Одесская Ариэлла Александровна

Обратная сторона ненависти (СИ)

Одесская Ариэлла

Обратная сторона ненависти

28.06.2016.

ОБРАТНАЯ СТОРОНА НЕНАВИСТИ.

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Свет и тьма застыли друг напротив друга, миг и они приняли облик, скрытый от своих созданий. Тьма — жгучая брюнетка с вьющимися волосами, цвет лица которой отображал сияние луны. В ее темных глазах, можно было увидеть сияющие звезды. Она обратилась к крупному мужчине, волосы которого сияли ярким ослепляющим светом. В его глаза горел солнечный свет, лаская своим теплом.

— Свет, предлагаю тебе новый спор, — раздался ее игривый звенящий голос.

— Признайся, моя дорогая, тебе понравилось проигрывать мне! — его раскатистый голос словно обласкал ее.

— Не льсти себе, — фыркнула тьма. — Мы оба знаем, что ты находишь покой в моих объятьях, — произнесла она томным голосом и ее ладошка прикоснулась к его лицу, принося с собой умиротворение, покой и прохладу, от чего он, прикрыв глаза, замер, впитывая в себя эти чувства. В бесконечности раздался его слегка охрипший голос, разносясь эхом.

— Светлая, душа моей подопечной с легкостью выживет в твоем царстве, не теряя душу, — уверенно произнес он, и недовольство вспыхнуло в его глазах, когда Тьма убрала руку.

— Усложним условия спора, Свет! Не просто светлая душа, а избранная, исполняющая твое пророчество, — пред Светом возникла иллюзия юной эльфийки.

— Но ведь она питает магический источник, благодаря которому повышается рождаемость у моих светлых, — нахмурил он брови.

— Я вообще думала, что тебе под силу управлять своим творением, — насмешливо произнесла Тьма.

— Если ты решила прибрать к рукам мое творение, то ты даруешь ей частицу темного дара, чтобы она смогла соприкасаться с тьмой, не рискуя жизнью.

— В таком случае у нее должна быть взаимная любовь с темным! — азартно воскликнула Тьма, звезды в ее глазах замерцали холодным светом.

— Как у нас, моя Темная?

— Мечтай, Светлый! — фыркнула она ему в ответ.

— Я принимаю спор, награда та же! — прогрохотал раскатистый голос и он попытался обнять Тьму, которая растворилась, оставив лишь отголоски своего смеха.

Глава 1

Земли эльфов магический источник.

Под широкой аркой, сплетенной из множества больших цветов, благоухающих тонким ароматом и мерцающих магическим светом, сидела с закрытыми глазами Лайтиэль. Магия пронизывала ее точеную фигурку, играя в ее светлых волосах разноцветными бликами, расходилась лучами в разные стороны, питая магические цветы. Сегодня арка благословений с особой жадностью впитывала в себя исходящую магию эльфийки, которая, повинуясь ее желанию, отдавала больше, чем обычно.

Под аркой проводили свадебные церемонии и получали силу для рождения своего потомства. К ней так же приходили все желающие вновь обрести счастье материнства. Сюда же и приносили малышей, чтобы их магический дар раскрывался.

Недалеко от арки открылся портал, из него вышел эльф с ярко золотисто-каштановыми волосами, заплетенными в сложную косу, открывая красивые тонкие черты лица. Его большие изумрудного цвета глаза с восхищением наблюдал за таинством магии. Вот девушка распахнула свои глаза, увидела эльфа и подскочила на ноги. Затем кинулась к нему с криком.

— Папа! — ее тут же заключили в крепкие объятья. — Что-то случилось? — забеспокоилась дочь. Такого еще не было, чтобы за ней приходил отец, да еще и к магическому источнику.

— Ну ничего такого не случилось, — рассмеялся он. — Если не считать, что сегодня день твоего совершеннолетия, пятьдесят лет и твоя мама беспокоится, что тебя нет дома. Сбежала с самого утра, — покачал он головой и тут же ее поцеловал в висок.

— Я не виновата, он сам меня призвал, — начала оправдываться она. — Я сегодня как-то необычно себя чувствую, — призналась она отцу.

— У тебя что-то болит? — забеспокоился эльф, с тревогой рассматривая ее.

— Да нет, просто такое ощущение, что внутри меня что-то бурлит, как будто оно ищет выход, — смущаясь, ответила она.

— Дочь, ты вступаешь в период взросления, наверное, еще волнение сказывается, — начал успокаивать он то ли ее, то ли себя.

Затем он открыл портал, ведущий в их особняк, и они скрылись в нем.

Дома их встретила красавица эльфийка, блондинка с большими ярко-синими глазами. Эту красавицу можно было принять за ее сестру, настолько юно она выглядела. Она строго посмотрела на дочь и произнесла.

— Милая, иди быстро переодевайся, скоро гости начнут съезжаться, а ты еще совершенно не собрана, — покачала она головой, затем не удержалась и с любовью погладила ее по щеке. — Ну давай беги, милая, время не ждет.

Лайтиэль вздохнула и безрадостно пошла в свою комнату, где ее уже ждали служанки. У нее совершенно не было никакого желания праздновать свой долгожданный праздник в кругу всех этих эльфов, донимавших ее и ее родителей. Они смотрели на нее, как на выгодное приобретение для своих сыновей, внуков, мечтая укрепить свой род за счет ее редких магических способностей питать Арку благословений. Они не понимали одного, что замуж она выйдет только тогда, когда ее сердце полюбит.

Вскоре благодаря стараниям служанок Лайтиэль сияла нежной красотой, одетая в легкое воздушное платье, подчеркивающее ее стройную фигурку. Золотистые локоны были уложены в замысловатую прическу, подчеркивая нежный овал лица. Фигурные брови притягивали взгляд к большим синим глазам, которые подчеркивали черные длинные пушистые ресницы, оттеняя веки. Аккуратный носик и пухлые губки придавали миловидность и нежную красоту лицу, которое капельку отличалось от типичного эльфийского. Если бы не схожие черты лица, большие яркие глаза и заостренные ушки, можно было поставить под сомнение родство с эльфами. Она кинула грустный взгляд в зеркало на свое отражение, на душе было неспокойно. Какое-то не ясное томление души и тревога.

В комнату вошла мать, как всегда блистая красотой, она подарила дочери любящую улыбку, с нежностью смотря на нее.

— Ты такая у нас красавица! — поцеловала она ее. — Пойдем, дорогая, встречать гостей. Сам владыка решил почтить нас своим присутствием. Прошу тебя, милая, будь поприветливее со своими поклонниками.

— Ну, мама, прошу тебя, хоть ты меня пожалей. В них нет ни капли искренности.

— Кто знает, милая, может, среди этой толпы ты встретишь своего единственного, который заставит твое сердечко петь, — утешила ее мать. Искренне веря, что ее дочь встретит такую же любовь, как у них с мужем.

Праздник был в самом разгаре. В большом зале с колоннами, увитыми большими красивыми живыми цветами, скользили гости, разодетые в шикарные наряды. Стайки молоденьких эльфиек, блистая своей красотой, в ярких платьях расположились по всему залу, стреляя глазками в окружавших их парней. Между ними сновали слуги с подносами, разносили гостям вино в бокалах, в которых играли блики магических светильников. Большие овальные окна открывали вид на чудесный сад, подсвеченный магическими фонарями, разгоняющими сумерки. Ночные светящиеся мотыльки вносили сказочное очарование цветникам с необычайно красивыми цветами.

Под стенами зала резная мебель служила островками отдыха для чопорных эльфиек старшего поколения. Почтенные дамы зорко следили за молодежью, не упуская возможности обсудить их воспитание.

В конце зала стояли столы, обильно уставленные изысканным угощениями, возле которых обосновались родители молодежи. Угощаясь, они делились новостями, заодно решали свои дела. На противоположном конце зала, на возвышении восседал сам Владыка в специально приготовленном для него удобном кресле. Он окидывал гостей своим умудренным столетиями взглядом, подмечая малейшие детали. Пожалуй, только слегка выцветший цвет синих глаз и бледная кожа лица выдавали его возраст. По правую руку владыки стоял сам хозяин дома, готовый исполнить его первое требование. Вот Владыка махнул рукой, произнося одно слово на древнем языке своего народа. Хозяин дома ощутимо напрягся, услышав заклинание полога тишины. Такая секретность не к добру, неприятное предчувствие холодом сковало отцовское сердце.

— Ваисадэль, твоя дочь подобно цветку расцвела во всей красоте, — прозвучал певучий голос владыки в гнетущей тишине. — Пришло время сорвать этот цветок невинности, выдав ее замуж. Гарниэль Гадскалэйнеиэль составит ей отличную партию, магия их рода сильна, — проговорил владыка, погружаясь в свои меркантильные мысли.

Отец Лайтиэль кинул быстрый взгляд в сторону своей дочери и увидел, как этот самый Гарниэль повел ее в центр зала на танец. Он совершенно четко увидел расстроенное и раздраженное лицо дочери, которая с трудом скрывала свою неприязнь к этому эльфу. Посмотрев на Владыку, он осмелился возразить ему.

— Владыка, но в ее сердце нет любви к этому эльфу! Она будет несчастна! — на эти слова его собеседник резко повернул голову в его сторону и его выцветшие глаза буквально обдали его холодом, вся доброжелательность мигом слетела.

— О какой любви ты говоришь, Ваисадэль? Тебе ли не знать, что выгодный союз определяет пару. Твоя дочь большая ценность нашего народа. И любовь слишком большая роскошь для нее. Ее долг перед своим народом воспроизвести сильное потомство с ее особым даром. Такова участь всех избранных! Такова моя воля Владыки всех эльфов! — хлестнул он силой власти, от чего его подданный совсем сник. Как любящий отец может заставить своего ребенка связать долговечную жизнь с ненавистным эльфом. — Не стоит затягивать со свадьбой! Надеюсь от тебя услышать ближайшие сроки торжества, — сквозь душевные муки донеслось до отца девушки. — Я знаю, твоя дочь хотела после совершеннолетия отправиться в Лонгвель в Магическую Академию. Так вот я запрещаю ей покидать наши земли. Ей выпала великая честь и обязанность питать своей магией Арку благословений, — Ваисадэль молча кивнул. Он с трудом сдерживал свои эмоции, из его дочери сделали заложницу, еще и насильно замуж хотят выдать.

Дивная музыка огласила зал, приглашая гостей на следующий танец. Лайтиэль в окружении своих сверстников с вымученной улыбкой посмотрела на сразу нескольких приглашающих эльфов. Тут ее резко подхватили под локоть со словами.

— Сегодняшние танцы все обещаны мне! — раздался у нее над ухом самоуверенный голос и ее чуть ли не силой подтащили в центр зала.

Поклонники тут же отступили, не желая связываться с могущественной семейкой и заносчивым Гарниэлем. Ей ничего не оставалось, как идти на танец, краем глаза она успела заметить завистливые взгляды эльфиек, которых она не понимала совсем, как может нравиться такой напыщенный и самовлюбленный эльф. Она еле сдерживала свою неприязнь к нему. Выйдя на середину зала, он собственнически притянул ее к себе, стиснув ее за талию, и закружил в танце.

— Не слишком ли ты много себе позволяешь, Гарниэль? Кто дал тебе право распоряжаться мной? — прошипела она сквозь зубы, при этом мило улыбаясь окружающим.

— Привыкай, отныне я имею все права на тебя! Владыка посчитал, что ты подходишь мне больше остальных, — увидев ее возмущение на лице, поспешил добавить. — Успокойся, я от тебя тоже не восторге. Если бы не твое предназначение с магическим даром, я даже не посмотрел бы в твою сторону, — прошипел он сквозь зубы с выражением отвращения на лице. — После свадьбы я потерплю тебя в своей кровати, пока не зачнешь ребенка, а после я тебя видеть там не желаю, — болезненно стиснув ее, он склонился ниже и прошипел. — И не вздумай искать утех на стороне. Запомни, что можно мне, то тебе не дозволенно! Иначе пожалеешь и я не посмотрю на Владыку, — этот гад даже не посчитал нужным скрыть свои угрозы.

От этих слов ее сердце болезненно сжалось, вот какое замужество уготовил ей Владыка. Этот мерзкий эльф еще до свадьбы унизил ее, при этом осмелился ей еще и угрожать. У эльфов, как и других рас, часто женятся по договоренности, но там вместо любви хотя бы присутствует уважение. Нет, ее семья не допустит такого! Возможно, этот гад наврал ей, что это распоряжение Владыки, она раньше не слышала, чтобы Владыка вмешивался в семейные дела. Она подняла тяжелый взгляд на Гарниэля, в нем бушевал гнев.

— Поосторожней с угрозами, у меня не просто целительский дар! Я не только растения из земли выращиваю. Я могу с легкостью закопать тебя в эту самую землю. Забудь о нашей женитьбе, иначе пожалеешь! — с каждым ее хлестким словом, словно тьма затмевала ее разум, хотелось развеять этого мерзкого самовлюбленного эльфа. Отобрать его жизнь!

Гарниэль что-то такое увидел в ее глазах, что непроизвольно отшатнулся, испытывая ужас. На его счастье музыка утихла, и он быстро ретировался, оставив ее одну, не соизволив даже провести ее на место. Она глубоко вздохнула, прикрывая глаза, с трудом успокаивая бушующий гнев. Это помогло, тьма нехотя отступила, отпуская ее душу, а следом за ней пришел страх, что это было?! Откуда это?! Тьма ее чуть не поглотила целиком, нет, только не это!

Она накинула на себя полог невидимости и скрылась в саду, идя в беседку. Не доходя до укромного места, скрытого от всех резко остановилась, услышав знакомые голоса. Ненавистный Гарниэль жаловался своему другу.

— Представляешь, она осмелилась мне угрожать! Мне могущественному эльфу! — в бешенстве метался он по беседке. — Ну ничего, она еще не знает, кому осмелилась выражать свое непочтение, гадина, — его друг красноречиво на него посмотрел. — Артефакт подчинения еще никто не отменял, семейное наследие и тогда я добьюсь ее полного унижения на глазах у всех. Ее положение будет ниже, чем у служанки, она будет ползать у меня в ногах, — распылялся он, кипя гневом.

— Она маг, думаешь, не почувствует его? — с сомнением спросил друг.

— Даже если и почувствует, у нее не будет выхода! — зловеще рассмеялся Гарниэль. — Брачный браслет и есть артефакт. Когда она поймет, будет слишком поздно и тогда она мне ответит за все! И что хуже для нее, она будет понимать все происходящее, но осушаться не сможет. Что может быть лучше, чем видеть эту гордячку, раболепствующую у своих ног.

Лайтиэль опять почувствовала, как тьма застилает ее разум и она, прилагая усилия, покинула свое укрытие. Хорошо, что благодаря учебнику светлой магии, она освоила простейшие заклинания. Эти книги ей передал в подарок знакомый ее отца из Лонгвеля. Чтобы отвлечься от своих темных мыслей, она вернулась в зал к гостям. С натянутой улыбкой и пустыми разговорами она с трудом дождалась окончания своего "праздника". Наконец-то все семейство провожало уходящих гостей. Лайтиэль заметила подавленное состояние отца, которое он скрывал за щедро раздаваемыми улыбками вежливости уходящим гостям.

Глава 2

Как только провели последних гостей вся семья, не сговариваясь, отправилась в кабинет отца. Где он с поспешностью накрыл кабинет пологом тишины.

— Папа, это правда, что Владыка приказал выдать меня замуж за Гарниэля Гадскалэйнеиэля? — воскликнула она, не удержавшись, с тревогой смотря на отца, ожидая его ответа. Мать ее тут же успокаивающе обняла.

— Да, доченька, — потеряно произнес он.

— Нет! — закричала она.

Ей стало тяжело дышать, в глазах потемнело, а затем боль огнем прошлась по всему телу. Ее тело выгнулось, и она рухнула прямо в руки отца, который успел подхватить ее и уложить на диван.

— Лайтиэль! — закричала мать и кинулась к ней, но тут же отдернула руку, почувствовав обжигающую боль темной магии, которая заклубилась вокруг дочери. Перепуганная мать посмотрела на своего мужа. — Ваисадэль, что происходит? Нужно помочь нашей девочке.

— Дорогая, мы не можем ничего сделать, нам остается только ждать, — взволнованно он смотрел на свою дочь, которая мучилась от боли. — Похоже наследственность нашей девочки настигла ее. Период взросления формирует ее вторую темную сущность. Кто бы мог знать, что это случится, ведь не было никаких предпосылок и признаков темной сущности.

Лайтиэль вскрикнула в последний раз и утихла, темное облако рассеялось, открывая лежащую девушку. Родители кинулись к ней, отец подхватил ее на руки, усаживаясь на диван. Мать села рядом, обеспокоенно рассматривая дочь, вытирая ее щеки от слез.

— Странно, но я не чувствую и не вижу темного дара, — удивленно прошептал отец. — Милая, как ты? — обратился он к дочери, как только она открыла глаза.

Лайтиэль хотела ответить, но что-то помешало ей. Ее язык коснулся острых клыков, как у вампиров. Она перепугано посмотрела на родителей, белоснежные кончики клыков выступали между пухлыми губами.

— Что со мной? В какое чудовище я превратилась? — вскрикнула она в ужасе, готовая сорваться в истерику.

— Дорогой, пришло время рассказать все нашей девочке. Никакое ты не чудовище, — утешила она свою дочь, затем посмотрела на мужа. — Расскажи ей, дорогой, — затем мать опять перевела любящий взгляд на дочь, и она тут же успокоилась, любопытство утихомирило истерику.

Ее муж посмотрел на нее и кивнул головой, соглашаясь. Они пятьдесят лет хранили эту тайну и, если бы не это событие, они и дальше бы ее оберегали от правды. Но судьба распорядилась иначе, пришло время ей покинуть их, чтобы спасти свою жизнь.

— Милая, мы с мамой на самом деле твои дедушка и бабушка, — в глазах его дочери промелькнуло удивление и неверие. — Твои родители очень тебя любят! На семейном совете мы решили ради твоей безопасности сохранить твое рождение в тайне. Твоя мать избранная и имеет два дара темной и светлой магии. Твой родной отец вампир, свои клыки ты унаследовала от него. Так что пожелай, чтобы они спрятались. Вот так, — одобрительно посмотрел он на нее, когда ее клыки втянулись. — У тебя есть еще родной старший брат, — ее отец, то есть, как оказалось на самом деле дедушка, при воспоминание о ее брате улыбнулся. — Вы двойняшки, только он принял темную сущность своих родителей, он чистокровный вампир.

— От меня отказались и отдали вам, потому что я имела светлый дар? — с горечью спросила она, чувствуя себя отверженной.

— Нет! — в один голос ответили ее приемные родители. — Они тебя очень любят, поэтому со скорбью и отдали нам. Их темный дар причинял тебе боль, ты не переносила даже их прикосновения. Подумай, милая, сама, какая бы тебя ждала жизнь, если бы ты осталась с ними. Ты бы возненавидела всех темных, росла без прикосновений нежностей и ласк, была бы постоянно изолирована, чтобы никто не смог причинить тебе боль случайным прикосновением. Когда твой родной брат получал бы все это у тебя на глазах. До того как ты подросла и начала говорить твои родители довольно часто тебя видели, — с этими словами отец показал ей иллюзию ее родителей. Детские воспоминания размытой картинкой всплыли в ее разуме. — Но мы опасались, что в своей детской непосредственности ты могла в присутствии посторонних проговориться и тогда ты бы подвергла свою жизнь опасности. Для нас всех это было тяжелым решением, но мы единогласно его приняли, — ее приемный отец сделал паузу, прежде чем продолжить. — С тех пор ты не видела своих родителей.

— Папа, но как так получилось, что у чистокровной эльфийки два источника магии?

Ее отец устремил свой взгляд в пространство комнаты, погружаясь в тяжелые воспоминания и начал рассказывать ей историю ее матери. Ее с интересом слушала жена и дочь. Эта жизненная история прозвучала, как увлекательный роман книги. После окончания рассказа ее отец произнес.

— Пришло время тебе вернуться к своим родителям, милая. Как только я услышал о планах Владыки, я хотел отправить тебя в Лонгвель к твоим дедушкам ахримагам темной и светлой магии. Но после того, как раскрылась твоя вторая темная сущность ты можешь вернуться к своим родителям, — с грустью поцеловал он ее в висок. — Ее хоть и не видно, но она есть и будет хранить тебя в безопасности. Он до сих пор не знал, что его дочь Лорель имеет сущность, доставшуюся ей от пожирателей в другом мире. Благодаря спору Темной эта сущность и проснулась в Лайтиэль.

— Но как же вы? Что сделает с вами Владыка, если я покину вас? — забеспокоилась Лайтиэль, встала с колен отца и села возле приемной матери, обнимая ее.

— А что мы? Сделаем вид, что сами не знали, что ты сбежишь, — произнес отец.

— Скажите Владыке правду, что Гарниэль угрожал мне сегодня и обещал надеть на меня артефакт подчинения, который является брачным браслетом.

— Как он посмел? — вспылил отец, ее мать с сочувствием посмотрела на нее, бедная девочка вместо любви артефакт подчинения.

Чтобы отвлечь отца от праведного гнева, она задала ему вопрос.

— Пап, когда и каким путем я покину наши земли?

— Владыка запретил тебе покидать наши земли. Хранитель наших земель не выпустит тебя, милая. Кроме того твоя магия не будет работать на границе этих земель, хранитель постарается и воины тебя с легкостью схватят и вернут назад.

— Как же я покину наши земли? — вскрикнула она, вскочила и зашагала по кабинету.

Ее разум опять затопила тьма, эмоции сменялись одни за другими. Волнение, страх и гнев повлияли на нее, уступая место ее темной сущности. Клыки выдвинулись, за спиной заклубилась тьма и приняла форму крыльев, как у высших вампиров. Всего этого она не заметила, ее скорость увеличилась. И только тогда, когда она резко развернулась к родителям и увидела промелькнувший страх в их глазах, поняла, что с ней что-то произошло, и реакция ее родителей ей очень не понравилась. Тьма влияет на ее душу, она не хочет меняться и идти на ее поводу. Провела языком по кончикам клыков и глубоко вздохнула, успокаиваясь, представляя, как ее клыки прячутся, следом за ними спрятались и ее крылья из сгустка тьмы.

— Простите, что напугала вас, — виновато опустила она глаза.

— Ну что ты, милая, мы не тебя испугались, мы переживали о том, что произошло бы, если ты раскрыла свои крылья.

— Крылья?!

— Да, милая, и они прекрасны, — с любовью посмотрела на нее мать.

— Простите, я сама не понимаю, что со мной происходит. Я чувствую не свойственный мне гнев, мне кажется, в эти моменты я просто запросто могу убить, и от этого мне становится страшно. Я так расстроилась из-за того, что не могу покинуть наши земли, что перестала контролировать себя.

— Ты можешь покинуть наши земли, — потянул ее отец и усадил ее посередине между женой и собой. — В нашем особняке существует очень древний проход в подземелье, которое может вывести тебя из наших земель. Существует семейная легенда о том, что в этом лабиринте спрятан артефакт, дающий власть над эльфами. Но знаешь, сколько его не искали представители нашего древнего рода, его так и не смогли найти. Так что это так и осталось легендой.

— Ты тоже его искал? — посмотрела дочь с любопытством на своего отца.

— Искал, конечно, когда был такого возраста, как ты. Но не было возможности идти до конца, — улыбнулся он. — Этот подземный проход тайна нашего рода, знания о его существовании передают по наследству только первенцу. Только там небезопасно, милая, из последних поколений никто до конца не доходил. Известно только, что выход за пределами наших земель.

— Небезопасно оставаться тут, я лучше рискну своей жизнью, чем стану безвольной куклой Гарниэля, который испытывает ко мне отвращение и вызывает у меня ненависть, — вспылила она, затем увидела укоризненный взгляд матери, сразу сникла от стыда.

— Хорошо, дочь, пора идти отдыхать. Когда проснешься, будем собирать тебя в путь. Думаю, время у нас еще есть.

После этих слов Лайтиэль поцеловала родителей и пошла в свою комнату. Размышляя по дороге, что ее дедушка и бабушка все равно останутся для нее родителями. Она просто не знала, как относиться к настоящим родителям. Как они примут ее? А брат? Сможет ли он принять ее, как родную, все же он рос один у них. Для себя она решила, что если ее не примут, она уйдет в Нейтральное королевство. Возможно, в Лонгвели ее примут архимаги, а если даже нет, ее семья не бедная и она сможет купить себе там жилье.

