Ольга Обская

ЗАБЫТЬ, ЧТОБЫ ВСПОМНИТЬ

Пролог. Будет три предмета

— Будет три предмета. Запомни, три предмета.

— Бабушка, я запомнила, запомнила, — Лёлечка сидела на высоком стуле и болтала ножками. Ей не терпелось получить обещанное мороженое. Обычно бабушка и так давала ей всё, что она захочет. Без всяких предварительных условий. А тут прежде, чем получить заветное эскимо, Лёля сначала должна была что-то зазубрить. Но четырёхлетней девочке, любимице всех своих родственников, совершено не составит труда выучить наизусть, что угодно. Она уже и так знает бесчисленное количество стишков, которые с удовольствием декламирует на всех семейных праздниках.

— Лёлечка, повтори: будет три предмета.

— Будет три предмета. — Послушно повторила малышка, копируя бабушкину взволнованную интонацию, а потом своим обычным звонким голоском добавила, — ну, бабушка, а дальше что в твоём стихотворении?

Что дальше? Хороший вопрос. Как Федоре Тимофеевне закодировать в короткую легко запоминающуюся фразу весь тот объём важной информации, который надо передать внучке. Впрочем, малышка подсказала решение. Это должна быть пара зарифмованных строчек.

— Дальше так — запоминай:

Будет три предмета:

Валет, сундук, монета.

Деньгу в руке сожми,

Смотри — не упусти.

И всего-то? Лёлечка за пару минут выучила незамысловатый стишок. И вот долгожданное эскимо было у неё в руках. Она откусывала по маленькому кусочку и ждала, пока мороженое полностью растает во рту, а только потом проглатывала. Так делать её научила мама. Она говорила, иначе можно простудить горлышко. А Лёлечка была очень послушной девочкой, и всегда поступала так, как велела мама.

— Бабушка, этот стишок Корней Чуковский написал, да?

Лёле нужно было непременно знать автора — папа обязательно спросит. Скажет: «А знаешь ли ты, моя маленькая курносая фея, кто сие творение написал?» или «Известно ли тебе, моя маленькая курносая фея, перу какого замечательного человека принадлежат эти бессмертные строчки?». Да, папа всегда разговаривал забавными, непонятными словами, и всегда называл Лёлечку «маленькой курносой феей». И она любила, очень любила папу, потому что он был сильным и добрым. Потому что когда Лёля уставала, папа сажал её на плечи, и она могла часами созерцать мир с недостижимой для других высоты.

— Знаешь, Лёлечка, автора я забыла.

— Как же так бабушка? — разочаровано протянула малышка. — Как же я буду рассказывать стишок, ведь папа говорит, сначала надо называть автора.

— Вот и не надо это стихотворение никому рассказывать. Хорошо?

— Хорошо, — согласилась Лёлечка. Всё равно стишок ей не очень понравился. Лучше на завтрашнем папином дне рождения она расскажет выученное вчера с мамой стихотворение про медведей, которые ехали на велосипеде и раков на хромой собаке. Стишок, правда, тоже был не очень. Лёле было очень жаль собачку с больной лапкой, которой даже приходилось прихрамывать, но, тем не менее, на неё зачем-то взгромоздились раки. Но у этого стишка хотя бы автор был известен. Это как раз он, Корней Чуковский.

Но малышке не пришлось рассказывать ни этот, ни какой-либо другой стишок на папином дне рождения, или каком-нибудь другом семейном празднике. Больше в их семье праздников не было…

Глава 1. Сюрпри-и-и-из

Лена сидела за столиком летнего кафе и наслаждалась восхитительным десертом. Её собеседник Максим, парень сводной сестры, напротив, был совершенно равнодушен к мороженому, которое грозило вот-вот превратиться в противную тёплую сладкую жижу. Он ёрзал на стуле и возбуждённо делился с Леной своими идеями по поводу предстоящего дня рождения своей девушки.

— На этот раз я придумал сюрприз, который стопроцентно гарантированно вызовет восторг Насти!

— Ей вполне хватило предыдущего, — Лена смерила собеседника ироничным взглядом и вновь сосредоточила своё внимание на мороженом. Она отправляла в рот кусочки холодного лакомства и наслаждалась нежным ванильным вкусом до тех пор, пока мороженое полностью не растворялось во рту. Откуда взялась эта привычка — неторопливо смаковать ледяным десертом, Лена не помнила. Так было с незапамятных времён — наверно, с самого рождения.

— Лен, и долго ты меня прошлым разом будешь попрекать? — Максим смешно насупил брови.

— Угу, долго, — кивнула Лена и закатила глаза. — Как уж тут забудешь?

Год назад Максим уже устроил, мягко говоря, незабываемый праздник для своей девушки. Тогда его посетила гениальная идея — вместо скучного ужина в кафе, организовать для именинницы и её друзей пикник на природе с подвижными играми и купанием в реке. План, конечно, был замечательный, только вот он не учитывал, что в середине мая погода ещё очень неустойчивая, и как результат — промозглый дождь и назойливые комары сделали день, когда Насте стукнуло 24, и вправду незабываемым.

— В этот раз я всё продумал до мелочей, — с ликующей улыбкой на лице сообщил Максим, — никакие комары нам не помешают!

— Ну, и? — Лена даже не пыталась скрыть иронии, подозревая, что в планы вечного фантазёра включены если не комары, то что-нибудь ещё более экзотическое.

— Совершенно безопасный в плане кусучих насекомых сюрприз — квест.

— Квест?

— Да. Ну, там поиски клада, или разгадка какой-нибудь страшной тайны. Есть много вариантов. Как компьютерная игра, только вживую.

— Хм, — глаза Лены заблестели. Она хоть и строила из себя перед Максимом уравновешенную приземлённую девушку, но всё же где-то в глубине души была с ним согласна — превращать день рождения сестры в ещё одно тупое застолье, когда той исполняется круглых 25, как-то неправильно.

— Вот именно, что «хм», — передразнил Максим и, чувствуя, что ему удалось заинтересовать Лену, с торжествующей улыбкой добавил:

— Не вредничай — согласись, круто я придумал! Помнишь, когда Настя училась в одиннадцатом классе, её было не оторвать от компа. Она прошла, наверно, все квесты, что существовали в природе на тот момент.

— Помню, — усмехнувшись, покачала головой Лена, — с тех пор я возненавидела эти игрульки. Мне тогда хотелось выбросить компьютер, или хотя бы диски с играми, на помойку.

И она бы выбросила без сожаления — для Лены в то время не было ничего важнее, чем успеваемость Насти, которая резко поползла вниз из-за пагубного увлечения. Впрочем, расставаться с компьютером не пришлось. Лена придумала, как страсть сестры повернуть во благо. Время, проведённое у экрана монитора, было превращено в поощрение, которое можно было заслужить, только хорошими оценками.

— Так вот, — продолжил Максим, — я нанял профессионального аниматора, который специализируется на квестах, чтобы всё было по высшему разряду.

— Господи, какого ещё аниматора!? — возмутилась Лена. — Мы с тобой прекрасно сами могли бы всё организовать.

— Лена, не тупи, я не могу организовывать квест, а потом сам в нём участвовать. Игроками будем мы с Настей, значит, ни она, ни я не должны знать разгадку, понимаешь?

— А, ну да, — кивнула Лена.

— Одной же тебе тяжело было бы всё придумать, вот я и нанял тебе помощника. Его фирма специализируется на квестах, у них всё натурально: антураж, реквизит, костюмы.

Лена поморщилась. Нет, идея в целом была неплоха — Настёне точно понравится, но шестое чувство подсказывало: праздник опять может вылиться в какую-нибудь авантюру, которая закончится также плачевно, как и предыдущая.

— Всё будет под твоим контролем, и ничего этакого ты не допустишь, — улыбнулся Максим, которой безошибочно понял ход мыслей собеседницы.

— Ну, хорошо, — с безысходностью в голосе согласилась Лена. — Но скажи хотя бы, где ты этого своего аниматора раскопал.

— Элементарно — в интернете. Набрал в поисковике ключевую фразу «оригинальный подарок для девушки», и тот выдал мне несколько замечательных вариантов: прогулка на лошади, плавание с дельфинами, прыжок с парашютом, ещё пару таких же экстремальных и, наконец, квест.

— Слава богу, что ты остановился не на прыжке с парашютом, — рассмеялась Лена.

— Это был запасной вариант на случай, если ты откажешься помогать мне с квестом, — подначил Максим.

— Убью! — погрозила пальцем Лена, всё ещё продолжая смеяться.

— Лен, короче, кажется, парень этот уже здесь.

— Так ты, что, с ним в кафе договорился встретиться? — резко перестав хихикать, удивлённо спросила Лена.

— Он сам предложил.

Она обернулась в направлении взгляда Максима и увидела, как к столику быстрым шагом приближается парень в жёлтой тенниске с надписью «Сюрприз». Лена сразу догадалась, что это и есть, так называемый профессиональный аниматор — какой ещё идиот будет разгуливать по городу в такой дурацкой тенниске.

— Здравствуйте. Эдуард, директор фирмы «Сюрприз», — с ходу представился парень, — а Вы — Максим?

— Да.

Аниматор молниеносно, не дожидаясь приглашения, расположился за столиком, и достал из жёлтого кейса всё с той же нелепой надписью «Сюрприз» какие-то бумаги.

— Вот, ознакомьтесь, — бросил он, протягивая их Максиму.

Лена глядела на парней с недоумением, вернее, с лёгким шоком. Что за манеры у этого директора фирмы «Сюрприз»? Он хотя бы заметил, что за столиком сидят двое? И Макс тоже хорош — почему не представил её? Она тут, что, с боку припёку?

— Эдуард, это Лена, — наконец «проснулся» Максим, — она будет принимать все решения относительно того, как лучше всё организовать.

— Хорошо, — аниматор передвинул бумаги на другой край стола и развернулся лицом к Лене, — проглядите и выберите, что Вам больше подходит.

Максим, сообразив, что ему лучше не слышать продолжение беседы, встал из-за стола:

— Ладно, я пойду. Лен, выбери что-нибудь этакое, чтоб мурашки по коже.

— Поиски могилы ведьмы ночью на кладбище пойдёт? — усмехнулась она.

— Зря Вы иронизируете, у нас есть похожий вариант квеста, — сказал Эдуард и ткнул пальцем на один из листочков. — Вот.

— Ух ты! — усмехнулся Максим и, подмигнув подруге, направился к выходу из кафе.

Лена принялась изучать рекламные буклеты. Надо отдать должное, оформлены они были со вкусом и производили впечатление поприятней, чем фирменные кейс и тенниска Эдуарда. Сценарий каждого квеста подавался довольно коротко, но самые интересные моменты сопровождались фотографиями, схемами и картами, ненавязчиво раскрывающими основную интригу, которая порой была совсем непредсказуемой.

— Неплохо, — похвалила Лена.

— Определились? — поинтересовался Эдуард ровным голосом. — Или что-то подсказать?

Лена почувствовала, что её начинает раздражать казённая манера общения аниматора. Она вроде сделала комплимент его работе, мог в ответ хотя бы улыбнуться. Но, в общем-то, Лену не очень удивило отсутствие дружелюбия у Эдуарда. Такие красавчики, как он, цены себе не сложат. Наверно, считает, что ему с его внешностью не пристало снисходить до приветливого тона. Можно подумать, есть хоть какая-то заслуга в том, что природа наделила его правильными чертами лица и пропорционально сложенной фигурой. Лене никогда не нравились парни с такой безупречной красотой — то ли она комплексовала рядом с ними из-за своей полноты, то ли они действительно все, без исключения, были слишком высокомерны, чтобы её заинтересовать.

— Да, подсказать, — вежливо, но холодно ответила Лена. Она не придумала ничего лучшего, как подражать официальной манере общения Эдуарда. — Опишите в целом, как и где проходит квест.

— У нас за городом есть полигон.

— Как понять полигон? — опешила Лена.

— Мы выкупили умирающую деревню.

— Ничего себе размах! — нет, всё-таки ей не давался такой же безэмоциональный тон, как у её собеседника.

— Всего несколько полуразвалившихся избёнок. Но для организации квестов — это как раз то, что нужно.

— Пожалуй.

— Под каждый конкретный сценарий, мы немного меняем обстановку. У нас много декораций. Также, если необходимо нанимаем профессиональных актёров. Когда выберете, что-то конкретное, расскажу подробнее.

Лена невольно передёрнула плечами. Как этому парню в нелепой канареечной тенниске удаётся разговаривать таким скучным голосом, когда речь идёт о его же проекте, который, без сомнения, очень талантливо организован.

— Никак не могу определиться, — придав лицу выражение глупой растерянности, протянула Лена. — А что Вы посоветуете?

Она специально состроила из себя наивную дурочку. Вообще-то, хитрить ей было совершенно не свойственно. Она не умела притворяться, и всегда вела себя естественно. Даже когда ситуация настойчиво требовала наигранности. Но парень, сидящий напротив, холодной учтивостью робота просто вывел её из себя. Лена решила, во что бы то ни стало выдавить из Эдуарда хоть какую-то эмоцию. Может, рекламируя перед ней тот или иной квест, он всё-таки проявит подобие человеческих чувств?

— Могу вам посоветовать сценарий, о котором шла речь перед тем, как ушёл ваш друг. — Аниматор указал на один из листков. — Квест проводится ночью на деревенском кладбище. По легенде прекрасная девушка впала в глубокий летаргический сон. Её посчитали умершей и похоронили. Необходимо найти могилу спящей красавицы и спасти её. Не все подсказки будут правильными. Игрокам придётся пару раз выкопать гробы с пластмассовыми скелетами, которые в темноте кажутся очень реалистичными…

— Слишком мрачно, — состроив гримасу ужаса на лице, воскликнула Лена.

— Тогда возможно, вас заинтересует квест под названием «огонь, вода и бабло». По легенде человек, который прошёл три стихии…

— Подождите, — перебила Лена. — Огонь и вода — понятно. Но третьей стихией, насколько я знаю, всегда считались медные трубы. То есть испытание славой. Разве нет?

— Славой и богатством, — уточнил Эдуард.

— Ну, тогда бы назвали квест «огонь, вода и деньги». А то «бабло» всё-таки жаргонное слово и на стихию явно не тянет, — придав голосу поучительную интонацию, произнесла Лена.

И тут же чуть было не улыбнулась, потому что заметила, как тень недовольства проскочила на лице Эдуарда. Хотя, возможно, ей это только показалось, потому что аниматор абсолютно тем же невозмутимым голосом спокойно возразил:

— Деньги — это не стихия. Их зарабатывают, вкалывая по 8 часов в сутки, а вот, «бабло», оно падает с неба. Лёгкие дурные деньги — вот настоящее испытание. Впрочем, в квесте, понятное дело, всё это условно. Так вот в одной из избёнок спрятан сундук, в нём — медные монеты…

— Скучно, — перебила Лена.

Эдуард, не моргнув глазом, протянул собеседнице другой листок и начал знакомить со следующим квестом.

Лена вошла в азарт. Раз за разом находила изъяны во всех предлагаемых ей сценариях и безапелляционно отвергала их.

— Лена, зачем Вы зря тратите своё и моё время? — спросил Эдуард, когда было забраковано с десяток квестов.

Она вздрогнула. Нет, не от того, что добилась наконец-то от парня хоть какой-то эмоциональной реакции — слова были произнесены всё тем же невозмутимым тоном. Её поразило, что Эдуард обратился к ней по имени. Надо же — запомнил, как её зовут. До этого Лене казалось, что она представлялась директору фирмы «Сюрприз» безымянным существом — клиентом по договору с номером таким-то.

— Я вижу, что квесты Вам нравятся, и отвергаете вы их только для того, чтобы меня позлить.

Господи, как он догадался? Выходит, актриса из Лены совсем никакая. А ведь она это знала, и всё равно зачем-то устроила глупый спектакль. Лена почувствовала, как краска заливает её лицо. Но она решила, что просто так не сдастся.

— Да, мне нравятся, — стараясь подавить предательскую дрожь в голосе, ответила она. — Но сценарий я выбираю не для себя, а для сестры. Она большой знаток квестов. Ей нужно что-то особенное, иначе она поймёт разгадку ещё до начала игры.

— Хорошо, — сказал Эдуард и начал собирать листочки со стола.

Лена, не поняв, что именно «хорошо», испугалась, что аниматор решил отказаться сотрудничать с ней. Получается, из-за её глупой выходки сестра может лишиться подарка, который так старательно подбирал для неё Максим. Укоры совести подавили гордыню, и Лена уже готова была пролепетать извинения, но, к счастью, не успела, потому что Эдуард продолжил мысль:

— Давайте, я организую Вам завтра экскурсию по нашему полигону, и вы своими глазами убедитесь, что ваша сестра не будет разочарована.

— Хорошо, — быстро согласилась Лена, довольная, что ей не придётся извиняться.

— Вам будет удобно в 16 часов?

— Да.

Эдуард протянул Лене визитку:

— Тут контактные телефоны. Созвонимся.

И быстренько упаковав бумаги в кейс, удалился.

Лена украдкой проводила аниматора взглядом, и когда тот скрылся из вида, согнулась пополам, изобразив, что поправляет хлястик на босоножках. На самом деле с её обувью было всё в порядке — она засунула голову под столик, чтобы найти обронённый Эдуардом листочек. Лена заметила, как маленький чёрный прямоугольник, выскользнул из кейса аниматора, когда тот впопыхах запихивал в него бумаги. Её разбирало любопытство, что представляет собой листок такого мрачного оттенка, когда, судя по всему, любимым цветом директора фирмы «Сюрприз» является канареечный.

Чёрный картонный прямоугольник оказался рекламной визиткой. Сделанная на ней контрастным серебристым цветом надпись гласила: «Ритуальные услуги. Кладбище для домашних питомцев. Проводи друга в последний путь достойно».

Так вот почему Эдуард так странно себя вёл. Видимо, у него недавно умер четвероногий друг, к которому он был настолько привязан, что даже настоящие похороны решил организовать. Лена почувствовала, как к её горлу подступает комок — парню и так было паршиво на душе, а тут ещё она решила непременно вывести его из себя. Зачем цеплялась к Эдуарду, когда он старался изо всех сил не показывать своего горя, был вежлив? Лена испытала острое желание соскочить со стула, догнать парня и извиниться. И визитку ему заодно отдать, ведь он мог не успеть записать телефон этой экзотической ритуальной конторы, и ещё неизвестно, сможет ли отыскать его в интернете. Однако порыв пришлось подавить — было понятно, что миссия невыполнима. Не было ни единого шанса догнать Эдуарда — прошло слишком много времени, с того момента, как он ушёл, а бегала Лена со скоростью хромой черепахи.

Впрочем, она быстро сообразила, что необязательно устраивать погоню, можно просто продиктовать нужную парню информацию по телефону. Лена положила рядышком две визитки: жизнерадостную канареечную и траурную чёрную, и стала набирать номер, указанный на первой: 217-17-… Так стоп! Лена чуть не выронила из рук смартфон. Её взгляд с сумасшедшей скоростью, как будто отслеживая движения теннисного мяча, перепрыгивал с одного прямоугольника на другой: там 2 и тут 2, там 1 и тут 1, там 7 и тут 7… Что за ерунда? Номера совпадают! Лена ещё и ещё раз сверила цифры — нет, она не ошиблась фирма «Сюрприз» и ритуальная контора указали один и тот же контактный номер, и, более того, адрес на визитках тоже совпадал. Вот уж и вправду — сюрпри-и-и-из!

Глава 2. Три стихии

Эдуард подъехал к станции метро «Берёзкино» ровно в 16 часов, как и договаривались. Всё в той же ярко-жёлтой тенниске. Спасибо хоть машина была нейтрального тёмно-серого цвета, а не его любимого — канареечного.

— Долго нам добираться до полигона? — поинтересовалась Лена, после того как автомобиль плавно выехал на магистраль.

— Чуть больше часа.

Значит, в целом это сомнительное мероприятие займёт около трёх часов. Ужас! А Лена лелеяла надежду, что место проведения квестов находится не очень далеко от города и ей не придётся долго страдать в обществе малоприятного типа. Да, именно малоприятного. Рядом с Эдуардом Лена ощущала дискомфорт. Вчера весь вечер она провела в раздумьях, что такого особенного было в аниматоре. Почему он её так раздражал, что заставил вести себя неестественно, если не сказать, неадекватно? Можно подумать, она первый раз в жизни натолкнулась на надменного красавчика. Да нет, конечно. Таких парней полно. И в университете была парочка и сейчас в соседнем отделе работает один высокомерный выскочка с внешностью и фигурой Апполона. Хотя нет, Эдуард не похож на них — он ещё красивее.

Лена украдкой глянула на аниматора. Да, просто нереально красив — парень с обложки глянцевого журнала. И даже нелепая канареечная тенниска ему очень шла. И эта весёлая тенниска совершенно не сочеталась с холодностью и надменностью. Хотя нет, Эдуард не был высокомерен, как все красавцы. Это наверно Лену и бесило. Он был не надменный, а ровный, абсолютно неэмоциональный. Зомби какой-то.

Хотя вчера Лене удалось-таки немного задеть его, заставить слегка, еле заметно возмутиться. И у неё был ещё один вопросик, который возможно опять выведет аниматора из себя.

— Эдуард, почему вы сняли офис для вашей фирмы в том же помещении, где расположена ритуальная контора?

Вопрос, на который Лена возлагала столько надежд, ни капельки не смутил аниматора. Его лицо не выражало ровно ни одной эмоции.

— Для экономии. Чтобы меньше платить за аренду.

— Решили разделить арендную плату с другой фирмой? Тогда бы хоть подобрали подходящую по профилю. — Не оставляла надежды пронять Эдуарда Лена. — Ну, там, не знаю, организация свадеб, например, но не похорон же.

— Мне так удобней. Обе фирмы мои.

Разноплановость бизнес-проектов аниматора лишила Лену дара речи, и она оставила попытки растормошить Эдуарда. Впрочем, он сам снизошёл до объяснений.

— Только часть территории, которая была выкуплена под полигон, используется для квестов. Чтобы остальная тоже приносила прибыль, решено было организовать там кладбище для домашних животных.

Лена закатила глаза — ещё не лучше. Эдуард хоть понимает, что соседство этих двух объектов неэтично. Видимо, нет. И зачем только она согласилась на авантюрную поездку чёрт знает куда в сопровождении этого зомби? Хорошо хоть оставшуюся часть пути аниматор молчал. Это позволило Лене немного отвлечься от мыслей про его персону и насладится весёлыми весенними пейзажами пригорода.

Через час с небольшим автомобиль подъехал к маленькой деревушке. Это и оказался полигон для квестов. Зрелище, представшее взору Лены, было мрачноватым. Несколько покосившихся ветхих деревянных домишек, часть из которых просела в землю по самые окна. Полуразвалившиеся сарайчики и другие постройки неизвестного назначения с выбитыми стёклами и сорванными с петель дверьми. Всего парочка домов производили чуть более приятное впечатление — были покрашены и обнесены каким-никаким заборчиком.

— Мы здесь практически ничего не трогали, — пояснил Эдуард, догадываясь видимо, во власти каких чувств оказалась его экскурсантка. — Хотели, чтобы участники игры быстро проникались нужными ощущениями.

— Безысходностью? — с сарказмом спросила Лена.

— Да. Мы намеренно усложнили прохождение квеста давящей обстановкой. Безысходность мешает выпутываться из безвыходных ситуаций. Но ведь именно с неё они и начинаются.

Лена с трудом сдержала ироничную ухмылку: Эдуард, оказывается, ещё и философ. Зомби-мыслитель — это что-то новенькое. Но язвить Лена не стала.

— Да, безвыходные ситуации от безысходности, — кивнула она. Ей ли этого не знать?

Эдуард провёл для Лены небольшую обзорную экскурсию, после чего поинтересовался:

— С каким из квестов хотите познакомиться поподробней?

— Давайте, наверно, про три стихии.

— Огонь, вода и бабло? Хороший выбор. Один из самых зрелищных и щекочущих нервы сценариев. Кажется, ваш парень хотел именно такой?

— Парень сестры, — зачем-то уточнила Лена. — Если квест окажется действительно настолько ярким, как вы пообещали, на нём и остановимся.

Лене уже не терпелось избавиться от общества Эдуарда, и она решила, что придерживаться вчерашней тактики не будет.

— По легенде человек прошедший испытание тремя стихиями, приобретает особые качества, — начал Эдуард.

— Какие?

— Ну, в нашем случае выигрывает квест и получает красивый диплом. Так вот по легенде в деревне есть проклятая изба. В ней находится сундук с деньгами.

— Это и есть «бабло», — иронично спросила Лена.

— Да, дармовые деньги, — кивнул Эдуард. — Задача участников квеста найти их и вынести из избы. Но изба-то проклята. Когда участники проведут в ней некоторое время, начнётся пожар. Это и будет следующая стихия — огонь.

— Вы, что, собираетесь подпалить дом? — Лена уже и не знала иронизировать ей или ужасаться.

— Нет, конечно. Пожар будет сымитирован.

— Как?

— Обратите внимание, в избе всего одно окно, к тому же очень мутное, — Эдуард подвёл Лену к самому ветхому дому. — Мои помощники разводят костёр напротив окна в специальном металлическом коробе. Изнутри создаётся впечатление настоящего пожара. К этому времени, кстати, дверь избы будет заблокирована. Так что будоражащие впечатления участникам гарантированы. Внутри избы есть несколько вёдер с водой.

— Третья стихия?

— Да. Самые отчаянные в поисках выхода высаживают окно и пытаются залить огонь водой. Но это ложный путь.

— Надо всё-таки через дверь? — поинтересовалась Лена.

— Давайте, зайдём внутрь, и я вам всё покажу, — предложил Эдуард.

Лена согласилась с опаской. Уж больно ветхой выглядела избушка. Того и гляди развалится.

— Как вы думаете, где сундук? — спросил аниматор, когда они оказались внутри.

Лена обвела взглядом единственную небольшую комнатку и пожала плечами. Что там Эдуард говорил про создание давящей атмосферы? Может собой гордиться — получилось превосходно. Лена ощутила необъяснимую тревогу, хотя ничего особого страшного вокруг не было. Никаких кровожадных пауков по углам или оголодавших крыс. Огромная печь занимала половину пространства. Стол, пара лавок, ведра с водой, какой-то шкаф-не шкаф, вот и всё, что наблюдалось в тёмном помещении.

— Не люблю я загадок, — раздражённо сказала Лена. — Давайте сразу отгадки.

— Хорошо, тогда сдвиньтесь немного вправо.

Лена выполнила команду. Эдуард отодвинул в сторону пыльную тряпицу, исполняющую роль половика и произнёс:

— Видите. Вход в погреб.

Потянув за непонятное приспособление в форме кольца, аниматор приподнял небольшую квадратную плиту, и возле ног Лены образовалась дыра. Зияющий абсолютной чернотой вход в подвал вызывал неприятные до жути чувства. Лена поёжилась.

Эдуард первым ступил на подгнившую лестницу, ведущую вниз и, подсвечивая путь фонариком, пригласил Лену последовать за ним. Согласиться на отвратительное путешествие в «чёрную дыру» её заставила мысль, что чем более пугающим кажется оно ей, тем более увлекательным будет для Макса и Настёны. В общем-то, Лена не боялась темноты, но непонятные жуткие чувства, которые охватили её, как только она вошла внутрь избы, всё время усиливались, а теперь дошли до такой остроты, что её начала бить дрожь.

— Хотите осмотреться, — Эдуард протянул Лене фонарик.

— Нет, — отчаянно замотала она головой. — Показывайте сундук и вернёмся наверх.

— Вот он, — аниматор осветил небольшую нишу в стене. — Когда исследовал территорию после приобретения полигона, нашёл его здесь.

— Значит, это не декорация? Сундук принадлежал кому-то из жителей деревни?

— Да. И монеты, кстати, тоже подлинные.

— Уже были в сундуке, когда вы его нашли?

— Да.

— Почему вы их не заменили на бутафорные? Ведь подлинники наверно стоят кучу денег.

— Эти не стоят. Я узнавал. Монеты медные, и довольно распространённые. Коллекционеры за них много не дают. А тут в сундуке они приносят мне не такой и плохой доход, учитывая, что многие клиенты клюют на подлинность реквизита.

Эдуард взял ключ, который лежал на одной из полок, и вставил его в замочную скважину. Щелчок — и сундук открыт.

Одновременно со щелчком засова, в голове у Лены тоже что-то щёлкнуло. Ей вдруг показалось, что в погребе стало необыкновенно светло, как будто лучи солнца неожиданно пробились сюда, под землю. Но в следующую секунду она поняла, что темнота развеялась не в подвале, а в её мозгах. Необыкновенный свет выудил откуда-то из самого дальнего уголка памяти воспоминание — странные строчки, которые много лет назад бабушка велела запомнить маленькой Лене. Вернее, Лёлечке. Так называла её старушка.

Будет три предмета

Валет, сундук, монета.

Не удивительно, что строчки всплыли в памяти именно сейчас. Наивный стишок как будто действительно описывал этот подвал. Вот они, эти экзотические предметы — все три в наличии. Есть и сундук, и монеты. И даже красавец-валет имеется, будь он не ладен.

Лена тряхнула головой, чтобы сбросить с себя глупое детское воспоминание. Она давно научилась их стряхивать. После того, как мама и бабушка погибли в один день, Лёлечка сильно изменилась. Она стала Леной. Она стала девочкой, которая не хочет, чтобы хоть что-то напоминало ей о детстве, о том, времени, когда её близкие были живы, о том времени, когда ей было так хорошо с ними. Лена виртуозно овладела искусством гнать от себя мучительные воспоминания, но в этот раз у неё не получалось. Строчки упорно лезли в голову.

Деньгу в руке сожми.

Смотри — не упусти.

Господи! Какие несуразные стишки бабушка разучивала с Лёлечкой. Сказки, кстати, у неё тоже были такие же — своеобразные. Другое дело — мама. Читала дочке Корнея Чуковского, про медведей на велосипеде. Про медведей, оно как-то лучше. По крайней мере, эти строчки вспомнились бы Лене в более нейтральном месте: не в жутком тёмном подвале, а в цирке.

— Можно посмотреть? — повинуясь странному порыву, Лена зачерпнула горсть монет.

— Конечно, — пожал плечами Эдуард.

— Монеты, как монеты, — покрутив в руках медяшки, сказала Лена и высыпала обратно в сундук ровно на одну монетку меньше.

Аниматор закрыл сокровищницу на ключ, припрятал его на одной из полок и, пропустив Лену вперёд, поднялся вслед за ней в комнату.

— Осталось показать вам, как натурально сквозь окно выглядит ложный пожар. Оставайтесь здесь, а я сейчас сымитирую его так, как делается для участников квеста.

Лена вряд ли по доброй воле согласилась бы остаться одна в этом жутком месте, но ей очень хотелось рассмотреть получше припрятанную монетку. При Эдуарде сделать это она не могла. Но и домой забирать медяшку не собиралась. Ещё не хватало, чтоб её обвинили в воровстве. Поэтому решила задержаться в домике на пару минут, изучить свой трофей, оставить его где-нибудь на столе, и, не дожидаясь «пожара», выйти наружу.

Монетка была очень потёртой. Чувствовалось, что она действительно старая. В общем-то, никаких других подробностей разглядеть не удалось. Было слишком темно. Лена положила медяшку на стол и направилась к выходу. Толкнула дверь, но та не поддалась. Что за ерунда? Заблокирована? Понятно, Эдуард решил, чтобы Лена сполна ощутила эмоции, которые испытывают участники квеста.

Поступок аниматора разозлил Лену, и она стукнула по двери пару раз со всей силы. Ожидаемого результата это не дало. Ветхая на вид дверь прочно держалась на петлях. Между тем, в окне стало видно зарево костра. Поначалу картинка не очень впечатлила. Но с каждой секундой огонь разрастался, и вскоре создалось впечатление, что снаружи бушует настоящий пожар.

— Эдуард, откройте, — Лена снова со всей силы саданула в дверь. — Я уже убедилась, что всё очень реалистично.

Однако ответа не последовало и Лене пришлось продолжить долбиться, чтобы привлечь к себе внимание. Но аниматор не реагировал, как сквозь землю провалился. А вот огненное шоу, напротив, становилось всё ярче и ярче. Стало казаться, что пламя добралось до стен дома, и они уже тоже охвачены огнём. Через пару минут появился едкий запах гари.

— Откройте! — ситуация не нравилась Лене всё больше и больше. — Немедленно откройте!

Никакой реакции. Эдуард, что, так увлёкся шоу, что не слышит её криков? Лена схватила мобильный — сейчас она скажет аниматору пару ласковых. Но позвонить не удалось — на экране телефона зловеще светился значок отсутствия сигнала сети.

Комната постепенно наполнялась дымом, а дальний угол начали лизать языки пламени. Стало понятно: у Эдуарда не только монеты не бутафорские, пожар тоже был самый что ни на есть настоящий. Лену охватил ужас. Она продолжала долбиться в дверь, но краем сознания понимала — это бесполезно. Аниматор всё слышит — специально не открывает. Решил отомстить за вчерашнее. Лена посмела усомниться в качестве квестов — вот он и показывает ей, как она была не права.

Господи! Но что же ей делать? Едкий дым забил горло и лёгкие. Стало трудно дышать. Сейчас хотя бы глоток свежего воздуха. Лена схватила какой-то чугунок, который стоял на печи, и со всего маху бросила в окно. Послышался звук разбитого стекла и одновременно в комнату ворвался столб пламени. Чёрт! Стало только хуже. Последняя надежда — вода. Одно за другим содержимое ведёр было выплеснуто на огонь. Жидкость заставила его шипеть, но особого вреда не нанесла. Однако одновременно со звуками, которые рождали борющиеся вода и пламя, в голове Лены всплыли строчки ещё одного странного бабушкиного стишка:

Бушуют три стихии: огонь, вода и медь.

Ты при себе монетку опять должна иметь.

Огня не бойся, Лёля, ведь он совсем не жжёт.

От пламени и дыма глоток воды спасёт.

Лена схватила со стола монету, стиснула в руке и запрокинула надо ртом одно из вёдер, в надежде, что воды на маленький глоточек в нём наберётся. К счастью, набралось…

Огонь моментально погас, свет стал ровным, слегка голубоватым. Помещение сильно увеличилось в размерах и заполнилось рядами кресел. В креслах восседали люди с мрачными лицами. Их взгляды, в которых читалось осуждение, были устремлены на Лену.

— Обвиняемой предоставляется последнее слово, — послышалось откуда-то сбоку.

Лена развернула голову в сторону звука и упёрлась взглядом в ещё одного мрачного человека. Одет он был в тяжёлую чёрную мантию, на голове красовалась квадратная шапочка, наподобие магистерской.

Чёрт! Что за маскарад?! Что за клоунское представление? Это, что, часть квеста? Сейчас Лене вручат диплом за его успешное прохождение? Хотя судя по лицам присутствующих, она, наоборот, его провалила.

— Вы отказываетесь от последнего слова? — маскарадный магистр повысил голос.

Лена чуть не вскрикнула от боли — так сильно ущипнула себя, чтобы проснуться. Значит, всё-таки, не сон. Но ведь и не явь. Не может огонь гаснуть мгновенно. Не может помещение резко меняться в размерах. Не могут из ниоткуда браться люди. Всё понятно: водичка в ведре была с сюрпризом. Видимо, Эдуард подсыпал в неё каких-то галлюциногенов. Нет, он не зомби, он монстр.

— Сиятельный Кастр, Ваша подзащитная отказывается от последнего слова? — с раздражением спросил обладатель квадратной шапочки.

— Нет-нет-нет, — послышалось откуда-то сзади.

К Лене подскочил полненький лысый розовощёкий человечек и прошептал:

— Не советую вам отказываться. Скажите всё, о чём договаривались. Иначе… Ну, вы же знаете, как строг закон к убийцам.

До Лены стал доходить смысл спектакля. Типа идёт заседания суда. Этот, что в шапке — обвинитель, розовощёкий — защитник, а ей уготована роль обвиняемой. И ни много, ни мало — в убийстве. Что ж, как только она доберётся до Эдуарда, возможно, адвокат ей действительно понадобится.

— Так как обвиняемая от последнего слова отказалась, заседание суда объявляется закрытым. Вина Феи Элен считается доказанной. Приговор немедленно вступает в силу и обжалованию не подлежит. Прошу приставов сопроводить Фею в Эурстенцель.

Что у Эдуарда по сценарию является Эурстенцелем, оставалось только догадываться. Но Лена была уверена, что ничего хорошего. Посадят в какой-нибудь карцер и опять напустят дыму и огня, а её выпутывайся. Ни сил, ни желания проходить новые дурацкие испытания Эдуарда у Лены не было, поэтому повинуясь странной логике, она вдруг разжала руку, в которой стискивала монету, и вытянула вперёд:

— Вот моё последнее слово.

Лена рассчитывала, что украденную монетку посчитают новой уликой, и решат продлить следствие, а её пока оставят в покое. По крайней мере, такой сюжетный ход она видела в каком-то полицейском сериале. Однако эффект от продемонстрированной монеты превзошёл все её ожидания. Обладатель мантии схватился за голову, розовощёкий промямлил что-то вроде:

— Почему вы столько долго молчали?

А те, что играли роль массовки, начали возбуждённо перешёптываться:

— Да это же она! Это она!

Дорогие читатели!

Это первая из двух обещанных новых книг. Буду очень благодарна комментариям — понравилось ли начало. Интересно ли увидеть продолжение. Спасибо)

Глава 3. Запасная Луна

Лена переводила взгляд с маскарадного обвинителя на маскарадного защитника, с нетерпением ожидая, когда к кому-нибудь из них наконец-то вернётся дар речи. Первым голос прорезался у розовощёкого:

— В свете новых открывшихся обстоятельств, требую немедленного оправдательного вердикта.

Обладатель квадратной шапочки с досадой произнёс:

— Фея Элен признаётся невиновной. Заседание суда закрыто.

После чего вышел из помещения через небольшую боковую дверь. Те, что исполняли роль массовки, потянулись за ним, продолжая о чём-то взволнованно перешёптываться. Через пару минут зал опустел. Рядом с Леной остался стоять только её розовощёкий защитник.

— Фея Элен, вас подвезти домой или позвоните Руалю, чтоб приехал за вами?

— Нет, уж лучше вы… э… — Лена запнулась, пытаясь вспомнить, как к коротышке обращался обладатель мантии, — …сиятельный Кастр.

Розовощёкий производил вполне приятное впечатление, и раз уж вызвался подбросить Лену домой — пусть везёт. Ему она доверяла больше, чем какому-то Руалю. Тем более она понятия не имела, кто это такой и как ему позвонить. Наверняка, по сценарию Эдуарда оказался бы каким-нибудь вурдалаком.

Коротышка провёл Лену длинным коридором к выходу. Как только она оказалась снаружи — обомлела. Никакой деревушки не было и в помине. Перед ней предстал незнакомый город, сияющий тысячами огней. Необычно длинные автомобили неслись по широкой магистрали на бешеной скорости. Огромные небоскрёбы сложной конструкции, подпирали ночное небо. И там, в небе, красовалось подтверждение догадке, которая уже несколько минут буровила сознание, но Лена категорически не хотела ей верить. Над городом висело две Луны — два серпика: один обычного размера, а другой чуть поменьше. Они были достаточно далеко друг от друга, чтобы списать необычную картинку на двоение в глазах. Они были в точности такими, как в дивных историях, которые рассказывала маленькой Лене на ночь бабушка. Старушка уверяла, что где-то очень-очень далеко или, наоборот, совсем рядом, под боком, существует Запасной Мир. Малышка любила слушать замысловатые бабушкины сказки. Они были захватывающими, правда, совершенно непонятными от начала до конца. Даже само название необычного мира таило в себе загадку.

— Бабушка, а зачем запасной? — как-то спросила Лёля. — Это на случай, если наш мир загрязнится или потеряется? Это как с запасным носовым платочком? Мама всегда кладёт мне в кармашек два. Ну, вдруг я один испачкаю или посею.

— Почти, — улыбнулась бабушка. — Почти, как с носовым платочком.

Лена стояла неподвижно, не в силах оторвать взгляд от странного ночного неба, которое открыло ей страшную истину: всё, что происходило с момента, как она оказалась в зале суда, не было спектаклем, подстроенным Эдуардом. То ли воздействие «трёх стихий», то ли ещё какие-то непонятные для неё причины перенесли её сюда, в Запасной Мир, про который Лена и знала-то только то, что в небе над ним есть два ночных светила: Луна и запасная Луна. Потому что никаких других подробностей, поведанных бабушкой, вспомнить не могла. Оставалось надеяться только на собственную логику. А она подсказывала, что Лену в этом другом мире знают как Элен. Кто такая Элен — не понятно, но её почему-то обвиняли в убийстве. Однако обыкновенная медная монетка произвела такой фурор, что обвинение с Элен тут же сняли. О чём это говорит? Да чёрт его знает! Лена не любила загадки, она любила совсем другое. Любила свою сводную сестру Настьку, любила отца, хоть он и спился после перенесённых несчастий, любила мороженое, любила забраться вечером с ногами в кресло и почитать хорошую книгу. Где это всё? Где её привычный мир?

Захотелось крикнуть во всё горло:

— Никакая я не Элен! Я Лена! Лена Митина. Верните меня срочно домой!

Крикнуть так, чтобы звук отразился от небоскрёбов и эхом прокатился по всему городу. Но интуиция и логика подсказывали, что поступать так — себе дороже. Они обе нашёптывали Лене, что та должна сделать всё, чтобы окружающие продолжали считать её Элен. Чтобы никто никакой подмены не заподозрил. Это позволит Лене выиграть время, освоиться в этом странном мире и, возможно, найти путь домой.

