Александр Грач

СКАЗКА УСТЮГСКОГО МАЯКА

Наверное, каждый раз, пролетая по любому из маршрутов галактической магистрали, никто не задумывается, каких усилий стоило создать эту сеть. Сколько жизней космических разведчиков потрачено, сколько людей погибло при строительстве гиперволновых маяков. А ведь не один десяток оставил свои души скитаться по холодному, бескрайнему безмолвию. Только для того, чтобы ты, читатель, мог слетать на рождество на Тау Киту или провести каникулы на пляжах Соляриса. И, конечно, ходят по космосу, передаются от планеты к планете, от станции к станции, от маяка к маяку множество историй. Порой, совершенно невероятных, и в которые трудно поверить. И именно о такой истории я постараюсь сегодня рассказать….

Разведывательная база Петербург.

Семён, молодой человек лет двадцати пяти, нежился под искусственным солнцем, изредка поглядывая на довольно неплохую проекцию Адмиралтейства. Настоящий фонтан, уменьшенная копия стоявшего в Александровском садике и голубое «небо» вместо потолка дополняли иллюзию нахождения в открытом пространстве.

Но молодой человек не любил это место. Оно казалось слишком спокойным. Разве в настоящем городе можно вот так полежать рядом с фонтаном? В нём не хватало движения… И, как итог, он, пригревшись, задремал.

— Эй, соня! Просыпайся! Тебя шеф вызывает!

Семён, с трудом приоткрыв один глаз, увидел девушку с короткими, чуть вьющимися тёмными волосами, в костюме космического разведчика. Взгляд уцепился за лацкан, на котором красовалось множество звездочек, символизирующих открытые планеты. Сон как рукой сняло.

— Во как подскочил! — Девушка рассмеялась. — Ты ведь Семён? Ремонтник А класса?

Тот только кивнул, не в силах отвезти взгляд от прекрасного, с чуть вздёрнутым носиком и голубыми глазами лица.

— К шефу беги! А то он уже рвёт и мечет.

— Так у меня выходные вроде. — Семён даже на часы глянул дату проверить. Но руки уже сами потянулись к форменной одежде, лежавшей рядом. — Только после Нового Года заступаю. И зачем я ему понадобился?

— А я откуда знаю? — Девушка пожала плечами. — Я ему не подчиняюсь. Просто слышала, что тебя ищут, вот и предупредила. Ты бы поспешил!

Семён, словно услышав приказ, двинулся к выходу из солярия. У самой двери он, осознав, что не посмотрел, из какого девушка подразделения, обернулся. Но та словно растворилась.

— Эх… Наверное, через другой вход вышла… — И молодой человек, дав себе слово найти незнакомку, поспешил к Шефу. Ведь он отлично понимал, что тот просто так вызывать не станет. Особенно, если смены дежурств не твои.

Окна, точнее, иллюминаторы, в кабинете шефа, обычно показывающие проекцию Петербурга с высоты птичьего полёта, сегодня чернели дырами в космос. Плохой признак, означавший, что у босса отвратительное настроение. Такое случалось не часто, но когда происходило, все старались лишний раз начальству на глаза не попадаться.

— Сам пришёл? — Шеф, мужчина лет шестидесяти, только глянул на посетителя и вновь углубился в изучение экрана планшета. — А я уже хотел послать за тобой. Или по всеобщей связи поиск объявить… Присаживайся.

Семён осторожно опустился в кресло, готовый к любым неприятностям. Впрочем, они не заставили себя ждать. Босс, не отрывая взгляд от планшета, тихонько спросил:

— Подскажи, ты ведь на курсе по истории пять с двумя плюсами имел?

— С тремя. — Осторожно произнёс Семён, ещё не понимая куда клонит босс. — Космические челноки, станции и маяки.

— Вот-вот, маяки… Наверное, и проект Гелиос тебе знаком?