Глава 3

На следующий день начались тщательные сборы. На этот случай ей выдали пространственную сумку. Правда много вещей она с собой не брала. Пару дорожных костюмов эльфийской работы, славящихся по всему миру. Они имели заклинания нетленности и самоочищения. Товары эльфов стоили немало золота и пользовались большим спросом, поэтому позволить их себе могли лишь богатые. Она так же взяла с собой белье, средства личной гигиены. Мама собрала ей нужные вещицы и эликсиры, папа выдал ей мешочки с золотом и с серебром, карту. Он так же сообщил ей, что в Лонгвеле в гномьем банке на ее имя лежит золото, при необходимости она может его взять. Собрать для нее провизию отец доверил старому верному слуге, который скрытно собрал для нее все необходимое, к несчастью уже был такой опыт. Больше он никому не доверял, у Владыки везде есть свои шпионы.

Лайтиэль стояла одетая в дорожный костюм темно-изумрудного цвета, на поясе которого висел кинжал. На ногах были обуты невысокие сапожки из мягкой кожи. Сверху ее прикрывал короткий плащ с глубоким капюшоном, через плечо висела сумка. Отец протянул ей меч с тонким длинным лезвием с заплечными ножнами.

— Я заказал его специально для тебя, его лезвие из лунного серебра, на нем заклинание призыва. Капни каплю своей крови на кристалл, чтобы сделать к тебе привязку, — достал он клинок из ножен, затем он с гордостью посмотрел на нее. — Твой мастер меча сказал, что ты достойна носить этот меч, твое мастерство не уступает ему. Ты заслужила звание "Мастера меча". Твои родители настояли на твоем обучении мастерству меча, и ты преуспела в этом, мы гордимся тобой, милая.

— Спасибо вам большое, — с благоговением приняла она меч из его рук. Самое дорогое оружие из лунного серебра, оно уничтожает любую нечисть, и очень опасно для темных рас.

Достав кинжал, она резанула ладонь и капнула каплю крови на большой изумруд, украшавший навершие рукояти меча. Отец помог надеть ей ножны, и она уверенным движением спрятала свой меч в них.

— К сожалению, дочь, ради безопасности я не могу связаться с твоими родителями. Я могу послать им магический вестник, только когда нахожусь за пределами наших земель. А в ближайшее время я вряд ли смогу покинуть их. Да и к тому же мы не знаем, где ты выйдешь. Там на месте по карте уже разберешься. Я не знаю, какую из твоих магий задействует твой магический вестник. В любом случае хранитель наших земель будет перехватывать любые вестники. Они не сразу успокоятся и будут искать тебя везде, чтобы вернуть тебя. Будь осторожна! Я, как только смогу покинуть пределы наших земель, сразу свяжусь с тобой и твоими родителями. Ну все, милая, прощайся с мамой, дальше я проведу тебя сам.

Мама со слезами кинулась обнимать дочь, при этом говоря.

— Милая, слушай всегда свое сердце и еще помни, не всегда темные имеют черные души. Не стоит доверять всем подряд, в мире много зла и среди светлых, — поцеловала она обнимающую ее дочь.

Ваисадэль смотрел на плачущих женщин, покачал головой и потянул дочь. Затем поцеловал плачущую жену, утешая ее, и обратился к дочери.

— Пойдем, милая! Мы расстаемся только на время, вытри слезы, — отпустив жену, он обнял за плечи дочь и повел ее к тайному входу.

Они с отцом прошли по коридору, идя в сторону подвала, где хранились припасы. Спустившись по каменным ступеням, прошли сквозь один из многочисленных залов, уставленными полками с всевозможными припасами, и вышли в другой зал гораздо меньшего размера. Где в специальных подставках хранились бутылки с вином. Одну из полок потянул отец, она с легкостью поддалась. За ней оказалась ничем не приметная стена. Нажав в определенном месте, он сказал ей, чтобы она посмотрела на это место магическим зрением. Перед ее взором высветилось несколько светящихся рисунков. Приказав ей запомнить комбинацию, это пригодится на выходе. После он начал нажимать на рисунки в различном порядке. За стеной послышался щелчок, и она отъехала в сторону. Лайтиэль с любопытством заглянула вовнутрь, вопреки ее ожиданиям там оказалось достаточно светло, только свет отдавал зеленым сиянием.

— Давай, милая, прощаться, — вздыхая, привлек он ее внимание.

Любопытство отступило, уступая место грусти.

— Так, только никаких слез! — наигранно строго проговорил отец, обнимая ее. — Ну надеюсь, милая, ты там не заблудишься, путь постоянно лежит прямо. Как доберешься до родителей, передай им нашу любовь. Надеюсь, мы скоро увидимся, — поцеловал он ее в макушку и подтолкнул ее к входу, ему было тяжело прощаться.

Как только она прошла, за ее спиной закрылась стена, отгораживая ее от прошлой жизни. От ее счастливого детства и любви самых близких ей существ.

Ваисадэль постоял еще какое-то время, устремив свой взгляд на закрытую стену. Он очень переживал, как любой родитель, отпуская своего ребенка в жестокий мир. Еще он очень волновался, как она пройдет лабиринт подземелья. Когда он проходил его, там ничего сложного не было, но ведь он его и не до конца прошел, только до половины. Легенда гласит, что у каждого свой путь, само подземелье определяет: для кого становиться лабиринтом, а для кого обычным проходом.

Очнувшись от своих мыслей, он поспешил к жене, она сейчас очень нуждалась в его утешении. Свою жену он нашел в спальне, подхватив ее на руки, уложил на кровать и прилег рядом.

— Наша девочка больше никогда не сможет вернуться к нам? — посмотрела она заплаканными глазами.

— Нет, любовь моя, это опасно. Если Владыка прознает о ее темной сущности, он приложит все усилия, чтобы уничтожить ее. Он не позволит запятнать светлую расу и чистоту крови древних, — горестно вздыхая, поцеловал он ее в лоб. В ответ на его печаль она подняла голову и заглянула в его глаза, рука погладила его по щеке.

— Любимый, подари мне малыша! — с любовью попросила она.

— Ты хочешь малыша?! — заблестели его глаза.

— Конечно, наша девочка стала взрослой и вернулась к родителям, а мы опять остались с тобой одни, почему бы нам не родить себе малыша, теперь мы не будем обделять вниманием Лайтиэль, — потянулась она к нему за поцелуем. — Тем более благодаря нашей дочери это теперь возможно.

— Я буду очень стараться, любовь моя, может боги подарят нам сына? — с этими словами он накрыл ее губы поцелуем, и его руки со знанием дела принялись быстро раздевать жену. То, что нужно вначале сходить к Арке благословений, никто не подумал.

В момент их соития светлое сияние окутало облаком парочку, которая этого даже не заметила. Свет услышал желание эльфа, который осознал одно, свет и тьма неразделимы. Он подарил им желаемого сына.

Спустя три дня Владыка вызвал к себе Ваисадэля, он был очень недоволен, Лайтиэль нигде не появлялась, в том числе и возле источника.

Ваисадэль со скорбным выражением лица предстал перед Владыкой. И как только после всех оказанных почестей Владыке ему позволили говорить, он убитым голосом произнес:

— Я потерял свою дочь Владыка, она сбежала.

Владыка еще больше побледнел, прикрыл глаза, стиснул свой посох, связываясь с хранителем земель. Затем резко открыл глаза, в которых бушевал холод, он ледяным голосом произнес.

— Как такое возможно?! Хранитель ее не видел, он бы не выпустил ее, — в гневе он стукнул посохом о каменные плиты пола, затем вперил свой взгляд в эльфа, которому стало не по себе. — Ты плохо воспитал свою дочь, раз она выказала непочтение и ослушалась воли своего Владыки и отца! — поддался он вперед. Из его посоха поползли зеленные побеги к ногам эльфа, готовые оплести и спеленать того по рукам и ногам.

Увидев поползновение побегов в свою сторону, Ваисадэль еще больше расправил плечи и твердо посмотрел в глаза Владыки.

— Свою дочь я воспитал достаточно хорошо! — повысил он голос. — Но после того как Гарниэль угрожал ей и обещал надеть на нее артефакт подчинения, который является брачным браслетом, я бы сам не позволил ей выйти за него замуж. Неудивительно, что бедная девочка испугалась и сбежала из дому, — Ваисадэль устремил жесткий взгляд в глаза Владыки. — Я потеря свою дочь и требую наказать виновного! Артефакт подчинения, используемый против своего народа, это преступление! И по законам карается жестко. И я требую справедливого суда и наказания! Моя дочь — достояние нашего древнего народа, избранная, как он вообще осмелился угрожать ей! Или непочтение к своему Владыке сойдет ему с рук? — распылялся еще больше эльф.

Не такого Владыка ожидал, Ваисадэль был прав во всем. Только он имел право подчинять себе и, тем более, только он имел право влиять на избранную, но никак не этот самовлюбленный мальчишка эльф, нарушивший все его планы. Он сделал большое одолжение его отцу, за определенные заслуги согласился отдать ее в жены его сыну-идиоту и чем все это закончилось. У этого идиота хватило ума угрожать ей, еще и подставить весь свой род под удар. Ясное дело, что этот род из поколения в поколение нарушал закон, надевая артефакты подчинения. За заслуги рода Владыка закрывал на это глаза, но не сейчас, когда тайное стало явным. Ваисадэль не успокоится, требуя наказания.

Владыка прикрыл глаза, и побеги, повинуясь его желанию, быстро втянулись в посох обратно.

— Ваисадэль, ты прав! И я разделяю твой праведный гнев. И после всего этого конечно и речи быть не может, что он женится на ней, — примирительным тоном успокоил его Владыка. — Но доказательств, что он надел бы на нее артефакт подчинения нет. Но я разберусь с этим, — поспешил он успокоить разгневанного отца и поменять тему разговора. — Обещаю, как только мы вернем твою дочь, я предоставлю тебе список достойных претендентов, и ты сам выберешь мужа для своей дочери, — увидев удовлетворение в глазах Ваисадэля, он вкрадчивым голосом спросил. — У тебя есть предположение, где искать твою дочь? — Владыка уставился на кристалл навершие своего посоха, ожидая ответа.

— Владыка, я даже понятия не имею, в каком месте она будет, — уверенно ответил отец. Кристалл никак не среагировал, значит, он говорил правду, но от этого Владыке легче не стало. — Возможно, я бы мог отправиться на ее поиски?

— Нет! — поспешно ответил Владыка, предполагая, что отец может помешать ее жесткому захвату и принудительному возвращению. Вряд ли она захочет сама добровольно вернуться да и предупредить ее он может. — Ты должен оставаться возле жены, утешать ее. К тому же возможно Лайтиэль и не покидала наши земли, а испугавшись просто спряталась. Она каким-то образом смогла укрыться от хранителя, все же она магический источник, — от мыслительного процесса брови Владыки сошлись на переносице. То, что ее нет на территории их земель, он знал точно. Но как ей удалось сбежать? После этого ее тем более нужно вернуть и узнать секрет ее исчезновения. Этот секрет могут использовать их враги. — Вот что, ступай домой и утешь свою жену, — приказал Владыка после раздумий.

Ваисадэль поклонился, развернулся и пошел на выход, победная улыбка коснулась его губ.

Глава 4

Лайтиэль с восхищением посмотрела на стены подземелья. Они сплошь были увиты цветами, испускающими зеленоватое свечение. Здесь явно без магии не обошлось. Поправив на плече сумку, она посмотрела через плечо на закрытую стену, все еще ощущая присутствие своего отца. Печально вздохнув, она бодро зашагала вперед.

Казалось, она шагает тут вечность, стены настолько примелькались, что большие цветы размытыми пятнами стояли перед глазами. От усталости ей почудился раздражающий шепот, расходящийся по тоннелю: "Вернись! Вернись!"

Этот шепот сводил ее с ума, пока она не остановилась и громко не произнесла вслух.

— Я не вернусь! Назад пути нет! — после этого шепот стих, Лайтиэль облегченно вздохнула и пошла дальше.

Она решила пройти еще немного и отдохнуть. Но идти пришлось недолго, она резко остановилась возле развилки. По левую и правую сторону от нее зияли два прохода. Это что же получается, она прошла дальше, чем ее отец. Он говорил, что путь проходит все время прямо. И в какую же ей сторону теперь идти?

Стоять больше не было сил, и она плюхнулась на пол прямо напротив двух тоннелей. Размышляя куда ей идти, достала из сумки еду и флягу с водой. Отрезала кусочек мяса и хлеба, есть хотелось жутко, но решила экономить. Неизвестно, сколько она еще будет тут блуждать. Когда она съела больше половины своего порции, пришло искушение отрезать себе еще кусочек, но она решительно затолкала это желание куда подальше, запивая водой. Справа от нее послышался шорох, из тоннеля выбежал небольшой зверек с забавной мордочкой с длинными усами, которые смешно зашевелились, как только он учуял запах еды. Встав на задние лапки, его пушистое тельце вытянулось по стойке смирно, уши встали в стойку, его длинный язычок высунулся наружу, облизываясь. От этой картины ей кусок в горло не полез. Она посмотрела на свой оставшийся кусок мяса с хлебом, затем перевела взгляд на этого попрошайку и, вздыхая, протянула ему оставшийся кусок. Тот проворно подскочил к ней, ловко выхватил еду из ее рук и умчался обратно.

— А где мое спасибо? — прокричала она ему вдогонку, сокрушаясь неблагодарности, махнула рукой достала одеяло и начала устраиваться на ночь.

Уставшая Лайтиэль мгновенно уснула, проваливаясь в сон. Тьма мягко окутала ее, давая покой и отдых утомленному телу, навевая сон. Она видела своих родителей. Со счастливыми улыбками они обнимали ее.

Из сна ее выдернуло верещание зверя, в котором слышалось отчаяние. Вскочив на ноги, она осмотрелась по сторонам, затем быстро всунула свое одеяло в сумку. Выхватила свой меч и, не задумываясь, понеслась в темный тоннель, откуда доносилось отчаянное верещание. На ходу успела отметить, что отлично видит в темноте. По-видимому, ей от вампиров достались не только клыки, крылья, но и зрение. Этот тоннель разительно отличался от предыдущего. Здесь не было растительности на стенах, в этом месте было страшно и жутко. Но она даже не обращала на это внимание, она неслась на помощь, совершенно не думая, что ее ждет впереди. Вот ее взгляд выхватил из темноты жуткую картину. Огромная скрапенда в длинном твердом панцире со множеством лап. Передние ее лапы имели клешни, несмотря на длинное туловище, голова была небольшой, но из пасти постоянно показывались и тут же прятались щупальца — мерзкое отвратительное зрелище. Панцирное туловище заканчивалось длинным хвостом, на конце которого было огромное ядовитое жало. И эта тварь зажала в угол зверя похожего на того, что она кормила. Только этот был немного крупнее, он ловко прыгал между клешнями и громко верещал. Было видно, что еще немного и эта тварь его сцапает. Скрапенда, услышав ее бег, с шипением резко развернулась в ее сторону и кинулась на нее.

— О, Светлый, помоги мне! — закричала Лайтиэль, ловко уклоняясь и отбиваясь от этой твари мечом.

В этот момент за ее спиной распахнулись крылья из струящийся дымки, ускоряя ее движения. Вжик и огромная клешня отлетела в сторону, тварь издала страшный звук, и ее огромное жало чуть не пригвоздило ее, ударив со всей силы возле нее. Уклонившись от удара смертоносного жала, она рубанула его мечом. Ярко-зеленая жидкость брызнула фонтаном во все стороны, попадая на пол, с шипением разъедая его. Лайтиэль с трудом отскочила в сторону, укрываясь щитом, одновременно с этим она вогнала клинок прямо в ее голову. Резко вытянув меч, увидела, как лезвие тут же очистилось. Тварь в предсмертных судорогах засучила своими многочисленными лапами по полу. Лайтиэль утерла дрожащей рукой лоб и поискала глазами своего подзащитного, которого и след простыл.

— Ни тебе благодарностей за спасение, ни тебе спасибо, — проворчала она, пряча свой клинок в ножны, следом тут же спрятались крылья.

Оглянувшись по сторонам, она пошла дальше, углубляясь в темноту. Она четко видела в темноте, но от этого легче не становилось, было страшно и неуютно. Но вот впереди стало светлее, и она прибавила шаг, а вскоре и совсем сорвалась на бег. Влетела в пещеру и замерла на пороге, ее стены, как в начале пути, были оплетены светящими цветами, от чего на душе стало уютнее. Посередине пещеры находился природный бассейн с прозрачной водой. Уставшая эльфийка, не раздумывая, кинулась к воде. Перегнувшись через бортик начала с жадностью пить воду. Затем достала флягу и начала набирать драгоценную жидкость и только тогда заметила на дне бассейна лежащие золотые монеты и драгоценные камни, еще какие-то украшения. Все это сокровище блестело и переливалось, маня к себе. Вот казалось, протяни руку и возьми это богатство. Лайтиэль не спеша спрятала свою флягу, она намного ценнее всех этих сокровищ. Сняла ножны, плащ, жакет, закатала рукав рубашки и всунула руку в бассейн, но странное дело, сокровища оказались намного глубже и чтобы достать их, нужно было нырять. Хотя сам бассейн казался неглубоким. Хмыкнув, она струсила с руки капли воды и спустила рукав на место, оделась, подхватила свой рюкзак и пошла на выход из пещеры. Ей бы поскорее выбраться из этого лабиринта, а не в ловушку с сокровищами лезть. Тем более в нем не было острой необходимости, золота и серебра у нее было достаточно.

Только она вышла из пещеры, как почувствовала сильнейший магический зов. Не в силах сопротивляться этому манящему и желанному притяжению она пошла по его следу. Она даже не заметила, как перешла на бег, не замечая ничего вокруг, она неслась со всех ног. Все, что она чувствовала, это умопомрачительный аромат магии и желание прикоснуться к чему-то особенному, которое звало и манило ее к себе.

Лайтиэль вбежала в очередную пещеру и остановилась, ища глазами желаемое. Взгляд отметил не очень широкий, но достаточно глубокий водоем. Зов усилился, и ее взгляд скользнул дальше и натолкнулся на огромную нишу пещеры. В ней на каменном постаменте стояло оно, то, что притягивало ее. Разглядеть этот артефакт не удалось, так как каменная плита пещеры опускалась вниз, еще немного и она отрежет ее от вожделенного. Она готова была уже сорваться на очередной бег, чтобы с разбегу перепрыгнуть водоем перед самой нишей и перекатиться под опускающей плитой. Сквозь зов до ее слуха дошло уже знакомое верещание. Она устремила свой взгляд на этот звук, чувствуя, как клыки и крылья готовы были вырваться наружу. Но увидев картину, успокоилась. Посередине водоема на небольшом камне в панике метался туда-сюда уже знакомый зверек. Вода постепенно захлестывала камень, еще немного и зверь утонет. Перед ней предстал выбор, либо спасти зверя или же добраться до желаемого артефакта.

Лайтиэль, возмущаясь по поводу глупых зверей, кинулась к водоему, на краю спрыгнула в воду. Воды оказалось по грудь, она дотянулась до тонущего камня, подхватила зверька и, держа его на расстоянии от себя, чтобы он ее не исцарапал, пошла к противоположному краю. На свое счастье она обнаружила каменные выступы и взобралась по ним, как по ступеням. Выбравшись из воды, краем глаза отметила, как вода стремительно стекает, и ее вещи становятся сухими. Заклинание, наложенное на вещи, избавлялось от влаги. Она с поспешностью перевела взгляд на нишу, каменная плита уже практически опустилась, осталась небольшая щель. Расстроенно она пнула мелкий камешек ногой в том направлении. Камень, угодивший в щель, с шумом разлетелся на мелкие осколки, как от взрыва. Лайтиэль и звереныш посмотрели друг на друга.

— Это что же получается, если бы я не спасла тебя, то сама бы там погибла, — удивленно воскликнула она, звереныш что-то возмущенно проверещал, проворно выбрался из ее рук и, спрыгнув на землю, умчался, вильнув на последок хвостом. — Ну вот, как всегда, спасаешь вас, а тебе никакой благодарности, — возмутилась она, поправляя свою одежду. — Артефакт для меня потерян, — рассуждала она вслух. — Ну и куда мне теперь идти? — спросила она пустоту, отвернувшись от ниши и оглядываясь по сторонам, в надежде найти другой проход.

У нее было одно желание выбраться наружу, к солнцу, на свежий воздух. Блуждание в одиночестве ее ужасно утомило и вся эта гнетущая обстановка подавляла ее, действуя на нервы. Из-за этого она и разговаривала вслух, чтобы не сойти с ума от тишины.

Глава 5.

За спиной послышался скрежет, и она резко обернулась, каменная плита медленно поползла вверх. Лайтиэль перешла на магическое зрение, странно, но магической ловушки она не обнаружила. Медленно она подошла ближе, с нетерпением ожидая, когда будет виден сам артефакт, стоящий на постаменте. Вот наконец-то она увидела постамент, плита открыла ее взору матовый стеклянный овал очень похожий на большое яйцо, скорее всего, это и было яйцо. Сверху которого застыла фигурка маленького дракончика. Работа мастера была настолько искусной, что были видны малейшие детали, он словно живой выбирался из яйца. Его голову венчала корона из наростов и рожек. К концу мордочка сужалась, полуоткрытая пасть демонстрировала острые клыки. Но больше всего внимание привлекало хитрое, ехидное выражение мордочки со сверкающими изумрудными глазами. Продолговатое чешуйчатое тело с длинной шеей имело приподнятые полураскрытые крылья, как будто бы он был готов взлететь, длинный хвост, усеянный шипами. Мощные лапы с когтями.

Лайтиэль сделала еще пару шагов ближе и замерла на месте, как будто она боялась спугнуть этого дракончика. Она с восхищением рассматривала это творение, вдруг матовое яйцо засветилось, и ее магия хлынула из нее, устремляясь потоком к этому артефакту. Со скоростью заполняя его цветной светящийся магией. Вот оно наполнилась, а дальше магия внутри него забурлила, засияла ярче и устремилась к дракончику, в свою очередь впитываясь в него. По мере этого его чешуя, начиная снизу, обретала разноцветный цвет. Она не поверила своим глазам, когда фигурка ожила после того, как впитала всю ее магию. Дракончик встрепенулся, зевая, раскрыл крылья, разминая их и вытягивая длинную шею, сбрасывая с себя остатки сна.

— О.ооо, живой дракончик! — восторженно зашептала она.

Это живое создание резко развернуло свою голову к ней, чуть вытянув шею, принюхиваясь к ее магии, затем облизнулся и ехидным голосом произнес.

— Я, между прочим, твой хранитель, неуч! Так что прошу любить меня и жаловать. Ну чего встала там? Подойди, — величественно произнес он. — Будем привязку делать! — усевшись на задние лапы, важно поднял он переднюю лапу и поманил ее когтистым пальцем.

— Хранитель?! — удивленно переспросила она, опешив от такого поведения этого ехидного создания.

— Мало того, что неуч, так еще и глухая, — проворчал он, уставившись на нее. — Боги посчитали тебя достойной, ты прошла все испытания: не сдалась во время длительного пути, хотя могла вернуться назад, значит, целеустремленная. Поделилась едой, когда у самой было мало, что говорит о твоем добром сердце. Кинулась защищать никчемную зверушку, не посмотрев на опасность для себя, ты смелая и готова пожертвовать собой ради спасения других. Не польстилась на сокровище, это значит, что твоя душа не алчна. Ну и, наконец, выбрала жизнь зверушки, а не могущественный артефакт, что значит, ты не жаждешь могущества и власти. И этим самым ты заслужила самую большую ценность — МЕНЯ! — важно выпятил он грудь, смотря на нее с превосходством. Затем театрально выдохнул тоненькую струйку огня. Не увидев желаемой реакции, вздохнул, махнув на нее лапой, как на большое недоразумение и проговорил. — Ну что стоишь, непонятливая ты моя? Говорю же тебе, привязку нужно делать, магия мне твоя нужна напрямую, чтобы я мог покинуть это место с тобой. Пойдем к твоему Владыке законную власть отбирать. По древнему закону избранный с личным хранителем становится Владыкой. А у нынешнего, как я понимаю, такого нет, — прочел он подтверждение в ее глазах. — Иначе я был бы уже дано у него. Всеобщий хранитель земель не в счет. Ну хватит болтать, давай иди уже сюда!