— Фея Элен, — розовощёкий нетерпеливо переминался с ноги на ногу, — я понимаю, за неделю, проведённую в Эурстенцеле, вы соскучились по свежему воздуху, но уже довольно поздно…

— Да, извините, сиятельный Кастр, я готова ехать, — с лёгким вздохом ответила Лена.

Времени на тупое созерцание неба у неё больше не было. Надо вживаться в новую роль. Роль Феи Элен. Кстати, почему Феи? Это фамилия такая, что ли? Или здесь так принято обращаться к девушкам, аналог нашего «мадмуазель» или «мисс»? Ещё одна загадка нарисовалась. Как они Лене надоели.

Кастр проводил спутницу к своей машине. Она была не такой длинной, как большинство здесь. Чем-то напоминала обычный бюджетный корейский автомобиль.

— Извините за тесноту, — расшаркался Кастр, открывая перед Леной дверцу. — Смысла покупать большую машину нет. Семья маленькая, всего трое детей. Хотя тешу себя мыслью, что кому-то повезло ещё меньше. Я о Его Светлейшестве.

Лена тут же намотала на ус, что в дивном мире многодетные семьи явление распространённое, судя по количеству длинных машин на шоссе. Однако некое Светлейшество (крупная шишка, судя по придыханию, с каким было произнесено слово) имеет меньше трёх отпрысков, что является, видимо, большим горем.

Автомобиль плавно выехал на магистраль, но тут же набрал огромную скорость. Картинка проплывала перед глазами с такой быстротой, что Лене не удавалось разглядеть подробности, которые помогли бы понять что-то важное об устройстве странного мира. Впрочем, розовощёкий защитник оказался довольно разговорчивым малым, и беседа с ним дала море полезной информации.

— Фея Элен, а вы заметили, как отвисла челюсть у сиятельного Падеву, когда вы показали ключ? — Кастр тихонечко рассмеялся. — Знаете, я с самого начала верил в вашу невиновность. Перед заседанием поспорил, что смогу это доказать. Вы, правда, пощекотали мне нервы, когда отказались от последнего слова. Хотя, теперь понимаю, почему. У вас был аргумент поубедительнее любых слов. Вот только не пойму: почему вы не показали ключ раньше. Ведь тогда бы не было этой ужасной недели, проведённой в Эурстенцеле.

Лена неопределённо пожала плечами. Она догадалась, конечно, что сиятельный Падеву это и есть обвинитель в квадратной шапке, а ключом Кастр называет монетку. Но, тем не менее, что ответить, она понятия не имела. Благо собеседник сделал это за неё.

— Знаю-знаю, не должен спрашивать об этом. Владельцу ключа виднее, когда предъявить его публике. Господи! Но кто бы мог подумать, что он у вас. Вот Его Светлейшество обрадуется, что наконец-то это свершилось.

Лена глянула украдкой на монету, которую до сих пор сжимала в руке. Хорошо бы понять, почему медяшка имеет в этом мире такую цену, почему играет такую важную роль. Почему монетка должна осчастливить местную крупную шишку.

— Кстати, Фея Элен, хочу вас предупредить. Конечно теперь вы, можно сказать, станете членом семьи Его Светлейшества. Получите его защиту и покровительство. И эта близость к королевской семье однозначно сняла с вас обвинения. Но всё же улики не на вашей стороне. И если в ближайшее время настоящий убийца не будет найден, вы снова можете попасть под подозрение. Мне показалось, сиятельный Падеву точит на вас зуб. И когда у Его Светлейшества пройдёт первая эйфория, Падеву предпримет новую попытку упрятать вас в Эурстенцель.

Ого! Сколько информации в одном небольшом монологе. У Лены уже голова шла кругом от попыток, разложить всё по полочкам. Его Светлейшество, оказывается ни много ни мало член королевской семьи, если не сам король. Любопытно, чем этот король правит: какой-то одной страной или всем Запасным Миром? Что интересно, сама Лена, после того, как продемонстрировала монету, станет вхожа в королевскую семью. Хотелось бы знать, почему. И в довершение у неё, то есть у Элен, имеется недоброжелатель, который мечтает упечь её в Эурстенцель. Оставалось только надеяться, что друзья у Элен тоже были.

— Можете на меня рассчитывать, — как будто прочитав мысли Лены, доверительно произнёс Кастр. — Если вам удастся, что-нибудь вспомнить о той ночи, когда был убит сиятельный Мэй, сразу же звоните. Мы распутаем клубок, выйдем на мерзавца, сделавшего это. Фея Элен, прошу вас, постарайтесь. Вы же были там, вы же не могли забыть абсолютно всё.

— Хорошо, — кивнула Лена.

А что ей оставалось? Вспомнить она, конечно, ничего не могла. Но не молчать же, как истукану, когда единственный известный ей в этом мире друг так искренне обещает помочь.

Машина съехала с магистрали на боковую улочку и через пару минут остановилась возле одного из небоскрёбов. Кастр открыл дверцу и виновато проронил:

— Извините, провожать не буду. Надо домой к семье.

— Конечно-конечно, — сказала Лена, и вылезла из машины. — Вы и так потратили на меня столько времени. Спасибо вам, сиятельный Кастр.

За считанные секунды автомобиль скрылся из вида, а Лена так и осталась стоять, обдумывая, как ей попасть «домой». Не трудно было догадаться, что одна из квартир огромного небоскрёба и есть её новое жилище. Но вот какая? Тут их, наверно, тысячи. Да и что толку, если Лена каким-то образом всё же сможет вычислить свою. Как ей попасть внутрь? Ключа-то у неё нет. Но торчать на улице тоже смысла было мало, поэтому Лена решилась зайти в здание и провести разведку боем.

Всё оказалось гораздо проще, чем она думала. В холле имелось несколько лифтов. Стоило ей зайти в один из них, как дверцы закрылись, и механизм лифта включился без каких бы то ни было действий с её стороны. Кабинка перемещалась как по вертикали, так и по горизонтали. Через несколько секунд она остановилась, и дверцы снова распахнулись.

— Добро пожаловать домой, Фея Элен, — сказал приятный женский голос.

Лена вышла из лифта и оказалась в прихожей небольшой, но уютной квартирки. Выходит, лифт распознаёт жильцов по каким-то биологическим параметрам и доставляет прямиком домой. Что ж, это было замечательно. Потому что разгадывание ещё одной шарады грозило разнести Лене мозги.

У неё даже не было сил, чтобы как следует рассмотреть своё новое жильё. Успеется. Упасть на кровать и уснуть было её единственным желанием. Завтра она продолжит изучать этот странный Запасной Мир, разгадывать загадки, которые множились с каждой проведённой здесь минутой, но только завтра. А сейчас спать.

В одной из двух комнат Лена обнаружила кровать и плюхнулась на неё, не раздеваясь. Кажется, сон захватил её в то же мгновение, как тело коснулось мягкой поверхности. Но длилось блаженство всего несколько секунд. Назойливая незнакомая мелодия раздалась откуда-то слева. Лена машинально пошарила рукой по прикроватной тумбочке, нащупала смартфон и ответила на вызов.

— Привет, дорогая!

— Привет… а ты кто?

Спросонья Лена с трудом соображала, где она и что происходит.

— Как кто?! Руаль. Жениха не узнала? — рассмеялся парень на другом конце провода. — Хорошая примета. Значит, скоро свадьба.

Сон как рукой сняло. Жених??? Господи, только не это…

Глава 4. Новый дом

Лена инстинктивно отодвинула смартфон подальше от уха, но ей всё равно был прекрасно слышен жизнерадостный голос собеседника.

— Элен, малышка, ты не представляешь, как я счастлив, что всё так сложилось. Хочу немедленно тебя увидеть. Сейчас приеду. Ты же не против?

— Против! — пожалуй, слишком резко для «невесты» ответила Лена.

Потом спохватившись, пролепетала как можно мягче:

— Я так вымоталась. Мне нужно отдохнуть.

— Понимаю-понимаю, — быстро согласился Руаль. — Тогда приеду завтра утром. Как обычно, к восьми. Целую, милая.

Ответного «целую» Лена выдавить из себя не смогла. Нет, всё-таки актриса из неё никакая. Единственным желанием было поскорее сбросить вызов, что она и сделала, промямлив на прощание сухое «до встречи».

Собственно, от предвкушения этой встречи у Лены мороз по коже пробежал. Она понятия не имела, насколько близкими были отношения между Элен и её женихом. Одно ясно: как минимум интимные прикосновения и поцелуи незнакомого парня Лене гарантированы. Про что-то большее она даже думать не хотела. Бр-р-р. Воображение почему-то нарисовало невысокого плотного очкарика с кустистыми бровями и неряшливой жиденькой бородкой. Лена допускала, конечно, что всё не так плохо, как подсказывает разгулявшаяся фантазия. Но какой другой образ мог прийти в голову, если на данный момент в этом странном Запасном Мире более-менее в деталях ей удалось разглядеть только двух мужчин: Кастра и Падеву? И оба сиятельных внешне были, мягко говоря, малопривлекательны. А вдруг тут все мужчины такие?

Впрочем, писаные красавцы вызывали у Лены ещё большее отвращение. С неё хватило Эдуарда, благодаря которому она здесь и оказалась. Оставалось надеяться, что если Элен и Лена похожи внешне, то и вкусы у них хоть немного сходятся и неожиданно свалившийся на голову жених не окажется ни приторным красавцем, ни отталкивающим неряхой. Но в любом случае до утра надо было постараться придумать какой-то повод держать парня на расстоянии. Например, притвориться больной. Одна беда — Лена не знала, какие хвори случаются в Запасном Мире и какие у них симптомы. А ведь ей необходима была не просто болезнь, а самая-самая опасная и самая-самая заразная, чтобы напрочь отбить у «жениха» желание лезть к ней с нежностями.

Тревожные мысли окончательно развеяли сон, и Лена приняла решение исследовать новое жильё, раз уж провалиться в спасительную отключку у неё категорически не получалось.

Первой была изучена спальная комната. Ничего примечательного в ней не обнаружилось. Кровать, тумбочка, комод, шкаф. Лена уже обратила внимание, что если не некоторые детали, Запасной Мир был очень похож на тот, к которому привыкла. Впрочем, имелся один обыденный для земных спален предмет, который, тем не менее, вызвал живой интерес — зеркало. Во всех романах про «попаданцев» в другие миры, которых Лена перечитала немерено, герои обязательно разглядывали своё отражение и обнаруживали что-то необычное. Она незамедлительно последовала их примеру. Повертевшись и так, и этак, пришлось признать: ничего особенного с внешностью не произошло. Разве что Лена чуть постройнела. Возможно, переход между мирами сжёг пару лишних килограммов — приключение-то явно энергозатратное. Или просто сказалось, что она почти целый день ничего не ела. Причина была не так важна, главное — талия выглядела явно тоньше. Лена улыбнулась — хоть какая-то польза от странного перемещения. Ещё минуту назад она ощущала полный упадок сил и настроения, но неожиданное открытие немного её приободрило. У Лены всегда вызывали радость маленькие победы в вечной непримиримой борьбе с лишними килограммами, которая проходила с переменным успехом. Не то чтобы Лена была такой уж полной, но всё же очень далека от модельной стройности, к которой отчаянно стремилась, но достичь которой ей, видимо, не дано.

Вторая комната была исследована ещё быстрее, чем первая. Обыкновенная ванная, оснащённая необходимой сантехникой. Кухни в квартире совсем не было. А жаль. Пожалуй, Лена сейчас не отказалась бы от… Кстати, интересно, что в этом мире едят? У них хоть мороженое водится? Ответов на вопросы получить пока было не от кого. Лене оставалось только надеяться, что о том, где добыть пропитание, она сможет как-то ненароком выведать у своего «жениха».

Вернувшись в спальню, она села на кровать и решила получше рассмотреть гаджет, который спросонья приняла за свой смартфон. Устройство действительно было очень похоже на её земного мобильно друга. Покрутив в руках приятный на ощупь тоненький девайс, она быстро сообразила, как им пользоваться. Интуитивно всё было понятно, интерфейс удобный и простой — не удивительно, что когда действовала на автомате, без проблем смогла ответить на вызов.

Первые успехи вдохновили Лену. И она решила разобраться, нельзя ли добыть с помощью прибора полезную информацию. Разочарованию не было предела, когда обнаружилось, что для входа в список контактов, требовалось ввести пароль. То есть принимать вызовы она могла, а вот позвонить кому-нибудь — нет. Очередная шарада, чёрт бы их побрал! Единственное, что Лена знала о предыдущей владелице телефона — это её имя и имя её жениха. Но ни Элен, ни Фея, ни Руаль, ни всевозможные комбинации этих слов в качестве пароля не подошли. На всякий случай были испытаны даже Кастр и Падеву, а также 0000 и 1234, и на этом фантазия и силы Лены иссякли.

Она с досадой отправила телефон назад на тумбочку и отвалилась на подушки. Лена попыталась сосредоточиться, чтобы охватить сегодняшний день одним общим взглядом, проанализировать его с философской точки зрения. Надо признать, оказалась она здесь не случайно. Всему виной Эдуард? Да нет, если быть честной, раздражающий её красавчик сыграл лишь второстепенную роль. Привели Лену в Запасной Мир странные бабушкины четверостишия, всплывшие в голове в нужный момент. Они звучали, как совет или даже руководство к действию. И Лена инстинктивно повиновалась инструкциям. Конечно, давно прошли те времена, когда она была Лёлечкой, послушной четырехлетней малышкой, но детская привязанность к бабушке, полное доверие и любовь, оказывается, всё ещё сидели в подсознании.

Но если бабушка целенаправленно поспособствовала тому, чтобы внучка оказалась здесь, значит, у Лены есть в этом мире какая-то цель. Возможно, если она поймёт свою задачу и решит её, то сможет вернуться домой. Но как понять, зачем ты оказался в мире, о котором ничего не знаешь, и с которым тебя ничего не связывает? Это головоломка представлялась Лене самой загадочной и не разрешимой из всех, что обрушились на неё за сегодняшний день. Но может ей удастся вспомнить ещё какую-нибудь бабушкину подсказку? Лена напрягла память, отчаянно пытаясь вернуться в то время, когда ей было четыре. В голове всплывали совсем малюсенькие смутные воспоминания. Ещё бы! Забыть — это была её защитная реакция. А какое другое средство борьбы с отчаянием могла придумать четырёхлетняя девочка, когда осталась один на один со своим горьким горем. Один на один, потому что отец не смог её поддержать. Он нашёл свой способ борьбы с безысходностью — алкоголь.

Настойчивые попытки вспомнить хоть что-нибудь продолжались ещё какое-то время, но усталость брала своё. Через несколько минут Лена почувствовала, что проваливается в сон. Однако прежде, чем отключиться, дала себе установку — проснуться в семь, чтобы успеть до прихода «жениха» привести себя в порядок и придумать какую-никакую тактику на завтрашний день. Лена была ярко выраженным «жаворонком», и с утра соображала гораздо лучше — на это и понадеялась.

Глава 5. Жених

Обычно тяжёлый день заканчивался у Лены крепким сном, но на этот раз, не смотря на страшную усталость, спала беспокойно и поверхностно. Услышав неприятную мелодию, раздающуюся со стороны тумбочки, она сразу поняла, что звонит телефон. Опять жених? Лена глянула на экран и по картинке догадалась, что сработал будильник. Часы показывали 6:00. Выходит, предыдущая хозяйка этого электронного чуда техники вставала довольно рано. Хотя, как знать, что в этом странном мире «рано», а что «поздно».

Ну, по крайней мере, солнце уже поднялось над горизонтом. Его яркий свет залил комнату. Лена подошла к окну и посмотрела на улицу — жизнь кипела. Куда-то неслись длинные автомобили и спешили люди, с высоты её как минимум тридцатого этажа казавшиеся крошечными. Значит, не так уж и рано.

Испытывая страстное желание выпить чашечку кофе, Лена внимательно обследовала содержимое шкафа, комода и тумбочки. На что она надеялась? Найти кофе-машину? Ничего даже близко похожего не обнаружилось. Зато на глаза попалась коробочка, которая, похоже, являлась домашней аптечкой. В коробочке хранились небольшие бутылёчки, наполненные разноцветными пилюлями. Лена надеялась, что красочные этикетки на бутылёчках, содержат инструкции к препаратам. А из инструкций можно выудить информацию о страшных заразных болезнях Запасного Мира.

Но не тут-то было. На этикетках не было ни слова, только рисунки. Детский сад какой-то! Схематичные человечки держались за больное место: один за голову, другой за живот, третий за колено. Самый страдальческий вид был у того, что схватился за перемотанное шарфом горло. Что ж, значит именно ангиной Лена и «заболеет». Может, хворь не так страшна, как оспа или чума, но зато точно случается у обитателей Запасного Мира.

Чтобы отыскать необходимый для ангины антураж, пришлось порыться в шкафу. Вскоре оттуда был извлечён довольно милый шарфик. Кстати, чуть ли не единственная вещь, которая понравилась Лене в гардеробе Элен. Если ещё вспомнить насколько противные мелодии та выбрала для будильника и звонка телефона, то напрашивался вывод, что вкусы у них совершенно не совпадали. А это не означало ничего хорошего. Возможно, воображение Лены было не так и далеко от истины, когда рисовало образ «жениха».

— Запрос на визит. Гость категории один. Сиятельный Руаль, — раздался в коридоре приятный женский голос. — Разрешить?

Лена скривилась — а вот и женишок. Лёгок на помине.

— Запретить, — язвительно сказала она, наспех обмотала горло шарфом и пошла искать в прихожей какое-то подобие домофона.

— В визите отказано.

Чёрт! Оказывается, у домофона голосовое управление. А Лена думала: чтобы впустить гостя нужно нажать какую-то кнопку. Надо запомнить на будущее — не разговаривать с техникой вслух.

— Нет-нет-нет. Разрешить визит.

— Визит разрешён. Встречайте — сиятельный Руаль.

Лена усмехнулась — этот тоже «сиятельный». Тут обычные несветящиеся мужчины имеются?

Входные двери раскрылись синхронно с дверьми лифта, доставившего гостя, и в прихожую вошёл невысокий парень. Рост — единственное, что интуиция Лены угадала правильно. В остальном он был совершенно не похож на тот образ, что нарисовало воображение. Не красавец, конечно, но, по крайней мере, опрятен. Слегка вьющиеся белёсые волосы до плеч, крупный нос, большие карие глаза.

— Элен, малышка, как я соскучился! — Руаль раскинул руки для объятий и бросился к Лене.

Она ловко увернулась и, постаравшись придать голосу сиплость, проскрипела:

— Подхватила какой-то вирус. У меня ангина. Лучше держись на расстоянии. Не хочу, чтобы ты тоже слёг.

— Господи! — сокрушённо воскликнул Руаль. — Выходит, Эурстенцель действительно так ужасен, как про него рассказывают? Там холодно и сыро? Ты там подхватила простуду?

Лена кивнула, и чтобы у «жениха» снова не возникло желание обниматься, прошла в комнату и заняла единственное кресло. Руалю пришлось примоститься на пуф, в противоположном конце спальни.

— Бедная моя малышка, как ты натерпелась, — в больших по-щенячьи преданных глазах заблестели слёзы. — Я так переживал, когда тебя отправили в это мрачное место. Но надеялся, что тебя быстро выпустят. Ни секунды не сомневался в твоей невиновности. Хотя до сих пор не могу понять, зачем ты ночью пошла к Сиятельному Мэю. Зачем тебе вообще понадобился личный врач Его Светлейшества?

Ого! Выходит, вот в чьей смерти обвиняют Элен. Оказывается, она навещала доктора королевской семьи незадолго до его кончины. Зачем? Ответ на этот вопрос Лене хотелось бы знать не меньше Руаля. Вся её дальнейшая судьба в Запасном Мире зависела от того, виновата ли Элен в смерти врача, или её подставили?

— Хотя теперь я начинаю догадываться, почему тебе мог понадобиться сиятельный Мэй, — не дождавшись ответа Лены, продолжил за неё Руаль. — Это ведь связано с тем, что ключ оказался у тебя? Знаешь, до сих пор не верится. Подумать только, моя невеста — обладательница тайных знаний. Как такое может быть? Почему раньше я ничего такого не замечал?

Руаль смотрел на Лену глазами полными восхищения.

— Знаю-знаю, это всегда бывает неожиданно. Никто никогда заранее не может догадаться, кто является очередным Хранителем Ключа. Но, боже, какой я счастливчик! Ведь ты могла выбрать в женихи кого-то побогаче, кого-то из королевской семьи, а выбрала меня.

В глазах Руаля вновь заблестели слёзы. Лена понимала, что её молчание затянулось и она должна хоть что-то выдавить из себя в ответ на проникнутые сильными чувствами слова. Тем более что «жених» оказался вполне нормальным парнем и даже вызывал симпатию.

— Ты у меня такой милый, — наконец, разразилась Лена сладкой притворной фразой.

Щёки Руаля вспыхнули, он смутился.

— Знаешь, вчера весь вечер ждал твоего звонка. Всё надеялся, что ты передумаешь и позволишь приехать.

Передумать Лена, конечно не могла. Но что интересно, даже если бы передумала, позвонить у неё всё равно не получилось бы.

— Я хотела, но, представляешь, забыла пароль к списку контактов. Видимо, сказалось пребывание в Эурстенцеле.

— Как ты могла забыть? — с лёгкой обидой в голосе спросил жених. — Это же дата нашего знакомства.

Ну, вот и нужная информация. Теперь бы ещё узнать, когда Элен и Руаль повстречались. Напрямую спрашивать было нельзя — вызовет ещё большую обиду, а то и подозрения. Надо попытаться подойти к нужной теме окольными путями. Жаль актриса из Лены никудышная. Хотя Руаль, похоже, так влюблён, что может и не заметить притворства.

— Помню, конечно, просто пошутила. Разве я могу забыть день нашей первой встречи. Он был особенный, правда? Погода стояла чудесная!

— Ну, кому-то моросящий холодный дождь начала зимы мог бы показаться довольно неприятным. Но не мне. Твоя улыбка согревала. С того дня я обожаю дождь.

Это было даже проще, чем Лена могла подумать. Если в Запасном мире, также как и в земном, зима начинается с двенадцатого месяца, то подобрать пароль теперь дело техники.

Запиликавший телефон прервал романтический щебет Руаля. Звонивший представился личным секретарём Его Светлейшества.

— К которому часу за Вами прислать машину? — поинтересовался очередной сиятельный.

— Э-э-э… — опешила Лена.

— Вам будет удобно к 12? Вы успеете собраться?

— Собраться куда? — тупо переспросила Лена.

— Как куда? — теперь уже опешил секретарь. — В Лазурный Дворец.

И хотя словосочетание ни о чём Лене не говорило, догадаться было не сложно — речь о резиденции Его Светлейшества.

— К 14, - Лена решила немного выиграть время, раз уж ей предоставили такую возможность.

Руаль в отличие от своей «невесты» сразу догадался, о чём речь.

— Переезжаешь в Лазурный Дворец? Ладно, пойду тогда. Не буду мешать собираться. Вечером позвоню, ты же не против?

Вообще-то, Лена была против. Она не знала, как вести себя с парнем, который явно испытывал к ней искренние и светлые чувства. Вернее, не к ней, а к Элен. Лена, понятное дело, ничем ответить на эти чувства не могла, ведь была едва знакома с Руалем. От этого ощущала неловкость. Ей было почему-то немного жаль его. Складывалось впечатление, что он неплохой парень, правда, не в её вкусе.

— Да, чуть не забыл, — так и не дождавшись ответа, произнёс «жених». — Я же принёс тебе мороженое.

— Мороженое? — глаза Лены заблестели.

— Твоё любимое — фисташковое. Только не знаю, можно ли тебе с больным горлом.

— Можно! — отчаянно закивала головой Лена.

Она не ела уже сутки, а тут её любимое лакомство уплывает из-под носа.

— Ладно, — улыбнулся Руаль, — только ешь потихоньку. Согревай во рту, и только потом проглатывай, хорошо?

— Хорошо.

Он подошёл к креслу и протянул Лене красивую упаковку, а потом наклонился и нежно поцеловал в губы. Это было неожиданно, она не успела увернуться.

— Вечером позвоню, — прошептал он, оторвавшись от неё, и вышел из квартиры, оставив Лену в смятении.

Глава 6. Мама

Как только за «женихом» закрылась дверь, Лена бросилась к телефону. Во-первых, ей хотелось поскорей забыть о своём досадном промахе — пропущенном поцелуе, а, во-вторых, не терпелось подобрать пароль и просмотреть список контактов.

Она вводила даты, начиная с 1-ого декабря, и число 05–12 подошло.

— Получилось! — радостно воскликнула Лена.

Её взгляду открылась табличка: имя — номер, имя — номер, имя — номер. Ничего интересного. Но вдруг в списке имён промелькнуло слово «мама». Слово, которое с детства, с того дня, когда два самых близких человека погибли при пожаре, вызывало горько-сладкие противоречивые чувства. Это была любовь и одновременно тоска, счастье и одновременно горе. Сердце бешено застучало в груди. У неё в Запасном Мире есть мама?! Живая мама, которой можно, вот так запросто взять и позвонить? Комок подступил к горлу. Стало трудно дышать, но Лена усилием воли выровняла дыхание. Это у Элен есть мама. У Элен. Для Лены, она абсолютно чужая женщина.

Господи, но почему же так хочется услышать голос этой чужой женщины? Лена уже было начала набирать номер, но заставила себя остановиться. Что она скажет? Она понятия не имеет, что говорить. Да мать Элен мгновенно вычислит, что это не её дочь, мгновенно выведет Лену на чистую воду. Ей это надо? У неё без того мало проблем? Нет, проблем было хоть отбавляй, и надо было сосредоточиться на них.

Во-первых, ей предстоял переезд в резиденцию Его Светлейшества. А Лена не знала, для чего. Хотя у неё появилась одна догадка после того, как «жених» обмолвился про какие-то сокровенные знания, которыми должен обладать Хранитель ключа. Возможно предполагается, что ей нужно будет поделиться этими знаниями с Его Светлейшеством. И вот тут-то и выявится, что Лена самозванка. А может это станет понятно ещё раньше, как только она переступит порог Лазурного Дворца. Потому что отличить Его Светлейшество от какого-нибудь очередного сиятельного Лена не сумеет.

Можно, конечно, вообще не ехать ни в какую резиденцию. Попытаться сбежать. Но сможет ли она выжить в бегах, ничего не зная про Запасной мир. Да и Кастр ей не двусмысленно намекнул, что обвинения в убийстве с неё сняты из-за её близости к королевской семье. Но вряд ли Его Светлейшество станет за неё заступаться, если она сбежит. Замкнутый круг.

Нет, у Лены действительно слишком много проблем, чтобы добавлять к ним ещё одну. Она нехотя отложила телефон в сторону. Но не успела выпустить из рук, как он зазвонил. Опять жених? Не успел уйти, как уже соскучился?

— Фея Элен? — раздался из трубки неприятный шипящий голос.

От этого шипения мороз пробежал по коже.

— Да.

— Ты уверена?

Лена поёжилась. Даже жених не заподозрил подмены, значит, её голос очень похож на голос Элен. Что тогда имеет в виду человек на том конце провода?

— Да, — повторила Лена.

— А как у тебя обстоят дела с магией, Фея? — сделав саркастическое ударение на словах «магия» и «Фея», спросил шипящий тип.

Господи, что он имеет в виду?

— Присвоила себе чужое имя. Думаешь, тебе и способности Феи передались? Ошибаешься. Думаешь, подмены никто не заметит? Заметит. Я поспособствую. Убирайся туда, откуда пришла. Даю тебе на это три дня. Иначе Его Светлейшеству станет известно, что ты самозванка. Ты ещё наверно не знаешь, что в нашем мире делают с самозванцами? Поверь, это гораздо хуже Эурстенцеля.

Шипение в трубке смолкло. И Лену охватил истерический смех. Этот шипящий тип, даже представить себе не может, на какие жертвы готова она пойти лишь бы убраться туда, откуда пришла.

Глава 7. И снова стихии…

Лена стояла перед открытым шкафом и пыталась понять, что из гардероба Элен стоит взять с собой на новое место жительство. Кофточки, юбочки, брючки, платьица — казалось бы, богатый выбор, но все наряды были слишком аляпистыми. Лена скрипя сердце побросала в дорожную сумку несколько несуразно цветастых одёжок, но когда дело дошло до ярко-жёлтой блузки, запихнула её обратно в шкаф. Нет-нет-нет. Она согласна на любой цвет, только не канареечный. Он напоминал ей об Эдуарде. Об этом красавце-зомби, благодаря которому она вынуждена торчать здесь, в Запасном Мире, который с каждой минутой раздражал её всё больше и больше. Собственно, как тут не раздражаться? Вроде бы похож на земной, вроде технологии развиты, но при этом какие-то Светлейшества, сиятельные, Феи.

А теперь ещё добавился шипящий тип с его странными намёками и угрозами. Вот бы вычислить, кто это. Может он и дорогу домой подсказал бы, раз так хочет, чтоб Лена поскорее убралась. Но как же его вычислишь? Даже номер, с которого он звонил, не определился. Эх, не любила Лена загадок. Сейчас бы сюда Настьку. Вот кто щёлкал любые головоломки на раз, вот кто любил приключения.

Воспоминание о сводной сестре вызвало на лице Лены улыбку. Как же она соскучилась! Хотя не виделись они всего сутки. Для кого-то это совсем недолгое расставание, но не для них. Они с Настькой были закадычными не разлей вода. Лена заснуть не могла, если не рассказала Настёне, как прошёл день, и не выслушала в ответ поведанные взахлёб новости. Сёстры понимали друг друга с полуслова. Они научились этому с детства.

После смерти мамы, отец долго катился вниз. Наверно, ещё немного и Лена потеряла бы и его. Но случай свёл родителя с такой же несчастной неприкаянной душой, топящей в бутылке боль от потери любимого супруга. Они поженились. Не потому, конечно, что полюбили друг друга. Просто вместе было легче горевать, легче оплакивать утрату. У отца появилась какая-никакая поддержка, а у Лены — сводная сестра. И с того дня жизнь изменилась. Больше Лена не была одинокой.

Не была одинокой — там, дома. А здесь приходится полагаться только на себя. Ну, ещё, возможно, на бабушкины стихи-подсказки. Жаль, что они почему-то перестали всплывать в голове…

То ли Лена часто и подолгу зависала, обдумывая ситуацию, то ли время в Запасном Мире текло как-то не так: стремительнее и незаметнее, но не успела она собрать сумку, как говорящий домофон оповестил о прибытии Эрнеста, личного водителя Его Светлейшества. Лене резануло слух, что представлен шофёр был просто по имени. Надо же! Первый мужчина без сияния. Оказывается, здесь бывают и такие.

Решив, что заставлять королевских особ ждать, скорее всего, в любом мире считается дурным тоном, Лена подхватила сумку и вышла из квартиры навстречу неизвестности.

Водитель Его Светлейшества оказался немногословен, что Лену вполне устраивало. Она устала обдумывать каждое сказанное слово, боясь ненароком выдать себя. Её и так вскорости ожидала непростая беседа с королевской особой. Беседа, где не то что слово, а даже какой-нибудь неверный жест может стоить слишком дорого. Ведь Лена понятия не имела о местном придворном этикете. Как тут, например, принято приветствовать Его Светлейшество. Отвесить поклон, присесть в книксене, а может просто пожать руку? Оставалось надеяться, что перед аудиенцией у неё будет время немного освоиться и разведать хотя бы минимум необходимой информации.

Машина довольно долго неслась по магистралям города небоскрёбов, но, в конце концов, выехала за его пределы. Красивые лесные пейзажи проносились мимо с такой быстротой, что не возможно было их толком разглядеть. Однако Лена успела заметить, что природа Запасного Мира вполне похожа на земную.

Сколько прошло времени, пока машина не достигла цели, сказать трудно. Лена определённо потеряла способность чувствовать его ход. Но зато задолго до прибытия безошибочно определила, что они подъезжают к резиденции Его Светлейшества. Лазурный Дворец стоял на холме и был виден с большого расстояния. Как же он был прекрасен! Приковывал взгляд. Сложная комбинация бесконечных башен и башенок, которые венчали высокие конусообразные небесно-голубые крыши. При этом сами стены сияли искрящейся белизной. Дворец окружали аккуратно выстриженные лужайки. А чуть поодаль был разбит шикарный парк. Неплохо однако Светлейшество устроился!

У ворот резиденции Лену встретила высокая сухая женщина. Строгая причёска. Недовольно поджатые губы-ниточки. Интересно было бы знать — кто такая.

— Фея Аурелия, помощник Его Светлейшества, — представилась женщина. — Мне поручено проводить вас в вашу комнату.

— Спасибо, — не придумала ничего лучшего в ответ Лена.

— Следуйте за мной.

Больше не говоря ни слова, никаких там «добро пожаловать» или «как добрались?», помощница Светлейшества быстро засеменила к центральному входу во Дворец. Лена едва за ней поспевала.

— Ужин в семь на восточной террасе, — бросила Аурелия, даже не повернув головы. — Его Светлейшество пожелал разделить его с Вами.

Видимо, до приезда Лены он делил его со своей помощницей. Иначе объяснить неприязнь Аурелии было сложно.

Внутреннее убранство Дворца поражало не меньше, чем его внешний вид. Богатство и роскошь подчёркнуто царили во всём.

— Ваша комната, разумеется, на первом этаже, — сделав ударение на слове «разумеется», сухо произнесла Аурелия.

Лене оставалось только догадываться, чем первый этаж лучше или хуже остальных и почему ей полагалась жить именно здесь.

Пара коротких коридоров, один длиннющий и опять череда коротких. Казалось, им конца нет. Лена отчаянно пыталась запомнить дорогу, чтобы в дальнейшем не заблудиться в лабиринтах Дворца. Наконец, остановившись возле одной из дверей, Аурелия сообщила:

— Ваша комната.

И быстро удалилась, чему Лена была несказанно счастлива, потому что общество злобной мымры её напрягало.

Стоило ли удивляться, что комната оказалась не комнатой, а огромными апартаментами, состоящими из спальной, кабинета и ванной. Роскошная мебель и изысканный декор не портили обстановку. Всё казалось по-домашнему милым. Прямо под окнами спальни рос огромный куст сирени. Пьянящий аромат, просачиваясь, через приоткрытое окно заполнял комнату. А у Свелейшества не так уж и плохо! Если бы ещё он оказался достаточно адекватным, то, пожалуй, недельку-другую Лена бы согласилась здесь пожить.

Она начала разбирать вещи, когда вдруг услышала какой-то шорох, раздающийся под окном. Потихоньку подошла и глянула вниз. Рядом с кустом сирени она увидела скамейку, а на ней целующуюся парочку. Лена решила закрыть окно, чтобы не мешать влюблённым. Но те, видимо, уже наобнимавшись вдоволь, начали разговор. Лена тут же передумала закрывать окно, а наоборот, села в ближайшее кресло и затаилась. Подслушивать, конечно, не красиво. Но как ещё ей добывать информацию?

Парень, насколько Лена поняла, был только что принят на работу во Дворец, а его возлюбленная, напротив, уже успела поработать какое-то время на местной кухне.

— Малика, как же я рад, что теперь могу быть рядом с тобой.

— Я тоже, милый.

— Но ты не представляешь, чего мне это стоило. Уже думал — не получится. У меня столько рекомендаций, я лучший выпускник колледжа ландшафтного дизайна, а мне устроили столько проверок, столько экзаменов, прежде чем взять рядовым садовником.

— Что ты хотел, Кириан? Всех так проверяют. Меня тоже, знаешь, сколько мурыжили. Берут самых надёжных. Его Светлейшество не хочет, чтобы случайный человек стал свидетелем экспериментов, которые здесь проводят сиятельные и Феи.

— Ты про магию? — перешёл на шёпот Кириан.

Лена встала с кресла и на цыпочках подошла к окну, чтоб лучше слышать.

— Да.

— А ты хоть раз что-то видела?

— Нет. У меня пока нет допуска на территорию, где магия разрешена.

— Но что рассказывают те, кто имеет туда доступ?

— Рассказывают интересные вещи.

Парочка влюблённых говорила всё тише и тише. И Лене, чтобы слышать, пришлось чуть ли не высунуть ухо в окно.

— Сиятельные и Феи работают с тремя стихиями. Наш шеф-повар, у него допуск везде, говорит, зрелище страшное и одновременно завораживающее.

— Хоть раз бы увидеть! Чёрт, и почему территория, где магия разрешена такая маленькая? Почему бы им не проводить свои эксперименты здесь, в саду?

— Ты, что, в саду?! Знаешь, откуда они берут энергию для магических трюков?

— Откуда?

Как Лена не напрягала слух, ответ ей разобрать не удалось. Малика прошептала его в самое ухо возлюбленного. После этого разговор затих. Видимо, прикосновение прелестных губок заставило Кириана потерять интерес к теме беседы, и парочка вновь принялась целоваться.

Лена осторожно закрыла окно и плюхнулась на кровать, чтобы систематизировать так удачно полученную информацию. Во-первых, теперь ей стало примерно понятно, что означают слова «сиятельный» и «Фея». Не каждый человек Запасного Мира имеет право на такое обращение. Только избранные. Те, кто умеют проводить особые эксперименты, по-другому, называемые магией. Что подразумевается под магией, пока не понятно. Но это какие-то зрелищные манипуляции с тремя стихиями. Лена практически не сомневалась, что речь идёт о тех же самых, что и в квесте Эдуарда: огонь, вода и… третья стихия, какая-то размытая: медные трубы, слава, богатство, деньги, «бабло», монеты. Эксперименты эти, видимо, очень опасны и требуют много энергии, поэтому территория их проведения ограничена небольшим участком резиденции Его Светлейшества. Не избранным про магические фокусы сиятельных и Фей известно крайне мало. Первые держат информацию в тайне от вторых.

Ещё и ещё раз прокрутив в голове разговор садовника и поварихи, Лена пришла к выводу, что ей обязательно нужно проникнуть на территорию магии и понаблюдать за экспериментами. У неё появилась надежда: не там ли кроется подсказка, как ей попасть домой.

Глава 8. Ужин на веранде

Время опять пролетело стремительно быстро. Лена смотрела на часы и не могла поверить, что уже половина седьмого. Выходит, анализ подслушанного разговора занял у неё целый час, и на подготовку к ужину в компании Его Светлейшества осталось меньше тридцати минут.

А, может, это и к лучшему, что придётся поторопиться. По крайней мере, времени на переживания, как всё пройдёт и чем для Лены закончится, не осталось. Быстренько проглядев аляповатый гардероб, она выбрала ярко-зелёное с голубизной приталенное платьице. И хотя понятия не имела, какой дресс-код предусмотрен для ужина с королевской особой, решила, что платье по-любому будет уместнее брюк. Режущая глаза бирюза действовала на нервы. Но, подойдя к зеркалу, Лена сделала неожиданное открытие — платье ей шло. Стройнило, подчёркивало плавность линий фигуры, гармонировало с цветом глаз.

Среди обуви Элен отыскались и туфельки в тон. А вот кричащую бижутерию Лена надеть не решилась — не хотелось смахивать на папуаску. Короткие волосы, которые обладали удивительной пышностью, послушно уложились в оригинальную причёску, стоило взбить их руками и тряхнуть пару раз головой. Ну вот — Лена и готова.

Не успела она осознать, что понятия не имеет, куда идти, как в дверь постучали. На пороге стояла Аурелия. Смерив хозяйку комнаты ледяным взглядом, она процедила:

— Фея Элен, следуйте за мной. Его Светлейшество распорядился проводить вас на восточную веранду.

И опять в сопровождении злобной мымры Лене пришлось преодолеть вереницу коридоров и коридорчиков. Запомнить дорогу она уже даже и не пыталась — бесполезно. И потом, возможно, ей это и не пригодится. Существовала большая вероятность, что прямо с ужина Лену направят в Эурстенцель или ещё куда похуже, потому как Его Светлейшество на раз вычислит в ней самозванку.

Видимо, второй день постоянного стресса притупил остроту ощущений, и мысль о возможном разоблачении вызвала только лёгкий неприятный холодок, пробежавший по телу волной. Такое чувство вполне можно контролировать. Это не сковывающее мозги отчаяние, впадать в которое при сложившихся обстоятельствах было бы совершенно непростительно. Что там говорил философ-зомби: безысходность мешает выпутываться из безвыходных ситуаций? Так и есть.

Вспомнив об Эдуарде, Лена невольно передёрнула плечами: и почему ей покоя не даёт этот равнодушный красавчик? Почему в памяти постоянно всплывают то его слова, то его безупречные черты лица, то его безэмоциональные манеры. И главное — почему всё это её так бесит?

Понять свои чувства Лена не могла. Да у неё и времени-то на их анализ не было. Необходимо было решать более насущную головоломку, которая встанет перед ней, как только она войдёт на веранду. Задача не так и проста — догадаться, кто из находящихся там мужчин, является хозяином резиденции и как его правильно приветствовать. Если повезёт и Его Светлейшество явится чуть позже, то проблем не будет. Лена просто скопирует поведение остальных участников ужина. Но что если он уже там?

Возле входа на веранду дежурили два швейцара. Или охранника — кто их разберёт. Одеты парни были вычурно: красные камзолы, расшитые золотом, высокие головные уборы, украшенные перьями, блестящие сапоги. Куда Лене в её бирюзовом платьице до них.

— Фея Элен, — сказал один из обладателей экзотической униформы, — Его Светлейшество уже ожидает вас.

