Г. Филимонов, Н. Данюк, М. Юраков

Переворот

Авторам удалось понятным и доступным языком рассказать о гибридной войне, которая ведется против нашей страны уже много лет. Занимательно. Рекомендую!

Захар Прилепин

Книга подробно раскрывает все аспекты реализации технологий госпереворотов. Обязательно к прочтению всем, особенно сомневающимся в роли США в организации «цветных революций» и «управляемого хаоса».

Николай Стариков

Интересная книга, иллюстрирующая реальное положение дел в глобальной политике.

Константин Сёмин

© ООО Издательство «Питер», 2016

© Серия «Новая политика», 2016

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

* * *

Введение

Мир вступил в новую фазу борьбы за мировое господство. Война в Сирии, ИГИЛ, действия Турции и Саудовской Аравии, украинский кризис, информационные и валютные войны, давление на мировой рынок нефти, рукотворные экономические кризисы, влекущие за собой цепочки госпереворотов, – все это компоненты многомерной сетевой системы гибридных технологий.

Один из основных мотивов глобальных игроков – обеспечение устойчивости американской финансовой системы. Первая и Вторая мировые войны сделали доллар мировой валютой, и для удержания этого положения мир сегодня подталкивают к новой войне. В 1933 г. именно Лондон и Вашингтон привели к власти в Германии Гитлера, которого они перевооружили, снабдили военными технологиями, потом сдали ему территории и вывели на границу с СССР. Сегодня на роль Гитлера нет кандидатов, поэтому создают некоего коллективного агрессора, разваливают государства, перекраивают границы, приводят к власти экстремистов, которые втягивают государства в войны ради чужих интересов, запуская сценарий глобальной нестабильности.

Управляемые войны и революции экспортируются в любую точку мира для оказания давления на конкурентов. В Европе, например, одна из самых болезненных проблем – взрывающие во всех смыслах ее изнутри беженцы. Она является следствием разрушения американцами Ирака, уничтожения Ливии, создания очередного проамериканского проекта под громким названием «Исламское государство». И беженцы в Европе – предсказуемый итог деятельности США на Ближнем Востоке и прагматичный проект, призванный хаотизировать Европейский континент с целью перенаправления мировых финансовых потоков в США для создания единственного в мире островка безопасности и решения тем самым ключевых для экономики США задач.

Острие атаки направлено на Россию. Это факт. В настоящее время наблюдается перегруппировка западных сил, в том числе в глобальном политическом и информационном пространстве, связанная со сменой тактики ввиду очевидных провалов предыдущих сценариев. При этом спикеры от Запада акцентируют внимание на полном отсутствии в их подходах какого-либо негатива по отношению к российскому государству и его народу, пытаясь увязать в глазах мировой общественности наращиваемое на Россию давление лично с персоной президента Владимира Путина. Суть и причины происходящего очень точно сформулировал министр иностранных дел России Сергей Лавров: «Лидеры западных стран заявляют: надо санкции сделать такими, чтобы они разрушали экономику и поднимали народные протесты… Запад однозначно показывает, что дело не в том, что он хочет попытаться изменить политику Российской Федерации, что само по себе иллюзорно, а они хотят сменить режим».

Цель наших зарубежных визави официально проявлена – госпереворот в России и отстранение от власти действующего президента страны. Ситуацию, когда карты раскрыты и обнажена суть сценария США в отношении Российской Федерации, можно уверенно назвать войной.

Технологии «цветных революций», или иными словами демонтажа политических режимов суверенных государств, – это важнейший геополитический инструмент в арсенале средств Запада, в первую очередь США, обеспечивающий решение текущих задач без применения вооруженной силы и классических методов открытого военного противостояния.

«Цветные революции» позволяют их инициатору избежать негативных издержек горячей фазы боевых действий и без фактического объявления войны, следуя лучшим традициям англосаксонской геополитики, оставаться над схваткой, при этом контролируя и направляя события в нужное русло.

Западные проектировщики строят свою геополитическую стратегию не на пустом месте. Дестабилизация ситуации в стране-мишени осуществляется с опорой на объективно существующие социально-экономические и политические проблемы. Деструктивные политические технологии применяются главным образом во время электорального цикла. Основная роль при этом отводится подготовке и использованию подрывных сил – политической агентуры, которая должна расшатывать внутриполитическую ситуацию, способствовать консолидации оппозиционных групп для того, чтобы в нужный момент возглавить протестное движение и добиться смены существующего политического режима. После чего внешняя управляющая сила получает в свои руки необходимые рычаги управления и добивается геополитической и геоэкономической переориентации государства-мишени.

Англосаксонские стратеги создавали целые проекты для перекраивания карты мира, при этом особая роль ими всегда отводилась ослаблению и разделению России – ядра евразийского пространства, также известного под геополитическим термином Heartland (Хартленд – материковая сердцевина мира). Сюда следует отнести упомянутую поддержку гитлеровской Германии, помощь афганским моджахедам, создание движения «Талибан», террористической сети «Аль-Каида» и многое другое. Сегодня подобным проектом стали технологии «цветных революций», а также организация хаоса на Ближнем Востоке. «Исламское государство», архитекторами которого являются Соединенные Штаты Америки, уже провозгласило наступление на Центральную Азию и российский Северный Кавказ.

Учитывая растущую глобальную нестабильность, становится крайне важно провести анализ использования деструктивных политических технологий с геополитической и геоэкономической точки зрения, а также выявить основные мотивации авторов таких сценариев. Этому и посвящена книга.

Глава 1

«Цветные революции»: современные технологии демонтажа политических режимов

1.1. «Цветные революции» и социальные сети

С современной теорией и практикой ненасилия можно ознакомиться в трудах профессора Гарвардского университета Джина Шарпа – «архитектора» теории и практики реализации «бархатных революций»[1] как компонента внешнеполитической технологии «мягкой силы». Превратившись, по мнению большинства специалистов, в «Клаузевица ненасилия», он, в отличие от М. Ганди и М. Лютера Кинга, предлагает людям использовать его методы, не превращая ненасилие в образ жизни, так как оно «не имеет ничего общего с религией, моралью и социальной справедливостью»[2]. Разница состоит в том, что его предшественники видели в ненасильственном сопротивлении «программу изменения отношений, заканчивающуюся мирной передачей власти»[3], а Шарп – методику захвата власти.

Интерес американских военных и политиков к его исследованиям берет свое начало с ввода советских войск в Чехословакию в 1968 г. С 1970-х гг. Белый дом, стремившийся блокировать военный потенциал Кремля, начинает разработку методов ненасильственного сопротивления. В 1983 г. по инициативе Дж. Шарпа в Бостоне создается международный центр исследований ненасильственного сопротивления – Институт Альберта Эйнштейна, впервые применивший свои наработки во время демонтажа советского влияния в Центральной и Восточной Европе[4]. Претворяя в жизнь концепцию «нового мирового порядка», выдвинутую президентом Бушем-старшим (1989–1993), стратегическое ненасильственное действие (strategic nonviolent action) нашло свое применение в важнейших с точки зрения геополитики Вашингтона регионах мира: в Восточной Европе, на Ближнем Востоке, в Азиатско-Тихоокеанском регионе, Африке и Латинской Америке.

В последующие годы преимущества этого действия успешно использовались администрацией Клинтона для смены власти в Югославии в 2000 г. («бульдозерная революция»). С приходом в январе 2001 г. неоконсерваторов в Белый дом ненасильственное сопротивление выдвигается в авангард внешнеполитической борьбы. Так, например, эта методика позволила сменить власть в Грузии («революция роз» 2003 г.), на Украине («оранжевая революция» 2004 г.), в Ливане («кедровая революция» 2005 г., приведшая к выводу сирийских войск из страны) и Киргизии в 2005 г. («тюльпановая революция», повторно проведенная в 2010 г. для смещения К. Бакиева).

В 2009 г. Дж. Шарп (наряду с Дж. Маккейном и Дж. Соросом) был обвинен иранскими руководителями в причастности к попытке государственного переворота. Причем негодование Тегерана подкреплялось появлением (накануне волнений) в Интернете знаменитого пособия профессора Шарпа «От диктатуры к демократии» в переводе на фарси[5]. Спустя два года администрация Б. Обамы, отягощенная участием одновременно в двух военных кампаниях, сделала ставку на непрямое участие в смене режимов в Тунисе (январь 2011 г.) и Египте (февраль 2011 г.)[6]. Ненасильственным сопротивлением также охвачены Алжир (2010–2011), Йемен (2011), Сирия, Бахрейн, Иордания и Ливия. В меньшей степени протестный потенциал проявился в Марокко, Саудовской Аравии, Ливане, Ираке, Омане, Кувейте, Мавритании, Судане, Сомали, Западной Сахаре и Джибути. Этот широкий список стран приближает решение долгожданной задачи Соединенных Штатов: перестроить Большой Ближний Восток на свой лад, предоставив проамериканским элитам новую легитимность, необходимую в условиях ослабления глобальных позиций доллара.

В теории каждая операция, вне зависимости от страны и ситуативных характеристик, прорабатывается в несколько этапов:

1) оценка и анализ;

2) разработка стратегии;

3) выстраивание возможностей;

4) борьба;

5) завершение конфликта.

Анализируются возможности и ресурсы той или иной страны, могущество режима и потенциальных третьих сил, которые могут быть задействованы или вовлечены в конфликт. США выстраивают стратегию по принципам военного планирования, избирая концепцию наилучшего достижения своих целей в конфликте: каким образом и когда бороться, как достичь максимальной эффективности в осуществлении своих целей. Это своего рода план распределения, адаптации и применения имеющихся средств[7].

Планировщики ждут ответов на следующие вопросы: каковы основные препятствия для ненасильственных действий? какие факторы будут способствовать достижению победы? на какие основные силы опирается действующий режим? какие слабости он имеет? насколько уязвимы его источники силы? какие силы на стороне революции? каковы ее слабые стороны и как от них избавиться? каков статус сторон, непосредственно не вовлеченных в конфликт, кто оказывает помощь или может ее оказать как режиму, так и революционерам, а также какими способами?[8]

«Основные усилия стратегов направлены на блокирование таких сторон политической власти, как ее авторитет – уверенность народа в том, что власть легитимна и его моральный долг подчиняться ей; человеческие ресурсы – число и значение лиц и групп, которые выполняют указания, сотрудничают или предоставляют помощь своему правительству; умение и знания, необходимые режиму для выполнения конкретных действий; нематериальные факторы – психологические и идеологические стереотипы, делающие население лояльным; материальные ресурсы – степень контроля или доступа правительства к имуществу, природным и финансовым ресурсам, экономической системе, а также к средствам связи и транспорта; санкции – необходимые для существования режима и проведения его политики наказания, грозящие или применяемые против непослушных или отказывающихся сотрудничать»[9].

Для претворения теории в практику еще в 1973 г. Дж. Шарп написал книгу под названием «198 методов ненасильственных действий», содержащую весь перечень протестов и забастовок, начиная от бойкота выборов и заканчивая отказом от уплаты налогов или всеобщей забастовкой. Их актуальность объясняется двумя постулатами:

1) сила государства основывается на сотрудничестве с населением и его послушании;

2) если люди прекращают взаимодействие с режимом, то последний теряет столпы, на которых держится[10].

Иными словами, власть – своего рода психологический феномен, авторитет которого определяет степень порядка; иллюзия, навязанная обществу посредством различных догм, в том числе и религиозного характера. Из этого следует ключевой закон: правительство дееспособно до тех пор, пока сохраняется вера в его превосходство.

Наряду с обозначенными факторами успех ненасильственной борьбы во многом зависит от культурно-коммуникационной войны, нацеленной на психологическое подавление противника.

Обобщенно ее ведение предполагает следующий порядок действий:

1) созданная оппозиция под аккомпанемент американских СМИ и НПО начинает постоянное информационное воздействие на население страны для подрыва существующего режима;

2) решающая фаза операции зачастую приходится на начало электорального цикла, когда политическая система находится в уязвимом положении (президентские либо парламентские выборы); весь механизм приводится в действие после оглашения итогов выборов, которые, как правило, не отвечают запросам оппозиционного лидера;

3) толпа (в среднем от 50 до 100 тыс. человек), называемая в западных СМИ «народом», выходит на улицы и начинает бессрочный митинг, требуя отставки «узурпатора»; организованные массы блокируют основные транспортные и коммуникационные артерии; главное условие – не вступать в вооруженную борьбу с органами правопорядка, поскольку силовой конфликт (в котором преимущество за правящим режимом) может привести к насильственному подавлению восстания; постепенно парализуется весь город, приостанавливаются поставки топлива, назревает продовольственный кризис;

4) администрация США (через Госдепартамент и другие ведомства) объявляет о преднамеренной фальсификации выборов, выступает в поддержку «борцов за демократию» и призывает руководителя государства уйти в отставку;

5) англо-американские телеканалы, информационные агентства, интернет-ресурсы, радио и газеты продолжают давление на власть, которая в большинстве случаев решается уйти в отставку, а парламент, в свою очередь, назначает дату выборов либо ограничивается пересчетом голосов;

6) США объявляют о «победе демократии» и обеспечивают информационную поддержку нового режима, превращая собственную «мягкую силу» в источник его легитимности.

Политические процессы в Северной Африке и на Ближнем Востоке, запущенные в конце 2010 г., продемонстрировали значимость американских социальных сетей в синхронизации массовых выступлений, сместивших президентов Туниса и Египта. Поражающий эффект этих интернет-ресурсов, дестабилизирующих весь арабо-мусульманский мир, обусловливается численностью их активных пользователей: «Фейсбук» по состоянию на июль 2011 г. объединил порядка 750 млн человек, а аудитория «Твиттера» к аналогичному периоду увеличилась до 200 млн. Вместе с этим важно учитывать, что «они не провоцируют революцию, а служат лишь инструментами, позволяющими революционным группам снизить расходы на участие, организацию, набор и обучение». Однако «как любой инструмент, социальные сети имеют присущие им слабые и сильные стороны, и эффективность их зависит от того, насколько эффективно лидеры используют их и являются ли они доступными для людей, которые знают, как их использовать»[11].

Социальные сети, превратившиеся, по сути, в информационные агентства, способны распространять данные по всему миру за считанные секунды, ускоряя тем самым ход всей операции. Это вовсе не означает, что телевидение и радио теряют популярность: происходит своего рода симбиоз крупнейших телевизионных гигантов с такими сетями, как «Викиликс», «Фейсбук», «Твиттер», YouTube, что в конечном итоге усиливает эффект информационных операций, выводя на улицы сотни тысяч манифестантов. Примером такого взаимодействия служит деятельность международной телекомпании «Аль-Джазира», размещающей видеоматериалы на собственном портале в YouTube. Подобная практика наблюдается также среди российских вещательных организаций.

Переворот в Тунисе, организованный через Всемирную паутину, – результат длительной подготовительной работы Центра прикладных ненасильственных акций и стратегий «Канвас» (CANVAS – Center for Applied NonViolent Action and Strategies). Основанный в 2003 г. в Белграде на базе «Отпора» (НПО, организовавшая революцию в 2000 г. в Югославии, в 2003 г. – в Грузии, в 2004 г. – на Украине и т. д.), «Канвас» во главе с С. Поповичем реализует на практике наработки Института Альберта Эйнштейна. Члены организации также участвуют в семинарах, финансируемых ОБСЕ и ООН. Сотрудничая с американской организацией «Freedom Haus», которую, в свою очередь, поддерживает республиканский Национальный фонд за демократию[12], «Канвас» подготовил к 2011 г. активистов из более чем 50 стран мира, в том числе из Зимбабве, Туниса, Ливана, Египта, Ирана, Грузии, Украины, Белоруссии, Киргизии и Северной Кореи.

В ходе обучения центр исходил главным образом из того, что широкий доступ к транснациональной информации, предоставляемый народам во многом через Интернет, вытесняет национальные правительства из процесса формирования общественного мнения. Примечательно, что Тунис, запустивший революционную волну, перекинувшуюся затем на Египет, еще в 1991 г. стал первой арабской и африканской страной, подключившейся к Сети. Несмотря на последующие меры руководства страны по контролю над Всемирной паутиной, количество ее пользователей среди тунисцев (по состоянию на 2005 г.) в сравнении с Египтом (6,8 %) составило 9,5 %. По уровню же развития мобильной телефонии Тунис занял второе место (56,3 %) в мусульманском мире, уступая лишь Турции (59,6 %)[13].

С учетом этих данных убедительна позиция американского издания «Бизнес инсайдер», отметившего, что именно публикация на сайте «Викиликса» компрометирующих материалов, затрагивающих семью тунисского президента З. Бен Али (обвинения в коррупции и излишней расточительности), послужила пусковым механизмом народного недовольства, позволившего вывести на улицы сотни тысяч людей, озабоченных ростом цен на продовольствие и всеохватывающей безработицей[14]. Массовая истерия была также усилена актом самосожжения (совершенного рядовым тунисцем 4 января 2011 г.), который включил в революционный процесс даже лояльную правительству часть населения.

События развивались стремительно: организовав антиправительственную пропаганду и координируя революционные выступления через популярные среди арабской молодежи сети «Фейсбук» и «Твиттер», оппозиция захватила основные коммуникационные артерии государства. Дефицит продовольствия, усиливающийся с каждым днем, подтачивал ресурсы и волю правительства, что неизбежно отразилось на армии, отказавшейся подавить восстание силой. Выступления официальных лиц Евросоюза и США лишь ускорили падение режима, убедив протестующих в необходимости бессрочного неповиновения властям, что в конечном итоге вынудило президента З. Бен Али покинуть страну 14 января 2011 г.

Тунисский сценарий вселил уверенность в региональные оппозиционные движения, позволив египетскому активисту В. Рашиду заявить: «События в Тунисе привели в движение Египет, который, в свою очередь, будет усиливать аналогичные процессы во всем регионе»[15]. Первая реакция не заставила себя ждать: 22 января начинаются демонстрации в Йемене с требованием отставки президента А.А. Салеха, правившего страной с 1978 г. Располагая самым низким индексом развития человеческого потенциала в арабском мире (более половины йеменцев живут на 2 доллара в день или меньше, а треть населения страдает от постоянного голода), правительство Йемена с каждым днем протеста теряло общественную поддержку. В итоге после многочисленных вооруженных столкновений правительственных сил и протестующих президент А. Салех, будучи раненым после обстрела своей резиденции, 3 июня покинул страну. Изменения затронули даже дружественную американцам Иорданию, где инфляция и безработица, усилившиеся при правительстве С. аль-Рифаи, вынудили короля Абдаллу II сформировать новый кабинет министров и пообещать социально-экономические преобразования.

Следующей ареной применения социальных сетей стал Египет. Расширение контактов «Канваса» с египетской оппозицией пришлось на серию забастовок 2008 г. в знак протеста против роста цен на продовольствие и низкой заработной платы (разогнанных полицией). С этого периода объединение сведущих в информационных технологиях египтян, назвавшее себя «Движением 6 апреля» (в знак солидарности с участниками подавленной правительством забастовки ткачей в городе Махалла 6 апреля 2008 г.), создает в «Фейсбуке» группу для проведения ненасильственных акций по всей стране. Набрав уже на первых порах 70 тыс. сторонников, они решили развить успех сетевых акций, отправив для подготовки в Белград своих активистов. Так, одним из первых обучение прошел М. Адель, прослушавший в 2009 г. недельный курс по стратегии ненасильственных действий: акцент делался на методах трансформации виртуальной пропаганды в уличные протесты.

Вскоре полученные знания были использованы египетским движением за перемены «Кифайя» (с араб. kifaya – «достаточно», «хватит»). Созданная в июле 2004 г. по аналогу «Отпора» (включая одинаковую эмблему – кулак), организация черпает силы из идейного протеста египетской молодежи, берущего свое начало со второй интифады (народного восстания) в Палестине в октябре 2000 г. Набрав популярность, организация вступила в альянс с Объединенным национальным фронтом за перемены (октябрь 2005 г.). Влияние «Кифайи» и ее сотрудничество с «Братьями-мусульманами» росло в стране и за ее пределами неуклонно, хотя последние, опасаясь репрессий со стороны властей, не приняли прямого участия в восстании. Исламисты предпочли действовать в кибернетическом пространстве, выложив для этого на своем сайте пособие Дж. Шарпа «От диктатуры к демократии»[16].

По мнению экспертов из Фонда Карнеги, «Кифайя» – первая политическая сила в Египте, сумевшая извлечь максимальную выгоду из социальных сетей и цифровых технологий в качестве основного средства связи и мобилизации протестных выступлений. Будучи «независимой» политической трибуной, блогосфера не только формирует необходимую контекстуальную среду, но и собирает информацию о настроениях в обществе, позволяющую задавать необходимую тональность антиправительственной пропаганде. Само возникновение политических блогов в Египте связано преимущественно с ее деятельностью. Блогеры, размещая в Сети аудиовизуальные файлы и фотографии антиправительственного характера, стали основными популяризаторами революционных идей. Активно задействовались также электронная почта, текстовые сообщения, онлайн-реклама и официальный сайт движения[17]. В конечном счете бессрочный протест, подогреваемый их действиями, привел к тому, что власть, пребывающая в нерешительности из-за массированного информационного воздействия, не сумела привлечь армию для подавления протеста, капитулировав 11 февраля 2011 г. (за 18 дней).

Спустя несколько дней, 15 февраля (после воззвания 213 представителей интеллигенции с требованиями ухода от власти М. Каддафи, поддержанного зарубежными оппозиционными фракциями) начались волнения в самой материально обеспеченной стране Северной Африки – Ливии. Однако ненасильственное сопротивление было вскоре подавлено правительством (предвидя подобный вариант развития событий, Дж. Шарп призывает в своих работах соблюдать строжайшую дисциплину и не поддаваться на провокации спецслужб и полиции). Безоружная толпа, преимущество которой в ненасилии, оказалась беспомощной перед армией, навязавшей противнику бой на том поле, где она имеет превосходство.

Схожие действия были предприняты руководством КНР в июне 1989 г. на площади Тяньаньмэнь, где статус-кво был восстановлен только благодаря сторонникам силовой линии, объявившим чрезвычайное положение. Разница лишь в том, что тогда Америка ограничилась показным негодованием, а авторитетный Г. Киссинджер заявлял, что «если М. Каддафи останется у власти, то влияние звездно-полосатого флага в мусульманском мире будет поставлено под сомнение»[18]. Основываясь на резолюции СБ ООН № 1973 от 17 марта 2011 г., созданная Вашингтоном коалиция начала гуманитарную интервенцию, которая, несмотря на преобладающее участие Англии и Франции, стала очередным американским испытанием, причем даже после занятия союзниками Триполи и признания переходного ливийского правительства угроза крупномасштабной гражданской войны между племенными группировками, ранее сдерживаемыми усилиями Каддафи, до сих пор существует.

Примерно за месяц до начала ненасильственной борьбы, запущенной в феврале 2011 г., в «Фейсбуке» появилась новая группа «Сирийская революция – 2011» (набравшая на первых порах более 15 тыс. сторонников), призывающая президента Сирии Б. Асада уйти в отставку. К 15 марта 2011 г. протесты охватывают Дамаск и Дараа (суннитский юго-запад страны, враждебный алавитам). Далее они затрагивают Латакию, Алеппо и пригороды сирийской столицы, рассыпаясь после многочисленных силовых акций правительства, приведших к жертвам. В итоге именно принцип силы, задействованный сирийскими властями, спасает их от падения.

Рассматривая эти события в динамике, американское разведывательное агентство «Стратфор» (Stratfor), объясняет стратегические преимущества сирийского руководства четырьмя факторами:

1) вся политическая власть в стране сконцентрирована в руках клана Асадов;

2) алавиты, из которых формируется сирийская элита, демонстрируют единство;

3) они контролируют военную разведку;

4) партия «Баас» удерживает монополию на власть[19].

Тем временем Вашингтон, форсируя события, продолжает натиск на Дамаск, вводя международные санкции (один из 198 методов ненасильственных акций) против представителей спецслужб и родственников президента. Заморожены торговые отношения между двумя странами. Совет ООН по правам человека также не остался в стороне, приняв резолюцию, осуждающую применение силы против манифестантов. Глава отдела политического планирования в Госдепартаменте Дж. Салливан пошел еще дальше, пригрозив, что если президент Сирии не откажется от насилия, то он также будет включен в список лиц, на которые распространяются санкции[20]. В свою очередь, Евросоюз после согласования со своими 27 членами уверенно последовал примеру могущественного союзника.

Информационное давление на сирийское руководство растет постоянно. Под влиянием напряженной ситуации в регионе Государственный департамент все более критично оценивает и внутриполитическую ситуацию в Иране, обвиняя правящие круги страны в попытках «подорвать арабскую весну» в сопредельных государствах. Х. Клинтон выражает надежду на то, что «в Иране создалась ситуация, в результате которой простые люди могут повлиять на развитие событий», призвав оппозицию искать международную поддержку, как это имело место в Ливии. Впервые с 1980 г. (дата разрыва дипломатических отношений с Исламской Республикой Ираном) администрация США делает ставку на полноценное использование Всемирной паутины для трансляции «мягкой силы» среди молодых иранцев, планируя запустить к концу 2011 г. «виртуальное посольство», информирующее о визах и программах студенческого обмена[21].

Более того, в феврале 2012 г. на конференции в Гамбурге по социальному измерению Интернета советник госсекретаря США Бен Скотт официально признал ставку Вашингтона на социальные сети, заявив, что «американская дипломатия рассматривает социальные сети как один из основных инструментов внешней политики США»[22]. По его мнению, в эпоху виртуальных технологий традиционная дипломатия должна принципиально измениться, потому что «Фейсбук» или «Твиттер» предлагают правительствам мощный инструмент прямого общения с огромным числом граждан, позволяют легко выяснить их настроения.

1.2. Технологии ненасильственного сопротивления во внешнеполитической стратегии США

От ненасильственной революции к прямому военному вмешательству: опыт Югославии (2000 г.). С начала 2000-х гг. внешняя политика США делает ставку на «мировую демократическую революцию». Подтверждением этой глобальной цели служит позиция одного из старших советников президента Дж. Буша-младшего по делам обороны Р. Перла: «Почти в каждой стратегически важной стране мира возникли освободительные движения, и мне представляется совершенно естественным, чтобы наше правительство инициировало и финансировало программы, направленные на оказание помощи людям, которые борются за свободу. На это мы должны идти без оглядки»[23].

Стратегия национальной безопасности США от 2006 г. придерживается избранной неоконсерваторами стратегии: «Роль Америки – помогать и поддерживать демократические движения в любой стране и культуре, чтобы в конце концов покончить с тиранией. Сегодня характер режимов имеет не меньшее значение, чем соотношение сил между ними. Цель нашей политики – помощь в создании демократических, хорошо управляемых государств, которые удовлетворяют потребности своих граждан и ведут себя ответственно на международной арене. Это лучший способ обезопасить американский народ»[24].

США – единственная и, по всей видимости, последняя сверхдержава современности, имеющая планетарные интересы. Для их аппликации Вашингтон вырабатывает уникальную (в каждой конкретной ситуации) стратегию и тактику, которые, в свою очередь, состоят из военных и гражданских методов политического действия. Стремительное развитие событий в международных отношениях, разгоняемых информатизацией, показывает, что каждая операция содержит как прямые (насильственные методы), так и непрямые инструменты воздействия на объект, обобщенные нами в понятии «ненасильственное сопротивление». Принципиальная разница между двумя подходами состоит в следующем: насилие взывает к страху, инстинкту самосохранения, а ненасилие – к состраданию и совести.

Идеи ненасилия сопровождают известные нам цивилизации с момента их зарождения, пронизывая своей мудростью большинство древневосточных культур (не говоря уже о европейской цивилизации), но получают свое практическое воплощение только в XX столетии, что объясняется по меньшей мере тремя причинами.

1. Трансформация человеческого сознания, берущая свое начало от европейских буржуазных революций XVII, XVIII и XIX вв., порожденных взрывным ростом народонаселения и капиталистического производства. Идеи Т. Гоббса и Ж.-Ж. Руссо об общественном договоре заменяют суверенитет государя суверенитетом народа. Руссо идет дальше своего английского предшественника и выдвигает доктрину народного суверенитета, назвав суверена не чем иным, как коллективным существом, образуемым из частных лиц, в совокупности получивших имя народа[25]; суть народного суверенитета – верховенство народа в государстве; народ рассматривается как единственный законный и правомерный носитель верховной власти[26]. Таким образом, народоцентризм (или республика) приходит на смену теоцентризму, в рамках которого легитимность правителя определялась «промыслом Божьим», что давало ему право удерживать власть над народами с помощью насилия. Подобно деятелям эпохи Возрождения, Руссо значительно опережает свое время: прямым воплощением его доктрины (повлиявшей на Толстого и Ганди) станет Всеобщая декларация прав человека, принятая резолюцией 217 А (III) ГА ООН от 10 декабря 1948 г. Статья 21 декларации заложит принцип, на котором построят свои обвинения в адрес властей все технологи ненасильственных переворотов: «Воля народа должна быть основой власти правительства и находить свое выражение в периодических и нефальсифицированных выборах при всеобщем и равном избирательном праве и свободном голосовании»[27].

2. Мировая урбанизация и индустриализация, буквально вырвавшая человека из размеренной деревенской жизни. Урбанизация укрепляет его зависимость от таких элементов городской инфраструктуры, как электричество, каналы связи и транспорт. Утрата сельского коллективизма у горожан происходит благодаря общению с помощью разного рода магистралей (образовательных или профессиональных), что позволяет им постепенно сливаться в универсальную общность. Это обстоятельство приводит к тому, что ненасильственные акции, блокирующие коммуникационные артерии города, оказываются эффективнее вооруженных методов борьбы; отныне ненасилие способно парализовать деятельность не только отдельно взятых солдат или полицейских, но и всего государства, его материальные и нематериальные источники власти.

3. Милитаризация международных отношений, провоцирующая насилие в нестабильных регионах планеты. Биполярное противостояние двух ядерных сверхдержав (СССР и США) только ускоряет реализацию планов национальных правительств по увеличению количества и качества вооружений. Америка, учитывая превосходство своих оппонентов (в Азии, Африке и Латинской Америке) в живой силе, делает ставку на ненасильственные государственные перевороты, более дешевые и действенные методы политической борьбы. Со стратегической точки зрения преимущество ненасильственного сопротивления в том, что оно блокирует городские коммуникации (транспортное сообщение, телефонные артерии, почту, радио и телевидение), не находящиеся под пристальным надзором властей. Как правило, правительственные силы тщательно охраняют государственные здания, забывая о том, что без каналов связи они не способны контролировать ситуацию в стране. Предоставим слово древнекитайскому мыслителю Сунь Цзы, который всегда знал слабое место противника: «Напасть и при этом наверняка взять – это значит напасть на место, где он не обороняется; оборонять и при этом наверняка удержать – это значит оборонять место, на которое он не может напасть»[28].

В ходе революции в Югославии власть так и не сумеет распознать свои слабые места и оперативно их оборонять: для захвата телевидения в Белграде оппозиции будет достаточно одного бульдозера. Югославия – страна, где власть была свергнута преимущественно силовым путем, невзирая на активную поддержку режима среди населения. С. Милошевич объединял общество благодаря не только своей приверженности левым идеям, но и личному авторитету, позволяющему ему руководить богатым (с точки зрения сырьевых ресурсов) государством, расположенным на узловом центре Юго-Восточной Европы. Поддержка широких народных масс определила порядок применения администрацией США насильственных и ненасильственных методов. Так, с самого начала переворот в Югославии сопровождался насильственными акциями НАТО (с 24 марта по 10 июня 1999 г.) – бомбардировками Белграда, направленными на подавление сербского сопротивления в Косово. На второй стадии операции (в 2000 г.) в дело вступают активисты революционного движения «Отпор», поддержавшие путем ненасильственных действий оппозиционера В. Коштуницу. Аналогичные усилия были предприняты НАТО и в 1995 г. уже по отношению к боснийским сербам в Боснии и Герцеговине.

В политическом плане смена режима в Югославии отвечает долгосрочным интересам западной элиты: инкорпорирование Белграда (и других стран бывшей Югославии) в евроатлантические наднациональные структуры позволяет Америке монополизировать транспортировку углеводородов из Южного Кавказа и Центральной Азии в Западную Европу.

США задействуют свой пропагандистский потенциал; вся государственная машина стремится захватить информационное пространство противника для его последующего отстранения от власти. По оценке американского философа и лингвиста Н. Хомского, вся информационная кампания представляется западному зрителю в образе борьбы «добра со злом»: «демократический Запад и его гуманистические инстинкты» противопоставлялись «варварской жестокости православных сербов»[29].

Однако С. Милошевич оказывается неудобной мишенью: даже после систематических бомбардировок Белграда в конце 1990-х гг., призванных аккумулировать страх, режим пользуется народной поддержкой.

Организаторы переворота в Югославии: Агентство США по международному развитию, Фонд Сороса, «Freedom Haus», Национальный фонд демократии, Международный республиканский институт, создавший студенческое движение «Отпор» в октябре 1998 г. (на его базе уже в январе 2000 г. создается Демократическая оппозиция Сербии (ДОС), во главе которой встает юрист В. Коштуница, главный оппонент С. Милошевича на президентских выборах).

По мнению С.Г. Кара-Мурзы, важная задача для американцев – объединение раздробленных сил правой оппозиции в Сербии, которые еще в 1999 г. подстрекаются американскими официальными лицами к массовым демонстрациям против правительства. Государственный секретарь США М. Олбрайт требует от оппозиции уличных демонстраций для свержения правительства.

По официальным данным, на выборы 2000 г. администрация Б. Клинтона потратила 55 млн долларов. А сразу после выборов Конгресс США выделил 105 млн долларов для югославских партий и средств массовой информации (122-й метод Шарпа – литература и речи, призывающие к сопротивлению). На встрече в Баня-Луке весной 2000 г. М. Олбрайт выражает разочарование провалом попыток свергнуть правительство; она надеялась, что «санкции вынудят людей обвинять Милошевича в их страданиях», но тогда люди до этого еще «не дозрели»[30].

Давление на руководство страны продолжается по всем каналам; за неделю до выборов Евросоюз выпускает «Послание сербскому народу», в котором обещает снять санкции против Сербии только после победы В. Коштуницы. Акции протеста запускаются сразу после выборов, прошедших 24 сентября 2000 г. Избирком объявляет, что ни один кандидат не набрал необходимого количества голосов для победы и надо провести второй раунд: Коштуница получает 48 %, а Милошевич – 38,6 %. Однако Коштуница отказывается идти на второй тур, поскольку левая оппозиция занимает 26 мест из 40 в Палате республик; коммунисты получают власть в парламенте, что делает невозможным осуществление программы ДОС (по Конституции полномочия президента были ограничены парламентом). Оппозиция делает ставку на ненасильственный переворот.

Хронология событий: 1 октября шахтеры объявляют забастовку с требованием отставки С. Милошевича (116-й метод – распространяющаяся забастовка). 2 октября начинается всеобщая забастовка (117-й метод). 5 октября, до даты второго тура голосования, «Отпор» организовывает митинг в Белграде с подвозом людей из регионов. Студенты и собравшаяся толпа силой врываются в здание Союзной скупщины (парламента), а затем на радио и телевидение Сербии. После захвата телецентра в эфире государственного канала начала вещать «независимая» телекомпания В-92. Именно в ходе этого эпизода отличился Л. Джокич, протаранивший на бульдозере ограду комплекса телецентра. Этот инцидент превратил его в символ переворота, названного англо-американскими СМИ «бульдозерной революцией» (180-й метод – альтернативные системы коммуникаций)[31]. Армия и спецслужбы сдают своего лидера: они вступают в переговоры с лидерами оппозиции и достигают с ними соглашения о соблюдении нейтралитета в обмен на отсутствие враждебных акций со стороны демонстрантов (120-й метод – отказ от лояльности властям). С. Милошевич лишается пространства для маневра: вечером 6 октября 2000 г. он подает в отставку. Подводя итог перевороту в Сербии, отметим, что США сумели свергнуть режим С. Милошевича благодаря комбинированию насильственных (бомбардировки Белграда военно-воздушными силами НАТО) и ненасильственных методов борьбы. Ключевая роль в победе оппозиции принадлежит сербскому движению «Отпор» во главе с С. Поповичем. Опыт и наработки этого специалиста будут использованы Америкой и в дальнейшем.

Белград превратился в испытательный полигон и тренировочный лагерь для Вашингтона, сделавшего ставку на широкомасштабное применение технологии ненасильственного сопротивления в своей внешней политике. Сербия – первая страна, в которой Америка спровоцирует мятеж в вооруженных силах и спецслужбах в XXI в. Именно переход силовиков в стан оппозиции позволит последней достичь успеха.

Ненасильственная борьба за преобладание США на постсоветском пространстве: смена режимов в Грузии, на Украине (2004, 2014 г.) и в Киргизии. С момента распада СССР до ненасильственной смены режима в Грузии прошло 12 лет – период незначительный для мировой истории, но заметный для отдельно взятого человека. Все это время идет необъявленная война различных групп влияния за контроль над отдельными частями некогда могущественной коммунистической империи. Государственные перевороты на постсоветском пространстве, именуемые общественностью «цветными революциями», – одна из форм этой борьбы. Постсоветское пространство, на долю которого приходится порядка 20 % мировых сырьевых ресурсов, побуждает финансовую аристократию Северной Америки и Западной Европы принять активное участие в этой игре. Все предчувствуют: контролирующая этот регион держава рано или поздно приобретет статус сверхдержавы (и сохранит его в обозримом будущем), будет определять дальнейшее развитие геополитических и геоэкономических процессов в Евразии и, как следствие, судьбы мира.

Бывшему государственному секретарю США Г. Киссинджеру принадлежит следующая фраза: «Тот, кто контролирует нефть, в состоянии контролировать и государства»[32]. Этот тезис не потерял своей актуальности. В начале 2000-х гг. слова Г. Киссинджера в точности отразят внешнеполитическую логику республиканской администрации Дж. Буша-младшего, которая, временно стимулируя американскую экономику войной в Ираке и Афганистане, с ревностью будет наблюдать за тем, как Россия использует свои природные богатства, главным образом нефть и газ, для восстановления былых позиций в мире. В ход были пущены испробованные за весь XX в. методы непрямого политического действия: долларизация национальной экономики, влекущая за собой кредитную зависимость от американских банков; антисоветская и антироссийская пропаганда, поддерживаемая, к сожалению, рядом отечественных СМИ; психологическое давление на российские правящие круги посредством расширения числа военных баз по периметру границ.

Учитывая военно-техническое наследие СССР, оставшееся в основном за Россией, вашингтонские стратеги, следуя традициям холодной войны, решили в очередной раз не испытывать судьбу, обратившись к ненасильственным методам борьбы за власть в постсоветских республиках. Неоконсерваторы, бывшие в 1950–1960-х гг. сталинистами и троцкистами, в один голос заговорили о перманентной демократической революции. В очередной раз последователи Л. Штрауса обратились за помощью в Институт Альберта Эйнштейна, где по-прежнему главенствовал доктор Дж. Шарп.

Грузия, 2003 г.: «революция роз». Первой успешной попыткой ненасильственного свержения режима на постсоветском пространстве становится «революция роз» в Грузии. Она представляет собой ненасильственную операцию, нацеленную на смещение президента страны Э. Шеварднадзе, часть шахматной партии, разыгрываемой за контроль над поставками азербайджанской нефти. В этой связи можно согласиться с американским экономистом У. Энгдалем, полагающим, что «еще со времен администрации У. Клинтона Вашингтон поддерживал все предложения по строительству независимого от российского контроля нефтепровода от Баку, далее через Тбилиси на Черное море и затем в турецкий Джейхан»[33]. У. Энгдаль выявляет неизменность (с начала 1990-х г.) стратегии США по отношению к Азербайджану: «Дружественный Америке президент Г. Алиев, бывший в советское время функционером Политбюро, получил президентский пост из рук того же человека, который в бытность послом США в соответствующих странах был ответствен за режиссуру “революции роз” 2003 г. в Грузии, операций сербского “Отпора” в 2000 г. и “оранжевой революции” 2004 г. на Украине, – Р. Майлза. Во время переворота 1992 г., который привел Г. Алиева к власти, Р. Майлз был послом в Азербайджане»[34].

Что касается Грузии, то, несмотря на лояльность Э. Шеварднадзе к Белому дому, США вплотную занимались подготовкой новой грузинской элиты, которая, по их замыслу, должна была принять власть только из американских рук, предавая тем самым забвению советское прошлое. Вашингтон делает ставку на молодого юриста М. Саакашвили, выпускника Колумбийского университета. Работая в нью-йоркской юридической фирме Patterson, Belknap, Webb & Tyler (в Грузии эта компания стала юридическим партнером молодежной организации «Кмара»), обеспечивающей правовую поддержку американских нефтегазовых проектов в СНГ, М. Саакашвили на практике постигает интересующие США нюансы бывшей советской экономики. Со временем этот аспект биографии выделит его на фоне других соотечественников, получивших образование в американских университетах.

А конкурентов у него было достаточно: на протяжении 1990-х гг. США инвестировали в создание новой грузинской элиты «миллиард долларов, официально выделенных для стабилизации бюджета»[35]. Как только Э. Шеварднадзе пройдет точку невозврата, передав летом 2003 г. «Газпрому» и РАО ЕЭС контроль над газо-и энергораспределительными сетями Грузии, Америка поставит М. Саакашвили в авангард оппозиционного движения.

Ударная сила грузинского переворота выстраивается на манер сербских событий 2000 г.: специализированной организацией, созданной еще в 2002 г. для смены власти, становится «Кмара», проходившая специальную подготовку в финансируемых США учебных центрах на территории Сербии. Финансирование «Кмары» осуществляется через Фонд Сороса, в распоряжении которого также находится телевизионный канал «Рустави-2». Символ переворота – красная роза; этим образом оппозиция демонстрирует свое отличие от действующего режима, который, по их заявлениям, погряз в насилии, обмане и коррупции.

Противники Э. Шеварднадзе реализуют широкий перечень ненасильственных акций: забастовки, бойкот выборов, голодовки, ненасильственная оккупация, представление поддельных документов, блокирование информационных линий, снятие указателей, отказ от уплаты налогов, отказ от должности и работы с правительством. Все эти действия в точности совпадают с рекомендациями Института Альберта Эйнштейна: оставаясь в тени, институт функционировал в качестве мозгового центра операции.

Дирижеры «революции роз»: Госдепартамент и посольство США в Тбилиси, Фонд Сороса, «Freedom Haus», Агентство международного развития США, Республиканская и Демократическая партии, действующие через Национальный демократический институт и Международный республиканский институт.

Хронология событий: 2 ноября 2003 г. после выборов в парламент Грузии ЦИК объявляет о победе проправительственного блока «За единую Грузию»; телекомпания «Рустави-2» заявляет, что, по опросам, на выходе победил блок М. Саакашвили «Национальное движение». 21 ноября Госдепартамент США называет выборы в Грузии сфальсифицированными. На следующий день после этого заявления в Тбилиси организуется пятидесятитысячный митинг, участники которого врываются на первое заседание парламента во время выступления Э. Шеварднадзе. 23 ноября глава МИД России И. Иванов убеждает Э. Шеварднадзе покинуть Грузию во избежание кровопролития, а Верховный суд аннулирует результаты выборов; Э. Шеварднадзе подает в отставку, и.о. президента становится Н. Бурджанадзе. На последующих президентских выборах, состоявшихся в январе 2004 г., М. Саакашвили набирает 96 % голосов избирателей и становится новым главой государства.

Подводя итоги переворота, следует обратить внимание на культурно-исторический фактор. Грузия, несмотря на традиционные связи с Россией, инкорпорируется в западную систему управления, что, в частности, проявляется в вытеснении русского языка английским. Американцы, не признавая наличия особых интересов нашей страны в Закавказье, заполняют информационный вакуум в бывшей советской республике. Коммуникационные возможности США, частично реализованные в ходе «революции роз», создают, по мнению С.Г. Кара-Мурзы, новые реалии «общественного сознания, переживающего глубокий и длительный кризис идеологии: народ становится толпой, даже не выходя из своих квартир; он атомизируется и теряет способность сохранять устойчивую позицию; уже при небольшой угрозе поражения власти такое население быстро и внешне немотивированно переходит на сторону той стороны, “чья берет”»[36].

Переворот в Грузии продемонстрировал неготовность правительственных структур противостоять ненасильственным операциям, которые реализуются под аккомпанемент англо-американских СМИ, в широком смысле – «мягкой силы» США. Тем не менее, несмотря на «бархатную оболочку» смены режима, ее результат был далек от ненасильственных принципов: новый грузинский лидер взял линию на открытую конфронтацию с Россией, которая вылилась в боевые действия на территории Южной Осетии и Абхазии, вынудившие российское руководство силой восстановить статус-кво.

Украина, 2004 г.: «оранжевая революция». Переходя к анализу «оранжевой революции» на Украине, пик которой приходится на октябрь – декабрь 2004 г., обратимся к более ранним событиям, подготовившим изменения. Внимание американских политических технологов к Украине прослеживается с начала 2000 г., когда неправительственные организации (НПО) организовали психологическую акцию «Украина без Кучмы», объединившую под своим знаменем широкие протестные слои и разнохарактерные политические силы – от ультранационалистов до анархистов. В ходе этой ненасильственной операции США отрепетировали технологии управления уличными массами и политического давления на власть, дискредитировав в очередной раз президента Л. Кучму.

Причина этих событий в том, что Л. Кучма предпочитал балансировать между Западом и Россией. Слабость России в годы правления Б. Ельцина и в первые годы В. Путина определяла большую готовность второго президента Украины прислушиваться к мнению Запада (в первую очередь к США). Основная линия политики США по отношению к Украине – стремление не допустить укрепления позиций России как доминантной державы; главный гарант данного факта – воспрепятствование любым формам интеграции России и Украины. В этих целях Вашингтон проводит политику поддержания напряженности в отношениях между Москвой и Киевом[37].

Америка стремится не только получить власть над украинской политической системой, ее интересует методика достижения цели. В начале 2004 г. бывший глава Государственного департамента М. Олбрайт высказывается предельно откровенно: «Соединенным Штатам не важно, кто именно станет президентом Украины, но нас крайне интересует вопрос о том, каким путем будет одержана эта победа»[38]. Американцы уже тогда открыто заявляют, что выбор предопределен. Ставка делается на В. Ющенко, кандидатура которого активно лоббируется его супругой Е. Чумаченко, длительное время работавшей в Госдепартаменте США и в отделе внешних связей Белого дома. Темпы предвыборной гонки наращиваются в начале апреля 2004 г., когда были обозначены два основных претендента на президентский пост – В. Янукович и В. Ющенко.

На первых порах инициатива принадлежит правительственным силам: к началу 2004 г. подавляющее большинство телеканалов, электронных и печатных СМИ находится под контролем президентских структур. 17 февраля 2004 г. прекращается трансляция популярных программ «Радио “Свободная Европа”»/«Радио “Свобода”» на украинском языке, которая велась в частном диапазоне в сети радиостанций «Довира». Власть блокирует пропагандистские кампании извне, что всерьез рискует сорвать планы сторонников переворота. Для их поддержки М. Олбрайт, посетившая в начале марта Украину, делает многозначительное заявление: «Необходимо усилить поддержку независимых СМИ и гражданского общества, что потребует значительных финансовых расходов, а также помощи демократических государств – соседей Украины, которые смогут обеспечить объективные передачи СМИ и центры для подготовки людей, занимающихся мобилизацией избирателей и мониторингом». Она подтверждает намерение США сменить власть в бывшей советской республике.

В этом предприятии участвуют Национальный демократический институт, Международный республиканский институт, Информационное агентство США, Агентство США по международному развитию, «Freedom Haus», Фонд Сороса, Фонд Фридриха Эберта.

Финансирование переворота: «Пора!» и аффилированные с ней организации получали средства через «Правэкс-банк» и «Вестерн-Юнион». Подтверждая в декабре 2004 г. факт материальной поддержки лидера украинской оппозиции, член палаты представителей конгресса Р. Пол отметил, что деньги для оппозиции направлялись через Польско-американско-украинскую инициативу сотрудничества (PAUCI), которая управлялась американской организацией «Freedom Haus». PAUCI в свою очередь переводила государственные деньги многочисленным украинским неправительственным организациям. По словам главы Международного республиканского института Л. Кранер, с 2002 г. Государственный департамент предоставил украинской оппозиции более 65 млн долларов через различные неправительственные организации. Как одно из звеньев она указывает американский фонд «Евразия», финансирование которого осуществляется Агентством США по международному развитию.

Ударный отряд «оранжевой революции» – движение «Пора!», созданное по аналогу сербского «Отпора» и грузинской «Кмары». Организация «Пора!» возникла в июле 2004 г. путем объединения 340 региональных и общегосударственных организаций. Ядром движения стало национал-либеральное объединение «Свобода выбора». Новоиспеченная организация поддерживалась такими крупными националистическими группировками, как УНА-УНСО и «Тризуб имени С. Бандеры» (самая боеспособная организация украинского национализма).

Немногочисленный митинг на майдане (площадь Независимости в центре Киева) начинается сразу после голосования, но с 24 ноября 2004 г., после объявления Центральной избирательной комиссией (ЦИК) предварительных результатов, согласно которым победил В. Янукович, оппозиция призвала всех своих сторонников начать бессрочный митинг. Сторонники В. Ющенко, как в свое время команда М. Саакашвили, сделали ставку на 124-й метод ненасильственной борьбы – бойкот выборов. Был развернут палаточный городок, в котором «одновременно находилось 2–3 тыс. человек; в первый день появилось около 200 палаток, за три последующих еще около 300»[39].

Тщательно отработанные в Сербии и Грузии ненасильственные действия парализуют Украину. Палаточные городки, расположенные в символически важных районах столицы – на центральной площади и у правительственных зданий, отражали 173-й и 183-й методы ненасильственной борьбы (ненасильственная оккупация и ненасильственное овладение землей), описанные Дж. Шарпом. Организуя многочисленные рок-концерты и выступления звезд украинской эстрады (36-й метод Шарпа – постановка пьес и музыкальных произведений[40]), горожане, повинуясь магнетическому эффекту толпы, пополняют ряды митингующих. Психофизиологические особенности толпы используются на полную мощность. Символом, под которым объединяются украинские оппозиционеры, становится оранжевый цвет, который еще до начала активных действий на площади Независимости используется частью населения в элементах одежды или аксессуарах (перед вторым туром выборов тысячи деревьев Киева были увешаны оранжевыми ленточками).

Затем к оранжевому цвету добавляется символика В. Ющенко: логотип с подковой счастья, надпись «Так!» (рус. «Да!») и апельсин (укр. помаранч), который его сторонники дарят друг другу и противникам. Таким образом, политтехнологи принимают на вооружение 7-й (логотипы, карикатуры и символы), 8-й (знамена, плакаты и наглядные средства), 18-й (вывешивание флагов и символических цветов) и 19-й (ношение символов) методы ненасильственных действий[41].

Оппозиция находит поддержку и среди высокопоставленных «международных посредников» – верховного комиссара ЕС по внешней политике и безопасности Х. Солана, генерального секретаря ОБСЕ Я. Кубиша, президентов Польши и Литвы А. Квасьневского и В. Адамкуса. Действия этих политиков подкрепляли уверенность команды В. Ющенко, использующей привлекательность «мягкой силы» США и Евросоюза для улучшения своего имиджа в глазах украинских граждан и мирового общественного мнения.

Участие надежного американского союзника – Евросоюза – в перевороте на Украине имеет свои обоснования: Украина интересна Брюсселю с точки зрения ее экономики и территории. На постсоветском пространстве Украина занимает второе место по численности населения (45 млн человек) и по экономике (136 млрд долларов), уступая только России.

Эти факторы превращают ее в привлекательный рынок и заманчивый актив для иностранных держав. Для ЕС Украина важна прежде всего из-за географического положения, особенно как страна-транзитер энергоресурсов: примерно 25 % потребляемого ЕС природного газа поступает из России и при этом 80 % этого объема идет транзитом через Украину[42]. Таким образом, в результате борьбы за власть, выраженной в многочисленных ненасильственных акциях, а также под давлением извне (включая финансовые вливания на зарубежные банковские счета высокопоставленных украинских чиновников) Верховный Суд Украины принимает решение о повторном проведении президентских выборов, по результатам которых 10 января 2005 г. президентом страны становится В. Ющенко. 23 января проходит инаугурация нового президента, после которой (25 января) палатки манифестантов в центре Киева демонтируются.

Киргизия, 2005 г.: «тюльпановая революция». Смена режима происходит и в Киргизии (2005 г.). Аналогичные попытки смены режимов мы будем наблюдать в Белоруссии, Узбекистане, Армении и Азербайджане, однако в этих странах власть окажется стойкой и готовой к применению военной силы – то, чего будет недоставать А. Акаеву.

Как и в случае с Грузией и Украиной, антиправительственные выступления в Киргизии проходят в электоральный период: в феврале-марте 2005 г. проводятся парламентские выборы, итоги которых не признаются наблюдателями от ОБСЕ и Европарламента (124-й метод – бойкот выборов).

Название переворота – «тюльпановая революция» – исследователи приписывают самому А. Акаеву, который стремился вызвать этим словосочетанием аналогию с событиями в Грузии и на Украине, подчеркнуть американское участие[43].

Учитывая клановую структуру общества, взаимную вражду и борьбу кланов за собственность, события приняли неожиданный оборот даже для самих американцев: был совершен ряд политических убийств, а мирные манифестации зачастую переходили в погромы и массовые столкновения с полицией. Ненасильственная дисциплина, предстающая для Дж. Шарпа основой для любой успешной операции, была отвергнута. Между тем оппозицию нельзя упрекнуть в полном незнании ненасильственной методики.

Так, согласно решению, принятому на собрании в Джалал-Абаде 15 марта, противники Акаева создают параллельное официальной власти руководство – Координационный совет Народного единства Киргизии (КСНЕК), что в точности совпадает с рекомендациями Дж. Шарпа, в частности с его 198-м методом – двойной суверенитет и параллельное правительство[44]. 3 апреля оппозиция достигает поставленной цели: по итогам переговоров между А. Акаевым и спикером нового парламента О. Текебаевым в Москве подписывается протокол о досрочном сложении полномочий президента «в соответствии с собственным заявлением».

Как часто повторяется в истории, новые правители, приходящие на смену старым, редко бывают лучше; зачастую они даже не утруждают себя попыткой искоренить причины социального недовольства, не говоря уже о методике борьбы с ненасильственными переворотами. Этой участи не избежал и К. Бакиев: придя к власти в 2005 г. после А. Акаева, он лишается своего поста уже в апреле 2010 г. после аналогичного переворота. Обвиняя своего предшественника в коррупции, непотизме, социально-экономической поляризации богатого Севера и бедного Юга, он и не подозревал, что будет свергнут под аккомпанемент тех же лозунгов.

Подводя итог, отметим, что успешность американской политики смены режимов в Грузии, на Украине и в Киргизии подкрепляется тем, что в обозначенных странах по-прежнему преобладает азиатский тип лидерства. Суть его заключается в том, что вся государственная система замыкается на одном человеке, зависит от его воли и настроения, отсутствуют сдерживающие и направляющие силы в лице аристократии или олигархии. У него есть двор и приближенные, которые только выполняют указания. Проще говоря, правящий класс – это он сам, единоличный господин. Если вывести подобного лидера из властной системы путем блокирования материальных и нематериальных основ режима, система обрушивается.

Украина, 2014 г.: техника и предварительные итоги государственного переворота. Государственный переворот на Украине, отстранивший 22 февраля 2014 г. президента В. Януковича от власти, в очередной раз продемонстрировал не только заинтересованность США и их европейских союзников в контроле над Киевом, но и обнажил следующее обстоятельство: передел сфер влияния на постсоветском пространстве вступил в решающую стадию. Включение в состав России Крыма и Севастополя после всенародного референдума, состоявшегося 16 марта, – лишь начало длительного и сложного пути нашей страны, которая выходит из исторического небытия, вызванного развалом Советского Союза.

Со времен «оранжевой революции» 2004 г. спонсоры переворота не изменились. По утверждению американского политолога С. Уайсмана из Института Рона Пола за мир и процветание, Евромайдан был срежиссирован Государственным департаментом США через подконтрольные ему НПО и частные фонды, в том числе Фонд Сороса. Уайсман отмечает: «Госдепартамент держит под контролем финансирование основных инструментов невоенного вмешательства, включая Национальный фонд в поддержку демократии, который был создан для финансирования такого рода операций. В структуру Госдепартамента входит и куда лучше финансируемое Агентство по международному развитию. Используют для этого и несколько частных компаний-подрядчиков. “Демократическая бюрократия” США надзирает за работой с виду частных, однако на деле финансируемых из тех же государственных средств фондов типа “Freedom Haus”»[45]. Основными координаторами Госдепартамента по организации переворота в Киеве называются заместитель госсекретаря по делам Европы и Евразии В. Нуланд и посол США в Киеве Дж. Пайетт.

По данным экс-главы Службы безопасности Украины А. Якименко, обнародованным на отечественном телеканале «Россия 1», к перевороту в Киеве также причастны и украинские миллиардеры: «П. Порошенко, Д. Тарута, Д. Фирташ, В. Пинчук и И. Коломойский финансировали “майдан”. Они заложники данной ситуации, потому что весь бизнес, все их активы расположены за рубежом. И они выполняли команды Запада. Им не оставалось ничего другого, как поддержать “майдан”, так как в противном случае они бы остались без своих активов. В данном случае они не думали о стране. Они думали только о своих финансах»[46]. Помимо миллиардных состояний эти предприниматели – фактические владельцы наиболее влиятельных украинских СМИ[47].

С точки зрения методики ненасильственной смены режима переворот на Украине мало отличается от событий 2004 г., когда В. Ющенко взял верх над своим оппонентом в ходе президентских выборов. Однако на этот раз место выборов занял вопрос о подписании «Соглашения об ассоциации с Европейским союзом», отложенном президентом Януковичем. Суть документа – «создание глубокой и всеобъемлющей зоны свободной торговли» между Киевом и Брюсселем, где «каждая сторона снижает либо отменяет импортные пошлины на товары, которые происходят из другой стороны»[48].

Ставки высоки. Причем не только для украинской экономики, но и для положения дел в странах Таможенного союза, главным образом – в России, на долю которой приходится 26,6 % всего внешнеторгового оборота Украины[49].

Не нужно обладать глубокими познаниями в экономике, чтобы понять: Украина и Россия оказываются на пороге массированного импортозамещения, способного уничтожить остатки промышленности. Критичность ситуации отмечается даже самими европейскими чиновниками. Вот как комментирует эту ситуацию член Европейской комиссии Ш. Фюле: «Членство в Таможенном союзе несовместимо с созданием углубленной и всеобъемлющей зоны свободной торговли, переговоры о создании которой мы ведем с Украиной, Республикой Молдова, Грузией и Арменией… невозможно снижать таможенные тарифы в соответствии с этим соглашением и одновременно увеличивать их в результате членства в Таможенном союзе»[50].

Техника государственного переворота. Свержение В. Януковича прошло в два этапа. Условно обозначим их как ненасильственный и насильственный. Подобная смешанная модель государственного переворота показала свою эффективность в ходе так называемой арабской весны. С тактической точки зрения использование на втором этапе насильственного сценария представляется оправданным: власть, проявившая нерешительность в деле силового наведения порядка, показала свою слабость. Парадоксально, но на протяжении последних 23 лет ни один президент Украины не озаботился созданием дееспособной армии, которая могла бы защитить власть от посягательств политических оппонентов.

Именно этот фактор стал ключевым в выработке Вашингтоном стратегии смены режима в Киеве. Для мобилизации протестующих применили хорошо зарекомендовавшие себя технологии. Наряду с традиционными СМИ особая роль принадлежит социальным сетям и интернет-телевидению, координирующим протестующих путем мгновенной передачи сообщений и непрерывной трансляции. Созданные группы и аккаунты в «Фейсбуке», «Твиттере» и «ВКонтакте» позволили на протяжении всего периода протестов вести эффективную пропагандистскую работу.

Группы в социальных сетях можно разделить на два типа: аккаунты, действующие до начала протестов (оппозиционных партий и движений, а также их лидеров), и аккаунты, созданные на старте событий (группа «Евромайдан»)[51]. «5 канал», служащий рупором для оппозиции еще в ходе «оранжевой революции» 2004 г., перешел в формат круглосуточной трансляции протестов в центре Киева. Развитие информационных технологий берет свое: запущенный в 2003 г. к президентским выборам 2004 г. «5 канал» набрал тогда широкую телевизионную аудиторию, а ныне, спустя десять лет, делает ставку уже на зрителей интернет-телевидения для освещения событий в режиме реального времени.

В ходе акций протеста наибольшая популярность приходится на долю двух интернет-проектов – «Гражданское. ТВ» и «Эспресо-ТВ»[52]. Эти каналы создаются специально для свержения В. Януковича, что подтверждается как датой начала вещания (22 ноября 2013 г.), так и списком их спонсоров и владельцев. Автор идеи создания «Гражданского. ТВ» – телеведущий Р. Скрыпин, стоявший также у истоков «5 канала»[53]. В финансовом отчете за июль – декабрь 2013 г. не скрываются спонсоры «независимого» канала.

Второй интернет-рупор оппозиции («Эспресо-ТВ»), запущенный 25 ноября 2013 г.[54], возглавляет Л. Княжицкая – супруга депутата партии «Батькивщина» и основного спонсора Н. Княжицкого.

Антиправительственные протесты стартуют спустя девять лет после начала «оранжевой революции». 21 ноября 2013 г. в ответ на отказ правительства В. Януковича парафировать Соглашение об ассоциации с Европейским союзом запускается многомесячная акция протеста в центре Киева, фигурирующая в работе Дж. Шарпа «198 методов ненасильственных действий» под номером 48 – митинги протеста[55]. Сбор людей организовывает через свой аккаунт в «Фейсбуке» украинский журналист М. Найем, призывая всех несогласных с действиями президента собраться в центре Киева; через час после призыва площадь наводняют около 2 тыс. человек[56]. 30 ноября власть предпринимает неуверенную попытку разогнать митингующих. Оппозиционные В. Януковичу силы все отчетливее делятся на умеренных и экстремистов: первые требуют уже не только подписания вышеназванного соглашения с Евросоюзом, но и отставки президента и правительства, вторые в лице «Правого сектора» призывают к «национальной революции», «Украине для украинцев». За разгоном митинга следят 2 млн зрителей «Гражданского. ТВ»[57].

С первых чисел декабря 2013 г. начинается блокирование зданий правительства Украины и Администрации Президента, оппозиция захватывает киевскую городскую администрацию, что соответствует 172, 173, 176 и 183-му методам Шарпа – ненасильственное блокирование, ненасильственная оккупация, блокирование дорог, ненасильственное овладение землей. Переломный момент всего переворота – организация 12 января 2014 г. первого так называемого Народного вече на площади Независимости, собравшего, по разным подсчетам, до 100 тыс. человек. Учитывая, что вече – символ, имеющий сакральное значение не только для украинцев, но и для всех славянских народов[58], организаторы митинга стремятся подчеркнуть свое историческое право определять судьбу страны, то есть они сами становятся правительством, «параллельным правительством», как называет данный метод Дж. Шарп в своем методическом пособии (метод 198).

Давление на главу государства растет с каждым днем: возле его резиденции в Межигорье проходит митинг участников «автомайдана» (метод 48 – автоколонны).

Поставленные в затруднительное положение президент В. Янукович и его окружение предпринимают запоздалое решение, которое воспринимается протестующими не как проявление силы и решительности, а как слабость: 16 января Верховная рада ужесточает ответственность за участие в насильственных акциях. Слабость воспринимается анонимной толпой, которая начинает всерьез верить в свою безнаказанность и всесилие, как призыв к действию.

Отныне переворот вступает во второй – насильственный – этап.

Склонность оппозиции к вооруженным уличным боям усугубляется плачевным состоянием украинской армии, численность которой, по некоторым данным, по состоянию на начало 2014 г. составляет порядка 119 тыс. человек. Помимо того что президент Янукович боится осуждения со стороны Запада, еще больше он сомневается в лояльности вооруженных сил. Трагичная судьба некоторых членов спецподразделения «Беркут», насчитывающего 4 тыс. человек, еще больше подтачивает веру в главу государства, постепенно сдающего противникам власть. С 19 по 22 января кровь на киевских баррикадах становится нормой. Десятки людей погибают от действий экстремистских вооруженных формирований.

От Януковича отворачивается даже духовенство: Патриарх Киевский и всея Руси-Украины Филарет отказывается от ордена «За заслуги» I степени, к награждению которым его ранее представил глава государства. В глазах широкой общественности данное решение резко дистанцирует Януковича от Церкви, лишая его власть остатков уважения. По Шарпу, действия духовенства можно охарактеризовать как отказ от почестей (53-й метод ненасильственных действий). 28 января деморализованное правительство Н.Я. Азарова подает в отставку. Приняв отставку и предложив оппозиции места в правительстве, Янукович фактически ставит крест на собственной политической карьере, теперь его падение – вопрос времени. Далее все происходит по предсказуемому сценарию: жертвы, насилие и обилие подожженных зданий и автомобилей. После череды захватов органов государственной власти в регионах и в Киеве, когда на центральной столичной площади за одну ночь убивают 25 человек, Янукович подписывает 21 февраля соглашение «Об урегулировании политического кризиса в Украине» с лидерами оппозиции – В. Кличко (партия «Удар»), А. Яценюком (ВО «Батькивщина») и О. Тягнибоком (ВО «Свобода»). Для Януковича это был шаг отчаяния: сев с оппозицией за один стол, он фактически признал законность ее полномочий.

Финал всем известен. В дело вступает ударный отряд украинского переворота – «Правый сектор» во главе с Д. Ярошем, фактически прогнавший В. Януковича из Киева. 22 февраля Верховная рада принимает постановление, в котором говорится о «самоустранении президента от осуществления конституционных полномочий» и назначении новых выборов на май 2014 г.

Таким образом, приход к власти на Украине экстремистов из «Правого сектора», выдвигающих лозунги, наполненные русофобией и антисемитизмом, делает «русский вопрос» приоритетным для внешней политики России. Свержение законно избранного президента парализует украинское государство, лишая людей чувства защищенности. Однако народ демонстрирует мужество и не мирится с произволом самопровозглашенных в Киеве властей. Русские восстания охватывают восток Украины с его крупнейшими по численности городами – Донецком, Луганском и Харьковом.

В этой ситуации вхождение Крыма и Севастополя в состав России выглядит закономерным, причем правомочность действий населения Крыма подчеркивается не только российским президентом В. Путиным и его окружением, но и широкой зарубежной общественностью. Так, например, известный французский экономист Ж. Сапир в интервью телеканалу «Франс 2» заявляет: «Нужно понимать, что в международном праве существует два противоречащих другу принципа: принцип неприкосновенности границ и право народов на самоопределение. Проблема в том, что единственное решение – это законность внутри страны, однако на Украине с 22 февраля нет конституционной преемственности. И это, кстати говоря, было признано различными европейскими странами и США, ведь они сами назвали происходящее на Украине революцией. А революция означает конец конституционной преемственности. С этой точки зрения мы уже не можем сказать, является референдум законным или незаконным. Поэтому нужно признать, что в такой ситуации применимо лишь право народов на самоопределение»[59]. К данной аргументации сложно что-либо добавить.

Помимо юридической стороны вопроса имеет место и обоснование идентификационное: русское население Крыма не утратило органической связи с Россией ни при советской власти (начиная с Н. Хрущева), ни тем более после ее падения в 1991 г. Хаос в Киеве лишь позволил русским воспроизвести исторический «идентификационный образец» в форме вхождения в состав России. Данное утверждение вытекает из выводов масштабного исследования, проведенного философом А.В. Шабагой. На примере действий Наполеона Бонапарта по перекройке европейских территорий А.В. Шабага делает интересное заключение, применимое для оценки нынешней ситуации вокруг Крыма: «Вообще в отношении эфемерных субъектов пора Наполеона весьма показательна. Во время его хозяйничания в Европе он легко “нарекал” государствами те или иные географические области, определяя в них правителями своих генералов и мелких немецких князей. Естественно, что после его падения все более или менее вернулось на круги своя. Легкость, с которой восстанавливалась прежняя идентичность исторических субъектов, свидетельствует о том, что она, по существу, и не была утрачена. Ибо для упразднения прежних и введения новых социальных институтов (совокупность которых является основой любой идентичности) требуется долгая и кропотливая работа. Из этого следует, что если такой работы не ведется, то общество будет стремиться бесконечно воспроизводить некогда возникшие идентификационные образцы»[60].

Россия становится объектом санкций из Вашингтона и европейских столиц, в их числе внесение некоторых чиновников в списки запрещенных для въезда лиц, исключение России из «Большой восьмерки», замораживание активов и кредитных линий для российских банков. Все строго по номерам методического пособия Дж. Шарпа: 93 – черные списки, 157 – исключение из международных организаций, 89 – ограничение фондов и кредитов. События на Украине демонстрируют: американские политтехнологи окончательно переходят на смешанную схему государственных переворотов, где ненасильственные методы борьбы зачастую канализируются в кровавые столкновения и даже гражданские войны. Конфликты в Ливии, Сирии и перманентный хаос в Египте – явное тому подтверждение. С точки зрения геополитики Украина играет ключевую роль в сдерживании американцами Старого Света. У экспертов нет сомнений по этому поводу. Сильная самостоятельная Европа – потенциальный конкурент США в новой формирующейся системе международных отношений. Отсюда и стремление Вашингтона всеми силами ослабить и даже подорвать отношения Москвы и Брюсселя[61].

Подводя итог, мы вынуждены констатировать, что украинская власть при В. Януковиче расписалась в полном непонимании механизмов защиты современного государства. Мало того что традиционные инструменты обороны – армия, спецслужбы, милиция – оказались далеко не в лучшей своей форме. За долгие годы власть ничего не сделала для формирования гражданского патриотического протеста, способного не только оборонять городские коммуникации и транспортные артерии от блокирования, но и противодействовать врагу в информационном пространстве. Бессилие сопровождает и традиционные политические партии, не сумевшие ответить на возникшие вызовы. Как показывает опыт, будущее за общественно-политическими движениями и малочисленными ударными отрядами наподобие «Правого сектора». Такого рода союзы будут органично дополнять друг друга и строго выполнять отведенную им роль: первые мобилизуют людей и выводят их на улицы, а вторые – блокируют функционирование города, превращая власть в фикцию[62].

В широком смысле украинский кризис являет собой «Россию в миниатюре». Предполагается, что проект, отработанный в Киеве, – тренировка для чего-то большего, то есть он предназначен для всех нас, живущих в России.

Россия как возможный объект использования политики ненасильственного сопротивления. В XXI столетии массовые восстания становятся достоянием истории; особенно это касается урбанизированных обществ, пребывающих в апатии и бездействии. Это объясняется кризисом ценностных парадигм XIX и XX вв., трансформацией норм семейных отношений, атомизацией или индивидуализацией человеческого сознания. Традиционные устои, воспевающие обычный для деревни энтузиазм и патриотизм, лавинообразно заменяются наднациональной культурой, упрощенной и пассивной.

С каждым годом государство девальвирует свои управленческие прерогативы, власть как таковая постепенно утрачивает былую магическую притягательность. Кризис идеологии, постигший большинство национальных правительств, превращает ненасильственный государственный переворот в инструмент, способный сменить режим и соотношение сил в обществе. Даже США, будучи главным экспортером ненасильственных смен режимов, оказываются заложниками данной технологии (акция «Захвати Уолл-стрит!»), которая приобрела значительное влияние после мирового финансово-экономического кризиса 2008 г.

Ненасильственное сопротивление не знает границ: оно может быть применено в любой точке планеты. Такова ее технократическая природа, проявившаяся и в России.

Учитывая ключевое положение России на евразийской (и как следствие – мировой) шахматной доске, попытки переворота не кажутся чем-то удивительным. Предыдущее столетие, ознаменованное февральским и октябрьским переворотами 1917 г., дало России уникальный опыт; уже тогда интересы большой нефти вынуждали финансово-промышленные группы США и Европы принять участие в переделе собственности, контролируемой Романовыми. История никогда не меняет будущее кардинальным образом, пересматриваются только декорации, отработавшие положенный им срок.

Отныне геополитическая и геоэкономическая борьба между США и Россией, двумя столпами формируемого нового миропорядка, проистекает в виде непрямых действий. Парадокс состоит в том, что ненасильственные действия осуществляются в одностороннем порядке – только против России, страны, где на рубеже XX и XXI вв. Л.Н. Толстой проповедовал идею непротивления злу насилием, повлияв на вождя индийского национально-освободительного движения Махатму Ганди.

Для давления на Москву Вашингтон демонстрирует заметную активность в ходе электорального цикла в 2011–2012 г., во время которого российская политическая система оказалась в весьма уязвимом положении.

Многочисленные ненасильственные выступления так называемой несистемной оппозиции начались после выборов в Государственную Думу VI созыва, состоявшихся 4 декабря 2011 г., и продолжились во время кампании по выборам президента России, прошедшим 4 марта 2012 г. Участники акций заявляли, что выборы сопровождались нарушениями законодательства и массовыми фальсификациями. Один из основных лозунгов большинства акций – «За честные выборы!». Чтобы смягчить протестные настроения, Москва идет на уступку: 14 декабря 2011 г. в отставку с поста председателя ГД РФ уходит Б. Грызлов, глава высшего совета партии «Единая Россия».

Поддерживая антиправительственные выступления, Белый дом в лице своего пресс-секретаря Дж. Карни называет митинги положительным знаком поддержки демократии в России[63].

На этот раз символом антиправительственных выступлений становится белая лента. Следуя предписаниям политтехнологов, оппозиция использовала 123-й и 124-й методы ненасильственных действий – бойкот законодательных органов и бойкот выборов. Не отставали от протестующих и руководители думских фракций – Г. Зюганов и В. Жириновский, стремящиеся перетянуть на свою сторону группы населения, негативно настроенные по отношению к «Единой России» и премьер-министру.

Так, например, выступая на митинге 22 января 2012 г., председатель КПРФ не только не отверг итоги выборов в Государственную Думу (124-й метод), но и призвал к созданию «правительства народного доверия» и «общественного телевизионного канала», что в точности соответствует двум методам ненасильственной борьбы:

1) двойной суверенитет и параллельное правительство (198-й метод);

2) альтернативные системы коммуникаций (180-й метод).

Обращает на себя внимание и автопробег по Садовому кольцу, организованный «Лигой избирателей» 29 января 2012 г. в знак протеста против действующей власти: чтобы продемонстрировать ей свою решительность, участники замкнули Садовое кольцо, создав временные затруднения в движении городского транспорта.

С точки зрения ненасильственной техники участники акции задействовали:

1) 42-й метод Шарпа – автоколонны (раздел – процессии);

2) 176-й метод – блокирование дорог;

3) 18-й метод – вывешивание флагов и символических цветов;

4) 19-й метод – ношение символов.

Ответ правительственных сил прозвучал лишь 18 февраля, когда сторонники В. Путина организовали аналогичное автомобильное шествие.

Если на первых порах российская власть действовала довольно неуверенно, то к президентским выборам ситуация изменилась: по всей стране начали проходить митинги в поддержку премьер-министра, а прокремлевские СМИ уверенно держали оборону внутренних рубежей. Предвосхищая заранее подготовленные обвинения в фальсификации итогов выборов, окружение В. Путина идет на беспрецедентный шаг: на каждом избирательном участке страны устанавливаются камеры для наблюдения за процессом голосования, который мог проследить (через Интернет) каждый желающий в режиме реального времени. Так манифестанты лишаются своего главного аргумента.

Не желая передавать инициативу своим оппонентам, сторонники премьер-министра организуют в ночь с 4 на 5 марта 110-тысячный митинг в поддержку своего кандидата, который уже принимал поздравления после оглашения предварительных итогов голосования.

Таким образом, несмотря на убедительную победу премьер-министра на выборах, власть по-прежнему находится в затруднительном положении.

Чтобы доказать населению свою дееспособность, правительству еще предстоит выиграть генеральное сражение с нарастающей деиндустриализацией промышленности и ответить на демографический вызов, грозящий депопуляцией русского населения.

Правительство, несмотря на законность своего существования, нуждается в укреплении легитимных начал. Во время электорального цикла 2011–2012 гг. мы то и дело сравнивали действующую власть с оппозицией, выявляя немощь и интеллектуальное банкротство последней: так, среди преобладающего числа граждан культивировалось убеждение поддержать действующую систему. Однако подобный эффект недолговечен. Консолидация населения только путем сравнений может дать лишь краткосрочный эффект. Народ ждет от власти полноценной и здоровой идеологии, которая будет вдохновлять на ратные подвиги, массовое строительство и рождение новых поколений.

Пришло время конструктивной пропаганды, которая сумеет объединить раздробленные и разнонаправленные социальные группы и избежать внутренних потрясений; в обществе должно крепнуть убеждение в том, что власть легитимна и ее необходимо поддерживать. Помимо размышлений и выводов о митингах и протестах на улицах Москвы власти следует обратить особое внимание на положение в армии и спецслужбах. Первая из них, забытая и униженная многочисленными «реформами» и сокращениями, рискует превратиться в могущественную и оппозиционную правительству силу. Вторые, вовлеченные в бизнес-процессы, питают недовольство к высшему командному составу армии, стремится сохранить существующий статус-кво.

Как показывает история (в особенности азиатских стран), исход ненасильственной битвы во многом зависит от позиции вооруженных сил: если армия отказывается подавить выступления силой, то она автоматически причисляет себя к оппозиции, ускоряя тем самым смену режима. Увлечь за собой армию, создав для офицеров и солдат достойные условия службы и развития, означает получить поддержку более миллиона человек, профессионалов и патриотов, готовых защитить Родину от внешних посягательств.

Обобщая результаты американских ненасильственных переворотов на постсоветском пространстве, важно акцентировать внимание на их геополитической и геоэкономической природе. Причем геополитику мы сознательно ставим на первое место, поскольку именно власть, стремление субъекта политики воздействовать на объект определяют ход исторических событий. В свою очередь, геоэкономика – инструмент влияния на планетарные процессы, но никак не служит самоцелью. Каждый исследователь может удостовериться в логичности подобных построений, просмотрев мемуары и биографии влиятельных финансистов XIX и XX вв.: прямо или косвенно, все они единогласно твердили о том, что желают власти и признания, но никак не денег; большие финансы, двигающие экономическое развитие национальных экономик, озабочены задачей накоплений не для самих накоплений, но для власти.

Обратимся к опыту влиятельного международного банкира Д. Рокфеллера, описавшего данный феномен на примере мотивации предпринимателей: «Конечно, желание заработать деньги является одним из важных аспектов мотивации, однако существуют и другие, часто не менее важные… Предпринимательство одновременно предоставляет возможности удовлетворения творческого инстинкта человека, его жажды власти и страсти к игре. Было бы вводящим в заблуждение упрощением игнорировать тот факт, что интерес к процессу достижения результата является целью для многих, считающих получение прибыли более или менее ценным попутным продуктом»[64].

Аналогичный принцип движет и Америкой на постсоветском пространстве. Внешняя политика США готовит плацдарм для контроля над мировым развитием, как она это делала после двух мировых войн. Однако на этот раз речь идет уже не о контроле над Европой или Британской колониальной империей; комплексная взаимозависимость вынуждает США привлечь под свои знамена всю «дугу нестабильности»: от Западной Африки до Восточной Азии. Ответственные политики в Вашингтоне и финансисты на нью-йоркской Уолл-стрит понимают, что подобная задача нереализуема без участия России, ее военно-политического и человеческого потенциала.

Ненасильственные перевороты на постсоветском пространстве, блокирующие российское влияние в Восточной Европе (Украина), Закавказье (Грузия) и Центральной Азии (Киргизия) есть подготовка к глобальному партнерству Америки и России, в которой Белый дом намерен играть первую скрипку.

Мировая политика становится заложником двух гипертрендов. Первый из них носит восходящий характер, выраженный в следующем: рост народонаселения в нефтеносных арабо-мусульманских странах создает для США угрозу доступа в этот макрорегион, главенство над которым обеспечивало американскую гегемонию на протяжении всего XX в. Второй гипертренд – нисходящий: он кроется в стремительной урбанизации Северной Америки и Европы, население которых утрачивает былую тягу к далеким военным кампаниям, они все менее активны с политической точки зрения; государствообразующие этносы вымирают (а порой и вырождаются), постепенно размываются миграционными потоками. В этой ситуации только Россия остается надежным союзником США. А для того, чтобы сделать нашу страну более податливой, Америка перерезает коммуникационные артерии.

Ненасильственные перевороты в Грузии, на Украине и в Киргизии – тактическая цель большой политики. Задача же стратегии США – Россия, без ее участия ни одна мирополитическая конструкция не просто ненадежна, она невозможна и губительна.

1.3. Проблемы демонтажа политических режимов в меняющемся мире

«Цветные революции» – это технологии осуществления государственных переворотов и внешнего управления политической ситуацией в стране в условиях искусственно созданной политической нестабильности, в которых давление на власть осуществляется в форме политического шантажа с использованием в качестве инструмента шантажа молодежного протестного движения.

Несмотря на существенные различия государств, в которых они вспыхивают, все они (в геополитическом, социальном, экономическом плане и международном положении) укладываются в одну и ту же организационную схему, предполагающую организацию по шаблону молодежного протестного движения, преобразование его в политическую толпу и использование этой силы против действующей власти в качестве инструмента политического шантажа. Это прямо указывает на то, что «цветные революции» в принципе не могут быть реализацией объективных надежд и стремлений большинства населения.

Важно понимать, что политические перевороты современности не ставят цель классических революций – изменение политического строя и форм собственности, то есть все социальной системы. Они «заточены» лишь под смену политических режимов[65].

Цель любой «цветной революции» – осуществление государственного переворота, то есть захват и удержание власти насильственным путем.

Объектом «цветной революции» выступают власть и властные отношения, предметом – политический режим.

У «цветных революций» есть необходимое условие и достаточное условие для их успешной реализации. Необходимое условие осуществления «цветной революции» – наличие политической нестабильности в стране, сопровождающейся кризисом действующей власти. Если политическая ситуация в стране стабильна, ее нужно искусственно дестабилизировать. Достаточное условие – наличие специально организованного (по особой сетевой форме) молодежного протестного движения.

Отличительные черты «цветных революций»:

• воздействие на власть осуществляется в особой форме – форме политического шантажа;

• основным инструментом воздействия на власть выступает молодежное протестное движение.

«Цветные революции» только внешне напоминают настоящие революционные движения: в отличие от революций настоящих, вызванных объективным развитием исторического процесса, «цветные революции» – это технологии, успешно маскирующиеся под стихийные процессы. Они отличаются почти театральным уровнем драматургии, который западные политологи старательно пытаются выдать за самопроизвольное и стихийное проявление воли народа, внезапно решившего вернуть себе право управлять собственной страной.

В основе технологического сценария «цветной революции» лежит англосаксонская (североамериканская) идеология демократизации, предполагающая экспорт демократии, демократических институтов и ценностей в сопредельные страны[66]. Технологии «цветных революций» на практике умеют применять только их авторы и разработчики – англосаксы. В любой стране, где начала разворачиваться «цветная революция», следует искать североамериканский след.

В основе объяснения причин «цветных революций» лежат две версии: версия о стихийности и версия об инсценированности «цветных революций» (о случайности и неслучайности). Обе версии имеют право на существование и не являются бесспорными.

Сторонники стихийности «цветных революций» настаивают на том, что причиной революций являются объективные социальные противоречия, которые находят свое проявление в формах народных бунтов и массового протеста «угнетенного» населения. В качестве таких причин называют нищету, усталость от режимов, тягу к демократическим переменам, демографическую ситуацию.

Между тем при детальном рассмотрении социально-политической ситуации практически в любой стране, в которой произошла «цветная революция», нередко выясняется, что существующие в ней противоречия и социальные разрывы хотя и стали катализатором последующих событий, но не были их основной и единственной причиной.

Например, в Египте до «цветной революции» существовали так называемые дотации на лепешки, обеспечивающие доступность основного продукта – хлебных лепешек для беднейших слоев населения, а в трущобах Каира на крыше каждой хижины можно увидеть тарелку спутникового телевидения; в Ливии граждане страны получали природную ренту (и массу других выплат), которая была настолько велика, что население совсем перестало работать и возложило обязанность трудиться на приезжих гастарбайтеров из того же Египта и других африканских стран; уровень жизни в Тунисе – самом демократическом из всех авторитарных стран Африки – вплотную приближался к Южной Франции (Провансу и Лангедоку), а Южную Италию даже превосходил; одной из причин всплеска протестных движений в Сирии стало то, что Б. Асад решил (без какого-либо давления) смягчить авторитарность режима и начал проводить либеральные преобразования, которыми тут же воспользовались исламисты и их покровители из США.

Сторонники инсценированности «цветных революций» указывают на многократную повторяемость сценария (демократического шаблона) этих революций в различных странах мира, очень сильно различающихся как по особенностям государственного строя, так и по характеру социально-политических проблем. Они утверждают, что все «цветные революции» сделаны под копирку, а вероятность повторения одного и того же события по одной и той же схеме в природе ничтожно мала. На основании этих выводов сторонники инсценированности «цветных революций» указывают на ряд признаков, по которым в любом внешне стихийном народном бунте можно установить «цветную революцию».

У каждой «цветной революции» есть свои признаки, которые выдают в ней технологию:

• во-первых, особый внешнеполитический почерк англосаксов, их отличительный стиль работы;

• во-вторых, строгое соответствие плана любой революции базовому шаблону (или сценарию) – все «цветные революции» развиваются по одному и тому же сценарию, использующему одну шаблонную схему;

• в-третьих, то, каким образом организуется и как используется молодежное протестное движение, которым управляют с помощью технологий рефлексивного управления (они также являются американским изобретением);

• в-четвертых, есть определенные повторяющиеся особенности в подборе и выдвижении революционных лидеров;

• в-пятых, в некоторых «цветных революциях» начисто отсутствует революционная идеология, что позволяет распознать в них подделку. Связано это с тем, что американцы – авторы «цветных революций» – не всегда понимают менталитет и психологию народа, которым они хотят принести «ценности истинной демократии», и не могут предложить им идеологию, которая будет органично принята всеми слоями общества.

«Цветные революции» часто называют технологиями, или инструментами, «мягкой силы», понимаемой в том ракурсе, который дал для данного термина Дж. Най[67]. Этот подход, основанный на принципе аналогии (внешне «цветные революции» – это несиловые технологии смены политических режимов), не совсем точен и часто вводит в заблуждение, заставляя считать «цветные революции» более мягкой и поэтому более прогрессивной и менее социально опасной формой воздействия на авторитарные режимы. Тем самым разворачивается кампания по пропаганде «цветных революций» в пику любым формам собственно вооруженных переворотов.

Трудно определить, что на самом деле является более опасным явлением для международной безопасности в целом: «цветные революции» или локальные вооруженные конфликты. Современный Ближний Восток, погруженный «цветными революциями» в «управляемый хаос», является полным тому подтверждением. И все же представляется довольно очевидным, что современные «цветные революции» по своей природе – это не форма проявления «мягкой силы». «Цветные революции» – это не что иное, как организационная форма осуществления государственного шантажа (то есть шантажа, объектом которого является независимое и суверенное государство), маскирующегося под легендой и лозунгами национальной революции.

«Цветные революции» – не «мягкая сила»; это инструменты взлома демократических режимов переходного типа, скопированных с англосаксонских образцов незападными странами, которые имеют признаки имитационности.

Можно утверждать, что американцы не только создали модель демократического устройства государства, ориентированную «на экспорт», но и позаботились о создании специальных инструментов, предназначенных для ее слома и демонтажа, если в этом вдруг возникнет необходимость. В современном мире такими инструментами, играющими роль своеобразных отмычек для взлома политических режимов западного либерального типа, являются технологии «цветных революций».

Отдельного внимания заслуживают вопросы, связанные с опасностью перерастания «цветной революции» в гражданскую войну или международный конфликт, протекающий в фазе вооруженного противостояния. «Цветные революции» используют фактор военной силы как сервисную функцию, к которой их сценаристы и технологи прибегают в случае крайней необходимости. Военная сила для «цветных революций» не является основным инструментом, ее использование носит скорее вынужденный и побочный характер. Тем не менее нельзя не обратить внимание на тот факт, что современные «цветные революции» действительно создают условия и поводы для последующей военной интервенции. Модель, лежащая в основе «цветной революции», одна – это создание протестного движения, превращение его в политическую толпу и направление ее агрессии на действующую власть с целью заставить ее добровольно уйти с государственных постов и отказаться от управления страной. Такое давление на власть всегда происходит в форме шантажа, выдвижения ультиматумов под угрозой массовых погромов и – реже – физических расправ с инакомыслящими. Если власть начинает сопротивляться, «цветная революция» переходит в фазу вооруженного мятежа.

Иногда этот мятеж сопровождается вооруженной интервенцией со стороны западных стран, как это было в Ливии и, возможно, будет в Сирии.

Модель «цветной революции» состоит из пяти основных этапов (или фаз).

