Алексей Сергеевич Абвов

Цифровая пропасть. Взгляд со дна

Черновик. Окончено.

Пролог

Собравшихся в относительно небольшом богато украшенном помещении на одном из многочисленных океанских островов находящимся в частном владении людей узнали бы очень немногие. Их лица не показывали по головидению, интервью с ними не печатали глянцевые журналы. Некоторые специалисты, кому по должности положено, конечно, знали, кто есть кто, однако широкие массы общественности пребывали в блаженном неведении. Реальные владельцы основных капиталов планеты не любили публичности. Несмотря на взаимные противоречия и конфликты, порой перерастающие в настоящие войны, теневые владыки мира иногда собирались вместе, дабы обсудить планы на будущее. Ведь все их конфликты лишь следствие игр, которыми они занимались друг с другом. Игр ценой миллионов и миллиардов человеческих жизней. Однако сами игроки измеряли стоимость не в жизнях, а в деньгах — ещё одной абстракции, которой они легко манипулировали исходя из своих потребностей.

— Итак, господа, — перед собравшимися за большим овальным столом людьми в дорогих костюмах выступил хозяин этого места. — Официально довожу до вашего сведения информацию о том, что все необходимые мероприятия по всемирной национализации проекта 'Сфера — А' завершены.

— Неужели мы наконец‑то получили полный доступ к управляющей системе? — задал вопрос кто‑то их сидящих по правую руку от хозяина острова.

— Увы, — тот развёл руки в стороны, — несмотря на введение наших представителей в руководство компании, внутренняя система распределения ресурсов остаётся полностью закрытой. Более того, мы получили подтверждение, что к ней не имеют доступа и её непосредственные создатели, она полностью автономна и вполне самодостаточна. Предвидя возможные вопросы, сразу отвечу на главный из них — отключить и заменить управляющие машины невозможно без полного разрушения действующей виртуальной вселенной. Затраты времени на перезапуск полностью управляемого проекта примерно оцениваются от пяти в лучшем и до десяти лет в худшем варианте. Учитывая нашу заинтересованность как можно скорее вывести из мировой экономики и санировать глупые капиталы, такое решение совершенно неоправданно.

По лицам собравшихся важных людей проскочило заметное сожаление, они привыкли всегда твёрдо держать руку на пульсе процессов, от которых зависит их неограниченная власть.

— Как продвигается этот столь важный процесс и не пострадают ли наши интересы? — раздался ещё один вопрос из‑за стола.

— Несмотря на все предпринимаемые нашими управляющими мерами, реальная экономика продолжает надувать бесконтрольные финансовые пузыри, чему немало способствует явно проявившееся ограничение добычи важных природных ресурсов, — это заявление докладчика вызвало на лицах многих уже вполне отчётливое недовольное выражение. — Однако темпы их роста сильно замедлились. Потенциальная прибыльность новых активов оказывается заметно привлекательнее, несмотря на более высокий риск. На сырьевых биржах уже осуществляются фьючерсные торги мифрилом и истинным серебром вкупе с рядом других несуществующих продуктов. Более детальную информацию можно почерпнуть из общего отчёта, имеющегося у каждого из нас.

Доклад с вопросами и ответами продлился ещё пару часов, после чего собравшиеся продолжили общение в более непринуждённой обстановке с лёгкой закуской и изысканными напитками.

— Гляжу, Джо, ты помолодел лет на двадцать, я тебя даже не сразу узнал. Подумал — ты своего сына вместо себя прислал, решив наконец‑то вводить его в реальные дела, — обратился один весьма немолодой господин с бокалом вина в руке к другому, выглядящему существенно моложе.

— Знал бы ты, во сколько мне это обошлось, Рик, — с улыбкой ответил тот, подхватывая с подноса молчаливого официанта очередной бокал. — Каждый раз приходится терпеливо ждать своей очереди на приём к магу жизни.

— Неужели ты не способен купить какого‑то там нарисованного мага со всеми потрохами? — язвительно усмехнулся немолодой господин.

— А ты сам попробуй! — ответная ухмылка излучала настоящий сарказм. — Скоро поймают беглую рабыню, тогда попробуй выиграть аукционные торги. Здесь многие кровно заинтересованы в личном целителе, ибо поддержание кондиций молодого тела в реальности требует постоянного воздействия там.

— Ещё скажи, что и прочая тамошняя магия начинает проявляться здесь, — Джордж явно не верил своему давнему… 'приятелю'.

— Внимательно ознакомишься с предоставленным отчётом — узнаешь, — недовольно заметил тот.

Пока другие общались в непринуждённой обстановке, четвёрка заговорщиков удалилась в отдельный кабинет.

— Значит, тебе не хватает собственных ресурсов, Майк? — спросил один из них другого, после того, как они убедились в отсутствии посторонних ушей.

Особых секретов от других участников собрания они всё равно обсуждать не собирались, однако некоторые разговоры стоило оставить исключительно в узком кругу.

— Дело не столько в самих ресурсах, сколько в недостатке времени, — ответил ему тот. — Как вы все уже смогли прочувствовать на себе, четырёхкратная разница скорости событий в некоторых делах значит слишком много. Способных принимать важные решения доверенных управляющих можно пересчитать по пальцам одной руки, многое приходится делать самому. Думаю, господа, у вас аналогичная ситуация. Стоит объединить некоторые усилия к взаимной пользе.

— Мне почему‑то не хочется принимать участие в войне, — недовольно заметил ещё один господин.

— Война не спрашивает нашего согласия, Роберт, — ухмыльнулся Майк. — Стоит признаться самим себе — в этот раз нас красиво обошли на повороте. К чему все старые бренды и распределённое товарное производство, когда многочисленные потребители богатых стран получили вкусную соску — пустышку?

— У тебя есть свежая идея, как можно исправить сложившееся положение? — Роберт, похоже, уже догадался, о чём пойдёт речь.

— Естественно, Роб, — тот хитро улыбнулся. — Уничтожать или же затруднять развитие практически нашего проекта не имеет смысла. Однако стоит обратить тенденцию массового убегания потребителей из реального мира. В крупных городах недвижимость планомерно падает, но пока не скатилась до минимальной планки, за которой произойдёт критичное обесценивание залоговых активов и последующий крах банковской системы. Если для нормальной жизни цивилизованного человека требуется минимум двадцать шесть квадратных метров искусственной площади, то виртуальная вселенная позволяет ограничиться четырьмя кубическими. Именно столько требуется для поддержания живого тела неограниченно долгое время. Человечество постепенно переселится под землю как в том старом фильме. Причём — совершенно добровольно. Для нас, с одной стороны, от этого одна польза, однако быстрота изменений может привести к большим потерям. Сейчас ситуация ещё остаётся под контролем, но вы ведь не хотите повторения большого ипотечного кризиса, причём без нашего прямого управления? Потому стоит несколько придержать темп оцифровки человечества, несколько ухудшив условия жизни по другую сторону. Большая война — самое лучшее средство, благо внутри имеется неплохая тенденция.

— Если получится дополнительно заработать я только 'за'! — наконец‑то высказался молчавший до этого господин. — Большая война позволит всем хорошенько развлечься.

Остальные повернули головы в его сторону и обозначили своё согласие едва заметными кивками.

* * *

Первая глава. Ступая по своему следу

Сознание никак не хотело возвращаться из блаженного небытия, несмотря на чьи‑то потуги познакомиться со мной поближе. И всё же недовольное фырканье заставило вернуться к реальности и открыть глаза.

— Ну, здравствуй, морда полосатая! — сказал вслух большому еноту, тщательно обнюхивающему мои ноги.

Енот оказался старым знакомцем, ибо с ним удалось плодотворно пообщаться, когда я только попал в виртуальный мир без какой‑либо возможности выйти из него. Прошедшие в наградной локации 'Край забытых героев' годы не сильно сказались на любопытном звере. Он стал ещё толще и пушистее, а шерсть немного посветлела, от добавившихся седых ворсинок.

— Опять что‑то стащить хочешь? — мысленно спросил его, когда он стал примеряться зубами к моей рапире.

Енот поднял удивлённую морду и пару раз глубоко втянул воздух, мысленно транслируя свою радость от встречи старого знакомого вместе с желанием получить чего‑либо вкусненького.

— Сейчас гляну, чем тебя можно угостить… — привычно потянулся к своему пространственному карману, в котором у меня хватало всяческих съестных припасов, сразу же обнаружив некоторые странности.

Доступа к своей сумке контрабандиста я больше не имел. Ибо на пути к спрятанным в ней богатствам мёртвым грузом лежал Великий Камень Тьмы. Помню, как в самый последний момент битвы с Тёмным божеством на последних крохах сознания сумел перенести его из реального мира в пространственный карман, после чего окончательно отрубился. Камень оказался настолько сильным, что погрузил всё замкнутое пространство в непроглядную тьму. Кроме него там теперь ничего не видно и не чувствуется, и лишь Великий Камень Света оставался единственной светлой точкой посреди мрака. Попытка достать его оказалась неудачной, опять вмешался Камень Тьмы. И теперь для получения доступа к сумке его требуется достать, однако подобное чревато потерей сознания, а также и жизни. Концентрированная тьма пробивает все барьеры как физические, так и магические, тлетворно воздействуя на саму душу. Эх, придётся просить помощи у Первомага, не зря же я снова оказался в 'Краю забытых героев', где расположена его личная долина и величественный дворец.

Решив сразу же реализовать своё желание, прыгнув сквозь пространство поближе к закрытой долине, сразу же обнаружил ещё одну… странность. Вернее стоило сказать — настоящую катастрофу. Ко всему прочему я, похоже, утратил способность сознательного движения ауры из‑за изрядного присутствия в ней истинной тьмы. Эта тьма блокировала любые действия души, оставив меня без магии и алхимии, а также много чего другого. Поборов внутреннюю панику и проведя ревизию остального, облегчённо вздохнул. Верхний слой ауры связанный с перстнем долга и обычной 'интегральной магией' остался чист, тьма затронула только ядро. Однако доступная для манипуляций энергия теперь едва превышает четыре тысячи условных единиц ауры и очень медленно восстанавливается. Дорого же мне далась победа над Богом. Хорошо хоть возможность оперирования жизненной силой сохранилась в полном объёме.

Следующий неприятный сюрприз подкинул портал на дне озера. Пещера, где он прятался, оказалась перекрыта магическим барьером, категорически не желавшим пропустить меня к единственному известному выходу из закрытой локации, если не считать смерти с последующим возрождением в совершенно другом месте. Причём активировался барьер именно при моём приближении, возможно реагируя на эманации тьмы в ауре. Разобраться с ним с нынешними подорванными силами не представлялось возможным, потому, не солоно хлебавши, я выбрался на поверхность, по пути насадив на свой превращённый в гарпун клинок духа крупную рыбину.

— Угощайся… — мысленно предложил требуху хитрюге — еноту, после того как выпотрошил рыбину и подготовил её к обжарке.

До чего же удобен клинок духа — он и убийственное оружие и инструмент одновременно. Превратив его в топор, быстро заготовил дров, запалив костерок магией, стараясь экономить энергию. В ближайшее время стоит оставаться здесь и ждать появления гостей. Богиня Лиява знала тайну подводных порталов. Несложно догадаться, куда она кинется искать в первую очередь. Надеюсь, Аллию она тоже предупредит и обнадёжит.

Ждать пришлось четырнадцать дней. Учитывая девятикратную разницу течения времени между основным виртуальным миром и 'Краем забытых героев', такая задержка вполне объяснима. Времени я зря не терял, построив большой шалаш из подручных материалов. Енот же, получивший за свою врождённую наглость, вороватость и постоянное засовывание своего носа туда, куда не следует кличку Хамище практически не отходил от меня далеко. Ещё бы, тут столько развлечений и вкуснятины, причём совсем нахаляву. На второй день нас навестила летающая хищница, занявшая место некогда убитого мной лифифена. Атака с крутого пикирования оказалась безуспешной, окончившейся для хищницы в кустах. Причём её голова оказалась отделённой от тела — моя скорость и реакция совершенно не пострадали. Хамище отожрался до отвала, удалившись отсыпаться в свою нору, где благополучно проспал явление кабанов, пришедших поинтересоваться — чем же тут так вкусно пахнет. В общем, пришлось мне срочно копать коптильню, чтобы столько мяса зазря не пропало. Дабы не переживать по поводу утраченных способностей, решил отнестись к ситуации как своеобразному отпуску. К чему дела и заботы, когда от меня ничего не зависит.

— Как же я рада тебя видеть! — Лиява стремительно кинулась ко мне на шею, едва выбравшись из озера, заодно окатив меня холодной водой. — Я едва не сошла с ума, представив, что потеряла тебя навсегда, — из её глаз обильно текли слёзы, совершенно неразличимые на мокрой коже.

— Всегда стоит надеяться на лучшее… — своими тёплыми ладонями я обтёр её лицо, добавив нежности в свой ментальный посыл.

— … Вот такие у нас дела… — закончила Богиня свой рассказ о последних событиях.

Сразу после завершения героической битвы с Тёмным божеством большая часть нашего клана исчезла, переместившись куда‑то сюда. Сама битва для них прошла как совершенно невероятный коллективный сон. Их изрядно раскидало по краю, однако связные свитки действовали. Так им удалось быстро определить, куда их забросило. Правда, связаться со мной или с кем‑либо ещё из числа оставшихся на другой стороне, им не удалось. Один воин добровольно пожертвовал жизнью, дабы возродившись передать информацию руководству. Все наши бойцы имели информацию о 'Крае забытых героев', потому не спешили возвращаться обратно, ожидая приказа. Правильно делали — прямо скажу. Народ верил, что мы способны пробиться к ним сюда, пусть о подобном никто прежде даже не имел представления. Лиява передала мне общий связной свиток, через который я сделал массовую рассылку с подробной инструкцией, как здесь себя стоит вести и чего можно искать. Попытка Богини почистить мою ауру окончилась безрезультатно — истинная тьма легко противостояла божественной силе любви.

— Как видишь, вернуться мне не удастся, — мысленно сказал Лияве, продемонстрировав появление непроницаемого барьера, закрывающего портал.

Её он свободно пропускал, останавливая исключительно меня.

— Как же не хочется тебя тут одного оставлять… — сладко потянувшись, заявила она после того, как мы разлепили свои тела.

Прощанье затянулось на пару дней, заполненных любовной страстью.

— Ничего не поделаешь, вся надежда лишь на тебя, раз Аллия приняла на себя все дела и не может отлучаться из столицы, — я нежно погладил свою подругу по обнаженной спине. — Главное закинь сюда всё необходимое и за нас не беспокойся, чай не впервой, прорвёмся!

Оставшись в одиночестве, если не считать мельтешение полосатого нахала, задумался о будущем. Сложившаяся ситуация похожа на квест с названием 'вернуть утраченное могущество'. И точка старта оказалась весьма символична — мне предлагается повторить свой первый путь полностью или частично, навестить знакомые места и старых знакомых. Пространственное чутьё показывает близкое присутствие души Великого Камня Жизни, Лич сможет многое рассказать о тьме, Вампир знает куда больше о взаимодействии тела и ауры, чем мне некогда рассказал. А ещё моё присутствие в здешних краях необходимо для оказания консультаций нашим бойцам, раскиданным по всему краю. Связной свиток постоянно выдаёт новые вопросы. Лучше всего обстоит дело у егерей. Им привычно обходиться дарами природы и охотой. Другим приходится сложнее. Хоть в программе клановой подготовки и имелся курс выживания, однако его практическая часть для многих наступила только сейчас. Дело осложнялось необходимостью адаптационного периода. Здесь слишком быстрое течение времени, не все чувствуют себя комфортно — теряется детализация восприятия и многое другое. Потому скучать мне было некогда, помогая другим решать многочисленные проблемы и дожидаясь возвращения Богини.

— Нашла практически всё по твоему списку, — вернувшись через четыре дня, скинула она на землю рюкзак.

Ещё тот самый, 'пришельцев со звёзд', подаренный мне тестером Петрушем, так и не ставшим моим палачом. После оборудования нескольких клановых хранилищ, я изрядно облегчил свой пространственный карман, вытряхнув из него всё ненужное или способное пригодиться кому‑то ещё. И вот теперь кое‑что пригодилось мне самому.

— Отсутствие большей части людей клана не сильно бросается в глаза? Никто не желает очередной раз проверить нас на прочность? — спросил Лияву, незадолго до этого подсчитав, сколько нашего народу перенеслось сюда.

— В столице уже привыкли к вашим способностям куда‑то пропадать и неожиданно возвращаться обратно, — ответила она, присаживаясь на землю вплотную ко мне. — Аллия спешно переводит поближе к городу часть инструкторов и завершивших второй этап обучения бойцов. Несмотря на серьёзное ужесточение отбора, поток новых рекрутов не ослабевает, потому зря не беспокойтесь, с всякими мелочами справятся и без вашей помощи, благо в ближайший год войны не ожидается. Соседи, похоже, всерьёз озадачились информацией об Имперских Легионах и пытаются друг с другом договориться. И лишь твоим женщинам тебя сильно не хватает, — с последними словами она неожиданно прижала меня к земле, закрыв рот страстным поцелуем.

— Если сделаете переходной портал в подводной пещере по моим чертежам, то сможете меня здесь иногда навещать, — ответил ей через некоторое время, едва отдышавшись после стремительного порыва страсти, имевшего бурное продолжение.

Хорошо хоть вся наша одежда способна быстро собираться в тоненькие пояса, иначе пришлось бы искать новую.

— Потом не жалуйся! — плотоядно облизнувшись, заговорщицки подмигнула довольная красавица.

Всё рано или поздно заканчивается, плохое и хорошее. Оставшись в одиночестве, я немедленно приступил к реализации своего плана. Теперь влезть на отвесную скалу к 'гнезду' лифифена не составляло особого труда даже без использования спецсредств — опыт великая сила. Пара часов и я уже там. Однако выдаваемая награда, похоже, тождественна затратам сил и реальной опасности. Убежище крылатых тварей порадовало лишь обилием костей разнообразных животных. Выбрасывая их наружу, просматривал свойства перстнем и случайно обнаружил нечто действительно ценное:

'Рог высокогорного марала. Исключительно редок. Вес 2,2 кг. Обладает исключительным свойством идеального пропускания через себя любых естественных энергетических субстанций. В далёкой древности применялся для создания не магических артефактов большой силы наряду с драгоценными камнями, и изготовления рукояток самого дорогого оружия из адаманта. В настоящее время высокогорные маралы считаются полностью вымершими животными'.

С помощью этого чудесного рога после череды экспериментов мне удалось перенаправить часть энергии из застывшего ядра ауры во внешний подвижный слой, тем самым преодолев свой энергетический кризис. Теперь можно спокойно задействовать вторую сумку контрабандиста, сложив туда все тяжелые вещи и продукты из рюкзака, дабы не таскать их постоянно за спиной. Также снова появлялись возможности использования 'липких перчаток' и таких же устройств, закрепляемых на ногах. Магия тоже стала частично доступна, правда, только 'стандартная' и не самая энергоёмкая. Не зря я влез на верхотуру, совсем не зря.

Дальнейший обыск скальной расщелины принёс второй такой же рог и некоторое количество других исключительно ценных для приготовления алхимических снадобий костей. Человеческих же останков и вещей в этот раз сюда летающие хищники не затащили. Наведя идеальную чистоту и переночевав, быстро спустился вниз и отправился к изумрудным копям. Енот первое время увязался за мной, но вскоре отстал, обнаружив что‑то исключительно вкусное в корнях поваленного бурей дерева.

Прогулка до изумрудных копей оказалась именно прогулкой, а не серьёзным испытанием, как в первый раз. Зверьё даже не пыталось приближаться, чувствуя мою внутреннюю силу. Пещерный медведь позорно сбежал, поджав свой куцый хвост при моём приближении. И снова, прежде чем лезть под землю, пришлось 'отвечать на письма', объясняя нашим людям правила выживания в этом далёком краю. Все наивные предложения некоторых товарищей пожелавших непременно собраться вместе пришлось жестко давить своим авторитетом и непробиваемыми аргументами. Торговцев едой здесь нет, потому пропитание можно только найти в лесу собирая коренья или занимаясь охотой. И если собраться вместе большой толпой, естественная природа просто всех не прокормит. Не зря же нас так сильно раскидало. Каждый получил свой шанс что‑то обрести, если внимательно осмотрит ближайшие к себе окрестности и попытается выжить на одном месте, позже пустившись в путешествие по зову интуиции. О чём я всем и написал в своей рассылке — 'у каждого своя личная робинзонада'. Хотя перспективы собраться вместе казались поистине невероятными. Можно сунуться к месту генерального сражения между защитниками столицы Империи и армией вторжения мятежников. Там столько ценного добра с тех незапамятных времён лежит. Однако стоит помнить и об охране из сотен тысяч голодных мертвяков разной формы и силы. Да и саму древнюю столицу стоит проведать. Одиночке там тяжко придётся, наверняка всё ценное сокрыто под многочисленными завалами из обрушившихся зданий.

Собрав обильный урожай спелых плодов горной лианы, вместе с черенками самой лианы, спустился под землю. Стоит проверить, как те плоды теперь на меня станут влиять. С момента моего первого посещения пещер, в них совершенно ничего не изменилось. Гулко капала вода, движения воздуха почти не ощущалось. Зато моё изрядно обострившееся чутьё позволяло быстро определять спрятавшиеся в толще породы истинные изумруды, а не рубить её понапрасну целыми кубометрами. Две недели я провёл внизу, методично исследуя ходы под горами, а также самого себя, благо здесь отсутствовали внешние раздражители. Без особого напряга добыл более трёхсот крупных истинных изумрудов, вместе с изрядным количеством простых камней, однако особыми успехами собственного восстановления похвастаться не мог. Тьма по — прежнему надёжно блокировала внутреннее ядро ауры, не позволяя совершать давно привычные действия. Внешний слой всё же оказался недостаточно полноценным. При любых сложных операциях с энергией он быстро переполнялся силой и стремился потерять свою целостность. Не помогли исправить положение ни плоды лианы, ни преобразование истинного изумруда с душой в Великий Камень Жизни. Хотя последние действия неожиданно снизили мою потребность в пище практически до нуля. Проведённое исследование показало некоторое сокращение эманаций тьмы, которая стала усваиваться организмом как самая обычная органика. Хоть какая‑то от неё польза.

Выбравшись на поверхность, с некоторым удивлением отметил появление дополнительного чувства. Теперь в живых растениях и животных кроме жизненной силы и эманаций ауры я улавливал и нечто новое. Более всего оно походило на связанную тьму, из которой формировался невидимый внутренний каркас всех энергетических оболочек. Проведя несколько безуспешных экспериментов в попытках что‑либо изменить, направил свой путь к старому знакомому Личу.

— Быстро же ты вернулся, — недовольно прошипел он при встрече, которая едва не закончилась дракой — Хролос далеко не сразу признал меня в новом образе и попытался загнать в озеро. — Я не ждал тебя раньше ста лет с нашего расставания. Или ты уже стал Императором? — в его тихом голосе проскользнули язвительные нотки.

Вместо ответа материализовал Императорский Венец на своей голове.

— Надо же, он действительно признал тебя, — прошепелявил Тёмный Лич. — А как поживает твоя новая Империя? — нотки язвительности из его голоса никуда не исчезли, похоже, он не верил в мой успех.

— Строится, — пожав плечами, заметил я. — Два королевства уже полностью признали мою власть, а огромная армия ждёт приказа начать завоевание остального мира, — добавил как бы между делом.

— Идём в дом, расскажешь, как ты докатился до такой жизни, — позвал он меня за собой, отправляя вперёд парочку своих мёртвых слуг.

С моего предыдущего появления дом несколько изменился. В нём кто‑то навёл практически идеальный порядок, вымыл веками грязные стёкла и даже повесил матерчатые занавески. И вообще дом стал выглядеть вполне живым, что сильно диссонировало с образом здешнего обитателя.

— Ты, никак жениться успел, — язвительно спросил его, полюбовавшись на всё это великолепие.

— Эх, — тихо вздохнул он, выражая своё искреннее сожаление, — в своём нынешнем состоянии мне нечем порадовать женщину.

— И всё же она здесь явно побывала, — мой глаз заметил вполне очевидное.

— Не стану отрицать, — Хролос покачал своим голым черепом. — Заявилась сюда одна беспокойная особа. Как её кусты‑то не сожрали, до сих пор никак понять не могу. А как она резво бегала от моих слуг и запихивала их в воду. Даже меня умудрилась в озере разочек искупать.

— Свою магию, значит, ты на ней не проверял? — меня посетило чувство лёгкой ревности.

— Как можно, как можно… — Лич изобразил лёгкий смех. — После тебя здесь регулярно появляются всякие проходимцы. Большую их часть благополучно съедают кусты, но некоторых выбрасывает из воздуха прямо на берег озера. Правда, все они или сильно пугаются меня и моих слуг или наоборот пытаются оторвать им головы. Вот тех приголубить смертью и тьмой самое то, дабы немного успокоились. А Карен оказалась очень милой девушкой, сумевшей меня развеселить. Если бы не её сильная любовь к какому‑то увечному кавалеру, оставил бы у себя. Ради него она была готова свернуть горы своими нежными руками.

В общем, сдал мне ходячий скелет свою новую ученицу практически с потрохами. Та оказалась не такой талантливой, как я, но проявила изрядное упорство, едва узнав о возможности обрести целительские способности. Алхимия практически не давалась ей — сильно не хватало развития ауры и достатка контроля сознания. Однако проявив силу воли, ей всё же удалось создать порцию необходимого снадобья из оставшихся ещё со времени моего ученичества готовых компонентов. Для продолжения развития Лич отправил её по моим следам к Высшему Вампиру Шоду — ей хотелось действительно стать сильной. Но смогла ли она дойти до него или нет — он не ведал, хоть и подсказал наиболее безопасный путь в сторону моря. Мне же он про него даже не заикался, кстати. За всё это я сумел ему отомстить рассказом о своих приключениях, а также об обнаружении реальной возможности воскрешения к жизни из некоторых форм посмертного существования. Зато Лич кое‑что сумел подсказать мне, когда речь зашла о нынешней беде.

— Тьма — это очень хорошо! — пафосно сказал он. — Если свет всегда стремится вырваться и убежать, то тьма наоборот собирается вместе, по пути захватывая всё полезное. Именно тьма, а не свет является истинной основой мироздания, ибо связывает Величайший Замысел Творца в материальные формы.

— Но почему она тогда не позволяет мне свободно творить, крепко связав ядро ауры? — недоумённо спросил его.

— Так это её основное свойство — убрать ненужное вытекание праны, — невозмутимо ответил Лич, как будто это совсем не проблема. — Тебе просто требуется научиться двигать тьму посредством смерти, благо в тебе есть её активная частица — окончательно вверг меня в прострацию он.

— Иначе никак? — я попытался всячески откреститься от таких интересных 'перспектив'.

— Никак! — Хролос задавил мои робкие попытки нелепого сопротивления. — Ближе всего к тьме стоит смерть, и только она способна заставить её подчиняться. Раз у тебя практически абсолютная защита от Чистой Смерти, ты сможешь работать с ней, не превращаясь в форму скелета. Я понимаю твоё нежелание убивать просто ради обретения силы, потому могу предложить проверить практическим образом один альтернативный вариант. Возможно, у тебя действительно что‑то получится…

С этими словами он ненадолго вышел из дома, оставив меня наедине со своими тяжелыми мыслями. Становиться полноценным мертвителем мне категорически не хотелось. Однако других вариантов вернуть утраченное могущество, похоже, не имелось. Через полчаса Лич вернулся с тёмно — фиолетовым почти чёрным кристаллом неправильной формы размером с кулак. Первый взгляд на него явил страстное желание его души стать идеальным кубом.

— Одна из самых больших тайн Империи — истинный камень смерти, — как бы между делом заметил ходячий скелет. — Здесь недалеко в горах находится единственное во всём обитаемом мире месторождение подобных камней, способных впитывать в себя противожизненные эманации, а затем выделять их по желанию своего хозяина. Когда‑то давно их называли 'камни мёртвых', ибо живые не могли прикоснуться к ним. Тебе же, как посмотрю, близость к такому камню не причиняет особых неприятностей.

— Действительно, — я не побоялся взять камень в свои руки и направить на него луч перстня определителя, который, впрочем, ничем не смог помочь.

— Если тебе удастся подчинить этот камень, ты сможешь справиться и со своей тьмой, — Хролос, похоже, посчитал, что выполнил всё необходимое со своей стороны и больше ничем мне не сможет помочь, заявив: — Пришла пора тебе исполнить своё обещание!

Рассказывая о своих похождениях, я вскользь пообещал попробовать его оживить, если он сможет помочь как‑то решить мою проблему. И, похоже, именно это обещание заставило его расстаться со своим последним настоящим сокровищем — так сильно надоело ему пребывать в форме ходячего скелета.

Жизненная сила во мне оставалась подвижной, потому не видел особых трудностей в воссоздании живой плоти. Однако лёгкой победы жизни над посмертным существованием не произошло. Хролос не зря определялся как 'Тёмный Лич' — тьма в нём всячески препятствовала контакту его души и создаваемой мной живой плоти. Потому если мне и удастся выстроить для него полноценное тело — он так и останется ходячим мертвецом. Более того, Чистая Смерть, являющаяся составной частью его ауры, постоянно портила результаты моих трудов, уничтожая завязи новой жизни. Через несколько дней, когда мы уже было хотели отказаться от продолжения бесплодных попыток, у меня вдруг появилась идея — если смерть нам мешает — значит, она же и должна помочь. Взяв камень смерти в руку, очередной раз начал производить воссоздание завязи живой плоти, одновременно вытягивая камнем противожизненные эманации из ауры Лича, создавая в ней небольшую 'пустую зону'. Уже через час появились первые позитивные результаты — завязь больше не погибала и постепенно создавала необходимый каркас кровеносной и нервной системы. Я так сильно увлёкся работой, что не заметил, как истинный камень смерти в моей руке резко потёк, приняв свою идеальную кубическую форму, после чего меня накрыло жесточайшее аурное истощение вместе с критическим истощением жизненной силы одновременно, милостиво гася сознание.

— Хватит изображать из себя каменное изваяние! — меня немилостиво тряс обладатель громкого мужского баса, пытаясь привести в чувство.

— Хролос? — открыв глаза, увидел перед собой волевое лицо с аккуратной стриженной чёрной бородой и серыми глазами, в которых недвусмысленно читалась едкая ухмылка.

— А кого ты тут ещё хотел увидеть, Великий Повелитель Жизни и Смерти, — хохотнул он.

— Значит, у меня всё получилось? — всё ещё не веря в свой успех, переспросил я.

— На счёт 'всего', сказать не возьмусь, однако ты сумел сделать поистине невозможное — выдернув меня из‑за грани вечного посмертия. А я ведь тебе поначалу просто не поверил, — задумчиво добавил тот. — Более того, ты забрал у меня почти всю тьму и смерть, теперь я стал практически таким же человеком, каким и был до своей первой кончины.

Всё бы хорошо, однако моя личная проблема так никуда и не исчезла. И пока Хролос вспоминал, как это быть живым, предаваясь сибаритству, откуда столько еды и вина нашел, я пытался справиться с подлой тьмой. Та никак хотела подчиняться и выбираться наружу. Зато практически полностью освоил наследство Архимага смерти, доставшееся мне вместе с его душой. Бедные лесные кабанчики, коим удалось познакомиться с арсеналом мертвителя на своей шкуре. Не успевали они убраться подальше от злобного экспериментатора, пожелавшего разобраться со своими новыми возможностями. И пусть он потом превращался в доброго целителя и возвращал бедняг к жизни, порой по несколько раз подряд — тяжелейшая психологическая травма останется с ними до конца их бренного существования. В конце концов, непонятная тьма действительно начала слабо шевелиться, но принципиальным образом это ничего не меняло. Алхимия и полноценная 'интегральная магия' оставались для меня по — прежнему закрытыми. Радовали лишь исследования 'Чистой Смерти'. Стоит отметить — название опять полностью не соответствует истинной сути явления. Если тьма являлась базовой основой всего материального мироздания, связывая первозданную энергию в плотные образования, то 'смерть', как это ни странно, отделяла её от иных форм свободной энергии, позволяя им существовать совместно. Всё живое включало в себя 'тьму' и 'смерть', как обязательные составные части. Воздействие 'Чистой Смертью' на живые существа извне разрушало некие внутренние барьеры и высвобождало внутреннюю тьму с закономерным фатальным результатом. Но эта же 'Чистая Смерть' могла обеспечить некоторым сущностям и посмертное существование. Было непонятным, почему моя материальная оболочка оставалась функциональной при огромной концентрации смерти и тьмы в ядре ауры. Моя плоть оставалась живой, хотя больше не нуждалась в потреблении пищи, как‑то освоив вытягивание всего необходимого из первородных энергетических субстанций.

— Пора нам собираться в дальнюю дорогу, — однажды утром заявил Хролос, удалив из своего обновлённого организма все последствия продолжительного запоя.

Он недавно применил свой эликсир обретения магии жизни на себе, потому мог не опасаться некоторых вредных для здоровья излишеств. Впрочем, как целитель он сейчас совершенно не котировался из‑за отсутствия специфических знаний и опыта. Я показал ему несколько простейших приёмов и выдал Камень Жизни для тренировок на истощение, но до сегодняшнего утра он не особо усердствовал.

— Неужели ты хочешь покинуть своё убежище, в котором провёл столько веков? — недоумённо спросил его я.

— Хватит, пришло время постепенно выбираться к людям! — категорично заявил он. — Закидывай в свой безразмерный карман всё ценное имущество, и отправляемся в путь.

Ценного имущества оказалось немало. Два банковских сундука золотых империалов, оборудование алхимической лаборатории, запас ценного сырья, а также изрядное количество вина и других продуктов, с незапамятных времён хранившихся в подвале домика под воздействием магии вечного сохранения. Тут‑то я немного обиделся — во время моего первого пребывания у него в гостях, тот даже не обмолвился об их наличии, заставив меня питаться исключительно за счёт охоты и собирательства. Даже солью, гад, не поделился. На запихивание всего добра в пространственный карман ушел целый день, ибо верхний слой моей ауры не мог быстро вытягивать необходимую энергию из ядра даже с помощью двух рогов высокогорного марала. Хролос сильно удивился, увидав их у меня, в его время те парнокопытные обитатели гор тоже считались полностью вымершими.

— С помощью них можно создать оружие даже против таких неуязвимых монстров как ты, — заявил он, будучи хорошо ознакомленным с действием комбинированного щита жизни и смерти, в настоящий момент незримо окружавшего мою физическую оболочку. — Не зря же за теми маралами когда‑то устроили охоту до их полного уничтожения, несмотря на всю сложность и опасность подобной затеи.

— Пытались достать прежнего Императора? — сразу же догадался, о чём он говорит.

— Верно, — не стал отпираться тот. — Судя по всему, последнее покушение действительно удалось, неожиданно оборвав его существование до появления настоящего наследника.

— Учту на будущее, — благодарно кивнул ему головой.

Вторая глава. Встречи со старыми знакомыми

До обиталища Вампира Шода мы добирались полгода по местному времени. Шли неспешно, собирая всякие травы и прочую ботанику, по пути заглядывая в некоторые интересные места, которые можно назвать 'Закрома Родины'. То есть навестили резервный склад, заложенный ещё во времена существования древней Империи на случай всяких неурожаев или вообще глобальных катаклизмов. Хролос знал об одном таком тайном месте, спрятанном под большой горой в пещерах естественного происхождения, а вообще их было несколько. Впрочем, особой тайности сего хранилища в давние временя не существовало, судя по встретившей нас делегации аж в пару тысяч ходячих мертвяков. Едва мы подошли к той горе, нас сразу же попытались оценить на вкус.

— Совсем оголодали, костяшки ходячие, — недовольно заметил бывший Лич, благополучно позабыв о своём ещё совсем недавнем внешнем виде.

Его бывших коллег владеющих хоть какой‑то магией среди комитета по встрече не встретилось. Зато подсушенные за долгие века бескормицы зомби оказались на редкость резвыми. Более того, действовали они не поодиночке, а хорошо слаженными группами, штук по двадцать — тридцать вооруженных ржавым оружием бойцов. Даже мёртвые арбалетчики иногда пытались нашпиговать нас острым металлом. Безуспешно. Хролос прятал в своей заначке хороший амулет со щитом силы, а мне мертвяки вообще не могли причинить какого‑либо вреда. Потому наш поход через их толпы можно смело назвать лёгкой разминкой. Моя магия смерти на них не действала, собственно, они и так дохлые, куда уж больше, зато 'клинок духа' обрывал их жалкое посмертие с одного лёгкого удара. Стоящих трофеев после них оказалось не так много, как нам бы хотелось. Пара дюжин полных комплектов редких офицерских доспехов из мифрила с внушительным магическим упрочнением, офицерское оружие из того же ценного материала, немного амулетов с полностью разряженными накопителями, и пара сотен хорошо сохранившихся из‑за защитной магии арбалетов. Ржавое железное оружие и броню прочих зомби брать не стоило. Зато в карманах мертвяков хватало золотых и серебряных монет. Хролос в шутку высказал мнение, что им кто‑то жалование недавно выплатил. Судя по всему, он оказался весьма близок к истине, только это самое жалование выплатили ещё живым солдатам, оставшимся здесь навсегда и превратившимся в деятельных зомби.

Проломить магическую защиту входа в пещеры оказалось несложно, ибо за долгие века она изрядно пострадала в силу естественных причин, однако проход в глубину охраняли очень шустрые боевые големы. Двухметровые рыцари в глухой чёрной броне, двигавшиеся со скоростью лучших живых бойцов и виртуозно владевшие двумя кривыми клинками. Их тело под бронёй состояло их какого‑то непонятного вязкого желе, способного собираться воедино и восстанавливать повреждённый доспех после получения любых повреждений за какую‑то пару секунд. На моих глазах разрубленный пополам рыцарь собрался из двух отдельных половинок воедино и снова атаковал меня. Магия против них также оказалась совершенно бесполезна. Разве только мощный воздушный кулак отшвыривал их на несколько метров, не причиняя, впрочем, особых повреждений, а огонь вообще растекался по поверхности тёмной брони, без всякого вреда постепенно впитываясь внутрь. Уничтожать таких ценных охранников методом отключения от внешней подпитки стало откровенно жалко. Отправив своего напарника наружу, стремительно проскочил внутрь, выискивая систему магического управления этими вечными охранниками, благо удалось засечь тянущиеся к големам едва заметные взгляду силы энергетические жгутики откуда‑то из глубины подземелий. Там меня тоже пару раз хотели зарубить, однако мои щиты оказались на высоте. В результате рывка я очутился достаточно глубоко под землёй и сумел отыскать управляющий системой охраны амулет. Какой‑либо дополнительной защитой тот не обладал, потому совершенно не возражал против своего отключения. Големы застыли на месте, позволив упаковать себя в пространственный карман вместе со всей управляющей магической конструкцией. Шестьдесят два почти неуязвимых для обычного оружия бойца, которым неведом страх, обладающие способностью ждать появления противника целую вечность, в хозяйстве обязательно пригодятся. А какой они вызывают исследовательский интерес — тут вообще просто нет слов.

Сам склад, к нашему сожалению, оказался практически пуст. Хранящееся тут продовольствие, коего, по идее, должно было хватить столице Империи на целый год, какие‑то нехорошие люди вывезли через имевшийся грузовой портал. И лишь одно небольшое хранилище с заклинившей от перекоса массивной дверью — задвижкой, которую мне с огромным трудом удалось своротить, порадовало нас мешками с пшеницей. 'Магия вечности' прекрасно сохранила её до наших дней. Уходя отсюда, не удержался и частично расковырял конструкцию портала, попытавшись вытянуть из неё пространственные привязки к другим подобным порталам. Зря потратил время — управляющий кристалл оказался безнадёжно разрушен. Решив не оставлять тут ничего ценного, выдернул все конструктивные элементы, мало ли когда ещё пригодятся. В самом конце чисто случайно заглянул ещё раз в комнату, где прежде располагался управляющий охраной амулет. После извлечения главного накопителя остатки связанной силы полностью развеялись, но мой взгляд силы обнаружил какие‑то остаточные эманации в одном месте. Там прятался небольшой тайник, а в нём единственный жезл — амулет, про который определитель рассказал некоторые подробности:

'Большой жезл хранителя благ. Материалы: истинное серебро и драгоценные камни. Формирует в замкнутых помещениях 'покрывало вечности', подавляющее все естественные процессы, как физические, так и энергетические. Имеет внутренний накопитель не менее 320000 условных энергетических единиц. Расход не более 11 единиц энергии на кубический метр сохраняемого объёма. Внимание! Имеющих менее 800 условных единиц ауры живые существа окажутся под влиянием подавляющего поля'.

В общем, во время аурного истощения лучше не входить туда, где разлито это 'покрывало вечности', дабы не остаться там навсегда.

Других особых приключений за время пути не произошло. Охота и собирательство, регулярная рассылка инструкций по успешному выживанию для народа, изучение добытого добра и безуспешные попытки разобраться в себе. Порадовавшие поначалу големы в последствие несколько разочаровали. Если сама конструкция единичного бойца продолжала вызывать у меня непередаваемый восторг, то внешняя управляющая система вызывала чувство плохо сделанной халтуры. Ничего существеннее охраны склада ей доверить нельзя. А переделать её получится не раньше, чем я смогу полностью восстановить свои магические способности. Так, медленно продвигаясь вперёд, мы постепенно пришли к морю. Здесь нас уже ждали почти две тысячи моих соклановцев. В одной из рассылок я выдал им нарисованную от руки карту местности и указал, куда стоит постепенно подтягиваться, предварительно запасшись провизией. Народ времени зря не терял и сумел неплохо прибарахлиться — у многих мой глаз отмечал новое хорошее оружие и редкие доспехи. Нашлись и более утилитарные вещи, к примеру, большие котелки и металлические миски. Проверка списочного состава выявила не более двадцати выбывших, не справившихся с выживанием, остальные присутствовали тут или постепенно подходили ближе.

Просидев с народом три дня в импровизированном лагере и выслушав множество интересных историй о 'весёлой' жизни в здешних краях, отправился навестить Высшего Вампира Шода, рассчитывая обрадовать его скорым прибытием множества гостей.

— Я знал, ты рано или поздно вернёшься! — радостно поприветствовал меня тот, сразу же узнав, несмотря на изменение внешности.

— Но как ты определил, что это именно я? — спросил его после взаимных объятий и похлопываний.

— Запах, — ответил тот. — Внешность и аура стала другой, однако пахнешь ты почти как раньше.

В башне Шода царил практически идеальный порядок, и опять чувствовалась женское участие в его наведении.

— К тебе тоже недавно гостья заходила? — заметил я очевидное.

— Если сравнивать с Вечностью, то действительно недавно, — немного недовольно ответил тот.

— Тоже отпускать не хотел, да? — громко хмыкнул, легко догадавшись о причинах его недовольства.

— Ты прав, — он перестал морщить недовольную гримасу. — Она почему‑то искала именно твои следы и не захотела оставаться с нами, узнав, куда ты отправился после моего обучения.

— Надеюсь, ты её тоже чему‑то научил? — в принципе, можно и не спрашивать, и так всё ясно.

— До тебя ей далеко, — заметил Вампир, покачав головой. — Несмотря на невероятное упорство, без эликсиров далеко не уйдёшь, а оставшихся от тебя запасов надолго не хватило. Хотя моих мальков по ловкости она смогла практически достать. А вот силы ей действительно не хватало. И вообще, с ней весело было.

— Ничего, скоро тебе не придётся жаловаться на скуку, со мной тут чуть больше пяти тысяч страстно желающих пройти твою школу бойцов, — широко улыбнулся, наблюдая за эмоциональной реакцией Шода — моё заявление, похоже, повергло его в глубочайший шок.

— Откуда ты их столько набрал? — через несколько минут он всё же пришел в себя.

— Да вот, так получилось… — пришлось рассказывать ему свою долгую историю и показывать Императорский Венец.

Несмотря на большие внутренние сомнения, Высший Вампир выдал своё согласие. Отвык он от такого количества живых людей, но главные причины его сомнений лежали в организационной области. Места для всех просто не было, да и с едой имелись некоторые сложности. Но решение этих проблем я решительно брал на себя.

Ещё пара месяцев интенсивной работы, забот и бешеной суеты. Главный лагерь разместился в ущелье как раз под бывшим гнездом гарпий. А внутренние помещения скалы превратились в продовольственные склады и надёжное убежище на случай плохой погоды. Буря на дюжину дней разразилась как раз к тому моменту, когда мы полностью закончили переоборудование. Интересной находкой стал частично действующий портал в зале, где некогда обитала Королева Гарпий. Именно его защитное поле тогда не позволило обычным гарпиям добраться до меня и растерзать. К сожалению, его управляющий кристалл не порадовал полезной информацией — все пространственные маяки, с которыми он имел связь в прошлом, в настоящее время не отвечали. Пока бушевала непогода, я окончательно доделал свои дела и передал командные полномочия нашим тысячникам. Бойцы уже давно приступили к интенсивным тренировкам, разбившись на несколько смен. Пока одни постигают вампирскую науку, другие занимаются хозяйством и добывают пропитание. Рыбы в море хватало на всех. А необходимые эликсиры массово готовил Хролос, снова обретший своё истинное призвание. Втихаря он вносил в них некоторые изменения и внимательно смотрел на получившийся результат, ловко списывая все неудачи на некачественное сырьё. Тоже мне экспериментатор хренов. Отметив, что здесь всё прекрасно идёт и без меня, я снова собрался в путь.

— Опять надолго нас покидаешь? — спросил Шод, выслушав некоторые мои пожелания, относительно подготовки бойцов, сразу же догадавшись о моих дальнейших планах.

— Как получится, дружище, — кивнул ему. — Если получится запустить другие порталы, смогу чаще бывать в этих краях. Место под тайную клановую базу здесь очень удачное. Остаётся наладить нормальное снабжение, построить жильё и можно заниматься серьёзными исследованиями. Есть у меня кое — какие грандиозные планы… — с этими словами я многозначно взглянул вверх в усыпанное яркими звёздами ночное небо.

* * *

'Если ты не ищешь приключений, они находят тебя сами', — тогда подумал Егор, пробуждаясь от недовольного фырканья крупной кошки, обнюхавшей его сонную тушку. Как это ни странно, съесть его никто не захотел, посчитав явно невкусным. Обидно, да. Он тогда даже испугаться не успел, только потом, рассмотрев двухсот пятидесятый уровень пятнистой кошечки, преспокойно вылизывавшей свою шерсть около ничего не понимающего охотника, позабывшего о необходимости дышать. Тот не очень понимал, как здесь оказался. Со своим отрядом патрулировал леса баронства Ток, перенимая некоторые особые навыки у тамошних рейнджеров, после чего на него напал странный морок, в котором он принял активное участие в эпической битве света и тьмы. А проснулся уже непонятно где на солнечной поляне под боком у грозного хищника, причём, совершенно один. Поняв, что съедения не ожидается, быстро выяснил обстановку через связной свиток. Большую часть всего клана благополучно закинуло в 'Край забытых героев', про который им некогда читали лекции, явно предполагая подобное развитие событий. И такое необычное поведение тамошних хищников оказалось вполне объяснимо — они просто давно забыли про существование живых людей. А вот с не совсем мёртвыми им сталкиваться приходилось, об этом Егору удалось очень быстро узнать. Недалеко от места его появления оказалась полуразрушенная дорожная почтовая станция, рядом с которой водились весьма недружелюбные обитатели, стремительно бросавшиеся на всё живое. Ходячие мертвецы оказались быстрыми и ловкими, впрочем, особым мастерством владения оружием они не обладали. Охотник быстро расправился с троицей зомби, затем методично отстрелял остальных из своего лука. Пятнистая пантера Машка, как он её обозвал, недовольно взирала на его развлечения — мол, добыча несъедобна, зачем на неё тратить свои силы? Другое дело — подстрелить шуструю косулю. Хищница быстро нашла для себя пользу от человека, ибо оказалась исключительно ленивой, как и все нормальные кошки. Хотя при этом любила просто так поиграть, хорошо хоть кусала несильно, лишь обозначая своё истинное превосходство — несмотря на все тренировки, человек сильно проигрывал ей по силе и ловкости. Вот так он провёл первые две недели в новом месте, постепенно привыкая к ускоренному восприятию окружающей действительности. Как оказалось, время здесь бежало заметно быстрее, чем в других местах. Потому поначалу терялась детализация зрения, отказывал слух и проявлялись странные галлюцинации. Вроде твёрдо стоишь на ногах, а ощущаешь себя в свободном падении. Но все неприятные моменты достаточно быстро исчезли. Приходилось лишь регулярно давать советы другим по связному свитку, помогая Лидеру клана, активно занимающемуся тем же самым. В эти неведомые края попал практически весь активный боевой состав. При большом желании можно вернуться к людям в любой момент, достаточно просто погибнуть, однако здесь имелись перспективы найти особо ценное оружие, или же обрести давно забытые знания. Требовалось лишь выжить и хорошенько подружиться с окружающей природой. С теми же животными, к примеру. Егору это быстро удалось. Машка помогла найти останки богатого древнего воина, с которых он взял легчайшую мифриловую кольчугу для ношения под одеждой, исключительно удобный меч в ножнах, обладающих эффектом невидимости с креплением за спиной, а также непонятный магический артефакт — медальон, позже опознанный Лидером клана как персональный телепорт. Пришлось, правда, окончательно упокоить изрядное количество бойкой нежити, дабы подобрать столь ценное добро.

Путешествуя по лесам полным дичи вместе с новой четвероногой напарницей, Егор постоянно переписывался со своей подругой Оксаной. Та тоже нашла себе четвероногого партнёра, оказавшимся крупным волком — одиночкой, поседевшим от прожитых лет. И ей тоже улыбнулась удача, принеся несколько хороших подарков. И вообще пребывание в здешних краях оказалось для клановых бойцов весьма полезным. Мало кто не справлялся с возникающими трудностями, отправляясь на перерождение обратно в 'большой мир'. Единственное, на что некоторые сетовали — это существенное урезание зарплаты из‑за фактора времени. Здесь оно двигалось в девять раз быстрее, чем в остальном виртуальном мире. За год тут там пройдёт всего сорок дней. И учитывая полученные советы о том, как найти для себя нечто ценное, чего ни на какую зарплату не купить, всерьёз жаловаться никому не хотелось. И даже приказ собраться в одном месте на побережье моря был воспринят весьма позитивно. Лидер клана напрасно отрывать народ от отдыха и искательства не станет. К сожалению, Машка отказалась покидать леса и перебираться в степи, зато изголодавшаяся за полгода по мужской ласке подруга устроила Егору небывалую встречу. Жалко отдых после долгого путешествия продлился недолго, их быстро пристроили к делу, заставив серьёзно повысить свою воинскую квалификацию.

— Интересно, когда это наш Босс сумел обзавестись такими знакомствами? — спросила Ленка, подруга Оксаны, занятой рядом приготовлением алхимических снадобий, разминая Егору спину, после очередной сверхинтенсивной тренировки. — Если меня не обманывает зрение — Сенсей и его помощники имеют во рту такие очень характерные клыки.

— Они действительно вампиры, — тихо заметил блаженно расслабившийся охотник. — Никто про их существование в 'большом мире' даже не подозревал. Похоже, они остались только здесь, как и ходячие мертвецы.

— Действительно, — явно призадумалась девушка с очень крепкими руками, перестав терзать мужскую спину. — Кроме людей в 'большом мире' вообще никого нет. А ведь когда‑то говорили о всяких эльфах, гномах, орках и прочих сказочных персонажах, за которых можно будет поиграть.

— Корпорация отговорилась сложностью адаптации пользователей под нестандартные тела и проблемах в реальной жизни, которые за этим последуют, — в разговор влезла молчавшая Оксана, закончив создание очередного эликсира, снимающего некоторые неприятные последствия физического перенапряжения. — И ещё тогда ходили разговоры о Великих Целителях, способных изменять тела с помощью магии жизни. Им ничего не стоит сделать эльфа или орка из обычного человека. Но пока никто за подобное не брался, хотя наши девочки из борделя несколько раз подкатывали к мадам Роднеге с подобными просьбами, мол, клиенты хотят большего разнообразия. Лентяйки, не хотят тренировать интимные мышцы и прямое управление мужской сексуальностью, дабы парни уходили от них с выражением вечного блаженства на своём лице.

— И как та на их просьбы отреагировала? — Ленка вся обратилась в слух, её эта тема сильно заинтересовала.

— Послала их всех куда подальше, естественно, — хмыкнула Оксана. — Но мелкие дефекты тела исправила практически всем желающим. Ширину бёдер там, объём и высоту груди, ну ты сама знаешь. Более того, говорят у кого‑то и с реальным телом произошли аналогичные изменения, чуть погодя добавила та.

