Барбара Уоллес

Время быть собой

Глава 1

— Кажется, наш босс снова засветился!

Свежий утренний выпуск газеты упал на рабочий стол Делии Джерман, и только что аккуратно разложенные по стопкам документы разлетелись в разные стороны.

Делия добродушно взглянула на двух женщин:

— Кому-то из нас следует приступить к работе.

— А еще очень хочется напомнить: сейчас всего лишь половина восьмого утра, и в офисе, кроме нас, пока никого нет, — ответила Хлоя Абрамс. Не дожидаясь приглашения, она и Кларисса Бойд подвинули к столу пару стульев и присели. — Кстати, мы принесли кофе!

— Я вас просто обожаю! — воскликнула Делия. — Вы даже не представляете, как мне сейчас это нужно!

— Ну конечно, мы можем лишь догадываться, — усмехнулась Кларисса. — Как ты? Мы не видели тебя целую неделю. Ты все еще работаешь с тем самым супервыгодным клиентом?

— Ты имеешь в виду Джима Бартлетта? Нет, сейчас нет, — ответила Делия. За последние две недели работа с этим потенциальным клиентом выжала из нее немало сил. Быстрым движением Делия сорвала крышку со стаканчика и с наслаждением вдохнула аромат кофе: — Вы мои спасители!

Хлоя и Кларисса стали ее лучшими подругами с той самой первой корпоративной вечеринки четыре года назад. Надо признать, Делия и представить себе не могла, как бы она справилась со своим переездом в Нью-Йорк без них.

— Для этого и нужны друзья, верно? Чтобы снабжать друг друга отменным кофеином, особенно когда ты так заработалась, — ответила Хлоя. — Во сколько же ты пришла сегодня на работу?

— Ну, не так уж и давно, в половине седьмого или в семь…

— Делия, зачем же так изматывать себя? Есть более простые способы произвести впечатление на босса, чем приходить на работу засветло. — Хлоя покачала головой.

— Я не пытаюсь ни на кого произвести впечатление! — тут же парировала Делия. — И вообще… кто бы говорил! Вы сами пришли сегодня ни свет ни заря!

— Для меня это единственное время, когда я могу спокойно посидеть в Интернете и хоть что-то спланировать для свадьбы. Том просто оккупировал ноутбук дома, — сказала Кларисса. — И сегодня я собираюсь посмотреть модели свадебных платьев.

— А мне нравится утром немного посидеть в кафетерии, — заметила Хлоя.

— Ну да, точно! И заодно пофлиртовать с симпатичным барристером, — съязвила Кларисса.

— Ты просто завидуешь, потому что он был очень мил со мной и дал мне в качестве бонуса самый большой… стакан капучино!

— Ох, я бы могла сейчас отпустить такую шутку по этому поводу!

— Пожалуйста, не надо! — усмехнулась Делия. — А то в голову лезут разные образы!

Кстати об образах…

Она потянулась к газете, которую Хлоя бросила ей на стол. Несомненно, на первой же полосе был Саймон Картрайт, и не один, а в обнимку с очередной сногсшибательной блондинкой.

— «Снова Фанни Смайт!» — прочла Хлоя заголовок через плечо Делии. — Что ж, надо признать, она продержалась хоть сколько-нибудь…

— Два месяца, — уточнила Делия.

Дольше, чем большинство остальных девушек. Их босс коллекционировал разбитые сердца — так же, как бабушка Делии коллекционировала сувенирные серебряные ложечки. Топ-модели, актрисы — нескончаемый поток красоты. Делия внимательно посмотрела на черно-белый снимок. Уж на нее Саймон никогда не обратит свое внимание, ведь он красив, умен, харизматичен, богат. В общем, мечта любой женщины. А она… Да ее ноутбук скорее вызовет в нем куда больший интерес, чем она сама!

— О, посмотрите, вот тут объявление о той самой свадебной выставке, про которую я вам рассказывала! — воскликнула Кларисса, тыча пальцем в газету. — Вы ведь не забыли, что идете со мной?

— Нам это правда обязательно? — устало вздохнула Хлоя.

Со дня помолвки Клариссы с ее бойфрендом, биржевым маклером, она целыми днями твердила только о свадьбе.

— Разумеется! Вы же подружки невесты. Кроме того, это будет весело. Мы можем подобрать платья для вас.

— Ну а что произошло с теми, которые ты все утро разглядывала в онлайн-каталоге? Уже разонравились? — спросила Хлоя.

— Я надеюсь, это происходило не в рабочее время? — раздался мужской голос.

Все три девушки вздрогнули. Делия быстро спрятала газету. Саймон Картрайт стоял, прислонившись к перегородке между офисными столами, скрестив руки на широкой груди. Как это было каждое утро, пульс Делии от одного его вида приобрел бешеный ритм.

Нельзя было сказать, будто Саймон был эталоном красоты, но его чувственные губы и правильный нос были словно высечены из камня. Фигура его отличалась стройностью, безупречные костюмы идеально на нем сидели. Сегодня на Саймоне был голубовато-серый костюм, поверх которого накинута легкая куртка. Короткие волосы на его шее были еще влажными — он явно только что из бассейна. Саймон приобрел эту привычку еще в колледже, когда занимался плаванием.

— Доброе утро, дамы! Если бы я знал, что тут устраивается девичник, то непременно прихватил бы пирожные.

— Мы просто решили выпить кофе перед началом рабочего дня, — ответила Делия.

— Как интересно! Хотелось бы знать, что еще происходит в офисе в мое отсутствие? Кстати… — Он повернулся к Клариссе: — Как идет подготовка к свадьбе, мисс Бойд?

— Очень хорошо, спасибо.

— Сервер компании не обвалился, пока вы яростно искали идеальное свадебное платье?

— Я… э-э-э… нет… — Щеки Клариссы побагровели, а сапфировые глаза Саймона хитро сверкнули.

— Рад это слышать. — Он обратил свое внимание на Делию: — Когда допьете свой кофе, прошу вас зайти ко мне в кабинет, Делия. Вы мне нужны.

«Вы мне нужны».

Конечно же он имел в виду всего лишь работу, но когда он произнес эту фразу своим чудесным бархатным голосом, в животе у Делии запорхали бабочки. Она была безнадежно влюблена в своего босса уже давно, а если Хлоя или Кларисса узнают ее маленькую тайну, все пойдет прахом. Но, к счастью, Делия пока тщательно скрывала свои чувства.

Привычным жестом она заправила за ухо выбившуюся прядь волос и произнесла:

— Конечно, буду через минуту.

— Кое-кто сегодня пребывает в отличном настроении, — отметила Хлоя, когда босс удалился. — Смею предположить, вчерашняя ночь у него удалась.

— Может быть, — грустно кивнула Делия. Как правило, она предпочитала не говорить о романтических похождениях Саймона. Схватив папку с документами со стола, она заявила: — В любом случае нам всем пора вернуться к работе. Посплетничать успеем и за обедом.

Офис «СМТ» занимал два этажа бизнес-центра на Мэдисон-авеню. На первом этаже были размещены бухгалтерия и отдел СМИ. Креативная служба и отдел по связям с клиентами, подразделение Делии, занимали большую часть второго этажа. Кабинет Саймона, руководителя агентства, располагался в задней части и занимал наиболее выгодное положение.

Саймон стоял в своем роскошном современном кабинете около огромного окна и смотрел на Мэдисон-авеню.

Делия уверенным движением расправила складки на блузке, пригладила челку и зашла в его кабинет:

— Вы хотели меня видеть?

В последнее время она старалась выбирать одежду ярких цветов, чтобы выглядеть немного свежее. Сегодня на ней была блузка из малинового атласа с короткими рукавами.

Саймон обернулся:

— Джим Бартлетт остановил свой выбор на двух агентствах. Нашем и «Медиатопик».

— Восхитительно, — произнесла Делия.

Она прекрасно знала, сколько сил им пришлось потратить на то, чтобы этого добиться. С тех пор как знаменитый пивовар объявил, что он ищет новое рекламное агентство, Саймон и Делия, да и добрая половина сотрудников из агентства, принялась за работу, чтобы только заполучить этого клиента.

— Когда он намеревается принять окончательное решение?

— До конца следующей недели.

Даже раньше, чем они могли предположить. Тогда почему на его лице не играет довольная улыбка, как обычно бывает, когда дела в офисе идут в гору? Хорошее настроение босса, о котором упомянула Хлоя, как рукой сняло.

— У нас какие-то проблемы? — спросила Делия. — Ваш голос звучит не очень радостно.

— К сожалению, у меня немного болит голова. Прошлая ночь была… — К счастью, он не стал продолжать и сел за свой рабочий стол. — Что касается Бартлетта, для нас время открывать шампанское пока не настало. Нам нужно преодолеть еще одно препятствие.

— Что это за препятствие? — Делия без сил опустилась в кресло напротив Саймона.

Если он сейчас попросит ее сделать очередную презентацию на компьютере, она сойдет с ума.

— Судя по всему, Джим хочет чуть ближе познакомиться с кандидатами. Побеседовать, так сказать, в неформальной обстановке, прежде чем принимать окончательное решение. Агентство, которое ему понравится больше, и выиграет.

— И это все? Что-то не похоже на непреодолимое препятствие.

— Не стоит быть столь самонадеянными.

— Может быть, но в очаровании Роберт Монтойя явно вам проигрывает.

Делия знала: этот человек сможет продать даже крысиный яд самим крысам, если только захочет.

Саймон улыбнулся:

— Ты явно льстишь, Делия, но мне это нравится.

— Так что нужно делать? Что там будет?

— Ужин в Бостоне сегодня вечером, а завтра — совместная поездка на пивоварню. Мы должны будем вернуться ранним утром в воскресенье.

— Не так уж и сложно. Я освобожу ваше расписание… Подождите секунду… Вы сказали… «мы»?..

Саймон поднял глаза от монитора компьютера и посмотрел на нее:

— Да, именно так я и сказал.

Делия чуть не открыла рот от удивления и несколько секунд не знала, как реагировать.

— То есть вы хотите сказать, что я должна ехать с вами?

— Да. А это что, представляется проблемой?

— Нет, — бросила она. — Вовсе нет!

Поездка с Саймоном, да еще и ночь в отеле в Бостоне? Как это могло быть проблемой? Во всяком случае, сама эта возможность была слишком хороша, чтобы быть правдой…

— Вот и отлично! Ты являешься моей помощницей, и тебе придется, так же как и мне, беседовать с Бартлеттом. Это очень серьезная и крупная сделка, поэтому я хочу, чтобы и ты там присутствовала.

— Да. Конечно. Я сделаю все, что от меня потребуется. — Голос Делии дрожал от волнения.

Уголки его губ медленно поднялись вверх.

— Чрезвычайно приятно осознавать, что ты на моей стороне.

Делия хотела было выпалить: она всегда на его стороне, но тут же прикусила язык и покраснела.

— Лучше мне пойти заняться бронированием билетов на ближайший рейс, — сказала она.

А потом она поедет домой и соберет вещи для поездки, но сначала надо будет посоветоваться с Хлоей или Клариссой, что стоит надеть, а что взять с собой.

«Но прежде всего я должна взять себя в руки! Это не романтический уик-энд для влюбленной парочки, а деловая поездка».

— Делия, подожди секунду! — Бархатные нотки его голоса настигли ее, когда она уже собиралась выйти из кабинета. — Не могла бы ты также откопать для меня адрес и имя того флориста, услугами которого мы иногда пользуемся? Мне нужно доставить букет роз в одно местечко.

— Хорошо. Как только вернусь к своему рабочему месту, сразу сообщу, — сказала Делия — и тут же вернулась с небес на землю.

Все, как она и предполагала. Она просто слишком размечталась…

* * *

«Добро пожаловать в Бостон! Желаем приятного отдыха!» — гласило огромное табло в аэропорту.

Старый добрый Бостон в штате Массачусетс. Прошло, наверное, больше пятнадцати лет с тех пор, как Саймон был в Бостоне. И если бы не потенциальная крупная сделка с Джимом Бартлеттом, он бы никогда снова не приехал в этот богом забытый городишко.

Мобильный разрывался от входящих сообщений. Саймон вытащил телефон и прочел самое последнее: «Получила твои розы. Отправляйся ко всем чертям!»

Ну что ж, по крайней мере, теперь она пришла к однозначному решению, а не настаивала на продолжении, как это было прошлой ночью. И почему женщин всегда тянет на разговоры о возвышенных чувствах поздно ночью, когда он больше всего хочет спать? О чем она думала? Что хотела от него услышать? Правду? Саймон вдруг четко представил, что было бы, скажи он ей всю правду: «К сожалению, моя дорогая Фанни, я не испытываю к тебе никаких глубоких чувств, так как перестал в них верить пятнадцать лет назад, в Бостоне».

Именно здесь…

Автомобиль резко свернул в тоннель, а воспоминания и голоса прошлого то и дело представали перед Саймоном. Как не вовремя! Сейчас он должен быть полностью сосредоточен на работе!

Саймон провел рукой по шее и поморщился от ощущения влажной кожи.

— Головная боль беспокоит? Мы могли бы остановиться около аптеки и купить обезболивающее, — сказала Делия, пристально глядя на него.

— Я уже принял больше, чем должен был. Еще одна таблетка — и, клянусь, моя печень откажет. Не переживай. Со мной все будет в порядке. Бартлетт ничего не заметит.

— Лучше бы вам поскорее прийти в себя. Если мне придется вести разговор самостоятельно, боюсь, агентство обречено на провал. Не очень-то я ловко могу устраивать деловые переговоры и светские беседы.

— Все будет в порядке. У тебя до сих пор никогда не возникало проблем на работе.

— Потому что я всегда четко следовала плану и работала только с теми людьми, которых знала.

На этой ноте разговор о делах исчерпался как-то сам собой.

Саймон не мог вспомнить, когда последний раз они говорили о чем-то личном. Все предыдущие его ассистенты делились с ним всем, а вот Делия была довольно скрытной. Ему давно нужно было сказать ей, что она может ему доверять.

— Бартлетт по телефону дал мне ясно понять: сегодня вечером он не хочет говорить о бизнесе. Он скорее хочет поближе узнать нас.

— Да, и мне конец…

— Но ты ведь общаешься с людьми, когда выходишь на выходных потусоваться в какой-нибудь клуб, верно?

Делия посмотрела на Саймона долгим, странным взглядом:

— Если вы хотите, чтобы я флиртовала с ним, то, кажется, у нас большие проблемы.

— Я этого не жду от тебя, да и не хочу. Просто будь самой собой. Это основной ключ к хорошей светской беседе. Делись своим опытом с другими, рассказывай, будь открыта.

— А что делать, если опыта нет?

— В таком случае стоит перекинуть тему разговора на своего собеседника. Люди любят говорить о себе. Ну а если ничего не поможет, то в любом случае сможешь хотя бы пива себе заказать.

Делия ответила слишком тихо, и он ничего не услышал.

— Что ты сказала?

— Я сказала: тогда мы будем очень долго говорить о пиве.

— До тех пор, пока они сами не переменят тему. Не могу даже описать тебе, насколько для нас важен этот контракт. Он помог бы нам избежать кризиса, удержал бы от сокращения штата сотрудников. Другими словами, финансовое будущее агентства зависит от того, насколько хорошо ты и я будем общаться с этими людьми в течение ближайших двух дней.

— Вы приходите в форму, — заметила Делия.

— Спасибо, но это пока нет давления.

Она не знала, что он имел в виду под давлением. Может, он говорил об отце, расположение которого всегда было тяжело заслужить? К счастью, на этот раз его отец был их союзником, и если Саймон хочет справиться с этими мероприятиями в Бостоне, ему понадобится вся поддержка, которую только возможно будет получить.

Такси остановилось, и Делия с Саймоном вышли из машины. Джим Бартлетт стоял на тротуаре и разговаривал с каким-то незнакомым мужчиной. Джим был не в лучшей форме: румяные щеки, лысоватый, тело напоминало пивной бочонок.

Он приветствовал их обоих с энтузиазмом и радушно обнял Саймона:

— Вы вовремя, несмотря на ужасные пробки. Я впечатлен. Я уж было хотел поспорить с Джошем, что вы застряли в центре.

— Джош Бартлетт, — сказал незнакомец, протягивая руку. Он был копией своего отца, только моложе. — Не давайте ему одурачить вас. Приятно встретиться с вами лично, Делия. Мой отец часто вас упоминает.

— Надеюсь, только хорошее?

Сказав Саймону, что у нее нет опыта в подобного рода светских беседах, Делия вовсе не шутила. Слишком много лет она прикусывала себе язык и ходила на цыпочках. Возможно, если бы она смогла переодеться в элегантное платье и красиво причесаться, она чувствовала бы себя увереннее. К сожалению, посадка их самолета длилась дольше, чем обычно, и времени на переодевание не оставалось.

К счастью, младший Бартлетт, казалось, ничего не заметил:

— Честное слово, он говорит только хорошее. Мы так рады, что Саймон привез вас!

— Да, мы очень рады, — вставил его отец. — Я хотел бы знать, с кем работаю. Многие агентства могут наобещать золотые горы, но для меня чрезвычайно важно быть уверенным в партнере. Я должен знать, что люди, которых я найму, будут заботиться о процветании моей компании, как я.

— Ты почти всегда этим руководствуешься. Папа по-прежнему управляет компанией и всегда поступает, полагаясь на свою интуицию, — вставил Джош.

— И я продолжу так работать, пока буду в состоянии выполнять свои полномочия. Моя интуиция помогла создать компанию именно такой, какой она является на сегодняшний день. — Джим внимательно посмотрел на Делию: — Мне абсолютно наплевать на то, что написано в резюме. Если человек не схож со мной по духу, я не стану вести с ним дела.

— Что ж, тогда мы с вами поладим, — ответил Саймон.

Пивной король загадочно улыбнулся:

— Увидим. — Он жестом указал на крыльцо стоящего перед ними дома: — После вас, мисс Джерман.

Делия не знала точно, как именно должен был выглядеть внутри закрытый клуб для джентльменов, но в ее воображении она почему-то представляла себе помещение, сплошь уставленное мебелью из темного дерева и с гигантскими люстрами.

Над парадной лестницей висели портреты всех членов клуба и его выпускники, вся «Лига плюща», а сама лестница вела к просторной гостиной-столовой. Делия старалась казаться спокойной и не озираться по сторонам, но портретов было слишком много, и они привлекали ее внимание.

— Нас специально сюда привели, — прошептал Саймон, и она почувствовала, как по спине у нее побежали мурашки.

— Что?

— Все было продумано заранее. Бартлетт хочет нагнать на нас побольше страху.

— Что ж, надо признать, пока у него это неплохо получается.

Делия продолжала чувствовать себя неловко и во время ужина. Светские беседы оказались нелегким делом. Темой для разговоров служили еда и рестораны в любимых местах отдыха. Что до Делии, ее самые экзотические и шикарные ужины проходили только по особым датам. Ужинать не дома означало для нее одно: направиться в бар неподалеку от ее квартиры. Поэтому она в основном слушала. Как мало у нее было таких особых ужинов после переезда в Нью-Йорк! Конечно, можно свалить все на занятость, но истинная причина заключалась в другом: ни один мужчина, с которым она встречалась, так и не смог заинтересовать ее сильнее, чем босс.

Саймон не обманывал, когда пытался заверить ее, что головная боль не помешает ему провести ужин на высоте. Он не только увлеченно общался с Бартлеттом, но еще и направлял разговор в нужное русло. Делия с восхищением наблюдала, как ловко он касается самих Бартлеттов и их интересов, увлечений, хобби.

— Делия, это ваш первый визит в Бостон?

Вопрос Джима застал ее врасплох.

— Да.

— Жаль, что у вас так мало времени! Вы многое не сможете посмотреть.

— Я увижу пивоваренный завод, что еще нужно?

— А с вами интересно вести дело! — сказал Джим с усмешкой.

— Как насчет вас, Саймон? — спросил Джош. — Я почему-то убежден, что вы-то точно были в этом городе несколько раз.

Саймон потянулся за бокалом с вином:

— На самом деле я был здесь очень и очень давно.

Вдруг Делия кое-что вспомнила из его биографии:

— Разве вы не ходили в школу в Бостоне?

Казалось, вопрос Делии поставил его в тупик.

— Да, это так. Школа «Бейтс норс».

— Я знал, я знал! Не зря вы показались мне таким знакомым! — воскликнул Джош и откинулся на спинку стула. — Мир чертовски тесен. Думаю, я учился на несколько классов старше. Вы вроде занимались греблей, не так ли?

— Гребля? — недоумевая, переспросила Делия. — Я думала, вы были в сборной колледжа по плаванию.

— Я перешел на плавание на втором курсе.

— О… — Судя по тому, как дрогнул мускул на его лице, Делия сразу поняла: она ляпнула что-то лишнее. Упоминание школы не было ошибкой, хотя… По крайней мере, теперь у них есть общая тема для разговора.

Между тем Джош повернулся в ее сторону:

— Вообще-то я занимался футболом. Я был не очень-то хорош в гребле, если честно. — Он похлопал себя по животу. — Хотя у меня была парочка друзей из команды. Из четверок или восьмерок, точно не вспомнить уже…

— Четверок или восьмерок? — переспросила Делия.

— Это число гребцов в одной байдарке, — пояснил Джош.

— Я помню, несколько лет назад случился какой-то громкий скандал среди спортивных команд, — сказал Джим.

— Скандал? — Краем глаза Делия заметила, как Саймон снова потянулся за бокалом, а его губы вытянулись в строгую тонкую линию.

— Некоторые из команд взбунтовались, когда по отношению к первокурсникам начались издевательства со стороны старших, — заметил Джош, что-то припоминая.

— Что значит — взбунтовались? — поинтересовалась Делия.

— В школе, разумеется, не оглашали всех деталей, но, я помню, учащихся попросили…

Раздался звон стекла — Саймон опрокинул бокал на свою тарелку.

Глава 2

— Саймон, что случилось? Вы в порядке?! — воскликнула Делия.

Бокал лежал на тарелке с ризотто.

Делия протянула руку, чтобы подозвать уже спешившую к ним официантку.

— Ничего страшного, — произнес Саймон.

— Ну, за исключением испорченного ризотто, — попытался пошутить Джош.

— И поделом мне, раз я такой недотепа! И мне не стоит больше пить.

— А мне бы это не помешало. То есть я хочу сказать, я бы съел ризотто прямо с вином, посчитав его за особый соус, — ответил Джош.

— Именно поэтому мы с тобой и занимаемся пивом, а он — нет, — хохотнул Джим.

Все посмеялись, и беседа потекла дальше. Делия изо всех сил старалась тоже принять участие в разговоре, но не могла сосредоточиться. Она прокручивала и прокручивала в голове то, что произошло. Не столько сам факт разлитого вина, а сколько выражение лица Саймона. Она не была уверена, заметили ли остальные, но он был бледный как полотно. Словно вдруг увидел привидение. Даже сейчас, хотя он и взял себя в руки, на лице у него читалась нервозность.

После четырех лет наблюдений за тем, как Саймон общается с клиентами, Делия научилась видеть разницу между тем, когда Картрайт использует все свое обаяние и когда он работает, не особенно напрягаясь. И в обоих случаях в нем всегда была какая-то искра. Сейчас же эта самая искра куда-то пропала. Что-то произошло с его глазами. У них был удивительный цвет — голубее, чем само небо. Но теперь он изменился, помутнел.

К счастью, это неприятное происшествие случилось в конце ужина. Уже через час их квартет вышел на улицу, где они договорились о завтрашней экскурсии по пивоварне.

На прощание Джим Бартлетт крепко пожал им руки. Но как только Бартлетты скрылись из их поля зрения, улыбка с лица Саймона тут же исчезла. Не произнося ни слова, он открыл дверцу машины, пропустив Делию, и молча сел сам.

Она скользнула на заднее сиденье, отодвигаясь как только можно дальше от него. Хотя он никогда не говорил, что не любит, когда к нему прикасаются, Делия почему-то догадалась: ему необходимо много личного пространства.

Саймон снова потирал шею, и она это сразу заметила.

— Как ваша голова?

— Болит.

— Может, примете аспирин?

— Все, чего я хочу, — это выпить.

— В самом деле?

Он повернулся к ней, выражение его лица было мрачным.

— У тебя такой удивленный тон…

— Да. Насколько мне известно, алкоголь не лучшее средство от головной боли.

— Точно. Зато хорошо лечит другие раны.

Какие раны? И что бы они из себя ни представляли, это точно как-то связано с произошедшим в клубе-ресторане. Делия даже пожалела, что ей не хватает достаточной наглости спросить у Саймона все напрямую. Делия мечтала наконец преодолеть барьер, стоящий между ними, дать ему понять: она всегда с ним!

В полумраке салона автомобиля все воспринималось острее. Звуки его медленного дыхания, шелест обивки сидений, поскольку он пытался устроиться поудобнее… От Саймона так и шло напряжение. Ей очень хотелось подвинуться к нему, обнять и успокоить, но она могла лишь мечтать об этом.

Наконец они подъехали к главному входу в гостиницу.

Делия предполагала: через несколько минут они получат ключи, каждый от своего номера, и разойдутся. Но Саймон схватил ее за руку, когда она собиралась пойти к лифту.

— Ты уже уходишь? — спросил он.

Уже во второй раз за день Делия онемела от неожиданности, а затем с трудом проговорила:

— Вы хотите, чтобы я составила вам компанию?

— Если не возражаешь. Я что-то не хочу сегодня пить в одиночку, — сказал он и улыбнулся своей очаровательной улыбкой.

Делия сразу почувствовала, как внутри разливается тепло.

Как здесь не согласиться?

Десять минут спустя она сидела в милом бамбуковом кресле, ожидая бокал белого вина. Отель был расположен близко к воде, и, видимо, именно поэтому дизайнер выполнил оформление заведения, опираясь на карибскую тему. Всюду во внутреннем дворике стояли пальмы в больших горшках, откуда-то доносилась приятная музыка, а веранда напоминала огромное бунгало. Бумажные фонарики, нанизанные на провода, качались от легкого океанского бриза. Стояла ночь четверга, и поэтому в отеле не было шумно, лишь несколько групп людей, очевидно приехавших в город по делам. Она и Саймон были здесь единственной парой.

«Только мы никогда не были парой, — напомнила она себе. — Просто начальник и его ассистентка сидят вдвоем в романтической обстановке лунной ночи».

Делия то и дело оглядывалась по сторонам, ища способ хоть немного отвлечься от этих мыслей. По ее левую руку располагалась бостонская бухта с маяками, которые направляли корабли из Атлантического океана. Она переместила взгляд немного дальше и увидела огни взлетной полосы аэропорта.

Краем глаза она заметила, что официант направляется к их столику.

Саймон протянул ей бокал с вином, а затем поднял стакан со своим виски. Этот жест заставил Делию вновь обратить все внимание на него.

— Ну что ж, выпьем за то, что мы справились с этим ужином и прошли первый этап, — сказал он.

— Успешно справились, — поправила Делия.

— Это зависит от того, что ты подразумеваешь под словом «успешно».

— Вы не считаете, что сегодня все прошло хорошо?

— Что именно ты имеешь в виду? Ту часть ужина, когда я еще не пролил каберне на свое ризотто или уже после? — Саймон сделал большой глоток, прежде чем продолжить: — Я думаю, мы оба можем согласиться: у меня бывали вечера и получше.

— Не так уж все плохо. Вы отлично справились, — поторопилась поддержать его Делия.

— Это слишком ответственная сделка, на карту многое поставлено.

— Джим Бартлетт, кажется, не очень-то проявлял интерес.

Саймон медленно крутил стакан в ладонях.

— Разве мама не говорила тебе, что внешность может быть обманчива?

Ее мать была настолько убита горем, что вряд ли была способна хоть чему-то научить Делию.

— И что же нам делать?

— Ничего, — сказал он и со стуком поставил стакан на стол. — Что сделано, то сделано. Будем лучше и сильнее завтра утром.

— Ну, тогда нужно выпить, чтобы оставить этот день позади! — произнесла Делия.