Интонация, с какой прозвучал вопрос, совершенно не понравилась молодому человеку. Но про Гелиос, как первую сеть гиперволновых маяков, построенных человеком, знал каждый, кто хоть раз открывал учебник Галактической истории. Но босс явно спрашивал немного о другом, и Семён, тщательно подбирая слова, ответил:

— Изучал на углублённом курсе. Да позабыл уже всё… — Тут в голове у юноши мелькнула мысль, куда клонит босс. — А так я на них не был ни разу. Да и практики не имею!

Один из иллюминаторов мигнул, выводя объёмную галактическую карту. Множество зелёных нитей оплели звёздные скопления. Опытный взгляд выловил и красную нить. Вышедший из строя маяк оборвал один из путей на Землю.

— Я смотрю, ты и сам всё понял. Ключевая точка… Сейчас корабли, которые проходили через него, делают крюк в десятки светолет. Исправить нужно. Он уже несколько часов как потух. И на связь не выходит.

— Так Новый Год скоро. И вообще, у меня выходные. — Попытался отговориться Семён.

— Вот и встретишь его в романтичной обстановке. Корабль ждёт уже, шевелись, ремонтник! От тебя зависит безопасность маршрутов!

Семён, прогоняя всплывший образ голубоглазой незнакомки, только вздохнул. Предстояла работа.

База Гелиос.

С чего шеф всполошился, Семён понял сразу, как только получил документацию на полёт. Один из маяков проекта Гелиос вышел из строя. Он, старый, постройки ещё до Тёмного десятилетия, каким-то чудом доработал до этих лет. И вышел из строя как раз под Новый Год, когда поток космических кораблей очень велик.

— Эх, и почему тебя ещё не переделали на современную станцию? — Впрочем, ответ был известен. Если техника работает, она и будет работать. А переоборудование слишком дорогостоящее удовольствие, чтобы корпорация пошла на такие расходы.

Да и случай оказался совсем не ординарный — при станции постоянно находился сторож-ремонтник, который и должен исправлять мелкие поломки, да следить за состоянием узлов. Тем не менее, маяк потух и на связь не выходил… А Семён, ругаясь и посматривая на календарь, в очередной раз выводил небольшой ремонтный шаттл из гиперпространства, всё ближе подбираясь к конечной точке маршрута.

Космос всколыхнулся, а желудок скакнул вверх, возвещая о прыжке. Экраны, ещё мгновение назад наполненные темнотой, заискрились переливанием звёзд. Пилот, посмотрев на пришедшие с радара данные, наконец вздохнул спокойно — в век, когда галактика окутана незримой паутиной гиперволновых маяков, корабли не пропадают. Почти не пропадают, ведь никого не интересует исчезнувший разведчик или ремонтник. Хотя, лет пятнадцать назад пропал круизный лайнер, так его и не нашли. Даже следов, вот и говори потом про безопасность…

В этот раз Семёну повезло — судно выскочило совсем рядом с целью. Станция, похожая на огромное космическое яйцо, и с десяток шариков-антенн, летающих неизменными спутниками, навевали грусть. И мысли о глубокой древности.

Когда же пилот осознал, что ангара для парковки шаттла нет и придётся стыковаться шлюзами, настроение упало совсем. Автоматика автоматикой, а всё равно неудобно, особенно когда практики маловато. С третьей попытки стыковка удалась — щёлкнули магнитные захваты, возвещая, что корабль надёжно удерживается на корпусе станции.

Центральный проход маяка встретил полутьмой и лёгкими звуками чарующей мелодии Вальса Цветов. Она, ещё старинная, не тронутая современными обработками, зачаровывала, буквально заставляя себя слушать. Семён чуть постоял, вслушиваясь в звуки композиции и пытаясь понять, что же не так. Пока не осознал — его не встретили! Дежуривший на станции человек просто не мог пропустить сигнал о приближении челнока. И конечно должен встречать гостя.