— Неужели по себе судишь? — Ленка явно не поверила подруге. — Тебя же тоже немного Роднега подправила, так?

— Не знаю, — Оксана немного смутилась. — Как стали платить постоянную зарплату, с тех пор я ни разу не вылезала из капсулы. Что я в этой серой реальности не видела? Родителям на меня плевать, сестра вообще хотела удавить из‑за моего выбора профессии. А здесь я имею всё для счастья, в том числе и исключительно красивое тело.

— Кстати, в нашем клане почти никто уже из капсул не вылезает, — подал свой голос Егор. — 'Матрица' оказалась куда привлекательнее реальной жизни. Лично я последний раз выходил наружу уже и не помню когда. Снег, слякоть, брр, мерзость! А к вашей мадам Роднеге при случае обязательно стоит обратиться.

— Ты же говорил, что размер совсем не главное, главное — уметь им пользоваться! — прыснула Оксана, подшучивая над своим парнем.

— Я совсем не это имел в виду, — сразу же смутился он.

— Да ладно, — тихо хихикнула Ленка. — Знаю, ты всегда завидовал Кольке, вот у него действительно размерчик…

— Успокойтесь, глупые дети, Роднега помогает исключительно девочкам, — твёрдо заявила Оксана. — Про мальчиков она говорит — 'мужчине достаточно быть чуть красивее обезьяны'.

— Повезло нашему Боссу найти строгую целительницу, — громко рассмеялась Ленка, снова взявшись за спину Егора. — И главное где…

— Думаю, он не нашел, а сделал её таковой, — снова подал голос охотник, мысленно порадовавшийся смене темы разговора. — Судя по всему, он совсем не тот, за кого себя выдаёт. Ни у кого ведь из наших уже не осталось сомнений в том, что он здесь ранее уже побывал. Я спрашивал Шода, почему Рэй Димиус с нами не тренируется, занимаясь исключительно хозяйственными вопросами, на что тот многозначно ответил, мол, ему больше нечего тому показать. Вы представляете, Высший Вампир так отзывается об обычном человеке.

— Или не совсем обычном, — хихикнула Оксана. — Наш Босс любит скрытничать, как и все его близкие подружки, однако нам всем от такого сплошная польза. За неделю тренировок тут я подняла дюжину уровней. И это, заметьте, уже далеко за сотней. За те обещанные нам два года непрерывного кошмара все мы перепрыгнем вторую, а кое‑кто и третью.

— Это если нас срочно в 'большой мир' не выдернут, — недовольно заметил Егор. — Вдруг там срочно потребуется наше участие.

Несмотря на интенсивные тренировки с раннего утра и до поздней ночи с редкими выходными уходить отсюда ему совершенно не хотелось.

— Вряд ли такое произойдёт, — Оксана согнала подругу со спины своего мужчины, заняв её место. — Ты, Егорушка, видимо, просто не читал вчерашней рассылки о событиях 'по ту сторону'. Год там гарантировано война не начнётся, а для решения всяких повседневных проблем в клане хватает молодого пополнения, прошедшего два первых этапа подготовки. С ума сойти! За девять лет, в которые обратится здесь тот год, из нас настоящих монстров успеют сделать, дабы никто не умер от скуки.

— Мы скорее умрём от однообразия пищи, эта рыба уже поперёк горла стоит. За эти годы у нас самих плавники и хвосты отрастут, а шкура чешуёй покроется! — недовольно фыркнула Ленка, взявшаяся было за приготовление алхимии.

В клане всячески поощрялось освоение хорошо способствующих развитию ауры дополнительных профессий. Алхимия, ювелирное дело и в перспективе настоящая магия. Многие хотели попробовать свои силы, однако не всем хватало знаний — требовалось как минимум хорошее техническое образование или подходящий склад ума.

— Рыба — это ценный фосфор и прочие микроэлементы, хорошо способствующие развитию головного мозга, — заметила Оксана, покачав головой, выражая искреннее сожаление словами подруги. — Или ты, Ленусик, предпочитаешь думать немного другим местом?

Вся компания громко рассмеялась.

* * *

Путешествуя в гордом одиночестве до определённой цели можно не терять время на осматривание всяческих красот. Хоть времени пока хватало, однако терять его на малополезные занятия не хотелось. Физические возможности позволяли бежать без остановки несколько суток подряд со скоростью хорошего спринтера. Ещё быстрее можно оказаться у цели, если воспользоваться индивидуальным телепортом, который мне передал наш главный клановый егерь. Ему самому пользоваться таким артефактом слишком опасно. Пространственных маяков, к которым можно привязаться, у него нет, а прыгать наобум — гарантировано отправиться на перерождение, к примеру, проявившись слишком высоко над землёй или вообще в толще камня. Да и зарядить артефакт его аура пока не способна — он обладал скверным свойством выпивать из своего владельца энергию независимо от его состояния, быстро доводя до истощения или вообще смерти. Я пообещал сотнику Егору со временем достать амулеты для тренировок пространственного чутья и раскачки ауры, а пока забрал опасные игрушки от греха подальше. Тот вообще хотел подарить мне сей артефакт в благодарность за всё прочее, сильно удивившись, узнав о моих собственных возможностях прыгать сквозь пространство без дополнительных приспособлений, пусть и временно недействующих. И вообще, никто из наших бойцов сильно не держался за добытые здесь ценности. Не всем повезло найти что‑либо полезное именно для себя. К примеру, несколько десятков исключительно хороших луков и большой запас стрел с магической начинкой случайно досталось собравшемуся вместе отряду разведчиков, но сами они предпочитали малогабаритные арбалеты, которые легко прятать под одеждой. Потому они передали те луки разросшейся команде егерей без какой‑либо компенсации с их стороны под предлогом — 'вам нужнее'. Многие магические амулеты и артефакты вообще требовали особой квалификации для работы с ними, потому их вообще сдавали мне без всякого сожаления, благо в нашем клане можно получить нечто более понятное и полезное, просто подав заявку интенданту. Естественно, за всё сданное потом будет выплачена компенсация. Не чистыми деньгами, хотя это тоже предполагается при продаже предмета на сторону, а возможностью выкупить в собственность что‑либо другое из клановых хранилищ или из собственного снаряжения, принадлежащего клану. Для некоторых такая возможность остаётся весьма интересной. Хоть у нас практически коммунизм, однако, некоторые пережитки прошлого так быстро не изживаются. Раз отдельным малосознательным товарищам хочется иметь ощущение — 'я никому ничего не должен', то нам совсем несложно уважить хороших людей.

Заповедная роща встретила меня весьма неласково. Ещё на подходах собрался внушительный комитет по встрече нежелательных гостей. Около сотни сильных хищников во главе с духом магини жизни Вилиены, попытавшейся использовать против меня мной же отданные ей факела истинного света. Вопреки некоторым ожиданиям, они не причиняли мне каких‑либо неудобств.

— Нечего тебе здесь делать Тёмная Тварь! — тихо прокричала хозяйка заповедной рощи.

— Вот она какая, человеческая благодарность, Вилиена! — я покачал головой, выражая своё недовольство.

— Откуда ты знаешь моё имя? — удивилась она.

— Сама же и рассказала, после того, как я вытащил тебя из объятий вечной смерти, — тяжело вздохнув для приличия, ответил ей.

— Этого не может быть, ты не он, или… — тут она словно споткнулась, попытавшись внимательнее присмотреться к моей ауре. — О, светлые боги, почему же вы допустили это? — опять же тихо воскликнула она, попытавшись закрыть своё лицо прозрачными руками, уронив на землю пылающие факела истинного света.

— Такова цена победы над Тёмным божеством, — ответил ей, подходя ближе и отнимая руки от лица. — Сразивший дракона сам становится драконом, если не сможет убить ещё одного уже в себе самом.

— Но как же так, Вад? — Вилиена сейчас бы расплакалась, если бы только смогла в своём нынешнем почти бесплотном состоянии.

— Это длинный рассказ, — многозначно ответил ей, переходя на мысленную речь. — Пока дойдём до твоего обиталища, узнаешь, как помотала меня жизнь. И отпусти своих четвероногих помощников, они всё равно не смогли бы причинить мне какой‑либо ущерб.

— … Невероятно! — мысленно воскликнула древняя целительница, узнав, как я 'потемнел'. — Надо непременно что‑то сделать, не оставаться же тебе вечно в таком состоянии.

— Как говорится у нас — 'всё, что бьёт, но не убивает, способно сделать нас сильнее'. И если от тьмы нельзя избавиться, то стоит заставить работать её на себя. Благо всё несколько не так, как представлялось нам вначале.

После чего рассказал о своём нынешнем понимании данной материи, упомянув и о предложении вернуть Вилиене человеческий образ. Несмотря на ожидание возражений, она сразу же согласилась.

— Первомаг Харл несколько лет назад навещал меня и тоже предлагал сменить форму существования, однако мне не хотелось снова попадать к нему в зависимость и становиться его ручной зверюшкой, — выдала она совершенно неожиданную информацию. — Он не такой уж и добрый, как некоторым иногда кажется, — добавила она чуть позже. — Жажда знаний значит для него гораздо больше, чем возможное страдание самых близких людей. Потому никаких отношений между нами больше не возникнет. Отчасти из‑за него я и выбрала свою нынешнюю форму существования, хотя тогда имелись и другие варианты. И тебе придётся всегда прикрывать меня от его домогательств, когда вернёшь мне истинный облик, — прозрачно намекнула она на то, что инициатива часто бывает наказуема.

— Учти, у меня уже имеются четыре 'младшие жены' и как они отнесутся к появлению пятой — весьма сложно сказать, — попытался совсем чуть — чуть припугнуть её наличием соперниц, однако не преуспел.

— Думаю, мы хорошо поладим, — твёрдо заявила она. — И потом, меня ты первой нашел, потому я имею больше прав, чем все они.

Проанализировав свои чувства, ощутил себя настоящим подкаблучником. Почему‑то мне гораздо проще согласиться с желанием женщины, нежели отстаивать своё мнение. Естественно, подобное со мной происходит далеко не со всеми женщинами и не со всеми их желаниями, однако явление имеет место быть. С другой стороны, Вилиена обладала весьма приятным характером и могла принести немало пользы. Осталось только узнать мнение остальной семьи.

Возможность представилась практически через несколько минут:

— Знаю, ты без нас сильно соскучился, — мысленный посыл Аллии оказался весьма громким. — Всё, я тебя нашла, встречай гостей!

Из раскрывшегося вертикального круга портального перехода вывались все мои женщины, сразу же пожелавшие затискать меня в своих объятиях до потери чувств. И только потом они обнаружили лишних свидетелей подобного непотребства, пребывающих в бестелесной форме.

— … И о ком ты нам ещё не рассказывал? — напоказ нахмурилась Ладия, после того, как пообщалась с духом Вилиены.

— Ну… — я попытался изобразить смущение, однако получилось весьма неестественно.

— Короче, немедленно выполняй взятые на себя обязательства, мы немного подождём! — твёрдо заявила она, выражая мнение всего женского коллектива.

Немного повздыхав для приличия, направился к огромному дубу, в котором пребывала душа древней магини. Накопленный опыт воскрешений позволял сильно экономить время и не делать лишних действий. Однако Богиня Лиява решила подстраховать меня — до этого все операции с душами проходили у меня по сценарию банального поглощения. В общем, уже через час Вилиена сделала первый вздох своей собственной грудью за несколько тысяч лет.

— Я уже и позабыла, как это быть человеком, — удивлённо заметила она, упав на пятую точку после попытки сделать пару шагов своими ногами.

— Ничего, вскоре всё вспомнишь, — хмыкнула Аллия, с каким‑то непонятным желанием взглянув в мою сторону. — Умеешь же ты скрытничать Димиус, — зловеще ухмыльнулась она, глазами выражая некоторое недовольство, — Значит все изменение моего тела, как здесь, так и в реальности — исключительно твоя работа! — наконец‑то констатировала она.

— Разве тебе не понравилось? — спросил её, выражая искреннее удивление.

— Предупреждать надо! — фыркнула девушка, одновременно окатывая меня смесью благодарности и большого желания, отчего по моей спине пробежали мурашки.

И как у неё получается одновременно демонстрировать практически противоположные чувства и эмоции — никак понять не могу.

В общем, следующие несколько часов можно не описывать. Мои 'младшие жены' устроили себе пару деньков отпуска от забот в 'большом мире', пожелав хорошенько оттянуться за мой счёт, учитывая фактор течения времени. В общем, они сюда заявились надолго. Способности к контролю пространства Аллии вышли на новый уровень, и теперь она могла самостоятельно прокидывать портальные норы, не пользуясь специальным артефактом. Для того нашлось иное применение и вскоре наш Кулибин, за время моего недолгого отсутствия притащивший в клан целую компанию таких же больных на голову горе — изобретателей, обещался запустить пространственный лифт. С помощью него планируется закидывать народ сюда и забирать кого нужно обратно. Моя идея перетащить в эти края всех клановых мастеров нашла всемерную поддержку, ибо к нашим производственным активам уже стали активно подбираться всякие шпионы. И лучше не доводить ситуацию до диверсий или попыток рейдерского захвата. Аллия рассказала и о чрезмерно большом количестве 'засланных казачков', непременно оказывающихся в числе очередной группы рекрутов. 'Белые кланы' появились и в других королевствах и чуть ли не все они пожелали узнать наши секреты. Наш главный контрразведчик перестал справляться и слёзно запросил помощи. Аллия явилась сюда не только отдохнуть, но и отобрать некоторое количество девушек из числа бывших работниц борделя, ставших воинами. У многих из них и прежде заметно проявлялась эмпатия, и они смогли бы быстро освоить полноценную телепатию, как это сделала сама девушка. Мой особенный венец ей уже особо не требовался, нужные навыки закрепились в её энергетической сущности. На мой вопрос, почему она не подберёт кого‑либо из числа тех, кто остался на 'большой земле', она обозвала меня дураком, и рассказала очередную невероятную историю. Оказывается, все явившиеся на 'призрачную битву' с Тёмным божеством, уже неразрывно связаны со мной и кланом, потому им можно доверять абсолютно. Богиня Лиява подтвердила её слова, удивившись моему собственному неведению такого интересного обстоятельства. И теперь все оказавшиеся в 'Краю забытых героев' относятся к первому составу клана, а все прочие, пропустившие битву и многочисленные новобранцы ко второму. Если первые пойдут за мной до самого конца, пусть даже пока сами этого не понимают, то вторые имеют возможность передумать и уйти в сторону, если им так захочется. Потому отбирать своих непосредственных заместительниц она станет исключительно из числа доказавших свой выбор. Вот только ответить на вопрос, почему она сама не явилась на ту битву, девушка не смогла. За неё тут же вступилась Лиява, оказавшаяся в то время у неё на руках в бессознательном состоянии, после попадания под удар Тёмного божества. Рамия же рассказала об успехах создания нового рода войск клана — тяжелой кавалерии. Проблем хватало, начиная от трудностей в обучении бойцов и кончая недостатком подходящих лошадей. Мой конь Уль, несмотря на некоторую обиду ко мне лично, помогал в меру сил, проникнувшись серьёзностью положения, однако поводов для особой радости пока было явно недостаточно. Ладия хотела отмолчаться, но ей это не удалось. В общем, её идея о расширении развлекательного бизнеса на другие города и королевства пробила изрядную дыру в бюджете клана — слишком много оказалось непредвиденных расходов. Спасали положение лишь спекуляции изрядно подорожавшим железом, к которому у нас имелся прямой доступ практически по себестоимости. Король Хараб Третий прекрасно помнил тех, кто помог ему вернуть трон. Он же приложил и некоторые усилия, дабы найти информацию и мастеров, способных восстановить производство 'солнечного железа'. Пока особых успехов нет, но перспективы выглядят весьма обнадёживающе.

— И кого ты оставишь здесь вместо себя? — спросил свою новую 'младшую жену', собравшуюся в дальнюю дорогу со всеми остальными.

Та изрядно прониклась деловым духом после общения с остальным гаремом, на несколько мгновений взглянув на меня с некоторым сожалением. Мне же его причины были совершенно непонятны — после прибавления её в коллектив дорвавшихся до моего тела изголодавшихся по мужской ласке женщин, тьма впервые стала подчиняться усилиям воли. Общее объединение аур, пусть и на поверхностном уровне, оказалось соломинкой, сломившей хребет чрезмерно упрямому верблюду. А все попытки встроить меня в чей‑то личный интерес, которые иногда проскакивали у Аллии и Рамии, благополучно гасились другими 'младшими женами' с моей лёгкой подачи. Всё же реального подкаблучника из меня не вышло — любые попытки скрытого манипулирования не достигали своей цели. И при всём этом я действительно испытывал тёплые чувства ко всем своим подругам. Даже к Вилиене, учитывая проведённый вместе с ней целый год. Не знаю, можно ли назвать те чувства любовью. Меня не охватывает всепоглощающая страсть, вытесняя всё прочее, нет безумного обожания той единственной с отрицанием всех прочих женщин. Есть лишь подлинное уважение, за заслуги и просто так, и желание близости. Не похоти, затмевающей взор и заставляющей срывать одежды, а именно желание обнять и некоторое время провести вместе. И доставить друг другу некоторое удовольствие, естественно. Хочется верить — нечто подобное ко мне испытывают и мои подруги, хотя ментальное чутьё говорит, что с той стороны всё куда глубже и серьёзнее. Когда меня посетили подобные мысли, Богиня Любви Лиява лишь хитро улыбнулась, ничего не сказав. Впрочем, её улыбка оказалась понятна и без лишних слов — ей для чего‑то требуется окружать меня другими женщинами, но время для объяснений ещё не пришло.

— Взгляни! — древняя магиня указала в сторону леса, откуда к нам степенно вышел настоящий единорог.

Несколько крупнее обычной лошади и с характерным витым полупрозрачным рогом. Его короткая светлая почти белая шерсть просто искрилась от переполняющей тело силы, а в глазах светился настоящий разум. В направленным от него ко мне ментальном посыле я не обнаружил ничего хорошего — единорог явно посчитал меня своим главным соперником.

— Вернувшийся Хранитель не сильно одобряет мой выбор и тебя несколько недолюбливает, — прокомментировала его посыл Вилиена. — Однако он хорошо помнит и всё сделанное тобой для меня и рощи. Потому ты всегда можешь возвращаться сюда, рассчитывая на его посильную помощь.

При этих словах магини единорог презрительно фыркнул, и резко развернувшись, одним прыжком скрылся среди высоких деревьев.

Про девушку Карен, отправившуюся по моим следам, Ваилиена ничего особенного не рассказала. Да, пришла, да, попросилась в ученицы и через год незаметно ушла в неизвестном направлении, даже не попрощавшись. О себе она не рассказывала, старательно выполняла все задания и пыталась разузнать что‑либо обо мне. Причём старательно прятала свои настоящие мысли. Древняя магиня тогда решила, что девушка выполняет чьё‑то задание, касающееся моей персоны, причём выполняет не за страх, а за совесть. Как бы то ни было, здесь её следы окончательно теряются, и искать дальше не имеет смысла из‑за прошедшего времени.

Третья глава

Аллия действительно навострилась в магии пространства — проложенный ею портал вывел точно на маяк в бывшем гнезде гарпий. Стоило отметить — у меня раньше такие 'фокусы' практически не получались. Только один раз, когда пришлось спешно эвакуировать Лияву с поля битвы. Как универсал я нередко проигрываю тем, кто сосредоточился на чём‑либо одном. Думаю, даже в 'интегральной магии' меня кто‑либо обязательно со временем обойдёт, если не по грубой силе, то по мастерству точно. Потому не стоит пытаться стать во всём лучше всех. Роль исследователя — первооткрывателя тоже весьма почётна.

После прибытия к 'Потайной Базе', как теперь стал называться большой палаточный городок около моря, всем нашлась работа. Неожиданное появление начальства дружный коллектив решил непременно отпраздновать, на несколько часов забросив тренировки и вывалив на наши головы множество вопросов, просьб и пожеланий. Мне удалось сбежать, а вот девушки конкретно попали. Даже Вилиену сумели быстро загрузить делом, едва определив её полезность для окружающих. Через десять дней Аллия прыгнула в 'большой мир', чтобы ещё через неделю вернуться в трёхметровом шаре, сделанном из солнечного железа, вместе с командой наших изобретателей, транжирящих ценные ресурсы на проверки собственных 'гениальных' идей. Но 'пространственный лифт' они все‑таки соорудили. Герметично закрывающийся шар мог перемещаться последовательно через несколько стационарных порталов и осуществлять единичные прыжки к заданным пространственным маякам самостоятельно. С помощью него теперь планировалось организовать постоянный мост между нашим кланхоллом и 'Краем забытых героев'. Пассажиры внутри ничего не узнают про подводные порталы, для них недолгое путешествие начиналось в одной точке и заканчивалось в другой. Сферический лифт способен перевезти за один раз до тридцати человек в жуткой тесноте или не более тридцати тонн груза. Большего веса не выдержат силовые щиты, благодаря которым шар удерживается над землёй. Появление устойчивого транспортного канала позволяло начать здесь капитальное строительство, которое изрядно добавило суеты и финансовых трат. Ладия опять хваталась за голову, спешно изыскивая, откуда можно выдернуть лишние несколько миллионов на всё необходимое. Хорошо хоть сторонние строительные бригады привлекать никто не собирался, дабы не раскрывать наших секретов, сборные домики легко ставились своими силами, благо рабочих рук вполне хватало. Убедившись, что моё присутствие здесь больше не требуется, отправился в гости к Первомагу.

— Увы, это тоже выше моих сил, — Первомаг Харл развёл руки в стороны, показывая своё бессилие.

Встретил он меня очень хорошо, даже не обидевшись на то, что я увёл у него бывшую жену. Так и сказал — 'теперь не жалуйся, когда сильно прижмёт'. Весьма интересные у них в далёком прошлом были личные отношения. Вот после испытания его магической машинерии на моей ауре, он действительно расстроился. Тьма оказалась стойкой и плотной, совершенно не желая подчиняться внешнему воздействию. Против Великого Камня Тьмы действенных средств, похоже, у него тоже не нашлось.

— Есть одна идея, которую можно проверить, — после долгой паузы заявил он. — Во время генеральной битвы между защитниками столицы и войском вторжения, когда чаша весов склонилась в пользу захватчиков, первые применили 'оружие последнего шанса'. Некий артефакт с названием 'сфера забвения' долгие века копил в себе концентрат жизни и смерти. Все состоявшие на службе у Императора целители и мертвилели регулярно сцеживали в него накопленные излишки. И когда войско вторжения уже видело свою победу, 'сфера забвения' выплеснула из себя свои запасы, из‑за чего живые мгновенно обращались в мёртвых, а мертвецы оживали. Всплеск непонятной силы прокатился по всему архипелагу, убив и одновременно дав вечное посмертное существование многим людям. Души живых растворились в мёртвой плоти, а поднявшиеся опустевшие тела вспомнили свои самые стойкие привычки, имевшиеся при жизни. Именно поэтому они до сих пор крепко держат в руках оружие. 'Сфера забвения', возможно, сможет помочь тебе избавиться от своих проблем, если тебе удастся её достать. Над местом той генеральной битвы постоянно висит плотная пелена смерти, против которой я бы ничего не мог противопоставить, даже в форме скелета. Если войдёшь в неё — обратной дороги уже не будет. Но это твой единственный шанс…

После его рассказа я пребывал в полнейшей прострации. Несмотря на все свои способности, попытка завладеть той 'сферой' выглядела чистейшим самоубийством. Особенно учитывая количество находящейся под пеленой смерти активной нежити. Там ведь не тысячи, а сотни тысяч. Хватит ли мне сил в одиночку справиться со всеми ними? Первомаг заметил моё подавленное состояние, решив подкинуть дополнительных задач:

— Когда‑то я рассказывал тебе про частицы душ Великих Мастеров, скрывающихся в созданных ими предметах. Так вот, на поле боя ты найдёшь эти предметы. Собирай всё, что тебе только попадётся, невзирая на внешний вид. Оружие, броню, амулеты и личные предметы. Души Мастеров могут прятаться везде, даже в небольших обломках металла. Если ты сумеешь подчинить 'сферу забвения' и снимешь пелену смерти, мы сможем узнать много тайн, расспросив их.

Про мою сумку контрабандиста, способную вместить неограниченное количество предметов, Харл прекрасно знал, однако тоже не смог разобраться, как она работает.

Так как других идей не нашлось, я решился испытать себя в очередной раз. Персональный телепорт выбросил меня недалеко от пелены, затмевающей солнечный свет. За её туманной границей глаз улавливал размытые силуэты мёртвецов, над которыми не властвует вечность. Стоило сделать шаг в туман и сразу стало понятно — выйти не удастся. Пространственное чутьё полностью исчезло, магия развеялась. Даже щит смерти погас, оставив меня практически без защиты. А выглядевшие исключительно свежими мертвяки сразу же почувствовали близкое присутствие живой пищи, дружно потянувшись в мою сторону. Однако мой клинок духа с одного удара в голову навсегда обрывал их посмертное существование. Но мертвяков действительно оказалось несметное количество. И если поначалу попадались медлительные, не способные достать моё тело своим прекрасно сохранившимся оружием, то постепенно подтягивались исключительно шустрые бойцы, по скорости и ловкости не сильно уступающие мне. Отбив один стремительный удар, получал два новых. Рывок, подскок, удар, отскок — мимо. Шустрый мертвяк грамотно парирует мой выпад и пытается достать ударом в ноги. А тут ещё один сзади подходит, сразу же пытаясь зарубить меня. Два кривых клинка в его руках превратились в тускло сияющие диски. 'Пора делать ноги', — промелькнула в голове здравая мысль, после того, как рядом со мной пролетел шальной арбалетный болт. 'Только дохлых стрелков мне сейчас не хватало!' — с каждой минутой ситуация только ухудшалась. Стремительно рванул в сторону плохо вооруженной толпы мертвяков, подтянувшихся к месту схватки. Бодрые мечники бросились за мной. Парочку их ударов в спину я всё же пропустил, получив болезненные ранения. Моя стойкость к физическим повреждениям тоже полностью исчезла, причём, совершенно незаметно. Хорошо хоть жизненная сила быстро затянула повреждения. Против тех 'шустриков' пришлось применить хитрую тактику, окружив себя толпой медлительных зомби с отрубленными руками. Не имея возможности нанести мне особого вреда, те сильно мешали периодически подходящим 'шустрикам' и стрелкам, позволяя выбивать их по одному. Незаметно включился бесконечный конвейер истребления нежити. Внутри пелены смерти отсутствовал день и ночь, здесь царил вечный сумрак. Я колол и рубил, совершенно не чувствуя усталости. Растворяясь в теле, тьма давала мне необходимые физические силы. Сознание постепенно превратилось в стороннего молчаливого наблюдателя, тело действовало на одних рефлексах, отбивая подлетающие стрелы и арбалетные болты, а также истребляя подходивших мертвяков без всякого счёта. Двигаясь вдоль границы пелены смерти, я оставлял за собой ковёр из поверженных тел. В какой‑то момент вдруг с некоторым удивлением не обнаружил новых противников. Толпы безруких зомби вокруг меня давно не осталось, после того, как тело стало действовать без участия разума, надобность в них полностью исчезла. Прогулявшись к центру накрытого пеленой смерти пространства, где воздух становился вязким как кисель, никого способного двигаться не нашел, как не обнаружил и той пресловутой 'сферы забвения'.

Сферы не обнаружилось и через пару месяцев, по моему внутреннему времени. Даже прочёсывание земли мелким гребнем не приблизило меня к желанной находке. Все материальные предметы с бывших мертвецов давно покоились в пространственном кармане, а заветного артефакта найти не удавалось. Прочих трофеев хватало, самое редкое оружие и ценная броня, деньги, артефакты и разряженные магические амулеты, одежда и всяческие полезные мелочи, но всё было не то. Выбраться за пределы пелены тоже не получилось, я оказался внутри настоящей ловушки. Пытался даже сделать подкоп, но пелена смерти проникала и в глубину почвы. Устав искать выход, решился на опасный эксперимент. За последнее время тьма во мне стала вполне послушной и позволяла производить с собой некоторые манипуляции. Потянувшись к Великому Камню Тьмы, заблокировавшему мою первую сумку контрабандиста, легко извлёк его наружу, погружая окружающий сумрак в полный мрак. Ожидания оказались обмануты — Великий Камень не доставлял мне каких‑либо неудобств. Наоборот появилось чувство пьянящей силы, совершенно не присущей живым существам. Однако, несмотря на возникшие сомнения, моя плоть всё равно оставалась жива, ибо истинная тьма стала её составной частью, как и некая энергетическая субстанция, названная здесь 'смертью'. От неожиданной догадки я громко рассмеялся. Достав ещё и Великий Камень Смерти, резко потянул разлитую вокруг субстанцию пелены из окружающего пространства в себя, а затем направлял её в камень. Тьма же из тела сама стала впитываться шипастой звездой. Вокруг резко просветлело. В какой‑то момент прямо передо мной в воздухе ярко засиял шар размером с футбольный мяч, упав ко мне на колени. Следуя голосу интуиции, сразу же поместил внутрь него оба Великих Камня, прекрасно зная о возможности извлечь их оттуда в любой момент. Едва это произошло, как в мою сторону бросилось несколько людей, среди которых я сразу же опознал своих 'младших жен' и Первомага. И только полностью восстановившиеся защитные свойства тела не позволили им затискать меня до смерти.

Самым большим потрясением оказалось проведённое внутри пелены время. Пока я там 'развлекался', в 'Краю забытых героев' прошло почти два года. Меня стали искать, едва Аллия обнаружила потерю телепатического контакта, и достаточно быстро вышли на главного виновника, которым оказался, естественно, Харл. Как тот пережил появление у себя в замке разъярённых фурий в огромном слепящем шаре нашего 'пространственного лифта', для него и самого оставалось полнейшей загадкой. Вся его хвалёная магическая защита и полная отгороженность от мира оказались неспособны остановить моих 'младших жен', крепко накрутившим хвосты нашим изобретателям. Удивления подобная ситуация не вызывала, ибо на стороне женщин действала слаженная команда и современные представления о магии. Грубая мощь оказалась совершенно бесполезна против хитрых технологий. Уже через несколько минут 'общения' ошеломлённый Первомаг готов был сделать всё что угодно, даже шагнуть следом за мной внутрь пузыря смерти, лишь бы от него отстали. Против укоризненного взгляда своей бывшей жены, обретшей реальную поддержку, в том числе и божественную, ему нечего было противопоставить. Да, опять он серьёзно заигрался судьбами других людей и не хотел признавать свою меру ответственности. Не просто же так он подтолкнул меня в ту сторону, имея в том деле свой тайный интерес. Потому вариант отправиться мне на помощь показался ему вполне подходящим. Вот только пелена стала полностью непроницаемой. Спасли Харла от немедленной расправы изобретатели, категорично потребовавшие заменить ему 'высшую меру' пожизненными исправительными работами, обещая что‑либо совместно придумать, дабы прорваться за барьер. Впрочем, пелена их совместным усилиям так и не поддалась. С тех пор за ней велось постоянное наблюдение, и когда, наконец, она стала светлеть и терять плотность, сюда немедленно кинулся целый коллектив спасателей. Сначала мне устроили грандиозный разнос, остановившись лишь узнав о полной победе над тьмой, да и то не с первого раза, а потом затискали практически до потери сознания. А когда мы переместились к нашей базе и пару дней отдохнули в закрытом семейном кругу, началась экскурсия и демонстрация достижений народного хозяйства. Стоило отдать должное — долгое отсутствие лидера клана практически не оказало какого‑либо значимого влияния, или даже наоборот — принесло немалую пользу. Все запущенные ранее процессы развивались вполне устойчиво. С координацией работ вполне справлялись многочисленные заместители и заместительницы, отбывающие своеобразные 'наряды по руководству'. То есть практически каждый из вошедших в 'первый состав клана' мог ощутить себя в кресле начальника. Впрочем, самих кресел не имелось, вопросы обычно решались на бегу параллельно с другими делами или тренировками. Как это ни странно, качество управления страдало не сильно, а все замеченные ошибки быстро исправлялись, благо ресурсов вполне хватало и необходимости экономить каждый медяк не вставало. Отчасти такое благостное положение обуславливалось выбранной моделью руководства. Каждое отдельное направление создавалось вполне автономным и не нуждающимся в постоянном пригляде со стороны 'старших товарищей'. Для общения и согласования действий друг с другом отдельные части системы выработали особый язык запросов и ответов, учитывающий срочность и актуальность сиюминутных потребностей. Получилась весьма оригинальная сетевая структура, способная быстро приспосабливаться к изменениям внешних условий. И если поначалу подобный подход требовал регулярных корректировок и вмешательства руководства, то теперь к некоторым в голову приходили мысли вообще выбросить лишнее звено. Но никто подобного делать, к счастью, не собирался, ибо имелось представление о необходимости централизации управления на случай военных действий, потому проявившие особый талант активно занимались специфическим самообразованием. И не важно, во сколько всё подобное обходилось клану.

В расщелине между гор и вдоль берега моря за время моего отсутствия вырос весьма оригинальный город. Домики из рубленого камня с большими окнами как гнёзда чаек на приличной высоте прилепились к скалам, а между ними переплелись верёвочные мостики тропинок и переходов. Мой опытный взгляд замечал кое — где трубы технических коммуникаций, выходящих из толщи скал. Удивление вызвали стройные ряды больших круглых зеркал на опорах, торчащих из воды и направляющих солнечные лучи на вершину скалы к ярко сияющему шару.

— Наладили собственное производство солнечного железа, — пояснил наш Кулибин, заметив, куда я так пристально вглядываюсь. — Главная тайна магических печей для его получения лежала практически на поверхности.

Мужик действительно оказался редким энтузиастом, способным создавать совершенно невероятные вещи, буквально из камней и палок, если ничего другого под руками не оказывалось. Однако в комплекте к таланту изобретателя шла практически полная неприспособленность к жизни. Он часто излишне увлекался своими идеями и вводил работодателей в большое разорение всякими экспериментами и прочими причудами. Но если к нему приставить толкового помощника, способного периодически стукать по рукам, то последний недостаток становился совсем незаметным, особенно если поставить горе — изобретателю интересную творческую задачу.

— А как же всякие редкие присадки? — удивлённо спросил его, вспомнив всё про тот редкий сплав.

— Ничего там особого нет, — махнул рукой Кулибин, — сорок семь дополнительных компонентов, быстро разобрались с помощью спектрографа. Правда, с их количеством и стабильностью плавок пришлось изрядно повозиться. Зато теперь за один солнечный день до трёх тонн готового металла выходит, если хватает металлолома и руды.

— Металлолома? — чем дальше — тем интереснее…

— Ваши вояки теперь регулярно практиковаться ходят, вычищая от скелетов заброшенные города. Уже достали меня своими просьбами прокинуть портал до бывшей столицы Империи. Увы, туда требуется большую экспедицию собирать, шаром близко не запрыгнешь — слишком много всякой старой магии, сложно рассчитать компенсаторное поле, с помощью которого мы тогда пролезли в логово древнего колдуна. Он, кстати, от вас в нашей мастерской прячется, — сдал Первомага Кулибин. — А столицу мы рано или поздно возьмём, — продолжил он свой рассказ. — До сих пор со стороны город выглядит целым, но внутрь лучше без хорошей подготовки не соваться. Ловушки или мертвяки съедят в два счёта. Впрочем, пока и других мест, где можно чем‑то поживиться, вполне хватает. Вот и тащат оттуда всё подряд, невзирая на внешнее состояние. Два больших склада забили всяким барахлом, а металлолом мы уже весь переработали. Обогащённая железная руда поступает нерегулярно, мифрила и истинного серебра нам почти не дают. Скучно становится, сильно не хватает новой интересной задачи, — в конце своего монолога посетовал изобретатель.

— Будет тебе интересная задача! — заговорщицки подмигнул ему. — Не только тебе одному, но и всем твоим дружкам. Только для начала потребуется построить большой ангар и обеспечить полнейшую секретность, в том числе и от своих людей. Если хоть какая информация наружу просочится — нам всем головы оторвут.

Мне, похоже, не до конца поверили, однако строительством ангара действительно озаботились, потребовав регулярной зарядки амулетов для дробления камня, пожирающих энергию без всякого счёта. Изобретатели, похоже, решили подойти к делу серьёзно и построить огромный подземный бункер под ближайшими скалами.

— Как видишь, относительно спокойного времени остаётся не так много, — сделала вывод Ладия, завершая свой доклад, касающийся клановой деятельности в 'большом мире'.

Дыхание скорой войны там становилось всё более отчётливым. Все, кто мог себе это позволить, стремительно вооружались. Контракты на подготовку воинских отрядов приносили нашему клану огромные деньги. Не обошлось и без прямых диверсий. Мы благополучно переселили всех своих мастеров и их семьи сюда, а вот другим приходилось нести потери. Мастеров — оружейников, да и всех прочих, кто только способен работать на войну, старались перекупить или банально похитить. Если подкуп или шантаж не помогал, в ход шли крайние меры, дабы ослабить потенциального противника. Гильдии мастеров были вынуждены тратить большую часть возросших доходов на услуги наёмников, дабы иметь возможность спокойно жить и работать.

Нашему ещё числящемуся в гильдии отряду постоянно предлагали хорошо оплачиваемую работу. Вместо себя приходилось отправлять клановых бойцов, отдельно поручившись за них. Пока удавалось избегать серьёзных потерь репутации, хотя одно важное задание те умудрились завалить, едва сохранив жизни своим нанимателям, но, не сумев защитить их имущество — напавших диверсантов оказалось слишком много и они имели хорошую магическую поддержку. По результатам последующего разбирательства в гильдии наёмников, эксперты не нашли в действиях наших бойцов какой‑либо значимой вины, хотя клану пришлось выплачивать приличную неустойку пострадавшей стороне, дабы те отказались от своих претензий. Зря те горе — наниматели так сильно настаивали на возмещении собственных убытков и компенсации моральных травм, ибо желающих дальше иметь с ними дело среди наёмников больше не нашлось, а следующего нападения они банально не пережили.

В 'большом мире' резко подорожало способное долго храниться продовольствие — все прекрасно представляли, что обычно происходит во время войны, всячески пытаясь подготовиться к тяжелым временам. И такое положение складывалось практически во всех королевствах. 'Второй состав клана' постоянно метался с места на место, прикрывая наши отдельные доходные предприятия от посягательств конкурентов. Хорошо работала агентурная сеть — практически всегда удавалось заранее определить цель очередной атаки недоброжелателей. Естественно, иногда случались неприятные накладки, и далеко не всегда от потерь удавалось отмахнуться, как от досадной мелочи, однако общий баланс пока пребывал в плюсе. Кое‑что отщипывали мы, кое‑что отщипывали у нас. Как это ни странно, наш развлекательный бизнес, основанный на чемпионате боевых отрядов, никто не пытался перехватить, ибо он позволял проверять реальную воинскую выучку и перенимать ценный опыт. Все заинтересованные лица использовали чемпионат как средство получения разведывательной информации о мастерстве потенциального противника. Естественно, регулярно подкатывали всяческие 'тёмные личности' с предложением поделиться доходами или информацией, дабы у нас случайно не возникало каких‑либо проблем, однако такие 'бизнесмены' обычно уходили несолоно хлебавши, да ещё с битой рожей. А вот вокруг железоделательных предприятий в королевстве Шавала, находящихся под официальным патронажем Великого Императора, велись постоянные бои. Именно там проходило дежурство нашей пока ещё малочисленной тяжелой конницы, и скучать ей не приходилось. В общем, разнообразной практики для 'второго состава' клана хватало с большим избытком, как и реального боевого опыта. Про 'первый состав', исчезнувший неизвестно куда чуть ли не в полном составе, за несколько прошедших месяцев все уже благополучно позабыли. Исчез и хрен с ним, без него проблем хватает. Хотя лично обо мне кое‑кто хорошо помнил.

— Знаешь, во сколько крафагенцы оценили твою голову? — неожиданно спросила Аллия, — вырвав меня из раздумий.

— Миллионов пять — шесть, не больше, — задумчиво ответил ей.

— А вот не угадал — двадцать! — сильно 'обрадовала' меня девушка. — Причём не наших пустышек, а их торговых золотых, что сам понимаешь, далеко не одно и то же. Алчные охотники уже обыскались в столице королевства, щедро расточая деньги на подкуп информаторов. Даже нам немного по бедности перепало.

— Сдали с потрохами, значит? — злорадно улыбнулся, услышав такие слова.

— Естественно, а ты что думал? Когда ещё удаётся заработать миллион с хвостиком практически на пустом месте, — Аллия при всём этом выражала настоящее самодовольство.

— Догадываюсь, те грешники не сразу ушли на перерождение, а успели многое рассказать, — сразу же догадался о причинах подобного настроения своей 'младшей жены'.

— Сдали всю свою организацию вместе с посредниками, — Аллия плотоядно облизнулась, явно вспоминая 'тёплые беседы' с хорошими людьми. — Всех пока не отловили, но многие уже приняли верное решение и теперь благополучно работают на нас, сливая закрытую информацию, имена заказчиков и приметы опасных исполнителей, — добавила она чуть погодя.

— Тебя, кстати, разыскивают не только как Рэя Димиуса, но и как целителя Вада, — в разговор влезла до сего момента молчавшая Богиня Лиява. — Описание, выданное для поиска гильдии охотников за головами весьма расплывчатое, однако, полностью соответствует твоему первому внешнему виду, о котором никто кроме меня и тебя не должен знать. И награда в тридцать миллионов почему‑то не кажется маленькой. Больше предлагают только за пиратскую атаманшу Кларису.

— Атаманшу? — теперь я точно знаю, через кого утекла информация о моём прошлом.

— Ах, да, в обитаемом мире недавно взошла новая яркая звезда, — Аллия снова притянула к себе моё внимание. — Гроза крафагских купцов, неуловимая мстительница, в одиночку расправляющаяся с командами целых кораблей. Собирает вокруг себя одних женщин и превращает их в злобных фурий, желающих избавить мир от мужской тирании. Поначалу возникла мысль привлечь её как потенциальную союзницу против Крафаги, но она совсем с головой не дружит, нападая на всех без разбора и не оставляя после себя живых. Даже богатым выкупом за важных персон брезгует. Военные корабли тоже предпочитают с её флотом лишний раз не связываться.

— Откуда у тебя такие сведения? — мне стало действительно интересно.

— В эти края недавно попала горстка дев из её команды после какой‑то эпической битвы на море. Свалились прямо на головы нашему отряду, зачищавшему мелкий городок от мертвяков, и сразу же накинулись на них с криками 'бей подлых мужланов'. Те растерялись лишь на пару мгновений, после чего быстро скрутили дур. Беседовала я с ними, в общем — терапия тут уже не поможет — исключительно лоботомия.

Информации для раздумий хватало, а для каких‑либо обоснованных выводов — нет. Слишком много пришлось бы делать допущений. Когда мои 'младшие жены' отбыли на шаре в 'большой мир', я отправился искать Первомага.

— Значит, ты имел возможность разобраться с тьмой и без того похода к толпе нежити? — спросил его, отловив в дальнем закутке мастерской наших изобретателей.

— Но тогда бы ты не получил 'сферу забвения', — и не думая отпираться, спокойно заявил тот, спросив: — Ты уже догадался, что всё происходило именно внутри неё?

— Только когда она упала мне на колени, появившись прямо из воздуха, да ещё эти фокусы с течением времени лишь подтвердили некоторые мысли, — ответил ему, вспоминая свои недавние приключения.

Кстати, перстень — определитель говорит о том непонятном шаре всего одну фразу: 'Сфера Предтеч. Частица от основы мироздания', и больше никаких подробностей.

— Я знал — ты обязательно догадаешься забрать в себя её прошлое наполнение, — довольно заметил Харл. — И теперь твоя внутренняя энергия стала практически безгранична.

— Если быстро забирать много силы из ауры, снова начинает сильно мешаться тьма. Она ведь никуда не делась, просто хорошо спряталась в теле. Чувствую, внутри её стало ещё больше, — попытался немного остудить его оптимизм.

— Привыкай экономить! — мои личные проблемы его, похоже, не особо взволновали. — Лучше помести в сферу все имеющиеся в твоём распоряжении души природы.

— Зачем? — в принципе, спрашивать не обязательно, ради предстоящего эксперимента Первомаг и устроил мне последнее приключение.

— Есть некоторая догадка относительно того, как Предтечи, пришедшие неизвестно откуда, когда‑то давно создали наш мир, — всё же пояснил он. — Если я угадал, то со временем ты получишь неисчерпаемый источник силы и возможность свободно перемещаться между разными мирами.

После его слов я надолго потерял чувство реальности.

— Не думаешь же, что мы одни во всей вселенной? — своим вопросом Первомаг вернул меня с небес на землю, чтобы опять отправить в прострацию.

Ведь про реальный мир, откуда приходят сюда игроки, местные жители прекрасно знают. И положение искусственных сущностей, созданных для развлечения других, их нисколько не угнетает. Среди них ходят даже поверья, что именно их мир настоящий, а тот всего лишь очередная придумка могущественных магов или богов. Но Первомаг явно говорил о мирах вообще. Непонятно, имел ли он в виду только космос игровой вселенной или что‑то большее. В общем, заставил серьёзно задуматься, хотя пояснить свою мысль отказался категорически. Но и следовать его совету я не стал, отложив подобные эксперименты на более позднее время из‑за серьёзных опасений не справиться с полученными эффектами. Вместо этого подключил Харла к исследованию големов и системы управления ими. Несколько последующих недель, почти безвылазно проведённых в лаборатории, серьёзно убавили мой восторг от кажущегося совершенства их конструкции. Немудрено, когда гель их тела состоит из бесчисленного количества микроскопических псевдо живых амулетов. Судя по всему, они выращивались какими‑то особыми организмами с помощью магии жизни и каких‑то дополнительных ухищрений, сами собой 'магические клетки', из которых состояли аморфные тела големов, не размножались. Более того, при активной эксплуатации големов их число быстро сокращалось. Как бойцы големы оказались тоже не очень хороши. Имея ограниченный набор строго запрограммированных действий и весьма посредственное восприятие, они представляли серьёзную опасность только в замкнутом пространстве. Потому большего, чем охрана внутренних помещений от редких нежелательных посетителей им нельзя доверять. Больше всего расстроила невозможность вмешаться во внутренние программы действий, ибо они встраивались во все клетки в момент их создания. Общий управляющий амулет мог только задавать границы перемещений отдельных бойцов и определять для них подходящие цели по определённым признакам, всё остальное обеспечивала программа самого голема. Первомаг мне ничем не смог помочь что‑либо улучшить. Благодаря пространственному чутью удалось обнаружить присутствие в мире ещё некоторого количества таких магических машин, но точное направление не определялось из‑за присутствия в непосредственной близи к ним сильной магии.

И пока мы ковыряли големов, наши изобретатели почти закончили строительство исследовательского бункера. Стахановцы, понимаешь! По крайней мере, главный ангар и несколько прилегающих к нему помещений можно принимать в эксплуатацию без принципиальных переделок. Даже огромные подводные ворота с не пропускающим внутрь морскую воду силовым барьером вполне сносно работали, если не считать расхода энергии на его поддержание и не вспоминать о потенциальной цене материалов, потребовавшихся для его создания. Идея конструкции, кстати, принадлежала Первомагу, но наши строители смонтировали её без его вмешательства, в который раз переворошив склад магических вещей. А могли бы и ко мне обратиться, обошлось бы куда дешевле и значимо проще. Выгнав всех горе — изобретателей наружу, целый день вытаскивал из пространственного кармана куски развалившегося при ударе об воду космического корабля, кое‑как подбирая их правильное взаимное расположение. В результате при взгляде с проходящей под самым потолком ангара балюстрады вполне отчётливо удавалось опознать исходное назначение всей конструкции, похожей на огромного морского ската.

— Это именно то, о чём я сейчас думаю? — пытаясь скрыть своё изумление, задумчиво спросил наш Кулибин, когда я привёл его сюда.

Но громкие мысли так просто не спрячешь. Мужик действительно пребывал в полном смятении, хотя уже, по идее, мог бы привыкнуть ко всяким сюрпризам этого мира.

— Оно действительно упало сюда из космоса, — своими словами дополнительно подтвердил его догадку. — Судя по всему, в нашем пространстве у него полностью отказали источники энергии. И раз вы выполнили все предварительные меры по обеспечению достаточной безопасности во всех мирах, то у вас есть возможность изучить этот аппарат. Верю, вы сможете снова поднять его в небо или же построить нечто аналогичное. Спешить не нужно, время терпит, особенно в этом краю. Только хочу ещё раз предупредить — если хоть капля информации прежде срока случайно уйдёт на сторону — нам всем оторвут головы. И не здесь, а там… — при этом я поднял свой взгляд к близкому потолку.

Договорить нам не дало бесцеремонное влезание Аллии в мою голову:

— Жду тебя у шара, у нас серьёзные неприятности. Потому поспеши, время дорого.

— С чего такой переполох? — я незаметно вышел из пространственного прыжка за её спиной.

— Только что пришло сообщение от тайного агента. На нашу гостиницу сегодня ночью произойдёт нападение, есть большая вероятность присутствия среди противников нескольких сильных магов. Боюсь, даже твоя защита может с ними не справиться.

Зная о разнице течения времени, проследовал за своей 'младшей женой' чтобы через минуту по субъективному времени оказаться в 'большом мире' с лёгким головокружением.

— У наших врагов есть проект здания, и они планируют проникновение сразу через несколько точек, включая подземные ходы, — между тем пояснила Аллия, выбираясь из шара в подвал гостиницы. — Я не исключаю вероятность предательства кого‑то из наших бойцов, способных провести отряды врагов через охранный периметр, потому и выдернула тебя, оторвав от важных дел. Да и Его Величество Деал Первый с тобой давно хочет пообщаться.

Отпустив девушку скрытно готовить боевые отряды к встрече ночных гостей, сам озадачился спешной модернизацией магической начинки здания, подготавливая дополнительные ловушки и переводя защитные системы на ручное управление. Заодно и големов можно проверить в боевой обстановке.

* * *

Капитан Кержич придирчиво подтягивал свою экипировку, злобно косясь на своих подчинённых, без лишнего слова командира не желавших сделать пару лишних движений. На душе капитана старательно скреблись кошки. Подобное чувство впервые посетило его перед той злополучной акцией, где он получил ранение, надолго приковавшее его к больничной койке, а потом и к инвалидному креслу. Пенсия от правительства оказалась весьма щедрой, однако для мужчины в самом рассвете сил, у которого перестала действовать нижняя половина тела, это было слабым утешением. Чуть не сорвался в бесконечный запой и уже посматривал в сторону тяжелых наркотиков. А ведь изначально та акция не казалась сложной и тем паче опасной. Его группе, действующей в интересах агентства национальной безопасности (АНБ), требовалось взять ботаника — программиста, сумевшего добраться до кое — какой правительственной информации и попытавшегося её продать журналистам. На этом‑то бедняга и погорел. Однако группа захвата в притоне, где прятался хакер, нарвалась на банду косовских албанцев, промышлявших там же разбодяженным героином. Ребята те оказались резкие и хорошо вооруженные, смекнувшие, что копы пришли по их души. В ожесточённой перестрелке погибло четверо бойцов Кержича, и он сам тоже поймал пулю из китайского калаша, легко пробившую бронежилет. 'Лучше бы умер со своими ребятами', — думал капитан при выписке из госпиталя. 'Как глупо кончилась жизнь', — качал он головой, в который раз прикладываясь к бутылке и уже не чувствуя вкуса виски десятилетней выдержки. Но судьба сжалилась над ним, не позволив опуститься на дно или допиться до потери разума. Его профессиональные услуги снова потребовались правительству. Не важно, что ты безногий инвалид — в новой искусственной вселенной ты снова можешь послужить делу торжества истинной демократии. И пусть опять придётся для других таскать каштаны из огня — главное можно снова почувствовать себя сильным и здоровым. Новые технологи виртуальной реальности казались настоящим чудом. Ощущения жизни здесь ничем не отличались от реальности, более того — порой превосходили их. Краски чуть ярче, вкус острее, движения свободней. И никакой смерти — при случайно гибели можно воскреснуть, потеряв лишь некоторое время. Да и работа на первый взгляд казалась знакомой. Вот только на второй и третей оказалось совсем не так. Опять пришлось пройти жесткое обучение на самом пределе нервов и сил, дабы поднять необходимый уровень, привыкать к здешним особенностям, изучать новое оружие и многое другое. Хотя с оружием их хозяева изрядно постарались, сделав его сильно похожим на столь привычный огнестрел, независимо от того во сколько оно им обошлось. Шутка ли, пули в их автоматах даже не золотые, а платиновые. Попытки сделать порох в этом игровом мире оказались неудачны. Различные химические и алхимические смеси получались или слишком нестабильными или наоборот горели недостаточно быстро. Сделать надёжную пневматическую систему тоже что‑то помешало. Платина же оказалась единственным металлом, который можно быстро толкать магией, придав маленькому снаряду сравнимую с обычной пулей кинетическую энергию. Ограничиться тонкой плёнкой ценного металла тоже не удалось — при выстреле оболочка гарантированно разрывалась из‑за возникающих чудовищных внутренних напряжений. Нагревать магией воду и использовать давление пара, по идее, никто не мешал, однако местные специалисты с такой относительно простой задачей почему‑то не справились. Несмотря на дороговизну боеприпасов, боекомплект ограничивался лишь носимым отдельным бойцом весом, а по завершению акции выпущенные пули предполагалось собирать для повторного использования. После распада тел убитых игроков, полученная ими пуля оставалась в горке праха, а из местных жителей её легко достать тем, кто не отличается повышенной щепетильностью при ковырянии в кровавых потрохах. Понятно, потери от промахов никуда не исчезнут, потому на открытой местности настоятельно рекомендовалось стрелять прицельно и одиночными выстрелами, благо оптические прицелы тут действовали как в обычном мире. В самом крайнем случае разрешалось отстреливаться короткими очередями от особенно 'толстых' противников, и никоим образом не использовать автоматический огонь на подавление. Вот при зачистке помещений можно особо не стесняться — выпущенные дорогие пули никуда не денутся. Кроме автоматов у бойцов капитана имелись магические гранаты нескольких видов и специальные боевые амулеты. А вот вместо привычной защиты приходилось напяливать на свои тела всякое средневековое железо — кольчуги, латы и остроконечные стальные шлемы, хорошо защищающие голову от ударов мечом. Против боевой магии выданная им амуниция тоже неплохо держалась, а к её тяжести постепенно все привыкли.

