Гапарон Гарсаров

Сокровища мёртвого князя

«Гибкость ума может заменить красоту».

Стендаль

Пролог

Андрей Дмитриевич всегда считал, что у природы нет плохой погоды. Но в этот промозглый дождливый день даже ему было не по себе. Каждый раз, покидая зал монастыря, в котором обычно собирались его археологи, мужчина ловил себя на мысли – этот ливень не к добру.

Вот уже третий день его подчинённым приходилось трудиться в отсыревшем подвале. Попасть туда можно было лишь со стороны двора, заливаемого сейчас дождём. В монастырских зданиях и в погожие деньки казалось весьма мрачновато. Но в такую погоду здесь вообще становилось жутко: тут и там раздавались шорохи, за стеной свистел ветер, а из соседней комнаты время от времени доносился непонятный стук.

Андрей Дмитриевич потёр озябшие руки и подбросил в огонь очередное полено. Он стоял возле диковинного камина, который обрамляли каменные человеческие фигуры. Впрочем, тепла от него всё равно было мало. Мужчина хотел затянуться трубкой с табаком, но услышал быстро приближающиеся шаги из коридора и обернулся к дверному проёму.

– Тебя зовёт Роберт, это срочно!.. – прохрипел высокий мужчина и встряхнул длинный зонт. – Они что-то нашли во второй зоне и вроде даже успели повредить!

– Растяпы! – негодующе рявкнул археолог и схватил с ближайшей скамьи брезентовый плащ. – Что на этот раз? Снова гроб? Оттуда ничего не высыпалось?

– Не знаю, Андрюха, я как раз проверял аккумулятор, а мужики давай орать: «Нашли! Нашли!!!»

Недослушав, Андрей Дмитриевич ринулся к выходу. Молодому напарнику ничего не оставалось, как последовать за ним. Они пробежали по мрачной террасе со сводчатым потолком и выскочили под ливень.

– Говорил же Роберту, чтобы без меня ничего не трогали! Но нет, ему обязательно надо напортачить… – кипел от злости начальник исследовательской группы. Его и так порядком раздражало трёхнедельное пребывание в этих стенах, а тут ещё и беспутные сотрудники.

– Да ладно тебе, Андрюх. Опять, наверно, старое железо откопали… Так, для отчётности сойдёт, авось гонорарчик прибавят, отпуск возьмём. – Мужчина раскрыл широкий зонт и еле удержал его от налетевшего ветра.

– Забываешься! – резко остановился Андрей Дмитриевич и оскалился, словно разгневанный волк. – Я тебе уже говорил, здесь никто никого не держит! Можешь хоть завтра отсюда сваливать, но подумай прежде, какова цена такого поступка.

– Это точно, – виновато кивнул коллега и пожал плечами. – Но мы вправду изрядно умаялись с этими раскопками. Ребята устали, многим хочется домой…

– Ну так пусть уматывают! – прокричал главный археолог и в порыве злости пнул дверь, ведущую в подземелье. – Когда я собирал экспедицию, то сразу всех предупредил, что предстоит большая изнурительная работа. Вам грех жаловаться! От Минкульта вы получили бы сущие гроши, а со мной вас всех ждёт успех… – Он запнулся, услышав гудящие снизу голоса, и побежал по пологой дорожке к встревоженным находкой археологам.

В тусклом подземном зале археологи столпились вокруг ямы, в которой чернел двухметровый саркофаг. На его крышке виднелась здоровенная трещина – наверняка результат неаккуратных действий Роберта. Но Андрей Дмитриевич позабыл про ярость и даже улыбнулся. Кто знает, вдруг на этот раз его работники откопали ту самую, главную реликвию запрятанной здесь сокровищницы?..

Он без слов раздвинул перед собой коллег, дабы убедиться, что глаза его не обманывают. Все замерли, глядя, как начальник под светом нескольких фонарей бережно стряхивает с саркофага влажную землю и пытается вытащить из щели какой-то переливающийся предмет.

– Кажись, браслет, – предположил кто-то с краю и умолк.

Мужчина отломил кусок прогнившего металла, и сокровище наконец-то удалось достать из проёма. Им, действительно, оказался браслет, унизанный мелкими прозрачными камушками. Он тотчас засиял, словно из-под станка ювелира, совсем как новый, как будто и не был всё это время под землёй.

– О, Андрейка, глянь какая красота!.. – пооткрывали рты восторженные археологи. – Это ж сколько лет-то браслету, а?

– Много, – хмыкнул тот, показывая им ценность, – твой род ещё столько не существует, сколько живёт эта вещь…

– Да здесь полным полно всякого барахла! – воскликнул тучный парень в мешковатом свитере и достал из саркофага кручёную толстую цепь. – Бог мой, это же целое состояние!

– Руки прочь!!! – вскричал Андрей Дмитриевич, напугав коллег. Пришлось взять себя в руки и пояснить более сдержанным тоном: – Роберт, это древние и очень ценные вещи, можешь сломать. – Он засунул браслет обратно в замаскированный под гробницу тайник и мрачно улыбнулся. – Давайте-ка лучше перетащим это всё наверх и там распакуем. И поаккуратнее!

Внезапно земля под ногами археологов задрожала. Раздался треск, с потолка закапали холодные капли, а в стене вдруг стала расширяться трещина. Она разрасталась буквально на глазах. Мужчины переполошились, озираясь по сторонам. Что происходило, они совершенно не понимали. Некоторые пригнулись к земле, прикрыв руками головы.

Землетрясение прекратилось столь же неожиданно, как и началось. Всё в один миг затихло. Только большая трещина в стене осталась напоминанием об инциденте. Несколько мужчин, дождавшись, пока уляжется пыль, подошли к ней и с опаской заглянули внутрь. Андрей Дмитриевич побоялся даже шевельнуться.

–Эй, тут что-то есть,― воскликнул один из археологов и рукой подозвал всех к себе.

Из проёма в стене торчал угол чёрного ящика.

–Гроб,― заявил Роберт и хотел дотронуться до находки, но тут же отдёрнул руку.― Это гроб… и очень холодный.

Глава 1

Награда для умников

«Неравенство» – чернело название параграфа из плотного учебника по социологии. Именно этот предмет Лавре предстояло сдавать сегодня после обеда строгой мадам Симоновой. Принципиальная преподавательница как-то сказала сокурсникам Лавры, что они уже на четвёртом курсе и наверняка научились писать и читать. Поэтому в социологии придётся тренировать память и цитировать мысли известных учёных практически наизусть.

Страница перевернулась от ветра. Лавра взглянула на неё сквозь линзы очков и вновь уныло вздохнула. Вокруг разговаривали озадаченные летней сессией студенты, проносились машины и трезвонили сотовые телефоны. За четыре года учёбы она научилась не замечать окружающей суеты. Куда полезнее сейчас было повторить тезисы книги. И на правах отличницы Лавра продолжала нервничать всякий раз перед каждым экзаменом.

– Гербер! – окликнули её, и Лавра обернулась.

По зелёной лужайке шла девушка в коротком красном платье. Это Наталья Поплавская. Она, конечно, зря так нарядилась к экзамену, ведь доцент Симонова терпеть не могла подобных расфуфыренных девиц. Оголить длинные стройные ноги можно перед молодым преподавателем-аспирантом, но никак не перед строгой великовозрастной дамой.

– Привет, Наташа, – ответила Лавра, пряча свою невзрачную жёлтую сумочку. Если Поплавская сейчас увидит её, то обязательно начнёт насмехаться.

– Куда все наши запропастились? – Девушка дошла до парапета и огляделась.

– Не знаю, может, тоже готовятся к экзамену…

– Ага, карточки обналичивают в банкоматах, чтобы грымзе было, куда этим летом слетать на моря и соля.

– Ну, кто на что учится, – ухмыльнулась Лавра.

– А ты у нас, как всегда, зубрила и протирала книжки? – скривив губы, спросила Наталья и достала из косметички крошечное зеркальце.

– Просто хочу, чтобы мой ответ был полным, – пожала плечами Гербер и поправила съезжающие на нос очки.

– Потом из-за таких, как ты, остальным ставят двойки. Даже не вздумай идти на экзамен первой, слышишь!

– Значит, ты боишься? – решила поддразнить её отличница.

– Кого? Эту социалистку?.. Пфф, что за чушь. Было бы кого бояться.

– Наташа, она уж не социалистка, а социолог. И, к тому же, член областного отделения Академии Наук.

– Вот члена ей точно не хватает, – вздохнула девушка и положила зеркальце обратно. – Ну, соберёт взяточки и наймёт себе парнишку на пару вечеров, развеется…

Лавра мотнула головой от такой нелестной характеристики и тут же испуганно вздрогнула. У парапета, буквально в паре сантиметром от неё, затормозил огромный серебристый джип. Столб пыли как раз налетел на Гербер, для которой появление машины стало полной неожиданностью.

Из внедорожника вышел высокий парень в белой футболке, голубых джинсах и тёмных очках. Это Сергей Потапов. Лавра сразу же его узнала, хоть у него и был потрёпанный вид. Он огляделся, проверил колёса своего автомобиля и только потом уставился на двух девушек, которых едва не сшиб минуту назад.

– Как жизнь? – спросил сокурсник, вертя на пальце ключи от джипа.

– Ничего, – кокетливо ответила Наташа. – А ты, никак, машинку новую приобрёл?

– Не-а, это отцовская тачка, – присел тот на капот, потирая рельефные бока. – Вчера только из мастерской забрал.

– Отцовская? – скривила губки блондинка. – Из мастерской?.. Фу! Небось, он новую взял, а тебе эту оставил доезживать.

Парень ничего не ответил на эту реплику, лишь почесав мелированную голову.

– А чё вы тут-то тусите, все вон идут в актовый зал, – поведал Сергей, уставившись на длинные ноги Поплавской.

– Так а что там делать? – парировала Наталья. – Я в тусовках деканата не принимаю участия. Опять слушать бредни этого алкоголика не хотелось бы.

Так студенты называли своего декана. Поначалу Лавра возмущалась по этому поводу, но к четвёртому курсу поняла, что всё бесполезно. Декан и в самом деле любил выпить, иногда прямо в своём кабинете. Многие видели, как он пошатывающейся походкой бродил по коридорам факультета, делая вид, что абсолютно трезв.

– Наверняка опять решили раздать какой-то бумажный мусор, – предположила Наташа, разглаживая складки красного платья. – Типа летом практика и всё такое…

– Сегодня ведь ещё экзамен, да? – уточнил Потапов, снимая солнцезащитные очки.

– Непременно, – промурлыкала блондинка.

– Я, наверно, не пойду, всё равно эта социалистка меня затопит. Не доставлю ей такой радости…

Лавра вновь укоризненно посмотрела на него. Её с самого начала семестра удивляло, почему сокурсники называют преподавательницу по социологии «социалисткой». Впрочем, если уж декану дали кличку «алкоголик», то Симонова ещё легко отделалась.

– Хорошо-то как, завтра с братками на рыбалку махнём, – потянулся Сергей, и его голос сделался более мягким. – А то у меня голова уже опухла от этой сессии.

– Бери пример вон с Лавруши, – фыркнула Наташа. – Вот уж у кого башка железобетонная, читает всё подряд, по-моему, даже без разбора. Лишь бы буквы были разборчивыми.

– Не читающие не имеют преимуществ над не умеющими читать, – заметила Лавра, наградив эту парочку очередным строгим взглядом.

– Ох-ох-ох, – передразнила её сокурсница, – смотрите, как мы умеем говорить. Ты что, обиделась на меня?

– Я всего лишь процитировала Анаксагора, – мотнула головой Гербер. – Если тебе такой известен, конечно.

– Ну-ну, – надменно поджала губы Наталья и повернулась обратно к парню. – Может, прокатишь до кофейни? Время-то уже почти десять.

– Давай, – кивнул Сергей и быстро вернулся в машину.

Джип резко сдал назад и дёрнулся в сторону серого здания, обдав Лавру выхлопами. Она поморщилась, закрыла учебник, посмотрела на часы и тоже слезла с парапета. Пришла пора идти на собрание.

Актовый зал, где обычно выступала вузовская администрация, был уже наполнен студентами. Как оказалось, все давно сидели на своих местах, ожидая появления руководства. Сюда пришли не только четверокурсники, а вообще весь факультет. Значит, их созвали точно не из-за «бумажного мусора», который раздражал Наташу. Лавра безрадостно обнаружила, что осталась в числе последних. Все места, естественно, были заняты. Она обвела присутствующих робким взглядом и заметила в дальнем углу пустующее кресло. У него была сломана спинка, однако выбора у Лавры не осталось. Тем более за высокой трибуной уже появился сутулый декан. Он выждал минутку, а затем громко захлопал. Все мигом замолчали.

– Рад вас видеть, дорогие ребята, – начал он с улыбкой на желтоватом лице. – Несмотря на холодный июнь, вы все уже такие загоревшие и бодрые… Я понимаю, у некоторых из вас сегодня последние экзамены, так что не буду долго задерживать. Хотел объявить вам несколько важных новостей: хороших и не очень. Сейчас к нам должен присоединиться Михаил Леонидович, мы все его очень ждём, а пока я объясню вам суть дела…

Студенты оживились и зашептались. Разумеется, ведь им нечасто доводилось встречаться с ректором, которого с минуту на минуту ожидало руководство факультета. А особенно насторожилась Лавра. Если уж сам ректор придёт на их собрание, значит, намечается что-то посерьёзнее, чем раздача методичек по практике.

– Как вы уже знаете, – продолжал декан, трогая засаленные седые волосы, – в этом году областное правительство совместно с управлением образования выделили средства для самых преуспевающих студентов нашего вуза. Ректорат да и мы давно хотели устроить памятную экскурсию для лучших из вас. Нельзя не отметить, что нам трудно было составлять список везунчиков, ведь большинство студентов нашего факультета учатся просто великолепно. Тем не менее, в этом году поездки организованы только для самых выдающихся, для тех, кто принимал активное участие в учебном процессе и представлял наш университет на межвузовских мероприятиях. В этом году эти счастливчики отправятся в экскурсионный тур, в ходе которого посетят монастырь Хеста, побывают на настоящих археологических раскопках и наведают в два самых крупных областных музея. Но главный сюрприз заключается в том, что пятнадцать дней своих каникул эти ребята проведут в замечательнейшем месте – в Речных Воротах…

Зал восторженно загудел. Ещё бы, ведь там, в упомянутом Вячеславом Тихоновичем месте, располагался знаменитый на всю область санаторий и чистейшая река Керга.

– Итак, – продолжил мужчина, – тех, чьи фамилии я назову, попрошу подняться ко мне на сцену…

Все замерли в ожидании первых имён. Лавра тоже затаила дыхание. Она заметила, что та парочка – Наташа и Сергей – пролезли в зал, как две дворовые собаки на кухню ресторана, и стали искать себе место.

– Роман Кривовцов! – назвал декан первое имя и кивнул пареньку в бежевом вельветовом пиджаке, который тотчас поднялся со своего кресла.

Выглядел он довольно заурядно: худощавый, бледный, волосы мышиного цвета, простое лицо. Таких мальчиков на факультете навалом. Но студенты весьма бодро принялись аплодировать ему, словно какой-то звезде эстрады.

– Марина Холодова! – продолжил декан.

С крайнего ряда показалась невысокая рыжеволосая девица. От счастья она начала обнимать своих подруг, однако её радость была какой-то фальшивой. Ни улыбки, ни восторженных возгласов. Марина поправила юбку, откинула на спину огненно-рыжие волосы и гордо зашагала к сцене.

Лавра знала, что тот парень – Роман Кривовцов – учился на втором курсе и победил в семинаре по Всеобщей Истории между основными вузами страны. Марина Холодова тоже участвовала в олимпиадах, но больше по части древних языков – по латыни и древнеславянскому.

– И я не могу не сказать про особую заслугу перед нашим факультетом, да и университетом в целом, которую получила самая лучшая наша студентка и многократная победительница региональных научных турниров и конференций…

Лавра с замиранием сердца приготовилась подняться со сломанного кресла и присоединиться к довольным ребятам.

– … Аида Гаагова! – с пафосом закончил Вячеслав Тихонович и принялся аплодировать вместе со всеми.

Девушка с восточной внешностью медленно поднялась со своего места в первом ряду и закивала поздравляющим её сокурсникам.

Лавра почувствовала, как кресло под ней проваливается. Она придержала рукой треснутую спинку и еле сохранила равновесие. Вокруг раздавались аплодисменты и выкрики. Она видела, как Роман, Марина и Аида выстроились на краю сцены, наслаждаясь торжественным моментом. Лавра же густо покраснела, чувствуя, как жар расходится по всему телу. Всё-таки гадко осознавать, что тебя никак не отметили и вообще лишили законной награды.

– Гербер, – обернулась к ней с ближайшего ряда девушка с забавными косичками, торчащими в стороны, – почему тебя не вызывают?

Лавра ничего не ответила, сняв очки, у которых запотели линзы. Она уже заметила, как веселится та сладкая парочка Наталья-Сергей, бросавшая в её сторону косые взгляды. Но тут кресло вновь поехало назад, и на этот раз Гербер не удалось вовремя среагировать. Она выронила сумочку и следом сама звучно упала на пол. Те, кто заметили её конфуз, стали смеяться и показывать пальцем.

– Тише, тише, – успокаивал декан встревоженную толпу. – Это ещё не всё. Я хотел сказать также об одном распоряжении, которое вчера приняла администрация факультета. У многих студентов полно долгов: и академических, и по оплате. Мы неоднократно предупреждали вас о последствиях, и, к великому сожалению, многие будут отчислены сразу же по окончанию летней сессии. Видит Бог, как я пытался заступиться за вас, но, увы, всё не так просто. По крайней мере у вас ещё есть время, пусть даже небольшое, чтобы привести свои дела в порядок. Иначе…

В этот момент в зал вошли мужчины в тёмных костюмах. Они обвели студентов недоверчивым взглядом и лишь после этого позволили пройти какой-то очкастой светловолосой девушке со строгим выражением лица. Вслед за ней перед присутствующими появился и сам ректор университета – Михаил Леонидович Рашвер. Он выглядел очень серьёзно: большие очки в золотой оправе, элегантная белая бородка, голубой костюм, синий галстук. Совсем как крупный мафиози из итальянских фильмов.

Светловолосая девица в чёрном костюме, что пришла вместе с ректором, наклонилась к нему и что-то прошептала. Лавре она показалась незнакомой. Может, это его новая секретарша? Но Рашвер никогда раньше не брал секретаря с собой на встречу со студентами. Он отмахнулся от девушки и направился к сцене. Все в зале резко поднялись со своих мест, приветствуя руководителя университета. Михаил Леонидович без спешки поднялся к премированным ребятам, но как-то без радости посмотрел на них и жестом потребовал от декана освободить трибуну. Пришло время заслушать его речь.

– Думаю, не будет лишним поздравить ещё раз всех тех, кто отличился своими глубокими познаниями в исторических науках, – начал он. – Я помню, как лет десять-двенадцать назад наш вуз уже принимал участие в подобных акциях, и многие светлые умы уезжали отдыхать на летние и зимние каникулы в санаторий или отправлялись на экскурсии. Это даёт не только возможность расслабиться и отвлечься от повседневных забот, но и получить какие-то новые знания. Биологи, к примеру, ездили в заповедные районы страны, в национальные парки и заказники. Юристов мы традиционно по обмену отправляли за границу изучать работу судов. Геологов и химиков – в крупные промышленные организации и исследовательские центры. Ну а что может быть лучше для студентов исторического факультета, чем посещение памятных мест нашей большой области? Я считаю, что ничего. Тем более, как вам объяснил Вячеслав Тихонович, – он кивнул в сторону декана, – этих ребят ожидает пятнадцатидневное пребывание в Речных Воротах. Что ещё я могу сказать?..

Ректор задумался, достав из кармана своего пиджака какие-то бумаги. Вдруг сзади к нему приблизился человек в жёлтом драповом костюме. Откуда он взялся и как долго там находился, Лавра не знала. Она всё ещё сидела на полу в окружении обломков кресла. Ребята утратили к ней интерес, всецело увлёкшись речью Рашвера. Поначалу Гербер испугалась, что этот странный незнакомец в жёлтом какой-нибудь сумасшедший и хочет напасть на Михаила Леонидовича. Но он лишь что-то прошептал ему на ухо и почему-то уставился прямиком на неё. Отличница почувствовала себя нехорошо от такого взгляда и быстро поднялась. Ещё не хватало, чтобы ректор увидел, как она сломала кресло.

– Не понимаю, как такое могло получиться, – недоумённо продолжил Михаил Леонидович после заминки. – Вероятно, это ошибка вашего деканата. Почему я не вижу в списках наград ещё пару ребят?!

Вячеслав Тихонович нахмурил брови и приблизился к трибуне. Он обменялся с ректором парой фраз и с подозрением посмотрел в дальний угол зала.

– Да, – смущённо произнёс декан, вновь изучая короткий список, – действительно, странно. И как мы могли забыть этих людей…

– Ничего страшного, – небрежно оттолкнул его Рашвер. – Я сделаю это за вас. Итак, Евгений Фанелин и Лавра Гербер, пройдите ко мне.

Зал вновь зашумел, только уже не так бодро, как пару мгновений назад. Лавра увидела, как светловолосый парень в синей жилетке остановился у проходной, дожидаясь её. Она повесила сумочку на плечо, подобрала книгу по социологии и медленно зашагала к сцене. И хотя её имя всё-таки было названо, на душе стало как-то неприятно. В самом деле, как мог декан забыть про ту, которую он самолично множество раз поздравлял всякими грамотами?! В этом точно был какой-то подвох. Он назвал лучшей студенткой Гаагову, а не Лавру, хотя в действительности Аида лишь пару раз занимала призовые места на областных олимпиадах, но не более.

– Теперь я могу вручить вам эти билеты и путёвки, – проговорил ректор и протянул яркие бумажки стоящему рядом Роману Кривовцову.

Парень пожал ему руку и признательно кивнул. То же самое проделали Аида Гаагова и Марина Холодова. Затем очередь дошла до Лавры, но спешить с вручением путёвок Рашвер не стал.

– Гербер, – сказал ректор, оглянувшись на своего помощника в жёлтом костюме, который продолжал странно посматривать на неё, – очень рад, что тебе представилась такая прекрасная возможность реализовать себя. Надеюсь, Речные Ворота запомнятся тебе на всю оставшуюся жизнь.

– Я рассчитываю на это, спасибо… – тихо ответила она, хотя и не поняла, что имел в виду Рашвер под словами «возможность реализовать себя». Они ведь едут не на стажировку, а на экскурсию. Как там можно себя реализовать? Непонятно.

На улице стало немного полегче благодаря свежему воздуху и радостному июньскому солнцу. Лавра держала яркие бумажки, на которых красовались пейзажи санатория. Здесь был изложен весь маршрут предстоящей поездки. Она смотрела на это и едва сдерживала слёзы. Она испытывала гордость и обиду: первую за внимание, а вторую за его запоздалость, за то, что про неё вспомнил только ректор, да и то по наставлению странного человека в жёлтом костюме. Хотя радости всё равно было больше. В эти минуты стоило успокоиться и подумать об экзамене, но мысли нарушило внезапное появление Натальи.

– О, Гербер получила звёздочку от самого ректора! – раздался из-за спины её глумливый голосок. – Ба, да ещё в санаторий!! Вот это да!

– Что? – не поняла Лавра.

Девушка выглядела как-то нервно.

– Ну как же, вместо стипендии или лишних талонов на питание – целый курс массажа в областном санатории!

– Ты считаешь, я этого не заслужила? – невесело улыбнулась Лавра.

– Почему же? – возразила Наташа. – Как раз наоборот, рада за тебя, искренне рада.

– Спасибо, ты первая, кто поздравил меня с этим достижением.

– Вот я всегда подозревала, Гербер, что ты тщеславная бабёнка. Всё какие-то поздравления тебе подавай, всеобщее внимание. Только непонятно, что такого уникального ты умеешь делать?

– На фоне тебя?

– Ну, я-то точно собираюсь летом провести время получше, не в деревушке с речушкой, а где-нибудь в Турции или Тунисе.

– Это же хорошо, – ухмыльнулась Лавра. – Думаю, в купальнике ты там будешь пользоваться особой популярностью среди местных.

– Я, в отличие от нищебродов, могу себе позволить побывать на настоящих памятниках истории.

– Если б ты ещё в них могла разбираться…

Поплавская вдруг надвинулась на сокурсницу и заглянула ей прямо в очки.

– Послушай, по-моему, ты напрашиваешься на скандал.

– О, как страшно… – карикатурно задрожала Гербер, но на всякий случай покрепче сжала учебник.

Наталья заметила это, косо глянув на весьма плотную книгу. Наверняка от удара таким предметом по голове можно получить сотрясение мозга. Поэтому Поплавская решила не рисковать, лишь фыркнула и быстро зашагала обратно к зданию.

Лавра вздохнула и расслабилась. Она и сама не поняла, что вдруг нахлынуло на эту блондинку. Неужели зависть?..

Гербер снова открыла параграф про неравенство и принялась читать на ходу. До экзамена оставался всего час. Однако погрузиться в социологию, видимо, было не суждено.

– Лавра, привет! – послышался голос со стороны, и к ней подбежал Женя Фанелин – тот самый, которого тоже «забыли». – Поздравляю с поездкой. Мы ведь теперь товарищи по награде…

– Да, спасибо, – улыбнулась она, закрыв учебник. – Приятно познакомиться.

– Понимаю, тебе стало неловко из-за того, что сначала не назвали твоего имени. До сих пор ума не приложу, как такое получилось…

– Да ладно, – отмахнулась Лавра. – Я не слишком ранимая.

– Вот уж кто не достоин этого приза, так это я. Я же часто пропускаю занятия. А вот ты…

– Как же, твоя работа про распространение христианства в Европе заняла первое место на недавнем конкурсе по Истории Средних Веков. Я читала её, очень ценные исследования.

– Да ладно. Я же знаю, какой ты у нас гений, иначе не получала бы все те дипломы и грамоты. Сколько их уже у тебя: двадцать, пятьдесят?..

– Восемнадцать… Но кроме ящика в моём письменном столе, эти бумажки никому не интересны.

– Согласен, но всё же можно и на стеночку повесить, а потом перед друзьями хвастаться.

Наверняка он так и делал, подумала Лавра и вновь вздохнула. Самой-то ей похвастаться грамотами было некому. Разве только маме показать и соседям. А вот для симпатяги Жени эти дипломы, судя по всему, имели большое значение.

Вдруг сзади к нему подкралась такая же рослая и ослепительно красивая блондиночка. Она игриво закрыла его глаза ладонями. Он не успел произнести ни слова, как она уже поцеловала его взасос. Лавра узнала её, это была Анжела Брилова – студентка юридического факультета и, как оказалось, к тому же возлюбленная Фанелина.

– Привет, – засверкала девица белозубой улыбкой. – Как делишки?

– Нормально, – застенчиво ответил Женя. – Вот, познакомься, это Лавра Гербер. Мы учимся в одной группе.

– Очень приятно, – кивнула Анжела.

– Мне тоже, – сухо промолвила Гербер.

– Я только-только узнала, что ты получил путёвку в Речные Ворота. Поздравляю, котик!..

Она вновь впилась в его губы, не давая ничего сказать. Лавра угрюмо склонила голову. Она как-то не привыкла наблюдать подобные сцены в такой близости от себя.

– Я пойду, – указала она пальцем на главное здание, то ли предупреждая, то ли спрашивая у них разрешения.

– Ещё увидимся, – ответил растерявшийся Женя, а Брилова лишь помахала ей вслед рукой.

Лавра шла и возмущалась. Что за манера целоваться у всех на глазах? Неужели нельзя было сделать это где-нибудь в более подходящем месте? Хотя, признаться, Лавра не подозревала, что Анжела встречается с её сокурсником. Брилова занималась модельным бизнесом, участвовала в составе какой-то поп-группы и считалась одной из самых красивых девушек университета. У таких, обычно, парни более солидные и обеспеченные. Впрочем, Фанелин тоже был недурён собой, отлично учился и даже где-то работал. Гербер никогда ранее с ним близко не общалась, но и думать не думала, что он способен привлечь к себе такую красавицу. Может, Анжела встречается с ним временно, а потом бросит, как всегда поступала с прежними своими парнями? Да и Фанелин хорош, застыл в её объятиях, как статуя, позабыв, зачем остановил свою сокурсницу.

Лавра поднялась на крыльцо главного здания и отогнала ненужные мысли. Впереди её ждал экзамен, к которому она собиралась ещё раз подготовиться. И, не тратя времени зря, вновь раскрыла учебник на параграфе про неравенство.

* * *

Дни до отъезда пролетели столь же быстро, что и часы до экзамена. За это время Лавра успешно сдала сложную для многих социологию и уже вовсю готовилась к летнему отдыху. Для начала она собрала свои немногочисленные вещи: часть простой одежды, старенький фотоаппарат и, естественно, личный дневник. Да, этот предмет ей никак нельзя было забывать, ведь впервые она могла вписать в него столько радостных новостей. Лавра пребывала в томительном ожидании поездки. Подумать лишь, она побывает на археологических раскопках! Что может быть интереснее? К тому же она получила такой подарок из рук самого ректора – высший предел её скромных мечтаний.

На вокзале в вечер отправления было шумно. Лавра стояла возле пригородных касс и ждала попутчиков. Именно здесь они все условились встретиться, но пока Гербер никого не видела. Странно, ведь договаривались собраться ровно к шести часам вечера. Мимо мелькали люди с чемоданами и сумками, туда-сюда рыскали носильщики в синих одеждах. Иногда проходили милиционеры, военные, служащие железной дороги. Отсутствовала только та горстка студентов, что должна была отправиться на экскурсию.

Лавра достала путеводитель и принялась искать первый пункт их назначения – краеведческий музей. Где он находился, она не имела ни малейшего представления, но, судя по всему, далеко отсюда, раз ребят собирали на вокзале.

Вдруг в спину кто-то ткнул пальцем. Лавра обернулась и вздрогнула. Она не ожидала увидеть перед собой пожилую цыганку. Та держала на руках маленькую чернявую девочку, которая жадно грызла яблоко.

– Милая, дай для ребенка сколько душе твоей благородной не жаль, – начала женщина, протянув смуглую ладонь. – Знаю, удача тебя ждёт впереди, позолоти ручку…

Гербер полезла в карман джинсовой куртки и зачерпнула несколько монет.

– Ой, спасибо, – обрадовалась цыганка, тут же пряча деньги за пояс. – Смотрю, добрая ты девочка, но со сложным характером. Из-за сложности своей не раз в жизни ты обжигалась, хотя никого не обманывала. Честная ты слишком, за честность свою и страдаешь. Верно я говорю, верно?

– Не знаю… может быть, – растерянно пожала плечами Лавра, стараясь не смотреть ей в глаза. Между тем цыганка упорно пыталась показать ей своего ребёнка.

– Сердце у тебя святое, очень жалостливое оно. И знаю я, что ждёшь ты здесь друзей. И они не придут, милая, напрасно тут стоишь. Иди на улицу, там все задержались. Правду говорю, я знаю.

Лавра удивлённо посмотрела на неё, не совсем понимая эти слова.

– На деньгах твоё проклятье, – бубнила женщина, не позволяя ей уйти. – Дай любую монету, вот дай…

Лавре было не жалко. Она снова полезла в карман и высунула несколько монет покрупнее. Цыганка тут же выхватила их из рук, сдёрнула без спроса с её головы тёмный волос и обмотала его вокруг денег.

– Вот твой талисман, – показала она. – Храни его ровно два дня, а затем выброси, иначе все беды твои вернутся во много раз сильнее. Только перед этим обмотай монетки любой бумажной деньгой, любой, давай-давай, любой деньгой…

Лавра заинтересовалась ритуалом и полезла в сумку за кошельком. Она протянула гадалке розовую купюру, и та сразу же завернула в неё монетки с волосом.

– Дуй, – приказала смуглянка, и Гербер дунула. – Дуй сильнее! Вот, молодец… Ай-ай-ай, как нехорошо-то всё складывается. Предать тебя хотят, милая, испытание тебе непростое готовится.

– Что? – не выдержала отличница. – Какое ещё испытание? Кто хочет предать???

– Сказать не могу, – крепко сжимая её ладонь, ответила цыганка, – не вижу. Но знай: опасность в воде… А теперь открой кошелёк, и я положу эти деньги. Мне ничего не надо, я желаю тебе добра и счастливую судьбу.

Лавра послушалась и открыла портмоне. Цыганка вдруг чего-то испугалась и принялась выгонять нечистую силу из кошелька, проверяя каждый отсек, а затем без спроса достала оттуда купюру покрупнее, которая в одно мгновение оказалась обёрткой поверх уже скомканных денег.

– Эй, – возмутилась девушка дерзостным поведением гадалки.

– Так пусть же все несчастья твои исчезнут как эти деньги! – воскликнула та, и свёрток чудесным образом испарился с её ладони.

Лавра обомлела, раскрыв рот, хотела что-то предпринять, однако цыганки уже и след простыл. Она исчезла так же быстро, как и подаренная ей сумма. Вокруг мелькали лишь незнакомые люди. Ещё раз попробовав отыскать среди них мнимую гадалку, Лавра разочарованно вздохнула, положила кошелёк обратно в сумку и направилась к выходу, мысленно проклиная весь цыганский род.

Стоянка перед вокзалом была заполнена машинами и снующими людьми. Зажглись уличные фонари, хотя и без того было довольно светло. Лавра огляделась. Глаза искали знакомых лиц. Она направилась к зданию с башенными часами. Впечатлений от общения с цыганкой было предостаточно. Гербер шла и удивлялась своей безалаберности.

В этой суматохе отличнице вдруг почудилось, что возле сквера напротив неё столпился народ. Несомненно, там что-то происходило. А когда к этому месту подъехала карета скорой помощи, Гербер с трепетом бросилась туда, невольно вспоминая предсказание цыганки.

Уже со стороны дороги она увидела Аиду Гаагову, которая потирала свои оголённые плечи. Лицо её было встревожено, а глаза бегали. Что-то действительно произошло.

– Аида, – позвала её Лавра, не в силах пройти сквозь любопытную толпу.

Девушка обернулась и тоже принялась пробиваться через зевак, расталкивая всех в стороны.

– Боже, Гербер, тут такое творится! – начала она, наконец-то добравшись до неё.

– Где вы все застряли?! – принялась ругаться Лавра. – Я ждала внутри, как и договаривались. А вы что?

– С нашим вожатым, с Еленой Викторовной, стало плохо. Она потеряла сознание, изо рта пошла кровь… Боже, мы все так перепугались! Ладно, что сейчас хоть скорая подъехала.

В самом деле, Гербер увидела, как заместителя декана вкатывают на носилках в медицинский фургон. Выглядела та ужасно: белое-пребелое лицо, трубка во рту… Все стояли и смотрели, как ей оказывают первую помощь. Ребята тоже замерли с сумками у одной из лавочек.

– Теперь наш тур отменяется? – в ужасе переспросила Лавра, сняв с плеча свою сумку.

– Подожди, надо поговорить с остальными, – отмахнулась Аида, взяла её за руку и потянула за собой.

Марина и Роман сидели на скамейке, увлёкшись своими сотовыми телефонами. Карета скорой помощи через минуту отъехала от сквера и с воем скрылась за поворотом. Лавра вышла к ребятам в сопровождении Гааговой и бегло оглядела их безрадостные лица. Фанелин стоял в сторонке и нервно курил.

– Ну вот и наша потеряшка, – съязвила Холодова, будто вообще не ожидала её здесь встретить. – Я уж думала, что ты решила не ехать.

– Стоило бы задуматься над этим предложением, – пошутил Роман.

– Я была внутри, – оправдалась Лавра и посмотрела на расходящуюся толпу зевак. – Я ждала вас, но…

– Теперь нет смысла идти на вокзал, – отрезала рыжая Марина. – Вот так всегда, только я куда-нибудь настроюсь ехать, обязательно что-нибудь случается!..

– Лажово, – согласился с ней Роман.

– Постойте, ребята, – прервала их Аида. – Мы же не виноваты, что с Еленой Викторовной приключился приступ. Ну, бывает, сейчас все люди болеют, да ещё ведь лето, солнце, жара. Я хочу сказать, что расходиться нам не стоит. Думаю, руководство ещё не скоро найдёт нам нового вожатого. Да и разве он нам вообще нужен?

– Не хочешь ли ты сказать, чтобы мы отправились в путь одни? – деловито переспросила Марина.

– А почему нет? Ведь это наша поездка. Мы же не дети какие-то, сами прекрасно доберёмся до Речных Ворот…

– А как же все эти музеи, раскопки? – вмешался Кривовцов. – Сначала мы должны побывать там.

– Боже, Рома, неужели так трудно доехать до Берёзовска? Тут езды-то три часа на электричке, а билеты уже куплены. Послушайте, не надо отчаиваться. Я знаю этот маршрут, я была раньше в этих музеях с дядей. Здесь нет ничего сложного.

– Я согласен с Аидой, – присоединился к разговору Женя Фанелин. – Электричка отходит в семь. Спокойно сядем и доедем, куда надо.

– Постойте, – снова прервала их Марина. – Вы не подумали, а где мы будем ночевать? Музеи по вечерам вряд ли работают.

Лавра взглянула на Романа.

– В принципе, для нас должны были зарезервировать места в гостинице, – ответил он. – Лично я с этой затеей полностью согласен.

– Конечно, – улыбнулась Аида и подняла с земли спортивную сумку. – Пойдёмте, не пожалеете.

Следом за ней свои вещи взяли Женя и Роман.

–Эй, это моя сумка,― возмущённым голосом обратилась Марина к Лавре.

Гербер посмотрела на свой багаж и сравнила его с сумкой, которая лежала у скамейки. Они обе были чёрными, но на Лавриной сбоку белела небольшая полоска. Она, действительно, случайно схватила не свои вещи.

–Ой, прости,― виновато улыбнулась девушка.

– Гербер, я, конечно, понимаю, что у очкариков загребущие руки, но ты не на ту напала, – сказала Холодова, продолжая сидеть на месте.

Лавра растерянно уставилась на неё.

– Да расслабься, Гербер, – ухмыльнулась рыжеволосая девица. – Я совсем не возражаю, чтобы ты понесла мой багаж.

– А, шутка, – кивнула Лавра. – Я оценила, да.

– Так, значит, ты тоже решила ехать без сопровождающего?

– В этом ведь нет ничего криминального. Если что-то не получится, можно в любой момент вернуться обратно.

– Чёрт, а ведь ты права. – Марина шлепнула себя по коленям, взяла свою сумку и тут же негодующе завопила – Вот, обманщики! Они унесли с собой вещи Елены Викторовны!..

– Зачем?

– Не трудно догадаться, Гербер, – вскинула голову Холодова. – Там ведь наши деньги и билеты.

Лавра вздохнула и последовала за ней в сторону вокзала. Что за напасть случилась с Еленой Викторовной, она так и не поняла. Но выходит, что цыганка была вовсе не мошенницей, раз предсказала причину задержки ребят?.. Так или иначе, впереди ожидала дорога и первая экскурсия – областной краеведческий музей.

Глава 2

Холодный гроб

Станция Берёзовск, в простонародье прозванная Берёзовкой, была местом мрачным и пустынным. Ребята прибыли сюда около одиннадцати вечера, когда окончательно стемнело. Вдобавок, их встретил дождь, принёсший с собой резкий холод. Лавра старалась всюду следовать за дружелюбным Фанелиным. Он иногда пытался начать с ней разговор, но их вечно прерывали то Кривовцов, то Марина, до сих пор расстроенные случаем с Еленой Викторовной.

На небольшом местном вокзале было безлюдно. Последние пассажиры уехали отсюда примерно час назад на московском поезде. В здании горело множество ламп дневного освещения, однако это никого не радовало. Все изрядно утомились, ведь теперь решать многие вопросы приходилось самостоятельно. Женя с Аидой сразу же отправились узнавать насчёт гостиницы. Остальные расположились в зале ожидания.

– Глупо было переться сюда, – осматривалась по сторонам Марина, пробуя кому-то позвонить по сотовому телефону. – Сейчас будем всю ночь тут куковать, как бомжи.

– Нет, – заверил Роман, тоже увлечённый мобильником. – У Викторовны в сумочке лежат все документы, там есть и квитанция на два номера в местной гостинице.

– Бедная, – вмешалась в их разговор Лавра. – Интересно, что с ней сейчас?

– Да ничего, – недовольно фыркнула Холодова. – Лежит себе приспокойненько в палате. Я не понимаю, если она такая больная, зачем было напрашиваться в дорогу?

– И так ведь ясно, – засмеялся Кривовцов. – В Речные Ворота на халяву хотела прокатиться.

– Ну, зачем вы так, – смутилась Лавра. – Она же не виновата, что с ней случилось…

– С другой стороны, даже лучше, что она теперь не с нами, – заметил Рома. – Видела бы ты, как эта Викторовна себя вела: принеси то, подай это, убери телефон, перестань смеяться… Она настоящая зануда.

– В этом ты прав, – кивнула Марина. – Заставила Женю покупать билеты, а Аиду отправила за водой, словно мы ей обязаны прислуживать. Я бы с ней точно поругалась после такого.

Появился Женя и жестом приказал им всем подниматься. На улице их поджидал старый автобус, а возле него стояла озябшая Аида. Она, в отличие от Марины и Романа, была всем довольна и улыбалась.

– Гостиница на другом конце города, – пояснила Гаагова, помогая Лавре затащить сумку в салон. – Надеюсь, там будет горячая вода.

Как и предполагали парни, их должны были разместить на ночь в одном дешёвеньком отеле, который представлял собой длинное одноэтажное здание с серыми стенами, сплошь покрытыми трещинами. Однако это намного лучше пустого вокзала, ведь здесь можно было принять душ и прилечь отдохнуть на вполне удобные кровати. Вот только номера предоставили общие, так что девушкам пришлось ютиться в крохотной комнатке вместе. Юношам и вовсе достался вариант с разбитым окном, задрапированным лишь плотной занавеской. По крайней мере, здесь предстояло провести всего лишь одну единственную ночь.

Первой в душ отважилась сходить Аида, разложив на своей кровати многочисленные вещи. Её не смутило, что удобство находится в самом конце коридора, и через несколько минут после заселения в номер она спешно отправилась туда. Марина попросила администратора принести горячего чая и вновь принялась кому-то названивать. Лавра сняла джинсовую куртку и повесила её на стул. Ей больше всех хотелось спать, чтобы завтра в музее быть бодрой и отдохнувшей.

– Гербер, что с тобой? – спросила Марина, устав набирать длинные номера.

– Ничего, а что, что-то не так?

– Ты ложишься спать, хотя ещё детское время.

– Я устала. Дорога и этот приступ Елены Викторовны вымотали меня.

– Ясненько, – отвернулась Холодова и положила телефон на тумбочку. – А я и не заметила, что ей стало плохо. Увидела только, когда она уже начала сознание терять. Чуть меня своей минералкой не забрызгала.

Лавра с интересом повернулась к ней.

– Если честно, я немного обеспокоена, – призналась она. – Понимаешь, когда я стояла на вокзале и ждала вас, ко мне подошла цыганка и попросила милостыню…

– И ты дала?! – возмутилась Марина.

– Да, но она мне погадала, – виновато ответила Гербер. – Правда, при этом она утащила деньги из моего кошелька…

– Какая же ты балда, – усмехнулась Холодова. – Разве можно общаться с цыганами, они же все аферисты!

– Странно, но именно цыганка сказала, чтобы я вас не ждала, что вы задержались на улице.

– Ничего странного, – махнула рукой девушка. – Я видела, как несколько цыганят вертелись среди толпы зевак. Бьюсь об заклад, среди них была и эта твоя гадалка.

Лавра задумалась и опустила взгляд. Как она сама не догадалась об этом?..

– Скорее всего, так и есть, – согласилась Гербер.

– Мне это показалось или ты на самом деле веришь во всякие гадания? Я считала, что к четвёртому курсу вся эта вера в мистическое полностью пропадает.

– Наоборот, – возразила Гербер. – Чем дальше, тем больше загадок.

– Я не люблю загадки. Мне хватает своих, более реальных проблем.

– Но ведь это так интригует.

– К счастью, я интересуюсь только латынью. Мне глубоко безразличны все эти тайны истории, знаковые события и всё такое прочее. И вообще, я не уверена, что когда-нибудь встречусь с настоящей ясновидящей.

– Почему ты так говоришь, был неудачный опыт?..

– Нет, – выдохнула Марина. – Просто не нравятся мне эти гадания и всё. А тебе, я вижу, и денег не жалко для шарлатанов.

– Мне казалось, что цыгане не такие мошенники, как всем кажется. Они наверняка могут определять судьбу, видеть будущее…

– Да? Почему же они тогда у тебя деньги стащили? Или, может, они видят только чужие судьбы, потому что сами живут как какие-то безродные, ходят везде, побираются?! Тьфу, даже думать о них не хочу. Нет, Гербер, у тебя мозги напрочь отсутствуют всё-таки! Не удивительно, что про тебя забыли в университете при распределении путёвок.

Лавра заткнулась и с обидой отвернулась, накрывшись простынёй. Лучше уж спать, чем говорить с этой девицей, которая, как выяснилось, ничем не лучше хамки Наташи.

В восемь утра все уже приготовились идти на экскурсию. Но так как в гостинице не было принято кормить своих постояльцев, ребята решили перед музеем заглянуть в какое-нибудь кафе. Лавра ни с кем не разговаривала, больше предпочитая слушать и таким образом поближе узнавать товарищей по отдыху. Говорили в основном Аида и Роман, причём последний вечно кому-то возражал. Насколько поняла Гербер, таким образом он пытался выделиться. Марина тоже предпочитала в основном молчать, изредка что-то шепча сидящему рядом Жене. Тот посмеивался, но, заметив взгляд Лавры, мигом становился серьёзным.

После неплотной трапезы ребята отправились в первый по их маршруту пункт – краеведческий музей. Находился он в центре провинциального городка, так что найти его не составило особого труда. Здание было двухэтажным и очень простеньким, без лишней помпезности. Зато изнутри оно выглядело намного интереснее: высокие колонны, мраморная крошка на стенах, лепнина на потолке. А из всех посетителей в этот час были только приезжие студенты.

– Мне звонили насчёт вас, – заговорила женщина в больших очках, которая встретила их на входе. – Я рада приветствовать всех в стенах нашего музея и надеюсь, вы с пользой проведёте здесь время.

Она велела оставить все сумки в гардеробе, а затем повела ребят в первый зал.

– Поскольку вы учитесь на историческом факультете, вам будет интересно посмотреть на предметы древности нашего края. Среди них вы увидите одежду, украшения, национальные узоры, оружие и прочие вещи самобытной культуры народов, проживавших на территории нашей области задолго до появлении науки истории…

Лавра шла рядом с Аидой, держа в руках блокнотик и авторучку. Она с любопытством изучала экспонаты, скрытые за плотными стёклами витрин. Ей было действительно интересно, хотя подобные вещи она видела уже множество раз. Женщина рассказывала им разные байки о происхождении тех или иных предметов, некоторые даже казались немного страшными. У неё это получалось на редкость хорошо, судя по тому, что все слушали очень внимательно.

Минуло полчаса. Экскурсовод остановила ребят возле тёмной комнаты и принялась нажимать на стене какие-то кнопки.

– Сейчас вы увидите эксклюзивный материал. Ещё ни один рядовой посетитель не знает про эту коллекцию. Она поступила к нам неделю назад, и теперь мы готовимся представить её на всеобщее обозрение.

Все прошли в эту интригующую комнату и сразу же были ошеломлены. На стенах, под плотным стеклом, сверкали золотые предметы и большие драгоценные камни. Казалось, здесь были представлены все сокровища истории: начиная от изящной короны и заканчивая массивными перстнями с поблёскивающими сиреневыми камнями.

– Эту коллекцию учёные-археологи обнаружили совсем недавно, – принялась пояснять экскурсовод. – Драгоценности принадлежат князю Скопию Бальваровскому, жившему в далёком двенадцатом веке. Никто не знал, куда пропали его личные вещи. И вот лишь несколько месяцев назад удалось обнаружить эти сокровища в верхнем Поволжье. Эти экспонаты у нас проездом. Так получилось, что их перевозка потребует много времени и сил. Сами понимаете, везти такие ценности необходимо с мощной охраной. И пока улаживаются бумажные дела, эта коллекция будет у нас на радость истинных ценителей истории и ювелирного искусства…

– Простите, – прервала её Лавра. – А вы не расскажете поподробнее, кто он такой, этот князь? Я что-то никогда не слышала такого имени.

– Да, я тоже не могу припомнить, – присоединилась к ней Аида.

– Видите ли, об этом человеке известно совсем немногое, – лицо женщины сделалось более серьёзным. – Говорят, что он служил великому киевскому князю Святополку Изяславичу. Но когда последний умер в 1113 году и в Киеве вспыхнуло известное всем нам восстание против управителей умершего князя и ростовщиков, Скопий Бальваровский похитил драгоценности своего хозяина и исчез.

– Исчез? – переспросил Роман.

– Разве не ясно, – вмешалась Марина. – Стибрил сокровища верховного князя и скрылся. Вор да и только. Почему же эти реликвии не названы в честь самого Святополка Изяславича? Ведь на самом деле это его драгоценности…

– Бальваровский успел пополнить коллекцию, – пояснила экскурсовод, поспешно выводя всех из этой комнаты. – Да и последним владельцем был Бальваровский… Как бы там ни было, мы же не знаем, что именно он унёс с собой после смерти киевского владыки. И никто этого не знает.

Лавра быстро записала всё услышанное в блокнотик.

– Я попробую узнать, – сказала она, с гордостью поглядывая на всех остальных. – Это весьма интересная история. Если я не поленюсь, то обязательно попробую прояснить эти события в университетской библиотеке.

– Думаю, вам это не понадобится, – приторно улыбнулась женщина. – Учёные вашего университета уже занимаются этим исследованием.

– Тоска, – вздохнула Марина, потягиваясь на месте, подобно кошке. – Скажите, а у вас есть какие-нибудь книги на славянском или на греческом?

– К сожалению, нет, – склонила голову женщина. – Мы занимаемся в основном прошлым и настоящим нашей области, её самобытностью и культурой.

– Жаль, – подметила Холодова.

– Ну, я показала вам самые интересные выставки, – проговорила экскурсовод. – Надеюсь, вам понравилось. Теперь можете походить по музею свободно, но не больше получаса. Сегодня ещё китайские туристы будут. Только не трогайте ничего руками, а то сработает сигнализация…

Роман тут же достал свой сотовый и отошёл к светлому окну. Марина вместе с Аидой направилась в дальний угол, где пестрели национальные костюмы и блестела металлическая посуда. А Лавра посмотрела на ту комнату, из которой все только что вышли.

– Извините, – остановила она удаляющуюся из зала женщину. – А можно я ещё раз взгляну на сокровища Скопия Бальваровского?

Экскурсовод странно посмотрела на неё, потом перевела мутный взгляд на вход в ту комнату.

– Конечно, милочка, – улыбнулась она после паузы и поспешила в коридор.

Золотые вещи радужно поблёскивали на неярком свету. Здесь вообще было как-то чересчур мрачно из-за стен и потолка, обитых тёмно-синей тканью. Но нельзя не отметить, что это только подчёркивало красоту предметов. Их было не так-то много, как показалось на первый взгляд. Всего Лавра насчитала около двадцати украшений. Среди них девушка приметила бронзовые тарелки с непонятными узорами и буквами, золотые чаши, один длинный меч, на рукоятке которого мерцали прозрачные красные камни, и какой-то маленький шлем в виде кошачьей головы.

Внимание же Лавры приковали другие вещи: небольшого размера корона с одним крупным и невероятно голубым камнем, напоминавшим бирюзу, и ещё какая-то штучка, больше похожая на браслет или огромное кольцо. Она так и не поняла, что это, но вещь была удивительно красивая. По крайней мере, так показалось Гербер на фоне других предметов. Браслет был сделан из золота. Он сверкал поярче остальных драгоценностей. Вокруг него корявым узором тянулась чёрная полоса, изредка прерываемая прозрачными бесцветными камешками. Если приглядеться, в нём было ничего особенного, что бы действительно поразило воображение. Однако чем-то он всё-таки притягивал к себе внимание отличницы. Лавра не знала, чем именно, и продолжала стоять на месте, уткнувшись носом в плотное стекло, отделяющее её от экспоната.

– Завораживает, правда? – раздался внезапный голос Фанелина из-за спины.

Лавра резко обернулась и поправила очки.

– Я вижу, ты всерьёз заинтересовалась этими вещицами, – продолжил он, тоже вглядываясь в корону и браслет. – Они прекрасны, так и манят, правда?.. Не удивительно, что этот князь забрал их у Святополка Изяславича. Никто не устоит перед таким богатством.

– Согласна, – промолвила Лавра, вновь посмотрев на диковинный предмет. – Но, как бы они нам ни нравились, теперь это достояние народа.

– Думаю, эту коллекцию обязательно привезут в наш город.

– Тогда я всенепременно приду посмотреть на них снова.

– А насчёт твоей затеи, это правда?

– Какой затеи?

– Ну, раскрыть загадку этих сокровищ…

– Даже не знаю, – скромно улыбнулась Гербер. – Я попытаюсь, если что-нибудь смогу найти в нашей библиотеке.

– Сомнение, – выдохнул Женя, отходя к шкафчику с мечом. – Мне казалось, ты никогда ни в чём не сомневаешься.

Лавра медленно направилась к двери, понимая, что их время, увы, вышло. Фанелин постоял немного возле меча и последовал за ней.

– Я не сомневаюсь, – поправила его девушка. – Просто это всё было настолько давно, что вряд ли сохранились данные об этом князе.

– В летописях обязательно что-нибудь есть на этого Бальваровского.

– Хм, может быть, – остановилась Лавра в дверном проёме между комнатой и главным залом. – Странно здесь вовсе не то, что нам не знакома личность этого самого Бальваровского. Понимаешь, эти вещи явно сделаны не в Киеве. Я изучила один предмет, он не похож на то, что я видела ранее в славянской культуре.

– А ты думала, что все сокровища русских князей местного производства? – усмехнулся Женя. – Почти все они достались им от долгих кровопролитных походов или их дарили иностранные послы и купцы…

Внезапно свет в комнате погас. Стало темно. Не спасали даже окна большого зала. Лавра замерла в испуге. Она завертела головой в надежде увидеть хоть что-нибудь. Были слышны встревоженные голоса служащих музея, и через доли секунды в зале засияла свеча. На пороге главного холла возникла та женщина-экскурсовод, а позади неё ещё две сухонькие старушки.

– Ребята, где вы? – спросила она, несмело заходя внутрь. – У нас отключили электричество, так что идите все ко мне.

Через мгновение в поле её зрения вышли Роман и Марина, что-то недовольно бурчащие себе под нос. Затем показалась Аида со встревоженным видом, а следом за ней из темноты вынырнула Лавра.

– Не бойтесь, такое иногда бывает, – успокаивала их женщина. – Окна автоматически закрываются щитами, на всякий случай…

Позади Лавры показался Фанелин. Он оглянулся назад, слушая оправдания экскурсовода.

– Что-то случилось? – спросил Женя, дойдя до ребят и дотронувшись до плеча Гербер.

Все поспешили в коридор, где было гораздо светлее от многочисленных свечек. Марина мельком посмотрела на Лавру, которая медленно шла вдоль серой стены в сопровождении Фанелина. Он вёл себя как-то странно: часто оборачивался, потирал левую ладонь и часто спотыкался. Может, так на него подействовала темнота?

Лавра догнала Аиду, которая поправляла на ходу джинсы.

– Экскурсовод сказала, что это сработала охранная система, – зашептала она ей на ухо. – Получается, кто-то трогал экспонаты?

– Да брось, – со снисходительной улыбкой ответила Гаагова. – Просто вырубился свет, вот и заклинило их оборудование.

На улице Лавра сняла очки и достала из сумочки футляр. Фанелин сразу же закурил. Марина взялась за сотовый телефон, а Аида усердно ковырялась в своей сумке, словно что-то выискивая.

– Поехали на вокзал? – предложил Кривовцов, выбросив в урну какие-то бумажки.

– Уже? – удивилась Гаагова. – Мы же только приехали.

– Брось, сколько же, по-твоему, нам здесь ещё сидеть?.. Следующий наш пункт – это монастырь Хеста. Там, кстати, эти самые раскопки и ведутся, которые мы тоже должны посетить.

– Побыстрей бы уж Речные Ворота, – вздохнула Марина, повесив на плечо свой рюкзачок. – Отдохнуть хочется.

– А разве это тебе не отдых? – с иронией переспросил Фанелин. – Ведь мы прекрасно проводим время на этих экскурсиях.

– Ну да, особенно мне понравился последний экспонат – темнота, – зло выговорила Холодова и последовала за Романом к автобусной остановке.

На самом деле, ехать на вокзал им не потребовалось. В сумочке Елены Викторовны, которую всегда почему-то носила Аида, нашлась карта, на которой было указано, где и какие объекты ребятам следует посетить. Монастырь Хеста располагался совсем близко от Берёзовска, поэтому отправились туда попутным автобусом.

Всю дорогу Марина пыталась до кого-то дозвониться, но телефон за городом работал плохо. Гербер старалась не общаться с рыжей зазнайкой, отчего на время поездки села возле Гааговой. Всё ж таки Аида относилась к ней более миролюбиво.

Пейзажи за окном не выделялись ничем интересным: сразу же за Берёзовском растянулись бескрайние поля, которые изредка сменялись холмами. И возле одного из них, самого высокого, водитель высадил путешествующих студентов.

Монастырь Хеста оказался не таким большим, как представляли ребята. Но идти до него пришлось довольно долго: тропинка вела круто вверх и была намного длиннее, чем думала Лавра. Все были на нервах от такого подъёма, поскольку шли под холодным дождём, и к моменту, когда оказались возле массивных ворот, уже до нитки вымокли. Недовольными больше всех были Марина и Роман. Их не устраивало буквально всё: отсутствие телефонной связи, слишком длинный путь, погода да и в целом затеянная экскурсия. Они возмущались до тех пор, пока ворота не открыл долговязый человек с широким чёрным зонтом. Лавра даже испугалась от неожиданности. Впрочем, в такой обстановке пугаться было самой нормальной реакцией. Из-за дождя стало темно, и монастырь показался очень мрачным.

Во дворе было пустынно. Казалось, что здесь вообще никто не живёт. Сплошное каменное строение напоминало гигантскую смыкающуюся ладонь, которая огибала холм с запада. Пока шли к главному крыльцу, Лавра насчитала три этажа, а ещё приметила башню, на самом верху которой что-то развевалось – то ли флаг, то ли просто какая-то тряпка. Во дворе, на удивление, царила чистота: вдоль стены растянулась ровная поленница, возле террасы стояли две тележки, а напротив, где чернел вход в подземелье, Гербер увидела сложенные друг на друга вёдра.

Внутри оказалось намного теплее и пахло чем-то сладким. Высокий мужчина молча вёл ребят по растянувшемуся вдоль всего первого этажа коридору. Лавра протёрла очки от капель дождя и принялась изучать интерьер. Коридор был длинным, и возникло ощущение, что он тянется и тянется вокруг всего здания. Так и было. Лишь в самой отдалённой его части обнаружился просторный зал с высоким потолком. В нём находилось четверо человек, которые что-то бурно обсуждали между собой за старым дубовым столом. Запах чего-то сладкого здесь вмиг сменился чем-то противным, напоминавшим махорку.

– Студенты, – объявил тот рослый мужчина, что привёл их, шумно расправил свой зонт и поставил его сушиться возле горящего камина, который обрамляли каменные человеческие фигуры.

– Да-да, – жестом подозвал ребят один из незнакомцев, отложив в сторону дымящуюся трубку. – Мы договаривались, что я покажу им монастырь и отведу на наши раскопки.

– Раскопки? – удивился его тучный сосед с красной пластмассовой кружкой. – Что там теперь может быть интересного? Вы опоздали, детки, всё уже найдено и отправлено в Берёзовск.

– Простите, – вмешалась Лавра, убирая со лба мокрую чёлку, – а это не здесь ли нашли сокровища Скопия Бальваровского?

– Надо же, – удивился тот человек с зонтом, – они уже и о сокровищах знают!..

– Мы были в краеведческом музее, – гордо ответила ему Марина, положив свою сумку с рюкзачком на длинную скамью возле грязной стены.

– Даже так?.. – приподнял брови высокий археолог и вновь отвернулся к камину.

– Они вам понравились? – улыбнулся человек, который назвался их экскурсоводом. – Невероятные, правда? Я тоже был ими очарован.

– Если вы их уже нашли, то почему до сих пор сидите здесь? – спросила Аида. – Нам сказали, что их обнаружили ещё неделю назад…

– Глупый вопрос, девушка. Мы проверяем, нет ли в этом месте чего-нибудь ещё. Не исключено, что можно найти вещи гораздо интереснее сокровищ.

Гаагова нервно мотнула головой и села к нему за стол. Марина последовала её примеру.

– Вы, наверное, хотите есть? – догадался экскурсовод и обратился к сотрудникам – Принесите им чего-нибудь.

А сам поднялся, отошёл к камину и склонился к его чёрной решётке, начиная подбрасывать туда небольшие поленья.

– Я забыл представиться, – обернулся к ним мужчина. – Зовите меня Андрей Дмитриевич. Нам предстоит общаться в течение всего этого дня или, быть может, ещё и ночи.

– Что? – переспросила Марина. – Не хотите ли Вы сказать, что нам придётся здесь ночевать?!

– А что вас так пугает? – заулыбался Андрей Дмитриевич.

Холодова лишь цокнула языком. И без того понятно, что находиться в этом месте до самого утра никто из студентов не горел желанием.

Обедать ребят посадили одних. Археологи оставили их в этом прохладном зале, отправившись на свою послеполуденную работу. Еда была невкусная: какая-то пресная каша и сильно разбавленный чай. Марина даже не стала его пить, достав из сумочки бутылку дорогого сока. Одна лишь Лавра учтиво молчала насчёт их скромного обеда, по чуть-чуть щипая чёрный хлеб.

– И как они тут живут? – возмущался Кривовцов. – От одной только жрачки помереть можно!..

– Рома! – прервала его Аида, метнув грозный взгляд. – Что за выражения?

– А ты можешь назвать это как-то иначе? – Он нервно отодвинул свою тарелку и схватился за мобильник.

– Я-то думала, поем какого-нибудь супчика или хотя бы котлет с макаронами, – заговорила Марина. – Видимо, археологам платят не настолько хорошо, чтобы включить в рацион немного мяса.

– Никогда не работай археологом, – предупредил Женя, вполне спокойно уплетавший постную кашу.

– И не собираюсь, – усмехнулась девушка. – В отличие от некоторых, у меня уже есть место, где я буду без проблем получать стаж и неплохой заработок.

– И где же, если не секрет? – поинтересовалась Аида.

– В архиве, в Питере, – с высокомерием ответила Холодова. – Там живут мои родители, они уже обо всём договорились.

– Повезло, – позавидовала Гаагова. – А мне дядя обещал, что устроит в свою туристическую фирму.

– Экскурсии проводить? – предположил Женя.

– Да, но не только в России. И там тоже довольно хорошо платят. А ты где собираешься трудиться?

– А я уже работаю, – деловито ответил Фанелин, косо посматривая на Лавру, которую ничуть не интересовала их беседа, – у профессора Фитша.

– Ух ты! – воскликнул Роман.

– Давно?! – восторженно переспросила Марина.

– Год или около того.

– Предки устроили? – не отставал Кривовцов.

– Нет, сам…

– Здорово, молодец, что попал туда, – похвалила его Гаагова.

– А мне интересно, где же будет горбатиться наша преподобная Лавра? – обратилась Холодова напрямую к Гербер, и все взгляды устремились на неё.

Отличница недоумённо посмотрела на них.

– Не знаю…

Роман с Аидой тут же засмеялись.

– Что, совсем не знаешь и никогда не задавалась вопросом о будущей карьере? – не унималась Марина, с довольной ухмылкой глядя на Фанелина.

– Нет, – бодро отвечала Лавра, перестав есть. – А что, ты думаешь, уже стоит?

– Ну, Гербер… Я, конечно, полагала, что ты бестолковая, но чтоб настолько…

Холодова поднялась со своего места, схватила рюкзак и направилась в сторону двери. Кривовцов последовал за ней, напоследок громко хихикнув.

– Не обращай на них внимания, – махнул рукой Евгений, продолжая обед.

– Да я и не собиралась, – улыбнулась Гербер и тоже принялась доедать кашу.

– Но о работе всё же подумай, – посоветовала Аида. – Если что, могу помочь, обращайся.

Дождь всё не прекращался, обещая засесть в этих местах, как минимум, до ночи. После еды ребята отправились на вторую за сегодняшний день экскурсию. Андрей Дмитриевич был не очень-то хорошим рассказчиком, зато он показал им почти весь монастырь. Ничего занятного для себя Лавра здесь не обнаружила. Замок по-прежнему выглядел тёмным, холодным и неуютным.

Сладкая парочка – Марина и Роман – всё время забавлялись над археологом, задавая бестактные вопросы. Особенно их интересовал размер его заработка. Андрей Дмитриевич им что-то отвечал, однако те продолжали подшучивать над несчастным. Фанелин не упускал момента, чтобы не посмотреть на Гербер, которая изображала внимательную слушательницу. Зачем он это делал, ей лично было непонятно. Происходило такое уже не впервые. Лавра замечала его взгляды и в электричке, и в Берёзовске, и по пути в монастырь, но делала вид, будто ничего не происходит. Одна Аида интересовалась здешней архитектурой.

– В башню мы с вами, как ни печально, не попадём, – сообщил археолог, когда все вновь оказались в том длинном мрачном коридоре на первом этаже. – Зимой там обвалилось несколько ступенек, так что ходить по лестнице теперь опасно.

– А что находится в башне? – спросил Женя, приглаживая светлые волосы.

– Когда-то был колокол. Теперь мы храним там керосин. Короче, обычное помещение…

– Да к тому же опасное, – дополнила Марина, и Роман опять залился нездоровым смехом.

– А может, вы разрешите ей туда сходить? – спросил он сквозь хохот. – Хотя бы ненадолго…

Андрей Дмитриевич побледнел от их очередной выходки, и глаза его как-то недобро сверкнули.

– С превеликим удовольствием, – ответил он после недолгого раздумья, – там с весны развелись крысы, как раз вас дожидаются…

– А может, вы лучше покажете нам сами раскопки? – тут же вмешалась Гаагова, чтобы как-то разрядить обстановку.

– Крысы! Ой, не могу… – не переставал смеяться Кривовцов, даже покраснев от усердия.

– Пойдёмте, – сказал Андрей Дмитриевич и осуждающе посмотрел на парня.

На улице уже начинало темнеть, но раскопки не прекращались. Археолог привёл студентов в подземелье. Освещение здесь ограничивалось тусклыми лампочками, висящими на неровно протянутом проводе. Тут было ощутимо холоднее, но это никого не волновало. Все заинтриговались местом, где до недавнего времени прятались вещи таинственного князя Бальваровского.

– Сокровища мы нашли на глубине десяти метров, обнаружили их совершенно случайно, – начал объяснять Андрей Дмитриевич, озираясь по сторонам.

– Простите, – прервала мужчину Лавра, снова достав свой блокнот, – а откуда Вы вообще узнали, что в монастыре могут находиться эти предметы?

– Один любитель из соседней деревушки нашёл здесь осколок драгоценного камня. А затем мы обследовали почву с помощью специальных приборов. Примечательно, кстати, что все ценности хранились в гробах.

– В гробах? – с недоумением переспросила Аида.

– Да, в таких широких металлических саркофагах, даже надписей никаких не было.

– Может, в одном из них лежал этот самый Скопий Бальваровский? – сделал предположение Женя, потирая озябшие руки. В подземелье и вправду царил холод.

– Нет, останков мы не обнаружили. Скорей всего, сокровища спрятали лишь на время, но забыли о них… А может, на самом деле схоронили, чтобы они никому не достались.

– Но зачем? – не понимала Гаагова.

– Это мне пока неизвестно.

– Вы рассчитываете найти здесь что-нибудь ещё? – с любопытством спросила Лавра, попутно продолжая делать записи в блокнот.

– Непременно.

– Что-то конкретное?

– То, что предположил ваш друг. – Андрей Дмитриевич дотронулся плеча хмурого Жени. – Останки Бальваровского, что же ещё.

– Вы считаете, что он здесь? – продолжила допрос Гербер.

– Думаю, вполне может быть. Видите ли, после сокровищ мы нашли ещё два гроба.

– Два гроба? – застыла Аида, пытаясь не отставать от археолога. – Какой ужас…

– И в них тоже были сокровища? – уточнил Фанелин.

– Нет, только развалившиеся от времени мечи и доспехи. Мне кажется, что здесь когда-то очень давно произошла серьёзная битва. Не просто же так они зарыли в землю все эти предметы.

– Это довольно занимательно, – подметила Лавра и посмотрела на археологов, которые осторожно копали яму в большой подземной комнате.

– Наконец-то ты пришёл! – воскликнул крупный мужчина – тот, который перед обедом назвал студентов «детками». – Мы кое-что нашли.

– Гроб?! – с дрожью в голосе переспросил Андрей Дмитриевич и поспешил к коллегам.

Ребята увидели в тёмном углу длинный чёрный ящик, покрытый глиной и песком. Он по-прежнему был закрыт.

– Крышка плотно сидит, – объяснил упитанный мужчина, вытирая руки о штаны. – Я подумал, что там лежит что-нибудь особенное, и не рискнул вскрывать без тебя.

– Ну, тогда давай попробуем. – Андрей Дмитриевич наклонился над саркофагом и осторожно потрогал его.

Археологи, волнительно переговариваясь между собой, обступили гроб. Лавра зачарованно наблюдала за их действиями и с трепетом ждала, пока таинственную находку откроют. Если повезёт, это будет её первый опыт в настоящем археологическом исследовании.

Двое мужчин запыхтели, пробуя поднять крышку ящика, но у них ничего не вышло.

– Лучше не надо, – попросил возбуждённый Андрей Дмитриевич, обходя гроб с другой стороны. – Не то мы его сломаем, и содержимое может просыпаться прямо здесь. Отнесите его наверх, там я над ним поработаю…

Экскурсия на этом, очевидно, завершилась. Когда ребят проводили на поверхность, небо уже окончательно стемнело, что могло означать только одно – им было суждено заночевать в монастыре. Недовольными, как всегда, остались Марина и Роман. Их радостное настроение оказалось мимолётным, а после посещения подземелья вовсе сошло на нет. Хотя, в целом, никто не испытывал радости от перспективы спать где-нибудь на скамьях.

Одна лишь Лавра всерьёз заинтересовалась раскопками. Она с неподдельным энтузиазмом ждала, пока гроб перенесут в рабочую комнату, в которой уже расположились Андрей Дмитриевич и тот тучный мужчина, который, судя по всему, являлся его ассистентом. Звали помощника Робертом, поэтому и Лавра стала его так называть. Она сразу же попросилась присутствовать при вскрытии, надеясь увидеть первую за свою жизнь разгадку исторической тайны.

Когда наконец-то принесли выкопанный гроб, все замерли. К любознательной сокурснице присоединился Фанелин. Он оставил ребят в главном зале за скудным ужином, который состоял из склеенных макарон и зелёного лука.

Саркофаг положили на длинный деревянный стол, смахнули с него остатки земли и принялись за дело.

– Крепко уцепилась, зараза, – ворчал Роберт, забивая острые металлические пластины между крышкой и корпусом. – Зацементирован, что ли?..

Другой археолог тоже пытался продолбить хоть какое-нибудь отверстие в гробу, но это у него получалось плохо. Вернее будет сказать, что вовсе не получалось. Несмотря на все старания мужчин, на корпусе саркофага не появилось ни царапинки.

– Проще поверху распилить! – вскричал Роберт и нервно отбросил инструменты.

Он отошёл к залу, чтобы немного остыть от бесполезного труда.

Андрей Дмитриевич тем временем внимательно осматривал гроб с разных сторон, надеясь, видимо, обнаружить какие-нибудь рисунки или буквы. Однако ничего такого на корпусе не было. Он сильно почернел от времени, но при этом нисколько не поддавался натиску учёных.

Лавра стояла у стены и молча наблюдала за их работой. Фанелин расположился на подоконнике, покуривая очередную сигарету. Он снова бросал на девушку странные взгляды, чем только лишний раз отвлекал. И что за манера поведения такая? Лавра решила, что после обязательно поговорит с ним об этом.

Минуло полчаса. Все окончательно утомились и присели отдохнуть за чашкой разбавленного чая. Один только Андрей Дмитриевич остался в комнате наедине с гробом, вновь и вновь пробуя открыть его. Лавра заглянула к нему после скудного ужина в надежде узнать какие-нибудь новости.

– Вот, чёрт, – тихо ругался он. – Чем же это его так заделали?..

– А почему Вы не хотите просто разломать его? – решила спросить Гербер и прикоснулась к саркофагу, правда, тут же отдёрнула руку.

Тот оказался жутко холодным, как будто внутри него лежали куски льда.