1. Любая «цветная революция» начинается с формирования в стране организованного протестного движения – основной движущей силы будущей «цветной революции». На первоначальном этапе, до открытого выступления, протестное движение формируется в виде сети, состоящей из конспиративных ячеек, каждая из которых имеет лидера и трех-четырех находящихся у него на связи активистов. Такие сети объединяют тысячи активистов, составляющих ядро будущего протестного движения. Многие из них перед тем, как стать лидерами ячеек, проходят обучение в специальных центрах, специализирующихся на вопросах содействия демократизации.

Рекрутируют активистов из молодежной среды, чрезвычайно подвижной и легко увлекаемой различными яркими призывами и лозунгами. Во-первых, знаковые системы продуцируют простые (архаичные) генеральные эмоции (например, ярость, отвращение, блаженство, страх), которые подавляют или возбуждают волевые действия. Главное, они не стимулируют целенаправленную деятельность. Во-вторых, знаковые системы актуализируют социальный опыт (личный, родовой, этнический, конфессиональный, сословный, национальный), который консолидирует сообщество в конкретном пространстве и времени. В-третьих, зрительный опыт, как и обонятельный, вкусовой, тактильный и элементарный звуковой, является более архаичной структурой в сравнении с опытом вербальным[68].

Организация и проведение политического переворота не требует непосредственного присутствия интересантов в какой-либо стране: свержение режима возможно дистанционно посредством передачи информации через различные сети[69].

Сетевой принцип организации протестного движения напоминает принцип организации глобальных террористических сетей – по сути, это одна организационная технология.

2. Из подполья эта сеть выходит на улицы крупных городов одновременно и по условному сигналу, который носит название инцидента. Таким инцидентом может стать любое событие, шокирующее общество и получившее мощный общественный резонанс. Как правило, его инициируют специально.

В революциях в Югославии (2000), на Украине (2004) и в Грузии (2004) таким инцидентом стали результаты выборов, которые были объявлены сфальсифицированными. Революция в Тунисе (2010) – стране с авторитарным режимом – началась с самосожжения торговца на одной из центральных площадей столицы (событие само по себе ничтожное в масштабах страны).

Очень важно, чтобы инцидент привлек внимание всего общества и стал предметом широкого обсуждения, интерпретации, вызвал нарастание всеобщего возбуждения и инициирование стихийных форм массового поведения.

3. После того как инцидент произошел, протестная сеть выходит из подполья на улицы, где группы активистов из ячеек становятся катализатором стихийных массовых процессов, вовлекающих все большие слои населения.

Включаются механизмы конфликтной мобилизации, одним из которых являются «твиттерные революции» – вовлечение через социальные сети.

Ячейки начинают быстро обрастать гражданами, вовлекаемыми в стихийное протестное движение, принять участие в котором их толкает в основном страх за свое будущее. Общая тревожность настроений ведет к тому, что сознание людей переходит в так называемое пограничное состояние и становится подверженным всеобщей истерии, массовым паническим реакциям, часто проявляющимся на уровне рефлексов и инстинктов. С этого момента остается только один шаг – превращение протестных масс из сообщества протестующих в толпу.

4. Следующий шаг в схеме «цветной революции» – формирование политической толпы. Для этого выбирается достаточно большая площадь (майдан), где могли бы разместиться значительные массы народа.

Активисты ведут свой протестный электорат на такой майдан, где в ходе многочасового митинга происходит полное слияние участников в единую массу, известную в психологии как толпа. Происходит полное эмоциональное слияние отдельных личностей с толпой, в которой для идентификации («свой» – «чужой») начинает использоваться яркая «революционная» опознавательная символика.

В этих условиях на толпу воздействуют с помощью технологий воздействия на подсознание, внедряя новые ценности и императивы, перепрограммируя человека. Именно такие технологии применяются в протестантских тоталитарных сектах.

Создаются условия для поддержания устойчивого существования и функционирования толпы – материальное обеспечение, палатки, горячее питание, одежда, деньги активистам, средства нападения (арматура) и т. д. Действует хорошо организованная «служба тыла».

5. От имени толпы к власти выдвигаются ультимативные требования под угрозой массовых беспорядков и – реже – физического уничтожения. В том случае, если власть не выдерживает этого напора, стихия ее сметает. Если власть принимает вызов и выражает готовность сопротивляться, толпа становится основным таранным фактором удара, который наносят по власти авторы «цветной революции». В дальнейшем такая революция неизбежно перерастает в мятеж, а в некоторых случаях – в гражданскую войну, сопровождающуюся военной интервенцией.

Эволюция организационных схем и шаблонов «цветных революций» довольно хорошо прослеживается на примере революций «арабской весны». Так, у революций «арабской весны» есть свои особенности, отличающие их структурно и технологически от своих предшественников – «цветных революций» в Центральной Азии, на Украине, в Грузии и даже от так называемой зеленой революции в Иране 2009 г.: к классической схеме реализации «цветной революции» (то есть государственного переворота) здесь добавлены механизмы обратной связи (итерационный механизм, хорошо известный математикам) и «управляемого хаоса», позволяющие управлять политической нестабильностью не только в рамках отдельно взятой сравнительно небольшой страны (такой, как Украина или Грузия), но и в масштабах целого региона (Ближнего Востока, Северной Африки, Центральной Азии и т. д.).

Механизм обратной связи – это специальный механизм коррекции, позволяющий в режиме реального времени выявлять и оперативно устранять недочеты в реализации схем «цветных революций», модифицируя их под конкретные условия конкретной социокультурной среды. Именно такой механизм был впервые отработан в революциях «арабской весны», в которых государственные перевороты в странах, ставших жертвами волны «принудительной демократизации», осуществлялись не одновременно, а последовательно, по цепочке; причем в каждой последующей схеме реализации «цветной революции» учитывались ошибки, допущенные при осуществлении предыдущей схемы. Внедрение в технологические схемы «цветных революций» механизмов обратной связи, основанных на итерационных схемах, – это прямой результат их эволюционного развития, позволяющий погружать в революционные процессы уже не отдельные страны, а целые регионы.

Механизм «управляемого хаоса» – это еще один эволюционный прорыв в технологиях «цветных революций», который позволяет применять «демократические схемы и шаблоны», разработанные изначально для общества западного (индивидуалистического) типа, в условиях традиционных восточных обществ, невосприимчивых в своем исходном виде к пропаганде демократических и либеральных ценностей. Для того чтобы западные (англосаксонские) технологии «цветных революций» заработали в такого рода социально-культурной среде, необходимо предварительно разрушить традиционную структуру общественного уклада, что и делают (причем весьма успешно) технологии «управляемого хаоса». Основная цель применения этих технологий – подготовить традиционное общество к применению технологий управления массовым политическим сознанием и массовым политическим поведением, что достигается с помощью его атомизации, разрыва связей между отдельными личностями и общиной, внедрения в сознание граждан суррогатного индивидуализма западного типа.

Современные события на Украине (2013–2014 гг.) также имеют отношение к «цветным революциям» – они в точности повторяют египетский сценарий.

В событиях на Украине угадываются признаки, хорошо знакомые по «цветным революциям» в СНГ, Грузии, Центральной Азии, в «оранжевом» безумии, охватившем Украину в 2000-х гг., а также в недавних революциях «арабской весны».

Сравнивая нынешнюю украинскую «цветную революцию» с недавними событиями на Ближнем Востоке и в Северной Африке, нельзя не отметить, что сценарий украинской революции 2014 г. в точности повторяет революцию в Египте, в ходе которой был уничтожен режим Х. Мубарака, а сам египетский президент смещен со своей должности и заключен в тюрьму.

Совпадений слишком много:

• характер народных волнений, переросших в массовые беспорядки, которые выдавались за стихийные, но на самом деле таковыми не являлись;

• хорошо организованное протестное движение, подкрепленное военизированными формированиями боевиков – украинских националистов, переброшенных в Киев из западных областей Украины, где они все эти годы тренировали свое боевое умение в специальных лагерях, изучая тактику сопротивления спецформированиям МВД и СБУ, а также тактику войны в городских условиях;

• блокада органов власти, захват стратегических и жизненно важных объектов столичной инфраструктуры;

• использование механизмов конфликтной мобилизации населения, вовлечение его в конфликт на стороне «представителей восставшего народа», разжигание ненависти к правящему режиму, широкая идеологическая обработка попавших под влияние радикалов;

• масштабная информационная война;

• грамотно организованное снабжение восставших всем необходимым для продолжения борьбы, включая спецсредства, одежду, питание, финансовые средства, идущие на оплату услуг наемников и провокаторов.

Однако этим сходство египетской и украинской революций не исчерпывается: в том и в другом случае под прикрытием восставшего народа в вооруженную борьбу включаются организованные и хорошо вооруженные отряды мятежников: в Египте – исламисты, на Украине – западные националисты. Общественности же эта борьба, имеющая все признаки начала гражданской войны, по-прежнему преподносится как «национально-освободительное движение, развернутое восставшим народом против преступного правящего режима».

В том и в другом случае «восставшему народу» противостояла слабая, нерешительная и коррумпированная власть, которая боится предпринимать решительные меры, медлит перед лицом выбора, мечется между недавними союзниками, которые в новых условиях стремятся от нее дистанцироваться, делает противоречивые заявления, демонстрируя свою беспомощность и дискредитируя тем самым себя едва ли не более эффективно, чем это пытаются сделать ее противники. Именно так вел себя Мубарак: он до последнего момента верил, что США придут ему на помощь и спасут его от разыгранного ими же спектакля «цветной революции», надеялся, что это всего лишь воспитательная мера. Однако его надежды не оправдались, как не оправдались и ожидания В. Януковича, что почти европейская Украина – это не дикий Египет, украинцы – не безграмотные арабы, все само собой уладится.

В. Янукович несколько лет спустя в точности повторил поведение Мубарака: несмотря на явную угрозу со стороны разрастающегося мятежа, который начинался с пустяковых по сути волнений на так называемом майдане, он ничего не сделал для того, чтобы пресечь этот переворот. Вместо того чтобы жесткими, но справедливыми мерами навести порядок (как это сделал с «васильковой революцией» А. Лукашенко), Янукович затеял непонятную политическую игру, заигрывая то с Западом (Евросоюзом и США), то с Россией, надеясь на фоне «предназначенной ему великой роли сдерживания хаоса» на Украине получить очередные финансовые транши и от тех и от других.

Слабость Януковича и стала причиной того, что сначала он потерял поддержку своего электората, а затем от него отвернулись и сторонники, начавшие стремительно разбегаться или просто перебегать в лагерь противника. В этих критических условиях Янукович все-таки отдал приказ о силовом подавлении майдана, но до конца его выполнить у него не хватило воли: с того момента, как мятежники подтянули на майдан незаконные вооруженные формирования националистов и стали формировать из основной массы протестующих отряды «самообороны», подавление мятежа стало возможным только ценой большой крови. На это Янукович не решился, опасаясь не столько за загубленные жизни, сколько за сохранность своих капиталов и счетов в зарубежных банках, которых его в одночасье могли лишить, признав «международным уголовным преступником».

Заигрывания Януковича с Евросоюзом также имели фатальные последствия: ЕС сначала настаивал на том, чтобы Янукович решительно подавлял беспорядки в столице, восстанавливая законность, а когда он наконец начал это делать и появились первые жертвы, ЕС тут же начал заявлять о несоблюдении прав человека и о геноциде режима Януковича против собственного народа, а также о необходимости срочно пойти на уступки мятежникам и вступить с ними в переговоры. Когда Янукович, следуя рекомендациям, пошел на переговоры с мятежниками, они сочли это признанием в слабости власти и резко активизировали свои действия, вступив в фазу непримиримой вооруженной борьбы. В результате Янукович и его команда, вместо того чтобы продолжать борьбу или отвечать за свои действия, просто бежали из Киева.

Различия между Египтом и Украиной на самом деле невелики: в Египте на площадь Каира вышли арабы, в Киеве – украинские националисты и просто граждане, недовольные засильем донецкого клана. В том и в другом случае катализатором «цветной революции» стала «усталость от власти» – от режима Мубарака и от режима Януковича. К этому и пытаются апеллировать националисты, забывая о той очевидной аналогии, которая прослеживается между украинским и египетским сценариями.

В аналогичных революциях в Сирии и Ливии против правящего режима выступили исламисты, с которыми эти режимы на протяжении десятилетий вели непримиримую борьбу; на Украине в составе националистов много католиков, грекокатоликов и адептов многочисленных протестантских сект, в основном носящих тоталитарный характер и проповедующих экстремизм. В том и в другом случае успех переворота стал возможным только благодаря слабости и бесконечным колебаниям правящего режима, первоначально чрезвычайно самоуверенного, а затем быстро павшего духом и собственным примером давшего сигнал своим сторонникам «спасаться кто как может». В Египте после переворота к власти пришли умеренные исламисты, на Украине власть захватили крайние националисты, что примерно одно и то же.

В течение всего времени, пока по Северной Африке и Ближнему Востоку неслось цунами «цветных революций» «арабской весны» и внимание мировой общественности было приковано к трагедии Ливии и Сирии, в России не переставали спорить, куда повернет волна «цветных революций», когда будет сметен последний бастион – режим Башара Асада. То, что новые технологии реализации «цветных революций», основанные на «управляемом хаосе», пройдя обкатку на арабском Востоке, этим самым Востоком не ограничатся, было для всех более или менее очевидно. Возник вопрос: для какой же страны готовится «очередная мясорубка»? Для Ирана, где в 2009 г. почти достигла своей цели так называемая зеленая революция?

В качестве следующих целей «цветных революций» назывались государства Центральной Азии, где предыдущая модель «цветных революций» не смогла обеспечить стабильность марионеточных режимов, пришедших на волне «цветной революции» к власти; вспоминали про Белоруссию, которая своей партизанщиной давно уже является сильным раздражителем для всего Запада, чем-то напоминая режим Каддафи; кое-кто упоминал Китай. Но волна «цветных революций» не продолжила «форматировать» мусульманский Восток, а неожиданно проявилась на Украине – непосредственно у границ России. Отсюда следует очевидный вывод: цель новой волны «цветных революций» – не Украина и не режим Януковича, а Россия, ее суверенитет, территориальная целостность.

России, опираясь на украинский опыт, необходимо готовиться к тому, что она станет следующей в перечне мишеней англосаксонских «цветных революций», обкатанных как в условиях традиционных обществ восточного типа, так и в условиях сверхцентрализованного государства, построенного по принципу вертикали власти и не имеющего подушки безопасности в виде гражданского общества. Стране необходима государственная концепция по противодействию «цветным революциям» (причем как России, так и в целом всему пространству СНГ), подкрепленная дорожной картой ее реализации. Наивно надеяться, что и на этот раз волна «цветных революций» обойдет Россию стороной, – в политике чудес и исключений не бывает. Просто американцы долго искали подходы к России, основываясь на опыте пробной «цветной революции» – так называемой «революции белых ленточек», и, наконец, такой подход нашли. Украина – это не что иное, как последняя генеральная репетиция такой революции, обкатка ее на стране со сходным менталитетом, культурой и цивилизационной идентичностью.

Ситуация, аналогичная украинской, развивается сегодня в Венесуэле. Здесь разворачивается протестное движение, имеющее все признаки классической «цветной революции». Это может означать, что США, реализовав сценарий «цветной революции» на Украине, занялись другим союзником России – Венесуэлой. Более того, можно с уверенностью утверждать, что на этот раз США ударили волной «цветных революций» не по отдельно взятой стране (Украине, например) или региону, а развернули наступление сразу по нескольким стратегическим направлениям, избрав в качестве целей Украину, Киргизию и Казахстан, Венесуэлу – те страны, которые являются (Украина – до февраля 2014 г.) стратегическими союзниками России.

«Цветная революция» в Венесуэле возможна, более того, она неизбежна. Дело в том, что авторитет и популярность Венесуэлы в латиноамериканском мире исключают грубое военное вмешательство со стороны США, как это было в Гренаде и Панаме. Поэтому в своем желании уничтожить завоевания Боливарианской революции и подорвать стремление народа Венесуэлы к свободе США будут использовать «мягкую силу», «мягкие» технологии государственных переворотов, замаскированные под стихийные политические процессы и народные революции, – так, как это было ими организовано в Тунисе, Ливии, Сирии. Особенно показателен пример Ливии, в которой «цветная революция» переросла в гражданскую войну, а последняя – в интервенцию со стороны Франции и Великобритании, к которым затем пришли на помощь и сами США. Безусловно, Венесуэла – не Ливия, и здесь американцы будут применять особый сценарий, в основе которого все равно будет лежать базовая схема, общая для всех «цветных революций». Скорее всего, в Венесуэле будет применена схема, повторяющая вооруженный мятеж 2013–2014 гг. на Украине, начавшийся с Евромайдана.

Первый признак начала «цветной революции» – те протестные движения и демонстрации, которые сегодня происходят в крупнейших городах Венесуэлы. Обратите внимание на то, что протестные демонстрации происходят одновременно, – следовательно, они уже сами по себе не могут рассматриваться как стихийные, поскольку речь идет о высокой степени синхронизации действий.

Второй признак – характер освещения этих протестов западными СМИ: присутствуют элементы информационной войны. Есть и другие признаки, точно указывающие на неслучайность и внешнюю управляемость этих протестов.

Если это «цветная революция», то поддержка оппозиционных групп извне – обязательное условие ее успешности. Организация масштабных протестов, даже выглядящих как стихийные, стоит очень дорого. Ни одна из сил внутри страны, сочувствующая мятежникам, не располагает такими финансовыми средствами. Как правило, каналы поступления финансов в страну для организации «цветной революции» довольно легко выявляются финансовой разведкой.

Предварительные испытания сценария «цветной революции» в Венесуэле были во время избирательной кампании, когда чависты фактически проиграли (или выиграли с минимальным перевесом) во всех крупных городах, но победили в провинциальной местности.

В Венесуэле используются технологии «управляемого хаоса», – на это также указывают все имеющиеся признаки. Технологии «управляемого хаоса» – это технологии разрушения структур и институтов гражданского общества, которые могут противостоять мятежникам и участникам «цветных революций». Они делают человеческую среду восприимчивой к лозунгам «цветных революций», поскольку технологии «цветных революций» разрабатывались американцами, живущими в обществе индивидуалистов и либералов, для сходных обществ и социальных формаций. В чистом виде технологии «цветных революций» буксуют на Востоке, поскольку общества там не либеральные, а организованные по общинному, родовому или племенному принципу. «Управляемый хаос» разрушает общинную структуру, в результате чего множество людей оказываются лишенными общественной защиты и испытывают чувство страха и панику, заставляющие их искать спасения, сбиваясь в толпу, которую затем используют режиссеры «цветных революций».

В случае Венесуэлы «управляемый хаос» будет обязательно задействован для того, чтобы разрушить социальное единство тех, кто получил многое от мирной революции Чавеса, чтобы ослабить остальные страны латиноамериканского мира, дабы они не пришли Венесуэле на помощь.

Существует система мер, которая помогает уменьшить риски возникновения «цветных революций». Она включает три группы.

Первая группа мер направлена на выявление и перекрытие финансовых потоков, идущих на финансирование протестного движения.

Вторая группа мер направлена на вовлечение социальной базы протестного движения – молодежи в возрасте от 18 до 35 лет – в деятельность общественных организаций проправительственной направленности.

Третья группа мер – создание в обществе «клапанов для выпуска пара», сброса напряженности, не позволяющих обществу «перегреваться» наподобие парового котла и затем выплескивать накопившуюся энергию в виде социального взрыва.

В этом контексте особый интерес вызывает вопрос организации противодействия распространению идеологии «цветных революций» в университетской студенческой среде. В своей основной массе студенческая среда не политизирована, но весьма подвижна: она легко подхватывает любые лозунги, которые дают студентам возможность выделиться на фоне сверстников. Цель активности студенческой среды – самоутверждение и отчасти внесение разнообразия в свою жизнь, борьба со скукой и поиск острых ощущений. Часто эта потребность молодежи в самоутверждении выражается через отрицание существующих норм и стандартов жизни, в том числе основ государственного устройства. Вот почему студенты с готовностью вливаются в любые протестные движения, которые предоставляют им такую возможность, относятся к каждому новому члену своего движения индивидуально и сразу отводят им активную роль в общем деле. Все это сильно контрастирует с проправительственными молодежными движениями, организованными по принципу казармы или неосекты и выглядящими со стороны сплошной «серой массой», которую гонят туда, куда прикажут. Став членом такой организации, студент теряет всю свою свободу; более того, он сразу получает себе персонального командира, которому обязан безоговорочно подчиняться.

Характеристика студенческой среды. Технологии «цветных революций» используют особенности молодежной и студенческой среды для вовлечения студенческой молодежи в протестное движение. Для этого разрабатывается яркая революционная символика, вбрасываются в массы псевдореволюционные лозунги и идеологические императивы, выдвигаются харизматичные лидеры, вокруг которых создается ореол национальных героев и представителей новой волны пламенных революционеров, в СМИ формируется соответствующий информационный фон. Это не может не привлекать молодежь, мыслящую образами и в силу юношеского максимализма привыкшую делить все на черное и белое, поскольку от оппозиционеров идет прямой призыв к эмоциям, а не к разуму.

Нередко молодежь и студентов толкает в ряды протестного движения осознание того, что от них ничего не зависит – ни в политической жизни страны, ни в жизни родного университета. Напротив, оппозиция предоставляет студентам такую возможность, приводя примеры простых людей, получивших известность благодаря их личному участию в революциях: от простого аргентинского доктора Эрнесто Гевары до якобы «несгибаемого» блогера А. Навального.

Для того чтобы отвлечь студентов от участия в протестных движениях, необходимо:

• увлечь большим (как минимум общеуниверситетским) проектом;

• организовать лидеров мнений в управляемую студенческую организацию, находящуюся под контролем ректората;

• сформировать вокруг университета (в котором студенты обучаются) собственную замкнутую и самодостаточную информационную среду;

• обеспечить эффективный механизм обратной связи;

• создать собственный (альтернативный) «клапан для выпуска пара».

Это определяет как минимум пять основных направлений деятельности университетского актива.

Большой проект. Для того чтобы направить энергию студентов в мирное русло, необходимо увлечь их новым крупным и ярким общеуниверситетским проектом, который дал бы возможность наиболее активной и пассионарной части студенческой молодежи самореализоваться, обеспечил бы им профессиональный и даже карьерный рост и занял бы все их свободное время. Таким проектом может стать, например, пресс-центр университета или Центр студенческой журналистики.

Управляемая студенческая организация. Для того чтобы студенты не считали, что от них ничего не зависит, и не предпринимали попыток изменить эту ситуацию с помощью «революционных» методов, необходимо предоставить возможность студентам (через своих выборных представителей) управлять жизнью родного университета (в рамках разумного, конечно). Для этого можно расширить полномочия студенческих организаций, но все-таки лучше создать принципиально новую структуру, которая бы отбирала из студенческой среды неформальных лидеров (лидеров мнений) и включала их в свою работу, организовывая их деятельность и управляя через них основной студенческой массой. Такой структурой может стать двухпалатный студенческий сенат и его профильные комитеты: по политической модернизации, по внешней политике, по публичной дипломатии, по науке и новым технологиям, по экономической политике и т. д.

Информационная сфера. Необходимо сформировать вокруг университета собственную замкнутую и самодостаточную информационную сферу, в которой студенты могли бы найти для себя уже готовые ответы на любые волнующие их вопросы, включая политическую жизнь страны: как в виде новостной информации (актуальной и своевременно обновляемой), так и в виде готовых оценок событий (комментарии специалистов и аналитические материалы). Это позволит управлять их еще только формирующимся политическим мировоззрением и ограждать от негативного влияния внешних деструктивных сил.

Для решения указанных задач требуется обеспечить информационный фон и наполнение эфира новостями из жизни университета, аналитическими материалами на актуальные темы и оценками университетских авторитетов. В организационном плане для этого в рамках университета необходимо создать мощную информационно-вещательную сеть – начиная от собственных новостных каналов вещания и интернет-СМИ, выпускаемых пресс-центром университета, и заканчивая собственной социальной сетью и сервисом коротких сообщений. Необходимо также создать собственную социальную сеть, в которую на основании оригинального формата и сервиса перетянуть наиболее активный университетский электорат.

Механизм обратной связи. Для контроля студенческой среды и адекватного реагирования на все происходящие в ней изменения нужно создать механизм обратной связи между студентами и руководством университета или с его полномочными представителями. Такую функцию могут играть проекты «горячая линия», «онлайн-вахта профессоров университета» (на сайте в режиме онлайн или в эфире вещательных программ университетского пресс-центра), «виртуальная приемная ректора», «клуб “анонимных” политологов» и т. д.), действующие в режиме реального времени.

«Клапан для выпуска пара». Для устойчивости университетской системы управления в целом необходимо создать «клапан для выпуска пара», который позволял бы сбрасывать напряженность в молодежной среде, как только она превысит определенный пороговый уровень. В каком виде его нужно создать, окончательного мнения еще нет. Но у любой политической системы (включая мировую) подобный клапан имеется: в частности, для международных глобальных корпораций таким управляемым клапаном является спонсируемое ими движение антиглобалистов; для британского правительства – Гайд-парк и т. д. Для университетской молодежи, радикальные настроения которой не удастся сломить, этим клапаном может быть «университетский гайд-парк», свободные дебаты с представителями власти и университетским руководством (заканчивающиеся символическим актом примирения, например раздачей проректором каши из полевой кухни) и другие управляемые публично-информационные кампании.

Эти направления деятельности необходимо дополнить рядом эффективных мер следующего характера.

Миссия университета. Любая информационно-идеологическая работа начинается с определения миссии организации, в том числе в политическом ключе. Грамотно разработанная миссия не только определяет приоритеты развития и ценностные ориентиры, но и становится основой для главного инструмента убеждения – массовой идеологии. Если такой миссии и идеологии нет, ее место в умах молодежи сразу же займут другие политические концепции, в первую очередь активно продвигаемые в сознание российских граждан так называемой оппозицией.

Следовательно, главным условием ограждения студенческой молодежи от негативного внешнего влияния является разработка миссии университета в формирующемся многополярном мире, носящей мировоззренческий характер (университет представляется как очаг и генератор идей современной политической модернизации).

Антикризисный центр. В рамках пресс-центра университета можно организовать студенческий антикризисный ситуационный центр, способный взять под контроль любую чрезвычайную ситуацию и вести ее в режиме реального времени до тех пор, пока кризис не разрешится либо на его локализацию будут мобилизованы профильные силы прямой компетенции. В рамках антикризисного центра следует сформировать и обучить группу студентов-переговорщиков.

Центр изучения «цветных революций». В рамках университетского антикризисного центра можно организовать центр изучения «цветных революций» и международного сотрудничества в сфере защиты от «цветных переворотов», в котором хорошо использовать студенческий и молодежный ресурс для выработки технологий сопротивления «цветным переворотам», а также обучать экспертов для распознавания начала этих операций на ранних стадиях и выработки превентивных мер. Само создание такого центра станет знаком для тех, кто готовит очередную «цветную революцию» в нашей стране: мы знаем об их планах и готовим адекватный ответ.

Пропаганда. Необходимо организовать пропаганду университетских ценностей и идеалов. Значительное внимание должно быть уделено прямой разъяснительной работе, в первую очередь разъяснению истинной сути манипулятивных технологий, применяемых оппозицией для вербовки новых членов и формирования из них послушного инструмента любых переворотов – политической толпы. Прекрасный формат для этого – конференции и круглые столы с возможностью научных публикаций. Для этого, возможно, стоит возродить институт университетских агитаторов и политинформаторов.

Организация студенческого досуга. Целесообразно вернуться к идее организации и заполнения досуга студентов, особенно тех, кто проживает в общежитиях (создание отделений студенческих клубов на этажах общежитий, проведение мини-конференций и семинаров с участием видных профессоров и доцентов в неформальной обстановке, без галстуков, в общежитиях, в «кухонном», «коридорном» формате, как это практиковалось в ранние годы советской власти).

Целевые гранты университета для отдельных студентов и студенческих групп, выполняющих исследования или проводящих публичные мероприятия по противодействию «цветным революциям».

Для решения указанных задач в системе университета следует создать следующую триаду структур, реализующих идею административно-студенческого партнерства:

1) студенческий парламент;

2) пресс-центр;

3) антикризисный центр.

Студенческий парламент. Студенческий парламент может состоять из двух палат: верхней и нижней. Нижняя палата – студенческий сенат – формируется из наиболее активных и инициативных студентов по представительскому принципу методом прямых выборов. Из избранных таким образом представителей студенчества формируются сам сенат и его профильные комитеты: по политической модернизации, по внешней политике, по публичной дипломатии, по науке и новым технологиям, по экономической политике и т. д. Возглавляют комитеты сенаторы, назначаемые председателем сената из числа студентов, пользующихся наибольшим авторитетом в молодежной среде.

Верхняя палата – совет по публичной дипломатии университета – назначается ректором (или куратором проекта) из числа полномочных представителей ректората и руководителей комитетов нижней палаты студенческого парламента.

Для придания новым структурам авторитета в молодежной среде необходимо поднять статус структуры до международного уровня, например создать общественную организацию «Международная ассамблея студенческих сенатов университетов различных стран», в рамках которой организовать обмен опытом прямого студенческого парламентаризма и т. д.

Для выборных членов сената необходимо предусмотреть форму и порядок отчетности перед избирателями. Кроме того, необходимо предусмотреть процедуру отзыва депутатов по инициативе избирателей, а также механизм кадровой ротации.

Пресс-центр. Для увлечения основной массы студентов университетской идеей и направления их энергии в мирное русло необходим новый большой проект. Такими проектами, как нами уже отмечалось, могут стать пресс-центр университета и экспериментальное университетское телевидение, что позволит массе инициативных людей проявить себя в журналистской работе, в информационных кампаниях университета в сетях, в режиссуре (выпуск авторских программ), в профессии ведущего программ на телевидении и радиовещании, а главное – в реальной возможности донести свою точку зрения до большой зрительской аудитории. Особенно это будет интересно студентам и аспирантам, которые не являются профессиональными журналистами, но планируют свое будущее в сфере пиара и массовых коммуникаций. Пресс-центр, как любая вновь создаваемая структура, будет стремительно развиваться и расти, то есть обеспечит его сотрудникам быстрый карьерный рост, что весьма важно сегодня; непаханое поле позволит наиболее инициативным и увлеченным этой идеей студентам самим формировать информационную и вещательную политику центра, разрабатывать и внедрять новые форматы вещания, реализовывать собственные авторские проекты.

Одной из задач пресс-центра может стать создание собственной социальной сети, в которую интернет-активные студенты перенесут свою социальную активность, и проведение специальных пропагандистских психологических операций, направленных против «цветных революций».

Целесообразно, чтобы сотрудники пресс-центра из числа студентов прошли курсы по психологии и журналистике, получили основы дипломатического искусства и дипломатического этикета (антикризисники – переговорный процесс и медиаторство), то есть нужно сформировать собственную учебную программу (специализацию), выдавать дипломы университета по ее окончании и т. д.

Как и в любом СМИ, новости должны делать штатные корреспонденты, а аналитику – штатные аналитики, совмещающие эту работу с учебой в университете. Однако в своей работе они должны опираться на собственную корреспондентскую сеть и деятельно расширять ее в интересах общего дела.

В работе пресс-центра для распространения информации необходимо в полной мере использовать личные и деловые связи и контакты студентов, вовлеченных в деятельность центра: многие из них работают в крупных информационных и пиар-агентствах и имеют доступ к каналам распространения информации. Соответственно на основании их связей можно организовать корреспондентскую сеть и сеть по распространению информации по принципам сетевого маркетинга. Для этого в центре должны быть специалисты соответствующего профиля, в совершенстве владеющие навыками сетевой коммуникации.

Антикризисный центр может состоять из группы специалистов по мониторингу, контролю и управлению ситуацией, группы переговорщиков, группы социальных психологов и группы экстремальной журналистики.

Данные положения следует развернуть в единую концепцию проекта (по созданию в университетах системы противодействия «цветным революциям»). Организационно-штатная структура студенческого парламента, пресс-центра и антикризисного центра определяется с учетом задач на краткосрочный и долгосрочный периоды. Среди подразделений определяется ядро, которое вводится в работу сразу после образования. Остальные подразделения формируются и присоединяются к ядру по мере развертывания деятельности. В дополнение к концепции формируются бизнес-план, финансовый план и операционный план проекта.

Интересно, что в последних работах западных авторов (в том числе британских и французских) появляются оценки «цветных революций», которые идут вразрез с навязываемыми Соединенными Штатами представлениями о «цветных революциях» как инструментах демократизации и формирования демократического мира. Так, некоторые ученые начинают (пока еще довольно осторожно) утверждать, что ни одна из «цветных революций» на Ближнем Востоке и в Северной Африке не принесла процветания христианскому миру, напротив, «арабская весна» всколыхнула и заставила выйти из глубокого подполья наиболее опасные, экстремистски настроенные силы, представляющие исламизм, с которыми теперь западным странам приходится иметь дело уже на официальном уровне.

«Арабская весна», начавшаяся под лозунгами демократизации арабского Востока, ускорила процесс отступления христианства под натиском радикального ислама, который с началом «цветных революций» «арабской весны» многократно усилился. «Арабская весна», сделанная на деньги и с помощью американских и западноевропейских союзников, стала для западной христианской цивилизации (и без того уже переживающей острый кризис) началом «христианской зимы»[70].

Западное христианство сдало еще один рубеж обороны. Это заставляет серьезно задуматься о том, какую роль сегодня на самом деле играют «цветные революции» в мировой политике, в формировании нового миропорядка и каким он будет, новый миропорядок, если волну «цветных революций» вовремя не остановить.

Глава 2

Технологии государственных переворотов[71]

2.1. Методы реализации «цветных революций»

«Цветная революция» – особая форма борьбы (политического вмешательства), направленная на создание конфликтного потенциала с целью смены государственной власти и принципиально меняющая основание ее легитимности, а также приводящая к геополитической и геоэкономической переориентации государства. Исходя из этого определения можно дать трактовку и основным понятиям, тесно связанным с понятием «цветная революция».

Технология «цветной революции» – совокупность согласованных и взаимосвязанных по целям, задачам, месту и времени приемов и способов воздействия на общественное сознание, реализуемых одновременно и последовательно, по единому замыслу и плану, под единым руководством с целью перенаправления социально-политической активности общества на дестабилизацию функционирования органов государственной власти и смену правящей элиты.

Детали и содержание «цветной революции» могут меняться, но технологии являются достаточно отработанными и применимы к различным ситуациям.

Прежде всего надо отметить, что технологии не являются однозначно адаптированными к складывающимся ситуациям и могут дополняться специфическими способами и методами воздействия, в том числе создаваемыми непосредственно в конкретных условиях. Но знать их или по крайней мере распознавать как можно более полный их перечень – необходимое условие компенсирования их воздействия.

Технологии современных «цветных революций» направлены на расшатывание и дестабилизацию обстановки в стране (регионе) и поддержание неустойчивого равновесия до создания необходимых условий и гарантированной смены режима или других спланированных изменений. Такую технологию можно называть «резонансной», или «технологией управляемого хаоса».

Для осуществления «цветных революций» проводятся тщательная длительная подготовка и планирование – от мониторинга обстановки, изучения и тестирования целевой аудитории, например, путем проверки реакции на то или иное событие (в том числе освещаемое в СМИ), до создания различных организаций, фондов и приобретения медиаструктур.

2.2. Этапы «цветной революции»

Модель «резонансной» технологии можно разбить на несколько последовательных этапов. Каждый этап носит самостоятельный характер и тщательно готовится. От успеха подготовки и проведения каждого этапа зависит успех проведения последующего.

Первый этап – установочный (подготовительный). Предусматривает определение и расстановку сил, классификацию на «своих» и «чужих», союзников и противников. Главным критерием при отборе целевой аудитории является отношение к целям, ценностям, эталонным понятиям и требованиям внешней управляющей (деструктивной) силы.

Предварительно этот этап тщательно моделируется. Моделирование может составлять от нескольких месяцев до четырех-пяти лет (в зависимости от поставленных целей, активности масс, интенсивности изменения региональной и глобальной политической ситуации, установленного срока исполнения полномочий руководством государства). При моделировании учитывается не только политическое, социальное и экономическое состояние региона (страны), целевая аудитория, но и каждый лидер или руководитель (государственных структур, политических партий и движений, крупного бизнеса, особенно СМИ) в отдельности. Осуществляются серьезное изучение и разработка потенциальных лидеров.

Большое внимание уделяется предварительной расстановке политических сил, руководителей органов государственного и военного управления, возможности воздействия на них различными способами (включая и методы дискредитации) и манипулирования ими. Необходимо обратить внимание на важный аспект – критическим звеном в системе управления в момент кризиса может оказаться специально подобранная некомпетентная фигура, не имеющая опыта принятия решений и соответствующей подготовки.

Поэтому целью этапа подготовки «цветных революций» является мониторинг возможностей оказания влияния на принятие управленческих решений, а также мероприятий, направленных на предупреждение, компенсирование проявлений социально-политического кризиса и устранение его последствий.

Мониторинг может заключаться в инициировании различного рода акций, информационных кампаний, вбросе информации с дальнейшей оценкой реакции целевой аудитории. Катализатором проявлений социально-политической активности и формирования стереотипов является создание аналитических и статистических структур, институтов и публикация ими различных данных мониторинга, рейтингов и анализов. Такие материалы, как правило, выглядят объективными, убедительными и авторитетными. Публикация статистических данных является эффективным приемом воздействия на массы. При анализе первого этапа аналитику необходимо четко определить цели и эталонные понятия, которые позволят выявить истинных игроков, отделить их от показных и отвлекающих сил. Для Российской Федерации серьезной опасностью является то, что сегодня государственные структуры пользуются результатами анализа и статистическими данными негосударственных аналитических структур, которые зачастую являются филиалами западных организаций, действующих исключительно в их интересах.

Необходимо провести тщательный анализ и учет всех аналитических структур, а публикацию статистических данных в СМИ разрешить только государственным, специально аккредитованным структурам или сертифицированным государством.

Второй этап – распределение сил. Цель второго этапа – четко распределить акторов (игроков) на тех, кто в дальнейшем придет к власти (и сформировать вокруг них необходимые силы), и на тех, кто будет принесен в жертву революции – устранен с политической арены.

Огромная роль отводится персоналиям. Как правило, данный период характеризуется выходом на сцену политических лидеров, движений и появлением новых лидеров. Особое значение придается личным качествам лидеров, военного руководства, изучаются их привычки, склонности и даже состояние здоровья.

Задача управляющей внешней силы – выделение проявивших себя игроков для четкой классификации на «своих» (с целью обеспечения их действий) и «чужих» (с целью их устранения). К этому времени «свои» и «чужие» должны притянуть к себе все противостоящие силы и их лидеров. Продолжительность второго этапа может варьироваться от нескольких месяцев до двух-трех лет.

Третий этап – дестабилизация обстановки. Характерный признак – лавинообразное развитие событий. На этом этапе производится резкое нагнетание противоречий, сталкивание противоборствующих сторон, перевод ситуации к необратимому конфликту, когда политические, дипломатические, правовые меры становятся неэффективными.

Раскачивание обстановки начинается с одной или нескольких потенциально активных групп общества, например студентов или рабочих. Как правило, на первом этапе акцентируется внимание на экономических или социальных требованиях, наиболее близких для используемой социальной категории.

Так, на Украине в ходе «оранжевой революции» таким «запалом» стали студенты вузов, в которых длительное время не выплачивали стипендии. В ноябре 2013 г. в Киеве на майдане основным активным ядром стали также молодежь и студенты, недовольные отказом от европейской интеграции. Уже 8 % населения могут стать критической массой для активного инициирования процесса дестабилизации социальной обстановки в стране.

Следующий шаг – официальный вывод недовольной социальной группы на митинги для легализации и предъявления своих требований с целью получения широкой политической огласки и создания резонанса в обществе. В период широкой огласки требований через СМИ в игру вводятся новые фигуры – специально подготовленные представители с политическими требованиями, целью которых является перевод ситуации на новый уровень – политический. Данный период является наиболее важным в технологии развития «цветных революций», так как подразумевает втягивание широких масс в политическое движение в кратчайшие сроки и наиболее затратными в финансовом плане. Движущей силой создаваемого политического движения выступают наиболее финансово и социально неудовлетворенные массы. Поэтому для мотивации данной группы чаще всего используются финансовые и материальные средства: денежное вознаграждение, обеспечение продуктами, спиртным, одеждой и т. д. Один из приемов «подогрева» масс, привлечения новых участников и их объединения – направление обстановки в русло шоу, зрелища. На этом этапе чрезвычайно важна роль негосударственных структур, фондов, фирм, осуществляющих финансовую поддержку развития событий. Иными словами, одним из факторов, указывающих на подготовку «цветных революций», является создание и распространение указанных структур, а также лоббирование их интересов при подготовке законопроектов, разработке законодательных норм. Продолжительность третьего этапа определяется активностью лидеров, их подготовкой; как показывает опыт, может составить от нескольких часов до нескольких недель.

Четвертый этап – разрешение конфликта (революционный). Происходят массовые выступления, акции гражданского неповиновения, организованные демонстрации и силовые действия, направленные на захват власти. Действия выходят за рамки правового поля. Течение этого этапа зависит от тщательности подготовки предыдущих фаз. Организация активного этапа конфликта предполагает создание необходимых условий для последующего решительного изменения политической ситуации в стране (регионе).

Как правило, этот этап относительно краткосрочный. Опыт «цветных революций» показал, что его длительность составляет от одних до нескольких суток. Эффективность этапа зависит от количества народных масс, выведенных на улицы, активности лидеров.

Локализовать выступления можно только подавлением, жесткими и скоординированными действиями вооруженных и полицейских сил, доведением до масс однозначных требований военно-политического руководства страны.

В ходе планирования, подготовки и проведения массовых выступлений применяется тактика сетевой войны. Это создание сетевой структуры и ячеек, формирование подготовительных лагерей и курсов для авангарда движения. Информация распределяется таким образом, чтобы как можно меньше людей видели полную картину. Каждому шагу придается внешняя законность. Соблюдается конспирация. Создаваемые движения, как правило, не имеют конкретных лидеров, а только координаторов самоуправляемых ячеек.

Пятый этап (указывает на разложение реальной власти, разрушение государственной и политической системы управления) – легализация внешней управляющей силы. Объявление новой законной власти.

Особенность данного этапа состоит в том, что массы находятся в состоянии повышенного психоэмоционального напряжения (эмоционального шока), реальная система управления государством разрушена, налицо все признаки социального, политического, экономического кризиса. Этот момент является наиболее благоприятным для формирования нового уклада жизни по стандартам и эталонам управляющей силы, без опасения применения санкций за принятые решения. Наилучший момент для объявления противоборствующей стороны вне закона.

Шестой этап – возвращение в правовое поле. Ликвидация противоборствующей стороны, занятие государственных постов управления, построение вертикали власти, системы управления государством по своим стандартам.

2.3. Методы, способы и приемы воздействия

Мобилизация населения. Для достижения поставленной цели одним из условий является постоянная и усиливающаяся активность народных масс. Для этого должен быть выполнен ряд условий:

• укреплены решимость, уверенность и навыки сопротивления целевой аудитории;

• усилены активные социальные группы, общественные организации;

• создана разветвленная и мощная сила сопротивления.

Стоит отметить, что для организации «революции» нет необходимости иметь полноценную систему обеспечения (боевого, тылового, медицинского и др.). Эффективным средством является создание так называемой сетевой структуры: организуются курсы по подготовке актива, который в дальнейшем входит в состав избирательных комиссий или в число наблюдателей. Готовятся координаторы самоуправляемых ячеек. Создаются подготовительные лагеря, на базе которых проводятся встречи актива с представителями различных фондов и организаций, специализирующихся на революциях.

Сеть создается по следующей технологии: подготовительные лагеря формируют авангард из нескольких сотен человек. Каждый из лидеров авангарда привлекает еще несколько десятков человек, чтобы число активистов достигло нескольких тысяч. Впоследствии лидеры авангарда становятся руководителями массовых движений и ведут за собой добровольцев к заранее определенным объектам.

Перехват власти – замена действующей власти или блокирование ее кандидата на выборах. Необходимым элементом подготовки является выдвижение удовлетворяющей кандидатуры лидера. Сформировать искусственный образ личности гораздо проще и менее затратно, чем создать образ политического движения или партии. Поэтому западные политтехнологи стремятся перевести ситуацию в русло отказа от парламентских форм государственности и перехода к президентским (то есть личностным, что наглядно было показано на примере событий в СНГ).

Формирование негативного и антинародного имиджа легальной власти. В отношении врага снимаются социокультурные барьеры и нормы, что является психологической основой внутренней легитимности любого политического режима.

Манипуляции сознанием масс – информационно-психологические методы. При манипулировании массами особый интерес вызывает такой инструмент, как продвижение технологий «брендинга».

В первую очередь необходимо обратить внимание на технологию, базирующуюся на комплексе лозунгов, апеллирующих к широким массам и обещающих им скорое и легкое решение острых социальных проблем. При постоянном дискретном воздействии, особенно при наличии объективных предпосылок к недовольству, такие призывы и лозунги довольно быстро получают распространение и поддержку у населения. Установлено, что эффективно организованная пропагандистская кампания способна оказывать чрезвычайно высокое эмоциональное воздействие на массы. Как показал опыт массовых протестных мероприятий и митингов, для удовлетворения недовольства под давлением популистских воззваний люди готовы пожертвовать даже своими моральными установками, фундаментальными и долгосрочными интересами. Причины недовольства в разных социальных группах могут быть несовместимыми и даже диаметрально противоположными. При особенно «благоприятном» стечении обстоятельств использование популистских лозунгов позволяет оппозиции создать острое чувство недовольства даже в самых привилегированных группах, которые заведомо станут главными жертвами свержения действующей власти.

Внедрение в массовое сознание и закрепление простых и ярких стереотипов, отвечающих формуле: «враги против наших». Это общее правило всех революций. Вот известные примеры таких стереотипов: «патриоты против аристократов» (Франция, 1793), «правоверные против американских дьяволов» (Иран, 1979), «демократия против тоталитаризма» (СССР, 1991), «народ против преступной власти» (Украина, 2004).

Создание и внедрение атрибутики. Показательным элементом реализации технологии и методов осуществления «цветных революций» является формирование лозунгов и символов. Такие символы становятся важным средством объединения и идентификации соратников и единомышленников.

В Сербии это был сжатый кулак, на Украине – оранжевый цвет, в Грузии – роза, в Киргизии – тюльпан, в Болгарии – два пальца в форме V (Victory – победа), в России – белая лента.

Обязательными качествами любого символа должны быть узнаваемость и возможность его нанесения различными способами в общественных местах.

Если процесс идет по нарастающей, то ускоряется самоотождествление обывателей с «нашими». Быть «нашими» становится модно и престижно.

Лозунги – неотъемлемая часть «цветных революций». Причем их направленность проста, лаконична и понятна, например: «Сербия без Милошевича!», «Украина без Кучмы!», «Киргизия без Акаева!», «Грузия без Шеварднадзе!», «Россия без Путина!». Этот же принцип применялся в Азербайджане, Белоруссии, Узбекистане, Казахстане.

Создание территориального анклава, где организаторы протестных выступлений, оппозиционные партии и поддерживающие их граждане обеспечивают имидж «цветному» кандидату. Территория становится плацдармом для расширения и закрепления власти оппозиции. На Украине такими территориями стали майдан (площадь) Независимости и западные области страны, в Грузии – Тбилиси. На территориях анклавов власть действующего президента де-факто не признается.

Формирование «справедливой доказательной базы», которая благодаря СМИ подогревает социальное недовольство, эмоции (например, организованный русскими «голодомор» на Украине или ввод вооруженных сил России на территорию ДНР и ЛНР).

Для легитимизации своих позиций оппозиционные официальной власти силы применяют субъективные, зачастую сфальсифицированные подходы, такие как оперативное обнародование непроверенных, необъективных или промежуточных результатов, проведение экзитполов, распространение через СМИ мнений лояльных оппозиции иностранных наблюдателей. С помощью подобных комбинаций официальные результаты ЦИК уже не воспринимаются значительной частью социума, более того, власть ставится в позицию ответчика.

Формирование в массовом сознании уверенности в «неминуемой победе». Она может быть вообще не мотивирована (сайт Ющенко был украшен бегущей строкой: «До победы Ющенко осталось… 40… 30… 5 дней»). Все это переводит массы в режим управляемого коллективного возбуждения. Юлия Тимошенко провозглашала: «“Оранжевая революция” станет эпидемией свободы по всему миру!» – и это подогревало эмоции масс, большую долю которых составляли люди с высшим образованием.

Одновременно в массовое сознание и в сознание работников силовых структур постоянно внедряется мысль, что «против народа» нельзя применять насилие и что «народ победить нельзя». Так массы провоцируют на эскалацию давления на власть вплоть до захвата зданий, представляющих собой символические объекты государства, его официальных ведомств и структур.

Блокирование работы государственных органов, структур, административных зданий, редакций СМИ – преподносится как борьба за демократию, например, в ходе парламентской деятельности.

В условиях кризиса органам государственного управления приходится оперативно решать вопросы жизнеобеспечения страны, принимать экстренные решения. Метод блокирования может возыметь серьезное воздействие на общество, а в случае результативных действий дать стимул протестующим. Зачастую, не имея актуальных и системных предложений, оппозиция прибегает к блокированию работы органов власти, чтобы напоминать о себе и как-то оправдывать свое существование.

Непризнание итогов голосования. Протестные выступления в связи с недовольством результатами выборов носят спланированный характер, причем акцент делается на «мирном» противостоянии с властью. Однако, без сомнения, заранее скрытно готовятся группы силового давления и противодействия. Фактически власть становится заложницей, так как силовое, «антидемократическое» разрешение конфликта в состоянии дискредитировать правящую элиту в обществе, что будет отвечать интересам оппозиции.

Целью заключительного «постэлекторального» этапа осуществления «цветной революции» является пассивность власти, а также неопределенность стратегии ее дальнейших действий. Задача оппозиции – вынудить власти начать диалог, согласиться на уступки. Этим власть фактически признает правомочность требований и действий «контрэлиты», а также явно показывает собственную слабость. Подобное развитие событий вызывает окончательный слом политического баланса в обществе, который приводит к отторжению народом дискредитированной власти и ее последующему свержению.

Итоги голосования (выборов) становятся предметом закулисного политического торга или результатом противодействия групп влияния. Таким образом, граждан практически лишают права выбора, но этот факт скрывают за декорациями демократических процедур. Если же возникает непредвиденное противодействие (например, со стороны крупных социальных групп, как это и произошло на Украине), то непризнание итогов голосования представляют как борьбу с «государственным переворотом».

Роль столицы в условиях развития революционного движения. Как правило, массовое давление на центральные органы власти во многом становится катализатором для развития успеха оппозиции. При этом давление поддерживается значительной частью или большинством столичных жителей. Не исключено, что, будучи организованными в региональных центрах, революционные процессы не получили бы продолжения, так как не влияли бы на функционирование центральных властей и квалифицировались бы как сепаратизм или бунт региональных элит. Именно такое развитие событий в юго-восточных регионах Украины не принесло действенного результата сторонникам В. Януковича в 2004 г. Однако есть и исключения. В Киргизии массовые выступления против власти имели место не в столице, а на изначально оппозиционном юге страны, тогда как в Бишкеке президентский дворец штурмовала толпа маргинальных элементов.

Таким образом, можно сделать следующие выводы.

Все перечисленные технологии были использованы при планировании и в ходе «цветных революций» во всех государствах СНГ. Анализ показывает, что существуют и технологии применения «силовых приемов», иногда выходящих из-под контроля политических лидеров. Однако интенсивность применения силы практически сводится к нулю. Классическая модель «цветной революции» является ненасильственной. Исключение составляют специальные действия, в том числе с привлечением снайперов (были выявлены почти во всех революционных событиях в странах СНГ). Они часто используются для эскалации напряженности в случаях, когда накал страстей начинает спадать или когда власти удается нащупать путь примирения с оппозицией до достижения ею поставленной цели.

Достаточно высокая шаблонность технологий осуществления «революционных» преобразований может привести к нивелированию или значительному снижению их эффективности. Так, в частности, стереотипность и предсказуемость в действиях армянской оппозиции в ходе февральских 2008 г. выборов президента страны позволила действующей власти предпринять соразмерные, адекватные и своевременные контрмеры, которые фактически привели к провалу «цветной революции» в Армении.

Вместе с тем стремительное распространение в мире современных информационных и коммуникационных технологий создает благоприятные условия для деятельности различных экспертов и профессиональных специализированных структур по поиску и апробации новых форм и методик внешнего управления социально-политическими процессами в различных странах и их совершенствованию.

2.4. Влияние силового фактора и привлечение силовых структур

Главная задача государства – защита граждан и территориальной целостности. Это защита и от внешнего врага, и от межгруппового насилия в социальных, межнациональных и религиозных конфликтах, от преступников, от стихийных бедствий и эпидемий.

Утрата, даже в небольшой степени, монополии государства на «легитимное насилие» является первым признаком краха государственности. Даже до совершения актов такого насилия (например, казней по приговору «народного суда») само возникновение незаконных вооруженных и даже невооруженных, но организованных по военному типу формирований есть признак развала государства.

Одно из принципиальных отличий «цветных революций», которое используется оппозицией, – их ненасильственный характер или по меньшей мере создание полной иллюзии безопасного ненасильственного развития событий. Это нейтрализует главную силу, которую государство готовит для отражения революции, – его силовые структуры.

Ненасильственный характер действий со стороны оппозиции притупляет саму способность власти видеть угрозы, служит как «обезболивание» государства на первом этапе революций и мятежей.

Поэтому во всех странах первоначально была проведена перестройка – отказ от «тоталитаризма» в политической сфере и отказ от «огосударствления» в сфере экономики. Это привело к «демократическому» решению конфликтных ситуаций и отказу новых лидеров от силового их разрешения. Однако неумение эффективно противостоять невооруженной толпе парализует государственную власть. Совершенно второстепенные вопросы взаимодействия с оппозицией становятся более важными, чем выполнение стратегических задач государства.

События апреля 2009 г. в Молдавии ярко продемонстрировали, как толпа блокирует здание правительства, а само правительство убеждено, что никаких насильственных действий предпринимать против толпы нельзя, поскольку это недемократично. Происходит добровольный отказ государства не просто от права на легитимное насилие, но даже от обязанности применить насилие ради сохранения элементарного порядка и безопасности.

Дело доходит до полной утраты рациональности в поведении и заявлениях политиков.

Ненасильственный характер действий оппозиционных сил не только дискредитирует государственный аппарат, но и раскалывает общество.

Однако если власть отвечает насилием, то слишком большая часть общества начинает сочувствовать оппозиции, и этот опасный для государства процесс приходится тормозить, неся большие издержки.

Характерной особенностью периода, предшествующего кризису, является формирование негативного отношения к силовым структурам и вооруженным силам в частности. Как известно, вооруженные силы остаются последним институтом реальной власти, способным к организованным действиям. Важнейшим условием достижения целей дестабилизации обстановки является морально-психологическое воздействие на военнослужащих, инициирование мероприятий, снижающих социальный статус военнослужащих и мотивацию к исполнению служебных обязанностей.

Особо необходимо отметить роль силовых структур во время проведения «цветных революций». Во всех случаях силовые структуры либо сохраняли нейтралитет (кроме Узбекистана), либо достаточно быстро переходили на сторону «цветной революции».

Это объясняется, во-первых, социальным положением личного состава силовых ведомств, во-вторых, предупреждением западных лидеров о недопустимости применения силы и об ответственности политического руководства страны за жертвы, которые возможны при применении силы по подавлению беспорядков (эти предупреждения особенно действенны для компрадорской части правительства и правящей элиты), в-третьих, активной деятельностью иностранных государств по привлечению к участию силовых ведомств в различных совместных мероприятиях на всех уровнях – от рядового до высшего командного состава. Обязательный предварительный анализ активности силовых структур позволяет иностранным спецслужбам составить четкое представление о морально-психологическом состоянии личного состава силовых ведомств, их возможностях по противодействию протестным выступлениям гражданского населения, решимости выполнять приказы командования. На основе этих данных политтехнологи, заинтересованные в проведении «цветных революций», достаточно точно могут прогнозировать поведение личного состава во время социальных и политических кризисов и целенаправленно проводить психологические и информационные операции против силовых структур.

2.5. Провоцирование силовых структур на насилие

В данном случае организаторы массовых движений используют практически беспроигрышный для себя вариант развития событий.

Провозглашая мирный характер манифестаций и наращивая одновременно с этим «мягкое давление» на власть, они пытаются воспользоваться любым предлогом для выдвижения обвинений в «непропорциональном насилии» над собственным народом. При этом факты пролития крови и гибели людей, особенно невинных, обладают исключительно сильным эффектом воздействия на сознание, воображение и чувства не только сторонников «революционного движения», но и увеличивающегося числа сочувствующих.

Яркой иллюстрацией этого стало, например, нарастание митинговых страстей в Москве после гибели трех человек во время «ликвидации путча» в августе 1991 г. или резкое развитие событий на майдане после применения оружия снайперами в 2014 г.

2.6. Применение силовых структур

В условиях кризиса силовые структуры необходимо использовать в первые часы развития событий, оперативно принимать государственное решение об их привлечении. Однако необходимо отдавать отчет, что критерием применения вооруженных сил является количество демонстрантов, вышедших на улицы, их оснащенность и решимость на крайние, экстремистские действия.

Урок из «революции роз» извлек пришедший к власти в Грузии М. Саакашвили. В ноябре 2007 г. он выступил с резкими заявлениями в отношении вышедшей на улицы Тбилиси оппозиции, и это было немедленно подкреплено жесткими действиями полиции и силовых структур с использованием водометов, слезоточивого газа, резиновых пуль и т. д. Выступления были подавлены.

В то же время промедление принятия решения о вводе войск и их применении, обсуждение легитимности применения силы в самих вооруженных силах в момент кризиса приводит к разрушению системы управления государством и войсками, принципа единоначалия, к утрате веры в органы управления. Более того, такая ситуация оказывает деморализующее воздействие не только на гражданское население, но и на самих военнослужащих.

Примеры перехода части военнослужащих на сторону оппозиции в моменты кризисных ситуаций можно было наблюдать в Российской Федерации (1991 г.), на Украине, в Грузии, Казахстане.

2.7. Применение информационной составляющей

Одним из фундаментальных следствий развития информационных технологий стало снижение эффективности и, соответственно, значимости логического мышления общества.

Сегодня нет необходимости доказывать, какой огромной властью над сознанием людей обладают владельцы средств массовой информации. Именно они определяют, какой реальную действительность увидят миллионы людей и какова будет их реакция. Информационная составляющая стала важнейшим компонентом современных «цветных революций» и военных конфликтов и непременным атрибутом их подготовки. В США на разработки в информационной сфере ежегодно затрачивают несколько миллионов долларов. Использование информационных технологий нашло свое непосредственное воплощение в моделировании «цветных революций» и стало составной частью современной политики. Сегодня уже невозможно представить основную сферу деятельности любого государства в отрыве от СМИ. В России СМИ также приобрели колоссальное значение. Руководители и владельцы СМИ создают виртуальный мир для населения и решают его проблемы в этом виртуальном мире.

СМИ формируют у населения видение мира. Даже простой отбор информации для освещения в СМИ формирует у аудитории актуальность (рейтинг) происходящих событий в стране, влияет на социальную обстановку, жизненно важные сферы деятельности.

Поэтому массовый информационный поток сегодня освещает преимущественно те сферы, где социальные проблемы проявляются наименее заметно для населения. В основном он состоит из развлекательных программ, информации, привлекающей внимание: криминал, боевики, скандалы, личная жизнь звезд и политиков.

В психологических операциях воздействие всегда направляется на массовое сознание, однако объектом первичного воздействия может служить отдельный человек или социальная группа. Помимо публикаций развлекательного, криминального и сенсационного характера хочется обратить внимание на еще один прием воздействия и отвлечения населения от действительности, а именно на комиксы, дающие возможность не утруждать себя обращением к тексту, не мыслить и получать сразу готовые зрительные образы.

Распространенные сегодня рисунки комиксов упрощают представление о реальной действительности, искажают ее. Зачастую они изображают насильственные действия, которые вызывают эмоциональный шок. Учитывая эффективность воздействия и доступность, комиксы в изобилии представлены как в изданиях, рассчитанных на взрослых, так и в детской литературе. Исследования психологов показали, что суггестивность (внушаемость) максимальна в возрасте от четырех до восьми лет. Таким образом, можно констатировать, что отработка формирования будущего нашей страны уже происходит на детях.

Свое развитие комиксы получили в соединении с политикой (политические комиксы), а также в создании фотороманов, которыми изобилуют молодежные издательства. Они развивают нетребовательный вкус, замещают мыслительный процесс зрительными образами, которые сегодня во многом используются в качестве закрепления идеологических стереотипов.

Характерный пример – скандал, вызванный публикацией комиксов, изображающих пророка Мухаммеда. Эти же публикации в январе 2015 г. во Франции привели к расстрелу редакции журнала Charlie Hebdo. Вероятно, такой реакции могло и не быть, если бы события освещались в виде простой публикации или высказываний.

Важнейший аспект информационных кампаний – информационное воздействие, в первую очередь оно направлено на наименее интеллектуально развитые массы.

Недостаточно образованные народные массы гораздо легче объединять в организационные структуры. Такие однородные структуры работают надежнее и эффективнее. Поэтому, упрощение личности является социальной целью организаторов «цветных революций». Это ведет к стандартизации и снижению мыслительного потенциала, ограничению индивидуального творчества и разрушению интеллектуальных способностей личности.

Таким образом, информационный поток обращен не к сознанию аудитории, а к эмоциям. Формируются стереотипы, упрощенное представление действительности и в конечном счете искаженное понимание реальных событий. Формируемые стереотипы есть не что иное, как продукт манипулирования массами и идейно-политического воздействия.

В Советском энциклопедическом словаре дается следующее определение социального стереотипа: схематический, стандартизированный образ или представления о социальном явлении или объекте, обычно эмоционально окрашенные и обладающие большой устойчивостью. Выражает привычное отношение человека к какому-либо явлению, сложившееся под влиянием социальных условий и предшествующего опыта; составная часть установки.

Содержание данной категории демонстрирует важность подготовительного периода, для которого характерен процесс изучения целевой аудитории и формирования стереотипов.

Необходимо понимать, что сегодня посредством формирования стереотипов сознание людей выходит из-под контроля и влияния национальных политических и государственных институтов. В свою очередь, ослабление внимания приводит к занятию этой ниши деструктивными элементами.

2.8. Создание территориального анклава и ненасильственная оккупация территории

Как упоминалось выше, создание территориального анклава подразумевает формирование области или областей внутри страны, где местные власти и влиятельные слои населения обеспечивают оппозиционному кандидату (или партии) безусловную поддержку и где легитимная власть де-факто не действует. Еще один показательный способ «ненасильственного захвата» и последующего удержания территории – организация палаточных городков около правительственных зданий и других символических мест (например, на площади Независимости в Киеве). Характерной чертой и обязательным условием деятельности подобных городков выступает слаженность и четкая внутренняя организация, а также определенная иерархия их участников. Безусловное подчинение приказам и распоряжениям, передаваемым через отлаженную структуру агитаторов, категоричный запрет употребления спиртных напитков, доставка горячего питания, обеспечение сменной одеждой и обувью, медицинской помощью, организация круглосуточных трансляций на огромных плазменных экранах, установка биотуалетов – лишь некоторые элементы организации.

Помимо этого из числа заранее подготовленных активистов оперативно формировались «направления» и «отделы» по различным видам деятельности – от поддержания порядка на территории городка до проведения агитации за его пределами, расклеивания листовок, повязывания оранжевых ленточек на машины и т. д.

2.9. Молодежные организации

Во всех «революциях» молодежные организации сыграли уникальную роль. Во-первых, все массовые акции гражданского участия проводились именно с помощью молодежи (студентов). Во-вторых, молодежные организации выводили на улицы десятки тысяч человек, способных противостоять силовым подразделениям. В-третьих, именно массовое участие студентов создавало вокруг происходивших событий ореол «подлинной революционности», выдавая студенческое движение за общенародное. Одна из причин привлечения молодежи заключается в том, что это наиболее неустойчивая в идеологическом плане часть нации.

Также важно зафиксировать типологическое сходство всех молодежных организаций, участвовавших в «революциях». Их создание было важным элементом в технологической цепочке «цветных революций». Необходимо обратить внимание, что самостоятельными политическими силами молодежные организации не являлись, скорее они стали удобным объектом для использования оппозиционными силами.

Югославия. В октябре 1998 г. в Югославии была создана первая молодежная политическая организация подобного типа. Организация получила название «Отпор» (в переводе на русский – «Сопротивление»).

Своей целью организация ставила свержение режима Милошевича, а своим основным оружием избрала «технику ненасильственного сопротивления». К моменту выборов 2000 г. количество членов «Отпора» достигло 100 тыс. человек. Символом этой молодежной организации был избран сжатый кулак на черном фоне, а основными лозунгами стали «Gotov je!» («Конец ему!»), «Vreme je!» («Его время истекло!») и «Dosta je!» («Довольно ему!»).

Отделения «Отпора» открывались рядом с местами, где обычно собирается молодежь (дискотеки, бары, клубы). Члены организации проходили специальные семинары и тренинги по тактике борьбы с режимом «ненасильственными методами».

Следует отметить, что одним из «наставников молодежи» был полковник армии США в отставке Роберт Хелви, который весной 2000 г. был направлен Международным республиканским институтом (International Republican Institute) преподавать тактику «ненасильственной борьбы» членам «Отпора».

Финансирование организации обеспечивали такие организации, как Национальный фонд поддержки демократии (National Endowment for Democracy), Фонд Сороса (Soros Foundation), «Международная амнистия» (Amnesty International), Новый сербский форум и др.

Грузия. Здесь было создано движение – клон «Отпора» – «Кмара» (по-грузински «Хватит»). У «Отпора» были позаимствованы не только методы уличной борьбы, но и символика – плотно сжатый кулак. Единственное отличие грузинского варианта в том, что знак «Отпора» – кулак на черном фоне, а знак «Кмары» – кулак на оранжевом. Целью организации стало свержение режима Шеварднадзе. Для этого члены «Кмары» также использовали методы и технологии «ненасильственной борьбы».

Обучение грузинской молодежи проводилось летом 2003 г. на специальных семинарах, которые вели лидеры «Отпора». Вот что, например, говорил об этом Александр Марич, руководитель группы обучения «Отпора»: «Мы не организовывали ни демонстраций, ни каких-либо других подобных акций ни с “Кмарой”, ни с другими оппозиционными организациями Грузии. Наша организация лишь обменивается с “Кмарой” своими знаниями и опытом. Мы провели некоторое время в Грузии перед революцией, но не присутствовали там во время революции».

Сильную информационную поддержку «Кмаре» оказывал оппозиционный телеканал «Рустави-2», финансирование которого в основном осуществлялось за счет грантов Фонда Сороса. В дни «цветной революции» этот телеканал дважды показывал фильм о свержении Слободана Милошевича.

Украина. Молодежное политическое движение «Пора!» было создано накануне президентских выборов в марте 2004 г. Основной целью организации являлась поддержка оппозиции и в то же время борьба против власти в лице президента Леонида Кучмы и премьера Виктора Януковича. На официальном сайте движения его «вдохновителями, партнерами и советниками» названы сербский «Отпор» и грузинская «Кмара».

Основным средством борьбы, как и в двух предыдущих случаях, декларируется «гражданское сопротивление без использования насилия». Символом движения стало восходящее солнце в треугольнике, что символизирует «начало нового дня, новой поры, завершения ночи». Самым сильным политическим ходом движения «Пора!» можно считать организацию знаменитого палаточного городка сторонников оппозиции в центре Киева – на майдане Незалежности.

2.10. Разжигание национально-этнических противоречий

Разжигание этих противоречий – один из типичных элементов «цветных революций». Задача – сплочение наиболее радикально настроенных групп населения на основе этнической или национальной принадлежности, а также придание им статуса активного участника движения. К таким группам можно отнести УHА-УHСО, «Правый сектор» и военно-патриотическую организацию «Тризуб» (2004 г.) на Украине, «Национальное движение» в Грузии, «Гражданский форум» в Чехословакии, «Фронт национального спасения» в Румынии и т. д.

В большинстве своем отличительной особенностью подобных движений на территории постсоветских государств является их антироссийская и антирусская направленность. Так, например, лейтмотивом выборной кампании сторонников В. Ющенко в ходе «оранжевой революции» стали откровенно антироссийские тезисы о том, что «украинцы живут плохо из-за России», о «тайных планах вторжения российских войск», о том, что «Украина кормит всю Россию», Россия покушается на суверенитет Украины, государственную целостность и т. д. В целом эти же тезисы используются и до настоящего времени на Украине, в Молдавии, в центральноазиатских республиках в рамках информационных кампаний по пресечению постсоветской интеграции и в качестве аргументов для вступления в НАТО.

2.11. Маркетинг, или продвижение бренда «цветной революции»

Процесс планирования «цветных революций» начинается с исследования целевой аудитории. Политтехнологи определяют заинтересованность в социально-политических изменениях (емкость сегментов общества), то есть выявляют социальную группу, поддерживающую оппозиционные силы, а также испытывающую интерес к социально-политическим процессам. Производится сегментирование общества и выбор тех его частей, на которые политтехнологи способны оказать влияние наилучшим образом.

Сегмент – социальная группа, обладающая похожими потребностями и желаниями. Разделение общества на различные сегменты и их последующее изучение позволяет сконцентрировать внимание на наиболее перспективных с точки зрения активности сегментах (целевых аудиториях). Сегментация целевой аудитории может быть произведена по нескольким признакам: географическому, демографическому, социальному, националистическому, поведенческому, при этом каждому из этих признаков присущи свои переменные. Для получения всеобъемлющей информации о социальных группах политтехнологи могут выделять сегменты на основе совокупности признаков. Разрабатываются планы создания и доведения бренда (продукции) «цветной революции» до потребителя, а также стратегия маркетинг-микс воздействия на массы через бренд. Создается система маркетингового аудита, которая позволит оценивать результаты проводимых мероприятий и степень их воздействия на потребителей.

Разработка и применение способов и приемов стали предметом профессиональной деятельности больших междисциплинарных групп специалистов, которые выполняют заказы государственных служб и политических партий. Эти разработки ведутся на высоком творческом уровне, сопровождаются оригинальными находками и в настоящее время стали проявлением высокого интеллекта и научно-технического потенциала. В последние годы для постановки массовых действий привлекаются даже такие организации, как антиглобалисты. Нельзя исключить и связи с экстремистскими и террористическими организациями.

Квалифицированный предвыборный маркетинг стал отличительной особенностью «цветных революций». Единый кандидат от оппозиции может «продаваться» избирателям как продукт.

Различного рода атрибутика, элементы одежды, рок-музыка и мультипликация привлекают внимание избирателей и поднимают рейтинг кандидата от оппозиции, прежде всего среди молодежи, то есть наиболее динамичной и в то же время неудовлетворенной части населения. В первую очередь деятельность такого рода направлена на сопровождение молодежного политического движения.

В рамках продвижения бренда «цветной революции» можно выделить следующие компоненты:

• лозунги, слоганы, граффити, наклейки-стикеры;

• футболки, головные уборы, значки, шарфы, ленты, повязки, плакаты и т. п.;

• музыкальное сопровождение, провокационные тексты на мотивы известных песен;

• комиксы, политические мультфильмы, компьютерные игры.

Различные элементы одежды вроде бейсболок, футболок, шарфов стали одним из самых действенных приемов предвыборной агитации. Другими средствами политической рекламы стали плакаты и настенная живопись – граффити.

Особый маркетинговый прием был использован в Югославии: стикеры (самоклеящиеся этикетки), изготовленные в количестве 1,8 млн экземпляров, буквально заполонили дома и улицы Белграда. На Украине оппозиция использовала оранжевые ленточки, которые люди прикрепляли к одежде, автовладельцы украшали ими свои автомобили.

Музыка тоже сыграла особую роль в «цветных революциях». Так, в Югославии был организован концертный тур известных рок-групп под лозунгом «Vreme je!». Этот тур начался за несколько недель до дня выборов (24 сентября 2000 г.), и в его рамках в разных городах Сербии было проведено 27 концертов. Финальный концерт состоялся в Белграде за три дня до выборов и собрал 20 тыс. человек.

На Украине рок-концерт на майдане Незалежности шел непрерывно в течение 14 дней. «Песни майдана» в основном носили политический характер. Например, гимнами «революции» фактически стали две песни – «Оранжевое небо» и «Разом нас богато!».

Одним из успешных инструментов политической рекламы в ходе «цветных революций» стала мультипликация, дополненная компьютерными играми. В полную силу эта технология была отработана на Украине. В Интернете и на компакт-дисках активно распространялись мультфильмы политического содержания, в первую очередь направленные против премьера Януковича. Основным сюжетом мультфильмов и компьютерных игр на тему «Выборы в Украине» стал реальный случай, когда в Виктора Януковича бросили куриным яйцом из толпы – и он упал. Тут же появился бренд «Веселые яйца», под который стали создавать мультфильмы и компьютерные игры. Одним из сюжетов таких игр было задание: «Попади яйцом в Януковича и освободи Украину».

2.12. Финансирование

Еще в 2005 г. директор ФСБ РФ Николай Патрушев, выступая в Госдуме на правительственном часе, отметил: «ФСБ России располагает данными о подготовке рядом зарубежных неправительственных организаций очередных “цветных революций” на постсоветском пространстве. Иностранные спецслужбы все активнее применяют нетрадиционные методы для своей работы и с помощью образовательных программ различных неправительственных организаций пропагандируют свои интересы, проводят работу и собирают информацию, в частности, на пространстве СНГ». В числе неправительственных организаций, которые, возможно, используются иностранными спецслужбами, Патрушев назвал Корпус мира США, саудовский Красный Полумесяц, некоторые организации Кувейта и ряд других.

Каналы внешнего финансирования хорошо отработаны. Эта схема применялась в Грузии, на Украине и в других государствах практически без изменений. Некоторые изменения были внесены лишь при организации «революции тюльпанов» – там была меньше роль Фонда Сороса и больше «Freedom Haus». При этом США даже не скрывали своего участия в киргизских событиях. В отчете Госдепартамента сказано, что в 2004 г. США предоставили 53 финансовых гранта неправительственным организациям в Киргизии «для поддержки независимых СМИ, распространения информации, обучения журналистов, обеспечения прав человека, а также для получения правового образования». Как заметил директор гарвардского Центра Дэвиса по изучению евроазиатских проблем М. Гольдман: «Потянув за конец киргизской нитки, можно размотать весь клубок бывших советских республик. И сама Россия может быть опрокинута».

Реальные суммы, которые затрачивали западные спонсоры на каждую из этих революций, неизвестны. Некоторая часть этих сумм легализуется, иногда даже провоцируются скандалы для того, чтобы показать «общественному мнению», насколько невелики эти суммы.

Так, представители Госдепартамента США в декабре 2004 г. сообщили, что украинская оппозиция за последние два года получила из Вашингтона около 65 млн долларов. На сайте Госдепартамента США можно было узнать, что в 2003 и 2004 г. на Украину поступило 13,9 и 13,8 млн долларов по ст. 121-0213 «Увеличение вовлечения граждан». Там указано, сколько часов телевещания, «обучающего демократии», оплатит USAID (Агентство США по международному развитию), сколько человек пройдут специальные тренировки и т. д.

Значительные финансовые ресурсы на организацию «цветных революций» поступали через американский фонд «Поддержки демократии в Восточной Европе» (Support for East European Democracy – SEED). Расходы SEED – часть бюджета Госдепартамента США. Общие финансовые поступления через SEED только в Сербию составили: в 1998 г. – 15,3 млн долларов, в 1999 г. – 24,3 млн долларов, в 2000 г. – 55 млн долларов. Для их распределения использовались, в частности, каналы организации «Балканская инициатива» при Американском институте мира.

По оценкам экспертов, в ходе «оранжевой революции» на Украине было израсходовано не менее 60 млн долларов, в целях «содействия развитию демократических преобразований» в Киргизии – 50 млн долларов. Ежегодная финансовая помощь Грузии из США составляет около 100 млн долларов. Помимо этого осуществлялось финансирование целого ряда целевых программ. К примеру, 300 тыс. долларов было выделено грузинским филиалом Фонда Сороса совместно с Международным обществом справедливых выборов движению «Кмара» для создания компьютерного банка данных избирателей, а общественной организацией «Freedom Haus» – около 30 тыс. долларов на организацию лагерей для подготовки «оранжевых» активистов в Крыму и около 110 тыс. долларов для «наблюдения за ходом выборов» в Киргизии.

Важным направлением финансирования «цветных революций» продолжает оставаться поддержка деятельности всевозможных неправительственных организаций, которых лишь на постсоветском пространстве насчитывается около 40 тыс. Только на Украине количество специалистов, получающих солидные денежные гранты по линии международных фондов и неправительственных организаций, достигает 40 тыс. человек. Именно эти люди принимают активное участие в заседаниях круглых столов, демонстрациях, митингах, пикетах, других массовых акциях протеста, становятся организаторами и лидерами «революционного» движения.

Это вполне естественно: для представительства своих интересов заинтересованным силам в Соединенных Штатах было бы нерационально использовать разрозненные организации и множество различных технологий проведения «революций». Гораздо эффективнее сосредоточить соответствующие ресурсы (интеллектуальные, информационные и организационные) в руках одной структуры, выступающей в качестве координатора «революционных» процессов.

В эпицентре «революций» начала XXI в. находится Восточно-европейский демократический центр (ВЕДЦ) (Wschodnio Europejskie Centrum Demokratyczne, WECD). Его офис расположен в Варшаве. Сама организация была зарегистрирована в 2001 г. и возникла на базе белорусской программы американского фонда «Институт в поддержку демократии в Восточной Европе» (Institute for Democracy in Eastern Europe, IDEE). Финансируется ВЕДЦ теми же самыми организациями и фондами, которые спонсируют оппозицию, – Национальным фондом поддержки демократии, Фондом Чарльза Стюарта Мотта (Charles Stewart Mott Foundation, MOTT), «Freedom Haus», Фондом Сороса.

Основные интересы ВЕДЦ традиционно сосредоточены на Белоруссии, Украине и России. Но в последнее время они включают и страны Центральной Азии (Киргизию, Казахстан, Таджикистан и Узбекистан).

На официальном сайте организации сказано, что «ВЕДЦ реализует несколько главных программных блоков. Это образовательно-тренинговые проекты, адресованные прежде всего журналистам, учителям, издателям региональной прессы и активистам неправительственных организации. Кроме работы, связанной с реализацией главных программ, ВЕДЦ сотрудничает с несколькими независимыми научными, исследовательскими и аналитическими группами, а также с культурными центрами, поддерживая издательскую деятельность информационно-культурного характера».

Формальные задачи фонда – «распространение идеи демократии, поддержка гражданских инициатив и неправительственных программ, строительство открытого общества, образование в области прав человека и демократических свобод, содействие социальным и общественным переменам в посткоммунистических странах».

Фактически же ВЕДЦ занимается сбором и анализом информации о политической ситуации, разработкой и внедрением политических технологий.

Активисты ВЕДЦ работали во всех «революционных» странах, начиная с Югославии. Именно им принадлежало авторство лозунгов, под которыми проходили «цветные революции»: «Отпор!», «Gotov je!», «Кмара!», «Пора!».

В Киргизии представители ВЕДЦ работали с середины 2004 г. Для Курманбека Бакиева («Народное движение Кыргызстана») они разрабатывали программу будущих избирательных кампаний. Оппозиции было предложено два базовых варианта действий: мирный – под лозунгом «Ойгун, жаштар!» («Проснись, молодежь!») и силовой – под лозунгом «Урвай!» («Бей!»).

Деятельность ВЕДЦ курирует Збигнев Бжезинский. Так что нетрудно указать и конечный пункт текущей серии «цветных революций». В целом можно констатировать, что механизм финансирования цветных революций отработан, прошел апробирование и находится в «постоянной готовности». Попытки нарушить или блокировать его деятельность будут восприняты США как недопустимое противодействие демократии.

2.13. Выводы

Подводя итог анализу происшедших событий, изучению их концептуальной основы, можно однозначно утверждать, что сценарий осуществления «цветных революций» основывается на высоком теоретическом и научном уровне разработок в области социальной философии, социологии, психологии, обществознания.

Говоря о социальных последствиях «революций», следует подчеркнуть, что никаких радикальных конструктивных перемен (ощутимого роста уровня жизни, снятия этнической и конфессиональной напряженности, снижения уровня преступности и т. п.) ни в Югославии, ни в Грузии, ни в Киргизии, ни тем более на Украине в обозримой перспективе не предвидится. «Цветная революция» никогда не преследует цели изменения социальной структуры общества, улучшения жизни беднейших слоев.

Никто в этих странах не собирался всерьез заниматься ротацией коррумпированных элит (что является, по сути дела, ключом к социальному оздоровлению).

Во главе стратегического плана любой «революции» – смена правящего режима (и как следствие – изменение внешнеполитического курса страны). В этом принципиальное отличие «цветной революции» от революции как социально-политического явления, характеризуемого общественным кризисом и революционной ситуацией. Говоря словами В.И. Ленина, «большей частью для революции недостаточно того, чтобы низы не хотели жить, как прежде. Для нее требуется еще, чтобы верхи не могли хозяйничать и управлять, как прежде».

Новый баланс сил становится непосредственной особенностью постреволюционной ситуации. Данный процесс сопровождается не только расколом между элитами, связанными с прежней и новой властью, но и расколом между «революционными» фракциями, объединенными в единый блок только тезисами смещения «недемократического» режима. Неизбежная радикализация политических отношений влечет за собой непредсказуемые последствия, учитывая то, что элитарный раскол переносится и на общественные отношения.

К наиболее характерным косвенным особенностям следует отнести и такой фактор, как объективная и открытая легитимизация на международном уровне «цветной» смены режимов (при прямом участии внешних сил), которая противоречит нормам международного права. Сегодня начался очередной раунд «борьбы за господство в Евразии», и основной ее площадкой, естественно, выступают страны СНГ. Борьба мировых центров сил (США, ЕС, КНР) идет главным образом за доступ к сырьевым и энергетическим ресурсам этого региона. В ход здесь идут все средства – политические, дипломатические, финансовые, экономические, информационные, специальные.

Разумеется, геополитические и геоэкономические цели, реализуемые в ходе этой игры Соединенными Штатами, варьируются от страны к стране. В самом конспективном изложении они выглядят следующим образом (речь, конечно, идет об аналитической реконструкции).

Югославия. С помощью политической и экономической дестабилизации на Балканах подорвать позиции евро, сбить с курса новую альтернативную доллару мировую валюту. И эта цель была достигнута – на несколько лет «триумфальное шествие» евро было заторможено.

Грузия. Эта страна интересует США прежде всего как транзитная территория, обеспечивающая доступ к энергетическим ресурсам Азербайджана и Центральной Азии.

Проблема Черноморско-Каспийского региона для США имеет исключительное значение: нестабильность мирового рынка нефти, контроль за ростом цен на нефть, создание альтернативного маршрута транспортировки энергоносителей.

Соответственно Грузия со всеми своими проблемами рассматривается как фрагмент «стратегического коридора» к энергетическим ресурсам Азербайджана и Центральной Азии.

Очевидно при этом, что ставка Запада сделана на дальнейшее раскачивание ситуации. Обстановка в стране должна дойти до той точки, когда «международному сообществу» станет окончательно ясно, что без его вмешательства местному населению грозит катастрофа. После этого должна последовать финальная стабилизация – с введением в этот регион международных «миротворческих сил» (ООН, НАТО или какой-либо другой коалиции).

Украина. Збигнев Бжезинский оценивает геополитический статус Украины так: «Украина, новое и важное пространство на евразийской шахматной доске, является геополитическим центром, потому что само ее существование как независимого государства помогает трансформировать Россию. Если Москва вернет себе контроль над Украиной с ее 52-миллионным населением и крупными ресурсами, а также выходом к Черному морю, то Россия автоматически вновь получит средства превратиться в мощное имперское государство, раскинувшееся в Европе и Азии. Без Украины реставрация империи, будь то на основе СНГ или на базе евразийства, стала бы нежизнеспособным делом».

Киргизия. С учетом географического положения страны США пытаются создать здесь площадку «по сдерживанию» Китая и отчасти России.

При этом речь идет не только об использовании «уйгурского фактора» для дестабилизации Синьцзян-Уйгурского автономного района (СУАР) или Тибета, но и о торможении планов прокладки магистральных нефтепроводов в КНР из Казахстана. Принимая во внимание планы США по усилению влияния в Центральной Азии, в особенности в Киргизии, можно рассматривать эту страну как базу для «продвижения процесса демократизации» в Таджикистане, Казахстане и Узбекистане и уменьшения китайского и российского влияния в этом регионе.

Таким образом, в действиях заказчиков и организаторов «цветных революций» просматривается достаточно четкая геополитическая и геоэкономическая логика: постепенный, пошаговый, но жесткий перевод под контроль США стратегических источников и маршрутов транспортировки энергоресурсов из Каспийского региона. При этом в отношении конкурентов – ЕС, России и прежде всего Китая – эффективно применяется стратегия превентивного сдерживания. Формирование системы зон «управляемой нестабильности» на постсоветском пространстве будет продолжено. Анализ подготовки и проведения «цветных революций» в Грузии, на Украине и в Киргизии показал управляемость этих революций извне, широкое спонсирование оппозиционных групп со стороны различных западных фондов. Так, Ариэль Коэн, научный сотрудник Heritage Foundation, в одном из интервью выразил уверенность, что грузинская революция может стать моделью для устранения диктаторских режимов в других государствах бывшей советской империи. По его словам, в Белоруссии и Туркмении, возглавляемых диктаторами Александром Лукашенко и Сапармуратом Ниязовым, демократические лидеры могут усвоить уроки грузинских событий точно так же, как г-н Саакашвили и его друзья усвоили уроки сербской революции, в ходе которой был свергнут Слободан Милошевич. Тогда в Белграде, как и в Тбилиси, массовые протесты продемонстрировали политическую нелегитимность прежних режимов и стали причиной их устранения. Об эффективности «цветных» технологий говорит опыт организаторов протестов в Молдавии. В Кишиневе Наталья Морарь была в центре событий. С мегафоном в руках она призывала отменить результаты выборов, а сами беспорядки начались с организованного Натальей митинга. Об этом она не без гордости сообщала в своем блоге: «6 человек. 10 минут на креатив и принятие решения. Несколько часов распространения информации по сетям, “Фейсбуку”, блогам, sms друзьям и e-mail-рассылкам. Вся организация – через интернет. На улицу вышло 15 тыс. молодежи!!! Наша инициативная группа называется “Я не коммунист”».

Что же касается уроков и основных выводов из анализа «цветных революций», то они сводятся к следующему.

Основной движущей силой «цветных революций» стала протестная часть населения, которая в рамках действующего политического режима не имеет возможности решить свои личные проблемы, главным образом материального и духовного характера. К этой группе прежде всего относится молодежь. Она весьма склонна к проявлению любых форм протеста и готова поддержать любую силу, которая будет выступать против действующей власти и властной элиты. Организационной основой этой части населения являются организации гражданского общества.

При отсутствии внутренних основ для организации представители этих групп населения весьма оперативно присоединяются к любым дееспособным организациям, выступающим против действующей власти, в крайне короткие сроки наращивая их численность и мощь до уровня, когда они становятся способными свергать существующие режимы.

Как правило, невысокая идеологическая и политическая подготовка представителей большей части протестного населения не дает им возможности сделать правильный выбор, за кем идти в спектре оппозиционных правящей элите политических сил. Поэтому в большинстве они идут за теми, у кого выше организация, больше материальных и информационных ресурсов, кто более агрессивно настроен против правящей элиты.

Основной формой борьбы с властью в период «цветных революций» была «распределенная атака». Суть ее состоит в том, что объект атаки прямо или опосредованно подвергается множеству воздействий. В итоге объект попадает под пристальное внимание общества, мировой общественности. Все зависит от поставленной задачи и выделенного на атаку бюджета. Целью всех «цветных революций» являлся бескровный уход старой элиты под нажимом общественного мнения и иностранного военно-дипломатического давления. Комбинацией различных методов в процессе подготовки к «цветной революции» решались следующие основные задачи: изменялся вектор общественного мнения, осуществлялась моральная подготовка общества к резким переменам.

Все «цветные революции» изначально опирались на негосударственные организации – основу так называемого гражданского общества. Тысячи негосударственных организаций охватывают сотни тысяч граждан. Причем гражданское общество ориентируется в основном на западные гранты, следовательно, и управляется с Запада.

Во всех случаях силовые структуры либо сохраняли нейтралитет (кроме Узбекистана), либо достаточно быстро переходили на сторону «цветной революции», а учащиеся вузов силовых ведомств Украины с самого начала принимали активное участие в протестных мероприятиях «цветной революции». Это объясняется следующим.