— Забавно, я думал, мы уже это сделали, — сказал он и поднял стакан: — Ну что ж, за лучшее завтра!

— За лучшее завтра! — повторила Делия.

Они чокнулись, и Саймон одним глотком осушил оставшееся виски.

Вдохновившись его примером, Делия также сделала большой глоток, надеясь, что пьянящее вино поможет ей отвлечься от проблем.

— Забавно вышло, что вы и Джош Бартлетт ходили в одну и ту же начальную школу, — заметила Делия, упоминая это всплывшее из прошлого совпадение. — Каковы же были шансы такой встречи?

— Как оказалось, довольно большие. Выяснилось, мир начальной, или младшей, как ее еще называют, школы очень мал.

На секунду Делия почувствовала какие-то едва заметные изменения в его голосе.

— И все же вы не узнали его. Во всяком случае, именно так вы и сказали. — Мелкие детали беседы за их совместным ужином постепенно начали всплывать в ее памяти. — Джим упомянул про какой-то ужасный скандал. Вы поняли, о чем он говорил?

— Ни о чем!

На этот раз Делия точно расслышала: голос Саймона переменился.

— В самом деле? А мне показалось, он имел в виду…

— Я сказал — ни о чем! — грубо перебил он. — Глупые разборки подростков, вот и все. На этом не стоило так сильно заострять внимание.

Если бы Джим имел в виду какой-то пустяковый случай, Саймон бы, конечно, так не реагировал. Нет, здесь что-то не так…

— Но тот факт, что вы не знали Джоша, почему… А хотя ладно! Впрочем, это неважно… — Вино постепенно все больше развязывало Делии язык.

— Закончи свою мысль, — вскинул он голову.

— Ну… — протянула Делия, при этом водя пальцем по краю своего бокала. — Мне стало интересно, почему вы не извлекли из этого совпадения выгоду? Я имею в виду, из того факта, что вы посещали одну школу. Не вы ли сами мне говорили: ключ к хорошей светской беседе — это найти общий язык?

— Я также говорил, что люди любят говорить о себе, им нравится, когда ты расспрашиваешь у них про самих себя.

— Но разве именно этого вы хотели добиться?

— Некоторые случаи со времен средней школы я бы предпочел забыть.

— Вам не нравилось там?

— Скажем, я предпочитаю думать: четыре года прошли и остались далеко позади, а затем и вовсе стерлись из моей памяти, будто их никогда и не было.

Его комментарий удивил Делию. Она всегда думала, что Саймон везде, где бы ни находился, был лидером и любимчиком.

— Я полагаю, у каждого есть парочка моментов со школьной скамьи, о которых он бы предпочел забыть, — сказала Делия. — Лично я не возражала бы стереть из памяти момент танца на выпускном в последнем классе.

— А что было не так с этим танцем?

— Я застала Бобби Маккензи, танцующего с другой девочкой.

— Ну, мне не кажется таким уж ужасным этот факт…

— Вы просто не понимаете! Я тогда с ним встречалась!

— Ну почему же? Я в принципе так и понял.

Они прервали беседу, так как официант поднес им напитки.

— Но ты, кажется, достаточно хорошо справилась с этой неприятностью? — продолжил Саймон, когда официант ушел. — Или ты все еще до сих пор по нему горюешь? — усмехнулся он.

— За это можете не переживать, я давно не печалюсь, — сказала Делия, надеясь, что щеки у нее не зарделись.

— Рад это слышать.

— Тем не менее унижения я все равно не забыла. Когда тебе всего пятнадцать лет, а тебя еще и бросили на виду у всех — это целая трагедия!

Саймон поднял свой стакан с ликером, словно стараясь спрятать за ним истинное выражение лица:

— Поверь мне, в жизни случаются куда большие трагедии.

«Это уж точно, — печально подумала Делия. — Чего стоит только потерять родного отца и, можно сказать, мать, которая от горя превратилась практически в призрак».

Тех ужасных лет ей не забыть никогда…

— Ну, вы никогда не были в шкуре пятнадцатилетней наивной девочки. Я была уверена, Бобби — это мой единственный и неповторимый, — сказала Делия, и в этом, кстати, тоже отчасти была вина ее матери. — Я целый год тренировалась над своей новой подписью. Делия Маккензи. Миссис Бобби Маккензи. Снова и снова я выводила ее на тетрадках, да еще и рисовала вокруг сердечки. Но вы не подумайте, урок я выучила хорошо…

— Какой урок?

— Я что, это вслух сказала? — На этот раз Делия точно знала, что покраснела, и решительно отодвинула бокал с вином в сторону: — Мне уже хватит на сегодня.

— Ты так и не сказала, что за урок?

— Не писать нигде таких вещей, конечно! Если разрисовываешь тетрадку, то с этими дурацкими рисунками в голове ходишь еще минимум полгода.

Саймон усмехнулся и снова сделал глоток.

— По крайней мере, ты не сделала татуировку. А то до сих пор пялилась бы на нее.

— Слава богу! Вы только представьте себе! Это же уму непостижимо! Никогда не понимала, что люди делают, когда татуировка им надоела и они больше не хотят ее видеть на своем теле.

— Ну как же! Они идут и сводят тату лазером, только за большие деньги, — сказал Саймон и Делия слегка вздрогнула. — Это как расплата за ошибки прошлого.

Он отвернулся, предоставив Делии изучать его великолепный профиль.

— Расплата за ошибки — это всегда болезненно, — тихо произнес Саймон.

Его глаза потускнели, и Делии на секунду показалось: перед ней сидит совсем другой человек. Ему нужно отвлечься, и здесь одного ликера будет мало.

— Эй! — чуть выдохнула она и легко коснулась его руки. — Как насчет того, чтобы прогуляться? Мне кажется, после целого дня сидения за столом ноги у меня затекли, — продолжила Делия, а когда ответа не последовало, предложила: — Я могу пойти одна и зайти за вами утром.

— Нет, — сказал Саймон, когда она встала из-за столика. — Это отличная идея! Он допил виски и бросил несколько купюр на стол: — Идем!

Они вышли из отеля и отправились по небольшой асфальтированной дорожке к набережной, протянувшейся вдоль всей гавани. Чуть дальше, если смотреть на северо-восток, можно было увидеть большой торговый центр и пристань с белыми круизными судами и яхтами.

Делия молчала, заставляя Саймона гадать: «Уж не жалеет ли она о своем приглашении вместе прогуляться?» С другой стороны, он сейчас далеко не самый лучший собеседник. Виски грел его изнутри, но не расслабил, как он надеялся. Саймон был напряжен, будто от затылка до самого конца позвоночника была натянута железная струна. Он не мог поверить — Джош Бартлетт ходил с ним в одну и ту же школу! Довольно паршивое совпадение. Естественно, Джим не мог не упомянуть про тот скандал… Но, к счастью, кажется, Делия не смогла уловить связь между комментарием Джима и столь бурной реакцией Саймона.

Небольшие парусники тихо качались на волнах. Тихий прибой разбивался о берег. Саймон повел Делию на пирс, чтобы полюбоваться на воду.

Она встала позади него. Забавно, но ему не была противна ее близость, хотя, как правило, он ненавидел, когда к нему прикасаются или слишком близко стоят.

— Вода выглядит такой черной, будто дна и нет вовсе, — произнесла Делия.

Саймон позволил себе расслабиться, он словно растворился в шуме прибоя.

— Да, и это так успокаивает.

— Что? Бездонное море?

— Конечно. Само знание того, что ты можешь плавать под водой и тебя будет окружать лишь одна тишина.

— Вы же не хотите прыгнуть в воду прямо сейчас?

Он хитро улыбнулся:

— Боишься, что тебе придется тоже прыгать со мной?

— Немного…

Саймон засмеялся от ее обезоруживающего простодушия:

— Можешь не волноваться, я предпочитаю, чтобы вода была не такой соленой. Просто в воде чувствуешь себя умиротворенно.

«Как красиво он говорит о плавании, о воде!» — подумала Делия.

Должно быть, виски все-таки оказал на него благотворное, расслабляющее действие. Всматриваясь в глубину, Саймон сел на край причала, опустил ноги в воду.

Делия продолжала стоять и наблюдать за ним. Он это, конечно, заметил и, похлопав рукой по причальным доскам, предложил ей сесть рядом. Откинувшись назад, оперевшись на локти, он наблюдал за морем и слушал мерный ритм волн. Однажды Саймон уже проделывал это, позволив морю смыть все неприятные воспоминания из головы, и теперь хотел бы, чтобы они снова исчезли.

Делия уселась рядом и болтала ногами над водой. Ее длинные волосы красивого темно-каштанового цвета, собранные в высокий хвост, достигали почти середины спины…

— Знаете, я прожила в Нью-Йорке почти четыре года, и мне до сих пор не надоело смотреть на воду, — сказала она. — Люди, живущие на побережье, иногда не понимают, насколько им повезло.

— Можно подумать, будто Канзас — это настоящая пустыня.

Она повернулась с озадаченным видом:

— Как вы узнали, что я из Канзаса?

— Нетрудно догадаться. Я прочел твое резюме, когда нанимал на работу.

— Ах, ну да! Я должна была сообразить. — Делия даже покраснела.

— Тут я должен пошутить про Элли из Канзаса, которая попала в чудесный Изумрудный город?

— Пожалуйста, не надо! Я наслушалась достаточно шуток, когда только переехала в Нью-Йорк. И прежде, чем вы спросите, я вам отвечу: у меня нет маленького Тотошки.

— И я могу не волноваться, когда, стукнув каблучками три раза, ты вдруг исчезнешь?

— Исчезну, чтобы вернуться домой? — Делия покачала головой: — Конечно нет!

— Звучит довольно решительно. Какие-то проблемы в Канзасе?

На этот раз она покраснела еще сильнее:

— Я просто очень рада, что перебралась на Манхэттен.

— Но сомнения все же присутствовали?

— Скажем так, когда-то я была не совсем уверена в правильности своего решения. И давайте на этом закончим.

— Хорошо.

Очевидно, за всем этим стояло намного больше. Ее покрасневшие щеки и погрустневшие глаза сказали ему все. Но кто он такой, чтобы судить? У каждого свои скелеты в шкафу…

Улыбаясь, Саймон потянулся, чтобы взять ее за руку — показать, что он не собирается продолжать разговор на эту тему. К его удивлению, он внезапно почувствовал расслабление от их прикосновения. Тепло ее кожи успокаивало лучше всякого ликера. Почувствовала ли Делия то же самое? Она резко подняла глаза на него, тусклый свет фонарей отражался в них, и Саймон вдруг осознал: ее глаза глубокого небесного цвета.

— Почему я раньше никогда не замечал, какого цвета у тебя глаза?

— Я… — Делия опустила веки, чтобы скрыть от него глаза.

Саймон хотел, чтобы она вновь на него посмотрела. Он мечтал вновь увидеть ее прекрасные глаза.

— Очень емкий ответ, — улыбнулся он и нежно приподнял ее подбородок: — Когда кто-то говорит тебе комплимент, следует сказать спасибо.

— Спасибо, — прошептала Делия.

— Не за что.

Легкий морской бриз теребил ее волосы, закрывая глаза. Он заправил выбившиеся пряди ей за ухо и рукой нежно провел по щеке.

Глаза Делии округлились, а Саймон внезапно ощутил легкое возбуждение. Оно возросло в разы, когда она нервно закусила верхнюю губу и глубоко вздохнула…

— Эй! Там сидеть нельзя!

Саймон отшатнулся от нее. К ним уже приближался охранник. Это тотчас отрезвило Саймона.

— Сожалею, — произнес охранник, когда подошел ближе к ним, — но придется вам отсюда переместиться куда-нибудь.

Глава 3

Делия была в душе, пытаясь привести тело и разум в порядок, когда раздался телефонный звонок. Схватив халат с крючка в ванной комнате, она побежала к телефону, опасаясь не успеть взять трубку. Но едва она увидела на экране мобильного код штата Канзас, настроение ее сразу испортилось.

«Ты что, правда надеешься на то, что он позвонит после такого разговора на причале, глупая и наивная дурочка?» — подумала Делия.

Она подняла трубку:

— Привет, мам. Что случилось?

— Ничего. Просто хотела узнать, как там твои дела. Только и всего. — В последней фразе явно чувствовался упрек.

— Прости, я долго не звонила. На работе какое-то сумасшествие.

— Надеюсь, сумасшествие в хорошем смысле?

— Да уж, лучше не бывает, — соврала Делия.

Она всегда удивлялась, почему мама не замечает очевидного? Почему в ответ на ее вопрос «Как дела?» дочь всегда отвечала «Прекрасно»? Они все — и Делия, и ее братья — старались лишний раз не расстраивать маму. Любое беспокойство было нежелательно, так как могло снова вызвать депрессию, незримой тенью висевшую над их мамой.

— Сейчас я нахожусь в Бостоне.

И вкратце дочь поведала матери о последних делах в агентстве и предстоящей сделке с Джимом Бартлеттом.

— Дорогая, это замечательно! Должно быть, твой босс тебя очень ценит, раз взял с собой в такую важную поездку.

— Я не знаю, что он там себе думает. Подписание этого контракта очень важно для него.

— Но твой босс не стал бы брать тебя с собой, если бы ты была не способна произвести впечатление на мужчину. Кажется, для тебя начинается интересный этап в работе.

Делия не смогла сдержать улыбку. Спорить не было смысла.

Мать глубоко вздохнула:

— Твой отец гордился бы тобой. Он всегда говорил, что ты умная девочка.

— Спасибо, — произнесла Делия мягко. Откуда матери вообще знать, что на самом деле думал или говорил отец? Его не стало так давно! Видимо, поэтому воспоминания мамы о нем теперь стали неким смешением правды и вымысла.

— Я надеюсь, так он и говорил.

— Я это точно знаю, — сказала мама и откашлялась: — Расскажи, что у тебя еще нового? Как твои подруги?

Делия откинулась на гору подушек в изголовье огромной кровати и рассказала ей про все, в том числе и про симпатичного барристера Хлои и как Кларисса сходит с ума в предсвадебной лихорадке.

— Я готова поклясться, она думает: я напросилась уехать с Саймоном в командировку только для того, чтобы не идти на ее дурацкую свадебную выставку.

— Некоторые девушки и впрямь становятся немного сумасшедшими, когда дело доходит до приготовлений к свадьбе. У Дэнни и его девушки все очень серьезно, я полагаю.

— Ни в коем случае! — вскричала Делия и чуть не выронила телефон. Ее младший брат мог посоперничать с Саймоном по количеству разбитых девичьих сердец. — Да он наверняка не в себе!

Ее мать рассмеялась:

— Здесь нет ничего удивительного. Он просто наконец-то нашел свою половинку. Разве это не здорово? Я так рада за него.

— Да, — ответила Делия с неожиданной грустью в голосе. — Я тоже.

— Это все, чего я хочу своим детям. Чтобы вы нашли такого же хорошего человека, как ваш папа. Обрели свою вторую половинку.

Наконец, после обещания звонить чаще, Делия отключила телефон и бросила его рядом с собой. Медленно оглядев свой номер, большую кровать и уютную обстановку, она вдруг почувствовала себя дома.

Но как же так? Ее брат Дэнни, который обычно не встречался с девушками дольше недели, теперь вдруг заговорил о женитьбе, в то время как она здесь, в Бостоне, вместе со своим боссом…

Вина матери чувствовалась во всем. Все эти годы она только и делала, что пыталась найти замену отцу. Ее жизнь была такой полной! Но когда он умер, мама полностью потеряла смысл своего существования. Четыре долгих года их мать мечтала о смерти, а ее дети пытались изо всех сил привыкнуть к жизни без прежней мамы. «Родственные души». Делия ненавидела эти слова всей душой. Ненавидела, потому что была убеждена: такая настоящая, чистая любовь и вправду возможна.

Ослабив пояс халата, она встала и подошла к окну. Отсюда она могла видеть огни взлетной полосы. Смотрел ли Саймон сейчас из окна или нет? Был ли он вообще в своем номере? После того как они в спешке ушли с пирса и добрались до отеля, Делия поспешила к лифту. Сама мысль оказаться с Саймоном в таком закрытом пространстве сводила ее с ума. Он так быстро от нее отстранился, когда охранник окликнул их. Зачем она ему? В данный момент он наверняка переписывается в чате со своей новой девушкой.

Делия устало прислонилась лбом к прохладному стеклу. Возможно, забыть то, что было на пирсе, не такая уж плохая идея. Как сказал Саймон, завтра у них все получится намного лучше.

В лодочном сарае было сыро и холодно. Солнечные лучи не проникали туда, поэтому воздух почти не прогревался. Изо рта Саймона вырывались маленькие клубы пара. Чуть ли не на каждом шагу он останавливался, чтобы хоть немного согреть онемевшие от холода пальцы. Такими темпами он точно останется без завтрака и будет сидеть на алгебре с пустым желудком. Не так он хотел провести утро. Но его отец настаивал на том, чтобы он занимался спортом. «Спорт — это важная часть жизни в средней школе. Он закаляет командный дух, в отличие от этих проклятых видеоигр, в которые ты вечно играешь», — всегда твердил он. И вот именно поэтому он сейчас, продрогший до нитки, тащил лодку к берегу реки Чарльз. Он не заметил фигуры, которая стояла в метре от него, и внезапно кто-то положил руки ему на плечи. Саймон обернулся и увидел перед собой странное лицо. От человека несло перегаром.

«И что это ты собираешься делать, жалкий первокурсник?»…

* * *

Всплеск — и прохладная вода окружила его. Саймон почувствовал, что его вялое тело постепенно возвращается к жизни. Бассейн на крыше отеля, конечно, не претендовал на размер олимпийского, но верно служил своим посетителям. Саймон размеренно плыл от одного конца к другому. Если бы его тренер Каллахан увидел, как он двигается, то, верно, устроил бы ему хорошую взбучку. Техника движения явно хромала, но Саймону на это было плевать. Он хотел лишь разгрузить свой разум…

Кошмар прошлой ночи пришел из ниоткуда и в такой неудобный момент…

Саймон никогда никому не рассказывал про тот случай около лодочного сарая. Он загнал те воспоминания глубоко. Даже когда много лет спустя разразился скандал, он продолжал хранить молчание. Никто не будет знать правду. Мир будет видеть Саймона Картрайта таким, каким его все хотели видеть. А если его вновь одолеют воспоминания… что ж, он сможет всегда пойти в бассейн. Вода помогала ему остыть.

Саймон коснулся противоположной стенки бассейна. Плохие воспоминания скоро отступят — и все будет хорошо. Смывать воспоминания было для него не впервой. Кроме бассейна Саймон оставлял груз памяти еще и в постели. К счастью, недостатка в женском обществе у него никогда не было. Несмотря на это, он умел отделять работу и удовольствия друг от друга.

Сегодня Делия выглядела иначе, хотя Саймон не мог сказать, что именно изменилось в ее облике. Серые брюки, тот же туго завязанный каштановый хвост, челка. Бледно-голубой шелк блузки выгодно подчеркивал цвет ее глаз. Такой синий, как морская вода. Глядя на лицо Делии, он снова почувствовал вчерашнее невесомое чувство спокойствия. Он тонул в ее глазах, словно оказавшись на дне океана.

Ему нужно взять себя в руки.

— Что заставило тебя подняться на крышу и навестить меня так рано? — спросил Саймон, цепляясь руками за бортик бассейна, ожидая, пока она соберется с мыслями.

— Джош Бартлетт, — ответила наконец Делия.

Бизнес не терпит отлагательств, а такие умные и трудолюбивые сотрудники, как Делия, просто незаменимы.

— Как-то рановато для вопросов делового характера. Что он хотел?

Делия заправила прядь за ухо привычным жестом. Какие у нее изящные пальцы…

— Семья Бартлетт имеет дом на Кейп-Коде, — произнесла она. — Они устраивают сегодня прием и пригласили нас присоединиться.

— Пиво и морепродукты в непринужденной обстановке. Что может быть лучше, чтобы усыпить бдительность этих господ? Ты сказала ему, что мы будем рады посетить его, верно?

— Пока нет.

— Почему нет?

— При согласии нам нужно будет остаться еще на две ночи в их доме. Не думаю, что должна была тут же соглашаться, не зная дальнейших наших планов и графика.

— Иногда полезно немного изменить свою жизнь для того, чтобы выиграть эту сделку. Ты это прекрасно знаешь. И давай наконец перейдем на «ты»!

— Я знаю. Знаю, как вам… точнее, как тебе это важно.

— Тогда почему ты не согласилась сразу же, Делия? Возникли какие-то проблемы?

— Команда агентства «Медиатопик» тоже будет там.

— Почему я не удивлен? — усмехнулся Саймон, поражаясь дерзости Бартлетта.

Прекрасная возможность еще лучше узнать партнера — это столкнуть его лбом с прямым конкурентом. Он начинал понимать, как Бартлетт сколотил свое состояние.

— Можешь передать ему, что чем больше наших конкурентов там будет, тем лучше.

— Ты уверен?

— А почему нет?

— Просто после вчерашнего вечера я не была уверена… Вдруг ты не захочешь…

— Продолжать вести с ним дела? — закончил Саймон за нее. — Вчера вечером за ужином произошло недоразумение. Такого не должно повториться, — твердо произнес он. — Что-то еще?

— Они хотят, чтобы мы остались на ночь.

— Ты беспокоишься о том, что придется провести ночь наедине со мной?

— Нет, я… — пролепетала Делия, лицо ее побледнело.

— Все в порядке, — сказал Саймон, а затем вылез из бассейна и вытерся полотенцем. — Честно говоря, я не могу тебя ни в чем упрекнуть. Вчера я действительно был не в себе, выпивка ударила мне в голову, и я наговорил много лишнего. Мне очень жаль.

— Все хорошо. Каждый порой делает ошибки.

— Нет, не все хорошо, — покачал он головой. — Я твой начальник, и если ты чувствуешь себя неловко, это плохо для меня же. Я не хотел допускать такую грубую ошибку и разрушать прекрасные рабочие отношения между нами. Поэтому все, на что я могу надеяться, — это то, что ты примешь мои извинения и мы сможем нормально продолжить работу. Как ты думаешь, такое возможно?

— Иными словами, ты хочешь притвориться, что вчера вечером ничего не произошло?

— Только если ты позволишь.

Делия пожала плечами:

— Почему нет? Все было безобидно, не так ли?

— Спасибо, — выдохнул Саймон, чувствуя, как напряжение медленно спадает с его плеч.

Разочарование промелькнуло в ее глазах. Он ожидал увидеть что угодно — раздражение, возмущение, гнев, но только не разочарование от его слов. Это просто немыслимо!

— Не за что меня благодарить. Мы просто забудем прошлую ночь, и все, — сказала Делия и посмотрела на него с равнодушием, изо всех сил стараясь скрыть истинные эмоции. — Тебе еще нужно что-нибудь?

— Сейчас нет. — Он покачал головой.

— Тогда пойду позвоню Джошу и скажу, что мы сгораем от нетерпения, ожидая встречи с ними. Увидимся внизу.

Саймон остался стоять рядом с бассейном, наблюдая, как она уходит.

Что с ним происходит? Он должен сейчас чувствовать лишь облегчение. Почему же тогда ему неудержимо хочется побежать за ней, прежде чем она скроется в дверном проеме? Ответа на этот вопрос он так и не смог найти и поэтому решил сделать еще несколько кругов в бассейне, чтобы окончательно привести мысли в порядок.

* * *

— Большинство наших объектов перешли на производство более распространенных сортов, но здесь, в Бостоне, мы до сих пор разливаем добрый эль по стеклянным бутылкам. В основном для туристов, конечно.

Джош усмехнулся:

— Надеюсь, для вас не слишком рано, чтобы дегустировать такие сорта?

— Но уже пять вечера, не так ли? — ответил на его реплику Саймон.

Джош похлопал его по плечу:

— Тогда все прекрасно.

Делия наблюдала, как Саймон застыл под рукой младшего Бартлетта, и сказала себе: ей должно быть абсолютно все равно. Утром Саймон выразился предельно ясно. Прошлая ночь была ошибкой. Глупой, грубой ошибкой. Не стоит пытать иллюзий на этот счет.

Она вежливо улыбнулась боссу, когда он обратил на нее свой взор. Делия, как обычно, может притвориться, будто ничего не произошло, если он того желает. В конце концов, она ведь так и делала последние четыре года? Сегодняшнее утро было омрачено этим ужасным разговором, а Саймон так соблазнительно выглядел в спортивных плавках, стоя на солнце. Вода медленно струилась по его стройному телу. Какой же он красивый… Как ей справиться в ближайшие два дня, ведь он будет так близко к ней? Как можно притворяться, будто ничего не произошло, когда одно его прикосновение заставляет ее колени подгибаться?

Джош продолжил историю пивоварни Бартлетт. Он еще раз коснулся плеча Саймона, и Делия снова заметила на лице того странное выражение. Надо будет сказать Джошу, что ее босс не любит вторжения в его личное пространство. С другой стороны, она так до сих пор и не поняла, с чем связана эта его загадочная боязнь прикосновений.

Джош закончил историю количеством литров пива, которое они производят. Так как он смотрел прямо на Делию, она предположила: он ждет от нее конкретного комментария.

— Весьма внушительно, Джош.

Он улыбнулся в ответ:

— На самом деле мы сейчас претерпеваем некоторые трудности со сбором хмеля, но все еще производим достаточный объем продукции. — Джош весь сиял от гордости. — Здесь расположилась наша самая маленькая пивоварня — как я уже говорил, в основном для туристов. Сложно представить, что пиво Бартлеттов может производиться в маленькой комнатушке в задней части дома, верно?

— Вряд ли миссис Бартлетт очень переживает по этому поводу.

Джош усмехнулся. Сегодня он чересчур много улыбался, и Делия даже подумала: все-таки она ему нравится. Эта мысль польстила ее самолюбию, особенно после сегодняшнего утреннего разговора с Саймоном.

Они прошли под аркой в другую комнату, в которой стояли большие металлические резервуары.

— Здесь мы добавляем хмель в пиво. — Джош жестом подозвал их поближе, чтобы получше все разглядеть.

Когда Делия наклонилась, чтобы прочитать одну из табличек на большой бочке, то внезапно почувствовала, как чья-то рука опустилась на ее спину. Мурашки пробежали по коже, и что-то внутри подсказало: рука эта принадлежит не Джошу. Должно быть, Саймон их догнал.

— Смесь остается здесь на… упс, держись! — Звонок мобильного прервал Джоша на полуслове.

Делия воспользовалась паузой и отошла в сторону от Саймона, делая вид, будто изучает табличку на соседней бочке.

— Не думал, что ты проявишь такой интерес к пивоварению, — произнес Саймон вполголоса.

— Ты сам говорил, как важно найти с клиентом общий язык. Собственно, этим я и занимаюсь. Что-то не так?

— Вовсе нет. Я ценю твои усилия.

— Это вряд ли можно назвать усилиями. Джош — превосходный экскурсовод.

— Да, он определенно сегодня само очарование, не так ли?

Что это значит? Он хочет сказать, будто Делия не может интересоваться другими мужчинами? Но ведь он сам просил забыть прошлую ночь…

Джош вернулся, прервав их разговор:

— К сожалению, вынужден был оторваться от вас. Звонил папа. Он уже ждет нас в кабинете для дегустаций с последними образцами.

Кабинет для дегустаций, как назвал это помещение Джош, представлял собой уютную просторную комнату в загородном стиле с длинными столами и стульями. Вдоль стены расположилась длинная деревянная барная стойка, за которой стояли ровными рядами деревянные бочонки с кранами.

— Большинство посетителей нашей пивоварни отмечают эту комнату как нечто особенное и волшебное, — сказал Джош, заходя за стойку. — Они не особенно интересуются процессом пивоварения, зато не прочь пропустить здесь пару стаканчиков.

— Интересно, почему? — сухо спросил Саймон.

Джош достал высокие бокалы и один протянул Делии.

Как будто дожидаясь подходящего момента, Джим Бартлетт вошел в комнату и сразу же присоединился к сыну:

— По пятницам мы приглашаем сотрудников пропустить по бокалу холодного пива, чтобы отпраздновать окончание очередной рабочей недели. Похоже, сегодня мы начали рано.