— Капитан, ваша главная задача провести внутрь отряд магов, — вывел Кержича из раздумий голос полковника в голове, принятый через связной амулет. — Препятствий им не чинить, внимательно относиться к любым их просьбам.

'Угу, к просьбам таких людей пойди не прислушайся', — капитан мысленно сплюнул от досады. — 'Да у их главного уровень за трёхсотый давно перевалил, и никого меньше сотни нет! Куда нам против них с сороковым — сорок пятым. Не понимаю, зачем мы этим монстрам вообще нужны, разве только отвлечь внимание противника и героически уйти на перерождение', — от таких мыслей и так скверное настроение пало ещё ниже.

И ведь для отвлечения внимания противника в предстоящей операции предполагалось прибегнуть к услугам обычных наёмников. Те начнут атаку в лоб, а штурмовики Кержича проникнут в злополучную гостиницу через тайный подземный ход, выходящий в разветвлённые городские катакомбы, пользуясь услугами предателя, дабы не поднимать тревоги и избежать столкновения с ловушками. Дальше им требовалось связать боем силы противника, пока маги обезвредят магическую защиту здания. После этого обычная зачистка и можно собирать трофеи. Чем побрезгуют те же маги, увы. И всё равно на подобных акциях раньше удавалось неплохо поднимать желтеньких монет.

— Готовность один, действуем по сигналу, — тихо сказал капитан своим бойцам, рассредоточившимся около входа в катакомбы.

Начало операции шло в полном соответствии с планом. Прикрытую магическим ореолом невидимости штурмовую группу пока никто не обнаружил. Что нельзя сказать про наёмников, отправленных практически на убой, несмотря на выданные всем им сильные магические щиты и хорошие боевые амулеты. Когда в отдалении захлопали взрывы огненных шаров, Кержич подал команду жестом руки. Один за другим штурмовики исчезали в открывшемся зеве подземелья, и первым шел предатель из клана, который им требовалось уничтожить или хотя бы серьёзно ослабить. Вслед за бойцами капитан пропустил дюжину магов, после чего сам нырнул в узкий лаз. Стараясь не издавать лишнего шума при беге, отряд пробирался через кривые проходы, временами пригибая головы в местах, где потолок опускался совсем низко. Опасности не чувствовалось, как и вполне ожидаемого противодействия. Мины — ловушки маги обнаруживали регулярно, создавая в потенциально — опасных местах тоннели из силового поля, способного удержать разрушительные выплески энергии. Наконец штурмовой отряд прибыл к непримечательному тупику, где прятался вход в другие тайные подземелья. Предатель указал на выбитые в каменной стене небольшие символы.

— Ищите скрытую замочную скважину, — тихо сказал он.

Своим особым взглядом маги стали внимательно осматривать стены. Несколько минут ничего не происходило, однако потом неожиданно боковая каменная стена отошла назад и совершенно бесшумно отъехала в сторону. Уходящий вдаль новый ровный подземный ход освещался тусклыми магическими лампами, можно выключить свои фонари.

— Следуем за хозяином и магами, — скомандовал капитан, хотя его бойцам дополнительных инструкций не требовалось.

Несмотря на присутствие предателя с перстнем — пропуском на пальце, колдуны решили перестраховаться, создав вдоль стен, потолка и пола зеркальный барьер, подавляющий любую магию. Бойцы удобнее перехватили своё оружие и мягко пошли вперёд.

— Это здесь! — негромко сказал бородатый маг, одетый как женщина в короткий топ и юбку с разрезом, остановившись посреди прохода и положив на пол небольшую коробочку. — Как только осыплется стена, ваши люди должны сразу же пойти вперёд, снося любое возможное сопротивление, мы идём вслед за вами.

Место, где вскоре появится дыра, окрасилось голубым светом, бойцы встали рядом со стеной, взяв оружие наизготовку, прижав приклады к плечу. Тихий шелест осыпающегося бетона и в образованный пролом летят магические гранаты. В прикрытые глаза врывается яркая вспышка, взрывная волна заполняет коридор мельчайшей пылью, но она не мешает опытным штурмовикам, они прыгают в образованный проход как на тренировках, просеивая большое помещение за стеной забитое какими‑то ящиками узкими лучами ярких фонарей.

— Чисто! — следует доклад одного бойца из первой четвёрки.

В пролом втекают все остальные штурмовики, заходят колдуны и последним следует сам капитан Кержич.

— На всякий случай, чтобы со спины тихо не зашли и не услышали шума, — один из магов прикрепляет к пробитой стене какой‑то амулет и дыру затягивает зеленоватое свечение.

— Вперёд, — капитан дублирует устный приказ движением руки.

Мощный удар боевого амулета выбивает дверь, за ней сразу же влетают гранаты, а после их взрыва штурмовая группа. Противника опять нет, и только обломки двери и пары разбитых ящиков встречают настороженных бойцов. Едва все зашли в новое просторное помещение, как из какой‑то неприметной ниши выскочила тень и стремительно бросилась в их сторону. Резко застучали автоматы бойцов, отправляя в сторону неожиданного противника целый рой платиновых пуль. С яркими вспышками они ударяли в чёрную броню, но это не помешало вражескому воину вытащить из‑за спины два кривых клинка и рвануть в сторону сбившихся в кучу и окутавшихся общим щитом силы магов. В неуязвимого для пуль бойца врезалось сразу шесть огненных шаров, однако способное легко расплавить металл жаркое пламя бессильно стекло с него на землю. Сверкнула яркая вспышка — магическая защита пала под градом ударов чёрных клинков, а за ней на землю повалились и пара ближайших колдунов, разрубленных на две отдельные половинки от плеча до паха. Остальные резко отпрянули в стороны, и лишь ещё одному не повезло зацепиться за разбитый ящик и тоже распасться на две половинки под очередным ударом чёрного мечника. В это мгновение и сам воин взорвался зелёными брызгами, разлетевшимися во все стороны и заляпавшими всё вокруг.

— Дерьмовое дерьмо, и откуда только здесь это дерьмо взялось! — примерно так можно перевести на более понятный язык длинную тираду, выданную уничтожившим непонятного противника старшим колдуном. — Что вы встали как бараны, вперёд! — со злобой на лице крикнул тот штурмовикам. — Если встретите ещё одного такого, не стреляйте, а удерживайте его на расстоянии воздушными кулаками из амулетов, пока я ближе не подойду — иначе вам с ним не справиться.

Кержич реально проникся силой противника, раз расправиться с ним смог только главный колдун. 'Без него нас бы всех здесь и положили', — мысленно прикинул он. Ворвавшись после очередных взрывов гранат в проход, ведущий из подземелий наверх, штурмовики опять никого не встретили, за десяток секунд преодолев несколько крутых лестничных пролётов и встав перед широкой массивной металлической дверью, против которой боевой амулет, скорее всего, окажется бессилен. Ни ручки, ни замка на ней не имелось, как и кнопок, с помощью которых её можно открыть. Предатель задумчиво покачал головой, показывая, что он здесь ничем помочь не может.

— Сейчас… — колдун подошел к двери и положил на неё свои руки. — Плотный туман силы, впереди ничего не видно, — сквозь зубы вымолвил он чуть погодя. — Плохо. Попробуем дальше пройти тихо. Хорошо хоть нашу возню они тоже не должны были услышать. В любом случае не кидайте больше бомбы, против имеющих хорошие щиты здешних обитателей они совершенно бесполезны, только напрасно активируете спящие ловушки и привлечёте преждевременное внимание.

Дверь бесшумно отъехала в сторону, открывая проход в светлое помещение. Штурмовики парами стремительно проскочили внутрь, не встречая какого‑либо сопротивления. Как только вся группа оказалась внутри, бойцы заметили в дальнем углу неподвижный человеческий силуэт, склонившийся над каким‑то непонятным агрегатом. Неяркая вспышка пробитого пулями магического щита и силуэт рассыпается прахом. Первая лёгкая победа над живым игроком немного подняла всем настроение. Колдуны решительно направились к той штуковине, видимо, для них она оказалась хорошо знакомой.

— Держите дверь!!! — вдруг истошно закричал один из них.

В боковой стене вдруг резко открылся тёмный проход, а в нём колыхался едва заметный силуэт нового противника. Три дюжины стволов одновременно выплюнули в него целый рой пуль, стремительно опустошая внушительные магазины на две сотни магических патронов каждый. И лишь на четвёртой секунде непрерывной стрельбы сверкнула вспышка, и силуэт отлетел куда‑то назад. Капитан облегчённо выдохнул, трясущейся рукой нашаривая подсумок с запасной обоймой, но стремительно навалившаяся выжигающая мозг головная боль безжалостно швырнула его в беспамятство, и лишь в последний момент краем глаза он успел отметить, как на пол валятся его бойцы и оседают маги.

Капитану Кержичу снился сон. Долгий и весьма неприятный сон, в котором он подробно вспоминал события последнего дня, потом несколько предыдущих, снова выслушивал ругань полковника, пререкался со своими подчинёнными, копался в бумагах. Затем пошли более ранние воспоминания. Первая база отрядов специального назначения в этом мире, тренировки, брань инструкторов, заставляющих выжимать из себя все соки на полосе препятствий. Дойдя до воспоминаний своего злополучного ранения, сквозь сон он увидел перед собой чарующе прекрасное женское лицо, сосредоточенно вглядывающееся в его глаза. Воля этой незнакомки подавляла его и заставляла переживать давние воспоминания, как будто он снова оказывался там. Он внимательно читал приказы и пролистывал секретные документы, за разглашение информации оттуда имелось только одна мера наказания. Именно та информация и заинтересовала женщину, заставляя капитана ещё раз пробегать глазами по тексту. В какой‑то момент он вдруг понял, что проснулся и открыл глаза, обнаружив себя голым и крепко привязанным к специальному креслу. Но главное — перед его взором стояло прекрасное женское лицо, обладательница которого с лёгкостью копалась в его воспоминаниях. 'Ведьма!' — от проскочившей мысли капитана окатило холодом. 'Вырваться не получится, капсула с ядом из зуба тоже удалена вместе с самим зубом. В подобном случае должностная инструкция трактуется совершенно однозначно', — не испытывая больших сомнений, разве лишь лёгкое сожаление, он мысленно потянулся к внутренней панели управления, где имелась пиктограмма экстренного выхода из виртуальной вселенной. Через пару мгновений его тело свела последняя смертная судорога. Обращаться в прах оно не собиралась.

* * *

'Крепко же меня приложили', — тогда про себя подумал я, медленно поднимаясь с пола. Пробитая пулями живая одежда уже давно зарастила полученные повреждения. Всё тело спереди болело практически ровным слоем, хотя сквозных дырок, к счастью, не нашлось. Зря я понадеялся на прочность своего магического щита, отправившись затыкать неожиданный прорыв вражеской штурмовой группы в одиночку.

Обложили в этот раз нас по всем правилам. Казалось бы самоубийственная атака большой группы хорошо упакованных наёмников наверху. Им удалось сбить внешний заслон защитников за счёт массового использования боевой магии. У части наших бойцов не выдержали щиты, и им пришлось спешно отступать, неся потери. Но ворвавшиеся на первый этаж гостиницы наёмники попали в заранее подготовленные огневые мешки, где все и полегли. Кстати, ни одного игрока среди них не оказалось — все как один местные жители. Заказчики щедро снабдили их дорогими боевыми и защитными амулетами, видимо, планируя после забрать ценное имущество с трупов обратно. Шансов остаться в живых у тех наёмников не имелось, хотя о том они сами совершенно не догадывались. Но своей атакой они отвлекли наши силы, а в это время через подземные ходы тайно пробирались другие штурмовые отряды. Если первые три оказались теми же хорошо экипированными наёмниками, благополучно попавшими в подготовленные ловушки и нарвавшиеся на големов, то последний отряд был весьма близок к тому, чтобы нанести нам большой ущерб. Шедшие с ними сильные маги сумели частично нейтрализовать сигнальные сети и ловушки. Более того, вместо того, чтобы дойти по ходу до ждущего их появления отряда защитников, они применили хитрость, пробив проход в стене и оказавшись в подземных складских помещениях, где и сигнализации никакой не стояло. Просто за ненадобностью в тех глухих помещениях, куда можно попасть только через сеть контролируемых коридоров верхнего уровня. Действительно серьёзная промашка, сделанная лично мной ещё на уровне подготовки проекта здания. С по чистому наитию оставленному там единственным големом гости благополучно справились, понеся весьма незначительные потери. Пока мы зря теряли время, дожидаясь их появления в другом месте, эти хитрецы неожиданно оказались в помещении управляющего нашими внутренними порталами центра, убив дежурного оператора. Я находился неподалёку и стремительно рванул на помощь, попав под ураганный обстрел зачарованными на прочность пулями, едва открыв дверь. К счастью за мной сквозь пространство подглядывала сильно перепугавшаяся Аллия. Когда мою тушку снесло ураганным огнём, она приложила незваных гостей сильнейшим ментальным ударом и едва сама не отправилась на перерождение, вывалив на меня кучу ругани, едва придя в себя.

— Да чего со мной сделается, я же железный, — мысленно сказал ей в ответ на её обвинения о том, что я и себя не берегу и не ценю своих близких. — Более того даже не железный, а адамантовый, — поправился чуть погодя. — Обычным оружием с посредственной магией меня не убьёшь.

А сам тем временем выковыривал из своего глаза застрявшую в нём пулю. Глаз оказался цел, хотя нерв всё же порвало. Но для мага жизни такие повреждения считаются несущественными. Боль тоже легко перетерпеть, благо эта вредная привычка давно закрепилась. Однако стоит признать — если бы помощь со стороны 'младшей жены' лишь немного запоздала, то могли бы и прикончить. Лопнувший щит силы на пару минут оставил меня без сознания из‑за слишком резкого истощения ауры.

— И всё же напрасно не рискуй, — категорично заявила девушка, передавая мне свои эмоции, от которых сразу же стало не по себе.

— Ладно, присылай сюда людей, бесчувственные тела нужно срочно оприходовать, — попытался перевести разговор в более практичное русло. — И ещё подряди своих учениц, пусть они в мозгах тех автоматчиков хорошенько поковыряются. Предатель тоже по твоей части, а с магами я сам разберусь, пусть их не трогают.

Из всего произошедшего предполагалось сделать серьёзные выводы. Первое и самое главное — имеющаяся у нас система безопасности никуда не годится. Если бы не своевременное предупреждение от нашего агента, всё могло закончиться отнюдь не в нашу пользу. Хорошо хоть предатель сам много не знал, так как оказался из предпоследнего набора и ещё не успел пройти полноценного посвящения. Про закрытую клановую точку возрождения в здании гостиницы и тайные порталы в 'дальние края' он мог только догадываться. Кроме 'первого состава' к сим тайнам старались никого не допускать. Просто во избежание. Да и потом на заполняемых свитках опыта тоже неплохой доход в клановый бюджет шел. Слухи, конечно, ходили, сдабриваемые официальными обещаниями небывалых наград за выдающиеся успехи. Лишь реально проявившие особые таланты отдельные уникумы после нескольких проверок становились вровень со старожилами, отправляясь на новый этап своего обучения в 'Край забытых героев'. Конвейер подготовки личного состава клана не останавливался, вылавливая лучших из основной массы и отсеивая худших и ненадёжных. Увы, как показали крайние события — последнее не всегда происходило своевременно. Из головы предателя Аллия лично вытянула информацию о сумевших пройти нашу первую ментальную проверку ещё нескольких 'засланных казачках' ныне успешно пробиравшихся вверх по карьерной лестнице в клане. Эта группа имела изначальное задание влиться в наш коллектив и постепенно тянуть своих людей, рассчитывая со временем перехватить управление. Кое‑кто из них даже успел дорасти до звания сотника, явно метя в тысячники. Рановато мы понадеялись на свою исключительность — против серьёзной психологической подготовки даже телепатия не всегда спасает. Да и терять таких инициативных и одновременно исполнительных людей сильно не хочется. Пусть и дальше работают на нас, правда, под ненавязчивым магическим присмотром. Хитрых амулетов у нас теперь хватает. Позже попробуем окончательно перетянуть на свою сторону, когда их лояльность станет критически важной. Пока же выгоднее показывать врагам наличие явных дырок в нашей защите. Пусть лезут, тратя немалые силы на внедрение своих шпионов и агентов влияния. Способные пройти наши проверки агенты ведь тоже редкий и исключительно ценный ресурс, которым так просто не разбрасываются. А мы будем копить опыт шпионских войн, он точно лишним не станет. Контрразведка в лице Алии глубоко прониклась своим промахом и пообещала удвоить усилия, дабы впредь такого не случилось. Посоветовал ей не устраивать аналогов пресловутой 'кровавой гебни' и вообще работать незаметно. Нам ведь тоже нужны встряски и критические ситуации, чтобы периодически сбивать спесь ложного всемогущества, уже не однократно посещавшую чьи‑то глупые головы. Предателю же наши 'Ведьмы' перед тем как заставили добровольно удалить своего персонажа, немного подкорректировали память. Работа оказалась весьма непростой, но втроём девушки справились, заодно узнав много нового из арсенала матёрых профессионалов плаща и кинжала.

Второй, и тоже немаловажный вывод, касался уже лично меня. По своей сути я так и остался бойцом — одиночкой, привыкшим решать все проблемы исключительно за счёт своих сил, и ещё подверженным излишней самонадеянности. Спрашивается, и зачем командиру самому бросаться грудью на вражескую амбразуру, когда можно послать других? Переделать свой характер сложно. Да, постепенно я начинаю как‑то распихивать свои дела по другим людям, но в критический момент теряю самообладание и бросаюсь в безрассудную атаку. Такова участь настоящих героев, о которых сложено много песен и которым поставлено немало памятников. Посмертно — стоит отметить. Учитывая, что один нынче в поле не воин, следует немного пересмотреть своё поведение.

И, в — третьих, весьма неприятно осознавать, что за нас крепко взялись серьёзные правительственные организации из реального мира. Хорошо, что здесь они ещё не набрали должной силы, но привычная манера их действий уже пугает, как и примкнувшие к ним временные союзники. Зря я надеялся полюбовно договориться с Братством Треугольника, рассчитывая на взаимовыгодное сотрудничество. Те 'ребята', похоже, понимают только один язык — язык силы. И сила, естественно, должна принадлежать исключительно им. Отрядом напавших на нас магов командовал всего лишь 'кандидат в круг первых' Архимаг Лшдес, имевший триста шестидесятый уровень. Допрашивать его я даже не пытался, просто поглотив и переварив его душу. Особого сопротивления она не оказала, одарив меня новыми знаниями и ценной информацией. Все нити снова вели на другой континент в Крафагу и тамошние королевства. Именно там обитали весьма многочисленные маги — ренегаты. Но и сильных конкурентов у них хватало. Орден Смерти вёл с Братством Треугольника официально войну на взаимное истребление, однако война оказалась исключительно холодной. Интриги, подкупы, подставы, предательства и прочее в том же духе. Союз Чистых громко проклинал и тех и других, хотя при возможности зарабатывал на заказах от своих противников, поставляя им яды и специфические амулеты. Адепты Тёмного, после гибели своего божества от моей руки тоже никуда не делись, судя по всему, став ещё сильнее. Гильдия охотников за головами, хоть и старалась поддерживать видимый нейтралитет, но при удобном случае пощипать или уменьшить количество чужих магов никогда не брезговала. Примерно тем же самым любили развлекаться некоторые крафагские олигархи, имевшие внушительные собственные дружины и сильных магов на службе. Вот только для нас здесь все тамошние разногласия среди 'Владык Силы' были совершенно бесполезны, ибо для всех их мы оставались лишь ценным сырьём или расходным материалом. А тут ещё серьёзные спецслужбы некоторых стран решили немного поиграться за наш счёт.

Но если взглянуть с другой стороны — от крайнего инцидента сплошной прибыток. Самое важное — это полученная информация. Пытаться оценить её в деньгах совершенно нереально. Политические мировые расклады, имена отдельных важных персон, центры силы. Новые магические плетения и целые принципы применения хорошо известных магем с получением новых качеств. К примеру, одновременная связка из воздушного кулака и свёрнутой водяной плети оказалась способна с одного удара разорвать брызгами почти неуязвимого для магии голема. Правда, лишь с малой дистанции. Да и требования по контролю сознания для таких связок весьма велики — не всякий магистр справится. Ну и прочие трофеи, естественно. Оригинальное стрелковое автоматическое оружие, использующее пули из чистой платины с тонким пояском истинного серебра. В общем, наши потенциальные потребности в редком металле теперь закрыты на много лет вперёд. Если немного поработать над конструкцией пули, можно заменить платину маленьким кусочком истинного серебра с внедрённой магемой пружинящего щита силы. Эффект окажется вполне сопоставим, зато стоимость… Подобную идею и плетения удалось почерпнуть из переваренной души. Массовым магический 'огнестрел' всё равно не станет из‑за сложности и дороговизны боеприпасов, но своя штурмовая группа с подавляющей плотностью огня когда‑либо обязательно пригодится. Сразу же пришлось озадачить Рамию поиском подходящих людей и их дальнейшей подготовкой уже в наших условиях. В 'Краю забытых героев' теперь спешно строился очередной тренировочный полигон. Но наиболее ценные трофеи достались с пленённых магов. Пять сумок контрабандиста с пространственными карманами, в которых хватало разнообразного магического добра и денег. Если с сумкой Архимага я разобрался самостоятельно, вытряхнув наружу всё её содержимое, то с другими возникла проблема — прежние хозяева категорически отказывались идти на сотрудничество ровно до того момента, как я пообещал сожрать их души. Трусами адепты Братства не являлись, но пойти вслед за Лшдесом никто из них не пожелал. А после встал вопрос, что делать с пленниками. Клану сильно требовались собственные маги. Да, чуть больше сорока человек сейчас активно грызли гранит науки и раскачивали ауру, постоянно доводя себя до болезненного истощения, но уже сейчас нужен реальный опыт. Причём боевой. Даже если всех их завтра инициировать, то проку будет немного. И толковых учителей для них тоже нет. Первомаг всё же больше алхимик и амулетный мастер, полагающийся на свою силу и масштабные конструкции, да и преподаватель из него никакой. Долго же мне пришлось вразумлять пленников перейти на свою сторону, даже память съеденной души не помогала. Как это ни странно, преданности своей организации в привычном понимании этого слова среди адептов Братства Треугольника не существовало. У них всё держалось на представлении об истинном авторитете и почитании особо уважаемых личностей. Личная сила и таланты здесь, к сожалению, решали далеко не всё. Меня захваченные маги признавать отказывались наотрез, несмотря на угрозы и демонстрацию силы. Подчинится неизвестно кому — для них нестерпимый урон достоинства, который выше цены собственной жизни. Хоть тушки режь, да души ешь.

— Вот если бы тебя признали как достойного или равного двое Вершителей из нашего 'круга первых', тогда дальнейший разговор имел смысл, — ответил мне очень молодо выглядевший Архимаг Кростос, имевший триста девятый уровень. — Но они послали против тебя и твоих людей только второй и третий круг, что прямо говорит о…

— Закономерном провале силовой операции и пленении всей вашей группы, — закончил я за него мысль. — Руководство Братства неверно оценило риски, причём, далеко не в первый раз. Теперь мне ничего не остаётся, как объявить Братству Треугольника свою личную войну. И я её выиграю, будь уверен.

— Сначала встань в очередь желающих, — громко рассмеялся Архимаг.

Правда в его смехе присутствовала изрядная доля бравады, позволяющая как‑то справляться со страхом скорой смерти, а то и потери души — ничего хорошего с моей стороны им явно не ожидалось.

— Предпочитаю в подобных случаях отовариваться, заходя с заднего хода, — широко улыбнулся в ответ на такое наглое заявление. — Крафага не так уж далеко, как некоторым сейчас кажется. Закончу тут свои дела и крепко возьмусь за ваших 'достойных'. А вас, коль вы не дружите со здравым смыслом, пожалуй, отдам Первомагу для опытов. Пусть разберётся, как вы смогли обмануть его перстень долга.

— Ты знаешь Первомага? Он же умер, Вечность знает когда… — Кростос мне сильно не хотел верить, хотя заметной фальши в голосе я тоже не смог определить.

— Такие личности обычно как‑то умудряются договориться и с Вечностью, — философски заявил ему.

— Если ты не врёшь, и Первомаг признает тебя, хотя бы как своего ученика, мы склоним перед тобой головы. Хотя про Вершителей из 'круга первых' я говорить не возьмусь, — пленник, похоже, нашел подходящий выход, позволяющий сохранить жизнь и избежать катастрофической потери достоинства.

Ничего не оставалось, как запихнуть пленных магов в шар и перекинуть в 'Край забытых героев', сдав мрачному Харлу на поруки и перевоспитание. Сильно его расстроила весть о том, как легко можно обмануть перстень долга, на разработку которого у него когда‑то ушло больше двадцати лет жизни.

Вернувшись через пару дней в 'большой мир' и рассчитывая принять участие в ответном 'визите вежливости' на островную базу заглянувшим к нам штурмовикам, с большим сожалением узнал о том, что нас кто‑то опередил. Возвратившиеся порталом Аллии разведчики доложили о полнейшем разгроме на острове. По базе АНБ — шников отработали боевой магией поистине чудовищной силы, банально перемешав её с камнями и землёй. От располагавшегося там 'священного озера возрождения' тоже ничего не осталось. Имелась вероятность такой своеобразной зачистки засвеченных концов, правда непонятно со стороны кого. Такое интересное обстоятельство никак нельзя было проигнорировать, потому пришлось спешно монтировать вокруг всех наших клановых объектов искажающие мощные потоки силы амулетные конструкции и вешать дополнительные стационарные щиты вместе с сигнальными сетями. А ещё параллельно возиться с новообразованной службой скрытого контроля, обучая персонал работе со специальными амулетами. Проведённые позже тренировки показали — против хорошо подготовленной группы магов — диверсантов принятых мер всё равно недостаточно, всё не учтёшь и все ходы не перекроешь, но и большого ущерба нам они не причинят, ибо просто не успеют до подхода боевых групп быстрого реагирования. Полноценную безопасность можно обеспечить, только взяв под плотный контроль всю столицу королевства и ближайшие окрестности. Впрочем, на такое у нас просто не хватит людей, а пока приходится идти на компромиссы, договариваясь со стражей и городским ополчением на счёт возможного взаимодействия.

Едва лишь вздохнул спокойно, раскидав навалившиеся дела, как снова я кому‑то срочно потребовался.

— Долго же мне пришлось ждать встречи с вами, — поприветствовал меня плотный седовласый мужчина крепким рукопожатием. — Меня зовут Иваном Петровичем и у меня к вам есть предложение…

— От которого совершенно невозможно отказаться, — попытался закончить за него фразу, верно истолковав начало нашего общения.

Хоть собеседник и выглядел вполне обычно для зелёного новичка в этом мире — простая дешевая одежда, отсутствие заплечного мешка и чехла с оружием, однако осанка, взгляд и манера говорить выдавала большой опыт власти и командования людьми. Но и его принадлежность к армии весьма сомнительна. А то обстоятельство, где он дожидался встречи со мной, уже о многом говорило — в свою гостиницу с недавних пор мы посторонних вообще не пускали. И если для кого‑то сделано исключение — значит и причина весьма существенна.

— Вы достаточно проницательны, наши аналитики не ошиблись в своих оценках, — улыбнулся Иван Петрович.

— Ваши аналитики? — я поднял бровь, выражая своё отношение к тонким намёкам. — И от лица кого вы сейчас со мной говорите, интересно? — мне захотелось сразу достигнуть какой‑то определённости, чтобы зря не ходить вокруг да около.

— Можно сказать — от лица вашей Родины, — с некоторым пафосом и хитрым прищуром ответил мой собеседник.

Причём его не смутила моя затянувшаяся на несколько минут ответная реакция в виде громкого хохота.

— Когда начинаются разговоры о Родине, Чести, Верности и Долге, да ещё с больших букв, стоит вовремя вспомнить, что тебя просто хотят использовать каким‑либо противоестественным образом, причём задарма, — кое‑как отсмеявшись, нагло ответил ему. — Если Советский Союз ещё как‑то мог называться 'Родиной', то нынешнее государство, по какому‑то недоразумению считающееся его правопреемником, больше чем на место жительства, увы, не тянет. Потому все высокопарные слова призваны прикрыть разве только частный интерес отдельных личностей и групп жирных котов. Сомневаюсь в своих желаниях просто заходить с ними в один и тот же сортир в виде большого поля.

— Что же, и здесь наши аналитики оказались правы, — похоже, моя злобная отповедь только развеселила Ивана Петровича. — Другое дело — вы просто плохо представляете реальные политические расклады, почему‑то считая себя способным противостоять всему остальному миру. Наверное, считаете себя истинным Тёмным Властелином или, к примеру, Великим Императором… — голос собеседника приобрёл яркие язвительные нотки. — Корона не жмёт, Ваше Имперское Величество, а?

— Не жмёт, ибо хорошо подстраивается под форму черепа, — ответил ему с самым серьёзным видом, но мысль показать артефакт на своей голове пришлось решительно придавить.

— Ваша выдержка и умение владеть эмоциями достойно истинного восхищения, — меня одарили настоящим комплиментом с некоторым скрытым подтекстом. — Однако они не смогут заменить той помощи, которую вы сможете получить, если пойдёте нам навстречу.

— И что же такого вы от меня хотите? — я попытался выразить свою заинтересованность, хотя вышло достаточно неважно.

— Не всё легко выразить обычными словами… — Иван Петрович на пару мгновений задумался, явно принимая какое‑то достаточно непростое решение по ходу нашей беседы. — Думаю, мы сможем найти взаимные интересы, в вы сами что‑либо предложите мне… или своей Родине. Погодите, не кривите лицо, — он мгновенно заметил моё недовольство. — Я сейчас зайду издалека и расскажу некоторые вполне известные сведения в несколько своеобразном ракурсе, а вы просто подумайте над моими словами.

Кивком головы обозначил своё внимание.

— Итак, на сегодняшний день в этой искусственной вселенной на более — менее постоянной основе находятся примерно девяносто шесть миллионов игроков и их количество постепенно растёт. Больше всего сейчас их из стран Восточной и Западной Европы, где Корпорация развернула наибольшую активность при старте проекта. В Америке ей поначалу вставляли палки в колёса, но теперь наоборот стали активно содействовать, отметив очевидные экономические успехи и возможность существенно снизить социальные затраты. К примеру, пособия по безработице, инвалидности и всё подобное теперь платятся не деньгами, а предоставлением капсулы и доступа в Игру с небольшим содержанием, которого хватает на пропитание тут. Потому достаточно скоро число игроков с Американского континента сравняется с европейцами. А вместе с игроками сюда пришли и спецслужбы. Поначалу все они отнеслись к игре достаточно несерьёзно, но её влияние на мировую экономику и политику оказалось значительно. Попытки прямого контроля, как обычно происходило со всеми другими проектами, ничего не дали. Теперь же спецслужбами принято решение относиться к игре как составной части настоящего мира. Знаю, вам уже довелось познакомиться с деятельностью одной из них. Пока они слабы и не имеют достаточного опыта, пытаясь действовать привычным образом, однако это долго не продлится. Там не одни лишь дураки сидят. Более того, от своих тамошних хм… 'партнёров' мы получили настоятельную просьбу получить доступ к телам некоторых игроков вашего клана и вас лично.

При этих словах я резко напрягся, что не осталось незамеченным — мой собеседник улыбнулся уголками губ и продолжил говорить:

— Центры виртуальной реальности по договору официально считаются экстерриториальными и достаточно хорошо защищены от возможного вмешательства спецслужб. Ваш клан поступил крайне мудро, обеспечив практически всех своих членов достаточными средствами для оплаты услуг постоянного доступа. Потому сейчас какая‑либо опасность вашим людям не грозит, — немного успокоил он меня. — Но если вдруг вы не сможете и дальше оплачивать доступ или кто‑то из ваших игроков решит ненадолго выбраться в реальный мир, то могут возникнуть проблемы.

А вот этот тонкий намёк сложно истолковать двояко. Если мне самому действительно нечего опасаться, мою надёжно законсервированную тушку сложно найти и уж тем более 'расспросить', то другим стоит побеспокоиться. Впрочем, мы некогда предполагали подобную ситуацию и весь 'первый состав' клана давно перебрался в наиболее надёжные центры виртуальной реальности, размещённые в противоатомных бункерах, оставшихся ещё со времён холодной войны. Собственно, это один из основных пунктов кланового договора при полноценном посвящении и тем более допуска к тайнам. 'Второй состав' у нас пока более рыхлый, но и он вскоре должен полностью переселиться.

— Советую всем вашим людям уже в самое ближайшее время оплатить полный премиумный пятилетний абонемент, благо сейчас идёт акция, и его цена заметно упала, — Иван Петрович заметил мою задумчивость и решил дать совет.

— К чему такие сложности? — выйдя из раздумий, спросил его.

— Просто я бы на вашем месте не сильно надеялся на здешнюю банковскую систему, чеками которой вы активно пользуетесь для перевода денег вовне, — пояснил он. — Есть вероятность, что при развязывании большой войны Великий Банковский Трест полностью перейдёт на сторону ваших потенциальных противников. Чеки и чековые книжки перестанут действовать, как и резко обесценятся здешние 'золотые', в которых нет золота. Торговые золотые Крафаги, кстати, можно выводить, как и именные чеки, через пожертвование богу торговли в любом храме. Обменный курс у него более выгодный, нежели у банкиров, но об этом мало кто знает. Потому советую на всякий случай ещё запастись ликвидной наличностью, может в любой момент пригодиться. Возможно, бог и другое золото или что‑либо ценное в обмен примет, тут уж сами разберётесь.

— Благодарю, — новость заставила призадуматься. — И всё же вы явно не всё рассказали? — я вдруг вспомнил, с чего началась наша встреча.

— Действительно, — довольно улыбнулся мой собеседник. — Пока это был, так сказать — десерт, а теперь пора подходить к основному блюду, — тут его лицо резко посерьёзнело. — В ближайшие дни Китай снимет своё требование по обязательной передаче ему технологий имплантов и виртуальных миров в обмен на доступ к своему рынку цифровых услуг и оптическим сетям. Наконец‑то там поняли, что никто идти им навстречу не собирается, и решились бороться более привычным для себя способом — брать числом и дешевой рабочей силой.

— Вряд ли у них это получится при местных гильдейских условиях, правилах и ограничениях, — я лишь ухмыльнулся на такое заявление, вспоминая свои давние злоключения.

— При серьёзной поддержке сограждан со стороны государства и целевых программах внедрения своих людей многие сложности легко преодолимы, — Иван Петрович явно не разделял моего оптимизма. — Индия тоже не останется в стороне, как и остальные страны Азии, до сего момента предпочитавшие наблюдать со стороны, — продолжил он свой рассказ. — Пока азиатская экспансия сдерживается ограниченным производством имплантов и капсул, а также их ценой. И главное — 'догоняющие' начнут применять наиболее агрессивную политику своего продвижения. Их отдельные представители уже сейчас присматриваются к тем, кого можно быстро подмять под себя. Если американцы с европейцами пока осваивают другой более богатый континент этого мира, то азиаты в первую очередь обратят внимание сюда. И ваш клан станет для них лакомой добычей, несмотря на всю свою кажущуюся силу. А чтобы им помешать в дело вступят спецслужбы европейцев и американцев, да и нам придётся вмешаться. Относительно недолгое наблюдение показало, что у вас есть тайна. Нет, не так — Тайна с большой буквы, а то и не одна. Высокие уровни, оригинальные методики обучения и развития телесного аватара, Невероятное количество магических предметов на одном человеке и многое другое. И вы умеете хранить свои секреты — даже нам сейчас точно известно весьма немногое, несмотря на проведённые лучшими профессионалами разведывательные мероприятия. Естественно, 'крайние средства' пока не применялись по вполне понятным причинам. Тем не менее, имеются весьма интересные догадки и предположения, на основе которых наши аналитики сумели сделать несколько качественных выводов.

— Какие же, если не секрет? — мне вдруг стало любопытно.

— Первое, и для нас, наверное, самое важное — вы имеете подходы к одному или даже нескольким целителям ультимативного класса, способным не только делать лечебные амулеты, но и полностью изменять магией человеческие тела, — в мою сторону посмотрели с весьма характерным оценивающим прищуром. — Ради одного этого на вас скоро начнут серьёзно давить, ибо всем хорошо известно о магии, которая действует и 'по другую сторону реальности'. Но это ещё не всё. О чтении мыслей 'Ведьмами' уже многие здесь наслышаны, однако они есть только в вашем клане и нигде больше. Следовательно, кто‑то из здесь присутствующих знает секрет, как можно обрети такие интересные способности, с большой вероятностью сохраняющиеся и по 'ту сторону'. Поверьте — только одних этих предположений уже достаточно для объявления реальной войны и уничтожения потенциальной угрозы сложившемуся в мире балансу сил. И напоследок, достаточно просто взглянуть на ваш личный уровень, чтобы о многом догадаться.

Действительно, перед разговорами с пленными магами пришлось поднимать собственные циферки, чтобы не выглядеть в их глазах откровенным слабаком. Да и перестать выделяться среди всего 'первого состава', поднявшегося весьма высоко. В принципе я мог выставить себе любой уровень, хоть три девятки, больше нельзя, дальше следовал знак бесконечности, но это бы уж очень сильно привлекало постороннее внимание.

— За три сотни пунктов имеют только весьма могущественные местные жители, как правило — Великие Маги, — ещё один острый оценивающий взгляд, который заставил меня внутренне поёжиться. — Могу твёрдо сказать — на другом континенте ещё никто из игроков не перевалил за сотню, разве только одна пиратская атаманша, которую никто до сих пор не может поймать. Более того, есть основания считать, что в вашем клане хватает и других высокоуровневых персон, которые не боятся начать игру заново в случае случайной гибели. Следовательно, вы полностью решили и проблему ограничения по уровню перерождения, причём, не как 'Имперские Легионы', вокруг которых тоже хватает непонятного с активным участием клана 'Семья'. Информация о ваших достижениях постепенно доходит до многих заинтересованных лиц, привыкших брать всё им понравившееся и совершенно не задумывающихся о средствах. Особенно сейчас, когда в дело вступили сильнейшие государства мира. Многие захотят отщипнуть себе немножко благ и не позволить этого сделать своим конкурентам. И всех куда более устроит, если вас просто не станет. Ни себе ни другим!

Я надолго погрузился в себя. Иван Петрович говорил вполне искренне, лжи в его словах не чувствовалось. По крайней мере, он сам верил во всё рассказанное мне, верно выбрав время своего появления и подходящий способ вербовки — искренность. В наших возможностях отбиться от большей части потенциальных угроз не имелось никаких сомнений. Но не ото всех, когда игра вышла на межгосударственный уровень. Против монстров интриг из реального мира мы все сущие младенцы, и нам никто не позволит набрать своего опыта, дабы на равных противостоять им. И тут, похоже, мне решили протянуть руку помощи. Естественно небескорыстно. Остаётся лишь узнать о цене.

— И у вашей 'конторы' есть сильное желание и реальная возможность не допустить развития негативного сценария, — я поднял взгляд на своего собеседника, в котором хватало внутренней решимости, добавив: — Вот только ваши условия могут нас не устроить…

— А условия предложите мне вы, — опять обозначил улыбку уголками губ Иван Петрович, легко нарушив моё эмоциональное равновесие своим неожиданным заявлением. — В самом начале разговора я не зря упомянул Родину, это были не пустые слова. С любым другим кланом и его лидером мы бы и разговаривать не стали, но вам удалось создать нечто больше, чем простое объединение людей вокруг каких‑то общих интересов. Родина это не какое‑то пространство или территория государства — это определённое отношение одних людей к другим людям. Отношение тех, кто наверху к тем, кто внизу и наоборот. Я прекрасно понимаю ваше недоверие к нынешнему государству, где люди воспринимаются исключительно как ресурс и налогоплательщики. Более того, многие мои соратники воспринимают его точно так же. Впрочем, сил изменить сложившееся положение, у нас нет. Зато они есть у вас. Наши аналитики перелопатили личные дела всех, о ком нашлись сведения принадлежности к клану 'Семья'. Как оказалось — людей с заметной 'гнильцой' внутри вы к себе категорически не принимаете. И удержать около себя таких людей одними деньгами и прочими благами нельзя. Тут требуется нечто большее — идея, духовная общность, чувство сплочённости. Родина сейчас начинается с вас!

Давненько меня не вгоняли в краску. Никогда бы прежде не стал думать в подобном ключе. Где я и где та Родина?

— Так что же нужно нам сейчас делать? — мой голос выдавал заметную неуверенность, которая действительно имелась внутри, хотя не имела с моим реальным душевным состоянием ничего общего.

Мне несложно немного 'прогнуться' под партнёра, а не демонстрировать ему самоуверенность и железную волю. Пусть считает себя победителем в этой партии, посмотрим на его реальное предложение.

— Воссоздать нашу, как вы сказали — 'контору' у себя. Людей я вам дам, — мой собеседник наконец‑то перешел к конкретике. — Да, все они давно покинули службу, отправившись на пенсию, кто по возрасту, а кто и по ранению, но лучших специалистов, ещё старой закалки, в мире трудно найти. Для вас практически невозможно, ибо 'бывших не бывает'. Молодёжи тоже подгоню, немного, сотни две, преимущественно боевиков и 'специалистов по особым поручениям'. Даже расщедрюсь на парочку грамотных аналитиков. Вот их, можно смело сказать — от своего сердца отрываю. Всех своих клановых секретов можете не раскрывать, но прислушиваться к мнению опытных людей по вопросам, особенно касающимся безопасности, настоятельно рекомендую. Подлечите и подтяните моих ребят до пристойного уровня, потом не пожалеете.

— И вы не опасаетесь возможного контроля сознания своих людей со стороны наших 'Ведьм'? — удивлённо спросил я.

— В этот раз придётся играть с открытыми картами, — развёл в стороны руки Иван Петрович. — Других способов достичь взаимного доверия я просто не вижу.

В общем, несмотря на все красивые и высокопарные слова, 'контора' подложила нам изрядную свинью. Мало того, что многие планы своим появлением нарушили, так ещё и на бюджете повисли, ибо своих денег у них банально не имелось. Вскоре прояснились и некоторые тонкости: во — первых, всё это безобразие исключительно частная инициатива отдельной группы лиц, а во — вторых, нас хотят действительно попользовать, при первой возможности устроив перехват управления. Но с другой стороны, пока мы как бы 'сотрудничаем', наших людей прикроют от возможных посягательств в реале, и даже станут помаленьку учить уму — разуму. По крайней мере, так считали сами 'учителя', которые совершенно не догадывались, что у них копаются в голове, когда они спят целительным сном. За пять дней времени реального мира, пока решались все вопросы и проходили согласования между разными людьми, в 'Краю забытых героев' прошло полгода, за счёт разницы течения времени. И мы не теряли его, подготовив для гостей удобное место для жизни и всего прочего, приведя в идеальный порядок маленький городок на берегу живописного озера, предварительно очищенный от полчищ ходячих скелетов и действующих ловушек. Зато в его окрестностях костяки продолжали бродить, бросаясь на всё живое при первой возможности и опасаясь соваться в город из‑за слабого магического барьера, излучающего истинный свет при приближении к нему. Наш транспортный шар выскакивал на главной площади города, спешно выгружая пассажиров, чтобы метнуться в окрестности столицы королевства Лаира за следующей партией. Требовалось успеть перевезти больше тысячи человек в течение одного дня по времени королевств. Своими секретами мы делиться действительно не собирались, разработав целую систему прикрытия и дезинформации. На вопрос представившегося мне ранее Иваном Петровичем генерала о закрытой точке возрождения я ухмыльнулся и сказал:

— Вы же не хотите стать от неё полностью зависимыми, причём даже создание нового аватара не поможет её сменить?

Больше с подобными вопросами ко мне не подходили, хотя от других приходилось часто отбиваться. К чему‑то подобному я успел заранее подготовиться и выдавал правильную легенду. К сожалению, пришлось тратить своё личное время, скидывать работу на других было опасно.

В качестве обслуживающего персонала и помощников гостям выделили исключительно местных жителей. Хотели увидеть целителя ультимативного класса? Представляю вам Ла Вилиену, магиню жизни шестисот шестьдесят шестого уровня. Вам, 'товарищи', уже стало страшно от этих цифр, да? Как ещё нет, ну тогда пятёрка вампиров от двухсот пятидесятого займутся вашей физической подготовкой, а поможет им алхимик Хролос четырёхсот тридцатого. Гарантирую, вскоре вы все их дружно проклинать начнёте, ибо отдыхать придётся только на лекциях по общим принципам использования магии, которые проведёт Архимаг Кростос, некогда прославившийся, как чрезмерно жестоко наказывавший пренебрегающих дисциплиной студентов ректор магической Академии. Судя по выражению лиц слушающих людей, некоторые действительно прониклись, хотя при этом другие рассматривали меня всего лишь как забавную букашку. В городе хватало персонала и из числа клановых игроков, все они использовали амулеты отводящие взгляд и действовали исключительно незаметно. Не скрывалась лишь отдельная группа из ста человек, представленная гостям нашими безопасниками, которые хотят почерпнуть недостающие знания от опытных профессионалов. Все они постоянно находились под наложенной плотной иллюзией с применением специального геля, сильно меняющей внешность и телесную форму, а также я изменил им имена и отображаемый уровень. Не такой уж и высокий, кстати.

* * *

— Заходи, майор, не ждал тебя так скоро увидеть, — седой хозяин большого кабинета поприветствовал вошедшего лёгким взмахом руки, не поднимаясь из стоявшего во главе большого стола кресла, перевернув несколько бумаг и накрыв их завязанной папкой. — Хочешь, закуривай, — достал он стеклянную пепельницу из ящика стола, — мне врачи запретили, сам знаешь.

— Я решил бросить, — сказал вошедший, достав из кармана нераскрытую сигаретную пачку, покрутив её в руках и убрав обратно. — Почему‑то совсем не тянет, прикинь!

— Чудеса… — хозяин кабинета завистливо улыбнулся, ему‑то как раз курить сильно хотелось. — И вообще ты заметно помолодел за прошедшую неделю — лет десять на глаз скинул, если не больше. Даже седины почти не заметно. Фигурка опять же стала стройнее, куда делся лишний жирок, а?

— Знал бы ты, как нас там гоняют, — недовольно хмыкнул тот. — В учебке куда легче было! Постоянно чувствую себя салагой, хотя по тому времени прошло больше полугода.

— А старики наши как? — удивлённо спросил седой генерал.

— Они нас с тобой легко за пояс заткнут, — майор подсел поближе к своему начальнику, положив руки на стол. — После того, что с ними сделала та жуткая колдунья, они ей чуть ли не в рот смотрят, хоть все прекрасно знают, что она лишь набор цифр.

— Неужели и вправду такая страшная? — хохотнул хозяин кабинета.

— Ну… — немного смутился майор, пытаясь справиться со своими противоречивыми чувствами, — она прекрасна! Истинный идеал полностью раскрывшейся женской красоты. Вот только стоит взглянуть ей в глаза… — рассказчик на пару мгновений запнулся, вспоминая что‑то особенно неприятное. — Ты знаешь, я потерял страх ещё тогда, на улицах Грозного, но тут снова вспомнил о нём. В её взгляде сама Вечность. Как такое можно нарисовать, до сих пор не понимаю. А с телами людей она способна творить всё что угодно, хоть в таракана превратить, сохранив разум.

— Надеюсь, хоть в него она вам не лезет, — генерал немного нахмурился, вспомнив кое — какие другие разговоры.

— Похоже, в головы к нам действительно никто не лазает, — майор сразу уловил недовольство начальства. — Ни одной 'Ведьмы' так никто и не увидел. Или они умеют становиться невидимками, которых и наши лучшие 'глазастики' благополучно прохлопали. Складывается впечатление — мы тех ребят не особенно‑то и интересуем. Их студенты ходят на специальные семинары, как мы с ними изначально договорились, но я не увидел на лицах парней живого интереса. Наоборот, складывается впечатление, будто их от более интересных дел оторвали. Нас же тренируют и обслуживают исключительно 'живые цифры'.

— Не доверяют нам ребята, — на губах генерала появилась ехидная ухмылка, — серьёзно не доверяют. И правильно делают, кстати. А по самому обучению что скажешь, много ли ерунды суют?

— Иван, ты знаешь, я в том проекте сижу с самого первого дня, — в разговоре майор перешел на личный уровень, дабы подчеркнуть особенность момента. — Наш проект в Блесте — напрасная трата бюджетных средств! Помолчи, дай договорить, — остановил он вскинувшегося генерала. — Вся подготовка боевиков с помощью тамошних 'лучших инструкторов' никуда не годится. Мало толку уметь правильно махать мечом, когда противники с хорошо развитой аурой двигаются с огромными скоростями, пусть и недолго. Один их 'студент' голыми руками на спор раскидал дюжину бойцов, сам знаешь, из какого подразделения, и даже не запыхался. Несколько секунд и все лежат — я сам видел. Нас учат именно такому бою с оружием и без. И это ещё не всё. Я не знаю, во сколько обошлись нам те маги — недоучки, которых вы почему‑то считаете лучшими экспертами в этой области. Вместо глубокомысленных рассуждений о сути пути силы и великих тайнах познания, нам сейчас преподают только необходимую конкретику. Свитки, амулеты, артефакты. Какие они бывают, как ими пользоваться, где и какая магия применяется в жизни и бою. Тонкости, особенности, уязвимые места магических образований и самих магов, средства обнаружения и противодействия. Чётко, от самых элементарных бытовых плетений до сложнейших магических построений, использующихся на поле боя. Оказывается, даже могущественные колдуны отнюдь не всемогущи. Хорошо подготовленные и экипированные обычные воины могут с ними потягаться на равных, а порой и многократно превосходить. Главное вовремя определить их слабые стороны, поняв, с каким именно колдуном или амулетом имеешь дело. Они ведь все разные. Есть различные признаки, которые легко определить, если уметь правильно смотреть и обладать необходимым багажом знаний. Ничего подобного даже не упоминается ни в одном доступном источнике. Причём практики у нас не меньше теории. Добрая половина города превращена в плотно набитый разнообразными магическими ловушками полигон. Если заберёшься в какой‑либо дом и выберешься обратно, не подпалив свою задницу — считай герой! Потому считаю, что клан полностью соблюдает договор и даже больше того.

— Ты говоришь сейчас как получивший вожделенную игрушку восторженный малец, — рассматривая сильно воодушевившегося своим рассказом подчинённого, генерал широко улыбался. — Неужели забыл, какие у нас главные приоритеты?

— Помню… — майор быстро убрал с лица лишние эмоции. — Только ничего не получится и даже старики тут не помогут. Ты ведь уже получил отчёты кое — кого из нашей группы, уверен, наши представления о клане существенно изменились. Ведь так?

