Стэлла Брайс

Родной мишка

Глава 1

Доктор заметил движения девушки. Она была осторожной, осмотрительной и не смотрела ему в глаза.

— Новый курьер, — сказал он, скорее утверждая, чем спрашивая.

Ингрид Сандберг кивнула и подтолкнула электронный клипборд для подписи. Чем раньше она уедет из Маунтин Вью Крест тем лучше. Перевертыши ее страшили, а город был полон ими.

Доктор Квинн посмотрел ее имя на бэйджике.

— Доброго дня, Ингрид.

Она вздрогнула, услышав свое имя.

— Спасибо, — пробормотала она.

Был ли он одним из них? Она быстро взглянула вверх и так же быстро отвела взгляд. Лучше не знать. Он был достаточно привлекательным, но вы даже не догадываетесь, что скрывается под внешностью. Ее отец предупреждал ее о перевертышах, и пока она росла по ту сторону горы, она держала дистанцию. Пока ее не отправили по работе сюда… в тот самый город, что она избегала всю свою жизнь. Ингрид потянулась вверх, чтобы заправить прядь волос за ухо. Ее сердце бешено колотилось, когда она развернулась, чтобы уйти. Она не могла уйти оттуда достаточно быстро. Был всего первый рабочий день, а ее направили в Маунтин Вью Крест.

Доктор Джаггер Квинн наблюдал, как уходит девушка. Он чувствовал запах ее страха. Это был не просто язык ее тела. Обоняние медведей было остро и наблюдая за ней, он задавался вопросом, чего именно она боялась. Его? Город? Оборотней в целом?

Он вернулся к своей работе, разочарованный, что их последняя сыворотка не сработала, так как надо было. Это возвращало их к исходной точке. Он тратил всю свою карьеру в погоне за лекарством. Он закрыл глаза и вспомнил лицо своей матери. Для тебя мама.

Джаггер стряхнул с себя грусть, которая охватила его. Годы работы, а они вернулись к исходной точке. Он провел рукой по темным волосам и вздохнул. Он должен отделить аминокислоты и выяснить, что пошло не так, когда лекарство ввели в мышечную ткань. Инъекции, по крайней мере, первые из них, делали свою работу, помогая регенерировать новые ткани, но эта последняя сыворотка, она должна была зафиксировать новый рост и остановить распространение плохих клеток в организме, которые вызывали мутации. Для постороннего человека, звучит как простой процесс, но Доктор Квинн знал, что это может занять годы. Одна эта мысль полностью завладела им.

Он любил копаться в мельчайших деталях, но еще у него были проблемы с концентрацией. Он встал, чтобы потянуться. Его мышцы одеревенели, от долгого сидения. Сняв халат, он сделал полный изгиб, потянулся к пальцам ног, а потом встал и повернул торс. Его широкие плечи и толстые, мясистые руки сгибались с каждым движением. Черная хлопковая рубашка, облепила его тело, подчеркивая его грудь и обтягивая плотную стену мышц. Последнее потягивание, плечи подвигались взад вперед и он был готов вернуться к работе. Или он так только думал.

Курьер проскользнула в его сознание. Он восстановил ее образ, испуганная пышка, и пухлые ручки, заправляющие прядь волос за ушко. Страх…возник от незнания, он был уверен. Он видел такое раньше. Те кто не проживали возле перевертышей, обладали врожденной осторожностью к ним. Он терпеть не мог живущих в обособленном сообществе Маунтин Вью Крест, но это было единственное место, где он мог проводить свои исследование, которые были готовы инвестировать в это. Обычных людей не заботили мед. проблемы и потребности оборотней. Они не хотели, чтобы их беспокоили полукровки или инвестировать свои кровно заработанные деньги в помощь видоизмененному сообществу. И генетические исследования и необходимость лекарств…это было чертовски важно для его вида. Люди возможно и не нуждались в ответах и регенерации, но перевертышам это было необходимо. То, что ранее было генетической мутацией, которая затрагивала 1 из 10000 жизней, теперь же была ближе к 1 из 4000 жизней. Она возросла более чем в два раза, а почему? Он был уверен, что это из-за химикатов, сбрасываемых в воду, которую пили их общество, но без доказательств, без помощи, без лечения, не было никакого решения. Его мать была одной из жертв.

Глава 2

Ингрид почувствовала как сквозь нее пронеслось облегчение, когда она поехала в сторону ворот на свою сторону, открытых в Маунтин Вью Крест. Если бы она не нуждалась в деньгах, то ни когда бы, не взялась за это отвратительное задание, которое отправило ее на другую часть города. Если что, она бы поменялась с кем-то местами, но варианты были на исходе и она взялась за то, что было предложено. По крайней мере, большинство ее поставок были местными, на этой стороне забора.

Она посмотрела на колючую проволоку, окружавшую «другую часть» города, в зеркало заднего вида. Она спрашивала себя, был ли он одним из них. Доктор, которому она доставляла пакет, был похож на любого другого человека, но она понимала, что он не был бы там, если бы не был одним из них.

Ее отец был совсем не рад, что ей придется доставлять посылку туда, но понимал, работа есть работа. Он говорил об оборотнях многие годы, называя их убогими, мутантами и нечистыми. Опасные, еще одно слово, которое он часто использовал. Он знал парня, который знал парня, у которого был кузен, на которого напали годы назад, еще тогда, когда не было колючей проволоки на заборе. К сожалению, семьи стали разделены, люди приходили и уходили, но большинство придерживались своей собственной стороны забора, особенно ночью. Никогда не знаешь, что произойдет в этом городе ночью, когда они рыскали по округе в своих животных формах. Полнолуния же, были еще хуже, по крайней мере, он так слышал.

Трудно было себе представить, как исследователь превращается в дикое животное. Ей было интересно, какой была его другая форма. Наверное, лучше об этом не думать. Вероятно, он был чем-то большим и сильным. По крайней мере, если судить по его широким плечам и размерам. Она стряхнула его силуэт из сознания, хотя любопытство обвило ее мозг и выключило. Это был первый раз, когда она общалась с одним из его рода.

Отец удерживал ее в стороне от них столько, сколько мог все эти годы и, на основе его рассказов, небезосновательно. А ее мать, ну, она потеряла мать от загадочной болезни много лет назад, чтобы помнить. Ее отец все еще говорил о ней с грустью в глазах. Он мог быть немного властным время от времени, даже чересчур, но он хотел как лучше.

Одна ее часть была очарована, а вторая напугана. Она была уверена, что чувствует к этому месту, но понимала, что по работе вернется назад. Она лишь не думала, что этого будет уже на следующий день. Когда она получила свой график доставки, желудок свело. Может быть, все будет хорошо. Просто привыкнуть к этому еще рано, пыталась убедить себя она, но когда дело дошло до основ, это ее забеспокоило.

Глава 3

Доктор Квинн ждал курьера. Он учуял ее приближение. Его острый нюх оставался с ним, даже в человеческом облике. Джаггер повернулся лицом к двери, когда она постучала и ожидала его ответа.

— Войдите, — сказал он, теперь обратив внимание на девушку, когда она осторожно прокралась через комнату к нему.

