Бромов Александр

ОКНО

Заход номер один

Летом несколько дней было жарко, и мы выставили стекла из верхней части рамы, чтобы с улицы заходил свежий воздух. Да-да, не у всех пластиковые окна, которые в большинстве своем распахиваются легким движением руки. Выставили и выставили, прохладно стало — вставили. Одно, совершенно забыв про остальные. На днях дед это заметил и решил исправить. Вовремя, как раз снег выпал.

Папа возится снаружи, я смотрю изнутри, как он замазывает дырки разноцветным пластилином. Не спрашивайте, почему разноцветным, может, возраст, может, детская привычка.

Дай, думаю, протру стекло что ли, создам видимость сотрудничества. В первую же минуту выяснилось, что:

— изнутри тоже не все заделано, вернее, почти ничего. — то, что заделано, заделано от души, выпирая сантиметра на четыре буро-серым бугром.

Беру замазку и показательно аккуратно прохожу по контуру стекла, заодно срезая лишнее. Я молодец? Да. В процессе появляется азарт: окно-то белое и черная замазка выбивается из общего стиля. Бегу за водоэмульсионкой. Помню, что была. Помню, помню, а найти не могу. Пока не увидела симпатичное белое пятно на паласе у двери в свою комнату, рядом — банка с краской лежит. Мысленно поздравляю себя со склерозом: я же сама ее туда и поставила, чтобы дверь не закрывалась, потому что коты научились ее открывать, а мне надоело слушать, как щелкает замок. Ну, что подвернулось под руку.

И где тот кретин, что ее опрокинул? Киса-киса. Тёма, гад! Бежевая морда! Косоглазая! Эпитеты кончились, а кот так и не нашелся. Ничего, встретимся, все равно жрать придешь.

Заглядываю в банку. Должно хватить. Ищу кисть. Ищу, ищу. О, красный тазик, а я его потеряла. Еще раз поздравляю себя со склерозом, так как догадайтесь, кто поставил таз в кладовку? Вместе с кистью.

Итак, можно приступать к боевым действиям. Краски на донышке, так что проливать как обычно нечего, ну, может, пара пятнышек, если кисточку уроню. Не уронила. Я молодец? Да. Чувство гордости переполняет и зовет на подвиги.

Клетка, стоящая на столе, закрывает не докрашенный когда-то по какой-то причине внешний откос, если я ничего не напутала в названии. Убрать ее проблемно, так как в ней живут три крысы, а рассчитана она на пятерых. Это я к тому, что объема много, соответственно и килограммов тоже. Ладно, отодвигаю клетку на себя и понимаю, что до окна я с такой охабазиной на руках не дотянусь, а если и дотянусь, то ничего не увижу. Но мозги работают, не смотря на мои усилия: клетка-то просвечивает сквозь прутья! Поза, конечно, не вдохновляет, но кто меня видит?

За несколько минут докрашиваю до поддона и дальше иду уже на ощупь, так как поддон взглядом не просвечивается. Довольная задвигаю клетку и отряхиваю руки: ничего не пролила, не уронила и сама не вымазалась. Супер!

Краски еще немного осталось, и тут приходит жаба и начинает давить всей массой — жалко выбрасывать! Начинаю смотреть, что бы еще подмазать, и вижу на раме темненькое пятнышко. То, что надо! Беру кисточку, и, чтобы удобнее было работать, опираюсь на откос. Свежеокрашенный. Да ладно. Иду мыть руки и перевожу дыхание: удачно схватилась — маникюр не задела.

Осторожно закрашиваю пятнышко и тут чуть выше вижу еще одно. Взбираюсь на табуретку, аккуратно крашу, высунув язык, так как стекло близко. Такое полное сосредоточение и погружение в работу предполагает отключение некоторых функций мозга, например, отвечающих за память. Зачем нам помнить об ограничении площади под ногами? Падать-то все равно недалеко, но машинально успеваю схватиться за многострадальный откос. Даже говорить ничего не буду.

Маникюр в порядке. Я довольна. Возвращаюсь обратно и вижу жирную белую полосу, через все стекло. Может, проще его сразу закрасить, чтоб не париться?