— Так, — кивнул генерал. — Теперь основная гипотеза строится на нахождении кем‑то из его основателей способного свободно перемещаться в зону быстрого времени шара — артефакта и налаживания им тесных контактов с тамошними 'живыми цифрами'. Стоит нам только захватить тот шар…

— Как сразу выяснится, что он у них далеко не один! — закончил за генерала майор. — И даже не два. Я посекундно посчитал затраты времени при перемещении наших людей, так как шел в последней партии, а потом сделал общий перерасчёт. Не просто же так мы их сильно торопили. Так вот, они могли успеть, только если шаров у них не меньше трёх! И ещё совершенно неясно, как ими управлять, пилота‑то в них нет. Робот или дистанционное управление. Как его перехватывать, спрашивается, если мы даже принципов действия не представляем? Через десять дней реального мира и за год по внутреннему времени быстрой зоны, нас всех гарантированно дотянут до девяносто девятого уровня, выставив обратно в 'большой мир'. Оснащать и экипировать бесплатно нас никто не собирается, но могут продать всё необходимое с большой скидкой. Потому рекомендую найти для этого средства, хотя бы из резервных фондов, раз по официальному каналу нельзя. А на будущее стоит заключить с кланом уже нормальный договор, без большой фиги в кармане и кинжала за спиной, пока они не соблазнились щедрыми предложениями конкурентов. Для них будет не слишком сложно организовать у себя ещё пару баз боевой подготовки, о существовании которых мы узнаем, только непосредственно столкнувшись с теми, кого там обучат.

— Я тебя услышал майор, — лицо генерала заметно помрачнело и ему не хотелось продолжать дальше этот разговор. — Возвращайся обратно и скажи Лёне, что я хочу с ним срочно поговорить.

Майор поднялся со стула и спешно вышел из кабинета. Он прекрасно понимал, что генерал гораздо лучше информирован, но интуиция просто кричала о той непростительной ошибке, которую тот может совершить. И второго шанса им никто больше не даст.

* * *

Четвертая Глава. Операция 'Немыслимое'

Выяснив некоторые секреты и скинув заботы о гостях на своих подчинённых, я отправился к королю Деалу Первому. 'Контора' нас больше пугала, чем могла реально навредить. Вытащить игрока из капсулы без его воли и предварительного вывода сознания из виртуального мира — значит получить пускающий слюни овощ, а не источник ценной информации. Да и просто вытащить не получится, там кучу международных договоров успели заключить. Корпорация не зря крепко заботилась о безопасности тел своих клиентов. Более того, определить реальные физические данные игрока и местонахождение его тела очень сложно. Наши гости узнали лишь о нескольких десятках бойцов из 'второго состава' клана, когда начали вести плотное наблюдение. И сделали они это путём сравнения характеров, речевых оборотов и моторики движений игрового аватара и записанного в личном деле образа с помощью хорошо обученных специалистов и специальных программ. Естественно, конечный результат выходил достаточно неоднозначным. Про 'первый состав' уже можно не беспокоиться — тренировки и переход мышления на имперский язык полностью стёрли старые карты типичных движений и речевых оборотов. Теперь выяснить подробности про их тела сможет лишь сама Корпорация, но я сильно сомневаюсь в её сотрудничестве со сторонними спецслужбами. Вот когда мы крепко перейдём ей самой дорогу — тогда стоит побеспокоиться, но никак не раньше. И я уже догадывался, к кому стоит обратиться, дабы окончательно решить и эту проблему. А пока хватало других, более актуальных.

— У тебя случайно не найдётся лишнего золота? — неожиданно спросил король, едва я приступил к дегустации изысканных блюд дворцовой кухни.

От такого вопроса я едва не подавился и чуть не выплюнул кусок изо рта, с укоризной взглянув на растерявшегося монарха.

— Разве золото бывает лишним? — кое‑как проглотив пищу, переспросил его.

— Мало ли, вдруг что‑то не используется и лежит мёртвым грузом, — ещё больше смутился Деал Первый. — Мне сейчас немного нужно, тонны три, а лучше четыре. В долг, через год верну.

Хорошо хоть не успел чего‑либо положить в рот, а то точно бы подавился. Видя мой недоумённый взгляд, король решил пояснить:

— Проклятые банкиры требуют срочно увеличить залог, иначе откажутся обслуживать чеки и желтую монету в королевстве, мотивируя это увеличением рисков и ростом оборота. А у меня доходы с приисков ещё полгода ждать. Идти к купцам тоже нельзя, они потребуют для себя немыслимых привилегий, останусь вообще с пустой казной в преддверии войны.

— Причём тут залог и всё остальное… — любопытство во мне начисто вытеснило аппетит. — Разве ты не контролируешь банк в своём королевстве?

— Увы, — Деал Первый сморщил лицо, как будто раскусил какую‑то гадость. — История эта тянется с давних времён. Возникшая после краха древней Империи гражданская война привела к полному расстройству экономики во многих королевствах. И подняться исключительно своими силами никто не мог. Тогда нескольким королям удалось договориться и создать формально независимый Великий Банковский Трест. Вскоре к нему присоединились и все остальные, ибо обмен магическими чеками и выпускаемой банкирами из отходов производства мифрила 'лёгкой монетой' быстро оживил торговлю. Каждое королевство вносило залог золотом и получало соответствующее ему количество ходовой монеты, а также объём сумм магических переводов. Медные и серебряные монеты остались у всех свои, а 'золото' стало общим, существенно упростив расчеты между купцами разных стран. Банкиры принципиально не вмешивались в политику, всегда и во всём оставаясь в стороне, и это всех устраивало. Однако постепенно они почувствовали силу и стали вести свою игру. Соучастие в основании Крафагской республики стало закономерным ходом с их стороны. И пусть они там не имеют всей полноты власти, однако понятно, чей интерес они станут отстаивать в первую очередь. Не зря же сама Крафага пользуется именно монетами из настоящего золота, меняя их на 'золотые' по гибкому курсу. И сейчас банкиры просто хотят грубо влезть в наши дела, найдя для этого формальный повод, так как хорошо знают о реальном количестве золота в моих запасах и его возможном поступлении.

— Хорошо, в этот раз золото у нас найдётся, — я несказанно обрадовал короля своим ответом. — Только ведь банкиры со временем могут проявить больший аппетит, — дополнительно озвучив свою догадку.

— Ты Великий Император, вот ты и думай, как их можно обломать! — окончательно припечатал меня хитрый монарх.

А потом навязал мне ещё заботу о своём наследнике и его невесте, принцессе из соседнего королевства. На их жизни уже несколько раз покушались, и очередная попытка могла стать успешной. Впрочем, есть куда их спрятать и кому перепоручить. Последнее время мы массово перетаскивали к себе на 'дальнюю базу' бегущих от притеснений из других королевств местных жителей. Уже и продовольствие перестали закупать, своего вполне хватает, теперь пришла пора обживать полностью зачищенные от нежити и всяких ценностей мелкие поселения и городки.

— Какое редкостное подношение, а главное от кого! — империал исчез с моей ладони в золотом сиянии, вместе с насмешливыми нотками голоса бога торговли Деария, появившимися в моей голове. — Приятно ошибиться, узрев на месте двинутого фанатика расчетливую сволочь, — тем временем продолжил он глумиться надомной. — Надо же, тебя признала корона Императора, её грозный дух ни с чем нельзя спутать. Только без скипетра Истинной Власти ты им не сможешь воспользоваться.

— И где его искать, ты, конечно, знаешь, но не скажешь? — постарался передать ему обратно своё ехидство.

— Сначала завоюй мир, и скипетр сам найдёт тебя! — ответил мне бог весьма довольным тоном. — Император — в переводе с какого‑то древнего языка пришлых значит — 'великий полководец', вот и докажи, что ты им действительно являешься. А теперь говори, зачем звал… — Деарий сразу же захотел перейти к делу.

— Тут образовались некоторые проблемы, часть которых ты можешь помочь решить… — я кратко рассказал ему о последних событиях и возможном переводе денег через него в реальный мир.

— Действительно, в моих силах оказать вам помощь и даже сделать большее, о чём ты побоялся спросить, — ответил тот после недолгого обдумывания. — Есть возможность сделать так, что даже сами хозяева мира не найдут временно покинутые тела изгнанников на которые ты укажешь своим перстом. Подробности не спрашивай, у каждого бога есть свои секреты, но эта услуга встанет тебе тысячей тонн золота в торговых золотых.

— Сколько — сколько… — мне показалось, что я плохо расслышал последние слова.

— Не стоит пугаться, всего лишь сто миллионов тяжелых желтых кругляшков, — Бог мысленно рассмеялся.

— И где я их столько возьму? — мне всё же удалось отойти от лёгкого шока при упоминании таких гигантских сумм.

— Ограбишь кого‑нибудь… — совершенно спокойно заявил мой невидимый собеседник. — Проявишь смекалку, вытрясешь куда больше, чем нужно. При необходимости могу помочь переносом монет с места на место и даже лишнего процента не стребую.

— Слушай, а зачем тебе вообще золото? — у меня резко проснулось любопытство. — Ты же бог, твоя сила в вере людей.

— Ты прав, — в мысленном голосе бога появились нотки сильного недовольства, правда, направленные не ко мне, а к кому‑то другому. — Мои почитатели народ особенный. Они не хотят верить просто так, им чёткий расчет и торг подавай. Ты мне — я тебе. Грызутся за самую малость, и всем не угодишь. Глупцы, никак не хотят понять — дарующую силы изменять мир Истинную Веру нельзя покупать как башмаки на базаре и требовать у богов поддержки по прейскуранту. Что мне остаётся делать, когда люди свои истинные устремления направляют к тому 'презренному металлу'? Пришлось освоить извлечение их из него. Вот ты сам как относишься к деньгам? — неожиданно спросил Деарий меня.

— Как к средству ненасильственного управления, близкому к идеологии, если посмотреть внимательно, — почти не задумываясь, кинул то, о чём недавно размышлял. — Деньги должны служить людям, а не наоборот!

Бог надолго ушел в себя и не отвечал.

— Извини, отвлёкся, чтобы записать, — снова появился он в моей голове с самым серьёзным тоном. — Красивая мысль, жалко мало кто её сможет оценить по достоинству, — вот тут сразу и не определишь, шутит он или нет. — Ты действительно можешь понять меня. Люди верят в сами деньги более охотно, чем в того, кто за ними может стоять.

— И куда ты потом используешь принятые подношения, — моё любопытство оказалось не полностью удовлетворенно.

— Само золото после извлечения из него сути Истинной Веры возвращается в землю, — пояснил Деарий. — Куда конкретно — не спрашивай, сам не знаю. Просто выработанные ранее жилы снова оказываются золотоносными, нетронутые становятся богаче. Появляются и новые, даже там, где десять раз всё прочесали без какого‑либо результата. Люди идут за золотом на край земли, преодолевают множество препятствий, вкладывая свою жизненную и духовную сущность в металл, он превращается монеты, затем они попадают ко мне и цикл повторяется.

— Так значит, ты сам можешь брать спрятанные клады, оставшиеся без владельцев и возвращать металл природе? — мне показались слова бога где‑то нелогичными.

— Нет, — с явным недовольством ответил тот. — Золотые монеты мне нужно принести в дар. Лично и желательно от чистого сердца. Просто так, не требуя за них чего‑либо определённого, ибо только я сам могу выбрать то, в чём более всего нуждается верующий проситель. И ещё, сразу скажу, кроме золота я ни с чем не могу так поступать. Тот же мифрил, хоть и более дорог, притягивает к себе скорее устремления сильных воинов. В нём душа боя и звон оружия, потому только бог Граз имеет над ним некоторую власть.

Из дальнейшего разговора стало понятно, куда меня хочет направить хитрый бог торговли. И раз наши цели временно совпадают, почему бы и не согласиться с его заманчивым предложением?

Командир, он на месте, — бесшумно вынырнул передо мной из куста разведчик. — Сзади есть лестница, по ней можно тихо забраться. Только он, как всегда, не один.

Последнее предупреждение оказалось совсем не лишним. Нужное мне тело, человеком, его назвать язык не поворачивается, требуется спеленать исключительно незаметно, особенно для его ближайших сподручных. Но нет, повезло — в это раз работорговец, пират и 'вольный капитан' Броз не пил с дружками, а развлекался со шлюхами. Пробраться на прятавшуюся в соседнем королевстве пиратскую базу оказалось совсем просто. Охраны почти нет, пара собак не в счёт, они всё равно постоянно гавкают, амулетная сигнальная сеть старая со сплошными дырками. Как так можно жить? Расслабились они, совсем страх позабыли. И ведь город совсем неподалёку. Ясное дело — тамошняя стража имеет свою долю или вообще поставляет пиратам живой товар. Найти пиратов помогли знакомства с контрабандистами, сдавшими за небольшую плату своего давнего врага буквально с потрохами. Могли и бесплатно информацией поделиться, но помешал сам принцип — 'бесплатных услуг не бывает'.

'Как же не хочется жрать твою мерзкую душу', — про себя подумал я, накидывая на храпящее тело удавку. Обессиленные долгими плотскими утехами и попавшие под моё сонное проклятие распутные девы совершенно не заметили, как остались в одиночестве. Лишившееся души мёртвое тело исчезло в пространственном кармане, а вскоре вместо него появилось совершенно идентичное, разве пахшее чуть менее противно. Следующим днём капитан Броз проснулся поздно и в очень скверном расположении духа, выгнал пригревшихся у его боков шлюх и заставил матросов спешно готовить большой океанский корабль к отплытию. В его трюм из бараков гнали множество грязноватых, но, тем не менее, очень красивых девушек с рабскими украшениями на шеях. Они ещё не догадывались о произошедшем прошлой ночью резком изменении своей судьбы.

— Зря ты, Броз, решился сейчас переплыть на другую сторону, — тихим голосом сказал бородатый хозяин трактира на одном из морских островов, не брезгующем приёмом пиратских кораблей в своей небольшой гавани. — Океан спокоен, но одним кораблём туда лучше не соваться.

— Шутишь, Длод?! — капитан, грохнул тяжелую кружку об стол, разлив треть её содержимого. — С каких это пор я боялся кого‑либо в море? Забыл, какой у меня корабль и сколько в команде любителей помахать острой сталью? Пусть другие трясутся от страха, когда я вышел в море!

— И всё же сейчас лучше немного переждать… — не унимался трактирщик, качая головой. — Через пару дюжин дней здесь соберётся большой конвой на ту сторону, с ним точно дойдёшь.

— Ха, — от удара массивного кулака в стол содержимое кружки опять расплескалось по сторонам, — если думаешь, что я зависну в твоём клоповнике на такой долгий срок вместе с частью команды, и ты сдерёшь за постой по своей обычной жадности, то зря. У меня в трюме томятся четыреста нераспробованных красоток для ценителей прекрасного из республики. Целый год с четырёх королевств собирали. Ты считаешь, мне стоит пропустить большой аукцион?

— Продай парочку! — резко вскинулся хозяин питейного заведения. — А то мои уродины всем уже надоели.

— И ты готов выложить за них по тысяче тяжелых кругляшей? — ехидно хмыкнул капитан, выливая остатки содержимого кружки себе в рот и вытирая его рукавом.

— Нет, — расстроено покачал головой трактирщик. — Я за них и сотню тяжелых не дам, со здешним контингентом они просто не успеют окупиться, быстро растеряв красоту и став как все прочие.

— Коли так и разговоры говорить не о чем, — рыкнул недовольный капитан Броз. — В этот раз от твоей информации никакого толку, напрасные расходы и потеря времени.

Капитан решительно поднялся из‑за стола, легонько покачиваясь при ходьбе и поправляя съехавшую в сторону саблю, выбрался из тёмного помещения наружу, громко хлопнув дверью. Никто из оставшихся посетителей трактира не обратил внимания на некрасивую подавальщицу, до этого внимательно прислушивавшуюся к разговору двух мужчин. Она спешно кинула на стол перед прилично захмелевшими мужиками полные кружки и отошла за стойку, где крепко сжала в руке маленькую изящную статуэтку и тихо прошептала одними губами:

— Она должна знать!

Две недели спокойного плавания. Ровный ветер, небольшие волны и абсолютная пустота. Океан как будто вымер. Зоркий наблюдатель на мачте не заметил ни одного паруса на далёком горизонте. Капитан Броз не помнил подобного. Всегда на пути в республику и обратно встречались другие корабли, уж больно оживлённая торговля шла морем между двумя континентами. Нередко происходили нападения пиратов, по глупости посчитавших себя сильнее или не рассмотревших вымпелы на верхушке мачт. Сам Броз нападал на другие корабли только в других водах, как правило, по наводке от своих информаторов. Ему не хотелось тратить силы на всякую мелочь, только когда потенциальная добыча действительно стоила того. Гораздо выгодней оказалась торговля живым товаром. Простые рабы стоили недорого, и везти их на другой край мира никто не собирался — хватало тайных шахт и рудников, где всегда находилась работа невольникам. Однако кое — где имелся постоянный спрос на некоторые 'редкости', за которые щедро платили настоящим золотом. Пришлось крепко вразумлять экипаж, дабы никто из матросов не посмел испортить ценный товар. Мало им, оказывается, развратных шлюх, готовых на всё ради удовольствия и денег, им красавиц — девственниц подавай. А кто покроет разницу в цене испорченного товара? Некоторых дураков пришлось выбросить с привязанным камнем за борт, кого‑то скормить живьём голодным акулам, а на других надеть рабские ошейники и продать в каменоломни, но своего капитан добился — дисциплина в его экипаже стала поистине железной. Желающих оспорить капитанское право отдавать любые приказы уже давненько не встречалось. Это и радовало и огорчало Броза одновременно. Он всегда любил насадить очередного самоуверенного наглеца на свой клинок. Редко какой мастер меча мог оказать ему достойное сопротивление, особенно на палубе корабля. Бывало, при абордаже он в одиночку выходил против целых команд, дабы проверить свои силы.

— Паруса восемь румбов слева по курсу, — громко прокричал с высокой мачты наблюдатель.

— Держать прежний курс! — рявкнул подозрительно дёрнувшемуся рулевому капитан.

— Два боевых клипера, полным ходом идут наперерез нам, — через несколько минут поведал зоркий матрос с мачты.

— Щит полностью заряжен, готовим баллисты? — подскочил к капитану взъерошенный и немного напуганный боцман.

Его испуг легко объяснялся знанием появившегося противника. Боевые клиперы во всём мире можно пересчитать по пальцам одной руки. Уж больно сложно построить и оснастить такой скоростной корабль. А тут сразу два.

— Нет, они не станут стрелять издалека, ибо прекрасно знают о нашем грузе, потому пойдут на абордаж. У нас найдётся свободное место в трюме и лишние рабские ошейники, — спокойно заметил Броз, оглаживая свои пышные усы. — Вздеть брони и подготовить арбалеты с лёгкими болтами.

Уверенность и спокойствие капитана передалось его подчинённым. Они знали, что тот практически никогда не ошибался. И если сказал — абордажу быть — знать именно так и произойдёт. Матросы активно забегали по палубе, исчезая в люках, ведущих в нутро корабля, чтобы вскоре выбраться оттуда в полной боевой выкладке. На их лицах недвусмысленно светилась радость и предвкушение доброй драки.

— Лево пятнадцать румбов, треть парусов зарифить! — подал команду капитан, отправляя часть матросов на мачты. — Пусть подходят по одному, — тихо буркнул он себе под нос.

При любых вариантах его корабль, по конструкции являющийся четырёхмачтовым барком, не мог уйти от боевых клиперов. У них тоже имеются снижающие скоростные потери от волны амулеты, а сама конструкция и парусное вооружение обеспечивает решающее преимущество в скорости над любым другим кораблём. Они как загоняющие дичь на сидящих в засаде охотников гончие псы. Вооружение клипера предназначено для дистанционного боя — несколько стреляющих магическими бомбами баллист, мощные щиты, крепкий корпус. Зато экипаж существенно меньше, чем экипаж барка. Потому бесполезно пытаться от них удирать, с немалым риском угодить в ловушку, наоборот следует заставить их атаковать. Даже если там сидят сами морские черти, ребятам Броза они на один зуб.

— После удара бортами и арбалетного залпа отряды Таша и Разда в полном составе запрыгивайте на первую птичку, — рыкнул капитан собравшимся у правого борта матросам, высматривающим догоняющий их клипер, уверенно пристраивающийся сбоку, второй чуть отстал, и не сможет одновременно вступить в бой. — Наш борт выше почти на два метра, не позволяете чужакам прорваться к нам.

В нескольких местах ярко вспыхнул магический щит корабля, отражая выпущенные с неприятельского корабля арбалетные болты. Хоть те и несли в своих наконечниках 'пробивную магию', дорогой защитный амулет барка сумел задержать их. Следующая яркая вспышка резанула всем по глазам — это соприкоснулись мощнейшие щиты двух кораблей, взаимно подавляя друг друга, после чего последовал удар и треск терзаемой обшивки бортов. Бывалые бойцы Броза первыми отошли от лёгкого шока и подняли заряженные болтами с проклятьем хладной немощи арбалеты. Дружный залп и сотни людей прыгнули на корабль противника с обнаженными клинками в руках. Капитан без каких‑либо эмоций на лице отметил, что залп пропал зря — никто из бойцов противника не свалился сломанной куклой. Более того, ответный залп заставил упасть нескольких матросов из его команды, несмотря на имеющиеся у них доспехи и магические щиты.

— Морские дьяволицы!!! — прорываясь сквозь шум боя, резанул по ушам громкий крик с палубы подошедшего корабля, который попытался отвернуть от борта.

На его палубе шла ожесточённая рубка, но явного перевеса одной стороны на другой пока не наблюдалось. Тамошняя капитанша быстро поняла, что заметного перевеса в силах у неё нет, и попыталась избежать подхода подкреплений со стороны экипажа барка. Но попытка оказалась неудачной — корабли оказались крепко прижаты друг к другу специальными абордажными захватами.

— Жван, — помоги Ташу и Разду и быстро возвращайтесь обратно, — Броз кинул в бой свежие силы, способные быстро переломить исход первого боя.

Ещё полторы сотни бойцов перепрыгнули на борт первого клипера, стремительно вливаясь в драку. Теперь её итог стал вполне очевиден.

— Хлод, Рвен, — палуба второй птички ваша, — капитан протянул руку в сторону приближающегося к свободному борту клипера. — Переждите столкновение под бортом, пусть они разрядят свои арбалеты.

— Смотри, у них висит на мачтах готовый к прыжку десант, а у нас на палубе никого не останется, — возразил капитану сотник Рвен.

— Я останусь! — рявкнул Броз, холодно заглянув ему в глаза. — Или ты сомневаешься в остроте моего клинка и крепости руки?

Сотник с большим трудом выдержал взгляд капитана и бросился выполнять полученный приказ, подавая руками знаки своим головорезам.

Второй клипер ещё не притёрся к борту барка, когда с его мачт на длинных раскачивающихся верёвках посыпался десант. Едва перепрыгнувшие морские дьяволицы приземлились, обнажая своё оружие, последовал сильный удар и громкий треск очередного столкновения кораблей. Не все стоящие смогли удержаться на ногах. Нескольких мгновений замешательства хватило сидящим под бортом бойцам Броза, чтобы превратить пару десятков противниц в кучки праха, и лихо прыгнуть на палубу второго клипера. Им хотелось как можно скорее вырезать оставшуюся на его борту команду и вернуться на свой корабль, дабы помочь капитану добить десант.

Выпад, удар, уворот, блок, обманное движение и стремительный выпад — следующая бешеная дева, с пронзенной грудью громко взвизгнув от боли, рассыпается прахом. Ещё две заходят сзади, но им не хватает скорости, отбив абордажный палаш первой зажатым в левой руке коротким клинком, капитан Броз ловким ударом снёс голову второй, а затем в развороте резко вонзил короткий клинок в спину первой и выдернул его обратно. Крепкие стальные кольчуги и дорогие амулеты щита не смогли помочь своим хозяйкам. Ещё две кучки праха упали на палубу корабля. Но и Брозу не удалось проделать всё чисто — сильный удар кривого клинка шустрой девы пробил его щит силы и распорол камзол на спине. Впрочем, вошедший в боевой транс пиратский капитан такое обстоятельство даже не заметил, стремительным ударом своего адамантового палаша протыкая печень следующей противницы и отправляя прикрывавшую её подругу в недолгий полёт сильным ударом ноги. Как стремительный вихрь пронёсся он вдоль борта, отправляя опешивших морских дьяволиц на перерождение. Никто их них не мог оказать ему достойного сопротивления. И когда на палубе барка их осталось всего несколько, в бой вступила новая сила. Броз вдруг словно наткнулся на стену, беспрестанно работая клинками, затем резко отпрыгнул назад и ушел в глухую защиту, отбивая бесчисленные удары невидимого противника. Только вылетающие от столкновений клинков яркие искры показывали, что он бьётся не сам с собой. Подскочившие было несколько дьяволиц, в одно мгновение отправились на перерождение, всё же заставив капитана отступить ещё дальше и обзавестись ещё одной рваной дырой на камзоле. В это момент на первом клипере раздался взрыв криков ликования сотен мужских глоток — пираты одержали полную победу над его командой, а через несколько секунд их громко поддержали и на втором — схватка там тоже практически завершилась. Последние морские дьяволицы на палубе барка упали пронзённые арбалетными болтами — победившие пираты переключили внимание на свой корабль. Невидимая фигура, с которой бился капитан Броз, вдруг предстала перед всеми во всей красе, превратившись в красивую женщину с убранными в хвост длинными волосами песочного цвета, облачённую в фиолетовый мифриловый пластинчатый доспех с двумя сверкнувшими на солнце клинками в руках. Отбросив их в стороны, женщина как‑то откинула капитана от себя и, воздев лицо и руки к небу, ярко вспыхнула алым светом. Волна светящегося марева ударила от неё во все стороны, растекаясь по палубам сцепившихся кораблей и поверхности моря. В одно мгновение крики ликования сменились предсмертными стонами и зубовным скрежетом. Уже праздновавшие победу пираты попадали на доски палуб, выпуская из рук оружие. Неведомая сила заставила их тела корчиться в страшной агонии, продлившейся несколько минут. И только капитан Броз медленно поднимался на ноги, помогая себе кривым клинком. Выглядел он ужасно — разорванная одежда, отваливающиеся от лица и открытых участков тела куски плоти, а его глаза превратились в два колодца настоящего мрака, упёршихся в фигуру своей противницы, алое сияние которой сильно померкло.

'И чтоб меня ещё разок на подвиги потянуло…' — с трудом поднимаясь, думал я. 'Хорошо хоть кожные болевые рецепторы выгорели в числе первых, иначе совсем бы худо было', — тело плохо слушалось команд мозга, выполняя движения, словно висящая на перепутанных нитях неуклюжая кукла. Опять выжил буквально чудом. Если бы не внутренняя тьма, с некоторой задержкой начавшая поглощать весь магический урон, от тела мало чего осталось. Крепко же приложила всех эта Клариса — ни одного живого пирата рядом не чувствуется. А рабыни в трюме, похоже, совсем не пострадали. Непонятное воздействие этой психопатки только против мужиков действует, тогда становится понятно, почему не сработал артефакт Богини Лиявы — единственный личный предмет, который в настоящее время имелся на мне. Эх, сколько же мне пришлось вытерпеть. Больше месяца жить чужой жизнью в чужом теле. Ладно бы человек попался хороший, так нет — редкостная мразь, садист и убийца, как и вся его команда. И выйти из образа нельзя до самого последнего момента, иначе хитрая рыбка не заинтересуется вкусной наживкой. Как изловить мастера интуиции, способного остро чувствовать малейшую опасность? Перелопатившие всю доступную им информацию клановые аналитики выдали однозначное заключение — пиратская атаманша Клариса имеет весьма неординарные способности. Долгое время её безуспешно пытались ловить одиночки, затем в дело вступили целые флотилии и отдельные эскадры, активно привлекали самых именитых магов, но так и не достигли успеха. И наоборот она легко захватывала корабли, всегда имея заметный перевес сил. Морская торговля между двумя континентами оказалась нарушенной — купцы просто отказывались выходить в океан. Только большие конвои с охраной из нескольких военных кораблей имели шанс перейти на другую сторону. Но пара конвоев тоже пропала без следа при весьма благоприятной погоде. К ней подсылали корабли — ловушки, в трюмах которых прятались многочисленные бойцы, имевшие задачу связать команды её кораблей боем. На них она тоже нападала и, используя дальнобойное разрушительное оружие, безжалостно топила, затем отрываясь от эскадр преследователей, раздёргивая их и уничтожая вражеские корабли поодиночке. Нередко она врывалась в островные гавани, где мирно отдыхали пираты. Военные флоты нескольких королевств тоже понесли чувствительные потери. Но больше всего она не любила работорговцев. В силу экономических причин они предпочитали возить с континента на континент захваченных молодых женщин. Клариса всегда старалась перехватить такой груз, но напрасно никогда не рисковала. Для достижения своей цели нам пришлось разработать сложную операцию, главным действующим лицом в которой пришлось стать мне, ибо больше никто бы не справился. Если пиратская атаманша почувствует малейшую фальшь — захватить её живьём не удастся.

Иллюзия давно слетела, а моё пострадавшее тело быстро восстанавливало полученные повреждения, несмотря на продолжающееся слабое тлетворное воздействие со стороны Кларисы. В свой последний удар она вложила всю себя — её жизненная сила постепенно тускнела и она вот — вот сама отправится на перерождение. Направляю в неё часть своего потока, перемежая с наконец‑то поддавшейся моему разуму тьмой. Тело погасшей женщины медленно оседает на палубу, она пытается что‑то сделать с помощью силы, но проникшая внутрь тьма парализует её ауру. Шевелиться ей тоже тяжко, однако она не хочет сдаваться, потянувшись к висящему у неё на поясе кинжалу. Рывком подскакиваю к ней и выбиваю его из слабой руки, заодно срывая с шеи какой‑то непонятный амулет. Сзади меня появляется кто‑то хорошо знакомый, оборачиваясь, замечаю сильно встревоженную Богиню Лияву, молча протягивающую мне улучшенный ей и надёжно подавляющий волю рабский ошейник. Нашла же она нас посреди моря, явившись, когда всё уже благополучно закончилось.

— Почему Светлая Богиня помогает этому тёмному монстру? — громко шепчет Клариса, явно обращаясь к ней, а в её расширившихся глазах застыл настоящий ужас.

— Жена всегда должна помогать своему мужу, — спокойно отвечает та. — Но тебе этого не понять. Если дашь мне слово не пытаться покончить с собой, не сопротивляться и выслушать, крайние меры по отношению к тебе, 'подруга', могут и не потребоваться.

— Даю слово! — с трудом выдавила из себя подавленная пиратская атаманша.

— Отнеси её в свою каюту, нам надо поговорить наедине, — Богиня обратилась ко мне, так и не отдав ошейника. — И не вздумай подслушивать, это важно! — добавила она, когда я выполнил её просьбу. — Вызови ребят, пусть приберутся на палубе, — попросила она, выставляя меня за дверь.

Мысленно связался с сильно перенервничавшей Аллией, мгновенно почувствовавшей моё скверное состояние, успокоил её и попросил открыть личный портал на удалённый пространственный маяк. Вскоре на палубу высыпали шесть сотен бойцов из 'первого состава' клана, прошедших крепкую морскую подготовку. Изначальный вариант операции предполагал полную замену пиратов своими людьми, но потом мы решили перестраховаться. Быстро разбившись на три отдельных экипажа, они собрали трофеи, выбросив трупы пиратов за борт, убрали самые заметные следы боя, и расцепили корабли. Среди павших смертью храбрых морских дьяволиц, кстати, местных жительниц не нашлось, пришлось чистить палубы от их праха. Корабли требовали небольшого ремонта, но его предполагалось осуществить во время дальнейшего плавания. Через три часа небольшая эскадра прибавила парусов на своих мачтах и взяла курс на Крафагу.

— Я готова добровольно исполнить любую твою волю в обмен на одно своё желание, — сказала мне Клариса твёрдым голосом, когда я заявился проведать засидевшихся в капитанской каюте женщин.

Умилительное зрелище — наблюдать за полулежащими на широкой кровати двумя практически идеальными красавицами, до моего прихода ведшими непринуждённую беседу. Одна в роскошном зелёном платье, а другая закована в мифриловый доспех. И ведь каждая из них идеальна по — своему, но, тем не менее, в их образах неуловимо чувствуется что‑то общее. К настоящему моменту мне тоже удалось восстановить свой обычный облик, полностью избавившись от неприятного наследства капитана Броза.

— Если это желание окажется в моих силах и не повредит интересам связанных со мной людей… — ответил ей, задумавшись над возможной причиной такого предложения.

— Ты станешь моим мужчиной всего на три дня, после чего делай со мной что захочешь! — вывалила она, повергнув меня в глубокий шок.

Лиява лишь кивнула головой, со своей стороны подтверждая согласие с подобными условиями и то, что их стоит принять. Наверняка сама же их ей и предложила, ибо всё равно отдуваться придётся мне, а не ей. С другой стороны — действительно грамотный выход, позволяющий избежать лишнего насилия. Не просто же так мы эту атаманшу ловили.

— Помоги ей почувствовать себя, это важно, — шепнув на ушко, попросила меня Богиня, оставляя нас с Кларисой наедине, хотя могла бы воспользоваться и мысленной речью.

— Не станем тянуть и откладывать неизбежное, — пиратская атаманша решительно подошла ко мне и повернулась спиной. — Помоги снять доспех, — попросила она.

Я распустил кожаные ремешки креплений, отложив в сторону верхнюю часть доспеха и поддоспешник. Нагнувшись к полу, девушка стянула с себя плотно облегающую тело кольчугу, оставшись в одной просвечивающей шелковой рубашке. Не останавливаясь, она скинула с себя нижнюю часть брони, а затем и плотные кожаные штаны. Последняя рубашка упала сверху на кучу доспехов. Потянувшись ко мне, Клариса попыталась расстегнуть мою одежду, однако с удивлением обнаружила отсутствие на ней каких‑либо застёжек или завязок. Улыбнувшись, просто превратил её в тонкий пояс, убрав в пространственный карман, после чего отстегнул и положил в сторону морского змея с сумкой контрабандиста.

— Ну, сделай же это! — обнаженная атаманша легла на спину, широко раздвинула ноги и с какой‑то непонятной жесткостью взглянула в мою сторону.

Тело её при этом оставалось сильно напряжено, а ментальное чутьё улавливало такой фантастический букет противоречивых чувств, что ни о какой близости мне думать совершенно не хотелось. Перевернув её на живот, взялся массировать ей плечи и разминать спину, медленно сгоняя напряжение, чередуя сильные сдавливания и лёгкие поглаживающие касания.

— Ненавижу мужчин! — через какое‑то время произнесло лежащее под моими руками тело. — Вы все подлецы, предатели, насильники и убийцы!

Сильно хотелось возразить, мол — не все такие, встречаются и настоящие рыцари, однако пришло понимание — сейчас лучше помолчать и дать деве выговориться.

— Вы всегда следуете только своим желаниям и вам наплевать на тех, кто вас любит. Растоптать чужую любовь — что может быть слаще?! Только настоящую силу вы как‑то уважаете, и только страх заставляет вас придерживаться каких‑то рамок приличия. Но ваше время уже подходит к концу, ибо многие женщины осознали свою силу и право власти.

Такое заявление вызвало у меня весьма странное ощущение. Чувствую — здесь кроется какая‑то нелепая ошибка.

— Расскажи о своей жизни, — попросил я снова напрягшуюся девушку, продолжая разминать её спину и постепенно опускаясь ниже.

Клариса стала рассказывать, начав издалека. Поначалу её история оказалось самой банальной. По крайней мере, с её слов, а как там оно на самом деле — трудно сказать. Молодая красотка, подающая большие надежды студентка выпускного курса известного медицинского института, влюбилась в парня. Богатого, сильного, красивого, честного и надёжного. Случайно встретила его после тяжелой практики на улице, и он подвёз её до дома на своей роскошной машине. В первый раз он даже не стал, как прочие парни в таких ситуациях приставать к ней, удовлетворившись номером телефона. Девушка не отказалась от второй встречи, затем и от третьей, после которой она почувствовала, что не может дальше жить без него. Ей казалось — он отвечает взаимностью — выгуливает, катает на машине, водит в рестораны, жарко любит ночами. Но их счастье оказалось недолгим. Парень больше неё любил риск, потому пренебрегая всеми мерами безопасности, отключил автомат контроля управления в своей машине. Ночное шоссе, бешеная скорость и закономерный финал — разбитая машина и два изломанных тела, вытащенные спасателями из куска исковерканного железа. Если Клару врачи всё же поставили на ноги, то её любимый остался инвалидом. Исправить множественные повреждения позвоночника даже современная медицина и импланты пока не позволяли. Девушка не отчаялась, веря в свои силы помочь своей любви. Как раз в тот время прошла информация о целительной магии из какой‑то новой компьютерной игры, способной творить чудеса и с реальными телами. Так Клара оказалась в виртуальном мире с полной уверенностью, что у неё всё получится. Мир идёт навстречу тем, кто горит сильным желанием, потому вскоре она совершила подвиг, в одиночку расправившись с небольшой бандой пытавшихся её захватить работорговцев, после чего попала в 'Край забытых героев', недалеко от домика знакомого нам Лича. Пробудившаяся интуиция вела её к нему. Сумев заинтересовать его своей историей жизни и сильными желаниями, она узнала о возможности обрести целительский дар. Но алхимия высших порядков плохо поддавалось ей — банально не хватало развития ауры. Пользуясь оставшимися от меня запасами, с большим трудом ей удалось изготовить одну порцию 'пробуждающего эликсира'. В процессе своего ученичества она узнала о Первопроходце Ваде, достигшим куда большего, чем она. Идя по его следу в надежде обрести знания и опыт, девушка стала мастером — убийцей, сумев удивить даже Высшего Вампира. Превзойти его ей не удалось, однако всё больше и больше раскрывающаяся интуиция позволяла избегать неизбежных поражений и одерживать редкие победы. Узнав, куда дальше лежал мой путь, она нашла запретную рощу и тамошнюю хозяйку, став, наконец, настоящей целительницей, способной поставить своего любимого на ноги. Искать меня дальше не имело особого смысла, потому она вернулась в 'большой мир', совершив открытие — для целителей ограничение на возрождение в зависимости от уровня не является проблемой. Их душа сама вырабатывает необходимую жизненную силу, помогая алтарю воссоздать новое тело. Тогда её сделанное открытие не сильно заинтересовало, ибо у неё имелась более важная цель. Применять магию жизни для исцеления реального физического тела оказалось весьма непросто, но упорства и трудолюбия Кларе было не занимать. Третья попытка, когда её любимый пришел в виртуальный мир в повреждённом теле, просто создав копию своего, стала успешной. Наблюдавшие его врачи не верили в чудеса, однако им ничего не оставалось, как признать факт их наличия. Вот только парень отплатил девушке совсем не так, как та ожидала. Напрасно она рассказала ему о своих приключениях, практически ничего не скрывая. Он быстро узнал о том, сколько стоят все эти секреты и почём можно продать Великую Целительницу, каковой стала его девушка. Так Клара оказалась на аукционе рабов в качестве живого товара. Особенную ценность рабыни представляла якобы имевшаяся у неё в голове информация о пробуждающем магию жизни эликсире. Вот только подчинить её волю никому не удалось. Узнав перед самыми торгами о том, кто действительно её продал, она смогла разрушить рабский ошейник и совершить героический побег. Прежний мир для неё в тот момент окончательно рухнул. Добрая девочка Клара превратилась в злобную мужененавистницу Кларису. Дальнейшие похождения только укрепляли её новое мировоззрение.

В какой‑то момент оглаживаемое моими тёплыми руками тело девушки полностью расслабилось, невероятное психологическое перенапряжение наконец‑то отпустило её. Она перевернулась на спину, и решительно притянув меня к себе, впилась в губы страстным поцелуем. Нахлынувшее на неё возбуждение мгновенно передалось мне, после чего наши тела переплелись в порыве бешеной страсти. Но в момент кульминации меня опять крепко 'пережевало' хлынувшее от партнёрши алое марево великого гнева. Тьма в этот раз пришла на помощь немного раньше, потому обширных телесных повреждений удалось избежать. Только сильнейшая боль и чувство полнейшей беспомощности стала моей наградой за проведённую психотерапию.

Клариса громко рыдала, уткнувшись в мою грудь, когда я более — менее пришел в себя и устранил полученные повреждения.

— Я больше никогда не стану обычной женщиной, — причитала она, размазывая слёзы по лицу. — Прости меня, нельзя было так жестоко поступать!

— Другого способа справиться с твоим божественным безумием нет, — негромко заметила вошедшая в каюту Богиня Лиява.

— Божественным безумием? — я попытался повернуться к своей первой подруге, однако тело опять практически не слушалось команд мозга.

— Все молодые боги проходят через этап, когда их раскрывшийся аспект и приток веры людей берут над ними верх, — Богиня присела рядом и, положив на меня свои руки, убрала последние неприятные ощущения. — Тогда бог перестаёт быть собой, превращаясь во что‑то иное. Не всем дано справиться и остаться прежним, и помощи никто не окажет, ибо помощнику многое приходится брать на себя, попадая под воздействие самых разрушительных сил. Твоя невероятная стойкость оказалась единственным средством спасения разума Клары от неё же самой.

— Она Богиня? — неожиданная догадка повергла меня в прострацию. — Но как…

В ответ Лиява лишь лучезарно улыбнулась и исчезла, не собираясь сейчас ничего объяснять.

— И ведь у вас действительно получилось меня обмануть! — довольная Богиня — атаманша крепко прижалась к моему тёплому боку и рассказывала о себе между очередными 'лечебными процедурами'.

За пару прошедших дней нам удалось справиться с её неконтролируемой силой. Мне пришлось выступать в роли боксёрской груши. Другой бы на моём месте после первого раза точно сбежал, однако любопытство опять победило страх, и пришла уверенность в собственных силах справиться с любой проблемой. С пятого раза моя стойкость к выплескам божественного гнева стала абсолютной, и даже удавалось получить удовольствие. Клариса же постепенно смогла взять сознательный контроль и подчинить живущую в ней разрушительную силу. И всё равно другим мужчинам с ней лучше не вступать в близость, ибо отсутствие случайного срыва никто не гарантирует. Да и без срыва может крепко припечатать эмоциональным всплеском горячей божественной силы. Даже бессмертный игрок рискует получить серьёзную психологическую травму в комплекте со стойкой импотенцией.

— О вашем корабле я получила три сообщения от своих информаторов и почувствовала эмоции рабынь, а через них и исходящие от пиратов эманации. Богине, пусть и очень молодой, многое доступно. Отпустить одиночный корабль работорговцев в республику я никак не могла. Но вы грамотно прожили курс, моя основная эскадра просто не успевала выйти на перехват. Пришлось идти двумя клиперами, рассчитывая только на клинки и удачу.

— Тогда почему ты сама не сразу вступила в бой? Могла бы ударить божественным гневом с большого расстояния, быстро положив всех мужиков кроме меня, — мне стало интересно.

— Благосклонность бога никогда не заменит его поклоннику личной силы и уверенности, — ответила она назидательным тоном. — Расспроси свою божественную жену, она тебе подробно расскажет. Чем больше уверенности в своих силах у моих поклонниц и соратниц, тем сильнее и жарче их вера при обращении ко мне. Я Богиня всех женщин — воительниц, женщин — защитниц и женщин — мстительниц. Поражения лишь укрепляют нас. Увы, только теперь я осознала свою ошибку, скатившись в радикализм оголтелого мужененавистничества. При всей своей силе мы должны оставаться женщинами. Ты позволил мне обрести вторую жизнь, даже не представляю, в какого кровожадного монстра я бы превратилась через некоторое время.

— Другим богам пришлось бы тебя уничтожить ради сохранения равновесия, — Лиява опять проявила себя, нагло встряв в наш разговор. — Через год — два божественное безумие полностью съело бы твою личность, а сила резко возросла, более ничем не сдерживаясь. И тогда женщины пошли бы войной против мужчин, попадая в твою ауру гнева, расползшуюся на всю планету. Только внешнее вмешательство богов способно остановить такую катастрофу. В истории мира подобное уже происходило. И теперь, ты, Клара, прекрасно понимаешь свою ответственность. Мы поможем тебе сделать первые самые трудные шаги, однако свой путь тебе придётся пройти самостоятельно.

А ещё через шесть дней мы прибыли к конечной точке нашего маршрута, коей оказался сравнительно небольшой остров с удобной бухтой в дне пути от главного порта Крафаги. Обычно он использовался как перевалочный пункт запрещённых товаров, в республике нашлись и такие, а также как база 'вольных торговцев'. Явным пиратством никто из них не занимался, но при удобном случае не брезговал пощипать своего коллегу или другого купца. Из памяти капитана Броза я знал о том, что подобное не считается здесь чем‑то особенным. Если у тебя мало сил, дабы защитить своё имущество — не стоит выходить в море. На берегу, впрочем, ситуация не сильно лучше. Крафага признаёт слабость только в комплекте с рабским ошейником. Но и полного беспредела тоже не допускает, жестоко карая редких отморозков. Если тебя случайно поймали со спущенными штанами, то можешь заплатить выкуп и попытаться в следующий раз подловить обидчика. Существуют даже расценки, сколько за кого требовать, а также страховые общества, к услугам которых стоит обращаться, начиная какое‑либо рискованное мероприятие типа морской торговли. Лучше всего прибиться к какому‑либо центру сил, регулярно отстёгивая часть своей прибыли за полученный знак причастности, и на всякую мелочь не обращать внимания, однако этих центров много и единства среди них не предвидится. Можно случайно попасть в чужие разборки, ибо каждый центр сил действует сам по себе и сам за себя. Лишь внешняя угроза способна приводить к временному объединению части интересов, но такими вопросами обычно занимается сенат, состоящий из самых уважаемых людей республики. Боятся — значит, уважают — это как раз сказано про них. Бедных и слабых сенаторов не бывает. За каждым из них стоит многочисленная прекрасно вооруженная дружина и маги, а также множество зависимых организаций. В случае большой необходимости никто не мешает купить себе небольшую армию для одного или нескольких дел. Ближайшие к республике королевства живут преимущественно за счёт обслуживания многочисленных наёмников, не имея какого‑либо иного дохода. И королевствами они остаются только из‑за выгоды сенаторов. Каждый из них способен легко подмять под себя дополнительные земли, выгнав с них прежних хозяев, но это нарушит сложившийся баланс. Ответную реакцию остальных долго ждать не придётся, а война далеко не всегда приносит выгоду тем, кто в ней участвует. Наживаться на чужих войнах — вот в этом деле сенаторы хорошо поднаторели. Потому наша дерзкая задумка не должна слишком далеко выйти за рамки чего‑либо обыденного для данных мест.

Корабль капитана Броза здесь хорошо знали, как и его самого. Хоть и неприятно, но пришлось снова влезать в чужую шкуру. Не избежали этой участи и экипажи кораблей, превратившихся в погибших пиратов. Стоит заметить, при использовании качественных иллюзий можно обманывать и внешнюю систему идентификации, которой пользуются игроки и местные жители. Вместо реального имени и уровня она показывает заданные в иллюзию данные. Другое дело — сделать качественную иллюзию могут немногие, магия полноценных иллюзий, изменяющих облик человека целиком, считается одной из самых сложных, доступной только архимагам. Однако опытные маги и владельцы редких амулетов смогут распознать обман. Готовясь к проведению операции, я перестраховался и создал сложнейшую многокомпонентную иллюзию на основе собственной уникальной магии, маги жизни и воздействия тьмы. Времени хватало, да и учителя кое‑что подсказали. Теперь даже сам носитель иллюзии не может отличить её от реального изменения тела, чего уж говорить про сторонних наблюдателей. Единственный серьёзный недостаток заключался в необходимости регулярных подновлений иллюзий, оказавшихся недостаточно стабильными.

— У тебя как всегда полный трюм невинных прелестниц? — спросил капитана Броза знакомый перекупщик Лашан, к которому он пожаловал сразу же после прибытия в порт. — Завтра покажешь их мне, я отберу себе несколько, как обычно.

Лашан на самом деле являлся неформальным владельцем всего острова и имел тесные связи сразу с несколькими сенаторами республики и центрами сил пожиже. Он старался всегда оставаться в тени, но твёрдо держать руку на пульсе проходящих мимо него потоков товаров и денег. Какой‑либо сентиментальностью никогда не страдал — если с ним не хотели делиться добровольно, он вырывал свои законные куски вместе с мясом глупой жертвы. Иначе нельзя — съедят.

— В этот раз все прелестницы сущая мелочёвка по сравнению с главной добычей, за которую я хочу получить в полной мере тяжелыми желтяками, — фыркнул капитан.

— Ты говоришь так, как будто саму главную дьяволицу в море изловил… — громко рассмеялся перекупщик.

— Мне всегда нравилась твоя догадливость, Лашан, — Броз окинул своего давнего знакомца совершенно серьёзным взглядом.

— Да ну! Неужели, правда? — резко вскинулся тот, потеряв свою прежнюю вальяжность.

— Когда я с тобой шутил, вспомни? — нахмурился капитан.

— И всё же не верится, — Лашан попытался успокоиться, но у него ничего не получалось. — Трудно пришлось? — спросил он, бешено просчитывая дальнейшие возможные варианты.

— В море нет, однако на подготовку ушли все старые заначки, — Броз с большой укоризной взглянул на своего давнего знакомца, как будто читая его мысли.

Ничего хорошего для него в них не имелось. Перекупщик уже успел просчитать три вполне вероятных варианта, как быстро прибрать хозяйство капитана к своим рукам с минимумом потерь. Однако подать сигнал бойцам и магам по связному амулету пока не спешил, прекрасно представляя возможности Броза и его людей, способных преподнести множество неприятных сюрпризов.

— Выкинь из головы дурные мысли будущий сенатор, — хмыкнул выдержавший паузу капитан. — Захватить мой корабль ты, вероятно, сможешь. Знаю, у тебя здесь четыре тысячи опытных головорезов удачно притворяются портовыми грузчиками, однако дорогая рабыня тебе никогда не достанется. Уж об этом‑то я хорошо позаботился. Ключ от её ошейника получит только тот, кто заплатит за неё полную цену тяжелыми желтяками и никак иначе. Если ты организуешь здесь аукцион по высшему разряду от своего имени — десятина станет твоей. Никакого торга, посредников и прочих условий, цену товара ты прекрасно представляешь. И ещё. Меня интересует только золото. Писульки банкиров, векселя и доли каких‑либо 'особо выгодных дел' не интересуют принципиально.

— Не боишься с такой кучей монет связываться? — Лашан изобразил на своём лице самое искреннее удивление.

— Грядут тяжелые времена, — капитан глубоко вздохнул и заговорщицки улыбнулся. — Чувствую, скоро кроме золота другие деньги сильно потеряют в цене, а ценные бумаги превратятся просто в бумагу. А чем отвадить всех любителей лёгкой поживы после аукциона у меня вполне найдётся.

— Хорошо, завтра жди у себя на борту магов из гильдии посредников, они освидетельствуют товар. Хочешь рискнуть — твоё право, — неформальный хозяин острова принял решение временно пойти на поводу у капитана.

Естественно, какими‑то десятью процентами, даже с огромной суммы, он не собирался удовлетворяться. Ему требовалось всё. А отнять золото гораздо проще, чем захватить хрупкий живой товар в целом виде. И пусть некоторые лелеют глупую надежду прикрыться наёмниками, тех ведь можно заранее перекупить.

Подготовка к аукциону заняла две долгих недели. Впрочем, для нас время пролетело незаметно из‑за множества разных забот. Главная часть операции 'Немыслимое' только начиналась. Всё же удачно вышло полюбовно договориться с Кларисой. Иначе пришлось бы ломать её волю с помощью рабского амулета. Мерзко, противно, но для дела крайне необходимо. А так она сама хорошо играет роль, изображая покорность, к месту добавляя слова — 'да, господин', 'как скажешь господин'. Прибывшие для освидетельствования товара три напыщенных мага из гильдии посредников быстро потеряли свою спесь и пребывали в лёгком шоке от всего увиденного, долго выспрашивая, где мне удалось раздобыть мифриловый ошейник с подчиняющей божественной волей, на что получили пространный ответ — 'места знать надо и не пытаться экономить на спичках'. Главный устроитель рабских аукционов в Крафаге торговый дом братьев Блинк попытался устроить наезд, но люди Лашана действовали решительно и быстро расправились с потенциальными конкурентами. Тут на острове тем ничего не светило. За день до начала аукциона в островной гавани не осталось свободного места. Потенциальные покупатели притащили с собой множество охраны, боевиков и магов. Вокруг острова тоже хватало кораблей, вставших на якоря в открытом море, а также сновавших в непосредственной близости, ибо мест с малыми глубинами всем желающим просто не хватило. Прибывшие гости ещё не догадались, что их здесь ждёт завтра. Последний день перед торгами для меня оказался самым трудным. Требовалось подготовить масштабный ритуал из арсенала магии резонансов, почёрпнутый мною из переваренной души высшего адепта Тёмного. Вот только в качестве единственной жертвы придётся принести себя самого.