Она избегала зрительного контакта. Движения ее были скованны, язык ее тела был непроницаемым и сдержанным. Он почти мог видеть, как она сдерживает дыхание.

— Ингрид, как приятно видеть Вас снова, — протянул он.

— Спасибо, — просто получить подпись и выбраться отсюда. Ее сердце неистово забилось в груди. Она осмелилась взглянуть вверх. Он выглядел как любой другой мужчина. Как мужчина, который живет по соседству…только сексуальней, сильнее, больше. Ее глаза снова опустились. Было не очень вежливо так пялиться. Она и не заметила, насколько он привлекательный, в прошлый раз. Она не ожидала, что у нее проскочит такая мысль. Ингрид с трудом сглотнула и протянула ему электронный клипборд для подписи, после того, как поставила пакет, на прилавке рядом с ним.

— Ингрид, — спросил он, — чего Вы так боитесь?

— Что? — она была застигнута врасплох. Он учуял ее страх. Никогда не давай им узнать, что ты боишься, вспомнились ей слова предупреждения отца, если должна будешь встретиться с одним из них. Она пыталась поддержать мужество, но вместо этого ее рука задрожала.

Джаггер смотрел на ее пухлые, короткие пальчики-колбаски.

— Не привыкли быть среди нашего рода?

Она уставилась в пол и покачала головой.

— Простите, — извинившись за свою неуклюжесть, она понадеялась, что не обидела его. Она не могла себе позволить потерять новую работу.

— Я не собираюсь съесть Вас на ланч, — сказал он с улыбкой, надеясь, что это сломит лед.

Она кивнула. Пыталась найти свой голос, но он потерялся. Она просто кивнула и прошептала.

— Хорошего дня, — после того, как он подписал.

— Подожди, — крикнул он ей вслед.

Ингрид застыла. Он встал и подошел к ней. Мурашки побежали вверх по рукам, волоски на затылке встали дыбом. Он был сильным и большим.

— Здесь Вы в безопасности, — заверил он ее. — Знаете ли Вы, что самый большой страх, основан на незнании? — он кружил вокруг девушки, застывшей на месте, ее ноги будто приклеились к земле. — Знание — сила. — Закончил он. Подойдя к двери, он открыл ее для девушки.

Она не хотела замечать его мускулы под белым лабораторным халатом, но едва ли смогла сдержаться. Она заставила ноги ступать вперед. Сев в машину, она стиснула руль и перевела дыхание. Чего именно она боялась? Она опасалась за свою жизнь? Или что увлечение приведет ее к дороге, по которой не стоит путешествовать. Он был грубым и сексуальным. Она не ожидала такого.

Доктор кружил в голове весь день. Она негодовала, что его сила и мощь заинтриговала ее. Она ненавидела, что хотела протянуть руку и прикоснуться к его мускулистой руке, в безопасности своего воображения. Она чувствовала себя грязной.

Отец предупреждал ее об опасных полукровках. И еще…то как ее тело реагировало, когда он кружил вокруг нее. Адреналин со страхом, смешанные с притяжением какого-то загадочного афродизиака, который оставил ее потеющую и задыхающуюся в постели, когда она потянулась вниз, чтобы коснуться себя под одеялом. Она никогда не фантазировала о перевертышах до этого. Это было непристойно, негативно и безнравственно. И все же, сладкий оргазм, которому она отдалась в ту ночь, заставил ее желать большего.

Глава 4

Джаггер покинул исследовательский центр позже, чем обычно. Очередное тестирование оказалось в тупике. Он махнул рукой Каю и Мэтту Страйкерам, когда те прошли мимо, патрулируя город. Ему нужен был непрерывный, дурманящий бег. Он думал, что был «так близко», но снова его ответы были не теми. Ему снова придется отступить. Почему? Что было не так? Что, черт возьми, загрязняло их воду, из-за чего сыворотка разрушалась, прежде чем та могла активно заработать?

Его шаг был собран, мысли жужжали. И то, что его какое-то время беспокоило, отступило сейчас. Одна нога впереди другой, бедра стремятся двигаться быстрее, чем могло вынести его человеческое тело. Он позволил себе опуститься в облике медведя и, оттолкнувшись, теперь рвался вперед, издав ворчание, его ноги были мощными и свободными. Ничего не существовало в мыслях, просто чистая радость от бега.

Когда он израсходовал всю свою энергию и готов был вернуться к своим мыслям, то направился домой. Он уже давно ездит на работу и обнаружил, что лучше было потратить это время на бег или велосипед. Бег всегда было его первым выбором. Это очищало мысли, как ничто другое.

Потный и уставший, удовлетворенный физической нагрузкой, Джаггер направился в душ, чтобы вернуться в свою человеческую форму. Расслабленный после душа, он взял еду, журналы и плюхнулся на диван. Если бы он вернуться назад по своим записям, то может быть, нашел бы, что пропустил.

Только внимание быстро мелькало вдали, и то, что пробралось на его место, была полненькая, фигуристая курьер по имени Ингрид. Ее мягкие, округлые бедра, пухлые губы, полные щечки и то, как ее глаза метались по сторонам, чтобы не смотреть на него…все привлекало его. Он бы соврал, если бы сказал, что не нашел ее детородные бедра и большие округлые груди привлекательными. Было что-то в ее застенчивости, ее природной осторожности, что вызывало в нем защитный инстинкт. Ему нравилась ее женственность. Каждая мысль летела дальше. Он внес ее образ в картотеку в мозгу. Его тело отреагировало на вид, его член налился кровью и явно очертил трусы. Хитрая улыбка скользнула по его губам, при мысли взять ее сзади, быстро, жестко, прежде чем стук вытащил его из сладостных мечтаний.

Эх, в любом случае, он должен работать. Он встал и натянул джинсы, прежде чем пойти к двери, его эрекция стала меньше. Это были парочка детей из Вилдернесс Скот Парк, которые собирали средства, продавая смесь фруктов и орехов. Он улыбнулся детям и купил несколько пачек, прежде чем отправить их дальше.

Он мог быстро передернуть…но момент был упущен. Он провел остаток ночи, обыскивая старые журналы, выискивая хоть что-нибудь, что даст ему подсказку о том, где он ошибся. Его уравнения были правильными, но все равно вели неравный бой с мутацией изменяющей форму. Джаггер бросил последний журнал через всю комнату, расстроенный, что не нашел ничего, что помогло бы ему. А что если все зря? Зря потраченное время, зря потраченные усилия, и он, в конце концов, ничего не мог сделать? Нет. Он отказывался в это верить. Он мог не найти ответ сегодня, но в один прекрасный день, он достигнет достаточных успехов, чтобы по крайней мере остановить его в своей жизни. А если он сможет устранить ущерб…его мысли снова понеслись в ста направлениях. Его руки едва поспевали за мыслями, когда он писал в новый журнал. Что если он…и…

Когда взошло солнце, он все еще был на диване, его блокнот и ручка упали на пол, а его тело было наполнено истощением. Он любил комфорт, написанный старой школой. Он занесет свои примечания в лэптоп позже, но работая с уравнениями, он обнаружил, что его мозг работает лучше в этом направлении. Он встал и потянулся, жалея, что спал не в своей кровати, а на диване.