Наглость этого ехидного создания, именуемого ее хранителем, окончательно привела ее в чувства. Хранитель должен защищать ее, заботиться о ней, стать близким другом, неотъемлемой частью ее сущности. Но ни как не ехидничать, обзывать, приказывать и тем более не возноситься над ней. Нет, такое счастье на всю жизнь ей не нужно. Сложив руки на груди, она насмешливо на него посмотрела сверху вниз.

— Во-первых, меня звать Лайтиэль! Во-вторых, почему ты решил, что я хочу делать привязку? Мне такой ехидный и вредный хранитель с раздутым самомнением не нужен! — припечатала она его словами, от чего он как-то резко сник, затем раскрыл крылья, подлетел к ней, усевшись на плечо, заглядывая ей в лицо, обеспокоено спросил.

— Кккак не нужен?! — куда делась вся его самоуверенность.

— А зачем ты мне? Мне не нужна головная боль и власть Владыки тоже. К тому же у меня две сущности, а с темной сущностью мне опасно появляться в своих землях. К тому же хранитель в первую очередь друг, который дорожит тобой, как большой ценностью. А ты ведешь себя нагло и ехидно, еще и магией моей питаться хочешь. Так что оставайся ты тут и жди следующего достойного тебя, — указала она рукой в сторону яйца, от чего дракончик крепко обвил ее шею хвостом, как будто она собирается его уже согнать.

— Я не… не могу оставаться тут… и ждать я никого не хочу, — затем этот хитрец стал ластиться и тереться об нее. — Я больше не буду себя так вести. Я стану хорошим, — скосил он на нее изумрудного цвета глаза и жалобно утер своим хвостом нос, громко шмыгая.

— Ну ладно, попробуем заново, но если ты опять примешься за свое, я точно откажусь от тебя. А что бывает с теми хранителями, от которых отказываются? — сняв его со своего плеча, она посмотрела на него с интересом.

Выражение мордочки дракончика изменилось, стало перепуганным, в глазах мелькнул страх. Но все же он ответил, при этом кончик его хвоста начал дрожать.

— Это непростительное преступление и Создатель растворяет такого хранителя в небытие, и он больше никогда не сможет возродиться заново, как при гибели своего хозяина. Не отказывайся от меня, — вывернувшись из ее ладоней, он быстро вскарабкался по ее груди, и затаился под ее подбородком возле шеи, дрожа всем телом.

— Глупенький, ну чего же ты испугался, я не откажусь от тебя, если мы с тобой подружимся, — с трудом она отцепила его от себя и подняла напротив своего лица. — Как привязку делать?

Дракончик оживился и довольно бодро произнес.

— Для начала ты должна дать мне имя! Оно обязательно должно быть величественное, устрашающее, — под ее насмешливым взглядом он сразу умолк, вздохнув, вскарабкался к ней на плечо.

А она задумалась. И как его назвать, он такой крохотный, хоть и дракон, насколько она знала, хранитель растет по мере того, как набирает магические силы.

— Как тебе такое имя, Шэдар? — погладила она его. — Насколько я знаю, на драконьем языке оно означает огонь. Уменьшительно буду звать тебя Шэд — огонек.

— Ну не знаю… А другого нет? — спросил он ее с надеждой.

— Почему же нет, есть, например, Дракоша!

— Нет, нет, мне и Шэдар очень даже нравится, — оскалился он в подобии улыбки. — Теперь произнеси вслух, что нарекаешь меня Шэдаром и дай мне лизнуть своей крови.

Лайтиэль достала свой кинжал и торжественно произнесла.

— Хранитель нарекаю тебя Шэдар! — с этими словами она полоснула свой палец и поднесла его дракончику.

Он обхватил ее руку лапками и его длинный язычок быстро вылезал кровь с ее пальца, от чего он засветился и чуточку увеличился в размерах. Вместе с кровью он впитал в себя всю ее прожитую жизнь. Со стороны постамента послышался треск, яйцо рассыпалось на мелкие осколки из-за ненадобности, хранитель обрел свой источник магии.

— Ну вот, осталось нам только с тобой выбраться из этого лабиринта подземелья, — грустно вздохнула она.

— Завтра обязательно выберемся, а сегодня тебе нужно поесть и выспаться, как следует, — заботливо проговорил Шэд. После привязки он ощутил в ней самое близкое и родное существо, они стали одним целым. После гибели хозяина, хранитель уходит за ним следом, потому что не может существовать без его магии, без его души. Каким он был глупцом, когда возомнил себя выше нее. Это все равно, что возноситься перед самим собой.

— Ты уверен, что нужно ложиться спать, а не выбираться отсюда? — устало уселась она возле постамента.

— Конечно, я же твой хранитель! — фыркнул он. — Мы же не знаем, что нас ждет там снаружи, поэтому нужно набраться сил.

— Да…да… Ты у меня самый лучший и заботливый хранитель и мне с тобой очень повезло, — пробурчала она и полезла в сумку, доставая одеяло и еду.

Шэд с любопытством смотрел, как она отрезала кусочек мяса и хлеб. Он быстро взобрался на нее, нюхая ее еду на расстоянии. Она тут же предложила ему, но он понюхал, чихнул и отказался, сказал, что таким не питается. После еды она умостилась на одеяле, удобно укладываясь спать. Шэд суетливо бегал по ней, пытаясь найти себе удобное место. Не выдержав его беготни, она стянула его со своего плеча и, притиснув к груди, обняла его. Он тут же удовлетворенно засопел, Лайтиэль, засыпая, почувствовала, как ее магия хлынула из нее к Шэду, от чего он блаженно заурчал, убаюкивая ее.

Глава 6

Лайтиэль проснулась под пыхтение своего хранителя, она чувствовала его нетерпение. Открыла глаза и дернулась от неожиданности, весь обзор ей загораживала мордочка дракона.

— И я рад тебя видеть, хозяйка, — потерся он об нее, вызывая у нее улыбку.

— Мне кажется или ты больше стал? — подхватила она его на руки, погладив, опустила рядом встала и пошла умываться, приводить себя в порядок.

— Даааа, магия у тебя отличная, сытная и питательная, — раздалось у нее в голове.

Быстро поела, собралась и посмотрела на примостившего у нее на плече Шэда.

— Ну, в какую сторону нам идти, Хранитель? — без всякой надежды спросила она.

— В любую! — важно ответил он ей. — Но к этой стене ближе, — указал он лапкой на стену за постаментом.

— Как такое возможно? Я столько дней тут блуждала, а ты говоришь, что выход вот он, рядом, за любой стеной? — удивленно произнесла она и пошла к стене.

— Ну, допустим бродишь ты тут всего на всего совсем недолго, — увидев еще больше удивления на ее лице, объяснил ей.

— Это межпространственный живой лабиринт, здесь время как таковое отсутствует. Ты выйдешь отсюда практически в тоже время, что и зашла, ну может на пару часиков позже.

— Что же мои предки тут бродили и возвращались практически в то же самое время?

— Нет, твои предки бродили по обычному подземелью, и время у них шло, как обычно. Как только Создатель определяет в тебе избранного, ты сразу же попадаешь в лабиринт и проходишь испытания.

Лайтиэль хотела уже прикоснуться к стене, но ее опередил Шэд, он вытянул свою шею, раздул бока, затем щеки и плюнул огнем. Стена вздрогнула и отъехала в сторону, открывая темный проход. Она восхищенно на него посмотрела и погладила.

— Привыкай, что я у тебя такой могущественный и полезный, — важно проговорил он.

— Ага, главное, скромный ты мой! Идем, полезный ты мой! — с этими словами она несмело шагнула в темноту.

Все, что она увидела, это обычную пещеру, и она прибавила шагу. Свежий поток воздуха коснулся ее лица, вызывая у нее счастливую улыбку, они выбрались из этого лабиринта. И теперь ее ждет интересное путешествие и встреча с родными. Чем ближе они подходили к выходу, тем светлее становилось. Вот они дошли до выхода, и она прикрыла от удовольствия глаза, не смотря на то, что свет ослеплял ее. Привыкнув к свету, она вздохнула и вышла наружу. Совместный возглас прокатился эхом по скалистой местности.

— И куда это нас занесло? — проговорила Лайтиэль, с поспешностью доставая карту из сумки.

Развернув ее на весу, они вдвоем устремили взгляд в нее, короткое заклинание слетело с ее губ, и картинка карты ожила. Показывая нахождение их маленьких фигур на картинке.

— Покажи маршрут в вампирские земли, — обратилась она к карте, артефакт, повинуясь ее приказу, показал пунктиром их маршрут. — Ну что ж путь немаленький, придется нам идти пешком, — вздохнула она, пряча карту.

— Да, — подтвердил Шэд. — Сил я еще не набрал, чтобы летать вместе с тобой. Но ничего, благодаря твоей магии, я быстро обрету их, и мы еще полетаем с тобой.

Прошли они немало, идти было тяжело, мелкие камни под ногами усложняли путь, а большие валуны создавали препятствия. Совершенно выбившись из сил, она плюхнулась на большой камень. Тут неожиданно их накрыла большая тень. Она запрокинула высоко голову и закричала от ужаса. Тролль размером со скалу замахнулся на нее дубиной, она успела подскочить с места и отскочить в сторону, когда огромная дубина со всего размаху опустилась на то место, где она сидела.

— Аааа…. Шэд! Давай уже начинай исполнять свои обязанности хранителя, — закричала она в панике, отбегая в сторону от опускающей ноги великана, который вознамерился растоптать ее.

— Беги со всех ног! — закричал он ей.

— Что?! И это вся твоя помощь? — побежала она, петляя между валунами, которые тролль с легкостью растаптывал.

— Нет не вся, еще накинь полог невидимости, — уцепился он в ее косу всеми лапами, от бега его тельце подкидывало во все стороны и его хвост кидало вслед за ним. — Я еще слишком маленький, силы еще не набрался, чтобы исполнять свои обязанности, — смущено ответил он, и куда делось все его величие.

Полог невидимости скрыл их от глаз тролля, дав небольшую передышку ее нервам. Не останавливаясь, она побежала в сторону большой пещеры. Странно, почему ее вампирская сущность не проявилось? На этот мысленный вопрос ответил ее хранитель.

— Потому что ты испугалась и растерялась. А сущность проявляется в боевом настрое или когда ты этого хочешь, — объяснял он ей во время ее бега, ухватившись еще крепче.

Тролль, потеряв их из виду, разозлился и начал в гневе топать ногами все подряд, идя за ними следом, раздавливая камни в крошку. Из-за его гигантского роста, они чуть не угодили ему под ноги. Но все же смогли выбраться из облака пыли, прилагая последние силы, забежали в пещеру, углубляясь в ее недра.

Пробежав по длинному тоннелю, она забежала в большой зал и замерла на месте. Зал оказался большим жилищем гоблинов. По всему залу стояли палатки из шкур, горели очаги костров, на которых готовилась еда. Вокруг костров суетились гоблинши, там же возились маленькие дети. В стороне отдельно вокруг горящего костра сидели старики, и пили горячий напиток. Мужчин и подростков в пещере практически не было видно, они все находились на охоте. В противоположном углу с комфортом расположился шаман. Это было видно по большому шатру. Его шкуры сплошь были увешены амулетами. Возле отдельного очага с богатой утварью суетились его прислужники. А еще от его шатра доносился запах благовоний, от которых кружилась голова. В противоположном отгороженном углу с не меньшим комфортом расположился вождь племени, возле его жилища так же суетились слуги. Сам вождь в компании жрица восседал на возвышении возле костра.

Всю эту картину она увидела за мгновение. Тяжело дыша от длительного бега, она растерялась, хорошо, что полог невидимости скрывал ее от глаз поселенцев этой пещеры. И тут она услышала громкий возглас своего хранителя.

— Гоблины! — разнеслось удивленное по всей пещере.

— Да тише ты! — закричала она мысленно. — Нас сейчас услышат!

Но было уже поздно, длинные остроконечные уши гоблинов уловили крик невидимого хранителя и они развернулись в их сторону, по пещере разнеся всеобщий шепот, в котором проскальзывали нотки страха. Лайтиэль сама замерла в страхе, не зная, что ей теперь делать. Но тут в их сторону направился вождь в сопровождении жрица. Раздался повелительный голос старого гоблина, увешенного амулетами и одетого в длинное одеяние из шкур, на поясе которого висел кинжал и куча всяких мешочков с зельями, от чего его маленькая фигура смотрелась немного комично, но, не смотря на это, наступила тишина.

— О.ооо, духи предков, решили ответить нам! Они спасут нас! — не смотря на его рост, голос прозвучал зычно, присутствующие гоблины, побросав свои дела, все собрались вокруг шамана.

— Какие еще духи?! — возмутилась она. — От чего спасут? — посмотрела она на Шэда, который с хитрой мордахой примостился у нее на плече.

— Доверься мне, хозяйка! — важно проговорил он, и ей это очень не понравилось, зная характер своего хранителя.

Тем временем шаман начал свою дикую пляску с бубном, подвывая себе, выкрикивая заклинания. Ему подвывали остальные гоблины, сидя на коленях и кланяясь. Замерев, он иступленным голосом взвыл, обращаясь в голос к духам предков.

— Духи предков! Какие жертвы вы просите за свою помощь? — упал он на колени и затряс бубном.

Гоблины перестали подвывать и все замерли в ожидании, неужели они услышат голос духов, такого еще не было. Обычно они говорят только с самим шаманом, в этом вся его важность. При этих словах Шэд взмыл вверх, Лайтиэль хотела остановить неугомонного дракончика, но было поздно. Она успела только ухватить его за кончик хвоста, который он с легкостью вырвал из ее рук, под ее возглас: — Куда?

Ей даже показалось, что он значительно увеличился в размерах. Это хитрец усилил голос, сделав его басовитым, и громко повелительно проговорил.

— Поставьте отдельно палатку, обустройте ее. Принесите теплой воды для мытья. Подайте лучшую еду, думаю, пол туши хорошо прожаренного мяса подойдет. И занимайтесь своими делами, не нарушая наш покой, — разнеся раскатистый голос по пещере.

Среди гоблинов раздался удивленный шепот. От услышанного шаман открыл рот и выронил бубен, который со звоном покатился по полу, жалобно звякая. Такой жертвы еще никогда не просили за все существование его расы. Духи явно сошли с ума, мало того, что их слышат все гоблины, так они еще и просят о таких насущных мелочах, а как же жертвы? Шаман с трудом взял себя в руки и, не вставая с колен, проговорил.

— Духи предков! Это все, что вы просите за свою помощь? Возможно, вы хотели бы других жертв… например, души? — к концу речи его голос стал тверд и как всегда властен.

— Ты сомневаешься в наших желаниях? — прозвучал разгневанный голос сверху. — Ты смеешь нам указывать, какие жертвы нам принимать! — возле шамана упал огненный сгусток, от чего он шарахнулся в сторону и раболепно затараторил, кланяясь.

— Простите, мне мою дерзость, я хотел, как лучше, — еще громче закричал он, когда Шэд плюнул огнем второй раз.

— Не гневи нас и займись той жертвой, что мы просим, — громыхнуло сверху, и рядом упал еще один огненный шар.

Шаман быстро вскочил на ноги и принялся раздавать распоряжения ошарашенным гоблинам. Вождь смотрел на все это с недоумением и в то же время испытывал радость, что обнаглевший шаман получил нагоняй от духов предков. Правда придется раскошелиться на шкуры, но ради безопасности племени можно и достать из своих закромов ценные шкуры и установить шатер для гостей.

— Шэд, прекрати сейчас же! — мысленно прикрикнула она на него. — Зачем ты запугал этого несчастного?

— Тоже мне нашла несчастного, — пробурчал Шэд. — Я, между прочим, о тебе хозяйка беспокоюсь, — обижено проговорил он, подлетая к ней. — Вон позаботился об отдыхе и еде для тебя. Или ты хочешь души несчастных, чтобы тебе в жертву принесли? — от этих слов ее передернуло от отвращения, а затем стало стыдно. Дракон проявил заботу к ней, а она на него накинулась.

Протянув к нему руки, куда он тут же влетел, прижав его к себе, она виновато произнесла.

— Прости меня, мой хороший. Ты в первую очередь позаботился обо мне. Но, Шэд, они ждут от нас какой-то помощи. И это что-то очень серьезное и опасное.

— Сейчас узнаем, — и он вылетел из ее рук в сторону шамана.

С высоты он спикировал прямо на лысую голову шамана, который, вскрикнув, замер на месте, вращая перепуганными глазами, при этом его длинные остроконечные уши подрагивали, выдавая его испуг. От пристального внимания своих соплеменников он взял себя в руки, выпрямился и застыл, имитируя транс. А Шэдар в это время просматривал его память, кривясь от увиденного. Узнав все, что ему нужно, он мысленно приказал шаману сегодня их не беспокоить. В ответ тот дернулся от неожиданности и усиленно закивал головой. Шэд вернулся к своей хозяйке.

— Плохо дело, хозяйка! — уселся он ей на плечо. — Не на тот огонек мы с тобой забежали, — выждав паузу для важности, продолжил. — Им нужна помощь избавится от того самого тролля, который загнал нас сюда. Им просто некуда от него деться, уходить вглубь пещер опасно. Там водятся жуткие твари, против которых им не выстоять. А уйти отсюда всем племенем не могут, тролль их всех переловит, он здесь прочно обосновался. Их мужчины с трудом пробираются на охоту и без жертв не обходиться. Он пытался достать их и в этой пещере, вот только руки коротковаты, а пещеру ему не под силу разрушить, силенок не хватает.

— Шэд, и как мы справимся с ним? — с беспокойством спросила она. — Мы сами с трудом ноги от него унесли.

— А зачем нам с ним справляться, отдохнем, а ночью пока он спит и не видит, пойдем себе дальше, — высказал свое мнение важный хранитель.

— Нет! — нахмурив брови, она посмотрела на него суровым взглядом. — Шэд, мы не можем просто так взять и уйти, им нужна наша помощь иначе они погибнут.

— Хорошо, хорошо, — с поспешностью согласился он с ней. — Как скажешь только для начала нужно поесть, отдохнуть и придумать план. А вон смотри нам уже и место для отдыха приготовили, — радостно сообщил он ей, указывая хвостом на небольшой шатер, который предназначался для гостей, его то они быстро установили для них.

Лайтиэль направилась к месту отдыха, она действительно устала и проголодалась. Она уже хотела подойти ко входу и отодвинуть шкуры, чтобы войти. Но ее остановил Шэд, он смешно раздул щеки и дунул в том направлении. Шкуры под удивленные взгляды жителей пещеры распахнулись в разные стороны, открывая проход. Оттуда вылетели перепуганные гоблины, заносившие туда таз с кувшином и еду.

— Мой друг, смотрю, ты уже магии набрался, — улыбаясь, отметила она его показательное выступление.

— Набираюсь, — довольно заурчал он. — Но пока, что я не вошел в силу и толку от меня мало, — виновато посмотрел он на нее.

— Все хорошо, мой хранитель, не расстраивайся я вроде тоже маг, — успокоила она его на ходу.

Как только они зашли в свое укрытие, отгораживающее их ото всех любопытных, она расслабилась, сняла плащ, сумку и устало плюхнулась на лежащие на полу толстые шкуры. К ней тут же слевитировал таз и кувшин с водой. С помощью своего хранителя она вымыла руки и умылась. Затем отделила себе порцию еды, остальное спрятала в свою пространственную сумку, в которой ничего не портилось. И только после этого она с аппетитом принялась есть сочный и жирный кусок мяса, поджаренного на костре.

— Значит, ты считаешь, что нам лучше ночью навестить тролля, пока он спит? — спросила она, впиваясь зубами в сочный кусок мяса, вилки не было пришлось есть руками. — И что же нам с ним делать?

— Убить, конечно, а что еще с этим пожирателем гоблинов делать? — фыркнул он.

— Ну не знаю, как-то спящего убивать не хочется, а воевать с ним, когда он проснется опасно. Этот великан даже не дал возможности магию использовать, — стыдливо произнесла Лайтиэль, она настолько испугалась, что не могла даже магию применить.

— Его просто так магией и не возьмешь, — успокоил он ее.

— Может услать его куда подальше, пусть лучше нечисть какую-нибудь истребляет, — перестала она жевать и посмотрела на своего хранителя, который развалился рядышком с ней.

— Нечестью они не питаются, — глубокомысленно произнес он, смотря на потолок пещеры.

— Придется ему поменять свои вкусы, — откусила она еще раз от зажаренного куска.

С едой она управилась быстро, помыв руки, почувствовала, как ее клонит в сон. Ее заботливый хранитель тут же подсуетился, с помощью магии достал ее одеяло, на которое она и легла. Шэд заверил ее, что ночью обязательно ее разбудит. Но она его уже не слышала потому, что сразу же провалилась в сон. Верный хранитель остался возле нее охранять ее сон. Правда к вечеру, когда начали возвращаться гоблины с охоты, и стало шумно, он накинул еще и полог тишины, чтобы они не разбудили его хозяйку.

Глава 7

Ночью, когда племя гоблинов улеглось спать, и храп разносился по всей пещере, Лайтиэль с Шэдом двинулась на выход. У самого входа в пещеру возле костра, сидела охрана, вооруженная копьями с каменными наконечниками, ножами грубой работы. Одежду гоблинов из шкур украшали различные амулеты, на ногах из такого же меха было подобие сапог. Их низкие фигуры отбрасывали причудливые тени из-за длинных остроконечных ушей.

Скрываясь под пологом невидимости, друзья проходили мимо, когда один из гоблинов проговорил.

— Духи духами, а жрут они, как живые, вон мясо слопали и даже не подавились, — с пренебрежением произнес один из них.

— Да тише ты! — прошипел другой. — Накличешь на нас недовольство духов, так что мало нам не покажется. Еще откажут нам в помощи, — оглянувшись по сторонам, продолжил. — Радуйся, что не запросили твою душу в жертву.

— Да дрыхнут твои духи, после того, как обожрались нашего мяса, — хохотнул первый. — Не верю я тому, что тут рассказывали, все это шаманские штучки. Уже давно шаман не слышит духов, ничего сделать не может вот и выдумал все, цену себе набивает, — зло прошипел говоривший.

Такого неуважение к своей персоне Шэд стерпеть не мог, особенно когда увидел, как его хозяйка смутилась. Взлетев с ее плеча, он заложил круг вокруг костра, раздув бока, вытянул шею и плюнул огнем прямо под ноги говорившего. Тот с перепугу вскочил на ноги, но не успел даже вскрикнуть, на его голову тут же спикировал дракончик, запуская когти в его лысую круглую голову. Гоблин замер и еще больше позеленел только его круглые глаза вращались с перепугу. Его уши сильно затряслись, когда он услышал в своей голове голос с рычащими нотками.

— Не слишком ли ты много болтаешь, червь пещерный? — хвост Шэда звучно шлепнул того по щеке, от чего гоблин вскрикнул и еще больше затрясся. — А ну проси прощение, неблагодарный! — гоблин быстро закивал головой, посмотрел на своих соплеменников и громко заверещал.

— Простите меня, духи предков! Виноват, я… я больше не буду! — после этих слов он почувствовал, как его голову выпустили из когтей, от чего он плюхнулся на свой зад, остальные упали на колени и заголосили, чествуя духов.

Лайтиэль поспешила дальше, бурча на ходу на своего хранителя. Тот вскоре догнал ее, усевшись на ее плечо, как ни в чем не бывало.

— Ты лучше мне скажи, как мы найдем этого тролля среди ночи? — с беспокойством спросила она.

— А это легче простого, — махнул он лапкой. — Прислушайся… Ну что ты слышишь?

Лайтиэль по совету друга прислушалась, откуда-то издалека доносилось эхо раскатистого звука.

— Это тролль храпит? — пораженно произнесла она.

— Да и нам следует поспешить. Может ты выпустишь свои крылья и мы попробуем долететь? — предложил он, с любопытством заглядывая ей в лицо.

Лайтиэль замерла, прикрыв глаза. Усилием ее мысли за ее спиной распахнулись крылья из дымки тьмы. Она попыталась взлететь, но все что у нее получилось это вспорхнуть на небольшое расстояние, и то это, скорее всего, походило на прыжок.

— Не получается, — грустно произнесла она. — Мне не хватает силы.

— Хм…ммм, не смотря на сформировавшиеся крылья, ты не вошла в силу высшего, — задумчиво произнес он, затем встрепенулся, его изумрудные глаза сверкнули в темноте. — Тебе нужно крови испить и желательно магической или высшего вампира!

— Тьфу… ты… Еще чего не хватало, чтобы я эльфийка светлой расы кровь пила, — брезгливо произнесла она на ходу, с легкостью перепрыгивая с валуна на валун при помощи своих крыльев.

