не забыли – За ним следом шел весь в крови гном Дулиф Грум. Генерал почти подпрыгнул от радости. Это было прекрасный шанс взорвать ненавистную дверь .Он в ответ закричал:

- Реджинальд, голубчик! Ты не представляешь как ты вовремя. Бегом кати сюда свои технокаты и взорви ко всем собачьим демонам эту дверь! – Реджинальд не за этим сюда приехал. Он надеялся спасти генерала, и тех кто окажется в живых, и отступать. А оказалось, что генерал и не собирался сдавать позиции. Реджинальд неуверенно замялся и ответил:

- Но генерал… Там твориться такое…Нам следует отступать – Генерал нахмурился ответил в ответ:

- Тебе, что от взрыва голову повредило? Забыл кто твой генерал? Взорви эту дверь! Это приказ! – В этот момент в зал вбежала Фрая вместе с двадцатью своими верными лучницами. Дилай увидев ее, поспешил к ней на встречу, однако она остановила его жестом и обратилась к генералу:

- Главнокомандующий, разрешите доложить? – Тот кивнул и несдержанно ответил:

- Докладывай, только быстрее Фрая! – Она затараторила:

-Многие жители города превратились в чудовищ, которые пожирают и наших людей и тех кто остался не превращенным. Мы отбиваемся и перегруппировываемся постоянно, но без ваших приказов у нас связаны руки. Что приказываете? Отступать или…? – Генерал прищурил глаза и почесав подбородок спросил:

-И много жителей стали этими …монстрами? –

Она кивнула и ответила:

- Да! Почти все! Включая детей и стариков – Алтан повторил последние слова:

- Детей и стариков… Мой приказ таков Фрая…Разнесите наконец это проклятое змеиное гнездо, некогда называвшиеся Гримдором в пух и прах! Выполняйте! – Фрая еле сдерживала радость. Она сжала крепче лук, улыбнулась и в полголоса сама себе сказала « Мирара, ты будешь отомщена!», а потом и генералу:

- Так точно! Слушаюсь выполнять! – И с этими словами она и ее лучницы покинули зал. Генерал вопросительно, и почти гневно снова посмотрел на Реджинальда и спросил:

- Чего ты там стоишь? Ты будешь взрывать эту проклятую дверь или нет? – Реджинальд резко развернулся лицом к технокатам и выкрикнул:

- Анну ребята заряжай. Да такие, чтоб по всей земле громыхнуло! – Уцелевшие из свиты генерала оттащили подальше тела своих погибших сослуживцев. Технокаты подъехали немного ближе. Тяжелые короткоствольные мортиры были отрегулированы так, чтоб заряды ударили прямо в дверь. В этот момент за дверью послышался негромкий хлопок и зал слегка вздрогнул. Генерал закричал, в преддверии чего -то ужасного:

- Пли, чтоб вас разорвало! - Реджинальд продублировал команду:

- Прямой наводкой по двери – огонь! – мортиры оглушительно хлопнули и раскаленные , оранжевые заряды полетели в дверь. Только они коснулись дерева раздались один за другим два громоподобных взрыва. Многих повалило наземь от ударной волны. Тела врагов сгребло в несколько куч, словно листья метлой. В наступившей тьме зал заполнился пылью и запахом горелого. Но дверь явно была разрушена. Генерал понял это сразу. С той стороны где совсем недавно находилась неприступная преграда излучался яркий оранжевый свет, резко сменяемый кроваво алым и исходил странный звук, словно некое невероятных размеров создание кричит где то вдалеке. Медлить было нельзя! Генерал обнажил клинок и с криком :

- В бой! – ринулся на встречу неизвестному. Его свита, включая тех кто сидел на технокате также помчали за своим лидером. В образовавшуюся от взрыва дыру вбежали генерал, Дилай, Реджинальд и еще несколько эльфов и гномов. Они стали свидетелями ужасающей картины. Великан чудовищно деформировался. Он словно пузырь раздулся на половину помещения, цепляясь за стены и потолок длинными щупальцами с когтями. И это огромное тело все истекало слизью и содрогалось. Из того, что некогда было великаном осталась лишь голова с короной, из которой в потолок, словно струя густого дыма сочилась клубящаяся тьма, создавая темное облако. А за спиной этого уродца разрасталось некое подобие портала, которое и сверкало то оранжевым, то алым светом. Из этого портала и доносился отвратительный крик чего - то огромного. Возле ужасного тела великана лежали обнаженные подростки обоих полов. Из тела протянулась длинная костяная рука, схватила кричащего юношу и затянула в ужасную бесформенность. Сквозь мерзкую плоть было видно, как юноша борется за свою жизнь, отчаянно двигая руками и ногами. Но вскоре он прекратил движения. Великан отрыгнулся и ехидно улыбнулся, глядя прямо на генерала. Тот вскрикнул, подняв клинок:

- Теперь ты тварь умрешь! Мы лишим землю такого бремя как ты! –

Великан усмехнулся и ответил:

-Слишком поздно! Я начал ритуал прихода рая. Он необратим! Не переживайте так генерал скоро все кончится и мы все окажемся в раю! К тому же рай каждый раз приходит разный! Насколько я слышу в этот раз он будет чем-то ооочень большим. И это прекрасно. Сядьте и расслабьтесь генерал. Скоро вы и ваши люди станете прекрасными, как все жители этого города. А потом наступит рай на земле ха-ха-ха! – Генерал скривился и ответил:

- Смерть для тебя будет неотвратимой, выродок демонов! – и кинулся на великана…

Вендор искал свой клинок. И когда нашел хотел присоединиться к остальным, чтоб положить конец злодеяниям ужасного великана. Он только направился в нужную сторону, как вдруг его сбило словно тараном что-то в сторону. Он улетел в колону. Ударился об нее но тут же вскинулся на ноги. Что это было? Еще одна тварь бездны? Но он не чувствовал ее… И он увидел какой силой был сбит. Это были…Альтари! Трое Альтари мужского пола, без шлемов, но в боевых костюмах. Они парили в воздухе махая крыльями, освещаясь красной аурой. Но сними было явно что-то не так. Их лица были ужасно искривленными. Глаза на щеках, зубы на подбородке. Рог из лба. А у одного из них казалось нижняя челюсть поменяна местами с верхней. Альтари были ужасны. Такого Вендор не ожидал. А их глаза! Они были безумны. Эти Альтари были…злом. Но как же так? Но размышлять об этом было некогда. Двое Альтари кинулись на Вендора. Скорость их перемещения была также стремительна как и у порождения бездны. Он еле успел увернуться от одного. Второй подхватил его и пытался раскусить шлем, рыча и неистово стуча зубами по нему. Вендор слышал, как скрипят сверхпрочные зубы создания звезд по его шлему, и это было ужасно. Он всадил клинок по рукоять ему в пах. Альтари выронил Вендора, но до земли он долететь не успел. Двое других подхватили Вендора за голову и ноги, и стали кружить в бешеной карусели а потом зашвырнули в стену. Удар был сильнейший. Вендор выбил камень из стены, и ему показалось, что костюм дал трещину. Он упал лицом в пол, и ощутил, как ему на спину приземлились Альтари. Они схватились за части доспеха и стали их тянуть. Вендор понимал, что если они сорвут хоть одну секцию доспеха –он уже не жилец. И тут же он ощутил, как Альтари смело с его спины нечто сильное. Вендор поднялся и увидел… Сатри. Она, охваченная желтой боевой аурой, в сияющих доспехах, в шлеме и с огненной плетью в руках парила в воздухе, являясь преградой между ним и тремя ужасными Альтари. Она пришла, чтоб спасти его! Спасти свою любовь. Альтари не признали свою соплеменницу, и с таким же ревом кинулись на нее. Она молниеносно нанесла удары ногами и рукой по одному из Альтари. Тот камнем вниз упал на пол. И тут же хотел подняться. Но Вендор не дал этому произойти. Он также нанес серию из пяти ударов в корпус и голову Альтари, оглушив того. А потом подняв левой рукой, поддел насквозь грудь своим клинком несколько раз. Господь милосердный! Убивать Альтари –это ужасно. А убивать ужасных Альтари –это вообще худший кошмар паладина. И это выпало на долю Вендора. Он думал, что нет ничего хуже разрушения ордена. Оказалось, что есть – это собственноручное умерщвление детей звезд. Сатри, в воздухе ловко уворачиваясь от атак своих собратьев, одного схватив за голову отправила в стену, а второго паласнула огненным кнутом, разрезав напополам.. Последний, оттолкнулся от стены снова полетел к ней, но она накинула хлыст тому на шею и отдернула на себя. Голова Альтари улетела во тьму открытого окна. Тело неподвижно упало на холодные камни. Сатри спустилась к Вендору, тот снял шлем и поспешил к ней. Она так же сняла шлем, и улыбнувшись сказала:

- Милый мой Вендор. Тебя и на минутку оставить одного нельзя. В такую передрягу вляпался – Однако Вендор беспокоился о Сатри. Он обеспокоенно сказал:

- Сатри любимая, тебя же могут увидеть! Тебе небезопасно здесь находится! К тому же эти обезумевшие Альтари еще могут быть поблизости – Сатри отрицательно покачала головой и ответила:

- Милый мой, я могу позаботится и о себе и о нас двоих. Поверь мне. Но других Альтари не будет – Вендор удивился:

- Откуда ты знаешь? –

- Помнишь в темнице я просила передать тебя записку нужному человеку на верху? А когда мы оттуда выбрались то к этому вопросу больше не возвращались. Это потому, что я не чувствовала присутствия моих компаньонов рядом. Они словно пропали из зоны восприятия. И теперь ясно почему. Над ними произвели мутационные эксперименты. Все Альтари убитые здесь –это мои товарищи. Мы с ними вернулись на Осколок, расследуя странный межпространственный след чего –то очень и очень злого. Наши поиски на Осколке привели нас к Гримдору так же. Но потом меня обманным путем опоили снотворным и я очутилась в темнице. Некто знал, что мы Альтари, и чем нас можно усыпить и остановить. Такими знаниями обладали лишь паладины и шаманы рыжебородых великанов. Но хватит нам разговаривать, в той комнате происходит нечто странное – И в правду из комнаты охваченной алым мерцанием доносились звуки сражения и злобный хохот великана. Они поспешили туда. Огромное чудовище в которое превратился великан мгновенно пускало свои длинные когтистые щупальца в нападающих, которые пробивали доспехи словно бумагу. Многие еле успевали уворачиваться. Те кто был менее удачлив истекая кровью лежали на полу. Голова великана хохотала, а рука продолжала подбирать с пола обнаженных подростков, и словно полено, засовывать их в студенистое отвратное тело. Дилай тоже уворачивался, и посылал в мерзкое тело молнии, но они, казалось не приносили никакого вреда. Он хотел накопить достаточный заряд, однако не хватало времени на концентрацию –негде было укрыться. И тут он заметил, что генерал, споткнулся и упал. Одна из щупалец остановилась и повернулась когтем к генералу. Дилай понял, что тот не успеет уклониться. Проклятье!...Ничего, плащ должен уберечь от удара..может быть. Дилай кинулся к генералу, укрывшись плащом заслонил генерала от смертельной атаки. Он ощутил мощный удар, но устоял на ногах. Слава богам! Плащ выдержал! Но вдруг Дилай ощутил сильнейшую слабость в ногах и стал клониться к земле. Что за проклятье? Он посмотрел вниз. Он истекал кровью, а в плаще красовалось отверстие. Плащ не устоял… Генерал подхватил Дилая и стал оттаскивать того за пределы комнаты. Вендор вбежал в комнату, когда трагедия уже произошла. Он кинулся к Дилаю, испытывая страх за товарища, но на него накинулось непонятное создание с четырьмя руками и двумя головами. Вендор разрубил того одним махом, почти по полам. Господь только не это! Что же там с Дилаем? Однако узнавать что с ним не было времени. Комнату стали наполнять некие странные и страшные создание, которые ползали с одинаковой ловкостью как по стенам, так и по потолку. А великан продолжал пожирать молодежь и хохотать. Сатри взмыла ввысь и со скоростью молнии стала сметать хлыстом со стен нахлынувших монстров. Эти создания – были следствием ужасных экспериментов великана. Вендор и оставшиеся в живых отчаянно отбивались от них, уклоняясь и от щупалец. Среди выживших был и Дулиф Грум. Он пытался приблизиться к Вендору во время битвы, чтоб тот увидел его доблесть и может быть простил. В этот момент в помещении снова появился генерал. Он начал снимать с себя нагрудник. Когда он это сделал, то достал из под рубахи тяжелый золотой амулет, поднес его к губам и прошептал заклинание. Медальон загорелся огнем, который окутал всего генерала. Великан все смеялся, подхватил очередную жертву –белокурую девушку и начал отправлять ее в сторону мерзкого тела. В этот момент генерал закричал великану, обращаясь по имени:

- Будь ты проклят Арсул навеки! – Девушка оказалась уже в теле, а генерал с такой скоростью налетел на великана, что казалось пронесся огненный вихрь. Он ударился в омерзительное тело, и огненная сеть охватив все мерзкое тело стала затягивать того в открывшийся портал. Что –то в процессе призыва пошло не так. И великан это понял. Он стал кричать, но неполадка лишь набирала обороты. Его ужасное тело засасывало в портал, который начинал закрываться. В этот миг возле ужасного тела оказался Реджинальд, и в прыжке рассек мерзкое брюхо. Вместе со слизью Реджинальду на руки упало обнаженное тело девушки. Она была еще жива. Хвала богам он успел спасти хоть одного из этих бедных подростков. Вендор понял, что генерал пожертвовал собой, чтоб остановить ужасный обряд. Это было второе потрясение. Милосердный господь, что же теперь делать? Сатри поразила столько существ, что их почти не осталось. Он была возле Вендора. Ее шлем сложился, и он увидел ее прекрасное лицо. Она улыбнулась ему и подмигнула. Потом хотела настигнуть еще одно создание, но злой рок настиг ее первым. Мерзкий великан выпустил одну из щупалец, и схватив Альтари за ногу, резко дернул на себя. Она выронила хлыст от неожиданности, и стала втягиваться вместе с великаном в ужасный портал. Глаза Вендора под шлемом настолько широко раскрылись словно могли выпасть из глазниц, когда он понял, что стало происходить. Вот такого страха он точно никогда не испытывал. Это чувство даже страхом не назовешь. Оно на несколько порядков выше, чем страх и отчаяние и неизбежность. Он скинул шлем, так как сало трудно дышать, и стрелой кинулся к ней, схватив за руку, своей правой рукой. А левой вонзил клинок в камни и уперся одним коленом в пол. Ему казалось, что он пытается удержать целую крепость одной рукой. Он кричал Сатри:

- Держись любимая! Держись! Помогите кто –нибудь! Проклятье! Отрубите кто –нибудь эту проклятую щупальцу! Держись милая, не бойся я вытащу тебя – Но сам Вендор не был так уверен в своих словах. Он чувствовал, что с секунды на секунду перевернется и полетит вместе с Сатри в этот проклятый портал вместе с чудовищным великаном. По началу лицо Сатри было взволнованным. Но потом приобрело спокойный вид. Она умиротворенно улыбнулась и нежно окликнула его:

- Вендор! Вендор, милый посмотри на меня – Вендор вмиг понял, что означает этот вид и голос. Он вскрикнул:

- Нет! Нет! Я сказал нет! Я не пущу тебя. Даже и не думай, Сатри! Я не отпущу тебя! Я вытащу тебя, слышишь? Прекрати! – Сатри также спокойно улыбалась. Казалась, она смирилась с судьбой. А Дулиф Грум отчаянно рубя монстров, пытался прорваться к Вендору, чтоб успеть помочь избежать трагедии. Сатри медленно моргнула и снова сказала:

- Вендор, любимый послушай меня. Я не хочу, чтоб ты умирал. Я хочу, чтоб ты заботился о нашем ребенке. Рано или поздно мои собратья снова посетят Осколок и ты уйдешь с ними, чтоб вырастить нашего малыша – Тяжелейший ком стал в груди Вендора. Он замотал головой и сиплым голосом стал выкрикивать:

- Нет Сатри, я прошу тебя прекрати! Мы вместе вырастим ребенка и не одного. Не отчаивайся, прошу тебя. Я не смогу без тебя жить. Я не могу тебя потерять! – Сатри достала из –под доспехов искру, положила ее на пол и улыбнувшись сказала:

- Ты не останешься один. Я всегда буду с тобой в твоем сердце. Позаботься о малыше. Я люблю тебя – После этих слов она разжала руку и вмиг ее вместе с щупальцей утащило в портал, и тот захлопнулся. Дулиф упал на землю, на том месте, где секунду назад была мерзкая щупальца, размахнувшись мечом, что есть силы. А Вендор неистово закричал:

- НЕЕЕЕТ! НЕЕЕЕЕЕЕЕТ! ГОСПОДИ НЕЕЕЕТ!! – Вендор потерял не только свою любимую. Он потерял свою душу. Лицо его исказилось в неописуемой гримасе безысходности и безразличия. Он повалился на колени и обмяк. Голова и глаза нервно поворачивалась из стороны в сторону, словно искали что -то. Вокруг бесновались ужасные создания желающие убить все живое, но Вендор их не видел, ему было абсолютно все безразлично. У него перед глазами стояло лицо Сатри, перед самым ее исчезновением в том портале…

Однако Дулифу было не все равно. Он подхватил сферу с искрой, засунул ее в карман и стал возле своего командира. Создания наступали, но он сражался словно лев, получая раны, и не обращая внимания на них. Он не умрет и не даст на растерзание своего командира. Только так он смоет свой позор. Только так! Такие мысли одолевали голову Дулифа, когда он рычал и сек на право, и на лево чудищ….