– Это строжайше запрещено, иначе то, что находится внутри, может повредиться, – машинально ответил археолог, присев на низкую лавку. – Нам за это потом знаешь, как попадёт?!

– Ну, гроб же не открывается. Вы ведь не можете вечно пробовать вскрывать его без повреждений.

– Обычно в таких ситуациях мы так и поступаем. Берём топор и…

В комнату вошёл порозовевший Роберт.

– Слушай его больше, – вмешался он в разговор. – Разрубишь ты это топором, как же!..

– Или чем-нибудь другим, – добавил Андрей Дмитриевич, делая весёлое лицо.

– Здесь или дрелью надо сверлить, или же пилить полностью. Завтра я съезжу в город и куплю хорошую фрезу.

– А что с нашей? – удивился главный археолог. – Снова сломалась???

– Сгорела, – сообщил угрюмый мужчина и постучал по крышке гроба. – Давно её надо было заменить. Вот тебе и момент настал: время идёт, а эту штуковину даже открыть не можем по-нормальному.

– Простите, – перебила их Лавра. – А из какого материала сделана эта вещь? Сталь?..

– Сталь?! – усмехнулся Роберт. – Сталь давно бы треснула!.. Или развалилась бы прямо в земле.

– Это какой-то сплав, – ответил Андрей Дмитриевич.

– А ведь этот гроб побольше тех, что мы находили раньше, – прищурившись, заключил упитанный помощник. – Он слишком плотный и тяжёлый.

– А вдруг там тоже лежат простые оружия и доспехи? – снова спросила Лавра. – Если бы там было тело, он бы не весил так много.

– Там вообще не пойми чего может находиться, – буркнул Роберт. – За всё время я ни разу не услышал, чтобы внутри что-нибудь пересыпалось или звенело.

– А может, он вообще пустой?

– Всё может быть. Я тогда буду долго смеяться…

После того, как все немного передохнули, заново принялись за нелёгкую работу. Теперь гроб пытались на самом деле сломать, то ударяя по нему молотком, то сжимая его с двух сторон большими тисками, чтобы он треснул сам по себе. Но всё было тщетно: хранимый веками саркофаг не поддавался. В конце концов, мужчины решили не тратить понапрасну силы и время, а оставить дело на завтра, когда Роберт раздобудет особую фрезерную пилу.

Остальные археологи были только рады этому решению. И не удивительно, ведь они и так устали за долгий рабочий день в подземелье. Единственными, кто не очень-то радостно отнёсся к такому варианту, оказались Андрей Дмитриевич и Лавра. Они почти в одинаковой степени желали узнать, что же всё-таки находится внутри старинного саркофага. Гербер больше всех переживала по этому поводу, ведь завтра с утра ребята собирались ехать дальше, а значит, она не сможет воочию увидеть то, что спрятано в холодном гробу.

– Так жаль, – вздыхала девушка, вновь попытавшись дотронуться до чёрного корпуса находки.

– Зачем тебе всё это? – улыбался археолог, оставшись с ней наедине.

– Как же, я ещё никогда не видела ничего подобного.

– Так в этом и нет ничего особенного, всего лишь ящичек с какими-нибудь старыми вещицами.

– Вы так говорите, потому что привыкли к этой работе, а я ни разу не видела, как происходят археологические раскопки.

– Мой тебе совет: ни за что не иди работать археологом, ни за какие деньги.

– Почему? – удивилась Лавра, натыкаясь на этот совет уже второй раз за день.

– Разве ты не поняла, какая это неблагодарная профессия? Сущий кошмар!..

– Да ладно Вам, – махнула она рукой. – Что же здесь кошмарного? То, что невозможно открыть этот несчастный гроб?

– Нет, не только, – мотнул головой Андрей Дмитриевич. – Нам мало платят, у нас плохое оборудование, да и дома мы не бываем долгие месяцы… Впрочем, решать тебе. А сейчас пошли, уже поздно. Завтра и мне, и твоим друзьям рано вставать.

Он легонько подтолкнул её к выходу, по пути погасив в комнате свет. Лавра не стала возражать и молча вышла в зал, где уже никого не осталось. Все разбрелись по своим комнатам, в том числе и приятели по экскурсии. Лишь её сумка одиноко лежала на скамье возле камина. Она подобрала её и дождалась, пока археолог везде затушит свет. В руках он оставил только два тусклых фонаря.

– Вас разместили на втором этаже. Там есть несколько келий, в которых тепло и можно спокойно выспаться.

– А где ночуете Вы с коллегами? – поинтересовалась девушка, направляясь вместе с ним по длинному и страшному в этот час коридору.

– О, мы спим здесь, внизу, – он указал ей на освещённую комнату, откуда доносились голоса других мужчин. – Охраняем монастырь от непрошенных гостей. Хотя кто сюда пожелает наведаться, кроме горстки любопытных студентов?..

Девушка улыбнулась от его остроумия. Судя по довольному лицу Андрея Дмитриевича, именно этого он и добивался.

– Я надеюсь, ты найдёшь дорогу?

– Постараюсь. – Лавра огляделась и забрала у него фонарь.

– В конце коридора, чуть поодаль от входной двери, будет лестница. Поднимешься на второй этаж, а там сразу налево. Разберёшься?

– Конечно, – кивнула она, пожелала ему спокойного сна, а сама развернулась и пошла дальше, выставив вперёд фонарик.

На лестницах было так же тихо и темно, как и на первом этаже. Даже громкие голоса археологов сюда не долетали. Было холодно. Капли дождя продолжали стучать за стеной, но уже не так сильно.

На втором этаже оказалось большое окно с витражом, за которым проглядывались ночные луга и узкая полоска дороги. Лавра остановилась возле него, чтобы утрясти в голове мысли об экскурсиях. Однако её недолгое уединение нарушил невесть откуда взявшийся Роман. Он стоял за углом и с кем-то разговаривал – как выяснилось, по телефону. Кажется, Лавру он пока не заметил.

– Я тебе говорю, здесь весь подвал перекопали в поисках сокровищ, – рассказывал Роман неведомому собеседнику. – Мы видели их в Берёзовске, это что-то невероятное. Археологи думают, что в монастыре остались ещё какие-нибудь ценные вещи… Да, гроб открыть не смогли. Мне тоже жалко. Завтра уезжаем отсюда, и мне вряд ли удастся узнать, что в нём было. Наверняка что-нибудь интересное, ведь гроб заделан капитально, ни в какую не поддаётся. Что? Тут плохая связь, говори медленнее! А, хорошо, попробую, но обещать ничего не могу… Ну всё, до звонков.

Когда Лавра поняла, что разговор окончен, она решила заявить о себе. Не хватало ещё, чтобы Роман подумал, будто она специально его подслушивала.

– Во сколько утренний автобус, ты не знаешь? – спросила Гербер, делая вид, словно только-только поднялась по лестнице.

– Ты почему это ещё не спишь??? – удивлённо спросил он. – Завтра рано вставать…

– Ты-то, между прочим, тоже бодрствуешь, – бросила ему в ответ Лавра. Если парень так раздражённо отреагировал на её появление, значит, его телефонный разговор точно не предназначался для чужих ушей.

– Жуткое место, – тут же переменил он тему, с опаской оглядываясь на тёмные стены. – И как археологам не страшно здесь жить?

– Чего не сделаешь, чтобы заработать себе на хлеб.

– Как будто это единственный способ прокормить себя.

– Не у всех же есть такие влиятельные родственники, которые могут устроить в денежные места.

– Ты о чём?

– Ни о чём, – вздохнула Лавра, сняла очки и принялась массировать переносицу.

– Имеешь в виду Маринку? Да брось, нашла чему завидовать…

– А я вовсе не завидую, – сухо сказала Гербер и направилась в сторону открытой деревянной двери.

Это были две кельи, разделённые между собой лишь перегородкой. Лавра увидела, что Фанелин уже лежит на каком-то матрасе, подложив под голову свою дорожную сумку. Очевидно, он спал, иначе бы точно пожелал ей спокойной ночи.

В соседней келье горел всего один фонарь. Поэтому Марина обрадовалась, когда Гербер принесла ещё свет, ведь ей тоже, как и Кривовцову, не спалось в этом унылом месте. Из девушек лишь Гаагова уже вовсю посапывала, укрывшись своей ветровкой.

– Что-то ты припозднилась, – заметила Холодова, расставляя фонарики на маленькой тумбочке.

– Разговаривала с Андреем Дмитриевичем, – ответила Лавра и присела на каменный выступ у стены.

– Разговаривала? О чём? Ах, ну да, наверняка записывала под диктовку историю монастыря.

– Нет, извинялась за твоё хамское поведение, – выпалила Лавра, бросив на девушку недобрый взгляд.

– Он что, обиделся? – с усмешкой переспросила Марина.

– А ты как думаешь? На его месте я бы уж точно не выдержала.

– Да ладно, Лавра, мы же просто с легонца пошутили.

– Хорошее у тебя воспитание – смеяться над начальником археологической группы.

Она постелила под себя широкое полотенце и легла, последовав примеру Фанелина и Аиды.

– Спокойной ночи, – пожелала она рыжей девице.

– Какое уж тут спокойствие, – нервно ответила Холодова и поднялась с плиты.

По всей видимости, она направилась к Роману обсудить ситуацию с их насмешками над Андреем Дмитриевичем. Хотя, может, Холодовой просто не спалось, и она решила подышать свежим воздухом. Такие, как она, обычно редко мучаются совестью.

Сон в одно мгновение овладел Лаврой. Вся эта беготня по музею и монастырю сильно утомила её. И хотя лежать на полотенце было непривычно, Гербер уже ни на что не реагировала.

– Ты слышишь меня?.. – спрашивал сквозь дрёму чей-то шипящий голос.

Лавра продолжала спать, перевернувшись на другой бок.

– Зачем ты забрала его? Отдай его мне, – не отставал голос. – Он принадлежит мне, мне… Отдай!!!

Гербер как будто кто-то толкнул, и она с испугом вскочила. В келье сиротливо горел один фонарь, второй куда-то исчез. Она посмотрела на девушек – Марина с Аидой уже тихо лежали на своих местах. Кто же тогда шипел? Лавра взглянула на часы – половина второго ночи.

– Чёрт, – буркнула она, поправила тёмные волосы и надела джинсовую куртку.

В коридоре стояла полнейшая темень. Ни Романа, ни Жени здесь не оказалось, как не было их и в келье. Поначалу Лавра решила, что это они подшучивают над ней. Кому ещё понадобится шептать непонятные просьбы во втором часу ночи! Но едва она очутилась в холодном коридоре, как подозрения на парней сразу же отпали. Мало ли что может происходить в древнем монастыре. Здесь, возможно, водятся привидения, хотя Лавра в них слабо верила.

Когда она дошла до лестницы, то услышала внизу шорох, словно кто-то провёл рукой по стене. Стало не по себе. Лавра тут совершенно одна, а вокруг сплошной мрак. Лучше будет вернуться в келью и взять фонарь. Только она подумала об этом, как шорох повторился, а за ним совершенно отчётливо последовали чьи-то шаги. Внизу явно кто-то был, и если помедлить, то он скроется. Лавра сжала кулаки и осторожно спустилась на несколько ступенек.

Коридор первого этажа утопал во мгле. Ночной туман проникал сюда сквозь незастеклённые оконные проёмы и стелился по полу. Картина была жутковатая. Неприятный холод пробежался по ногам, и Лавра вздрогнула. Впереди, у входа в главный монастырский зал, стоял кто-то чёрный. Он не торопился убегать и не прятался. Более того, он тоже смотрел на девушку и словно дожидался её. На Романа или Женю незнакомец похож не был – слишком высокий да и одежда на нём странная: длинная, с широким капюшоном и просторными рукавами. Интересно, кому понадобилось так наряжаться ночью?

– Ты принесла его? – спросил он низким замогильным голосом – тем самым, что разбудил Лавру.

– Простите, а что Вам нужно? – не поняла Гербер.

– Воровка!!! – прошипело таинственное явление и вдруг взмыло в воздух.

От такого у Лавры зашевелились волосы. Сбылось её нечаянное предположение о привидениях, и сейчас одно из них летело прямо на неё. Она закричала и бросилась обратно наверх. Сзади тоже кто-то закричал, но не в коридоре, а в одной из комнат.

Гербер никогда раньше не думала, что умеет так быстро бегать. От страха у неё перехватило дыхание и пересохло во рту. Едва ворвавшись в келью, она начала будить девушек.

– Скорее, просыпайтесь! Здесь происходит что-то страшное!!!

Вдруг из коридора донёсся знакомый голос. Он принадлежал Роману, который забежал в келью буквально следом за Лаврой:

– Поднимайтесь все! Кто-то вскрыл гроб!..

Аида что-то промычала и сразу же поспешила в коридор, накинув на себя вязаный платок. Марина недовольно цокнула языком и принялась искать свои туфли.

– Гербер, – сказала она низким сонным голосом. – Ну что вам всем не спится, а?..

Девушки вышли из кельи самыми последними, забрав тот единственно оставшийся фонарь, что был на тумбочке. Снизу доносились возмущённые возгласы, как будто кто-то ругался. По коридору первого этажа по-прежнему гулял туман, но никаких привидений в мантиях заметно не было. Лавра старалась идти позади Марины. Ей не хотелось вновь столкнуться с неведомым летающим явлением. Однако пока они добирались до главного монастырского зала, ничего экстраординарного не наблюдалось.

В зале уже собрались все археологи, а ребята с интересом заглядывали внутрь той комнаты, где хранился саркофаг. Гербер вместе с Мариной остановилась возле стола, ожидая, пока Роберт перестанет на кого-то кричать.

– В чём дело? – спросила Холодова у невысокого пожилого мужчины, стоящего рядом в махровом халате.

– Да находку нашу спёрли, – недовольно ответил тот, продолжая наблюдать за действом.

Лавра пробралась поближе, пытаясь попасть в ту комнату, но несколько человек дружно преградили ей путь.

– Я видел… видел, как он выбегал, клянусь!.. – продолжал вопить Роберт, нервно расхаживая из угла в угол по комнате. – Даю голову на отсечение, что это один из них!!!

И он указал рукой на застывшую в дверях Гербер.

– Успокойся, Берт, – пытался унять его взъерошенный Андрей Дмитриевич. – Они бы не смогли открыть гроб самостоятельно. Ты же сам знаешь, что это невозможно чисто физически.

Роберт со злым выражением лица направился было к девушке, однако другие мужчины его вовремя остановили, оттолкнув назад.

– Дай мне только полчаса, и они сознаются во всём, я уверен! – шипел разбушевавшийся археолог, расталкивая коллег.

Лавра оглянулась назад. К ней подобрался Женя, готовый заступиться за всех остальных ребят.

– Вы не можете нас обвинять, – сказал он, пытаясь протиснуться сквозь людей, перекрывших вход в комнату. – Мы все были наверху и никто из нас не выходил.

– Помолчи, парень! – потребовал один из археологов и отодвинул его обратно. – Не обостряй обстановку. Валера, уведи детишек обратно!..

К Аиде приблизился человек, который встретил их сегодня днём у ворот с широким зонтом. Он что-то быстро прошептал и указал на потолок. Кривовцов, Холодова и Гаагова сразу же удалились. Не послушались команде лишь Гербер и Фанелин.

– Пропустите меня, пропустите, – требовала Лавра.

– Тебе же сказано – иди!

– Я должна поговорить с Андреем Дмитриевичем. Пустите!..

Она нагнулась и проскользнула в комнату. Её взгляду сразу же предстал раскрытый на столе гроб, крышка которого превратилась во множество мелких кусочков, усеявших весь пол. Однако сам саркофаг при этом был пуст.

– Мерзкая девчонка! – заголосил Роберт и хотел накинуться на неё, но Андрей Дмитриевич встал между ними, подобно рефери. – Признавайся, кто это сделал!!!

– Я сказал, хватит! – выпалил начальник археологов и с силой оттолкнул его к стене. – В конце-то концов, возьми себя в руки!..

– Ничего себе! – не унимался мужчина, ещё больше краснея от ярости. – У нас из-под носа стащили самую главную находку, а ты просишь меня взять себя в руки???

– Прекрати, немедленно перестань или я заставлю тебя сделать это! – взбесился Андрей Дмитриевич, одновременно ведя Лавру обратно к выходу.

Она не стала противиться, понимая, что мало чего добьётся своей настырностью, и вышла под недовольные возгласы остальных мужчин.

– Придурки, – возмущался Фанелин, когда они уже возвращались по коридору в кельи. – Чего эти прохвосты только добиваются? Чтобы мы им заплатили?..

– Перестань, Женя, – призвала его Лавра, сняв запотевшие очки. – О чём ты говоришь?! Не видишь, нас обвиняют в воровстве.

– Я сразу понял это, когда услышал, как орёт этот недоумок. Наверняка они рассчитывают на то, что мы заплатим им деньги за улаживание этого инцидента.

– Да брось нести чепуху. Какие ещё деньги?! Ты в своём уме?..

– Я много раз сталкивался с такими случаями, Лавра. Я знаю, чего они добиваются. Сами втихаря вскрыли гроб, пока все спали, а теперь устроили весь этот балаган…

Его слова показались на минуту здравыми. Да и спорить с его опытом она не могла.

– Что же нам теперь делать? – испуганно спросила девушка, остановившись возле дверей в келью.

– Ничего, уедем отсюда побыстрее, как и запланировали…

Никто не спал, ребята были взбудоражены происшествием.

– Вот сволочи! – со злостью повторяла Марина, обняв рюкзак. – Пусть только попробуют что-нибудь с нас потребовать.

Аида перевела взгляд на пришедших товарищей.

– Ну, что там? – с тревогой спросила она.

– Ничего хорошего, – махнул рукой Фанелин и тут же лёг на своё место.

– Гроб на самом деле пустой, – вздохнула Лавра, присев на край плиты. – Кто-то действительно хорошо постарался, чтобы взломать его. От крышки остались одни щепки.

– Думаешь, это они? – поинтересовался Кривовцов.

– Не знаю, – пожала плечами Гербер, растерянно озираясь. – Роберт утверждает, что видел кого-то, кто выбегал из зала в коридор.

– Значит, он не спал в то время, когда всё это произошло, – сделала вывод Гаагова. – Не трудно догадаться, что из всего этого следует.

– Я вообще не хотела здесь оставаться, – ворчала Марина. – Теперь на тебе, вляпались!

– Подождите, – прервал их Роман, выходя в центр. – Давайте разберёмся. Кто-нибудь из нас покидал келью ночью?

Все замолчали, с подозрением поглядывая друг на друга.

– Она пришла самая последняя, – ткнула Холодова пальцем в сторону Гербер. – Не знаю, чем она там занималась, в той комнате…

– Я разговаривала с Андреем Дмитриевичем! – возмущённо оспорила Лавра её нападки. – Затем он объяснил мне, где нас разместили на ночлег, и я сразу пришла сюда.

– Никто ведь этого не подтвердит, – продолжала Марина с откровенной издёвкой.

– Когда я легла, ты так же куда-то выходила, – принялась отбиваться девушка.

Холодова поджала губы, задумчиво глядя на оцепеневшего Романа.

– Нечего строить всякие догадки, – тут же добавила Лавра в завершение своей оправдательной речи. – Если хорошо разобраться, мы все под подозрением. Тем более ведь это Роман всех разбудил. Значит, и он не спал, когда гроб вскрывали. К тому же перед сном я случайно услышала, как он разговаривает с кем-то по телефону. И содержание этой беседы было тоже подозрительным…

– Я разговаривал с отцом! – возмутился Рома.

– Откуда мне знать?

– Да посмотри мою мобилу, исходящие звонки! – промычал парень и нервно вздохнул. – Лично меня вот разбудил Женя, он как раз вернулся из коридора.

– Я курил, – заверил Фанелин, выглядывая из-за перегородки. – Разве вы не знаете, что ночью человек тоже курит?..

– А потом, примерно минут через двадцать, я услышал, что внизу кричат.

– Это был Роберт? – переспросила Лавра.

– Не знаю, вроде он. Я вышел, чтобы посмотреть, а потом понял, что кто-то вскрыл гроб. Вот всех вас и разбудил.

– М-да, – помотала головой Аида и укоризненно посмотрела на Фанелина. – Мне всё равно кажется, что это уловка археологов.

– Конечно, их затея, – вторил ей Женя, без конца поправляя светлые волосы. – Короче, не берите в голову. Завтра утром уедем отсюда к чёртовой бабушке.

– Сегодня, ты хотел сказать, – поправила его Марина и легла, чтобы ещё немного поспать.

Парень посмотрел на Лавру, теребя подрагивающий подбородок. Она решила умолчать о том, как столкнулась в коридоре первого этажа с кем-то в мантии. Скорее всего, её ухода из кельи вообще никто не заметил: Марина с Аидой крепко спали, а Роман с Женей сами где-то болтались, причём их Гербер подозревала в первую очередь, ведь они так и не смогли внятно объяснить, куда ходили. А если учесть, что происшествие с гробом крайне неприятное событие, то рассказывать сейчас про мантию и шипящие голоса лучше не стоит. К тому же, она и сама до конца не поняла, что это было. Хотя ведь Роберт тоже кого-то заметил…

Здесь было больше вопросов, чем ответов, а до утра оставалось совсем немного. Куда разумнее потратить это время на сон. Лавра дождалась, пока уляжется Аида, и тоже попыталась заснуть.

Казалось, что стрелки часов очень быстро переместились с двух до семи. Лавра собрала разложенные на каменной плите вещи, расчесала длинные космы и направилась в коридор. Аида и Фанелин стояли возле витражного окна и о чём-то тихо беседовали. Они пожелали ей доброго утра, но вниз не пошли. Гербер добралась до крайней комнаты, где располагался туалет, и осторожно заглянула внутрь. Там находился тот рослый археолог Валера, который осторожно брился перед запотевшим зеркалом.

– Уже встали? – улыбнулся он, зачерпнув в ладонь тёплую воду, от которой шёл пар.

– Да, – неуверенно кивнула Лавра. – Ребята собираются уезжать.

Мужчина ополоснул лицо и быстро вытерся зелёным полотенцем.

– Не обращайте внимания на вопли Роберта, – сказал он более сердечным голосом. – Этому ненормальному вечно всякая дрянь в голову лезет.

– А разве Вы не разделяете его подозрений?

– Нет, – засмеялся археолог, собрав все бритвенные принадлежности в одну прозрачную коробочку. – Сама подумай, это вообще возможно ли, чтобы какие-то студентишки смогли открыть то, что мы, нехилые люди, не смогли открыть за целый вечер?.. Так что не бери в голову.

– Тогда кто же это сделал?

Валерий растерянно пожал плечами, и его губы заметно задрожали. Он выдавил из себя усмешку и спешно ретировался, не задерживая девушку.

После всех процедур, когда отличники привели себя в порядок, Фанелин отправился за Андреем Дмитриевичем. Тот, казалось, всю ночь просидел в той комнате наедине с открытым гробом и почему-то не спустился со своими коллегами на работу в подземелье. Впрочем, наверняка он дожидался студентов, чтобы извиниться за ночное недоразумение.

– Даже не позавтракаете? – спросил мужчина, глядя на них виноватыми глазами.

Однако ребята не желали выслушивать его извинений и после недолгого прощания вышли во двор. Злее всех оказались Марина и Аида, демонстративно не обращавшие внимания на присутствие Андрея Дмитриевича. Лавра же чувствовала себя неуютно, словно на ней мёртвым грузом лежала какая-то вина. Ведь она так до сих пор никому и не призналась в том, что случилось с ней ночью перед взломом гроба. Но если уж решила молчать о странных видениях, то лучше будет не посвящать в это главу археологической группы.

Лавра поблагодарила археолога за экскурсию и приём, а затем поторопилась к спускающимся со склона студентам.

Утро было ясное, хотя влажный холод никуда не исчез. Капли воды на траве радужно сверкали на лучах взошедшего розового солнца. Едва ли можно было не заметить местной красоты. Даже Марина не отводила взгляда с великолепного пейзажа сочных зелёных полей. Сегодня они смотрелись совсем иначе.

Спустившись чуть ближе к дороге, кто-то подкинул идею о том, что неплохо было бы запечатлеть этот момент на чей-нибудь фотоаппарат. Лавра, немного смущённая недавним происшествием, не сразу вспомнила про него, молча уставившись на монастырь Хеста. Единственная его башня зловеще смотрела на них слепыми оконцами. Несколько чёрных птиц тут же взмыли вверх с её крыши, описали круг и скрылись где-то во дворе. Из головы всё никак не шёл ночной визитёр в мантии. А что, если именно он и выкрал содержимое гроба?..

После того, как Аида сделала пару снимков, Гербер достала свою фотокамеру и тоже засняла бриллиантовый блеск дождевых капель на траве. Однако налюбоваться пейзажами они не успели, приметив вдалеке на дороге длинный жёлтый автобус, который медленно приближался к развилке у холма. Все с криками бросились бежать вниз. Ещё не хватало опоздать на рейс.

Глава 3

Речные Ворота

– Ура! – закричала Марина, сфотографировав всех перед уходом на фоне массивного здания природоохранного музея. – Наконец-то теперь мы можем ехать в Речные Ворота!!!

– Уф, – облегчённо вздыхала Аида, немного повеселев после посещения последнего музея. – Неужели мы едем теперь на нормальный отдых?..

Речные Ворота располагались в нескольких часах езды от Вертинска, но только попасть туда было проблематично. К тому же неминуемо приближался вечер. На автовокзале вообще жёстко заявили, что никаких рейсов в этот отдалённый район у них нет и никогда не было. Странно, ведь санаторий пользовался бешеной популярностью среди жителей области, каждый год посещавших его целыми семьями. Этим обстоятельством ребята были немного расстроены, поскольку мысль об очередной неудобной ночёвке мало кого прельщала. Женя попытался разузнать, каким образом можно добраться до сокровенного санатория, но все, будто сговорившись, непонимающе мотали головами.

– Я надеюсь, что это не засекреченный объект министерства обороны, – возмущался Роман, наконец-то дозвонившись до кого-то по сотовому телефону, чтобы выяснить дальнейший путь.

Однако и он, видимо, не узнал ничего нового, скорчив после долгого разговора недовольную гримасу. Лавра же смирилась с мыслью, что сегодня им придётся ночевать на местном автовокзале, тем более время близилось к семи вечера. Но в этот самый момент к ним подошёл мужчина-кавказец с густыми чёрными усами и смуглым лицом.

– Слушайтэ, дарагие, – обратился он к студентам с сильным акцентом. – Я тут случайнэ услыхэл, что ви хотите в Рэчные Варота попасть. Я могу вас туды атвэзти, если ви не против.

Фанелин улыбнулся.

– Ну, чэго, нэ хотитэ?.. – удивился мужчина, вертя на указательном пальце ключи. – Поехали, у меня «Газэл», все памэститесь.

Через несколько минут они уже располагались в просторной машине, скидываясь деньгами на оплату услуг водителя, который запросил довольно серьёзную сумму. Но деваться было некуда. Лавра пересчитала оставшуюся у себя наличность и с грустью поняла, что остаток каникул придётся провести на хлебе и воде. Обнадёживало только одно – что в санатории они будут жить за счёт университета, а также денег, выделенных Правительством и Управлением образования.

Фанелин не стал на этот раз докучать ей, выбрав компанию Романа. Аида тоже предпочла безмолвно наблюдать за картинами загородной местности из окна. В отличие от остальных, Марина отключилась от всего, нацепив наушники от плеера.

Лавра, которой до сих пор не вспоминался день распределения премий, вдруг всерьёз задумалась над тем, что её не назвали в числе первых счастливчиков. Ведь не мог же сей факт получиться ни с того, ни с сего. Что-то за этим, несомненно, скрывалось, какой-то подвох, о котором она пока не имела ни малейшего представления.

– Подвох? – переспросила Аида, обернувшись к ней с соседнего кресла.

– Что? – не поняла Лавра.

– О каком подвохе ты говоришь?

– Я ничего не говорила…

– А, ты о чём-то думаешь, – с улыбкой догадалась Гаагова. – Знаешь, когда усиленно думаешь над чем-то, лучше молчать.

– А разве я что-то сказала?

– Конечно, – хихикнула девушка. – Ты сказала: «Подвох».

– Я??? – изумилась Гербер сама над собой.

– Да, причём так озлобленно.

Лавра, действительно, частенько проговаривала некоторые слова, когда напряжённо о чём-то размышляла. Она знала это и раньше, но никак не ожидала, что её услышит кто-нибудь из ребят.

– Да, может быть, – задумчиво проговорила она.

– Ты, наверно, всё по поводу этого гроба раздумываешь? – продолжала Аида, явно намереваясь затеять с ней долгий разговор. – Признаться, я и сама над этим размышляю, прикидываю, кто бы мог такое сделать.

– Понятия не имею, – пожала плечами Лавра. – Сомневаюсь, что к этому причастен кто-либо из нас.

– Почему?

– Даже сами археологи не смогли вскрыть гроб, а ведь все они довольно сильные люди. Куда уж тогда нам, студентам…

– А что, если это сделал Женька? – Аида хитро прищурилась. – Он вполне мог спуститься вниз и…

– И что? – недовольно переспросила Гербер. – Ты посмотри на него.

Они обе сосредоточились на внешности Фанелина, который тем временем беседовал с Романом. В самом деле, у него было довольно стройное тело, обычные плечи и руки, которые никак не годились к тяжёлой физической работе.

– Нет, – тут же ответила Лавра по итогам такого наблюдения. – Он при всём своём желании не смог бы сломать крышку саркофага. Я видела, какой там прочный материал. Такое мог сделать только очень сильный человек и не без помощи специальных инструментов.

– Ты обратила внимание на его сумку? – заговорщицки зашептала Гаагова.

– Нет, а что с ней?

– Знаешь, я не хочу показаться излишне подозрительной, но у него там лежит что-то очень тяжёлое.

– О чём это ты? – заинтриговалась Лавра.

– Я, конечно, не знаю наверняка, но когда мы перетаскивали вещи в монастыре, я по ошибке схватилась за его сумку и вообще не смогла сдвинуть её с места.

Аида проникновенно посмотрела на сокурсницу, словно говоря этим, что и так, мол, всё понятно.

– Может, Женя просто прихватил с собой много вещей, – попыталась оправдать его Гербер.

– Не думаю. Если бы вещей у него было много, то и сумка была бы побольше. А так ведь она вполне обычная, в такую много не запихнёшь.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросила Лавра напрямую.

– Мне кажется, что у него в сумке какие-то инструменты.

– Странно… А зачем?

– Ну, тут уж приходится только догадываться.

– Вряд ли Фанелин имеет к этому какое-то отношение, – сказала Гербер, всё же сомневаясь в Аидиных догадках. – Чтобы пользоваться инструментами, силы тоже нужны. Да и куда бы он тогда дел украденные из гроба вещи? Их-то в сумку уж точно не спрячешь.

– Значит, это сделали сами археологи, – пришла Аида к единственно оставшемуся выводу, но в её взгляде всё равно читалось недоверие.

Однако Лавре точно так же не верилось, что археологи могли совершить такое. Для чего? Чтобы оскорбить надоевших студентов?.. Да и неясным до сих пор оставалось, что за тип в мантии пытался напасть на неё ночью. Если это, конечно, вообще был человек. А насколько знала Лавра, люди летать сами не умеют. Так что мантия была, скорее всего, привидением.

«Газель» стремительно мчалась по пустой дороге мимо раскинувшихся полей. Солнце скрылось за пеленой жёлтых облаков, и на западе отчётливо выделялась полоска заката. Чем дальше ехал микроавтобус, тем темнее становилось в округе. Да и не мудрено, время неумолимо близилось к девяти.

– Долго нам ещё? – нарушила молчание Марина.

– От силу минут двадцать, – заверила её Аида.

– Откуда ты знаешь? Ты уже была в Речных Воротах?

– Нет, но много слышала о них.

– Что, например?

– Ну, что там есть чистая река, – начала перечислять Гаагова, – живописные минеральные источники, санаторий… Кстати, он находится прямо на берегу, и там даже есть свой собственный пляж. Здорово, правда?

– Да, может быть.

– Там есть прекрасный парк. Его недавно открыли. А ещё, мне подруга рассказывала, только не знаю, правда это или нет, там есть одно дерево. Так вот, если на этом дереве оставить какую-нибудь личную вещь, то якобы все твои желания исполнятся.

– Дерево желаний? – уточнила Лавра.

– Глупо, правда? – улыбнулась Аида. – Оно, кажется, называется деревом Нептуна. Хотя причём здесь Нептун?..

«Газель» резко свернула вправо и принялась гнать по пустынной дороге, вдоль которой лес становился всё чернее. Водитель начал что-то рассказывать Фанелину и Кривовцову, но Лавра не разобрала его слов. Странно, что дорога в Благие Ворота, тянувшаяся от главной автострады, была пуста. Более того, могучие ветви деревьев торчали над ней кривыми ручищами, угрожая вот-вот ударить по крыше микроавтобуса. Лавра смотрела на эту запущенность и тихо удивлялась. А ведь они направлялись на знаменитый областной курорт.

Чем ближе автомобиль подступал к Речным Воротам, тем более запущенной казалась местность. Однако после густых непролазных зарослей распахнулось огромное светлое пространство.

– Керга!.. – воскликнул водитель.

Ребята припали к окнам. «Газель» неслась по длинному мосту, под которым колыхались воды широкой реки. Даже Марина отложила в сторону наушники, чтобы посмотреть на это завораживающее зрелище. И оно того стоило: на обоих берегах возвышались угрюмые холмы, поросшие величавыми деревьями; вдалеке на горизонте алела полоска заката, а жёлтое небо только дополняло необычность картины.

Мост закончился, но вместо предполагаемого леса открылся заросший ромашками луг. Микроавтобус запетлял по вьющейся дороге, спускаясь к добротным домам. Они не были похожи на те строения, которые Лавра видела по пути раньше. По архитектуре они больше напоминали немецкие сельские особняки, запомнившиеся ей ещё по фотографиям из географических альманахов. Посёлок оказался очень чистым и красивым. Вот только опустевшим, не встретилось ни одной души. Далее дорога стала подниматься вверх, пока не взобралась на очередной холм, с которого можно было видеть практически всю местную панораму: и мост, и широкую реку, и бескрайнюю равнину, огибавшую посёлок с северной стороны, и чёрные берега.

– Божественно, – прошептала Аида.

Перед ними снова открылась река, только теперь втрое меньше той, над которой раскинулся мост. Равнина, утопающая в темноте, продолжала перекликаться с жёлтым небом, пока не оборвалась широколиственными деревьями. Лавра сразу догадалась, что они очутились на территории санатория. Местный парк был куда симпатичнее того дремучего леса, что рос на подъезде к посёлку. «Газель» ласточкой завернула во двор, обогнула большой фонтан с подсветкой и затормозила перед серыми ступеньками.

– Всё, – радостно выдохнул кавказец. – Вот ваши Речные Ворота.

Лавра вышла на улицу и замерла. Вокруг зеленели аккуратно подстриженные кустики, сквозь которые в темноту парка уходили песочные аллеи. Посреди двора сверкал фонтан с каменным бортиком, на котором красовались три статуи в виде ангелочков, расправивших лебединые крылья. Широкие ступеньки вели к массивному зданию со стеклянными дверьми.

– Вау!.. – простонала Марина, не сводя глаз с окружающей красоты.

– Мне здесь начинает нравиться, – ухмыльнулся Роман, схватил вещи и первым помчался к крыльцу.

Лавра и не заметила, как исчез их стремительный транспорт. Рядом остался только восторженный Фанелин, возле ног которого лежала та самая спортивная сумка. Видимо, Аида не ошибалась, та и в самом деле оказалась тяжёлой, иначе бы парень держал её в руках.

В помещении было тепло, но не так шикарно, как казалось снаружи. На полу лежал зелёный ковёр, посередине которого золотистыми нитками был вышит узорчатый трезубец. Возле стены стояла конторка, на которой лежал вполне обычный телефон, а позади неё висели несколько шкафчиков. Вот только из внутреннего персонала пока никто не объявлялся. Стены отдавали жёлтым блеском ещё невысохшей краски. Далее начиналась лестница, по краям которой красовались белые ангелочки с расправленными крылышками. Над головой висела огромная люстра, но на ней горела всего одна лампочка. Остальные, видимо, давно не менялись, и на них густым слоем лежала пыль. В углу, перед входом в какой-то зал, стояла деревянная кадка с раскидистой пальмой, за которой тоже, как показалось ребятам, толком никто не следил, поскольку некоторые её листья пожелтели. Вот, в общем-то, и всё, что было здесь примечательного.

Марина печально озиралась на пустые стены, сжимая в руках сотовый телефон. Роман присел в кресло. Фанелин прошёлся по ворсистому ковру. Аида встала возле конторки и сняла с телефона белую трубку. Лавра же прошла к лестнице и с любопытством оглядела каменные статуи.

– По ходу дела, нас здесь не ждут, – буркнул Роман.

– Здесь же должен быть администратор или управляющий, – предположила Гаагова.

– И отдыхающих что-то не видать, – добавил Фанелин.

В этот момент из тёмного проёма показалась чья-то длинная фигура.

– К Вашему сведению, молодой человек, стоять на этом паласе в уличной обуви у нас запрещено, – произнёс холодный голос, и к ним вышла худощавая пожилая женщина с сеточкой на аккуратно собранных седых волосах.

Фанелин растерянно посмотрел на свои ботинки и тут же послушно отошёл в сторонку.

– Значит, вы те самые студенты, – констатировала она, встав за конторку. – Что-то вы рано… Мы с вашим ректором договаривались, что вы приедете в начале июля.

Она открыла потёртую тетрадь и принялась в ней что-то искать.

– Девушка, – обратилась она к Аиде, – оставьте аппарат в покое, он всё равно не работает.

Гаагова отодвинула телефон и оглянулась назад.

– Так-так, – продолжила дама. – Вы действительно приехали не вовремя, у нас ещё не окончен ремонт. И вообще, кто ваш руководитель?

Ребята напряжённо переглянулись.

– Понимаете, – начала Аида, – с ней стало плохо перед самым нашим отъездом, поэтому мы приехали одни.

– Решили проверить свою самостоятельность? – как-то недобро усмехнулась женщина. – Я хочу посмотреть ваши документы. Надеюсь, их-то вы с собой прихватили?

– О, конечно. – Аида открыла сумочку Елены Викторовны и достала какие-то бумаги. – Вот они.

Женщина как-то брезгливо развернула их и окинула неприязненным взглядом.

– А паспорта? – строго переспросила она.

Все принялись рыться в собственных сумках, и через минуту перед ней лежала стопка удостоверений.

– Моё имя Валентина Амосовна, – сообщила она, попутно заполняя строчки в тетради. – Номера на третьем этаже, где вас должны были разместить, ещё ремонтируют… Что ж, придётся дать другие, в левом крыле. Но для начала уясните несколько простых правил. Во-первых, у нас не принято шуметь, употреблять алкогольные напитки и шастать по ночам по территории парка. Вы можете, конечно же, вечером посещать посёлок или ходить куда-нибудь ещё, но допоздна старайтесь не задерживаться. Никто не собирается вас здесь ждать до полуночи: в одиннадцать все двери закрываются.

Женщина быстро проверила документы и отодвинула их на край конторки.

– Во-вторых, если вы повредите имущество санатория, будете платить штраф. К вашим услугам не будет представлено ни одного оздоровительного мероприятия: ни массаж, ни сауна, ни прочие процедуры. Только тут уж вы сами виноваты, приехали в неположенное время, а у нас ремонт и основной персонал в отпуске. Ну разве что похлебать минеральной воды вам удастся, здесь по соседству находятся скважины. В нашем санатории есть библиотека, правда, я считаю, что вам она навряд ли понадобится. С другой стороны двора в вашем распоряжении наш собственный пляж. Но купаться в реке разрешено исключительно в светлое время суток. Так что никаких заплывов после захода солнца. Вам всё ясно?..

Ребята робко переглянулись.

– Спасибо за душевное гостеприимство, – сыронизировала Аида и направилась к лестнице, держа в руке маленькие ключики от номеров.

– А мне казалось, что этот санаторий особенный, – говорил Роман, когда они поднялись на второй этаж в левом крыле, где было темно и так же пустынно.

– Все санатории одинаковые, – махнула рукой недовольная Марина, шагая рядом с Лаврой. – Я же говорила, бесплатный сыр только в мышеловке. И зачем я послушалась отца? Это ведь он настоял на поездке сюда…

Она получила от Аиды свой ключик и сразу же, ни с кем не прощаясь, ушла в номер.

– Кто куда хочет? – спросила Гаагова, разложив на ладони остальные ключи.

– Давай любой, – махнул рукой Фанелин и схватил первый попавшийся.

Ему достался номер напротив Марининой комнаты. Кривовцов ушёл за угол, а Аида забрала ключ от двери, которая располагалась возле лестницы.

– А это, получается, твой, – отдала она Лавре последний ключик. – Спокойной ночи.

И с этими словами направилась к себе.

Гербер осталась в коридоре одна, разыскивая свою дверь. Ей попалась комната в самом конце коридора, где через раскрытое окно поддувал прохладный ветерок. Она отодвинула тюль и выглянула на улицу. Перед глазами было всё то же медовое небо, правда, уже изрядно потемневшее. Внизу тихо журчала вода, омывавшая усыпанный мелкими камешками пляж, на котором бродил какой-то человек. Он тут же поднял голову и посмотрел на неё, как будто чего-то испугался. Но следом одобрительно махнул левой рукой, поприветствовав новую постоялицу. Лавра кивнула в ответ.

Комната была небольшой, зато уютной. В ней имелось два окна: одно выглядывало на пляж, второе на парк, посреди которого тянулась река. Возле него стояла заправленная кровать, а напротив неё, у стены, два стула и небольшой шкафчик. На полу лежал зелёный коврик. На одном подоконнике красовался горшочный цветок. Вот, в целом, и всё, что было в этой комнате. «Не дворец, но всё же чисто», – подумала Лавра и принялась размещаться.

Девушка и сама не заметила, как заснула. Она даже поленилась сходить в душ, который располагался где-то на другом конце коридора. Обычно в незнакомой обстановке Лавра долго не могла уснуть. Теперь же комната была залита радостным солнечным светом. Часы показывали девять утра, поэтому Гербер решила, что пора подниматься.

Несмотря на приход нового дня, санаторий казался пустынным. Это поначалу казалось странным, ведь Речные Ворота были предназначены для большого количества отдыхающих. Однако девушка вспомнила про незавершённый ремонт и успокоилась. Действительно, с третьего этажа изредка доносились глухие стуки, а по лестнице иногда поднимались люди в рабочих робах. Лавра заметила, как они засматриваются на неё, отчего поскорее постучалась в дверь Аиды.

– А никого нет, – улыбнулся молоденький паренёк в измазанной известью кепке. – Все встали рано и сейчас на пляже.

– На пляже? – удивилась Гербер, но незнакомец больше ничего не сказал и поднялся наверх вслед за остальными ремонтниками.

Вот уж странно. Лавра думала, что сегодня все проспят как минимум до обеда, ведь экскурсии отняли столько сил и нервов. А студенты наоборот решили встать раньше неё. Она быстро спустилась вниз и сразу же натолкнулась на Валентину Амосовну. Та стояла на ковре с узором в виде трезубца, точно поджидая её.

– Самая ленивая, – сказала она как-то совсем укоризненно, чем заставила Лавру поёжиться. – Вам бы, барышня, следовало брать пример со своих товарищей. Они с семи утра наслаждаются нашим пляжем.

– Я просто… устала с дороги, – виновато ответила Лавра, в нерешительности переминаясь на лестнице.

– Понимаю, свежий воздух делает своё дело, – всё тем же надменным тоном продолжала дама в жёлтых брюках. – Что ж, тогда можете начать завтрак без них. Думаю, местные красоты вам всё равно безразличны.

И ушла в соседнюю комнату, из которой неожиданно появилась вчера вечером. Лавра спустилась на ковёр и прошлась по вестибюлю, пытаясь догадаться, где находится столовая. Запах крепкого кофе привёл её через большой светлый зал в длинную комнату, где был накрыт огромный стол. Какая-то женщина в розовом платье и в белом фартуке кружила возле него, расставляя солонки и перечницы.

– Ой, здравствуйте! – воскликнула она, заметив застывшую в дверях Гербер, как-то слишком карикатурно. – Вы и есть те студенты, что прибыли ночью?

– Ну да…

– Как хорошо, а то я уже соскучилась без гостей, – затараторила работница санатория, приглашая её присаживаться. – Меня зовут Рита. А Вас?

– Лавра…

– Очень приятно, – расплылась она в улыбке и следом открыла кастрюльку. – Я вот всё говорю, зря Марк Франкович затеял этот ремонт. Ведь кто же так делает? Уже ж июнь заканчивается, а он, видите ли, решил обновить нумера.

Рита аккуратно выложила на тарелку салат из помидоров и огурцов и принесла кофейник.

– А разве сезон уже начался? – поинтересовалась Лавра. – Нам сказали, что открытие состоится лишь в июле…

– О, милая, у нас нет никаких сезонов. В Речные Ворота люди приезжают и зимой, и летом. Конечно, нынче особая пора, многие в отпусках или, как вы, на каникулах.

– Получается, из всех отдыхающих в санатории только мы?

– Здесь нынче немноголюдно, – кивнула Рита. – Зато в VIP-зоне отдыхает один человек.

– В VIP-зоне?

– Да, это в правом крыле. Я хожу туда накрывать стол, помогаю своей подруге. Там отдыхают именитые господа, с ними надо быть осторожней.

– Почему? – Гербер начала завтракать.

– Ну, интеллигенция, привередливы до мозга костей. Даже на общем пляже не появляются. У них есть свой, повыше, ближе к источнику.

– Я думала, санаторий предназначен для всех.

– Что вы, раньше было намного проще. Это в последнее время появились всякие там VIP да номера-люкс.

Лавра усмехнулась, пробуя салат. То ли повар забыл добавить в него соли, то ли это особое диетическое меню.

– А где же Ваши остальные друзья? – спросила Рита, раскладывая еду по другим тарелкам.

– Как, они ещё не завтракали?

– Нет, – мотнула та головой. – У нас все вместе трапезничают, с девяти до десяти…

Но не успела она договорить фразу, как в столовую со смехом ввалились студенты. Марина зашла первой, собирая в заколку мокрые волосы.

– Привет, Гербер! – произнесла она и села подальше, показывая, что не собирается ютиться рядом с ней.

– Здравствуй, Лавра, – пропел Фанелин и устроился на соседнем стуле.

– С добрым утром, – пожелала Аида и заняла место возле Романа.

– Вы были на пляже? – сразу спросила Гербер.

– Да, там так замечательно. – Гаагова восторженно закатила глаза. – Вода просто прелесть, чистая, свежая…

– Даже дно видно, – добавил Кривовцов.

– Только холодно, – поморщилась Марина.

– Не думала, что вы подниметесь так рано, – сказала Лавра, отламывая кусочек хлеба.

– Не все же такие засони, – не помедлила съязвить Холодова и принялась за свою порцию.

– Оказывается, из-за ремонта здесь никого, кроме нас, не будет, – продолжила Аида, посыпая салат солью. – Только мы, здорово?

– А я узнала, что в санатории ещё есть VIP-зона, – возразила Лавра. – И там, кстати, есть один отдыхающий.

– VIP-зона? – переспросил Роман. – Это круто.

– VIP-зоны в совковских санаториях? – пробурчала нахмурившаяся Аида. – Смех да и только…

– Вот и я о том же. – Рита появилась из комнатки, где журчала раковина. – Для чего они нужны?

– А я знаю, – попыталась поддержать разговор Гербер. – Чтобы мы знали своё место.

Все мигом замолчали. Им явно не понравилась высказанная ею мысль. Даже Рита замерла с принесённой чашкой кофе, поэтому Марина сама выхватила её из рук кухарки.

– Я… хотела сказать, что этим подчёркивается социальное неравенство, – замешкалась Лавра, перестав есть.

– А вы знаете про дерево Нептуна? – сразу переменила тему Аида, обращаясь к Рите.

– Перестань, мы же не дети, – усмехнулся Женя.

– Ой, Фанелин, молчал бы уж, тоже мне, взрослый нашёлся, – высокомерно заметила Марина. – Я непременно хочу там побывать. Где оно находится?

– На берегу, – с радостью сообщила Рита, поправляя собранные в хвостик седые волосы. – Вам к нему надо пройти через посёлок. Там что-то типа лодочной станции, а за ней дикий пляж…

– А это правда, что оно исполняет желания? – не унималась Гаагова, увлечённая этим вопросом.

– Не знаю, – заулыбалась повариха, забрав у Лавры пустую тарелку. – Ведь люди же ходят, загадывают. Наверное, и сбывается что-то…

– Я бы хотела сфоткаться возле этого дерева, – мечтательно заговорила Холодова, распустив мокрые волосы. – А ещё на том мосту, помните? Ну, который при въезде…

– О! – воскликнул Женя, – я с такого красавца мечтаю прыгнуть на тарзанке.

– Да ладно, неужели ты занимаешься роуп-джампингом? – удивилась Марина.

– А ты думаешь, я только прыщавый ботан?..

После завтрака ребята разбрелись по номерам, чтобы переодеться перед походом в посёлок. А поскольку вещи Лавры ещё не были распакованы, она в спешном порядке принялась разгружать дорожную сумку. У неё было не так-то много нарядов, поэтому мучиться над решением вопроса, что надеть, долго не пришлось. Она натянула на себя жёлтую блузку и бежевую юбку.

Наконец, когда вещи благополучно разместились на полочках небольшого шкафа, Лавра осторожно встряхнула сумку и услышала звон. Что-то ударилось об пол и покатилось под кровать. Она только успела заметить невероятно яркую золотую искорку. Странно, вроде из сумки всё было выгружено. Пришлось встать на четвереньки и пошарить рукой. Однако пальцы явно не доставали, что Лавра поняла лишь тогда, когда заглянула туда сама. Что-то золотое, действительно, лежало у стены под батареей.

Девушка поднялась, поправила смявшуюся юбку и принялась отодвигать кровать от окна. И как только она поняла, что это за предмет, её словно пробрало током. На полу лежал браслет, тот самый, что она видела в краеведческом музее среди сокровищ Скопия Бальваровского!!!

– Чёрт, – прошептала она и зажала рот рукой.

Хотя, может, браслет всё-таки не из музея? Мало ли, что могла положить мама перед дорогой?

После тщательного осмотра сомнения исчезли – это был всенепременно он. Тот же кривой чёрный узор, те же сверкающие камешки. Она прекрасно помнила его, ведь внимательно изучила ещё в день экскурсии. Но каким образом он очутился здесь, в её сумке???

Лавра взволнованно приблизилась к окну и снова рассмотрела его под ярким солнечным светом. Её пробрала нервная дрожь. Подумать только, древний экспонат из сокровищницы князя Бальваровского лежит сейчас у неё на ладони, радужно переливаясь. Это немыслимо! Девушка зажала его в кулак и посмотрела на смятую сумку. Он выпал именно из неё. Значит, она всё это время носила его вместе с собой?! Но как давно браслет попал к ней? Не может быть, ведь она не трогала этот экспонат, не доставала его из стеклянного стенда…

Тут-то ей вспомнился случай в музее с внезапным отключением света, который всех так насторожил. Девушка чётко видела, как происшествие застало её, когда она уже собиралась выйти из той комнаты вместе с…

– Фанелин, – прошептала Лавра его фамилию и сощурилась, глядя на спокойную поверхность реки под окном.

Ею овладело беспокойство. Ведь кроме него в той комнате с драгоценностями больше никого не было. А это могло означать только одно…

– Лавра, ты идёшь? – вдруг постучалась в дверь Аида. – Спускайся вниз, не тяни.

Гербер вздрогнула, испугавшись, что сокурсница сейчас войдёт и увидит браслет на её ладони. Но Гаагова, видимо, и не собиралась делать этого, лишь напомнив о прогулке. Лавра схватила опустошённую сумку, бросила туда драгоценность и засунула этот «тайник» под кровать. Отличница и сама не знала, зачем так поступает. Но что-то подсказывало, что лучше о её находке пока никому не сообщать. Ведь она и сама ещё не разобралась в ситуации.

Фанелин с Мариной стояли на крыльце, о чём-то весьма живо беседуя. Лавра огляделась, перевела дыхание и вышла к ним, стараясь скрыть дрожь, которая одолела её после шокирующей находки. Впрочем, они не обратили внимания на бледную девицу. Гербер и сама принялась себя успокаивать. Как-никак, сейчас следовало просто вести себя обычным образом и навестить красивый посёлок со звучным названием Речные Ворота. А там можно и обдумать, что же всё-таки произошло.

Идти до посёлка оказалось не так уж и далеко. От санатория была проложена извилистая автомобильная дорога вдоль живописного луга, но пользоваться этим путём никто не стал. Тропинкой, которая пролегала через поле, двигаться было гораздо удобнее и быстрее.

Жизнь в Речных Воротах двигалась ещё медленнее, чем в пустом санатории. Здесь редко попадались местные жители. Зато те, кто всё же соизволил выглянуть на улицу, приветливо улыбались и кивали ребятам. Вот только поднять настроение Лавре, озадаченной неприятным сюрпризом, это никак не могло. Перед глазами так и стояла картина со сверкающим на ладони браслетом Бальваровского. Что в музее, что здесь – он выглядел одинаково прекрасно. Вот только вся эта красота никак не радовала Гербер, ведь получалось, что она украла его из государственного учреждения. А хуже такой истории не придумаешь!

Первым делом все решили посетить магазин сувениров, так как других интересных мест в посёлке на обнаружилось. Изнутри здание оправдало свой симпатичный заграничный облик. В нём было светло и чисто, отчего складывалось впечатление, что оно находится не в российской глубинке, а где-то в Европе. Витрины красочно светились, представляя вниманию посетителей самые разнообразные предметы: от картин и фотографий до простых побрякушек со странным узором в виде трезубцем.

– Почему именно этот символ? – недоумевала Марина, выбирая, на что бы потратить очередную часть наличности.

Аида остановилась возле чёрно-белых фотографий, развешенных на дальней стене. Фанелин разглядывал сувенирные часы, а Роман всё не унимался со своим телефоном. Одна лишь Лавра не могла стоять спокойно. Её абсолютно перестали интересовать даже те предметы, которые были найдены на произведённых здесь когда-то раскопках. Она то и дело посматривала на Женю, а в голове вертелись мысли о золотом браслете.

– У тебя всё хорошо? – первой заметила Аида, тронув её за плечо.

– Да, всё в порядке, – заверила Гербер, делая вид, что увлечена старинными вещами.

Гаагова лишь косо посмотрела на неё, усмехнулась и отошла.

На улице стало полегче. Подействовали свежий воздух и задорное солнце, возвышающееся прямо над головой. Дабы отвлечься от тревожных мыслей, Лавра принялась изучать обстановку. Реку отсюда было не видно, так как её скрывали те дремучие деревья на прибрежных холмах. Улицы продолжали пустовать, хотя это объяснимо – наступало обеденное время. По главной дороге, ведущей в санаторий, изредка проезжали грузовики. На поселковой площади важно вышагивали вороны. Заметив прогуливающихся студентов, они мигом подбежали к ним и стали просить угощения. Роман кинул им горсть семечек и уселся на зелёную скамейку рядом с Мариной.

– Скучно, – заключила Холодова. – Вроде и место красивое, и погода отменная, но не хватает суматохи.

– Какой суматохи? – переспросила Аида, облизывая стремительно тающее мороженое. – Это ведь курорт, здесь так и должно быть.

– Тогда такой курорт не для меня, – вздохнул Кривовцов, поправляя солнцезащитные очки. – Здесь хоть вечеринки-то устраивают?

И в этот самый миг его взгляд уставился на цветной плакат, приклеенный к дощечке для объявлений напротив них.

– Смотрите! – воскликнул парень, указывая на афишу. – Валенса собирает гостей в семь вечера. Будет множество сюрпризов, розыгрышей и обалденная музыка от столичного диджея.

Последнее слово Роман повторил три раза. Лавра заметила, как лица у всех резко просветлели.

– Простите, можно у Вас кое-что спросить? – обратилась Аида к проходившему мимо пожилому мужчине. – Не подскажете, где Валенса проводит вечеринки?

– О, конечно, конечно, – кивнул он и указал на двухэтажное здание, возле которого был припаркован запылённый пикап. – Валенса два или три раза в неделю устраивает танцы. Приходит вся молодёжь, со всех соседних сёл приезжают.

Все с интересом слушали его, предчувствуя вечерние развлечения. И только Лавра оставалась по-прежнему хмурой, ведь перед глазами продолжал блестеть браслет, будь он трижды проклят.

– Ты явно не рада, – подметил Фанелин, подсев к ней.

– Почему? – переспросила она и попыталась поменять гримасу.

– Не знаю, с тобой что-то не так.

– Что не так?

– Не знаю, как будто не выспалась, – прищурился парень. – Неужели ты не в восторге от нашего отдыха? Такая романтичная обстановка, солнце, свежий воздух, река…

– Да я вроде в восторге.

– Не притворяйся, на тебе лица нет.

– Это я просто не выспалась, ты прав. Да и голова побаливает.

– Могу представить, из-за чего.

Лавра испуганно заглянула ему в глаза. Уж не браслет ли он имеет в виду?

– Я и сам постоянно думаю о том гробе. Ты тоже?

Она облегчённо вздохнула, но со стороны это выглядело совсем иначе – словно она нервничает из-за происшествия в монастыре Хеста.

– Но ничего. Сегодня, дай бог, потанцуем, развеемся, – с надеждой продолжил Фанелин. – Ты ведь пойдёшь?

– Я? – усмехнулась Гербер. – Вот уж не уверена. Я не танцую… не умею да и… не люблю.

– Брось, что это ты говоришь. Ни за что не поверю.

– Нет-нет, я далека от всего этого.

– Так не сидеть же целыми днями в санатории. Мы же приехали сюда отдыхать, понимаешь? Впереди ещё два месяца каникул, успеешь разобраться со своими книгами.

– Да причём здесь вообще книги, – смутилась Лавра. – Женя, ты действительно считаешь меня помешанной на учёбе? Прекрати, я совсем не такая.

– Какая же ты тогда? – заулыбался Фанелин.

– Ну, по крайней мере, не зубрилка. Если хочешь, то сегодня я тебе это докажу. Возьму и приду на эту вашу дискотеку.

– Вот это другой разговор.

Итак, посещение посёлка дало свои результаты. Ребята повеселели от новости о существовании поселкового клуба, за исключением одной лишь Гербер. Она и сама теперь винила себя за обещание, данное Жене. Как вообще себе такое можно представить, что она будет танцевать? Уж чего-чего, а выглядеть глупо ей точно не хотелось.

Поначалу эта мысль как-то отвлекала её от найденного музейного экспоната, но стоило переступить порог номера, как голову вновь охватили тревожные мысли. Лавра достала из сумки драгоценный предмет и принялась изучать его. В нём, действительно, было что-то притягательное. И вроде бы браслет как браслет, она видела в ювелирных салонах гораздо красивее. Но этот какой-то особенный, древний, таинственный, с какой-то энергетикой. Вот только принадлежит он точно не ей.

– Кто же мог мне его подкинуть? – задумалась Лавра, сидя на заправленной кровати. – Неужели Женя?..

Это имя не укладывалась в голове, ведь он, казалось, по-дружески относился к ней. С другой стороны, Фанелин был немного странным. И эти его взгляды в монастыре, ещё во время поездки… Они вызывали подозрение. А что, если он проверял, как ведёт себя Гербер? Волнуется ли, претворяется ли? Он вполне мог ожидать, когда же она отреагирует на эту вещицу в своей сумке. Если, конечно, его рука подбросила туда браслет.

От этих мыслей разболелся затылок. Она снова задумалась. Багаж столько раз оставался без присмотра – в том же монастыре. Фанелин мог запросто подкинуть в него браслет. Да, мог, но вот с какой целью?..

Однако сидеть просто так наедине с этим сокровищем было нельзя. Задержавшихся в посёлке студентов и так отругала Валентина Амосовна за опоздание на обед. Было бы нехорошо давать ей очередной повод придраться. Поэтому надлежало срочно привести себя в порядок и спуститься вниз.

– Ах, вы все, наверно, пребываете в огромном восторге от Речных Ворот, правда? – томно спросила кухарка Рита так, что ответить отрицательно было бы кощунством.

Лавра кивнула и присела на стул, глядя, как та расставляет тарелки с овощным супом. Аида уже сидела на своём месте, ожидая прихода остальных. Вид у неё был какой-то недовольный, хоть она и пыталась это скрыть.

– Ненавижу жару, – прошептала девушка, чтобы как-нибудь оправдать своё поведение, и принялась обмахиваться газетой. – Может, сходим после обеда на пляж, освежимся? Вода в реке прелесть какая холодная…

– Вообще-то я собиралась немного отдохнуть у себя в номере, – пожала плечами Гербер. Оголяться перед сокурсницей на пляже она боялась. Несмотря на то, что мама заставила её взять с собой купальник, Лавра вовсе не намеревалась им воспользоваться.

– Но отдыхать лучше у воды, заодно и позагораем, – возразила Аида, однако их разговор прервал влетевший в столовую Роман.

– Видели бы вы Маринку! – завопил юноша, и следом за ним вошёл Женя.

– А что с ней? – переспросила Гаагова.

– О, у неё такая истерика! – замахал руками Кривовцов.

– Роман, да скажи же ты наконец, что случилось?!

– Представляете, кто-то побывал у неё в номере и устроил там настоящий кавардак!

– В смысле? – откровенно удивилась Аида, широко раскрыв глаза.

– В том смысле, что шмон у неё навели.

– Кто???

Уже и Лавра почувствовала тревогу от слов второкурсника. Не хватало ещё новых неприятностей.

– Да говорю же, кто-то побывал у неё в комнате и все вещи разбросал верх дном, – на полном серьёзе договорил он и сел за стол.

– Как это? – Аида вопросительно посмотрела на Лавру. – Это… это могли сделать только служащие…

– Ну как вариант, – продолжил Фанелин. – В комнату залезли с улицы, окно разбито.

– Какой ужас!..

– Постойте, – опомнилась Лавра. – А когда она это обнаружила?

– Ну, сразу, наверное, – пожал плечами Роман, обтирая ложку салфеткой.

– Странно, я ничего не слышала и не видела, – проговорила девушка. – Даже администратор не поднимался на наш этаж.

– Ой, Гербер, – махнул рукой Кривовцов, – ты опять тормозишь…

– ???

– Марина после завтрака, – начала объяснять Аида, – была вне себя от того, что живёт в обычном номере. И она попросила переселить её в VIP-крыло.

– О! – удивилась Лавра. – Вообще-то, на неё это очень похоже.

– Ей деньги некуда девать, – согласился Фанелин. – Вот и получила. Не успела въехать, как уже обокрали.

Было естественно, что после трапезы все прямиком отправились к несчастной рыжухе. Попасть в VIP-крыло, которое располагалось в западной части здания, можно было двумя путями: с улицы и через внутренний проход. Здесь воистину было красиво, совсем по-другому, нежели в том месте, где поселили студентов. На первом этаже стояли кожаные диваны. Никаких конторок для дежурных и в помине не существовало. Вдоль лестницы тянулись аккуратно подстриженные растения в деревянных горшочках. Также здесь имелось витражное окно, узор которого напоминал трезубец. Видимо, это герб посёлка или санатория.

На втором этаже царила тишина. На полу лежали ковровые дорожки, а по бокам, на приличном друг от друга расстоянии, находились двери элитных номеров, в одну из которых все вместе и постучались.

В просторной комнате уже успели прибрать. Одно из двух окон было открыто, но стёкла в нём отсутствовали. На полу блестел паркет. У стены стояла роскошная кровать с балдахином, на которой запросто могли уместиться сразу все студенты. На стенах висели небольшие картины и несколько фигурных бра. В отличие от обычных номеров, здесь имелся большой платяной шкаф, собственный туалет, ванная комната и миниатюрный балкончик, с которого открывался вид на парк, изрезанный песочными аллеями. Да, как ни осуждай, но VIP-зона всё равно сильно отличалась от всего остального, чего не могла не признать даже Лавра.

– Вау, и телик поставили, – обрадовался Роман и припал к любимой технике.

– Это вы, – с грустью заметила Марина, выйдя из ванной с обмотанной полотенцем головой.

– Ромка сказал, что у тебя побывали воры, – проговорила Аида. – Это правда?

– Сами же видите, – указала девушка на разбитое окно и присела на кровать.

Лавра остановилась возле пустой рамы и посмотрела на улицу.

– Тебе надо срочно написать на этих олухов жалобу, – посоветовал Кривовцов, переключая каналы. – Они и только они виноваты в этом.

– Да я хотела поначалу, устроила всем разгон. Но потом Валентина Амосовна меня успокоила и клятвенно пообещала, что предпримет все меры, чтобы такое больше не повторилось.

– А что вообще украли? – переспросил Женя, сидя на кровати с другой стороны.

– На удивление, ничего, – с облегчением ответила Марина. – Я несколько раз всё пересмотрела, но вроде всё осталось в комнате – мобильник, деньги, драгоценности.

– Странно, – подметила Лавра, выглядывая на балкон. – У меня такое ощущение, что окно разбили изнутри.

Марина недоумённо уставилась на неё.

– Почему?

– Стёкла, – Гербер указала пальцем и полностью открыла треснутую дверцу, – они все лежат здесь, смотрите.

Ребята осторожно выглянули на сверкающий осколками балкончик.

– Действительно, – согласился Кривовцов.

– Нет, в комнате тоже стёкол было очень много, – отмахнулась от этих подозрений Марина. – Их убрали, а вот с балкона пока нет.

– Всё равно, – согласился Фанелин с первой версией, – здесь их гораздо больше.

– Только если уборщица всё туда не вымела, – предположила Аида.

– Да вы сами подумайте, – с решимостью продолжала Лавра. – Как сюда можно залезть с улицы?

Она посмотрела вниз, где в тени зеленели низкорослые акации.

– Со двора досюда точно не достать. А сверху… – она задрала голову. – А сверху трудно спуститься незамеченным, ведь на третьем этаже рабочие, они бы обязательно увидели постороннего.

– А ты не подумала, Гербер, – запротестовала Холодова, – что эти самые рабочие и могли сюда спуститься?

– Но ведь ничего не пропало, – напомнил Фанелин.

Марина замялась и отошла обратно к кровати, где продолжала сидеть Гаагова, ничуть не заинтересованная версиями ребят. Лавра оглядела все углы балкона, вновь посмотрела на землю, пытаясь понять, как злоумышленники могли попасть сюда.

– Нет, – подытожила она, закрыв треснутую дверь, – я не думаю, что в твой номер проникли с заднего двора. Может быть, кто-то отсюда вышел, но никак не намеревался забраться внутрь.

– И что ты хочешь этим сказать, что в комнату зашли с входной двери?! – оживилась Аида.

Лавра вздохнула и отошла к небольшому столику, на котором лежали газеты и журналы, купленные Холодовой в посёлке. Она взяла их и уселась в кресло, предпочитая лучше молчать, чем раздражать окружающих своими доводами.

– Я боялась, что пропадут деньги, – объясняла Марина. – Отец и так грозился перекрыть мне финансы, а тут, не дай бог, ещё и это. Он бы точно оставил меня на мели.

– А что вообще у тебя потрогать успели? – переспросил Роман, вновь присев перед телевизором.

– Воры перевернули мою сумку, разбросали повсюду одежду, косметику, но ничего не взяли.

– Может, их кто-то спугнул? – предположила Гаагова.

– Не знаю, – безразличным голосом отвечала Марина. – Хорошо, что всё закончилось благополучно…

Лавра искоса посмотрела на неё и продолжила перебирать газеты. Погром Марининого номера показался ей слишом странным происшествием. Впрочем, сама Лавра была даже рада – Холодова заслуживала что-нибудь в этом духе. Фанелин тоже не очень-то старался вникать в суть разговоров. Он присел рядом с Гербер и забрал у неё несколько газет, чтобы немного отвлечься.

– Гляди-ка, – вдруг произнёс он с тревожным видом. – Здесь про тот музей написано. Ну, помните, краеведческий!..

– Ага, и что пишут? – отозвался Кривовцов, пытаясь настроить очередной телевизионный канал.

– Его обокрали…

Лавра почувствовала, как жар прилил к её лицу.

– Помните ту коллекцию? Ну, того князя, Бальваровского? – продолжал Женя, глядя в газетную статью. – Так вот здесь написано, что её похитили, полностью, все сокровища, подчистую…

– Дай-ка посмотреть? – содрогнулась Аида, выхватив газету из рук Фанелина.

– Прочитай вслух, – потребовала Марина.

Гаагова прищурилась и прочистила горло.

– Накануне в областном краеведческом музее произошло крупное ограбление, грозящее стать сенсационным среди преступлений этого лета. Неизвестные проникли в музей поздно ночью, обойдя жёсткие охранные системы, которые почему-то отказались сработать. Похищена уникальная коллекция драгоценностей, обнаруженная всего несколько недель назад в монастыре Хеста. По предположению историков, сокровища принадлежат князю Скопию Бальваровскому и датируются двенадцатым веком. При налёте смертельно ранен служащий музея, дежуривший в эту злополучную ночь. Очевидцы происшествия и руководство выставочного учреждения отказываются от общения с прессой. Возбуждено уголовное дело…

С минуту в номере воцарилось молчание.

– Какие-то прям страсти за нами тянутся, – произнёс после паузы Фанелин, бросив газеты обратно на столик. – В монастыре кто-то вскрыл гроб, а теперь ещё и музей ограбили.

– Да, явно все эти вещицы Бальваровского прокляты, – заключил Роман, сидя на полу.

– А помните, – вмешалась Лавра, стараясь держать голос поуверенней, – когда мы с вами были в музее, внезапно погас свет?

– Конечно, – выпалила Марина, аккуратно расчёсывая волосы. – Я только собиралась книги посмотреть и – бац! – сразу всё вокруг темно.

– Да уж, – подхватила её слова Гаагова.

– Здесь что-то нечисто. – Гербер поднялась с кресла и обернулась к Фанелину.

– А нам-то что? – переспросил он и почему-то улыбнулся. – Мы ведь ни в чём не виноваты. Просто случайно оказались теми, кто в последний раз видел эту коллекцию. Считайте, нам крупно повезло.

– По ходу дела, нас могут ещё и к следствию приобщить, – добавил Кривовцов. – Если менты побывают у археологов, то те сто процентов расскажут про наш приезд.

– Сволочи, – буркнула Холодова.

– Да ладно, чего вы волнуетесь, – махнула рукой Гаагова. – Я согласна с Женей, наша совесть чиста. Пусть докажут, что это мы открыли гроб. И вообще, никто нас к делу привлекать не станет, что за вздор!.. Кому это надо?

Все в очередной раз обменялись напряжёнными взглядами.

– В конце концов, ведь сегодня у нас вечеринка! – воскликнул Женя и вновь заулыбался во все зубы.

* * *

Около четырёх часов после полудня Лавра решила изучить окрестности санатория, тем временем как остальные разбрелись по своим номерам. После обеда было бы неплохо вздремнуть, остудить голову от беспокойных мыслей, но заснуть вряд ли бы получилось после таких ужасных новостей. Только на свежем воздухе удавалось как-то держать себя в руках.

Лавра смотрела на уходящие в парк аллеи, на дворника, который подкрашивал чёрной краской фонарные столбы, на здание санатория, охваченное палящим солнцем. От этого пейзажа на душе хоть и ненадолго делалось тихо. Но упрямая голова не переставала думать о браслете, о пропаже в монастыре Хеста и об ограблении музея. Последнее событие вконец вывело Лавру из равновесия. Если утром она ещё размышляла над тем, как лучше сообщить ребятам о своей находке, то теперь раскрывать такую тайну было даже опасно. Любой здравомыслящий человек непременно заподозрит во всех этих роковых совпадениях её. И будет прав. Как объяснить, откуда у тебя появился браслет из сокровищницы, которую накануне дерзко похитили из музея?..

– Ах, Лавра, – раздался радостный голос Риты, – как мило. Ты гуляешь?

Женщина, уже без фартука, но в том же розовом платье, медленно приблизилась к ней, выйдя из какой-то служебной двери.

– Да вот, решила немного разведать территорию, – наигранно улыбнулась Гербер.

– Здесь красиво, правда? – в более уютном тоне заговорила Рита. – Так тихо, так умиротворённо. И птички поют, и листочки шелестят. Ну что за прелесть! А ты уже плавала в нашей реке?

– Нет, и, по правде говоря, не собираюсь.

– Ну, разве так можно? Обязательно искупайся, у нас ведь недалеко отсюда находится источник.

– Источник?

– Да, оттуда берут минеральную воду. Там стоят большие скважины, так что всё путём. Всегда прошу рабочих принести мне пару фляжек перед уходом домой.

– А вы разве не живёте в санатории?

– Я-то?.. Нет, ухожу после шести, как заканчивается ужин.

– В посёлок?

– Конечно. Я там с сестрой своей живу, вернее, просто дом снимаем, на время.

– На время? А я думала, вы местная.

– Нет, я приехала из соседней области. Меня и мою сестру пригласили на работу в санаторий, вот мы здесь и сидим.