Подкрашиваю откос остатками краски, замачиваю кисть и иду оттирать то, что наляпала. Но тут я понимаю, что настолько ненужной тряпки у меня в хозяйстве нет. Целое полотенце жалко, не смотря на многочисленные дырочки (чувствуется дурное влияние жабы), поэтому я отрываю кусочек, и тут (внимание!) включаются мозги! Бинт! Гадство! Зато полоса оттерлась, как миленькая.

Но надо же довести все до логического конца? На днях я купила дорогущее чудодейственное средство для супер-блеска всех поверхностей. Прекрасный шанс применить на практике, заодно и остатки полотенца пустим в расход, чтобы жаба больше не душила.

Оттираю, оттираю. Вроде нормально, но никакого чудесного блеска не вижу. Потом, наверное, засияет. И тут вижу маленькое пятнышко. Начинаю работать целенаправленнее. Постепенно целенаправленность переходит в остервенелость: пятнышко не исчезает. С досады плюю на него и тру тряпкой. Вытираю насухо, стараясь не заморачиваться на химическом анализе собственной слюны — пятно пропало, стекло блестит. Класс!

Не глядя, нащупываю ногой пол. Вот догадайтесь, за что я схватилась для устойчивости?

Итог: откос докрашен отжатой от воды кистью, стекла блестят, маникюр в порядке, ничего не пролила, не разбила, не уронила.

Вечером выяснилось, что клетка была прибита!

Заход номер два

У нас зимы прохладные: минус двадцать пять считается очень даже хорошо, поэтому в окнах тройные стекла, чтобы тепло не утекало. Два мы вставили, осталось внутреннее, которое какой-то слепой разбил, не разглядев и споткнувшись. Лично я давно бы уже его собрала на себя, если бы знала, где стоит, но в данном случае меня опередили.

Оно, это окно, вообще какое-то несчастливое, вечно ему не везет: то дикие заезжие крысы штору внизу сгрызут, то домашние окончательно подравняют ее по столу. Мешала шнырять по подоконнику, скорее всего. Если на два других новые гардины после ремонта повесили быстро, то это с лета так и стоит, так как не могу найти крючки, которые положила куда-то поближе, чтобы не потерять. Это тоже болезнь: кладешь ближе — ищешь дольше (если вообще находишь), особенно, если при этом читаешь заклинание: «Чтоб не потерялось».

Но теперь у котов появилось Крыс-TV: они садятся с той стороны окна и наблюдают, как недосягаемый ужин прыгает по полочкам, гоняясь друг за другом. В первый раз, когда дочь вечером увидела горящие глаза Кристофа за стеклом, ее чуть удар не хватил.

К голому окну все уже давно привыкли, и никто на него не обращает внимания, но крючки все равно из принципа ищу.

Сегодня дед решил вставить недостающее стекло. Ничего подходящего размера не обнаружилось, и он вырезал то, что вырезалось: одно большое и лоскуток. Все сразу приделали, как полагается, но получилась заминка — нет замазки. Есть у строительных материалов такая особенность — кончаться не вовремя (кто со мной согласен — жмите «класс»). Пришлось «лоскуток» убирать, чтобы стекло не запотело, и, конечно, я про него забыла.

Дочь, придя с работы, увидела лежащую на полке прозрачную полосу и решила довести дело до логического конца, приделав все обратно. Но так как ребенок родился не стекольщиком, а дизайнером, то подошел к делу творчески, прикрепив «лоскуток» на остатки замазки. Внизу лежал новенький жесткий с новенькими рисунками и планшет для рисования, от которого когда-то крысы сгрызли стилус за пять штук. Планшет родился в рубашке, а вот жесткому не повезло, однако дочь убивается по рисункам, особенно по обложке к альманаху, и ненавязчиво пытается спихнуть вину на меня, делая огорченно-укоризненное лицо и тяжело вздыхая.

Вчера мы с дедом вырезали новый «лоскут», все вставили, закрепили, замазали, осталось покрасить. Да-да, воспоминания свежи.

Итог? Окно скучно покрашено, ничего не пролито и не разбито, штора не повешена. Пошла она в баню, все равно крючки канули в Лету.

