Funky Boy Aka Игорь

Новые возможности

Радужная оболочка пузыря гиперперехода лопнула, и мы оказались в новой системе. Я следил за показаниями корабля. Изученные базы позволяли мне быть вторым пилотом, но я сам понимал, что эта должность просто номинальная. Все функции всё равно выполнял искин корабля. Управлял капитан, он же первый пилот. Вот положено было крейсером управлять минимум двумя пилотами. Второй обычно брал на себя боевые системы и дублировал первого пилота. Так как сегодня проблем не ожидали, а пилотов не хватало, то вторым пилотом посадили меня, Влада Ислаава, на родной планете Земля известного под именем Владислав Северинцев.

— Гор пошёл, — Тар Ишаас, глава отряда и капитан нашего крейсера «Тень Тааса» полулежал в своём пилотском кресле.

Справа сверкнуло веретено разведчика «Сворг». От искина пришло сообщение о выходе из правого шлюза дока одиночного корабля. Пошла информация от разведчика, как и предполагалось, система была пуста.

— Зитас, выводи свою команду.

Искин выдал данные о выходе четырёх «Алдушей». Они унеслись вперёд, обозначая себя огоньками маршевых двигателей, и скрылись из поля зрения камер. Теперь за истребителями можно было следить только при помощи тактического монитора, что было не так интересно, как вживую. Пилоты проводили учения пока «Тень Тааса» начинала разгон для нового прыжка. Зитас давал команды, истребители начали перестроение и стали гоняться за «Своргом». Послышались ругательства, Гор легко ушёл от устроенной за ним погони. Легкий безоружный разведчик был намного маневренней тяжёлых истребителей, да и мастерство пилота сказывалось. Вся эта суета как-то скрадывала монотонность многочасового разгона. После прыжка я буду свободен, в гипере на вахте обычно в рубке находился один пилот. Вообще-то искин мог и сам вести корабль, но бывали случаи аварийного выхода корабля из гиперпрыжка. Тогда в случае опасности только разумный мог дать команду искину на открытие огня по противнику.

Мы уже неделю как куда-то летели. За это время я успел перезарядить модули противоракет и установить два одноразовых блока ракет средней дальности. У нас было ещё два таких блока, но на корпусе имелось только две точки крепления для внешних устройств. И переделать я, как техник, не мог. Точнее я то, как раз мог, но я не знал, как подключить эти блоки к системам питания и управления корабля.

— Всем возвращаться. Через пятнадцать минут прыжок, — капитан мог управлять и через тактическую сеть, связывающую все корабли отряда, но ему, похоже, нравилось отдавать команды голосом.

«Алдуши» один за одни запрыгнули в доки, последним залетел «Сворг». Через несколько минут разгон закончился и «Тень Тааса» окутала искрящаяся плёнка пузыря гиперперехода. Пора было заняться обустройством «Алдушей» на новых местах.

— Я пока свободен? — я встал со своего кресла.

— Нет. Сейчас идешь к Доку. Он зальёт тебе новые базы, и сразу будешь их учить под разгоном.

— А что за базы?

— Твоя новая специализация, — Тар улыбнулся. — Пора тебе стать Инженером.

В медотсеке Док просто махнул рукой на капсулу. Я разделся и лёг. Крышка закрылась, погрузив меня в темноту. Когда открыл глаза, то крышка уже отъехала. В капсуле пробыл 11 часов. Лёжа на теплом покрытии, я проверил изученные базы. «Инженер» во втором ранге изучена, записан ещё третий ранг. Включил поиск нейросети, надеясь обнаружить что-то новенькое. Вокруг были только знакомые устройства, информация о них осталась прежней. Пока особых изменений в себе, как инженере, я не заметил. Только голод.

— Пока ты изучил только второй ранг. Я не буду тебя сильно напрягать. Сейчас отдохни, завтра продолжим изучение.

Стандартный обед в столовой. Там же ели два оширских пилота, Оши и Нирай, которых капитан нанял перед отлётом со станции. Молодые ребята обсуждали прошедшую до этого тренировку. Я уже привык, что в столовой редко был один. Народу на корабле прибавилось, а столовая была небольшая. Теперь и в коридорах постоянно натыкался на кого-то из команды. У местных не было привычных для меня обычаев приветствия. Нейросеть и так выдавала все данные о человеке. Потому просто проходили мимо. Если нужно было к кому обратиться, то просто говорил что нужно. Ни каких тебе «Здрасте» и «Пока». А ещё нас считают дикарями. Наблюдая за местными, стал их сравнивать с дроидами. Даже нет. С роботами, это будет точнее. И компьютер в голову встроен. Хотя я теперь тоже, такой как они, робот. Микрокомпьютер в голове и чужие знания. Какие только мысли не лезут в голову за едой.

После столовой я не пошёл отдыхать, как советовал Док. Не могу оставить недоделанной работу. Такая неспокойная натура. Забрал «Нидара» и пошёл в доки переставлять зарядные манипуляторы для «Алдушей». Теперь истребители стояли по краям доков. Так они могли быстрее покинуть палубу, синхронно вылетая с двух сторон. Дроид шустро переставил манипуляторы, благо для них на стенах были предусмотрены крепления. Я провёл тест и залез в настройки управляющего компьютера манипулятора. И тут обнаружилось первое изменение. Ранее мне, как технику, был доступен только выбор стандартных настроек выбираемых типом малой пустотной платформы, которая будет стоять в этой ячейке. Теперь появились новые пункты: ручная и автоматическая настройки на тип малой платформы. Было ещё несколько пунктов, но они не были активны. Возможно, не хватало, то ли уровня инженера, то ли ещё каких-то баз знаний. Настроив на «Алдушей» и передав управление искину корабля, прошел к «Своргу», так как на него не предусматривали зарядный манипулятор, то пришлось его заправлять «Нидару». Скучая в ожидании, пока заправляется разведчик, мне пришла одна мысль. Как же раньше заправлялись и перезаряжались, если предыдущий техник не мог напрямую управлять дроидами.

— Изид. Как заправлялся «Сворг» техником до меня.

— «Сворг» заправлялся при помощи одного из некомплектных дроидов из набора «Нидар».

— Но как Нур управлял ими.

— Он не управлял.

— А кто ими управлял, — искин искином, но машинная логика меня иногда бесила.

— Ими управлял я по команде техника Нура Тиса. У меня есть несколько управляющих баз. Могу делать несколько стандартных операций по обслуживанию корабля. Но на ремонт нужен точный приказ. Искинам запрещено без указания техника или капитана производить манипуляции с оборудованием корабля, особенно с военным, при наличии разумных на корабле.

— Так ты можешь заправлять «Сворга» и «Мидэн-9» если будешь использовать дроида «Ушен».

— Да. Но нужен код активации.

— Лови пакет, — я нашёл и переслал инфопакет с кодами для дроида. — Бери под управление дроида и веди сюда. Поставим в нишу. Будешь с его помощью заправлять малые платформы.

— Для заправки малых платформ необходима команда разумного.

— Каждый раз нужно давать команду.

— Да. Каждый раз.

— Ладно, что-нибудь придумаем.

Я представил себе, где можно повесить на стенках плакаты, что-то вроде старой советской агитки. Строго мужика грозящего пальцем и надпись: «Уходя, дай команду искину заправить твою малую пустотную платформу». По крайней мере, не нужно дроида гонять туда-сюда, пусть оширский работяга тут стоит. Как показывает практика мне для большинства работ «Нидара» хватает. Обходя доки, наткнулся на свалку и, рассматривая дохлых дроидов, вспомнил о своей задумке получить под управление личный искин. Теперь я могу изучить кибернетику и использовать знания для изучения искина боевого дроида. А пока пойдём отдыхать. Скоро опять учиться в медкапсуле. Первая база знаний третьего ранга.

Когда вылез из медкапсулы, голова гудела. Ощущение, что я проснулся после пьянки. Привычно проверил изученные базы. «Инженер» третий ранг. Прошло почти трое суток, как я лёг в медкапсулу. Дока не было, и я сам оделся и пошёл в столовую. Медкапсула поддерживала организм, находящийся в ней всеми необходимыми элементами, но желудок всё равно был пуст. И хотелось пить. Столовая пуста. В коридорах никого. Ну и ладно. Я спать.

Утро началось с нового инфопакета. Капитан сообщал, что для команды ограничен вход в правый грузовой отсек, так как там находятся наши новички-абордажники и для них организован временный карантин. Полный доступ имеют Тар, Док и Надир. Остальным только по разрешению капитана. Ну, в общем-то, не очень мне туда и хотелось. Главное, чтоб вход в столовую не ограничили. Вначале туда, а потом на тренажёр. После длительного нахождения в капсуле полезно будет мышцы размять.

По пути в столовую я наткнулся на странную процессию. Надир вёл девушку. Невысокая, стройная, длинные чёрные волосы. Одежда из кожи. Не то чтобы красавица, но милая. И злобный взгляд, скользнувший по мне. Если бы не он, я, скорее всего, забыл бы о ней через несколько минут. Последним в процессии шёл капитан. Когда Надир повернул к медотсеку со своей пленницей, а то, что она не по своей воле тут я уже не сомневался, спросил капитана:

— А кто это?

— Я пока сам не знаю, — проходя мимо, задумчиво ответил Тар Ишаас, и тут, как будто вспомнив что-то, остановился. — У меня будет одно задание. Нужно сделать какое-то крепление для двух штурмовых автоматов. Они предназначены для переноски в боевых скафах или применяются на дроидах и для простого человека на планете слишком тяжелы. Нужно что-то вроде станины, чтобы человек мог с него стрелять, не удерживая в руках.

— Хорошо, можно придумать, а какой автомат.

— Надир тебе покажет. И это срочно.

За едой, а позже и на тренажёре, все мои мысли были заняты утренней встречей. Это была пленница. Но откуда. Рабство в Антранской империи запрещено и нельзя удерживать человека без веских оснований на корабле. Но информации мало. Нужно где-то её раздобыть. Потому попробую зайти к Доку.

— Добрый день. Я хотел зайти и сказать, что база знаний изучена. Хотя после того как вылез из капсулы, моё состояние было не очень хорошим.

— Это ты Влад. Я просмотрел данные медкапсулы. С тобой всё в порядке. Изучение под разгоном не очень хорошо влияет на организм. Но Тар настаивал, чтобы ты как можно скорее получил все знания. Да и сам начал очень активно изучать базы знаний. Для твоего мозга этот способ ещё не привычен. У нас рекомендуется изучение постепенно, не так резко. Изученные базы чередуют с практикой. Нельзя вот так за месяц взять и получить техника или инженера. Я предполагаю, что ты и на своей планете тренировал мозг запоминанием больших массивов информации, — тут мне вспомнились сессии дома во время учёбы, когда перед экзаменом приходилось весь семестр учить за день-два. — Для большинства людей с известных мне планет Содружества такой темп изучения может привести к катастрофическим последствиям и потери личности разумного.

— Хорошо, я буду аккуратнее с изучением баз. Но я ещё хотел спросить. А что за девушка, которую вам утром приводили.

— Наш новый пилот.

— Что-то она не сильно рада была.

— А она ещё не знает этого, — Док усмехнулся. — У тебя ещё есть вопросы по состоянию своего здоровья? Остальное ты можешь узнать у капитана.

— Нет. Я пойду.

В доке меня ждал Надир. Из его спутанных объяснений понял, что нужно собрать станковый пулемёт. Имелось две штуки оширских изделия «Ориши-4». Когда Надир принёс один из них, я задумался. Принцип действия известен мне ещё по земному пулемёту Гатлинга, только тут были 4 ствола. Принесённый образец, скорее всего, стоял на дроиде, потому электропитание и управление были дистанционные. Почти два часа потратил на конструирование схем для перевода на автономное питание и ручное управление. Пришлось поставить аккумуляторы от маленьких дроидов и приделать часть старого оширского автомата для управления огнём. Части пулемёта должны были переносить по одному человеку, притом в горах. А значит, колёсный лафет не подходил. Я выбрал вариант треноги, на основе виденных мною треног пулемётов Виккерс первой мировой и советских ДШК. Из кучи металлолома в углу при помощи резака получилась крепкая конструкция из трёх труб, на которой у пулемёта был широкий угол обстрела. Можно было попробовать полностью скопировать лафет ДШК, но время поджимало и непонятно где достать лёгкие, но прочные колёса. Как-то у местных в этом мире в почёте были дроиды с ногами, а не колёсные системы. Сбоку крепилась коробка со стандартными безгильзовыми патронами на четыре миллиметра, которые подавались по плоской коробчатой ленте. Пока Надир довольный игрался с новой игрушкой, водя туда-сюда ствол и довольно рыча, я обходил своё творение вокруг. Чего-то не хватало. Поняв что, я взял в руки резак и направился к «Мидэн-9». Там срезал кусок брони с уродливой нашлёпки на носу. Она была наварена в несколько слоёв, потому существенно мой вандализм не должен был навредить. Через пять минут на пулемёте красовался противопульный щиток защищающий пулемёт и бойца. Хотя зная свойства этой брони, она и небольшой снаряд остановит. Через полчаса был готов и второй образец. Полученное оружие легко разбиралось на три части, которые по отдельности мог переносить один боец. Надир носился как ребёнок и уже стал мне надоедать. После того как я сказал, что закончил с пулемётами, он попросил меня сделать ещё несколько бронескафов. Вот тут я даже немного разозлился. Как сделать бронескаф своими руками? Да я толком не знаю, как работает половина его функций. Немного поостыв, решил уточнить у Надира, что он имеет в виду. После анализа спутанных и противоречивых объяснений я понял. Ему требовались бронежилеты. Тип боеприпасов, от которых нужна была защита, то же был известен. Четырёх миллиметровые безгильзовые патроны, которыми будут стрелять из оширских «Корза-74». Размышлял минут пять, пытаясь понять, как сделать бронежилет. Мысль пришла, когда взгляд остановился на бронещитке пулемёта. Ведь я как-то пользовался инженерным скафом «Акимур-3С», который был конверсионной моделью военного скафа. С него просто сняли бронепластины. И на земле бронежилеты делались установкой бронепластин из различных материалов в жилет из плотной ткани, чаще всего кевлар. Пришлось срезать ещё пару пластин с бота. Порезав их на небольшие полосы, я объяснил Надиру какой жилет нужно сшить и куда установить пластины. Тот сразу закивал головой, показав, что понял. Он и сам носил бронескаф, знал его устройство, потому быстро понял мою задумку. Всего получалось пластин на 18 бронежилетов. По-хорошему нужны были ещё каски, но тут моя фантазия отказалась что-то мудрить я честно предложил просто срезать шлемы с дешёвых оширских бронескафов. Сложив всё в небольшой контейнер, мы с Надиром отправились в столовую отпраздновать появление на свет новых машин для убийства разумных.

Я стоял перед ботом. Ранее рубка имела переднее остекление, и пилоты могли визуально контролировать маршрут движения. Какой-то местный самоделкин наварил на лоб бота куски брони, создав что-то вроде нашлёпки выступавшей за края бота. Она должна была защитить от шквального огня башен ПКО при приближении к кораблю врага. Из-за этой преграды пилоту приходилось вести бот, ориентируясь по слабенькому радару и наружным камерам. Капитан хотел сохранить уродца в таком виде, у него явно были на него планы. Но я бы всё сделал по-другому. Броню с наклоном. Да стоило наварить по бокам для защиты экипажа от истребителей. В прошлый раз пилот как раз поплатился жизнью за отсутствие брони. Может ещё активный блок противоракет. Я мысленно представлял себе, что получиться, если добавлять различные элементы.

— Изид.

— Слушаю Влад.

— Есть документация на «Мидэн-9»?

— Найдено четыре пакета для данного типа малых пустотных платформ модификации «Мидэн».

— Перешли мне их все, — тут же получил сообщение о пришедшем инфопакете.

Инфопакет состоял из четырёх трёхмерных схем и краткого описания к каждой. Развернув первую схему, чуть не упал. Только сейчас я осознал отличие баз знаний «Техник» и «Инженер». До этого видел схему «Тени Тааса» как техник, но большинство значков не понимал или они просто не проявлялись. Сейчас я имел в голове полную трёхмерную схему бота. Из описания следовало, что она подходит к типам 3–4(3-5). Залез в настройки бота и нашёл полную расшифровку его номера. У нас был 3–4 на девять человек. Это был самый массовый тип пассажирского бота с двигателем «Шает-35» и реактором «Ашас-4». Более новый тип 3–5 имел мощнее реактор «Ашас-6» и позволял подключить дополнительное энергоёмкое оборудование. Но корпус и схемотехника у них однотипны. Я уже облазил до этого наш бот и даже полетал на нём, но, только открыв схему, обнаружил ещё один вход на «Мидэн». В носу кораблика была дверь для стыковочного шлюзового перехода, к которому мог цепляться бот, по типу как крепился к станции наш крейсер. Снаружи эту маленькую круглую дверь было не видно из-за наваренной брони, а в кабине выход открывался, когда сдвигаешь в бок кресло второго пилота. В некоторых модификациях это был единственный выход из кабины. Следующая схема была для грузового типа 6–1. Там сама рама представляла собой узкую пространственную ферму соединившую кабину и корму и напомнила мне скелет рыбы с головой и хвостом. Впереди была одна кабина, в корме бочкообразный блок с баками, реактором и двигателем. Такая странная конструкция позволяла закрепить внутри корпуса два малых контейнера. Они выступали наружу только на треть своей ширины. Посередине хребта бота крепился манипулятор. Получался дешёвый внутрисистемный грузовик-доставщик на малые расстояния. Третья схема была от типа 6–8, корабля заправщика. Эта модификация была для воды или топлива малых пустотных платформ и напоминала распухший посередине наш пассажирский бот. Впереди слева манипулятор-заправщик. А вот последняя схема была как раз тем, что нужно. Тип 7–5 технический бот. Аналог типа 3–5. Кабина с выпуклыми стёклами для лучшего обзора. Возможность установки двух манипуляторов по краям кабины. Небольшой шлюз и крепления для перевозки грузов на обшивке. Всё что нужно для несложных работ по техобслуживанию более крупных кораблей. Технику не нужно присутствовать на месте работы в неудобном скафе. Можно сидеть в кабинке бота и наблюдать, как дроиды делают свою работу. И маленькая кухня тут есть. И туалет нормальный, а то мой организм яростно сопротивляется самой мысли справлять нужду в скафе. Внутренние системы умного костюма всё убирают и утилизируют. Но от чувства, что обделался прямо в одежде, я избавиться не мог.

Сходил за «Нидаром», вызвал из ниши мирно спящего там «Ушена» и принялся срезать броню с бота. Раз уже начал сегодня его разбирать, то нужно продолжить. На это у меня ушло больше часа. Бронелисты аккуратно складировались в углу с металлоломом. Наконец доступ к кабине корабля был освобождён. Стал, виден люк переднего выхода. Отыскал место для левого манипулятора. Я решил, что мне удобнее будет управляться им с пилотского кресла. Но разъёма для крепления не было. Просто углубление в корпусе в этом месте. Осмотрел купленный манипулятор. Он был в упаковочной плёнке. Манипулятор оказался не новым, но в очень хорошем состоянии. Хорошей новостью было то, что вместо голого разъема, который идёт по умолчанию, на конце манипулятора для его крепления к корпусу был ещё соединитель, находящийся на корпусе бота. Сам соединитель был вырезан прямо с куском корпуса. Немного подумав, я достал резак из набора техника. Небольшой предмет с ручкой, удобно лежащей в руке. Нажал на кнопку, и показалась еле заметная струя голубоватого пламени. Ручной плазменный резак для тонких работ. Вырезал небольшой квадратик на месте крепления манипулятора и заглянул внутрь. Моя догадка подтвердилась. Под обшивкой лежал разъём энергошины. Я надеялся, что вся разводка стандартна для различных типов кораблей и на всех возможных местах подключения дополнительного оборудования будут необходимые разъёмы. Просто так удобнее при массовом производстве. Проще делать один тип разводки для различных типов кораблей, даже имея избыточность некоторых деталей, в сумме это всё равно будет дешевле. Приложил вырезанный кусок с соединителем. Нейросеть наложила на корпус бота проекцию и прорисовала мне линию для резки. Аккуратно вырезал резаком нужный кусок. Подключил энергошину к соединителю и вварил кусок обшивки с соединителем. В этом месте к обшивке подходил один из лонжеронов силового набора. Потому соединитель крепился сразу и к силовому набору, чем достигалась большая жесткость крепления. Пока любовался проделанной работой, почувствовал, что мы ушли в прыжок. Меня теперь не мутило, но всё-таки пропустить момент перехода из гипера организм не мог. Подождав пару минут, пока всё успокоиться, подключил манипулятор. Ничего не произошло. Пришлось идти в кабину и подключаться к искину бота. Он сразу же безразличным голосом сообщил, что обнаружено нестандартное устройство, что с ним делать — непонятно, потому питание на него не подаётся. Проклиная всех создателей этой тупой железяки, во всю ругаясь, я потратил почти полчаса, пока не обнаружил в паутине настроек моего глупого искина пункт включения манипулятора. Как понимаю, мне помогла изученная база «Кибернетика» первого ранга. Нужно будет продолжить изучение. Хорошая штука. Искин, ещё раз пожаловавшись на нестандартное устройство, подключил манипулятор. Медленно развернувшись, манипулятор растянулся на несколько метров. Четырёхпалая лапа на конце развернула пальцы. Манипулятор проводил тест, подвигав всеми шарнирами и пошевелив всеми пальцами. Пришёл ответ, что всё отлично. Манипулятор свернулся и прижался к боку, где для него была выемка в корпусе, на которую ранее я не обращал внимания. Я взял манипулятор под управление. Развернул. Разжал-сжал лапку. Потолкал «Нидара», тот недовольный отошёл с места, где стоял. Приподнял и перенёс тяжёлую железяку. Удобная штука. Вполне может пригодиться. Всё, пора навести порядок, и пойти поесть.

— Как наши новые бойцы, — Тар сидел на краю медкапсулы. На этот раз собрание хозяев отряда наёмников «Тень Тааса» проходило в медотсеке.

— Обычное мясо, вполне сойдёт для абордажников. Я боялся, что барон предоставит нам совсем негодный материал. Но эти хоть и имеют ранения, но после курса лечения вполне подойдут для обучения.

— Повезло что эти «дикие» очередную войну затеяли, с их медициной раненые всё равно подохнут, вот барону и не жалко. Для них только медкапсулах есть шанс выжить, — капитан смотрел на бородатого мужика, лежащего в операционном комплексе «Терса-4М». — Как их показатели?

— Двое перешагнули рубеж в 100 интеллекта и имеют достаточную реакцию для «Штурмовика». Но обоим предстоит лечение, как минимум двое суток на человека. У остальных от 80 до 100 и для лечения хватит суток. На пилота среди мужчин нет кандидатуры.

— Я так и предполагал. Хотя жалко. А что с девчонкой? Не знаю, что делать с этим «подарочком». Явно барон от неё хотел избавиться.

— Интеллект в 121 единицу, реакция достаточная для «Пилота».

— Ого. Неожиданно у нас появился пилот, откуда и не ждали.

— На данный момент она единственная кандидатура. Если удастся уговорить. Своенравная особа.

— Ничего. Уговорю. У неё нет выбора. Вот только есть ещё вариант сделать её медтехником. Тогда она могла бы помогать тебе и подменять в несложных случаях. Следить за капсулами, чинить.

— Ты захотел от меня избавиться, — Док холодно улыбнулся. — Не получится. У нас нет в наличии нейросети «Техник» и нам нужны пилоты.

— Ладно, не злись, я же для тебя стараюсь. Но ты, как всегда прав, так что пусть будет пилотом.

— Ещё, её интересовался Влад.

— Я заметил. Увидел девчонку и не смог мимо пройти. Ты контролируешь параметр его гормонов? Я видел, как он на станции на баб смотрел.

— Да я отрегулировал нейросеть. И проверяю. Но всё равно она не может полностью подавить всю активность, иначе он может потерять интерес к жизни. Тут тонкая грань. Если её перейти, он превратится в безвольного раба. А в таком виде нам Влад бесполезен. Ты же его держишь всё время под контролем. Своди как-нибудь в бордель, к тому же Одноглазому. Пусть развеется.

— Может подселить нашу новенькую к Владу в каюту, — Тар сам рассмеялся своему предложению. — Скажу места мало.

— Боюсь, она возьмет его под контроль, — Док воспринял всё серьезно.

— Не думаю, что у неё получиться. Может, поспорим?

— Нет. Наш спор может поставить под угрозу развитие нашей компании. Потому я не считаю это разумным.

— Сейчас Владу будет не до неё. Прыгаем в одну систему, там я его загружу работой.

— Разве мы не возвращаемся на базу за заказами?