Он проснулся позже, чем обычно, после быстрого завтрака и уборки, он направился на работу. Он держал запасную одежду там, поэтому после пробежки, Джаггер принял быстрый душ и надел свежую одежду. Он предпочитал свободу своего медвежьего тела, не обремененного одеждой, но из-за того, что люди приходили из города, была необходима одежда, несмотря на то, что оборотни не были встревожены наготой, как люди.

Он успел выскочить за дверь раздевалки и взойти на большую горку. Его мускулистые берда успели получить хорошую растяжку, когда автомобиль выехал из-за угла, приближаясь слишком быстро. Там нажали на тормоза и быстро вывернули руль, он был на волоске от удара. Водитель вышла из машины, паникуя и понимая, на волоске от чего она была. Она замечталась, потерялась в мыслях…и вошла в поворот слишком быстро…это ее вина.

— Я так сожалею, — сказала она, выскакивая из машины. — Вы в порядке? — мужчина повернулся, чтобы посмотреть на нее. Узнавание было мгновенным. — Это Вы, — ее рука метнулась ко рту, осознавая, что почти сбила мужчину, о котором фантазировала всю ночь.

— Какого черта? Ты должна быть осторожнее, — зарычал он от злости. — Ты могла сбить меня.

— Я сожалею, — пробормотала она снова.

— Ингрид, постой, — он понял, что сорвался на нее из-за расстройства. — Пожалуйста, езди здесь осторожнее. — Сказал Джаггер. Он знал, что она ошиблась, но и девушка явно поняла это, и она уж слишком нервничала в этой части города. Ему не нужно было подкармливать ее тревогу.

Она кивнула, не знала что сказать. Стыд нахлынул на нее. У нее была привычка отводить ногу при вождении. Она любила адреналин быстро гонки.

— Я должна идти. У меня посылка, — она снова стала той застенчивой, испуганной девушкой, которую он видел в офисе ранее.

— Постой! — это было глупо. Она боялась оборотней, но до сих пор, образ, как он трахает ее ночью на диване, его примитивные желания тела преодолели его здравый смысл. — Поужинай со мной, — это не было вопросом. Это было больше похоже на утверждение.

Смятение отразилось на ее лице. Она подняла бровь, не уверенная, что думать, не зная, как реагировать. Она не ходит на свидания…с оборотнями. Полукровки были, ну…по словам ее отца, не такими как все. Только ее либидо говорило ей совсем другое.

— Что?

— Ужин. Поужинай со мной сегодня вечером.

— Ты спрашиваешь об этом каждую девушку, которая почти ударяет тебя машиной? — она нашла ее находчивое замечание забавным и усмехнулась.

— Тех, кто ударяют меня, я ем на ланч, — задумчиво пробормотал он, поймав ее врасплох.

Ингрид не смогла скрыть своего шока, а потом хихикнула, когда поняла, что он шутит. Он ведь пошутил, правда? Он на самом деле не ест людей, верно? Боже, она надеялась, что не ест.

— Итак, я заеду за тобой в семь. Мне нужен адрес или я могу встретиться с тобой где-то. Хотя я бы предпочел адрес; я джентльмен.

— Я не могу… — она запнулась, прежде чем остальные слова вырвались наружу. Я не могу пойти с перевертышем, моя отец убьет меня. И это немного странно, встречаться с кем-то за пределами вашего вида?

— Не можешь или не хочешь? — бросил ей вызов Джаггер.

Ингрид чувствовала себя загнанной в угол. Она не хотела увиливать, как некоторые предвзятые придурки.

— Ладно, да, ладно. Я могу встретиться с тобой где-то, — что она говорит? Это неправильно. Она не могла посмотреть ему в глаза. Не после ночи, не после того, что она делала. Она боялась признаться, что она привлекала его, это, хмм…его. Оборотня? Она чувствовала себя глупо.

— Я заеду за тобой, — решил он.

— Что? — она в шоке остановилась. Но ее отец. Она быстро успокоила себя. Нельзя сказать, что он оборотень, лишь взглянув на него. Ему и не нужно знать. Ее сердце ускорило бег от этой мысли. Губы сложились, чтобы сказать «нет», но произнесли «окей». Что только что произошло? Это ошибка. Возьми слова обратно, возьми их обратно. Ее сердце подскочило к горлу, не давай произнести ни слова. Влажность между бедер сказала ей, что она хотела бы провести больше времени с ним. Он был самым красивым парнем…эм…оборотнем, парнем, неважно, она положила на него глаз.

Джаггер улыбнулся и ждал, когда она скажет свой адрес. Когда она не спешила рассказать ему, он стал беспокойным.

— Твой адрес, Ингрид, — сказал он твердо.

— Верно, — она глубоко вдохнула и выпустила воздух между сжатых губ. Опираясь на машину, она порылась в сумочке и вытащила клочок бумаги и ручку, чтобы записать его. Она быстро протянула руку ему, прежде чем успела передумать. Это была самая волнующая вещь, что случалась с ней, даже если она панически боялась встречаться с мужчиной, который имел способность превращаться в зверя. Она слегка покраснела, ее щеки зарумянились, девушка побежала обратно к своей машине. — У меня есть посылка, — добавила она.

— Ужин. В семь. Увидимся вечером, — Джаггер наблюдал, как она уезжает.

Ладони Ингрид вспотели, когда она стиснула рулевое колесо слишком плотно. Это на самом деле произошло? Она сказала «да»? Широкая улыбка расползлась по лицу, а потом быстро слетела, когда реальность ударила ее. Она просто сказала «да»…оборотню. Ее отец будет в ярости. Он называл их полукровками, говорил ей, что они нечестивые и говорил, что они не могут контролировать себя. И все же, Доктор Квинн, казался достаточно нормальным человеком. Конечно, она видела его лишь в человеческой форме. И едва ли пару мгновений…и это было ошибкой. Она паниковала. Что заставило ее сказать «да»? Глупая, глупая, глупая. Она ведь едва знала его.

Глава 5

Джаггер схватил брюки и натянул их. Ему нужно удерживать свои мысли от ее плодородного и округлого тела, или его штаны из мягкого материала не скроют возбуждение. Когда он смотрел на нее, как она пахла, как ходила…его член начинал подниматься снова, эрегируя, при мысли о вонзании в нее. Контуры его толстого члена были видны сквозь серую шерстяную ткань его штанов. В действительности, он удержит его в штанах и будет идеальным джентльменом, но его мысли были приватными и он позволил себе такое удовольствие.

Джаггер закончил одеваться и проверил время. Он подхватил листок с адресом Ингрид и направился к ее дому. Въехав на свободное место на подъездной дорожке, он оглядел окрестности. О них хорошо заботились, аккуратно подстриженные лужайки, хотя были и другие украшения кроме травы. Знакомый ему красный автомобиль стоял здесь; тот, который чуть не сбил его по пути на работу в это утро.

Джаггер вытянул длинные ноги перед собой. Встав, он быстро потянулся и направился к входной двери. Один быстрый звонок в дверь и за считанные секунды та распахнулась. За ней стоял мужчина с дробовиком, направленным прямо на него.