— Мы приветствуем всех собравшихся в этом зале участников торгов, а также пожелавших увидеть редкое чудо немногих зрителей… — начал свою торжественную речь распорядитель аукциона перед сидящей в зале публикой.

Можно уверенно сказать — здесь присутствовал весь высший свет республики, самые сильные и влиятельные люди мира. Пропустить такое мероприятие не пожелали даже те, кому прекрасная рабыня — целительница была явно не по карману.

— … Сегодня у нас на торгах выставляется только один лот, зато какой! — распорядитель взмахнул рукой, подавая знак, и на сцену вывели смирённую морскую дьяволицу с ошейником и в одной прозрачной ничего не скрывающей сорочке, дабы все смогли оценить красоту и великолепие её тела.

Распорядитель долго расхваливал Великую Целительницу и отважную воительницу, перечисляя её подвиги, от упоминания которых многие сидящие в зале недовольно кривили холёные лица — крайне болезненными оказались потери торговли из‑за пребывания Кларисы на воле. Кто‑то так вообще остался без всего. И сейчас некоторые были готовы выкинуть огромные суммы, лишь бы сполна рассчитаться с обидчицей.

Торг стартовал с 'очень маленькой' суммы всего в миллион торговых золотых. Могли бы вообще с серебрушки начать, однако решили лишний раз не мелочиться. Цена сначала резко рванула вверх, но быстро достигнув планки в сорок миллионов, скорость роста заметно снизилась. Потенциальные покупатели решили немного поиграть на нервах друг друга, только когда ведущий уже готовился стукнуть молотком, поднимали ставку. Тем не менее, за час подобных издевательств, ставка уверенно перевалила сотню миллионов. Совершенно фантастические деньги, которых вполне хватит для покупки нескольких королевств со всеми потрохами. Но собравшиеся в этом зале знали о существовании секрета, способного со временем окупить любые затраты и принести огромную прибыль. Кое‑кто даже успел заключить альянс со своими возможными партнёрами, дабы оказаться в числе бенефициаров.

— Итак, господа, сто восемьдесят миллионов, кто даст больше? — в который раз спросил ведущий торги, приподняв свой молоток. — Сто восемьдесят миллионов раз, сто восемьдесят миллионов два… сто восемьдесят миллионов… три, — молоток громко стукнул по миниатюрному гонгу. — Продано!

А секунду спустя собравшимся в зале показалось, что воздух мелко задрожал, и в нём появились какие‑то звуки на самом пределе слышимости, но никто из них больше не успел ничего почувствовать. Почти все люди на острове и в его ближайших окрестностях провалились в глубокий беспробудный сон. И только едва одетая рабыня на сцене аукционного зала глубоко вздохнула, помотала головой, расправляя шикарные волосы, и, довольно улыбнувшись, расстегнула свой рабский ошейник.

— Господа, в представлении себя я не вижу никакой пользы, вам хватит и того, что вы меня сейчас видите, — заявила со сцены недавно пробудившимся в зале знатным людям республики тёмная фигура скрипучим голосом.

Выглядела она страшно. Тёмный плащ, чернильно — чёрная корона на голове. Но не одежда и некоторые атрибуты придавали ей поистине зловещий вид. Многие могли бы вообще усомниться в её принадлежности к миру живых. Осунувшееся лицо с впалыми щеками, руки с тонкой натянутой кожей, под которой нет и следа жировой прослойки как у высохшей мумии, а в пустых глазницах сплошной мрак, от которого веет смертным ужасом. Рядом с непонятной фигурой вальяжно расселась в кресле бывшая рабыня, ныне облачённая в мифриловый доспех и очень недобро посматривавшая в зал сверху вниз.

— Портить воздух и пачкать свою нижнюю одежду пока преждевременно, — проскрипела ходячая мумия в чёрной короне. — Соблюдая ваши давние традиции, мы поступим гуманно, позволив выкупить себя. Жизнь ведь дороже денег и материальных ценностей, не так ли, господа? Впрочем, считающие иначе могут сказать об этом прямо сейчас, для таких отчаянных смельчаков у нас всегда найдётся место на жертвенном алтаре.

После сказанных слов зал нуждался в срочном проветривании. От разрыва сердца никто не умер, а вот предупреждение мумии не помогло. Многие собранные тут самые влиятельные люди этого мира оказались жалкими трусами, не способными противостоять естественным порывам собственного организма.

— Убей меня без мучений, если вдруг мне захочется ещё разок сотворить что‑то подобное… — одними губами я прошептал Богине Лияве, склонившейся над моим телом.

От её прикосновений боль почти ушла, а сознание немного прояснилось. Зато я сполна познал цену прямого нарушения стабильности мира. Не зря адепты подохшего Тёмного используют чужие муки для своих ритуалов. Разрывая призрачную ткань мироздания, заставляя её подчиняться своей воле — ты разрываешь сам себя. Адепты научились подставлять на место себя других, но за отсутствие собственных страданий им пришлось пожертвовать эффективностью. Некоторым только кажется, что человек слаб. Однако в моменты, когда жизнь, дух и воля совместно борются со смертью, открываются невиданные возможности. Реальность превращается в мягкий пластилин, а пространство наполняется подчинёнными воле и разуму колебаниями. Оказавшись внутри процесса кратковременного слияния разума и мира, в один миг многое понимаешь, но ощущение невероятного могущества стремительно выдувает пришедшие знания. Если не хватит воли, мир мучительно раздавит тебя. Мне едва хватило сил довести дело до конца и выжить при этом.

— Ты опять сотворил что‑то невероятное, — Лиява устало присела рядом прямо на землю, продолжая вливать в моё тело жизненную и божественную силу. — На многие километры от острова больше не действуют связные амулеты, свитки и телепорты. Мне с огромным трудом сейчас удалось пробиться через нагромождение искажений пространства. И ещё тебе категорически не стоит в ближайшее время смотреться в зеркало.

Впрочем, её совету я так и не последовал. После всего пережитого, собственная внешность казалось меньшей из проблем. Быстро восстановить прежний вид не удавалось — иссушенное ритуалом тело приобрело совершенно невероятную сопротивляемость к воздействиям магией жизни. Зато можно не тратить энергию на создание очередной иллюзии, лишь накинуть дополнительный полог ауры, дабы обмануть систему идентификации. Пора поднимать из наведённой спячки наших людей и доделывать начатое дело.

Вскоре на острове и за его пределами закипела работа. Практически весь 'первый состав' клана выбрался в 'большой мир' для осуществления задуманного, 'второму составу' подобное пока может оказаться не по силам. Вдруг кто случайно сорвётся и натворит бед. За несколько часов требовалось обработать всех спящих, лишив их потенциально — опасных предметов, дабы после пробуждения ни у кого из них не возникло мысли оказать какое‑либо сопротивление. Труднее всего пришлось отлавливать в море потерявшие управление корабли. Прежде времени поднимать панику на континенте тоже не стоило. Мне же предстояло навести жути на тех, кто давно привык считать себя выше других.

— Как здорово, что все вы здесь сегодня собрались! — своим пугающим голосом ходячая мумия в чёрной короне ещё раз поприветствовала нескольких господ, собранных в отдельной комнате. — Если мне не изменяет память, для принятия принципиальных решений в Банковском Картеле требуется собрать минимум две трети голосов совета главных владельцев. Пятеро присутствующих из семи имеющихся — вполне достаточно. Значит, никаких принципиальных сложностей выполнить моё пожелание у вас, господа банкиры, не возникнет. Потому слушайте меня внимательно и не перебивайте. Торговаться бесполезно. Вы или принимаете все условия или…

— Думаешь, они действительно исполнят все твои запросы? — мысленно спросила меня Аллия, подсматривающая за нами через магический наблюдательный конструкт, после того как напуганные банкиры согласились с выставленным им ультиматумом без особого сопротивления со своей стороны. — Ты же практически загнал их в угол.

— Отнюдь, — беззвучно возразил ей. — Позже прочтёшь их мысли — сама узнаешь и поймёшь, чему они так загадочно улыбались. Эти хитрецы рассчитывают перехватить груженый корабль, когда всё здесь благополучно закончится, и они сами окажутся в безопасности на материке. На острове мы временно одержали верх, однако долго в осаде не просидишь. По их мнению, нам просто некуда деваться. Даже если мы утопим груз, то достать его со дна их маги вполне способны. Более того, их план, скорее всего, строится на утоплении корабля с большого расстояния какой‑либо особенно тяжелой магией. Сопутствующие потери, естественно, никуда не денутся, однако большой катастрофы им удастся избежать. Вот с сенаторами договориться будет куда сложнее — для них потеря существенной части капиталов лишь немного отсрочит неизбежную гибель. Придётся провернуть хитрую схему, о которой мы с тобой недавно говорили.

У нашей акции присутствовало множество различных целей. 'Ограбление веков' — лишь одна из них. Если мы сумеем воплотить предварительный сценарий, большая война, грозное дыхание которой чувствовалось всё сильнее и сильнее, начнётся отнюдь не на нашем континенте.

— Ты, кстати, уже разобралась со стражами? — вдруг вспомнил о том деле, которое поручил Аллии, занявшись банкирами.

Своим чутьём мне удалось обнаружить троих. Несмотря на все наши опасения, им не удалось противостоять резонансному сонному проклятью.

— Один подаёт явные надежды, — мысленно хохотнув, ответила она. — Как сильно в душе он ненавидит собственных хозяев — этого не передать на словах. Любимую девушку у него увели. Вот только интересно узнать — чего больше любила ли та девушка его или деньги. Мои девочки кое‑что подправят в его памяти, и из него выйдет вполне неплохой агент — информатор. Жажда мести весьма подходящая основа для закрепления результатов нашего вмешательства.

— Значит, остальных тоже придётся отпускать, возвращая оружие и амуницию, — известие радовало и расстраивало одновременно. — Вытрясите из них все тайны, но главное — внешность других стражей. Мы должны их всех знать в лицо, рассчитывать лишь на моё чутьё нельзя.

— Будет исполнено, босс! — девушка громко рассмеялась, вывалившись из мысленного диалога.

Закончив с банкирами, приступил к следующей партии пленников. Мне не только хотелось посмотреть на них, но и показать себя.

— Если кто‑то из вас абсолютно уверен в собственном бессмертии, то зря, — теперь передо мной сидели четырнадцать пришлых олигархов.

Поначалу их посетил страх, но быстро вернулась былая уверенность. Они действительно считали, что ничего плохого здесь с ними не произойдёт. В крайнем случае, воспользуются 'экстренным выходом', наплевав на возможные потери.

— Как вы думаете, удастся ли кому‑то уйти на перерождение, когда из его ещё живого тела жертвенный алтарь выпьет душу? — о, погляжу, кое‑кто действительно проникся. — Но нам ведь совсем необязательно доводить до таких крайних мер?

Через пару часов беседы:

— … Ваша уверенность в надёжности здешнего банка, господа, меня сильно разочаровывает, — устало вздохнула живая мумия, характерным жестом прикрывая ладонью лицо. — И вскоре вы осознаете свою ошибку. Однако существует реальная возможность не только потерять, но и приобрести. Для этого от вас потребуется всего лишь…

— Какой огромный! — восхищённо прошептал кто‑то позади меня.

Размер медленно вползающего в бухту судна действительно впечатлял. Называлось это чудо местных корабелов, движущееся исключительно с помощью магических машин, как и подобает — 'Гигант' и большую часть времени оно занималось перевозкой серебряной руды с нескольких крупных морских островов на континент. Почему для этих целей решили построить такое большое судно, а не воспользовались небольшой флотилией обычных кораблей, для всех оставалось загадкой, но оно одно оказалось способно доставить весь запрошенный нами выкуп за один рейс. Собственно, само судно тоже шло в общий зачёт. Полученная информация от бога торговли и из голов банкиров оказалась схожей. Накопленные за долгие века богатства мира выражались в миллиарде с хвостиком полноценных торговых золотых монетами и вчетверо большее по стоимости, но не по весу количество чистейших мифриловых слитков. Всё это добро пылилось в надёжно защищённых хранилищах Банковского Картеля. Сколько раз глупые воры и грабители пытались безуспешно добраться до них — не сосчитать. И вот теперь впервые за долгие века драгоценные металлы ненадолго увидели солнечный свет. Естественно, вытряхнуть всё золото из Банковского Картеля не вышло, раскиданные по разным отделениям оперативные запасы наличности требовали много времени для сборов. Но содержимое главного хранилища могло быть доставлено достаточно быстро. К нему присоединились выкупы за других пленников в виде тех же монет, слитков и редчайших магических артефактов, среди которых нашлись и бездействующие божественные алтари возрождения в количестве около двухсот штук и четырёх дюжин серых балахонов, из которых со временем могла получиться одежда, полностью аналогичная моей. Среди трофеев присутствовало оружие и броня из адаманта, миниатюрные метатели крепко зачарованных дротиков, по конструкции схожие с имеющимся в моей коллекции пистолетом, и многое другое. Теперь оставалось лишь благополучно удрать со всем этим добром. Отпускать наглых грабителей восвояси никто не собирался — за границей изменённого резонансом пространства море буквально кишело боевыми кораблями.

— Неужели ты собираешься спокойно отпустить всех пленников? — спросила меня сильно недовольная Богиня дев — воительниц Клариса, наблюдающая, как люди спешно грузятся на корабли.

Ей моё решение казалось совершеннейшей глупостью. И действительно, если за банкиров, сенаторов и олигархов выкуп получен, и можно соблюдать договоры и видимость приличий, то об их охране и помощниках даже речи не шло. Хозяева жизни заботились исключительно о себе.

— Нам они полезнее в живом виде, — меланхолично ответил ей, ибо за прошедшее время я смертельно устал, потому сейчас смотрел на происходящее как сквозь дымку. — Ради благополучия нескольких наших шпионов стоит умерить собственную кровожадность, — пояснил ей после недолгой паузы.

— Думаешь, они не раскусят такой дилетантский ход? — искренне удивилась Клариса. — Подобный гуманизм совсем не вписывается в твой нынешний образ Тёмного Властелина.

И действительно система идентификации выдавала всем любопытным информацию обо мне как о 'Тёмном Властелине' со значком бесконечности '∞' вместо уровня, причём золотистым 'благородным' цветом. Хорошо хоть безо всяких дополнительных приставок. По глупости влезши кривыми руками в свои личные идентификаторы, решил проверить, как задаётся уровень выше тысячи. Проверил на свою голову — назад он теперь категорически не желает откручиваться. Любые принудительно заданные цифры просто не сохраняются. Причём, с иллюзиями подобных проблем не возникает, а вот с самим собой… похоже, система обиделась на то, что я слишком долго вожу всех за нос и решила наглядно показать мой реальный рост.

— Пусть раскусывают, — злорадно хмыкнув, мысленно пожелал им успеха. — У них шпионаж, можно сказать — национальный вид спорта. Всё время друг с другом играют в игру — 'зашли конкуренту шпиона и найди среди своих людей чужого засланца'. Ни кровные клятвы, ни магия не помогает решить вопрос раз и навсегда. Нам у них стоит такому искусству немного поучиться. Заодно посмотрим, как Ведьмы справились с задачей.

— Ведьмы? — вскинулась молодая Богиня, видимо её эта тема сильно интересовала. — Про их присутствие на острове мне уже доводилось пару раз слышать от твоих женщин, однако ни одной из них я так и не увидела и даже не почувствовала. А ведь ты знаешь мои силы и способности.

— На то они и Ведьмы! — хохотнув, внимательно посмотрел на Кларису, демонстрирующую мне лёгкую обиду. — А вообще с одной из них ты как раз вчера целый день провела. Могла бы почувствовать хотя бы по той лёгкости, с которой вы общались.

Аллия мне в процессе с особенным сарказмом рассказывала, как неуклюже Клариса пыталась сделать из неё свою новую поклонницу. И какие мысли у неё при этом вертелись в голове. Одним словом — некоторым молодым девушкам категорически не рекомендуется изучение психологии. Особенно 'классической'. Цвет лица портится, а эффект по жизни скорее обратный. Околопсихологические типизации личности и связанные с ними рекомендации тем более стоит обходить дальней стороной. Лучше уж астрологией заниматься — меньше вреда будет.

— Она Ведьма? — сильное удивление Богини частично передалось мне, несмотря на старательно заглушенное из‑за обилия людей вокруг ментальное чутьё.

Вместо ответа изобразил на своём лице широкую улыбку.

— Слушай, а… — Клариса вдруг резко возбудилась, вплотную прильнув ко мне, — вы сможете сделать Ведьмами нескольких моих поклонниц?

— Сомневаюсь, — качая головой, тем не менее, ухватил закованную в доспех девушку за талию, крепче прижимая к себе. — Ведьмы получаются только из тех, кто имеет весьма специфическую чувствительность и некоторые таланты. Мы их отбираем исключительно из работниц кланового борделя, сильно любящих своё дело. Вряд ли среди твоих поклонниц найдутся подходящие личности.

Услышав подобное, Клариса резко покраснела от вспышки гнева и попыталась отстраниться, но я её не отпустил.

— Увы, по — другому никак, — моё лицо приобрело виноватый вид. — Даже имея несомненный талант к ментальной магии, я не могу полноценно читать мысли других людей.

Молодая Богиня вдруг резко перестала вырываться из моего захвата, но покраснела ещё больше, явно смутившись нахлынувшему на неё новому желанию.

— Ну, хотя бы меня чему‑то научи, а? — застенчиво попросила она, потянувшись к моим губам.

— Всему своё время… — пространно пообещал ей, после долгого поцелуя, тихо радуясь тому, что она никогда не станет моей постоянной партнёршей.

— Сколько нам ещё здесь сидеть? — в следующий полдень, когда мне всё же удалось выспаться, спросила Клариса, ходившая за мной хвостиком.

Отпущенные пленники и другие 'гости' острова уже давно вернулись на материк, но мы пока никуда не торопились. Мои люди знали причину и спокойно расслаблялись, загорая на солнце и периодически влезая в тёплую морскую воду, а вот молодая Богиня мучилась любопытством и одновременно страдала от безделья. Прогонять или обламывать её не стоило, какая — никакая, но союзница, благо теперь, когда божественный гнев не затмевает ей разум, она вполне адекватна и коммуникабельна. Как бороться с редкими вспышками и отдельными рецидивами она знает, а я со своей устойчивостью могу немного потерпеть. В перспективе от неё могло образоваться немало пользы. Захочет — даже в клан примем, но сначала пусть своих почитательниц — мужененавистниц вразумит.

— Пару дней мне хватит на полную проверку переданной нам огромной калоши и подготовку её к плаванию. Заодно сделаю несколько сюрпризов тем, кто нас караулит в море, — рассказывать ей об основной причине нашей неспешности я не собирался.

Мало ли, как она отнесётся к моей идее развязывания большой войны на ближайшем континенте. Игрокам — олигархам от меня пришло интересное предложение. Пока все ждут развязки морского сражения, им требуется попытаться снять со своих банковских счетов золотую наличность во всех доступных городах республики и ближайших королевств. Банковский Картель не сможет отказать им, дабы не нагнетать панику на других вкладчиков. В крайнем случае, попросят подождать несколько дней, пока золото доставят из удалённого хранилища. Главные же вкладчики из местных, прекрасно понимая временные трудности банкиров, поначалу особо суетиться не станут. Зачем зря рисковать и портить отношения? Золото быстро вернётся в хранилище и всё останется по — прежнему. Никто ведь не думает, будто залётные грабители смогут безнаказанно уйти. И вот когда последние золотые монетки благополучно покинут банк, а грабители сумеют ускользнуть от неизбежного возмездия, произойдёт катастрофа.

Тут стоит пояснить устройство местной финансовой системы. Когда‑то давно деньги делали из меди, серебра и золота. Десять медных равняются одной серебряной, десять серебряных, соответственно одному золотому. Естественно, имелись четвертинки и половинки медных и серебреных монет для удобства размена. Во времена древней Империи монеты во всех провинциях подверглись стандартизации по весу и размеру, различаясь исключительно чеканным рисунком. После краха Империи и гражданской войны каждое королевство вело свою собственную монетную политику. Монеты теряли в весе и чистоте содержащихся в них драгоценных металлов. Инфляция — с. Подобное положение негативно влияет на торговлю. С появлением Великого Банковского Картеля, взявшегося за наведение финансового порядка, ситуация постепенно исправилась. Картель предложил простую и удобную схему — зачем таскать тяжелое золото, когда вместо него можно использовать лёгкие монеты или вообще чековые книжки? Так как деньги в те времена из пустоты не брались, была принята залоговая схема. Одна золотая монета определённого веса и чистоты приравнивалась к одной лёгкой. Банк забирал у королей залоговое золото и выдавал за него ходовые монеты, а также выписывал персональные чеки. Купцы прыгали от счастья. Тогда любой желающий мог обменять лёгкие монеты на золото без каких‑либо ограничений. Однако для развития торговли потребовалось гораздо больше наличности, нежели имелось золота. Со временем на один залоговый золотой стало официально приходиться дюжина лёгких. И такое положение официально сохранилось до сего времени. Именно такой порядок цифр декларируют банкиры, забирая у королей золото под обеспечение денежного оборота в их королевствах. Только сколько выпущено лёгких 'золотых' вообще и сколько их числится на всех счетах, сейчас не знают и сами банкиры. Ясно только одно — официальные данные ничего общего с реальностью не имеют. Впрочем, система работает без сбоев, обеспечивая внутреннюю и внешнюю торговлю многочисленных государств. И всё было бы хорошо и дальше, но Банковский Картель заложил под себя приличную мину, позволив некоторым государственным образованиям реальный золотой оборот, а их гражданам реальные золотые счета. Теперь, когда вдруг выяснится, что золото банкиров куда‑то исчезло и возможности быстро его вернуть нет, оно резко скакнёт в цене. В десять и более раз. И те, у кого оно случайно окажется на руках, вдруг получат существенное увеличение возможностей. Это сильно нарушит сложившийся баланс, а потому вооруженный конфликт совершенно неизбежен. Люди гибнут за металл? Что же, не мы первые начали.

— Интересно, что это они там делают? — кто конкретно задал вопрос, я не уследил, так как вместе со всеми внимательно наблюдал за эволюциями догоняющих нас кораблей в магический бинокль.

В назначенное время мы погрузились на наши корабли, и вышли в море. Со скоростью, которую только мог развить 'Гигант' до нужной мне точки требовалось добираться около трёх часов. Всё бы ничего, но далеко от острова нас отпускать явно не собирались. Преследователи пока не спешили приближаться, прекрасно представляя возможности Высшего Адепта, но уверенно держались на расстоянии пяти километров, устраивая какое‑то непонятное мельтешение. Число догоняющих превысило три десятка разных кораблей. Пять крупных барков, один боевой клипер, две дюжины галер, а также несколько небольших парусных кораблей. Наблюдатели с мачт идущего поблизости барка сообщили ещё о нескольких кораблях, сопровождающих нашу маленькую эскадру с разных сторон. Пока они не проявляли какой‑либо активности, однако и отворачивать в сторону не спешили. Между тем идущие позади корабли постепенно формировали какой‑то необычный порядок. Галеры разошлись широким полукольцом, как бы прикрывая парусники с тыла, а крупные барки стали расходиться друг от друга, постепенно формируя огромную пятиконечную звезду, если взглянуть на них сверху. И тут‑то я вдруг вспомнил, чем это дело для нас вскоре должно обернуться.

— Клиперам немедленно оттянуться назад и помешать перестроению крупных парусников преследователей, — подал капитанам наших кораблей команду через связной амулет. — Нападать двое на одного, от мелочи отстреливаться или уходить, не теряя скорости. В непосредственный бой не вступать, вести обстрел из баллист исключительно с предельной дистанции. Снаряды не экономить!

Ветер оказался достаточно удачен, однако активные манёвры требовали постоянного перекладывания парусов. Выполнявшие роль матросов клановые бойцы быстро полезли на мачты. Зайдя сбоку, два клипера стремительно напали на идущий впереди барк, образующий направленный в нашу сторону луч звезды, осыпав его взрывающимися метательными снарядами. Из‑за расстояния большая их часть упала в воду, лишь парочка случайно ударила в щит силы обстреливаемого корабля. Естественно, погасить его им не удалось. Барк открыл интенсивный ответный огонь, но его баллисты немного не доставали до наших клиперов. Из‑за взаимного смещения кораблей огненный контакт долго не продлился, однако своей цели он достиг — поднятый на максимум щит схлопнул паруса барка, он потерял ветер и вывалился с занимаемой позиции, начав долгий процесс обратного возвращения. В сторону наших клиперов стремительно рванул их побратим, но в этот раз удача явно отвернулась от него. Сразу четыре ярких взрыва расцвели на его щите, а пятый вспыхнул уже среди парусов. Метательные снаряды с его палубы тоже достигали цели, правда, какого‑либо вреда нанести не успели — шестой взрыв поставил точку в состязании одноклассников. Клипер преследователей вяло загорелся и отвернул в сторону, признавая своё поражение. Догонять и добивать его никто не собирался. Совершив перестроение, наши клиперы попытались повторить маневр, снова атаковав идущий впереди барк. Вот только в этот раз повторить успех не удалось, все выпущенные снаряды прошли мимо. Но капитаны направились к идущему в стороне другому барку, удачно обстреляв его и заставив вывалиться с занимаемой позиции и попутно подпалив галеру, рванувшую к ним на перехват по какому‑то недоразумению. На помощь ей направились находящиеся поблизости небольшие парусники, быстро снимая экипаж с охваченного пламенем корабля.

— Поиграли, и хватит, отходим на изначальные позиции, — я передал капитанам очередной приказ.

На все эволюции и перестрелки ушло почти два часа. Ещё немного и мы достигнем расчетной точки. Преследователи же решили немного изменить перестроение. Теперь острый луч звезды не смотрел в нашу сторону, а сама она приобрела исключительную чёткость. Мастерство команд и капитанов барков реально впечатляло.

— Позади медленно нарастает огромная мощь, — недовольно поёжившись, тихо сказала стоящая рядом со мной Клариса. — От неё даже у меня начинают трястись поджилки. Надеюсь, Димиус, ты знаешь, что там происходит и как ему противостоять.

Её слова услышали все находящиеся рядом, с надеждой посмотрев в мою сторону. Действительно, ощущение невероятной мощи позади нас сейчас могли почувствовать все присутствующие на борту нашей эскадры. Для этого совершенно не требовалось быть магом или богом.

— Знаю, — ответил сразу всем прислушавшимся ко мне. — Вы можете увидеть и даже ощутить один из величайших секретов Крафаги, благодаря которому она стала владычицей морской торговли. Называется это чудо 'Морская звезда возмездия'. На борту тех пяти барков находятся большие амулеты, собирающие и концентрирующие разлитую над поверхностью моря свободную силу. Вскоре в центр построения войдёт ещё один корабль с дюжиной архимагов на борту. Они и направят собранную силу точно в цель. Никакие щиты и эволюции не спасут от неё. Когда‑то так уничтожались целые эскадры, острова и города на побережье. Достать до преследующих нас кораблей другой известной магией достаточной мощи с такого расстояния нельзя. Их сейчас можно сравнить разве с полком тяжелых гаубиц, способных безнаказанно обстреливать противника с недоступной дистанции. Без авиации с ними ничего не сделаешь.

— То есть, против них у нас сейчас нет никаких шансов? — кто‑то спросил со спины.

— Почему же, нет? — на своём лице я изобразил самую лучезарную улыбку. — Управляющим потоками силы архимагам придётся убрать щит со своего корабля, а у нас для них припрятан особый сюрприз. Правда, попыток их крепко удивить только две, — с этими словами я достал из своего пространственного кармана противокорабельный шаромёт.

Вовремя — в центр звезды вошла галера. Идущую с её стороны лёгкую волну непонятной силы ощутили все присутствующие.

— Щиты на самый максимум, глаза закрыть, назад категорически не смотреть, — я подал команду через связной амулет, продублировав голосом для тех, кто стоял рядом.

Подняв шаромёт на плечо, активировал телескопический прицел. В нём опасная галера предстала как на ладони. Удалось даже разглядеть собравшихся в плотный кружок колдунов на верхней палубе. Вокруг галеры ярко заискрилась гигантская сфера проявившейся силы, до сокрушительного удара по нам оставалось всего несколько секунд.

— Подавитесь! — первый шар раскалённой плазмы ушел в сторону галеры, а сразу за ним и второй.

Ярчайшая вспышка залила светом окружающее пространство, обдав всех огненным жаром, и едва не выжгла мои глаза вместе с крепко сжатыми веками. За вспышкой пришла мощная ударная волна, сбившая два щита силы из трёх, имевшихся на нашем корабле.

— Время, — тихо буркнул себе под нос, активируя сложнейшую амулетную конструкцию, высвобождая энергию из запасного источника, и наши немного потрёпанные ударной волной корабли дружно нырнули в зеркальную гладь открывшегося на их пути гигантского портала. А позади медленно вырастал над поверхностью моря такой милый глазу грибок взрыва тактического боеприпаса в несколько килотонн тротилового эквивалента.

— До сих пор не верится, что у нас всё получилось! — Бог Деарий поднял бокал с вином, чтобы коснуться им моего бокала.

В этот раз он почтил нас в своём материальном виде. Стоит отметить, на свои статуэтки- изображения в храмах он почти не походил. Плотная фигура с приятным лицом, небольшая аккуратно постриженная бородка, голубые глаза. По его внешности трудно отнести его к сословию купцов или финансистов. Скорее учёный с большим опытом административной работы.

— Правильное планирование и качественная подготовка — вот это и есть залог успеха, — пригубив вина, ответил ему. — Мы играли по своим правилам, а противники судорожно искали методы противодействия, пребывая в цейтноте. И заключительного подарка с их стороны я никак не ожидал.

— После вашего исчезновения вместе со всей 'Эскадрой Возмездия', случилась большая паника сразу в двух мирах, которой мне удалось воспользоваться, — Деарий заговорщицки подмигнул. — Теперь я действительно уверился в обречённости вашего мира. Такой глупости со стороны его властителей сложно было ожидать.

— Хочешь сказать — ты собрал контрольный пакет акций Корпорации? — сильно удивился, поняв, куда он клонит.

В момент передачи ему двухсот миллионов торговых золотых, ещё на острове сразу после аукциона, которые нашлись на кораблях банкиров, мы говорили с ним на эту тему как теоретически возможную. Создавшую виртуальную вселенную Корпорацию под сильнейшим давлением мировой общественности вынудили передать акции и непременно контрольный пакет на открытые биржевые торги. Провернули всё очень хитро. Вначале провели дополнительную эмиссию, дабы снизить значимость личных долей прежних акционеров. Таких как я, к примеру. Кто‑то даже пытался возражать против такого вопиющего волюнтаризма, но понятно — совершенно безуспешно. Дальше дополнительно разделили старые акции на привилегированные и обычные, выбив оставшиеся возможности отдельных держателей влиять на совет директоров. И только после этого акции пошли на биржу. Формально контрольный пакет не мог достаться кому‑либо одному, учитывая некоторые минорные доли, переданные нескольким государствам, но покупатели других пакетов имели предварительные договорённости о совместном управлении и использовании доставшихся им ресурсов. Фактически под лозунгом международной национализации была провёрнута хитрая афера смены реальных собственников. Прежние реальные владельцы Корпорации практически ничего не теряли и одновременно входили в 'высшую лигу' мировой закулисы, к чему давно стремились. Деарий поведал мне об имеющейся у него при наличии лишних средств возможности влезть в торги акциями. Он и раньше занимался мелкими спекуляциями, однако теперь появилась возможность прыгнуть выше головы, учитывая некоторые перспективы. Кроме золота я передал Богу коды доступа к своим активам, благо, в отличие от меня, у него имелся выход наружу и приличные завязки в финансовой сфере реального мира.

— С твоими акциями как раз и получается нужное количество — широко улыбнулся тот, подставив свой бокал для моего касания. — Единого собственника, естественно, нет, купленные во время биржевой паники акции легли на многочисленные 'внутренние личности', однако мы получили возможность сформировать свой совет директоров, чего пока не стоит торопиться делать, и необходимые коды доступа к обслуживающей системе, что сам понимаешь — для нас куда важнее. Теперь до нас с той стороны любым недоброжелателям стало крайне сложно добраться.

Вот это действительно хорошая новость. И пусть внешних изменений практически никто не заметит, внутри может многое поменяться.

— По остальному золоту у тебя имеются планы? — спросил Бог.

— Предлагаешь отдать тебе всё? — судя по хитрой ухмылке, на что‑то подобное Деарий даже не рассчитывал, однако воспользоваться удобной ситуацией никогда не откажется.

— У меня и так теперь огромная мощь, — хмыкнул он, допивая вино в бокале и наполняя его снова. — Ты хоть знаешь, зачем банкирам оно требовалось в таком количестве?

— Судя по твоему вопросу и выражению лица, скорее всего, извлекали из него какую‑то силу, как и ты, — с такими 'жирными' намёками догадаться совсем несложно.

— Могу покаяться, я когда‑то совершил ошибку, поделившись с ними некоторыми своими секретами, — вздохнул Бог, показывая своё искреннее сожаление и запивая его глотком вина. — Во времена большой смуты сила золота позволила создать систему чековых платежей и существенно упростить выделку мифрила из руды вместе с получением лёгкого псевдозолота, как отхода производства. В каждом отделении банка имеется неприкосновенный запас торговых золотых, без которого чековые книжки в ближайшей округе перестанут действовать. Чем активнее идёт оборот чеков — тем больше требуется держать неприкосновенного запаса. Покрываемое активной сетью платежей расстояние тоже имеет значение. Но большую часть концентрировавшейся в главном хранилище силы банкиры тратили на создание и поддержку подавляющих волю рабских ошейников. Суть денег — принуждение человека к труду. Причём, совсем не обязательно добровольное. Банкиры смогли выделить суть из силы и создать из неё артефакты. Через их ошейники хозяин может управлять своими рабами практически с любого расстояния и те не способны ослушаться.

— То есть, опустошив хранилище, мы разрушили эту мерзость? — такая новость изрядно прибавила мне хорошего настроения.

— Пока ещё нет, — покачав головой, Деарий спустил меня с небес на землю, — однако скоро она действительно рухнет. Пройдёт два — три месяца и по республике с ближайшими королевствами прокатятся восстания рабов, если банкиры не смогут снова заполнить главное хранилище хотя бы на четверть прежнего объёма. Такое возможно только через опустошение неприкосновенных запасов в отделениях по всему миру. Посмотрим, как станут развиваться дальнейшие события, но тебе стоит заранее подготовить перехват банковской сети на своём континенте и выпуске собственной золотой монеты — 'новых империалов'. Все необходимые технологии я тебе передам.

* * *

Клара отключилась от виртуального мира, но не торопилась вылезать из капсулы, продолжая размышлять в одиночестве. Вообще‑то вылезать из капсулы Димиус ей категорически не рекомендовал, но она сильно обиделась на него и хотела завершить некоторые дела. Нет, подношение ей он сделал поистине королевское — непробиваемую даже оружием из адаманта невидимую кольчугу, способную принимать любые образы и формы живую одежду, как у себя самого и невероятный по красоте 'Клинок праведного гнева'. Кроме изменения формы в зависимости от желания, тот придавал дополнительную силу и немного ловкости, а также доводил движения до возможного идеала, потребляя гнев своего владельца. Именно то, что требовалось молодой богине, ибо с гневом у неё всё обстояло исключительно хорошо. С этим клинком и благодаря своей развитой интуиции, Кларе удалось выиграть у Димиуса два спарринга из десяти. Без него он всегда одерживал над ней верх, как бы она не сопротивлялась. Впрочем, не это стало поводом для обиды. Тот категорически отказался отдавать ей бывших рабынь — девственниц, имея в отношении них какие‑то свои планы. А ей те рабыни могли бы принести огромную пользу, ибо вера прошедших через страдания и унижения непорочных дев сохранивших при этом чистоту, резко усиливает её божественный аспект. Лишь одна такая ставшая мстительницей после небольшой идеологической обработки дева способна заменить ей тысячу других поклонниц. Впрочем, резкое усиление божественного аспекта сейчас скорее повредит — это стоило признать. Клара до сих пор внутренне содрогалась, вспоминая саму себя, когда гнев полностью затмевал её разум. Контроль над ним давался тяжело и требовал гармоничного развития других аспектов её личности. Они должны выступить своеобразными якорями, не позволяя вспыхнувшему гневу окончательно утащить её за собой. Богиня Лиява помогла многое понять, однако свой путь ей и вправду придётся пройти своими ногами. Требовалось полностью принять и развить свою женскую сущность, от которой Клара едва не отказалась, выбросив на помойку как сломанную вещь. А починить её самостоятельно оказалось нереально. Женщина раскрывается благодаря мужчине или детям. Детей пока не предвидится, а мужчина… опять альтернативы Димиусу не найти, других она просто убьёт сама того не желая. Как любовник он выше всяческих похвал — имея четырёх прекрасных жен, сложно не набрать специфического опыта. Но присоединиться к ним пятой приживалкой… брр, нет, только не это! Да и нельзя ей замуж и тем паче в наложницы — почитательницы не поймут и отвернутся. 'Вот периодически забираться в его постель, выгоняя оттуда кое — кого другого…' — от таких мыслей у неё вдруг проснулось желание, быстро вытеснившее обиду.

Окончательно выбравшись из капсулы в приёмное отделение центра виртуальной реальности, девушка зашла в миниатюрную душевую смыть с себя остатки геля. Взглянув на своё отражение в большом зеркале, задумалась над вопросом — подойдёт ли ей теперь лежащая в шкафчике старая одежда. Пропорции тела заметно изменились, даже рост стал немного выше. Сделав несколько движений из тренировочного комплекса, Клара сильно удивилась — её реальное тело явно приобрело имевшиеся у виртуального аватара некоторые способности. Когда она прошлый раз покидала капсулу, ничего подобного с ней не происходило. Дальше рассматривать себя не хотелось, потому девушка быстро вытерлась одноразовым полотенцем и с некоторым трудом облачилась в свою старую одежду, собираясь выйти в город. По внутренним часам контрольной панели импланта, в реале сейчас вечерний час пик.

— Вам придётся проследовать с нами! — Клару бесцеремонно схватили за руки двое крепких мужчин, едва она сделала несколько шагов от входа в центр виртуальной реальности, направляясь к заранее вызванному такси, стоящему у тротуара с открытой дверцей.

Судя по незнакомой серой форме, под которой явственно проглядывал бронежилет скрытого ношения, мужчины относились к какой‑то спецслужбе. Спрятанное под одежду оружие у них тоже имелось. Кроме этой парочки, опытный взгляд зацепил поблизости ещё шестерых в такой же форме, а вот в их руках уже имелись штурмовые стрелковые комплексы с весьма специфической электронной начинкой, позволяющей стрелять, практически не целясь. Прекрасно понимая расклад, девушка решила подчиниться, заодно узнав, что от неё хотят. Однако едва её подвели к приземистой бронированной машине, и собирались грубо затолкнуть внутрь, неожиданно пробудившаяся интуиция заставила резко прильнуть к земле, потянув за собой и своих конвоиров. В следующее мгновение земля рядом взорвалась каменными брызгами, мгновеньем позже пришел громкий звук серии крупнокалиберных выстрелов. Чувство опасности взвыло ещё сильнее, Клара мгновенно вошла в боевой транс, двумя лёгкими движениями отшвырнув в стороны державших её мужчин. Как в сильно замедленной съёмке она увидела пробивающую отлетающее тело крупнокалиберную пулю, разрывающую мужчину пополам. Место, где она только что была, тоже взорвалось каменными брызгами, но девушка уже буквально летела над дорогой, перескакивая с одной быстро движущейся машины на крышу другой. Раскрывшаяся интуиция помогала сделать следующий шаг и не свалиться вниз. Приходящие откуда‑то сверху смертоносные удары следовали за ней по пятам, но не успевали настигнуть её. Краем глаза она заметила стремительный росчерк ракеты, вынырнувшей откуда‑то из темноты. За первой ракетой пролетела вторая, а затем и третья. Справа сверху что‑то сильно полыхнуло, легонько обдав жаром и толчком несильной ударной волны. Едва Клара приземлилась на тротуар с противоположной стороны широкой трассы, около неё резко затормозил старый колёсный бронетранспортёр. Она так и не успела заметить, откуда он взялся. Из открывшегося десантного люка выскользнула абсолютно голая дева со штурмовым стрелковым комплексом в руках, отправившая куда‑то в сторону малокалиберную гранату. Взрыва Клара не услышала.

— Быстро ныряй в люк! — крикнула ей дева, посылая в сторону невидимого противника ещё одну гранату.

Интуиция недвусмысленно намекала, что стоит выполнить команду. Дева запрыгнула сразу за ней, мгновенно захлопывая люк, за которым послышался приглушенный взрыв. В ту же секунду бронетранспортер стремительно рванул с места, резко прижимая ускорением тело Клары к холодной броне.

— Отрыв семь секунд, — услышала она женский голос откуда‑то спереди, интуитивно хватаясь за скобу поручня, чтобы не стукнуться головой о борт при резком развороте.

— Проклятые вертодроны, сколько же их тут, — голая дева приникла к окулярам какой‑то боевой системы, наощупь быстро перебирая многочисленные кнопки и переключатели. — Тараканы отстают, живём! — веселым голосом добавила она.

Бронетранспортёр ещё несколько раз бросало из стороны в сторону, слышались приглушенные хлопки близких взрывов и отчётливые щелчки попаданий в броню крупнокалиберных пуль, а затем наступила относительная тишина, ровное гудение двигательной установки можно не учитывать.

— Отрыв сорок секунд, сейчас нырнём в тоннель, пора срочно одевать гостью, — снова крикнули спереди.

— Смотри и делай как я, — голая дева лёгким движением руки кинула к ногам Клары тяжелый армейский штурмовой скафандр максимальной защиты.

Девушка лишь примерно догадывалась, сколько он должен весить, но не успела удивиться, ибо загадочная спасительница схватила второй такой, и тремя плавными движениями вскользнула в него. Тот сразу же обжал её фигуру — включилась внутренняя система динамической защиты и усилителей мышц. В точности повторить движения Кларе не удалось, однако она смогла впихнуть свои руки, ноги и голову куда следует. Ей явно помогли удержаться на ногах, и когда её тело полностью влезло в броню, та запустила процесс активации. Перед глазами множеством различных значков и управляющих пиктограмм вспыхнул тактический интерфейс.

— Держи оружие, — одетая напарница подала Кларе тяжелый штурмовой комплекс, веса которого та практически не ощутила из‑за компенсации прикладываемых усилий. — Сомневаюсь в твоих талантах владения им, но лишний ствол нам может вскоре пригодиться, — чуть позже добавила та.

— Хватайтесь за поручни, врубаю ракетные движки! — раздался в наушниках уже знакомый голос женщины — водителя, после чего бронетранспортёр тряхнуло и с сильным ускорением понесло вперёд.

Судя по всему, тяжеленная колёсная машина оторвалась от земли и полетела над ней, пару раз совершив коррекцию траектории и снова плюхнувшись на дорогу всеми колёсами сколько‑то долгих секунд спустя.

— Отрыв две минуты, мы в расчётной точке, эвакуируемся! — прошла очередная команда через наушники шлема.

Напарница вытолкнула Клару наружу, а за ней выпрыгнула ещё одна массивная фигура в штурмовой броне. Секунда и включилась система динамической маскировки, полностью размывающая силуэты. Лишь на тактическом интерфейсе отобразились две зелёные точки, обозначающие дружественных бойцов. Немного обгоревшая боевая машина, на металле которой отчётливо виднелись следы пулевых попаданий, стремительно рванула с места, как огромный корабль, распихивая многочисленные гребные лодки дикарей. Управляемые сложнейшей автоматикой личные автомобили пропускали его вперёд, удачно избегая столкновений. Их пассажиры сейчас сильно недоумевали, наблюдая за происходящими совершенно невероятными событиями.

— Прыгаем! — напарница Клары сорвала решетку ливневой канализации и подтолкнула её вперёд вслед за первой фигурой, нырнувшей вниз.

Держась за спиной впереди бегущей девы, Клара судорожно пыталась сообразить, куда она попала. Кто и ради чего устроил кровавую бойню в многомиллионном городе, задействовав самую современную военную технику? Штурмовая броня, боевые роботы, ужас! Неужели именно она стала причиной?

— Им приказано уничтожить тебя любой ценой, — словно прочитав её мысли, ответила дева, которую она увидела первой. — Нам же любой ценой приказано тебя спасти. Слишком велики ставки в этой игре. Мы едва успели, счёт шел на доли секунды. Потому, несмотря ни на что, постарайся выжить, ты очень способная девочка.

Из ливневой канализации маленький отряд перебрался в какие‑то широкие технические тоннели под городом, продолжив свой стремительный бег от невидимой опасности.

— Ложись! — ворвался в уши громкий крик.

Тело Клары ещё не успело коснуться земли, как погас тактический интерфейс, и выключились усилители мускулатуры. Мгновенно потерявшая подвижность тяжелая броня громко стукнулась о бетон, но девушка заметила, как её напарница, приподнявшись на одном локте, выпустила длинную очередь куда‑то в темноту тоннеля. Одновременно с этим её неожиданно развернувшаяся аура уловила такие знакомые эманации врагов — мужчин, явно ощутивших своё превосходство над ними. Божественный гнев поднялся откуда‑то из глубины души и выплеснулся наружу. Клара окончательно перестала понимать, где игра, а где реальность, её сильно изменившаяся сущность стала действовать сама по себе, безжалостно уничтожая вставших у них на пути врагов. Штурмовой скафандр снова включился, высвечивая на тактическом интерфейсе красные точки новых целей впереди по ходу движения. Злая Богиня встала на ноги и решительно двинулась вперёд. Она не видела, как окружающее пространство сворачивалось невидимым коконом вокруг её фигуры, расшвыривая в стороны трассы крупнокалиберных пуль, выпускаемых в неё шестёркой похожих на огромных тараканов боевых инсектодроидов. Лишь взрывы прилетевших из‑за её спины и раскидавших механических стрелков гранат заставили её злорадно ухмыльнуться. Перерезавшие путь человеческие фигуры в штурмовой броне упали не землю, так и не сумев направить в её сторону своё оружие. Молодая Богиня твёрдо и уверенно шла вперёд, оставляя за собой корчащиеся в муках тела людей и разбитую технику. Роботов удачно добивали напарницы, успевавшие подбирать трофеи с поверженных врагов, восстанавливая быстро расходуемый боекомплект.

— Нам сюда, — одна из напарниц вырвала Клару из сумеречного состояния боевого транса. — Инга, выпускай ложные цели, пусть за ними немного побегают.

Три массивных фигуры нырнули в неприметную щель между бетонными стыками, а по пустому коридору вперёд побежали три совсем небольших паучка. Спустившись по металлическим скобам и пропетляв по нескольким подземным коридорам, девушки оказались в вентиляционной шахте метро.

— От одной ниши, где мы можем спрятаться, до другой ровно двести метров, — пояснила первая напарница. — Поезда следуют с интервалом в полторы минуты, должны гарантированно успеть. Скафы в режиме экстренного отступления, внимательно смотрим за зарядом резервных батарей. Вперёд!

Тяжелые фигуры рванули с максимальной скоростью по гладкому полу тоннеля, под которым прятались отталкивающие скоростные поезда метро от себя холодные сверхпроводники. Перед проходящими составами девушки скрывались в специальных технологических нишах, пережидая их и снова бросаясь вперёд. Станции приходилось проползать под полными спешащих по домам после окончания рабочего дня людей платформами.

— Дошли, — управлявшая бронетранспортёром вторая напарница подошла к стене тоннеля и всунула какой‑то щуп в совершенно неприметное отверстие.

Боковая стена отошла назад и отъехала в сторону, открывая тёмный проход. Три фигуры покинули тоннель, а стена встала на прежнее место перед очередным приближающимся поездом. Новый коридор окончился винтовой лестницей и лифтом, опустившим девушек на несколько сотен метров ниже уровня земли.

— Это же элитный центр виртуальной реальности! — сильно удивилась Клара, опознав, куда они пришли.

— А куда бы ты хотела попасть, Богиня Клариса? — спросила её первая дева с нотками ехидства в своём голосе. — Мир по ту сторону — единственное место, где мы пока можем чувствовать себя в полной безопасности. Наши тела здесь никто не найдёт и не потревожит, а там мы всем противникам без особых проблем натянем глаза на задницу. Скафандр теперь твой, как и оружие, запихнёшь в личный шкаф для вещей. Позже обучим правильному обращению и много чему другому. Но больше из капсулы носа не высовывать до особого распоряжения.

— Интересно чьего? — недовольно поморщилась она, хотя за лицевым броневым щитком её эмоций никто не увидел.

— Рея Димиуса, конечно, — бросила в ответ вторая девушка, и Клара вспомнила, где она совсем недавно слышала очень похожий голос.

* * *

Пятая Глава. Голос Войны

* * *

— Мой повелитель, в ближайшие два дня войска готовы выступать! — перед сидящем на высоком троне мужчиной в золотой короне склонил голову человек в полной латной броне, удерживая снятый с головы остроконечный шлем левой рукой.

Восседающий на троне непризнанный император Грег довольно улыбнулся, рукой подавая человеку в броне знак прекратить демонстрацию излишнего подобострастия, хоть оно ему и доставляло удовольствие. Все эти поклоны, реверансы, отдача чести и прочее. Его люди признавали за ним статус и вели себя как полагается. Корона на его голове являлась самой настоящей Императорской. Ещё той, пришедшей из веков далёкого прошлого. Правда всего лишь одной из нескольких упоминавшихся в летописях, и далеко не самой главной. 'Парадная Имперская Корона', за которую он выложил столько денег, коих хватило бы на постройку небольшого города, создавала лишь образ величия и ничего более. Другие люди видели его окруженным золотистым светящимся ореолом, отчего его образ казался им гораздо привлекательнее. Но будущий Владыка всего Мира искренне надеялся вскоре завладеть и остальными артефактами Великого Императора. Для этого он собрал немалые силы и готов был бросить их в бой.

Время большой войны действительно пришло! Хоть внутри у сидящего сейчас на троне мужчины и присутствовало обычно возникающее перед любым принципиальным решением некоторое сомнение, от которого сейчас зависят судьбы множества людей, но разум однозначно говорил — не о чём зря беспокоиться. В этот раз всё учтено и перепроверено, сбоя не произойдёт. Возможные мелкие накладки, без которых не проходит ни одно большое дело, особой погоды не сделают, они учтены и для их компенсации заложены внушительные резервы. И действительно, при имеющихся ресурсах проиграть предстоящую военную кампанию практически нереально. Вместе со своими людьми Грег сделал должные выводы из своих прежних неудач и постарался заранее подготовиться к любым сюрпризам. И вообще самозваный император мог гордиться собой — ему удалось поистине невозможное — практически все его начинания стали прибыльными. Даже армия теперь приносит пусть и небольшой, но зато стабильный доход, а не высасывает деньги, как мощный пылесос паутину из‑под кровати. Огромный опыт ведения большого бизнеса в реальном мире наконец‑то смог приспособиться к новым условиям и стремительно наращивал эффективность. Мешавшихся поначалу конкурентов постепенно подмяли под себя, а не желавших встраиваться в систему просто уничтожили. Если не удалось решить проблему с наскока, то стоит отойти назад и запастись терпением. А его Грегу было не занимать, как и умения работать ради собственной выгоды с раннего утра и до поздней ночи. За прошедшее с момента его изгнания из королевства Лаира время он сумел многого достигнуть, практически с нуля создав собственное небольшое королевство на границах парочки других и обширных степей, полных полудиких кочевников. Кочевники и стали его основным ресурсом, на который он сейчас возлагал большие надежды. Если другие пытались их грабить и уничтожать при любой подходящей возможности, то Грег сумел с ними договориться. Сначала с худыми родами, занимавшимися регулярными набегами на ближайшие к степям земли, а затем и самими 'Хозяевами Степей' — насчитывающими десятки тысяч сильных воинов мощными родами, контролировавшими сравнимые с иными королевствами территории. Наладив с ними торговлю и взаимовыгодное сотрудничество, Грег получил не только деньги, но и людей. Причём людей верных — для степняка данное уважаемому человеку слово дороже собственной жизни. И словами они действительно не разбрасываются. Несмотря на кажущуюся дикость, степняки оказались искусными мастерами — оружейниками. Их композитные луки по праву считаются одними из числа самых лучших в мире, а сабли — просто идеальны для конного боя. Выделка шкур и изготовление из них доспехов тоже оказалось на высоте. Мастера кочевников знали позволявшие придавать коже прочность металла алхимические секреты, сохранив при этом её другие ценные качества, такие как лёгкость и гибкость. У них даже собственные маги нашлись, причём далеко не самые слабые. Впрочем, в драки те предпочитали не влезать, сосредоточив свои усилия на производстве боевых амулетов и оружия. И всему этому добру кочевники не знали истинной цены, легко меняя на красивые безделушки и зерно. Лишь драгоценные камни они действительно ценили, так как те шли на особо мощные амулеты. Пользуясь подкупами и мелкими пакостями, Грегу удалось стравить несколько крупных степных родов друг с другом, а позже помирить их уже под своим главенством. Стандартная тактика — 'разделяй и властвуй' в очередной раз показала свою эффективность. Старейшины великих родов поклонились ему в благодарность за избавление от проблемы, которую он им же и создал, принеся богатые дары, и лишь некоторые шаманы старательно кривили рожи, чувствуя в нём своего соперника. Параллельно с захватом степей, Грег создавал большое войско из числа бессмертных игроков. Вот в него пришлось изрядно вложиться — оружие, обмундирование, обучение — всё это требовало денег, денег и ещё раз денег. Про необходимое время тоже пришлось вспоминать, пророй, разрываясь на части от множества дел, которые нельзя переложить на плечи подчинённых, за которыми тоже требовался постоянный пригляд. Лишь ослиная упёртость и трудолюбие вола позволило выдержать эту безумную гонку, сохранив рассудок от помешательства.