Наблюдая за тем, как Джош наполняет бокалы разными сортами, Делия повернулась к Саймону и шепнула ему на ухо:

— Они определенно расширили свой ассортимент.

— Да, это точно, и нам следует его учесть, когда будем оговаривать цену нашей работы, — ответил он шепотом, а затем, повысив голос, произнес: — У вас тут очень уютно.

— Я никогда так не говорил об этой комнате, но наша маленькая пивоварня здесь, в Бостоне, навсегда останется моей самой любимой, — добавил Джим. — Здесь начиналась история компании. Воспоминания о том, с чего мы начинали, заставляют меня не слишком задирать нос.

— И тихо гордиться. Очевидно, ваша преданность традициям — это не просто слова. Делия и я просто восхищены тем, с каким уважением вы относитесь к своей продукции. Надеюсь, мы сделаем все, чтобы еще больше увеличить ваши продажи.

— Если вы, конечно, выиграете и получите контракт.

— Время покажет, не так ли? — ответил Саймон с хитрой улыбкой.

— Да, это точно, — сказал Джим.

Глаза Джоша блестели гораздо больше, чем вчера вечером за ужином. «Может быть, это пиво?» — подумала Делия.

Два главных руководителя начали с упоением описывать другие пивоварни. Делия внимательно слушала, пока Джош не отвел ее за барную стойку:

— Вам понравилась экскурсия?

— Еще бы! Я уже сказала Саймону, вы отличный гид! И отдельную похвалу заслуживает превосходное пиво.

— Таков уж был наш план, — произнес Джош и поставил бокал на стол. — Я все гадал, останетесь ли вы до воскресенья. У вас должно быть хоть немного времени, чтобы посмотреть Бостон. Если вы пожелаете, я мог бы…

— К сожалению, Делия не может так легко распоряжаться своим временем, — сказал Саймон и встал позади нее. — У нас еще очень много работы.

— Какие-то проблемы? — произнесла Делия, как только они покинули дом Бартлеттов.

— О чем ты?

— Ты сказал Джошу, будто мы должны работать по другим сделкам сегодня!

— Да, и что?

— Но почему?

— Что значит «почему»? Мы все еще работаем, независимо от того, где находимся, в Нью-Йорке или в Бостоне. И мне очень жаль, если это нарушает твои планы. Можешь вернуться сюда в другой раз, в другой уик-энд и все осмотреть более подробно.

Ее планы были здесь ни при чем.

— А почему ты выбрал проект «Джавакилл»? Почему именно этот контракт? На него еще нет даже предварительного плана! — Делия прекрасно это знала, потому что сама определяла все даты. — У нас не готово и половины материала, а большинство команды вообще об этом ни разу не слышали. И вот ты, вместо того чтобы заработать дополнительные очки у Бартлетта, внезапно решил заняться этим проектом!

Делия знала, что все это неспроста. Ускорив шаг, она быстрее Саймона спустилась с лестницы и встала прямо перед ним, схватив за руку:

— Что все это значит?

Саймон не отдернул руку, а, наоборот, расправил плечи и гордо посмотрел на нее:

— Хорошо. Не хватало только, чтобы ты провела день с ним.

— Я думала, вся суть этой поездки заключается в том, чтобы добиться расположения Бартлеттов! Согласись, провести с Джошем целый день — прекрасная возможность для этого.

— На первый взгляд может быть. Но если присмотреться повнимательнее, ты совершишь большую ошибку.

— Все понятно, — сказала Делия и отпустила его руку. Его доводы не имеют никакого здравого смысла. О чем он вообще говорит? Какую ошибку она может совершить? Да и кто он такой, чтобы решать за нее? — Не обижайся, Саймон, но если Джош заинтересован в… — Тут она замялась. — В любом случае, встречаться мне с ним или нет, это не твое дело!

— Серьезно?! Ты уже надумала с ним встречаться?

Делия сделала шаг назад. Она бы этого хотела. Судя по всему, Джош Бартлетт очень порядочный парень. И кто знает, если бы провести с ним побольше времени, у них даже может возникнуть взаимное влечение. Если она хочет избавиться от мыслей о Саймоне, то надо же с чего-то начинать…

— Хочу я быть с ним или нет, не имеет значения. К тому же только я должна принимать решение. Работы это не касается.

— Вот здесь ты ошибаешься. Когда твоя личная жизнь соприкасается с моим бизнесом, это очень даже касается работы. Я не хочу, чтобы люди говорили, будто я использовал свою ассистентку, чтобы заполучить этот контракт.

— Так никто не станет говорить.

— В самом деле? — Саймон удивленно посмотрел на нее. Он продолжал идти, и Делия шла рядом с ним. Но вот он остановился и вновь посмотрел на Делию: — Ты ведь считаешь, люди из «Медиатопик» вовсе и не будут интересоваться, как ты провела вечер пятницы? Особенно здесь, в Бостоне.

— Я… я… — Делия просто не знала, что сказать.

— Мир рекламы очень мал, круг очень узкий, поэтому слухи быстро расползаются, и это может сыграть не на руку нашему агентству.

К сожалению, он был прав. Делия и сама это знала.

— Другими словами, ты защищаешь свою репутацию?

— Нет, я защищаю твою, — ответил он.

— Как мило с твоей стороны!

— Я серьезно. Как ты думаешь, кто будет выглядеть хуже, когда слухи расползутся? Глава агентства или его наивная ассистентка, которая вовремя не смогла ответить «нет»?

Глава 4

Саймон предложил отменить вызов машины. Лучше сесть на водное такси и доплыть до их отеля.

— После трех часов, проведенных в пивоварне, я хочу немного побыть на свежем воздухе, — сказал он.

Делия ничего не ответила. Усевшись на причал, она подняла лицо навстречу легкому океанскому бризу.

— Ну так что? Если мы не работаем над проектом «Джавакилл», то над чем мы тогда вообще работаем? — спросила она после неловкой паузы.

Саймон хмуро уставился на дисплей телефона:

— Уверен, меня ожидает какая-то неприятность во входящих письмах. Чем меньше бюджет проекта, тем требовательнее клиент.

— Ну, тогда Джим Бартлетт не является для нас лакомым кусочком?

Усмехнувшись, он сел рядом с ней:

— Бартлетт — это исключение из всех правил.

— У тебя раньше не было таких клиентов?

— Он пока что не мой клиент.

Его лицо исказилось в гримасе боли, и он поморщился.

— Снова заболела голова?

— Немного. Жить буду.

В конце концов, может быть, ему и правда необходим свежий воздух. Он действительно выглядел уставшим.

Катер, водное такси, наконец прибыл. Саймон занял для них места почти у самого носа суденышка, чтобы они могли насладиться прекрасными видами. Но и все остальные пассажиры тоже хотели занять удобные места. Началась давка. В общей толчее Делия случайно коснулась его руки. По лицу Саймона можно было понять, как он не любит, когда посторонние прикасаются к нему…

— А если мы не заключим сделку с Бартлеттом, будут ли увольнения в нашем агентстве? — спросила Делия.

— Полагаю, да, — ответил Саймон. — Хотя два офиса, в Калифорнии и Чикаго, нуждаются в реструктуризации.

— А как насчет нашего офиса?

— Переживаешь за свое место?

— Своего и моих подруг.

— Ну, вы можете вздохнуть спокойно. На данный момент нашему офису ничего не угрожает. Но, — добавил он, — все может измениться в одночасье.

— Я думала, твой отец держит тебя в курсе.

— Тебе, наверное, сложно представить, но мой отец не любит проявления семейственности. Он ко мне относится точно так же, как и ко всем остальным топ-менеджерам агентства.

— И это значит, он может уволить тебя, если ты вдруг облажаешься?

Саймон пожал плечами:

— Он человек старой закалки, а «СМТ» — это его детище. Он не хочет запятнать свою репутацию.

— Но… — Делия прикусила губу. В конце концов, Саймона лучше не злить. — Он должен тобой гордиться.

— Он как-то сказал об этом. Хоть что-то, — промямлил Саймон. — Ты ведь знакома с моим отцом?

— Ну, мы вроде виделись пару раз на корпоративах, — ответила Делия.

Вокруг агентства Уильяма Картрайта ходило чересчур много легенд.

— Тогда ты должна знать, как он относится к жизни. Каков отец, таков и сын.

— Почему-то он предстал в моей памяти в образе Эрнеста Хемингуэя. Как будто он одет в военную форму цвета хаки, а за поясом у него револьвер.

— Готов был бы поспорить с этим, — усмехнулся Саймон. — Мой отец проявляет уважение только к таким же людям, как и он сам, — к победителям, рвущимся все время вперед.

— Ну тогда он определенно тобой гордится, — подметила Делия. — Только посмотри, чего ты смог добиться!

— Ты скорее похожа на мою ярую фанатку, а не на ассистента в офисе. — И Саймон ловко продолжил тему о ней: — А как насчет тебя, девушка из Канзаса, завоевывающая Нью-Йорк? Что о тебе думают твои родители?

Делия охотнее бы продолжила разговор о нем, а не о своих родителях.

— Моя мама говорит, она счастлива за меня.

— Только говорит? Одни лишь слова, и все?

— Она предпочла бы, чтобы я была поближе к дому. Мать-одиночка, ну и все в таком духе. Ну, в смысле, она мать-одиночка, а не я конечно же, — пробормотала Делия, исправившись.

Саймон ухмыльнулся:

— А я уж было испугался. Думал, ты выдала свой секрет.

— Никаких секретов! Ну, по крайней мере, у меня…

— Ничего плохого нет в том, чтобы быть честной с самой собой.

— Ну да, особенно когда с тобой всем так скучно.

— Ты вовсе не скучная, — заверил ее Саймон. — И уж лучше быть немного скучным и честным, чем веселым обманщиком.

Делия многое хотела сказать по этому поводу, но произнесла лишь следующее:

— Любой, кто хоть мало-мальски читает таблоиды, считает, что тебе крупно повезло…

К счастью, Саймон либо не заметил ее словесную оплошность, либо ему было просто все равно.

— И что бы мы все делали без этой пресловутой светской хроники? Частое появление на страницах таблоидов — верный ход для поддержания популярности «СМТ», — спокойно произнес Саймон.

— Появляться на людях с разными девушками — это часть маркетинговой стратегии? Ты так считаешь?

— Намного проще работать, если люди уже знают твое имя или по крайней мере слышали о тебе.

— Так ты посещаешь все эти светские мероприятия и вечеринки только для того, чтобы засветиться? — изумилась Делия.

Просто невероятно! Оказывается, все его действия — это, возможно, часть большой стратегии.

— Если бы мы жили два века назад, то меня звали бы мошенником, торговцем, похожим на скользкую, изворотливую змею.

Делия рассмеялась над этим сравнением:

— Ты преувеличиваешь. Хорошие и ловкие продавцы продают настоящие товары.

— А разве есть разница между продажей бумажных полотенец или продажей безалкогольных напитков? Торговля есть торговля, моя дорогая. Бумажные полотенца, змеиный яд, люди… Не имеет значения, что именно продаешь, пока ты делаешь это виртуозно.

Хоть на лице у него и была улыбка, ответ насторожил Делию. Голос у Саймона был очень странный и загадочный, несколько укоризненный. О чем он говорит?

Рев лодочного мотора отвлек ее от этих мыслей, и Делия вдруг увидела недалеко очертания пристани. Вскоре они пришвартовались.

— Ну теперь ты сможешь наконец-то проверить свою почту.

— Обязательно, — ответил Саймон, но к телефону так и не потянулся.

Они оба хранили молчание, пока все пассажиры не сошли на причал. Их поездка подошла к концу. Последние десять минут на катере показали ее босса с совершенно новой, более глубокой стороны.

— Как жаль, мы снова должны вернуться к работе, — сказала Делия со вздохом.

— Ты не должна.

— Я не… что?

— У нас обоих нет причин портить такой прекрасный день. Ты можешь насладиться местными достопримечательностями, только будь осторожна, вдруг тебя увидит Джош Бартлетт?

— Мне нужно найти что надеть завтра. — Сегодня утром Делию осенило: ни одна вещь из тех, что она привезла с собой, для пляжа абсолютно не подходит. — Черные брюки вряд ли будут уместны на пляже.

— Ну только если ты не хочешь выглядеть огромной рыбой, которую вытащили из океана.

— Или гигантским моллюском, — шутливо поддакнула она. Ей совсем не хотелось снова чувствовать себя неловко. — Если не возражаешь…

— Вовсе нет. Ты вполне заслужила несколько свободных часов. Пойди погуляй, пройдись по магазинам. В общем… приятного тебе дня!

— Спасибо. Кстати… что представляют собой настоящие печеные моллюски здесь, в Бостоне, в Новой Англии?

— Ничем особенным они не отличаются от любых других, только, возможно, более свежие. А почему ты спросила?

— Потому что я никогда их не пробовала. И, кстати, я хочу, чтобы наша одежда гармонировала! — Конечно, ей ведь не все равно, как она будет выглядеть. — Что ты наденешь?

Делия помнила, что с собой Саймон привез лишь небольшую сумку. Видимо, приглашение Бартлетта тоже застало его врасплох.

Саймон пожал плечами:

— Сам не знаю. Я собирался попросить портье принести что-нибудь из бутика при отеле.

— А-а-а, — протянула Делия и направилась вперед, но потом резко остановилась: — Я полагаю… А хотя… Не важно.

— Что?

— Ничего, — отмахнулась она.

— Делия, кажется, я уже говорил тебе: всегда заканчивай свою мысль.

Такое забудешь, как же! Он напоминает ей об этом чуть ли не каждые десять минут.

— Просто я подумала, не захочешь ли ты вместе пройтись по магазинам?

Что с ним такое? Вчера у него были странные воспоминания и кошмары, а сегодня он вообще почти потерял рассудок. Иначе как объяснить, почему он гуляет по торговому центру «Куинси» вместе со своей ассистенткой, помогая выбирать купальники?

Делия спросила его, не хочет ли он пройтись вместе с ней. Он должен был отказаться — после своей ошибки прошлой ночью, не говоря уже о сегодняшней. И все-таки, уже во второй раз, он переступил допустимую грань в отношениях между ними. О чем он вообще думал?

Тот же вопрос стоило бы задать самому себе, когда он придумал такую идиотскую отговорку: мол, Делия не должна встречаться с Джошем Бартлеттом! С каких это пор Саймон вдруг стал заботиться о репутации агентства? Если слухи и расходились, то он мог их развеять с легкостью.

И все-таки… у него было непреодолимое желание размазать Джоша о стенку каждый раз, когда тот улыбался Делии.

Делия негромко кашлянула, прервав его мысли:

— Вижу, ты не рад, согласившись пойти со мной.

Спеша ее успокоить, он улыбнулся в ответ:

— А мне кажется, это ты жалеешь. Твой занудный босс, как назло, потащился с тобой!

— Я лишь имела в виду, тебе, наверное, не очень удобно просто таскаться за мной и смотреть, как я все примеряю. Можем разделиться, сделать каждый свои покупки и встретиться чуть позже.

— Хорошая попытка. — Саймон покачал головой. — Но мы ведь оба знаем, что в итоге я останусь без покупок.

— Почему ты так говоришь?

— Потому что уже много раз ходил с женщинами по магазинам.

Она рассмеялась:

— Но что-то мне подсказывает, я сильно отличаюсь от всех твоих предыдущих подружек по шопингу.

Да, Делия определенно отличалась от них. Все женщины, которых он успел узнать, были прямо-таки одержимы новыми нарядами и модой. И все были очень экстравагантными — две черты, которые у Делии явно отсутствовали.

Но проблема была в другом: у всех женщин не было такого чудесного переливистого смеха, как у Делии. Ее смех словно обволакивал его, заставлял чувствовать себя спокойнее.

— Не важно, кем ты являешься или не являешься. Важно то, что обычно я оказываюсь прав.

— Как скажешь… — Делия произнесла это тихо, почти шепотом.

Черт возьми, да что с ним такое? Почему он уже десять минут читает ей лекции, вместо того чтобы расслабиться и хоть немного повеселиться?

— Давай поступим так, — предложил он. — На другой стороне центра есть мой любимый магазин одежды. Бьюсь об заклад, я успею дойти туда, найти одежду на завтра, купить и вернуться еще до того, как ты закончишь с первым нарядом!

— Ну конечно, ты можешь, — ответила Делия. Саймон собирался уже заявить: она слишком легко сдается, но она продолжила: — Ты ведь не будешь смотреть на цену, а покупки с ограниченным бюджетом всегда занимают больше времени. Попробуй взять мою зарплату и посмотри, сколько времени займет твой поход по магазинам.

— Хочешь сказать, я недостаточно хорошо оплачиваю твой труд?

— Никто на моем уровне не получает достаточно много.

Делия абсолютно права. У него с собой карточка с многомиллионным счетом, а у нее не так-то много денег…

— Хорошо, меняем правила. Купишь все, что хочешь, и не будешь смотреть на ценник. Я все возмещу.

— Ты хочешь купить мне наряд? — спросила она, округлив глаза.

Он засмеялся, увидев ее взволнованное выражение лица:

— Ну а почему бы и нет?

— Обувь и все такое?..

— Обувь и все такое. Но теперь ты не можешь сослаться на ограниченность своего бюджета. Договорились?

Вместо того чтобы сразу согласиться, как он того ожидал, Делия нахмурилась:

— А откуда ты узнаешь, что я не выбрала платье за тысячу долларов?

— Мы же в «Куинси»! Если ты тут сможешь найти пляжный сарафан за тысячу долларов, что ж, покупай. Хотя я знаю, ты все равно этого не сделаешь. Твой характер не позволит тебе так бездумно тратить деньги. Теперь договорились? Тот, кто первый закончит, получает ужин в ресторане по своему вкусу.

Делия сложила руки на груди:

— По своему вкусу? Кто-то слишком уверен в себе!

— Ну да, — ответил Саймон с вызовом.

— Тогда приготовься взять свои слова обратно.

— И не подумаю! Сегодня я выберу ужин, да и ресторан уже присмотрел.

По правде говоря, Саймону было все равно, кто выиграет. Он просто наслаждался моментом, как и этой новой, открывшейся перед ним стороной Делии. Она была дерзкой, и ему это нравилось.

Они договорились встретиться около монумента Рэда Эйрбаха, как раз посередине торгового центра. Это была очень красивая скульптура — человек в костюме сидит на скамейке и курит сигару.

— Тот, кто закончит первым, сядет рядом с ним на скамейку и будет ждать, — сказал ей Саймон. Он наклонился ближе и внезапно почувствовал, как его тянет к ней. — Я напишу тебе сообщение, когда приду туда.

— Не стоит, — ответила Делия, самодовольно улыбаясь. — Я уже буду тебя там ждать.

Он был так близко и мог отчетливо видеть каждую ресничку…

— Почему ты это делаешь? — спросила она.

Действительно, почему? Может быть, потому, что спустя столько лет он наконец-то смог хоть немного расслабиться? Повеселиться?

— Потому что, — коротко ответил Саймон.

— Как-то не очень смахивает на причину, тебе не кажется?

— Вполне приличная причина, по-моему, — сказал он и задался вопросом: знает ли она, насколько сексуально прикусывает губу, когда волнуется? Пораженный силой охвативших его чувств к ней, он едва смог выдавить улыбку: — Лучше поторопиться, мисс Джерман. Время близится к ужину!

Он прикоснулся пальцами к воображаемой шляпе на голове, и они разошлись, спеша выполнить условия до того, как истечет обговоренное время.

Глава 5

— Неужели ты выбрал пиццу на ужин? Это как-то слишком просто для победителя, — сказала Делия.

Прошло полтора часа после того, как их импровизированное соревнование завершилось. Нагруженные пакетами с покупками, они направлялись в северную часть Бостона.

— Не надо было столько копаться, и тогда бы ты смогла сама выбрать ужин. В этом нет моей вины, а ты такая копуша!

— Пять минут. Я опоздала всего на пять минут! Если бы передо мной на кассе не оказалось слишком много народу, то прямо сейчас я бы выбирала самые вкусные блюда из меню ресторана.

— Но, к сожалению, в очереди было слишком много народу, поэтому сегодня ты ешь пиццу.

У Делии было на несколько пакетов больше, чем у него, и она неуклюже пыталась распределить их, чтобы было не так тяжело. Саймон хотел было предложить помощь, но вовремя прикусил язык. Это будет уже чересчур, и она точно решит, что у них свидание.

Но в следующую секунду Делия чуть не выронила пакеты, и Саймон взмахнул рукой:

— Позволь-ка мне! — и, не дожидаясь ответа, забрал из рук Делии часть покупок.

Делия не стала спорить:

— Спасибо.

— Это самое малое из того, что я могу сделать. Ты же все-таки оплачиваешь нам пиццу.

— Вообще-то ты… Ты специально выбрал ресторан подешевле, потому что я хотела оплатить счет?

— Господи, ты сегодня меня во всем подозреваешь!

— Прости, так вышло. Просто сегодняшний день выбил меня из колеи, ведь когда я предложила тебе пройтись по магазинам, никак не ожидала, что ты так расщедришься на шопинг. Ты не должен был мне это оплачивать.

— Я знаю. — Конечно, Саймон не должен был устраивать это дурацкое соревнование по шопингу. — Просто мне так захотелось.

Ему нравилось баловать кого-то, кто совсем не просил от него подарков. К тому же он лишил Джоша возможности любоваться ее чудной улыбкой — тем, чем он сам сейчас любовался.

— Ну, будем считать, что платье — это бонус от начальника за хорошо выполненную работу.

Саймон оплатил бы и сувениры, которые она купила в маленькой лавке, и сам ужин, но он знал: она наверняка запротестует.

— Бонус, да? Жаль, не знала о нем заранее. Тогда более придирчиво выбирала бы платье за тысячу долларов, — улыбнулась она.

Саймон почувствовал, как внутри его разливается приятное тепло. Они работали вместе четыре года, а он лишь недавно заметил, какая у нее потрясающая улыбка.

— Должен признать, — сказал он, — ты меня удивила. Твои способности в шопинге впечатляют. Но ты действительно купила полный наряд?

— Абсолютно, — ответила она. — И обувь тоже!

— Тогда я вдвойне впечатлен.

— Честно говоря, я должна признаться, что мои подростковые годы прошли с тремя маленькими детьми. Хочешь не хочешь, научишься быстро принимать решения, когда твои братья вот-вот опрокинут гору товаров с магазинной полки.

— Я так понимаю, ты очень долго была няней для своих братьев?

— Можно сказать и так, — ответила Делия и потупила взгляд.

Годы практики научили Саймона распознавать оборванные и невысказанные фразы, и теперь последняя реплика его помощницы дала ему понять: здесь скрывается нечто большее.

После недолгой паузы Делия объяснила:

— Моей матери пришлось нелегко после смерти отца. Мне нужно было ей помогать.

— Я не понимаю, — ответил Саймон. — Когда ты сказала «мать-одиночка», я подумал, ты имела в виду…

— Отец попал в автокатастрофу, возвращаясь с работы домой.

— Мне очень жаль. Сколько тебе было лет?

— Пятнадцать. И я самая старшая из всех детей в семье…

И снова недосказанная фраза. Пятнадцать лет — слишком юный возраст, чтобы решать взрослые проблемы.

— Мне очень жаль, — повторил он, понимая, что эти слова мало что могут выразить в такой ситуации.

— Всякое бывает, не так ли? Что в таком случае можно поделать?

Ответ был предельно ясен — ничего.

«Ты сделала то, что от тебя требовалось. Ты отбросила свою боль и безвозвратно потерянное детство в сторону и осталась сильной», — подумал Саймон.

Интересное совпадение, но их жизни кардинально изменились в возрасте пятнадцати лет. Может быть, поэтому он чувствовал такую связь с Делией? На каком-то подсознательном уровне они оба понимали, каково это — потерять детскую беззаботность раз и навсегда. Все же несправедливо… В конце концов, Делия никого ни в чем не винила, несчастье случилось, и значит, так и должно было быть. Даже если бы и захотела, она все равно не смогла бы изменить что-то, предотвратить катастрофу, в отличие от Саймона.

— Я полагаю, сейчас дела обстоят получше?

— Э-э-э… ну, то есть все стало лучше, когда я училась в колледже.

Делия попыталась ускользнуть от темы, но Саймон успел это заметить.

— Часто навещаешь родных?

— Не так часто, как следовало бы. Не пойми меня неправильно — я, конечно, люблю свою семью, но…

— Но тебе нужно свое личное пространство.

— Точно, — мягко произнесла она. — Наверное, плохо так говорить, но только здесь я могу быть собой. Здесь нет давления.

— О чем ты?

— О том, что мать видит меня совершенно другой. Ты ведь знаешь, какие родители бывают иногда. Ох, прости! Ты спросил об отце, а я…

— Все нормально.

Воцарилась тишина.

— Во всяком случае, ты неплохой человек, — сказал наконец Саймон. — Серьезно. Вряд ли ты можешь сделать что-то неправильное или кого-то обидеть.

— А сейчас таким глупостям значения никто не придает.

— Я придаю, — сказал он и крепко сжал Делию обеими руками.

— Так… — К его разочарованию, она высвободилась из его сильных рук. Внезапно ощутив пустоту, он чуть было не попытался обнять ее снова. — Где этот ресторан, куда ты меня ведешь? Мы идем уже целую вечность!

— Осталось немного. Можно сказать, почти пришли.

— Если этот ресторан все еще стоит на своем месте. Пятнадцать лет — немалый срок, знаешь ли.

За исключением отдельных случаев, когда и пятнадцати лет недостаточно, чтобы стереть определенные вещи из памяти.

Саймон погнал мрачные мысли прочь. Эта поездка непременно должна оставить хорошие воспоминания.

— Он на месте, — заверил ее Саймон.

Он заранее проверил это в Интернете. И удивился, обнаружив, что многие местные достопримечательные места до сих пор сохранились.

Еще один поворот — и пульс Саймона забился быстрее. Он внезапно почувствовал приятную ностальгию, так как знакомая «Манджия» выглядела в точности так же, как он запомнил. Конечно, кое-что изменилось, как же без этого. Навес был более новый, да и на улице прибавилось дополнительных столиков, но зелено-красный неоновый знак все еще висел над дверью, совсем как в его воспоминаниях…

Саймон размышлял, пахнет ли внутри свежим хлебом и дымом от поленьев в камине? Из его воспоминаний о юности пицца в «Манджии» была одним из самых приятных.

Войдя внутрь, Саймон с разочарованием оглядел ярко окрашенные стены. Он сразу заметил отсутствие мешочков с сушеными травами, которые раньше были развешаны по всем углам. В глаза сразу бросался слишком уж современный интерьер, который, по его мнению, лишил это чудесное место своей неповторимой изюминки.

Впрочем, ряды столиков мало изменились. Посередине кафе сидели за столом два мальчугана лет четырнадцати, не больше. Между ними на столе лежала огромная недоеденная пицца. Саймон улыбнулся, видя знакомую картину:

— У моего соседа по комнате на первом курсе был двоюродный брат. Так вот, этот брат нам и рассказал об этом месте. По воскресеньям мы могли забредать сюда, заказывать по большой фирменной пицце и часами обсуждать что-то, и неважно, была там хоть капля правды или нет.

— Прости, что?..

— Научная фантастика, знаешь ли, очень интересная вещь.

— Ты увлекался научно-фантастическими произведениями? — произнесла Делия, пораженная таким признанием.

Саймон всегда виртуозно играл роль крутого босса, и мальчик внутри его никогда не мог выбраться наружу. Но сегодня он захотел дать ему немного свободы. Для того чтобы Делия могла узнать, каким он был прежде?

— О да, я был большим поклонником научно-фантастической литературы, а также компьютерных игр. Надо признать, в тот год мы славно провели время.

— Почему только в тот год?

— Я стал старше, и пришлось оставить детство позади. — Саймону приходилось только надеяться, что этого будет достаточно для ответа.

— Бывает, — ответила Делия, слегка кивнув.