— Ну не такая ты уже и светлая, в тебе половина вампирской сущности, — буркнул он, догоняя ее.

— И не надейся! Мне от одной мысли противно, не то что пить ее, — ускорившись, она, почти взлетая, понеслась в направлении источника храпа.

— Ага, вот жизнь заставит, припечет, и куда ты денешься? И желательно, чтобы поскорее это случилось, возможности высшего нам с тобой не помешают, — мысленно бурчал он.

Когда ночь была на грани, приближаясь к рассвету, они добрались до большой площадки между скалами. Ее чуть не стошнило, когда ее светлая душа увидела разбросанные обглоданные кости гоблинов и других несчастных вокруг большого погасшего кострища, на вертеле которого висело часть туши какого-то существа. Недалеко от кострища прямо на земле лежал огромный тролль, под его громадной лысой головой вместо подушки лежал камень. Только теперь она могла как следует разглядеть его. На его громадном теле из всей одежды присутствовала только одна набедренная повязка из шкур. Вдруг эта туша с храпом, от которого можно было оглохнуть, перевернулась на бок. Босой ногой с натоптанной подошвой ступни он почесал другую ногу, чавкая во сне, от чего его громадные клыки, выступающие наружу, заходили ходуном. И тут его набедренная повязка поднялась от мощной струи выпускаемого газа одновременно с громким звуком, от которого мелкие камни разлетелись в стороны.

— Фу…. Вонючка! — воскликнули друзья одновременно, закрывая носы, используя крылья, она отлетела поближе к голове. — Мало того, что храпит еще и пердит, воздух портит, — недовольно закричал Шэд, стараясь перекричать храп тролля.

— Давай, Шэд, за работу, пока мы тут не задохнулись, — так же прокричала ему в ответ Лайтиэль.

Оба одновременно слились сознанием со спящим троллем, усиливая магию внушения высшего вампира. Спустя время они выскользнули из его сознания.

— Да у него же одни инстинкты убивать и набивать живот! — с отвращением произнесла она, вытирая лоб.

— Да, похоже, все его мозги ушли в рост, тупое животное, — поддержал ее Шэд.

Оба скрылись среди скал и заняли удобную позицию для наблюдения, спрятавшись между камней. Лайтиэль успела даже задремать, но спала она не долго, ее разбудил ее хранитель. Протерев глаза и зевнув, они начали подсматривать за пробуждением тролля. Великан сел, потер свой подбородок. Осмотрелся вокруг своим бессмысленным взглядом, ворча что-то неразборчивое себе под нос, он встал, подтянулся и шагнул к скалам. Отвернувшись от них, завозился со своей повязкой и они услышали звук мощной струи об камни.

— Вот, гад! Там где жрет, там и гадит, вот точно животное, — начал возмущаться Шэд.

Между тем тролль справил свою нужду, развернулся к кострищу, подхватил вертел с остатками своей еды. Лайтиэль и Шэд замерли, перестав дышать, наблюдая за ним. Троль откусил большой кусок начал жевать, затем поперхнулся и весь позеленел. Скривившись, выплюнул все на землю, утирая рот, и заметался по площадке. Вот его взгляд увидел растущий зеленый кустарник. Его он с поспешностью и вырвал с корнем. В его лапищи этот довольно таки не маленький куст смотрелся, как маленький пучок зелени. Он с поспешностью всунул его рот и начал с аппетитом жевать, прикрыв блажено глаза. Быстро съев его, он недовольно оглянулся в поисках другого, но ничего не нашел. В раздражении порылся между валунами, достал оттуда сумку, надел ее через плечо и с поспешностью зашагал прочь.

— У нас получилось, Шэд! Теперь он ест только растительность и по нашему плану отправился в леса. Так что гоблины в безопасности, — радостно произнесла она, выбираясь из их укрытия.

Глава 8

Они поспешили покинуть это ужасное место и вернуться к пещере гоблинов, чтобы сообщить им об их безопасности. Чем ближе они подходили к пещере, тем больше ощущали различные эмоции гоблинов. Шумная, подвывающая толпа перегородила подход к пещере, образовав круг. Гоблины, топая в такт бубну, издавали особые звуки, им вторило бряцание их многочисленных амулетов. Мужчины в такт стучали своими копьями об землю. Выражение лиц у всех было одно, фанатичное, они все, как один, вошли в транс.

Шэд, сидя на плече у Лайтиэль, с помощью потока ветра очистил им проход, что привело гоблинов в чувства. По толпе разнесся шепот: "Духи предков!". Все так же в невидимом режиме они вышли в центр. От увиденной картины у нее волосы встали дыбом. По середине площадки была вычерчена пентаграмма, в центре которой был привязан гоблин, точнее, худенький подросток, одурманенный каким-то пойлом. Вокруг него в исступлении прыгал шаман, сотрясая своим колдовским бубном. Посмотрев магическим зрением, она увидела, как возбужденные духи метались в этом бубне в предвкушении жертвы. Вот шаман с искаженным лицом подскочил к пареньку. Второй рукой выхватил из-за пояса кинжал и занес над ним. Громким верещащим голосом начал выкрикивать какое-то заклинание, одновременно с этим сотрясая бубном. От чего заключенные духи в нем заметались еще больше от предвкушения.

— Остановись! — закричала Лайтиэль, повинуясь ее желанию, Шэд снес потоком ветра шамана, который отлетел в сторону и громко шмякнулся о землю.

Его тут же подхватил магический жгут, и он повис в воздухе, бубен выпал из его рук и откатился прямо к пентаграмме. Почувствовав силу колдовства, темные жгуты невидимые гоблинам потянулись к жертве. Не думая о последствиях, Лайтиэль подняла его левитацией и притянула к себе, взяв его в руки. Черные жгуты, как змеи, обвили и поползли по ее руке. Наложенное заклинание удерживало духов от расправы над шаманом. А тут им повезло, бубен попал в не предназначенные руки. Заключенные духи ринулись в ее разум, с желанием поглотить ее светлую душу и вытянуть магический дар. Но им не повезло, они наткнулись на ментальный щит. В ее голове раздался злобный шепот: "Поглотим, разорвем, нашааа сила."

Натиск усилился готовый взломать ее щит, что очень разозлила саму Лайтиэль. Она была готова сама ринуться на них и поглотить, одновременно с этим удивляясь, откуда у нее такое желание.

— Нет! Бей только светлой магией — предупреждающе закричал Шэд.

Выступившие клыки и крылья тут же спрятались, и она выпустила свою светлую магию жизни, которую усилил хранитель. Магическая сила поднялась из ее источника и ослепляющей волной хлынула на духов. Они, как свора собак, скуля, ринулась обратно в свой бубен. Но было поздно светлая магия, прикасаясь к черным жгутам, растворяла ее в своем ярком свете. Лайтиэль усилила натиск, и волна магического света хлынула в сам бубен, который с грохотом разлетелся в ее руках на мелкие осколки.

— О чем ты думала?! Я с трудом успел укрыть тебя щитами, — начал ментально отчитывать ее хранитель. — Я еще успел собрать силу тьмы, от чего стал сильнее, — не забыл он похвалить себя.

— Спасибо, друг! — утерла она лоб дрожащими руками, все же битва со злом оказалось очень тяжелой. — А разве тебе подходит темная магия? — удивленно спросила она.

— Конечно, мы же с тобой связаны, мы с тобой одно целое, забыла что ли? Ты ведь имеешь и светлый дар и темный, так что я всеядный, как и ты, — довольно облизываясь, проурчал он. — Просто темной магией ты бы могла не выстоять, все же их больше. Хотя кто знает, может и поглотила бы их, темная сторона в тебе сильна, но зачем так рисковать? Я бы, конечно, не допустил, чтобы ты пострадала, и ринулся бы тебе на помощь, — потерся он об нее, перестав тараторить, она его тут же погладила.

Окружавшие гоблины уже давно вышли из транса и пораженно наблюдали, как их шаман повис в воздухе, затем как его бубен взмыл в воздух и взорвался, разлетаясь на мелкие кусочки. Темные сгустки выпущенных духов тут же начали таять в воздухе. От чего шаман в отчаянии закричал раненным зверем и задергался в воздухе. Он лишился самого главного атрибута своей шаманской власти. Этим самым привлек внимания Шэдара, который посмотрел на него уничтожающим взглядом.

— Как ты осмелился ослушаться нас, червь пещерный? — громыхнул его усиленный магией голос над гоблинами. Шаман с потерянным бубном власти потерял и свой страх перед ними, он завопил во все горло.

— Никакие вы не духи предков! Раз вам жертвы не надобны! — толпа гоблинов зашумела, а Лайтиэль заволновалась.

— Ты прав, мы не кровожадные духи! — с этими словами Шэд слетел с плеча хозяйки и поднялся в воздух, при этом увеличиваясь в размерах до огромного дракона. Сняв полог невидимости, он предстал во всей своей красе над гоблинами, которые восхищенно зашумели, а шаман закричал в страхе. — Где были твои духи, когда тролль убивал вас? — схватил он шамана лапой и посмотрел ему в глаза. — Можешь не отвечать, ты трус должен был сам выйти к троллю и использовать силу своих духов. Но твоя трусливая душа предпочитала прятаться в пещере! — толпа гоблинов возмутилась. Шаман требовал особых почестей, жил за счет других, требуя всего самого лучшего, и даже вождь ему был не указ. — Мы освободили вас от тролля, и ты об этом узнал и решил наши заслуги приписать своим духам и принести им в жертву этого несчастного. Ты не достоин быть шаманом в этом племени! — с этими словами он разжал лапу и шаман полетел вниз, Лайтиэль испугалась, что тот разобьется и подхватила его левитацией, опуская на землю прямо перед вождем.

Вождь не мог упустить такой случай и избавиться от претендующего на его власть обессиленного шамана. Поэтому он простер своим копьем в его сторону и приказал своим воинам схватить подлого и трусливого шамана. Затем он упал на колени перед драконом, за ним и все его племя.

— Прими нашу благодарность, Великий и Всемогущий дракон! — благоговейно произнес гоблин, такого еще не бывало, чтобы за гоблинов заступился дракон.

Лайтиэль посмотрела, как от важности раздулся ее хранитель, ну да, гоблины потешили его самолюбие и гордость. Покачав головой и махнув на него рукой, она направилась к гоблину-подростку, которого хотели принести в жертву. И принялась очищать его организм от зелья дурмана, приводить его в чувства. И тут она услышала голос своего хранителя.

— Встаньте! Я всего лишь служу своей хозяйке! Ее благодарите, это она решила спасти ваше племя, — после этих слов она почувствовала, как полог невидимости слетел с нее, открывая ее взору гоблинов.

Восхищенный шепот разнесся по толпе, гоблины впервые увидели красавицу эльфийку, представительницу древней светлой расы. Обычно светлые расы, впрочем, как и все остальные, не жалуют гоблинов. Лайтиэль смутилась от такой реакции, но все же закончила свое лечение. Маленький гоблин, который все понимал во время ритуала и видел, но не мог сопротивляться дурману, как только смог говорить, тут же громко начал благодарить ее, не вставая с колен. От чего она растерялась еще больше и быстро заговорила.

— Все в порядке, малыш, ты теперь можешь вернуться к своим родным, — начала она поднимать его на ноги, совершенно не обращая внимания на вождя.

Зато Шэд заметил, как изменилось выражение лица вождя, его хитрые глаза отображали мыслительный процесс в его лысой голове, от чего длинные уши еле заметно поддергивались. Хитро улыбнувшись, показывая свои острые клыки, он громко проговорил.

— Гоби не может вернуться к своим родным, представительница древней светлой расы, — увидев ее непонимание, он пояснил. — Вы спасли его жизнь, теперь у него долг жизни перед Вами, госпожа. К тому же он был предназначен в жертву, теперь Гоби Ваш, — довольно произнес шаман и посмотрел на гоблина подростка, который быстро закивал головой, соглашаясь с вождем, при этом думая, как ему несказанно повезло.

Лайтиэль растерянно посмотрела на своего хранителя, тот разделял ее чувства, только проныру гоблина им не хватало.

— Я…я… не могу взять его себе, я отправляюсь жить в вампирские земли! — поспешно начала она отказываться от гоблина мальчишки, который тут же поник от ее отказа.

Услышав это, вождь еще больше обрадовался, в вампирских землях его сородичей еще никогда не было. А это просто большая возможность закрепиться его племени у вампиров. Они всегда жили богато и в достатке, а значит и его соплеменникам будет там хорошо. Вампиры узнают, что более преданных слуг не бывает и, кто знает, может и его племя найдет там себе сытое пристанище, во всяком случае, парень, когда вырастит, жену должен будет взять точно из их племени, а уж он постарается, чтобы одна из его дочерей стала его женой. Убрав довольное выражение с лица, он произнес безразличным голосом.

— Вы вправе с ним делать, что захотите, светлая госпожа. Можете выгнать его за пределами племени, где бродят голодные хищники, хоть убить, жизнь Гоби теперь в Ваших руках, — начал давить он на ее жалось и доброту. — Вернуться в племя он не может, пока не исполнит свой долг. Только зачем Вам, госпожа, избавляться от такого верного слуги, которому, кроме еды и одежды, ничего не нужно. Он всему обучен, умеет хорошо охотиться, готовить, знает, как прислуживать господам. К тому же он может быть незаметным, и Вы всегда будете знать, все, что происходит вокруг Вас, — начал он расписывать выгоду от приобретения. Лайтиэль посмотрела на подростка, который с готовностью закивал головой, от чего его уши смешно затряслись. — Сразу видно Вы из благородного рода, а такой важной госпоже по статусу положено иметь слугу, — перешел вождь на лесть, затем как-то по-особому глянул на подростка и тот опять бухнулся на колени и принялся обнимать ноги эльфийки.

— Пожалуйста, госпожа, не лишайте меня жизни! Если Вы меня прогоните, я погибну без Вас. Пожалуйста, позвольте мне остаться с Вами.

— Хорошо, хорошо только встань сейчас же! — не выдержало ее сердце, и она опять потянула его за шкирку, поднимая на ноги. — Иди, собирайся в дорогу! — произнесла она под недовольное ворчание Шэда.

— Вот делай им доброе дело, спасай их, понимаешь ли, а они тебе в благодарность еще и обузу навешают, — еще больше он возмутился, когда гоблину подростку из толпы сразу же протянули походный мешок. Ему даже идти никуда не пришлось, один из воинов по приказу вождя отдал ему свой мешок.

— Прошу Вас разделить с нами скромную еду, — произнес довольный вождь племени. Его хитрая уловка сработала, и он пристроил своего соплеменника на сытое хорошее место к самой эльфийке у которой в услужении настоящий дракон, чего тоже еще никогда не было.

Толпа тут же расступилась, давая им пройти в пещеру, где женщины уже подсуетились и приготовили еду.

Глава 9

Вождь племени все же уговорил ее остаться до следующего дня. Под недовольное ворчание Шэда, который принял невидимый вид и занял свое место на плече хозяйки. У него еще было не достаточно сил постоянно находиться в образе большого дракона. Хитрый вождь выпросили магическую помощь Лайтиэль. В отличие от своего хранителя она с удовольствием им помогла. Шэд хоть и ворчал, но усиленно помогал ей. Она озеленила площадку вокруг пещеры, отдельно посадила семена приправ, которые тут же проросли под ее магией. Выбрав удобное место в углу между небольшими скалами, она призвала источник воды, который стал небольшим водоемом на радость гоблинам. Теперь их племя считалась очень состоятельным, оставалась только оберегать свое жилье от других племен жадных до чужого добра. Хитрый вождь тут же поделился своей тревогой с эльфийкой. Немного подумав, она спросила, есть ли у них еще какие-нибудь семена. Довольный вождь сообщил, что у них имеются бобы. Она приказала каждому гоблину племени взять зерна бобов в руки. Лайтиэль пропела древнее эльфийское заклинание, от чего зерна в руках засветились. После этого дала указание посадить их вокруг своей территории на расстоянии друг от друга. Хорошо еще зерен хватило, несмотря на жадность вождя, который прибрал к своим рукам довольно таки большую территорию вокруг своей пещеры. Как только все посадили бобы. Лайтиэль под восхищенные взгляды гоблинов при помощи певучего древнего заклинание вырастила кусты. Только кусты были намного крупнее и больше обычных, они стали живыми, плотоядными. Крупные побеги тут же начали ластиться к стоящим рядом гоблинам.

— Все, теперь эти живые кусты будут охранять вашу территорию. Они узнают любого из вашего племени, так же не тронут тех гостей, которых проведут ваших гоблины. Им не страшен огонь или холод, так же они имеют защиту от магии. Чужой, попавший в кусты, погибнет сразу же. Потроха от животных и кровь кидайте в кусты, чтобы они могли питаться. И тогда кустарники быстро вырастут размером с высокую стену, — начала объяснять она довольному вождю, который начал искренне благодарить ее. За один день его племя обрело самое ценное воду, зелень и защиту и теперь пока тепло они вновь могут переехать из пещеры на свежий воздух.

Под восторженные взгляды гоблинов они прошли в пещеру, за всеми этими хлопотами наступил вечер. Гоби с важным видом под завистливые взгляды остальных везде сопровождал свою хозяйку. Еще бы он стал слугой великой магесы, увидит другие земли и будет жить в достатке. К нему сразу же поменялось отношение, если его в жертву выбрали, как самого слабого и никчемного, то теперь к нему проявляли уважение с надеждой, что при случае чего он вспомнит и о них.

После сытного ужина с вождем, ей нагрели воду, и она смогла выкупаться в своей палатке. Гоби за это время собрал провизии в дорогу, чтобы не терять утром времени. После купания гоблин зашел узнать, требуется ли его хозяйке еще что-нибудь. Узнав, что ей ничего не нужно, уже хотел покинуть ее палатку, когда она его спросила, где он будет спать?

— Как где? Возле входа, постелю свой плащ и буду охранять Ваш сон, госпожа.

— Называй меня Лайтиэль. А что шкуры у тебя нет? — удивленно спросила она.

— Нет, госпожа, я еще не добыл себе ее на охоте. Когда служил шаману, то мне разрешали брать в его хозяйстве, самую негодную, — как-то стыдливо проговорил он. В голове Лайтиэль раздался возмущенный голос Шэда. Как это шаман мог собственного слугу отдать в жертву.

— Ложись тут спать, здесь теплее, а завтра возьми с собой самую лучшую шкуру отсюда. Надеюсь, ты поел? — посмотрела она на него с сочувствием.

— Да, меня, как слугу магесы, хорошо покормили. Обычно слуги ждут, когда остальные поедят, а сегодня меня покормили сразу же, — довольно проговорил он и сразу же зевнул.

— Еще бы не покормили, — буркнул появившийся Шэд, от неожиданности Гоби дернулся, а дракончик довольно оскалился, от чего получил порицающий взгляд хозяйки.

— Хорошо, пора укладываться спать, завтра с рассветом встаем, — уже она не удержалась и зевнула, слишком много сил она потратила.

Лайтиэль хватило сил только лечь, слабость накатила, и она сразу же провалилась в сон. Спустя время по пещере разнесся храп гоблинов под угасающий огонь очагов. И только одна фигура тенью мелькала от одной палатки к другой, словно вор. Добравшись до гостевого шатра эльфийки, маленькая фигура шамана остановилась. Присев на корточки, он быстро начертил символы. Затем извлек свой ритуальный кинжал, произнес заклинание и резанул свою ладонь над символами. Кровь закапала, но ее капли испарялись в воздухе, не долетая до пола. Появился маленький сгусток тьмы, с каждой каплей он становился больше и чернее, обретал более четкую форму. Усилием воли шаман произнес одно слово, сжал руку в кулак. Затем достал из-за пояса мазь, смазал рану и кровь остановилась. Он посмотрел на сгусток, их связь установилась благодаря его крови, они стали взаимосвязаны. Шаман указал на вход в шатер, давая приказ напасть на светлую. Маленькое облако тьмы послушно ринулся туда, подлетело к спящей девушке и наткнулось на маленького дракона, который зарычал. Не обращая внимания, оно резво опустилось на нее, впитываясь в тело. Шэд мысленно закричал, обращаясь к своей хозяйке.

— Проснись! Проснись! — не добившись результата, он расправил крылья, его тело засветилось, и вся магия от него хлынула в нее. Его тело уменьшилось и тут же стало блеклым. Теперь ему нужно время, чтобы собрать заново магию.

Лайтиэль подскочила, сев на кровати, ничего не понимая, посмотрела на своего друга.

— Что случилось, Шэд? — ответить ей хранитель не успел, шкуры шатра распахнулись, и вошел шаман.

Если бы не его рост, возможно, он и выглядел бы, как злодей победитель со своей зловещей улыбкой. Он брезгливо пнул спящего Гоби, который никак не среагировал на удар, шаман переступил его со словами.

— Твое время еще придет, станешь жертвой, как и предназначалось от самого начало твоей службы, — затем он перевел свой взгляд полной ненависти на нее. — Я отвечу тебе, светлая дрянь, что произошло, — он направил свой корявый палец с когтем на нее и завопил. — Ты разрушила всю мою жизнь. Еще немного и я бы избавился от вождя и управлял бы всем этим племенем сам. А вместо этого я потерял все: свое положение шамана, собранных веками духов. Но я все же шаман, имеющий мудрость и опыт всех моих предков. Ты думала, что тебе это сойдет с рук? Я уничтожу тебя, принесу в жертву и обрету свое могущество за счет твоих сил магии.

— Племя тебе не позволит! — как-то не уверено произнес Шэд и в тоже время мысленно обратился к своей хозяйке, чтобы она использовала свою светлую магию.

— Сейчас все племя спит непробудным сном, у меня еще остался верный ученик, он подсыпали сонное зелье в еду, — со злостью прошипел он. — Так, что пока я буду расправляться с вами, мне никто не помешает. Следующим в жертву пойдет вождь, — зловеще прошипел он.

Лайтиэль услышала все, что ей было нужно. Превозмогая слабость, она вскинула руку и выкрикнула заклинание на древнеэльфийском. И с ужасом осознала, что магия не действует. Шаман наиграно захохотал, затем резко оборвал свой хохот.

— Ты, светлое отродье, явилась на мою территорию и думаешь, что твоя светлая магия тут всесильна? Мне достаточно было вызвать слабого духа пожирателя из мира тьмы, чтобы он пожрал твою светлую магию. Чувствуешь слабость? — довольно спросил он. — Когда он пожрет твой светлый дар, я принесу тебя в жертву, и он пожрет твою душу, — зловеще проговорил он. — И тогда я стану всемогущим.

Лайтиэль никогда не думала, что ей придется обратиться к своей темной половине. Прикрыв глаза, она позволила своей темной сущности завладеть ею. Темный дар захватил ее полностью, мелкий пожиратель в ее теле в панике заметался, чувствуя, как его поглощают. Ведь в ней присутствовала частица самой Тьмы. Все это произошло за мгновение, Лайтиэль открыла глаза, в которых клубилась тьма, и посмотрела на шамана.

— Только ты не учел одного, шаман! — прозвучал леденящий душу голос, от чего он дернулся, почувствовав, как сила тьмы затягивает его. — Я имею светлый и темный дар, — ее клыки выдвинулись, за спиной распахнулись крылья. — Ты вынудил меня выпустить свою темную сущность, — с этими словами ее тьма внутри нее накинулась на маленький сгусток пожирателя, поглощая его, растворяя его в себе. Ее темная сущность заурчала в наслаждении, при этом одновременно испытывая гнев и ненависть к шаману и одно желание — разорвать его в клочья.

Страх и крик мелкого пожирателя откатом докатился до своего хозяина, шамана. Тот закричал, чувствуя его боль, в этот момент Шэд кинулся на шамана, его тело стало самой тьмой, и он потянул на себя жизненные силы гоблина, которые темным потоком хлынули в дракона. Спустя мгновение высушенное тело шамана свалилось на пол и рассыпалось прахом. Шэд сразу же кинулся к хозяйке, зависнув напротив ее глаз, в которых клубилась тьма и жажда убивать.

— Лайтиэль! Лайтиэль, вернись! Вспомни, что ты светлая душа. Ты свет! — с этими словами он принялся тереться об нее.

Это помогло, сквозь затуманенный тьмой разум она услышала обеспокоенный и родной голос. Глубоко вздохнув, она успокоила свою темную сущность, выпуская светлый дар, который вернулся с уничтожением пожирателя. Открыв глаза, она сняла со своего плеча дракончика и обняла, прижимая к груди, шепча слова благодарности.