– И давно Вы тут работаете?

– Да уж третий год. Мне нравится: местечко тихое, люди все приветливые, да и платят хорошо. Не жалуюсь.

– А Ваша сестра?

– Она в прачечной, стирает постельное бельё и вещи постояльцев. Работа, конечно, тяжёлая, но всё же… Я, кстати, иду сейчас к ней. Выдался свободный часок, лучше помогу ей там. Да и тебя отвлекать не буду. Можешь сходить до источника, там очень красиво. Иди вдоль речки от нашего пляжа, взберёшься на холм, а там сама озеро увидишь.

– Хорошо, спасибо, – кивнула Гербер и медленной походкой направилась к пляжу.

Возле него было тихо. Впрочем, ребята и так сегодняшним утром в полной мере испытали целебные свойства реки.

Лавра посмотрела на красное здание и нашла на втором этаже окно своей комнаты. Она размышляла, стоит ли идти обратно в номер и надевать купальник или же всё-таки пройтись к источнику, как посоветовала ей Рита. Взгляд опустился на прозрачную воду, дно которой покрывали мелкие серые камешки. Сверху продолжали доноситься стуки работающих плотников. Скорей всего, они крыли новый пол, так как у двери, из которой вышла Рита, лежали отполированные широкие доски.

Возле высоких ясеней, к которым без спешки поднялась Лавра, заискрилась посыпанная песком тропинка. Она уходила в заросли шиповника, распустившего чудесные розовые цветы. Гербер ещё раз огляделась и направилась дальше. Здесь восхитительно пели птицы, перелетавшие с одного берега на другой. Речка в этом месте сужалась ещё больше, превращаясь почти в ручей. Подстриженные кусты тянулись ровной грядой по правую сторону от тропинки, а за ними зеленели поля.

Несмотря на достаточно тёплый день и сильно пригревающие лучи, ногам стало зябко. Холод шёл от воды, стекавшей вниз по склону, откуда пришла Лавра. На другой стороне реки расположился молодой лес, свисающий над ней плаксивыми ивами. Для удобства Гербер сняла с ног туфли и пошла по согревающему песку босиком. Больше всего Лавре нравилось, что здесь нет комаров и мух, от которых обычно невозможно отвязаться вблизи водоёмов. Лишь иногда её глазам представали две-три случайные бабочки.

Дальше тропинка резко опустилась вниз, приведя Лавру к миниатюрному деревянному мостику, поросшему диким виноградом. Здесь речка казалась намного подвижней, и вода игриво брызгала во все стороны. Гербер постояла немного перед этим маленьким водопадом, полюбовалась им и отправилась дальше, на другой берег. Едва она поднялась на небольшой холмик, как её взору предстало тёмное озеро, растянувшееся на несколько сотен метров..

Тропинка на этом заканчивалась, перерастая в небольшой деревянный помост. На противоположном берегу виднелись гигантские скважины, огороженные металлической решёткой. Но добраться туда можно было разве что вплавь, ведь пройтись спокойно по берегу мешали густые заросли.

– Чаго это ты тут вынюхиваешь?! – раздался чей-то скрипучий голос из-за спины.

Лавра резко обернулась и увидела перед собой старика в телогрейке, кепке и с охотничьим ружьём в трясущихся руках.

– Я… – запнулась она от страха. – Ничего… просто пришла посмотреть.

– А, – как бы догадался старик, опустив оружие, – туристка, значит. Давно я туристов уже не видал, месяца два.

– А… Вы кто? – тут же полюбопытствовала Гербер, быстро надевая туфли.

– Лесничий я, охраняю тутова местность, чтобы нихто не сорил, костров не жёг. Здесь ведь сква-жи-ны, воду добывают. Вдобавок са-на-то-рий. Так что всё должно быть солидно.

Он как-то странно растягивал слова, будто подчёркивая их значимость.

– Понятно. Я так и подумала, что Вы скважины стережёте.

– Нет, – дед судорожно замотал головой, поправляя выцветшую кепку, – туда вообще никохо не пускають, там свои ра-бо-чие еся. Даже дорога у их отдельная идёт от Речных Ворот.

– Почему?

– Вот хлупая, – усмехнулся старик. – Там ведь воду до-бы-ва-ют. Не дай бох, что-нибудь к скважинам не то по-па-дёт…

– А озеро? Мне сказали, что здесь где-то должен быть родниковый источник.

– Источних, схважины – всё на той стороне. Это теперь хо-су-дар-ствен-ный объект, отсюда ведь река на-чи-на-ется.

– Так а питьевой бювет здесь не сделали разве?

– Эй! Да её и так пить можно. – Старик повесил ружьё на плечо, обошёл Лавру, присел на краю помоста и зачерпнул ладонью воду. – М-м-м, вхусная, холодная, но щи-стая.

Гербер нахмурила брови.

– А вдруг там бактерии? – переспросила она.

– Отхуда! Здесь ни водорослей, ни рыб нету.

– Как это?

– А отхуда им взяться-та? Вода хо-лод-ная, с низовьев спецом сети стоят, перед са-на-то-рием. Керха тем и знаменита, что вода в ней чис-тая. Тах что всё здеся под контролем, всё для вас, туристов…

Последнее слово старик произносил с некоторым пренебрежением, будто «туристы» – это что-то плохое и гадкое. Он вытер мокрое лицо и удалился, даже не попрощавшись. Лавра вновь взглянула на другой берег, с грустью вздохнула и последовала за ним. А вот под помостом раздался плеск, и что-то стремительно поплыло к середине озера. Но ни дед, ни отличница этого увидеть не могли.

Глава 4

Прыжок в бездну

Для Лавры вечер наступил очень быстро, даже неожиданно, учитывая её «желание» попасть на дискотеку. После прогулки к озеру она ещё немного посидела в номере, вновь рассматривая браслет. Но время играло против неё, поэтому пришлось поторапливаться. Солнце уже вплотную близилось к горизонту, предвещая скорое наступление темноты. Хотя, как предполагала девушка, в конце июня вечера должны быть не слишком-то и тёмными.

Ребята уже сновали в коридоре, готовясь к очередной вылазке в посёлок. Марина нарядилась во всё самое откровенное, что у неё было – узкий топ, короткую юбку и колготки в крупную сетку. Аида оделась поскромнее в обтягивающие чёрные джинсы и жёлтую маечку. Кривовцов переборщил с гелем для волос, из-за чего они казались мокрыми. Один только Фанелин выглядел буднично в красной жилетке и серых брюках.

На их фоне Лавра и вовсе производила впечатление сельской учительницы Впрочем, она больше переживала не из-за облика. На уме по-прежнему вертелся образ подброшенной драгоценности, а обостряло её беспокойство недавнее известие об ограблении музея. Получалось, что кто-то похитил сокровищницу Бальваровского, приехал в эту же ночь в монастырь Хеста и каким-то образом подложил один из предметов коллекции в Лаврину сумку. Но вот кто? Кто-то из ребят, отдыхающих вместе с ней? Если да, то, быть может, Фанелин? И имеет ли этот «кто-то» отношение к странному явлению в мантии, которое привиделось Лавре в том же монастыре?..

– Эй, мы уже пришли, – сказал Женя над её ухом.

Лавра очнулась от раздумий и обнаружила, что они, действительно, стоят перед клубом Валенсы. Возле него на специальной стоянке дружно выстроились десятки мотоциклов, прибывших сюда, по всей видимости, из соседних деревень и сёл. Имелись здесь и автомобили, причём весьма респектабельного вида, отчего Марина пришла в полный восторг, рассчитывая, вероятно, познакомиться с их крутыми хозяевами.

Однако главный сюрприз ожидал внутри. Клуб располагался в подвале добротного каменного дома и выглядел более, чем превосходно. При входе стоял мускулистый бородач, который собирал с посетителей символическую плату. Гербер и не додумалась захватить с собой кошелёк, и за неё заплатил Фанелин. Парень шепнул ей на ухо, чтобы она и не рассчитывала потом возвращать ему эту «пустяшную» сумму. Лавре стало неловко, но деваться было некуда.

Освещение в клубе обеспечивали встроенные в стены разноцветные лампы, под каждой из которых располагался небольшой диван. Чуть далее поместилась целая барная стойка. Видимо, дизайнер был увлечён образами из американских фильмов. Возле бара выстроился ряд высоких табуретов, и на них уже восседали несколько человек. Ну а ещё дальше находился танцпол, где громыхала однообразная музыка и прыгала радостная молодёжь.

Холодова вместе с Аидой и Кривовцовым быстро влились в толпу, начиная подтанцовывать. Лавра же замерла, изучая обстановку и не зная, что же выбрать: пойти вслед за ними или найти где-нибудь укромный уголок. Думать долго не пришлось. Фанелин властно водрузил её на высокий табурет перед барной стойкой и сам расположился рядом, тут же что-то заказывая.

– Женя, мне и так неудобно… Что ты там собираешься брать? – возмущённо заговорила она, однако было поздно – бармен поставил перед ней огромный стакан с зелёным напитком.

– Увидишь, тебе понравится, – успокоил Фанелин и попробовал свою порцию коктейля. – В конце концов, мы же не в библиотеке.

Лавра с подозрением понюхала угощение.

– Это «Гринсолд», сладкий лимонадик, – шутливо пояснил Женя. – Да к тому же он совсем не крепкий.

– А я и не боюсь крепости, – встрепенулась Лавра и размешала коктейль прозрачной трубочкой. – Историки умеют пить.

– Говоря на чистоту, я не думал, что здесь будет настолько классно, – озирался он по сторонам. – Мне казалось, что в лучшем случае скрипящие половицы и актовый зал.

– Да, я и сама всё представляла совсем иначе.

– Всё-таки Речные Ворота – это необычная деревня…

– Посёлок, – поправила его Лавра и попробовала коктейль. Оказалось, действительно, недурно.

Со стороны это выглядело даже забавным. Парень и девушка неуклюже сидят друг возле друга, молча дегустируя алкогольные напитки. Лавра почувствовала себя в идиотском положении, поскольку приклеилась к трубочке совсем как комар к коже жертвы. Она совершенно не знала, о чём вообще можно побеседовать с Фанелиным. Впрочем, для такого поведения имелись веские причины. Ведь Женя был подозреваемым номер один и с ним надлежало держать ухо востро.

– Вкусно? – переспросил Женя.

– Да, – не выпуская трубочку изо рта, ответила Лавра и посмотрела на танцующую толпу, дабы не выдать своим взглядом растерянность.

Ей-богу, так глупо она себя ощущала в последний раз только в университетском актовом зале, когда упала со сломанного кресла. Но потом вдруг поняла, что дальше так не получится. Хотя, может, это начал действовать сладкий напиток?..

– Так значит, – внезапно заговорила она, наконец-то отодвинув стаканчик от себя, – ты работаешь у Фитша?

– Да, – утвердительно кивнул Женя.

– Наверное, это здорово быть помощником столь известного учёного?

– Думаю, тебе тоже не повредило бы познакомиться с ним, тем более профессор любит, когда умные студенты, вроде нас, практикуются у него.

– Нет, – задумчиво ответила Лавра. – Я уж лучше пока доучусь. Тем более, остался последний год.

– Аж не верится, правда? – с пафосом заговорил парень. – Скоро мы получим свои заветные дипломы и окончательно отправимся во взрослую жизнь…

– А чем ты намерен заниматься после учёбы? Продолжишь работу у профессора?

– Вероятно, что так. Работать с Фитшем очень интересно.

– И чем именно занимается профессор?

– Он специалист по сокровищам, – огорошил её Женя, и Лавра поперхнулась. – В прошлом году мы с его исследовательской группой ездили в Польшу, проводили совместные раскопки со студентами Варшавского университета.

– А ты, стало быть, тоже планируешь заняться сокровищами? – уточнила Гербер, стараясь скрыть удивление.

– Это интересно, – улыбнулся Фанелин, поглядывая на танцующих. – Ну а ты? Есть намётки, куда пойти со своим дипломом?

– Ой, я даже не задумывалась особо. Хотела, в принципе, заняться аспирантурой.

– Да ты, никак, планируешь ни много, ни мало стать профессором?

– Ну, как говорится в одной пословице, профессор – это человек, случайно попавший в университет и не сумевший из него выйти. А я такой быть не собираюсь…

Фанелин улыбнулся и вновь посмотрел на танцующих.

– Давай-ка к ним присоединимся? – указал он в сторону мигающего пространства.

– Я… – застыла Лавра. – Я не могу, мне…

– Пошли-пошли, – пробормотал он и потянул её за руку.

Лавра хотела прихватить с собой свой стаканчик, но не успела. Фанелин решительно протиснул её сквозь движущиеся тела в неоновый сумрак. Он начал танцевать, не отпуская руку девушки, так что ей волей-неволей пришлось зашевелить ногами. Ещё одна минута стеснения, и Гербер уже полностью погрузилась в музыку. Никто, в принципе, не обращал на неё пристального внимания. Лавра сама себе удивлялась. Ну как она могла позволить себе плясать с тем, кого опасалась и подозревала весь сегодняшний день! А что, вокруг одни счастливые лица. Они пробрались дальше, к мощным реактивным колонкам, где вовсю зажигали вся остальная компания.

Спустя минут десять Лавра, танцевавшая всё это время с закрытыми глазами, обнаружила, что к Марине и Аиде уже вовсю липнут незнакомые парни. Они что-то шептали им на ухо, отчего лица обеих коварно вытянулись. Холодова прижалась к одному из них и обхватила его шею бледной рукой. Тот припал к её рыжей шевелюре и блаженно закрыл глаза. Роман, Женя и Лавра, продолжая перебирать ногами, молча переглядывались. Аида вела себя менее раскованно, танцуя между двумя другими парнями, но никого из них близко не подпуская.

Гербер не переставала вглядываться в мерцающие лица, однако Фанелин, словно специально, перегородил ей обзор своей светлой головой. Она с ужасом обнаружила, что Роман тоже куда-то исчез, оставив их наедине в этом тёмном углу. Женя начал приближаться, пытаясь вновь взять её за руку, но девушка отстранилась к стене, делая вид, будто совершила изящное па. Но нет, намерения парня на этом не убавились. Он схватил её за запястье и вернул на место, а затем и вовсе обнял другой рукой. Однако Лавре это всё равно решительно не понравилось.

– Ты хорошо танцуешь, – сказал Женя твёрдым голосом. – А говорила, что не умеешь.

– Честное слово, не умела до этого дня, – натянуто улыбнулась отличница, думая о его горячей руки на своём плече.

– Тебе не надоело плясать? – не отставал Фанелин.

– А что?

– Может, выйдем, охладимся?..

На танцполе и правда было душно, только Лавре отнюдь не хотелось уходить далеко от других, несмотря на то, что им она была далеко безразлична. Марина вовсю зажигала в приватном танце с новым другом, позабыв про окружающих, а Аида была загорожена другими, не менее «скромными» молодыми людьми. После этого Гербер вдруг поняла, что хочет пить, и вспомнила про свой коктейль на барной стойке. Она сделала всего лишь шаг в том направлении, и Фанелин потянул её за собой сквозь беснующуюся толпу. Едва вырвавшись из плена танцующих тел, девушка попыталась взять свой стаканчик, но его там уже не оказалось.

– Мой коктейль, – жалобно проговорила Лавра и увидела широкоплечего мужчину, который сидел на её месте и потягивал пиво.

Он обернулся и обвёл студентку неприязненным взглядом. Если Гербер и хотела спросить у него, куда подевалась порция сладкого «Гринсолда», то мгновенно передумала и вообще забыла о существовании этого напитка.

– Игорь, – произнёс томный женский голос, и к странному незнакомцу подошла стройная высокая девушка с интересным оттенком волос. Они были то ли голубыми, то ли сиреневыми. Под светом неоновых ламп было трудно понять.

– Валенса, – обрадовался широкоплечий господин, за что девица подарила ему невинный поцелуй в щеку.

– Ну, мы идём? – напомнил о себе Женя, дёрнув Лавру за руку.

– Да, – кивнула она, продолжая смотреть на эту колоритную пару.

Видимо, эта девица и есть хозяйка клуба. Но пришлось последовать за сокурсником к выходу, где по-прежнему стоял тот бородатый здоровяк.

На улице похолодало. По крайней мере, так показалось отличнице после жаркой обстановки в подвале. В воздухе злобно ревели звуки мотоциклов, гоняющих где-то на краю посёлка. Возле клуба какие-то девицы делили между собой пачку сигарет. Одна из них подбежала к Фанелину и кокетливо попросила зажигалку. Лавра вздохнула, всё ещё жалея о пропавшем зелёном напитке, и огляделась в поисках воды.

– Меня мучает жажда, – сказала она, увидев за углом освещённый колодец.

– Сейчас что-нибудь поищем, – подмигнул Женя.

Выпив из белой пластмассовой кружечки студёной водицы, Лавра почувствовала себя гораздо легче. Но мысль о том, что рядом с ней человек, которого она подозревает в своей беде, не переставала беспокоить. Тем более, сейчас они были совершенно одни, вдалеке от других ребят, и Фанелин мог сделать практически всё, что ему захочется.

– Вообще-то, я вывел тебя на улицу не просто так, а чтобы ты мне кое в чём помогла, – заговорил он, понизив голос, словно собирается сообщить свою тайну.

Лавра нервно затаила дыхание.

– Понимаешь, я немного увлекаюсь экстримом и, ещё когда увидел тот мост, хотел попробовать прыгнуть с него.

– Что? – надвинула брови сокурсница. – Прыгнуть?..

– Здорово, правда? – улыбнулся он.

– Подожди, я что-то не разобралась. Ты сказал, прыгнуть с моста? С того самого моста, по которому мы заезжали в посёлок???

Женя кивнул, и в его глазах вспыхнули бесовские огоньки.

– Ты что, ненормальный?! – возмутилась Гербер.

– Нет, ты не так поняла. Я собираюсь не просто прыгнуть, а на верёвке.

Лавра и раньше слышала про эту его безумную затею, однако как-то не придавала этому значения. Она знала, что есть такой вид развлечений, но не считала его безопасным. К тому же в тёмное время суток.

– Женя, ты в своём уме? Ты видел, какая там высота?!

– Я всё понимаю, это страшно, но только не для меня.

– Боже, – панически прошептала Гербер.

– От адреналина чувствуешь себя словно заново рождённым…

– О чём это ты? – возник за его спиной Роман, потирающий красную щеку.

Фанелин недовольно взглянул на него и сделал тяжкий вздох, как будто приятель помешал ему.

– А ты здесь какими судьбами? – переспросил он, желая, видимо, побыстрее отделаться от назойливого Кривовцова.

– Да так, вот, оплеуху получил от одной чокнутой девчонки, – ответил Роман, продолжая гладить щеку. – А вы, я вижу, так загадочно уединились. Не боитесь оставлять наших девчонок там одних… с этими подозрительными типами.

– Я думаю, Марина и Аида большие девочки, – высказала Лавра единственно верное мнение, – сами за себя постоять смогут.

– Ну… – задумался парень, – и я так, в целом-то, считаю.

– Кстати, очень хорошо, что ты пришёл, – опомнилась она, отходя от колодца. – Видишь ли, наш Женя решил тут прыгнуть с моста. Может, ты поможешь мне его остановить?

– Лавра… – хотел возразить Фанелин.

– С моста?.. Во круто! – обрадовался Кривовцов, чего никак не ожидала отличница. – А что, прямо сейчас?

Лавра раздражённо закатила глаза.

– Вы помешались на этом, что ли?! – грозно замахала она руками. – Вам больше развлечься нечем? Неужели нельзя придумать что-нибудь менее рискованное?

– Брось, Гербер, – отмахнулся Роман. – Это же суперски.

– Вот видишь, не один я так считаю. – Женя указал на него локтём и снова подмигнул.

– Вы рехнулись… оба, – замотала она головой.

– Хватит канючить, – попросил Кривовцов и обратился к другу. – А у тебя верёвка-то пружинистая?..

Когда они прибыли на мост, Фанелин достал из рюкзачка белую верёвку. Лавра и сама не понимала, зачем согласилась идти сюда вместе с ними. Но у неё практически не осталось выбора: навряд ли кто-нибудь из остальных составил бы ей компанию в клубе. Было темно, однако на горизонте алела тонкая полоска заката. Небо скрывалось за хмурыми тучами, внезапно заполонившими его с севера, отчего в посёлке вечер казался неестественно чёрным. На мосту поддувал тёплый ветерок, тут же улетая в темноту открытого пространства реки. Стоило Лавре лишь взглянуть на безмятежные воды под собой, как голова моментально начинала кружиться. От одной мысли, что Женя полетит сейчас вниз с такой высоты, ей становилось плохо. Но и убедить его отказаться от этой рискованной затеи было невозможно: экстрим есть экстрим. Зато Кривовцов полностью разделял затею Фанелина. Он тоже, видимо, готовился к прыжку.

– Лавра, улыбнись, – попросил Роман, присматривая на краю парапета место, куда можно прицепить длинную верёвку. – Или, может, ты раздумываешь над тем, чтобы тоже попробовать?

– Я ещё в светлом уме, – фыркнула она и посмотрела на обвязывающего себя Фанелина.

Парень обнадёживающе подмигнул ей и с силой затянул узел на поясе, предварительно надев специальный ремень с многочисленными металлическими вставками.

– Да не волнуйся ты, – усмехнулся Женя, сняв кеды. – Всё будет замечательно.

– А вдруг верёвка не выдержит? – предположила Лавра, держась за перила и не сводя взгляда с мерцающих внизу волн.

– Выдержит, – сплюнул Фанелин. – Я всегда только с ней прыгал, и ещё ни разу она меня не подвела.

– Готов? – спросил Роман, уже трясясь от удовольствия.

– Почти, – шёпотом ответил Женя и подошёл к бортику. – Помоги мне…

Кривовцов приподнял его, и тот оказался по ту сторону ограждения. Светлые волосы вмиг зашевелились от ветра, но с лица не сходила сумасбродная улыбка. Он посмотрел вниз, выдохнул и вновь набрал полную грудь воздуха.

– На счёт «три», – предупредил Роман, стоя слева от него.

Лавра ещё раз посмотрела вниз и задумалась: как же он собирается после прыжка освободиться от верёвки и подняться обратно к ним? Но было поздно что-либо спрашивать.

– Готов? – переспросил Кривовцов.

Женя кивнул.

– Раз, два… три!

Он оттолкнулся ногами от металлического порога и, расставив руки в стороны, с криком полетел вниз. Лавра замерла. Светлая голова Жени сверкнула в темноте, всё быстрее и быстрее приближаясь к воде. Он приготовился зависнуть над поверхностью реки и уже дотронулся до неё руками. Верёвка вздрогнула, растянулась, и Фанелин с визгом пронёсся под мост. Роман что-то одобряюще выкрикнул и ударил кулаком по перилам. Лавра облегчённо вздохнула, глядя, как сокурсник покачивается в разные стороны. Женя что-то радостно прокричал, окатив водой разгорячённое лицо. Его красный жилет колыхался от ветра. Он раскачивался в воздухе, вновь и вновь погружая руки в прохладную Кергу. Лавра отчётливо увидела его, высунувшись за перила вместе с Романом, и радостно зааплодировала удачному трюку.

– Круто! – в который раз проверещал Кривовцов.

Но тут что-то произошло. Вода под Фанелиным забурлила, и он мгновенно исчез из виду. Верёвка выстрелила вверх, чуть не задев ликующих студентов, что означало только одно – она оторвалась от его пояса.

– Женя! – вскрикнула Гербер, чувствуя, как Кривовцов волнительно задышал. – Где он? Я его не вижу!..

Роман выискивал друга взглядом, но точно так же ничего не мог различить в тёмных волнах.

– Доигрались! – злобно прошипела девушка и бросилась на конец моста.

Кривовцов последовал за ней, и через несколько минут они уже пробирались сквозь заросли камышей на берег, усеянный мягким песком. Поблизости на высоком столбе горел фонарь, освещавший прибрежные воды. Судя по всему, здесь располагался пляж, так как песок был изрезан многочисленными следами человеческих ног, а невдалеке стояли кабинки для переодевания. Лавра, унимая нервную дрожь, замерла перед рекой и вновь вгляделась в темноту под мостом. Сомнений не было – верёвка одиноко светлела над поверхностью воды, покачиваясь от ветра.

– Женя! – позвала отличница. – Женя, ты жив?..

Никто не отзывался.

– Жека, откликнись! – присоединился к ней Роман, но тщетно.

Стояла нерушимая тишина.

– Что теперь прикажешь делать? – недовольно спросила Лавра, убирая со лба слипшуюся чёлку.

– Да я-то чем могу помочь! – вскричал парень.

И тут он рывком бросился вдоль реки к месту, где высился фонарь. Лавра осталась стоять на месте, продолжая разглядывать ту зону, куда предположительно упал Фанелин. Внутри неё всё трепетало и билось. Она ведь заранее была уверена, что ничем хорошим эта затея с тарзанкой не окончится. И вот вам результат.

– Что за идиот?! – послышался со стороны чей-то гневный бас. – Надо было не в воду, а сразу на асфальт прыгать!..

Роман, скривившись, шёл рядом с каким-то крупным мужчиной, который на ходу снимал с себя одежду и отдавал её ему. Что-то знакомое почудилось в его силуэте, и Лавра поняла, что это тот самый тип, который занял в баре её место и которого поцеловала хозяйка клуба Валенса.

– Не видно? – спросил он у девушки и, после того, как та отрицательно мотнула головой, без промедлений прыгнул в воду.

– Бесполезно, – махнула рукой Лавра, не сводя взгляда с широкой спины незнакомца. – Там течение, его наверняка унесло.

Она заглянула под мост и обнаружила, что там тоже есть песок и можно запросто пройти от пляжа на другую сторону дамбы. Девушка скинула туфли и направилась туда, шлёпая босыми ногами по воде. Человек нырнул в том месте, куда предположительно упал горе-экстремал, а всплыл уже напротив неё, вбирая в лёгкие как можно больше воздуха.

Лавра осматривала всё вокруг, перейдя на следующий участок пляжа, где всё так же с унылым видом стоял Кривовцов. Волны продолжали плавно двигаться вдоль тёмных берегов. Глаза рыскали по водной поверхности, ища хоть намёк на тело. И тут мужчина что-то пододвинул к себе. К нему подплыло нечто светлое. Это была жилетка Фанелина. Пловец хотел рассмотреть её, но она рваными клочьями повисла на его руке.

Тем временем к Роману подошли какие-то люди и громко загоготали по поводу случившегося. Мужчина отбросил часть одежды к Лавре. Она подняла её из воды, разглядывая кровавые струи, стекающие на сухой песок. Самые жуткие мысли возникли в её голове, но отчаиваться пришлось недолго. На другом берегу, куда быстро поплыл спасатель, кто-то медленно выполз на сушу, беспомощно махая руками. Это был Женя, Гербер сразу же узнала его.

– Не двигайся! – крикнул ему пловец, подступая всё ближе и ближе.

Роман и все остальные спешно спустились к девушке, радостно ахая от благополучного исхода.

– Ох, и достанется же нам, – прошептал Кривовцов ей на ухо.

– Говори за себя, – ответила Лавра, отдавая ему разорванную жилетку. Мужчина уже был на том берегу и оказывал Жене первую помощь, в этом не было сомнений, что не унимало напряжения девушки. Ведь жилетка-то была в крови…

* * *

На следующее утро Речные Ворота были на удивление переполнены народом. По улице ходили все, кому не лень, хотя буквально вчера здесь царило запустение. Многие молодые люди приветствовали Аиду с Мариной, как будто знали их долгие годы. Те отвечали им взаимными приветами, с гордостью вышагивая впереди хмурых Лавры и Романа.

Больница находилась в западной части посёлка и представляла собой одноэтажное здание с высокой соломенной крышей. Редкий экземпляр, подумала Гербер, изучая её архитектуру. Впрочем, тут было, чему удивляться: пластиковые окна, сиреневые стены, крыльцо с двумя декоративными колоннами, а над ним мраморная табличка «Благоворотная земская клиника». Неужели здесь ничего не менялось с 19 века?

Людей возле больницы практически не было, так что ребята без труда проникли внутрь и быстро нашли единственного местного доктора.

– Ужасный поступок, – завопил тот, ведя их по длинному коридору в сторону Жениной палаты. – Все в таком замешательстве. У нас раньше этим никто не занимался. Подумать только, прыгнуть с высоты двадцати метров!

Под его возгласы они вошли в светлую палату, где в гордом одиночестве на крайней койке восседал бледный Фанелин. Доктор бросил на своего хулиганистого пациента укоризненный взгляд и ушёл обратно, напоследок хлопнув дверью. Марина шутливо заулыбалась и уселась на соседнюю кровать вместе с Романом. Судя по всему, она была рада, что Женин прыжок закончился именно так.

– Как себя чувствуешь? – спросила сердобольная Аида.

– Отвратительно, – поморщился Фанелин. У него были перебинтованы плечо и рука, а на груди темнели три синяка.

– Ну, рассказывай, как это ты умудрился сорваться, – напомнил Роман о главном.

– Вы ведь сами всё видели, – ответил он. – Я прыгнул, удачно прыгнул…

– Да уж, – затянула Холодова, – совсем удачно.

– Нет-нет, – помахал он правой рукой. – Лавра, Ромка, вы ведь видели, я успешно прыгнул. Я уже с минуту висел над водой после прыжка, когда на меня что-то выскочило…

– Выскочило?! – испугалась Гаагова.

– Вы не поверите, да я и сам в это не верю, но клянусь, верёвка оборвалась не сама по себе! – вполне серьёзно и даже с некоторым страхом в глазах заговорил Фанелин.

– Да брось, тебе это показалось, – перевёл в шутку Кривовцов его слова. – Просто канат в одном месте не выдержал и порвался. Типичный случай всех экстремалов.

– Вы не понимаете! – обозлился Женя. – Если бы я просто упал, то ничего бы себе не повредил. Я ведь даже руками до воды доставал.

– Может, там была какая-нибудь коряга, – предположила Марина с насмешливым видом.

– Холодова права, – согласилась Лавра.

– Конечно, права. Сам подумай, а вдруг там плиты торчат от свай или ещё что-нибудь. В конце концов, тогда что же на тебя выскочило-то?..

Женя замолчал, засомневавшись в собственных убеждениях.

– Я не знаю. – Он угрюмо опустил голову. – Когда я очутился в воде, то позабыл обо всём на свете. Потом меня куда-то понесло, словно чья-то рука схватила за мою рубашку и потащила за собой. Я даже боли не чувствовал, только двигался всё глубже и глубже. Там ведь темно. Знаете, как это страшно…

Студенты молчали, понимая его чувства.

– Может, вы и правы, – продолжал парень, хотя такое заявление далось ему с трудом. – Может, на самом деле верёвка не выдержала…

– Да ладно, что было, то прошло, – весело встрепенулась Гаагова. – Свет на этом клином не сошёлся. Просто подумай в следующий раз перед тем, как тебе захочется прыгнуть с моста или ещё откуда-нибудь. Жизнь слишком дорога, чтобы терять её таким нелепым образом.

– А ведь я тоже собирался попробовать, – вдруг с некоторой обидой произнёс Роман.

– Ну и попробовал бы, – усмехнулась Марина. – Можешь и сегодня прыгнуть. Это будет очень забавно.

– Нет уж, я лучше просто полежу на пляже…

В санатории стояла жара.

– Чёрт те што, – ворчал знакомый недовольный голос из столовой. – Опять всё порвали!

– Может, рыбы постарались? – спрашивала Рита, раскладывая столовые приборы.

– Да ха-хие ры-бы! – взбесился голос. – Ты хде видела, чтобы ры-бы се-ти рва-ли в кло-чья?

Лавра заглянула к ним и увидела вчерашнего старика-сторожа. Он держал в руках сверкающие наточенные ножи и протирал их полтенцем. Рита хозяйничала у стола, а, заметив вошедшую девушку, приветливо улыбнулась.

– А-а-а, я вчера эту туристку у озера поймал. – Старик тут же указал на девушку пальцем. – Она там что-то делала, видать, купаться собиралась…

– Это я посоветовала Лавре сходить туда. А что плохого? Там ведь красиво. Правда, Лавра?

Гербер кивнула, продолжая стоять в дверном проёме.

– Нечева там ходить! – завопил старик. – Там нель-зя, там сква-жи-ны.

– Да брось, дядя Саша, какие скважины, – запротестовала Рита, поставив на стол горячую кастрюлю. – Скважины на другом берегу, и к ним никак не попасть, даже тебе, старому дураку.

– Ай, не ве-ле-но туда туристов пус-кать, вот и всё, – буркнул дед и положил хорошо наточенные ножи в ящик комода.

– Простите, – вмешалась Лавра. – А о чём вы говорили до моего появления?

Рита вопросительно посмотрела сначала на неё, потом на санаторного сторожа.

– Кажется, про сети, – напомнила им девушка.

– А тебе-то што от етого, туристка? – переспросил вредный старик.

– У нас перед водопадом стоят сети, – пояснила Рита, разливая по тарелкам молочный суп, – ну, чтобы ничего к санаторию не поднималось. Сама понимаешь, рыбы, лягушки, пиявки и прочий мусор.

– И сети теперь кто-то рвёт? – догадалась отличница.

– Да, вот узнаю, хто, рухи ото-рву! – пригрозил злой дедушка.

– Никто их не рвёт, – отмахнулась Рита. – Просто дядя Саша неправильно их расставляет, а быстрое течение делает своё дело.

– Знаешь ты мнохо, – пробурчал дед. – Если не я, то ни-хто этим заниматься не бу-дет. Хстати, это из ва-ших ведь вчера хто-то с моста сиханул, да?

Лавра растерянно посмотрела на него.

– Ох уж эти туристы! – вновь заворчал сторож. – Вечно от них одни про-бле-мы!..

– Об этом парне шумит весь посёлок, – пояснила Рита.

– Идиот, – продолжал старикан в том же тоне. – Вот утонул бы, отвечай за не-хо потом, с ми-ли-цией разбирайся!..

Он задвинул ящик комода и, громко шаркая сапогами, без прощаний вышел из столовой. Рита помотала головой, будто давно желая избавиться от неприятного собеседника.

– Скверный у него характер, – подытожила она, – как и у всех старых людей. Но случай действительно нехороший. Ваш друг, он что, был пьян?

– Да вроде нет, просто ему нравится экстрим, – пожала плечами Лавра, подошла к столу и посмотрела на тот комод, где лежала какая-то газета.

– Вы такие странные, городские ребята. И развлечения у вас такие же диковинные.

– Я тоже поражена не меньше Вас… Рита, скажите, а кто спас Женю, Вы не в курсе?

– О, так это Игорь Селивёрстов.

– А кто он?

– Он местный. Мы с сестрой, кстати, у него снимаем дом. Простой парень, ведёт своё хозяйство, работает.

– Он хорошо плавает, – вспомнила Лавра его вчерашние пируэты на воде.

– Странно, что он вообще полез в воду, – вдруг нахмурилась женщина. – Он у нас раньше, конечно, на всех соревнованиях побеждал. Теперь в город даже ездит, в бассейне тренирует молодых пловцов, но сам никогда не плавает.

– Надо же, – удивилась девушка, подойдя к комоду вплотную. – А почему?

– Да я толком не знаю. Вроде травма у него была серьёзная, что ли… В общем, что-то со здоровьем связано.

Лавра ничего не ответила, уставившись на газетный снимок, на котором темнели знакомые очертания монастыря Хеста. Она взяла публикацию в руки и развернула. Это было какая-то ежедневная газета, поскольку на передовице стояло сегодняшнее число. Но привлекла её вовсе не дата, а статья с будоражащим заголовком «Резня на археологических раскопах».

Гербер застыла с раскрытым ртом и принялась спешно читать содержание заметки:

«Утром 24 июня в монастыре Хеста была обнаружена ужасная картина. Вся археологическая группа, проводившая в монастыре раскопки в течение вот уже четырёх месяцев, найдена мёртвой. Тела растерзаны и разбросаны по всему архитектурному комплексу. Журналистов в монастырь не пустили, поэтому никто не знает деталей происшествия, а также остался ли кто-нибудь в живых. По непроверенным данным, все члены исследовательского отряда в количестве девяти человек погибли. Неизвестно также и то, что именно послужило причиной происшествия. Но следователи связывают резню археологов с недавним дерзким похищением сокровищ из краеведческого музея Березовска. Однако повторяем, что это всего лишь предположение и информация о действительном ходе событий пока официально не подтверждена. Спецкор Живилов А.Р.»

– Лавра! – уже в который раз позвала её Рита, закончив раскладывать обед по порциям.

– А?.. Что?! – испугалась девушка, и газета вылетела у неё из рук.

– Садись, чего стоишь, – указала женщина на стулья и с подозрением прищурилась. – Где все остальные?

– Сейчас… – всё ещё не придя в себя, пробормотала Лавра и подняла с пола газету с ужасными новостями. – А это… Можно я возьму почитать её?

– Ой, ну конечно можно, – кивнула Рита и унесла пустую кастрюлю обратно в раздаточную, где вовсю шумела вода. – Нам каждый день их в санаторий пачками привозят.

Мысли о еде и прочих мелочах разлетелись в одну секунду. Лавра была под сильным впечатлением от прочитанного, отчего позабыла о еде и поспешила в свою комнату. Теперь она понимала, что браслет попал к ней отнюдь не случайно.

Глава 5

Новый подозреваемый

Остаться равнодушной к известию об убийстве археологов было невозможно. Хотя Лавра и старалась сдерживать в себе страх, он всё равно прорывался наружу в виде дрожащих рук и неровного дыхания. Ещё бы, ведь именно она первая стала замечать, что сокровища Бальваровского сопровождают сплошные неприятности. Кто-то явно имел виды на бесценную коллекцию князя. Они пропали из краеведческого музея так же бесследно, как и содержимое гроба в монастыре. Хуже всего, что у неё на руках был браслет из этой сокровищницы. А теперь к этим происшествиям добавилось групповое убийство.

Закрывшись после обеда у себя в номере, Лавра снова принялась рассматривать реликвию. Даже сейчас драгоценность выглядела восхитительно. Это пугало и в то же время притягивало. Девушка примерила браслет на запястье. На руке он смотрелся во много раз лучше. Мелкие камешки так и переливались всеми оттенками радуги. Нельзя с уверенностью сказать, что это бриллианты, но выглядело очень богато. Кому же взбрело в голову подбросить такую ценность именно Лавре? Да и зачем? Может, бесцеремонный взлом номера Марины Холодовой тоже был отнюдь не случаен? Что, если злоумышленник искал там именно браслет?

Лавру на миг осенило. И как она раньше об этом не додумалась! Ведь её сумка была похожа на Маринину – чёрная, довольно вместительная и с кучей кармашков. У багажа Холодовой разве что имелась белая полоса на боку, которую, правда, можно и не заметить, особенно в спешке.

– Или в темноте, – произнесла Лавра, стоя у открытого окна и поглядывая на пустынный двор.

Если неизвестный подкинул браслет в тот момент, когда студенты находились в монастыре Хеста, вероятен факт, что он мог перепутать сумки. Да и музей ограбили как раз в ту самую ночь. Со слов Аиды, сумка Фанелина была слишком тяжёлой. Тем более во время инцидента со вскрытием гроба Жени не оказалось в келье. Он вполне мог успеть съездить в Берёзовск, напасть на музейного охранника, стащить оттуда сокровища и вернуться в монастырь. Хотя один бы он точно не справился…

Во дворе внизу появилась чья-то приземистая фигурка. Приглядевшись, Лавра поняла, что это Роман. Он держал в руках полотенце и без спешки шагал в сторону запретного озера. Неужели после таких ужасных новостей о гибели археологической группы ему захотелось купаться?!

На мгновение Гербер даже допустила мысль, что Кривовцов тоже не вызывал доверия. В ночь вскрытия гроба в монастыре его так же не оказалось в келье. К тому же, он тогда имел весьма странный по содержанию разговор по телефону, который Лавра случайно подслушала перед тем, как пойти спать. Кажется, Роман обещал кому-то что-то попробовать. Что, если это было заданием взломать находку археологов? Да и с Фанелиным этот подозрительный парень пытался дружить. Чего только стоит его вчерашнее участие в прыжке с моста. Может, они вдвоём провернули ограбление музея?

От таких вариантов развития событий Лавре сделалось нехорошо. Она легла на кровать и принялась рассуждать. С самого начала их отъезда происходили всякие неприятности. Конечно, можно решить, будто это всё злой рок, но верить в стечение обстоятельств девушка как-то не торопилась. Сначала была нейтрализована заместитель декана, которая собиралась сопровождать студентов на время всей поездки. Потом ограбление музея, таинственное происшествие с гробом в монастыре, взлом Марининой комнаты и вот теперь убийство. Такое ощущение, что кто-то затеял с отличниками игру. Страшно подумать, что же будет дальше. Поэтому на ужин девушка решила прихватить браслет с собой, спрятав его в кармане юбки.

– Скучно здесь, – говорила Холодова за ужином. – Клуб вроде есть, а открывают его только два раза в неделю. Разве так можно?

– У сельских жителей свои правила, – подметила Аида, разрезая ножом апельсин. – У них нет столько времени, чтобы каждый день ходить на танцы. Наверняка скотину держат, поля возделывают…

– А кстати, мне у них очень понравилось, – призналась Марина, выпив воды. – Честно говоря, не думала, что в этом местечке может быть настолько здорово.

– Лавра, – обратилась Гаагова к задумчивой сокурснице, – а ты что скажешь?

– Мне тоже всё понравилось, – кивнула Гербер.

– Роман, – позвала Марина угрюмого парня, – а ты чего молчишь? Что-то не так?

– Я ем, – ответил тот и вновь принялся жевать хрустящее мясо.

Лавре показалось, что он вёл себя странновато. Раньше за любым разговором Рома находил повод вмешаться и перевести всеобщее внимание на себя. Но сегодня его было не узнать. Может, так на него подействовало происшествие с Фанелиным или новость о гибели археологов. Впрочем, вряд ли, ведь совсем недавно это не помешало ему сходить на прогулку с полотенцем.

– Валентина Амосовна сказала, что у них есть своя библиотека, – оживилась Гаагова. – Может, нам записаться на две недели?

– Книги читать? – ужаснулась Холодова. – Ну, ты скажешь тоже…

– А что, нам в путеводителях были обещаны какие-то там процедуры, массаж, но ничего этого нет. Чем ещё здесь заниматься?

– Да, в самом деле как-то не весело, – согласилась Лавра, отодвинула пустую тарелку и взяла чашку горячего чая.

– А ты, Гербер, уже по книгам соскучилась?! – язвительно спросила Марина. – Совсем отдыхать не умеешь.

– Я про книги, вообще-то, ничего не говорила, – в таком же тоне ответила ей отличница. – Это вон Аида тянется к прекрасному.

– Ой, я бы с удовольствием почитала какой-нибудь роман, – пробормотала Гаагова. – Что-нибудь лёгкое и эксцентричное.

– Кстати, о романах, – оживилась Холодова. – Меня тут пригласили съездить в гости к одному парню, в деревню недалеко от Речных Воротам. Он мне и адрес оставил, и телефончик.

– В деревню? Совсем на тебя не похоже по деревням кататься, – засмеялась Аида.

– Мне он очень понравился.

– Он или машина?

– Машина у него так себе, хотя тоже сойдёт… для деревни, – фыркнула Марина и захихикала.

Лавра с Романом переглянулись. Кажется, это был единственный случай за совместный отдых, когда они оба были не в восторге от Холодовой. Кривовцов залпом выпил свой чай и поспешил из столовой. Марина с Аидой расхохотались ещё сильнее.

– М-да, – вздохнула Холодова и тоже поднялась из-за стола. – С вами, конечно, весело, но мне пора к себе. Скоро начнётся вечерний сериал…

– Ой, а можно и мне? – сразу же попросилась Гаагова. – Я и так уже пропустила несколько серий.

– Ну, давай. Только не громко охай за просмотром, это меня отвлекает.

Предложить Лавре присоединиться к ним девушки даже не подумали. Но Гербер и сама вряд ли с ними пошла. Было странно, что никто из студентов не заикнулся про новость об археологах. Хотя что можно обсуждать, когда у девушек на уме только парни, машины и сериалы.

* * *

Утром следующего дня Лавра обнаружила, что за окном идёт дождь. И хотя летнее тепло никуда не пропало, настроение стало похуже. Да и могла ли быть радость на фоне последних событий. Она вновь достала браслет из-под матраса, под которым решила его спрятать на время сна, и нацепила на руку. Если тот, кто подкинул ей украшение, ошибся, то после взлома Марининой комнаты он должен был прийти прямиком к Гербер. Однако вот уже третий день, как студенты жили в санатории, а никаких попыток забраться к ним в номера никто не предпринимал.

Поэтому Лавра всерьёз задумалась над тем, что Фанелин как раз находился в больнице. А узнав, что именно сегодня его уже выписывают, девушка почувствовала тревогу. Нет, оставлять браслет в комнате ни в коем случае нельзя. Лучше она будет носить его в кармане.

После завтрака все разбрелись по своим направлениям. Марина, взяв серебристый зонт, ушла к кому-то в гости в посёлок. Роман просто исчез. Зато в походе в библиотеку компанию Лавре составила Аида – единственная из студентов, кого тоже заинтересовали книги.

Литературный уголок находился на первом этаже. Раньше попасть в него не представлялось возможным, поскольку дверь была наглухо заставлена стульями и прочей мебелью. Лишь сейчас девушки могли в сопровождении Валентины Амосовны осмотреть просторную светлую комнату с несколькими книжными шкафами.

– А что у вас есть? – с приторной улыбкой вопрошала Аида.

– Да всякий хлам, – честно призналась женщина, которая и сама, судя по глазам, была не прочь подыскать себе книжку на вечер.

– Я бы взяла один роман, какой-нибудь интересный, чтобы за душу взяло, – задумалась Гаагова, рассматривая книжные полки.

– Есть Сидни Шелдон, – опомнилась администратор. – Любите?

– Ну… – нахмурила брови девушка и посмотрела на Лавру. – А ты что предпочитаешь?

Гербер обвела туманным взглядом корешки книг и взгрустнула.

– Ну, я бы классику полистала тогда, может быть, Достоевского, – неловко призналась она, будто уже зная, что в этой библиотеке ей особо делать нечего.

Аида взобралась на лестницу и принялась изучать книжный фонд санатория. Она и сама не знала, что именно ей нужно. Хотя романов тут было в изобилии, не стоило даже далеко залезать, чтобы взять один из них. Лавра же пересмотрела ближайшие к ней книжки, но ничего путёвого для себя не нашла, кроме толкового словаря русского языка и то шестьдесят первого года издания. Она решила оформить абонемент, пока взыскательная Аида выберет себе подходящий томик. На столе у Валентины Амосовны Гербер увидела только один заполненный читательский формуляр. Видимо, этот человек приходил сюда раньше. Из интереса, пока женщина помогала Гааговой с поиском неведомого романа, она взяла абонементную книжку и изучила её содержимое. Документ был оформлен на имя Коваля Вячеслава Сергеевича. Мужчина взял сборник мифов Древней Греции. Лавра приподняла брови и быстро положила абонемент обратно.

– Ну, а Вы чего там мнётесь? – окликнула её администратор. – Что-нибудь брать будете?

– Пожалуй, да, – кивнула Лавра, и в голову вдруг пришла совершенно дикая мысль. – Нет ли у вас книг про привидения?..

Валентина Амосовна откровенно удивилась, но указала на самую высокую полку, где в пыли хранились незаметные томики с мистикой и фэнтези.

– Думаю, на сегодня-завтра я буду занята, – говорила Аида, когда они возвращались на второй этаж.

Сокурсница держала в руках небольшую книгу с изрядно постаревшей обложкой, которая принадлежала перу Достоевскому. Странно, ведь Гаагова хотела лёгкий любовный роман.

– А я даже не знаю. – Лавра посмотрела на стопку журналов «Альманах непознанного» за последний год. – Может, разыщу что-нибудь интересное. – И с грустью вздохнула. Так уж вышло, что ничего более занимательного она не нашла.

К вечеру ливень прекратился, и небо понемногу стало открываться. Лавра, лёжа на кровати, листала мистические журналы и искала что-нибудь увлекательное из мира таинственного. Но это было безнадёжно скучное занятие, что она отлично понимала. Уж лучше почитать какой-нибудь наивный романчик, чем пересматривать бесчисленное количество статей на тему явления призраков и НЛО. Она убрала инструкции для общения с духами на пустой стул и посмотрела в окно. Слабые лучики солнца окрасили мокрые луга в золото. Лавра сориентировалась на часы, и в голову пришла мысль наведаться в посёлок, ведь домой-то она так и не звонила с самого отъезда. Гербер достала из шкафчика тёплую джинсовую куртку, поправила тёмные волосы, надела очки и вышла в тихий коридор.

По лестнице как раз поднимался Роман в насквозь промокшей одежде и с взъерошенными волосами. Он выглядел потрёпанно, что не могло не удивить Лавру. Ещё бы, ведь за обедом его не было в столовой, а номер, занимаемый им, пустовал чуть ли не с самого утра.

– Роман? – спросила она, словно сомневаясь, он ли это. – С тобой всё в порядке? Где ты был?

– Да так, – неприветливо отмахнулся он, – гулял…

– Под дождём?

– Да, а что, это запрещено? – недовольно рявкнул парень.

Лавра растерянно пожала плечами и хотела уже спуститься на первый этаж, но он вдруг остановил её.

– А ты куда собралась?

– В посёлок, на телеграф.

– Звонить?

– Да, маме… я ей обещала.

Кривовцов, быстро открыв дверь номера, вытащил из сумки сотовый телефон и радостно протянул его Гербер.

– Ой, нет, спасибо большое, но… – смутилась Лавра от такого благородного жеста.

– Что? – не понял Роман, приглаживая мокрые волосы. – Да бери, чего раздумываешь!..

– Нет, это слишком дорого, я лучше с телеграфа, спасибо, – промямлила Лавра и поспешила уйти.

В посёлке было пустынно, как и несколько дней назад. Наблюдалась определённая тенденция: то полное отсутствие людей, то целые толпы, то снова запустение… Словно это был бутафорский посёлок, в котором время от времени снимали фильм с участием массовки. Сейчас же Речные Ворота больше напоминали одно сплошное болото. Из-за дождя грязь разрослась в геометрической прогрессии и расползлась по всем его улицам. Озаряемая оранжевыми лучами, она блестел и переливалась как тающий шоколадный торт.

Лавра шла мимо молчаливых домов, оглядываясь на изредка проезжающие по улицам машины. Наверно, это жители возвращались с работы, стараясь успеть к горячему ужину. Ей бы тоже хотелось очутиться дома рядом с любимой матерью. Но единственное, что она могла сделать, это позвонить ей. Девушке ещё повезло, что почта оказалась открыта, иначе все её попытки не измазаться в грязи были бы напрасны.

– Сколько минут будете болтать? – грубо поинтересовалась женщина за стеклянной перегородкой.

– Ну, три-четыре, – задумчиво ответила Лавра.

Женщина сняла трубку со старенького телефона и спешно набрала номер. Затем продиктовала коммутатору координаты домашнего номера Гербер и передала аппарат сквозь узенькое окошко.

– Да? – раздался хриплый голос.

– Мама, привет! – улыбнулась отличница. – Как у тебя дела?

– Ой, нормально, а у тебя? Как ты там?.. – оживился голос.

– Тоже ничего. Мы уже третий день в Благих Воротах.

– И как проходит отдых?

– Прекрасно, – вздохнула Лавра с неподдельной печалью.

– Что-то у тебя голос нерадостный, – подметила Агния Лесофовна. – Тебе там плохо?

– Нет-нет, всё хорошо: номер попался уютный, кормят три раза в день, свой пляж, парк.

– А почему ты об этом говоришь так, будто ваш санаторий в Чернобыле?

– Просто здесь скучно, заняться особо нечем, – пробормотала Лавра, решив, что говорить про браслет всё же не стоит.

– Ну понятное дело, – засмеялась женщина. – Надо всё таки наслаждаться отдыхов, не каждый ведь день книжки да экскурсии. Кстати, как тебе краеведческий музей?

– Э-э-э… – растерялась Гербер. – Ничего, очень даже понравился. Ты лучше про себя расскажи, как здоровье, все ли лекарства принимаешь?

– Ты за меня не переживай. К тебе вот, кстати, брат приходил, оставил подарок.

– Да? – не очень-то весело удивилась Лавра. – А что за подарок и в честь чего?

– Приедешь, сама увидишь.

– Ясненько. Ну, что ещё скажешь?

– Да вроде бы всё. Ладно, звони…

– Хорошо, целую тебя.

– И я…

В трубке раздались короткие гудки, и Лавра вернулся её женщине, с нетерпением ожидавшей, пока девушка уберётся отсюда.

Гербер двинулась вдоль забора какого-то высокого особняка. Ей пока не хотелось возвращаться в санаторий, а от мысли, что вечер придётся провести за чтением журналов «Альманах непознанного», на неё накатывала грусть. К тому же находиться поблизости с потенциальным врагом, который подбросил ей браслет, было опасно. За этими хмурыми мыслями дорога привела её к мосту, с которого день назад Фанелин совершил свой скандальный прыжок. Лавра остановилась возле последнего дома и взглянула на сверкающую реку, которая узкой полосой уходила вдаль, извиваясь мимо равнин и редких перелесков. Подумав ещё минуту, девушка наконец-то вспомнила, зачем сюда пришла.

Верёвка всё так же висела на своём месте, покачиваясь от ветра. По ней стекала вода от недавнего дождя. Девушка ухмыльнулась, вспомнив неудачный подвиг Жени. О чём он только думал, когда решился на такое! Лавра нагнулась и потянула верёвку на себя. Там промокла и уже успела слегка истрепаться от ветра, однако была такой же пружинистой и крепкой. Гербер скрутила её в моток и посмотрела на оборванный конец. Краешек верёвки был закопчён, будто бы его кто-то пытался поджечь снизу. Это выглядело странно, учитывая слова Фанелина: «… на меня что-то выскочило…»

Лавра вновь посмотрела вниз на тихие волны, медленно тянувшиеся вдоль мрачных берегов, и попыталась в деталях вспомнить тот вечер. Вот она апллодирует, видя, как Женя парит внизу и трогает руками поверхность реки. А потом что-то произошло, и верёвка подпрыгнула вверх. Но что? Гербер ещё раз посмотрела на оборванный конец, который явно был обуглен.

Девушка резко повернулась в сторону дороги и приметила чью-то тень, которая спешно ретировалась за ветвистые деревья. Там кто-то стоял, чей-то нечёткий силуэт. И он смотрел на неё из сумрака придорожных зарослей. Лавра засуетилась, спешно надела очки, но было поздно – тень окончательно растворилась. Девушка оттряхнула скрученный моток верёвки и отошла на середину моста, чтобы ещё раз убедиться, что на другом его конце никого нет. Вечернее солнце светило прямо в глаза и этим только раздражало. Гербер несколько раз пристально вглядывалась в деревья, однако так никого и не увидела. Потому решила поскорее уйти, тем более в санатории уже должны были подавать ужин. Бродить на голодный желудок – занятие не из самых приятных, особенно когда обостряется мания преследования.

В столовой оказались только Марина и Аида. Женя якобы спал у себя в комнате. А насчёт Романа никто ничего не знал. Поэтому ужин выдался быстрым.

Вечер оказался на удивление тёплым. Лавра после еды решила посидеть на крыльце парадного входа. Ей не хотелось идти в номер и снова разглядывать подозрительный браслет. Во дворе раздался скрип двери, и со стороны служебного входа кто-то быстрыми шагами направился к тропинке в посёлок. Это была Рита, её бормотание можно было различить, не видя саму женщину. Значит, время около семи.

Гербер постояла ещё минут десять, а затем спустилась к заигравшему огнями фонтану. И только она стала любоваться каменными ангелочками, как со стороны пляжа донёсся чей-то тоненький хохоток, будто смеялся ребёнок. Лавра повернула голову и посмотрела на неровный изгиб здания. Солнечные лучи ещё касались крыши, но грозились вот-вот исчезнуть. Смех вновь повторился звенящим колокольчиком, только теперь к нему добавился мужской голос. Там кто-то был, на пляже.

Приблизившись, Лавра увидела на воде небольшие волны. И только она хотела завернуть за угол, как оттуда совершенно неожиданно выпрыгнул Роман. Наткнувшись на девушку, он вздрогнул, точно так же не ожидая столкнуться с ней именно здесь и именно сейчас. Лицо его быстро сделалось встревоженным.

– Гербер??? Ты что здесь бродишь?! – спросил он, как будто находиться вечером во дворе было тяжким преступлением.

Лавра с удивлением посмотрела на парня, приподняв брови.

– А что, не имею права? – с вызовом переспросила она.

– Ну, да… вообще-то, имеешь. – Роман чуть переменил тон и испуганно обернулся назад. – Но ты же всегда сидела у себя в номере. Вот я и спросил…

– Сидела, и что с того?

– Ну нет, ничего. Извини, просто сболтнул, не подумавши.

– Ты купался? – поинтересовалась девушка, заметив его мокрые волосы и стекающие по лицу капли.

– Я? – растерялся Кривовцов. – А, ну да… То есть нет… Вернее, я просто остудил голову…

– Остудил голову, – задумчиво повторила Лавра. – Она у тебя так сильно нагрелась? Ты вроде ни с кем не ругался и ничего умного не решал.

– А разве для этого обязательно нужно с кем-то ругаться или решать нечто сверх умное?

– А с кем ты голову остужал? У тебя появилась подружка?..

– С чего ты взяла? – ещё больше изумился парень, словно ничего не понимая.

– Да нет, ни с чего…

– Тогда до завтра. – Он помахал рукой и бегом поднялся на крыльцо.

Лавра дождалась его ухода и медленно направилась к пляжу. Вода в реке уже успокоилась, поддерживаемая привычным течением. Однако галька на берегу была мокрая. Девушка посмотрела на реку, повернулась к зданию и о чём-то призадумалась. Здесь было что-то не так. Неужели у неё появился новый подозреваемый? Что-что, а Кривовцов вёл себя в последние дни очень подозрительно.

Вдруг сзади раздался плеск воды, словно кто-то запрыгнул в реку. Гербер испуганно обернулась. По поверхности водоёма расходились круги. Чертовщина какая-то, подумала Лавра, и поспешила в здание.

Глава 6

Дерево Нептуна

Новый день разбудил обжигающим солнцем. Лавра сидела на кровати и смотрела в окно, любуясь пейзажами далёких зелёных лугов. Стрелки часов доходили до восьми, но торопиться вставать она всё равно не собиралась, так как завтрак подавали в девять, а идти на пляж или во двор не было никакого желания. Тем не менее, голова продолжала обдумывать вчерашние странности. На коленях у неё лежал дневник, в который она уже записала основные неприятности, случившиеся со времени отъезда из города. И вот к ним добавился очередной подозрительный факт. Ведь кто-то же издавал тот кокетливый смех. И это явно не Кривовцов.

Вспомнив о нём, Лавра тут же увидела внизу светлую фигурку, которая спешно направлялась к высоким деревьям, где находился источник реки. Это был Роман, и он, скорее всего, шёл как раз к запретному озеру. Гербер какое-то время смотрела на него, но потом перевела взгляд на сторожа дядю Сашу. Тот что-то гневно объяснял двум рабочим, которые попытались вытряхнуть опилки неподалёку от санаторного пляжа. Наблюдать эту сцену ей совсем не хотелось, и она снова улеглась на постель. Рука автоматически полезла под матрас и достала заветный браслет. Лавра повертела его перед носом, полюбовалась сверканием мелких камешков, поиграла с солнечным лучиком, отражавшимся в золоте, и положила сокровище Бальваровского на ладонь. Уже четвёртый день эта вещица не давала ей никакого покоя. В голове вспыхнула шальная мысль. Проверить подозреваемых можно было только одним доступным способом – надеть браслет и носить его в открытую перед всеми. Именно так можно понаблюдать за реакциями студентов и, возможно, приметить что-нибудь интересное.

К завтраку Роман уже сидел за столом, будто бы никуда и не отлучался. Он выглядел счастливым и не таким озадаченным, как вчера. Марина вновь о чём-то сплетничала с Гааговой. Единственным, кто не пришёл в столовой, был Фанелин. Однако его отсутствие никого не волновало. Рита, розовощёкая и весёлая, поставила на середину стола поднос с нарезанным хлебом и пожелала всем приятного аппетита.

– Неужели мы сегодня опять потанцуем? – мечтательно заговорила Холодова. – Как хорошо, что Валенса открывает клуб хотя бы два раза в неделю.

– Сегодня? – удивлённо переспросила Лавра. Она как-то не планировала вечернюю вылазку в посёлок.

– А чего ты так напряглась? – усмехнулась Марина. – Можно подумать, тебя туда кто-то за волосы собирается тащить.

– Да я думаю, наша Лавра сама не прочь позажигать на танцполе с прошлого раза, – подметила Аида и подвигалась под воображаемую музыку на стуле.

– Прям жду не дождусь, – подчеркнула Гербер.

– Только я вас умоляю, – вмешалась Рита, – никаких прыжков с моста, иначе неприятностей с местной властью не избежать.

– Подумать только, – фыркнула Холодова. – Из-за этого Женьки к нам теперь относятся как к какому-то хулиганью!

– Я точно паинькой, – отмахнулась Аида.

– Рома, это и тебя касается, – указала на него пальцем Марина. – Даже не пробуй повторить трюк Фанелина.

– Я-то здесь причём? – буркнул Кривовцов.

– Это вы обо мне? – влетел в столовую Фанелин.

Сегодня его было не узнать: на лице улыбка, глаза блестят.

– О тебе, – вздохнула Холодова. – Рита попросила, чтобы ты больше не прыгал с моста.

– Рита, ради Вас всё, что угодно! – шутливо воскликнул и присел рядом с Лаврой.

Сегодня у него было явно хорошее настроение, что не могли не заметить окружающие. Интересно, что так переменило его?

– Вечером Валенса опять открывает клуб, – сообщил он.

– И поэтому ты такой счастливый? – спросила Аида.

– Валентина Амосовна сказала, что сегодня утром в посёлок приехали телевизионщики!..

– И что? – не поняла Марина.

– Там же Анжела! – воскликнул Женя, и всем сразу же всё стало ясно. – Они приехали снимать клип.

Любвеобильная блондинка, звезда местных телеэкранов и самая завидная невеста вдруг наведалась в провинциальные Речные Ворота? Лавра скривила губы, удивляясь такому героическому жесту Анжелы.

– Клип?.. Ой, как интересно!.. – оживилась Гаагова.

– А надолго? – недоверчиво переспросила Холодова.

– Не знаю, я ещё никого не видел. Но если вы поторопитесь, мы отправимся в посёлок и всё разузнаем лично.

Вилки дружно застучали по тарелкам. Все, бесспорно, хотели побывать на таком знаменательном событии, как съёмки клипа. Все, за исключением Романа. Он один никуда не спешил и спокойно продолжал завтрак, видимо, имея на этот день другие планы.

– Я слышала про них, – кивнула Рита. – Это группа «Гранда», их по телевизору часто показывают.

– Точно, – подтвердила Марина. – Слащавые такие девочки, и в одну из них безвозвратно влюблён наш хулиган.

Лавра посмотрела на довольное лицо Фанелина и опустила голову. Конечно, она и раньше знала об Анжеле, о том, что та звезда эфира и очень красивая девушка. А всего неделю назад с помощью Жени она с ней даже познакомилась. Правда, видеть её вновь больше не хотелось.

Как и предполагала Гербер, Роман отказался идти с ними в посёлок. Он сослался на простуду, подцепленную им после купания в холодной реке. Это мало кого удивило, кроме Лавры. Она сразу поняла, что парень затеял что-то, что не предназначается для посторонних глаз. Однако ничего поделать с этим было нельзя – не сидеть же с ним наедине в санатории! Если именно он причастен к браслету, то ожидать от парня можно чего угодно.

Девушки сбегали в свои номера, быстренько переоделись, приукрасили лица косметикой, а затем во главе с Фанелиным отправились в Речные Ворота через залитое солнцем поле. Они пребывали в предвкушении от встречи с группой «Гранда». Одна только Лавра нервно кусала губы. И тому была весомая причина – браслет. Он сиял на её запястье, отражая радужный солнечный свет. Как ни странно, никто из ребят не обратил на него ни малейшего внимания. Марина с Аидой расспрашивали Женю про группу «Гранду», а тот с фанатическим блеском в глазах рассказывал им последние новости об отечественной эстраде.

В посёлке, несмотря на приезд телевизионщиков, никакого ажиотажа не наблюдалось. Люди ходили по своим делам, ничуть не реагируя на небольшую группку зевак возле Керги. Здесь намечалось что-то интересное. Четыре девушки стояли в ярких костюмах и позировали фотографу, который суетливо крутился вокруг них и щёлкал камерой. Невдалеке расположились три фургона, возле которых мужчины распутывали провода для видеоаппаратуры.

Фанелин принялся с блаженной улыбкой наблюдать за своей прекрасной Анжелой. В гриме она на самом деле выглядела превосходно: светлые, по всей видимости, крашеные волосы, стройная пропорциональная фигура, смазливое личико – этого вполне хватало, чтобы свести с ума кого угодно. Так вышло и с Женей. Увидев его среди небольшой толпы поклонников, Анжела послала воздушный поцелуй и игриво подмигнула. Марина и Аида помахали ей в знак приветствия, и Брилова ответила им очередным подмигиванием. Лавра же замерла в сторонке, поправляя на запястье браслет. От него почему-то беспрестанно чесалась рука.

– Так, девочки, Ник говорит, что у камеры сели аккумуляторы, – сообщил тучный мужчина, развалившись на пластмассовом стуле.

– Что, опять?! – недовольно заныла темноволосая девушка, стоявшая с краю.

– Можете погулять, пока наладят технику, – махнул он рукой и приложил к уху мобильник.

Анжела тут же подбежала к Жене и крепко обняла его за шею.

– Извини, зайчик, поцеловать не могу, иначе стилист меня закопает. – Она подёргала его за нос, как маленького мальчика.

– Где он, я сам его закопаю, – шутливо потребовал Фанелин и тут же прижал её к себе за талию.

– Рада вас видеть, – обратилась блондинка к Аиде и Марине. – Как проводите отдых?

– Прекрасно, – ответила Холодова и закатила глаза. – А ты?

– Ой, лучше не спрашивай, – насупилась Брилова. – Нас подняли в пять утра, привезли сюда на эту жару, а сами даже аппаратуру наладить не могут.

– А где вы будете сниматься? – уточнила Гаагова.

– Хотели на пляже, но Ник требует, чтобы мы залезли в воду вот на этом…

Она указала пальцем на нечто цветастое, которое лежало невдалеке на песке. Это был резиновый круг с закрытым дном. Во все стороны от него торчали игрушечные цветочки и розовые шарики в форме сердечек. Лавру такой реквизит порядком насмешил.

– У-у-у, – загудела Марина. – Никуда не денешься, продюсеру перечить нельзя.

– Да уж, – вздохнула Анжела.

Они остановились у дороги, и звёздная девушка обернулась, наконец заметив притаившуюся в тени Гербер.

– А это ведь… Лавра? – уточнила она, словно боясь неправильно назвать её имя.

– Она самая, – заулыбался Женя.

– Привет, – выдохнула отличница, тут же спрятав руку с браслетом за спину.

– Привет, привет, – с безразличием ответила Брилова и снова повернулась к своему парню. – Ну что, куда меня поведёте, чем будете развлекать?

– Я не знаю, – задумалась Аида. – Мы ещё ни разу не были у дерева Нептуна. Не хотите ли туда прогуляться?

– Неплохая идея… А ты как считаешь? – прижался Фанелин к податливой блондиночке.

– Давайте, но только ненадолго, иначе Ник потом будет ворчать.

– А это как раз здесь недалеко находится. – Марина указала рукой на другую сторону от моста.

Там располагалась небольшая лодочная станция и ещё один пляж. Деревья слишком близко подходили к воде, постепенно вытесняя прогуливающихся по берегу ребят, так что вскоре пришлось снимать обувь. Фанелин и Брилова шли в обнимку, как и подобает паре влюблённых. За ними следовали Лавра, Марина и Аида.

– Кто бы мог подумать, что эти двое настолько любят друг друга, – шёпотом восхищалась Гаагова, бросая в реку мелкие камешки.

– Да какая ещё любовь, я тебя умоляю!.. – фыркнула Холодова. – Ты посмотри на них – слон и моська, ей-богу. Вот увидишь, долго их отношения не продержатся.

– А давно они вместе? – поинтересовалась Лавра.

– Да вроде уже год или около того, – ответила Аида. – Но фигура у неё ещё та, посмотрите-ка. М-м-м, завидую…

– Посиди-ка на убийственных диетах, и у тебя такая же будет, – заверила Марина. – Хотя на нас и без того парни кидаются как ошалевшие.

Лавра косо посмотрела на рыжую девушку, но решила промолчать. Гаагова же вырвалась вперед, догнала Анжелу и стала расспрашивать её о диетах.

– Что это? – вдруг спросила Холодова.

– Что?.. – не сразу сообразила Гербер.

Марина схватила её руку и принялась рассматривать браслет.

– Крутая вещичка, – выдохнула она, и в её зелёных глазах загорелась откровенная зависть. – Откуда?

– Подарили… – не растерялась Лавра. – Брат… на день рождения.

– Неужели бижутерия?! – Девушка попыталась поближе рассмотреть драгоценность. – Камушки совсем как настоящие.

– Увы, бижутерия, – одёрнула Гербер руку. – Разве я могу позволить себе что-нибудь стоящее?..

– Даже если подделка, всё равно прикольная, – продолжала восхищенная Марина. – Если где увижу, обязательно себе прикуплю.

Лавра сдержанно улыбнулась, но ничего не сказала. Разве можно было расстраивать Холодову тем, что этот браслет – эксклюзив. На всякий случай она сняла украшение и спрятала его в карман джинсовой юбки. Было глупо брать с собой это сокровище, и Гербер в очередной раз удивилась своей неосмотрительности. Так она точно не узнает, кто из ребят подложил его в сумку.

Перед ними открылась поляна, с одной стороны затопленная водой, с другой обтянутая чередой безобразных деревьев. Посередине неё возвышался огромных размеров дуб – чёрный, с корявыми толстыми ветками, уродливо застывшими над землёй подобно мифическим змеям. Листвы на нём практически не было. Зато его ветви украшало кое-что пооригинальнее. На лучах солнца поблёскивало несметное количество цепочек и брелков, которые звенели от малейшего дуновения ветра. Нигде ещё ребята не видели такого зрелища. Из земли выпирали мощные корни, которые, казалось, уходят куда-то глубоко-глубоко. Они напоминали многочисленные руки, которые тянулись в недостижимые для человека недра. Дуб напоминал несчастного узника, на веки закованного в капкане реки.

– Это и есть дерево Нептуна? – спросила Марина с некоторым разочарованием.

– Да уж, – вздохнул Фанелин, продолжая обнимать Брилову за осиную талию. – Ну, и в чём же его секрет?

– Говорят, если оставить на ветке свой талисман и загадать желание, то оно обязательно сбудется, – проговорила Аида, уже теребя серебряную цепочку на своей шее.

– Что-то я в этом сильно сомневаюсь, – добавила Холодова, взглянув на оставленные на дереве предметы. – Но, с другой стороны, прикольная традиция, почему бы не попробовать…

– Бросьте, девчонки! Вы что, на самом деле верите в эту чепуху? – усмехнулась Анжела. – Это же глупо.

– Ну, дорогая, каждый сходит с ума по-своему, – ответил Женя. – Пусть девочки побалуются языческими пережитками.

– Прошлое – это будущее, с которым мы разминулись в пути, – философски подметила Лавра, вызвав у Фанелина мрачную ухмылку.

– Если так рассуждать, то до нас здесь побывало целое полчище язычников, – подметила Аида и указала на множество звенящих цепочек.

– Да ладно, – вздохнула Гербер. – Дерево для того здесь и находится, чтобы кто-то верил в его силу. Не будем нарушать этот обычай и загадаем желания.

Она закрыла глаза и на несколько секунд задумалась, чего бы ей очень хотелось. Первое, что пришло на ум, это здоровье любимой матери. Но следом Лавра вспомнила про браслет Бальваровского и поняла, что загадать нужно собственную безопасность. Видит Бог, она ей понадобится куда больше, чем все прочие вещи.

Гербер сняла с шеи свою простенькую цепочку с малюсенькой красной подвеской и, подойдя ближе, нацепила её на склонённую чёрную ветку. Анжела с усмешкой пронаблюдала за её действиями. Ей-то явно не хотелось расставаться со своей золотой цепью. Зато Аида с Мариной с радостью отдали дубу свои побрякушки.

– Ну что, теперь сфоткаемся? – спросила Холодова, посмотрев на фотоаппарат Лавры.

– Ой, я уже устала от фотовспышек, – капризно заныла Брилова.

– Вставайте, вставайте, – попросил Женя, без спроса выхватив фотокамеру из рук Гербер.

Девушки с весьма кислыми физиономиями приблизились к дубу и сдержанно улыбнулись. Поляну наполнили щелчки фотоаппарата.