Во-первых, социальным положением личного состава силовых ведомств. Во-вторых, предупреждением западных лидеров о недопустимости применения силы и об ответственности политического руководства страны за жертвы, которые возможны при применении силы по подавлению беспорядков. Эти предупреждения особенно действенны для компрадорской части правительства и правящей элиты. В-третьих, активной деятельностью иностранных государств по привлечению к участию силовых ведомств в различных совместных мероприятиях на всех уровнях – от рядового до высшего командного состава. Эти мероприятия позволяют иностранным спецслужбам составить четкое представление о морально-психологическом состоянии личного состава силовых ведомств, их возможностях по противодействию протестным выступлениям гражданского населения, их решимости выполнять приказы командования. На основе этих данных специалисты на Западе, заинтересованные в проведении «цветных революций», достаточно точно могут прогнозировать поведение личного состава во время социальных и политических кризисов и целенаправленно проводить психологические и информационные операции против силовых структур.

В стратегическом плане, как показывают уроки произошедших «цветных революций», важнейшими задачами будут следующие:

• обеспечение устойчивого экономического роста страны, реализация социальных программ, подъем благосостояния граждан. Решение этих задач позволит резко сократить протестные слои населения, выделить большие ресурсы на противодействие попыткам управлять экономическими, социальными и политическими процессами;

• разработка стратегии противодействия ведению гибридных войн, сетевых информационных и психологических операций против России. Необходимо также осуществлять строительство, боевую подготовку вооруженных сил и других силовых ведомств исходя из современных и прогнозируемых угроз национальной безопасности;

• взятие под контроль негосударственных организаций гражданского общества. Самый надежный способ контроля – финансовый. Для финансирования «гуманитарных» программ негосударственных организаций гражданского общества целесообразно создать благотворительные фонды, подотчетные государству;

• стимулирование развития военной науки, так как угрозы подготовки «цветных революций» лежат вне сферы военной безопасности РФ, вследствие чего существует проблема применения вооруженных сил для противодействия и нейтрализации этих угроз – в существующей сегодня практике боевого применения вооруженных сил нет приемлемых форм и способов противодействия «социальному протесту».

В тактическом плане основными мерами, направленными на исключение возможностей по подготовке и проведению «цветной революции» на территории России, являются следующие:

• полностью исключить или жестко контролировать финансирование из-за рубежа политических и общественных организаций, негосударственных организаций гражданского общества, которые могут быть использованы для организации беспорядков и противодействия федеральным властям;

• жестко регламентировать подготовку специалистов за границей, особенно силовых ведомств, журналистов, PR-менеджеров, политологов и т. д.;

• осуществлять постоянный контроль над формированием и развитием негосударственных организаций гражданского общества в РФ;

• осуществлять подготовку специалистов по противодействию использования СМИ, PR-технологий и негосударственных организаций гражданского общества в антигосударственных целях как силами внутренней оппозиции, так и извне.

Глава 3

Западные сценарии выборов[72]

3.1. Западные сценарии выборов

Для попыток реализации сценариев «цветной революции» в России есть два рубежа – парламентские выборы в 2016 г. и президентские выборы в 2018 г. Это стандартная схема, характерная для большинства случаев реализации технологий демонтажа политических режимов. Но учитывая, как она была обновлена на Украине, «революционные» события могут развиваться и раньше по мере появления поводов посредством провокационных и диверсионных акций. Конечную цель западных проектировщиков «цветных» сценариев выразил в феврале 2014 г. бывший госсекретарь США в интервью телеканалу CNN Г. Киссинджер, который на вопрос о том, что, по его мнению, думает президент В. Путин о диверсионных событиях на Украине, ответил: «Думаю, он видит в этом генеральную репетицию того, что мы бы хотели сделать в Москве. Смену режима».

Показательны попытки организовать массовые протесты в Москве и ряде других городов России после выборов в Госдуму 2011 г. и президентских выборов 2012 г.

После неудачных опытов разжигания протеста из центра сегодня предпринимаются поступательные действия для расшатывания политической ситуации в регионах России. Так, один из лидеров оппозиции А. Навальный совершил несколько поездок в Новосибирск. По всей видимости, началась проверка состояния протестной аудитории Урала и Сибири, не в последнюю очередь для изучения условий подрывной работы по дестабилизации политической ситуации в России на уровне субъектов Федерации, в том числе через поощрение сепаратизма в преддверии выборов в Госдуму 2016 г.

Не является случайной и активизация деятельности западных эмиссаров в некоторых субъектах Федерации (визиты посла США на Урал и Генконсула США на Ямал).

Кроме того, важно напомнить об активной скупке уральских и сибирских информационных веб-ресурсов и блогосферы западными инвесторами. Визиты в регионы официальных представителей США и их агентов говорят об эволюции подходов планировщиков. Параллельно происходит увеличение денежных поступлений из-за рубежа на поддержку действующим в России НКО и НПО.

Организационная активность оппозиции имеет глубокий подтекст. И в первом приближении она нацелена на региональные выборы, которые в начале осени пройдут в целом ряде субъектов Федерации. Деструктивная оппозиция выбрала три пилотных региона: Новосибирская, Калужская и Костромская области. На них решили сосредоточиться, не скрывая при этом, что главная задача не только получение хотя бы одного регионального депутатского мандата, но и «раскрутка оппозиционного партийного бренда» и своего лидера к думским выборам 2016 г. и президентским выборам 2018 г.

Оппозиционная стратегия выглядит следующим образом. Деструктивные силы будут пытаться использовать избирательную кампанию в регионах (особенно губернаторские выборы) в целях общественно-политической дестабилизации. Очевидно, что организация майдана в Москве в настоящий момент невозможна, поэтому дестабилизировать будут в первую очередь регионы, где одновременно пройдут и губернаторские, и депутатские выборы. Целью западных политтехнологов являются стратегически важные субъекты Российской Федерации: Татарстан, Кубань, Урал, Сибирь.

Региональные выборы будут генеральной репетицией выборов в Государственную Думу 2016 г. В результате прогнозируемых провальных попыток по дестабилизации обстановки в 2015 г. эта задача будет перенесена на будущее. Раскачивание страны будет происходить постепенно, чтобы катализировать протестную активность населения именно в результате парламентских и президентских выборов.

При разработке деструктивных сценариев «цветной революции» важное место занимают неправительственные организации (НПО). Сегодня западные НПО работают в трех основных направлениях: пропаганда и защита интересов, лоббирование и формирование повестки дня. «Цветные революции» на постсоветском пространстве реализовывались по одинаковым шаблонам. Под псевдогуманитарными предлогами при участии щедро профинансированных правительствами и разведками (спецслужбами) НПО осуществлялась задача по манипулированию итогами местных выборов, водворению марионеточного прозападного правительства.

Можно выделить основные направления деятельности НПО:

• работа с оппозиционными партиями, блоками и их молодежными структурами;

• работа с представителями органов местного самоуправления, направленная якобы на развитие самостоятельности областей, а на практике – на ослабление их управляемости из центра;

• развитие «альтернативных» государственным СМИ, подконтрольных НПО;

• создание новых и укрепление уже существующих общественных организаций, а также реализация через них методов ненасильственной борьбы.

Непосредственно в ходе выборов схема, применяемая НПО, выглядит так: экзитполы и международные рейтинговые агентства заранее сообщают о победе прозападного кандидата, официальные результаты выборов опротестовываются западными «независимыми» наблюдателями, поднимается шум в местной прессе с широким освещением на Западе, происходит вывод людей на улицы и организация акций гражданского неповиновения.

В этой схеме «цветных революций» самую важную роль играет сам факт международного финансирования таких переворотов. Создается разветвленная коррупционная сеть, включающая в свою орбиту бизнесменов, заинтересованных лиц из западных диаспор, правительственных чиновников, силовиков, щедро проспонсированный «альтернативный» журналистский корпус и молодежь.

Особое место в «продвижении демократии» посредством «цветных революций» занимает формально независимое правительственное Агентство США по международному развитию (United States Agency for International Development, USAID), деятельность которого ориентирована на распространение демократии и консолидацию демократических режимов в мире (решение проблем, связанных с нарушением прав человека, проведением демократических выборов, развитием рыночной экономики, оказанием содействия в создании демократических институтов и т. д.).

НПО и их онлайн-деятельность являются не столько факторами развития демократии и поддержки демократических институтов, сколько факторами дестабилизации политической обстановки. Негосударственные гражданские институты в целом сегодня стали инструментами глобальной перестройки, и в своей деятельности они подотчетны своим донорам, а не гражданам. Доказательство тому – новая концепция «Гражданского общества 2.0» (Civil Society 2.0) во внешнеполитической доктрине США. Основной целью концепции является развитие технологического потенциала общественных организаций и гражданских инициатив с целью более эффективной деятельности и реализации поставленных задач. В России до недавнего времени функционировало множество НПО, которые способствовали обострению социально-политической ситуации: «Freedom Haus», USAID, Институт Кеннана, Фонд Сороса, Фонд Макартуров, Human Rights Watch, Amnesty International, Ассоциация «Голос», Transparency International и т. д. Их деятельность способна стать катализатором протестного потенциала российского общества.

Исходя из уготованного западными политтехнологами сценария для России, представляется важным на конкретных примерах разобрать возможные деструктивные тактики состоявшихся и несостоявшихся государственных переворотов, которые могут быть использованы в отношении российского государства.

Вот как выглядят исторические примеры использования электорального цикла для осуществления «цветных революций» на постсоветском пространстве.

3.2. Состоявшиеся государственные перевороты

3.2.1. Грузия. «Революция роз». 2003 г

Грузия стала одной из первых стран постсоветского пространства, на которой западными политтехнологами был успешно обкатан сценарий «цветной революции».

На 2003 г. в Грузии были запланированы парламентские выборы. Президентом страны был Эдуард Шеварднадзе (занимал пост с 1995 г.), который еще в 2002 г. заявлял о своем намерении «уйти на пенсию» после завершения президентского срока правления в 2005 г.

Незадолго до выборов службой социальных и маркетинговых исследований BSG при финансовой поддержке фонда «Открытое общество – Грузия» были опубликованы результаты соцопросов. Среди основных претендентов в электоральной гонке из оппозиционных избирательных блоков были названы: «Национальное движение» с ее лидером – проамериканским кандидатом М. Саакашвили, с Н. Бурджанадзе – «Демократы» и «Лейбористская партия Грузии». Одним из фаворитов также являлся правительственный блок «За новую Грузию», возглавляемый действующим президентом страны Э. Шеварднадзе.

Как и планировалось, парламентские выборы в Грузии прошли 2 ноября 2003 г. при большой активности населения. ЦИК Грузии после подсчета 50 % бюллетеней объявил, что победу одерживает пропрезидентский блок «За новую Грузию». Симпатизирующая оппозиции телекомпания «Рустави-2» на следующий день обнародовала данные экзитполов, согласно которым в голосовании лидировал блок М. Саакашвили. Оппозиция потребовала полной отмены результатов выборов, которые, по ее мнению, были сфальсифицированы властями. Сразу после голосования в стране вспыхнули массовые акции протеста с требованием пересмотра парламентских выборов и отставки Э. Шеварднадзе с поста президента. Ежедневно митинги у здания парламента в Тбилиси собирали несколько тысяч человек. Всего же, по разным данным, в митингах оппозиции только в Тбилиси участвовали до 10 тыс. человек. Массовые демонстрации начались и в других городах и поселках страны. Несмотря на предпринятые попытки урегулировать ситуацию путем переговоров с оппозицией, наладить диалог между противоборствующими сторонами не удалось.

20 ноября 2003 г. ЦИК объявил окончательные результаты выборов: блок «За новую Грузию» получил 21,3 %, партия «Возрождение» главы Аджарии А. Абашидзе – 18,84 %, «Национальное движение» М. Саакашвили – 18,3 %. Оппозиция назвала итоги «издевательством» и отказалась от мест в парламенте. В Тбилиси из регионов начали прибывать автоколонны со сторонниками оппозиционеров.

21 ноября 2003 г. Госдепартамент США называет выборы в Грузии сфальсифицированными. На следующий день в Тбилиси на митинг оппозиции вышло около 50 тыс. человек. Оппозиционеры, руководимые М. Саакашвили, с букетом роз в руках (откуда и пошло название революции), ворвались на первое заседание нового парламента во время выступления Э. Шеварднадзе. Президент спешно покинул трибуну, а затем скрылся в своей резиденции Крцаниси. Бывший спикер парламента Н. Бурджанадзе объявила себя и.о. президента. Э. Шеварднадзе ответил введением чрезвычайного положения и призвал на помощь войска и полицию в районе своей резиденции в Тбилиси. Однако даже элитные подразделения полиции отказались поддержать его. В ночь на 23 ноября 2003 г. сторонники оппозиции захватили правительственные здания. Через несколько дней Верховный суд аннулировал результаты выборов, а легитимный президент Э. Шеварднадзе подал в отставку. На внеочередном заседании парламента Грузии 25 ноября принимается решение о проведении досрочных президентских выборов, на которых победу одерживает М. Саакашвили.

28 марта 2004 г. в Грузии были проведены и новые парламентские выборы, на которых победу одержала партия «Национальное движение – демократы», поддерживаемая М. Саакашвили. Еще два ключевых в стране поста – главы правительства и председателя парламента – получили члены «революционной тройки» З. Жвания и Н. Бурджанадзе.

«Революция роз», реализуемая с помощью технологий демонтажа политических режимов, оказалась для организаторов весьма успешной и показала уязвимость государств постсоветского пространства перед угрозами «цветных революций». В результате экс-министр юстиции М. Саакашвили, проходивший подготовку в США, в ходе президентских выборов 2003 г. становится главой государства, а внешние акторы резко увеличивают свое влияние внутри страны, инкорпорируя Грузию в западную систему управления.

НПО в «революции роз». В ходе проведения «цветной революции» в Грузии были широко задействованы всевозможные неправительственные организации, эффективно решающие задачи массовой мобилизации протестного потенциала на местах. В 1990-х – начале 2000-х гг. западные политтехнологи занялись активным продвижением своих инструментов сетевой дестабилизации, что нашло отражение в учреждении на территории республики нескольких тысяч НПО. Активная деятельность данных структур и их местных ответвлений непосредственным образом повлияла на слабое грузинское правительство, стимулируя общественное недовольство, которое пришлось на парламентские выборы 2 ноября 2003 г., явившиеся предтечей «революции роз».

Свою работу в Тбилиси и других регионах страны развернули: Агентство США по международному развитию (USAID), действующее в тесной координации с посольством США в столице Грузии, Национальный демократический институт (National Democratic Institute, NDI), Международный республиканский институт (International Republican Institute, IRI) – структурные подразделения Национального фонда поддержки демократии (National Endowment for Democracy), Институт свободы (Georgia Liberty Institute), по некоторым сведениям, финансировавшийся Госдепартаментом США. Также были задействованы многочисленные «частные» организации – «Freedom Haus», Фонд Дж. Сороса и др.

Кроме того, следует указать на наличие традиционной составляющей в сценарии «цветных революций» – участие молодежи, студенчества. «Кмара!» – молодежное оппозиционное движение, которое появилось в апреле 2003 г., детище Института свободы. Ядро движения составляли студенты. Финансировалось со стороны Фонда Сороса. О масштабах финансирования Дж. Сороса «Кмары» стало известно благодаря одному документу, который оказался в распоряжении российской газеты «Московский комсомолец». Документ представляет собой черновик заявки на грант и был озаглавлен «Кмара-03, Кампания за свободные и справедливые выборы». В нем говорилось, что OSGF (Open Society – Georgia Foundation), то есть грузинский фонд Сороса, в преддверии ноябрьских парламентских выборов планировал оказать финансовую поддержку «Кмаре» и Международному обществу справедливых выборов (ISFED). В задачи «Кмары» входила мобилизация избирателей (программа «Иди на выборы»). Задачей второй организации был мониторинг выборов. Проект предусматривал и создание компьютерных списков избирателей. На это дело закладывалось 300 тыс. долларов. В списке были и забастовки всех видов, голодовки, «оккупация ненасильственными методами», «представление поддельных документов», «блокирование информационных линий», «снятие указателей», «бойкот выборов», «отказ от уплаты налогов», «отказ от должности и работы с правительством». В списке есть и такой метод, как «восстание».

Часть молодых грузинских оппозиционеров «Кмары» проходила специальную подготовку в Белграде. Об этом, в частности, сообщила немецкая газета «Франкфуртер альгемайне». По ее данным, активистов оппозиционного молодежного движения «Кмара» обучали сербские коллеги из движения «Отпор» («Сопротивление»), которое ранее успешно реализовало «бульдозерную революцию» в Югославии, вынудившую президента С. Милошевича уйти в отставку. Следуя образцу сербского движения, «Кмара» позаимствовала и известную эмблему – сжатый черный кулак, что свидетельствовало о дальнейшем распространении брендов «цветных революций» на постсоветское пространство. Действуя по стандартной схеме, данное грузинское протестное движение отметилось провоцированием правоохранительных органов на применение против молодежи силовых приемов, которые затем благодаря ангажированным СМИ получили широкий резонанс как неопровержимое доказательство «преступных» действий властей.

3.2.2. Украина. «Оранжевая революция». 2004 г

Украина стала вторым государством в уготованной цепочке смены режимов на пространстве СНГ во время электорального цикла. В ноябре 2004 г. по стране прокатилась волна демонстраций, получившая название «оранжевой революции». Как и в событиях в Тбилиси, оппозиция взяла за основу лозунг о фальсификации выборов. (Принципиальное отличие состояло лишь в том, что в данном случае имели место выборы главы государства, а не правительства.)

На осень 2004 г. на Украине были намечены очередные президентские выборы. Двумя основными кандидатами (из 24 заявленных) на президентских выборах являлись В. Янукович, поддерживающий идею развития всесторонних связей с Россией, и проамериканский кандидат В. Ющенко, действующий в тесной связке с Ю. Тимошенко, который отстаивал линию на евроинтеграцию и тесное сближение с США.

Темпы предвыборной гонки наращиваются в начале апреля 2004 г. На первых порах инициатива принадлежит правительственным силам: к началу 2004 г. подавляющее большинство телеканалов, электронных и печатных СМИ находится под контролем президентских структур; 17 февраля 2004 г. прекращается трансляция популярных программ Радио «Свободная Европа» – Радио «Свобода» на украинском языке, которая велась в частном диапазоне в сети радиостанций «Довира». Власть блокирует пропагандистские кампании извне, что всерьез рискует сорвать планы сторонников переворота. Для их поддержки М. Олбрайт, посетившая в начале марта Украину, делает многозначное заявление: «Необходимо усилить поддержку независимых СМИ и гражданского общества, что потребует значительных финансовых расходов, а также помощи демократических государств – соседей Украины, которые смогут обеспечить объективные передачи СМИ и центры для подготовки людей, занимающихся мобилизацией избирателей и мониторингом». Тем самым она фактически подтвердила намерение США сменить власть в бывшей советской республике. Ближе к запланированным датам электорального цикла события на внутриполитическом поле Украины стали развиваться стремительно.

Первый тур президентской гонки состоялся 31 октября 2004 г. Выборы завершились практически с равным результатом: Ющенко получил 39,87 % голосов, а Янукович – 39,32 % голосов от общего числа проголосовавших. Ввиду того, что ни один из кандидатов не получил 50 % + 1 голос, необходимые для победы в первом туре, на 21 ноября был назначен второй тур голосования, которому предстояло стать кульминационным этапом в реализации «цветных» технологий.

Уже 1 ноября организации «Пора!» и «Чистая Украина» объявили о начале проведения студенческих митингов в защиту честных выборов. Начиная с 2 ноября единомышленники Ющенко появлялись в зале заседаний с оранжевыми лентами и флажками и установили их возле кнопок для голосования. В своем выступлении Ю. Тимошенко заявила, что бело-голубые шарфы, которые надели на себя сторонники Виктора Януковича, станут веревками на их шее.

Более 2 тыс. студентов (учащихся Киево-Могилянской академии, Университета им. Шевченко и других столичных вузов) на Контрактовой площади в древнейшем районе Киева, Подоле, провели митинг под лозунгом «Не дай украсть свой выбор!». Затем акция перемещается под стены парламента. Участники держали флаги с надписью «Пора!», логотипом «Так!», плакаты «Свободу не остановить!», «Нет фальсификации!», «Время перемен наступило!», над ними развевалось полотнище украинского национального флага. Собравшиеся скандировали: «Ющенко!» Акция была проведена оппозиционными молодежными организациями «Чистая Украина», «Студенческая волна» и «Пора!».

Тринадцатью вузами Львовщины был создан молодежный страйковый комитет, целью которого являлось «обеспечение быстрого реагирования молодежи и студентов на фальсификацию выборов». Заместитель председателя правления студенческого братства А. Рудый заявил, что на каждом факультете, каждом курсе высших учебных заведений Львовщины должны будут находиться ответственные люди, которые «активизируют массы в случае необходимости». К комитету планировалось подключить не только студентов высших учебных заведений, но и членов разносторонних общественных организаций.

6 ноября был дан старт всеукраинскому марафону «Народ не одолеть!». Митинг оппозиции в Киеве собрал около 70 тыс. человек (по оценкам милиции, 10 тыс. человек). Акция была полностью окрашена в оранжевый цвет (благодаря атрибутике: лентам, флагам, шарам). Митингующие держали транспаранты «Найди себя в списках!», «Не дай украсть свой голос!», «Народ победил админресурс!». На сцене майдана выступили артисты эстрады: группа «Плач Еремии», М. Бурмака и Т. Петриненко. Все они открыто поддерживали Ющенко. Трансляцию выступления В. Ющенко с майдана Незалежности смогли увидеть и услышать в 11 регионах Украины. В тот же день в Симферополе в рамках всеукраинского марафона «Народ не победить!» представители демократических сил Крыма провели пикетирование Постоянного представительства президента Украины в Автономной Республике Крым с требованием ускорить процесс подсчета голосов и обнародовать достоверные результаты первого тура выборов. Изначально запланированное организаторами пикетирование переросло в стихийный митинг.

Украинская политическая элита во главе с председателем Верховной рады В. Литвина заняла проамериканскую позицию, солидаризовалась с предвыборными лозунгами Ющенко. 15 ноября 2004 г. во время встречи с К. Пауэллом в Вашингтоне он заявил, что убежден в неизменности евроатлантического курса Украины после президентских выборов. Литвин отметил высокое политическое сознание и активность украинского народа: «Политическая элита и молодежь Украины, безусловно, хотят избрать европейское, евроатлантическое направление и хотят видеть Украину интегрированной в европейское пространство, и это вселяет оптимизм».

16 ноября студенты в рамках мероприятия «Свободу не остановить!» провели акцию «Студенты за мир», организаторами являлись «Студенческая волна», «Пора!» и «Чистая Украина». Студенты призывали представителей правоохранительных органов не противодействовать волеизъявлению народа во время второго тура выборов и защищать конституционные права избирателей. Молодежь также продемонстрировала свою толерантность к представителям силовых структур. В частности, девушки-студентки обходили места дежурств милицейских нарядов, райотделов и воинских частей, даря цветы вместе с обращением Ющенко к работникам силовых структур с призывом «не выполнять преступных приказов и не воевать с собственным народом».

Ангажированные Белым домом американские СМИ взяли за основу тезис о неизбежной фальсификации выборов в пользу В. Януковича. Так, 18 ноября 2004 г. газета The Washington Times в одной из статей прямо заявляла о том, что, скорее всего, американо-украинские отношения ожидает «период охлаждения» в случае, если президентом станет Виктор Янукович, потому что, считают в США, он «придет к власти нечестно».

21 ноября состоялся второй тур президентских выборов. В ходе подсчета избирательных бюллетеней лидером голосования становится В. Янукович (50 % голосов), его оппонент В. Ющенко набирает нескольким меньше (46 %), что позволяет ему выступить с обвинениями в фальсификации результатов и потребовать пересмотра результатов голосования. Он также выступает с призывом начать массовую акцию протеста на майдане: «Мы призываем наших сторонников прийти на майдан Незалежности и защитить свою победу».

22 ноября США пригрозили пересмотреть свои взаимоотношения с Украиной, а также предпринять карательные меры в случае, если украинское правительство не проведет расследование по фактам мошенничества в ходе президентских выборов. В то же время источник в американских властях сообщал, что Вашингтон может урезать экономическую и военную помощь, оказываемую Украине, заморозить счета лиц, причастных к мошенничеству, или запретить им въезд в США.

23 ноября многотысячная колонна во главе с Ющенко выдвигается к зданию Верховной рады Украины, где на этот день было запланировано внеочередное заседание для рассмотрения ситуации в стране. Однако парламент не смог собрать кворума в 226 голосов – и никакого решения принято не было. После того как все руководство парламента вышло из зала и отключило трансляцию заседания, Ющенко провозгласил себя новым президентом Украины. Он зачитал текст присяги президента, а народные депутаты исполнили гимн Украины. Затем часть участников акции протеста во главе с Ющенко переместились к зданию администрации президента Украины.

Как мы уже писали, немногочисленный митинг на майдане Незалежности начался сразу после голосования, но с 24 ноября 2004 г., после объявления Центральной избирательной комиссией (ЦИК) предварительных результатов, согласно которым победил соперник В. Ющенко – В. Янукович, оппозиция призвала всех своих сторонников начать бессрочный митинг. Сторонники В. Ющенко, как в свое время команда М. Саакашвили, сделали ставку на метод «ненасильственной борьбы» – бойкот выборов, описанный в методичках американского политтехнолога Дж. Шарпа. Был развернут палаточный городок, в котором одновременно находилось несколько тысяч человек. В западных областях Украины – Львовской, Ивано-Франковской и Тернопольской – начались акции в поддержку В. Ющенко. На митинге собирались преимущественно молодежь, студенты высших учебных заведений. В это же время госсекретарь США К. Пауэлл заявил, что Соединенные Штаты не могут признать легитимность победы В. Януковича в выборах на Украине: «Мы не можем признать этот результат легитимным, поскольку он не отвечает международным стандартам и поскольку не произведено расследование внушающих доверие сообщений о мошенничестве», – заявил госсекретарь США.

Дальнейшие события на Украине разворачивались в условиях внутриполитической неопределенности и отсутствия у лидирующего кандидата в президенты В. Януковича конкретного решения – силовыми методами купировать ситуацию.

3 декабря Верховный суд Украины постановил, что в связи с многочисленными установленными фактами нарушения избирательного законодательства в пользу провластного кандидата в президенты Украины Виктора Януковича установление реальных результатов второго тура не представляется возможным. Фактически был назначен третий тур выборов («переголосование второго тура»), который прошел 26 декабря 2004 г. по всей Украине. По официальным данным ЦИК, оглашенным 10 января 2005 г., победу одержал В. Ющенко: 51,99 % голосов против 44,2 % у его оппонента.

Несмотря на жалобу, поданную В. Януковичем, 20 января 2005 г. Верховный суд Украины признал законным решение Центризбиркома, объявившего В. Ющенко победителем президентских выборов 26 декабря 2004 г. 23 января состоялась инаугурация нового президента Украины В. Ющенко, а 25 января палаточные городки были убраны из центра Киева.

Таким образом, вслед за Грузией еще в одной стране была успешно реализована технология «цветной революции». Победа «оранжевых» сил позволила западным участникам событий усилить свое влияние на внутриполитические процессы в стране, приход Ющенко к власти и политика поощрения украинского национализма – неонацизма еще больше усилили размежевание по линии западных и юго-восточных регионов страны. События «оранжевой революции», срежиссированные на Западе и реализованные на украинской земле, явились генеральной репетицией антиконституционного государственного переворота 2013 г., который перерос в гражданскую войну и привел к внешнему управлению над страной.

НПО в «оранжевой революции». В ходе реализации технологии «цветной революции» на Украине НПО сыграли традиционно весомую роль. Начиная с момента развала СССР их активность на территории украинского государства основывалась на мощной финансовой поддержке извне. Можно утверждать, что сама «оранжевая революция» в значительной мере была подготовлена усилиями неправительственных организаций, действующих благодаря заокеанской финансовой подпитке, а также политической и технологической поддержке ряда западных стран и США. 6 мая 1992 г. было подписано Соглашение между правительством Украины и правительством США о гуманитарном и технико-экономическом сотрудничестве, которое заложило юридическую основу для американского агентурного присутствия на Украине по линии неправительственных организаций, пользующихся большими привилегиями. Исходя из открытой информации, за период с 1992 по 2005 г. под управлением Госдепартамента США было реализовано около 800 проектов на сумму 3 млрд долларов. В свою очередь, главной координирующей структурой США в «оранжевой революции» на Украине выступило посольство США. Непосредственно само диппредставительство вело свою деятельность через Агентство США по международному развитию (USAID), которое по аналогии с «революцией роз» работало в тесной связке с украинскими представительствами Международного республиканского института (IRI), Национального демократического института (NDI) и Фондом Сороса.

Помимо указанных НПО также были задействованы и другие общественные организации.

Украинский центр экономических и политических исследований имени А. Разумкова (Центр Разумкова). Центр Разумкова – негосударственная общественная организация. Была основана в 1994 г., осуществляла исследования в сфере внутренней политики, социально-экономического развития, энергетики, государственного управления, международной экономики, внешней политики, национальной безопасности и обороны, военного строительства, международной и региональной безопасности, миротворческой деятельности. Руководитель Центра – А.С. Гриценко. Организация финансировалась частично за счет грантовой поддержки со стороны посольств США, Канады, Ирана, Швеции, Швейцарии, Нидерландов, Фонда поддержки демократии (США), Фонда К. Аденауэра, фонда «Евразия», Фонда Ф. Эберта, Фонда Г. Зайделя, фонда «Возрождение», Центра проблем европейской безопасности (Нидерланды), RAND Corporation, SIPRI, «Freedom Haus», Центра информации и документации НАТО на Украине. В 2002 г. лидер избирательного блока «Народный рух Украины» Б. Бойко обвинил УЦЭПИ им. А. Разумкова в координации действий социологических фирм для обеспечения на выборах интересов оппозиции. По его словам, Центр Разумкова финансировался исключительно Западом, а руководители центра получали образование и подготовку в западных высших учебных заведениях, которые, «как правило, готовили специалистов для разведывательных управлений США».

«Freedom Haus» – неправительственная организация со штаб-квартирой в Вашингтоне (США). Ее бюджет на 66–80 % через гранты финансируется правительством США. «Дім Свободи Україна» был основан в 2003 г.

А. Каратницкий, президент (в некоторых случаях представлен как координатор) украинского подразделения организации, в декабре 2004 г. в одном интервью заявил, что ими были подготовлены 1023 инструктора по выборам, которые контролировали избирательный марафон на Украине. Каратницкий также участвовал в организации лагерей для украинских активистов, которых научили технике управления уличными митингами и приемам высмеивания политических противников.

Мы уже указывали, что роль ударного отряда в «оранжевой революции» взяло на себя молодежное движение «Пора!», созданное по аналогу сербского «Отпора» и грузинской «Кмары».

Лидеры движений организовывали и координировали действия сторонников В. Ющенко, заявляя при этом, что борются не за победу лидера оппозиции, а за торжество демократии на Украине. Они, в частности, организовали всеукраинскую студенческую забастовку (Всеукраинское студенческое вече 16 октября 2004 г.) против фальсификации результатов второго тура президентских выборов и инициировали установку палаточных городков.

Официально «Пора!» не была зарегистрированной организацией или структурой. Она заявляла, что не имеет ни источников финансирования, ни даже формальных руководителей. Однако, по имеющейся в открытом доступе информации, движение получало финансирование от Коалиции за свободный выбор (Freedom of Choice Coalition), которая была создана в 1999 г. посольством США, Всемирным банком, NDI, Фондом Сороса.

Относительно финансовых затрат западных политтехнологов на «оранжевую революцию» целесообразно указать на оценки американских журналистов. Считается, что расходы американского правительства на «оранжевую революцию» составили 14 млн долларов, журналисты добавляют сюда также цифру от 57,8 до 65 млн долларов – бюджет, который был принят Вашингтоном для «продвижения гражданского общества» на Украине в 2003–2004 гг. В период выборов посольство США в Киеве направило 13 млн долларов на финансирование программы «по поддержке свободных и честных выборов».

Дж. Бринкли в своем материале, который был опубликован в New York Times, пролил свет на масштабы финансирования американского правительства. Он утверждал, что американские официальные лица, работающие на Украине, признавали, что проекты, которые спонсировал Вашингтон, играли на руку оппозиции. Проекты были направлены на привлечение на избирательные участки людей с низким уровнем гражданской активности, которые обычно не участвовали в выборах, на программы развития взаимодействия между общественными организациями и тренинги для студенческих активистов.

Так, только американская неправительственная организация Institute for Sustainable Communities направила на Украину 11 млн долларов для того, чтобы создать «культурный перелом на Украине, чтобы пассивные граждане при авторитарном режиме стали активными и способствовали развитию демократии». В целом, по утверждению автора статьи, американское правительство потратило в 2004 г. 97 млн долларов на помощь Украине в ряде социальных и политических проектов. Из них около 28 млн было потрачено на так называемые «демократические проекты». Часть этих денег была направлена на развитие политических партий. Эти деньги были выделены Республиканской и Демократической партиями США через свои институты – Международный республиканский институт и Национальный демократический институт международных отношений.

3.2.3. Киргизия. «Тюльпановая революция». 2005 г

После успешных государственных переворотов в Грузии и на Украине западные политтехнологи перенесли свое внимание на бывшие советские республики в Средней Азии. Киргизия стала очередной жертвой использования технологий «цветных революций» во время электорального цикла. Вмешательство извне и дестабилизация обстановки в Киргизии получили известность как «тюльпановая революция». Удобное географическое положение, открытость западному влиянию и слабость местной власти предопределили использование Киргизии в качестве мишени для очередного удара. Как указывал на проходящей в 2004 г. в Бишкеке конференции «Демократия в меняющемся мире» президент республики А. Акаев, «киргизская оппозиция в настоящее время финансируется иностранным капиталом и пользуется приемами грязных политических технологий», а народу страны «пытаются насадить демократию извне».

Таким образом, парламентской избирательной кампании 2005 г. в Киргизии предстояло стать ареной для вмешательства западных политтехнологов, которые совместно с действиями оппозиции изнутри оказывали на власть республики давление, используя плоды многолетней работы по подготовке к ее захвату.

В 2004 г. президентом Киргизской Республики был Аскар Акаев (занимал должность с 1990 г.). Несмотря на то что Киргизию считали «островком демократии» в Центральной Азии, с 1990-х гг. в стране шла борьба между «северянами» (чуйско-иссыккульский клан) и «южанами» (ошский клан, включая узбеков). В руководстве страны полностью доминировали «северяне», прежде всего уроженцы Кеминского района Чуйской области – родины президента, а также Нарынской области – в основном из племени сарыбагыш («желтый лось»). К моменту начала волнений в стране существовало достаточное многообразие политических сил. Однако устойчивой политической системы в стране не сложилось.

На 27 февраля 2005 г. в Киргизии были назначены выборы в новый состав Жогорку Кенеша (парламент). Пять оппозиционных блоков заявили о создании коалиции, в которую вошли «Народное движение Кыргызстана» (НДК) во главе с К. Бакиевым, общественно-политическое движение «Ата-Журт» («Отечество») во главе с Р. Отунбаевой, общественно-политическое движение «Жаны-Багыт» («Новый курс») М. Иманалиева, Народный конгресс Кыргызстана (НКК) А. Атамбаева (включая партию «Ар-Намыс», возглавляемую Куловым) и гражданский союз «За честные выборы» бывшего секретаря Совета безопасности М. Ашыркулова.

Как и в предыдущих сценариях «цветной революции», для начала массового протестного движения был выбран электоральный период.

Незадолго до старта выборов в парламент страны нескольким кандидатам от оппозиции было отказано в регистрации. Среди наиболее известных фигурировали Р. Отунбаева, А. Жапаров, А. Малиев, Б. Болотбеков и др. Это послужило стартовым толчком к объединению оппозиционных сил на антигосударственной волне.

Уже с 21 февраля несколько тысяч сторонников сошедших с предвыборной гонки оппозиционных кандидатов начинают блокировать автотрассы, ведущие в Бишкек, выдвигать требования об отставке губернатора Нарынской области. В Иссык-Кульской области захватывается административное здание.

Киргизская оппозиция, действуя в русле технологий «цветной революции», еще до подведения окончательных результатов голосования выступает с призывом уступить власть народу, объявив еще не состоявшиеся выборы нелигитимными.

Первый тур выборов, который состоялся 27 февраля 2005 г., по данным главы ЦИК, прошел без существенных нарушений и выявил убедительную победу 31 кандидата. Во второй тур проходят лидеры оппозиционного «Народного движения» экс-премьер Киргизии К. Бакиев и оппозиционные депутаты А. Мадумаров и О. Текебаев.

Продолжая тактику на расшатывание внутриполитической ситуации, оппозиция заявляет о том, что выборы нелегитимны. В ходе развития «революционной» ситуации в Киргизии местная оппозиция продемонстрировала знание технологий дестабилизации, заимствованных из Грузии и Украины. Незадолго до мартовских событий действующий президент Киргизии А. Акаев высказывался о наличии предпосылок к перевороту по грузино-украинскому сценарию и отмечал деструктивный настрой дипломатического представителя США, играющего одну из основных ролей в реализации «тюльпановой революции» в Киргизии: «Предпосылки, конечно, есть… та технология работает в странах, где уже подготовлена почва… Уверен, в Туркмении эта технология не сработает. А в Киргизии может, так как у нас уже есть основы демократии, свободно действуют множество оппозиционных СМИ, нет цензуры, создано более 5 тыс. неправительственных организаций. Я часто полемизирую на этот счет с работающим в Бишкеке американским послом. Он склонен считать, что в Киргизии утвердилось авторитарное правление, что в этом плане наша республика ничем не отличается от других стран Центральной Азии».

Уже в первых числах марта в южных областях Киргизии проходят многотысячные митинги с требованиями провести переголосование тура и призывами к отставке членов избирательных комиссий, а также самого президента А. Акаева. В некоторых районах митингующие захватывают здания местных администраций, блокируют дороги. Протестные волнения с юга (эпицентры: Ошская, Джалал-Абадская области) начинают распространяться по территории всей страны.

13 марта прошел второй тур выборов в парламент страны. По его результатам абсолютное большинство мест получили сторонники действующего президента.

Сторонники проигравших претендентов, большинство из которых были представителями оппозиции, начали массовые акции по отмене итогов выборов. Через несколько дней, 15 марта в соответствии с технологией государственного переворота, разработанной Дж. Шарпом, – двойной суверенитет и параллельное правительство (198-й метод) – противники президента Акаева на собрании в Джалал-Абаде создают параллельное официальной власти руководство – Координационный совет Народного единства Киргизии (КСНЕК).

В свою очередь, США после проведения второго тура усиливают внешнее давление. Через своего дипломата, взаимодействующего с оппозицией, они обозначают свои требования президенту Киргизии. 16 марта посол США в Бишкеке С. Янг решительно потребовал от Акаева оставить пост главы государства по завершении президентского срока, заявив, что «решение уйти в отставку этой осенью станет серьезным шагом вперед в развитии киргизской демократии и послужит важным примером для других государств региона».

После того как оппозиция укрепилась на местах, начались основные действия по антиконституционной смене государственной власти. Ключевые события «тюльпановой революции» пришлись на 24 марта 2005 г. Незадолго до этого ситуация на юге страны резко обострилась. Митингующие в Ошской и Джалал-Абадской областях, перейдя в наступление, захватывали здания обладминистрации, службы национальной безопасности областного управления внутренних дел, городской и областной прокуратуры. 22 марта сторонники киргизской оппозиции начали движение к Бишкеку. Из города Ош в Бишкек вышла колонна автобусов.

24 марта в центре Бишкека напротив Дома правительства начался митинг оппозиции. Демонстранты держали плакаты «Акаева в отставку!», «Долой Акаева!». Перед толпой выступал лидер киргизской оппозиции К. Бакиев.

К часу дня часть митингующих попыталась проникнуть в здание правительства. Толпа ворвалась внутрь. Появились сообщения о пострадавших. Часть участников митинга попыталась захватить и мэрию Бишкека. К. Бакиев призвал демонстрантов, собравшихся возле Дома правительства, не расходиться. Государственные телеканалы Киргизии перешли на сторону оппозиции. С вечера 24 на 25 марта толпа, вооруженная палками, камнями и цепями, всю ночь грабила универмаги и супермаркеты в центре города, в первую очередь принадлежавшие сыну президента А. Акаеву.

25 марта две палаты киргизского парламента прежнего созыва обсуждали ситуацию в стране, связанную с чрезвычайными событиями, происшедшими за последние сутки. Депутатов только что сформированного парламента в здание, где заседают обе палаты, не допустили, так как накануне Верховный суд отменил итоги парламентских выборов. Обе палаты парламента назначили К. Бакиева и.о. президента и премьер-министра. Собрание народных представителей (верхняя палата) киргизского парламента предыдущего третьего созыва сложило с себя полномочия.

Посол США в Киргизии С. Янг в самый пик развития «тюльпанового» сценария в эфире телеканала CNN открыто заявил о том, что его страна поддерживает киргизскую оппозицию, принимая участие в реализующемся в Бишкеке перевороте: «Я беседовал со многими коллегами из бывшей оппозиции, которые пытаются вмешаться и сыграть определенную роль в стабилизации ситуации. Я заранее радуюсь совместной работе с ними в будущем… То, что происходит, касается киргизского народа и его решений, но США гордятся тем, что могут выступить в роли помощника в этом».

В результате усилий западных политтехнологов киргизской оппозиции удалось достигнуть поставленных целей: 3 апреля 2005 г. по итогам переговоров между А. Акаевым и спикером нового парламента О. Текебаевым в Москве подписывается протокол о досрочном сложении полномочий президента «в соответствии с собственным заявлением».

Киргизия становится одной из первых среднеазиатских республик, в которой удается реализовать деструктивную технологию «цветной революции», которая привела к антиконституционной смене государственной власти и всепроникающему усилению западного влияния.

НПО в «тюльпановой революции». Одним из основных каналов распространения западного влияния и подготовки оппозиции на местах для смены правительства в Киргизии вновь становятся неправительственные организации, действующие в тесной координации с посольством США. Госдепартамент в своем специальном докладе от 20 августа 2002 г. определил Киргизию как объект первоочередного внимания Бюро по вопросам демократии, прав человека и труда Госдепартамента. Это подразделение обязывалось способствовать становлению политических партий путем предоставления грантов на формирование и развитие политических партий «демократической ориентации».

США и европейские страны по этим каналам щедро финансировали внутреннюю оппозицию. Зарубежная помощь увеличилась с 2001 г. после размещения американской военной базы на территории страны (Ганси). С 1 октября 2004 г. по 30 сентября 2005 г. США предоставили Киргизии на экономические и демократические реформы 50,4 млн долларов.

Кроме того, на 2004 г. в Киргизии было зарегистрировано 8000 НПО, из которых активно работали 2000 организаций.

Программы по предвыборной работе с избирателями и молодежью везде осуществляли и обеспечивали финансами те же организации, что ранее принимали активное участие в «цветных революциях» в Грузии и на Украине: Агентство США по международному развитию (USAID), «Freedom Haus», Национальный демократический институт США (NDI), фонд «Евразия» (Eurasia Foundation), Корпус мира (U.S Peace Corps), Международный республиканский институт (IRI), Институт «Открытое общество» (Open Society Institute) Дж. Сороса.

Среди основных НПО, внесших существенный деструктивный вклад, – Агентство США по международному развитию. Оно выработало специальную программу «поддержки гражданского общество USAID/Central Asia», в рамках которой для журналистов из Киргизии, Таджикистана, Узбекистана и Казахстана проводились тренинги по перенятию опыта в освещении выборов на Украине. Примечательно, что все это проходило за три месяца до бишкекского переворота.

Одну из ключевых, связующих ролей в ходе «тюльпановой революции» взял на себя посол США в республике С. Янг. Он не только встречался с представителями от оппозиции, но и открыто выступал в поддержку идей государственного переворота при широкой поддержке западных НПО. Так, в преддверии «революционных событий» марта 2005 г. посол С. Янг в одном из своих докладов заявлял: «Наша основная задача на предвыборный период – вызвать неуважение к властям и к недееспособному коррупционному режиму А. Акаева, его прорусской ориентации и незаконному использованию административного ресурса на выборах. В этой связи Демократическая комиссия при посольстве, Фонд Сороса, фонд “Евразия” в Бишкеке в сотрудничестве с USAID организовали политически активные группы избирателей, чтобы вдохновить их на беспорядки против пропрезидентских кандидатов».

Отдельным пунктом следует выделить запущенные на территории Киргизии так называемые культурно-образовательные программы. Среди основных: «Программа обмена выпускников Эдмонда Маски», «Товарищество Хьюберта Хэмфри», «Программа обмена лидеров будущего», программа «Американские университеты – ученые Центральной Азии», Академия развития через образование (AED).

Молодежи как самой пассионарной части населения вновь предстояло стать ударной силой в киргизском сценарии «цветной революции».

Западные политтехнологи уделяли серьезное внимание подготовке молодых людей к будущему государственному перевороту, формируя в их сознании неприятие существующего положения в республике, играя на юношеских амбициях. С января 2003 г. при непосредственной поддержке посольства США в вузах Киргизии был дан старт проекту «Студенты за академическую честность». В его рамках в республике было создано несколько десятков неправительственных каналов влияния: «Продвижение» (Бишкекский государственный университет экономики и предпринимательства), Friends (Технический университет им. И. Раззакова), «Башат» (Киргизско-Турецкий университет «Манас»), «Эпицентр» (Нарынский государственный университет), «Через честность – к знаниям» (Киргизско-российский славянский университет), Students in Action (Педагогический университет имени И. Арабаева), Together Forever – объединенная организация в Американском университете Центральной Азии (АУЦА), а также в Киргизском горно-металлургическом институте и Высшем военном училище. Связующим звеном в реализации данного проекта выступили сотрудники отдела по связям с общественностью посольства США в Бишкеке Н. Бараканова и Л. Джумадылова.

«КелКел» (киргиз. «возрождение») – радикально-демократическое молодежное движение в Киргизии, принимало активное участие в «тюльпановой революции». Основано 10 января 2005 г. Рассматривало режим Акаева как узурпаторский, коррумпированный и авторитарный. «КелКел» пользовалось поддержкой со стороны предвыборного блока «Ата-Журт».

Деятельность «КелКел» заключалась главным образом в проведении в Бишкеке митингов. Хотя лидеры движения уверяли, что организация работала по всей Киргизии, на самом деле деятельность шла преимущественно в Бишкеке. Попытку распространить влияние «КелКел» на юге Киргизии (города Жалал-Абат и Ош) попыталась осуществить одна из лидеров организации А. Расулова. Но большая часть членов организации не поддержала идею организации протестов на юге.

В феврале 2005 г. из состава «КелКел» вышла часть наиболее радикально настроенных членов во главе с Т. Шайхутдиновым. Группа радикалов образовала движение «Бирге!», пользовавшееся поддержкой со стороны «Народного движения Кыргызстана» и лично главного редактора газеты «Республика».

После 2006 г. движение «КелКел» прекратило деятельность. Движение «Бирге!» в 2006 г. объединилось с Молодежным клубом Кыргызстана (МКК) в Альянс либеральной молодежи «Свободное поколение». Иными словами, общий анализ и оценка показывает, что роль молодежных движений в «тюльпановой революции» была колоссальной.

3.2.4. Молдавия. «Твиттерная революция». 2009 г

Молдавская оппозиция переняла тактику «несогласия с результатами выборов», заблаговременно вбрасывая в общественное сознание тезисы о том, что предстоящие парламентские выборы будут фальсифицированы действующей властью. Благодаря привлечению сетевых механизмов конфликтной мобилизации события получили название «твиттерная революция».

Парламентские выборы состоялись 5 апреля 2009 г. В день голосования были открыты 1977 избирательных участков, в том числе 33 при дипломатических представительствах и консульствах Республики Молдова за рубежом. Для участия в выборах был зарегистрирован 21 кандидат (15 политических партий и шесть независимых кандидатов), впоследствии четыре из них (три партии и один независимый кандидат) отказались от участия в кампании и заявили о поддержке других конкурентов.

Согласно результатам выборов, победу одержала правящая партия коммунистов, получившая 49,48 % голосов, 60 мест в парламенте (из 101) и возможность формировать правительство. Коммунистам не хватило одного парламентского мандата для избрания президента. Лидеры оппозиции выступили с заявлением о подложности результатов выборов и призвали к проведению перевыборов. За ходом парламентских выборов в Молдавии следили около 500 международных наблюдателей. Среди них были 115 представителей Европарламента, Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), Парламентской ассамблеи ОБСЕ и Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ).

Европейские наблюдатели были в целом удовлетворены ходом парламентских выборов в Молдавии. Об этом заявил глава делегации Парламентской ассамблеи ОБСЕ К. Кильюнен: «Парламентские выборы в Республике Молдова 6 марта 2005 г. в целом соответствовали большинству рекомендаций ОБСЕ, Совета Европы и другим международным стандартам». Парламентская ассамблея Совета Европы, наблюдавшая за прошедшими 5 апреля парламентскими выборами в Молдавии, пришла к выводу, что они соответствовали международным стандартам. Миссия наблюдателей от Содружества Независимых Государств заявила, что выборы в парламент Молдавии в целом были проведены в соответствии с избирательным законодательством страны, в обстановке плюрализма, свободно и открыто.

6 апреля 2009 г. молдавская оппозиция, недовольная итогами парламентских выборов, на которых победила партия коммунистов Республики Молдова (ПКРМ) во главе с президентом страны В. Ворониным, провела акции протеста. Толпа молодежи численностью в 3 тыс. человек перекрыла центральную площадь Кишинева. Ряд митингующих требовали воссоединения Молдавии с Румынией, другие кричали: «Долой коммунистов!» Движение транспорта по центральному проспекту города было остановлено. Генеральный комиссар полиции города Владимир Ботнарь утверждал, что среди организаторов акции были сторонники румынской организации «Железная гвардия» (более 150 членов).

Реализовывая «цветной» сценарий по дестабилизации ситуации в стране и провоцированию власти, оппозиция взяла за основу тактику насилия по отношению к национальным и государственным символам Республики Молдовы. В частности, участники акции перед Домом правительства подняли на флагштоке флаг Румынии.

МВД выступило с заявлением, что «…полицейские активно не вмешиваются, так как в толпе провокаторы, готовые имитировать столкновения и вызвать неконтролируемые беспорядки». Один из руководителей либерально-демократической партии адвокат А. Тэнаси заявлял, что происходящее на площади – это реакция на результаты выборов. Сам лидер этой партии В. Филат находился в числе митингующих. Вечером того же дня митингующие разошлись по домам. В. Филат призывал митингующих собраться 7 апреля у Дома правительства и продолжить митинг протеста против итогов парламентских выборов. Перед тем как разойтись, толпа молодежи двинулась в сторону рабочей резиденции президента Молдавии. Затем митингующие разделились на две части. Одна из них двинулась обратно к Дому правительства, а меньшая часть осталась около рабочей резиденции президента и здания парламента.

Утром 7 апреля на центральной площади Великого национального собрания собрался очередной многолюдный митинг, на котором ситуация быстро стала выходить из-под контроля.

Сначала людские толпы заблокировали главный проспект Кишинева, а позднее – несколько близлежащих улиц. События начали развиваться по непредсказуемому сценарию. Ряды протестующих пополнили многочисленные студенты, у которых к этому часу закончились занятия.

Молодежь становится ударной силой во всех без исключения «цветных революциях», в Молдавии оппозиция пошла еще дальше и решила повысить планку общественного накала, выведя на улицы детей. По имеющимся сведениям, оппозиция приводила целые классы школьников, стимулируя участие несовершеннолетних в политических акциях, направленных на дестабилизацию общественного положения в стране. Данный шаг, по всей видимости, был использован для того, чтобы снизить возможность применения ответных действий со стороны государства, использовать подростков в качестве живого щита, что в случае пролития крови катализировало бы протест до предела. В одном из своих интервью президент Воронин прямо указал на это, отмечая, что, «молдавские власти не стали применять силу для подавления беспорядков, которые произошли в Кишиневе накануне, потому что среди протестующих было много подростков». Лидеры оппозиционных партий «вывели на площадь не своих сторонников, а детей, школьников и лицеистов, которым просто охота погулять и пошуметь…» «Они утверждают: мы-де звали детей на акции мирного протеста, а они устроили погром. Хватит демагогии! Хватит прикрываться подростками! Хватит прикрываться детскими телами!» – подчеркнул в своей речи президент.

Согласно информации киевской газеты «Сегодня», за участие в акциях статистам выдавали по 100 леев (9 долларов), горланящим лозунги – по 300 (27 долларов), а участникам погромов – по 600 леев (54 доллара). После происшедших событий и первых разбирательств местной полиции и служб безопасности президент Молдавии Владимир Воронин отметил, что из 45 государственных и 5 частных колледжей Кишинева в событиях 7 апреля участвовали все. В некоторых учебных заведениях администрация угрожала создать проблемы тем, кто откажется выйти на площадь. Лидеры девяти организаций – Ассоциации студентов из Приднестровья АСТРА, Ассоциации молодежи из левого берега Днестра, Координационного совета молодежных этнокультурных организаций, Лиги молодежи и студентов Комратского государственного университета, Альянса студентов Молдовы, Коммунистического союза молодежи Молдовы, организации «Молодежь Гагаузии», Центра социального развития AVANTE и Общественной ассоциации ФЕМИДА – отметили, что принявшие участие в погромах зданий государственных учреждений молодые люди были выведены на «митинг протеста» из учебных заведений насильственно.

Один из лидеров протеста В. Филат заявил, что оппозиция пойдет на все, вплоть до силовых методов, чтобы добиться пересмотра итогов голосования и повторных выборов в парламент.

Штурм президентской резиденции начался с того, что молодежь забросала здание яйцами, камнями и бутылками. В то же время другая группа бунтующих ворвалась в здание парламента, откуда были вынесены мебель, оргтехника и документы. Представители полиции обещали не применять силу в отношении протестующих, даже несмотря на ранения стражей порядка. Со второй попытки бунтующие все-таки ворвались в здание, водрузив над входом румынский флаг, а на шпиле над зданием – флаг Евросоюза. Подъехавшую к зданию пожарную машину и полицейский спецназ забросали булыжниками. Сообщалось, что водружение флагов над резиденцией привело к обострению ситуации и послужило сигналом для ожесточения толпы, осаждавшей правительственные здания. Над резиденцией также была вывешена карта так называемой «Великой Румынии», а толпа выкрикивала унионистские лозунги, а также надругалась над государственными символами Республики Молдова. Здание было подожжено. В нем разбиты все окна с первого по третий этаж. Ряд румынских СМИ сообщали, что президент Молдавии В. Воронин покинул территорию страны. Однако молдавские СМИ настаивали, что Воронин председательствует на экстренном заседании правительства. Из вынесенных из резиденции Воронина и здания парламента документов оппозиционеры соорудили костры. Многие кричали: «Победа!» Мэр Кишинева Д. Киртоакэ объявил, что протесты будут продолжаться, пока не назначат дату новых выборов.

Оппозиционеры стали дробиться по интересам. Лидеры парламентских партий, чтобы «не допустить кровавого развития событий», были намерены начать переговоры с Ворониным. Президенту предлагалось инициировать проведение новых выборов, после чего уйти в отставку. В отставку также должны были подать спикер парламента и премьер. Радикальное крыло выступило за силовой захват власти и запрет партии коммунистов на территории Молдавии.

По неподтвержденным данным, некоторая часть полицейских перешла на сторону манифестантов. С другой стороны сообщается, что полиция принимает меры, чтобы не позволить «оппозиционному подкреплению» добраться в Кишинев. «Оппозиция призвала своих сторонников из сельских районов Молдавии приехать в столицу на акцию протеста. Полиция предпринимает меры, чтобы ограничить их въезд в Кишинев», – сказал источник в полиции.

Во время очередной протестной акции толпа примерно из тысячи человек подожгла здание парламента Молдовы, ранее блокированное полицией. Стражей порядка преследует толпа хулиганствующей молодежи. Карабинеры, прикрывшись щитами, отступают по улице Лазо.

Посольство России в Молдове заявляет, что среди молодежи, участвующей в беспорядках в Кишиневе, были боевики, под влиянием которых толпа начала штурм зданий.

Действующий президент страны Воронин позднее заявил в своем телеобращении: «Лидеры проигравших партий встали на путь захвата власти. Политические инструменты в обстановке путча более неприемлемы. Власть Молдавии становится на решительную защиту страны от погромщиков, на защиту демократического выбора нашего народа».

Председатель парламента Молдавии М. Лупу также заявил: «Я вынужден констатировать, что происходящее в центре Кишинева выходит из-под контроля и выливается в государственный переворот. Я никого не обвиняю, мы должны расследовать это. Но нельзя бороться за свои права путем варварства и бесчинств. Демократия не создается варварством».

7 апреля, по данным МВД, были задержаны около 200 инициаторов погромов. 170 полицейских и более 100 обычных граждан получили ранения.

8 апреля Генпрокуратура Молдавии возбудила уголовное дело по статье «Попытка свержения власти».

Итогом всех событий стало назначение досрочных парламентских выборов. 8 августа 2009 г. лидеры четырех партий, прошедших в парламент, М. Гимпу, М. Лупу, С. Урекян и В. Филат подписали декларацию о создании Альянса «За европейскую интеграцию» (АЕИ), а В. Филат стал кандидатом АЕИ на пост премьер-министра Молдавии. Коммунистическая партия потеряла большинство в парламенте и перешла в оппозицию. Таким образом, «твиттерная революция» в Молдавии положила конец восьмилетнему правлению коммунистической партии, что привело к еще большему снижению влияния России и усилению западного, а также румынского влияния.

НПО в «твиттерной революции». Помимо посольства США, выступающего в качестве связующего звена в сетевой структуре внутриполитического влияния, следует выделить стандартный для «цветных революций» набор западных НПО. Среди тех, которые непосредственно работали с молдавскими элитами и политическими партиями, – Агентство США по международному развитию (USAID), Национальный фонд поддержки демократии (National Endowment for Democracy), Международный республиканский институт (IRI), Национальный демократический институт (NDI), «Freedom Haus», Фонд Сороса.

3.3. Несостоявшиеся государственные перевороты

3.3.1. Белоруссия. 2006 г

Во время электорального цикла были предприняты попытки осуществить государственный переворот в Белоруссии.

После президентских выборов в Белоруссии 19 марта 2006 г., победу на которых одержал действующий президент Александр Лукашенко, в стране прошли массовые митинги оппозиции. Сторонники оппозиции, несколько суток жившие в палаточном лагере, призывали отменить результаты выборов. В ночь на 24 марта несанкционированный митинг был разогнан правоохранительными органами. По данным Генеральной прокуратуры Белоруссии, всего было задержано более 500 человек. Движение по свержению Лукашенко, которое планировалось еще в 2005 г., получило название «васильковая революция».

Еще в августе 2004 г. США устами сенатора Дж. Маккейна озвучили позицию в отношении лидера страны А. Лукашенко: «Мы будем бороться за то, чтобы Белоруссия освободилась от тирании». Вслед за этим палата представителей Конгресса США единогласно голосует за введение экономических санкций против республики и лично ее главы. В этом же году президент США Дж. Буш-младший подписал «Акт о демократии в Белоруссии», ставший краеугольным камнем политики Запада в отношении Минска. Его главный смысл и основное назначение заключались в создании условий для смены режима. Помимо односторонних требований, таких как «освобождение содержащихся в заключении лиц, помещенных в тюрьмы за политические или религиозные убеждения», этот документ также включал оказание поддержки белорусским демократическим силам и независимой прессе. Заявление американского президента, последовавшее за этим, подтвердило предположение в том, что США попытаются реализовать на белорусской земле «цветной» сценарий: «В то время как свобода продвигается по всему миру, А. Лукашенко и его правительство возвращают Белоруссию к режиму репрессий в самом центре Европы… В свободной Европе нет места подобному режиму».

Таким образом, еще до выборов президента 2006 г. западные политтехнологи получили четкую команду готовить в Белоруссии сценарий отстранения от власти А. Лукашенко. Данные угрозы были приняты во внимание и подтверждены КГБ Белоруссии, глава которого за год до запланированной электоральной кампании заявил о том, что имеется достаточно доказательств существования формирований для дестабилизации ситуации в Белоруссии во время президентских выборов. Руководитель госбезопасности также отмечал, что США используют ресурсы и возможности международных и иностранных НПО для подготовки спецгрупп, которые предполагается задействовать для организации массовых уличных выступлений в Белоруссии.

Выборы главы государства состоялись 19 марта 2006 г. По официальным данным, победил А. Лукашенко. Действуя по стандартной схеме, оппозиция во главе с лидером протеста, проигравшим кандидатом А. Милинкевичем, отказалась признавать итоги и организовала массовые акции протеста. Через несколько дней на Октябрьской площади в Минске был развернут палаточный лагерь, на территории которого располагалось несколько тысяч человек.

В ночь на 24 марта белорусская милиция ликвидировала палатки, арестовав некоторых участников акции протеста.

По мнению представителей миссии наблюдения СНГ, избирательная кампания и сами президентские выборы прошли в соответствии с действующим избирательным кодексом и международными обязательствами Республики Беларусь в области проведения демократических выборов.

По мнению Бюро по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ) ОБСЕ, проведенные президентские выборы 19 марта не соответствовали обязательствам в рамках ОБСЕ по демократическим выборам. В частности, глава делегации наблюдателей ОБСЕ в Минске Т. Ллойд заявил, что прошедшие в республике выборы не могут быть признаны легитимными: «Эти выборы не смогли обеспечить стране новый старт, в котором она нуждается. Народ Белоруссии заслуживает большего. Подсчету голосов не хватило транспарентности».

Министр иностранных дел РФ С. Лавров подверг критике миссию ОБСЕ. Эта мониторинговая группа, отметил он, «предвзято оценила результаты белорусских выборов и сыграла подстрекательскую роль». По его словам, «задолго до проведения выборов уже звучали заявления о том, что результаты будут нелегитимными».

21 марта 2006 г. США объявили, что не признают результаты выборов в Белоруссии и рассматривают вопрос о введении санкций в отношении ряда официальных белорусских лиц. «Мы также предупреждаем власти Белоруссии, чтобы они не угрожали или не задерживали тех, кто будет реализовывать свои политические права в предстоящие дни и далее», – подчеркнула тогда пресс-секретарь Буша С. Маклеллан.

В результате белорусской оппозиции не удалось организовать ощутимое давление на власть и реализовать «цветной» сценарий. Лагерю оппозиции, который был разбит на Октябрьской площади в Минске, не суждено было превратиться в местный майдан. Просуществовав в общей сложности около недели, он был разогнан белорусским спецназом. В октябре 2015 г. при проведении очередных президентских выборов сохраняется опасность повторения западных сценариев на территории ближайшего союзника России. Белорусская оппозиция уже стала призывать население бойкотировать выборы, которые априори выставляются как нелегитимные, тем самым заранее демонстрируя желание противопоставить президента и белорусское общество, пытаясь создать почву для будущего протеста.

НПО в «васильковой революции». Неправительственные организации, как и во всех «цветных революциях» на постсоветском пространстве, выступили не только проводниками западного влияния, но прямо содействовали продвижению оппозиционной повестки изнутри.

Своим участием в подготовке оппозиционных сил отметились Агентство США по международному развитию (USAID), Совет по международным исследованиям и обменам (IREX), Фонд Макартуров и фонд «Евразия» (McArthur Foundation, Eurasia Foundation), Национальный демократический институт (NDI), а также структурное подразделение Национального фонда поддержки демократии (National Endowment for Democracy).

Следует упомянуть о деятельности следующих белорусских организациях за границей.

«Офис за демократическую Беларусь» в Брюсселе – общественная организация, основанная белорусами, проживающими за границей, с целью укрепления связей между белорусскими продемократическими группами, включая НПО, политические партии, независимые СМИ, с одной стороны, и институтами ЕС, Советом Европы, НАТО, ООН, международными организациями, занимающимися правами человека, и международной прессой – с другой. Возглавляла организацию Ольга Стужинская, сотрудница Парламентской ассамблеи НАТО.

Občanské Bělorusko («Гражданская Беларусь»). Международное объединение «Гражданская Беларусь» было основано в 2004 г. с целью поддержки демократических инициатив и развития гражданского сообщества в Белоруссии. Объединение стремилось к поддержке белорусских негосударственных организаций и их взаимному сотрудничеству с чешскими партнерами. Объединение «Гражданская Беларусь» также стремилось передать в Белоруссию чешский опыт общественной и политической жизни.

Активное участие в работе «Гражданской Беларуси» принимали некоторые учебные заведения.

Европейский гуманитарный университет (ЕГУ) – частный некоммерческий университет, основанный в Минске в 1992 г. Университет был единственным частным университетом в Белоруссии, некоторые предметы в нем преподавались на английском, французском и немецком языках. Получал финансирование в основном из Фонда Макартуров, Фонда Сороса, Европейской комиссии. В июле 2004 г. президент Александр Лукашенко закрыл ЕГУ, поскольку был убежден, что основной «задумкой» университета была подготовка новой белорусской элиты, которая должна была со временем «привести Беларусь на Запад». Закрытие сопровождалось демаршем зарубежных послов, шумом в прессе. С 2005 г. ЕГУ начал действовать в Литве, в феврале 2006 г. получил статус литовского университета. В Литве так называемый Европейский гуманитарный университет в изгнании работает как структура, объединяющая белорусскую оппозицию, на содержание которого только в 2005 г. различными американскими и западноевропейскими фондами было выделено примерно 5 млн евро.

Национальный гуманитарный лицей имени Якуба Коласа создан в 1990 г. как воскресный при Обществе белорусского языка. Лицей Коласа был единственной в Белоруссии средней школой, имеющей международный сертификат United World Colleges, занятия в которой велись на белорусском языке, Основатель Национального государственного гуманитарного лицея имени Якуба Коласа – В. Колос, член партии БНФ (Белорусский народный фронт), председатель общественной инициативы «Рада белорусской интеллигенции». Заместитель директора лицея Л. Борщевский – филолог, переводчик, общественный деятель и политик, экс-председатель партии БНФ и ОО БНФ «Возрождение». В лицее учились сын лидера Национального фронта В. Вячорко, дочь координатора гражданской инициативы «Хартия 97» Д. Бондаренко. Выпускником лицея был также Н. Астрейко (один из руководителей «Партнерства»). В 2003 г. Министерство образования Белоруссии ликвидировало учебное заведение и лишило его здания. В связи с этим ученики лицея обратились к странам Европы с просьбой дать возможность пройти обучение за рубежом, так как в Белоруссии «больше нет по-настоящему квалифицированных учебных заведений».

По аналогии с ранее организованными для государственных переворотов молодежными организациями «Отпор» (Сербия), «Кмара» (Грузия), «Пора!» (Украина), «КелКел» (Киргизия) в Белоруссии был создан «Зубр». Также среди белорусских молодежных движений, участвующих в оппозиционной деятельности, было представлено одно из самых крупных в стране – «Молодой Фронт» («Малады Фронт»).

3.3.2. Армения. 2008 г

Для западных проектировщиков «цветных революций» Армения, как и Белоруссия, является тем звеном, без которого невозможно окружение России. Дестабилизация ситуации в Армении и установление там прозападного режима правления приведет к снижению влияния Москвы на постсоветском пространстве, разрушению тесно выстроенных связей в рамках ОДКБ и Евразийского союза. Именно такие сценарии Запад при поддержке армянской оппозиции изнутри пробовал реализовать в 2008 г. Попытки раскачать ситуацию также просматривались в 2015 г., что позволяет прогнозировать развитие негативных сценариев и в будущем.

Дестабилизировать ситуацию в Армении также попытались во время электорального цикла.

19 февраля 2008 г. прошли выборы президента Армении. 20 февраля ЦИК Армении обнародовал окончательные предварительные данные: С. Саргсян набрал 52,86 % голосов избирателей, экс-президент Армении Л. Тер-Петросян – 21,5 %, лидер оппозиционной партии «Оринац Еркир» А. Багдасарян – 11,66 %. За выборами нового главы государства в Армении следили 14 тыс. наблюдателей из 39 местных и шести международных организаций. Миссия СНГ признала прошедшие в Армении президентские выборы свободными и открытыми. Президентские выборы в Армении в основном прошли в соответствии с международными стандартами, заявила вице-президент Парламентской ассамблеи ОБСЕ сенатор Бельгии А.-М. Лизин, возглавляющая миссию наблюдателей от ПА ОБСЕ.

Сразу после объявления предварительных итогов выборов оппозиция во главе с кандидатом в президенты Л. Тер-Петросяном потребовала назначить новые выборы, а также предоставить им прямой эфир Общественного телевидения Армении.

22 февраля лидеры оппозиции уже называли происходящее революцией. В полдень на площади Свободы прошел многочисленный митинг. Сторонники оппозиции размахивали флагами, выкрикивали имя первого президента страны Левона Тер-Петросяна и ждали сигнала к действию.

Митинг был несанкционированным. Н. Пашинян заявил, что власти не собираются пересматривать итоги выборов, но оппозиция заставит их это сделать, и призвал митингующих начать сидячую забастовку. Представитель от оппозиции также пообещал своим сторонникам, что в случае необходимости акции протеста будут проходить одновременно в разных частях Еревана.

Экс-президент Армении Л. Тер-Петросян, взявший на себя роль лидера протеста, заявил, что на сторону оппозиции перешла армия, по его словам, оба замминистра обороны, генерал-лейтенант М. Григорян и генерал-лейтенант Г. Мелконян. Это заявление было встречено бурными аплодисментами и криками «Победа!». Л. Тер-Петросян призвал армянское студенчество начать с 22 февраля забастовку.

26 февраля Л. Тер-Петросян объявил, что переговоры с властями возможны лишь при условии признания последних президентских выборов 19 февраля недействительными и объявления в Армении новых выборов. Л. Тер-Петросян сообщил, что находится в тесном контакте с представителями посольств России, США и стран Евросоюза, которые аккредитованы в Ереване. По его словам, Европейская комиссия собиралась рассмотреть вопрос о выборах президента в Армении. Он сообщил, что 26 февраля проводил встречу с действующим председателем ОБСЕ, министром иностранных дел Финляндии И. Канерва, а также разговаривал по телефону со специальным представителем Евросоюза на Южном Кавказе П. Семнеби. По словам Л. Тер-Петросяна, во время этих бесед он объяснял своим собеседникам, что все происходящее на площади Свободы в Ереване – это демократические, мирные акции в рамках закона и что оппозиция не намерена была отклоняться от закона. По его словам, это был наиболее эффективный путь, и оппозиция достигнет намеченных целей. В тот же день президент Армении Р. Кочарян в эфире Общественного телевидения Армении заявил, что пришло время, чтобы все проявили трезвость и поняли, что грубой силой к власти не приходят.

1 марта, в субботу, в 6:20 силами полиции и ОМОНа сторонники Л. Тер-Петросяна были разогнаны. Полиция Армении выступила со специальным заявлением, мотивировав свои действия полученной информацией о том, что оппозиция планировала 1 марта массовые беспорядки и провокационные мероприятия. На площади Свободы ожидалась раздача оружия, что могло бы вызвать жертвы и катализировать протест.

После разгона митинга в тот же день его участники переместились к посольству Франции близ мэрии Еревана. Ближе к вечеру сторонники оппозиции начали строить баррикады из подручных средств. Начались столкновения. Появились первые сообщения об убитых. Ситуация была неуправляемой. Толпа приступила к разгрому и грабежу расположенных поблизости частных и государственных объектов. Участникам акции протеста удалось занять часть проспекта Маштоца.

По оценкам полиции, всего в беспорядках участвовали порядка 7 тыс. человек, среди которых были люди, вооруженные автоматами.

В городе было введено чрезвычайное положение, 8 марта Конституционный суд Армении отклонил иски Л. Тер-Петросяна и другого кандидата, Т. Карапетяна, об отмене решения Центризбиркома о результатах выборов и признал победу Саргсяна. 10 марта режим чрезвычайного положения был смягчен, а в ночь на 21 марта и вовсе отменен.

По официальным данным, в результате столкновения погибли десять человек (восемь из них – гражданские лица) и более 250 получили ранения.

НПО в Армении. Армения занимает одно из первых мест на пространстве СНГ по степени активности неправительственных организаций. Расширение поля деятельности зарубежных НПО главным образом приходится на период после распада СССР. На рубеже 1990–2000-х гг. была развернута деятельность Агентства США по международному развитию (USAID), фонда «Партнерство Евразия» (Eurasia Partnership Foundation), Национального фонда поддержки демократии (NED), Национального демократического института (NDI), Совета по международным исследованиям и обменам (IREX), Института «Открытое общество» и др.

3.3.3. Регионы России в планах оппозиции

Ввиду отсутствия у оппозиции успехов в организации майдана в столице России были предприняты действия по усилению протестной активности в ряде крупных регионов страны. Этот процесс необходимо рассматривать как подготовительный этап в рамках запланированной кампании по дальнейшему расшатыванию общественно-политической ситуации перед очередным электоральным циклом – губернаторскими и депутатскими выборами соответственно.

Кроме того, можно констатировать, что активизация протестного потенциала в узловых точках страны будет поддержана внешними силами, традиционно координирующими и направляющими острие «цветных революций» по всему миру.

В планах, уготованных России западными политтехнологами, организация протеста из центра уступает место стратегии поступательных действий по расшатыванию политической ситуации в субъектах Федерации.

В апреле 2015 г. американский посол в России (а также специалист по «цветным революциям») Дж. Теффт посетил Урал, где встретился с официальными лицами региона. Посещение Урала американским послом не случайно – это регион, стратегически важный для России и интересный для зарубежных гостей в плане формирования центра протестного движения. С подобным визитом на Ямал отправился Генеральный консул США в Екатеринбурге Отто Ханс Ван Маерссен, который главной целью вояжа назвал «развитие культурных и межличностных связей». Однако ранее он стал участником собрания российских оппозиционных организаций, на котором обсуждалась ситуация вокруг Крыма и Украины.

Увеличивается финансирование подрывной деятельности в России на разных участках (в 2014 г., только по официальным данным, один лишь Национальный фонд поддержки демократии направил российским НКО и НПО 9,3 млн долларов, при этом названия организаций не раскрываются).

В подтверждение тезиса о финансовой вовлеченности заинтересованных западных политтехнологов, осуществляющих поддержку оппозиции внутри России, можно привести информацию, высказанную в ходе заседания Общественного совета при мэре Новосибирска. На нем городской глава озвучил мнение о том, что «Демократическая коалиция» финансируется из-за рубежа и на ее регистрацию Конгресс США выделил 20 млн долларов, что она планирует организацию «цветной революции» в России, а также платит по 150 рублей за подпись в свою поддержку при сборе подписей, необходимых для регистрации списка.

Следуя в русле упомянутого выше протестного регионального сценария, оппозиция перешла к активным действиям по расширению протестной базы на местах.

12 мая 2015 г. так называемая «Демократическая коалиция» (далее – «Демкоалиция»), созданная незадолго до этого А. Навальным и М. Касьяновым для участия в выборах в российских регионах, объявила о старте праймериз к электоральному циклу в законодательные собрания Новосибирской, Калужской и Костромской областей. Определенные попытки закрепиться в органах местного самоуправления также были предприняты в Магадане.

Параллельно с Москвой именно на данных направлениях будут развернуты основные усилия оппозиции для постепенного раскачивания ситуации с целью повышения градуса протестной активности к 2016 и 2018 г. Фактически это было подтверждено А. Навальным, который относительно выбранных субъектов РФ заявил следующее: «Три очень разных региона, где мы обкатаем программы, подходы и технологии, которые можно будет применить в 2016 г. по всей стране».

Примечательно, что для региональной борьбы оппозицией была избрана тактика, предусматривающая объединение сразу нескольких партий в единый фронт, в который помимо РПР-ПАРНАС вошли незарегистрированная «Партия прогресса», партия «Демократический выбор», «Партия 5 декабря» и «Либертарианская партия». Выдвижение самих кандидатов происходит на базе списков партии РПР-ПАРНАС, что является обязательным условием участия в названной коалиции.

Тем не менее, несмотря на предпринятые лидерами оппозиции усилия, ощутимых результатов на выбранных региональных направлениях им добиться не удалось.

В региональной проекции ситуация выглядит следующим образом.

По Новосибирской области

Результат деятельности: отказано в регистрации.

Как следует из заявления секретаря избирательной комиссии новосибирской области С. Лебедева, «…собранные подписи признало недействительным управление Федеральной миграционной службы по региону. Часть данных в списках не соответствует той информации, которая есть в реестре ФМС. В некоторых случаях не совпадает место жительства, в других – паспортные данные. Выяснилось, что некоторые граждане вообще не зарегистрированы в Новосибирской области, а другие даже не являются гражданами России».

В данной связи следует особо выделить тот факт, что следственные органы Новосибирской области нашли в действиях регионального отделения оппозиционной партии РПР-ПАРНАС признаки преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 142 УК РФ (фальсификация избирательных документов), и по данному факту возбудили уголовное дело. По версии следствия, с июня по июль 2015 г. неустановленными лицами из числа уполномоченных представителей избирательного объединения регионального отделения ПАРНАСа в Новосибирской области были сфальсифицированы избирательные документы и предоставлены в избирательную комиссию Новосибирской области.

После того как стало известно о проблемах со списками, у здания областного правительства прошло несанкционированное мероприятие с участием представителей ПАРНАСа. По словам участников, они собрались для того, чтобы получить протокол рабочей группы избирательной комиссии региона, которая рекомендовала отказать в регистрации документов. Организаторы мероприятия установили перед центральным входом куб с флагами. Полиция в происходящее не вмешивалась.

При этом в социальных сетях стали раздаваться агрессивные призывы к народному суду над теми, кто вынес решение в отношении оппозиционной партии. В частности, такими призывами отметился один из организаторов новосибирской «Монстрации» А. Лоскутов. Используя ненормативную лексику, оппозиционеры и их сторонники всячески высказывали свое негодование. Кто-то из них пишет, что «фонари застоялись», а кто-то и вовсе готов «идти за покрышками».

В итоге Избирком Новосибирской области 27 июля отказал ПАРНАСу в регистрации списков партии на выборы в Законодательное собрание региона. Избирком принял такое решение, руководствуясь рекомендациями рабочей группы по проверке подписных листов, – она признала недостоверными более 1,3 тыс. подписей. В первую тройку списка партии в Новосибирской области вошли лидер местного отделения ПАРНАСа Е. Савин, А. Лоскутов и предприниматель С. Бойко.

В этот же день 27 июля все трое кандидатов от оппозиционного списка вместе с руководителем штаба «Демкоалиции» Л. Волковым объявили голодовку и отказались покинуть здание избирательный комиссии, продемонстрировав способность к организации «сидячих забастовок» по методичкам Дж. Шарпа. Через некоторое время представители «Демкоалиции» были задержаны полицией и впоследствии оштрафованы судом.

По Калужской области

Результат деятельности: отказ «Демкоалиции» от участия в выборах.

Ввиду отсутствия каких-либо перспектив оппозицией было принято решение не подавать документы на регистрацию. Демократическая коалиция объяснила это наличием слишком большого процента «подозрительных» подписей.

По Костромской области

Результат деятельности: участие в выборах.

29 июля в Костроме был арестован глава штаба «Демкоалиции» А. Пивоваров, против которого следователи возбудили дело о неправомерном доступе к компьютерной информации.

По версии следствия, он обратился к полицейскому, чтобы незаконно получить доступ к базе данных управления МВД. Обладая персональной информацией костромичей, руководитель штаба намеревался использовать их голоса в поддержку оппозиционной партии на предстоящих выборах в областную думу.

По Магаданской области

Результат деятельности: отказано в регистрации.

После проверки собранных «Демкоалицией» подписей избирком Магаданской области принял решение отказать ПАРНАСу в регистрации списка партии на выборы в законодательное собрание, что затем также подтвердил ЦИК России. По аналогии с другими регионами причинами отказа послужили признаки недостоверности или недействительности подписей и обвинение в подкупе избирателей, которое впоследствии было снято ЦИК.

Как сообщил на заседании член ЦИК С. Даниленко, избирком Магаданской области установил единое правило для проверки всех подписных листов – 20 %. Из 614 подписей, которые были представлены региональным отделением, 112 были отобраны для проверки. Недостоверными или недействительными были признаны 24 подписи.

Одной из причин, по которой оппозиции не удалось завоевать широкую поддержку на местах, стала стратегия продвижения «своих». «Демкоалиция» основную ставку делала на проверенные кадры из числа столичных оппозиционеров или приближенных к ним лиц, ограничивая региональных кандидатов, которым отводилась роль статистов.

В итоге партия ПАРНАС вышла во всех регионах со списками, где с небольшими вариациями фигурировали одни и те же лица, а местные кандидаты не занимали и 10 %. В Новосибирске партия выставила 107 кандидатов, из которых лишь девять были жителями города. Аналогичная ситуация сложилась в Магаданской области, где в партийном списке из 24 человек только трое оказались местными политиками. В Калужской области местных набралось шесть из 82 человек, в Костроме – восемь из 43.

Среди «победителей» праймериз «Демкоалиции» костяк составили представители столичной оппозиционной среды: в Костромской области – Яшин, в Магаданской области – Албуров, в Калужской области – Заякин.

Таким образом, видно, что, несмотря на все тиражируемые «Демкоалицией» лозунги о необходимости формирования широкого представительства из жителей регионов через праймериз, места для закрепления в политическом пространстве узловых субъектов России доставались кандидатам, аффилированным с «белоленточной» оппозицией.

Подводя итог вышесказанному, следует отметить, что провальные региональные мероприятия «Демократической коалиции» продемонстрировали неспособность оппозиционных сил в легальном политическом пространстве добиться значительных успехов. Более того, выявленные факты недействительности собранных подписей с признаками их фальсификации, а также скандальные случаи с попытками использовать персональные данные избирателей в своих целях, сопровождающие деятельность «Демкоалиции», свидетельствуют об ограниченности реальной электоральной базы у оппозиции и, как следствие, об отсутствии широкой поддержки на местах.

Все это подтверждает предположения экспертов по вопросам противодействия государственным переворотам о том, что одним из основных методов, рассматриваемых оппозицией как потенциально «успешные», остаются подготовка к выборам 2016 и 2018 г., «улицы», раздувание протестной риторики в подконтрольных ей СМИ о «фальсификации выборов» и переход к организации массовых беспорядков. В рамках такого сценария нельзя исключать варианты, когда подготовленные ячейки в регионах, которые были задействованы в неудавшихся мероприятиях «Демкоалиции», параллельно с майданом в столице могут активизировать протестную деятельность на местах. Такая стратегия откроет сразу несколько фронтов.

В важный для государства электоральный период (особенно во время очередных выборов президента) возможности оппозиции в узловых городах отдельных регионов страны могут быть использованы в качестве катализатора протестов в столице. Посредством одновременно запущенных крупных провокаций в регионах через заранее подготовленную агентуру будут устроены массовые протестные акции.

Оппозиция с помощью существенной медийной поддержки Запада и сочувствующих СМИ внутри России выставит региональный протест как желание «большинства» российских граждан «сменить режим», что, в свою очередь, вызовет кумулятивный эффект в Москве. Подобный план был озвучен еще во времена организации «Болотной», которая должна была стать началом «цветной революции» в России. Тогда отдельные лица из числа оппозиции, среди которых был осужденный впоследствии за организацию массовых беспорядков С. Удальцов, вместе с грузинскими кураторами, контролируемыми западными разведками, во главе с Г. Таргамадзе конструировали тактику начала «революции». На одной из встреч гражданин Грузии заявил о том, что революция в России должна начаться с захвата власти в Калининграде, который отрезан от остальной страны территорией государств НАТО, поэтому власти «ничего не смогут сделать». Затем планировалось создать очаги напряженности и в других городах, например Владивостоке, что вынудило бы власть вести «войну на два фронта».

Факты наличия таких диверсионных замыслов были озвучены на заседании коллегии ФСБ президентом Российской Федерации В.В. Путиным, который подчеркнул смычку внешних сил и оппозиции, действующей изнутри: «Не прекращаются попытки западных спецслужб использовать в своих целях общественные неправительственные организации и политизированные объединения прежде всего для дискредитации власти и дестабилизации внутренней ситуации в России… уже планируются акции на период предстоящих избирательных кампаний 2016 и 2018 гг.».

В контексте стратегии регионализации протеста, взятой на вооружение оппозицией, следует уделить особое внимание активно используемой тактике под названием «борьба за федерализацию регионов», а также указать на отдельных лиц из «Демкоалиции», ранее замеченных в прямой поддержке таких идей.

Среди основных фигур «Демкоалиции», которые выставлены оппозицией в авангард региональной кампании, важно отметить верного соратника А. Навального – Л. Волкова, который возглавил избирательный штаб на выборах в парламент Новосибирской области, а теперь возглавляет избирательную кампанию в Костроме.

Известно, что он имеет определенные связи с протестным движением на Урале, в частности с Ф. Крашенинниковым (президентом Института развития и модернизации общественных связей, генеральным директором консалтинговой группы «Медиа-консалтинг»), одним из видных оппозиционеров, активно выступающим за федерализацию и усиление обособленности региона. Так, последним в ноябре 2010 г. была организована целая дискуссия по случаю 17-й годовщины событий 1993 г., когда возник феномен Уральской Республики со своими конституцией и флагом.

На этом мероприятии присутствовал тогда еще депутат Екатеринбургской городской думы Л. Волков, который активно приветствовал решение о фактической суверенизации от России региона, а также высказывался в пользу того, что данная проблема актуальна и по сей день: «Те предпосылки, которые существовали в 1993 г., никуда не делись, и, более того, сейчас выражены даже еще более рельефно: в первую очередь это дисбаланс в отношениях между Москвой и различными регионами, когда ряд регионов причисляется к высшему сорту, а другие должны довольствоваться вторым или третьим». Свое выступление уральский депутат закончил призывом к действиям, которые в 1990-е гг. чуть было не закончились децентрализацией и разрушением государственности страны: «Федерализм в России практически уничтожен, а между тем он чрезвычайно важен, и в этом смысле идея Уральской Республики как субъекта Российской Федерации была очень правильной. И стоит думать над тем, в каком виде ее можно воскресить сейчас».

В настоящее время лозунги о федерализации не исчезли из арсенала средств, используемых оппозицией для раскачивания ситуации изнутри. Они приобретают все более видимые очертания, все чаще фигурируют в программных тезисах и манифестах, тиражируемых так называемыми лидерами протеста.

Не вызывают удивления информационные сообщения о попытках искусственного дробления страны на такие отдельные куски, как Урал (Уральская Республика), Сибирь (Соединенные Штаты Сибири).

Наличие таких тенденций следует всерьез принимать во внимание и рассматривать в качестве тактики оппозиции по ослаблению государственной власти – федерального центра – изнутри. Помимо деструктивных идей в отношении Урала, упомянутых выше, стоит отметить скандальный случай, происшедший в 2013 г. в Москве, когда состоялась выставка под названием «Соединенные Штаты Сибири». В 2014 г. несистемная оппозиция еще в отсутствие сформированной «Демкоалиции» попыталась привлечь широкое внимание к мероприятию под названием «Марш за федерализацию Сибири», запланированному на 17 августа. В мероприятии участвовали и видные лидеры либеральной оппозиции, среди которых был ранее упомянутый Л. Волков. На одной из своих персональных страниц в соцсетях он разместил пост «Роль довеска калечит хуже всяких цепей». В Интернете можно найти полный текст с наличием тех фрагментов информации, которые Л. Волков потом предпочел удалить со страницы: «…как символический шаг, и, в том числе, в качестве важного жеста солидарности с сибиряками, которых сейчас прессуют и которым приходится очень непросто, я бы считал очень правильным хотя бы просто отнести в мэрию уведомление о намерении провести 17 августа “Марш за федерализацию Урала”. Пусть в этом году это будет символическая акция и придут на нее 5 человек; не важно, в следующем году подготовимся лучше, и выйдут на такой марш одновременно в очень многих регионах».

А. Навальный, создатель «Партии Прогресса», которая позже одной из первых вошла в «Демкоалицию», также отметился своим участием. В одной из статей на своем сайте – «Хотят ли русские федерализации» – он поддерживает выдвигаемый в регионах ячейками оппозиции лозунг: «Как ни парадоксально (ведь один из лозунгов “Хватит кормить Москву”), Москва в смысле города еще как поддержит этот лозунг, потому что Москва в смысле федерального центра задолбала уже всех. Куча бездельников с огромной зарплатой. В плане реальных полномочий местного самоуправления Москва – самый ущербный город в стране, а москвичи – самые бесправные».

Наиболее актуальным примером является масштабная акция оппозиции 2015 г. под названием «Антикризисный марш Весна», совмещенная с траурными мероприятиями в Москве. Обращает на себя внимание один из пунктов выпущенного в преддверии к маршу манифеста, смысловое наполнение которого однозначно: речь идет о федерализации в понимании оппозиции, то есть вновь о противопоставлении региональных органов государственной власти федеральному центру: «Система управления каждым городом и деревней из Кремля показала свою несостоятельность. Стране необходима децентрализация власти».