Он распахнул двери и жестом пригласил зайти внутрь.

— Фея Аурелия, а вас просили удалиться.

Мымра окатила говорившего презрительным взглядом и, поджав губки, засеменила прочь. А Лене ничего не оставалось, как принять приглашение.

Веранда, вопреки ожиданиям, оказалась небольшой. Почти всё свободное пространство занимал длинный стол. У дальней его стороны расположился высокий статный мужчина лет пятидесяти, который был довольно просто одет. Никакого тебе шитого золотом костюма, шапок с перьями или дорогих украшений. Это и есть Его Светлейшество??! Лена украдкой обвела взглядом веранду в поисках другого претендента на звание королевской особы, но больше в помещении никого не было. Всё-таки человек с лёгкой проседью на висках и проницательными серыми глазами, который встал из-за стола и начал приближаться к Лене, и есть Его Светлейшество. А она-то полагала, что если придворные разодеты, как павлины, то сам владелец резиденции будет вообще сиять как новогодняя ёлка.

Лена ещё раз обшарила взглядом углы: а где все? Где королевская свита? Вот чего совсем не ожидала, так это оказаться со Светлейшеством наедине. Он, что, решил разделить ужин только с ней? Чёрт! Этого только не хватало! У Лены не будет образца для подражания. Придётся импровизировать.

Между тем владелец Дворца уже преодолел половину дистанции. Необходимо было срочно придумать, как его поприветствовать. Почему-то книксен или поклон в сторону обладателя скромного костюма казался не уместным. Но что тогда? Не руку же Светлейшеству целовать. Хотя, похоже, именно такого приветствия он и ожидал. По мере его приближения к гостье, рука всё больше вытягивалась вперёд. Лену охватили противоречивые чувства, и пока она с ними отчаянно боролась, Светлейшество поймал её руку в свою и крепко пожал:

— Добро пожаловать, Фея Элен! Вы наверно догадываетесь, как я рад вас видеть. Хотя нет, не догадываетесь. Вы слишком молоды, чтобы понять отцовские чувства.

Да, Лене сложно было понять Светлейшество. Он даже не представлял, насколько сложно. Она знать не знала, чему он радуется, почему пожимает руку, как равной, и причём здесь отцовские чувства. Впрочем, задавать все эти вопросы, она, понятное дело, не могла. Поэтому выдавила из себя улыбку и произнесла:

— Спасибо за гостеприимство, Ваше Светлейшество.

— Без посторонних можете называть меня просто Северин.

— А вы меня просто Элен, — только и нашла что ответить ошарашенная Лена.

Владелец Дворца вернулся на своё место во главе стола и жестом пригласил гостью присоединяться к трапезе. Лена расположилась напротив Северина. Только теперь, поняв, что первая опасность миновала, она немного расслабилась и заметила, сколько перед ней красовалось изысканных блюд. Она ощутила приступ зверского голода. Ещё бы! Единственное, что Лена за сегодня съела, было мороженое.

Она дождалась, пока Его Светлейшество чинно и неторопливо наполнил свою тарелку деликатесами, а затем последовала его примеру. Несколько сортов мяса и птицы, колбасы, сыры, сочные овощи, восхитительные десерты — у Лены глаза разбегались. Ей хотелось попробовать всё, но нужно было соблюдать приличия и пришлось ограничиться небольшим количеством блюд.

— Когда вы приступите к занятиям?

Вопрос Северина застал врасплох, и Лена едва не поперхнулась.

— На следующей неделе, — расплывчато ответила она, надеясь, что отсрочка в несколько дней даст ей время разузнать, что от неё хотят.

— Я настаиваю, чтобы вы не затягивали, — Светлейшество сощурил глаза, в них неожиданно сверкнул лёд. — Ведь и так осталось совсем немного времени, из-за того, что вы продемонстрировали ключ так поздно.

Несколько секунд холодный взгляд вымораживал душу, но вдруг смягчился.

— Знаю-знаю, Хранителю ключа виднее. Но поймите меня, я устал ждать. Надеюсь, занятия начнутся не позднее послезавтра.

— Хорошо, — промямлила Лена, не имея ни малейшего представления, о чём идёт речь.

У неё пропал аппетит. Она нехотя отправляла в рот маленькие кусочки, мечтая, чтобы ужин поскорее закончился. Господи, как же ей надоели эти загадки!

Прошло ещё несколько бесконечно долгих минут, пока Светлейшество насытился и заметил, что гостья тоже сыта.

— Доброй ночи! Не смею вас больше задерживать, — учтиво попрощался он.

Однако когда Лена подошла к двери, кинул на прощание:

— Жду вас к завтраку на западной веранде к 8-ми утра. У вас будет возможность познакомиться поближе с Мариэллой и Найтом. Вы бы видели, как прыгала вчера малышка, когда узнала радостную новость. Принц, понятно, напротив, не был в восторге от известия. Но пусть вас не вводит в заблуждение его холодный приём. На самом деле он славный мальчик.

Глава 9. О пользе чтения

Лена вышла с веранды и поплелась по коридору, обдумывая последние слова Северина. Она догадалась, что Мариэлла и Найт, являются его детьми. Со слов Сиятельного Кастра у Его Светлейшества имелось два отпрыска. Всё сходится. Под новостью Северин скорее всего подразумевал появление Лены с монетой. Но вот почему так по-разному это событие восприняли дети Светлейшества, было очередной головоломкой.

Пройдя несколько разветвлений наугад, Лена пожалела, что в этот раз её не сопровождает мымра Аурелия. Вероятность найти свою комнату в дворцовом лабиринте без чьей-либо подсказки стремилась к нулю. А спросить дорогу было не у кого. Коридоры оглушали своей пустотой. Складывалось впечатление, что на первом этаже, кроме Лены, вообще никто не живёт. Хотя чего ей тогда расстраиваться — заходи в любую комнату и чувствуй себя как дома.

После получаса бесплодных блужданий, она, наконец, оказалась возле двери, очень похожей на свою. На всякий случай постучалась — никто не ответил, и она вошла. Нет, это были не её апартаменты. Обстановка гораздо скромнее, площадь меньше. Лена уже было собралась ретироваться, как заметила книжный шкаф. Вот это удача! Сразу вспомнился старый школьный пафосный лозунг, написанный на плакате при входе в библиотеку: книга — источник знаний. Так и есть, причём, в сегодняшней ситуации — бесценных знаний.

Лена принялась изучать корешки. Ей нужны были справочники, энциклопедии, исторические очерки. Но названия, выбитые золотистыми буквами — «Страсть», «Искушение», «Разбитое сердце» — однозначно свидетельствовали, что хозяйка комнаты — поклонница исключительно любовных романов.

Лена начала проглядывать книги по второму разу, в надежде, что могла пропустить что-то стоящее, как вдруг в коридоре послышались шаги. Вытащив наугад первый попавшийся томик, она юркнула за занавеску, и затаилась, ожидая, что человек пройдёт мимо. Но нет. Дверь распахнулась и в комнату кто-то вошёл. Любопытство перебороло осторожность: Лена аккуратненько раздвинула края штор. Через узкую щель она прекрасно смогла разглядеть хозяйку комнаты. И вот сюрприз — это оказалась Аурелия. Надо же! Кто бы мог подумать, что такой злобный сухарь зачитывается романтическими историями.

Аурелия переоделась в домашний костюм и удобно устроилась в кресле с книжкой в руках. Чёрт! Это надолго. Лене оставалось только надеяться, что рано или поздно мымре понадобится наведаться в ванную комнату, и тогда появится возможность быстренько вышмыгнуть в коридор. Первый раз за последние сутки Лене показалось, что время течёт медленно. Тело от неудобной позы затекло. В горле пересохло. Прошло, наверно, больше часа, пока Аурелия, наконец-то, отложила книгу и удалилась. Лена сняла туфли и на цыпочках, стараясь не дышать, вышла из комнаты. Кажется, мымра ничего не заметила.

В коридоре поджидал очередной сюрприз. Включилось вечернее освещение. Лампы голубоватого оттенка делали всё вокруг таинственно прекрасным, но теперь лабиринт дворца стал ещё более неузнаваем. Лена осознала, что свою комнату ей сегодня в одиночку отыскать не суждено. Перспектива всю ночь гулять по коридорам выглядела настолько непривлекательной, что заставила решиться на отчаянный шаг. Сунув книгу за пазуху, Лена постучалась в дверь комнаты, из которой несколько минут назад ретировалась.

Мымра открыла и, кажется, опешила. На секунду в её глазах мелькнуло живое естественное чувство удивления. Но уже в следующее мгновение взгляд стал непроницаемым и холодным.

— Фея Аурелия, — Лена постаралась изобразить искреннюю улыбку, — какое счастье, что нашла вас! Представляете, заблудилась, никак не могу отыскать свою комнату. Не могли бы вы мне помочь?

— Его Светлейшество не распорядился, чтобы кто-то проводил вас?

— К сожалению, нет.

Кажется, ответ мымре понравился. Лене показалось даже, что на лице Аурелии промелькнула злорадная улыбка.

— Хорошо, — снисходительно сказала она, — следуйте за мной.

Оказывается, Лена была не так и далека от цели. Через пару минут она уже стояла возле дверей своей комнаты.

— Благодарю. Доброй ночи, — с вежливой улыбкой попрощалась она с провожатой и шмыгнула к себе.

В огромных, но уютных апартаментах, которые на время стали домом, Лена почувствовала себя в относительной безопасности. Она переоделась, плюхнулась на кровать и приступила к изучению трофея, добытого в комнате мымры.

Книга за авторством Vivi Lee под названием «Фея и садовник», как и ожидалось, оказалась любовным романом. Страница за страницей Лена увлеклась сюжетом. История оказалось очень трогательной. Простой садовник и влиятельная Фея, родственница Его Светлейшества, воспылали друг к другу пламенными чувствами, но быть им вместе, было не суждено. Только кто-то из Сиятельных мог стать женихом Феи — браки между избранными и обычными людьми были строго запрещены. Окружающие осуждали отношения влюблённых. От Феи отвернулись родственники и друзья. Тогда она решилась на отчаянный поступок: применила магию трёх стихий и перенеслась с возлюбленным в иной неизвестный мир. На этом роман заканчивался. Оставалось только надеяться, что пылкие сердца найдут счастье в этом новом мире.

Но самым интересным для Лены оказался, как ни странно, побочный сюжет. В романе много места уделялось дворцовым интригам, отношениям между родственниками. Отсюда она извлекла бесценную информацию. Во-первых, убедилась, что Его Светлейшество, действительно, является Королём. И хотя его власть распространяется только на Фей и Сиятельных, а в остальном система управления Запасным Миром не многим отличается от земной, но Его Светлейшество обладает исключительным авторитетом. На практике ни разу не случалось, чтобы кто-то ослушался его совета или не выполнил его поручения.

Власть по наследству передавалась одному из отпрысков, но не обязательно самому старшему. Когда все дети королевской четы достигали совершеннолетия между ними проходил конкурс. Победитель и становился новым Светлейшеством.

Однако этим странности Запасного Мира не ограничивались. У каждого королевского отпрыска должен был быть свой Наставник, по-другому называвшийся Хранителем Ключа. Избранный из избранных, обладатель сокровенных знаний. Сам факт рождения в королевской семье ещё не делал ребёнка претендентом на трон, а только тайные знания, полученные на занятиях с Хранителем Ключа.

С появлением у королевской четы первенца появлялась и интрига. Дело в том, что заранее не было известно, кто будет его Наставником. Это всегда являлось большой неожиданностью. Им становились любая Фея или Сиятельный, предъявившие опознавательный знак — круглый медный ключ с таинственными символами. Наставник сам решал, когда дать о себе знать. Но обычно это случалось не позже, чем отпрыску стукнет семь лет. Только после того, как первенец обретал своего Наставника, королевской чете разрешалось завести второго ребёнка. И снова они ждали появления Хранителя ключа, прежде чем получить право на следующего малыша.

Теперь Лене многое стало понятно. Не ожидала она, что найдёт столько полезной информации в любовном романе. Получается, когда она показала монету, то была признана ни много ни мало Наставником очередного королевского отпрыска, обладателем тайных знаний. Почему старинная земная монетка является в Запасном Мире знаком свыше, оставалось только догадываться, но одно понятно — до Лены кто-то из её родного мира здесь уже побывал и возможно не раз, ведь откуда-то регулярно, с появлением на свет очередного королевского отпрыска, находятся и ключи.

Однако в последнее время, видимо, произошёл какой-то сбой в поставке монет, ведь Наставник долго не появлялся. Сначала у королевской четы всё шло по плану. Первенец Найт, получил своего Хранителя Ключа и в семье появился второй ребёнок — Мариэлла. Но малышка оказалась не такой удачливой, как её брат. Её Наставник не спешил приступать к своим обязанностям. Королевская чета и сама Мариэлла с нетерпением ждали его появления. Но не Найт. Принца устраивало, что он единственный отпрыск королевской семьи, имеющий законное право на трон. И тут опачки — Лена с монетой. Вот это она влипла.

Она даже не знала, кого ей больше боятся: недружелюбного Найта, для которого Лена стала неожиданным препятствием на пути к власти, или малышку Мариэллу и её папочку, которые быстро поймут, что никакими сокровенными знаниями Наставница не обладает.

Поток невесёлых мыслей прервал телефонный звонок. Лена взяла трубку.

— Милая, как дела? Как доехала? Как устроилась?

«Жених». А она уже успела забыть, что у неё имеется ещё одна проблема. Впрочем, в свете того, что Лена только что узнала, звонок добродушного Руаля показался не таким уж неприятным событием.

— Всё хорошо, дорогой.

— Я тут подумал, давай завтра вечером заеду за тобой, поужинаем где-нибудь…

— Нет, — перебила Лена. — Не смогу. Пока очень занята.

— Понимаю-понимаю, — безропотно и немного грустно согласился «жених», — но тогда, может, послезавтра.

— Посмотрим, — неопределённо промычала Лена.

Дальше Руаль разразился длинным монологом о том, как он любит свою малышку. Нет, определённо, парень был очень мил. Трогательный романтик. В этот раз на прощание Лена даже смогла выдавить из себя:

— Целую.

Элен определённо повезло. Таких преданных и надёжных мужчин в природе существовало немного. Лена почему-то была уверена, что эта истина справедлива для обоих миров.

Кстати, куда подевалась возлюбленная Руаля? Не раз уже этот вопрос всплывал у Лены в голове, но вереница других загадок, отодвигала его на второй план. Прочитанная сегодня книга натолкнула на мысль — может быть, Фея, не желая нести ответственность за убийство, применила магию трёх стихий и скрылась в ином мире.

Глава 10. Утро нового дня

Лену разбудило яркое солнце и щебет птиц. Она встала с кровати и подошла к окну. Лёгкий ветерок нежно поглаживал усыпанные цветами ветки кустарников и деревьев. Изумрудная зелень шёлковой травы поблёскивала капельками росы — радовалась утру. Хотелось бы и Лене порадоваться новому дню, но он, к сожалению, не сулил ничего хорошего.

Она быстро привела себя в порядок, облачилась во вчерашний наряд и, когда без пятнадцати восемь в дверь постучали, уже готова была идти. Спасибо Светлейшеству — не забыл прислать провожатого, иначе завтракал бы в узком семейном кругу.

Немногословный обладатель экзотической униформы вёл Лену по коридорам, а она в это время обдумывала тактику на ближайшие дни. Значит, ей предстоит заниматься с малышкой Мариэллой. Эх, если бы знать, чему её надо научить, может быть, Лена и смогла бы. У неё в этом вопросе был какой-никакой опыт.

Когда отец привёл в дом новую жену, её дочь определили в ту же школу, где училась Лена, и даже в тот же класс. И это не смотря на то, что Настя была на два года старше. Вскоре стало понятно почему — сводная сестра катастрофически отставала по всем предметам. Она отставала настолько сильно и казалась такой необучаемой, что серьёзно встал вопрос о переводе её в заведение для детей с ограниченными способностями, а, проще говоря, в специнтернат для умственно отсталых. Лена начала отчаянно сопротивляться. Она видела, что Настя способная, очень способная девочка. Просто немного не такая, как все. У сестры была лёгкая степень аутизма. Конечно, это заумное слово Лене тогда было неизвестно, но зато она знала, что делать. Она с упорством, по нескольку часов в день занималась с Настей. Это долго не давало ровным счётом никаких результатов, но Лена не собиралась сдаваться. У неё сердце сжималось от мысли, что сестру могут запереть в интернат. Были испробованы всевозможные методы, на какие только хватало фантазии 9-летней девочки. И, наконец, у сестёр начало получаться. В дневнике у Насти появились тройки и четвёрки, а по математике со временем она стала лучшей ученицей класса. Она поражала преподавателей точных наук нестандартными решениями. Задачи на логику вообще были её коньком. Эх, как же Лене не хватало сейчас её Настьки.

Чопорный провожатый подвёл свою подопечную к красивой резной двери.

— Фея Элен, западная веранда перед вами.

— Спасибо, — кивнула Лена и решительно вошла внутрь.

Западная веранда была значительно больше восточной. Заставлена огромными кадками с цитрусовыми растениями, которые наполняли воздух восхитительным ароматом. Посредине красовался квадратный стол. За ним расположилось трое. Северин, его дочь Мариэлла, которая оказалась совсем не малышкой, а девушкой лет 17-ти, и Найт, который сидел к Лене спиной, поэтому о его возрасте судить было сложно. Его Светлейшество, как и накануне, встал из-за стола, чтобы поприветствовать гостью.

— Фея Элен, мы рады видеть вас в нашем доме. Разрешите, представить: Фейлина Мариэлла…

Принцесса расплылась в озорной улыбке.

— …и Сиятельный Найт.

Принц развернулся к Лене лицом, и она почувствовала, как земля уходит из-под ног. На неё смотрел красавчик Эдуард.

Как там называлась его фирма? «Сюрприз»? Подходящее название…

Первым желанием было подбежать к негодяю, трясонуть хорошенько и потребовать, чтобы срочно прекращал глупый спектакль. Ведь это спектакль, Лена правильно поняла? Часть дурацкого квеста? Ведь так? Нет никаких Королей, Сиятельных и Фей, это всё нанятые актёры и Эдуард для экономии денег одну из ролей исполняет сам. Или нет? Чёрт! Конечно, нет! Лена давно уже убедилась — всё, что с ней происходит, не могло случиться в земном мире.

Тогда, выходит, Эдуард перенёсся сюда, в Запасной Мир, вместе с ней? Очень подозрительно. Особенно если учесть, что его здесь принимают за сына короля. Не понятно, правда, куда девался сам Сиятельный Найт, но аниматора, похоже, это мало волнует. Он совершенно не возражает побыть принцем. Конечно! А чего ему возражать? Ему же не грозит Эурстенцель, его не обвиняют в убийстве и не заставляют быть учителем непонятно каких дисциплин.

Лена опять испытала жгучее желание нанести тяжкие увечья красавчику, из-за которого на неё свалилось столько бед. Но порыв пришлось сдержать. Логика подсказывала, что сидящий за столом парень вполне может оказаться настоящим принцем, который знать не знает ни Эдуарда, ни Лену, ни предысторию их странных взаимоотношений. Ведь некоторые люди Запасного Мира, имеют двойников в земном. Она убедилась в этом на собственном опыте. Лена так похожа на Элен, что даже жених Феи не заподозрил подмены. Аналогично и принц может быть просто внешней копией Эдуарда. Кроме того, даже если перед ней красавчик из её родного мира, выяснять с ним отношения надо без посторонних. Иначе как минимум — ей, а как максимум — им обоим грозит местная психушка.

Все эти мысли пронеслись в голове Лены за секунду. И это хорошо, что стресс последних дней научил её соображать быстро. Потому что пауза и так немного затянулась.

— Очень приятно, — стараясь придать голосу максимальную ровность, ответила Лена.

Найт, последовав примеру отца, встал с места, подошёл к ней и легонько пожал руку. Лена внимательно наблюдала за выражением лица принца. Оно было абсолютно нейтральным. Ничего не выдавало волнения, смятения или хотя бы напряжённой работы мысли. Наверно это должно было бы стать аргументом в пользу гипотезы, что перед Леной парень, который действительно видит её первый раз. Но она-то знала Эдуарда, этого безэмоционального зомби — его практически невозможно вывести из себя.

Ничего! Если перед ней именно он, то рано или поздно любитель канареечных нарядов себя выдаст. Главное — быть внимательной, а ещё важнее — не выдать раньше времени себя. Ведь наверняка, если принц, никакой не принц, а Эдуард, то он тоже сомневается, кто перед ним: его земная знакомая или Фея.

Мужчины вернулись за стол, и Лена тоже присоединилась к завтраку. Опять её аппетит был на нуле, хотя до того, как она «познакомилась» с принцем у неё слюнки текли от вида аппетитных свежеиспечённых булочек, красивыми горками выложенных на блюдах. А вот кофе Лена пила с удовольствием. Этот божественный напиток здесь, в Запасном Мире, был, пожалуй даже, чудеснее, чем дома.

У кого ещё отсутствовал аппетит, так это у Мариэллы. Но, конечно не из-за тревожных мыслей, как у Лены, а из-за радостного возбуждения, в котором она пребывала. Её можно было понять — столько лет ждала своего Наставника, и, наконец-то, дождалась. Она весь завтрак весело щебетала и засыпала Лену вопросами.

— Фея Элен, я так счастлива, так счастлива! Вы себе представить не можете, как! — во весь рот улыбнулась принцесса. Эту фразу она произнесла уже раз пять в разных вариантах. — А когда мы начнём заниматься? Сегодня?

— Занятия начнутся с завтрашнего дня, — степенно ответила Лена.

Она помнила, каким ледяным взглядом смерил её Северин, при попытке чуть-чуть оттянуть время. Рисковать его злить было глупо. Пришлось согласиться с его сроками. Он дал ей всего день на то, чтобы освоится во дворце. Знал бы он, что параллельно Лене приходится осваиваться всего-то ещё и в новом мире.

— Тогда давайте сегодня вместе готовится к празднику Первой Стихии, — похоже, целью Мариэллы было любыми способами добиться провести день с Наставницей. — Адель, моя портниха, шьёт мне такое чудесное платье. Скажем ей, чтобы она сшила что-то сногсшибательное и вам. У неё так замечательно получается!

Хорошо, что из прочитанного вчера романа Лена знала, о чём речь. В предпоследнее воскресение мая в Лазурном Дворце для Фей и Сиятельных традиционно устраивался праздник Первой Стихии — Огня. Жаль, основные события книги разворачивались осенью, и о мероприятиях праздника упоминалось вскользь. Но одно из них Лене было известно — бал. Бал означал танцы. А с местными танцами она знакома не была, и, следовательно, надо избегать участия в празднике.

— Нет, Фейлина, у меня сегодня не будет свободного времени. Нужно подготовиться к первому занятию, — строго ответила Лена.

Логика подсказывала ей, что Наставник, избранный из избранных, обладатель сокровенных знаний и так далее и тому подобное должен вести себя с учеником степенно и отстранённо.

Впрочем, на принцессу напускная строгость не действовала ни капельки. Она смешно приподняла бровки и протянула:

— Фея Элен, ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста.

Кажется, поведение дочери в конец разозлило Его Светлейшество. Он грозно глянул на принцессу и ледяным тоном произнёс:

— Фейлина Мариэлла, встаньте из-за стола и проследуйте в свою комнату.

Она надула губки, но распоряжение отца выполнила беспрекословно. Северин проводил дочь ледяным непроницаемым взглядом, но когда за ней закрылась дверь, взгляд моментально потеплел, в нём заискрилась нежность.

— Фея Элен, прошу прощения за некорректное поведение принцессы. Иногда она бывает… э… невоспитанной. После гибели Камиллы… — голос Его светлейшества дрогнул. Последовала небольшая пауза, — в общем, малышке тяжело пришлось без материнской любви…

Боже! Северин, оказывается, вдовец. То-то Лена понять не могла, почему и вчера и сегодня за столом отсутствует королева. Интересно, что с ней случилось.

— …мы с Найтом слишком разбаловали Мариэллу. Старались компенсировать то, что она недополучала после смерти Её Светлейшества.

У Лены слёзы навернулись на глаза. Ей ли не знать, что такое расти без мамы. А она ещё строжилась на бедняжку. Как же принцессе не везёт по жизни! Мало того, что потеряла мать, потом долго не могла дождаться Наставника, и, в конце концов, получила вместо Хранительницы Ключа самозванку. У Мариэллы нет ни единого шанса выиграть конкурс за трон — зря она радуется, что Фея Элен научит её, как победить брата. И, кстати, насчёт брата — как минимум в детстве у принцессы он был настоящий, никакой ни Эдуард. Потому что безэмоциональный зомби не мог бы окружить сестру любовью.

Лена украдкой посмотрела на Найта. Чёрт! Как же он всё-таки красив! Просто завораживает! Но почему ни один мускул ни дрогнул на лице, когда разговор зашёл о погибшей матери и о сестре, которая недополучила любви из-за её преждевременной кончины? Лена опять ощутила острое непреодолимое желание заставить Найта-Эдуарда чувствовать, заставить радоваться или злиться, смеяться или плакать. Как же её бесит, что он может оставаться таким вот спокойным, несмотря ни на что!

— Фея Элен, слышал, вы вчера немного заблудились, — Северин, похоже, уже справился с грустными воспоминаниями, и решил продолжить светскую беседу.

Интересно, кто ему доложил? Мымра Аурелия? Ведь больше никто и не видел, как Лена в растерянности слонялась по дворцовому лабиринту. Надо запомнить, что любительница романов о пламенных чувствах, любит ещё и посплетничать.

— Это моя вина. Не распорядился, чтоб вас проводили. Но мы это легко исправим. Сиятельный Найт, попрошу вас провести ознакомительную экскурсию по Лазурному Дворцу для Феи Элен.

Лена ещё минуту назад мечтала остаться с принцем наедине, чтобы спровоцировать его хоть на какое-то проявление эмоций, а заодно, если перед ней всё же Эдуард, вынудить чем-то выдать себя. Но теперь перспектива блуждать пустыми коридорами дворца в компании Найта смущала её. У неё уже был опыт ознакомительной экскурсии по полигону для квестов от красавчика-аниматора. И закончилась она для Лены, прямо скажем, плачевно.

— Не хотелось бы утруждать Сиятельного… — попыталась возразить она.

Но, похоже, здесь, во Дворце, распоряжения Северина обсуждению не подлежали. Его Светлейшество произнёс с нажимом:

— Сиятельный Найт введёт вас в курс дела. Вы научитесь легко ориентироваться в моей резиденции. Здесь всё устроено очень логично и просто.

Глава 11. Экскурсия

Лена вышла с веранды в сопровождении Найта, и принц сразу же начал экскурсию.

— Первый этаж Дворца отведён под покои Его Светлейшества и членов королевской семьи. Их апартаменты расположены на южной стороне, то есть слева от нас…

Лена испытала дежавю — тембр голоса и даже манера говорить шагающего рядом парня были точь-в-точь такими же, как у Эдуарда. Чутьё подсказывало, что это он и есть. Но вот как выяснить наверняка? Ошибка могла стоить дорого. Нужно было организовать тонкую игру: заставить аниматора выдать себя, если конечно, именно он исполняет роль принца, но, в то же время, если принц настоящий, не дать ему заподозрить, что с Феей Элен что-то не так. Лена, конечно, помнила, что её прошлый спектакль, Эдуард раскусил на раз, но надежду на успех вселяла мысль, что за пару дней проведённых в Запасном Мире она успела порядком поднатореть в искусстве притворяться.

— Узкие коридорчики, которые ответвляются вправо, ведут к комнатам доверенных помощников, — продолжал знакомить с планом дворца Найт.

— А кто, кроме Феи Аурелиии, относится к их числу? — перебила Лена, решив, что пора начинать игру.

Она надеялась, что этот бесцеремонный вопрос собьёт собеседника с толку. Ведь Эдуард, наверняка, обладает лишь поверхностными знаниями о королевской семье и придворной жизни, и замешательство выдаст его с головой.

— Как только Его Светлейшество сочтёт нужным, познакомит вас с ними, — нисколько не смутившись каверзного вопроса, ответил Найт и как ни в чём не бывало продолжил:

— Широкий коридор, по которому мы идём, напрямую соединяет западную и восточную веранды. Справа вы можете видеть колонный зал, а сразу за ним арочный проём. Он ведёт в гостевую часть первого этажа.

— А кто ещё сейчас гостит у Его Светлейшества, кроме меня? — на более оригинальный вопрос Лену не хватило.

Но ей интересно было посмотреть, как собеседник выкрутится на этот раз. Опять скажет, что Король познакомит Фею с гостями, если соблаговолит?

— Гостей много, — расплывчато ответил Найт. — Ведь через три дня праздник Первой Стихии. Но все приглашённые занимают покои верхних этажей. На первом разместили только вас.

Лене вспомнилось, каким ядом были пропитаны слова Аурелии, когда она сообщила, где отвели комнату для Феи Элен. Похоже, внизу располагают особо почётных гостей. А мымру почему-то взяла досада, что Элен станет её соседкой. Найт-Эдуард, скорее всего, тоже не в восторге, что Наставница Мариэллы будет теперь часто маячить перед глазами. Ведь если принц настоящий, то расстроен из-за того, что появился ещё один претендент на трон, если не настоящий, то недоволен, что нашёлся человек, который знал его в родном мире и может выдать. Что ж, у Лены созрел ещё один бестактный и очень неудобный для собеседника вопрос, который поможет ей вывести его на чистую воду:

— Сиятельный Найт, а вот скажите откровенно, вы же огорчены тем, что у вашей сестры появился Наставник.

Ура! Кажется, получилось! Долю секунды лицо принца явно было во власти сложных эмоций. Жаль, Лена не успела их распознать — слишком быстро они растворились, сменившись маской равнодушия.

— Нет, я не огорчён. Но пользы от появления Наставника не вижу.

— Для вас действительно пользы мало, — Лена решила продолжить попытки вывести собеседника из равновесия, — ведь теперь появился второй претендент на корону, не так ли?

— Пользы мало, прежде всего, для Фейлины Мариэллы.

У Лены холодок пробежал по телу. На что Сиятельный намекает? Неужели, понял, что она самозванка и ничему не сможет научить принцессу? Нет, так просто Лена не сдастся.

— Вы считаете, что ваша сестра недостаточно талантлива, чтобы выиграть конкурс?

— Да, она проиграет конкурс, — слова прозвучали не заносчиво. Абсолютно спокойно — просто констатация факта.

— Нет, выиграет, — выпалила Лена. — Выиграет, и станет Её Светлейшеством.

Она уже до конца не понимала, кто кого в этой словесной дуэли пытается вывести из себя. Возможно, Найт-Эдуард специально провоцирует её. Но всё равно сдержать возмущения не получилось — хотелось заступиться за малышку Мариэллу.

— Вы всерьёз считаете, что юная избалованная девочка, пусть вполне милая и добрая, но которая совсем не знает жизни, сможет управлять сложным механизмом? — Найт посмотрел на Лену, как ей показалось, с лёгким укором. — Сможет противостоять козням прожжённых Фей, интригам Сиятельных, сможет завоевать в их глазах непререкаемый авторитет? Разве так безопасны эксперименты, до которых допущены все эти господа, чтобы пустить всё на самотёк?

И хотя про эксперименты, упомянутые Найтом, Лена имела совсем смутное представление, быстро нашла, что ему возразить:

— Можно подумать, вы намного старше и мудрее.

— Десять лет — довольно большая разница в возрасте. И да — я мудрее. Вернее, циничнее. Когда займу трон, мне не придётся разочаровываться в жизни, как пришлось бы малышке Мариэлле. А вот ваше появление заставит её пережить очередной шок. Сначала пропитаться надеждой, поверить в свои силы, а потом разочароваться. На её долю и так выпало немало горестей, не находите?

Лена начала обдумывать ответ — ей нужно было что-то очень дерзкое, чтобы пронять Найта, и вдруг поймала себя на мысли, что начинает верить — перед ней настоящий принц. И дело даже не в том, как хорошо он ориентируется в лабиринтах Лазурного Дворца. Больше удивляло, как прекрасно он осведомлён в тонкостях придворной жизни. Не мог же Эдуард за два дня успеть узнать столько специфической информации? Разве что, как и Лена, позаимствовал у Аурелии любовный роман.

Но что самое интересное: собеседник не просто владел информацией, он преподносил её с такой лёгкостью, как будто пропустил через себя, как будто всю жизнь провёл здесь, во Дворце.

И потом — его отношение к Мариэлле. Нет, Лена не заметила, чтобы у Найта, как у Северина, теплел взгляд, когда речь заходила о принцессе. Но всё же видно было, что Сиятельного заботит душевное равновесие малышки.

Хотя заметить это было очень не просто. Когда у слов нет эмоциональной окраски, чувства собеседника практически невозможно считать. Найт говорил спокойно, в его интонациях ни разу не промелькнуло ни возмущения, ни недовольства, несмотря на все каверзные, неудобные вопросы. В отличие от Лены он ни разу не повысил голос, и всё-таки она ощутила, что не так уж принц беспристрастен, как хочет показаться. Пару раз его безупречно красивое лицо на доли секунды оказывалось во власти эмоций. Но как же моментально они улетучивались! Да, Найт умел виртуозно владеть собой. Просто королевское самообладание. Сомнений практически не осталось: парень, который шагает рядом с Леной — настоящий принц.

— Желаете, чтобы я вам показал что-то ещё? — задал Найт новый вопрос, так и не дождавшись ответа на предыдущий. — Или продолжим после обеда?

Лена вынырнула из раздумий и поняла, что стоит возле двери своей комнаты.

— После обеда, — поспешно выбрала она второй вариант.

Ей нужно было время обдумать хорошенько те выводы, к которым только что пришла, и выработать правильную тактику поведения с Найтом.

— Хорошо, — кивнул принц. — Покажу вам внешнюю территорию резиденции. Во второй половине дня парк особенно прекрасен.

Глава 12. Совпадение

Когда Найт удалился, Лена зашла к себе и устроилась в кресле возле приоткрытого окна. Это место со вчерашнего вечера стало любимым. Дурманящий запах цветущей сирени не так уж способствовал мозговой деятельности, зато звуки, раздающиеся извне, могли помочь собрать новую полезную информацию.

Однако в утренние часы у всех обитателей Дворца было слишком много дел, чтобы прохлаждаться на скамеечках парка. Поэтому ничего, кроме звука работающей газонокосилки, Лена не услышала. Да и проанализировать в деталях разговор с Найтом тоже не получилось — в дверь постучали.

На пороге стояла Мариэлла. Не успела Лена сказать ни слова, как гостья без спроса заскочила в комнату. Да уж, пожалуй, Северин прав — принцесса бывает невоспитанной.

— Фея Элен, я пришла извиниться, что вела себя за завтраком неподобающе, — потупила она взгляд. Однако грозящие расплыться в улыбке губы, говорили о том, что малышка ни капельки не чувствует вины, — но вы же не сердитесь, правда?

Да как на такого милого непосредственного ребёнка можно сердиться?

— Нет, Фейлина.

Мариэлла просияла.

— Я так рада! Так рада! — защебетала принцесса. — Вы такая добрая. Это сразу видно. Совсем, как папа. Он тоже хочет казаться строгим, хотя на самом деле самый нежный из всех отцов на свете.

— Да, относится к вам трепетно, я заметила, — кивнула Лена, — но не злоупотребляйте его добротой.

Вторую часть фразы, в которой содержался совет, Мариэлла пропустила мимо ушей, а первую с удовольствием прокомментировала:

— Это потому, что я в отличие от Найта, по сто раз на день говорю папочке, как его люблю.

— А разве принц не испытывает к Его Светлейшеству сыновних чувств? — осторожно спросила Лена.

Ей показалось, что непосредственная малышка может выложить много семейных секретов, если направить разговор в нужное русло.

— Испытывает, уж я-то его знаю, — рассмеялась Мариэлла. — Только не демонстрирует. Со стороны может показаться, что он слишком сдержан. От него улыбки не дождёшься.

— Прохладное отношение к вам, возможно, объясняется тем, что он видит в Вас конкурента.

Принцесса неожиданно посерьёзнела.

— Нет, он не видит во мне конкурента. Не видел раньше и не видит теперь, даже когда появились вы.

А малышка совсем не глупа и далеко не так наивна, как можно подумать с первого взгляда.

— Но не в этом дело. Видит или не видит брат во мне конкурента, он любит меня, — Мариэлла снова расплылась в улыбке. — Вот я, например, мечтаю победить в конкурсе — утереть этому зануде нос, но это не мешает мне обожать его.

— И кстати, Фея Элен, — малышка снова стала серьёзной. Лене даже показалось, что следующая фраза была произнесена с налётом лёгкой обиды, — почему вы продемонстрировали Ключ так поздно? До моего совершеннолетия остался всего месяц. Разве мы успеем подготовиться к конкурсу?

Господи, что ответить? Лена полагала, что Мариэлле едва исполнилось 17, и у принцессы есть почти год, чтобы дождаться настоящего Наставника, который научит всему необходимому для борьбы за корону. Но, оказывается, остался всего месяц! Как правильно поступить? Подарить принцессе надежду, чтобы потом малышку постигло горькое разочарование? Или честно признаться ей во всём?

— Знаю-знаю, — спохватилась Мариэлла, — только Хранитель Ключа решает, когда его лучше продемонстрировать публике. Просто мне показалось, что если бы вас не обвинили в убийстве, если бы вам не нужен был сильный аргумент в пользу своей невиновности, вы бы никогда не стали моей Наставницей.

Принцесса вздохнула и продолжила почти шёпотом:

— Вы, как и Найт, считаете, что ко мне нужно относиться как к хрустальной вазе? Боитесь, что я не выдержу ударов судьбы?

Малышка подняла на Лену взгляд. Он подкупал. В нём было столько искренности, чистоты, надежды. К обладателю такого взгляда хотелось относиться именно как к хрустальной вазе, или лучше сказать драгоценному сокровищу, которое необходимо трепетно оберегать.

— Но разве я не показала, что умею справляться с трудностями? — принцесса прикусила губу, готовая к любому ответу.

Сердце Лены дрогнуло. И она сказала совсем не то, что собиралась. Она не смогла не подарить малышке надежду.

— Обвинение в убийстве и демонстрация Ключа никак между собой не связаны. Ключ был предъявлен ровно тогда, когда это должно было произойти. Оставшегося времени вполне достаточно, чтобы такой способной девушке, как вы, Фейлина Мариэлла, научиться всему, что нужно. И, да, вы продемонстрировали, что умеете держать удар. Я никогда в вас не сомневалась.

Слова Лены произвели такой фурор, на какой она совершенно не рассчитывала. Принцесса взвизгнула от счастья, бросилась к Лене и задушила в объятиях:

— Я так рада, что вы в меня верите! Для меня это очень важно! Мы утрём этому зануде нос. Брат убедится, что я не хрупкая кукла, а достойный конкурент.

Мариэлла ещё долго радостно щебетала, а Лена корила себя, что подарила ложную надежду. Когда-то вот также она научилась обманывать сама себя, научилась прятаться от реальности за придуманными иллюзиями. Когда не стало мамы и бабушки, отец, чтобы смягчить удар, сказал: они отправились в другой лучший мир. И Лена заставила себя поверить словам, поверить, что на самом деле её родные живы-здоровы. Просто им пришлось оставить Лену ненадолго, но когда-нибудь они снова увидятся. И эта иллюзия помогала какое-то время справляться с отчаянием, но когда мираж развеялся, стало очень горько. Тогда, чтобы не захлебнуться в безысходности, пришлось применить более надёжное средство — забыть.

Вдоволь наобнимавшись, принцесса, наконец-то, отлепилась от Лены, но уходить, по всему было видно, не собиралась.

— Фея Элен, я так рада, что именно вы стали моей Наставницей! Скажу вам по секрету, — Мариэлла перешла на шёпот, — я восхищалась вами ещё до того, как узнала, что именно вы будете меня учить.

Минуту назад, терзаемая противоречивыми чувствами, Лена собиралась заканчивать разговор и вежливо просить гостью на выход. Но неожиданное признание заставило понять, что торопиться прощаться не стоит.

— Мне лестны Ваши слова, Фейлина Мариэлла. Спасибо.

— Вы для меня стали примером стойкости. Когда вас упекли в Эурстенцель по ложному обвинению, я очень за вас переживала.

— Вы верили в мою невиновность?

— Конечно! Здесь, во дворце, вообще, мало кто думал, что именно вы виновны в смерти Сиятельного Мэя. Но улики говорили против вас и, многие полагали, что Сиятельный Падеву вас дожмёт. Я так рада, что ни его давление, ни ужасные условия Эурстенцеля не сломили вас — вы так и не признали своей вины. Представляю, как отвисла челюсть у Сиятельного Падеву, когда вы показали Ключ, — Мариэлла хихикнула.

— Да, — кивнула Лена, — ему стало… э… немного досадно.

Принцесса звонко рассмеялась, но потом продолжила опять тихим шёпотом.

— Фея Элен, а вы ведь были в курсе, какие ужасы рассказывали о покойном докторе знающие люди? Почему не поведали об этом во время следствия? Тогда бы к вам отнеслись гораздо мягче.

Конечно, Лена представления не имела ни о самих сплетнях, ни о том, почему Элен молчала. Оставалось только неопределённо пожать плечами. Двухдневный опыт пребывания в Запасном Мире научил её, что красноречивое молчание иногда заставляет собеседника строить свои предположения и самому искать ответы на вопросы.