Без сомнения, она подумала: ее жизнь так же круто поменялась именно в этом возрасте.

Официант проводил их к столику у самого окна. На нем стояли бутылка вина и подсвечник с уютно горящей свечой. Как только Делия села за стол, она попыталась представить Саймона-подростка, любившего пиццу и видеоигры. От взрослого Саймона веселый мальчуган отличался кардинально. И почему теперь этот молодой и красивый мужчина так не любит вспоминать о своих школьных годах?

— Ты нахмурилась, — заметил Саймон. — Что-то случилось?

— Я просто подумала о том, как все-таки непредсказуемо все сегодня повернулось.

— В самом деле? — спросил он, садясь напротив нее. — Как же так получилось?

Можно было предположить, что с прошлой ночи отношения между ними будут напряженными, но ничего такого не произошло. Чем больше времени Делия проводила в компании Саймона, тем более расслабленной становилась — настолько, что почти забыла: он все же ее начальник. И, как правило, она забывала об этом в те минуты, когда Саймон стоял совсем близко. В такие мгновения время будто замедляло свой ход…

— Этот день так не похож на все остальные. Он так приятно от них отличается, — сказала она.

— Не разочарована? Я же нарушил твои планы на Джоша!

— Сегодняшняя компания мне больше понравилась, — ответила Делия.

В этот день все было необычно, а еще более странным ей показалось ее чересчур смелое, даже фривольное поведение с боссом.

Поскольку именно Саймон выбрал ресторан, Делия охотно доверилась его выбору, когда официант подошел к их столику для принятия заказа. К ее удивлению, Саймон заказал две огромные пиццы. Ею наверняка можно было бы накормить всех сотрудников их агентства.

— И сколько же, ты думаешь, я смогу съесть? — спросила Делия.

— Я просто хочу извлечь все привилегии из моей сегодняшней маленькой победы, — ответил он и с ухмылкой объяснил ей причину своего выбора. — Хочешь поспорить снова? Бьюсь об заклад, прошлую ошибку ты больше не совершишь.

— Я усвоила урок, хотя… — Делия осторожно, словно шпион, придвинулась близко к Саймону и прошептала: — Если ты еще повысишь свою ставку по выигрышу… Клянусь, ничего более странного не видела никогда.

— Ты что, жалуешься? Смотри, я всегда могу взять обратно свое предложение.

— Не смей! Я заслужила это платье. Ты знаешь, как я работала ночами в офисе.

— Да, я знаю. И знаю, ты работаешь так всегда. Мы… в общем, мне так повезло! У меня есть ты.

— Спасибо, — пролепетала Делия и почувствовала, как сердце чуть не выпрыгнуло у нее из груди.

— Я также сожалею, — продолжил он, — если вдруг последние несколько часов поломали твои планы на эти выходные.

— Ничего они не поломали.

Официант вернулся, чтобы поставить кувшин колы на стол. Делия заметила, что Саймон не заказал алкоголь. Наверное, не хочет, чтобы вчерашняя ночь повторилась снова. Они подождали, пока официант наполнит их бокалы.

— Так у тебя нет грандиозных планов на этот уик-энд?

— Боюсь, нет. Ну, я должна была вообще-то пойти с Клариссой Бойд на свадебную выставку, но с удовольствием обойдусь без этого.

Он протянул ей бокал:

— Что ты имеешь против свадебных выставок?

— Ничего. Они представляются абсолютно фантастическими, если свадьба уже на носу. А если нет, они превращаются в…

— Скучное зрелище?

— Однообразное. Кларисса уже водила меня на две такие выставки и наверняка потащит еще не на одну. А как насчет тебя? Разве планы Бартлетта испортили тебе выходные?

— У меня тоже ничего срочного. Мероприятие по сбору средств на благотворительность.

Размышляя над его последней фразой, Делия подумала: «А ведь его работа должна быть теснейшим образом связана с социальной жизнью, жизнью общества. И любое изменение в рабочем графике может понести за собой большие проблемы».

— Надеюсь, Фанни не была сильно разочарована?

— Сомневаюсь. Мы так и не разговариваем.

— Ты ведь не… — Ее сердце бешено колотилось. — Но… я думала, ты послал цветы. Ты же посылал вчера цветы?

— Скажем так, мирно все уладить не получилось.

— О… — Как бы ни была ей противна эта тема, Делия старалась говорить вежливо: — Может быть, когда она немного остынет, вы сможете попробовать все наладить?

— Не думаю. Рано или поздно мы бы все равно разошлись. Мы очень по-разному смотрели на наши отношения.

Официант принес их заказ, тем самым избавив Делию от необходимости продолжать тему. Две огромные пиццы, с дымящимся ароматным слоем сыра и специй.

В желудке Делии заурчало. В последние несколько часов она совсем забыла о голоде, и вот теперь он напомнил о себе.

— Пахнет просто божественно!

Саймон положил кусок на ее тарелку, и она с жадностью набросилась на еду.

— Что мне всегда нравится — наблюдать за женщиной, которая не стесняется проявлять свой здоровый аппетит к вкусной еде! — торжественно изрек он.

— Пахнет слишком хорошо, чтобы вспоминать о правилах поведения за столом, — сказала Делия, улыбаясь и наматывая на вилку тягучий сыр.

— Для меня увидеть девушку с хорошим аппетитом — редкость. Большинство женщин, которых я знаю, отказываются от нормальной еды. Можешь представить, Фанни в последний наш поход в ресторан заказала только овощной салат и минеральную воду!

— И теперь ты хочешь найти совершенно новую для себя девушку?

«Вот и отлично, приехали! Теперь он будет думать, будто я намекаю на саму себя», — подумала Делия.

Но Саймон, казалось, пропустил этот скрытый подтекст:

— Если бы я только мог быть уверен в женщине, которая сумеет дать мне больше определенности, чем Фанни!

— Ты имеешь в виду крепкие отношения?

— Да, крепкие отношения, стабильную жизнь. Забавно, но серьезные женщины, как правило, заводят отношения с такими же нелегкомысленными мужчинами.

— Но ты тоже нелегкомысленный!

— Не будь так уверена. Я наслушался достаточно обвинений по этому поводу.

— Думаешь, твоим бывшим подружкам можно верить?

— Может, да. Может, нет. — Он прервался, чтобы откусить пиццу. — А ты никогда не задумывалась, что и у тебя нет права судить? К тому же иногда люди не такие, какими кажутся на первый взгляд.

— Точно! Ведь даже у Железного Дровосека было сердце, — пошутила Делия.

— Тогда я должен где-то найти большое шелковое красное сердце и повесить себе на грудь. А еще я должен получить медаль за храбрость, чтобы все увидели: мне не свойственна трусость. — Голос Саймона звучал как-то слишком грустно.

Делии вдруг стало очень горько, хотя оба и шутили.

— Прекрати! — сказала она.

Пока Саймон и Делия наслаждались пиццей, еще трое подростков присоединились к двум мальчикам в середине зала. К этому времени они уже выпили всю колу и доели пиццу, оставив только пару корочек. Один из мальчиков начал рвать корочки на кусочки и швыряться ими в приятеля.

— Я бы головы поотрывала своим младшим братьям за такое поведение! — возмутилась Делия. — Скажи, ты же ничем подобным не занимался, когда приходил сюда в детстве?

— Нет, — покачал он головой.

— Хорошо.

Делия все надеялась, что мальчишки скоро уйдут, и они смогут вернуться к беседе.

Но парни не унимались.

— Кевин, я же сказал, отстань от меня!

— Оставь это, брось его, — вступился за приятеля второй подросток.

— Ты прямо как попугай! — ехидно осклабился хулиган.

— Эй! — Весь ресторан замер, когда раздался голос Саймона.

Делия наблюдала, как он встал из-за стола и, расправив широкие плечи, окинул мальчиков своим строгим, синим и холодным как лед взглядом.

— Он, кажется, попросил вас прекратить, так что перестаньте! — сказал Саймон, понизив на тон ниже свой бархатный голос.

Пять мальчишеских ртов открылись от изумления, точно так же, как застыла Делия. Никогда еще прежде за четыре года она не слышала от Саймона настолько холодного тона.

Наконец Кевин сделал шаг к двери:

— Давайте-ка уберемся из этой дыры, ребята, и поживее!

Делия заметила, как Саймон пристально следил за подростком, над которым издевался самый крупный из них. Обидчики с вызовом уставились на Саймона, а тот мальчик лишь тупо смотрел под ноги, плетясь за ними к выходу.

— Сожалею, что так вышло, — глухо произнес Саймон, когда подростки вышли из кафе. — Получилось слишком грубо.

— О чем ты? Я, наоборот, была рада, когда ты так сказал. Если хочешь знать мое мнение, эти хулиганы заслужили намного больше!

— Жаль, но мои слова для них ровным счетом ничего не значат. Готов поспорить: как только они свернут за угол, то продолжат издевки над этим парнем. И самое отвратительное… — Саймон резко бросил салфетку на стол, и Делия заметила, что руки его немного дрожат, — он позволит им это делать и дальше, потому что трусит перед ними!

— Ты слишком строго судишь, тебе не кажется? Ведь он всего лишь ребенок.

— Не имеет значения. Он должен был дать им отпор. Он должен быть мужчиной, а не позволять публично себя унижать.

Теперь его реакция показалась Делии совсем уж странной.

За считаные секунды приятная атмосфера вечера сменилась напряженностью. Делия усиленно пыталась собрать все части этой головоломки в единую картинку. Уже во второй раз она наблюдала такую его реакцию. Первый раз — с Бартлеттом в ресторане прошлой ночью, а теперь — с этими мальчишками здесь. И каждый раз глаза его принимали странное, пугающее ее выражение.

— У тебя что-то произошло в школе? — Вопрос сорвался с губ прежде, чем она могла над ним хорошенько поразмыслить.

Саймон замер, лицо его помрачнело.

— Саймон, я лишь хочу помочь…

— Все это было очень давно, — прервал он и, как и прошлой ночью, закрыл тему.

Делия поняла: что-то определенно с ним случилось в те далекие школьные годы. Она потянулась к Саймону через стол, чтобы пожать ему руку, но он отдернул ее и произнес:

— Уже поздно. Не возражаешь, если мы пропустим десерт?

— Конечно, — кивнула Делия. — Как пожелаешь.

Всю дорогу до отеля она думала о реакции Саймона. Делия не могла перестать вспоминать его мрачное лицо при одном только упоминании о школе. Не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять: она надавила на больное. Все эти события, случившиеся за выходные, казалось, не на шутку его разозлили. Вопрос был только в том, что же такое случилось.

Вернувшись в свой номер, Делия быстро нашла кое-какую информацию в Интернете. Она ввела в поиск ключевые слова: «школа «Бейтс норс» в Бостоне, скандал». Поиск сразу выдал первую статью по этой теме. Статья сообщала: несколько спортивных команд обвинялись в проведении слишком грубых отборных испытаний. К дисциплинарной работе были привлечены члены команд по гребле, футболу и нескольким другим видам спорта. В статье больше ни о чем конкретном не сообщалось, интервью пострадавших она не содержала.

Делия посмотрела на дату. Иски подавались в течение двух лет после того, как Саймон выпустился. Тем не менее они продолжались… И в статье действительно упоминалась команда по гребле.

Анализируя все его последние фразы о школе, об этом мальчике в кафе и его детстве, Делия нарисовала довольно мрачную картину. Возможно, Саймон подвергался нападкам со стороны более старших ребят?

«Ты не просто приходишь в команду. Необходимо доказать: ты один из нас. Убеди нас, что ты любишь команду больше всего на свете! И для этого есть только один способ…»

В сумраке своей комнаты Саймон смотрел на огни аэропорта, и крепкое виски обжигало ему горло. Бассейн отеля в это время был закрыт, поэтому ему осталось лишь принять горячий душ и выпить добрую порцию виски. Это помогало уходить от неприятных воспоминаний…

Итак, каковы итоги выходных?

Он провел целый день наедине со своей ассистенткой и совсем не занимался делами. Он расслабился, а потом… Почему, черт возьми, так тяжело держать свои мысли и память под контролем? Сохранить свои мысли под контролем? Ведь до этих злополучных выходных ему это прекрасно удавалось…

Бедная Делия. Он два раза повел себя как маленький ребенок. Не следовало так поступать.

Но Саймон понял и другое: его еще никогда так сильно не тянуло к Делии, как после этого уик-энда.

И теперь по иронии судьбы его влечение тесно переплелось с воспоминаниями. Всякий раз, когда он думал о ее прекрасных голубых глазах, все тело его напрягалось.

Но те мальчуганы в кафе напомнили ему: у него нет никакого права привязываться к такой наивной, милой ассистентке.

Саймон налил себе еще виски и осушил содержимое стакана одним глотком. Нужно продержаться еще тридцать шесть часов и все-таки добиться контракта с Бартлеттом. Тогда он сможет спокойно вернуться в Нью-Йорк, и все снова будет как раньше.

Если только он не допустит еще какую-нибудь глупость.

Глава 6

Если бы не голоса Хлои и Клариссы в ее голове, хором твердившие о необходимости оживить свой гардероб, Делия никогда бы не купила что-то настолько неподходящее ее вкусу и стилю. Она бы предпочла купить брюки капри или широкие бермуды, а не этот яркий желтый сарафан. Еще вчера в магазине он не казался ей таким коротким.

Делия попыталась одернуть юбку ниже, но ничего не вышло, и ее бедра казались ей двумя белыми огромными колоннами. О чем она вообще думала? Ответ довольно прост и очевиден: о Саймоне, конечно. Его поведение сначала поставило ее в тупик. Но теперь у нее не было абсолютно никаких сомнений — с Саймоном что-то произошло в средней школе. Издевательства над младшими, этот скандал… Что-то очень глубоко на него повлияло…

Удивительно, но разве на такого мужчину, как Саймон, может что-то сильно повлиять? Сама Делия всегда знала его как холодного, собранного и очень ответственного человека. Эта поездка открыла для нее новые стороны личности ее начальника, в том числе и темную.

Раздался стук в дверь. Делия второпях взглянула в зеркало и снова одернула юбку.

Появился Саймон, и Делия поняла: он преуспел во вчерашнем шопинге куда лучше, чем она. Так или иначе, ему удалось найти голубую рубашку, которая восхитительно сочеталась с цветом его глаз. Во всяком случае, от него было очень сложно оторвать взгляд.

Второе, что она успела отметить, — настроение у него не улучшилось. Делия видела и чувствовала, что все его тело напряжено. На нем были солнцезащитные очки, и она не могла разглядеть выражение его глаз.

— Доброе утро, — поприветствовала она. — Как спалось?

Вместо ответа, он осмотрел ее с ног до головы. От этого пристального взгляда по коже Делии побежали мурашки.

— Это ты купила вчера? — Его голос звучал более резко, чем обычно.

— Да, это так, — ответила она, пытаясь казаться хоть немного уверенной в себе. — Тебе не кажется, что этот сарафан чересчур…

— Ты выглядишь вполне достойно, — прервал он. — Готова идти?

— Почти. Осталось только туфли надеть.

— Хорошо, только не слишком долго. Встретимся около регистрационной стойки, — произнес он и направился к лифту.

Поездка в машине проходила ужасно. Мало того что первые несколько минут они провели в неловком молчании, так еще и роскошный седан, который Саймон взял напрокат, смотрелся очень неуместно. Уютные кожаные сиденья были расположены слишком близко друг к другу, и всякий раз, когда Саймон переключал передачи, Делия чувствовала, как он слегка задевает рукой ее оголенную ногу чуть выше колена. Делия сидела, почти прижимаясь к боковой дверце. Вдобавок ко всему юбка сарафана задралась еще выше…

— Как твоя голова? — не выдержала она, прервав неловкое молчание.

— Ты задаешь мне этот вопрос второе утро подряд, — заметил Саймон, сосредоточенно смотря на дорогу.

— Я спрашиваю, потому что вижу, как тебе больно, — пояснила Делия. — Не говоря уже о том, что сегодня надел темные очки.

— Ну да, конечно! Ведь мы едем на пляж.

— Ты был в них еще в отеле! Значит, тебе сложно переносить слишком яркий свет.

— Прошлой ночью я плохо спал, — с раздражением ответил он.

— Это из-за случая в кафе? — спросила Делия.

Этот вопрос не давал ей покоя. И, судя по тому, как руки Саймона сжали руль, она поняла: догадка ее была правильной.

— Если не возражаешь, давай не будем говорить об этом.

— Я просмотрела новостные сводки по тому самому скандалу. Оказывается, в нем была замешана и команда по гребле.

— Это случилось давно, уже после того, как я закончил учебу. — Саймон еще сильнее сжал руль, так что костяшки пальцев побелели.

«Тогда почему он так напрягается всякий раз?» — подумала Делия.

— Ладно, прости… Я не хотела быть надоедливой.

— Ну и не надо тогда задавать столько вопросов!

— Я ничего не могу поделать. — Она сделала паузу, прежде чем добавить: — Я беспокоюсь о тебе, Саймон.

Он вздохнул, и с лица его ушло напряжение.

— Мне жаль, я не хотел быть таким грубым. Просто сегодня нужно много ездить, и я не могу позволить себе отвлекаться от дороги. Отвлекаться даже на такую милую, трогательную заботу.

— Я понимаю, — ответила Делия.

Ну конечно, он был прав. Сейчас неподходящее время для таких разговоров.

— Спасибо, — облегченно выдохнул Саймон. — Хотелось бы извиниться за то, что нагрубил тебе в отеле. Ты великолепно выглядишь в этом сарафане, я с самого начала должен был сказать именно так.

— Ну, ты все же сказал эти слова, пусть и не сразу. Спасибо.

Надеясь скрыть, насколько сильно его комплимент на нее подействовал, Делия отвернулась к окну.

* * *

Бартлетт и представить не мог, что на его вечеринку выдастся такая прекрасная погода. Небо было ясным, а редкие облака напоминали огромные клочки раскрывшегося хлопка, которые лениво текли по небосводу в сторону горизонта.

— Я до сих пор не понимаю, о чем думал Бартлетт, приглашая два агентства на одну вечеринку, — произнесла Делия. — Он ведь не собирается столкнуть нас лбами в каком-нибудь дурацком пляжном волейболе, правда же?

— Если честно, я долго размышлял над его планами. В конечном итоге пришел к выводу: он хочет, чтобы мы расслабились и показали наши настоящие, естественные лица. Тогда он сможет определить, с каким из агентств ему будет приятнее вести дела.

— Но зачем два конкурирующих между собой агентства приглашать на одну вечеринку?

— Но ведь это намного проще, чем устраивать две вечеринки, — ухмыльнулся Саймон. — Вероятно, Бартлетт думает, что так нас будет проще сравнить. Не удивлюсь, если на вечеринке специальные люди будут следить за нами.

— Это очень способствует расслаблению, — пробормотала Делия.

— Ты отлично справишься! Только представь, люди просто собрались вместе для легкого, неформального общения.

— М-м-м, ты разве забыл? Я и светские непринужденные беседы — вещи несовместимые.

— Но тебе ведь удалось заинтересовать Джоша Бартлетта.

— О боже мой! Я совсем забыла про него! Я ведь ему вчера наврала, будто весь день работала.

— Ты не наврала. Просто твои планы немного изменились. Джош взрослый человек. Я уверен, он все поймет.

— И мне лучше держаться на безопасном расстоянии от одного из тех немногих людей, с которыми уже удалось пообщаться. Все так?

— Вроде да.

— Проклятье! — произнесла Делия и устроилась поудобнее. — Почему бы тебе просто не отвезти меня обратно в отель прямо сейчас?

— Поверь, если бы я мог, то уже давно бы это сделал.

То, что Джим Бартлетт назвал своим пляжным домиком, на самом деле оказалось целым комплексом небольших зданий с главенствующим над всеми остальными огромным домом из серого кирпича.

— Похоже, наш пивной барон процветает, — сухо отметил Саймон.

Как только полная картина резиденции Бартлеттов предстала перед Делией, она изумилась:

— Что повлияло на строгость и традиции янки?

— Всего лишь состояние в полмиллиарда долларов, вот что.

Они заехали на круговую парковку перед домом, которая уже была заполнена разными автомобилями. Джим Бартлетт еще издалека заметил их, так как стоял на самой верхней ступеньке парадного крыльца.

— Добро пожаловать в резиденцию Бартлеттов! — весело прогремел он. — Надеюсь, вы очень проголодались?

— Очень, — подтвердил Саймон с улыбкой.

Делия снова чуть было не открыла рот от удивления, наблюдая, как всего за несколько секунд Саймон превратился в привычного босса, которого она видела в офисе ежедневно. Снова такой уверенный, энергичный, полный энтузиазма. Удивительно…

— На самом деле, — сказал он Джиму, — мы сегодня пропустили завтрак.

— Это замечательно! Мы тут все любим не только хорошее пиво, но и еду. Мы купили почти килограммового…

— Что-что вы купили? — спросила Делия настороженно.

— Омара конечно же, — пояснил Джим. — Мы знаем здесь одно местечко, всегда покупаем там морепродукты. Кстати, Делия, вы сегодня просто потрясающе выглядите!

— Спасибо, — ответила та, смущаясь.

— Помоги им разместиться во втором гостевом доме, Сандра, будь уж так добра! — сказал Бартлетт, обращаясь к экономке, которую Делия заметила только что. — Джош напомнил мне, что вы увлечены плаванием, Саймон, поэтому мы разместим вас в небольшом гостевом коттедже с бассейном. Сейчас Джош, конечно, занят с вашими коллегами из Нью-Йорка, катается с ними на лодке. Но он скоро вернется.

— Как это мило с его стороны, — заметил Саймон. — Было бы так обидно, если, проделав такой путь сюда, коллеги остались бы ни с чем.

Джим рассмеялся:

— Отлично, отлично, Картрайт. Вы можете быть очень дерзким, но мне это нравится. Теперь с вашего позволения я пойду проверю, как там дела с барбекю.

— Ты ему нравишься, — сказала Делия, как только хозяин дома скрылся из вида. — Это хороший знак.

— Будем надеяться. Это может означать и другое — раньше я не вызывал в нем доверия.

— А кто бы смог к тебе проникнуться после того, что было в ресторане во время нашего совместного с Бартлеттами ужина? — поддразнила его Делия.

Вопреки ее ожиданиям, он не улыбнулся в ответ, только лишь произнес:

— Да, действительно, кто бы смог?

— Эй! — Делия схватила его за руку. — Я вижу, ты сегодня сам не свой. И если тебя это хоть чуточку подбодрит, то я думаю, что сегодня ты всех их сделаешь!

Делия предположила, сейчас он отдернет руку, но вместо этого он нежно убрал волосы с ее щеки. Его пальцы были прохладными, и Делия, как ни странно, снова почувствовала внутри приятное тепло.

— Я не заслуживаю такую ассистентку, — произнес Саймон усталым голосом.

— Нет, не заслуживаешь, но тем не менее я все равно с тобой, — тихо сказала она в ответ.

Джим уже ушел далеко вперед, так что они последовали на звуки смеха и музыки, доносившиеся откуда-то из глубины большого дома.

«Кларисса бы умерла тут от восторга», — подумала Делия, поднимаясь на роскошную веранду. Все выглядело как на обложках свадебных журналов подруги. Красивый бассейн располагался по центру большого сада, на его дне были плиткой выложены изображения пальм. Чуть дальше Делия рассмотрела белую полосу пляжа и синий Атлантический океан.

— Ничего себе, — сказала она, шумно выдохнув.

— Что я тебе говорил? Пивная отрасль процветает.

Делия начала изучать гостей. Они представляли собой интересное смешение молодежи и более зрелых людей. Все были одеты просто, но довольно дорого.

— Интересно, кто именно из этих проныр первым на нас набросится? — спросила Делия негромко.

— Саймон! Делия! — вскрикнул Джош Бартлетт, махая рукой и быстро направляясь к ним.

Делия его едва узнала. На нем были легкие брюки, рубашка поло для гольфа и шлепанцы. Капли пота сверкали на лбу. С улыбкой он приподнял бейсболку, вытер лоб, а затем произнес:

— Мы уже стали думать, что вы никогда не приедете.

— Ну, вы же знаете, какие здесь бывают пробки, — сказал Саймон.

Они пожали друг другу руки.

— Это уж точно. Вы знакомы с Роберто и Карлом из «Медиатопик», не так ли? — Джош указал на двух мужчин, приближающихся к ним по лужайке.

Оба были одеты примерно одинаково: льняная рубашка и брюки цвета хаки. Тот, что повыше, заговорил первым:

— Конечно, мы знакомы. Рад снова тебя увидеть, Саймон.

— Взаимно, Роберто. Как добрались?

— Так же, как и вы. Медленно и с пробками.

— Я только что прокатил их на лодке, показывал мост. Если есть желание, можем чуть позже прокатиться и с вами, — добродушно предложил Джош, обращаясь к Делии.

— Звучит неплохо, — ответила она. — Но сейчас я бы не отказалась от чего-нибудь холодненького, может быть, коктейля.

— Я тоже не отказался бы, — произнес Джош.

Джош повел ее в сторону бара на противоположной стороне бассейна. Саймон следовал за ними, разговаривая с Роберто.

— Итак, что предпочтешь? — спросил Джош. — Светлый эль или темный?

— Чай со льдом, если можно. Не люблю пить алкоголь в жару. Потом голова болит, — пояснила Делия, когда он нахмурился, и снова обернулась на Саймона.

— Расслабься, я уверен, он не будет возражать, если ты немного повеселишься. В конце концов, сегодня у нас вечеринка.

— Только мы оба знаем — это не просто праздник.

— Ты имеешь в виду всю эту игру, которую затеял мой отец, чтобы понять, с кем можно работать? Я бы не слишком переживал на твоем месте. Объект пристального внимания — твой босс, а не ты.

— Ты читал какие-то сплетни, вероятно?

— Всего пару раз, — пожал он плечами. — У Саймона довольно бурная жизнь. Мы должны были его проверить. Ведь он постоянно в городе, а тут такая возможность поболтать с его помощницей!

Внезапно Делию осенило. В мгновение ока нервозность и напряжение отступили, и она подняла бокал. Недостаточно быстро, чтобы скрыть улыбку, и Джош ее заметил.

— Что в этом смешного? — спросил он.

— Если ты хотел что-то узнать о Саймоне, надо было просто спросить.

— О… — Его щеки, и так покрасневшие от духоты, зарделись еще ярче. — Ты меня вычислила!

— Ты не особенно хитрил.

— Нет, надо осторожнее подбирать слова. Мне так неловко… Это все идея отца!

— Нет необходимости извиняться. Хотя я должна задать один вопрос. — Она подняла глаза от бокала. — Карлу ты тоже предлагал остаться и осмотреть достопримечательности?

— Для них был бейсбол. И, кстати, к твоему сведению, он был далеко не такой приятной и привлекательной компанией.

— Я польщена.

— Ну что ты. — Джош сделал глоток пива. — Ты ведь не работала вчера на самом деле, я ведь прав?

И как она заранее не придумала себе оправдание!

— Нет. Не работала.

— Другими словами, мы оба лжецы.

— Как ужасно с нашей стороны, — добавила Делия.

Оба расхохотались.

На другой стороне бассейна Саймон попрощался с агентами из «Медиатопик» и пошел вдоль бортика. Делия наблюдала, как на полпути его перехватил какой-то другой гость.

— Саймон выдумал эту историю с работой ради меня, — добавила Делия. — Он пытался защитить свою репутацию. Он и я подумали: ты якобы намекал на свидание со мной.

Джош поджал губы:

— Да что ты такое говоришь! Ты только что ведь сама сказала, он беспокоился о своей репутации.

— Ты же хочешь узнать, каков Саймон в качестве босса? Ну вот и ответ. Он босс, который проявляет заботу о своих сотрудниках.

— И сотрудники также заботятся о нем.

Это было утверждение, а не вопрос, хоть и очень хитро завуалированный. Делия почувствовала смущение:

— В любом случае он отличный начальник.

— Это не то, что я имел в виду.