Не забывал Грег и своих главных соперников в борьбе за звание Великого Императора. К его счастью, практически все они сосредоточили свои усилия на другом материке, и только кто‑то один мутил воду здесь, причём, не показывая своего лица и действуя исключительно через подставных лиц. Стоит заметить, тот претендент тоже изрядно преуспел — его уже официально признали Императором два короля, о чём Грегори приходилось только мечтать. Все его подкаты с подобными предложениями к монархам ближайших королевств окончились безрезультатно, а начинать большую войну прежде срока полной готовности войск он не хотел. 'Всему своё время', — про себя думал он, представляя, как станет 'уговаривать' строптивцев немного погодя. Впрочем, отсутствие официального признания не помешало ему подмять существенную часть экономики тех королевств под себя. Грамотно проведённые рейдерские акции сделали его собственником самых доходных предприятий, а также огромного участка земли, где ныне вырастал новый большой город. Без строительства города обойтись не удалось, ибо вытянутые им из степей многочисленные мастера — оружейники и формирующиеся войска нуждались в жилье, а также прочем обеспечении. Желательно по высшему разряду. А всё, за что брался Грегори, он старался довести до совершенства, потому на средствах для своей будущей столицы не экономил. 'И пусть сейчас это полнейшее захолустье, вскоре оно станет центром мира', — говорил он своим подчинённым, не понимающим всей грандиозности его великого замысла. И теперь, наконец, долгая подготовка завершилась, пришло время громко заявить о себе, учитывая неожиданно возникший бардак на другом континенте. Надо же, кто‑то умудрился провернуть настоящее 'Ограбление Веков', благополучно умыкнув существенную часть мировых запасов золота, заодно и крепко проучив тех, кто захотел ему помешать. Из дошедших до сих мест слухов складывалось впечатление о применении им ядерного оружия или магии сопоставимой мощи. Впоследствии той непонятной заварушки возникли несколько крупных конфликтов среди тамошних 'центров сил', грозящих вскорости перерасти в большую войну за передел сфер влияния. Она как раз очень вовремя займёт главных соперников императора Грега, который под шумок быстренько овладеет этим континентом. И тогда несокрушимые армады его военных кораблей понесут 'свет истинной демократии' под властью Имперской Короны во весь остальной мир. Однако в его наполеоновские планы грубо вмешалась третья сила.

— Прошу простить моё неожиданное появление, господин… — в зал влетел запыхавшийся боец из ближнего круга непризнанного императора, едва устояв на ногах перед троном.

— Небо в очередной раз упало на землю, раз ты так быстро бежал Ром? — Грегори имел хорошую память и прекрасно знал людей, верно служащих ему по именам.

— Господин, прямо во дворе замка неожиданно открылся портал, из которого вышли несколько десятков неизвестных колдунов, — выдохнул он совершенно неожиданную новость. — Агрессии они пока не проявляют, но интересуются возможностью срочно поговорить с Вами наедине. И ещё, у некоторых их них замечены уровни выше пятисотого, — добавил он в конце весьма важное замечание, от которого сейчас многое зависело.

Такой высокий уровень — дело весьма серьёзное. Пусть даже всего лишь у нескольких из общего количества прибывших. Сбрасывать со счётов тех, кто вышел на подобные высоты за счёт своей силы, а иного сложно ожидать от магов, было бы непростительной ошибкой. И их нынешнее миролюбие стоит расценить как весьма позитивный знак. Могли бы тут уже всё разнести, если бы сильно захотели, с них станется.

— Немедленно сопроводи их представителей ко мне, — принял Грег весьма непростое для себя решение, хорошо представляя всю значимость для своего положения неожиданно появившихся гостей, в отличие от многих своих подчинённых.

Вскоре он уединился с тремя весьма немолодыми колдунами в отдельном кабинете, предназначенном для ведения тайных переговоров.

— … Безусловно, ваше предложение мне интересно, однако оно сильно расходится с моими нынешними планами, — ответил непризнанный император магам, после того, как прочитал переданный ему свиток.

— Тогда вам стоит ознакомиться ещё вот с этим… — один из пожилой троицы протянул Грегу целую подшивку свитков, оформленную в виде пухлой тетради.

Тот углубился глазами в текст, и с его лица постепенно сползал уверенный вид. Когда он закончил изучение, то выглядел вообще бледно. Собственная разведка таких жизненно важных материалов добыть не смогла, ограничившись лишь противоречивыми слухами которым не хотелось верить. Теперь всё его планы и задумки сразу же оказались под угрозой краха. Вот так готовишься, готовишься, уже считаешь себя победителем, а тут вдруг выясняется, что недалеко есть кто‑то гораздо сильнее тебя. И что вы ещё не столкнулись лбами в поединке, из которого выйдет только один — всего лишь воля случая.

— Сведения полностью соответствуют действительности, более того, есть подозрение, что мы ещё многого не знаем, — добавил другой маг, с лёгкой улыбкой на сморщенных и обветренных губах. — Мы попробуем открыть путь для твоих войск прямо в город, воспользовавшись тамошним городским порталом. Любой ценой требуется проникнуть в то здание и перехватить управляющие амулеты. Тогда они не смогут быстро перебрасывать людей, и мы сможем разбить их по частям. Легионы окажутся заблокированными в своей глуши и не смогут вовремя прийти на помощь. После не составит особого труда перетянуть их на свою сторону, как это уже происходило, думаю, вы обрадуетесь, получив под своё начало столько подготовленных и хорошо обеспеченных всем необходимым войск.

— Финансирование проекта, стало быть, полностью ложится на меня? — спросил Грег с внутренним ощущением полной уверенности позитивного, но такого неприятного для себя ответа.

— Есть шанс перехватить и потоки их нынешнего финансирования, потому вы многого не потеряете, — сразу же подбодрил его главный среди этой троицы колдун. — Вот вам ещё одна порция информации, благодаря которой вы сможете быстро подмять под себя торговлю железом практически на всём континенте.

Перед сильно задумавшимся бизнесменом легла ещё одна подшивка пергаментных листов. Тот быстро пробежался по ней своим цепким взглядом, выделяя действительно важные сведения. Выходило — вся торговля металлом, куда он неоднократно пытался влезть и каждый раз больно получая по рукам, реально держалась на одном человеке — его непосредственном конкуренте за звание Великого Императора. Именно он являлся гарантом большинства заключённых торговым людом в различных королевствах договоров. И даже его, видавшего виды прожженного волка большого бизнеса, реально впечатлила наглость и размах. Конкурент явно не мелочился, подмяв под себя главные товарные и финансовые потоки, направляя прибыль с них в наращивание военной мощи. Но это именно тот вызов, который будоражит кровь и придаёт сил идти вперёд, заставляет рваться в бой, чтобы после него гордо вскинув голову поставить ногу на труп поверженного врага. Несмотря на присутствующие сомнения и даже опасения вот так резко менять свои планы, Грегори всё же согласился заключить стратегический союз с Братством Треугольника, которое представляли прибывшие к нему маги. Его не остановила даже их репутация тёмных злодеев и жестоких разбойников. Естественно, он стряс с них всё возможное, изрядно пополнив оснащённость своих войск магическими предметами. Весь его авангард и личная гвардия получили самые лучшие защитные и боевые амулеты. Свитки, эликсиры, а также многое другое просто в огромном количестве разошлось и по простым воинам, которые вскоре пойдут в бой. Братство не скупилось, без сожалений опустошая свои запасники, до сего момента заполняемые много веков. Уж очень они хотели кому‑то отомстить.

Сначала четыре дня колдуны искали подходящее для своего строения место, совершенно не удовлетворившись пределами нового города. Что‑то им там не нравилось, однако до объяснений они так и не снизошли. Когда место нашлось, ещё четыре дня с раннего утра до поздней ночи они строили стоящий посреди чистой степи величественный портал в виде полукруглой каменной арки тридцати метров в высоту и столько же в ширину. Откуда они доставали жутко древние с виду каменные блоки, тоже никому кроме них неизвестно. Скорее всего, использовали тот же эффект телепортации, перемещая их из какой‑то дали. За стройкой наблюдало множество воинов Грега, готовившихся идти в бой, как только всё будет готово. Колдуны сетовали на возможные сложности, потому как только портал заработает и откроет проход, требовалось пропихнуть через него максимально возможное количество войск. Вот бойцы и тренировались перемещаться плотными колоннами через обозначенные вешки, дабы потом организованно растечься по выстроенному за ними лабиринту отмеченных шестами и верёвками улиц далёкого города. Штурмовать многонаселённую столицу королевства не такое простое дело, всё решит боевая организованность и сила воинского духа, дополнительно подкреплённая жаждой богатой добычи. В авангарде пойдут бессмертные игроки, их главная задача быстро подавить возможное сопротивление около выхода из портала. За ними последуют колдуны и командование армией. И только после них в дело вступают кочевники, наводняя город как саранча, без жалости убивая всех жителей подряд и круша всё вокруг. Отдельные диверсионные отряды должны по плану заблокировать и связать боем королевскую гвардию, которая просто не успеет выйти из своих казарм. Другие должны захватить ключевые точки города, здания гильдий, перекрыть мосты и внешние городские ворота, дабы вовремя предупредить своих о подходе к защитникам возможных подкреплений. Во вторую очередь требовалось решительно атаковать королевский дворец, Академию и главное здание сильного клана, ради которого и затевается эта великая битва. Атаку поддержат колдуны, ибо без высшей магии не удастся пробить наложенные на здания чары и сломить укрывшихся там противников. Всё решит скорость и натиск, нескольких часов должно хватить для полной зачистки столицы и её ближайших окрестностей. После этого остальное королевство само падёт в руки смелого завоевателя, ибо просто не останется способной оказать достойное сопротивление силы. А Легионы… как сказал старый колдун — 'Легионам нужен сильный хозяин, они лишь инструмент претворения его воли', — и с этим легко согласиться.

И вот, наконец‑то, подготовка вторжения завершилась, колдуны Братства Треугольника нащупали незримые каналы, через которые можно проломить защиту городского портала столицы королевства Лаира. Это проклятое королевство в прошлом изрядно попортило нервов непризнанному императору, и теперь должно дорого заплатить за всё. Он возвращается с большим войском карать виновных и тех, кто просто окажется рядом.

Яркая вспышка озаряет вечернюю степь и в величественной арке засияла пелена открытого перехода. Пять секунд и в ней скрывается первый ударный отряд. Десять секунд и несколько бойцов переходят обратно, а окровавленные мечи в их руках красноречиво говорят, что с той стороны сопротивление надёжно подавлено. Приказы никому не нужны, все чётко знают дальнейший распорядок действий. В открытый переход втекает полноводная река авангарда игроков, вместе с ними переходят колдуны и сам Грег, пришпорив своего скакуна, бросается вперёд. Несколько мгновений полнейшей тишины и вот он уже обозревает высокие здания, окружающие портальную площадь далёкой столицы. Его войска быстро растекаются по улицам города, не встречая какого‑либо сопротивления, лишь несколько тёмных пятен и кучек праха на брусчатке мостовой говорили о его наличии в самом начале. Вслед за Грегом из портала свободно вышли его заместители и несколько тяжелых штурмовых отрядов, после чего раздался громкий треск, как будто рвалось само пространство. Портальный круг на земле ярко вспыхнул, и, засверкав молниями, резко вытянулся огромной светящейся колонной далеко вверх под самые облака. Стоявшие вокруг него маги Братства попытались обратить этот процесс, между ними тоже заискрились слабые молнии электрических разрядов, но вдруг все как один колдуны осели без чувств на землю от сильнейшего перенапряжения. Наведённый ими переход оставался открытым, переместившись далеко ввысь. А в следующее мгновение из него на землю обильно посыпались отряды ринувшихся вперёд кочевников, как и предписывал им изначальный план захвата города. Крайне подлая ловушка. Люди и лошади нескончаемым потоком летели вниз, оглашая окрестности истошными криками и жалобным ржанием, разбиваясь насмерть, и тут же погребаясь под телами следующих неудачников. Гора мёртвых тел вырастала прямо на глазах, и свежие трупы не облегчали фатальное приземление тем, кто падал сверху. Грег едва успел выскочить из‑под этого вала смерти, в бессильной злобе скрипнув зубами, ибо его ближайшим подручным этого не удалось. Противник снова почти переиграл его. Но ещё ничего не закончилось. Кочевников, конечно, жаль, однако основные силы пока оставались в деле. Колдуны тоже не все погибли, самые сильные ушли с авангардом штурмовать Академию и здание вражеского клана.

Потерянное управление войском восстановилось уже через несколько минут. Армия Грега хорошо знала слово 'дисциплина' и отдельный сбой общего плана не повлиял на её слаженные действия. Однако это совсем небольшое время позволило некоторым защитникам города опомниться и оказать первое сопротивление. Являвшийся одной из целей второго приоритета ремесленный квартал сумел выпихнуть заскочивших в него немногочисленных захватчиков с потрясающей лёгкостью. Как будто там заранее знали о скором вторжении и хорошо подготовились к встрече нежеланных гостей. Возникли некоторые сложности и с захватом городских ворот. Охраняющие их небольшие гарнизоны благоразумно отступили в имевшиеся там укреплённые подземелья, постоянно отвлекая захватчиков стремительными контратаками из скрытых проходов. Вышибить обратно их они не смогли, но препятствовали попыткам перехватить контроль и переключиться на другие задачи. Потери опять же заметно превысили ожидаемый уровень, заставив отправить туда дополнительные подкрепления, которые вскоре потребовались и в других местах. Вместе с дюжиной других командиров Грег переместился к королевскому дворцу, где дела складывались наилучшим образом. Его войскам сходу удалось сбить слабое сопротивление немногочисленных гвардейцев, прорвавшись на внутреннюю практически не охраняемую территорию. Сам король во время штурма где‑то спрятался, впрочем, его поисками активно занялись маги Братства Треугольника, потому вскоре ему придётся подписывать акт капитуляции со всеми из этого вытекающими последствиями. С Академией же колдуны сплоховали — её защита оказалась существенно крепче, чем они ожидали. Но и защитники попали в ловушку, не имея возможности покинуть громадное здание, закрытое хорошо заметным магическим пузырём и отражавшим любые удары извне. Со временем пузырь истощится и ничего не поможет укрывшимся за ним спасти свои жалкие жизни. Мы будем милосердны, предложив им сдаться, добровольно приняв нового владыку. Вскоре гонцы принесли радостные вести о захвате практически всех гильдейских домов. Сопротивляются лишь наёмники, хотя и там битва кипит уже внутри здания, а также мастеровые, сумевшие быстро навалить баррикады и перекрыть ими весь свой район. Его штурм решили временно отложить, занявшись другими более важными объектами. Запёршаяся в своих казармах гвардия, едва узрев силу противника, капитулировала без боя. Родовитые трусы. Только главное здание враждебного клана оставалось совершенно неприступным. Первые прорвавшиеся до него штурмовые отряды полегли в полном составе от плотного обстрела. Ответный обстрел с помощью каких‑то особо мощных амулетов колдунов тоже ничего полезного не принёс. Защитного пузыря, как у Академии, это здание не имело, однако раз за разом поглощало разрушительную магию без видимого вреда для себя. Та совершенно бесследно впитывалась в стены и даже окна, вызывая на лицах немногочисленных магов Братства выражения сильнейшей досады. Вторая попытка штурма на первый взгляд могла показаться более успешной. Защитники пропустили внутрь лучший отряд из самых высокоуровневых бойцов в армии Грега после плотного обстрела из арбалетов и магических свитков, где те просто пропали. Пропали и несколько сильнейших колдунов Братства Треугольника шедших вместе с ними в качестве магической поддержки. Именно их мощные щиты позволили штурмовикам пройти под обстрелом без фатальных потерь. Бежавшую к ним на помощь толпу 'второй линии' снова появившиеся защитники встретили просто ураганным обстрелом. Те отправились на перерождение в полном составе, на глазах опадая кучками праха, ибо хорошего магического прикрытия не имели, а защитные амулеты долго не продержались. За этим эпическим 'избиением младенцев' главнокомандующий наблюдал сам, с большим трудом удерживая лицо, ибо столь неожиданное преимущество бойцов его личного соперника оказалось просто подавляющим. О судьбе вошедших в здание ранее штурмовиков, в том числе и сильнейших магов Братства, можно было больше не сомневаться.

— Быстро отступаем за город, — скомандовал Грегори, разглядев уровни над головами державших оборону кланового здания стрелков.

Увиденное, прямо сказать — впечатляло до самых печёнок. Уровнем за две сотни единиц тут могли похвастать лишь отдельные цифровые неписи. Те же колдуны Братства, к примеру. А тут у обычных арбалетчиков попадались значения выше трёх сотен. Бойцам Грега сейчас противостояли другие игроки, а разницу в силе и прочих возможностях сложно компенсировать лишь численностью и экипировкой. Да и экипировка защитников тоже была на высоте, судя по тому, как стойко они держались под ответным обстрелом, и лишь малая численность пока удерживала их в обороне. Грег попытался мысленно просчитать, сколько осталось времени до начала решительной контратаки. Кочевники за счёт своей массы смогли бы истощить, а после и благополучно задавить даже такого противника, но они уже вышли из игры.

Несмотря на протесты нескольких оставшихся без высшего руководства колдунов, армия вторжения спешно покидала город, превратившийся для неё в одну большую ловушку. В верности и своевременности отступления никто не сомневался, все понимали, что без подхода подкреплений их со временем измотают и перебьют. Колдуны же поскандалили просто для приличия. Их чувства легко понять — они понесли значительные потери и даже не приблизились к своей главной цели. Но уже за пределами городских стен те предложили верный план обратной переброски войска через спешно возведённый ими полевой портал, если им удастся найти для него подходящее место. План показался Грегу вполне здравым, ибо его собственные заготовки сейчас представлялись откровенно слабыми. Несмотря на кажущийся провал всей операции, достигнутые отдельные успехи заслуживали уважения. Благодаря спешному отступлению основная армия понесла относительно незначительные потери и при этом умудрилась прихватить немалые трофеи, которые теперь хотелось вывезти в целости и сохранности. Заодно удалось причинить существенный ущерб городу и, возможно, своему главному сопернику в борьбе за императорскую корону. Оставалось надеяться, что у него очень нескоро появится возможность нанести ответный 'визит вежливости'. А за это время можно хорошенько подготовиться к встрече. Даже войско кочевников новое набрать — в огромной степи их ещё много. Великие степные роды недолго будут возмущаться потерей своих воинов, особенно если задобрить их богатыми подношениями. Для них такое привычно, ибо успех сулит далеко не каждый набег.

Три дня отступающее войско почти не беспокоили, хотя постоянно подпирали сзади. Лишь изредка возникали небольшие стычки с разведчиками противника, которые предпочитали отступать, если оказывались обнаруженными после недолгой перестрелки. Метко стреляли, однако, редко какой арбалетный болт с их стороны пролетал мимо цели. Попытки преследования приводили лишь к напрасным потерям — мало того, что разведчики прекрасно ориентировались в лесу, так всегда устраивали для преследователей засады. Затем к разведчикам присоединились и настоящие диверсанты. Те целенаправленно выбивали удалившиеся от основного войска боковые эскадроны охранения, причём, не поднимая шума. Амулетная связь помогала мало, посланные на помощь бойцы опять попадали в расставленные специально для них ловушки. Потери стали стремительно расти. И если игроков не жалко, они вскоре возродятся, вот обученных верховых лошадей со всем снаряжением стоило поберечь, а не оставлять в качестве ценного трофея наглому противнику, не желающему вступать в честный бой. Пришлось отказаться от дальней разведки, бокового охранения и вообще передвигаться по дороге компактным построением и при высокой готовности к бою, бросив часть обоза не способного передвигаться достаточно быстро вместе со всеми. Люди стали уставать, требуя от командиров дать неприятелю генеральное сражение. Именно такому развитию событий поспособствовало огромное поле, через которое тянулась дорога, едва вынырнув из дремучего леса. Колдуны сразу же сообщили о том, что подходящее для постройки портала место чувствуется где‑то совсем рядом. Огромный лагерь в кольце из сцепленных телег был раскинут всего за несколько минут — тренировки в степи оказались весьма полезными. Но передохнуть им не дали. Со стороны леса показалась внушительная колонна неприятельского войска. Отступающую армию Грега стремительно нагоняли те самые Легионы, которые он когда‑то мысленно уже посчитал своим трофеем, забыв о судьбе шкуры неубитого медведя. Подошедшие легионеры уступали по численности его войску примерно в пять раз, но прекрасно видя расклад, тем не менее, решительно строились на поле. Идея послать против них тяжелую конницу напрашивалась сама собой. И вот уже закованная в сталь конная лава набирает разгон, чтобы размазать противника по земле. Легионеры лишь немного уплотняют свои ряды, выставляя в сторону приближающегося противника ряды длинных копий. Подъехав ближе, Грег внимательно рассмотрел ряды своих противников, уже понимая, что атака конницы захлебнётся. Слишком велик разрыв в уровнях. Его кавалеристы имели в среднем восемьдесят пунктов, а среди легионеров никого меньше ста тридцатого его глаз не заметил. Удар разогнавшейся конницы был страшен. Но легионеры легко и чётко погасили его, насаживая зазевавшихся кавалеристов на свои длинные пики и принимая удары их копий своими щитами. Появившиеся редкие разрывы в строю быстро затянулись. Понеся значительные потери, конница откатилась назад к лагерю под градом коротких метательных дротиков, легко пробивавших доспех на спине и калечащих лошадей. Отразив первый натиск, манипулы сделали шаг вперёд, добивая раненых и выбитых из сёдел, кто не успел отступить. Затем ещё шаг и ещё, они уверенно продвигались в сторону ощетинившихся оружием телег, более не встречая сопротивления. А с другой стороны в поле показалась и многочисленная неприятельская конница. Тут‑то Грег и осознал, что его войско не собирались отпускать, банально выгоняя на удобное для большой битвы пространство. Теперь остаётся лишь одна надежда на колдунов, уже установивших посредине лагеря каменную арку портала.

Подойдя ближе к ждущему стремительного натиска лагерю, легионеры остановились. Вражеская конница тоже пока держалась на приличном расстоянии, чего‑то ожидая. Неопределённая ситуация временно подвисла. Тем временем к противнику подходило подкрепление, преимущественно состоявшее из стрелков. Они спокойно выстраивались за рядами легионеров, взводя свои тяжелые арбалеты. Часть стрелков просачивалась сквозь ряды на передний край, отпугнуть их было уже почти некому. Едва в портальной арке вспыхнула пелена открывшегося перехода, стрелки дали слаженный залп, а за ним второй и третий. Все кто успел рвануться к проходу, оказались утыканы смертоносным железом. Ответный слабый обстрел из луков оказался безрезультатен, увязнув в стойких магических щитах. Краем глаза Грег заметил, как оперённые длинные стрелы одна за другой вонзаются в тела оставшихся колдунов, легко пробивая их магическую защиту, не позволяя им закрыть портал. 'Это катастрофа!' — проскочила в его голове запоздалая мысль, прежде чем он отдал приказ любой ценой разрушить каменную арку. Именно в этот момент враги решительно пошли на приступ, словно на тренировке умело выметая укрывающихся за телегами защитников лагеря. Рванувшись в возникшей суматохе к портальному окну, непризнанный император вдруг ощутил острую боль в спине, после чего благополучно отправился на перерождение, рассыпаясь невесомым прахом по спине своего боевого скакуна, благополучно проскочившего на другую сторону.

* * *

Как бы мы ни готовились к войне, как ни крепили оборону, регулярно собирая оперативную информацию от многочисленных агентов в соседних королевствах, очередное нападение нового противника едва не застало нас со спущенными штанами. Кто бы только мог подумать, что стационарный городской портал в принципе можно перехватить. Там ведь столько всякой защиты впихнуто — не меньше трети от общего числа всех плетений. А уж сделать это с удалённой точки — о том в дошедших до меня источниках даже не упоминалось. Однако, как мы позже разобрались — против нас опять выступило Братство Треугольника, а оно когда‑то в прошлом как раз специализировалось на порталах и хранило особые артефакты.

— Столицу атакуют, срочно нужна твоя помощь! — мысленный голос Аллии переполняла настоящая паника.

Она оторвала меня от весьма кропотливого занятия настройки какого‑то там по счёту амулета, переделывавшего торговые золотые Крафаги в новые империалы. Совместными усилиями бога торговли Деария, Первомага, наших изобретателей и меня самого мы добились выдающихся результатов после серии проб и ошибок, а также маленького пожара. Накопленная в монетах 'сила денег' при их переделке теперь не терялась, как выходило поначалу, а только немного возрастала, и в конечном итоге они становились куда более эффективными аккумуляторами человеческих меркантильных чаяний и желаний, буквально высасывая их из тех, кто к ним хоть раз прикасался. Если только человек связывал свои желания именно с деньгами, естественно. К примеру, среди нашего первого состава клана таковых пришлось долго искать, дабы провести серию опытов. Вот она действенная сила настоящей около коммунистической морали, когда способности порой превосходят потребности вернее — появляется новая сильнейшая потребность в реализации открывшихся способностей. Классики о том не писали, нам пришлось старательно учиться на своих ошибках. Деарий же провёл серию практических опытов с нашими новыми монетами на обычных игроках и высказал своё божественное одобрение. Проблема заключалась лишь в медленной переработке доставшихся нам огромных золотых запасов, даже несмотря на фактор ускорения времени в 'Краю забытых героев'. Империалы ведь чеканились только из 'эталонного' чистого золота с наложением сложных магических конструктов. Пришлось делать целый цех с конвейером и специальными амулетами, нуждавшимися в регулярном обслуживании и настройке. А монеты нам сейчас были срочно нужны в как можно большем количестве. Великий Банковский Трест грозился рухнуть со дня на день из‑за своего желания любой ценой сохранить действие рабских ошейников. Со всех отделений в опустошенное нами главное хранилище свозились неприкосновенные запасы реального золота, ранее обеспечивающие работоспособность безналичных чеков. Дошло до того, что чеки действовали лишь рядом с отделением банка, а кое — где только внутри него. Купцы были сильно недовольны, но пока терпели за неимением реальной альтернативы. Одновременно банкиры выставили ультимативное требование ко всем королям о внесении дополнительного залога. Но все срочно принимаемые меры не спасали положения — золота банально не хватало, дополнительно учитывая горячее желание крафагских олигархов как можно скорее получить свои депозиты реальными деньгами. Хоть Клариса со своей пиратской флотилией амазонок полностью парализовала судоходство между континентами, но золото всё равно медленно утекало через неизвестные нам действующие порталы, потому трудности с банковскими чеками быстро проявились и на нашем материке. В ближайших к нашим границам королевствах мы сумели крепко припугнуть банкиров на местах, взяв отделения под свою негласную охрану, и они пока не сильно торопились передавать неприкосновенные золотые запасы своему дальнему руководству, как бы на них не давили из‑за океана. Но в более дальних краях торговлю почти парализовало. К лёгким 'золотым' монетам тоже многие купцы высказывали сильное недоверие, предпочитая бартерные сделки или платежи тяжелым желтым металлом в чистом виде. Золото сильно подорожало относительно ко всему, а за контроль над добывающими приисками развернулась нешуточная борьба. Даже находившиеся под защитой короны предприятия порой меняли своих владельцев — столь высоки были ставки в этой игре. Снова активно зашевелились прижатые было разбойники на дорогах, требовалось усиливать охрану торговых караванов, снимая бойцов с других направлений. Свободных сил откровенно не хватало. Тем временем на другом континенте уже произошла первая серия кровопролитных стычек между основными центрами сил. Сложившийся за виртуальные века баланс оказался безнадёжно нарушен. Мой подлый план сработал и ситуация накалялась всё сильнее, грозя перерасти в масштабную войну всех со всеми. Предвидя грядущие события, мы готовили перехват банковской сети и для этого спешно работали над созданием нового золотого резерва. Готовились и люди, кому предстоит сменить прежних руководителей банковских отделений, к которым у нас нет даже тени малейшего доверия. По имеющейся информации, рядовые служащие банка не знают, как в действительности работает нынешняя система, и по всем прикидкам не станут сильно возражать против смены генерального владельца. Сомневаюсь в их желании потерять хорошо оплачиваемую и не сильно обременяющую работу.

Прыгнув прямо к ждущему меня шару, обнаружил под погрузкой все пять находившихся в эксплуатации 'пространственных лифтов'. К ним давно должен был присоединиться шестой, однако у наших изобретателей с ним что‑то не заладилось. Но и пяти шаров должно хватить для спешной переброски имеющегося на тайной базе состава в подвергшуюся внезапному нападению столицу Лаиры. Основные силы, как первого, так и второго состава были раскиданы по огромной территории, и быстро собрать их в одно место не имелось возможности, потому отбиваться от новой напасти придётся только тем, кто оказался сейчас под рукой. А их не так уж и много, кстати. Едва выскочив из 'лифта', пулей метнулся к городскому порталу. Под маскировкой меня никто не заметил, хотя едва не затоптали. Враги буквально заполонили центр города, мгновенно сметая любое сопротивление. Пробравшись к порталу, влез в его систему управления, отдавая команду закрыть переход и вообще перейти в режим полной блокировки. Но мои действия пропали зря — державшие круг силы маги наложили сверху свой управляющий конструкт. Переход продолжал действовать и через него беспрестанно шли вражеские войска. Пришлось активировать свои тайные закладки, перенося точку фокуса пространственного маяка вверх, а после бороться с магами, пытавшимися вернуть всё обратно. Однако на моей стороне стояли переполненные энергией амулеты городского портала, и инициированного мной прямого и незатейливого удара силы вражеские маги не выдержали, свалившись без чувств от резкого перенапряжения. Дальше мне пришлось спешно покидать площадь, дабы не попасть под летящих с большой высоты и громко орущих от ужаса диких всадников. Одно важное дело сделано, пора заняться другими.

Вокруг нашего кланхолла тем временем уже вовсю кипела жаркая битва. Похоже, враги бросили сюда самых подготовленных бойцов с самым лучшим оружием и магической поддержкой. Об этом наглядно говорил их уровень, лишь немногим меньше ста. Девяносто девять — тоже весьма красивая цифра. Помогавшие им маги же неприятно удивляли — меньше трёхсот не было ни у кого. Наши защитники пока держались за счёт лучшей оснащённости и мастерства вкупе с обширным боевым опытом, но медленно отступали внутрь здания, ибо численное преимущество противника оказалось поистине подавляющим. Аллия мысленно сообщила и о боях в подземельях. Там незваные захватчики удачно нарвались на моих големов, потому за то направление пока можно совершенно не беспокоиться. Из предыдущего нападения мы извлекли урок, надёжно перекрыв подземные ходы ловушками и системами активной обороны. Да и стены кое — где серьёзно укрепили.

— Хочешь взять их всех живьём? — сильно изумилась командовавшая нашей обороной Рамия, когда я мысленно обратился к ней, передавая результаты наблюдения за ближайшими окрестностями и своё желание.

Оборона пока ещё держалась, несмотря на все отчаянные попытки противника прорваться внутрь здания. К нам всё время прибывали свежие резервы, потому ситуация перестала выглядеть угрожающей.

— Ты как, Аллия, готова? — спросил свою 'младшую жену', мысленно передав ей свой план.

— Злости хватит! — ответила та с вполне подобающим выражением лица. — Главное согнать их в кучу. А ты подстрахуешь, мало ли кто слишком крепок окажется. Пугают меня те непонятные маги, как бы чего не учудили напоследок.

— Годится, — твёрдо ответил ей, потирая на пальце 'перстень агента тайной канцелярии'.

Нужные команды прошли до исполнителей, а к противнику подошло внушительное подкрепление. Наши бойцы дружно отступили внутрь здания, изображая лёгкую панику и потерю управления, за ними стремительно бросились атакующие и державшиеся за их спинами вражеские маги. Я тоже втянулся следом, держась за спинами троицы самых высокоуровневых колдунов. Сильнейший ментальный удар Аллии вызвал у меня лишь кратковременное головокружение, но почти все, кто оказался на первом этаже кланового здания мгновенно свалились без чувств. На ногах осталась лишь та троица, за которой я крался. Три парализующих луча максимальной силы, два тела падают, а третье с пятисот семидесятым уровнем над головой поворачивается ко мне со злой ухмылкой на губах, не предвещающей всем нам ничего хорошего. Замечаю появление в руке последнего мага непонятного предмета, явно состоящего из множества крупных драгоценных камней, а его ухмылка становится ещё злее. Чувство опасности резко толкает в спину, одним движением выхватываю свой Клинок Духа, направляя его точно в приоткрытый рот незнакомца, одновременно выхватывая тускло засиявший неимоверно опасный предмет у него из дрогнувшей руки, мгновенно перемещая его в свою сумку контрабандиста. Успел, чувство опасности резко ушло, так же как и появилось. Подхватываю и поглощаю выскочившую из мёртвого тела крупную душу. Несколько минут эйфории быстро проходят, оставляя после себя крайне противное послевкусие. Обыск поверженного мага приносит очень ценные трофеи. Не зря моя интуиция заставила воткнуть ему клинок именно в рот, ибо всё остальное тело надёжно защищала невидимая адамантовая кольчуга. Медальон индивидуального портала, сумка контрабандиста и полный набор магической бижутерии самого высшего разряда, кое‑что даже не определяется и не узнаётся по памяти.

Пока я разбирался с непонятным магом, наши бойцы окончательно рассеяли остатки нападавших снаружи здания, более не жалея 'пробивных болтов'. Бой закончился или нас временно оставили в покое. Вскоре пришло сообщение Рамии о начале организованного отступления вражеского войска из города. Атаковать его просто не хватало сил, но 'обрезать длинные хвосты' — вполне. Передав ей свои новости и пожелания, отправился в подвал к шару и прыгнул на тайную базу в 'Краю забытых героев' переваривать чужую душу. Интуиция просто кричала — это стоит сделать как можно скорее.

В который раз душа оказалась с изрядной гнильцой, хорошо хоть не ядовитой. Пребывая в подавленном состоянии, она практически не сопротивлялась перевариванию, однако вместе с ценной информацией в меня потоком лилась всякая гадость и мерзость. Я, конечно, предполагал, что Братство Треугольника отнюдь не благотворительная организация, да и повидал уже немало, однако всему есть предел. Жить ради игры и играть чужими жизнями опять же исключительно ради неё — по — моему — это перебор. Да и правила игры крайне странные. Если сравнить их с правилами знакомых игр, то можно представить следующее — сделав в шахматах ход, игрок кидает кубики. За ним его соперник тоже проверяет свою удачу и если у него сумма выпавших чисел больше, он может одобрить или запретить сделанный ход. В последнем случае нужно пойти другой фигурой и ситуация повторяется. Более того, судьба некоторых фигур на доске нередко разыгрывается в карты. Одним словом — логический маразм, а не игра, учитывая то, что каждая фигура является реальным человеком. Но высшие круги Братства именно так и жили, видимо не имея других целей существования. Игра ради игры, интриги ради интриг. Будь иначе, они бы давно захватили мир. Впрочем, игра касалась внутренних разборок первого и высшего круга адептов, против общего врага игроки временно консолидировали имеющиеся у них фигуры. Мне досталась душа адепта первого круга Ароса, личное влияние которого в Братстве было весьма незначительно. Талантливый и сильный маг, хороший исполнитель, умелый организатор, но слабый игрок. Подводил его излишний азарт, иначе бы он давно перешел в круг высших. И уж тем более не рисковал бы своей жизнью в силовых операциях. Многое я узнал о Братстве Треугольника, однако далеко не всё. Каждый адепт первого круга старательно хранил свои личные секреты, а тайн высших адептов и вовсе никто не представлял кроме них самих. Арос даже не знал, как они реально выглядят, ибо те всегда ходили под иллюзиями. Кое‑что из тайных знаний в Братстве считалось общим, но ничего особо интересного и нового там для меня не нашлось. Более всего меня опечалило известие о том, что тайной 'перехватывающих порталов' никто среди захваченной нами группы не владеет. Для выполнения задания им выдали из особого хранилища два комплекта древних 'вертикальных врат', большой и малый, которые и могли осуществлять нечто подобное при определённой настройке, но оба комплекта сейчас оставались недоступными. Пришлось спешно озадачить Рамию, дабы она придумала, как нам завладеть этим ценнейшим имуществом. Спешно разобрался с опасным магическим устройством, оказавшимся в моей сумке контрабандиста, ибо оно могло сработать и в ней с самыми невероятными последствиями. Зная нужную последовательность действий, легко деактивировал взведённую магическую бомбу, позже выдав её для изучения Первомагу. И ведь её взрыв внутри защитного периметра гарантированно разрушал наш кланхолл, да и я сам мог не уцелеть. Уж больно много злобной магии в ней пряталось — полгорода бы разнесло. Арос, кстати, становиться камикадзе не собирался, рассчитывая в последний момент сбежать персональным телепортом, а на всех прочих ему было плевать, как и самому Братству. Отработанный материал, скинутые с игровой доски битые фигуры. Главным в его задании считалось уничтожение меня и по возможности причинение непоправимого ущерба моему клану, к чему он оказался совсем близок. И ведь как точно просчитали возможное развитие событий. Сами того не подозревая мы чётко отыграли отведённые нам роли, хоть изначальный сценарий пошел для Братства по самому неблагоприятному варианту. Но в любом случае двое должны были оказаться в одно время в одном строго определённом месте. Так всё и вышло. Мышеловка почти захлопнулась, не хватило какой‑то секунды. Почему Братство выбрало путь жесткой конфронтации со мной, когда с моей стороны имелось неоднократно подтверждённое предложение о сотрудничестве, Арос ничего не знал. Ему поставили чёткую задачу уничтожить врага — он её и выполнял. Теперь придётся вычищать целую шпионскую сеть, выстроенную специально против нас. Ох, и немало народу купилось на щедрые обещания агентов Братства. Зато теперь их легко вычислить по имевшимся у них специальным связным амулетам. Напоследок немного порадовали планы этого сообщества чокнутых магов относительно моего соперника и собранных им немалых сил. Естественно, выполнять договорённости с ним Братство не собиралось, рассчитывая использовать его для решения нескольких задач на этом материке, после чего благополучно списать в утиль. Придётся срочно доделывать их работу, ибо конкуренты здесь мне тоже не нужны. А вот на Легионы Братство положило глаз, собираясь привлечь их уже для большой войны в Крафаге. Вероятно, это как раз и есть главная причина страстного желания как можно скорее раздавить меня и стоящий за мной сильный клан. Следовательно, пора вводить Легионы в бой, утверждая жесткую, но справедливую власть Великого Императора на огромной территории.

* * *

— Опять предаёшься вселенской грусти, Витёк? — спросил вошедший в небольшую, но весьма уютную комнатку на двоих мужчина, скидывая с себя тяжелый доспех легионера, другого мужчину, лежавшего на кровати в полном боевом облачении, разве только без шлема на голове с совершенно отсутствующим видом на лице.

Обоих мужчин отличала явная зрелость и весьма крепкое телосложение.

— Скучно мне, Жека, — нехотя отозвался тот, не отрывая своего взгляда от потолка. — Каждый день одно и то же. Муштра, силовые тренировки, проклятая шагистика. Раньше думал — в сказку попал, а оказался опять в армии, причём античной. Копья, мечи, арбалеты, доспех уже второй кожей прирос, я даже его веса не замечаю. Выхожу наружу и ловлю ощущения жуткого дискомфорта, иду по улице и чувствую себя голым. Вечерняя толпа прёт навстречу, а привычного щита в руке и плеча товарища рядом нет. Накатывает паника, даже не знаю, что дальше будет. Совсем крыша с этой игрой потекла. И не уйти отсюда никак, кредиты, суки, давят, жинка ещё с новой машиной некстати влипла. Там столько сейчас не заработать, если только опять в армию на длинный контракт. Не хочу в эту проклятую Арктику снова. Летом от кусачей мошки хрен спрячешься, зимой холодно и роботы эти дурные постоянно ломаются, чинить задолбаешься. Надо было тогда на флот сразу идти, там условия лучше.

— Развеяться тебе надо, отдохнуть хорошенько, хочешь, подарю поход в бордель из своих запасов, раз ты свои 'разгрузочные талоны' кому‑то задёшево продал, — решил поддержать хмурого товарища вошедший.

— Ты же знаешь, я своей не изменяю даже тут, — отмахнулся тот от подобной помощи, всё же оторвав свой взгляд от потолка. — Просто хочется нормального дела, понимаешь? Сколько мы тут уже сидим на одном месте, а? После заката опять пойду за казарму на луну выть от тоски.

— Так ведь не просто так сидим, всем бы так сидеть! — хмыкнул Жека, падая на свою койку с выражением блаженства на лице. — Какой у тебя нынче уровень, а? И где бы ты так смог прокачаться за то же время?

— Уровень, уровень, сколько можно на него пахать с утра до ночи шесть дней в неделю? — отмахнулся Витёк, поднимаясь с ложа и тоже стягивая с себя лишнее железо, скидывая его прямо на пол. — Не спорю, силёнки нам изрядно нарастили, но у мафиози всё равно больше. Видел вчера нового инструктора по стрелковой подготовке? Баба! Красивая! Доспех как вечернее платье, колье на шее, серёжки в ушах, перстни на пальцах — всё исключительно магические артефакты высшей категории, о цене которых лучше не задумываться, дабы навсегда не потерять аппетит. И при этом личного уровня у неё за три сотни пунктов перевалило. Просто скажи, как и, главное — когда? Мы тут с народом просчитали необходимые усилия и потребное время, ничего не сходится, читовщина какая‑то.

— Если бы нас гоняли, как и их гоняют — мы бы тоже успели, — Жека приподнявшись, взбил подушку и накинул на себя сверху одеяло, устраиваясь ко сну. — Я же тебе рассказывал о том, как вылетел с их отборочного конкурса. Каждый день там надо сделать шаг за границу своих прежних возможностей. По сравнению с ними у нас тут курорт с лечебными грязями и оздоровительной физкультурой.

— Ты прав, но это всё равно не отменяет скуки однообразия… — Витёк всё же частично согласился с мнением соседа по комнате, влезая под своё одеяло. — Ладно, доброй ночи, чувствую, утром для нас устроят что‑то особенное.

Выспаться им не позволили громкие удары тревожного гонга, мгновенно выбросившего их из ласковых объятий Морфея.

— Опять учебная тревога? — вздохнул Витёк, приподнимая голову с подушки.

— Не похоже, — с соседней койки быстро поднялся Жека, потянувшись к висящим на специальной подставке доспехам. — Учебная тревога бьётся как три — один — три, а тут три — три — срочный сбор в полной боевой выкладке. Стоит поторопиться, если придём последними — всему нашему отряду премию срежут.

Привычные к армейской жизни мужики собрались за отведённое по нормативу время, даже успев идеально заправить кровати. Последнее не являлось особой необходимостью, однако учитывалось в соревновании отрядов между собой. Победители общего зачёта каждый месяц получали дополнительную премию, а также участвовали в розыгрыше ценных предметов экипировки, официально предоставляемых Великим Императором, которого, правда, вживую никто не видел, 'целовальные сапоги' не в счёт. Легионеры нередко поговаривали об Императоре как о том суслике, которого никто не видит, но он точно есть. Учитывая все известные обстоятельства, 'суслику' мало кто завидовал, мысленно ставя себя на его место и прекрасно понимая причины его безвестности.

— Первая колонна спешным маршем в город, к порталу, — выкрикнул тысячник выстроившимся перед казармами бойцам команду. — Сухие пайки и эликсиры на три дня получите прямо с телег в пути. Основной обоз нас не догонит. Время не ждёт, шевелитесь!

— Что произошло, Олег? — спросил Жека тысячника, когда тот догнал их, пробираясь во главу движущейся лёгким бегом колонны.

— Лаира кем‑то атакована, война началась, — выдохнул он, стараясь сохранить ритм дыхания на бегу. — Портал в столице только запустили, отбив массированную вражескую атаку, прошедшую через него. Говорят, там навалена просто огромная гора трупов, больше ничего не знаю. Вскоре всё прояснится, — тысячник прибавил темп, уходя вперёд.

— Вот тебе и развлечение! — Жека переключился на бегущего рядом десятника Витора, с которым делил одну комнату на двоих.

Пройдя через портал, легионеры увидели последствия ужасного городского боя. Обгорелые полуразрушенные остовы домов и засыпанные битым камнем улицы, когда‑то блистающей столицы Лаиры. Вокруг портала так и вовсе всё было черно от пролитой крови, да и витавший в воздухе смрадный запах с весьма характерным духом недавней смерти говорил о многом. Гора трупов совсем недавно исчезла, подчиняясь законам игровой механики. Для многих в плотном ряду бегущих легионеров этот город до сих пор казался родным, ибо именно в нём они начинали свою игровую жизнь, и вот теперь его кровоточащие огненными всполохами затухающих пожарищ раны заставляли их крепче сжимать оружие, наполняясь праведным гневом. Кто посмел?!

— Крутой был замес… — Жека снова обратился к своему товарищу, молчаливо осматривающему окрестности с каменной маской вместо лица.

— Судя по всему, тут полегла целая армия, — тяжело вздохнув, ответил ему приятель. — Но город целенаправленно уничтожали, как я посмотрю. Явно хотели и вовсе довести его до состояния руин, просто немного не успели.

Однако когда их выдвинувшийся дальше отряд пересёк мост, то их взору открылся почти не пострадавший центр. Высокий золочёный шпиль Академии всё также блистал на солнце, следов пожаров вокруг тоже не видно. Парк зеленел листьями многочисленных деревьев. Гостиница мафиози тоже не пострадала, хотя окружающее её пространство превратилось в изрытое и обожженное боевой магией поле, щедро удобренное прахом ушедших на перерождение игроков. Что именно это здание являлось одной из главных целей захватчиков, всем стало совершенно очевидно. И именно тут они понесли невосполнимые потери. Ближе к окраинам город почти не пострадал. Выбитые окна и двери, многие дома подверглись разграблению, однако захватчики явно спешили прихватить хоть что‑то ценное и скорее удрать, даже не думая о поджогах. 'От нас не сбегут!' — злорадно думал про себя легионер, перехватывая у напарника флягу с водой и делая из неё пару глотков. Выйдя на ведущую в сторону другого королевства широкую дорогу, отряды остановились на привал. Сорок минут отдыха, после чего их бег продолжился. Как бы не спешил противник уйти подальше от разграбленного им города — шансов остаться безнаказанным у него не оставалось. Вскоре колонну легионеров обогнали несколько внушительных отрядов конницы.

— Тяжелая конница и драгуны, — пояснил Виктору его приятель, хорошо понимающий в экипировке проскочивших мимо конников.

— Опять мафиози? — хмыкнул легионер, разглядев подозрительно высокие уровни над головами проехавших.

— Да, — с заметным недовольством ответил его товарищ. — Наша конница по сравнению с ними откровенно слабовата. Причём, её только недавно стали нормально гонять. Оказывается там столько всяких мелочей, без которых просто не обойтись, а понимающих в теме раз — два и обчёлся. Да и драгунов нам пока готовить не из кого, хороших стрелков как всегда не хватает, да и арбалеты дороги. Но в отрыве от пехоты конница плохо воюет, потому без нас драка точно не обойдётся.

И вправду, без пехоты решать дело никто не собирался. Вражеское войско оказалось весьма многочисленным и хорошо вооруженным. Конница Семейников и их егеря — диверсанты лишь ослепили его, заставив идти вперёд спешным маршем без разведки, постепенно теряя отстающие обозы с награбленным добром, и методично загоняя в удобное для решающей битвы место. Легионеры держались немного позади, заметно сбавив темп и устраивая длительные привалы. Для эффективного боя им требовалось большое пространство. И вот момент решающей битвы настал. Выгнанный на большое поле из леса враг обладал многочисленной конницей. Её разгон по полю с опущенными вниз сверкающими на солнце острыми копьями буквально подавлял дух легионеров, прежде не принимавших участия в подобных битвах. 'Сомнут, как есть сомнут', — про себя думал Виктор, стоя во втором ряду и крепко сжимая длинную пику, выставленную в сторону приближающегося противника. Первый ряд держал тяжелые ростовые щиты, готовясь отразить ими копья атакующей конницы. Удар разогнавшейся конницы был страшен. Треск, грохот, крики боли и конское ржание — всё смешалось в одно краткое мгновение. На пику легионера удачно насадилось сразу два вражеских тела, потому её пришлось бросить, взявшись за короткие метательные дротики. Первый ряд щитоносцев устоял, сказывалась разница в уровнях, подготовке и физической силе, потому потери Легиона оказались до неприличия малыми. Вражеская конница мгновенно потеряла инициативу, закиданная дротиками. Повернувшие своих лошадей назад всадники падали на землю, выбитые ими из сёдел. Вопли раненых, лязг оружия, громкая ругань бойцов, чёткие команды десятников. Манипула делает решительный шаг вперёд, добивая тех врагов, кто ещё не ушел на перерождение. За первым шагом следует второй, а за ним и третий. Почувствовав свою силу, легионеры стремительно гонят отступающего противника до сделанных из сцепленных друг с другом обозных телег заграждений. Следует команда остановиться, иначе бы начался незамедлительный штурм. Но командирам виднее, а дисциплина в легионе действительно железная.

Недолгая заминка, вперёд строя выходят стрелки. Ошеломлённый противник мечется по своему лагерю, надеясь сбежать через открывшийся портал в арке. Стрелки собирают обильную жатву, буквально выкашивая деморализованных игроков. Реального сопротивления больше нет, и звучит новая команда. Стрелки отступают, а легионеры бросаются вперёд на баррикады, безжалостно добивать тех, кто не успел спастись бегством. Быстрый рывок вглубь рушащейся обороны лагеря, организованного сопротивления почти нет, редкие попытки вражеских командиров хоть как‑то построить своих бойцов быстро пресекают зоркие стрелки. Разгром и избиение. Но звучит новая команда, и легионеры дружно ныряют в зеркало открытого портала. Им требуется захватить и во что бы то ни стало удержать плацдарм с другой стороны. Мгновенье перехода и тяжелая пехота попадает просто под ураганный обстрел из луков. Вывалившиеся из огромной арки посреди открытой степи легионеры стали быстро выстраиваться в черепаху, несмотря на плотный обстрел. Их крепкие доспехи хорошо держали стрелы, да и щиты позволяли прикрывать наиболее уязвимые места. Однако появилось множество легкораненых, а кое‑кто из числа неудачников так и вовсе умудрился отправиться на перерождение. Несмотря на понесённые потери, контролируемая вокруг арки портала площадь только увеличивалась. Легионерам противостояла лишь лёгкая конница, несмотря на свою многочисленность предпочитавшая держаться на отдалении. Регулярно прилетающие с её стороны стрелы лишь нервировали бойцов в плотном строю, более не причиняя вреда.

— Похоже, они лишь тянут время. Если нас ещё не выкинули отсюда, решительно бросив все наличные силы в атаку, то чуть позже шансов на что‑то подобное у них и вовсе не останется… — высказал свою догадку Виктор своему приятелю Жеке, стоявшему с ним плечом к плечу.

Парочка стрел громко стукнула в щит легионера, ещё одна со звоном отрикошетила куда‑то вверх от шлема его приятеля.