— А я знаю, почему вы этого не сделали, — подтверждая теорию Лены, прошептала Мариэлла. — Не хотели порочить репутацию королевской семьи? Сиятельный Мэй, конечно, имел к нам косвенное отношение, но всё же скандал, который мог бы разгореться, расскажи вы о таких ужасных вещах, на пользу репутации отца не пошёл бы.

Лена не уставала удивляться способности малышки Мариэллы добровольно поведать огромное количество важной информации, поэтому просто кивнула, стимулируя принцессу продолжить повествование.

— Сначала я не могла понять, зачем вы отправились ночью к доктору. Зачем обычной Фее тайная аудиенция королевского врача? Но потом, когда вы показали Ключ, стало понятно, что никакая вы не обычная, а избранная. И я догадалась, что вы делали у Сиятельного Мэя. Хотели проверить, правдивость ужасных слухов и остановить его эксперименты?

Лена опять молча кивнула, надеясь, что вошедшая в азарт принцесса выдаст ещё что-нибудь важное.

— Это оказалось правдой, да? — шёпот принцессы стал еле различим, — Доктор действительно применял магию трёх стихий прямо у себя в кабинете? С этим связаны подозрительно участившиеся случаи смерти его пациентов?

Кровь отлила от лица, когда до Лены стало доходить: то, что принцесса называет ужасным, действительно ужасно. Мариэлла, видимо, заметила, как побледнела Наставница, но поняла причину по-своему.

— Фея Элен, не надо за меня переживать. Мы хоть и не начали пока занятий, но многие вещи мне уже известны. Отец и брат, конечно, пытались уберечь меня от ненужных по их мнению знаний. Но живя во дворце среди Фей и Сиятельных, легко добыть самую сокровенную информацию. Когда-то она меня шокировала. Но это было давно. Теперь я привыкла. Она меня уже не пугает. Я знаю, что для магии трёх стихий нужна отрицательная энергия. Много отрицательной энергии — энергии смерти.

Принцесса, может, и успела привыкнуть, зато Лена от новых неожиданных зловещих знаний испытала настоящий шок. Но показывать своё состояние Мариэлле было нельзя. Лена выровняла дыхание и постаралась ответить как можно спокойнее:

— Поговорим об этом на занятиях. Не будем забегать вперёд.

Слова дались с трудом. Мешала говорить стоящая перед глазами картинка — маленький чёрный прямоугольник: «Проводи друга в последний путь достойно» и адрес, написанный снизу, совпавший с адресом фирмы «Сюрприз».

Смерть. Это слово стучало в висках синхронно с бешеным биением сердца. Для магии трёх стихий нужна смерть. Много смертей. Лучше всего целое кладбище. И как же нелепо и неэтично оно смотрелось по соседству с местом для развлекательных игр, и в то же время так удачно оно оказалось рядом с домишкой, где проходил квест о трёх стихиях. Совпадение? Кто-то вообще верит в такие совпадения?! Лена — нет!

Глава 13. Прогулка по парку

До обеда оставалось всего полчаса. Лена опять была приглашена разделить трапезу с королевской семьёй. Видимо, Его Светлейшество решил, что гостья теперь всегда должна присутствовать за его столом. Для кого-то во дворце такая честь наверно являлась пределом мечтаний, но Лена предпочла бы тихий перекус в своей комнате. У неё аппетит пропадал в присутствии Северина и его детей. И больше всех лишал её способности чувствовать вкус пищи Найт.

Собственно, как в присутствии этого красавчика можно спокойно есть, если мозги кипят от попыток понять, кто же он. Его виртуозное владение знаниями о здешней жизни поначалу склонило к мысли, что Найт — самый что ни на есть настоящий принц, но шокирующие откровения от Мариэллы поменяли мнение на противоположное. У Лены не осталось сомнений, что Эдуард устроил кладбище для домашних животных рядом с полигоном для квестов не случайно. Он что-то знал о магии трёх стихий, знал, какие необходимы условия, чтобы перенестись в Запасной Мир. А, значит, велика вероятность, что он этими знаниями воспользовался.

Выходит, хоть Лене и удалось собрать за утро много новой информации, но ответа на самый актуальный к данному моменту вопрос — кто такой Найт, и как с ним себя вести — найти не получилось. Одно было понятно: предыдущую тактику — пытаться вывести принца из себя каверзными вопросами — надо менять. В ней нет толка. Лена успевала завестись сама, а красавчику — хоть бы что, разговаривает себе ровно, как робот. Решив, что в этот раз будет импровизировать по ходу, а ещё лучше просто помалкивать, она быстренько собралась и вышла из комнаты.

Найти без провожатого дорогу на северную веранду, где обедала королевская семья, не составило никакого труда — после экскурсии Найта схема первого этажа хорошо уложилась в голове. Лена заняла уже ставшее привычным место напротив его Светлейшества, справа от принцессы и слева от принца.

Бросилось в глаза, что Северин был всё в том же скромном костюме, что и за завтраком, а вот его дети сменили наряды. На Мариэлле красовалось изысканное воздушное нежно-кремовое платьице, такое же великолепное, как и предыдущее, а Найт поменял свой утренний скромный, как у отца, костюм, на джинсы и тенниску. Лена опять испытала дежавю. Нет, тенниска, к счастью была не канареечного цвета — приятная для глаза серо-голубая клетка. Но то, как спортивная одежда обтягивала стройную накачанную фигуру, как контрастировала загорелая кожа рук со светлым цветом рукавов рубашки, и то, какие при виде всего этого возникли ощущения — было очень знакомо.

Лена заставила себя отвести от Найта взгляд. Сказать по правде, далось ей это не просто. Необыкновенная красота, которая никогда Лене в парнях не нравилась, перестала раздражать. Нет, сам Найт её бесил, но вот его внешность завораживала. Лене пришлось себя отругать. Это, что, её новая тактика поведения — глазеть на принца? Взгляд соскользнул сначала на стол, а потом упёрся в подол собственного бирюзового платья. Господи! Как оно Лене надоело. Она уже несколько раз порывалось его сменить, но остальные наряды Элен были ещё ужасней.

Вот так обед и прошёл. Мысли, как и взгляд, перескакивали туда-сюда, и Лена опять вышла из-за стола, почти ничего не отведав из восхитительных блюд от королевского шеф-повара.

Найт покинул веранду вслед за Леной.

— Не желаете переодеться перед экскурсией? — спросил он, медленно просканировав её взглядом с головы до ног.

От этого взгляда мурашки побежали по телу.

— Нет, — резко ответила Лена.

И этот туда же. Принц даже не представлял, насколько ей хотелось бы переодеться. Но на что она могла поменять кричащую бирюзу? На ещё более нелепое ярко-синее платье в красный горох размером с баскетбольный мяч, или полосатые, как тельняшка, бесформенные брюки? Нет уж, увольте.

— Ну, может, хотя бы наденете другую обувь — более удобную? — Принц задержал взгляд на туфельках.

Лене показалось, что в его глазах мелькнула ирония. Забавляет её безвкусный наряд? Хочет, чтобы в довершение картины она ещё и какие-нибудь кеды канареечные нацепила? Не дождётся!

— Меня вполне устраивают мои туфли, — фыркнула она.

Найт настаивать не стал. Он провёл Лену к выходу из Дворца и начал экскурсию.

— Главной примечательностью резиденции Его Светлейшества является парк.

Надо же! Похоже, Найт-Эдуард не в курсе, что есть местечко поинтересней — территория, отведённая для зловещих экспериментов. Или он об этом прекрасно знает, просто не хочет посвящать Лену в такие детали?

— Парк занимает огромную площадь, — продолжил принц. — Местами выглядит как аккуратный городской скверик, а местами — это нетронутая дикая природа. Для начала позвольте познакомить вас с облагороженной частью.

Найт вывел Лену на симпатичную аллейку, по обеим сторонам которой были высажены цветущие кустарники. Чуть поодаль росли раскидистые великаны-дубы и ещё какие-то деревья, названия которых Лена не знала. Через несколько десятков метров аллейка разветвлялась. Найт выбрал правую. Вскоре она вывела к небольшому прудику, поросшему нежными розовыми лилиями. Горбатый узкий мостик соединял берега водоёма. Лена остановилась посредине и залюбовалась на стайку белых лебедей, чинно проплывавшую под мостиком. Найт терпеливо ждал, пока спутница насладится картиной, а затем вновь продолжил экскурсию.

— Здесь работают лучшие специалисты по ландшафтному дизайну. На территории парка есть несколько водоёмов — пруды и озёрца, большие и маленькие ручьи. Есть веранды для отдыха, площадки для спортивных игр, лужайки для принятия солнечных ванн. Что бы вы хотели посмотреть?

Лене хотелось посмотреть всё. Гулять по такому огромному сказочной красоты парку ей не доводилось никогда, и она ни разу не отказалась ни от одного предложенного маршрута. Но через пару часов Лена почувствовала, что ноги начинают уставать. Ещё бы! Ведь вышагивать то вверх, то вниз по парковым извилистым аллейкам ей приходилось на довольно-таки высоких каблуках, в отличие от провожатого, который предусмотрительно надел удобную спортивную обувь и, между прочим, предлагал Лене сделать то же самое. Ну, кто ж знал, что парк настолько огромен? Теперь-то она бы от кед не отказалась, даже от канареечных. Тем более что оставалась неизведанной ещё самая интересная, дикая, часть. Возможно именно там, под прикрытием лесных дебрей и расположена загадочная территория магии.

— Не желаете вернуться во Дворец? — Поинтересовался принц, заметив, что скорость передвижения Лены заметно упала.

— Нет, хотелось бы посмотреть ещё ту часть парка, которую вы назвали нетронутой природой.

— Боюсь, вам будет не просто продвигаться по лесным тропам в такой обуви, — принц опять опустил взгляд на туфли Лены, и ей вновь послышалась ирония в его голосе.

И она ещё считала Найта безэмоциональным? Нет, когда дело касается его самого, тут он, конечно, не выдаст ни единого чувства, а вот подсмеяться над другими, похоже, не против?

— Мои туфли вполне подходят для прогулок по лесу, — недовольно буркнула Лена.

— Хорошо, — не стал спорить принц, — идёмте.

Он не спеша повёл Лену дальше. Вскоре мощёная плиткой аккуратная парковая аллейка перешла в хорошо утоптанную лесную тропинку, идти по которой было даже удобнее. По крайней мере, тонкий каблук не застревал в расщелинах между плитками. Но по мере продвижения вглубь леса, тропа становилась всё уже и уже. В конце концов, её ширина стала меньше ладони, и идти пришлось гуськом.

Найт возглавил процессию, Лена следовала за ним. Колючая высокая трава, которая росла по обеим сторонам тропы, неприятно царапала лодыжки и икры. А деверья и кустарники, которые обступили путников со всех сторон, заслоняли проход сросшимися ветками. В какой-то момент Лена поняла, что продвигаться дальше — глупая затея, и хотела уже было попросить Найта закончить экскурсию. Но принц её опередил. Он обернулся и спросил:

— Может, желаете вернуться во дворец?

Необъяснимое упрямство, которого раньше Лена за собой не замечала, заставило мотнуть головой:

— Нет, продолжим. Куда-то ведь эта тропа ведёт?

— К ягодной поляне.

— Чудесно. Как раз проголодалась.

Про ягоды Лена ни разу не поверила. Наверняка этот замаскированный лесом путь ведёт к территории, где Сиятельные и Феи проводят эксперименты.

— Не удивительно, что проголодались, — принц продолжил движение вглубь, — если учесть, что ничего не съели ни за завтраком, ни за обедом.

Что? Найт, оказывается, заметил отсутствие у Лены аппетита? Это обстоятельство смутило её. Смутило настолько, что пару шагов сделала на автомате и не удосужилась переступить, через торчащую на высоте нескольких сантиметров от земли обломленную ветку кустарника. Край ветки больно царапнул по ноге, оставив длинный красный след. Лена вскрикнула, неловко подалась в сторону, не удержала равновесие и свалилась в колючий куст.

Реакция Найта была мгновенной. Лена ещё пикировала в заросли, когда он подскочил и подхватил её на руки.

— Ушиблись?

Ушиба как такового не было. Только много-много крупных и мелких царапин плюс разодранное платье. Найт аккуратно опустил Лену на землю и начал внимательно изучать повреждения. В некоторых местах образовавшиеся в платье внушительные прорехи не мешали принцу увидеть то, что он хотел, но если обрывки ткани заслоняли обзор, он бесцеремонно отодвигал их.

— Прекратите, — взвизгнула пришедшая в себя Лена и попыталась отстранить принца.

Он слегка отодвинулся, но как ни в чём не бывало продолжил изучать царапины:

— У меня медицинское образование. Дайте закончить осмотр.

Надо же! Врач отыскался. Лена сгорала от стыда и других непонятных чувств, вызванных пристальным взглядом и осторожными прикосновениями Найта. Ей хотелось вскочить на ноги и убежать куда глаза глядят. И если б она имела хоть малейшее представление, в какой стороне дворец, так бы и сделала. Но дорогу назад Лена не запомнила, а получить очередную порцию незабываемых впечатлений, блуждая по парку в разодранном платье и пугая прогуливающиеся там парочки, не хотелось. Поэтому пришлось выдержать пытку-осмотр от «доктора» Найта до конца.

— Ничего серьёзного. Но есть пара глубоких царапин, которые необходимо обработать, — объявил свой диагноз принц.

После чего помог Лене подняться на ноги.

— Идти сможете?

— Конечно, смогу! — гордо вскинув голову, заявила Лена.

Что ж ей здесь оставаться, что ли?

Она последовала за Найтом, но каждый шаг давался с трудом. Царапины саднили. Ноги, уставшие от каблуков, не слушались. Скорость передвижения грозила скатиться к нулю. Лена мечтала поскорее выйти с лесной тропы на парковую аллею. Через несколько минут её мечта сбылась. Хотя чем ей в парке было лучше? Во-первых, каблуки начали снова застревать в расщелинах между плитками, во-вторых, в любой момент могли появиться прохожие, и тогда не только «доктор», но и любой желающий сможет беспрепятственно рассматривать царапины Лены. И не только, кстати, царапины.

Видимо, Найт об этой проблеме тоже догадывался, потому что неожиданно снял с себя тенниску и протянул Лене. Дважды просить её не надо было — откуда-то справа уже слышны были приближающиеся голоса. Быстренько, пока принц не передумал, Лена облачилась в его рубашку, которая вполне сошла за короткое платьице.

Хотя с чего бы это Найту передумывать? С его идеальной накачанной фигурой вполне можно разгуливать по парку с обнажённым торсом. В подтверждение своих мыслей, Лена посмотрела на принца. А лучше бы глядела под ноги. Её каблук в очередной раз застрял в щели. Пытаясь удержать равновесие, она чуть не свалилась на клумбу.

Найту, видимо, порядком надоела и черепашья скорость передвижения и неловкость раненной спутницы. Он подхватил её на руки и быстрым шагом направился в сторону дворца.

— Отпустите, — взвизгнула от неожиданности Лена. — Немедленно отпустите.

Не то чтобы ей было неприятно. Наоборот. Отёкшие ноги, которым уже не надо было удерживать тело, перестали ныть. Мышцы, уставшие поддерживать равновесие, расслабились. Это было блаженство. Сказать по правде, оставшуюся часть пути Лена уже не смогла бы преодолеть. Разве что — ползком. Или вот так — в сильных крепких руках Найта. Но одновременно с облегчением Лена испытывала ещё целый букет противоречивых чувств. И основное — ей было неловко. Она знала, что чуть полновата. Из-за этого никогда не позволяла парням брать себя на руки. Правда, по принцу не было заметно, что ему тяжело. Он вышагивал так, будто в его руках была пушинка. Хотя чего удивляться? По Найту никогда нельзя догадаться о его истинных чувствах. Вон, как недоумённо смотрят на них прохожие. Лене от этих взглядов хочется сквозь землю провалиться, а принц идёт себе и хоть бы хны — ни одной эмоции на лице. Эх, Лене бы такое самообладание! Но у неё его не имелось, поэтому она снова повторила с отчаянием:

— Сиятельный Найт, отпустите!

— Я организовал экскурсию, я отвечаю за Вашу безопасность. Отпущу вас, как только доставлю в кабинет врача. Своим ходом вы попадёте туда в лучшем случае к завтрашнему утру.

Это, конечно, было чистой правдой. Но слово «врач» с недавних пор стало вызывать у Лены дрожь. В голове сразу всплыл рассказ Мариэллы об участившихся случаях смерти пациентов королевского доктора. И хотя Сиятельный Мэй был мёртв, а значит, теперь во Дворце Его Светлейшества работает другой врач, где гарантия, что он тоже не проводит над посетителями ужасные магические эксперименты?

— Не нужен мне никакой доктор! — горячо выпалила Лена. — Подумаешь, пара царапин.

— Хорошо. Тогда я сам обработаю раны.

Господи, ещё не лучше. Ни один, ни второй вариант Лену совершенно не устраивал. Кто бы мог подумать, что у неё есть ещё и третий, похлестче первых двух.

Когда принц с Леной на руках приблизился к дворцу, она заметила, что навстречу им бежит Руаль.

— Сиятельный Найт, благодарю за помощь! Так мило с вашей стороны, что позаботились о моей невесте, — в голосе неслышно было ни грамма благодарности.

— Милая, — теперь Руаль обращался к Лене, — мне садовник рассказал, что видел тебя раненую в парке, и я помчался навстречу.

— А как ты вообще оказался во дворце, — удивилась она.

— Его Светлейшество пригласил меня на праздник Первой Стихии. Я звонил, чтобы предупредить, что выезжаю, но ты не брала трубку.

Принц, не обращая внимания на беседу «жениха» и «невесты», продолжал движение в сторону Дворца с Леной на руках.

— Сиятельный Найт, отпустите Фею Элен, — сказал Руаль, не сумев сдержать неприязни в голосе. — Я позабочусь о ней.

Лена поёжилась. Неприязнь «жениха» понять было можно. Всего день как расстался с «невестой», а она уже катается на руках обнажённого по пояс парня, облачённая в его тенниску. Но сейчас, уставшей и покалеченной, ей только ревности не хватало.

Найт поставил Лену на землю:

— Сиятельный Руаль, Фея Элен нуждается в медицинской помощи. Проследите, чтобы она её получила.

— Ну, разумеется, — кивнул «жених», нежно обнял Лену и поцеловал в губы на глазах у Найта.

Впрочем, видел ли этот поцелуй принц, она не знала. Как только её ноги коснулись земли, вернувшаяся боль заставила на секунду зажмуриться, а когда Лена открыла глаза, увидела только спину удалявшегося быстрым шагом Найта.

Глава 14. Новая головоломка

Руаль решил повторить геройский поступок Найта — подхватил Лену на руки и понёс в сторону Дворца. По лицу «жениха» было видно, что ему-то точно даётся это нелегко.

— Милый, отпусти. Я прекрасно могу идти сама, — Лене опять стало очень неловко.

Но Руаль на просьбу не отреагировал — был непреклонен в своём желании не ударить в грязь лицом перед «невестой» и мужественно довёл дело до логического конца. Счастье, что идти оставалось не долго. Кабинет врача оказался расположенным в отдельном строении, которое находилось в парковой зоне.

Само строение являлось небольшим медицинским центром, где, кроме нескольких кабинетов, имелась диагностическая лаборатория. Лена внимательно изучала помещение, ведь именно здесь, скорее всего, и произошло убийство, в котором обвиняли Элен. И именно здесь Сиятельный Мэй проводил свои магические эксперименты, которые возможно стали причиной участившихся смертельных случаев среди пациентов доктора.

Светлый просторный холл был заставлен множеством живых экзотических растений и создавал впечатление скорее оранжереи, чем вестибюля больницы.

— Пройдите, пожалуйста, в пятый кабинет, налево по коридору, — встретила прибывших улыбчивая девушка, — Сиятельный Рейнальд уже ждёт вас.

Значит, кто-то успел сообщить доктору об инциденте с одной из гостей Его Светлейшества. Быстро же здесь, во Дворце, распространяются слухи.

Коридоры медцентра тоже совершенно не были похожи на больничные. По-домашнему уютные с множеством мягких кресел и небольших диванчиков весёлых расцветок. И как в таком милом месте могло происходить что-то ужасное? Или новый хозяин медицинских владений всё здесь поменял, а до того помещение больше напоминало камеру пыток? В любом случае расслабляющая обстановка сыграла свою роль — страх Лены перед местными врачами сошёл на нет, и она спокойно вошла в кабинет.

Её встретил маленький лысоватый мужчина средних лет с добродушным выражением лица, как не трудно догадаться — доктор, и его помощница, молоденькая розовощёкая толстушка. Оба облачены были в ярко-жёлтые халаты. Выходит, местные медики предпочитают не белоснежный, а канареечный цвет. Забавно.

— Сиятельный Найт уже сообщил мне, как вы получили травмы и что показал предварительный осмотр.

Так вот кто, оказывается, уведомил доктора. А Лена-то полагала, что это садовник растрепал всем и вся новость о пораненной Фее Элен.

Медсестра помогла Лене освободиться от подранного платья, и врач буквально за пять минут обработал порезы приятно пахнущим дезинфектором — да тут и парфюм не нужен. В довершение доктор дал не менее приятно пахнущую, сладкую на вкус пилюлю, пообещав, что она снимет боль, а медсестра одолжила выуженный из шкафчика чистый халат.

Лена вышла из кабинета с сияющей улыбкой на лице. Не то чтобы лекарство так быстро подействовало, но ей не хотелось, чтобы Руаль вновь надрывался, транспортируя её до дворца на руках.

— А жёлтый тебе к лицу, — сказал «жених» и чмокнул Лену в щёчку.

Видно было, как его порадовало, что «невеста» наконец-то сняла тенниску принца и облачилась в нейтральный медицинский халат.

Руаль проводил Лену до её апартаментов и зашёл вместе с ней внутрь. Этого момента она побаивалась по нескольким причинам. Во-первых, была вероятность, что оставшись наедине с «невестой» Руаль закатит сцену ревности. Ни оправдываться перед «жениом», ни тем более ссориться с ним Лене не хотелось. Ещё не хватало стать причиной разрыва такой, судя по всему, замечательной пары. Ведь настоящая Элен рано или поздно должна найтись и желательно будет передать ей жениха из руки в руки в целости и сохранности.

Второй причиной, по которой Лена не хотела оставаться с Руалем наедине, была боязнь, что ревность подстегнула и без того пламенные чувства «жениха» и он начнёт проявлять их чересчур откровенно.

С первых минут стало понятно, что события разворачиваются по второму сценарию. Руаль не словом не укорил «невесту», а, напротив, начал рассказывать, как он тосковал без неё и как рад видеть. От слов «жених» быстро перешёл к делу. Нежные прикосновения грозили вылиться во что-то большее, но наудачу в дверь постучали.

Увидев на пороге Мариэллу, Лена просияла — явилась её спасительница. А когда, принцесса, как обычно, влетела в комнату без приглашения, небу была произнесена молитва за то, что в природе существуют такие милые непосредственные невоспитанные девушки.

— Фея Элен, извините, — спохватилась Мариэлла, увидев гостя. — Я не вовремя?

— Нет-нет, что вы, Фейлина, я очень вам рада. С Сиятельным Руалем мы можем пообщаться попозже. Правда, милый?

Было заметно, что «милый» не совсем согласен с «невестой» и предпочёл бы, что бы вытурили не его, а второго гостя. Но спорить не стал. Чмокнул Лену в щёчку и, многообещающе прошептав: «до вечера», вышел из комнаты.

Как только за ним захлопнулась дверь, принцесса принялась щебетать:

— Фея Элен, я так расстроилась, когда узнала, что вы поранились. И почему папа попросил Найта провести для вас экскурсию? Если бы я показывала вам окрестности, такого бы не произошло. Я не стала бы водить вас по зарослям колючих кустов. Как будто в парке нет других более интересных мест.

Неужели Найт и Мариэлле поведал о неудачном приземлении Лены? Верится слабо — наверно у малышки всё-таки был другой источник информации.

— Ещё болит? — с сочувствием глядя на длинную царапину на ноге, спросила принцесса.

— Нет, уже прошло. Сиятельный Рейнальд смазал ранки чудесным средством — всё как рукой сняло.

— Он такой милый, наш новый врач, правда?

Лена кивнула.

— Хотя Сиятельный Мэй тоже казался милым, — тут же возразила сама себе Мариэлла. — Сказать по правде, после всех тех ужасных слухов, мне теперь страшно к доктору показаться.

— Полагаю, слухи слегка преувеличены, — решила успокоить малышку Лена.

— Нет, — принцесса замотала головой, — не надо меня успокаивать. Я уже не маленькая. Поначалу, конечно, не верила сплетням про доктора, пока не поняла, что я одна такая наивная.

Лена почувствовала, что Мариэлла опять готова поделиться важной информацией, и применила испытанную уже не раз тактику — понимающе покачала головой.

— Вот брат, например, сразу заподозрил, что слухи имеют под собой основание. Нет, мне он, конечно, напрямую такого не говорил. Меня во дворце все оберегают от любых неприятностей. Но я сама догадалась. Однажды ночью не спалось, вышла погулять в парк и увидела, как Найт крадётся к Сиятельному Мэю. Сначала заподозрила самое худшее — решила, что брат болен какой-то страшной болезнью, которую скрывает от нас с папой, чтобы не расстраивать, поэтому посещает врача украдкой. Но потом поняла — причина в другом. У Найта медицинское образование — зачем ему доктор? А вот зачем — решил проверить, насколько правдивы слухи, и остановить страшные эксперименты.

У Лены голова шла кругом от новой порции информации, которую выдала наивная малышка. А что если порывы Найта не были столь благородны, как полагает его сестра. Принц мог втайне навещать доктора вовсе не для того, чтобы остановить грязные эксперименты. Он мог являться сообщником Мэя. Они могли вместе творить свои тёмные дела. А почему бы и нет? Тот врач и этот, оказывается, тоже всё-таки имеет медицинское образование, хотя там, в зарослях кустарника, Лена подумала, что Найт прикидывается доктором, чтобы подшутить над ней.

— Кстати, в ту ночь, когда был убит Сиятельный Мэй… — Стук в дверь не дал Мариэлле закончить фразу.

Чёрт! Что за проходной двор? Руаль, что ли, вернулся? Как не вовремя. Каких-то пару секунд — и принцесса поведала бы ещё одну тайну. Лена с раздражением распахнула дверь. В коридоре стояла Аурелия.

— Фея Элен, Фейлина Мариэлла у вас?

— Да.

Принцесса, похоже, поняла, почему её разыскивают. Она соскочила с кресла и подбежала к двери:

— Фея Аурелия передайте Адель, что мы уже идём, — а потом, развернувшись к Лене, с сияющей улыбкой пояснила. — Его Светлейшество распорядился, чтобы портниха пошила вам несколько новых нарядов в замен испорченному на прогулке. Я вызвалась проводить вас к ней, но совсем забыла.

Лена внезапно вспомнила, что до сих пор разгуливает в жёлтом медицинском халате, и что самое главное — переодеться ей, в общем-то, не во что.

— Это так великодушно со стороны Его Светлейшества, — вырвалась из её уст казённая светская фраза.

Но на самом деле, это были чуть ли не первые искренние слова за сегодня. Судя по милым платьицам Фейлины у королевской портнихи отменный вкус и, может, Лена, наконец-то, получит в свой гардероб хоть что-то, что будет ей по душе.

Мариэлла от нетерпения потянула Наставницу за руку:

— Идёмте, познакомлю вас с Адель. Она прелесть.

Лена вышла в коридор и машинально сунула руку в карман в поисках ключа — земная привычка. Какой ключ? Во дворце ни на одной двери не было замка. Но, как ни странно, ключ отыскался. Лена шла, еле поспевая за Мариэль, и продолжала ощупывать рукой находку. Определённо ключ! Раз он лежит в кармане медицинского халата, значит, замок, который им открывается, находится в медцентре. Но там она тоже не заметила запирающихся дверей. Очередная головоломка? Что ж — Лене не привыкать.

Глава 15. Милый

Адель оказалась седовласой расторопной женщиной с цепким взглядом. Как и обещала Мариэлла, была мила и улыбчива, правда, немногословна. В ней чувствовался профессионал. Она ловко снимала мерки, поворачивая Лену то так, то этак, но не записывала никаких цифр. Неужели всё запомнит?

После того, как нужные параметры были определены, портниха приступила к выбору ткани. По крайней мере, Лене хотелось думать, что именно этим и занималась Адель, когда в течение получаса переводила задумчивый взгляд с разноцветных рулонов материи на клиентку и обратно. Заговорить с портнихой Лена не решалась, потому что даже Мариэлла молча наблюдала за действом. А уж если принцесса-щебетунья закрыла рот на замок, значит, отвлекать Адель от работы здесь считалось тяжким преступлением.

— Спасибо, Фея Элен, я закончила, — наконец, заговорила портниха. — Надеюсь, к утру будет готово.

Лена перевела удивлённый взгляд с Адель на Мариэллу. Что значит закончила? Что будет к утру готово? Новое платье? А спросить Лену, какой она предпочитает фасон, какой цвет?

Но принцессу слова Адель нисколько не удивили. Видимо, здесь так было заведено — всё, что касалось одежды, портниха решала единолично. Лене оставалось только вздохнуть — ну и где гарантия, что новое платье понравится ей больше, чем наряды Элен.

Однако старания Адель в любом случае требовали благодарности, поэтому Лена с вежливой улыбкой произнесла:

— Спасибо!

— Спасибо, — присоединилась принцесса. И, лукаво подмигнув, добавила, — сделаете, как договаривались, хорошо?

— Конечно, Фейлина Мариэлла, — добродушно улыбнулась Адель.

Когда Лена вернулась к себе и глянула на часы, поняла, что опаздывает на ужин. Ситуацию усугубляло то, что она до сих пор была облачена в жёлтый медицинский халат. Пришлось наспех переодеваться в брючный костюм, который и по форме, и по расцветке напоминал мешок из-под картошки, и бегом нестись на восточную веранду — злить Его Светлейшество опозданием было не благоразумно.

— Хотел бы извиниться за сына, за его неудачно организованную экскурсию, — сказал Северин, когда Лена появилась на веранде.

— Ну, что вы, Ваше Светлейшество, экскурсия была прекрасна, а небольшой инцидент с падением — моя вина.

Северин пропустил лепет Лены мимо ушей и продолжил:

— Сиятельный Найт, в качестве компенсации за свою непредусмотрительность решил сделать вам небольшой сюрприз. У принца есть примечательное хобби — он коллекционер. Ещё никто, кроме близких, ни разу не видел его коллекцию. Но для вас он сделает исключение. Ведь так, сиятельный Найт? — Последние слова были произнесены с нажимом.

— Так, Ваше Светлейшество, — ровно ответил Найт.

Но Лене почему-то подумалось, что ровность была напускная. На самом деле, принц крайне не хотел делать то, на чём настаивал отец. Она поняла это не по выражению лица Найта. Оно как всегда не выражало ни единой эмоции. Но вот эмоции Северина читались гораздо проще. Было видно, что свою идею он считает гениальной — заставить сына показать гостье что-то такое, что тот не любит выставлять на публике. Это должно было убить двух зайцев: служить наказанием Найту и одновременно компенсацией гостье.

— Поверьте, там есть на что посмотреть, — многозначительно добавил Северин.

После чего Мариэлла хихикнула. Слова короля и смешок принцессы заинтриговали Лену. Ей захотелось немедленно узнать, о чём речь. Но напрямую задавать вопрос было как-то неудобно. Оставалась успокоить себя мыслью, что как только останется с Мариэллой наедине, Лене не составит труда выведать у охочей на слово наивной малышки любые подробности.

За ужином разговор зашёл о предстоящем празднике Первой Стихии. Принцесса вспоминала забавные случаи годичной давности. Почти в каждом из них фигурировала тётушка Жузель. Видимо, родственница была слегка неуклюжа, потому что стала причиной нескольких казусов. В частности падения в огромный торт в виде пламени, шедевр кулинарного искусства, который в результате оказался живописно размазанным по лужайке.

— Может, не стоило её в этот раз приглашать? — озорно улыбаясь, спросила отца Мариэлла. — Мне кажется, если такое повторится — если гениальное творение нашего шеф-повара опять окажется размазанным по тётушке Жузель и по траве — он с горя повесится.

— Фейлина Мариэлла, — Северин пытался говорить строго, хотя было видно, что его самого разбирает смех, — вы же знаете, все родственники должны присутствовать на празднике, вне зависимости от нашего к ним отношения.

— И кузина Доната тоже приглашена? — Теперь уже принцесса лукавым взглядом окатила брата. — Сиятельный Найт, наверно, в восторге.

По выражению лица Мариэллы не трудно было догадаться, что слово «восторг» употреблено в противоположном смысле, как будто принц терпеть не может кузину. Представить, что безэмоциональный Найт способен кого-то ненавидеть, было трудно, и тема моментально вызвала особый интерес Лены.

— Кстати, по поводу кузины, — Северин посмотрел в сторону сына, — хотел бы попросить вас, Сиятельный Найт, проявить к ней максимум уважения. И не доводить до слёз, как в прошлый раз.

— Пап… ой, то есть Ваше Светлейшество, так Найт и в прошлый раз проявлял максимум уважения, — вступилась за брата Мариэлла, и, стараясь подавить улыбку, продолжила. — Просто Фея Доната постоянно висла на нём, и когда не дождалась проявления ответных чувств, разобиделась.

Северин, не обращая внимания на щебетание дочери, продолжил:

— Фея Доната очень хороша собой, умна, воспитана. Сиятельный Найт, возможно, вам стоит приглядеться к ней получше.

— Безусловно, Фея обладает всеми перечисленными достоинствами, — спокойно ответил принц. — Буду с ней мил.

Что? Лена чуть не прыснула. Найт будет с кем-то мил? Он хоть знает значение этого слова? Чтобы быть милым, нужно, как минимум уметь улыбаться, а у принца такая способность отсутствовала напрочь. В этот момент Лена почувствовала огромную досаду, что понятия не имеет о здешних танцах и не может себе позволить присутствовать на празднике Первой Стихии. Она бы много отдала, чтобы посмотреть на «милого» Найта.

Ужин подходил к концу, и Лена с удивлением обнаружила, что её тарелка, которая щедро была наполнена кулинарными изысками, совершенно пуста. Ну вот, зачем-то наелась на ночь. Хотя стоит ли расстраиваться, если это первая полноценная еда за два дня. Да и потом, силы ей сейчас понадобятся. Необходимо будет придумать, как избавится от «жениха», который, скорее всего уже поджидает её под дверьми апартаментов.

Предположение подтвердилось. Руаль стоял в коридоре с огромным букетом полевых цветов. Наверняка, собственноручно нарвал в дикой части парка. Стоило ему увидеть «невесту» — лицо озарила счастливая улыбка. Вот уж кто действительно умеет быть милым. Лене даже жаль стало выгонять парня, но и пригласить к себе она его тоже никак не могла.

— Дорогой, — чмокнула Руаля в щёчку в качестве компенсации за те слова, что должны были прозвучать дальше. — Сегодня у меня был такой тяжёлый день. Совсем валюсь с ног. К тому же, в пилюле, что дал доктор, было снотворное.

— Да, малышка, понимаю, — грустно кивнул Руаль. — Тебе нужен отдых.

Он протянул Лене букет и нежно провёл тыльной стороной ладони по щеке:

— Спокойной ночи.

Развернулся и пошёл прочь. Но, сделав несколько шагов, притормозил:

— Если передумаешь… позвони… Я тут рядом. Его Светлейшество отвёл мне комнату на втором этаже.

Славный парень, но «невеста», к сожалению, не передумает. Придётся ему ждать появление настоящей Элен.

Лена зашла в комнату, пристроила цветы в вазу и начала готовится ко сну. Ей действительно нужен был отдых. Но перед тем как погрузиться в дрёму, она попыталась систематизировать тот огромный объём информации, который получила сегодня. Информация пока что плохо раскладывалась по полочкам — была слишком разрозненной и не полной. Невозможно было понять связь между Найтом и Эдуардом — один и тот же это человек или разные. Невозможно было понять, кто виновен в смерти Сиятельного Мэя и имеет ли принц какое-то отношение к опасным опытам доктора. Невозможно было понять, что за ключ отыскался в кармане халата, если замков ни на дверях Дворца, ни на дверях медцентра нет. Но самая главная проблема была даже не в этом. Завтра надо начинать занятия с Мариэллой, а Лена ни малейшего представления не имела, чему необходимо научить малышку.

Неужели всех этих проблем было мало, чтобы день закончился ещё одной. Зазвонил телефон.

— Слушаю, — устало пробормотала Лена.

Уже знакомое зловещее шипение в трубке.

— Ты обо мне не забыла?… Ничего, я не гордый, напомню… У тебя осталось два дня на то, чтобы убраться отсюда… До завтра…

— Подождите, не вешайте трубку, — закричала Лена. — Поймите, я хочу вернуться домой, но не знаю как.

Вопрос остался без ответа. Ещё на середине фразы абонент отключился.

Глава 16. Сбить с толку

Утро встретило серыми тучами и мелким дождём. Настроение было соответствующим — мрачным и тяжёлым. Возможно, прошедшая ночь — последняя, которую Лена провела в мягкой удобной кровати. На сегодняшнем занятии с принцессой выяснится, что Наставница — самозванка, и её отправят в Эурстенцель. Отвратительное местечко, судя по тому, как от одного упоминания этого слова здешних начинает трясти.

Времени до завтрака было достаточно, и Лена позволила себе долго стоять под тугими струями душа. Как знать, может, в местной тюрьме арестантам и мыться-то не позволяют.

Когда она вышла из ванной, её ждало сразу два сюрприза. Видимо, шум льющейся воды не дал Лене расслышать, что у неё побывали посетители. Во-первых, на столике красовался ещё один букет от Руаля с запиской «Поздравляю с началом занятий! Удачи!». Какой же он всё-таки милый, по уши влюблённый, славный парень! А во-вторых… о, боже!.. посреди комнаты Лена заметила целый передвижной гардероб новых нарядов. По меньшей мере, пять платьев, брючки и блузки, деловые костюмы и костюмчики для подвижных игр. Неужели это всё можно было пошить за одну ночь? Конечно, у Адель есть помощницы, но, тем не менее, невероятная скорость. И самое главное — неужели всё это богатство предназначалось ей, Лене?!

Глянув на часы, поняла, что в запасе было ещё около получаса, и начала примерять обновки. Не зря Адель с первого взгляда показалась профессионалом — так и есть. Все наряды выглядели изыскано, идеально сидели по фигуре и безумно нравились Лене. У неё глаза разбегались — на чём остановить выбор. В какой из обновок выйти к завтраку? Учитывая прохладную погоду, остановилась на светло-сером с голубой отделкой брючном костюме. Как он ей шёл! Лена не узнавала своего отражения в зеркале — просто модель. Нет, она, конечно, всегда знала, что достаточно симпатична, но всё портила полнота. Однако удачно скроенный костюм делал Лену подтянутой и стройной.

Она вышла из апартаментов и направилась на западную веранду. Уже подходя к двери, неожиданно обнаружила, что настроение стало совсем не таким мрачным, как с самого утра. Видимо, букет и обновки сделали своё дело, и ситуация виделась теперь уже не такой безнадёжной. Малышка Мариэлла достаточно наивна, чтобы Лена смогла в течение двух-трёх занятий пускать ей пыль в глаза и обходится пространными общими фразами. А за несколько дней, глядишь, удастся узнать, как вернуться домой.

Когда Лена зашла на веранду, королевская семья, как обычно, уже была там в полном составе. Видимо, это ещё одна из здешних традиций — приглашать гостя за стол только тогда, когда хозяева на месте.

Северин встретил комплиментом великолепному внешнему виду Лены и таланту портнихи.

— Чудесно выглядите, — присоединился Найт. Губы тронула едва заметная улыбка.

О! Похоже, принц на Лене решил потренироваться быть милым. Нет, Сиятельный, пока выходит не очень. Три с минусом. В глазах должно светиться восхищение, а не ирония.

Завтрак прошёл под несмолкаемый щебет принцессы. Она долго восторгалась нарядом Лены и чудесными способностями Адель. Потом переключилась на таланты шеф-повара, приготовившего такие аппетитные блюда, потом изумлялась чудесной погоде, хотя что в сером дождливом утре было хорошего — не понятно. Лена даже заметила, что Мариэлла украдкой, когда не видит отец, дразнит Найта забавными рожицами и показывает язык. Секрет хорошего настроения принцессы был очевиден — малышка счастлива, что дождалась-таки своего звёздного часа. Дождалась, когда Наставница приоткроет ей сокровенные тайны. Эх, знала бы Мариэлла, как она ошибается.

— Во сколько вы планируете начать занятие? — поинтересовался Его Светлейшество.

— Начнём в 10, - ответила Лена.

— Прекрасно, — кивнул Северин. — Хочу поприсутствовать. И хотя обучение — процесс сокровенный и посторонние не допускаются, но первое вводное занятие родитель имеет право посетить. Хочу этим правом воспользоваться. Не возражаете?

Как будто здесь во дворце был хоть какой-то смысл возражать Его Светлейшеству — его слово было непререкаемым законом. Лена почувствовала, как душный смрадный воздух Эустерцеля уже пышет ей в лицо — она обречена через пару часов оказаться в самом мрачном месте Запасного Мира. Наивной малышке Мариэлле ещё можно было бы какое-то время дурить голову, но обмануть Северина — не стоит и пытаться. Видимо, он уже давно почувствовал в Лене самозванку, и ему осталось только в этом убедиться.