Монстры в башне были перебиты. Дулиф усадил обезумевшего от горя Вендора на один из технокатов и тело его друга Дилая, который скончался от смертельной раны на руках у Дулифа, вопрошая, чтоб тот передал его последние желания. Первым было -передать жене, что он ее очень любил, а второе подарить сыну его доспехи… Реджинальд усадил во второй технокат юную нагую девушку, закутанную в плащ. Оставшиеся в живых выехали из башни и стали спускаться вниз по улицам переполненным жуткими монстрами в которых превратились жители. Через горы трупов освещенных заревом многочисленных пожарищ. Вся эта картина и смерть друга должны были угнетать Реджинальда. Однако он не мог оторвать взгляда от юной белокурой красавицы, которую спас. И ему, честно было очень стыдно за себя, но он ничего не мог с собой поделать. Он думал какой она будет красавицей, когда подрастет. И как кому –то повезет с ней. Неожиданно для себя он спросил ее:

- Как зовут тебя дитя?-

Она обернула к нему свое юное милое личико, поправила светлые кудри, улыбнулась и украдкой ответила:

- Агнес. Агнес Манфол, господин –

А в нескольких километрах от горящего Гримдора на подмогу двигался девятый легион. Генерал, в тайне от всех послал за подкреплением. Однако к тому времени как девятый легион доберется до Гримдора, он застанет лишь немногих выживших из служивших в седьмом легионе, немногочисленных жителей, которые чудом не превратились в чудищ да пепелище вместо города, разносимое хлестким ветром на все четыре стороны…

V

Идти пешком или на скакунах было бы слишком долго и скучно. Хоть Гилиас и Трал любили рассказы когда рыцари сражались на конях, это больше подходило для сказок. Конь только замедлял бы их перемещение в бою. К тому же время сейчас совсем иное. Зачем мучить несчастное животное, когда есть технокаты! Вендор снабдил их деньгами на два мощных техноката, и на мешки с обогащенными магическими камнями, которые были топливом для технокатов. Трал решил отправиться в путь вместе с Гилиасом. Эридор вместе с Брианом. С собой они решили захватить палатки и консервированной в жестяные банки еды. Все –таки путь не близкий. Дня два ехать, а то и дольше. Своим родным каждый из них выдумывал кто, что мог. Но родители чуяли, что с их чадами что –то неладное. Они задумали явно что –то и пытаются это воплотить в жизнь. Это вселяло тревогу в сердца родных, но повлиять на это они уже не могли. Только мать Гилиаса по своему повлияла. Она не пустила на порог Трала, посчитав, что это он дурно повлиял на ее сына.

После того как друзья сделали визит бандитской шайке в подвале, они ушли. Многие наблюдали этот уход. Когда горизонт окрасился в алый закат длинный караван во главе со стариком на небольшом ярко убранном скакуне начал шествие в городским воротам. Стража их не трогала, по причине известной только самой страже. Наблюдали за процессом исхода и другие группировки, которые были намного слабее уходящей. Они были встревожены подобным ходом событий. Они ждали скорой расправы и над собой. Преступная деятельность поутихла. А многие стали пугать случайного грабителя тем, что состоит в дружбе с великолепной пятеркой. К тому же после случившегося торговля у Дулифа забурлила с новой силой. Он того и успевал, что продавать и бегать делать заказы в курьерскую службу, чтоб привозили с других городов нужные доспехи и оружие. Но большим успехом пользовались драгоценные и магические камни, которые он привез из шахт под Горой Аримана. Дулифом восторгался весь город, и он был безмерно счастлив от этого. К нему даже стала проявлять интерес гномка- дворянка. И Дулиф не стал этому противиться. Вендор видел во всем этом прекрасные знаки судьбы. Он отгонял от себя мысли о конце мира о котором говорилось в пророчестве. Все и так пошло не по пророчеству, может и конца света не будет. Один может начинался давным –давно в Гримдоре, но от этих событий остались лишь пепел и воспоминания. К тому же Гримдор так и не отстроили после тех ужасных событий, что в нем произошли, и все ужасы того времени в руинах и пепелище так и остались. Нечего было переживать. Следовало радоваться и ждать только хороших вестей. Четверка друзей могла за себя постоять. Вендор был в этом больше чем уверен. Их даже обучать не стоит. То, что ему рассказали о приключениях в бандитском подвале говорило само за себя. Они может еще не паладины, но полноценные войны. Да к тому же можно ли его назвать паладином? Ведь когда разрушили орден он сам был примерно их возраста и тренировки продолжал сам по памяти, и может даже неправильно. Посему, пусть все идет так как угодно господу. Одно только не давало Вендору спокойствия – Графиня Агнес Манфол Де Амерзи. Точнее он так и считал, что она причастна к смерти лорда Аримана, хоть и была в истерике, когда он пришел в ее поместье. Она просто не ожидала, что Аримана убьют. Вот почему была в такой истерике, но то что он стал монстром – это явно ее рук дело. Посему следовало наведаться в это поместье без приглашения. Попросту пробраться в поместье и поискать доводы ее причастности к каким - нибудь кровавым и запрещенным ритуалам. Ведь именно при помощи мерзкой и кровавой магии она смогла совратить душу этого замечательного эльфа! А до этого извести на тот свет Реджинальда! Как он ненавидел эту гадкую женщину. Следовало и в прошлый раз, когда Реджинальда обнаружили мертвым, самому провести расследование. Но эксперты, не вызывающие сомнения и сыщики дали четкое заключение – несчастный случай. Он им поверил, но вот эта дрянь снова натворила гадостей, и теперь ни один эксперт его больше не смог бы убедить, что она не виновна. Вендора тревожила и еще одна вещь. Он сам. Как ему удержаться от самосуда, если он все же отыщет доказательства… В общем следует выбрать подходящий денечек и перевернуть это осиное гнездо верх дном!

А друзья уже садились на технокаты, за городскими воротами. Эта модель колесного средства передвижения хоть и была дорогой, но запрещалась в использовании в городских стенах. Эта модель техноката плохо перерабатывала магические кристаллы и выбрасывала в окружающее пространство множество пыли, что плохо сказывалось на здоровье граждан. По сути - эта модель техноката военная разработка перенесенная на гражданское использование. С правой стороны у каждого техноката даже остались выемки под штурмовое орудие.

Голубое небо с несколькими кремовыми облачками, теплое улыбающееся солнце и отливающие бирюзой океаны на далекой Земле - все это делало настроение просто замечательным. Даже вечно переживающий за все Гилиас улыбался, смеялся и шутил. Совсем как раньше, когда они были еще нормальными, обычными людьми. Когда собирались вот так вместе на пикники, на рыбалку, просто на отдых с Эфирой и Таирой… Трал глубоко вдохнул и сбросил с себя накатившую печаль. Надо свыкаться. Теперь они другие, и вот так же смеясь и шутя они собираются в героическую неизвестность. В этом Трал ни капли не сомневался. Они герои будущих легенд, и нынешнего времени! Гилиас разместил последнюю поклажу, и ловко запрыгнул на свое место. Он подмигнул Бриану, сидящему за рулем второго техноката, а потом повернул улыбающееся лицо к Тралу и негромко сказал:

- Ну что дружище - на перегонки? Теперь узнаем наконец кто из вас двоих лучший ездок ты или Бриан – Трал радостно зарычал двигателем. Бриан ответил тем же. В воздух взлетели синие и красные искристые облака пыли от не переработанных магических кристаллов. Гилиас привстал, держась за раму и громко сказал:

- Вперед друзья, за славой! Она уже нас заждалась! ВПЕРЕД! – И Трал газанул так, что их технокат вмиг оказался далеко от городских стен. Следом, подымая облака пыли летел второй технокат. В след удаляющимся средствам перемещения смотрели множество детских и юношеских глаз, для которых отбывшие четверо уже были героями. И не важно, сгинут они в пути или где –то засияют в лучах славы, в молодых сердцах они уже оставили неизгладимый и яркий след!...

… Рамир стоял в полной темноте. Ведьма Фрида жила глубоко под землей, там куда не просачивался свет. Он долго спускался вниз по скользким ступеням, волоча за собой привязанных друг к другу молодого парня и девушку. В этом ужасном логове проклятой прислужницы демонов ужасно смердело. И чем даже не разберешь. Исходил он явно не от трупов. Что было источником, Рамир даже думать не хотел. Вот ступени закончились, и он отсчитал ровно пятьсот шагов и остановился. Окружающая тьма ужасно тяготила, и лишь стена по правую руку, на которую он опирался, немного придавала уверенности. Здесь в этой кромешной мгле могло обитать что угодно, и упершись о стену спиной можно было попытаться дать отпор. Рамир должен позвать ведьму. И он позвал, негромким голосом:

- Фрида…Гм..Фри.. – закончить он не успел. Она ему ответила. Голос прозвучал над ним. Немного выше его головы:

- Они здесь Рамир! – Его обдало мерзким запахом. Казалось, что одновременно человек десять, у которых сгнили зубы, дыхнули на него. Он поморщился, но удивило его другое. Он в юности ходил к Фриде несколько раз. Тогда она жила в пещере, в которой вечно что –то гудело , трещало и гупало. Она тогда поставила ему стальную руку вместо, родной, изувеченной в бою. Тогда она выглядела как дряхлая старушка со змеиным лицом, и каким то прибором в руках из которого постоянно сыпались искры. Она тогда вызывала в нем страх и опасение. Но главное, что она была намного ниже его ростом. Каким, же ко всем демонам, она ответила ему, находясь выше него? Она что лазит по стенам? Летает? Проклятье! Что с ней здесь, во тьме, произошло? Какие жуткие перемены? Лучше и не думать об этом. Он собрал свою волю в кулак и уверенно ответил:

- Ведьма Фрида. Я пришел к тебе от имени своего мастера. Он просит тебя об услуге – Снова холодный словно мертвый голос раздался чуть выше головы Рамира:

- Что этот неугомонный недорослик хочет от них? – Рамир сглотнул. Как –то она нехорошо высказалась о мастере. Дурной знак, но он продолжил:

- Он желает, что б ты выпустила…зверя – Ведьма изумилась:

- Зверя? Он совсем выжил из ума? Зачем этому полоумному зверь? – Рамиру совсем не нравился этот тон разговора. Холодный пот пробежал по спине, но он продолжил:

- На нашем пути появились паладины. Мастер считает, что только зверем их можно победить – В ответ он услышал некие оттенки радости:

- Паладины? Давно они такого не слышали…Передай своему мастеру, что они согласны выпустить зверя. Где искать паладинов? - Проклятье! Откуда Рамиру было знать, где их искать? Он ответил, что знал:

- Сейчас где они - неизвестно. Но в последний раз их видели как они уезжали на двух технокатах и предположительно в строну эльфийского города Этринос. Это все что мне известно – Над головой Рамира что –то щелкнуло, словно огромный клюв и снова раздался голос:

- Этого достаточно! Они отыщут паладинов и убьют. А теперь отдай то, что у тебя за спиной – Рамир даже и забыл о том, что притащил с собой молодых людей. Этот парень с девушкой – плата за разговор с ведьмой. Если спуститься к ней без жертвы, то она тебя уже никогда не выпустит обратно на белый свет. Так поговаривали в братстве. Он швырнул перед собой связанных людей. Глаза в тьме немного привыкли и стали различать силуэты. То что он рассмотрел перед собой заставило его развернуться. Нечто напоминающее длинную шею оканчивающуюся головой с разинутой пастью, и длинные руки, или то что похоже на руки. Это было ужасно. Он начал уходить, когда снова услышал голос обращающийся к нему:

- Рамир! – Он остолбенел. Его кинуло в жар и холод одновременно. Проклятье, она что не хочет его отпустить? Или жертв было мало? Он так просто не сдастся! Он схватился за рукоять меча, готовый мгновенно развернуться и наносить удары. Но в ответ услышал мерзкие звуки рвущейся плоти, сдавленные стоны людей со связанными ртами и снова голос:

- Спасибо Рамир. Эти двое просто великолепны…на вкус – Рамир молча продолжил неспешным шагом свой путь к выходу, боясь ускориться и стыдясь своего страха. А потом резко побежал вперед, спотыкаясь, падая и подымаясь. Пошло все к демонам. Рядом с ним нет ни одного собрата, чтоб пристыдить. Но сидеть дальше в ведьминой яме нет больше сил. Теперь осталось навестить убийц красного братства. Но это будет значительно легче…

Уехали ребята не так уж далеко от города. Они проезжали мимо живописных порогов обширной реки. Эридор попросил чтоб они остановили. Никто не понимал для чего, пока он не достал их своего мешка небольшой мольберт. В последнее время Эридор в тайне от всех еще и рисовал. Он стеснялся этого, но после разборки над бандитами в подвале пропала стеснительность пропала. Он захотел сделать зарисовки своих товарищей на фоне бурлящей реки, гор вдалеке и могучего дуба. Никто против не был. Эридор показал свои предыдущие черновики. Они были достаточно хороши. Гилиас предложил, нарисовать по ним картины когда вернуться. Эридор был полностью согласен. Он и сам собирался это сделать. Гилиаса беспокоило то, где хранить мольберт и черновые работы, когда они прибудут к месту. Но заботило это только Гилиаса. Остальные ребята уже охотно позировали и в доспехах и на фоне дуба и на фоне техноката. Выдумывались различные позы и комбинации. Рисунков получилась уйма. И смешных и неудачных и даже героических. Они так увлеклись, что не заметили как утро сменилось днем, который в свою очередь кланялся вечеру. Решено было остановиться на ночлег здесь же. Эридору это подходило. Он успел сделать вечерние зарисовки. Но следовало устанавливать палатку. Когда две палатки были установлены, и костер начинал разгораться, друзья стали готовить себе ужин. Наваристую похлебку, и мясо в душистых пряностях поджаренное на костре. Трал отсербнул из тарелки, пожевал мясо, но лицо его осталось недовольным. Он поставил тарелку на землю и недовольно сказал:

- Так и знал, что это произойдет – Бриан посмотрел на него удивленно. Тот пояснил:

- Так и знал, что пойдем в поход и мне захочется чего –нибудь, что мы не взяли с собой..- Гилиас изумился:

- О Боги Трал. Что мы еще с собой не взяли? Технокаты ломятся от припасов – Тот все равно скривился и покачав головой ответил:

-Нет. Одну вещь мы так и не взяли. Хотя мама мне советовала ее взять. Я тогда не хотел, и отказался. Проклятье, а сейчас ужасно хочу! – Эридор усмехнулся:

- Трал, ты как всегда! Как тогда, за городом в позапрошлом году. Все взяли с собой по четыре бутылочки « Страж Громвольда», а ты две «Сияние Севера», которые так и не выпил потому, что хотел маленький глоточек « Лунного Зенита», которого ни у кого не было- Гилиас и Бриан усмехнулись:

-Точно-точно! Я помню. Все смеялись и пели песни, а Трал сидел надутый. Еще и ночью хотел быстренько сбегать в городскую таверну за этим напитком – Припомнил Бриан. А Гилиас спросил:

- Так а сейчас что ты хочешь, что так кривишься? –

- Сыр!- Резко ответил Трал, и добавил:

- Я хочу кусак жирного сыра! У меня прямо привкус на языке, словно я только что его облизал – Бриан засмеялся и сказал:

- Как и тогда! Тоже чувствовал привкус « Лунного Зенита» во рту – Лицо Трала изменилось и стало загадочно – серьезным. Он сказал:

- Знаете, что я подумал? Тогда бегать в город ночью была глупая идея. Но сейчас у насс же есть технокаты. Я мигом мотнусь в город. У меня дома лежит вооот такая головка сыра. Он очень жирный и вкусный на всех хватит. Ну как скажите? Я стрелой туда и обратно! – Все засмеялись с этого предложения. Гилиас ответил за всех:

- Не придумывай Трал. Мы вышли в серьезный поход, а не на пикник. Мы должны держаться вместе. К тому же возвращаться плохая примета. Ты лучше хорошенько поешь то, что есть и ляг поспи. А завтра все пройдет - Трал причмокнул губами, присел и ответил:

- Может ты и прав…Это как –то по детски ехать за сыром обратно… Хотя он такой вкусный, ты себе не представляешь- После этих слов он снова взял свою миску и принялся жевать мясо.