— Я бы на месте их главарей сейчас спешно драпал в степь, прихватив наиболее ценное и бросив всё остальное, — поддержал мнение тот. — Судя по открывшейся карте, тут огромная равнина. Пока наша кавалерия сориентируется — тех и след простынет. Но это уже не наша задача, пусть их мафиози ловят, они давно поднаторели в подобных развлечениях.

— Да блин, и когда же у них стрелы закончатся?! — громко выругался Витёк, получив крепкий удар оперённым гостинцем по шлему.

Шлем, естественно, выдержал, однако в голове теперь неприятно шумело. Поднимать щит выше, дабы полностью закрыть им голову он опасался, ибо появлялся риск получить стрелу в ногу, а там доспехи имели слабость. Приходилось мужественно терпеть и грязно ругаться, иначе не выстоять в первом ряду.

— Думаю, час или полтора они нас ещё так потерроризируют, — его приятель нашел самые 'добрые' слова дабы немного подбодрить, пояснив: — Я вот смотрел когда‑то давно описания особенных колчанов для лучников. Выглядят как самые обычные, торчат наружу парочка стрел, зато внутрь их влезает целый мешок. Судя по интенсивности обстрела у наших противников именно такие. И даже не спрашивай, сколько они стоят, всё равно не купить. Даже у мафиози нет. Радует только одно — 'пробивные стрелы', похоже, им запретили тратить, явно не надеются выгнать нас отсюда.

И здесь он был отчасти прав. Всерьёз выбить легионеров с захваченного у портала плацдарма лёгкая конница Грега даже не пыталась, понимая, что им этого просто не удастся. Да и 'пробивных стрел' у неё банально не осталось, почти все они были израсходованы при неудачном штурме гостиницы 'Семейников'. Жалкие остатки придерживались для прикрытия спешного отступления, ожидавшегося во — вот, как только так сразу. После крайне неприятного знакомства с тяжелой конницей противника это было весьма актуально.

****

Непризнанный император Грег, удерживая ровную спину в качающемся седле, оглянулся назад, дабы навсегда зафиксировать в памяти открывающуюся там картину. Крепко зафиксировать, дабы позже предъявить свои законные требования по длинным — предлинным счетам. Огонь многочисленных пожарищ прямо на его глазах сливался в одно большое пламя настоящего огненного шторма, выстреливая высоко в небо. Его яркость могла бы поспорить с закатным солнцем, безучастно взирающим с высоких небес на далёкую землю. А стекающаяся к пламени волна пахнущего разнотравьем степного воздуха заметно мешала двигаться вперёд. Сколько надежд и ресурсов было вложено в строительство нового города, и все они в одно мгновение обратились в прах и пепел, дабы не достаться врагу. Отступая в степь, непризнанный император приказал уничтожить всё, что только можно. Не желавшие срываться с насиженного места 'живые цифры' безжалостно уничтожались его людьми, невзирая на их ценность и былые заслуги. Мастера не должны попасть в руки конкуренту. Кто решил спрятаться в подвалах и тёмных закутках сейчас сгорали заживо в очищающем пламени огромного пожара. Грегори со своими людьми отступал в глубину степи, имея лишь призрачную надежду на благополучный исход. Он знал, что враги его не отпустят и обязательно последуют за ним. Основную точку воскрешения его клана тоже пришлось безжалостно разрушить, дабы противнику было сложнее закрепиться на новом месте и тем более не получить власти над его людьми. К сожалению, слишком много сильных бойцов попали в плен и сейчас не отвечали на вызовы. Возродиться после гибели им теперь будет уже негде, придётся создавать новых персонажей в новом месте. Общие потери вообще превышали все разумные рамки. Зря он тогда польстился на уговоры колдунов, его банально использовали в какой‑то нелепой игре. И ведь шансы на успех, несомненно, имелись. Если бы не тот сбой с порталом и гибель орды кочевников всё бы у них получилось. Это явная ошибка планирования операции, ответить за которую теперь, увы, некому. Все пришлые колдуны бездарно сгинули в схватках с этими 'проклятыми выродками' — именно так Грег мысленно называл людей своего соперника. 'Как только он смог набраться столько сил?' — спрашивал он у себя. Ведь только одними деньгами прыгнуть выше головы не выйдет — надорвёшься. 'Где‑то я упустил что‑то важное…' — мысли непризнанного императора так и крутились по кругу, выискивая оплошность или ошибку. 'И опять — кто?' — личность скрывающегося за множеством фальшивых иллюзий соперника волновала его не меньше всего прочего. Некогда он думал о том, что ему противостоит его же главный 'партнёр' по бизнесу. Тот и вправду некогда проявил большую инициативу по переселению из реального мира в созданную ими 'матрицу'. Однако проверив и сопоставим множество фактов, он отбросил эту версию. Непростой разговор со старым 'партнёром' лишь подтвердил его догадки. Тот сосредоточил все свои силы на другом слое игры, вернее — совсем другой игре их корпорации, которая вскоре должна выйти на рынок. 'Надо же, как крепко старика зацепил космос', — мысль искреннего изумления пробилась сквозь безрадостные размышления, относительно своей судьбы. В какой‑то монет Грег и вовсе выпихнул все мысли из головы, молчаливо покачиваясь в седле и обозревая бескрайние просторы ночной степи. До места принятия окончательного решения ещё много пути.

— Как видишь, я уже тебя успел заждаться, — с совершенно нескрываемым ехидством проскрипел голос шамана, поприветствовавшего непризнанного императора Грега ленивым взмахом руки.

Каждый раз, попадаясь на глаза Грегори, шаман выглядел по — другому, старея буквально не по дням, а по часам. Вот сейчас перед ним уже сидит около юрты широкоплечий старец с короткой белой бородой. Вокруг его смеющихся глаз сплели сеть тонкие морщинки, а усохшие руки перевязаны узлами синих вен под тонкой кожей. А ведь в прошлый раз тот же шаман выглядел тридцатилетним мужчиной в самом расцвете сил. И другие кочевники рассказывали о том, что совсем недавно тот вообще был сопливым юнцом, ага с семисотым уровнем над головой. Шамана не любили, шамана боялись, но, тем не менее, его искали отчаявшиеся и посрамлённые, жаждущие славы или мести, богатств и успеха у строптивых баб по какому‑то недоразумению или попущению богов наделённых невиданной красотой. Кое‑кто его даже находил. Чаще всего на свою голову, ибо большинство нашедших назад не возвращались. Кочевники шептались о приносимых шаманом кровавых жертвах злым духам, дабы привлечь их внимание к чужой просьбе. Если желание просителя покажется тем мелким и недостойным, то они легко выпивали его душу, и именно душа шла в качестве оплаты за их благосклонность в случае их согласия оказать помощь. Немногих вернувшихся и даже добившихся предела своих мечтаний, спрашивать о проведённом у шамана времени было совершенно бесполезно — как правило, они просто ничего не помнили. Да и жизненный путь их нередко быстро обрывался каким‑то нелепым случаем. Упасть с движущегося шагом коня и при этом сломать себе шею — считалось самым обычным делом. Изредка шаман сам возникал на пути тех, кто сильно нуждался в помощи незримых, но весьма могущественных духов. Он впервые встретился Грегори, когда тот первый раз оказался в степи. Тогда шаман просто посмеялся над напыщенным гордецом с немеряными амбициями и поведал тому об их второй встрече, когда тот будет близок к полному краху своих стараний и крушению надежд. Непризнанный император чуть позже выкинул пророческие слова шамана из головы, ибо ничего не предвещало беды. И вот теперь на восьмой день блуждания в степи с висящей за спиной погоней, которую так и не удалось сбросить, он уже и сам мечтал об этой обещанной встрече. Все попытки подставить загонщиков под удары союзных ему кочевых племён оказались безрезультатны. Безжалостные враги быстро разделывались с небольшими по численности отрядами конницы, крепко вцепившись в не успевший остыть след беглецов. И хотя идущая вместе с Грегом армия значительно превышала по численности все отряды загонщиков вместе взятые, тот не питал особых иллюзий относительно итогов возможной схватки. Слишком заметным было качественное преимущество преследователей. Им ведь требовалось лишь, связав боем, задержать бегущее воинство и дождаться закованные в сталь имперские легионы. А вот уже им противопоставить Грегу было практически нечего. Окончившаяся полным разгромом предыдущая попытка намертво впечаталась в его память.

— И чего ты потребуешь от меня за исполнение заветного желания? — бизнесмену не хотелось долго ходить вокруг да около.

Более того он чувствовал явную заинтересованность со стороны сильно постаревшего шамана. Тот и вправду давно ждал этой встречи, словно зная наперёд обо всех произошедших событиях. Вдруг пространство между ними как будто расчистилось. Исчезли многочисленные люди и лошади, Пропали звуки большой толпы и лишь вездесущий степной ветер кружил вокруг двух людей, пристально смотрящих друг другу в глаза.

— Ты пустишь меня в своё тело и откроешь душу, дав новое материальное воплощение, а взамен обретёшь моё могущество, — проскрипел голос шамана, и Грегори вдруг с ужасом осознал, что он сейчас разговаривает совсем не с человеком.

Шаман — всего лишь бренное пустое тело, коим владеет какой‑то могущественный дух. Непонятное существо, способное видеть будущее и решительно вмешиваться в дела настоящего.

— Забудь страх, будущий владыка этого мира, — голос шамана обрёл силу, и из него мгновенно исчезли все скрипящие нотки. — Твой грозный соперник, который, несмотря на все мои усилия с минуты на минуту прорвётся сюда, не так давно сумел повергнуть в небытие самого сильного бога этого мира. По сравнению с ним ты мелкая и жалкая букашка. Он легко раздавит тебя, дабы ты не помешал ему достигнуть своей цели. Твои мечты и надежды раздавят кованым сапогом, заставив его целовать, принимая всю полноту чужой власти над собой, как это сделали некоторые короли, или исчезнуть навсегда. Нет даже надежды на бессмертие пришельца из другого мира. Возможности начать всё с начала у тебя больше нет. И лишь многократно приумноженная твоими личными талантами моя сила способна его остановить и даже уничтожить. Только скажи — 'я согласен', и тогда всё может измениться.

Слова непонятного духа буквально кромсали разум и чувства застывшего в нерешительности единственного слушателя. Он чувствовал в них самую горькую правду, с которой ничего нельзя поделать. Ещё больнее было терпеть навалившееся ощущение полной беспомощности. Своих сил и возможностей переменить ситуацию он не видел. Да, ещё можно прямо сейчас спасая навсегда покинув этот игровой мир. Бросить всё и забыть, ибо ещё раз влезать в борьбу будет уже слишком поздно. Тогда все прежние старания и былые надежды действительно пойдут прахом. Против этого решительно вставало всё в душе Грегори. Для него такой ход сравним с полной и окончательной потерей самоуважения. А раз так — то есть только одно подходящее решение…

— Я согласен! — негромко проговорил он, секунда и от тела шамана отделяется яркая голубая сфера, свободно вливаясь в тело непризнанного императора.

В следующее мгновение окружавшие Грега люди увидели, как он расправил поникшие было плечи и вытянулся во весь свой рост. Окинув своё потрёпанное долгим бегством воинство внимательным изучающим взором, он поднял руки к небу. Всё мгновенно застыло, стремительно укутываясь возникающим буквально из ниоткуда плотным белом туманом. И лишь немногие успели заметить поразительно высокий девятисот семидесятый уровень над головой нового могущественного существа, в которого вдруг превратился бывший непризнанный император Грег.

****

Мы неизбежно отставали, бегущее вражеское войско ускользало от нас раз за разом. Интуиция просто орала, что промедление сейчас грозит просто огромными проблемами в будущем. Но бескрайняя степь явно имела своего могущественного хозяина, который, мягкого говоря — не желал нас здесь видеть. Все мои попытки прыгнуть сквозь пространство оказывались совершенно безрезультатными. Я банально не чувствовал удобной точки выхода. Аллия тоже разводила руки в стороны, сказав о встающих перед её пространственным взором сильных помехах. Оставалось лишь догонять беглецов самым обычным образом, периодически сталкиваясь с небольшими, но весьма крепкими отрядами кочевников. Словно заведённые те шли на убой, желая нас хоть немного задержать. Один раз накинулось целое племя, старики, дети, бабы, совершенно не жалея себя старались причинить нам хоть какой‑то ущерб. Но против полностью заряженных магических щитов их луки и стрелы оказались бессильны. Шедшим за нами конным легионерам пришлось собирать раненых и наводить порядок. Трофеи со степных кочевников оказались на удивление богатыми, однако главного — города подлых захватчиков нам не досталось. Прямо на наших глазах его пожрало жаркое пламя, в котором плавились даже камни. Лишь мой разумный конь Уль радовался представившейся возможности пообщаться с хозяином, порой откровенно издеваясь над ним. Вот откуда в нём столько едкой язвительности? Хотя с другой стороны — его советы оказывались весьма уместными и помогали всем нам выходить из стычек практически без потерь времени. Я ему пообещал после очередной подколки с его стороны назначить его командующим всей нашей кавалерией. Конь проникся и на некоторое время прекратил язвить. Он же хорошо чувствовал степь, позволяя удачно срезать расстояние постоянно петляющей погони. Только благодаря ему мы неотвратимо нагоняли беглецов. И вот остался последний рывок, я уже прекрасно чувствую множество людей впереди, в жилах медленно закипает кровь от предвкушения доброй схватки. Больше ничто не способно нас остановить. Выскакиваю на гребень холма и вижу, как заполненная множеством людей огромная долина внизу быстро покрывается плотным белым туманом. Одновременно по чувствам ударяет нечто потустороннее, похожее на то, что было во время схватки с темным божеством. Но я лишь послал мысленный приказ Улю, дабы тот выкладывался до конца. Нужно как можно скорее прорваться в центр творящегося внизу безобразия и немедленно уничтожить того, кто за всем этим стоит. Вот уже туман совсем близок, ещё немного и несущаяся за мной конная лава ворвётся в него, сметая всё на своём пути. Ещё одно короткое мгновенье и туман рассеивается. Перед глазами лишь пустая степь с множеством следов, резко исчез окружающий фон чьего‑то могущественного присутствия. И лишь одинокая юрта кочевника с лежащим около ней телом полностью высохшего старика достаётся нам в конце долгого пути. Преследуемые нами люди мгновенно перенеслись куда‑то далеко — далеко, я не могу проследить за ними сквозь пространство и открыть свой портал. Интуиция в фоне предвещает скорые неприятности, но всё и так понятно уже без неё. В борьбу на стороне противника вступила новая неизвестная сила, и чего можно от неё ждать — совершенно неясно. Ясно лишь одно — это не обычная магия, а нечто иное. Лишь немного похоже на прямое божественное вмешательство, хотя 'окраска' всё же отличается.

— Это не кто‑то из числа богов, — уверенно заявила Богиня Лиява, появившаяся в моём шатре, когда мы разбили свой походный лагерь в опустевшей долине.

Куда‑либо торопиться теперь не имело смысла — всё уже закончилось. Первый состав клана планомерно возвращался в 'Край потерянных Героев' по мере освобождения транспортных шаров, второй вместе с легионами готовился к планомерному захвату прилегающих к степи королевств. Довольно вольницы, пришла пора объединить весь континент под одной императорской короной.

— Значит, в этом мире есть кто‑то ещё, по могуществу вполне сопоставимый с вами, — заметил я со своей стороны, усаживая божественную красавицу на свои колени, пока та опять куда‑то не удрала.

— Наши прямые конкуренты, претенденты на людские чаяния и желания — свободные духи, — пояснила она. — Своей силы у них обычно немного, но они способны многократно усиливать тех, кто их в себя по глупости впустит.

— По глупости? — немало удивился её заявлению.

— Именно так, — подтвердила она кивнув. — Духи поистине ненасытны, они требуют от своих носителей душевных волнений, коими сами и питаются. И чем дальше — тем больше. Пока одержимый человек к чему‑то сильно стремится — буквально горит своим желанием — они ведут его к цели, предоставляя необходимые средства и открывая возможности. Но стоит лишь остановиться — заскучавший дух быстро пожрёт душу глупца или, убив тело, вырвется на свободу в поисках следующей жертвы. Когда‑то давно нам, богам, удалось выгнать их из городов и вовсе отогнать от основных людских скоплений. Многих так и вовсе уничтожили. К сожалению, не всех. Духи попрятались там, где хватало людей, но божественное присутствие было минимальным — в степях. Они долго собирались вместе и копили силы, дабы в очередной раз бросить нам вызов.

— И чего теперь нам стоит ждать, к чему готовиться? — до меня быстро доходил смысл сказанных Богиней слов.

— К большой и кровавой войне, — поведала она то, о чём я и так уже догадался. — Преследуемые вами люди благополучно перенеслись на другой континент, — вот эта информация была действительно новой. — Там они попытаются подчинить себе всех прочих, и, думаю, у них всё получится. Ты сам приложил немало сил, дабы ослабить тамошние центры сил и нарушить равновесие. Вы ещё слишком слабы для прямого вмешательства в те события, потому стоит готовиться к появлению второй континентальной империи. Однозначно враждебной нам и вам. Единственная приятная новость для тебя заключается в том, что любое перемещение порталами между континентами теперь стало принципиально невозможным. Тут постарались и мы и духи, своим кратковременным противоборством нарушив общую связанность пространства. Со временем оно должно обратно зарасти, однако на это уйдут минимум десятилетия. И 'склеить' обратно пространство ни мы, ни духи не сможем, как и ещё раз его порвать. Такие масштабные воздействия возможны лишь раз в пару столетий и то при накоплении внутренних напряжений поля планеты. Потому стойте флот, готовьте моряков и морскую пехоту. Сумевший завладеть просторами океана получит огромное преимущество в дальнейшем. Вспомни про свою Клару, пока она буквально без ума от тебя. Со своей стороны я постараюсь договориться со всеми остальными богами, дабы они однозначно встали на твою сторону, а не метались туда — сюда, пытаясь спасти свои статуи в разрушаемых одержимыми вандалами храмах на другой стороне океана.

Богиня замолчала, а я сидел в полной прострации. Ставки в игре всё возрастали и возрастали.

Шестая Глава. Бескрайние просторы Великого Океана

Бросить всё и сразу перейти к новой задаче у нас, естественно, не вышло. Какой такой океан, какие корабли, когда на целом континенте нет единства и согласия? Финансы поют не романсы, а похоронный марш, в гробу лежит некогда единая банковская система. Чеки всё же рухнули, полностью перестав работать. Нарушение чего‑то там, в незримых пространствах между континентами, стало последней песчинкой, крепко заклинившей давно не смазываемый механизм. Чуть ли не все королевства бряцают друг перед другом оружием. Распоясались бандиты и разбойники, окончательно потеряв страх и совесть. Ах, да, ещё и со стороны реального мира потянуло настойчивым интересом очень крупных игроков — азиатские страны дружно решились на масштабную экспансию в виртуальный мир. Каждый день появлялось примерно по сотне тысяч новых гостей, страстно желавших занять здесь достойное место, если надо потеснив пришедших раньше игроков. Толпы корейцев, китайцев, индусов и прочих чуть ли не во всех крупных городах настойчиво пытались создать свои национальные общины, отстроить закрытые кварталы и постепенно подмять под себя всех прочих. Имеющиеся условия мирной социализации с цеховыми и гильдейскими правилами, а также общественными нормами азиатов не сильно радовали, потому многие новички смело шли в разбойники, пытались вооружаться до зубов, но это у них получалось плохо. Проблемы банковской системы сильно мешали вводить реальные деньги в игровую экономику, да и всё оружие сейчас выгребала подготовка к войне всех против всех. Новички просто не успевали вписываться в существующие расклады. Роль обычного 'мяса' с сучковатыми дубинками вместо железных мечей в руках их тоже не привлекала. Хотя кое‑кто как раз решился набрать такую массовку, и почему‑то именно против нас.

Легионы выдвигались из степи в обитаемые земли. Им навстречу выходила объединённая армия сразу двух королевств. Они изначально собирались воевать с войском моего соперника, и против массовой конницы их подготовка могла действительно сыграть. Хорошая защита от лёгких стрел в виде кожаного доспеха и шлемов с войлочным подбоем, крепкие деревянные щиты, натренированная отражать острыми пиками наскоки всадников пехота в общем количестве, превышающем триста тысяч. Вот эта массовая пехота как раз и состояла из различных азиатов. Уровни игроков оставляли желать лучшего — едва ли превышали двадцать — двадцать пять пунктов. Что, впрочем, тоже немало для таких больших масс народа. Однако против закованных в железо имперских легионов всё это войско выглядело самым обычным мясом. С той стороны имелось правильное понимание текущего расклада, но кровавая битва всё же состоялась.

Рано поутру в поросшей чахлым кустарником большой долине напротив друг друга выстроились две армии. Командование как с одной, так и с другой стороны размещалось на пологих возвышенностях, дабы прекрасно видеть происходящее внизу. Со своими людьми я решил не вмешиваться драку, дав возможность легионам проявить себя. И вот затрубили звонкие горны, войска пришли в движение. Легионы шагнули вперёд, а войско противника сплотило свои ряды, приготовившись к отражению удара. Со стороны неприятеля полетела боевая магия, однако, защитные амулеты легионеров прекрасно держали её напор. То тут, то там вспыхивающие щиты силы отражали и рассеивали огненные шары, ледяные копья и цепные молнии. Вот легионы сближаются с противником примерно на сотню метров и теперь уже они разряжают свои боевые амулеты. Над вражеским войском вспыхивает единый магический щит, укрывая его от непрерывного потока злобной боевой магии. Но долго тот не продержался — запас силы вражеских магов быстро исчерпался. С громким хлопком лопается огромный щит и в строй беззащитных солдат врывается сама смерть. Первые ряды в несколько мгновений осыпались прахом, но и запас магических свитков, а также заряд боевых амулетов у легионеров полностью исчерпался. Дальше пришло время дротиков и мечей. Слаженный залп метательных снарядов сводит все попытки противника выстроить защитный строй на нет. Легионеры стремительно бросаются вперёд, легко добивая ошеломлённого и подавленного противника. Командующий вражеского войска выводит с флангов резервы, дабы попытаться заткнуть прорыв, но огромная разница в уровнях, подготовке и экипировке приводит лишь к планомерному перемалыванию подступающих сил противника. Мне же пришлось наблюдать за форменным избиением 'младенцев' со стороны, утешая себя лишь тем, что 'младенцы' сами выбрали такую судьбу. Несмотря на формальное бессмертие игроков, боль и другие ощущения самые настоящие. А ведь могли просто сдаться или благоразумно отступить. Нет — решились проверить свои силы, что по результату мало отличалось от попытки сокрушить своей головой каменную скалу. Легионеры же практически не несли потерь, вовремя чередуя свои ряды, дабы не свалиться от усталости непрерывной мясорубки. Когда подходящие резервы оказались полностью перебиты, часть вражеского войска спешно отступает, бросая оружие и тяжелую амуницию, ибо состоит не из бессмертных игроков, а местных жителей. Те прекрасно поняли свои перспективы остаться на этом поле хладными тушками. Их 'гениальная' стратегия сначала завалить нас бессмертным мясом, а после своими силами добить потрёпанные долгим боем легионы дала сбой. Хотя, стоит признать — против кого‑либо другого такая задумка могла бы и сыграть. Ещё один рывок легионеров закономерно превращается в преследование бегущего противника. Тут бы стоило ввести в бой нашу конницу, как раз спрятанную за холмом для такого вот случая, но я не отдаю приказа. Зачем бездарно уничтожать моих будущих подданных?

Битва завершилась нашей безоговорочной победой, и имперские легионы двинулись в сторону столицы ближайшего королевства, предварительно разграбив доставшийся нам вражеский обоз. Разбежавшийся противник изрядно облегчил нам логистику снабжения войска свежими продуктами питания. Шедшие спорым маршем легионы никто не пытался задержать, все дороги словно вымерли. Даже разбойники попрятались по глухим чащобам и сидели там тихо — тихо. А у самой столицы нас встречала представительная делегация из расфуфыренной королевской знати. С ключами от города на бархатной подушке. Проверив наши силы в сражении, сиятельные аристократы решили сдаться на милость победителю. Самого короля среди встречающих не нашлось, пришлось мне вместе с небольшим отрядом направиться во дворец. Легионеры же полноводной рекой втекали в большой город, растекаясь по его улицам и кварталам, однако устраивать грабежи и другие беспорядки, им было строжайше запрещено.

— Приветствуем полномочного представителя Великого Императора! — сразу за воротами дворца меня встретили местные хозяева.

И сюрприз, королей среди них оказалось больше одного. Над головами мужчин восточного типа, причём с заметными чертами кровного родства, система высветила их официальные должности золотым шрифтом. Сразу четыре короля ближайших королевств решили выяснить, какую судьбу для них предопределил победитель. Ну и про меня они заранее постарались выяснить всё возможное.

Мы, впрочем, тоже не теряли времени зря. Пока легионы топали пешим маршем, в столицы ближайших королевств наведались наши разведчики, и к настоящему моменту я уже имел более — менее точный расклад по сложившейся ситуации. Пока мы шли по закоулкам дворцового комплекса в какое‑то церемониальное помещение, я активно крутил головой. И сам город был выстроен в своеобразном старо — китайском стиле, а уж отделка дворца так и вовсе просто кричали об этом. Резные составные крыши, витые расписные колонны и стилизованные изображения драконов — змеев на многих открытых поверхностях. Местные же обитатели тоже немного смахивали на китайцев — узкий разрез глаз и пухлые щёки на круглых лицах, но при этом цвет кожи вполне белый, как и общее строение тела скорее подходящее европейцам. Одевались местные властители в расписные цветами и драконами шелковые халаты свободного покроя, а попавшиеся мне на глаза слуги и прочий обслуживающий персонал щеголял во вполне себе европейской рабочей униформе с прописью имён и должностей на груди и спине. Такая вот своеобразная смесь востока и запада, вековых традиций и современности.

Мы прошли через большой красивый сад, дабы оказаться внутри большой воздушной беседки, пол которой был завален мягкими подушками. Судя по всему, предварительные переговоры предполагается провести тут. Основную часть с подписанием бумаг и принятием взаимных обязательств, проведут уже другие люди и в другом месте. В беседке нас дожидался уже вполне настоящий классический южный китаец с жестким властным взглядом и фальшивой протокольной улыбкой. Игрок, девяносто девятый уровень, золотистый цвет надписи над головой явно показывает его официально признанное благородство. И мне сразу же становится понятно, кто тут на самом деле будет принимать реальные решения.

— От нашего лица вести диалог будет досточтимый Рей Ляо Син, — с лёгким кивком головы представил дипломата старший из королей, остальные кивками подтвердили своё согласие, размещаясь на мягких подушках.

— Для начала мне бы хотелось услышать о том, чего конкретно вы добиваетесь, и кто за вами стоит, Рей Димиус? — без всяких восточных политесов и прочего протокольного расшаркивания начал дипломат, причём говорил он по — русски с едва заметным акцентом.

Вместо ответа на столь жесткие вопросы я лишь ухмыльнулся, устраивая своё седалище на мягкие подушки.

— Кстати, висящие под потолком беседки и за её пределами подслушивающие и подглядывающие магические конструкты принадлежат вашим доверенным людям или же вы сами о них ничего не знаете? — как бы между делом спросил присутствующих.

Те дружно переглянулись, а на их лицах читалась заметная озадаченность и явное недоверие моим словам.

— Значит, никто не станет возражать, если я отставлю неизвестных соглядатаев без вкусной пищи для ума, — одновременно со словами быстро давлю замеченную шпионскую магию.

Лишь одно плетение попыталось оказать заметное сопротивление, а чуть позже просто сбежать в сторону и спрятаться в стволе дерева, но я не оставил ему шансов, заодно отправив по оборвавшейся нити силы своего автономного разведчика. Хочется узнать, кто тут любит подглядывать и подслушивать, не испросив заранее разрешения.

— А сами вы, Рей Ляо Син, чего конкретно вы добиваетесь, кто за вами стоит мне и так понятно, — с ехидной ухмылкой вернул вопрос немного озадаченному переговорщику.

— Мне кажется, вы несколько забываетесь… — тот быстро вернул самообладание, продолжив эмоционально давить. — Тем более прекрасно понимая стоящие за моей спиной силы…

— Пожалуй, признаю — фаллический символ лучше символического фаллоса, — с лёгким смешком ответил ему. — Ваши так называемые 'силы' здесь лишь потенциальны, а вот моя сила вполне реальна, иначе бы вы даже не задумались над идеей вести со мной переговоры. Боюсь, ваши информаторы подкинули вам тухлую рыбу, а аналитики сильно ошиблись в оценке исходящей от меня опасности, раз было принято выбрать жесткую форму диалога.

— То есть вы даже не пытаетесь прикрыться неким несуществующим Великим Императором? — усмехнулся китаец. — Тут уже обретался один претендент, у того хоть настоящая корона была, — похоже он решил меня уязвить.

— Корона и у меня есть… — с этими словами я проявил артефакт на своей голове, заранее признав необходимость раскрыться.

— Признанная! — изумлённо воскликнул один из присутствующих королей, глаза остальных стали вполне европейскими и лишь китаец — переговорщик пока ничего и не понял.

Но обратив своё внимание на их лица, похоже начал что‑то подозревать. По крайней мере, один дрогнувший мускул на его лице я отметил.

— Мы признаём твою волю пред собой, Повелитель, — дружно заявили мне короли, встав на колени и склонив головы.

— Это полностью противоречит всем нашим прежним договорённостям! — резко вскинулся китаец, метнув в мою сторону злобный взгляд.

— В силу открывшихся обстоятельств наши прежние договорённости полностью утратили силу, — подняв голову, ответил ему король, превосходивший возрастом всех остальных.

— А вам, генерал Вонг, я бы сейчас предложил задуматься на тему того, кто вас так крепко подставил, — я снова взял инициативу в свои руки, пока кто‑то сгоряча не наделал глупостей.

Этот китайца мы уже давно опознали, и сейчас Аллия мысленно суфлировала мне, что необходимо делать.

— Перестаньте теребить перстень, пытаясь судорожно достучаться до своих людей, себе же сделаете только хуже, — переговорщик снова ожег меня своим гневным взглядом. — Мы давно знаем о вашем секретном оружии и всех прочих приготовлениях, и лишь одна моя мысль способна помножить их на ноль. Что будет после, вам, думаю, объяснять уже не требуется.

Надо отдать должное китайцам — они смогли здесь сделать практически невозможное — изобрести порох. Естественные законы этого игрового мира отличаются от реальности. Скорости протекания химических процессов здесь немного иные. В результате вместо вспышки или взрыва происходит обычное неспешное горение. Смешение селитры, угля и серы по классическому земному рецепту пороха приводит к появлению однородной субстанции, имеющей свойство медленно гореть без доступа воздуха. Так вот, китайцы буквально чудом смогли подобрать дополнительные компоненты — ингибиторы, замедляющие образования той самой однородности массы и получить вполне рабочий чёрный порох. Вот только победить все его недостатки они не успели. Порох обладал нужными свойствами всего лишь пару суток после приготовления, заранее его не приготовить. Также он отличался низкой стабильностью и о чём пока не подозревали сами китайцы — высокой чувствительностью к магическому воздействию извне. Проиграв первую битву, китайцы готовились взять реванш, если им не удастся договориться на своих жестких условиях. В этом городе и в его окрестностях была собрана почти миллионная армия, вооруженная пушками — картечницами и мушкетами. Придя сюда, мы сами оказывались в подготовленной ловушке, откуда по их планам никто не должен уйти живым. Вот только и мы не лыком шиты, заранее закинув сюда клановые отряды спецназа и разведку. Пока я, шествуя во главе легионов, изображал флаг, другие активно работали, позволив мне сейчас воспользоваться плодами их нелёгких трудов.

— Но как вы узнали… — генерал Вонг даже внешне поник, принимая своё поражение после недолгих раздумий и трезвой оценки ситуации.

Которое далось второму человеку Китая, а если смотреть более внимательно — то и первому, весьма нелегко. Слишком велики ставки в этой игре, давно вышедшей на уровень государств.

— Вы верно определили реальную значимость этого мира для будущего Земли, раз под видом простых игроков спешно направили сюда добрую половину своей армии, специальных служб и кинули просто запредельное количество других ресурсов, — я решил немного приоткрыть генералу свои карты. — Судьба планеты Земля решится именно здесь. Кто получит полную власть тут — тот сможет управлять миром и там, ибо ресурс ускорения времени жизни значит слишком много при связанности экономической базы. Вы всё это поняли позже других и попытались сократить отставание, а то и вырваться вперёд за счёт привлечения всех резервов своего огромного и сильного государства. Однако при одном лишь взгляде на меня, теперь вам должно стать очевидным, что в этой гонке победитель уже давно определился. Он предусмотрел все опасности как с этой, так и с другой стороны, у него есть силы и необходимые ресурсы, а также твёрдая воля довести нужное дело до конца. У вас же ещё есть шанс добровольно присоединиться к победителю, хотя кое‑кто постарался сделать всё возможное, чтобы этого не произошло, — я выдержал паузу, всматриваясь в осунувшееся лицо генерала и даже не пытаясь уловить его эмоции. — Мы, конечно, можем подсказать, кто решил жестко столкнуть нас лбами, но лучше вам самим разобраться в этом без нашей помощи, окончательно определившись, кто вам друг, а кто нет. Можете связаться со своими людьми, я снял блокировку вашего перстня… — окончательно выговорившись, я откинулся на мягкие подушки.

Несмотря на кажущуюся простоту, эти переговоры уже изрядно утомили меня. А ведь ещё даже половина дела не сделана.

Дальше короли насели на меня с предложениями немедленно устроить большое празднество в честь счастливого восстановления Великой Империи, а генерал полностью ушел в себя, общаясь по связному перстню со своими подчинёнными. Его впереди ждало много интересных открытий, а чтобы некоторые из них не сбежали, немного постараются наши люди. Инициативу королей же мне пришлось жестко задавить, перенеся грандиозный праздник к моменту восстановления империи хотя бы в масштабах одного континента, а пока провести к тому необходимые приготовления. Да и про личность Великого Императора просил никому не говорить, достаточно лишь того, что она лично им теперь стала известна. Передав королям заранее подготовленные предложения, касающиеся дальнейшего существования их в рамках большой империи, поспешил откланяться. Мне срочно требовалось оценить масштабы разрушения местного городского портала, при возможности сразу приступив к его восстановлению.

На месте большой площади порталов ожидаемо оказался большой городской рынок, пустовавший по случаю ожидания местным населением большой драки. Но мы сумели сделать буквально невозможное — оставили всех без хорошего развлечения. Теперь местные жители с некоторой опаской выглядывали из своих убежищ, любопытство оказалось сильнее страха. Некоторые так и вовсе подходили с предложением чем‑то помочь, особенно за денежку малую. Мне и своих помощников хватало, как и заранее набранных расходных материалов, потому уже к вечеру все круги мгновенного перемещения оказались в работоспособном состоянии. Памятуя о вторжении в столицу Лаиры, я изрядно намешал дополнительной защиты и каверзных ловушек для любителей несанкционированных подключений. В силу заметно разрядившейся обстановки, большая часть легионеров отправилась отдыхать в свои казармы баронства Ток. Остались лишь патрули, ну и несколько групп быстрого реагирования на случай возникновения каких‑либо нештатных ситуаций, особого доверия к хозяйничающим тут китайцам ни у меня, ни у моих людей не возникло. Городской банк и гильдейские здания мы тоже взяли под надёжную охрану, ибо несколько мелких эксцессов уже произошли. Разобравшись с основными делами, я вызвал сюда свободный шар, дабы отдохнуть и заодно удовлетворить настойчивые сигналы от наших изобретателей. Они давно хотели мне показать что‑то новенькое, однако времени на это у меня как‑то не находилось.

— Невероятно! — непроизвольно вырвался у меня возглас восхищения при первом взгляде на абсолютно целый космический корабль, стоявший посредине подводного ангара. — И как вам так быстро удалось привести его в порядок? — я смотрел на довольные произведённым эффектом лица мужиков.

— Да тут всё вообще просто! — махнув рукой, фыркнул наш Кулибин, кличка так крепко прилипла к нему, что даже ник поменялся. — Мы более — менее смонтировали оторванные куски на их прежние места, частично восстановили деформировавшийся силовой набор, срастили разорванные трубки жидких компонентов и проводку. Только реакторы оживать никак не хотели, пришлось придумывать, как запитать корабль от внешнего источника тока. Благодаря помощи Первомага придумали маго — электрические преобразователи большой мощности. А дальше, когда мы подобрали нужное напряжение, включилась встроенная в корабль система автоматического восстановления повреждений. Там сплошные нано, микро и прочие роботы, вот они‑то всю основную работу и проделали, нам лишь потребовалось обеспечить их расходными материалами, пихая им всё подряд.

— И что, он уже готов лететь? — я просто не мог поверить, что всё окажется так просто.

Мой вопрос мгновенно сбил восторженный настрой с лиц наших изобретателей.

— Командир, может, вы сами внутри взглянете… — осторожно спросили меня. — Если вы этот корабль где‑то нашли, то он вас‑то за своего хозяина и признает?

Вот оно что. Мужики споткнулись о систему авторизации и уже изнывают от безделья не в силах идти дальше. Значит, пора подкинуть им новых задач — более приземлённых, так сказать.

Прислушавшись к своей интуиции, которая подло отмалчивалась, к слову, решился провести эксперимент с посещением ожившего корабля. В крайнем случае — успею телепортироваться, а магический щит должен выдержать неожиданный первый удар сработавшей защиты от несанкционированного проникновения. Впрочем, корабль совершенно не препятствовал нашему дружному появлению во внутренних помещениях. Вот только какой‑либо пользы это нам не давало. Банально отсутствовали какие‑либо заметные органы управления, даже ручки на дверях. С ними‑то уже успели кое‑как разобраться, для открытия оказалось достаточно провести рукой по их поверхности. А вот в пилотской кабине или рубке управления, представляющей собой небольшую капсулу с единственным креслом — ложементом, зацепиться глазу вообще не за что. Ни экранов, ни рукояток или кнопок и лишь самостоятельно включившийся при нашем появлении тусклый свет потолка говорит о том, что корабль действительно жив и замечает присутствие людей у себя на борту. Походив туда — сюда, и не найдя способов более активного вмешательства, разочарованный народ подался на выход. И тут моя интуиция решила подать голос. Выпроводив всех на улицу, попросил оставить меня одного. Подумать. Мало ли озарит чем… крепким да по темечку. Затем облачился в скафандр 'пришельцев со звёзд', давно лежавший в моей 'сумке контрабандиста'. Перед глазами включился тактический интерфейс с предложением синхронизироваться с внешним источником данных. После моего одобрения открылось диалоговое окно общения с резервным управляющим модулем космического корабля. Основной управляющий модуль отсутствовал, но в текущий момент медленно воссоздавался. И вот когда он войдёт в работу — тогда и появится возможность использовать корабль по прямому назначению. Разобрался я и с правом собственности — после экстренного катапультирования прежнего владельца и последующего разрушения конструкции прошло больше трёх лет, и новым владельцем по закону 'свободного космоса' становился тот, кто смог найти и восстановить корабль. А вернее — кто первым включился в заработавшую информационную систему и заявлял на него свои права. Мне виделся в таком подходе прямой намёк на активное развитие космического пиратства. Ожидаемая многими новая игра корпорации станет весьма интересной. Вызвал изобретателей обратно, обрадовав их своими достижениями и озадачив предложениями. Одного космического корабля нам всё равно не хватит, требуется его детально изучить и научиться строить свои. Благо общение с резервным управляющим модулем позволяло влезать в конструкцию, производить модернизации и выяснять принципы работы отдельных блоков. Теперь им снова будет чем заняться, а то скучающий изобретатель — личность непредсказуемо опасная для всех окружающих.

Следующим на повестке дня возник классический вопрос — 'что делать'. Про 'кто виноват' особо не спрашивали — ответ и так очевиден. Имея в достатке свободного времени, народ просто фонтанировал различными идеями с различной степенью безумства, вываливая их на голову руководства. Оно мудрое — пусть разбирается и оценивает. Вот, к примеру, почти готовый проект цельнометаллического линкора с большими пушками во вращающихся бронированных башнях. Только один такой корабль своим наличием способен держать флоты противника в страхе и ужасе. И всё бы хорошо, однако где бы на такой корабль нам набрать железа? Грубый расчёт показывал — как бы мы не пыжились — единственный доступный для массовой постройки флота материал — это дерево. Да, на один или даже парочку пароходов мы железа с трудом наскребём. Не развита пока металлургия в этом мире, а главное — нет достаточной добычи руды. Вот только толку с одного железного корабля окажется маловато. С двух тоже не особо. Для покорения просторов океана потребуются флоты и флотилии, множество военных кораблей и судов обеспечения. Которые ещё требуется где‑то построить. Все трофеи Кларисы и наши клановые трофеи — лишь одна капля в том самом океане. Подходящих верфей на нашем материке почти нет, все крупные корабли, так или иначе, раньше строили в Крафаге. Там на этом деле изрядно поднаторели. Флотилии защиты побережья королевств малочисленны и состоят преимущественно из гребных галер, далеко от береговых баз действовать неспособны. Торговый флот имеет весьма приличную численность, однако, крупных океанских судов в нём тоже немного. А вот у Крафаги, или уже потенциально противостоящей нам новой континентальной империи, всё ровно наоборот. И если с кораблями мы кое‑как вопрос решим, то массовую подготовку будущих моряков стоит начинать уже сейчас. Причём, привлекая сторонние силы, ибо ни нашего клана, ни имперских легионов тут принципиально не хватит. Легионеры ещё как‑то смогут переквалифицироваться в морскую пехоту, а из наших клановых бойцов после стажировки во флоте Кларисы получатся хорошие морские разведчики и лихие абордажники. Собственно, Клариса сама мне эту идею и предложила, предполагая решить и свои проблемы. Ей как‑то требовалось перевоспитать своих почитательниц — мужененавистниц, а тут представился такой удобный повод. Что будет твориться поначалу в смешанных экипажах, мне даже представлять не хочется, думаю, наши парни справятся с ошалелыми амазонками, имея лучшую подготовку и значимо больший уровень. Туда в первую очередь начнём переводить второй и даже третий состав клана под присмотром инструкторов из первого, а затем пойдёт череда и совсем зелёных новичков после первого этапа обучения. Нам требуется более — менее перемешать и перезнакомить народ, ибо сильное расслоение потенциально опасно и грозит обернуться потерей управляемости, однако пока с этим приходится мириться. Готовых 'силачей' нам взять негде, а про многочисленные проверки на лояльность и общую порядочность каждого кандидата в клановый состав можно и вовсе не упоминать. Уже сейчас минимум треть приходящих к нам на первичный отбор новичков — чьи‑то засланцы или просто желающие подзаработать на продаже ценной информации шпионы — любители. Ничего, мы смело берём всех достойных, рассчитывая кого‑то перевоспитать или перевербовать, если чужой агент окажется действительно толковым человеком. Пока такой подход вполне оправдывал себя, позволяя нам внедряться в чужие разведывательные сети и даже брать их под свой контроль. Несмотря на все свои подлые задумки, 'контора' нам изрядно помогла, обогатив специфическими знаниями и опытом наших разведчиков и контрразведчиков, заодно избавив от многих иллюзий, которые к тому моменту ещё оставались. Трудно жить в мире, где почти никому нельзя верить на слово. А уж дела и вовсе приходится проверять и перепроверять по три раза, дабы впоследствии не оказаться в дураках. Те же 'конторские' под конец своего обучения попытались произвести силовой захват нашего ценного имущества, а именно магического оружия и транспортных шаров. Мы об их планах прекрасно знали заранее, потому просто сыграли в поддавки и только после их феерического по глупости демарша показательно отобрали всё обратно, заодно выставив 'конторе' свои претензии, дабы вести дальнейшие разговоры уже на наших условиях. Инцидент, естественно, быстро замяли, списав на дурную инициативу конкретных исполнителей, однако нормального сотрудничества всё же не получилось. Ну не желает народ считать нас за равноправных партнёров, чего уж тут поделаешь? Немного подачек с их стороны в реальном мире, немного их же с нашей тут. Вот и вся цена тех давних разговоров о 'Родине' с большой буквы. Радуют лишь отдельные контакты из числа прошедших у нас обучение людей. Кое‑кто из помолодевших стариков и много молодых, кто вовремя понял современный расклад и видит дальнейшие перспективы. А вот высшее командование спецслужб, а может и ещё выше… тут всё грустно и печально. Надо ли говорить о том кто хорошо 'проинформировал' китайцев о нашей потенциальной слабости? Впрочем, там много кто постарался, в первую очередь и сами китайцы, категорически не желавшие видеть под своим боком достойного противника. За последние десятилетия они изрядно обнаглели, молодая и ещё не битая сверхдержава, чего с неё взять? Ничего, сейчас раскидаюсь с актуальной текучкой и сделаю китайцам предложение, от которого они гарантированно не смогут отказаться. А если откажутся — то сами себе злобные дураки.

* * *

Двое мужчин азиатской внешности устроились за столиком китайского ресторанчика на тенистой окраине виртуального города. Один выглядел типичным южным китайцем — мелким, но жилистым, с острым взглядом и бросающейся в глаза властностью, другой имел высокий рост и достаточно массивную фигуру, кроме того сложно было определить как его возраст, так и принадлежность к чему‑либо официальному. Улыбчивое, располагающее лицо, внимательный взгляд. Однако большинство знатоков мировой политики легко бы опознали в нём несменяемого лидера великой страны. И для них даже бы не возник вопрос — кто в этой паре главный, хотя на самом деле, всё было далеко не так однозначно.

— … Предложенные нам условия я считаю не просто неприемлемыми, но и оскорбительными! — эмоционально вспылил властный южанин.

Если бы он говорил на каком‑либо европейском языке, то, скорее всего, брызгал бы слюной от большого раздражения. Но говорили мужчины на одном из малораспространённых наречий, с которым пасовала даже автоматическая система перевода на другие языки игрового мира, потому они совершенно не опасались подслушивания посторонними. Впрочем, если бы кто из них владел магическим взором, то он бы сумел заметить парочку висящих поблизости шпионских конструктов.

— Если мы сейчас согласимся с ними, то говорить о нас, как отдельной нации, вскоре более не будет иметь смысла, — продолжил выкладывать южанин свои аргументы. — Большинство наших людей, даже вернувшись отсюда, будет думать по — имперски, быстро забыв свои национальные корни и традиции. Все прежние захватчики и 'стратегические партнёры' просто подавятся от зависти. Оглянись, всё окружающее нас тут — лишь грубая стилизация под древние традиции условного 'Востока'. Мой глаз режут ужасные несоответствия, однако молодёжь‑то воспринимает всё это как норму. И даже радуется, замечая похожие мелочи там, где грубо надругались над главным. Нас банально хотят ассимилировать как каких‑то дикарей, причём провести операцию поистине ударными темпами. Только жестко навязав окружающим свою волю, мы сможем этому противодействовать!

— Разве у нас имеются реальные ресурсы для такого навязывания? — усмехнулся 'большой' китаец. — Или же ты уже готов отказаться от государственной программы экспансии?

— Ради сохранения собственной идентичности ресурсы всегда найдутся! — жестко ответил южанин. — Мы должны давить, а не пригибаться. И пусть наши потери окажутся велики, однако такая стратегия заставит других с нами считаться!

— О какой идентичности ты сейчас говоришь, Вонг? — 'большой' китаец лишь усмехнулся его эмоциональной отповеди. — Прежде приходя на наши земли, захватчики лишь обогащали нас своей культурой. Однако в последнее время, мы, похоже, отравились англосаксонскими испражнениями, раз даже ты сейчас мыслишь как они.

Лицо генерала Вонга дёрнулось, быстро наливаясь гневом, но тот сдержался от резкого высказывания.

— Ты не хуже меня знаешь, что наш язык плохо сочетается с технической культурой современной цивилизации, — между тем продолжил говорить 'большой' китаец. — Для формирования полноценного понятийного поля требуется полноценно оперировать минимум десятью тысячами иероглифов. Про лексическую составляющую языка я и говорить не стану — до сих пор не все наши подданные могут понимать друг друга без привлечения письменности. Именно язык и основанное на нём мышление сильно тормозит нас. Время сохранения давних традиций безнадёжно ушло в прошлое, теперь они нам только мешают идти вперёд. Вернее — догонять ушедших, слепо следуя за ними хвостиком, часто повторяя их ошибки и просчёты, — великий политик современности выдохнул, с улыбкой на губах глядя в сторону своего собеседника.

Тот ещё пытался проявить своё раздражение, однако разумные доводы постепенно охлаждали его горячий пыл эмоций.

— Сделанная нами ставка на англосаксов и их культуру явно не оправдала себя, повергнув наше общество в тяжелый кризис. Пока росла их экономика и усложнялась техническая культура, всё казалось просто замечательно. Мы старательно обслуживали их интересы, медленно впитывая необходимое для собственного развития, дабы обрести самостоятельность. В какой‑то момент времени нам даже показалось, что это вполне удалось, и мы преждевременно возгордились собой. Но когда пришла вторая волна большого кризиса, мы так и не смогли отгородиться от неё, уповая исключительно на свой огромный потребительский рынок. Он быстро схлопнулся, так и не став надёжной опорой нашей промышленности и всему нашему обществу. А прогрессирующее отравление чуждой нам культурой никуда не исчезло. Весь этот культ потребления материальных благ, это слепое почитание денег и многое другое. Кое‑что удачно наложилось и на наши 'давние традиции', которые хотелось бы полностью изжить, коррупцию и местничество, к примеру, причиняющие большой ущерб обществу и государству. Скольких 'видных государственных деятелей', запачкавшихся во всём этом, нам ещё придётся публично расстрелять, а на деяния иных стыдливо закрыть глаза, ибо их просто некем заменить? Мы просто уже не способны вернуться к истокам, как ты предлагаешь, единственная возможность преодолеть кризис — это идти вперёд, постепенно впитывая другие культуры и традиции, дабы в них как‑то растворить и вывести едкую англосаксонскую отраву. И местная имперская культура кажется мне куда более подходящей для нашего народа, чем что‑то иное в реальном мире.

— Но так мы никогда не выйдем на лидирующие роли, — генерал не торопился сдаваться и отказываться от своей позиции.

— Зато сумеем благополучно избежать и всего того, что щедро валится на голову лидера, — 'большой' китаец открыто усмехнулся. — Нам не требуется постоянно доказывать всем и всякому, что мы что‑то стоим и чего‑то достойны. Лидеры и их соперники сами предложат нам удобные условия мирного сосуществования и плодотворного сотрудничества, несмотря на то, что кто‑то посчитал первое такое предложение от безусловного фаворита недостойным и даже оскорбительным.

— Но… — генерал снова попытался возразить, однако споткнулся, так и не договорив, заметив изменения на лице собеседника.

— Заметь, нам не бросили кость, как голодной бездомной собаке, а предложили вариант постепенного встраивания в существующую тут общественную систему, — между тем продолжил тот. — Если Император сдержит свои слова, в чём трудно сомневаться, то мы уже завтра получим полноценный выход в море для наших купцов и накопленных ими товаров. Столь многочисленную армию опять же будет чем занять. В противном же случае нас просто снесут, несмотря на все великие приготовления, ибо порох оказался ненадёжен, а своих магов для его защиты у нас нет. Как и нет доверия местным обитателям уже склонившим головы перед Великим Императором. Потому мы завтра просто принимаем все предложенные нам условия без торга. Чувствую, вскоре нам предложат куда больше, чем мы бы смогли выторговать сейчас.

Генерал лишь кивнул головой, признавая правоту своего мудрого собеседника. На этом основной разговор завершился и лишь после неторопливой дегустации принесённой еды и напитков мужчины обменялись впечатлениями относительно некоторых им известных персон из реального мира.