— Ты думаешь, у нас нет данных с вашими полукровьими именами? — выплюнул он, передернув затвор дробовика, что дало понять, он не шутит. — Я не хочу видеть твой вид рядом со своей девочкой, ты понял? А теперь, ты медленно повернешься, вернешься в машину и поедешь обратно в сторону своей части города, тогда у нас не будет проблем. Иначе, я отошлю твою голову таксидермистам для чучела. Уверен, что она будет фантастически смотреться над моим камином. — Он посмотрел ему прямо в глаза.

Джаггер оглянулся, но знал, не стоит возиться с его видом, расистом, испуганным засранцем, видом который делал предположения насчет оборотней. Многие из таких, были известны как «сначала стрелять, а задавать вопросы потом».

— Папа! Нет! — выкрикнула Ингрид из-за него, как только спустилась с лестницы.

Джаггер не двигался. Он посмотрел на мужчину. Наконец, поняв, что это не стоит его жизни, он повернулся, чтобы уйти.

Отец Ингрид медленно опустил дробовик, видя, как полукровка отвернулся.

Потребовалось все в Джаггере, чтобы не развернуться и не наброситься на него. Он знал, независимо от того, насколько сильным он был в медвежьей форме, свинец есть свинец, а ружье это ружье, и сумасшедшему от страха человеку нельзя доверять.

— Доктор Квинн, подождите, — крикнула Ингрид и побежала за ним.

— Ингрид, верни свою задницу обратно в дом, — сказал он, его голос вспыхнул от гнева. — Итак, помоги мне, я не хочу, чтобы ты встречалась с какими-то полукровками медведями.

Он не дурак. В ту секунду, когда он пронял, что его дочь идет на свидание, и получил имя, он провел поиск. Не было секретом, что существует база данных перевертышей. Она существовала для городской безопасности. Им нужно было знать.

Медведь. Сердце Ингрид пропустило удар от паники, услышав слово медведь.

— Ты не можешь диктовать мне, с кем встречаться. Я взрослая женщина, — ответила она резко отцу.

— Почему это черт возьми нет. Пока ты живешь в этом доме, ты будешь следовать моим правилам. — Его дробовик снова прицелился на мужчину.

Джаггер повернулся к Ингрид и увидел направленный на него дробовик. Она была не пути пули, если он спустит курок. Гнев пронесся сквозь него. Он хотел избить мужчину, поднять его, рвать его, кромсать его на куски, но он удержал это внутри, принуждая медведя оставаться в себе. Не здесь, не сейчас. Становилось все труднее, удержать его внутри…рычание рвалось изнутри него. Превратившись в рев, он взревел и зарычал на мужчину, но держался на расстоянии. Он знал, что тот не выстрелит. Его дочь была слишком близко.

Ингрид застыла, ее глаза стали такими большими. Голова ее поднялась вверх, чтобы посмотреть на него…это не было шуткой. Он действительно оборотень. Настоящий медведь. Джаггер отвернулся, когда увидел страх в ее глазах. Он глупец, что попытался быть социальным посредником и изменить девушку, которая боялась оборотней, и дать ей увидеть, что они могут быть кем…он чертов медведь. Он не мог изменить свою первобытную природу. Он не мог изменить свои родственные узы. Кто он такой, что бы пытаться принести понимание женщине, которую едва знал? Он покачал головой и сел в машину. Отъезжая, он полностью сосредоточился, чтобы оставаться в человеческой форме.

Подъезжая к дому, он вырвался из машины и бросился в лес. Ему нужно бегать, царапать дерево, издавать сотрясающий землю рев. Это нужно было ему, чтобы выразить все то разочарование, которое росло в нем. В этой форме, он мог владеть лесом, реветь в ночь со злобным оскалом, бить об землю и выпустить агрессию.

Последнее, что он ожидал увидеть, когда успокоился и направился домой, это была Ингрид, сидящая на его крыльце.

Она выглядела потрясенной. К счастью, он вернулся в свою человеческую форму, прежде чем покинуть лес. Это бы испугало ее. Он был рад, что сделал это. Иногда он не превращался обратно.

— Что ты здесь делаешь? — Джаггер если честно, не имел интереса к этому месту, но здесь была она.

— Доктор Квинн, я хотела извиниться за своего отца, — она опустила голову. — Так меня воспитывали. — Сказала она смущенно. — Я просто…я чувствовала себя гадко, от того, что он сделал.

— Возвращайся в свой собственный мир, Ингрид, — он был не в настроении.

— Я думала, ты пригласил меня на ужин.

— Действительно? — он покачал головой. — Ты действительно ожидаешь, что я пойду после всего этого? Мне не нужны такие драмы в жизни. Я исследователь. Я живу спокойной жизнью.

— Верно, — она встала, чтобы уйти. Ее внутренности содрогнулись, когда она устыдилась, того что было ранее. — Я не хотела этого, — она наконец-то пошла к машине. — Я просто не знаю другого.

Джаггер вздохнул.

— Не хочешь войти? И прекрати называть меня Доктор Квинн. Зови меня Джаггер, — она сделала усилие и пришла извиниться, ей не нужно было это. Это ее отец мудак разозлил его.

— Может, попробуем завтра заново, — предложила она.

— Завтра это будет не сильно умно. Красная луна, — начал он, я потом замолк.

— Красная луна?

— Я перестану быть собой, — только так он мог ответить.

— Ты будешь… — начала она вопрос, боясь услышать ответ.

— Да, — не было стыда, в мире Джаггера перевертыша.

— Когда ты превратишься, ты сделаешь мне больно? — любопытство росло в ней.

— Нет. Я по-прежнему буду мыслить человечески. Я просто более первобытный и… — он сделал паузу, — некоторые вещи, я меньше могу контролировать. Плотские позывы, — сказал он, глядя ей в глаза.

Ингрид сглотнула.

— Как… — прошептала она.

— Секс, — он отвел взгляд. — Мы становимся необузданными на красную луну. Несколько ночей, мы не можем себя контролировать. Инстинкты слишком сильны. И природа берет свое. Это не та ночь, когда человеку лучше быть здесь.

Она не могла отвести взгляд от него. Это было так бесстыдно, говорить открыто о сексе.

Он наблюдал за ее реакцией. Ее дыхание стало прерывистей. Он вдохнул ее запах, она была возбуждена. Это было не хорошо.

— Ты должна уйти, — сказал он. Его медведь хотел выйти. Он хотел… — Иди. Ты должна уйти.

— Но, — она почувствовала, что застряла. Часть ее боялась, а другая жаждала узнать больше об этом странной мужчине. Она тянулась к нему и не могла это объяснить.

— Ингрид, это не лучшее время, — Он сжал руки в кулаки, пытаясь сфокусироваться.

Ингрид посмотрела вниз, его член был твердым. Она с трудом сглотнула. Он был возбужден. Он не отсылал ее подальше, из-за того что зол. Он говорил ей уходить, потому что возбужден и боится, что не сможет контролировать себя. Ее мысли бегали слишком быстро. Она не могла угнаться за ними.