— Нет, но это то, что я имела в виду, — парировала она. Ее не волнует, какую игру затеяли Бартлетты. — Я поняла, что ты хотел сказать. Смею заверить, ты не прав.

— Ну если ты так говоришь…

— Он мой босс, не более того, — настаивала Делия.

— Ну, тогда я ошибся, — признался Джош. — К счастью, я больше преуспел в варке пива, а не в распознавании людских характеров. — Он допил свое пиво и заявил: — Так как я, похоже, раскрыл все свои карты, думаю, сейчас могу расслабиться. Давай познакомлю тебя с некоторыми гостями.

— Должен признаться, я впервые провожу приятный день с барбекю из омаров, да еще и за счет клиента! — улыбался Роберто. — Надо быть осторожнее, не то еще привыкну…

— Нам обоим следует быть начеку, — ответил Саймон.

Он слушал конкурента рассеянно, так как наблюдал за Делией и Джошем, как они хихикали за баром. Ему не нравилось, как Бартлетт смотрит на нее…

Как же он мог раньше думать, будто Делия серая мышка? Сарафан, который она купила, идеально сидел на ее фигуре и красиво колыхался при каждом изящном движении бедер. Когда она открыла дверь этим утром, он еле сдержался, чтобы не повалить ее на кровать…

Во время разговора Делия мило смущалась и то и дело краснела. Что такого наговорил ей Бартлетт?

Внезапно вопрос Роберто прервал его мысли:

— Как думаешь, многие из гостей являются так называемыми шпионами?

— Я думаю, все.

— Я тоже так считаю. Похоже, сегодня у нас будет тут жарковато. Удачи!

Все еще следя краем глаза за Делией, Саймон пожелал конкуренту то же самое. Еще несколько минут Саймон пытался вести себя вежливо, затем извинился, сказав, что желает чего-нибудь выпить. Внезапно его почему-то одолела сильная жажда.

— Кстати, — бросил Роберто ему вслед, — между нами, мой совет — следи получше за той женщиной, вон под тем зеленым зонтиком. Девушки постарше любят молоденьких мужчин.

— Спасибо за совет, — ответил Саймон.

Неужели Роберто надеялся, что он попадется на уловку и станет бесстыдно флиртовать? Но Саймон всегда предпочитал сначала хоть что-то узнать о женщине, прежде чем нагло заигрывать с ней.

Делия, похоже, снова смущалась. Слишком уж дружелюбно и мило они там болтают.

«Она вообще слушала мои наставления или нет?» — подумал Саймон. Кто-то должен прервать их, пока еще не совсем поздно.

На полпути к бассейну высокий мужчина со спортивной фигурой схватил его за руку:

— Саймон, правильно? Ты ходил в школу «Бейтс»?

«Глупый идиот!» — подумал он, глядя на руку незнакомца. Он почувствовал напряжение в мышцах и уже готов был вырваться. Саймону и в голову не пришло, что здесь могут быть люди, которые также учились в той школе.

Мужчина представился, имя показалось смутно знакомым. Кем бы он ни был, ему, безусловно, кто-то сообщил о Саймоне.

— …В конце концов я решил заплатить по полной. Я знаю, после того скандала многие получили компенсацию, но разве этого достаточно? Не в том смысле, что кто-то пострадал больше или меньше. Я имею в виду Чипа Амато. Он прибегал к чересчур жестоким способам воспитания командного духа…

Внутри у Саймона все замерло. Это имя он не слышал уже на протяжении пятнадцати лет. И никогда бы не хотел услышать снова.

«Ты должен показать нам, как сильно любишь команду…»

Саймону удалось улыбнуться, несмотря на горький вкус во рту:

— Да, Чип творил страшные вещи. Ужасные, страшные вещи.

Очевидно, этот человек со смутно знакомым именем решил, что Саймон просто пошутил.

— Расскажи мне об этом. Я слышал что-то такое от одного пацана в раздевалке… Эй, с тобой все хорошо?

Определенно нет. Саймону казалось, его вот-вот стошнит.

— Жара, — солгал он. — Надо выпить воды.

— Тогда отпускаю тебя к бару, но мы же можем на тебя рассчитывать? Я про пожертвование пострадавшим в той неурядице.

— Конечно, пришлите все материалы и реквизиты ко мне в офис.

Саймон немного пришел в себя. Он не соврал, что ему стало дурно. Пустой желудок, жара, внезапно нахлынувшие воспоминания о Чипе Амато сделали свое дело. Теперь больше всего он нуждался в присутствии Делии. Он хотел испытать приятное чувство безопасности при одном только взгляде в ее глаза. Тогда ему сразу станет лучше.

Была лишь одна проблема: когда он подошел к бару, Делия уже ушла.

* * *

Саймон осмотрел пляж в поисках светло-желтого сарафана. Куда она могла запропаститься? Он ведь просил ее не тратить слишком много времени на Джоша! Этот миллионер наверняка сейчас улыбается ей и мило с ней болтает! Делии вовсе не надо веселиться рядом с Джошем. Она должна быть здесь, рядом с ним. Она нужна ему.

Саймон направился к костру. Джим Бартлетт двигался в том же направлении. Если он нигде не может найти Джоша и Делию, то, по крайней мере, отвлечется, перекинувшись парой фраз со старшим Бартлеттом.

Недалеко от пляжного берега раздался звонкий, переливистый смех Делии. Он увидел, как Джош помогает ей выбраться на сушу из катера.

Как только Делия заметила его, она сразу помахала рукой и воскликнула, когда он приблизился к ним:

— Саймон, угадай, где я была и что видела!

Выглядела она превосходно. Раскрасневшиеся щеки, влажные волосы спадали мягкими прядями. Она была босиком и в руках держала свои изящные босоножки. Сарафан красиво колыхался на бедрах. У Саймона перехватило дух, он внезапно почувствовал непреодолимое влечение к ней.

— Мы видели акулу! — Улыбка осветила лицо Делии. — Ну, или ее плавник по крайней мере! Представляешь, всего в десяти метрах от лодки!

— Песчаную акулу, если быть совсем точным, — уточнил Джош. — Наверное, приплыла вместе с Гольфстримом.

При звуке голоса Джоша возбуждение Саймона превратилось в раздражение. Он ведь уже помог ей выбраться из лодки, зачем и дальше продолжать держать свою руку на ее спине?

— Похоже, я пропустил увлекательное путешествие, — сказал он, сверкнув широкой улыбкой. — Не возражаешь, если я ненадолго украду у тебя мою ассистентку? Мне нужно с ней переговорить.

— Не задерживай ее слишком надолго! — Красивый седовласый мужчина выбрался из лодки и подошел к ним, мягко обняв Делию за плечи. — Совсем скоро будут подавать омаров.

— Томас и его жена Луиза собираются научить меня, как правильно извлекать мясо из их лапок!

— Ну вообще-то из клешней, — посмеялся Томас.

— Что-то мне подсказывает, у меня все равно ничего путного не выйдет и я вся испачкаюсь. — Делия внимательно посмотрела на Саймона, и улыбка с ее лица мгновенно исчезла. — Что-то случилось?

Как она еще может задавать такие вопросы? Как насчет того, что она нужна ему, причем так срочно, а вместо этого гуляет непонятно где и с кем! Ему надоело смотреть, как все кому не лень прикасаются к ней.

Саймон обнял Делию за плечи и повел ее вдоль берега. И когда их уже никто не мог услышать, произнес:

— Как быстро ты справилась со своей боязнью светских разговоров!

— Что? А, ты имеешь в виду Томаса и Луизу? Ну разве они не милые? Они так напоминают мне бабушку с дедушкой!

— А Джош их тебе тоже напоминает, я так полагаю?

— Не смеши. Кстати, мы совершенно неправильно расценили его приглашение осмотреть достопримечательности!

Саймон снял руку с ее плеча:

— Это действительно так?

— Оказалось, единственной причиной пригласить меня на небольшую экскурсию было стремление разговорить меня о тебе и о нашем агентстве. Он то же самое провернул с Карлом, помощником Роберто Монтойи.

Точно, только Карл не выглядел так привлекательно и соблазнительно…

— И ты поверила?

— Почему бы и нет? Какой ему смысл лгать? Кроме того, нам следовало увидеть, как он прост и открыт. Можно насквозь прочитать.

— Готов биться об заклад, так оно и есть! — ехидно заметил Саймон.

— И что это значит? — Делия хмуро сдвинула брови.

— Ничего.

Саймон чувствовал себя странно — как глупый, капризный ребенок.

— Я так и знала, ты потащишь меня поговорить наедине! И я даже знаю о чем. Мне не следует слишком много времени проводить с Джошем…

— Ого, значит, ты меня все-таки слушаешь?

— Конечно.

— Ну что ж, если ты все же в состоянии оторваться сейчас от бурного осмотра местных достопримечательностей, то я бы хотел, чтобы ты сосредоточилась на том, зачем мы, собственно, здесь.

— Я и так сосредоточена. Томас и Луиза по счастливой случайности оказались самыми старыми и близкими друзьями Джима Бартлетта, и если уж хоть чье-то мнение для него имеет значение, так это их.

— Понимаю. — Саймон остановился, уставившись на прибой. — И как же вышло, что ты познакомилась с ними?

— Джош познакомил нас.

Саймон нервно потеребил свой галстук.

Вчерашняя ревность взыграла с еще большей силой. Делия должна была быть рядом с ним, только с ним! Они прошли до самого конца частного пляжа. Стоя у кромки воды, он смотрел, как волна поцеловала босые ноги Делии, как пузырьки брызг мерцали на ее бледно-розовой коже. Она что-то рисовала пальцем ноги на песке, а набегающая волна тут же все стирала. Если бы все в жизни так же легко стиралось…

— Я подумала, если поближе с ними познакомлюсь, это только поможет нашему делу, — произнесла Делия тихо.

— Забудь, что я наговорил. — Саймон уже проклинал себя за то, что ей вновь приходится чувствовать себя виноватой.

— Без проблем. — Делия прочертила еще одну линию на песке. — Я это внесу в список.

— Список?

— Ну да. Тот, о котором я должна забыть за эти выходные.

Этот список наверняка уже длиной чуть ли не в метр.

Внимание Делии было обращено к прибою. Саймон отчаянно хотел взять ее за подбородок и повернуть прелестное личико к себе. Ему нужно увидеть ее глаза, потому что темный Атлантический океан был им плохой заменой.

— Ты ему нравишься, — услышал он собственный голос.

Его комментарий сделал свое дело. Она обратила взор к нему, широко раскрыв голубые глаза:

— Прекрати. Я же сказала, Карла он тоже пригласил…

Похоже, одна она не понимала, что происходит. Конечно, Джош мог развлекать и Карла, но уж точно это не доставило ему такого же удовольствия, как прогулка с Делией на своем катере.

— Поверь, я знаю. Я могу сразу понять, заинтересован мужчина в женщине или нет.

— Ох, — только и смогла вымолвить Делия.

— А он тебе нравится?

— А я обязательно должна отвечать на этот вопрос?

Саймон смотрел в ее прекрасные голубые глаза. Наконец-то он обрел то самое необходимое ему тепло в них. Прежде чем он осознал свое поведение, его пальцы убрали волосы с лица Делии. Ее кожа была влажной от морских брызг.

— Ты — моя помощница, — прошептал он.

— И что это значит?

— Это означает… — Сжимая пальцы в кулак, Саймон отвернулся. — Ничего…

Ему необходимо было отвлечься и немного подумать. Чуть дальше на пару метров от них пляж медленно переходил в густую зеленую траву. Он достиг этого места и сел. Делия последовала за ним.

— Что происходит? — спросила она. — Ты будто сам не свой!

Саймон чуть не рассмеялся от ее неожиданного заявления.

— Эти выходные меня совсем доконали, — ответил он. — Вся эта игра, которую затеял Бартлетт… Это уже слишком. Я устал.

— Устал? — Голос ее звучал удивленно.

Саймон Картрайт — всегда берущий от жизни все, победитель, лидер во всем — заявил ей о своей усталости! Пятнадцать лет назад в лодочном сарае он дал себе обещание быть сильным и держал его до сих пор, но никто не знал настоящего, другого Саймона.

Сняв солнцезащитные очки, он устало потер кончиками пальцев виски. Насколько все было проще, когда он был в Нью-Йорке…

— Что было проще?

Он что, сказал это вслух? Саймон обернулся и замер, когда увидел явную тревогу на лице Делии. Ведь она за него и правда беспокоится! Его вдруг осенило: Делия — его единственный друг в этом мире, самый близкий человек.

— Изображать Саймона Картрайта, — ответил он.

— Я не понимаю…

— Это игра, Делия. Все это мое очарование, уверенность, лидерство — все это игра.

— Что ты такое говоришь? Может, ты имеешь в виду…

— Все это притворство, — перебил он ее. — Я всего лишь хороший актер. Шулер, который продает людям то, чего они хотят.

— Я тебе не верю, — покачала головой Делия. — Я ведь знаю тебя уже четыре года!

Про себя он горько рассмеялся, а вслух произнес:

— Никто не знает меня, Делия, меня настоящего. Тот человек исчез пятнадцать лет назад.

— А я бы хотела узнать…

Но Саймон не мог открыть ей всю правду, это бы разрушило между ними все, что случилось за эти выходные. Но как бы ему хотелось, чтобы хоть кто-нибудь его понял!

— Саймон… — Делия взяла его руку в свою. — Кто ты такой?

* * *

Вот и все. Она задала вопрос, и теперь пути назад уже нет.

— Трус, — с болью признался Саймон. — Слабый, жалкий трус.

— Нет, — хрипло прошептала она.

— Мне очень жаль, Делия…

Она не могла понять, что происходит. Саймон хотел встать и уйти прочь, но она остановила его, еще крепче сжав его руку.

— Нет, — повторила она вновь. — Ты не можешь теперь просто так уйти, сказав такое. Как ты можешь так говорить? Что с тобой произошло?

Воспоминания о том дне мелькали перед глазами Саймона.

— Ты не захочешь это слушать…

— Прошу тебя, пожалуйста!

— Эй, вы двое! Омары готовы! Лучше бы вам поторопиться, иначе ничего не получите!

На этот раз Саймон был рад услышать громкий голос Джоша. Он надел очки. Пора снова надевать маску и продолжать играть другого, самоуверенного Саймона Картрайта.

Делия смотрела, как он побрел обратно к гостям. Так вот что он имел в виду, когда говорил: он лишь актер. Он снова медленно приходил в себя, спина его распрямилась, лицо просияло. Привычный Саймон снова предстал перед ней.

«Жалкий трус».

Она уже слышала эту фразу. Вчера вечером в ресторанчике. Он сказал так про того самого подростка.

А сейчас он сказал: настоящий Саймон скрылся от всех пятнадцать лет назад, исчез. Это значит, что все произошло как раз в средней школе.

«Бедный, бедный Саймон. Что же они с тобой сделали?» — подумала Делия.

Глава 7

Теперь Делия поняла, насколько семейство Бартлетт любит вкусно поесть. Она не могла даже вспомнить, когда в последний раз видела такое количество еды на одной вечеринке. На столе было само изобилие: омары, приготовленные на пару моллюски, курица на гриле и великое разнообразие различных салатов.

— В этих маленьких клешнях находится самое сладкое и вкусное мясо, — сказал ей Томас. — Самое главное — не стесняться и просто высасывать из них мясо.

Делия посмотрела на восемь изогнутых маленьких клешней, торчащих из развороченного омара на тарелке, и похлопала себя по животу:

— Вряд ли я осилю еще хотя бы один кусочек.

— К десерту мы тоже очень серьезно относимся, — сказал Джош через ее плечо. — Надеюсь, у тебя есть еще немного места для него?

Делия слабо улыбнулась, заметив, как Саймон буравит взглядом младшего Бартлетта, который сел чересчур близко к ней.

— Я, пожалуй, соглашусь с Делией, — бросил он. — Угощения просто восхитительны!

— Вся эта поездка превосходна, — вмешался Роберто. — Вы оказались чрезвычайно гостеприимными хозяевами.

— Можете не сомневаться, — сказал Джим Бартлетт. — В любом случае, кто бы из вас ни выиграл контракт, он получит достаточно работы, чтобы сполна отплатить за мою щедрость и великодушие.

— Как точно сказано, — ответил Саймон.

Прежде Делия удивилась бы, как неожиданно к ним подошел ее босс, но разговор на пляже изменил буквально все. Теперь она анализировала почти каждое его движение. Хотя глаза Саймона были все еще скрыты за темными стеклами очков, на лице его не было того напряженного выражения. Он смеялся и шутил, общаясь с этими людьми как со своими старыми друзьями, вел себя очень непринужденно и легко.

Как человек может изобразить или сыграть такое поведение? С другой стороны, не она ли сама все эти годы лгала о своей собственной матери? И разве не она сегодня уподоблялась примеру Саймона? Как она сегодня наигранно смеялась с Томасом и Луизой…

Внезапно Делия почувствовала, что ей необходимо хотя бы немного перевести дух. Извинившись перед остальными гостями, она направилась к гостевому домику, чтобы освежить лицо прохладной водой. К сожалению, ей это не особенно помогло.

Она вернулась к бассейну как раз вовремя, и Джош направлялся ей навстречу.

— Эй! — окликнул он. — Отец увел твоего босса и Роберто прогуляться по пляжу. Я думаю, сейчас все и решится.

— Держишь меня в курсе дела? Спасибо.

— Не стоит благодарности. Все это в порядке вещей. Я думаю, отец выберет агентство Саймона, и совсем не удивлюсь проигрышу Роберто. Ты в порядке? Ты будто бы немного не в себе с тех пор, как мы вернулись с прогулки на катере.

Определенно она не так преуспела в сокрытии своих истинных эмоций, как преуспел в этом Саймон.

— Могу я задать тебе вопрос?

— Конечно, — ответил Джош. — Хотя если речь пойдет о выборе агентства, я могу лишь только высказать свое мнение. К сожалению, не я принимаю окончательное решение.

— На самом деле я хотела спросить о вашей школе. За тем ужином в ресторане твой отец припомнил какой-то скандал…

— Ах, это! Да, некоторые из ребят спортивных команд взбунтовались. Ты хотела бы узнать почему? Там был один парень, Чип Амато, настоящая скотина. Ходили разные слухи о том, чем он заставлял заниматься детей в том лодочном сарайчике. Ужасными вещами. Я бы поделился с тобой, но такими вещами сложно делиться в подобной обстановке, если ты понимаешь, о чем я.

К сожалению, Делия отлично понимала.

— Звучит и вправду не очень приятно…

— Конечно, все это были только слухи, но, как говорится, нет дыма без огня…

— Но я не понимаю, разве никто не сообщил директору об этом, ну, или тренерам, к примеру?

Джош покачал головой:

— Ну, по крайней мере, не в то время, пока я там учился. Серьезно, сложно обвинять тех ребят за то, что они держали язык за зубами. Если некоторые из историй действительно правдивы, то мне было бы очень сложно признать, что это происходило на самом деле.

— Ну конечно, — пробормотала Делия.

Ужасные кусочки одного пазла стали выстраиваться в ее голове в одну общую картину. Бедный, бедный Саймон…

— Спасибо, хоть что-то мне рассказал…

— Не за что. Честно сказать, я удивлен, почему ты спросила меня, а не Саймона.

— Я бы спросила его, но он… — Делия попыталась быстро придумать оправдание боссу. — Он изо всех сил старался произвести впечатление на твоего отца. Не хотела все испортить этими старыми школьными сплетнями…

— Очень благородно с твоей стороны. — Джош переминался с ноги на ногу, явно желая сменить тему. — Кстати, если уж вся эта игра с выбором агентства подошла к концу и теперь нет никаких преград, я подумал, почему бы нам с тобой не…

Голос Саймона отчетливо прозвучал в ее голове. Она вспомнила его слова о том, как Джош ею интересуется.

— Джош, ты правда отличный парень, но…

— Не нужно объяснений, — прервал он ее. — У меня было некое предчувствие, что ты скажешь что-то в таком духе.

— К сожалению, твоя интуиция тебя не подвела.

— Знаешь, ты ужасная лгунья, — грустно улыбнулся он.

— Но я не вру. Мне правда жаль.

— В это я верю. Я имел в виду, ты солгала мне, сказав о том, что между тобой и Саймоном нет ничего личного. Я следил за тобой на пляже, — добавил он с ноткой грусти в голосе.

— Тогда почему… Вижу, твои навыки шпиона улучшились во второй половине дня.

Джош сверкнул улыбкой:

— Что я могу сказать? Практика творит чудеса.

Оставшуюся часть вечеринки Делия провела в размышлениях о том, что рассказал Джош об этом случае в школе. Многие факты говорили сами за себя. Чип Амато был членом команды по гребле, так же как и Саймон, причем в одно и то же время, если она правильно поняла. Что-то случилось с Саймоном, оставив слишком глубокое впечатление.

Как только вечеринка была окончена, она пожелала Джошу доброй ночи и вернулась в гостевой домик. Она уже очень долго не проверяла телефон. На дисплее отображалась дюжина пропущенных вызовов от Хлои.

Хлоя и Кларисса также работали на Саймона, и именно поэтому она, Делия, не сможет поделиться с ними информацией о прошлом босса, это будет неправильно. Она просто не сможет рассказать подругам все, что случилось в эти выходные. В недоумении, не зная, что делать, она задумчиво крутила телефон в руках. Саймон все еще был на пляже с Роберто и Джимом, и она не хотела, чтобы он возвращался до тех пор, пока она не приведет свои мысли в порядок.

Интересно, который час в Канзасе?

Делия хотела уже было бросить трубку, когда мама наконец ответила.

— Прости, дорогая, — пролепетала она. — Мой телефон лежал на самом дне сумки, к тому же здесь очень плохо слышно.

«Здесь» могло значить только одно — бейсбольный стадион. Близнецы, братья Делии, играли в летней лиге, и поэтому мать, чтобы хоть как-то принимать участие в жизни семьи, приходила смотреть каждую их игру. Из трубки был явственно слышен рев болельщиков.

Совсем неподходящий момент для таких разговоров…

— Я думала, ты еще в командировке, — продолжала мама. — Что-то случилось?

— Нет, ничего не случилось. Все здорово. — Джош оказался прав, когда назвал ее ужасной лгуньей. — Я сейчас нахожусь в Кейп-Коде, после вечеринки. — И Делия быстро рассказала маме о последних событиях.

— Ничего себе. Даже не верится, что ты видела акулу! Похоже, ты здорово проводишь время. Твой босс доволен тем, как идут дела?

— Я… я не знаю, — запнулась Делия. — Он держит свои мысли при себе.

— Все начальники так делают. Их можно понять, только когда им требуется помощь. — Возникла неловкая пауза. — Милая, у тебя все хорошо?

— Да, я просто устала, — убедила ее дочь. — Улыбаться весь день — нелегкое дело.

— Держись! Твой брат сегодня в ударе! — В трубке было слышно, как мама радостно что-то кричит сыну. — Прости, — продолжила она, — они сегодня вытворяют что-то невероятное!

— Ну что ж, тогда не буду тебе мешать наслаждаться зрелищем, — ответила Делия. — Я позвоню, когда вернусь в Нью-Йорк.

Не успела она повесить трубку, как волна одиночества снова накрыла ее с головой. Не было никого, с кем она могла бы поделиться мыслями и переживаниями. Даже подругам Делия не может ничего рассказать. Скрывать все плохое вошло у нее в привычку. Единственным близким человеком стал для нее Саймон. По иронии судьбы у них оказалось много общего.

Положив телефон на столик рядом с кроватью, Делия потянулась на удобной мягкой кровати и закрыла глаза.

Должно быть, она задремала, потому что, когда открыла глаза, в комнате уже было темно, а за окном светила луна, красиво освещая ночной океан.

Кто-то накрыл ее одеялом. Это был Саймон. Она с ужасом осознала, что он видел, как она спит. Двери в спальню были закрыты. Делия посмотрела на часы — проспала она всего пару часов.

Она услышала скрип половиц, закрылась входная дверь. В это время Саймон мог находиться только в одном месте. Через несколько секунд тихий всплеск воды в бассейне подтвердил ее догадку.

Живописные факелы на небольших столбиках до сих пор горели, бросая на воду бассейна загадочные тени и блики. Изнутри бассейн тоже освещался, и это придавало ему еще больше таинственности. В самом центре плыл Саймон. Он плыл не так агрессивно, как вчера, спокойнее и медленнее.

Саймон был слишком сосредоточен, чтобы заметить присутствие Делии, поэтому она просто стояла и ждала, пока он не завершит еще пару кругов. В конце концов он замедлил темп, коснулся стенки бассейна и остановился.

Делия услышала тихие всплески воды, когда он потянулся за полотенцем прямо из бассейна.

— Эй! — позвала она.

Саймон повернулся, но ничего ей не ответил. Делия подошла чуть ближе к нему.

— Не рановато ли для утренней тренировки? Все еще спят.

— Плавание помогает мне разгрузить голову…

— И как, помогло? — спросила она. — Теперь все в порядке?

— Не в этот раз. Надо было сделать еще пару кругов.

Делия сменила тему и с улыбкой произнесла:

— Спасибо за одеяло.

— Не за что.

Воздух между ними был словно наэлектризован. Саймон держался руками за бортик, и она видела его напряженные бицепсы, все в капельках воды.

Делия села на край бассейна и опустила ноги в прохладную воду.

— Тебя долго не было. Вы с Бартлеттом прошлись до конца пляжа и обратно?

— Нет, мы сидели втроем у костра. В основном говорил Роберто. Я решил, что лучше особо не болтать. Я был немного рассеян.

Последовавшая тишина стала слишком неловкой. А потом раздался всплеск, и Саймон сел рядом с Делией.

— Я должен извиниться перед тобой, — наконец произнес он. — Не нужно было сваливать свой груз на тебя. Я просто сильно устал и наговорил много глупостей. Я хочу, чтобы ты думала обо мне иначе.

«Слишком поздно», — хотела сказать она ему, но промолчала.

— Ты же пришла сюда не только для того, чтобы поблагодарить меня за одеяло? — спросил Саймон.

Делия могла бы и солгать. Она могла притвориться, что все вроде хорошо. Ведь именно так она делала на протяжении последних четырех лет.

— Хочешь знать правду? Я переживаю за тебя. Твое признание на пляже было слишком… жестким.

— Не таким уж жестким, переживу.

— Мы сейчас не говорим о какой-то глупой шутке, Саймон. Ты назвал себя трусом, а это очень серьезное заявление.

— Правда не всегда бывает красивой.

— Нет, это не так! — Делия внимательно вгляделась в его мрачное лицо. — Вчера вечером, когда ты говорил про того мальчишку в кафе, ты на самом деле говорил о себе, я права? — Саймон не ответил, но по тому, как он напрягся, она сразу все поняла. — Я знаю о том скандале. Знаю про Чипа Амато.

Каждый сантиметр его тела был напряжен, а взгляд стал холодным и суровым.

— Кто рассказал тебе о нем?

— Я… — Делия неуклюжим жестом заправила прядь волос за ухо, пытаясь не разнервничаться. — Я спросила об этом… Джоша.

— Черт подери! — Саймон поднялся и пошел к соседним столикам.

— Он не сказал ничего конкретного, — продолжала Делия, последовав за ним. — Он сказал лишь, что ходили какие-то слухи… Что бы там ни произошло…

— В любом случае это осталось в прошлом, — оборвал ее Саймон.

Осталось ли? Делия могла и не знать всех подробностей этой истории, но она не была дурой. Шрамы от произошедшего остались с ним навсегда. Она посмотрела на него, стоя в сиянии факелов. Несмотря на то что ночь выдалась очень теплой, Саймон весь дрожал и выглядел очень подавленным. Нехарактерная для Саймона слабость словно сдавила ей сердце. Она подошла к нему еще ближе.

— Что тогда произошло, Саймон?

— Не имеет значения.