Вскоре ужин был окончен. Гилиас и Трал вздумали заняться вечерним плаванием. Бриан и Эридор остались возле палаток. Эридор закрепил энергофакел на длинной ножке и занялся доработкой своих рисунков. Бриан с любопытством наблюдал, жуя красное яблоко. Его товарищ приятно удивил тем, что так замечательно рисовал. Однако какая неясная тревога взрастала в Бриане. Он не выдержал и поделился этим с Эридором:

- Слушая у меня такое неприятное ощущение внутри. Я даже не могу с ним совладать – Эридор не отвлекаясь, спросил:

- Неприятное? Чувствуешь, что –то плохое? –

- Даже не знаю. У меня такое ощущение, что за нами, за мной наблюдают – Эридор повернулся к нему и сказал:

- Не поверишь, у меня тоже. Наблюдают и очень усердно. Я прямо чувствую этот тяжелый взгляд – Бриан изумился:

- Так чего же ты молчал? Откуда за нами наблюдают ты не чувствуешь? – Эридор кивнул и ответил:

- Чувствую, потому и молчал. Это слишком нелепо – Бриан непонимающе и вопросительно смотрел на друга. Тот молча поднял глаза к верху и указал пальцем в небо. Бриан медленно поднял голову. Над ними в небе на фоне звездного неба плыло одинокое темное облачко. Неожиданно на лоб Бриана упала большая темная капля. Он моргнул от неожиданности, а облачко вмиг изменило свои очертания и резко метнулось куда -то в сторону. Бриану даже показалось что оно приобрело очертания человеческой фигуры одетой в женское платье с непропорционально длинными руками. Эридор удивленно спросил:

- Ты видел? Словно женщина полетела? – Бриан опустил голову стер каплю со лба пальцами и поднес ее к носу. Она источала ярко выраженный запах затхлости и походила на кровь. Эридор с отвращением глянул на вязкую жидкость на пальцах Бриана и спросил:

- Это сверху упало? Там точно что –то за нами наблюдало, и когда поняло что мы его видим улетело! – Бриан вытер пальцы и нахмурившись сказал:

- Слушай Эридор, знаешь о чем я подумал? А что если Гилиас прав? Что если это не просто его тревога? –

- Ты о чем – Бриан пояснил:

- Вспомни. Он часто твердил о том, что все герои из сказок получали свою силу для борьбы со злом в сотни и тысячи раз сильнее обычного человека. А когда они встречаются со злом, то побеждают ценой своей жизни. Может не зря Гилиас так переживает? Может это мы так простодушно ко всему относимся? –Эридор тоже озадаченный отложил в сторону холст и ответил:

- Не знаю, Бриан. Может быть. Все так стремительно происходит. Просто как то сразу это все не воспринимается. Все кажется таким, как буд –то было всегда. Словно эта сила у нас всегда была, а вот какого –то сказочного зла нет…Как то так я воспринимаю всю эту ситуацию –Бриан присел рядом и сказал:

- Знаешь наверно стоит пересмотреть свое отношение ко всему, что с нами происходит. Иначе мы в самом деле попадем в большущие проблемы из – за своей детской беспечности. Тот громила в подвале с железной рукой, это уже как –то не нормально. Я никогда в жизни не видел людей с железными руками, не то, что драться с ними. А увиденое воспринял как само собой разумеющееся. А это существо, что над нами висело и наблюдало?...Что это могло быть?- Эридор покачал головой и ответил:

- Не знаю…И даже знать не хочу – Бриан согласился:

- Наверно я тоже. Но явно не прекрасная принцесса. Но сегодня я точно спать буду в доспехе – Эридор сказал:

- Слушай, наверно Гилиасу и Тралу не стоит говорить об увиденном. Гилиас еще сильнее начнет волноваться, будет всю ночь дежурить. А Трал и того хуже – пойдет искать это…существо, даже в одиночку – Бриан согласился:

- Ты прав – В этот момент к палаткам вернулись мокрые но довольные Гилиас и Трал. Эридор резко схватил холст и начал рисовать. Бриан схватил еще одно яблоко и начал его усердно грызть. Каждому из них хотелось поделиться с друзьями своими переживаниями, но – договор дороже денег. Однако Гилиас заметил, что здесь произошло, что-то неладное. Он спросил:

- Что происходит? Вы что повздорили между собой? – Бриан ответил с полным ртом:

- Нет! – Эридор также отрицательно мотнул головой. Гилиас не хотел разбираться в мелких склоках товарищей, если они вообще были. Он просто сказал:

- Я ложусь спать, и советую всем это сделать. Завтра пораньше встанем. Сегодня и так времени потратили больше, чем следует. Эта старая башня нас уже заждалась – Бриан и Эридор как по команде одновременно закивали головами. Гилиас еще раз про себя отметил, что иногда Эридор и Бриан излучают откровенную странность в поведении, в которой разобраться порой просто не возможно. С этими мыслями он полез в палатку. Трал, же еще не хотел ложиться. Он достал из техноката новую булаву и щит, и начал тренировку, яростно размахивая и пытаясь выделывать различные трюки: то перекатывался в прыжке, упираясь щитом в землю, то в с разворота наносил тяжелый удар по земле. Потом ему это надоело и он также отправился спать. Эридор и Бриан последними, неохотно полезли в палатку.

Утром они быстро сложили свои палатки, и не завтракая направились к своей цели. Вот только Трал, так и оставался недоволен. Он еще сильнее хотел сыра, чем вчера вечером. Технокаты неспешно ехали по дороге ведущей в Этринос –город эльфов. И тут Трал резко нажал на тормоза. Гилиас удивленно спросил:

- Что случилось? – Лицо Трала сияло от радости. Он пояснил:

- Вон смотри. Видишь крыши домов?-

- Ну, вижу? Но это же не то место куда нам надо – Трал усмехнулся и ответил:

- Зато это то место куда мне надо! В этой деревушке точно есть сыр! Гилиас, я просто умру если не съем этот проклятый сыр, давай заглянем к ним. Туда и обратно – Гилиас подкатил глаза и улыбнулся:

- Ой Трал. Ты раб своих желаний. Они когда –нибудь доведут тебя до беды. И нас с тобой. Поехали в ту деревню, возьмешь себе того сыра сколько душе угодно- Трал был счастлив:

-Да! Это то, что мне нужно. Какой я буду герой, если вместо мыслей о подвиге, я буду всю дорогу думать о сыре! Поехали! – Технокаты направились в сторону деревеньки. Трал предвкушал радостную встречу с большим куском сыра. Он даже чувствовал его запах и вкус. Они въехали в небольшое поселение. Трал блаженно улыбнулся, однако Гилиас встревожено сказал:

- Тормози Трал! –Тот остановил технокат, недоумевающее посмотрев на Гилиаса. Но друг молча перегнулся назад и вытащив меч и щит из поклажи за своей спиной соскочил с техноката. Трал сначала удивленно смотрел на Гилиаса, а потом и сам увидел почему встревожился товарищ. В ближайших и дальних домах были выбиты внутрь и наружу окна и двери. Местами видны были обильные кровяные лужи и целые кровяные дорожки, резко обрывающиеся. Походило на сражение, только тел погибших не видно. Гилиас хотел было направиться к одному из ближних домов, но потом передумал. Он вернулся к технокату и стал доставать части доспеха. Трал кидая беглые взгляды на опустошенные дома, хранящие тайну исчезновения своих жителей, сухо спросил:

- Заметил, что – нибудь? –Гилиас отрицательно кивнул и ответил:

- Подумал, что следует обследовать деревушку в полном обмундировании. Ты посмотри ни одного мертвого нет. Даже животных нет. Тут что-то ужасное произошло. И если придется с этим столкнуться, то уж лучше полностью защищенным – Трал кивнул и ответил:

- Ты прав – Потом соскочил и стал надевать на себя свой доспех. Тут подъехал второй технокат. Эридор на ходу выпрыгнул из него с магическим скипетром в руках, встревожено спросив:

- Что происходит? На нас напали? – Гилиас ответил:

- На деревню напали, посмотри вокруг. Двери сломаны, кровь на стенах и земле. Одевайтесь в доспехи. Неизвестно с каким врагом придется схлестнуться – От последних слов у Эридора побежали мурашки по коже. Он представил, что этот ужасный погром могло устроить странное существо наблюдавшее за ним с Брианом вечером. Бриан же выразил свое предположение:

- Я думаю это сделали те мерзавцы, которых мы выгнали из города – Все как –то про себя согласились с предположением друга. Лицо Трала было серьезным. Скулы гневно играли и он холодно ответил:

- Тогда они больше не жильцы на этом свете. Мы посечем их как капусту на салат! – Бриан уверенно кивнул и ответил:

- С удовольствием. Убить столько жителей, это переходит всякие границы. Я думаю в этот раз я смогу рубить эту мерзость словно они тараканы, а не люди! – Друзья максимально быстро оделись. Гилиас сказал:

- Необходимо, чтоб один из нас остался охранять технокаты – Бриан кивнул в знак согласия и ответил:

- Я останусь. Не хочу наткнуться на истерзанные трупы детей. Я этого не перенесу. А вот дать отпор этим безродным ублюдкам смогу еще какой – Гилиас кивнул и ответил:

- Отлично дружище. И будь внимателен. Эти подонки могут быть очень коварны. Бей без промедления. Ну что, идемте, посмотрим, может кто остался в живых – И трое друзей неспешным шагом стали ходить от дома к дому. Заходили, окликали. Однако никто не отзывался. Лишь перевернутая мебель и кровь находились в домах. Друзья стали думать, что ни жертв, ни их мучителей уже нет в деревне. В средине деревни находилась небольшая площадь. И выйдя из очередного дома, друзья заметили на площади фигуру человека, расположенного к ним спиной. Гилиас готов был поклясться, что когда они заходили в дом никого на площади не было. Может это вышивший…Может и засада. Они стали осторожно приближаться к фигуре. Она стала обретать женские очертания, в темном платье. Еще ближе и стало явно понятно, что перед ними женщина, в пышном платье, только очень старом и вышедшем из моды за долго до рождения четырех друзей. Женщина качалась и что-то бормотала. По голосу стало слышно, что это старушка. Гилиас окликнул ее. Она замолкла и прекратила шататься. Друзья подошли ближе и Трал спросил:

- Эй бабуля! Ты не ранена? С тобой все в порядке? –старушка не оборачиваясь ответила на удивление холодным глубоким голосом:

- Да, милочек. Со мной все хорошо. Со мной уже очень давно все очень хорошо – Гилиас спросил ее:

- Как вас зовут, бабушка? Не расскажите, что тут произошло? Куда пропали все жители?- Старушка, все так же не оборачиваясь хихикнула и таким же странным голосом ответила:

- Конечно расскажу, милочек. Ведь я это все своими глазами видела. Всех этих милых людей с их детьми ночью забрал к себе дух волка. Вот и все. А зовут меня Фрида, милочек – У Гилиаса пробежал холодок по спине, от этих слов. Он стал приближаться к старухе и спросил:

- А как же тогда ты бабушка спаслась?- Он был в метре от нее, когда она стала медленно оборачиваться. Гилиас увидел неестественно бледное старушечье лицо, с острым подбородком и носом и необычайно глубокими янтарными глазами. Она улыбалась обнажая прогнившие зубы. Однако улыбка растянулась значительно шире чем мог позволить себе человек. Почти от уха до уха. Гилиас ужаснулся, и скривился. Он отступил шаг назад и обернулся к товарищам, начав говорить:

- Старуха совсем сошла с ума. И идемте отсю… - Его речь прервали встрепенувшиеся друзья увидевшие что –то за его спиной, с возгласами удивления и вскинув оружие. Гилиас мгновенно обернулся, защищаясь щитом, но успел увидеть, только как черное платье старухи скользнуло по крыше одного из домов и она скрылась из поля зрения. Гилиас испугался, как и наверно его товарищи. Драться с людьми –это одно. А вот с неведомой злобной силой –совсем иное. А Эридор, обладая внимательностью художника определил по форме платья, что это старуха летала над ними ночью и наблюдала. Проклятье! Во что они ввязались? Молчать больше не имело смысла. Он рассказал Тралу и Гилиасу о ночном происшествии. Что предпринимать дальше? Продолжать путь или возвращаться в город, сообщать страже? Гилиас поразмыслив принял решение продолжить путь. А о случившемся в деревушке сообщат на обратном пути. Если эта умалишенная старуха – летающая ведьма, стража вряд ли ее поймает. А вот они, если еще раз на нее наткнуться смогут одолеть. Может быть…

Друзья покинули деревушку. Они направились к развалинам, уже не снимая доспехов и не общаясь. Каждый чувствовал внутри, что приближается нечто ужасное и неотвратимое. Но Гилиаса теперь сжигала мысль об отмщении за загубленные жизни невинных людей. Он надеялся даже, что снова пересекутся с этой старухой – ведьмой и призовут ее к правосудию! Они выехали на дорогу, с одной стороны которой было чистое поле. Впереди был лесок. Небо над головой слегка было одето в редкие облачка. Свирель птичек и тепло солнца никак не указывали на те, что в минувшей деревне произошла кошмарная трагедия. Мысли Гилиаса прервал Трал, толкающий его в плечо локтем и обращая внимание на поле:

- Гилиас смотри! Вон эта сумасшедшая бабка. Стоит в поле и глазеет на нас! – Гилиас посмотрел куда указывал друг. Точно! Старуха стояла в поле. Они притормозили. Словно ожидая этого, старуха приподняла свои руки, которые на глазах увеличивались в длине. Она злобно захохотала поднялась на землей на несколько метров, развернулась и полетела в сторону леска. А ее длинные руки словно тряпичные, волочились по земле. Трал взволнованно изумился:

- Проклятье Гилиас. Что это такое? Что происходит? – Страх уже оставил Гилиаса, уступив место чувству возмездия, и он спокойно ответил:

- Мы нарвались на ведьму, Трал. На ужасную старую ведьму. На такую, о которых мы читали когда были детьми в былинах и сказках, а потом боялись спать по ночам. Вот так. И это ведьмино отродье хочет что –то от нас. И я думаю, что следует ей дать то, чего она хочет с лихвой. Так, чтоб не унесла! – Трал тоже успокоился, услышав уверенный тон товарища и ответил:

- Да! Везет нам на чудовищ. Сначала Ариман. Теперь вот эта. Не удивлюсь, что потом выяснится, что она некая знатная дама – Гилиас многозначительно усмехнулся и сказал:

- Тогда не будем заставлять даму ждать. Поехали Трал, она уже почти долетела к лесу – И трал нажал на газ, удивляясь как быстро можно привыкнуть к необычным событиям происходящим вокруг. В один миг перед тобой возникает ведьма из легенд, и ты испытываешь животный страх перед неведомым. В следующий миг ты уже гонишься за ней, чтоб уничтожить, не испытывая ни капли тревоги, словно занимаешься подобным каждый день. Преследуя ведьму, которая передвигалась очень быстро, взмыв над землей, друзья не заметили трех обстоятельств. Первое – это то, что они почти приблизились к месту своего путешествия. Пересечь лесок и выпрыгнешь сразу на поляну, с которой открывается просека морового леса, в которой и находится заброшенная башня. Второе – клубы пыли растущие вдалеке, по правую руку Гилиаса, указывающие на приближение еще одних скоростных транспортных средств и скорее всего наперерез друзьям. И наконец третье – пять небольших точек за их спинами висящих в воздухе. На таком расстоянии разобрать детали пяти черных точек невозможно, однако это были воздушные корабли гномьей модификации – дирижабль с пропеллером и рулем управления. И пассажиры на этих кораблях были не мирные граждане или отважные гномы. Там осуществляли перелет те бандиты, которых пятеро новоявленных паладинов изгнали из своего города. И на одном из этих воздушных суден, через большой оптикуляр за передвигающимися двумя технокатами сосредоточенно следил старик с длинными усами – предводитель бандитов. Поначалу, он думал просто убраться из города, поручив ведьме и убийцам расправиться с паладинами, однако поразмыслил и решил поднять в воздух награбленное имущество – гномьи воздушные корабли и проследить лично за процессом уничтожения. И в случае неудачи, попытаться расстрелять четырех наглецов с воздуха. Старик был уверен: если паладины выиграют в схватке с ведьмой и ее зверем, и убийцами они сразу догадаются кем они были посланы, и будут преследовать его и его шайку пока не уничтожат всех до последнего. Атака с воздуха планировалась как крайняя мера, и потому он решил пока наблюдать издалека.

Когда Трал петлял по дорожке, через лесок пытаясь догнать издевательски смеющуюся ведьму, он стал догадываться, что они приближаются к нужному им месту. И вот они выскочили на открытое место. Впереди деревья морового леса –черные, искореженные, с ветками изогнутыми словно руки и просека ведущая к самой горе Аримана. Трал изумился увидев гору. Темно-синяя высоченная гора у которой не было вершины. А вместо нее каменная ужасающая зубатая физиономия, отдаленно напоминающая эльфа. Трал засмотрелся на гору, отведя взгляд от дороги. Технокат приближался к моровому лесу. И ведьма тоже. Она первой достигла толстенного изогнутого ствола красно-черного цвета и остановилась возле него. Руки ее снова приобрели нормальные пропорции, и она опустилась на землю. Она достала из под платья, мешочек с которого обильно капала кровь. Технокаты приблизились и остановились на расстояние нескольких метров от ведьмы. Гилиас выскочил с техноката первым с обнаженным мечом. Он первые шаги сделал быстро и уверенно, но чем ближе приближался, тем меньше ощущал свою уверенность. Остальные видимо чувствовали тоже самое, располагаясь за Гилиасом. Он остановился, громко, и как он надеялся, устрашающе обратился к ведьме:

- Ты что задумала, злобное отродье? Зачем ты преследуешь нас? И зачем ты убила всю деревню? Ты хоть знаешь кто мы? – Ведьма снова засмеялась скрипучим смехом и издевательски ответила:

- Конечно я знаю, кто вы – четверо мальчишек, считающих себя великими героями. Эту жалкая деревушка нужна была, чтоб собрать сердца особенных людей, чтоб возродить зверя. Когда он возродится, то разорвет вас на мелкие кусочки, а я соберу ваши души. Они будут служить мне еще очень долго, пока совсем не растворяться от мучений и страданий! Ха-ха-ха-ха…- После этих слов ведьма перевернула мешок и из него на землю возле дерева выпали сердца людей разных размеров. Ведьма стала читать заклинание утробным голосом и начертила на коре дерева когтем зловещий иероглиф. Дерево, словно услышав голос ведьмы дернулось, треснуло вдоль и изогнулось в другую сторону. Из образовавшейся трещины стала сочиться жидкость, похожая на кровь. Сердца стали проваливаться в землю, и когда пропало под грунтом последнее из дерева послышался ужасный ни с чем не сравнимый, вой холодящий душу. Друзья переглянулись. Нечто жуткое приближалось из неведомых темных колдовских глубин. Сначала, сквозь трещину в дереве показались черные как смоль и острые как лезвия когти. Потом ствол дерева поддался и большое тело вылезло наружу. Это было существо на двух лапах, высотой не мене двух с половиной метров. Оно отдаленно напоминало собаку или волка стоящего на задних лапах с человекоподобными передними конечностями, вместо пальцев на которых были эти устрашающие когти. Морда этого монстра была удлиненной как у волка, только не было на ней носа и ушей. Зато пасть была переполнена рядами черных зубов, и красовались пять черных, словно угли глаз. Кожа создания была без шерстяного покрова и была бледно алого оттенка. Оно повернуло свою рычащую голову к ведьме. Та подняла указательный палец и указывая на друзей злорадно произнесла холодным голосом:

- Убей их! – В следующую секунду монстр сорвался с места со скоростью блеснувшей молнии. Движения этого создания были почти настолько же быстрыми как и у друзей! К тому же от неожиданности и страха их движения были скованными. Они попытались увернуться, укрыться, отпрыгнуть в сторону. Но ни у кого это не вышло. Зверь разметал всех четверых в разные стороны, Откусив кусок щита у Гилиаса. Опомниться монстр друзьям не дал. Он снова кинулся на них. Ближе всех оказался Гилиас. Он успел лишь стать на одно колено, когда чудище прыжком приблизилось к нему. Гилиас снова прикрылся щитом, но зверь метил теперь выше –в голову. Удар был сильнейший Гилиас стал валиться на спину, но удержал натиск. Страшные зубы не достали куда хотел монстр, и высекая искры прошлись по самому краю шлема. В тот момент когда Гилиас падал на спину, он с криком отчаяния ударил эфесом меча монстра в верхнюю челюсть, выбив один зуб, и поддев ногой перекинул через себя. Монстр был ошеломлен полученным ударом. Он как то странно стал на четвереньки, утробно рыча. В эту секунды, перепрыгнув Гилиаса к монстру приблизился Трал, намереваясь пнуть чудовище ногой. Но то, успело когтистой лапой отбить ногу, раскрутив Трала. Трал не растерялся, и перекрутившись нанес удар булавой монстру в грудную клетку. Монстр отлетел и упал на спину. Трал победоносно выкрикнул: «ХА!», подняв булаву над головой. Зверь отполз в сторону и рыча в нерешительности уставился на друзей. Гилиас был взбешен. Страх сняло как рукой. Он поднялся и уже совсем другим голосом сказал ведьме:

- Это все твои фокусы ведьма? У твоего пса не такие острые зубы как ты думала. Ты понесешь наказание за смертоубийство всей деревни. Души этих людей вопиют об отмщении, и сегодня они его получат. Пощады тебе не будет! – Этот запал передался испугавшемуся Бриану и Эридору. Бриан сжал покрепче рукоять своего двуручного оружия и стал в боевую стойку. Эридор взял в руку скипетр, и верхний угол плаща, чтоб прикрываться им как щитом. Ведьма изменилась в лице. Она злобно ответила:

- Проклятые глупцы. Вы заставляете меня идти на жертвы. Мне придется отдать сердце ребенка небес, чтоб наконец покончить с вами. Но ваши души дорого мне за это заплатят, можете не сомневаться – Она снова взмыла в воздух, читая заклинания. В ее руке появилось небольшое сердечко окутанное прозрачной голубой аурой, которое еще билось. Ведьма убрала руку и сердце полетела по направлению к волкоподобному чудовищу. Сердце вошло в плоть создания, и с ним стали происходить метаморфозы. Его грудная клетка раздулась, деформировалась и стала в три раза больше. Появились еще одни плечи и выросли дополнительные две руки с когтями. Пасть растянулась и стала еще больше. Это создание стало еще более уродливее, чем было. Все эти метаморфозы видимо прибавили еще ему и сил. Но для друзей это было уже не важно. Если б оно сразу появилось в подобном виде, то может из-за вызванного страха смогло бы справиться с одним или более человеком. Но сейчас страха у друзей не было. Зверь зарычал. И это был сигнал для атаки. Гилиас поднял меч над головой и с криком: « В бой!» кинулся на монстра. Они все кинулись на монстра! Словно четыре молнии ударили в одно место. Зверь поистине был силен, и ловок. Но он теперь был жертвой. Теперь на него велась охота. Он отбивался четырьмя лапами во все стороны. Разбивая доспехи и шиты, но друзья не отступали. Они были так же очень сильны и пытались воплотить все свои боевые фантазии в реальность на этом монстре. Бой был жаркий и утомительный. Трал попытался произвести обманную атаку с кувырком и мгновенным прыжком, чтоб нанести удар по голове, но где то промедлил и получил удар в грудь, и откатился в сторону, потеряв шлем. Он поднялся оборачиваясь в поисках шлема, и увидел что к ним приближаются три высокие фигуры которые сошли с технокатов странной, заостренной модификации, красно-черного цвета. Трал сначала стал им кричать чтоб они не приближались. Однако люди становились все ближе и ближе. Трал заметил легкое движение рукой каждого из идущих, и увидел как в его сторону летят три маленьких но острейших ножа. Он отбил два, а третий застрял в щите. Трал быстренько надел шлем и окликнул Гилиаса:

- Гилиас…Гилиас! Посмотри сюда! – В момент обращения, Гилиас как раз вырвал Бриана из лап монстра, нанес тому удар в грудь кулаком, опрокинув на землю и несколько зло ответил:

- Я немного занят Трал! – Монстр перекатился через себя, но вслед получил легкое рассечение саблей Бриана и кинетический толчок Эридора. Гилиас обернулся к Тралу и тоже заметил застывшие неподвижные высокие фигуры. Они были в красно черных кожаных доспехах. На головах были красные капюшоны. Двое были мужчины, одна женщина. Они одновременно скинули с себя капюшоны, обнажив лысые головы укрытые красными наколками, и символом волка на лбу. Женщина обратилась к мужчине по середине отсутствующим голосом:

- Мастер, здесь ведьма и монстр. Как мы будем поступать? – Мужчина по середине также сухо ответил:

- Убьем всех – Ситуация закрутилась страннейшим образом. С одной стороны трое лучших наемных убийц красного братства нанятых Рамиром, с другой ведьма и чудовище. И четверо друзей по середине. Эдакий смертельный треугольник. И всю эту ситуацию наблюдал старик с длинными усами. И она ему очень не нравилась. Следовало их всех расстрелять с воздуха во время схватки, чтоб уже наверняка убить паладинов. И он отдал приказ, чтоб судна приближались к пролеску и горе Аримана. И пусть он нарушит свое слово – не вмешиваться в дела Убийц Красного Братства. Мертвецы с него уже не спросят!

Гилиас понял, что этот бой будет смертельно опасный. Кто эти трое не ясно, скорее всего наемные убийцы. Чтоб победить всех врагов следовало разделиться. Он и Трал всегда, даже без силы паладинов дрались хорошо. Значит Бриан и Эридор будет на подхвате. Тралу с Брианом следует отразить атаки этой смертельной троицы, так как они вряд ли будут двигаться быстрее чем монстр. Может бой получится менее опасный. А вот он сам и Эридор должны покончить с ведьмой и порождением ее ужасных чар. Гилиас приподнял слегка голову, поправил шлем и твердым голосом отдал команду:

- Трал, Бриан ваша задача остановить этих троих. Эридор – ты со мной уничтожить ведьму и ее монстра! – Таким решением он обрадовал Бриана. Он почувствовал на себе стальную хватку четырех лап монстра, и не хотел этого больше. А эта троица не вызывала в нем опасения вообще. Пусть они и натренированные убийцы, но все же люди! Трал и Бриан почти одновременно ответили:

- Без проблем! – И Трал еще добавил от себя:

- Как закончим с этими недотепами, сразу подскочим к тебе. Оставь нам хоть кусочек живого места на этой твари! – Эридор тоже был доволен таким приказом. Он хотел сражаться бок-о-бок с Гилиасом, но только вдвоем. Он с юности мечтал о таком. Два друга-героя бьются с неописуемым злом! Что может быть прекрасней. И вот тебе и возможность. Он проявит всю свою отвагу, и если надо даже подставит свою грудь, чтоб спасти жизнь друга! Он так воспылал этими настроями, что они передались необычными нотками в его голосе, когда он ответил:

- Так тому и быть, друг мой! Мы одолеем это зло любой ценой! Бейся смело без опаски, я прикрою тебя своей грудью! – Речи Эридора тронули Гилиаса. Глаза вздернулись мокрой пеленой, но он ничего не ответил, а только от всего сердца кивнул. Теперь он уверен полностью, они настоящие герои, и зло не должно победить. Но Эридор не остановился на своих пламенных речах. Он выставил вперед руку с магическим скипетром и прокричал ведьме, парящей в воздухе:

- Молись ведьма своим темным богам! Пробил твой смертный час! Пощады ты не дождешься. Сегодня ты падешь, и падешь от моей руки вместе со своим зверем! Сегодня ты умрешь! – Лицо ведьмы исказилось, обнажив оскал желтых клыков, появившихся на месте пропавших зубов. Она понимала, что недооценила силу этих четырех молодых паладинов. Она крупно вляпалась, и тон с которым произнес свои слова маг –паладин не предвещали ничего хорошего.

С другой стороны главарю убийц надоело наблюдать эти театрально-пафосные сценки. Все эти актеры, театра под названием жизнь уже должны покинуть сцену. Он надел себе на руки стальные черные рукавицы, которые крепко застегнулись за кистью и после вспыхнули оранжевым пламенем. Он просто сухо скомандовал:

- Убить их всех! – И началась страшная пляска смерти! Трое сорвались с места словно стрелы из лука и налетели на Трала и Бриана. У девушки и парня в обоих руках были узкие кривые клинки с зеленым отливом. Они орудовали ими с неслыханной скоростью. Главарь же атаковал своими огненными рукавицами. И как – то само собой произошло разделение. Главарь убийц налетел на Трала, двое других на Бриана. Эти трое были хороши, нечего сказать. Они двигались быстрее любого обычного человека. Они даже успевали уворачиваться и парировать ответные атаки. Черный доспех Бриана был весь исполосован острейшими клинками, а он все еще не мог нанести порез нападавшим двоим. Они словно предугадывали его удар, и если бы не его скорость перемещения, давно уже отсекли ему голову. Это страшило и злило одновременно. Но вот удача улыбнулась ему. Он одной рукой успел схватить лезвие меча которое было в руке у девушки. Она, используя свою технику боя, хотела выдернуть лезвие меча обратно. Но это было бесполезно. Оно было зажато словно в тисках. Они пересеклись взглядами. Ее был удивленно –испуганным. Она понимала, что сейчас с ней произойдет нечто плохое. Взгляд Бриана был взглядом победителя, переполненного предвкушением победы. Он улыбнулся, причмокнул и вздрогнув игриво бровями дернул ее меч на себя со всей силы. Она не успела отпустить рукоять и полетела в сторону Бриана с широко расширяющимися глазами. Это было ее первое поражение за всю жизнь. В полете она поняла, что сейчас лезвие этой ужасной черной сабли вонзиться в ее плоть. Она даже успела ощутить как холодная сталь входит в ее разгоряченное тело, и горячая кровь орошает все вокруг, и ее лицо. Все ее нервы и мышцы напряглись против ее воли, а глаза становились все шире. Бриан также сначала хотел проткнуть, словно муху эту мерзавку. Он даже направил лезвие лезвие сабли в ее сторону, но в последний момент в нем что –то переменилось. Он увидел эти испуганные глаза и слегка отведя лезвие в сторону, угодил эфесом сабли в грудь и плечо. Она улетела в сторону, словно небрежно брошенная ветошь. Ее напарник также удивленно и испуганно посмотрел на нее, а потом на Бриана. Вот что означает паладины? Что ему делать дальше? А Бриан уже грозно приближался к нему…

Трал в это время отбивался от неимоверных атак главаря троицы убийц. Главарь двигался почти так же быстро как и Трал, только был еще натренирован. Огненные кулаки оплавляли и разбивали каменно – стальной доспех. Булаву Трала главарь расплавил в первую очередь. Дальше Трал отбивался щитом и пытался увернуться. Проклятье. Как обычный человек может так быстро двигаться? А главарь улыбаясь продолжал атаковать, расплавляя щит и разбивая доспехи. Отступая Трал запнулся о что –то. Этого главарь и ждал. Он выполнил захват вывернув левую руку Трала вверх и вбок, подбив колено. Трал упал на одно колено, и главарь нанес сильнейший удар кулаком прямо в шлем. Поистине удар был сокрушительный. Шлем треснул, и его стальная основа стала плавиться. Языки пламени с рукавицы и горячий метал опекли щеку и шею Трала. Он закричал от боли, но вместо страха ощутил сильнейший прилив гнева. Глаза его засветились алым пламенем. Он вскочил, к удивлению главаря, который уже левой рукой направио подобный удар. Но это было ошибкой для него. Трал рыча сам головой ударил в направленный на него огненный кулак. Удар был роковым. Рука главаря убийц сложилась, и кость предплечья, пробив доспех вышла из плеча со стороны спины. Главарь успел только с раскрытым ртом и глазами полными удивления посмотреть на свою деформированную руку. В следующий миг Трал ударом правой руки сверху вниз сокрушил опешившего убийцу. Тело его осталось прямым а ноги в коленях как –то нелепо изогнулись и разъехались в стороны. Голова опрокинулась на грудь. Но разыгравшуюся кровожадность Трала этой картиной было не насытить. Он схватил одной рукой своего соперника за передки и несколько раз с криком ударил с размахом, словно половик, о землю. Потом также размахнувшись ударил о свое колено беспомощно трепыхающееся тело и сильным пинком, словно игральный мяч отправил некогда грозного главаря туда же, где лежала уже пришедшая в себя девушка. Бриан неумолимо наступал на последнего из троицы. Тот не мог уже отбиваться. Лицо его выражало крайнюю растерянность и страх. Бриан одним махом выбил у него один меч, второй вырвал рукой и ударом ноги заставил кувыркнуться через себя несколько раз. Пока тот перекатывался, Бриан уже оказался над поверженным врагом и занес саблю для смертельного удара. Парень перекатившись присел на колени, и увидев занесенную над собой саблю, закрыл глаза, прикрыл лицо руками и жалобно – истерически стал кричать. Бриан остановил ход сабли. Он увидел перед собой не врага, а беспомощную жертву. Чуть дальше, в стороне пришедшая в себя девушка сокрушалась над мертвым главарем, словно над телом любимого. Все это вызывало в душе Бриана печаль. Все это казалось каким –то заблуждением, ошибкой, за которую люди теперь понесли расплату. Однако Трал шел непоколебимый. Бриан увидел его, и понял что тот не пощадит никого. Он приставил саблю к груди друга, и отрицательно покачал головой. Трал остановился, весь хрипя от гнева. Но постепенно стал успокаиваться. Алое сияние в глазах стало проходить…

Гилиас когда направился навстречу монстру понял, что производимые манипуляции ведьмой укрепляют чудище и делают его еще сильнее. Он крикнул Эридору:

- Быстрей возьми ведьму на себя. Она лечит эту бестию – Эридор, исполненный героического настроя ответил:

- С удовольствием! – Он уверенно направился в сторону ведьмы, прямо мимо монстра. Чудовище естественно кинулось на него. Однако толи взращенный героизм внутри, толи какая иная причина помогла Эридору ловко увернуться от монстра не понятно. Однако мало того, что увернулся, он умудрился одной рукой отвесить громкую оплеуху созданию, а магическим скипетром при помощи кинетической волны отбросить в сторону. Казалось, что чудовище для него лишь незначительно препятствие, перед главной целью - ведьмой. Гилиас решил воспользоваться случившейся ситуацией. Однако не так все просто оказалось. Выходкой Эридора зверь оказался чрезвычайно взбешен. Его атаки в четыре лапы были молниеносны. Гилиас проклинал все на свете. Отбивал удары и отступал спиной к лесу. Вот он уперся спиной в ствол дерева. Монстр нанес удары и на секунду застрял одной лапой в стволе. Этого было достаточно. Гилиас схватил чудовище под руки и с криком что есть силы крутанул и втесал в дерево, в которое сам упирался спиной. Чудовище несколько неаккуратно ударилось мордой, потеряв два зуба. Оно попыталось отбиваться, целясь в голову. Гилиас отразил удары истерзанным щитом, но одна лапа прошлась по шлему и разрезав щеку. Гилиас вскрикнул. Монстр кинулся, разинув пасть, но Гилиас приложив максимальное усилие ударил ребром щита чудовища в голову. Оно снова ударилось в треснувший ствол дерева, и тут же оттолкнувшись схватилось всеми четырьмя лапами за щит. Гилиас вмиг представил что следует сделать. Он освободил руку от щита, прыгнул и ударив обеими ногами в щит. Монстр ужасно рыча отлетел снова к дереву, а Гилиас мгновенно поднявшись, метнулся к монстру и с очередным криком вогнал лезвие меча по рукоять прямо в щит. Острейший клинок под натиском рук паладина пронзил и броню щита и мерзкую плоть, пригвоздив чудовище в дереву, и зажав две лапы между щитом и телом. Оно истошно закричало, видимо ощущая смертный час, а Гилиас подскочив схватил монстра за шею и стал сжимать со всей силой на которую был способен. Монстр нелепо пытался царапать доспех Гилиаса оставшимися двумя лапами, и хрипеть. Но это все уже было бесполезно. Вскоре что-то в шее создания треснуло. Хрип прекратился, а Гилиас дернул шею на себя, и оторвал голову от тела. На доспех брызнула черная жидкость, а свободные лапы монстра дернулись еще два раза и замерли навсегда. Гилиас отшвырнул мерзкую голову и тяжело дыша, увидел как Трал бьет об землю беспомощное тело одного их троих атаковавших бритоголовых людей.