— Ингрид, пожалуйста, уходи, — потребовал он. Если она останется, это перевернет все внутри него, что сдерживает первобытную нужду. Ее изгибы, ее мягкое тело, ее великолепное лицо…его член пульсировал, налитый кровью и затвердевший.

Ингрид снова посмотрела вниз. Она увидела очертания самого большого члена, какой она, когда-либо видела раньше. Ее сердце громко билось в ушах, ее глаза были устремлены не него. Он знал, куда она смотрит. Смущенная, она хотела отвернуться, но не могла.

— Тебе не нужен медведь в своей жизни. Ты должна уйти, — он был благодарен, что до красной луны еще целая ночь. У него были бы проблемы, если бы она стояла перед ним в Красную луну.

— Ты не знаешь, что мне нужно, — ее слова вылетели, прежде чем она смогла остановиться. Ее щеки вспыхнули багровым цветом, от неловкости, что сказала это вслух.

— Мне не нужен человек в моей жизни, — сказал он, фиксируя проблему.

Она шагнула ближе.

— Ты пригласил меня на ужин, — откуда взялась эта смелость?

— Это была ошибка, — ей нужно уйти отсюда. Запах влажности между ее ног, ее возбуждение делало с ним такое, что он не будет способен удерживать контроль. Он хотел изнасиловать ее тело.

Неуверенно, она протянула руку и коснулась его руки.

— Ты не знаешь что делаешь, — предупредил он. Он наблюдал за ее движениями.

Любопытство Ингрид вскипело, вытеснив страх.

— Ты не сделаешь мне больно, не так ли?

Он покачал головой.

— Нет. Я не жестокий мужчина.

— Ты жестокий медведь? — сказав слово медведь, ее адреналин подскочил выше, понесся дальше по ее венам, в отличие от всего, что она, когда-либо чувствовала раньше.

Он отвернулся и сказал свою правду.

— Только когда меня загоняют в угол.

Ингрид облизала губы и опустила руку, понимая, что играет с огнем. Она хотела его, как он хотел ее. Она видела это в его глазах. Ее изгибы были более пышными, но его, кажется, не волновал ее размер, в отличие от других парней, которых она знала. Он не стеснялся своего страстного желания. Он не спешил прикрыть свою эрекцию и не отворачивался. Он просто предупредил ее, чтобы она ушла…потому что хотел ее. Только это заставило Ингрид пылать, знание, что он вожделеет ее тело. Она никогда не испытывала такой необузданной сексуальности прежде, открыто и смело.

— Ты должна уйти, — сказал он снова.

Она посмотрела вниз на его член, а потом обратно на лицо.

— А что ты будешь делать с этим?

Он покачал головой.

— Не начинай того, что не сможешь закончить. Иди домой, Ингрид.

Слова жалили. Но он был прав. Она понятия не имела, что делать с этим. Мысль, что он наполовину человек, на половину медведь пугала ее и так очаровывала. И все же, то, что сказал отец, накладывало отпечаток тоже. Но она стояла, яростной привлекая мужчину, который был способен превращаться в зверя. Что делать девушке? Она заправила прядку волос за ухо и подарила ему застенчивую улыбку.

— Я вернусь, завтра к обеду, — это даст ей время подумать. Она могла снова вернуться, но мысль о сексе с невероятно сексуальным мужчиной, да, это слишком тяжело, чтобы уйти. Никто и не говорил, что она святая.

— Это будет не разумно, — закончил он.

Она проигнорировала его слова и помахала через плечо.

— До завтра, — сказала она.

С усмешкой, он мог видеть, как она плавно двигает бедрами, лишь немного больше, чем обычно. Впервые за очень долгое время, она почувствовала себя хорошо в своей коже. Ему, очевидно, понравилось то, что он видел, так что она красовалась перед ним.

Сев в машину, ее сердце подскочило к горлу.

«Я не могу поверить, что только что сделала это. Святая корова».

Она старалась удержать свое остроумие при себе, когда она уезжала и выдавила небольшой смешок. Она была на высоком пике момента.

Глава 6

Она не хотела ехать домой. Ее отец по-прежнему будет сердиться и ругать ее, что она привела перевертыша к их двери.

Эти шелудивые дворняги, грязные звери и не в состоянии контролировать свои первобытные стремления.

Он был отвратителен, она даже обдумывала свидание. Черт возьми, он набросился на нее, когда Джаггер Квинн уехал, это было впервые, она действительно слышала его разговор. Она слышала предрассудки в его голосе, стереотипы и чушь извергалась…на основе чего?

Ее желудок нервной дернулся, от понимания, что ее собственный отец реально не защищал ее, он думал, что защищает свою чистокровную линию крови. Он не хотел, чтобы полукровки бросили тень на его семью. Слова звенели, когда он изрыгал все больше и больше, в запале, гневе, и вопя после инцидента с дробовиком.

Ингрид открыла глаза и увидела невежество. Это было как горькая пилюля. Она никогда даже не давала перевертышам шанс на успех. Ей промыли мозги, и она верила во все эти вещи о них всю свою жизнь. И все же, теперь она спрашивала себя почему…. почему она им верила? Она верила в отца; что он любит ее и присматривает за ней. Но было ли это из-за того, что он застрял в прошлом? Не похоже, что он общался с ними, поэтому он не мог знать их хорошо. Это сбивало с толку. Было ли исчезновение ее слепоты вызвано страстью или это из-за взросления и то, что она мыслила сама?

Ей нужно было знать. Почему была эта слепая ярость? Ингрид, наконец, поехала домой, потому что больше некуда было идти. Ее отец ждал ее, с отвращением на лице.

— Собирай свои вещи и уходи, — сказал он так спокойно, как только мог. Его глаза были красными, как если бы он плакал, хотя выражение лица было холодным.

— Папочка? — она стояла, ошеломленно молча и уставившись на него. Говорить было тяжело. Она подавилась слезами, пытаясь подобрать слова. — Папочка, скажи мне, почему…,- это было все, что она смогла сказать.

Он отвернулся от нее.

— Ты точно ребенок своей матери, — сказал он холодно.

— Что?

— Просто уходи.

— Папочка? — она была сбита с толку его изменением.

— Твое место с ними.

— Я не понимаю, — она упала на диван. — Папочка, поговори со мной.

Он покачал головой.

— Я пытался держать тебя в безопасности, но ты предала меня, как и она.

— Папа, это не имеет смысла, — ее голова кружилась после событий ночи.

— Ты не моя. Ты принадлежишь к Маунтин Вью Крест, как и остальные из них. Твоя мать, она изменила мне. В тебе нет моей крови, — он отвернулся.

— Но я не оборотень, — начала она. Голова ее кружилась. — Я всего лишь человек.

— В тебе их кровь. Я боялся сначала, но ты никогда не превращалась. Я понял, что даже если ты несешь в себе их гены, ты не превращаешься. Твоя мать…она…она сбилась с пути. Я солгал в документах о рождении и записался как твой биологический отец, поэтому это не отображается в городском архиве.

— Но ты остался с ней? — Паника пронзила ее голос.

— Она была беременна, что я должен был сделать? Оставить ее воспитывать ребенка в одиночестве? Он не был рядом. Я любил ее. Я любил ее всем сердцем, даже после того, что она сделала.