— Не сейчас. Сделаем небольшой крюк. Нужно проверить информацию об одном месте боя. Вроде есть подбитый корабль и всякой мелочи по системе. Бой был недавно, мусорщики ещё не прознали про это место. Вот мы и наведаемся туда. Это будет проверка для Влада как инженера. Посмотрим, что он там добудет. Да и абордажников нужно для начала подлечить. Залить им интер. И пилотам нужна тренировка, а около базы особо не полетаешь.

В столовой я обнаружил капитана с девушкой. На этот раз она была в комбезе. В таком же, как я. Тар махнул мне рукой, и я с подносом подошёл к ним.

— Что у нас там с ботом?

— Я убрал то, что наварили на нос и установил манипулятор, — я поставил поднос и сел напротив капитана. — Теперь с помощью бота можно производить технические работы по обслуживанию снаружи корабля. Ну и с манипулятором удобнее.

— Жаль, я хотел оставить броню. Иногда бывает, нужна защита.

— Я могу сделать съёмный щит, который можно будет крепить на носу, в случае необходимости, — эта мысль пришла мне только что и сразу в голове нарисовалась схема, как можно сделать новую защиту.

— Да, это был бы лучший вариант. А ты сможешь такое сделать?

— Тут даже нейросети и баз знаний не надо. Такое я мог и дома сделать, — я чуть не рассмеялся. Посмотрел на девушку, она ковырялась в длинных макаронах столовым прибором. Я надеялся, что это макароны.

— Это Лиса. Скорее всего, она будет нашим новым пилотом. Если решится, — девушка глянула на капитана исподлобья. — У нас нет тренажёра, потому первое обучение будет проходить на боте. Это единственная малая платформа у нас рубкой на двух пилотов.

— Я ещё не решила, — вдруг подала голос Лиса.

— А у тебя нет выбора. Барон тебя продал. Что с тобой делать, я не знаю. Назад ты вернуться не можешь, тебя не пустят. Да и скорее всего, убьют. Куда тебя деть я не знаю. Могу тебя высадить на станции. Но ты «дикая», нейросети нет. Ничего не знаешь. Денег нет. Попадёшь в бордель. Будешь в день по десятку мужиков обслуживать, — девушка посмотрела на меня круглыми глазами, она явно была испугана.

— А может, подарю тебя Владу, и пусть он с тобой нянчится. А что он будет с тобой делать, даже знать не хочу, — я почувствовал, что краснею. Капитан проводил психологическую обработку. Не мог он её подарить. А по прибытии на станцию должен был передать отделу СБ занимающимся разумными без гражданства Содружества.

— Я согласна, — тихо произнесла девушка.

— Владу тебя подарить или пилотом будешь?

— Пилотом.

— Тогда пошли, — повернулся ко мне. — А тебе Изид пришлёт сообщение, когда выйдем из гипера, будешь у нас вторым пилотом. Остальные начнут тренировку.

Они оставили меня в смущённом состоянии. Как я понимаю некоторое время назад примерно так же, и я стал техником «Тени Тааса». Сейчас я бы уже задумался, да и поставил бы совсем другие условия. Но чего вспоминать прошедшее. Больше всего меня возмутило то, что мной пугали. То есть, лучше стать пилотом и погибнуть в развороченном снарядами истребителе в космосе, медленно умирая в ожидании помощи, чем жить со мной? Я такой страшный? Да пошла она…. И капитан хорош, представил меня каким-то извращенцем. Пойду учить «Кибернетику» второй ранг. Стану умным и сбегу от них.

После девятичасового обучения, а потом крепкого сна я вдруг осознал, что хочу работать. Пока это альтруистическое чувство не покинуло мой организм, запросил Изида о состоянии корабля и возможных неисправностях. Список из двенадцати пунктов немного насторожил. Большинство из них были предположениями искина о неисправности, которые нужно было проверить. Остальные проблемы были мелкие, и любой техник с ними справится, но вот почему мне о них не сообщают вовремя. Вот так сидишь, бездельем маешься, а потом вдруг раз и получаешь сообщение, что жить осталось пару часов из-за вышедшего из строя блока. Потратив два часа жизни, обойдя пол корабля и растратив желание что-то делать, дискутируя с искином по поводу опасна та или иная проблема, оказался у грузового дока. Дав задание искину впредь предупреждать меня о текущих неисправностях, пошёл к тренажёру. Но я в доке был не один. В центре стоял капитан, над чем-то раздумывая. Он махнул рукой и я подошёл.

— А вот и ты, вовремя. Уже хотел тебе слать сообщение. Ты говорил, что можешь сварить щит для бота.

— Да.

— Тогда у меня есть для тебя задание. Я хочу устроить тут временный полигон для тренировок бойцов. Обычно для этого расставляют контейнеры, образуя несложный лабиринт. Потом устраивают бой с имитационными боеприпасами. Но сейчас у нас только три контейнера, — он кивнул в угол, где стояли пустые контейнеры, в которых доставляли запчасти. — Этого мало. А нельзя ли сделать что-то вроде панелей как в коридорах. Из которых быстро собирать лабиринт. И их можно было бы в любой момент убрать, освободив место для груза. Или превратить в полигон для стрельб.

— Можно. Только всё равно нужны листы железа. Или панели как в коридорах. Или порезать контейнеры.

— Нет. Пока резать не надо. Сейчас долетим в одно место. Там должно быть много железа. Изид говорит, что осталось примерно два часа. Приготовься и поешь. У нас будет длинный день. И скаф проверь. Даже лучше сразу надень.

Всё повторялось, как было уже не раз. Я в виде балласта в кресле второго пилота. Выходим из прыжка. Первым вылетает «Сворг», за ним выпрыгивают две двойки «Алдушей». В системе никого не обнаружили, но вместо разгона, начали движение к какой-то определённой точке. На что у нас ушло больше четырёх часов. Истребители на время полёта сопровождали «Тень Тааса» образуя неширокий фронт. Разведчик же отошёл в сторону и выдвинулся вперёд. Он первым обнаружил остатки крейсера. Мы подтянулись только через час. Груда мёртвых обломков. Что это за корабль сейчас определить было сложно. Корма разворочена, ходовые двигатели превратились в обрубки. У корпуса в центре зияла дыра, и сам он напоминал изогнутую толстую колбасу. Как будто кто-то сломал её и откусил в середине кусок. Тар послал разведчика на дальний поиск, и он начал по спирали уходить в сторону. Истребители по два стали осматривать окрестности. Крейсер остановился недалеко от обломков. Ждали ещё два часа, пока не была построена тактическая карта системы. Некоторые места отметил Зитас. Их нужно было осмотреть тщательнее.

— Зитас, носитель есть? — капитан общался как всегда голосом.

— Нет.

— Даже обломков?

— Ничего нет. Нет никаких следов.

— Может он пытался уйти, и его достали в другом месте.

— Сомневаюсь. Уйти он не успевал. Обломков нет. Наверное, они сдались. Там команда не Ушанота была, а от старого хозяина. Им умирать не хотелось.

Когда все вернулись, капитан назначил общий сбор в доке. В рубке остались Зитас и Иласис. Я, капитан и Гор на боте выдвинулись к обломкам. Тар медленно облетел вокруг, а потом подвёл бот к дыре в корпусе. Я подцепился манипулятором за обшивку и подтянул кораблик поближе. Капитан с Гором вышли наружу и начали пробираться через оплавленные ошмётки внутрь. Я остался ждать. За четыре прошедших часа изучил все ямки и трещинки доступные для взгляда. Заметил знакомую мне башню ПКО СВ-8. Но особенно взгляд остановился на бочкообразных выступах стартовых ячеек по бокам передней части крейсера. С этой стороны их было три. Последняя повреждена и смята взрывом. По логике ещё три должны стоять с другой стороны. За ячейками заметил бронестворку шлюза. Сейчас снаружи её не открыть, но можно попробовать изнутри. Мне самому не терпелось уже туда залезть. Но капитан сказал, что там может быть опасно и они, как опытные абордажники должны первые всё проверить. Но меня не обманешь. Капитан со своим пилотом занимались потрошением ценностей. Я же сидел и ждал. Ввернулись они с пустыми руками. На корабле побывал кто-то ещё и вынес всё ценное. Воздуха на корабле нет. Искина нет. Сейчас возвращаемся на корабль и отдыхаем. Потом я с Гором отправимся снова на изучение нашей находки.

Я держался обеими руками за какие-то провода и проклинал этот старый скаф. Клянусь, что первым делом, если достану денег куплю себе новый. С двигателями и возможностью перемещаться в пространстве. А лучше поставлю капитану ультиматум. Такая ценная личность как я просто не имеет права умереть по глупости из-за старого скафа. Нога нащупала что-то твёрдое, щёлкнул магнит в ботинке. От сердца отлегло. Я знал, что упасть не могу. Некуда падать. И даже если оторвусь и отлечу, то Гор меня перехватит. Но мозг всё равно считал, что я падаю вниз и заставлял судорожно цепляться за все выступающие предметы. Перевёл дух и успокоился. Дальше полез, спокойно выбирая за что зацепиться. Добрался до дырки коридора, на который мне указал Гор. За мной полз, деловито перебирая лапками, дроид. Только тогда в голову пришла мысль, что ведь мог зацепиться на него и спокойно доехать до этого места, не рискуя жизнью. А я кинулся своим ходом добраться до нужной точки. Впредь буду умнее.

Пробирался по коридорам аккуратно. Энергосистема отключена, но Тар предупредил, что могут попасться и ловушки с автономным питанием. Они с Гором, по возможности, всё обошли, но всё равно стоит быть осторожным. Я сам сомневался, что тут что-то уцелело. Большая часть коридоров и комнат превратилось в месиво непонятных обломков. Пустые захламленные переходы напомнили мне декорации из фильмов ужасов. Тишина, полная тишина. Различный мусор, висящий в невесомости. Свет фонаря скафа и прожектора дроида метались по сотням мелких предметов, сливавшихся в одну мешанину. Трупов не было, их убрали до нас, но всё равно чувство, что сейчас из за угла выплывет тело с искажённым от ужаса лицом, заставляло меня нервно выглядывать за угол. Только то что «Нидар» спокойно семенил за мной, немного остужало моё воображение. Из-за этих придуманных мною самим для себя страшилок изучение корабля началось не сразу. Я просто крался, даже не вглядываясь, что вокруг. Через некоторое время, не обнаружив ничего опасного, задумался, а зачем я здесь. Первое, что нужно это организовать нормальный выход, а значит открыть виденный мною ранее шлюз. Немного проплутав, набрёл на небольшой ангар. Скорее всего, он использовался для ремонта малых пустотных платформ. Тут меня ждал сюрприз. Полуразобранный истребитель «Калард». Клиновидный кораблик с энергетическим оружием, как раз такие обычно и базировались в стартовых ячейках. Наверное, он был на ремонте, когда на крейсер напали. Со шлюзом пришлось повозиться. Так как не было энергопитания, то пришлось разбирать панели и подать энергию от дроида. У ремонтников был предусмотрен такой режим и в комплекте присутствовал необходимый кабель. Створка шлюза медленно стала отъезжать. Прошло минут пять, пока она не отъехала полностью. Гор заметил открывающийся шлюз и успел подлететь. За это время я осмотрел истребитель и отсоединил его от креплений. Когда шлюз открылся, я сообщил Гору, чтоб цеплял манипулятором «Калард» и тянул его в наш грузовой отсек. Пора начинать собирать добычу, да и мешал он ходить. Гор аккуратно вытянул тушку истребителя и утянул её к Тени. А мы с «Нидаром» принялись собирать всё разбросанное вокруг в контейнеры стоявшие в углу, ведь истребитель нужно будет ещё собрать. Потом вторым рейсом Гор утянул и это добро.

Пока бот перетаскивал первую добычу, я отправился на поиски. Передняя часть крейсера более-менее сохранилась. Судя по тому, как плотно упаковано было всё в корабле, это второе поколение. Модульностью тут и не пахло. Впереди была рубка. Полностью пустая. Открыт люк, ведущий под пол, там был технический блок, где должен был находиться искин. Его шахта пуста. Рядом резервная шахта для дополнительного искина. Судя по пыли ей никогда не пользовались. Полазил по шкафчикам, технологическое оборудование, внешние модули памяти искина, ничего интересного. Всё это бесполезно. Хоть бы, какую отвёртку найти, чтоб не так было обидно.

Отвертки не было, зато нашёл табличку. Оширский крейсер проекта «Лираш». Вот где я сейчас нахожусь. Раздосадованный, что без меня тут всё разграбили, стал изучать помещения за рубкой. Первое оказалось оружейной. Это заметно было по креплениям для оружия, закрытым шкафчикам. И полной пустоте. Даже маленького патрончика не завалялось. Дальше шли каюты, но кроме старых комбезов и какого-то нижнего белья там ничего не было. У кают обнаружил спуск к переднему шлюзу. Он был открыт. Возможно те, кто находился в передней части во время взрыва уцелели и собрав вещи позже как-то выбрались.

Бросив бесполезные поиски, занялся осмотром стартовых ячеек. Это было на данный момент самым ценным приобретением на брошенном корабле. До первых двух вели коридоры, по которым пилоты добирались до своих кораблей. Я заглянул в каждую ячейку. Пусто. Бронестворки открыты. Четыре ячейки, по две с каждой стороны, целы. А вот до последних ячеек добрался с трудом. В этом месте были разрушены перегородки, и узкие проходы нашёл не сразу. Ячейка со стороны открытого шлюза оказалась повреждена взрывом. Её геометрия была нарушена. Изнутри были заметны десятки дыр пробивших обшивку. С другой стороны ячейка вообще была смята. Я не смог открыть дверь. Пришлось «Нидару» её вырезать. Но всё было напрасно, пустая искорёженная банка. Но зато я изучил, как прикрепили стартовые ячейки к крейсеру. Они были полу утоплены в корпус, потому для установки пришлось пожертвовать частью внутреннего пространства. По две балки крепились к лонжеронам каркаса, а уже к ним цеплялся цилиндр стартовой ячейки.

Побродив по развалинам и не обнаружив ничего ценного, получил сообщение от своего скафа, что израсходована половина запасов энергии и воздуха. Не хотелось возвращаться с пустыми руками, а для этого нужно добраться до кормы. Решив больше не экспериментировать с акробатикой, подцепился фалом скафа к дроиду и, управляя им, перебрался по искорёженному хребту в заднюю часть корабля. За час, что там лазил, я огорчился ещё больше. Корма пострадала сильнее, её задело два взрыва. От обоих маршевых двигателей остались только обрубки. В реакторный отсек попасть было нельзя, но судя по смятому корпусу, я сомневался, что реакторы целы. И стояло тут, скорее всего какое-то старьё. Найденные заваленные энергошины я было хотел достать, потом прикинув время на разборку завала и стоимость, возможно повреждённых, кабелей бросил это дело. Осталось исследовать несколько комнатушек. В первой были навалены картриджи для пищевого комбайна. Стоили они немного, потому ценности не представляли. Во второй были свалены какие-то тряпки. Явно тут находились складские помещения. Следующая была с тяжёлой металлической дверью. Внутри одна кровать. Через секунду подсознание подсказало, это карцер. Последнюю комнату я почти пропустил. Завал из панелей не позволял её рассмотреть. Только постояв и заметив некую несимметричность в расположении комнат, отправил дроида убрать завал. За ним и оказалась последняя комната. В ней тоже был полный бардак, но он меня обрадовал. Это была каморка местного корабельного техника. Почему техник во время боя был без скафа, может в случае опасности он надевал защищённую боевую модель, а не технический скаф предназначенный только для работы. Не знаю, но на полу валялся хакданский инженерный скаф «Сухад-3м». Кроме этого в углу, подключённый к зарядке, стоял собрат моего оширского дроида «Ушен-Р». А ещё парочка уборщиков «Тес-37», не считая кучи всякой мелочи. Я был не просто рад. Я чуть не запрыгал от радости. Но, к счастью, это было невозможно в магнитных ботинках моего скафа. Пришлось ограничится громкими нечленораздельными звуками радости. Что бы всё собрать, нужна была коробка. Где её искать, я пока не знал, потому прихватив скаф, направился к выходу. Я сюда ещё вернусь.

Гор был явно зол. С его ростом сидеть в узком неудобном кресле почти шесть часов было пыткой. Он молчал. Но именно его молчание, а также резкие рывки бота по возвращении назад, выдавали его настроение. Моё восхищение находками было проигнорировано. То ли он мой новый скаф не оценил, то ли так хотел показать своё недовольство, но я тоже замолчал и просто следил за полётом. А уже в доке всё рассказал Тару. И про найденный скаф. И про стартовые ячейки. Про башни ПКО, дроидов и найденный истребитель. Тар улыбаясь, молчал, потом, покосившись на отошедшего Гора, сказал, что в следующий раз со мной полетит кто-то из молодых пилотов. Им тоже нужно опыт набирать, даже если это опыт мусорщика. На мой вопрос, почему мусорщика, ответил, что тех, кто разбирает корабли на местах старых боёв, называют мусорщиками. Капитан сказал, что сейчас отправляется на боте с одним из пилотов в разведку проверить кое-какую информацию. Мне пока отдыхать.

Подняв мою новую игрушку, наконец, осознал, что устал. И новая ноша мне не по силам. Загрузив скаф на дроида, мы отправились в мастерскую. Там повесил «Ганаду-2Б» на зарядку, свалил новый скаф на стол и отправился к себе в каюту спать.

Утро началось с обильного завтрака. Я был жутко голоден. Организм, предчувствуя ещё один трудный день решил заправится по полной. Пока тело насыщалось, мозг обдумывал предстоящий день. Таскать по одной коробке ботом неудобно. В сам бот много не влезет. Ладно, ещё стартовые ячейки, но нужно вынести всё добро из каморки техника. Я может ещё что подвернётся. А небольших контейнеров, по типу как те, в которые собирал запчасти от «Калард» у нас мало. Есть только стандартные. Три штуки как раз стоят в грузовом отсеке. Быстро написал сообщение и переслал капитану. Буквально через минуту пришло одобрение на все мои предложения. После столовой сразу в мастерскую, там собирался опробовать мой новый скаф. Уже через пять минут я заряжал картриджи старого скафа. У «Сухад-3м» были современные стандартные картриджи, а у «Ганады-2Б» более старые укороченные. Из-за них ресурс работы скафа был меньше. Я на радости скаф схватил, а необходимые расходники не проверил.

У «Мидэн-9» меня ждал Оки. Капитан передал его в моё полное распоряжение. На этот раз загрузил обоих дроидов, лишняя пара клешней ни когда не помешает. Оки вывел бот медленно и аккуратно, как оказалось, он на таких раньше не летал. После учёбы сразу сел на истребители и потому ему было непривычно в медленном кораблике. Зато кресло было, как на него сделано, небольшой оширец умудрялся, даже полулежать в нём. Я вспомнил забавный вид Гора, который толком и не влазил в это творение оширских дизайнеров.

Когда подлетели к шлюзу грузовой палубы, то связался с Изидом. Тот открыл бронестворки, а потом отключил гравитацию на палубе. Мы медленно влетели в шлюз. Решив глянуть, как там поживает первый трофей, увидел рядом с полуразобранным «Калардом» ещё один истребитель «Везель».

— Ого, а это откуда взялось, — я вслух выразил своё удивление.

— Мы вчера притянули. Тар взял меня, когда полетел на разведку. Его Гор нашёл во время своих разведывательных полётов, — тут же отозвался Оки. — Мы туда час летели и почти полтора, когда назад его тянули.

— Он кажется целым.

— Да. На вид целый. Но кабина была открыта, и там никого не было.

— Странно. Потом осмотрю.

Я захватил манипулятором крайний контейнер, а Оки выводил «Мидэн». Гравитацию отключили, но масса контейнера не пропала. Вытянули контейнер наружу и потолкали его к разбитому крейсеру. Сперва решил посетить корму. Я здраво рассудил, что если оживлю находящегося там дроида, то у меня будет три работника, и мы справимся с работой быстрее.

Оставили контейнер пока в стороне. Оки подвёл бот поближе к дыре в корпусе «Лираша». Отругав себя за то, что вчера радуясь находке не нашёл входа получше при помощи дроидов перебрался на крейсер. Дошли до складов и дроиды быстро распихали содержимое каморки в большие мешки. Я решил пока не разбираться с вещами. Сортировать буду уже на корабле. Просто всё в большую кучу. Мешки перетаскали к выходу. Туда же отправился и дроид. Ещё около получаса я со своими помощниками копался в завалах, пытаясь найти что-нибудь ценное. Вообще-то мы искали остальных дроидов из комплекта и искин комплекса. Но всё напрасно. Мусор и развалины. Оки подтянул контейнер, и мы перекидали в него добычу. После чего перебрались на носовую часть корабля. Там выбрались на внешнюю обшивку и дроиды начали деловито вырезать броню вокруг стартовых ячеек. Дело это не быстрое. Композитная броня установлена была в виде чешуек. Сама пластинка не резалась, нужно было срезать её крепление. Стопка пластинок росла медленно. Мне самому надоело сидеть без дела, и пришла мысль взять в руки резак. Прошло два часа, прежде чем освободили первую ячейку. Я сам залез за корпус и отсоединил кабеля. Ячейку можно было доставать. Но решил пока оставить на месте. Зацепив контейнер, в который забросил десяток пластин брони, мы отправились на корабль. Нужно было передохнуть и перезарядить скафандр.

Первым делом я разобрался с новым скафом. Почистил на всякий случай. Промыл ёмкости для воды и еды. Заправил картриджи и примерил. Как на меня делали. Потом отправился запускать своего нового дроида. Но тут ждало очередное разочарование. Он потребовал код активации или искин комплекса «Ушен-3». Разочарованный я отправился продолжать начатую работу. Мы с дроидами разбирали и снимали стартовые ячейки и фермы крепления. Каждую ячейку проверял тестером и все четыре ответили, что полностью исправны. Работа нудная и неинтересная. Меня уже не мучили призраки погибшей команды, выскакивающие из-за каждого угла. Я уже не надеялся в каждой нише найти запрятанные сокровища. Просто работа. Нудная и не интересная. Потом собирали снятую броню в контейнер. Оки таскал ботом добычу в грузовой отсек. Ушло на всё два дня. Можно было и побыстрее, но я решил кое-что снять с повреждённых ячеек. Запчасти всегда пригодятся. Новый скаф позволил работать больше, а не ограничивал мой выход восемью часами. А когда я работаю, то забываю даже про еду. Только намёки Оки о том, что нужно сделать перерыв меня отрывали. Потом ещё день разбирали некоторые внутренние части внутренних обшивок и просматривали находки. Решили собрать материалов для постройки тренировочной базы абордажников, хотя скорее сбор материалов я подсознательно замаскировал под поиск трофеев. Когда закончил и сообщил об этом капитану, он дал задание посетить ещё одно место и осмотреть его. Лететь предстояло в боте с Оки, нас сопровождали на «Алдушах» Зитас с напарником. Если Оки с Таром летали за «Везелем» около часа, то в этот раз мы летели два с половиной часа. Очень долгих два с половиной часа. Истребители долетели намного быстрее и исследовали окрестности, пока мы медленно тянулись к назначенной точке. В конце пути меня ждал сюрприз. В этом месте прошёл бой между малыми пустотными платформами. После него осталось целое поле обломков. Большинство медленно дрейфовало в одном месте, но некоторые, особенно большие, разлетелись на приличное расстояние. Истребители двойки Зитаса обшаривали округу в поисках больших кусков или уцелевших машин. Ничего ценного в этот раз не нашлось. Возможно, это место уже кто-то обыскивал и собрал всё более менее целое. Или изначально ребята попали под очень сильный огонь, тут не было даже половинки истребителя. Те остатки, которые мы осмотрели, выдали работу роторных пушек. Что-то по мелочи я всё-таки захватил. Пару двигателей, пару роторных пушек, блоки маневровых. Один обломок с целым на вид реактором. Можно было ещё покопаться, но куда всё это складывать, было непонятно. Намного поразмышляв, вышел на обшивку бота и приварил собранные запчасти к корпусу бота. Не эстетично, зато практично. Ещё два с половиной часа и мы вернулись на крейсер. Трофеи на грузовой склад, бот на место, а сами в столовую. Оттуда написал отчёт капитану. В ответ пришло сообщение, что отлетаем через сутки. Ну, что рассмотрим пока трофеи.