— Спасибо, мой родной, ты не дал тьме завладеть мой душой полностью. Я не хочу становиться монстром, — всхлипнула она. — У меня была жажда убивать.

— Я думаю, в следующий раз ты сама сможешь контролировать ее, твоя светлая душа не позволит тьме завладеть ею, — заурчал он от ее ласки, переваривая отобранные силы у шамана. — Ложись спать, хозяйка, тебе нужно восстановить силы.

На следующий день, быстро позавтракав, перед тем как покинуть племя гоблинов, у Лайтиэль состоялся разговор с вождем. Ей пришлось рассказать о гибели шамана. Она только умолчала о своей темной сущности, благодаря которой они спаслись. Вождь племени попросил ее посмотреть на учеников шамана и выявить предателя. Призвав к себе двоих учеников, которые поспешили предстать перед вождем, думая, что он решил одного из них сделать шаманом племени. Перед стоящими учениками взмыл невидимый Шэд, посмотрев каждому из них в глаза, врата души. Затем ткнул в одного лапой и сообщил Лайтиэль, что это и есть предатель. Его она и указала вождю, который, кипя праведным гневом, приказал схватить его и казнить. Второй ученик бухнулся на колени перед вождем с просьбой. Попросил, чтобы ему позволили произвести один ритуал, чтобы забрать у предателя его силы и знания. Шаман вопросительно посмотрел на Лайтиэль, та отрицательно покачала головой и обратилась к просящему ученику.

— Не стоит уподобляться злу! Иначе сам станешь злом, — с этими словами она по наитию простерла руку и послала силу своего темного дара ему.

Ученик качнулся, улыбаясь, получая силу ее магии.

— Хватит, с него достаточно, он все равно больше усвоить не сможет, его источник дара не велик, — проворчал Шэд. — Вот питай еще нашей магией всяких неучей, самому мало.

Лайтиэль, улыбаясь, погладила ворчуна. Попрощавшись с вождем, они пошли на выход, где их провожало все племя. Гоби просто лучился весь от счастья, его ждет новая интересная жизнь.

Глава 10

Где-то в вампирских землях.

В кромешной тьме подземелья шли двое, только светящиеся рубиновые глаза выдавали их присутствие, благодаря которым они видели прекрасно. Резкий взмах меча и небольшая тварь, прыгнувшая из ниши на дроу, упала разрубленной на двое им под ноги.

— Дар" эл, чтобы я еще хоть раз поддался твоим авантюрам! Бродим тут уже несколько дней, сражаясь с тварями, — разрубил он следующую вылетевшую на них тварь и посмотрел раздраженно на своего друга.

— Кто же знал, что эти древние подземелья под замком имеют порталы, — весело ответил вампир, ловко разрубив еще одну тварь, которых тут была тьма. — Я думал, мы с тобой быстро найдем тайный проход и сможем с легкостью покидать в тайне замок.

Их разговор прервала жуткая большая тварь, появившиеся в конце тоннеля. Скапендра повернула в их сторону отвратительную голову. Ее пасть открылась, и из нее выстрелили щупальца, таким образом, она принюхивалась к воздуху. Учуяв добычу, она довольно шустро для своего размера кинулась в их сторону, ее многочисленные лапы противным звуком застучали по каменному полу.

— Бежим! Здесь слишком узкий проход для боя, — прокричал дроу вампиру. — Быстрее, вон впереди справа проход, — и они, ускорившись, сорвались на бег.

Вампир раскрыл крылья и, схватив друга за руку и почти взлетая, потащил дроу гораздо быстрее, чем он бежал. Они успели влететь в зал пещеры и встали в стойку, готовые напасть на преследующую их тварь. Но странное дело тварь с разбегу ударилась о невидимую стену и сползла. Затем с яростью начала кидаться на невидимое препятствие с дикой яростью. Только тогда двое друзей облегченно вздохнули.

— Дар" эл, тебе не кажется странным, что эта тварь не может пройти сюда? И что это за место? — оглянулся он по сторонам, увидев три темных прохода.

— А что тут странного? Магический щит ее не пускает, — беспечно махнул вампир рукой. — Место как место, думаю, мы скоро выберемся отсюда, — оптимистично проговорил никогда не унывающий вампир.

— Я это уже слышал от тебя пару дней назад и, если бы я не настоял взять походные мешки с провизией, мы бы голодали с тобой и спали на холодном полу, — осуждающе произнес он.

— Дэсмэн, ты как всегда преувеличиваешь, ничего бы мы не голодали, глотнули крови друг у друга, — выбрав место под стеной, он уселся на пол, положив свой меч на колени и блаженно прикрыв глаза, отдыхая.

— Это в тебе больше от вампира и кровь тебе в наслаждение. А во мне больше от дроу, ты же знаешь, я могу питаться кровью, но от нее я не особо в восторге. Кстати о еде, сейчас перекусим, отдохнем и пойдем дальше, — как всегда включил он свою практичную и заботливую натуру.

— Как скажешь, друг, — оба сняли свои мешки и полезли доставать еду.

Эти двое были не разлей вода, и совершенно разные по характеру, что, как ни странно, не мешало им дружить с детства. Дроу был не намного старше вампира, закрытым для всех, сдержанным на эмоции, серьезным, рассудительным и практичным. Его друг был полной противоположностью ему, беспечный весельчак и балагур, вечно втягивающим их в истории, ища постоянно приключения на их головы, от чего им постоянно влетало.

— Жаль я только никого не предупредил о нашем путешествии, — произнес Дар" эл серьезным тоном, чувствуя свою вину и стыд, как только представил себе, как волнуются его родные.

— Успокойся, зная тебя, я их предупредил! — протянул он кусок мяса с хлебом другу. — Ты же никогда ни о чем не думаешь, вечно мчишься, как укушенный зомби.

— Да ладно тебе, ты мне должен сказать спасибо, что я спас тебя от занудства учебы. И где ты еще столько практики обретешь, сражаясь с тварями. Подумай, как нам будет завидовать весь молодняк, столько приключений, — с аппетитов вонзил он клыки в кусок мяса, откусывая, жуя с наслаждением.

— А то, что мы находимся, неизвестно где и нас могут сожрать эти самые твари, ты не подумал, — нахмурил он брови, буравя друга рубиновыми глазами, из-за которого они в очередной раз влипли. Не добившись никакой реакции и тем более раскаяния, он с таким же аппетитом принялся есть свою порцию.

— Подавятся! — ответил тот неразборчиво с набитым ртом. — Дэсмэн, не будь занудой, вечно ты сгущаешь тьму темнее, чем она есть на самом деле. А то пожелаю тебе в жены светлую, чтобы разбавила твою занудную тьму в душе, — рассмеялся он, увидев сердитое выражение лица своего друга, и тут же увернулся от полетевшего в него мелкого камня. — А я ведь имею слабый пророческий дар, — со смехом закрылся он от очередного снаряда. — Я вот чувствую, что ты женишься на светлой.

— Никогда, слышишь, никогда! — зло прошипел он. — И твой пророческий дар сильно часто заводит нас в неприятности.

— Зато сколько приключений! — без всяких обид произнес вампир. — Давай так, если я окажусь прав, и ты влюбишься в светлую, то ты откажешься от своей мести эльфам.

Дэсмэн задумался на мгновенье, затем поднял ладонь вверх в знак принятия спора. Дар" эл хлопнул в ответ своей ладонью, улыбаясь. Он знал точно, что месть до добра не доведет и вообще может привести к межрасовой войне, тем более своего друга он не отпустит одного мстить.

— Не сильно и радуйся, я принял спор лишь только потому, что уверен, что встретить светлую, а тем более полюбить ее для меня невозможно.

— Жизнь покажет! — пожал плечами вампир.

— Ну хватит тут сидеть, — начал складывать оставшуюся провизию обратно свой мешок дроу. — В какой проход пойдем? — решил он в очередной раз довериться другу.

Вампир прикрыл глаза, делая вид, что выбирает, затем резко распахнул их и с улыбкой предвкушения ткнул пальцем в проход посередине.

— Мое чутье говорит мне, что нам туда, — произнес он, вставая и надевая мешок на плечи и пряча меч в ножны.

— Надеюсь, в этот раз твое чутье не соврет нам и не заведет нас в очередную неприятность, — шагнул он следом за другом к нужному им проходу.

Вампир остановился возле темного прохода, посмотрел на дроу, подмигнул ему и уверено шагнул вперед. И тут же вскрикнул, проваливаясь, крылья распахнулись за его спиной, задерживая его падение. За ним следом полетел дроу, крича на лету.

— Дар" эл, я тебя убью, ты опять втянул нас в очередной портал, — в этот момент вампир ухватил пролетающего мимо него дроу.

— Не занудствуй, Дэсмэн, это может быть намного лучше, чем бродить по темному подземелью, где полно тварей, — рассмеялся он.

— Убью! — прорычал дроу.

Глава 11

Лайтиэль.

Вот уже пять дней как они брели в горах, следуя маршруту по карте. Еды практически не осталось и воды тоже. Но они упорно двигались вперед, несмотря на уговоры Гоби, они не останавливались на охоту. Лайтиэль не хотела терять время на поиски добычи среди голых скал, до границ гор оставалось совсем немного. Маленький гоблин оказался очень полезным, он шустро справлялся со своими обязанностями. За время пути за разговорами они очень сблизились. Гоби был просто счастлив, он впервые испытывал хорошее отношение к себе и заботу. За время пути они подвергались нападению хищников, но благодаря его хозяйке магессе и маленькому вредному ревнующему дракону он оставался в целости и сохранности. Еще благодаря им он чувствовал себя равным и нужным, чем очень гордился, в тайне конечно. Он неустанно смотрел восхищенными и преданными глазами на красавицу эльфийку. И сколько она его ни просила не называть ее госпожой, он упорно продолжал ее так называть, он не считал это зазорным, наоборот, для гоблинов было почетно иметь богатого хозяина.

Лайтиэль уже практически выбилась из сил и с сочувствием посмотрела на мальчишку, хотя тот выглядел намного бодрее нее. Ну вот, на свое счастье они почти подошли к лесопосадке, радостно улыбнувшись, она сообщила бодрым голосом.

— Вот там, — указала она рукой. — По карте за этими деревьями находиться озеро, там и остановимся на отдых.

— Ура! — закричал гоблин и сорвался на бег в ту сторону. — Я побегу и все приготовлю для Вас, госпожа.

— Стой! Это может быть опасно, — прокричала она ему вслед, но было уже поздно, откуда только силы у него взялись, он уже скрылся в густых зарослях.

— Вот, дурья башка! — проворчал у нее на плече Шэд, затем взмыл в воздух с ее плеча, устремляясь следом за мальчишкой.

Подлетев к лесу, он завис на месте, наблюдая сверху, в тот же момент из зарослей кустарников с криком вылетел Гоби, за ним следом выпрыгнул крупный волк.

— А.ааа… хозяйка, спасите, помогите! — залетел проныра-гоблин ей за спину.

Лайтиэль выхватила меч и встала в стойку, хищник остановился. Она поймала его взгляд и обратилась к нему, используя эльфийскую магию.

— Уходи! Иначе я тебя убью, — сделала она ему посыл.

Волк, рыкнув, развернулся и послушно убежал обратно, он чувствовал в ней древнюю силу магии. Тем более эльфы всегда ладили с животными, это в их крови.

— Ну и кто тебя укусил за зад? Что ты, обезумив, помчался вперед один, — подлетел к ним Шэд и начал отчитывать Гоби.

— Я просто хотел, как лучше, обустроить все к приходу госпожи, — шмыгнул носом гоблин, готовый разрыдаться.

— Мы очень переживаем за тебя, Гоби, больше так не делай, — обняла она его и он, уткнувшись ей в живот, разрыдался от пережитых чувств ласки, он с детства был лишен этого. — Ну все, мой хороший, не плачь, мы просто все устали, пойдем, — не отпуская, его она пошла вперед.

— Ну хватит уже разводить тут сырость, — ревниво пробурчал Шэд, опять усаживаясь ей на плечо.

Гоби быстро успокоился и отпустил свою госпожу, чтобы она в случае чего могла свободно защищать. Наконец-то они вошли в лес, и Лайтиэль облегчено вздохнула полной грудью, почувствовав силу леса, которая устремилась к ней, пропитывая ее. Пение птиц оглушало своей трелью, пышные кустарники и деревьев радовали своей зеленью. Разнообразный аромат цветов щекотал ноздри и кружил голову, от непривычки все трое громко чихнули. В кустах с крупными ягодами шуршало мелкое непуганое зверье.

Им пришлось пройти немало пути, пробираясь сквозь заросли кустарников, прежде чем они вышли к небольшому водоему. С одного края росли карликовые деревья своими длинными гибкими, пышными ветвями закрывая обзор. Посередине круглого водоема с чистой прозрачной водой расцвели большие кувшинки, украшая своими цветами гладь воды.

Они, не сговариваясь, кинулись к воде. Лайтиэль достала на ходу свою флягу и приказала Гоби достать ему свою, в них они и набрали воду, их даже не боялись большие плавающие рыбы. Используя эльфийское заклинание, она очистила воду, и они напились вдоволь. А после начали обустраивать лагерь недалеко от воды за густыми кустарниками. Гоби занялся костром, начал собирать для него сушняк и сооружать очаг, используя камни с берега. Лайтиэль нарубила ветви лапника для лежаков. А Шэд отправился к берегу ловить рыбу, получая при этом огромное удовольствие. Он увеличился в размерах, залез в воду и, как настоящий охотник, замер в ожидании проплывавших рыбин. Как только те подплывали к нему, он резким движением хватал ее лапой, цепляя когтями, и выкидывал на берег.

Гоби, управившись с костром, занялся рыбой, выпотрошив ее, помыл, натер специями и приспособил ее запекаться. Лайтиэль отправила этих двоих купаться, изредка поглядывая за их баловством и следя за рыбой. Вскоре умопомрачительный аппетитный аромат разнесся по лагерю. Сняв с очага запеченную рыбу, она встала во весь рост, чтобы позвать своих друзей.

Как вдруг над озерцом раскрылось темное марево портала и из него вывалились двое и, шумно выкрикивая ругательства, шлепнулись прямо воду, поднимая волну и большие брызги. Она успела только заметить, как у одного из них спрятались мелькнувшие крылья, такие как у нее. Перепуганные Гоби и Шэд ринулись на берег и помчались к ней в лагерь за кусты. Шэд совершенно забыл про свой немаленький размер и по привычке полетел к ней на плечо. Лайтиэль только успела вскрикнуть: "Нет!" И, уклоняясь от своего дракона, она упала на спину, ругаясь сквозь зубы. Шэд приземлился своими лапами рядом с ней, накрывая ее своим крылом. Ничего не понимая, он заглянул под крыло в недоумении, и тут до него дошло, извиняясь, быстро принял обычный размер.

— С тобой все в порядке? — виновато оглядывал он ее со всех сторон.

— Тише ты, нас услышат, — раздался ее приглушенный голос, за ней завозился гоблин и замер на месте, повинуясь приказу госпожи.

Лайтиэль перекатилась на живот, стала наблюдать за двумя упавшими в воду. Сливаясь с зеленью кустарника, у нее была только одна мысль, хоть бы их не заметили. Неизвестно, что можно ожидать от непрошенных гостей.

Тем временем парочка выбралась на берег. Вампир, в раздражении смахнув с рукава иссиня черной кожаной куртки прилипший лист кувшинки, двумя руками зачесал назад мокрые пряди темных волос, закрывавшие лицо, и резко вскинув голову, осмотрелся. Ярко горевшие на лице рубиновым огнем глаза буквально сканировали окружающую местность, выискивая опасность. Не обнаружив ничего опасного, он успокоился, и его глаза приняли обычный цвет темного янтаря. Чуть пухлые губы недовольно поджаты, брови нахмурены, ноздри носа нервно подрагивают, втягивая воздух, он почувствовал запах костра и еще дивный знакомый аромат магии, но не подал виду. Длинная прядь упрямо упала на лоб, и мужчина резким поворотом головы откинул её назад, глухо выругавшись себе под нос, настроение смыло водой. Осмотрев насквозь промокший кожаный костюм, он отточенным движением поправил перевязь меча и бросил вскользь взгляд на отряхивающегося рядом друга.

И угораздило их свалиться в воду! Отметив столь же плачевное состояние одежды и своего соратника, мужчина весело усмехнулся, его другу гораздо хуже, чем ему, а потому он легко хлопнул того по плечу, выражая свою солидарность. На что тот прошипел, отплевываясь от воды свою давнюю угрозу: "Убью!"

Костюм из графитового цвета кожи пропитался влагой и облепил фигуру атлетического телосложения молодого дроу, который отфыркивался от воды и отжимал длинные волосы, скручивая их в толстый жгут. Со злостью откинув толстую косу назад, дроу хмыкнул, осмотрев в свою очередь вампира. Однако, тут же стал развязывать шнуровку сапог, чтобы избавиться от попавшей туда воды. Рубиновые глаза сверкали от злости на всех и вся, особенно на своего друга, губы искривились в злой усмешке. Оказаться в столь незавидном положении он никак не рассчитывал, за все время их блуждания по подземельям, кишащими тварями, это самое худшие, что с ними произошло. Молодой, успешный, красивый он, как и его друг, привык жить в комфорте и никак не мог прийти в себя от того, что ему пришлось выбираться из какого-то мелкого водоема промокшим насквозь. С силой сжав правую руку, он привычно почувствовал плотно обтягивающий его безымянный палец родовой перстень, поблескивающий тьмой агата.

— Я тебя не убью только потому, что мы выбрались из подземелья! — в раздражении проворчал дроу, пытаясь привести свою мокрую одежду в порядок.

— Тише ты, зануда, мы тут не одни, — с насмешкой проговорил вампир, блуждая взглядом по густым кустарникам, высматривая обладательницу прекрасного магического аромата и ее спутника.

Глава 12

Лайтиэль, не почувствовав угрозы, решила выйти, другого выхода у нее не было. Тем более ее заинтересовал вампир, который вызывал у нее симпатию. Она встала на ноги, привычным движение поправила свой меч и вышла навстречу незваным гостям, нарушившим их покой. Шэд предпочел скрыться до поры до времени и понаблюдать за подозрительной парочкой. Гоби хоть и испытывал страх, но решил не оставлять свою госпожу с этими опасными воинами и последовал за нею следом. Идя к ним, Лайтиэль произнесла заклинание, и теплый поток воздуха мгновенно высушил этих двоих, которые неосознанно заулыбались, почувствовав себя опять комфортно. Подойдя к ним ближе, она остановилась и первого кого она увидела был дроу. Столкнувшись с ним взглядом, ее сердце начало отбивать необычный ритм. В его глазах промелькнуло восхищение, а потом вдруг сменилось гневом, презрением. Его красивое благородное лицо источало враждебность к ней, даже не скрывая свою ненависть, чего она никак не понимала. Не в силах видеть столько злобы по отношению к себе, она непроизвольно опустила глаза на его привлекательные губы, между которыми сияли белизной кончики клыков, во время того как он произнес, источая яд презрения.

— Светлая! — словно выплюнул он ругательство. — Эльфийка! — еще больше проявилось ненависти в его голосе. — Скажи спасибо, что в отличие от вашей расы я женщин не трогаю, иначе убил бы тебя на месте!

Лайтиэль опустила глаза в землю, прикрыв их, ее сердце сжалось от боли, его враждебность просто убивала ее. А еще она с горечью осознала, что такое отношение ее ждет в вампирских землях, они не примут ее только потому, что она светлая и принадлежит древней расе эльфов. Идти к вампирам большая ошибка, пока не поздно, лучше она пойдет в столицу Нейтрального королевства в Лонгвель. Если ее родители захотят увидеть ее, то навестят ее там.

— Я сейчас сожгу этого, гада! — угрожающе прорычал в ее голове Шэд, почувствовав ее боль.

— Не смей! — резко отдернула она дракона, затем, опомнившись, и более мягко попросила его. — Прошу тебя не нужно, — непонятно почему испугалась она за своего обидчика, хотя этого он и не заслуживал.

Не поднимая глаз, чтобы дроу не видел в них всей ее боли, она отметила, как его бесцеремонно отодвинули в сторону и над ее головой раздался приятный чарующий голос.

— Где твои манеры, зануда! — затем почти у самого уха она услышала шепот. — Не обращай на него внимания, его родители погибли от рук эльфов, — затем она услышала его голос в своей голове — Вот он и живет ненавистью и жаждой мести к светлым. Поверь мне, он достоин твоего сочувствия, он отличный парень и хороший друг.

От этих слов она вскинула голову и посмотрела в глаза вампира и утонула в них. Столько в них было нежности, тепла и восхищения, что ее сердце опять ожило и волнительно застучало, быстро-быстро. Выходит вампиру все равно, что она светлая, и он принимает ее со светлым даром. Возможно это только дроу питает к ней оправданную ненависть. И ее примут хорошо в вампирских землях. От этой мысли она ответила на его привлекательную улыбку, улыбнувшись в ответ, от чего на душе стало светлее и теплее.

— Может, ты закончишь уже миловаться? — с раздражением прошипел дроу, злясь на свое непонятное состояние, почему его так раздражало, что эти двое забыли обо всем и поедали друг друга взглядом.

— Я Дар" эл, а этот ворчун мой друг Дэсмэн! — подмигнул ее вампир, вынырнув из ее ярко-синих глаз.

Не удержавшись, он протянул руку к выбившей пряди ее золотистых волос. Поправляя ее, он замер, его глаза выдали тревогу. Он вдруг вспомнил, что его темный дар может причинить ей боль. Его волнение сменило удивление, когда этого не произошло. Невероятно, но ее светлый дар принял его темную сущность. Щеки Лайтиэль покрылись румянцем от этой заботы.

— Убери от нее свои руки! — прошипел появившийся на ее плече Шэд. Ревность к этому наглому вампиру заставила его напрочь забыть о своей маскировке, и он вмешался.

Вампир и дроу пораженно уставились на маленького дракона, который принял воинствующую позу.

— Дракон! — восторженно произнес Дэсмэн, забыв о своей наигранной невозмутимости. Эта эльфийка внесла хаос в его душу и пробудила всевозможные эмоции, которые давно никто не видел на его лице.

— Я Хранитель! И только попробуй ее хоть пальцем тронуть, сожгу! — уничтожающе посмотрел он на дроу и взлетел в воздух, принимая огромные размеры настоящего дракона, и для наглядности плюнул магическим огнем в озеро, от чего вода загорелась. Услышав в своей голове ментальный оклик хозяйки, тут же втянул своей огонь обратно.

На что дроу пренебрежительно хмыкнул. Смотря на нее, он приподнял одну бровь и тихо проговорил.

— Сильно много чести трогать ее, — с этими словами он отвернулся от краснеющей девушки.

— Ну и как звать твоего хранителя? — вмешался вампир, не удержавшись, обнял ее за плечи в знак утешения, он впервые испытал гнев на своего друга, который доставлял боль этому прекрасному светлому созданию.

— Для тебя клыкастый я, Шэдар! — сменив размер, дракон начал усаживаться на плечо своей хозяйки, этим самым вынуждая вампира выпустить ее из объятий.

Лайтиэль, опомнившись, вытащила из-за своей спины гоблина и представила его.

— Это мой друг Гоби, — потрепала она его по зеленой голове без растительности. — Правда он упорно продолжает называть меня госпожой, — посетовала она. Парнишка засмущался от такого внимания, но при последних ее словах вскинул голову и с гордостью произнес.

— Я горжусь тем, что могу служить своей госпоже!

Дроу совершенно другим изучающим взглядом посмотрел на эльфийку. С каких это пор древние светлые называют гоблинов друзьями. Раса гоблинов у всех вызывала только презрения. Но быстро совладал с собой, надев маску пренебрежения к эльфийке, эта светлая перевернула всю его сущность. И вызывала в нем противоречивые чувства, но он упорно цеплялся за свою ненависть к ней.

— Ну а как звать тебя, нежное создание? — чуточку склонился Дар" эл вперед, чтобы быть ближе к ней.

— Лайтиэль, — еле слышно проговорила она и посмотрела в глаза вампиру, от чего он улыбнулся.

— Свет души! — самодовольно перевел Дар" эл ее имя с эльфийского и посмотрел на своего друга, который не сводил своего пристального взгляда с нее. Почувствовав взгляд друга, он спохватился, надел маску безразличия и перевел свой взгляд на вампира. Чтобы в упор посмотреть тому в глаза, давая ему понять, что не потерпит насмешек в свой адрес.