Она не помнила, как дошла до своей комнаты. Плюхнулась на кровать и начала думать, что делать. Сбежать? Не вариант. Её в два счёта найдут. Она понятия не имеет, где в Запасном Мире можно укрыться от Его Светлейшества. Ситуация абсолютно безвыходная. «Безвыходная ситуация начинается с чувства безысходности», — почему-то вспомнились философские слова Эдуарда. Да, что-то в этом есть. Нельзя отчаиваться. «Безвыходных ситуаций не бывает», — теперь уже в голове всплыли слова другого человека. Это была любимая фраза одноклассницы, неисправимой оптимистки, Гели Барсуковой. Конечно тогда, в школьной жизни, безвыходными назывались совсем другие ситуации: невыученный урок или несделанная домашняя работа. Эти ситуации неминуемо должны были вылиться в двойку, но только не для Гели. Она умела, безвыходную ситуацию превратить в «выходную». Для этого, считала одноклассница, надо придумать неожиданное для неприятеля решение, сбить его с толку. Нельзя, каждый раз глупо твердить, что забыла тетрадку дома. В ответ услышишь язвительное:

— А голову ты дома не забыла?

И жирный кол в дневник гарантирован.

Геля поступала иначе. У неё были те ещё приёмчики.

Как-то раз Лена не сделала домашнюю работу по математике. Вообще-то, училась хорошо, но у всех бывают проколы. И надо же такое везение — именно в этот день учительница решила собрать тетрадки на проверку. Геля шепнула:

— Сдавай тетрадь по русскому. Вера Ивановна решит, что ты перепутала. Подумаешь, с кем не бывает.

Так и вышло. Новый приёмчик сработал, потому что был для учительницы неожиданным.

Эпизод за эпизодом школьная жизнь всплывала в голове и вдруг решение вырисовалось. Лена соскочила с кровати и начала спокойно собираться на занятие — она придумала, как поступить.

Когда зашла в комнату, которую отвели для занятий, принцесса уже ждала Наставницу там. Сидела за столом, аккуратно положив руку на руку, как первоклассница. Вскоре появился и Северин, и Лена начала.

Несколько пространных фраз о том, как важно прилежно осваивать знания, и о том, насколько они сокровенны и уникальны. Далее пару слов о том, что первое занятие является вводным, поэтому пройдёт необычно. И, наконец:

— Фэйлина Мариэлла, вы должны будете сегодня написать сочинение о своих самых ярких впечатлениях, чувствах и эмоциях.

— Что? — разочарованно протянула принцесса. — Как понять сочинение? Как в обычной школе? «Как я провёл лето?». Что за ерунда? Пап… то есть Ваше Светлейшество, скажите Фее Элен, что я в этом году уже закончила школу.

Лена боковым зрением изучала реакцию Северина. Лицо напряжено. Кажется, он ещё меньше дочери ожидал такого поворота.

Придав голосу строгости, Лена повторила:

— Да, Фейлина Мариэлла, сочинение, в котором вы очень откровенно и очень подробно опишете три эпизода. Три случая, когда вы испытали самый сильный страх, самое сильное отчаяние и самое большое счастье. Такое задание вам дано неспроста. Знания, которые я должна вам передать, очень особенные. Их нельзя просто зазубрить. Это вам не история или ботаника. И их нельзя охватить при помощи только одной логики, это вам не математика. Их нужно пропустить через себя, прочувствовать. Мне нужны ваши эмоции. Настоящие сильные эмоции, которые вы успели испытать за свою жизнь. Понятно?

— Да, Фея Элен, — послушно ответила Мариэлла.

— И попрошу на будущее не затевать глупых споров. У нас нет на них времени.

— Да, Фея Элен, — опять послушно кивнула принцесса, открыла тетрадь и начала выводить тему.

Северин подошёл к Лене и тихонько шепнул:

— Вижу: вы знаете, что делать. Я впечатлён. Наставник Сиятельного Найта применял на первом занятии другие методики. Возможно, у малышки реально появился шанс побороться за трон. Ну, не буду мешать.

Его Светлейшество вышел из комнаты. И у Лены чуть не вырвался вздох облегчения. Неужели получилось? Спасибо, Геля. Твоя теория про неожиданные приёмчики работает. Уж что-что, а обычного школьного сочинения на первом занятии Северин и его дочь точно не ожидали. В итоге Лена получила передышку на пару дней. И вдобавок ещё и очередные откровения от Мариэллы, которые та уже старательно записывает в тетрадку.

Глава 17. Валет

Мариэлла закончила работу над сочинением и подала тетрадку Наставнице.

— Старалась описать всё очень откровенно и подробно, как вы просили, — заверила принцесса.

Лена знала, что малышка не лукавит. Это было видно по выражению лица. Мариэлла, в отличие от Найта, совсем не умела скрывать эмоции. Тут они с братом были полной противоположностью.

Лена приступила к чтению, а принцесса пристроилась рядом и, прикусив губку, ждала вердикта.

Первым описывался эпизод, когда Мариэлла испытала наибольшее счастье. По мнению малышки это произошло, когда она узнала, что у неё появился Наставник. Лена догадывалась, что именно этот момент и будет упомянут в сочинении. Не то чтобы Мариэлла так уж сильно жаждала власти, мечтала заполучить трон любой ценой. Нет. Она желала другого. У Мариэллы, которую с детства трепетно опекали родственники, друзья семьи и прислуга, развился комплекс младшей сестры. Ей хотелось показать всем: и отцу, и брату, и остальным родственникам, что она не кукла, не милая пустая избалованная малышка, а достойный уважения претендент на корону. Принцесса мечтала, чтобы её начали принимать всерьёз, чтобы с ней считались.

Два других наиболее сильных чувства, страх и отчаяние, Мариэлла испытала в детстве. Она описала эпизоды, связанные с болезнью и смертью Королевы. Лене до боли были знакомы эти переживания. Потеря самого близкого человека — что может быть страшнее для ребёнка?

«Мне было семь, когда мама тяжело заболела, — писала принцесса. — Я очень огорчилась. Я всегда расстраивалась, когда Её Светлейшество недомогала. Ведь тогда вместо неё со мной играла няня. Но мама вскоре выздоравливала, и мы снова могли проводить много времени вместе.

Однако в тот раз получилось по-другому. Я слышала, как все перешёптываются: „Вирус Демиуса. О боже! Вирус Демиуса“. Тогда я ещё не знала, что это единственная неизлечимая инфекционная болезнь. Тогда мир казался мне прекрасен. Казалось, никогда ничего плохо не может произойти. Но мама чувствовала себя всё хуже, и до меня начал доходить смысл перешептываний окружающих. Мне стало страшно. Ужасно страшно. Я поняла, что означают слова: неизлечимая и инфекционная. Первое означало, что мама не выздоровеет, а второе, что я тоже могу заразиться. Я боялась подходить к Королеве, боялась даже просто пройти мимо её комнаты. А вот Найт — нет. Он всё время был рядом с мамой. Потом он рассказал мне, что именно тогда решил получить медицинское образование. Досада и боль, что не может ничем помочь, подтолкнули его. Я восхищалась бесстрашием брата. И тоже решилась повидаться с мамой. Но меня не пустили. „Тебе нельзя, малышка. Риск заразиться очень велик“. Мне так и не удалось проститься…»

Лена почувствовала, что не может читать дальше. Слёзы застилали глаза. Сердце сжималось от горестных чувств, так похожих на те, что испытала Мариэлла. Малышка Лёлечка тоже не смогла в своё время проститься с родными.

Сглотнув комок, подступивший к горлу, Лена заставила себя дочитать горькую исповедь принцессы до конца.

«Когда мамы не стало, я рыдала сутки напролёт. Мне было так горько. Так больно. Так жутко. Но когда узнала, что её тело кремируют, стало ещё страшнее. Тогда я представления не имела, что погибших от вируса Демиуса должна поглотить Первая Стихия. Что эта ужасная зараза боится только огня. Воображение нарисовало картину: языки пламени оплетают, душат любимую мамочку… В тот момент я испытала самое сильное отчаяние. Более жуткого чувства не было ни до, ни после».

Потребовалось несколько минут, чтобы Лена пришла в себя. Усилием воли подавила грустные воспоминания. Нельзя было тонуть в тягостных мыслях и чувствах. Малышка Мариэлла требовала внимания. Она сидела рядом и с волнением ожидала, что Наставница скажет о первом выполненном задании.

— Фейлина, вы молодец. Отлично справились! Мне нужны были ваши чувства — и вы их смело обнажили. Хотя знаю — это было нелегко.

— Тогда нелегко. Но сейчас мне уже не так горько вспоминать те дни.

Стойкая малышка. А Лена до сих пор не хочет и не может думать о своём самом сильном страхе, не хочет и не может вспоминать. Да и зачем? Если забыть — самый надёжный и испытанный способ борьбы с отчаянием. Хотя принцесса, похоже, изобрела свой.

— Фейлина Мариэлла, как вы справлялись с горестными чувствами?

— Мне все помогали. Папа покупал новые игрушки. Много-много новых игрушек. Няня водила в парк, катала на любимой карусели, и на озеро — кормить лебедей.

Малышке повезло, ей не пришлось ничего изобретать. Её окружили любовью и заботой. У Лены же не было, с кем разделить горе, пока не появилась сводная сестра.

— А ещё Найт. Особенно, Найт, — продолжила Мариэлла. — Нет, он не играл и не развлекал, он просто разговаривал со мной. Разговаривал, как с взрослой. Если честно, ни игрушки, ни лебеди не отвлекали меня от грустных мыслей. Я плакала и плакала. Ситуация казалась мне безвыходной. Но брат говорил: «Нельзя отчаиваться. Безвыходные ситуации начинаются с чувства безысходности».

Лену словно током ударило. Какие знакомые слова!

— Я не могла тогда понять этой заумной фразы. Я кричала: «Да какой же здесь может быть выход — если мама умерла?! Её больше нет!» Но Найт возражал: «Она не умерла. Она переместилась в другой лучший мир». И после его слов становилось легче. Тогда в детстве я ещё не знала, что так говорят про всех усопших.

Лена ещё раз похвалила принцессу за правильно выполненное задание и отпустила до завтра. А сама так и осталась сидеть с тетрадкой в руках. Несколько раз перечитала сочинение и прокрутила в голове разговор. Разрозненные факты сложились в единое целое: Эдуард и Найт — это один и тот же человек.

Первый аргумент в пользу этой догадки появился у Лены вчера, когда она заметила странное совпадение. Аниматор был удивительно осведомлён о магии трёх стихий и об отрицательной энергии смерти, которая необходима для магии. Эти знания не являются большой тайной в Запасном мире, однако удивительны для земного. А сегодня Лену ошеломило ещё одно совпадение. Фраза, сказанная Эдуардом во время экскурсии по полигону и та же самая, произнесённая гораздо раньше принцем в разговоре с сестрой.

Теперь-то Лена поняла, почему в стихотворении-подсказке, которое бабушка велела выучить Лёле, фигурировал валет. Эта игральная карта проассоциировалась с Эдуардом, потому что он красив и молод, но надо было копать глубже. На самом деле на карте изображено два молодых человека, как две капли воды похожих друг на друга. Карта одна — валет, а людей как будто бы двое. Вот так бабушка подсказывала внучке, что Эдуард — он же Найт.

Догадка казалась красивой и логически обоснованной, но одновременно пугающей. Она рождала резонный вопрос: какому миру на самом деле принадлежит этот загадочный парень. По всему видно, в Запасном — он не чужой. Всё здесь знает прекрасно. Но и в земном ориентировался без проблем. Он, что, может беспрепятственно перемещаться туда-сюда? Тогда, возможно, это он звонит с угрозами, чтобы Лена убиралась домой. Думает, она тоже умеет скакать по мирам как теннисный мячик по корту?

Мысли уподобились этому самому теннисному мячику и начали хаотично перепрыгивать туда-сюда, не желая выстраиваться в логическую цепочку. Голова пошла кругом. Вроде бы и удалось нащупать разгадку одной из загадок, но это только породило тысячу новых.

Глава 18. Беседа в беседке

Непонятно, сколько бы ещё Лена просидела, бессмысленно глядя в тетрадку Мариэллы и пытаясь собрать мысли в единое целое, если бы не телефонный звонок. В полупустой комнате звук показался оглушительно громким и заставил вздрогнуть. Опять шипящий шантажист? Что-то он сегодня рано.

Поднеся трубку к уху, Лена, к счастью, услышала голос другого человека — Сиятельного Кастра.

— Фея Элен, я сейчас нахожусь во дворце. Его Светлейшество пригласил всё наше семейство на праздник Первой Стихии. Хотел бы встретиться с вами. Нужно поговорить.

— Хорошо, — согласилась Лена.

Адвокат ей нравился. Казался человеком добродушным, и беседа с ним не должна была закончиться какими-нибудь неприятностями.

— Хотелось бы пообщаться в уединённом месте без свидетелей. Вы знаете, как пройти к беседке у лебединого пруда?

Лебединый пруд был чуть ли не единственным местом в парке, дорогу к которому Лена запомнила. Поэтому ответила утвердительно.

— Тогда жду вас там через полчаса.

Времени хватило только на то, чтобы заскочить в комнату переобуться и взять зонтик. Тучи на хмуром небе становились всё чернее и чернее, и мелкий дождик грозил превратиться в настоящий ливень. Однако Лена успела добежать до беседки как раз в тот момент, когда раскатистый гром оповестил о начале грозы. Неистово забарабанившие по крыше тяжёлые холодные капли были не страшны в уютной застеклённой кабинке. Напротив — создали прекрасную звуковую завесу для приватной беседы.

Кастр, удобно устроившись на мягком кожаном диванчике, уже ожидал подзащитную.

— Фея Элен, извините, что занимаю ваше время, но считаю своим долгом предупредить об опасности, — сразу перешёл к делу адвокат. — Не знаю, известно ли вам — Сиятельный Падеву также приглашён на праздник Первой Стихии и сегодня днём прибывает во Дворец. До меня дошли слухи, что обвинитель был очень… кх… как бы выразиться… расстроен. Или, вернее сказать, взбешён тем, как завершилось заседание суда.

— Ему хотелось бы упечь меня в Эурстенцель? — не трудно было догадаться Лене. — Он меня невзлюбил.

— Да, — кивнул Кастр. — Но дело тут, в общем-то, не только в личной неприязни к вам, которую, честно говоря, понять не могу. Кроме всего задета профессиональная гордость. Это первый процесс, который Сиятельный Падеву проиграл. До сих пор ему каждый раз удавалось доказать вину подсудимого.

— Думаете, он и на этот раз не успокоится, пока не добьётся своего? — поёжилась Лена.

— Есть такое подозрение, — осторожно согласился Кастр. — Боюсь, обвинитель вскоре начнёт игру. Начнёт плести интриги, в которых он большой мастер. Его цель добиться у Его Светлейшества разрешения продолжить следствие.

— Полагаете, у него получится?

— Может получиться. И если следствие возобновится, нам понадобятся новые факты. Очень важно, чтобы вы вспомнили какие-то детали. Вам удалось воссоздать в памяти события той ночи?

— Нет, — покачала головой Лена.

Кастр вздохнул. Встал с диванчика и начал расхаживать по беседке взад-вперёд, заложив руки за спину. Потом остановился, посмотрел Лене прямо в глаза и тихо произнёс:

— Фея Элен, давайте начистоту. Вы ведь помните, что тогда произошло? Просто у вас есть причина хранить молчание. Я проанализировал наши предыдущие беседы и пришёл к выводу — вы ничего не рассказывали, практически позволили признать себя виновной в убийстве, потому что хотели кого-то защитить. Ведь так?

Во взгляде Кастра читалась искренняя тревога и озабоченность, и что-то ещё. Какие-то оттенки чувств, идентифицировать которые было сложно. Восхищение? Осуждение? Изумление? Этот взгляд заставил Лену вспомнить разговор с Мариэллой. У принцессы была похожая версия. Малышка считала, что Фея Элен не рассказывала на суде об ужасных экспериментах доктора, чтобы защитить от кривотолков королевскую семью. Гипотеза была красивой и благородной. Почему бы не дать в неё поверить и Кастру.

— Да, — кивнула Лена, — чтобы защитить.

— Этот человек очень дорог вам? Ведь так? Он тоже был в кабинете Сиятельного Мэя в ту ночь?

Неожиданная версия заставила Лену задуматься. Оказывается, Кастр имел в виду не абстрактную честь королевской семьи, а какого-то вполне конкретного человека. Близкого для Элен.

— Я так и думал, — растерянно вздохнул адвокат, не дождавшись ответа. — В нашем предпоследнем разговоре вы случайно обмолвились о… э… в общем, я всё понял.

Что понял адвокат, оставалось только догадываться. Переспрашивать было нельзя — сразу сообразит, что та, с которой разговаривал во время следствия, и та, с кем говорит теперь, разные люди.

— Фея Элен, я могу вас понять, — Кастр снова опустился на диванчик рядом с Леной. Его взгляд был печален. — Но, прошу вас, подумайте. Хорошо всё взвесьте. Достоин ли человек, о котором мы говорим, таких жертв?

— Хорошо, я подумаю, — пообещала Лена.

А что ещё она могла ответить преданному адвокату, глядевшему на неё почти с мольбой? Если хотя бы догадаться, о ком речь. Кого хотела защитить Элен. Почему?

Пока Лена знала только двух людей, которые теоретически могли быть дороги Фее — это её жених и мать. Неужели кто-то из них тоже был в кабинете королевского доктора в ту роковую ночь и как-то причастен к убийству? Безобидный добродушный Руаль казался не способным быть замешанным в чём-то плохом. Значит, мать? Вполне подходящая кандидатура, учитывая, что ни разу не позвонила дочери за последние три дня. А ведь с «Феей Элен» случилось столько всего — освобождение из-под ареста, переезд во Дворец, занятия с принцессой. Подозрительно, что ни одно событие не подтолкнуло родительницу поинтересоваться подробностями. Однако само слово «мама» ассоциировалось у Лены с чем-то настолько светлым и безупречным, что не хотелось даже думать о причастности этой женщины к смерти Сиятельного Мэя. Оставалось поискать, кто ещё мог быть дорог Элен.

— Позвоните, если почувствуете, что готовы рассказать, — нарушил затянувшуюся паузу Кастр. — И знайте — вы в любом случае можете рассчитывать на мою помощь.

Адвокат легонько коснулся руки Лены, а затем раскланялся и вышел. Это нежное прикосновение, понимающий взгляд и то, как близко к сердцу принимал Сиятельный проблемы Феи, навело на мысль, что отношения между Кастром и Элен были гораздо глубже, чем отношения защитника и подзащитной. Чувствовалось, что этому маленькому проницательному человечку можно доверять.

После того, как адвокат скрылся из вида, Лена тоже вышла наружу. Дождь почти прекратился. Воздух был свеж и пропитан неповторимым озоновым грозовым ароматом. Лена бодро зашагала в направлении Дворца. До обеда оставалось всего ничего, а ей неплохо было бы выкроить хоть немного времени, чтобы обдумать, как вести себя с Найтом-Эдуардом, двуликим вальтом, обитателем двух миров, одинаково сильно действующим на нервы и там, и тут.

Утихший ливень вызвал оживление в парке. Гости Его Светлейшества, которых с каждым часом становилось всё больше и больше, прогуливались в одиночку, парами и группами. Настроение было заметно приподнятым — сказывалось приближение праздника. Но улыбка одной из дам показалась особенно широкой. Высокая, худая как щепка, брюнетка шла быстро, не разбирая дороги, прямиком на Лену и буровила взглядом прищуренных карих глаз. Чёрт! Похоже, знакомая Элен.

— Привет, дорогая! — брюнетка чмокнула Лену в щечку. — Так рада тебя видеть!

Хотелось бы верить в искренность чувств, но как минимум улыбка выглядела фальшиво.

— Как мы все были счастливы, когда тебя оправдали. Хотели позвонить поздравить, но не знали, можно ли теперь тебя тревожить по пустякам. Но ты ведь не забываешь своих подруг?

— Нет-нет, я тоже рада видеть тебя, милая, — выдавила из себя ответную любезность Лена.

Что ещё сказать, она понятия не имела, ведь даже не знала имени той, что душила её в объятиях. Необходимо было срочно придумать, как избавиться от назойливой «подруги», но ничего подходящего в голову не приходило. Неожиданно на помощь пришёл Руаль. Взявшийся непонятно откуда, он радостно воскликнул:

— Элен, любимая, вот ты где! А я повсюду тебя ищу.

Потом, обращаясь к брюнетке, не очень приветливо добавил:

— Фея Айрин, рад видеть. Не могли бы вы отпустить Фею Элен. Не уверен, что ей приятны ваши тесные объятия — она недавно была травмирована.

— Ой, извини, дорогая, — в момент отлепилась от Лены «подруга».

— Элен, — продолжил Руаль, — тут в парке организовано летнее кафе под открытым небом. Заказал нам обед в одной из беседок. Давай отпразднуем начало занятий. Я уже разговаривал с Его Светлейшеством. Он не возражает.

Идея «жениха» Лене понравилась. Это был чудесный повод отделаться от «подруги» и заодно отдохнуть от обедов в королевской семье, и в особенности, от тревожных мыслей, как вести себя с Найтом. Правда, придётся выдержать очередную порцию ласк от жениха. Но на людях в кафе они не будут уж слишком интимными.

— Элен, дорогая, ты позволишь присоседиться к вам? Мне столько всего нужно тебе рассказать… — начала было напрашиваться на приглашение Айрин.

— Нет, Фея, — с утрированной вежливостью ответил за Лену Руаль, — жениху и невесте тоже есть что обсудить, не находите?

Айрин недовольно поджала губки и удалилась.

— Спасибо, милый, — вырвались у Лены слова искренней благодарности. Обед в обществе назойливой «подруги» был бы для неё пыткой.

Щёки Руаля вспыхнули — он уловил тёплые нотки в голосе «невесты». Глаза заволокла пелена. Лицо озарила мечтательная полуулыбка. Господи, как же мало нужно этому славному парню, чтобы почувствовать себя счастливым. Скорей бы уж появилась настоящая Элен. С каждым разом Лене становилось всё мучительнее и мучительнее дурачить влюблённого по уши не замечающего подмены Руаля.

Глава 19. Мозговой штурм

После обеда «жених» проводил «невесту» до её апартаментов. Всем своим видом Руаль демонстрировал, что был бы счастлив продолжить празднование в комнате Элен, однако Лена его выдворила. Она сослалась на усталость и головокружение, но пообещала прогулку под луной после ужина. Расчёт был прост. В парке сейчас многолюдно хоть днём, хоть ночью, а это позволит сделать блуждание по аллейкам невинным занятием. А вот насчёт головокружения Лена нисколько не хитрила. Самочувствие действительно было неважным. В глазах туманилось, а ноги были как ватные. Видимо, сказывалось напряжение, с которого начался день.

Она прилегла на кровать и прикрыла глаза. Ей опять предстоял анализ и мозговой штурм. Перед ней стояли тысячи вопросов, которые требовали немедленных ответов. Впрочем, нужно было выделить из этой тысячи пару самых актуальных, а остальные отложить на потом. Так всегда делала Настька, когда распутывала свои любимые замысловатые головоломки. Она любила говорить: надо решать проблемы по мере их поступления.

Как самые насущные Лена выделила два вопроса. Первый — кого хотела защитить Элен, когда практически взяла вину за убийство королевского доктора на себя. И второй — как Лене вести себя с Найтом, учитывая, что тот, скорее всего, догадывается, что она никакая ни Фея и тем более не Наставник, ведь видел её в земном мире.

Начала с первого. Сегодня за обедом Лена несколько раз всякими окольными путями пыталась выведать у Руаля, не был ли он у доктора в роковую ночь. «Жениха» тема не напрягала. Вёл себя естественно, отвечал спокойно. Это окончательно убедило Лену, что парень ни при чём.

Оставалась мама Элен. Сев на кровать, Лена взяла в руки телефон и нашла в списке контактов нужный номер. Если выверено построить разговор, можно, наверно, будет понять, не эту ли женщину пыталась выгородить Фея. Лена смотрела на цифры пару минут. Экран погас. Но она так и не решилась позвонить. Вместо того чтобы обдумывать план беседы, в голове крутился вопрос: похожа ли мама Элен на маму Лены. Ведь если девушки — двойники, то их матери тоже могут оказаться двойниками. Эта мысль заставляла сердце выпрыгивать из груди. Господи! Через столько лет появилась возможность увидеть маму. Ну, не настоящую, конечно, но ту, какой она могла бы быть, останься в живых. Странное чувство…

Лена снова откинулась на кровать. От поиска ответа на первый вопрос пришлось отказаться. Стало понятно, что ответа пока найти не получится. Поэтому перешла ко второму. А вот с ним, неожиданно, вышло довольно гладко.

Быстро убедила себя, что действовать надо решительно. До сих пор принц почему-то не сдал её Его Светлейшеству, не нажаловался Падеву или ещё кому-нибудь, значит, есть надежда, что не сделает этого и дальше. Возможно, Найта останавливает, что Лена тоже знает про него кое-что интересное. Полагает, что если проболтается, то ведь и она молчать не будет. А как воспримет отец прогулки сына в другой мир? Небось по головке не погладит. И если у Лены есть какой-никакой козырь в рукаве, грех им не воспользоваться. Необходимо вызвать принца на приватный разговор и договориться о перемирии. Вернее, о взаимопомощи. Пусть он расскажет ей, как вернуться домой, а она за это не сдаст его отцу. Решение показалось Лене очень изящным. Эх, знала бы Настёна — гордилась бы сестрой…

— Фея Элен, — кто-то осторожно коснулся руки, — Фея Элен, что вы себе позволяете? Его Светлейшество ждёт вас к ужину. Не начинает без вас. А вы спите?!

Лена открыла глаза. Она, что, действительно заснула? Светлое пятно, нависшее над ней, постепенно приобрело относительную чёткость, и она распознала в нём возмущённую физиономию Аурелии.

— Будьте так любезны, немедленно проследуйте на восточную веранду, — недовольно прошипела мымра.

Лена попыталась привстать. Как же кружиться голова. Вроде бы коктейли, что она пила за обедом, были безалкогольные. Почему же такое ужасное самочувствие?

— Передайте Его Светлейшеству мои глубокие извинения. Через пару минут буду, — промямлила она и поплелась умываться.

Аурелия буркнула что-то обидное себе под нос и вышла.

Лена начала приводить себя в чувства, щедро ополаскивая лицо ледяной водой. Вот что значит постоянный стресс. Даже не заметила, как заснула.

Злить Северина в её планы не входило, поэтому как только ощутила относительную ясность ума, бегом направилась на веранду. На полпути её встретил Найт:

— Закатайте правый рукав.

— Что? — опешила Лена.

— Закатайте правый рукав, — повторил принц. — Аурелия сказала, что застала вас спящей. Слабость после падения и полученных травм не очень хороший симптом. Мне необходимо взглянуть на самый глубокий порез. Если не изменяет память, он находится на правом предплечье.

— Причём тут порез? — опять глупо переспросила Лена.

— О, и ещё один симптом, — уголки рта Найта слегка дёрнулись. — Непонятливость.

Это что ирония? Лена окатила принца испепеляющим взглядом. Но на того игра глазами ни капли не подействовала. Не дождавшись выполнения команды, он сам начал бесцеремонно закатывать рукав. Длинные пальцы легонько касались кожи. От этих прикосновений головокружение моментально усилилось.

— Воспаления нет. Всё нормально, — невозмутимо произнёс Найт, и вернул рукав в исходное состояние.

— Спасибо, доктор, — с налётом сарказма произнесла Лена, глядя прямо в глаза принца. — Интересно, как быстро вы меняете профессии. Ещё не так давно, если мне не изменяет память, были аниматором.

Вот оно! Лена увидела! Увидела бурю чувств в его глазах! Это длилось всего долю секунды, но она успела заметить! Успела! Правда, это было последнее, что её глаза смогли зафиксировать в деталях. Картинка начала расплываться. Подробности исчезли. Только разноцветные пятна. Но в следующее мгновение пятна слились в одно большое серое пятно. А потом и оно исчезло — чёрная кромешная темнота…

Глава 20. Шантаж

Найт сидел в кресле в своей комнате и наблюдал, как доктор заканчивает осмотр Феи, внезапно потерявшей сознание.

— Обычное переутомление, — сделал вывод Сиятельный Рейнальд. — Необходима настойка Вальмира, чтобы растереть виски, и пациентка придёт в себя. Не думаю, что обморок как-то связан с её недавними травмами — царапины не воспалены. Сейчас схожу за лекарством. Или, может быть, наоборот, забрать Фею под наблюдение в мой кабинет, чтобы не утруждать вас, сиятельный Найт?

— Не стоит. Я прослежу, чтобы с пациенткой всё было в порядке, пока вы будете отсутствовать.

Доктор вышел из комнаты, а принц переместился на кровать, поближе к пострадавшей. Сиятельный Рейнальд хоть вида и не показал, но, вероятно, был удивлён, почему Найт взялся возиться с приболевшей Феей. Да принц и сам до конца не понимал, зачем отнёс её в свою комнату, вместо того, чтобы велеть прислуге доставить в кабинет врача. Не хотел привлекать внимание к инциденту многочисленных гостей, которые наводнили парк? Пожалуй. Но ведь можно было не тащить потерявшую сознание девушку к себе, а отнести в отведённые ей апартаменты.

Да, эта обладательница бирюзовых глаз уже не первый раз заставляла Найта терять невозмутимость и действовать спонтанно. Впрочем, стоит ли удивляться? Ещё при первой встрече предчувствие подсказывало, что новая знакомая станет его головной болью.

А о чём ещё, как не о проблемах, мог думать Найт, когда увидел Лену, серьёзную хмурую красавицу, почему-то невзлюбившую его с первого взгляда? Ему-то как раз, наоборот, она понравилась. По крайней мере, внешне. Большущие выразительные глаза, пухлые губки, нежные бархатные щёчки, плавные линии талии и бёдер. Проблема заключалась в том, что всё это вместе взятое делало её, обычную с виду девушку Основного Мира, как две капли воды похожей на Фею. И хоть Найт не был близко знаком с Элен, не заметить поразительного сходства девушек из разных миров было невозможно. Отличный повод насторожиться, даже невзирая на то, что принцу и до этого встречались двойники. Они были, по-видимому, не таким уж редким явлением, хоть пока и непонятым до конца.

Найт благоразумно решил быть с новой знакомой предельно осторожным. Нацепив свою любимую маску вежливого равнодушия, он с любопытством наблюдал за девушкой. Она поставила себе целью во что бы то ни стало вывести его из себя. Зачем? Это второй вопрос. Гораздо интересней было посмотреть, как она это собирается сделать.

Необходимость бывать в разных мирах заставила Найта научиться виртуозно владеть собой. Уж что-что, а эмоции контролировать он умел. Поэтому отчаянные попытки новой знакомой разозлить его, умиляли. Принцу стало настолько любопытно, во что этот спектакль в итоге выльется, что неожиданно для себя он решил продлить знакомство и провести экскурсию по полигону для квестов. А надо было бы наоборот держаться от новой знакомой подальше. Надо было взять во внимание, что похожа она была не просто на какую-то там Фею, а на ту, которую обвиняют в смерти Сиятельного Мэя. Этот человек много значил для Найта. Слишком много, чтобы затевать глупые игры с той, что так похожа на предполагаемую убийцу. Хотя принц и не совсем верил в виновность Элен, но всё же улики были не на её стороне.

Вплоть до момента, как Лена вошла в домик для квеста трёх стихий, Найт считал её милой, симпатичной, слегка боязливой и немного странной девушкой Основного Мира. Не более. Но дальнейшие события показали, что она не так проста. Вот уже третий день принц пытался понять, кто она на самом деле, что ей известно, какие у неё цели. И к этому моменту смог ответить лишь на часть вопросов. Впрочем, у него был план, как решить оставшиеся задачи.

Неожиданно Найт заметил, что Лена шелохнулась и слегка приоткрыла глаза. Похоже было, что-то хочет сказать. Но получился лишь лёгкий стон, и она снова отключилась. Принц прикоснулся рукой ко лбу — горячий. Возможно, жар? Провёл пальцами по щеке, шее, плечу — странное ощущение. Нежная бархатная кожа была очень тёплой, но совсем не такой, как у пациентов с повышенной температурой. И всё же диагноз королевского доктора вызывал у Найта вопросы.

В дверь постучали. Принц одёрнул руку, которая почему-то всё ещё продолжала легонько водить по плечам и шее Лены.

— Да-да.

В комнату вошёл доктор с помощницей. Медсестра склонилась над пациенткой и начала натирать виски бесцветной приятно пахнущей жидкостью.

Виски то горели огнём, то, казалось, их обдувал ледяной ветер. Что за странное ощущение? Лена инстинктивно прижала к ним руки и открыла глаза. Могла бы и не открывать. Всё равно ничего кроме огромного серого пятна видно не было. Впрочем, оно постепенно разделилось на несколько цветных пятнышек, которые начали приобретать очертания и оказались в итоге предметами и лицами. Предметы Лена распознать не могла, а вот людей узнала. Это были Сиятельный Рейнальд, его помощница и Найт. Что они все здесь делают?

— Фея Элен, как себя чувствуете? — улыбнулась медсестра.

Теперь Лена начала припоминать. Кажется, у неё случился обморок. Потом она куда-то плыла. Или нет — летела. Скорее даже, парила. Она не боялась упасть — чьи-то сильные руки поддерживали её. Потом бережно опустили на кровать, а потом ласкали шею и плечи.

— Вы потеряли сознание, — молчание Лены заставило медсестру объяснить происходящее. — Но не тревожьтесь. Это всего лишь переутомление. Сиятельный Рейнальд уже осмотрел вас и поставил диагноз.

Так это, оказывается, были не ласки, а осмотр врача. Слава богу! А то уж Лена подумала, чёрт знаешь что. Теперь ей стал понятен и ответ на ещё один вопрос, почему она здесь ничего не узнаёт. Её доставили в какие-то медицинские апартаменты.

— Фея Элен, как Ваше самочувствие? — доктору пришлось повторить вопрос помощницы. — Голова не кружится?

— Кажется, нет, — наконец ответила Лена. — Спасибо.

— Вынужден вас огорчить, — выражение лица Сиятельного Рейнальда сделалось сочувственным, но одновременно строгим. — Ближайшие два дня вам показан постельный режим. Никаких нагрузок, особенно умственных. Занятия придётся отложить до понедельника. Вам необходимо восстановить силы.

Доктор мог бы не утруждать себя придавать лицу подобающее случаю выражение. Лене не нужно было сочувствие, её устраивало такое развитие событий. Она настолько была рада наметившейся паузе в занятиях, что чуть не закричала «Ура!».

— Я оставлю вам пилюли. Будете принимать три раза в день.

После этих слов Сиятельный Рейнальд и его помощница удалились. Лена была счаслива остаться одна. Будет возможность собраться с мыслями. Однако принц не собирался уходить. Продолжал как ни в чём не бывало сидеть на краю кровати.

— Сиятельный Найт, не могли бы последовать за остальными? — недовольно буркнула Лена.

— Выгоняете из собственной комнаты? — даже не пытаясь скрыть иронии, поинтересовался принц.

Лена опешила. Это, что, никакие не медицинские апартаменты, а личные владения Найта? Но как она здесь очутилась? Надо срочно попасть в свою комнату. Лена попыталась привстать. В висках больно застучало, и она вынуждена была снова откинуться на подушки.

— Вы, наверно, не в курсе. Но после настойки Вальмира необходимо отлежаться в кровати полчасика.

Найт смотрел на Лену невозмутимо, но она голову готова была отдать на отсечение — он опять подтрунивает над ней. Намекает, что она принимала горячительные напитки во время обеда с Руалем?

— Я не пила никакой настойки, — недовольно буркнула Лена.

— Вообще-то, настойку Вальмира не принимают внутрь, ею растирают виски, — принц сделал небольшую паузу, — по крайней мере, здесь, в Запасном Мире. Хотя откуда вам знать, Фея Элен?

— Действительно, откуда? Я же не доктор, — нашлась Лена.

Она догадалась, куда клонит Найт. Теперь, когда он понял, что его двойная жизнь раскрыта, решил продемонстрировать, что и ему про Лену известно всё. Всё не всё, но то, что она никакая не Фея он, конечно, догадывается. Хотя, может, это и к лучшему. Пора предложить ему бартер, который придумала. Она молчит о путешествиях принца между мирами, а он делится секретом, как ей вернуться домой.

Вот только вопрос: может ли Найт быть надёжным партнёром. Можно ли начать с ним честную игру? Вряд ли. Трудно доверять человеку, ведущему двойную жизнь. Значит, действовать нужно креативно — так, как учила одноклассница Геля. Сделать ход, которого от тебя не ожидают. Это должна быть не просьба, не деловой предложение, не мольба — всё это слишком предсказуемо. Это должна быть угроза. А ещё лучше шантаж.

— Сиятельный Найт, у вас, в отличие от меня, действительно поразительные знания о Запасном Мире. А вот интересно, делитесь ли вы с кем-нибудь знаниями о земном? Вашему отцу, наверно, было бы очень любопытно. Думаю, стоит ему рассказать. Не находите?

Лена внимательно изучала реакцию принца. К сожалению, пока её игру нельзя было назвать успешной. Угроза не произвела на Найта никакого впечатления. Лицо было спокойным. Впрочем, как всегда. Но, может, он просто не поверил в серьёзность намерений.

— Хотя зачем вам утруждаться? Я могу сделать это за вас, — попыталась усилить мысль Лена.

— Шантажируете? — уголки рта Найта слегка дёрнулись. — Сколько ж с вами в последнее время проблем, Фея Элен. Падение в кусты, обморок, а теперь ещё и угроза?

Чёрт! Почему сказанные абсолютно нейтральным голосом слова кажутся Лене пропитанными иронией? Всё-таки принц не воспринимает её всерьёз. Но игру, в любом случае, надо довести до конца.

— Отправьте меня домой, и проблем не будет.

Лена смотрела Найту в глаза. Он не отводил взгляд. Но что-то в нём поменялось.

— Если бы я знал, как это сделать, вы бы уже давно были дома.

Вот теперь Лена иронии не почувствовала. Неужели это правда? Или опять игра. Как же трудно разговаривать с человеком, умеющим скрывать эмоции.

Глава 21. Игра

Найту не спалось. Он вспоминал сегодняшний день, а вернее вечер. Анализировал события. Пытался понять, что его тревожит. Хотя что тут понимать? Основная проблема, которая не давала ему расслабиться уже третий день, это непрошеная гостья из Основного Мира. Её появление в Запасном вызывало много вопросов и могло вылиться в неприятности, а то и серьёзные проблемы. Найт физически ощущал, что они вот-вот обрушаться как снежная лавина. Чтобы их предотвратить, нужна была информация. Её катастрофически не хватало, но были подозрения, что гостья из Основного Мира ею владеет, хотя, может быть, сама даже не отдаёт себе в этом отчёт.

Сегодня представилась чудесная возможность эту информацию получить — разговорить Лену и выяснить все детали. Ситуация располагала. Ещё бы! Девушка, едва пришедшая в себя после обморока, растерянная и напуганная, находилась в его постели. Случай удобный во всех отношениях. Ну, как минимум, для того, чтобы подтолкнуть к откровенности и выведать нужные сведения.

Разговор складывался удачно для Найта. Собеседница избрала тактику защиты нападением. Шантажист из неё, конечно, получился ещё тот. Видно было, что опыта психологического давления у Лены нет, и её попытки запугать, забавляли принца. Он с трудом сдерживал улыбку, когда она сыпала угрозами, пытаясь смотреть прямо в глаза и всем видом демонстрируя серьёзность своих намерений. Эта игра в злого полицейского выдавала Лену с головой — она взволнована и растеряна, имеет чёткую цель, но как её достичь представляет слабо. Найта такое состояние собеседницы устраивало — позволяло манипулировать ею. Ещё несколько минут и принцу удалось бы вытянуть из гостьи всё, что нужно, но приватной беседе помешали. Посетители один за другим начали вламываться в комнату.

Сначала прибежала Мариэлла. Малышка была страшно расстроена расползающимися по Дворцу слухами о недомогании Наставницы, и принялась беспрерывно щебетать, охать и ахать. Потом появился отец. Он тоже был встревожен — Рейнальд уже успел доложить ему об обмороке Феи Элен. А в довершение нарисовался «жених».

Все трое начали сыпать советами, как приболевшей поскорее восстановить здоровье. Мариэлла полагала, что Фее крайне необходимы положительные эмоции и развлечения, а значит, активная подготовка и участие в предстоящем празднике Первой Стихии. Его Светлейшество собирался приставить к гостье круглосуточных медсестёр и помощниц, чтобы оградить от малейших забот, а Руаль считал, что на время болезни должен перевести Фею в свой особняк и обеспечить ей там должный уход.

Рецепты поражали своей несуразностью и действовали Найту на нервы. Но больше всего принца раздражал своим поведением «жених». Раньше Сиятельный казался неплохим парнем. У Найта сложились с ним ровные отношения. Но в последнее время тот стал слишком часто попадаться на глаза и вести себя назойливо. Взять, к примеру, недавний случай, когда Руаль бесцеремонно перехватил пораненную «невесту», которую Найт нёс к доктору. Да ладно настоял сам отвести к врачу, но к чему был демонстративный поцелуй на глазах у принца?