Эридор знал, что ведьма падет. Видимо и ведьма чувствовала тоже самое. Ее руки и шея чрезвычайно удлинились. Она стала метать в Эридора молнии и сжигать пламенем. Однако он спешно прикрывался плащом, и неспешно продолжал свое приближение, накапливая кинетический потенциал ударной волны. Ведьма жутко выла, видимо в бессилии. И вот Эридор приблизился как считал нужным. Раскрыл резко плащ. Выставил левую руку и перебирая пальцами, стал при помощи боевого телекинеза повреждать внутренние органы ведьмы. Та стала еще сильнее кричать, выть и опускаться ближе к земле. Когда ей до земли оставалось не более трех метров, Эридор резко повернулся правым плечом к ведьме и так же мгновенно направив магический скипетр пустил в нее сильнейшую кинетическую ударную волну. Ветки деревьев разлетелись в разные стороны, а ведьма резко улетела куда -то в моровый лес, замолкнув при этом. Эридор понимал, что для ведьмы может это было не смертельно, но достаточно повредило. Теперь стоило ее найти и добить! Он стал приближаться к лесу, и в этот момент ведьма стрелой вырвалась из крон деревьев и направилась в высь. Проклятье! Этого Эридор не учел. Он пытался направить на нее скипетр или хотя бы сфокусироваться на теле ведьмы, но от удивления опустил руки. Почти над ним низко по воздуху плыли пять воздушных суден на основе гномьих дирижаблей. Ведьма приближалась к ним, что то выкрикивая…

Фрида была напугана и взбешена. Она увидела приближающиеся судна и сразу поняла, что это приближается шайка бандитов во главе со старым подлецом. Она рванулась, что есть силы к ним. Она кричала. Почти приблизившись к судну:

- Ах ты старый поддонок! Ты подставил меня! Они меня чуть не убили! Ты заплатишь за это! Я … - Она не успела договорить. Главарь бандиты, старик с длинными усами отдал короткую команду:

- Пли! – В ведьму полетели стрелы, болты и камни из механических пращей. Кое кто даже стрелял из гномьих ружей и пистолей, выпуская облака оранжевого дыма из длинных стволов. Ведьма одновременно поразило столько смертоносных снарядов, что тело пронизало словно решето. А стрел застрявших в ней было столько, что она напоминала подушечку для иголок. Эридор увидел и услышал как расстреляли ведьму, и ее изувеченный труп упал невдалеке от него. Он подумал, что произошедшее с ведьмой не сулит и ему ничего хорошего. И в этот миг рядом с ним разорвалась сброшенная с судна мина. Он отлетел в сторону, но тут же поднялся и бегом направился к товарищам. Вдогонку летели электрические и морозные стрелы, картечь, пули, болты и взрывающиеся мины. Впереди стояли встревоженные товарищи. Эридор подбежал к ним, и обеспокоенно спросил Гилиаса:

- Что делать? Таким количеством оружия они нас точно убьют! – Гилиас нервно переводил глазами и потом уверенно сказал:

- Отступаем к заброшенной башне! Под землей им нас не достать! – И они побежали, что есть сил по просеке, в сторону горы Аримана, в надежде найти спасительное укрытие в старой башне мага. А за ним по пятам смертельными волнами землю застилали посылаемые заряды с кораблей. Технокаты друзей и троих убийц были взорваны. Оставшиеся в живых двое убийц полегли истекая кровью, пронзенные множеством стрел пуль. А молодые паладины бежали со скоростью ветра к спасительным подземельям старой неизведанной башни…

VI

«Прекрасный день, чтоб навестить графиню!» подумал Вендор, облачаясь в кожаные одежды слабо прикрывающие белоснежный нагрудник. Время наступило, чтоб вывести проклятую графиню на чистую воду. Первопаладины нашлись, значит и доказательства на эту гадость найдутся. Вендор не сомневался, что они найдутся именно в поместье. Надев кожаные сапоги, чтоб тайком проникать на чужую собственность было совсем комфортно, он с легкой улыбкой вышел на улицу из своего небольшого домика, с низкой крышей. Круглыми окнами и овитым зеленью. Вендор не любил высокие постройки. Он считал, что они больше должны расширяться, нежели возвышаться. Его домик находился за городскими стенами, среди трех десятков таких же аккуратных хижин, потому ему доставило большое удовольствие неспешная прогулка к городу и высокому каменному поместью графини за его стенами. Вендор покрутился возле стены. Обошел ее несколько раз, как бы просто прогуливаясь. В это яркое и мало облачное утро жители города желали по –дольше находиться в не своих жилых помещений, и они сразу бы заметили, как он перескакивает через стену. Но вот момент был уличен, и он опираясь на незначительные неровности в стене, ловко перемахнул через нее, придерживая клинок за ножны, чтоб не раздался лязг. Опустившись на землю, он метнулся сразу за дерево, аккуратно выглядывая, глазами охрану или прислугу. Однако никого не было видно. Но вблизи стоял небольшой сарай. Он быстрыми перебежками между деревьями добрался к дому, и его ожидала неслыханная удача. На третьем этаже открыто балконное окно. Прекрасно! Он снова вскарабкался по стене, и заскочил на балкон, так тихо, что спрыгнувший кот наделал бы больше шума. Перед ним развевались легкие занавеси нежно кремового цвета. Он прислушивался, оно не слышал звуков исходящих от снующих слуг в таком обширном поместье. Не было слышно ничего. Он вошел в комнату, а из нее в коридор. Никого не было. Поместье словно пустовало. Кода Реджинальд был жив, такого не было. Здесь всегда находилось много слуг и гостей. Всегда царила атмосфера радости и уюта. Поместье было всегда наполнено жизнью и каждый чувствовал упоение от пребывания в этом вечном празднике, который создавал Реджинальд. Это было когда он был жив… Вендор хорошо знал это поместье. Значит следует спустится на этаж ниже и начать поиски доказательств с покоев графини. Если ничего не отыщет, можно продолжить на первом этаже, в кабинете…бывшем кабинете Реджинальда. Если и там ничего не обнаружиться, обыщет подвал. Может что –нибудь там отыщется подходящее. Ну что ж ! Следует начать обыск…

Тримо стоял среди всех слуг в обширном подвале и думал об Эфире. Он почти не следил за происходящим, лишь ждал когда все закончиться, чтоб скорее встретится с любимой. Он полностью отдалился от графини, и она этого даже не замечала. Слуга оповестил его, что графиня собирает всех в главном подвале поместья. Когда Тримо пришел, то увидел заполненное помещение всей прислугой, мерзкими стражниками графини, в кровоточащих бинтах на лицах и руках с мечами наголо, некроманта и даже пройдоху и горе -мошенника Фарива. В центе этого собрания находилась графиня, в белоснежном платье, размером, явно намного большего, чем следовало одеть. Оно несколько нелепо висело на графине, но окружающие, казалось этого не замечают. Тримо слегка поморщился увидев эту картину. Графиня совсем уже сошла с ума, и заразила этим все в проклятом поместье. Ему давно следовало отсюда уйти. Тримо попал на речь графини не сначала. Она говорила:

-..сегодня! Потому каждый из вас должен быть покорен раю и мне. Каждый из вас должен стать прекрасным. Вы готовы к этому? – громкое одноголосое и фанатичное: « Да, госпожа!» Графиня засмеялась и продолжила:

- Тогда, мои верные слуги нет смысла больше оттягивать этот сладостный момент, к которому мы так долго шли. Начнем призыв рая сейчас же и становится прекрасными! – К графине поднесли сундук. Она открыла его и достала корону из самой тьмы. Она водрузила ее себе на голову и закатив глаза стала монотонно-утробным голосом читать заклинания призыва, подымая руки к верху. В какой –то миг подвал очень сильно встряхнуло. Графиня замолчала и фанатично улыбнувшись вскрикнула:

- Рай совсем рядом! Я уже чувствую его силу! Я могу сделать вас прекрасными!...Но сначала я сама стану прекрасной! – Она закрыла глаза, и стала громко мычать и с ней стали происходить ужасные деформации. Ее тело побелело , и стало мраморно –белым и вытянулось. Ее руки стали неестественно длинными, вместо пальцев образовались по восемь конечностей, напоминающие длинные белые лапы паука. Голова удлинилась вверх, волосы стали также длиннее и реже, став полностью седыми. Лицо полностью преобразилась. На нем не осталось ничего схожего с человеческим. Огромные темные глаза и то, что видимо служило ртом, также похоже на огромную паучью пасть. А вот платье, после того как графиня жутко изменилась стало совсем в пору. После изменений она взмыла над землей, на метр и так и осталась парить. А всю ее фигуру окружила белоснежная дымка, создавая яркий контраст с излучающей тьму короной на голове. Слуги и Фарив пали ниц перед чудовищем, в которое превратилась графиня и трепетно –боязливо лепетали: « Белая госпожа! Белая госпожа». Стоять остался только Тримо. Он с отвращением смотрел на то, во что превратилась графиня и с ужасом осознавал, что с этой мерзостью он проводил безумные страстные ночи. И в это он был влюблен. Видимо не зря Вендор так ее, или ЭТО ненавидит… Графиня медленно водила головой из стороны в сторону и говорила, совершенно не изменившимся, и несколько нелепо звучавшим при сложившихся обстоятельствах голосом:

- Ну кто же из вас станет следующим? Кто заслужил такой чести? А…Тримо! Мой милый Тримо! Вот кто! Мой преданный друг, ты готов пустить в себя рай? Ты готов стать прекрасным? – «Превратится в мерзкую тварь –это стать прекрасным?» Тримо несколько был шокирован. Он усмехнулся и ответил:

- Ну, уж нет, дорогая графиня или что ты там теперь, я не совсем выжил из ума, чтоб превращаться в чучело огородное и называть себя при этом прекрасным или прелестным. Мне как –то и мое тело пока устраивает – Тон с которым сказала следующие слова графиня не предвещал для Тримо ничего хорошего:

- Ты станешь прекрасным сейчас же. Подведите его ближе! – К Тримо двинулись несколько перебинтованных охранников графини. Тримо обнажил длинную саблю выполненную их красного металла и вскрикнул:

- Рассеку на куски! Стоять на месте! – Графиня была в бешенстве. Она вскрикнула:

- Схватить его сейчас же и притащить ко мне! – На Тримо кинулись кроме охранников еще и слуги. И это было их роковой и смертельной ошибкой. Ни один из них не являлся последователем Вендора Райса, насколько знал Тримо. А кроме Вендора и его последователей Тримо больше опасаться некого! Сабля Тримо стала погружаться в плоть наступающих со скоростью молнии бьющей в землю. Наконец –то Тримо снова почувствовал себя победителем. Враги один за одним ложились под его ударами, истекая кровью, а он смеялся. В одной куче из тел, которая быстро росла лежали и перебинтованные гадкие стражники графини, коих он давно хотел изрубить , и слуги, которых он знал не один год, но ему сейчас было все равно. Тримо понимал, что лучшего момента, чтоб порвать с графиней и не придумаешь. Если он сейчас пробьет себе выход из этого мерзкого подвала, то сможет начать новую жизнь с Эфирой. Ни она, ни ее отец, и вообще вся ее родня никогда больше и ни в чем не будут нуждаться. В подвале образовался хаос, который играл на руку Тримо. Создание, некогда бывшее графиней выло и ревело в бешенстве. Из – за большого столпотворения она не могла сама приблизиться к Тримо, и в порыве ярости хватала первого попавшегося слугу и перервала его по –полам. Под ее ногами оказался жалко скулящий Фарив. Она схватила его и грозно спросила:

-Ты хочешь стать прекрасным, Фарив? – Тот жалобно заверещал:

- Больше всего на свете, госпожа! – Она положила ему свою руку- паук на лицо и началось превращение…

А Тримо искусно лишая жизни своих обезумевших противников поднялся по ступеням ведущим на верх, и продев острейшей саблей еще парочку охранников с улыбкой выскочил за дверь. Он запер ее на засов с внешней стороны и широко улыбаясь, с саблей на голо поднялся на первый этаж и направился по коридору к выходу. Вот и все! Вот и конец старого Тримо. И пусть неизвестно, сколько ему придется еще пожить на этом свете, он будет жить ПРОВИЛЬНО! И все кто будут вокруг него будут довольны и радостны. Никогда не будет одиночества и печали у тех, кто рядом с ним. В подвал входил старый Тримо, а вышел совсем иной, лучший Тримо! С улыбкой, он завернул за угол и оторопел. От неожиданности, улыбка спала с его лица, а сабля выпала из рук. В нескольких метрах от него стоял Вендор, в дверном проеме, а у его ног лежали трое перебинтованных охранников графини. Вендор резко повернул голову к Тримо, только тот появился из-за угла. Правый глаз Тримо стал дергаться в нервном тике. Не может такого быть! Боги не могут так жестоко с ним обращаться. Это просто не справедливо быть в одном шаге от новой жизни, и не достичь ее. Вендор направился к Тримо. Тот даже не попытался поднять саблю. Вендор понял, увидев лицо и саблю Тримо, что тот сражался и ускользнул с места сражения. Он хотел спросить Тримо что происходит в этом поместье, не сомневаясь, что тот из –за страха выложит все. Но Тримо опередил. Он мучительно больно выдохнул :

- Вендор!... – Вендор удивленно ответил:

- Тримо…-

- Вендор…Это не справедливо! Ты не должен меня убивать! Я только, что избежал участи куда страшнее смерти! У меня новая жизнь, я больше не убийца! Я не могу сейчас умереть! Это будет жестокий удар для нее! – Лепетал Тримо с влажными глазами. Вендор ничего не понял, но осадил Тримо:

- Прекрати! Что случилось? Что вообще происходит в поместье? Где прислуга и кто эти перебинтованные мерзкие личности? – Тримо стал пояснять:

- Это личная охрана графини! Она собрала всех слуг в подвале, и проводит магический ритуал по призыву какого –то рая! Я еле ушел от туда! – Вендор побледнел, услышав слово рай! Неужели графиня может призвать рай! В последний раз когда он слышал о рае это закончилось гибелью целого города и…его любимой. Тримо заметил, Вендор изменился в лице. Может это подходящий момент, чтоб выпросить себе пощады. Он обратился к Вендору:

- Отпусти меня Вендор. Я начну новую жизнь. Я устал быть зверем, хочу быть человеком.. – Вендор уже почти не слушал Тримо. Куда более страшная беда надвигалась, чем ускользающий бывший прислужник графини. Вендор кивнул утвердительно и обогнув Тримо направился в сторону подвала. Тримо трясущейся рукой поднял саблю и неожиданно снова услышал как его окликнул Вендор. Он остолбенел. Нет, боги! Неужели он передумал. А Вендор сказал:

- Тримо…Если у тебя есть здесь близкие люди, забирай их по дальше от города. Возможно сегодня здесь будет смертельно опасно находиться – Тримо не оборачиваясь кивнул, облизав пересохшие губы и ответил:

- Понял…Спасибо. И Вендор…Если ты хочешь спуститься в подвал, то знай графиня уже не графиня. Она превратилась в нечто омерзительное, и видимо хочет превратить и всех остальных в себе подобных – Вендор молча кивнул и направился к подвалу. Тримо слышал удаляющиеся шаги и заправив дрожащей укой саблю в ножны кинулся на всех скоростях из поместья вон. Тримо видимо в первый раз в жизни решил отблагодарить. Отблагодарить Вендора, за то, что дал ему шанс начать новую жизнь. Тримо сам себе дал слово, пока сломя голову бежал к дому Эфиры, что уедет очень далеко из этого города, туда где всегда спокойно и все улыбаются, увезя любимую и ее семью, и напишет про Вендора самую лучшую книгу, которую кто либо писал. А псевдоним поставит Вендор Райс, и когда книга станет пользоваться спросом, пусть все думают, что она написана самим Вендором!

Трал шел в полнейшем разочаровании. Они сразились с убийцами, ведьмой и ее монстром. Их чуть не расстреляли или взорвали бандитская шайка на дирижаблях. Взрывы завалили каменный вход старой башни, и они оказались в кромешной тьме. И все это для чего? Не для чего вообще! Вот так. В башне, точнее в ее подвале не было абсолютно ничего интересного для Трала. Нет сундуков с сокровищами, еще партии опаснейших соперников, нет узников, которые потом оказались бы принцами и вознаградили героев. Или узниц, которые также могли бы оказаться принцессами и...и также вознаградить Трала! Но здесь не было ничего подобного. Обширный подвал, служивший лабораторией мага, был почти пуст, за исключением шкафов забитых книгами, папирусами, ингредиентами и алхимическими приборами, имел скверный запах. В средине зала были стулья и столы измазанные старой кровью и несколько черепов людей и каких –то клыкастых созданий. И это было все, что можно найти в этом подвале. Эридор сначала сотворил заклинание малой искры, так как на большее не был способен, а потом они отыскали факела. Трал обыскал каждый уголок этого помещения. Он даже отыскал каменную плиту активирующую потайную дверь, однако сокровища не нашел. Он был жестоко раздавлен осознанием этого. Он сокрушенно плюхнулся на один из стульев, наблюдая как Эридор и Гилиас радостно и оживленно перебирают забитые, как считал Трал, хламом полки и радостно усмехались рассматривая то книгу, то флакончик с каким –то зельем. Бриан не понятно откуда отыскал маленькое зеленое яблоко и мирно его жевал в сторонке. Гилиас, сняв шлем повернулся к Тралу и с восхищением лицам и охапкой книг возбужденно произнес:

- Да тут же целый клад, чтоб меня демоны разорвали! Все эти фолианты бесценны, с научной точки зрения! – Эридор копаясь в стеклянных мензурках не поворачиваясь ответил таким же голосом:

- Это точно! Теперь я точно не жалею, что мы столько пережили. Это того стоило! – Для Трала это было стало последней каплей. Он вскипел от услышанного. Вскочил и закричал:

- Вы, что издеваетесь надо мной?! Здесь же ничего нет! Ни монстров, ни кладов, ни богатых пленников! Мы все пережили за зря. Я сам придумал поход сюда, уговорил вас всех и все без толку! А вы со своими книжечками и скляночками возитесь, как маленькие! – И он в сердцах запустил свой шлем в стену – Все удивленно посмотрели на Трала, не понимая его гнева. Он понял, что только один он шел сюда ради денег и наживы, как любой нормальный герой. Его друзья шли сюда по каким –то другим причинам. И если они отличались от желания обогатится, он не хотел сейчас о них слушать, так как они были ему очень противны. Бриан продолжил жевать яблоко, взяв в руки книгу. А Эридор и Гилиас продолжили осматривать полки, бережно осматривая каждую мензурку и книгу. Эридор достал из глубины шкафа две маленькие скляночки. Одна была с белой жидкостью, другая с черной. Он радостно обратился к Гилиасу:

- Смотри, что я нашел? Это просто невероятно. Эссенция сущности ангела, и эссенция сущности демона. Я даже не могу поверить, что это настоящие эссенции этих созданий – Гилиас изумился:

- Надо же какие чудеса! А для чего эти эссенции служат? –

- Они наполняют собой любой предмет и организм свойствами того создания чья эссенция находится во флакончике. Ну так по крайней мере нам не лекциях зачитывали. Однако экспериментов, мы так и не дождались – Гилиас снова удивился:

- Как такое может быть? Я бы наверно хотел бы на себе испробовать эссенцию ангела, но лучше не рисковать – Эридор кивнул и сказал:

- Это точно! А хочешь, бери себе эти флакончики. Они достаточно малы, чтоб поместиться под доспехами – Гилиас радостно улыбнулся и весело ответил:

- О! Вы чрезвычайно щедры, добрый господин! Позвольте и я вас отблагодарю! – И он протянул Эридору толстую книгу по алхимическим экспериментам. Эридор подыграл другу:

- О благодарю вас, мне очень приятно. Я обязательно воспользуюсь этой книгой – И они засмеявшись снова начали осматривать шкафы. Трал, будучи свидетелем этой картины, сокрушенно выдохнул и закрыл лицо руками. Для него это был крах. Неожиданно Бриан положил книгу на стол и дожевывая яблоко сказал:

- Ну так, что? Может мы оставим уже этот подвал и осмотрим потайной ход? – Эридор с Гилиасом согласились. Гилиас отстегнул свой плащ, и погрузив в него нужные, как он считал книги и стеклянные флакончики и они вошли в проход за стеной. И вот они шли и шли. Очень долго шли. Ни одного поворота или какой-нибудь комнаты. Просто длинный бесконечный коридор. Трал шел в полнейшем разочаровании. Бестолковое путешествие. Они шли по этому коридору очень долго. Ложились спать, когда хотелось. Снова шли. Возникал голод, но они ничего не успели с собой захватить съестного и просто усмиряли его. Снова ложились спать и снова шли. Это было не путешествие, а мучение какое –то. Сколько они шли по этому коридору не известно. Гилиас даже стал опасаться, что коридор будет бесконечным. Но вот вдалеке показалась каменная стена. Осмотрев ее друзья отыскали такую же кнопку активизирующую механизм, и каменная стена вздрогнув стала отодвигаться в сторону. Перед друзьями открылось широкое помещение с высокими потолками и хорошо освещенное множеством энергофакелов. Они вошли в него , и Трал первым заметил декоративный ларец находящийся на изящном резном столике возле стены. Он мигом оказался возле ларца. Схватил его и сорвал верхнюю крышку. В ларце находились кусочки белого золота, граненые и неграненые драгоценные камни. Лицо Трала просияло и было идентично выражению человека нашедшего воду, долгое время изнывающего от жажды. Трал блаженно проговорил:

- Вот! Вот наконец то ради чего стоило так рисковать! Вот наконец долгожданные богатства! – Бриан приложил палец к губам, давая понять Тралу, чтоб помолчал, и не громко спросил:

- Вы слышите? Прислушайтесь… Над нами происходит что –то непонятное! – Ребята прислушались. В самом деле над ними были слышны приглушенные крики, грохот, странные рычащие звуки и лязг оружия. Гилиас предположил:

- Не знаю где мы очутились но над нами явно происходит сражение. Нам стоит выбраться наружу и увидеть все своими глазами –

- Согласен! Может даже кого –то сможем спасти! – поддержал его Эридор. Трал тоже кивнул, бережно заматывая разломанный ларец в скатерть которой был застелен столик, на котором стоял ларец. Согласен был и Бриан. Очень было необычно после длиннейшего коридора в своей жизни очутится сразу на поле битвы. Но они теперь паладины. Они теперь герои, и могут спокойно попадать в различные опасные передряги. Друзья направились к ступеням ведущим наверх…

Дулиф был одет в лучшие одежды. Они пестрили синими, белыми и желтыми цветами. Борода была наглажена и заплетена в множество аккуратных косичек. Он ждал Фральду Мартур – гномку знатного рода, которая влюбилась в него. Да и он не был равнодушен к ней. Дулиф бродил в волнении по своей лавочке убранной как никогда. Он никогда так себя не чувствовал. Ему хотелось летать и смеяться. Он явно неравнодушен с Фральде. После нескольких встреч она сама в письме попросила о встречи у него в магазине. Дулиф убирался два дня, вместе с нанятым помощником, однако все равно не был доволен уборкой. Все время находил еле заметное пятнышко и бубня себе под нос интенсивно стирал его пальцем. Он стоял спиной к двери и оттирал очередное пятно, когда дверь неслышно отворилась, и еле слышный звон колокольчика указал на присутствие еще одного живого существа в магазине. Дулиф резко развернулся. Это была ОНА! Фральда стояла возле двери, скромно улыбаясь и теребя розовый рюшевый платочек руками в полупрозрачных рукавичках. На ней было средней пышности длинное платье, кремового цвета с вшитыми маленькими тканевыми лепестками разных цветов, а на голове такого же кремового цвета полупрозрачная шляпка, лежащая на пламенно рыжих аккуратно уложенных волосах. Дулиф раскрыл рот от изумления. Ничего прекраснее в своей жизни он не видел. Он смотрел в ее большие голубые глаза и не мог найти слов. Так они и молчали стоя, любуясь друг другом. Но вот Дулиф вышел из шокового состояния и подхватив специально для этого приготовленный дорогой резной стул и поспешил к гостье, со словами:

- Простите госпожа, Фральда! Присаживайтесь! Я прошу вас проходите и присаживайтесь- Фральда чуть шире улыбнулась, слегка присела в знак благодарности, с еле слышным: « Благодарю» и опустилась, словно пушинка на стул. А Дулиф уже поднес небольшой круглый стол положил салфетку обшитую золотом и на нее серебряный поднос. На поднос поставил прозрачный графин инкрустированный золотом и сверкающими камнями, наполненный апельсиновым сеже выжатым соком и два бокала, видимо входившими в комплект с графином. Подставил стал себе и сказав:

- С вашего разрешения - так же присел и сразу спросил:

- Позвольте вас угостить свежее выжатым апельсиновым соком. Сам сегодня освежевал великолепнейшие апельсины! – Она кивнула все так же скромно улыбаясь. Дулиф налил не спеша бокал и подал ей. Она взяла его и их пальцы соприкоснулись. От такого блаженства Дулиф чуть не выпрыгнул из своего костюма, но внешне не показал виду. Лишь на щеках его показался румянец. У Фральды он тоже образовался. Она отпила глоточек и поставила бокал на стол. Дулиф от волнения наполнил и себе бокал и залпом его выпил. Взяв себя немного в руки он спросил:

- Скажите сударыня, для чего вам, столь знатной особе приходить в лачугу вашего покорного слуги, когда вы могли бы послать одну лишь весточку и я примчался бы к вам словно стрела? – Она опустила глаза и заговорила негромким бархатным голосом:

- Мне довольно приятно слышать о вашем рвении, милый Дулиф. Однако я хотела лично попросить вас об услуге, несогласие с которой я не вынесла бы прочтя на бумаге, в случае если вы не прейдя решили мне ответить письмом – Дулиф затрепетал, и ответил:

- Просите что угодно! Я буду рад выполнить любое ваше пожелание! – Она подняла на него свои глаза, и с сильно заметным румянцем на лице сказала:

- Я хотела бы попросить вас сопроводить меня в театр сегодня вечером, в статусе ближайшего мне гнома - Голова Дулифа пошла кругом. Это звучало так не реалистично. Дулиф не мог поверить своему счастью. Он закивал головой и поспешно и отрывисто ответил:

- Конечно! Я с радостью! Для меня это честь! Я никогда не смог бы отказать Для меня это честь, поверьте! – Фральда поднялась со стула, еще шире улыбаясь и сказала:

-Тогда не смею больше вас задерживать. Зайдите за мной около семи вечера. Согласны? –

- Конечно –конечно. Не переживайте! Я буду у вас уже в пять! Нет даже в четыре! – Фральда усмехнулась и ответила:

- Не стоит в четыре. Батюшка мой еще не будет готов, а в пять еще матушка не управиться со своим туалетом. Лучше к семи – Дулиф улыбаясь закивал и ответил:

- К семи буду уже стоять у порога вашего дома! – Фральда снова улыбнулась и сказала:

- Тогда до вечера вам, Дулиф Грум – Дулиф так же хотел отпустить любезность в стороны своей гостьи, как со двора послышался отдаленный громкий взрыв. Лицо Фральды изменилось. Оно стало выражать тревогу. Вслед за первым стали разноситься еще одни отголоски взрывов, мене сильные но частые. Она встревожено воскликнула:

- Что это Дулиф? – Дулиф не знал, что это. Через стеклянную витрину, входившую на улицу он увидел бегущих стражников, и услышал крики людей. В следующую секунду раздался взрыв совсем рядом, и через витрину он увидел как в сторону от взрывной волны улетело двое стражников. Дулиф направился к двери, подглядеть что такое происходит, как с улицы раздался всеобъемлющий грохот, и земля содрогнулась, витрина лопнула и осыпалась, а Дулиф повалился на Фральду. Падая он успел вывернуться, чтоб подхватить ее и не придавить собою. От случившегося у нее слетела шляпка и растрепались ее пламенные рыжие волосы. Она была прекрасна! Дулиф не мог ею налюбоваться. Однако сама Фральда была ужасно напугана. Она схватилась за Дулифа и с ужасом смотря ему в глаза снова спросила:

- Боги, Дулиф что это? Что происходит – А Дулиф не боялся ничего. Он был влюблен и ему было все равно. Он нежно улыбнулся и ответил:

- Ничего страшного, прекрасная Фральда. Успокойтесь. Пока вы под защитой вашего верного слуги, с вами ничего не случиться – Но тут Фральда закричала, широко раскрыв глаза и смотря куда –то за спину Дулифа. Он развернулся и увидел как в витрину влазят двое странных людей лица которых были обмотаны кровавыми бинтами. Один из них рычал, другой стонал словно в муках. В руках у них были окровавленные клинки. Дулиф со скоростью стрелы метнулся к ним. Они даже мечи не успели поднять. Одного он ударил под ребра с такой силой, что кулак чуть не прорвал кожаную броню и плоть. Человек стал улетать обратно на улицу. Второго Дулиф схватил за руку с клинком и неестественно выломав всадил лезвие меча по самую рукоять в живот и пинком тоже выпроводил на улицу. А на улице творилось нечто ужасное. Многие дома горели, другие продолжали взрываться. Люди с намотанными на голову бинтами кидали большие пламенные мины в дома. А выскакивающих в ужасе жителей кололи копьями и мечами, не щадя ни стариков ни детей. Над городом разворачивалась желто-алая воронка, из которой раздавался жуткий рев чего –то невероятно огромного, и сыпались как крупа какие –то черные комки. Упав не вдалеке от лавки Дулифа комок превратился в жуткого монстра с пастью вместо головы и длинной палкой в руках. Чудовище неистово рыча направило на Дулифа палку и стало из нее стрелять, не перезаряжаясь черными шарами с огненным длинным шлейфом. Дулиф уворачиваясь помчался навстречу монстру. Приблизившись на столько чтоб схватить оружие чудовища, он сделал это. Он схватил палку обеими руками с боку и перекрутив через себя ударил что есть силы чудовище об мостовую. По камням разбрызгалась черная кровь, а палка треснула надвое. После Дулиф поспешил обратно в лавку. Фральда сидела на полу, окаменевшая от ужаса. Дулиф мило улыбаясь, нежно поднял ее и усадил на стул, приговаривая:

- Не стоит молодой леди сидеть на полу – можно простыть – И после этих слов кинулся за стойку искать оружие. Особое оружие – электро-механический молот своего деда – героя Заскальных Битв. До уборки он почетно висел на стене, но Дулиф решил положить его в иное место, чтоб не смущать Фральду – несколько жутковатый вид был у этого орудия. Оно местами проржавело, местами почернело. Рукоять оканчивалась заостренными шипами, а само молотило состояло из двух наковален между которыми находилось электро –механическое устройство с короткими четырьмя выхлопными трубками. Почему Дулиф реши взять этот молот? Потому что отец ему сказал, что применять его следует в самом исключительном случае. Дулиф не применял молот даже в битве при Гримдоре, однако защита жизни девушки в которую он влюблен – это самая подходящая причина! Дулиф достал молот и поднялся из-за стойки. В разбитую витрину снова влезли нежеланные гости. Трехголовое чудовище, и человек в намотанных на голову окровавленных бинтах. Дулиф метнул в монстра не включенный молот, который унес за собой на улицу того, и перемахнув через стойку в прыжке ударил в голову человека. Под бинтами явно хрустнул череп, а его человек вылетел на улицу. Фральда посмотрела потухшими глазами на Дулифа и обреченно спросила:

- Что же это Дулиф? Мы теперь умрем даже не сходив вместе в театр? – Дулиф шмыгнул носом и нежно улыбнувшись ответил:

- Нет моя милая леди! Мы не будем умирать. Мы сейчас пройдем к вашему дому, чтоб убедится, что все ваши родные в здравии и сознании. А потом уже решим, что делать со всем этим беспорядком. Не печальтесь и не волнуйтесь. Я смогу вас защитить. Идемте. Ничего не бойтесь! – Дулиф, держа за руку дрожащую Фральду вышел на улицу. Он поднял молот, и включил его. Тот заревел, выпустив черное облако дыма. По всему молоту прошла электрическая дуга, а с наковален стали сыпаться красные и голубые искры. Дулиф слегка улыбнулся и они сквозь творящийся кругом кошмар уверенно направились к поместью Фральды…

Трал испытал новый шок когда они выбрались из подвала дома ну улицу. Но не творящийся хаос, ни люди с забинтованными головами которые убивали мирных граждан и сражались со стражниками, ни чудовища падающие с неба, и само кошмарно небо с чудовищным ревем исходящим из воронки не произвело такой эффект на него, как осознание того что проделав такой длинный путь, как ему казалось, они снова оказались своем родном городе. Словно никуда не уезжали. А дом из которого они вышли принадлежал одному из высокопоставленных чиновников города, и драгоценности которые он нашел в ларце оказывались не сокровищем, а обычной кражей. Трал в сердцах зашвырнул замотанный в скатерть ларец с драгоценностями обратно в раскрытую дверь дома. Но дольше печалиться не было времени. На друзей рыча и стреляя из причудливых изогнутых палок наступали чудища с одной стороны и люди в кровавых бинтах с другой стороны. Гилиас уворачиваясь от черных шаров с огненным следом, испускаемых монстрами пожалел о том, что не вытащил меч из убитого ведьминского чудища, и не взял шит. Так было бы уворачиваться и прикрываться легче. Но рядом с ним был Эридор. Он укрывал обоих своим плащом, от которого шары отлетали с металлическим звоном. Друзья стояли полукругом, ожидая бой с чудовищами. Они налетели на четырех друзей словно волны на камни, полностью поглотив. Но эти создания не ожидали, что будет страшнейший отпор. Они не знали как сражаются паладины! Наконец –то Трал смог удовлетворить свою агрессию, которую всегда с таким трудом сдерживал. Он заревел словно лев и кинулся на людей в бинтах. Он разбивал им головы свободной рукой, вырывал руки из плеч, пробивал грудную клетку кулаком, насаживал на рога, сминал нескольких одним ударом булавы, и все ему было мало! Бриан так же пустил вход свою саблю. Теперь он мог смело наносить смертельные раны существам перемотанным в бинты, так как они мало походили на людей. Скорость его движений была молниеносной, и он мог позволить выполнять себе с саблей различные выкрутасы, о которых мечтал еще с самого детства, когда в первые увидел саблю , которая была больше него на целых две головы. Враги не могли причинить им вреда и они непобедимо пролаживали себе дорогу, через многочисленные ряды. С обратной стороны Эридор отталкивал волны чудовищ магическим скипетром. Поднимал над землей и с силой опускал на камни улицы. Те кто подбирался слишком близко он ловким ударом ноги отправлял подальше от себя, и они летели сбивая своих собратьев. Гилиас орудовал в рукопашную. Давно он не махал кулаками, хоть это выходило у него не дурно, как он считал. Но в этой схватке ему не приходилось особо применять свое мастерство. Он просто отчеканивал два удара сопровождаемые мокрыми шлепками каждому мерзкому созданию которое было в его поле зрения. Потом друзья не сговариваясь поменялись местами. Трал и Бриан стали уничтожать монстров, Эридор и Гилиас - перебинтованных. Те кто не успел выбежать из своих домов наблюдали с ужасом и трепетом необычайнейшую картину. Четверо воителей разили врагов с неимоверной удалью. Те падали штабелями им под ноги, или в прямом смысле летели в стены домов. Перебинтованные и монстры стекались к месту битвы со всех уголков города, а герои продолжали бесстрашно их уничтожать. Перебинтованные оставили затею по подрыву и поджогу домов и были только здесь, пытаясь повергнуть четырех паладинов. Но тщетно! Люди узнали в этих храбрецах тех кто уничтожил монстра Аримана, тех кто прогнали из города бандитов Красного Братства, тех кто уезжал на поиски приключений. А теперь они здесь – спасают город от неведомой напасти. Кто же они? Откуда взялись? Видимо сами боги послали этих молодых героев, чтоб уберечь людей от гибели! Люди понемногу стали выходить их домов, с различными орудиями самозащиты. Если эти четверо, можно сказать еще юношей не побоялись выйти против целой армии, то неужели взрослые мужчины не смогут оборонить свой дом и свою семью? Не бывать такому никогда!

Один из юношей всадил вила в спину перебинтованному и победоносно повернувшись к менее смелым четырем товарищам и девушкам сказал:

- Я знаю лично одного из этих храбрецов! Вон тот с рогами на шлеме –это Трал! Когда -то я с ним дрался в подворотне. Нахал страшный. А теперь мы деремся вместе! Теперь –то я понимаю: он не нахальный вовсе, а безмерно храбрый! Как и я! – И после этих слов парень ловко увернулся от меча перебинтованного, ударил того локтем в область носа, левой рукой в висок, потом в живот и что есть силы кинул на землю. Резко выдернул вила из предыдущего перебинтованного и несколько раз продел корчащегося на земле поверженного перебинтованного. Потом подобрал его меч, и героически занеся его над головой скомандовал своим товарищам:

- Айда ребята! Выбьем эту погань из нашего города! – И развернувшись с криком побежал в толпу перебинтованных. В следующую секунду побежали и за ним его друзья!

Когда стража приблизилась к месту сражения, оно уже почти завершилось. С одной стороны монстров и перебинтованных добивали четверо друзей, с другой люди самоорганизовались в боевые отряды и помогали храброй четверке добивать раненых и убегающих. Стражники присоединились к общей баталии, но с восхищением смотрели на четверых друзей. Они стояли держась вместе и тяжело дышали. Это было правдой. Несмотря на свои не дюжие силы все четверо очень устали. Они только что одолели целую армию, отделавшись легкими порезами и ссадинами, да слегка поврежденными костюмами. Командир стражников с трудом пробираясь через наваленные тела приблизился к четверым и восхищенно спросил:

- Это что, вы всех положили? – Гилиас все еще с отдышкой ответил:

- Да, сержант! А теперь ответьте, что произошло в городе? – Сержант не отводя восхищенных глаз от Гилиаса, который казался ему выше самого дома заворожено ответил:

- Я не знаю, друг герой, что произошло. Никто не знает. Просто небо прорвалось, словно старая гнойная рана и из него посыпались эти монстры. Да вон те в бинтах без предупреждения начали взрывать дома по всему городу

Только сержант закончил с неба упал еще один черный ком. Он видимо был очень тяжелый, так как камни словно пули разлетелись в разные стороны, образовав воронку. Все посмотрели в ту сторону, а ком стал превращаться в очередное жуткое создание. Однако это отличалось от других. Оно было выше дух метров, намного крупнее человека и покрыто хитином, который больше напоминал хорошо подогнанный доспех. Голова была овальной и казалось облита кипящей смолой, которая обильными каплями стекала на грудь создания. И сквозь эту маслянистую жидкость на людей смотрели, пыля алым огнем три больших глаза. В руках, которые также как и голова были покрыты черной жидкостью, оно держало нечто напоминающее меч. Существо беззвучно открыло рот и все в своих головах услышали гадкий голос:

- Пища думает, что победила? Нет! Пища должно покориться, и отдать себя покорно на съедение! Почему пища упрямиться?