Можно констатировать, что, спекулируя на социально-экономических проблемах, с которыми сталкиваются в настоящее время российские регионы, оппозиция пытается выставить идею федерализации в двусмысленной трактовке, скрыв под известным определением свое понимание проблемы. Российская Федерация по Конституции является федеративным государством, состоящим из равноправных субъектов, где каждый из них имеет свои определенные, подчас широкие полномочия, не вступающие в противоречие с Основным законом страны. Оппозиция измеряет этот термин иными категориями, которые сводятся по большей части к экономическим лозунгам – расширению полномочий регионов в экономической сфере, перераспределению доходов в пользу субъектов, что затрагивает и политическую составляющую, ослабляя власть и полномочия центра, фактически создавая предпосылки для десуверенизации внутригосударственного управления.

В случае дальнейшего ухудшения социально-экономического положения в регионах страны подобные действия оппозиции могут привести к неправильной оценке текущего положения на местах у тех граждан, которые имеют справедливые претензии к власти. Это позволит деструктивной оппозиции использовать их недовольство в корыстных целях, катализировать провоцируемый западными политтехнологами протест изнутри.

Данный сценарий имеет определенные исторические аналогии в первую очередь с распадом Советского Союза, когда всячески провоцируемые оппозиционными группами изнутри окраины посчитали, что без центра они будут эффективнее проводить внутригосударственную политику, «самостоятельно» распоряжаясь собственными ресурсами. Результатом стали развал великой державы, обнищание населения во всех республиках бывшего Союза, появление серьезных вызовов и проблем, которые не решены до сих пор.

При таком положении дел необходимо проводить широкие мероприятия, ориентированные на формирование неприятия у граждан подрывных концепций разложения государственного строя страны и развитие патриотического воспитания среди молодежи.

При этом сфокусированные усилия, направляемые ведомой майданными западниками оппозицией в Екатеринбург, Новосибирск, Калугу, Кострому и ряд других регионов страны, не должны оставлять у граждан России сомнений в конечной цели нехитрого умысла – победы на выборах как предтечи майдана в России, где населению отводится роль пушечного мяса по отработанной схеме.

3.4. Выводы

«Цветные революции» в странах бывшего Советского Союза открыли новую страницу в истории реализации технологий демонтажа политических режимов. Отрабатывая каждый раз новую деструктивную стратегию, направленную на захват власти, западные политтехнологи научились умело направлять внутриполитические процессы в нужное для себя русло. Постепенное переформатирование постсоветского пространства приближает их к основной цели – Российской Федерации.

Каждая «цветная революция» начиналась с подготовки оппозиции на местах через соответствующие каналы западных НПО. Деструктивная оппозиция моментально активизировалась в момент электорального цикла, в ходе которого подготовленные отряды «революционеров» при обязательном участии молодежи устраивали массовые акции протеста в знак несогласия с итогами выборов. Результатом подрывной деятельности почти всегда являлся государственный переворот, который приводил к отставке парламента или главы государства.

События 2013–2014 гг. на Украине продемонстрировали готовность Запада использовать самые изощренные методы и сценарии в отношении нашей страны, предполагающие реализацию диверсионных актов и даже использование военной силы как фактора, дополняющего технологии «цветных революций».

Анализ западных стратегий и сценариев с применением деструктивных технологий и неизменным набором зарубежных НПО позволил Российской Федерации вовремя заняться их купированием. Эффективным оборонительным оружием стали Закон об иностранных агентах и Закон о нежелательных организациях, а также запрет деятельности USAID и других западных НПО на территории России. Эти зарубежные структуры во всех «цветных революциях» на постсоветском пространстве самым активным образом спонсировали и помогали прозападной оппозиции.

Несмотря на эффективность работы по противодействию технологиям демонтажа политических режимов, у деструктивной российской оппозиции пока еще сохраняются возможности расшатать внутриполитическую ситуацию внутри страны, о чем свидетельствуют предпринятые ими попытки усилить градус протеста в российских регионах.

В преддверии важных для государства событий, связанных с началом очередного электорального цикла, можно ожидать новых диверсионных и провокационных акций, единственной целью которых является осуществление государственного переворота.

Глава 4

Геополитика и геоэкономика «цветных революций»[73]

4.1. Геополитика

4.1.1. Технологии «цветных революций» как инструмент геополитики

Геополитика наряду с геоэкономикой оперирует важнейшими категориями мировой политики и выступает в качестве ориентиров, обосновывающих рациональность действий государств, которые стремятся обеспечить свои национальные интересы.

Геополитические подходы раскрываются через такие категории, как исторический опыт, культура, религия, оценка территории с точки зрения ее географического положения, ресурсного и человеческого потенциала. Таким образом, геополитика, изучающая отношение государства и общества к пространству, раскрывает практические выгоды, которые можно извлечь посредством контроля над значимыми позициями, захвата ключевых ресурсообеспеченных территорий и транспортных артерий.

История не раз показывала, что именно геополитика может стать основой для внешнеполитической деятельности государства на мировой арене. Цели внешней политики многих государств традиционно сводятся к борьбе за ресурсы и контролю над ними. Множество кровопролитных войн и затяжных региональных конфликтов велись за обладание геополитическим пространством.

Со временем некоторые международные акторы пришли к выводу, что контроль над государствами можно установить без комплексного задействования вооруженной силы и значительной траты человеческих и материальных ресурсов. Несколько тысяч лет назад китайский мудрец произнес: «Покорить врага без боя – вот высшее искусство войны». Его высказывание впоследствии стало внешнеполитическим императивом для целого ряда государств. Наибольшего успеха в данном направлении удалось добиться Великобритании, прочно заложившей в основу своей геополитики принцип – «вести войны чужими руками». Последователями этой англосаксонской традиции выступают США, которым удалось за сравнительно короткий промежуток времени извлечь выгоду из разрушительных мировых войн и стать сначала одной из супердержав, а затем и глобальным гегемоном.

В период холодной войны Вашингтон помимо традиционной дипломатии опирался в своей внешней политике на подготовку и реализацию деструктивных политических технологий для осуществления демонтажа неугодных политических режимов по всему миру.

Накопленный опыт впоследствии был успешно применен при реализации так называемых бархатных революций, прокатившихся по странам Восточной Европы. В их основе лежали геополитические предпосылки, вытекающие из долгосрочных задач Запада: свести к минимуму сферу коммунистического влияния в Центральной и Восточной Европе, ослабить единство внутри стран социалистического блока и использовать успешные «революции» в качестве показательного примера для других социалистических государств. В 1983 г. был создан специальный Институт Альберта Эйнштейна. Сотрудники этого института с момента его основания стали участвовать в разработке программ по «подготовке и осуществлению революций». США задействовали имеющиеся механизмы зонтичной структуры различных фондов и других каналов для оказания помощи антисоветским оппозиционным силам в таких странах, как Чехословакия, Румыния, Венгрия и Польша. Все эти действия способствовали процессам ослабления влияния Советского Союза и его дальнейшей дезинтеграции.

После распада СССР и исчезновения социалистического блока стран США стали использовать деструктивные политические технологии против потенциальных союзников новой России. Жертвой агрессии стала Югославия (СФРЮ), ведь в случае укрепления своих позиций в регионе и выстраивания тесных экономических и военно-политических связей с Российской Федерацией она могла стать неудобным геополитическим игроком в Европе. А Европа, согласно американским планам, еще долгое время должна находиться в орбите влияния Вашингтона.

Планы по разрушению Югославии как геополитически важного государства в регионе давно вынашивались в стенах Белого дома и ЦРУ. Так, еще в начале 1984 г. под грифом «Совершенно секретно» американская администрация президента Р. Рейгана издала директиву СНБ № 133 «Политика США в отношении Югославии», основной задачей которой была «тихая революция», нацеленная на свержение коммунистических правительств и «возвращение стран Восточной Европы в орбиту мирового рынка». Впоследствии ни развал и дробление СФРЮ на отдельные государства, ни даже начало межэтнических войн не остановили реализацию деструктивных политических сценариев по отношению к Союзной Республике Югославии (Сербия и Черногория). Сербия с Черногорией имели стратегически важные запасы минеральных ресурсов, которые привлекали внимание западных корпораций. Например, лишь шахты Трепца на Балканах обладают запасами золота, серебра, цинка и угля общей стоимостью более 5 млрд долларов. Для подчинения Сербии, возглавляемой лидером С. Милошевичем, был использован широкий арсенал экономических, военных и политтехнологических подрывных средств. Специалисты в области психологической войны, а также выходцы из разведывательных структур США, ранее принимавшие участие в реализации «бархатных революций», активно занялись финансированием и обучением сербской оппозиции. Как и во всех последующих «цветных революциях», основную роль в ее реализации сыграла сербская молодежь, организованная на базе единого движения «Отпор». Научно-экспертную поддержку при обучении сербской молодежи осуществлял Институт Альберта Эйнштейна. Особой активностью в то время отличился коллега по цеху Дж. Шарпа – отставной полковник РУМО (Разведывательного управления министерства обороны) США Р. Хелви. Предпринимаемые США усилия по демонтажу политического режима в Сербии с помощью применения деструктивных технологий оказались успешными. В 2000 г. президент Союзной Югославии С. Милошевич был низложен со своего поста при помощи «цветных» политических технологий. Позже этот государственный переворот получил название «бульдозерная революция». Результатом очередной успешной операции США по демонтажу политического режима стали огромные экономические и людские потери Югославии.

В преддверии нового этапа развития международных отношений произошла насильственная трансформация целостного геополитического пространства в кучку экономически слабых, дезорганизованных государств, которые попали под мощный контроль транснациональных корпораций (балканизация).

Был создан так называемый косовский прецедент – отделение части исконно сербской территории и создание террористического анклава, зоны нестабильности в качестве возможной точки давления на европейские государства. Произошло закрепление американского влияния за счет возведения на отторгнутой территории двух крупнейших в Юго-Восточной Европе военных баз – «Кэмп Бондстил» и «Кэмп Филмсити». Мы уже писали, что с помощью политической и экономической дестабилизации на Балканах США смогли подорвать позиции евро, «сбить с курса» новую, альтернативную доллару мировую валюту.

Югославия, а впоследствии Сербия были использованы в качестве плацдарма для апробации обновленных технологий по демонтажу политических режимов. Белград стал одним из первых звеньев в цепочке «цветных революций», прокатившихся потом по пространству СНГ и региону Ближнего Востока и Северной Африки. В 2004 г. был создан центр под названием CANVAS (Центр прикладных ненасильственных действий и стратегий), куда вошли наиболее яркие представители движения «Отпор», подготовленные американскими инструкторами, которые ранее участвовали в свержении президента С. Милошевича. Это центр стал своеобразным стержнем в многоуровневой системе реализации деструктивных технологий в глобальном масштабе. В его стенах проходили подготовку различные оппозиционные молодежные движения из многих стран мира, которые координируют свои действия и обмениваются подрывным опытом. В их числе представители из грузинской «Кмары», украинской «Пора!», российской «Обороны», белорусского «Зубра» и т. д. Начиная с этого момента можно констатировать создание целой системы по подготовке оппозиционных ячеек.

Пример Югославии должен служить постоянным напоминанием тем государствам, которые собираются проводить суверенную внешнюю и внутреннюю политику. Если они не устраивают коллективный Запад, то сразу попадают под жесткое давление. В 2014 г. президент Российской Федерации В.В. Путин выступал с ежегодным посланием. Лидер российского государства в контексте конфронтационной риторики Запада прямо указал на подрывные действия против Югославии, схожие с теми, которые затем «из-за бугра» пытались реализовать в отношении России. В ход шли поддержка сепаратизма, информационная, политическая и финансовая составляющие, действия по линии спецслужб, которые, по словам президента, не оставляли сомнений в том, что «нас с удовольствием пустили бы по югославскому сценарию распада и расчленения. Со всеми трагическими вытекающими отсюда последствиями для народов России».

Успешно апробированная практика по устранению геополитических противников путем организации нестабильности и смены режимов изнутри стала важным инструментом внешней политики США. «Бархатные» технологии сменились на «цветные», но задача западных планировщиков осталась прежней – обеспечить решение текущих экономических и военно-политических задач посредством ослабления конкурентов изнутри путем свержения неугодных режимов и создания очагов нестабильности в любой точке земного шара.

Технологии «цветных революций» (иначе – демонтажа политических режимов суверенных государств) – это геополитический инструмент в арсенале средств Запада, в первую очередь США, обеспечивающий решение текущих задач без комплексного применения вооруженной силы и классических методов открытого военного противостояния.

Учитывая растущую глобальную нестабильность, важно провести анализ использования деструктивных политических технологий с геополитической и геоэкономической точки зрения, а также выявить мотивации проектировщиков-организаторов.

4.1.2. Пространство СНГ

Глубокие геополитические изменения, происшедшие после развала СССР, серьезным образом повлияли на дальнейшее развитие системы международных отношений. Ослабление одного полюса силы привело к свертыванию биполярного противостояния двух антагонистических систем и усилению евроатлантической доминанты и США в качестве гегемона, стремящегося под единоличным лидерством оформить контуры глобальной структуры мировых взаимоотношений. В сознание мирового сообщества целенаправленно был внедрен тезис о «конце истории и последнем человеке», основанный на распространении и глобальном доминировании либеральной демократии западного образца в качестве финальной точки социокультурной эволюции человечества.

В среде американских геополитических стратегов пространство СНГ, а также южная часть России, Китая, ряда государств Центральной Азии и Ближнего Востока получили общее обозначение – «Евразийские Балканы». В самом названии заложен определенный намек на схожесть с территорией Балканского полуострова в Европе, где существуют серьезные внутренние проблемы и зоны нестабильности. С геополитической и геоэкономической точки зрения «Евразийские Балканы» имеют огромное значение, поскольку помимо негорючих полезных ископаемых там сосредоточены огромные запасы природного газа и нефти. В условиях стремительного истощения ресурсной базы и увеличения уровня энергетического потребления глобальным акторам необходимо постоянно наращивать свои минерально-ресурсные возможности, начинается ожесточенная борьба за прямой доступ к ресурсной базе суверенных государств. Основные силы бросают именно на евразийское направление. В известной книге «Великая шахматная доска» одного из ведущих идеологов агрессивной внешней политики США З. Бжезинского очерчиваются контуры геополитического контроля США на пространстве «Евразийских Балкан». Задачей Вашингтона является недопущение доминирования какой-либо страны или объединения держав, которые не разделяют интересов США и не подчиняются им, тем самым сводя к минимуму их влияние: «Государство, которое господствует в Евразии, контролировало бы два из трех наиболее развитых и экономически продуктивных мировых регионов».

В стенах американских государственных учреждений появились планы в отношении пространства СНГ, которое становилось зоной американских интересов. Для того чтобы не позволить ни одной враждебной державе установить контроль над ресурсной базой бывшего СССР, Вашингтон стал оказывать поддержку новым независимым государствам в строительстве «демократического» общества с рыночной экономикой, ориентированной на Запад. Таким образом, узкокорыстные геополитические интересы коллективного Запада изначально были поставлены выше интересов национальных правительств независимых государств. Действия России, направленные на закрепление особого статуса в регионе СНГ, основанного на культурно-исторических предпосылках, тут же объявлялись на Западе как «имперские амбиции Москвы».

Появление неофициальной концепции геополитического плюрализма вписывается в эту стратегию. Основной задачей стало расширение американского влияния в Евразии и выведение из традиционной сферы российского влияния стран СНГ, имеющих стратегическое значение. В рамках этих задач Вашингтон предпринял шаги по закреплению своих позиций в узловых регионах, где на протяжении столетий народы были сплетены одной общей исторической судьбой. Попытка пересмотреть цивилизационную принадлежность стран постсоветского пространства выразилась в планах по углублению механизмов взаимозависимости с последующей полной переориентацией стран на Запад.

При прямой поддержке заокеанских покровителей в противовес интеграционному объединению ЕврАзЭС (Россия, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Таджикистан) для усиления евроатлантического вектора во главе с Украиной создается альтернативное интеграционное формирование ГУАМ (Грузия, Украина, Узбекистан – до 2006 г., а также Азербайджан, Молдавия). Создание пояса из недружественных России государств под эгидой проамериканского интеграционного объединения ГУАМ преследовало цель выстраивания санитарного кордона в новой «демократической» оболочке. Такая задача под прикрытием демократии была сформулирована в принятом на одном из заседаний саммита ГУАМ заявлении «Создавая демократию от Балтики до Черного моря». В рамках этого объединения периодически проходили согласования стратегии, направленные на уменьшение влияния России, обеспечение независимости стран-участниц от российских поставок энергоносителей. Цепочка «цветных революций» в государствах СНГ и резкое усиление антироссийского вектора в их внешнеполитических подходах должны были способствовать консолидации проевроатлантического блока ГУАМ в вопросах формирования альтернативных евразийским интеграционных объединений. Военно-политический эффект состоял в том, что отдельные страны-участницы выступали с тезисом о лишении России доминирующей роли в урегулировании региональных конфликтов на пространстве СНГ путем привлечения сил США (НАТО) и ЕС. Кроме того, осуществлялась реализация крупномасштабных проектов по распространению «демократии», подготовке прозападной внутриполитической элиты за рубежом, вытеснению русского языка путем распространения зарубежных образовательных программ на английском языке, ревизии исторического наследия и разрушению общих корней с Россией. Активно велась работа и по подготовке управленческих кадров в экономике, бизнесе и культурно-образовательной сфере.

С 1995–1996 гг. Конгресс и Администрация президента США с целью предотвращения возрождения «российского империализма» и закрепления прозападного курса новых независимых государств реализовывали программы по линии публичной дипломатии. Цель «мягкосиловой» составляющей заключалась в том, чтобы в таких странах СНГ, как Украина, Молдавия, Армения, Азербайджан, Грузия, Казахстан, были запущены проекты по формированию сети лидеров-реформаторов, то есть групп влияния, которые впоследствии на местах должны были решать задачи, соответствующие американским целями и интересам. Начиная с 1996 г. ежегодно до 1700 участников отбирались представителями федерального правительства США и направлялись на обучение в местные организации Америки. Это способствовало появлению целых социальных групп, которые могли выступать как проводники американского влияния, поддерживающие деструктивные западные инициативы, подаваемые под благовидными предлогами в виде «европейской мечты». Иначе говоря, США удалось выстроить сетецентричную модель «мягкосилового» влияния и получить тем самым инструменты для подрыва государственных режимов изнутри.

Успешная реализация концепции геополитического плюрализма в Евразии для Запада означает доступ к огромным богатствам и людским ресурсам. Русофобский фундамент деятельности политической агентуры США на пространстве бывшего СССР наилучшим образом раскрывает подлинные замыслы западных проектировщиков – любым способом воспрепятствовать реализации планов экономической и политической реинтеграции стран СНГ с Россией, не дать восстановить когда-то единый экономический организм государств, построенный еще в годы существования СССР.

Коррективы в англосаксонские планы по безраздельному доминированию на евразийском пространстве внесла стратегия России по выстраиванию тесных и взаимовыгодных связей в рамках интеграционных объединений на пространстве СНГ (ЕврАзЭС – ТС – ЕЭС, ОДКБ). С приходом к власти В.В. Путина реализация во внешнеполитическом направлении Россией жизненно важного с геополитической точки зрения евразийского вектора встретила жесткое противодействие со стороны стран Запада.

На постсоветском пространстве западные политтехнологи начали применять наработанную годами тактику использования деструктивных технологий «цветных революций» для свержения режимов с дальнейшим приведением к власти лояльных Вашингтону лидеров.

Главной задачей череды «цветных революций» на постсоветском пространстве, реализуемых западными политтехнологами и подконтрольными им сетевыми структурами, является установление контроля над геополитически важным евразийским пространством. Создается плацдарм для броска на Москву как конечную цель. Для этого осуществляется окружение России антироссийскими политическими режимами. Последние события свидетельствуют о том, что Запад продолжает расценивать евразийскую интеграцию на пространстве СНГ как серьезную геополитическую угрозу. Примечательны заявления госсекретаря Х. Клинтон в 2012 г., где она прямо заявила о том, что США продолжат любыми способами противодействовать интеграционным процессам на постсоветском пространстве. «Мы отмечаем некий сдвиг в сторону повторной советизации региона, – утверждает Клинтон. – Но, конечно, это не будет называться именно так. Это будет называться Таможенным союзом, называться Евразийским союзом или что-то в этом роде. Мы знаем, в чем заключается цель, и мы стараемся разработать эффективные способы того, как замедлить или предотвратить это». Трагические события на Украине показали, на какие шаги готов пойти Запад ради достижения поставленных целей.

4.1.3. Славянский треугольник (Россия, Украина, Белоруссия)

В контексте американской стратегии противодействия России на постсоветском пространстве следует отдельно сказать о деструктивных технологиях, направленных против триединого русского народа. Запад традиционно прилагает особые усилия для разрушения славянского треугольника – геостратегического пространства, основанного на тесных исторических и культурных связях, где Россия – ядро евразийского, постсоветского пространства, а Украина и Белоруссия – страны, народы которых веками были встроены в единую цивилизационную матрицу.

После развала Союза остатки единого народно-хозяйственного комплекса находились на территории Украины и Белоруссии и позволяли продолжать производственно-кооперационные связи между государствами. Машиностроительный комплекс, доставшийся в наследство от СССР, являлся становым хребтом ВПК трех государств. Подлинная синергия экономических, военно-политических, культурных связей в треугольнике Россия – Белоруссия – Украина могла стать реальным фундаментом для формирования эффективного евразийского интеграционного объединения. Для США новое интеграционное объединение на пространстве бывшего СССР означало бы возрождение влияния России.

Тактика англосаксов по подавлению славянской парадигмы мышления и усилению западной, католической доминанты способствует разобщению народов, что уже можно наблюдать на примере Украины и отдельных частей Белоруссии.

С геополитической точки зрения успешная реализация «цветных революций» на Украине и в Белоруссии серьезным образом воспрепятствовала бы эффективности интеграционных процессов в СНГ как в сфере военно-политической кооперации в рамках ОДКБ, так и по линии создания и дальнейшего развития Евразийского экономического союза. Наряду с интеграцией прибалтийских государств в ЕС и НАТО «цветные революции» на Украине и в Белоруссии способствовали бы созданию целостной линии санитарного кордона на пути России в Европу, что еще больше усилило механизмы «сдерживания» и подорвало военно-стратегическую и экономическую безопасность России. Украина и Белоруссия – государства, расположенные вдоль западных границ России, имеют стратегическое значение в качестве транспортного и транзитного коридора, обеспечивающего торгово-экономическую взаимосвязь Российской Федерации и стран Евросоюза. Через территорию Украины осуществляются российские поставки энергоносителей в Западную Европу. Осложнение межгосударственных отношений вынудило Россию искать альтернативные пути транзита при возможном увеличении транспортных и иных издержек.

В отличие от российско-белорусских отношений, которые поступательно развивались в рамках выстраивания общих межгосударственных (Союзное государство Россия – Белоруссия, наличие российских военных баз на белорусской территории) и евразийских интеграционных проектов, внешнеполитические связи Москвы и Киева в данном контексте существенно отставали. Несмотря на культурно-цивилизационную близость между Украиной и Россией и очевидные потенциальные выгоды от экономической и политической кооперации, наблюдались серьезные противоречия по ряду вопросов: доминирование во внешнеполитических подходах Киева евроатлантического вектора, участие Украины в альтернативных российским интеграционных проектах (ГУАМ).

Раскол внутри украинского общества по линии Запад – Юго-Восток, наличие групп элит, ориентированных на Запад, в совокупности делали Украину уязвимым звеном внутри славянского треугольника, по которому был нанесен первый удар.

При реализации деструктивных сценариев учитывалась важная геополитическая роль Украины в Евразии. Збигнев Бжезинский отмечал, что «Украина, новое и важное пространство на евразийской шахматной доске, является геополитическим центром, потому что само ее существование как независимого государства помогает трансформировать Россию. Без Украины Россия перестает быть евразийской империей».

В ноябре 2004 г. по стране прокатилась волна подготовленных протестных демонстраций, получившая название «оранжевая революция». Закрепив своего ставленника В. Ющенко во власти, США усилили влияние на политические процессы в стране. Однако внутригосударственную полярность по линии Запад – Юго-Восток не удалось снять с политической повестки. Форсированный внутриполитический курс, нацеленный на поощрение украинского национализма, усилил противоречия в украинском обществе.

США через своих ставленников во властных структурах удалось не просто выстроить систему противовесов внешней политике России, но и противопоставить друг другу братские славянские государства. Так, во время развязанной проамериканским режимом М. Саакашвили военной агрессии на Южном Кавказе Украина оказывала поддержку Грузии поставками военной техники и военного персонала, препятствовала кораблям Черноморской флотилии РФ свободно перемещаться в украинской акватории, особенно вблизи конфликтных зон на Кавказе в разгар военных действий.

События «оранжевой революции», срежиссированные на Западе и реализованные на Украине, были генеральной репетицией государственного переворота 2013 г., который стал причиной гражданской войны и привел страну к тотальному внешнему управлению. Ключевые государственные посты были отданы иностранцам.

Геополитическим последствием государственного переворота на Украине стала дестабилизация военно-политической ситуации у границ России, а также фактическая утрата части собственной территории.

В отношении другого стратегического государства – Белоруссии – также предпринимались попытки осуществить «цветную революцию». Минск является одним из основных партнеров России в СНГ, активно участвует в деятельности евразийских интеграционных проектов. В 2004 г. США взяли курс на введение экономических санкций против Белоруссии. На государственном уровне был утвержден «Акт о демократии в Белоруссии», задачей которого стало создание условий для смены политического режима через подготовку оппозиционного движения изнутри. Геополитическая цель – привод к власти в Минске прозападных сторонников, которые смогли бы взамен курсу на сближение с Москвой и встраивание в евразийскую модель развития усилить евроатлантический вектор. Без Украины и Белоруссии развитие евразийских интеграционных процессов оказалось бы неполноценным, а эффективность интеграции оказалась бы под вопросом.

Вопреки замыслам западных политтехнологов в Белоруссии государственные власти смогли купировать негативные сценарии и не допустили успешного повторения «цветных революций» на своей земле. Однако вероятность осуществления государственного переворота в Белоруссии силами западных проектировщиков и их политической агентуры сохраняется.

4.1.4. Центральная Азия и Южный Кавказ

На геополитическом пространстве Евразии важную роль играют среднеазиатские республики и государства, которые находятся на южнокавказском направлении. «Революция роз» в Грузии, «оранжевая революция» на Украине способствовали дальнейшему расширению географии деструктивных технологий Запада и спустя время были перенесены на территорию Киргизии и Армении.

У США появились возможности контролировать региональные политические и экономические процессы, направляя их в нужное русло. Пришедшие к власти прозападные лидеры оппозиции должны были служить в качестве проводников силовой, агрессивной политики, что полностью подтвердил пример Тбилиси на Южном Кавказе. Грузия стала одной из первых стран постсоветского пространства, где западными политтехнологами была успешно обкатана технология демонтажа политических режимов. «Революция роз» оказалась для организаторов весьма успешной и показала уязвимость государств постсоветского пространства. В результате экс-министр юстиции Грузии М. Саакашвили, проходивший подготовку в США, на президентских выборах 2003 г. становится главой государства, а западные акторы резко увеличивают свое влияние внутри страны, инкорпорируют Грузию в западную систему управления. Смена режима также обеспечивала и усиление экономических позиций Запада в регионе, способствовала еще большему развитию маршрутов доставки углеводородов в обход территории России. Это полностью вписывалось в энергетическую стратегию США, заложенную еще во времена президента Б. Клинтона, – создание альтернативного маршрута транспортировки энергоносителей в обход территории России. Территория Грузии занимает важное положение, так как через нее проходят стратегически важные коммуникации – нефтепровод «Баку – Тбилиси – Джейхан» и газопровод «Баку – Тбилиси – Эрзерум». Важно и то, что на севере Грузия граничит с Россией – главным соперником Запада.

Инфраструктура страны также позволяет регулировать транспортные потоки в Турцию и Армению, обеспечивать транзит каспийского углеводородного сырья. С ее территории весьма удобно осуществлять мониторинг за событиями и процессами, происходящими в Иране – геополитическом противнике Запада и США.

Другой важной геополитической составляющей является военный фактор. Вашингтон еще до «революции роз» и особенно в самый разгар событий настаивал на выводе группировки российских войск с территории Грузии. С этой целью министр обороны США Д. Рамсфелд в начале декабря 2003 г. прибыл в Тбилиси, обещая взамен лояльному временному правительству укрепление военного сотрудничества. Фактически происходило дальнейшее расширение сферы деятельности альянса, который все ближе приближался к территории России. После избрания М. Саакашвили президентом Грузии западный внешнеполитический вектор был усилен заявлениями о желании присоединиться к североатлантическому альянсу. Внешняя управляющая сила получила в свои руки проводников для обеспечения своих национальных интересов. Пентагон и разведывательные службы США обосновались на территории страны, что позволило развернуть вблизи границ России часть натовского военного контингента в лице военных инструкторов и средств радиоэлектронной разведки. Закономерным последствием масштабного перевооружения грузинской армии и усиления ее американскими военными экспертами стало решение М. Саакашвили пойти на изменение сложившегося в регионе статус-кво и развязывания военной агрессии против Южной Осетии. Россия не могла позволить уничтожать безоружных людей, своевременно обеспечив принуждение агрессора к миру.

Подрывной вектор, традиционно нацеленный на российский Северный Кавказ, получил особое развитие после «революции роз» и грузинской агрессии 2008 г. Через взаимодействие грузинских и американских НПО (особо отметилась организация Jamestown Foundation) активно поднимался так называемый черкесский вопрос, выдвигались обвинения в адрес России в геноциде. Проходили различные конференции, в ходе которых предпринимались неудачные попытки воспрепятствовать проведению Олимпиады в Сочи.

После успешных государственных переворотов в Грузии и на Украине западные политтехнологи обратили свое внимание на бывшие советские республики в Средней Азии. Вмешательство извне и дестабилизация обстановки в Киргизии получили название «тюльпановая революция». Удобное географическое положение, открытость западному влиянию и слабость местной власти предопределили использование Киргизии в качестве мишени для очередного удара. Как указывал на проходившей в 2004 г. бишкекской конференции «Демократия в меняющемся мире» президент республики А. Акаев, «киргизская оппозиция в настоящее время финансируется иностранным капиталом и пользуется приемами грязных политических технологий», а народу страны «пытаются насадить демократию извне».

Свержение в ходе массовых беспорядков президента республики привело к продлению срока пребывания военной инфраструктуры США в регионе, усилению контроля над региональными процессами, созданию площадки по «сдерживанию» Китая и России. При этом речь идет не только об использовании «уйгурского фактора» для дестабилизации Синьцзян-Уйгурского автономного района (СУАР) или Тибета, но и о торможении планов прокладки магистральных нефтепроводов в КНР из Казахстана, то есть энергетический фактор Каспия занимает не последнее место в попытках установить контроль над ключевыми странами региона. Задачей-максимум в этом контексте является взятие под свой контроль не только разведки и добычи центральноазиатских углеводородов, но и их транспортировки на внешние рынки.

Принимая во внимание планы США по усилению влияния в Центральной Азии, в особенности в Киргизии, можно рассматривать эту страну как базу для «продвижения процесса демократизации» в Таджикистане, Казахстане и Узбекистане и уменьшения китайского и российского влияния в этом регионе.

Китай в последние годы активно продвигает проект по созданию «нового Шелкового пути». Российская Федерация может выступить в качестве потенциального партнера через гармонизацию китайского проекта и Евразийского экономического союза. В частности, в совместных заявлениях сторон по этому поводу указывалось намерение углублять сотрудничество по данному направлению, в том числе для осуществления совместных проектов по развитию транспортного сообщения и инфраструктуры в регионе. Однако прогнозируемый рост нестабильности в регионе, подогреваемый безответственными действиями Запада на Ближнем Востоке и в Афганистане, будет подрывать реализацию этих планов. В этих условиях безопасность торговых путей, проходящих именно через Центральную Азию, не может быть гарантирована.

В 2008 г. западные политтехнологи попытались дестабилизировать ситуацию в Армении и осуществить там «цветную революцию». Дестабилизация ситуации в Армении выгодна с точки зрения ослабления исторически крепких позиций России в стране и возможности размораживания уже существующего очага нестабильности – нагорно-карабахского конфликта. Именно Москва выступает гарантом безопасности Еревана, а на территории страны базируется 102-я российская военная база.

Установление прозападных режимов в республиках Центральной Азии и на Южном Кавказе приведет к разрушению тесно выстроенных связей в рамках ОДКБ и Евразийского союза. Именно такие сценарии при поддержке армянской оппозиции изнутри Запад пробовал реализовать в 2008 г. Попытки раскачать ситуацию были и в 2015 г., что позволяет предположить развитие негативных сценариев в будущем.

Эффективная реализация Россией во внешнеполитическом направлении жизненно важного с геополитической точки зрения евразийского вектора встретила жесткое противодействие со стороны стран Запада во главе с США. Планы по выстраиванию тесных и взаимовыгодных связей в рамках интеграционных объединений на пространстве СНГ привели к усилению зарубежной поддержки оппозиции на местах и демонтажу неугодных режимов с дальнейшим приведением к власти лояльных Вашингтону лидеров, реализующих антироссийский вектор своей внешней политики.

Запущенная западными политтехнологами по периметру российских границ цепочка «цветных революций» является частью стратегии по окружению Российской Федерации. Организация госпереворота в России – последний шаг, который позволит Западу вернуть полный контроль над евразийским пространством.

4.1.5. Ближний Восток и Север Африки

Стратегия дестабилизации («управляемого хаоса») характерна не только для европейского и евразийского направлений. Регион Ближнего Востока и Северной Африки также задействован в большой геополитической игре. Огромные запасы энергоресурсов и расположение стратегических транспортных коммуникаций предопределили заинтересованность западных стратегов в делах региона. Агрессия западных стран против суверенных акторов и легитимных государственных режимов привела к прямому свержению народных лидеров и созданию неустойчивых механизмов внутригосударственного управления, высокую роль в которых начал играть радикальный исламизм.

В конце 1990-х гг. среди американских неоконсерваторов, которые впоследствии заняли посты в администрации Дж. Буша-младшего, появляется геополитический проект «За новый американский век» (Project for the New American Century). В нем формулируется главная задача – глобальное лидерство в мире, а также выдвигается тезис о необходимости бросить вызов режимам, которые враждебны американским интересам. Внимание фокусируется на Ближнем Востоке, в особенности на Ираке, руководство которого выставлялось как угроза нефтяным и региональным интересам США и их союзников. Среди ключевых задач значилась смена режима и отстранение С. Хусейна от власти, что, по мнению неоконсерваторов, должно было привести к изменению баланса сил в регионе. На официальном уровне предпринимаются активные шаги по свержению легитимного государственного режима с помощью вооруженных сил и инструментов «мягкой силы». Для этого в 1998 г. президент США Б. Клинтон подписывает так называемый Закон о либерализации Ирака, который предполагал установление «демократического правительства» в стране и военное обучение оппозиции С. Хусейна, а также оказание финансовой поддержки лицам из так называемой «демократической» оппозиции. Впоследствии, не добившись желаемых результатов, Вашингтон пошел на очередное в истории нарушение международного права и вторгся в Ирак. Именно международная агрессия против Ирака, сопровождающаяся увеличением числа террористических организаций, привела в итоге к хаотизации всего пространства Ближнего Востока. Действия США способствовали разложению внутригосударственных механизмов. Террористическая организация «Исламское государство» была создана именно в Ираке, где нашла широкую поддержку в рядах бывших офицеров армии С. Хусейна, а также среди представителей иракской партии БААС.

Еще в период операции в Ираке США выдвинули в авангард внешней политики доктрину демократизации Ближнего Востока. Как в 2005 г. выразился президент страны Дж. Буш-младший: «…появление в самом сердце региона “свободного” Ирака будет жестким поражением сил тирании и послужит своего рода сигналом всем – от Бейрута до Тегерана, что свобода может стать будущим каждой страны. Тем самым открывается дорога для “глобальной демократической революции”». Вашингтон давал понять, что стратегия вмешательства извне с последующим установлением оккупационной администрации может распространиться далеко за пределы Багдада. Такое стремление привело к увеличению финансирования американских проектов в регионе, а также послужило предтечей к событиям «арабской весны».

США, открыто провозгласив курс на свержение ближневосточных лидеров (М. Каддафи, Б. Асада, ранее – С. Хусейна) и обладая крупнейшей в мире разведывательной машиной, не могли не понимать, что государства погрязнут в хаосе и к власти придут разношерстные исламистские и террористические группировки. Утверждение, что США оказались полностью не готовыми к революционным событиям на Севере Африки и в странах Ближнего Востока, не соответствует действительности. Системный кризис в арабских странах развивался на протяжении десятилетий и во многом стал основной причиной революционных событий. Однако это не противоречит тому, что внешняя управляющая сила, опираясь как раз на объективно существующие в государстве проблемы, лишь использует энергию пассионарной «арабской улицы» для реализации своих геополитических целей.

Еще до активной фазы событий так называемой «арабской весны» американскими ведомствами предпринимались конкретные действия по подготовке целевых групп агентуры влияния в странах Ближнего Востока и Северной Африки для консолидации оппозиционных деятелей. Инструментом реализации планов западных политтехнологов стала публичная дипломатия. С 2002 по 2009 г. США выступили в качестве инициатора многочисленных программ, направленных на создание прослойки лояльных США демократических, прозападных граждан. В 2006–2011 гг. американское правительство активно использовало социальные сети для развития протестного движения (digital activism), особенно среди молодежи в странах Северной Африки и Ближнего Востока. Образовательная политика также способствовала поставленным целям. Так, сотни тысяч граждан региона были вовлечены в образовательные программы. Если из Египта в 2007 г. Госдепартамент пригласил к участию в программах в области развития демократии 47 300 граждан, то уже в 2008 г. цифра подошла к 148 700. Для взращивания будущих кадров оппозиции специально привлекалась молодежь, не имеющая возможностей получить высшее образование.

В Тунисе наиболее деятельные члены оппозиции в 2003–2004 гг. получили приглашения в США. Непосредственно за несколько лет до событий «арабской весны» США развернули деятельность в сети Интернет, создавая площадки для привлечения оппозиционных блогеров, которые затем объединяли оппозиционно настроенных людей. Непосредственно весной 2010 г. правительство США совместно с Национальным демократическим институтом (классический для «цветных революций» американский инструмент «мягкой силы») собрало 31 активиста из таких стран, как Алжир, Тунис, Ливия, Марокко. Их обучали современным технологиям демонтажа политических режимов, а именно «твиттерно-фейсбучным» механизмам конфликтной мобилизации в условиях арабского Востока. Больше того, в период активных протестных демонстраций США создали правительственные твиттер-аккаунты (e-diplomacy, i-diplomacy, tech@-state) и с их помощью в оперативном режиме транслировали информационные сообщения, призывающие к конфликтной мобилизации масс. Таким образом, очевиден высокий уровень внешнего воздействия на «непредсказуемые» революции в регионе.

События «арабской весны» ознаменовались победой «цветных революций» в Тунисе, Египте, Алжире, Йемене и ряде других стран. Все это способствовало накоплению конфликтного потенциала в регионе, который привел к затяжной нестабильности.

Волнения в Тунисе, начавшиеся в конце 2010 г. после акции самосожжения одного из жителей, привели к так называемой жасминовой революции, в результате которой был свергнут президент Бен Али. События в Тунисе эхом отозвались в соседнем Египте, где на протяжении нескольких десятилетий у власти пребывал Х. Мубарак. После массовых акций протеста, сопровождающихся давлением со стороны США и ЕС, египетский лидер уходит в отставку. Впоследствии к цепочке революционных событий присоединился ряд других государств севера Африки и Ближнего Востока.

Среди них следует выделить геополитически значимых региональных акторов – Ливию и Сирию. В отношении Ливии и Сирии американцами предпринимались комбинированные действия с опорой на скрытое вмешательство без широкой огласки: обучение внутренней оппозиции, помощь ей оружием, боеприпасами, материальными средствами и открытое вмешательство – военное вторжение силами НАТО, создание так называемых оппозиционных, антиправительственных коалиций, состоящих из профессионально обученных террористов. Ливию удалось разрушить как целое и процветающее государство с сильным лидером, имеющее свою независимую позицию на международной арене. При организации военной операции против руководства Джамахирии свою роль сыграло желание ливийского лидера уйти от практики международных расчетов в евро и американских долларах. Полковник М. Каддафи совместно с арабскими и африканскими странами стремился выстроить региональную систему, обеспеченную единой валютой – золотым динаром.

Провозглашаемые Западом планы по трансформации региона все больше становятся геополитической реальностью. Изменение регионального баланса сил привела к нарастанию турбулентности, которая открыла экстремистам и религиозным фанатикам дорогу к власти и дала широкое пространство для маневра.

Технологии демонтажа политических режимов и, как следствие, хаотизация регионального пространства привели к созданию плацдарма для переноса конфликтности на пространство Евразии и Европы. При этом характерной особенностью было применение протестных технологий в отношении относительно прозападных режимов, создание «управляемого хаоса», в котором происходит дальнейшее перекраивание границ (балканизация), сопровождаемое понижением контроля со стороны национальных государств над геостратегическими ресурсами и основными путями их транспортировки. Примечательно, что свергнутые государственные режимы в целом проводили антиисламистскую политику. Пространство целого региона как будто намеренно расчищалось для различных террористических группировок. Напомним, что тактика привлечения англосаксами в свои геополитические проекты «воинов джихада» не является принципиально новой и уже обкатывалась против Российской империи в XIX в., когда британские эмиссары-разведчики разжигали газават среди горских народов Кавказа.

Террористическая активность различных группировок в регионе стала геополитическим инструментом в руках внешней управляющей силы. США возвращаются к использованию старой тактики, которая имела место в период двух мировых войн. Используя географические положение – два океана, удаленность от очагов напряженности, они имеют возможность извлекать дивиденды из экспорта нестабильности с территории Ближнего и Среднего Востока и Севера Африки на пространство ЕС, ослабляя тем самым европейские государства и «Евразийские Балканы». Организуя широкую коалицию для борьбы с терроризмом, они копируют англосаксонскую тактику «странной войны». Западные стратеги создают видимость борьбы, невидимой рукой управляя хаосом. Одновременно решается несколько задач: поддержание жизнеспособности своей экономики путем обеспечения военных заказов по линии ВПК и поддержание своего глобального доминирования.

В результате такой политики в разы увеличились потоки мигрантов, в ряды которых просачиваются подготовленные члены террористических ячеек, способные участвовать в массовых беспорядках на местах или организовать диверсии и террористические акты.

Внутри структурных подразделений группировки ИГ ряд ключевых должностей, которые ранее занимали преимущественно арабы-иракцы, в настоящее время занимают выходцы из китайского Синьцзяна и российского Кавказа, а также стран СНГ. Сложная внутриполитическая обстановка в государствах позволяет террористам находить точки опоры, в результате чего опасные тенденции постепенно становятся реальной угрозой для безопасности государства. На территорию России стали проникать эмиссары-вербовщики и отдельные боевые ячейки террористов, Китай сталкивается с повышением уровня активности уйгурских сепаратистов, пытающихся дестабилизировать ситуацию внутри СУАР (Синьцзян-Уйгурский автономный район).

Проникновение боевиков из ИГ в Центральную Азию сделает крайне уязвимым «мягкое подбрюшье» России, а отсутствие визовых ограничений и массовое перемещение беженцев из стран этого региона может привести к усилению градуса межконфессиональной и межэтнической напряженности внутри страны. В особой группе риска находятся субъекты РФ с высоким процентом населения, исповедующего ислам. Перечисленные проблемы будут на руку тем силам, которые стремятся ослабить российское государство.

Поэтому решение России начать военную операцию в Сирии, согласованное с легитимным руководством страны, является не чем иным, как упреждающим ударом по геополитическому проекту – ИГ. Только расширение сети российских военных объектов и инфраструктуры на Ближнем Востоке с параллельным наращиванием эффективных вооруженных сил сможет остановить распространение управляемого хаоса на территорию России и стран СНГ.

4.1.6. Россия и Китай

Против современных технологий «мягкой силы» и «цветных революций» очень сложно защищаться стандартным набором средств. Осуществление государственного переворота в России с использованием протестного потенциала народных масс, обманутых «благими» идеями «справедливой революции», – наиболее приемлемый для Запада сценарий. Еще в период начала холодной войны США сформулировали свои цели в отношении России (на тот момент – СССР). В директиве СНБ 20/1 была сформулирована конкретная задача: «Уменьшить мощь и влияние России до таких пределов, при которых она больше не будет представлять угрозу миру и стабильности международного сообщества». Однако крушения Советского Союза и всего социалистического блока показалось Вашингтону недостаточно для окончательного «уменьшения мощи и влияния Москвы». Россия все еще оставалась крупнейшим государством мира с огромным потенциалом. Она тождественна самой Евразии, так как ее территория, демографический ресурс и индустриально-технологическое развитие способны стать прочной основой для континентальной евразийской интеграции. Обладая внушительными запасами природных ресурсов и занимая выгодное географическое положение, Россия имеет все шансы превратиться в стратегического партнера для тех, кто заинтересован в торгово-экономическом сотрудничестве. В то же время укрепление России – это угроза глобальной гегемонии западных стран и прежде всего США.

После развала СССР Вашингтону было необходимо установить контроль над политическими и экономическими процессами на постсоветском пространстве, а также внутри новой России. Американские «фабрики мысли» трудились над созданием стратегии постепенной фрагментации Российской Федерации и ее окончательного распада. Успешная реализация проекта «свободной конфедерации», направленная на децентрализацию политической системы, могла окончательно уничтожить российскую государственность: «России, устроенной по принципу свободной конфедерации, в которую вошли бы Европейская часть России, Сибирская республика и Дальневосточная республика, было бы легче развивать более тесные экономические связи с Европой, с новыми государствами Центральной Азии и с Востоком, что тем самым ускорило бы развитие самой России». Подобные сценарии западные планировщики пытаются реализовать и в наши дни с помощью применения технологий «цветных революций». Эти инновационные и постоянно модернизирующиеся технологии стали грозным оружием в западной стратегии по ослаблению и «сдерживанию» России. Создание санитарных кордонов из враждебных российскому государству режимов – это попытка ограничить влияние России и изолировать ее от участия в важных европейских и мировых событиях. Наличие подобной практики в современных подходах ряда государств раскрыл президент России В.В. Путин в 2014 г. в послании к Федеральному собранию. Глава государства открыто заявил о том, что США и их союзники нашли бы любой повод, чтобы «сдержать растущие возможности России, повлиять на нее, а еще лучше – использовать в своих интересах».

Аналогичная стратегия используется и в отношении Китая, который имеет с Россией стратегический уровень партнерства и в скором времени может стать новым мировым лидером. На современном этапе международных отношений КНР стремительными темпами закрепляется в роли нового полюса силы. По прогнозам экспертов, в ближайшие годы Китай имеет все шансы обогнать США по общим экономическим показателям. Это станет очередным импульсом для трансформации международной финансово-экономической системы и конца глобального доминирования Запада. В 1970-е гг. усилиями американской элиты Вашингтону удалось заручиться поддержкой Китая в противостоянии с Советским Союзом. Однако в настоящее время основные противоречия в российско-китайских отношениях по большей части решены. Москва и Пекин вышли на уровень стратегического партнерства, и их совместные торгово-экономические, энергетические и политические проекты динамично развиваются. Это вынуждает противников сближения России и Китая использовать все инструменты для сдерживания этих государств.

События, связанные с организацией массовых протестов в Гонконге, известные как «революция зонтиков», свидетельствуют о применении деструктивных политических технологий и в отношении Китая. Попытка раскачать ситуацию через одно из наиболее уязвимых мест (Гонконг) – это нанесение удара по правящей коммунистической партии с целью демонстрации отсутствия в китайском обществе солидарности с действиями государственного аппарата. Тем самым Соединенные Штаты демонстрируют свое недовольство проводимой Пекином политикой, одновременно указывая на наличие средств и возможностей для дестабилизации внутриполитической ситуации в КНР. Попытки реализации в Китае сценария «цветной революции» предпринимались в конце 1980-х гг. на площади Тяньаньмэнь, однако благодаря своевременным действиям китайскому руководству удалось нейтрализовать массовые протесты и предотвратить дальнейшее применение деструктивных политических технологий в отношении своего государства.

В условиях современной системы международных отношений, которая характеризуется напряжением между Россией и Западом, сворачиванием многих сфер сотрудничества, США и их политические союзники будут стараться вбить клин в отношения Москвы и Пекина. Западные планировщики стараются ослабить возможности перспективной кооперации, направленной на развитие взаимовыгодного энергетического и торгово-экономического сотрудничества, потому что союз России и Китая может стать прочной основой для формирования многополярной или полицентричной системы международных отношений.

8 октября 2015 г. начальник Главного разведывательного управления Генштаба ВС РФ И. Сергун заявил, что для США ключевыми задачами на долгосрочную перспективу является «воспрепятствование политико-экономическим интеграционным процессам в Центрально-Азиатском регионе, а также окружение России и Китая как потенциальных противников сетью дружественных и лояльных Вашингтону режимов и очагов напряженности».

В отношении Российской Федерации реализуется комплексная подрывная стратегия, где в качестве высокоэффективного орудия геополитики выступает корреляция технологий «цветных революций» и «гибридной хаосовойны»:

финансово-экономический и технический аспекты: обвал рубля и стимулирование инфляции через наращивание нефтедобычи внутри США, давление на Саудовскую Аравию и ОПЕК с целью обрушения цен на нефть и сокращения доходов России, введение Западом ограничений на экспорт нефтедобывающей техники, нелегитимные санкции, введенные Западом в отношении России, которые нацелены на то, чтобы привести экономику страны в состояние рецессии, понизить жизненный уровень граждан, тем самым вызвав широкую волну социального недовольства, и уже на этой ниве путем заранее подготовленной политической агентуры на местах и сочувствующих лиц в элите осуществить государственный переворот;

военно-политический аспект: создание по периметру российских границ очагов нестабильности, дестабилизация ситуации посредством технологий «цветных революций» в странах – участницах интеграционных объединений на постсоветском пространстве и попытки втянуть Россию в затяжной, изматывающий конфликт. В 2014 г. Генсек ОДКБ Н.Н. Бордюжа констатировал, что «возникновение и развитие очагов конфликтов на пространстве ОДКБ в большинстве случаев связано с активизирующимся внешним воздействием»;

информационный (культурно-цивилизационный) аспект: информационная обработка населения, углубляющая раскол между народом и государственной властью, постепенная подмена ценностей и культурных кодов, раскручивание русофобии с параллельным возвеличиванием «западных идеалов», ревизия истории (на страницах школьных и вузовских учебников и в СМИ), уничтожение исторической памяти. Эффективным инструментом реализации геополитических целей является «переформатирование» сознания. Слом духовно-интеллектуальных скреп действует намного эффективнее любого оружия, лишая общество государства-мишени культурного иммунитета. Западные стратеги уже применяли подобную стратегию в отношении СССР. США в 1980-е гг. использовали объективные трудности в советской экономике для реализации деструктивных политических технологий с целью еще большего ослабления и разрушения советской системы. Для этих целей была использована подготовленная политическая агентура, которая в итоге осуществила демонтаж режимов социалистических государств в Восточной Европе;

финансово-экономический и технический аспекты: действия, направленные на уменьшение поступлений твердой валюты в СССР путем снижения мировых цен на нефть (сговор США и Саудовской Аравии), создание трудностей при реализации крупномасштабных проектов добычи природного газа и строительства газопроводов, ограничение советского экспорта природного газа на Запад, увеличение издержек советской экономики за счет трат на военные нужды и непосильную гонку вооружений, ограничение доступа СССР к передовым мировым технологиям;

военно-политический аспект:

а) оказание тайной поддержки антиправительственному подполью в государствах Восточной Европы для свержения коммунистических режимов. Усилиями зарубежных разведок к 1986 г. была подготовлена политическая агентура для формирования организованной антиправительственной оппозиции в ряде стран;

б) создание террористической сети для разжигания религиозных и этнических конфликтов в Средней Азии и дестабилизации Советского Союза, поддержка афганских моджахедов в войне с СССР с последующим перенесением боевой активности на территорию Союза;

информационный аспект: интенсификация психологической войны посредством деморализации советского народа информацией о потерях в Афганистане, усиление западной пропаганды, направленной на ослабление единства в социалистическом блоке, и расшатывание устоев советской власти изнутри.

Таким образом, в один из самых сложных периодов советского государства, когда назрела острая необходимость в реализации комплексных социально-экономических, научно-технических и внутриполитических реформ, западными планировщиками был применен широкий спектр деструктивных политических технологий.

Сегодня просматривается попытка сочетать подрывную деятельность, направленную на дестабилизацию ситуации внутри страны, с одновременной целенаправленной работой по втягиванию России в глобальную военную конфронтацию. Инструментами такой стратегии могут служить ранее созданные американскими инструкторами террористические структуры по типу «Аль-Каиды» и движения «Талибан», а также террористическая группировка «Исламское государство».

По замыслам западных политтехнологов, успешная реализация «цветной революции» в России позволит взять российские ресурсы под свой контроль и поставить «на баланс» англосаксонской корпоратократии, в дальнейшем используя Российскую Федерацию и ее потенциал как оружие, направленное против Китая. Реальными результатами «цветной революции» в России может быть раскол государства, политический коллапс, глубочайший экономический и социальный кризис. При этом масштабы потенциальной катастрофы, исходя из специфики российских реалий, могут в разы превзойти примеры украинского и североафриканских сценариев, затмив известные исторические аналоги.

4.1.7. Выводы

Запущенная западными политтехнологами по периметру российских границ цепочка «цветных революций» является частью стратегии по окружению Российской Федерации. Организация госпереворота в России – последний шаг, который позволит Западу вернуть полный контроль над евразийским пространством.

Трагические события на Украине и понимание высшим руководством угроз и вызовов современности нашли свое отражение в обновленной военной доктрине РФ. Среди основных военных угроз указана «дестабилизация обстановки в отдельных регионах и установление в соседних государствах режимов, чья деятельность угрожает интересам России». Рассмотрев на конкретных исторических примерах стратегию США по организации политической нестабильности в различных регионах, а также детально проанализировав технологии демонтажа политических режимов в отдельных странах, можно убедиться в том, что «цветные революции» являются высокоэффективным геополитическим инструментом в руках западных планировщиков. По своим трагическим последствиям эти технологии не уступают в эффективности оружию традиционной войны – они также несут разрушение и хаос. На фоне роста глобальной нестабильности в современном мире крайне важно создать условия для формирования нового мирового порядка, построенного на принципе справедливости. Новый многополярный мир без одностороннего «демократического» либерального диктата должен быть основан на подлинном сотрудничестве и стабильном развитии всех акторов международных отношений.

Практика инспирирования государственных переворотов, раскручивание нелегитимной санкционной спирали, скрытое покровительство террористическим группировкам свидетельствуют о том, что Вашингтон не намерен отказываться от реализации конфронтационных сценариев. В ближайшем будущем вероятно усиление напряженности в международных отношениях. Соединенные Штаты Америки будут продолжать использовать технологии «цветных революций» для решения своих геополитических и геоэкономических задач с целью сохранения своего глобального доминирования и спасения американского доллара и всей финансово-экономической системы.

4.2. Геоэкономика

4.2.1. Угроза глобальной гегемонии США (финансово-экономические аспекты)

С развалом СССР Соединенные Штаты Америки приступили к колонизации постсоветского пространства, навязав руководителям новых независимых государств губительную для их экономического суверенитета политику «шоковой терапии», основанную на антинаучных догмах рыночного фундаментализма. Была реализована доктрина «Вашингтонского консенсуса», суть которой свелась к демонтажу системы государственного регулирования экономики, полной открытости к свободному движению иностранного (главным образом американского) капитала, подчинению экономики чужим интересам. Параллельно колонизации постсоветского пространства западным капиталом американские геополитики поощряли центробежные тенденции, провозгласив в качестве своей главной цели недопущение образования новой, сравнимой с США по влиянию державы. При этом в соответствии с германо-англосаксонской геополитической традицией главный упор делался на отрыв Украины от России и на дальнейшую дезинтеграцию последней. Руководители США, Великобритании и Германии обещали России вечный мир и дружбу с одной стороны, а с другой – одновременно тянули бывшие союзные республики в НАТО и создавали альтернативные России интеграционные и энергетические проекты. Президент России Владимир Путин остановил процесс дезинтеграции России, восстановил вертикаль власти и запустил процесс евразийской интеграции. Тем самым он бросил вызов американской геополитической линии на постсоветском пространстве и стал восприниматься американским политическим истеблишментом как враг.

Потерпев неудачу с попытками дестабилизировать ситуацию в России, американские спецслужбы активизировались на постсоветском пространстве с целью подрыва процесса евразийской интеграции, который был воспринят американскими политиками как «реставрация СССР». В качестве ответной меры был запущен проект ЕС «Восточное партнерство» с целью интеграции постсоветских республик под юрисдикцию Брюсселя в качестве лишенных прав членов ассоциаций с ЕС. Этот проект подкреплялся резким расширением агентурных сетей и воспитанием молодежи в духе примитивного национализма и агрессивной русофобии. Главной и единственной целью американской геополитики на постсоветском пространстве является отрыв новых независимых государств от России и ликвидация их независимости путем принуждения к вхождению под юрисдикцию ЕС. Эта цель мотивируется не только желанием сдержать или ослабить Россию. Западный капитал контролирует ее экономику, основные игроки которой зависят от иностранных кредитов, держат свои сбережения в офшорах под англосаксонской юрисдикцией, имеют гражданство западных государств и там же воспитывают своих детей. Цепочка организованных американскими спецслужбами «цветных революций» привела к власти на Украине, в Молдавии и Грузии марионеточные правительства, начавшие проводить националистическую русофобскую политику. Во всех случаях эта политика повлекла за собой раскол общества и применение насилия против не согласных с действиями новых властей.

Происшедший в 2014 году обвал курса рубля и втягивание российской экономики в стагфляционную ловушку продемонстрировали возможности Вашингтона по манипулированию макроэкономической ситуацией в России. Объективно сдерживать американцам Россию не требуется – ее макроэкономическое состояние контролируется вашингтонскими международными организациями, а финансовый рынок – американской олигархией. Россия является не реципиентом, а донором западной финансовой системы, в пользу которой ежегодно с российского рынка уходит около 150 млрд долларов. Зачем США развернули против России гибридную войну, эксплуатация экономики которой приносит американскому капиталу огромные доходы, а генералы российского бизнеса добровольно перешли под американское командование, спрятав свои капиталы от российского государства в офшорах под англосаксонской юрисдикцией?

Помимо сдерживания России и подготовки условий для смены режима изнутри речь также идет о схватке за глобальное лидерство, в которой американская гегемония подрывается растущим влиянием Китая. В этой схватке Америка проигрывает, что провоцирует ее властвующую элиту на агрессию. Ее объектом стала Россия, которая в соответствии с европейской геополитической традицией рассматривается как Хартленд, контроль над которым, по убеждению англо-германских геополитиков обеспечивает контроль над миром.

Сегодня глобальная экономика контролируется западными транснациональными корпорациями, экспансия которых поддерживается неограниченной эмиссией мировых валют. Монополия на эмиссию мировых денег является основой могущества западной финансовой олигархии, интересы которой обслуживает военно-политическая машина США и их союзников по НАТО. После краха СССР и распада социалистической системы могущество США стало всемирным, а лидерство показалось окончательным. Однако у любой экономической системы есть пределы развития, определяемые закономерностями воспроизводства ее технологической и институциональной структуры. Нынешняя эскалация международной военно-политической напряженности обусловлена сменой технологических и мирохозяйственных укладов, в ходе которых происходит глубокая структурная перестройка экономики на основе принципиально новых технологий и новых механизмов воспроизводства капитала. В такие периоды, как показывает полутысячелетний опыт развития капитализма, происходят резкая дестабилизация системы международных отношений, разрушение старого и формирование нового миропорядка. Исчерпываются возможности социально-экономического развития на основе сложившейся системы институтов и технологий. Лидировавшие до этого страны сталкиваются с непреодолимыми трудностями в поддержании прежних темпов экономического роста. Перенакопление капитала в изнашивающихся производственно-технологических комплексах ввергает их экономику в депрессию, а сложившаяся система институтов затрудняет формирование новых технологических цепочек. Они вместе с новыми институтами организации производства пробивают себе дорогу в других странах, прорывающихся в лидеры экономического развития.

Прежние лидеры стремятся удержать свое доминирование на мировом рынке посредством усиления контроля над своей геоэкономической периферией, в том числе методами военно-политического принуждения. Как правило, это влечет за собой крупные военные конфликты, в которых прежний лидер растрачивает ресурсы, не добиваясь должного эффекта. Находящийся к этому времени на волне подъема потенциальный новый лидер старается занять выжидательную позицию, чтобы сохранить свои производительные силы и привлечь спасающиеся от войны умы, капиталы и сокровища воюющих стран. Наращивая свои возможности, новый лидер выходит на мировую арену, когда воющие противники достаточно ослабеют, – чтобы присвоить себе плоды победы.

После холодной войны и распада СССР США захватили глобальное лидерство за счет превосходства в развитии информационно-коммуникативного технологического уклада и установления монополии на эмиссию мировых денег. Связанные с мировым «печатным станком» американские транснациональные корпорации стали основой формирования нового мирохозяйственного уклада, стержнем которого стала либеральная глобализация. Сегодня на наших глазах происходит становление новой, более эффективной по сравнению с предыдущими социально-экономической системы, центр мирового развития перемещается в Юго-Восточную Азию, что позволяет ряду исследователей говорить о начале нового – азиатского – векового цикла накопления капитала. В течение полутысячелетней истории капитализма происходила постоянная смена этих циклов: генуэзско-испанский – голландский – английский – американский. Формирующийся азиатский цикл создает свою систему институтов, удерживающих прежние материально-технические достижения и создающих новые возможности для развития производительных сил общества. Как это было в предыдущие периоды смены вековых циклов, теряющий влияние лидер прибегает к принудительным способам поддержания своего доминирования. Сталкиваясь с перенакоплением капитала в финансовых пирамидах и устаревших производствах, а также с утратой рынков сбыта своей продукции и падением доли доллара в международных транзакциях, США пытаются удержать лидерство за счет развязывания мировой войны с целью ослабления как конкурентов, так и партнеров.

Установление контроля над Россией в сочетании с доминированием в Европе, Средней Азии и на Ближнем Востоке дает США стратегическое преимущество над поднимающимся Китаем в контроле за основными источниками углеводородов и другими критически значимыми природными ресурсами. Контроль над Европой, Россией, Японией и Кореей обеспечивает также доминирование в создании новых знаний и разработке передовых технологий.

Американская властвующая элита опасается расширения состава неподконтрольных им стран и формирования независимых от них глобальных контуров расширенного воспроизводства. Такую угрозу представляет углубление интеграции стран БРИКС, Южной Америки, Средней Азии и Дальнего Востока. Способность России организовать формирование такой коалиции, заявленная успешным созданием Евразийского экономического союза, предопределяет антироссийский вектор американской агрессии. Если евразийская стратегия В.В. Путина, которая велась по правилам ВТО, вызывала у США раздражение, то его решения по Крыму там восприняли как потрясение основ их миропорядка и вызов, на который они не могут не ответить. Развязанная Соединенными Штатами гибридная война против России подталкивает ее на стратегический союз с Китаем, увеличивая возможности последнего. Появляются дополнительные стимулы для углубления и развития Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), которая становится полноценным региональным объединением. На основе ЕАЭС и ШОС возникает самое большое в мире экономическое пространство преференциальной торговли и сотрудничества, объединяющее половину Старого Света. Попытки США организовать государственные перевороты в Бразилии, Венесуэле, Боливии выталкивают из-под американской гегемонии Южную Америку. Бразилия, уже участвующая в коалиции БРИКС, имеет все основания стремиться к преференциальному торговому режиму и развитию кооперации со странами ШОС. Это создает возможности для формирования крупнейшего в мире экономического объединения стран ЕАЭС, ШОС, МЕРКОСУР, к которому вполне вероятно присоединение АСЕАН. Дополнительные стимулы к такой широкой интеграции, охватывающей более половины населения, производственного и природного потенциала планеты, дает навязчивое стремление США к формированию тихоокеанской и трансатлантической зон преференциальной торговли и сотрудничества без участия стран БРИКС.

США повторяют ту же ошибку, что и предыдущий мировой лидер – Великобритания, которая в пору Великой депрессии стремилась защитить от американских товаров свою колониальную империю протекционистским мерами. Сегодня таким тормозом стала американская финансовая империя, втягивающая все ресурсы планеты в обслуживание растущей долговой пирамиды США. Объем их государственного долга вышел на экспоненциальный рост, а величина всех американских долговых обязательств уже более чем на порядок превышает ВВП США, что свидетельствует о приближающемся коллапсе американской, а вместе с ней и всей западной финансовой системы. Чтобы избежать краха и удержать глобальное лидерство, американская финансовая олигархия стремится к развязыванию мировой войны. Она спишет долги и позволит сохранить контроль над периферией, уничтожить или по меньшей мере сдержать конкурентов. Война, как всегда в таких случаях, разворачивается прежде всего за контроль над периферией. Этим объясняется американская агрессия в Северной Африке, на Ближнем и Среднем Востоке: ее цель – усилить контроль над этим нефтедобывающим регионом и одновременно над Европой. Россия в силу своего ключевого значения в глазах американских геополитиков является главной мишенью для удара. Воссоединение России с Крымом было использовано в качестве повода для усиления внешнего давления. Первостепенной же причиной стало традиционное западное геополитическое мышление, нацеленное на борьбу за удержание мировой гегемонии.

4.2.2. Сохранение нефтедолларового мира

Главный принцип модели нефтедолларового мира, позволяющий западным странам во главе с США существовать за счет труда, ресурсов других стран и народов, основан на доминирующей в мировой валютной системе роли национальной валюты США. Роль доллара США в МВС заключается в том, что он является конечным средством платежа. Это означает, что национальная валюта США в структуре МВС является конечным активом накопления, менять который на какой-либо другой актив не имеет смысла. То, что сейчас делают страны БРИКС во главе с Россией и Китаем, фактически изменяет роль и статус доллара США в мировой валютной системе. Из конечного средства платежа и актива накопления национальная валюта США совместными действиями Москвы и Пекина превращается лишь в некое промежуточное средство платежа, предназначенное только для того, чтобы обменять это промежуточное средство платежа на другой и действительно конечный финансовый актив – золото. Тем самым доллар США фактически лишается своей роли конечного средства платежа и актива накопления, уступая обе эти роли другому общепризнанному денациональному и деполитизированному монетарному активу – золоту.

Традиционно Запад использовал два способа устранения угроз гегемонии нефтедолларовой модели мира и вытекающих из нее непомерных привилегий для Запада. Первый способ – «цветные революции». Второй способ, который обычно применяется Западом, если не срабатывает первый способ, – военная агрессия и бомбардировки. Однако в случае с Россией оба этих способа оказываются для Запада либо невозможными, либо неприемлемыми, потому что население России, в отличие от населения многих других стран, упорно не желает обменивать свою свободу и будущее своих детей на эфемерные «западные ценности». Это становится очевидным по рекордно высоким рейтингам президента России, регулярно публикуемым ведущими рейтинговыми агентствами и социологическими службами, а также по недоверию к несистемной оппозиции, которая пытается дестабилизировать политическую ситуацию внутри России.

Что касается второго (традиционного для Запада) способа – прямой военной агрессии, то Россия – это, безусловно, не Югославия, не Ирак и не Ливия. При любой военной операции против России на территории самой России Запад во главе с США обречен на сокрушительное поражение. Это понимают и в военном руководстве НАТО, которое по большей части контролируется Пентагоном. Ядерная война против России так же бесперспективна, как и концепция так называемого «превентивного обезоруживающего ядерного удара». У НАТО просто нет технической возможности нанести такой удар, который мог бы полностью свести на нет ядерный потенциал России во всех его многочисленных проявлениях. Ответный массированный ядерный удар возмездия по противнику или пулу противников будет в этом случае неминуем, а ущерб неприемлем, то есть обмен ядерными ударами с такой страной, как Россия, – это в принципе не решение назревающей проблемы краха нефтедолларового мира.

В западном экономическом истеблишменте видят и хорошо понимают суть происходящих явлений. «Цветные революции» и локальные войны, государственные перевороты и различные экономические и политические санкции формируют контуры современного энергетического мира, определяют состояние региональных и глобальных энергетических рынков и судьбу крупнейших энергетических проектов. Развитие техники, технологий, в том числе информационных, дополнило и усилило возможности и действенность подобных политических и геополитических факторов. Энергетика в очередной раз стала заложником глобальной политики – международных амбиций, ложных целей и конъюнктурных решений.

Резкое падение цен на нефть вызвало бурную дискуссию среди политиков, экспертов, аналитиков относительно причин, последствий и возможных тенденций развития событий. Особенность нынешней ситуации в том, что снижение произошло не в результате финансово-экономического кризиса или спада, как это случилось в 2008–2009 гг., а на фоне попыток финансово-экономического и политического принуждения России. Одной из главных целей внешней политики США и их союзников по НАТО является не только контроль над территорией, энергоресурсами, технологиями, отсрочкой финансовой катастрофы, но и устранение России как силы, препятствующей установлению нового мирового порядка.

Как видно из официальных заявлений и шагов американской администрации на международной арене, президент США Б. Обама продолжает этот курс. Закрепив в стратегии национальной безопасности США в 2009 г. тезис о «возобновлении глобального лидерства США» с опорой на своих союзников и партеров по коалициям, Белый дом увидел в усиливающейся России угрозу своим интересам. В день начала саммита НАТО в сентябре 2014 г. президент США Б. Обама и премьер-министр Великобритании Д. Кэмерон выступили со статьей в британской газете Times, в которой они обещали совместную поддержку Украине в ее противостоянии с Россией. Речь идет о продолжении санкционной политики (финансово-экономической войне) против России, а также о том, что Североатлантический альянс должен обеспечить «устойчивое» присутствие в Восточной Европе, подкрепленное сухопутными, воздушными, морскими и специальными силами быстрого реагирования, которые могут быть «оперативно развернуты в любой точке земного шара». «Мы сильнее, когда мы работаем сообща, независимо от того, имеем мы дело с Россией или Исламским государством».

В выступлении на Генеральной Ассамблее ООН в сентябре 2014 г. Б. Обама поставил Россию наряду с исламским фундаментализмом в лице «Исламского государства» и вирусом Эбола в список глобальных угроз. Выступая с посланием к Конгрессу 20 января 2015 г., американский президент заявил, что усилиями США нанесен значительный урон экономке России: «Сегодня Америка продолжает оставаться сильной и единой, как и наши союзники, в то время как Россия изолирована, а ее экономика разорвана в клочья».

Цель США очевидна – не допустить возрождения сильной России, а все попытки ее усиления блокировать при помощи всевозможных средств и методов с целью нанесения существенного урона. В области финансов и экономики, когда Россия стала частью глобального мира, это можно сделать, не прибегая к военной силе. На этом фоне снижение цены на нефть рассматривается как один из инструментов давления на Россию с целью ухудшения ее финансового состояния. После воссоединения Российской Федерации и Крыма американский финансист Джордж Сорос предложил ежедневно продавать 500–750 тыс. баррелей из стратегических ресурсов США (SPR) (700 млн барр), что могло бы привести к снижению мировых цен на нефть примерно на 10–12 долларов за баррель. Администрация Обамы продала 5 млн баррелей нефти из стратегических ресурсов. После такого «тестирования» нефть на торгах в НьюЙорке подешевела на 2 % (до 97,99 доллара за баррель).

Однако американские аналитики пришли к выводу, что эффект будет недолговременным, и отказались от такого метода.

Одним из главнейших мотивов трансформации современного мира является передел прежних геополитических реалий и стремление обеспечить контроль над ресурсами на глобальном, региональном и отраслевом уровнях.

Как показывает анализ истории XX в. и начала XXI в., в основе реальных действий государств на мировой арене лежит их стремление обеспечить доступ и контроль над запасами дефицитных природных ресурсов, а жесткая конкуренция предполагает борьбу за свою ценовую политику. При объяснении резкого спада цены на нефть следует рассматривать возможный сговор США и Саудовской Аравии против Москвы. США убедили Саудовскую Аравию увеличить производство нефти с целью ослабления экономики России. Уже был прецедент подобных совместных действий. В 1985 г. Саудовская Аравия резко увеличила добычу нефти с 2 до 10 млн баррелей в сутки, сбросив цену с 32 до 10 долларов за баррель. СССР стал также продавать некоторые объемы по более низкой цене – около 6 долларов за баррель. Саудовская Аравия при этом ничего не потеряла, так как при падении цены в 3,5 раза добыча возросла примерно в 5 раз. США просили Саудовскую Аравию снизить цены на нефть для нанесения ущерба СССР, чтобы экономика Советского Союза пострадала от сокращения экспортных доходов.

Возможный сговор США и Саудовской Аравии с целью нанесения урона бюджету России, а также Ирана приведет к замедлению экономического роста в Европе и Китае, а ослабление своих главных глобальных конкурентов в лице Европейского союза и Китайской Народной Республики – это стратегические цели Вашингтона. Эти действия также приведут к становлению США как одного из крупнейших производителей нефти благодаря новым технологиям по извлечению «тяжелой» нефти из сланца и эксклюзивного экспорта американской нефти и нефтепродуктов. К этому следует добавить нежелание Саудовской Аравии сократить добычу для поддержания высокой цены.

Все эти действия направлены на ухудшение положения России и Ирана, в то время как США и Саудовская Аравия выступают единым фронтом относительно ситуации в Сирии.

Сегодня Соединенные Штаты испытывают большие сложности на Ближнем Востоке: ситуация в Сирии, санкции США и ЕС против Ирана, ядерная программа Ирана, военные действия «Исламского государства», гражданская война в Ливии и Ираке и т. д. Многие страны раздражены политикой США, которая меняет свои ориентиры, ищет новых партнеров в складывающейся конфигурации. В этой ситуации видна переориентация США на Иран, который выступает союзником сирийского лидера Башара Асада, что, в свою очередь, не устраивает Саудовскую Аравию.

В нынешней ситуации важнейшей проблемой для России является снижение экономической и финансовой зависимости от Запада и усиление экономической безопасности. В условиях, когда доллар является основной резервной валютой, США могут оказывать существенное влияние на экономику других стран. Это влияние может быть побочным результатом решения собственных внутренних проблем, а также целенаправленных действий как инструмента влияния на финансовую политику некоторых государств, включая Россию.

Очевидно, что уже сегодня США признали тот факт, что Россия и Китай стремятся к укреплению и усилению своего влияния в мире. В частности, заместитель министра обороны США Б. Ворк, выступая в американском Совете по международным отношениям, отметил, что «абсолютно ясно, что эти две страны (Китай и Россия) укрепляют свои позиции рядом со своими границами». По его мнению, Вашингтон должен найти способы убедиться в том, что намерения Пекина и Москвы «не приведут их к применению силы, что потребует от нас ответа с использованием военной силы».

В то же время сохраняется ряд факторов, ущемляющих суверенное положение РФ: зависимость от высоких технологий Запада, зависимость от внешних займов крупного российского бизнеса и финансового сектора, зависимость бюджета от цены на углеводородные ресурсы, слабость рубля по отношению к ведущим валютам мира. Очевидно и то, что Россия не вписывается в такую «глобализацию», правила для которой формулируются только в одном центре – США.

Справочно: после террористического акта в Нью-Йорке 11 сентября 2001 г. финансовый кризис американской экономической модели стал постепенно сходить на нет. Правящие круги США, прикрываясь задачами борьбы с «мировым терроризмом», от неолиберальной экономической политики (начатой при Рейгане) стали возвращаться к традиционным кейнсианским методам регулирования экономики. А кейнсианство оправданно и проявляет хорошую эффективность лишь в условиях войны.

Объявленная Америкой третья мировая война (под вывеской борьбы с «мировым терроризмом») преследовала и продолжает преследовать следующие экономические цели.

Во-первых, она стала оправданием для дальнейшей милитаризации экономики (до 11 сентября 2001 г. доля военных расходов в ВВП США падала). Рост военных расходов смягчил переживаемый американской экономикой кризис и способствовал обогащению военно-промышленных корпораций. Правда, для финансирования военных программ пришлось увеличивать дефициты государственного бюджета. Дефициты в конечном счете стали покрываться займами банков, входящих в состав ФРС. Стал быстро нарастать государственный долг, который недавно перевалил за планку 100 % ВВП. Главное – «печатный станок» ФРС стал работать еще энергичнее.

Во-вторых, под предлогом борьбы с «общечеловеческим злом» Вашингтону легче стало заставлять своих сателлитов оплачивать расходы и издержки от реализации различных геополитических проектов и военных операций. Сюда следует отнести внушительные затраты союзников Вашингтона по Североатлантическому альянсу на «совместные» военные операции против Ирака, Ливии.

В-третьих, для того чтобы создать спрос на доллар США, надо создать хаос, экономическую разруху или ожидание хаоса и разрухи в тех странах, которые эмитируют валюты, способные конкурировать с американской валютой. «Борьба с терроризмом» – идеальное средство для организации такого хаоса и управления периферией мирового капитализма, поддержания искусственно завышенного курса американской валюты. События 11 сентября 2001 г. и последовавшие за ними акции Вашингтона подтвердили и закрепили статус доллара США как «оккупационной» валюты.

В-четвертых, Вашингтон получил возможность управлять объемом громадной денежной долларовой массы, находящейся в обращении за пределами США: достаточно объявить то или иное государство, банк, компанию, человека в причастности к терроризму, чтобы затем заморозить или арестовать соответствующие банковские счета.

4.2.3. Сирийский кризис и регион Ближнего и Среднего Востока

Дестабилизация в регионе Ближнего и Среднего Востока грозит серьезными потерями для России. В частности, можно ожидать снижения или даже полного прекращения военного экспорта РФ в регион Ближнего и Среднего Востока. Ухудшится инвестиционный климат в странах, прилегающих к этому региону. Негативный эффект распространится до самой России, поскольку инвесторы прекрасно понимают, что Сирия – лишь промежуточное звено военной интриги, конечной целью является Россия. Следовательно, неизбежен уход иностранного капитала из России, также ускорится бегство отечественного капитала из страны.

Если Запад установит свой контроль над регионом, являющимся основным в плане добычи и экспорта энергоресурсов, Россия рискует окончательно потерять такой инструмент обеспечения внешнеполитических задач, как энергетика.

Последствия могут быть самые тяжелые. Если нынешняя власть в Сирии рухнет, верный союзник Запада Катар имеет все шансы надолго потеснить позиции «Газпрома» в Европе.

Демонтаж политического режима в Сирии позволяет достичь следующих целей:

• обеспечение США энергоресурсами;

• создание «управляемого хаоса» для того, чтобы увеличить контроль над регионом Ближнего и Среднего Востока;

• защита интересов ближайшего союзника США – Израиля;

• защита интересов арабских союзников США в регионе, например Катара, который хочет оттеснить Иран как поставщика природного газа (изначально планировалось строительство газопровода из Ирана, проходящего по территории Сирии);

• использование Сирии в качестве «триггера» для того, чтобы раздуть пламя региональной войны, которую при необходимости можно будет превратить в мировую;

• повышение падающего рейтинга американского президента;

• установление более эффективного контроля Вашингтона над Китаем и странами Европы, которые сильно зависят от поставок энергоносителей из региона Ближнего Востока;

• оккупация Сирии для того, чтобы можно было перейти к уничтожению более важного противника США и суннитских монархий Персидского залива – шиитского Ирана;

• обеспечение ВПК заказами, обогащение «оружейных баронов»;

• стимулирование американской экономики, которая находится в состоянии стагнации, с помощью военных расходов;

• отвлечение американцев от более насущных задач – безработицы, бедности, провалов США на разных направлениях внешней политики, а также оправдание действий спецслужб по контролю над населением США;

• создание перебоев на мировом рынке энергоносителей для того, чтобы повысить цены на нефть, природный газ (последнее необходимо либо для того, чтобы обеспечить американские нефтяные компании сверхприбылями, либо для того, чтобы ослабить высокими ценами своего конкурента – Китай).

Создание «управляемого хаоса» в ближневосточном регионе необходимо для того, чтобы усилить влияние США на Китай и Европу через установление контроля со стороны Вашингтона над регионом. Помимо всего прочего, китайцы и европейцы получают из указанного региона большое количество энергоносителей. Контролируя БСВ, Вашингтон контролирует полмира. Важнейшая цель США – это сохранение нефтедолларовой системы. В течение нескольких последних лет Америка достаточно быстро и эффективно решает свои энергетические проблемы (с помощью так называемой сланцевой революции). Ее зависимость от внешних источников с каждым годом снижается. Америка не стремится создавать в арабском мире подконтрольные режимы, чьей задачей являлось бы обеспечение бесперебойных поставок нефти и газа в Северную Америку. Сегодня импорт нефти из региона Северной Африки и БСВ в общем объеме потребления нефти США составляет лишь 10 %, а в ближайшие годы этот показатель может упасть до нуля. Вашингтон борется за то, чтобы торговля этими ресурсами велась на доллары США. В этом прямой интерес хозяев ФРС США. Сейчас Китай устанавливает все более тесные отношения с Ираном. Больше всего Вашингтон возмущен тем, что торговля между двумя странами ведется не за доллары США, а на основе бартера, клиринга, национальных денежных единиц. Добровольно никто уже не хочет торговать энергоресурсами на доллары, но это можно сделать под силовым давлением, давлением в первую очередь на производителей и экспортеров. А они достаточно компактно разместились в регионе Ближнего и Среднего Востока: Ирак, Ливия, Сирия, Иран – вот звенья борьбы Вашингтона за сохранение нефтедоллара.

В начале 2011 г. президент Сирии заявляет о начале сотрудничества с Россией и Китаем, в соответствии с которым все расчеты за поставку нефти должны производиться в рублях и юанях. С марта 2011 г. начинаются антиправительственные волнения, направленные на свержение действующего режима, а 15 ноября того же года вступает в силу эмбарго на экспорт сирийской нефти. С 1 июня 2012 г. вступает в силу эмбарго в отношении Ирана на экспорт нефти, которую правительство М. Ахмадинежада с 2008 г. стало продавать за евро и риалы, ориентируясь на внутреннюю биржу.

Ситуация для США становится все более напряженной. В начале 2013 г. доля доллара в международных расчетах упала ниже психологически важной планки в 50 %. Это очень серьезный сигнал Вашингтону. Например, Индия и Китай покупают у Ирана нефть на золото. Заставить Индию и Китай отказаться от такого способа торговли Вашингтону не под силу, а вот совладать с Ираном он надеется. США также крайне неприятно, что Россия все более уверенно переходит на использование рубля в торговле со странами ближнего зарубежья. Контракты с Китаем Россия все чаще заключает в рублях и юанях. Страны БРИКС заключили между собой соглашения об обмене национальными валютами. Пекин переходит на расчеты в юанях даже со странами Западной Европы.

Однако Сирия – это лишь промежуточный этап в агрессивных планах Вашингтона. Вслед за ней объектом агрессии должен стать Иран. А после Ирана агрессор непосредственно окажется у южных границ своего главного противника – России. Война против Сирии – одновременно война против нашей страны, нашего народа.

Многие эксперты и аналитики считают, что Вашингтону может потребоваться третья мировая война. Такая война призвана обнулить те астрономические долги, которые накопили США и Запад, а также банки Уолл-стрит и лондонского Сити перед остальным человечеством. Суверенный долг США уже превысил 100 % ВВП, внешний долг этой страны также перевалил за 100 % ВВП.

Справочно: общеизвестно, что государственный долг США на данный момент равен 18 трлн долларов. А это превышает валовой внутренний продукт США. Сегодня США с точки зрения уровня государственного долга находятся в гораздо более плачевном положении, чем накануне финансового кризиса 2008 г. Американские и мировые СМИ крайне редко публикуют данные о совокупном долге США. Отчасти по той причине, что цифры этого долга не столь надежны. Но главное – при всей их неточности они показывают истинную картину экономического положения ведущей страны мира. А картина получается крайне неприглядной: возникают сомнения, действительно ли Америка является ведущей экономикой мира. Даже если США объявят мораторий на любую жизнедеятельность, то есть не будут есть и пить, строить, ездить на автомобилях, отапливать свои помещения, производить оружие, осуществлять свои «миротворческие» операции в разных частях света и т. д., они не смогут в течение года закрыть свои государственные долги. Такой сценарий развития событий сложно представить теоретически и еще сложнее реализовать на практике. Америка потребляет больше, чем производит, то есть живет в долг, за счет других стран. Иначе говоря, ВВП не может рассматриваться при нынешнем экономическом курсе Вашингтона хоть каким-то обеспечением долга. Даже если бы Америка могла сберегать 20 % или 30 % своего ВВП и направлять его на погашение своих долгов, она вряд ли смогла когда-либо выйти из существующего положения.

Европа уже несколько лет переживает тяжелый долговой кризис, выхода из которого не видно. Суверенный долг стран еврозоны неумолимо приближается к планке 100 % ВВП. Но еще более критичной является ситуация с внешним долгом. У Великобритании, например, внешний долг приблизился к планке 500 % ВВП. Подобная задолженность делает Европу невольным союзником Вашингтона в его военных авантюрах. Война должна списать все эти долги. Иначе конец будет не только банкам, но и суверенным странам «золотого миллиарда».

Механизмы списания долгов разные. Некоторые должники в результате войны вообще могут исчезнуть с карты мира. Другим могут объяснить, что их долговые требования к Соединенным Штатам Америки аннулируются в порядке покрытия расходов Вашингтона на «защиту демократии» в глобальном масштабе. Третьих могут из держателей долговых требований превратить в должников, обложив контрибуциями и репарациями как «врагов» и «пособников врагов» «мировой демократии».

Другими словами, при идеальном раскладе Америка должна выйти из войны в новом качестве, свободной от долговых обязательств. На это рассчитывают и ее ближайшие союзники, в частности Великобритания. Далее Вашингтон использует тот же сценарий, который он с успехом применил в результате Первой и Второй мировых войн. Со всеми вытекающими дивидендами и привилегиями.

Бросая вызов установлению геополитического могущества США и американской валюте, Россия и Китай, а также их союзники все больше становятся неугодными противниками для Вашингтона и следующими его целями. Таким образом, США пытаются пробираться к южным границам России через Сирию и Иран по причинам не только геополитическим, но и чисто финансовым.

4.2.4. Выводы

На современном этапе исторического развития стратегия поддержания могущества через создание и использование обстановки хаоса в других странах и регионах для стимулирования спроса на доллары и ослабления конкурентов как никогда актуальна. Именно поэтому она реализуется Вашингтоном в разных точках планеты как в форме прямых и скрытых военных интервенций, так и в форме деструктивных технологий «цветных революций». Спасение доллара – это война. Если война не получается, значит нужна дестабилизация мировой экономики другим путем – хаоса и «революций».

Внешне войны, развязываемые США, кажутся бессмысленным хаосом. Но они организуются и слаженно проводятся всеми заинтересованными ведомствами США в сочетании с соответствующими действиями американского крупного капитала, СМИ и разветвленной агентурной сети – со вполне очевидными и неизменными целями: американские корпорации получают контроль над природными ресурсами и инфраструктурой поверженных стран, банки замораживают их активы, специально обученные вандалы разворовывают исторические музеи, финансовая система жестко привязывается к доллару.

Создавая «управляемый хаос» посредством организации конфликтных точек и очагов нестабильности в зоне естественных интересов ведущих стран мира, США сначала провоцируют эти страны на втягивание в конфликт, а затем проводят кампании по сколачиванию против них коалиций государств с целью закрепления своего лидерства. При этом США получают недобросовестные конкурентные преимущества, используя политическое влияние для удержания монопольных позиций своих корпораций, отсекают не контролируемые ими страны от мировых рынков, сбрасывают бремя государственного долга за счет замораживания долларовых активов этих стран, что позволяет увеличить государственные расходы на разработку и продвижение новых технологий, необходимых для роста американской экономики.

Развязывание мировой войны в любой форме позволяет обосновать многократное увеличение государственных расходов на обеспечение роста нового технологического уклада. В этом заключается фундаментальная мотивация властвующей элиты США в дестабилизации мировой военно-политической обстановки и провоцировании вооруженных конфликтов. Дополнительным фактором усиления данной мотивации является смена вековых циклов накопления капитала, которая сопровождается подъемом Китая и перемещением центра глобального экономического развития в Азию.

Для того чтобы помешать этому процессу и сохранить глобальное лидерство, США стремятся всячески ослабить и ограничить возможности развития главного геоэкономического и геополитического конкурента и одновременно расширить ресурсную базу, сохранить монопольные позиции своей экономики за счет провоцирования региональных войн в Евразии.