– Та-а-к, – протянул довольный Фанелин. – Ещё кадр?

– Вставай ты, а я вас, историков, сфотографирую, – попросила Анжела и сменила его на посту оператора.

Последовала очередная серия фотовспышек. Лавре вдруг показалось, будто дерево начало шептаться и недовольно шевелить ветвями. Она даже уловила потрескивание, однако никто другой не обратил на это внимания.

– Ну что, хватит, да? – спросила Брилова, сделав ещё пару снимков.

Лавра забрала фотоаппарат и спрятала его в футляр. Остальные вновь уставились на дуб, прощаясь со своими цепочками.

– А причём здесь Нептун? – спросил Женя.

– Не знаю, – пожала плечами Аида.

– Я думаю, – предположила Лавра, – он олицетворяет силу водной стихии: такой же вечный, как вода, такой же могучий…

– Дуб Нептуна? – усмехнулась Анжела. – Какое отношение к этому дереву имеет греческий бог…

– Вообще-то Нептун – это римский бог, – поправила её Лавра.

– Да какая разница, – махнула рукой Брилова, и Фанелин снова обнял её за талию.

И как только Женя терпел её недалёкость! Лавру давно возмущало поведение этой расфуфыренной певички, хотя на юридическом факультете тоже изучают историю Древнего Рима. Гербер заставила себя успокоиться и последовала за остальными, шагая по щиколотку в воде. Её слух в очередной раз уловил тихий, но протяжный скрип. Она резко повернулась к мрачному дубу и успела заметить, как кто-то проскочил в тёмные заросли ближайших деревьев. Совсем как тогда на мосту, когда Лавра решила снять Женину верёвку.

Впрочем, может это ветер? На реке он был гораздо сильнее. Всё остальное, вроде, находилось на месте. Дерево Нептуна так же темнело в центре своего природного заточения, расправив над землёй змеевидные ветви. «Показалось», – подумала Лавра и поторопилась за удаляющимися ребятами.

Близился обед, но никто об этом даже не вспоминал. «Драгоценную» Анжелу ожидала съёмка, и пропускать такое интересное событие ребятам не хотелось. На пляже по-прежнему топталось много зевак. Чтобы те не мешались, их держали за красной оградительной ленточкой. Из всех посторонних присутствовать на съёмочной площадке разрешили лишь отдыхающим студентам. Они расположились на пластиковых стульях под большим цветным зонтом и приготовились наблюдать за процессом.

Девушки из группы «Гранда» за это время сменили свои наряды на откровенные белые купальники, чем вызвали у мужской половины публики одобрительные выкрики. В ответ певицы махали им руками и кокетливо подмигивали.

– Тоже мне, – ворчал Женя, бросая на толпу недобрый взгляд. – Совсем себя вести не умеют, деревенщины.

– Это ты о ком? – переспросила Лавра.

– Да вон, об этих гоблинах. – Он указал подбородком на трёх парней в чёрных футболках и вновь отвернулся к своей ненаглядной.

Лавра узнала этих молодых людей. Пару дней назад они бесцеремонно приставали к Марине и Аиде в клубе Валенсы. Впрочем, и сейчас парни вели себя отнюдь не скромно: присвистывали и подвывали, раздражая этим Фанелина.

Тем временем девицы исполнили под фонограмму какой-то танец, отсняв первый дубль для нового клипа. Анжела помахала любимому рукой и послала ему воздушный поцелуй. Оператор потребовал подготовить плот, и через минуту двое людей притащили пёстрый резиновый круг с торчащими в разные стороны пластмассовыми цветами. От одного только вида этой странной конструкции Лавре стало смешно. Так что она прекрасно понимала, какое настроение сейчас у участниц группы «Гранда».

Девушки попытались возмутиться, покапризничали пару минут, но ровным счётом ничего не добились. Оператор был беспрекословен, и красавицам пришлось забираться в эту штуковину, толкаясь и что-то бурча.

Вновь заиграла фонограмма, и съёмки продолжились на воде. Наблюдать за этим зрелищем теперь стало очень забавно, ведь ещё ни разу группа «Гранда» не выглядела столь глупо. Лавра, как и вся остальная компания, еле сдерживали смех, дабы не обидеть Фанелина. Он же, наоборот, с трепетом смотрел на Анжелу, ожидая, видимо, от неё очередного воздушного поцелуя.

Марина быстро потеряла интерес к съёмкам и принялась общаться на языке жестов с одним из тех наглых парней, что не переставали посвистывать в такт музыки. Один из них тоже переключил внимание на рыжую студентку и уговаривал её присоединиться к нему.

Затем начался самый серьёзный этап съёмок. Девушек на резиновом круге с цветами оттолкнули от берега, и те неторопливо поплыли, продолжая шевелить губами под фонограмму. Оператор со своей камерой следовал за ними в отдельной лодке, изредка что-то шепча юному ассистенту, который медленно двигал вёслами.

– Что-то их далеко занесло, вам не кажется? – прищурилась Аида, уже не скрывая зловредной улыбки.

– Ничего. – Фанелин продолжал с волнением наблюдать за ходом съёмки. – Получится просто здорово, вот увидите.

Марина давно забыла об этом любопытном зрелище, полностью увлёкшись парнями в чёрных футболках. Лавра засунула руку в карман джинсовой юбки и проверила, на месте ли браслет Бальваровского. Её тоже не очень-то привлекали поющие посередине реки девицы.

– Хватит, куда вас уносит? – спросил оператор и отключил камеру.

Действительно, круг продолжал бодро двигаться к центру водоёма, словно кто-то невидимой рукой толкает их туда. Это казалось странным, ведь здесь не наблюдалось сильного течения, а если оно и было, то их должно уносить совсем в другую сторону – к мосту.

– Вы слышите меня? Тормозите! – приказал оператор.

Фонограмма продолжала громко играть, хотя съёмки уже с минуту как остановили. Девушки перестали петь. Их цветастый плот всё плыл и плыл, не думая останавливаться.

– Анжела! – крикнул оператор. – Возьми весло и подгреби поближе ко мне…

Блондинка оглядела резиновую посудину и только растерянно развела руками:

– Здесь нет никакого весла.

Мужчина злобно выругался, ударив рукой по бортику лодки, отчего его ассистент вздрогнул.

– Ну, тогда ножками работаем, девочки, ножками! – завопил он, рассерженный из-за заминки в съёмках.

Красавицы недовольно вздохнули и подобрались к краям плота. Их продолжало уносить. Они уже находились в центре реки, как вдруг горе-посудина резко притормозила и принялась вертеться вокруг своей оси, подобно юле. Анжела вцепилась в бортик и испуганно замотала головой, не понимая, что с ними происходит. Тут их «кукольный» плот снова внезапно замер и после недолгой паузы принялся кружиться в обратном направлении, будто бы кто-то нарочно делал это снизу.

– Помогите! – крикнула одна из девушек, и следом что-то уволокло её за ногу в воду.

Остальные запищали, прижавшись друг к другу, как слепые котята. Круг продолжал набирать обороты. Оператор недоумённо смотрел на это действо с раскрытым ртом. Его ассистент схватился за весло и хотел отгрести к берегу, однако что-то крепко уцепилось за него из глубины.

– Там что-то происходит, – вскочил Фанелин со стула и выбежал на берег к остальной съёмочной группе.

Лавра и Аида тоже вышли из-под цветного зонта, недоумённо глядя на то, как резиновый круг быстро плавает по поверхности реки. Уже не было никаких сомнений – кто-то управлял им из глубины. Ассистент оператора с силой потянул за неподдающееся весло, но в следующую секунду сам вывалился из лодки.

– Помогите!.. – завизжал он, ударяя руками по воде. – Я не умею плавать! Меня что-то тянет на дно!!!

Толпа на берегу ахнула. Резиновый круг вновь резко остановился, и из него с криком вывалилась ещё одна девушка.

– Чего же вы стоите?! – вскричал Женя, подбежав к оцепеневшей съёмочной группе. – Им надо срочно помочь!

Несколько человек мигом бросились к лежащим невдалеке лодкам. Но не успели они подтащить их к воде, как судно оператора с треском раскололось на две половины. Мужчина вместе со своей камерой и вёслами оказался в реке.

Под водой явно кто-то был. В этом Лавра уже не сомневалась, наблюдая за происходящим возле цветного зонта вместе с Аидой и Мариной. Две спасательные лодки отплыли от берега. Фанелин из-за повреждённой руки не мог управлять ни одной из них, отчего продолжал метаться по пляжу и молился, чтобы с его дражайшей Анжелой ничего не случилось.

Брилова продолжала сидеть в резиновом круге. Она протянула руку двум упавшим подругам, которые плавали возле плота, но никак не могли взобраться обратно. Первая лодка подобрала оператора и его истеричного помощника, а другая направилась на спасение девушек. Но круг в этот самый миг вновь дёрнулся и поплыл против течения со скоростью быстроходной яхты.

Анжела и её темноволосая подруга завизжали. Женя замер, глядя как его любимую уносит вверх по реке неведомая сила. Цветной резиновый круг пролетел по воде, подобно катеру, и скрылся за холмом. Лавра, недолго думая, бросилась вместе с Аидой и Мариной к дороге, где стоял шикарный чёрный джип.

– Попросите своего друга, пусть он поможет!.. – Гербер указала пальцем на толпу, из которой выбежали двое парней в чёрных футболках.

– Что это у вас тут за водное шоу? – басом спросил один из них – тот, который пару минут назад больше всех свистел.

– Нет времени на разговоры, – прервала его Лавра. – Вдоль берега есть дорога?

– Ну, вроде… – замычал парень.

– Хорошо, тогда поехали! – приказала она.

Марина самая первая залезла в джип на переднее сиденье, словно это она его хозяйка. Парень в больших тёмных очках помог Лавре забраться назад. Аида же осталась стоять на месте, решив, видимо, подождать развязки на пляже.

– Вы видели, куда понесло эту лодку? – спросила Гербер.

Молодой человек в дорогих зеркальных очках кивнул, и джип, съехав с пригорка, двинулся мимо высоких деревьев вниз по склону. Ветки со скрежетом застучали по окнам. Но хозяин, по всей видимости, не жалел своего внедорожника, продолжая упорно спускаться к воде. Махина вырулила на песок, и Лавра увидела через затемнённое стекло несущийся против течения цветастый круг. В нем всё так же затравленно сидели Анжела и её подруга. Девушки держались за бортики плота, пытаясь не вывалиться. По разные стороны от них расходились внушительные волны, что означало лишь бешеную скорость, с которой их несло против течения.

– Что там впереди? – спросила Марина, указав на лобовое стекло.

– Держись, – выдохнул парень, управляющий джипом, и внедорожник резко развернулся, заезжая в реку.

Они с успехом обогнули поваленное дерево и продолжили путь, преследуя несущийся по воде круг.

Река начала сужаться, плавно заворачивая вправо. Песчаная полоска берега здесь была уже не такой широкой. Так что вскоре джип вынужденно затормозил, дабы не утонуть в воде.

Лавра выбралась из машины, провожая взглядом удаляющийся плот. Что-то упорно уносило его вверх по реке, прямо к санаторию.

– Гербер, сядь обратно! – приказала Марина, и джип начал сдавать назад.

Прошло не меньше пяти минут, пока они вновь выехали на дорогу и завернули к курортному учреждению. Около ворот их встретил сторож дядя Саша. Он почему-то без всяких расспросов отворил решётчатые створки, словно специально поджидал джип.

Во двор с обеспокоенным видом выбежала Валентина Амосовна. Она спешно приблизилась к машине и окинула встревоженным взглядом выходящих из неё девушек.

– О, Керк Маркович! – воскликнула женщина, увидев выпрыгнувшего водителя. – Что происходит?..

– Я и сам пытаюсь понять, – ответил парень, сняв очки.

– Кто-то решил поиграть с нашими звёздочками, – пояснил его товарищ. – Всю съёмку в балаган превратили.

– Здесь можно пройти к реке? – не вытерпела Лавра их бесполезной болтовни и указала на заросли перед общим пляжем.

Дорога была каждая секунда.

– Нет, здесь нельзя, – строго ответила Валентина Амосовна.

– Тогда где можно?! – прикрикнул на неё Керк.

– Ох, да со стороны парка, конечно же, – испуганно сообщила она, и все побежали к аллеям.

Санаторная роща раскинулась на холме и завершалась крутым обрывом, который выводил к очередному водопаду. Люди осторожно спустились вниз на острые камни. Лавра сразу же приметила в воде разорванные кусочки от цветастой резиновой посудины, словно та на большой скорости разбилась о берег. Со стороны посёлка уже плыла одна лодка, в которой сидел Игорь Селивёрстов, тот самый, что спас Фанелина после прыжка с моста. Лавра сразу же узнала его крупную фигуру, аккуратно спускаясь следом за Керком и его дружком.

– В чём дело? – поинтересовался Игорь, заглушив рёв мотора своего катера.

– Мы сами не можем понять, – развёл руками Керк. – Посмотри, не остался ли кто-нибудь в живых…

Селивёрстов вытер мокрое лицо, не сводя взгляда с поверхности затона. Здесь повсюду были разбросаны жёлтовато-зелёные кусочки резины и остатки цветов и шариков от недавнего плота, в котором похитили двух девушек «Гранды». Теперь же певицы пропали, ни намёка на их присутствие.

– Может, они утонули? – спросил приятель Керка.

– Тс-с-с! – потребовал Игорь и напряг слух.

Через минуту он выпрыгнул из лодки, подплыл к водопаду и вытащил из воды девушку в белом купальнике. Бедняжка была без сознания. Лавра пыталась разглядеть, кто это, но пока ничего не могла разобрать. Как назло линзы очков покрылись каплями от брызжущей сверху воды.

– Помогите… – раздался приглушённый голос, и Гербер поняла, что он принадлежит Бриловой.

Игорь, положив в лодку спасённую девицу, вернулся к водопаду и через минуту вытащил оттуда Анжелу, у которой кровоточила нога. Все с облегчением вздохнули, но Валентина Амосовна тут же стала разгонять зевак.

– Быстро, все лишние пусть уходят!.. – потребовала она, пробираясь к Керку.

Администратор что-то прошептала ему на ухо, и он тоже попросил всех присутствующих подняться обратно к парку. Лавра подождала, пока его друг и несколько служащих санатория послушно уйдут. Она собиралась узнать, что же здесь в действительности произошло.

– Вас, девушка, это тоже касается! – не замедлила сообщить Валентина Амосовна.

Напарник Керка схватил её за руку и потянул за собой. Лавре, как бы ей ни хотелось остаться, пришлось карабкаться наверх. Она только и видела, как Анжела со слезами что-то объясняет Селивёрстову, зажимая рану на ноге покрасневшей от крови рукой. Наверняка она рассказывала про всё, что случилось с ней и подругой за последние пять минут.

Холодова стояла на краю обрыва, нервно потирая плечи. Она обрадовалась появлению Лавры и сразу же кинулась к ней.

– Ну что, что там? – с трепетом спросила Марина.

– Не знаю, мне не разрешили остаться. Анжела жива, только с ногой что-то.

– Тогда почему всех разгоняют? – не поняла Холодова.

– Разве не ясно? – вмешался в их разговор друг Керка. – Берегут репутацию санатория, чтоб никто ничего лишнего потом не рассказывал.

– А почему же твой приятель остался там? – возмутилась Гербер, имея в виду водителя чёрного джипа.

Парень как-то странно усмехнулся, мотнул головой и ушёл к зданию.

– Ну ты вообще! – возмутилась Марина. – Того красавчика, про которого ты говоришь, зовут Керк и он сын хозяина санатория!..

– Надо же, – удивилась Лавра, и они присели на ближайшую лавку. – Я не знала.

– Так что там случилось-то?

– Я точно так же ничего не понимаю, – пожала плечами Гербер.

– Всё это весьма и весьма подозрительно, – закивала Холодова. – Разве ты сама не видишь, что нас преследуют сплошные беды? Мой номер кто-то обшарил, Женька с моста неудачно прыгнул, в монастыре археологов прирезали…

– И что ты хочешь от меня? – уточнила Лавра, которую, действительно, сейчас куда больше интересовало состояние Анжелы, а не Маринины догадки.

Лицо Холодовой вновь сделалось озлобленным. Она хотела ей что-то ответить, однако отвлеклась на Керка, который показался из-за деревьев.

– Ну, что там? – спросила Марина.

– Давайте не будем об этом здесь трепаться, – категорично махнул он рукой и взглянул на Лавру. – Пойдёмте лучше со мной, есть разговор…

Парень привёл их через служебный ход на второй этаж в просторный кабинет. Скорее всего, здесь должен сидеть директор санатория, однако на данный момент помещение пустовало. Керк по-хозяйски достал из маленького холодильника какую-то пузатую бутылку и поставил перед собой три сиреневые рюмочки. Девушки сели на стулья, с недоумением глядя на него. На Анжелу и её подругу из группы «Гранда» кто-то напал, а он тут вино собрался дегустировать!

– Ну давай, говори, чего хотел, – поторопила его Холодова.

– Да, собственно, хотел только предупредить вас обеих, чтобы держали язык за зубами.

– То есть? – напряглась Лавра.

– А то и есть, – не очень дружелюбно повысил голос Керк. – Я не хочу, чтобы все в округе обсуждали то, что сегодня здесь случилось. Вы и сами понимаете, как это может повредить делу моего отца.

Марина загадочно улыбнулась и опустила голову.

– Но зачем, ведь все, кто были на пляже, видели эту сцену.

– К твоему сведению, все работники санатория будут молчать, – заверил парень, предлагая им выпить. – И жители посёлка тоже.

– А как же Анжела и её подруги?..

– С ними разговор отдельный. Главное сейчас – чтобы в народе не поползли дурные слухи. Если за пределами посёлка узнают о сегодняшнем происшествии, то найдётся мало желающих отдохнуть в нашем санатории.

– Одно дело молчат, а другое – вдруг нечто подобное повторится? – спросила Холодова, всё же приняв алкогольное угощение.

– Не повторится. Я приму все меры.

– Как? – откровенно недоумевала Лавра. Неужели Керку что-то известно о том, кто повинен в сегодняшнем безобразии?..

– Это уже мои проблемы, – ответил он, смерив её взглядом. – Ну, так что, вы будете молчать?

Девушки переглянулись с нахмуренными лицами и тихо кивнули. Керк удовлетворённо улыбнулся и залпом опустошил свою рюмку, напоследок прошептав: «Вот и отлично».

– Какой толк скрывать? – не унималась Марина, когда они уже возвращались по длинному коридору. – Если такое случилось с самой известной группой нашей области, то скрывать инцидент просто бессмысленно!..

– Не нравится мне эта затея, – кивнула Лавра и оглянулась назад, дабы никто из посторонних случайно не услышал их.

– А с другой стороны, его можно понять. Ведь отец Керка хозяин этого курорта, они не могут себе позволить запятнать репутацию – плохо на клиентуре скажется.

– Да ладно, будто и так мало желающих попасть сюда…

– Гербер, мы же обещали молчать, – напомнила Марина.

– Думаю, есть кое-что пострашнее молчания.

– Ты о чём?

– Всё о том же, о чём ты пыталась мне сказать в парке.

Девушки обменялись напряжённым взглядом, но ничего больше друг другу не сказали. Холодова свернула налево к своему номеру, а Лавра поспешила к себе, чтобы ещё раз всё тщательно обдумать и заодно заполнить новую страничку дневника рассказом об очередной неприятности. В конце концов, никто не умер, что уже не так плохо для сегодняшнего дня. Однако едва Гербер поднялась на свой этаж, как замерла от ужаса. Дверь её комнаты отсутствовала, и даже с коридора был виден тот кавардак, который кто-то устроил внутри.

Глава 7

Нападение красной мантии

На втором этаже санатория было тихо и пустынно. Даже стуки перестали доноситься сверху. Значит, рабочих отправили очищать залив перед водопадом от кусочков резины. Но Лавру уже не беспокоили мысли о речном происшествии. Она с ошеломлением смотрела сейчас на бардак в собственном номере. На полу валялась её немногочисленная одежда. Постель была изорвана, а матрас валялся под кроватью. Даже безобидные журналы «Альманах непознанного» неизвестный злодей разбросал по всей комнате, вырвав отдельные страницы.

Лавра схватилась за правое запястье и удостоверилась, что браслет всё ещё при ней. По всей видимости, искали именно его, потому как ничем интересным и ценным девушка больше не располагала. Чёрная сумка сейчас свисала лохмотьями с подоконника. Наверняка её разрезали в поисках потайных отделений.

– Нет, это просто что-то невероятное! – верещала в бешенстве Валентина Амосовна, глядя на беспорядок, устроенный в очередной комнате. – Проклятье каке-то!..

– Не знаю насчёт проклятий, – подметила Лавра, – но это уже не первый случай в санатории.

– Ох-хо-хох, – вмешалась Рита, которая с не меньшим ужасом осматривала комнату, – это сто процентов кто-то из персонала. Никто посторонний не мог проникнуть в санаторий.

– Я и сама начинаю подозревать этих таджиков-ремонтников, – промолвила женщина, ещё раз посмотрев на раскиданные по полу вещи. – Так а что в итоге пропало? Деньги, драгоценности, другие предметы?..

– Вроде нет, – задумалась девушка. – Но так сразу трудно сказать. Хотя у Марины тоже ничего не пропало в прошлый раз.

– Вот странно, зачем нашим рабочим просто так громить номера? Если бы это были воры, они непременно бы что-нибудь забрали.

Рита потрогала вывороченный замок в двери, которая валялась внутри комнаты.

– По-моему, сначала пытались взломать замочную скважину, – предположила она, – но потом, видимо, просто снесли ногой или плечом. Двери-то в этом корпусе не ахти какого качества…

– Знаете, а пусть с этим вот разбирается начальство, – нахмурилась администратор. – Тем более случай, действительно, не первый…

Гневно договорив эти слова, она развернулась и спешно вышла из номера.

– О-ёй, – выдохнула Рита, не сводя взгляда с разрезанной сумки. – Впервые вижу в Речных Воротах такое безобразие.

Лавра подняла с пола мятую кофточку и поискала глазами другие вещи.

– Господи, кажется, исчез мой дневник!.. – покраснела Гербер от нового потрясения, вновь нервно перебирая одежду. – Вот чёрт!

– Действительно, вор не взял вон твои часы, а прихватил дневник. Там было что-то важное?

– Ещё спрашиваете! – возмутилась девушка. – Все мои мысли, вся я, практически в обнажённом виде!..

– Как нехорошо-то…

Лавра села на вывороченную кровать и недовольно вздохнула, снова глядя на переливающийся браслет. Дождавшись, пока Рита уйдёт вслед за Валентиной Амосовной, она принялась сопоставлять факты. Если кто-то и искал сокровище, то вряд ли Марина, ведь она всё это время была рядом с ней и знала, что браслет у Гербер. Зато Роман вызывал теперь гораздо больше подозрений. К тому же, сегодня он отказался от визита в посёлок. Да и очень любопытно, где он мог находиться сейчас? Если где-то и был, то вряд ли в своём номере, потому что тот заперт на ключ. Лавра лично это проверила.

Аида вернулась из посёлка только к пяти вечера и в одиночестве. Новость о взломе очередного номера, как и предполагалось, повергла её в шок на фоне нападения на девушек из группы «Гранда». Лавра как раз навела в комнате порядок и присела отдохнуть перед ужином, перебирая в голове тяжёлые мысли.

– Наш Женька тоже взвинчен, – сообщила Гаагова. – Анжеле, конечно, оказали помощь, да она вроде не так уж сильно пострадала. А вот другая девчонка совсем раскисла от всего. У неё истерика, плачет, кричит – в общем, ужас. Бедняжка, я её так понимаю…

– А что сказала сама Брилова? – переспросила Гербер, приводя свою постель в нормальное состояние. Хотя насколько это было возможно, если матрас изрезан на лоскуты?..

– О, об этом болтать нам строго-настрого запретили, – коварно улыбнулась Аида.

Она поманила её пальцем и заговорщицки зашептала.

– Представляешь, Анжела заявила, будто их пытался убить какой-то человек на раковине…

– На раковине? – не поняла Лавра.

– Да, на морской раковине…

– Что ещё за морская раковина?.. – усмехнулась девушка, однако внутри всё сковало холодом страха.

– Не знаю, может, и бред. Но Анжела сказала, что их вынесло к водопаду и они остановились. Потом этот человек вылез из воды и стал им угрожать каким-то оружием. Ну, та девчонка сразу же потеряла сознание от испуга, а Анжелка наша не стормозила и прыгнула в воду, чтобы добраться до берега. И вовремя! Только она выпрыгнула, как эта их цветная посудина взорвалась.

– Что, взяла и взорвалась? – напряглась Лавра. Рассказ Аиды становился всё интереснее.

– Не знаю, – пожала плечами девушка. – Анжела сказала, что пыталась спрятаться и залезла под водопад, там что-то типа пещеры…

– А нога? У неё была повреждена нога…

– Ой, да это она сама в спешке поскользнулась на камнях, – пояснила Гаагова. – Ну а потом и подмога подоспела.

– А человек тот… на раковине?.. Он исчез?

– Да, словно испарился.

Лавра отвела взгляд и призадумалась. Какое-то странное поведение у речного демона: то нападает со всей внезапностью, уносит плот с Анжелой и её подругой к водопаду, то так же неожиданно пропадает. Интересно, с какой вообще целью ему понадобилось устраивать сегодняшний переполох?..

– Ну, а у вас-то тут что стряслось? – полюбопытствовала Аида, в очередной раз озираясь на стены Лавриной комнаты.

– Да так, – вздохнула Гербер, – сначала преследовали их на машине, да не смогли дальше проехать из-за разлива реки. Пришлось развернуться и двигать сюда. А здесь я только и видела, как Селивёрстов на лодке подплыл.

– Ой, он такой обаяшка! – вдруг оживилась Гаагова, словно речь пошла о самом красивом парнем на планете. – Я видела его в больнице, он разговаривал с Керком. Похоже, они очень хорошие друзья…

– Наверняка просил его не рассказывать об инциденте.

– Да, он всех предупреждал об этом, – подтвердила Аида. – Но с этим Игорем долго так общались… Как думаешь, они знают, что это было такое?

– Этот Керк ведёт себя так, как будто подозревает.

– А мне вот не даёт покоя одна вещь, – сощурилась Гаагова. – Помнишь, в тот вечер, когда мы приехали сюда, Валентина Амосовна предупредила, что купаться в речке после захода солнца запрещено?

– Да… Но в тёмное время везде купаться опасно.

– Не знаю. – Аида помотала головой и с опаской оглянулась на дверь – нет ли кого постороннего.

– Вообще-то и мне кое-что показалось странным, – призналась Лавра и решила поделиться своими соображениями. – Случай Женей ведь тоже был из этой серии. Он тогда утверждал, что его под воду что-то утащило. А теперь ещё и Анжела якобы видела человека на раковине… Думаешь, она сказала правду?

– Ну, в шоковом состоянии и не такое привидится. Ты лучше расскажи, как же так получилось, что к тебе вломились? Валентина Амосовна сама не своя. Второй случай за лето! Такого, как она утверждает, никогда не было. Ничего не украли?

– У меня и красть-то было нечего, – слукавила Гербер и на всякий случай сунула руку в карман юбки, где лежал браслет. – Но вот мой дневник зачем-то прихватили.

– Какой кошмар!.. И что вот именно к нам лезут? Вон к тому господину, что в VIP-крыле по соседству с Мариной живёт, ведь не ломятся же в номер. Хотя у него наверняка есть, что украсть… Ты сама-то что думаешь?

– Кто-то воспользовался общей суматохой и проник в мой номер. Не знаю, кто это сделал: служащие или кто-либо из постояльцев. Но одно могу утверждать точно – Романа с нами сегодня в посёлке не было.

– Не хочешь ли ты сказать… – оторопела Аида, и лицо её сделалось бледным. – Нет, Ромка на такое не способен, он не такой человек же.

– А ты что, отлично его знаешь?

Гаагова вынуждена была признать, что это не так.

– Ты видела его сегодня? – продолжала Лавра. – Где можно провести весь день, если не в санатории или в посёлке? Чем здесь вообще можно заниматься?

– А ты-то хоть знаешь, где он пропадает?

– Нет, но на днях видела его направляющимся к озеру. Там запрещено купаться, за этим тщательно следит сторож дядя Саша. Я сама один раз была на этом озере. Не успела даже пейзажем полюбоваться, как приковылял этот старик и начал на меня кричать, мол, нечего здесь делать.

– Ох, как всё сложно, – вздохнула Аида. – Не одно, так другое. Но если предположить, что это всё-таки Ромка, то чего он тогда добивается? Я не думаю, что это одно из его очередных развлечений.

– Думаю, за ним надо следить. – Лавра поднялась с кровати. – Я ужасно голодна. Пойдём в столовую, авось и он там объявится. Ужин-то он ещё ни разу не пропускал.

Марина уже сидела за столом и о чём-то разговаривала с Ритой. Гаагова и Гербер пришли почти одновременно с Женей. Выглядел он далеко не таким весёлым, как утром, хотя его девушка осталась жива и особенно не пострадала. Видимо, всё это время он провёл с ней.

– Анжела вместе с остальными уехала, – объяснил Фанелин, усевшись на своё место за столом. – Они посчитали, что оставаться здесь никому не нужно. Кстати, Анжелка посоветовала и мне вещи собрать.

– Так ты… уезжаешь? – удивлённо уточнила Лавра.

– Ну… – запнулся Женя. – Я ещё думаю.

– Кстати, мы с Лаврой не очень-то верим в этого человека на раковине, – тут же вмешалась в их беседу Аида. – А тебя, как я вижу, всё-таки сумели убедить, да?

– Нет, нет… Я не знаю. Анжела не тот человек, который станет выдумывать сказки, я в этом уверен. Она не стала бы сочинять такое. Да и зачем?

– Она, может, и не сочиняла, – парировала Гербер. – Просто ей это всё причудилось. На её месте можно было увидеть что угодно.

– Нет же, Лавра! – вдруг вскричал Фанелин и ударил кулаком по столу, отчего Марина вздрогнула и выронила ложку. – Ты сама там была, ты же видела, как их несло вверх по реке! Не скажешь же ты, что это вполне нормально…

Девушки переглянулись.

– Ты спрашивала меня про мой неудачный прыжок? – продолжал разгорячённый Женя. – Так вот знай, меня в самом деле что-то схватило и утащило на глубину! И я теперь уверен, что это мог сделать тот самый человек на раковине…

Он запнулся и оглянулся на дверь.

– Всем привет, – с улыбкой произнёс Роман и замер в проёме. – Я так и думал, что опоздаю.

Ребята вопросительно уставились на него, не говоря ни слова. Его волосы были мокрыми и взъёрошенными, да и одежда нескладно сидела, будто он только что вернулся с купания.

– Ну, ладно. Вы ешьте, а я сейчас, – сказал парень и ушёл.

Аида посмотрела на Лавру, перестав жевать.

– А где, интересно, целый день провёл наш Роман? – как бы между прочим спросила Гаагова.

– А тебе-то что? – ухмыльнулась Марина.

– Как? Вы разве не знаете? – удивилась Аида. – Ну, тогда вам стоит услышать ещё одну неприятную новость. В комнату к нашей Лавре кто-то залез и устроил так ужасный погром.

Фанелин и Холодова посмотрели на Гербер, которая тоже потеряла всякий аппетит. Ну кто просил Аиду заводить такой разговор прямо за столом!

– Это правда? – спросил Женя, и она молча кивнула.

– Слишком уж часто в наши номера стали вламываться, – продолжала Гаагова будничным тоном. – Сначала Марина, теперь Лавра. А что будет завтра? Кто-нибудь залезет и в мою комнату?..

– Вот только не надо каркать, – появилась Рита с полотенцем в руках. – Валентина Амосовна клятвенно обещала, что этого больше не повторится.

– Эта ваша Амосовна лучше б нашей Лавре новый номер дала. В старом-то дверь теперь отсутствует.

Рита замолчала явно не в восторге от таких слов. А Аида, словно заведённая, продолжала дальше.

– И вообще, у нас с Лаврой сложились определённые подозрения. Угадайте, насчёт кого…

– Романа? – осторожно уточнила Марина.

– И где гарантии, – продолжала Гаагова, – что он не является тем человеком на раковине?..

Однако закончить рассуждения она не успела – появился сам Кривовцов. Он уже переоделся и уложил волосы, приведя себя в нормальный вид. Роман, как ни в чём не бывало, присел у края стола и приступил к ужину.

– Как ваш поход в посёлок? Видели девчонок из «Гранды»? – спросил он и откусил хлеб.

– А ты что, ничего не слышал? – тут же напала на него Аида. – Ты же остался у себя в номере, типа болеешь…

– Ну, да, – замешкался тот. – Я немного повалялся, потом мне стало лучше, и я решил побывать в соседнем посёлке, в Золотом Бору. А что, что-то не так?

– О, Золотой Бор, – вдруг оживилась Рита. – Тебе там понравилось? Где именно ты был?

– Э-э-э, – задумался парень. – У дома Алентьева… Потом… на Ореховом Берегу…

– Ну и как? Видел на Ореховом Берегу огромные валуны? – заулыбалась женщина.

– Валуны?.. Конечно, – покивал Кривовцов и вернулся к еде.

Больше ему никто ничего не сказал. Ребята, будто сговорившись, молчали обо всём, что сегодня с ними приключилось.

После ужина все разбежались по своим номерам, но Рита попросила Лавру ненадолго задержаться.

– Понимаешь, ты должна кое-что знать, – заговорила женщина с таким видом, будто открывает ей тайну.

– Что же? – замерла Гербер в томительном ожидании.

– Я ведь не просто так спросила вашего друга про Золотой Бор, – продолжала Рита. – Во-первых, он очень далеко отсюда, и пешком туда довольно трудно добраться. Но не это главное. На Ореховом Берегу нет никаких валунов, это я просто выдумала… Там песчаный пляж, но даже он закрыт за очистку сегодня.

Для Лавры этого было достаточно. Теперь-то уж точно Роман стал для неё подозреваемым номер один. Она поблагодарила Риту за услугу и направилась к себе, обдумывая всё, что узнала.

* * *

В семь вечера, когда Лавра, расположившись на кровати, уже почти засыпала над журналом «Альманах непознанного», в треснутую дверь, которую рабочие решили до завтра просто прислонить к косяку, постучали. Это был Женя. Общаться с ним после ужина не очень-то хотелось, однако выгонять его показалось Лавре слишком невежливо.

– Можно? – спросил он, просунув голову в проём.

– Ну, проходи, – кивнула девушка, свернула все журналы и поднялась с постели.

Парень присел на свободный стул возле окна и тяжело вздохнул.

– Все собираются идти к Валенсе, – медленно произнёс он. – Ты с ними?

– Как к Валенсе??? – удивилась Лавра. – Подожди, наши решили сегодня танцевать?

– А почему нет? – усмехнулся парень.

– Ну, все эти события на реке и… Я считала, что сегодня никому не будет дела до развлечений.

– Вообще-то, я пришёл извиниться, – оживился Фанелин.

– За что?

– За то, что наговорил тебе за ужином лишнее.

Лавра сделала вид, будто смущена.

– Нет-нет, – поспешил добавить он, – это выглядело глупо, я знаю. Мне ли утверждать о человеке на раковине? Я согласен, от шока Анжела вполне могла увидеть всё, что вздумается.

– Знаешь, честно говоря, в произошедшем больше вопросов, чем ответов.

– Да, но всё же. – Женя вдруг засмеялся, будто увидел в этом нечто забавное. – Человек на морской раковине… Уж не сам ли Нептун решил поиздеваться над моей Анжелкой?

Лавра тоже улыбнулась.

– Тогда, может, пойдём к Валенсе вместе? – предложила она. – Чего сидеть в четырёх стенах и думать о всяких загадках.

– А что, пожалуй, можно и пойти, – согласился Фанелин, махнув рукой. – Я подожду внизу…

И вышел из комнаты, пытаясь прикрыть за собой сломанную дверь.

Все остальные, видимо, уже ушли, поскольку на первом этаже Лавра застала лишь одного Женю. Он тоже переоделся, и сейчас от него исходил терпкий аромат какого-то одеколона. Сама она не стала сильно наряжаться, поэтому не заставила себя долго ждать. На улице уже смеркалось. Хотя за воротами показалось, будто небо ещё довольно светлое.

– Всё-таки здесь хорошо, – заметила девушка, осматривая темнеющие луга. – Я любуюсь каждое утро этими замечательными пейзажами.

– Слишком тихо, – возразил Женя, тоже посмотрев на горизонт. – Я не люблю тишину.

– Так уж и тихо? – вспомнила она сегодняшний случай.

Они рассмеялись и вышли на дорогу. Тут же сзади раздался шорох. Лавра резко оглянулась и приметила чью-то тень, которая скользнула в кустарники санаторного парка.

– Что? – переспросил Фанелин и тоже посмотрел в ту сторону.

– Мне показалось, будто… – растерялась Гербер. А что, если ей действительно всего лишь показалось? Тем более поднялся ветер, который принялся раскачивать макушки деревьев. Будет глупо показывать Жене, что она боится любого звука. К тому же, пугливым является тот, кому есть, чего бояться.

– Пойдём скорее, пока все хорошие места не позанимали, – улыбнулся парень и потянул её за собой.

Возле входа в клуб так же, как и в прошлый раз, расположилась череда мотоциклов. А ещё несколько машин, среди которых выделялся чёрный джип Керка. Две девушки стояли у крыльца и жадно курили. Краем уха Лавра услышала, что они обсуждают сегодняшние съёмки. Но, когда она проходила мимо них, девицы резко сменили тему. Очевидно, предупреждения Керка распространялись на всех, кто жил в посёлке. Странно, как ему удавалось так воздействовать на людей?

Увидев у дверей бородатого здоровяка, Гербер сразу же сунула ему в кулак монеты, испугавшись, что и сегодня Фанелин решит заплатить за неё из своего кармана. Однако зря старалась – здоровяк сообщил, что сегодня вход для девушек бесплатный. Женя лишь усмехнулся, пропуская её вперёд.

Как ни странно, людей в клубе оказалось ещё больше, чем в прошлый раз. Многие уже вовсю танцевали под громкую музыку, а возле бара образовалась очередь. Нападение на группу «Гранда» никак не сказалось на настроении посетителей. Хотя, может, они для того сюда и пришли, чтобы обсудить случившееся. Даже странно, что сегодня здесь нашёлся пустой диван в углу, и Лавра тут же поспешила занять место с краю.

– А танцевать? – спросил растерянный Женя, присев рядом.

– Ты хочешь? – удивилась она. Вот уж не ожидала, что Фанелин решит сегодня развлекаться. Лавра думала, что он пришёл сюда исключительно с целью отвлечь себя от тяжёлых мыслей о случившемся.

– Ну, можно пока и посидеть…

Возле барной стойки собралась дюжина девиц, которые время от времени взрывались приступами дикого хохота. Только потом Лавра поняла, что барышни просто пьяны, а бармен, пользуясь ситуацией, вовсю веселит их. Затем она попыталась найти в танцующей толпе знакомые лица, и сразу же наткнулась на высокую девушку с голубыми волосами. Валенса выглядела потрясающе. Она танцевала в окружении симпатичных парней, которые зачарованно смотрели на неё. Впрочем, Лавра и сама увлеклась, не заметив, как подошла Марина.

– Чего это вы сидите? – спросила она с улыбкой. – Пойдёмте, мы с Аидой давно вас ждём.

Она указала рукой на танцующую Гаагову, а сама направилась к выходу, увидав там очередного знакомого.

– А где же Роман? – спросила Лавра, хотя уже понимала, что никто из ребят этого не знает. Кривовцов опять загадочно пропал, очевидно, не беспокоясь, что его могут заподозрить в неладном.

Гербер дотронулась до браслета Бальваровского и оглядела его под синими лучами неоновых ламп. Мелкие камешки сверкали как звёзды, вновь отвлекая Лавру от реальности. Была б её воля, вот так бы и сидела, любуясь древней красотой. Она понимала, что после погрома в её номере расставаться с ним было никак нельзя. Собственно, она и так ни на секунду его не оставляла. Странно лишь, что Фанелин до сих пор ничего не спросил по поводу него, ведь не заметить такую вещь на руке спутницы было трудновато. Но, казалось, он и в самом деле думал о чём-то другом, более важном, нежели украшение сокурсницы.

– Может, присоединимся к Аиде? – спросила она, и Женя заметно оживился.

Он улыбнулся и повёл Лавру сквозь танцующую толпу к колонкам. Гаагова изящно изгибалась возле троих парней, один из которых, заметив Гербер, приветливо махнул ей рукой. Это был тот самый друг Керка, имя которого она пока ещё не узнала. Лавра медленно задвигала руками и ногами, но только для вида. Основной её целью оставалась Валенса, которая выделывала самые замысловатые телодвижения: то цеплялась за парней и откидывалась назад, то приседала, а то и вовсе замирала, как статуя. В общем, вела себя странно, но от этого становилась ещё более интересной. Наверное, поэтому возле неё роилось столько молодых людей.

От спокойного созерцания этой картины Лавру вновь отвлекли тревожные мысли. Даже в танце она продолжала думать о сегодняшних происшествиях, о Романе и о том, что ей поведала Рита. Стоило, конечно, рассказать об этом Жене и всем остальным, однако Гербер боялась. От одной мысли, что браслет принадлежит похищенной коллекции, её бросало в жар. И ведь кто-то прекрасно знал о его происхождении. А после того, как злоумышленник похитил её дневник, ему стали известны и подозрения Лавры. Там-то она успела расписать всё, что беспокоило душу на протяжении всей поездки. Что, если в данную минуту злодей готовился к очередному преступлению? Вряд ли он станет продолжать обыскивать номера других студентов. Вполне логично, что теперь его целью станет Лавра. Если он так жаждет заполучить браслет, то ему придётся отнять его у девушки. К тому же, Роман как раз куда-то запропастился. Ну и как теперь идти в санаторий?! Нет, надо постоянно находиться в кругу людей. Маловероятно, что Кривовцов отважится напасть при посторонних.

Керк сегодня тоже был не в настроении. Лавра заметила его сидящим у барной стойки за бокалом красного вина. Он ни с кем не разговаривал, видимо, так же думал о возникших проблемах. Поначалу Гербер постеснялась его беспокоить, а потом, когда из бара ушли все хохочущие девицы, всё же решилась подойти.

– Почему ты не танцуешь? – спросила она, подсев рядом на высокий табурет.

– А ты считаешь, что есть повод для танцев? – раздражённо ответил он и даже мотнул головой от её глупого вопроса.

– Но твои-то друзья веселятся, – указала Лавра на танцующих ребят в чёрных футболках.

– Мне не до развлечений, сама прекрасно понимаешь.

– Да и мне тоже.

– Амосовна сказала, что кто-то опять взломал чужой номер. Не твой ли случайно?

– Случайно вот мой, – съязвила Гербер, и удивлённо уставилась на бокал, который вдруг поставил перед ней бармен. Странно, она вроде бы ничего не заказывала.

– Это для тебя, – указал Керк на стаканчик. – Я угощаю.

– Спасибо, – кивнула девушка, но пробовать угощение не торопилась.

– Уже второй случай за лето, – продолжал парень. – Это кто-то из бригады строителей, я уверен.

– Почему?

– Не знаю. Все наши штатные работники имеют безупречную репутацию, они себе такого не позволят.

– Ну, – пожала она плечами, – на твоём месте я бы не торопилась с выводами. В тихом омуте черти водятся.

– Что верно, то верно, – согласился Керк, на секунду огляделся и перешёл на шёпот. – А сама-то подозреваешь, кто это мог сделать? Может, кто-нибудь из твоих?

– Может быть… Но я не берусь утверждать, кто именно. Не понимаю только одного, как так получилось, что ни у меня, ни у Марины не стащили ничего ценного… За исключением, правда, моего дневника.

– Может, взломщику и не нужны были ваши вещи. Вернее, ему, конечно, было что-то нужно, раз уж он залез в комнату. Но не те тряпки, что у вас там лежат. Что, если он искал нечто более ценное?

И его взгляд опустился на запястье Лавры, где сверкал браслет. От этого девушка заелозила на табурете.

– Например? – переспросила она, спрятав руку в карман юбки.

– Ну, что-нибудь этакое, что имеет бόльшую значимость, нежели ваши обычные вещи. – Керк странно улыбнулся и внимательно посмотрел на девушку. – Вот хотя бы твой дневник. Может, вору нужен был именно он?

Лавра решила промолчать. Что тут скажешь, он мыслить абсолютно логично. Чтобы как-то оправдать паузу, Гербер пригубила свой напиток. Тот оказался ужасно горьким, и через секунду она начала кашлять.

– Что это?.. – возмутилась Лавра в порыве удушья.

– Шерри, – удивлённо ответил Керк. – Не нравится? Странно, его все девушки любят.

– Нет, не все… – прохрипела отличница, без конца прочищая горло, – он слишком крепкий, я к таким не привыкла.

Она сползла со стула, продолжая активно кашлять. Керк обернулся, недоумённо наблюдая за её реакцией.

– Пошли, – схватил он отличницу под локоть и потащил к выходу, – тебе лучше подышать свежим воздухом.

На улице уже стемнело. Лавра, давясь и икая, еле поднялась по лестнице и мельком взглянула на часы. Доходило десять вечера, хотя она никак не могла понять, отчего так быстро пролетело время с момента их прихода в клуб. Керк закурил, предусмотрительно отвернувшись в другую сторону, чтобы дым не повалил на девушку, ведь ей и без того пришлось изрядно помучиться с собственным горлом. Но свежий воздух благотворно повлиял на Лавру, и она смогла справиться с гадким кашлем. Хотя стоило просто запить водичкой.

– А ведь ты меня обманул, – заговорила она, убрав со лба намокшую от пота чёлку.

– В каком смысле? – ухмыльнулся Керк.

– Это было не «Шерри». Это был коньяк, причём довольно крепкий. Угадала?

Парень виновато улыбнулся и приподнял тёмные брови.

– А мне показалось, что ты не тот человек, который разбирается в спиртных напитках, – заметил он.

– Очень умно, – рявкнула Лавра. – И зачем же ты пытался меня напоить?!

– Напоить??? – опешил Керк, но слишком наигранно. – Да ладно тебе, уж не хочешь ли ты…

– Нет, я-то как раз ничего не хочу, – ледяным тоном прервала она пустые объяснения. – Как некрасиво с твоей стороны… Ай-ай-ай, а ведь с виду вполне приличный парень!

Впору было бы влепить ему пощёчину, но она сдержалась, резко развернулась и отправилась обратно в клуб. Что за наглость подсовывать ей под видом коктейля ядрёный коньяк! Чего он вообще добивался? Неужели думал, что Лавра клюнет и выпьет порцию до дна? И что тогда?! Может, Керк рассчитывал, что она вмиг опьянеет и станет более доступной? Хотя, если думать совсем уж абстрактно, быть может, Керк хотел таким образом забрать у неё браслет?..

Лавра отмахнулась от этого подозрения, как от мухи. Иногда в голову лезут такие мысли, что просто пробирает смех. Сейчас, как никогда, ей хотелось отвлечься в танце, и она сразу же влилась в ряды движущейся под музыку молодёжи. Как ни странно, но в неоновых лучах ей думалось намного лучше.

Марина и Аида находились на прежнем месте, правда, уже в гордом одиночестве. Причём Гаагова была чем-то сильно расстроена, стараясь не встречаться взглядом с рыжеволосой подругой. Женя отсутствовал. Может, пошёл искать Лавру? Ведь она так внезапно пропала, никого не предупредив. Хотя, что мешало Фанелину вовсе уйти отсюда. Впрочем, не прошло и минуты, как Аида приблизилась к ней и наклонилась к уху.

– Нам пора, – сообщила девушка и указала на выход.

Лишь сейчас Гербер вспомнила, что санаторий ровно в одиннадцать закрывается, а перспектива остаться на ночь под открытым небом никого не прельщала. Аида остановилась возле бара и с кем-то быстро попрощалась. Затем они вместе вышли из душного помещения и оказались на пустынной улице. Лавра сразу же заметила, что джипа Керка нет на стоянке среди остальных машин. Марина прогуливалась у дороги, разговаривая с какими-то полупьяными девицами. Увидев подруг, она подбежала к ним.

– Предпочитаешь общаться с девчонками? – со злостью спросила Аида.

– Уж лучше с ними, чем с этими придурками, – фыркнула Холодова.

– А что-то случилось? – поинтересовалась Гербер.

– О, – воскликнула Гаагова. – Ты и представить себе не сможешь! Эта дура врезала одному пацану в глаз прямо на танцполе!

– Я не дура, – запротестовала Марина. – Этот урод начал меня раздевать!..

– Да ты же сама вешалась на него! Теперь они на нас в обиде…

– Плевать, пусть катятся на все четыре стороны, – отмахнулась Холодова.

– Это не те ли парни, что танцевали с вами? – уточнила Лавра. – Кажется, они друзья Керка, верно?

– Я же говорю, наша Марина полная дура, – повторила Аида и специально прибавила шагу.

– Ты кого назвала дурой??? Ты нарываешься на драку, да?..

Они шли по слабо освещённой дороге, приближаясь к санаторию.

– Я не жалею, – продолжала насмешливо рассуждать рыжая отличница. – Жаль только ноготь сломала об его рожу!..

Лавра засмеялась. Она представила себе эту сцену, как Марина даёт пощёчину одному из дружков Керка. Правда, Холодова сама липла к этим парням, так что ей грех жаловаться на чьи-то грубые приставания.

Было тихо, даже река не издавала никаких звуков. Лавра посмотрела на чёрные деревья санаторного парка и невольно вздрогнула. Эта темнота её пугала, особенно сегодня, когда в голове засели сплошные подозрения. Хорошо ещё, что во дворе горели красные и зелёные огоньки. Это светился фонтан, который сейчас выглядел просто восхитительно. Вода падала в каменное блюдо, преломляя разноцветные лучи. Не посидеть возле такого великолепия было бы преступлением, и девушки расположились под светлыми ангелами.

– Здесь намного лучше, – подметила Марина. – Тихо и спокойно. В следующий раз не пойду в клуб, проведу вечер возле этого милого фонтанчика…

– А где Женя? – поинтересовалась Гербер, рассматривая листья какого-то растения, помещённого для красоты в основание фонтана.

– О, наш Женька в глубоком трансе, – засмеялась Холодова. – Из-за своей Анжелы весь прямо испереживался. Она сама, небось, уже обо всём забыла, с каким-нибудь парнишкой в городе отрывается, а он нервы себе треплет.

– По крайней мере, человек выражает свою любовь, – парировала Аида, по-прежнему злясь на подругу. – Вот за тебя кто станет так переживать? Только мама да папа…

– Так он ушёл? – вернула Лавра разговор в прежнее русло.

– Сразу… как ты решила покинуть его компанию, – продолжала Марина. – Он, наверно, рассчитывал на твоё дружеское плечо и утешения…

– Хватит, это уже не смешно! – прервала её издёвки Гербер.

– Да ладно, как будто и так не ясно. Уж чересчур сильно он к тебе клеится. Докажи ведь, Аида…

Гаагова лишь нервно мотнула головой, не желая слушать рыжую сплетницу.

– Ой, – внезапно напряглась Марина. – А кто это там такой сидит?

Она указала пальцем на пирамидообразную крышу санатория. Девушки подняли головы и вздрогнули. Там, действительно, кто-то находился. Это было заметно даже во мраке.

– Может, это чучело, – после непродолжительной паузы произнесла Аида.

– Да? А почему тогда оно шевелится?! – застонала Холодова.

Лавра поспешила достать из футляра очки. Что-то двигалось вдоль карниза, озарённое отблесками фонтана и нескольких фонарей, горящих во дворе VIP-корпуса. Но одним лишь бесплотным обликом дело не ограничилось. Следом из темноты показалась рука, что насторожило Лавру ещё больше.

– Давайте зайдём внутрь, – предложила Аида дрожащим голосом и медленно направилась к ступенькам.

Однако стоило ей сделать пару шагов, как неведомое явление спрыгнуло с крыши и в одно мгновенье оказалось прямо перед ними. Марина закричала, и незнакомец взмыл над ступеньками крыльца, преграждая им путь развевающимися полами своего бесформенного одеяния. Лавра чётко разглядела его и узнала. Это то самое привидение из монастыря Хеста, что пыталось напасть на неё в ночь ограбления музея! На нём была та же длинная мантия, полностью скрывавшая руки и ноги, а на голову был накинут огромный мятый капюшон.

Привидение замерло над лестницей, словно ожидая от перепуганных девиц каких-либо действий.

– Боже, что это? – прошептала Аида, пятясь обратно к фонтану.

– Может, это птица? – сделала совсем уж глупое предположение Марина.

– А чего она тогда от нас хочет? – не унималась Гаагова.

Девушки, хоть и болтали ерунду, но отходили назад. А вот Лавра так и стояла, застыв от страха.

«Отдай мне его, – услышала она знакомое шипение. – Оно принадлежит мне, мне… Отдай!!!»

Незнакомец в мантии поднял длинные рукава и вдруг полетел прямиком на неё. Аида и Марина с криками разбежались в стороны. Лавра же бросилась к воротам, но сильные руки незнакомца дёрнули её за волосы. Она завизжала от боли. Явление в мантии потянуло девушку куда-то наверх, но следом немытые все эти дни волосы сделали своё дело – выскользнули из перчаток негодяя.

Раздалось злобное шипение. Фонтан внезапно погас, а вода в нём сильно забурлила, разбрасывая в стороны холодные брызги. Все фонари, что горели во дворе санатория, принялись один за другим взрываться. Искры от них едва не задели бегущую со всех ног Лавру.

Гербер вцепилась в решётки ворот, толкнула их и оказалась на дороге. Она даже не обернулась, чтобы посмотреть на ужасного преследователя, и бросилась прочь от этого места. Браслет вдруг соскользнул с её запястья и со звоном покатился вниз по асфальту. Тут же над головой что-то просвистело, и Лавра вновь увидела колышущуюся на ветру красную мантию. Та пролетела прямо над ней в сторону драгоценности, которая бодро катилась по дороге. Значит, привидению нужна только эта вещь.

В глаза ударил внезапный яркий свет двух больших фар. Неизвестно откуда на дороге появилась машина, которая на полной скорости мчалась к санаторию и аккурат навстречу браслету. Тот продолжал катиться вниз. Лавра увидела, что сокровище исчезло под днищем автомобиля, а явление в мантии замедлило свой полёт. Однако столкновения избежать не удалось. Привидение с шипением проскочило по капоту, ударилось о лобовое стекло и по инерции отлетело назад, с треском упав на ветки придорожных кустарников. Машина со скрипом затормозила, развернулась в обратную сторону, и Гербер поняла, что это знакомый ей чёрный джип.

– Дьявол! – раздался сердитый голос Керка, и его фигура промелькнула на освещённой фарами дороге.

Он нагнулся к лобовому стеклу, которое покрылось трещинами от удара с Лавриным преследователем.

– Мать твою! – снова раздался его вскрик.

Лавра выждала с мгновенье, но потом осторожно направилась к внедорожнику, опасливо посматривая на те кусты, куда угодила красная мантия.

– Керк, – позвала девушка дрожащим голосом.

– Кто здесь? – насторожился парень.

– Это я, Керк, я… Лавра…

Она вышла из темноты, всё ещё боясь, что кто-нибудь решит повторить фокус с её волосами.

– Вот, чёрт, – взбесился парень. – Что здесь происходит? Кого я сбил? Надеюсь, не тебя?..

Лавра вновь посмотрела на кусты, но ничего подозрительного там не увидела.

– Ты цела? – повторил Керк, подойдя поближе. – Что с тобой?

– Ты не представляешь, – вздохнула она, уже не сдерживая слёз. – Ты только что спас мне жизнь!..

– Как? Кого я сбил, ты можешь мне сказать?!

Гербер заметила на дороге золотой блеск и поторопилась вниз. Браслет лежал на холодном асфальте, всё так же сверкая на лучах зажжённых фар. Она подняла его, осмотрела и быстро вернула на левое запястье. От кувырканий по дороге он даже не поцарапался.

Керк ходил вокруг своей машины, выискивая того, кого задел лобовым стеклом. Лавра понимала, что должна ему рассказать об очередном происшествии, но медлила из-за сильного испуга. Действительно, как бы это выглядело, если б она сразу сообщила ему про летающее явление в красной мантии.

– Я и сама не знаю, что это было, – тихо промолвила девушка, вернувшись к автомобилю.

Парень обернулся к примятым кустарникам. Он помнил, что именно туда кто-то отлетел после столкновения с его авто. Керк осторожно приблизился к ним, нагнулся и раздвинул ветки. Лавра поравнялась с ним, хотя и боялась, что мантия выскочит оттуда и снова набросится на неё. Однако за кустами был обрыв, внизу которого текла безмолвная река. Там царила кромешная тьма.

– Во влип!.. – ворчал Керк, присев на корточки перед обрывом. – Неужели ты не знаешь, что это было?

– Оно напало на нас неожиданно, – прошептала Гербер.

– Напало?.. – с недоумением переспросил парень.

– У крыльца…

Со стороны ворот донеслись шорохи, а следом за ними и шаги. Лавра и Керк напряжённо замерли. Уж не решила ли мантия повторить нападение?! Но из темноты вынырнули до смерти перепуганные Марина и Аида.

– Боже, Лавра, – воскликнула Гаагова, подбежав к невредимой сокурснице, – а мы-то подумали, оно с тобой что-нибудь сделало.

– Керк??? – переспросила поражённая Марина. – А ты здесь откуда?!

– Благодаря ему я осталась цела, – ответила Гербер всё ещё с трепетом.

Парень лишь недовольно мотнул головой и вздохнул, явно не радостный этим обстоятельством, ведь он так и не узнал, кого сбил на своём джипе.

Глава 8

О привидениях и духах

Едва ли Лавра помнила с утра, как добралась до своего номера, как пыталась успокоиться и заснуть, долго обдумывая нападение странного существа. Но стоило ей немного сосредоточиться, как картина вчерашних приключений ясно предстала перед глазами. Она не знала, что теперь делать. Если вчера она благодарила Керка за спасение, то уже сегодня всерьёз задумывалась, а так ли он помог ей в этой истории. Что, если неизвестный в красной мантии продолжит охотиться на неё?

Да, Лавра осознавала, что только браслет являлся причиной многих её неприятностей. Поэтому от него необходимо было избавиться и как можно скорее. Жаль, мистическое явление не успело догнать «убегающий» от него предмет. Тогда бы не пришлось ломать голову над всеми этими вопросами.

Тем не менее, летающую красную мантию видела не она одна. Очумевшие от страха Марина и Аида сами рассказали Керку обо всём, что с ними случилось. Конечно, он не поверил девушкам и, более того, наверняка посчитал их сумасшедшими, но хотя бы отстал от Лавры со своими расспросами. Действительно, со стороны рассказ студенток казался более чем странным, даже сказочным. Впрочем, сказочного вчера было слишком много, и это уже замечали все, кому не лень: от служащих санатория, втайне от начальства шептавшихся по углам, до самих ребят.

Во-первых, кто-то или что-то, именуемое «человеком на раковине», от души поиздевалось над группой «Гранда», сорвав съёмки их нового клипа и травмировав нескольких девушек.

Во-вторых, неизвестные проникли в комнату Лавры, перевернули всё верх дном и зачем-то прихватили с собой её личный дневник.

В-третьих, снова появилась эта чёртова мантия, которая волшебным образом умеет летать и при этом пытается отобрать драгоценный браслет, невзирая ни на какие препятствия. Ситуация, сказать прямо, вырисовывалась ужасная. И это на фоне других, более загадочных событий, связанных с пропажей сокровищ Бальваровского и убийством археологов в монастыре Хеста.

Перед тем, как спуститься на завтрак в столовую, Лавра задалась одним единственным вопросом – куда же спрятать браслет. На ночь она оставила его прямо на подоконнике возле своей кровати в надежде, что красная мантия вернётся и заберёт драгоценность. Но утром нашла вещицу на прежнем месте. Если бы летающее привидение жаждало заполучить сокровище, то сделало бы это ночью, просто разбив стекло. Однако этого не произошло. И Лавре по данной причине сделалось нехорошо. Впрочем, пока она не придумала, как от него избавиться, пришлось надеть украшение на руку.

В столовой уже сидели Женя, Марина и Роман, хотя до прихода Риты оставалось ещё полчаса. Видимо, Холодова уже успела сообщить парням обо всём, что видела. Они сразу же вопросительно уставились на Лавру.

– Может, скажешь что-нибудь? – предложил Фанелин, махнув забинтованной рукой.

– Что? – не поняла Гербер.

– Прямо не отдых, а сплошные напасти, – с тяжестью выдохнул Женя. – Неужели это правда, про летающего человека?

– А что? – бросила она на него недоумённый взгляд.

– Подождите, – прервала их бесполезную беседу Марина. – Нам надо во всём разобраться. Лавра, то, что случилось вчера, было очень страшным.

–Марина, может, тебе это просто показалось?― парировала девушка.

–Нам троим не могло показаться одно и то же, хоть я, не спорю, и выпила вчера лишнего.

– И что ты предлагаешь? – со спокойным видом переспросила Гербер, но в действительности беседовать на эту тему ей очень не хотелось.

– Я хочу понять, как тебе удалось отделаться от этого тряпичного чучела, – подчеркнула Холодова.

– Я рассказала всё вчера. Керк сбил привидение своим джипом, а куда оно делось потом, я не имею ни малейшего представления.

– Странно, ты не находишь? Керк сбивает привидение на огромном внедорожнике, при этом нисколько не задев тебя? – Марина подозрительно прищурилась.

Лавра замолчала, не зная, что ответить. Действительно, ведь они не могли догадываться, что именно понадобилось красной мантии от девушек, считая это очередным необъяснимым происшествием. Но рассказывать сейчас про браслет всё равно нельзя. Невзирая на последние события, Гербер продолжала считать, что кто-то из ребят был причастен к его появлению у неё в сумке.

– Мне показалось, что привидение гналось за тобой, – не унималась Марина. – Как же так получилось, что Керк сбил лишь его?..

– Да, оно преследовало меня, – сказала Лавра после небольшой паузы, – но потом решило развернуться, чтобы, наверное, напасть спереди. И в тот момент, когда оно хотело меня обогнать, появился Керк.

Фанелин сидел с открытым ртом. Он пребывал в шоке от беседы девушек.

– Не надо на меня так смотреть, – возмущённо попросила его Лавра.

– Понимаешь, всё, что ты говоришь, – начал оправдываться Женя, – всё это так необычно.

– И что ты прикажешь делать? Помнится, тебя тоже ничуть не смутила опалённая верёвка.

Парень закрыл рот, и глаза его растерянно забегали.

– Что ещё за верёвка? – тут же переспросил Роман. – Уж не та ли, с которой ты прыгал с моста?

– Это сейчас не имеет никакого значения, – отмахнулся Фанелин.

– Неужели не имеет? – переспросила Марина. – А что, если все эти странности как-то связаны?..

Она поднялась из-за стола, продолжая смотреть на всех как настоящий следователь.

– Сначала Фанелин срывается с моста, затем на твою ненаглядную Анжелу нападает некий человек на раковине. У меня и у Лавры кто-то устраивает в номерах бардак. А теперь и эта красное недоразумение, которое чудесным образом умеет летать. Послушать меня другим трезвым людям, так точно решат, что я рехнулась! Но ведь мы-то все знаем, что я пока в здравом уме. И почему-то я уверена, есть ещё какие-нибудь странности, с которыми кто-то из нас столкнулся поодиночке, но по определённым причинам утаивает. Разве я не права?

Лавра и Роман опустили головы, думая об этих самых «странностях». Конечно же Холодова была права, но признаваться в своих бедах никто из них не желал. По крайней мере, у Гербер для этого имелись веские основания.

– Я не совсем понимаю, что ты пытаешься сказать, – промолвила она, хотя прекрасно уловила смысл Марининых слов.

– Как всегда, тебе непонятно, – недовольно проворчала Холодова. – Удивляюсь, и как это ты смогла стать отличницей с такими-то способностями!.. Здесь ведь всё ясно: мы чем-то привлекли к себе внимание всех этих неведомых созданий. И если уж человека на раковине никто из нас в глаза не видел, то вчерашний летающий плащ – это уже факт.

– Опять вы об этом, – раздался из-за двери голос Аиды, и она осторожно вошла в столовую.

– О чём же ещё нам сейчас говорить?! – не выдержала Марина.

– Тебе не всё ли равно? – усмехнулась Гаагова. – Ведь Керк сбил эту гадость машиной.

– Не знаю, что конкретно было нужно этому полтергейсту, но преследовал он только Лавру.

Гербер испуганно посмотрела на неугомонную Марину, которая продолжала развивать свою версию. Если так пойдёт и дальше, она точно выяснит причины вчерашнего нападения.

– И не кажется ли вам странным, что несчастья преследуют в основном тех, кто как-то связан с нашим Женей? – не переставала рассуждать она.― Анжела, Лавра, сам Фанелин…

Женя и Гербер тут же вскочили со своих мест с возмущёнными лицами.

– Как ты смеешь?! – прошипела Лавра. – Я думала, что это очередные твои дурацкие шуточки, однако ты зашла слишком далеко!

– Ну надо же, – обрадовалась её гневу Марина. – А чего же ты тогда так нервничаешь? Может, я права и ты на самом деле скрываешь что-то от нас?..

– А может, ты тоже заигрывала с нашим Женечкой? – съязвила вдруг Аида, уставившись на Холодову.

– С чего это ты решила? – ухмыльнулась Марина.

– Ну, ведь твой номер взломали первым, – улыбнулась Гаагова. – Ты что, тоже крутишь амуры с Фанелиным?..

Рыжая отличница озлобленно посмотрела на бывшую подругу, но на этот раз решила промолчать.

– Я считаю, – заговорил Роман, заметив появление в столовой Риты, – нам стоит оставить все эти версии на потом. В конце концов, ещё только завтрак.

– А что за версии вы тут выдвигаете? – сразу же поинтересовалась кухарка, готовясь раскладывать еду. – Это как-то связано со вчерашним водным происшествием?

Ребята замолчали, окидывая друг друга подозрительными взглядами.

– Значит так, – подбоченившись, заговорила Рита. – Я думала, что Керк Маркович вам всё объяснил, но вы, наверное, не поняли. Говорить про это ни в санатории, ни за его пределами запрещено. Тем более сегодня реку проверят столичные специалисты.

– Какие ещё такие специалисты? – больше всех удивился Роман.

– Не знаю, – пожала плечами Рита. – Учёные какие-то. Керк Маркович с утра за ними уехал.

Лавра посмотрела, как Роман изменился в лице, словно напуганный этим известием. Что же он скрывал?..

После завтрака Гербер решила погреться на солнышке и устроилась на лежаке возле санаторного пляжа. Женя увязался за ней, чему она была не особенно рада. В конце концов, девушка хотела подумать, как быть дальше с браслетом, а не беседовать с подозрительным студентом.

– Ты ничего не хочешь мне сообщить? – вдруг спросил Фанелин, расположившись рядом с зажжённой сигаретой.

– По поводу? – уточнила Лавра.

– Вчерашнего, разумеется.

– Так вроде Марина всё в красках рассказала уже.

– А как насчёт твоей версии о том, что же это было?

– Я не знаю…

– А мне кажется, что знаешь, – промолвил парень, явно на что-то намекая.

– Что ты имеешь в виду? – насторожилась Гербер.

– Брось, не надо считать меня за идиота. Я же не Марина…

Он нервно вздохнул и сощурился.

– Я имею в виду вот этот милый браслетик. – Женя дотронулся до её руки, где сверкали драгоценные камешки и золото.

– Браслет? – будто бы не поняла Лавра, хотя в горле застрял ком от столь неожиданного заявления.

– Не надо претворяться, не надо. Я знаю, что это за вещица. Я видел её в музее. Помнишь, мы вместе смотрели на неё в той комнате с сокровищами Бальваровского?

Девушка так и застыла с раскрытым ртом, не зная, что сказать. Она никак не ожидала, что Фанелин вспомнит его именно сейчас и именно здесь.

– Интересно, как давно ты заметил этот предмет? – с голосом, полным решимости, переспросила Лавра.

– Вчера, только вчера. Так значит, ты его на самом деле украла?

– Я что, похожа на воровку?

– Ну, кто тебя знает…

Отпираться было уже бессмысленно. Если Жене известно про браслет из похищенной музейной коллекции, то что ещё он может знать?..

– Я нашла его здесь, – призналась Лавра, – в день приезда.

– Нашла?.. – усмехнулся Фанелин.

– Он выпал из моей сумки, когда я распаковывала вещи. Я даже не сразу поняла, что эта побрякушка из того музея.

– Выходит, Марина права. Каждый из нас в чём-то замешан, но мы по-партизански молчим.

– Мы? – переспросила Лавра. – Что значит мы?

– Пока я имею в виду лишь тебя. Однако не уходи от темы, я хочу знать всё.

– А я уже всё рассказала.

– Как этот браслет попал в твою сумку?

– Ну, видимо, кто-то подкинул его…

– Зачем? – наседал с вопросам Женя.

Лавра задумалась, стоит ли раскрывать карты человеку, которого ещё недавно считала подозреваемым номер 1. В принципе, и сейчас она не испытывала к нему доверия.

– Я об этом не думала, – мотнула она головой. – Но против факта не попрёшь – браслет у меня. А уж зачем его подкинули в мою сумку, понятно только тому, кто это сделал.

– М-да, – заиграл пальцами парень, посматривая по сторонам. – По крайней мере, теперь ясно, почему взломали дверь твоего номера.

– Сейчас меня больше беспокоит красная мантия. Кто она и откуда взялась?..

– Лично мне как раз всё ясно. Пораскинь мозгами: в монастыре происходит тот случай с гробом, днём позднее браслет оказывается у тебя, потом выясняется, что кто-то ограбил краеведческий музей и даже смертельно ранил охранника. А тут до кучи и археологов находят мёртвыми. Я уверен, что это дело рук не человека.

Версия выглядела бы бредовой, если б не ночное происшествие.

– Ты думаешь, на нас напал кто-то из другого измерения? – переспросила Лавра.

– Насколько я помню, ты сама говорила, что тот гроб не удалось взломать даже девятерым крепким мужикам. А после таинственного взлома от крышки ведь остались одни кусочки. Поэтому кто знает, вдруг в том холодном саркофаге хранились останки князя.

– И его дух воскрес, чтобы вернуть свои вещи? – уже без иронии, а со страхом переспросила Гербер.

– Профессор Фитш, у которого я подрабатываю, верит в такие вещи, – поведал Женя. – Он на досуге занимается исследование паранормального.

– Ты тоже в этом участвуешь?

– Нет, до таких дел профессор допускает только самых избранных учеников. Он же немец, весьма недоверчив.

– Моя мама немка, – сообщила Лавра, кивнув в знак согласия с доводами сокурсника. – Чтобы завоевать её расположение, надо очень сильно постараться.

– Души умерших могут преследовать живых, – продолжил Женя, – но только по какой-то очень серьёзной причине. Если привидение в мантии хотело отобрать браслет, то он представляет для него особую ценность.

– Я и не пытаюсь спрятать браслет. – Девушка поднялась с лежанки. – По мне, так пусть забирает его и уходит, лишь бы оставило меня в покое. Это же Керк со своим джипом появился невесть откуда и сбил его.

– Ну, оно может вернуться…

– Возможно. Хотя у меня есть сомнения на этот счёт.

– Какие ещё сомнения?

– Понимаешь, если красная мантия была привидением, то почему от столкновения с ней у машины Керка разбилось лобовое стекло? Да и не смог бы джип сбить привидение, ведь оно же вроде как должно быть бестелесным…

– Хм, – задумался Фанелин. – Фитш как-то говорил про такое. Я тогда не особо ещё интересовался подобным, думал, это байки. Но у привидений тоже есть своя классификация.

– Что ещё за классификация, – заинтриговалась Лавра, попутно вспоминая то, что успела прочитать в журналах «Альманах непознанного».

– Ну, например, привидение можно создать при помощи какой-то методики, главное, знать, как это делать. Их вроде называют элементалами или лярвами, точно сейчас не вспомню.

– Но у привидения может быть тело? Они вообще могут носить какую-то одежду, ту же мантию, к примеру?

– Вот не знаю, – задумался Женя, потирая подбородок. – Надо позвонить профессору, он в этом лучше разбирается…

– Я вот думаю, каким образом красная мантия связана с этими водоворотами на реке? У съёмочной группы уж точно не было ни браслета, ни чего-то другого из сокровищницы Бальваровского.

– Такое ощущение, что кто-то над нами тупо прикалывается. Вот хотя бы взять твой случай. Для чего вообще была подкладывать браслет в твою сумку?

– У меня есть одна версия. Помнишь, в первый день взломали Маринину комнату? Так вот её сумка очень похожа на мою…

– И что?

– Возможно, тот, кто подложил браслет, решил забрать его обратно по приезду в санаторий. Я думаю, его засунули в спешке, когда мы ночевали в монастыре. А по приезду в санаторий получился прокол. У Марины его не оказалось, а я стала таскать браслет с собой.