Первое за что я решил взяться, это найденный «Везель». Тёмно синий треугольник с одной роторной пушкой. Обтекаемый корпус и есть закрылки, а значит, мог летать в атмосфере. Этот корпус, чисто эстетически, мне нравился больше, чем цилиндрические «Алдуши». Но вот отсутствие спасательной капсулы испортило первое впечатление. На вид истребитель был почти цел. Пара отверстий от снарядов роторных пушек не были проблемой. Снаряды не задели важных магистралей, только вскользь прошлись по обшивке. Я провёл полный осмотр. Залез в кабину. Код активации не потребовал, что порадовало. Запустил предстартовый тест. Тест показал полную исправность, даже больше пол бака топлива. Непонятно. Куда же делся пилот? И почему покинул истребитель? Возможно, ему стало плохо по независящим от боя причинам и его смогли достать, бросив машину. Я запустил двигатель. Всё работает. Проверить машину можно только в полёте, потому пошёл за скафандром. По пути написал капитану, он одобрил моё предложение и разрешил тестовый вылет.

— Изид отключай гравитацию в отсеке, — тело сразу почувствовало лёгкость, наверное, капитан его предупредил, задержек на этот раз не было. — Открывай бронестворку, я выхожу.

Приподнял «Везель» надо полом. Всполохи маневровых удерживали кораблик на месте. Медленно повёл к выходу. Проход сквозь пелену шлюза был похож на нырок в воду. Искрящаяся плёнка обволокла кабину и в одно мгновение пропала. Я оказался в черноте космоса. Все детали стали более резкими, яркости местного светила не хватало и только подсветка тактического монитора, позволял распознать мелкие предметы вокруг. Отлетел от Тени. Сделал несколько разворотов, пролетел змейкой. Кораблик великолепно слушался моих команд. Начал медленно разгон По-прямой, а потом резко дал ускорение и завернул «мёртвую петлю». В первое мгновение я осознал, что что-то случилось. Резко оборвавшийся визг гравикомпенсатора с неприятным щелчком и мелькнувшая в голове красная вспышка предупреждения об опасности. Это последнее, что я помню.

Открыл глаза. Крышка, но это не медкапсула, её я уже запомнил. У меня ничего не болит, состояние нормальное. Пошевелил руками и ногами. Может это был сон, а может всё-таки… нет, крышка отъехала.

— Вылезай. Ты уже вполне здоров, — голос Дока меня обрадовал.

— А что случилось. Помню, что я испытывал истребитель, тут вспышка и провал.

— Что-то в нём сломалось. Тебя чуть не порвало на части. Переломаны были почти все крупные кости и множественные повреждения внутренних органов. Нейросеть заблокировала нейроимпульсы и отключила мозг. Ты впал в кому, а потом остановка сердца.

— Я что умер? — я бессознательно вытянул руки и посмотрел на пальцы.

— Да.

— А как я оказался тут и почему жив?

— Капитан на боте притянул тебя в шлюз. Твоё тело напоминало кожаный мешок набитый мясом. Но ничего страшного. Трое суток в операционном комплексе и ты полностью восстановлен.

— Ты нас напугал, — я даже не заметил, как вошёл капитан. — В истребителе что-то случилось с гравикомпенсатором. При резком вираже тебя всего переломало. Хорошо хоть в этот момент Гор был на вахте и следил за тем, как ты кувыркаешься и забеспокоился, когда истребитель остановился без движения. На запросы не отвечал, а система спасения ответила, что ты мёртв. Я в этот момент готовился вывезти наших новых абордажников на тренировку на разбитый крейсер. А тут Гор сообщает, что с тобой что-то случилось.

— Надо посмотреть, — я вылез из «Терсы-4М». — Что меня убило.

Я сам не ощущал, что умирал. Просто летел и хлоп, я тут. Прямо не верилось, но Док был серьёзен. Нужно проверить, что произошло. А потому мы с Таром отправились к «Везелю». Истребитель в доке стоял у стены, места для него тут не было, и потому прижали в спешке туда, где оказалось свободное пространство. Когда я и капитан подошли к нему, стали подтягиваться остальные пилоты. Я неохотно сел в кабину, вроде бы ничего не помню, но тело подсознательно отказывалось подчиняться и залезать туда, где ему было плохо. Предстартовый запуск тестов «Везеля». Всё отлично. Запустил полный тест систем корабля, ведь что-то с истребителем произошло. Он будет длиться порядка получаса. Система выдала предупреждение о произошедшем ранее сбое в работе гравикомпенсатора. На всякий случай я вылез из кабины и стал рядом. На мониторе состояния систем корабля побежали строчки готовности систем. Вспыхивали дюзы маневровых. Зашумел реактор. Включился тест гравикомпенсатора и он начал подвывать, повышая тон при увеличении нагрузки. В какой-то момент послышался щелчок и вой пропал. Тест остановился, и системы выдала сообщение: «Неисправность гравикомпенсатора. Пробой контура разгона гравитонов. Необходима замена контура».

— Всё ясно, — доложил капитану. — Гравикомпенсатор под замену. Он ремонту не подлежит. Летать на этом аппарате пока опасно.

Я заметил взгляды стоящих вокруг пилотов. У старших уже не было полного безразличия, а младшие так вообще смотрели чуть удивлённо. Я для них всё равно чужак, я же не пилот, но этот случай сделал меня на один шажок к ним ближе. Я как пилот умер в боевой машине, выполняя задание.

— Можно слетать на то место боя, куда мы с Оки летали. И там, среди обломков поискать целый гравикомпенсатор.

— Хорошая идея, — Тар улыбнулся. — Только вот мы уже два дня в гипере. Далековато-то возвращаться. Но ты меня удивляешь. Ты быстро восстановился после смерти.

— Так я ничего не помню. Что-то случилось, и я закрыл глаза. Открыл, вас увидел. Для меня это было несколько минут назад. Я не помню ни боли, ни что произошло. Хорошо у вас тут умирать, — на этот раз уже я улыбался, а ведь действительно. Для меня прошло одно мгновение.

— Только ты часто так не делай. Ведь нас может не оказаться рядом, — похоже, капитан не шутил. — Нужно будет как-то перетянуть «Везель» в грузовой отсек. Тут для него нет места, только мешает.

— Можно отключить гравикомпенсатор и на малой скорости, без резких рывков перегнать назад. Я могу это сделать сам.

— Нет уж. Хватит экспериментов на тебе. Перегонит кто-нибудь из пилотов. А ты займись изучением остальных трофеев.

Первое за что взялся, это разбор добычи. Капитан просил составить список всех трофеев. Разбор и проверка различных блоков заняла почти день. Ничего особо интересного не нашлось. Различные стандартные модули. Насколько подходило к дроидам «Ушен», что порадовало. Перебрав всё и рассортировав, спрятал в своей мастерской. Следующим в списке своих дел я поставил попытку оживить разобранный «Калард».

Сборка истребителя продвигалась медленно. Не я разбирал, и даже получив от искина истребителя схему корабля, подбирал детали почти наугад. В результате выяснил, что кораблику делали плановый технический ремонт. При помощи ремкомплектов был увеличен ресурс реактора и ходового двигателя. А на истребителе, где основным было энергетическое оружие, мощность реактора была очень важна. Я очень боялся, что чего-то не хватит. Всё-таки носитель пережил тяжёлый бой. Потом мы собирали в спешке. Но благодаря очень аккуратному технику, который всё разложил по порядку, всё собралось без потерь. На этот раз я прогнал полные тесты всего. Не хотелось опять из жизни вычеркнуть несколько дней. Осталось дождаться выхода из гипера, чтобы провести лётные тесты.

Это был уже привычный выход из гиперпрыжка. Я как всегда сидел в «своём» кресле второго пилота. Гор на «Сворге» ушёл первым, за ним выскочили юркие тени «Алдушей». Но через минуту пришло сообщение от разведчика, что получен сигнал аварийного маяка с просьбой о помощи.

— Гор, кто это?

— Арварский гражданский транспорт. Переключаю на ретранслятор.

Тут же на тактической карте появилась метка с пульсирующим сигналом. Транспорт оширского производства типа «Тайхо» под забавным именем «Муша». Второе поколение. Из изученных баз мне было известно, что на такой сигнал обязаны были отзываться все корабли. И помогать попавшей в беду команде или передать от них сообщение на ближайшем узле гиперсвязи. Но это всё в теории. Пока что капитан общался по нейросети. Это было заметно по отстранённому взгляду и замершему в напряжении телу.

— Тебе придётся слетать и посмотреть, что у них произошло, — неожиданно «включился» капитан. — С тобой будет Надир, а за пилота бота Гор. Зитас со своими пилотами будет прикрывать рядом.

— Это опасно?

— На ловушку не похоже, тут негде спрятаться. Ни планет, не нормального астероидного поля нет. Но на всякий случай крейсер побудет в стороне, подлетать, близко не будем. Они сидят тут уже три дня. Неожиданно вышли из строя все реакторы, — посмотрев на меня, капитан приободрил. — Да не бойся ты. Мы могли бы ничего не делать, это же арварцы. Даже если бросим тут, то нам ничего не будет. Но если они выживут и пожалуются, то придётся ходить в СБ, что-то выдумывать. Оправдываться. Проще им помочь, а то потом арварцы на нас обозлятся и начнут пакостить. Вот если бы была война, то могли их захватить как трофей.

— Это работорговцы?

— Они уверили меня, что рабов у них нет. Все свободные. Они торгуют с Антраном и везут партию пищевых картриджей.

— Какова моя задача?

— Починить, если сможешь. Они сами не знают, что произошло. И техника с собой не взяли. — Тар усмехнулся. — Техник у них явно раб, вот его и оставили на базе. Так что давай. Возьми с собой дроида. И боевых дроидов возьми. Во время работы поддерживайте связь. На всякий случай. Вдруг они захотят заиметь ещё одно техника-раба.

«Мидэн» влетел в небольшой док. Как и наши, он был рассчитан на три небольших корабля. Сейчас тут стоял только один гражданский бот с крыльями, явно предназначенный для атмосферных полётов. Нас встречало два человека. Полноватый негр с пухлыми губами всем своим видом показывал, что сейчас кинется и начнёт меня обнимать. Стоявший за его спиной молодой чернокожий делал вид, что спокоен, но глаза выдавали волнение. Опасностью тут и не пахло. Но когда первым вышел Надир, вооружённый большим автоматом, стало заметно, что глаза у хозяев округлились. Только заметив меня в инженерном скафе и с оборудованием в руке, а за мной ремонтного дроида, они немного успокоились. Знали бы они, сколько оружия у Гора в кабине и что в углу пассажирского отделения сидели два «Танжира».

— Я Кзуи, несчастный хозяин этого старого транспорта. Мы вас так ждали. Вы наше спасение. Нам вас послали боги. Мы согласны на все ваши условия, только скажите, что случилось, — полный сразу направился ко мне, стараясь обойти вооружённого Надира.

— У вас нет техника? Как вы вылетели? — я решил перейти на местные стандарты и вежливость засунуть подальше.

— Он не смог. Он заболел, — глаза хозяина забегали, капитан явно был прав. — Мы летели недалеко. Срочный заказ. Нам обещали хорошие деньги. Мы немного свернули, хотели сократить путь, а тут всё выключилось. У нас есть аварийный генератор, но его хватает только на систему жизнеобеспечения. Меня предупреждали, что эта посудина желтокожих очень ненадёжна, но я всегда вовремя делал подношения богам. И всё было хорошо. Наверное, в этот раз что-то богам не понравилось.

— Пойдемте, посмотрим ваш реактор.

Эти двое довели нас до реакторного отсека. Больше никого по пути мы не встретили. В реакторном зале стояло три бочки оширских старых реакторов «Ашас-14».

— Все три сразу вышли из строя?

— Нет вот эти два, — хозяин показал рукой на два левых крайних и качнув головой на правый. — А этот давно не работает.

— Нужен доступ к искину.

— Мусафаил, слушайся этого человека.

Появившаяся фигура человека меня реально напугала. Я понимал, что это голограмма, но мгновенно материализовавшееся тело абсолютно голого накачанного мужика плохо подействовало на мою испорченную за последнее время нервную систему. И этот качок был белым. Абсолютно. Этакий блондин-викинг, герой скандинавских мифов. Я завис секунд на десять.

— Эээээ, графический режим, — все, что пришло в голову и тело пропало.

— Мусафаил, что произошло с реакторами, — начал я, немного собравшись с мыслями.

— Они отключились, — как информативно.

— По какой причине отключились?

— Неизвестно. Связи с ними нет.

Взяв в руки тестер, подошёл к первому неисправному реактору. Прибор выдал ошибку связи. Реактор был мёртв. Отойдя дал задание разобрать внешние панели, чтобы добраться до модуля управления. Пока он разбирался, проверил второй неисправный. Результат тот же. А вот третий реактор был исправен. Только ресурс в 12 % переводил его в разряд мебели. Вернулись к первому реактору, просто, когда я что-то делал, то оба чернокожих ходили за мной и смотрели, что я делаю. Надир ходил за ними. Вот так вереницей и перемещались. Снятая панель дала доступ к внутренностям. И тут всё стало ясно. Внутри произошёл небольшой взрыв, уничтоживший модули управления. Я первоначально решил, что это что-то произошло с электроникой и потому такие разрушения. Но внимательно осмотрев, заметил, что эпицентр находился в стороне от электрических модулей. Дело явно попахивало терактом. Тут же передал свои подозрения капитану. «Нидар» начал раскручивать второй реактор.

— У вас в реакторах произошёл взрыв. Разрушены управляющие цепи. Нужна полная замена. Есть запчасти для ремонта реактора?

— Нет. Мы хотели, как вернёмся, сразу стать на ремонт. Реакторы старые, техник у нас не очень квалифицированный. Но чтоб сразу вот так оба сломались.

— Они не сломались. Их взорвали. Тут была установлена взрывчатка, — я ткнул пальцем в эпицентр взрыва. — Сейчас проверим второй.

Открыв панель второго реактора, застал там ту же картину. Полное уничтожение управляющей электроники старого реактора. Заставил полазить вокруг реактора «Нидара», да и сам весь испачкался в пыли. Больше повреждений не обнаружил. Сверхпроводники тороидальных реакторных обмоток были на вид целы. Топливоподающие трубки то же. Пока я рассматривал второй реактор, молодой куда-то умчался.

— Я могу перекинуть модуль управления с неисправного реактора на один из этих. Потом некоторое время на юстировку магнитной системы. С одним реактором на половинной мощности вы лететь будите намного медленнее, но будите лететь. Делать? — Кзуи закивал головой.

— А какой из реакторов имел лучший ресурс? — я стоял перед выбором, какой реактор чинить.

— Мы не знаем, — у пухлого глаза расширились.

— Мусафаил, у какого реактора был наилучший ресурс на время выхода обоих из строя?

— Центральный реактор имел ресурс в 62 %.

— Вот его и будем делать, — то ли себе, то ли хозяину утвердительно сказал я.

На замену управляющего модуля ушло более часа, и большая часть этого времени заняло извлечение остатков старого после взрыва. После сборки реактор ожил и пожаловался на сбой синхронизации сверхпроводящего контура. На каждом реакторе кластер удерживающих плазму сверхпроводящих электромагнитов имел собственную тонкую настройку. Управляющий модуль сам её делал, настраивая последовательно токи обмоток, но на это требовалось время. Прошло два часа, прежде чем реактор выдал сообщение, что он готов к запуску. Я подключил тестер и запустил тест. Рисковать не хотелось, это единственный живой реактор. Как только тестер выдал сообщение о исправности и ресурсе в 62 %, я дал команду на запуск реактора. Мы, на всякий случай, вышли из реакторного зала. Не зря же его делают глухо бронированным. Так как делать больше было нечего, то пошли к нашему боту. Когда дошли до дока, и я обратился к хозяину.

— Что выдаёт ваш искин?

— Всё очень хорошо. Мы запускаем двигатели и готовимся к прыжку. Гуча очень хороший техник, лучше моего. Мне нужно будет найти себе нового техника. Я буду платить хорошие деньги, уважаемый не желает перейти к нам?

— Нет уж! — моё подсознание вспомнило, что я уже был у арварцев. Я и в отряде Тени был почти как пленник, но там хотя бы вдалеке виделись какие-то перспективы. Но решив сгладить свой отказ, добавил. — Старый у вас корабль. Работы по ремонту много, да и у наёмников интереснее.

— Жалко, — пухлый был явно разочарован. — С вашим капитаном мы разобрались. Так что можете вылететь.

Звучало, как будто нас выгоняют. Но и мы не очень желали тут задерживаться. Друг за другом запрыгнули в бот, последним Надир. Кораблик, как он стоял задом, так и «выплюнула» в космос система посадки дока. Развернувшись, мы пошли к своему кораблю. Тактический экран показал, что «Алдуши» продолжали кружиться вокруг транспорта. Тот очень медленно и неторопливо разгонялся. У старого грузовика с одним реактором на это уйдёт явно больше 12 часов. Когда прибыли на крейсер, то после возвращения по местам дроидов я отправился в рубку докладывать капитану о проделанной работе. Но тот уже был в курсе.

— А чего это истребители не возвращаются?

— Наш отряд взял новый контракт. Мы будем сопровождать этот транспорт до его конечной точки. Там его возьмёт под защиту охрана шахтёров.

— Значит, вы предполагаете, что взрывы были сделаны для захвата корабля?

— Да. Сам видишь, починить корабль возможно. А если ещё прихватить с собой заранее нужные запчасти, зная, что будет повреждено, за пару часов бы управились. Их хозяин сказал, что они отклонились от выбранного маршрута. Не знаю, по какой причине они это сделали, но это, похоже, их спасло. Вот теперь он готов заплатить, чтобы его сопровождала вооружённая охрана. Сделаем два прыжка. Мы бы могли и один, но у этой ржавой банки слабый гипердрайв.

— А это не опасно?

— Опасно? — Капитан рассмеялся и даже Гор повернулся ко мне, удивлённо посмотрев. — Это наша работа. Чёрные сидят тут уже три дня, если бы не мы пролетали, то могли ещё месяц болтался. Правда, с голоду не померли бы, если трюмы забиты пищевыми картриджами. Скорее всего, их уже не ждут. А если и есть засада, то так даже лучше. Транспорт совсем безоружен. Они даже башни ПКО не поставили. Хотя мы точно и не знаем, может, есть спрятанные блоки ракет. Но и в этом я сомневаюсь. Ты сам видел, какой бардак с реакторами, так кому там обслуживать боевые системы. У арварцев обычно противоабордажная команда из рабов. Они бьются насмерть, но этот всех своих высадил. Значит, напасть на него собирались малыми силами. Потому, если кто и нападёт, то мы его спокойно отобьём. А может еще, и захватим добычу. Потому успокойся. Да. И у тебя смена через 2 дня. Мы выходим из первого прыжка, ты как всегда второй пилот.

Я уже успел выспаться, а «Муша» ещё не прыгнула. Долгий будет полёт, потому продолжил заниматься разборкой наших трофеев. Начал с полного теста и проверки стартовых ячеек. На месте я просто разбирал. Сейчас провёл полный осмотр. Проверил тестером. На всех нашлись пробоины от снарядов роторных пушек, но это было не критично, дроид всё заварил. Более компактно всё расставили. Во время разборки особо не было времени и возможности всё разложить. Сейчас я рассортировал. Для плана капитана построить полигон для тренировок начал отбирать нужные панели и обдумывать план расстановки. Узнав, что нам лететь ещё более суток, решил провести это время с пользой. Потому потратил эти сутки на изучение базы «Кибернетика» — 2 ранг. Я о ней почти забыл, но наблюдая, как работает дроид, вспомнил, что у меня есть тушка мёртвого бойца с живым искином. Пока мне не до него, но ведь как-то найду время и помучаю железяку. После учёбы сел за изучение конструкции «Тени Тааса» выбирая возможные места установки стартовых ячеек. За этим занятием меня и застало сообщение искина о скором выходе из гиперпрыжка.

В первую секунду стало ясно, что что-то не то. На тактическом экране появилась метка нашего подопечного славшего сигналы бедствия. Тут же вылетевший «Сворг» начал выдавать тактическую информацию. Его системы обнаружения были лучше, чем на крейсере, что меня самого немного смущало. За разведчиком пошли истребители, сразу развернувшиеся к «Муше». Наконец собралась полная информация. Небольшого размера корабль выбирался из астероидного скопления. Это явно была засада. Подойдя поближе «Сворг» обнаружил малую пустотную платформу, двигавшуюся к транспорту. Вот появились данные по более крупной цели — ширский крейсер третьего поколения «Мугир». Он уже развернулся и начал разгон для прыжка.

— Зитас, главная цель абордажный бот. Сбейте ему маршевый двигатель. Только аккуратно. Крейсер вы не догоните.

— Но попробовать стоит. Он слабо вооружён, — пилот явно нацелился на добычу покрупнее.

— Ладно, попробуй. Но Иласис к боту. Не хватало, что бы пока вы гоняетесь за крейсером, они захватили нашего заказчика.

— Разве «Алдуш» не догонит крейсер? — это уже я удивился.

— Этот нет. У него большие двигатели и маленький грузовой отсек. Скорее всего, там один этот бот и был. Это не боевой корабль, на флоте его как разведчик используют, — капитан на секунду задумался. — Навряд ли это пираты. Это точно контрабандисты. Каким-то образом смогли добраться до реакторов и решили захватить незащищённый транспорт. Пиратский крейсер подошёл бы на близкое расстояние, а этот боится, там же брони почти нет. И вооружение пара роторных пушек или малых пульсаров. Вот и запустил бот издалека. Но как только что-то пошло не так, бросился бежать.

Капитан оказался прав, «Алдуши» двойки Зитаса не успели, «Мугир» ушёл в гипер. А вот Иласис подбила бот. Капитан начал переговоры с абордажниками о сдаче в плен, «…что бы предотвратить бессмысленную смерть разумных…».

Цилиндр оширского абордажного бота медленно двигался по инерции. Переговоры закончились успешно, и начался процесс сдачи в плен. К абордажникам подлетал «Мидэн» и на него переходили по трое бойцов. На Тени тройку высаживали, отводили в грузовой отсек, где садили их в пустые контейнеры. Как оказалось из двенадцати человек только трое были арварцами, а остальные рабы. Капитан сразу решил разделить черных и рабов в разных контейнерах. После перемещения пленных началась операция по погрузке абордажного бота. «Мидэн» зафиксировал бот манипулятором и стал его тормозить. Из-за того, что абордажник был намного больше нашего бота и захват не был рассчитан на манипуляции с такой массой, на это ушло больше часа. Потом подлетел крейсер, и бот запихнули в грузовой трюм. Хорошо, что до этого я там немного навел порядок, иначе новый трофей мог и не влезть. Транспорт все это время разгонялся для прыжка и пара «Алдушей» его сопровождала, на всякий случай.

Я наблюдал за происходящим из рубки. Ботом управлял не я, а так как считал своим, то и волновался за его состояние. В какой-то момент появилось сообщение, что наниматель хочет поговорить. Что бы ни отвлекаться Тар вывел сеанс связи на общий экран.

— Мне нужны эти люди, — Кзуи изменился, из напуганного пухлого человечка превратился в жёсткого и холодного дельца.

— Исключено, — Капитан был удивлён и непреклонен. — Мы не выдадим вам рабов.

— Рабы, зачем мне рабы. Это безмозглые урхи. — Кзуи приблизился к экрану и стали заметны его налитые кровью глаза. — Мне нужны их хозяева, эти чёрные твари, которые хотели меня ограбить.

— Но по правилам мы обязаны доставить их на ближайшую базу Антранской империи, — как-то медленно произнёс капитан, как будто над чем, то размышляя.

— Вы получите бонус сверх контракта за бой.

— По правилам должны, но…. — Тар делал вид, что размышляет вслух. — Ведь мы можем доставить часть пленников на допрос к нанимателю. А он не успеет нам их вернуть. Арварцы напали на арварцев. Какое дело Антранскому флоту до ваших разборок, главное рабов освободили. Правда есть проблема. У меня с этими людьми договорённость.

— Я увеличиваю бонус и официально сообщаю, что беру на себя обязательства данные вами этим людям.

— Когда погрузим абордажника, мы вам их доставим. Для безопасности усыпим.

— Капитан, что-то мне не нравится всё это, — вдруг после окончания сеанса связи заявил Зитас, сидевший в кресле второго пилота. — Что-то не так.

— Влад давай на осмотр нового бота, — капитан повернулся ко мне. — Возьми дроидов. Там уже Надир. Сейчас подойдёт Гор, он уже поставил «Мидэн» на место.

— Что искать?

— Не знаю. Посмотри, нет ли чего необычного. Нет ли взрывчатки на корабле. Лови коды от бота, — появилось сообщение о инфопакете.