Заход номер три

Не совсем понятно про декупаж? Красиво жить хочется всем, но у некоторых это желание зашкаливает, поэтому я изобразила новую плитку поверх старой, использовав обои, стилизованные под плетение их соломки. Народ был в легкой прострации, когда застал меня за этим делом, но останавливать творца было поздно: половина кухни уже сияла медовой новизной.

Процесс оклеивания сам по себе нудный и до боли знакомый, если его не разнообразить, поэтому я обычно куда-нибудь и влипаю или что-то проливаю, но тут все обошлось, наверно, потому что меня постоянно от этого отвлекали.

Сначала пришел дед и потыкал в крыс пальчиком. Крысы оценили внимание и немного выступили, поскакав по клетке и потягав его за перчатки (голую руку он толкать туда остерегся), как и комментировать мою деятельность, что странно. Так за разговорами я обклеила основное.

Потом началась собственно рама, пришлось полностью сосредоточиться на миллимитраже. Подгоняю, отрезаю лишнее, ложу на клетку, заканчиваю, поворачиваюсь, чтобы убрать…. Нету. Упс. Где? И никого вокруг. И в клетке тишина. Начинаю усиленно шевелить извилинами: сами лоскутки уйти не могли — маги в доме не водятся, а вот ножки обрезкам кое-кто сделать мог, то есть умыкнуть.

Перехожу к научным экспериментам и ложу на клетку свеженькое. Тут же из засады выскакивает бежевая жо…., остервенело втаскивает в клетку и волочет в домик. Морда крысы меня впечатлила: таких бешеных глаз я у нее еще не видела, поэтому руку к ним я засовывала с опаской. Но лучше пусть меня покусают обкурившиеся обойным клеем домашние питомцы, чем разъяренная доца, если с ее любимицами что-нибудь случится, когда они обожрутся клеем и прилипнут к прутьям. Не знаю, что интереснее, но жить захотелось с удвоенной силой.

Фух, обошлось: не загрызли, хотя добычу на себя они тянули втроем, упираясь всеми лапами. Новый вид спорта — перетягивание обоев, надо подкинуть идейку олимпийскому комитету. Победил венец природы! Теперь окно имеет прикольный вид, я — довольный, а крысы — обиженный.

Но надо было видеть вытянутое лицо доцы, когда она пришла домой и увидела это!

Заход номер четыре

Через пару дней мне стало казаться, что окну чего-то не хватает, и смотрится оно каким-то незаконченным. Я откатила кресло на середину зала, плюхнулась в него и приступила к размышлениям. Кручусь в кресле и размышляю. Размышляю. Размышляю. На легкий скрип высыпали крысы и повисли на решетке. Тоже думают. Переключаюсь на них, пытаясь представить ход крысиных мыслей — самое то занятие. Вот не надо только комментировать, я вас умоляю! Но все-таки, какие мысли могут бегать в этих маленьких мозгах? Явно не дифференциальные уравнения. Да-да, не всегда я блондинка и знаю, что это такое, так как в свое время пришлось немало объяснять некоторым личностям, как их решать, что не помешало мне вылететь из института. Или бросить. Не важно.

О чем может думать мелкая хвостатая тварь, всю жизнь сидящая в клетке? Что она вообще видела? Мы вот можем побродить по лесу, покупаться в море или, скажем, поучаствовать в городском велопробеге с флагом России, прикрученным на скотч к седлу. Кстати, про седла: на лошадь я сама забраться не могу — меня подсаживают, старые раны, так сказать последствия непоседливой молодости. Но сам процесс мне нравится: едешь не спеша, седло поскрипывает, лошадь похрапывает, пчелки жужжат, бабочки порхают, цветочки, ручеёчки. Ляпота! Все-таки лето — это классно!

Лето! Бабочки! Спасибо, крыски! Срываюсь и бегу в магазин.

Вечером доца сосредоточенно рассматривала обклеенное большими радужными бабочками окно и стену над клеткой. Крысы тоже не обошли вниманием мои старания, отодрав и пристроив к себе все, до чего смогли дотянуться. Больше этого не повториться, потому что современные канцелярские кнопочки им не победить. Но кто сказал, что они не пытаются?

И все-таки чего-то окну не хватает.

Content

Бромов Александр
ОКНО

Заход номер один

Заход номер два

Заход номер три

Заход номер четыре