Трал скривился и сказал:

- Ты посмотри, что за дрянь! Нахальство и наглость видимо во всех мирах одинаковые. Стоит нечто непонятное и умничает

И продолжил, уже обращаясь к монстру:

– Тебе крышка, мерзость. Я разорву тебя в клочья, и можешь не убегать –все равно догоню! И с этими словами побежал на монстра. И…Их орудия скрестились. Чудовище стало ловко отбиваться. Оно даже не отступило не на шаг. Но Трал был настойчив. Монстр отпрыгнул все же назад, но это было последнее его отступление. Он обманным путем выбил булаву из руки Трала, в прыжке ударил тому в шлем, который раскололся. Потом пронизал насквозь Трала своим мечом, подхватил за руку, и словно тряпку несколько раз ударил об землю, и наконец, завершил издевательства сильнейшим ударом ноги, который отправил Трала в стену дома, пробив ее. Друзья были шокированы увиденным. Неужели Трал умер! Неужели его так легко убили? Он не показывался из дыры в доме. В головах снова послышался издевательский голос:

- Пища должна покориться!

Грудь Гилиаса сдавила нестерпимая обида и ярость. Он скривился и кинулся на монстра. Теперь соперник у монстра оказался намного серьезней. Монстр двигался с такой же скоростью, что и Гилиас, однако особой техникой боя не обладал. Закрывался и атаковал совсем обычно, что можно смоделировать и обернуть против врага. В очередной выпад мечом Гилиас зажал его лезвие рукой под мышкой и ударом провой разбил по –полам. Монстр взвизгнул и ударил ногой, но Гилиас подхватил ногу и ударил со всей силой туда где могла располагаться коленная чашечка. Черный хитин треснул и монстр закричал. Но в тот же момент подпрыгнул и угодил Гилиасу другой ногой в плечо. Этот удар, похожий на удар каменной глыбой, снес Гилиаса в сторону. Монстр, ковыляя подбежал к Гилиасу и начался полноправный рукопашный бой. Гилиас и монстр смогли угостить друг дружку увесистыми ударами. Гилиас ощущал, как его голова гудит от ударов. В этот момент к чудовищу подскочил Бриан, который явно не ожидал подобной скорости движения от монстра. Он получил размашистый удар по шлему, в область лица. Шлем треснул, а за ним и нос и губа. Бриан клюнул головой, на мгновенье его сознание помутилось, и он упал как подкошенный на колени. Монстр, не раздумывая, ударил коленом его в грудь. Бриан улетел в сторону, выронив саблю. Но Гилиас времени не терял. Он подбежал к монстру, и в прыжке произвел апперкот. Голова и руки чудовища вздернулись кверху, и он упал на спину. Гилиасу показалось, что он ударил с размаху гранитную скалу. Рука гудела, но враг был повержен. Эридор этим временем помогал выбраться наружу избитому Тралу. Оказывается, он успел увернуться в последний момент, и лезвие чудовищного меча прошило доспех вскользь, повредив слегка кожу. Но вот остальные удары… Трал не мог прийти в себя, и шатаясь держался за стену дома. Люди, как и стражники, молча и неподвижно наблюдали за этим кошмарным сражением. Если четверо героев падут - они все умрут! Гилиас тем временем подобрал булаву Трала и стал медленно приближаться к чудищу. Монстр на локтях отполз на несколько метров назад, и опираясь о стену встал. Он понимал, что такого соперника как Гилиас одолеть очень тяжело. Если вообще возможно. Потому следует прибегнуть к запасному варианту. Чудовище подняло руку к небу и открыло беззвучно рот, в своей голове:

- Братья! Учитель, придите на помощь!

И призыв был услышан. С небес стали снова падать комки. Одни падали на улицу, иные пробивали крыши домов. Но все они превращались в существ подобных тому, которое их вызвало, только что меньше ростом. А вот огромный комок, который содрогнул землю, и разрушив полностью дом, превратился в существо размерами существенно превышающими того монстра, что призывал. К тому же это создание было с огненными крыльями. Оно взмыло над разрушенным домом, не спеша покачиваясь в воздухе. Гилиас с ужасом раскрыл глаза. Это мог быть конец. Скорее всего, это и будет конец им! Он развернулся к стражникам и людям и неистово закричал:

- Убегайте! Бегите, прячьтесь быстрее!

В этот момент с неба послышался звук похожий на отрыжку созданную огромнейшим существом, и из воронки на город вывалился огромный отросток, одним своим концом уходя в небо. Удар, который он создал при падении, был подобен землетрясению. Почти целый квартал был разрушен. А ударная волна, прошедшая по земле свалила с ног стоящих. Упав на землю, Гилиас услышал в голове мерзкие голоса существа:

- Папа! Папа идет! – А рев с неба усилился, и казалось даже стал, еще ближе…

Дулиф приближался с Фральдой к ее дому. Если при этих обстоятельствах подходило выражение удачно добрались, то как раз так и было. Чудовища и перебинтованные не попадались, некоторые люди даже не убегали, а стоя на улице со страхом рассматривали ужасное небо. Дулиф обернулся к Фральде и улыбнулся. Она как смогла так же ответила улыбкой и они снова продолжили путь. Совсем недолго оставалось до ее поместья. Дулиф снова свернул и их глазам предстала жуткая картина. Возле одного их домов стояло огромных размеров существо мерзкого вида. Туловище создания было похоже на туловище скалапендры. Однако на нем размещался круглый корпус и двумя длинными конечностями, которые оканчивались клешнями. Монстр большей своей частью залез на стену дома, доставая до третьего этажа, и копошился клешнями в разбитых окнах. Потом оно видимо нашло, что хотело и сползло со стены дома, держа в клешнях молодую мать и маленькую девочку, которые истошно кричали. Существо повернулось корпусом к Дулифу, и он оторопел. Посреди круглого туловища находилась огромная пасть напоминающая кровоточащую рану наполненную зубами разных размеров, а над этой жуткой пастью находился…Фарив! Тот торговец-мошенник, что продавал запрещенные товары гномам, когда Ариман выращивал гору. Точнее это был уже не Фарив а то, чем он стал. От Фарива осталась лишь голова, плечи и руки. А выражение лица на голове Фарива было отнюдь не мученическим. Фарив был чрезвычайно доволен. Он поднес клешни к своим человеческим рукам и бесцеремонно ощупал и мать и маленькую дочь, после чего радостно вскрикнул:

-Да! Да!

Потом потирая человеческие руки одну об другую, широко улыбаясь стал подносить не спеша клешню с маленькой девочкой к раскрывающейся мерзкой пасти. От ужаса девочка потеряла сознание, а мать истошно кричала и рвала на себе волосы. Такое Дулиф терпеть не смог. Он закричал, что есть силы:

- Фаааааааарив ! Фааррив !

Голова Фарива повернулась к гному, и он узнал его. Брови Фарива полезли высоко вверх. Он не мог поверить своей удаче. После того как Белая Госпожа превратила его в прекрасного, ему сопутствовала одна удача. Он съел троих своих должников, съел судью, который хотел упрятать его за решетку, съел двоих торговцев, которым был должен. И вот сейчас хотел съесть свою троюродную племянницу, которую вожделел с самого ее детства. Равно как и ее маленькую дочь. Но чтоб ему повезло съесть Дулифа! Это явно новые темные боги на его стороне. Съесть своего обидчика, после которого жизнь вся пошла наперекосяк - это было больше, чем он мог мечтать. А это новое тело, которое он получил от хозяйки, было просто прекрасным. Именно этого Фариву и не хватало. С этим телом он чувствовал непреодолимую силу, и безграничные возможности. По началу, когда Фарив превратился в прекрасного, он смутился, что не сможет больше поддаваться своим грязным развратам с людьми и животными. Однако это было до первого съеденного человека. Процесс поглощения и переваривания живого существа доставил ему такое удовольствие, которое во стократ превышало все то, что он ощущал до этого. И вот такая удача – пожрать самого Дулифа, которого он ненавидел всей своей черной душой. Фарив просто замер, не отрывая взгляда от Дулифа. От возбуждения у Фарива затряслись руки. Дулиф закричал снова:

- Фарив, мерзавец, отпусти девушку и ребенка!

Фарив игриво улыбнулся, и закатывая от предвкушаемого удовольствия глаза выдавил : -Хо-хо, Хо-хо- бережно положил своих бывших жертв на камни улицы и стал медленно приближаться к Дулифу, мерно клацая множеством своих ножек. Дулиф шепнул Фральде на ушко:

- Беги! Беги как можно быстрей от сюда и не оборачивайся! Беги к своим. Я потом найду тебя

Произнеся это, он нежно прикоснулся к губам Фральды и отпустил ее руку. Слезы застыли в её глазах. Она на секунду замерла, пытаясь посильней запечатлеть лицо Дулифа в своей памяти, а потом словно стрела юркнула в ближайший переулок. Дулиф чмокая и кривя лицо, медленно повернул голову к Фариву, и сказал:

- Какая же ты мерзость Фарив. Видимо это и есть твое истинное обличье – вонючая гиагинская мокрица! Как я сожалею, что не раздавил тебя там, у горы Аримана. Ну, ничего. Сейчас я исправлю свой недочет. Фарив на это лишь издавал нечто похожее на игривый смех : - Хо-хо, хо-хо – и приближался. Дулиф зажал молот обеими руками и побежал на Фарива! Но не успел он и глазом моргнуть, не смотря на всю свою скорость и опыт боя, он пропустил первый удар. Казалось Фарив просто стал боком, однако он выпустил длинную щупальцу из тела, которая словно металлический трос ударила гнома. Дулиф отлетел в сторону стену дому. Проклятье! Гном вскочил, и снова кинулся на Фарива. Щупальцу он смог избежать, и от клешни увернулся. Подпрыгнул и что есть силы, ударил электро - механическим молотом в хитин Фарива! Раздался громкий хлопок и!.. И ничего! А дальше произошло нечто такое, чего Дулиф даже вообразить не мог. Фарив умудрился изогнуться и схватить его своими лапками, полностью обездвижив. Потом нанес удар клешней. Дулиф чуть отдернул голову в сторону, и удар пришелся на плечо. Казалось, что ударили огромным тяжелым камнем. Плечо онемело и жгло. Последовал следующий удар. Дулиф снова успел отдернуть голову, однако удар вскользь рассек голову. Глаза залила кровь. В следующий момент, Дулиф почувствовал, как подлетел в воздух и два сильнейших удара попали ему по телу и опять в голову. Он снова ударился в стену дома и упал на тротуар. Сознание почти покинуло его. Монстр приближался. Дулиф понял, что это последний бой. Вот тебе и паладин. Вот тебе и вояка. Погибнет от клешней какой то мокрицы – переростка. И тут последовал третий удар клешней. Дулиф влип в стену, и повалился наземь уже без сознания. Фарив после этого нежно взял Дулифа за воротник, поднял и положил на другую клешню. То, что он без сознания конечно плохо. Хотелось бы послушать, как он кричит, когда его поглощают, а потом ощущать как он кричит и переваривается уже внутри, но лучше было не рисковать. Этот гном очень юркий, и если бы был в сознании, мог еще и убежать, а это просто не допустимо. К тому же его можно будет привести в сознание, перед самым поглощением! Точно! И Фарив мило улыбаясь, отправился на поиски ведра и воды, чтоб облить ею Дулифа в нужный момент. Когда Фарив побрел на поиски, ему показалось, что его ноша на клешне тяжела. Но этого просто не могло быть. Фарив мог целый дом, целую гору, свернуть. Это видимо нечто иное. Однако по мере того как продвигались поиски, удерживать тело Дулифа становилось все тяжелей и тяжелей. Фарив скривившись посмотрел на клешню с Дулифом, и в этот момент клешню придавило к земле с такой силой словно на неё в самом деле упала гора. Дулифа охватила светлая аура. Его раны затянулись. Кровь словно испарилась. Он резко открыл глаза, и они горели белым пламенем. Фарив испугался, вскрикнул, занес клешню и ударил. Но Дулиф уже был на ногах. Он остановил клешню одной рукой. А потом с необычайной ловкостью крутанул двумя руками клешню и вырвал ее из тела Фарива. Тот даже вскрикнуть не успел. Просто его глаза широко раскрылись, и он с ужасом смотрел на Дулифа. Потом Дулиф молча проделал тоже самое со второй клешней и огрел ею самого Фарива так, что тот осел а хитин на корпусе треснул. Фарив в молчании наблюдал картину своего уничтожения. В этот момент Дулиф прыжком приблизился к голове и рукам Фарива. Придерживаясь левой рукой за корпус, Дулиф проговорил необычайным громогласным тоном:

- Господь отпускает твои грехи. Прими его милость смиренно

И после этих слов схватил Фарива за голову, одним движением выдернул ее, словно гриб, из чудовищного хитинового корпуса и выбросил за крыши нескольких домов. Тело дернулось и стало валиться набок. Дулиф спрыгнул и направил свой белопламенный взор в небо. Из ало – желтой воронки вывалился огромный отросток, покрытый алой слизью. Дулиф почувствовал дрожь земли от удара, и пошел в направлении упавшего отростка. Душа первопаладина возродилась в нем…

Вендор очнулся от взрыва. Когда он приблизился к двери подвала раздался оглушительный взрыв прямо возле него. Балки и камни накрыли его. Вендор не мог предположить, что то существо, в которое превратилась графиня, чтоб открыть тяжелую дверь применит магию разрушения и сконцентрирует мгновенный всплеск внутренней энергии в одной точке, и точка эта была прямо посреди двери, к которой Вендор почти подошел. Вендор тяжело дыша, сбрасывал с себя валуны и разрушенные балки. Сколько он пролежал, без сознания не ясно. Но понятно стало было другое. Что –то сильно изменилось вокруг, за то время пока он был привален остатками двери и стены. Слышался жуткий всеобъемлющий рев. Вендор уже слышал подобный один раз, но запомнил его навсегда. Этот рев издавался из далекого прошлого. Из страшной башни мага – гиганта в Гримдоре. Но почему он слышен здесь? Проклятая графиня! Это она, она призывает то, что много лет назад не смог призвать сумасшедший великан. Столько хороших солдат, включая генерала и Дилая положили тогда свои жизни, чтоб это началось снова? Никогда! Это следует остановить! Вендор выбрался из – под завала, и шатаясь выбрался на улицу, через разбитое окно. Он видел, как за забором поместья во многих местах к верху тянуться клубы черного дыма, слышны крики множества людей и лязг оружия. Он посмотрел на небо. Ало –оранжевая, казавшаяся нереальной, вращающаяся воронка, из которой падают на город черные точки. А еще он заметил как на крыше поместья мелькнула, что –то белое. Может это ненавистная графиня? Следует её наконец уничтожить раз и навеки. Почему он не сделал этого раньше. Этого всего могло и не произойти. Вендор метнулся снова в особняк и помчался по лестницам на крышу дома. Он добрался к последнему лестничному пролету, оканчивающемуся аркой с массивной дверью. Вендор с разбегу плечам влетел в дверь. На удивление она очень легко открылась и Вендор выскочил на обширную площадку. Посредине площадки в воздухе висело белое существо окутанное белой аурой, в длинном платье с черной короной на голове. Вендор сразу понял, что это мерзкое создание и есть теперь графиня. Она была окружена другими монстрами. Создание похожее на медведя или волка уверено стоящее на задних лапах. Высокий человек в выцветшей рясе с большим балахоном укрывающим его лицо, маг с огненным посохом, и огромный таракан, на спине которого болтались следы одежды. Они все обернулись, когда Вендор выскочил на крышу. Существо, которое раньше было графиней засмеялось, и весело обратилось к нему, голосом графини:

- Милый Вендор, и ты здесь! Решил присоединиться к нашему празднику? Или ты тоже хочешь стать прекрасным? Так подожди немножко, скоро рай опустится на Осколок Мира и он станет прекрасным, и ты вместе с ним. И мы вместе с ним! И Ариман тоже будет с нами! Мы все будем вместе!

Вендор не отрывая глаз, смотрел на парящее существо и холодно ответил:

- Мне следовало тебя уничтожить много лет назад. Когда еще Реджинальд был жив. Но правильные дела не поздно делать никогда. Я убью тебя и положу край твоим злодеяниям, чем бы ты ни было!

Существо рассмеялось и сказало :

- Выбор за тобой! Ты очень глуп Вендор, если считаешь что меня можно остановить. И за свою глупость ты поплатишься жизнью. Разорвите его на мелкие кусочки!

Монстры кинулись на него. Он улыбнулся краем рта, и его окутала яркая светлая аура, которую не могли пробить нападавшие ни огненной магией, ни когтями, ни смертельным дуновением. А Вендора уже начал окутывать белоснежный доспех паладина. Пусть он сжигает искру, однако риск сейчас не уместен. Зло следует остановить. Вот доспех полностью укрыл тело паладина, и красный плащ не успел опустится как Вендор начал свою смертоносную атаку. Первым с отрубленной головой пал волко-медведь. Вторым маг, испускающий настолько горячее пламя, что камни под ногами Вендора оплавились. Третьим ушел в иной мир некромант в длинной рясе и с большим капюшоном. Вендор нанес ему четыре удара клинком насквозь, а пятый направил в капюшон. Ряса сложилась так, словно она не окутывала только, что тело. Четвертым ушел из жизни огромный таракан. Ну, Вендор на это надеялся. Таракан хотел убежать, почти достигнув кромки крыши дома, но Вендор настиг его и отвесил настолько сильный пинок, что таракана унесло далеко за пределы забора поместья графини. Теперь осталась только монстро –гарфиня. Вендор молниеносно кинулся на нее, но клинок продел ее тело, словно она была соткана из воздуха, и существо отлетело в сторону, смеясь и приговаривая:

- Глупый паладин! Меня нельзя уничтожить! Тебе останется просто смотреть, как в твой мир прейдет рай, а ты растворишься в нем!