Важнейшей задачей этих войн является подчинение своим интересам ЕС, России, стран Ближнего Востока, Центральной Азии, Азиатско-Тихоокеанского региона. Центральным направлением американской агрессии при этом становится Россия, установление контроля над которой позволит США иметь стратегическое превосходство над Китаем и сохранить доминирующее положение в мире. Одновременно США готовят развертывание южного фронта хаотической войны против России и ее союзников в Центральной Азии с участием талибов из Афганистана и исламских боевиков из ИГ, финансируемых Катаром и Саудовской Аравией.

Глава 5

Вызов с Запада и ответ России

5.1. Стратегия формирования российского потенциала «мягкой силы»

Представляется очевидным, что каждое исследование в сфере истории международных отношений и внешней политики должно в конечном счете основываться на извлечении ценных уроков и, следовательно, формировании стратегии практического использования результатов работы для принятия оперативных, эффективных и сбалансированных решений в современной внешней политике России.

Одним из ключевых факторов обеспечения национальной безопасности России, сохранения ее государственного суверенитета, территориальной целостности, консолидации общества, создания условий для успешного решения внутренних проблем и, соответственно, возникновения возможности для ведения государством активной внешней политики предстает необходимость формирования собственного потенциала «мягкой силы».

Безусловно, приоритетным для Российской Федерации направлением развития этого сегмента международного влияния и внешнеполитической стратегии государства в целом остается «игра» на территории постсоветского пространства.

Непреложное условие эффективности работы на этом «треке» – формирование ресурсов российской «мягкой силы» внутри зарубежных государств в виде консолидации и организационного оформления деятельности русской (русскоязычной) диаспоры. Здесь нельзя не отметить конструктивные практические шаги в администрировании и организационном оформлении этой сферы общественной деятельности со стороны МИД России, исправно выполняющего возложенную на него миссию по улучшению взаимодействия с соотечественниками за рубежом. Российские диппредставительства помогают консолидации диаспоры и ее организаций, что привело к созданию глобального Координационного совета и координационных советов в большинстве российских общин в различных странах. Проводятся ежегодные Всемирные конференции соотечественников, работает госпрограмма по оказанию содействия добровольному переселению в Россию, Правительственная комиссия по делам соотечественников за рубежом, Институт диаспоры и интеграции (Институт стран СНГ). В 2007 г. указом президента России В.В. Путина учрежден фонд «Русский мир», который эффективно развивает свою полезную работу. 24 июля 2010 г. президент России Д.А. Медведев подписал новый закон о соотечественниках.

Однако при всем понимании значимости и последовательности таких шагов российской дипломатии и общественности, реализованных на этом поле за последнее десятилетие, стоит отметить, что они едва ли покрывают и треть потребностей России в дальнейшем укреплении и расширении возможностей «мягкого» воздействия по периметру границ.

В этой связи одним из ключевых условий поступательного укрепления авторитета России на постсоветском пространстве является обеспечение и углубление российского культурного присутствия за рубежом. Безусловным приоритетом здесь остается сохранение и укрепление русскоязычного пространства вдоль границ Российской Федерации на основе добровольного приятия народами дружественных и братских республик факта общности многовековой истории, общего настоящего и будущего, основанного на экономической, политической и культурной взаимозависимости соседствующих государств.

Речь идет о планомерной и трудной работе по сохранению роли русского языка как средства межнационального общения мультикультурной общности народов постсоветского пространства и дальнейших шагах по популяризации и расширению изучения русского языка в зонах стратегических интересов России.

К сожалению, нынешнее состояние дел в этой сфере пока не внушает оптимизма. Продолжающееся с 1990-х гг. сокращение числа русских школ обостряет ситуацию с продвижением российского образования на русском языке. Число владеющих русским языком в ближнем зарубежье, включая страны Балтии, сократилось с 1990-х гг. вдвое. Не владеют русским языком 8 млн человек на Украине и 1 млн в Грузии. Вместо 20 тыс. русскоязычных школ на постсоветском пространстве действует около 7 тыс.; число детей, обучающихся на русском языке, сократилось более чем на 2 млн человек – до 3,1 млн[74]. В Таджикистане с 1991 по 2001 г. число школ с русским языком обучения сократилось втрое – с 90 до 29, а смешанных – на треть. Количество часов преподавания русского языка и литературы стремительно уменьшается в Казахстане[75]. В Узбекистане количество часов, отведенное на преподавание русского языка, сократилось до 170 (в 7–11-х классах). Сокращаются часы преподавания в Киргизии.

Потребность в открытии новых русских школ остается неудовлетворенной. За исключением единичных случаев открытия русских школ в местах прохождения службы российскими военными постоянный механизм открытия школ до сих пор не выработан.

Известно, что для поддержки образования на русском языке в рамках СНГ нескольким вузам России придан статус базовой организации по образованию. В некоторых государствах Содружества открывались совместные российско-национальные вузы. В 2008 г. по инициативе РУДН при содействии Межгосударственного фонда гуманитарного сотрудничества государств – участников СНГ был создан Сетевой университет СНГ.

Несмотря на предпринимаемые шаги, в том числе по развитию дистанционных обучающих программ на базе филиалов российских вузов в СНГ, большинство этих российских учебных заведений, особенно в центральноазиатских республиках, по-прежнему страдает от недостатка финансовых вложений в материально-техническую часть учебного процесса (снабжение учебно-методической литературой на русском языке, мультимедийными средствами обучения и т. д.). В них практически отсутствуют приглашенные из России лекторы, в то время как американцы, например, действуя в духе своих традиций, успешно создают систему работы через вузы в СНГ, активно привлекая преподавателей из США. При этом имеющие финансовые (грантовые) возможности местные студенты предпочитают уехать на учебу в США, европейские и другие страны[76].

Камнем преткновения становятся подходы некоторых государств, демонстрирующих избирательность, когда они соглашаются на одни проекты и отказываются от участия в других. Часто это связано с готовностью развивать двусторонние связи, но при этом воздерживаться от участия в гуманитарных проектах всего Содружества.

Безусловно, существенным препятствием для развития русского языка на постсоветском пространстве является политизация этого вопроса элитами государств региона, влияние уровня и характера двусторонних отношений с Россией на эффективность продвижения этой тематики, использование данного вопроса для торга по другим пунктам двусторонней повестки дня. Но все это должно служить хорошим стимулом для более активной и качественной работы.

Отмечая несомненно позитивный, но не столь масштабный просветительский эффект от работы российских культурных центров, действий Минобрнауки России и Россотрудничества по реализации международной части федеральной целевой программы «Русский язык» (на 2006–2010 гг., на 2011–2015 гг.), приходится констатировать, что практическая польза этих шагов для населения пока не вполне очевидна. По-прежнему нет системности в преподавании русского языка (постоянно действующих курсов). Курсы единичны, и не все могут себе позволить их оплачивать, а региональные элиты зачастую далеки от желания обеспечить соответствующую господдержку. Хотя стремление изучать русский язык в странах СНГ есть. Особенно тянутся к его изучению граждане Таджикистана, Армении, Молдавии и Киргизии, что в первую очередь обусловлено экономической ориентацией этих государств на Россию. В этой связи нельзя не усиливать меры по активизации работы существующих и учреждению новых русских культурных центров за рубежом.

Что касается популяризации русского языка в дальнем зарубежье, то в этом плане показательным стало выступление президента России Д.А. Медведева (на встрече с выпускниками советских и российских вузов 31 октября 2010 г. в ходе официального визита во Вьетнам), в котором он акцентировал внимание на необходимости создания новых информационных возможностей и технологий для изучения русского языка. При этом глава государства подчеркнул, что не нужно бояться тратить на это деньги, так как «в конечном счете эффект от работы с представителями иностранных государств, которые владеют русским языком, гораздо выше… и это должен быть один из приоритетов работы… Нужно стараться распространять современный опыт, продвигать современные методики преподавания русского языка во всем мире»[77]. Если это иллюстрация тенденции к сознательному и активному возвращению таких инструментов в арсенал внешней политики России, то такие подвижки внушают осторожный оптимизм.

В плане развития культурно-гуманитарного сотрудничества как одного из приоритетных направлений аккумуляции «мягкой силы» России на постсоветском пространстве наряду с уже действующими по линии Межгосударственного фонда гуманитарного сотрудничества СНГ проектами стоит усилить акцент на увеличение количества экспозиций из лучших музеев России за рубежом, организацию гастролей российских театральных коллективов, представителей оперной сцены, балета, классической музыки, вокала и т. д. – всего того, что традиционно формирует всемирно известный образ русской культуры.

В этом аспекте отдельный и крайне значимый сегмент российской публичной дипломатии и «мягкой силы» в целом – формирование внешней культурной стратегии России, развитие внешней культурной политики и культурной дипломатии.

Почти десять лет назад в российском внешнеполитическом ведомстве разработан концептуальный документ под названием «Основные направления работы МИД России по развитию культурных связей с зарубежными странами», так называемая концепция внешней культурной политики – инструмента достижения внешнеполитических целей государства посредством развития международного культурного сотрудничества[78]. Сейчас нужно обратить внимание на необходимость актуализации этого документа, дополнить и развить эти программные установки, приведя их в соответствие с вызовами времени.

Имеет смысл развивать подкрепленные как государственным финансированием, так и внебюджетными источниками усилия в двух основных плоскостях:

• высокая культура и высокое искусство как визитная карточка России в мире и основная статья ее культурного экспорта (масштабная активизация экспонирования за рубежом произведений российских мастеров классического искусства и его современных форм, содействие увеличению числа гастролей российских коллективов, ускорению динамики культурных обменов и т. д.);

• развитие производства и экспорта отечественных продуктов массовой культуры, но не в пошло-шаблонном варианте воспроизведения и копирования западных аналогов различных направлений современной музыки, танцевального искусства и т. д., а путем культивации собственного эксклюзивного стиля на основе всех имеющихся форматов и высокопрофессионального исполнения своих наработок в каждой из ниш поп-культуры и субкультурных движений, а также тех исконно отечественных музыкальных направлений, которые никак нельзя отнести к универсальной массовой культуре (народная песня, романс, различные течения в современной российской фолк-музыке и т. д.).

В этом контексте детального анализа отдельного внимания требует тема современного отечественного кинематографа, повышения его доли в прокате на российском рынке и наращивания экспортного потенциала прежде всего на постсоветском пространстве, особенно в сегменте «умного» концептуального кино и высокобюджетных блокбастеров на военно-историческую тематику. Кстати, с точки зрения подачи материала – освещения исторических событий в выигрышном для себя ракурсе, идеологической «заправки» и подхода к кино как политическому инструменту – опыт голливудских кинематографистов вполне мог бы служить хорошим примером для наших кинопроизводителей.

Следующим в перечне основных факторов, обусловливающих успех «мягких» инструментов внешнего воздействия государства и его умения расположить к себе международное сообщество, является упоминавшаяся возможность дать высшее образование иностранным студентам в своих вузах. Выпускники вузов возвращаются к себе на родину, где часть из них со временем занимают руководящие посты. Рассматривая в качестве модели опыт США, стоит напомнить о десятилетиями отработанной крайне результативной системе формирования лояльно или дружественно настроенных по отношению к Соединенным Штатам политических и бизнес-элит в странах, студенты из которых в свое время получили образование в американских вузах в рамках международных образовательных программ. Как упоминалось ранее, выпускниками таких программ являются более 200 настоящих и бывших премьер-министров и президентов. Среди них Т. Блэр, М. Тэтчер, Г. Шредер, М. Саакашвили, В. Ющенко. 80 членов правительства Саудовской Аравии получили образование в США, 75 членов парламента Кении обучались в американских университетах и т. д.[79]

В этом контексте не стоило бы игнорировать систему успешно выполнявших свои задачи упомянутых институтов – советских обществ дружбы и культурных связей с зарубежными странами во главе с центральной организацией – Союзом СОД. Нечто подобное в измененной форме могло бы очень пригодиться сейчас.

В связи с этим возникает резонный вопрос: не пришло ли время нашему государству наряду с восстановлением внутренней силы, преодолев тяжелый период политико-экономической и социальной «ломки», обратить внимание на имеющийся под рукой колоссальный по своим возможностям инструмент формирования платформы для реализации долгосрочных политических и экономических интересов России, особенно в Азии, Африке и Латинской Америке? Не стоит ли с этой целью вернуться к комплексной государственной поддержке вузов России, ведущих активное обучение иностранцев предполагающей хотя бы частичное финансирование из госбюджета (по примеру субсидирования подобных программ в США и других странах), а также предусмотреть возможные альтернативные источники финансирования?

Образовательные программы представляются эффективным механизмом долгосрочного действия. Между тем в российской публичной дипломатии подобные механизмы практически отсутствуют. В Россию приезжает гораздо меньше студентов и преподавателей университетов, а представителей США и Западной Европы среди них еще меньше. У нас образование на английском языке практически не ведется, а русский язык, несмотря на все усилия, распространен только в среде русских эмигрантов и в республиках бывшего СССР.

У студентов должна быть возможность получать российские гранты, приезжать учиться в Россию, а у исследователей России должна быть возможность посещать страну и принимать участие в конференциях. Нужно активизировать межгосударственные культурно-образовательные программы по обмену в отношении прежде всего республик СНГ, особенно в части стажировок по обучению русскому языку и открытия новых учреждений и курсов русского языка в ближнем и дальнем зарубежье.

Отдельного внимания заслуживает вопрос о развитии публичной дипломатии как самостоятельного и действенного сегмента государственной политики и разработки долгосрочной информационно-пропагандистской стратегии по формированию позитивного облика России в мире. Для усиления «мягкой силы» России необходимо создание системы публичной дипломатии, которая сочетала бы традиционные взгляды и новые маркетинговые подходы в целях достижения как краткосрочного, так и долгосрочного эффекта воздействия на зарубежную аудиторию[80]. Россия должна научиться продуцировать образы.

Конечно, очевиден технологический диспаритет медиа-арсеналов не в нашу пользу. Это красноречиво продемонстрировал пример информационной войны вокруг событий в Южной Осетии в августе 2008 г. Кроме того, не большую эффективность показали и привлекавшиеся по госзаказу иностранные пиар-агентства, в частности, компания «Кетчум», с которой администрация президента России в 2006 г. подписала контракт с целью обеспечения положительного информационного фона в период российского председательства в «Группе восьми» в 2006 г.

Вместе с тем, используя имеющиеся наработки и международные контакты в сфере глобального пиара, имеет смысл прибегнуть к финансовым возможностям российского крупного бизнеса не столько для того, чтобы «залить» конкурентов деньгами, проложив «зеленый коридор» отдельным российским СМИ (тем более это вряд ли будет продуктивно и жизнеспособно, особенно в долгосрочной перспективе, имея в виду финансово-политическую мощь таких великанов, как CNN), сколько для более агрессивной «игры» в сфере информационной и развлекательной телевизионной индустрии на поле «команды соперника». Результатом таких шагов могло бы стать появление новых информационно-новостных (наряду с Russia Today), а также научно-популярных, спортивных и развлекательных телеканалов и радиостанций, вещающих на иностранных языках на зарубежную аудиторию. Существующих информационных ресурсов крайне недостаточно.

Не менее пристального внимания заслуживает и развитие кириллического сегмента в Интернете, а также распространение и популяризация англоязычного контента отечественных сетевых ресурсов. Нельзя пренебрегать и полезностью популярного ныне феномена блогосферы как эффективной дискуссионной площадки, а также тренажера для «обкатки» шагов в сфере публичной дипломатии на неправительственном уровне.

Создание системы собственных международных СМИ – это важный, но всего лишь первый этап. Чтобы создавать привлекательную для мировой общественности «картинку», государству требуется структура, которая координировала бы все направления публичной дипломатии, культурной дипломатии, внешней культурной политики, пропаганды, а также отвечала за подготовку кадров и участвовала в формировании внешней политики.

В современной России такого государственного органа не существует, соответственно нет механизма межведомственной (межкорпоративной) координации усилий в этом направлении. Управление российской публичной дипломатией происходит на уровне высшего руководства страны через пресс-службу и внешнеполитическое структурное подразделение в администрации президента и аппарате правительства России. «Несмотря на некоторые достоинства, у подобной структуры есть и очевидные недостатки: во-первых, в силу количества обязанностей занимающим эти должности сложно руководить публичной дипломатией систематически, на повседневной основе. Во-вторых, вся организация носит строго вертикальный характер, что затрудняет проявление инициативы снизу и усложняет горизонтальную кооперацию»[81].

Образование в России структуры наподобие яркого примера из истории Америки – Информационного агентства США (ЮСИА) – могло бы сохранить нынешнюю вовлеченность высшего руководства в публичную дипломатию, а также обеспечило бы более эффективную обратную связь при поступлении большего объема информации «снизу» из негосударственных сфер. Помимо прочих задач такое ведомство могло бы участвовать в подготовке кадров для российской публичной дипломатии, так как в стране сегодня нет профессиональных специалистов в данной области, – и это один из существенных пробелов в системе формирования отечественного потенциала «мягкой силы».

Отдельного внимания, несомненно, заслуживает конфессиональный аспект как мощный созидательный фронт работы религиозных учреждений, представляющих основные исповедуемые населением России конфессии. В этом плане обоснованно привлекает внимание активная деятельность Русской православной церкви как мощного государственного пропагандистского ресурса, который при поддержке «сверху» становится все более влиятельным политическим институтом. В этой связи важно отметить эффективность работы РПЦ на внешнеполитическом направлении, ее содействие реализации государственных задач в разных сферах международной деятельности и укреплению потенциала российской «мягкой силы» в мире.

Еще одним действенным путем борьбы с «черным пиаром», часто политизированным и искусственным формированием негативного имиджа России за рубежом, должно служить развитие сферы туристических услуг как за счет государственных вложений и создания комфортных условий для работы туристического бизнеса, так и на средства частных инвесторов, расширяющих спектр программ по привлечению иностранных туристов в Россию. При этом понятную заинтересованность должны проявлять администрации регионов, на территории которых находятся места, пригодные для развития международного туризма.

Нельзя не затронуть еще один жизненно важный для государства аспект: «мягкая сила» – это привлекательная сила, а привлекательный образ страны автоматически содействует формированию комфортного инвестиционного климата и очевидно способствует развитию национальной экономики. В этом контексте любопытной видится идея клонирования курса России на модернизацию и инновационное развитие экономики применительно к развитию взаимодействия в этих сферах с государствами – участниками СНГ.

Россотрудничество подготовило межгосударственную целевую программу инновационного сотрудничества для стран СНГ до 2020 г.[82], принятую главами правительств СНГ в октябре 2011 г. Хотя инициатива пока вызывает немало обоснованных вопросов и может остаться протокольно-декларативным документом, сам факт движения в этом направлении представляется попыткой формирования имиджа России как инновационного передовика-лидера в СНГ. Поддержка и развитие подобных инновационных наукоемких проектов – неоспоримый вклад в укрепление компонентов «мягкой», даже скорее «умной» силы России.

Особо важное и чувствительное направление работы России, прежде всего на пространстве СНГ, – противодействие активной деятельности США (в том числе в их стремлении к реализации проектов на территории государств СНГ в стиле «арабской весны»). Прежде всего это касается многоуровневого блокирования возможности для реализации проектов политтехнологического «конструирования» враждебных к России режимов по периметру ее границ, организации «бархатных революций», финансирования антироссийских акций со стороны государств постсоветского пространства и т. д.

Безусловно, основой, создающей возможность системного и организованного использования Россией «мягких» инструментов для реализации внешнеполитических задач, служит финансово-экономический потенциал страны. Успех стратегического развития данного сегмента внешней политики зависит от возможностей как федерального бюджета, так и государственной политики по привлечению крупного бизнеса к финансированию долгосрочных проектов, имеющих эффект отложенного политического действия.

В данном случае нельзя не упомянуть о принципиально значимой теме, без которой формирование и реализация «дорожной карты» по комплектованию национальных арсеналов «мягкой силы» и обеспечению культурной безопасности России немыслимы. Это проблема преодоления спроектированной и управляемой извне многоуровневой разобщенности русского, белорусского и украинского народов как представителей единого этноса. Полагаем, что исторические, этнографические, лингвистические и иные доводы в подтверждение тезиса об этническом родстве и единстве излишни.

Остается напомнить, что поддержание политической, экономической и даже культурной междоусобицы трех составляющих единого народа – основной козырь и стратегическая задача групп влияния на Западе, оказывающих воздействие на процесс принятия и содержание внешнеполитических решений во многих государствах постсоветского пространства, содействующих финансированию «цветных революций», определяющих политическую риторику руководства этих стран.

Однако не только объемы финансового могущества государства определяют возможность обеспечения и постоянного обновления и пополнения арсеналов «мягкой силы», хотя наличие денег, конечно, имеет принципиальное значение. Здесь важен факт осознания элитой существования проблемы, необходимости демонстрации политической воли и реализации конкретных шагов по ее воплощению, так как эта сфера напрямую влияет на международный имидж государства, состояние национальной безопасности и обороноспособности России. Наряду с движением «сверху» и сильным административным воздействием особую актуальность и значимость для решения поставленной задачи приобретает опора на формирующиеся институты гражданского общества.

Основным мерилом социального развития страны и ориентиром для власти должна служить правовая защищенность граждан, дающая встречный импульс «снизу» как сигнал готовности общества по итогам конкретных действий истеблишмента поверить в возможность построения социального государства, а вместе с тем и в наличие условий для дальнейшего формирования отечественного потенциала «мягкой силы».

На этом фоне обнажается отсутствие механизма координации публичной дипломатии государства с неправительственными организациями и деловыми кругами. Совместные программы российских и западных НПО, а также НПО и бизнеса могут стать самостоятельным и действенным направлением публичной дипломатии России.

Грамотную внешнюю культурную политику и собственную стратегию национальной культурной безопасности способно создать только сильное государство, умеющее эффективно решать внутренние проблемы, параллельно воспроизводя привлекательные образы.

Эффективная политика в области «мягкой силы» – дорогой продукт, требующий помимо финансирования продуманного использования совокупного потенциала российской нации и ответов на фундаментальные внутренние вопросы политической, социально-экономической и культурной действительности нашей страны.

5.2. К концепции национальной культурной безопасности России

Одним из ключевых факторов, необходимых для сохранения государственного суверенитета, территориальной целостности страны, консолидации общества, создания условий для успешного решения внутренних проблем и, соответственно, возникновения возможности для ведения государством активной внешней политики, является формирование собственной стратегии обеспечения национальной культурной безопасности как условия для эффективного наращивания потенциалов «мягкой силы».

Для аргументации этого тезиса представляется целесообразным изложить концептуальную основу – своего рода опорные точки такой стратегии.

1. Окончательное оформление государственной идеологии на основе осознания незыблемого единства многовековой мультикультурной общности народов, населяющих Россию. Это краеугольный камень поступательного движения российской политической элиты по пути формирования новой государственной идеологии, которая до сих пор находится в процессе кристаллизации. Отсутствие документально оформленной официальной государственной идеологической платформы обусловлено рядом сложностей, не в последнюю очередь заключающихся в проблемах выстраивания государственной национальной политики. Прежде всего эти трудности связаны со сложной структурой межэтнического, межконфессионального и межкультурного общения на территории современной России, а также с наличием субъектов Федерации, потенциально нестабильных по целому ряду параметров (военная, политическая, социальная, экономическая, духовно-культурная безопасность) и способных дестабилизировать обстановку в отдельном регионе и стране в целом.

На этом фоне явно просматривается усиливающееся политическое влияние Русской православной церкви как идеологического инструмента, призванного сыграть роль объединяющего и умиротворяющего социальные противоречия начала.

2. Требуется сделать акцент в государственной политике на нравственное оздоровление населения России, уделяя пристальное внимание этнокультурной специфике отдельных народов, населяющих страну, но при этом по меньшей мере не обходя вниманием психологические, политические, экономические, культурные, морально-нравственные, религиозные и прочие особенности, потребности и устои титульной нации – русского народа, составляющего более 80 % населения страны, с пониманием относясь к его заботам о сохранении своей культурной идентичности.

Двигаясь от частного к общему, приходим к следующему базовому тезису – политическое, социально-экономическое укрепление государственности может быть достигнуто только путем особого внимания государства к этнокультурному компоненту своей внутренней политики, а это означает естественную, добровольную и «мягкую» консолидацию многочисленных братских народов вокруг стержневой русской культуры как системообразующего компонента этнокультурной карты современной России и ключевого элемента российской культурной идентичности.

3. Следует усовершенствовать стратегию государственной национальной политики. Сформировать реально работающий специализированный федеральный орган исполнительной власти по делам национальностей.

4. Требуется взвешенно регулировать государственную миграционную политику в сторону планомерного разумного сокращения квот на ввоз иностранной низкоквалифицированной рабочей силы.

5. Духовное оздоровление народа, пробуждение его исторической памяти, акцентированное внимание (в том числе на государственном уровне) к правдивой истории нашей страны. Это, естественно, касается предотвращения попыток искажения истории, субъективных и политически ангажированных ее трактовок, ревизии исторических фактов, включая отрицание роли Советского Союза и его великого народа как победителя во Второй мировой войне, героизации нацизма и т. д.

Во многом реанимация исторической памяти связана с возрождением общественного интереса к исконным началам, истокам цивилизации – евразийской, индоевропейской (индоарийской) общности народов, многотысячелетней истории нашей земли, истории пранарода, праязыка и к верованиям далеких предков.

Неслучайно в настоящее время наблюдается массовый интерес (а с ним и всплеск научно-публицистической мысли) к истокам формирования древнеславянского, древнерусского мировоззрения – ведической культуре. Как в советское время, так и сейчас продолжает появляться немало академических научно аргументированных трудов по этой теме.

Знание величия и древности своей истории, осознание глубинной взаимосвязи между поколениями являет собой источник колоссальной силы, коллективной энергии, чего так опасаются потенциальные и реальные противники развития государства Российского и что могло бы стать неотъемлемым компонентом не только «мягкой мощи» России и арсенала ее внешнеполитических инструментов, но и консолидации общества и укрепления государственности в целом.

В этой связи целесообразно разработать и утвердить Министерством образования и науки РФ новые обязательные учебные пособия по отечественной истории для средней и высшей школы, комплексно, компетентно и объективно освещающие историю России с древнейших времен до наших дней. При этом необходимо утвердить перечень обязательных для обучения пособий в школах и вузах по каждой дисциплине, дабы преодолеть хаос на рынке учебных пособий, зачастую сомнительного научно-фактологического содержания.

Используя имеющиеся государственные медийные ресурсы, требуется доносить (особенно до молодого поколения россиян) информацию о древней истории земель, на которых расположена современная Российская Федерация.

6. Поддерживая укрепление и развитие упомянутых тенденций, необходимо последовательно препятствовать зачастую сознательному, заказному, целенаправленному искажению добрых идей изучения родной традиции на уровне культурно-исторических клубов, этнографических кружков, фольклорных коллективов и научных исследований, искусственному облачению их в радикальные формы и неоправданному смешиванию с экстремистскими течениями ультраправого толка.

7. Что касается радикальных движений, то необходимо всемерно и последовательно бороться с ними, искореняя экстремистскую идеологию в любой ее форме, какой бы стороной она ни порождалась: будь то радикальные ответвления или проявления в виде разного рода псевдорелигиозных учений и тоталитарных сект. Последние вообще предмет отдельного изучения, особенно в контексте новейшей истории России, когда после развала СССР и до возрождения политического могущества РПЦ всяческие, в том числе западные, секты и течения в христианском вероучении стали пытаться заполнить образовавшийся на постсоветском пространстве духовный вакуум.

8. Действуя в русле одного из основных приоритетов внешней политики России, стоит еще больше акцентировать усилия российской дипломатии на укреплении роли русского языка как средства межнационального общения мультикультурной общности народов не только российского и постсоветского пространства, но и принимать меры по популяризации и расширению изучения русского языка в зонах стратегических интересов России. Безусловным приоритетом остается сохранение и укрепление русскоязычного пространства по периметру границ Российской Федерации на основе добровольного принятия народами дружественных и братских республик факта общности многовековой истории, общего настоящего и будущего, основанного на экономической, политической и культурной взаимозависимости соседствующих государств.

9. Полномасштабное государственное финансирование и реализация программ по массовому привлечению граждан к занятиям физкультурой и спортом, здоровому образу жизни, обеспечение постоянного информационно-пропагандистского сопровождения государственной политики в этой сфере, включающего антиалкогольную, антитабачную, антинаркотическую пропаганду, несмотря на ожидаемое противодействие влиятельных лоббистских группировок.

Информация, передаваемая через СМИ, должна отражать реальную клиническую картину процессов, происходящих в организме человека под воздействием вышеупомянутых веществ и последствий их употребления. Кроме того, необходимо всемерно содействовать увеличению доли наружной и телевизионной социальной рекламы и телепрограмм на отечественных телеканалах, а также других средств информационно-пропагандистского сопровождения государственной кампании по борьбе с алкоголизацией, наркотизацией нации и курением.

Для успешного осуществления таких программ требуется активное государственное участие, выраженное в том числе в принятии законодательной базы и утверждении механизма контроля за ее применением в отношении возрастного ценза для продажи спиртосодержащей продукции (запрет на продажу алкоголя лицам младше 21 года); сокращении рынка так называемой дешевой алкогольной продукции и популярных в некоторых молодежных кругах суррогатных алкогольных коктейлей; ощутимом повышении цен на любой вид алкогольной продукции; разработке комплекса решительных мер по ликвидации неизбежно возникающего в этих условиях рынка контрафактного алкоголя; отраслевой переориентации части в избытке находящихся на территории России спиртзаводов и т. д. При этом все перечисленные, а также любые другие не упомянутые здесь меры неизбежно соприкасаются с проблемой занятости населения, особенно на селе, – это отдельное направление деятельности государственной социальной, аграрной, хозяйственно-экономической политики, отраслевых национальных проектов и иных госпрограмм.

10. Активизация всесторонней работы государства и общественных организаций по целенаправленному поступательному выправлению кризисной демографической ситуации в стране и связанное с этим восстановление стержневых нравственных социальных ориентиров.

П. Бьюкенен пишет о нас: «С уровнем рождаемости 1,35 Россия к 2015 году потеряет 33 млн человек из своих 147 млн… Число детей младше 15 лет сократится к тому же сроку с 26 до 16 млн, а количество пожилых людей возрастет с нынешних 18 до 28 млн человек»[83]. По данным статистки, на 2000 г. «население России сократилось до 145 млн человек, прогноз на 2016 г. дает цифру в 123 млн человек»[84]. В этом контексте напрашивается параллель с пресловутой Доктриной (или Планом) Даллеса, существование которой так и не доказано, но в которой, согласно имеющемуся тексту, излагается четкая программа, в том числе по управляемому демографическому коллапсу СССР[85].

Выступая со своим первым посланием Федеральному собранию 8 июля 2000 г., Президент РФ В.В. Путин заявил: «Нас, граждан России, из года в год становится все меньше и меньше. Уже несколько лет численность населения страны в среднем ежегодно уменьшается на 750 тыс. человек. И если верить прогнозам, а прогнозы основаны на реальной работе людей, которые в этом разбираются, этому посвятили всю свою жизнь, уже через 15 лет россиян может стать меньше на 22 млн человек. Я прошу вдуматься в эту цифру: седьмая часть населения страны. Если нынешняя тенденция сохранится, выживаемость нации окажется под угрозой. Нам реально грозит стать дряхлеющей нацией. Сегодня демографическая ситуация – одна из тревожных»[86].

За прошедшие годы произошли существенные подвижки в решении этой проблемы, были сделаны конкретные действенные шаги по борьбе с демографическим кризисом. Россия побила рекорд по рождаемости за период современной истории. За 2014 г. в стране родились 1 млн 947 тыс. детей. Третий год подряд в России рождаемость сохраняется на уровне 1,9 млн детей. Кроме того, второй год подряд зафиксирован прирост населения – 33 тыс. человек в год[87]. Однако наряду с постепенно выстраивающимся и «доводящимся до ума» механизмом господдержки рождаемости с помощью так называемого материнского капитала (за рождение второго ребенка) принципиально важно реализовать комплекс мер, включающий культурно-просветительскую работу в средних и высших образовательных учреждениях, активную пропаганду через СМИ, программную миссионерскую деятельность духовенства РПЦ и других конфессий, направленных на регенерацию нравственной опоры общества и его стрежня – традиционной культуры, подчеркивающих психологическую, социальную, физиологическую естественность и привлекательность традиционного семейного уклада (вопреки укоренившимся в сознании современной молодежи стандартам индивидуализма, карьеризма, культа развлечений, стремления жить для себя, феминизма, полигамии в межполовых отношениях, сексуальной распущенности и т. д.). Особенно важно направить законодательные усилия государства в отношении законности абортов на фоне того, что «две из трех беременностей (в России) завершаются абортами». По словам Бьюкенена, «русская женщина в среднем делает от 2,5 до 4 абортов, а уровень смертности в России сегодня на 70 % превышает уровень рождаемости»[88].

Несмотря на отдельные шаги в решении этой проблемы, озвучиваемые на официальном уровне[89], решить ее возможно лишь комплексными целенаправленными усилиями одновременно в различных сферах государственной политики: от совершенствования миграционного регулирования до активного содействия созданию рабочих мест (особенно в деревне и малых городах) как при помощи стимулирования частных инвестиций в создание и развитие производства, так и при помощи бюджетного финансирования, конечной целью чего является преодоление депрессии в регионах и ее социальных последствий.

11. Как мы уже говорили, отдельный важный блок вопросов представляет разработка долгосрочной информационно-пропагандистской стратегии по формированию позитивного облика России в мире. Пристального внимания заслуживает и развитие кириллического сегмента в Интернете, а также распространение и популяризация англоязычного контента отечественных сетевых ресурсов.

На этом фоне не только не теряется, но постоянно возрастает актуальность проблемы обеспечения информационной безопасности граждан (прежде всего детей) как в киберпространстве, так и на теле-, видеоэкране, что предполагает ужесточение мер по фильтрации, блокировке, борьбе с распространением деструктивных материалов, наносящих ущерб психике.

12. Что касается формирования внешней культурной политики России и развития культурной дипломатии нашей страны на современном этапе, то здесь, как уже упоминалось, имеет смысл развивать усилия в двух основных плоскостях:

• высокая культура и высокая искусство – визитная карточка России и основная статья культурного экспорта;

• развитие производства и экспорта отечественных продуктов массовой культуры.

13. Одним из ключевых факторов, обусловливающих успех «мягких» инструментов внешнего воздействия государства и его умения расположить к себе международное сообщество, является вышеупомянутая возможность дать качественное высшее образование иностранным студентам.

Подводя краткий итог и принимая во внимание богатую историю соприкосновений СССР-России и США на исследуемом «поле», необходимо обратить внимание на практическую значимость изучаемой проблемы с точки зрения обеспечения национальной безопасности и реализации внешней политики России.

5.3. Политическая агентура США как инструмент демонтажа режимов

Практика намеренного инспирирования иностранными государствами внутренних проблем в неугодных государствах с целью последующего извлечения геополитических дивидендов, вероятно, использовалась на протяжении всего развития международных отношений. Однако методы постоянно менялись, совершенствовались с появлением новых технологий и средств. Трансформацию элементов оказания воздействия на государства отметил еще в начале XX в. один из знаменитых немецких разведчиков В. Николаи, который помимо техники, промышленности и науки выделил использование внутригосударственных проблем как потенциального инструмента для скрытого проникновения внешней управляющей силы: «Во внутренней жизни государств появились новые социальные проблемы, ставшие для разведки как объектами осведомления, так и объектами влияния»[90].

Ключевой рубеж в эволюции методов и средств осуществления диверсионно-подрывной деятельности против неугодных режимов приходится на период послевоенного блокового противостояния, который больше известен как холодная война. Наибольшего успеха в деле реализации подрывных технологий удалось добиться именно западным акторам, прежде всего США.

Распад СССР стал крупнейшей геополитической катастрофой века и был вызван не только имевшими место определенными негативными экономическими предпосылками, но и конкретными действиями изнутри, которые заранее планировались и реализовывались внешней управляющей силой. Согласно разработанным и планомерно реализуемым планам США по ослаблению и децентрализации Советского Союза, особая роль отводилась политической агентуре на местах.

Очевидно, что наработанные Западом механизмы демонтажа политических режимов сегодня пытаются на практике осуществить и в отношении России, что требует осмысления и выработки инструментов эффективного противодействия. Внешнее давление и создание точек нестабильности внутри тех или иных государств перестает быть лишь внутренней угрозой и несет негативный заряд и серьезные угрозы для всей глобальной безопасности. В подтверждение обоснованности такого тезиса следует привести цитату начальника Генерального штаба Вооруженных сил РФ генерала армии В.В. Герасимова: «Конфликты внутри государств перестают быть исключительно внутренними и все больше приобретают международный характер. В процесс разрешения внутригосударственных противоречий в различных формах осуществляется активное вмешательство извне, от “цветных революций” до вооруженного вторжения»[91]. Также в его выступлении подчеркивалось, что сегодня именно Вашингтон как держава, позиционирующая себя в качестве единственного актора, устанавливающего глобальные правила игры на мировой арене, стремится достичь далеко идущих военно-политических целей.

При реализации Белым домом внешнеполитических задач определенная роль отводится поддержке политической агентуры, выступающей в роли проводников американского влияния на местах: «Активно задействуется широкий арсенал проверенных на практике средств, включая применение санкций, оказание гуманитарной, финансовой и военно-технической помощи прозападным оппозиционным силам»[92].

Таким образом, следует констатировать изменения в военно-политической стратегии Запада, которые характеризуются высоким уровнем действий, направленных на лишение страны-мишени возможностей к сопротивлению за счет подрывных акций изнутри при отсутствии крупномасштабного применения военной силы. На этом фоне следует привести слова советника президента РФ С.Ю. Глазьева о том, что в современном мире войны ведутся с опорой на «мягкосиловые» технологии, которые позволяют внешней управляющей силе эффективно обеспечивать контроль путем создания и управления нестабильностью внутри государств-мишеней: «Расчет делается на дестабилизацию внутреннего состояния страны-жертвы посредством поражения ее общественного сознания подрывными идеями, ухудшения социально-экономического положения, выращивания разнообразных оппозиционных сил, подкупа продуктивной элиты с целью ослабления институтов государственной власти и свержения легитимного руководства с последующей передачей власти марионеточному правительству»[93].

Деятельность внешних акторов по созданию и использованию политических сил влияния традиционно находилась в ведении специальных государственных служб. Сегодня крайне актуально провести комплексный анализ внедренных на Западе теоретических наработок в политологическом и историческом научно-экспертном поле.

В США детальная программа по низложению правящих режимов с их последующей заменой лояльными Вашингтону и западному антисоветскому блоку фигурами получила свое воплощение в связи с послевоенными планами администрации президента Г. Трумэна по разложению советского строя изнутри. Это произошло в связи с изменением расстановки сил на мировой арене после кровопролитного периода Второй мировой войны. Вследствие того, что советский народ нанес сокрушительное поражение фашизму и смог за сравнительно небольшой период времени добиться серьезного успеха в области военно-технического обеспечения, Запад был не способен сокрушить СССР путем открытой вооруженной борьбы. Именно поэтому была выбрана тактика скрытого, тайного противостояния, которое должно было подорвать страну изнутри, существенно ослабить геополитические возможности союзников Москвы по социалистическому блоку и редуцировать влияние Москвы на мировой арене.

Основной нормативно-правовой базис для ведения подрывной работы за рубежом закладывался в США на протяжении 1947–1949 гг., во времена активной реорганизации системы разведывательных служб американского государства.

В этот период были приняты ключевые документы – Закон о национальной безопасности (1947) и Закон о ЦРУ (1949). Работа на данном направлении в основном была возложена на ЦРУ и специально созданную в 1948 г. в его рамках Службу политической координации, призванную обеспечивать проведение тайных операций (covert actions) за пределами США.

В 1947 г. в президентской директиве Трумэна СНБ 4/А (1947) г. при осуществлении специальных тайных операций ЦРУ поручается ведение масштабной психологической войны, которая включала в себя «политические акции с привлечением… предателей и поддержку политических партий»[94].

Важно отметить, что начиная с самых истоков формирования принципов тайных операций американские стратеги фактически пошли по пути нарушения общепризнанных норм международного права. В юридические основы подрывной деятельности ими целенаправленно закладывались особые подходы, позволяющие максимально закамуфлировать прямую вовлеченность в события, происходящие далеко за пределами их территориальной юрисдикции. Так, например, даже само определение тайной операции, прописанное в директиве СНБ № 10/2 от 18 июня 1948 г., формулируется особым образом: «Тайная операция подразумевает собой деятельность, которая планируется и осуществляется таким образом, что любая ответственность США за нее не являлась явной, и в случае раскрытия которой США могли бы во всеуслышание отказаться от ответственности за нее»[95].

В работе под названием «Вымысел исключен. Записки начальника нелегальной разведки» Ю.И. Дроздов – руководитель управления «С» ПГУ КГБ СССР – анализирует успехи тайных операций и указывает на выстроенную внешней управляющей силой в лице США по всему миру сеть политической агентуры влияния. Он приводит высказывание бывшего директора ЦРУ адмирала С. Тернера (1977–1981), который, говоря о необходимости реализации акций скрытого влияния за рубежом, обращался к истокам первоначальной концепции, демонстрируя ее значимость: «Это термин, объясняющий наши усилия повлиять на ход событий в иностранных государствах без демонстрации нашей роли (причастности)»[96]. Определенную правопреемственность можно наблюдать сегодня. В Законе о полномочиях разведки на 1991 г. «тайная операция» определяется как акция (или акции) правительства США, осуществляемая в целях оказания влияния на политическое, экономическое или военное положение за пределами территории Соединенных Штатов в том случае, когда необходимо, чтобы не была видима или не была признана публично причастность правительства США к подобным акциям и поддержке такой деятельности[97].

Примечательно, что современные технологии демонтажа политических режимов с привлечением к участию граждан страны-мишени (политической агентуры) уже давно находились в поле зрения американского истеблишмента. У. Фулбрайт говорил: «Нация, признающая мораль и право закона, не может разрешать своим солдатам открыто свергать правительства других стран, но она может… оказывать тайную помощь национальным элементам внутри иностранных государств с целью свержения неугодных нам правительств»[98]. Более лаконично и четко эту мысль сформулировали в стратегии штаба психологической и политической войны США. В одной из секретных директив предписывалось: «Необходимо создавать и обострять в лагере противника нестабильную ситуацию, используя все средства пропаганды и приемы психологической войны». Далее идут прагматичные задачи по мобилизации внутренней протестной силы, которые можно увидеть в арсенале внешнеполитических подходов Белого дома и сегодня: «Экономические, моральные и прочие неурядицы надо беспощадно выставлять напоказ и на этой основе побуждать население к пассивному сопротивлению и саботажу»[99].

Еще одним концептуальным источником послевоенной политики в отношении СССР является известная американская директива СНБ-68 (NSC-68) от 7 апреля 1950 г. В ней рассматривались внешнеполитические шаги в отношении СССР с указанием подрывных действий, запланированных на длительную перспективу: «Помимо утверждения наших ценностей наша политика и действия должны быть направлены на то, чтобы вызвать коренные изменения в характере советской системы, срыв планов Кремля, – это первый и важнейший шаг к этим изменениям. Совершенно очевидно, что это обойдется дешевле и будет более эффективно, если изменения явятся результатом действия внутренних сил советского общества»[100].

Среди ключевых инструментов осуществления директивы по разложению СССР стратегами из Белого дома указана поддержка и стимулирование политической агентуры изнутри, что являлось составной частью психологической войны, ведущейся в рамках тайных операций. В своей книге советский историк Н. Яковлев указывает на один из пунктов, полностью подтверждающий вышеприведенный тезис: «Нам нужно вести открытую психологическую войну с целью вызвать массовое предательство в отношении Советов и разрушить иные замыслы Кремля. Усилить позитивные и своевременные меры и операции тайными средствами в области экономической, политической и психологической войны с целью вызвать и поддержать волнения и восстания в избранных стратегически важных странах-сателлитах»[101].

Следует сказать, что в США политические агенты, оказывающие многоуровневое воздействие на систему государства, обозначались специальным термином «нетрадиционные источники». По свидетельствам советских специалистов в области противодействия такой деятельности, «нетрадиционные источники – доверительные контакты американской разведки (которая выступает и от имени госдепартамента). В сущности, тем, кто идет на эти контакты, и не надо знать, что они имеют дело с ЦРУ, необязательно быть абсолютно послушными хозяевам марионетками: действуя в угоду американским целям, они могут преследовать и собственные интересы»[102]. Именно создание таких политических проводников американского влияния согласно планам США должно было обеспечить разложение СССР изнутри, что сокращало издержки Вашингтона в сравнении с прямым военным нападением: «Задача агентов влияния в зависимости от занимаемого положения состояла в том, чтобы скрыть истинные цели холодной войны (в данном случае речь идет о ней), притупить к ним внимание, обеспечить защиту выступающих против строя в случаях их разоблачения, оправдать разрушительные процессы, дестабилизировать обстановку в стране, инспирировать критику “против” социалистической системы»[103].

В данном контексте следует упомянуть о том, что концепция действий США по приобретению и использованию политической агентуры, глубоко действующей во внутреннем пространстве государства, имеет свою особую терминологию и относится к политическим операциям (political-action operation). Их проведение прямо упоминает в своих работах бывший разведчик ЦРУ Ф. Эйджи, который еще в 1975 г. раскрыл систему работы с политической агентурой: «Для того чтобы развивать отношения с потенциальными агентами политических операций, большинство резидентур имеют продолжительные программы по развитию отношений с местными политиками от оппозиции, а также из правительственных партий»[104]. В дальнейшем, когда внешняя управляющая сила оценит имеющийся в политической среде контакт как соответствующий поставленным целям, начинается выделение финансовой поддержки на политическую кампанию или на продвижение политической группы или партии[105].

Исходя из приведенной выше информации, следует подробнее раскрыть систему осуществления внешней управляющей силой деструктивных технологий при помощи внутренней политической агентуры.

Механизм реализации специфических государственных задач внешнего агентурного проникновения в страну-мишень при помощи местного населения и тех лиц, которые имеют возможности осуществлять воздействие, на протяжении истории является одним из основных звеньев оперативной деятельности международных акторов.

Отправной точкой реализации американцами подрывной работы изнутри в том или ином государстве мира зачастую становился электоральный цикл или события, связанные с изменениями во внутриполитической жизни. В свое время подобную схему подробно раскрыл бывший разведчик ЦРУ Ф. Эйджи: «ЦРУ проводит операции перед выборами, которыми охватываются целые политические партии и финансируются кандидаты. Эти операции, на которые расходуются многие миллионы долларов, включают широкие пропагандистские кампании, создание механизмов финансирования (часто под крышей американских бизнесменов), запугивание оппозиции, устройство провокаций и распространение слухов, прямой подкуп избирателей»[106].

Начало осуществления тайных операций путем использования протестного потенциала из числа заранее подготовленной политической агентуры на местах было положено в Италии в 1948 г. С учетом международных реалий и поставленных в Белом доме глобальных целей на американские спецслужбы возлагалась задача не допустить в результате выборов прихода к власти коммунистов, которые к тому времени имели достаточно сильные позиции внутри страны.

ЦРУ приняло активное участие в организации антикоммунистической сети во главе с проамериканским кандидатом де Гаспери. Вашингтон за несколько лет до выборов в Италии с декабря 1945 г. по ноябрь 1947 г. оперативными усилиями руководителя специальных операций Дж. Энглтона заранее подготовил необходимые каналы вмешательства, «через которые ЦРУ имело возможность быстро и эффективно оказывать поддержку де Гаспери на итальянских выборах»[107]. США активно способствовали формированию альянса антикоммунистических партий, что позволило христианским демократам де Гаспери перед выборами закрепиться в политическом пространстве и в итоге одержать победу. Известный американский исследователь спецслужб США Т. Вейнер в одной из своих работ приводит данные о том, что в те годы по каналам ЦРУ итальянским политикам доставляли крупные денежные суммы, исчисляющиеся миллионами долларов[108].

Впоследствии «итальянская модель» применялась во множестве государств и приводила к замене нелояльных Вашингтону правительств и государственных лидеров на необходимых ставленников. Примеры успешной реализации таких действий только в 1950-е гг.: Иран (1953), Гватемала (1954), Индонезия (1957). Несмотря на тот факт, что в ряде случаев для достижения целей ЦРУ опиралось на поддержку и использование военных или радикальных боевых формирований, роль политической агентуры также имела место.

В частности, по данным бывшего директора ЦРУ, «к 1953 г. тайные операции пропагандистского, политического и военного характера проводились в 48 странах, то есть более чем в половине стран – членов ООН в то время»[109]. Значительный масштаб подрывной деятельности подтверждается американскими источниками, в которых отмечено, что в бюджете ЦРУ на 1953 финансовый год на проведение тайных операций предусматривалось выделение 75 % от всех ассигнований[110].

Несмотря на широкую географию применения тайных операций, Вашингтон в соответствии с поставленными задачами направлял основные усилия на подготовку политической агентуры в Советском Союзе и странах социалистического блока.

На Пленуме ЦК КПСС 27 апреля 1973 г. Ю. В. Андропов в своем выступлении рассказал о ведущейся работе по разложению советского строя, а также изложил актуальные планы ЦРУ по подготовке и выстраиванию консолидированной сети политической агентуры: «На первоначальном этапе предусматривается установление контактов с разного рода недовольными лицами в Советском Союзе и создание из них нелегальных групп. На последующем этапе намечается консолидировать такие группы и превратить их в “организацию сопротивления”, то есть в действующую оппозицию»[111]. Такие понятия, как «свобода» и «демократия», были выдвинуты США в качестве лозунгов для групп влияния изнутри для того, чтобы камуфлировать присутствие внешней управляющей силы. Как докладывалось в одной из аналитических записок советских спецслужб середины 1980-х гг., западные разведки целенаправленно шли по пути создания «демократического движения» в СССР, чтобы с его помощью реализовывать программные установки по свержению советского строя: «“Демократическое движение” – выражение, использовавшееся специальными службами противника и зарубежными антисоветскими центрами в акциях идеологической диверсии в 1965–1977 гг. для создания видимости наличия в нашей стране оппозиционного течения и склонения отдельных лиц к активным враждебным действиям»[112].

Исследовательский интерес представляет еще один важный документ – «О планах ЦРУ по приобретению агентуры влияния среди советских граждан», который Ю.В. Андропов 24 января 1977 г. направил в ЦК КПСС. В нем более подробно раскрывался механизм выстраивания взаимодействия между внешней управляющей силой в лице США и политической агентурой внутри, которую предписывалось приобретать на местах с последующим продвижением в жизненно важные сферы управления советским государством. Целесообразно выделить следующий отрывок: «Руководство американской разведки планирует целенаправленно и настойчиво, не считаясь с затратами, вести поиск лиц, способных по своим личным и деловым качествам в перспективе занять административные должности в аппарате управления и выполнять сформулированные противником задачи»[113]. Основной расчет, по мнению советских аналитиков, делался на то, что осуществляемая программа «будет способствовать качественным изменениям в различных сферах жизни нашего общества, и прежде всего в экономике, что приведет в конечном счете к принятию Советским Союзом многих западных идеалов»[114].

Приход в 1981 г. к власти в США новой администрации под руководством Р. Рейгана и неформально объявленный «крестовый поход против коммунизма» еще больше увеличили интенсивность подрывных операций в отношении Кремля.

Одним из важных доктринальных источников того времени становится директива Совета национальной безопасности № 75 (NSDD-75), которая продолжает конфронтационную логику в русле подрыва Советского Союза и его союзников изнутри. Отечественные аналитики вновь констатировали, что основное внимание отводилось компоненту политической агентуры, действующей в интересах внешней управляющей силы: «Глaвнaя стaвкa делaлaсь нa создaние и консолидaцию “внутренних оппозиционных сил”, которые при поддержке извне должны добивaться зaхвaтa влaсти и политической переориентaции своих стрaн нa Зaпaд»[115].

Можно констатировать, что усилия США по изменению советской системы изнутри нашли свое конечное воплощение и поспособствовали дезинтеграционным процессам, которые закончились распадом страны.

Однако несмотря на то, что «империя зла», угрожающая американским интересам, прекратила свое существование, а ее правопреемница Российская Федерация приняла новые правила игры, Запад не пошел на то, чтобы занять дружественную позицию и развивать отношения на взаимовыгодной и равноправной основе.

Разрушение биполярной системы, напротив, привело к серьезному изменению геополитической конъюнктуры, которая характеризовалась усилением всепроникающего внешнего воздействия. Переходный период, открытость страны миру несли новые оперативные возможности иностранным акторам, стремящимся нарастить объемы влияния на внутриполитическую ситуацию, о чем писал бывший начальник внешней разведки ПГУ КГБ СССР Л.В. Шебаршин: «…возросли масштабы вмешательства, воздействия на наши внутренние дела из-за рубежа… Создаются своего рода лобби, группы и слои влияния, которые невольно, а зачастую вольно выступают в качестве проводников чужих интересов в нашей стране»[116].

Современная технология «цветных революций» с привлечением протестного потенциала того или иного государства, как и тайные операции периода холодной войны, предусматривает использование внешних механизмов управления и поддержку политической агентуры через разветвленную сеть «мягкосилового» влияния (в особенности по линии зарубежных НПО и НКО). Высока роль внешней управляющей силы, которая заблаговременно готовит политическую агентуру на местах и следит за тем, чтобы программа реализации деструктивных технологий не отклонялась от задаваемого ею курса. В дальнейшем при успешной реализации своих планов она получает непосредственный контроль над новым прозападным режимом.

Наличие подобных планов и их конкретную реализацию следует трактовать как геополитическую данность, программируемую западными политтехнологами, которые не отошли от конфронтационных сценариев холодной войны и перенесли прежние наработки в практическую плоскость современных международных отношений. В частности, министр обороны России генерал армии С. Шойгу в своем выступлении на Московской конференции по международной безопасности раскрыл этот тезис, сказав, что «социально-экономические и политические проблемы отдельных государств используются для замены национально ориентированных правительств режимами, которые контролируются из-за рубежа. Они, в свою очередь, обеспечивают своим покровителям беспрепятственный доступ к ресурсам этих государств»[117]. В современной военной доктрине РФ выделены некоторые характерные признаки технологии демонтажа политических режимов государств, то есть применения внешними акторами «политических, экономических, информационных и иных мер невоенного характера, реализуемых с широким использованием протестного потенциала населения и сил специальных операций»[118]. Деятельность акторов и движений, которые получают финансирование из-за рубежа и непосредственным образом исполняют роль проводников иностранного влияния, определена в качестве характерной черты современных конфликтов и обозначена в документе как «использование финансируемых и управляемых извне политических сил, общественных движений»[119].

Текущие стремления Запада реализовать в России смену режима все чаще вынуждают обращаться к таким специфическим терминам, как «политическая агентура», «диверсии» и «провокации». Эти составляющие традиционно выступали в качестве основных компонентов стратегии, направленной на расшатывание ситуации, подрыв влияния, устранение от власти неугодных лиц, и сыграли одну из ключевых ролей в реализации западных технологий демонтажа политических режимов государств постсоветского пространства, осуществляемых с привлечением действий, анонсируемых как исключительно «ненасильственные» (nonviolent actions).

В связи с эволюцией принципов внешнего влияния в сторону «мягкосиловых» методов с задействованием потенциала политической агентуры назрела острая необходимость нового осмысления этого явления в научно-исследовательской среде.

Политическая агентура – это выстроенная сетецентричным образом работа политических агентов влияния внутри страны, которые при осуществлении своей деятельности оказывают многоуровневое воздействие на внутригосударственный административно-управленческий аппарат, органы, формирующие общественное мнение (СМИ, соцсети, блогосфера), или общественные группы, отдельных граждан государства в интересах и для достижения целей, преследуемых внешней управляющей силой (иностранным актором).

В определениях отечественных специалистов в области противодействия деструктивной деятельности западных специальных служб лицо, продвигающее интересы иностранной державы, традиционно именовалось агентом влияния. «Обычно такой агент связан с политическими или экономическими кругами соответствующей страны, с ее средствами массовой информации или влиятельными общественными организациями. Эти агенты тщательно оберегаются разведкой»[120]. Специалисты в области исследований технологий демонтажа политических режимов указывают на то, что в современных реалиях сохраняется актуальность привлечения внешней силой политических агентов. Профессор МГИМО Е.Г. Пономарева выделяет действия агентуры изнутри в качестве одного из важных факторов при реализации смены режима: «Успех “цветных революций” на 80 % зависит от человеческого фактора. Чем больше в рядах заговорщиков имеется профессионалов, чем больше своих людей в стане противника (информаторов, «фигур влияния», сообщников), тем выше их шансы на успех»[121].

Система выстраивания политической агентуры сводится к установлению связей между лицами на местах и внешней силой, которая будет осуществлять управление и оказывать разностороннюю поддержку в случае необходимости. В качестве первых, как правило, выступают люди, относящиеся к государственной элите, те, кто имеет возможность оказывать воздействие на общественное мнение, и так называемые лидеры протеста, зачастую выступающие в качестве основных проводников идей и подходов, сформулированных западными политтехнологами, даже несмотря на тот факт, что они могут не поддерживаться большинством населения страны, что видно на примере отсутствия высокого уровня поддержки несистемной оппозиции в РФ. Таким образом, к реальной политической агентуре можно отнести узкую группу лиц из числа местного населения, а также связанных с ней граждан других государств, которые выступают в роли тайных и открытых агентов. Они оказывают постоянное воздействие на внутриполитическую жизнь страны, будучи посвященными в работу внешней управляющей силы, и тесно координируют с ней свои шаги.

Важно указать, что сам факт наличия политической агентуры в том или ином государстве, находящейся под покровительством внешней силы, не позволит в полной мере реализовать технологию демонтажа неугодного политического режима. Отсюда появляется необходимость в привлечении широких народных масс.

На ряде примеров можно увидеть, как те или иные демонстрации, шествия, пикеты, митинги, вызванные справедливыми социально-экономическими, политическими запросами со стороны населения, становились средством обкатки деструктивных технологий: искусным образом «лидерами протеста» осуществлялся перевод социальных, экономических требований (реформы, повышение зарплаты) в политическую плоскость (отставка правительства и президента). В результате объективные претензии людей использовались в узкокорыстных целях внешней управляющей силой, которая применяет этот механизм в качестве инструмента психологической борьбы.

В начале 1950-х гг. США сформулировали необходимость увеличения поддержки американских лозунгов среди советского народа. В частности, предлагалось выставлять положение дел так, что «американцы проводят различие между советским народом и его правительством». Таким образом, во главу угла ставилась задача в рамках ведения психологических операций усиливать разобщенность в отношениях по линии народ – государственная власть, что является одной из ключевых и очень важных задач для оппозиции при реализации государственного переворота. В ЦРУ деятельности на данном направлении уделяли серьезное внимание. В рассекреченном в 1976 г. документе «План психологического наступления (СССР)», который был подготовлен американской разведкой еще в апреле 1951 г., указывается: «Нужно расширить разрыв, существующий между советским народом и его правителями. При определении этих целей и задач, безусловно, предполагается указать советскому народу на то, что существующему режиму есть альтернатива»[122]. Конкретными инструментами реализации заданного сценария по плану выступали как раз внутриполитические агенты влияния: «При ведении психологической войны нужно искать решение внутри СССР, то есть упорно пытаться обнаруживать и организовывать врагов существующего там строя на месте и их руками попытаться вести борьбу в целях его свержения»[123].

Таким образом, помимо самой политической агентуры внешняя управляющая сила также получает возможность оказывать многоуровневое воздействие на внутриполитические процессы государства. Она камуфлирует реальную степень своего влияния путем использования аффилированных политических агентов, которые влекут за собой народные массы, обеспечивая видимость «мягкосиловых» практик «ненасильственных действий», «демократического», «народного» протеста, который внешняя управляющая сила впоследствии на определенной стадии будет активно поддерживать.

Отечественный дипломат С.И. Илларионов в своей работе «Стратегия и тактика политических диверсантов», рассматривающей подрывную работу западных политтехнологов и США по подготовке и привлечению политических диверсантов, также определяет важность наличия «народного протеста» как фактора, способствующего реализации технологий внешней управляющей силы: «Для достижения целей внешней экспансии предлагается использование новейшей тактики, в основе которой организация “мощного внутреннего сопротивления”, создание видимости “собственных усилий народа”»[124].

Данная технология своими корнями уходит в методические пособия, разработанные американским специалистом по «ненасильственной борьбе» Дж. Шарпом и его коллегами из специальных служб США, которые использовались политической агентурой при подготовке «цветных революций» в ряде государств. Без участия «народа», без привлечения его потенциала внешними силами и лидерами протеста сложно успешно реализовать технологии демонтажа политических режимов. Для этой цели, по мнению Дж. Шарпа, необходимо выполнить следующие задачи: «Укрепить в угнетенном населении решимость, уверенность в себе и способность к сопротивлению; укрепить независимые социальные группы и институты угнетенного народа; создать мощное внутреннее сопротивление; подготовить разумный стратегический план и умело претворить его в жизнь»[125].

Именно поэтому внешней управляющей силе так важно поддерживать лидеров оппозиции, способствовать их активным действиям по расширению сети своих сторонников из простых граждан страны. Солидаризируясь с позицией и тезисами, диктуемыми внешней управляющей силой, а также спекулируя на существующих в государстве объективных проблемах для увеличения своего влияния в народных массах, политическая агентура выступает в качестве инструмента влияния изнутри, что позволяет внешней управляющей силе использовать простых граждан страны в своих целях.

Рассмотрев основные подходы использования политической агентуры в странах-мишенях в разрезе внешнеполитической деятельности США и их реализацию на практике, нужно констатировать, что в настоящее время их применение как никогда актуально и с высокой долей вероятности будет использоваться в дальнейшем по отношению к нашей стране.

На современном этапе развития международных отношений Российской Федерации жизненно необходимо быть сплоченным государством, которое в состоянии ответить на внешние и внутренние вызовы и обеспечить стабильное развитие и процветание российского общества. Как никогда актуальны слова начальника 5-го управления КГБ СССР, а затем заместителя председателя КГБ СССР Ф.Д. Бобкова, подчеркивающие важность укрепления государственных механизмов и консолидации гражданских потенциалов «мягкой силы» России: «При крепости строя и сплоченности общества такие атрибуты войны, как предательство, агентура влияния, действия спецслужб, не ведут к поражению»[126].

Для того чтобы избежать вовлечения российского общества в западные деструктивные сценарии, необходимо отдавать себе отчет в губительности действий, направленных на осуществление государственного переворота. Как никогда актуальна стратегическая работа по формированию неприятия у граждан нашей страны подрывных идей и ценностей, закамуфлированных под демократические требования и гражданские свободы. Как говорил китайский философ Лао-Цзы: «Наводить порядок надо тогда, когда еще нет смуты».

5.4. Роль политической агентуры в подрыве культурной гегемонии государств

Русских невозможно победить, мы убедились в этом за сотни лет. Но русским можно привить лживые ценности, и тогда они победят сами себя!

Отто фон Бисмарк

Итальянский философ, политический деятель, руководитель итальянской коммунистической партии Антонио Грамши в 1920-х гг., находясь в тюрьме (с 1926 по 1937 г.), писал заметки о механизмах организации общества, науки, культуры и т. д., которые впоследствии получили название «Тюремные тетради». В них Грамши анализировал и дополнял идеи марксизма, используя опыт Великой октябрьской революции 1917 г. и фашистского движения в Италии. Была создана новая теория реализации революции, учение о культурной гегемонии, которая предусматривала бескровный характер смены господствующей власти. На основе этой теории в современном мире на практике реализуются многие проекты по демонтажу политических режимов, или, другими словами, «цветные революции» и государственные перевороты. Новая революционная теория Грамши была актуальна не только для обществ индустриального типа того времени, но и для информационного общества, которое преобладает в наши дни. В основе упомянутой теории лежит не захват власти насильственным способом, когда представители революционной молодежи становятся жертвами во имя каких-либо призрачных идей, а борьба за их умы, за их мировоззрение и ментальность. Это борьба носит неспешный и планомерный характер. Однако эффективность такой стратегии подтверждается наглядными результатами, которые становятся необратимыми для общества и государства. А. Грамши был убежден, что государство и его диктатура внутри общества опираются на культурное ядро. Под культурным ядром итальянский философ подразумевал совокупность общественных достижений, включающих науку, искусство, организацию общественной и государственной жизни, традиции, обычаи и нравы, сформировавшиеся в обществе за определенный временной период. Культурное ядро – это комплекс мировоззренческих представлений о добре и зле, человеке и окружающем мире, отвратительном и прекрасном, традициях и предрассудках. До тех пор пока культурное ядро цельно и стабильно, угроза для существующей власти отсутствует. Однако подрыв культурного ядра становится фундаментом для реализации революционных событий.

Стратегия и тактика революций старого типа в корне отличается от стратегии и тактики революции, разработанной А. Грамши. Подрыв культурной гегемонии в его представлении – это революция нового типа, революция следующего поколения. В ее основе лежит не столкновение классов, по Марксу, а постепенное и планомерное изменение общественного мнения и народных настроений, которое проецируется на сознание отдельно взятого человека. Такой тип революции не предусматривает применения насилия, поэтому и подавить такую революцию насилием невозможно. Революция, по Марксу, опирается на классы; революция, по Грамши, в своей основе опирается на индивидуума, его культуру и мировоззрение. А изменение государственного строя и всей политической структуры реализуется на последнем этапе. Подрыв культурной гегемонии в понимании А. Грамши – это постоянно действующий механизм, который с помощью выявления и использования в качестве инструмента форматирования общественного осознания трудностей и проблем в стране производит в умах людей переворот, но переворот не сиюминутный, а тотальный и непрерывный. В инструментарий такой революции входят книги, спектакли, статьи, радиопередачи, кинофильмы и множество других культурно-информационных механизмов, которые способны коренным образом «переформатировать» сознание отдельно взятого человека. При этом основным объектом культурной агрессии должно стать мировоззрение обычного человека, среднего обывателя, его повседневные мысли и суждения. А. Грамши был убежден, что политическую власть можно захватить только при условии предварительного захвата власти культурной. Государство поддается процессам эрозии и в итоге рушится из-за утраты культурного диктата над населением. Захвату власти и осуществлению революции «сверху» должна предшествовать культурная революция «снизу», тогда власть достанется революционерам без применения насилия и без особых усилий.

Форматирование и конечное изменение культурного ядра напрямую связано с контролем над средствами массовой информации. Кинофильмы и радиопередачи, газеты и журналы, а также театры, школы и университеты должны постепенно превращаться в инструменты реализации культурной революции. Однако для возникновения революционной ситуации нужна не только интеллектуальная агрессия, но и реальные действия, которые спровоцируют народ на осуществление сначала протестных акций, а потом на применение силовых и насильственных методов для захвата власти. Во внешнеполитических подходах США такая деятельность реализовывалась через скрытые механизмы спецслужб. ЦРУ выстраивало целую сеть «мягкосилового» влияния из иностранных граждан: «Эти люди обеспечивали ЦРУ прямой доступ к большому количеству газет и периодических изданий, десяткам пресс-служб и информационных агентств, радиостанций и телеканалов, коммерческих издательств книжной литературы, а также другим иностранным СМИ»[127]. Основной социальной группой, которая может стать локомотивом революции, Грамши считал интеллигенцию. Это наиболее слабая часть общества, которая подвержена внешнему давлению. При этом интеллигенция играет в обществе ключевую роль, именно интеллигенция конструирует общественные нормы и установки, потому что ее главная функция не интеллектуальный труд, а организация общества. Высшая прослойка интеллигенции, состоящая из теоретиков и идеологов, конструирует идеи и смыслы, остальная часть распространяет эти идеи и смыслы среди населения. А. Грамши пишет: «Интеллигенты служат “приказчиками” господствующей группы, используемыми для осуществления функций, подчиненных задачам социальной гегемонии и политического управления». В.И. Ленин также рассматривал интеллигенцию как слабое и неблагонадежное звено общества, а его соратник Л.Д. Троцкий поддерживал идею высылки интеллигенции за границу: «Мы будем вынуждены расстрелять их по законам военного времени. Вот почему мы предпочитаем сейчас в спокойный период выслать их заблаговременно».

Интеллигенция является подлинно революционным классом в большинстве современных государств. В ней заключен главный источник оппозиции к правительству. Интеллигенция формирует культурные и политические установки и ценности. Она разрабатывает и пропагандирует доктрины новой культуры, руководит и направляет процесс революции на всех ее этапах. Крейн Бриттон в своей книге «Анатомия революции» пишет, что признаком «существенно нестабильного общества является внезапное появление множества интеллектуалов»[128]. Именно такая интеллигенция создает систему воспитания новых поколений с раннего детства и во всех жизненных проявлениях. Подобная программа проводится на всех уровнях власти с помощью СМИ (телевидения, радио, газет и журналов), с участием авторитетных ученых, поэтов, артистов. СМИ – это осадные орудия в культурной революции. Успех обеспечивается полной блокадой той части интеллигенции, которая не согласна с программой. Революция, призванная подорвать культурную гегемонию, охватывает все сферы жизни государства – экономику, политику, идеологию, образование, спорт и т. д. В ходе такой революции используются все средства воздействия на людей – радио, телевидение, спецслужбы, различного рода конгрессы, религиозные и общественные организации. Используются любые поводы, любые болевые точки государства, любые человеческие слабости, национальные разногласия, религиозные противоречия, социально-экономические проблемы.

Кто способен проводить такие революции? Страны, обладающие огромной экономической, идеологической и политической мощью, достаточной, чтобы мирным путем заставить другие государства сделать то, что необходимо. После разрушительной Второй мировой войны именно США вышли наиболее окрепшей державой как в экономическом, так и в военно-политическом смысле, взяв курс на наращивание культурной гегемонии. Однако коммунистическое влияние, которое распространилось по разным уголкам мира, в том числе и среди европейской интеллигенции, не позволяло Вашингтону в полной мере осуществить задуманное. С целью ослабления роли Москвы был предпринят ряд шагов по созданию через специальные службы целой сетевой структуры влияния на интеллигенцию западных государств. В июне 1950 г. в Берлине открылся Конгресс за свободу в области культуры, который профинансировали США. На нем собрались 118 интеллектуалов из 20 стран мира. Главной целью для спонсора и основного организатора мероприятия являлось стремление повлиять на позиции интеллигенции левых взглядов. Посредством выстраивания постоянно функционирующей организации в виде Конгресса за свободу в области культуры ЦРУ, в частности отдел по работе с международными организациями, добивалось бы поставленных задач: «Этот отдел был создан в 1950 г. для координации скрытых операций в области культуры и образования в зарубежных странах, и его возглавлял Томас Браден. Директор ЦРУ А. Даллес поставил перед ним задачу по формированию лояльных в отношении США европейских интеллектуалов»[129].

В дальнейшем программы, нацеленные на проникновение в европейскую элиту, расширялись, что находило отражение в увеличении уровня американского воздействия на государства, в том числе на выработку политических решений, таких как постепенные интеграционные процессы западных государств.

В отношении СССР и стран социалистического блока были также выработаны специфические методы распространения культурного влияния. В конце 1950-х гг. СНБ США принимает решение о поддержке демократических настроений в восточноевропейских государствах через распространение пропаганды: «Информационные программы были направлены на создание групп диссидентов, способных подорвать влияние правящей прокоммунистической элиты и спровоцировать восстание»[130].

Таким образом, мы подходим к тому, что для возникновения революции необходим кризис. Подрыв культурной гегемонии не может возникнуть раньше, чем созреют объективные предпосылки. Культурный кризис проявляется прежде всего в том, что становится невозможным сохранить общество как единое и слаженное целое. Особенность кризисной ситуации заключается в том, что перед обществом встает не одна проблема, а огромное количество внутренних проблем и внешних трудностей. Они могут быть вызваны результатом различных экономических, культурных, социальных процессов, воздействующих на механизмы развития общества и сферу государственного управления. Трудности могут быть связаны не только с военной угрозой, но и с международными отношениями, а также с необходимостью противостоять внешним угрозам, внезапным финансовым и экономическим кризисам. В начале 1950-х гг. подобная логика борьбы все больше приобретает реальные очертания во внешнеполитических подходах США. В частности, в директиве СНБ-68 указывалось: «Нам нужно вести открытую психологическую войну с целью вызвать массовое предательство в отношении Советов и разрушать иные замыслы Кремля. Усилить позитивные и своевременные меры и операции тайными средствами в области экономической, политической и психологической войны с целью вызвать и поддержать волнения и восстания в избранных стратегически важных странах-сателлитах»[131].

В каждом конкретном случае соотношение внутренних и внешних факторов может меняться. Условно революцию, основанную на подрыве культурной гегемонии, можно разделить на два этапа:

• первый этап – это захват культурной и политической власти в государстве. В современном мире культурная революция вначале происходит как совокупность сравнительно мелких преобразований внутри государственного аппарата, причем на высшем уровне (революция «сверху»). Если при этом возникает какая-либо борьба, она не выходит за рамки государственного аппарата. Мероприятия, в совокупности осуществлявшие культурную революцию, постепенно спускаются сверху в низшие инстанции и охватывают всю систему власти;

• на втором этапе происходит полное разрушение того культурного пласта, на котором держится «старое» государство (религия, образование, культура, идеология, семья и т. д.).

Практически любая революция начинается как революция политическая, и смена власти ограничивается рамками существующей элиты. Однако революция в результате подрыва культурной гегемонии отличается тем, что захват власти проводится целенаправленным внедрением культреволюционеров в органы власти, формирующие культурные и идеологические установки населения. Эта операция называется молекулярной агрессией в ядро культуры. В современных высокоразвитых демократических государствах завоевать политическую власть можно лишь путем достижения культурной гегемонии с помощью руководимой интеллектуалами революционной перестройки общественного сознания. Суть такой революции заключается в захвате культуры, лишь затем она переносит действие на политику. Любая форма правления, не укорененная в культуре государства, обречена на исчезновение. Кто влияет на культуру – тот является властителем дум и в конечном счете определяет политику государства. В подтверждение данного тезиса стоит привести слова из выступления председателя КГБ Ю.В. Андропова на одном из пленумов ЦК КПСС в 1973 г. (он цитировал сотрудника американской разведки, одного из руководителей Комитета «Радио “Свобода”»): «Мы не в состоянии захватить Кремль, но мы можем воспитать людей, которые могут это сделать, и подготовить условия, при которых это станет возможным»[132].

Элита (неважно – культурная или политическая) составляет культурное ядро общества. Без настоящей правящей элиты управление страной невозможно. Лишенное настоящей элиты общество, государство или политическое движение обречено на провал. Без элиты, без ядра невозможна реализация любого дела или замысла. Политическая элита выбирает президентов и монархов, она же их и убирает, без нее не принимается ни одно важное государственное решение. Элита не только формирует, но и выражает вкусы и интересы масс. Историк А. Тойнби в своих работах приходит к выводу, что глубокие преобразования начинаются благодаря усилиям небольшой части общества, которую он назвал творческим меньшинством. По его мнению, задача творческого меньшинства заключается именно в том, чтобы «убедить нетворческую массу в необходимости изменений и повести ее за собой»[133]. Основная задача революции на первом этапе – определить, кто является элитой в том или ином обществе, кто составляет ее культурное ядро.

Бытующее в массовом сознании представление о том, что в демократических условиях широкие народные массы могут осуществлять властные функции и в полной мере участвовать в политическом процессе, глубоко ошибочно. На практике все ограничивается их участием в выборах или в протестных акциях, которые являются лишь последствием тех или иных договоренностей или отсутствия компромисса внутри государственной элиты. Элиты во многих случаях определяют лицо любого общества, поскольку именно они формируют цели и перспективы его развития. Но самая главная функция элиты – определять культуру и идеологию общества. Элита делает это путем принятия стратегических решений с использованием ресурсов государственной власти для их реализации.

Для понимания процессов реализации подрыва культурной гегемонии (культурной революции) обратимся к термину «политическая агентура». Использование противником специальных агентов, оказывающих воздействие на политику внутри государства, находило свое отражение в раннюю эпоху становления государств и в последующие исторические периоды. В XVII в. японский философ Огю Сорай говорил: «Когда местные жители не получают от противника (то есть от своих властей) чинов и жалованья, чувство долга у них очень слабое. Если обласкать их своими милостями, они, привлеченные этими милостями, расскажут о слабых и сильных местах противника. Низменных из них можно прельстить деньгами и драгоценностями; другим можно внушить, что они и есть те самые правители, которые в случае, если они будут у власти, станут полезны для народа»[134].

Очень часто для нужд культурной революции необходима политическая агентура, которая способна выполнить программу по разрушению культуры, образования и традиционных ценностей государства. Именно политическая агентура исполняет роль основных агентов реформирования общества для реализации институционального сдвига. Представители политической агентуры претворяют в жизнь один из главных этапов культурной революции – крушение культурного пласта, на котором держится государство. Такая политическая агентура была во времена перестройки СССР. Именно благодаря ей удалось в кратчайшие сроки поменять идеологию, моральные и этические ценности советского народа. В понимании политической агентуры морально все, что соответствует интересам внешней управляющей силы, а все, что эти интересы ставит под сомнение, – аморально и незаконно.

Проникновение политической агентуры в органы государственной власти может осуществляться по нескольким направлениям (в зависимости от политической и социально-экономической конъюнктуры):

• во-первых, это мирный способ проникновения, например, в парламент государства. Для этой цели внешняя управляющая сила финансирует специально созданные политические партии;

• во-вторых, осуществляется скрытое финансирование перспективных государственных чиновников и политических лидеров;

• в крайнем случае – в качестве последнего инструмента – используется реализация сценариев «цветных революций».

Как известно, в конце 1980-х гг. в Советском Союзе произошла культурная революция «сверху». Были изменены государственный политический строй, идеология, культура. Эффективность разрушения во многом определялась тем, что партийно-государственная элита СССР выступала уже в союзе с противниками государства, так как получала от них большие интеллектуальные, культурные и технические ресурсы.

Западные стратеги и политтехнологи холодной войны отдавали себе отчет в том, что основу главного противника на мировой арене – советского государства – составляет его партийный аппарат. Продвижением этой идеи внутри истеблишмента США активно занимался один из авторов внешнеполитической американской доктрины сдерживания Дж. Кеннан. В одном из своих донесений он отмечал: «В России партия стала крупнейшим, а в настоящий момент и высшим аппаратом диктаторского администрирования, превратившись в то же время в источник эмоционального вдохновения. Поэтому внутренняя крепость и постоянство движения не могут рассматриваться как гарантированные»[135].

Именно поэтому разложение внутригосударственной системы управления СССР стало одной из основных задач Вашингтона на будущие десятилетия. Изучив доскональную структуру КПСС, характер отношений между сотрудниками, их психологию, способ отбора и т. д., западные планировщики пришли к выводу, что разрушить советское общество можно только «сверху» – путем разрушения партийного аппарата. Причем начать это разрушение необходимо с самого высшего уровня.

Касаясь вопросов экспорта культурных революций в виде «цветных сценариев» или государственных переворотов, важно отметить несколько условий. Культурная революция – достаточно длительный процесс. Воплощением данной революции занимается политическая агентура, наделенная определенными привилегиями. При этом в реализации культурной революции принимает участие несколько поколений. При долговременной стратегической комбинации политическая агентура, участвующая в культурной революции, разделяется на актуальную (играющую отведенную роль на текущем этапе) и перспективную (ту, которая придет ей на смену). Лица, выполняющие подобные функции, получают определенную подготовку и продолжают дело предшествующих групп по тем же правилам.

Для успешного проведения революции «сверху» важно, чтобы политические структуры государства были подвержены различным влияниям внутри общества – политическим и неполитическим. Тогда они будут подвержены и влиянию извне. В этом случае, по мнению С. Хантингтона, «в них легко проникают агенты влияния, группы и идеи из других политических систем»[136].

В некоторых случаях режим может быть свергнут путем просачивания в страну нескольких агентов и небольшого количества оружия. Либо свержение может произойти в результате обмена несколькими словами и несколькими тысячами долларов между иностранным послом и горсткой недовольных полковников.

Внедрение политической агентуры в органы власти возможно только тогда, когда неустойчивы политические структуры государства. Политическая агентура в зависимости от ситуации вербуется и внедряется в ткань государственных институтов, но этот процесс происходит постепенно. В разных ситуациях на это уходит от нескольких месяцев до нескольких лет. Внешняя управляющая сила только в самых крайних случаях идет на грубый прямой подкуп своей будущей политической агентуры. Политическая агентура постепенно и планомерно взращивается, получая крупные гонорары за книги в зарубежных издательствах, чтение лекций, ведение политической деятельности, осуществление научно-экспертных разработок и т. д. В результате ей прививаются необходимые ценности, которым в дальнейшем необходимо строго соответствовать. Обычно Соединенные Штаты Америки следуют традиционной схеме и находят в стране оппозицию или перспективных политических лидеров. Политическая агентура проходит обучение, в дальнейшем получает финансирование от внешней управляющей силы и содействие в продвижении в органы государственной власти, опираясь на политическое и финансово-экономическое влияние своего патрона. Происходит погружение в западную культурно-политическую парадигму, солидаризация с деструктивными внешними тезисами, которые не воспринимаются агентурой влияния как губительные для отечества. По мнению директора РИСИ генерал-лейтенанта в отставке Л. Решетникова, «реальных агентов влияния серьезного уровня в мире не так много, как принято считать. Принятие или непринятие серьезных стратегических решений не в интересах своей страны в основном инициируется, скажем так, идейными агентами. Это те наши чиновники, которые оказались в отечественном высокопоставленном кресле, но душой они на Западе»[137]. И уже затем они осуществляют культурные, политические и социально-экономические преобразования в государстве – жертве культурной агрессии.

Общеизвестный факт: после распада Советского Союза множество способных, одаренных и талантливых молодых людей из Российской Федерации и стран СНГ отправились в Европу и США для повышения квалификации в области политологии, международных отношений, социологии и множества других наук. Сегодня эти эксперты, прошедшие стажировку на Западе, формируют основное ядро гуманитарного научно-экспертного сообщества, а многие даже заняли ведущие места в бизнесе, политике и культуре. В итоге взращенная политическая агентура поддерживает или осуществляет государственный переворот, реализуя на практике один из множества сценариев «цветных революций».

Одним из основных приоритетов в работе американской разведки является формирование условий для «мягкосилового» воздействия США на внутриполитическую ситуацию в России. Поставленные задачи решаются при помощи привлечения возможностей тех управленцев, которые имеют доступ в высокие кабинеты и механизмы влияния на общественное мнение. После крушения Советского Союза американцы активно продвигали лозунг «Поддержим молодую демократию!» с целью привлечения новых кадров из числа столичных и региональных российских политических элит в свои программы повышения квалификационного уровня. «По приглашениям в США побывали многие руководители. Позже стало известно, что не без участия спецслужб был составлен список и график выезда лидеров политических партий, высших военных чиновников, известных ученых и общественных деятелей РФ в Соединенные Штаты Америки для чтения лекций или под другими благовидными предлогами»[138]. За отдельные аспекты проведения подобных мероприятий отвечало разведывательное ведомство в Лэнгли. Финансовые проводки шли через различные неправительственные фонды, поэтому денежных затрат для приглашенных россиян не предусматривалось. Наоборот, существовала система поощрений, выраженная гонорарами за проделанную в США работу.

Доктор исторических наук, доцент кафедры американских исследований СПбГУ Н. Цветкова пишет, что «для влияния на реформы в государственном управлении России правительство США особую роль отводило программе по развитию российского руководства (Russian Leadership Development). Ежегодно правительство США отбирало 1600–1700 российских граждан, представляющих политическую элиту государства. В 2000 г. 92 представителя Государственной Думы и 14 членов Федерального Собрания, а также 97 мэров и вице-губернаторов российских городов обучались навыкам политического лоббирования. Программа фокусировалась на обучении молодых (до 38 лет) подающих надежды представителей федеральных и региональных органов власти. Во время обучения в США российские участники программы проживали в домах представителей Конгресса США»[139]. Обучение бизнесменов и политиков демократического толка взяла на себя Программа Э. Маски, названная в честь одного из госсекретарей США Эдмунда Маски, который инициировал данную программу. На конкурсной основе сотрудники Информационного агентства выбирали талантливых русских студентов (около 400 человек в год), специализировавшихся, как правило, в области бизнеса, юриспруденции и местного самоуправления. Идея программы заключается в том, чтобы ускорить карьерный рост перспективных российских студентов в области менеджмента, журналистики, юриспруденции и др. Результаты анкетирования участников Программы Э. Маски, прошедших обучение в США в 1992–1996 гг., показывают, что в 2002–2003 гг. около половины ее выпускников занимали ключевые посты в российской финансовой и банковской системе, 80 % имели коммерческие связи с американскими компаниями, 60 % были заинтересованы в дальнейшем реформировании России и больше половины активно участвовали в политическом развитии страны.

Самой известной программой развития бизнеса в России является Программа САБИТ Министерства торговли США (Special American Business Internship Training). Программа ежегодно собирает около 300 менеджеров российских компаний и специалистов в области маркетинга для обучения в американских фирмах. В настоящее время правительство США заинтересовано в бизнесменах, компании которых специализируются в области программного обеспечения, биотехнологий и нефтяной и газовой промышленности. По оценкам американского правительства, программа является очень эффективной, поскольку способствует заключению коммерческих сделок и увеличивает экспорт американской продукции в Россию. Например, американская строительная компания в Нью-Джерси, участвуя в данной правительственной программе, увеличила свой доход от экспорта в Россию с 5 до 10 млн долларов. Компания «Дженерал Моторс» открыла свое представительство в Красноярске также благодаря российскому участнику программы.

Программа США по улучшению управления (Good Governance Program) предусматривает обучение российских предпринимателей в сфере этики бизнеса. Данная программа широко распространена на Дальнем Востоке, а также в Нижнем Новгороде, Челябинске и Омске. Для организации семинаров на территории России правительство США предоставило грант двум российским НКО, которые проводят тренинги для управляющих российскими компаниями в указанных городах. Ежегодно около 800 российских предпринимателей, менеджеров среднего и высшего звена, фермеров, банкиров, бухгалтеров участвуют в программе Госдепартамента по увеличению производительности (Productivity Enhancement Program). Программа охватывает ведущие промышленные центры России (Воронеж, Владивосток, Волгоград, Санкт-Петербург, Екатеринбург и Ростов) и отбирает представителей из каждого сектора промышленного производства[140].

По оценкам некоторых российских экспертов, за такие «стажировки» Россия расплачивается в некоторых случаях протекционистскими по отношению к Америке государственными решениями, «которые принимают прошедшие обучение в Штатах руководители»[141].

По мнению доцента Уральского института управления А.А. Федоровских, интеллектуальная и политическая элита должна отстаивать национальные интересы государства. Стратегическим фактором, обеспечивающим сохранение российской государственности и субъектности в международных отношениях, становится доминирование российского государства в культуре и образовании, а «раскол элит, особенно политической элиты, – это необходимое условие успешной реализации государственного переворота в формате “цветных революций”. Следовательно, требования к элитным группам и внутриэлитные правила поведения должны быть следующими: преданность государственным интересам, лояльность как главный принцип корпоративной культуры, разрешение любых споров и конфликтов только мирным путем и в рамках негласных правил, направленных на сохранение устойчивого и стабильного развития государства»[142].

Культурно-информационные технологии, которые используются для подрыва культурной гегемонии, в отличие от арсенала средств для ведения традиционной военной агрессии, направлены на капитуляцию ментальной сферы народов, их самосознания и культурно-цивилизационной матрицы. Борьба за преобладание над культурным пространством велась во все времена, но современное когнитивное оружие способно без привлечения больших ресурсов и издержек осуществить культурную агрессию против самых сильных и развитых государств. Страна – жертва культурной агрессии – в силу мягкого и седативного воздействия, оказываемого в течение долгого времени, теряет иммунитет и не замечает последствий деструктивных технологий. Разрушение социокультурной идентичности, девальвация морально-нравственных устоев и ценностей становятся фундаментом для реализации государственного переворота. По словам профессора РАНХиГС О. Митрошенкова, «безболезненность восприятия информационной агрессии массовым сознанием достигается тем, что она преподносится как восхождение по пути прогресса, как цивилизационная замена архаично отсталого социума более развитым, стоящим на более высокой ступени. Особенность информационного воздействия состоит в том, что в результате элита страны-жертвы передает контроль над стратегически важными ресурсами агрессору совершенно добровольно, поскольку это шаг воспринимается как прогрессивное движение вперед, овладение “новым мышлением”, укрепление основ демократии, обеспечение прав человека, построение правового государства и т. д.»[143].

Советский Союз был разрушен, хотя на тот момент не участвовал в глобальной и разрушительной войне, вместо этого был осуществлен подрыв культурной гегемонии. Михаил Горбачев и его политика гласности стали инструментами культурной агрессии внешней управляющей силы, к которой не было готово не только советское общество, но также партийная верхушка и государственно-номенклатурная элита. У советских людей отсутствовал иммунитет к массированному и управляемому извне информационному воздействию.

На фоне стоящих перед Россией угроз как никогда актуальна работа по формированию неприятия у граждан нашей страны подрывных идей и ценностей, закамуфлированных под демократические требования и гражданские свободы. Сохранение культурной гегемонии российского государства необходимо для устойчивого и эффективного развития российского общества, государственных институтов, эффективной реализации внешней и внутренней политики, основанной на национальных интересах Российской Федерации.