– Слушай, тогда не понятна логика твоего злодея, – оживился Фанелин. – Зачем класть браслет в чужую сумку, а потом пытаться его вернуть?

– Не всегда можно искать логику там, где её, вполне вероятно, нет, – философски подметила Лавра. – Мало ли, что на уме у этого психопата. Так разодрать мою сумку и раскидать одежду мог только припадочный человек.

– Среди нас таких же нету?

– Вообще-то у меня есть парочка подозреваемых…

– Парочка? – удивился Женя.

– Это очень может быть Роман, так как в последнее время он ведёт себя очень неестественно.

– Согласен.

– Но это можешь быть и ты, – указала она на него пальцем. – Ведь это ты последним покинул комнату с экспонатами сокровищ перед тем, как выключился свет.

– Да ты что! Я бы никогда…

– Твоя сумка, по мнению Аиды, весьма тяжёлая. Мы думаем, что ты прихватил с собой какие-то инструменты.

– Пфф, да нафиг они мне в поездке-то? – откровенно удивлялся парень от таких обвинений.

– Знаешь, логику скрытных психопатов весьма сложно понять, – заключила Лавра и поспешила покинуть его общество. Она и так выложила слишком многое.

Девушка хотела подняться к себе и ещё раз всё обдумать, но взгляд привлекла чья-то фигура за углом здания. Присмотревшись, Лавра увидела высокого стройного мужчину в тёмно-коричневом костюме и с гладкой лысиной. Он стоял и смотрел на неё, словно изучая. Кажется, отличница уже где-то видела его, хотя где именно – не помнила. С минуту они оглядывали друг друга, но потом каждый сделал шаг в сторону крыльца.

– Простите, Вам что-то нужно? – не выдержала Лавра.

– Сегодня прекрасная погода, не правда ли? – монотонно заговорил незнакомец. – А Вы гуляете здесь одна.

– А Вы, собственно, кто? – напряглась отличница.

– О, простите мою неучтивость, я совсем забыл представиться, – виновато заулыбался мужчина. – Меня зовут Вячеслав Сергеевич Коваль, только Вам вряд ли знакома моя фамилия.

– Ах, Вы тот самый Коваль, – вдруг припомнила Гербер. – Я видела Ваш абонемент в библиотеке. Кажется, Вы взяли «Мифы Древней Греции»?

– О, да, – закивал Вячеслав Сергеевич. – К сожалению, здесь не нашлось более увлекательной литературы.

– Это точно.

– В этом году санаторий не балует живым общением, вот и приходится занять себя хотя бы чтением.

У мужчины были ярко зелёные глаза, взгляд которых наводил на Лавру дрожь. Но, в целом, он казался дружелюбным, хоть и странноватым.

– Вы откуда? – поинтересовался мужчина, когда они подошли к журчащему фонтану.

– Я с ребятами приехала по путёвке от университета, это всё за нашу отличную учёбу.

– И как Ваше впечатление от Речных Ворот?

– Прекрасно, – наигранно бодрым голосом ответила Лавра.

– Говорят, что сезон отложили до окончания ремонтных работ. На мой взгляд, они их затеяли слишком поздно. Так, не ровен час, санаторий весь свой доход за лето потеряет.

– Не скажите… Они бы больше потеряли, если б здесь сейчас было полно отдыхающих.

– Это Вы о вчерашнем инциденте? Да, в этом плане хозяевам санатория повезло. Но, знаете, меня вчера уж очень просили ни с кем не обсуждать это…

Лавра хотела добавить ещё и про ночную мантию, но тут же смекнула, что об этом, кроме ребят, больше никто не знает.

– Я полагаю, хулиганов скоро найдут, – улыбнулся Вячеслав Сергеевич. – И тогда мы сможем спокойно продолжить отдых.

Он вдруг засмеялся, но, увидев серьёзное лицо девушки, тут же успокоился. Да уж, подумала Гербер, он и в самом деле какой-то странный.

– Как Вы считаете, это правда про человека… ну, про того человека на раковине? – полюбопытствовала она. Раз уж Коваль был в курсе происшествия с группой «Гранда», то с ним можно было немного обсудить последние слухи.

– Даже не знаю, что сказать, – задумался мужчина. – А Вы как, верите в это?

– Ну, нельзя верить в то, чего не видела сама, – проговорила она и вновь вспомнила вчерашнюю мантию. Если в Речных Воротах появляется летающее привидение, то что мешает завестись в местной реке другому монстру?..

– У-у-у, так значит, Вы убеждённый скептик?

– Скорее, да, чем нет… – после небольшой паузы ответила девушка.

– А Вам бы хотелось узнать, что же на самом деле произошло тогда на реке? – спросил Коваль, и в его глазах сверкнул коварный огонёк.

Лавра с опаской посмотрела на него. Их беседа обретала какой-то непонятный характер.

– Если бы это было возможно, – наконец, произнесла она. – А Вы можете мне помочь узнать правду?

– Скажем так, – ещё шире улыбнулся мужчина, – я посоветую Вам пока ознакомиться с мифами Древней Греции…

Он, загадочно кивнув, направился в сторону VIP-корпуса. Лавра посмотрела ему вслед, теребя подбородок. Да он точно с тараканами в голове. Надо будет держаться от него подальше. Кто знает, может, он лечит в санатории какой-нибудь психический недуг.

После утреннего моциона Лавра вернулась к себе в номер и принялась копаться в журналах «Альманах непознанного». Если раньше они наводили на неё тоску, то теперь служили единственным источником информации о привидениях. Интернета в санатории почему-то не было. Признаться, за всё время пребывания здесь Гербер не видела ни одного компьютера.

Журнал, который больше предназначался впечатлительным подросткам и пенсионерам, содержал в себе много сведений о потустороннем мире. В одной из статей даже давалась краткая характеристика этих загадочных явлений:

«…Фантом возникает в преддверии тревожного события, чаще всего смерти. Видения в основном связаны с образами тех, кто находится вне пределов сенсорной досягаемости очевидца. Кроме визуального проявления. могут быть также непонятные шумы, запахи, понижение температуры, движение предметов. Такие образы называют призраками. Увидеть своего двойника или привидение иногда считается знаком неминуемой смерти…»

Многое в этой небольшой заметке Лавре не понравилось. По признакам, описанным в ней, выходило, что она столкнулась с настоящим привидением. А значит, это сулило ей «неминуемую смерть». Князь Бальваровский (если это действительно он) давно умер, а при появлении его духа начали взрываться уличные фонари. От такого ужасного вывода девушка только усилила поиски. Ведь вчерашний призрак был сбит машиной Керка. Может, он всё-таки не привидение, а что-то другое?

«…Видения могут выглядеть реальными или призрачными, возникать и исчезать внезапно. Они могут проходить сквозь стены и другие твёрдые объекты, отбрасывать тень и отражаться в зеркале. Призраки умерших обычно появляются в одежде, которую носили при жизни. Некоторые призраки посещают определённые места по каким-то неизвестным нам причинам, другие появляются там, где происходили события, связанные с насилием, например, на полях сражений, на месте убийства. Большинство видений имеют определённую цель: о чём-то предупредить, убедить или поделиться важными сведениями…»

А вот тут уже начинались расхождения. Красная мантия появилась вовсе не для предупреждений и уж тем более не с целью поделиться каким-нибудь секретом. Единственное, чего она хотела, это заполучить браслет из сокровищницы Бальваровского. Если предположить, что это был дух умершего князя, то зачем бы ему гоняться за собственными предметами?

Впрочем, в журнале было также написано, что видения могут происходить как перед одним очевидцем, так и перед несколькими людьми одновременно. Но каких-либо иных нужных сведений в статьях больше не нашлось.

Лавра отложила журналы на край кровати и взяла с подоконника газету, которую ей любезно дала Рита. Новости, связанные с сокровищами Бальваровского, там отсутствовали, так что девушке приходилось просматривать статейки на отвлечённые темы, попутно обдумывая беседу с Фанелиным. Не слишком-то хорошо, считала она, что Жене известно про браслет. Вдруг он знал о нём и раньше? Знал и молчал… Очень может быть, что он сам ко всему этому как-то причастен, иначе бы не завёл этого странного разговора.

С другой стороны, Лавра понимала, что Фанелин, желай он ей зла, как раз бы ничего и не сказал. Но ведь он поделился с ней догадками и никому другому об этом не сообщил… По крайней мере, пока.

Голубое небо за окном отвлекло её от газеты. Взгляд опустился на сверкающую реку и приметил идущего по берегу Романа. Тот торопился, нервно размахивал руками и поправлял висящее на шее полотенце. Лавра припала к стеклу и принялась наблюдать за ним. Кривовцов взобрался на холм перед рекой и быстренько исчез за растущими там деревьями. Вот уж кто действительно вызывал гораздо больше подозрений, чем Фанелин. Было бы полезно узнать, куда он ходит каждый день и где проводит столько времени. Лавра взглянула на часы и бросилась к выходу.

Пока она бежала вниз, прошло не меньше минуты. Рабочие разложили на лестнице доски, а в вестибюле горничная чистила ковёр. Пришлось их обходить. Но Роман в любом случае не мог уйти далеко. В зарослях, где он скрылся, находилось озеро, а за ним высокий забор. Если Кривовцов тайно куда-то наведывается, то только к запретному водоёму.

Когда Лавра взбиралась на пригорок перед санаторным пляжем, она услышала ругань. Голоса ей были хорошо знакомы. Один принадлежал Роману, а другой – ворчливому сторожу дяде Саше. Не успела она опомниться, как оба появились на песочной дорожке. Старик держал Кривовцова за локоть и толкал вперёд.

– У-у-у, ту-рист без-мозг-лый! – рычал дядя Саша, махая ружьём. – Я тебе покажу, как ку-пать-ся в на-шем озере! Щас те-бе лас-ты пообло-мают!!!

– Отпусти меня, старый придурок! – отбивался Роман. – Я не купался, я только посмотреть ходил…

Они проскочили мимо Лавры и исчезли за дверью служебного входа. Да уж, парню теперь не позавидуешь. Хорошо ещё, если он отделается штрафом. Но озадачило Лавру вовсе не его наказание. Ведь Романа поймали у озера. Неужели он там только пытался плавать?..

За обедом все снова молчали, особенно Марина, с утра не нашедшая сторонников для своей версии. Гаагова продолжала злиться на неё из-за вчерашней выходки в клубе. Женя боялся заговорить с Лаврой, равно как и она с ним. Браслет по-прежнему красовался у неё на запястье, лишний раз привлекая взгляд Фанелина. Роман после его поимки на озере куда-то пропал, и никто не знал, какое решение приняло руководство за его проступок. За такое вполне могли выгнать из санатория.

Рита уже не казалась такой весёлой, как несколько дней назад. Очевидно, у неё сложилось скверное представление об отдыхающих студентах, поэтому она разговаривала только с Лаврой, которая иногда оставалась в столовой после трапезы. Вот и сегодня, едва все разошлись, она решила ненадолго задержаться.

– Я бы хотела увидеть Керка, – начала девушка. – Он случайно не появлялся сегодня в санатории?

– Нет, как утром уехал, больше его не видела. – Рита тщательно намывала посуду в большой металлической раковине.

– А почему он один занимается всеми делами? Ведь хозяин-то его отец.

– Марк Франкович – человек занятой. Он владеет не только этим санаторием.

– И чем же он ещё занимается?

– Ну, кто говорит, торговлей, кто говорит, что политикой. Не знаю. В общем, бизнесом, им сейчас все занимаются, кому не лень.

– А Керк?

– Керк Маркович? – то ли переспросила, то ли поправила её женщина. – Он увлечён делами отца, ездит то здесь, то там. Но обычно он в Петербурге сидит, отец его давно уж туда отправил на учёбу.

– А я сегодня вот познакомилась с одним человеком из VIP-зоны…

– С Ковалем? – сразу же догадалась Рита, и лицо её почему-то помрачнело. – Странный он тип, Лавра. Я бы на твоём месте с ним не общалась.

– Почему Вы так решили? – Глупо было задавать такой вопрос, ведь Лавра и сама успела убедиться в странностях этого господина. Но было любопытно узнать мнение прислуги.

– Как бы тебе объяснить… Ну, он какой-то себе на уме, понимаешь? Ходит целыми днями по санаторию, как зомби, в парке сидит по вечерам, всё что-то вынюхивает, расспрашивает. А ещё я заметила, он каждый вечер берёт сотовый телефон и уходит с ним куда-то ровно на час.

– И что в этом странного? Если сравнить его с нашими ребятами, то он чистый ангел.

– Кстати, этот Коваль меня постоянно расспрашивает о вас.

– Да?.. И что именно?

– Кто вы, откуда приехали, как себя ведёте… Он даже спросил один раз, кто из вас на мой взгляд самый умный. И я вот сказала, что ты.

– Хм, спасибо… А Марина с ним не общается? Они же одни живут в VIP-зоне.

– Да так, пару раз видела, как она с ним разговаривала о чём-то. Он даже присутствовал на месте происшествия в тот день, когда в её номере кто-то учинил бардак.

– Знаете, Рита, а ведь я так и не поняла, почему он Вам не нравится, – вздохнула Лавра. – Любой нормальный человек захочет посмотреть, что же произошло в соседнем номере. Да и я бы на его месте наверняка пожелала познакомиться с другими постояльцами…

– Есть ещё кое-что, – вдруг замялась Рита, словно речь зашла о чём-то запретном. – Я тут пару дней назад оставалась на ночное дежурство. И чего-то вышла подышать свежим воздухом. Постояла немного у служебного входа и вдруг вижу, что кто-то крадётся в темноте. Думала, охранник, а это оказался Коваль, я его по лысине узнала.

– И что дальше? – заинтриговалась Гербер. Мало ли, зачем Коваль решил погулять перед сном.

– Он осмотрелся и ушёл в парк. А потом я ещё долго стояла, ждала, когда он вернётся. Но Коваль так и не появился больше.

Женщина и девушка обменялись тревожными взглядами. Рита не стала комментировать этот странный поступок постояльца из VIP-зоны, а вот Лавру заинтересовало сообщение кухарки.

После обеда Гербер вновь вышла на улицу. Солнце уже вовсю жгло южную сторону здания, зато пустынный пляж охватила прохладная тень. Никто так и не решился искупаться сегодня в реке, хотя погода к этому располагала как никогда. Гербер вновь поднялась на пригорок возле берега. Тропинка к источнику была пуста, и она раздумывала, пойти или не пойти к озеру. Ей хотелось посмотреть на него ещё раз и понять, зачем туда наведывается Кривовцов. Не может быть, что ему просто нравится купаться в запрещённом водоёме. Причина таится явно в чём-то другом.

Поразмыслив пару минут, Лавра прогулочным шагом направилась вдоль реки, а чтобы никто ничего не заподозрил, сделала вид, будто любуется высокими деревьями.

У озера царила осенняя свежесть. Она исходила от тёмной поверхности водоёма и окутывала невидимой пеленой окрестные берега. Здесь всё сохранилось так, как и несколько дней назад: та же тишина, тот же холодок, те же немые заросли, плотной стеной охраняющие озеро от внешнего мира. Лавра присела на мостик и потрогала студёную воду. Она снова и снова осматривала обстановку, однако ничего подозрительного так и не находила. «Если Роман и ходит сюда, то только искупаться», – заключила девушка, поправив на запястье браслет.

– Ты тоже здесь? – внезапно раздался за спиной голос Аиды, и она вышла из-за дерева, словно всё это время пряталась там.

– Видимо, это место многих привлекает своей тишиной, – ответила Лавра, хотя внутри неё всё так и сжалось. Что за дурная привычка вот так внезапно подкрадываться!..

– Да, тут очень мило, – согласилась Гаагова, вертя в руке сорванный цветок шиповника. – Ты пришла сюда из-за Ромы, верно?

– Просто решила прогуляться.

– Я видела, как он сюда сегодня уходил, и решила подкараулить. Стало любопытно, чем же привлекло его это чёртово озеро. Оказывается, ничем… кроме дивных пейзажей, конечно. Да и те не очень-то гармонично смотрятся со всеми этими решётками и бочками.

Аида указала на противоположный берег, где сверкал металлический забор.

– Вынуждена с тобой согласиться, – вздохнула Лавра после её слов. – Я тоже думала найти здесь что-нибудь посущественнее. Значит, Роман приходит на озеро просто так?

– Не знаю, но ему вставили за это хороший втык. Кажется, Валентина Амосовна отправила его к участковому, чтобы тот составил протокол. – Сокурсница спустилась к мостику и бросила цветок шиповника в воду. – Я всё ещё взбудоражена рассказом Анжелы про человека на раковине. После вчерашнего нападения на нас, знаешь, я начинаю ей верить.

– Вячеслав Сергеевич тоже говорил о нём.

– О ком? О человеке на раковине? – удивилась Аида. – М-да, видимо, этот тип задался целью со всеми нами перезнакомиться.

– Ты говоришь о Ковале?

– Да. Сегодня утром, представляешь, я встретила его в библиотеке. Он отдавал свою книгу, а потом ни с того, ни с сего обернулся ко мне и посоветовал её взять.

– Мифы Древней Греции? – уточнила Лавра и нахмурилась. – Но зачем?

– Понятия не имею. На вид он похож на маньячиллу. Хотя кто их знает, эту богатую интеллигенцию.

– Рите он тоже не нравится. Она говорит, что Коваль какой-то подозрительный, про нас частенько расспрашивает, а по ночам ходит гулять в санаторный парк.

– Ай, кто его поймёт, – отмахнулась Гаагова. – Ромка, Женька, это погремушка Марина, а теперь ещё и этот Коваль… Достали они все.

– Согласна, – улыбнулась Лавра и вновь запустила руку в холодную воду.

– Так что ты думаешь насчёт всего этого?

– Даже не знаю, думать вообще не получается. Человек на морской раковине… Красная мантия… Как они связаны между собой, не понимаю…

– Допустим, этот человек существует, – оживилась Аида. – Но тогда кто он? Кто-то из местных или приезжий?

– Лично мне почему-то кажется, что это вполне может быть наш Роман. Может, он приходит сюда, чтобы надеть какой-нибудь гидрокостюм, а потом плавает по дну реки.

– Да ну, никаких гидрокостюмов я не видела.

– Ты и этого человека на раковине тоже не видела.

– Меня лично раздражают все эти трезубцы, – продолжала сокурсница. – Ты заметила, они ведь везде: на коврах, на покрывалах, даже витраж в санатории с трезубцем!..

За деревьями раздался шорох, и девушки насторожились. Лавра поднялась и отряхнулась от пыли.

– Пошли, иначе этот бешеный старик и нас с тобой здесь поймает. У меня нет денег платить штраф…

Они спешно покинули мостик, даже не заметив, как под ним всколыхнулась вода. Что-то быстро ушло на дно, выпустив на поверхность лишь мелкие пузырьки.

– Из головы не выходят вчерашние съёмки клипа, – продолжала Аида, потирая плечи. – Как увидела, что Анжелу уносит против течения, так вся и затряслась. Меня потом долго в чувства привести не могли, даже валерьянку пила – вот насколько перепугалась.

– Вчера всем досталось, – согласилась Лавра, с опаской поглядывая на реку.

– А когда я узнала, что в твою комнату кто-то залез, так чуть сознание не потеряла. Вот кому нужно заниматься этим, а?

Лавра непременно поделилась бы с Гааговой своими мыслями на сей счёт, но, учитывая болтливость сокурсницы, раскрываться перед ней было неразумно. Аида не могла хранить тайны и при первой же возможности сообщала о них окружающим, как это уже произошло вчера за ужином. Возможно, у неё это происходило непроизвольно, однако доверять девушке секреты теперь нельзя.

Едва девушки вошли в санаторий, до них долетели взбудораженные голоса. Вне сомнений, один из них принадлежал Фанелину. Аида и Лавра поспешили на второй этаж и наткнулись на скопление служащих. Люди стояли в коридоре и на лестнице. На полу перед ними лежала выломанная дверь чьего-то номера. По цифрам Гербер быстро догадалась, кому именно он принадлежал.

Женя разразился возмущениями в адрес администратора, а Валентина Амосовна лишь молчала, бледная и напуганная. Ей, на самом деле, нечего было возразить, ведь это уже третий случай взлома.

– И между прочим, – продолжал отчаянный парень, – у меня пропали все деньги, на которые я планировал провести остаток отдыха!

Гербер успела заглянуть в Женину комнату и увидела там бардак куда более жуткий, нежели вчерашний погром в её номере. Вещи Фанелина, все до одной, были разбросаны по как какие-то тряпки. Его спортивную синюю сумку точно так же изрезали на мелкие клочья. Кровать, как и у Лавры, была выворочена, а постель разорвана. На полу вперемешку с одеждой валялись кусочки матрасной ваты, порванный кошелёк, страницы карманного фотоальбома, бритвенные принадлежности и прочие мелочи.

Керк угрюмо наблюдал за истерикой парня.

– Значит так, – сказал он, когда Женя наконец умолк. – Украденное тебе возместят, ты не беспокойся. А все служащие и рабочие пусть немедленно соберутся в столовой. Я по-своему разберусь с крысой, поселившейся в нашем санатории!

Голос его звучал твёрдо и внушительно, отчего многие переглянулись.

– Вы трое, – указал Керк на Лавру, Аиду и Женю, – пройдёте со мной. Мне с вами надо поговорить отдельно.

– Я считаю, их не помешало бы собрать всех вместе, – предложила Валентина Амосовна.

– Ну так найдите остальных, в чём проблема! – выпалил парень, и женщина побежала вслед за другими работниками.

Керк повёл студентов на третий этаж, который уже успели отремонтировать. Стены здесь были покрашены в приятный бежевый цвет, а двери номеров обзавелись красивыми табличками. Оставалась, наверное, только уборка. Но голову Лавры занимал один единственный вопрос – зачем преступнику понадобилось забираться в номер Фанелина? Если он и так уже знал, что браслет находится у неё, какой смысл искать его у парня?..

Студентов пригласили в просторную комнату, где поддувал сквозняк.

– Я не знаю, имеете ли вы отношение к кражам из номеров, – начал Керк каким-то излишне серьёзным тоном. – Но вот сегодня выяснилась занятная деталь, которую вы никому не сообщили.

– Пол, вес, рост? – сыронизировала Аида.

– Убийство археологов, – сухо ответил парень, и ребята напряжённого переглянулись, – которое произошло аккурат после вашего визита на раскопки.

– И что, мы-то тут причём? – возмутился Женя.

– А вы в курсе, что археологи успели сообщить своему местному участковому, что их находку кто-то вскрыл как раз во время вашего там пребывания?

Лавра вздохнула, но не сильно удивилась такой новости. На месте археологов она, возможно, поступила бы точно так же, раз уж гроб действительно кому-то удалось опустошить.

– Ведь это с вашим приездом у санатория начались сплошные проблемы, – продолжал Керк. – За вами тянется шлейф неприятностей. Я бы не делал поспешных выводов, если б мне не сообщили про монастырь Хеста.

– Это не мы, – заверила его Лавра. – Зачем бы нам это всё устраивать?

– Я не знаю, зачем, но факт остаётся фактом – после вашего появления у археологов пропали ценные вещи. Более того, краеведческий музей после вашего посещения тоже ограбили. Не слишком ли много совпадений для простой горстки студентов, которые отдыхают по путёвке от университета?!

– Ещё никто нас так не оскорблял! – взмахнула рукой Гаагова. – Если твой долбаный санаторий не может обеспечить охрану нашего имущества, то в этом, конечно же, должны быть виноваты мы!

– Может, нам лучше сегодня же уехать отсюда? – предложила Гербер.

– Да, нам в этом крысятнике делать нечего, – согласился Женя и хотел выйти, но Керк весьма грубо оттолкнул его от двери.

– Нет уж, – недобро заулыбался парень. – Вами заинтересовались из областной прокуратуры. Оказалось, что они уже несколько дней разыскивают пятерых очевидцев убийства. Так что с этого момента будете сидеть взаперти.

Глава 9

Глаза-огоньки

– И что нам теперь делать? – дрожащим голосом спросила Аида, когда их всех поместили в библиотеке. – Там два амбала за дверью, мы даже не можем никуда выйти.

– Это всё твой дружок, – по-прежнему бурчал Женя, нервно расхаживая по помещению. – Я надеюсь, он тебе всё объяснил?

– Да, мы в полной заднице, – выдохнул Роман, развалившись в кресле.

– Ой, да ладно вам, устроили панику, – возмутилась Марина. – Все будет норм, я позвонила отцу, нас не могут допрашивать без адвоката.

Лавра сидела за библиотекарским столом, молча наблюдая за остальными. Она держала в руке злосчастный браслет и всё думала о приезде следователей. Если стражи закона увидят его, то случится самая настоящая катастрофа. Все-таки зря она потратила целый день на бесполезные предположения. Куда практичнее было бы избавиться от улик.

– Если вы не виноваты, то зачем так злиться… – изобразила Аида бухтящим голосом Валентину Амосовну. – Дура набитая. Вот бы её на наше место!

– Не кричи так, вдруг они услышат, – испугано замахал руками Роман.

– Ну и пусть, мне-то от этого что?! Вот подожди, я ещё ославлю их ненаглядный санаторий! У них вообще больше клиентуры не будет, у меня мама кому угодно лапы пообрывает…

– Марина права, – прервала их бесполезные склоки Лавра, получив одобрительный взгляд Холодовой. – Глупо сейчас возмущаться, это никак не поможет. В конце концов, администратор права, нам не стоит бояться, если мы невиновны.

– Неужели ты не понимаешь, ведь всё свалят на нас! – паниковал Женя. – Вот увидишь, они в силах это сделать.

Он посмотрел на её браслет и недовольно мотнул головой.

– А по-моему, таким способом они пытаются выгородить себя, чтобы не отвечать за взломы номеров, – предположил Роман. – Ведь это же самое простое…

Тут в библиотеку вошла Валентина Амосовна.

– Время ужина, – сообщила она, окинув ребят презрительным взглядом. – Вы можете пройти в столовую.

– О, дожили, – сразу же возмутилась Гаагова, – нам теперь и в туалет без особого приказа сходить нельзя.

– На вашем месте я бы помолчала, сударыня, – заметила администратор. – Вы не в том положении.

– К сожалению, вы тоже не на моём месте, а значит, я имею право говорить всё, что вздумаю! Во-первых, верните мне мой сотовый телефон, я должна позвонить маме. Во-вторых, я хочу принять душ и полежать в своём номере. Или я на это уже не имею права?

Валентина Амосовна остановила на ней холодный взгляд и с тяжестью вздохнула.

– Ситуация, я думаю, исправится, но только после того, как с вами побеседуют следователи. А пока, для вашего же блага, вы будете находиться под присмотром. И я ничего не могу изменить, это не в моей компетенции.

– Значит, для нас благо сидеть в этой вонючей библиотеке? – переспросила Аида, обернувшись к остальным за поддержкой.

– Мы не совершали ничего преступного, – подхватила её мысль Марина. – У вас нет никаких доказательств!

Женщина усмехнулась и вышла из помещения.

Ужин опять прошёл в тишине, несмотря на ворчание Аиды, которая никак не могла смириться со своим «положением». Но даже она понимала, что всё куда серьёзней, чем кажется. Особенно это ощущали Лавра и Женя. Последний без конца бросал на браслет Бальваровского беспокойный взгляд, словно спрашивая, почему он до сих пор находится у девушки.

– Всё, сейчас будет допрос, – воскликнула Марина, которая заметила в дверях человека в милицейской форме. – Кто пойдёт первым?

– Может, ты? – предложил Роман, нервно постукивая вилкой по тарелке.

В вестибюле их уже дожидались Керк, Валентина Амосовна и ещё трое незнакомых господ. Одного, правда, Лавра быстро вспомнила, как только почувствовала на себе его хитрый взгляд. Это был тот самый подозрительный тип, который присутствовал на раздаче путёвок в университете и всё время что-то нашёптывал ректору. Кажется, благодаря ему она и попала сюда. Вид его ничуть не изменился: те же лисьи глаза, тот же жёлтый костюм и то же неприятное белое лицо. Увидев студентов, он как-то странно приоткрыл рот и почему-то сразу уставился на Гербер.

– Эти самые? – переспросил один из прибывших мужчин, и Валентина Амосовна утвердительно кивнула.

Господин вышел вперёд, держа в руках потрёпанный рыжий дипломат, и окинул каждого небрежным взглядом.

– Значит, вот они – скандальные студенты Рашвера, – недобро заключил он и оглянулся на коллегу. – Мне кажется, ваш ректор уже не рад, что отправил своих отличников в это путешествие.

– Это почему вдруг? – уточнил Женя.

– Ну, учитывая то, во что вы успели вляпаться…

– А во что мы успели вляпаться? – переспросила Марина, но ответа не получила.

Незнакомец потребовал выделить ему отдельное помещение, и Валентина Амосовна с радостью предложила библиотеку. Расположившись на стульях, ребята замерли в томительном ожидании. Усатый незнакомец с дипломатом сел за библиотекарский стол, другой мужчина расположился возле него, а человек в жёлтом костюме встал в углу у входной двери.

– Так вы нам объясните, в чём мы провинились? – продолжала Холодова в деловой манере. – Вроде никому ничего плохого не сделали, живём тут невообразимыми паиньками…

– Вот сейчас и разберёмся, сделали или нет, – ответил ей господин с седыми усами. – Меня зовут Анатолий Давыдович. Я работаю старшим следователем по особо важным делам при областной прокуратуре. Я приехал по просьбе Марка Франковича, чтобы разобраться в определённых тёмных обстоятельствах с вашим участием. Под моим руководством идёт расследование двух громких преступлений последней недели. Думаю, вы догадываетесь, о чём я имею в виду.

– Да, но мы-то тут причём? – повторил Женя волнующий всех вопрос.

– Давайте начнём с этой прелестной рыжеволосой барышни, – указал мужчина авторучкой на Марину. – Вы больше всех, как мне сказали, любите выступать. Как Ваше имечко-отчество?

– Холодова Марина Глебовна, запишите, пожалуйста, без ошибок, – в своём амплуа произнесла девица.

– Не бойтесь, я редко когда допускаю ошибки. – Он посмотрел на неё исподлобья и странно улыбнулся. – Значит, Вы, Марина Глебовна, удостоились от университета такого шикарного подарка?

– Что-то не заметила особого шика.

– Тем не менее… Скажите, до этой поездки Вы были знакомы с остальными ребятами?

– Вот уж глупый вопрос, – усмехнулась Холодова. – Конечно, я знала всех, не так близко, но знала. Я общительный человек, у меня много друзей. Тем более, мы все с одного факультета.

– За что Вы получили эту путёвку?

– Ваши вопросы глупеют на глазах. Конечно же за успехи, за безупречную учёбу.

– Понятно, – смутился Анатолий Давыдович. – Кажется, у вас на вокзале что-то случилось… ну, с вашим руководителем? Расскажите поподробнее.

– Не руководителем, а с сопровождающей. И вообще, что здесь можно рассказывать?.. Упала она в обморок, увезли её на скорой. Вроде не сдохла. Всё, ничего интересного.

– И вся ваша компания, несмотря на это, решила отправиться в путь без неё?

– Слушайте, какое отношение это имеет к взломам наших номеров? – не выдержала Аида.

Анатолий Давыдович посмотрел на своего молчаливого коллегу, вздохнул и сказал:

– Я думаю, лишних лучше пока вывести, чтобы не мешали мне работать…

Признаться, Лавра с самого начала не поняла, почему их пытаются допрашивать всех вместе. Это как-то противоречило правилам. Ведь если следователи хотят отделить вымысел от истины, им сразу нужно было говорить с каждым по отдельности.

– Вот! Теперь мы не знаем, что она там говорит! – указал Роман дрожащей рукой на закрытую библиотечную дверь.

– А что тебе хочется знать? – переспросила Лавра. – Говори всё, как есть, если ты ни в чём не виноват.

– Или ты чего-то испугался? – прищурился Женя и попытался отойти к конторке дежурного, но ему сразу же перегородил дорогу человек в милицейской форме. – Я покурить, неужели нельзя?..

Странно, но его пропустили. Лавра посмотрела на Аиду, стоявшую у стены в глубоком раздумье, и на Романа, который трепетно пытался прислушиваться к разговору за дверью. Гербер же миновала милиционера, тоже сказав, что хочет покурить, и очутилась на свежем воздухе.

Фанелин ожидал её появления.

– Скорее, отдай мне браслет, – потребовал он, протянув руку. – Нельзя, чтобы его увидели у тебя.

– Может, будет лучше рассказать им всё, как есть? – тихо спросила девушка, отойдя от стеклянных дверей.

– С ума сошла?! – зашипел Женя. – Никто тебе не поверит, даже не думай признаваться!..

– Но ведь они не смогут доказать, что это я обокрала музей, у меня есть алиби.

– Лавра, какое нафиг алиби!.. Дело рискует войти в разряд не раскрываемых, неужели ж они не постараются свалить всю вину на козла отпущения. Ты что, хочешь стать крайней???

– Ну, не знаю, – приуныла Гербер. – А если они устроят обыск? Тогда браслет найдут у тебя и…

– Они уже это делают, – ответил Женя, указав на двери.

Сквозь стекло было видно, как помощник Анатолия Давыдовича берёт у администратора дубликаты ключей от студенческих номеров.

– А личный досмотр? – опешила Лавра, достав браслет из кармана джинсовой куртки.

В сумерках он сверкал не менее восхитительно, словно светился изнутри.

– Давай же его сюда! – настоял Фанелин.

– Нет, лучше я спрячу его во дворе, – отказалась девушка и поспешила вниз, к фонтану.

– Не глупи, ты сделаешь только хуже, – не унимался Женя, но за ней не последовал.

Кто-то вышел из здания и окликнул его по имени. Парень ещё раз взглянул на уходящую Лавру и скрылся за стеклянной дверью.

Гербер, сжимая браслет, спешно осмотрела пустынный двор. Она подошла к кустикам шиповника и просто положила драгоценность на землю под их широкие листья. Однако оставлять его так не хотелось, и девушка принялась рыть руками неглубокую ямку. Всё-таки Фанелин прав – про такую находку властям лучше не сообщать.

Через какое-то время тайник был готов, а с крыльца донёсся голос Марины:

– Гербер, ты там блевать собралась, что ли? Сколько можно тебя звать?!

Испуганная Лавра поспешила обратно и заметила перед дверьми Аиду и Романа.

– Нас уже допросили, можешь идти, – озлобленно рявкнула Холодова, явно не довольная общением со следователями.

Очевидно, Женя был уже в библиотеке, так как Лавру попросили подождать пару минут. Успокаивая дыхание, он замерла у стены и принялась оттряхивать ладони от песка. Надо было сосредоточиться на том, что придётся рассказывать следователю. Если сочинять на ходу, то он быстро поймёт подвох. Впрочем, сообщить ему особо нечего. Она знает ровно столько, сколько и остальные ребята. А ещё лучше изобразить из себя впечатлительную девицу, расстроенную от взлома своей комнаты.

Фанелин вышел из библиотеки мрачнее тучи. Заметив Лавру, он попытался ей что-то прошептать, но она всё равно ничего не разобрала. Да и милиционер потребовал поскорее зайти внутрь.

Человек в жёлтом костюме оживился, едва увидев её. За столом всё так же восседал Анатолий Давыдович, а вот его молодой помощник отсутствовал, видимо, уже вовсю обыскивая номера.

– Значит, Вы у нас последняя, Лавра Эдуардовна? – прищурился следователь, откладывая в сторонку исписанные листы. – Надо сказать, Ваши друзья отнюдь не вежливые личности. Надеюсь, Вы будете вести себя скромнее?

– Что? – не расслышала девушка, уставившись на него затуманенным взглядом. – Ах, я? Да, я слушаю, что Вы хотите знать?..

– Хорошо. Из показаний Ваших товарищей ясно, что вы побывали на всех местах, где впоследствии произошли преступления: и в краеведческом музее, и в монастыре Хеста… Вы знаете, кстати, что произошло в монастыре?

– Да, там погибла археологическая группа.

– Не просто погибли, а их убили, причём одним из самых неприглядных способов.

– Правда? А в газете про это не было ни слова.― Лавра солгала, чтобы никто не заметил её заинтересованность в этом деле.

– Ох уж эти газеты… Столько шума, а толку – чуть.

– Так Вы считаете, что это мы сделали? – От глупости такого вопроса Гербер даже самой стало смешно, но приходилось изображать дурочку.

Следователь насмешливо посмотрел на неё и поджал губы.

– Почему Вы так решили?

– Я просто не понимаю, зачем устраивать весь этот допрос? Почему вызвали именно Вас, следователя по особо важным делам? Ведь мы стали жертвами банальных краж, здесь же нет никакой связи с теми событиями в музее и монастыре.

– Ну, как заметил Марк Франкович, вы несёте за собой слишком много странных случаев. В музее пропажа обнаружилась именно в ту ночь, когда вы оказались в монастыре, то есть сразу же после вашего отъезда, а других посетителей в этот день там не было, и Вы это прекрасно знаете.

– Видите, Вы сами себе противоречите. Сами же сказали, что мы были в это время в монастыре. Как мы тогда могли обокрасть музей? Тем более, кто угодно мог это совершить, например, сами работники музея. И, кстати, экскурсовод наоборот поторопила нас покинуть музей, так как ожидала приезда китайских туристов…

– Разве я говорю, что это именно вы похитили коллекцию?.. – прервал её размышления следователь и снова странно улыбнулся. – Идём далее, утром вы со скандалом покидаете монастырь Хеста. Знаете ли, мне сообщили, что в ту ночь кто-то вскрыл археологическую находку и утащил её содержимое. Вот здесь-то вы вполне можете быть замешаны.

– Но никто из нас этого не делал. По крайней мере, я, – задумалась Лавра. – Я спала, потом меня разбудили, как и всех остальных… из-за вскрытого гроба. Да даже если это мы его взломали, то как смогли вынести его содержимое из монастыря? Роберт сам твердил, что видел кого-то выбегающим из зала… Роберт – это один из археологов…

– В том-то и дело, что никто не знает, как вы смогли это проделать. Факт в том, что ровно через сутки археологов нашли мёртвыми. Видели бы Вы эту картину. Чудовищно! Человек, сотворивший такое, жестокий мерзавец!.. Но говорим мы сейчас не об этом, а всё же о кражах. Итак, три проникновения, и только одно с пропажей вещей. Я знаю, Ваш номер тоже подвергся взлому, а посему, не могу обвинять именно Вас в этих происшествиях. Тех других, Фанелина и Холодову, тоже глупо было бы подозревать в этом, хотя и не лишено смысла. Остались только гражданка Гаагова и товарищ Кривовцов. Их номера пока что целы, им повезло. Что Вы можете рассказать о них?

Лавра напряглась, понимая, что он акцентирует свои подозрения на этой парочке.

– Ничего, они вполне нормальные ребята, – растерянно пожала она плечами, – отличники университета. Да все из нас учатся хорошо, участвуют в олимпиадах и в научных конкурсах…

– Знаете ли Вы их близко?

– Нет, мы все, наверное, друг друга толком не знали до этой поездки. Просто я хочу сказать, что неприятности преследовали нас с самого начала. Вы же знаете, это началось на вокзале, с того случая, когда с Еленой Викторовной сделалось плохо…

– А кто, кстати, предложил идею ехать без неё?

Лавра поворошила память.

– Я даже не помню… мы все вроде так решили, – нахмурилась она. – И ещё, Вы сказали, что только у Жени пропали вещи. Это не так. У меня вот, к примеру, украли мой дневник.

– Дневник, ах да. В нём было что-то важное?

– Я не знаю, что там может быть важнее моих личных записей. Однако ж его украли…

– Извините, а можно я задам вопрос? – вмешался в их беседу мужчина из угла.

– Да-да, конечно, – кивнул Анатолий Давыдович.

Человек, застегнув жёлтый пиджак, поднялся со стула и приблизился к Гербер, вновь взглянув на неё глазами хитрой лисицы.

– Скажи, Лавра, а не случалось ли с тобой чего-нибудь необычного за эту непродолжительную поездку? – спросил он и посмотрел так, что её пробрал холод. – Например, явления, которые бы ты не могла объяснить, или люди, которые бы тебе не понравились…

– Не совсем понимаю, о чём Вы, – мотнула головой девушка. – Необычное было только здесь, в Речных Воротах.

– Про водное приключение и прыжки с моста я уже слышал, – поправил её господин в жёлтом костюме. – Меня больше интересует именно ваша поездка.

Лавра призадумалась, но перед глазами так и блестел образ браслета, оставленного во дворе. Не нужно было его закапывать. Оставила бы в кармане, никто и не додумался бы обыскивать каждого студента.

– Пожалуй, да, было, – вдруг выдавила из себя отличница. – Я помню, как во время экскурсии по краеведческому музею, когда нам разрешили свободно походить по залам, внезапно отключили электричество. Ну, знаете, у них там особая охранная система, и окна быстро закрылись какими-то щитами. В музее на несколько минут сделалось темно, абсолютно темно. Но потом пришла экскурсовод и помогла нам покинуть залы.

– Ага, – промычал Анатолий Давыдович. – Так значит, некоторое время сокровища находились без охраны.

– И что, что было, когда пришла та женщина? – настаивал мужчина в жёлтом костюме.

– Ничего, – снова призадумалась Лавра, пытаясь досконально вспомнить ту ситуацию. – Марина с Романом самыми первыми подошли к свету, потом показалась Аида… Я подоспела не сразу, знаете, испугалась всего этого, да ещё темнота…

– А кто пришёл последним? – спросил Анатолий Давыдович, явно зная ответ. – Последним.

– Это Фанелин, – догадался человек с хитрыми глазами. – Тот самый, оруженосец профессора Фитша.

– Ах, да, да, да! – обрадовался следователь. – Значит, он пришёл самым последним, вон оно что.

– Не последним, он пришёл вместе со мной, – добавила Лавра, хотя в действительности было не так. Но от своих слов отказываться она уже не стала.

В памяти почему-то застыл момент, когда Женя, дойдя в обесточенном музее до экскурсовода, внезапно обернулся назад, будто кого-то увидел или услышал там, в комнате с сокровищами.

– Больше там ничего странного не было? – щёлкнул пальцами перед её носом мужчина в жёлтом костюме, вернув из глубины воспоминаний.

– Нет, после этого мы ушли, – ответила Лавра. – Но я хотела бы ещё рассказать про монастырь. Понимаете, тот гроб, который нашли археологи, он не открывался…

– Мне это известно.

– Даже Андрей Дмитриевич сказал, что открыть его можно только с помощью инструментов, а их оборудование было непригодным для этого. Его ассистент, тот самый Роберт, хотел с утра съездить в город за фрезерной пилой…

– Это всё? – переспросил человек с хитрыми глазами, явно не желая слушать её рассказ об археологах.

– Ну, как бы да…

Анатолий Давыдович что-то пометил в своей записной книжке.

– Вы можете идти, на этом закончим, – произнёс он и указал рукой на выход.

Лавра вышла из библиотеки в растерянности. Милиционера поблизости не оказалось, так что можно было задержаться у дверей. Из-под них как раз донеслись голоса мужчин.

– Бог мой, Марк, я не могу подозревать этих детей! – воскликнул Анатолий Давыдович. – В чём их вина?.. Она права, даже если бы они и взломали гроб, то вынести содержимое им бы точно не удалось.

– Мне не нравится этот Фанелин, – в спокойном тоне отвечал другой. – Он ведь работает на Фитша и довольно давно, не забывай. А Фитш – человек с дурной репутацией, он не так давно вышел из тюрьмы.

– И что ты предлагаешь?..

Но ответ Лавра подслушать не успела, поскольку вернулся человек в милицейской форме.

– Ты чё здесь торчишь? – пробасил он, смерив её недовольным взглядом.

Гербер молча вышла в вестибюль и направилась к выходу. Никого из ребят на крыльце не оказалось. Но это было даже на руку. Постояв немного у двери, отличница спустилась вниз и зашагала в правую сторону от фонтана, где оставила браслет. Она и сама не знала, чего сейчас больше желает: чтобы его там уже не было или наоборот. Однако сокровище Бальваровского, чуть присыпанное землёй, всё так же лежало в кустах. Лавра облегчённо вздохнула, натянула браслет на запястье и выглянула за живую изгородь шиповника. Тёмный парк был спокоен и тих.

– Вас уже оставили в покое? – донёсся вдруг сзади знакомый мерный голос. – По-моему, глупо обвинять тех, кто на самом деле является всего лишь невинными жертвами.

– Жертвами? – переспросила Лавра, испугавшись, и увидела выходящего к ней из-за деревьев Коваля.

– Ведь Вас тоже, насколько я знаю, обокрали.

– Нет-нет, меня не обкрадывали. Только в номер залезли, но ничего не пропало… за исключением разве что дневника.

– Ну, тогда не смею Вас больше отвлекать от Ваших мыслей, – развёл руками Вячеслав Сергеевич. – Тем более, я уже изрядно утомился и хотел бы пораньше лечь спать.

– Спокойной ночи, – пожелала Гербер, а сама отошла к ближайшей скамейке, нервно сжимая браслет в ладони.

Её волновало, видел ли этот тип, как она доставала украшение из кустарника. Ну разумеется, видел, иначе бы не ушёл так скоро. Лавра вновь оглядела пустынный двор, и через минуту из-за поворота послышался звук работающего двигателя. К крыльцу подкатил автомобиль и замер возле ступенек. Со стороны главного входа донёсся скрип двери, и на крыльцо кто-то вышел, сразу же закурив сигарету.

– Говорю тебе, Марк, мы уже знаем, в чём весь кипеш, – твердил Анатолий Давыдович. – Осталось проверить Фитша, но и тут я не очень-то уверен.

– Ах, если бы всё было так, как ты считаешь… – замялся человек в жёлтом костюме. – Вообще, мне лишние проблемы не нужны, сам понимаешь. Мы с Рашвером насчёт монастыря не договаривались. Тем не менее, дело тёмное, и эти студенты с ним напрямую связаны.

– Успокойся, – похлопал его по плечу следователь. – Я верю тебе, мы же столько лет знакомы. Зря, конечно, ты согласился на всё это. Хорошее место, но…

– Не Греция, признаю.

Они оба рассмеялись и спустились к машине. Лавра стояла в тени деревьев и слушала их непонятный разговор.

– Как скоро ты вернёшься? – поинтересовался человек в жёлтом костюме.

– Не знаю, Марк. Фитша трудно будет разыскать после тюрьмы, он и говорить-то сразу не захочет, не из пугливых… Может, дня через три-четыре.

– Боюсь, к этому времени ситуация выйдет из-под контроля. В любом случае, как только что-нибудь выяснишь, то…

– То я сразу сообщу тебе, – договорил за него Анатолий Давыдович и сел к своему коллеге, который дожидался его за рулём автомобиля.

Машина развернулась у фонтана, объехала его и направилась к открытым воротам. Лавра стояла и смотрела на того человека в жёлтом костюме, понимая, что это и есть отец Керка – бесстрашный хозяин санатория. Что ж, подумала она, очевидно, он хорошо знаком с ректором, раз был тогда в университете на раздаче путёвок. Одно она поняла наверняка – его и следователя больше интересовали сокровища Бальваровского. Иначе бы они допросили её и о происшествии на съёмках клипа группы «Гранды», и о странном падении Фанелина с моста, и о разбитом ветровом стекле джипа, сбившего красную мантию.

Всплеск воды нарушил вечернюю тишину, и Лавра обернулась. Шум шёл со стороны обрыва, которым завершался парк. Она слышала, как вода колышется и брызжет, будто по ней ударяют веслом. Неужели рабочие до сих пор собирают мусор перед водопадом? Надо бы проверить.

Чем ближе она подходила к обрыву, тем сильнее раздавался всплеск. Сквозь деревья проступал блёклый свет луны, озарявшей сегодня всё пространство реки. Лавра уже представляла, что может увидеть там. В голове возникла мысль, что это могут быть те самые специалисты, о которых говорили Рита и Керк. Они вполне могли проверять там затон, разыскивая какие-нибудь аномалии. Девушка припала к одному из крайних деревьев и неторопливо, с осторожностью, выглянула из-за широкого ствола.

При свете луны волны переливались и сверкали, подобно серебру. Водопад куда-то исчез, а вместо него торчали серые островерхие камни. Внутри этого холма чернела пещера, и из неё стремительным потоком вытекала вода, как если бы Керга теперь шла откуда-то из-под земли. Но не это привлекло внимание ошарашенной студентки. На поверхности реки был тот самый необычный человек, восседающий на белоснежной морской раковине. Лицо его было ужасно, как, в общем-то, и вся эта ситуация. Широкое тело, казалось, непрерывно двигалось, играя каждым мускулом на лунном свету. Крепкие руки сжимали длинный металлический шест, которым незнакомец что-то проделывал с водой. На голове, среди пышных светлых волос, шевелившихся, будто бы от ветра, поблёскивали три заострённых рога. Но самое ужасное в облике очередного загадочного явления было в его ногах. Вернее, в их отсутствии. Лавра вполне чётко разглядела, что у него был хвост с одним мощным плавником. Несомненно, именно про этого типа и говорила вчера Анжела.

Незнакомец отплыл назад. Оказывается, в его руках была вовсе не простая палка, а трезубец, блеснувший острыми заточенными ножами. Неведомое создание ещё раз взмахнуло этим опасным оружием, после чего водопад, как и прежде, полился сверху. Лавра стояла и смотрела на это действо с раскрытым ртом. Разум отказывался верить в то, что видели сейчас её глаза. Неизвестный резко повернулся к ней, и они встретились взглядами.

Нет, он не был человеком. Его лицо хоть и покрывала обильная борода, но вместо глаз торчали два огонька, которые горели, как у притаившейся в темноте кошки. Девушка вскрикнула и бросилась бежать. Сзади раздался новый всплеск воды. Неужели он будет преследовать её по парку? Лавра прибавила скорость и в одно мгновение очутилась во дворе санатория. В ушах стучал пульс, а руки тряслись.

Споткнувшись на ступеньках крыльца, Гербер замерла на пару секунд, осознавая, что никто и не собирался гнаться за ней. Двор по-прежнему был пустым и тихим. Лишь фонтан радужно играл своей подсветкой. Фигурные ангелы всё так же смотрели в разные стороны, расправив крылья. Лавра отдышалась. Решение не заставило себя долго ждать: чем столкнуться ещё с чем-нибудь страшным и наверняка опасным, лучше подняться к себе и закутаться в одеяло.

* * *

– Это просто невероятно, – воскликнула Аида, отложив от себя очередной томик любовного романа, которым зачитывалась в последние дни на пару с Мариной. Изучать творчество Достоевского ей, видимо, наскучило, и она переключилась на более «массовую» литературу.

– Тебе ли говорить о невероятности, – вмешалась Холодова, выглядывая в окно своего комфортабельного номера на аллеи парка. – После того чудика в красном плаще я поверю всему, что только скажут.

– Вы думаете, я лгу? – возмутилась Лавра.

– Нет, ну что ты, – помотала головой Гаагова. – Анжела ведь тоже говорила про этого человека…

– Это не человек, – поправила её Гербер. – Я не знаю, кто это, но явно не человек.

– Русалид? – переспросила Марина. – Ведь у него, как ты говоришь, был рыбий хвост…

– И ещё трезубец… Нет, это не русалид, это что-то покрупнее.

– Нептун? – предположила Аида. – Хотя у Нептуна вроде нет рыбьего хвоста. Или есть?.. А ведь я сразу сказала, что этот символ с трезубцем в Речных Воротах везде: на коврах, шторах, даже в магазине на сувенирах. Всё это не спроста, ой как не спроста!

– Послушайте, что я скажу. – Лавра поманила их пальцем, и те поспешно склонились к ней. – До того, как я услышала шум на воде, из санатория вышли наши следователи. Помните, среди них был такой странный тип в жёлтом пиджаке? Он ещё сидел у дверей…

– Да, он всё время молчал, – закивала Марина.

– Ну так вот, это и есть тот самый Марк Франкович, отец Керка.

– Подумать только! – удивилась Гаагова. – А ведь я его знаю, он с моей матерью общается…

– Слушайте дальше, – настояла Гербер. – После допроса они стали обсуждать нас. Этот следователь, Анатолий Давыдович, считает, что мы ни в чём не виноваты. Единственного, кого он подозревает, так это Женю, потому что тот работает у Фитша.

– А причём здесь Фитш? – не поняла Марина.

– Не знаю, но они говорили, что профессор вроде как недавно вышел из тюрьмы. Вероятно, они считают именно его замешанным в ограблении музея.

– А Фанелин, значит, помог своему наставнику?

– А как же красный плащ? – вспомнила вдруг Холодова. – Он-то откуда взялся?

– Думаю, красная мантия вообще их не интересует, – подметила Лавра, чем лишний раз удивила рыжую отличницу. – Разговор, если ты не заметила, пока идёт только о Фитше. Этот Анатолий Давыдович ещё сказал такую фразу, она показалась мне немного странной… Он сказал Марку Франковичу: «Зря ты решил принимать участие во всем этом. Мол, хорошее место, но…» А дальше умолчал. Отец Керка тоже ответил ему что-то вроде того, что он якобы с нашим ректором насчёт монастыря не договаривался и что, дескать, ему лишние заботы не нужны.

С минуту девушки помолчали, размышляя над услышанным.

– Я ничего не поняла, – нахмурилась Аида.

– Я тоже, – согласилась с ней Марина.

– Я и сама не разобрала смысл этой беседы, – успокоила их Лавра. – А вообще во время допроса меня даже не спросили про нападение на «Гранду», хотя, по логике вещей, должны были…

– Мне кажется, сокровища важнее, – ответила Холодова. – А про человека на раковине, видимо, попросил сам этот Марк Франкович. Забыли, это же нынче военная тайна.

Лавра пожала плечами и попыталась вспомнить что-нибудь ещё.

– Бедный Женя, – вздохнула Аида. – Наверное, не стоит ему пока об этом говорить.

– Но он имеет право знать, – возразила Марина.

– Нет, пусть лучше не знает. Вы же не можете поручиться за его честность, – прервала Гербер назревающий спор. – Что, если следователи правы?.. Кто этот Фитш? За что он сидел в тюрьме? Тем более Анатолий Давыдович обещал через три дня приехать сюда снова.

– А я рассчитывала, что мы сегодня все демонстративно покинем это убогое заведение, – с надеждой сказала Гаагова.

– С нас же взяли подписку о невыезде! – напомнила ей Марина.

– Подписку? – удивилась Лавра.

– Да, о том, что мы обязались не покидать Речные Ворота до особого разрешения этого следователя.

– С меня подписку никто не брал, – промолвила отличница и призадумалась.

– Правильно, – вдруг озлобилась Холодова. – Вы же с Фанелиным гуляли на улице, когда мы строчили эти бумажки.

– Значит, и он ничего не подписывал?

– Выходит, что так, – вновь нахмурилась Аида, и они обменялись тревожными взглядами.

Глава 10

Кровоточащая ветка

Валентина Амосовна с неохотой встретила ворвавшихся в библиотеку девиц. Она уставилась на них суровым взглядом, словно надеялась, что те его испугаются и поскорее уйдут. Но сейчас студентки на это просто не обратили внимания. Им скорее хотелось заполучить нужную книгу и проверить свои подозрения.

«Мифы Древней Греции» со стуком упали на стол, и через несколько минут отличницы принялись спешно листать книгу, просматривая цветные картинки.

– Открой концовку, – попросила Аида, – там всегда есть список терминов в алфавитном порядке.

– А кого мы ищем? – спросила Марина.

– Нептуна, – со злостью ответила Гаагова.

– Нептуна здесь нет, – закатила глаза Гербер, поражаясь неосведомленностью своих подруг. – Он бог римской мифологии, неужели так трудно запомнить?

– Тогда ищи Посейдона, – приказала Холодова и тут же ткнула пальцем в просматриваемую страницу. – Вот же он, Нептун!..

Лавра увидела в объёмном списке подчёркнутое название и принялась читать вслух:

– Нептун – в римской мифологии первоначально бог источников и рек, один из древнейших римских богов. Затем, не позднее начала третьего века до нашей эры, отождествлённый с греческим Посейдоном, он стал почитаться как бог морей. В круг Нептуна входили богини Салакия и Винилия. В честь Нептуна 23 июля справляли праздник нептуналии, во время которого строились хижины из листьев. Вследствие отождествления с Посейдоном Нептун стал почитаться как бог, связанный с лошадьми, покровитель всадников…

Отличница перевернула страницу и уставилась на изображённую там фигурку Нептуна.

– Это не он, я видела вчера не его.

– Но у этого тоже есть трезубец и корона, – пригляделась Аида к картинке. – Ну-ка, поищи что-нибудь про этого Посейдона.

Лавра стала листать книгу дальше, но Марина бесцеремонно выхватила её из рук и сама нашла информацию о древнегреческом боге.

– Посейдон – в греческой мифологии один из богов-олимпийцев, – начала она, – повелитель морей, управляющий ими с помощью трезубца. Сын Хроноса и Реи, брат Зевса и Аида. Бросив с ними жребий после низвержения отца, поделил господство над миром и получил в удел моря. Олимпийский Посейдон связан с морской стихией, хотя некоторые его черты говорят о былой связи с землёй, которую он оплодотворял, выбивая трезубцем влагу из скрытых источников.

Холодова затихла, видимо, опуская лишнее.

– Здесь пишут про его буйный нрав, про помощь ахейцам в Троянской войне. Жена Посейдона, Амфитрита, родила ему Тритона, владыку морских глубин. Его потомство от других богинь и смертных было грозным и ужасным…

Лавра в очередной раз над чем-то задумалась, перестав слушать Марину, которая перечисляла имена всех детей греческого бога, а их было не мало.

– Постой, но Посейдон выглядит так же, как и Нептун, они одинаковы, – констатировала Аида, листая страницы с рисунками.

– Я же говорю, просто один – римский бог, а другой греческий, – повторила Лавра давно известную истину. – Я вспомнила мифологию. Скорее всего, я видела у водопада Тритона. Здесь что-нибудь есть про него?

– Сейчас посмотрим. – Теперь уже книгу изучала Гаагова. – Ага, вот… Тритон – в греческой мифологии морское божество, сын Посейдона и Амфитриты. Изображался в виде старца или юноши с рыбьим хвостом вместо ног. Это он?

Аида указала на фрагмент какой-то статуэтки, и Лавра увидела силуэт, очень похожий на вчерашнего человека с раковиной.

– Кто такая Амфитрита? – оживилась Марина.

– Владычица морей, – недовольно ответила Гаагова и вновь обратилась к Лавре. – Так это он?

– Ну, похож…

– Тритон традиционно изображался как получеловек-полурыба. Его атрибутами считались трезубец, заметьте, и морская раковина. С её помощью он вызывал бури на море.

– Да, но мы ведь не на море, – заметила Холодова. – У нас здесь река, причём не очень большая.

– Разве ты плохо слышишь, – поправила её Гербер. – Нептун ранее считался богом рек и источников.

– Здесь вообще всё перепутано! – рявкнула Марина. – То он ассоциируется с лошадьми, то вдруг бог морей, то рек. Чёрт те что!

– Древние могли преувеличить его возможности, – предположила Аида. – Но Лавра права, он вполне может являться тем, кого она видела. Помните то дерево? Дерево Нептуна, оно так и называется. У меня сложилось впечатление, что о Тритоне знаем здесь не только мы. А ещё я всё время наталкиваюсь на этот чёртов трезубец, везде.

– Что ты хочешь этим сказать? – уточнила Лавра.

– А то, что это какой-то заговор. Разве не ясно? Сто процентов, жители знают о существовании этого монстра, поэтому и установили везде его атрибутику.

– Но с какой стати?

– Откуда мне знать?! Может, они ему поклоняются… Всё это очень странно, хотя что-то уже проясняется.

– Как такое возможно, чтобы греческий бог свободно плавал в водах ничем не приметной Керги? Здесь что, Греция? – насмешливо рассуждала Марина. – И тем более, Тритон – бог морских глубин. Зачем ему появляться на поверхности пресного водоёма?

Девушки снова замерли в раздумье.

– Ты хочешь сказать, что я всё выдумала? – переспросила Лавра с очень недовольным видом. – Вот он, – ткнула она на изображение в книге. – Из всех богов только он подходит под образ того, кого я видела ночью. Сначала водопада не было, но после взмаха трезубца он вновь потёк, как обычно. Он управлял им, он управлял водной стихией…

– Всё это довольно странно, – выдохнула Холодова. – Допустим, что кто-то решил натравить этого Тритона на нас. Но зачем это делать? В книге случайно не написано, какое у него предназначение?

– Боюсь, что это вся информация, – с грустью закрыла Аида потрёпанный томик. – Итак, что мы имеем?

– Во-первых, Тритона, который нападает на всё, что оказывается в воде, – загнула Гербер один палец. – Сторож дядя Саша ещё несколько дней назад жаловался, что кто-то рвёт его сети, расставленные в воде возле санатория.

– Вполне похоже на Тритона, он ведь бог глубин, а значит, защищает всех тварей, живущих в водоёме.

– Во-вторых, – продолжила Марина, – отец Керка, который явно что-то замышляет насчёт нашего Женьки. Думаете, он действительно здесь как-то замешан?

– Навряд ли Тритон будет вскрывать наши комнаты, – сыронизировала Гаагова. – Если это, конечно, Тритон на самом деле.

– То есть?

– Мы можем и ошибаться, девчонки. Что, если это обыкновенная рыба или что-то ещё в этом духе. Заметьте, пока что его жертвами были только приезжие.

– Да, но Женю он не убил.

– Чуть не убил, – поправила Марина.

Внезапно перед ними возник Керк. Наверное, он проходил мимо. Они настолько увлеклись обсуждением, что даже не заметили его.

– Не нравится мне это ваше сборище, – произнёс он, и девушки со злостью уставились на него, рассчитывая, что парень тут же уйдёт. – Что вы опять замышляете?

– Думаем, как бы получше затопить санаторий, – съязвила Марина, пряча книгу за спину.

– Надеюсь, что это всего лишь шутка, – усмехнулся сын Марка Франковича и пристально посмотрел на Холодову. – Мои друзья остались недовольны тем, что ты сделала у Валенсы. Ты прилюдно унизила их…

– А почему никто не говорит, что унизить пытались меня?! – вскричала рыжая отличница и решительно шагнула к нему.

– Мой тебе совет – больше не появляйся там, иначе…

– Марина, смотри, он угрожает тебе, – указала пальцем Аида. – Мы с Лаврой тому свидетели!

– Проваливай, Керк, – пропела ухмыляющаяся Холодова. – Иначе я тоже могу кое-что предпринять. Забыл про водное шоу? Бойся, чтобы с тобой и твоими дружками не случилось чего-нибудь подобного.

В ответ парень улыбнулся, однако всё же ушёл.

– Смотрите, куда это снова собрался наш Рома? – глядя в окно гостиной, спросила вдруг Гаагова.

Лавра тоже увидела Кривовцова, идущего в сторону озера.

– Ему, видимо, невдомёк, что купаться там запрещено, – с тяжестью вздохнула Аида. – Он дождётся, что его точно арестуют.

– Сдался он тебе? – фыркнула Марина и замахала руками. – Всё, мне из-за этого долбанного Керка стало жарко. Кто идёт со мной на пляж?

– О, я хочу искупаться, – вырвалась радостная Гаагова и тут же передала книгу Лавре. – А ты идёшь?

– Н-нет. – Девушка мотнула головой. – Я лучше поищу ещё что-нибудь про Тритона.

– Гербер, ты ведь ни разу здесь не плавала с самого нашего приезда, – подметила Холодова.

– Да ладно, – повела её Аида в сторону вестибюля. – Не видишь, человек стесняется…

Хоть та и сказала это шёпотом, Лавра всё равно услышала. С минуту она простояла в раздумье, а затем вновь раскрыла книгу. Глядя на изображение Тритона, она в подробностях вспоминала вчерашнего человека на раковине. Нет, навряд ли это был кто-либо из местных, ведь у людей нет таких страшных горящих глаз. И эти движущиеся волосы… Ведь вчера совсем не было ветра.

Увы, но ничего большего Лавра так и не нашла, несколько раз пролистав книгу от корки до корки. В некоторых местах, правда, встречался персонаж Тритона, но там было очень мало сведений. Расстроенная отсутствием нужного материала, Гербер решила подняться к себе. И уже с лестницы она заметила Женю, который проветривал свой номер. Дверь ему так и не поставили на место. Впрочем, как и ей.

Фанелин с подозрением покосился на запястье однокурсницы.

– Ты так и не избавилась от браслета, – заметил он.

– Не оставлять же его лежать под кустами, – удивилась Лавра глупому вопросу. – Лучше скажи, как вчера прошёл допрос?

– Так себе, – равнодушно зевнул Женя. – Возникло ощущение, что всё обязательно свалят на нас. Интересно, как это они никого не забрали с собой в город для более подробного допроса.

– Я не думаю, что нас хотят обвинить во всех преступлениях. Анатолий Давыдович производит впечатление мудрого следователя, он докопается до правды.

– Ну-ну… Что это у тебя за книга?

– «Мифы Древней Греции», нашла в библиотеке. Тебе нравится греческая культура?

– Своеобразная, – подумав, ответил Женя. – Но вообще я не ярый поклонник мифов… Лучше поговорим о браслете, если не возражаешь.

– Что же тут ещё говорить? – Лавра сделала недовольное лицо. Её и в самом деле раздражала навязчивость Фанелина. – Больше нападений не было. Даже вчера, сам знаешь, я оставляла его без присмотра на целых полчаса. Как видишь, он до сих пор со мной.

– Считаешь это правильным?

– А что прикажешь с ним делать?

– Отдай его мне, а я уж разберусь, как поступить с этой опасной вещицей. Меня вот начало волновать то обстоятельство, что все археологи мертвы. Тебе не кажется, что…

– Я не знаю, Женя, – прервала девушка его мысль. – Если та мантия хотела бы меня убить, она бы сделала это, не откладывая в долгий ящик. А раз ничего не происходит, то пока у меня другие заботы.

– Мифы?

– Они самые, – кивнула отличница. – Хочу повторить курс мифологии. Кажется, что эти знания ещё пригодятся мне этим летом.

– Так ты не отдашь мне браслет? – повторил он.

– Я не считаю это хорошей идеей. А тебе следует быть поосторожнее… Отец Керка, кажется, в чём-то тебя подозревает.

Фанелин резко переменился в лице и хотел что-то спросить, но Гербер спешно удалилась из комнаты.

Ближе к полудню в санатории установилась тишина. За окном больше не раздавались всплески воды от беззаботно резвящихся на пляже девиц. С третьего этажа не доносились звуки ремонта, а на первом, казалось, вообще никого не было. Лавра раскрыла в номере оба окна, однако свежести от этого всё равно не прибавилось. Солнце припекало именно тот угол здания, в котором располагалась её комната. Гербер уже не читала книгу с мифами и не листала журналы о привидениях. Она просто лежала на кровати и смотрела сквозь драгоценные камни браслета на солнечные блики. Голова была совсем не настроена думать о Бальваровском, о Тритоне и о вчерашних следователях. Бесспорно, на неё действовала жара.

Через минуту она подошла к окну и увидела вышедшего со стороны озера сторожа дядю Сашу, который медленно заковылял к заднему двору. Значит, он не поймал Романа, иначе бы точно поднял шум. Несколько раз во дворе промелькнула Рита. И вдруг Лавру будто одёрнуло невидимой рукой. В тенёчке у пляжа она заметила Коваля, мило беседующего с Фанелиным.

Как же она раньше о нём не вспомнила! Ведь вчера именно он вышел к ней из парка, а значит, видел или должен был видеть плескающегося в речке Тритона.

Через мгновенье Лавра уже была на улице, в спешке огибая северную часть здания. Коваль с Фанелиным продолжали о чём-то мирно разговаривать.

– Так значит, Вы всё знаете! – выпалила она, ударив Вячеслава Сергеевича по руке сборником мифов.

Мужчина недоумённо посмотрел на неё.

– Лавра, что это ты? – смутился Женя.

– Он всё знает, знает про Тритона, – указала пальцем на Коваля разгневанная девушка. – Иначе зачем ещё намекать Аиде и мне про «Мифы Древней Греции».

– Лавра, Вы не в себе, – попытался улыбнуться мужчина, но она вновь ткнула его книгой, да так, что томик остался у него в руках.

– Вы даже удосужились подчеркнуть здесь про Нептуна, чтобы я сразу о нём прочитала! Что Вы затеваете?

– Не понимаю, о чём Вы, – мотал он головой.

– Лавра, прекрати, остынь, – потребовал Фанелин.

– Женя, ты не знаешь этого человека. Я видела его вчера, он был в парке. Признавайтесь, что Вы там делали?

– Просто дышал свежим воздухом… перед сном…

– Вы лжёте! – выкрикнула Гербер. – Я видела этого Тритона, он был там, в воде. Если Вы там гуляли, то тоже должны были бы услышать его.

– Какого ещё Тритона? – не понимал парень.

– Послушайте, Лавра, – попросил Вячеслав Сергеевич, жестами пытаясь успокоить скандалистку. – Я ничего не знаю из того, что касалось бы именно Вас и Ваших проблем. Я просто предложил Вам взять эту книгу, думая, что она покажется Вам интересной…

– Слишком странно Вы себя ведёте. Сначала расспрашиваете про нас у Риты, потом знакомитесь с каждым по отдельности. Что Вы задумали, кто Вас вообще подослал?!

– Лавра! – прикрикнул Фанелин, чтобы та прекратила. – Немедленно извинись перед Вячеславом Сергеевичем!

Коваль продолжал смотреть на девушку с видом, будто ничего не понимает.

– Женя, я видела вчера того, про кого говорила Анжела. Он действительно существует, этот человек на раковине. И он очень кстати является Тритоном.

– Послушай себя, что ты несёшь?!

– И Вы, – вновь указала она на Коваля, – с ним как-то связаны!

– Думаю, будет лучше уйти, – хотел ретироваться мужчина, но Лавра преградила ему дорогу.

– Я буду теперь пристально следить за Вами. Меня Вы не проведёте, теперь я поняла, что Вы из себя представляете. Но предупреждаю Вас, Вячеслав Сергеевич: если Тритон ещё раз причинит кому-нибудь вред, Вы будете первым, кто понесёт за это ответственность.

Лавра отступила и, выхватив обратно из его рук библиотечную книгу, быстро ушла, нервно стуча каблучками по дворовому асфальту.

* * *

– Ты так и сделала? – переспросила удивлённая Аида после того, как Фанелин рассказал всем про сцену с Ковалем.

– Глупо обвинять человека, которого даже не знаешь, – не упустила момента съязвить Марина. – Вячеслав Сергеевич приличный мужчина. Зачем ему насылать на Речные Ворота Тритона?

Лавра слушала их возмущения, молча переминая во рту картофель.

– Подождите, какой ещё Тритон? – спросил Роман, перестав есть. – Это ведь, по-моему, персонаж такой из мифов?

– Верно, – кивнула Холодова. – Нашей Лавре почудилось, будто вчера она видела в реке Тритона. Нет, я тоже ей поверила, всё-таки тот случай с Анжелой и впрямь был странным. Но нападать на Коваля – это уже слишком, даже для такой нервной девушки, как Гербер.

– Вы не можете его защищать, – прошипела Лавра. – Он ведь ко всем нам липнет, заметили? Сначала всё расспрашивал у Риты, потом потихоньку завязал и личное знакомство.

– Мне он показался вполне порядочным, – подметила Аида не в её пользу. – С чего ты начала его обвинять, непонятно.

– Тогда вам надо плавать не в санатории, а на муниципальном пляже, – предложила Гербер с издёвкой. – Как вы вообще можете что-либо утверждать, не зная даже, к какой мифологии относится Нептун! Разве вы не видите, что с нами затеяли опасную игру?!

– Лавра, тс-с-с, сядь, – попросила Аида, жестом указывая ей на стул. – Чего ты завелась?

– Мне противно с Вами находиться, – со злостью смяла сокурсница свою салфетку и швырнула её на стол, а затем вышла из столовой, оставив всех в полном недоумении.

– У неё критические дни, по ходу, – предположил Кривовцов.

– Думаю, она просто тронутая, – заключила Марина и вернулась к еде.

Фанелин с Гааговой переглянулись, но от комментариев воздержались.

Гербер была вне себя из-за глупых предположений своих товарищей по несчастью. Хотя уже на улице она пожалела, что так повела себя при них. Ведь в какой-то степени они были правы. Никаких весомых аргументов у Ларвы не имелось, кроме того, что она случайно увидела или подслушала. Но и сидеть, сложа руки, ей совсем не хотелось. Были бы под рукой энциклопедии или хотя бы доступ к Интернету.

– Так в поселковой библиотеке есть несколько компьютеров, – поведала Валентина Амосовна в ответ на вопрос нервной отличницы. – Это же вам не какая-нибудь затхлая глубинка…

Пришлось идти в Речные Ворота. Из-за жаркого дня людей в посёлке было мало. Но узнать месторасположение библиотеки не составило труда. Оказалось, что та находится совсем близко к клубу Валенсы, поэтому долго искать не пришлось.

– Вам к кому? – поинтересовалась женщина в лиловом платье.

– Я бы хотела записаться, мне нужны кое-какие книги, – торопливо ответила Лавра.