Сказать по правде, тот поцелуй не на шутку разозлил Найта. С чего бы это? Просто принц посочувствовал Лене. Ведь он знал, что для неё — Руаль посторонний человек, и его ласки могут быть ей неприятны. Хотя стоило ли переживать? Сегодня вечером Найт усомнился в правильности своих недавних выводов. Ему бросилось в глаза, что лже-фея вела себя с «женихом» любезно, можно даже сказать, была с ним ласкова. Не пыталась злить его, выводить из себя или сыпать угрозами, как это она любит делать в отношении Найта. Возможно, Лена уже воспылала к заботливому предупредительному Руалю ответными чувствами и рада его нежностям.

Но в любом случае смотреть на воркование двух голубков в своих апартаментах принц не собирался.

— Фее лучше всего будет просто отлежаться в своей комнате. Это мнение Сиятельного Рейнальда. Он рекомендовал постельный режим и покой на ближайшие два дня. А это значит никаких посетителей, — безапелляционно заявил принц.

Пожалуй, он слишком вольно интерпретировал советы доктора. Насчёт ограничения посетителей тот ни слова не говорил. Но Найту показалось — для здоровья Лены действительно будет лучше, если она как можно быстрее окажется в своей комнате без посторонних.

Он позвал прислугу — велел проводить Фею к себе и помочь с приготовлениями ко сну. А троице обеспокоенных её здоровьем ничего не оставалось, как ретироваться.

Уйти-то гости ушли, а вот досада, что, их визит помешал планам, осталась. Найт глянул на часы — ровно полночь. Может, Лена ещё не спит? Интересно, она успела заметить фокус с местным временем? Сутки в Запасном Мире были разбиты на 24 часа, как и в Основном. Но вот реально длились всего 22 с половиной земных часа. Найту всегда требовалось какое-то время, чтобы адаптироваться к новому ритму, после того, как перемещался из одного мира в другой. Надо полагать, лже-фея в этом вопросе тоже вряд ли является исключением.

Убедив себя, что Лена, скорее всего, ещё не спит, Найт тихонько вышел из комнаты и направился к апартаментам гостьи. Стучаться не стал — открыл дверь и зашёл внутрь.

Лене не спалось. Она сидела в кресле возле окна и прислушивалась к звукам, доносящимся из парка в надежде уловить разговор, содержащий полезную для неё информацию. Но ничего кроме интимного перешёптывания влюблённых парочек слышно не было.

Голова до сих пор немного кружилась, а перед глазами прыгали мушки. И это не смотря на ударную дозу здешней чудо-настойки какого-то там то ли Вальмира, то ли Вампира. Второй вариант имени ему явно подошёл бы лучше, учитывая какое действие его средство производит на организм. Дали бы лучше нашатыря понюхать — и всех делов. Запах, конечно, ещё тот, зато после него хотя бы виски не ломит.

Впрочем, сегодняшний обморок неожиданно сыграл такую положительную роль, что о его неприятных последствиях можно было и не вспоминать. На целых два дня Лена освобождена от занятий, а заодно и от ухаживаний «жениха». Эта передышка даст время додавить Найта. Хотя «додавить» не самое подходящее слово. Похоже, шантаж не удался. Идея взять принца на испуг была не совсем правильной. Надо действовать тоньше. Применить женскую хитрость. Но для этого необходимо найти его слабые места, болевые точки. У Найта их в принципе нет? Как бы ни так! Он, конечно, виртуозно умеет скрывать свои эмоции, но это не значит, что он их не испытывает. В этом Лена уже убедилась. Теперь она знает правильную тактику — смотреть в глаза. Там иногда проскакивают чувства. Нужно только успеть их заметить.

Жаль, сегодняшний разговор с принцем был прерван набежавшей оравой посетителей. Если б не они, наверняка, удалось бы выведать, что нужно. Лена взглянула на часы — двенадцать, ноль три. Может, Найт ещё не спит? Она встала с кресла и направилась к двери. Но неожиданный шорох заставил её замереть. Дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова принца. Ах, вот так?! Нет, вообще-то, ещё минуту назад Лена сама собиралась сделать что-то подобное, но непрошеному гостю знать об этом необязательно.

— Сиятельный Найт, неслыханная наглость — без стука?! — Лена окатила принца испепеляющим взглядом.

— Ещё не спите — прекрасно, — невозмутимо произнёс Найт, и вошёл в комнату.

У них это видно семейное. Что малышка Мариэлла, что принц считают за правило вламываться в гости без спроса.

— Кажется, я вас не приглашала, — наклонив голову на бок, гневно сдвинула брови.

— Вы же хотите продолжить прерванную беседу, — принц прошёл мимо и удобно устроился в кресле, — Ведь так, Лена?

Это было неожиданно приятно. Услышать своё имя. Настоящее имя. И без этой дурацкой приставки «Фея».

— Так, Эдуард, — кивнула она и, прищурившись, с сарказмом спросила: — Или всё-таки Найт?

— Хотите знать, какой мир для меня родной?

— Да, — Лена заняла кресло напротив. Ей нужны были глаза принца.

— И почему я должен вам что-то рассказывать? — иронично приподнял бровь Найт. — Особенно после вашей попытки шантажа.

— Всё-таки опасаетесь огласки? — Лена пристально глядела на собеседника.

— Разумеется.

Нет, не боится ни капельки. В глазах — только промельки иронии. Ладно, и то хорошо. Хотя бы эту эмоцию Найт перестал прятать от Лены.

— Расслабьтесь, я передумала доносить на вас Его Светлейшеству.

— Так мило с вашей стороны.

— И, вообще, предлагаю перемирие…

— Перемирие — это приостановка военных действий. А разве мы сражались?

Опять эти ироничные искорки в глазах. Что ж, Лену вполне устраивало такое настроение Найта. Не воспринимает её всерьёз? Прекрасно. Недооценка противника — серьёзное упущение. Грех им не воспользоваться.

— Назовём это взаимопомощь, раз слово «перемирие» вызывает у вас противоречие. Вы же решили посетить меня в столь поздний час неспроста. Вам что-то от меня нужно, не так ли? Предлагаю игру: я задаю вопрос — вы отвечаете. Вы задаёте вопрос — я отвечаю.

— Хорошая игра, — кивнул Найт. — Правила довольно просты. И кто же становится победителем?

— Побеждают оба. Каждый получает своё.

— Согласен.

Как же быстро и без колебаний принц принял предложенный сценарий. Считает, что разгадал задумку Лены? Полагает, что легко сможет держать ситуацию под контролем. А не слишком ли Сиятельный самоуверен? Что ж, вечер становился интересным.

— Тогда приступим, — кивнула Лена. — Так какое ваше настоящее имя?

Она начала с вопроса, ответ на который знала. Небольшая проверка, собирается ли собеседник играть по правилам.

— Найт.

Что ж, ответ принят. Лена уже давно перестала сомневаться, что Запасной Мир для принца родной — уж больно уверенно он в нём ориентируется.

— То есть вы родились здесь? — решила уточнить она.

— Это уже второй вопрос. Сначала ответьте на мой.

— Хорошо.

— Как вы узнали о магии Сузуна?

— Впервые слышу это словосочетание, — пожала плечами Лена.

— О магии перемещения между мирами, — пояснил Найт.

— Если вы о том, как я здесь оказалась, то ответа не будет. Я сама до конца не понимаю. Хотела задать этот вопрос вам.

— Хотите сказать, ничего не знаете о магии трёх стихий?

— Абсолютно. О трёх стихиях я знаю только то, что вы рассказали мне, когда знакомили с квестом. Человек, который прошёл испытание огнём, водой и баблом, приобретает особые способности… бла-бла-бла…

Ответ Найту явно не понравился. В глазах перестали скакать ироничные искорки.

— Тогда переформулирую вопрос. Расскажите в деталях, что вы делали, когда остались в доме для квеста одна.

— Так не честно. Это уже второй вопрос. Теперь моя очередь спрашивать.

— Хорошо, спрашивайте. Я отвечу. Но при условии, что затем получу от вас подробный рассказ о том, что вы делали в домике для квестов с момента, как я вышел до момента, как вы очутились здесь.

— Договорились. Мой вопрос — вы свободно можете перемещаться между мирами? В любой момент, как только захотите? Когда вы собираетесь сделать это в следующий раз?

— Это три вопроса. На какой отвечать?

— На последний.

— Через несколько дней.

— А точнее?

— Точнее не знаю.

— Возьмите меня с собой, — почти шёпотом произнесла Лена. — Я хочу домой.

Принц сделал небольшую паузу и тоже ответил тихо:

— Я уже говорил вам, что не знаю, как вернуть вас домой. Это правда. А теперь Ваша очередь отвечать. Жду детального рассказа, что произошло в домике для квестов.

И почему для Найта это настолько важно? Требует подробностей, а там и рассказывать-то особо нечего. Может, принц думает, что Лена произносила какие-то магические заклинания, размахивала волшебной палочкой, призывала духов, или что там ещё делают колдуны? Тогда его ждёт разочарование.

— Вы вышли, — начала она. — Огонь за окном начал разрастаться и вскоре перекинулся на дом. От едкого дыма стало трудно дышать…

— Это была игра вашего воображения. Под окном горел небольшой костёр. И всё.

— Ну, не знаю — не знаю, — даже сейчас от воспоминания о тех минутах, у Лены запершило в горле и начала сильнее кружиться голова. — Пожар выглядел очень натурально. Я выбила окно и попыталась залить огонь водой. Это не помогло. В ведре ещё оставалось немного жидкости, и я её выпила. И сразу оказалась здесь. Ну, не конкретно здесь, в этой комнате, а в Запасном Мире.

— Выпила? — удивился Найт.

— Ну да.

— Зачем?

Конечно, со стороны поступок выглядел, мягко говоря, не логично. Но рассказывать принцу о стихах бабушки не хотелось. Не то чтобы Лена остерегалась очередного подтрунивания. Нет. Разговор о её перемещении между мирами напрочь погасил искры иронии в глазах Найта. Но допустить, чтобы речь зашла о погибших родных, Лена не могла. Эту тему она давно научилась избегать — очень болезненная. Да и было что-то в детских воспоминаниях такое личное и сокровенное, делиться которым с посторонними казалось неправильным.

— Это уже новый вопрос, — выкрутилась она.

— Хорошо, задавайте свой.

Лена задумалась. Спросить нужно было что-то очень важное. Вдруг очередной вопрос Найта окажется настолько неудобным, что игру придётся прекратить. И если у Лены осталась последняя попытка, нужно выжать из неё всё, что можно по максимуму. Но что спросить, если главный вопрос она уже задала — как вернуться домой. А ответ на него не получила. Принц уверяет, что не знает. Лукавит? Скорее всего. Сам-то он запросто скачет по мирам. Значит, надо как-то перефразировать вопрос, чтобы заставить Найта проговорится, или хотя бы уличить в нечестной игре. Но мысли путались, и каверзной формулировки никак не получалось.

Напряжённая работа мозга плохо сказывалась на самочувствии. Головокружение усилилось настолько, что картинка перед глазами снова стала расплываться. Предобморочное состояние заставило откинуться на спинку кресла.

Найт тут же подскочил к Лене. И вновь она оказалась в его сильных руках. Кажется, ей это уже начало нравиться — беззаботно парить, не опасаясь рухнуть на пол. Впрочем, парить пришлось не долго — кровать находилась рядом с креслом.

— Плохая игра, — нахмурился Найт, склонившись над Леной. — Рейнальд был прав — перенапряжение вам пока противопоказано. Сейчас схожу за настойкой Вальмира.

— Только не это! — поморщилась Лена. — У меня и так до сих пор виски покалывает. Что за дурацкое лекарство? Здесь, что, нашатыря не водится?

— Это ваш новый вопрос? — усмехнулся Найт. Похоже, ему понравилось, что собеседница передумала терять сознание, и у неё вполне хватает сил возмущаться.

Лена замотала головой. Ещё не хватало тратить попытку на такую мелочь. И хотя игра, скорее всего, на время будет приостановлена, но возможно потом снова возобновится.

— Ладно, отвечу «бесплатно», — раздобрился принц, — а то ещё скажете что-то несуразное для здешних, и выдадите себя. Нашатырь, как и любые другие неприятно пахнущие вещества, в медицине категорически не используются.

Мини лекция о лекарственных средствах Запасного Мира сопровождалась странными действиями. Найт прикоснулся рукой ко лбу, потом накрыл своими ладонями запястье, заглянул в глаза. Это, что, опять медицинский осмотр?

— Ваши приступы головокружения не совсем мне нравятся, — огласил свой вердикт «доктор». — Всё-таки схожу за настойкой. Но не беспокойтесь, если за время моего отсутствия сознание не потеряете, то втирать средство не буду. Просто пусть бутылёк с лекарством будет у вас под рукой на всякий случай.

Найт вышел из комнаты, и Лена попыталась расслабиться. Как-то совсем не хотелось снова отключиться и получить очередную порцию здешнего чудо-лекарства, от одной мысли про которое — дрожь по коже.

Глава 22. Кто она?

Когда Найт вернулся в комнату Лены с лекарством, она уже спала. Поставив бутылёк на прикроватную тумбочку, он присел на кресло поблизости. Сегодняшняя игра в вопросы-ответы дала столько неожиданной информации, что упорядочить её никак не получалось. Может, здесь, рядом с виновницей этой чехарды в голове, Найту удастся выстроить мысли в логическую цепочку?

Он посмотрел на Лену — медленно просканировал взглядом с головы до ног. Всё-таки внешне она была очень привлекательна. Её лёгкая полнота нравилась Найту. Наверно, ему приелись тощие сухие и сморщенные, как выжатый лимон, местные красавицы. У Лены же была мягкая, плавная, женственная фигура. Она приковывала взгляд, будоражила воображение. И ещё ему нравились необычные переливающиеся от голубого к зелёному глаза и бархатные щёчки, вспыхивающие густым румянцем при малейшем волнении.

Один только вопрос настораживал и мешал эстетическому удовольствию от созерцания красоты: кто скрывается за этой милой внешностью? С одной стороны, Лена казалась девушкой, которая не умеет притворяться и лукавить. Создавалось впечатление, что все её эмоции написаны на лице и читаются на раз. Она так искренне уверяла, что не знает, как и для чего переместилась в Запасной Мир, что хотелось ей верить. Но поверить в такое было очень сложно.

Вообще-то, она никак не могла здесь оказаться. Путешествовать между мирами относительно просто могут только те, для кого Запасной Мир родной. Тем же, кто появился на свет и большую часть жизни провёл в Основном, требуется значительно больше отрицательной энергии смерти для перемещений между мирами. И если Найту вполне хватало энергии расположенного поблизости к порталу кладбища для домашних животных, то Лене этого, по сути, было катастрофически мало. Нужны были недавние людские смерти. Много людских смертей.

Откуда взялась энергия для перемещения Лены, было лишь одной из загадок. Вторая представлялась ещё более таинственной. Найт всегда считал, что путешествовать между мирами могут только те, кто не имеет двойников. Если в одном из миров живёт полная копия тебя, то ты уж никак не можешь попасть в тот мир. Грубо говоря — твоё место занято. По крайней мере, так уверял покойный Наставник Найта. Однако Лена умудрилась нарушить и этот неписанный закон. Но как?

Возможно, всё дело в том, что она применила какую-то уникальную, неизвестную принцу магию. В игре вопросов и ответов он в первую очередь хотел выяснить именно этот момент. Лена предсказуемо сделала вид, что никаких алгоритмов перемещения не знает и о магии Сузуна слышит впервые. Пришлось переформулировать вопрос, и на этот раз ответ оказался очень неожиданным. В домике для квестов Лена сначала неумело сражалась с огнём, а потом выпила глоток воды. Это было что-то новенькое — принять воду внутрь. Найту для перемещения на заключительном этапе необходимо было окатить себя с ног до головы жидкостью и войти в бушующую стену пламени.

Хотя на счёт глотка воды Лена, конечно, могла элементарно солгать. Именно притворство стоило бы взять в качестве рабочей версии. И Найт так бы и сделал, если бы не несколько вопросов. Почему так искренне выглядело недоумение Лены? Почему при угрозе, что её могут раскрыть, в её глазах вспыхивал такой неподдельный страх? Почему, в конце концов, её знания о Запасном Мире настолько обрывочны?

Неожиданная догадка подсказала ответы. Возможно, у Лены есть помощник. Очень непростой человек, обладающий даже более глубокими и сокровенными знаниями, чем Наставник Найта. И к тому же очень странный человек, который не столько помогает, сколько манипулирует. Даёт информацию маленькими порциями. Как попасть в Запасной Мир рассказал, а вот как этот мир устроен — ни гу-гу…

Мысли Найта были прерваны неожиданно громким звуком — зазвонил телефон Лены. Кто бы это мог быть так поздно? Может, как раз он — таинственный помощник. Принц мгновенно сполз с кресла под кровать — этот разговор ему нужно непременно услышать.

Телефон звонил и звонил, но хозяйка не просыпалась. Такой крепкий сон показался Найту не совсем хорошим сигналом. Недомогание Лены вообще нравилось принцу всё меньше и меньше. То бессонница, то наоборот, приступы неожиданной сонливости, головокружения, обмороки. Конечно, Сиятельный Рейнальд прав, всё это очень похоже на симптомы переутомления и стресса, но всё же что-то в состоянии Лены Найта настораживало.

Хозяйка телефона так и не просыпалась, и принц решил сам принять вызов.

— Фея Элен… — раздался из трубки противный шипящий голос, — решил вам напомнить… — человек на том конце провода неприятно растягивал слова, — остался один день. Поторопитесь, если не хотите неприятностей.

Последнее предложение было пропитано зловещей угрозой. Выходит, Найт ошибся. Это не помощник, это шантажист. Но что он от Лены хочет? Неужели обладательница милого личика могла кому-то перейти дорогу? Вмешаться в чьи-то планы?

Абонент, не сказав больше ни слова, отключился. А принц снова переместился в кресло и вернул телефон на прежнее место.

Да, мало было вопросов, ещё один нарисовался. Кто звонил? Голос шантажиста был сильно искажён шипением. Найт не смог понять, знаком ли с любителем угроз. Но вот кое о чём принц всё же догадался. По фоновым звукам, раздающимся из трубки, он определил место, с которого произведён звонок. Найт готов был поклясться, что шантажист находился в парке, недалеко от лебединого пруда. Характерные всплески воды, кваканье лягушек, стрекотание кузнечиков, шорох листвы — принц не спутал бы этот любимый с детства звуковой фон ни с каким другим.

Найт ощутил жгучее желание отыскать шипящего типа — похоже, тот владел куда большей информацией, чем Лена. Но бежать к лебединому пруду, чтобы застукать шантажиста, было бесполезно. В предпраздничные дни даже после полуночи парк наводнён людьми, и звонивший уже смешался с ними. Но место, с которого был произведён звонок, подсказывало, что любитель угроз, скорее всего, является одним из гостей Его Светлейшества. А это упрощало задачу.

Если внимательно понаблюдать за гостями на завтрашнем празднике, то шантажиста, наверняка, удастся вычислить. Скорее всего, он будет проявлять к Лене повышенный интерес, или, наоборот, сторонится её. В любом случае, его поведение должно его выдать. Осталось только поспособствовать, чтобы приболевшая «Фея» всё-таки посетила бал. Ещё несколько часов назад идея сестрёнки лечить Наставницу танцами казалась Найту несуразной, но теперь он склонялся к мысли, что малышка Мариэлла права — положительные эмоции «Фее» не помешают.

Выработав план действий, Найт встал с кресла и собрался идти к себе, но напоследок ещё раз глянул на Лену. Она лежала на боку, подложив ладошки под щёчку, и показалась принцу трогательно беззащитной. Хотя почему «показалась»? Учитывая, как крепко она уснула, так и есть. Заходи, кто хочешь, и делай, что хочешь — она всё равно не проснётся. Просто находка для любого шантажиста. Повинуясь странному порыву, Найт снова плюхнулся в кресло. Подежурит-ка он лучше здесь…

Глава 23. Восторг

Лена проснулась от отчаянного стука в дверь.

— Фея Элен, это я! Можно?!

Малышка Мариэлла вопила так, будто случился пожар. Ну, не настоящий пожар, а, скорее, грандиозный феерверк, потому что голос был радостный и взволнованный.

Лена глянула на часы — 10 утра. Долго же она спала. Приподнявшись на локте, попыталась оценить самочувствие. Голова не кружится. Вроде бы всё в порядке.

— Не вставайте. Я открою, — голос Найта над самым ухом был настолько неожиданным, что показался галлюцинацией.

Развернув голову влево, увидела принца встающего с кресла и направляющегося к двери. Что он здесь делает, и главное — откуда взялся?

События прошлой ночи всплыли в памяти. Лена беседовала с Найтом, потом у неё закружилась голова, и он пошёл за лекарством. А что потом? Похоже, она заснула. А принц заявился с настойкой, увидел, что больная дремлет и решил провести ночь рядом — в кресле? Бред какой-то! Скорее всего, Найт спал у себя, а под утро вспомнил, что обещал принести Лене бутылёк со снадобьем, и зашёл без спроса, как это у них, у детей короля, принято. Удивительно, как это ещё Мариэлла до сих пор не ворвалась в апартаменты, а просто долбится в дверь, сотрясая комнату и её содержимое.

Принц открыл сестре и та, заметив, что у Наставницы уже есть гость, с досадой произнесла:

— Чёрт! Найт, откуда ты взялся? Как у тебя получилось меня опередить? Мне так хотелось первой рассказать Фее Элен радостную новость.

— Сиятельный Найт пришёл буквально минуту назад. Он ещё ничего не успел рассказать, — заверила Лена.

Ей совсем не хотелось, чтобы Мариэлла начала выяснять, когда и при каких обстоятельствах здесь появился принц.

Малышка просияла и, подбежав к Наставнице, начала взахлёб рассказывать новость.

— Я сегодня с утра была у Сиятельного Рейнальда. Мы с ним говорили о вашем здоровье. Так вот, он согласился со мной, что вам нужны положительные эмоции и разрешил участвовать в празднике Первой Стихии. Правда, здорово?!

Значит, Мариэлла не отказалась от своей вчерашней идеи вылечить Наставницу танцами. Ухитрилась даже убедить в этом врача. Наверно тараторила без умолку битый час — куда тому было деваться. Здесь, во дворце, малышке редко отказывали в просьбах.

У Лены было двоякое отношение к возможному участию в празднике. Она догадывалась, что шоу будет впечатляющим, и ей бы хотелось на него поглядеть. Но она представления не имела об этикете на подобных мероприятиях, и это могло выдать её. Благоразумнее было строить из себя больную и оставаться в постели.

— Фейлина, мне так жаль. Но боюсь, не смогу участвовать в празднике. Всё ещё чувствую недомогание.

— Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, — выстроила бровки домиком принцесса. — Вот увидите, на празднике слабость как рукой снимет.

— Я думаю, Фейлина права, — неожиданно вмешался Найт. — Танцы на свежем воздухе пойдут вам на пользу.

Мариэлла бросила в сторону брата благодарную улыбку.

— Вот видите, Фея Элен, уже и второй доктор выписывает вам то же самое лекарство.

«Второй доктор» был награждён предупреждающим взглядом пациентки. Он, что, не понимает, что она не может принять участие в этом дурацком празднике? Или подставляет её специально? Хочет, что бы она выдала своё незнание придворного этикета при большом скоплении народа?

Придётся разыграть для малышки Мариэллы небольшой спектакль.

— Но мне действительно нездоровится. Головокружение опять усиливается.

Лена откинулась на подушки и даже легонько застонала для правдоподобности.

Найт тут же подскочил к кровати с бутыльком в руках:

— Это легко лечится.

Мариэлле не было видно выражение его лица, потому что стоял к ней спиной, а вот Лена прекрасно разглядела пляшущие искорки иронии в глазах принца. Раскусил её спектакль? Пугает дурацкой настойкой?

— Нет-нет, не надо лекарство. Мне уже лучше.

Найт с улыбкой вернул бутылёк на тумбочку. Надо же — даже не потрудился, как обычно, скрыть эмоции. Думает, переиграл Лену? Как бы ни так! У неё припасён ещё один аргумент, веский для любой девушки. Так что Мариэлла войдёт в положение. А вот принц останется с носом.

— Понимаете, Фейлина, — Лена придала голосу оттенок лёгкой грусти, — дело не только в моём плохом самочувствии. Я не могу принять участия в празднике потому, что мне нечего надеть. К сожалению, я ничего не взяла из дома подходящего для такого мероприятия.

— Как раз с этим проблемы не будет, — Мариэлла расплылась в счастливой улыбке и, подбежав к двери, распахнула её настежь: — Адель, заходи!

В комнату вошла портниха, а вслед за ней помощницы внесли… нет, не платье. Назвать ту восхитительную красоту, что предстала перед Леной, просто платьем у неё бы язык не повернулся. Оно искрилось, переливалось от голубого к зелёному, оно просилось быть примеренным. Лена влюбилась в него с первого взгляда. Похоже, даже принц был впечатлён. По его ровному выражению лица, конечно, судить было сложно. Но, она была практически уверена, что в его глазах промелькнул восторг.

Решение было принято — Лена пойдёт на праздник. Чтобы не выдать незнание этикета, она не будет танцевать, не будет участвовать в конкурсах, не будет есть, не будет пить — просто постоит в сторонке сославшись на недомогание. Но постоит в сторонке в этом восхитительном шедевре швейного искусства.

Лена соскочила с кровати — хотелось прикоснуться к обнове. Материал на ощупь был безумно приятный: гладкий, шелковистый и холодный.

Мариэлла, догадавшись, что наставнице не терпится примерить наряд, вытолкала принца за дверь со словами:

— Сиятельный Найт, Фея Элен сегодня пропустила завтрак из-за болезни, распорядитесь, пожалуйста, чтобы его принесли в апартаменты.

Как только за принцем закрылась дверь, помощницы портнихи принялись помогать Лене с переодеванием.

— Адель, и когда вы успели сотворить такое чудо, — с восхищением в голосе спросила Лена. — Опять за одну ночь?

— Нет, — ответила за портниху Мариэлла. — Она колдовала над ним двое суток напролёт. Я очень просила её успеть к празднику закончить работу. И она глаз не сомкнула, пока не осталась довольна результатом.

— Две ночи без сна? — ужаснулась Лена. Ей стало очень неудобно.

— Без сна, — кивнула Мариэлла, — но оно того стоит. Согласны, Фея Элен?

Помощницы портнихи развернули Лену лицом к зеркалу, и она просто замерла от восторга.

— Сиятельный Руаль в обморок грохнется, когда увидит вас в этом платье, — шепнула принцесса на ушко.

Улыбка медленно сползла с лица Лены. Чёрт! Видимо у неё действительно с головой серьёзные проблемы. Как она могла забыть, кого ещё приведёт в восторг этот наряд?

Глава 24. Даже у чуда есть цена

Мариэлла и Адель с помощницами ушли, оставив Лену наедине с восхитительным нарядом и раздумьями, правильно ли она поступила, согласившись пойти на праздник. Впрочем, долго ей размышлять не пришлось — в дверь снова постучали.

Прислуга вкатила в комнату небольшой столик с завтраком. Румяные круассаны, горячий шоколад, свежие фрукты — всё очень красиво сервировано, но что подозрительно на двоих. Неужели, Руаль тоже проспал утренний приём пищи?

Лена поморщилась — у неё и так-то аппетита не было, а уж в присутствии «жениха» никакой завтрак в рот не полезет, потому что мысли будут заняты только тем, как бы увильнуть от ласк парня, но так, чтоб не обидеть.

Однако вслед за прислугой в апартаменты зашёл не Руаль, а Найт.

— Позволите составить Вам компанию, Фея Элен?

— Позволю, — с великодушной светской интонацией ответила Лена.

Не то чтобы она обрадовалась, что вместо «жениха» её будет развлекать за завтраком принц. Как можно радоваться компании человека, поведение которого вызывает столько вопросов? Но устраивать перепалку при прислуге было бы глупо, поэтому Найт и получил разрешение.

Лена устроилась в кресле возле приоткрытого окна, а Найт расположился напротив.

— Зачем вы спровоцировали моё присутствие на празднике? — с укором спросила она, как только осталась с принцем наедине. — Хотите меня подставить?

— Я спровоцировал? — сделав ударение на слове «я», переспросил Найт. В глазах прыгали уже легко узнаваемые Леной искорки иронии. — Мне кажется, это сделало оно.

Найт взглядом указал на платье.

«Оно», конечно, сыграло не последнюю роль. Однако принц мог бы раскритиковать идею сестры, и события, возможно, начали бы развиваться по другому сценарию.

— Вы же прекрасно понимали, что я не знаю, как вести себя на подобных мероприятиях. А всё равно подыграли Мариэлле в её желании затащить меня на бал, — не унималась Лена. — Признайтесь — хотите, чтобы я выдала себя?

— Единственное, что я хочу, — глаза Найта стали серьёзными, — так это понять, кто вы и с какой целью появились в Запасном Мире. И потом, откуда мне знать, знакомы вы с этикетом дворцовых праздников или нет? Тот человек, что помог вам с перемещением, разве не дал инструкций, как вести себя здесь?

— Хотела бы я иметь такого помощника с инструкциями, — с досадой выпалила Лена.

— Значит, не дал, — сделал вывод Найт. — А давайте продолжим нашу вчерашнюю игру. Кажется, вы назвали её «взаимопомощь». Расскажете мне, зачем вы здесь. А я научу вас придворному этикету, и вы спокойно отправитесь на праздник, не опасаясь быть разоблачённой.

Сделка была хороша во всех отношениях, вот только один нюанс: поверит ли принц, что Лена понятия не имеет, почему оказалось в Запасном Мире. Она не знает цели своего пребывания здесь, и даже не уверена, что эта цель вообще существует.

— Договорились, — кивнула Лена. — Только начнём с Вас.

Такая очерёдность была для неё принципиально важна. Она опасалась, что как только принц услышит ответ на свой вопрос, состоящий из слова «не знаю», так сразу передумает обучать собеседницу премудростям здешних светских вечеринок или ещё хуже нарочно расскажет не то, и Лена не просто выдаст себя, а ещё и станет всеобщим посмешищем.

— Согласен, — кивнул Найт.

Лена не смогла сдержать победной улыбки — принц пошёл на её условия. А она ожидала, что начнёт торговаться. Хотя чего бы ему не согласиться? Чем он рискует? Найт, в отличие от Лены, не ходит по острию ножа. Он у себя дома, в привычной обстановке.

— Итак, приступим, — принц пододвинул столик поближе к собеседнице и, намазав на круассан джема, подал ей.

Лена не стала брать предложенное угощение. Есть, по-прежнему, не хотелось.

— Спасибо. Предпочла бы ограничиться чашкой горячего шоколада.

Найт настаивать не стал и занялся булочкой сам.

— Праздник проходит на свежем воздухе — в парке. Будут накрыты фуршетные столики. Множество изысканных угощений. Но, учитывая постоянное отсутствие у вас аппетита, эту часть рассказа можно опустить.

Лена предупреждающе сверкнула на Найта глазами.

— Хорошо-хорошо, — усмехнулся он, — расскажу. Хотя с фуршетом особых премудростей нет. Всё, как и в привычном для вас мире. Подходите к столикам и набираете в тарелку, что душе угодно. Но есть одна интересная традиция. Первым это делает…

— Его Светлейшество, — догадалась Лена.

— Не совсем. Первым это делает особый почётный гость. А вот кто будет считаться таковым, выбирает король.

Странное в Запасном Мире понятие о «почёте». Таскаться с тарелкой между столиков под пристальным вниманием сотен гостей — сомнительное удовольствие.

— И кому же, как правило, выпадает такая высокая честь? Какому-нибудь важному влиятельному Сиятельному?

— Бывает и так. Впрочем, отец любит сюрпризы. Его выбор часто непредсказуем. Например, в прошлом году право первой наполнить тарелку получила кузина Доната.

— Это та девушка, которую вы довели до слёз? — усмехнулась Лена. — Тогда выбор Его Светлейшества понять можно. Хотел хоть как-то поднять Фее настроение.

— Думаю цель была иная — показать своё расположение. Истерика у кузины случилась уже после.

— Зачем же вы обидели фаворитку отца? — губы Лены невольно расплылись в ироничной улыбке.

— Не обижал. Вёл себя с ней ровно. Но некоторые девушки воспринимают это как обиду, им почему-то нужны ужимки, — искорки в глазах Найта начали знакомый Лене танец.

Ему смешно? А вот она неожиданно посочувствовала Донате. Лена знала, как может бесить эта пресловутая «ровность» принца. Но у неё она вызывала не желание разреветься, а, скорее, наоборот, довести до слёз его. Хотя в последнее время поведение Найта уже не так сильно действовало на нервы. Причина, наверно, в том, что принц перестал прятать от Лены хотя бы одну эмоцию — иронию. Эти его искорки в серых, почти серебряных глазах — они ему очень шли, делали живым и… ещё более красивым. Хотя куда уж больше… В общем, Донату можно понять.

— Одной из самых зрелищных частей праздника, — продолжил вводить Лену в курс дела Найт, — является огненное шоу. Что-то наподобие фейерверков, которые устраивают молоденькие Фейлины при помощи магии Первой Стихии.

— Об этом, пожалуйста, поподробней, — насторожилась Лена. — Что это за магия? Какие-то физические эксперименты? Фокусы?

— Можете считать это фокусами, — усмехнулся Найт.

Он легонько дунул на свою чашку и вместо пара над ней начал клубится огонь.

Лена ахнула от неожиданности и удивления. Не веря глазам, поднесла руку к пламени — жжётся. Это не галлюцинация — огонь настоящий! Но как такое может быть?! Хотя стоит ли удивляться таким мелочам, после всего того, что с ней произошло.

— Как это у вас получается? Такому фокусу можно научиться или нужно обладать врождёнными способностями? А вы умеете делать что-то покруче маленького костёрчика над чашкой?

— Ого, сколько вопросов, — улыбнулся Найт, — однако ответы на них в наш договор не входят.

Лена едва сдержалась, чтобы не применить излюбленный подход Мариэллы — сделать бровки домиком и протянуть: «ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста». Нет, наивный детский приёмчик Найта не проймёт. Лучше, наоборот, действовать как танк, идти напролом.

— Как это не входят? — возмутилась Лена. — Вы взялись ввести меня в курс дела, чтобы я себя ничем на празднике не выдала. Значит, должны подробно рассказать об огненном шоу и обо всём, что с ним связано.

— Заметьте, шоу устраивают малышки-Фейлины. Они демонстрируют свои таланты взрослым. Ваша задача просто наблюдать и умиляться, как это будут делать все, кто старше 18-ти.

— Но вдруг меня попросят повторить подобное?

— Не попросят.

— Уверены?

— Уверен.

— Почему?

— Ну, как бы вам объяснить, — Найт расплылся в улыбке. — Вы можете себе представить, что бы на земном празднике, после того, как малыш, стоя на табуретке, прочёл наивный стишок на радость взрослым, кто-то попросил бы его родителей повторить подобное?

Да, такого Лена представить не могла. Она поняла, что имеет в виду Найт. Огненное шоу является зрелищным для обитателей Запасного Мира только потому, что в нём участвуют дети. Взрослых просто умиляют малыши и их старание, а не сами трюки. Только что продемонстрированный Найтом фокус никого бы здесь не удивил. Это обыденная способность, такая же, как в земном мире способность заучить стишок.

— Я поняла. У вас тут все обучены таким трюкам, да?

— Не совсем. Только Феи и Сиятельные.

Что ж, похоже на правду. По крайней мере, сходится с тем, что Лена прочла в романе «Садовник и Фея». Только тогда она представления не имела, о каких магических экспериментах идёт речь. Правда, сейчас её знания не намного расширились, потому что кроме пламени над чашкой, она пока ничего не видела. Эх, как бы узнать, что ещё умеет делать Найт? Может, попробовать взять его «на слабо»?

— Да, я заметила, как важничают Феи и Сиятельные. Хотя было бы из-за чего. Маленький огонёк над чашкой? Покруче-то, похоже, не только дети, но и вы ничего не умеете делать.

— Умею, — усмехнулся принц.

Кажется, получилось. Найт купился, осталось только немного дожать.

— Что-то не верится. Продемонстрируйте.

Принц молчал.

— Что, слабо?

— Боюсь, когда вы узнаете об одной маленькой детальке, сами будете категорически против, чтобы я демонстрировал что-то покруче.

— Ну, и? Что за деталь?

— Для магии необходима отрицательная энергия. Энергия смерти.

Информация, в общем-то, не была новой. Малышка Мариэлла уже что-то подобное рассказывала. Но понять её Лена толком не могла.

— Для такого маленького трюка, как пламя над чашкой, достаточно было энергии от смерти комара, которого вы прихлопнули пару минут назад машинально, даже не заметив. Но для серьёзной магии нужно больше энергии, гораздо больше.

— И для шоу деток, тоже придётся кого-то убить? — ужаснулась Лена.

— Да. Но эти смерти так и так были бы неизбежны. Забитая птица, кролики, поросята. На королевском столе всего будет вдоволь. Но не пропадать же отрицательной энергии зря. Вот и будет использована для шоу.

— Это ужас какой-то, — у Лены мурашки по коже побежали.

— Да, у всего есть тёмная сторона, — Найт сделался серьёзным. Вернее, впал в это своё дурацкое «ровное» состояние, которое бесило Лену. — К сожалению, всё в этом мире имеет цену. Даже чудо. И чем оно необычней, тем больше цена.

Слова прозвучали зловеще. Лена почувствовала, что её начинает мутить. И окончательно потеряла аппетит.

— Ну, не стоит так переживать, — Найт, видимо, заметил, что собеседнице нехорошо и выпал из «ровного» состояния. Продолжил мягко, интонацией, какой разговаривал с сестрой. — Сиятельные и Феи очень редко применяют магию. Магические эксперименты, вообще, разрешены только на небольшой огороженной территории в дикой части парка. Его Светлейшество строго следит, чтобы никто не пострадал от неумелого применения магии.

Уже легче. Только как же рассказ Мариэллы, что погибший королевский доктор проводил магические эксперименты прямо у себя в кабинете. Не так уж хорошо король следит за своими подданными. Да и за детьми, похоже, тоже.

— Выходит, вы нарушили запрет Его Светлейшества, применив магию прямо здесь, в этой комнате?

— Нарушил. Но вы же меня не сдадите? — в глазах заплясали искорки.

Принц снова легонько дунул на чашку, и пламя погасло.

— Посмотрим, — расплывчато ответила Лена.

Конечно, не сдаст. Себе дороже. Найт — единственный человек в Запасном Мире, при общении с которым можно было не притворяться и не строить из себя Фею. Один из немногих, кто хоть и не за так, но делится с ней бесценной информацией. И ещё он её надежда вернуться домой и ещё… неужели есть что-то ещё? Да, ещё один маленький неожиданный нюанс — когда он не строит из себя безэмоционального робота — он довольно мил.

Глава 25. Урок танцев

Прислуга пришла забрать столик для завтрака. Лена полагала, что Найт последует за ними на выход. Она бы не отказалась немного передохнуть. Опять начала ощущать лёгкое головокружение. Но принц и не думал покидать апартаменты.

— Ещё один момент, о котором не успел вам рассказать — это танцы, — Найт решил продолжить лекцию.

— Ну, информация о здешних танцах не так для меня и важна, — махнула рукой Лена. — Я придумала, как выкрутится. Сошлюсь на недомогание и посижу в сторонке. Посмотрю на гостей со стороны.

— Идея хорошая, — кивнул принц, — но не учитывает одну из местных традиций. Первый танец…

— О, господи! Что, и тут не обошлось без насильственного выбора почётной пары, которая начнёт бал?

— Да. И если уж вы пришли на бал, и выбор пал на вас, отказываться нельзя. Это грубейшее нарушение этикета.

— Не думаю, что внимание будет обращено на мою скромную персону.

— Не забывайте — вы во дворце почётный гость, — возразил Найт. — И вероятность, что честь будет оказана именно вам, велика.

— Чёрт! Придётся всё-таки пропустить праздник, — с досадой произнесла Лена.

— Вы так боитесь местных танцев? — усмехнулся принц. — И вам не будет обидно, что ударная работа Адель окажется напрасной?

Лена поглядела на своё шикарное бирюзовое платье. Его лиф, украшенный рядами переливающихся драгоценных камешков, сверкал, освещаемый лучами утреннего солнца. Да, ей будет обидно. Ещё как обидно!

— Я могу легко научить вас вальсировать, — попытался приободрить Лену Найт.

— Вальсировать?

Это меняло дело. Уж что-что, а вальс худо-бедно Лена танцевать умела. Перед выпускным две одноклассницы, неразлучные подружки Любочка Арутюнян и Юлечка Ярмоченко, взялись научить вальсировать всех желающих. Желающих оказалось на удивление много. Практически все девочки и большая часть парней самоотверженно прошли ускоренные курсы от подруг, которые легко справились с задачей, ведь занимались бальными танцами с семи лет.

— Так речь об обычном вальсе? — ещё раз переспросила Лена.

— Это, не совсем вальс. То есть называется танец вальсом, но исполняется несколько иначе, чем на земле.

— В чём отличие.

— Отличие не существенное. Говоря по простому: не раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три, а раз-два-три-четыре, раз-два-три-четыре, раз-два-три-четыре.

— Да это совсем другой танец. Ни капельки не вальс, — возмутилась Лена. — Тройной счёт — его основная черта.

Лена глянула на свой сверкающий бирюзовый шедевр с тоской. Он так и останется висеть на картонном манекене, потому что ей ни за что не освоить новый танец за пару коротких уроков.

— Не хотите хотя бы попробовать? — Найт подошёл к креслу. Глаза искрились. — На самом деле всё очень просто.

Плавным рывком он побудил Лену встать. Обхватил за талию и взял её правую руку в свою.