— Откуда ты знаешь, что я не твоя? — она была в шоке.

— Она забеременела до того, как мы поженились. Она не знала кто отец. Я сказал ей, что воспитаю ребенка в любом случае, потому что хотел, чтобы она была в моей жизни.

— Я могу быть твоей… — начала она.

— Нет. Мы проводили ДНК тест, — сказал он, опуская голову. — Мы отправились за город для этого, так что это тоже не появилось в местной регистре.

Этого было слишком много. Все произошло слишком быстро, слишком. Это была та информация, которую она не хотела знать. Ну, она хотела знать, но не так, и почему это случилось именно сейчас? Почему все годы спустя? Рассказал бы он ей когда-нибудь? Ее мысли кружились вокруг вопросов, не в состоянии в них разобраться.

— Ты выгоняешь меня?

— Мне не нужно чтобы соседи знали, — он отвернулся. — Слушай, я люблю тебя, Ингрид, но здесь существует неприязнь к видам из Маунтин Вью Крест. Я не могу позволить оборотням появляться у моей двери. Люди начнут судачить.

— Воу, — она была ошеломлена. Уязвлена. Сердита. Разбита. Что теперь?

Глава 7

Она села в машину, ее чемодан стоял на сидении рядом с ней, ей некуда пойти. Она на ночь остановится в гостинице, а все остальное будет решать позже. Она не могла повернуть ключ в замке зажигания. Ингрид тряхнула головой. Ее руки сжали руль так, что побелели костяшки, она склонила голову на них. Это было неправильно.

Она вышла из машины и сделала глубокий вдох. Подошла к дому, из которого только что вышла.

— Папа, — сказала она, снова заходя в гостиную, где он сидел неподвижно. — Это не правильно. Прошу, не прогоняй меня. Ты любил меня всю мою жизнь. Почему ты выгоняешь меня сейчас? Почему бы не принять этот факт и оставаться со мной. Для этого нужно мужество, сила и любовь. Почему ты сейчас выгоняешь меня с ненавистью? — она была сломлена.

Он взглянул вверх, лицо его дало слабину.

— Я не ненавижу тебя. Я спасаю тебя. Если ты останешься здесь, и люди узнают… — он отвел взгляд. — Ты должна отсюда уйти.

— Тогда пойдем со мной.

— Это мой дом, Ингрид. Мое место здесь.

— Это место было и моим домом всю мою жизнь, и теперь ты хочешь, чтобы я покинула его, — она не могла переварить эту информацию. Это подавляло.

— Ингрид, ты взрослая, совсем взрослая женщина. Пришло время расправить крылья и вылететь из гнезда.

— Не так. Не из-за боли. Уход мог быть из-за того, что я хочу что-то изучить или быть независимой, не из-за какого-то секрета. — Она хотела бороться с причиной, но у него осталось сил бороться с этим.

— Пришло время, милая. Моя жизнь здесь. Я приду навестить тебя, но это лучше для тебя, чтобы ты двигалась вперед. — Боль в его голосе наконец-то прорвалась, показывая истину. Он боялся…боялся за себя, боялся за нее. — Если ты изменишься в какой-то момент, если твое животное выйдет когда-нибудь…я бы не хотел рисковать тем, что могут сделать соседи.

— Мое животное? — она сглотнула. Она должна знать. — Кем был он…тот другой мужчина?.. — она ненавидела то, что снова вызвала боль его прошлого, но она имела право знать. Как она вообще ничего не знала так долго? Это казалось таким нереальным.

— Волк, — сказал он, почти выплевывая слова. Она знала, то, что мать его предала, задело его больше, чем тот факт, что это был волк. Он обожал ее, но всю свою жизнь, каждый раз, когда он смотрел на Ингрид, он вспоминал о том, что сделала ее мать. — Пора уходить. Я откладывал деньги в экстренный фонд для тебя. Я пришлю тебе информацию позже, — он отвернулся. — Ты не можешь больше жить здесь.

Глава 8

Луна была высоко в небе, а солнце светило позади нее, луна отбрасывала редкое, красное свечение. Красная луна вызывала хаос, разрушений и первобытные желания.

Крепкое тело Джаггера трансформировалось, его медвежья морда становилась больше, зубы становились длиннее, лапы стали массивнее, а тело стало принимать знакомые формы, которые он хорошо знал. Мощный и сильный, он бросился в ночи, выискивая пару. Его плотские желания были слишком сильны, чтобы их удерживать. Лунное обольщение взывало к нему. Земле — сотрясающее, он ревел в ночи, позволяя своему зверю освободиться.

Джаггер несся через лесистую часть города, выискивая сущность, тело, пару и прежде всего, освободиться. Только то, что он нашел, неудовлетворенность и обеспокоенность ночью, было, как правило, свободен — для — всего — первобытного, и грубого, он не мог представить, что не прав.

Он зашагал через лес и по улицам, пока не оказался у своего дома. Она сидела на его ступенях, так же как и до этого.

Глаза Ингрид широко открылись, когда она увидела, как медведь подходит к дому. Она бросилась в машину и закрыла дверцу на замок. Знать об оборотнях и увидеть их в лицо это две очень разные вещи. Ее тело дрожало, когда она опустилась на сидение автомобиля, надеясь, что он не подойдет ближе.

Джаггер превратился обратно в человека, увидев, как девушка бежит к своей машине. Он испугал ее, хотя этого не было в его намерениях. Он не ожидал ее. Стряхнув своего зверя, он подошел ближе к машине.

— Ингрид, все безопасно.

Она приоткрыла немного окно и заговорила через стекло.

— Я не знаю, куда идти или что делать.

— Ты не должны быть здесь сегодня. — Ответил он. Его неудовлетворение и беспокойство, что росло в нем начало медленно угасать. Он знал. Он не хотел, чтобы это была она. Но знал. Это была она. Она была той, кого он хотел. И все же…он не мог играть с ней. Не сейчас. Не сегодня из всех ночей. Его похоть спустилась бы с привязи, она не поймет.

— Мне нужно с кем-то поговорить. Я надеялась, что смогу поговорить с тобой, — она выглянула за край двери, радуясь, что он вернулся к человеческому обличию. Ее сердце бешено билось, Ингрид пыталась восстановить свое душевное равновесие и снова села. Она опустила окно еще немного. — Мне нужно поговорить с… — она сделала паузу, — оборотнем. — Она наконец-то выдавила. — Мы можем поговорить?

— Сегодня неподходящая для этого ночь, — предупредил он. В его плоти и крови разгоралось страстное желание. Его член стал наливаться кровью рядом с ней. Он хотел ее. Он хотел попробовать ее, иметь ее, проникнуть в нее и заклеймить. Это было неправильно. Она человек. Это было не для нее.

— Прошу, — в ее голосе были такие мольба и отчаяние.

Он не смог сказать нет.

— Ладно, — сказал он, наконец. Его тело хотело этого, и он был не уверен, как долго он сможет контролировать свои мысли. Красная луна обольщения пульсировала в нем, она бы не поняла. Это так быстро росло…его нужда.