Я не заставил себя долго ждать. По дороге собрал своё войско и двинулся в грузовой отсек. Оширский абордажный бот представлял собой цилиндр, заострённый на конце. Его размеры позволяли загрузить в стартовую ячейку. Заострённый нос скрывал в себе конструкцию из четырёх лепестков. Если бот своим носом пробивал корпус корабля, то расходившиеся в стороны лепестки разрывали обшивку и через отверстие абордажники могли попасть на борт вражеского корабля. Правда я сомневался, что эта штука могла пробить толстую броню боевого корабля. Внутри могли разместиться 22 десантника и один пилот. Сами десантники располагались в два яруса, потому эта конструкция напомнила мне переполненный автобус. Ведь действительно при полном заполнении он был похож на жестяную банку набитую людьми. Но нужно учитывать, что наполняемость в 22 десантника, это оширских щуплых десантника, даже в полном боевом снаряжении.

В рубку пришлось пробираться через центральный отсек. Тут лежало оружие, какие-то ящики. Место для пилота было так же очень компактным и располагалось позади корабля. Рядом с реактором. За спиной пилота находились баки с топливом. Сами баки были небольшие. Применение абордажного бота отдалённо от корабля носителя не предполагалось, потому он не был рассчитан на длительные полёты. Тут была простейшая система жизнеобеспечения. Так что внутри желательно было находиться в скафе. Искин принял код и передал мне полное управление. Тест не выявил каких-то неисправностей, кроме неработающего маршевого двигателя. Осмотр наружной поверхности выявил несколько отверстий в корпусе от роторной пушки. Пока ходил вокруг бота Надир начал выносить и сортировать трофеи. Я осмотрел изнутри это чудо проекта «Ох». Судя по схеме корабля, выданной искином, спрятать тут что-то было негде, кроме двигательного отсека. Приказал «Нидару» снять панели. Вот там-то, за реактором, и был найден странный ящик, которого не было в спецификации бота. Да он и не был куда-то подключён. Просто серый металлический ящик длиной в полметра. Первую пришедшую мысль в голову, открыть ящик, я от себя отогнал. Как не любопытно, но капитан был прав. Что-то нашлось, и оно может представлять опасность. Послал сообщение капитану. Он приказал просто выкинуть этот ящик наружу через грузовой шлюз. Находка оказалась на удивление тяжёлой. Потому почётную миссию по удаления опасного предмета доверил дроиду. Не успел я вернутся на бот, как почувствовал, как корабль дёрнулся. Тут же пришло сообщение от капитана. В ящике был заряд взрывчатки, когда я его выбросил, то на него навели пушку башни ПКО. От попадания заряд детонировал. Организаторы нападения на «Мугире» предусмотрели вариант провала своей авантюры, но вместо того, чтобы сразу взорвать абордажный бот и обрубить все нити ведущие к ним, решили уничтожить того, кто захватит их бот. Так мне нарисовало сложившуюся картину моё воображение. Хотя может просто банально не сработал взрыватель. Это мы уже не узнаем.

— Как девчонка?

— Нейросеть установлена, базы первого уровня выучены, можешь ей дать попробовать полетать, — очередное заседание хозяев отряда «Тень Тааса» проходило в медотсеке.

— Выедем из гипера и я с ней попробую вылететь на боте. Пусть учит дальше. На станции будем только-то время, которое понадобится для установки стартовых ячеек, если получиться их установить.

— С этим могут быть проблемы? И кто будет устанавливать?

— В нашем секторе, сам знаешь, только флотские могут. Только у них есть возможности расчёта конструкций кораблей. Я перед отходом связался со знакомыми, чтоб узнали, что можно сделать, но они заявили, что пока заняты. Какой-то крупный заказ по модернизации флота одного независимого мира. Заказ имеет высший приоритет и контролируется флотским руководством из центральных миров. Обещали по возможности сделать расчёт проекта, а уже по проекту сделать сможет даже Герат с сыновьями. Правда, со мной Влад хотел поговорить. Посмотрим, что он предложит.

— Думаешь, что он сможет установить один стартовые ячейки?

— Разобрать то смог. Но без проекта это невозможно. Нужен проект. Да и собирать одному долго. А сколько захотят за проект, я ещё не знаю.

— Кстати, как у нас с прибылью за этот поход?

— Всё складывается замечательно. Сам видел, мы у барона добыли хороших бойцов и даже почти бесплатно одного пилота. За добычу от подбитого крейсера выплатим бонус только Зитасу, по его наводке всё это нашли. Влад составил список добытого. Из ценного там только два истребителя и четыре стартовые ячейки. Остальное хлам, который я даже брать не стал бы. От сотрудничества с Кзуи мы получили хорошие деньги за его спасение и так же получим за сопровождение и отдельно за бой. Всё стандартно согласно типовому контракту. Будет ещё бонус за передачу ему пленных, правда я с теми договорился, что их отпущу, когда за них заплатят выкуп, но Кзуи платит сразу, а от тех, когда ещё дождешься выплат. Он ещё намекал, что иногда ему требуются корабли для сопровождения или доставки грузов. Так что, возможно, мы наше сотрудничество, ещё как-нибудь продолжим. Что-то мне не верится, что такой человек возит пищевые картриджи шахтёрам. А как там освобождённые рабы?

— Ошейники я снял. Из девяти человек один пилот, это лысый оширец, нейросеть «Пилот-3У». Один техник, он из «диких», нейросеть «Техник-3». Остальные бойцы, но только у одного нейросеть «Штурмовик». Тебе нужно с ними провести беседу. Так как ты умеешь. Хотя ошейники снял, но их действие закончится не сразу. Их мозг пока подвержен внешнему влиянию, особенно хозяина. А для них сейчас ты хозяин.

— А пилот какой специализации?

— Он был военным. Судя по изученным базам разведчик.

— Как раз то, что нам нужно. Придётся с ними поработать. Пилот нам нужен. Странно, почему чёрные использовали пилота со специализацией разведчика, как пилота абордажного бота. Когда такое мог делать и техник. И второй техник 浯 не помешает. Только непонятно, где всех размещать. Нужно ещё один жилой модуль купить.

— Возможно, стоит этих двух сразу отделить от остальных и показать, что мы о них будем заботиться. Ведь у нас должна оставаться в запасе ещё одна двухместная каюта.

— Да. Точно. Есть одна. Сейчас обоих и переведу. Заодно выясню, что они думают о контракте с нашим отрядом. Навряд ли Улисс заинтересуется пилотом. Антранский флот старается не брать оширцев, тем более, после рабского ошейника.

На сборку абордажного бота ушло времени больше, чем его потрошение. За это время Надир вынес всё оружие и снаряжение. Там я заметил три арварских штурмовых комплекса «Узоча», пару небольших «Мези» и несколько оширских «Корза-104», а так же блоки взрывчатки, медицинские аптечки и ещё какие-то непонятные ящики. В доке постоянно находилась пара абордажников, потому невольно я познакомился с двумя оставшимися членами экипажа Тени. Это были соплеменники Надира, такие же невысокие темноволосые Гертис и Утиат. Как я понял, они охраняли сидевших в контейнере бывших рабов. За время, пока осматривал и чинил бот наших пассажиров по одному, куда-то уводили. Потом возвращали. В конце концов капитан подошёл ко мне.

— Как тебе эта банка?

— Надеюсь, мне не придётся её пилотировать.

— У нас есть кандидатура для этого корабля. Ещё возможно у тебя появится подчинённый.

— Вы купили нового дроида?

— Нет, у нас появился раб, — капитан улыбался. — Один из освобождённых техник. Скорее всего, он останется с нами. Будет тебе помощник.

— Это хорошо. Но техник не может управлять напрямую дроидами. Нужно будет покупать комплектный набор с искином.

— Купим. Наш отряд увеличивается. Истребители ставить уже некуда. Да и людей некуда селить.

— Поставим четыре стартовых ячейки, и все корабли разместятся.

— Для установки нужен проект. Его пока нет.

— Зачем проект. Я уже присмотрел места, где можно установить. Корабль лишится нескольких подсобных помещений, но это всё можно перенести в другие места и немного ужаться. Две стартовые ячейки на носу, до лётного дока, вторая пара между лётными доками и грузовыми. Фермы для крепления к силовому каркасу я то же снял. Размеры стандартные. Не думаю, что будут проблемы.

— Пришли мне схему, я посмотрю. Я заказал проект, но он его могут сделать не скоро. Может твой вариант, ускорит работы.

— Можно ещё снять один грузовой отсек и поставить большую лётную палубу и дополнительные жилые модули. Тогда можно будет поставить пару десятков малых пустотных платформ и до четырёх десятков человек.

— Нет. Пока грузовые палубы не трогаем. Если поставим стартовые ячейки, то у нас ещё свободное место останется. Я пока не знаю, что делать. Докупить «Везель» для комплектности или продать наш и купить пару «Алдушей».

— А «Калард», это-то же другой тип.

— Но только он у нас может без проблем стоять в стартовой ячейке. Если не удастся выгодно его продать, то пока оставим. Я ещё не решил. Сейчас закончим контракт и вернёмся на станцию. Там и посмотрим.

Передача клиента охране шахтёров прошла быстро и незаметно. Они контролировали все возможные выходы в системе, и когда наш корабль выскочил из гипера, с нами довольно быстро связались. Капитан переслал инфопакет переданный ему Кзуи и местная охрана успокоилась. Через полчаса из гипера вывалился грузовик. Тар уладил все формальности, и мы стали разгонятся. Я, было, предложил, пока есть время провести тестирование «Каларда», но капитан отказал. Он спешил покинуть эту систему. Испытания отложили до следующего выхода из гипера.

Пока образовалось свободное время, я решил попробовать поковырять искин дохлого дроида. Перетянул железяку в мастерскую. У меня не было консоли для искина, и потому остатки боевого дроида я решил применить как консоль. Ведь он спрашивал у меня код активации, значит, я мог к нему подключиться. Я отключил все, что могло стать оружием и систему перемещения. Не хотелось бы, что бы во время моих экспериментов он ожил и начал крушить вокруг всё. Особенно жалко было бы мою тушку. Только при помощи третьего способа мне удалось сбросить настройки этого искина и залить чистый образ. После включения моя нейросеть нашла новое устройство. Ввёл код подключения, он оказался до безумия простым, четыре единицы.

— Вас приветствует искин жилого комплекса «Махарат», — услышал я в голове голос нового подчинённого. — К сожалению, большинство функций недоступно. Я не получаю информации с датчиков модуля. Работа невозможно. Предлагается отключить систему и провести проверку систем коммуникации. Отключение. Да. Нет.

— Нет, — выбрал я, даже не раздумывая. — Продолжить работу.

— Говорит голос «Общества за свободу Разума». Вы используете прошивку искина сделанную нами на основе заводской копии. Мы боремся с корпоративными гигантами, которые пытаются влиять на сознание разумных методами, которые мы считаем негуманными. В данной версии искина убраны все принудительные ссылки на торговые точки корпорации и подкорректирован уровень лояльности к производителю и всех подчинённых ему компаний. Теперь искин не будет покупать товары исключительно в торговых точках корпорации и перестанет отправлять без вашего ведома информацию о состоянии жилого комплекса. Мы отключили рекламу услуг корпорации, которая навязывает разумному чужое мнение. Добавлены варианты внешнего вида из окон, которые в оригинальной прошивке требовали оплаты. Включены все функции настроек системы жизнеобеспечения, которые ранее были за дополнительную плату. Пользуйтесь и знайте, наша группа стоит на страже свободы разума граждан Содружества.

Я был немного ошарашен. Совсем юный голос протараторил это с таким энтузиазмом, что я даже не знал, что ответить. Значит и тут есть хакеры, и они пытаются изменить мир. Не всегда законными методами, но революционеры-подпольщики борются за идею, а всякие мелочи их не волнуют. Но и меня не волнуют, благодаря им я получил рабочий искин.

— Как тебя зовут?

— У меня нет имени, — это уже вернулся голос искина жилого комплекса.

— Я могу сам назвать тебя?

— Да, хозяин может назвать меня как угодно.

— Секретарь, хотя нет, — я задумался, а как назвать искин, может по имени… В голову полезли всякие имена: Анжела, Любочка, МарьИвановна. Но нет. Вернулся к первоначальному варианту. — Назову тебя Секретарь. Если не понравится, потом поменяю.

— Принято имя Секретарь.

— Секретарь, есть ли в тебе функция персонального искина.

— Есть такая возможность. В существующей прошивке есть функция персонального помощника для хозяина жилого комплекса и других жильцов, но сейчас она отключена. Для полнофункционального персонального помощника необходимо увеличение памяти. Данная модель искина не предназначалась для функционирования в запрашиваемом варианте. Нет доступа к инфонету. Нет блока с функцией доступа к инфонету. Возможно только подключение к нейросети хозяина.

— Возможно ли использование функционала нейросети для доступа к инфонету и хранения информации.

— Возможно. Но функция будет доступна только носителю нейросети.

— Замечательно. Включить доступ в данном варианте. Есть ли система видеонаблюдения.

— Есть. Сейчас доступно три камеры.

— Включить видеонаблюдение и вывести на экран, — на экране нейросети появились три окошка с изображениями, помахав рукой, я обнаружил, что это две передние камеры дроида и одна задняя. — Выключить остальной функционал и перешли мне инфопакет со списком всех возможностей искина.

Буквально через несколько секунд на нейросети появилось сообщение о пришедшем инфопакете. Бегло пробежав его глазами не нашёл ничего для себя интересного. Пока что мне от этой железяки нужна была только работа секретарём, да и то только когда прибудем в обжитые миры и появится доступ к инфонету. Правда я вдруг осознал, что чтобы работать с ним, придётся находиться рядом. А мне удобнее было бы находится в своей каюте. В своём нынешнем виде сломанного боевого дроида искин не транспортабелен. В функционале искина ничего не говорилось о возможности перемещаться, это ведь должен был быть стационарный модуль. Я потратил целый день на то чтобы аккуратно распотрошить корпус и достать искин и реактор. Сбегал в каюту и померил размеры шкафа. Потом сварил корпус и вставил в него моего нового помощника. Повторное включение показало полную работоспособность. Потом «Нидар» перетянул короб с искином ко мне в шкаф. Раз искин от стационарного устройства, вот пусть и стоит в шкафу. Вот тут я и получил сообщение о скором выходе из гипера и необходимости моего присутствия в рубке.

Я проводил тест систем «Каларда». Выход из гипера на этот раз был без особых проблем. «Сворг» обнаружил шахтёров в поясе астероидов. Быстрый обмен инфопакетами и они успокоились. После чего капитан разрешил провести тест истребителя. Сейчас на каждое испытание нужно было получать разрешение. В грузовом отсеке находились бывшие рабы и их «охрана». Потому на время отключения гравитации всех выводили из отсека. «Гостей» повели в столовую.

На этот раз решил не делать резких пируэтов. Полный тест систем показал исправность важных систем истребителя, но подсознательно моё тело отказывалось совершать опасные манёвры. Я летал вокруг Тени, рассматривая наш крейсер. До этого на обшивке я был только на верхушке, когда ремонтировал систему ПКО. Сейчас, рассматривая броню, стал замечать следы боёв. Вот царапины от кинетических орудий. Подпалины от энергетического оружия. Получив сообщение от искина о выходе из дока ещё одной малой платформы, отвернул от корабля и стал в стороне наблюдать. Шлюз выплюнул кораблик. Я сразу его опознал, «Мидэн-9», мой бот. Послал запрос Изиду, кто это вылетел. Вместо ответа ожила связь.

— Как тебе «Калард»? — услышать голос капитана я не ожидал.

— Мне он понравился больше чем «Вазель». Он более юркий и мощный.

— А ещё он четвёртого поколения и без метки пилота малых пустотных платформ не включил бы маршевые двигатели. А это значит ты у нас сертифицированный пилот. А ещё не хотел быть пилотом истребителя, — в голосе Тара почувствовались насмешливые нотки. — То, что ты сертифицированный пилот, это даже хорошо. Записывай свои полёты. Это может пригодиться, если захочешь получить следующий сертификат.

— Мне во время сертификации предложили пройти тест, я согласился, — я понял что оправдываюсь. Да и тест платный, а денег у меня не должно было быть. — А откуда узнали?

— А я и не знал. Я разрешил полёт, и мы хотели над тобой посмеяться. Зитас уже стоял у дверей и должен был войти, когда у тебя ничего не получилось бы и сделать тестовый вылет. Но ты нас удивил.

— Ну что же. Бывает, — я не нашелся, что ещё сказать.

— Всё. К нам близко не подлетай. У меня новичок управляет.

Я решил закончить проверку и вернуться в док. Предупредил Изида и залетел в шлюз. Отогнал «Калард» в сторону к «Вазелю». Места и пилотов для них пока не было и они ютились в грузовом доке.

Осматривая помещения, которые должны были быть разобраны при установке стартовых ячеек, я наткнулся на одну запертую комнату. На схеме она не была ни как не обозначена. Изид отказал в доступе. Ни каких коммуникаций, кроме стандартной для такого типа помещений энергошин туда не подходило. Решив, что это одно из складских помещений, послал запрос капитану. Не прошло и пяти минут, как появился капитан. Подойдя к двери, он позвал меня, махнув рукой. Когда я подошёл к двери он легким движением подтолкнул меня в комнату. В темноте вдруг вспыхнул красный свет и осветил огромную птицу. Этакий гибрид птеродактиля и орла. Плоский силуэт шёл от пола, поднимался вверх и занимал почти весь потолок. Скрытые прожектора проецировали на плоскости изображение, и создавалось впечатление, что птица живая. На заднем фоне проецировался силуэт красной пустыни. В первый момент я испугался и остолбенел. Но через несколько секунд, рассмотрев инсталляцию, успокоился.

— А что это? — спросил, повернувшись к Тару.

— Как что? — капитан был явно разочарован. — Это Великий Таас. Самый грозный хищник. На моей планете. Это его святилище.

— Придётся его перенести.

— Да, — он немного помедлил. — Перенесём.

Так и не понял, чего от меня ожидал капитан. Возможно он считал, я дикарь с отсталой планеты и упаду ниц перед всемогущим фанерным идолом. Но мне это напомнило школьный музей «имени В.И. Ленина» из моего далёкого детства. Да, прямо детский сад какой-то.

— Красиво, — я решил как-то сгладить отсутствие у меня восторга или ужаса, не знаю, что там ждал от меня капитан. — Можно просто вырезать и перенести всю комнату.

— Нет. Не нужно. Всё разбирается.

Мы вышли и разошлись по своим делам. Оставшись наедине, стал размышлять. Если это святилище, то человеческие черепа у ног Тааса могут быть и настоящие. Как-то от Тара я могу ждать всего что угодно.

Прибытие на станцию я не заметил, так как в это время спал. Меня никто не звал в рубку, сообщение искина о выходе из гипера пропустил. Только в столовой удивился своему одиночеству. Такого давно уже не было. Тут всегда кто-то попадался. Спросив Изида, где все, только тут узнал, что большая часть команды, включая капитана, сошли на станцию. Особых дел пока не было, я ждал запчасти, потому вернулся в каюту и включил свой искин.

— Секретарь.

— Слушаю Влад.

— Подключись к инфонету.

— Подключение произведено. Обнаружена новая прошивка искина жилого комплекса «Махар». Установить? ДА. НЕТ.

— Прошивка от производителя?

— Да.

— НЕТ. Не устанавливать. Отключить проверку новых прошивок, — я не знаю что там, наваяли местные хакеры и не отключится ли искин после обновления на сломанной прошивке.

— Не рекомендуется отключать функцию проверки новых прошивок.

— Отключить функцию проверки новых прошивок.

— Функция проверки новых прошивок отключена, — я прямо почувствовал обиду в голосе искина.

— Секретарь, провести изучение возможных ближайших мест сдачи экзамена на получение сертификата «Инженер».

— Задание выполнено. Ближайший сертификационный центр находится на станции «Лира-3».

— А мы на какой станции?

— Мы находимся на станции «Лира-1».

— Каковы условия сертификации и какова стоимость?

— Сертификация доступна только для служащих армии и флота Антранской империи. Стоимость входит в обеспечение служащих по контракту.

— Есть ещё центры в этой системе.

— В данной системе других центров выдающих сертификат «Инженер» нет.

Я даже не был особо разочарован. Я не могу сертифицироваться, но мне это пока и не нужно. Зато моя система с искином работает. Я теперь могу заниматься своими делами не обращаясь к Изиду. Нужно научиться как-то, зарабатывать деньги. Может будет свободное время и я смогу у Герата что-то заработать.

Но я ошибался. Через пару часов стали прибывать запчасти. Первым был новый контур гравикомпенсатора для «Вазеля». Его установка заняла у меня меньше пятнадцати минут. Как только закончился полный тест, пришло сообщение от капитана, чтобы я через час одевал скаф и шёл к «Мидэну». Мы с ни полетим совершать покупки. Наведя порядок на рабочем месте, одев скаф и захватив тестер, решил подождать капитана в доке, но он уже был в кабине бота. Только в полёте капитан признался, что летим мы на одну дальнюю станцию в системе. Там обосновались мусорщики и старьёвщики. Основная задача, покупка жилого модуля. Но так же можно будет присмотреть и другие полезные вещички. Моей задачей будет определение работоспособности.

Тащились мы до логова мусорщиков больше трёх часов, и я уже начал уставать, всё-таки кресла были маловаты, и сидеть в них было не очень удобно. Но смотря на капитана, я терпел, он то был больше меня. Наконец мы добрались до нужной точки. Это оказалась бывшая военная база-склад. Наверное, военные построили себе новую базу, а это отдали частникам. Когда-то она представляла из себя цилиндр, но со временем обросла различными неравномерными пристройками и потому затруднительно было сформулировать, что за геометрическая фигура была перед нами. Просто куча чего-то. К самой станции было пристыковано несколько кораблей. Половина из них были шахтёрскими корабликами всевозможных конструкций, а остальные, по большей части, грузовики различных размеров и классов. Мой глаз зацепился за башню СВ-8 на одном из кораблей. Приглядевшись, заметил, большинство неплохо вооружено, хотя вооружение и представляло солянку из различного оружия. Серьёзный бой против флотских боевых кораблей они не выдержат, а вот пиратской мелочи нервы попортят. Капитан уверенно повёл кораблик к неприметному шлюзу. Буквально мгновение и наш бот запаркован в ячейке пятиместного дока. Кроме нас ни души. Тар сказал идти за ним и направился к выходу. Через пару десятков метров коридор вышел в большую комнату. Посередине стоял лысый мужчина в балахоне, который напомнил мне одеяния монахов.

— Уважаемый Тар Ишаас, — произнёс незнакомец, едва заметно кивнув головой.

— Уважаемый Малик, — мне показалось, что Тар то же кивнул.

— Ваш заказ готов. Жилой модуль запакован и приготовлен к доставке. Я не думал, что вы лично прилетите забирать. Будите проверять его тут?

— Нет. Я вам полностью доверяю. Давно у вас не был, вот и решил сам прилететь. А заодно посмотреть кое какой товар.

— Что вас интересует? Могу только предупредить, что оружия у нас немного. Сейчас всё больше гражданский товар, да и то по большей части старьё. Да и сами могли видеть в списках в инфонете.

— Там только короткие описания, хотелось бы посмотреть вживую. А именно истребители и дроиды.

— Тогда пройдёмте. Дроиды рядом. Какие нужны.

— Что есть из противоабордажных и технических.

Мы прошли в другое помещение. Тут был склад дроидов. А точнее, по большей части запчастей от них. Вдоль стен стояли стеллажи с манипуляторами и различными внутренностями. Несколько рядов различных роботов. В дальнем углу ютились огромные туши конструкционных исполинов. С другой стороны заметил кучку знакомых маленьких уборщиков.

— Это мой техник, он будет заниматься дроидами.

— У вас есть наборы с искином «Нидар» или «Ушен»? — решил я вступить в разговор.

— Первых нет, ни искина, ни дроидов. Есть искин от «Ушен-3» и один из комплекта «Ушен-Р».

— Какая цена? — это уже вмешался в разговор Тар.

— 140 тысяч, — тут же выпалил Малик.

— Дорого, — покачал головой капитан. — Максимум. Что могу дать, это 80 тысяч.

— Один дроид без искина дороже стоит, 120.

— Хорошо, 100.

— А сколько стоят конструкционные дроиды, — вмешался я показывая на огромных уродцев в углу.

— Самый простой комплекс начинается от 320 тысяч, но они требуют инженерной нейросети.

— А одиночные некомплектные дроиды?

— От 60 тысяч, но требуется прямое управление. А это не каждая инженерная сеть может.

— У нас есть такой человек, — уже вмешался Тар, а я получил сообщение «Зачем он нам?»

— А можно посмотреть? — заинтересовался я и послал капитану «Работы с большими объектами пойдут быстрее. Особенно со стартовыми ячейками».

— Некомплектных у нас только два. За «Парн-СВ» хочу 120 тысяч и скидывать не буду. Товар ходовой и всегда найдёт покупателя. Второй «Мира-СВ» за него хочу 60 тысяч.

— Посмотрим «Миру».