— Я поняла, — сказала Делия. — Хочешь притвориться, будто ты в норме и все в порядке? Когда мой отец умер, мама в каком-то смысле тоже скончалась. Только одна она осталась взрослым человеком у нас в доме. Она то плакала, часами лежа в постели, то ходила по дому как призрак, почти ни с кем не разговаривала. В течение многих месяцев я заботилась обо всем — воспитывала детей, вела хозяйство, оплачивала счета. И ужасно боялась: вдруг кто-нибудь это заметит и нас отправят в интернат? Поэтому, когда учителя или знакомые спрашивали, как дела дома, мне приходилось врать и говорить: у нас все просто отлично. Когда маме стало лучше, я все равно продолжала улыбаться, будто ничего и не происходило особенного. Кто знает, от какой фразы ее помешательство могло бы вновь вернуться… Я понимаю, — продолжала она, — каково это — все время притворяться, ведя двойную жизнь, и чувствовать себя безумно одиноко.

Дрожащей рукой Делия потянулась к нему, чтобы прикоснуться. Но Саймон отвернулся и снова подошел к краю бассейна, уставившись в глубину.

— Знаешь, почему я так люблю плавать? — Пораженная тем, как быстро Саймон сменил тему, Делия промолчала. Он, казалось, и не понял, когда сам ответил на свой же вопрос: — Спокойствие. Когда я плыву, все остальное исчезает и слышится лишь мерный плеск воды. Это время, когда я действительно могу побыть самим собой.

— Ты можешь теперь тоже быть самим собой, — сказала она. — Я не собираюсь тебя осуждать.

Он лишь скептически рассмеялся. Надежда услышать ответ угасала в сердце Делии. Глупо было думать, что вот сейчас он откроется перед ней.

«Если бы он только мог мне довериться», — подумала с грустью Делия.

— Я не боролся.

— Что? — Делия уже было повернулась, чтобы уйти, как вдруг услышала его осторожно произнесенную фразу.

— Я сказал, что не боролся. — Его взгляд был твердым, глаза блестели. — Они напали на меня в том лодочном сарае, и я должен был дать им отпор, но я не смог бороться.

— Они? — Значит, этот Чип был не один. — Сколько же их тогда…

— Разве это важно?

— Я хотела бы…

Он обернулся к ней:

— Разве ты не слышала, что я сказал? Я не боролся. Вместо этого я плакал. Они связали мне руки, и я просто делал то, что они велели. Как жалкий трус…

Делия прижала руку ко рту, чтобы не закричать. Слезы навернулись у нее на глаза.

— Тебе было всего пятнадцать, и ты был один! Вряд ли подросток смог бы…

— Не говори мне этого! — прошипел Саймон. — Я просто сдался без боя. И если это не говорит тебе о том, какой я человек, тогда не знаю, что сможет тебя убедить — я трус! — Саймон провел рукой по мокрым волосам.

Сколько раз она смотрела на это сильное лицо и чувствовала, как сердце ее замирает? Сегодня вечером Делия увидела другого человека. Того, кто был уязвим, у которого были свои слабости. И теперь ее сердце защемило, как никогда раньше. Ее чувство к нему изменилось, стало гораздо более сильным и глубоким.

Медленно Делия подошла к нему и, не говоря ни слова, обняла. Он весь напрягся и схватил ее за плечи, чтобы оттолкнуть, но Делия не отступила.

— Мне очень жаль, — прошептала она ему на ухо. — Мне так жаль…

Она услышала прерывистое дыхание Саймона, почувствовала его дрожь. Он притянул Делию еще ближе к себе, уткнувшись лицом в ее шею. Делия запустила пальцы в его волосы и покрыла висок нежными поцелуями. От одной мысли о несправедливости, которую пришлось пережить Саймону в детстве, она почувствовала, как на глаза ей снова навернулись слезы. Чтобы не плакать, Делия опустила веки.

Наконец дыхание его немного успокоилось. Он ослабил хватку и стал нежно гладить рукой по ее спине. Медленно Делия начала осознавать и кое-что другое. Например, он прижимается к ней своим влажным, таким красивым телом… Не осознавая, что делает, Делия со стоном напрягла мышцы бедер.

Когда она открыла глаза, то увидела, что Саймон смотрит на нее сверху вниз горящими от желания глазами. Его руки медленно ласкали ее бедра, поднимаясь выше по животу, затем к груди, пока наконец не остановились на шее. Он будто бы ждал от Делии разрешения, и она приоткрыла губы в ожидании. Его поцелуй оказался настойчивым. Делия сжала руками его плечи. Четыре года она так мечтала об этом, и теперь каждая клеточка ее тела отвечала на его ласки. Саймон продолжал целовать ее. Когда они наконец оторвались друг от друга, их дыхание заглушило все остальные звуки.

— Делия, — страстно выдохнул он, — я хочу…

— Да, — ответила она, не дослушав его. Они оба этого желали. — Да.

Глава 8

— Очень жаль, что с твоей матерью приключилось такое, — произнес Саймон чуть позже, сидя в большом уютном кресле и любуясь видневшимся вдали океаном.

Делия, свернувшаяся комочком на его коленях, произнесла:

— И мне тоже. — Сколько раз она произносила эти слова? — Моя мама всегда говорила, что отец был ее недостающим пазлом, некой второй, очень важной половинкой.

— Ее чем?..

Она повернула голову к нему и не удержалась, чтобы еще раз не поцеловать.

— Недостающим пазлом, самым важным элементом. Это как будто у тебя есть все кусочки картинки, но не хватает лишь одного, чтобы она была полной, завершенной. Отец был для нее как раз таким элементом.

— Теперь понял.

— В любом случае, — продолжила Делия, опустив голову к нему на плечо, — я думаю, его смерть оставила в ее сердце слишком огромную рану, которая теперь никогда не затянется.

Грудь Саймона пронзила острая боль. Делии пришлось вынести все это в таком юном возрасте! На протяжении четырех лет он видел в Делии лишь компетентного и надежного работника. Теперь он знал, откуда исходила ее надежность и уверенность в себе. Ей просто пришлось с самого детства стать такой. А сколько в ней было сокрыто страсти, о которой он раньше и вовсе не подозревал! Оставалось только надеяться, что ее мать ценит и гордится такой сильной дочерью.

— Но ведь ей сейчас уже лучше, не так ли? — спросил Саймон.

— Лучше. Не на все сто процентов, конечно, но лучше, — произнесла Делия, тихо зевая и еще теснее прижимаясь к нему. — Хотя мне кажется, когда теряешь навсегда свою половинку, то уже никогда не сможешь полностью оправиться после такой потери.

— Не знаю. Я никогда не терял свою вторую половинку. — Саймон в принципе никогда не верил в понятие «вторых половинок». После всех его печальных расставаний с девушками он сомневался, найдется ли она для него когда-нибудь…

— Я тоже. Но, как утверждает моя мама, у каждого есть своя вторая половинка. Ее просто нужно найти, — медленно проговорила Делия, уже засыпая.

Саймон решил перенести ее на кровать и укрыть одеялом.

— Засыпай, а я о тебе позабочусь, — прошептал он, нежно ее обнимая.

Их разговор оставил у него странное ощущение. Впервые за долгий период он снова почувствовал покой.

Где-то ближе к рассвету Саймон снова почувствовал желание. Запах Делии, приятный аромат ее кожи и волос, даже тихий звук, который она издавала во время сна, — все приводило его в восторг, похожий на эйфорию от принятия сильнодействующего наркотика. Само ощущение Делии, лежащей рядом, придавало Саймону некую силу и уверенность в себе.

— Делия?

Ее не было в комнате. Перевернувшись на спину, Саймон уставился в белый потолок. Может быть, она ушла в гостиную, чтобы попытаться уснуть? Нужно ли пойти ее поискать или он будет выглядеть слишком жалко?

Смятение охватило его. Наверное, это из-за сильного возбуждения, которое он почувствовал. Он не привык к тому, что девушки нет в его постели, когда он желает ее заполучить.

С другой стороны, у него появилось время, чтобы немного побыть наедине с самим собой. По крайней мере, он сумел избежать этих жутких женских допросов. Боже, да кто знает, что Делия вообще может о нем подумать!

Он закрыл глаза в попытке представить себе спокойные воды бесконечного Атлантического океана, но почему-то вместо него в памяти всплыли ее прекрасные голубые глаза… Самое лучшее сейчас — это начать все заново. Притвориться, будто он вообще не упоминал о случае в лодочном сарае. Ведь притворяться он умеет лучше всего.

Дверь открылась, и вошла Делия с двумя чашками кофе. Саймон молча наблюдал, как она поставила одну на столик рядом с кроватью, и затем пожелал ей доброго утра.

— О! — ахнула она от неожиданности и чуть не расплескала кофе. — Ты уже проснулся?

— А ты уже оделась?

Делия была одета в строгие черные брюки и белую блузку. Можно было подумать, что они уже находятся в офисе.

— Гм, ну да, — сказала Делия, привычно заправив прядь за ухо. — Не думаю, что Бартлетт был бы рад увидеть меня разгуливающей в ночной рубашке. Или в том измятом сарафане с прошлой ночи.

— Зачем тебе вообще понадобилось где-то разгуливать?

— Я всего лишь пошла приготовить нам кофе. Этой ночью мы совсем мало спали…

— И ты недовольна?

— Что? Нет, вовсе нет! Прошлая ночь была… замечательной. — Щеки ее порозовели. — Я просто подумала, ты захочешь выпить чашку кофе перед встречей.

Какой встречей? Черт возьми, она права! Бартлетт ведь хотел, чтобы они все вместе позавтракали, прежде чем разъехаться.

— Очередной вежливый разговор о деньгах, — простонал Саймон, падая обратно на подушку.

— А это разве проблема? — Делия подошла к кровати. — Если ты не готов, я могу придумать какую-нибудь отговорку.

— Не надо ничего придумывать. Я еще не настолько слабое и бесхребетное существо, чтобы меня защищать и прикрывать.

— Я знаю.

Саймон сейчас явно хорохорился, но Делия подумала о его вчерашних откровениях.

— Иди ко мне. — Он притянул Делию к себе и медленно провел пальцем по вырезу ее блузки. — Разве я не говорил тебе, как ненавижу черные брюки?

— Правда ненавидишь?

— Да. — Саймон повалил ее на кровать и сразу же почувствовал возбуждение. — Я ненавижу их так сильно, что готов сорвать их с тебя!

— Ну а что насчет нашего общего завтрака?

— Подождут. Дадим Роберто немного форы. Сейчас у нас есть дела поважнее, — проговорил Саймон и распустил ее высокий хвост, наблюдая за тем, как мягкие пряди волнами опустились на плечи и спину. Он страстно прижал ее к себе.

— Саймон…

— Тсс, — прошептал он ей прямо в губы.

Саймон хотел заставить ее забыть того жалкого человека, которого она смогла разглядеть в нем вчера вечером.

* * *

Час спустя Саймон и Делия вышли к бассейну. Оказалось, Бартлетт еще и не вставал.

— Жаль, мы не выглянули в окно, — прошептал он Делии на ухо. — Могли бы еще немного задержаться… за чашкой кофе.

— Твой кофе давно уже остыл, — прошептала она в ответ.

— В самом деле? А по мне, он был очень горячим, — хитро улыбнулся Саймон. — Доброе утро, — поприветствовал он наконец появившегося Джоша. Его голос звучал чересчур громко. — Все готовы к встрече нового дня?

— Да, — ответил Джош. — Похоже, мой отец превратил всех в ранних пташек.

— А что плохого? По поведению человека с утра после бурной ночи можно сделать о нем определенные выводы, не так ли?

Не успел Саймон договорить, как к ним подошел Джим Бартлетт. Казалось, все это время он подслушивал и просто ждал наилучшего момента для появления.

— Ты так говоришь, будто у меня во всем есть свой расчет, Картрайт.

— Нет, просто вы человек, который точно знает, чего хочет, — ответил Саймон. — Кроме того, мы все здесь бизнесмены и после семидесяти двух часов, проведенных вместе, уже можем называть вещи своими именами, не находите?

— Совершенно верно. Я ценю честность. — Джим похлопал Саймона по плечу, а затем обратил внимание на Делию и Карла: — Надеюсь, все выспались?

Делия почувствовала неловкость:

— Да, спасибо.

— Что ж, отлично, отлично. Мне показалось, вчера ночью в бассейне кто-то был. Вы с Саймоном?

— Я… э-э-э… — Делия растерянно посмотрела на Саймона.

— Мы решили поплавать немного, — пришел он ей на помощь. — Надеюсь, мы не слишком шумели?

Бартлетт махнул рукой:

— Если бы вы только знали, сколько ночных свиданий произошло в этом бассейне!

— Я бы не назвала это свиданием, — ответила Делия, защищаясь.

— Свидание, полуночное купание — называйте как угодно. Мне все равно. Главное, что вы меня не беспокоили.

— Я вообще ничего не слышал, — добавил Роберто. — После такого плотного ужина я уснул в ту же минуту, как только голова опустилась на подушку.

Реплика Роберто навеяла воспоминания о вчерашнем вечере.

Саймон сказал: с Джимом на пляже говорил в основном Роберто. Его конкурент часто может переборщить с комплиментами, а с таким человеком, как Бартлетт, подобная стратегия не прокатит, ведь он, похоже, больше ценит честность и прямоту.

Чуть в стороне от них Делия мирно пила кофе. Каждый раз, когда она тихо смеялась или мило улыбалась, сердце Саймона замирало от радости. Как быстро меняется впечатление о человеке! Еще двое суток назад он относился к ней как к своей ассистентке. Теперь же едва сдерживался, чтобы лишний раз не обнять ее. Ее губы, яркие, сочные, гипнотизировали его. Поймав ее взгляд, он подмигнул, и Делия улыбнулась ему.

Она так прекрасно смотрелась в этой домашней обстановке! Он легко мог представить ее почти в таком же доме, как этот. Как она сидит с чашечкой кофе у бассейна, в его рубашке…

Женщина на всю жизнь…

Внезапно он все понял.

Что он наделал? Нарушил обещание, которое давал самому себе, — никогда не ложиться в постель с женщиной, которая нелегкомысленна…

Воспоминания о разговорах прошлой ночью новой волной нахлынули на него. Родственные души, вторые половинки, кусочки одного целого… Такая женщина, как Делия, — не на одну ночь Она заслуживает большего.

А вот то, чего она никак не заслуживает, так это жалкое подобие сильного мужчины рядом с ней.

И что же сделал он? Использовал ее самым позорным образом и, возможно, испортил лучшие отношения в его жизни.

Еще никогда прежде Саймон не ненавидел самого себя так сильно!

— Что с тобой? — прошептала Делия, стараясь не привлечь внимание тех, кто был с ними за столом.

Лицо Саймона внезапно побледнело, но затем он сверкнул безупречной улыбкой:

— Не говори глупостей. Все просто отлично.

И снова он притворяется! Она успела увидеть в Саймоне две стороны натуры, и теперь ей не составляло труда заметить в нем эти резкие перемены. Саймон, который предстал перед ней прошлой ночью, бесследно исчез. Теперь она даже не могла с уверенностью сказать, появлялся ли он вчера вообще или ей все это померещилось. Но, с другой стороны, не мог же он любезничать с ней прямо здесь, на глазах у потенциального коллеги и прямого конкурента! Была только одна проблема — перемена произошла в нем еще до завтрака. Когда утром они занимались любовью, между ними возникла некая преграда, которой не было ночью.

Но если быть честной, часть вины лежала и на ней самой. Прошлая ночь… это нельзя было выразить словами. Долгих четыре года Делия могла лишь мечтать о подобном — и вот это свершилось. Саймон и она слились воедино, и это определенно выходило за пределы обычного секса. Прошлой ночью они любили друг друга. Так сильно, так глубоко и так чувственно…

Это чувство до смерти ее напугало. Наконец Делия начала понимать, о чем ей твердила мама. Что это значит — найти человека, который заполнит пустоты в душе. Саймону же было просто достаточно шептать ее имя, и она уже таяла, как мороженое в летний жаркий день. Все это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Слишком хорошо, чтобы в это поверить…

И теперь она испугалась, увидев смятение в глазах Саймона. Что, если он не чувствует то же самое к ней? Что тогда?

Прошла, казалось, вечность, прежде чем завтрак наконец закончился. Делия со всеми попрощалась и направилась к гостевому коттеджу. Может, как только они останутся с Саймоном наедине и он позволит себе расслабиться, все ее тревоги уйдут?

К сожалению, едва они переступили порог, Джим подошел к ним из внутреннего патио.

— Не могли бы вы задержаться еще ненадолго? — сказал он. — Приходите в большой дом, и мы с вами еще немного поболтаем. Вчера мы не успели обсудить пару вопросов, и мне бы хотелось подробнее услышать твое мнение.

— Конечно, — ответил Саймон. — Буду через минуту.

— Не торопитесь, — сказал старик. — Подходите минут через двадцать.

— Разве Роберто упустит шанс заняться им в эти двадцать минут? — спросила Делия, как только они вошли в домик и закрыли дверь.

Лицо Саймона оставалось нейтральным. Такое выражение она уже видела десятки раз — обычно после того, как он выигрывал крупную сделку:

— Ну раз уж ты о нем упомянула, то Роберто уже все равно ничего не сможет сделать.

Это могло означать одно: если Бартлетт еще и не выбрал «СМТ», то уж точно был к этому близок.

Делия бросилась в его объятия:

— Поздравляю!

К сожалению, Саймон не обнял ее в ответ, а отстранился и сухо произнес:

— Давай не будем праздновать раньше времени, у него еще наверняка осталось много вопросов.

На ее же взгляд, выбор Бартлетта был очевиден. В любой другой раз Саймон признал бы свое превосходство, но сейчас… Что с ним такое?

— Я не хочу раньше времени радоваться и выходить из сосредоточенного состояния, — пояснил он. — Эта сделка слишком важна. И до тех пор, пока не увижу подпись Бартлетта на документе нашего с ним контракта, я не буду делать громких заявлений.

— Хорошо. Ты можешь осторожничать сколько тебе влезет! Я же буду оптимисткой. Вот увидишь, мы отпразднуем событие еще на обратном пути в Нью-Йорк.

— Кстати, о возвращении… — Саймон нервно потер шею. — Я подумал, тебе лучше лететь домой без меня.

— Хочешь, чтобы я уехала? — Делия пыталась проигнорировать растущие в ней глубокое разочарование и боль.

— Мы не знаем, как долго здесь все продлится. Бартлетт может продержать меня здесь целый день.

«Меня», а не «нас». А до этого момента они все еще были командой…

— Я не против того, чтобы задержаться, — ответила Делия.

Но Саймон ходил по комнате кругами, пристально смотря на все что угодно, кроме нее.

— Не хочу, чтобы ты тратила тут целый день, — продолжил он, потирая шею. — Я ведь и так уже разрушил… то есть… я имею в виду, эта поездка и так отняла у тебя выходные. Я уверен, у тебя есть свои личные дела, которыми ты хочешь заняться.

Этого просто не может быть! Он прогоняет ее? Оказывается, она значит для него не больше чем какая-нибудь Фанни Смайт. Неудивительно, что утром она почувствовала в нем перемену. Он не занимался любовью с ней, он просто прощался…

Какой же она была идиоткой, когда думала, что между ними и вправду зародилась глубокая взаимосвязь…

Делия почувствовала себя униженной. А ведь ей еще нужно как-то добраться до аэропорта.

— Есть одна проблема. Мы приехали сюда вместе. Как, интересно, мы поедем в аэропорт в разное время, если у нас всего одна машина?

— Можешь поехать на ней. Я уверен, Джим и Джош будут только рады меня подбросить.

А Делия надеялась, из-за этой отговорки она сможет побыть с ним еще немного!

— Похоже, ты обо всем успел подумать…

— Иногда я все же могу обойтись без своего незаменимого ассистента, — бросил Саймон и сдержанно, будто по-дружески поцеловал ее в щеку. — Ну что ж, увидимся в Нью-Йорке, ладно?

«Нет, не ладно!» — хотелось прокричать ей. Потому что она не хочет вот так уезжать. Неужели вчерашняя ночь для него ничего не значила?

Делия через силу заставила себя улыбнуться:

— Конечно, звучит здорово!

— Извини, я опоздала, — пролепетала Хлоя, врываясь через переднюю дверь с развевающимися кудрями и усаживаясь за столик. — М-м-м, завтрак на ужин? Мое любимое сочетание.

Делия заметила в руках подруги большую зеленобелую бумажную чашку с кофе. Делия сразу все поняла — не столько по этой чашке, сколько по яркому макияжу Хлои.

— Опять длинная очередь в кафетерии?

Ее подруга опустила голову:

— Ну не могу я ничего с собой поделать! Он просто мой идеал. Красивый, творческий, такой неординарный…

— Ненадежный, незаинтересованный…

— Теперь я бы так не сказала. Сегодня утром он совершенно бесплатно добавил мне сливок и взбил пенку. Мне так нравится думать, будто я у него какая-то особенная клиентка, — произнесла она мечтательно.

— Похоже, ты сошла с ума!

Как могла Делия так судить о подруге? Ее глупое увлечение этим барристером в кафетерии ничуть не хуже, а может быть, и лучше, чем ее унижение перед собственным боссом. По крайней мере, Хлоя не так сильно в него влюблена.

Официантка подошла к их столику и заметила чашку Хлои. Та вежливо ей улыбнулась, и девушка просияла в ответ, прежде чем подруги сделали свой заказ.

— Ты, как обычно, обретаешь друзей в самых неожиданных местах, — заметила Делия, когда официантка отошла.

— Ничего себе! Я думала, быть вежливой и приветливой — моя работа. Что случилось? Неудачная командировка? Должна признать, не ожидала увидеть тебя раньше завтрашнего утра.

— Я села на более ранний рейс, — с горечью произнесла Делия, стараясь не выдать себя.

— Более ранний рейс, значит? Звучит не очень обнадеживающе. Значит ли это, что сделку выиграть не удалось? — спросила Хлоя.

— На самом деле Саймон остался, потому что Бартлетт хотел поговорить с ним. И это приглашение внушило мне большие надежды. Совсем не удивлюсь, если на следующей неделе мы все будем праздновать новый проект.

— Правда? Тогда почему ты не в духе? Серьезно, Делия, ты выглядишь так, будто кто-то убил твою лучшую подругу… Хотя у меня вчера и появлялись такие мысли насчет Клариссы на этой дурацкой свадебной выставке.

— Все настолько плохо?

— Ты даже не представляешь насколько! Там было, наверное, не меньше двух тысяч девушек, и по крайней мере половина из них такие же помешанные на свадьбе, как и наша Клэр. Знаешь, мне пришлось разнимать ее и еще одну девушку! Они чуть не подрались из-за образцов каких-то жалких салфеток! Ты представляешь? Нет, подумать только! Образцы салфеток… Кажется, наша подруга подхватила предсвадебную лихорадку.

— Может быть, нам повезет и Том немного поумерит ее пыл?

— Сомневаюсь. Он еще менее инициативен, чем мой барристер. Клэр сходит с ума из-за свадьбы, а Том просто наблюдает.

— Он хочет, чтобы она была счастлива, вот и все.

— Может быть, — согласилась подруга и нахмурилась. — Вообще-то прямо сейчас я бы лучше поговорила о твоем счастье и душевном состоянии. Ты так и не ответила на мой вопрос.

— Какой вопрос?

В это время подошла официантка, и это отсрочило момент допроса еще на пару минут. Как только тарелки с их омлетом были поставлены на стол, Хлоя тут же вернулась к прерванной теме:

— Что-то с тобой все-таки произошло. Ты совсем не похожа на молодую женщину, которая только что вернулась из успешной командировки. И, кстати, не пытайся говорить мне, будто устала. Я все-все знаю.

Делия уставилась на тарелку:

— Это сложно. Я даже не знаю, с чего начать.

— Самое главное — просто начни.

— Если я начну, то мы здесь всю ночь просидим.

— В этой забегаловке круглосуточное обслуживание.

Делия слабо улыбнулась. Все было бы намного проще, если бы она могла вновь притвориться, сказать, что все у нее просто отлично!

— Скажи, когда ты найдешь свою вторую половинку, потом не будешь жалеть и гадать, не совершила ли ты ошибку?

— Ты шутишь, верно? — спросила Хлоя смеясь. — У нас в семье это наследственное — выбирать не того человека! — Внезапно веселая улыбка исчезла с ее лица. — Ты кого-то встретила в Бостоне?

— Вроде того…

— Черт подери! — выругалась Хлоя и хлопнула ладонью по столу. — У Делии Джерман была интрижка! А теперь ты об этом жалеешь?

— Я вообще-то не назвала бы это легкой интрижкой…

— Ну конечно! К сожалению, большинство мужчин думают иначе. Я так понимаю, тебе очень понравился этот парень?

— И я думала, после того как мы… — Эта часть истории доставляла Делии самую большую боль. — Я подумала, у нас с ним возникла некая связь…

— Связь? Это понятие работает только в телефонных компаниях.

— Ты чересчур сурова, тебе не кажется?

— Думаешь? Не знаю, никогда не видела, чтобы из коротких интрижек получалось хоть что-нибудь стоящее.

Делия не стала спорить. Вместо этого она сосредоточилась на своем недоеденном омлете и стала ковырять его вилкой, оставляя небольшие дырочки, через которые вытекал плавленый сыр.

— Мои родители полюбили друг друга с первого взгляда, — тихо произнесла она. — Мама никогда никого не любила, кроме моего отца.

— Правда? Ничего себе! Это на самом деле звучит…

— Неправдоподобно?

— Восхитительно!

— Да, — согласилась Делия.

Это как раз и было основной проблемой. Она выросла на идеальном образце любви между мужчиной и женщиной, и поэтому все остальные виды отношений казались ей неприемлемыми.

— Так ты думаешь, этот парень из Бостона — твоя любовь с первого взгляда?

— Я так думала, но теперь все больше начинаю понимать — это было всего лишь мимолетное увлечение. Чем больше я узнавала его, тем тяжелее мне становилось.

— Подожди, — нахмурилась Хлоя. — Я думала, ты встретила его в Бостоне…

— Я же говорю, все очень сложно!

— Хорошо, давай начнем сначала. Как зовут этого парня?

Боясь взглянуть подруге в глаза, Делия продолжила терзать омлет:

— Его зовут Саймон Картрайт.

— Наш босс?!

Делия кивнула в ответ.

На лице Хлои читалось недоверие.

— Ты, наверное, шутишь?

— Я говорю правду.

— Просто не верится… И как… долго? Я имею в виду, как долго у тебя уже к нему чувства?

— Четыре года.

— С того самого момента, как он тебя нанял?!

— Боюсь, что так.

— Четыре года — и ты ничего нам не рассказывала? Что это вообще значит? Я думала, мы делимся друг с другом всем, — с болью в голосе произнесла Хлоя.

Делия поежилась. Хлоя имела полное право злиться.

— Мне кажется, я просто боялась, — прошептала Делия.

— Боялась… чего?

— Что правда обрушится на меня. — Делия вдруг подумала о всех тех годах, в течение которых она оберегала маму. — Просто привыкла держать эмоции внутри себя. С мыслями легче иметь дело, когда держишь их лишь в своей голове. Когда высказываешься вслух, наступают последствия.

— Мы бы никогда тебя не осудили, вне зависимости от того, какие у тебя в голове мысли!

— Я знаю… и теперь жалею, что не рассказала все раньше.

Хлоя взяла ее за руку:

— Ты ничего не сделала, чтобы сожалеть. Кроме того, что влюбилась в нашего босса конечно же. Но то, что ты хранишь все в себе, — это для меня вовсе не новость, дорогая.

— В каком смысле?

— У тебя никогда не бывает проблем, в то время как мы с Клэр все время жалуемся, — пояснила Хлоя. — И мы всегда думали: столкнувшись с такой проблемой, с которой сама не сможешь справиться, ты обязательно дашь нам знать.

Комок застрял в горле Делии.

— Спасибо, — прошептала она.

— Мы ведь твои подруги, Дэл. Мы будем с тобой несмотря ни на что. Ты же понимаешь, что я расскажу все Клариссе и мы обязательно все обсудим за твоей спиной?

Делия улыбнулась:

— Ну конечно. Для чего еще нужны друзья?