— И что же тут случилось? — В душу вкрались различные мыли, начиная от несчастного случая, заканчивая нападением чужих. Благо, что страшилок про них среди ремонтников ходило много. Семён, сам того не осознавая, проверил висит ли на боку бластер. Тот, естественно, находился на месте, но вот храбрости не придал. Скорее, наоборот, вспомнились споры, зачем начальство вооружает сотрудников, работающих в одиночку. Скользнула в бок очередная переборка, впуская Семёна в центральную рубку. То сделал шаг вперёд и остановился — перед ним сидел старик, подняв стакан, а рядом восседал огромный чёрный кот с поддетой на коготь и готовой отправиться в пасть рыбиной. Между ними находилась внушительных размеров шахматная доска.

Кот посмотрел на вошедшего гостя, мигнул изумрудно-зелёными глазами и протяжно мяукнул. В тот же миг погас свет. Точнее, даже не погас, а мигнул. Всего на пару мгновений, но, когда вновь стало светло, обстановка в помещении радикально поменялась. Кот лежал, свернувшись калачиком на столе, а старик успел подняться на ноги.

— Ох-пть! Ёшкин кот, и кто к нам пожаловал?! — На непрошенного гостя посмотрели внимательным, изучающим взглядом. — Ремонтник, значит… Ну проходи, садись. Какими судьбами пожаловали на старый Устюг?

Семён, даже не зная, что и ответить, буквально упал на предложенный стул. Кот неласково посмотрел из-за прищуренных глаз и отвернулся — ну не знаю я тебя!

— Так ведь маяк не исправен! — Начал было говорить молодой человек, но его сразу перебили.

— Это мой не исправен? Мой, старика Архимеда, маяк?! — Казалось дед разозлился не на шутку.

— Точно не исправен. Все корабли окружными маршрутами летят…

— А подождать, что, ёшкин кот, пару дней не могли?! Я же как только сигнал потух, сразу сообщение в центр послал. — Архимед хитро прищурился. — А они что, не получили? Или решили, что старик умом тронулся, раз ремонтника послали? Тебя звать-то как будут?

— Семён. А, может, тогда мне расскажете, что случилось? Нужно ведь неисправность устранить.

Как оказалось, старик действительно тронулся. По его словам, неделю назад совсем рядом вынырнуло из гипер-космоса неизвестное судно. Пришвартовалось лихо, а пилотом на нём оказалась девушка молодая. С точёной крепкой фигуркой, волосами, как смоль, и голубыми глазами. В тот момент в голове у Семёна мелькнул образ недавней знакомой, но тут же исчез… Между тем, старик продолжил — девушка та рассказала, что Дед Мороз избрал маршрут через Устюгский Маяк. И, чтобы не подвергать опасности пролетающие суда, он его заблокирует на несколько дней.

— И как же он его заблокировал? — Поинтересовался с ехидцей Семён. — Волшебным посохом взмахнул и всё? И что теперь делать нужно, чтобы всё вновь заработало?

— Да ничего не нужно. — Пожал плечами Архимед. — Само заработает. Мне девушка та обещала желание исполнить. Сказала, на Новый Год точно сбудется. Тогда и заработает всё. А ты лучше вон, коньячку хряпни… Сразу и полегчает на душе. Да пирог скоро в духовке поспеет.

От конька ремонтник отказался. Его взгляд блуждал со спящего на столе кота на шахматную доску, полупустой графин с коньяком и нехитрую закуску. Одинокая жизнь не легка, и исключать, что старик тронулся, не стоило.

— Я тут пройдусь, посмотрю всё?

— Да как хочешь. Я ж говорю, ёшкин кот, в моём царстве полный порядок!

— Так тем лучше, раз порядок…. — Семён решил первым делом глянуть, о чём поведает центральный компьютер. Около переборки он вдруг остановился и, не удержавшись, спросил. — А что хоть за желание та красавица исполнить пообещала?

— Да как сказать. — Дед замялся. — Оно ведь и не исполнится, если скажу. Или как?

— Может и не исполнится. — Легко согласился молодой человек. Он уже вышел из рубки, как уловил краем глаза странное поведение кота. Тот покрутил высунутым когтём около уха. Чокнутый, мол… — Почесался, наверное.