— В здешнем вальсе главное — довериться партнёру. — принц теснее прижал Лену к себе. — Вы мне доверяете?

Нет, она не доверяла. Она не знала, что Найт от неё хочет. Не знала, для чего он перемещается между мирами. Не знала про него практически ничего. Как она могла доверять?

Принц тихонько начал счёт: один-два-три-четыре… и уверенно повёл Лену, побуждая делать странные па. Это действительно было не трудно. У неё получалось. Она слушалась безмолвных команд, подаваемых телом. Всё-таки доверилась? Нет, принцу Лена по-прежнему не доверяла, а вот его крепким рукам — да. Она помнила, как надёжно они поддерживали её, когда она парила. И сейчас они крепко прижимали, уверенно направляли, не давали сбиться с ритма.

Принц кружил Лену всё быстрее и быстрее, темп становился бешеным. Она уже не слышала счёт, она слышала волшебную музыку. В какое-то мгновение ей показалась, что ноги оторвались от пола, и она летит. Да нет, не показалось, Найт действительно приподнял её, и они плывут на волнах безумно красивой мелодии. А в следующее мгновение Лена вдруг оказалось в кресле и противное покалывание в висках заставило её открыть глаза.

Чёрт! Опять потеряла сознание?! Сколько можно? Мало ей проблем, ещё и болезнь дурацкая привязалась?

— У вас случился обморок, — голос Найта раздался над самым ухом. — Как вы?

— Уже лучше.

— Хорошо, — кивнул принц. — Зная вашу особую любовь к настойке Вальмира, использовал совсем небольшое количество. Неприятные ощущения сведутся к минимуму.

Найт аккуратно растирал Лене виски, легонько касаясь пальцами кожи. Да, медсестра действовала куда амплитуднее. Но Лена не купилась на доброту «Айболита» — сейчас потребует что-то взамен.

— Надеюсь, вы оценили мою деликатность и тоже сделаете небольшую услугу.

Вот! Что и требовалось доказать.

— Ваше недомогание вызывает у меня некоторые опасения. Необходимо более тщательно обследование. И даже не обследование, а я бы сказал — расследование.

— Не морочьте мне голову, — Лена с раздражением оттолкнула руки Найта от своей головы. — Говорите толком.

— Симптомы, которые я у вас наблюдаю, хоть и похожи на симптомы переутомления, но могут говорить и о другой болезни.

— О какой же, Сиятельный доктор? — язвительно поинтересовалась Лена.

— Есть вероятность, что кто-то намеренно поспособствовал ухудшению состояния вашего здоровья.

— И я даже знаю кто — вы. Зачем было репетировать дурацкий танец, если он такой сумасшедший.

— У вас признаки нервного переутомления. В таком случае физические нагрузки не должны ухудшать состояние, скорее наоборот.

— Должны — не должны, но ухудшили, — с досадой пробормотала Лена.

— Поймите, — продолжил гнуть свою линию Найт, — в ваших же интересах помочь мне уточнить диагноз. Или может позвать Сиятельного Рейнальда и рассказать об очередном обмороке. Поверьте, доза настойки, которую в таком случае вотрут в ваши виски, будет увеличена втрое.

— Ладно, — Сиятельного Рейнальда и его помощницу Лена пока видеть не хотела. — Что вы хотите?

— Расскажите, с кем вы контактировали вчера до того момента, как у вас случился первый обморок. Попытайтесь вспомнить всех людей, что касались вас.

— Ого! Хотите сказать, меня отравили? — с сарказмом спросила Лена.

Хотя бравада была напускной. Своей настойчивостью Найту удалось нагнать на Лену тревогу.

— Или заразили, — принц был серьёзен. — Так с кем вы встречались?

События вчерашнего дня с лёгкостью восстановились в памяти. На удивление, людей, касавшихся Лены, оказалось море. Его Светлейшество, когда шепнул на ухо, что она хороший педагог. Малышка Мариэлла, когда подавала на проверку сочинение. Сиятельный Кастр во время разговора в беседке. «Подружка» Айрин — та, вообще, задушила в объятиях. Понятное дело, Руаль — парень использует любой повод, чтобы прикоснуться к «невесте». Мымра Аурелия, когда будила к ужину. Ну, и, в довершение тот, кто сейчас смотрит на Лену серебряными глазами, наполненными тревогой.

Что ж так? Забыл спрятаться за маской? Или тревога наиграна?

Господи, как Лене поступить? Довериться, рассказать обо всём, чтобы помог найти врага или он и есть тот самый коварный враг, который подбирается всё ближе и ближе? Эх, бабушка, где же твои стишки? Почему ты научила, как поступить с монетой, но ни слова не сказала, как вести себя с красавцем-вальтом?..

Глава 26. Список подозреваемых

Найт внимательно смотрел на Лену. Она сидела, растерянная, вжавшись в кресло. Только-только пришла в себя после очередного обморока, а тут ещё принц подлил масла в огонь намёками, что её плохое самочувствие могло быть кем-то подстроено.

Видно было, что Лена лихорадочно обдумывает слова собеседника, его просьбу рассказать о вчерашних контактах. В очередной раз Найт убедился, что гостья из Основного Мира плохо умеет скрывать эмоции. По выражению лица легко читался ход её мыслей. Сделала вид, что силится вспомнить последовательность событий, а реально пытается выиграть время, чтобы оценить, будет ли безопасно поделиться информацией с собеседником и что за это потребовать взамен.

Найт понял — пока лучше не давить. Дать Лене время самой принять решение. А вот если оно будет не таким, как хотелось бы, тогда уже действовать более настойчиво. Вплоть до угроз и шантажа. Настоящих угроз и настоящего шантажа, а не смешных уловок с дозами лекарства. Этот наивный приёмчик он в своё время отработал на избалованной сестричке. Как было заставить капризную малышку одеваться по погоде или есть вместо пирожных, невкусную, но полезную морковь? Только угрозами, что если заболеет, придётся принимать неприятные микстуры.

Но то была пятилетняя кроха, которая недавно потеряла мать и обидеть которую не решился бы самый чёрствый человек. Но почему Найт действует подобным образом с взрослой девушкой, которая, возможно, является прожженным циником, пробравшимся в его мир с корыстной целью? Принц знал ответ, и он его настораживал.

Причина мягкого отношения к Лене заключалась в том, что она нравилась Найту. Её красота обратила на себя внимание ещё при первой встрече, а потом он, похоже, увлёкся. Он осознал это не сразу. Были моменты, когда принц чувствовал, что ведёт себя не адекватно, но он быстро находил всему логичное объяснение. Какой милый самообман. Убедить, что устроил осмотр пострадавшей прямо в кустах, не потому, что безумно хотелось прикоснуться к её бархатной коже, а потому, что он доктор, а она, возможно, травмирована. А сегодняшнее обучение танцам? Тоже будет списывать на попытку не дать Лене увильнуть от участия в празднике? А желание прижать к себе, ощутить соблазнительное тело плотно притиснутым к своему не причём?

Да, пожалуй, глупо отрицать очевидное — Найт увлёкся. И дело не только во внешней привлекательности. Ещё с первой встречи его заинтриговало поведение Лены. Обычно красивые девушки знают себе цену, сосредоточены на собственной персоне, их слова и действия предсказуемы. Лена же наоборот направляла всю энергию на собеседника. Причём, её цель — непременно вывести его из себя, не только забавляла. Эта игра заводила Найта. Лена дразнила, а он покупался. Что это было? Тонкий расчёт? Циничная красавица знает, как подсадить парня и пытается использовать, чтобы добиться своего? Или, напротив, проста и наивна, и эта игра у неё получается непроизвольно?

Принцу хотелось верить, что в действиях Лены не было коварства. И хотя она упорно скрывала свои цели, он больше склонялся к мысли, что гостья из Основного Мира просто является заложницей ситуации, что ею кто-то очень тонко манипулирует. Слишком уж трогательно и искренне прозвучала её просьба — помочь вернуться домой. И принц бы помог, это и в его интересах. Но он тоже был предельно честен, когда ответил Лене, что не знает как. Он понятия не имел о магии перемещения двойников. Считал, что такой не существует. Но Лена своим появлением в Запасном Мире это опровергла.

Найт много думал о том, как могло случиться, то что случилось. Ведь оба двойника одновременно не могут находиться в одном мире. Видимо, Элен и Лена поменялись местами. Как сделать обратный обмен, скорее всего, знает тот, кто устроил эту перестановку. Если Лена не лжёт, что понятия не имеет, как попала в Запасной Мир, то подозреваемой № 1 становится Фея, которую обвиняли в убийстве. Прекрасный способ избежать правосудия, подставив вместо себя двойника.

Но подозреваемой № 2 всё-таки оставалась Лена. Если гостья из Основного Мира была простой пешкой в игре Элен, то откуда она могла знать о ключевой роли старинной земной монеты? Что побудило Лену стащить медяшку из сундука, а потом продемонстрировать её на суде? Как она догадалась, что это послужит поводом снять с неё обвинения? Нет, Лена не так проста, как хочет показаться. И Найту надо заканчивать с глупым увлечением. Себе дороже.

Это и сразу было неправильно и недопустимо по многим причинам. Начиная с того, что принц не может себе позволить серьёзные отношения с девушкой из другого мира, и, заканчивая тем, что он не может позволить себе даже лёгкое увлечение той, кто, возможно, манипулирует им.

Найт решил впредь действовать жёстче. Тем более это и в интересах Лены. Он действительно был встревожен симптомами её болезни. Они заставили сделать предположение, окажись которое правдой, начнутся очень серьёзные проблемы. И не только у Лены, хотя в первую очередь, конечно, у неё.

— Я расскажу вам, с кем встречалась вчера, — Лена, наконец, вышла из «анабиоза» и заговорила, нервно заёрзав в кресле, — но по правилам нашей игры «взаимопомощь», вы должны будете тоже рассказать мне что-то взамен.

Похоже, жёсткие приёмы пока можно отложить. Найт благоразумно выдержал паузу, и Лена без давления приняла нужное ему решение.

— Договорились, — кивнул принц. — Но на этот раз начинаете вы.

— Почему это я? — решила поторговаться Лена.

— Да хотя бы потому, что вы ещё не вернули «долг» за предыдущий раунд игры.

— Так предыдущий раунд игры был прерван не по моей вине. Как только вы закончите обучать меня придворному этикету, так сразу получите всё, что обещано.

— Думаю, вы уже обучены всем премудростям, — усмехнулся Найт.

— Но урок танцев не был доведён до конца.

— Вы настаиваете продолжить, не смотря на обморок?

— Настаиваю.

Опять дразнит? Догадывается, что Найт готов провести ещё много-много таких уроков. От одной мысли снова ощутить её тесно прижатой к себе, мурашки начинали бегать по телу.

— Только чуть позже, когда головокружение пройдёт окончательно, — пояснила Лена.

Нет, не дразнит — просто хитрит. Не хочет выполнять свою часть обещаний — отвечать на вопрос, зачем она здесь. В общем-то, всё, что нужно знать о придворном этикете, она уже узнала, а теперь в её интересах придумать уловку, как оттянуть момент, когда ей придётся самой поделиться информацией.

Ладно, пусть хитрит. Сейчас для Найта важнее было узнать ответ на вопрос о том, с кем вчера Лена контактировала, а ответ на предыдущий принц готов ждать до окончания ещё одного урока танцев.

— Хорошо, как только у вас окончательно пройдёт головокружение, обучу вас ещё нескольким па. А пока давайте начнём следующий раунд нашей игры. И, согласитесь, справедливость требует, чтобы на этот раз первой были вы.

Видимо, аргументов у собеседницы больше не осталось, и она вынуждена была согласиться.

— Так уж и быть. Расскажу первой. Приходится надеяться на вашу честность. Хотя с чего бы? — она закатила глаза.

Найт потянулся рукой к настойке.

— Ладно-ладно, — Лена инстинктивно закрыла виски руками. — Уже рассказываю.

Принц не смог сдержать ироничной улыбки. Всё-таки приём, отработанный на маленькой сестричке, оказывается, безотказно действует и на девочек постарше.

— В общем, вчера я контактировала с Его Светлейшеством, Мариэллой, Кастром, Айрин, Руалем, Аурелией и вами, Сиятельный Найт.

— А вы довольно контактная, — усмехнулся принц.

Шесть человек — многовато-то подозреваемых. Впрочем, двух можно вычеркнуть сразу. Принц был уверен, что ни отец, ни сестра не могли быть причастны к чему-то плохому. Теперь несколько уточняющих вопросов и, возможно, список удастся ещё немного подсократить.

— В котором часу вы контактировали с каждым из этих людей?

— С самого утра были вы, Его Светлейшество и Мариэлла. Днём я беседовала с адвокатом. Примерно в это же время мне встретилась подруга, а следом за ней Руаль. Аурелия явилась ко мне вечером.

Вот и подтверждение, что отец и сестра ни причём. Как, впрочем, и Аурелия. Первый обморок случился у Лены перед ужином, а это значит, что если кто-то пытался ей навредить, то сделал это днём. То есть подозреваемых остаётся трое: Сиятельный Кастр, Айрин и Руаль.

— А с кем контакт был наиболее тесным?

— Бестактный вопрос, не находите? — возмутилась Лена.

— Не нахожу, — Найт демонстративно взял в руки бутылёк с настойкой.

— Ой, напугали, — язвительно фыркнула Лена, однако на вопрос всё же ответила: — Все, кроме подруги, Руаля и вас, лишь слегка касались руки. Айрин устроила тесные обнимашки, а вы…

— Я помню, что делал я, — перебил принц. — Как себя вёл Руаль?

— Как-как? Как жених, — с досадой ответила собеседница. — Обнимал и целовал. Он любой повод для этого использует. С ним контакт был наиболее тесный.

Досаду Лены понять было можно. Вопрос действительно глупый. Какой дурак не использовал бы любую возможность целовать эти заманчивые пухлые губки, если у него есть на это, как он считает, полное право.

Выровняв мысли, зашедшие не туда, Найт подытожил добытую информацию. Если в плохом самочувствие Лены виновато не переутомление, а какой-то недоброжелатель, то это либо Айрин, либо Руаль. У обоих был достаточно тесный контакт за несколько часов до первого обморока.

Айрин, любительницу светских вечеринок, которая не пропустила ни один мало-мальски значимый приём, Найт знал с детства. Фея, с виду ничем не примечательная, хотя насквозь фальшивая. Вполне могла быть замешана в тёмных делах. На организатора серьёзной игры, конечно, не тянула. Но, как исполнительница чужой злой воли подходила идеально.

Что касается Руаля. Тот уже давно попал под подозрение. И хотя парень слишком прост, чтобы быть козырной картой, но вполне подходит на роль сообщника Элен, которым та могла манипулировать, пользуясь его безумной влюблённостью.

— Ну, что вычислили моего отравителя? — прервала мысли Найта саркастическим вопросом Лена.

— Не могу сказать что-то конкретное, но на вашем месте был бы осторожен с Айрин и Руалем.

— Спасибо за предупреждение, Сиятельный Найт. А теперь Ваша очередь отвечать.

— Хорошо.

— Мой вопрос — зачем вам нужны путешествия между мирами? Только не говорите, что бываете в земном из праздного любопытства. Не поверю.

Хороший вопрос. Принц оказался к нему не готов. На самом деле было две причины. Но ни одну ни вторую Найт называть не хотел. Первая была слишком личная, чтобы доверить её хоть кому-нибудь, а вторая… Впрочем, вторую он как раз смело может озвучить. Лена либо и так всё знает, либо ничего не поймёт. А расшифровывать в договор не входило. Зато по её реакции можно будет догадаться, насколько она осведомлена.

— Мне приходится бывать в разных мирах, потому что моя задача их время от времени синхронизировать.

— В смысле? — опешила Лена.

Удивление искреннее. Гостья из Основного Мира, похоже, действительно ничего не знает. Придётся напустить ещё большего тумана, чтобы избавиться от дальнейших расспросов.

— Боюсь, если вы до сих пор не знали, что значит «синхронизировать миры», то лучше вам и дальше оставаться в неведении.

Глава 27. Коллекция

Лена шла по коридору в сторону северной веранды. Решила обедать в обществе королевской семьи. Оставаться в комнате не было смысла. Как подсказывала интуиция, одной ей поесть всё равно не дадут, обязательно найдётся желающий разделить трапезу. Если не Найт, так Руаль, не он, так малышка Мариэлла. А Лена уже успела устать от приватных бесед. Последний разговор и так оставил у неё стойкое ощущение, что её развели.

После ухода Найта она битый час обдумывала его слова о «синхронизации миров». Что могла означать эта покрытая туманом фраза? Что и там и тут какие-то события должны происходить одновременно? Но зачем это нужно, и главное, как этому мог поспособствовать принц? Придумать что-нибудь вразумительное не удалось. Стало понятно, что Найт лукавил. Выходит, решил вести нечестную игру? Ничего. Лена отомстит при первой же возможности. И такая возможность представилась довольно быстро.

За обедом Его Светлейшество поинтересовался самочувствием гостьи. Лена не стала вдаваться в детали, и заверила, что со здоровьем всё в порядке.

— Прекрасно, — обрадовался Северин. — И так как новая стратегия доктора заключается в лечении вас развлечениями, то попрошу Сиятельного Найта после обеда познакомить вас с его коллекцией. Ведь вы так ещё и не имели возможности на неё посмотреть?

Лена бросила взгляд на принца. Его лицо, как обычно, ничего не выражало, но она уже научилась считывать эмоции на мгновение проскальзывающие в серебряных глазах. Идеей отца, Найт явно не доволен. Вот она возможность сладкой мести.

— Была бы очень признательна Сиятельному Найту за удовольствие познакомится с коллекцией, — учтиво кивнула Лена.

— Пап… ой, то есть Ваше Светлейшество, — вмешалась Мариэлла. — Я хотела пригласить Фею Элен посмотреть репетицию огненного шоу, которое мы готовим с Фейлинами.

Принцесса, оказывается, имела на Наставницу свои планы и тоже была не в восторге от идеи отца.

— Это, по-моему, в сто раз интереснее, чем разглядывать разный хлам.

Мариэлла назвала коллекцию Найта хламом? Нет, после этого Лена уж точно была не в состоянии устоять перед соблазном увидеть, что же такое собирает принц.

— Фейлина, — опередила она Северина, который уже было собрался отчитать дочь. — Я польщена вашим приглашением. Но думаю, буду под большим впечатлением, если увижу шоу на празднике. Уже отрепетированное и исполненное безупречно.

Мариэлла, не решившись перечить одновременно и отцу, и Наставнице, смирилась. А Лена, бросив в сторону Найта злорадную улыбку, неожиданно обнаружила, что у неё проснулся аппетит, дремавший вторые сутки. Она ловко расправилась с салатом и креветками, и от десерта не отказалась.

— Зря вы метали в мою сторону торжествующие взгляды, — сказал Найт, вышедший с веранды вслед за Леной. — Поверьте, вы не найдёте ничего интересного среди предметов коллекции.

— Ваш отец уверен в обратном.

— Это потому, что он знает о вас гораздо меньше, чем я, — усмехнулся Найт.

— Что интересно, о вас он тоже многого не знает, — парировала Лена.

— Так вы уверены, что хотите спуститься в тёмный сырой подвал, чтобы увидеть то, что сто раз видели?

— Уверена.

Лена почему-то рассчитывала, что коллекция Найта хранится в его апартаментах, и новость, что придётся спускаться в подвал, её не очень порадовала. Виду, конечно, не подала, но воспоминания о прошлом опыте пребывания в подобном месте в компании принца, энтузиазма поубавили.

— Ну, хорошо, — пожал плечами Найт, — раз вы настаиваете. Тогда по коридору налево, потом увидите по правую руку арочный проём, сверните и идите до конца. Там будет лестница. Начинайте спускаться, а я вас догоню. Мне надо заскочить к себе за фонариком.

Получив инструкции, Лена решительно направилась в указанном направлении и через несколько минут оказалась возле ступенек, ведущих вниз. Вид у лестницы был такой же ухоженный и роскошный, как у всего, что встречалось во Дворце. Устланная мягкой ковровой дорожкой, с кованными узорчатыми перилами, она ни в какое сравнение не шла с подгнившей деревянной развалиной, с помощью которой пришлось спускаться в подвал в домике для квестов. Пожалуй, насчёт тёмного сырого подземелья Найт явно преувеличивал, чтобы попугать и отбить желание к мероприятию.

Лена начала спускаться. Миновав четыре пролёта, она оказалась в небольшом холле, убранство которого было довольно скромным. В холле имелось несколько дверей с надписью «Служебные помещения» и неприметный арочный проём. Пройдя в него, Лена обнаружила ещё одну лестницу. Плохо освещённая и узенькая, она круто уходила вниз.

Стоило спуститься на пару ступенек, как в лицо дунуло сыростью и прохладой. А может, Найт и не так уж преувеличивал, описывая подвал? Лена остановилась. Решила, что будет благоразумней дождаться провожатого здесь. Но буквально через минуту продолжила спуск — любопытство перебороло страх.

Крепко держась за деревянные давно не крашеные поручни, Лена ступенька за ступенькой опускалась всё ниже, мысленно проклиная скупость Светлейшества, который пожалел денег отремонтировать подвальные помещения. Казалось лестнице не будет конца, но всё же через несколько минут она вывела Лену в холл. Глаза уже привыкли к темноте, но всё равно с трудом различали детали. Источников света в холле не было, и освещался он лишь слабыми отблесками, пробравшимися по лестничным пролётам с верхних этажей.

Пора бы уже появится Найту с фонариком. А, может, он специально медлит, чтобы Лена успела как следует напугаться и бросилась наверх, забыв о коллекции. Не дождётся! В общем-то, она не боялась темноты. Вот крыс и пауков недолюбливала. Но успокоив себя мыслью, что король не мог допустить таких мерзких тварей в своём Дворце, двинулась исследовать холл.

Вскоре обнаружилось, что здесь, как и этажом выше, тоже имелось несколько дверей. Причём особенных дверей. Что интересно, самых обычных для земного мира, но в Запасном Лена такие встретила впервые — они запирались на ключ. Возможно, находка, обнаруженная в кармане медицинского халата, могла бы подойти к одному из этих замков? Жаль Лена не взяла её с собой. Но никто не мешает вернуться сюда попозже.

Шорох, раздавшийся откуда-то справа, заставил вздрогнуть. Это не мог быть Найт, потому что лестница осталась слева. Значит всё-таки крысы? Воображение нарисовало, как полчища грызунов окружают Лену, подбираются незаметно под прикрытием темноты. Нет, это не воображение, шорох действительно всё ближе и ближе. Лена замерла. Едва различимая тень подобралась к самым ногам. Сердце бешено затрепыхалось в груди. Сейчас острые клыки кровожадных крыс вонзятся в ногу.

И в следующее мгновение она действительно ощутила, как что-то тыкнулось в лодыжку. Лена вскрикнула. Но прикосновение оказалось осторожным и мягким.

— Максимус, а ну брысь, — голос Найта раздался совсем рядом.

Холл залил яркий свет мощного фонаря, и Лена увидела, как о её ноги трётся большой рыжий котяра. Ну, слава богу, не крыса. От сердца отлегло, хотя подвал даже в свете фонаря продолжал казаться мрачноватым. Интересно, как могло получиться, что приближение животного Лена заметила, а вот, как подобрался принц — нет. Он материализовался просто из ниоткуда. Найт стоял почти вплотную и глядел на кота. Потом присел на корточки, мягко потрепал усатого по голове и подтолкнул к лестнице:

— Иди, ишь повадился лазить, где не надо.

Кот, поняв, что поживится ему, похоже, здесь будет нечем, неторопливым шагом направился восвояси.

— Это питомец нашего шеф-повара, — пояснил Найт. — Идёмте.

А Лена наивно полагала, что они уже на месте, и одна из запирающихся на ключ дверей и окажется сокровищницей принца. Только через несколько минут Лена осознала, насколько ошибалась. Пришлось пройти ещё несколько коридоров и ещё несколько лестниц, ведущих всё ниже и ниже.

— Катакомбы какие-то, — недовольно буркнула она.

— Да, подземная часть дворца очень обширна.

— Его Светлейшество мог бы позаботиться, чтобы всё здесь отремонтировали так же, как наверху.

— А какой смысл? Когда-то здесь располагалось много чего, но сейчас эти помещения заброшены и практически не используются. В порядке поддерживается только усыпальница.

Лена невольно передёрнула плечами. Подземелье и так производило давящее впечатление, и осознание того, что оно является местом, где упокоились предки королевской семьи, только усиливало мрачные ощущения.

— Вот мы и пришли, — Найт наконец остановился возле одной из дверей.

Открыл замок ключом и пригласил Лену внутрь. Помещение было оборудовано электрической подсветкой, которая неприятно резала отвыкшие от яркого света глаза.

— Что ж, можете любоваться коллекцией, — с иронией произнёс Найт.

Лена огляделась. Огромная комната была сплошь уставлена стеллажами. И напоминала мастерскую, или даже скорее подсобку. На полках лежало множество предметов. Наверно, тысячу, не меньше. Предметы были самыми обычными: столярные, слесарные инструменты: всякие молотки, отвёртки и стамески; приспособления для уборки помещений: щётки, веники и совки; разные безделушки, типа шкатулок и статуэток; кухонная утварь: ступки, венчики, сита; детские игрушки: кубики и пирамидки и прочая всякая всячина. Это и есть коллекция?!! Нет, хламом бы, пожалуй, Лена это не назвала — временами попадались нужные в быту вещи, но всё же и коллекцией назвать разношёрстное сборище обыденных предметов язык бы не повернулся.

— А я вас предупреждал, что ничего нового вы не увидите, — усмехнулся Найт, изучая недоумённый взгляд экскурсантки.

Лена пристально вглядывалась в экспонаты и пыталась понять, в чём подвох. Зачем принцу нужно складировать в одном месте столько ничем не примечательных вещей. Не зря Мариэлла хихикала при упоминании об увлечении принца. Впрочем, один из тех, кто видел коллекцию, нашёл в ней что-то достойное внимания.

— А почему Его Светлейшество считает, что экскурсия в вашу сокровищницу занятие интересное?

— Видите ли. Все эти предметы, вполне обычные для вас, давно вышли здесь из обихода. Их заменили электрические аналоги. Но для отца они дороги, как память о том времени, которое он ещё застал.

Теперь ситуация немного прояснилась. Предметы, собранные в коллекции Найта, морально устарели для Запасного Мира, но не настолько, чтобы стать раритетными, поэтому ничего, кроме улыбки у Мариэллы не вызывают, а вот Северин при взгляде на них испытывает ностальгические чувства, поэтому коллекция кажется ему интересной.

Действительно, Лена давно заметила, что уровень техники Запасного Мира чуть опережает Земной. Прислуга использует для уборки электрические полотёры, садовники орудуют электросекаторами, да и у представителей других профессий имеются чудесные электро-девайсы. Что ж, всё это замечательно, но не объясняет, зачем Найту копить всякий хлам.

Лена начала разглядывать предметы по второму разу. Она не собиралась отсюда уходить, пока не докопается до сути. Зря, что ли, натерпелась страху в тёмном подвале, пока дожидалась принца?

Упорство вскоре увенчалось успехом. Лена-таки разглядела кое-что интересное. Но не на полках. В дальнем углу помещения между двумя стеллажами притаилась едва заметная небольшая дверь. Причём, тоже запирающаяся на ключ.

— Сиятельный Найт, а это что за комната? Там сберегаются не поместившиеся сюда экспонаты?

— Я не знаю, куда ведёт эта дверь, — пожал плечами Найт, — ключ давно утерян.

Так Лена и поверила. Наверняка, именно за этой дверью принц и хранит всё самое интересное.

— Подумаешь, ключ потерялся, — решила спровоцировать Найта Лена. — Замок можно и взломать. Неужели вам не любопытно, что там?

— Не любопытно. Раньше в подвальных помещениях жила прислуга. После одного из капитальных ремонтов прошлого века, работникам отвели уютные комнаты в пристройках дворца. Подвальные помещения оказались заброшенными, ключи постепенно затерялись. Когда я был ребёнком, взломал из любопытства несколько замков. Все помещения оказались похожи друг на друга как две капли воды. Крохотные комнатушки с кроватью и шкафом. С тех пор я потерял интерес к взламыванию.

Лена слушала Найта вполуха. Она то смотрела на дверь, то обводила взглядом коллекцию. Как будто впала в какой-то транс. Ей стало казаться, что когда-то она здесь уже была. Обстановка знакома до боли. Вдруг щелчок и ослепляющий свет. Что это? Принц включил какое-то дополнительное освещение? Нет. Эти ощущения рождались в голове. Лена поняла, почему всё здесь ей вдруг стало казаться знакомым. Из заблокированного участка памяти выплыло четверостишие, рассказанное когда-то давным-давно маленькой Лёлечке любимой бабушкой.

В тёмном мрачном подземелье будет выход, он же вход.

Будут тысячи предметов, ты возьми из них лишь тот,

Что даёт живое пламя, помещается в карман.

Пригодиться позже, верь мне, хоть и выглядит, как хлам.

Лена прокрутила строчки в голове несколько раз. Она совершенно не сомневалась, что речь в них идёт именно про этот подвал, в котором находится, и именно про эти предметы, которые сейчас перед глазами. Оставалось загадкой, что подразумевается под фразой «выход, он же вход». Имеется в виду дверь, притаившаяся между стеллажами? Но куда через неё можно войти и куда выйти? Ладно, подумает об этом позже. Сейчас важнее выполнить инструкцию.

Инструкция, прямо скажем, казалась подозрительной. Опять нужно что-то взять у Найта. И это ещё бабушка деликатно выразилась. Уж называла бы вещи своими именами — «стащить». Но какую бы неприязнь Лена не испытывала к указаниям четверостишия, прошлый опыт подсказывал, что лучше уж их выполнить. По крайней мере, монета, которую пришлось позаимствовать у Найта, ох как пригодилась. В этот раз необходимо было взять то, «что даёт живое пламя и помещается в карман». Что это? Фонарик? Вряд ли. Он хоть в карман и помещается, но даёт, не пламя, а свет. Тогда, может быть спички?

Лена принялась ходить между стеллажами в поисках заветного коробка. Но ничего похожего на глаза не попадалось. Зато на одной из полок она разглядела зажигалку. Обыкновенную газовую зажигалку в маленьком пластиковом корпусе. Вот это ей и нужно. Дождавшись, пока Найт отвернулся в сторону, Лена быстро переложила вещицу с полки к себе в карман. Оставалось надеяться, что принц ничего не заметит.

Не заметил. Да и как бы он это сделал? Начал бы инвентаризацию? Работы не на один час.

Теперь, когда задание четверостишия было выполнено, Лена испытала страстное желание, поскорее выбраться из подвала на свет божий.

— Сиятельный Найт, я уже вдоволь насладилась вашей замечательной коллекцией. Может, пора возвращаться?

Принц пропустил Лену вперёд. Погасил освещение и закрыл дверь. Несколько минут блужданий по тёмным коридорам и вот, наконец, долгожданная цивилизация — яркий солнечный свет, мягкие ковровые дорожки, шикарный интерьер. Казалось, даже дышать стало легче.

Глава 28. Таинство Инициации

Лена чувствовала, что экскурсия её утомила. Она предвкушала отдых в апартаментах наедине с собой. Хотелось прилечь. И ещё хотелось тишины. Надеялась, что у неё получится хоть полчасика насладиться приятным ничегонеделаньем, но не тут то было. Ещё не успев распрощаться с Найтом, она заметила бегущую навстречу Мариэллу. Крайнее возбуждение, в котором пребывала малышка, однозначно убило надежду на безмятежный отдых.

— Фея Элен! Как хорошо, что я вас нашла! — затараторила Фейлина. — Благопочтимый хочет нас с вами видеть. Представляете, решил провести Таинство Инициализации прямо сейчас. Говорит, какой смысл ждать седьмого дня, если он уже во дворце. Приехал на праздник Первой Стихии.

Лена почувствовала, как разрывается голова от потока информации, которым окатила её Мариэлла. Что ещё за Благопочтимый? Какое Таинство Инициализации? Это как-то связано с местной религией? Господи, Лена понятия не имела, о чём речь. Впрочем, то, что это грозит крупными неприятностями, догадаться было несложно.

— Ключ при вас?

Новый вопрос принцессы застал врасплох. Откуда малышка могла знать, что Лена нашла ключ в кармане медицинского халата? Так, стоп! Мариэлла не знает ни про какой ключ. Она имеет в виду монету — Ключ к сокровенным знаниям. Её Лена действительно всегда носила с собой. После того, как поняла, какую ценность медяшка имеет в Запасном Мире, оставлять её без присмотра опасалась.

— Благопочтимый просил передать, чтобы Ключ был при вас. Одна из частей Таинства — проверка его подлинности.

Краска сначала прилила к лицу, а потом резко отлила. И Лена ещё боялась дворцового подземелья? Да оно, наверно, покажется ей райским уголком, после того, как её, как самозванку, отправят в Эурстенцель.

— Ключ Фея Элен хранит в секретном месте, — ответил за Лену Найт. — Фейлина ступайте к Благопочтимому и передайте, что Фея тоже вскорости подойдёт.

— Но… — начала было Мариэлла.

— Ступайте, — перебил принц. — Благопочтимый не любит ждать.

Как только принцесса скрылась из вида, Найт взял Лену за плечи и легонько трясонул. Это не помогло. Она находилась в ступоре. Тогда он обхватил её голову руками и приподнял. Поймав её взгляд, он заговорил быстро, но чётко.

— Лена, слушайте внимательно. Не бойтесь. Ситуация не критическая.

Теплые руки Найта прижатые к холодным щекам, и его сверкающий взгляд вывели Лену из ступора. Она сосредоточилась, и принц продолжил:

— На седьмой день после того, как предъявлена монета, проводится некий ритуал, цель которого определить подлинность ключа, ну и освятить Наставника и его ученика. Проводит его Благопочтимый, аналог земного священника. В этот раз Таинство почему-то было решено провести чуть раньше. Но это не важно. Я присутствовал на подобной церемонии. И хотя мне было семь и всех деталей не помню, но осталось чёткое ощущение, что ничего особенного там не происходит. От вас ничего не требуется, выполняйте инструкции Благопочтимого и всё.

— А как же проверка подлинности? — прошептала Лена.

— Ну, во-первых, Ключ подлинный. Вы же стянули монету из моего сундука? А, во-вторых, поверьте, Благопочтимый понятия не имеет, как отличать подлинный ключ и подделку. Он, вообще, знает про Ключ и сокровенные знания не больше вас. Весь этот обряд — выеденного яйца не стоит, просто дань традициям. Ведите себя спокойно и достойно, и никто не догадается, что что-то не так.

— А теперь идите. Благопочтимый действительно не любит ждать, — неожиданно Найт легонько коснулся лба губами, и, развернув на сто восемдесят градусов, произнёс, — прямо по коридору и направо, затем на второй этаж — в восточную башню.

Лена двинулась в заданном направлении. Ноги казались ватными, а чувства сумбурными. Не лучшее состояние для прохождения очередного испытания, которое ей подкинул Запасной Мир. Однако могло быть и хуже. Слова Мариэллы о предстоящем Таинстве наложились на физическую и моральную усталость и вызвали даже не панику, а какую-то отрешённость. Но прикосновения Найта, его настойчивый решительный взгляд, и главное, инструктаж, произнесённый быстро и чётко, просветлили голову, заставили взять себя в руки.

Почему принц решил помочь? Вот так просто, «бесплатно», не потребовав взамен поделиться какой-нибудь информацией. В таком стрессовом состоянии Лена бы, пожалуй, выложила Найту всё что угодно. Почему он не воспользовался её заведомо проигрышным положением? Проявил благородство — лежачего не бьют? Или его инструктаж был никакой не помощью, а подставой? Впрочем, что гадать — через несколько минут всё выяснится.

Лена дошла до винтовой лестницы и начала подъём. Везёт ей сегодня на ступеньки. Наверно, опять пару килограммов сбросила, наматывая круги по дворцовым лабиринтам. Лестница закончилась на площадке с единственной дверью. Значит, Лене сюда. Что там говорил Найт? Вести себя степенно и достойно? Она расправила плечи, выпрямила спину, сделала пару глубоких вдохов и величественно вошла в помещение.

Её взору открылась небольшая комната, не имевшая ни одного окна. Единственным источником света были несколько поднимавшихся с пола столбов тускло мерцавшего синеватого газа, издающего равномерный гул. Глаза, не привыкшие к темноте, с трудом различали детали. Впрочем, множество острых шипов, торчавших из стен, и подозрительно извивавшиеся ленты, свисающие с потолка, не заметить было сложно.

На небольшом возвышении у дальней стены имелось подобие трибуны. Её занимал человек в тяжёлой тёмной мантии. Высокий замысловатый головной убор покрывал голову и делал его обладателя визуально огромным. Не трудно было догадаться — это и есть Благопочтимый.

Напротив трибуны, на расстоянии нескольких метров стояла Мариэлла. Даже темнота не могла скрыть, как малышка взволнована. Она нервно теребила подол платья, и то и дело оборачивалась к отцу, который сидел в сторонке в уютном кресле. Это кресло, в экзотическом мрачном интерьере комнаты, смотрелось чужеродным объектом. Лена догадалась, что его принесли сюда специально для Северина. Видимо, сам король никакого участия в Таинстве принимать не будет, он здесь — сторонний наблюдатель. Уже легче. Значит, всё внимание можно сосредоточить на Благопочтимом.

Лена степенно прошла вглубь комнаты и встала рядом с Фейлиной. Догадывалась, что Таинство Инициализации Наставница и ученица должны пройти рука об руку.

Дождавшись, пока Лена поравняется с Мариэллой, Благопочтимый обвёл присутствующих величественным взглядом и начал напевным басом:

— Нам предписано почитать Наставников наших, ибо они Хранители Сокровенных Знаний. Только им открыты все тайны мира нашего и других миров.

Благопочтимый сделал небольшую паузу, чтобы снова обвести слушателей взглядом, и продолжил:

— Нам предписано радоваться, что живём в те дни, когда отпрыски наши имеют Наставников, ибо были лихие времена, когда никто не мог передать сокровенные знания чадам нашим, и они блуждали впотьмах, не зная выхода.

Благопочтимый вновь прервал речь, чтобы заглянуть каждому в глаза. Впрочем, на Лену мог бы и не смотреть. Она и так была на все сто с ним согласна. Уж как бы она радовалась и почитала, если б у неё был такой Наставник, который показал бы выход из безвыходной ситуации, в которой она трепыхается как рыба в сетях уже какой день.

— Нам предписано благославлять Ключ, особый знак, дарованный, чтобы пометить избранного, ибо без Ключа мы бы не смогли отличить добро от зла.

Новая пауза и взгляд, устремлённый исключительно на Лену, подсказали ей, что Благопочтимый ждёт от неё каких-то действий. Раз речь зашла про Ключ, видимо, сейчас и должна начаться проверка его подлинности. Лена подошла к трибуне и протянула монету священнику. Тот бережно взял медяшку и положил перед собой.

— Нам предписано клеймить позором самозванцев, — голос Благопочтимого стал суров. — Тех, кто попытается, выдать поддельный ключ за настоящий. Пусть три стихии навечно поглотят стоящую передо мной Фею, если она не является истинной Наставницей.

Лена с трудом сдержалась, чтобы не присесть и не закрыть голову руками. Ей показалось, что сейчас в неё ударит молния, или её зальёт кипящая медь, или охватит пламя. Взбудораженное воображение готово было нарисовать ещё много вариантов, как тут в Запасном Мире стихии могут поглощать самозванцев. Однако ничего не происходило. Совершенно ничего.

— Ключ подлинный, — величественно изрёк Благопочтимый.

Он протянул монету Лене. И она степенной походкой вернулась к Мариэлле. Хотя хотелось бежать вприпрыжку. Кажется, самая страшная часть ритуала позади. Сейчас наверно начнётся процедура освящения Наставницы и ученицы, а это уже цветочки — стой себе и слушай, как Благопочтимый басит. Похоже, Найт был прав. Ничего в этом Таинстве Инициации страшного нет.

И действительно священник продолжил ритуал новым песнопением, в котором объявил, что Фея Элен теперь является Наставницей Мариэллы, а та по достижении 18 лет получает законное право претендовать на корону. И что обе они благославенны, и благославенны их родители, и благославенен их путь и бла-бла-бла.

В конце ритуала Благопочтимый обратился к Мариэлле.

— Обычно Таинство Инициации заканчивается уже без ученика. Должна быть применена ритуальная магия трёх стихий, а значит, необходима отрицательная энергия. Как правило, ученик, получивший Наставника, бывает слишком юн, чтобы присутствовать на этом действе. Но Вы, Фейлина, уже почти совершеннолетняя и я посчитал — происходящее не должно травмировать вашу психику. Можете остаться и принять участие.

Мариэлла просияла.

— Жертвенно животное, — величественно произнёс Благопочтимый.

Он поднял с пола и поставил на трибуну какой-то предмет, накрытый чёрной плотной тканью. Затем сдёрнул ткань. На блестящей металлической посудине извивалась змея. В следующую секунду в руках священника оказался кинжал. Клинок блеснул в воздухе и, мгновенно опустившись вниз, отсёк пресмыкающемуся голову.

Лена ощутила боль в ушах от оглушительного звука, порождённого ударом металла о металл. Тошнотворный комок подступил к горлу. Тело покрылось липким потом. Ужасное зрелище. Непонятная, дикая жестокость.

Украдкой глянула на Мариэллу. Та побледнела, но держалась мужественно.

— Мы получили достаточно отрицательной энергии. Начинаем.