Чтобы разрядить неловкую ситуацию, она пригласила их к костру разделить с ними трапезу, тем более день клонился к вечеру. Гоби принялся со знанием дела услужливо подавать еду. Дроу достал их оставшиеся припасы и посуду. Вскоре все с аппетитом уплетали печеную рыбу с хлебом и свежими овощами. Гоби хотел сесть отдельно, но Лайтиэль ему не позволила. И он сел поближе к ней, с другого ее бока присел вампир под недовольное ворчания Шэда, ему очень не нравилось внимание клыкастого к его хозяйке. Она только его, как всякий дракон собственник и хранитель, он ужасно ее ревновал. Не успела эта парочка появиться и сразу же завладела ее сердцем, он чувствовал это, но отказывался признавать. Дэсмэн демонстративно сел подальше от нее напротив. Сам того не понимая, он не желал выпускать ее из виду, не только потому что он не доверял ей, его просто необъяснимо тянуло к ней и в то же время он испытывал ненависть.

Когда с поспешностью утолили первый голод, Дар" эл под конец трапезы поинтересовался.

— Лайтиэль, и куда вы направляетесь? — спросил вампир, с аппетитом отправляя последний кусочек рыбы в рот.

— Не говори ему, — влез в ее разум Шэд. — Еще увяжутся за нами, зачем они нам нужны, — ревниво бурчал он в ее голове. — Вампир вон облизывается на тебя, небось кровушки твоей хочет испить. А его друг дышит ненавистью к тебе. Я не доверяю им, — начал он уговаривать ее.

— Перестань, Шэд, я им доверяю. К тому же в вампирские земли безопаснее идти с вампиром, это же их земли и в отличие от нас они знают их хорошо.

— Тебе есть, что скрывать? — раздался ледяной голос дроу, отвлекая ее от разговора с Шэдом.

— Вовсе нет, — ответила она, не смотря на дроу к его разочарованию, видеть презрение в его глазах было просто невыносимо. — Мой хранитель, — погладила она дракона, — не хочет, чтобы я говорила, куда мы направляемся, потому что не желает идти в вашей компании, он вам не доверяет, — решила сказать она правду. Ложь и недосказанность они сразу распознают, а в длинном путешествии, главное, доверие.

Дроу скривился и хотел уже заверить ее, что им точно не по пути, как вмешался вампир, пригвоздив стальным взглядом друга, чего еще никогда не было за все время их дружбы.

— Путешествие для молоденькой девушки с одним подростком слабой расы гоблинов может быть очень опасным, — с неподдельным беспокойством произнес Дар" эл.

— Мы сильные маги! — возмутился Шэд. — И моя хозяйка, между прочим, владеет мечом лучше некоторых воинов. Она мастер меча, — с гордостью произнес хранитель.

— Шэд! — отдернула Лайтиэль этого хвастуна, затем посмотрела на Дар" эла. — Мы идем в вампирские земли.

— Так нам по пути! — обрадовался вампир и многозначительно посмотрел на своего друга, который не мог разобраться в своих чувствах от этой новости, но быстро взял себя в руки и ледяным тоном произнес.

— С какой целью?! Что понадобилось светлой в темном королевстве? — с подозрительностью просканировал он ее, от чего стало очень неприятно.

— Это мое личное дело! — возмутилась ее темная сущность, сделав ее взгляд жестким и цвет глаз темнее, чем обычно. Еще немного и тьма бы заклубилась в ее глазах, выдавая ее состояние. Прикрыв глаза, она усилием воли утихомирила свою темную сущность. Затем открыла их и посмотрела в рубиновые глаза дроу. — Скажу только одно, что нам нужно в замок князя вампиров.

Уже дроу пристально посмотрел на своего друга. Дар" эл, как ни в чем не бывало, произнес.

— К сожалению, мы понятия не имеем, где оказались. Надеюсь узнать это от тебя, — с надеждой посмотрел он на нее, и его рука накрыла ее ладонь. Он ничего не мог с собой поделать, его тянуло к ней, к ее знакомому будоражащему душу аромату магии. Он впервые испытывал к девушке неоднозначные чувства, которые не мог определить для себя. Но он знал одно: ради нее он готов свою жизнь отдать.

От прикосновения оба замерли, испытывая одинаковые чувства, только Лайтиэль чувствовала еще смущение. Из этого состояние их вывел ворчащий Шэд и уронивший миску дроу. От чего она суетливо полезла в свою сумку и достала карту, разворачивая ее на весу, произнесла знакомое заклинание. Дар" эл и Лайтиэль склонились над картой и легонько ударились головами. Посмотрели друг на друга и одновременно произнесли: "Прости" и тут же рассмеялись. Дэсмэн заворожено уставился на смеющуюся белокурую эльфийку, которая сейчас была особенно хороша, ее звонкий смех звучал музыкой. Почувствовав на себе взгляд гоблина, он струсил с себя наваждение и его взгляд снова стал колючим.

— Вот, мы сейчас находимся здесь, на границе гор с Нейтральными землями, — указала она на их появившиеся фигурки на карте.

Дар" эл внимательно изучил карту, восхищаясь этим артефактом, все же эльфы были мастерами на создание артефактов. Затем он подмигнул ей, улыбаясь.

— Нам осталось пересечь по краю Нейтральное королевство, и мы будем дома, — опять эти двое застыли, разглядывая друг друга, его слово "дома" как-то особенно согрели ее душу.

Идиллию нарушил Дэсмэн, ему очень не понравилась увлеченность друга этой подозрительной светлой. Подойдя к ним, он грубо выхватил карту, от чего она вздрогнула.

— Значит, обогнем Лонгвель, — с каким-то сожалением произнес Дэсмэн, поглядывая украдкой на эльфийку. Прежде чем вести ее в свои земли, ему хотелось устроить ей проверку, но не суждено, Лонгвель они пройдут стороной.

Лайтиэль тут же отошла от них, близкое присутствие дроу странно влияло на нее.

Глава 13

Лайтиэль с удивлением отметила, что наступил вечер, предвестником которого стали сумерки. Подхватив свою сумку, она пошла в направлении озера, за нею следом увязался молчаливый Гоби, который со стороны видел то, о чем не догадывались остальные. Шэд разрывался между ними, ему хотелось подслушать этих двоих и в то же время он не мог оставить свою хозяйку без присмотра.

— Ты куда? — обеспокоенно спросил вампир и оба парня одновременно посмотрели ей в след.

— Хочу искупаться в озере. Вы же оба уже искупались, — рассмеялась она, увидев их выражение лиц, как только они вспомнили свое купание в одежде.

Шэд все же решил пойти с хозяйкой, ее безопасность превыше всего. Как только она отошла достаточно далеко, дроу тут же накинулся на своего друга.

— Мне не нравится твоя увлеченность этой светлой. Она слишком подозрительная. Что ей понадобилось в наших землях? И с каких это пор эльфийки без сопровождения сами ищут встречи с нашим князем? Думаю, ей не стоит доверять и рассказывать о нашей жизни, — с пылом он начал увещевать своего друга.

Все это время Дар" эл рассеянно его слушал, а затем довольным голосом произнес.

— А ты заметил, что наш темный дар не причиняет ей вреда при прикосновении, — восторженно с какой-то мечтательной улыбкой произнес он.

— Правда? — послышались нотки довольства в голосе дроу. — Я даже не знал, что они не переносят нашего прикосновения, — затем его тон изменился. — Вот видишь, я же говорю, что она странная и подозрительна. Использовала магию или артефакт, чтобы войти к нам в доверие и подобраться ближе к князю. Ей нельзя доверять. Забудь о ней.

Дар" эл внимательно посмотрел на друга, хитро прищурил глаза.

— Может, тебе не нравится моя увлеченность Лайтиэль, потому что она нравится тебе? — задорно произнес он.

— Тебя случайно в подземелье тварь не укусила, что за чушь ты несешь? — вспылил дроу. — Я ненавижу светлых, — процедил он сквозь зубы. — Даже если она необычная и красивая, — с этими словами он развернулся и отправился в сторону озера, пылая гневом.

Дар" эл задумчиво посмотрел вслед своему другу, ему было о чем подумать. Он не разделял подозрительности своего друга, впервые за все годы их дружбы они разошлись во мнениях. Он вообще не узнавал его, куда делась его сдержанность и холодная расчетливость. Не говоря уже о том, что ни одна красавица его настолько не волновала. Можно с уверенностью сказать, его друг к ней неравнодушен, это девушка за каких-то пару часов перевернула всю его душу. А что же с ним? Он тоже не равнодушен к ней, он чувствует ее, как самого себя. Она вызывает у него нежные чувства и любовь? Да, но его сердце почему-то не ожило, проверяя так ли это, он прижал к груди руку, сердце не стучало, разве такое возможно? Он поискал взглядом своего друга, который раздевался на берегу озера, чтобы остудить свой пыл. А сможет ли он, ради счастья друга и сохранности его от мести, отступиться от нее? Все же иногда задатки его пророческого дара работают. Улыбнувшись своим мыслям, он принял решение и начал готовить им спальные места для ночлега.

Как только Лайтиэль вышла из их лагеря, направляясь в укрытое место озера для купания, как Шэд начал высказывать ей свое мнение.

— Мне не нравятся эти темные и нам они не доверяют. А этот дроу вообще убить тебя готов. Думаю, не стоит им показывать твою темную сущность, — начал поучать он ее. — Лучше придержать эти козыри, иди знай, как все обернется. И тем более нельзя говорить им о твоих родителях, кто знает, что у них на уме. Эти вампиры вечно за власть дерутся, еще решат использовать тебя в своих целях.

— Шэд, я с тобой согласна, не стоит им все рассказывать о себе, но ты слишком все преувеличиваешь. Я не чувствую в Дар" эле зла и вряд ли Дэсмэн метит захватить у вампиров власть, он же дроу. Знаешь, мне его жаль, он ожесточился на светлых, потому что его родители погибли от рук эльфов, — уже тише с сочувствием произнесла она. — Еще неизвестно, как бы я на его месте вела себя. Может я бы тоже ненавидела всех этой расы. Вспомни, как меня чуть не поглотила моя темная сущность, я же готова была всех убивать.

— Не говори ерунды, — обеспокоенно посмотрел он на нее. — Если эльфы узнают о твоей темной сущности и твоем даре, они все устроят на тебя охоту, чтобы отправить тебя за грань жизни. Но я не верю, что ты от этого ожесточишься, как этот гадкий дроу.

— Спасибо, родной, что ты веришь в меня, — расстроилась она, вспомнив, что она изгой среди эльфов. Еще неизвестно, как ее примут родители, все же столько лет они не виделись, любят ли они ее еще? А брат? Возможно, он увидит в ней конкурентку на власть и не захочет принять ее.

Ее состояние отметил и гоблин, он молча погладил ее по руке, в ответ она пожала его когтистую зеленокожую ладонь. Шэд поспешил сменить тему разговора, тоже отметив ее грусть.

— А по поводу этого дроу, ты разве не почувствовала в нем вампирскую кровь? По всей видимости, его отец был вампиром, — Лайтиэль заинтересованно посмотрела на Шэда. — О нет… только не говори мне, что он тебе нравится так же, как и этот вампир, — ревниво проворчал хранитель.

— Так, парни, мы уже пришли, так что оставьте меня одну, — с поспешностью ушла она от ответа, направляясь под густые ветви деревьев.

Шэду ничего не оставалось, как слететь с ее плеча, он увеличился в размерах, чтобы ему легче было охранять ее на расстоянии. Они остались вдвоем с Гоби.

— Мне кажется, ты зря беспокоишься о дроу. Он не причинит госпоже вреда. Он еще не осознал, но наша госпожа не оставила его сердце равнодушным, — тихо, словно стыдясь произнес гоблин. — И наша госпожа к нему тоже не равнодушна.

— Еще бы она ему не понравилась, такое сокровище с двумя магическими источниками, — проворчал Шэд, затем строго посмотрел на мелкого гоблина. Мальчишка озвучил то, что он больше всего боялся. — Много ты понимаешь, мелочь пузатая!

— А ты разве не хочешь, чтобы наша госпожа была счастлива? Все знают, что древние любят один раз и на всю жизнь, — запальчиво проговорил гоблин, от чего его зеленные уши затряслись, передавая его сильные эмоций.

— Пусть она сама разберется, кто ей больше нравится, — буркнул пристыженный дракон. — И вообще наша Лайтиэль княжих кровей и лишь бы кого нам не надо, — с гордостью, как папаша, проговорил он и оскалился, увидев реакцию гоблина.

— Я знал, что наша госпожа из древнего и могущественного рода, — восхищенно прошептал он.

Лайтиэль скрылась в зарослях озера, выбрав удобное место, разделась и зашла в теплую воду, разгоняя легкие волны. Она доплыла до середины озера и перевернулась на спину. Наслаждаясь приятным прикосновением воды, расслабилась, раскрываясь, как магический источник. Только на этот раз она не питала магией, как обычно это делала, она сама впитывала ее. Магия хлынула в нее со всех сторон, ее обнаженное тело засветилось изнутри, впитывая магические силы. Было хорошо и легко, казалось, что она парит в этой силе, наполняясь. Лайтиэль почувствовала пристальный взгляд, открыла глаза. Над ней навис Дэсмэн, с высоты своего роста он с восхищением разглядывал ее. Это привело ее в чувство, вернуло в реальность, она вдруг осознала, где она находится и в каком виде. Да ведь он восхищается ее обнаженным телом от этой мысли, она ушла под воду, сгорая от стыда. Ее тут же схватили за плечи, доставая из воды на уровне груди. Его взгляд скользнул по ее лицу и опустился к обнаженным плечам, к груди. Струйки воды стекали, обрисовывая совершенное тело, вызывая в нем бурю эмоций и желание. Он чуть склонился к ее лицу, и она ощутила накаченные мускулы его груди, прикосновения его тела и это вызвало у нее неведомые волнующие чувства.

— Может, ты отпустишь меня? — выдохнула она ему в губы.

Его глаза стали больше, взгляд осмысленным и жестким. Его хватка на плечах стала сильнее, стиснув ее до боли, он, сощурив глаза, и зло прошипел ей прямо в губы.

— Ты смогла очаровать моего друга! Но не меня! — при этом он прикрыл глаза и неосознанно потерся об ее висок, поддаваясь силе притяжения. — Я не знаю, что тебе понадобилось от князя, но я тебе не верю, — он легонечко встряхнул ее, словно злясь, что она не отвела на его невинную ласку. — Я буду следовать за тобой попятам, и следить за тобой, — произнося эту угрозу, он неожиданно для себя почувствовал облегчение. — Я не оставлю тебя никогда, пока ты будешь в наших землях, — эта угроза прозвучала скорее, как обещание влюбленного, осознав это, в его глазах мелькнула не прикрытая злость на себя и ненависть к ней.

Из-за этой светлой он потерял покой своей души, особенно когда увидел это магическое чудо. Ее совершенное тело светилось, вызывая восхищение и желание. Он не понимал, что с ним происходит, его раздирали противоречивые чувства и от этого он злился еще больше. Он начинал ненавидеть себя, как и ее. Ему хотелось забыть о ней, и чтобы она никогда не появлялась в его жизни, и в то же время ему хотелось стиснуть ее в своих объятьях, попробовать на вкус ее губы, тело. А от одной мысли, что он может потерять ее, ему становилась плохо, такова его ОБРАТНАЯ СТОРОНА НЕНАВИСТИ.

Для Лайтиэль он был закрытой книгой. Все, что она видела, это его ненависть, и это больно ранило ее светлую душу. Зато ее темная сущность не желала с этим мириться.

— Отпусти меня. Иначе я подумаю, что тебе нравится меня обнимать, — насмешливо произнесла она, с вызовом смотря ему в глаза.

Сверкнув глазами, ее тут же отпустили, он резко развернулся и поплыл от нее прочь. Лайтиэль облегченно выдохнула. Да что этот дроу себе позволяет?! Как он смеет?! Начала возмущаться ее темная сущность. Она резко нырнула под воду, пытаясь этим заглушить свою тьму. Нет, она не позволит своей темной сущности одержать вверх. Поплыв в сторону берега, она распустила свою косу и принялась быстро мыться, отгоняя от себя мысли о дроу.

Дэсмэн выбрался на берег и тут же наткнулся на злого хранителя, чуть в сторонке стоял гоблин.

Шэд почувствовал, как его хозяйка раскрылась для магии, лег на живот и блаженно заурчал, впитывая магию через их связь. Но затем что-то изменилось, и он чувствовал несвойственные ей эмоции, поток магии прекратился. Поднявшись на лапы, он вытянул шею и увидел возле нее этого гадкого дроу. Но ради ее счастья решил не вмешиваться и понаблюдать со стороны, в случае чего он успеет вмешаться. Судя по эмоциям, на его радость у парочки возникли разногласия.

— Извращенец! Нравится подкрадываться и смотреть на обнаженных невинных девиц, когда они беззащитны? — прорычал дракон, сверкая в темноте изумрудными глазами.

— Я не подкрадывался, — так же прорычал дроу в ответ. — Я не ожидал, что столкнусь с ней на середине озера, — по привычке он сделал движение к ножнам меча, которых не было.

— Ну и что же ты сразу не уплыл, а продолжал пожирать ее глазами, еще и лапать? — опустил голову дракон на уровне лица дроу и увидел то, что меньше всего ожидал увидеть у этого наглеца, а именно стыд.

— Не смог! — отвел он глаза в сторону. — Я впервые видел такое магическое таинство.

— И больше не увидишь, — самодовольно произнес хранитель. — Моя Лайтиэль не просто маг, а магический источник! Еще раз такое повториться, сожгу, несмотря на то, что она мне запретила, — увидев его удивленный взгляд, продолжил. — От тебя слишком много хлопот, дроу, и ты заставляешь мою хозяйку страдать. Мой тебе совет, оставь ее в покое, иначе пожалеешь! — с этими словами дракон развернулся и тяжелой походкой ушел, напоследок задев хвостом дроу. Шэд с исполненным чувством долга отправился к своей хозяйке, за ним следом побежал гоблин.

— Я не могу оставить ее в покое, — еле слышно прошептал дроу со злостью. Давая выход своим эмоциям, он схватил камень и с силой швырнул его в воду.

Лайтиэль вернулась в лагерь в сопровождении своих друзей, с надеждой, что остальные уже спят. Но ее надежды оказались напрасны, при виде нее Дар" эл вскочил на ноги.

— Где ты так долго была? — с беспокойством произнес он, внимательно ее изучая. — Я уже хотел идти искать тебя.

— Спасибо за заботу, со мной все в порядке, — с этими словами она подошла к своему лежаку и начала укладываться спать.

Вампир подхватил свой лежак и приволок его к ней вплотную.

— Не спорь! Так теплее, возле воды всегда сырость, — с этими словами он раскрыл крылья и лег рядом, укрывая ее своим крылом.

Под ворчание Шэда, что его крылья больше и вампир не так прост, как хочет показать ей, он высший. Она подкатилась под бок вампира, обнимая своего уменьшившего дракона, чувствуя его тепло, сразу же провалилась в сон. Дроу со злостью отвернулся от этой парочки, боясь признаться даже самому себе, что хотел бы быть на месте своего друга и вот так обнимать эту ненавистную светлую, из-за которой он потерял покой. Некстати вспомнилось совершенное обнаженное тело, вызывая желание восставшей плоти.

Глава 14

Лайтиэль проснулась, когда солнце уже встало высоко, и первое, что она увидела, это небольшой букетик цветов. Улыбнувшись, она поискала взглядом вампира, почему-то она была уверена, что это его подарок. Вампира она увидела, а точнее не только его, он со своим другом сошелся в спарринге на мечах. Теперь понятно, почему она так долго спала, Шэд навесил над ней полог тишины, чтобы не тревожить сон своей хозяйки. Убрав магический полог, она села и с восхищением наблюдала за боем этих двоих. Раздетые по пояс они скрестили свои клинки, зрелище было ошеломляющим и захватывало дух. Две фигуры плавно перетекали из стойки в стойку, играя накаченными мускулами под звон стали. При такой скорости и нагрузке ни единой капли пота не выступило на этих мужественных телах. Этим и отличались нелюди от простых смертных. Их лица были сосредоточены, но не выдавали ни одной эмоции. Вот темп усилился, скорость возросла, и две фигуры замелькали размытыми тенями. В какой-то момент они замерли друг напротив друга, уперев кончики клинков друг другу в горло. Если бы бой был настоящим, они погибли бы оба, от этой мысли стало страшно. Она вдруг осознала, что дороги ей оба, и даже этот несносный дроу, пышущий ненавистью, вызывал у нее непонятное желание.

— Позеры! Тьфу ты, — пробурчал Шэд. — Увидели, что ты проснулась, и устроили показательное выступление, — потерся он об нее, приветствуя.

Гоби не разделял мнение дракона, он с восхищением смотрел на этих двоих воинов, что не помешало ему стоять в готовности с полотенцем и моющими средствами возле своей госпожи.

— А проснулась, соня! — весело воскликнул Дар" эл. Подойдя к ней, он наклонился и быстро чмокнул ее в щеку, от чего стало приятно, ее так приветствовали дома, мама всегда заходила к ней в спальню перед ее пробуждением.

Краем глаза она заметила, как дроу скривился и резко отвернулся, но это не испортило ей настроения, и она подарила вампиру очаровательную улыбку, сияя большими ярко-синими глазами. Пусть дроу кипит в своей ненависти, а она на зло ему будет наслаждаться жизнью и будет счастлива. Обувшись, вскочила на ноги, подхватила из рук гоблина полотенце, средства гигиены и помчалась к озеру, мужчины проводили ее взглядом.

После сытного завтрака они собрались в путь. Шэд увеличился в размерах, став чуть больше лошади и предложил свою спину для поездки. Лайтиэль устроилась с комфортом и указала Гоби себе за спину, с трудом, но он влез на присевшего дракона, и они выдвинулись в путь. На свое счастье, проехав между деревьями и по нетоптаной поляне, они выехали на довольно таки широкий тракт. Вампир и дроу шли по обе стороны от нее. Чтобы скрасить путь за разговорами, Лайтиэль попросила вампира рассказать о семье князя. На что дроу посмотрел на нее подозрительным взглядом, молча источая злость. Дар" эл с теплотой рассказывал о всем семействе князя, с юмором расписывал похождения внука князя и его друга. Видно было, что ему нравился его ровесник. Лайтиэль внимательно слушала о своих родителях, ее радовало то, что она услышала. Но ей хотелось больше узнать о своем брате.

— Дар" эл, а какой из себя внук князя? По характеру и внешнему виду? — смущаясь, спросила она.

— Хочешь понравиться молодому княжичу? Чтобы влезть в доверие к князю? — в злобном шипении дроу послышались ревнивые нотки. — А может ты еще и замуж за него собралась?

— А тебе что до этого? — влез в разговор Шэд, повернул свою голову, его тут же успокаивающе погладили, призывая к молчанию.

— Да, хочу понравиться ему! Замуж за него не собираюсь. Я хочу лишь подружиться с княжичем. Что в этом плохого? — уперла она свой сердитый взгляд в дроу, ее темная сущность негодовала, какое ему дело до ее личной жизни? — И, вообще, мне вот интересно, княжна у вас эльфийка, к ней ты тоже пылаешь ненавистью? — раздраженно спросила она и в упор посмотрела на него.

— Не смей сравнивать себя с ней! — прошипел дроу. — Наша княжна особенная, она имеет два источника магии. И немало пострадала от своих сородичей, которые убить ее готовы.

— Я знаю точно, ты очень понравишься молодому княжичу! — поспешил влезть между этими двумя вампир, еще немного и у них полетят искры с глаз.

— И какой у него характер? — перевела она взгляд на вампира, и он тут же потеплел, что не осталось не замеченным дроу, его сердце неприятно кольнуло.

— Ну сложно сказать, — закатил он глаза к верху, вспоминая. — Он естественно честен. Очень ценит дружбу! — посмотрел он на дроу. — Ради дружбы готов пожертвовать многим. За семью жизнь отдаст. В общем, он веселый красавчик, не лишен обаяния.

— Да, еще очень любит красоток! Меняет их одну за другой, — с насмешкой проговорил дроу, смотря на вампира. Затем перевел взгляд на эльфийку, которой было все равно, что усилило его подозрения.

— Ну его друг в этом от него не отстает! — буркнул как-то стыдливо вампир. — Во всяком случае княжича в отличие от его друга никто не заставлял жениться, — самодовольно произнес вампир, с вызовом посмотрев на Дэсмэна.

— Его друг не виноват, что эта девица влюбилась по уши, а ее папаша жаден до его наследства и древнего рода, — парировал дроу.