Он расхаживал вперед назад, когда она говорила. Она сидела на диване и теребила руки. Его тело болело из-за женщины перед ним…но она была уязвима. Он не мог этим воспользоваться.

Пока ее слова выплескивались, он смотрел, как у нее сменяется ряд эмоций. Он хотел ответить ей, но не мог. Все что он мог, это подставить ей плечо. Он хотел предложить ей что-то еще…это не его вина. Она была пышной и мягкой, женственной и плодородной, эти округлые бедра, ее большое тело, ее полнота, он чувствовал тепло внутри, когда она была рядом с ним…он заставил своего медведя оставаться на месте. Это убивало его. Его плотские потребности, боролись с человечностью каждую минуту.

Она посмотрела на него, ее глаза были полны надежды. Она его едва знала, но он был единственным перевертышем, с которым она была знакома. Единственный человек, которому она может доверить эту новую информацию. Если бы ее друзья узнали, что в ней, может быть, часть перевертыша…весь ее мир рухнул. Это было реально. Слезы навернулись на глаза.

Джаггер сел рядом с Ингрид, позволяя ей опереться на него. Это было ошибкой. Она была мягкой. Она была сексуальной. Она была чувственной. Он хотел ее плоть. Он хотел вдыхать запах ее возбуждения ближе, попробовать ее на вкус, засунуть свой член глубоко в нее…контролируй себя. Контролируй.

Когда она приподняла голову, что бы взглянуть на него, их взгляды встретились, выбор был сделан. Ее пухлые губы были прикушены, розовые, сочные. Ему нужно попробовать…лизнуть…Джаггер нагнулся, чтобы поцеловать женщину перед ним.

Когда она посмотрела на него, увидела глаза полные желание, она облизала губы, приоткрыла их. Она не могла ясно мыслить. Все что она хотела, это чтобы он поцеловал ее.

Доктор Квинн был сильнодействующей смесью грубой сексуальности и каменно прочных мускулов. Его темные волосы контрастировали сего великолепными глазами. Все в нем заставляло колени Ингрид ослабевать. Его широкие плечи, его выступающие бицепсы, все вызывало головокружение. Его размеры говорили о его мощности. Не только то, что он был прочно построен, но он был высок, возвышаясь над ней, когда они стояли бок о бок. Биология сыграла свою роль. Она не могла контролировать то, что ее привлекали его мускулистые формы. Он был прекрасным экземпляром. Его поцелуй…она отчаянно хотела заполучить его поцелуй.

Когда Джаггер наклонился, чтобы поцеловать Ингрид, все мысли медленно выскользнули из его головы. Он хотел быть разумным, думать ясно, но что-то происходило. Он был возбужден ее мягкими округлыми изгибами. Ее полные бедра, ему до боли хотелось оказаться между ними. Она бы выглядела, великолепно вынашивая его детенышей. Он вытряс мысли из головы, нет, оставайся сильным. Его гортанные инстинкты толкали его вперед. Когда она смотрела на него снизу вверх, облизывала губы, увлекая ближе. Только немножко…

Глава 9

Джаггер провел языком по контуру ее губ и отстранился, чтобы посмотреть на нее. Она хотела этого так же сильно, как и он. Она не могла иметь тех же животных импульсов, но и не было никакого отрицания ее желаний. Ее глаза говорили красноречивей слов.

Воздух потрескивал, между ними летели искры. Тишину нарушало лишь их тяжелое дыхание, оба пытались найти причины не делать этого, но ни одна из них не была достаточно хороша. Они оба хотели этого, оба были согласны и готовы и оба чувствовали голод друг к другу.

— Ты уверена? — наконец заговорил он. Ему нужно было знать. Он хотел дать ей возможность повернуть назад. После того, как они пересекут линию, пути назад уже не будет. Он не собирался притворяться, что поцеловав ее однажды, позволит ей уйти. Это когда-нибудь случится и они оба были более чем осведомлены.

— Ты останешься таким, да? Ты не станешь… — она еле шептала слова, — медведем в одно мгновение, верно? Это немного пугает меня. Ладно, это мягко сказано, это сильно пугает меня, — она говорила бессвязно, все быстрее и быстрее.

Джаггер прижал палец к ее губам.

— Шшш, только я, только так.

Она выровняла дыхание и заставила себя успокоиться, а затем кивнула «да», он наклонился и поцеловал ее снова. Джаггер скользнул рукой вниз, находя ее, и сцепив пальцы, обнимая Ингрид. Он ее немного сжал, как если бы говорил, все будет в порядке.

Она отстранилась от его сладких, сочных губ и посмотрела ему в глаза. Она почти задыхалась, ее голова кружилась. Она знала, это была смесь предвкушения и тревоги. Он посмотрел на нее, а затем его взгляд вернулся к губам. Он нуждался в другом вкусе. Он попробует ее всю, в конечном счете, ее губы, ее язык, ее сладко — солоноватую кожу, ее золотой мед, но ему не стоит смешить, надо наслаждаться каждым моментом. Пока грубо и упорно ночь рвалась из него, он будет мирным и удовлетворенным с ней здесь. Он знал почему. Она была единственной, кого он хотел. Природа все решила за него.

Джаггер притянул ее ближе. Обнимая ее своими большими и сильными руками, он крепко удерживал ее. Ее мягкость прижалась к нему, возбуждая его внутренности. Он любил ее большие размеры. Было в этом что-то эротическое и женственное.

В его объятиях, она чувствовала себя в безопасности и все же, намек на нервозность пронесся сквозь нее. Но и она покинула ее, резко усилив чувства. Она никогда не делала это, с…оборотнем…нет, нет, не надо рассматривать его так. Он мужчина. Он в человеческой форме. Мысль о его большом, сильном и мощном теле сделала ее трусики влажными от возбуждения. Она не могла скрыть свою страсть. Она не могла отрицать свои желания. И не хотела. Она нуждалась в нем сейчас. Остальное выяснит потом. К черту последствия, ее тело кричало от потребности прикосновений. Джаггер поднял руку к щеке Ингрид и погладил, смотря ей в глаза. Он не мог ждать ни минуты больше. Он нуждался в ней сейчас. Его губы коснулись ее и нежно облизнули их, он протолкнул язык ей в рот. Он пытался сдерживаться, старался сдержать грубую похоть разъедающую его. Он пытался все делать медленно, удерживать себя на коротком поводке, но его страсть горела жарко и мощно.

Его рот жадно посасывал и дразнил ее языком, он запустил свои пальцы в ее волосы и притянул ближе. Он хотел, чтобы она была как можно ближе к нему. Это было, как если несколько дюймов были милями расстояния. Поцелуя было недостаточно. Ему нужно было поглотить ее.

Их губы работали в одном ритме, синхронно, каждый стремился друг к другу. Танец языков, прикушенные губы, вкус…прикосновения…Джаггер поймал своими руками ее руки и завел их ей за спину. Он хотел сорвать с нее одежду и взять ее. Управляй этим, Джагг, управляй, говорил он себе. Не напугай ее.