— Ты также должна понимать: теперь я буду издеваться и обзывать нашего босса всякий раз, когда снова увижу его фото в газете.

— Ты и так это делаешь постоянно.

— Имеется в виду — издеваться еще больше!

— Хорошо. — У Делии совсем пропал аппетит, и она оттолкнула свою тарелку в сторону. — Я допустила такую глупую ошибку…

— Разве мы можем выбирать тех, в кого влюбляться?

Может быть, но Делия уж точно могла не вести себя как влюбленная дура! Саймон никогда не заводил отношения дольше чем на пару недель. С чего она вдруг решила, что с ней все будет по-другому?

Чтобы хоть чем-нибудь занять руки, Делия взяла в руки пакетик сахара и стала его крутить в пальцах.

— Я люблю его.

— А Саймон знает о твоих чувствах?

— Разве это имеет значение?

— Думаю, все же имеет. Ты же совсем другой человек! Ты не бросаешь слов любви на ветер, как это делаю я, например. Если ты говоришь о любви, значит, и правда ее чувствуешь. Должно быть, между вами двумя есть какая-то своеобразная связь?

Связь?

Делия успокаивала его, когда его всего трясло. Она видела, как он позволял себе расслабиться в ее объятиях. Можно ли это было назвать истинной связью двух влюбленных? Так много вопросов и так мало ответов… Она вернулась раньше его не случайно. Саймон дал ей время, чтобы все хорошенько обдумать.

— Если бы ты задала мне такой вопрос вчера вечером, я бы ответила «Да, связь у нас есть». Но сегодня утром я уже не была так уверена. — Делия отбросила пакетик сахара в сторону. — По крайней мере, я не уверена, будто мы оба это чувствуем.

— А ты спрашивала его?

— Нет.

— Ну, я, конечно, не эксперт по части любви, но все равно бы сказала: тебе нужно самой сделать первый шаг и поговорить с ним. Кто знает, может быть, ты та самая женщина, которая затмит даже Фанни Смайт?

— Они расстались на прошлой неделе.

— О, с ума сойти! Ну почему я всегда все узнаю последней? Если честно, я не совсем верю во все эти «вторые половинки», но буду не против, если моя подружка переубедит меня и заставит поверить в чудо. — Хлоя посмотрела Делии прямо в глаза: — Ты заслуживаешь взаимной любви.

Комок в горле снова возник, и на глаза Делии вновь навернулись слезы.

— Ты тоже, — прошептала она, искренне улыбаясь подруге.

— Вот для чего нужны друзья! — ответила Хлоя. Ее карие глаза тоже подозрительно заблестели. — Кстати, Картрайт даже не представляет, что он теряет…

Впервые за весь день Делия не чувствовала себя такой одинокой. Крепко сжав руку подруги, она произнесла:

— Точно так же, как и этот твой барристер!

Глава 9

— Отличная юбка!

Комплимент администратора застал ее врасплох. Неужели она так вызывающе одета? Сегодня вместо привычных строгих брюк Делия надела яркую юбку — может быть, хоть это как-то привлечет внимание Саймона?

Молодая женщина вручила ей регистрационный журнал:

— Вы пришли после господина Картрайта! Я-то думала, вы прибудете вместе с ним.

— Саймон уже здесь?

— Уже полчаса, как пришел.

Ну конечно! Как она могла не заметить его размашистую подпись в журнале? Наверное, он сегодня пропустил бассейн.

— Он не сказал, почему так рано пришел?

— Нет, господин Картрайт сегодня не в настроении и очень молчалив.

Делия напомнила себе: хорошего расположения духа, особенно после таких выходных, ждать от Саймона не стоит.

Она, Хлоя и чуть позже присоединившаяся к ним Кларисса провели остаток вечера за обсуждением событий в ночь на субботу. Несмотря на то что Делия обнаружила приятную и такую неожиданную поддержку подруг, один секрет она до сих пор им не рассказала. Историю из прошлого Саймона. Оглядываясь теперь назад, вспоминая ту ночь, Делия спрашивала себя: как она могла пропустить эту деталь? Саймону, естественно, хотелось запрятать эти воспоминания как можно дальше. Пожалуй, пословица «С глаз долой — из сердца вон» была его девизом.

Делия трезво смотрела на вещи. Она знала, так сразу невозможно залечить все раны на сердце. Эти подонки столько забрали у Саймона! Они отобрали у него честь, достоинство, подростковую невинность — и ради чего? Ради какой-то глупой шутки. А сколько еще мальчишек могло пострадать от них! И у скольких после такого хватило сил встать на ноги и жить дальше? С другой стороны, Саймон и сам не понимал, какой силой духа обладал.

Двери лифта открылись, и Делия поняла: в офисе творится какой-то хаос. Добрых полтора десятка сотрудников поснимали свои пиджаки, но некоторые все еще были одеты в строгие костюмы. Этого никогда не бывало в жаркие летние месяцы.

Саймон сидел за столом творческого администратора с телефоном, зажатым между плечом и ухом. Как только Делия увидела его, сердце ее ухнуло куда-то вниз. Он снял пиджак. Рукава его белоснежной рубашки были закатаны, демонстрируя загорелые предплечья. Именно таким он нравился ей больше всего…

Она подождала, пока Саймон закончит свой разговор, прежде чем привлечь его внимание. Он посмотрел вверх. Их глаза встретились, и Делия увидела на его лице целую бурю эмоций. Смущение, грусть и что-то еще…

— Отлично, — сказал он. — Ты здесь.

Администраторша оказалась права: Саймон был не в духе и совсем не улыбался.

Прежде чем она успела моргнуть, Саймон направился по коридору к своему кабинету, заставляя ее поторопиться.

— Что происходит? — спросила Делия, едва поспевая за ним.

— Мой отец, а также несколько других членов совета директоров ужинали вчера вечером с мэром и пообещали ему провести кое-какую рекламную кампанию.

— Это же здорово, разве нет?

— Они хотят, чтобы наша кампания совпала с судом по делу Мартина Сантьяго.

— Они — что?.. — изумилась Делия.

Студента Мартина Сантьяго застрелили, когда тот покупал фрукты на рынке. Несмотря на то что преступление произошло средь бела дня, полиция с трудом арестовала двух подозреваемых, так как два хорошо известных члена банды пригрозили свидетелям. Громкое дело, но это отличная возможность привлечь дополнительное внимание. Оставалась только одна проблема.

— Я читала в газете, что суд присяжных состоится на этой неделе.

— Да. А это значит, у нас есть сорок восемь часов на то, чтобы все подготовить и развернуть кампанию.

— О боже!

Теперь весь абсурд ситуации дошел до Делии окончательно. Отец Саймона не просто воспользовался их услугами, он бросил им самый настоящий вызов.

— Несколько человек из мэрии уже едут к нам, чтобы дать побольше информации. Мы встретимся с ними, а затем с нашей творческой группой займемся мозговым штурмом. Сегодня будет жаркий день, и все остальные дела и разговоры лучше отложить на потом.

«Все остальные дела…» Он имеет в виду их личные отношения? Без сомнения, Саймон был только рад такой возможности.

Они достигли его кабинета, и их диалог оборвался.

— Как прошла беседа с Бартлеттом? — наконец поинтересовалась Делия, стоя у двери.

— Хорошо. Перспективно. Я думаю, что он выберет нас.

— Это же замечательно! Ты должен быть рад.

— Как я уже говорил, не хочу торопить события. Если у тебя больше нет пожеланий, то я, пожалуй, сделаю пару телефонных звонков.

Делия заметила: он вот-вот повернет ручку и откроет дверь в кабинет. И тогда она взяла его за руку. Саймон ничего не сказал, но и руку не отдернул. Он посмотрел на нее, и на несколько секунд она вроде бы снова оказалась в Бостоне… а потом он медленно открыл дверь в свой кабинет:

— Через пять минут сюда приедут важные персоны. Мне необходимо сделать несколько звонков.

— Ну, вперед, — сказала она ему. — Я буду здесь, рядом. Думаю, тебе не составит труда найти меня.

Саймон провел рукой по шее. Прошло уже почти трое суток, а он все еще чувствовал эту чертову головную боль, а теперь к ней присоединилась и тупая, ноющая боль в груди. Он ведь вернулся в Нью-Йорк и должен был почувствовать себя лучше. Но вместо улучшения ему стало только хуже. И он догадывался почему. Две волны воспоминаний боролись у него в голове. Теперь он с ненавистью вспоминал то утро в лодочном сарае и с удовольствием — ночь прошлой субботы. Равно как и полдень пятницы, и вечер четверга… Ведь все это время он провел в компании Делии. Он явственно помнил, как она двигалась, какой у нее дивный аромат и как приятно было ее обнимать…

Ну почему он просто не может взять и сказать ей: все произошедшее в субботу было ошибкой? Но ведь если родился трусом, то трусом навсегда и останешься, верно?

И все-таки… Раньше у Саймона не было проблем с расставаниями. Почему же с Делией все иначе? Она не такая, как все?

На протяжении многих лет Саймон чувствовал себя абсолютно мертвым внутри, сломленным. Но как показала ночь субботы, он был жив. Какая злая шутка судьбы… Тем не менее самым правильным выходом было порвать с этими отношениями раз и навсегда. Отпустить Делию, пока она не слишком привязалась к нему.

Раздался стук в дверь кабинета, вошла Делия, неся в руках кофе. Сегодня она была особенно соблазнительна в облегающей розовой юбке…

— Люди из мэрии уже здесь. Хочешь, чтобы я осталась?

Саймон сделал вид, будто внимательно изучает документацию, чтобы она не заметила его реакцию.

— Да, пожалуйста.

Следующие восемь часов прошли в дискуссиях о политике, мозговом штурме и снова в дискуссиях о политике. Они остановились на размещении плакатов в метро и автобусах, рекламы в Интернете и агрессивной пиар-компании. Теперь все, что оставалось сделать, — это напечатать договоры, по которым обе стороны пришли к обоюдному соглашению.

— Креативная группа только что прислала по электронной почте образцы для объявлений в автобусах, — сказала Делия, бросив на его стол стопку напечатанных листов.

Подняв верхнюю страницу, Саймон изучил ее:

— Ты включила сюда всех, кому нужно подписаться?

— Каждого. Тут десять экземпляров.

— Не говори мне, что тут их только десять. Нам нужно двенадцать образцов!

— Я пошутила, — отрезала она.

— Понятно.

Они оба очень устали. Несмотря на то что весь день они работали плечом к плечу, это не улучшило положения. Всякий раз, когда Делия подходила чуть ближе к Саймону, он весь напрягался. Она вела себя именно так, как он хотел, — профессионально и отстраненно. Но все это только ухудшало положение.

— А как дела с одобрением баннеров в Интернете?

— Все хорошо. В мэрии уже все подписали, внеся лишь пару изменений с запятыми.

— Слава богу, что они не изменили двоеточия, а то мы бы до сих пор не пришли к компромиссу.

Саймон практически смял документ, слишком сильно сжимая в руках бумагу. Делия перешла на свою сторону стола, чтобы пометить нужные страницы. Ее кожа пахла пудрой — свежий и чистый запах…

— Что-то случилось? — спросила она.

Кроме того, что она сводила его с ума, ровным счетом ничего.

Откинувшись на спинку кресла, Саймон продолжил:

— Директор по связям с общественностью мэрии очень впечатлена тем, как мы за такой короткий срок смогли все организовать. Скорее всего, в ближайшее время нам будут поступать все новые и новые благотворительные проекты.

— Это хорошо или плохо?

— Зависит от того, с какой стороны посмотреть. Если тебе по душе отбросить все коммерческие проекты и заняться этими бюрократами, то просто превосходно.

— Думаю, пора запастись обезболивающими, — сухо ответила Делия.

Зазвонил телефон. Прежде чем Саймон смог вымолвить хоть слово, Делия подняла трубку.

— Это Джим Бартлетт, — произнесла она, передавая телефон ему. — Говорит, у него для тебя хорошие новости.

Делии понадобилось усилие, чтобы передать ему телефон и коснуться его руки, но все же ей удалось это сделать. Эти мимолетные физические контакты с Саймоном сводили ее с ума. Как можно притворяться, будто между ними ничего нет?

Они отлично работали вместе. Даже чувствуя неловкость, оба ощущали естественную связь между собой. После занятий любовью с Саймоном у Делии открылись глаза — оказалось, они ладят и за пределами офиса. Теперь ей было больно представить, что это никогда больше не повторится…

А если Саймон думает иначе? К тому же он, похоже, и не собирался говорить с ней на эту щекотливую тему.

Саймон попрощался с Бартлеттом и, повесив трубку, произнес:

— Ну что ж, наконец можешь меня поздравить. Наше агентство было выбрано для проведения рекламной акции пивоварни Бартлеттов.

— Поздравляю! — Делия впервые за весь день искренне улыбнулась. Она была очень за него рада. — Я знала, ты произведешь на них впечатление.

Он посмотрел на нее долгим, благодарным взглядом, под которым она почти растаяла.

— Ты всегда в меня верила, не так ли?

— Я же видела, как ты работаешь.

— Ну да, перед моим очарованием сложно устоять.

Делия решила переменить тему. Она снова заулыбалась:

— Что-то ты не похож на человека, который только что узнал такие потрясающие новости!

— Я очень устал. И в конце-то концов, это просто очередная сделка, хоть и очень важная. Только не говори Бартлетту об этом.

— Буду нема как рыба. Ты собираешься сказать совету хорошие вести?

— Чуть позже. Сразу после того, как разделаемся с текущим проектом. Сейчас у меня нет на них времени.

— Заставляешь их ждать, потому что в последнюю секунду они свалили на нас этот проект? — снова улыбнулась Делия.

— Именно.

В какой-то момент во время их разговора Саймон подался чуть вперед, и их тела практически соприкоснулись. Чуть меньше сантиметра оставалось между их руками. Он это тоже заметил и сразу убрал руку, принявшись разглаживать смятый документ.

Только теперь Делия поняла, как сильно он устал.

— Не обижайся, — произнесла она, — но выглядишь ты просто ужасно.

— Головные боли совсем меня доконали.

— За последние четыре дня у тебя слишком часто болела голова, — согласилась Делия.

Он посмотрел на нее, и она снова увидела выражение благодарности на его лице.

— Я должен перед тобой извиниться.

— За что?

— Я ругался на тебя за ту поездку на катере. А мнение Тома и Луизы сыграло чуть ли не самую главную роль в принятии решения, и это сильно облегчило мне работу.

— Ну, это всего лишь моя обязанность — упрощать тебе работу. Или ты об этом забыл?

— Я все помню, — ответил он. — Прекрасно помню и наш разговор в воскресенье утром. Я помню все, что произошло за эти выходные.

— Я тоже, — ответила Делия.

Последняя фраза вселила в нее надежду. Он ведь желает ее! Это же хоть что-то должно означать?

К черту все! Ей надоело притворяться, будто чувства к нему не разрывают ее изнутри. Она должна выяснить, хочет ли он ее так же сильно, как она его?

Саймон старался не смотреть на нее. И когда Делия коснулась его щеки, он отвернулся.

— Саймон…

— Делия, прошу тебя…

Обхватив его за шею, она прижалась к нему. Одного взгляда в его глаза было достаточно, чтобы понять: он желал ее так же сильно.

Она подалась к нему и поцеловала. В ту же секунду руки Саймона обняли ее за талию. Она ощущала страсть в каждом его поцелуе, получала подтверждение его чувств от каждого прикосновения.

Саймон не стал тратить время на долгие прелюдии. Страстно лаская ее, он придвинул Делию ближе к столу. Она в нетерпении раздвинула бедра. Пути назад не было…

За закрытыми дверями своего кабинета Саймон опустился в большое кресло. Растрепанная Делия сидела на столе рядом с ним. Блаженное чувство покоя, которое он ощущал субботней ночью, сменилось ужасным чувством вины и ненависти к себе. Саймон снова овладел ею, хотя знал: он не сможет ей дать той уверенности и стабильности, которую она ищет.

— Графикам из художественного отдела, наверное, жутко интересно, где окончательный образец, — строгим тоном произнес он.

Делия тихонько всхлипнула и уткнулась носом в его шею:

— Кто из нас будет умницей на этот раз?

Явно не он. Саймон произнес:

— Мэр не станет долго ждать.

— Ты прав. — Слегка потянувшись, она выпрямилась.

От одного вида ее полурасстегнутой блузки Саймон был готов наброситься на нее снова.

— Сначала работа, затем удовольствия, — промурлыкала Делия и наклонилась, чтобы поцеловать его, но Саймон отстранился. — Что случилось?

— Это неправильно, — с трудом произнес он.

— Что — неправильно? Тебе не понравилось, что мы занялись этим прямо в твоем кабинете? Но ведь никто и предположить не мог, что…

— Что мы будем заниматься грязным сексом на моем столе?

— Все понятно. — Ее лицо помрачнело. — Тогда я лучше пойду и отправлю копии в художественный отдел.

Делия соскочила на пол, поправила одежду и растрепавшиеся волосы. Саймон чувствовал себя отвратительно — он снова заставил ее испытывать боль.

Он уже собирался извиниться, когда телефон на его столе звякнул, нарушая неловкую паузу.

— Это, наверное, художественный отдел. Ты должен ответить. Мы же не хотим заставлять их ждать.

Саймон схватил ее за запястье:

— Не уходи, только не так…

На том конце провода было слышно, как ругается сотрудник художественного отдела. Но все, что имело значение в данный момент, — это Делия.

Касаясь ее, Саймон снова почувствовал желание.

Как только он повесил трубку, Делия попыталась освободить запястье из его сильных рук:

— Ты можешь уже отпустить, не убегу.

Но он не хотел отпускать ее. Возможно, это его последний шанс еще раз к ней прикоснуться…

— Я не хочу, чтобы ты уходила с мыслями, будто поступила неправильно.

— Я и не собиралась так думать.

— Я имел в виду… не хочу, чтобы ты подумала, будто я жалею о том, что случилось только что.

— Забавно, но почему-то после такой фразы я как раз и буду думать, что ты обо всем жалеешь!

— Пожалуйста, Делия! Ты должна знать: мои сожаления не имеют никакого отношения к тому, что произошло между нами сегодня и в выходные.

— Продолжай, — произнесла она, скрестив руки на груди.

Теперь самая сложная часть — объяснить все правильно. Он повернулся к окну. Не смотря ей в глаза, говорить было намного проще.

— Я думал, что приду в себя, как только вернусь из Бостона… Этот скандал… Прошло целых пятнадцать лет. Казалось, я почти стер тот случай из памяти. Но в Бостоне что-то постоянно напоминало мне об этом.

— К примеру, тот случайный комментарий Джима за ужином в первый день?

— С него все началось. Я пытался хранить все в себе, пытался смыть воспоминания водой, как обычно делал раньше, но потом посмотрел в твои глаза на пирсе… Впервые за многие годы я почувствовал покой. Ты стала моим спасательным кругом, и я схватился за тебя.

— Рада, что смогла быть тебе полезной, — протянула Делия.

Вопреки здравому смыслу он оглянулся через плечо. Делия стояла там, где он оставил ее. Руки плотно сцеплены на груди, на лице каменная маска. Он едва не закричал от того, как за несколько мгновений из нежной и любящей женщины Делия превратилась в холодное, безжизненное изваяние.

— Это и есть самая основная проблема. С самого начала я знал, что поступаю неправильно, плохо. У меня не было никакого права позволить тебе мной увлечься. И дело не в тебе. Ты — живое напоминание о том, чего я не заслуживаю.

— Ты снова про тот случай в сарае… — вздохнула она.

— Я сейчас говорю о тебе, какая ты…

— Я не понимаю…

— Ты удивительная женщина, — сказал Саймон, и голос его был полон восхищения. — В воскресенье утром ты обрушилась на мою голову, словно тонна кирпичей, и я был этому только рад.

— Минуточку. В воскресенье утром? Ты ведь послал меня домой тогда! Я провела весь день, пытаясь понять, что произошло и почему ты вдруг так переменился.

— Это было ошибкой, — признался Саймон. — Тогда я еще не знал, как действовать.

— М-м-м, а ты не пробовал сначала хотя бы просто поговорить со мной? — с раздражением бросила Делия. — Ты бы просто мог высказать, что думаешь обо всем этом!

— Что я мог сказать? Я полагал, будет лучше дать нам обоим немного времени, чтобы все обдумать и найти нужные слова.

— Серьезно? Целые сутки ты мучил меня, и теперь, после того как мы любили друг друга, ты смог сказать лишь одно: все было неправильно!

— Мы не любили…

— Любили! — вскричала она. — Я любила!

Ее заявление поразило его.

— Делия, ради бога! Ты ведь веришь в родственные души и все эти истории про вторые половинки. Ты хочешь таких отношений, чтобы раз и навсегда… А я не могу дать тебе этого. Не могу быть чьей-то второй половинкой…

Он видел, что его слова больно ранили ее в самое сердце, и молился только о том, чтобы она когда-нибудь поняла: он делает это ради ее же блага.

— Та часть меня, которая была бы тебя достойна, не существует…

— О, с ума сойти, Саймон! Когда же ты поймешь — твое прошлое не имеет для меня никакого значения?

— Я сам — мое прошлое! — взревел он, сжав кулаки. — Разве ты не понимаешь? Когда эти сволочи… Когда я позволил им… Я убил настоящего Саймона Картрайта! Он перестал существовать, и все, что осталось, — это лишь некое существо, которое им притворяется. Ты занималась любовью с призраком, Делия. С очаровательным, но жалким, трусливым призраком.

— Черт бы тебя побрал! — выругалась Делия. Как он может так говорить? Ни одно из этих слов не несло и капли правды. — Ты не струсил тогда! Ты просто был напуганным подростком, ребенком!

Но он лишь покачал головой. Не глядя на его лицо, она уже знала: он не хочет слушать, что она говорит. Это еще больше распалило ее.

— Ты не имеешь права вот так обрывать наши отношения!

— Я просто хочу, чтобы ты получила то, чего достойна.

— Кто ты такой, чтобы решать, чего я достойна, а чего нет? Это только мой выбор. Понимаешь? Только я решаю, с кем мне быть, и только я решаю, какого Саймона Картрайта мне любить. Не ты, не те гнусные мерзавцы, которые поиздевались над тобой, а только я!

Делия была почти вне себя от злости и бессилия. Ну почему Саймон такой упрямый осел, который никак не может понять одну простую вещь: он намного выше того, что с ним случилось в тот злополучный день.

Лицо Саймона было холодным. Он протянул ей пачку документов и сказал:

— Отправь наконец это в художественный отдел. Они ждут.

Делия вышла из кабинета, громко хлопнув дверью.

Глава 10

Телефон Делии разрывался от звонков всю дорогу домой. Она не отвечала. У нее не было настроения болтать с Хлоей или Клариссой, а Саймон все равно ей не позвонит.

Она ненавидела его, и сердце ее бешено колотилось от злости к нему.

Телефон зазвонил снова.

— Да кто это? — ответила она наконец.

— Делия?

Вот кто ей сейчас нужен больше всего!

— Привет, мам.

— Что-то случилось? У тебя расстроенный голос.

— Все просто замечательно. — Как обычно, попыталась изобразить бодрость Делия. — Я… — Не в этот раз. Она устала притворяться, будто все было замечательно, заботясь о том, как бы не расстроить маму. — На самом деле, мам, все так паршиво…

— Что случилось? Что-то пошло не так во время командировки?

— О нет! Поездка была просто потрясающей! — ответила Делия. — Лучшие семьдесят два часа в моей жизни. Это все ты виновата! Ты и твои глупые истории о вторых половинках. Очень мило и романтично, только все это одна сплошная ложь!

Она растянулась во весь рост на диване и стала размышлять.

Было ли это справедливо с ее стороны — так говорить с мамой? Наверное, нет, но сейчас ей было все равно. Разговор Саймона буквально раздавил ее, и ей очень хотелось выговориться кому-то.

На другом конце провода мать глубоко и тревожно вздохнула:

— Тебе полегчало?

— А ты бы хотела этого?

— Так вот что ты обо мне думаешь? Выходит, я не хочу слушать о твоих проблемах?

— «Я хочу лишь знать, что всем хорошо и все счастливы», — процитировала Делия. — Разве не это ты всегда говорила?

— Ну конечно, потому что я твоя мать! И если я увижу, что хотя бы один из моих детей страдает, это разобьет мне сердце!

— А что произойдет потом, все мы знаем…

Ее мать ахнула:

— О, Делия… Когда ваш отец умер, я…

— Я знаю! — рявкнула Делия в ответ.

Она слышала эти истории от матери уже тысячу раз. Но теперь злость постепенно сменялась чувством вины. Теперь мама снова уйдет в депрессию.

— Я хотела сказать… когда он умер, я не смогла достойно вынести потерю. Да, это было ужасно несправедливо и эгоистично с моей стороны. Вы, наши дети, были самым большим его достижением, а я не позаботилась о вас. Я подвела его. Но пойми, мне было так плохо без него!

Делия была поражена. Последнее, чего она не ожидала услышать от мамы, так это слова раскаяния.

— Нам тоже было очень плохо.

— Я знаю. И мне жаль… Вместо того чтобы вместе справиться с горем, вы должны были утешать меня. И теперь я очень жалею. Я не хотела, никогда не хотела, чтобы вы притворялись, будто у вас все хорошо, только чтобы лишний раз меня не расстраивать.

— А ты никогда не думала, как это странно? Я имею в виду, что у нас всегда все хорошо? — спросила Делия.

— Честно? Я просто горжусь тем, как вы со всем справлялись. Ну ладно, если совсем по-честному, то мне даже нравилось, что у вас всегда только хорошие новости. Так намного проще жить.

— Я тоже всегда думала — врать намного проще. А теперь уже и не знаю… Все это притворство меня измотало.

Вопреки ожиданиям Делии, на этот раз мама не разрыдалась. Возможно, она наконец-то поняла: в жизни не может быть все гладко и идеально. Как бы заставить и Саймона понять столь простую истину?

— Так, — продолжила беседу мама, — что там ты говорила про вторые половинки?

— Мне очень жаль, мам. Я не должна была обрушивать все это на тебя.

В конце концов, ведь мать не виновата, если мужчина, о котором мечтала ее дочь, вдруг решил, что он ей не подходит.

— Неужели ты правда считаешь, что все это глупые сказки для детей?

— Нет, — сдалась Делия. Как раз наоборот, она верила в это всем сердцем. Просто парадокс… — Но что делать, когда твоя вторая половинка боится быть с тобой?

— Ну, тогда он вовсе не твоя вторая половинка.

Как трудно с этим согласиться! Делия любила Саймона всем сердцем, больше всего на свете. Даже сегодня, когда он был такой злой, она все равно любила его.

— Я не могу представить свою жизнь с кем-то другим, — призналась она маме. — И самое ужасное, я знаю: он испытывает то же самое. Но он отталкивает меня, говоря, что это ради моего же блага!

— Может быть, он и прав. Не всегда нам суждено быть с теми, кого мы любим…

— Не обижайся, мама, — проворчала Делия. — Но звучит это очень паршиво.

— Почему? Потому что я не говорю тебе того, чего тебе так хочется услышать?

— Он думает, я его совсем не знаю. Но ведь это не так! Когда я думаю, через что пришлось пройти Саймону…

— Секундочку. Саймон? Саймон Картрайт? Что это была за командировка такая, а?

— Самая обычная, — парировала Делия. — Да это и неважно. Саймон считает, он не достоин серьезных отношений. И кажется, ничто не сможет заставить его передумать.

— Мне очень жаль, дорогая…

— Поговори со мной, — попросила Делия. Она снова ощутила себя десятилетней девочкой, которая хочет, чтобы ее обняли и приласкали. — Я накричала на тебя… Прости.

— Не стоит. Наверное, мне нужно было это услышать. К тому же никому не станет легче, если ты все время будешь держать все в себе.

— Но когда высказываешься напрямую, не очень-то это помогает. Потому что я сказала Саймону некоторые вещи и все испортила еще больше.

— Разве я не рассказывала про Аманду Бейри? — со вздохом произнесла мать.