Но Вендор был очень внимателен. Он заметил, что существо все таки имеет материальную оболочку, и лишь магическим путем пытается увернуться от клинка, делая себя инертным, словно воздух. Из этого следовало, что оно боится лезвия меча, а значит смертно. И Вендор решил снова напасть, пытаясь уличить момент, когда оно снова станет осязаемым и нанести удар. Он отчаянно атаковал, а монстр отступал смеясь и всячески убеждая Вендора в своем бессмертии. Но Вендор дождался подходящей возможности, и мгновенно выгнулся на одной ноге максимально вперед, и поддел насквозь левый бок чудовища. Оно истерически завизжало и упало наземь. Вендор распрямился и стал приближаться для решающего удара. Неожиданно создание вновь взмыло и с ним стали происходить не объяснимые метаморфозы. Казалось оно увеличивается в размерах, и от него отделяется часть. Отделяющаяся часть стала падать на пол комком телесного цвета. Она приобрела формы женской фигуры окутанной в длинное платье. Еще секунду фигура висела в воздухе, и в следующую уже упала наземь. Вендор подскочил, и подхватив женщину увидел, что это графиня, с окровавленным левым боком, видимо без сознания. А вот, то что осталось от парящей монстро - графини Вендор уже видел ранее и был шокирован этим. Это был великан, который много лет назад вызывал свой кошмарный рай. Обнаженный, полупрозрачный, великан, словно бесплотный дух, окутанный белой аурой, висел в воздухе и нагло ухмылялся рыжебородой физиономией. Вендор оторопел, а великан начал говорить:

- Спасибо тебе глупый паладин, что наконец освободил меня от оков тела этой женщины. Я так утомился сидеть все эти годы в ней, как в темнице и отравлять ее сознание, заставляя делать то, что нужно мне! Ты наверно удивляешься как? Очень просто! Когда вы со своим треклятым генералом помешали моим планам, я как раз поглотил эту девушку, когда она была еще подростком, и частично вошел в ее душу и тело. А потом один из ваших юрких мерзавцев вспорол мне брюхо, я успел подумать, что следует спасти свой дух и часть тела в этой юной особи, чтоб в дальнейшем продолжить осуществить свои планы. Так и получилось. Вот так –то. Но сейчас я силен! Я больше не нуждаюсь в этом хрупком тельце. Рай близко и я буду властителем! Что ж паладин, смирись со своей судьбой – Вендор с яростным криком налетел на великана, однако тот взлетел так, что Вендор не мог даже в прыжке его достать. Великан выкрикнул:

- Смирись паладин! Так тебе легче будет стать прекрасным!

В этот момент из воронки послышалась оглушающая отрыжка и на город упал огромный отросток. Грохот был такой, что у Вендора заложило уши, а удар об землю свалил с ног. Упав Вендор увидел, как из воронки в сторону города летели две ярко – голубые точки. Сначала они летели вместе, а потом разделились и скрылись где –то в разрушенном горящем городе. Великан радостно выкрикнул:

- Хозяин приближается! Он лично хочет посмотреть на этот мир! Это большая честь!

Из воронки протянулся толстый мясистый слизистый хобот, и завис над головой парящего великана. Великан стал общаться с хоботом:

- Да, хозяин! Да! Полностью! Можете материализовываться! Очень рад! Что? Хозяин? Но почему? За что!

И великан истошно закричал, а хобот втянул великана в себя. Вендор видел как круглый комок, который секунду назад был великаном продвигается вдоль по хоботу. Вслед за этим назад в воронку затянулся и хобот. Вендор услышал, слабый женский кашель. Он обернулся и увидел, что графиня пришла в себя. Он приблизился, склонился над ней и снял шлем. Она тяжело дышала. Глаза ее были тусклыми, но она узнала Вендора и взяв его руку в доспехе слабым голом прохрипела:

- Вендор, Вендор! Это не я! Я не убивала Реджинальда! Я не убивала их всех! Это монстр сидел во мне с самого детства! Это он всех убивал, а сейчас он исчез! Поверь мне Вендор, прошу! Поверь я любила Реджинальда, и Аримана… – Скулы Вендора играли, но он ответил:

- Я верю -…

Дома были разрушены, пламя бушевало. Гилиас с Брианом прятались в развалинах одного дома. Эридор и Трал в разрушенном доме на против. Мерзкие монстры в хитине наступали. Друзья уже убили нескольких из них, пока отступали, но все же против целого отряда не выстоять. К тому же крылатый монстр, который сносил целые этажи, вызывал сильнейшее опасение. Гилиасу как раз была видна воронка, и летающий монстр, видимо ищущий их. В этот момент Гилиас увидел, как из воронки вылетели две синие звездочки. Сначала они летели вместе, но потом отделились. Одна звездочка стала описывать дугу и опускаться куда –то в дальние часть города. Вторая казалось, приближается именно к тому месту где прятались они. И так и было. Звездочка мгновенно приобрела очертания огромного черного посоха, с ярко сверкающей синим сердцевиной. Посох пробил крышу, и стену дома где находились Трал и Эридор, и встрял в пол в нескольких сантиметрах от последнего. Эридор сначала отпрянул, но потом приблизился к посоху ближе. Он был выше человеческого роста. Посох ярко пульсировал синим светом, и манил к себе! Эридор протянул к нему руку. Трал вскрикнул:

- Нет! Не тронь его!

Но было поздно. Кисть сомкнулась, крепко схватив посох!

...Дух Аримана был в гневе! Нет! Гнев это было не то слово. Слишком слабое. В тот момент, когда лорд Ариман вошел в портал и оказался в кошмарном раю, его дух отделился и нашел убежище в посохе, который так и не смог разрушиться. И все это время он, замкнутый в таком малом пространстве вынашивал план мести графине и раю в принципе. А когда вырвался наружу, то ощутил нечто такое родное и близкое, словно собственное тело. Туда дух Аримана и направил посох. И теперь слившись воедино с молодым Эридором, Ариман жаждал отмщения всему злу, что только попадется ему на глаза.

Эридор ощутил, как в нем поселился кто-то еще. И это было приятно. Только сейчас он понял, что всю жизнь ему не хватало чего-то, чтоб ощущать свою завершенность. И вот то, что поселилось в нем, сделало его совершенным. Эридор почувствовал бескрайнее умиротворение. И в тоже время он почувствовал боль и гнев того кто, вошел в него. А так же жажду мести. И это теперь его собственная боль, собственный гнев, собственная жажда мести! Эридор и Ариман теперь стали одним единым. Эридор взмыл над землей. Он почувствовал, как потоки вихревой магии пронизывают его тело, но не наносят вреда. Дух Аримана пока был в заточении придумал, как избегать вреда для телесной оболочки, и это действовало. Эридор снес стену перед собой, и полетев над землей направился к хитиновым монстрам. Они атаковали его, однако были откинуты или разорваны вихревой магией. Ариман и Эридор, не остановятся пока не уничтожат последнего монстра и рай!

Гилиас наблюдал эту картину почти в шоковом состоянии. Почему –то когда на тебя нападает чудовище с другого мира, ты не воспринимаешь это как невероятное событие. Но вот если, нечто необычное делает давно известный тебе друг, то ты просто пребываешь в состоянии шока. Вслед за Эридором выскочил с криком Трал. Гилиас обернулся к Бриану. Тот кусал окровавленную нижнюю губу, и встретившись взглядом с Гилиасом неуверенно сказал:

- Мы должны быть с ними! Так ведь? Если умирать, то вместе! – и с этими словами мгновенно выскочил из укрытия и так же с криком понесся на врагов. Гилиас был шокирован. Как –то не верно, что он один остался здесь. Только он хотел кинуться в бой, как вспомнил, про два флакончика найденные в подвале башни. Он достал их и стал думать какую же эссенцию выпить? Получить силу демона или ангела?... И наконец выбрал! Выпьет сразу два. Он сбил пробочки и вылил содержимое флакончиков себе в рот. Они были омерзительны на вкус, но это было последнее, что он почувствовал. Его сознание охватили образы неведомых миров, с пылающими городами размером с планету, и яркими светлыми просторами в которых летали создания с крыльями. Из груди Гилиаса вырвался двойной крик. В нем слышался кошмарный рев чудовища –демона и пронзительный, глубокий голос ангела. Гилиаса охватила огненно белоснежная аура и он выскочил к друзьям, сломив стену, словно она была песочная! И выскочил во время. Крылатый монстр атаковал Эридора –Аримана, который блокировал атаки огромного меча при помощи вихревой магии. Гилиас промчался словно вихрь, разметая хитиновых чудовищ голыми руками. Он запрыгнул, рыча, на стену дома, и с нее на крылатого чудовища. То мгновенно закружилось, но это был его последний полет. Гилиас, схватив монстра за голову, закрутил ее в обратную сторону, вращения монстра, и естественно вырвал ее с корнем. Тело чудовища не успело упасть на землю, а Гилиас уже твердо стоял на ногах с головой монстра в руках. Более мелкие монстры остановились в нерешительности. А друзья кинулись на них, но их остановило очередное изменение с воронкой. Она резко раскрылась, представив на обозрение огромнейший алый тоннель из которого вылезало невероятных размеров бесформенное нечто, которое издавало бесконечный рев, который достиг пределов звукового барьера и застилал собой все. Этот огромный монстр высунулся частично, из образовавшегося тоннеля и снова прекратил движение. Он стал излучать какие то волны которые сильно ослабляли и придавливали в земле. Казалось, что организм начинает растворяться. Монстры ощутили слабость друзей и напали. Трал отбивался, как мог но получил ряд ударов сразу от четверых монстров и улетел в сторону, на спину. Он увидел, как возле огромной воронки образовалась меньшая, из нее стаяла появляться серая огромная глыба, которая стала испускать красные лучи в ревущее бесформенное создание. В глыбу полетели несколько отростков, и один из них пробил глыбу. Она задымилась, и накренившись медленно упала с гулом за стенами города. Дольше лежать просто нельзя было, и Трал кинулся в бой снова…

Мальвус Понт понял, что выталкивало Гамертон из пространственного коридора. Это был монстр планетарных масштабов. Как такое создание вообще могло существовать, не ясно. Потому, видимо сканер и не воспринимал его. Мальвус приказал Гамертону дать залп из всех орудий. В замен Гамертон оказался значительно поврежден одной из щупалец этого создания, высунувшегося из оранжево –алой воронки. Как только Гамертон упал поверженный аккуратно ведомый Мальвусом за черту города, то Мальвус мгновенно перенес себя на самое высокое здание города, которое осталось в целости, и направив Дезинтегратор, на ревущего монстра из огромной воронки, пустил луч, настроенный на максимальный уровень воздействия. Поврежденный Гамертон пускал красные лучи из-за города. Однако все это не приносило спехов. Чудище продолжило свой выход. Монстров становилось все больше. А испускаемые монстром волны все сильней обессиливали и прижимали к земле. Расщепляя Дезинтегратором чудовище, Мальвус заметил постепенное появление огромнейшей конструкции, располагавшейся параллельно земле. Конструкция напоминала огромный природный кристалл. И казалась полностью природной, если б не ее огромнейшие размеры и неспешное движение в пространстве. Нет сомнений, что это межзвездное судно. При появлении этого корабля, чудовище из воронки резко замолчало. Друзья ощутили облегчение, и услышали в своих головах истерические крики монстров:

- Ковыряльщики Вселенной! Ковыряльщики прилетели! Папа! Ковыряльщики!

А Мальвус обратил внимание, то что в городе стали появляться человекоподобные фигуры выполненные казалось из того же материала, что и плывущее над головой судно. Монстр, который смело высовывался из воронки в небе, пытался снова забраться в неё, но ему явно что –то невидимое мешало это сделать…

Вендор нес графиню на руках. Куда идти он не знал, просто шел. Он перевязал ей рану и укутал в одеяло. Была ли графиня жива или нет он не мог понять, однако оставлять ее на растерзание чудовищ нельзя было. Он нес ее, когда мерзкое чудовище стало испускать волны, давящие к земле, падая на одно колено и снова, с огромным трудом подымаясь, он нес ее когда каменная глыба стреляла лучами в небе, и после упала за стенами города, нес и видел как на крыше собора странный эльф пускает лучи в монстра из воронки на небе. И вот Вендор лишился сил на столько, стал на одно колено передохнуть, и увидел на площади толпу монстров с которыми сражался кто –то окутанный яркой голубой аурой. В небе стал появляться огромнейший, размером даже больше воронки кусок кристалла. Силы снова вернулись к Вендору. Он поднялся. Монстры расступились и Вендор увидел война окутанного аурой и чуть снова не упал обессиливший. Это сражалась Альтари!!!. Это сражалась Сатри! Монстры панически бегали по площади, а Сатри настигала их своим хлыстом. Вендор не мог пошевелиться от увиденного. Неожиданно на площади появилась стройная человекоподобная фигура, словно статуя вырубленная из полупрозрачного зеленоватого кристалла. Сатри напала и на нее. Она несколько раз ударила фигуру хлыстом, но эффекта не произошло. Тогда Сатри кинулась с кулаками. Фигура подняла руку, раздался необычайный звук, похожий и непохожий на голос и Сатри замерла в нелепой позе в воздухе. Вендор положил графиню и кинулся сломя голову к Сатри и фигуре. Но не биться, а умолять. Вендор сорвал шлем с головы, упав на колени перед фигурой истошно запричитав:

- Нет! Нет! Нет! Умоляю не убивай ее, Не убивай ее! Умоляю! Умоляююю! – Он обхватил ноги фигуры и прижавшись щекой к ним зарыдал, все еще причитая и стеная. За спиной Вендора появился Мальвус, держа наготове дезинтегратор обратился к фигуре:

- Я попрошу исполнить просьбы этого человека. Настоятельно! Пока Вы не поясните свои цели и мотивы появления - Вы для меня враг!

Сатри плавно опустилась на землю, однако все так же оставалась неподвижна. С головой фигуры стали происходить некие изменения. Передняя панель исчезла, и появилось…лицо человека! Молодого блондина с ярко синими глазами. Он улыбнулся и не обычно мелодичным и мягким голосом, который пронимал казалось саму душу ответил:

- Не переживайте друзья! Теперь вы в безопасности. Эту юную Альтари я держу сомкнутой ради нее самой. Она долгое время провела в плену, и рассудок ее помутился. Однако Альтари молодая раса, и они восстанавливаются быстро. Уже сейчас она отойдет. А здесь мы появились с одной целью – арестовать беглого преступника

Мальвус не верил, и продолжил опрос:

- Преступника, говорите? На таком грандиозном судне? Кто же этот преступник?

Человек улыбнулся и указал пальцем в воронку в которой все так же беспомощно ворочалось огромное чудовище, и ответил:

- Вот он, наш злодей – пожиратель миров. Он сбежал миллион лет назад, из –за неучтенной ошибки, с тех пор наш патруль пытается его поймать. Мы находились в ядре солнца, в соседней солнечной системе, когда подлец взялся за старое. А это всего лишь разведывательное судно. Вам бы взглянуть на наши крейсера и линкоры, вот приятное зрелище

В голове у Мальвуса родился сумасшедший вопрос, от которого его голова пошла кругом:

- Не могли бы Вы мне ответить на один вопрос, тогда. Не знаете ли вы, что такое Сердце Вселенной?

Паренек усмехнулся и ответил:

- Конечно знаю –это моя родина!

VII

Мальвус Понт находился на борту разведывательного корабля. На его борт с разрешения капитана был погружен Гамертон. Так же на борт был погружен пожиратель миров самые страшные его последователи, которых он создал, изменяя существ захваченного и поглощенного мира. Псевдо пространство в котором он обитал было запечатано, для дальнейшего расследования. Мальвусу рассказали про этого пожирателя. Несколько миллионов лет назад один из миров развивался бурно и интенсивно. Ученые мужи того мира решили создать рай в своем мире, объединив тело, душу и дух воедино. Но в расчеты видимо закралась ошибка и что –то пошло не так. Жители мира стали ужасно изменяться. Все, даже само пространство стало искаженным вокруг этого мира. И вскоре он просто схлопнулся. Мир посчитали мертвым. Однако мир ожил. Это было уже одно огромное существо. Единое целое живой оболочки планеты с самой планетой и пространственно – временным полотном. И то, что пробудилось было голодно. И оно, не задумываясь, пожрало ближайшую цивилизацию, растворив или изменив ее жителей. Потом еще одну и еще одну. Прежде, чем изловили это чудище, оно успело убить или извратить не менее семи цивилизаций. Для Мальвуса эта история была чудовищна. Ведь речь шла о целых цивилизациях, а не об отдельных личностях. Мальвус долго размышлял об услышанном, ремонтируя Гамертон.

Перед тем как отбыть, на корабле –разведчике Мальвус успел приобрести новых знакомых. Вендора Райса, влюбленного в Альтари, которые после того как Пожиратель был арестован, не отходили друг от друга не на секунду. Познакомился со странной пятеркой паладинов. Тремя людьми, одним полуэльфом, и одним гномом. Внешне они походили на обычных смертных, но когда он присматривался к ним ближе, то замечал у каждого из них в глубине глаз пылающие белые огоньки. Когда город стали отстраивать, эти пятеро заявили на весь город, что они являются паладинами, и зачинают орден паладинов прямо на месте разрушенного квартала города. Фундамент и начала стен они взялись сооружать сами, без каких либо чертежей и договоренностей, работая без передышки днем и ночью. После городские власти выделили им официально круглую сумму для основания ордена и письменное разрешение на это. Прибыли рабочие и архитекторы, и работа закипела с новой силой.

Мальвус думал и об этом. Как же все таки интересно сплетаются линии судьбы, и как они все –таки различны и схожи одновременно. Он летит сквозь невероятно огромные просторы к Сердцу Вселенной, а его новоприобретенные товарищи занимаются возрождением ордена паладинов, далеко – далеко на Осколке Мира, но все они вместе движутся к своей мечте!

Будем признательны за поддержку:

WMR КОШЕЛЕК -R263945438867

Content

Райс Вендор Осколок Мира. Цикл первый : Близкий Рай (СИ)