Центральный компьютер выдал информацию сразу — не исправно гипер-волновое реле, передающее сигнал одной из антенн. Вроде и пустяковая неисправность для современных станций, а вот на этой, проекта Гелиос, она привела к остановке всей системы.

— Угу. Хороший Дед Мороз… Знал, куда посохом бить! — Выругался Семён. Работа предстояла не сложная, но неприятная. Ровно на сколько может быть неприятной работа в открытом космосе. — Да ладно… Быстрее сделаю, быстрей домой отправлюсь. Может, и на Новый Год успею.

Надеть скафандр и выйти на поверхность оказалось делом нескольких минут. Как выяснилось, куда сложнее найти, где располагается перегоревшее реле. Но, наконец найдя нужное место, Семён даже обрадовался — всего-то открутить два болта, вытащить перегоревший модуль да поставить новый. И из-за этой ерунды сотни кораблей тратят лишнюю энергию?

— Вот заменю и выскажу этому ёшкину коту, как нужно за маяком следить! Тоже мне, сказка, блин!

В его душу тут же проникла обида — такой путь ради работы на несколько минут. И праздник придётся встречать в космосе.

— Скорее всего в космосе. Хотя, может и успею ещё! — Именно в этот момент Семён крутанул гайку чуть сильнее, и ключ, выскользнув из рук, полетел в открытый космос. Возможно, в другой раз ремонтник с хорошим опытом работы в открытом космосе и не дёрнулся бы за улетающим инструментом. Но в тот момент, когда желание выполнить работу побыстрее заполнило всё, рука метнулась вперёд. А в след за ней и тело, преодолев магнитный замок скафандра со станцией, отправилось к звёздам. И только осознав, что падает, Семён вспомнил, что не пристегнул страховочный трос…

Про найденные тела в скафандрах слышал каждый. Про то, какой ужас застывает на лицах людей, про остекленевшие, застывшие глаза, мало кто размышлял. А о чём думали те люди, волею судеб оказавшись в открытом космосе? Наверное, о спасении. Даже когда начинаешь падать в пустоту, всегда есть шанс, надежда, что подберут. Услышат крик о помощи… Семён тоже надеялся — ведь станция вот она, рядом. Можно сказать, только руку протянуть. Но Архимед или не слышал раздававшихся в радио криков о помощи или уже настолько напробовался коньяком, что спал. Под тем же столом с шахматами, на котором дрых кот…

Семён надеялся и ждал чуда…. Посматривая на датчик кислорода и понимая, что осталось совсем немного. Иногда его сознание выключалось, окунаясь в настолько блаженную темноту, что когда он приходил в себя, то просто не осознавал, где находится. Во время очередного пробуждения из умерщвляющего сна он увидел, как вокруг летит снег. Пушистый, белый, искрящийся на непонятно откуда взявшемся свете, он заполнял всё пространство вокруг. Летая крупными хлопьями, словно на ветру, он облеплял скафандр, наполняя тот холодом. Вдруг хоровод снежинок расступился, показав лицо голубоглазой незнакомки…

— Без скафандра в космосе? Но до чего же она красива… — Прошептал Семён и, протянув руки к своему видению, потерял сознание. Уже окончательно.

— Очухается, никуда не денется. — Голос, раздавшийся над ухом, заставил Семёна вздрогнуть. Он чуть приоткрыл глаза и тут же закрыл их вновь. Кот аккуратно передвинул белого ферзя на несколько клеток вперёд. Причём во второй лапе у него находился стакан с молоком. — И на какой чёрт он вообще наружу попёрся в такую погоду?

На высказывание о погоде молодой человек вновь открыл глаза. Взгляд скользнул в сторону иллюминатора. За ним шёл снег, застилая мерцание звёзд. Небольшая сеточка льда покрыла прочное стекло, образовав замысловатый узор. И если бы не говоривший кот, Семён воспринял бы данное явление как иллюзию. Очередную проекцию, созданную порадовать человеческий взгляд. Но кот был. И, явно заметив, что человек проснулся, в один прыжок оказался у кровати.