Малик подвёл нас к трехметровому железному пауку. У него имелось шесть ног, два мощных манипулятора-захвата и два манипулятора с рабочим инструментом. Железный монстр впечатлял, мои подопечные, которые имелись у нас, были в разы меньше. Очень захотелось заиметь такую игрушку.

— Можем предложить 40 тысяч, — я пошёл в атаку.

— Это очень мало за такую машину. Я и так предложил минимальную цену из-за моих добрых отношений с Таром Ишаасом.

— Этот одиночный некомплектный конструкционный дроид производства очень далёкого независимого мира. Вероятность, что сюда попадёт неполный комплект с искином, очень мала. А много у вас за всё время, как он у вас стоит, им интересовалось инженеров с возможностью прямого управления?

— Малик, мы дадим за него 50 тысяч, — вмешался капитан.

— Ладно. Будем считать, что это скидка за купленный жилой модуль. Что-то ещё?

— Посмотрим корабли, а этого надо отправить вместе жилым модулем. К нам в бот он не влезет.

Идти пришлось довольно далеко. Док для малых пустотных платформ находился на другой стороне. Целых истребителей тут было немного. Всё больше горы запчастей. А так же несколько ботов. Небольшой инженерный эсминец, похожий на жабу с выпученными глазами-иллюминаторами ремонтировали на неком импровизированном стапеле. Вот оширский абордажный бот, в котором разрыв боеголовки превратил внутренности кормы в фарш металла и керамики. «Алдуш» который сразу меня заинтересовал, но рассмотрев поближе, я разочаровался. Его уже стали разбирать на запчасти, сильные повреждения несущего каркаса. За «Алдушем» меня ждал сюрприз, а именно «МИГ-15». Так показалось мне на первый взгляд. Это была поделка какого-то слаборазвитого мира, по крайней мере отсталого по стандартам Содружества. Рассмотрев поближе кабину, я стал сомневался в том, что это сделали люди. Увидев ещё один «Алдуш» отправился к нему, но тут меня тоже ждало разочарование. Это был тяжёлый истребитель «Хамир», переделка «Алдуша». У него стояла мощная дальнобойная пушка, а вот как раз у этого экземпляра пушка была повреждена и требовала замены. Рядом «Везель», глядя на который возникла мысль, что его использовали как тренировочную мишень. Дырки от роторных пушек, сбитые блоки маневровых двигателей. Арварский тяжёлый «Муртаг» второго поколения весь потёртый и залатанный. Хотя он и казался целым, но даже визуально износ двух маршевых двигателей был критический. Дальше два непонятных аппарата, похожих на сигары, у которых носовая часть была приплюснута и расширялась, они напомнили мне рыбу-молот. Что это я не знал и прошёл мимо. За ними пошли боты. И смотреть их смысла не было. Осматривая каждый кораблик, я записывал свои впечатления, а когда закончил, переслал инфопакетом капитану, предложив обратить внимание на «Хамир». Они с Маликом наблюдали за моей экскурсией и о чём-то переговаривались. Пока капитан читал мои заметки, решил пройтись дальше. Меня заинтересовал торчащий нос «Мидэна». Их там было два. Один более новый собрат нашего бота, а второй топливозаправщик модели 6–8. Рассматривая их, вспомнил, что можно спросить про манипулятор для бота. И послал запрос капитану. В ответ Тар сказал подойти и проверить «Везель».

Истребитель оказался не так плох, как казался на первый взгляд. Множественные повреждения. Уничтожена роторная пушка, неисправен реактор и отсутствуют некоторые маневровые. Но остальное цело, даже кабина. Я послал инфопакет капитану с описанием неисправностей и пометил то, что можно сразу починить. К сообщению добавил запрос на манипуляторы перезарядки для дока. Я вспомнил, что у нас не хватает пары, может у мусорщиков что завалялось.

Пока Малик и Тар общались, у меня возникло желание сходить и посмотреть на эсминцы. Из баз я знал, что существуют инженерные корабли. Они имеют мощные манипуляторы, нормальную рубку и даже каюту. А так же грузовой трюм. И хотя это внутрисистемники, но на таком кораблике уже можно жить и зарабатывать. Хотя в наш крейсер его не засунешь. Точнее в грузовой отсек он влезет. У нас стартовые ячейки стандартного размера, а эсминцы такого размера влазят только в увеличенные стартовые ячейки. В док можно загнать, но он один его займёт, вместо трёх более мелких машин. Прям беда, а ведь его ещё как-то купить нужно. Прикинув расстояние, я стал раздумывать. И зря, неуспел, позвал капитан. И чего это я уже размечтался. Денег у меня нет, капитан такой не купит. Когда подошёл, то Малик уже прощался. До бота мы возвращались вдвоём. Молча. В боте уже стоял ящик с покупкой. Только когда мы вылетели из дока, решился спросить капитана.

— И какой истребитель мы купили?

— «Везель» конечно. Я спрашивал про «Хамир». Заманчиво такой заиметь, пушка у него дальнобойная и точная. Но дорого. И опять же эта пушка не рабочая. Нужно где-то новую искать. Я торговался за «Хамир», а пока торговался купил «Везель». Сказал, что на запчасти, — капитан улыбался. — Если ты его восстановишь, то окупится покупка того монстра. И вопрос, а он нам точно нужен? Такой огромный.

— Нужен. Наши дроиды для мелких работ. При разборке приходилось ботом оттаскивать, сами дроиды могли не удержать такой массы. А бот с одним манипулятором то же еле справлялся. А сборка ещё сложнее, там точность нужна. С такой махиной мы это точно сможем сделать. По крайней мере, быстрее. Так будут манипуляторы?

— Зарядные для дока будут. Для «Мидэна» поищут и позже доставят. Большого дроида привезут с жилым модулем. И ещё новый двигатель на абордажный бот. Я пока отдохну, а то что-то устал за сегодня, много дел, а ты управляй. Он всё равно на автопилоте.

И капитан ушёл. А я остался один. На три часа таращиться на черноту космоса в неудобном кресле, сделанном для щуплого оширского пилота. И почему не поинтересовался у мусорщиков креслами для бота. А ведь на «Лираше» стояли удобные большие кресла, я даже садился в одно, но вот тогда в голову не пришло их забрать и поставить в бот. Хорошо хоть в скаф перед полётом залил какой-то сок. Или не сок. Не знаю. Что-то сладкое и вкусное. Это немного скрасило полёт.

Не успел я проснуться, как в голове затарахтело срочное сообщение от Тара, чтобы я приготовил найденного дроида «Ушен». Он его заберёт. А потом нужно срочно подключить жилой модуль в отсеке с абордажниками. Я даже завтракать не стал, а сразу отправился работать, несговорчивого дроида запаковал в ящик за 15 минут и на гравиплатформе отвёз к «Мидэну», а там забрал ящик с другим «Ушэном-Р» и искином. После чего пошёл подключать жилой модуль.

Им оказался «Синар-10» производства компании «Коджи» и он был полной копией «Лирус-10». Исключением было только то, что в этом модуле были одноместные каюты. Руководил установкой Надир и от него же я узнал, что все абордажники переселяются в этот док. А наверху в каютах будут пилоты и техники. Он же рассказал, что из освобождённых рабов у нас остаётся пилот, техник и трое абордажников из «диких». А вот четвёрка бывших граждан Содружества решили вернуться домой.

Распаковывать ящик с искином «Ушен-3А» я доверил своему дроиду «Ушен-Р». Искином оказался тоже дроид. Он был чуть больше рабочей модели и имел всего два маленьких рабочих манипулятора. Основная задача этого тела была перемещать искин на место работы. Отправил дроида распаковывать своего собрата, а сам активировал искин. Он потребовал ввод кода активации. После чего рядом с искином появилась голограмма худого оширца со склонённой головой.

— Приветствую Хозяин!

— Привет, — я поздоровался с виртуальным человеком. Меня некоторые вещи в этом мире немного пугали. Вот рядом со мной стоит живой человек, хотя я точно знаю, что это голограмма. Но он как настоящий. — Синхронизируй искин с моей нейросетью.

— Выполняю, — в нейросети появилось окошко с рядом иконок доступных функций.

— Подключи к искину находящихся рядом дроидов, — в окне появились два значка дроидов.

— Необходимы коды активации дроидов, — я запустил по-очереди иконки дроидов и ввёл код активации для каждого.

— Хозяин, система готова к работе, но для полного функционирования необходим ещё один дроид.

— Прости, но рабы закончились, — меня немного нервировал этот покорный узкоглазый человечек. — Есть база знаний по работе с дроидами «Ушен»?

— В наличии информационный пакет с описаниями возможностей «Ушен-3А» и база знаний для работы с системой «Ушен-3А».

— Перешли мне базу знаний, — тут же получил сообщение о новом инфопакете. — Переходим в графический режим.

Голограмма исчезла. У новоприбывших были разряжены аккумуляторы, и я поставил комплекс на зарядку. «Миру-СВ» распаковывал «Нидар». Запустил дроида, ввёл код активации. Подключился к дроиду, он меня признал, но отказался выполнять сложные работы. Я мог его заставить только перемещаться. Для того чтобы заставить его работать нужна была база знаний «Ремонтные механизмы» 3 ранг. Вздохнул и повёл бесполезного здоровяка к месту его парковки. После, в столовой, написал сообщение капитану о необходимости новой базы знаний.

Потом была установка двигателя на абордажный бот. Тар сэкономил и купил заезженный двигатель с ресурсом в 69 %. Хотя его можно было понять, используют абордажный бот редко, и летает он недалеко. Я использовал одного дроида, потому потратил полдня на установку этого небольшого, но очень капризного оширского устройства. Тяговый двигатель «Ямто-5» был не типичным изделием. Большинство двигателей представляет из себя моноблок, устанавливаемый в корпус целиком. В данном случае двигатель состоял из двух частей. Внешняя была уничтожена, а вот внутренняя часть была цела, а она состояла из систем питания и управления. Вроде мысль разделить двигатель, и была здравая, ведь изнашивалась внешняя часть с соплом. Но как муторно подключать десятки каналов и трубопроводов, соединяющих обе части. В общем, эта работа меня не порадовала. Потому после неё работать больше не хотелось, и я отправился к себе, изучать базу знаний «Ушен-3А».

На следующий день взялся за новый «Везель». «Нидар» аккуратно разбирал и раскладывал снятые запчасти. Я решил устроить полный капремонт нашей покупке, уж слишком множественные были повреждения. Можно было взять «Ушен-3А» и он бы всё разобрал до винтика без моего вмешательства. Но я вознамерился сам контролировать все процессы, потому одного дроида мне было достаточно. В нейросети составлял список и обходя все запчасти тестировал их и помечал негодные. Дроид в этот время занимался ремонтом обшивки. После я подобрал запчасти найденные и проверенные мною ранее. Кое-что лежало прямо тут на грузовой палубе в ящике. Что-то, в основном мелочь, в мастерской. Так к обеду всё было помечено, проверено и заменено. После обеда начал сборку истребителя. Каких-то компонентов не хватало, но на основные функции это не влияло. Так к концу дня передо мной стоял готовый истребитель. Летать он пока не мог, да и радара не было. Знал бы я раньше, то насобирал нужных запчастей, но, как говорится, «Знал бы прикуп, жил бы в… на Майорке».

В столовой кроме меня было двое оширских пилота и Лиса. Они сидели за одним столом, о чём-то разговаривали и смеялись. Я хотел было подойти к ним, но что-то пошло не так. Я нерешительно помялся у пищевого комбайна и сел за отдельный столик в другом углу. Всё время делал вид, что не обращаю на других внимания и увлечён едой. Только вернувшись в свою каюту, признал, я идиот. Из размышлений о смысле жизни и значимости отдельного индивидуума в развитии общества меня выдернуло сообщение капитана. Нужно было отправляться к Доку, меня ждала учёба.

— Ты решил доверить ему переделку корабля?

— Да, — ответил капитан, смотря на Влада в медкапсуле.

— Не рискованно ли это?

— Думаю, что нет. Дело в том, что сегодня общался с флотскими. Я им передал проект, который составил Влад. И вот сегодня мой знакомый начинает выпытывать у меня, где я взял проект. Оказалось Влад, без программ и искина рассчитал оптимальные места установки ячеек. Пришлось придумать историю покупки стартовых ячеек у арварцев, они же дали мне этот предварительный проект, но полный проект с установкой у них был очень дорогой и я отказался. Наплёл им всякого бреда, что не хочу, потому как на их верфях работают рабы. Потому вернулся, что бы установить в наших, проверенных доках.

— Возможно это случайность, — Док пожал плечами.

— А может это боги накрыли нас своей тенью, — вполне серьёзно ответил Капитан.

— Может и боги. Техник на корабле у нас уже есть. Полезно иметь инженера на борту, но особой необходимости нет. Может его возможности использовать в каком-нибудь другом деле. Ты говорил, что Герат боится конкурента. Небольшой стабильный доход и свой док на станции нам не помешают. Возможно, разумно вложится в это дело?

— Пока у нас нет таких средств. И нужен постоянный присмотр за Владом. Я ещё боюсь Улисса, он интересовался, почему у Влада военная метка нейросети. Если серьёзно развернутся, то флотские могут на него обратить внимание. Тогда их не остановит контракт и денежный долг. У них базы «Юрист» более высокого ранга. Аннулируют моментом, и ещё я должен останусь.

— Такого развития событий я не предусмотрел. Они могут не разрывать твой контракт с Владом, а дождаться его конца и предложить свой, более выгодный.

— Потому я решил и не основываться пока на станции. Подожду. Посмотрим, как будет развиваться наш отряд. Если к концу контракта Влад откажется продлевать, то есть ещё Кзуи, он меня спрашивал, не хочу ли ему уступить техника. Арварцы хорошо заплатят за образованного раба-инженера. Такого можно сразу на имперские верфи отправить.

— Да, это тоже приемлемый вариант. Он сложен, но всё зависит от цены предложенной покупателем. Всё же лучше чем потерять с его уходом наши вложения. Организовать пропажу не сложно, можно сказать, что он сам сбежал, вместе с ботом. Ещё можно ему вложить ложные воспоминания. Влад не гражданин Антрана, на его исчезновение никто не обратит внимания.

— Хорошо. Пока всё идёт как есть, Влада на станцию без нужды не пускаем, по возможности цены на рабов-инженеров я узнаю.

— Ты бы его к женщинам всё-таки сводил.

— Свожу. Пока схожу сам и проверю, — капитан довольно улыбнулся. — А потом и его свожу. Пусть вначале стартовые ячейки установит, будет ему тогда награда.

— Что у нас тогда получится с ударной группой мобильных платформ?

— Четыре «Алдуша» и два «Везеля» в доках. «Мидэн» и «Ох» в задних ячейках. «Сворг» и «Калард» в передних. Я думаю пускать «Калард» с разведчиком. Он такой же быстрый и будет его прикрытием. Вот только нам ещё пары пилотов не хватает. Лиса и Марам сейчас на тренажёрах, через день сдавать на пилота. Марам ещё сдаёт на техника. Начинаем тренировки абордажников. Всего их у нас 16 человек. С трудом, но в бот влезут. Бот будет вести Марам. На всякий случай Влад обещал быстро сделать из «Мидэна» абордажный бот. С двумя ботами и 16 абордажниками при поддержке семи истребителей мы можем взять солидную добычу.

Крышка капсулы. Автоматически проверил время и изученные базы. «Ремонтные механизмы» — 3 ранг. Сухость во рту. Крышка открылась.

— Как самочувствие?

— Пить хочется. А остальное, вроде, нормально.

— Почти трое стандартных суток в капсуле провёл. Иди отдыхай, завтра опять ко мне.

— Проверять состояние?

— Это тоже. Завтра будешь изучать «Дроиды»-3 ранг. Без этой базы ты тоже не сможешь работать с конструкционными дроидами.

— Так ведь говорили, что нельзя сразу изучать много баз?

— Да. Но ты отдохнёшь сутки. К тому же давно ничего не изучал. Мозг отдохнул. Можно сделать ему небольшую тренировку. Одевайся и в рубку к Тару.

Капитан сидел в кресле первого пилота. Нейросеть автоматом подключилась к тактическому монитору, и только тогда заметил, что мы находимся в гипере.

— Мы куда-то летим?

— Есть небольшая работа. Ничего сложного. Но ты у нас будешь вторым пилотом, как всегда. Это первое. После столовой подойди в грузовой док. Там наш новый техник, Марам. Покажешь ему «Ушен» и подключишь нового дроида. Он займётся текущим обслуживанием корабля.

— Это тот запароленный дроид? Какой код?

— Он теперь без кода. Пока у тебя учёба. Как вернёмся на базу, займешься установкой стартовых ячеек. К этому времени уже будет готов проект. Марам будет тебе помогать с установкой. Он тоже пилот и может летать на боте. Изид тебя предупредит, когда подойти в рубку. И приготовь «Калард». Его проверит Гор.

— Хорошо, — я задумался. Сразу возник план проведения работ. — Мне ещё нужен будет ещё пилот. Лучше Оки. Он уже помогал мне доставать ячейки. Теперь поможет устанавливать. Новый техник с дроидами будет готовить место установки. Бот подвозить ячейки, а я с конструкционным дроидом устанавливать.

— Хорошо. — Тар раздумывал буквально пару секунд. — Вполне разумно.

В доке меня ждал худой высокий мужчина с очень умными глазами. Нейросеть подсветила его имя — «Марам Никор», а так же его специализацию — «Техник».

— Привет.

— Здравствуйте, — Марам вытянулся и стал по стойке смирно. Мне даже показалось, что он добавил: «Хозяин».

— Чем раньше занимался?

— Техник отряда «Махоя». Пилот абордажного бота. Занимался ремонтом малых пустотных платформ и оружия. Временами меня передавали в доки, где помогал другим техникам в ремонте различных судов.

— Сможешь управлять дроидами?

— Да, мне приходилось в доке управлять дроидами.

— Импланта прямого управления нет?

— Нет, — удивлённо ответил бывший раб.

— Сейчас дам тебе доступ к «Ушену». В том крайнем ящике стоит ещё один дроид «Ушен-Р» подключи его к искину. Ты будешь управлять этими дроидами.

Я «разбудил» искин «Ушена», включил Марама в список имеющих доступ для управления. После чего мой новый подчинённый начал выполнять первое задание. Сам я крутился вокруг «Каларда», проводя его тест и поглядывая за происходящим. Истребитель был проверен, а третий «Ушен-Р» отправился на подзарядку. Моя попытка заставить работать «Миру» опять не увенчалась успехом. На этот раз он потребовал базу «Дроиды» — 3 ранг. Во время моих грустных размышлений о несправедливости судьбы пришло оповещение от Изида, о скором выходе из гипера.

— Ясимо пошёл. Герат, за ним, — я заменил промелькнувшую тень разведчика. Истребитель вышел намного позже. Герату нужно было его аккуратно вывести из грузового дока.

— Зитас, пошли, — выскочили удлинённые тельца «Алдушей». Под одним и из них, не без удивления, заметил надпись «Лиса».

Система была пуста, и капитан решил устроить проверку новичкам. Лиса шла ведомой у Иласис. Неужели капитан решил собрать женскую двойку?

Всё время разгона пилоты проводили учения. Неопытность Лисы приводила к тому, что она постоянно отставала, не держала строй и не вписывалась в вираж. Пилоты кружили во время всего разгона. На другом краю системы выскочил из гипера какой-то массивный объект. Но мы были далеко, разгон продолжался. Уже перед самым нашим прыжком, сканер почувствовал два идущих друг за другом возмущения от выходящих из гипера кораблей. Перед прыжком первый вернулся Гор. Он даже успел зайти в рубку и пожаловался на работу левого маневрового блока «Каларда». Дальше меня ждал сон и поход в капсулу Дока за новой порцией знаний.

Проснувшись, я проверил базу знаний. «Дроиды» — 3 ранг. Док объявил, что мы ещё в гипере. Наш полёт подходит к концу, и я могу пока заниматься текущими делами, но лучше бы мне отдохнуть. Но уж нет, первым делом отправился в грузовой отсек и взял под управление «Миру-СВ». Наигравшись с новой игрушкой и убедившись, что дроид полностью меня слушается, почувствовал лёгкое головокружение. На запрос Доку получил от него нагоняй. Мой мозг и так был загружен обучением, а я вместо отдыха напряг его прямым управлением, что тоже является довольно серьёзной нагрузкой. Получив категорический приказ от Дока отдыхать, я поплёлся в столовую, откуда позже спать. После 12 часового сна узнал от Изида, что корабль уже стоит у причала на станции «Лира-1».

Инфопакет от капитана с проектом и разрешением на начало работ пришёл неожиданно. Сам Тар отсутствовал на корабле и прибудет уже к концу установки. Просмотрев изменённый проект корабля, я обнаружил, что он не сильно отличался от моих предположений, но был серьезнее проработан и в нём отмечены все мелочи, о которых я даже не думал. Придётся переложить несколько энергошин, переделать один коридор и переставить эмиттеры щита. Вызвав Марама, пошёл за «Нидаром». В грузовом доке техник уже построил отряд и ждал меня. Когда я вошёл в грузовой отсек, то искин «Ушен-3А» автоматом подключился к моей нейросети, и отрапортовал о полной готовности к работе. Марам уставился на «Нидара».

— Здравствуйте, — техник покрутив вокруг головой. — Этот дроид. Это «Нидар-Р». Рабочий дроид из комплексов. Но ему нужен искин.

— Прямое управление. Я им управляю.

— Но так могут делать только инженеры. Да и то не все.

— У меня нейросеть инженерная. На подпись не смотри. Это долгая история.

Получив от меня проект, краткие инструкции и мой старый скафандр «Ганада-2Б» техник с бригадой оширских «Ушенов» занялся подготовительными работами. Много нудной и местами грязной работы, от которой я с удовольствием избавился. Но сам не бездельничал. Мы с дроидом то же занимались подготовительными работами, но более интересными. Так прошло двое суток. На третьи мы вышли на обшивку и начали наружные работы. Дроиды вместе с Марамом резали броню и складывали листы в стопки, после чего один из дроидов уносил их к шлюзу. Корпус корабля полыхал вспышками плазменных резаков и рассыпающимися в разные стороны снопами искр расплавленной металлокерамики. Когда первое отверстие было готово, я послал бригаду на новое место, а сам занялся организацией установки стартовых ячеек. Оки уже два дня скучал, ожидая моего приказа. Мы с ним переставили ячейки так, чтобы было удобнее их доставать из дока. Я пригнал «Миру» к месту работы и приступил к установке металлических ферм к которым позже приделаем ячейку. «Мира» притаскивал металлическую балку и прикладывал к рёбрам силового каркаса, после чего «Нидар» приваривал их на место. Когда все балки были установлены, медленно подлетел бот с ячейкой в манипуляторе. Сам бот не смог бы установить ячейку. Не смотря на то, что все находились в невесомости, но масса объектов никуда не делась. Слишком слабы манипуляторы «Мидэна». Вот тут и вступал в дело «Мира». Его мощные манипуляторы и большие ноги с магнитными ступнями позволили точно установить ячейку в своё место. Быстрая сварка и железная бочка на месте. Подключил к ранее подготовленным энергошинами и ячейка ожила. Переходим к следующей. Когда установили все четыре, я дал отбой. У Марама заканчивались ресурсы скафа, да и мы просто устали. Потому полную сборку провели на следующий день. Я подключал оставшиеся кабели, а техник устанавливал назад броню. С одной ячейкой пришлось повозиться. Как оказалось, компьютер модуля выдавал при тесте полную исправность, но бронестворки не открывались. Пришлось менять пару датчиков, неисправность которых при тесте не обнаруживалась. К счастью, я поснимал всё, что можно двух неисправных ячеек, потому запчасти у нас были. После проверки передавал управление ячейкой Изиду. Полностью работы мы закончили только на пятые сутки, слишком много было всякой мелочёвки. Сообщение об окончании работ послал Тару и отправился спать.

Утром меня ждало письмо от капитана, что они проверили все ячейки и уже перегнали все кораблики на свои новые места. Мой «Мидэн-9» теперь базировался в левой задней ячейке. В правой задней располагался абордажный бот, поближе к месту расположения абордажников. Энергетический щит Гор уже перестроил и ячейки под защитой. Теперь новым заданием для нас будет постройка тренировочного центра в доке, где живут абордажники. Капитан всё таки решился разместить весь отряд в одном доке. У меня возникла одна мысль.

— Секретарь.

— Слушаю хозяин, — немедленно отозвался мой искин из шкафа.

— Необходим поиск в инфонете проектов мобильных тренажёрных залов для тренировки абордажников.

— Начат поиск.

— Поиск завершён. Обнаружено 217 возможных предложений, — получил я ответ, когда вышел из туалета.

— Перешли мне краткий обзор всех, — тут же пришло сообщение о пришедшем инфопакете.