– Вы не местная, – подметила библиотекарь. – Из санатория, видимо?

– Да, – кивнула Гербер.

– Если Вы приезжая, то оформить Вас я не смогу. Мы не даём книги посторонним.

Лавра расстроилась. Последняя надежда узнать что-либо о Тритоне ускользала у неё из-под носа.

– А может, Вы разрешите мне посидеть в читальном зале? – переспросила она. – Поймите, мне очень нужно…

Женщина удивлённо приподняла брови и направилась в угол, где горела зелёная настольная лампа.

– А что ваш санаторий, там вроде тоже была библиотека, – продолжила она в холодном тоне. – Или молодой девушке больше нечем заняться в такую замечательную погоду?

– Просто мне надо кое-что выяснить. Этого нет в санатории.

– А с чего Вы решили, будто у нас тут научный центр?

– Мне сказали, что у Вас есть выход в Интернет, – оживилась Лавра и для убедительности достала кошелёк. – Я могу заплатить…

Женщина усмехнулась.

– Не надо, проходите, так и быть.

Библиотекарь направила её вдоль стеллажей к открытому залу с двумя решётчатыми окнами. Здесь стояли два больших стола, прислонённых друг к другу, и несколько стульев. Однако Лавра в этот день оказалась не единственным посетителем. К её удивлению, за столом сидел Игорь Селивёрстов, который увлечённо изучал какую-то толстую книгу в подарочном переплёте. Он не обратил на неё никакого внимания и сделал вид, будто даже не знает. Девушка расположилась в углу на противоположном конце стола, так что ей не пришлось говорить ему приветственные речи. Она, конечно, хотела поздороваться, но вид у мужчины был настолько отрешённый, что Лавра побоялась отвлекать его на пустые разговоры.

Библиотечный компьютер был старым и плохо реагировал на команды. Мышка залипала, экран мерцал, а системный блок то и дело издавал какие-то шуршащие звуки. Но выбирать отличнице не приходилось, так что она принялась изучать сетевые энциклопедии. На одном сайте про Тритона было написано буквально две строчки. Поиск по мифам тоже не дал особого результата. Лавру в основном заинтересовали работы учёных, которые более содержательно анализировали культуру Древней Греции и её богов. Достав из сумочки блокнот и ручку, она принялась выписывать некоторые тезисы.

Селивёрстов перелистнул страницу, и Гербер невольно посмотрела на него. Лицо мужчины, действительно, выглядело очень серьёзным. Глаза, как стеклянные, уставились в книгу и даже не моргали. Только сейчас Лавра заметила, что они необычного серо-голубого цвета. Вообще, в тот вечер, когда ему пришлось спасать Фанелина, она не особо его разглядывала: довелось лишь увидеть широкую спину и разработанные плечи, изредка выныривающие из воды. А сейчас он казался вовсе не тем взбешённым человеком, который нервозно кричал тогда на беспутных студентов, а потом просто выхватил из её рук свою одежду и ушёл, не сказав ни слова. Девушка попеременно смотрела то на него, то на игриво переливающийся браслет, то на мерцающий монитор. Просидев так полчаса, отличница заметила, что и Игорь начал бросать на неё редкие взгляды.

– Как твои дела? – вдруг спросил он, не отрываясь от чтения.

– Нормально, а Ваши? – робко промолвила она.

Тот лишь качнул головой, что могло означать либо хорошо, либо его решительное нежелание разговаривать.

– А что Вы изучаете? – полюбопытствовала Лавра, делая вид, словно записывает что-то в блокнот.

Селивёрстов вновь строго посмотрел на неё и следом опустил взгляд обратно на страницу книги.

– Психологию, – ответил он низким голосом.

– Ну и как, интересно? – задалась Гербер целью побеседовать с ним.

– Трудно сказать, – приподнял он брови, продолжая смотреть в текст. – Есть и занятные вещицы, а есть и фигня сплошная.

– Понятно, – выдохнула Лавра и принялась дальше искать нужную ей информацию.

– А ты что читаешь? – вдруг переспросил он и сам же. – Мифы?..

Его лицо как-то поморщилось.

– Да, решила вот малость повторить мифологию.

– М-да, чем только ни занимаются нынче девушки… Или твоя путёвка здесь продлена на неопределённый срок?

– Простите?

– Я слышал про следователей. Керк рассказывал мне про вас, в особенности про ваши подвиги.

Этой фразой он подавил в ней всякое желание продолжать беседу, ведь Керк мог наболтать ему всё, что заблагорассудится. Лавра полностью погрузилась в изучение различных сайтов, отчего вообще забыла о его присутствии. Однако Селивёрстов теперь уже сам начал лезть к ней со своими вопросами.

– Так зачем тебе всё это? – напомнил он о себе после минуты молчания. – Экзамен провалила?

– Культурологию я сдала ещё на втором курсе, – возмущённо ответила Лавра, – и сдала на «отлично». Я вообще круглая отличница.

– Это заметно… Так и что там с этими следаками?

– Мне это ничуть не интересно, – заметила девушка, пытаясь уйти от разговора. – Думаю, скоро всё решится само собой.

– И ты активно пытаешься сейчас этому помочь?

– Можно и так сказать, – кивнула Лавра и принялась выписывать из книги небольшой абзац про древнегреческую религию.

Она и не заметила, как плотная фигура Селивёрстова остановилась позади неё. Увидев, что он пристально разглядывает монитор, Лавра спешно его отключила и с негодованием уставилась на мужчину.

– Это связано с тем, что случилось с девчатами на съёмках клипа? – предположил Игорь с нахальной улыбочкой. Вряд ли он успел что-либо прочесть, но его поведение показалось странным.

– Я же не лезу в Ваши дела, – возмутилась Гербер. – Что это за манера подглядывать???

– О, прости, я не хотел тебя расстраивать. – Селивёрстов развёл руки в стороны и с неохотой отступил.

Лицо его не излучало радости или сожаления. Наоборот, оно казалось грозным и недовольным, как будто это Лавра помешала ему изучать научную литературу. Он отошёл за стеллаж и перекинулся парой слов с библиотекарем. Гербер снова увлеклась чтением, раскрыла для сравнения несколько страниц сайтов и выписала ещё несколько сведений. Но через пару минут её собеседник вернулся и сел напротив, раскладывая вокруг себя стопку книг.

– Не помешаю? – спросил он с наигранной любезностью.

Лавра ничего не ответила. Они оба принялись увлечённо читать, но девушка отчётливо ощущала на себе его взгляд. Хотя Гербер и догадывалась, что Игоря больше волнует текст на экране компьютера. Он несколько раз пробовал заглянуть туда, но у него это получалось из рук вон плохо, и постепенно ему пришлось оставить свою непонятную затею.

– Кстати, а как поживает твой приятель? – неожиданно спросил мужчина спустя полчаса их немого противостояния.

– Не жалуется, – утомлённо выдохнула Лавра.

– Кто-то утащил верёвку с моста, – продолжил Селивёрстов. – Я хотел её осмотреть, да не успел.

– Видимо, плохо хотели. Это я забрала её следующим вечером.

– А, ну да, я же уезжал, – будто оправдываясь, ответил он. – А приехал поздно, но верёвки уже не оказалось.

– Уверяю Вас, в ней не было ничего интересного, – солгала Лавра и вновь уткнулась в книгу.

– А я думал, что есть.

– Например?..

– Ну, не помешало бы посмотреть на её плотность, растянутость и всё такое прочее. Она, скорее всего, была плохого качества, иначе бы не порвалась.

– А что, если она порвалась не из-за качества? – решила Лавра выдать часть правды.

– Как это?

– Ну, мало ли. Может, её перерезали или… подожгли.

– Подожгли? – усмехнулся Игорь.

– Я нашла на ней обожжённый конец, он весь почернел и, судя по всему, от огня.

– Вот видишь, а сама говорила, что не нашла ничего интересного.

– Неужели Вас волнует этот случай? По-моему, всем в посёлке глубоко наплевать на наши проблемы после того неудачного прыжка.

– Да ладно, – мотнул он головой. – Подумаешь, побаловались маленько. С кем не бывает… А почему ты со мной на «Вы»? Меня вот Игорем звать.

– Я знаю…

– Да мы и возрастом, наверное, мало отличаемся, – продолжал приставать Селивёрстов. – Мне, к примеру, всего-то двадцать пять.

Лавра удивлённо посмотрела на него.

– Не веришь? – улыбнулся он.

– А мне-то что?

– Чтобы ты перестала ко мне обращаться, как к дядьке.

– А Вы и есть дядька, – заключила Гербер, успев стереть на всякий случай историю поиска на компьютере и быстро поднялась из-за стола.

Игорь остался сидеть, видимо, смущённый последней фразой. Лавра же собрала вещи и поспешила к библиотекарю.

– Можно я приду завтра? – спросила девушка, роясь в жёлтой сумочке.

– Попробуйте, – не отрываясь от какого-то детективного романа, ответила женщина.

Гербер направилась к выходу, но на прощание ещё раз взглянула на мужчину. Селивёрстов сидел, полуобернувшись, и смотрел прямо на неё с тем же непоколебимым выражением лица. Лавра помахала ему рукой и вышла.

Только на улице она почувствовала себя хорошо, несмотря на палящее солнце. Местность возле клуба Валенсы по-прежнему пустовала, а внизу переулка пронеслась какая-то машина. Лавра постояла немного на крыльце библиотеки, посмотрела по сторонам и пошла прямо. Она увидела сверкающую на солнце реку, темнеющий мост, людей, которые резвились на поселковом пляже. В основном там визжала беззаботная молодёжь, которая ничуть не боялась купаться даже после случая с группой «Гранда». Невольно вспоминались подозрения Аиды о том, что в посёлке почитают символ трезубца. А что, если Гаагова в действительности права относительно такого расклада дел? Глядя на бесстрашных ныряльщиков, Лавра начала разделять её версию, хотя и с некоторыми сомнениями.

Идти сейчас обратно в санаторий не имело смысла. До ужина оставалось ещё несколько часов, и их надо было как-то скоротать. Отличница без спешки направилась к мосту, но потом вдруг спустилась на другую сторону от пляжа. Сейчас там было пустынно, как и в тот вечер, когда Фанелин совершил здесь свой скандальный прыжок. Лавра побрела вдоль движущейся воды, достав из сумочки блокнот.

Накопать удалось совсем не много. Во-первых, она внимательно прочла легенду о боге морей Посейдоне, в которой пара слов была отведена и его сыну Тритону от океанской владычицы Амфитриты. Это глубинное божество должно было с помощью раковины насвистывать волнение на море или же, наоборот, когда нужно, успокаивать его. Во-вторых, Тритон когда-то помог аргонавтам, выведя их корабли из своего озера и получив за это в награду трезубец. Он тоже, в свою очередь, преподнёс им щедрый подарок в виде куска земли, который впоследствии стал островом Фера. Остальное Лавра знала и без долгих копаний в Интернете. Может и удалось бы найти что-нибудь посущественнее, не решись Селивёрстов донимать её своим любопытством. Теперь Гербер жалела о том, что обошлась с ним грубо, обозвав «дядькой». Но, с другой стороны, выглядел он отнюдь не на двадцать пять. Ей вообще показалось, несмотря на всю его подтянутость, что ему все тридцать пять. Хотя кто знает, может, так и было. За этими мыслями отличница не заметила, как оказалась возле дерева Нептуна.

Дуб, как и прежде, чернел в центре поляны, раскинув в стороны кривые ветви. Цепочки и медальоны тихо позвякивали на нём, придавая шелесту листвы какую-то особую тональность. Его корни были толстыми и крепкими, хотя некоторые из них уже подмывала река.

Странно, что столь могучее дерево растёт прямо на берегу, ведь не все способны выдержать такое обилие влаги. Лавра была уверена, что дуб посажен здесь не случайно, с какой-то не ясной для неё пока целью. И именовался он деревом Нептуна тоже не спроста.

Девушка подошла поближе и потрогала толстую кору и чёрные ветки. Отличница понимала, что дерево страдает от своего соседства с рекой. Оно казалось самым настоящим узником, закованным здесь со всех сторон и приукрашенным несколькими сотнями цепочек, которые сверкали на лучах предвечернего солнца.

Лавра потрогала лоб и вдруг поморщилась. Её ладонь оказалась испачкана чем-то красным и вязким. Неужели у дуба такая смола? От неожиданности девушка отпрянула назад, но споткнулась о выпирающий корень. Она непременно упала бы и расшиблась, если бы вовремя не ухватилась за ближайшую ветку. Та затрещала и быстро сломалась. Из неё тут же потекла какая-то жидкость. Светлый песок и подмывавшая корни вода окрасились в красное.

Гербер пробрал шок. Она вновь осмотрела свою испачканную руку, понюхала необычную смолу и ещё больше испугалась. Сомнений не было – из дуба вытекала кровь.

Глава 11

Признание и потеря

– Гербер решила игнорировать наше общество? – Марина строила очередные версии, смотря, как Рита раскладывает завтрак. Уже прошло пять дней с момента их прибытия в санаторий, и многие помнили это знаменательное событие.

– Оставь её, она сейчас не в себе, – попросил Фанелин.

– Или вы довели её, – заметила кухарка, уходя в свою комнатку, в которой она обычно держала посуду.

– Да ладно Вам, Рита, – обиженно попросила Аида. – Если у неё у самой голова не в порядке, в этом никто не виноват. Со своим Тритоном она уже совсем из ума выжила.

– Между прочим, – вновь вмешалась женщина, – Лавра сегодня ещё в восемь часов ушла в посёлок.

– В посёлок? – удивился Роман. – Но зачем?

– Парня, наверное, себе завела, разве не ясно, – ухмыльнулась Холодова, и Женя наградил её очередным укоризненным взглядом.

– Так зачем она отправилась в посёлок? – повторила вопрос Гаагова, взяв со стола пару ломтиков хлеба.

– Не знаю, сказала только, что завтракать не будет, – ответила Рита и ушла обратно в раздаточную.

– И вчера на ужин она не спустилась, – вспомнил Фанелин. – Может, с ней опять что-нибудь произошло?

– Если только дефлорация, – в прежнем язвительном тоне предположила Марина, и Аида с Романом ядовито засмеялись.

Фанелин же молча доел свою порцию, залпом выпил утренний кофе и ушёл, не сказав ни слова.

– И что он в ней такого нашёл?.. – гадала Гаагова, ковыряясь вилкой в макаронах. – Ей-богу, все бегают вокруг этой Гербер, словно она золотая.

– Сегодня хорошая погода. Может, сходим на поселковый пляж? – вдруг предложила Марина.

– Неплохая идея, – улыбнулась Аида и обратилась к Роману. – Ты с нами?

Кривовцов посмотрел на неё и задумался.

– Н-нет, нет, – мотнул он головой после паузы. – Я, пожалуй, останусь…

– Снова на озеро попрёшься? – переспросила Холодова. – И что там можно делать каждый день?

– А это запрещено? – улыбнулся он в ответ. – Я же там не купаюсь, как утверждают некоторые местные маразматики.

– Лишь бы в мой номер никто не залез, – громко выдохнула Аида, чтобы Рита её услышала. – А то неприятностей потом не избежать никому: ни нам, ни руководству, это уж точно…

Девушки снова вредно захихикали и покинули столовую. Роман же особо не торопился, смакуя ароматный кофе. Рита вышла из раздаточной и взялась за грязную посуду.

– Скажите, – вдруг заговорил Кривовцов, – а Вы вот верите в Лавриного Тритона?

Женщина задумалась.

– Как тебе сказать, – выдохнула она. – Вера состоит в том, что мы верим всему, чего не видим; а наградой за веру является возможность увидеть то, во что мы верим.

– Так значит, верите?

– Я его не видела, – закончила Рита свою философскую фразу. – И не хочу увидеть.

Роман приподнял брови от удивления, но так и не понял тонкой мысли кухарки.

– Вообще странно, что повсюду то и дело появляется этот символ, – продолжил он беседу. – Даже в санатории.

– Какой такой символ?

– Трезубец.

– Так это герб Речных Ворот, и посёлка, и санатория. А означать он может только величественную красоту этих мест.

– Понятно, – буркнул Роман и вышел из-за стола. – Ну, до скорого. У меня есть одно важное дело. Увидимся в обед.

* * *

В поселковой библиотеке, в отличие от вчерашнего, было тихо и уныло. Сегодня Лавра решила отчаянно изучала сайты про деревья. После кровоточащего дуба она должна была, во что бы то ни стало, найти исчерпывающую информацию о нём. Но сайты водили её за нос. В них повторялось то, что она уже знала наизусть.

Девушке недолго пришлось сидеть наедине со своими поисками. Вскоре библиотеку посетил Селивёрстов. Он очень обрадовался тому, что Гербер уже здесь, и сразу занял место напротив неё.

– Привет, – произнёс Игорь, раскладывая вокруг себя толстенные книг. – Я всё гадал, придёшь ли ты сегодня или нет.

– С чего бы вдруг? – с безразличием переспросила девушка.

– Ну, я думал, что повёл себя вчера немного бестактно, и ты осталась плохого мнения о дядьке Игоре.

– Прости, не хотела тебя обидеть.

– А что с твоей рукой? – заметил мужчина запёкшуюся кровь на левой ладони.

Признаться, Лавра весь вечер пыталась отмыть её и мылом, и зубной пастой, и даже пробовала содрать ногтями. Но всё оказалось тщетно – смола дерева как будто окаменела.

– Да, такая вот я растяпа, – наигранно возмутилась отличница, – измазалась в краске, а растворитель не смогла найти. А как твои продвижения в психологии?

– Потихоньку, помаленьку, – пропел он и раскрыл книгу.

– Я забыла спросить, а для чего тебе, собственно, вся эта психология? Просто интересуешься или изучаешь?

– И интересуюсь, и изучаю. В сентябре у меня экзамен по этому предмету, так что интенсивно готовлюсь.

– Так ты учишься? – усмехнулась Лавра.

– Да, а что?

– Немного странно, ведь тебе уже 25…

– А что в этом странного? Учиться никогда не поздно.

– И где, если не секрет?

– В педагогическом, – с гордостью ответил он.

Лавра удивилась ещё больше, но тактично промолчала.

– Ну а ты что не купаешься вместе со всеми? Что такого важного можно искать в этой душной библиотеке? Вон твои друзья сегодня в посёлке гуляют…

– На пляже? – напряжённо уточнила девушка.

– Ну, да, те две девушки из ваших. Кажется, одну из них зовут Аида.

– Странно, что они здесь, – задумалась Гербер. – Им, видно, недостаточно санаторного отдыха.

– На пляже можно завести компанию, – протянул Игорь и погрузился в чтение.

Лавра тоже уткнулась в очередное описание деревьев волжского региона. Минут пятнадцать она просидела в тишине, но голова продолжала думать об Аиде и Марине, которые шатались в это время на общем пляже. Как могут они вести себя столь беспечно, прекрасно зная про Тритона! Даже если они в него не верят, их глаза сами видели те странности во время съёмок клипа. С другой стороны, Лавра была на них до сих обижена из-за того, что ей не поверили, поэтому тратить нервы по поводу их же безопасности быстро перестала.

– Чем собираешься заняться после обеда? – поинтересовался Игорь.

– Да так, ничем, – немного смутилась девушка.

– Ну, если у тебя нет никаких планов, я мог бы пригласить тебя прокатиться до одного посёлочка недалеко отсюда. Там сегодня намечается что-то вроде соревнований, будет весело и зрелищно.

– Ты участвуешь? – оживилась Гербер.

– Нет, но там будут ребята из моей секции. Я бы хотел, как тренер, за них поболеть. Так поедешь?

Лавра застенчиво улыбнулась и кивнула, сама не понимая, зачем ей это нужно. Куда практичнее покопаться в Интернете, ведь Тритон или красная мантия могут появиться вновь. Селивёрстова же её согласие очень обрадовало, и он вернулся к чтению со счастливой улыбкой. Как ни крути, но он тоже казался странным. Что ему за дело до очкастой студентки, которая даже на курорте не вылезает из библиотек? Вчера он пытался прочесть её записи, сегодня же вовсе пригласил на прогулку, словно на первое свидание. Да за таким красавцем наверняка бегает толпа девчонок, гораздо симпатичнее Лавры. Однако отказываться от предложения уже было поздно, придётся ехать.

Не разыскав больше ничего интересного, а вернее, вообще ничего не найдя по поводу кровоточащих деревьев, Лавра собралась уходить. Может, будет лучше вернуться к дереву Нептуна и внимательно осмотреть его? Одной идти туда точно не стоит, но и бездействовать тоже нельзя.

– Так я заеду за тобой? – напомнил Игорь об их поездке.

– Заедешь? – не поняла девушка. – Куда, в санаторий?

– Ну, да. Или ты хочешь, чтобы я встретил тебя в другом месте?..

– Хорошо, – пожала Лавра плечами. – Только скажи, во сколько, чтобы я ждала у ворот.

– Примерно в час дня… Я обязательно подъеду!

Солнце начинало припекать сильнее, чем утром. Ларва шла по пустынной улице, придерживая жёлтую сумочку. Ветер временами налетал на неё сверху, отчего приходилось поправлять волосы. Она по привычке оглянулась назад и заметила, что следом за ней по тротуару спускается какой-то мужчина с осветлёнными волосами. На нём были большие солнечные очки, которые скрывали почти половину лица. Казалось, что он идёт именно за ней.

Гербер перешла на следующую улицу и поняла, что здесь так же пустынно. Мужчина прибавил шагу, двигаясь прямиком за отличницей, подобно тени. Она тоже задвигала ногами быстрее и направилась ближе к центру, где мелькали люди. И её надежды оправдались – мужчина исчез.

Лавра остановилась возле сувенирной лавки и перевела дыхание. Она начинала всерьёз задумываться, что постепенно сходит с ума и у неё появляется мания преследования. Надо отвлечься. Она зашла внутрь магазина и направилась к ближайшей витрине.

– Вот ты где! – тронул её за плечо Женя, и это напугало девушку ещё сильнее, чем тот странный тип на улице.

– Чёрт подери! – раздражённо отреагировала Лавра. – Что за манера подкрадываться!

– Вообще-то, мы за тебя немного волнуемся.

– С чего бы вдруг?

– Хотел с тобой поговорить, а Рита сказала, что ты ещё с утра убежала в посёлок.

– Поговорить?.. Насчёт чего?

– Насчёт тебя. Ты как-то странно себя ведёшь: исчезаешь, не приходишь в столовую, кричишь, ругаешься.

– У меня желудок побаливал, ничего особенного, – отмахнулась девушка и перешла к соседней витрине.

– Так значит, ты ходила в библиотеку?

– Да, раз уж это не запрещено. Кстати, а почему ты здесь? Мне сказали, что все наши резвятся на поселковом пляже.

– Я не хочу рисковать, – прошептал парень.

– Что, испугался вымышленного Тритона? – с ухмылкой переспросила она.

– А я и не говорил, что не верю в него.

– Вот взгляни, эти трезубцы продают как сувенир, – указала Гербер на витрину и жестом подозвала продавца. – Вы не объясните, почему у вас много вещей вот с этой эмблемой?

Пожилой мужчина загадочно улыбнулся и кивнул.

– Потому что трезубец – символ Нептуна, – радостно сообщил он, немного шепелявя.

– А как Нептун связан с этими местами?

– Нептун – это много воды, а вода у нас самая чистая.

– Как трогательно, – выдохнул Женя и обернулся к Лавре. – Так ты идёшь?

Гербер протянула продавцу деньги, поблагодарила за пояснения и последовала за парнем к выходу.

– Ты случайно не в санаторий? – спросила она, выискивая поблизости того светловолосого незнакомца. – А то я боюсь идти одна.

– Так ведь день на дворе, – усмехнулся Фанелин. – Кого бояться-то?

– Ну, после столкновений с красной мантией и человеком на раковине я стала весьма пугливой, – призналась девушка и ещё раз внимательно огляделась по сторонам перед тем, как они направились вверх по дороге.

– Так ты нашла что-нибудь про этого Тритона?

– Не особо. Там всё в сплошных загадках. Везде написано одно и то же: сын Посейдона и Амфитриты, бог морских глубин, бла-бла-бла…

– Ты уверена, что видела именно его?

– Не знаю. Но тот, кого я застала у водопада, был очень похож на Тритона…

Сообщать Фанелину про вчерашнее кровоточащее дерево она не хотела. Ребята и так держали её за дурочку из-за инцидента с Ковалем. Не хватало, чтобы Лавра дала им новый повод считать себя сумасшедшей.

– А как твой браслет? – посмотрел Женя на её запястье, но заметил лишь засохшую кровь на ладони. – Ой, а это откуда?

– Да измазалась… краской. Надо вот поторопиться, попробовать жидкостью для снятия лака оттереть… В час за мной заедет Игорь, мы с ним собрались на соревнования по плаванию.

– Что ещё за соревнования? – недоумённо переспросил Фанелин. – Какой ещё Игорь?

– Тот, который спас тебя. Помнишь?

– Он меня не спасал, а только мешал выбраться на берег.

– Ну, тогда он спас твою Анжелу… Я решила немного развеяться, посмотреть на пловцов и пловчих, поесть каких-нибудь лакомств.

– А как же подписка о невыезде? – вспомнил вдруг Женя.― Следаки запретили нам покидать посёлок.

– Хватит придуриваться. Ты прекрасно знаешь, что я не давала никакой подписки… равно как и ты.

Обед Лавра провела молча, то и дело слушая скользкие шуточки Холодовой. Та рассказывала про посещение поселкового пляжа. О чём они только думали, когда собирались на этот рискованный эксперимент?! Странно, что Тритон не утащил Марину или Аиду на дно. Впрочем, девушки игнорировали Гербер.

Роман после трапезы в очередной раз таинственным образом испарился, а Фанелин остался болтать с Ритой.

Ровно в час дня Лавра стояла у ворот санатория в ожидании Селивёрстова. Вскоре к воротам подъехал весьма представительный пикап. Игорь помахал рукой из открытого окошка и пригласил девушку внутрь. Немного помявшись, Гербер уселась на соседнее кресло. Она наивно полагала, что мужчина будет не один, а со своими подопечными пловцами.

– А где же твои друзья? – спросила она, учтиво пристегнув ремень безопасности.

– Какие друзья? – не понял Селивёрстов.

– Ну, те, за которых ты собираешься сегодня болеть?

– Так они не здешние. Я руковожу их секцией в райцентре.

– А, ну, я так и… подумала, – покачала головой Лавра.

Машина поехала вниз по дороге от санатория.

– Выглядишь куда лучше, чем в библиотеке, – подметил мужчина, направляя автомобиль к мосту.

– Да я всегда одна и та же, – нахмурилась девушка.

– Ну, просто утром ты была такая напряжённая, с какими-то фанатичными глазами.

– О, это легко объяснить. Просто вчера мне в глаза попала вода, а так они вполне обычные.

– Неудачно нырнула?

– Типа того, – переменилась она в лице, поскольку данная тема ей совершенно не нравилась.

Селивёрстов улыбнулся, но ничего не сказал.

Они проехали мост и двинулись мимо того безобразного леса, который раскинулся аккурат перед Речными Воротами. Машина едва не задевала свисающие к трассе кривые ветки.

– Почему этот участок так запущен? – возмутилась Лавра. – У вас что, нет лесничего?

– Был, – вздохнул Игорь.

– А где же он теперь?

– Утонул.

– О боже, – ужаснулась Лавра. – Но как?

– Пьяным полез купаться, – пожал тот плечами и прибавил газу.

Через мгновение пикап вырулил на главную автостраду и направился прямо к светлеющему впереди пространству.

– Значит, ты будешь учителем? – спросила Гербер, чтобы хоть как-то поддерживать разговор.

– С чего ты взяла? – усмехнулся он.

– Так ведь ты сам сказал, что учишься в педагогическом институте.

– Это же не означает, что я буду именно учителем. Вообще я уже пару лет подрабатываю тренером по плаванию.

– Надо же, такой молодой и уже тренер.

– Кажется, совсем недавно ты называла меня дядькой…

– Ну, ведь ты же на самом деле похож на дядьку, – подметила Гербер. – А я-то думала, ты учителем хочешь стать, психологию преподавать будешь.

– Я учусь на факультете физической культуры, но в психологии тоже немного вот разбираюсь. Осталось только сдать экзамен.

Автомобиль свернул на просёлочную дорогу и направился в сторону очередной реки.

– Это приток Керги, – пояснил мужчина. – Там не такое сильное течение и место пошире, идеально для водных состязаний.

– А почему в этих соревнованиях не участвуешь ты? Ведь все тренеры в прошлом были замечательными спортсменами…

Улыбка странным образом исчезла с лица Селивёрстова.

– Ты верно подметила, в прошлом я тоже был неплохим пловцом. Но теперь не могу ничего делать… из-за травмы, – сухо пояснил он.

– Да уж, стоило самой догадаться, – покраснела девушка и отвернулась к окну. Ну что за глупые вопросы она вдруг начала задавать!

Перед ними предстал посёлок, который по своей ухоженности и чистоте очень напоминал Речные Ворота. Правда, улицы его были намного оживлённее. Все прохожие направлялись к пристани. На берегу народ уже вовсю собирался у самодельных трибун.

Игорь припарковался на пригорке, и через минуту они присоединились к остальным. Играла музыка, у дороги торговали сладостями и пирожками. Селивёрстов хотел что-то купить, но Лавра специально поспешила вперёд, угадав его затею с угощением. И он был вынужден последовать за ней. Несколько человек сразу же обступили его со всех сторон, что-то с чувством рассказывая. Некоторые просто жали ему руку или выкрикивали дружественные приветствия. Сам же он торопился за девушкой, а когда нагнал, то взял её за руку и гордо повёл в направлении трибун.

– Ты так популярен, – улыбнулась Лавра.

– Здесь почти все друг друга знают.

Вдруг мужчина остановил взгляд на ком-то среди людей, стоящих на деревянном помосте, и тут же поспешил туда.

– Я на секунду отлучусь, не потеряешься? – лишь произнёс он и исчез в толпе.

Лавра пробралась к ограждениям и посмотрела на тихую заводь. В ней плавали красные перегородки, которых она насчитала восемь штук, видимо, по числу участников. Финиш был около моста, на котором тоже собралось множество зрителей. Из толпы то и дело доносились выкрики, адресованные пловцам. Гербер попыталась найти среди них Селивёрстова. Он стоял возле двоих парней-атлетов, которые как раз примеряли защитные водные очки, и давал им какое-то напутствие перед предстоящим заплывом. Те слушали его, кивали, над чем-то посмеивались, оглядываясь на толпу болельщиков, и попутно разминали руки и ноги. Увидев отличницу, Игорь махнул ей широкой ладонью.

Раздался предупредительный сигнал, и пловцы подошли к бортикам. Чей-то громкий голос начал говорить по мегафону торжественные речи. Селивёрстов подкрался к Лавре сзади, отчего она даже испугалась. Что за мода вот так внезапно появляться из-за спины!

– Это мои ребята, – указал он на тех двоих. – Очень сильные спортсмены, я их давно тренирую.

– Они из этих краёв?

– Нет, сегодня здесь много приезжих.

– А есть кто-нибудь из Речных Ворот? Я бы за него поболела.

– Нет, у нас практически не осталось достойных пловцов, – с некоторым сожалением промолвил Игорь и уставился на своих подопечных.

– Кого я вижу! – раздался сзади чей-то звонкий голос, и Лавра сразу догадалась, кому он принадлежит. – Где же мы разминулись?

Это был Керк. Он стоял под ручку с какой-то размалёванной светловолосой девицей в зеркальных солнцезащитных очках. Ему бы накинуть шляпу, и получится вылитый ковбой.

– Ты же гоняешь, как сумасшедший, – улыбнулся Селивёрстов, пожав ему руку. – Как, кстати, лобовое стекло, уже заменил?

– Да, ещё вечером, – кивнул тот и посмотрел на Лавру. – А ты здесь что забыла?

– Да я так, за компанию уж, – съязвила она, ткнув пальцем в Игоря.

– По-моему, нарушение подписки о невыезде у нас карается штрафом или даже арестом.

– Боюсь тебя огорчить, но с меня никаких подписок не брали. – Лицо Гербер растянулось в ехидной улыбке, после чего она демонстративно отвернулась.

– Я не знал, что вы враждуете, – удивился Игорь, когда Керк отошёл.

– Нет, всего лишь обмениваемся иногда любезностями.

– Так мне показалось или вы действительно в контрах?

– Не бери в голову, просто есть претензии по свежести полотенец в его санатории…

Раздался выстрел, и пловцы спрыгнули в воду. Они двинулись в сторону моста почти наравне друг с другом. Но, спустя секунды, вперёд вырвались только трое: те два парня, подопечные Игоря, и ещё один человек, которого Лавра не очень хорошо видела в лицо. Толпа ревела в ожидании результата. Пловцы миновали середину пути и теперь принялись обгонять друг друга. Селивёрстов лишь затаил дыхание, а когда один из его ребят первым достиг финиша, поднял руки и что-то радостно прокричал. Лавра зааплодировала.

– Я сейчас, – предупредил он и вновь исчез из виду.

Гербер посмотрела на часы, поправила браслет и увидела, что к заплыву теперь готовятся девушки в плотных тёмных купальниках.

– Странно, что он с тобой подружился, – снова возник из-за спины голос Керка.

– Что в этом странного? – не поворачиваясь, переспросила Лавра. – Не с тобой же мне дружбу водить.

– Ну да, ты всё-таки не совсем в моём вкусе, – усмехнулся парень и облокотился на ограду набережной. – Поэтому вдвойне непонятно, что это вдруг с нашим Игоряшкой. Ты вообще в курсе, что у него есть невеста?

– Да хоть две, – улыбнулась девушка, хотя внутренне не особо обрадовалась такой новости. – Он просто любезно подкинул меня до сюда. Так что на твоего парня я не претендую.

Парень на этот раз сдержанно ухмыльнулся и посмотрел на мост, где стояли мокрые пловцы-мужчины. Селивёрстов что-то говорил победителю, время от времени похлопывая его по мощному плечу. Керк точно так же потрепал постучал по спине Лавры и спешно скрылся. Но Гербер не стала возмущаться. В конце концов, не очень было и больно.

Затем провели соревнования между девушками. Там подопечных Игоря не оказалось, поэтому Лавра ни за кого не болела, хотя и завизжала вместе со всеми, когда пловчихи добрались до финиша. А после церемонии награждения стали набирать желающих поплавать на скорость среди зрителей. Гербер постояла немного на набережной в надежде, что Селивёрстов вернётся за ней, но его нигде не было видно.

Лавра поплелась к дороге, окидывая тревожным взглядом округу. На минуту она даже подумала, что он забыл о ней. Ведь это вполне в его духе. Ещё раз обернувшись на реку, девушка приметила идущего за ней светловолосого мужчину. Опять он! Тот самый, что пытался нагнать её в Речных Воротах возле библиотеки! Кто же он такой и что ему нужно?!

Девушка не стала рисковать и идти ему навстречу. Наоборот, поспешила прочь отсюда. Кто знает, что на уме у этого странного типа. Тем более, раз он оказался на соревнования, то, значит, преследует её с самого утра! И Игорь пропал в самый неподходящий момент.

Гербер пересекла дорогу и взобралась на пригорок, на котором стоял пикап Селивёрстова. Может, если этот странный человек увидит, что она здесь не одна, то расхочет её преследовать. Лавра спряталась за небольшой кузов машины и осторожно выглянула на незнакомца. Тот остановился на середине дороги и начал озираться, будто потерял её из виду. Что-то знакомое было в его облике. Правда, длинные светлые волосы напрочь скрывали лоб и уши, а очки прятали лицо, что существенно осложняло опознание.

Вдруг чья-то рука коснулась её плеча и развернула к себе.

– Ты куда пропала? – заулыбался Игорь, стоя рядом со своим подопечным. – Вот, знакомься с моим чемпионом – Денис.

На мгновение сердце Лавры застучало сильнее. Но не от мускулистого пловца, а от выходки Селивёрстова. Ну кто его научил вот так хватать девушек из-за спины?!

– Очень приятно, – тем не менее кивнула она в ответ. – Видела, как Вы быстро донеслись до финиша. Это просто рекорд.

Парень улыбнулся, и Игорь, что-то прошептав ему на ухо, отпустил его.

– Он какой-то неразговорчивый, – заметила Лавра.

– Победители всегда молчат.

Селивёрстов вновь взял её под руку и повёл к машине. Девушка приподнялась на носочки, пытаясь отыскать на дороге недавнего преследователя. Однако его уже там не оказалось.

– Ну что, может, ещё куда-нибудь прокатимся? – предложил он радостным голосом.

– Даже не знаю, – пожала плечами девушка. – Куда например?

– Ты была в Золотом Бору? А у Речных Ворот?..

– Так я вроде как там живу же, в Речных Воротах, – на всякий случай напомнила она.

– Да нет, не в посёлке, а с другой его стороны, у тех самых Речных Ворот, в честь которых назвали санаторий. Там красиво, честно говорю.

– Что ещё за настоящие Речные Ворота?

– В общем, решили, едем туда.

Автомобиль выбрался на дорогу и направился к основной трассе. Мимо него со свистом промчался знакомый тёмный джип, внутри которого вовсю грохотала музыка. Керк издевательски помахал им рукой. Игорь лишь усмехнулся, взглянув на недовольную Лавру, и продолжил без особенной спешки ехать дальше.

«Речные Ворота» находились недалеко от одноимённого посёлка, со стороны, куда не было прохода даже из санатория. Там стояли заграждения у скважин с минеральной водой. В этом месте широкие зелёные поля соседствовали с лесом, а солнце не казалось таким жарким из-за приятной прохлады. Она шла от небольшого водоёма у огороженных стальных бочек. Тут находился один из источников, питавших Кергу.

Сами же «Речные Ворота» представляли собой каменную арку перед прелестным голубым озерцом. Игорь сказал, что никто не знает историю появления этого сооружения: то ли её установили люди, то ли она была детищем природы. Лавра с удивлением смотрела на неё, подойдя поближе. Ворота, а вернее арка, была выполнена из множества синих камней, каким-то образом скреплённых между собой. Она раскинулась над водой, подобно сказочному мосту.

– Наверх? – предложил Игорь и помог девушке подняться на первый выступ.

Лавра осторожно полезла на камни. Они были холодными, несмотря на пригревающее сверху солнце. Но, видимо, холод озера действовал на них сильнее.

– Нравится? – спросил Селивёрстов, обведя рукой открывшуюся панораму.

– Великолепно, – воскликнула Лавра, и они присели, свесив ноги вниз.

– Я бываю здесь с детства, – продолжил мужчина, поправляя клетчатую рубашку. – Ещё даже этих скважин не было. Мы тут часто купались. Тогда это озерцо, что под нами, было намного больше. Речные Ворота стояли на его середине, и всё это выглядело куда более живописнее, чем сейчас.

– Могу себе представить, – кивнула девушка, убирав с лица непослушные из-за ветра волосы.

– А потом пробурили те скважины, и озеро уменьшилось почти в два раза. Жаль, оно ничуть не уступало тому, что находится за санаторием.

– Ты был там?

– Да, много раз.

– И как часто бываешь в санатории?

– Не часто, но иногда приходится наведываться туда, учить отдыхающих плаванию. В основном Керк приглашает, мы с ним и с его отцом хорошие друзья.

– Ну и как тебе эти люди?

– У них есть свои недостатки, – улыбнулся Игорь. – А у кого, ты мне скажи, их сейчас нет? Керк и Марк вполне нормальные люди.

– Может быть, – пожала плечами Лавра. – Скажи, а как связан этот Марк Франкович с нашим ректором, с Рашвером?

Селивёрстов задумался, уставившись вдаль.

– Рашвер иногда отдыхает здесь со своей молодой женой и приёмным сыном, – ответил он через минуту. – Наверное, они тоже давние друзья с Марком. Думаешь, вам бы дали путёвки в этот элитный санаторий просто так?

– Правильно говорит Марина. Какой же это санаторий? Так, жалкое подобие гостиницы. Перед отъездом нам обещали массаж, какие-то целебные процедуры, минеральную воду…

– Вы просто приехали не вовремя. У них ремонт, поэтому даже персонала ещё нет. А массаж там, действительно, хороший, и процедуры оздоровительные есть.

– У меня вечно так, никогда не удаётся попасть куда-нибудь в нужное время…

Она рассмеялась, но быстро успокоилось под вопросительным взглядом Селивёрстова.

Солнце постепенно близилось к западу, напоминая о скором наступлении вечера. Игорь и Лавра наблюдали за его движением с каменной арки, тихо беседуя. В основном он рассказывал какие-то забавные случаи из жизни. Гербер внимательно слушала его, любуясь великолепным пейзажем. Но про себя она помнила, что у Селивёрстова есть невеста и что вообще это далеко не свидание. Хотя благодаря этой поездке Лавра перестала думать о Тритоне и красной мантии.

Но всё хорошее быстро заканчивается. Игорь разбудил Лавру, позвав её уже снизу. Видимо, он спустился туда, пока она дремала под угасающими лучами солнца. Он умыл лицо прохладной водой из озера и попытался плеснуть её на арку, однако та была слишком высока. Девушка осторожно спустилась на землю, поправила волосы и надела нагретые солнцем туфли.

– Я непременно сюда ещё вернусь, – промолвила она, напоследок любуясь округой. – Сюда ведь можно прийти пешком?

– Далековато, – прищурился Игорь и залез в машину.

Пикап развернулся, и они поехали обратно к дороге, постепенно набирая скорость.

– Вижу, усталость с твоего лица наконец-то исчезла, – подметил Селивёрстов, поглядывая на скромную пассажирку.

– Просто я хорошо провела время, а со мной такое случается нечасто.

– Можно расценивать это как благодарность?

– Конечно, спасибо большое, – кивнула Лавра, смотря на деревья за окном.

Игорь хотел что-то ответить, но в этот самый момент что-то тёмное возникло прямо перед ними на трассе. Колёса пикапа заскрипели по сухому асфальту. Машину на полной скорости развернуло. Лавра прикрыла голову руками, и автомобиль, задев пару деревьев, сорвался с дороги. Он начал катиться по откосу холма, угрожая вот-вот врезаться в одно из встречных насаждений.

– Держись! – крикнул Игорь и попробовал вырулить, но автомобиль не послушался, продолжая с тряской съезжать в неведомый обрыв.

Однако упасть дальше ему помешал поваленная сосна, в которую он со всей силой и врезался.

Пикап задымил. Лавра лежала на разломанном кресле, опутанная тугим ремнём безопасности. В салоне стало темно, будто наступил вечер и небо внезапно заполонили грозовые тучи. Она быстро поняла, что с ней всё в порядке, и попыталась подняться. Игорь же лежал на руле, и было видно, как с его лица капает кровь.

Девушка освободилась от ремня и осторожно откинула мужчину на спину. Кусок стекла впился ему прямо в лоб, но, судя по всему, он ещё и хорошо ударился головой о панель управления.

– Игорь, ты слышишь меня?! – громко спросила Лавра, пытаясь отвязать его от сидения. – Игорь!

Внезапно что-то с глухим стуком упало на крышу кабины, отчего на потолке даже появилась вмятина.

– Ты украла его у меня!.. – зашипел страшный голос.

Кто-то находился снаружи, и именно этот кто-то явился причиной их аварии. Лавра открыла дверцу пикапа и хотела выглянуть. Однако её тут же схватили чьи-то цепкие руки и вытащили к себе. Это была та самая красная мантия!

Девушка закричала и пнула призрака так, как только сумела. Не ожидая удара, тот отпустил её, и Лавра полетела вниз. Нестерпимая боль пронзила её спину, и она жалобно застонала, стараясь ухватиться за что-нибудь, лишь бы поскорее подняться. Но, немного подумав, Гербер стянула с руки браслет и выставила его перед собой, готовая отдать привидению то, за чем оно так усердно охотится.

Безликая мантия спрыгнула с крыши машины на землю, совсем как человек, и замерла над девушкой, протягивая скрытые в перчатках руки.

– Возьми! – вскрикнула она и сунула сокровище прямо в ладонь нападающего.

Мантия зашипела, вертя перед собой сверкающий браслет. Но тут откуда-то сзади раздался непонятный шум, и существо в рясе настороженно обернулось. Резкий удар чем-то тяжёлым огорошил его. Браслет сам собой выпал из кожаных перчаток и вприпрыжку покатился по склону. Лавра хотела поймать его, но не успела. Сокровище подскочило на пеньке и плюхнулось аккурат в воду протекающей рядом Керги.

Оказалось, что спас Лавру Игорь, который сцепился в драке с инфернальным противником. С его лица продолжала стекать кровь, но он не сдавался. Неизвестный оттолкнул его от себя со злобным шипением, и мужчина упал на капот автомобиля, корчась от боли.

– Игорь, оставь, ему нужен только браслет! – вскричала Гербер, безуспешно пытаясь подняться.

Однако Селивёрстов будто не слышал её и вновь пнул привидение ногой. Мантия отлетела к деревьям и на мгновение зависла над ними, расставив в стороны широкие рукава.

– Игорь! – потребовала Лавра.

Но мужчина пребывал в каком-то помешательстве. Он с рычанием набросился на подлетевшую к нему мантию и вместе с собой опрокинул прямиком в реку.

Лавра подбежала к невысокому обрыву и застыла в тревожном ожидании. Вода вокруг была усеяна лесным мусором, а у самой её кромки плавал красный лоскут от одежды привидения. Вдруг в пяти метрах от берега вынырнула голова Селивёрстова. Он выплюнул изо рта кровь и убрал с глаз мокрые волосы. Мантии с ним не оказалось. Она таинственным образом куда-то испарилась.

– Игорь! – крикнула Лавра, держась за сломанные стволы деревьев.

– Где он?! – недоумевал взбешённый Селивёрстов, вертя головой по сторонам. – Где???

– Игорь, оставь его! – взмолилась студентка.

С минуту он ещё провёл в холодной Керге, о чём-то раздумывая и оглядываясь, но потом медленно поплыл к берегу. Со стороны показалось, будто он ещё ждёт появления врага. Лавра от этого только разозлилась. Что за упрямство! Он только всё испортил, и дух мёртвого князя в очередной раз был вынужден отступить.

– Ты знаешь?! – вскричал Игорь, схватив её за плечи. – Ты знаешь его?!

От такого Лавра впала в шок. И так ситуация была внезапной и пугающей. А тут ещё и нервный Селивёрстов тряс её из стороны в сторону, требуя каких-то признаний. Что ей оставалось, как не предательски молчать?

Игорь с остервенением отвернулся и направился в сторону дымящейся машины, придерживаясь за деревья, будто у него уже не осталось никаких сил. Он даже не спросил, всё ли с ней в порядке, отчего Лавра впала в полное замешательство. Мужчина остановился возле поваленной сосны, на которую налетела машина пару минут назад. Он тяжело дышал и еле держался на ногах. Это лишний раз подтверждало, что со здоровьем у него большие проблемы. Лавра боялась что-либо сказать, потому что на его окровавленном лице застыла весьма грозная гримаса.

– Не надо было нападать на него, – заплакала Гербер, хватаясь руками за свои всклоченные волосы. – Он лишь хотел забрать браслет.

– Какой на хрен браслет?! – взревел Игорь.

– Ну тот, который из музея…

Селивёрстов, казалось, ещё больше вышел из себя. Он стащил мокрую рубашку и принялся её нервно выжимать.

– Я не знаю, как всё это произошло, – начала Лавра, шмыгая носом. – Мы все были в музее в Березовске. Там как раз выставили вещи князя Бальваровского. А когда я приехала сюда, то нашла в своей сумке этот браслет. Он – часть древней сокровищницы. Кто-то подбросил его мне… А потом выяснилось, что вся коллекция похищена из того музея. Я испугалась, ведь могли обвинить в этом меня… К тому же, когда я с ребятами была на раскопках в монастыре, там кто-то вскрыл гроб, найденный археологами.

– Да ты деваха с секретами! – злобно выпалил мужчина и вдруг усмехнулся.

– Я, честно, не знаю, что происходит…

– Погоди-ка, – напрягся следом Игорь. – Это те самые археологи, которых недавно нашли убитыми???

Он вновь уставился на неё недовольными глазами.

– Кто-то теперь пытается вернуть этот браслет.

– И что ж ты тогда не рассказала об этом следакам? Или хотя бы Марку?

– Да кто мне поверит… Даже ты не поверишь же, хотя вон сам видел эту мантию.

– Это был человек в мантии, – подчеркнул Селивёрстов.

– Человек, который умеет летать? – усмехнулась Лавра, перестав пускать бесполезные слёзы. Хотя тушь на ресницах всё равно успела размазаться по её лицу.

– Да какой летать! – отмахнулся мужчина и отвернулся к машине. – Ладно, не хочу даже вникать во всё это. Надо думать, как вытащить тачку на дорогу…

* * *

– Это просто невероятно! – мотая головой, твердил Женя. – Думаешь, теперь нам поверят?

Лавра стояла перед ним с обнажённой спиной и изредка вскрикивала, когда он доставал из-под кожи очередную занозу или еловую иголку.

– Никто никому не поверит, – вздохнула она, утирая со лба проступивший от боли пот. – Игорь вон и то не захотел даже разобраться в ситуации.

– Считай, он уже всё разболтает эту дурачку Керку. – Фанелин с особой неприязнью произнёс его имя и снова вытащил еловую иглу из спины несчастной сокурсницы.

– Да пускай говорит, браслета-то всё равно больше нет.

– Ты же сказала, что дух не успел его забрать.

– Да, не успел, ой… – поморщилась Лавра от очередного неприятного ощущения. – Поаккуратней!.. Браслет просто скатился в воду.

– Н-да, теперь-то уж точно ты от него избавилась.

– Ну и чёрт с ним, так даже лучше. Теперь этот мятежный дух оставит меня в покое.

Она отошла к зеркалу и посмотрела на исцарапанные лопатки и копчик. Женя размял пальцы и выглянул в окно её номера.

– Вообще, рекомендуют после этого спиртом или одеколоном помазать, – сообщил он.

– Ну уж нет, я тогда от боли вырублюсь, как алкашка. Лучше пока похожу так, и без того спину жжёт.

– Как знаешь…

– Кстати, а ты случайно не знаешь, кто из наших чем занимался, пока меня не было?

– А почему ты спрашиваешь?

– Да так, просто интересно…

– Собственно говоря, я никого и не видел, потому что уходил на перевязку в больницу. Марина вроде как в гости к кому-то собиралась. Роман, сама знаешь, вечно у нас где-то пропадает. А Аида, кажется, сидела у себя в номере…

– Значит, Романа ты не видел?

– Нет… Всё, давай лучше пойдём ужинать.

В столовой в гордом одиночестве сидела Аида. Она листала какой-то журнал, медленно пробуя разложенные по тарелкам овощи.

– О, какие люди, – воскликнула Гаагова. – Слышала, ты со своим очередным кавалером угодила в аварию?

– Слухи о моей смерти сильно преувеличены. – Лавра села на свой стул и вновь поморщилась от боли в спине.

– И как же это произошло? – оживилась сокурсница.

– Никак, просто съехали в кювет, а там оказался склон. Хорошо, хоть живы остались.

– А где остальные? – уточнил Женя.

– Марине нездоровится, а Романа я с утра не видела. Да вы и сами знаете, что у него есть дурацкая привычка куда-нибудь пропадать.

– У меня нет никаких дурацких привычек, – вдруг появился на пороге Кривовцов, поправляя мокрые волосы.

– Ты опять купался в озере? – усмехнулся Фанелин.

– Нет, просто принял душ, – загадочно улыбнулся тот. – А чего вы все такие кислые? Неужели что-то снова приключилось?..

Лавра внимательно посмотрела на него. Почему-то у неё уже не осталось никаких сомнений, что под таинственной мантией мог вполне скрываться он.

– Так что, куда вы ездили? – продолжила Аида, обращаясь к Гербер.

– В соседний посёлок. А что?

– Да просто, чистоелюбопытство, – усмехнулась однокурсница.

– А с чего это Марина заболела? – переспросил Фанелин, чтобы отвлечь назревающий конфликт. – Что-то подцепила на поселковом пляже?..

Все, кроме Аиды, засмеялись.

– Ах, как остроумно, Женя, – грозно подметила она. – Уж чья бы корова мычала, а твоя бы молчала. На свою руку посмотри…

– А что моя рука, уже зажила и нисколько мне не мешает, спасибо.

– Она имеет в виду, как бы заново не разболелась, – поправила его Лавра и с ухмылкой взглянула на девушку.

Гаагова возмущённо мотнула головой и продолжила ужин, листая цветной журнал.

– Кстати, как там дела с Тритоном? – то ли в шутку, то ли всерьёз поинтересовался Роман.

– Прекрасно, – парировала Гербер.

– Ну, не надо обижаться, я же просто спросил.

– Никакого Тритона нет, – вмешалась Аида. – Это всё видения нашей впечатлительной Лавры. Мне сказали, что вчера вечером рыбаки поймали недалеко отсюда огромного осетра. Так что, Гербер, можешь больше не шастать по библиотекам.

– Здравствуйте ещё раз, – пропела Рита, зайдя из вестибюля. – О, и Лавра здесь! Ну как, ты в порядке???

– Почти, – качнула та головой. – Только спина немного тревожит.

– Эх, зря ты не осталась в больнице. Да и Игорь тоже упрямый. Доктор вытащил у него осколок. Хорошо ещё, криво вошёл и не треснул.

– Как он?

– Да всё так же, пошёл с мужиками машину вытаскивать. Ох, как представлю, что могло бы случиться, господи!.. А если б в реку упали?.. А если б автомобиль взорвался??? Я всегда говорила и говорю, за рулём нужно быть осторожнее, не отвлекаться от дороги.

– Интересно, что же так отвлекло Селивёрстова?.. – язвительно сказала Аида и расплылась в улыбке.

Но Лавра не стала ничего говорить.

После ужина она решила подняться к себе. По второму этажу разносились стуки молотка и жужжание дрели. Валентина Амосовна стояла в конце коридора у окна и наблюдала, как двое рабочих чинят двери взломанных номеров.

– Я извиняюсь, что мы не сделали этого раньше, – произнесла она, заметив студентку. – Надеюсь, дверь не создала много проблем?

Что это с администратором? Откуда такая доброта? Лавра лишь мотнула головой в ответ на её вопрос, но заходить в свою комнату не стала, чтобы не мешать рабочим. К счастью, в коридоре показался Роман, и она направилась к нему.

– Можно? – спросила Гербер, приоткрыв дверь его комнаты. – У меня там устраняют неполадки…

– Вообще-то я собирался уходить, – без радости сообщил Кривовцов.

– В такой час? Куда? – удивилась девушка.

– Да так, погулять. А что?

– Нет, ничего…

– Странно, правда? – вдруг сменил он тему. – Я имею в виду эту вашу аварию.

– Да уж, легко отделались…

Парень настороженно посмотрел на неё, о чём-то подумал и накинул на себя жилетку.

– Извини, что так не вовремя ухожу, – виновато улыбнулся он, выпроваживая из своей комнаты.

– Да всё в порядке, – отмахнулась Лавра и посмотрела на рабочих, которые всё ещё чинили дверь её номера. – Думаю, скоро я смогу попасть к себе.

Роман кивнул на прощание и побежал по лестнице. Куда же он так торопится?

– Можете зайти, – предложил один из плотников. – Вы нам не помешаете.

– Да нет, спасибо, – мотнула головой Лавра. – Я, пожалуй, пойду, тоже погуляю…

Вечер был прохладнее, чем ожидалось. Гербер поёжилась, выйдя на крыльцо санатория, и осмотрела пустынный двор. Фонтан ещё не горел, хотя ему уже давно пора радовать вечер своими огнями.

Девушка потёрла замёрзшие плечи, жалея, что не прихватила из комнаты джинсовую курточку, но это не переубедило её вернуться. Она выждала несколько минут, подышала свежим воздухом, а затем осторожно спустилась по лестнице. Какой-то холодок пробежался внутри неё, отчего движения стали неуверенными и неуклюжими.

Лавра прошла на пустой санаторный пляж и посмотрела на холм, за которым чернели деревья. Солнце уже село, а небо, как и в день приезда, было медового оттенка. Река притихла, словно её течение остановилось. Впрочем, сейчас Гербер волновало совсем другое, гораздо более важное, чем очередной вечерний пейзаж.

Обстановка у озера сильно отличалась от общей картины. Здесь было гораздо темнее, и облака в небе вовсе не казались медовыми. Стена чёрных деревьев огромной тенью нависала с двух берегов над студёной водой, всё такой же спокойной и мрачной. Тут казалось намного холоднее, чем у санатория. Не хватало лишь одного – тишины. Два голоса нарушали её, лёгким эхом разносясь по поверхности водоёма.

Лавра быстро узнала один из них, но вот кому принадлежал второй, вряд ли догадывалась. Она присела возле деревьев, скрываемая их тёмными ветками, и принялась внимательно слушать.

– …Я не рассчитывал, что так получится, – говорил Роман. – Но ситуация одна из тех, когда не знаешь, что и подумать.

– К чему терзать себя такими мелочами? – молвил тоненький девичий голосок. – Люди слишком верят друг другу, чтобы открыто видеть правду. А ведь зачастую она оказывается совершенно не такой, какой кажется со слов.

– Ты снова говоришь загадками, – недовольно подметил Кривовцов. – Сколько раз просил так не делать…

– Нет, просто такова ваша действительность. Оглянись, с тобой нет ни одного, кому бы ты мог довериться. Ни одного, кроме меня.

– Ты утрируешь…

– Может, ты ещё скажешь, что я не права?

Возникла пауза, которую быстро прервал звук поцелуя.

– Права, – как-то более сдержанно ответил Роман.

– Ты не можешь сомневаться во мне, – обрадовалась неведомая для Лавры девушка. – Я твоя мечта, я всё для тебя, ведь так?

– Да, – повторял парень будто в бреду, – так… так…

– Ты знаешь, чего я хочу. Мы неоднократно говорили с тобой об этом, помнишь?

– Но…

– Не нужно слов, они лишние. Ты должен слушать меня, ты должен мне помочь. Ведь ты же любишь меня, правда?

– Люблю…

– Тогда ты обязан помочь мне.

– Ты просишь о невозможном, – вновь начал протестовать Кривовцов. – Я не могу пойти на…

– Но ты же сам заставил меня рассказать про это. И ты сказал, что сделаешь всё ради нашего счастья.

Странный разговор в очередной раз прервался поцелуем, и Лавра немного нагнулась вперёд в попытке посмотреть на эту сцену.

– Ну, если это единственный выход, – промычал Роман. – Хорошо, тогда я постараюсь.

– Завтра, – вдруг оживился голос. – Это должно произойти в полночь. Смотри, не рань её ноги, она нужна мне такая, какая есть.

– Но Аида сильнее меня, – возразил парнишка, чем изрядно удивил Гербер. – Я не знаю, как поступлю, если она начнёт сопротивляться.

– Просто сделай так, как я тебе объяснила, и у нас всё-всё получится.

Лавра пригнулась, насколько смогла, и увидела их. Роман сидел на камнях, а в его объятиях светлело тело обнажённой девицы. Правда, следом Гербер заметила её длинный светлый хвост на том месте, где должны были оказаться ноги! Кто это? Русалка???

Речная нимфа чмокнула парня на прощание в щеку и одним прыжком очутилась в воде.

– Я люблю тебя, – пропел Роман, махая ей рукой.

– Жди, и я приду к тебе во сне, – в той же манере ответила русалка и исчезла в чёрной пелене озера.

Лавра застыла в своём положении, уже не зная, верить ли своим глазам. Но осознав, что через пару мгновений Кривовцов окажется возле неё, она резко отползла назад и бросилась обратно к реке. Сзади приближались шаги, и девушка, не найдя ничего лучшего, заскочила за ближайший куст шиповника. Пришлось даже заткнуть себе рот руками, чтобы заглушить взволнованное дыхание.

Роман, как ни в чём не бывало, прошёл по тропинке мимо и исчез за поворотом. Лавра расслабилась и перевела дух. Она закрыла глаза и вновь увидела перед собой эту сцену: Кривовцов обнимает русалку… Русалку!!! Русалку, которая высказывает ему странные просьбы! Кажется, эта сказочная пара задумала что-то сделать с Аидой.

Лавра вновь разнервничалась и пошатывающейся походкой направилась к санаторию. Лишь бы не столкнуться по пути с кем-нибудь посерьёзнее.

Глава 12

Не ходите ночью по санаторию

Утро наступило совсем быстро. Лавре даже показалось, что ночь продлилась всего несколько часов. Хотя она очень устала за вчерашний день. В дополнение к этому безумно ныла спина, так что лежать в постели было совсем неудобно.

Сейчас, глядя на светлеющее окно, Гербер проворачивала в голове увиденную накануне сцену и думала, почему только ей попадаются на глаза самые загадочные явления этого лета. Мало было Тритона и красной мантии, так теперь ещё и русалка, с которой Роман строит интриги. Впрочем, после Тритона удивляться было нечему. Наверняка у бога морских глубин имеется подруга, которая точно так же жаждет поиздеваться над студентами. Только вот что им нужно? Неужели сокровища Бальваровского? Хотя нет, кажется, вчера русалка что-то говорила насчёт Аиды. «Смотри, не рань её ноги, она нужна мне такой, какая есть», – звучали в ушах слова речной девы. Что бы это могло означать?

Время подходило к восьми, когда Лавра решила принять контрастный душ и освежить голову. Но едва она открыла дверь ванной, как желание помыться резко пропало. Со стороны одной из кабинок доносился нежный голос Гааговой, которая напевала что-то весёлое.

– О, ты решила сполоснуться? – спросила Аида, выглянув к ней из-за перегородки.

– Да, хотела… – замялась Гербер и повесила полотенце на крючок.

Гаагова приветливо улыбнулась и вернулась к пению. Лавра распустила волосы, неохотно стянула с себя вещи и, убедившись, что на неё никто не смотрит, заскочила в ближайшую кабинку. Отрегулировав нужную температуру, она погрузилась под воду и начала массировать гудящую с вечера голову. Девушка несколько раз оборачивалась, проверяя, где находится сокурсница. На уме по-прежнему вертелись слова русалки насчёт неё. Стоит ли рассказать Аиде о том, что удалось услышать накануне, или всё же промолчать? Впрочем, можно было догадаться, как на это может отреагировать Гаагова. Поэтому Гербер решила пока оставить тёмный секрет Романа при себе.

– Боже, Лавра! – запищала Аида, внезапно появившись прямо перед её кабинкой. – Что это???

Гербер волнительно обернулась, а затем глаза уставились на причину таких беспокойств. Вода, уходившая к стоку, была алой, и Лавра вмиг сообразила, почему. Она схватилась за живот и вернулась в раздевалку.

– Что это? Откуда???.. – продолжала ужасаться сокурсница.

– Ничего, – успокоила её девушка, обматываясь полотенцем. – У меня иногда такое бывает.

– Боже, да кто ж тебя порезал?!

– Успокойся, Аида. Никто меня не резал, это старая рана.

– Тогда почему до сих пор идёт кровь? Нет, надо вызвать медиков. Вон, ты и выглядишь как-то бледно.

– Не надо суетиться! – рявкнула Лавра. – У меня и раньше такое было. Наверное, это из-за вчерашнего. Шрам кровоточит временами, но потом обязательно проходит.

– Тебе больно?

– Нет.

На полотенце, обвязанном вокруг её талии, начало проявляться кровавое пятно. Увидев это, Лавра ринулась к выходу, а оттуда в свою комнату, даже забыв надеть тапочки. Аида хотела пойти следом, но не успела. Гербер так захлопнула за собой дверь, что она просто побоялась требовать от неё объяснений.

Сердце билось, как у кролика. Лавра осторожно развернула полотенце и осмотрела рану. Кривой шрам, короткий, но довольно широкий, зиял посередине живота чуть ниже пояса. Лавра знала про него, но никак не ожидала, что кровь пойдёт именно сегодня. Тем более, что это случится на глазах у постороннего человека. Достав из сумочки белый бинт, она обкрутила его вокруг талии и сделала тугую повязку. Это должно было помочь, во всяком случае, так ей советовали врачи. Через десять минут, не успела она даже как следует одеться, в дверь её номера постучали.

– Лавра, – донёсся голос Жени, – с тобой всё в порядке?

Девушка недовольно вздохнула, понимая, что Гаагова уже успела всем сообщить про инцидент в душе.

– Да, со мной всё хорошо, – ответила она, надеясь, что парень уйдёт.

– Открой дверь, ты заставляешь всех волноваться.

– Женя, увидимся за завтраком!.. – безапелляционно заявила Лавра.

Как ни странно, но эти слова подействовали на него, и он отступил. А девушка села на кровать, схватившись за голову. О её секрете, который она так тщательно оберегала, теперь знают все.

– Господи, Лавра, ну нельзя же так, – заворчала Рита, едва девушка переступила порог столовой. – А вдруг тебе станет ещё хуже, а вдруг…

– Со мной всё нормально, – сразу же остановила её причитания Гербер, заметив, что всеобщее внимание сейчас приковано к ней.

Ребята сидели за столом с такими лицами, будто кто-то умер. Лавра молча прошла к своему стулу. Марина что-то шепнула сидящей рядом Аиде и вновь наградила Гербер странным взглядом. Лавра же искоса посмотрела на Романа. Он единственный, кто ел за обе щёки, не обращая ни на кого внимания. Женя удивлённо приподнял брови и тоже вернулся к трапезе, не сказав ни слова.

Казалось, что день безнадёжно испорчен. Лавре всё время было не по себе, находилась ли она в столовой, в гостиной или в библиотеке. Везде на неё смотрели с таким видом, будто она безнадёжно больна. Девушка и не сомневалась в том, что слух, пущенный Аидой, обретёт параллель со вчерашней автомобильной аварией. Наверняка все считали, что она, отказавшись от помощи врача, молча вынашивала боль от полученной травмы. Пришлось спрятаться в парке вдалеке от посторонних глаз. В конце концов, все эти жалостливые взгляды мешали сосредоточиться на главном – на русалке и её загадочном плане.

Солнце сегодня было жарче, но воздух в тени деревьев оставался свежим.

– Немного скучно, правда? – спросил голос из-за спины, и Лавра увидела Коваля.

– Я не хочу с Вами разговаривать! – тут же возмутилась она его наглостью. Несмотря на последние события, этот господин по-прежнему оставался в числе подозреваемых, просто Лавра не удосужилась как следует разузнать про него.

– А по какой причине? – удивился Вячеслав Сергеевич и даже мотнул головой. – Если Вы имеете в виду ту сцену с мифами Древней Греции, то я абсолютно не воспринял её всерьёз.

– А я остаюсь при своём мнении.

– Ну, это Ваше право. Однако мне просто любопытно узнать, откуда у Вас взялись все эти бредовые мысли о Тритонах и заговорах.

– Бредовые? – переспросила Гербер.

– Разве можно воспринимать это как-то иначе?

– Не старайтесь, Вячеслав Сергеевич, моё мнение о Вас всё равно не изменится.

– Но Вы ведь находите справедливым моё желание узнать суть обвинения? – коварно улыбнулся мужчина. – Или всё это большая тайна?..

– Вы прекрасно знаете, в чём я Вас подозреваю…

– Но при этом Вы не уверены, да? – вдруг оживился странный господин. – Это уже лучше. Так что же дальше?

Он разговаривал с ней как с маленькой девочкой. Лавру это ещё больше разозлило. Каков нахал, подумала она. Надо бы испортить ему настроение.

– Нет, я знаю, что Вы затеяли какую-то интригу.

– Интригу?! Как интересно Вы это обозвали, – усмехнулся Коваль.

– Вы как-то связаны с Тритоном. Вы же сами спросили, не хочу ли я встретиться с человеком на раковине?

– Вообще-то я спросил это без какой-либо задней мысли, – пожал плечами Вячеслав Сергеевич. – Неужели Вы подумали тогда, что я смогу организовать Вам такую встречу?..

– Но ведь после этого я увидела Тритона возле обрыва у парка! – настаивала девушка. – И в ту ночь Вы тоже были в парке. А судя по словам прислуги, ночные прогулки случаются у Вас достаточно часто.

– Ну и что? Что такого криминального Вы нашли в моих этих прогулках?

Коваль не переставал улыбаться, отчего всё больше раздражал Лавру. Конечно, мужчина защищался от её нападок, однако он зря старался. Если человек так себя ведёт, значит, ему есть, что скрывать.

– Смотрите, как бы от Ваших тайн Вам же плохо не стало, – пригрозила напоследок девушка и пошла обратно к санаторию.

Однако не успела она выйти из парка, как наткнулась на новую неприятность. На крыльце, в прохладной тени, стояли Аида и Роман. Они о чём-то увлечённо беседовали. Гаагова даже улыбалась, а Кривовцов что-то живо ей объяснял. Лавра замерла у скамейки, глядя на эту пару. Голос речной нимфы вновь зазвучал в ушах, твердя одну и ту же фразу: «Не рань её ноги, она нужна такой, какая есть».

– О, ты гуляла по парку? – заметила её Аида. – Наслаждаешься свежим воздухом?

– Как и вы же, – приторно улыбнулась Лавра. – О чём таком интересном беседуете?

Роман посмотрел на неё как-то недовольно. Значит, она ему помешала. Может, он подбивал её сокурсницу на какую-нибудь интрижку? Ведь надо же ему было заманить Гаагову к русалке.

– Да я всё пытаюсь склонить Аиду на вечернюю прогулку, – признался он, фальшиво улыбнувшись. – Сегодня все местные будут жечь костры на пляже в посёлке, – пояснил он. – Ты, надеюсь, тоже пойдёшь?

– Никуда мы не пойдём, – ответила Лавра за обеих. – Разве ты забыл, что сегодня у Валенсы дискотека?

– Ой, да сдалась вам эта дискотека? – возмутился парень. – Всё равно Марина в конфликте с местными парнями. Вдруг они решат выместить свою обиду на вас…

– Да ну!.. – буркнула Аида.

Роман изменился в лице и отвернулся к фонтану. Да уж, его план пока трещал по швам, и это малость порадовало Гербер.

– А ты к Валенсе не собираешься? – уточнила у него Лавра, поднимаясь к прозрачной двери.

– Что я там потерял?! – отмахнулся Кривовцов и поспешил спуститься вниз.

Ему нужно было срочно увидеться со своей сообщницей. Гербер прекрасно его понимала. Она бы поступила точно так же, если б ей, во что бы то ни стало, понадобилось похитить сокурсницу для русалки.

Аида посмотрела на Лавру и вдруг засмеялась. Поведение Романа ей казалось забавным. Ах, если бы она только знала, почему он так поступает… Но Лавра пока не могла ей ничего сообщить. Она улыбнулась ей в ответ и вошла в здание. Ей тоже требовалось собраться с мыслями, чтобы помешать замыслам Кривовцова.

– Лавра, Лавра! – выскочила из-за угла Рита с таким видом, будто что-то случилось. – Где же ты ходишь?!

– А что?.. – растерялась девушка.

– К тебе приходил Игорь Селивёрстов!.. – радостно ответила женщина. – Он сейчас пошёл к Керку, но сказал, что ещё заглянет сюда перед уходом. Смотри, не пропусти его…

Кухарка похлопала её по плечу и спешно скрылась в боковой двери. Лавра в растерянности подошла к посту администратора и задумалась. Интересно, зачем Селивёрстов пришёл сюда? Может, он узнал какие-нибудь подробности о вечернем нападении? Так или иначе, теперь он был посвящён в её тайны, и его необходимо было дождаться. Поэтому Лавра решила посидеть в вестибюле, чтобы уж наверняка встретиться здесь с ним. Она устроилась в бежевом кресле и закрыла глаза, начиная думать об Аиде, Тритоне и вчерашнем инциденте. Во всех этих случаях она подозревала Романа. Он единственный из всех ребят был вчера за ужином с мокрыми волосами. Ведь Игорь в порыве ярости столкнул красную мантию в реку, где она и пропала.

Если призраком в мантии может быть кто-нибудь из студентов, то Кривовцов подходил под это как нельзя кстати. Марина и Аида сразу отпадали. В ту ночь, когда привидение впервые появилось в санатории, они были рядом с Лаврой. Следовательно, никак не могли участвовать в столь умелой мистификации. Женя мог бы прятаться под мантией, но его комната недавно подверглась погрому. Логично предположить, что человек в мантии и таинственный взломщик – одно лицо. Ему нужен браслет, и он любыми путями пытается им завладеть. Оставался лишь Роман. К тому же он тайно встречался с русалкой, а это играло не в его пользу.

Лавра настолько погрузилась в эти мысли, что даже не заметила, как возле неё оказался Фанелин.

– Ты выглядишь устало, – подметил он, облокотившись о конторку дежурного.

– Только не говори, что это из-за утреннего недоразумения, – вздохнула девушка.

– Аида сказала, что у тебя шрам на полживота…

– Вот ведь она как чукча – о чём видит, о том и поёт! – возмутилась Лавра.

– Просто скажи, что ты сходишь к врачу и покажешь ему свою рану.

– Не переживай, это старый шрам и он не связан с аварией.

– Ок. А ты кого-то ждёшь?

– Да, но не тебя.

– А, значит, этого… Как бишь его там?.. Игоря, – недобро произнёс Женя его имя. – Думаю, ему не стоит тревожить тебя ближайшую парочку дней. Пусть научится сначала водить машину…

– А что ты имеешь против него? – нахмурилась Лавра.