— И что я говорил? Вставай, соня, Новый Год на дворе. Всё волшебство проспишь!

Семён осторожно сел. В голове промелькнули образы последних событий. Да и на счёт кота тоже появились мысли…

— Ты, этот? Как его…. Модифицированный?

— Изменённый. — Поправил Кот и чуть прищурил глаза. — Мы с Архимедом давно вместе.

— Угу. Давно. — Подтвердил старик. — Поди лет тридцать уже Маркиза знаю. Нужно ведь с кем-то в шахматы играть.

— А что случилось? Что происходит? — Семён только махнул на стекло.

— Да это желание моё. — Архимед замялся. — Очень настоящей зимы захотелось…. Вот и попросил, чтобы снег пошёл.

— Так это не голограмма?

— Какое там! — Усмехнулся старик. — Настоящий снег! Если хочешь, я тебе манипулятором зачерпну немного…

Но Семён не слушал. Поднявшись на ноги, он подошёл иллюминатору и долго стоял, прислонившись к стеклу, наблюдая, как белоснежный снег падает пушистыми хлопьями вниз. На несуществующую, иллюзорную, застланную холодным покрывалом, землю. За всем этим искрящимся великолепием ему постоянно грезились голубые глаза таинственной незнакомки.

— Весна, любовь! — Промурчал над ухом Маркиз. — Очнись, зима на дворе!

— Как я тут оказался? Помню только, как кислород закончился….

— Так тебя она принесла. Девушка… — Кот почесался лапой за ухом. — Молоко будешь, или чего покрепче налить?

— Я реле заменить не успел… — Начал было Семён, да уловил краем глаза центральный экран. На нём отображались корабли, проходящие через гиперпространство по лучу маяка.

— Я же говорил, что чуть подождать нужно. — Старик протянул Семёну запечатанный конверт. — Это тебе она передать попросила.

Молодой человек читал письмо долго, изредка поглядывая то на переместившегося на диван Маркиза, то на Архимеда.

— Скажите, а он… Дед Мороз существует?

— А как думаешь, кто кроме его помощников может без скафандра в космосе находиться? — Произнёс успевший задремать кот.

Семён ничего не ответил, а только постоял немного посередине комнаты, посмотрел в иллюминатор и, словно приняв решение, вышел. Вскоре его небольшой шаттл исчез в гиперпространстве…

— Как ты думаешь, его ещё кто-нибудь увидит? — Задумчиво поинтересовался Архимед.

— Не. Не увидит. Если им Снегурка заинтересовалась, то точно не увидит… Любовь, как никак… — Проснувшийся кот сидел и смотрел на падающий снег. — Может, партейку в шахматы? Новый Год ведь уже наступил…

* * *

Корабль Семёна больше никто не видел… Его искали, пусть и не долго. Ведь кому интересен пропавший ремонтник? Да и сама эта история могла затеряться среди звёзд, если бы не довелось мне побывать на Устюгском маяке как раз в конце декабря. Там действительно каждый год идёт снег. Откуда появляются эти миллиарды замёрзших водных частиц, застилающие пространство словно падающий снег, я не знаю, но выглядит это потрясающе… Там всё так же кот Маркиз играет в шахматы со стариком Архимедом. Про пропавший корабль они рассказывают неохотно. Но довелось мне порыться в их компьютере и просмотреть записи. Странные они какие-то — кораблей рядом со станцией нет, а шлюз открывается, словно впустит гостя во внутрь, а через пару часов или дней выпустит наружу. В открытый космос…

Но не думаю я, что хранители станции признаются, кто их посещает. Ведь даже эту историю мне поведал кот Маркиз только после нескольких лет нашего знакомства….

Content

Александр Грач
СКАЗКА УСТЮГСКОГО МАЯКА