— Я вижу, вы большие поклонники этих двоих, — решила она сменить неприятную для нее тему.

— Ну в замке это известная парочка! — улыбнулся вампир.

— Расскажи о себе, — безразличным тоном произнес дроу.

— Милая, почему ты одна путешествуешь? — с нежностью спросил вампир и погладил ее ладонь, почувствовав накатившуюся на нее грусть.

— Я сбежала от замужества, — тихо ответила она, решив сказать часть правды.

— Как они могли принуждать тебя к ненавистному браку? — возмутился дроу, неожиданно занявший ее сторону.

— Политика! У вас разве так не делают? — посмотрела она на дроу, от чего он быстро отвел глаза. — Я надеюсь, что искать меня в ваших землях не будут, — затем она перевела взгляд на вампира. — Если меня не примет ваш князь, я отправлюсь в Нейтральные земли. Там у меня есть родственники, родители сказали, что они меня обязательно примут. Правда там меня могут быстро найти, — с грустью она вспомнила о своих родителях, и на душе стало совсем тоскливо.

— Ну же, милая, перестань грустить, — опять легонько сжала ее ладонь вампир, утешая. — Князь тебя примет, как родную, вот увидишь и не нужно тебе никуда больше ехать.

Дальше ехали молча, каждый думал о своем. Мысли вампира были о том, что он сделает все, чтобы она осталась в их землях. Дроу разрывался между сочувствием и подозрительностью, а вдруг это коварная уловка светлой, чтобы втереться в доверие к князю. Но глубоко в душе он ей верил, но не было в ней коварства. Хотя кто знает этих светлых. Но он понял одно, что ему неприятна сама мысль, что она может выйти замуж, и радовало то, что она сбежала от замужества. Он даже представить себе не мог, чтобы ее обнимал кто-то другой. В разуме сразу всплыла вчерашняя картина, где она такая беззащитная, желанная и совершенная. Скривившись, он прогнал эти воспоминания, и надо было в этот момент ей посмотреть на его гримасу.

Глава 15

Шэд резко остановился, на его пути возник раненый молодой наемник. Лайтиэль, не раздумывая, слетела со спины дракона и кинулась к раненому, к которому уже подошли дроу и вампир, доставая мечи на ходу.

— Помогите! Разбойники напали на… — с трудом прохрипел наемник и упал со стрелой в груди, так и не договорив.

— Оставайся здесь, — крикнул Дар" эл, раскрыл крылья и ринулся на за запах крови, за ним следом понесся дроу.

— Шэд, помоги им! — крикнула она дракону.

— Я не оставлю тебя одну! — возмутился он. — Я твой хранитель, а не этих двоих оболтусов.

— Я приказываю тебе! — давлением власти хлестнула она дракона. — Я остаюсь с Гоби, лети, мой друг, я не переживу, если с этими двумя что-то случится, — произнесла она, доставая стрелу из груди раненого.

Кровь брызнула во все стороны, и она применила магию исцеления. Отметив краем зрения, что дракон взлетел и, повинуясь ее приказу, понесся в сторону боя. Рана затянулась на глазах, она влила еще целительские силы, бледные щеки наемника обрели цвет. Она встала, посмотрела на Гоби и произнесла, не принимая возражений.

— Оставайся возле раненого, он скоро придет в себя, — достала она свой меч из ножен, при этом ее темная сущность довольно оскалилась в предвкушении боя.

— Но, госпожа, там может быть опасно, — опасливо посмотрел гоблин по сторонам.

— Вот именно для тебя может быть опасно. Если ты не слушаешь моих приказов, то, как я могу оставить тебя на службе у себя? — резко проговорила ее темная сущность, некогда ей уговаривать его, гоблин опустил глаза, кивая в знак согласия головой.

Лайтиэль расправила свои крылья и понеслась в нужную сторону. Однако, перед тем как выйти на место боя, спрятала свои крылья. Замерла на месте, чтобы осмотреться. Наемники сгруппировались вокруг обоза, отбиваясь от части разбойников, взявших их в кольцо. Сверху носился довольный невидимый дракон и с хохотом плевал огнем в убегающих разбойников. Чуть дальше дрался вампир и дроу, вставшие друг к другу спиной. Их тоже окружило пятеро разбойников. В запале боя никто не обратил внимания на мага в темных доспехах, с мечом в руке. Он, как полководец, выжидал в стороне, когда его разбойники нападут на караван и только потом сам вступил в бой. Она видела магическим зрением, как от него выстреливали черные жгуты темной магии к наемникам, выкачивая из них жизнь, после чего они замертво падали. Укрыв себя щитами, Лайтиэль двинулась к нему с мечом в руках.

Маг услышал, как хрустнула ветка под ее ногами, и резко обернулся к ней, его темный жгут выстрелил в нее. Увернувшись от него со скоростью вампира, она рубанула по нему мечом и, не церемонясь, послала огненную волну, заклинание которой вычитала в учебнике боевой магии. В отличие от нее магу увернуться не удалось, огненная волна прошлась по нему, вытягивая силы из его щита. Маг потерял контроль, с ревом он выгнулся не свойственно человеку, как будто все его суставы выворачивало. И вот его тело упало, как снятая одежда, густое облако тьмы отделилось от тела и приобрело форму страшного монстра. "Пожирающий", — только и смогла она выдохнуть это слово. Исчадье тьмы кинулось на нее. И тут она услышала в своей голове крик Шэда.

— Пропускай светлую магию через меч, — крикнул хранитель и полил магическим огнем сверху на монстра.

Лайтиэль, уклоняясь от пожирателя, ударила мечом в ответ, лунное серебро было отличным проводником светлой магии. Лезвие вспыхнуло ослепительным светом и пронзило монстра. Он взревел от попавшего в него огня дракона и ее меча, собрал последние силы и кинулся на нее. Ее щит не был для него преградой, до нее донесся всеобщий крик Шэда, Дар" эла и Дэсмэна перед тем как ее накрыло облако тьмы. Зловещий шепот раздался в ее разуме.

— Смертная со светлым даром, ты станешь моим телом! — и она почувствовала, как пытаются пройти ее ментальный барьер и поглотить.

— Подавишься! Ты моя добыча, — рассмеялась она в предвкушении.

Уронив меч, она расслабилась, позволяя пожирающему войти в ее разум, а потом ее темная сущность хищником набросилась на него. Ей повезло, он был слишком ослаблен, вся его сила ушла на защиту. Она поглощала его, испытывая при этом несказанное удовольствие.

— Как такое возможно? — в ужасе закричал пожирающий, безрезультатно сопротивляясь.

— Я свет и тьма! — поглотила она его целиком, ощущая в себе силы высшего.

Она уже хотела распахнуть крылья и взлететь, настолько сильно она ощущала эйфорию и силу высшего вампира.

— Остановись, не вздумай показывать свою темную сущность! — в панике закричал Шэд в ее голове.

Лайтиэль глубоко выдохнула, чувствуя, как ее сущность успокаивается сытым зверем. Она наклонилась и подняла меч, оточенным движением пряча его в ножны. И тут к ней подлетел Дэсмэн, резко развернул ее к себе. Ее глаза тут же вспыхнули тьмой, и она готова была ударить его в защите. На его счастье она узнала его и вовремя остановилась. От волнения он даже не заметил тьмы в ее глазах.

— Кто позволил тебе ввязываться в бой, — встряхнул он ее. — Ты могла погибнуть, — навис он над ней, осматривая ее со всех сторон, не ранена ли она.

— А разве ты не этого желаешь? Ты же ненавидишь меня из-за того, что я светлая, эльфийка! — раздраженно ответила она, чувствуя раздражение своей темной сущности.

— Что? — открыл он и закрыл рот, больше она ничего не услышала, потому что ее выхватил из его рук Дар" эл.

— Лайтиэль, глупая ты девчонка, я испугался за твою жизнь, — крепко обнял он ее.

Пошел откат адреналина, и ее нервы не выдержали всего этого напряжения, скопившегося за все время ее путешествия. Из-за проявленной заботы она, уткнувшись в грудь вампира, разрыдалась, чувствуя себя совсем одинокой.

— Ну хватит, милая! — растерялся вампир, гладя ее по спине, покачивая. — Ты же герой, расправилась с пожирающим, — поцеловал он ее в макушку. — Ну все, вытри слезы, смотри наемники пришли поблагодарить тебя.

— Госпожа! — послышался крик бегущего гоблина.

Лайтиэль вытерла слезы, действительно, чего это она раскисла, какой пример она подает своему Гоби. В конце концов, она мастер меча. С неохотой она выскользнула из объятий Дар" эла.

— Со мной все в порядке, Гоби, — погладила она его по щеке.

— Я так испугался, что Вы можете погибнуть. А раненый пришел в себя и тут же ринулся в бой, — от волнения затараторил гоблин.

Ее тут же обступили наемники, неуважительно отпихнув дроу и вампира, которых они уже благодарили. Вздох восхищения послышался среди них.

Дракон все так же невидимый принял свой обычный размер и уселся ей на плечо, ластясь к ней. Она с интересом разглядывала наемников, среди которых были в основном нелюди, это было видно по их ауре и отличительным чертам, выдающих полукровок.

— Как тебя звать, красавица? Ты спасла наши шкуры, этот темный маг уничтожил бы нас всех, на его счету уже не один караван, — прежде чем она успела ответить, оборотень из семейства кошачьих муркнул и обнял ее.

Такого двое друзей стерпеть уже не смогли. Особенно когда какой-то кошак нагло обнимал их Лайтиэль. В глазах Дэсмэна потемнело, только он имеет право трогать ее, даже если он ненавидит ее. Или он уже испытывает к ней другие чувства? Он разозлился еще больше, когда вспомнил, что она ему ответила, когда он испугался за ее жизнь. Как она вообще могла подумать, что он желает ей смерти.

— Отойди от нее! — угрожающе прошипел Дэсмэн, расталкивая собравшихся на пару с вампиром, у которого глаза засверкали рубинами, клыки выдвинулись наружу и в завершении шумно раскрылись крылья, отталкивая с силой несколько наемников, которые не устояли на ногах.

Оборотень нехотя выпустил эльфийку, ее дивный аромат не оставил его равнодушным. Увидев парочку ее защитников, выставил ладони вперед со словами.

— Успокойся, дроу! Мы просто восхищаемся твоей невестой, — с каким-то сожалением проговорил он.

— Мы не вместе! — в один голос воскликнула эльфийка и дроу, от чего вампир довольно заулыбался.

Услышав это, наемники бурно среагировали. Еще больше расправили плечи, приняв стойку самцов, и устремили свои взгляды на красавицу блондинку, от чего она почувствовала себя неловко.

— Но это не значит, что вы можете облизываться на нее и распускать свои лапы, — прошипел дроу, смотря в глаза оборотня. Ревность просто душила его, особенно когда он увидел всех наемников, возжелавших светлую.

Схватив ее за руку, он потащил ее из толпы. Она даже возмутиться не успела такому отношению, как к ней обратился командир отряда наемников.

— Магесса, прошу Вас, исцелите моих раненых воинов.

— Ведите, — с поспешностью ответила она и ее ладонь выскользнула из руки дроу к его большому неудовольствию.

Дэсмэн последовал за ней, за ними следом с важностью пошел гоблин.

Глава 16

Прежде чем приступить к лечению раненых Лайтиэль остановилась посередине места боя. Раскинув руки в стороны, звонко пропела на древнеэльфийском заклинание. Под восхищенные и немного испуганные взгляды присутствующих из-под мертвых тел вылезли корни деревьев и растений, за мгновение опутали тела и погрузили их в землю. Только после того как тела был преданы земле, она занялась лечением раненых, переходя от одного к другому. Вместе с благодарностью исцеленных она получала восхищенные взгляды вояк. Такова сущность эльфов, мало кто мог остаться равнодушным к их красоте.

Дар" эл решил остановиться вместе с караваном на ночлег. Его Лайтиэль понадобится восстановить силы, да и раненных было слишком много, до темноты она могла и не управиться. Поэтому он взялся обустраивать им место для ночлега, взяв гоблина в помощники.

Дэсмэн внимательно наблюдал за эльфийкой, следуя за ней тенью. Отметив для себя, что всех она лечила с одинаковым выражением сочувствия. Для нее не было разницы кого лечить, человека или полукровку, оборотня или гнома. Ворчал только Шэд, что она слишком много расходует их магии, когда достаточно капли, чтобы рана закрылась.

Лайтиэль практически всех исцелила, остался только один тяжело раненый, когда к ним подошел Дар" эл сообщить, что пора уже закругляться ужин стынет. Так они все вместе и подошли к лежащему без движения раненому. За ними бы увязалось гораздо больше желающих понаблюдать за работой красавицы эльфики, но стоило только дроу сверкнуть в их сторону рубиновыми глазами, как желающие быстро испарялись. Склонившись над лежащим без движения, Дар" эл и Дэсмэн одновременно произнесли.

— Да это же Нэш" эл дэа Сэн" грайс!

— Его родные обыскались его, а он решил в наемника поиграть, как только стал совершеннолетним. Он наследник своего рода, — пояснил с какой-то завистью Дар" эл.

Лайтиэль внимательно посмотрела на вампира аристократа. Жгучий брюнет с благородными чертами лица, которые подчеркивали скулы. Фигурными брови привлекали внимание к закрытым глазам, обрамленными длинными ресницами. Взгляд так же притягивали губы, было очевидно, что улыбка у него была обворожительной. Твердый подбородок говорил о его решительном характере.

— Хватит любоваться этим повесой! — услышала она раздраженный голос дроу.

— От него стоит держаться подальше! — поддержал своего друга вампир.

Лайтиэль посмотрела на этих двоих и с усмешкой произнесла.

— Вы же восхищаетесь и одобряете похождения княжича и его друга, — пожала она плечами и ухватилась за торчащий арбалетный болт из лунного серебра и с трудом вытащила его.

— Княжич и его друг просто не могут отказать назойливым девицам. А Нэш" эл соблазняет невинных девиц! В этом большая разница. Вот после очередного соблазнения он и сбежал, чтобы только не жениться, — осуждающе ответил Дар" эл.

— Так что, если хочешь, чтобы он жил, держись от него подальше, — вдруг процедил сквозь зубы Дэсмэн, чем вызвал удивленный взгляд своего друга.

Лайтиэль была слишком сосредоточена, чтобы обратить внимание на слова дроу. Она понимала только одно, что после лунного серебра вампиру необходима кровь. Недолго думая, она выхватила кинжал из-за пояса и резанула себя по запястью, с целью сцедить в приготовленную гоблином кружку пару капель крови. Она не видела, как за ее спиной у двоих друзей вспыхнули глаза и выдвинулись клыки от ее аромата крови. Не успела она сцедить кровь, как вампир распахнул свои глаза ярко рубинного цвета, резко сел, схватил ее руку и вонзил в нее клыки.

Впервые в жизни Дэсмэн, сам того не подозревая, испытал истинные чувства вампира, в прочем как и Дар" эл, а именно никакой вампир не смеет пить кровь любимой, это слишком интимное и личное. Припавший к запястью вампир успел сделать только глоток ее крови, как Дэсмэн схватил его за горло, поднимая на ноги, одновременно с этим отрывая ее руку от его губ. Лишенный ароматной магической крови вампир хотел ударить в ответ, выхватив кинжал из-за пояса.

— Не сметь! — спасенный вампир хотел уже что-то произнести, но услышал. — Молчать! — властный голос Дар" эла хлестнул того силой Высшего, раскрывая свои крылья, от чего мурашки побежали по телу. Лайтиэль впервые увидела таким могущественным и властным весельчака Дар" эла.

— Как осмелился ты прикасаться к ней своими клыками? — прошипел дроу, крепче сжимая его горло.

В глазах Нэш" эла не было ни капли страха, а только вызов на грани наглости. Скривившись в ответ, не отпуская глаз с дроу, он хрипя спросил.

— Это твоя единственная? Твое сердце? Я так и знал, — усмехнулся он, увидев ответ в глазах дроу, который на мгновение растерялся.

— Она дорога мне! — раздался стальной голос Дар" эла. В подтверждение своих слов он обнял растерявшуюся Лайтиэль, которая обнимала своего невидимого хранителя. — Держись от нее подальше, иначе я отправлю тебя за грань жизни, — затем он перевел свой взгляд на дроу. — Отпусти его! — приказал он, развернулся, чтобы увести уставшую Лайтиэль.

Дэсмэн все так же сверлил вампира убийственным взглядом, затем нехотя выпустил того. Выпущенный вампир потер рукой горло, вздохнул полной грудью и произнес вслед белокурой эльфийки, чья кровь была истинным нектаром.

— Спасибо, что спасла мою жизнь, желанная! — обворожительная улыбка коснулась его губ, показывая ямочки. — Твоя красота и доброта не оставила меня равнодушным. Я восхищен тобой, — его голос стал бархатным. — Я умею быть благодарным, — многообещающе посмотрел он на нее голодными глазами.

Лайтиэль на сомнительную благодарность вампира обернулась и кивнула головой, отвечая ему.

— На моем месте так бы поступил любой маг целитель, — в миг и возле нее оказался дроу, и она почувствовала его гнев. С чего это он вдруг злиться, не нравится, что другой вампир не испытывает к ней ненависти, правда, его восхищение сомнительное, но все же.

Дар" эл прибавил шаг, поскорее увести ее от этого обольстителя, мотивы которого ясны, как белый день.

— Как же, восхищен он! — вслух передразнил вампира Шэд. — Кровь твою он жаждет! У. ууу вампирюга обольститель, еще и свои вампирские чары использовал, неуч, как будто не знает, что на эльфов и магов они не действуют.

На что его хозяйка пожала плечами, ей было все равно, красавчик-вампир оставил ее сердце абсолютно равнодушным, такой лести она наслушалась вдоволь у себя дома. Впервые за все время путешествия вампир и дроу были с драконом полностью согласны. Дроу уже забыл о своей ненависти, его голодным зверем грызла ревность и, пожалуй, она была более беспощадна, чем ненависть, но упертый дроу даже в этом не хотел сознаваться себе. Нет, эта светлая просто сведет его с ума.

На ночь они расположились в сторонке от всего лагеря, несмотря на приглашения со всех сторон. Большой костер освещал темному вечера, потрескивая дровами. От котелка с похлебкой поднимался пар, разнося аппетитный запах, напоминая присутствующим о голоде. Гоби засуетился вокруг костра. Вскоре в руках его госпожи оказалась миска с аппетитной похлебкой. Только сейчас возле костра с горячим ужином Лайтиэль почувствовала усталость и насколько сильно ее клонит в сон. Она с трудом заставила себя есть, постоянно закрывая глаза от усталости. В какой-то момент сквозь забытье она почувствовала, как ее бережно подхватили на руки, заботливые руки снимали с нее перевязь с мечом, а дальше она уплыла в мир грез.

Оба друга посмотрели на спящую девушку, возле которой сторожевым псом умостился дракон.

— С этим Нэш" элом нужно быть на чеку, он вкусил ее ароматную кровь, и теперь будет охотиться на нее, — прозвучал в голове вампира расстроенный голос дроу.

— Он не посмеет принуждать ее. Пусть только попробует, — с угрозой ответил Дар" эл так же ментально. — Ты разве не заметил, что она к нему безразлична. Я договорился с купцом и нам отдали лошадей погибших, так что мы быстро доберемся домой.

— Она и вправду тебе дорога? — внимательно посмотрел дроу в глаза другу.

— Даже не сомневайся, — ответил вампир в привычной своей манере.

— Ты ревнуешь светлую эльфийку! Я видел, как ты накинулся на оборотня и Нэш" эла, — победно воскликнул он в голове дроу, от чего тот скривился.

— Я такой же собственник, как и ты! — огрызнулся дроу. — А она принадлежит нам! Еще один сильный маг не помешает нашему замку, — уперто сопротивлялся своим чувствам дроу. — Если она, конечно, не имеет свой тайный умысел, — опять послышались нотки недоверия в его голосе. — Почему именно в наших землях она решила остаться жить? Есть же и другие места, куда эльфы не сунуться, — на что вампир застонал и отправился укладываться спать.

Его друг всегда отличался чрезмерной подозрительностью. Поэтому его готовили на должность главы безопасности.

Никто не заметил укрывшего в темноте Нэш" эла, который, как хищник, наблюдал за своей добычей. Он решил любым способом добиться эльфийки, ее кровь сильна и божественна. А он привык всегда добиваться своего. Улыбнувшись в предвкушении новой охоты, он скрылся в ночи.

Глава 17

Пробуждение было необычным, приятный аромат щекотал ноздри и успокаивал томление души, вызывая улыбку. Сон медленно выпускал из своих объятий. Открыв глаза, она удивленно уставилась на твердый подбородок. Шелохнула рукой, которая покоилась на мужественной груди, пришло осознание, с кем в обнимку она спит. Она попыталась тихонько выскользнуть, но ее только крепче обняли, поворачиваясь на бок. Глаза дроу резко открылись, в них промелькнула нежность, потом удивление, сердца обоих быстро застучали. Чтобы не видеть привычное презрение в его глазах, она поспешила высвободиться, но ее только крепче прижали и прошептали, не выпуская ее взгляд.

— Доброе утро! — и он притянул ее ближе, почти касаясь ее губами. — Надеюсь, тебе удобно было спать? — едва коснулся он уголочка ее губ, прикрывая глаза.

— Я не хотела, — пискнула она, шарахнувшись от него в сторону, еще и руками уперлась, отпихивая его.

Взгляд дроу изменился, став жестким, она явно дала понять, что он ей неприятен, ну да он же темный. Выпустив ее из рук, гибким движением он поднялся и скрылся из виду под ехидный взгляд дракона, которого вынудили покинуть уютные объятья хозяйки. Лайтиэль успела только отметить, что рассвет только начинал окрашивать небо. Ее обнял со спины и притянул к себе вампир, уткнувшись ей в макушку, пробурчал что-то во сне. Ну уж нет, хватит с нее объятий, высвободившись, она села. Тут же поднялся Гоби и вопросительно на нее посмотрел. Улыбнувшись ему, она встала и отправилась умываться с помощью верного гоблина. А после полила ему из фляги, чтобы и он смог привести себя в порядок.

Гоби суетился возле костра, постепенно лагерь каравана пробуждался, и всеобщая суета захватила всех. Дар" эл, как только проснулся, поприветствовал ее поцелуем в щечку. Во время завтрака они с дроу делали вид, что ничего не произошло. Дэсмэн, как обычно, натянул свою холодную маску и ушел в себя.

Под конец их завтрака пришел посыльный от купца и привел на поводу для них лошадей. Только они сели на лошадей Лайтиэль заботливо закрепила гоблина магическими жгутами. Они уже были готовы выдвигаться в путь, когда к ним подъехал на коне Нэш" эл.

— Прошу принять меня в вашу компанию, Высший, — учтиво поклонился он Дар" элу.

— Решил вернуться домой и жениться? — язвительно проговорил дроу.

— Если дама мне не откажет, я буду самым счастливым вампиром, — пристально посмотрел он на Лайтиэль, от чего скулы дроу заиграли. А сама эльфийка испытала неприязнь.

— Можешь присоединяться, только помни, о чем я тебя предупреждал! — опять стал серьезным Дар" эл.

Отказать вампиру он не мог, тем более он несет ответственность за этого вампира, который является наследником своего рода. Нэш" эл хотел пристроиться возле лошади эльфийки, но ему не позволили. Дэсмэн быстро подъехал с другого бока. Пришпорив лошадей, они помчались вперед, их ждал межрасовый город Сордэн.

Они только один раз остановились на привал, быстро перекусили и выдвинулись дальше, чтобы до вечера въехать в город. За время привала дроу хоть и находился рядом, но вел себя с ней отстраненно, ей даже не хватало его язвительности. Зато Нэш" эл пытался ухаживать за ней. В его присутствии Дар" эл заметно изменился, куда-то пропал веселый балагур и весельчак, его место занял серьезный вампир с властным выражением лица. Один Шэд радовался этим переменам в отличие от своей хозяйки. Молчаливый гоблин, как всегда, все подмечал и держался поближе к своей госпоже.

Весь оставшийся путь Лайтиэль подпитывала лошадей магией. Пыльная дорога утомляла, не было возможности даже вести беседу. Только изредка наездники кидали друг на друга взгляды, иногда тоскливый взгляд дроу задерживался на сосредоточенном лице эльфийки дольше, чем обычно.