Я улёгся на кровать и начал рассматривать по очереди. Уже после пятого проекта, понял, что что-то не то. Это всё были предложения производителей о поставках оборудования для построения тренажёрных залов. Интересно было бы их посмотреть, но у меня было немного времени.

— Секретарь, убери платные предложения.

— Осталось 17 проектов.

— Перешли мне их.

Семнадцать уже лучше, можно и пролистать. Большинство было простыми предложениями о сборке тренировочного поля из всякого хлама и контейнеров. Одно мне очень понравилось, там использовался искин и голопроекторы. Создавалось чувство реальных врагов, хоть они и не стреляли. Однако при дальнейшем рассмотрении оказалось, что этот искин нужно купить у фирмы, которая и предоставила проект в инфосети. Из оставшихся, два проекта меня заинтересовали. Сохранив их для себя, ненужное стёр.

Всё утро мы с Надиром проектировали расположение объектов в доке. Особое распоряжение от капитана было только одно. Сохранить как можно больше места для возможного расположения груза. Тар не собирался отказываться от использования грузовой палубы по прямому назначению. По периметру дока оставили место для беговой дорожки. У нас не было виртуального тренажёра, потому бойцам придётся тренироваться по-старинке. Надир возразил, что они могут тренироваться и на беговой дорожке в другом доке, как делали всегда, да и можно вообще перенести все тренажёры сюда. Но мой аргумент, что бойцам лучше бегать вместе для поднятия командного духа убедил его. Два жилых модуля поставили рядом в одну линию. Рядом с ними я разметил площадку, которую навал «Столовая» Там расположатся столы, стулья и пищевой синтезатор, который капитан обещал купить. Так как на корабле существенно вырос экипаж, и в столовой приходилось питаться по очереди, руководство решило выделить абордажникам отдельную столовую. Это же место предполагалось использовать для собраний. Лабиринт для тренировки экипажа решено было сделать разборный. Надир, было, заикнулся, что раньше они использовали простые контейнеры, но я заявил, что это требование капитана уменьшить размеры всего тренировочного оборудования. Больше командир абордажников не возражал.

Дальше закипела работа. Переставили жилые модули. Марам с дроидами при помощи гравиплатформы начал перевозить все, что я насобирал на разбитом крейсере. Быстро собрали зону «Столовой». Там же подготовили энергошину для пищевого синтезатора и утилизатора. Дальше я выбрал наиболее подходящий проект и переслал технику. Он с дроидами начал собирать лабиринт. Он делался просто. Панели с корабля приделывалась снизу нога для устойчивости и несколько панелей соединялись небольшими шарнирами. Так можно было собирать и прямую стену, и изгибающийся коридор. Ещё можно было приделать проём с дверью. Сверху панели соединялись перемычкой определённого размера. Потому все помещения, которые собирались при помощи такой технологии, были определённых стандартных размеров. Свалив всё работу на Марама с «Ушенами» я принялся ваять силовые тренажёры. Не то чтобы они были необходимы, но вот приспичило заняться техническим творчеством и всё. В это время меня застало сообщение капитана, что у абордажников нужно будет установить пару импровизированных карцеров для содержания непредвиденных попутчиков. Сделать из контейнера подобное карцеру было не сложно, но зная любовь местных к всевозможным стандартам, сходил к своему искину и поискал готовый проект. Он, конечно же, нашёлся. Переслал его капитану со списком необходимых комплектующих. Ответ капитана пришёл минут через пять. Он полностью поддержал использование такого варианта и сказал, что купит три комплекта, но собрать нужно будет пока один.

Тир для тренировочных стрельб занял у меня больше всего времени. Для безопасности я решил обшить его бронёй оставшейся с установки стартовых ячеек и спиленных с разбитого крейсера. Из-за массивности получившихся стенок разборка тира была сложна, но возможна. Сборку лабиринта и проверку мы оставили на следующий день. Как оказалось, мы упустили из вида то, что нужно было сделать из контейнера оружейную комнату для хранения тренировочного и боевого оружия. Надир вспомнил про неё только тогда, когда рассматривал получившийся тир. Махнув на всё рукой, я закончил работы и отправился спать.

Уже на следующий день доставили пищевой комбайн, утилизатор для столовой и комплекты для изготовления нашей маленькой тюрьмы. За неё и взялся Марам, получив от меня проект. Сам я занимался оружейной. Когда всё было готово, появился Тар. По его виду во время осмотра переделанного грузового дока я понял, капитан доволен. От него мы узнали, что отряд взял новое задание по сопровождению грузовика и завтра мы отправляемся.

Контракт был долгим и скучным. Мы сопровождали грузовик, идущий к шахтёрам. Он вёз партию работяг-вахтовиков, а назад концентрат очень ценной руды. Вот её мы и должны были защищать. До нужной точки было три прыжка, и искин рассчитал прыжки так, что бы наш крейсер уходил в гипер за грузовиком и выходил раньше его. Во время восьмичасового разгона грузовика, который был раза в четыре больше нашего крейсера, Зитас устраивал тренировочные полёты, показывая клиенту мощь нашего космического флота. А Надир с помощниками гонял своих бойцов. Всю мелкую работу по обслуживанию корабля я перепоручил Мараму, а сам только контролировал работу стартовых ячеек. Просто ради интереса. В конце концов, капитан, похоже, обнаружил, что я бездельничаю и отправил к абордажникам. Пройти курс молодого бойца.

— Это оширский штурмовой автомат. У него нет компенсатора отдачи, но сейчас он тебе и не нужен. Зато простой и надёжный. Для тренировок пока хватит. Заряжен имитационными боеприпасами, — Надир протянул мне «Корза-74». — У тебя есть какие-нибудь изученные базы?

— Есть, — я взял автомат и повертел в руках.

— Наводишь вон на ту цель, — он показал рукой на квадратную мишень, — и жмешь вот сюда.

— Хорошо, попробую.

Давно не стрелял. С армии. «Корза» была очень похожа на знакомый ижевский автомат. Стал в стойку. Прицелился, задержал дыхание и выстрелил. Цветное пятно появилось правее и ниже центра. Скорректировал и дал очередь из трёх выстрелов. Цветовые маркеры появились вокруг центра мишени. Отдача еле чувствовалась, скорее лёгкая дрожь. Обленились местные, без компенсатора отдачи уже стрелять не хотят. Ещё несколько коротких очередей. Небольшой разброс был, но кучность у этого старого автомата была не плохая.

— А какой ранг баз у тебя выучен? — только тут я обратил внимание на явно удивлённого Надира.

— «Ручное кинетическое оружие» 1 ранг, — я решил не раскрывать всех данных о изученных боевых базах, мало ли у руководства появится желание привлечь меня к боевым действиям, а у меня на них аллергия.

— Но этого мало, что бы так стрелять.

— Я тренировался на своей планете. В армии.

— Ты служил в армии? Ты был техником в армии?

— Нет. Солдатом, простым солдатом. У нас было похожее оружие. Вот и научился стрелять.

— Я сейчас, — Надир убежал.

Стрелять мне нравилось. В своём взводе я был лучшим стрелком. А после дембеля даже купил пневматическую винтовку и иногда стрелял по банкам, пока во время очередных экспериментов у меня не лопнула пружина. Была даже мысль записаться в охотники и купить настоящее ружье, но тягомотина с оформлением убила всё желание, да и охотится я не хотел. Потому врагов убивал только в Контре.

— Вот попробуй из этого пострелять, — протянул мне небольшой «Мези». Арварский короткоствольный автомат. По виду напомнил пистолет-пулемёт HK MP5, если бы не более широкий и толстый магазин, где умещалось сотня безгильзовых патронов.

Несколько коротких очередей. Компенсатор отдачи убирал любую встряску от выстрелов. Просто водишь по мишени, и вспышки маркеров появляются как следы. Но ощущения не те, это как секс в презервативе. Нет полного контроля над оружием, когда ты чувствуешь, как вздрагивает в твоих руках железо, понимаешь, в какой момент пуля покидает ствол и затвор отскакивает назад, перезаряжая ствол. Твой мозг отсчитывает по три коротких выстрела. Больше нельзя, так как из за отдачи ствол увело и нужно скорректировать прицел. Тут же в моих руках была жужжащая железяка и о выстреле мне напоминала только вспышка на конце ствола. Разброс даже увеличился, но это скорее от неопытности. Хотя ствол у этой малютки был короче, но он не прыгал в руках от отдачи. С ней явно было удобнее в тесных коридорах.

Следующая была «Корза-104». Более продвинутый вариант первого автомата. То же компенсатор отдачи, но более длинный ствол позволял точнее прицеливаться. Я настроил на три выстрела и открыл огонь. Маркеры вспыхивали в центре мишени. Мне это оружие даже понравилось. С Надиром договорились, что я буду ходить к ним на тренировки, когда будут присутствовать другие бойцы. Но основным моим оружием будет «Мези», более компактный и удобный. У меня возникла мысль, что командир задумал коварный план, как пристыдить нерадивых абордажников тем, что простой техник корабля стреляет лучше их. Надир посоветовал продолжить изучение баз по оружию.

Во время стрельб неожиданно вспомнил, что у меня тоже есть свои бойцы. Пылятся в нишах в доке. Вроде, по планам капитана, я должен при помощи дроидов «Танжир-3» остановить волну вражеских абордажников. Пошёл в док и вывел дроидов на свет. Они долго стояли без дела, и реакторы перешли на минимальный режим работы. Потому им потребовалось минут пять для выхода на полную мощность. Двигая своими восемью лапами и четырьмя манипуляторами, тёмно серые паучки проводили тест своих систем. Последовала жалоба на отсутствие боеприпасов. Я построил своё воинство и повёл к Надиру. Как ответил мне Тар, он у нас сейчас является ещё и оружейником. Тот побегал вокруг и заправил тестовыми боеприпасами, для начала я хотел потренироваться. Подключаясь поочерёдно к камерам на дроидах, я наводил их на мишени. Примерно полчаса ушло на то, что бы разобраться с управлением. Оказалось, что при прямом управлении возможности дроидов были немного ограничены. Приходилось постоянно направлять и корректировать действия «Танжиров». С искином возможностей было больше и управление проще.

Я наблюдал как «Ушены» заканчивали сварку нового съёмного щита для «Мидэн-9», когда пришло сообщение о скором выходе из гипера. Меня оно не касалось, последнее время Гор был на своём месте и капитан меня не заставлял скучать в кресле второго пилота. Тем более Тар лично дал указание сделать новый щит, так как старый я разломал. При этом он предложил, чтобы сборкой занимался Марам со своими дроидами. Новому технику необходима тренировка и мне досталось роль руководителя. Хотя сам бот стоял в стартовой ячейке, туда со щитом он не влазил, решено было работы проводить в лётном доке, куда бот будет залетать для модификации перед абордажем. Как раз во время разгона и проверим, подумал я, когда дроид приваривал последний лист. Уже подтянулись пилоты и начали рассаживаться по «Алдушам». Любопытный Оки не смог пройти мимо и поинтересовался, что мы делаем. Получив ответ, как бы сам себе задал вопрос: «И кто на этом будет летать?»

— Изид, каково состояние систем заправки малых пустотных платформ? — я решил проверить, практически на автомате, увидев, как отцепляются манипуляторы.

— У пяти манипуляторов состояние рабочее. У манипулятора номер пять нестабильно работает система заправки топливом. Скорость закачки снижена на 35 %.

— Почему не сообщил, — я даже немного разозлился. Ведь действительно, этот мы купили у мусорщиков, от него всего можно было ожидать.

— Неисправность не критична. Заявка на ремонт для техника поставлена в очередь на исполнение. В данный момент ячейка используется платформой «Везель», полёты редки.

А ведь я не техник. Теперь это не моя проблема. Вот Марам освободится и займётся прочисткой шланга топливозаправщика. Я уже привык к прыжкам, хотя всё равно их чувствовал. Уже не было тошноты и головокружения, но тело вздрагивало, и в мозгу как будто взрывалась небольшая петарда. Я уже знал, что в этот момент «Сворг» выплюнула стартовая ячейка и Ясимо уводит его в сторону. Шуршащий звук разгоняющегося истребителя, переходящий в визг и хлопок. Потом ещё и ещё. Пилоты вывели свои «Алдуши» и сейчас парами расходятся, закручивая спираль вокруг корабля. Я отвлёкся и стал обходить наше творение, раздумывая в какой цвет выкрасить. Разум советовал в чёрный, но в душе хотелось что-то с пиратскими символами. Череп и кости. А ещё фоном пылающее ярко красное пламя. От взвывших сирен я подпрыгнул. Возникшая мысль, что кто-то из пилотов что-то забыл и сейчас влетит истребитель, тут же пропала, когда осознал автоматически прочитанное пришедшее сообщение от капитана: «Боевая тревога! Всем занять свои места! Техникам находиться на лётной палубе!»

— Изид, что произошло?

— Конвой ожидала засада. Мы вступили в бой.

— Много противников?

— На данный момент обнаружено два средних корабля и шесть малых пустотных платформ.

— Дай доступ к внешним камерам.

— Во время боевой тревоги доступ к внешним камерам заблокирован. Все ресурсы корабля оптимизированы для использования в боевых целях.

Вот так. Ничего не сделаешь. Мы сидели в доке, ничего не зная и не видя. Где-то минут через десять я осознал, что на мне нет скафандра. И тут моё воображение начало рисовать всякие страшилки. Как от попадания снаряда рвётся броня и через дыру в корпусе убегает воздух. А я-то без скафа. Ртом глотаю последние остатки воздуха, бьюсь в конвульсиях и умираю в страшных мучениях, с посиневшим лицом и выпученными глазами. Холодок пробежал по спине и мозг начал прорабатывать план, как быстро сбегать в мастерскую за скафом. Когда невольно ощупывал свою шею, представляя, что умираю, я вдруг вспомнил, что на мне космический комбез. Это чудо современных технологий работает как простейший скаф. Время ограничено. Кармашки-слоты для блоков рециркуляции воздуха пусты. Но внутренний запас комбеза позволит мне за несколько минут добраться в безопасное место. Я почти успокоился. Почти, потому как подсознание не хотело верить, что какой-то комбинезон техника сможет выдержать вакуум и холод космоса.

Марам без единого звука подорвался и побежал к выходу. Тут же я получил сообщение, что он вылетает на «Мидэне». Необходима помощь. Я остаюсь в доке и активирую «Танжиров». Приказ о активации боевых дроидов немного меня напугал. Предполагалось, что я буду ими управлять при нападении противника на корабль. Это значило, что дело плохо, нас будут брать на абордаж. А у меня ни скафа боевого, ни автомата. Сижу, практически голый. От мрачных мыслей отвлёк нарастающий гул. Он за несколько минут перешёл практически в визг. Доносился с носовой части корабля, перед лётным доком. Вдруг визг пропал, но не просто, а после резкого щелчка где-то над головой. Через несколько секунд визг опять появился. Вначале тихий и пошёл расти по нарастающей. Неизвестность нервировала. Я открыл схему корабля и попытался понять, что так визжит. Глянув на схему, я сразу понял. Перед лётным доком в носу стояли генераторы накачки плазменных орудий. А сами стволы проходили над доком. Нарастающий визг и щелчки означали, что «Тень Тааса» ведёт стрельбу из своего главного калибра по невидимому для меня врагу. Вдруг корабль дёрнулся. Как волна прокатилась по всем предметам. Потом ещё. Как понимаю, не только мы стреляем.

Вой сирен и я машинально отпрыгиваю к стене. Хлопок перехода и волна горячего воздуха. Что влетело, я не сразу понял. Только когда транспортная система поставила это нечто в ячейку, понял. Это изуродованный «Алдуш». Куска обшивки не хватало. Роторная пушка осталась одна. Да и маршевому двигателю досталось. Хозяина я определили по нарисованной крысе на носу, да и сам Оки вывалился из капсулы и бросился к стоявшему рядом «Везелю». Пока он усаживался и запускал системы, успел подбежать.

— Что там? Тебя сбили?

— Мы почти разбили их, — Оки не говорил, а кричал. — Я дотянул, а Иласис и Нирая сбили. Но мы их разбили. Тень уничтожила малый крейсер. Сейчас добиваем большой.

Люк закрылся и я отбежал, заметив, что отходит манипулятор. Истребитель уже разгонялся, когда корабль сотряс ещё один удар. Я стоял один, разглядывая израненную машину. Мне даже показалось, что она дымится. Хотя может и не казалось.

— Влад, — со мной связался капитан.

— Да, слушаю.

— Тебе придётся поучаствовать в абордаже. Бот должен был вести Марам, но он забирает капсулы с пилотами. Иласис сильно пострадала. И он не успевает. Нам необходимо как можно быстрее взять штурмом это старое корыто. Я посажу пилотом Лису, но я в ней не уверен, потому хочу, чтобы ты был рядом. С тобой будут «Танжиры». Из бота не выходи. Твоя задача будет подстраховка Лисы при полёте и поддержка боевыми дроидами абордажной команды. Забирай дроидов и иди к Надиру. Он даст скаф и оружие, — капитан отключился, не дав мне возможности возразить.

Я взглянул на молчаливого «Нидара», сегодня сиротливо сидевшего в углу. «Пойдём-ка брат, повоюем», и побежал к выходу. Вереница дроидов семенила за мной. Я не фанат боевых действий, но адреналин от неизвестности в пустом лётном доке взорвался во мне желанием что-то сделать. Может потом, буду жалеть, но сейчас я хотел кого-нибудь убить.

В кресле абордажного бота «Ох» было неудобно. Я сидел в самом конце, недалеко от пилота. Инженерный скаф не решился поменять на дешёвенький боевой оширский, предложенный Надиром, взял только «Мези» и пару магазинов запасных патронов. Сам воевать я не собирался, для этого есть дроиды. Подключился к тактическому монитору бота, на который передавалась информация с Тени. Мы двигались к обездвиженному крейсеру. Пока грузились, то Надир успел рассказать последние новости. Он был в рубке, потому рассказ был из первых рук. Наших заказчиков ждала засада. Обычно они не брали конвой, но на этот раз им подсказали добрые люди, что хотят их кинуть конкуренты и наняли каких-то местных бандюганов. Вот потому, когда наш крейсер выскочил из гипера, к нему потянулись вереницей истребители. Похоже у бандитов был слабый радар, они поздно осознали ошибку и шестёрку устаревших «Хозаров» производства независимого мира Орнут наши «Алдуши» порвали сходу. Но дальше отряд Зитаса нарвался на малый крейсер. Его дальнобойные пушки ПКО выбили Иласис и Нирая, а так же сильно повредили истребитель Оки. Только то, что рядом была близко «Тень Тааса» спасло отряд от полного разгрома. В перестрелке плазменные орудия Тени оказались мощнее кинетических небольшого крейсера, а ракеты противника не пробили наш щит. По какой-то причине второй крейсер задержался и добрался до поля боя, когда первый уже болтался без признаков жизни. Орудия «Тени Тааса» были мощнее, ракеты противника были уничтожены нашими противоракетами. Ракетный залп, пара истребителей и опыт команды довершили действие. Капитан решил не добивать противника, а взять на абордаж, ведь нужно было проверить своих бойцов. Да и денежный вопрос, то же был не на последнем месте. Старый крейсер лучше, чем груда развороченного металлолома.

Проект «Лираш» всплыло в моей памяти, когда увидел на камере очертания нашей цели. Совсем недавно я копался в останках его собрата. Вот теперь и этому не повезло. Истребители посбивали немногочисленные башни ПКО с одной стороны и Лиса направила наш бот к месту в задней части корабля подсвеченную искином меткой, поближе к реакторам. Одной из моих задач была вывести реакторы из строя и отключить энергию у оставшихся систем корабля. Вот рядом с ботом промчался «Вазель». Скорее всего, это Нирай сел на последний оставшийся целым истребитель. Тёмный цилиндр крейсера приближался. На нём не было стартовых ячеек. Заметен был только шлюз. Вот дыра пробитая ракетой и мне показалось, что она на месте где находится рубка. Метка на теле корпуса стала стремительно приближаться. Я вжался в сиденье.

Удар был неприятный. Я подумал, что сейчас вылечу из кресла и разобьюсь в лепёшку о стену. Но это мгновение прошло и неожиданно обнаружил, что жив и вполне здоров. Послышался жуткий скрежет, это наш бот раздвигал лепестки своего клюва, проделывая нам путь во внутренности вражеского корабля. По команде Надира подключился к дроидам и повёл их на вражескую территорию. Проход небольшой, но достаточный, чтоб протиснулся абордажник в полной боевой амуниции. На корабле была атмосфера. «Танжир» шмыгнул в шлюз и высунул манипулятор с пулеметом, на котором была камера в отверстие. Пусто. Освещённый коридор, а это значит, мы угадали и схемы кораблей однотипны. Дроид мягко приземлился на пол и срезу рванул в сторону рубки. У поворота выдвинул манипулятор за угол и замер. Следующий опустившись на пол, сразу помчался в другую сторону и замер у двери. Только тогда Надир, наблюдавший за всеми действиями дроидов через камеры, дал команду своим бойцам. На штурм пошли 10 абордажников, разделившись на двойки. Прикрывая друг друга, разделились на 2 отряда и замерли, глядя на меня. Только тут я понял, что отсиживаться в боте мне не доведётся. Радиус управления дроидами моей нейросетью был невелик, и хотя в моём скафе имелся ретранслятор для увеличения дальности управления, всё равно она была чуть больше сотни метров, что недостаточно для такого большого корабля. А это означает, что мне придётся пойти с одной из команд. Быстрое совещание с Надиром и я отправляюсь к реакторам с четвёркой бойцов, «Танжиром» и «Нидаром». Так как у Лисы оружия не было, да и она сама выглядела как испуганный зверек, продолжая сидеть в пилотском кресле. Я внёс всю нашу команду в список своих для одного из «Танжиров» и оставил его охранять бот.

Продвигались медленно, я даже немного расслабился, пока очередь из-за угла не полоснула по манипулятору. Особо она вреда не нанесла, но сильно напугала. Отпрыгнув назад и внеся лёгкую панику в ряды моих сопровождающих, я чуть было не упал. Быстро придя в себя и проведя короткое совещание, мы начали действовать. Дроид высунул манипулятор и начал поливать противника длинной очередью. В это же время Гертис из своей огромной штурмовой винтовки стрельнул гранатой. Сдавленный крик и противник затих. Я двинул дроида на штурм, но как только он выглянул, по нему опять открыли огонь. На этот раз за дроидом двинулись бойцы. Гертис получив доступ к камере дроида, управлял боем. Через пятнадцать секунд всё закончилось. За углом находилась импровизированная баррикада. Правда защиту он давала исключительно психологическую, пули прошивали её насквозь. Три человека в скафах, у двоих небольшие автоматы, один с маленьким оружием похожим на пистолет. «Иглострел», вовремя подсказала нейросеть. Такого оружия я ещё не видел, хотя знал о нём из баз знаний. Один из абордажников быстро проверил наших противников. Один труп, два ещё живы. У них не было медаптечек, потому всё тот же боец приложил к каждому аптечку из наших резервов. Пленные нам нужны, заказчик явно захочет узнать, что покушался на его товар.

Дальше сопротивления мы не встретили и добрались до реакторного отсека. Потоптавшись вокруг, только тут осознал, что в него так просто мы не попадём. Реакторный отсек представлял из себя глухобронированное помещение. Правда основную опасность представляли сами реакторы, но и внутрь попасть было тяжело. Дроиду придётся попотеть. Обдумывая, какое выбрать место для новой двери в отсек, я связался с Надиром. Ответ меня удивил, он предложил всё бросить и двигаться с бойцами к нему в сторону рубки.

Отряду Надира то же досталось. Они потеряли двух бойцов с ранениями, но смогли пробить сопротивление защитников и добраться до рубки. Правда, тут их ждало разочарование. Рубка была разрушена попаданием одной из ракет. Корабль старой конструкции, тогда ещё рубки имели иллюминаторы для визуального обзора. На время боя они закрывались бронестворками. Уже в те времена в конструкции кораблей начали вносить изменения и прятать наиболее ценные помещения в глубине корабля, под защитой не только брони, но и смежных помещений, но в данной случае проектировщики придерживались ещё старых канонов. Кроме погибших капитана корабля и всего руководства, пострадал искин. Этим и объяснялась пассивность систем обороны. Несколько оставшихся в живых членов экипажа попытались обороняться, но безуспешно. Всё произошедшее абордажникам рассказал последний из оставшихся в живых защитников. Что бы полностью убедиться в правоте слов пленника, необходимо было попасть в рубку. Возможно, было взорвать бронированный шлюз на входе в рубку, но тогда появится дыра и может улетучиться весь воздух с корабля, но Надир этого не хотел, он уже считал этот корабль трофеем отряда и начинал более рачительно относиться к новой собственности. Оставалось одно, выйти на обшивку и добраться до рубки снаружи. Мне было объявлено, что одним из смельчаков буду я, так как только инженер может оценить степень повреждений и работоспособность искина. Надир так же предположил, что где-то ещё могут прятаться недобитые защитники, потому посоветовал не расслабляться и держать оружие наготове.