— Нет, никогда.

— Они с твоим отцом — одноклассники. Она была настоящей красавицей, и половина школы бегала за ней, включая и твоего отца. Примерно спустя месяц после того, как мы начали встречаться с ним, она проявила к нему интерес.

— И он отшил ее?

— Нет. Отец пришел ко мне тогда и признался: он не знает, что и делать. И я заявила ему: либо он полностью мой, либо мы расстаемся. В конце концов твой отец решил: девушка из его мальчишеских фантазий не стоит наших с ним чувств.

Да, ее родители были просто созданы друг для друга!

— Это потрясающая история, мам, только с Саймоном не все так просто.

— Может быть, но какой-то смысл в этом есть. Я хочу сказать, в таком деле не может быть всяких но. Либо этот мужчина твой, либо нет. И если вы действительно созданы друг для друга, рано или поздно все равно будете вместе.

Было бы, конечно, здорово признать: после долгого разговора с мамой Делия почувствовала себя лучше. Но, положив трубку, Делия почувствовала, что она вот-вот разрыдается. И во многом потому, что ее мать права. Либо она и Саймон были созданы друг для друга, либо нет. И Делия склонялась теперь больше ко второму варианту…

— Ты точно решила? — спросила ее Кларисса на следующее утро.

— Нет. — Делия была совсем не уверена, но другого выхода из этой ситуации нет.

— Может, дашь ему пару дней? Вдруг он еще передумает?

— Думаю, ему понадобится гораздо больше времени, — улыбнулась Делия.

Вчера ночью, лежа в постели, она поняла: единственный человек, который сможет переубедить Саймона, — он сам. Но сколько времени на это уйдет? Она не может позволить себе остаться в агентстве, чтобы это выяснить.

— Если останусь, то буду снова и снова повторять свои ошибки, — сказала она Клариссе.

— Я понимаю, но какой смысл уходить из агентства? Почему бы просто не перейти в другой отдел? «СМТ» — большая компания.

Которой управляет Саймон…

— Мы с ним все равно будем пересекаться, так или иначе. — Если Делия собирается идти вперед, то оглядываться нет смысла. Надо сжечь все мосты. — Лучше сразу все бросить.

— Без тебя здесь все будет уже не так, — с грустью произнесла Кларисса. — Кто будет помогать мне справляться с сумасшествием Хлои?

— Все будет хорошо. Я ведь не уезжаю обратно в Канзас. Плюс посмотри на это с более позитивной стороны! Теперь я безработная, и у меня появится больше времени для всяких хлопот подружки невесты, — подмигнула ей Делия.

— Ну, тогда согласна, — рассмеялась Кларисса и крепко обняла подругу. — Помни, мы всегда с тобой, что бы ни произошло…

Делия едва сдерживала слезы. Внешне она старалась держаться храбро и уверенно, но внутри была напугана. Мало того что она уходит от человека, которого любит, так теперь еще и останется без работы. Вероятность того, что она вообще все может потерять, слишком велика.

Она крепко обняла Клариссу в ответ:

— Спасибо.

* * *

Делия направилась по коридору в кабинет Саймона. В последний раз.

Дверь была приоткрыта. Саймон раскладывал что-то на столе в ровную прямую линию.

— Нам надо поговорить, — сказала она, войдя в его кабинет не постучавшись.

Ну конечно, судьбе было угодно, чтобы сегодня, когда она видит Саймона в последний раз, он выглядел еще более красивым. На нем были светло-серый костюм и легкая рубашка. Волосы слегка влажные, и это могло означать только одно: сегодня утром он был в бассейне.

Саймон поднял на нее глаза. Холодность в них так и не исчезла со вчерашнего вечера.

— Сейчас не самое подходящее время, — произнес он.

— Займу у тебя всего минуту. Ты мне должен после прошлой ночи, — добавила она, закрывая за собой дверь.

— Хорошо, — пожал он плечами. — Говори. Это все равно не изменит моего решения.

— Если бы я знала, что изменит, то напомнила бы: несколько человек против одного — это нечестный бой, не говоря уже о возрасте.

Даже стоя на другом конце комнаты, Делия увидела, как на скулах заходили желваки.

— Если ты закончила…

— Я ухожу, — сказала она.

Ну вот и все!

Возникла пауза.

Саймон лишь равнодушно смотрел в свой ноутбук.

— Ну, если ты так уверена… — произнес он наконец.

Он даже не пытался ее остановить. Последняя надежда Делии растаяла. Может быть, мама оказалась права? Может быть, они не созданы друг для друга и он — лишь очередное испытание на пути к безграничному счастью, что ждет ее впереди?

Но Делия отказывалась в это верить.

Лишь в одном она была точно уверена. Она не уйдет без признания, не сказав ему самого важного. Только не в этот раз.

— Я люблю тебя, Саймон, — чуть слышно, но уверенно произнесла она.

Саймон сразу же встал из-за стола и подошел к окну, повернувшись к Делии спиной:

— Я не стою такого признания.

— Теперь уже слишком поздно. Мои чувства не изменятся. Ты можешь сказать мне, будто недостоин меня, можешь повернуться ко мне спиной, можешь проплыть хоть миллион кругов в бассейне, чтобы забыть все это, но ничего не изменит моих чувств к тебе. Я всегда любила тебя, люблю и буду любить. Поверь мне, я хотела бы, очень хотела быть такой, как ты, но я не могу просто взять и забыть то, что случилось в этот уик-энд. То, что случилось с нами двумя. И еще кое-что… — Делия медленно подходила к Саймону. Он должен смотреть на нее, когда она скажет следующие слова. — То, что произошло с тобой пятнадцать лет назад, не имеет для меня никакого значения. Во всяком случае, именно это почему-то заставило меня полюбить тебя еще сильнее.

— Ты не можешь, — пробормотал он.

Голос его был едва слышен. В глазах читалось сожаление, но на лице по-прежнему была маска холодности.

— И все же я люблю. Ты говоришь, что надломлен внутри, что ты всего лишь актер, трус, который прячется за маской очарования. Может быть, это правда, но это не имеет значения для меня. Я все еще люблю тебя. Всего тебя. Но я ненавижу тебя за то, что ты думаешь, будто не достоин моей любви, потому что это не так! Ты достоин меня — каждой моей клеточки, каждого моего сантиметра. И я очень надеюсь, что когда-нибудь ты это поймешь.

И снова тишина в ответ…

— Но до тех пор, пока ты этого не поймешь, я не могу быть с тобой. Я безумно люблю тебя. Но твоей подстилкой быть не хочу.

— Я бы никогда… — И тут он оборвал фразу. Саймон знал: до тех пор, пока не признает их любовь, он будет причинять ей боль. Не специально, но будет. — Мне очень жаль…

— Я тоже очень сожалею. Сожалею о многом.

Делия действительно сожалела: ну почему он так просто позволяет ей уйти? Почему не видит правды?

У нее возникло огромное желание коснуться его щеки в последний раз, но она сдерживала себя. Прикосновения сделают расставание еще более болезненным. Она и так вытерпела слишком много…

— До свидания, Саймон. Если ты вдруг все поймешь, то прошу тебя, дай мне знать. — Она медленно направилась к выходу из кабинета, но потом остановилась, чтобы высказать свою последнюю мысль: — Ты называешь себя трусом, потому что тогда не смог дать им отпор. Но отказ от борьбы, когда ты в меньшинстве, — это вовсе не трусость, это самосохранение. Но ты до сих пор не живешь полной и радостной жизнью из-за воспоминаний о тех подонках… Если хочешь знать мое мнение, то как раз это и есть самая настоящая трусость!

С этими словами она вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.

Саймон ждал. Он надеялся, что Делия сейчас вернется, но дверь оставалась закрытой.

В груди у него все сжималось от боли. Он хотел вскочить, побежать за ней, умолять ее остаться, но так и не смог сдвинуться с места. Может, и к лучшему, что она ушла? Если бы Делия осталась с ним, то он бы только причинил ей новые страдания. Теперь она сможет найти достойного человека и построить с ним счастье. И этот человек будет любить ее так сильно, как она того заслуживает.

«Это к лучшему», — снова повторил он про себя.

Да пошло все к черту!

От злости Саймон схватил первый попавшийся под руку предмет и швырнул в дверь. Степлер разлетелся на части.

Глава 11

Саймон вставал из-за своего рабочего стола уже третий раз за день — нужного документа снова не оказалось в системе.

— Анна! — взревел он, не стараясь быть особенно вежливым. — Почему мне опять приходится кричать? Как всегда, пропал нужный файл!

Он подошел к двери, и его новая помощница чуть не врезалась в него.

— Я н-н-не знаю, — заикалась девушка. — Я загрузила новую версию сегодня утром, как вы просили.

Саймон вздохнул:

— В следующий раз не забудь, пожалуйста, кликнуть мышкой два раза на значок «Сохранить документ», хорошо?

— Простите, я сейчас же все сделаю.

— Уж будь так добра, — буркнул он. — Я буду ждать.

«М-да, ждать придется очень долго», — подумал про себя Саймон, заметив кучу документов, сваленных в кучу у нее на столе.

— Кстати! — крикнула девушка ему вдогонку. — Вирджиния, вроде бы ее так зовут… Вирджиния, вице-президент отдела маркетинга компании мистера Бартлетта, хотела назначить вам встречу, чтобы обсудить некоторые вопросы.

— И ты все сделала, надеюсь?

Глаза Анны снова расширились.

— Хм, вы как раз говорили по телефону. Я хотела узнать, кто еще должен быть включен в список…

Саймон с безнадежным видом вздохнул во второй раз, и это заставило ассистентку нервничать еще больше. Делия бы уже сама со всем справилась… Он тут же напомнил себе: Анна новенькая и все еще привыкает к его повадкам. И она не была Делией, в конце концов.

— Запланируй встречу, основываясь на ее собственном расписании. Мы потом сообщим, кто еще должен будет присутствовать. И загрузи уже наконец этот чертов файл!

— А что мне следует сделать в первую очередь?

— Оба дела сразу, ведь ты у нас Юлий Цезарь!

Он направился обратно к себе в кабинет, размышляя о том, сколько ему еще придется тут пробыть. Не то чтобы он жаловался на тяжесть работы, но… Все же контракт с Бартлеттом сейчас их самая важная задача. К тому же из-за большой загруженности в агентстве вместо увольнений пришлось расширять кадры. Совет директоров недовольно бурлил, а его отец и вправду им гордился.

Забавно, но каждый раз, когда отец действительно им гордился, Саймон чувствовал себя подавленным. Конечно, в последние дни агентство преуспело — больше чем когда-либо. Но сам Саймон чувствовал себя неважно. День за днем он изо всех сил пытался не сорваться, держать себя в руках. Неспособность его новой ассистентки понимать его с полуслова только еще больше ухудшала положение.

Делия могла читать его мысли. С самого начала у нее была эта поразительная способность предугадывать его распоряжения и нужды. Он был потрясен до глубины души, когда узнал, что она звонила Джиму Бартлетту, чтобы сообщить: она больше не работает в «СМТ». С другой стороны, он ни капли не удивился такому жесту.

— Должен признаться, — сказал Бартлетт тогда, после ее звонка, — я с нетерпением ожидал, что Делия тоже будет в команде. У вас двоих была отличная связь, некое взаимопонимание с полуслова. Но я уверен, твоя новая помощница тоже станет отличным, надежным сотрудником.

Саймон хотел ответить: «Никто не сможет заменить Делию», но ничего не сказал. И все-таки Делия была лучшей.

Он безумно скучал по ней. Каждый день в течение последних двух недель она повсюду мерещилась ему. Проходя мимо стройных рядов столов в его офисе, он все время видел Делию. Слышал ее смех. Даже во время утреннего плавания мог поклясться: он видел ее черный купальник на краю бассейна.

Саймон постоянно продолжал убеждать сам себя: отпустить Делию было правильным решением. Но ее последние слова то и дело крутились у него в голове.

Выйдя из своего кабинета, он внезапно остановился. Ну конечно! Хлоя Абрамс стояла рядом с одной из девушек из бухгалтерии.

Сделав вид, будто у него все отлично, он подошел к ней, мило улыбаясь:

— Добрый день, Хлоя. Давненько вас тут не видел.

О чем он вообще говорит? Он не видел Хлою потому, что здесь больше не было Делии и теперь ей нет нужды спускаться на этот этаж в обеденный перерыв.

— Теперь у вас не так уж много причин часто тут появляться, я прав? — уточнил он.

— Я уже ухожу.

— На самом деле… — Голос в его голове умолял не делать этого, не раздирать рану еще больше. Но он должен узнать хоть что-нибудь о Делии. — Перед тем как вы уйдете, я мог бы поговорить с вами у себя в кабинете?

— Что вы хотите узнать, мистер Картрайт? — спросила Хлоя сразу, как только вошла в кабинет.

Саймон помедлил. Судя по хитрому блеску ее карих глаз, она точно знала ответ на этот вопрос.

— Вы давно общались с Делией?

— Ну, по сути, вчера мы с ней виделись в кафе.

— У нее все хорошо?

— А вы как думаете, учитывая последние события?

Саймон хотел узнать больше. Скучает ли она по нему? Неужели все еще любит его? Но эти вопросы он задать не может.

— Она нашла… работу?

— Пока нет, была на паре собеседований, но ничего не вышло.

— Ну, думаю, долго сидеть без работы ей не придется. Она прекрасный, надежный сотрудник. — Он подошел к столу. — Не могли бы вы ей передать… Если ей вдруг нужен отзыв от меня… Или, может, чтобы я сделал пару звонков…

— Не обижайтесь, но вряд ли она вообще что-либо примет от вас.

— Она все еще сердится…

— Сердится? Скорее печалится. Глубоко, сильно печалится.

Так же, как и Саймон. Он в тысячный раз напомнил себе: ее уход — это к лучшему. Пройдет время, и все забудется.

Хлоя позади него нетерпеливо переминалась с ноги на ногу:

— Что-нибудь еще хотели узнать? Если нет, то мне пора возвращаться на свое рабочее место.

— Конечно, — ответил он. — Спасибо. Хлоя! — окликнул он девушку, когда та уже почти вышла из его кабинета. — Не могли бы вы ей передать… — хотя все, что бы он ни сказал, только ранит Делию еще больше. — А, ладно! Не берите в голову.

Хлоя посмотрела на него долгим, испытующим взглядом, и ему стало не по себе. Затем брюнетка кивнула и выскользнула за дверь.

Прошла еще неделя, а боль у него в груди все не утихала. Анна сменилась Леоном, но и он не оправдал ожиданий.

Трещина на двери, оставленная брошенным степлером, напомнила Саймону: никто не сможет оправдать его ожиданий. Независимо от того, насколько образованным и эрудированным будет его следующий помощник или помощница, никто не сможет подойти ему настолько идеально, как Делия. Никто не сможет понять его так, как понимала она. Он все еще видел ее призрак в офисе, а ночью, когда ложился в пустую холодную постель, ее голос звучал в голове.

В ту ночь, после очередного утомительного благотворительного мероприятия, Саймон долго всматривался в свое отражение в зеркале. Он видел там лишь то, что видели и все остальные: успешный, молодой, влиятельный бизнесмен, как его называли таблоиды. Он всегда считал все эти комплименты ложью, потому что под этой красивой оболочкой скрывался совершенно другой человек. Жалкий «ботаник», трусливый мальчишка, который выдавал себя за сильного и смелого парня. Обрывки слов Делии повторялись в его голове снова и снова: «Ты трус потому, что не живешь той жизнью, какой можешь жить… Я знаю, что ты не такой… Ты выше того, что произошло с тобой…» Кажется, так она говорила? Делия отчаянно верила в него. Она даже сказала, что любит его такого, со всеми недостатками.

«Ты идиот, Саймон Картрайт!» — произнес он про себя.

Делия действительно любит его! Ему нужно было лишь набраться смелости и отпустить прошлое.

Делия была права. Он трус. И пора прекращать это.

Саймон знал, куда он должен отправиться. В последний раз нырнуть в прошлое, чтобы избавиться от него раз и навсегда.

Маленькая постройка почти не изменилась за пятнадцать лет. Серая черепица все так же покрыта мхом, стены были такими же сырыми. Самым существенным изменением стало появление замка на двери. Саймону повезло, замок оказался не заперт. Внутри мало что поменялось, только теперь места вроде стало чуть меньше. На стенах уныло висели спасательные жилеты, а какой-то умник над дверью краской написал название школы, чтобы участники команды ненароком его не забыли.

Воспоминания нахлынули на него, и Саймона пронизала дрожь… Именно здесь все и произошло. Он вспомнил лица этих подонков, вспомнил пьяный смех Чипа: «Куда это ты собрался, первокурсничек? Наша вечеринка только началась…»

Саймон упал на пол и горько, изо всех сил зарыдал, выпуская наружу копившуюся столько лет боль. Он плакал об ушедшем детстве, о подростке, которому сломали судьбу. Он плакал до тех пор, пока слезы сами не высохли на щеках, а голос не охрип от крика. Понемногу его дыхание восстановилось, и он услышал, как рядом тихо плещется река.

Делия права. Он все эти годы называл себя трусом, хотя был на самом деле очень храбрым человеком.

Каким дураком он был! Столько времени потрачено впустую! Но все же оставалась надежда — еще не все потеряно.

Дрожащими руками он выудил мобильный телефон из кармана и набрал номер своего помощника:

— Леон, мне нужно, чтобы ты соединил меня с Хлоей Абрамс и Клариссой Бойд. Мне все равно, с кем именно ты свяжешь меня в первую очередь. И скажи им: это крайне важно и срочно.

— Мы остановили свой выбор на двух вариантах. Какой из них вам больше нравится? Исторический Лонг-Айленд или мексиканский стиль?

Хлоя взяла две листовки, которые принесла Кларисса:

— А Том разве не поможет тебе принять решение?

— Из него никудышный помощник. Каждый раз, когда я спрашиваю его, он отвечает — ему все равно. Какой из них тебе больше всего нравится, Делия? Дэ-э-эл? Ты здесь?

— Прости, — ответила та, с трудом выныривая из задумчивости. — Какой был вопрос?

— Какое место тебе больше нравится?

— А разве Том не подскажет тебе лучшее решение?

Ее подруги переглянулись, и Делия поняла: Хлоя только что задала тот же вопрос.

— Простите, что-то не могу собраться с мыслями.

— Если честно, ты сегодня весь вечер где-то витаешь, — сказала Кларисса.

— Прости, мне ужасно стыдно. — Ну почему ее подруга хочет заказать продукцию Бартлетта? Она будто нарочно над ней издевается! — Я думаю, на данный момент свадьбы — не моя любимая тема. Впрочем, как и другое, так или иначе связанное с романтикой. Вчера у меня было такое сложное собеседование…

— Именно поэтому мы вытащили тебя сегодня вечером, — сказала Хлоя. — Прошел целый месяц с тех пор, как ты ушла. Ты не можешь все время сидеть взаперти в своей квартире! Это ужасно!

— Но я выхожу…

— Ага, на собеседования. Кстати, как прошло сегодняшнее?

— Хорошо. Они хотят предложить мне работу.

— Фантастика! — воскликнула Кларисса.

Работу ей предложили в гораздо меньшем агентстве, расположенном почти в самом центре города. Ничего общего с «СМТ».

Делия подавила вздох. Она всегда считала себя сильным человеком, но теперь было почему-то так трудно двигаться вперед и жить дальше. Четыре недели прошло, а она все еще боролась с воспоминаниями о Саймоне. А еще пару раз, выходя из очередного рекламного бюро, она видела его красивое лицо на фотографиях в светской хронике. И на всех Саймон широко улыбался, но в глазах у него… в глазах у него застыла печаль…

И именно из-за этого Делии было так сложно его отпустить. Теперь ее просто убивало отсутствие известий о нем. Хлоя и Кларисса ей ничего не рассказывали. Она взяла с них обещание сама, и они, к сожалению, честно держали свое слово.

Только одно прояснилось. Она взглянула на горе своей матери совершенно по-иному. Теперь у нее самой в груди будто открылась огромная, зияющая дыра. Слишком огромная, чтобы она могла ее заполнить кем-то, кроме Саймона Картрайта.

Делия сняла ремешок сумочки со спинки стула и произнесла:

— Мне очень жаль. Я ценю то, что вы обе для меня делаете, но, похоже, сегодня я не составлю вам приятной компании.

— Нет! — прервала ее Кларисса. — Ты не можешь уйти, не так ли, Хлоя?

— Правильно, — согласилась та. — Мы еще должны отпраздновать поступление на твою новую работу!

— Я обещаю, мы обязательно отпразднуем, как только я получу официальное предложение! — Сейчас Делии хотелось просто свернуться калачиком в постели и уснуть.

— Но мне еще нужно обсудить с вами, что мне делать с этим симпатичным барристером!

Делия, возможно, и поверила бы подруге, если бы не заметила, как Кларисса ткнула Хлою в бок.

— Ладно, вы двое, что происходит? — спросила она. — Почему вы так отчаянно хотите меня тут задержать?

— Это я их попросил.

Делия могла поклясться, что ее сердце остановилось. Около нее появился Саймон, такой уставший и небритый… Казалось, он не спал несколько дней. Ее первым побуждением было обнять его, но вместо этого она перевела взгляд с него на двух испуганных подружек.

— Ты только не сердись, — заговорила Кларисса. — Мы ничего тебе не сказали, потому что боялись, вдруг ты просто не придешь.

— Я и не сержусь, — ответила Делия.

Она даже не понимала, что сейчас чувствует. Испуг? Слабую надежду? Эмоции огромной волной словно обрушились на нее.

— Вот и здорово, — сказала Хлоя. — Потому что если бы ты злилась, мы бы тебя поколотили. — Она протянула руку к подруге и прошептала: — Послушай его, он по тебе скучал.

И она скучала по нему. Но внезапного появления Саймона недостаточно.

— Итак, ты попросил моих подруг помочь тебе меня обмануть, — сказала она ему, когда Хлоя с Клариссой ушли. — Что бы ты им там ни наговорил, это должно было быть весьма убедительно. Хлою очень тяжело подкупить.

— Я только сказал ей правду. Я хотел поговорить с тобой, потому что скучаю по тебе.

— Забавно! Что-то я не слышала, чтобы мой телефон разрывался от твоих звонков.

— Не думаю, чтобы ты ответила на них.

— Конечно ответила бы! — И он это прекрасно понимал. Он знал, что она бы ему ответила. — Ты сказал, будто хочешь со мной поговорить. О чем?

— Не возражаешь, если я присяду?

— Без проблем.

Она пригласила его занять место напротив нее, но, к ее удивлению, он присел на стул рядом с ней, так близко, что они почти соприкоснулись.

— Я вернулся, — произнес Саймон.

— Что ты имеешь в виду? — Делия с трудом могла понять, что происходит.

— Я вернулся. Вернулся в тот сарай. — Он взял со стола бутылку пива и сделал большой глоток. — После того как ты ушла, я не мог перестать думать о твоих словах. О том, что я трус и чего я действительно боюсь.

— Я не хотела говорить этого…

— Не нужно оправданий. Ты была права. — Саймон придвинулся еще ближе к ней. — Я и вправду был трусом. Не тогда. Я был трусом все эти долгие годы. Я провел их, обвиняя себя в том, в чем на самом деле не было моей вины. Я больше не хочу так жить…

— Я так рада, — прошептала Делия.

Может быть, теперь он наконец-то сможет излечиться. Слеза скользнула по ее щеке, и он смахнул ее.

— Я тоже, — сказал Саймон. — Я устал убегать от того, чего очень хочу.

Настала очередь Делии испугаться. Ей нужно было услышать от него слова любви. И поэтому она затаила дыхание.

Саймон провел пальцами по ее щеке:

— И хочу я тебя, Делия.

— Это правда? — Комок в ее горле мешал говорить четко.

Как сильно ей хотелось верить в эти слова! Но они слишком хороши, чтобы быть правдой.

— Клянусь Богом! — Саймон крепко прижал ее к своей груди. — Я хочу быть человеком, которым был в те выходные. Не этой раздутой светской суперзвездой, а простым парнем, который гуляет с любимой по магазинам, а потом ест с ней пиццу в кафе. Я просто хочу быть счастливым мужчиной, а достичь счастья без тебя, Делия, просто невозможно.

Делия не верила своим ушам.

— А как же все то, о чем ты говорил? Будто ты не подходишь для серьезных постоянных отношений?

— Не подхожу. У меня куча бесов внутри, и любой здравомыслящий человек сказал бы, что со мной ни в коем случае не стоит заводить отношений, но… — Тут Саймон страстно ее поцеловал. — Я люблю тебя, Делия. С того самого момента, как ты ушла из моего кабинета, в моей груди открылась огромная дыра вместо сердца. Ты единственная женщина, которая может заполнить ее. Я весь разбит, но без тебя вообще погибну. Только с тобой я могу чувствовать себя полноценно. Поэтому, пожалуйста, скажи мне, что еще не слишком поздно…

Для него было сложно говорить сейчас так искренне. Какой подарок судьбы! Этот мужчина, харизматичный, смелый и красивый, любит ее!

— Никогда, — прошептала она. — Никогда не поздно. Потому что я чувствую к тебе то же самое.

— Слава богу. — Он еще крепче обнял ее.

Делия поцеловала его со всей любовью, которую хранила в своем сердце.

— Я люблю тебя, — прошептала она, когда смогла наконец оторваться от него. — Нет никого другого, о ком бы я мечтала так сильно…

— Ты уверена? У меня еще очень много демонов внутри, которых предстоит побороть.

— У кого их нет?

Самое важное — это то, что теперь они в объятиях друг друга, а со всем остальным вместе легко справиться.

— Кроме того, есть еще одна вещь, которую нужно уладить. — Делия чуть не вскрикнула, когда он опустился перед ней на одно колено. — Это, конечно, не самое романтичное место на земле, да и кольца у меня сейчас с собой тоже нет, но если ты согласишься стать моей женой, то я буду безмерно счастлив прожить с тобой до скончания жизни, чтобы каждый день доказывать тебе, как много ты значишь для меня.

— Мне не нужно чувствовать себя особенной, — произнесла Делия, с трудом сдерживая слезы радости. — Мне просто нужен ты!

Саймон улыбнулся:

— Ну что ж, милая, я и так весь твой.

Он снова заключил ее в объятия. Делия наконец почувствовала то самое приятное тепло внутри. Тепло от того, что она нашла того самого человека, который будет с ней всегда, до конца дней.

Где-то вдалеке раздался небольшой щелчок, как будто от фотокамеры.

— Ты слышал? — спросила она, чуть отстраняясь от него и озираясь по сторонам.

— Слышал что, дорогая?

— Ничего, это неважно. — Видя безграничную любовь к ней в его глазах, она знала ответ.

— Опять вы попали в прессу! — Газета со светской хроникой с уже знакомым хлопком опустилась к ней на стол. — И обязательно выглядеть такими чертовски счастливыми?

Делия рассмеялась, увидев их совместное фото с Саймоном и яркий заголовок: «Глава «СМТ» господин Саймон Картрайт и его невеста Делия Джерман…»

Кажется, ей никогда не надоест читать эти заголовки.

— На следующем мероприятии постараемся выглядеть максимально несчастными, специально для тебя, Хлоя, — поддразнила подругу Делия.

— Не смейте, — сказала Кларисса. — Мы рады видеть тебя счастливой.

Конечно, как и у любой пары, у них с Саймоном время от времени возникали небольшие проблемы. Но они ровным счетом ничего не значили, ведь рядом с ней теперь находился самый лучший в мире мужчина.

— Клэр права, — сказала Хлоя. — Приятно осознавать, что хоть кто-то нашел свою вторую половинку.

— Ну погоди, Хлоя Абрамс, твое время еще придет, — произнесла Делия. Ведь если она и Саймон наконец обрели свое счастье, то и ее подруга сможет! Как всегда говорила ее мама, у каждого человека есть вторая половинка, надо просто ее найти. — И что-то мне подсказывает: твоя половинка ждет тебя прямо за углом.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Барбара Уоллес
Время быть собой

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11