Ингрид была поймана в момент страсти. Его руки скользнули под ее рубашку. Она почувствовала электрические ощущения его рук на своей коже и выдохнула ему в губы. Она хотела этого так сильно, как и он. Сняв ее рубашку, он откинул ту на пол и потянулся, чтобы расстегнуть ее лифчик. Она смотрела ему в лицо, когда он остановился. Он мог легко стянуть его одним быстрым движением, но медленные движения…он любил, когда она смотрела на него. Она была заворожена им, и это подпитывало его эго.

Он разорвал свою рубашку и прижался, кожа к коже, чувствуя, как ее грудь прижалась к нему. Зов был слишком глубок. Отступив на мгновение, он коснулся ее груди, обхватив, а затем сжав ее. Наклонившись, он сжал сосок губами и всосал сосок, затем начал лизать его и прикусывать зубами.

Ингрид стонала с каждым вздохом и выгибалась, потерявшись в восхищении. Каждый раз, когда он всасывал чуть сильнее, электрический разряд пробегал между ее ног. Его пальцы лихорадочно работали, стягивая и дергая ее брюки, пока рот не отрывался от груди.

Она сдернула их с бедер. Он отчаянно раздевал ее. Они сбросили все, пока не осталось лишь два обнаженных тела. Оба работали в унисон, страсть затапливала их с каждым движением. Он поднял руку и столкнул все со стола стоящего рядом с ними. Подняв ее, он посадил девушку на край и осторожно раздвинул ноги. Ее запах слишком опьянял. Никаких жеманных слов. Они оба знали, что этой ночью будет необузданная страсть. Здесь не было болтовни, лишь настойчивость и медленное распутывание желаний.

Джаггер глубоко вдохнул, его лицо было между бедер Ингрид. Все внутри него рухнуло. Он был бессилен, она была всем, что он хотел. Он потерся о нее носом и застонал от удовольствия.

— Ты пахнешь так чертовски хорошо, — прорычал он, прежде чем запустить язык в ее складочки. Он глубоко вдохнул и снова прижался носом к ее губкам к ее бугорку, прежде чем отодвинуться и закружить своим языком. Его пальцы пробежались вверх и вниз по ее бедрам, поднимаясь выше.

Мозг Ингрид заволокло. Его губы и язык соблазняли ее, в то время, пока его пальцы танцевали по ее коже. Он сунул пальцы между ее губок. Ингрид выдохнула и плотно сжала их, не в состоянии себя больше контролировать. Она хотела быть леди, но утонченная девушка пропала. Она сжала его пальцы, желая почувствовать их еще глубже, сильнее, когда его язык слизывал соки ее тела.

У нее больше не было мыслей, она лишь нуждалась в его теле. Ей нужна нежность, что он предлагал и она должна была почувствовать его внутри себя. Ее тело извивалось, когда начал подниматься ее оргазм. Когда он толкнул ее к краю, она затряслась, все мускулы в один момент расслабились, волна удовольствия пронеслась сквозь нее. Ингрид обхватила голову Джаггера и не отпускала, пока самый пик не спал. Медленно она приходила в себя, ее ощущения вернулись, и она покраснела, фактически смущенная своей бурной реакцией.

Джаггер посмотрел ей в глаза и поднес пальцы ко рту, всосал их и вылизал, смелость ее покинула. Он медленно нажал пальцем другой руки на ее губы, взывая ее всосать их, пока он слизывал ее соки с другой руки.

Его член был твердым и массивным. С пальцем ее рту, она закружила языком вокруг него, но жаждала чего-то большего, мясистее между своими губами. Она хотела взять его в рот и смотреть, как он падает на колени с желанием и страстью большими, чем его тело. Она хотела почувствовать, как он схватит ее голову и толкнет вниз, сильнее, на его член, чтобы трахнуть ее в горло. И тогда, когда он соберется кончить, она хочет выпустить его изо рта и оседлать его…заставляя ждать, чтобы она могла сесть на него и устроить скачки как с диким зверем, коим он и был. Он вытянул ее животную страсть, о которой она и не подозревала. Обычно, она была сдержанней, но с Джаггером, не было никаких ограниченней, только чистая, дикая похоть.

Но не имело значения, чего хотела она. Он видимо был главным.

Джаггер вытянул пальцы изо рта. Сжал ими свой пульсирующий член, он погладил его немного, а затем поднял и перевернул Ингрид, одним сильным движением, наклонил ее над столом.

Ее сердце мчалось как чистокровное в его прочности и контроле. Он точно знал, чего хотел, и он не принимал ответ «нет», не то, чтобы она собиралась это говорить. Нет, сэр, он может сделать все, что ему захочется. Она попала под его чары.

Его пальцы снова исследовали ее губки, проверяя, насколько она влажная, а затем, направляя свою эрекцию в нее, он прижался вперед. Ее губки растягивались вокруг его массивной головки члена. Когда он всунул член полностью в нее, она выдохнула. Джаггер застонал, чувствуя, как ее теплое тело обнимает его. Сжав ее бедра, он двигался вперед. Он наблюдал, как двигаются ее ягодицы с каждым движением, которые только вдохновляли его двигаться больше.

Глубоко и сильно, его тело брало все, он заколачивался в нее, нуждался в ней полностью. Ее стеночки обнимали его, как бархатная перчатка и с каждым толчком, трение между ними заставляло его тело пылать. Сжимая ее ягодицы, он входил сильнее, его движения толкали стол вперед.

Тело Ингрид было прижато к столу. Она подтянулась вверх, а потом откинулась на него, заставив их тела двигаться под другим углом. Джаггер протянул руку и ухватил ее грудь. Он теперь толкался вверх вместо вперед, а его мощные бедра поддерживали его усилия. Все время, которое он провел бегая, толкая себя, окупились. Вперед и назад быстрее, сильнее, пальцы мяли ее грудь…все это закончилось взрывом удовольствия, которое волнами пронеслось сквозь него. Его колени хотели подкоситься, но вместо этого он осторожно опустился на диван, вместе с ней все еще сидящей на нем, пока его член становился мягким. Он скользнул пальцем к ее клитору, кружа над ним и улыбаясь, пока она извивалась и дергалась на нем, снова кончая.

Они повернулись в сторону, он откинул со спинки дивана подушки, чтобы освободить для них место. Он, осторожно двигаясь назад, притянул ее к себе на живот, все еще крепко держа ее, уткнувшись носом ей в шею. Вместе они задремали, держась за руки.

Проснувшись, они начали снова и провели ночь, запутавшись в объятиях, друг друга. Было не так много сказано. Это была гонка удовольствия, а не интеллекта. Когда наступило утро, свет пробился в окно, Ингрид скатилась с дивана. Она направилась в ванную, чтобы помыться. Джаггер все еще спал на диване. Она должна уйти? Должна остаться? Она знала, что прошлая ночь была похотью, а не любовью…но это могло перерасти в большее?

Когда она потянулась к дверной ручке ванной, то услышала его.

— Куда ты идешь? Вернись ко мне, детка, — его голос был сонным, но он хотел, чтобы она оказалась рядом.

Она улыбнулась и вернулась к нему. Лежа рядом с ним, где и хотела быть, так долго как он захочет.

— Никогда не покидай меня снова. Когда либо, — вздохнул он и снова уснул теперь, когда она была в его руках.

Content

Стэлла Брайс
Родной мишка

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9