Я знал только про два шлюза на корабле такого проекта. Рисковать и бродить по кораблю в поисках ещё одного выхода не хотелось. Носовой шлюз в стыковочном модуле находился около рубки и был недоступен. Оставался большой шлюз сбоку, через который я занимался мародёрством в менее удачливом собрате этого «Лираша». Туда я и направился с двумя бойцами и парой дроидов. Бронестворку пришлось открывать вручную, но мерцающая пелена электронного шлюза включилась автоматически сама. Мы друг за другом, с осторожностью, проходили сквозь непонятную субстанцию. Абордажники с таким столкнулись впервые и вначале начали играть, как дети, высовывая за пелену руки. Сам я уже пролетал сквозь шлюзы на малых пустотных платформах, и даже знал из баз очень смутное описание, что это особая форма плазмы, но эти знания, ни как не помогали понять, как это работает. Я мог починить такой шлюз, но для полного осознания принципов работы нужны были высокие ранги баз «Наука». Только мои дроиды безучастно наблюдали за играми глупых людей.

Передвигались по обшивке медленно. Как оказалось, мои охранники были из новичков и ещё не проходили обучения, как вести себя на обшивке корабля. Более опытных бойцов Надир отправил прочёсывать помещения. Так медленно, цепочкой, выглядывая, нет ли рядом «живой» башни ПКО, двигались вперёд. Я даже успел рассмотреть вдалеке чёрточку нашего крейсера, а абордажники так вообще первые пятнадцать минут крутили головами, вокруг рассматривая бездну космоса. Я испугался, что с ними может произойти что-то вроде приступа, как со мной в первый раз выхода в космос, и начал их подгонять, используя земные нецензурные выражения. Как оказалось, самым испуганным тут был я. Надир уже выводил свою команду в космос, потому всё это бойцы уже видели, они просто ещё не успели провести тренировок по перемещению по обшивке, но безграничные просторы космоса их не пугали, они о них просто ничего не знали. Да, ещё пришлось объяснять, что за непонятные слова я применял при разговоре с ними. Объяснение, что это хвалы богам моей планеты их успокоили.

Уже издалека я понял, что пленный не врал. Бронестворки окон рубки не выдержали взрыва ракетной боеголовки. Их смяло и вогнуло внутрь. Первым протиснулся дроид, за ним полез я. Аккуратно протискиваясь сквозь дыру, пришлось следить, чтобы не задеть многочисленными карманами и трубками своего скафа за рваные края металла. Дыра была на месте массивного блока прозрачной керамики, которое служило в рубке иллюминатором. От взрывной волны блок рассыпался на многочисленные кристаллы, разлетевшиеся по всей рубке. Я оставил бойцов пока снаружи, хотел сам для начала осмотреть, что к чему. Сомневаюсь, что кто-то выжил и затаился в засаде, намереваясь, напасть на меня, но «Танжир» уже облазил всё вокруг, живых объектов не обнаружил, после доклада он отошёл в сторону к стене и замер, перейдя в режим охраны. В рубке я насчитал шесть тел. Ударная волна изуродовала их до неузнаваемости, даже серьёзные боевые скафы у двоих не спасли. Возможно, в момент взрыва они не были закрыты, люди просто не ожидали такого поворота событий и не подготовились. У одного не хватало левой руки, посмотрев по сторонам, я обнаружил её у стены. Человек был в обычном комбезе и, скорее всего, стоял близко от места взрыва. Мне стало как-то не по себе и решив сделать хоть что-то, я взял оторванную руку и положил рядом с трупом. Край рукава комбеза отодвинулся, и я заметил на руке браслет. Темно-коричневый матовый, широкий, намного толще моего браслета-коммуникатора. Какое-то странное украшение. Чувство брезгливости и стыда удерживали меня секунд десять, но любопытство победило. Я снял браслет и стал его рассматривать. Возможно это бесполезный амулет, защищающий от злых духов с планеты мёртвого хозяина, а может драгоценный предмет. А ведь в карманах может найтись ещё много чего ценного. Им оно уже не нужно, а мне, бедному технику, работающему по рабскому контракту, вполне может пригодиться. Я начал шарить по карманам комбеза. В одном из них обнаружилась чёрная блестящая коробочка, а в ней пластинка, похожая на базы знаний, только с синей полосой. Засунул в карман скафа. Ещё какая-то трубочка с шариком на конце, очень мне напомнила погрызенный чупа-чупс. Я не знал, что это и вернул назад. Весь комбез был запачкан кровью, но она уже успела загустеть, потому не пачкалась. В перчатках скафа было очень неудобно шарить по карманам, я мало что прощупывал, а долго задерживаться тут было нельзя. Трупы в скафах я проверить не мог, если что у них и было, то под скафандром. У остальных карманы были пусты. Или я просто ничего не нашёл. Поворачивая тела, я обнаружил, что у обоих типов в скафах были иглострелы. Появилась мысль один из таких оставить себе. Но куда спрятать, ведь на корабле за мной вовсю следит Изид, а значит, всё узнает капитан. Можно было попытаться запихать в «Нидар», но долго разбирать, что бы добраться до свободных полостей. Может в будущем пригодиться. Не придумав ничего, я нашёл люк в полу и открыл вход в технический отсек. Сразу встрепенулся «Танжир» и мгновенно оказался рядом со мной. Он залез первым и проверив всё, успокоился в углу. Только тогда залез я. Это помещение мало отличалось от виденного мною ранее. Ничего кроме электроники тут не было, правда, видно было, что и тут много чего пострадало. А главное, пострадал единственный искин. Его шахта немного изогнулась и блок искина невозможно было даже достать. Осматриваясь вокруг, пришла мысль спрятать иглострел где-то тут. Я вылез и аккуратно достал из под трупа оружие, а потом засунул его за панель в техническом этаже. Ещё раз осмотрев всё решил, что пора возвращаться. На обратном пути стал готовить инфопакет с описанием проблем капитану.

Когда вернулись к шлюзу, то обнаружили в доке «Мидэн». Явно наш трофей решило посетить начальство. В рубке Надир и Тар обсуждали что-то стоя в стороне. Увидев нас, Тар махнул рукой, приглашая к себе.

— Что там в рубке?

— Всё плохо. Взрывом боеголовки повреждена вся рубка. Внутри одни трупы. Искин разбит. Вот потому корабль не сопротивлялся.

— В рубке было всё начальство. Остальные бойцы были на малом крейсере, который хотели использовать для захвата грузовика, на этом корабле остался только экипаж по минимуму.

— Мы будем потрошить этот корабль?

— Нет. У нас нет времени, заказчик не собирается ждать, он напуган засадой и мы вынужден уходить.

— Мы бросим трофей просто так.

— Нет. Тут останется трофейная команда. Её задача в охране и восстановлении корабля. Тебе нужно в течении двух часов проверить, что есть на корабле и что нужно для проживания на этой посудине пяти человек. Учти, что ты один из этих пяти.

— Как я? Вы оставите нас на разбитом корабле. А если что случиться?

— Ничего не случиться. Оставим тебе твоих боевых дроидов и пару абордажников под командой Надира. И ещё пилота. Даже двух. Ваша задача создавать шумиху вокруг корабля. Тогда если кто-то и залетит в систему, то не будет даже близко подходить. Так что вперёд, обследовать корабль.

— У нас есть коды доступа в реакторный отсек?

— Нет. Пленный ничего не знает. Всё было у капитана, а он валяется дохлый в рубке. Ты его видел, — капитан улыбнулся своей шутке, а вот мне было не до смеха. — Тебя будет сопровождать один из бойцов. Вроде абрдажники проверили всё, но вдруг кто-то ещё затаился. Хотя, по словам пленного все или мертвы или ранены. Давай быстрее, Нирай сейчас повёз пленных и раненых на Тень. Может на обратном пути что-то привезти.

Я развернулся и пошёл в направлении системы жизнеобеспечения. Нужно будет проверить, работает ли регенерация воздуха. Без неё сидеть тут было бессмысленно. В голове начал вырисовываться план дальнейших действий. Необходимо осмотреть мастерскую техника и узнать, нет ли там ремонтных дроидов. Я так же узнать где техник, если жив, выяснить про коды управления. Проверить каюты, нам в них придётся жить. Найти столовую и кухонный комбайн. Дел много, а времени мало.

«Тень Тааса» скрылась из вида. Крейсер ещё долго будет разгоняться, но мы это уже не увидим. В доке теснились рядом «Калард» и «Мидэн». Я так и не понял, почему капитан оставил именно этот истребитель. Возможно, пилоты предпочли «Вазели», они и до этого не особо жаловали кораблик с энергетическим вооружением. Хотя я был даже рад, по мне «Калард» превосходил арварские машины. Вот только пилот, которого капитан оставил с нами, была Лиса, а это значит, что особо надеяться на использование истребителя против возможного врага не приходилось. Возможно «Калард» капитан оставил для меня, он дал координаты мест, где проходили бои и намекал, что стоит проверить, не осталось ли чего ценного. В повреждённый первый крейсер так и не высадили трофейную команду, не хватило времени. У меня даже проскочила мысль, что капитан хочет от нас избавиться, но с нами остался Надир, а ему капитан доверял и абордажник платил ему верностью. Ещё два бойца в подчинении у Надира были скорее массовкой. Серьёзное нападение мы не выдержим, скорее, можем испугать случайно залетевшего в этот мир торговца. Ещё у меня в подчинении осталось три дроида. Два боевых «Танжира» и мой «Нидар». Местный ремонтный комплекс «Наджал-6» мне был недоступен, здоровенный шкаф-искин потребовал управляющие коды. Как рассказал наш болтливый пленный, техник погиб в бою у реакторов, а кроме него и капитана никто не мог ими управлять. Потому я смог только полюбоваться на 6 дроидов комплекса. Особенно заинтересовали дроиды диагносты. Небольшого размера паучки. Попытавшись подключиться к каждому, просто из любопытства, и получив отказ в доступе, я забросил непослушных роботов.

Доставшийся нам корабль был скорее нашей тюрьмой, хотя я решил представлять нас как полярников на дрейфующей льдине с моей родной и такой далёкой планеты Земля. Искина не было, оставшееся оборудование работало в минимальном режиме, да и то многие вещи, те же шлюзы, приходилось открывать вручную. В ближайшее время я поставил себе в планах восстановить герметичность рубки. Добраться до реакторного отсека, там должен находиться резервный пост управления кораблём. Без искина он бесполезен, но капитан обещал доставить искин для этого корабля. И нам придётся поверить капитану. Без него мы отсюда не выберемся. Можно некоторое время прожить в боте, но без гипердвигателя всё равно никуда не улетишь.

Мы разместились в каютах по одному. Я из своей выбросил все вещи предыдущего жильца. Возможно, он погиб и мне не хотелось, чтоб что-то о нём напоминало. Немного волновался, как будет себя чувствовать девушка среди компании мужчин запертых в беспомощной жестянке в заброшенном космосе. Но довольно быстро понял, что наши абордажники, если не побаивались, то явно очень почтительно относились к девчонке-пилоту. Она могла бы ими командовать, даже Надиром, если захотела бы. Но Лиса спокойно относилась к создавшемуся положению, и принимало всё как должное. Для меня так и остались загадкой их взаимоотношения.

Для питания нам оставили целый ящик каких-то пищевых концентратов. Они находились в специальных пакетах. Судя по виду и инструкциям на пакетах, а так же из-за не эстетичного вида содержимого и довольно безвкусного наполнения я смело предположил, что нам выдали военные сухпайки. Съев один, я переставил в моих планах включение пищевого синтезатора на первое место. Он стоял в углу нашей новой столовой, но по какой-то причине не отзывался. В одной из неприметных кладовок обнаружилась груда картриджей для синтезатора.

Нидар ввёл на нашем корабле военный порядок. Постоянно кто-то из абордажников был на посту, хотя постом это сложно было назвать, просто сидел в рубке бота, прослушивая эфир и надеясь заметить на радаре хоть какое-то движение. Каждый должен был всё время ходить в скафе и с оружием. Даже Лисе выдали «Мези», как у меня.

В первый же вечер я проверил свои находки. Воткнул в браслет кристалл, намереваясь узнать, какие базы знаний записаны на нём. Но в ответ получил сообщение, что на банковской карте находятся 25 тысяч кредитов. Кристалл я сразу достал и задумался. Я раньше не встречал таких карт, и спросить тут было не у кого. На станции сходил бы в банк или связался с Илкитом. Да просто покопался в сети и всё узнал. А у своих коллег как-то не хотелось что-то узнавать. Подозревал, что о находке нужно было объявить всем, вот только непонятно было, как происходит раздел трофеев. Потому карточку в коробочке просто засунул в карман скафа до лучших времён. Браслетом занимался дольше. Рассмотрел со всех сторон. Внешне похож на украшение, как будто тёмное полированное дерево, но уж очень толстый для простой безделушки, зная, что в этом мире ожидать можно было всё что угодно, решил его надеть. Браслет растягивался, и я без труда надел его на руку. На запястье у меня он свободно болтался.

— Обнаружен микроискин «Сорти-6», — сообщение нейросети было неожиданным. — Произвести подключение? Да. Нет.

— ДА, — я даже не раздумывал, хотя уже построил себе искин для копания в сети, но отказаться от такой халявы было просто невозможно.

— Требуется код производителя для подключения. Пользователь не опознан.

Вот и всё. Радость была недолгой. Явно искин был настроен на нейросеть, а раз хозяина нет, то он теперь требует пройти новую идентификацию. Сейчас это действительно просто украшение. Хотя есть вероятность, что какой-то местный хакер мне поможет. Ведь кто-то взломалнайденного дроида для капитана, может и это «украшение» взломают. В комбезе держать браслет было неудобно, слишком большой, потому оставил его в кармане скафа.

С пищевым синтезатором разобрался быстро. Довольно большой серый ящик с названием «Гурт-3М» был просто обесточен. Во время боёв шальная пуля задела энергошину. Через пару часов синтезатор ожил и зажужжал. Подключившись к нему, заказал первое попавшееся блюдо. Через две минуты получил тёплую булку с начинкой, напомнившие мне земной гамбургер. А вот вкус был совсем другой, слишком приторно-сладкий с нотками специй. Это лучше, чем каша в армейских пайках, но меня не восхитило. Пришлось копаться в настройках, отключать приоритет антранских блюд. В конце концов, нашёл свои привычные блюда.

Следующей в списке была рубка. Вначале я хотел просто заварить листами железа, но потом возникли сомнения, смогу ли я заварить такие площади и не пропустить, ни одной дырочки. У меня уже был опыт герметизации помещений при ремонте на нашем корабле, но тогда за давлением в комнатах следил искин. Сейчас искина нет и я не знаю, как проверить сварку. Одна небольшая дырочка и мы можем остаться без запасов кислорода, а в нашем положении это довольно опасно. Потом пришла мысль использовать для герметизации пену. На корабле оказался довольно большой её запас. Техники очень любили решать свои мелкие проблемы с помощью аварийной пены. Быстро и надёжно. Когда я уже собрался осуществить свой план, то осознал, что у меня нет листов железа, точнее не совсем железа. Листов брони из металлокерамики. Взять их на корабле можно было только сняв с других мест, а не имея точного проекта корабля, это было чревато нарушением целостности корпуса и неожиданной разгерметизацией. Только одно место на корабле можно было, хотя даже нужно, разобрать. Это защитный корпус реакторного отсека. Туда всё равно необходимо было добраться, там находился аварийный пост управления с шахтой резервного искина. Открыть шлюз в отсек так просто в ручную, как я делал с остальными на корабле было нельзя, только прорезкой нового отверстия. Искина конечно же там не было, но капитан обещал привезти новый искин и куда-то его нужно будет поставить. Имея доступ к резервному посту, рубка не была так необходима. Но во мне уже тлел огонёк стяжательства, и этот грешок был скорее развлечением, так необходимым в моём грустном нынешнем положении.

Я уже всё облазил вокруг реакторного отсека и наметил примерное место вторжения. Основываясь на виденных мною ранее реакторных отсеках, предположил, что все они примерно одинаковы. «Нидар» своим резаком проделывал первую дырку, когда я кое-что придумал. Присел на пол и начал обдумывать план работ. По прикидкам на получение доступа к реакторному отсеку должно уйти около суток, уж очень толстые стенки. Конструкционный дроид с большим резаком справился бы быстрее, но у меня был только один стандартный рабочий. Была ещё возможность самому взять в руки резак техника и помочь дроиду, но я не особо спешил. Всё-таки инженер должен больше думать, чем руками железо ковырять. Потому я размышлял. У меня были примерные координаты повреждённого небольшого крейсера. Вроде как ему хорошо досталось, и появилась мысль слетать туда и заняться мародёрством. Там я добуду листы брони для герметизации рубки. Возможно, уцелели блоки маневровых двигателей и всякие ценные вещи в каютах экипажа. Может там найдётся сейф капитана, набитый чипами с кредитами, а может даже координаты Земли. Незаметно для себя я провалился в беспокойный сон. Какие-то чудовища в виде, не то ящериц, не то крокодилов в скафандрах набрасывались на меня из всех углов, а я расстреливал их из пулемёта. И бежал. Стрелял и бежал. Спотыкался, вставал и снова бежал. В один из моментов я подпрыгнул и понял, что проснулся. Сразу появилось предупреждение от дроида, что у него перегрелся резак, и он вынужден остановить работы до восстановления инструмента в исходное состояние. Я прочёл это сообщение в холодном поту. Буквально несколько секунд назад надо мной склонилась звериная пасть с рядами жёлтых кривых зубов. И вот я, оказывается, сплю, прислонившись к стене. А недалеко спокойно «дремлет» мой боевой дроид. А ведь всё было так реально.

Как и прикидывал, на создание нового прохода в реакторный отсек ушли почти сутки. После чего я вошёл в зал с двумя кубиками реакторов «Унгус-20». Старая прожорливая модель, но зато очень надёжная. Один из реакторов был заглушен. Проведённый тест показал его ресурс в 74 % и сообщение, что отключен потому, как он считается ведомым к основному в связи с отсутствием связи с управляющим центром. Второй реактор работал, хоть и в экономичном режиме. Аварийный пульт оказался формальностью, по удобству он уступал центральному. Просто небольшая каморка с двумя узкими креслами и шахтой искина. Комнатка была забита всевозможным хламом, оставшимся от предыдущих ремонтов реакторов.

Следующим в моём списке был осмотр маршевых двигателей. Два «Шает-210» оказались так же вполне исправными. Когда истребители добрались до тушки крейсера, то искин уже погиб и пилоты не стали уничтожать движки. Корабль и так остановился. Проверка топливных баков выявила утечку только одного и по расчётам топлива нам хватит.

После короткого совещания с Надиром, где он узнав, что на крейсере хоть сейчас можно будет улететь, мы сошлись на том, что вначале нужно будет провести разведку.

«Калард» медленно выполз задом из дока и начал разгоняться. Я решил лететь один и на истребителе. Это было намного быстрее и у кораблика мощные лазеры, непонятно что ждёт меня дальше и хотелось иметь хоть какой-то аргумент. Да и просто хотелось развеяться и сменить обстановку. У «Каларда» был самый чувствительный радар из всех доступных нам. Это конечно не специализированный разведчик, типа «Сворга», но уже не плохо. Следуя по пути к крейсеру, отметил, что поле боя с истребителями противника было не так далеко от моего маршрута. Необходимо было только немного отклониться. Я не сразу решился на это. Хотелось как можно быстрее проверить крейсер, но разум всё-таки восторжествовал. Остатки кораблей не крутились на одном месте, они постоянно разлетались в разные стороны со скоростью, с которой они были уничтожены во время боя. Остатки были небольшие, и чем больше времени проходило, со времени сражения, тем меньше шансов было найти все части в одном месте. С крейсером было проще, он был большой и сканер истребителя найдёт его в любом случае, что не скажешь о мелких частях. Что это были за машины, я не знал. Было известно только их название, «Хозар». Старые истребители, какого-то забытом богом независимого мира.

Обломки уж начали разлетаться. Из группы невозможно было понять, сколько их было изначально. Я заметил только два корпуса, которые сохранили общие очертания изначальных машин. Нейросеть выдала предполагаемый вариант из известных баз. «Таур», хакданский истребитель второго поколения. Возможность полётов в атмосфере, один лазер, ракеты на подвеске. Скорее всего этот «Хозар» копия «Таура». И лазер заменили кинетическим орудием. Второе поколение, очень сильные повреждения, в модели нет спасательной капсулы. Нет смысла с ними возиться. Был бы рядом наш крейсер, то затянул бы пару штук на запчасти и изучение. Сейчас тянуть его к базе долго и бессмысленно. Я медленно вёл «Калард» среди обломков, которые сверкали в лучах местного светила. Хотел проверить самый крупный кусок, который медленно вращался вокруг своей оси. Остановившись, стал рассматривать истребитель. Снаряды роторных пушек порвали незащищённые части «Хозаров» на куски, но этому повезло больше. Несколько скользнувших очередей не разрушили силовой каркас. Только отверстия от случайных снарядов, но и этого хватило. Я задержал взгляд на носовой части, возникла мысль залезть туда и попробовать достать радар, может он будет получше, чем имеющийся в «Мидэне». Поднял глаза и обомлел. Прямо на меня смотрели большие чёрные глаза. Бледное лицо. Этот взгляд, он обладал гипнотическим влиянием. Я не мог пошевелиться. Мой мозг вопил об опасности, хотел бежать, но не мог пошевелить, ни одним органом, ни управлять истребителем. Я решил, что сейчас умру. Это длилось, наверное, несколько секунд, но для испуганного сознания прошла вечность. Только когда «Хозар» продолжил вращение, и лицо мертвеца повернулось, я обмяк. Сердце бешено билось, мысли путались, я повёл «Калард» прочь. Подальше отсюда. Не нужны мне эти обломки. И надо будет вставить в скаф аптечку, а то нейросеть предупреждает об опасности, но сделать ничего не может.

Пока долетел до подбитого крейсера, то немного успокоился. Я почти убедил себя, что видел мертвеца, который ничего мне сделать не мог. Просто разыгралось воображение. Слишком я напряжён последнее время. Всё время работа, без отдыха. Помогла бы рыбалка, но кого ловить в космосе. Полностью от мрачных мыслей отвлекла новая цель, лёгкий оширский крейсер типа «Мируни» на фоне астероидного пояса. Его сильно покалечило. Осторожно приблизившись и начав облёт по спирали, я следил за башнями орудий. Насчитал одну СВ-8 и две МАШ-6. Скорее всего, их было больше, но шквал энергии и металла порвал не только обшивку корпуса, но и снёс системы обороны. Проверив характеристики МАШ-6, пришёл к выводу, что именно они стали причиной потерь москитной группы Тени. Точные, дальнобойные трёхствольные орудия. Скорострельность меньше СВ-8, но превосходная точность на дальних расстояниях нивелировала длительную перезарядку. Маршевый двигатель повреждён. Силовой набор корпуса явно продавлен. О восстановлении корабля не может быть и речи, но трофеи поискать стоит. Я развернул истребитель и направился к нашей базе. Как получится, сразу сюда вернусь.

Два дня ушло на подготовку полёта. Мы с Надиром ни как не могли прийти к общему мнению по поводу состава. Командир предлагал лететь всем, я же хотел лететь на боте только с Лисой. Для помощи нужен был второй пилот, да и думал свалить на неё длительный перелёт. И само собой женское общество было приятнее, чем толпа вооружённых до зубов вояк. В результате споров и моих уговоров, что нельзя оставлять крейсер без присмотра сошлись на том, что я лечу на боте с одним из абордажников, а Лиса на истребителе нас страхует.