– Мне не нравится, что ему обо всём известно.

– Почему?

– Это нехорошо. Ты же знаешь, с кем он общается. Вот и сейчас я видел, как он прохаживается с золотым сыночком и что-то ему нашёптывает.

– Что плохого в том, что он общается с Керком? Они друзья, причём давние…

– Они подозревают во всём нас!

Лавра замолчала. Теперь она понимала причину такой реакции Жени.

– Ты думаешь, что следователи упустят столь удобную для них возможность привлечь меня по делу о сокровищах?.. – продолжал настаивать на своём Фанелин. – Зря, конечно, я похвалялся перед вами, что работаю у Фитша.

– Я не понимаю, чем таким ужасным себя зарекомендовал Фитш, что все к нему так относятся?

– А то ты не знаешь!

– Не знаю, честно.

– Да об этом же пишут все газеты! Ты что, ничего не читаешь?

Женя нагнулся к столу за конторкой и вытащил оттуда свежий номер областной газеты. Лавра и вправду уже два дня не знакомилась с прессой, поэтому не могла знать всего, что происходит за пределами санатория. На главной странице чернел крупный заголовок сенсационной статьи: «ФИТШ: ЗА ЧТО СТРАДАЕТ ГУБЕРНАТОРСКАЯ ОППОЗИЦИЯ?»

– Да-да, – кивал Фанелин, тыкая пальцем в газету. – Обвиняют именно его.

– Но тогда…

– Я не знаю, что тогда, Лавра. Но вот скажи мне, лично ты веришь в то, что я не причастен к этой истории? Только честно.

– Женя, я… – Гербер окончательно растерялась и посмотрела на пустое запястье. – Тут у меня наметилось несколько версий и…

– Вот видишь, даже ты сомневаешься. – Парень нервно пробарабанил пальцами по столику администратора.

– Женя, я думаю, что тебе не стоит так сильно переживать из-за этого, – поспешила успокоить его Лавра. – Даже если подозревают тебя, нет никаких улик, доказывающих твою вину.

– Спасибо, ты меня очень обнадёжила!.. – Фанелин недовольно мотнул головой и направился к выходу.

Лавра снова развернула газету. Статья о Фитше была довольно объёмной. В основном здесь говорилось о его скандальном прошлом, о том, как он, будучи профессором университета, был пойман за хищение государственного имущества, подделку документов и что сидел семь лет за колючей проволокой в одной из волжских исправительных колоний. Из всего изложенного Лавра поняла одно – кто-то упорно пытается запятнать репутацию учёного, поскольку конкретных фактов его причастности к делу о сокровищах Бальваровского нет. Её вообще удивляло, с чего Фанелин так беспокоится. Он мог бы на всех основаниях бояться за себя, если б Фитш, действительно, был замешан во всей этой «каше». Значит, он что-то знал… что-то большее, чем знала Лавра, иначе бы не суетился так сильно.

Сама же Гербер с потерей браслета испытывала огромное облегчение. Нет этой вещицы – нет никаких подозрений на её. Так что оставалось лишь ждать, пока следствие само распутает сложное дело.

Прошёл час, но Селивёрстова на горизонте не видно. Вестибюль вообще как-то странно затих, будто бы все разом куда-то пропали. Впрочем, это уже никого не удивляло, так как тишина стала вполне привычной для санатория благодаря затянувшемуся ремонту. Лавра поёжилась в своём кресле, затем поднялась и медленно подошла к стеклянной двери. Двор тоже пустовал. Только солнце сделалось ярче, возвещая приближение полудня. Может, самой сходить в VIP-зону? В конце концов, она тоже хотела увидеться с Селивёрстовым после вчерашнего.

Внутри VIP-корпуса было так же безлюдно. Правда, откуда-то доносилась едва слышимая музыка. Лавра знала, где находится кабинет директора, поэтому, не встретив на пути никаких препятствий, направилась прямиком туда. Коридор здесь был тёмен и прохладен, словно принадлежал не санаторию, а заброшенному замку. Едва она достигла его середины, как послышались чьи-то голоса. На всякий случай Гербер подёргала дверную ручку кабинета и убедилась, что он закрыт. Может, это Марк Франкович разговаривает там?..

Коридор выводил к массивной лестнице, на которой кто-то стоял между первым и вторым этажами и о чём-то спорил. Лавра замерла за углом. Хотя сама же подметила, как часто она стала подслушивать посторонних.

– …Мне плевать!.. Мне платят не за то, чтобы решать твои проблемы… – шептал один голос.

– Если бы я знал, что всё зайдёт настолько далеко…

– Ты и твои фокусы пока что выходят всем нам боком. Мне кажется, что Рашвер зря рекомендовал мне воспользоваться твоими услугами.

– Извини, Марк, но я не могу исполнять любые твои прихоти. Ты упорно не хочешь понять, что он поступает так, как сам считает нужным. Ему нельзя взять и приказать что-то определённое…

– А я тебе ещё раз говорю, мне плевать, что он думает. Через семь дней эти чёртовы студенты уедут отсюда, и ими займутся власти. Надо решить вопрос в этот срок.

– Марк, приди в себя. Ты не осознаёшь, насколько всё это опасно. Этих несчастных и так подозревают в деле с музейными ценностями. Ты просто последний идиот, если позволил этому следователю допрашивать их.

– Он в курсе дела, – замялся отец Керка. – Неужели ты думаешь, что твой, как они его называют, Тритон такая неожиданность для него?.. Да он видал вещи куда пострашнее этих русалок. Чего только стоит моя Валсея!

Сердце Лавры сжалось от волнения, а дыхание участилось. Этот разговор явно не предназначался для её ушей. Она посмотрела наверх, однако увидеть спорящих не смогла – их скрывали перила. Интересно, кто же так усердно защищает студентов перед хозяином санатория?..

– Тогда, – продолжил этот неизвестный второй голос, – может, тебе самому приказать ему сделать что-нибудь грязное? Ведь вы же с ним так близки. Для тебя, я уверен, он сделает всё, чего ты только ни пожелаешь. Он тебе обязан своей жизнью, не так ли…

– Закрой рот! – рявкнул Марк Франкович. – Тебя это не касается, понял?!

– Что, задело за живое?.. – ухмыльнулся его собеседник. – Правильно, ты боишься его, боишься. Потому что если он узнает о том, что произошло на самом деле, то тебе уж точно несдобровать. И тогда, кроме меня, никто не сможет совладать с ним, никто. Так что прикуси язык и жди…

Вдруг кто-то коснулся плеча Лавры. От неожиданности она вздрогнула. Перед ней стоял Керк со зловредной улыбочкой на лице. Видимо, он уже знал, что застукал её очень не вовремя.

– И что это мы тут делаем? – громко спросил парень, после чего разговаривающие наверху мужчины стихли.

– Ничего, – проблеяла Лавра, словно овечка.

По ступенькам затопотали, и на лестнице первым показался мужчина в жёлтом драповом костюме. Лавра и Керк с одинаковым изумлением повернулись к ним. За спиной Марка Франковича прятался Коваль с крайне обеспокоенным видом. А когда он заметил стоящую внизу Гербер, лицо его заметно побледнело.

– Что здесь происходит? – спросил Марк Франкович и недовольно посмотрел на сына и девушку.

– Я только что, отец, пришёл сюда, а вот она стояла за этим углом достаточно долго, – оправдался Керк, указав пальцем на брюнетку.

– Ты подслушивала нас? – на удивление спокойным голосом обратился к ней мужчина, спускаясь по лестнице.

Лавра посмотрела на Коваля, который в растерянности жался на лестнице.

– Я просто проходила мимо, – прошептала она от страха, чувствуя, что во рту всё пересохло.

– Ты слышала, о чём мы говорили? – не отставал отец Керка. – Ну конечно же слышала. Так оставлять это я уже не могу, придётся немного…

– Марк! – прервал его Вячеслав Сергеевич, и они обменялись тревожными взглядами.

– Уведи её, Керк, – скомандовал Марк Франкович и вновь с гневом посмотрел на девушку.

Лавра тут же поспешила в коридор, но напоследок бросила на Коваля проницательный взгляд. Пусть тоже понервничает от такого конфуза. Ведь теперь она знает чуточку больше, чем ей было положено знать в этой авантюре.

– Ай-ай-ай, как нехорошо подслушивать чужие разговоры, – принялся глумиться Керк, когда вышел следом за ней на крыльцо.

– Я ничего такого не делала…

– Враньё! – рявкнул он. – Теперь тебе точно несдобровать. Отец ужасно не любит, когда кто-то подслушивает его.

Он злорадно улыбнулся и исчез за дверьми VIP-корпуса. Лавра же медленно направилась к крыльцу главного здания. Она шла и думала, о чём же таком говорили эти двое. В их речи упоминался Тритон. Если соединить все факты и то, что в подслушанном разговоре участвовал Коваль, то выходило, что версия Гербер не лишена смысла. Он знал о существовании человека на раковине и даже умел управлять им. Что ж, любопытно…

* * *

С обеда Аида и Марина только и твердили, что о вечернем походе в посёлок. Казалось, что танцев они ожидали уже долгие месяцы, хотя Керк предупреждал их о том, чтобы девушки больше не появлялись у Валенсы. Однако Лавра и сама ожидала наступления этого вечера. Ей стоило бы с кем-нибудь поговорить о русалке, но Фанелин казался слишком зацикленным на проблемах профессора Фитша. Девушки же как были, так и остались равнодушными к её подозрениям, а Кривовцов сам ходил под подозрением, причём куда большем, чем Женя. Правда, сегодня он никуда не пропадал, предпочитая сидеть в своём номере. Наверняка там он обдумывал план насчёт похищения Аиды. Наверняка действовать Роман будет после заката, а значит, пока можно было спокойно поразмыслить, как не допустить ничего криминального с его стороны.

Как и в прошлые дни, на танцы отправились после семи, когда ещё было довольно светло. Лавра не спеша шла позади всех и наблюдала за Кривовцовым. Тот вёл себя вполне обыденно. Если бы Гербер не знала о его вчерашней договорённости с русалкой, то вообще бы не обратила на Романа внимания.

– А где твой браслет? – полюбопытствовала Аида, когда они достигли границ посёлка.

– Не знаю, потеряла, – ответила Лавра равнодушным голосом, хотя внутренне удивилась, что сокурсница интересуется им.

– Как жаль, а я хотела попросить тебя одолжить его мне, – огорчилась девушка. – Ты не пробовала искать?

– Да валяется где-нибудь, – отмахнулась Гербер. – Ещё успею найти…

Людей внутри клуба было ничуть не меньше, чем в прошлые вечера. Молодёжь всё так же танцевала в лучах неона, сидела у бара и на диванах, стояла у входа на улице и дымила сигаретами. С Мариной и Аидой по-прежнему здоровались многие из местных. А вот на мрачную Лавру все бросали холодные неприязненные взгляды. Интересно, почему? Может, из-за аварии, в которую она угодила на пару с Селивёрстовым? Кто знает, какие слухи ходили в посёлке об этом случае.

Едва оказавшись внутри клуба, Лавра сразу же потерялась. Ни девушки, ни Фанелин никуда её не позвали, молча испарившись в толпе беснующихся молодых людей. Гербер покрутилась возле переполненного танцпола и отошла к бару, достав из кармана джинсовой юбки потрёпанный кошелёк. Она и сама не знала, что собирается купить на свои гроши, но надо же было вести себя естественно, чтобы не привлекать лишнее внимание. Бармен быстро узнал её и приветливо подмигнул. Сегодня у него не было компании весёлых барышень, поэтому он обрадовался её обществу. Но простоять у бара Лавре долго не удалось. Чьи-то руки выдернули девушку в сторону. Это был Игорь.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он, попутно пожимая кому-то руку.

– Ничего, пришла вместе со всеми отдохнуть.

– Я заходил сегодня в санаторий, но тебя там не нашёл.

– Плохо искал, я ждала в общем холле…

– А я так и думал, что ты сюда придёшь. Керк сказал, что ваши всегда приходят в клуб как на работу.

– Лучше не напоминай мне о нём, – поморщилась Лавра, и кошелёк неожиданно выпал у неё из рук.

Она нагнулась, протянула к нему правую руку, но чья-то нога грубо наступила на её хрупкие пальчики, да ещё с силой вдавила их в каменный пол.

– А-ай! – вскричала отличница, однако увидеть нахала не успела.

Кто-то светловолосый проскользнул в толпу и растворился в ней.

– Что-то не так? – нагнулся Игорь с другой стороны.

– Какой-то дурак прошёлся прямо по моей руке! – пожаловалась она и посмотрела на пальцы, которыми теперь нельзя было даже пошевелить.

– Больно? – спросил Селивёрстов и осторожно поцеловал их.

– Да, но… – Лавра немного смутилась от его действий и выхватила руку.

Ещё не хватало, чтобы он у всех на глазах начал ухаживать за ней. И вообще ей не до его приставаний!

Игорь растерялся, но сделал вид, будто ничего не произошло.

– Как ты? – спросила девушка, убрав кошелёк обратно в карман. – Смотрю, на тебе даже царапинки не осталось.

Он потрогал лоб, словно проверяя. Шрама там, действительно, не было, хотя вчера Лавра точно видела, как оттуда торчал осколок стекла и текло много крови.

– У меня хороший доктор, – парировал Игорь, оглядевшись растерянно по сторонам. – Может, выйдем? Нужно поговорить…

Конечно, покидать клуб Лавре было не выгодно. Здесь она могла наблюдать за Романом и Аидой. Впрочем, если подумать, со стороны входа даже лучше следить за всеми. Ведь если Кривовцов решится что-нибудь сделать с Гааговой, он непременно уйдет из клуба отсюда. Его просто невозможно будет пропустить.

Селивёрстов перебросился с кем-то парой фраз, а затем отвёл девушку к скамейке.

– Всё ещё болит? – поинтересовался он, указав на пальцы.

– Пройдёт, – ответила Лавра. – Ты лучше не тяни, говори, что ты там узнал по моему вопросу…

– Практически ничего. Я надеюсь, за прошедшие сутки призраки в мантиях тебя больше не донимали?

– Это теперь бессмысленно. Благодаря тебе я потеряла браслет. Скорее всего, привидение забрало его из воды и скрылось восвояси.

– Хорошо, если так. А вдруг этот тип вовсе не закончил со своими делами, что тогда? Я, если честно, очень беспокоюсь о тебе. Ты же понимаешь, что под личиной этого гада вполне может скрываться один из твоих дружков-студентов?

– По правде говоря, я думала над этой версией. И, знаешь, начала сильно подозревать Романа.

– А почему именно его? По мне, так на эту роль годится ваш чемпион по прыжкам с моста.

– Да, но ведь в его номере тоже недавно побывал вор. Если, как ты утверждаешь, это он, зачем ему тогда устраивать бардак в собственной комнате?

– Ну, например, чтобы запутать следы.

– Даже не знаю, – призадумалась Лавра. – Роман ведёт себя гораздо подозрительнее. Знаешь, я узнала о нём любопытные вещи. Оказывается, он…

– Лавра, – с усмешкой остановил её Игорь, – это Фанелин, тут и думать нечего. Тебе известно, на кого он работает?

– На профессора Фитша, ну и что?

– Как это что! Да он же преступник, кладоискатель. Он отмотал срок за то, что присвоил себе результаты раскопок.

– Я смотрю, ты хорошо осведомлён о его подвигах, – прищурилась Гербер. – С чего такой повышенный интерес к профессору?

– Да, я навёл кое-какие справки после вчерашнего нападения. Я пытаюсь помочь тебе раскрыть глаза на одного из твоих дружков.

– Нет, Женя не стал бы нападать на меня. При желании он бы мог получить браслет без перевоплощения в красную мантию или Тритона.

– Какого ещё Тритона? – удивился мужчина, и лицо его сделалось недовольным. – Странно, что ты ещё не подозреваешь служанку Риту!

– Мне не нравится тон твоего голоса, – заметила Лавра и поднялась со скамьи. – Почему ты так рьяно обвиняешь Женю? Он сделал тебе что-то плохое или тебя попросил об этом Марк Франкович?!

Казалось, что Игоря такой поворот дискуссии более, чем расстроил. Он нахмурился, перестал смотреть Лавре в глаза и вообще как-то напрягся.

– Вы считаете Женю виновным только по одной причине, потому что Фитш состоит в оппозиции губернатору, – наконец-то озвучила Лавра свои догадки по этому поводу. – А я вижу все события, происходящие в Речных Воротах, с совершенно другого ракурса.

– Ты ошибаешься, – промолвил Селивёрстов, вздохнул, а потом вдруг встал и ушёл.

Такое поведение мужчины вывело Лавру из себя. Как можно вот так бросать её посреди улицы только потому, что она не согласилась с его мнением?! Впрочем, продолжать с ним беседу бессмысленно. В конце концов, на сегодня у неё намечена другая задача, которой следовало бы заняться более серьёзно.

Лавра вернулась в клуб и принялась искать ребят. Странно, но на прежнем месте, у колонок, танцевали совсем другие люди. Гербер покрутилась по сторонам, но из-за синего неонового света трудно было что-либо разобрать. Неужели их здесь уже нет?!

Отличница очутилась в кругу веселящихся девушек, которые жестами попросили её танцевать. Еле отвязавшись от них, Лавра продолжила поиски, но её постоянно оттесняли к стене движущиеся тела. Кто-то громко прокричал ей на ухо ругательное слово, отчего на долю секунды она перестала слышать даже музыку. Сейчас толпа заворожённых в танце людей не казалась такой дружелюбной и милой, как раньше.

Кто-то внезапно схватил её под локоть и толкнул на широкую спину парня. Лавра чуть не свалила его с ног, отчего тот, естественно, разозлился. К тому же, от него разило перегаром. Он мигом выкрутил ей руку, но не стал отталкивать обратно, как думала Гербер. Вместо этого он вдруг прижал девушку к себе и затанцевал в обнимку с ней. Этого ещё не хватало! Она попыталась освободиться, однако парень держал её крепко и отпускать явно не собирался. Более того, он полез к ней с поцелуями. Тут выбора уже не оставалось, пришлось действовать радикально.

Лавра наступила ему каблуком на ногу и, воспользовавшись заминкой, пока он сморщился от боли, увильнула в сторону, а затем и вовсе выбралась с танцпола. Но не тут-то было. Студентка не заметила новую преграду и налетела на другого коренастого молодчика.

– Простите, – пробормотала она и с ужасом обнаружила, что это Керк.

Тот улыбнулся и как-то странно посмотрел на неё, словно волк на ягнёнка. Интересно, что это с ним?

– Керк, ты не видел, где мои ребята? – спросила она, чувствуя себя не очень комфортно от его взгляда.

– Твои ребята? – всё так же странно улыбаясь, переспросил парень и посмотрел на танцующих людей. – По-моему твои ребята там…

Он толкнул её обратно в толпу. Танцующие, казалось, только этого и ждали, с восторгом схватив девушку и быстро потащив её на середину неоновой площадки. Тот пьяный парень-здоровяк вновь навалился на Лавру. Дыхание его было ужасно после огромного количества спиртного. Она высвободила правую кисть и попробовала ударить его в грудь, но тут же сморщилась от боли и прогнулась к полу. Казалось, что тело верзилы сделано из стали, да и неразумно было бить его рукой, на которую недавно кто-то наступил. Парень поднял её обратно на ноги и развернул лицом к публике. Пара отчаянных девиц дотронулись до её груди, и Лавра поняла, что они пытаются сорвать с неё блузку. Она снова наступила своему вынужденному «партнёру» на носок ботинка, однако в этот раз верзила не ослабил хватку. Он споткнулся и утянул Лавру за собой на пол. Впрочем, подумала девушка, тем хуже для него. Единственное, что было доступно сейчас для отличницы, это его рука. В неё-то она и вцепилась своими коготками, оставив пару весьма ощутимых царапин. Это подействовало на грубияна куда как убедительнее. Он застонал и наконец-то освободил девушку.

Самое время покинуть клуб, да только отпускать сегодня Лавру с танцпола никто не собирался. Люди вновь зажали её своими телами, не позволяя пробраться к выходу. Они будто сговорились, повинуясь злодейской затее Керка. Тот с прежней плотоядной улыбкой наблюдал за всем этим со стороны бара. Лавра увидела его самодовольное лицо, но благодаря усилиям танцующих опять оказалась в центре площадки.

Две девицы живо вцепились в неё и поволокли куда-то назад. Она упёрлась ногами в пол, только это мало чем помогло. Барышни попались сильные и упорные. Они держали её за руки и смеялись.

– Что сделать с этой лохудрой? – спросила одна из них у толпы зрителей.

– Раздеть!!! – хором закричали все присутствующие и начали посвистывать.

Чья-то рука скользнула по телу Лавры, выбирая, что же снять с неё в первую очередь. Это был тот дружочек Керка, который в день съёмок клипа вывел всех в парк по приказу администратора. Сейчас от него тоже пахло алкоголем, и останавливаться он явно не собирался. Лавра поняла, что сдерживать их дипломатическим путём уже не получится, и принялась защищаться. Для начала ударила локтём одну из своих обидчиц. Следом она с размаху отпечатала на лице раздевающего её наглеца свою горячую ладонь. Парень брезгливо поморщился и в ответ хотел дать девушке не менее твёрдую пощёчину. Однако Гербер успела пнуть его коленом в живот, чем и остановила все нездоровые намерения.

– Мразь! – прошипела вторая девица и дёрнула её за больную правую руку.

Лавра вскрикнула и в порыве злости схватила негодяйку за длинные волосы. Надо было бы хорошенько потрепать мерзавку у всех на глазах, но та сказала, что сдаётся, и трусливо подняла руки. Музыка тут же стихла, и со стороны диванов появилась высокая фигура в блестящем платье.

– Что здесь происходит? – спросил недовольный женский голос, и перед всеми предстала очаровательная Валенса.

– Да так, танцуем… – ответил кто-то из толпы.

– У вас же там самая настоящая драка! – возмутилась хозяйка клуба, указав на растрёпанную Гербер.

– Это всё она начала! – запричитала девица, которую только что одолела Лавра. – Она поцарапала руку моему Вадику, стерва! Выгони её, Валенса, она же пьяная!..

– Это неправда! – вскричала Гербер, жалея, что не уложила эту дрянь на пол к остальным зачинщикам потасовки.

– Так, я ничего не желаю слышать, – отрезала Валенса и жестом подозвала охранника-бородача. – Вывести всех, кто участвовал в драке, и месяц не пускать их сюда. Понятно?

Плечистый мужчина, который весь вечер стоял у входа, молча кивнул и принялся исполнять приказ. В общем-то, Лавра и так собиралась покинуть заведение. Аиды и Романа здесь всё равно не было, равно как Жени с Мариной. Только Керк с заметно разочарованным лицом посматривал на неё со стороны бара.

На улице уже окончательно стемнело. Нахлынул какой-то туман и холод, отчего в первые минуты Лавра даже задрожала. И хотя ей практически не досталось от дружков Керка, рука всё равно сильно болела. Было такое ощущение, будто несколько пальцев и вовсе сломаны, так что поход к врачу с утра ей точно гарантирован. Однако главным минусом всей этой потасовки стало то, что она упустила Аиду и Романа. Теперь оставалось только гадать и надеяться на то, что ничего страшного ещё не произошло.

Едва она пересекла границу посёлка, как дрожь возникла вновь. Впереди простиралось огромное ночное поле, таившее в себе страшную немую пустоту. В принципе, Гербер могла бы пойти и по автомобильной дороге, но там рядом протекала река, которая нисколько не защищала её от враждебного Тритона. Пришлось озираться на каждый малейший шорох и быть начеку. Наконец-то Лавра увидела свет санатория. Сердце мгновенно успокоилось, и она поспешила к воротам.

Во дворе было мрачно, как в лесу. Сегодня весёлый фонтан почему-то не играл разноцветными огоньками. Подойдя ближе, Лавра обнаружила, что он вообще не работает. Вода перестала в нём бурлить, а свет падал лишь с верхних этажей здания. Девушка забежала на крыльцо и поняла, что в вестибюль ей отсюда не пройти. За стеклянной дверью было так же темно, как и на улице, да вдобавок она оказалась заперта. Странно, ведь время доходило лишь к десяти, а закрывали санаторий не раньше одиннадцати. Лавра попробовала ещё раз толкнуть её, но та не поддавалась. Делать нечего, пришлось идти к VIP-крылу. Может, там вход ещё открыт.

Действительно, двери здесь были не заперты. Лавра осторожно прошла внутрь, но очутилась в темноте куда более беспросветной, чем на улице. В холле VIP-зоны были погашены все лампы, как будто специально. Откуда-то сверху поддувал холодный ветер.

Гербер заглянула в коридор, в конце которого внезапно зажёгся свет. Чьи-то спешные шаги донеслись с лестницы, у которой она сегодня подслушала разговор Коваля с Марком Франковичем. Кто-то либо спускался, либо, наоборот, поднимался по ступенькам. Лавра осмотрелась и последовала туда по тёмному коридору, сдерживая дрожь. И только она дошла до поворота, как кто-то резко сбил её с ног.

Девушка повалилась назад, но чьи-то руки удержали её на весу и притянули обратно к себе. Она подняла глаза и увидела бледное лицо Фанелина. Он, видимо, и сам не ожидал, что встретит здесь кого-нибудь ещё.

– А, это ты, – выдохнул он как-то взволнованно. – Тоже не можешь попасть в санаторий?

Лавра заметила, что он дрожит, а его руки и вовсе трясутся.

– Что с тобой? – удивилась она.

– Ничего, всё в порядке, – быстро ответил он и оглянулся назад, словно там кто-то стоит.

– Ты какой-то напряжённый, – прищурилась Лавра и тоже посмотрела на освещенную лестницу.

– Да нет, просто устал, хочу спать. Ты знаешь, как пройти отсюда в главное здание?

– Да… – ответила девушка и хотела подняться наверх, как вдруг Женя одёрнул её.

– Куда ты?! – испугался Фанелин. – Там закрыто.

– Не может быть. Главная дверь тоже заперта.

– Пойдём лучше через служебный вход, он-то точно должен быть открыт…

Но Лавра поднялась уже достаточно, чтобы увидеть то, что находилось на лестнице.

Ужасная картина предстала её глазам, и от потрясения она даже раскрыла рот. Ступеньки были залиты кровью, которая ещё не успела как следует впитаться в зелёную ковровую дорожку. Чуть выше, на полу второго этажа, лежало чьё-то тело. Оно не двигалось, что говорило лишь об одном – человек, по всей видимости, мёртв. Едва Лавра сделала очередной шаг вперёд, как сердце болезненно защемило. На неё смотрели два лукавых зелёных глаза, и она узнала, кому они принадлежат. Это был Коваль. Его рот был приоткрыт, а у края губ чернела полоска крови. Он лежал, неудобно раскинув руки и ноги, и смотрел в сторону окна, которое сейчас загораживала испуганная девушка. Она хотела подойти ближе, но под туфлями захлюпала кровь.

Лавра почувствовала, как у неё закружилась голова, и невольно схватилась за стену, чтобы не упасть от столь жуткой картины. Её взгляд тут же устремился на притихшего внизу Женю, чьё лицо было не менее бледным, чем у Коваля.

– Лавра, – протянул он вперёд свою руку и хотел подняться,― это не то, что ты подумала…

– Нет! – вскрикнула Гербер, прижавшись спиной к стене. – Не подходи ко мне!..

Фанелин замер, выпучив глаза.

– Неужели ты думаешь, что это я? – почти шёпотом произнёс парень. – Лавра, ты что…

Она обернулась к коридору второго этажа, где зажглись ещё несколько настенных светильника.

– Что здесь происх… – запнулся звонкий голос Марины, и она оцепенела, чуть не наступив на труп.

Холодова с ошеломлением уставилась на кровь и подняла взгляд на испуганное лицо Лавры.

– Гербер?! – удивилась девушка и подавилась, будто глотнув кипятка. – Женя???

Фанелин стоял в нескольких шагах от сокурсницы и тоже пребывал в состоянии крайнего ужаса.

– Что… произошло? – наконец спросила Марина, пугливо отходя в сторону от зарезанного Вячеслава Сергеевича.

– Это он, – указала Лавра на Фанелина. – Он знает, что здесь произошло…

– Это не я, – замотал головой Женя. – Клянусь, я точно так же нашёл его здесь, но я не убивал.

– Господи, – выдохнула Марина и взмолилась – Опять мы попали в историю, опять…

– Надо уходить, – вдруг предложил Фанелин, поглядывая на обеих. – Нас не должны здесь увидеть, вы же сами понимаете, что будет…

Теперь Лавре стало понятно его недавнее поведение внизу у лестницы. Он пытался скрыться с места преступления, но ему помешала некстати появившаяся сокурсница.

– Мерзавец! – выпалила Лавра. – Это ты сделал, ты! Анатолий Давыдович был прав, ты подстроил все наши неприятности…

– Нет!!!

– Ты врёшь!..

Марина молча наблюдала за ними, боясь вмешаться. Но снизу послышались чужие шаги, и через мгновенье появился Керк со своим пьяным другом. Парни сразу заподозрили неладное и мигом вскочили на лестницу. Кровавая картина мигом отрезвила их обоих.

– Кошмар!.. – выдохнул Керк, мельком осмотрев всех присутствующих. – Кто это сделал?!!

Лавра с опаской покосилась на Жени, и парни тут же зажали его в угол.

– Да вы что! – вскричал он. – Это не я, не я… Отпустите!!!

Глава 13

Валенса

К одиннадцати вечера все в санатории знали об убийстве Коваля. И особая заслуга в этом принадлежала Керку. Он бы ни за что не упустил такую прекрасную возможность поквитаться с ненавистными студентами. Тем более случай был, действительно, из ряда вон выходящий. Фанелина скрутили и под его вопли о своей невиновности куда-то уволокли. Лавре ничуть не было жаль сокурсника. Наоборот, она теперь испытывала к нему отвращение, удивляясь, почему раньше не поверила в его коварство, когда факты открыто указывали на это. Она с Мариной ожидала своего часа в одном из пустующих номеров VIP-зоны.

Холодова предпочитала молчать. Кровавая сцена с трупом подействовала на неё удручающе. Она бродила по просторной комнате из угла в угол и всё время пыталась до кого-то дозвониться. Вскоре из коридора донёсся грозный голос. Сомнений не было, прибыл Марк Франкович.

– Всё, теперь мы влипли по самое некуда, – простонала Марина и рухнула в зелёное кресло. – Как же он мог?.. За что?

– Он работает на Фитша, забыла? – произнесла Лавра и вздохнула.

Как бы она сама ни подозревала Коваля, его убийство потрясло её не меньше остальных. К тому же из-за этого происшествия она совсем забыла о другом, не менее опасном деле.

– Подожди, а где Аида? – опомнилась Гербер.

Холодова недоумённо посмотрела на неё.

– Наверно, у себя, – пожала она плечами. – А вообще, я не её личный секретарь…

– Но вы ведь пришли вместе? – вскочила Лавра со стула и схватилась за голову. – А Роман, где Роман?!

– Откуда мне знать! Тоже у себя, где ж ему ещё быть? Они вместе ушли в главный корпус.

Лавра подбежала к двери, но выйти не успела – на пороге с суровым видом появился директор санатория.

– Итак, безобидные студенты Рашвера перешли на убийства, – промолвил он, уставившись на девушек неприятным взглядом. – Да, ничего не скажешь… Впрочем, убийца пойман, а вы единственные свидетели, кто может подтвердить, что это сделал именно он. Рано утром приедет следователь.

– И… что? – уточнила Марина.

Марк Франкович прикрыл за собой дверь и жестом велел Лавре вернуться на стул.

– Вы должны понимать, что всё зашло очень далеко. Если взломы номеров это ещё так, мелкие инциденты, то теперь произошло убийство и не кого-то там, а очень знатного человека. Репутация моего санатория сильно пострадает, поэтому ваш Фанелин должен понести наказание по всей строгости закона.

– Никто и не возражает, – спешно промолвила Гербер. – Но ситуация может оказаться гораздо хуже…

– Что? – насторожился мужчина.

– Где остальные наши ребята? Где Аида и Роман, почему их не привели сюда?

– Я ничего не знаю, – растерялся Марк Франкович. – Вероятно, они давно в своих номерах, в отличие от вас.

– Попросите их прийти сюда!.. – потребовала Лавра.

Марина с беспокойством посмотрела на обоих.

– Вы не понимаете, – занервничала брюнетка, вскинув руки. – С Аидой может случиться беда, я знаю.

– Что ты несёшь?! – возмутилась Холодова.

– Я знаю, я слышала, как Роман договаривался по поводу неё. Он собирается сделать с ней что-то плохое…

Вдруг в комнату ворвалась Валентина Амосовна с встревоженным лицом.

– Студентов в санатории нет, – сообщила она, глядя на Марка Франковича. – Мы проверили все помещения, их нет…

– Как, совсем нигде??? – удивился мужчина и вновь посмотрел на девушек. – Говорите, куда они убежали?

– Я же сказала, Роман задумал сделать с Аидой что-то нехорошее, – повторила Лавра, нервно сжимая кулаки. – Надо срочно что-нибудь предпринять, пока не произошло очередное преступление.

– Не слушайте её, она ненормальная! – вдруг вмешалась Марина. – Ничего наш Рома с Аидой делать не станет. Они, наверное, просто где-нибудь гуляют возле санатория. Подождите немного, и они обязательно объявятся…

Марк Франкович мотнул головой, смерил Лавру недоверчивым взглядом и поспешил покинуть номер. Гербер хотела догнать его, чтобы всё объяснить, но дверь захлопнулась прямо перед её носом. И без того стало понятно, что до приезда специалистов их никто отсюда не выпустит.

– Они закрыли нас на ключ, – сообщила девушка, потолкав дверь.

– А чего ты ожидала? – проворчала Марина. – Скажи спасибо, что нас с тобой не обвиняют в этом ужасном преступлении. Подумать только, какой же этот Фанелин поддонок!..

Лавра подошла к тёмным окнам и отдёрнула тюль. Перед ней сверкнули две стеклянные двери, за которыми располагался миниатюрный балкончик. Она открыла их, и свежий воздух мигом ворвался в душную комнату.

– Покурить бы, – мечтательно сказала Марина и присела на огромную кровать с голубым балдахином.

– Мне непонятно, разве ты не слышала, как всё произошло? – спросила Гербер, выглядывая на улицу.

– В смысле?

– Ну, когда ты возвращалась с дискотеки и поднималась по лестнице, ты же не видела Коваля. Значит, Женя убил его следом за тем, как ты прошла к себе. Если так, то ты должна была что-нибудь слышать.

– Гербер, отстань от меня! Я ничего не слышала, – раздражённо отреагировала Марина.

– Разве Женя был не с вами? Вы же вместе пришли из посёлка.

– Нет, не вместе. Я понятия не имею, когда пришёл Фанелин. И вообще, с чего ты решила, что я воспользовалась именно этой лестницей? Сюда спокойно можно пройти из главного корпуса, даже не выходя на улицу. Вторые этажи разделяет одна единственная дверь.

– А почему ты пошла именно этим путём?

– Потому что главная дверь в мой корпус уже была закрыта, вот я и пошла в обход!..

Лавра задумалась, поглядывая на узенький балкон и на землю под ним.

– Странно, – вслух рассуждала она. – Когда я хотела попасть внутрь, то двери, наоборот, оказались заперты в главном здании. Что, Фанелин специально закрыл их?

Марина вопросительно уставилась на неё, видимо, начиная осознавать всю загадочность происшествия.

– А ты, кстати, что там собралась делать? – спросила она, указав на раскрытые балконные двери.

– Пытаюсь выбраться отсюда, – пояснила Гербер и одним рывком сдёрнула с карниза синюю штору.

– С ума сошла?! – вскрикнула Холодова и подскочила к ней.

– Я не собираюсь сидеть здесь всю ночь и ждать, пока они соберутся спасать Аиду. Ей грозит опасность, Роман что-то задумал…

Лавра вышла на балкон, огляделась и принялась завязывать штору вокруг каменных перил. Под ней, раскинув колючие ветви, росла небольшая акация. Девушка посмотрела направо и поняла, что там, судя по разноцветным огням фонтана, находится главный вход.

– Гербер, у тебя снова едет крыша.

– Я видела его вчера на озере. Он ходит туда не купаться. Там живёт русалка, и она настроила его против нас.

– Что ты мелешь?! – вскричала возмущённая Марина. – У тебя уже башку снесло окончательно!..

– Ну, тебе виднее.

Штора упала вниз и теперь представляла собой нечто похожее на верёвку, по которой Лавра планировала выбраться из здания.

– Ты идиотка, Гербер!.. – продолжала Холодова, с беспокойством наблюдая, как та перешагивает через перила и готовиться к спуску. – Дождёшься, что и тебя во всём обвинят.

Но Лавра уже не слушала её. Она покрепче схватилась за штору и стала медленно сползать по ней к акации. Марина выглянула с балкона и с тревогой пронаблюдала, как та приближается к земле.

– Спускайся, – позвала её Гербер, очутившись во дворе.

Но Холодова лишь фыркнула и ушла обратно в комнату, захлопнув за собой балконные двери. Было и так ясно, что она не в восторге от всего происходящего. Однако Лавра вовсе не стремилась найти в её лице помощницу, отчего, не теряя времени, поспешила в сторону фонтана.

В главном дворе было так же пустынно и мрачно, как некоторое время назад. И хотя здесь уже горели фонари, Лавру не переставал одолевать страх. Она осторожно обежала парадное крыльцо и завернула за угол здания. Здесь Гербер отдышалась и собралась с мыслями. Она вдруг поняла, как глупо поступила, ведь даже не знала, куда теперь идти. Внутри теплилась надежда, что Роман повёл Аиду к озеру.

Темень немых деревьев здесь была такой же, как и вчера. Вблизи водоёма по-прежнему казалось холоднее, чем в других уголках санатория. Стояла мертвенная тишина, а берега были пусты. Лавра стиснула зубы, недовольная на саму себя из-за пустой траты времени. Романа тут точно не было.

Пришлось возвращаться к санаторию. Пока шла обратно, в голове вертелись догадки, где может сейчас находиться Роман. Лавра вдруг вспомнила первую встречу с Тритоном. Ведь это случилось у того водопада, где нашли Анжелу и её подругу. Помнится, кто-то из них сказал, что за водопадом есть какой-то проход.

– Ну конечно! – обрадовалась девушка и побежала в парк.

В отличие от той ночи, сегодня луна не освещала реку. Осторожно выглянув на обрыв из-за дерева, Лавра попыталась рассмотреть хоть что-нибудь под собой. Но зрение было бессильно против кромешного мрака, поэтому она приняла решение спускаться. Несмотря на то, что правая рука продолжала болеть, девушка всё равно хваталась ею за выпирающие кочки и корни деревьев, чтобы ненароком не упасть. Ноги предательски дрожали, отчего спуск к водопаду затянулся.

Наконец, Лавра встала на голые камни и смогла перевести дух. Глаза уже немного привыкли к темноте, так что она разглядела некоторые вещи. Например, она поняла, что никак не пройдёт к пещере за водопадом, не замочив ноги. Но её оценка оказалась неточной. Затон здесь оказался очень глубоким, ноги не нащупывали дна, поэтому пришлось плыть.

Очутившись в воде, Лавра осознала, как сильно боится той неизвестности под собой, отчего задвигалась настолько быстро, насколько это вообще было возможно для ярой противницы купания. А холод так и подливал снизу, словно специально пытаясь сковать её движения.

Через мгновение руки коснулись не менее холодных камней, а сверху полилась студёная вода. Вскарабкаться из-за этого на скользкие глыбы получилось не сразу, но за стеной водопада, действительно, оказалось свободное пространство, скрытое сплошной темнотой. Изнутри поддувал несильный ветерок. Значит, где-то там был проход.

Отдышавшись после рискованного плавания, Лавра поправила сбившиеся на бок волосы и вошла в темноту. Отсюда открывался каменный коридор, который уходил куда-то вглубь и подобно винтовой лестнице кружился всё ниже и ниже. Лавра шла медленно, почти на ощупь. Ноги наступали на влажные, но идти по ним оказалось проблематично. Они постоянно впивались в ступни своими острыми краями. Ещё мгновенье она шла в растерянности, думая, а вдруг и это всё зря, вдруг и здесь она ничего не обнаружит. Однако подобные мысли вскоре отступили, потому что пространство перед ней стало наполняться тусклым светом.

Всё вокруг было в синих тонах. Тишину нарушало клокотание воды. Теперь под ногами были не острые камни, а бархатный песок. Коридор продолжал вести вниз, и вскоре перед Лаврой предстал огромный подземный зал, из которого и шёл этот таинственный свет. Гербер подкралась к проходу и осмотрелась. Прямо перед ней простирался широкий тёмный бассейн, а над ним в виде просторного купола высился синий потолок. Из тёмных стен торчали каменные трубы, которые выплёвывали в бассейн потоки воды. Над ними чернели какие-то пустоты с выпирающими сверху скальными зубьями. К самому бассейну спускался ряд длинных ступеней, на одной из которых, раскинув руки, лежала без сознания Аида. Увидев её, Лавра сразу же выбежала из коридора и едва не поскользнулась на луже.

На вид Гаагова выглядела нормально. Но разве можно было судить однозначно при таком освещении! Лавра пригнулась, подползла к сокурснице, потрогала её запястье и проверила пульс. Она была жива. Что с ней успел сделать поганый Роман, оставалось лишь гадать. Гербер похлопала её по щекам, потрясла за плечи, но та никак не реагировала.

– Очнись же! – потребовала девушка, опасливо озираясь. – Надо уходить отсюда…

Вдруг сзади донёсся сильный всплеск, и Лавра увидела русалку. Та сидела на одной из мокрых ступеней, держа синий хвост в бассейне. Лицо её было мертвенным и безразличным, таким же холодным, как и всё вокруг. И самое ужасное, что поразило Гербер, это лицо Валенсы – хозяйки поселкового клуба.

– Что вы с ней сделали? – со всей строгостью спросила Лавра, оттаскивая Аиду подальше от воды.

– Пока что ничего, – кокетливо пропела Валенса.

– Я не позволю ни тебе, ни Роману причинить ей вред, – заявила Гербер. – Я не дам вам издеваться над ней!

– В этом никто и не сомневается, – хихикнула речная дева. – Думаешь, я затеяла всё это лишь для того, чтобы поиздеваться над твоей подругой?

– Я не знаю, что ты задумала, но постараюсь не допустить этого…

– Ах, какая храбрая девочка! Только я не уверена, что твоя замечательная подруга оценит этот благородный жест. Роман всё рассказал мне о вас, а особенно о тебе, Лавра Гербер.

– Пустые разговоры, – прервала её отличница и попыталась вновь привести Аиду в чувства. – Очнись же…

– А мне хочется знать, что ты собираешься делать? – в том же тоне продолжала русалка. – Может, утащишь её обратно?.. Я бы могла тебе даже помочь с этим.

– Это Тритон задумал, верно? Ты заодно с ним!

– Тритон – какое глупое название вы придумали ему…

– Что тебе нужно? Почему ты преследуешь нас?

– Сколько много вопросов, – замахала руками Валенса, и в её глазах загорелись коварные огоньки. – Если бы Тритон задумал преследовать вас по-настоящему, то никого бы из студентов Рашвера уже не было в живых.

– О чём ты говоришь?

– Ты же умная, попробуй пораскинуть своимимозгами.

– Ты заговариваешь мне зубы. – Лавра отошла ещё дальше, придерживая спящую Аиду за плечи.

– Может быть, – заулыбалась русалка, расплёскивая воду гладким хвостом. – Однако наша игра ещё только началась, и было бы неинтересно отпускать тебя и твою подругу вот так, без всяких приключений…

Валенса спрыгнула в бассейн и в один миг очутилась перед девушками, вылезая на ступеньку. Лавра всмотрелась в её сказочный облик, ведь ещё никогда ей не приходилось видеть настоящих русалок да к тому же в такой близости. Всё это казалось каким-то затянувшимся сном. Но она помнила, что внешность этих существ обманчива. По крайней мере, так говорилось в учебниках по мифологии. И едва Лавра подумала об этом, как взгляд заметил золотистый блеск. На руке Валенсы переливались знакомые драгоценные камешки утерянного браслета. Значит, он не пропал в водах Керги и его не утащил злобный дух Бальваровского!..

– Он у тебя, – промолвила Лавра, не сводя глаз с древнего сокровища.

Валенса посмотрела на своё запястье и ухмыльнулась.

– Что упало, то пропало, – пропела она с радостным видом. – Красивая вещь, у меня таких никогда не было.

– Он не твой! – вырвалось у отличницы. – Этот браслет опасен, он принадлежит древнему князю.

– Тогда почему он раньше был у тебя? Ты стащила его из музея, правильно?..

– Я не крала этот предмет, но говорю вполне серьёзно, с ним шутки плохи.

– И что? Может, теперь я должна вернуть его тебе?.. Нет уж, он слишком прекрасен, чтобы у него было несколько хозяев. Теперь браслет мой!

Она сказала это так, будто всю жизнь мечтала только о нём. Однако не успела Лавра и моргнуть, как русалка схватила Аиду за ноги и дёрнула к себе. Сокурсница ударилась спиной о ступеньку и сползла в тёмную воду. Валенса оскалилась, будто готовясь напасть.

– Что ты задумала? – прошептала Гербер, поднявшись на самую последнюю ступень.

Вдруг стена, к которой она хотела прижаться, зашевелилась и обнажила проход. Не успев даже удивиться, Лавра упала в темноту, и вода охватила всё её тело, сковав в движениях. Спустя минуту она сумела-таки выбраться из лужи, но выйти обратно к бассейну не смогла – перед ней кривились каменные решётки, за которыми победно смеялась русалка.

– Как ловко, оказывается, можно заманить птичку в клетку, – напевала она тоненьким голоском.

– Выпусти меня! – вскричала Лавра, обхватив решётки мокрыми руками.

– А вот и не выпущу, – приблизилась к ней Валенса, выпрыгнув на гладкий пол. – Ты же ещё девственница, верно?

– Я не понимаю, – смутилась Гербер. – Что ты задумала?

–О, ты даже в страшном сне себе такое не представляла!..

Русалка вновь рассмеялась и, сделав прыжок назад, исчезла в водах бассейна.

* * *

С приходом утра к санаторию подъехало несколько милицейских машин. Прибывшему следователю надлежало изучить не только место преступления, но и допросить почти каждого, кто был свидетелем ужасной картины, хотя таковых практически не осталось. Вместо Марка Франковича теперь всем заправлял Керк. Правда, он пришёл в бешенство от исчезновения Лавры. Получалось, что Марина оставалась единственной, кто мог помочь следствию упрятать Фанелина за решётку.

Не успела Холодова переступить порог кабинета администратора, как услышала знакомый голос. На одном из стульев, закинув ногу на ногу, восседал Роман. На нём не было ни тени смущения, как будто ничего и не произошло. Тем не менее, Марина обрадовалась его появлению.

– Я так и знала, что Гербер несла очередной бред, – сказала она и села напротив утомлённого Анатолия Давыдовича.

– Да, – вздохнул мужчина, чёркая золотистой ручкой по чистому листку бумаги. – Значит, к превеликому сожалению, вас осталось двое. Немного понадобилось времени, чтобы в вашей компании нашлись злоумышленники. Итак, что мы имеем? Убийцу и двух его сообщниц…

– Что? – опешила Холодова. – Каких ещё сообщниц???

– Ну, этих ваших девчат, Гаагову и Гербер. Или Вы, госпожа Холодова, располагаете иной информацией на сей счёт?

– Что за чушь! – возмутилась Марина и взглянула на Романа. – С чего Вы вообще решили, что Аида и Гербер причастны к тому, что здесь происходит?

– Да ладно, не берите в голову, – засмеялся следователь. – Это я просто пошутил, чтобы настроение Вам приподнять…

–Ну и шуточки у Вас, господин следователь,― укоризненно пробормотала девушка.

–Так что же Вы нам скажете, госпожа Холодова?

– Даже не знаю. Что ещё можно сказать, когда мир вокруг потихоньку сходит с ума. Преступник найден, а мы всего лишь невинные жертвы обстоятельств.

– А Ваши подруги, где они сейчас могут находиться?

– Во-первых, они мне не подруги. А что касается второго, то это лучше у него спросить. – Она кивнула на Кривовцова, и непонятная улыбка с его лица мигом исчезла. – Лавра сказала, что он хочет сделать Аиде нечто плохое, поэтому и решила сбежать.

– Да, и Гааговой, и Гербер теперь нет, – согласился Анатолий Давыдович. – Что Вы можете пояснить по этому поводу, гражданин Кривовцов?

Роман кивнул и прочистил горло.

– Это глупость, очередная глупость, – промолвил он. – Всем известно, что этой Гербер мерещатся то Тритоны, то всякие заговоры. С ней уж и общаться невозможно стало в последние дни. А если верить её словами, тогда, может, Вы и меня задержите в качестве подозреваемого? Вдруг я и вправду всё это проворачиваю прямо под Вашим носом.

– На Вашем месте я бы не стал иронизировать, – заметил следователь с хмурым выражением лица.

– Он прав, – добавила Холодова. – Эта Лавра, к примеру, вчера утверждала, будто Ромку околдовала русалка и настроила против нас. Скажите, Вы верите в русалок?

Анатолий Давыдович пожал плечами.

– Что бы там ни утверждала эта ваша девушка, а факт остаётся фактом. Либо они, действительно, замешаны в делишках гражданина Фанелина, либо с ними что-то произошло. Кстати, их вещи остались в комнатах. Не могли же они сбежать без своих вещей и документов.

– М-да, странновато… Но Гербер сама по себе очень неуравновешенная барышня, – поведала Марина. – Сколько я эту Гербер ни встречала, она всегда была с Фанелиным. Они вместе гуляли, часто о чём-то разговаривали, что-то шушукались постоянно, скрывали… Так что Ваши предположения вполне могут оказаться правдой. Я бы не удивилась даже, если бы Гербер помогла ему убить несчастного Вячеслава Сергеевича. Тем более, несколько дней назад она ни с того, ни с сего сама напала на него с какими-то абсурдными обвинениями…

– С какими? – оживился Анатолий Давыдович.

– Ну, что он якобы всё знает про этого Тритона, будто бы Коваль затеял с нами какую-то игру. Предменструальный бред, чего уж тут говорить. Скорее, она пыталась учинить очередной скандал, но у неё это не вышло.

– Точно, а потом наверняка подговорила Женьку прихлопнуть его, – согласился Роман.

– А Гаагова? – переспросил следователь. – О ней что вы можете сказать?

– Об Аиде я ничего плохого, конечно, сказать не могу, – подумав, ответила Холодова. – Она нормальная девчонка, без причуд. Я бы не поверила, если бы она была здесь хоть как-то замешана, уж примите это к сведению.

– Постараюсь. А Вы что можете добавить? – обратился он к Кривовцову.

– Аида одна из немногих, кто ладил с Гербер, – сообщил Роман. – Да и с Фанелиным они общались не меньше…

Марина кинула на него укоризненный взгляд, отчего тот быстро замолк. Следователь заметил это и ухмыльнулся.

– Интересно, откуда у вас двоих такая неприязнь к Гербер? – задумался Анатолий Давыдович. – Мне казалось, что столь тесная компания должна быть более дружелюбна. Особенно после того, что вы вместе пережили.

– У Вас ложное представление о нашей… компании, – съязвила рыжая отличница на свой излюбленный манер. – Наша дружба не заладилась с самого начала. Сами понимаете, то одна неприятность, то другая… Я делала всё, чтобы хоть как-то изменить ситуацию, но Гербер вечно всё портила. Она вообще какая-то нелюдимая, всегда всех сторонилась, особенно нас. Роман прав, кроме Фанелина и Гааговой, с ней особо никто не контачил.

Анатолий Давыдович вздохнул и выглянул в окно.

– Ваш друг, этот Фанелин, пока будет арестован. Сегодня после обеда он уедет с нами в город для продолжения следственных действий по делу об убийстве Коваля.

– Думаю, Вы его не только для этого забираете, – заподозрил Кривовцов. – Вам наверняка хочется проверить его причастность к исчезновению сокровищ Бальваровского.

– Надо же, Вы и об этом знаете, – удивился следователь.

– Кстати, это Гербер нам сообщила после того, как подслушала Ваш разговор с Марком Франковичем, – подметила Марина.

– Да уж, эта Лавра не такая и робкая, как кажется на первый взгляд, – кивнул мужчина.

Марина поднялась со стула и сделала пару разминочных телодвижений.

– Надо полагать, на этом наш очередной допрос окончен? – уточнила она.

– О, да, вы можете идти, – улыбнулся Анатолий Давыдович и махнул рукой.

Кривовцов молча поднялся и вышел, даже не дожидаясь Холодову. Казалось, он куда-то торопился или же просто не хотел разговаривать с рыжей приятельницей.

– Роман, постой, – окликнула она его уже в коридоре.

– Я голоден как волк, – признался тот. – Можно, я сначала позавтракаю?

– Ну, пару-то минут ты сможешь потерпеть? – усмехнулась Марина, догоняя его. – Мне всё любопытно, где ты был вчера ночью? Ведь тебя и Аиду искали всем санаторием…

– Да я в посёлке с одной девчонкой тусил, у нас типа свидания было в полночь, – с серьёзным видом ответил парень.

– Значит, ты вернулся вместе со мной и Аидой из клуба в санаторий, а потом опять пошёл в посёлок? – уточнила Холодова. – Немного странно делать такой крюк…

– Да я приодеться заходил. Не пойду же я на свидание в прокуренной одежде.

– Ну, вообще-то, да, – кивнула девушка и оставила его в покое.

Роман махнул на прощание рукой и вышел на улицу. Марина же задумалась над его словами, однако её размышления нарушил некстати появившийся Керк.

– Что, допрыгалась? – поинтересовался он. – Чую, это только цветочки.

– Твоего мнения я не спрашивала, – парировала Холодова. – И вообще, иди, занимайся своими делами, мне не до тебя.

– Готовься к отъезду, подруга. Ваши каникулы здесь закончились.

– Да я с радостью, но только после того, как отыщут наших девчонок.

– Они сбежали, разве не ясно, – усмехнулся Керк. – Но недалеко, это я гарантирую.

Марина решила промолчать. Парень посмотрел на неё с победной улыбкой и ушёл в сторону кабинета отца. Ну что ж, решила Холодова, теперь-то можно попробовать осуществить давно намеченный ею план. Она ещё минуту постояла, изучая обстановку, а затем осторожно направилась к лестнице, на которой убили Коваля. Конечно, смотреть на кровавые следы ей абсолютно не хотелось. Но вот номер погибшего вызывал много любопытства. Он располагался недалеко от её комнаты и, кажется, был ещё не заперт.

Почему она решила пробраться в покои убитого, даже для неё оставалось загадкой. Она не верила тем бредням, что несла Лавра пару дней назад о заговоре и о Тритоне. Но и поведение Коваля было странным. Он, действительно, успел познакомиться со всеми студентами, отдыхающими в санатории, и каждому рекомендовал почитать мифы Древней Греции. Марина спрашивала об этом и у Аиды, и у Жени, и у Романа. Да и не совсем логичным показался поступок Фанелина. Ну зачем ему убивать Вячеслава Сергеевича практически на глазах у окружающих? Почему он не сделал этого, скажем, на улице? Ведь для такого замысла вчера была прекрасная мглистая ночь.

Чутьё не подвело Марину – номер Коваля был открыт. Здесь, несомненно, уже побывали следователь с оперативниками, но вот убрать вещи покойного прислуга ещё не успела. Девушка аккуратно прикрыла за собой дверь и на цыпочках прошла к большому письменному столу, за которым, судя по всему, любил работать убитый. Здесь лежали всякие книги, исписанные листы, стоял ноутбук и ваза с цветами. В основном вся литература была посвящена оккультизму, а некоторые названия Марина просто-напросто не смогла разобрать – они были на незнакомом ей языке. На первый взгляд, ничего подозрительного тут не наблюдалось, кроме небольшой картинки в стеклянной рамочке. На ней был изображён бог морских глубин Тритон, восседающий на морской раковине. Это уже интересно! Зачем Ковалю такая картинка?

Марина покрутилась возле стола ещё пару минут и обратила внимание на чемодан, лежавший под стулом. Он тоже оказался не заперт, а внутри обнаружился странный предмет – продолговатый голубой рог, в который, наверное, надо было дуть, чтобы издавать музыкальные звуки. Здесь же находились шприцы и упаковки с неподписанными ампулами, в которых содержалась мутная жёлтая жидкость. Может, это какое-нибудь лекарство, которое принимал погибший?

Холодова подошла к кровати и заглянула под неё. Так-так, там тоже что-то лежит. Она встала на четвереньки и вытащила на свет какую-то металлическую палку. Та оказалась довольно длинной. Но каково же было удивление девушки, когда она поняла, что это трезубец. Ну ничего себе! Значит, Гербер не обманывала, человек на морской раковине, действительно, попадался ей на глаза!

– Не смей к нему прикасаться! – вдруг сказал низкий мужской голос из-за спины, и Марина в страхе замерла с трезубцем в руках.

* * *

Вода под ногами казалась слишком холодной и уже изрядно опротивела. Было темно, но зал за каменными решётками всё так же освещала непонятная синева, которая исходила от куполообразного потолка над бассейном. Лавра сидела на одном из разломанных камней, дожидаясь неизвестно чего. Она устала выглядывать из своей камеры-пещеры, чтобы посмотреть на то, что там происходит. Из ловушки, подстроенной коварной русалкой, не имелось никаких выходов. Только вода, которая иногда появлялась стремительным потоком откуда-то из-под скальной стены. Девушка сидела и думала, что теперь можно предпринять, когда враждебная нимфа заперла её в этой отдушине, а Аида и подавно куда-то пропала.

Наверное, прошла ночь, а может, всего лишь несколько часов. Считать время здесь, под землёй, оказалось сложно. Можно было попробовать заснуть, однако холодная вода всякий раз подливала к ногам и заставляла приходить в себя от сонливости. Лавра сняла мокрую блузку и выжала её, но через пару минут одежда вновь намокла, так что сушить её не имело никакого смысла.

– Налейся водою,

Напейся ты мною.

Вернись за любовью,

Отдайся мне кровью…

Лавра припала к решёткам и увидела перед бассейном русалку. Та медленно водила руками по воде и напевала какие-то странные фразы. Аиды поблизости не было. Скорее всего, речная дева тоже спрятала её в какую-нибудь из камер.

– А, ты всё ещё в сознании, – вдруг сказала Валенса и посмотрела на Гербер. – Сильная девочка. Я считала, что ты лишишься чувств, не просидев здесь и часу. Обычно мои пленники быстро засыпают.

– Что ты хочешь от меня?

– От тебя – ничего. А вот от твоих славных друзей я жду хоть каких-нибудь действий.

– Ты колдуешь? – догадалась Лавра, и вода снова прилила к её ногам.

– Русалки всегда создают чары, это наша основная задача.

– А в чём тогда задача Тритона?

– Властвовать. – Речная дева опустилась в бассейн и спустя мгновение оказалась перед ней, шевеля рыбьим хвостом.

– Выпусти меня отсюда, – попросила девушка, обхватив решётки бледными от холода руками.

– Для чего? – улыбнулась Валенса, хлопая плавником по ступеньке. – Хотя теперь я понимаю. Надежды нет, твои друзья не идут к тебе на помощь. А значит…

– Чёрт побери, выпусти меня! – вскричала Лавра злым голосом. – Твои чары всё равно не действуют.

– Действуют, и ещё как! Скоро твоя подруга по несчастью станет хорошей панацеей, которая вернёт мне ноги.

– Я так и думала, что ты не о жизни болтать с ней собираешься! – разозлилась Гербер.

– Да, Роман хорошо мне помог с этим делом, поможет и со следующим.

– Ты не понимаешь. Браслет, который у тебя на руке, не даст ничего хорошего. Его хозяин уже ищет тебя, а это очень опасно.

– Пытаешься меня запугать? Но я не страшусь людских угроз. Вы все для меня не более, чем мушки. И я сделаю то, что решила.

– Твои ноги будут у тебя недолго.

– Возможно, но мне этого хватит, чтобы…

Вдруг со стороны входа, где шумел водопад, раздался стук. Русалка резко обернулась и тут же спрыгнула в воду. Через минуту в зал вошёл Роман, неся с собой огромную сумку. Лицо Валенсы радостно засияло, и она развела руки в стороны, призывая его обняться. Кривовцов улыбнулся, откинул груз и прижался к её холодному телу. Лавра с омерзением смотрела на эту пару «влюблённых», но потом не выдержала.

– Роман, она обманывает тебя! – прокричала девушка, и её эхо разнеслось по залу. – Разве ты не знаешь, что у русалок только одна цель…

– Не слушай её, мой желанный, – пропела Валенса, заставляя его вновь смотреть только на себя.

– Ты же изучал мифологию! Вспомни, русалки завлекали моряков исключительно для того, чтобы питаться ими, чтобы использовать их молодость и красоту для своего долголетия…

На секунду показалось, что он замер, и глаза его взглянули на прижавшуюся к телу нимфу с долей удивления. Но стоило той поцеловать парня, как случайное пробуждение вновь улетучилось.

– Роман, посмотри, что она делает с нами! – требовала Лавра, просовывая сквозь решётки оцарапанные руки. – Разве ты позволишь ей причинить нам зло? Это ведь я, разве ты не узнаёшь меня?..

– Замолчи, Гербер! – не вытерпела Валенса её причитаний и взмахнула рукой.

Стена воды сорвалась с поверхности бассейна и накрыла решётки камеры. Лавра отпрянула назад. Теперь её отгораживала от зала вода, удивительным образом застывшая, подобно какому-то желе. Лавра потрогала его пальцем, но материал оказался гораздо твёрже. Она попыталась присмотреться к тому, что происходит по ту сторону камеры, однако всё расплывалось. Стоило признать, что русалка одолела её по всем статьям. Самостоятельно выбраться из заточения она теперь вряд ли сможет. Неужели Марина или Женя не придут спасти её и Аиду от ужасной участи?

Внезапно всё потемнело, точно свет от стен и потолка разом погас. Вода помутнела и стала таять, по каплям стекая на пол. Лавра отошла в угол, глядя, как исчезает созданная Валенсой преграда. Правда, вместе с водой начали рушиться и каменные решётки. Главное, чтобы русалка не успела восстановить их. Тогда бы Лавра успела убежать отсюда. Однако беспокоиться пришлось совсем по иному поводу.

В зале царила тьма. Лишь несколько полосок света падали откуда-то сверху, чуть освещая сверкающий от воды пол. Стояла гробовая тишина, поэтому Гербер растерялась, боясь, что где-то поблизости может притаиться коварная Валенса. Лавра постояла перед обломками решёток, а затем, когда глаза немного привыкли к мраку, шагнула вперёд и тут же поскользнулась, но не упала, вовремя удержавшись за шершавую стену. Она ощутила, что стоит явно не на воде, поскольку ступни липли к холодному полу, как к чему-то сладкому. Девушка осторожно двинулась вбок, стараясь издавать поменьше звуков, а затем, обойдя бассейн, шагнула вперёд. Всё это время под ногами чувствовалась какая-то вязкая жидкость. Из-за неё Лавра часто поскальзывалась, а один раз даже упала. Что же это такое?

Она вглядывалась в чёрное пространство, пытаясь хоть что-нибудь разобрать. И в следующее мгновение темень растворилась, уступив место прежнему синему свету. Гербер вздрогнула от неожиданности и закричала, поняв, что топчется на крови. Над бассейном покачивалось бледное тело Валенсы. Она была подвешена за плавник, словно пойманная рыба. Вид у неё был ужасен: в груди торчал серебристый кинжал, по которому струилась тёмная жидкость, падая прямо в воду.

Неожиданно по залу пронёсся оглушительный рёв, и Лавра в испуге прижалась к стене. У выхода в злобном припадке трясся Тритон, воздев кверху могучие руки. По его лицу текли синие слёзы, а волосы и борода шевелились сами по себе, как от ветра. Он промолвил какую-то непонятную фразу, и посреди кровавой волны в бассейне возникла морская раковины. Она вспенила воду и принялась подниматься прямо к телу убитой Валенсы под неумолкающий колдовской шёпот. Лавра заметила, что в углу, недалеко от неё, лежит Кривовцов. Был ли он жив, девушка пока не знала.

Тритон поднимал руки выше и выше. В одной из них блистал его острый трезубец. Девушка потихоньку двинулась вдоль стены, стараясь не привлекать к себе его внимания. Русалка уже лежала на раковине, которая опускалась обратно в бассейн. Гербер прибавила шагу и достигла лежащего Романа. Парень вроде не пострадал.

– Вставай, слышишь!.. – шипела она, пугливо оглядываясь назад.

Кривовцов зашевелил руками, но в тот же самый момент их заметили. Тритон устремил грозный взгляд в этот угол и крепче сжал трезубец. Лавра быстро подняла ещё не оклемавшегося Романа, и они оба отпрыгнули в сторону. Как раз в этот момент угол зала разлетелся на мелкие камни, а над их головами сверкнули острые зубья смертельного оружия.

– Это не я! – успела выкрикнуть Лавра, и очередной удар разнёс стену.

Несколько каменных обломков чуть не задавили ребят, однако они успели вовремя пригнуться. Тритон недовольно рычал, пытаясь поймать беглецов, но между ними мешалась окровавленная морская раковина. Лавра мельком увидела, до какого состояния была обезображена Валенса, отчего её страх разгорелся с новой силой. Роман и вовсе обмер, заметив свою «возлюбленную» в таком непотребном виде. Он изумлённо раскрыл рот и готов был упасть прямо здесь в приступе горя, но Лавра снова дёрнула его за рукав и потащила за собой.

Правда, как только они добрались до выхода, вода, точно живая, сорвалась с поверхности бассейна и окатила их стремительным потоком. Гербер тут же упала, и течение, которое теперь возвращалось в искусственный водоём, понесло её обратно к раковине.

Романа нигде не было. По всей вероятности, его наоборот унесло в коридор, где он успел благополучно удержаться за камни. Лавра зацепилась за первую ступеньку и дождалась, пока вода полностью прекратит своё движение. Но сзади её уже подстерегал Тритон, воздев над собой сверкающий трезубец.

Божество морских глубин стояло над ней величаво и грозно, готовое в любую секунду применить свою убийственную силу. Выглядело оно совсем фантастично, словно вышло со страниц греческого мифа. Серебристые космы струились по его могучим плечам и шевелились, подобно рептилиям. Половину лица занимали обильные усы и борода, ниспадавшие на статную грудь. Глаза оставались такими же пустыми и страшными. Лавра лежала перед ним слабая и абсолютно беззащитная, стараясь укрыться от него мокрыми руками. Что тут поделаешь? Гербер понимала, что Тритон считает виновной в смерти Валенсы именно её, а значит, она дорого ему за это отплатит.

Тритон поднял Лавру правой рукой и сразу же отбросил на раковину. Она упала возле бездыханного тела русалки, оказавшись в луже чёрной маслянистой крови. Чудовище последовало за ней и замахнулось трезубцем. И тут девушка ударила его ногой, соскочила с раковины и упала аккурат в кровавую воду бассейна. Тритон последовал за ней. Она попыталась вылезти наружу, однако его сильные руки схватили её за лодыжки и потащили вниз. Лавра всего-то и успела, что заглотнуть немного воздуха.

Тритон опускался всё ниже и ниже, стараясь достигнуть самого дна, которого пока не было даже видно. Ещё какое-то время синий свет доходил до них, но потом всё погрузилось в сплошную тьму. Лавра пыталась освободиться, сопротивлялась, ударяла своего убийцу онемевшими руками, но тот упорно тащил её за собой на далёкую глубину. Она уже ощущала, как набранный в лёгкие воздух рвётся наружу, а значит, рано или поздно ей суждено умереть от его нехватки. Эту цель и преследовал Тритон, старательно двигаясь дальше.

Лавра уже перестала сопротивляться, теряя силы. Она только и видела, как его мощный плавник колышет воду, с силой проталкивая их обоих всё дальше и дальше от поверхности. И вот её рука наконец-то коснулась острых камней. Тритон разжал пальцы. Лавра закрыла глаза, выпустив последние пузырьки воздуха, и потеряла сознание.

Глава 14

Злодейка и гений

Лавра очнулась в своей комнате. Было прохладно из-за сквозняка. Она посмотрела на открытое окно и поняла, что за ним собирается дождь. Дверь номера тоже была раскрыта, а из коридора доносился чей-то тихий голос. Неужели именно так выглядит преисподняя?..

Гербер ощущала себя не очень хорошо. В ушах стоял странный звон, а перед глазами то и дело мелькали круги. Что произошло, почему она здесь и кто помог справиться с ужасным Тритоном – для неё оставалось загадкой. Может, всё это просто приснилось?

Лавра откинула одеяло и поднялась. Она посмотрела в зеркало и убедилась, что выглядит хуже некуда: лицо бледное, под глазами тёмные круги, волосы растрёпаны, а руки покрыты царапинами.

Тут же в номер кто-то вошёл. Это был Марк Франкович в своём жёлтом костюме. Сейчас он не казался строгим и загадочным, как вчерашним вечером, но всё равно не вызывал никакого доверия. Особенно после того, как удалось подслушать его беседу с Ковалем.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, прикрыв за собой дверь.

– Ужасно. А как я тут оказалась, ведь…

– Игорь Селивёрстов нашёл тебя, – прервал мужчина поток её вопросов.

– Игорь?.. – удивилась Лавра. – А Роман и Аида, что с ними?

– Ну, парень оклемался. Конечно, Валенса капитально так его охмурила, но, думаю, несколько сеансов у психолога приведут его в чувства. А вот куда подевалась Аида, мне не известно. Она разве тоже была с вами?

– Конечно! – напряглась девушка. – Валенса приказала Роману похитить её, чтобы сделать с ней что-то плохое.

– Я знаю, – отозвался хозяин санатория.

– Нет, Вы не знаете, Валенса – она же русалка! И она заодно с Тритоном, я это сразу…

– Я всё знаю, – огорошил её Марк Франкович, переминаясь с ноги на ногу возле открытого окна.

– Как?.. – опешила Лавра, и память понемногу стала к ней возвращаться. – Ну да, Вы же с Ковалем говорили о Тритоне. И о Валенсе, видимо, тоже.

Мужчина замялся, присел на пошатывающийся стул и с тяжестью вздохнул.

– Не буду выдумывать нелепых оправданий, это всё равно бессмысленно. Тритон есть, и он не плод твоего воображения. Хотя знают о его существовании единицы.

Лавра была потрясена. То, что она никак не могла доказать, вдруг обрело подтверждение из уст самого директора санатория!

– Так и что за игра такая? – не поняла она. – Нас что, специально сюда привезли, чтобы это чудовище смогло по одиночке нас поубивать?!

– Не совсем, – парировал Марк Франкович. – Он должен был вас охранять.

– Охранять? От кого? Зачем???

– Я понимаю твоё удивление. Но Вольс, которого ты называешь Тритоном, появился здесь не спроста. Это произошло благодаря мне. Вернее сказать, меня попросил об этом ваш ректор – Михаил Леонидович.

Девушка окончательно перестала что-либо понимать.

– Видишь ли, вся эта поездка организована мной не просто так, – продолжал хозяин санатория. – Я меценат, вкладываю деньги в разные проекты, в том числе и в молодёжь. Особенно, если это талантливая молодёжь.

– Какие таланты понадобились Вам, чтобы натравить на нас Тритона?.. – недоумевала Лавра. – Что Вы вообще несёте?!

– Если ты дашь мне возможность договорить, возможно, ситуация прояснится быстрее.

Марк Франкович закинул ногу на ногу, посмотрел в потолок, совсем как школьник, которого вызвали к доске рассказывать невыученный урок.

– Вольс – это уникальное существо, – заговорил он как-то неуверенно. – Он требует особого подхода и нуждается в общении. Причём навязать ему дружбу не получится. Меня, к примеру, он совершенно не воспринимает, хотя я предоставляю ему в распоряжение на лето целый курорт…

– Бред какой-то, – призналась Лавра, поглядывая на мужчину как на шизофреника. – Мы-то в вашей дружбе с этим монстром-то причём?

– Каждый год я организую здесь отдых для талантливой молодёжи. В основном это выдающиеся студенты, выпускники, иногда даже творческие личности. С недавних пор среди таких счастливчиков оказался и мой сын. А когда-то давно такую возможность получил и Слава Коваль…

– Какую возможность? – уточнила Гербер.

– Наладить общение с Вольсом.

Лавра уставилась на него коровьими глазами, всё ещё не понимая, о чём болтает этот странный господин.

– Как я уже сказал, он сам выбирает себе круг общения. С Керком, например, ему удалось неплохо поладить. А Слава Коваль так вообще сделался чуть ли не его наставником.

– Вы сейчас говорите про того седовласого старика с хвостом вместо ног и трезубцем? – Девушка решила уточнить, вдруг Марк Франкович завёл тему о совсем другом.