Глава 6

Украинский кризис: механизм мирового конфликта нового типа

6.1. Роль украинского кризиса в переформатировании мироустройства: взгляд из России

Сегодня мир вступил в длительный период глобальной нестабильности, в котором основной формой существования системы международных отношений становится американская стратегия «управляемого хаоса», а прежние методы реализации внешней политики теряют свою эффективность. Хаос, который в свете событий на Ближнем Востоке и продолжающегося кризиса на Украине США считают «управляемым» и видят в нем новый инструмент «демократизации» мира по-американски, а остальные страны, включая Россию, рассматривают как всеобщее бедствие и надвигающуюся глобальную катастрофу, выступает сегодня, наравне с технологиями «цветных революций», как основной инструмент демонтажа политических режимов, выступающих за многополярность. «Управляемый хаос», охватывающий все большие территории на волне «цветных революций», «арабской весны» и Евромайдана, гомогенизирует структуру традиционных обществ, разрушая общинный уклад и превращая общество в набор «вброшенных в него» индивидуумов, лишенных защиты общины и институтов гражданского общества от любого внешнего деструктивного воздействия. На волне «управляемого хаоса» происходят взлом и разрушение исторически сформировавшихся в регионах систем и механизмов коллективной безопасности, существующих балансов сил. Для системы международных отношений создается глобальная проблема, настолько подрывающая фундаментальные основы миропорядка, что возникает вопрос о самом ее дальнейшем существовании.

Темпы и скорость глобальных изменений непрерывно растут: всего один год потребовался западным политтехнологам для того, чтобы превратить спокойную и процветающую Северную Африку, некоторые страны которой (например, Тунис) по уровню жизни практически ничем не отличались от южных департаментов Франции, в очаг жесточайшей гражданской войны, международного терроризма и радикального исламизма. Теперь такая же участь ждет Украину, ставшую в 2014 г. жертвой государственного переворота.

Устоявшуюся за многие десятилетия систему государственного управления в арабских странах смели «цветные революции», погрузив регион в вооруженный хаос. Технологии «цветных революций», отработанные в Ливии и Сирии, переброшены на Украину, погрузившуюся в гражданскую войну по югославскому или ливийскому сценарию.

Эрозия Вестфальской системы международных отношений ведет к стремительному переформатированию глобальной политической действительности. Тектонические сдвиги в виде анархии и узаконенного хаоса стали предвестниками эры глобальной политической нестабильности. Хаос внутри современной системы международных отношений стал предтечей строительства нового мирового порядка, который будет основан на принципе многополярности.

Основные факторы этого процесса:

• Ялтинско-Потсдамская система международных отношений, оформленная по итогам окончания Второй мировой войны, находится в фазе самораспада. Попытки создать однополярный мир после развала СССР привели к тому, что постепенно создается новый мировой порядок, основанный на принципах многополярности и полицентричности;

• конструирование новой глобальной политической парадигмы происходит на фоне хаоса внутри существующей системы международных отношений.

В первую очередь это вызвано неспособностью национальных политических элит выявлять и устойчиво противостоять внедрению технологий «цветных революций» и «управляемого хаоса» в свое суверенное политическое пространство. Мы можем наблюдать за развитием глобальной политической дихотомии, которая основана на делении складывающейся системы международных отношений на два взаимоисключающих процесса, которые парадоксальным образом и формируют новый мировой порядок. С одной стороны, происходит упорядочивание новой глобальной политической парадигмы, основанной на принципе многополярности в системе международных отношений, с другой стороны, некоторые крупные акторы способствуют сохранению анархичности с использованием технологий «управляемого хаоса», которые помогают устранять политические режимы, не соответствующие параметрам нового мирового порядка.

В этом контексте украинский кризис приближает окончательное оформление нового мирового порядка. Именно ситуация на Украине в очередной раз выявила новые проблемы и углубила уже существующие противоречия. Интеграционные процессы как на Востоке, так и на Западе получили новый мощный импульс для своего развития. США с особым рвением продолжают укреплять свое взаимодействие со странами Европы и союзниками в Тихоокеанском регионе, в то время как Российская Федерация старается интенсифицировать интеграционные процессы на пространствах своих традиционных (евразийское пространство) и конъюнктурно-стратегических (азиатское пространство) интересов.

Особое внимание следует уделить БРИКС. Россия способствует превращению данной организации из «инвестиционной аббревиатуры» в союз реформаторов международных отношений, который может стать основой для создания новой системы глобального управления. БРИКС как один из инструментов конструирования нового мирового порядка и нового иерархичного политического пространства мирового масштаба только подчеркивает происходящий процесс переформатирования глобальной политической парадигмы[144].

Восточные и западные векторы во внешнеполитической стратегии России сталкиваются с новыми вызовами и требуют формирования новых подходов для их эффективной реализации в формирующемся геополитическом контексте. Оказавшись на пороге строительства новой системы международных отношений, Москва вынуждена решать стратегические задачи, которые при отсутствии эффективных решений могут превратиться в серьезные проблемы. Сохранение паритетного баланса сил и партнерского равенства в укрепляющемся российско-китайском союзе, сохранение роли безоговорочного лидера в евразийском интеграционном процессе, дальнейшее ухудшение отношений со своими американскими и европейскими партнерами, поиск новых форм партнерства для минимизации международной изоляции в свете санкций со стороны Запада – вот неполный перечень проблем, с которыми Российская Федерация вступает в эру нового мироустройства.

Процесс трансформации системы международных отношений начался еще в 1990-х гг. и продолжается до сих пор. События в Югославии, Ираке, Афганистане, Ливии и Сирии являлись фазами этой трансформации, однако мало кто мог предположить, что именно украинский кризис станет предвестником эры нового мирового порядка. События на Украине в 2014 г. стали апогеем нагнетания политической напряженности, инициированной США.

Новая эра в российско-американских отношениях, оформленная в результате кризиса на Украине, перешла в последнюю стадию своего оформления еще в 2011 г., когда В.В. Путин объявил о решении выдвинуть свою кандидатуру на президентские выборы. Широкие разногласия по поводу событий в арабском мире, в частности полярные позиции по сирийской проблеме, предоставление политического убежища Эдварду Сноудену, постоянная критика внутренней политики Российской Федерации со стороны Вашингтона стали последними предпосылками нового конфронтационного этапа в российско-американских отношениях.

Реакция российского руководства на украинские события стала неожиданной для американской политической элиты. Воссоединение Крыма с Россией заставило американский истеблишмент воспринимать Российскую Федерацию в качестве значительной угрозы их глобальной гегемонии, так как, согласно доктринальным политическим подходам США, угроза национальным интересам государства приравнивается к угрозе национальной безопасности.

Крымский референдум соответствовал всем нормам международного права и имел намного больше оснований считаться легитимным по сравнению с косовским инцидентом. Однако практика двойных стандартов является эффективным механизмом манипуляции мировым общественным мнением со стороны США, когда очевидные параллели между Крымом и Косово игнорируются на основании того, что Косово – это особый случай.

Цикл из сменяющих друг друга больших ожиданий и глубоких разочарований действительно подошел к концу. Отсутствие факторов, которые могли бы направить отношения России и США в конструктивное русло, говорит о том, что еще одним параметром нового мирового порядка будет постоянная конфронтация, которая при неблагоприятной политической конъюнктуре может трансформироваться в новую холодную войну. Это происходит с подачи США, вынуждающих Европейский союз предпринимать деструктивные шаги по отношению к Российской Федерации. Президент США Барак Обама заявил, что поддержка эскалации конфликта на юго-востоке Украины Москвой может заставить Белый дом предпринять ряд шагов экономического и дипломатического характера, которые негативно повлияют как на экономику Российской Федерации, так и на ее статус на международной арене. Пакет санкций против России, подготовленный США и одобренный Европейским союзом под нажимом Вашингтона, стал только первой фазой конфронтации. Б. Обама заявил о якобы успехе предпринятых мер в отношении Москвы. Однако способность стран Запада формировать мировое общественное мнение не помогла изолировать Россию, несмотря на все усилия американского руководства.

Скепсис по поводу возможностей Вашингтона сдержать или изолировать Москву очевиден. Современные международные отношения радикально отличаются от биполярного мира времен холодной войны. Геополитическая конкуренция наших дней усложняется усиливающейся взаимозависимостью и глобальными проблемами, решение которых может быть достигнуто только благодаря коллективным усилиям основных мировых акторов. Модель автаркии, предполагающая закрытую экономику и полный экономический суверенитет, в современном мире недееспособна и неэффективна, особенно когда речь идет о такой мировой державе, как Российская Федерация. Мировая экономика, в которую интегрируются основные центры силы многополярного мира, просто не позволит США изолировать Россию.

Некоторые отечественные и западные политологи называют данный период в российско-американских отношениях новой холодной войной. Уровень враждебности и напряженности действительно очень высок, однако есть четыре фактора, которые в значительной степени показывают принципиальную разницу между классической холодной войной и ее современной модификацией:

• ситуация относительно ядерного оружия (ОМУ) и неэффективности режима его нераспространения. Фундаментальной составляющей холодной войны являлось взаимное ядерное сдерживание, при котором любая эскалация конфликта могла привести к необратимым последствиям для человечества. На настоящем этапе подобный уровень напряженности маловероятен. Однако сохранение стабильных и предсказуемых сценариев, исключающих ядерный конфликт, вовсе не исключает возможность реальной конфронтации с применением военной силы. Увеличение военной мощи как с одной, так и с другой стороны является обоюдным сигналом готовности отстаивания своих национальных интересов, в том числе и неполитическими средствами. Ярким примером может послужить развертывание дополнительных сил воинского контингента НАТО на территории восточноевропейских и прибалтийских государств, увеличение численности группировки кораблей Североатлантического альянса в акватории Черного моря, создание отечественных военно-морских баз в Арктике и увеличение концентрации группировки российских военных сил на Крымском полуострове и т. д.;

• всемирная экономическая взаимозависимость, в условиях которой слишком резкие и необратимые действия Запада и России могут нанести непоправимый ущерб их экономикам. К примеру, энергетическая зависимость Европы от российских углеводородов актуальна в той же степени, что и зависимость экономики Российской Федерации от экспорта энергоресурсов;

• многочисленные проблемы глобальной безопасности. Афганистан, Пакистан, Иран, Северная Корея, Ближний Восток, где усиливается ИГИЛ, являются очагами нестабильности, которые не могут быть урегулированы без участия или согласия Российской Федерации;

• Китай, который является лидером среди экономик восходящих мировых лидеров. Экономическая мощь КНР и готовность жестко отстаивать свои национальные интересы лишний раз подчеркивает, что существование биполярного мира или однополярного мира уже невозможно. Полицентричность и многополярность стали базовыми параметрами нового мирового порядка[145].

Украинский кризис является одним из последних звеньев в трансформации международной политической системы. Значение и роль событий на Украине, а также представления о них в России рассматриваются сквозь призму череды конфликтов и «цветных революций», которые прокатились по территории постсоветских государств и стран Ближнего Востока и Северной Африки. В этой цепочке украинский кризис стал пиком нарастания напряженности в отношениях Востока и Запада за последние 20 лет.

Новая «большая игра» включает в себя следующие базовые элементы:

• сохранение и укрепление максимальной независимости в условиях усиливающихся глобализационных процессов является залогом поддержания статуса глобального игрока в новом формирующемся мировом порядке;

• укрепление собственных позиций через создание политических и экономических коалиций также в значительной степени закрепляет за основными государственными акторами роль ведущих держав на мировой арене[146].

Ярким примером может послужить конкуренция масштабных интеграционных проектов России и Европейского союза, Большого Востока и глобального Запада. Также в качестве примера можно привести Украину, где восточное партнерство Брюсселя и евразийский интеграционный проект под эгидой Российской Федерации вступили в соперничество за украинский рынок сбыта и политическую ориентацию Киева.

Поводом для начала украинского кризиса в ноябре 2013 г. стал как раз вопрос выбора украинской элитой интеграционного пути развития. Однако на самом деле на Украине был разыгран очередной политтехнологический сценарий с применением технологий «цветных революций» и «управляемого хаоса».

Технология «цветных революций» необходима для достижения одновременно нескольких целей:

• смены политических режимов, неугодных для автора технологий. Захват власти может произойти и насильственным, и ненасильственным путем в зависимости от характера политического режима и его популярности в обществе;

• создания ситуации хаоса в стране для дестабилизации политической ситуации;

• установления угодного для инициаторов проекта политического режима в стране.

Таким образом, «цветные революции» имеют в своем фундаменте англосаксонскую модель построения демократического общества путем насильственного насаждения нового режима[147].

Основные разработчики технологии «цветных революций» – США, их след остается везде, где происходят революционные события. США готовы «огнем и мечом» нести демократию в любую точку мира независимо от того, хотят страны или нет, чтобы у них были «демократические свобода и равенство». При этом с точки зрения анализа ключевых решений американского руководства во второй половине XX в., продиктованных прежде всего финансовыми и экономическими (сырьевыми) устремлениями англо-американского капитала, имеются основания рассматривать США не как национальное государство, а в качестве кластера – зоны деятельности ТНК и финансово-информационных структур. Согласно инновационным подходам к анализу мировой политики и экономики, продвигаемым, в частности, А.И. Фурсовым и Е.Г. Пономаревой, современные западные глобальные акторы – не государства, а устойчивые сетевые структуры[148]. Таким образом, еще одним параметром нового мирового порядка являются движущие силы, формирующие новую систему мировой политики, основанную не на иерархической модели взаимоотношений между политическими акторами, а на сетецентричном принципе.

«Цветные революции» можно теоретически отнести к «мягкой силе». Авторы и исполнители технологий «цветных революций» не посылают в страны армии и тяжелое вооружение, они меняют политические режимы несиловыми методами. Смена политических режимов выглядит как внутренний порыв гражданского общества в государстве. Этот порыв вызван недовольством властью и социальными нормами, а также желанием самих людей жить в демократическом мире с сопутствующими атрибутами в виде равенства, свободы и прав человека.

Но на самом деле все это лишь удобная легенда прикрытия. «Цветные революции» – это не «мягкая сила», это лишь маскировка под несиловые механизмы реализации внешней политики США. Неизвестно, что пагубнее окажется для общества и государства: вооруженный конфликт в Афганистане или хаос, созданный «цветными революциями» на Ближнем Востоке и в Северной Африке, а теперь и на Украине.

В отличие от классических государственных переворотов, предполагающих, как правило, силовой захват власти, современные технологии «цветных революций» базируются на так называемых ненасильственных методах сопротивления.

Согласно идеологу современных переворотов Дж. Шарпу (по его методикам готовились и осуществлялись политические перевороты в Белграде (2000), Тбилиси (2003–2004), Киеве (2004), Бишкеке (2005), Ереване (2004, 2007), Баку (2005), Тунисе и Египте (2011), на Украине (2013–2014)), ненасильственное сопротивление выражается в отказе от сотрудничества его участников с действующим правительством, то есть намеренном ограничении, приостановке или прекращении социального, экономического или политического сотрудничества с органами государственной власти.

Общий сценарий «цветных революций» выглядит так:

первый этап: формирование нестабильной обстановки, предхаосного состояния в стране, где будет проводиться «цветная революция», через организацию протестного политического движения. Подготовка активистов занимает достаточно длительный промежуток времени и проходит в специализированных учреждениях США;

второй этап: вброс в СМИ информации, которая помогает в глазах собственного населения оправдать действия американского правительства и осветить события, происходящие в государстве – объекте манипулирования;

третий этап: создание прецедента, который поможет вынести на улицы больших городов народное недовольство или волнение. Таким прецедентом может стать любое событие, которое можно будет обыграть в СМИ и которое вызовет общественный резонанс;

четвертый этап: вовлечение все большего количества населения в революционные события. Здесь особую роль играют интернет-ресурсы, социальные сети, которые быстро распространяют информацию, а также легко позволяют активистам и участникам связываться друг с другом;

пятый этап: выдвижение требований толпы к законному правительству, которое либо заведомо эти требования выполнить не может, либо их выполнение приведет к необратимым последствиям свержения правительства. Сначала действия бескровные, потому что опасно вступать в открытую силовую конфронтацию с внутренними войсками и военными структурами законного правительства. Но контролировать агрессивно настроенных активистов все сложнее, и они в порыве ярости начинают совершать нападения на защитников власти. С этого момента в стране начинается хаос, который также становится предметом манипуляции со стороны организаторов «цветных революций».

Создать подобную поэтапную схему помог анализ происшедших революций на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Сценарий украинских событий 2013 г. также мало отличается от этой схемы. Была применена теория «управляемого хаоса», которая сработала в Египте, Ливии и могла бы сработать в Сирии.

Опыт украинских событий подводит представителей экспертного сообщества к выводу, что сценарий, запущенный американцами на Украине, призван решить главную геостратегическую, политико-экономическую и военную задачу – устранение России как окрепшего и независимого игрока в условиях становления нового мирового порядка. При этом очевидно, что западные специалисты увязывают два параллельных канала – подрывную деятельность, направленную на дестабилизацию ситуации изнутри, с одновременной целенаправленной работой по втягиванию России в глобальную конфронтацию с НАТО.

При этом технологии «цветных революций», призванные хаотизировать пространство суверенного государства, ныне перекроенного по лекалам американской демократии на экспорт, выступают стандартным средством достижения главной задачи в «большой игре».

Однако алгоритм развития событий на Украине и действия России, умело противопоставившей свои инструменты реагирования американским технологиям, свидетельствуют, что процесс трансформации глобальной политической парадигмы непредсказуем. С этой оценкой согласен президент Российской Федерации В.В. Путин: «Кстати, наши коллеги в свое время пытались как-то управлять этими процессами, использовать региональные конфликты, конструировать “цветные революции” в своих интересах, но джинн вырвался из бутылки. Что с ним делать, похоже, не понимают и сами авторы теории управляемого хаоса. В их рядах разброд и шатание»[149].

Воссоединение Крыма с Россией и события в Новороссии являются доказательством того, что американские политтехнологи не могут просчитать все последствия применения своих инструментов «мягкой силы». При этом технологии «цветных революций» и «управляемого хаоса» могут оказаться и во внешнеполитическом арсенале соперников США, которые будут явно не готовы к такому сценарию развития событий.

Политическая сила, которая сможет катализировать протест в американском обществе, будет способна реализовать множество политтехнологичных сценариев, начиная от частичной фрагментации североамериканского государства и заканчивая смещением неугодного президента и всего американского руководства. Эффективности реализации тех же технологий, которые сами Соединенные Штаты Америки используют по всему миру против своих геополитических оппонентов, благоприятствует вполне удобная социальная среда – крайне противоречивое общество с огромным количеством внутренних проблем. Эффективная реализация этих сценариев более фатальна для американского государства, нежели, например, для Российской Федерации, где существует многовековая традиция совместного проживания огромного количества этнических, культурных и социальных групп. Американское общество в этом смысле дискретно, разрозненно, противоречиво, поэтому процессы, происходящие в этом обществе, могут быть катализированы извне и использованы для симметричного ответа против американского государства, которое ведет деструктивную политику по всему миру, приводящую к огромному количеству жертв. Центробежные процессы могут стать актуальной проблемой для американского политического истеблишмента при активизации деятельности групп влияния, которые не согласны с политикой Белого дома как внутри страны, так и за ее пределами. Инциденты в Фергюсоне и Сент-Луисе являются наглядным подтверждением этого тезиса. При этом финансирование и координация данных сил может осуществляться как внутренними, так и зарубежными заказчиками.

С учетом изложенного Российской Федерации крайне важно разработать стратегию российского влияния в сфере так называемого гуманитарного сотрудничества, в которой необходимо учитывать контекст нового мирового порядка.

6.2. Украинский кризис в зеркале американской внешнеполитической стратегии

Динамика развития мировой политической конъюнктуры приводит к смене силовых методов более тонкими технологиями демонтажа политических режимов, которые включают в себя целый спектр «мягкосилового» воздействия и до сих пор не встречали эффективного сопротивления. Одним из главных исключений является Российская Федерация (в 2011–2012 гг. после выборов президента и депутатов Государственной Думы в России была предпринята попытка использовать протестное движение в качестве плацдарма для организации «цветной революции», однако фактически так называемое «белоленточное» движение не возымело успеха, так как не получило должного импульса)[150].

В этом контексте Украина является не конечным пунктом реализации данной стратегии, а лишь очередным этапом в глобальной атаке, где основной целью для удара американских проектировщиков должна стать Россия.

В основу сценария революции на Украине, как ранее в Египте и Ливии, была положена североамериканская идея экспорта демократии, а также «демократических» институтов и ценностей[151], что дает повод предполагать прямую иностранную интервенцию по ливийскому сценарию.

На Украине, как и в Ливии, можно наблюдать активное вовлечение в конфликт частных военных компаний (ЧВК) из Западной Европы и США, о чем свидетельствует убийство в мае 2012 г. в г. Бенгази главы французской военной компании Secopex[152]. Что касается участия ЧВК в конфликте на Украине, то, по словам начальника Генерального штаба Вооруженных сил России Валерия Герасимова, у Министерства обороны РФ имеются доказательства участия в конфликте на юго-востоке ЧВК из США, таких как Black-water и Greystone[153].

Государственный переворот в феврале 2014 г. по египетскому сценарию (когда в обход конституционных норм президент и его администрация были силой отстранены от своих должностей) способствовал приходу к власти в Киеве неонацистов и русофобов, на которых сделал ставку Запад.

И вот именно на таком фоне Украина, США и Канада в ходе голосования в ООН 22 ноября 2014 г. высказались против принятой большинством голосов резолюции по борьбе с героизацией нацизма, расовой дискриминацией и ксенофобией. За документ, который представила Россия, проголосовали 115 государств из 193 членов[154]. Это очень показательная позиция, особенно с учетом ставки американцев, сделанной в действующем проекте хаотизации Украины на откровенно экстремистские, фашистские группы. Синхронно (как по команде) глава Литвы Даля Грибаускайте назвала Россию «террористическим государством», что сложно комментировать на уровне здравой логики и можно условно квалифицировать как провокацию или попытку «объявить войну» России, очевидно, по наущению США и прикрываясь натовским щитом[155].

Стоит отметить, что поддержка со стороны США и их западных союзников крайне радикальных групп на Украине является не единичным случаем в истории, когда методами военной, информационной и экономической подпитки оппозиции Запад пытается решить свои политические задачи. Хаотизация внутриполитической ситуации в странах мира, в которых заинтересован Вашингтон, является частью внешнеполитической стратегии США.

Итальянский исследователь Г. Препарата пишет по этому поводу, что возвышение Германии на рубеже XIX–XX вв. являлось вызовом могущественной Британской империи, сближение России и Германии означало бы крах британской гегемонии. Чтобы не допустить подобного в будущем, английская правящая элита разработала план внедрения в Россию и Германию конфликтных режимов.

Летом 1924 г. на Лондонской конференции был принят проект, известный как План Дауэса. Он предусматривал снижение вдвое выплаты репараций и решал вопрос об источниках их покрытия. Однако главной задачей было обеспечение благоприятных условий для американских инвестиций, что было возможно только при стабилизации немецкой марки. Для этого план предусматривал предоставление Германии крупного займа на сумму 200 млн долларов, половина из которых приходилась на банкирский дом Моргана. При этом англо-американские банки устанавливали контроль не только за переводом германских платежей, но и за бюджетом, системой денежного обращения и в значительной мере за системой кредита страны. К августу 1924 г. старую немецкую марку заменили новой, финансовое положение Германии стабилизировалось, и, как писал исследователь Г. Препарата, Веймарская республика была подготовлена к «самой живописной экономической помощи за всю историю, за которой последует самая горькая жатва в мировой истории» – «в финансовые жилы Германии неудержимым потоком хлынула американская кровь»[156].

Существует еще немало аргументированных свидетельств, в том числе западных историков, самого деятельного участия англо-американского истеблишмента (У. Черчилль, М. Норман, Я. Шахт, Дж. П. Морган и др.) в создании проекта «Гитлер» («Третий рейх») и развязывании Второй мировой войны[157].

Американские стратеги предусмотрели варианты постоянной дестабилизации и хаотизации политической системы и общества, преследуя цель как минимум создания у границ России очага постоянной напряженности. Это умело используется западниками в глобальной игре без правил в качестве разменной монеты для американских операций, за которыми кроются более насущные и прагматичные для США причины, в основном финансово-экономического характера.

С помощью расшатывания ситуации на Украине Запад пытается решить сразу несколько задач: перекинуть зону нестабильности через границу России, вытолкнуть Россию из Черного моря, создать рядом с Россией абсолютно антирусское государство[158]. Совсем недавно развитие подобного сценария можно было наблюдать на примере реализации стратегии хаотизации для свержения власти в Ливии и при попытке дестабилизации военно-политической ситуации в Сирии.

Критика российским руководством недемократической смены власти в Киеве расценивалась в США и Европе как способ помешать волеизъявлению украинского народа и, соответственно, стала поводом для обострения отношений, которые приблизились к точке невозврата после воссоединения Крыма с Россией. С приходом к власти на Украине прозападных сил США и их западноевропейские союзники попытались разрешить свои стратегические задачи в регионе следующим образом:

1) обеспечить максимально длительное нахождение у власти на Украине воинствующих проамериканских сил, которые смогли бы способствовать продолжению эскалации конфликта на юго-востоке страны с целью полноценного втягивания в конфликт Российской Федерации;

2) создать образ России как врага номер один для Украины, используя информационно-пропагандисткие ресурсы, включая дозированную подачу информации по телевидению, в печатных изданиях, СМИ;

3) подготовить почву для экономической экспансии на Украину через оформление официального ассоциативного участия государства в Европейском союзе.

Воссоединение Крыма с Россией и ухудшение ситуации на юго-востоке Украины стали поводом для политического, информационного и экономического давления на Россию со стороны западного сообщества во главе с США.

При этом «мягкосиловое» давление посредством ввода санкций и ограничений использовались США и их союзниками достаточно часто. К примеру, в 1990-е гг. США применяли санкции против Ирака, фактически запретив ему торговлю любыми товарами, кроме медикаментов и нефти. В недавнем прошлом произошло ужесточение санкций в отношении Ирана и Ливии: они стали носить не только торгово-финансовый, но и политический характер. Опираясь на собственную финансовую и военно-политическую мощь, а также на поддержку своих союзников по Североатлантическому альянсу, США активно проводят политику санкционных ограничений, пользуясь тем, что противостоять подобным мерам в современном мире способно лишь очень ограниченное число государств.

Начиная с марта 2014 г. США и их западные союзники ввели ряд санкций против руководства Российской Федерации, включая министра обороны С. Шойгу, вице-премьера Д. Рогозина, председателя Совета Федерации В. Матвиенко. Санкционному давлению подверглись такие компании, как Сбербанк, «Газпробанк», «Роснефть», «Новатэк», а также ряд военных корпораций и организаций Крымского полуострова[159].

Ответом России на западные санкции стало введение эмбарго на импорт товаров из ряда стран Европы, что объективно соответствовало сложившимся реалиям. Этот шаг был вынужденной мерой и поставил европейских производителей в крайне непростое положение, а власти Евросоюза призвал задуматься по поводу принимаемых ими решений в отношении Российской Федерации. Прежде всего эмбарго коснулось европейских продовольственных производителей, для которых во многом российский рынок является приоритетным. Европейским государствам, включая страны Балтии, Польшу, Германию, Францию, Норвегию, Грецию, Италию, было запрещено экспортировать в Россию мясную и молочную продукцию, фрукты, овощи и рыбу, что привело к протестам фермеров и предпринимателей в государствах ЕС.

Кроме санкционных ограничений Россия подверглась серьезной информационной атаке со стороны представителей властных структур США и Европы. В зарубежных СМИ ежедневно можно слышать дискредитационные и откровенно циничные заявления в адрес Российской Федерации, в том числе со стороны представителей Госдепартамента США в лице Дж. Псаки и М. Харф.

Неоднократно представители Госдепа США, используя пресс-конференции (театрализованное шоу), выступали с обвинениями в адрес России, не имея фактического обоснования своих доводов. Показательным явилось высказывание Дж. Псаки по поводу украинских беженцев, которых она назвала «простыми туристами». М. Харф неоднократно заявляла о том, что со стороны России ведется систематический обстрел украинской территории, а регулярные войска Российской Федерации принимают активное участие в поддержке ополченцев.

Наиболее красноречивым в данном контексте стало заявление Барака Обамы на заседании Генеральной Ассамблеи ООН в сентябре 2014 г., когда американский президент сравнил Россию по уровню угроз с лихорадкой Эбола и международным терроризмом. В ответ на искажение информации относительно так называемой российской агрессии в Европе министр иностранных дел России С. Лавров заявил, что «мы удостоились второго места в качестве угрозы международному миру и безопасности. На первом – лихорадка, вызванная вирусом Эбола, на втором, как выразился президент Б. Обама, “российская агрессия в Европе”, и на третьем уже – ИГИЛ, “Аль-Каида” и прочие террористы, которые сейчас хозяйничают на Ближнем Востоке, прежде всего в тех странах, в которые США осуществляли интервенцию незаконную, в нарушение международного права»[160].

Риторика Б. Обамы повторилась и на саммите G20, проходившем в ноябре 2014 г. в Брисбене, где в очередной раз американский президент сравнил Россию по уровню угроз с лихорадкой Эбола: «Мы возглавляем мировое сообщество в борьбе с лихорадкой Эбола в Западной Африке и противодействии агрессии России на Украине, что является угрозой для мира. В этом мы убедились после ужасной катастрофы MH17»[161].

Используя информацию как оружие, США пытаются убедить мировое сообщество в том, что именно Россия является дестабилизирующей единицей в системе глобальной и региональной безопасности. На примере украинского кризиса четко прослеживаются издержки и фобии западного сообщества времен холодной войны, которая, как показала практика, не закончилась.

Важно отметить, что для достижения своих интересов США не только направляют информационные потоки в нужном направлении, но и искажают их. Реальные факты в США и Евросоюзе по поводу эскалации ситуации на юго-востоке Украины либо замалчиваются в СМИ, либо транслируются с серьезными цензурными доработками. К примеру, в западных СМИ скрывается постоянно или намеренно занижается статистика о реальных жертвах среди мирного населения, а также информация о преступных действиях со стороны украинской армии, обстреливающей жилые кварталы крупных населенных пунктов и инфраструктурные объекты тяжелой артиллерией.

Наиболее ярким примером манипулирования информацией стала ситуация вокруг авиакатастрофы «Боинга» «Малазийских авиалиний» на территории Донецкой Народной Республики, когда в падении самолета бездоказательно была обвинена Россия. Однако последовательность и конструктивность политики российского руководства позволила снять обвинения с России, поставить западное сообщество в тупик. На этом примере можно проследить, как огромный информационный поток относительно виновности России сменился информационным вакуумом, когда не удалось представить реальные доказательства, которые сумели бы заставить Россию взять ответственность за трагедию.

Наряду с кризисной ситуацией на Украине США пытаются вернуть контроль над Ближним Востоком и развить успех на сирийском направлении. Инициатива Вашингтона относительно борьбы с так называемым Исламским государством в обход решения Совета Безопасности ООН или принципиального согласия руководства Сирии или Ирака вполне укладывается в стратегию США, реализацию которой ранее можно было наблюдать в Югославии, Ираке и Ливии. На современном этапе действия ИГИЛ являются обоснованием военной политики США на Ближнем Востоке. Американскому руководству не удалось сменить неугодное руководство в Сирии методами ливийского сценария, когда ставка на радикальную оппозицию, бросившую вызов президенту Б. Асаду, не дала должного результата. Теперь США пытаются ввергнуть Сирию в хаос с целью смены руководства, проводя военную операцию против тех, кого они недавно поддерживали.

«Американцы в своей реальной политике сотрудничают с теми самыми террористическими, экстремистскими силами, против которых они декларативно и официально борются. И опасность для всего мира заключается в том, что американцы ставят для себя конкретную цель, и ради этой цели они готовы погрузить в управляемый хаос целые регионы»[162].

Последовательная реализация военно-политической стратегии Соединенных Штатов (в том числе на Украине) заключается в желании Вашингтона сохранить ускользающую гегемонию в мире и тотальный контроль над отдельными странами и регионами с очевидными для США экономическими дивидендами. В ситуации с Украиной камнем преткновения для реализации планов Вашингтона стала Россия. Используя экономическую зависимость России от цен на энергоресурсы, США намеренно занижают цены на нефть, распечатывая собственные резервы и заставляя увеличить добычу их союзников на Ближнем Востоке. Подобный сценарий можно было наблюдать накануне распада СССР, когда в период дефицита бюджета государства цена на нефть была искусственно занижена в пять раз[163].

В современных условиях с помощью экономического давления на Россию Вашингтон пытается решить сразу две задачи: заставить российское руководство сменить риторику внешней политики и создать внутри России почву для социально-экономического недовольства с целью дестабилизации государства.

Украина превратилась в удобную сцену для генеральной репетиции спектакля, основная цель которого – Россия. Украинский кризис в современных реалиях должен стать сигналом для России. Сейчас можно наблюдать, как демонстрируются возможности для организации «цветной революции» в Гонконге, где под видом требования экономических реформ китайскому руководству дают четко понять, что существует плодородная почва для дестабилизации политической обстановки.

В этом контексте важно отметить, что выработка противодействия «цветным революциям», информационным и санкционным манипуляциям является одним из приоритетов обеспечения национальной безопасности Российской Федерации.

В связи с обострением проблемы «цветных революций» Российской Федерации целесообразно внести в Закон «О безопасности», Стратегию национальной безопасности Российской Федерации до 2020 г. и в Военную доктрину изменения, где будет дано определение «цветных революций», будут изложены основные методы и средства их реализации, а также предложены инструменты противодействия им.

На современном этапе в российском экспертном сообществе уже вырабатываются способы пресечения реализации так называемого экспорта демократии. Эти способы можно условно разделить на три группы: финансово-экономические, социальные и информационные.

К финансово-экономическим методам можно отнести необходимость перекрытия каналов финансирования из-за рубежа протестного движения, которое может стать плодотворной почвой для организации действий, подобных украинским.

Важно также понимать причины социального напряжения в обществе и вовремя предпринимать превентивные меры для нивелирования их конфликтного потенциала, используя финансовые инструменты, развивая программы патриотического воспитания и формирования положительного и прогрессивного образа России внутри российского общества.

События в Грузии в 2008 г., кризис на Украине в 2013–2014 гг. отчетливо показали, что мощнейшим оружием в современной глобальной политике является информация. Крайне необходимо уметь управлять информационными потоками и при необходимости быть в состоянии противостоять информационным атакам.

До сих пор очевиден технологический диспаритет медиа-арсеналов не в пользу России. Это красноречиво продемонстрировал пример информационной войны вокруг событий в Южной Осетии в августе 2008 г. Кроме того, не большую эффективность показали и привлекавшиеся по госзаказу иностранные пиар-агентства, в частности компания «Кетчум», с которой Администрация Президента России в 2006 г. подписала контракт с целью обеспечения положительного информационного фона в период российского председательства в «Группе восьми» в 2006 г.[164]

Необходимо прибегать к активному расширению российского присутствия в информационном и сетевом пространствах, осуществляя систематическое лоббирование интересов России через руководство зарубежных СМИ, а также на рабочем уровне через журналистов, общественных активистов и блогеров, действуя точечно, словно разбрасывая сеть.

Исходя из оценки причин украинской драмы, можно заключить, что украинский кризис был хорошо спланированной акцией, которая готовилась долгие годы методами постепенной подмены ценностей, культивации антироссийских настроений и переориентирования сознания населения (путем постепенного форматирования поколений через учебники истории для школ и вузов). Если сценарий «оранжевой революции» в 2004 г. не был реализован в полной мере, то в 2013–2014 гг. был достигнут большой эффект. Реальным результатом революции стали раскол государства, гражданская война, глубочайший экономический и социальный кризис.

Трагедия на Украине является ярким примером реализации американской внешнеполитической стратегии, цель которой в данном конкретном случае – разрыв этнических, социокультурных, экономических связей русских и украинцев через искажение истории, подмену ценностей и воспитание на Украине поколений русофобски настроенной молодежи. Важность развития подобного сценария в 1994 г. описал З. Бжезинский: «Россия может быть либо империей, либо демократией, но не тем и другим одновременно… Без Украины Россия перестает быть империей, с Украиной же, подкупленной, а затем и подчиненной, Россия автоматически превращается в империю»[165].

Для адекватного ответа на стоящие перед Россией вызовы представляется необходимым ускоренное формирование и практическое применение системных потенциалов «мягкой силы» во внешней политике России, в том числе посредством подготовки концепции «мягкой силы» Российской Федерации; стратегии обеспечения национальной культурной безопасности Российской Федерации, стратегии информационной безопасности России в условиях информационных и психологических войн, технологий противодействия сетевым формам терроризма и сетевым (твиттерным) механизмам конфликтной мобилизации; необходимы исследование зарубежных политтехнологий, реализуемых (планируемых) по периметру границ России, и разработка конкретных предложений по противодействию цветным революциям в Российской Федерации и на пространстве СНГ[166].

Приложение

Статьи и комментарии Георгия Филимонова

Информационная война выходит на новый уровень[167]

Власти США создают «информационные войска», которые будут бороться с российской пропагандой в соцсетях «Одноклассники», «ВКонтакте», а также в русскоязычных сегментах Facebook и Twitter. Об этом во вторник сообщил ряд отечественных СМИ. Примечательно, что штаб «кибервойск» будет располагаться в штаб-квартире «Радио “Свобода”» в Праге.

Ситуацию для портала antimaidan.ru прокомментировал доктор политических наук, директор Института стратегических исследований и прогнозов РУДН, профессор РУДН Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «Новость о создании так называемых “информационных” войск США для борьбы с Россией в сегменте социальных сетей говорит о выходе информационной войны на новый уровень и об открытии нового фронта “гибридной” хаосовойны с целью обеспечения условий для дестабилизации ситуации в России и осуществления государственного переворота так называемой “цветной революции”. Не секрет, что информационные подразделения, занимающиеся мониторингом социальных сетей и блогосферы, давно существуют в структурах Госдепартамента, ЦРУ и Пентагона. Сейчас мы наблюдаем совершенствование сети для обеспечения агрессивной антироссийской пропаганды в глобальном информационном пространстве. Один из наиболее ярких примеров – создание “закрытого” русофобского медиаколпака над Украиной. Появление этого информационного спецподразделения доказывает как эффективность работы патриотически ориентированной общественности в блогосфере, так и очевидные успехи России в деле восстановления оборонительно-наступательных информационных арсеналов.

Именно совпадение взглядов большинства представителей российского интернет-сообщества и руководства Российской Федерации делает это направление поистине эффективным оружием, серьезно осложняющим диверсионную работу США в попытках организовать на территории России очередной “майдан”.

Судя по всему, заокеанские политтехнологи решили посредством информационного “напалма” затмить свою же лживую антироссийскую риторику еще более лживой пропагандой, маскирующейся под мнение российского народа.

На этом фоне очень важно развивать успех и наращивать активность работы неангажированных Западом патриотических сетевых ресурсов».

Процесс перехода Украины под внешнее управление еще не завершен[168]

Согласно указу Порошенко, который был обнародован 13 мая, американский сенатор Дж. Маккейн вошел в состав Консультативного международного совета реформ при президенте Украины. Главой совета стал экс-президент Грузии Михаил Саакашвили.

Однако на следующий день – 14 мая – американское интернет-издание Buzzfeed сообщило, что Маккейн в беседе с журналистами заявил, что он не давал своего согласия на назначение в состав Консультативного международного совета реформ при президенте Украины. Маккейн сказал корреспонденту Buzzfeed, что он не уверен, что это законно для него как сенатора США.

«Меня об этом просили и Украина, и Саакашвили, и я сказал, что я склонен согласиться, но я сказал также, что надо посмотреть на все нюансы – законно ли это в соответствии с нашими этическими правилами и тому подобными вещами», – сказал Маккейн.

«Я, конечно, очень хотел бы сделать все, что я могу, чтобы помочь Украине, но мне надо сначала убедиться, что это нормально по правилам сената», – добавил республиканец от штата Аризона.

Как объявлено в указе Порошенко, в состав совета также вошли европейские политики и дипломаты. Цель совета – давать рекомендации президенту Украины по проведению реформ «на основе передового международного опыта».

Несмотря на то что многие члены совета были включены в него без предварительного оповещения и согласия, очередная инициатива Порошенко свидетельствует о многом.

Ситуацию комментирует Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «Создание Порошенко Консультативного международного совета реформ при президенте Украины во главе с Михаилом Саакашвили, в состав которого также вошли экс-премьер и экс-глава МИД Швеции Карл Бильдт, глава комитета Европарламента по иностранным делам Э. Брок, экс-премьер Словакии М. Дзуринда, экс-премьер Литвы А. Кубилюс, свидетельствует о том, что процесс перехода Украины под внешнее управление еще не завершен. Из курса теории государства и права общеизвестно, что присутствие в правительстве министров иностранцев, а также присутствие иностранных войск на территории государства является признаком оккупации. Украина уже давно перестала быть суверенным государством и находится не просто под внешним управлением Вашингтона, а стала настоящей экспериментальной площадкой для так называемых реформ, целью которых является полное уничтожение экономики государства и его превращение в отсталую страну третьего мира, неоколонию Запада на периферии Восточной Европы.

Хорошо известен результат применения передового экономического международного опыта в странах-партнерах США и ЕС.

Бывшие советские прибалтийские республики, например, после вступления в Евросоюз фактически полностью потеряли свою промышленность. Зарплаты населения в этих странах снизилась на 10–15 %, а внешний долг каждой прибалтийской страны вырос почти вдвое.

Страны Восточной Европы – Венгрия, Румыния, Болгария – тоже стали жертвами либеральных западных реформ, в результате которых происходит постоянный отток трудоспособного населения в страны Западной Европы. Аграрный сектор этих государств (отрасли животноводства и растениеводства) почти уничтожен. Местные рынки наводнены дешевыми товарами западных союзников, а местные производители почти разорились.

А те страны, которые некогда были в авангарде либеральных экономических реформ Европы – Португалия, Италия, Испания, Греция, – страдают от высочайшего уровня безработицы и огромных внешних долгов.

Видимо, нынешние “власти” Украины стремятся превзойти эти наглядные примеры».

Убийство Олеся Бузины[169]

Сегодня (16 апреля 2015 г. – Примеч. авт.) в Киеве был убит писатель и журналист, сторонник федерализации Украины – Олесь Бузина. За последние дни на Украине произошло несколько громких убийств. Жертвами неизвестных преступников стали: журналисты С. Сухобок и О. Бузина, бывший народный депутат и организатор акций украинского «Антимайдана» О. Калашников. Движение «Антимайдан» выражает соболезнования семьям погибших от рук убийц.

Все эти убийства с уверенностью можно назвать политическими. Судя по всему, от фабрикации уголовных дел и «люстрации» официальный Киев перешел к прямому уничтожению своих политических и идейных оппонентов. Серия убийств на Украине – прямое следствие госпереворота, происшедшего на Майдане в 2014 г. Физическое устранение политических оппонентов и представителей СМИ, неугодных режиму, – это и есть Майдан.

Ситуацию для портала antimaidan.ru прокомментировал Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «Убийства украинских журналистов О. Бузины, С. Сухобока и бывшего депутата Верховной Рады Украины О. Калашникова носят ярко выраженный заказной, провокационный, антироссийский политический характер. Эти трагедии наводят на мысль о начале новой фазы необъявленной, скрытой агрессии против России. Преступления иллюстрируют насилие над здравым смыслом и ликвидацию любых мало-мальских попыток непредвзятого анализа российско-украинских отношений представителями украинской общественности и журналистского сообщества (вплоть до физического устранения), с одной стороны, и санкционированную извне эскалацию агрессивной русофобии, героизацию нацизма и ревизию истории как неотъемлемых атрибутов современной украинской политической действительности – с другой.

Произошедшие убийства, особенно О. Бузины, хорошо знакомого российскому читателю и телезрителю своей незазомбированной позицией по текущему состоянию украинских дел и последовательному противнику “майдана”, в крайней степени символичны. Это послание – сигнал всем нам (проводником которого стала нынешняя Украина) о том, что враги государства Российского готовы на все и за ценой не постоят, развязывая кровавую бойню. Кровь – вот визитная карточка любой “цветной” революции! За примерами, к сожалению, далеко ходить не надо – выборочная стрельба снайперов по собравшимся на центральной площади города людям стала атрибутом госпереворота, что продемонстрировали трагические события “арабской весны” и майданная лихорадка Украины. Цепочка заказных провокационных политических убийств свидетельствует о том, что новая атака на Россию началась. С дальних берегов нам как бы намекают: “Зачистим здесь и идем к вам!” В равной степени это можно считать попыткой провокации против сил ополчения ДНР и ЛНР, противостоящих геноциду.

Дорогие соотечественники, мы подошли к Рубикону. Только мы сможем дать ответ на вопрос: “Быть или не быть?” Только мы сможем оградить страну от небытия. Чтобы апокалипсис не стал реальностью, от нас требуется сознательная масштабная общегражданская консолидация, проявление коллективного пассионарного мышления и мощного русского духа. Мы не допустим “майдана” на своей земле!»

В Македонии на Антимайдан вышли 100 тыс. человек[170]

В Македонии продолжаются гражданские протесты. Протестующие требуют отставки правительства. Лозунги демонстрантов удивительно похожи на те же, под которыми вышли на майдан украинцы зимой 2013–2014 гг. и под которыми проходят всяческие «марши мира» в России. Оппозиционеры выступают против коррупции и превышения полномочий государственных чиновников. В центре Скопье уже разбит палаточный лагерь противников нынешней власти. Развитию протестного движения в Македонии предшествовала террористическая атака албанских боевиков на город Куманово. На данный момент гражданский протест нельзя назвать стихийным. Вчера по всей Македонии состоялись акции поддержки действующего правительства.

Стоит отметить, что президент Македонии Г. Иванов и действующий премьер-министр Никола Груевский неоднократно выступали за транзит российского газа через территорию балканской республики. Подобная инициатива, видимо, не устроила организаторов нынешних протестов в Македонии. В толпе протестующих неоднократно замечали посла ЕС в Скопье. По мнению аналитиков, геополитическим основанием для вмешательства Запада во внутриполитический ландшафт Македонии стало желание премьера Груевского рассмотреть возможность прокладки части газопровода «Турецкий поток» через территорию балканского государства.

Ситуацию в Македонии прокомментировал Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «Все происходящее свидетельствует о том, что мы в очередной раз наблюдаем реализацию технологии. Эту технологию можно отличить по совокупным признакам, проявившимся и на Украине, и в ходе так называемой “арабской весны”, и в Сербии.

Особенности македонского сценария заключаются в том, что целью этого проекта США является нагнетание экономического кризиса в Европе. Американские стратеги не хотят допустить строительства в Македонии хаба для газа из России. Как раз под давлением США Болгария отменила свое решение по прохождению через свою территорию “Южного потока”. Тогда был создан проект “Турецкий поток”. Еще в феврале 2015 г. Россия договорилась, что будет поставлять газ в Турцию по дну Черного моря, а на границе с Грецией будет построен газовый хаб, через который российский газ будет поставляться в европейские страны, в том числе через территорию Македонии, занимающую стратегически важное положение.

В Македонии мы сталкиваемся с очередной версией “цветной революции”. В Косово – анклаве, где процветают все виды преступно-коммерческой деятельности, – АОК (Армия освобождения Косово. – Примеч. ред.) по сигналу из-за океана приступает к активным действиям по дестабилизации обстановки в соседнем государстве.

Одновременно с прямыми насильственными акциями подготовленные структуры выводят людей на площади, размещаются палаточные лагеря. США пытаются сменить в Скопье политический режим и отсечь пророссийскую ориентацию еще одной балканской республики. Теперь все зависит от нынешнего руководства Македонии и его способности сопротивляться внешнему давлению».

Сохранение русского языка является государственной сверхзадачей[171]

Президент России В. Путин, по сообщению пресс-службы Кремля, проведет сегодня совместное заседание советов по межнациональным отношениям и русскому языку. На заседании планируется обсудить роль русского языка и языков народов России в укреплении государственности.

Предстоящую встречу президента с экспертами прокомментировал Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «Встреча президента с экспертами по межнациональным отношениям и русскому языку весьма актуальна. Межнациональные отношения являются главным инструментом давления на Россию в руках западных политтехнологов. К сожалению, до сих пор в нашем обществе сохраняется тонкая линия разрыва на основе межконфессиональных и межэтнических отношений. Этой специфической области руководство страны должно уделять особое внимание.

Наше государство предпринимает шаги по усилению эффективности национальной политики. Существует стратегия развития, речь в которой идет о процессе формирования многокультурной общности народов России. Центром этой общности является русский народ, его великая история, великая культура и, конечно же, русский язык.

Русский язык – это главный инструмент, скрепляющий народы, обеспечивающий преемственность исторической памяти нашей страны. Важно рассматривать слово “русский” не через призму этнической компоненты, а как политический термин. На этом фоне русский язык является главным фактором в обеспечении социокультурной, экономической и политической интеграции в евразийском пространстве».

Наши ультралибералы заигрались, попали в штопор истерик[172]

Помощник госсекретаря США по европейским и евразийским делам В. Нуланд со вчерашнего дня [17 мая 2015 г.] находится в Москве. Щедрая на раздачу печенья и булок, Нуланд намерена напрямую пообщаться с американской пятой колонной в России. Глава московской Хельсинской группы Л. Алексеева успела уже сообщить журналистам, что Нуланд назначила ей встречу в понедельник.

Ситуацию для портала antimaidan.ru прокомментировал Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «Это логично вписывается в стратегию действий по работе с российской оппозицией в последние годы. Мы помним попытки организовывать протесты в Москве и в ряде других городов, которые имели место после выборов в Госдуму в 2011 г. и президентских выборов 2012 г. После неудачных попыток предпринимаются новые поступательные действия по расшатыванию политической ситуации в регионах России. Известно, что в апреле 2015 г. американский посол в России Дж. Теффт посетил уральский регион, где встретился с официальными лицами. Посещение американским послом этого региона не случайно. Регион – стратегически важный для России. Интерес зарубежных планировщиков укладывается в поле формирования центра протестного движения по сетевому принципу.

В данном случае визит Нуланд еще раз подтверждает, что сетевая работа по подготовке “цветной революции” в России выходит на новый уровень. Кстати, с визитом на Ямал отправился и генконсул США в Екатеринбурге. Главной целью своего вояжа он назвал развитие культурных и межличностных связей. Совсем недавно этот же консул проводил собрание с представителями оппозиционных организаций, на котором обсуждались вопросы Крыма и Украины. 6 июня Навальный планирует поездку в Екатеринбург и Нижний Тагил. Встреча российской оппозиции с Нуланд в очередной раз подчеркивает усиление сетевой работы американцев на этом направлении.

Думаю, что мало у кого остались сомнения в характере целей и задач подобных визитов. Хочется напомнить, что одновременно увеличивается и финансирование подрывной деятельности в России на разных участках. Только по открытым источникам известно, что Национальный фонд поддержки демократии направил различным НКО в России около 9,3 млн долларов».

Американские войска не будут воевать за Украину[173]

26 мая [2015 г.]на брифинге в Белом доме пресс-секретарь президента США Дж. Эрнест заявил, что военнослужащие США не будут задействованы в боевых действиях на территории Украины.

Эрнест отметил, что «США не готовы отправляться на войну ради Украины, но в то же время у США и наших партнеров по НАТО есть возможности помочь им противостоять угрозе, с которой они сталкиваются, со стороны России».

Ситуацию прокомментировал Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «США уже давно взяли курс на постоянное использование союзников по Североатлантическому альянсу в качестве инструментов для решения своих геополитических задач. Также в качестве расходного материала Америка использует вооруженные силы стран, в которых происходят инспирированные ими локальные и региональные конфликты. Вся практика их действий за последние годы свидетельствует об этом. В данном случае красноречивым примером является Украина.

Вашингтон отдает себе отчет в том, что американская экономика не сможет выдержать очередной крупной военной кампании. События в Афганистане и Ираке подтвердили, что при всей мощи звездно-полосатой военной машины и огромном размере военного бюджета такая нагрузка не под силу американской экономике. Администрация Белого дома осуществляет постоянное давление на своих европейских союзников с целью увеличения военного бюджета стран ЕС, справедливо отмечая, что те уже давно находятся под защитным ядерным зонтиком США и к тому же обеспечивают свою безопасность за счет множества военных баз, на которых размещены американские военнослужащие. Чтобы решить свои геополитические и геоэкономические задачи, Америка развязывает все новые региональные и локальные конфликты, однако уже без участия своего военного контингента напрямую. Военная операция в Ливии, например, была осуществлена преимущественно силами европейских союзников. К тому же Соединенные Штаты стараются привлекать для решения своих задач вооруженные силы тех государств, которые стали объектом политической и военной дестабилизации. Только по официальным данным, не менее 300 военнослужащих армии США были оправлены на Украину в качестве так называемых инструкторов украинской армии, которая ведет боевые действия против ополченцев с юго-востока страны. Возникает логичный вопрос: для чего?

Не привлекая к себе на официальном уровне внимания общественности и мировых СМИ и не демонстрируя в очередной раз агрессивность своих шагов на международной арене, Вашингтон уходит от критики со стороны государств и многосторонних международных организаций, прежде всего ООН. Опосредованное участие в конфликтах Америка использует в качестве условно “мягкосилового” инструмента, который можно разделить на две составляющие: планомерная подготовка реализации “цветной революции” в стране и подготовка вооруженных сил государства – объекта манипуляции – через соответствующие институты, привлекая при этом своих военнослужащих в качестве военных консультантов для иностранных армий.

Крайне важным фактором в данном контексте является участие в локальных и региональных конфликтах частных военных компаний. Наиболее красноречивый пример – Black Water и Grey Stone. Эти частные военные подразделения только по своему юридическому статусу являются частными, на самом деле они выполняют те же самые государственные задачи по реализации диверсионных операций на территории страны, где нужно либо обеспечить дестабилизацию в рамках подготовки очередной “цветной революции”, либо разжечь конфликт так, чтобы дестабилизация воспроизводила саму себя уже автономно».

Американские журналисты назвали «Национальный фонд в поддержку демократии» глобальным интриганом[174]

Политический американский журнал Counter Punch назвал «Национальный фонд в поддержку демократии», чья деятельность признана нежелательной на территории России, глобальным интриганом. Издание пишет, что формулировка миссии NED отдает двуличием: «Способствовать росту и укреплению демократических институтов во всем мире». Методы организации – полярная противоположность: финансируемое государством агентство, созданное для подрыва демократии везде, где она существует.

Это глобальный интриган, отмечает журнал, – агентство-жулик, финансирующее антидемократические группы и инициативы во многих странах мира. Его цель – смена режимов в независимых государствах, таких как Россия.

На прошлой неделе заместитель российского генпрокурора Владимир Малиновский подписал указ о признании деятельности NED нежелательной в России. Документ отправили в Минюст, после этого фонд пополнил реестр нежелательных НКО.

В статье Counter Punch подчеркивается, что Вашингтон агрессивно работает против российских интересов, поддерживая свою давнюю кампанию по маргинализации, сдерживанию, ослаблению и изолированию Москвы при помощи одного из наиболее часто применяемых методов, заключающегося во внутренней подрывной деятельности. Страны должны защищать себя от иностранной подрывной деятельности, не нарушая при этом международные правовые принципы. При принятии Закона о нежелательных организациях Россия действовала соответственно им, считают американские журналисты.

Ситуацию прокомментировал Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «Такое символическое обозначение (глобальный интриган. – Примеч. ред.) имеет свои основания. Можно с удовлетворением констатировать, что в России наконец-то принято решение о включении “Национального фонда в поддержку демократии” в перечень нежелательных организаций на территории России. Этот шаг давно назрел. Решение закономерно. Дело в том, что, безусловно, деятельность, которая называется продвижением демократии, подразумевает оперативную и стратегическую работу по сетецентричному принципу, нацеленную на попытки научиться управлять глобальной взаимозависимостью, а также региональными и глобальными политическими процессами, в том числе (и не в последнюю очередь) дестабилизацией ситуации в странах и регионах и сменой режимов вследствие организации так называемых “цветных революций”.

Почему еще мы имеем основание называть эту организацию глобальным интриганом? Дело в том, что контора создавалась в 1983 г., в бытность президента Рональда Рейгана. И по праву считалась проектом Уильяма Кейси, который тогда был директором ЦРУ. Фонд был организован для осуществления сетевой подрывной работы в интересах США силами прежде всего ЦРУ и Госдепартамента. Это было прикрытие для их деятельности. Здесь важно отметить, что, по данным за 2014 г., только по официальным оценкам “Национальный фонд в поддержку демократии” перечислил российским НКО порядка 9,3 млн долларов. Но это лишь верхушка айсберга, как я предполагаю, поскольку речь может идти о гораздо больших суммах. Они направлялись на работу НКО, которые по сетевому принципу, каждая на своем месте, способствуют решению конкретных внешнеполитических задач США на территории России. И мы имеем основания предполагать, что в последние годы эта деятельность была направлена на дестабилизацию ситуации. Цель – демонтаж режима в России, то есть “цветная революция”.

Следствием активной работы фонда на территории стран, где были реализованы так называемые революции “арабской весны” (то есть север Африки), а также Украины, стали результаты, которые подтверждают в целом эффективность сетевой работы. И есть прямые ссылки, аргументы и факты, свидетельствующие о конкретных итогах финансирования НКО и НПО в преддверии беспорядков, например в случае киевского Майдана на Украине.

Немыслимо, чтобы, например, в США какая-то организация – агент другого государства достаточно свободно функционировала через финансирование соответствующей сети, ее бы сразу заблокировали. Вопреки здравому смыслу до сих пор такая структура функционировала в России. Лучше поздно, чем никогда, исходим из этого, и, к счастью, решение о пресечении деятельности NED принято.

Немаловажен символический момент: дело в том, что российское направление в должности вице-президента фонда курирует Н. Дюк – дочка бойца украинской повстанческой армии. Это тоже свидетельствует об антироссийской ангажированности работы этой структуры.

Речь идет не просто о “глобальном интригане”, а о реальном эффективном рабочем инструменте реализации задач США. Послужной список богатый».

США разворачивают проект по информационной войне с РФ в Прибалтике[175]

США решили выделить 500 тыс. долларов на проект по борьбе с российской пропагандой в Прибалтике. Американское посольство в Литве предлагает для начинающих и опытных русскоязычных репортеров программу обучения в области журналистских расследований. По данным «Известий», проект рассчитан на год – до 30 ноября 2016 г. Он называется «Тренинг по расследовательской журналистике для противодействия российской коммуникации в странах Балтии».

Программу будут координировать три посольства США: в Литве, Латвии и Эстонии. Они намерены предложить «инновационную многоступенчатую 12-месячную программу обучения расследовательской журналистике». Как говорится в уведомлении на сайте посольства в Литве, поскольку российская пропаганда и дезинформация множатся, средствам массовой информации во всех трех странах необходимы навыки и инструменты противостояния – с помощью убедительной новостной журналистики, основанной на фактах. В Госдепартаменте рассчитывают, что в течение года участники посетят семинары, тренинги во всех трех прибалтийских странах. Также внешнеполитическое ведомство запланировало учебные поездки в США для посещения редакций и школ журналистики. Там отдельно подчеркивают необходимость поддержки связей между выпускниками проекта из всех трех стран, кроме того, с «американскими тренерами, экспертами, контактами» – «для расширения аудитории и круга источников». Организаторы полагают, что выпускники школы смогут передать свои знания другим журналистам. Отмечается, что им выделят денежные премии.

Газета напоминает, что Литва, как страна наиболее лояльная к США в настоящий момент в Прибалтике, становится плацдармом для американских интересов. Балтийская программа пополняет список тех проектов, которые были анонсированы в последнее время. Как пишут «Известия», в конце июня 2015 г. RFE/RL сообщал, что ЕС намерен противостоять российской пропаганде путем поддержки независимых медиа в странах Восточной Европы и повышения информированности об «активности внешних лиц в области дезинформации».

Издание при этом ссылалось на стратегический план коммуникаций ЕС. Ранее власти Евросоюза обсуждали идею создания русскоязычного телеканала для противостояния Russia Today, помощь Украине по борьбе с пропагандой обещали США и НАТО. Кроме того, к началу 2016 г. Нидерланды и Польша хотят запустить русскоязычное информационное агентство для борьбы с российской пропагандой. Об этом заявлял министр иностранных дел Нидерландов Берт Кундерс. Также в этом году на базе чешского офиса RFE/RL создают цифровой медиадепартамент DIGIM. В этом подразделении будут работать специалисты по социальным сетям, их задача – «противостоять дезинформации в российской медиасфере посредством различных соцмедиаплатформ (в частности, Facebook, Twitter, «ВКонтакте» и «Одноклассники»).

Ситуацию прокомментировал Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «Итак, прежде всего нужно напомнить, что работа с блогосферой и соцсетями – неотъемлемый компонент политики официального Вашингтона, не говоря уже о неофициальных каналах. В Госдепартаменте, Пентагоне, ЦРУ не первый год существуют отделы по работе с зарубежными блогами, блогерами и соцсетями. И тот факт, что объявления о грантах идут через посольства США, вполне логичен в этом смысле. Они формируют эшелонированную сетевую систему информационной войны против РФ как компонент масштабной гибридной войны.

Вашингтон делает шаги, направленные на создание опорных пунктов противодействия российским медиаресурсам в информационном пространстве. Недавно появился очередной пункт опоры американских кибервойск с точкой управления в Праге, который призван руководить противодействием российским сетевым ресурсам в социальных сетях Рунета.

Сейчас в Литве появляется еще один эшелон. Дело в том, что американцам, по всей видимости, не удается создать над миром медиаколпак резко антироссийского содержания, где управляют медиаструктуры, коррелирующие свои шаги с западным истеблишментом. Действия отечественных патриотических информационных ресурсов, пабликов, блогов и каналов, прежде всего Russia Today, постоянно пробивают брешь в попытках создать такое русофобское пространство.

Шаги американцев можно классифицировать как элемент атаки в рамках ведущейся против России гибридной войны. И в этом плане информационная война, которая ведется давно, как компонент гибридной войны, предполагает создание нового вида когнитивного оружия. С его помощью происходит погружение сознания жертвы в ложную систему координат. Это становится эффективным методом установления контроля над населением конкретного государства.

То, что происходит в Литве, является следующим шагом плановой стратегии. Это вполне дежурные мероприятия, которые призваны создать эшелонированную систему колец в информпространстве вокруг России. Цель – постараться сделать страну изгоем, исказить представления о реальных событиях, происходящих в России, сформировать предвзятое отношение по примеру Украины. Там как раз был создан колпак, когда любая попытка объективного освещения происходящих процессов преследуется, – только попытка!

И журналисты, которые позволяют себе некритично высказываться в адрес России или по крайней мере пытаются дать более объективный анализ событий, происходящих в российско-украинских отношениях, автоматически становятся изгоями. Американцы пытаются создать у граждан как можно большего числа государств предвзятое отношение к России, сделать Российскую Федерацию и ее политику предметом ангажированной, предвзятой критики.

Еще раз отмечу, что действия российских информационных ресурсов доказывают свою возрастающую эффективность по выработке ответных мер противодействия активной информационной атаке, этого когнитивного оружия, управляемого из Вашингтона, где управляющей компанией выступает BВG (Broadcasting Board of Governors)».

РБК и «Дождь» на службе у западной пропаганды[176]

Телеканалы РБК-ТВ и «Дождь» транслируют интересы Великобритании российской аудитории. Такая информация содержится в отчете комитета по иностранным делам палаты общин Великобритании, подготовившего доклад о деятельности МИД Британии, сообщает газета «Известия». Эти СМИ активно сотрудничают с британской компанией ВВС, которая является главным рупором Лондона в мире. Авторы доклада пишут, что политика «мягкой» силы крайне эффективна, и выражают мнение, что не следует сокращать гранты МИДа на финансирование зарубежного вещания. Таким образом, под видом образовательных и культурных проектов Великобритания с помощью ТК «Дождь» и РБК продвигает свои интересы.

Телеканалы заявляют, что сотрудничество с ВВС ведется на безвозмездной основе, однако эксперты не исключают прямого финансирования ТК «Дождь» и РБК из Лондона. В отчете комитета по иностранным делам палаты общин Великобритании говорится: «Чтобы заполучить аудиторию по всему миру, BBC инвестировала средства в ТВ-проекты в различных странах».

Коллеги «по цеху» сомневаются, что российские телеканалы не берут средств из Великобритании.

– Иностранные компании получают из бюджета деньги именно на финансирование таких вот оппозиционных проектов. Как они проводят их – уже другой вопрос, но уверен, что финансирование идет, и неплохое. Ежегодно правительства США и Великобритании тратят на продвижение своей идеологии в России сотни миллионов долларов, – говорит один из топ-менеджеров федерального телеканала. – Для них это важно. Почти так же, как и обезопасить информационное пространство у себя на родине. Неудивительно, что у RT довольно часто возникают проблемы в Англии из-за претензий местного регулятора. Это все звенья одной цепи.

Как говорят топ-менеджеры РБК, телеканал просто интересуется мнением журналистов ВВС о происходящих событиях. Обозреватели британской телерадиокомпании комментируют в эфире российского телеканала визит Керри в Россию, телефонные переговоры Путина и британского премьера Кэмерона, российско-украинские отношения, продвигая таким образом точку зрения Лондона.

На «Дожде» каждый день выходит специальная программа, в которой транслируются репортажи обозревателей британской компании.

В отчетности комитета по иностранным делам палаты общин Великобритании отмечается, что культурные и образовательные цели для Британского совета – это основное, но также Совет является инструментом публичной дипломатии Великобритании и «мягкой» силы, которая через СМИ оказывает влияние на мнения людей по всему миру.

РБК и «Дождь» не в первый раз обвиняются в связях с властями других стран. Газета «Известия» в апреле писала о планах РБК-ТВ сотрудничать с «Голосом Америки».

В материалах американской правительственной организации Совета управляющих по вопросам вещания (Broadcasting Board of Governors, BBG), которая объединяет Радио «Свободная Европа» Радио «Свобода» (RFERL), «Голос Америки» (VOA) и другие государственные медиаканалы США, говорится, что бюджет русского вещания вырастет с 4,09 до 4,14 млн долларов.

В числе партнеров «Голоса Америки» в материалах BBG 2014 г. указывались ресурс «Грани. ру» и телеканал «Дождь».

Ситуацию прокомментировал Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «Хотелось бы начать с определения понятия “мягкой силы”. Это единая многоуровневая система, которая позволяет государству решать свои тактические и стратегические задачи на международной арене, работая в информационном пространстве, форматируя и формулируя смыслы в сознании граждан. И информационная политика является одним из неотъемлемых компонентов неофициальной внешней политики государства.

С одной стороны, зная тактическую ориентацию и ангажированность телеканалов “Дождь” и РБК, неудивительно, что именно через эти инструменты работают западные медиаконгломераты. При этом большой вопрос вызывает информация о безвозмездности этого партнерства. Это вряд ли возможно – с учетом наших знаний о специфике работы западных структур.

Хотелось бы отметить, что российские уполномоченные органы должны иметь возможность мониторинга и в случае выявления деструктивных сюжетов антироссийского содержания иметь право снимать их с эфира.

Вообще в деятельности Британского совета, который является проводником британской “мягкой силы”, нет ничего предосудительного. Это вполне нормальная форма внешнеполитической деятельности. КНР, к примеру, создает свой потенциал “мягкой силы” через сеть Институтов Конфуция, через различные мощные информационные каналы, вещающие на разных языках. Я не говорю уже о таком наиболее ярком примере, как многочисленные американские инструменты “мягкосилового” характера.

Какой вывод в данном случае стоит сделать? При том что это является нормальной формой внешнеполитической работы, Российской Федерации нужно быть сильнее, нужно развивать свой “мягкосиловой” потенциал на международной арене, в том числе через телеканал Russia Today, агентство “Россия сегодня”. Также необходимо использовать интернет-пространство посредством создания пабликов и блогов патриотического содержания.

Вывод простой: нужно переигрывать наших визави, одерживая победы на их половине поля. Необходимо формировать пророссийскую повестку в сознании граждан других государств, нужно не ангажированно, не предвзято, а объективно преподносить информацию о событиях, происходящих в России».

Г. Филимонов: «Расовый майдан»: как власти США борются с протестами в Фергюсоне?[177]

На фоне эскалации насилия в Йемене, угрожающей нефтяным промыслам Саудовской Аравии, Россия – следующая крупная мишень для США. Международный расклад пока таков: Эр-Рияд и Москва лидируют на глобальном нефтяном рынке, а Вашингтон с 2011 г. претендует на главенство в этом сегменте экономики. Несмотря на все ожидания, гражданская война на Украине так и не сумела отобрать у России «нефтяную корону», чего нельзя сказать о Саудовской Аравии, которая пустилась в соседнем Йемене «во все тяжкие», вступив в войну на стороне «Аль-Каиды» и беглого президента Абд Раббу Мансура Хади.

Опыт показал, что Москву не удастся сломить военным путем. Об этом говорит и печальная участь иностранных орд, которые каждое столетие «стабильно» штурмуют нашу столицу. Чем больше на Россию давят, тем крепче становятся узы, связывающие народ. Это архетип, сработавший в национальном сознании при Петре I, Александре I и Иосифе Сталине.

У Америки есть в запасе только один вариант – спровоцировать волнения изнутри. Только вот эффект пока получается обратный. Президент Барак Обама превратил Россию в «осажденную крепость», маргинализировав оппонентов Кремля еще больше. Более того, Белый дом упустил из виду внутреннюю политику, которая в последние месяцы все больше ассоциируется с полицейским произволом и разочарованием рядовых граждан в пострасовых идеалах демократии à l,américaine. После Киева майдан планировался в Москве, но он вдруг возник в Фергюсоне и Балтиморе, вихрем пронесся по всей стране, никого не оставив равнодушным. Случайно ли? Попытаемся разобраться.

В 2011 г. Евразия и Северная Африка погрузились в омут государственных переворотов – Тунис, Ливия, Египет (2011 и 2013 г.), Йемен (2011 и 2014 г.), а потом и Украина (2004 и 2014 г.). Гибридные войны также охватили Ирак и Сирию, активность международных террористических группировок ощущается в российском Дагестане и китайском Синьцзяне. И это не предел. На протяжении 2014 г. прозападные активисты в Гонконге давили на Пекин через серию протестных акций, получивших в Америке амбициозное название – «революция зонтиков». Добиться успеха не удалось, зато отношения с Китаем испортились основательно: Поднебесная взялась за реализацию всех мыслимых и немыслимых антидолларовых проектов. Администрация Обамы была довольна результатом своей работы, однако радоваться пришлось недолго. 9 августа прошлого (2014. – Примеч. авт.) года восстал Фергюсон (штат Миссури) по причине убийства местным полицейским афроамериканца М. Брауна. Тогда губернатор штата воспользовался своим конституционным правом и ввел силы Национальной гвардии в мятежный город. «Киевский майдан» в Вашингтоне сложно себе представить, однако это не означает, что американское государство защищено от внутренних волнений, способных изменить политическую ситуацию.

Ранее казалось, что беспорядки затихают, но практически каждый месяц в эфире американских телеканалов появляются сообщения об очередных смертях, где прослеживается «полицейский след». Америка готовится к «расовому майдану» или ее готовят? Вот в чем вопрос. Гибель 25-летнего афроамериканца Ф. Грея 19 апреля 2015 г. послужила основой для массовых выступлений в Балтиморе (штат Мэриленд). В городе развернулась настоящая партизанская война. Властям бросили вызов местные банды – «Семья черных партизан», «Кровь» и «Крипс». Горят автомобили, грабят дома и магазины. Происходящее напоминает скорее расовый бунт, нежели «предреволюционную ситуацию». На наших глазах рушится главный пострасовый миф Демократической партии США – образ президента Обамы, ставший в 2009 г. символом новой Америки, «избавленной от этнического и расового антагонизма».

С учетом того, что выборы нового главы государства пройдут осенью 2016 г., нынешние события рискуют подорвать электоральную базу демократов, которую составляют афроамериканцы и латиноамериканцы. В Балтимор введены силы Национальной гвардии (1,5 тыс. человек), которые пытаются восстановить порядок в штате. Введен комендантский час – после 22:00 гражданам не рекомендуется появляться на улицах, передает издание USA Today. Силовики противостоят молодым людям, вооруженным камнями, палками и кирпичами. Накануне 15 стражей порядка были госпитализированы с травмами разной степени тяжести. Чем дольше они будут «разгребать» ситуацию, тем призрачнее выглядят перспективы Хиллари Клинтон и ее партии на будущих выборах. Уже сейчас главным лозунгом ее оппонентов становится следующий тезис: «Хиллари – это очередной Обама». Республиканцам есть за что отомстить хозяину Овального кабинета. Достаточно лишь вспомнить амнистию нелегалов в ноябре прошлого года, когда глава государства одним росчерком пера разрешил миллионам людей остаться в стране и в будущем получить гражданство. Принимая во внимание тот факт, что в США проживает около 12 млн нелегалов, демократы уже готовы записать их в свой актив. А это кардинально меняет политическую картину будущих электоральных циклов. Сильный ход, не так ли? Республиканцы в ответ пригрозили Обаме импичментом.

События в Балтиморе наводят на исторические аналогии. Напомним, что 4 апреля 1968 г., после убийства Мартина Л. Кинга в Мемфисе, штат Теннесси, именно в Балтиморе (наряду с другими городами) вспыхнули массовые беспорядки (Балтиморский бунт 1968 г.). В город было введено в общей сложности 11 тыс. солдат Нацгвардии и федеральных войск. Не исключено, что организаторы нынешних выступлений уповают на историческую память местного населения. Более того, Л. Кинг, будучи одним из теоретиков ненасильственного сопротивления, может стать знаменем массовых выступлений, которые на данный момент маргинализируются криминалитетом Балтимора с помощью «коктейлей Молотова» и прочих орудий уличной борьбы. Тогда общественный порядок был восстановлен лишь 12 апреля 1968 г., а город понес убытки на 67 млн долларов в перерасчете на нынешний курс доллара. Не стоит поддаваться соблазну считать «расовый майдан» в США инструментом государственного переворота. Правящая элита Америки никогда не допустит киевских и прочих сценариев, но это не означает, что оппоненты действующего президента останутся в стороне и не будут зарабатывать на массовых демонстрациях в Фергюсоне и Балтиморе политический капитал. Давайте на минутку задумаемся: каждый год на территории США регистрируется более одного миллиона инцидентов, подобных гибели Брауна и Грея. Почему же именно сейчас и в таком объеме местные СМИ муссируют расовую проблематику? Ответ кроется в магистральном событии американской политической жизни – выборах президента. Республиканцы, неоднократно критиковавшие Обаму на внешнеполитическом фронте, получили теперь весомый «козырь» на внутреннем поле.

Газета Wall Street Journal пыталась сгладить накал страстей, заявляя, что в Балтиморе проблемы расового разнообразия не существует, потому что там 63 % жителей и 40 % полицейских чернокожие. Все противоречия сводятся исключительно к криминальным наклонностям демонстрантов. «Расовое многообразие местных властей не имеет значения, когда люди хотят воспользоваться моментом для совершения преступлений: как и в случае со смертью Брауна, смертью Грея определенные люди воспользовались как оправданием для нарушения закона. Если протестующие в Фергюсоне отреагировали на то, что в городе с черным большинством деспотично заправляет белое меньшинство (это стало косвенным аргументом для министерства юстиции и прямым аргументом для представителей общественного мнения), то как объяснить события в Балтиморе?» – вопрошает издание. Ситуация крайне противоречивая. Власти других штатов ожидают нестабильности на собственных рубежах. Так, полиция Лос-Анджелеса ввела в действие «синий уровень тревоги», который обязывает сотрудников правоохранительных органов постоянно находиться вдвоем во время выполнения своих обязанностей на улицах мегаполиса, сообщает телеканал ABC. Правоохранители назвали эти меры «превентивными». Им известна сила социальных сетей, которые способны за считанные секунды передавать информацию на сотни и тысячи километров. Хоть Калифорния и находится на Тихоокеанском побережье США, штат не может быть застрахован от цепной реакции интернет-пропаганды.

Когда в информационном пространстве появились сообщения о волнениях в Балтиморе, автор этих строк обратил внимание на один факт, оставленный отечественными и зарубежными СМИ за скобками: 7 апреля, за две недели до беспорядков в штате Мэриленд, в результате взрыва на электростанции (в Мэриленде) был обесточен центр Вашингтона – Белый дом, Капитолий, Государственный департамент и Минюст США. Была также приостановлена работа столичного метрополитена. С точки зрения обывателя в этом факте нет ничего предосудительного – мало ли что бывает в крупных городах. Однако если обратиться к технике государственного переворота, то отключение электроснабжения – стратегический ход, направленный на перекрытие линии связи между правительством и государственным аппаратом. Достаточно обратиться к труду Эдварда Люттвака «Государственный переворот», и весь механизм станет понятным. В случае с обесточиванием Белого дома просматривается, конечно же, не попытка смены власти, но ясный сигнал для Обамы и его окружения, который они уж точно приняли во внимание. Официальный представитель Белого дома Джош Эрнест отметил, что президент, находящийся в этот момент в Овальном кабинете, отключения электричества не заметил. Странная позиция, но другой она не может быть. Обаму застали врасплох. Волнения в Балтиморе – второй месседж президенту, который также читается между строк: расстояние от Вашингтона до Балтимора составляет чуть более 66 километров. Будет ли третье послание?

9 августа 2015 г. Фергюсон вновь охватили протесты, спровоцированные полицейским произволом. Годовщина убийства афроамериканца Майкла Брауна никого не оставляет равнодушным. Горожане вышли на улицы, чтобы выразить свое возмущение действиями властей. Мероприятие началось с символического жеста – 200 демонстрантов почтили память Брауна молчанием, которое длилось 4,5 мин. Полиции напомнили, что тело подростка 4,5 ч лежало на асфальте поле того, как он был застрелен. А потом наступил этап слома «расового майдана»: во время шествия активистов к церкви раздалось несколько выстрелов в направлении полиции, после чего мирный протест резко перешел в уличные бои, мгновенно произошла его маргинализация. На следующий день, 10 августа, глава округа Сент-Луис Стивен Стенджер объявил в городе режим чрезвычайного положения. Власти действуют по заранее спланированной схеме. Осознавая свою беспомощность перед дисциплинированным митингом, его сознательно переводят в хаотичное сборище людей, которые теряют контроль над ситуацией при вводе боевых частей Национальной гвардии, то есть протестующих превращают в толпу, вынужденную действовать на уязвимом для себя поле, где все пропитано насилием и страхом.

В США обострилась борьба за власть, которая ведется на разных уровнях и разными средствами. России остается только наблюдать за этими приемами. Но самое главное – нам следует проанализировать наши слабые и сильные стороны, выстроить стратегию обороны государства, где самым хрупким местом по-прежнему остаются объекты гражданской инфраструктуры.

Спасибо президенту за то, что он так вовремя подписал закон о нежелательных организациях[178]

Росфинмониторинг собирается обязать банки и некредитные финансовые организации сообщать о контрагентах иностранных нежелательных организаций. Накануне появился проект правил уведомления ведомства об отказах в проведении операций с нежелательными организациями, он представлен для общественного обсуждения.

Согласно документу, все участники финансового рынка, в том числе банки, брокеры, негосударственные пенсионные фонды, управляющие и страховые компании, микрофинансовые организации и ломбарды, будут обязаны отказывать нежелательным организациям в сотрудничестве. Также они должны в течение суток уведомить Росфинмониторинг по электронной почте о попытках перевода денег в РФ и потенциальных адресатах. Сообщать о контактах с нежелательными организациями предстоит и тем структурам, которые обслуживают и контролируют деятельность участников рынка. К ним относятся, например, бюро кредитных историй, рейтинговые агентства и биржи.

Закон о нежелательных иностранных организациях вступил в силу в России в начале июня. Он запрещает российским банкам и некредитным организациям каким-либо образом с ними сотрудничать. Нарушение запрета грозит штрафом в размере 50–100 тыс. рублей.

В конце июля в специальный реестр по решению Генпрокуратуры была внесена первая нежелательная организация – американский Национальный фонд в поддержку демократии (National Endowment for Democracy, NED). Реестр ведет Минюст.

Вместе с тем «Известия» сегодня (18 августа 2015 г. – Примеч. авт.) пишут, что лишь небольшая часть выделенных государственных субсидий социально ориентированным некоммерческим организациям уходит на реализацию социальных программ. Большая часть выделенных бюджетных средств просто проедается персоналом этих НКО. К такому выводу пришли аудиторы Счетной палаты по результатам проверки и анализа эффективности государственной финансовой поддержки социально ориентированных некоммерческих организаций (СОНКО) по линии Минтруда и Минэкономразвития.

Ситуацию прокомментировал Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «Решение о том, что банки и другие участники финансового рынка должны информировать Росфинмониторинг о получателях средств, поступающих от нежелательных организаций, носит совершенно прагматичный, здравый характер на фоне сложившейся международной обстановки. Дело в том, что через НКО формируется управляемое сетевое пространство для возможной последующей дестабилизации политической ситуации в стране посредством манипулирования этим полем и расстановки на разных уровнях и участках этой сети своих агентов. Это необходимый компонент технологии демонтажа политического режима.

Трагический пример Украины более чем очевиден. Там финансирование как раз и проходило по линии НКО и НПО, аффилированных с госучреждениями других стран. Они были заряжены на действия по сценарию внешней управляющей силы в случае начала управляемых катаклизмов в стране. Дело в том, что последующая инфильтрация в ткань общественного сектора через финансирование деятельности НКО закладывает в разных точках заряды, чтобы в назначенный час привести к взрыву, то есть дестабилизации ситуации в стране. Примеров этого очень много. В США появление НКО как агента иностранного государства вообще немыслимо. Как только организация попадает под юрисдикцию США, она сразу попадает под колпак. Даже единичной организации там не дадут развернуться, не говоря уже о создании целой сети.

Россия действует вполне обоснованно в рамках международного и национального правового поля, выстраивая эшелонированную защиту своих интересов и прежде всего обеспечивая национальную безопасность на фоне антироссийских шагов коллективного Запада. По крайней мере это то, что касается взаимоотношений России с американцами и их союзниками, которые подстраиваются под вашингтонский оркестр. Однако на фоне всей внешнеполитической конъюнктуры нужно понимать, что главное – избежать перекосов. Нужно не допустить использования нового инструмента в корпоративных войнах между финансовыми организациями, чтобы не происходило доносительства и опорочивания репутации. Также не должны пострадать интересы российских некоммерческих организаций, занимающихся социально значимыми проектами, которые не сотрудничают с нежелательными организациями и не получают средств из-за рубежа».

Протесты в Кишиневе. Экспертное мнение[179]

Десятки тысяч человек вышли на антиправительственные митинги в столице Молдавии 6 сентября [2015 г.]. Их организаторами выступили представители гражданской платформы DA (Demnitate si adevar – Достоинство и правда) и члены и сторонники партии «Наш дом – Молдова» («Красный блок»), отмечает РИА «Новости». Представители DA провели митинг у здания правительства, его активная фаза длилась около 9 часов. По данным МВД, в нем приняли участие 40 тыс. человек, однако организаторы утверждают, что на площадь пришли более 100 тыс. человек.

Сегодня (7 сентября 2015 года – Примеч. авт.) утром протестные акции в Кишиневе возобновились.

Их участники призывают власти объявить досрочные парламентские выборы, вернуть $1 млрд, который был украден из трех коммерческих банков при попустительстве властей, а также требуют отставки президента страны Николая Тимофти.

Кроме того, выступавшие на митинге ораторы выдвинули требования по реформированию Нацбанка, Генеральной прокуратуры, Антикоррупционной комиссии, Высшей судебной палаты, Таможенной службы и других властных структур. Они обвинили власти в подавлении свободы прессы, монополизации СМИ, нападках на журналистов.

«Мы должны бороться, чтобы отдать в руки реформированного правосудия бандитов, которые находятся у власти и обокрали банки. Преступники, которые обворовали республику, должны предстать перед народом. Необходимо поменять весь политический класс и привлечь к ответственности тех, кто узурпировал государственную власть», – подчеркивается в принятой на митинге у здания правительства резолюции, на которую ссылается ТАСС. Организаторы призвали собравшихся не уходить с площади, пока власти не выполнят их требования. Акция была объявлена непартийной и планировалась без символики, но многие участники принесли с собой флаги Молдавии, Румынии и ЕС.

Члены платформы DA позже заявили РИА «Новости», что не имеют с протестами «Красного блока» ничего общего. «Достоинство и правда» объединяет несколько общественных организаций, политологов, общественных деятелей, разделяющих разные политические взгляды.

Представители «Красного блока» прошли по центральной улице Кишинева и остановились у здания Генеральной прокуратуры, требуя отставки генпрокурора. Пикетчики попытались прорваться в здание прокуратуры, но их оттеснила полиция. Между протестующими и стражами порядка возникла небольшая потасовка, к зданию стянули спецназ. Позже представители «Красного блока» сообщили, что на 72 часа был задержан экс-депутат парламента, лидер партии Григорий Петренко и двое его соратников. Им вменяется в вину организация массовых беспорядков.

Президент Молдавии и спикер парламента Андриан Канду отказались вчера встречаться с участниками митинга у здания правительства. Но премьер-министр В. Стрелец вышел к представителям гражданской платформы «Достоинство и правда». Он получил от них резолюцию, в которой отражены все требования протестующих.

Он отметил, что многие аспекты, на которых настаивают участники акций, требуют более широкого обсуждения.

К утру понедельника, по данным СМИ, у здания кабмина установлены уже около 100 палаток, ночью журналисты писали о 60. Митингующие утверждают, что они намерены расширять палаточный городок и не уйдут, пока не получат ответ от властей. В данный момент движение транспорта в центре города возобновлено, за общественным порядком следит усиленный наряд полиции.

Стоит отметить, что власти пытались по-своему снять накал страстей, объявив ранее о проведении масштабного бесплатного концерта в воскресенье в Кишиневе под эгидой местного оператора связи. Под открытым небом должны были выступить российские, румынские и молдавские звезды. Начало выступлений было запланировано за час до митинга, однако многие приглашенные на него артисты отказались от участия, объяснив это тем, что не желают мешать протестам.

Ситуацию прокомментировал Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «Мы наблюдаем переход в мягкой форме к возможной реализации новой стадии так называемой технологии демонтажа политического режима, которую мы уже наблюдали у границ России и в странах Восточной Европы. Но при этом важно учитывать, что дыма без огня не бывает. Любой государственный переворот, управляемый извне, основывается на реальных кризисных социально-экономических предпосылках.

Специфика технологии заключается в искусном, профессиональном, умелом “седлании” кризисного социального тренда. То есть используется социальный кризис, вызванный коррумпированными властями, несоответствием их социально-экономической политики взглядам большинства населения. Далее действуют данные, связанные с коррумпированностью местных чиновников, которыми умело манипулируют западные СМИ. Они вызывают раздражение у народа на фоне стремительного обнищания страны, высокого уровня инфляции и безработицы. Именно это мы и наблюдаем в Молдавии.

Подчеркну: извне никто элиту не коррумпирует. Никто не готовит технологию с нуля. Ее лишь очень качественно перенаправляют из социальной плоскости в поле политического протеста с последующим выходом на оперативную возможность госпереворота и свержения режима по сценарию внешней управляющей силы.

Президент Молдавии Тимофти сам по себе является олигархом и представителем государства, ориентированным на Запад. Он хранит свои активы за рубежом. Он ангажирован, зависим и находится в положении исполнителя сценария, изготовленного за границей. Сейчас может происходить перераспределение акцентов в пользу других кандидатов в элите Молдавии, таких же западно-ориентированных олигархов, которые выступают, например, за присоединение страны к Румынии.

Характерно, что митинг разделился. Есть основная многотысячная манифестация напротив здания правительства, а есть небольшой митинг возле Академии наук, который организован условно пророссийским движением “Красный блок”. Это тоже красноречиво показывает наличие альтернативных мнений в молдавском обществе. И здесь мы можем говорить о попытке западных сценаристов раскладывать яйца сразу по нескольким корзинам, делая ставку на представителей разных групп влияния для того, чтобы решать свои геостратегические задачи в регионе, дестабилизируя ситуацию, как и на Украине. Здесь же надо учитывать общую обостренную ситуацию в Европе из-за грандиозных потоков беженцев. Такая дестабилизация призвана на фоне ведущейся гибридной войны сделать США единственной тихой гаванью для мировых капиталов.

Что касается основных опорных точек в молдавских протестах: евроинтеграция, возвращение украденного руководством страны миллиарда долларов, палаточный городок – все это атрибуты, связанные с тактикой работы профессиональных протестующих, которые, безусловно, находятся в толпе мирных граждан, пришедших выразить свой объективный социальный протест. Там работают профессиональные революционеры, подготовленные в соответствующих учебных учреждениях и прошедшие необходимые семинары.