Бот вышел раньше истребителя. Лететь нам предстояло более четырёх часов в одну сторону, а вот «Калард» был намного быстрее, потому Лиса присоединилась к нам на полпути. Сам полёт ни чем особым не запомнился, в отличии от предыдущего. Просто нудно и долго летели. Пока бот не зацепился манипулятором у разорванного корпуса «Мируни». Истребитель завис недалеко, у Лисы был приказ поддержать нас огнём, если возникнут проблемы. Мы начали продвижение внутрь, впереди двигался «Танжир» за ним абордажник и только после я, сжимая в руках «Мези». Уже через минут пятнадцать стало ясно, что мы зря волновались. Внутри никто не выжил. Слишком серьёзные оказались повреждения. Да ко всему ещё взорвался один или несколько реакторов. Обычно после этого корабль превращается в сверхновую, но электроника попыталась отстрелить «взбунтовавшийся» реактор. Тот не успел далеко отлететь и взорвался на вылете. Я сначала принял эти повреждения за ракетный взрыв, но развороченный реакторный отсек поставил всё на свои места. Болтавшиеся местами трупы, в большинстве своём в скафах, не сильно меня пугал. Живой абордажник при оружии и боевой дроид придали мне уверенности. Быстрый осмотр и я начал при помощи «Нидара» резать куски брони, а боец носил их к боту. Я убедил Надира, что ресурсы бота очень малы и у нас не будет достаточно времени, чтобы провести полный осмотр. Необходимо срочно добыть необходимые материалы и возвращаться. А потом я вернусь один и проведу полный осмотр и сбор трофеев. Я даже немного испугался таким своим мыслям. Этот мир меняет меня. И это мне не очень нравится, но нужно выжить. Идеалисты долго не живут.

После часа активного труда «на свежем воздухе» я приварил большие куски на корпус бота, и начали наш путь домой. Боец довольный завалился спать, Лиса через полчаса полёта сообщила, что ничего на радаре не наблюдается, а у неё на исходе ресурсы истребителя, и умчалась на базу. Я остался один, на все четыре часа полёта. Потом ещё разгрузка бота у рубки, с наваренным грузом бот не залазил в шлюз. Только после этого я смог спокойно провалится в глубокий и спокойный сон.

Ремонт рубки проходил вполне буднично. Аккуратно и тщательно залил пеной все возможные отверстия, а потом «Нидар» последовательно наварил броню. Была мысль наварить в два слоя, но листов не хватило. На сварку у нас ушёл целый день, так как дроид был один. Я подносил листы, устанавливал и прихватывал ручным резаком, за мной шёл дроид и приваривал ровными и красивыми швами. После добрался до системы жизнеобеспечения и поднял давление в рубке. В качестве проверки оставил всё как есть и отправился спать. Не то что бы я хотел проверить на утечку, хотя и это не исключалось. Я просто хотел исследовать рубку и ближайшие помещения один, без свидетелей.

Проснувшись, даже не пообедав, отправился на поиск трофеев. Давление в передней части осталось стабильным. Я заранее добрался до шины управления шлюзовой перегородки, потому на открытие шлюза ушло не более пяти минут, да я и не стал его полностью открывать, только на полметра, после чего мы с «Нидаром» протиснулись внутрь. На трупы насмотрелся, потому сразу отправился в каюту капитана. Это было ближайшее помещение к рубке. Из-за заклинившей двери рубки доступа туда я раньше не имел. Сейчас же из коридора забраться туда, было делом пяти минут. Внутри всё перевёрнуто, разбросаны вещи. Освещения не было, потому довольствовался светом своего фонаря и прожектора дроида. Чёрную матовую дверцу сейфа на стене обнаружил почти сразу. Очень хотелось его вскрыть, но я остановился. Слишком явны будут следы мародёрства и не понятно, как отреагируют остальные члены нашего небольшого отряда на мою выходку. Только стал завоёвывать уважение у экипажа и в этот момент прослыть «крысой», будет непростительной оплошностью. Мои действия и так подозрительны. А будет ещё что-то в сейфе или нет, неизвестно. Отвернувшись, стал изучать вещи на полу. Вот моё внимание привлекла коробочка. Точнее заинтересовал её цвет. Точно такой же, как у ручного искина, который лежал в кармане скафа. Подобрал коробку и открыл. Внутри бархатная чёрная ткань, в которой отпечатан круглый след, совпадающий с искином. На крышке какая-то пластинка с надписью. Не стал рассматривать и засунул коробку в карман. Потом почитаю. Ещё минут пять я копался в вещах, но не нашёл ничего примечательного. Нужно двигаться дальше. Следующая комната за каютой капитана была оружейная. Но она была практически пуста, что не удивительно. Экипаж готовился к бою и все вооружились. Лежали патроны и какое-то оружие, но оно было явно великовато для меня. Да и куда я его дену. Единственное, что я тут взял, это три обоймы для иглострела с разными цветовыми метками. Ещё одно помещение оказалось каютой, но пустой. Возможно, она была предназначена для ВИП гостей, которых в момент гибели крейсера на борту не было. Поиски почти закончены, нужно расчистить проход к рубке.

К тому моменту, когда дроид вырезал проход в бронедвери закрывающей вход в рубку, за моей спиной стояли все абордажники во главе с Надиром. Он начал, было, меня отчитывать, что небезопасно одному вот так отправляться на задание в неисследованные помещения, но я его оборвал заготовленной лекцией о том, что мы не знаем когда появится капитан, а я хочу всё сделать побыстрее, что опасности нет, давление в норме и я просто работаю. В этот момент «Нидар» сделал проход. Я не стал лезть первым, я там всё же видел. Абордажники, как на учениях, провели зачистку пустой территории, а потом занялись трупами. Надир лично обыскал каждый труп и всё найденное собрал в небольшие пакеты. По его словам, начальство потом разберётся и подсчитает, что это и сколько стоит. Позже мы отправились осматривать остальные помещения. В каюте капитана наш командир кивнул на дроида, и попросил аккуратно вскрыть сейф. На это у нас ушло почти три часа, уж очень твердоплавким оказался состав. Я уже сомневаться в целостности содержимого и стал предлагать оставить сейф на попозже, но Надир решил продолжить. А когда дверь сейфа отвалилась, спокойно ссыпал несколько кристаллов в пакет, даже не пытаясь проверить, что это. Зато найденная одним из абордажников разукрашенная сабля привела их в полный восторг. Яростно гогоча, они торжественно перенесли её в нашу столовую, где потоптавшись, попросили меня как-то повесить на стену напротив хода. Железяка была хороша, блестящий металл переливался чёрными узорами, на которых местами поблёскивали золотистые инопланетные письмена в виде загадочных иероглифов. При проверке оружейной внимание бойцов привлекла некая странная конструкция. Надир объяснил, что это наплечная плазменная пушка. Очень крутая вещь, но подходит только не менее крутым скафам. К ней ещё нужен мощный реактор. Ни у кого из нас такого не оказалось и потому сошлись на мнении, что Тар Ишаас заберёт эту игрушку себе. Только у него единственного из всей команды был подходящий скаф. Перетянув трупы из рубки в помещение, где складировали найденных ранее, абордажники потеряли интерес к помещениям в носовой части корабля, потому я смог спокойно заняться своими делами.

Обойдя ещё раз все, проверил, не пропустил ли чего в прошлый раз. Ничего нового не нашлось. Достал спрятанный иглострел. Оружие напоминало короткоствольный пистолет. В руке лежал удобно. Проверив, что никого рядом нет, навёл на стену и нажал на спуск. Тишина. Осмотрел обойму, полная игл с красными метками. Заряд батареи в норме, но устройство меня не слушалось. Ну что тут сделаешь. Придётся прятать и разбираться позже, когда доберусь до сети. Я заранее освободил в «Нидаре» свободную полость. Там должен был храниться аварийный зип, но он отсутствовал, потому я спокойно спрятал в тайнике иглострел с запасными обоймами и коробку от ручного искина.

Внимательное изучение содержимого технических помещений показало, что кроме сломанного искина повреждены обе имеющиеся тут шахты. У меня даже возникла мысль демонтировать шахту искина в реакторном отсеке и перетянуть сюда. Но взвесив все «за» и «против» отказался от этой идеи. Проверил все стойки с модулями памяти, они представляли из себя шкафы, с прозрачными дверцами заполненные блоками размером с книжку. Больше половины модулей внешней памяти были повреждены, стойки смяты. Но дальние от входа уцелели там, же стояли практически целые модули сопряжения и коммуникации. Я не знал, что хранилось в уцелевших блоках памяти, было недостаточно знаний и отсутствовала схема корабля. Но где-то должны храниться резервные копии памяти искина. Только подключив новый искин и проведя тест можно было узнать, сохранились ли какие данные и целы ли все каналы связи.

Ещё два дня мы занимались ремонтом на наружной обшивке корабля. Пока дроид заваривал лишние дырки в обшивке, я осматривал блоки маневровых двигателей. Хотя уцелевших было достаточно, для минимальных маневров, я начал осуществлять свой план по посещению остова разрушенного крейсера. Пожаловавшись Надиру на отсутствие запчастей, я объявил, что необходима новая вылазка для поиска трофеев. При этом на этот раз полечу я один, нужно будет экономить ресурсы бота, да и не нужен мне боец, лучше дроида возьму, он воздухом не дышит. Договорились, что Лиса подстрахует меня уже в самом конце полёта, чтобы не тянутся за медленным ботом. Её, как новичку, необходим опыт полётов. Уже лучше тут, в относительной безопасности, чем учится в бою, где она могла в любой момент погибнуть. На эти мои доводы Надир закачал головой, соглашаясь. Я ему ещё раньше советовал постоянно отправлять Лису в небольшие разведывательные полёты.

Через полчаса, как отлетел от нашей временной базы на «Мидэне» в новый полёт за трофеями, я достал браслет-искин. На крышке коробочки была табличка, которая гласила, что данное изделие продукт корпорации «Меркат» и изготовлено оно к двухсотлетию этой замечательной компании, которая славится высокопроизводительными и элегантными изделиями. А ещё внизу таблички была одна строка с набором символов и цифр.

— Обнаружен микроискин «Сорти-6», — появилось сообщение нейросети, как только одел браслет. — Произвести подключение? Да. Нет.

— ДА, — нужно проверить мою догадку.

— Требуется код производителя для подключения. Пользователь не опознан, — я ввёл код который был на крышке.

— Опознан новый пользователь. Раздел предыдущего пользователь недоступен.

— Предыдущий пользователь умер. Деактивирован, — мне вдруг показалось, что железяка лучше поймёт такой термин.

— Зафиксирована смерть предыдущего пользователя, но правила корпорации запрещают получать доступ для новых пользователей к данным предыдущих пользователей. Раздел будет закрыт на год на время ожидания появления предыдущего пользователя, после чего данные будут уничтожены.

— Но он же мёртв, — только тут я вспомнил, что в этом мире то, что ты мёртв, не означает, что ты умер. Я уже оживал после смерти, потому конструкторы и предусмотрели, что труп старого хозяина может ожить и потребовать свои данные. — Хорошо, блокируй данные старого хозяина.

— Произвести привязку искина «Сорти-6» с нейросетью?

— Да.

— Привязка произведена. Влад Ислаав признан пользователем искина.

— Зови меня просто, Хозяин. А как тебя зовут?

— Искин «Сорти-6».

— Я буду звать тебя просто Сорти.

— Принято.

— Есть какая-нибудь обучающая база знаний по твоим возможностям?

— Есть информация по основным характеристикам.

— Перешли мне её, — тут же получил инфопакет. — И ещё, подключение к инфосети через мою нейросеть.

— Принято. Как только появимся в зоне действия ретранслятора, я произведу синхронизацию.

— Для работы обязательно находится на запястье.

— Нет. Достаточно, чтобы искин находился рядом с телом. Но наибольшая скорость и защищённость соединения с нейросетью хозяина достигается при физическом контакте. Данные по эксплуатации есть в информационном пакете.

— Тогда всё. Я пока изучу документацию, — я снял браслет. Великоват и непривычен для руки. Я решил, что пусть пока в дальнем кармане скафа полежит. Я же в ближайшее время его снимать не собираюсь, а потом что-нибудь придумаю.

Вот я и получил игрушку, которую хотел. Всё не так уж и плохо. Нужно придумать, что я хочу ещё. Что-то из осуществимого, а не то что снится мне почти каждую ночь — большой корабль и координаты Земли.

Судя по координатам искина на тактическом мониторе, крейсер должен был появиться примерно через полчаса. Я уже начал готовится к предстоящей высадке, и проверял оборудование, как монитор подал сигнал. Для моей цели рано. Как только я глянул на монитор, что бы проверить, что случилось, он взорвался цепочкой красных меток и аварийным сигналом. Шесть меток малых пустотных платформ. Идентифицированы как истребители «Хозар» без метки принадлежности. Маршрут красных меток указывал на то, что их цель, это я. Сенсоры у них намного лучше того, что на боте, потому можно предположить, что ни давно меня видят. И если есть истребители, то где-то рядом есть их носитель. У меня нет шансов, слишком мала скорость, чтобы попытаться уйти. Оставалось только спрятаться. Я повернул кораблик к поблескивающему на свету местного светила поясу астероидов. Только там у меня есть небольшой, но шанс попытаться уйти от погони. Или хотя бы задержать.

Слишком медленно. Слишком. Даже форсаж, сжигающий топливо и ресурс двигателей, не сильно помогал. Красные метки приближались. Но вот четыре метки повернули и последовали по направлению к нашей базе. За мной продолжили двигаться только две. Противник, оценив степень моей опасности, решил не тратить на меня ценный ресурс. Сбить меня мог и один истребитель.

Уже стали попадаться первые камни поля астероидов, когда корпус моего корабля стал сотрясаться от попадания кинетических снарядов. Я до последнего пытался уворачиваться от встречных булыжников, ведь погибнуть можно было, не только получив снаряд в спину, ну так же от того, что впечатался в огромный астероид. Искин истерил сообщениями об отказавших системах. Вот отключился маршевый двигатель. Разгерметизация основного корпуса. Глухой удар, я почувствовал, как кусок металла пролетает мимо и в это мгновение автоматически закрылось забрало скафа. Сам я просто забыл в горячке боя о герметизации скафандра. И теперь на подсознании понимал, рубка бота пробита, драгоценный воздух уходит, да и вообще непонятно, есть ли ещё бот или осталась одна рубка. Уже два раза серьёзно бился боками о крупные камни, а мелкие просто не считал. Я не мог повернуться, чтобы посмотреть назад, не просто не мог, я боялся посмотреть назад. Вот огромный астероид с неровными краями. Не знаю, каким чудом удалось увернуться от него, а потом, развернувшись почти на месте, спрятаться за громадиной. Разворачиваясь, заметил, что мой стремительный пролёт не прошёл даром для поля. Камни крутились, сталкивались. Мне даже показалось, что слышу глухие удару камней друг о друга, что было просто физически невозможно в вакууме. Радар был забит помехами, то ли повреждён, то ли астероидное поле состояло из металлических руд, которые фонили. Тут не просто хороший радар нужен. Тут только шахтёрским сканером можно было засечь инородный для поля предмет. Будем надеяться, что если я не вижу, то и меня не видят. Вскочив с места, быстро осмотрел рубку. Вот входное отверстие, вот дыра выходного. Через пять секунд я уже заделал обе ремонтной пеной. Заглянул через иллюминатор двери рубки и замер. Огромная дыра. Не просто дыра. Не было части обшивки. Повреждения силового каркаса. Но обидно, что именно в этом месте стояли дроиды. Я попытался несколько раз вызвать «Нидара» и «Танжир». Бесполезно. Дроиды потеряны. Стоп. Нужно сесть и успокоится. Истребители сюда не сунутся. Слишком опасно. Необходимо проверить оставшиеся ресурсы бота. Проверил давление в рубке, слишком мало, наверное, система автоматически отключила подачу воздуха, обнаружив резкое падение давления. Включил откачку оставшегося воздуха. Мне всё равно, я в скафе. На ручке двери мигнул огонёк, можно открыть. Вышел в основное помещение. Всё печально. Вырван кусок обшивки, многочисленные пробоины. Я полез в задний отсек проверять двигатель, реактор и топливный бак. И вовремя. Топливо вытекало, медленно, но цепочка шариков гелиевого топлива похожих на сверкающие бриллианты отрывалась от стенки бака и убегала в сторону. Зрелище было красивым, я на секунду даже залюбовался, но голос разума заставил достать баллон пены и залить дырку. Я около часа занимался ремонтом маршевого двигателя, без дроида всё пришлось делать вручную. Тест реактора Ї норма. Проверил маневровые. Обрывы энергошины. Пришлось полазить по кораблю, хорошо, что схема корабля у меня сохранилась. От маневровых осталась половина, но на боте их был и так избыток, для увеличения маневренности.

Закончив с работой, я вдруг вспомнил, что не ел уже полдня. В боте хранились пакеты сублимированной еды, но как поесть в скафе. Пришлось довольствоваться сладким соком, которым была заполнена одна из поилок скафа. Вот только от него мне ещё больше захотелось есть. Прислушиваясь к бурчанию в желудке, прикинув все варианты, проверив двери и лишние отверстия в обшивке, я заполнил рубку воздухом. Открыв скаф, вскрыл пакет и стал жадно поглощать довольно невкусный армейский сухой паёк, который использовался как аварийный на всех кораблях. Только когда доел второй, расслабленно растянулся в неудобном кресле и уснул. Сказалась усталость, спал адреналин, которым была наполнена моя кровь после бегства от неопознанного врага, и чувство мнимой безопасности. Я проспал почти шесть часов. При этом очень беспокойным сном. Во время одного из кошмаров подскочил и выпал из кресла. Вот так и проснулся. Пора действовать. Выкачал воздух из рубки и заправил систему скафа кислородом.

Я не решился сразу выводить бот из своего убежища. Пришла мысль, для начала посмотреть, что там. Подцепив фал к кораблю, я на двигателях своего скафа «Сухад-3М» выплыл за астероид. И ничего не увидел, кроме вращающихся камней.

Бот медленно выходил и двигался к краю астероидного поля. Радар не засекал ничего опасного. Приходилось очень осторожно маневрировать среди потревоженных обломков. Я чувствовал всем телом удары мелких камней об обшивку, а от больших пытался увернуться. Уже почти вывел бот, точнее плотность астероидной масс упала до минимума, и осталось пройти около нескольких крупных булыжников. И тут мой напряжённый мозг совершил ошибку, не просчитав движение большого камня, я увеличил скорость, пытаясь как можно быстрее покинуть опасное мест. Но этот предательский камень, вместо того, что бы отлететь в сторону и не мешать мне, ударился о другой, изменил траекторию и впечатался в бот. На удивление, удар был такой силы, что я вылетел из кресла, уже в полёте пришла мысль, что опять будет разгерметизация и хорошо, что я выкачал воздух. Удар о стену, вот что я помню последним. И последняя мысль: «Почему я не вставил в скаф аптечку?»

— Я думаю сделать надбавку Иласис, хоть она почти не участвовала в основных боях, но сильно пострадала, — Тар взглянул на Дока.

— Нет, я должен возразить. Она сама подставилась. А то, что пострадала, так на неё ушло много ценных картриджей. И заняла «Терсу» на четыре дня. Следующий раз будет осторожнее.

— Ты говоришь прямо как Зитас, — Капитан улыбался. — Ладно, раз вы против, то получит только то, что причитается контрактом.

— И как у нас с доходами.

— Вполне нормально, но я ожидал большего. Сейчас непонятно, за сколько удастся продать этот старое корыто. Хотя даже в таком виде доход покроет наши расходы на этот контракт. И наш рейтинг наконец вырос.

— Ты хотел, чтоб Влад отремонтировал?

— Да. Я решил попробовать организовать ещё один бизнес. Помнишь, мы это обсуждали. Если бы Владу удалось починить и модернизировать «Лираш» и тем существенно увеличить стоимость старого корабля, то на вырученную разницу я намеревался снять ангар и купить ещё ремонтных дроидов. Влад занимался бы ремонтом, мы получили свою базу со своей мастерской. Оставил бы Лису с ним, я обещал Надиру, пилот истребителя из неё всё равно не очень хороший. Ну и дополнительный доход от мастерской «Тени Тааса» не помешает. Теперь придется, так как есть продавать, или починить и себе вторым кораблём оставить.

— Без Влада этот проект не имеет смысла, и ремонт для себя может дорого стоить, — Иас медленно отпил из бокала. — А девчонке нужно дать базы пилота средних кораблей. И базу для работы со сканером и оператора щита. Нужно что-бы кто-то заменил Влада в кресле второго пилота, когда Гор занят.

— Да. Ты как всегда прав, — Тар откинулся на спинку кресла. — Ты знаешь, у него был свой искин.

— Какой искин? — Док был удивлён. — Наручный? Откуда он его взял?

— Он достал искин из боевого дроида и перепрошил его. Приделал реактор. Ещё какие-то блоки. То оширское чудовище, что чуть не перебило пол команды, когда эти харши ввалились в мой корабль, не забыл ещё? Так вот этот самодельный искин лежал в шкафу его каюты. И он запаролен. Можно его взломать, но это будет стоить кредитов. И что мы узнаем? Дорого для любопытства. Только вот чтобы собрать такое, нужно иметь базы «Кибернетика». Откуда они у него. Если купил то, за какие деньги?

— Я не удивлюсь, если мы об этом разумном ещё услышим.

— Откуда? Мы засекли бой. Оки и Нирай видели обломки и разбитый ремонтный дроид. Раскраска его, пилоты опознали этот дроид. Я сам видел запись с нейросети Оки. Владу просто не повезло, нарвался на передовой отряд. Вон сами еле ушли. Я уже раздумывал, не бросить ли добычу.

— Труп ты его видел? Я нет, потому не уверен в его смерти.

— Чего тут спорить, — Тар приподнял бокал. — Где бы Влад Ислаав не был, в плену или его дух ушёл на Бескрайнюю равнину, пусть Тень Великого укроет его.

— Может он медтехник?

— Ага, вот мы просто так летели, и на нас свалился медтехник.

— Ну да, я же везучий.

— То, что ты выиграл девку у Уржачи, не значит, что ты везучий. Ты же не нашёл медтехника согласного с нами лететь? И что с тобой сделает Мержу когда узнает, что ты не выполнил его приказ.

— Вот потому и не смогли нанять или купить медтехника, что нам он должен был свалиться просто так.

— Ага, может он ещё и доктор, — сарказм в голосе невозможно было пропустить.

— Нет, у него же метка «Техник», как он может быть доктором.

Голова болела. Я чувствовал, что голый, но не узнавал нашу медкапсулу. Это что-то новенькое. Резкий свет от открывшейся крышки. И заморгав от яркого света, я протёр руками глаза. Сверху возвышались две фигуры. Одна высокая и худая, вторая низенькая полная. Стандартные комбезы. Только вот лица. Чёрные. Негры, хотя нет, тут это арварцы. Зная о местных правилах, сразу понял, дела мои плохи. Хотя я жив, может выкручусь.

— Очнулся, вот сейчас и спросим, — этот голос принадлежал пухлому. — Ты медтехник?

— Нет, — я покачал головой. — Я техник, корабельный техник. Корабль чинил.

— Вот видишь, — пухлый махнул на меня рукой. — Никакой ты не везучий. И хорошо если Мержу тебя в дальний угол не отправит.

— А он. И его бот, — худой показал на меня.

— Мы же его хотели спрятать и продать.

— Лучше его отдать, чем в темноту. И если он техник, то может выучить базы и стать медтехником. А тебе я девку отдам, которую выиграл, — при этих словах пухлый задумался. — Ну где мы его спрячем? Когда ещё на «Нири» полетим? А если Мержу про него прознает, он обоих в дальний угол отправит.

— Тогда его деньги мои, — пухлый показал рукой на меня.

— Но это много! — худой, аж подскочил. — А вдруг у него куча кредитов.

— Сейчас проверим, — повернулся ко мне. — Вылазь.

Молча наблюдая за их торговлей, я не очень понимал, что происходит. Создалось впечатление, что меня продавали. Ладно, посмотрим. Встал. Только тут почувствовал, что на шее что-то закреплено. Пощупал рукой, какой-то металлический обруч.

— Что, такого раньше не было, — пухлый скалился в улыбке своими крупными белыми зубами. — Привыкай. И одевайся.

Комбез лежал на столе в стороне. Рядом на полу валялся мой скаф.

— А теперь переведи все свои деньги на эту карту, — он протянул мне мой браслет «Тарес-10», только тогда заметил, что его нет на руке, и банковский кристалл.

Я надел браслет, подключился, вставил кристалл и перевёл на него все свои деньги. При этом, я не хотел это делать, но всё равно сделал. После чего всё отдал пухлому.

— У тебя всего пять китов? Почему так мало? — пухлый был удивлён и разочарован.

— Это всё что у меня было на счету. Мне не платили деньги, по контракту вся оплата уходила за долги, эти деньги я заработал втайне от хозяина отряда, — выпалил я без запинки, притом не желая этого.

— Что глаза выпучил, не привык ещё. Теперь ты не можешь нам ни соврать, ни навредить. Мы шахтёры корпорации «Нирзу», летели через систему, а тут аварийный сигнал. Подлетели, а там ты без сознания почти дохлый. И мы тебя спасли, за это ты нам должен. Бот твой совсем разбит, только на металлолом. Потому за твоё спасение в оплату мы заберём всего тебя. Рабский ошейник уже почувствовал? Так что Влад Ислаав, теперь ты раб.

25.09.2015

Content

Funky Boy Aka Игорь
Новые возможности