Ближе к вечеру всадники подъехали к городу. Лайтиэль с любопытством разглядывала высокие стены с бойницами. Она впервые покинула земли эльфов. Заплатив пошлину, они под любопытные взгляды охранников проехали в город. От отряда городской стражи отделился эльф полукровка. Он связался по амулету связи с высокопоставленным чиновником из представительства эльфов и доложил ему, что в город прибыла в окружении темных разыскиваемая эльфийка.

Въехавшие путники тут же погрузились в вечернюю городскую суету. Разнорасовая толпа горожан спешила по домам и трактирам. Пришлось перестроиться, их маленький отряд возглавлял дроу, проехав по широкой дороге улицы, он свернул в переулок и они поехали дальше. Город ей понравился, он располагал себя. Добротные каменные дома говорили о стабильности города. А лица жителей только подтверждали это. Уличные фонари освещали чистые вымощенные камнем дороги. И разнообразные вывески лавок и мастерских. Практически все жители этого города были вооружены и, если понадобится, в любой момент могли встать на защиту своего города. Правда, уже давно никто на них не нападал, Нейтральное государство набирало силу. Улицы патрулировала городская охрана, которая провожала взглядом их маленький отряд.

Поплутав еще по улицам, углубляясь в центр города, они выехали в широкий полутемный переулок. Из тени домом отделился небольшой отряд эльфов, перегородив дорогу. Вперед выступил командир отряда эльфов.

— Лайтиэль эль Латийнориэль, нам приказано Владыкой доставить Вас домой! — разнеся мелодично его голос по переулку, окинув презрительным взглядом ее спутников, он осуждающе продолжил. — Думаю, Ваш отец будет не в восторге, когда узнает, с кем связалась его дочь.

Ее спутники тут же спешились, доставая мечи, они заняли оборонительные стойки.

— Она никуда с Вами не пойдет! Вам придется забирать ее силой, — произнес Дар" эл, кляня в душе всех эльфов, переходя в сущность высшего.

Одно мгновение и дроу упер свой клинок в горло командира эльфа, пылая жаждой мести, он готов был уже лишить его жизни.

— Стойте! — раздался крик Лайтиэль и она слетела с коня и подлетела к дроу, хватая его за руку. — Отпусти его! — посмотрела она в глаза дроу.

— Я имею право на месть! Ты защищаешь его, потому что сама светлая, такая же, как они, — злость, ненависть исказили его лицо, его меч уже готов была проткнуть горло его врага.

Из ее уст сорвалось одно слово, и дроу снесло ветром к лошадям. Он попытался кинуться к эльфу, но замер на месте от ее ментального воздействия. Полные глаза боли от ее предательства смотрели с мукой на нее.

— Из-за меня не прольется ни одной капли крови! Я не буду причиной межрасовой войны, — раздался ее усиленный голос магией. — Шэд! — на ее призыв спустил дракон, нависнув над эльфами, которые, не сговариваясь, шагнули назад. Дракон плюнул огнем, и они в страхе отошли еще дальше. — Передайте Владыке, что он по закону не имеет права приказывать избранной, которая имеет личного хранителя! Иначе я займу свое законное место Владыки эльфов! — с этими словами она раскинула руки в стороны и раскрылась, позволяя магии течь в нее, ее тело засияло ярким светом магии до рези в глазах, эльфы восхищенно ахнули. Уже много столетий не было истинного избранного, которому служил личный дракон.

Ее спутники, так же как и эльфы, смотрели на нее пораженно. Дэсмэн все так же обездвиженный с какой-то тоской смотрел на нее, в его глазах бушевал ураган разнообразных чувств.

— Ступайте и передайте мое послание Владыке! — разнесся эхом по переулку ее певучий голос. Как бы ей не хотелось скрыть свою принадлежность к власти, но у нее не было выбора, пришлось использовать это, чтобы не допустить войны. Не нужно особо разбираться в политике, чтобы понять, что вампиры не простят гибели своего молодого высшего, точно так же как Владыка ухватится за нее, как за предлог, и обвинит вампиров в похищении избранной.

Эльфы, повинуясь ее приказу, развернулись и растворились в полутьме, а что им еще оставалось. Командира отряда мучил только один вопрос, как он будет передавать послание и что ему за это будет. В конце концов, он пришел к выводу, что это вообще не его забота, пусть его начальство и передает его.

К Лайтиэль подошел Дар" эл и обнял ее, посмотрел на своего друга и тихо произнес ей на ушко.

— Ты правильно поступила, на тебе ответственность за благополучие нашего мира, — поцеловал он ее в макушку и подтолкнул к дроу.

— Прости, — посмотрела она в глаза Дэсмэна. — Я понимаю твое желание мести. Если ты хочешь мстить, то не используй меня для своей мести. Последствия могут привести к войне, — с этими словами она отпустила его, развернулась и пошла к своей лошади.

Дэсмэн посмотрел ей в след и поднял руку, хотел сказать ей то, что у него творилось в душе, но передумал, опустив руку.

Шэд воспользовался суетой и посмотрел в глаза Нэш" эла, мысленно обращаясь к нему.

— Моя хозяйка не для твоих клыков! — рыкнул он.

— Даже если между нами возникнут чувства? Ты не имеешь права лишать ее любви, — упрямо посмотрел вампир в глаза дракона.

Дракон хотел, как всегда съязвить, но его окликнула хозяйка, приняв свой обычный размер, он ринулся к ней. Вскоре маленький отряд поехал дальше и, выехав на широкую улицу, подъехали к большому особняку представительства вампиров. Перед ними тут же открыли ворота, запуская их во двор. Встречать их вышел сам главный представитель. Поклонившись, открыл рот, чтобы поприветствовать Высшего, но тут же закрыл рот, получив ментальное внушение, и просто сделал приглашающий жест рукой. Их с почестями расположили в комнатах, где они успели привести себя в порядок, смыть пыль дорог. Затем их пригласили в обеденный зал на ужин. Все были слишком уставшие и до сих пор находились под впечатлением после встречи с эльфами. Один Нэш" эл пытался развлекать Лайтиэль ничего не значащимися разговорами, разбавленными приторной лестью.

Гоби кормили отдельно, не пристало слугам есть за одним столом с господами. Чему гоблин был даже рад, среди слуг он был в центре внимания, хвастая своей хозяйкой великой магессой.

После ужина пожелав всем спокойной ночи, Лайтиэль отправилась в свою комнату. Первым делом она села писать письмо родителям, уже не было нужды скрывать ее место нахождения. Боги распорядилась за нее, и обезопасили ее от Владыки. Теперь главное, чтобы эльфы не узнали о ее темном даре, иначе ей точно не жить. В письме она коротко рассказала о своих похождениях, так же написала, что она теперь избранная со своим хранителем драконом. Написала о своем предупреждении Владыке. Шэд, правда, настаивал написать о нем, как можно больше, какой он могущественный и великолепный. Отправив магический вестник, она разделась и с наслаждением легла в большую кровать под балдахином. Но заснуть ей не дали, открылась дверь в ее комнату. Быстрое движение и возле ее кровати замер Нэш" эл, напротив него завис дракон, как сторожевой пес, готовый кинуться на него.

— Не кажется ли тебе, что ты переступил границы дозволенного вампир? — отчеканила Лайтиэль, вставая на кровати в полный рост. Ее темная сущность кипела от гнева. Она даже сдерживать ее не стала от наглости вампира. Выпуская ее наружу, крылья резко распахнулись, клыки выдвинулись, в глазах заклубилась тьма, сила власти хлестнула непрошеного гостя.

Нэш" эл отшатнулся от нее и упал на колени, в его глазах мелькнул страх вперемешку с восхищением. Но он быстро взял себя в руки.

— Я хотел всего лишь поговорить с тобой наедине. Предложить тебе то, что они не могут.

— Что ты несешь, клыкастый? — не удержался дракон и влез в разговор.

— Ты будешь для них всего лишь кормушкой. Им нужна будет только твоя магическая кровь. Они слишком знатны для тебя. А я предлагаю тебе стать моей женой, я дам тебе имя своего рода, — пафасно произнес он.

— Уйди! — еще больше тьма заклубилась в ее глазах.

— Что? Ты пришел сюда оскорбить мою хозяйку, — зарычал дракон.

— Ты не понимаешь, в наших землях ты никто! Даже имея вампирскую сущность, — закричал он, вскакивая на ноги, он сделал шаг к ней.

Она взмахнула рукой, и темный жгут из тьмы хлестнул вампира, от удара его вынесло в двери из ее комнаты. В своей голове он услышал рычание дракона.

— Если расскажешь кому-то о темной сущности моей хозяйки, порррву! — двери перед вампиром захлопнулись.

Лайтиэль моментом успокоилась, вздохнув, она убрала свою вампирскую сущность и легла обратно в постель. Ее губ коснулась довольная улыбка темной сущности. Под ворчание своего дракона, о том, какой идиот этот неблагодарный вампир, она моментом провалилась в сон.

Не спал только дроу, все его мысли были о ней.

Глава 18

На следующий день после завтрака в своих комнатах они все собрались в холле. Дроу выглядел неважно и смотрел на нее странным взглядом. Нэш" эл вообще избегал ее и прятал от нее свой взгляд к удивлению остальных.

Лайтиэль тут же заметила новую одежду на Гоби, которую он демонстрировал со всех сторон, раздуваясь от гордости. Управляющий представительством вампиров посчитал, что слуге могущественной магессы не пристало ходить оборванцем.

— Ну что, ты готова посетить замок князя? — как и прежде Дар" эл подмигнул ей. — Сегодня как раз день приемом подданных, так что все семейство будет в сборе, — взял он ее за руку.

— Правда? — разволновалась она, присутствующие не правильно истолковали ее волнение. Откуда им знать, что она страшится встречи не просто с князем и его семьей, а со своими родителями.

Главный представительства попрощался, отвесил почтительный поклон Дар" элу и открыл для них портал. Первым шагнул дроу, проверяя все ли в порядке, за ним следом Дар" эл, ведя за руку Лайтиэль, за что она была очень ему благодарна. А за ними Нэш" эл и замыкал процессию гоблин.

Вышли они в холле замка, где охрана в почтении склонилась перед Дар" элом, украдкой поглядывая на эльфийку красавицу.

— Я же говорил, что наш вампир не так прост, — воскликнул у нее в голове Шэд.

— Ну он же Высший! — пожала она плечами, от чего дракончик чуть не съехал с плеча.

— Прошу заметить, самый молодой Высший! Это говорит о его сильном и древнем роде, — ответил дракон, пока они шли по коридорам замка.

Лайтиэль с любопытством смотрела по сторонам. Особое внимание привлекали вампиресы. Их хищная красота вызывала восхищение, красивые платья подчеркивали их стройные фигуры. Свет магических светильников играл бликами на драгоценностях придворных. Проходя мимо блистающих вампиров, она видела, как их крылья носа трепещут, втягивая аромат ее крови. Она так же уловила завистливые взгляды красавиц, неужели они ей завидуют из-за Дар" эла? Она посмотрела на него изучающим взглядом, он действительно красив, но вряд ли дело только в этом. Все вампиры красивы своей особой красотой. Почувствовав ее взгляд, он повернул голову и подмигнул ей, одновременно пожав ей руку, ободряя ее.

Распорядитель замка с почтением открыл перед ним двери в малый зал приема, несмотря на то, что у Князя была аудиенция. Лайтиэль глубоко вздохнула, чувствуя, как ее трясет мелкая дрожь. Дар" эл потянул ее за руку в зал. Дэсмэн надел свою холодную маску, хотя сам испытывал волнение, сейчас раскроется истинная цель прибытия светлой в вампирский замок. Весь путь для нее оказался мучительно долгим. Набравшись смелости, она вскинула голову, увидев в конце зала возвышение, посередине которого стоял большой трон, на котором восседал сам князь вампиров. По правую и левую сторону от него сидели: жена, сын и его невестка.

Как только они остановились напротив князя, присутствующие на аудиенции вампиры расступились, открывая их взгляду князя. Наступила тишина, взгляд Лайтиэль устремился на красивую молодую шатенку эльфийку, казалось, ее сердце остановилось. Красавица перевела взгляд с держащих рук парочки на ее лицо. И тут она увидела, как ее мама вскочила с кресла и с криком: "Лайтиэль!" — кинулась к ним.

Шэд еле успел выпорхнуть из крепких объятий матери и дочери. К ним тут же подошло остальное семейство. Окружающие вампиры замерли на месте, чтобы их не попросили покинуть зал. Такого они еще не видели, нарушение этикета, чтобы Князь встал со своего трона ради неизвестной эльфийки.

Не выпуская дочь из объятий, Лорель с нежностью посмотрела на Дэр" эла.

— Сын, где ты нашел свою сестренку? — потянулась она с объятьями к сыну, одновременно обнимая своих детей.

— Сестру?! — вторил шепот вампиров вопросу Дар" эла, который смотрел на Лайтиэль новым взглядом.

— Иди сюда, моя малышка! — открыл свои объятья красавиц вампир, в котором она узнала отца, и со слезами шагнула в его объятья.

— Ну хватит уже, дайте уже дедушке и бабушке обнять младшенькую, — раздался голос князя, он бесцеремонно выхватил ее из рук отца, обнял и передал в руки жены. — Милая, каким чудом ты можешь переносить темную магию? Только из-за этого нам пришлось расстаться с тобой.

Растроганная Лайтиэль из-за слез не могла говорить и просто выпустила свою вампирскую сущность. Крылья распахнулась за ее спиной, вызывая вздох восхищения присутствующих.

— Ну, сестренка, ты необыкновенное чудо! — с любовью посмотрел на нее Дар" эл. Теперь понятно, почему он испытывал к ней любовь, и его сердце при этом не ожило, и почему у нее оказался знакомый аромат.

— А ты тоже, братец, хорош, молчал, кто ты есть, — обиженно произнесла она.

В сторонке стоял Дэсмэн, ему было невыносимо стыдно, он испытывал ненависть к княжне с темным даром. С мученическим выражением лица и с тоской в глазах он развернулся и пошел к тайному выходу.

— Ну все, пойдемте в мой кабинет, нам есть, что послушать, — проговорил князь, обнимая свою жену.

Все семейство двинулось за ним следом. Распорядителю пришлось объяснить придворным причину отмены приема. Что вызвало большой ажиотаж и переполох, никто не знал, что у князя есть еще и внучка. А это лакомый и желанный союз, через который можно войти в семью князя.

Гоби поручили управляющему, который вводил его в курс дела его службы. Семья общалась долго. Лайтиэль рассказывала о своей жизни и своем путешествии, без Шэда не обошлось. Дар" эл узнал причину, по которой скрыли от него сестренку. Затем ему пришлось рассказывать о своих приключениях.

А после женщины семейства ушли обустраивать Лайтиэль. Дар" эл хотел под шумок улизнуть, но строгий отец пресек попытку бегства. И ему пришлось выслушать выговор о своем недавнем бегстве из замка. Правда за него вступился дед и напомнил сыну, что благодаря этой выходке он привел домой их младшенькую. Чтобы избежать наказания и перевести тему, он задал вопрос деду и отцу.

— А как вы смотрите на то, чтобы вашим зятем стал Дэсмэн? — спросил он и приготовился к буре эмоций. Его отец среагировал именно так, как он и предполагал.

— Что? Он уже обольстил мою дочь? — возмутился отец.

— Вовсе нет, эти двое еще до конца не осознали свою любовь, — успокоил сын отца.

— Дэсмэн будет отличным мужем нашей девочки, если они, конечно, любят друг друга, — внес свое мнение князь, чем очень удивил внука. — Он твой будущий глава безопасности, кому как не родственнику доверять свою безопасность.

— Значит, придется помочь этим двоим обрести свое счастье, — прошептал Дар" эл.

После чего он был отпущен, старшим не терпелось обсудить кое-какие вопросы.

Глава 19

Вот уже десять дней как она живет новой жизнью, в любви родных и близких. Двое ее дедушек архимагов прибыли порталом из Лонгвеля и подарили ей свою любовь и прекрасное общение. Не обошлось, конечно, и без обсуждения ее магии. А от ее хранителя они вообще были в восторге, от чего его самомнение раздулось еще больше.

Она была почти счастлива, огорчало только одно. Дэсмэн избегал ее, он вообще нигде не появлялся. Только сейчас она осознала, насколько ей не хватает его, она скучала. Зато надоедливые поклонники проходу не давали, чем очень раздражали, это она уже проходила.

После обеда она решилась и спросила у брата о его друге, на что тот внимательно на нее посмотрел, вздохнул и ответил, что его другу тяжело, он испытывает чувства вины перед ней. Но пусть она не переживает, он обязательно приведет его сегодня на бал, устроенный в ее честь.

После разговора Дар" эл отправился в покои своего друга. Того он нашел валяющимся на диване с безразличным выражением лица.

— Может уже хватит находиться в заточении и жалеть себя? — безразличный взгляд дроу скользнул по лицу друга и опять уперся в потолок. — Ты мой лучший друг и ты заставляешь меня выбирать между тобой и семейными обязательствами!

Чувство ответственности заставили дроу сесть и посмотреть заинтересованным взглядом. Он обязан всем семье своего князя, когда его родители погибли. Князь взял его под свою опеку и его воспитывали и обучали наравне с княжичем. Он и так уже подвел своего князя, проявил неуважение и оскорбил его внучку и, что хуже всего, испытывал ненависть, из-за которой чуть не довел до межрасовой войны свою расу.

— Объяснись! — произнес он без всяких эмоций, как обычно, когда касалось серьезных дел.

— Сегодня бал в честь Лайтиэль и, как ты понимаешь, в нашем замке слишком много охотников, таких как Нэш" эл, которые не дают ей прохода. Я уже молчу за претендентов в мужья, — многозначительно посмотрел он на друга. — И вот я разрываюсь между тем, чтобы оберегать свою красавицу-сестру от хищников и побыть с другом в тяжелое для него время, — пристально посмотрел он на дроу.

— Она… показывает… кому-то свое расположение? — тихо спросил он, не смотря на княжича.

— Ну ты же знаешь, у нее светлая душа, она со всеми добра и вежлива и этим пользуются наглые вампиры. Я даже боюсь, что сам не отобьюсь от этих поклонников, — рассмеялся он, а то, что его сестра сама неплохо справляется, он умолчал.

— Что? Пользуются ее добротой? — вскипел Дэсмэн, как только представил всех этих повес вокруг нее.

— Да. да, еще и крови ее магической жаждут, ты же знаешь, аромат ее крови просто сводит с ума, — начал он играть на собственнических чувствах и его ревности.

— Пора бы напомнить о себе этому молодняку и о том, что княжна не для их клыков, — прорычал дроу, затем как-то весь сник и тихо проговорил. — Даже если она не желает меня видеть.

— С чего бы это ей не желать тебя видеть? — удивился Дар" эл. — Она даже интересовалась, все ли с тобой в порядке, очень беспокоилась, — решил вампир закрепить свою победу. Дроу резко поднял голову и внимательно посмотрел на друга, в глазах мелькнула надежда, а потом ее сменила тоска.

— Ну да… по доброте своей душевной беспокоилась и в этом она вся.

— Хватит киснуть! А то я могу подумать, что ты проиграл мне спор и влюбился в светлую эльфийку. Хотя разве можно такую не полюбить? — внимательно он наблюдал за выражением лица друга.

— Ты выиграл спор! — твердо посмотрел он в глаза другу. — Слишком поздно я это понял, после всего произошедшего вряд ли она захочет меня видеть, — с чувством вины произнес он. — Я отказываюсь от мести светлым.

— Все собирайся, встретимся у меня! Я рассчитывая на твою помощь, — решил он на последок для верности надавить на чувство ответственности, с этими словами он пошел на выход.

Большой зал приемов сиял магическими огнями. Разодетые придворные блистали своими нарядами и украшениями, соревнуясь друг с другом богатством. Слуги мелькали тенью, разнося хрустальные бокалы с красным вином, в которое было добавлено несколько капель донорской крови.

Недалеко от возвышения, где восседало семейство князя, в компании важного дракона, в окружении поклонников и молодых вампирес, стояла виновница торжества. Юная красавица княжна была особо хороша в темно голубом платье, которое подчеркивало ее фигуру, неглубокое декольте приоткрывало взору соблазнительную грудь. Длинные белокурые локоны, собранные по бокам и украшенные живыми цветами, сияющие магическим светом, свободно спадали на спину слегка вьющими спиральками.

До ее чуткого слуха дошел волнующий шепот стоящих вокруг красавиц, которые решили сблизиться с ней из-за ее брата. Интуитивно она повернула голову в сторону дверей и сердце быстро застучало от волнения. От дверей уверенной походкой, источающей власть, шли двое, присутствующие словно чувствовали сильных хищников, расступались перед ними, давая свободно пройти. Два взгляда встретились, слов не нужно было, его тоска и надежда, щемящие сердце, ее тоскующий нежностью взгляд успокоил его сердце. В ответ вспыхнуло его восхищение ее красотой, которое тут сменила ревность, стоило ему только увидеть ее окружение. Слегка прищуренные глаза и сдвинутые брови дали поклонникам понять, что им тут не рады. Пока он шел к ней, сверля взглядом окружавших ее вампиров, она забыла, как дышать, легкий румянец волнения окрасил ее щеки, глаза вспыхнули ярким цветом. Стоило им подойти к ней, как перед ними расступились. Дар" эл поцеловал ее в щечку и поприветствовал красавиц. Дэсмэн совершенно забыл о чувстве вины, его сменило чувство собственника. Хлестнув окружающих взглядом хищника, он с нежностью подхватил ее руку и прикоснулся к ней губами, ища ответ в ее глазах.

— Для меня большая честь приветствовать Вас, — не выпуская ее руки, он продолжил. — Княжна, я осмелился надеяться получить Ваше прощение, хотя не заслуживаю его, — замер он в ожидании.

Зазвучала мелодия, стоящий рядом вампир попытался пригласить княжну на танец, на который он вынудил ее, но его пыл остудил жесткий взгляд рубиновых глаз. И тут он услышал такой родной мелодичный голос.

— Дэсмэн, этот танец Ваш, — с вызовом посмотрела она на своих поклонников, назвав дроу по имени, она всем дала понять, что он входит в ее ближний круг.

Дроу с облегчением повел ее в центр зала, следом за ними последовал Дар" эл, пригласив ближе всех стоящую вампирессу. Дэсмэн, обняв за талию Лайтиэль, повел ее в танце, впервые почувствовав неуверенность от волнения, которое она тут же ощутила.

— Ты не держишь свое слово, Дэсмэн, и это меня огорчает, — запрокинула она голову, чтобы видеть его глаза, в которых читалось недоумение. — Ты обещал следовать за мной по пятам, следить и не оставлять меня никогда, пока я буду здесь жить, — подарила она ему очаровательную улыбку. — А вместо этого ты пропал, — в его глазах вспыхнуло неверие, затем удивление, радость и любовь.

— Прости меня, я был настолько глуп и слеп в своей жажде мести, что обижал тебя и упрямо не хотел признать, что люблю тебя всем сердцем, — наплевав на этикет, он тесно прижал ее к себе — Я слишком поздно понял это, сердце мое. Думал, что после всего этого, я недостоин тебя.

Лайтиэль произнесла одно слово, и полог невидимости накрыл их, укрывая от посторонних взглядов. И она с облегчением прильнула к нему, прижав голову к его груди, слушая стук его сердца.

— И что изменилось сегодня? — тихо спросила она, млея в его объятьях.

— Мой стыд переборола ревность, как только я представил, что вокруг тебя вьются все эти вампиры, жаждущие тебя и твоей крови.

Дэсмэн приподнял ее подбородок и медленно склонился к ее губам, перед тем как накрыть их в поцелуе, прошептал: — Люблю!

ЭПИЛОГ.

Свет и Тьма застыли друг напротив друга.

— Тьма, я выиграл спор! Моя светлая душа выполнила все условия спора, — самодовольно произнес он.

Но все его самодовольство слетело, как только он увидел наигранное расстроенное выражение ее лица. Прищурив глаза, он возмущенно произнес.

— Ты использовала спор, чтобы добиться своей цели, да? — склонился он над ней, сверкая своими глазами. — Забрать себе мою избранную и лишить мою расу источника?

— Не забрать, а всего лишь вернуть ее страдающим родителям, ну и, конечно же, укрепить свою расу темных, куда же без этого, — рассмеялась она.

В ответ Свет крепко обнял ее и впился своим поцелуем. Затем прошептал:

— Я хочу получить свой выигрыш немедленно.

Content

Одесская Ариэлла Александровна Обратная сторона ненависти (СИ)

Одесская Ариэлла Обратная сторона ненависти