Другими словами, базово мы можем судить о наличии сценария технологии “цветной революции” в Молдавии, где конечной целью является дестабилизация периметра российских границ. Это влечет за собой удар по России в мыслях западных политтехнологов, преследующих цель ослабить страну и организовать в конечном итоге “цветную революцию” у нас. Надо также вспомнить об опасности такого проамериканского проекта, как “Исламское государство”, которое активно наступает на наше южное “подбрюшье” через республики Центральной Азии. Это все увязывается в единую сетевую карту, где России уготована роль жертвы революции, чего мы не допустим».

Комментарий Г. Филимонова о поездке Дж. Теффта во Владивосток[180]

Посол США в РФ Дж. Теффт прилетел во Владивосток. Официальная цель его визита в Приморье – встреча с местными бизнесменами и выпускниками обменных программ Госдепа США.

Теффт – фигура, безусловно, масштабная, потому и охват его деятельности в стране пребывания соответствующий. В отличие от своего коллеги Бредфорда Бела (первый секретарь посольства США в РФ), который в «рабочих поездках» по стране ограничивается радиусом Золотого кольца России, Теффт преодолевает куда большие расстояния. В апреле, например, он почти конспиративно посещал Урал. В Екатеринбурге тогда он тоже встречался с местными промышленниками, предпринимателями, студентами и правозащитниками.

Не секрет, что Госдеп выделяет много средств на ведение агитационной и пропагандисткой идеологической борьбы в России. Потому поездки Теффта во многом носят ревизионный характер. Важно отметить: посол США в РФ, когда-то блестяще отработавший эту должность на Украине и в Грузии, для своих турне чаще всего выбирает самые отдаленные от федерального центра регионы. Во Владивостоке Джон Теффт проведет два дня.

Г. Филимонов: «Как и прогнозировалось нами ранее, началась работа Госдепартамента США по формированию опорных пунктов своего влияния на территории Российской Федерации на новом историческом этапе. Речь идет об Урале, Сибири и Дальнем Востоке. Это можно смело назвать новой попыткой похода американцев на российский Дальний Восток – в политическом смысле. Особенно важным является тот факт, что стимулом для формирования этой сети является поражение в 2011–2012 гг. в попытках организовать технологию управляемого извне демонтажа власти в России. Это как раз те неудачные “болотные площади” с белыми ленточками.

Сотрудники посольства США и представители консульства уже отметились в попытках мониторинга протестной активности и потенциала на территории субъектов – Сибири, Урала, Дальнего Востока. Также известно о встречах генконсула США на Ямале с жителями региона. И в не меньшей степени мы отмечаем активность посольства в других регионах России, в частности в Костроме.

Одна из главных задач Джона Теффта как специалиста по реализации технологии демонтажа политических режимов, о чем можно сделать вывод, прочитав его яркую в этом смысле биографию, – создание условий для ослабления власти федерального центра синхронно с продвижением оппозицией тезиса о федерализации. Это для Дальнего Востока России является очень деликатной темой. Можно констатировать, что Дальний Восток в планах зарубежных стратегов является потенциально приоритетным объектом для воздействия извне, для возможной дестабилизации социально-политической ситуации в России и ее фрагментации, то есть развала, что и попытались сделать в конце 90-х гг. силами Ходорковского.

На этом фоне действует классический инструмент американской публичной дипломатии, один из компонентов “мягкой силы” США – обменные программы для школьников, студентов, аспирантов, молодых ученых, работников различных предприятий. Американские специалисты мониторят карьерное развитие выпускников этих программ и содействуют их успехам, оказывая помощь в назначениях на должности в муниципальных, региональных и федеральных структурах. И одной из целей поездки Теффта заявлена встреча с этими выпускниками, что на фоне попыток тестирования американцами протестного потенциала в Сибири и на Дальнем Востоке не должно оставаться без внимания».

Г. Филимонов о просьбе Саудовской Аравии прекратить бомбардировки ИГ[181]

Кремль призывает очень внимательно относиться ко всем сообщениям, которые появляются в связи с ударами российских ВКС по позициям «Исламского государства» в Сирии. Сейчас можно найти много искаженной и передернутой информации, заявил пресс-секретарь президента РФ Д. Песков. По его словам, необходимо выработать механизмы координации информационных потоков. Он также добавил, что операция Воздушно-космических сил РФ в Сирии финансируется российской стороной.

Вместе с тем постпред Саудовской Аравии в ООН Абдалла аль-Муаллими, выступая на Генассамблее, потребовал от России «незамедлительно прекратить и не возобновлять» авиаудары. Его речь цитирует агентство Reuters.

«Делегация Саудовской Аравии выражает глубокую озабоченность по поводу операций российских войск, проведенных в Хомсе и Хаме, где нет боевиков “Исламского государства”. Эти атаки привели к жертвам мирного населения. Мы требуем немедленно прекратить атаки и чтобы они не повторялись», – сказал саудовский дипломат.

Абдалла аль-Муаллими добавил, что страны, которые присоединились к борьбе против ИГ, не могут бороться с боевиками, поддерживая при этом «террористический сирийский режим».

Ранее сомнения в том, что российские самолеты наносят удары именно по позициям «Исламского государства», выразили Франция и США, а также сирийская оппозиция.

Некоторые страны, например Ирак, Иран и Венесуэла, поддержали действия России. «Мы в Венесуэле поддерживаем и аплодируем этому решению Российской Федерации, это путь к спасению Сирии, искоренению терроризма, этого нового фашизма», – заявил накануне лидер страны Н. Мадуро.

Россия начала военную операцию в Сирии 30 сентября в ответ на просьбу президента Башара Асада. При этом коалиция во главе с США, в которую входит Саудовская Аравия, наносит удары по позициям ИГ в Сирии с сентября 2014 г. в обход СБ ООН и не координирует свои действия с сирийскими властями, напоминает РИА «Новости».

Сегодня (1 октября 2015 г. – Примеч. авт.) на заседании Совета по развитию гражданского общества и правам человека Владимир Путин сообщил, что информация о жертвах среди гражданского населения в Сирии появилась до того, как в небо поднялись российские самолеты. Он подчеркнул, что российская сторона готова к появлению подобных сообщений. «Тем не менее это не значит, что мы не должны прислушиваться к информации подобного рода», – сказал российский президент.

Официальный представитель российского МИДа М. Захарова накануне назвала сообщения о жертвах среди мирного населения «частью информационной войны».

А Минобороны РФ в свою очередь пояснило, что все удары по позициям боевиков наносились после проведения воздушной разведки и уточнения данных, полученных от штаба сирийской армии.

Г. Филимонов: «То, что Саудовская Аравия призвала Россию прекратить поддержку легитимного режима Башара Асада в борьбе с международным терроризмом, – это информационная атака, компонент информационной войны, которая, в свою очередь, является подсистемой гибридной войны, которая, к сожалению, последовательно ведется против России не первый год. Важно сказать, что Саудовская Аравия очень логично действует в рамках союзнических отношений и партнерства с США. Эта страна – извечный проводник американских интересов, крупнейшая нефтяная монархия Персидского залива, которая была создана США с нуля семьями американского капитала. А между тем Саудовская Аравия напрямую оказывает военную помощь “Исламскому государству”, а некоторые из полевых командиров ИГ являются офицерами вооруженных сил Саудовской Аравии.

Интересно, что не только саудиты выступают против наших ударов по ИГ, но и Франция. Создается некий западный пропагандистский оркестр, который призван сформировать очередные инструменты давления извне на Россию, ангажированно представить нашу помощь в качестве деструкции.

Возникают видеосюжеты, которые по вирусному принципу распространяются в Интернете через западные информационные ресурсы, прежде всего CNN. Эти видео, как правило, не имеют ничего общего с реальностью. Они сняты по лучшим лекалам этого видеожанра. Они либо снимаются в специальных павильонах, либо берутся из совершенно других мест и другого времени. “Евроньюс” и CNN показали бомбардировки в городской черте, хотя наша авиация наносила удары по складам и штабам в горах Сирии. Нам же показываются давно сгоревшие машины, разрушенный город, плачущий ребенок, бегущие мужчины крепкого телосложения. Очень качественная картинка в HD-формате. Как им удалось такое снять? Мы имеем дело с хорошо поставленной голливудской медиамашиной.

Эти материалы распространяются синхронно с началом ударов по позициям террористической группировки или вбрасываются накануне, чтобы успеть сформировать негативный имидж, предвзятое общественное мнение, зарядив его антироссийским настроением. Именно поэтому сразу после российских ударов появляется информация, что 27 человек пострадали, из них шестеро детей. И эта информация появляется тогда, когда полетел первый наш самолет. Сразу же становится понятно, что эти материалы не более чем фейк.

России в этой ситуации нужно оттачивать свою информационную политику, уметь блокировать подобные выходки наших зарубежных визави. Потому что эти атаки будут продолжаться».

Миграция разворачивает Европу лицом к фашизму[182]

Г. Филимонов о ложных смыслах и пропаганде разрушения

14 сентября Еврокомиссия предложила 28 странам Союза распределить между собой 160 тыс. мигрантов по системе квот. Члены объединения пытаются переложить друг на друга ответственность. Мало кто готов взять на себя тяжелую ношу. Одно дело – ратовать за отставку Х. Мубарака или М. Каддафи, и совсем другое – быть последовательным до конца, приютить у себя тех, чьи дома разрушены из-за чрезмерных политических амбиций и властолюбия. Немцы, которым предстоит принять более 800 тыс. мигрантов, бьют тревогу. «Проблема не столько в их количестве, сколько в скорости их перемещения», – сетует вице-канцлер ФРГ З. Габриель. Министр внутренних дел Т. де Мезьер пошел еще дальше, объявив о том, что Берлин временно приостанавливает свое участие в Шенгенском соглашении. Негативные сценарии претворяются в жизнь, а войны на Ближнем и Среднем Востоке пока далеки от развязки. То ли еще будет.

Миграционное давление на Евросоюз нарастает. Во всяком случае, именно такую картинку дают американские и европейские СМИ, которая, по оценке профессора МГИМО Е. Пономаревой, напоминает кадры из фильма «Война миров Z» во главе с Б. Питтом. Вопреки сценарию голливудского блокбастера у США есть время отдышаться и начать квалифицированный отбор беженцев. Президент Б. Обама распорядился принять в будущем году 20 тыс. беженцев из Сирии. Американцам приходится намного проще: от Северной Африки и Ближнего Востока их отделяет не только Средиземное море, но и Атлантический океан, тогда как Старый Свет находится в эпицентре геополитического взрыва, стоит только пересечь море с юга на север. Корень всех проблем – мировая война, которую в 2011 г. политкорректно назвали «арабской весной». Она идет далеко за пределами классического западного мира, однако метастазы войны доходят до «сердца» европейского капитализма – Германии, культивируя негатив изнутри. И это несмотря на то, что население ЕС составляет 507 млн человек. Беженцев из Северной Африки и Ближнего Востока едва ли наберется до 2 млн человек. Но даже эта капля в человеческом «море» может разжечь огонь ксенофобии и фашизма. По данным американской газеты Tribune, 51,2 % граждан Евросоюза испытывают негатив в отношении мигрантов. Среди респондентов особенно отличились жители Италии, Франции, Великобритании и Германии. 30,2 % граждан готовы мириться с текущим уровнем миграции, и только 7,5 % ответили, что их стране нужно больше мигрантов. Не стоит обладать даром предвидения, чтобы понять: проблема беженцев уже занимает ключевое положение в программе правящих в Старом Свете партий. Канцлер Германии А. Меркель чувствует напряжение в воздухе, которое вынуждает ее восстановить контроль над границей с Австрией. «Настроения меняются быстро», – заявил однопартиец Меркель по Христианско-демократическому союзу.

Самое интересное впереди. В Еврокомиссии подсчитали, что к 2060 г. численность жителей Союза возрастет на 3 % (с 507 до 523 млн человек), причем население увеличится в наиболее благополучных странах ЕС – Бельгии, Чехии, Дании, Ирландии, Франции, Италии, Люксембурге, Нидерландах, Австрии, Финляндии, Швеции, Великобритании. Что касается Восточной Европы, то она демонстрирует противоположный тренд – Венгрия, Польша, Румыния, Словения, Словакия, Болгария, Латвия, Литва и Эстония будут вымирать, передает аналитический портал RuBaltic.Ru. Не самая завидная участь для стран, которые после Второй мировой войны оказались под благополучным зонтиком социалистического интернационала. Москва строила заводы, фабрики, создала передовую инфраструктуру и систему образования. Готов ли Брюссель на аналогичные жертвы ради союзников? Большой вопрос. Вместо конкретных дел нагнетается истерия, которую эксперт Александр Запольскис не случайно называет «новой европейской гражданско-расовой войной». «Хотя точное количество нелегальных мигрантов неизвестно, однако даже самые пессимистичные, а значит, явно завышенные прогнозы говорят о притоке около 1,5–2 млн беженцев в целом до конца 2015 г., из них до 0,8 млн – в Германию. Статистически этот поток слабо тянет не то что на вал, даже на мелкие брызги. Чем таким принципиальным могут повредить Европе 0,5 % нелегалов в год?» – отмечает Запольскиc на страницах ИА REGNUM.

Идея единой Европы оказалась под ударом. Германия и Австрия закрылись от Сербии и Венгрии контрольно-пропускными пунктами. Вот как описывает положение дел на границе британская «Би-би-си», взирающая на континент с берегов Туманного Альбиона: «Мигранты, добравшиеся до Европы из стран Ближнего Востока и Северной Африки, неожиданно оказались по разные стороны баррикад. Одним удалось прорваться в Германию и Австрию. А другие стоят в растерянности перед стеной из колючей проволоки, воздвигнутой на границах Сербии и Венгрии. Многие из этих людей никуда не уйдут, рано или поздно придется что-то делать. Пока же европейские страны никак не могут договориться о том, как распределять мигрантов, уже находящихся в ЕС». Растерянность Брюсселя налицо, однако фундаментальные причины для беспокойства отсутствуют. Судите сами: к 2060 г. численность трудоспособного населения ЕС сократится с 61 % до 51 %, а количество реально работающих лиц сократится с 211 до 202 млн человек. Так что Старому Свету жизненно необходим приток «свежей крови», который позволит поддерживать рост ВВП на высоком уровне. Все остальные дискуссии и вопли на тему мигрантов – чистая политика.

В европейской прессе упорно создается миф о том, что беженцы штурмуют только Старый Свет и ни под какими предлогами не едут в страны Персидского залива. Но статистика говорит об обратном. По данным ООН, в шести прибрежных странах Персидского залива – Бахрейне, Катаре, Кувейте, Саудовской Аравии, ОАЭ, Омане – сегодня проживают более 12,8 млн иностранцев. Их численность в целом составляет 34–40 % всего населения этого субрегиона Ближнего Востока и почти 70 % его рабочей силы, полагает исследователь Института Ближнего Востока О. Скопич. Более того, иностранцы составляют приблизительно 18–19 % населения Омана, 20–33 % населения Саудовской Аравии, около 33 % населения Бахрейна, более 50 % населения Кувейта, 75–80 % населения Катара, 85–90 % населения ОАЭ. Причем эта статистика не отражает нелегальную иммиграцию, в результате которой численность мигрантов значительно превышает официальные данные, резюмирует Скопич.

Европа не может похвастаться подобного рода «гостеприимством». Обратимся теперь к статистике, которую приводит А. Запольскис. Итак, по данным на 2013 г., доля иностранцев в составе населения Европы уже составляет около 8,5 %, в том числе: во Франции – 5,9 %, Италии – 7,9 %, Германии – 9,1 %, Австрии – 11,2 %, Швейцарии – 22,8 %.

Если отбросить медийные эмоции, то главная проблема Евросоюза – международный терроризм. Британская Sunday Times еще в конце августа писала о том, что террористы проникают в Старый Свет при помощи нелегальных перевозчиков под видом беженцев. Цифра обозначалась нешуточная – 4 тыс. боевиков «Исламского государства»[183]. По словам советника главы Российского института стратегических исследований Е. Супониной, «из одной только Сирии поток беженцев уже превысил 4,5 млн человек, поэтому цифра 4 тыс. террористов, которые проникли в Европу, вполне реальна». «Ситуация для европейцев осложняется тем, что беженцы могут легко поддаться паническим настроениям и вести себя агрессивно. Это, в свою очередь, усугубит процесс выявления террористов», – заявила Супонина в интервью телеканалу LifeNews.

В Европе разворачивается самая настоящая гибридная война. Более полутора лет ее сотрясает гражданская война на Украине, а теперь боестолкновения перенеслись в Венгрию, Сербию, Австрию, Германию и другие страны. Правда, в опосредованной форме. Хаос охватил не только Старый Свет, но и Северную Америку – летом 2014 г. американский городок Фергюсон воспламенил фитиль межрасовых столкновений, которые и по сегодняшний день составляют ахиллесову пяту США. Запад погружается во мрак. Кто придет ему на смену?

Импорт политического авторитета[184]

Г. Филимонов: почему антиамериканизм играет на руку оппозиции?

Внутренняя политика таким причудливым образом связана с международными отношениями, что временами превращается в некий фетиш, если угодно – политический инструмент. Подобная связка работает не только в России, но и в других странах мира, где оппозиция делает ставку на использование позитивного имиджа США для достижения узкокорпоративных или мелкобуржуазных интересов, как было принято говорить на партийных митингах времен СССР. Доказательство тому – утечка в СМИ сообщений о встрече сотрудников американского посольства с представителями оппозиции в Костроме.

Об этом накануне региональных выборов сообщает сам пресс-секретарь посольства США в Москве У. Стивенс. «Мы подтверждаем, что двое американских дипломатов отправились в Кострому на этой неделе. Они просили о встречах как с государственными чиновниками, так и с представителями различных партий, участвующих в грядущих местных выборах», – говорится в официальном заявлении. Зачем идти на такие «жертвы» и уезжать более чем за 300 километров от Москвы? Ответ лежит на поверхности: своим реверансом Вашингтон придает оппозиции значимость, показывая, что «борцы с кровавым режимом» пользуются легитимностью и расположением Запада. Целевая аудитория – столичная городская молодежь, выросшая на зарубежной поп-музыке и голливудских блокбастерах.

Что происходит дальше? А дальше – самое интересное. Чем сильнее федеральные СМИ атакуют Навального и его товарищей по цеху, тем стремительнее растет его узнаваемость, формируется политический бренд. В качестве примера приведем цитату из телевизионного эфира одного из государственных каналов: «По неофициальной информации, оппозиционер отчитался перед иностранными друзьями о проделанной работе в ходе избирательной кампании». То есть созданный через третьи руки образ дает протестной толпе «на выходе» негласного предводителя, которому она симпатизирует только в силу его отчужденности, его «перманентного несогласия» с властями. Вот почему антиамериканизм играет на руку оппозиции, а не провластным группам. Таким образом, формируется икона для городского «пролетариата», который протестует не из-за того, что ущемлены его «базовые инстинкты» (если выражаться языком русско-американского социолога П. Сорокина), будь то потребность в пище, в «самовыражении», в «собственном достоинстве», а также наличие «рефлексов группового» и «индивидуального самосохранения». Однако больше всего городское население подвержено тому, что Сорокин называл «инстинктами драчливости, борьбы, конкуренции, творческой работы, разнообразия и приключений». На этих клавишах играют все революционеры современности.

Подтверждение данного тезиса мы находим и у американского революционного теоретика Дж. Голдстоуна. Предоставим ему слово. «На самом деле революции чаще происходят не в самых бедных странах, а в странах со средним уровнем доходов. Когда началась Американская революция, колонисты жили гораздо лучше, чем европейские крестьяне. В самой Европе революция 1789 г. произошла в стране, крестьяне которой жили в целом лучше, чем крестьяне в России, где революции пришлось ждать еще сто с лишним лет», – пишет Голдстоун в работе «Революции. Очень краткое введение». Едва ли возможно оспорить подобную логику, особенно когда сравниваешь уровень жизни в Москве с условиями, в которых живут наши соотечественники в провинции.

Парадокс состоит в том, что столица оппозиционна всегда, в то время как провинция готова терпеть сиюминутные лишения ради будущего. И дело здесь не в том, что им не с чем сравнивать.

В идеале мы имеем дело с принципиально иным мышлением, избавленным от категорий homo oeconomicus. Неслучайно Голдстоун приходит к довольно нетривиальному заключению, далекому от канонов марксизма: «Что превращает нищету и неравенство в движущий мотив революции? Главную роль здесь играет убеждение в том, что существующее положение вещей не является неизбежным, а возникает по вине режима. Народ поднимается против власти, только когда элиты и группы населения бросают режиму обвинение в несправедливости, порождаемой его некомпетентностью и коррупцией либо фаворитизмом в отношении одних групп за счет других». Поэтому даже при идеальных социальных условиях жизни власть остается хрупкой субстанцией, которую непременно следует оборонять при помощи разъяснительной работы через СМИ. Должно произойти именно то, что философ С. Кара-Мурза именует «превращением власти в авторитет».

Что происходит на деле? Обратимся к фактам. 20 сентября [2015 г.] в московском Марьино состоялся оппозиционный митинг «За сменяемость власти». Скажем откровенно: ключевой лозунг оставляет желать лучшего, особенно на фоне того, что его организаторы и кураторы набирают на выборах не более 1–2 % голосов избирателей. О каком народном мандате может идти речь, если «оппозиционеры» не в состоянии преодолеть электоральный барьер?

Политическое послание требует уточнений. Кого имеет в виду оппозиция, ратуя за «смену власти»? Если под «властью» они понимают не только президента России, то какую нишу они отводят премьер-министру?

Однако «борцы за демократию» сознательно не уточняют позицию. Для них вопрос ориентации в аппаратных делах – слишком скользкая проблема. В конце концов, «власть» – широкое понятие, куда следует относить не только администрацию президента, но и правительство России. Ратует ли Навальный, Касьянов и компания за сменяемость кабинета министров, в котором мы годами видим одни и те же лица? Риторический вопрос.

Вот как описывает данное событие корреспондент агентства «Медуза» Д. Туровский: «Со сцены выступали в основном лидеры и активисты “Демократической коалиции”, которой неделю назад на выборах в Костромской области удалось набрать только 2,6 % голосов». Неслучайно спальный район столицы встретил митингующих угрюмо. Причем о неэффективности мероприятия рассуждают сами представители отечественного либерализма. «Иллюзий по поводу эффективности мероприятия у меня изначально не наблюдалось; мотивация была чисто экзистенциальной: если бы я не пошел, совесть меня бы замучила», – пишет А. Троицкий в своем блоге на «Би-би-си». Как ни странно, в погоне за «сенсацией» сайты телеканалов Дни. ru и РЕН-ТВ публикуют в день митинга новость с сомнительным заголовком – «Посол США в России Дж. Ф. Теффт прогулялся на митинге оппозиции в Марьино».

После того как американские дипломаты опровергли это сообщение, РЕН-ТВ пришлось объясниться: «Ситуация усугублялась тем, что в воскресенье получить комментарии американской дипмиссии не представлялось возможным, поэтому на фейк отреагировали сразу несколько российских СМИ».

Теперь о тактике. Вся антиамериканская истерия, раздуваемая российскими медиагруппами, на самом деле работает на руку оппозиции, которая таким образом пытается уличить Кремль в «нечистой» игре. Поэтому не исключено, что закрытие американского центра при библиотеке иностранной литературы им. М.И. Рудомино, действовавшего более 22 лет, станет очередным поводом для нелепых обвинений. Тем более что на эту тему высказался сам господин посол. «Посольство США в Москве глубоко сожалеет об одностороннем решении российского правительства закрыть Американский центр посольства США при Всероссийской государственной библиотеке им. М.И. Рудомино в Москве. Односторонние шаги, предпринятые Россией в последнее время, ставят под сомнение приверженность правительства России связям между российским и американским народами, которые не прерывались даже во времена “холодной войны” и в другие сложные моменты долгой истории отношений наших стран», – цитирует «Интерфакс» заявление Дж. Теффта.

К счастью, будущее российско-американских отношений не ограничивается игрой в пинг-понг с оппозицией. На кону стоят масштабные совместные проекты, которые требуют кооперации и шагов со стороны Вашингтона навстречу Москве.

Г. Филимонов: Россия в уме, Сирия – на языке: оговорки по-американски[185]

Пятилетняя гражданская война в Сирии зашла слишком далеко. Как же все пристойно начиналось! На Востоке все начинается и заканчивается хлебом. В конце 2010 г. засуха провоцирует рост цен на хлеб, открывая ящик Пандоры в Тунисе, Египте и Ливии. Февраль 2011 г.: оппозиция регистрирует в Facebook группу под названием «Сирийская революция – 2011».

Митинги, акции протеста, красивые речи. В середине марта, после начала военных столкновений, власти Сирии обвиняют Facebook в блокировании страницы сторонников президента Башара Асада. Кто бы мог тогда подумать, что на следующий год ООН назовет события в арабской республике «открытым религиозным конфликтом»? Уже летом 2011 г. головорезы начинают отстреливать военных и полицейских, лояльных режиму. Так зародилось чудовище, которое в Вашингтоне, Лондоне и Париже до сих пор именуют «умеренной оппозицией». Однако в 2014 г., в канун священного для всех мусульман месяца Рамадан, самозваный «халиф» аль-Багдади идет дальше, провозглашая свою власть на обломках Сирии и Ирака. «Умеренным» пришлось потесниться. Итог: резня достигает своего апогея. Более 250 тыс. человек убиты, свыше двух миллионов сирийцев расселились по соседним странам, самые отчаянные будут искать счастье в Евросоюзе и США. Их лица передают страдания, надежда гаснет с каждым днем. 30 сентября 2015 г. Асад больше не может медлить, он просит Россию вмешаться в конфликт, исполнить обязательство по двустороннему Договору о дружбе и сотрудничестве. Так началась новая история Сирии. История разочарованных Майданом. Отныне даже бывшие из мирных демонстрантов возьмутся за голову: «Неужели и я когда-то был причастен к этому злодеянию?». Это будет главный вопрос их совести.

Госдепартамент и кривые зеркала. Пресс-служба Государственного департамента США всегда отличалась изобретательностью и остроумием. Достаточно вспомнить именитую Дженнифер Псаки, которая путалась во всем, что можно и даже нельзя напутать при большом желании. Ее постоянные «дуэли» с корреспондентом «Ассошиэйтед Пресс» М. Ли, который постоянно подлавливал неуверенную в себе барышню на фактах, забавляли не только российского, но и зарубежного зрителя. Работа Псаки олицетворяла не только стремление вашингтонского истеблишмента посмеяться над промахами президента Барака Обамы и его ближайшего окружения, но и желание показать Москве отсутствие американского интереса к Киеву и военным сводкам с Донбасса. В конце концов большая политика редко бывает прямолинейна, многое приходится читать между строк. Псаки ушла в декретный отпуск. Вернется не скоро. Хотя потребность в ее замене отсутствует. Судите сами.

7 октября, в день рождения президента России В. Путина, официальный представитель Госдепартамента Джон Кирби допустил следующую lapsus linguae (ошибку в речи): «Все, что действительно сейчас нужно России, – это смена власти и политические реформы». Через мгновение Кирби «опомнился» и объяснил журналистам, что имел в виду Сирию. Если в случае с Псаки многое можно списать на непрофессионализм, то с Кирби эта отговорка не сработает – он кадровый военный, контр-адмирал, проработавший в Пентагоне не один десяток лет, проводя ежедневные брифинги для прессы. Говоря простым языком, «матерый волк». Его кандидатуру выбирал лично госсекретарь Дж. Керри, бракуя сотни претендентов на вакантный пост. Как сообщил ТАСС в апреле с.г., Керри «выбрал Кирби с учетом его большого опыта и глубоких знаний международных проблем». Что-то здесь не сходится, не так ли? М. Ли также почувствовал неладное, предположив в шутку, что таким образом Кирби хотел поздравить президента Путина с днем рождения, передает Russia Today. Если перевести «послание» Госдепартамента в адрес Кремля на обыденный язык, то речь идет о банальной угрозе, которая была озвучена в этот необычный для всех граждан день.

США сохраняют надежду на осуществление государственного переворота в России. Не случайно именно 7 октября Конгресс одобрил оборонный бюджет на 2016 г., который предусматривает поставки различного вида оружия на Украину. По данным агентства «Интерфакс», документ предполагает возможность передачи Киеву разведывательной информации. Астрономическая сумма военных расходов Пентагона уж явно далека от «обороны» – 612 млрд долларов. Президент Украины П. Порошенко с трудом скрывает свое благоговение перед кураторами: «Если говорить о президенте Обаме, то он встретился со мной до встречи с Путиным, где мы скоординировали основные подходы (вторая встреча состоялась), после встречи с Путиным и вечером, после встречи с вице-президентом США Д. Байденом, где он сообщил мне, что он подписал соответствующее распоряжение о передаче Украине новых образцов вооружений, которые нам нужны как воздух, ведь это оборонное вооружение».

О причинах. Почему же Вашингтон перешел на этот витиеватый и грубый язык? Поводов за последнюю неделю накопилось достаточно. Конечно же, ответ на этот вопрос лежит в зыбучих песках Сирии.

Причина № 1. 7 октября в операции Воздушно-космических войск России против террористов «Исламского государства» впервые приняли участие четыре корабля Каспийской флотилии, эффективно выполнившие 26 пусков крылатых ракет. «Для поражения боевиков, кроме авиации, сегодня утром привлекли корабли Каспийской флотилии, четыре ракетных корабля произвели 26 пусков крылатых ракет морского базирования “Калибр” по 11 целям», – цитирует РИА «Новости» главу Минобороны РФ Сергея Шойгу. Американцы задергались по той причине, что Москва демонстрирует силу, а ее ракеты могут беспрепятственно перелетать расстояние в 1,5 тыс. км, минуя воздушное пространство стран Закавказья и Среднего Востока – Ирана и Турции, особенно на фоне того, как последняя нервозно воспринимает укрепление РФ на Ближнем Востоке.

Причина № 2. Российская армия показала большую эффективность, чем все армии НАТО, вместе взятые. Подтверждение тому мы находим в заявлении посла Сирии в РФ Рияда Хаддада, который уточнил на днях, что с начала операции Воздушно-космических сил России уничтожено около 40 % инфраструктуры ИГ, боевики отступают в сторону границы с Турцией. «Кроме того, было ликвидировано множество террористов», – заявил дипломат.

То есть за семь минувших дней (с 30 сентября) Кремль сделал то, что Белый дом не сумел или не захотел осуществить за полтора года. Подумать только: с 2014 г. ВВС США совершили около 4 тыс. боевых вылетов для ликвидации объектов ИГ. Результат абсолютно противоположный. ВКС РФ уничтожат склады, тренировочные лагеря, технику, линии коммуникаций – все то, что потребовало от курирующих ИГ иракских генералов десятков миллиардов долларов, которые в минувшем году были заработаны на нелегальной торговле нефтью.

Участие России в антитеррористической операции в Сирии не просто политический шаг, за которым стоят национальные интересы нашей страны. Сирия – сакральная земля, где в начале нашей эры проповедовал апостол Павел. Ныне в арабской республике не только сохранились, но и развиваются православные и иные христианские общины, некоторые из них, кстати, расположены в Латакии. Поэтому каждый бомбовый удар, который ВКС России наносят по международному терроризму, – акт, очищающий эту землю, где ислам всегда находил взаимопонимание с христианством и иудаизмом. Кто знает, может именно Сирия даст нам импульс, необходимый для внутреннего очищения.

Г. Филимонов: США и ЕС «зачищают» Молдавию[186]

Но в акциях протеста, парализовавших Кишинев, пытаются обвинить Россию

После Украины Майдан перебирается в Молдавию, где с 6 сентября продолжаются акции протеста. Жители республики требуют отставки кабинета министров. Политическую систему сотрясает коррупционный скандал, который обезглавил проевропейскую Либерально-демократическую партию Молдавии (ЛДПМ). Ее предводитель В. Филат выведен из игры. 16 октября сотрудники Национального центра по борьбе с коррупцией провели обыски по месту жительства и работы бывшего главы кабмина, который подозревается в выводе (в ноябре 2014 г.) финансовых средств из банковской системы страны.

Ранее на заседании парламента Молдавии генпрокурор К. Гурин обвинил Филата в причастности к краже миллиарда евро и обратился с требованием в срочном порядке снять с него депутатский иммунитет. За снятие неприкосновенности проголосовали 79 депутатов из всех фракций, кроме самих либерал-демократов. Теперь Филату грозит 15 лет лишения свободы. Оппозиция не планирует останавливаться на достигнутом. «Наши требования к власти можно выразить одним словом – уходите! Кроме отставки и ее капитуляции нам не о чем говорить с этой властью. Наш разговор может завершиться только капитуляцией этой преступной власти», – цитирует ИА REGNUM одного из лидеров платформы «Достоинство и правда» (DA) А. Нэстасе, который не скрывает своих симпатий к Брюсселю.

Глава правительства (либерал-демократ) В. Стрелец отказывается уходить в отставку, обвиняя в бедах своей партии олигарха В. Плахотнюка, который также выступает за евроинтеграцию. «Молдова будет управляться в соответствии с Конституцией, без директив с бульвара Кантемира (там находится офис В. Плахотнюка). Уверен, что большинство членов кабмина меня поддержат. Я чувствую, что мне развязали руки. Но нет гарантии, что прокуратура не сфабрикует уголовное дело и на меня», – приводит слова Стрельца портал Newsmaker.md. Так что он следующий. Брюссель недвусмысленно дает понять, что у него есть новый фаворит на ключевой пост в Кишиневе – первый вице-председатель Демократической партии Молдовы В. Плахотнюк, который вышел из рядов партии на период антикоррупционного расследования, чтобы остаться в тени происходящих событий. Олигарх ратует за досрочные выборы, на которых он может прийти к власти: «Для Республики Молдова была бы катастрофой сейчас любая политическая нестабильность. Но не надо забывать, что досрочные выборы всегда могут быть выходом, если у граждан есть альтернатива действующей власти и они желают сменить ее досрочно, даже спустя несколько месяцев после двух избирательных кампаний».

Парадокс состоит в том, что за смену режима в Молдавии выступают практически все представители политического спектра – от крайне правых румыноунионистов до крайне левых, которых постоянно обвиняют в симпатиях к России. Манифестанты требуют провести досрочные парламентские выборы до весны. Организаторы протестов обещают продолжить акции гражданского неповиновения в режиме нон-стоп вплоть до «падения режима». И это у них получается. Судите сами.

6 сентября в центре Кишинева расположился палаточный лагерь, организованный движением «Достоинство и правда». По состоянию на 16 октября количество палаток достигло 300. Столица парализована. Мэрия пребывает в растерянности. Градоначальник Кишинева и вице-председатель Либеральной партии Д. Киртоакэ действуют «оригинально», усматривая в происходящих событиях руководящую роль Москвы: «Беспорядки в Кишиневе – дело спецслужб России, а лидеры Партии социалистов И. Додон и “Нашей партии” Р. Усатый получают поддержку из Кремля». Причем протесты, организованные гражданской платформой «Достоинство и правда», Киртоакэ считает полезными. По словам мэра, DA выступает за «европейский путь», а сторонники Партии коммунистов Республики Молдовы (ПКРМ) и «Нашей партии» хотят «держать нашу страну в подчинении Москвы и Кремля».

Молдавские прозападные политики сознательно упускают из виду тот факт, что Партия социалистов и «Наша партия» присоединились к бессрочной акции протеста только 25 сентября, спустя 19 дней после того, как стало известно о «краже века», когда народ уже поднялся на многотысячные акции ненасильственного сопротивления. Иными словами, фигуры типа Киртоакэ сознательно камуфлируют настоящего организатора протеста, которым в данном случае является Евросоюз, действующий через Бухарест.

Неслучайно США и ЕС заняли двоякую позицию относительно митингующих и действующей власти. Более того, посольство США в Кишиневе поддерживает право граждан на мирные протесты. В официальном заявлении дипмиссии говорится, что «многие молдавские граждане чувствуют себя ущемленными» при нынешнем политическом режиме по причине отсутствия реформ и неблагоприятного положения дел в различных сферах. Вашингтон ждет от правительства «скорейшего внедрения необходимых реформ» и активизации борьбы с коррупцией. США также обещают молдавским властям поддержку в таких «реформаторских усилиях». Брюссель высказался в аналогичном ключе. По словам руководителя миссии ЕС в Молдавии П. Тапиола, протесты являются «одним из основных прав европейского гражданина». «Конечно, люди разочарованы», – заявил он, призвав Кишинев «сконцентрироваться на реформах» и закончить расследование кражи 1 млрд евро. Тапиола считает, что властям следует вести диалог с протестующими, а Брюссель обязуется «за этим проследить».

В игру вступил и бывший комиссар ЕС по вопросам расширения и политики добрососедства Ш. Фюле, негласно поддержав оппозицию действующему правительству: «Любая демонстрация, любое свободное выражение мнений, любая попытка требовать ответа у властей через прямой диалог – это действия, полезные для демократии».

По всей видимости, такого рода менторство устраивает проевропейскую партию в Молдавии, которая получает финансовую и политическую подпитку из соседней Румынии. Как сообщает американское агентство «Ассошиэйтед Пресс», 13 октября Кишинев поблагодарил Бухарест за пятилетний кредит в размере 150 млн евро (171 млн долларов), который предназначается на «реформы», необходимые для будущего членства в Евросоюзе. Премьер-министр В. Стрелец пустился в реверансы, выразив надежду на то, что кредит (с годовой ставкой в 1,5 %) позволит Молдавии «приблизиться к уровню развития Румынии и Европы». Такая «лояльность» не по душе Международному валютному фонду, который на прошлой неделе отказался открыть Кишиневу новую кредитную линию. Поэтому Стрелец будет вынужден выплачивать пенсии и зарплаты госчиновникам из средств, выделенных Бухарестом, хотя ранее МВФ запретил румынскому руководству кредитовать молдаван. Такая вот демократия по-европейски.

События напоминают украинский сценарий. Как и в случае с экс-президентом В. Януковичем, Молдавия идет по пути ассоциации с Евросоюзом, договор о которой был подписан еще в июне 2014 г. Тогда Кишинев открыл внутренний рынок для товаров из ЕС, уничтожив остатки национальной промышленности, усилив и без того катастрофическую безработицу. Вот почему арест Филата был воспринят позитивно всеми политическими партиями Молдавии – они хотят действовать в угоду собственному электорату. В июне прошлого года президент Н. Тимофти говорил, что страна «нуждается в этом соглашении, поскольку оно подразумевает работы во всех приоритетных направлениях – борьба с коррупцией, модернизация экономики, развитие инфраструктуры и многое другое».

Что страна получила в итоге? Всемирный банк скептически оценивает перспективы восстановления молдавской экономики в 2016 г., снизив свой прежний прогноз роста валового внутреннего продукта в следующем году с 1,5 % до 0,5 %. Центробанк Молдавии паникует. 21 сентября глава регулятора Д. Дрэгуцану подает в отставку, пытаясь снизить накал страстей вокруг кражи 1 млрд евро. Все тщетно. Кишинев повторяет судьбу Киева – с той лишь разницей, что Приднестровье, в отличие от ДНР и ЛНР, уже преодолело длительный этап государственного строительства.

Г. Филимонов: «Майдан» в Средней Азии готовится по образцу Сирии и Ирака[187]: о революционных технологиях нашего времени

Операция Воздушно-космических сил России в Сирии обнажает беспомощность террористов перед современным высокоточным оружием и политической волей руководства нашей страны. Ранее Минобороны России неоднократно сообщало о том, что в рядах боевиков «Исламского государства» (ИГ) наблюдается паника, некоторые из них пытаются покинуть театр военных действий, направляясь в Европу. Разумеется, дело не ограничивается Старым Светом. Тем более что в рядах боевиков сражаются тысячи выходцев из Средней Азии. Что будет, если они одновременно покинут Сирию и Ирак, решат вернуться домой? По всей видимости, этот процесс уже начался – страх перед возмездием парализует волю к сопротивлению. Однако здесь всплывает другая проблема: боевики, несколько лет жившие на Ближнем Востоке в атмосфере анархии и беззакония, попытаются установить «новые порядки» в Узбекистане, Таджикистане, Киргизии, Туркменистане. Под их прицел попадает и Казахстан, граничащий с мятежным Синьцзян-Уйгурским автономным округом Китая, в котором работает влиятельная агентура ИГ. Сценарии действий могут быть самыми разными – от массовых акций протеста до вооруженного мятежа, который не так давно вспыхнул в Таджикистане. Это был первый тревожный звонок.

Суть в том, что социальные сети Facebook, Twitter и «ВКонтакте», а также мобильные мессенджеры типа WhatsApp, Viber и Skype собирают людей не только на майдан, но и вовлекают их в террористические организации, отправляя вчерашних школьников в сирийскую пустыню, где они сражаются за псевдомифические слоганы «Исламского государства» и других террористических группировок. Неслучайно представитель генеральной прокуратуры Узбекистана А. Халилов сообщил корреспонденту ИА REGNUM о том, что активность экстремистов по вербовке последователей через Интернет стремительно возрастает; только в октябре этого года в двух регионах Узбекистана выявлены факты пропаганды идей религиозного экстремизма через Всемирную паутину. «Приложение WhatsApp часто используется экстремистами для вербовки, так как 98 % из 10,2 млн интернет-пользователей республики пользуются мобильным Интернетом со смартфона», – резюмирует Халилов. Поэтому спецслужбы республики принялись блокировать работу мессенджеров, создавая помехи при их функционировании. Надолго ли? Ведь технологический прогресс всегда на шаг опережает тех, кто пытается контролировать его пользователей и бенефициаров.

Сопротивление бесполезно – приложение WhatsApp уже получило признание у протестующих в разных уголках мира, включая индийскую провинцию Пенджаб, спровоцировав 14 октября массовый митинг сикхов в городе Коткапура. «Столкновения начались около 5:30 утра. В течение нескольких минут новость о протестах распространилась среди местных сикхов и приверженцев жесткой линии, собрав протестующих», – пишет газета Hindustan Times. Правоохранительные органы бьют тревогу: если в социальных сетях проще отследить работу протестных групп, то в WhatsApp, Viber и Skype вести наблюдение значительно сложнее – необходимо удаленное проникновение в каждое мобильное устройство. Поскольку участник сетевого общения выступает в качестве самостоятельного сервера, даже если спецслужбы выявляют и блокируют работу его телефона, система продолжает работать исправно из-за того, что центр ее администрирования расположен на территории Соединенных Штатов, то есть работает на безопасном для себя расстоянии. Надо полагать, что с аналогичными трудностями сталкиваются российские спецслужбы и их союзники из стран ОДКБ.

Теперь о вербовке. Вот как описывает этот процесс руководитель регионального общественного движения мусульман Хабаровского края «Содружество» Х. Кузнецов: «В любой соцсети есть возможность оценить какой-либо пост при помощи так называемых “лайков”. В случае, если один пользователь оценил это видео, нажав на “лайк”, то его видят на своих лентах все друзья и подписчики этого пользователя». По его словам, агитация, экспансия радикальных идей через соцсети достигла опасного уровня, когда уже стало необходимо говорить об этом в открытую. «Конечно, эти видеоролики отслеживают и удаляют компетентные органы, но для этого нужны недели, а то и месяцы, с нашей-то бюрократией. За это время ролик могут просмотреть десятки тысяч молодых и горячих мусульман, у которых, почти у каждого, сегодня есть смартфон или планшет. Все это, в сочетании с кризисом и ужесточением миграционного законодательства, может побудить молодежь ехать на заработки к боевикам», – резюмирует Кузнецов в интервью порталу Dvhab.Ru.

Дело в том, что американский Институт мира (United States Institute of Peace) разрабатывает концепцию гражданского неповиновения в условиях современных насильственных конфликтов. В частности, тематику ненасилия разрабатывает старший политический сотрудник Института Мария Джей Стефан, под редакцией которой с 2009 по 2015 г. вышло несколько работ по теме. 20 октября Стефан отличилась красноречивым выступлением на «Саммите за изменения» (Summit for Change), которое проливает свет на долгосрочную подрывную работу США в регионе Ближнего и Среднего Востока: «Три года назад я прибыла по линии Государственного департамента США в Турцию для работы с сирийской оппозицией. Нам представилась удивительная возможность поддержать сирийских активистов и лидеров гражданского общества в борьбе с криминальным режимом. Манифестанты ответили на пули и штыки мирными протестами. Спустя восемь месяцев с начала революции Сирии в марте 2011 г. активисты – сунниты, христиане, курды, друзы и алавиты – использовали демонстрации, сидячие забастовки, музыку, красочные граффити, онлайн-сатиры и десятки других ненасильственных тактик, чтобы бросить вызов режиму Асада. Моя задача, обозначенная правительством США и международными партнерами, состояла в том, чтобы им помочь».

Выводя дискуссию в плоскость ненасильственной борьбы, Вашингтон автоматически списывает 250 тыс. жертв гражданской войны в САР на правящий режим в Дамаске, забывая о том, что около 3 млн сирийцев были вынуждены покинуть свои дома из-за зверств наемников, которых уже пять лет финансирует и обучает Запад. Достаточно вспомнить о кадрах, заполонивших Интернет в 2012 г., на которых «умеренный оппозиционер» из так называемой Сирийской свободной армии поедает человеческие внутренности. Почему М. Дж. Стефан ссылается на граффити и акции гражданского неповиновения, говоря о войне в арабской республике? Предоставим ей слово: «При изучении 323 насильственных и ненасильственных кампаний за период с 1900 по 2006 г. мы обнаружили, что гражданское сопротивление было в два раза успешнее вооруженной борьбы – даже против превосходящего в военном отношении противника, готового использовать насилие. Установлено, что ненасильственная борьба способствует упрочению демократии и гражданского мира».

Конечно же, опыт Сирии и Ливии опровергает тезисы Стефан, которые обнажают идеологизированный и чрезвычайно ангажированный подход. Однако сотрудник Атлантического совета не сдается без боя: «Наши выводы подверглись испытанию в Сирии. Неудивительно, что сирийцы взялись за оружие против режима, даже будучи сторонниками ненасильственного сопротивления. Я попыталась поставить себя на их место и представить, как моя мать страдает от насилия, брат умирает от голода, а религия высмеивается». Чувствительная логика, не так ли? По ее утверждению, ненасилие выигрывает у насилия по срокам. «Для победы ненасильственного сопротивления в Сирии требуется больше времени. Средняя ненасильственная кампания длится три года, в то время как военные кампании занимают свыше девяти лет», – заявляет Стефан.

Самое опасное из всего сказанного заключается в том, что когда майдан доберется до стран Средней Азии, американские военные и политологи будут исходить из собственного сирийского или украинского опыта. Причина проста – другого опыта (то есть позитивного) у них просто нет.

Путин подчеркнул необходимость работы российских СМИ за рубежом[188]

Президент России В. Путин, поздравляя телекомпанию Russia Today с десятилетием, отметил необходимость работы российских СМИ за рубежом для создания правдивого и благоприятного образа России.

«Ваша компания объединяет представителей молодого поколения журналистов – людей талантливых, энергичных и инициативных. Вы чтите лучшие профессиональные традиции, богатейший опыт отечественного и мирового иновещания. При этом открыты всему новому, активно трудитесь над перспективными проектами, которые призваны помочь многомиллионной зарубежной аудитории ближе узнать нашу страну, ее историю и культуру, познакомиться с разными точками зрения на актуальные проблемы современности. Убежден, что телекомпания и впредь будет успешно развиваться, демонстрировать эффективность и конкурентоспособность, вносить значимый вклад в продвижение российских СМИ за рубежом», – сказал глава государства.

Телеканал Russia Today начал вещание в 2005 г. Сейчас его информационная сеть насчитывает почти миллиардную аудиторию. Телевизионная сеть RT – это три круглосуточных информационных телеканала, вещающие из Москвы более чем в 100 странах мира.

Ситуацию прокомментировал Г. Филимонов.

Г. Филимонов: «Это (телеканал Russia Today. – Примеч. ред.) один из компонентов, один из видов продвижения нашей “мягкой силы” за рубежом, но необходимо диверсифицировать наши инструменты реализации информационной политики, в том числе другие каналы, альтернативные источники информации. Я говорю о блогосфере, пишущих онлайн-изданиях, которые в общей системе с телевидением, радио и прессой создают нашу систему “мягкой силы”. Туда также входят различные паблики в социальных сетях, будь то “ВКонтакте”, Facebook или Twitter и интернет-СМИ, которые публикуют информацию о России на иностранном языке, преподнося не ангажированную, а объективную информацию о происходящих в России событиях, о точке зрения российского руководства на различные вопросы. Все это, наравне с внешней культурной политикой и публичной дипломатией, составляет нашу систему “мягкой силы”. Но одних МИА “Россия сегодня” и телеканала Russia Today недостаточно, необходимо увеличивать инструменты, которые позволят нам одержать победу в информационной войне на половине поля соперника. Но пока мы можем говорить только о тех службах, которые у всех на устах. При всех заслугах этих информационных инструментов этого пока недостаточно для того, чтобы одержать верх в гибридной войне, развязанной коллективным Западом против России. Ролью государства решение проблемы не исчерпывается, помимо ресурсов, которые уже существуют, нельзя забывать и о мощнейшем недооцененном потенциале гражданского общества и гражданского измерения нашей “мягкой силы”. Нужно содействовать развитию как раз этого сегмента – блогосферы, частных инициатив. Важно идти в ногу с модными трендами, чтобы обретали определенную популярность различные интернет-сообщества, публикующие информацию о России. Необходимо развитие наших НКО за рубежом, этот провал нужно ликвидировать, нужно способствовать их развитию. В США блогосфера считается одним из пространств реализации американской внешней политики. Мы должны идти в ногу со временем, даже опережать наших конкурентов на разных участках».

Г. Филимонов: Нет мягкой и жесткой силы, есть внешняя политика США[189]

(доклад на конференции в УрФУ)

Существуют совершенно разнообразные трактовки понятия «мягкая сила». До сих пор в экспертном сообществе нет единства мнений по существу вопроса. Если очень обобщенно разделить подходы, то это условно либеральная трактовка, такая взвешенная, консервативная, западническая, и трактовка «мягкой силы» через призму военно-политических терминов. Как мы понимаем, текущая ситуация, глобальная повестка дня диктуют нам необходимость выработки комплексного понимания «мягкой силы», диктуют необходимость подготовки комплексной стратегии обеспечения оборонительных и наступательных потенциалов РФ в сфере мягкой силы, которая бы вошла в качестве составной части в стратегию обеспечения национальной безопасности России до 2020 г., и это очень важно.

«Мягкая сила» в нашем понимании – это такая многоуровневая система, которая позволяет государству решать свои тактические и стратегические задачи на международной арене через головы правительств, обращаться напрямую к аудиториям по официальным и неофициальным каналам. Это многоуровневая система управления, в том числе массовым сознанием. Здесь очень важно подчеркнуть, что в этой системе существуют самые разнообразные компоненты. Это и информационные составляющие, культурное, образовательное поле, финансово-экономический аспект, цивилизационный аспект. И если говорить о том состоянии, в котором мы сейчас находимся, то мы квалифицированно утверждаем, что РФ находится в состоянии гибридной войны, развязанной против нее. Она включает в себя информационный, культурно-цивилизационный уровень, уровень использования высоких гуманитарных технологий, правозащитной тематики в качестве инструмента внешнеполитической работы государства для обеспечения своих интересов – инструментов вторжения. Если называть вещи своими именами, заказчиком этих технологий являются США, а в их основе лежат геополитика и геоэкономика.

Существует позитивная трактовка термина «мягкая сила» и реалистичная, исходя из понимания реальной политики. С одной стороны, «мягкая сила» – это формирование новых каналов и мостов для обеспечения благоприятного климата и международного сотрудничества через культурную дипломатию, внешнюю культурную политику, через публичную дипломатию, с другой стороны, это реальное оружие, которое по эффективности своего воздействия зачастую является более эффективным, чем любая военная операция, «жесткая сила». Очень важно упомянуть эффект отсроченного действия, имея в виду и информационное противоборство, и идущую сейчас информационную войну против России, это и культурная война, это и технологии социальной инженерии, это и работа с молодежью, это и управление сознанием масс, это и работа с молодежными субкультурами.

У нас есть железобетонный аргумент в виде Концепции внешней политики РФ, особенно в той редакции, которая была принята в феврале 2013 г., где президент внес поправку касательно «мягкой силы», где говорится, что «накопление кризисов современной системе международных отношений ведет к риску деструктивного использования “мягкой” силы, что проявляется в открытом вмешательстве во внутренние дела государств, оказании политического давления на руководство этих государств, управлении в этих государствах общественным мнением и сознанием и дестабилизации там политической обстановки». Таким образом, мы имеем перед собой официальный документ, где понятие «мягкой силы» трактуется через призму деструктивных политических технологий.

Феномен «мягкой силы», по сути, является многоуровневой системой, которая позволяет государству (в данном случае имеются в виду прежде всего США, основной заказчик этих процессов) реализовывать свои тактические и стратегические задачи на международной арене, будучи движимой геоэкономической и геополитическими целями и задачами. Таким образом, исследуемые нами технологии демонтажа политических режимов, или попросту «цветные революции», являются компонентом многоуровневого понятия «мягкой силы». С другой стороны, это инструмент ведения гибридной войны.

Таким образом, с одной стороны, «мягкая сила» – это хорошо, это позитивная коннотация, это культура, это сотрудничество, это международные образовательные обмены, это выставки, это культурная дипломатия, это публичная дипломатия, это информационно-коммуникационные каналы гуманитарного сотрудничества и укрепления уз международных контактов. А с другой стороны, это оружие. Без осознания этого аспекта не будет понятна деятельность, в том числе США, направленная не только на столицу России, но и на разворачивание активности американских посольств на Урале, в Екатеринбурге в частности, также в Новосибирске, на Дальнем Востоке, поскольку то, что наши зарубежные визави технологически не смогли выстроить в рамках Болотной площади, «белых ленточек», они поступательно пытаются реализовать на территории субъектов РФ. Прежде всего они фокусируют свое внимание на попытках организовать эти проекты через излюбленные ими механизмы сетецентричного управления на территории субъектов РФ Урала и Сибири, что очень важно.

При анализе понятия «мягкой» силы необходимо иметь в виду, что мы находимся в той точке исторического развития, в той точке международных отношений, которые не приемлют трактовку и анализ международных контактов через призму взаимодействия суверенных государств. При анализе понятия «мягкой» силы в контексте противодействия деструктивным политическим технологиям необходимо иметь в виду, что современный мир – это взаимодействие сетей, пришедшее на смену контактам суверенных государств. В том числе это наднациональные механизмы, механизмы глобального управления, роль элит, разнообразных структур, финансовой аристократии в управлении глобальными процессами. Сегодня необходимо исследовать те самые клубки противоречий, те тайные пружины, которые связаны с сетевыми подходами, с принципами сетецентричного управления и взаимодействия сетей, групп государств.

Немаловажную роль играет работа со студентами, с вузовской общественностью, с профессорско-преподавательским составом, потому что от того, как они выстраивают диалог со студентами, как будут преподносить информацию о международных отношениях, о часто скрытых аспектах глобальной политики, зависит то, будут ли студенты понимать и уметь анализировать реальные процессы в современных международных отношениях и внутри своего государства.

Технологии демонтажа политических режимов, «цветные» революции, готовятся по сетевому принципу, через сети неправительственных организаций, через медийные сообщества, через онлайн-площадки, через блогосферу. Кстати говоря, Госдеп официально провозгласил, что блогосфера является одним из основных каналов реализации внешней политики США. Они уделяют очень большое внимание блогосфере, социальным сетям и коммуникациям в соцсетях, формированию общественного мнения.

Технологии демонтажа политических режимов я предлагаю делить на шесть основных этапов.

Первый этап: определение и расстановка сил, где идет отсев, проработка, просеивание потенциальных лидеров через анализ целевой аудитории – представители СМИ, блогосфера, пишущая пресса, тележурналисты, блогеры, представители корпоративного сектора, крупный бизнес, который может быть вовлеченным и часто, как показывает практика, вовлекается в сценарий, разработанный на Западе. Яркий пример – работа олигархов, олигархических групп на Украине. Далее идет работа через политические партии и партийные объединения, работа с представителями государственных органов среднего и высшего звена. Спецификой технологии является инфильтрация системы госуправления. Если бы этого не было, то те сценарии, которые развернулись в странах Восточной Европы, в странах СНГ и прежде всего на Украине, не были бы реалистичны. На момент наступления часа X это та самая категория граждан, у которых висят портреты президента в кабинетах, которые внешне присягнули и поют осанны, либо бездействуют, либо действуют в интересах внешней управляющей силы. Далее моделируются различные сценарии, обкатываются модели, анализируется политическое, экономическое, социальное состояние страны. Специфика технологии заключается в конвертации социального протеста в политический. Ведь никто не создает коррупцию с нуля. Американцы ни в одном государстве не создали коррупцию, они не повышают тарифы, не надо искать в этом длинную руку Госдепа, не надо страдать политической шизофренией, здесь нет места паранойе. Нужно понимать, что искусность технологии, ее специфика заключается в конвертации из социального протеста, очень часто безусловно справедливого социального гнева в политическую плоскость, с переходом на следующую фазу – оперативный демонтаж режима.

Чтобы ни у кого не было иллюзий, мы не говорим о революции с точки зрения марксизма-ленинизма, как смене социально-экономических формаций, потому что за этим не следует смена социально-экономических формаций, а происходит замена одной элиты на другую. Вводится внешнее управление, центры принятия решений перемещаются в посольства США. Детально разобрав все реализованные сценарии, мы обнаружили, что есть некий алгоритм действий, который говорит о том, что это технология, сценарий, который изначально начал закладываться в 1970-х гг. в книгах Дж. Шарпа, и эти шарповские методички стали пособием, которое пережило своих архитекторов, с другой стороны, они эволюционировали, отшлифовались и, в зависимости от этого конкретного государства, от взаимоотношения власти и общества, от культурных особенностей, от финансово-экономических ситуаций, от цивилизационных особенностей, подбираются ключики к реализации этих механизмов.

Второй этап: создание оппозиционных политических сил, попытка поляризировать политическое пространство страны на «своих» и «чужих», чтобы группа условно «своих» притянула к себе своих сторонников, как в информационном поле, так и в общественном секторе, и в административном, корпоративном, чтобы можно было абсолютно однозначно идентифицировать «своих» и «чужих», на «своих» делать ставку и финансировать, «чужих» – политически устранять. Очень часто приходится констатировать, что устраняются не только политически.

Далее происходит дестабилизация обстановки, которая происходит по различным каналам – через открытый саботаж, через бездействие или противодействие сотрудников среднего и высшего звена органов исполнительной власти, очень важна и роль местной власти. Руководство муниципалитетом, руководство регионом – очень многое зависит от их позиций. Идет взаимодействие и коммуникация с потенциально активными группами общества через СМИ, и очень важно подчеркнуть, что особую роль играет подотчетность СМИ тем структурам, которые их финансируют, – блогосфера, онлайн-порталы, телеканалы заряжают информпространство выгодной для внешних сценаристов информационной повесткой. Эта повестка деструктивного характера и потенциально направлена на дестабилизацию общественно-политической ситуации в стране.

Третий этап: происходит резкое нагнетание противоречий, перевод ситуации к необратимому конфликту и сталкивание противоборствующих сторон в открытой конфронтации. Акцентируется внимание группы на экономических и социальных требованиях. Подчеркну, что конвертация и трансформация из социального протеста в политический является визитной карточкой технологий «цветных» революций и является одной из отличительных особенностей. Еще раз повторяю: никто с нуля коррупцию не создает, грамотно пользуются кризисной ситуацией, чтобы обратить против действующей власти накопившиеся в обществе проблемы, а проблемы существуют в любом государстве. Мы пришли к выводу, что уже 8 % населения достаточно для того, чтобы начать активную дестабилизацию. При этом, что касается мегаполисов, то на площади может быть и 5 тысяч человек, и 10 тысяч, и 20 тысяч – главное технологичная, обкатанная работа организованных групп политических диверсантов, тех, кто работает на внешнюю политическую агентуру внутри страны и, соответственно, выполняет по методичке те действия на улице, которые ведут к дестабилизации и в конечном счете к кровопролитию.

Четвертый этап: втягивание широких масс в политическое движение, привлечение больших групп населения на митинги с целью получения широкой огласки, создания в обществе резонанса. Мотивации могут быть разные, прежде всего финансовые. Если говорить об определенных группах, это и снабжение продуктами питания, алкогольными напитками. Через СМИ, подотчетные заинтересованным структурам, которые эти сценарии отрабатывают, в политическую повестку вводятся новые фигуры – специально подготовленные лидеры общественного движения уже с политическими требованиями, целью которых является тот самый оперативный перевод из социального протеста, например против повышения энерготарифов, как это было в Армении, на политический уровень.

Далее втягиваются широкие массы, делается акцент на молодежь, студентов, профессорско-преподавательский состав, идет работа по американским грантам, происходит формирование ментальности, формирование микросред, макросред, влияние на молодежь через субкультуру, через массовую культуру через воздействие на восприятие молодежи и манипулирование эмоциями, с использованием таких инструментов, как шоу, зрелище, привлечение известных исполнителей, музыкантов. Например, в 2004 г., в период «оранжевой революции» рок-концерт на Майдане продолжался порядка 14 дней. Это создание некой эйфории в рамках социоинженерной технологии, окон Овертона, о которых мы часто говорим, использование социоинженерных проектов, направленных на манипуляцию эмоциями в молодежной среде. Что касается субкультур, отдельного внимания заслуживает «околофутбол», так называемые «правые», которые являются локомотивом дестабилизации, это те, кто реально подготовлен, те, кто обучен уличным боям, кто поднимает «квалификацию» в рамках тренировочных лагерей и семинаров, как на политическом уровне, так и на уровне физического противостояния в рамках городской среды. Не хипстеры с «Айпадами» в «Старбаксе» реализуют такие технологии. Они выходят как заложники, как пушечное мясо на площадь, а работают специально подготовленные группы диверсантов, в том числе из числа ультранационалистов и футбольных «фанатов», которые на самом деле – хорошо подготовленные представители субкультуры околофутбола, которые проходят постоянные «стажировки» в уличных боях.

Пятый этап: массовые выступления и силовые действия для захвата власти, организованные демонстрации, акции гражданского неповиновения, силовые действия, направленные на захват учреждений правительственных зданий. Тактика сетевой войны в пространстве мегаполиса делится на сектора по принципу работы системы сотовой связи. За каждым сектором закрепляется самоуправляемая ячейка, состоящая из трех-пяти человек, где отдельные участники отвечают за снабжение, за коммуникацию, за информационное сопровождение, за силовые действия и за коммуникации с другими ячейками. Как правило, представители этих ячеек могут не знать о существовании друг друга и получать соответствующие указания и рекомендации посредством информационно-коммуникационных каналов, через «Твиттер», «Фейсбук», другие социальные сети. Мы их называем «твиттерным механизмом конфликтной мобилизации». Эта специфика затрудняет выход на внешнего заказчика при помощи обычной методологии работы правоохранительных органов. Представителям исполнительной власти и правоохранительных структур необходимо учитывать эту особенность и тот опыт, который был приобретен в ходе реализации этих сценариев в странах Восточной Европы и СНГ. Ключевой тезис: информация распределяется таким образом, чтобы как можно меньше людей видели полную картину.

Шестой этап: собственно легализация внешней управляющей силы, что отражается в следующих основных формах: разрушение государственной политической системы управления, объявление законности новой власти, возвращение в правовое поле хунты, которая нелегитимным путем захватывает власть, объявление противоборствующей стороны вне закона, ликвидация противоборствующей стороны в политическом смысле, к сожалению, не всегда только в политическом.

Заключительная фаза: построение вертикали власти по новому стандарту, по стандарту внешнего заказчика. Центр принятия решений перемещается в посольство США, государство теряет свою независимость, вводится внешнее управление – и дальше уже по известным обкатанным сценариям. Хаотизация, исходя из того самого принципа «управляемого хаоса», где внешней управляющей силе очень выгодно ловить рыбку в мутной воде. Можно, например, запустить абсолютно осознанный проект под названием «беженцы», чтобы хаотизировать пространство ЕС, дестабилизировать его, чтобы США оставались единственной тихой гаванью, островком стабильности, куда бы регенерировались глобальные финансовые потоки, где можно было бы вести бизнес, хранить капиталы и встраиваться в новую систему управления, систему неоколониализма, организовывать рывок в новый, шестой по счету, технологический уклад, который призван увеличить гэп между ближайшими конкурентами США на международной арене в экономическом плане, где акцент будет делаться на информационно-когнитивные технологии, на контроль над технологиями, а не столько сколько над финансами и ресурсами. Неслучайно сделано все для того, чтобы контролировать Южную Корею, Японию и ЕС.

Что касается манипуляции сознанием масс, это прежде всего информационно-психологические методы – лозунги, слоганы, граффити, наклейки, стикеры, музыкальное сопровождение, провокационные тексты на мотивы известных песен, комиксы, политические фильмы, компьютерные игры, простые символы, которые подхватывают и раскручиваются в соответствующих медийных пространствах. Эти технологии очень активно вписываются в феномен «мягкой силы», – культурные, информационные инструменты, брендинг революции. Все интегрально, логично вписывается в систему мягкосиловых стратегий.

Основной смысл реализации технологии связан с привязкой к электоральному циклу, когда политическая система находится в наиболее уязвимом положении, когда грядут либо парламентские, либо президентские выборы. Только тогда эта технология становится наиболее реальной и наиболее возможной. Могут происходить осечки и выстрелы раньше срока, как это произошло в последний раз на Украине. Для создания «справедливой» базы для запуска технологии используется публикация непроверенных данных, публикация экзитполов и опросов лояльных «оппозиции» наблюдателей, европейских или американских, и распространение через свои медиаресурсы, начиная от собственных страничек в соцсетях, заканчивая телеканалами, которые работают на интересы других групп, в том числе групп олигархов, распространение через СМИ мнения иностранных наблюдателей, лояльных так называемой «оппозиций». Подчеркну, что нужно понимать, какой смысл вкладывается в слово «оппозиция». То, что происходит сейчас в России, и то, что некоторые группы именуют себя «оппозицией», не вписывается в эти рамки, мы называем их политической агентурой. Нам нужна оппозиция, как любому государству, чтобы политическая система развивалась. Это может быть консервативная оппозиция, центристская, либеральная, патриотическая, но она предлагает созидание, повестку, у которой есть реальная программа. Те, кто сегодня именует себя оппозицией, уже расписались в том, что они в прямом смысле слова являются политическими агентами, выполняют роль наемной политической агентуры, это уже, если хотите, забрендированный термин в научном сообществе.

Блокировка работы государственных органов преподносится как борьба за демократию – это уже лекала, придуманные Шарпом в 1970-х гг., которые постоянно эволюционируют в зависимости от конкретного государства и его специфики. Роль столицы важна, но не всегда. В Киргизии массовые выступления проходили не в столице, а на юге страны, когда в Бишкеке группы профинансированных маргиналов, довольно немногочисленных, штурмовали правительственные здания. То же самое планируется в отношении России – не получается делать то, что было задумано в 2011–2012 гг. в столицах. Идет смещение мобилизации, катализации протестов в регионах. Причем протест в данном случае преподносится как абсолютно спроектированный, абсолютно программируемый проект. Это технология, которая призвана вселить в сознание молодежи, что все плохо. Для этого создается соответствующая медиасреда, когда человек, формирующий свое мировоззрение, информационную картину из одних и тех же пабликов, думает, что все плохо в стране. Заведомо ангажированное медиапространство, как это было на Украине, когда вся страна была взята под медийный русофобский колпак и не было альтернативной точки зрения, была только одна – русофобская, антироссийская, где подобная риторика позволяет делать журналисту карьеру.

Иллюзия безопасного ненасильственного развития событий достигается формированием негативного отношения к вооруженным силам, которые не будут вмешиваться. Для этого оказывается морально-психологическое давление на военнослужащих, проводятся соответствующие информационные кампании, которые снижают статус военнослужащих последовательно из года в год. Важно подчеркнуть, что во всех успешных «цветных революциях» силовые структуры либо сохраняли нейтралитет, либо переходили на сторону госпереворота. И говоря об иллюзии ненасилия, важно отметить, что адепты технологии так называемого ненасилия очень далеко ушли от архитекторов, отцов-основателей этой концепции, таких как М. Ганди, М.Л. Кинг, Л. Толстой и др. Сейчас ненасилие, как бы это парадоксально ни звучало, очень тесно граничит с насилием, с применением силы и кровопролитием. В пример можно привести не только трагедию майдана на Украине, это и события во многих других государствах, если говорить об истории. Мы рассматриваем разные периоды, и 1917 г. в России, и 1947 г. в Италии, и революции в Латинской Америке, и демонтаж советского государства и Восточной Европы, это и площадь Тянаньмынь в 1989 г., и крах Советского Союза, и череда «цветных революций», которые начались в 2000 г. с Белграда, и другие государства Восточной Европы и СНГ.

Вот что хотелось бы подчеркнуть: кровь является визитной карточкой любой «цветной революции». К сожалению, ненасилие рука об руку граничит с насилием. Во всех без исключения рассмотренных нами «цветных революциях» имела место стрельба «неизвестных» снайперов. Это инструмент катализации протеста, чтобы создать некую икону из жертвы, сплотить вокруг него протест, канализировать протест на новом уровне, чтобы обвинить власть в превышении полномочий. Это неотъемлемый атрибут технологии. Итак, «мягкая сила» граничит с самой что ни на есть «жесткой силой» и по масштабам своих последствий очень часто превосходит применение «жесткой силы», как это принято называть в американском экспертном сообществе. Таким образом, нет места делению очень условному, на «умную», «жесткую» и «мягкую» силу, есть звенья американского внешнеполитического процесса, это звенья одной цепи, компоненты которой сочетаются в зависимости от целей, задач и точки приложения усилий, прогнозируемого эффекта. Это гибридная технология, и «мягкая сила» является ее частью. Это система действий, которую необходимо исследовать для того, чтобы в России была выработана система эшелонированной защиты, эшелонированной безопасности, информационного, культурного, финансово-экономического и прочих аспектов в этой системе, многоуровневой системе «мягкой силы» оборонительно-наступательного характера, потому что мы должны уметь не только обороняться, но и уметь побеждать на поле соперника.

Г. Филимонов: Народ гордится своей страной и ее лидером[190]

Война в Сирии разделила весь мир на тех, кто поддерживает Россию, и тех, кто пытается ей противостоять. Сначала США и страны Евросоюза пытались оказывать на Россию информационно-политическое давление, но умерили пыл после кровавых терактов в Париже, на фоне которых выступать против действий России, реально борющейся с терроризмом, политически самоубийственно. Однако есть и те, кто давно утратил инстинкт политического самосохранения, наживаясь на нефтяных сделках с террористами. «Основным потребителем этой краденой у законных хозяев – Сирии и Ирака – нефти является Турция. По поступившим данным, в этот преступный бизнес вовлечено высшее политическое руководство страны – президент Эрдоган и его семья», – заявил замминистра обороны России А. Антонов. В свою очередь, министерство финансов США выступает апологетом Турции, безуспешно пытаясь перевести стрелки на Дамаск. «ИГ продает большую часть нефти режиму Асада. Они пытаются уничтожить друг друга и по-прежнему участвуют в торговле на миллионы и миллионы долларов», – заявил представитель ведомства Адам Шубин. По его словам, ИГ заработало на контрабанде нефти 500 млн долларов, а ежемесячный доход террористов составляет 40 млн долларов, передает агентство Reuters.

Откуда у американского казначейства взялась такая подробная информация? Если Вашингтон так прекрасно осведомлен, то почему за минувший год Пентагон ничего не предпринял для купирования этого «сотрудничества»? Ответы лежат на поверхности: американцы прикрывают своего клиента в Анкаре, который пустился во все тяжкие из-за контроля над ресурсами иностранных государств. И не только он.

Война в Сирии имеет не только глобальное, но и внутриполитическое измерение для участников этого конфликта. Ослабленная Турция становится на путь интервенции, вводя войска на территорию Северного Ирака. На юго-восточном направлении Эрдоган пытается не только курировать контрабанду нефти из Мосула в Турцию, но и подкачивать свой рейтинг внутри республики, где население постепенно освобождается от мифов неоосманизма.

А что во Франции? На региональных выборах, прошедших 13 декабря, социалисты удержались на плаву только благодаря прямому вовлечению республики в войну на территории Сирии. По предварительным данным, опубликованным сразу после закрытия участков, партия Саркози получила 40 %, социалисты – 30 %, Национальный фронт – 28 % голосов, передает «Би-би-си». Таким образом, фигура Саркози в очередной раз выходит на авансцену французской национальной политики. Причем делается это путем отрыва протестного электората Ле Пен в угоду социалистам.

На этом фоне Россия умело отражает запускаемые извне негативные информационные вбросы западных политтехнологов, предназначенные для раскрутки в электронном медиапространстве страны силами местной деструктивной оппозиции с целью оказания давления на руководство страны и дестабилизации политической ситуации.

Стратегическими задачами деструкторов являются: создание «картинки» максимального ущерба, издержек и жертв вследствие операции ВКС России в Сирии; втягивание в долгосрочный конфликт и наземную операцию; провоцирование конфликта между Россией и исламским миром; антигосударственная мобилизация исламской уммы в России; концентрация главного удара мирового исламского экстремизма по территории России; раскол патриотического лагеря, дискредитация и разрушение мощной патриотической платформы народного единства, которая возникла крымской весной 2014 г.; выдвижение «антивоенной платформы» в качестве единой базы для консолидации всех антигосударственных сил (антивоенная платформа, по мнению политагентуры, способна «собрать в один кулак» и левый и правый протест, и «западников» и патриотов); подрыв доверия к политическому руководству России через нагнетание катастрофических ожиданий.

В попытках достижения этих целей применяются различные методы информационной войны: нагнетание катастрофизма, кризисных ожиданий, страхов и массовой депрессии (создается негативный «само собой разумеющийся» фон восприятия происходящего в стране через «неизбежность больших жертв в Сирии», «предстоящие террористические удары по России», «приближение экономического коллапса» и т. д.); подмена понятий (боевиков и террористов называют «повстанцами», «активистами», «борцами за свободу», создается искусственный фантом якобы «умеренной оппозиции», которая воюет в Сирии и которую якобы «уничтожают русские самолеты»); использование «данных» украинских СМИ для воздействия на российскую аудиторию (имеются признаки того, что ведущие русскоязычные украинские СМИ специально «перенастроены» на подрывную работу с российской аудиторией; вбросы в украинских СМИ часто становятся «генераторами» волн в соцсетях «Рунета»); создание фантома «массового недовольства» (внедряется не через «лидеров оппозиции», а как бы «через народ» – популярных блогеров, журналистов, идеологов протеста) и массированная раскрутка через тематические группы в соцсетях.

Вопреки сценариям заокеанских специалистов президент России В. Путин уверенно лидирует в рейтинге самых влиятельных политиков страны, набирая в ноябре около 90 % поддержки. Антитеррористическая операция ВКС России в Сирии добавляет В. Путину очки, но это не влияет фундаментальным образом на его и без того высокую поддержку народом, чего нельзя сказать, например, про Олланда или Эрдогана. Более того, западные СМИ вынуждены признать возрастающее влияние российского лидера на глобальную повестку дня. Неслучайно американский журнал Forbes уже третий год подряд отдает Путину первое место в рейтинге самых влиятельных людей планеты, смещая на второстепенные позиции канцлера Германии А. Меркель, президента США Б. Обаму и даже Папу Римского Франциска.

Поэтому когда М. Ходорковский «сравнивает» Россию с ИГ, он идет вразрез не только с общественным мнением нашей страны, но и противоречит своим американским кураторам. Пока экс-руководитель ЮКОСа предрекает России «революцию», рассуждая о перевороте в России, американская Foreign Policy включает российского лидера в список «ста ведущих глобальных мыслителей» по итогам уходящего года. И в этом нет ничего удивительного. Ведь еще в апреле 2015 г. журнал Time поставил В. Путина на первое место в рейтинге ста самых влиятельных людей мира. Так что «демократическим разрушителям» снова придется изобретать новые поводы для обвинений.

Парадокс для наших визави в международной политике состоит в том, что вооруженные силы России не только спасают Ближний Восток от терроризма, но и блокируют его дальнейшее распространение на территории Старого Света. Наша армия спасает Европу. В частности, эту позицию разделяет президент Сирии Башар Асад в интервью испанскому агентству EFE: «Россия сохраняет стабильность в Сирии, Ираке и, я бы сказал, даже больше – во всей Европе. Своими действиями в Сирии Россия напрямую защищает Европу. Недавние атаки террористов в Париже доказывают, что то, что сейчас происходит в сирийском регионе, это, так или иначе влияет на ситуацию в странах Европы. Когда русские начали борьбу с терроризмом в Сирии, обстановка в регионе значительно улучшилась. При этом Россия ничего не попросила взамен». Россия демонстрирует не только политическую прозорливость, но и свои технологические возможности, что только добавляет стране международный авторитет.

А с фантомом «массового недовольства» у российских деструкторов наблюдаются большие проблемы. Народ гордится своей страной и ее лидером. Есть все основания.

Г. Филимонов: США ослабляют Евросоюз, чтобы оставаться «градом на холме»[191]

Единая Европа трещит по швам. 2015 год оказался сложным для Брюсселя, который уже длительное время находится под давлением долгового кризиса еврозоны. Сначала передовицы мировых газет ограничивались обсуждением проблем Греции, Испании, Португалии и Италии. Критически настроенная пресса принялась даже оскорблять эти страны, назвав их PIGS[192] – Португалия (P), Италия (I), Греция (G), Испания (S). Потом в список добавили Ирландию и Великобританию, стараясь всячески уязвить идею евроинтеграции.

Американский след в этой истории умышленно выводился из контекста: эксперты в одночасье позабыли о том, что долговой кризис явился результатом мирового финансового цунами 2008 г., запущенного с Восточного побережья США. Евросоюз старается выкарабкаться, вынуждая Грецию осуществить жесткие асоциальные реформы взамен финансовой помощи. Всеми правдами и неправдами летом 2015 г. тема долгов постепенно сходит на нет. Тогда и началась новая драма – мигранты.

Стоило миллиону мигрантов перейти границу Евросоюза, как панические настроения взяли верх. Ситуация усугубляется тем, что основной натиск «мятежных варваров» пришелся на Германию, которая приняла на себя основной удар «стихии». По данным полиции Кельна, количество зарегистрированных преступлений, совершенных в новогоднюю ночь в городе, достигло 516, из них 40 % связаны с сексуальными домогательствами, уточняет британская «Би-би-си». И это только полбеды: немецкие ультраправые призывают своих единомышленников в Facebook организовать «охоту на людей». Всю эту садистскую мистерию с беженцами можно было бы списать на бытовые столкновения, спровоцированные исключительно делением населения на «своих» и «чужих». Однако в политике нет места для подобных случайностей.

Во-первых, не стоит забывать, что парламентские выборы в Германии запланированы на сентябрь 2017 г. А на дворе уже 2016 г. Канцлер Ангела Меркель готовится в очередной раз возглавить немецкое правительство, планируя выдвинуть свою кандидатуру на пост главы объединенной коалиции ХДС/ХСС. Разумеется, эта инициатива чрезвычайно огорчает ее конкурентов из правящей коалиции, которые не скрывают собственных притязаний на власть. Пока Меркель теряет политические очки среди консервативного правого электората, премьер-министр Баварии и лидер Христианско-социального союза Х. Зеехофер призывает Берлин ограничить поток мигрантов до 200 тыс. человек в год. По его словам, нынешнее число мигрантов «слишком велико», а соседние страны не стремятся справедливо распределить «нагрузку по беженцам».

Зеехофер играет в угоду электорату, который разделился на два лагеря: 48 % граждан ФРГ поддерживают введение ограничений на прием беженцев, а 44 % такие меры отвергают. Восток Германии настроен более скептически: 58 % респондентов выступают за ограничения и только 37 % высказались против. Задача оппозиции и внешних игроков состоит в том, чтобы негатив в адрес мигрантов обернулся потерей рейтинга Меркель и ее партии. Неслучайно министр юстиции Германии Хайко Маас называет действия мигрантов «абсолютно новым уровнем организованной преступности». Маас уверен, что нападения на женщин, в которых участвовали сотни выходцев из стран Ближнего Востока и Северной Африки, были заранее подготовленной и спланированной акцией, сообщает газета Bild. Внутриполитическое давление на Меркель достигло беспрецедентных масштабов. Дело дошло до того, что она отменила поездку на Всемирный экономический форум (сославшись на проблемы внутри страны), который традиционно пройдет в швейцарском Давосе с 20 по 23 января. Наплыв мигрантов и нарастающее недоверие к Берлину порождают слухи о возможном закрытии границ внутри ЕС. «При закрытых границах единый европейский рынок сильно пострадает», – пригрозила Меркель.

США могут праздновать политическую победу. Им удалось создать Евросоюзу множество внутренних проблем, хотя американцы не потратили на эту операцию значительных ресурсов – сотни тысяч людей нелегально переплывают Средиземное море на глазах у военно-морского флота США. Странно ведет себя и Турция, которая пообещала Брюсселю обуздать поток мигрантов за сравнительно небольшую плату – 3 млрд евро. Газета Deutsche Wirtschafts Nachrichten обрушилась на Анкару, заявив, что план ЕС по ограничению потока беженцев находится под угрозой срыва из-за того, что Турция не выполняет своих обязательств. «Если в ближайшие недели с турецкой стороны ничего не произойдет и число беженцев существенно не сократится, то Европа должна будет подвергнуть это соглашение пересмотру», – заявил представитель Христианско-демократического союза М. Вебер. Очевидно, что турки реализовывают именно американский план по дестабилизации Европы, причем делают это наперекор собственным устремлениям по интеграции в ЕС. На поверку военно-политические узы НАТО и Турции оказываются сильнее экономических связей Анкары и Брюсселя: 70 % займов турецкого бизнеса приходится на европейские банки.

Миграционный кризис – часть психологической и экономический войны США против ЕС. Западная пресса пишет чуть ли не о гуманитарной катастрофе в Старом Свете, стращая миллионным людским потоком, который якобы угрожает европейским ценностям. Однако эта цифра не идет ни в какое сравнение с миграцией в Россию, которая в несколько раз превышает «горькую участь» Германии. По данным ФМС России за 2015 г., число иностранных граждан на территории РФ приблизилось к 10 млн человек. Только за полтора года украинской гражданской войны мы приняли более 2 млн беженцев с Донбасса. И это не считая десятков тысяч мигрантов с Ближнего Востока, которые пытаются попасть в Евросоюз через российско-финляндскую границу. Получается, что американцы, стоящие за гибридными войнами в мусульманских странах и на Украине, теоретически могут расшатать ситуацию и в России.

По большому счету, миллион мигрантов, осевший в Германии с населением 80 млн человек, угрожает только ей самой, но не Евросоюзу, общая численность которого (на конец 2015 г.) составила 508,1 млн человек. Граждане 28 стран – членов ЕС едва ли ощутят этот демографический дискомфорт. Схожую точку зрения транслирует и немецкая корпорация Siemens, которая готова обучать мигрантов на своих заводах в Германии. Пресс-служба компании заявила, что беженцы не являются обузой для экономики, поскольку ФРГ испытывает демографические проблемы, связанные со стареющим населением и нехваткой рабочих рук. Таким образом, Siemens выступила в поддержку А. Меркель, не согласившись с Ассоциацией малого и среднего бизнеса Германии, которая сетует на то, что не может брать мигрантов на работу из-за незнания ими немецкого языка.

С 2008 г. США сделали все, чтобы ЕС превратился в рыхлое межгосударственное объединение. Президент Барак Обама следует заветам Демократической партии, которая со времен Дж. Ф. Кеннеди заинтересована в слабой Европе. Америка вынуждена реагировать: в конце 1999 г. на свет появилась единая евровалюта, которая стремительно отвоевывает «жизненное» пространство у доллара. Тогда Пентагон решился на главную авантюру начала XXI в. – интервенцию 2003 г. в Ирак. Уолл-стрит раздражал тот факт, что иракский лидер отказался от долларов во внешнеторговых расчетах. Багдад торговал нефтью в евро, заманивая страны Персидского залива идеей золотого динара. Итог общеизвестен. Ирак, Афганистан, Сирия, Ливия и Йемен разгромлены. Что будет дальше? Прогноз для Старого Света неутешителен. Вашингтон стремится и дальше оставаться «градом, светящимся на холме». Поэтому курс на ослабление Европы, России и Китая будет продолжен. России предстоит защищаться. Все только начинается.

Заключение

Современная обстановка в мире не позволяет делать оптимистичных прогнозов на будущее. Политика США и их союзников, как и в прежние времена, своим острием направлена на завоевание геополитического пространства и тотальный контроль над ним.

Практика дестабилизации отдельных государств и целых регионов приводит к появлению очагов нестабильности, повышению градуса международной напряженности, что ставит мир под угрозу возникновения новой войны.

Одним из главных и активно совершенствуемых инструментов создания мироустройства по-американски является технология госпереворотов («цветных революций»), последовательно совершенных на постсоветском пространстве, в странах Ближнего Востока и Северной Африки и поступательно шлифуемых от государства к государству с учетом местной специфики. Результаты подрывной деятельности – потеря государством своего суверенитета, падение уровня жизни населения и рост коррупции.

С помощью деструктивных политических технологий США искусно сменяют национально ориентированные правительства и лидеров неугодных государств. На их место приходят управляемые прозападные элиты, которые обеспечивают беспрепятственный доступ к ресурсной базе стран, поверженных огнем и мечом якобы народного гнева.

Экспорт управляемого хаоса, состоящего из прямых военных агрессий и «цветных революций», стал инструментом давления на конкурентов в руках Вашингтона. Ситуация с беженцами в Европе, ставшая следствием американского вторжения в Ирак, уничтожение государственности в Ливии, а также запуск очередного американского проекта под громким названием «Исламское государство» – вот неполный список «достижений» американской демократии и свободы за пределами США. Основная цель подобных действий – хаотизация Европейского континента с целью переориентации мировых финансовых потоков в Соединенные Штаты для создания единственной в мире зоны безопасности и, следовательно, решения ключевых для американской экономики задач.

Одним из главных исключений и оплотов сопротивления стала Российская Федерация, умело противодействующая попыткам организации у себя копии киевского майдана.

В новой политической реальности Россия находится на пересечении интересов ведущих мировых сил, стремящихся к мировому господству. При этом миролюбивая политика России не устраивает никого: слишком важное геополитическое положение наша страна занимает в Евразии, самим фактом своего существования мешая реализации захватнических планов и стратегических замыслов нарождающихся новых мировых агрессоров. Вот почему Россия сегодня испытывает колоссальное внешнее давление со стороны США и их союзников, которым жизненно необходимо, чтобы Россия не проводила собственный независимый внешнеполитический курс, а позволила послушно встроить себя в кильватер западной политики.

В последние годы деструктивная оппозиция все чаще призывает граждан России поддержать их стремления по организации в стране «революции», что якобы должно привести к созданию «открытого» и «справедливого» общества. Однако еще ни одна «цветная революция» не привела к благополучию и процветанию государств, после нее ни один народ не стал жить лучше.

Как показал пример с госпереворотом на Украине, западные политтехнологи ради достижения геополитических целей готовы к самым кровопролитным сценариям.

В этом контексте важно отметить, что выработка методики и технологии противодействия «цветным революциям», информационным и санкционным манипуляциям является одним из приоритетов обеспечения национальной безопасности Российской Федерации.

Методы противодействия технологиям «цветных революций» в предельно общем понимании можно представить в виде следующей классификации: правовые, административные, экономические, информационные, культурные и силовые.

Лидеры и организации, чья активная политическая деятельность направлена на демонтаж политического режима, часто напрямую получают как материальную, так и информационную поддержку из-за рубежа.

Нормативно-правовые методы могут серьезно воспрепятствовать их подрывной деятельности (как в случае с принятием федерального закона, обязывающего НКО, участвующие в политической деятельности в России и имеющие поддержку из иностранных источников, регистрироваться в качестве иностранных агентов).

Однако такие опции стоит рассматривать только в качестве профилактики угроз «цветных революций». Крайне неэффективно изменять нормативно-правовую базу во время событий – предвестников «цветной революции», потому что это может дать противоположный эффект и катализировать протестное движение.

Организация «цветной революции» немыслима без привлечения технических средств и наемного персонала, которые напрямую зависят от внешнего финансирования. Отсутствие финансовой прозрачности при перечислении денег на счета общественных и неправительственных организаций, через которые оплачиваются «услуги» рекрутов по проведению «специальных акций», – важная проблема, которая может быть разрешена с помощью совершенствования отечественного законодательства.

Нормативно-правовые основы должны сочетать в себе запретительные меры, направленные не только на устранение потенциальных угроз, но и на создание таких социально-экономических условий в стране, которые бы смогли нейтрализовать протестные настроения среди наиболее активных социальных слоев населения, прежде всего студенчества.

Ведь заокеанские планировщики используют особенности пассионарной молодежной среды с целью ее вовлечения в протестное движение, для чего разрабатывается привлекающая молодежь протестная символика, раскручиваются лозунги и идеологические клише, выдвигаются лидеры и активисты в образе вдохновителей перемен и национальных героев. Все это привлекает молодежь, чутко реагирующую на символы, а революционные лидеры манипулируют как раз эмоциями толпы.