– Это всего лишь образ, который он иногда принимает, когда злится, – поведал директор санатория. – В случае с тобой и твоими друзьями отношения не заладились с самого начала. По сценарию вы должны были пару раз столкнуться с Вольсом, выяснить, кто он такой и что ему нужно. Если бы вы всё сделали правильно, то давно бы обнаружили источник его силы – дерево Нептуна. Только и нужно было, что сорвать с него все амулеты и лишить Вольса возможности питаться энергией чужих надежд. Ведь в греческих мифах есть упоминание об этом. Никто не думал, что всё окончится так скверно.

– Вы что хотите сказать, что я и ребята выполняли какое-то задание приручить это страшилище?

– Ну, грубо говоря, да, – кивнул мужчина. – Но Вольс оказался просто неуправляем. Он стал действовать не по плану, не слушая ни меня, ни Коваля. Ты же замечательно всё поняла, подслушав тогда наш разговор. Впрочем, на провал нашего проекта повлияло множество факторов, которых мы не могли ожидать. Неприятности начались с самого вашего отъезда из города. Планировалось, что вас будет сопровождать наш человек – Елена. Она когда-то тоже познакомилась с Вольсом и Валенсой, и с ещё многими замечательными представителями водного народа…

– Это Вы про замдекана сейчас говорите?

– Да. Если бы она добралась вместе с вами до Речных Ворот, то постепенно смогла бы подготовить вас по отдельности к нормальному общению с Вольсом и его возлюбленной.

– Какой-то сюрреализм, честно, – мотнув головой, подметила Лавра.

– Но её кто-то отравил, и она была госпитализирована. На какое-то время мы потеряли вас из виду. А между тем вы успели наворотить неприятностей. Практически везде, где вы успевали побывать, случались какие-то инциденты. То краеведческий музей вдруг ограбили, то в монастыре Хеста пропала находка археологов. А затем и вовсе пошли трупы…

– Так к этим событиям Вы уже не имеете отношения?

– Честно говоря, поначалу мы решили не устраивать для вас проверку, пока не выясним причин всех этих происшествий. Но Коваль убедил меня, что здесь вам ничего не грозит. Тем более те, кто ответственен за гибель археологов, точно не смогут пробраться сюда, когда здесь обитают русалки и Вольс.

– Подождите, так есть ещё подобные типажи типа этого Тритона??? – удивилась Гербер, и от факта, что в санатории обитают такие опасные существа, ей сделалось вдвойне не по себе.

– Вольс, – поправил её Марк Франкович. – Ему не нравится имя Тритон.

– Я буду называть его так, как он заслуживает. Этот Ваш Вольс чуть не убил всех нас, Вы в курсе вообще?!

– Говорю же, он очень странно себя повёл. Сначала напал на Женю Фанелина. Правда, получилось не так, как хотелось бы. Вы ничего не поняли, да и парнишка пострадал лишь немного. Но на съёмках клипа группы «Гранда» Вольс, конечно, перегнул палку. А потом ситуация уже вышла из-под контроля. Теперь же, после убийства Коваля, я не представляю, что делать. Будет лучше отправить вас поскорее домой.

– Я никуда не поеду, пока Вы не найдёте Аиду! – заявила Лавра. – Из-за Ваших глупых игр пострадала моя сокурсница, и Вы обязаны отыскать её!

– Может, Вольс забрал её в качестве компенсации?

Марк Франкович укоризненно посмотрел на студентку, которая была возмущена всеми этими внезапными признаниями.

– Что? Какой ещё компенсации?!

– Ну, за то, что вы убили эту шаловливую девицу Валенсу, например… Признаться, отчасти русалка виновата сама в том, что произошло. Но так, как вы изуродовали несчастную, тоже делать не следовало…

– Что??? Да я и пальцем её не трогала! Зачем мне убивать Валенсу?! – негодовала Лавра. – Вы опять пытаетесь свалить всю вину на нас!..

– Хочешь сказать, что вы не убивали русалку?

– Конечно, нет!.. – отрезала Гербер, но тут же задумалась. – А хотя… ручаться за Романа я не берусь, ведь это из-за него мы с Аидой оказались в плену у Валенсы.

– Интересно. – Отец Керка начал нервно потирать подбородок.

– Нет, ну какая наглость! – не унималась девушка. – И почему все шишки всегда летят на меня: Тритона обязательно надо было натравливать на меня, браслет тоже подкинули именно в мою сумку! Почему не в сумку Марины или Аиды, а именно в мою?! А потом все эти вскрытия номеров… Вы хоть можете себе вообразить, сколько лет жизни отняли у меня со своей долбаной проверкой!!!

– Подожди-подожди, – остановил поток её причитаний Марк Франкович. – Что ты только что сказала?.. Какой ещё браслет, причём здесь сумки?

Он что, издевается над ней?! После того, что сообщил мужчина, было непорядочно отказываться от своих пакостей!

– А то Вы не знаете?! – выпалила она, до последнего момента считая, что все летние неприятности лежат на совести этого человека.

– Я понятию не имею, про что ты говоришь.

– Браслет из сокровищницы Бальваровского. После всего, что Вы мне тут наговорили, я ни за что не поверю, что Вы не причастны к этому!

Хозяин санатория задумался. Либо он отличный артист, либо, действительно, не в курсе происходящего.

– Так значит, все страсти кипели вокруг браслета, – промолвил он.

– Страсти?..

– Взломы номеров, призраки, нападения… Тогда это многое объясняет.

– Что объясняет?.. – не понимала Лавра.

– Мотив Фанелина.

– Женя… А что с ним? – заволновалась она.

– Его арестовали по обвинению в убийстве Коваля.

– Обвинение нужно предъявить Вам! Вы преступник, покрывающий монстра! Вы практически отдали всех нас на съедение этому кровожадному страшилищу!

– Не надо приплетать к Вольсу криминал Фитша и его помощника, – потребовал Марк Франкович. – Моя задача заключалась только в том, что Вольс сумел познакомиться с новой молодёжью, не более. Ты, кстати, была наиболее удачной в этом вопросе.

Лавра притихла, стараясь успокоиться. Эти отговорки пугали её не меньше суровой правды.

– Как, разве дух Бальваровского не Ваших рук дело? – шёпотом переспросила она, держась за голову. – Значит, Женя на самом деле убил Вячеслава Сергеевича?.. И красная мантия прилетала сюда вовсе для участия во всей этой игре с Тритоном?

– Уж я точно не командую летающими мантиями, – выдохнул Марк Франкович. – Главное, что ты и твои товарищи остались живы. Не будь Селивёрстов моим хорошим другом и не появись он вовремя, я просто не представляю, что бы могло случиться. Но на этом, пожалуй, всё, хватит. Да и Коваль убит. Такого результата я не планировал.

– Я хочу увидеть ребят. Я должна им всё рассказать.

– Они заняты сбором вещей. Завтра вы покинете Речные Ворота. Рашвер крайне разочарован. Он знает, как обстояло дело в действительности.

– Меня совсем не интересует его мнение, – раздражённо ответила Лавра. – Вы оба негодяи…

– Время ужина, – резко переменил тему Марк Франкович. – Приведи себя в порядок, а уж после, если возникнет желание, мы с тобой ещё побеседуем.

С этими словами он вдруг спешно вышел из номера и прикрыл за собой дверь. Куда это он так заторопился? Или сведения, которые сообщила Лавра о браслете и красной мантии, подтолкнули его к новым подвигам? Ведь у неё теперь было столько вопросов к этому ужасному человеку! Подумать только, он поставлял молодых людей речному монстру!

Спустившись на первый этаж, Лавра убедилась, что с предателем Романом всё в порядке. Хотя выглядел он не ахти: казался раздражительным и бледным. Гербер и сама никак не понимала, почему Тритон вдруг решил отпустить только их, а Аиду оставил в плену.

Несмотря на рассказ Марка Франковича, очень многое оставалась окутано тайной. Во-первых, кто подбросил браслет в её сумку? Во-вторых, кто скрывался под красной мантией? Ну и в-третьих, кто же порезал бедную русалку?

В том, что это может быть Роман, Лавра теперь сильно сомневалась. Он, конечно, вполне мог притворяться, изображая шок от потери возлюбленной. Но Кривовцов находился под чарами коварной русалки, иначе бы ни за что не стал ей помогать. С другой стороны, браслет с руки Валенсы, как помнила Гербер, пропал. А значит, убить её мог и тот, кто скрывался под красной мантией.

– Это был он!.. – утверждал Роман, сидя за ужином рядом с Лаврой, и в порыве своего рассказа схватил её за руку. – Я плохо помню, что произошло, но это был он: красный капюшон, два ножа, а лица совсем-совсем не видно!

– Ты делаешь мне больно, – призналась Гербер, глядя на его обшарпанные пальцы на своём запястье.

Марина нервно ковыряла в тарелке запечённый картофель.

– А ведь Женьки-то теперь нет, – подключилась она к их беседе. – Неужели он на самом деле убил Коваля? Тогда, если верить Роману, есть другая мантия, которая тоже преследует браслет.

Об этом Лавра как-то не задумывалась. Она уже сообщила им вкратце содержание её разговора с Марком Франковичем. Но оказалось, что им тоже успели наплести байку о дружелюбном Вольсе и ежегодных летних стажировках в этом прелестном месте.

– Да и Аида пропала, – прошептала Марина, с опаской поглядывая на сгущающиеся за окном чёрные тучи.

– Я хотел ей помочь… – продолжил Роман всё с тем же безумным видом. – Я пытался, верите или нет. Да только этот тип ударил меня и отшвырнул в сторону! А потом стало темно, не знаю, почему. Всё вокруг погасло, как тогда в музее… Ну, помните, в краеведческом, во время нашей экскурсии?.. А потом я пришёл в себя, но Валенса уже была мертва, а Лавра убегала от Тритона.

– Если бы твою ненаглядную русалку не прикончили, то она бы точно убила меня с Аидой, – возразила Лавра, снова отстраняясь от него.

Парень был явно не в себе. Глаза у него горели, как у шизофреника, руки дрожали, да и голос казался каким-то осипшим. Может, все эти баталии с Тритоном свели его с ума?

– Я не виноват в том, что она меня околдовала! – вскричал Кривовцов.

– Роман! – окрикнула его Марина, и парень притих.

Холодова удивлённо наблюдала за ним. Сегодня она воздерживалась от своих едких комментариев.

В этот момент появилась Рита, повязывая на себе жёлтый фартук. Она значительно изменилась: глаза впали, шея осунулась, руки тряслись, будто бы ей только что сообщили очень неприятное известие. Женщина даже не поздоровалась и прошла в раздаточную, откуда через минуту послышался звук битого стекла.

– Ну вот, Рита расколотила тарелку, – вздохнула Марина и привстала, чтобы посмотреть на это зрелище.

– Извините, – раздался хриплый голос женщины, и она принялась складывать осколки в мусорное ведро.

– С Вами что-то не так? – переспросила Лавра и поднялась, чтобы помочь ей.

– Нет, просто я немного устала, – буркнула кухарка.

Гербер недоумённо посмотрела на неё и вернулась на своё место.

– Кстати, Вы в курсе, завтра мы наконец-то отчаливаем отсюда, – поделилась Холодова хорошей новостью. – По крайней мере, Керк этому очень рад.

– Уж скорее бы, – промолвил Роман. – Надоел мне этот санаторий до чёртиков.

Марина неприязненно взглянула на него и молча допила чай.

– Лавра, ты не могла бы зайти ко мне в номер после ужина? – вдруг спросила она голосом, с которым никогда ещё не обращалась к Гербер. – Мне тоже нужно тебе кое-что рассказать.

– Хорошо, – кивнула удивлённая девушка, провожая взглядом уходящую Холодову.

– О чём вы собрались болтать? – тут же напрягся Кривовцов. – Я тоже хочу знать, какие секреты вы скрываете! Я имею право!

– Успокойся, Роман. Я сама не знаю, зачем она позвала меня.

– Ах так, да?! – Парень вдруг вскочил со стула и отшвырнул его. – Тогда я не буду с вами вообще разговаривать! Вы мне не нужны! Я справлюсь сам, слышала?!

– Что с тобой? – испугалась Лавра.

– Ничего!!! – закричал Роман и побежал в вестибюль.

Рита выглянула из раздаточной, недоумённо посмотрела на дверь, через которую скрылся парнишка, и вздохнула.

– Валентина Амосовна сказала, что у него с нервами проблемы, – сообщила она. – Наверное, даже придётся отвести его к врачу.

Лавра ничего не ответила ей. Она понимала, что после чар убитой Валенсы с человеком может произойти всё, что угодно.

– Ну ладно, не буду тебе мешать, – махнула рукой кухарка и вернулась к мытью посуды.

После ужина Гербер, как и попросила её Марина, отправилась в VIP-корпус. Идти через двор она не хотела, так как там собиралась гроза. Пару минут она поискала, где расположен внутренний проход в правое крыло здания, и толкнула высокую деревянную дверь. Однако та не поддалась. Подёргав дверную ручку, Лавра пришла к выводу, что она закрыта на ключ. Странно, зачем администратору понадобилось делать это? Ничего не оставалось, как идти через улицу.

Едва Лавра вышла на крыльцо, как задул порывистый ветер. Дождь вот-вот должен был начаться, поэтому девушка поторопилась пересечь двор. Ноги ужасно ныли от ран, которые оставили на них острые камни в логове Тритона. Но Гербер всё равно ускорила шаг из-за начинающегося ливня.

У входа в VIP-крыло стояла чья-то старенькая машина. Она была вся грязная, а сквозь заднее стекло проглядывались какие-то коробки. Может, в санаторий приехал новый постоялец?

В холле VIP-зоны царила темень. Свет исходил лишь от одного фонарика в углу между двумя огромными креслами. И в одном из них уже кто-то сидел, скрытый сумерками. Едкий палёный запах испортил воздух, и Лавра зажала нос, удивляясь, насколько ужасно могут вонять сигареты, которые курил неизвестный господин. Хотя, если разобрать повнимательнее, этот запах был ей знаком. Кажется, она встречала его в монастыре Хеста.

– Какой прекрасный вечер, – произнёс мужчина до боли знакомым голосом, но лица его по-прежнему не было видно.

Лавра посмотрела по сторонам и поняла, что находится здесь с этим человеком абсолютно одна.

– На улице ураган, а Вы говорите прекрасный вечер, – удивилась она, сделав к нему пару шагов.

Незнакомец вновь выдохнул в её сторону дым и поднёс к губам тлеющую трубку. Было странно, что он курит прямо в помещении, хотя это мог быть один из новоявленных приезжих богатеев, которым наверняка позволяли делать всё, даже травить воздух табаком.

– Раньше я тоже не любил бури, – заговорил он в ответ на её реплику. – Но они с недавних пор частенько сопровождают меня, поэтому невольно я к ним привык…

Лавра отчего-то сразу почувствовала, что находиться наедине с этим странным типом не очень хорошее занятие, и тут же завернула в коридор. К тому же, Марина наверняка уже ждала её в своём номере. Она прибавила шагу, пару раз обернулась. Кажется, тот курящий господин решил пойти за ней. Лавра проследовала к лестнице, у которой на днях подслушала разговор между Ковалем и Марком Франковичем, и поднялась к месту, где обнаружила убитого Вячеслава Сергеевича.

– Осторожно, – донёсся сзади голос того мужчины, – не наступите на засохшую кровь…

Он точно шёл за ней. Но что ему нужно? И откуда он знает про кровь на лестнице? Хотя такой резонансный случай наверняка уже разнесли по всему санаторию.

Лавра взбодрилась, мысленно приказывая себе не подозревать в каждом незнакомце врага. Кто станет приставать к ней в санатории? Ведь здесь же полно служащих, они сразу сбегутся на её крик, если этот странный господин попытается сделать что-нибудь нехорошее. Скорее всего, это его машина стояла перед входом. Значит, он просто-напросто новый постоялец, который ждёт заселения в номер. Но, утешив себя этими мыслями, Гербер всё равно поспешила вперёд и очутилась на втором этаже.

Коридор был так же тёмен, как и вестибюль. На другом его конце за окном внезапно сверкнула молния, и чей-то чёрный силуэт промелькнул возле двери последнего номера. Лавра прищурилась и была вынуждена достать из кармана сложенные очки. Проклятое зрение вновь подводило её. Что-то очень странное происходило в VIP-корпусе, да и движущийся за ней незнакомец вызывал немало волнений.

Пройдя половину коридора, Гербер очутилась аккурат возле номера Холодовой. По ногам тут же пробежался холодок, который вылетел из-под дверного косяка, и Лавра испуганно поёжилась. Что-то здесь было не так, и она поняла это, когда снова оглянулась назад на лестницу.

На второй этаж поднимался некто в той самой длинной мантии. Привидение это было или нет, Лавру уже не интересовало. Увидев силуэт, она отбросила последние сомнения и заскочила в Маринину комнату, следом накрепко запирая резную дверь.

В комнате горел светильник, а окна почему-то были нараспашку открыты. Дул промозглый ветер, и струи дождевой воды лились на балкончик, забрызгивая портьеры и светлый пол. Лавра посмотрела на скомканный палас и на разбитое зеркало и только после этого заметила привязанную к ножке кровати Марину. Та пыталась издавать какие-то звуки, но её рот скрывался под серебристым куском скотча. Холодова, увидев Лавру, задёргалась и заелозила по полу сильнее. Гербер подбежала и первым делом сорвала с её лица липкую ленту, отчего девушка вскрикнула и тяжело задышала.

– Эта стерва!.. она ударила меня!.. А потом связала!.. – застонала Марина, пока Лавра пыталась распутать крепкий узел за её спиной. – Это они… Представляешь, они сговорились!..

– Кто? – недоумевала девушка, однако узел никак не желал поддаваться.

– Аида! – в панике прошипела рыжеволосая отличница, изогнувшись от тугих верёвок. – Она хочет убить всех нас, убить!

Но не успела истеричная Холодова договорить фразу, как входная дверь со скрипом отворилась, а в комнату, потирая лезвие огромного боевого ножа, вошла Гаагова – целая и невредимая. Выглядела она совсем не так, как раньше. Её длинные волосы были распущены, а ухмыляющееся лицо покрывал мрачный макияж. На тело она надела облегающий кожаный костюм, на её руках краснели знакомые перчатки.

– Лавра, быстрее, она же нас прирежет! – запищала Марина, тряся своей косматой головой.

Однако от удивления Лавра не смогла даже пошевелиться. Она не понимала, что здесь происходит. Как Аида оказалась в санатории? Получается, Тритон не забрал её, чтобы разделаться в отместку за убитую Валенсу? Но почему она тогда не пришла на ужин? Почему Марк Франкович не сказал, что с ней всё в порядке?..

– Не стоит, Гербер, – промолвила Гаагова. – Ей уже ничего не поможет, эта мразь недостойна твоих стараний.

– Что тут вообще происходит? – спросила Лавра, оставив Холодову в покое. – Что всё это означает?

– Глупый вопрос, – злорадно улыбнулась Аида. – Неужели ты ещё не понимаешь, в чём тут дело? Отойди, я должна убить эту стерву, слишком долго я ждала этого момента…

– Лавра, ты видишь, она обезумела! – закричала Марина, извиваясь на полу.

– Настало время открыть карты, – продолжала Гаагова в прежнем тоне, приближаясь к девушкам и всё так же маниакально поглаживая широкое лезвие. – Тем более, уже нет смысла продолжать за спинами все эти интрижки. Завтра нас всех собираются отправить домой, только, увы, не все туда доедут.

Лавра хотела вновь попробовать развязать Холодову, но Аида внезапно налетела на неё и опрокинула на кровать. Она оказалась намного сильнее, чего Гербер никак не ожидала.

– Так значит, это ты стащила браслет из музея! – догадалась Лавра, приподняв кружащуюся голову.

– Да, и как оказалось, подкинула его в твою чёртову сумку, – подтвердила Гаагова, с ненавистью посматривая на прижавшуюся к полу Марину. – Знаешь ли, это было нетрудно.

– Но зачем? – шёпотом спросила шокированная Лавра, лёжа на холодной кровати.

– А мне казалось, что ты это уже поняла, – улыбнулась неузнаваемая сокурсница, крепко сжимая нож в левой руке. – Если бы археологи решили устроить нам всем досмотр, то они обязательно бы нашли эту занятную вещицу у меня. Пришлось импровизировать. Сложнее было потом вернуть его обратно.

– Но это просто невозможно, – не верила Гербер, боясь пошевелиться. – Когда вскрывали номера, ты всё время была с нами…

– Ты уверена? – переспросила Аида. – Хотя, не спорю, это моя основная заслуга, я прекрасно создаю себе алиби.

– Ах, ну конечно, ведь тогда все были замешаны в этом, – прогудела Марина из-под кровати, под которую успела залезть.

Глаза Аиды сверкнули жадным огнём, а руки даже не дрожали, словно холодное оружие она привыкла держать с детства.

– Видит бог, я хотела решить всё мирным путём, без всей этой мистической показухи. Но почему-то там, в монастыре, я была уверена, что засунула браслет в сумку этой идиотки! – Она озлобленно пнула Холодову, заставив ту стонать. – Представь моё удивление, когда его там не оказалось. Я решила, что она спрятала его, боясь быть обвинённой в воровстве. Поэтому я и втёрлась тогда в её подруги. Дура, надо было сразу догадаться, что браслет по моей же ошибке попал к тебе!..

– А Женя, его-то номер тут причём? – всё ещё беззвучным голосом прошептала Лавра, поглядывая на блестящее лезвие.

– Это всё ты, – прошипела Аида, и ветер испортил её причёску. – Я где-то услышала, что следователи подозревают во всём его, потому что Фанелин работает на Фитша. Перед этим в твоём номере я так же ничего не обнаружила. Вот и решила, что наша святая Лавра отдала сокровище ему на хранение. Либо он сам его у тебя отобрал, заболтав всякой романтической чепухой. Поверь, он на это ещё как способен. Тем более, в Жениной сумке оказались крайне любопытные вещицы!

– О чём ты говоришь?

– Помнишь, я поделилась с тобой подозрениями, будто бы наш Женечка носит очень тяжёлую сумку? Так вот я оказалась права. Твой ненаглядный Фанелин таскал с собой строительные инструменты.

Широкая улыбка разрезала её злое лицо. Глаза Аиды были чёрными, как уголь, и этот взгляд начал пугать Лавру.

– Догадываешься, что это может означать? – переспросила девушка.

– Женя взломал гроб? – прошептала Гербер и сама удивилась такому выводу.

– Да, представь себе! – воскликнула Аида, взмахнув ножом словно жезлом. – У меня появился конкурент и весьма серьёзный. Он точно так же хотел завладеть вещами князя Бальваровского. И браслет, который очутился у тебя, он тоже собирался прибрать к своим рукам. Но вот удача, наша Лавра сама показала драгоценность, решив, что ходить с ней намного безопаснее! А потом это нападение… Я испугалась, подводный монстр произвёл на меня неизгладимое впечатление, да и действовал он очень агрессивно. Тогда я и решила, что одна здесь уже не справлюсь, и вызвала на подмогу своего друга.

То, что у неё имеется сообщник, Лавра прекрасно поняла, ведь кто-то в мантии преследовал её несколько минут назад по коридору.

В комнату вошёл тот мужчина, который недавно пытался пообщаться с Гербер в холле VIP-корпуса. Аида опять улыбнулась во весь рот, протянув ему свободную правую руку. Он прикрыл за собой дверь, и мокрый сквозняк со стороны балкона стих. Теперь Лавра сумела сделать пару движений и разглядела того, кого увидеть здесь никак не ожидала. Перед ней стоял тот самый археолог, Андрей Дмитриевич, их скромный экскурсовод – более, чем живой, только с небритым и невероятно изменившимся лицом. Оно казалось постаревшим и измождённым. К тому же, его внешность сильно изменили осветлённые волосы, поверх которых был накинут красный капюшон.

– Добрый вечер, Лавра, – поприветствовал он её, оглядывая всех присутствующих неприятными серыми глазами.

Марина прижалась всем телом к кровати, и по каплям крови стало ясно, что её губа рассечена. Лавра, раскрыв рот, смотрела на археолога и не могла поверить в происходящее.

– Значит, это Вы являлись ко мне за браслетом? – растерянно произнесла она.

– Ну а кто ещё-то?! – ответила за него Гаагова и засмеялась.

– И Вы убили своих коллег по раскопкам?.. – застыла Лавра в оцепенении. – И браслет…

Гербер пыталась уловить хоть какую-то связь между всеми событиями, но страх мешал ей сосредоточиться.

– Не надо, я всё расскажу сам, – обратился Андрей Дмитриевич к Аиде.

– Ты тянешь время! – возмутила она.

– Но мы же должны объяснить твоей подруге, что вовсе не желаем ей зла…

Гаагова недовольно вздохнула и отошла к балкону.

– Всё получилось совершенно случайно, хотя и очень удачно, – заговорил археолог, словно сказочный рассказчик. – Пожалуй, стоит поделиться этой историей с драматургом или писателем… Я давно занимался монастырскими раскопками. И по правде говоря, знал о Бальваровском задолго до самой экспедиции. Это неизвестный истории вельможа, добыть информацию о нём долгое время не представлялось возможным даже мне. Но по благоговению судьбы я узнал, что он был, по крайней мере, сказочно богат, поддерживая связи с купцами из других далёких стран. Несомненно, Бальваровский ничуть не лучше уличного воришки. Но сила и влияние, которыми он обладал, поражают воображение! А потом в монастыре Хеста объявился перстень, который нашла сельская ребятня. Я узнал о нём случайно, увидел во сне, лично съездил к деревенским подросткам и заставил их выложить правду. Потом были привлечены специалисты, и раскопки начались. Не нужно говорить, что это составило много труда, потому что сокровища начали выходить на свет божий одно за другим, и все в гробах. Странно, правда?.. Но о раскопках быстро прознали власти, и пришлось отдать им всё, что было добыто моим кропотливым трудом. У меня, действительно, не было специального разрешения на раскопки. Однако, согласись, отдавать сокровища каким-то прохиндеям из губернаторского окружения – это форменная несправедливость. Один лишь я знал им цену, чувствовал их силу и притягательность. Оставлять всё это глупому народу?! Нет, разве смогут они понять всю прелесть и магию этого древнего золота, этого оружия, всех этих невероятных вещей…

Он говорил с глазами, полными фанатичного блеска, и уже вряд ли замечал окружающих. Казалось, что одно лишь упоминание об этих сокровищах приводит его в эйфорию, которую он испытывал всякий раз, едва только взглянув на такое богатство. Даже его голос трепетно дрожал. Но Лавра всё равно слушала его внимательно. Она не пробовала воспользоваться моментом и если не спасти Марину, то хотя бы убежать самой от этой опасной криминальной пары.

– … Кровь… О, она только придаёт им больше блеска, повышает их цену или же… нет, она делает их бесценными! Я поздно спохватился. Не стоило затягивать с ними до того момента, когда они уже находились за стеклом музейной темницы. Но пришлось, пришлось попросить мою нежную Аидочку сделать пусть даже такой мелкий и озорной поступок, как кража браслета. Ведь тогда я узнал, что стащить экспонаты проще пареной репы. Система охраны музея оказалась никудышной, что и проверила моя несравненная ученица. И я забрал их, вернее, нет… вернул их себе – тому, кто познал истинный смысл этих вещей. Тому, кто способен использовать их настоящую силу!!!

Марина, лежавшая всё это время ничком, посмотрела на узкоглазую девицу и бывшего тихоню-археолога. Да, теперь она понимала, почему они решили поиздеваться над ней и её приятелями.

– Но зачем было подкладывать браслет ко мне или кому бы то ни было ещё? Почему бы просто не сбежать вместе с сокровищами за границу? – вопрошала Лавра. – Зачем устраивать весь этот цирк…

– Это моя затея, Гербер, – вмешалась уставшая от молчания Аида и указала взглядом на дрожащую Марину. – Хотелось поиграть на нервах этих нуворишей, заставить их страдать. Ты же помнишь, как они издевались над Андреем во время экскурсии по монастырю? Неужели ты думала, что мы оставим это безобразие безнаказанным? Именно поэтому я от души потрошила их номера…

– А моя комната? – не поняла Лавра. – Я-то чем вам навредила?

– Ну, с твоим номером получилось не очень хорошо, признаю. Просто я торопилась, ведь ты могла вернуться в любую минуту и застать меня с поличным.

– Откуда в тебе столько злости, Аида?

– Как?.. – вдруг растерялась Гаагова, опустив руку с ножом. – Я думала, ты тоже ненавидишь этих придурков. Ведь мы с тобой похожи, Лавра, неужели ты этого не заметила?

– Обе чем-то привлекательны, обе не особенно богаты и обе чрезвычайно умны, – закончил за неё Андрей Дмитриевич и с осторожностью приподнял Марину. – Куда таким, как она, – он принюхался к её всклоченным рыжим волосам, – до ваших превосходных умов?..

– Да, мы хотя бы имеем светлые головы, – обрадовалась Аида его словам и вновь взмахнула ножом. – Лавра, ведь в твоём дневнике всё так и написано, я прочитала его от корки до корки и теперь прекрасно знаю, как мы с тобой похожи.

Гербер молчала, наблюдая за напуганной Мариной. Сейчас она выглядела совсем иначе, чем несколько дней назад. От спеси и нахальства не осталось и следа. Она тоже смотрела на неё и дрожала, как кролик.

– Светлые головы, – повторил Андрей Дмитриевич и снова принюхался к космам Марины. – Пожалуй, нет, дорогая. Если смотреть со стороны, даже с моей, то поступки у тебя более чем тёмные.

– Тёмный ум, – подытожила Аида и прищурилась. – Да, скорее, так и есть. Светлый и тёмный ум, две стороны одной медали. Верно, Лавра?

Гербер подобрала под себя онемевшие ноги и отодвинулась к краю кровати.

– Злодейка и гений, – продолжала Гаагова в странном порыве радости. – О да, это, несомненно, смотрится очень оригинально…

– Тихо, – жестом остановил её мужчина, и Аида прекратила свою пламенную речь. – Тебе не мешало бы позаботиться о другом нашем знакомом. Уверен, он тоже не подозревает о наших планах.

Девушка ловко прокрутила в руке свой нож и улыбчиво посмотрела на притихших жертв её интриги. Насладившись этой картиной, она подошла к двери и покинула комнату.

– Не надо считать меня плохим человеком, – попросил Андрей Дмитриевич после ухода Гааговой. – Да, я убил своих коллег. Но ведь я не мог отдать им сокровища, которые очень дороги мне. Ты сама видела, насколько археологи были одержимы мыслью найти что-нибудь ценное. Не уничтожь я их, они бы уничтожили меня. А золото стоит таких жертв, поверь.

– Зачем же Вы здесь? – не понимала Лавра, не зная, что теперь делать в сложившейся обстановке.

– Из-за браслета, – выдохнул он, оглядывая профиль Холодовой. – Поначалу он мне был не особенно нужен. По правде, я вообще хотел просто подарить его Аиде за её помощь и понимание в моей непростой миссии. Думал, пусть развлекается, ведь она большая любительница всяких игр. Но затем я понял, что коллекция не может быть полной без этой детали.

– Удивительно, что дух Бальваровского не расправился с Вами в первую очередь.

– О, эти духи, призраки во вьющихся плащах…

Андрей Дмитриевич вдруг оттолкнул Марину на кровать, а сам замахал просторными рукавами, опустив голову. Сейчас он был сильно похож на ту летающую мантию, которая преследовала Лавру.

– Это помрачение рассудка! – засмеялся он. – Никакого духа нет и никогда не было!..

– Но…

– Лавра, будь благоразумна, ты же умная девочка!!! Думаешь, увидела эту русалку, и весь мир перевернулся с ног на голову?

– Так это Вы убили Валенсу!

– Конечно, а ты решила, что это сделал мёртвый князь?..

Мужчина рассмеялся, вновь глумливо размахивая рукавами мантии.

– Просто ваш друг Коваль раскусил мою Аиду и велел русалке нейтрализовать её, – сообщил он с горящими глазами. – Этот жук наивно полагал, что сумеет справиться с девушкой. Но у каждой девушки есть свой мужчина. И Коваль, и его русалочка получили сполна за свои дурные намерения…

– Но браслет же у Вас, что Вам ещё от нас нужно?! – застонала Гербер, прижав дрожащую Марину к себе.

– Лично мне – ничего. Но вот Аида ужасно сентиментальна. Она затеяла эту игру, она же хочет её и закончить. Я лишь жажду твоего благосклонного отношения ко мне. Будь нашим другом, и останешься в живых.

– Что? – не поняла Лавра.

– Мы знаем, что ты узнала секрет рыбного короля, – изменился в лице археолог, перестав кривляться. – Убить его ножом, как ту прыткую русалочку, у меня не вышло. Но ты сегодня поможешь нам избавиться от этой ошибки природы.

– О чём Вы говорите? – опешила Гербер. – Я ничего такого не знаю…

– Ну, я и не думал, что ты сразу расколешься. Поэтому мы с Аидой начнём убивать твоих знакомых. Например, вот её!..

Мужчина схватил Марину и снова потянул к себе. Девушка упала с кровати и вскрикнула, пытаясь ударить его.

– Оставьте её! – вскричала Лавра и заметалась в поисках чего-нибудь тяжёлого.

Она взяла кожаный ремень, лежавший на прикроватном столике, и, размахнувшись, ударила им своего врага. Однако тот вовремя поднял руку, и ремень замотался вокруг запястья. В его ладони возник кортик, которым он собрался обороняться. Лавра не отпускала застрявший пояс, бессмысленно дёргая его на себя. Но мужчина был силён и даже не прилагал особых стараний, чтобы её замысел с ремешком провалился.

Марина, воспользовавшись ситуацией, отползла к двери и уже хотела выбраться в коридор, когда в номер вошла Аида. Тяжёлая дверь ударила рыжую пленницу по голове, и она застыла без чувств.

Лавра нервно вскрикнула и оставила ремень в покое.

– Вот и всё, нет смысла тягаться со мной, – заключил Андрей Дмитриевич и посмотрел на поверженную Холодову.

Аида стояла в дверях с довольным видом, уставившись на взволнованную Лавру.

– Как наши дела? – поинтересовался археолог у сообщницы.

– Всё по плану. Я подумала, что тебе понадобится помощь, – тихо ответила Гаагова и ещё раз посмотрела на растрёпанную дракой Лавру. – Я бы не хотела, чтобы ты прихлопнул её раньше времени. Она усердно ковырялась в библиотеках и шаталась по окрестностям, изучая этого речного демона. Она точно знает, как его устранить.

Андрей Дмитриевич спрятал кортик в просторных рукавах красной мантии и приблизился к встревоженной Гербер.

– Вот и проверим, – фыркнул археолог и оглушил её внезапным ударом кулака.

Глава 15

Я опасен

Первое, что почувствовала Лавра, это ужасное гудение в голове. А ещё холодный ветер, от которого она уже изрядно замёрзла. В глазах стояла темень. Дождь, скорее всего, уже прошёл, хотя его редкие капли продолжали бить по воде или по земле… не понятно. Где она и что с ней, Лавра не понимала. Сил было явно не достаточно. Она ещё не успела отойти от схватки с Тритоном, и появление Андрея Дмитриевича с Аидой вконец вымотало её.

Лавра пошевелила рукой и сделала пару движений. Одна нога продавила какую-то пустоту под собой и начала сползать. Девушка испугалась, что упадёт, и глаза раскрылись сами собой. Чернота ударила отовсюду, одна сплошная темень. Лавра испуганно раскрыла рот. Ещё мгновенье, и она упадёт в эту страшную неизвестность. Едва она подумала об этом, как чьи-то руки мёртвой хваткой сжали её плечи и вернули в исходное положение. Гербер облегчённо вздохнула, чувствуя, что ещё жива.

– Ну как, хорошо тебе? – заговорил мужчина над её ухом. – Очнись, дитя светлого ума, не то ты рухнешь в эту опасную бездну…

Лавра вновь открыла глаза и на сей раз поняла, где находится. Это был край моста, того самого, с которого несколько дней назад прыгал Фанелин. Ею мгновенно овладел страх. В ушах что-то зазвенело, и она вновь повисла в объятиях своего врага, готовая снова лишиться чувств.

– Нет-нет, – встряхнул её мужчина. – Ты должна быть в своём уме, чтобы решить последнюю серьёзную задачку.

Лавра повернула голову к плечу, и её горячая щека коснулась небритого подбородка Андрея Дмитриевича.

– Сейчас мы нанесём последний удар по врагам, – продолжал бормотать археолог. – Рыбный король думал, что перехитрит меня на пару с Ковалем. Но он глуп точно так же, как и его русалочка. Я разделаюсь с ним в два счёта, а для этого мы должны узнать его маленький секрет. Понимаешь, о чём я говорю?

Он вновь встряхнул девушку.

– Вы убьёте меня, – промолвила Гербер.

– Мне придётся это сделать, если ты откажешься помочь нам.

Лавра уставилась в чёрную даль. Она понимала, что будет безумием умереть сейчас да ещё при таких нелепых обстоятельствах.

– Вы всё равно меня убьёте, – подумав, ответила девушка и снова прижалась к нему щекой.

– Нет, – замотал тот головой. – Я же не изверг, ты это знаешь.

– Но Вы же не оставили в живых всех тех, кто имел с Вами дело…

– Кто-то должен умирать. Поверь, они заслужили это намного больше, чем ты.

– Нельзя отнимать жизнь, ни у кого нельзя…

– В тебе поёт четверокурсница, но это ненадолго. Аида тоже была такой прежде, чем я стал её учителем.

– Учителем?.. И чему Вы её научили, убивать?

– Я научил её здраво мыслить! Хочешь, я обучу этому и тебя? Только раскрой мне слабую сторону Тритона.

– Не понимаю, о чём Вы…

– Всё ты понимаешь! – раздражённо заговорил Андрей Дмитриевич. – Ведь ты же одна из всех студентов ковырялась в библиотеках, чтобы найти информацию о Тритоне. Ты знаешь, как его одолеть. Расскажи мне об этом!

– Но с чего Вы решили…

– Не тяни время, Лавра! – закричал археолог. – Ты же не хочешь умереть, спасая шкуру этого монстра? Или тебе нужны более убедительные доводы?!

Он вдруг отошёл от неё. Лавра покачнулась, и нога снова начала сползать с узкого парапета. Девушка попробовала удержаться за перила, но те оказались мокрыми и скользкими, и надежды на спасение начали угасать с каждой новой секундой. Она увидела, что по обе стороны от неё так же без сознания стоят Марина и Роман, привалившись спинами к ограждению моста. Причём их никто не придерживал. Они могли угодить в пропасть в любую минуту!..

Археолог же продолжал стоять сзади, с удовольствием наблюдая, как она безнадёжно пытается удержаться на месте.

– Просто скажи мне, как победить Тритона! – скомандовал Андрей Дмитриевич, и лицо его начало меняться от злости. – Ты же погибнешь!..

Но Лавра, взглянув на него в порыве своих бесплодных усилий, молчала. Она ощущала, как нога медленно тянет её в обрыв. Отличница ухватилась больными пальцами за решётки парапета и всхлипнула от бессилия что-либо предпринять.

– Ах так?! – не выдержал мужчина, расправляя полы красной мантии. – Тогда я помогу тебе побыстрее принять правильное решение!..

Он подбежал к Кривовцову и толкнул его вперёд. Роман, подобно бездушной кукле, полетел вниз, не издав ни звука. Лавре удалось взобраться на выступ моста, однако не успела она и оглянуться, как следом в темноту полетела растрёпанная Марина. Гербер лишь протянула к ней свободную руку, и из глаз вырвались слёзы отчаяния. Она не сумела спасти их от смерти.

– Не-е-ет!!! – истошно прокричала Лавра и повисла над пропастью на одной руке.

Тела со свистом пронеслись в темноте, а их падение завершил бурный всплеск воды. Андрей Дмитриевич замер в ожидании дальнейших действий, глядя на единственную выжившую студентку, которая всё ещё пыталась спасти себя. На его лице застыла надменная ухмылка, но, в целом, он был напряжён, готовый хоть сейчас помочь несчастной избежать участи своих товарищей. Однако Лавра молчала и, казалось, просить его о милосердии не собиралась. Пальцы, уцепившиеся за холодный металл, уже немели, и мелкая дрожь вовсю сотрясала руку. Девушка пробовала помочь себе правой ногой, но та лишь скользила по выступу моста, сдавая свои позиции.

– Почему ты упрямишься?! – недовольствовал мужчина, выглядывая из-за перил. – Ведь Тритон хотел тебя убить! Забыла?!

Вторая нога Лавры соскользнула с опоры, и девушка полностью повисла у основания моста. Андрей Дмитриевич напрягся ещё больше, выпятив серые глаза, и прижался к поручню, готовый к тому, что вот-вот потеряет её. Но Гербер не стала испытывать себя на прочность и промолвила сквозь слёзы:

– Помогите мне…

– И ты расскажешь о слабой стороне речного чудовища? – уточнил тот.

– Да, только помогите, пожалуйста…

Археолог наклонился вперёд, схватил её за руки и в одно мгновение поднял Лавру обратно на мост. Её тут же бросило в жар от пережитого напряжения. Даже если бы она задумала навредить ему сейчас, у неё бы ничего не получилось.

– Не стоило тягаться со мной, Лавра, – приговаривал он в победном тоне. – Не так уж важно умереть из-за какого-то уродца. Давай, говори!..

Гербер сидела на мокром асфальте, глядя в ту пропасть, куда минуту назад упали ребята. Думать о том, что они живы, не приходилось, ведь оба были без сознания. А может, археолог убил их заранее и делал вид, что они живы? От такого психопата стоило ожидать всяких пакостей. Но сейчас надо было спасать собственную жизнь.

– Недалеко отсюда, на берегу, есть дуб, – прошептала Лавра. – Его ещё называют деревом Нептуна.

– И что? – не вытерпел Андрей Дмитриевич. – На нём висит ларец, а в ларце утка, а в утке яйцо, а в яйце иголка, на конце которой смерть Кощеева! Что ты выдумываешь, Гербер, говори правду!

– Подожди, Андрей, – остановила его Аида, всё это время наблюдавшая за всем неподалёку. – Я знаю это дерево, оно, действительно, не совсем обычное.

Лавра до сих пор не могла поверить в то, что Гаагова виновна во всех её неприятностях.

– Говори дальше, – велел мужчина.

– Можешь не допытываться, – обрадовалась Аида. – Я поняла, что она имела в виду. Надо уничтожить дуб, и тогда Тритону каюк. Я угадала, Гербер?

Лавра заметила на её руке браслет. Сокурсница с гордостью потрогала его. Наверняка её завораживал тот факт, что она обладает им после стольких смертей и страданий. Наверное, она так же считала его высшей ценностью, заразившись фанатизмом от Андрея Дмитриевича. Впрочем, сейчас драгоценности интересовали Лавру меньше всего. Она гадала, отпустит ли её эта парочка после того, что получила. Ведь они узнали о слабой стороне Тритоне. Однако худшие опасения тут же начали оправдываться.

– Возьмём её с собой, – предложила Гаагова. – Если она нас обманула, я лично выпущу ей кишки!..

Машину пришлось оставить на мосту. Из-за дождя дорогу к пляжу размыло, да и идти до заветного места было не так-то далеко. Но для Лавры этот путь оказался мучительным. Она сильно устала и еле держалась на ногах. Хотя было ещё одно обстоятельство, из-за которого ей не хотелось очутиться возле старого дуба. Стать свидетелем побоища между Тритоном и безумным археологом не самая лучшая идея, которую она себе представляла. И в том, и в другом случае победитель не пощадит её. Впрочем, выбора у неё всё равно не было.

Ночная река колыхалась и бурлила, словно недовольная происходящими на берегу событиями. Где-то в ней сейчас плыли тела Марины и Романа, безжалостно сброшенные с моста сумасшедшим археологом. Подумав о них, Лавра тихо заплакала. Неужели она кончит свою жизнь столь же плохо из-за парочки ненормальных, которые задумали расквитаться со всеми, кто встал у них на пути?.. Может, попробовать сбежать? Лес на этом берегу был достаточно дремучим, в нём будет не сложно спрятаться от преследователей. Но загвоздка заключалась в усталости. С такими силами далеко не убежишь, а лишний раз злить врагов она не собиралась. Если уж использовать побег, то при более удобном случае.

– Дорогая, надеюсь, в твоём арсенале найдётся какой-нибудь топорик? – спросил Андрей Дмитриевич, когда они приближались к поляне с дубом.

– В сумке Фанелина я нашла вот это, – ответила Аида, показывая сообщнику острую кирку.

– Ты посмотри! – восхитился археолог и забрал у неё инструмент. – А ваш этот мальчонка основательно подготовился к экскурсии по монастырю. Бедняжка, Фитш заставил его таскать такие тяжести всё путешествие… Интересно, что же он всё-таки украл из нашего гроба?

– Не беспокойся, Андрей. Мы успеем навестить Женю и профессора, как только разделаемся со здешними делами.

– О да, они нам за всё заплатят! – обрадовался мужчина и остановился перед раскидистым деревом Нептуна.

Из-за ветра сотни амулетов и цепочек звенели как маленькие колокольчики в рождественскую ночь. Полянка, на которой росло необычное дерево, было уже наполовину затоплено водой. Видимо, недавний дождь оказался настолько сильным, что река вышла из берегов. Лавра хотела осторожно отойти в сторонку, пока преступники разглядывали звенящий дуб, однако Аида схватила её за руку и встала за спиной.

– Даже не думай, Гербер, – пригрозила она, показывая острый нож. – Сделаешь хоть что-нибудь, и я отправлю тебя к твоей рыжей подружке.

– Я не сделала вам ничего плохого, – начала Лавра, решив воззвать к совести сокурсницы. – Отпусти меня, зачем я тебе нужна?

– Ты ещё спрашиваешь?! – усмехнулась Аида. – Теперь ты знаешь слишком многое. Ни Андрей, ни я даже не подумаем отпускать тебя, понятно? У тебя только один выход – присоединиться. Хотя нет, есть ещё один вариант…

– Умереть?

– Умница, Гербер, правильно угадала, – заулыбалась девушка, поднеся нож к её шее. – Обещаю, в этом случае ты даже ничего не почувствуешь…

– Ну, похороним нашего жуткого подводного друга раз и навсегда! – с усмешкой воскликнул археолог, замахнувшись киркой над деревом. – Пусть знает, каково это затевать игры с моими ученицами!

Он хотел нанести дубу первый удар, но вдруг огромная стена воды поднялась над поляной и в одно мгновенье обрушилась на головы людей. Лавра, пользуясь моментом, оттолкнула Аиду и поплыла по течению к лесным дебрям. Она так и думала, что Тритон не даст археологу причинить вред своему источнику энергии. Он наверняка приметил их из воды и уже знал, как покарать убийцу.

– Аида, не спи, ломай ветки! – прокричал мокрый Андрей Дмитриевич и с размаху запустил в дерево своё оружие.

В реке раздался рёв, и Лавра, ударившись о выпирающие из земли корни, увидела седовласого бога глубин. Тот промелькнул в метре от берега и тут же исчез.

Гаагова последовала команде своего наставника и повисла на одной из склонённых веток. Вода с новой силой обрушилась на поляну, да только пользы от этого было мало. Преступники весьма живо справлялись со своей затеей.

Гербер зажмурилась от брызг и поползла назад. Конечно, она могла бы помочь Тритону справиться со злодеями, но ей нужно было спасаться самой. К тому же, человек на морской раковине недавно чуть не погубил её, желая утопить в подземном бассейне.

Лавра пробралась сквозь прибрежные заросли и принялась уходить вглубь. Двигаться через колючие ветки, сцепленные друг с другом, было очень тяжело. Они то и дело застревали в волосах и хлестали девушку по лицу и рукам. Но лучше терпеть боль, чем быть убитой обезумевшей сокурсницей. Тем более впереди показалось открытое пространство.

Сзади не переставали доноситься всплески воды и треск древесины. Тритон жалобно ревел где-то в недрах реки, пытаясь отогнать Аиду и Андрея Дмитриевича от своего источника жизни. Впрочем, иногда у него это удавалось, судя по вскрикам Гааговой и ругани археолога. Пусть перебьют друг друга, подумала Гербер и выбралась на тёмную поляну.

Ноги и руки не слушались её, поэтому она тут же упала на мягкий мох и облегчённо вздохнула. Сейчас, ей надо отдохнуть всего минуточку, и она побежит дальше. Однако стоило Лавре открыть глаза, как её пробрал шок. Что-то чёрное опустилось рядом с девушкой и зашипело. Не может быть, это же летающая мантия! Но как, откуда??? Ведь Андрей Дмитриевич остался на берегу, его голос до сих пор был слышен в ночи. Или их уже две?..

Явление в мантии кружило в воздухе, подобно птице.

– Где оно? – спросило привидение, и Лавра поняла, что это не галлюцинации. – Отвечай, воровка!

Холодные, как лёд, перчатки схватили её за шею и подняли над поляной. Стало очень страшно. От привидения разило мерзких затхлых запахом. Мантия понесла девушку с собой обратно к реке. Лавре только и оставалось, как беспомощно хрипеть.

Первой их заметила Аида. Она уже сломала с десяток веток, которые теперь лежали на песке и кровоточили. Пару секунд Гаагова пребывала в недоумении, а когда поняла, что же в действительности видит в воздухе, было поздно. Мантия вместе с Лаврой налетела на неё и сбила с ног.

Гербер упала в воду и захлебнулась. Течением её отнесло от берега на несколько метров, поэтому убежать от чудовищных врагов она уже не могла.

Андрей Дмитриевич тоже не сразу сообразил, что происходит. Он настолько увлёкся уничтожением дерева, что не заметил, как его напарницу атаковала чёрная мантия.

Аида закричала, попробовала ударить привидение ножом, но тот лишь плавно вошёл в тело призрака и ровным счётом ничего ему не сделал. Мантия вывернула ей руку, на которой сверкал браслет, и уставилась пустым капюшоном на сокровище. Вот, что оно искало! Однако в следующее мгновение сзади на него налетел Андрей Дмитриевич и со всей силы ударил киркой по спине.

Раздалось громкое шипение, а потом звук упавшего тела. Это Аида шмякнулась о берег со вскриком боли. Лавра сумела разглядеть эту сцену из воды, пытаясь одновременно совладать с течением. Но в следующую секунду скользкие руки подхватили её, а над ухом раздался хрип. От испуга она закричала и всеми заработала руками и ногами, лишь бы спастись от озверевшего Тритона.

– Тихо, – попросил кто-то из-за спины, и подозрение, что это речной монстр, быстро сошло на нет.

Лавра обернулась и увидела перед собой лицо Игоря Селивёрстова. Он задыхался и, кажется, был ранен, судя по болезненному виду. Мужчина широко раскрыл глаза и ловил губами воздух, точно вытащенная на сушу рыба.

– Что с тобой? – не понимала Лавра. – Как ты здесь оказался?!

Но вопросы застыли у неё на устах. Руки Игоря были с перепонками между пальцем, а на шее проглядывались жаберные щели. Он ничего не ответил и лишь жестом велел Лавре плыть в сторону другого берега.

Она не знала, что и подумать. Голова кружилась от обилия шокирующих фактов, а новое разоблачение окончательно вывело девушку из себя. Игорь Селивёрстов, тот самый пловец, что спас Женю и организовал для неё незабываемое свидание на Речных Воротах, оказался жестоким речным демоном? Этого просто не может быть!

Между тем над покалеченным деревом Нептуна продолжалось сражение. Андрей Дмитриевич атаковал летающую мантию киркой, пытаясь отнять браслет. Привидение (или что это было на самом деле) закрылось от него широкими рукавами своего призрачного одеяния и постепенно опускалось на берег.

Аида не подавала признаков жизни. Кажется, призрак хорошенько потрепал её перед тем, как сбросить на землю. Да и приземление вряд ли было для неё мягким, учитывая приличную высоту, с которой она упала.

Устав махать тяжёлым инструментом, археолог отлетел в сторону. Каким образом он парил в воздухе, оставалось полной загадкой. Никаких крыльев за его спиной не наблюдалось.

Впрочем, Лавре впору было бы задуматься над своими проблемами. Пока её уносило дальше от места побоища, Игорь пропал из виду. Вскоре девушка наткнулась на что-то твёрдое и плавучее и поспешила вскарабкаться на неведомый предмет. Продолжать балансировать в воде у неё не хватало никаких сил. Поэтому невесть откуда взявшийся здесь плот оказался очень кстати. Взобравшись на него, она перевела дыхание и с удивлением обнаружила на его поверхности мокрых Марину и Романа. Они казались мёртвыми. К тому же у парня из головы шла кровь.

Лавра поняла, что находится вовсе не на плоту, а на светлой морской раковине, принадлежащей Тритону. Но как на ней очутились ребята? Неужели Игорь спас их???

Лавра пощупала пульс и убедилась, что Холодова и Кривовцов живы. Значит, не всё так ужасно. Она ещё раз взглянула на удаляющийся берег, но уже не заметила в воздухе никаких мантий. Схватка завершилась или переместилась в другое место?

Управлять раковиной было невозможно. Поначалу казалось, будто она двигается строго по течению. Но вскоре Лавра обнаружила, что их потихоньку несёт к соседнему берегу. А ещё через пару минут раковина со спасёнными пассажирами причалила к какому-то деревянному мостику.

Ничуть не медля, девушка перетащила на сушу Марину. Сделать это было не легко. Тело очень ослабло после стольких потрясений, случившихся за один день. Хотелось просто лечь на мокрые доски и закрыть глаза. Так она и поступила, едва удалось вытащить на мостик Романа. Всё, будь что будет, но на большее Лавра уже не способна. И даже если Андрей Дмитриевич или летающая мантия вернулись бы за ней, она не смогла бы ничего предпринять.

Когда сознание вернулось к Лавре, небо начинало светлеть. Она почувствовала, что лежит теперь не на мокрых досках, а на мягкой траве. Голова по-прежнему сильно болела, но руки и ноги подчинялись ей. Девушка приподнялась, чтобы осмотреться, но тут же увидела перед собой бледного Игоря.

Мужчина сидел, держась за голову, и казалось, что ему очень плохо. Кожа у него была нежно голубого оттенка, как у Тритона, а значит, он всё ещё был в своём чудовищном облике. Правда, бороды и длинных седых волос на нём не наблюдалось.

– Вольс, – позвала его Лавра, хотя сама боялась находиться с ним поблизости.

– Я совершил ошибку, – вдруг произнёс он, не поворачиваясь. – Я виноват перед тобой и твоими друзьями. Я монстр…

– Нет, не говори так. Ты спас нас, ты… – она прервалась, подбирая слова.

– Я хотел вас убить, – возразил Селивёрстов, обтирая трясущимися руками свою шею. – Всё то время, что вы отдыхали в санатории, моей целью было изводить вас. Я хотел…

– Я знаю, – сказала девушка и, пересилив страх, подползла к нему. – Марк Франкович рассказал.

– Прости. – Игорь поджал под себя свой дельфиний хвост, словно собрался одним прыжком вернуться в реку. – Я вышел из себя. Я не должен был так поступать с тобой. Но тогда я действительно думал, что это ты и твой приятель убили мою Валенсу. Меня нельзя злить, я быстро вхожу в раж, и тогда меня уже трудно остановить.

– Всё в порядке. – Лавра хотела дотронуться до него, но передумала. Если он так напряжён и даже отвернулся от неё, то лучше не испытывать судьбу. – Такова твоя суть…

– Я зверь.

– Нет, ты человек, – настояла Гербер. – Ты спас жизнь мне и Марине с Романом. Ты не дал Аиде и этому археологу довести до конца свои грязные планы.

– Я всего лишь исправлял свои ошибки.

– Они узнали твой секрет… Дерево Нептуна… Мне так жаль.

– Рано или поздно об этом всё равно стало бы известно.

– Это я сказала Андрею Дмитриевичу про дуб. Тогда я не знала, что Тритон… это ты.

Игорь вновь замолчал, сдерживая дрожь. Он выглядел очень болезненно: хрипел, тяжёло дышал и постоянно чесал жаберные щели на шее. Ему не хватало воды. Впрочем, после надругательства над деревом Нептуна наверняка ему было плохо даже в родной стихии.

– Ты в порядке? – на всякий случай спросила девушка. – Может, я смогу тебе чем-нибудь помочь?

– Уходи, Лавра, – попросил он сквозь зубы. – Тебе нужно в санаторий, нужно всё рассказать следователям.

– А как же ты?

– Я потерял свою любимую, Валенса мертва. И я не смог отомстить за неё. Я не смог поймать археолога…

– С ним расправилась летающая мантия. Ты видел, она появилась там, возле поляны, на которой росло твоё дерево?

– Археолог сбежал, – с гневом произнёс Селивёрстов и ударил по земле кулаком. – Но когда-нибудь он поплатится за свои действия, обещаю. А сейчас я слаб, мне нужно залечить свои раны.

– Останься, мы поможем тебе…

– Ты не понимаешь, я опасен, очень опасен!

– Пусть так, – настояла на своём Лавра и наконец-то коснулась его спины.

Тело Игоря было холодным и дрожало. Он не отстранился от неё, отчего девушка предприняла попытку обнять его.

– Не надо, – попросил мужчина. – Я не человек, Лавра. Я могу жить на суше, но лишь определённое количество времени. Для того, чтобы поддерживать свой организм, мне нужна глубина и источник силы. Я как рыба и в то же время чем-то похож на вас. Я Тритон, думаю, этим всё сказано…

– Подожди, – прикоснулась она ладонью к его холодной щеке. – Ведь ты же Игорь, тот самый Игорь, которого я узнала человеком. И в первую очередь, ты являешься именно им, а не каким-то там Вольсом, как тебя называют. Даже в этом обличии ты продолжаешь оставаться человеком, Игорем Селивёрстовым, которого я…

Лавра запнулась, и Игорь напрягся сильнее, повернув к ней лицо. Вид его был ужасен, а в особенности глаза, которые были пустыми и безжизненными, как глаза утопленника.

– Которого я… – волнительно задышала Гербер, боясь продолжить фразу.

– Не говори этого, – его голос сделался грубым. – Не надо, не говори, прошу тебя. Моё сердце принадлежит Валенсе, она моя самая главная любовь.

– Но…

– Ты молода, умна и храбра, это самые лучшие качества, что есть у тебя. – Тритон провёл тяжёлой рукой по её волосам. – Если ты смогла унять во мне ярость тогда, на глубине, когда я собирался расквитаться с тобою, то это говорит о многом. Ты пробудила во мне сострадание, и лишь благодаря тебе я могу сейчас признаться в этом. Сегодня ночью ты стала моей слабой стороной больше, чем дерево, которое поддерживало во мне силы…

Она улыбнулась, сдерживая слезу грусти. Игорь отодвинул её от себя и, сделав прыжок, исчез в реке. Только всплеск потревожил предутреннюю тишину.

Лавра вздохнула и потёрла озябшие руки. При свете восходящего розового солнца разговор с Тритоном выглядел как сон. Лавра видела колышущуюся воду и думала о нём. Вдруг ей показалось, будто он ждёт её на другом берегу, протягивая свои могучие руки. Мираж то пропадал, то вновь возникал настолько чётко, что Лавра была готова залезть в воду и плыть к нему. Однако разум возобладал над нею. В конце концов, недалеко лежали Марина и раненный Роман, которым требовалась помощь.

Эпилог

Очнувшись в своей комнате, Лавра первым делом задумалась, не приснилось ли это всё ей минувшей ночью. Возможно, ей хотелось, чтобы было именно так, но спорить с действительностью глупое занятие. Сегодня светило такое же жаркое солнце, правда, озорник-ветер гнал по небу редкие белые облака. Июль вступал в свои права, предвещая много тепла, отдыха и туристов.

Сегодня в санатории стоял необычайный шум. Вернее сказать, суматоха была как раз привычным делом в середине сезона, но Лавре сделалось неуютно в такой обстановке. Хотя ей всё равно оставалось провести здесь всего лишь несколько часов до отъезда.

Она спешила попасть в столовую, втайне надеясь, что встретит там Риту. Однако, едва переступив порог вестибюля, Лавра наткнулась на толпу людей, которые оккупировали пост администратора. Пришлось пробираться через них и ежесекундно извиняться, так как девушка умудрялась всё время наступить кому-нибудь на ногу.

Пробравшись к забитому столу, она принялась искать свободные места. Новые постояльцы заехали только утром, но они оказались голодны и расхватали все порции, какие успели принести из кухни. Плохо, что там сегодня работала не Рита, а другая женщина в фартуке, иначе бы Лавре удалось нормально позавтракать. Девушка вздохнула и решила, что лучше переждёт этот ажиотаж где-нибудь в более спокойной обстановке.

Выбравшись обратно в холл, Гербер натолкнулась на новые отряды людей, штурмующих пост дежурного. Валентины Амосовны там не было, а вместо неё недовольных постояльцев пыталась угомонить другая женщина. Лавра в последний раз огляделась и вышла на крыльцо. Но и здесь народу было предостаточно. Все курили, обсуждали ближайшие дни и возмущались окружающим беспорядком. Фонтан был буквально облеплен маленькими детьми, уже успевшими обломать каменным ангелочкам их хрупкие лебединые крылья.

Это зрелище вконец вывело Лавру из себя, и она уже хотела пойти жаловаться кому-нибудь на такой вандализм, как вдруг кто-то окликнул её из толпы по имени. Она сразу же узнала, кому принадлежит этот меланхоличный голосок: огненные волосы, белое лицо, дорогая одежда. Девица помахала ей рукой, подзывая к себе.

– Не думала, что буду так счастлива видеть тебя вновь, – призналась Холодова, щурясь от солнца.

– Взаимно, – кивнула Лавра, озираясь на шумных «туристов».

– Думаю, ты ещё не завтракала, – снова улыбнулась Марина, склонив голову. – Не составишь мне компанию?..

Направляясь к крыльцу VIP-крыла, они обменивались редкими фразами, в основном насчёт намеченного отъезда. Было заметно, что и Холодова не горит желанием оставаться в санатории ещё на какое-то время. После того, что им пришлось пережить, хотелось поскорее вернуться домой.

Зайдя в вестибюль VIP-зоны, Лавра умиротворённо прикрыла глаза, поскольку уличный гул сменился резкой тишиной. Здесь тоже бродили люди, но вели они себя намного приличнее тех, с кем довелось столкнуться в главном здании.

В столовой этого корпуса уже сидело несколько человек, но их было не настолько много, так что студентки смогли спокойно расположиться с краю и начать долгожданный завтрак.

– А где Роман? – поинтересовалась Лавра, изучая обстановку.

– Ах, он сильно пострадал, – вздохнула Марина. – После того, что случилось ночью, у него разбита голова. Марк Франкович отправил его в городскую больницу, так что, как мне кажется, нам придётся ехать без него.

– Бедный мальчик, – взгрустнула Гербер, наслаждаясь ароматом крепкого кофе. – Он даже не знает, что же с ним произошло.

– Боюсь, дело обстоит куда как хуже. Из-за травмы у него началась паранойя. Ему кажется, что Тритон вернётся и покарает его за убитую русалку.

Марина вдруг замялась, будто хотела что-то спросить, но побоялась.

– Что? – потребовала Лавра.

– Я просто не уверена, что сейчас это уместно… Аида, она вправду погибла?..

– Я видела, как она упала с большой высоты. Но вот умерла ли она, я не знаю.

Марина опустила глаза, и лицо её вмиг сделалось тревожным.

– Значит, она ещё может попытаться напасть снова, – предположила она. – Да и этого чокнутого археолога не поймали, да?

– Не надо думать об этих сумасшедших. Они не посмеют больше нас тревожить, их хорошенько напугали.

– Кто? Тритон???

– И Тритон, и кое-кто ещё. – Лавра рассказала ей про вторую летающую мантию и про драку между ней и археологом.

– И кто же это был? Дух Бальваровского? – шёпотом спросила Марина, напуганная такими новостями. – Неужели это возможно?

– Не знаю, – пожала плечами Гербер и решила уйти от этой неприятной темы. – Сейчас я очень хочу домой, там я точно буду чувствовать себя в безопасности. С меня хватит всех этих приключений.

– Ох, бедный Женька, – вздохнула рыжая отличница. – Вот уж, действительно, кому сейчас не очень хорошо. Керк сказал, что подозрения с него по убийству Коваля должны снять, однако его не выпускают из-за пропажи в монастыре Хеста. Как-никак, Аида сказала, что нашла в Жениной сумке строительные инструменты.

– Я подозревала его, – призналась Лавра. – С самого начала… Он даже как-то странно смотрел на меня. Теперь я понимаю, что он скрывал свои секреты.

– С Женькой разберётся правосудие, но, если честно, мне его немного жаль…

– Ты не знаешь, на чём мы поедем? – вновь ушла от темы Гербер. Вспоминать о махинациях Фанелина, об Аиде и Андрее Дмитриевиче ей было больно.

– Понятия не имею. Хотела спросить у Марка Франковича, но до него сегодня не добраться, как, впрочем, и до Керка. Ладно, не думаю, что нам придётся долго ждать.

Не успели они закончить завтрак, как в столовой появилась Валентина Амосовна с непривычно бегающими глазками. Она как раз искала их, делая вид, что просто проверяет работу персонала.

– Знаете ли, машина уже готова, – сообщила она с таким видом, будто желает поскорее избавиться от студенток.

– Мы уезжаем прямо сейчас? – уточнила Марина и радостно вскочила со стула.

– Я хотела предупредить заранее. Сами видите, у нас проблемы с номерами, их не хватает. Так что можете отправляться домой.

Её фраза прозвучала так, как будто их отъезд решит судьбу всего санатория. Хотя ожидать чего-то иного от администратора и не следовало. Женщина ушла, демонстративно приподняв нос, отчего вид её сделался очень напыщенным. Девушки лишь улыбнулись и поспешили в свои комнаты за давно собранными сумками. Им тоже не хотелось оставаться здесь дольше положенного, хотя до окончания срока путёвки ещё оставалось семь дней, и им бы не помешало воспользоваться этим. Ведь они пережили такой стресс!

Вновь пройдя сквозь толпу возмущённых постояльцев, Лавра с лёгкостью взобралась на второй этаж, а затем и в свой номер. Каково же было её удивление, когда она увидела там постороннего человека, который уже вовсю раскладывал свои вещи.

– Кто Вы??? – возмутилась Лавра, наблюдая, как тот отодвигает к двери её сумку.

– А Вы? – переспросил мужчина, будто жил здесь уже несколько дней.

– Вообще-то, это мой номер! – ещё больше удивилась девушка.

– О, меня заверили, что Вы сегодня же съедите отсюда. Так что забирайте своё тряпьё и освободите помещение, я хочу прилечь отдохнуть.

Гербер, возмущённая безграничной наглостью, схватила свою сумку и напоследок хлопнула дверью, которая тут же затрещала и со скрипом слетела с петель. Видимо, после взлома её плохо отремонтировали, отчего она и рухнула на тщательно вычищенную ковровую дорожку. Новый постоялец испуганно замер, глядя на эту нелицеприятную картину.

– Простите, такой вот сервис, – оправдалась она и поспешила к лестнице, пока никто не застал её на месте поломки.

Спускаясь на первый этаж, Лавра подметила фигуру в розовом платье. Это была Рита. Она разговаривала с кем-то по телефону дежурного. Женщина махнула ей рукой, спешно закончила телефонную беседу и засияла улыбкой.

– Неужели ты хотела уехать, не попрощавшись? – спросила женщина.

– Разве можно так плохо думать обо мне?..

– Ты не представляешь, как я переживала за тебя. Все эти случаи, Тритон, привидения, маньяки… Бр-р, даже думать страшно.

– Вы такая суетливая, Рита. Видите, со мной всё в порядке, а главное, я наконец-то уезжаю.

– Жаль, что ты не смогла поладить с этим местом. Здесь на самом деле очень здорово. Между прочим, тебе стоит поговорить с Марком Франковичем на эту тему. Я уверена, он разрешит вам побыть здесь ещё несколько дней…

– Ну уж нет, – решительно отвергла Лавра такое предложение. – Для себя я поняла, что совсем не курортный человек…

Вдруг девушку передёрнуло.

– Подождите, – уставилась она на Риту, – а откуда Вы знаете про Тритона и привидения?

– Я знала гораздо больше, чем ты себе представляешь, – загадочно улыбнулась женщина.

– Но как? Откуда???

– Неужели ты думаешь, что я останусь в стороне, когда мой сын пытался с вами подружиться?

– Что? Какой ещё сын? – Лавра откровенно не понимала, о чём говорит женщина, и это пугало её.

– Игорь, – ответила Рита и вздохнула. – Конечно, нам удалось уберечь его от опасности, но теперь он пропал… Опять пропал, мой славный мальчик.

– Так что же это получается… – растерялась девушка от такого признания. – Но…

– До свидания, Лавра, и береги себя, – добродушно промолвила Рита, явно не желая об этом говорить, и, подмигнув ей на прощание, направилась в сторону столовой.

– Подождите! – крикнула Лавра и побежала за ней. – Вы должны объяснить. Рита, как это возможно?..

Но в столовой Риты уже не оказалось. Скорее всего, она повернула и вышла через служебную дверь. Лавра ринулась туда, придерживая сумку. За дверью оказалась небольшая лестница вниз, а там коридор. В этой части санатория Гербер ещё ни разу не была, поэтому и замешкалась, куда же идти. Где-то впереди скрипнула дверь, и Лавра поторопилась туда. Ну конечно, этот коридор вёл на улицу. Выход был перед санаторным пляжем, Рита часто пользовалась им.

Девушка выбежала во двор и сразу же заметила Марину, стоящую у ворот. Позади неё тарахтела серая «Волга», которая, судя по всему, должна была отвезти их домой. Лавра огляделась в поисках кухарки и, приметив фигуру в розовом возле фонтана, бросилась туда.

На улице было много людей. Новые постояльцы до сих пор не могли решить вопрос по поводу номеров: кто-то приехал рано, кто-то поздно, а кто-то и вовсе надеялся, что мест хватит на всех. Холодова, приметив Лавру, помахала рукой и обратилась к водителю через открытое окошко с какой-то просьбой. Однако дальше Гербер ничего не увидела. Кто-то преградил ей дорогу, и она остановилась, едва не врезавшись в случайного прохожего. Чьи-то руки властно схватили её за локти и притянули к себе, отчего сумка съехала с плеча. Стало больно от такой хватки, но больше всего сделалось страшно, когда она подняла взгляд и столкнулась со знакомыми серыми глазами.

– Рано радуешься, – прошипел зловещий голос, и она почувствовала его свирепое дыхание, – мы с тобой ещё не закончили…

Лавра попыталась вырваться, но его руки держали очень крепко, готовые на всё.

– Мы с тобой ещё поболтаем… на досуге, – продолжил Андрей Дмитриевич с коварной ухмылкой. – Но не здесь и не сейчас! Помни меня, Лавра Гербер, и жди…

Девушка упала от резкого толчка, и волосы закрыли ей обзор. Прокопошившись на земле несколько секунд, она снова посмотрела на злодея, но было поздно – никто не стоял перед ней, как и в других направлениях. Она нервно заметалась, глядя на прохожих, однако так и не увидела его, как ни старалась напрячь слабое зрение. Андрей Дмитриевич пропал столь же бесследно, как и Рита.

– Лавра, Лавра! – склонилась к ней обеспокоенная Холодова. – Что с тобой, Лавра???

Гербер, ещё раз оглядев окружающих, посмотрела на неё и с тяжестью вздохнула.

– Это был он, – прошептала девушка, оттряхивая пыльную юбку.

– Археолог?! – ужаснулась Марина. – Но как, откуда???

Студентки принялись вертеться по сторонам, но всё было тщетно – археолога и след простыл.

– Пошли, – скомандовала Гербер, потянув её за собой к воротам. – Нам надо ехать.

– Но он же…

Марина хотела что-то возразить, однако послушалась, понимая, что навряд ли сейчас можно чего-то добиться в такой обстановке. Она направилась вместе с Лаврой к ожидающему их автомобилю и помогла загрузить её сумку в багажник. Девушки спешно забрались внутрь на заднее сидение и обменялись тревожными взглядами.

– Что он хотел? Убить тебя?.. – не унималась Холодова.

Лавра посмотрела в окно на заполненный людьми двор санатория и пожала плечами.

– Он сказал, чтобы я помнила его… и ждала.

«Волга», издав пару ревущих звуков, тихо покатилась вниз по дороге и вскоре уже вовсю мчалась по мосту, озарённому лучами июльского солнца. Марина и Лавра в последний раз посмотрели на красное здание санатория на пригорке, и машина свернула к безобразным деревьям, унося их обратно домой от неприветливого посёлка Речные Ворота.

Content

Гапарон Гарсаров
Сокровища мёртвого князя

Пролог

Глава 1 Награда для умников

Глава 2 Холодный гроб

Глава 3 Речные Ворота

Глава 4 Прыжок в бездну

Глава 5 Новый подозреваемый

Глава 6 Дерево Нептуна

Глава 7 Нападение красной мантии

Глава 8 О привидениях и духах

Глава 9 Глаза-огоньки

Глава 10 Кровоточащая ветка

Глава 11 Признание и потеря

Глава 12 Не ходите ночью по санаторию

Глава 13 Валенса

Глава 14 Злодейка и гений

Глава 15 Я опасен

Эпилог