Благопочтимый взмахнул руками, и стены запылали. Вернее, огонь изрыгали шипы, которыми были густо утыканы стены. Это было зловещее и одновременно завораживающее зрелище.

Новый взмах — и с потолка вдоль извивающихся лент потекли струи воды.

Огненные и водяные потоки становились всё мощнее и мощнее, они достигли друг друга и переплелись в неистовой борьбе, которая рождала зловещее шипение. Лене начало казаться, что они с Мариэллой попали в эпицентр противостояния, и вскоре против воли окажутся втянутыми в войну стихий.

Но новый взмах маэстро усмирил темперамент огня и воды. Они мгновенно затихли, не оставив и следа.

— Первая и вторая стихия продемонстрировали нам усердие и рвение. Но процесс обучения требует иногда противоположных качеств: кротости и смирения.

Благочестивый поднёс к губам сжатую в кулак руку и дунул на неё — над рукой взмылось крошечное робкое пламя. После перевёл взгляд на Мариэллу и Лену, побуждая повторить действия.

Принцесса поняла, что от неё хочет священник и тут же проделала похожие манипуляции. Над её маленьким кулачком появился огонёк.

Теперь все смотрели на Лену.

— Кротость и смирение, — повторил Благопочтимый с нажимом. Видимо решил, что Фея медлит, потому что не поняла, что от неё хотят.

Нет, Лена прекрасно поняла. Очень даже хорошо поняла, что завершится ритуал должен последним общим фокусом. Маленьким огонёчком — символом кротости. И сделать его легко. Нужна всего-то магия. Простенькая, судя по всему, магия. Не то что Фея, а любая Фейлина, трёх лет от роду, наверно, справилась бы с заданием с лёгкостью. Только Лена понятия не имела, как такой огонёчек наколдовать. Она стояла ни жива, ни мертва. Стояла, проклиная Найта за его подставу. Стояла, в ожидании, когда до всех присутствующих дойдёт, что никакая она не Фея и по ней давно плачет Эурстенцель.

Воображение нарисовало, как её, закованную в наручники или даже кандалы, ведут по мрачному сырому подземелью, чтобы бросить в грязную камеру на съедение тюремным крысам. Нет, Лена не хочет к крысам! Не хочет в кандалах! Надо что-то придумать. Должен быть какой-то выход. Безвыходные ситуации от чувства безысходности. Гони отчаяние — думай! Думай! Думай!

И идея пришла. У Лены в кармане крохотная зажигалка, которую стащила из коллекции Найта. И, видимо, не зря. В бабушкином четверостишии была строчка:

Пригодится позже, верь мне, хоть и выглядит, как хлам.

Очень даже пригодится. Если зажать зажигалку в кулаке так, чтобы наружу торчала лишь крохотная часть, есть надежда, что подвоха не заметят. Ведь в помещении очень темно.

Лена нащупала в кармане заветную вещицу, вынула, поднесла ко рту. Дунула на кулак, подражая действиям Благопочтимого и Мариэллы, и одновременно чиркнула колёсиком, дающем искру. Есть! Пламя взвилось над кулаком.

— Кротость и смирение, — дождавшись того, чего хотел, забасил Благопочтимый, — эти качества помогут там, где рвение и усердие бессильны.

Как же жжётся. Лена, боясь разоблачения, оставила свободной слишком маленькую часть зажигалки. Пламя оказалось близко к руке. У Мариэллы и священника огонь тоже практически касался кожи, но видимо их магическое пламя не оказывало такого неприятного воздействия, как настоящее. Благопочтимый продолжал басить о качествах необходимых в процессе обучения, а Лена молилась, чтобы тот поскорее заткнулся и закончил дурацкий ритуал. Когда жжение стало практически нестерпимым, священник наконец-то задул свой огонёк и дал знак, что остальные могут последовать его примеру. Таинство было завершено и Лена, собрав остатки самообладания, вежливо распрощалась с присутствующими, первой вышла из комнаты и помчалась в свои апартаменты, мечтая поскорее опустить руку в холодную воду, чтобы унять боль.

Глава 29. Сделка

Ожог оказался довольно серьёзным. Несмотря на то, что Лена долго держала руку под холодной водой, в нескольких местах образовались волдыри. Боль до конца не утихала, но не это было самым страшным. Гораздо сильнее тревожило то, что ожог, если его заметят Мариэлла или Северин, вызовет подозрения.

Когда прислуга пришла передать приглашение на ужин, пришлось отказаться, сославшись на усталость и головокружение. Усталость действительно была настолько сильной, что оказавшись в горизонтальном положении, Лена уже не могла заставить себя встать. А вот насчёт головокружения она слукавила. Предобморочные состояния больше не повторялись. Видимо, помогли пилюли от переутомления, которые прописал доктор Рейнальд. Выходит, гипотеза Найта об умышленном отравлении не подтверждается. Лена, в общем-то, и сразу не очень в неё поверила. Полагала, что принц специально запугивает, чтобы вытянуть информацию. Коварство, видимо, у него в крови.

И сегодня эта черта проявилась особенно ярко. Казалось, искренне хочет поддержать — наговорил успокаивающих слов, даже чмокнул в лоб, как сестру, но выходит, на самом деле злорадствовал — промолчал о главном подвохе, на каком Лена должна была спалиться и в прямом и в переносном смысле. А она уже начала было ему доверять. Наивная дура! Надо хорошенько запомнить, что в этом ненавистном Запасном Мире не существует ни единого человека, которому можно довериться. Ни единого! Но как же Лене такой человек нужен. Человек, на которого можно положиться, который успокоил бы и приободрил, рядом с котором забывались бы все проблемы и тревоги, затихала боль и горечь от пережитого предательства.

Эх, где бы такого человека найти? Рука непроизвольно потянулась за телефоном. Открыв список контактов, Лена нашла строчку со словом «мама» и долго глядела на неё. Почему так хочется позвонить и услышать голос этой незнакомой женщины? Почему мысль о разговоре с ней постоянно крутится в голове? Лена знала ответ. Её подкупает само слово «мама». Сколько раз будучи ребёнком, она мечтала о возможности, которую другие дети не ценили, потому что имели в избытке — возможности общения с самым близким человеком. Умом Лена, конечно, понимала, что мать Элен — чужая. Однако только одно то, что может быть похожа, на родную, уже лишало способности думать адекватно.

И Лена решилась. Успокоив себя мыслью, что в случае малейшей опасности разоблачения свернёт разговор, она набрала заветный номер.

— Фея Элен, — ответил бодрый молодой голос, который никак не мог принадлежать женщине под 50, - как хорошо, что вы позвонили. Знаете, в последнее время вашей маме стало немного лучше. Мы с доктором так обрадовались, хотели вам сообщить, но не решались. Не знали, можно ли теперь вас тревожить.

Рой мыслей пронёсся в голове. Похоже, мама Элен больна. И причём серьёзно больна, раз на звонки вместо неё отвечает милая девушка, скорее всего, медсестра или сиделка. Так вот почему на номер Элен за несколько дней не поступило ни одного звонка от матери. Та просто не в состоянии позвонить. А Лена ещё считала её бесчувственной женщиной, наплевавшей на дочь. Получилось, наоборот. Это «дочь» забыла о прихворавшей — ни разу не набрала, ни разу не справилась о здоровье, ни разу не навестила, когда мать так нуждалась в заботе и любви. Сердце заныло от жалости и чувства вины. Хотя, конечно, вина Лены была косвенная.

— Фее Элизе стало настолько лучше, — продолжала, между тем, собеседница, — что она даже вспомнила вас. Сказала, что очень соскучилась по своей малышке и мечтает увидеть.

— Я приеду. Передайте маме, сегодня же приеду, — не задумываясь, выпалила Лена. Её душили слёзы и переполняли странные трепетные чувства.

Только сбросив вызов, она поняла, какую глупость сморозила. И дело даже не в том, что поездка несла очередную угрозу разоблачения. Лена просто не знала, куда ехать. Где живёт мать Элен? Как её найти? Попробовать попросить одного из водителей Его Светлейшества подвезти, в надежде, что тот знает адрес. А что если не знает, и поинтересуется у Лены? Вот тут и всплывёт, что никакая она не Элен, если даже не в курсе, где живёт мать.

На душе стало паршиво, как никогда. Лена откинулась на подушки и уставилась в потолок. Хорошо хоть этот дурацкий день подошёл к концу. Можно забыться и заснуть.

Но ни забыться, ни заснуть не получилось. Не прошло и пяти минут, как в дверь постучали. Лена соскочила с кровати, накинула домашний костюм и сунула руки в карманы. Если это Мариэлла, которая любит вламываться без приглашения, нужно прятать от неё ожоги.

На пороге стоял Найт. Стоило двери приоткрыться, как он вкатил в комнату столик, накрытый к ужину для двоих. Лена окатила вошедшего ледяным взглядом. Редкая наглость! Он полагает, что после его коварства она будет с ним мило беседовать за чашечкой чая?

— Уходите. Я не голодна.

Найт, никак не прореагировав на слова, пододвинул столик к одному из кресел и, жестом пригласив Лену садиться, пристроился напротив:

— Сегодня на ужин шеф-повар приготовил чудесный брусничный пудинг по оригинальному рецепту.

— Я не голодна, — с нажимом повторила Лена, оставшись стоять столбом у двери.

— Отказываетесь от еды? — иронично покачал головой Найт. — В сочетании с головокружениями и обмороками — это тревожный симптом. Мне нужно вас осмотреть.

— Ещё чего, — возмутилась Лена.

— Не доверяете мне как врачу? Тогда вынужден пригласить Сиятельного Рейнальда.

Не понятно, дразнил ли принц, или действительно собирался позвать королевского доктора, только спектакль начинал действовать Лене не нервы. Ужинать с Найтом категорически не хотелось, но и осмотр врача сейчас допустить было нельзя. Он моментом обнаружит ожог и доложит Северину.

— Сиятельный Найт, — Лена взглянула на принца уже не со злостью, а с усталостью, — чего вы хотите?

— Я действительно хотел, чтобы вы поужинали, — просто ответил принц. — День был тяжёлый, и я вижу, что вы вымотаны и голодны. Так почему бы не поесть?

— В вашем присутствии пропадает аппетит, — съязвила Лена.

— Я догадываюсь о причине гнева, — принц стал серьёзным. — Покажите правую руку.

— Что?

— Покажите правую руку. Почему вы всё время держите её в кармане? Там ожог? Я прав?

Он встал с кресла и подошёл вплотную. Посмотрев в глаза, сказал тихо:

— Лена, я не знал, что произойдёт в заключительной части Таинства. Мне было семь, когда проходил подобный ритуал. В конце меня выпроводили.

Это было похоже на правду. Благопочтимый обмолвился, что последнее действо, как правило, проходит без участия детей, потому что может травмировать их психику.

— Но почему вы хотя бы не предупредили, что некоторые моменты ритуала настолько шокирующие, что юные ученики не допускаются?

— Вы думаете, знай вы о таком — было бы легче справится с испытанием? Вы и так были в ступоре. Если бы я сообщил, что есть тайная неизвестная мне часть ритуала, разве не впали бы в ещё большее оцепенение, в ожидании её?

Это, как ни странно, тоже было правдой. Впала бы не то что в оцепенение, а в кому. Пожалуй, Найт поступил правильно, что не стал заранее пугать. Может, зря Лена на него ополчилась? Может, его действия не были продиктованы желанием подставить и позлорадствовать, а всё-таки он реально хотел помочь?

Лена нерешительно вынула руку из кармана и протянула Найту. Он аккуратно взял её в свою и поднёс поближе к свету.

— Серьёзный ожог, — принц сдвинул брови. — Надо обработать. Я захватил мазь.

Он подтолкнул Лену к креслу и вынудил сесть. Сам пристроился по соседству. Достал из кармана бутылёк. И плавными движениями нанёс лекарство на воспалённую кожу.

— Больно? — Найт подул на рану, а потом заглянул в глаза.

Нет, больно не было. Боль утихла. То ли чудодейственная, пахнущая весенними цветами мазь моментально сняла жжение, то ли это сделали лёгкие нежные касания доктора и его встревоженный серебряный взгляд. Эх, Найт, Найт, опять забыл надеть маску? Эта твоя нежность и забота искренняя или просто искусная игра?

— Как вы догадались об ожоге, если не знали, что происходит в заключительной части Таинства?

— Не знал ровно до того момента, как не начался семейный ужин. Мариэлла расписала в деталях всё, что случилось в комнате для ритуалов. Малышка была так взбудоражена — тараторила без умолку. А если приплюсовать сюда прикарманенную зажигалку…

Чёрт! Всё-таки принц заметил. Лена почувствовала, как лицо заливает краска. Что он про неё подумает — сначала монета, потом ещё одна вещичка. Впрочем, её тяга к стягиванию — это цветочки, по сравнению с тем, что тут у них творится.

— Возбуждение Мариэллы можно понять. Как ещё она, бедняжка, в обморок не грохнулась от увиденного? Не понимаю я этот ваш Запасной Мир. К чему была такая жестокость? Зачем было так демонстративно убивать змею на глазах впечатлительной юной девочки?

— Благопочтимый сделал это специально. Если бы не присутствие Мариэллы, змею бы умертвили более гуманно.

— Господи, почему?

— Фейлины и малыши-Сиятельные с детства умеют делать простые магические трюки. Более сложным их постепенно обучают родители. Однако чтобы не травмировать психику никто не говорит им, откуда берётся отрицательная энергия для магии. Но шила в мешке, конечно, не утаишь, и подростки годам к 12-13-ти уже догадываются о происхождении энергии.

— Всё равно не понимаю, зачем для Мариэллы был разыгран этот жестокий спектакль. Она тоже уже давно знала об энергии смерти. Сама мне рассказывала.

— Одно дело знать в теории, совсем другое — на практике. Когда Благопочтимый видит, что подросток достаточно окреп в психологическом плане, проводит обряд, цель которого — познакомить с уродливым лицом смерти. Ритуал должен быть шокирующим, чтобы подросток осознал, как высока цена магии, и в дальнейшем применял её с осторожностью. Малышку Мариэллу долго жалели и не хотели подвергать тяжёлому испытанию. Но сегодняшний день Блапочтимый, видимо, посчитал подходящим, и совместил два ритуала в одном.

Ну, хоть какое-то объяснение жестокости, которая казалась ненужной. Оказывается, подростков пугают умышленно, чтобы те побаивались шалить с магическими экспериментами.

— Сиятельный Найт, а для вас Благопочтимый тоже проводил подобный обряд?

— Да.

— Сколько вам было?

— Двенадцать.

— На ваших глазах тоже убили змею?

— Нет. Юношам, как правило, показывают более шокирующую картину, чем девушкам.

— Какую?

— Вы точно хотите знать?

Нет, Лена не хотела. Она и так почувствовала приступ тошноты от воспоминаний о сегодняшнем Таинстве.

— Думаю, стоит всё-таки поужинать, — сменил тему Найт.

— Я и вправду не голодна, — отчаянно замахала руками Лена, у которой перед глазами до сих пор стояла отрубленная змеиная голова.

— Хотя бы попробуйте. Брусничный пудинг — коронное блюдо шеф-повара. Говорит, изобрела его матушка.

Упоминание матери кулинара заставило Лену вспомнить о другой женщине. О той, что занимала мысли до прихода Найта. Может, расспросить принца о ней? Сегодня он что-то не на шутку добрый. Делится информацией без всяких условий.

— Сиятельный Найт, вам что-нибудь известно о маме Элен? Чем она больна?

— Соизволите съесть кусочек пудинга — расскажу.

Ну вот, опять торгуется. А как всё хорошо начиналось. Впрочем, условие, выдвинутое принцем, было более чем приемлемым, и Лена согласилась.

— Ладно уж, давайте ваш пудинг, — миролюбиво кивнула она. — Только тогда уж будьте любезны — рассказывайте всё в подробностях.

Принц отрезал Лене небольшой кусочек десерта и налил ароматного чаю в чашку.

— Фея Элиза — приятная женщина. Но она безумна, — начал Найт, как только убедился, что собеседница отправила в рот ложку.

— Безумна? — расстроилась Лена. Восхитительный кисло-сладкий брусничный десерт тут же потерял вкус.

— Да, старческое слабоумие. Аналог земной болезни Альцгеймера. Она наивна, как ребёнок, и не помнит ничего. Даже собственного имени.

Теперь Лене стало понятно, почему сиделка посчитала прогрессом то, что Фея Элиза вспомнила о дочери.

— Но разве она так стара? Я думала, ей максимум 50.

— Да, думаю, ещё и 50-ти нет. Но бывает, что болезнь развивается и в таком раннем возрасте.

Сердце зашлось от противоречивых эмоций, главной из которых было сострадание. Нет, Лене обязательно нужно посетить Фею Элизу. Если у той наметилось улучшение — она вспомнила дочь, захотела её увидеть, будет жестоко не дать ей такую возможность. Как знать, может, скоро она снова забудет о ней. Может, это одна из последних возможностей осмысленно взглянуть на своего ребёнка. Пусть даже его роль сыграет другая девушка.

— Сиятельный Найт, вы знаете, где живёт Фея Элиза? Отвезите меня к ней.

— Зачем вам?

— Хочу попроведать больную.

— Плохая идея.

— Чем же она плоха?

— Вы можете выдать себя.

— А вас это волнует?

Найт замолчал. Лена расценила молчание, как нежелание выполнять просьбу.

— Ну, не хотите, как хотите. Найду другой способ, попасть к ней. К примеру, попрошу Руаля помочь.

— Хорошо, я отвезу вас. Но тогда и вы окажите мне услугу — скажете свой земной адрес.

— Зачем? — опешила Лена.

— Хочу попроведовать Фею Элен. И что-то мне подсказывает, что она заняла ваше место в Основном Мире.

— Плохая идея.

— Ну, не хотите, как хотите. Найду другой способ, — передразнил Найт, — хотя бы попрошу о помощи Макса, кажется, так зовут друга вашей сестры. Его контакты у меня остались.

— И почему вы всё время торгуетесь? — возмутилась Лена. — Ну, хорошо по рукам.

А чего ей было опасаться сделки? Во-первых, Найт действительно при желании и так легко узнает её домашний адрес. А, во-вторых, если он собрался в ближайшее время посетить земной мир, то у Лены появился шанс, проследив за ним, узнать, алгоритм перемещения. Возможно, если она повторит действия Найта, то сможет наконец-то вернуться домой.

Глава 30. Легенда

Найт выбрал для поездки в город один из своих самых роскошных автомобилей. Собирался произвести впечатление на пассажирку? Нет, конечно. Просто хотел, чтобы Лене было максимально комфортно. Он знал, как она вымотана, и не хотел, чтобы несколько часов, которые предстоит провести в дороге, стали для неё новым испытанием.

Машина плавно скользила по магистрали, соединяющей королевскую резиденцию с городом. Найт время от времени поглядывал на спутницу, сидящую справа, и вспоминал поездку в её компании недельной давности. Дежавю? Нет, всё было по-другому. Другой автомобиль, другая дорога, другая цель, другой мир. Только девушка та же. А вот отношение к ней поменялось.

Ещё тогда, при первой встрече, она зацепила своей красотой и необычным поведением, за которым как оказалось, скрывался тот ещё темперамент. А теперь цепляла всё больше и больше. И хотя Найт дал себе установку побороть неуместное увлечение, борьба особых результатов не приносила. Скорее, распаляла ещё больше. Пришлось временно смириться с чувствами. А что ж ему оставалось? Он конечно виртуозно умел делать каменное лицо, но на самом деле был не настолько камнем, чтобы не испытывать влечение к такой привлекательной девушке.

Не будут ли эмоции мешать ему разгадать её загадки? Найт надеялся, что не будут. По крайней мере, кое-что ему уже удалось понять. Несколько последних эпизодов окончательно убедили, что Лену забросило сюда не по её воле. И она, похоже, не в курсе, для чего. Ей очень нелегко выживать в чужом для неё мире, о котором не имеет ни малейшего представления. Она отчаянно борется. И устоять перед соблазном ей в этой борьбе помочь было всё труднее и труднее, хотя принц отдавал себе отчёт, что помогая Лене, возможно, невольно помогает и тому, кто манипулирует ей. А цель манипулятора вряд ли благородна — может таить угрозу для его родного мира.

Поэтому Найту необходимо было, как можно быстрее найти того, кто подставил Лену. Подозреваемой номер один, оставалась Элен. Как только принц попадёт в Основной Мир, проверит эту версию. Хотя в последнее время стал в ней сомневаться. У Найта сложилось впечатление, что тот, кто играет Леной, находится здесь, в Запасном Мире. Сначала звонок с угрозами от неизвестного шантажиста, а теперь подозрительный перенос Таинства Инициации на более раннюю дату. Кстати, не менее странным показалось, что Лена, хотя и не знала, какие испытания её ждут впереди, стянула из коллекции зажигалку. А та тут же и пригодилась — спасла от разоблачения. Похоже, что у лже-Феи есть в Запасном Мире и помощник, и недоброжелатель. Понять бы, какой цели каждый из них добивается.

Лена смотрела в окно на стремительно проносящиеся перед глазами красивые предзакатные пейзажи Запасного Мира и думала о земном. Думала о Настёне, по которой очень соскучилась. И о том, как та наверно с ума сходит от тревоги, куда делась сестра. Хотя, если версия Найта о Элен имеет под собой основу, то, возможно, Фея сейчас искусно играет роль Лены. Вместо неё ходит на работу и вместо неё каждый вечер слушает взахлёб рассказанные Настькой истории о том, как прошёл день. Почему-то эта мысль была ужасно неприятна. Ну, ладно ещё напортачит с отчётом, бог с ним. Когда Лена вернётся — переделает. Но вот если в разговоре с сестрой ляпнет какую-нибудь неосторожную фразу — может сильно ранить. Всё-таки Настька очень особенная — её надо чувствовать, как умеют только Лена и Макс.

Нет, надо срочно возвращаться. Срочно! Вот только как? Где же найти заветный волшебный переход домой? Так, стоп! Строчка из стихотворения бабушки — «В тёмном мрачном подземелье будет выход, он же вход» — неожиданно всплыла в голове в новом контексте. Как же Лена сразу не догадалась? Имелся в виду портал между мирами! Получается, он расположен в подвале за той дверью, ключи от которой якобы потерялись. Всё сходится! Для перемещения нужна отрицательная энергия смерти. А в подземелье как раз имеется усыпальница. Да и в целом подвал — место мрачное и безлюдное, подходящее не только для того, чтобы прятать там коллекцию, но и кое-что поинтересней.

Лена, довольная своей догадкой, оторвалась от созерцания пейзажей и откинулась на сиденье. Только сейчас она обратила внимание, какое оно удобное. Да и весь автомобиль был супер-наворочанный и супер-комфортный. Лене почему-то вспомнилась поездка недельной давности. Тогда за рулём был тот же парень, правда, машина была гораздо скромнее. Другая машина, другая дорога, другая цель, другой мир. Всё поменялось, и отношение к красавцу за рулём тоже.

Тогда он её раздражал. А теперь? Теперь чувства стали сложнее. Он по-прежнему бесил, но одновременно притягивал. Она понимала, что должна опасаться, что возможно он и есть виновник всех её бед, но вопреки здравому смыслу иногда хотелось ему довериться. Она знала, что его нежные прикосновения — это попытка втереться в доверие, чтобы выведать очередную порцию информации, но всё равно ей хотелось, чтобы он это сделал снова.

Нет, всё-таки, ей лучше вернуться к тем чувствам, с которых всё начиналось. Потому что новые до добра не доведут. Вот, к примеру, о чём она думала во время той первой поездки? Как бы разозлить Эдуарда? Вот это были правильные мысли. Тогда ей удалось придумать неудобный вопрос: зачем размещать в одном офисе несовместимые по формату фирмы — развлекательную и траурную. Эдуард, правда, ни капли не смутившись ответил — для экономии. Ну, что ж, вот у Лены родился и новый неудобный вопрос.

— Сиятельный Найт, а зачем вам в земном мире работать? Зачем вы организовали целых две фирмы, зачем экономите на арендной плате, почему купили такой скромный автомобиль? Когда здесь в Запасном Мире у вас денег — куры не клюют?

— Предлагаете рассчитываться на земле кредитками Запасного Мира? — с иронией спросил принц.

— Ну, зачем кредитками. Захватили бы с собой немного золотишка.

— Не получится. Магия трёх стихий не позволит. Помните о третьей стихии?

— Бабло?

— Да. Испытание богатством, шальными деньгами. Ты должен быть к ним равнодушен в обоих мирах. Тем более нельзя брать их с собой при перемещении.

— А как же мне удалось протащить монету?

— Это вы мне расскажите, — усмехнулся Найт. — Но, вообще-то, она почти не имеет цены. Недорогие, нетяжёлые предметы вполне можно взять с собой.

Лену осенило. Небось вся коллекция Найта так и образовалась. Никакие это не устаревшие предметы Запасного Мира, а прихваченные с собой при перемещении земные. Правда, для чего принцу весь этот хлам всё равно было не понятно. Как не было понятно и другое: для чего ему в земном мире работать. Найт так и не ответил, ловко увёл разговор в сторону.

— Так всё-таки зачем вам деньги в другом, неродном для вас мире? Ведь вы там бываете совсем не подолгу, как я поняла.

Найт молчал. Лена поглядела на него — придумывает очередную ироничную фразу? Нет. Глаза были серьёзными. Никаких пляшущих искорок. Там, в глубине, серебрилась теплота и ещё одно чувство. Оно было знакомо с детства. Это тоска. Тоска по близкому человеку. Лена сразу обо всём догадалась: деньги в земном мире Найту нужны не для того, чтобы тратить на себя. Есть другой человек, нуждающийся в заботе. Человек, которого принц очень любит и скучает по нему. Видимо, у Найта есть в земном мире девушка.

— Можете не отвечать, — тихо сказала Лена. — Я и так поняла. Деньги нужны не вам, а близкому человеку. Поэтому вы организовали целых две фирмы, поэтому и экономите на всём.

Найт по-прежнему молчал, и Лена поняла, что угадала. Она продолжила:

— Я вас понимаю. Мне эти чувства знакомы. У меня тоже на земле есть очень близкий человек, по которому скучаю. Может, теперь и вы поймёте меня. Поймёте, как сильно я хочу домой. Может, поможете вернуться?

Лена смотрела на Найта почти с мольбой.

— Если бы знал, как — я бы помог.

— Но вы ведь можете перемещаться туда-сюда. Я даже знаю, где расположен ваш портал. Он ведь там — в подвале? Просто расскажите мне алгоритм, всё остальное сделаю сама.

— Я не имею право рассказывать о магии перемещения никому. Но дело даже не в этом. Поверьте, моя магия вам не поможет. Вы из другого мира, и у вас есть двойник, поэтому вам нужна другая магия — не перемещения, а обмена. И я её не знаю. Более того, я думал, такой не существует. Как вернуться домой, вы должны спросить у того, кто вас сюда направил.

Лена вздохнула. Не удалось ей разжалобить Найта. Упорно не хочет делиться знаниями. Но ничего. У неё ещё остался один способ их добыть — проследить за ним. Она не сомневалась, что свою прогулку между мирами он планирует на ближайшее время. Вряд ли это будет завтра — ведь завтра праздник, и принцу постоянно надо будет быть на людях, а вот послезавтра Лена не спустит с него и с подвала глаз. И, возможно, увидит всё, что ей нужно.

Этим себя и успокоила, но всё же не сдержалась, чтобы не выплеснуть раздражение на принца:

— Как же я устала от этой вашей дурацкой магии и от всего вашего Запасного Мира! Откуда он вообще взялся?!

Отчаяние в голосе Лены, которое слышалось последние минуты разговора, видимо, подействовало на Найта. И чтобы успокоить собеседницу, он неожиданно решил ответить на её риторический вопрос.

— Среди Фей и Сиятельных ходит легенда, передаваемая из уст в уста, о происхождении Запасного Мира. Могу рассказать, если вас заинтересовал этот вопрос.

Конечно, куда больше Лену интересовал другой вопрос. Но послушать легенду она бы не отказалась. Глядишь, выудит из неё что-то для себя полезное.

— Если это «бесплатная» информация, и вы не потребуете что-то взамен — давайте, — чуть снизив градус раздражения, произнесла Лена.

— Давным-давно, в средние века, — начал Найт, — когда бушевала чума, и, казалось, мир может вымереть, чёрные и белые колдуны объединили усилия, чтобы создать Запасной Мир.

— Как запасной носовой платочек, на случай если с первым что-то случится…

— Что? — не понял Найт.

— Да так, — махнула рукой Лена. — Ничего.

— Белые колдуны использовали магию трёх стихий, — продолжил принц, — а чёрные помогли с отрицательной энергией смерти. Её тогда было много: чума косила людей миллионами. Погибла треть населения Европы. Энергии как раз хватило на создание нового мира. Похожего на земной как две капли воды, только маленького. В нём было и ещё одно не запланированное отличие — какой-то романтик-маг создал запасную луну. Почти все колдуны перебрались туда и стали называться Феями и Сиятельными.

— Видимо, в Запасной Мир удалось перебраться и некоторым обычным людям?

— Да. Тем, кто раздобыл сведения, как это сделать. Во время перемещения применялась магия трёх стихий. Непременным условием было «сгореть в огне» — это убивало возбудителей болезни — чумные палочки. Когда все желающие маги переместились, портал закрыли навсегда. Переместившиеся маги выработали правила жизни Запасного Мира. Первое — маги подчиняются королю. Второе — магия разрешена только на небольшой территории. Задача Короля следить за соблюдением правил. Вот так с тех пор Запасной Мир и живёт.

— Но почему по легенде портал закрыт навсегда, если он до сих пор функционирует?

— Об этом никто не знает. Почти никто, — ответил Найт и плавно притормозил. — Приехали. Перед вами особняк Феи Элизы.

Глава 31. Черёмуха в снегу

Почему-то Лена так и предполагала, что Фея Элиза занимает не одну из тысяч квартир какого-нибудь небоскрёба стиля хай-тек, а живёт в старомодном доме. Двухэтажное здание с огромной верандой, в окнах которой отражался весенний закат, утопало в пёстроте цветущих фруктовых деревьев. Одно из них, усыпанное белоснежными кистями, источало дурманящий аромат. Лена узнала этот запах — черёмуха. Так пахло весной в маленьком бабушкином саду. Сердце зашлось от ностальгических чувств. Особняк Феи Элизы, хоть и был, конечно, гораздо роскошней небольшого частного дома, в котором когда-то Лена жила с родителями и бабушкой, но всё же до боли напоминал место, где прошло детство.

Нерешительно поднявшись по ступеням в сопровождении Найта, нажала кнопку переговорного устройства. Дверь открылась. Приветливая молодая женщина, видимо, сиделка, с которой Лена говорила по телефону, проводила в гостиную, беспрестанно повторяя:

— Фея Элен, как хорошо, что Вы приехали. Фея Элиза будет так рада.

Слова с трудом пробивались до сознания Лены. Её охватило дикое волнение. Она отчаянно твердила себе, что находится в чужом доме и женщина, с которой вскоре увидится, для неё — никто. Но это не помогало успокоиться. Сердце выпрыгивало из груди, щёки пылали, а руки, наоборот, сделались холодными, как ледышки.

Найт деликатно остался дожидаться в гостиной, а Лену сиделка проводила на второй этаж в комнату Феи. Впрочем, затем сразу удалилась со словами:

— Если что-нибудь понадобится, я здесь поблизости, в соседней комнате.

Сухонькая маленькая женщина сидела в инвалидном кресле, глядя в окно, и что-то тихо бормотала. Она не замечала вошедшую. А Лена стояла, уткнувшись взглядом в пол, не решалась поднять глаза и посмотреть в лицо. Чего боялась? Боялась, что Фея Элиза окажется похожей на маму и это будет невыносимо тяжело, и в то же время боялась, что окажется совсем другой, действительно, абсолютно чужой, и это станет горьким разочарованием.

— Милена, на улице снег? — тихо спросила Фея. Видимо, всё-таки заметила вошедшую, но решила, что это сиделка.

Сердце пропустило пару ударов. После этих слов, Лене можно было бы уже и не смотреть в лицо Элизы, она и так знала, что та окажется похожей на мать. Её голос был таким родным, таким знакомым.

— Нет, мама, это цветёт черёмуха.

Лена подошла к женщине и взяла её подрагивающую руку в свои.

Элиза развернулась лицом к Лене. Слёзы потекли по морщинистым щекам:

— Доченька, это ты? Ты всё-таки приехала, моя малышка. Я боялась, что снегопад помешает. Я так скучала.

— Я тоже, — Лена прижала седую голову к себе. — Ты даже представить не можешь, как я скучала, мамочка.

Лена твердила себе, что прижимает к груди чужую женщину. Но сердце невыносимо щемило, в глазах стояли слёзы, а руки лишь сильнее стискивали ту, что так похожа на родного человека, по которому истосковалась душа.

Они несколько минут молчали. Первой заговорила Элиза:

— Я знала, что ты сегодня придёшь. Даже, несмотря на снегопад. Я приготовила тебе подарок.

Элиза потянулась к комоду и достала из выдвижного ящика плоский прямоугольный предмет. Это оказался небольшой портретик в аккуратной рамочке.

— Вот. Нашла недавно среди твоих детских вещичек.

Лена взяла рисунок. На нём была запечатлена малышка лет пяти. Не трудно догадаться — Элен. Видно было, что над портретом работал профессионал: личико прорисовано в деталях, умело передана детская непосредственность — озорная беззаботная улыбка, любопытство в глазах.

— Мама, пусть лучше хранится у тебя.

Лена протянула рисунок назад. Она не могла взять подарок, предназначавшийся другой.

— Нет-нет, доченька, бери, — руки Элизы задрожали сильнее, а в глазах промелькнула боль, — я специально берегла его для тебя.

Ну, как было не взять? Обидеть человека, у которого почти не осталось в жизни поводов для радости.

— Хорошо. — Лена опустила портретик в сумочку. Решила, что, когда объявится настоящая Элен, передаст подарок ей.

Элиза улыбнулась. Лицо на мгновение стало таким красивым. Морщины разгладились, глаза засияли. Но уже в следующее мгновение взгляд снова стал тусклым.

В дверь постучали.

— Прошу прощения, — на пороге стояла сиделка. — Фее Элизе время принимать лекарство.

— Мама, мне пора, — тихо сказала Лена.

Элиза кивнула:

— Только одевайся теплее — на улице метель.

— Хорошо, — Лена ласково улыбнулась и прижала морщинистую руку к щеке. — На днях приеду снова.

Затем попрощалась с сиделкой и вышла из комнаты.

Через несколько минут Лена уже сидела в комфортной машине Найта, и та неслась на огромной скорости назад во дворец. Принц молчал. И правильно делал, потому что разговаривать Лене не хотелось. Она была во власти тяжёлых чувств. Она думала о своей маме, о том, как несправедлива была к ней судьба. И о другой женщине, которая как две капли воды была похожа на маму и к которой судьба тоже оказалась жестокой.

В свои неполные пятьдесят, она выглядит на семьдесят, вынуждена проводить большую часть времени в инвалидной коляске. Дезориентирована в своей жизни и лишь изредка может вспомнить дочь.

Лена знала о старческом слабоумии не понаслышке. Прабабушка сводной сестры страдала болезнью Альцгеймера. Это мучительная хворь каждый день исподтишка отрывает у человека кусочек его личности, частичку его «я», превращая в существо без памяти и без эмоций. Трудно вообразить, во власти каких чувств находилась Элен, когда её маму начала съедать безжалостная болезнь. Наверняка она боролось. Любой ценой пыталась спасти.

Мысль об Элен, отчаянно пытавшейся вырвать мать из лап страшной хвори, неожиданно заставила вспомнить последний разговор с Кастром. Адвокат полагал, что его подзащитная оказалась вовлечённой в дело об убийстве Сиятельного Мэя из-за того, что хотела помочь близкому человеку. Но тогда всё сходится. Этим человеком и была мать. Элен посещала королевского доктора в надежде найти для неё лекарство. Возможно, даже шантажировала Мэя, требуя применения экспериментальной магии, о которой ходили слухи. Да Лена бы и сама наверно ради мамы пошла на многое. Но насколько далеко зашла Элен? Могла ли она переусердствовать с угрозами? Лена уже не раз слышала от адвоката фразу, что улики были не на стороне подзащитной. Спрашивать у Кастра, что за улики, Лена понятное дело не могла. Но, может, Найт поделится информацией?

Лена посмотрела на принца. Сильные загорелые руки уверено лежали на руле. Серебристые глаза задумчиво смотрели на дорогу — кажется, размышляет о чём-то своём, ведёт машину на автомате. Чёрт, как же он красив! Лена невольно залюбовалась. Ещё бы был также сговорчив. А то сейчас опять начнёт торговаться.

— Сиятельный Найт, почему Элен обвинили в убийстве?

— Зачем вам? — принц мгновенно вынырнул из задумчивости и поглядел на Лену.

Она закатила глаза. Ну вот, что за глупый вопрос?

— Если меня все считают Элен, должна же я знать, что та успела натворить, пока ещё Элен была не я, а она.

— Дело в том, что все улики говорили против неё, — начал принц. — Хотя, в общем-то, до инцидента Фею считали девушкой порядочной.

Неужели ответ Лены Найта удовлетворил, и он расскажет обо всём, не требуя ничего взамен?

— А именно? Какие улики?

— В ночь убийства Сиятельный Мэй заработался допоздна. Или же ждал кого-то. Но после полуночи он все ещё находился в своём кабинете. Дворник, который чистил парковые аллеи, заметил, как около часа ночи Элен вошла, а чуть позже вышла из медцентра.

— Нет, ну, мало ли что дворнику могло показаться, — пожала плечами Лена. — Может он какой вашей местной настойки хлебнул перед ночной сменой для сугреву?

— Фею видел не только он. После полуночи доктор отпустил своих помощниц. Та, что покинула лабораторию последней, тоже видела, как Элен заходила в кабинет Сиятельного Мэя. А наутро врача нашли мёртвым.

— И это всё? Но ведь после Элен доктора мог посетить кто-то ещё.

— Нет не всё. На столике доктора было найдено две чашки. В одной из них — недопитый чай, отравленный ядом, на другой — следы помады Феи.

Лена задумалась. Да, пожалуй, улики действительно были не на стороне Элен. Они просто кричали о её вине. Но это-то и настораживало.

— Насколько я поняла, Фею никто не считал глупой. Но если она достаточно умна, зачем оставила улики на столе?

— Да. Это обстоятельство как раз всех и смущало. Здесь, во дворце, многие не верили, что она причастна к убийству. Подозревали, что Элен могли подставить. Но Сиятельный Падеву — опытный обвинитель. Берётся за дело, только если уверен в виновности подозреваемого. Он сумел доказать, что Фею спугнули — ей пришлось быстро ретироваться, поэтому она не успела замести следы.

У Лены родилась своя версия развития событий. Она полагала, что Элен вряд ли собиралась убивать Мэя. Скорее всего, хотела просто запугать. Возможно, она подсыпала яд в чай, и ушла, рассчитывая вернуться через какое-то время, когда отрава начнёт действовать. Планировала шантажировать доктора. Требовать лекарство для матери взамен на противоядие. Но что-то её спугнуло. По какой-то причине вернуться она не смогла.

— У Сиятельного Мэя могло быть лекарство от старческого слабоумия? — поинтересовалась Лена.

— Я догадываюсь, куда вы клоните, — Найт грустно качнул головой. — Но нет. Болезнь Альцгеймера неизлечима в Запасном Мире, также как и в земном.

— Но ведь ходили слухи, что сиятельный Мэй проводит какие-то запрещённые магические опыты, — возразила Лена. — Возможно, он смог разработать лекарство, просто цена его была слишком велика — слишком много отрицательной энергии.

— Нет, — упрямо повторил принц, — Я хорошо знал доктора. У него не было лекарства от старческого слабоумия.

— А кстати, — Лена сощурилась. Ей не нравилось, что принц защищает врача, который замешан в грязных экспериментах. — Почему не смотря на слухи о запрещённых магических опытах, король ничего не делал? Ведь он должен следить, чтобы магия использовалась только на разрешённой территории. Почему же тогда доктора не отправили в Эурстенцель?

— По той же причине, по которой не отправили туда вас.

— В смысле?

— У Наставников очень высокий авторитет. Само наличие статуса Наставника делает его почти неприкасаемым.

— Так Сиятельный Мэй тоже был Наставником? Чьим?

Впрочем, ответ нетрудно было угадать. У короля было только два отпрыска.

— Моим.

Content

Ольга Обская
ЗАБЫТЬ, ЧТОБЫ ВСПОМНИТЬ

Пролог. Будет три предмета

Глава 1. Сюрпри-и-и-из

Глава 2. Три стихии

Глава 3. Запасная Луна

Глава 4. Новый дом

Глава 5. Жених

Глава 6. Мама

Глава 7. И снова стихии…

Глава 8. Ужин на веранде

Глава 9. О пользе чтения

Глава 10. Утро нового дня

Глава 11. Экскурсия

Глава 12. Совпадение

Глава 13. Прогулка по парку

Глава 14. Новая головоломка

Глава 15. Милый

Глава 16. Сбить с толку

Глава 17. Валет

Глава 18. Беседа в беседке

Глава 19. Мозговой штурм

Глава 20. Шантаж

Глава 21. Игра

Глава 22. Кто она?

Глава 23. Восторг

Глава 24. Даже у чуда есть цена

Глава 25. Урок танцев

Глава 26. Список подозреваемых

Глава 27. Коллекция

Глава 28. Таинство Инициации

Глава 29. Сделка

Глава 30. Легенда

Глава 31. Черёмуха в снегу