Сотрудник Тавистокского института социальных отношений доктор психологии Фредерик Эмери в свое время обратил внимание на удивительное поведение толпы во время рок-концертов, введя в оборот специальный термин «подростковый рой», которым можно эффективно управлять, чтобы разрушить государство за короткий срок. Впервые идеи Эмери были опробованы оперативниками разведки США и НАТО при успешной дестабилизации Франции Шарля де Голля во время студенческих протестов в мае 1968 г.

Зачастую студентов в ряды оппозиции толкает мнение, что от их голоса ничего не зависит, а протест позволяет молодежи выразить взгляды и испытать чувство собственной значимости, воодушевившись примерами людей, которые получили известность благодаря участию в революционных движениях.

Для противодействия угрозе переворотов в России необходимо создать общероссийскую сеть организаций нового формата (молодежных, общественно-политических, военно-исторических, спортивных и т. д.), «заряженных» ярко выраженной патриотической идеологией. Через эти объединения важно проводить обширную информационно-разъяснительную работу с молодежью относительно специфики технологий переворотов, их целей, задач, истории вопроса и сценария для России (при этом основными медийными площадками должны выступать блоги, группы в социальных сетях, паблики, форумы и т. д.).

Требуется масштабная просветительская кампания, доводящая до сведения молодой аудитории специфику работы зарубежных стратегов с психологией масс (детища Тавистокского института, проекты социальной инженерии, такие как технология «окон Овертона» и другие механизмы управления массовым сознанием).

Планомерную общественную работу по блокированию угрозы необходимо строить исходя из понимания того, что украинская трагедия не возникла в одночасье – это результат двадцатилетнего развития стратегии, включавшей постепенную подмену ценностей и культурных кодов, раскручивание русофобии в молодежной среде, ревизию истории (на страницах школьных и вузовских учебников и в СМИ), уничтожение исторической памяти.

Российской молодежи необходимо четко осознавать, что реальным результатом «цветной революции» может быть раскол государства, политический коллапс, глубочайший экономический и социальный кризис. При этом масштабы потенциальной катастрофы, исходя из специфики российских реалий, могут в разы превзойти примеры украинского и североафриканских сценариев, затмив известные исторические аналоги.

Большим оперативным маневром обладают административные методы, которые способны предотвратить развертывание сценария «цветной революции» на ее подготовительном этапе.

Численно-организационное превосходство может быть создано силами патриотических общественно-политических объединений при обеспечении государственной поддержки их деятельности (так как взаимодействие потенциальных движущих сил переворота построено на сетецентричном принципе, в рамках которого при негативном сценарии неправительственные организации, неформальные объединения, сетевые сообщества, фанатские и бойцовские клубы способны предоставлять свои ресурсы для акций, направленных на хаотизацию социально-политической обстановки).

Экономические методы могут подорвать материально-ресурсный потенциал «цветной революции» за счет нейтрализации на территории России тех экономических субъектов, которые поддерживают деструктивные силы. Такие методы позволяют заблокировать накопление и перемещение финансовых потоков, направляемых на организацию переворота.

Информационные методы борьбы играют ключевую роль в предотвращении переворотов. Государственные информационные ресурсы должны научиться эффективно отражать информационные атаки из-за рубежа и на основе лучших советских практик возвращать забытый вкус победы в пропагандистском противоборстве, повышать морально-политический потенциал своих единомышленников, создавать благоприятный имидж руководства страны за счет отображения его реальных действий, привлекать на свою сторону политически активное население.

Эффективность действий России в информационном противоборстве зависит не только от успешности создания эшелонированной системы культурно-информационной безопасности, расширения масштабов деятельности и численности специализированных медиаресурсов, вещающих на иностранных языках для зарубежной аудитории, их реформирования и прочих шагов по государственной и корпоративной линиям, но и от умения использовать потенциал гражданского общества в целях работы с блогосферой через лидеров общественного мнения в микросредах этого электронного социума: отдельных зарубежных блогеров, журналистов, экспертов.

Особо важное, но пока неразвитое в силу объективной сложности направление – работа через диаспоры, самоорганизующиеся общественные объединения соотечественников или пророссийски настроенных граждан зарубежных государств, не готовых подчиняться «асфальтовому катку» западного агитпропа, постоянно двигающего вперед-назад пресловутые «окна Овертона». Это колоссальный, но пока недооцененный ресурс «мягкой силы» России.

Кроме того, для обеспечения результативной работы с молодежью не нужно игнорировать опыт американцев по использованию молодежных субкультур и идолов массовой культуры (Госдепартамент США и ЦРУ давно прибегают к работе с популярными в конкретной стране музыкантами, актерами и другими представителями шоу-бизнеса – в их случае для расшатывания режима).

Применение жестких силовых методов благоразумно только во время острой фазы противостояния, когда силы «цветной революции» решаются на применение насилия в отношении представителей власти или сил правопорядка.

При этом данная реакция может стать результатом спланированной провокации (использование снайперов во время массовых протестов как визитная карточка технологии). Участие государственных органов и правоохранительных структур должно быть сосредоточено на изоляции провокаторов, диверсантов и их организационных центров от основной протестной массы.

Активную помощь правоохранительным органам могут оказывать патриотические организации, молодежные спортивные объединения, военно-исторические клубы, казачьи патрули и т. д.

Можно констатировать, что в текущий период активно готовится площадка для попытки проведения в России очередной версии «цветной революции», основанной на отработанных в ходе «арабской весны» и киевского майдана технологиях.

В отличие от провалившейся «цветной революции» 2011–2012 гг., использовавшей «манифестные» формы реализации, во главе которых стоял «креативный класс», «цветная революция 2.0» может вовлечь в свое протестное движение силы, участие которых способно значительно затруднить противодействие антигосударственным планам: использование недовольства учителей, врачей и других работников бюджетной сферы, а также простых российских граждан на фоне усугубляющегося социально-экономического кризиса.

Поэтому одним из главных барьеров для реализации технологий «цветных революций» в России остается необходимость взвешенных шагов в социально-экономической сфере (особенно на фоне вполне осязаемой угрозы извне) в сочетании с новейшими методами и формами разъяснительной работы с соотечественниками.

Что касается оперативных действий, то государству требуется корректировка подходов: сетевым структурам способны результативно противодействовать только другие сети, создающие основу для «игры» и победы на «домашнем поле» соперника.

Успешность отражения атак обусловлена пониманием новых реалий мироустройства (сетецентричные войны, социальные сети и блогосфера как инструменты переворотов, информационные и кибервойны, ненасильственное сопротивление, «высокие гуманитарные технологии» и правозащитные концепции как инструмент вмешательства во внутренние дела суверенного государства и т. д.).

POST SCRIPTUM

На фоне полного понимания нашим государством и обществом губительности технологий «цветных революций» – одного из наиболее разрушительных политических феноменов современности – остаются важные вопросы внутренней российской политики, от оперативности решения которых напрямую зависит уровень национальной безопасности. Ибо спецификой «революционной» методики является умение эффективно седлать объективно вызревшую кризисную ситуацию в обществе, стремительно переводя протест из социально-экономической плоскости в политическую с последующей кульминацией в виде госпереворота.

В этой связи одним из главных условий укрепления национального суверенитета России и обеспечения ее безопасности перед лицом новых вызовов и угроз становится необходимость ренационализации российских элит – возвращение капиталов, активов и семей в Россию, если тот или иной государственный деятель связывает свое будущее с Россией и российским гражданством.

Характерным компонентом технологии является опора внешней управляющей силы на кадры в средних и высших эшелонах власти, а также на капитанов бизнеса в конкретном государстве, которые активно содействуют разрушению системы. История «цветных революций» свидетельствует о том, что всегда находились представители административного и силового аппарата, которые либо напрямую поддерживали переворот, либо не мешали ему, полностью самоустраняясь от выполнения прямых обязанностей. Большинство представителей этой категории могут действовать абсолютно добровольно, так как у них могут быть свои идеологические, коммерческие, политические или иные цели, которые они рассчитывают реализовать, обваливая существующую государственную систему.

Так вот, если действующий кадровый потенциал и тем более резерв российской бюрократии в немалом числе ориентирован на Запад и, несмотря на санкционное давление со стороны «партнеров», настроен на продолжение двадцатилетней истории интегрирования в экономику Запада на неравноправных условиях (иное там немыслимо), неофициально критически относясь к курсу Владимира Путина, то впору напомнить о недавно появившемся понятии «шестая колонна». Это те олигархи, политики, чиновники, эксперты, общественные деятели, владельцы СМИ, которые нашли для себя возможным, будучи не менее радикальными западниками, оставаться внутри политического режима, идя на компромисс с курсом, проводимым Владимиром Путиным. Они различаются лишь тем, что первые открыто выступают против российской власти и лично президента, а вторые по личным тактическим соображениям поддерживают действия власти, хотя и трактуют их по-своему, а иногда вообще саботируют патриотические реформы и шаги, направленные на укрепление России. Эта группа во власти не выступает против Путина, но своими действиями тормозит его инициативы или вообще дискредитирует их: ее представители за Путина и за Россию, но при этом за либеральную, прозападную Россию, за то, чтобы Россия стала процветающей корпорацией в мире, где правила и законы устанавливает коллективный Запад, частью которого России и суждено стать, по их разумению.

Актуальна в этой связи история, рассказанная начальником управления «С» (нелегальная разведка) КГБ СССР Ю. Дроздовым. Как-то в один из приездов в Москву бывшие американские разведчики в пылу откровенности за ужином бросили неосторожную фразу: «Вы хорошие парни, ребята. Мы знаем, что у вас были успехи, которыми вы имеете право гордиться. Даже ваши поражения демонстрировали мощь вашей разведки. Но пройдет время, и вы ахнете, если это будет рассекречено, какую агентуру имели ЦРУ и Госдепартамент у вас наверху»193.

Угроза управляемого извне госпереворота создается в том числе ошибочной макроэкономической политикой монетарных властей и действиями или бездействием условного либерально-экономического лагеря в госаппарате, что ведет к эрозии системы госуправления, а инфильтрация в ткань системы госуправления и есть один из неотъемлемых атрибутов технологий госпереворотов.

Тушить пожар «цветных революций» нужно не постфактум, но априори! Гасить искры нужно в головах и разрушительных стратегиях деструкторов, лишь часть которых фигурирует в лагере марионеточной несистемной оппозиции. Необходимо менять макроэкономическую политику государства и проводить ревизию кадров, которые наносят удар по президенту. Время не ждет. Это понимают по обе стороны Рубикона.

193 Пономарева Е.Г. Современность: тайноявное политических переворотов // De Aenigmate. О Тайне: сборник научных трудов / Сост. А.И. Фурсов. – М.: Товарищество научных изданий КМК, 2015. С. 514.

Библиография

Документы

1. Встреча Д.А. Медведева с выпускниками советских и российских вузов. URL: http://www.kremlin.ru/transcripts/9386

2. Выступление постпреда России при НАТО Д.О. Рогозина на Ярославском политическом форуме – 2011. URL: http://www.kro.su/kronews.php?id=91

3. Заседание Международного дискуссионного клуба «Валдай». URL: www.kremlin.ru/news/46860

4. Заседание Совета Безопасности. URL: http://www.kremlin.ru/news/47045

5. Заявление члена Европейской комиссии Штефана Фюле касательно давления, оказываемого Россией на страны Восточного партнерства (12.09.2013) // Представительство Европейского союза в России. URL: http://eeas.europa.eu/delegations/russia/press_corner/archives/archive_2013_ru.htm

6. Инаугурационная речь Б. Обамы от 20.01.2009. URL: http://www.snr.com.ru/live/21012009/live_20090121_2.htm

7. Инаугурационная речь Дж. Буша-мл. от 20.01.2005. URL: http://www.inforos.ru/?id=3881&act=print

8. Концепция внешней политики Российской Федерации / Министерство иностранных дел Российской Федерации. URL: http://www.mid.ru/brp_4.nsf/0/6D84DDEDEDBF7DA644257B160051BF7F

9. Краткие итоги взаимной торговли товарами и услугами России и Украины за 2013 г. / Министерство экономического развития РФ. URL: http://www.ved.gov.ru/exportcountries/ua/ua_ru_relations/ua_ru_trade

10. Международная Хартия Земли // Международный совет инициативы Хартии Земли: Пособие. – М., 2008.

11. Основные направления работы МИД России по развитию культурных связей с зарубежными странами: приказ МИД России от 23 февраля 2001 г. URL: www.mid.ru

12. Послание президента России Владимира Путина Федеральному Собранию: 2000 г. URL: http://www.intelros.ru/2007/01/17/poslanie_prezidenta_rossii_vladimira_putina_federalnomu_sobraniju_rf_2000_god.html

13. Соглашение об ассоциации между Европейским союзом и государствами – членами Европейского союза, с одной стороны, и Украиной, с другой стороны. URL: http://www.glazev.ru/upload/iblock/Ukrain_EU(rus). pdf

14. A National Security Strategy of Engage and Enlargement // Government Printing Office. – Washington, Feb. 1996.

15. Department of the Interior and related agencies appropriations for 2002: Hearings before a subcommittee of the Committee on appropriations, House of representatives, 107th Congress., 1 sess. – Washington: Gov. print. off., 2001. – Part 4: Justifications of the budget estimates.

16. Earth Council. URL: http://www.earthcouncilalliance.org/history.html

17. National Security Strategy of the United States. May 2010. – Washington, DC, 2010.

18. Peace Corps Authorization. Hearings before the Committee on Foreign Relations. US Senate, 95th Congress, 1st Session, May 6, 1977.

19. Report of the Advisory Committee on Cultural Diplomacy / The Linchpin of Public Diplomacy. U.S. Department of State, 2005.

20. Whitehouse M. Paul Warburg’s Crusade to Establish a Central Bank in the United States / The Federal Reserve Bank of Minneapolis. – URL: http://www.minneapolisfed.org/publications_papers/pub_display.cfm?id=3815

Научные издания

1. Арон Р. Измерения исторического сознания / Пер. с франц.; Отв. ред. И.А. Гобозов. – М.: Либроком, 2010.

2. Аттали Ж. Мировой экономический кризис. А что дальше? – СПб: Питер, 2009.

3. Бегун В. Вторжение без оружия. – М.: Молодая гвардия, 1977.

4. Берзин Л.Б. Филантропические фонды и спонсорские организации США. – М.: ИСК РАН, 1997.

5. Бжезинский З. Великая шахматная доска. – М.: Международные отношения, 2000.

6. Бобков Ф.Д. Последние двадцать лет: Записки начальника политической контрразведки. – М.: Русское слово – РС, 2006.

7. Брендон П. Упадок и разрушение Британской империи 1781–1997 / Пер. с англ. – М.: АСТ, 2010.

8. Ганди М.К. Моя жизнь. – М.: Наука, 1969.

9. Глущенко В.В. Введение в кризисологию. Финансовая кризисология. Антикризисное управление. – М.: ИП В.В. Глущенко, 2008.

10. Гриняев С.Н. Поле битвы – киберпространство: теория, приемы, средства, методы и системы ведения информационной войны. – Минск: Харвест, 2004.

11. Воронин С.В. «Благотворительные» фонды США. – Л.: Изд-во ЛГУ, 1973.

12. Дроздов Ю.И., Маркин А.Г. Наглый орел – 2009. (Разведка и война в системе США). – М.: Артстиль-полиграфия, 2009.

13. Журихин Э.А. «Филантропические» фонды США в системе власти монополий. – М., 1978.

14. Иванян Э.А. Когда говорят музы: История российско-американских культурных связей. – М.: Международные отношения, 2007.

15. Иррегулярные конфликты: «цветные революции». Анализ и оценка форм, приемов и способов ведения операций по смене режимов в суверенных государствах / Под общ. ред. С.Н. Гриняева. – М.: АНО ЦСОиП, 2015.

16. Кара-Мурза С.Г. Революции на экспорт. – М.: Эксмо, 2006.

17. Киссинджер Г. Дипломатия / Пер. с англ. – М.: Ладомир, 1997.

18. Коулмэн Дж. Комитет трехсот. – М.: Витязь, 2011.

19. Кохейн Р. Международные отношения: вчера и сегодня // Политическая наука: новые направления / Пер. с англ. М.М. Гурвица, А.Л. Демчука, Т.В. Якушевой; Науч. ред. Е.Б. Шестопал. – М., 1999.

20. Красильников Р.С. КГБ против МИ-6. Охотники за шпионами. – М.: Центрполиграф, 2000.

21. Красильников Р.С. Призраки с улицы Чайковского. – М.: Гея, 1999.

22. Крючков В.А. Личное дело. – М.: Эксмо, 2003.

23. Кукина А.Е. Провал американских планов мирового господства в 1917–1920 гг. – М.: Госполитиздат, 1954.

24. Курылев К.П. Взгляды и деятельность В.Ф. Януковича в отношении сотрудничества Украины с НАТО // Новая архитектура безопасности в Европе: Материалы круглого стола, 2 марта 2011 г. – Видное: Вымпел, 2011.

25. Курылев К.П. Украинско-российские отношения в контексте интеграции Украины в ЕС // Двадцать лет современной внешней политики России. – Видное: Финист-А, 2011.

26. Левин И.Д. Суверенитет. – СПб.: Юридический центр Пресс, 2003.

27. Ленин В.И. Полное собрание сочинений. – Т. 42. – М.: Изд-во политической литературы, 1967.

28. Матвеев В.М. Дипломатическая служба США. – М.: Международные отношения, 1987.

29. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 23, 33 – М.: Изд-во политической литературы, 1961, 1964.

30. Мединский В.Р. О русском рабстве, грязи и «тюрьме народов». – М.: ОЛМА Медиа Групп, 2008.

31. Най Дж. Гибкая власть: Как добиться успеха в мировой политике. – М.: Тренды, 2006.

32. Нэсбитт Д., Эбурдин П. Что нас ждет в 90-е годы. Мегатенденции: Год 2000. – М.: Республика, 1992.

33. Овинников Р.С. Уолл-стрит и внешняя политика. – М.: Международные отношения, 1980.

34. Оранжевые сети: от Белграда до Бишкека / Отв. ред. Н.А. Нарочницкая. – СПб.: Алетейя, 2008.

35. Очков М.С., Журихин Э.А., Муромцев В.М. «Филантропические» фонды – важное идеологическое оружие империализма. – М.: Наука, 1976.

36. Политический словарь / Под. ред. проф. Б.Н. Пономарева. – М.: Госполитиздат, 1956.

37. Политическое цунами: Аналитика событий в Северной Африке и на Ближнем Востоке / Под ред. С. Кургиняна. – М.: МОФ ЭТЦ, 2011.

38. Пономарева Е.Г. Современность: тайноявное политических переворотов // De Aenigmate. О Тайне: сборник научных трудов / Сост. А.И. Фурсов. – М.: Товарищество научных изданий КМК, 2015.

39. Пономарева Е.Г., Рудов Г.А. «Принцип домино»: мировая политика на рубеже веков: монография. – М.: Канон+, 2016.

40. Пономарева И.Б., Смирнова Н.А. Геополитика империализма США: Атлантическое направление. – М.: Мысль, 1986.

41. Поппер К. Открытое общество и его враги: В 2 т. / Пер. с англ.; Под ред. В.Н. Садовского. – М.: Феникс; Культурная инициатива, 1992.

42. Рокфеллер Д. Клуб банкиров. – М.: Алгоритм, 2013.

43. Руссо Ж.-Ж. Об общественном договоре: Трактаты / Пер. с франц. – М.: Канон-пресс, 1998.

44. Согрин В.В. Политическая история США XVII–XX вв. – М.: Весь мир, 2001.

45. Соловьев Е. Ротшильды. Их жизнь и капиталистическая деятельность. – СПб, 1894.

46. Стиглиц Дж. Крутое пике: Америка и новый экономический порядок после глобального кризиса / Пер. с англ. В. Лопатка. – М.: Эксмо, 2011.

47. Стратегия России в БРИКС: цели и инструменты: Сб. статей / Под ред. В.А. Никонова, Г.Д. Толорая. – М.: РУДН, 2013.

48. Терк Д., Рубино Д. Крах доллара и как извлечь из него выгоду / Пер. с англ. И. Соколова. – М.: АСТ, 2006.

49. Тихонравов Ю.В. Геополитика: Учеб. пособие. – М.: ИНФА-М, 2000.

50. Тойнби А. Дж. Пережитое. Мои встречи / Пер. с англ. – М.: Айрис-пресс, 2003.

51. Фергюсон Н. Восхождение денег / Пер. с англ. – М.: Астрель, 2010.

52. Филимонов Г. «Мягкая сила» культурной дипломатии США: Монография. – М.: РУДН, 2010.

53. Филимонов Г.Ю. Культурно-информационные механизмы внешней политики США: Истоки и новая реальность. – М.: РУДН, 2012.

54. Филимонов Г.Ю., Карпович О.Г., Манойло А.В. Технологии «мягкой» силы на вооружении США: ответ России: Монография. – М.: РУДН, 2015.

55. Хантингтон С. Кто мы? – М.: АСТ, 2004.

56. Хлобустов О.М. Август 1991 г. Где был КГБ? – М.: Эксмо; Алгоритм, 2011.

57. Хлобустов О.М. Доктрина Даллеса в действии. – М.: Эксмо; Алгоритм, 2012.

58. Хомский Н. Государства-изгои. Право сильного в мировой политике. – М.: Логос, 2003.

59. Хоруженко К.М. Культурология: Энциклопедический словарь. – Ростов н/Д: Феникс, 1997.

60. Цатурян С.А. Ненасильственная революция: от теории к практике: Монография. – М.: РУДН, 2015. – 582 с.

61. Цатурян С.А. Новый информационный миропорядок как продукт культурной глобализации США // Современные проблемы международных отношений и мировой политики: Материалы 6-й межвузовской научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых. – М.: РУДН, 2010.

62. Цатурян С.А. Общественная дипломатия США в новом информационном столетии // США и Канада: экономика, политика, культура. – М.: Наука, 2010.

63. Цветкова Н.А. Cultural imperialism: международная образовательная политика США в годы «холодной войны». – СПб.: Изд-во СПбГУ, 2007.

64. Цветкова Н.А. Оценка эффективности международной образовательной политики СССР и США в годы «холодной войны» // 200 лет российско-американских отношений: наука и образование: Сб. ст. / Под ред. А.О. Чубарьяна, Б.А. Рубла. – М.: ОЛМА Медиа Групп, 2007.

65. Цветкова Н.А., Ярыгин Г.О. Публичная дипломатия ведущих государств: традиционные и цифровые методы. – СПб: Изд-во СПбГУ, 2014.

66. Шахназаров Г.Х. Фиаско футурологии: Критический очерк немарксистской теории общественного сознания. – М., 1979.

67. Шейдина И.Л. Невоенные факторы силы во внешней политике США. – М.: Наука, 1984.

68. Шиллер Г. Манипуляторы сознанием. – М.: Мысль, 1980.

69. Ширяев Б.А. Внешняя политика США: Принципы, механизмы, методы. – СПб, 2007.

70. Шолудько А.Н., Архангельский А.В. США: экономика, наука и культура во внешней политике. – М.: Уникум-Центр, 2000.

71. Шпенглер О. Годы решений. Германия и всемирно-историческое развитие / Пер. с нем. С.Е. Вершинина. – Екатеринбург: У-Фактория, 2007.

72. Шумпетер Й. Капитализм, социализм и демократия / Пер. с англ. – М.: Экономика, 1995.

73. Эстулин Д. Секреты Бильдербергского клуба. – Мн.: Попурри, 2009.

74. Эстулин Д. Тавистокский институт / Пер. с англ. П. Самсонова. – Минск: Попурри, 2014.

75. Arquilla J., Ronfeldt D. The Emergence of Noopolitik: Toward an American Information Strategy. RAND/MR-1033-OSD. 1999.

76. Arthur L. The papers of Woodrow Wilson. – N.J.: Princeton Univ. Press, 1966. V. 175.

77. Basiuk V. Technology, World Politics, and American Policy. – N.Y., 1977.

78. Boulding K. The Emerging Superculture. – Values and the Future / eds K. Baier, N. Resher. – N.Y., 1969.

79. Brzezinski Z. America in a Hostile World. – Foreign Policy, 1976.

80. Brzezinski Z. Between Two Ages. America’s Role in the Technetronic Era. – N.Y., 1970.

81. Buckholts P. Political geography. – N.Y.: Ronald Press, 1966.

82. Chauprade A. Chronique du choc des civilisations. – P.: Chronique-Dargaud, 2009.

83. Clark G., Sohn L. World Peace Through World Law. – 2nd ed. – Cambridge: Harvard University Press, 1960.

84. Dickson P. Think Tanks. – N.Y., 1971.

85. Dizard W. Inventing Public Diplomacy: The Story of the US Information Agency. – Lynne Rienner Publishers, 2004.

86. Elder R. The Information Machine: The United States Information Agency and American Foreign Policy. – N.Y.: Syracuse University Press, 1968.

87. Engdahl W. A Century of War: Anglo-American Oil Politics and the New World Order. – London: Pluto, 2004.

88. Filiu J.-P. The Arab Revolution. Ten Lessons from the Democratic Uprising. – London: Hurst &Co, 2011.

89. Gutmann А. Multiculturalism: Examining the Politics of Recognition. – N.J.: Princeton University Press, 1994.

90. Guttman D., Willner B. The Shadow Government. – N.Y., 1976.

91. Hagger N. The Syndicate. The Story of the Coming World Government. – W.: O Books, 2004.

92. Huntington S. Transnational Organizations in World Politics. – World Politics, 1973.

93. Kennan G. International Exchange in the Arts. – Perspectives USA, 1956.

94. Keohane R. After Hegemony: Cooperation and Discord in the World Political Economy. – N.J.: Princeton University Press, 1984.

95. Keohane R., Nye J. Power and Interdependence: World Politics in Transition. – B.: Little, Brown and Company, 1977.

96. Kissinger H. White House Years. – Boston, 1979.

97. Manning B. Goals, Ideology, and Foreign Policy. – Foreign Affairs, 1976.

98. Mickelson S. America’s Other Voice: the Story of Radio Free Europe and Radio Liberty. – N.Y.: Praeger Publishers, 1983.

99. Ninkovich F. The Diplomacy of Ideas: U.S. Foreign Policy and Cultural Relations, 1938–1950. – Сambridge: Cambridge University Press, 1981.

100. Nolan M. Visions of Modernity: American Business and the Modernization of Germany. – N.Y.: Oxford University Press, 1994.

101. Nye J. Bound to Lead. – N.Y., 1990.

102. Nye J. Soft Power. The Means to Success in World Politics. – N.Y., 2004.

103. Osgood K. Total Cold War: Eisenhower’s Secret Propaganda Battle at Home and Abroad. – Kansas: University Press of Kansas, 2006.

104. Puddington A. Broadcasting Freedom: The Cold War Triumph of Radio Free Europe and Radio Liberty. – L.: University Press of Kentucky, 2003.

105. Quigley С. The Anglo-American Establishment: From Rhodes to Cliveden. – N.Y.: Books in Focus, 1981.

106. Quigley С. Tragedy and Hope: A History of the World in Our Time. – N.Y.: Macmillan, 1966.

107. Rivera D. Final Warning – A History of the New World Order. – California: InteliBooks, 1984.

108. Rockefeller N. Federalism and Free World Order // Godkin Lectures at Harvard University. – May, 1962.

109. Rockefeller D. Memoirs. – N.Y.: Random House, 2002.

110. Rosenau J. Le touriste et le terroriste ou les deux ext-rêmes du continium transnational // 10 Etudes internationales. – 1979.

111. Schlesinger A.M. Jr. A Thousand Days. John F. Kennedy in the White House. – L., 1965.

112. Schultz G. Diplomacy in the Information Age / Paper presented at the Conference on Virtual Diplomacy, U.S. Institute of Peace. – Washington, D.C., April 1, 1997.

113. Shoup L., Minter W. Imperial Brain Trust: The Council on Foreign Relations and United States Foreign Policy. – N.Y.: Authors Choice Press, 2004.

114. Sorensen T. Kennedy. – L., 1965.

115. Sosin G. Sparks of Liberty: An Insider’s Memoir of Radio Liberty. – University Park: Pennsylvania State University Press, 1999.

116. Stephen G. American Hegemony and the Trilateral Commission. – N.Y. Cambridge University Press, 1990.

117. Wallerstein I. The Modern World-System II. Mercantilism and the Consolidation of the European World-Economy. – N.Y. – London, 1980.

Периодические издания

1. Атаманенко И. Тайны Бильдербергского клуба – большая политика и коровы // Независимая газета. – 2011. 17 июня.

2. Валлерстайн И. Социальная наука и коммунистическая интерлюдия, или К объяснению истории современности // Полис. – 1997. № 2.

3. Вейсман С. Карен Хьюз назначена ответственной за улучшение имиджа Америки за границей // The New York Times. – 23 August 2005.

4. Гоцин Ч. Особенно важно снискать доверие народа // Жэньминь Жибао. – 2006. 16 окт.

5. Дрезнер Д. Есть ли у Обамы большая стратегия? Почему в смутные времена нам нужны доктрины // Foreign Affairs. – 2011. № 4.

6. Ивановский А. Время «сетевых революций». В США разрабатывается информационное оружие нового поколения // Столетие. – 2011. 16 марта.

7. Кобринская И. Российская внешняя политика: Традиционные векторы в новой геополитической ситуации // ПОНАРС Евразия, Аналитическая записка. – 2014. № 340.

8. Курылев К.П. Фактор Украины в обеспечении международной безопасности: региональный и глобальный уровни // Вестник РУДН; Серия «Международные отношения». – 2014. № 2.

9. Луков В.В. Интернет как инструмент политических технологий в США // США и Канада: экономика, политика, культура. – 2005. № 5.

10. Манойло А. Цветные революции и проблемы демонтажа политических режимов в меняющемся мире // Вестник МГОУ. Электронный журнал. – 2014. № 2. URL: www. evestnik-mgou.ru.

11. Манойло А.В. Роль стратегий «управляемого хаоса» в политическом кризисе в Украине // Международная жизнь. – 2014. № 7.

12. Манойло А.В. Роль стратегий управляемого хаоса в формировании нового миропорядка // Право и политика. – 2014. № 5.

13. Наука // Независимая газета. – 2011. 22 июня.

14. Пономарева Е.Г. Секреты «цветных революций»: Современные технологии смены политических режимов // Свободная мысль. – 2012. № 3–4.

15. Пономарева Е.Г. Что такое «цветные революции» и как с ними бороться? // Представительная власть. – 2016. № 1–2. С. 26–38.

16. Правда. – 1984. 9 окт.

17. Соловьев В. Содружество независимых инноваций // Коммерсант. – 2010. 16 нояб. № 211.

18. Филимонов Г.Ю. Актуальные вопросы формирования стратегии «мягкой силы» во внешней политике Российской Федерации» // Закон и право. – 2013. № 9.

19. Филимонов Г.Ю., Юраков М.В. Украинский кризис в зеркале американской внешнеполитической стратегии // Политика и общество. – 2015. № 2.С. 221–229.

20. Филимонов Г.Ю., Данюк Н.С. Роль украинского кризиса в переформатировании мироустройства: взгляд из России // Международное, публичное и частное право. – 2015. № 2.С. 5–9.

21. Филимонов Г.Ю., Данюк Н.С. «Политическая агентура» США как инструмент демонтажа режимов // Тренды и управление. – 2015. № 4.C. 366–379.

22. Цатурян С.А., Джавлах К.С. Украина 2014: техника и предварительные итоги государственного переворота // Тренды и управление. – 2014. № 1.

23. Albright M. The Testing of American Foreign Policy // Foreign Affairs. – November – December 1998.

24. Bu L. Educational Exchange and Cultural Diplomacy in the Cold War // Journal of American Studies. – Cambridge University Press, 1999. Vol. 33. № 3. Part 1: Women in America.

25. Doyle M. Liberal Legacies and Foreign Affairs // Philosophy and Public Affairs. – Summer 1983.

26. Euro-federalists financed by US spy chiefs // Daily Telegraph. – 19.09.2000.

27. Foreign Affairs. – Spring 1981.

28. Gienow-Hecht J. Shame on US? Academics, Cultural Transfer, and the Cold War – A Critical Review // Diplomatic History. – Summer 2000. Vol. 24. № 3.

29. Hale H.E. Democracy or autocracy on the march? The colored revolutions as normal dynamics of patronal presidentialism // Communist and Post-Communist Studies. – 2006. Vol. 39. № 3.

30. Harvey Ch. John D. Rockefeller, Jr., and the Interchurch World Movement of 1919–1920: A Different Angle on the Ecumenical Movement // Church History. – Jun. 1982. Vol. 51. № 2.

31. Holly S. Trilateralism: The Trilateral Commission and Elite Planning for World Management. – Вoston: South End Press, 1980.

32. Lynn W. Defending a New Domain: The Pentagon’s Cyberstrategy // Foreign Affairs. – Sept. – Oct. 2010.

33. Parenti M. Reflections On The Politics of Culture. Monthly Review: An Independent Social Magazine. – N.Y., 1999. Vol. 50. № 9.

34. Radyuhin V. Moscow and Multipolarity // The Hindu. Thursday. – 30.12.2004.

35. Rex J., Singh G. Multiculturalism and Political Integration in Modern Nation-States: Thematic Introduction // International Journal on Multicultural Societies (IJMS). – 2003. Vol. 5. № 1.

36. Sanchez R. Hollywood’s White House War Council // The Washington Post. – 12.11.2001.

37. Tiryakian E. Assessing Multiculturalism Theoretically: E Pluribus Unum, Sic et Non // Multiculturalism and Political Integration in Modern Nation-States // International Journal on Multicultural Societies (IJMS) Washington Post. – 7.06.2009.

38. Zakaria F. Rejecting the Next Bill Gates // The Washington Post. – November 23, 2004.

Интернет-источники

1. Аттали Ж. На пороге нового тысячелетия / Пер. с англ. – М.: Международные отношения. 1993. URL: http://www.netda.ru/belka/texty/attaly/att1.htm

2. Аттали Ж. Понятие «нация» станет отзвуком былых реалий // Россия в глобальной политике. – 2007. № 2 (март – апрель). URL: http://www.globalaffairs.ru/number/n_8387

3. Бейджент М., Ли Р. Храм и ложа. От тамплиеров до масонов. – М.: Эксмо, 2006. URL: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/beydj/08.php

4. Большая советская энциклопедия. – М.: Советская энциклопедия, 1969–1978. URL: http://dic.academic.ru/dic.nsf/bse/76957/%D0%93%D0%B0%D0%B2%D0%B0%D1%81

5. В Бильдербергском закулисье олигарх Мордашов представлял Швецию. URL: http://www.business-gazeta.ru/article/41770/13

6. В ООН принята резолюция против героизации нацизма. URL: http://www.vesti.ru/doc.html?id=2142902

7. Вампиры и мораль. Фантастика, говорите? URL: http://badnews.org.ru/news/vampiry_i_moral_fantastika_govorite/2010-07– 09-2070

8. Ванчугов В. Зарубежный школяр как «агент влияния». Какую выгоду извлекают США в большом количестве студентов из других стран? URL: http://istina.msu.ru/publications/article/7018344/

9. Великая депрессия. URL: http://usa-info.com.ua/history/great_deprecion.html

10. Всеобщая декларация прав человека // Официальный сайт ООН. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/dec larations/declhr.shtml 11. Выступление канадского философа Ч. Тейлора на Мировом политическом форуме в Ярославле (10 сентября 2010 г.). URL: https://www.scribd.com/mobile/doc/250411516/Культурно-информационные-механизмы-внешней-политики– США-pdf 12. Гладских Е. Филантропы США сели на мель. URL: http://delo.ua/biznes/kompanii/filantropy-ssha-seli-na-mel-134827

13. Госдеп назвал соцсети одним из основных инструментов внешней политики США. URL: http://vz.ru/news/2012/2/15/561728.html

14. Гриняев С.Н. Ноополитика – шаг на пути к созданию американской информационной стратегии. URL: http://www.agentura.ru/equipment/psih/info/noo/

15. Гриняев С. Планы Бильдербергского клуба. URL: http://www.csef.ru/studies/politics/projects/russia_future/articles/1147

16. Делягин М. Мировой кризис и Россия в нем. URL: http://forum-msk.org/material/video/6061576.html?pf=2

17. Демократия и революции // Голос Америки. URL: http://www1.voanews.com/russian/news/a-33-2005-04-03-voa6.html

18. Долинский А.В. Практические вопросы оптимизации российской публичной дипломатии. URL: http://www.russkiy mir.ru/russkiymir/ru/analytics/article/news0004.html 19. Дунаевский И. Коктейли Молотова и гранты // Российская газета. URL: http://www.rg.ru/2014/04/07/politolog-site.html

20. Дэйв Брубек, мастер джазовой дипломатии // Голос Америки. URL: http://www.voanews.com/russian/news/a-33-2008-04-09-voa14.html

21. Евромайдан и онлайн: как сторонники и противники Евромайдана используют социальные сети. URL: http://www.towave.ru/pub/evromaidan-i-onlain-kak-sotsialnye-seti-ispolzuyut-storonniki-i-protivniki-evromaidana.html

22. Евромайдан повысил рейтинги украинских телеканалов. URL: http://vlasti.net/news/182250

23. Из интервью сенатора Дж. У. Фубрайта с Л. Зусманом. Вашингтон. 1991. URL: http://www.fulbright.ru/about

24. Интервью – Константин Малофеев, основатель «Маршал капитала». URL: http://rusila.su/2014/11/14/intervyu-kon stantin-malofeev-osnovatel-marshal-kapitala (дата обращения: 24.11.2014) 25. Интервью с Чедом Смитом для Wall of Sound. URL: http://californication.narod.ru/press/chad/01.html

26. Инцест – новая сексуальная ориентация. URL: http://aftershock.su/?q=node/29859

27. Каграманов Ю. Куда ведет Америку «тихая революция». URL: http://magazines.russ.ru/novyi_mi/2009/6/ka11.html

28. Как можно заработать на интернет-телевидении в Украине. URL: http://forbes.ua/business/1363442-kak-mozhno-zara botat-na-internet-televidenii-v-ukraine/1363474#cut 29. Как устроено «Громадське. ТВ»: цифры, деньги, люди. URL: http://ain.ua/2014/02/06/511834

30. Карасев В., Бедрик Р. Четвертая боевая среда // Архив Центра экстремальной журналистики. – 25.07.2003. URL: http://day.kyiv.ua/ru/article/nota-bene/chetvertaya-boevaya-sreda

31. Коровин В. Эксперт: Внешние враги могут использовать Фергюсон и «расшатать» США // Национальная служба новостей. URL: http://nsn.fm/in-the-world/ekspert-vneshnie-vragi-mogut-ispolzovat-fergyuson-i-rasshatat-ssha.php

32. Кругман П. Для подъема экономики нужно что-то покрупнее, чем война с терроризмом. URL: http://www.terra-america.ru/dlya-podema-ekonomiki-nujno-chto-to-pokrupnee-chem-voina-s-terrorizmom.aspx

33. Кто владеет украинскими телеканалами. URL: http://finance.bigmir.net/news/economics/28744-Kto-vladeet-ukrainskimi-telekanalami-INFOGRAFIKA

34. Кукутас Ч. Теоретические основы мультикультурализма. URL: http://polit.ru/article/2007/05/27/multiculturalism/

35. Кунадзе Г.Ф., Носов М.Г. Политика США в Восточной Азии. URL: http://www.metal-profi.ru/library/politika_ssha.htm

36. Лавров: Запад, вводя санкции против России, ставит целью сменить режим. URL: http://ria.ru/politics/20141122/1034609544.html

37. Линдли-Френч Дж. Великая иммиграционная катастрофа. URL: http://www.globalaffairs.ru/number/Velikaya-immig ratcionnaya-katastrofa-15368

38. Литва и НАТО обсудили Россию-«террориста». URL: http://russian.rt.com/inotv/2014-11-22/Litva-i-NATO-obsudili-Rossiyu-terrorista

39. Мадлен Олбрайт: Триумфатор Путин лишил Россию шансов на процветание. URL: http://russian.rt.com/inotv/2014-04-25/Madlen-Oblrajt-Triumfator-Putin-lishil

40. Михалков Н. Каннибализм, людоедство как норма. URL: http://www.youtube.com/watch?v=BlIiy4QfQIk

41. Най Дж. «Мягкая сила» и американо-европейские отношения. URL: http://www.situation.ru/app/j_art_1165.htm

42. Най Дж. Лидерство в преобразованиях и национальная стратегия США // Россия в глобальной политике. – 2006. Июль-август. № 4. URL: http://www.globalaffairs.ru/number/n_7059

43. Най Дж. С., Оуэнс У.А. Главная сила Америки – ее информационные возможности. URL: http://www.infousa.ru/information/gjcom6.htm

44. Неймырок Д. Евромайдан – начало. URL: http://www.mediaport.ua/evromaydan

45. Неомарксизм. URL: http://iph.ras.ru/elib/2047.html

46. Обращение Б. Обамы к исламскому миру. URL: http://ria.ru/trend/Obama_Egypt_islam_04062009/

47. Путин В.В. Заседание Международного дискуссионного клуба «Валдай». URL: http://kremlin.ru/news/46860

48. Россия в глобальной политике. URL: http://www.globalaffairs.ru/number/Est-li-u-Obamy-bolshaya-strategiya-15279

49. Русский мир сужается. URL: http://www.apn.ru/news/article18785.htm

50. Сеидов В.Г. Публичная дипломатия. URL: www.polpred.ru

51. Соколовский С.В. К критике политики мультикультурализма. URL: http://heritage-institute.ru/images/6/6d/EM14_p47-60.pdf

52. Стариков Н. Технология уничтожения: «Окно Овертона». URL: http://nstarikov.ru/blog/36349

53. Старчак М.А. Российское образование на русском языке как фактор влияния России в Центральной Азии: что происходит и что делать. URL: http://www.russkiymir.ru/publications/190915/

54. Стенограмма интервью Н. Михалкова телеканалу «Россия». 2000. URL: http://mikhalkovinfo.narod.ru/inttext/12p.html

55. Страны, в которых легализованы наркотики: Справка. URL: http://ria.ru/spravka/20110603/383694171.html

56. Тлостанова М.В. Проблема мультикультурализма и литература США конца XX века. URL: http://www.dissercat.com/ content/problema-multikulturalizma-i-literatura-ssha-kontsa-xx-veka 57. У США новая цель внешней политики – борьба за права секс-меньшинств. URL: http://www.newizv.ru/lenta/2011-12-07/155882-u-ssha-novaja-cel-vneshnej-politiki-borba-za-prava-seks-menshinstv.html

58. Филимонов Г.Ю. Фактор культуры во внешней политике США. URL: http://humanities.edu.ru/db/msg/38693

59. Филимонов Г.Ю. Вызов с Запада: Начало новой эры. URL: http://www.iarex.ru/articles/51268.html

60. Филимонов Г.Ю., Юраков М.В., Данюк Н.С. Доклад Института стратегических исследований и прогнозов РУДН. Технологии государственных переворотов. URL: http://isip.su/ru/analytics/download?id=4&type=1

61. Фоминых А. «Мягкая мощь» обменных программ. URL: http://www.intertrends.ru/sixteenth/008.htm#note6

62. Фурман Ф. Филантропия. Американский вариант // Русский базар. – 29 августа – 4 сентября 2002. № 36 (332). URL: http://www.russian-bazaar.com

63. Фурсов А. Глобальные игроки нового хаосопорядка. URL: http://www.dynacon.ru/content/articles/545

64. Х. Клинтон: в руководстве Ирана идет борьба за власть. URL: http://www.bbc.co.uk/russian/international/2011/10/111027_clinton_iran_power_struggle.shtml

65. Цатурян С.А., Филимонов Г.Ю. США на страже безопасности ЕС: глобальное соуправление как необходимость. URL: http://www.georgefilimonov.com/articles/the-united-states-are-on-the-watch-of-european-union-security/

66. Центральное телевидение Китая начало вещание на арабском языке. URL: http://www.svobodanews.ru/archive/ru_news_zone/20090725/17/17.html?id=1785023

67. Цзы С. Искусство войны. – М.: Феникс, 2002. URL: http://militera.lib.ru/science/sun-tszy/01.html

68. Что такое «план Даллеса»? URL: http://www.sakva.ru/Nick/NSC_20_1R.html

69. Что такое психологическая война: теоретические основы. URL: http://iraq.newsru.ru/article/27.html

70. Шарп Дж. 198 методов ненасильственных действий. URL: http://www.aeinstein.org/wp-content/uploads/2013/10/The-198-Methods-of-Nonviolent-Action-Russian-.pdf

71. Штайнгарт Г., Шмитц П. Америка, которая внемлет. URL: http://www.profile.ru/arkhiv/item/57564-amerika-kotoraya-vnemlet-57564

72. Якоби Т. Иммиграционная дилемма Германии. URL: http://www.globalaffairs.ru/number/Immigratcionnaya-dilemma-Germanii-15356

73. RT: Клинтон: США не допустят возрождения СССР. URL: http://russian.rt.com/article/1787

74. 50th Anniversary of the American Exhibits to the U.S.S.R. U.S. Department of State. URL: http://www.state.gov/p/eur/ci/rs/c26472.htm

75. Adams D., Goldbard A. Cultural Policy in U.S. History. URL: www.wwcd.org

76. Berliner M., Hull G. Diversity and Multiculturalism: The New Racism // Ayn Rand Institute. URL: http://www.aynrand.org/site/PageServer?pagename=objectivism_diversity

77. Bhalla R. Making Sense of the Syrian Crisis. URL: http://www.stratfor.com/weekly/20110504-making-sense-syrian-crisis?utm_source=GWeekly&utm_medium=email&utm_campaign=110505&utm_content=readmore&elq=021cfbcfb82641cc9e2ae7fd07d0ab32

78. Bilderberg Meetings, Former Steering Committee Members. URL: http://bilderbergmeetings.org/former-steering-committee-members.html; Steering Committee. – URL: http://bilderbergmeetings.org/governance.html

79. Burnham С. Jazz Diplomacy: a Cold War Relic? URL: http://mountainrunner.us/2011/02/burnham_jazz_diplomacy_a_cold_war_relic.html

80. Coghlan A., MacKenzie D. Revealed – The Capitalist Network That Runs The World. URL: http://www.newscientist.com/article/mg21228354.500-revealed-the-capitalist-network-that-runs-the-world.html

81. Concise Review of the Basics of Cultural Diplomacy. URL: http://textus.diplomacy.edu/textusBin/BViewers/oview/culturaldiplomacy/oview.asp

82. Concluding Remarks by Dominique Strauss-Kahn, Managing Director of the International Monetary Fund, at the High-Level Conference on the International Monetary System, Zurich, 11 May 2010. URL: http://www.imf.org/external/np/speeches/2010/051110.htm

83. Crimée, Ukraine, Europe, euro: les peuples sont-ils maîtres de leur destin? URL: http://www.france2.fr/emissions/ce-soir-ou-jamais/le-debat-crimee-ukraine-europe-euro-les-peuples-sont-ils-maitres-de-leur-destin

84. Cummings M.C. Jr. Cultural Diplomacy and the United States Government: A Survey. – Washington DC: Center for Arts and Culture, 2003. URL: www.culturalpolicy.org

85. Digest of Educational Statistics 1977 // National Council of Educational Statistics. URL: http://nces.ed.gov/programs/Digest/

86. Eisenhower Fellowships. URL: https://www.efworld.org

87. Faiola A. A Bigger, Bolder Role is Imagined for the IMF // The Washington Post, 20 April 2009. URL: http://www.washingtonpost.com/wp-dyn/content/article/2009/04/19/AR2009041902242.html

88. Finn Н. The Case for Cultural Diplomacy: Engaging Foreign Audiences / Foreign Affairs. URL: http://www.foreignaffairs.com/articles/59359/helena-k-finn/the-case-for-cultural-diplomacy-engaging-foreign-audiences

89. Future of Federalism. URL: http://streitcouncil.org/uploads/PDF/F&U-%201962-%20May-%20Rockefeller-%20federalism%20and%20free%20world%20order.pdf

90. Goldstone J. Understanding the Revolutions of 2011 / Weakness and Resilience in Middle Eastern Autocracies. URL: http://www.foreignaffairs.com/articles/67694/jack-a-goldstone/understanding-the-revolutions-of-2011

91. Gollust D. US Imposes New Sanctions Against Syria Over Crackdown. URL: http://www.voanews.com/english/news/middleeast/US-to-Freeze-Syrian-Officials-Assets-120976399.html

92. Governance // Bilderberg Meetings. URL: http://www.bilderbergmeetings.org/governance-and-funding.html

93. Henderson D. The Federal Reserve Cartel: The Eight Fa-milies. URL: http://www.globalresearch.ca/index.php?context=va& aid=25080

94. Henry Kissinger: If You Can’t Hear the Drums of War You Must Be Deaf. URL: http://www.globalresearch.ca/accurate-satire-henry-kissinger-if-you-can-t-hear-the-drums-of-war-you-must-be-deaf/28610

95. Hromadske.tv: Головна сторінка. URL: http://hromadske.tv; Еспресо TV. URL: http://espreso.tv

96. Informal forum or global conspiracy? // CBC News Online. – 13.06.2006. URL: http://www.cbc.ca/news/background/bilderberg-group

97. Jacobs S. Gene Sharp, The 83 Year Old Who Toppled Egypt. URL: http://www.thedailybeast.com/blogs-and-stories/2011-02-14/genesharp-the-egyptian-revolts-prophet-of-nonviolence

98. Kissinger: U.S. Will Appear Weak if Gadhafi Remains. – URL: http://www.newsmax.com/InsideCover/HenryKissinger-Libya-BarackObama-MoammarGadhafi/2011/03/21/id/390253

99. Larmer В. Machiavelli of Nonviolence. URL: http://www.csmonitor.com/1986/0616/asharp3.html

100. Markoff J. Cyberwar. With New Software, Iranians And Others Outwit Net Censors // The New York Times. URL: http://query.nytimes.com/gst/fullpage.html?res=9C00EFDC1338F932A35756C0A96F9C8B63&ref=cyberwar

101. Marshall А. Bilderberg 2011: The Rockefeller World Order and the High Priests of Globalization // Global Research. – 16.06.2011. URL: http://www.globalresearch.ca/index.php?context= va&aid=25302

102. Marshall А. Crisis is an Opportunity: Engineering a Global Depression to Create a Global Government // Global Research. – 26.10.2010. URL: http://www.globalresearch.ca/index. php?context=va&aid=21632

103. McFaul M. Meddling In Ukraine. Democracy is not an American plot. URL: http://www.washingtonpost.com/wp-dyn/articles/A15131-2004Dec20.html

104. Military Update: Official: Financial Crisis a Bigger Security Risk Than Wars. URL: http://www.gazette.com/articles/mullen-47273-military-time.html

105. Morse E. Oil and Unrest. What Uprising in the Arab World Means for Energy Supplies. URL: http://www.foreignaffairs.com/articles/67563/edward-l-morse/oil-and-unrest?page=show

106. Multiculturalism // Stanford Encyclopedia of Philosophy. URL: http://plato.stanford.edu/entries/multiculturalism

107. National Security Directive 23. US Relations with Soviet Union. September 22, 1989 // Federations of American Scientists. URL: www.fas.org

108. Neuding P. The Cultural Contradictions of Multiculturalism. URL: http://www.project-syndicate.org/commentary/neuding1/English

109. Paul R. Inflation and War Finance. URL: http://www.safehaven.com/article/6801/inflation-and-war-finance

110. Ratnesar R. Sticking to His Guns // The Time Magazine. – 7.04.2003. Vol. 161. № 14. URL: http://edition.cnn.com/2003/ALLPOLITICS/03/31/timep.guns.tm/

111. Rettman A. «Jury’s out» on future of Europe, EU doyen says // EUobserver. – 16.03.2009. URL: http://euobserver.com/9/27778

112. Rice С. Rethinking the National Interest. American Realism for a New World. URL: http://www.foreignaffairs.com/articles/64445/condoleezza-rice/rethinking-the-national-interest

113. Rockwell Jr.L. War and Inflation / Ludwig von Mises Institute. URL: http://mises.org/daily/3010

114. Rosenberg T. Revolution U. URL: http://foreignpolicy.com/2011/02/17/revolution-u-2/

115. Sablosky J.A. Recent trends in Department of State Support For Cultural Diplomacy: 1993–2002. URL: www.culturalpolicy.org

116. Sharp G. From Dictatorship to Democracy. URL: http://www.aeinstein.org/wp-content/uploads/2013/09/FDTD.pdf

117. Sharp G. There Are Realistic Alternatives. URL: http:// www.aeinstein.org/organizations/org/TARA.pdf

118. Smart power ou la «nouvelle» diplomatie américaine. URL: http://pourconvaincre.blogspot.com/2009/02/smart-power-ou-la-nouvelle-diplomatie.html

119. Stolberg S. Shy U.S. Intellectual Created Playbook Used in a Revolution. URL: http://www.nytimes.com/2011/02/17/world/middleeast/17sharp.html?_r=1&ref=genesharp

120. Szanto A. A new mandate for philanthropy? U.S. foundation support for international arts exchanges. URL: www.culturalpolicy.org

121. Taylor D. Rockefeller and the New World Religion. URL: http://www.oldthinkernews.com/?p=155

122. Taylor S. The Challenge of Multiculturalism In How Americans View the Past and the Future. URL: http://www.ihr.org/jhr/v12/v12p159_Taylor.html

123. The Dollar Glut. System in Crisis (1959–1971) / Money Matters: An IMF Exhibit – The Importance of Global Cooperation. URL: http://www.imf.org/external/np/exr/center/mm/eng/mm_sc_03.htm

124. The Egyptian Movement for Change (Kifaya). URL: http://www.globalsecurity.org/military/world/egypt/kifaya.htm

125. The First Transformation // CFR History. URL: http:// www.cfr.org/about/history/cfr/first_transformation.html

126. The History of Grand Lodge. URL: http://www.ugle.org.uk/what-is-freemasonry/history-of-freemasonry

127. The National Security Strategy: March 2006 // White House. URL: http://www.whitehouse.gov/nsc/nss/2006/index.html

128. The 59th Bilderberg Meeting in St. Moritz, Switzerland from 9–12 June 2011. URL: http://www.bilderbergmeetings.org/meeting_2011.html

129. 130. Thomas E., Barry J. A Plan Under Attack // Newsweek. – 07.04.2003. URL: http://europe.newsweek.com/plan-under-attack-134461?rm=eu

130. Todd W. Triffin’s Dilemma, Reserve Currencies, and Gold // American Institute for Economic Research. URL: http://www.aier.org/research/briefs/975-triffins-dilemma-reserve-currencies-and-gold

131. Trilateral Commission / Program of the 2011 Annual Meeting. Washington, DC; United States, April 8–10. URL: http://www.trilateral.org/go.cfm?do=File.View&fid=166

132. True М. Gene Sharp: Scholar of Strategic Nonviolence. URL: http://www.aeinstein.org

133. U.S. dubs Russia protests positive sign. URL: http://www.panarmenian.net/eng/news/86500

134. UN Backs New Global Currency Reserve // The Sunday Telegraph, – 29.03.2009. URL: http://www.news.com.au/business/story/0,27753,25255091-462,00.html

135. United States Code // Mutual and Cultural Exchange Program. URL: http://www2.ed.gov/about/offices/list/ope/iegps/fulb righthaysact.pdf 136. What is the Trilateral Commission? When and why was it formed? URL: http://www.trilateral.org/go.cfm?do=Page.View& pid=9#5

137. Who leads the Commission? URL: http://www.trilateral.org/go.cfm?do=Page.View&pid=9#5

138. 139. William J. Rogues’ gallery of EU founders // The New American. – 12.07.2004. URL: http://findarticles.com/p/articles/mi_m0JZS/is_14_20/ai_n25093084/pg_1?tag=artBody;col1

139. World Government / Stanford Encyclopedia of Philosophy. URL: http://plato.stanford.edu/entries/world-government

140. World’s Powerful Bilderberg Group Meets In St Moritz // Eurasia Review. – 9.06.2011. URL: http://www.swissinfo.ch/eng/world-s-most-powerful-group-meets-in-st-moritz/30416268

Примечания

1

Однако впервые американцы использовали тактику «бархатной революции» во время парламентских выборов в Италии в 1947 г. для нейтрализации потенциального успеха имевшей все шансы на победу Компартии Италии.

2

Larmer В. Machiavelli of Nonviolence. URL: http://www.csmonitor.com/1986/0616/asharp3.html

3

Ганди М.К. Моя жизнь. – М.: Наука, 1969. С. 559.

4

Название объясняется взглядами именитого физика А. Эйнштейна, который, будучи противником насилия во всех его формах, ратовал за ненасильственные методы в политической борьбе.

5

См.: Jacobs S. Gene Sharp, The 83 Year Old Who Toppled Egypt. URL: http://www.thedailybeast.com/blogs-and-stories/2011-02-14/genesharp-the-egyptian-revolts-prophet-of-nonviolence

6

По аналогии с серией «цветных революций» в Восточной Европе и на постсоветском пространстве тунисские события были названы экспертами «жасминовой революцией» (жасмин – символ Туниса), а египетские – «второй жасминовой революцией», что подчеркивало преемственность использованных технологий.

7

См.: Sharp G. There Are Realistic Alternatives. URL: http://www.aeins tein.org/organizations/org/TARA.pdf

8

Ibid.

9

Sharp G. From Dictatorship to Democracy. URL: http://www.aeinstein.org/wp-content/uploads/2013/09/FDTD.pdf

10

См.: True М. Gene Sharp: Scholar of Strategic Nonviolence. URL: http://www.aeinstein.org

11

Ивановский А. Время «сетевых революций». В США разрабатывается информационное оружие нового поколения // Столетие. 16.03.2011. Цит. по: Политическое цунами: Аналитика событий в Северной Африке и на Ближнем Востоке / Под ред. С. Кургиняна. – М.: МОФ ЭТЦ, 2011. С. 65.

12

См.: Rosenberg T. Revolution U. URL: http://foreignpolicy.com/2011/02/17/revolution-u-2/

13

См.: Развитие IТ-технологий в Тунисе. URL: http://revolution.allbest.ru/radio/00348902_0.html

14

См.: White G. This Is The Wikileaks That Sparked The Tunisian Crisis. URL: http://www.businessinsider.com/tunisia-wikileaks-2011-1

15

Kirkpatrick D., Sanger D. A Tunisian-Egyptian Link That Shook Arab History. URL: http://www.nytimes.com/2011/02/14/world/middleeast/14egypt-tunisia-protests.html?pagewanted=1&_r=1&ref=genesharp

16

См.: Stolberg S. Shy U.S. Intellectual Created Playbook Used in a Revolution. URL: http://www.nytimes.com/2011/02/17/world/middleeast/17sharp.html?_r=1&ref=genesharp

17

См.: The Egyptian Movement for Change (Kifaya). URL: http://www.globalsecurity.org/military/world/egypt/kifaya.htm

18

Kissinger: U.S. Will Appear Weak if Gadhafi Remains. URL: http://www.newsmax.com/InsideCover/HenryKissinger-Libya-BarackObama-MoammarGadhafi/2011/03/21/id/390253

19

См.: Bhalla R. Making Sense of the Syrian Crisis. URL: http://www.stratfor.com/weekly/20110504-making-sense-syrian-crisis?utm_source=GWeekly&utm_medium=email&utm_campaign=110505&utm_content=readmore&elq=021cfbcfb82641cc9e2ae7fd07d0ab32

20

Cм.: Gollust D. US Imposes New Sanctions Against Syria Over Crackdown. URL: http://www.voanews.com/english/news/middleeast/US-to-Freeze-Syrian-Officials-Assets-120976399.html

21

См.: Х. Клинтон: в руководстве Ирана идет борьба за власть. URL: http://www.bbc.co.uk/russian/international/2011/10/111027_clinton_iran_power_struggle.shtml

22

Госдеп назвал соцсети одним из основных инструментов внешней политики США. URL: http://vz.ru/news/2012/2/15/561728.html

23

Демократия и революции // Голос Америки. URL: http://www1.voanews.com/russian/news/a-33-2005-04-03-voa6.html

24

The National Security Strategy: March 2006 // White House. URL: http://www.whitehouse.gov/nsc/nss/2006/index.html

25

См.: Руссо Ж.-Ж. Об общественном договоре: Трактаты / Пер. с франц. – М.: Канон-пресс, 1998. С. 23.

26

См.: Левин И.Д. Суверенитет. – СПб: Юридический центр Пресс, 2003. С. 18.

27

Всеобщая декларация прав человека // Официальный сайт ООН. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/declhr.shtml

28

Цзы С. Искусство войны. – М.: Феникс, 2002. URL: http://milite ra.lib.ru/science/sun-tszy/01.html

29

Хомский Н. Государства-изгои. Право сильного в мировой политике. – М.: Логос, 2003. С. 63.

30

Кара-Мурза С.Г. Революции на экспорт. – М.: Эксмо, 2006. С. 199.

31

Кара-Мурза С.Г. Революции на экспорт. – М.: Эксмо, 2006. С. 204.

32

Henry Kissinger: If You Can’t Hear the Drums of War You Must Be Deaf. URL: http://www.globalresearch.ca/accurate-satire-henry-kissinger-if-you-can-t-hear-the-drums-of-war-you-must-be-deaf/28610

33

Engdahl W. A Century of War: Anglo-American Oil Politics and the New World Order. – London: Pluto, 2004. Р. 272.

34

Ibid.

35

Chauprade A. Chronique du choc des civilisations. – P.: Chronique-Dargaud, 2009. P. 93.

36

Кара-Мурза С.Г. Указ. соч. С. 208.

37

См.: Курылев К.П. Взгляды и деятельность В.Ф. Януковича в отношении сотрудничества Украины с НАТО // Новая архитектура безопасности в Европе: Материалы круглого стола, 2 марта 2011 г. – Видное: Вымпел, 2011. С. 33–51.

38

Оранжевые сети: от Белграда до Бишкека / Отв. ред. Н.А. Нарочницкая. – СПб.: Алетейя, 2008. С. 95.

39

Кара-Мурза С.Г. Указ. соч. С. 240.

40

Cм.: Шарп Дж. 198 методов ненасильственных действий. URL: http://www.aeinstein.org/wp-content/uploads/2013/10/The-198-Methods-of-Nonviolent-Action-Russian-.pdf

41

Там же.

42

См.: Курылев К.П. Украинско-российские отношения в контексте интеграции Украины в ЕС // Двадцать лет современной внешней политики России. – Видное: Финист-А, 2011. С. 7–19.

43

См.: Radyuhin V. Moscow and Multipolarity // The Hindu. Thursday. – Dec. 30, 2004.

44

См.: Шарп Дж. 198 методов ненасильственных действий. URL: http://www.aeinstein.org/wp-content/uploads/2013/10/The-198-Methods-of-Nonviolent-Action-Russian-.pdf

45

Дунаевский И. Коктейли Молотова и гранты // Российская газета. URL: http://www.rg.ru/2014/04/07/politolog-site.html

46

Интервью экс-главы Службы безопасности Украины А. Якименко телеканалу «Россия 1». URL: http://www.vesti.ru/only_video.html?vid= 584284

47

См.: Кто владеет украинскими телеканалами. URL: http://finance.bigmir.net/news/economics/28744-Kto-vladeet-ukrainskimi-telekanalami-INFOGRAFIKA

48

Соглашение об ассоциации между Европейским союзом и государствами – членами Европейского союза, с одной стороны, и Украиной, с другой стороны. С. 7, 17. URL: http://www.glazev.ru/upload/iblock/Ukrain_EU(rus). pdf

49

См.: Краткие итоги взаимной торговли товарами и услугами России и Украины за 2013 г. // Министерство экономического развития РФ. URL: http://www.ved.gov.ru/exportcountries/ua/ua_ru_relations/ua_ru_trade

50

Заявление члена Европейской Комиссии Штефана Фюле касательно давления, оказываемого Россией на страны Восточного партнерства (12.09.2013) / Представительство Европейского союза в России. URL: http://eeas.europa.eu/delegations/russia/press_corner/archives/archive_2013_ru.htm

51

См.: Евромайдан и онлайн: как сторонники и противники Евромайдана используют социальные сети. URL: http://www.towave.ru/pub/evromaidan-i-onlain-kak-sotsialnye-seti-ispolzuyut-storonniki-i-protivniki-evromaidana.html

52

См.: Hromadske.tv: Головна сторінка. URL: http://hromadske.tv; Еспресо TV. URL: http://espreso.tv

53

См.: Как устроено «Громадське. ТВ»: цифры, деньги, люди. URL: http://ain.ua/2014/02/06/511834

54

Как можно заработать на интернет-телевидении в Украине. URL: http://forbes.ua/business/1363442-kak-mozhno-zarabotat-na-internet-televide nii-v-ukraine/1363474#cut

55

См.: Шарп Дж. 198 методов ненасильственных действий // Институт Альберта Эйнштейна. URL: http://www.aeinstein.org/wp-content/uploads/2013/10/The-198-Methods-of-Nonviolent-Action-Russian-.pdf

56

См.: Неймырок Д. Евромайдан – начало. URL: http://www.mediaport.ua/evromaydan

57

См.: Евромайдан повысил рейтинги украинских телеканалов. URL: http://vlasti.net/news/182250

58

Вече (общеславянское; от славянского вѣтъ – совет) – народное собрание в древней и средневековой Руси – и у всех народов славянского происхождения до образования государственной власти раннефеодального общества – для обсуждения общих дел и непосредственного решения насущных вопросов общественной, политической и культурной жизни; одна из исторических форм прямой демократии на территории славянских государств. Участниками вече могли быть мужи – главы всех свободных семейств сообщества (племени, рода, поселения, княжества).

59

Crimée, Ukraine, Europe, euro: les peuples sont-ils maîtres de leur destin? URL: http://www.france2.fr/emissions/ce-soir-ou-jamais/le-debat-crimee-ukraine-europe-euro-les-peuples-sont-ils-maitres-de-leur-destin

60

Шабага А.В. Исторический субъект в поисках своего Я. – М.: РУДН, 2009. С. 408, 409.

61

См.: Курылев К.П. Фактор Украины в обеспечении международной безопасности: региональный и глобальный уровни // Вестник РУДН. Серия «Международные отношения». – 2014. № 2.С. 18.

62

См.: Цатурян С.А., Джавлах К.С. Украина 2014: техника и предварительные итоги государственного переворота // Тренды и управление. – 2014. № 1.С. 42–50.

63

См.: U.S. dubs Russia protests positive sign. URL: http://www.panarmenian.net/eng/news/86500

64

Рокфеллер Д. Клуб банкиров. – М.: Алгоритм, 2013. С. 67.

65

См.: Пономарева Е.Г. Современность: тайноявное политических переворотов // De Aenigmate. О Тайне: сборник научных трудов / Сост. А.И. Фурсов. – М.: Товарищество научных изданий КМК, 2015. С. 471.

66

См.: Hale H.E. Democracy or autocracy on the march? The colored revolutions as normal dynamics of patronal presidentialism // Communist and Post-Communist Studies. – 2006. Vol. 39. № 3.P. 305–329.

67

См.: Nye J. Soft Power: The Means to Success in World Politics. – N.Y.: Public Affairs Group, 2004.

68

См.: Пономарева Е.Г. Современность: тайноявное политических переворотов // De Aenigmate. О Тайне: сборник научных трудов / Сост. А.И. Фурсов. – М.: Товарищество научных изданий КМК, 2015. С. 509.

69

Там же. С. 480.

70

Cм.: Filiu J.-P. The Arab Revolution. Ten Lessons from the Democratic Uprising. – London: Hurst & Co, 2011.

71

http://isip.su/ru/analytics/4

72

http://isip.su/ru/analytics/3

73

http://isip.su/ru/analytics/2

74

См.: Русский мир сужается. URL: http://www.apn.ru/news/article18785.htm

75

См.: Старчак М.А. Российское образование на русском языке как фактор влияния России в Центральной Азии: что происходит и что делать. URL: http://www.russkiymir.ru/publications/190915/

76

См.: Старчак М.А. Указ. соч.

77

Встреча Д.А. Медведева с выпускниками советских и российских вузов. URL: http://www.kremlin.ru/transcripts/9386

78

См.: Основные направления работы МИД России по развитию культурных связей с зарубежными странами: приказ МИД России от 23 февраля 2001 г. URL: www.mid.ru

79

См.: Ширяев Б.А. Внешняя политика США. Принципы. Механизмы. Методы. – СПб: Изд-во СПбГУ, 2007. С. 260–261.

80

Cм.: Долинский А.В. Практические вопросы оптимизации российской публичной дипломатии. URL: http://www.russkiymir.ru/analytics/tables/news/119896/

81

Долинский А.В. Указ. соч.

82

См.: Соловьев В. Содружество независимых инноваций // Коммерсант. – 16 ноября 2010 г. № 211.

83

Бьюкенен П. Смерть Запада. – М.: АСТ, 2004. С. 33–34.

84

Там же.

85

См.: Что такое «План Даллеса»? URL: http://www.sakva.ru/Nick/NSC_20_1R.html

86

Послание президента России Владимира Путина Федеральному собранию: 2000 год. URL: http://www.intelros.ru/2007/01/17/poslanie_prezidenta_rossii_vladimira_putina_federalnomu_sobraniju_rf_2000_god.html

87

См.: Рождаемость в 2014 г. оказалась рекордной в истории современной России // РБК-Новости. URL: http://www.rbc.ru/rbcfreenews/54d245c89a794782e6f66866 (дата обращения: 23.03.2015).

88

Бьюкенен П. Указ. соч. С. 34.

89

Выступая на конференции министров социального блока стран Совета Европы по социальному сплочению в феврале 2009 г., председатель правительства России В.В. Путин отметил, что «пока складывающаяся тенденция (в сфере демографии) обнадеживает». Он напомнил, что в 2008 г. в России родились 1,7 млн детей, что на 7 % больше, чем в 2007 г., сказав, что «это, в том числе, и результат мер по стимулированию рождаемости, которые были предприняты в последние годы, таких как существенное повышение семейных пособий, введение специальной выплаты – “материнского капитала” – для женщин, родивших двух и более детей, а также ускоренное решение жилищных проблем молодых семей». «Во многом изменилась и сама общественная атмосфера, возросли престиж и популярность семейных ценностей и материнства», – отметил глава российского правительства. URL: http://novopol.ru/putin-demograficheskaya-tendentsiya-v-rossii-obnadeji-text62611.html

90

Николаи В. Тайные силы: Интернациональный шпионаж и борьба с ним во время мировой войны и в настоящее время: Сб. – Киев: Княгиня Ольга, 2005. – URL: http://militera.lib.ru/h/nicolai_w/01.html (дата обращения: 05.10.2015).

91

«О роли военной силы в современных конфликтах»: Тезисы выступления начальника Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации генерала армии В.В. Герасимова на III Московской конференции по международной безопасности MCIS-2014 // Официальный сайт Министерства обороны РФ. URL: http://function.mil.ru/news_page/country/more.htm?id=11929743%40egNews&m (дата обращения: 05.10.2015).

92

«О роли военной силы в современных конфликтах»: Тезисы выступления начальника Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации генерала армии В.В. Герасимова на III Московской конференции по международной безопасности MCIS-2014 // Официальный сайт Министерства обороны РФ. URL: http://function.mil.ru/news_ page/country/more.htm?id=11929743%40egNews&m (дата обращения: 05.10.2015).

93

Глазьев С. Украинская катастрофа: от американской агрессии к мировой войне? («Коллекция Изборского клуба»). – М., 2015. С. 92–93.

94

Final report of the Select Committee to Study Governmental Operations with Respect to Intelligence Activities. United States. Congress. Senate. – Washington, 1976. Vol. 4.Р. 26.

95

Дундуков М.Ю. Разведка в государственном механизме США. – М.: Кучково поле, 2008. С. 215.

96

Дроздов Ю.И. Вымысел исключен: Записки начальника нелегальной разведки. – М.: Артстиль-полиграфия, 2009. С. 145.

97

Дундуков М.Ю. Указ. соч. С. 351.

98

История российской внешней разведки: Очерки: В 6 т. Т. VI: 1966–2005 годы. – М.: Международные отношения, 2014. С. 19.

99

Там же.

100

Задачи и программы национальной безопасности США. NSC 68, 14 апреля 1950 г. Совершенно секретно. NSC 68. A report to the National Security Council by the executive secretary on United States objectives and programs for national security. April 14, 1950. Top Secret. – 9 p. URL: https://www.trumanlibrary.org/whistlestop/study_collections/coldwar/documents/pdf/10-1.pdf (дата обращения: 05.10.2015).

101

Яковлев Н.Н. ЦРУ против СССР. – М.: Правда, 1983. С. 65.

102

Красильников Р.С. Новые крестоносцы. ЦРУ и перестройка. – М.: ОЛМА-ПРЕСС; Образование, 2003. С. 337.

103

Бобков Ф.Д. Последние двадцать лет: Записки начальника политической контрразведки. – М.: Русское слово, 2006. С. 116.

104

Agee P. Inside the Company: CIA diary, 1975. Р. 63.

105

Ibid.

106

Красильников Р. Призраки с улицы Чайковского. Шпионские акции ЦРУ США в Советском Союзе и Российской Федерации в 1979–1992 годах. – М.: ГЕЯ ИТЭРУМ, 1999. С. 237.

107

Callanan J. Covert Action in the Cold War: US Policy, Intelligence and CIA Operations (International Library of Twentieth Century History). – I.B. Tauris, 2010. Р. 32.

108

См.: Weiner T. Legacy of Ashes: The History of the CIA. Doubleday. – N.Y., 2007. Р. 27.

109

Дроздов Ю.И. Вымысел исключен: Записки начальника нелегальной разведки. – М.: Артстиль-полиграфия, 2009. С. 146.

110

Cм.: Snider L.B. Congress and the CIA. Intelligence and Counterintelligence Studies Series. Nova Science Publishers Inc. – N.Y., 2009. Р. 168.

111

Бобков Ф.Д. Как готовили предателей: Начальник политической контрразведки свидетельствует. – М.: Эксмо, Алгоритм, 2011. С. 157.

112

Хлобустов О.М. КГБ СССР 1954–1991 гг. Тайны гибели Великой державы. – М.: Аква-Терм, 2012. С. 82.

113

Крючков В.А. Личное дело. Ч.2. – М., 1996. С. 389–390.

114

Крючков В.А. Личное дело. Ч.2. – М., 1996. С. 389–390.

115

Широнин В. Агенты перестройки. Рассекреченное досье КГБ. – М.: Эксмо, Алгоритм, 2010. С. 43.

116

Шебаршин Л.В. Рука Москвы: Записки начальника советской разведки. – М.: Центр-100, 1992. URL: http://lib.ru/MEMUARY/SHEBARSHIN/rukamoskwy.txt (дата обращения: 05.10.2015).

117

«Глобальная безопасность и региональная стабильность»: Тезисы выступления министра обороны Российской Федерации генерала армии С.К. Шойгу на пленарном заседании конференции по международной безопасности. Официальный сайт Министерства обороны РФ. URL: http://function.mil.ru/news_page/country/more.htm?id=11929740%40egNews (дата обращения: 05.10.2015).

118

Официальный сайт Президента РФ: Военная доктрина РФ. Редакция от 26.12.2014. URL: http://static.kremlin.ru/media/events/files/41d527556bec8deb3530.pdf (дата обращения: 05.10.2015).

119

Там же.

120

Красильников Р. КГБ против МИ-6. Охотники за шпионами. – М., 2000. С. 263.

121

Пономарева Е.Г. Секреты «цветных революций»: Современные технологии смены политических режимов. Ч. 3 // Свободная мысль. – 2012. № 5–6. С. 43–59.

122

Попенко В. Секретные инструкции ЦРУ и КГБ по сбору фактов, конспирации и дезинформации. – М., 2014. С. 55.

123

Там же.

124

Илларионов С.И. Стратегия и тактика политических диверсантов. – М., 2005. С. 18.

125

Шарп Дж. От диктатуры к демократии: Стратегия и тактика освобождения / Пер. с англ. Н. Козловской. – М.: Новое издательство, 2005. С. 16.

126

Бобков Ф.Д. Последние двадцать лет: Записки начальника политической контрразведки. – М.: Русское слово, 2006. С. 62.

127

Loch K.J. Strategic Intelligence: Understanding the Hidden Side of Government. Р. 34.

128

Crane B. Anatomy of Revolution. – N.Y.: Vintage Books, 1952. Р. 45.

129

Цветкова Н.А. Cultural imperialism: международная образовательная политика США в годы «холодной войны». – СПб: Изд-во СПбГУ, 2006. С. 80–81.

130

Там же. С. 113.

131

Яковлев Н.Н. ЦРУ против СССР. – М.: Правда, 1983. С. 65.

132

Бобков Ф.Д. Как готовили предателей: Начальник политической контрразведки свидетельствует. – М.: Эксмо; Алгоритм, 2011. С. 157.

133

Строгецкий В.М. Основы культурологии: Учеб. пособие. – М.; Берлин: Директ-Медиа, 2014. С. 92.

134

Шаваев А.Г., Лекарев С.В. Разведка и контрразведка: Фрагменты мирового опыта и теории. – М.: БДЦ пресс, 2003. С.6.

135

Кеннан Дж. Дипломатия Второй мировой войны глазами американского посла в СССР Дж. Кеннана. – М.: Центрполиграф, 2002. URL: http://militera.lib.ru/memo/usa/kennan/21.html (дата обращения: 26.10.2015).

136

См.: Хантингтон С. Политический порядок в меняющихся обществах. – М.: Прогресс-Традиция, 2004. С. 40.

137

Официальный сайт РИСИ: Цивилизация Россия. URL: http://riss.ru/smi/11416 (дата обращения: 27.10.2015).

138

Елизаров А. Контрразведка. ФСБ против ведущих разведок мира. – М.: Гелеос, 2000. С. 125–126.

139

Кубышкин А.И., Цветкова Н.А. Публичная дипломатия США: Учеб. пособие для вузов. – М.: Аспект Пресс, 2013. С. 143–144.

140

Кубышкин А.И., Цветкова Н.А. Публичная дипломатия США: Учеб. пособие для вузов. – М.: Аспект Пресс, 2013. С. 147–149.

141

Елизаров А. Контрразведка. ФСБ против ведущих разведок мира. – М.: Гелеос, 2000. С. 126.

142

Федоровских А.А. «Цветная революция» как разновидность государственного переворота: административный ресурс бюрократии versus манипулятивной демократии групп давления // Вопросы управления. – 2015. № 1.С. 7–17. URL: http://cyberleninka.ru/article/n/tsvetnaya-revolyutsiya-kak-raznovidnost-gosudarstvennogo-perevorota-administrativnyy-resurs-byurokratii-versus-manipulyativnoy (дата обращения: 27.10.2015).

143

Митрошенков О.А. Смена идентичности как социокультурный проект: управленческие контексты (социально-философский анализ) // Вопросы социальной теории. – 2011. Т.V. С. 241–261, 258.

144

См.: Стратегия России в БРИКС: цели и инструменты: Сб. ст. / Под ред. В.А. Никонова, Г.Д. Толорая. – М.: РУДН, 2013. С.6.

145

См.: Кобринская И. Российская внешняя политика: Традиционные векторы в новой геополитической ситуации // ПОНАРС Евразия, Аналитическая записка. – 2014. № 340. С.2.

146

Там же.

147

См.: Пономарева Е.Г. Секреты «цветных революций»: Современные технологии смены политических режимов // Свободная мысль. – 2012. № 3–4. С. 51.

148

См.: Пономарева Е.Г. Секреты «цветных революций»: Современные технологии смены политических режимов // Свободная мысль. – 2012. № 3–4.

149

http://rg.ru/2014/10/24/putin.html

150

Белая лента стала символом выражения недоверия официальным результатам выборов в Государственную Думу РФ, состоявшихся 4 декабря 2011 г., и выборов президента России, проведенных 4 марта 2012 г., на которых Владимир Путин, по данным Центризбиркома, победил в первом туре. С 7 декабря 2011 г. в России и других странах проходят акции с использованием белой ленты, чтобы выразить несогласие с официальными итогами выборов. Акции с использованием белой ленты проходят под лозунгом «За честные выборы! За честную власть!».

151

См.: Манойло А. Цветные революции и проблемы демонтажа политических режимов в меняющемся мире // Вестник МГОУ. – 2014. № 2.С. 1–14. URL: www.evestnik-mgou.ru

152

См.: Происшествия // Зарубежное военное обозрение. – 2011. № 8 (773).

153

См.: Генштаб: В событиях на Украине участвовали частные военные компании // Взгляд. URL: http://vz.ru/news/2014/5/23/688101.html (дата обращения: 18.11.2014).

154

См.: В ООН принята резолюция против героизации нацизма // Вести. URL http://www.vesti.ru/doc.html?id=2142902 (дата обращения: 24.11. 2014).

155

См.: Литва и НАТО обсудили Россию-«террориста» // ИноTV. URL: http://russian.rt.com/inotv/2014-11-22/Litva-i-NATO-obsudili-Rossiyu-terrorista (дата обращения: 24.11.2014).

156

Кредит на Мировую войну Гитлер взял у Америки // Свободная пресса. URL: http://svpressa.ru/war/article/13438 (дата обращения: 20.11.2014).

157

Там же.

158

См.: Стариков Н. Украина, хаос и революция доллара. – СПб: Питер, 2014.

159

См.: Стариков Н. Украина, хаос и революция доллара. – СПб: Питер, 2014; Санкции ЕС против России вступили в силу (обновлено) // LB.ua. URL: http://lb.ua/news/2014/09/12/279132_sanktsii_es_protiv_rossii_vstupili.html (дата обращения: 17.11.2014).

160

Инвестфорумы в России отменяют из-за Украины // BBC Русская служба. URL: http://www.bbc.co.uk/russian/business/2014/03/140313_russia_investment_ukraine_sanctions.shtml (дата обращения: 17.11.2014).

161

Госдеп: Украинские войска не обстреливали территорию России // Lifenews. URL: http://lifenews.ru/news/137316 (дата обращения: 20.11. 2014).

162

Украинские туристы-беженцы в горах Ростова: как Джен Псаки стала случайной жертвой «пропаганды» // Московский комсомолец. URL: http://www.mk.ru/politics/2014/06/20/ukrainskie-turistybezhency-v-gorakh-rostova-kak-dzhen-psaki-stala-sluchaynoy-zhertvoy-propagandy.html (дата обращения: 17.11.2014).

163

См.: Лавров: Речь Обамы на сессии Генеральной Ассамблеи ООН миротворческой не получилась // Росбалт. URL: http://www.rosbalt.ru/main/2014/09/24/1319182.html (дата обращения: 17.11.2014).

164

См.: Филимонов Г. Актуальные вопросы формирования российского потенциала «мягкой силы» // Персональная страница. URL: http://www.georgefilimonov.com/articles/georgefilimonov-comments-12/ (дата обращения: 20.11.2014).

165

Бжезинский З. Русский архипелаг. URL: http://www.archipelag.ru/authors/brzezinski/?library=430 (дата обращения 24.11.2014).

166

См.: Филимонов Г. Внешняя политика США: технологии формирования «параллельной реальности» // ИА REX. URL: http://www.iarex.ru/articles/51243.html (дата обращения: 24.11.2014).

167

https://antimaidan.ru/article/602

168

https://antimaidan.ru/article/1233

169

https://antimaidan.ru/article/629

170

https://antimaidan.ru/article/1285

171

https://antimaidan.ru/article/1281

172

https://antimaidan.ru/article/1272

173

https://antimaidan.ru/article/1820

174

https://antimaidan.ru/article/2431

175

https://antimaidan.ru/article/2460

176

https://antimaidan.ru/article/2476

177

https://antimaidan.ru/article/2479

178

https://antimaidan.ru/article/2495

179

https://antimaidan.ru/article/2629

180

https://antimaidan.ru/article/2725

181

https://antimaidan.ru/article/2898

182

http://svpressa.ru/world/article/132179

183

«Исламское государство» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 г. было признано террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.

184

http://svpressa.ru/politic/article/132686

185

https://antimaidan.ru/article/3016

186

http://svpressa.ru/politic/article/134063

187

http://svpressa.ru/politic/article/134504

188

https://antimaidan.ru/news/4507

189

http://www.nakanune.ru/articles/111204

190

https://antimaidan.ru/article/4600

191

https://antimaidan.ru/article/5228

192

Свиньи (англ.).

Content

Г. Филимонов, Н. Данюк, М. Юраков
Переворот

Введение

Глава 1 «Цветные революции»: современные технологии демонтажа политических режимов

1.1. «Цветные революции» и социальные сети

1.2. Технологии ненасильственного сопротивления во внешнеполитической стратегии США

1.3. Проблемы демонтажа политических режимов в меняющемся мире

Глава 2 Технологии государственных переворотов

2.1. Методы реализации «цветных революций»

2.2. Этапы «цветной революции»

2.3. Методы, способы и приемы воздействия

2.4. Влияние силового фактора и привлечение силовых структур

2.5. Провоцирование силовых структур на насилие

2.6. Применение силовых структур

2.7. Применение информационной составляющей

2.8. Создание территориального анклава и ненасильственная оккупация территории

2.9. Молодежные организации

2.10. Разжигание национально-этнических противоречий

2.11. Маркетинг, или продвижение бренда «цветной революции»

2.12. Финансирование

2.13. Выводы

Глава 3 Западные сценарии выборов

3.1. Западные сценарии выборов

3.2. Состоявшиеся государственные перевороты

3.2.1. Грузия. «Революция роз». 2003 г

3.2.2. Украина. «Оранжевая революция». 2004 г

3.2.3. Киргизия. «Тюльпановая революция». 2005 г

3.2.4. Молдавия. «Твиттерная революция». 2009 г

3.3. Несостоявшиеся государственные перевороты

3.3.1. Белоруссия. 2006 г

3.3.2. Армения. 2008 г

3.3.3. Регионы России в планах оппозиции

3.4. Выводы

Глава 4 Геополитика и геоэкономика «цветных революций»

4.1. Геополитика

4.1.1. Технологии «цветных революций» как инструмент геополитики

4.1.2. Пространство СНГ

4.1.3. Славянский треугольник (Россия, Украина, Белоруссия)

4.1.4. Центральная Азия и Южный Кавказ

4.1.5. Ближний Восток и Север Африки

4.1.6. Россия и Китай

4.1.7. Выводы

4.2. Геоэкономика

4.2.1. Угроза глобальной гегемонии США (финансово-экономические аспекты)

4.2.2. Сохранение нефтедолларового мира

4.2.3. Сирийский кризис и регион Ближнего и Среднего Востока

4.2.4. Выводы

Глава 5 Вызов с Запада и ответ России

5.1. Стратегия формирования российского потенциала «мягкой силы»

5.2. К концепции национальной культурной безопасности России

5.3. Политическая агентура США как инструмент демонтажа режимов

5.4. Роль политической агентуры в подрыве культурной гегемонии государств

Глава 6 Украинский кризис: механизм мирового конфликта нового типа

6.1. Роль украинского кризиса в переформатировании мироустройства: взгляд из России

6.2. Украинский кризис в зеркале американской внешнеполитической стратегии

Приложение Статьи и комментарии Георгия Филимонова

Информационная война выходит на новый уровень

Процесс перехода Украины под внешнее управление еще не завершен

Убийство Олеся Бузины

В Македонии на Антимайдан вышли 100 тыс. человек

Сохранение русского языка является государственной сверхзадачей

Наши ультралибералы заигрались, попали в штопор истерик

Американские войска не будут воевать за Украину

Американские журналисты назвали «Национальный фонд в поддержку демократии» глобальным интриганом

США разворачивают проект по информационной войне с РФ в Прибалтике

РБК и «Дождь» на службе у западной пропаганды

Г. Филимонов: «Расовый майдан»: как власти США борются с протестами в Фергюсоне?

Спасибо президенту за то, что он так вовремя подписал закон о нежелательных организациях

Протесты в Кишиневе. Экспертное мнение

Комментарий Г. Филимонова о поездке Дж. Теффта во Владивосток

Г. Филимонов о просьбе Саудовской Аравии прекратить бомбардировки ИГ

Миграция разворачивает Европу лицом к фашизму

Импорт политического авторитета

Г. Филимонов: Россия в уме, Сирия – на языке: оговорки по-американски

Г. Филимонов: США и ЕС «зачищают» Молдавию

Г. Филимонов: «Майдан» в Средней Азии готовится по образцу Сирии и Ирака: о революционных технологиях нашего времени

Путин подчеркнул необходимость работы российских СМИ за рубежом

Г. Филимонов: Нет мягкой и жесткой силы, есть внешняя политика США (доклад на конференции в УрФУ)

Г. Филимонов: Народ гордится своей страной и ее лидером

Г. Филимонов: США ослабляют Евросоюз, чтобы оставаться «градом на холме»

Заключение

POST SCRIPTUM

Библиография

Документы

Научные издания

Периодические издания

Интернет-источники

Примечания