* * *

Ох, и трудно же договариваться с этими китайцами. 'Восток — дело тонкое', — а также липкое и противное — хотелось добавить после финальных переговоров с ними. Несмотря на формальное согласие со всеми нашими условиями, китайцы навязчиво пытались влезть куда только можно и куда нельзя тоже. Мы, естественно, старательно отпихивали их от границы дозволенного, но те не унимались. Хорошо хоть те прекрасно понимали, что сила находится отнюдь не на их стороне, особенно после наглядной демонстрации чего стоит их порох против самой простенькой магии. А уж с помощью 'боевого резонатора' я один мог уничтожить все приготовленные ими запасы разом, тем самым вызвав большие пожары и разрушения. Прониклись, однако, лезть не перестали. В результате такого отношения они сами наказали себя. Если поначалу я планировал обеспечить им практически неограниченный прямой выход в море из связывающей сразу четыре королевства большой озёрной системы, то теперь принял решение сделать его платным. Причём платить за мгновенный перенос кораблей требовалось не деньгами, а энергией из ауры. Китайцев много, они справятся. А то обстоятельство, что для поддержки действия водных врат телепорта в рабочем состоянии потребуется минимум миллион обычных людей — уже не мои проблемы. Вот что значит 'правильный' выбор места. С одной стороны оно всем удобно: достаточная глубина и почти равное удаление от всех крупных центров цивилизации на озёрном побережье, удобные подходы и условия навигации. А с другой — худшего места для пробоя пространства стоило ещё поискать. Но кто кроме меня об том знает? Вторая арка телепорта в море располагалась прямо в устье реки, вытекающей из баронства Ток. Раскинувшийся на её берегах город — порт мы уже постепенно начали отстраивать по своему проекту, отталкиваясь от своей крепости, надёжно закрывающей проход выше по течению. От китайцев нам в первую очередь требовались ресурсы и материалы. Как и в реальном мире, на занимаемых ими территориях растили рис и выращивали шелк. Также по берегам огромных озёр хватало леса с ценными породами деревьев. Всё это нам и требовалось для строительства своего боевого флота. Далеко не все полубезумные предложения наших людей оказались отброшены. Посчитав варианты и потребные под них ресурсы, мы окончательно убедились — сопоставимый по силам с Крафагой парусный флот мы просто не потянем. Для постройки не хватит верфей, а для закладки новых — грамотных мастеров. Да и потребные материалы быстро не приготовишь. В результате мы решили сделать ставку на аппараты легче воздуха — дирижабли. Обработанный хитрой алхимией шелк прекрасно шел на оболочку летательных аппаратов, а подъёмную силу обеспечивал горячий воздух, поддерживаемый в таком состоянии магией. В 'Краю забытых героев' уже благополучно летало два первых аппарата, на которых наши изобретатели постепенно доводили нужные технологии и отлаживали навигационное и связное оборудование. Даже полноценный радар сумели изобрести, пользуясь наработками из моей шляпы. Тут им Первомаг сильно помог, сумев разобраться с её принципами действия раньше меня. 'Противокорабельный шаромёт' тот тоже уже вернул мне обратно после тщательного изучения, обещая вскоре предоставить аналоги своей разработки, причём лишенные всех недостатков, после того, как глубоко проникся моими производственными амулетами с нашего монетного двора. Так что у нас найдётся и чем вооружить наш воздушный флот помимо обычных свободнопадающих бомб, против которых достаточно просто найти действенное средство. А первые экипажи воздухоплавателей уже приступили к интенсивным тренировкам. В общем, к войне на море мы подойдём со всей ответственностью и основательностью.

* * *

Егор внимательно осматривал поверхность моря с помощью специального амулета, перестраивающего его глаз под орлиное зрение. Его вахта выпала на утро и первую часть дня, и уже подходила к завершению. Он прекрасно видел далёкие волны, как будто они совсем рядом. Пятидневное дежурство их маленького семейного экипажа подходило к концу, и они возвращались к базе воздухоплавателей на 'пиратских островах'. Пиратов, там, впрочем, давно не видели — всех 'джентльменов удачи' по эту сторону Великого Океана вывели как класс, однако старые названия многих остров и бухт остались неизменны. Его первая девушка и напарница в этом игровом мире Оксана всё же уломала Егора включить в их интимный круг свою подругу Ленку. Ту ещё оторву, кстати. И теперь они на пару измывались над ним, благо ему вполне хватало мужских сил. Более того, обычные силы от такого необычного союза тоже выросли, причём у всех вместе. Когда они были рядом, создавалось какое‑то особое общее поле, раскрывающее возможности каждого и одновременно передавая их друг другу. Что это такое и откуда берётся — никто точно не знал. Девушки говорили об особой 'магии любви', случайно открытой лидером клана вместе со своими женами. В нормальных парных отношениях чуда почему‑то не происходило, эффект 'любовного резонанса аур' возникал только у троих и больше партнёров. Но одного совместного секса для появления этого было категорически недостаточно, требовалось действительно любить друг друга или же сильно хотеть, причём все участвующие должны иметь развитую ауру. Ревность, недомолвки и прочее соперничество начисто всё рушили. Короче, насильно мил не станешь и за деньги чуда не купишь. Однако отсутствие понимания принципов действия не мешало пользоваться открытыми возможностями. Подобных семейных троек и даже четвёрок в первом составе клана 'Семья' к настоящему времени сложилось весьма немало вокруг заметно выделившихся на общем фоне мужчин. Некоторые девочки образовывали свои маленькие интимные группки, временно притягивая к себе приглянувшихся парней. Кто‑то кочевал от одной 'большой семьи' к другой, дабы набраться нового опыта и заодно поделиться своими талантами, если, конечно, получится. Пусть некоторые товарищи и смотрели на этот 'разнузданный разврат' с явным осуждением, однако дальше досужих разговоров нескольких моралистов дело не шло. В клане вообще не принято вмешиваться в личную жизнь его членов, если это не идёт в ущерб общему делу. А оно пока от 'разврата' только выигрывало. Понятно, хватало и всяких сложностей, иногда возникали скандалы, но в целом, все в клане были вполне довольны сложившимся положением. Локальный коммунизм действовал без сбоев, и главной потребностью игроков стало интересное и нужное занятие. Ни деньги или какие‑то особо ценные вещи, а именно дело. Вот и Егор со своими девушками перешел из лесных рейнджеров в морской воздушный патруль, так как на его место пришло молодое и горячее пополнение. Тем ребятам и девчонкам требуется ещё постигнуть все тонкости и нюансы опасной профессии, однако их есть кому учить и натаскивать. Оставшиеся рейнджеры — инструкторы баронства Ток хорошо знают своё дело. Вот серьёзных противников на суше стало значительно меньше, даже шайки разбойников приходится долго искать по самым глухим местам. Война же теперь переместилась на бескрайние морские просторы.

— Взгляни, прямо под нами что‑то есть в толще воды, — готовящаяся принять вахту Оксана неожиданно отвлекла Егора от созерцания далёкой водной поверхности.

Прозрачная океанская вода и косые солнечные лучи иногда позволяли рассмотреть с большой высоты барражирующего дирижабля даже глубокое морское дно. Дежурным высотникам часто попадались на глаза киты и прочие крупные морские обитатели. Прикрытые магической маскировкой дирижабли же снизу было крайне сложно разглядеть. Пираты же и последние морские работорговцы предпочли откочевать к другим океанским берегам, ибо здесь на них устроили настоящую охоту. Торговля между двумя большими континентами практически прекратилась. Только отдельные контрабандисты без опаски выходили в море, ибо смогли как‑то договориться с Великим Императором, получив особый знак на мачты. Но кроме контрабандистов воздушным патрулям изредка удавалось обнаружить и корабли вражеских разведчиков, наводя на них оперативные силы флота. Несмотря на продолжающуюся внутреннюю войну, Крафага периодически внимательно посматривала на и эту сторону, вдруг здесь можно чем‑то поживиться. Клановое руководство серьёзно опасалось высадки прибывшего с той стороны крупного десанта, всячески укрепляя свой флот, дабы вовремя перехватить вражеские корабли.

— Где ты там что‑то заметила? — Егор перевёл свой взгляд вниз, но ничего подозрительного не обнаружил.

— Вон там, — Оксана показала рукой.

— Действительно что‑то большое и тёмное быстро движется в толще воды, — Егор метнулся к столику аппаратуры, дабы воспользоваться всем магическим арсеналом дирижабля — разведчика. — Странно, ни аур, ни магии, — через пару минут отозвался он, прекратив судорожно крутить рукояти настроек. — Так просто не должно быть.

— Ты забываешь о немалых возможностях магической маскировки, — из маленькой жилой каюты показалась не выспавшаяся Ленка, сразу же присоединившись к интересному разговору. — Я когда‑то читала про давнюю войну на море, так вот тогда именно так обнаруживали подводные лодки на большой глубине.

— Подводные лодки… — задумался Егор. — Ты права, Лена, нужно срочно известить наших, но сначала определить точные координаты места и направление движения той странной посудины.

Пять минут он снова крутил рукоятки аппаратуры. Затем откинулся на спинку кресла, зажмурил глаза и снова взялся за рукоятки. Хоть все действия в подобной ситуации и были давно отработаны экипажем практически до автоматизма, однако его охватил лёгкий мандраж.

— Глаз пять мозгу, экстренно запрашиваю закрытый канал, — проговорил он в микрофон на длинной ножке.

— Мозг глазу пять, канал сорок семь, шифр девять дробь шесть, — раздался из динамика в столике аппаратуры женский голос.

После какого‑то непонятного столкновения интересов богов и свободных духов любая магическая связь между континентами и над океаном прекратила действовать. Ни связные амулеты, ни специальные свитки больше не работали. Но клановых изобретателей такое положение только сильнее раззадорило, потому появления радиосвязи долго ждать не пришлось. Несмотря на то, что вроде бы больше ни у кого своих радиостанций пока заметить не удалось, были заранее приняты все необходимые меры для предотвращения утечек ценной информации на сторону. Не одни же мы такие умные. Магия магией, однако, и многие обычные технические решения из реального мира здесь вполне работают. Вот и озаботились полноценной шифровкой голосового общения с помощью той же магии на конечных устройствах.

— Проверка канала, мозг, ответьте глазу пять, — спросил в эфир Егор.

— Глаз пять, это мозг, канал чист, слышу вас хорошо, — динамик ответил с небольшим писком и шипением, голос потерял все индивидуальные черты. — Что заставило вас уйти с общей частоты?

— В квадрате шестьсот сорок семь обнаружена большая неизвестная субмарина, быстро движущаяся в толще воды. Контакт с ней исключительно визуальный, аппаратура не реагирует. Примерное направление движения в сторону нашей основной базы флота, — быстро отчитался он перед далёким диспетчером.

— Общая боевая тревога по флоту, всем кораблям немедленно покинуть стоянки и выйти в море! — быстро последовала вполне ожидаемая команда по радио на общем канале. — Глаз пять, это мозг, — снова прошло по закрытой связи. — Следуйте на высоте за неизвестным объектом, пока сохраняете с ним визуальный контакт. Каждые пятнадцать минут докладываете о текущем местонахождении и обо всех изменениях, если те последуют.

Приказ однозначен и его нужно исполнять. Если субмарина сохранит свою скорость и курс, то подойдёт к базе флота уже глубокой ночью. Как её тогда вести, Егор не знал. Но он знал о том, что для высшего руководства клана нет не решаемых задач, оно обязательно что‑то придумает. А он со своей стороны и на своём месте сделает всё, что от него только может зависеть.

* * *

Меня в который раз неожиданно оторвали от работы, потребовав срочно поторопиться в сторону нашей базы флота, так и не дав закончить восстановление очередного городского телепорта. После признания власти Великого Императора сразу четырьмя королями, другие монархи континента вовремя сообразили к ним присоединиться, догадываясь, какая участь ожидает недалёких строптивцев. Всего королевств на материке было шестнадцать, а уж городов в них… и в каждом имелся порушенный телепорт. И кроме меня некому восстановить систему быстрых путей, которая и является первой базовой основой Великой Империи. Вторая основа — Имперский Банк, и только третья — вооруженные силы, а также спецслужбы. Всё это мне, как Императору, требовалось воссоздать из обломков былого величия или создать заново. Потому я буквально зашивался, прыгая с места на место, от города к городу, хоть и сумел переложить множество дел на плечи своих соратников и наёмный персонал. Под давлением обстоятельство пришлось резко увеличивать его численность. Отдавшиеся мне без боя королевства нуждались в аудите, чистках и приведения их жизни к общему имперскому законодательству с небольшими местными вариациями в рамках возможного, дабы сохранить былой колорит. Ну и заодно договоры с большими группами игроков в них после некоторой коррекции. Иначе кто‑то хотел слишком многого и сразу, совершенно не оглядываясь на чужие интересы. Пришлось некоторых крупно обломать, заодно дав поразмяться имперским легионам. К счастью, узнав, куда направил свою экспансию Китай, другие страны Азии предпочли выбрать другой континент. Он больше и богаче, и вялотекущая война там пока затронула только самые густонаселённые области вокруг Крафагской Республики. Нам преимущественно приходилось общаться с всякими восточными европейцами. Албанская мафия и примкнувшие к ней всяческие европейские отбросы попытались организовать нам большие проблемы, однако нарвались на последовательное тотальное истребление с нашей стороны и со стороны официальных властей. Теперь их вешали практически в любом городе сразу же по выходу из 'священных рощ возрождения' без суда и следствия. А мы тем временем вели своё большое имперское строительство, требующее множества грамотных людей. Толковых исполнителей и не менее грамотных управленцев нам просто негде было взять. Полагаться только на местные кадры глупо, хоть мы и пытались использовать их, как правило, перемещая с одного привычного места на другое, дабы сбить устоявшиеся коррупционные схемы. Опять пришлось нанимать множество специалистов в реальном мире, благо мы могли позволить платить им большие зарплаты, дабы прельстить на переселение сюда. Но их тоже приходилось учить, объединять для работы в команды, приставлять секретарей и помощников из числа клановых бойцов, в том числе и для охраны от возможных посягательств со стороны всяческих недоброжелателей. Отсев по разным причинам оказался неожиданно велик, для работы годилось лишь двадцать процентов потенциальных претендентов. А за внеочередную установку нейринта и прочего тем, кто отсеивался, мы уже заплатили. Но, как известно — 'кадры решают всё', потому экономить здесь глупо. Кто‑то из привлечённых специалистов позже желал войти в клан и пройти общий курс обучения, так как хорошо видел открывавшиеся перед ним перспективы, однако большинство просто оставались наёмными работниками. Им так привычнее, игра их просто не захватила всерьёз. Но хоть дело сдвинулось с мёртвой точки. После добровольного включения очередного королевства в состав Великой Империи, в него направлялись несколько групп аудиторов, и, естественно наших клановых разведчиков и контрразведчиков. Моя личная роль сводилась к общению с монархом и его придворными, принятие их присяги верности и инспекции дворцового хранилища ценностей. Далеко не всё их содержимое было доступно и самим королям, я неоднократно открывал потайные закутки. Именно там иногда попадались реально нужные нам вещи, которые мы до сих пор не могли производить сами. По крайней мере — все индивидуальные амулеты телепорта, сумки контрабандистов, божественные алтари возрождения и две обильно выделяющие жизненную силу статуэтки богини Рааллы сразу пошли в дело. С их помощью я создал ещё два 'божественных резуректа', один на нашей тайной базе в 'Краю забытых героев', а второй в активно отстраивающемся портовом городе Випор, где мы создали нашу главную базу флота и построили огромную клановую цитадель. Сколько туда ушло ценных материалов… даже вспоминать не хочется, да и потраченное на создание магических систем время тоже. Зато теперь можно рассчитывать на то, что цитадель выдержит и удары 'морской звезды возмездия' крафагцев, заодно прикрыв от них и остальной город. Для получения такой возможности пришлось выстраивать его исключительно по своим проектам, как одну единую систему с управляющим центром в цитадели. В общем, к защите своих объектов мы подошли весьма основательно, ибо имелись все основания думать, что именно Випор станет первоочередной целью наших противников. Здесь уже активно действуют семь верфей, спуская на воду по большому военному кораблю каждую дюжину дней, материалами доверху забиты обширные склады, множество мастерских готовит паруса и такелаж. Огромный порт в речной дельте стал центром перевалки грузов, работая практически круглосуточно. Уничтожив город и порт, враги серьёзно замедлят наше продвижение в океан и нанесут огромный материальный ущерб. Как оказалось, в своих предположениях и опасениях мы были правы.

— Вон она, — молодая девчонка показала мне, куда нужно смотреть, дабы я долго не искал.

Прыгнуть сквозь пространство сразу к нужному месту мне не удалось. Пришлось сначала переместиться в крепость Випора, затем сесть на дожидавшийся меня скоростной дирижабль, выполнявший роль истребителя и штурмовика одновременно. Пятнадцатиметровый веретёнообразный жесткий баллон — корпус из тонюсеньких листов солнечного железа, утопленная в основной корпус маленькая двухместная кабина, две турбины двигателей, несёт немного бомб и одно дальнобойное орудие. Такая малютка могла легко утопить несколько крупных кораблей противника, да и высадившемуся на берег десанту доставить массу проблем. Жалко много построить их мы пока не могли — сложно, дорого, да и пилотов готовить трудно. Пока сделали только два, неспешно строится третий. Однако для противодействия подводным лодкам такой аппарат совершенно не рассчитан, их ему просто нечем достать. И эту промашку теперь придётся срочно исправлять мне, ибо больше некому.

— Уровняй наши скорости и снижайся, держась немного впереди, — скомандовал девушке, смотрящей в мою сторону просто с обожанием, на простое почитание тот взгляд совсем не катит, да и чего‑то большего ей явно хотелось, хотя об этом она боялась попросить.

Когда мы опустились до двухсот метров, я выпрыгнул из кабины через открытый бомболюк. Недолгий управляемый полёт вниз, и я стремительно вонзаюсь в воду, дабы успеть зацепиться за корпус движущейся в толще воды субмарины. Иначе придётся повторять прыжок, своими силами в воде я её просто не догоню. Мне повезло зацепиться за горизонтальный стабилизатор лишь у самого хвоста и не попасть под гребной винт. Набегающий поток воды пытался раздавить и оторвать меня, однако липкие перчатки и наколенники позволяли уверенно держаться. Распластавшись всем телом по поверхности, я медленно полз вперёд, периодически просвечивая корпус особым магическим плетением. Магия почти полностью поглощалась, однако мне хватало и слабых отголосков, чтобы определить наличие заполненных воздухом внутренних отсеков. Пробравшись туда, где по идее должна размещаться двигательная установка, совершил короткий пространственный пробой внутрь, заодно накинув на себя эффективную многослойную маскировку практически от всех средств обнаружения. Она, конечно, далеко не идеальна, я сам её легко пробиваю своим взором, но вот другие маги и специальные амулеты уже испытывают определённые сложности. Магам приходится сильно напрягаться, дабы выяснить — откуда именно берётся небольшой перекос потоков свободной силы, помеха это или совсем не случайная аномалия, а амулеты меня и вовсе не замечают. Хм, а тут внутри такое буйство силы, тёмные потери просто зашкаливают, можно особо и не прятаться, хрен кто почувствует. Неизвестные изобретатели придумали очередной мощный маго — электрический преобразователь, но совершенно не озадачились его оптимизацией. Работает и ладно. Ну, хоть эффективно экранирующий выбросы корпус сделали. Полученное электричество шло на большие моторы привода винта, на освещение и всё прочее. Дальше активной магии я и вовсе не видел, вот всякой электрики здесь хватало. В техническом отсеке никого живого не нашлось, одни механизмы. Вот за герметичной заслонкой я чувствовал подозрительное присутствие множества аур. Внутри лодки пространственное чутьё действовало чуть лучше, потому прыгал вперёд без особой опаски застрять в железках. Продвинувшись дальше, я попал на большой склад. Отдельными единицами хранения являлись хорошо экипированные и достаточно продвинутые бойцы, никого меньше семидесятого уровня нет. Защита сильно похожая на бронежилеты из реального мира, но явно имеющая приличную сопротивляемость магии, круглые шлемы с тактической начинкой, у всех портативные радиостанции с гарнитурами. И ещё стреляющие платиновыми пулями хорошо знакомые мне автоматы, что прямо говорит о тех, кто к нам в очередной раз решил пожаловать с весьма недобрыми намерениями. Причём бойцов здесь не меньше пяти тысяч, если грубо посчитать ряды с прозрачными ячейками — гробиками. Все люди находятся в состоянии очень глубокого сна, даже дышат раз в минуту. Грамотное решение, позволяющее перевезти большую кучу народа в сильно стеснённом пространстве. Кормить, поить не нужно, развлекать во время долгого плавания тем более. Дальше шло ещё одно такое же помещение, плотно забитое спящими бойцами как селёдкой в бочке. Невидимой тенью проскальзываю между стеллажей, размещая небольшие сюрпризы, вытаскиваемые из своей сумки контрабандиста. Теперь все эти 'товарищи' проснутся не раньше, чем мы этого захотим, 'магия вечного хранения' сбоев не допускает. А вот и проход наверх, тут далеко не один этаж, подводный корабль очень большой. И снова спящие бойцы, сколько же их. Уже насчитал под двадцать тысяч, а ведь это не предел, остались не проинспектированными ещё передние отсеки лодки. Вот этого десанта мы давно ждали и боялись. Но не просто же так они рванут в бой, одним количеством нашу оборону трудно задавить. Ответ на этот вопрос я быстро узнал, незаметно просочившись в рубку управления лодкой. Полутёмное помещение освещалось лишь индикаторами различных систем корабля, а также светящимися экранами продвинутого навигационного комплекса. Мой глаз отметил весьма подробную карту глубин морского дна с какими‑то цифровыми пометками. Вот тут нашлось только двое бодрствующих людей: первый — колоритный бородатый моряк в военной форме, сильно похожей на форму одной наглой заокеанской страны, а другой бритый наголо весьма пожилой маг явно высокого уровня в типичной женской одежде, состоящей из малиновой юбки и тёмного топика. Ага, и ещё без 'перстня долга' на пальце.

— Проверь, как мы укладываемся в график подхода, не хочется мне под цунами попасть даже на глубине, — спросил моряк мага на достаточно плохом имперском, но тот его понял, лишь немного поморщившись.

— Отставание не более двух малых циклов, — ответил маг, взглянув на какой‑то амулет, выполненный в виде обычных наручных часов. — Все другие лодки уже вышли на исходные позиции, цикл назад я получил сигналы готовности с них.

— Тогда и нам стоит ещё немного поднажать, дабы выпустить десант сразу по отходу волны, — заметил моряк, потянувшись к органам управления лодкой. — Сколько тебе потребуется времени на приведение бойцов в чувства, может пора начинать их будить? — поинтересовался он у мага.

— Одного цикла хватит, — ответил тот, тихо хмыкнув себе под нос. — Пока незачем торопиться.

'И действительно вам уже некуда торопиться', — мысленно ухмыльнувшись, я решил начать действовать. Парализующий луч касается моряка, а мой 'Вампирический кинжал' одновременно с ним втыкается в глаз мага. Пытаться захватить его живьём я даже не думал, сказывался опыт предыдущих столкновений. Таких противников нужно как можно скорее уничтожать, пока они не натворили бед, а поглощённую душу позже переварить. Хоть маг в последнее мгновение и сумел обнаружить опасность, но что‑то сделать — уже нет. Быстро выскочившая из мёртвого тела крупная душа чуть не ускользнула, я едва успел перехватить её. Дождавшись схода эйфории после поглощения, приступил к потрошению моряка. Мне требовалось срочно вытянуть из него необходимую информацию. Возложив на его голову специальный амулет с малым камнем разума, решительно полез в его мысли. Аллия подучила меня кое — чему, дабы мне не требовалось постоянно выдёргивать её или кого‑либо из ведьм, тем более у них и так хватало работы. Пять минут, и я уже знаю, как управлять захваченным кораблём. Несколько движений рукоятками и лодка поднимается к поверхности, одновременно снижая скорость. Торопиться ей больше некуда, зато поторопиться придётся всем нам. Ещё полчаса жесткого ментального допроса с выворачиванием чужой личности буквально наизнанку, заставляют меня резко рвануть вверх и наружу, дабы скорее передать добытые сведения. Надвигающуюся рукотворную катастрофу уже нельзя отменить, но ещё остаётся время для минимизации возможного ущерба.

* * *

К своим семидесяти трём годам жизни Лариса Александровна достигла весьма многого. Прожила в одном браке сорок лет, родила двух дочерей. Благополучно пережила мужа, хотя его потеря ей и далась весьма нелегко. С реализацией в социуме тоже преуспела. Два высших образования, заслуженный экономист, главный аудитор крупной полугосударственной компании, несколько достаточно высоко оцененных другими специалистами научных работ и большой стаж преподавательской работы. Вот только здоровье в последние годы сдало. Если с ногами ещё врачи более — менее помогли, то с постоянными сильными головными болями приходилось мириться, начав употреблять совсем уж радикальные фармакологические средства. Сказывалась нервная работа и многое другое. Лариса понимала, что так долго не выдержит, но бросить работу тоже не могла, ибо её младшая дочь оказалась плохо приспособленной к жизни, даром что редкая красавица, над которой практически не властвует время, делая её только краше и привлекательнее. Так и прыгала вертихвостка от одного мужика к другому, и всё никак не могла успокоиться. То денег ей мало, то любит он плохо и вообще сам какой‑то не такой. А ведь уже совсем не девочка, недавно тридцать пять исполнилось. И ладно бы страдала сама, дура, но вот её двое детей… их бабушке Ларисе было по настоящему жаль, потому помогала им и дочери как могла. А могла с каждым годом всё хуже и хуже. Возраст давал о себе знать, да и наглая молодёжь старалась вытеснить стариков с хлебных должностей. Лишь огромный опыт позволял ей крепко держаться за своё место. И вот относительно недавно по времени реального мира ей сделали предложение, от которого она захотела сразу же отказаться. Ну не сопливая же девчушка играться во всякие там глупые игры. Она ещё хорошо помнила то время, когда молодёжь как зомби ходила, уткнувшись носами в свои сотовые телефоны, и ничего не видела вокруг. Ловили всяких там вымышленных существ, то ли пукимунов, то ли ещё кого. Глядя на них, её муж тогда ехидно ухмылялся, со смехом называя всех этих ловцов самыми настоящими пукимунами — то есть управляемыми компьютером живыми игрушками без своих мозгов. И в этом мнении он был отнюдь не одинок, нашлись и другие, снимающие на видео таких ходячих пукимунов и размещая смешные видео с их участием в сети. Впрочем, сломить тенденцию коммерческого одурачивания масс отдельные энтузиасты так и не смогли, однако часть молодёжи всё‑таки сумела вовремя понять, что так можно совсем заиграться и начисто выпасть из реальной жизни. Позже стали более доступны очки дополнительной реальности, а ловля пукимунов незаметно сошла на нет, заместившись другими более интересными развлечениями. И вот теперь на старости лет ей предложили практически целиком переселиться в компьютерную игру, сначала на время, а там… Причём предложили люди, которых она искренне уважала. Неслыханно! Однако помимо очень хорошей зарплаты за её профессиональную деятельность они обещали немного помочь ей и со здоровьем, рассказывая о какой‑то особой магии, действующей почему‑то не только в одной игре. В общем, после очередного острого приступа головной боли, окончившимся посещением больницы, Лариса решила выдать своё согласие на эксперимент.

Поначалу она никак не могла поверить, что всё вокруг в этом электронном мире не настоящее — так велико оказалось тождество чувств. Даже её голова продолжала сильно болеть тут. Ей посоветовали сформировать виртуальное тело по полному подобию реального, для какого‑то там непонятного успеха лечения. Если уж врачи с самой современной медицинской техникой ничем не могли помочь, куда там каким‑то придуманным магам. Однако уже через реальный месяц постоянного пребывания внутри игры, всё сильно поменялось. Те маги, Лариса, впрочем, даже не поняла, кто они, действовали совершенно незаметно, тайком что‑то изменяя в её теле. Совсем по чуть — чуть, она даже не смогла ощутить этих изменений, занимаясь предложенной ей привычной работой по проверке кучи бумаг, постоянно подносимых ей множеством помощников и помощниц. Однако головные боли быстро ушли в прошлое, да и сама она сильно помолодела, снова почувствовав себя степенной дамой, а не разбитой старухой как раньше. Сильной, упорной и весьма умной. Каково же было её изумление, когда едва выйдя из капсулы для посещения врача и решения кое — каких оставшихся снаружи дел, она вдруг обнаружила совершенно невероятные изменения и реального тела. Она почему‑то заметно помолодела и тут. Регулярно обследовавший её врач долго не мог прийти в чувства, сначала даже не признав свою постоянную пациентку. И лишь проведя комплексное обследование её организма, признал чудесный факт. Как оказалось, подобные ей случаи уже отмечались далеко не один раз, но пока проходили по части курьёзов. Никто из реальных светил медицины исследовать ту магию пока официально не взялся. Да и сами случаи обычно замалчивались в средствах массовой информации, проходя в них лишь на уровне рекламы той игры и досужих сплетен, которым ни один серьёзный человек просто не поверит. Тогда‑то умная Лариса и поняла, что игра совсем не игра, а нечто большее. Тот нарисованный мир во многом оказался лучше мира реального. Ярче, честнее и гораздо перспективнее. Потому она возвращалась в элитный центр виртуальной реальности в приподнятом настроении, так и не заметив слежки за собой. Её врач, гнида, вовремя вспомнил об обещании хорошо заплатить, если вовремя сообщит об очень интересном случае кому надо. Но вот по возвращению в 'новый мир', как она стала называть игру, ей пришлось пообщаться с клановой службой безопасности. Оказывается, у них и таковая имелась. В общем, напугали её изрядно, посетовав, что некоторые инструкции и рекомендации, которые она так легко нарушила даже не задумавшись, пишутся исключительно кровью. Причём совсем не виртуальной. С тех пор Лариса не выходила наружу, полностью отдавшись новой жизни. Снова старательно учила молодёжь, распутывала хитрые схемы обмана клиентов и ухода от налогов, выводила именитых воров на чистую воду. Местные короли боялись её появления до дрожи в коленках, куда больше чем самого Великого Императора, которого, впрочем, никто живьём не видел. И такое вот особое отношение к ней просто лило бальзам на Ларисину душу.

Когда ей выделили отпуск в принудительном порядке, ей сильно захотелось посмотреть, как живёт её организация — наниматель — клан с весьма оригинальным названием 'Семья'. Надо отдать нанимателям должное — особо таиться от неё даже не думали, показывали, объясняли, рассказывали, как они дошли до жизни такой. Некоторые вещи вызвали у неё большое недоумение, ибо бухгалтерии в клане просто не велось. Какие‑то непонятные доходы, откуда что берётся, пожалуй, и руководство не знает. Совершенно чудовищные расходы на войну — оружие, амуниция, боевой флот. Однако система как‑то работала, причём — работала хорошо. Практически отсутствовало финансовое стимулирование членов клана. Да, им регулярно платили зарплату, которая шла на оплату доступа в виртуальный мир, но не более того, причём все, кого она расспрашивала, лишь пожимали плечами и спрашивали — чего ей самой не хватает? Оказывается, тут практически дошли до настоящего коммунизма, отбирая пригодных для него людей из общей массы, а кого‑то и перевоспитывая в процессе сложной боевой подготовки. Другие вещи заставили её возмущаться. К примеру, совершенно нескрываемая половая распущенность — клановые бордели. Только для своих, к счастью, если тут можно так выразиться. Впрочем, как она уже знала — что‑то подобное тут в порядке вещей у многих кланов. И ведь девицы шли туда работать совсем не из‑за нужды — вот это вызывало самое большое изумление, а так же возмущение. А тут ещё и извращения, которые скромно называли — 'семейными группами', с которыми никто и не думал бороться, прикрываясь на словах какой‑то там 'магией любви'. Выразившей своё искреннее возмущение Ларисе тихо намекнули, чтобы она не говорила о том, чего просто пока не понимает, но ведь что тут можно понимать! Обычная семья, состоящая из мужчины и женщины, а также их детей — подлинная ценность, проверенная временем! На что ей, так укоризненно качая головой, ответили, что каждый человек в своей жизни имеет право попробовать найти свои ценности, пусть и не такие подлинные. В общем, она поняла, что говорить на эти темы тут не принято, дабы не обижать, в общем‑то — хороших людей, пусть ещё и не познавших своего счастья.

И вот сегодня, в самый последний день своего отпуска, она напросилась на воздушную экскурсию. Большой пассажирский дирижабль с названием 'Небесный Кит' ежедневно развозил смены работников по ближайшим к городу — порту Випор островам и базам, после того как на море прекратили действовать 'быстрые пути', как тут называли порталы мгновенного перемещения. А в свободное время предлагал воздушные экскурсии для многочисленных желающих, на чём клан тоже не забывал заработать немного монет. Как оказалось, тут развлекательный бизнес поставлен на очень широкую ногу. Турниры среди воинских отрядов, конные бега, показательные спортивные состязания женщин — сумоисток и многое другое. Возникли и самые обычные туристические агентства, предлагающие различные туры по самым красивым местам цифрового мира буквально на любой вкус и кошелёк. Надо ли говорить, что они пользовались большой популярностью?

Поначалу экскурсия доставляла Ларисе большую радость, она смотрела с высоты на растущий город, на многочисленные парусные корабли, снующие туда — сюда по широким рукавам речного устья. Затем произошло что‑то непонятное и вместо того чтобы пойти в город на швартовку дирижабль стал метаться над заливом, периодически что‑то сбрасывая в воду. Туристам сказали, что ожидается небывалое пиратское нападение, потому придётся потерпеть, пока эту угрозу не устранят. Но до самого вечера ничего такого не происходило. Лишь все корабли покинули порт, кто‑то ушел далеко в море, а другие нырнули в расположенную в одном из протоков устья большую арку портала. На берегу поначалу тоже отмечалась нездоровая суета, однако к вечеру город и порт практически опустел. И вот в лучах заходящего солнца что‑то началось. Где‑то далеко — далеко в море вспыхнули очень яркие огни. Огни погасли, но буквально через несколько мгновений произошла серия сильных взрывов гораздо ближе, кажется именно там, где их дирижабль что‑то разбрасывал в море. За этой серией произошла вторая, кажется ещё более сильная. Барражирующий на большой высоте дирижабль чувствительно тряхнуло долетевшей ударной волной, заставив пассажиров хвататься за поручни, дабы устоять на ногах. Взрывы породили огромную волну на поверхности моря, устремившуюся во все стороны от условного эпицентра. Волна быстро достигла берега, красиво побежала по речным рукавам и затопила порт вместе с ближайшими к нему городскими кварталами. И лишь несколько минут спустя, когда первая волна только — только отхлынула обратно, все с огромным изумлением заметили вторую, подходящую со стороны моря поистине гигантскую волну, вырастающую прямо на глазах, чем ближе к берегу — тем больше. Водяной вал буквально обрушился на берега, с поразительной лёгкостью сметая всё на своём пути. Однако стоило отметить — первая волна сумела заметно ослабить вторую, без неё она бы стала ещё больше и разрушительнее. Лариса с непередаваемым ужасом смотрела, как разбушевавшаяся водная стихия неотвратимо поглощает лежащий внизу город. Поистине апокалипсическая картина разрушений. Но достигнув определённого успеха, волна словно наткнулась на какую‑то незримую преграду, закрывшую от неё дальнюю, самую развитую часть города с возвышающейся над ней огромной клановой цитаделью. Так и не сумев пробить преграды, волна схлынула обратно в море уже в наступившей ночной темноте, а дирижабль быстро пошел на снижение, дабы выпустить ошеломлённых и перенервничавших пассажиров на землю.

* * *

Несмотря на своевременное обнаружение врага и все наши попытки противодействия ему, ущерб от его действий оказался поистине огромным. Вся нижняя часть города Випор вместе с портовыми сооружениями, складами и верфями практически перестала существовать. Местами смыло даже фундаменты строений. Разрушены или серьёзно пострадали наши базы на ближайших островах. Четыре новых боевых корабля оказались в зоне воздействия вражеского подводного магического заряда огромной мощи, отправившись на дно. А если бы мы не сумели ослабить волну цунами, ущерб стал бы ещё больше, став поистине катастрофическим. Сильно сомневаюсь в том, что наша клановая цитадель смогла бы устоять, тем более защитить верхний город от полного разрушения. А без неё перед вражеским десантом открывался свободный путь вверх по реке в баронство Ток, где для него имелась цель высочайшей значимости — главная база имперских легионов вместе с их алтарём возрождения. Разрушь его — и легионы выдут из игры. По крайней мере — враги именно так считали, совершенно не догадываясь о наших возможностях частично справиться и с таким ударом. Я не уверен в нашей возможности полностью обломать их коварные замыслы, если бы они действовали быстро и решительно, как изначально и собирались. Сами легионы сейчас раздёрганы по всему материку, и быстро собраться вместе для отражения удара просто не успевали. От отдельных же отрядов слишком мало пользы. Да и реально противостоять новому стрелковому оружию крафагцев броня большинства легионеров не могла. Платиновые пули пробивали её буквально навылет. К тому же вместе с обычным десантом шла и внушительная магическая поддержка из сильных колдунов Братства Треугольника. Мы бы тоже оказались сильно заняты отражением одновременных атак на наши многочисленные клановые объекты. Враги грамотно просчитали время и место своего удара. Здесь мы ещё не набрали полной силы, хотя оказались достаточно близки к тому. И если им полностью удалось бы задуманное с выброской десанта — они получали крепкий плацдарм на нашем побережье, откуда их крайне трудно сковырнуть, даже имея огромный перевес сил. Заблокировав портал в нашей цитадели, они бы легко укрепились за достаточно короткий срок. Подойти к ним значительными силами, дабы попытаться их выбить, тут можно только по морю, а это направление они бы перекрыли своим подводным флотом. Где‑то в океане сейчас болтается большой флот вторжения, ожидая результатов первой фазы наступления, которую нам всё же удалось сломать.

Сразу же после захвата первой десантной подводной лодки, я снова поднялся в небо на скоростном дирижабле, дабы повторить удачную попытку со второй и третьей. Тогда мы уже точно знали, где именно их нужно искать. Они дожидались нужного момента в удобном позиционном районе, куда гарантированно не дойдёт большая волна. С их обнаружением сложностей не возникло, как и с последующим захватом по отработанной технологии. Там прошло даже лучше, ибо я сообразил применить особый магический яд из своих старых запасов, потому даже бодрствующие колдуны благополучно попали к нам в плен. Первомаг давно хотел провести натурные испытания модернизированного 'перстня долга', исключающего возможность снятия всеми известными способами, заодно попытаемся кого‑то перевоспитать. Кстати, для выброски десанта лодкам не требовалось подходить к берегу вплотную и даже всплывать на поверхность. В носовом отсеке у них размещался особенный портал, пробивавший расстояние не более пяти километров, зато открывая выходное окно практически в любом удобном месте. Конструкция далеко не самая эффективная по части энергетических затрат, но чертовски удобная.

Вот за пятью небольшими атакующими субмаринами пришлось устроить настоящую охоту. Они не стояли на одном месте, а крутились неподалёку от позиционного района, охраняя транспортники десанта от случайного обнаружения со стороны нашего парусного флота. Туда и слетелись все патрульные дирижабли с опытными наблюдателями на борту из числа тех, кто оказался неподалёку или отдыхал на базе перед долгим дежурством над океаном. Хоть к тому моменту день и клонился уже к вечеру, видимость падала, но всех охотников им удалось засечь. Я снова нырял с большой высоты, один раз всё же попав под винт, не сумев вовремя зацепиться за корпус. Повезло — отделался только одним сильным испугом — сказалась моя стойкость к физическим повреждениям. Последнего подводного охотника удалось перехватить уже после начала рукотворного катаклизма. По имевшейся у ментально допрошенного мной капитана большой субмарины информации других подводных лодок у Крафаги больше не было — всё созданное к настоящему моменту решительно брошено в бой. Противник хорошо понимал — если дать нам ещё время для усиления, выбить нас с материка шансов у них не останется. И мы тоже не станем долго сидеть на одном месте, почивая на лаврах. В этом мире должен остаться только один главный центр силы, только один Великий Император. Потому решающая битва должна состояться в самое ближайшее время, пусть полной готовности к ней нет ни у нас, ни у них.

Хотелось верить — вражеская эскадра вторжения ещё не знает о произошедших у нашего побережья событиях. Магическая связь над морем всё так же не действовала, потому противники тоже 'изобрели' радиосвязь и соответствующую технику на магической основе. Причём не сильно хуже нашей. Решительно наплевав на происходящие в этот момент массовые нападения заранее подкупленных оставшимися на нашем материке агентами Крафаги наёмников на наши объекты, отдал в эфир кодовый сигнал успеха на вражеской волне недрогнувшей рукой. Теперь остаётся только ждать и готовиться к встрече многочисленных гостей. Нам недостаточно их просто уничтожить — требуется захватить в плен как можно больше сильных игроков, дабы привязать их к нашим особым алтарям возрождения, как мы собираемся вскоре поступить с первым десантом. По сути, мы хотим повторить фокус, который некогда провернули адепты тёмного божества с имперскими легионами, но без использования человеческих жертвоприношений. Только так появится возможность заметно ослабить наших противников перед ответным визитом вежливости. Ведь для рывка через океан там собрали лучших их лучших. Игроков и местных жителей. В дело вошли крафагские олигархи, Братство Треугольника, Союз Чистых и многие другие, прежде активно воевавшие между собой. Мой соперник за звание Великого Императора как‑то сумел временно примирить почти всех. И только оставшиеся адепты уничтоженного мною тёмного божества отказались примкнуть к нему, за что их там собираются извести как класс, едва разделаются с нами. А пока огромная эскадра движется в нашу сторону, есть время разобраться с захваченными трофеями, дабы они хорошо послужили уже нам.

Стройные колонны голых мужиков в рассветных лучах солнца медленно тянулись по улицам разрушенного цунами города в сторону возвышающейся над местностью огромной цитадели. Если бы кто взглянул на их лица, то увидел бы застывшие на них маски полнейшего равнодушия и совершенно пустые глаза. Но зрителей этого 'парада победителей' можно было пересчитать лишь по пальцам одной руки. Жители и гости города благополучно эвакуировались ещё до начала рукотворного катаклизма. Голые пленники не предпринимали даже отдельных попыток сопротивления, ибо ещё продолжали спать, передвигаясь исключительно по воле могучей внешней силы, взявшей под контроль их тела. Большой круг объединивших свои разумы ведьм с Аллией во главе легко смог подчинить всех. Кое‑кто из вражеских десантников был ими намеренно убит, дабы по возрождению на другом континенте рассказать своим хозяевам о лёгкой победе. Им вот просто немного не повезло случайно встретить выживших в катастрофе. А внушенные воспоминания сделают рассказы красочными и достаточно достоверными. Достоверности грандиозного поражения придадут и наши действия. Во многих королевствах начнётся суета, переходящая в лёгкую панику, имперские легионы куда‑то исчезнут. Мы начнём изображать судорожную подготовку к масштабной атаке выбросившегося вражеского десанта, готовя свой десант. Заодно и узнаем, кто здесь с нами, а кто против нас. Вражеская эскадра вторжения должна поспешить к нашим берегам, дабы окончательно закрепить достигнутый первой волной успех. И даже если кто‑то там что‑то заподозрит, то уже не успеет что‑либо предпринять.

* * *

Аллия блаженно расслаблялась на мягком ложе, когда её мужчина нежно гладил её обнаженное тело по спине и немного ниже. Вот его тёплые и сильные руки снова резко взмывают ввысь, дабы несколькими мгновениями позже опуститься мазками лёгких касаний каждое из которых вызывало у девушки лёгкую дрожь блаженства. Пройдясь чуть более плотно по упругим ягодицам, как бы отмечая все идеальные изгибы, тёплые руки снова скользят вверх, теперь по поверхности боков. Лёгкая щекотка только больше возбуждает, постепенно выветривая дурные мысли и всяческие сильно запоздалые предчувствия неудач. Девушка уже твёрдо уверила себя — теперь они смогут победить. И лишь хорошо чувствующийся взгляд откуда‑то издалека этой взбалмошной Богини Лиявы немного мешал ей полностью отдаться волнам поистине божественных касаний. Теперь она его хорошо видела и даже чувствовала. Нет бы присоединиться сейчас к ним за компанию, а не так, нагло подглядывать со стороны. Раньше такого девушка никогда ещё не чувствовала, хотя могла легко догадаться, чем та любит заниматься. И немудрено. Проведённый ей большой ведьмин круг сильно изменил всех участниц, сначала соединивших свои сознания в Великом Камне Разума, а затем разделивших собранное воедино сверх сознание посредством Великого Камня Пространства на множество отдельных потоков. Сто тридцать три девушки смогли легко подчинить своей воле более ста сорока тысяч сильных бойцов одновременно. Но при этом на них свалились все тайны их жизней, мечты, желания, хорошие и плохие, приятные и противные, едва не растворив их личности в потоке чужих переживаний. Как самой опытной и самой сильной менталистке этого мира, Аллии пришлось многое принять на себя. Как ей удалось сохранить последние остатки разума — она и сама не помнит, лишь невидимый якорь её необычной любви надёжно удерживал её в этом чудовищном водовороте чужих страстей и эмоций, позволяя довести начатое дело до конца. Они заставили всех вражеских бойцов скинуть всё лишнее с себя и с большой радостью привязать свои грешные души к особому алтарю возрождения, от которого им не удастся более оторваться. Даже смена игровой аватары не поможет. Пришлось пожертвовать только недавно подготовленной запасной площадкой для имперских легионов, расположенной посреди бескрайних степей в самом центре материка. Красивый степной оазис с глубоким холодным ключевым озером бесконечной синевы теперь по праву принадлежит пленникам. Кто‑то из них, возможно, сумеет вскоре обрести лучшую долю, однако и для всех прочих найдётся подходящая работа. У нас кто не работает — тот не ест.

Выйдя из процесса слияния разумов, все ведьмы ощутили в себе большие изменения. У всех заметно подрос личный уровень, минимум на сто пятьдесят пунктов. Но он лишь косвенно отражал иное — все девушки превратились в полноценных магов разума и пространства. Теперь они могли не только читать мысли при непосредственном физическом контакте с объектом, как раньше, и с большим трудом внушать им нужные образы, а брать сознания и тела других людей под свой контроль на некотором расстоянии. Кроме того, открывшееся им пространственное чутьё позволяло находить других людей и материальные предметы, где бы они ни прятались. И это ещё далеко не все способности, Аллия надеялась на последующую передачу девушкам ещё возможности прямого пространственного перемещения, которым давно владеет она сама. Её силы тоже заметно возросли, как и уровень, достигший семисот двадцати счётных пунктов. Но за всё, так или иначе, приходится платить. Свалившийся груз ответственности за общее дело буквально раздавил её — слишком многое ей стало известно. И от былой весёлой игры ничего больше не осталось — лишь нелёгкая ноша того кто знает и того кто может что‑то реально изменить. Она слишком хорошо понимала — от судьбы игрового мира сейчас зависит судьба мира реального. И лишь иногда можно ненадолго превратиться в слабую женщину, отдавшись в руки сильного и мудрого мужчины. Она далеко не один раз спрашивала себя — что же это за чувство, которое она испытывает к нему. 'Любовь' ли это или что‑то иное? И если это любовь, то почему она так легко терпит других претенденток на душу и ложе? Но каждый раз приходила к одному и тому же мнению — любовь — это не только одни чувства, а набор действий, отношения с партнёром и чего‑то ещё. Бережное отношение, забота, уважение, принятие имеющихся недостатков, желание близости — вот такой забавный коктейль. Чувства же… её влюблённость уже стала чем‑то весьма незаметным на фоне остального. Другие же претендентки… из реальных живых людей имелась только вторая Богиня — Клариса, но она совершенно не претендовала на что‑то большее нечастых встреч с её мужчиной и то по большой необходимости. Единственное, в чём действительно можно как‑то попенять партнёру — это относительная редкость интимной близости между ними, но учитывая его и собственную занятость, с этим можно легко смириться. Зато они могут мысленно общаться друг с другом, невзирая на разделяющее их расстояние — это пока крайне мало кому доступная ценность.

— Сильно я тебя напугала? — спросила Аллия, переворачиваясь на спину и ловко утягивая мужчину за собой на ложе.

Её посетило весьма неприятное чувство вины и чего‑то ещё, ибо она сама настояла на проведении ритуала, хотя кое‑кто его категорически не рекомендовал проводить без должной подготовки.

— Знаешь, я прежде твёрдо считал, что бросаться с головой во всякие опасные авантюры — исключительно моя прерогатива, — тихо хмыкнул Рэй Димиус, продолжая гладить тело девушки, отдельно выделяя некоторые интересные места.

Аллия ухватила его руку и подняла её чуть выше, туда, где ей хотелось бы сейчас ощутить чуть больше внимания. Многоопытный любовник быстро понял всё без лишних слов.

— Вот скажи мне, а что будет после…? — Неожиданный вопрос сорвался сам собой, Аллия даже не успела задуматься.

— До этого 'после' сначала нужно дожить… — довольно скептически заметил её мужчина, продолжая уделять должное внимание её телу.

Он знал, что пережившим тяжелые ситуации женщинам стоит выговориться, а особый массаж в его исполнении в этом хорошо помогает. Как и кое — чему другому, впрочем.

— Я знаю, ты меня так нарочно пугаешь, — хохотнула девушка, поворачиваясь на бок. — Ты сам любишь строить дальние планы, гораздо дальше, чем видимый мной горизонт событий, — попеняла она ему.

— А чего бы ты сама хотела? — Встречный вопрос заставил Аллию серьёзно задуматься.

В последнее время она стала иногда путаться в своих собственных желаниях и тех, которые приходили извне. У продвинутых менталистов есть и свои сложности в жизни.

— Знаешь, я, наверное, сейчас скажу обычную банальность… — после продолжительной паузы ответила она. — Тогда, ещё в самом начале нашего знакомства, ты дал мне всё, о чём я только могла мечтать и даже больше того. Только позже я осознала истинную цену многих мечтаний, прежде они мне виделись совсем по — другому. Ну как бы… — ещё одна краткая заминка, — 'чтобы у нас всё было и чтобы нам за это ничего не было', — весело хохотнула она. — И только набрав силы, я приняла идущую вместе с ней немалую ответственность. А просить кого либо, и тебя в том числе, избавить меня ещё и от совести, я, пожалуй, не стану. Ибо тогда точно потеряю саму себя, став настоящим монстром. Но это только присказка… — она снова взяла паузу, снова повернувшись к внимательно слушавшему мужчине животом. — Как это ни странно, но мне сейчас больше всего хочется обычной семьи, ребёнка и какого‑либо ненапряжного занятия. Без подчинённых и без ответственности. Рукоделием там заняться или чем‑то вроде того. Но при этом я прекрасно понимаю, что едва обретя желаемое, мне быстро захочется снова окунуться с головой в бушующий водоворот событий, дабы ощутить ту непередаваемую остроту и вкус очередной победы над самой собой. Вот такая я вся противоречивая… — ещё раз хохотнула она. — А теперь иди скорее сюда, ибо я больше не могу терпеть, — одним ловким движением девушка притянула мужчину к себе, впившись в его губы горячим поцелуем разбуженной и основательно распалённой страсти.

Что происходило дальше, видела только одна хитрая Богиня, ибо смогла подглядывать даже через два сложнейших защитных полога на чистом автоматизме выставленных сильными магами, страстно желавшими уединиться, дабы им никто не мешал наслаждаться друг другом.

* * *

Над Великим Океаном разыгрался сильный шторм. Резкие порывы ветра легко срывали паруса и даже ломали крепкие мачты, а огромные волны перехлёстывались через палубы крупных кораблей, смывая всё с них, что не было надёжно закреплено. Сначала на горизонте появилась лёгкая облачность, однако опытные мореплаватели уже тогда хорошо понимали к чему идёт дело. Спешащая к своей цели эскадра вторжения почти достигла её, растянувшись на многие километры в длину и раздавшись вширь. В условном центре шли громадные носители миллионного десанта, а периферию держал боевой флот, дабы отразить любое возможное нападение со стороны пока ещё недобитых врагов Крафаги, которые вскоре будут непременно смешаны с землёй или отправлены на морское дно. И даже неожиданно навалившийся сильный шторм не способен помешать их планам, лишь немного задержать. Более десяти тысяч океанских парусных судов никак не могли собраться в одно компактное образование, дабы совместно противостоять ударам стихии и не оказаться разбросанными по большой океанской поверхности, где так легко стать жертвой вражеского нападения. Но опытные капитаны и ещё более опытные маги смогли добиться поистине невозможного — выстроившееся большим чётким ромбом ядро эскадры накрыл единый купол магической защиты. Теперь ни шквальный ветер, ни штормовые волны уже не могли причинить вреда перегруженным кораблям и их весьма многочисленным пассажирам. Боевые корабли же расходились ещё шире, им придётся бороться с разбушевавшейся стихией своими силами, все имевшиеся в наличии маги занялись исключительно защитой носителей десанта. Но на что‑то большее их сил уже не оставалось…

— Мне не нравится эта погода, мне не нравится эта эскадра, мне не нравится груз отпетых висельников в трюмах и тот паршивый император, из‑за которого нас тут трясёт и качает посреди океана, — громко возмущался массивный адмирал Грод перед оккупировавшей кают — компанию флагмана весьма немногочисленной публикой.

Адмирал Грод по праву считался даже не 'морским волком', а настоящим 'морским драконом', потому мог позволять себе весьма неоднозначные высказывания, причём в любой адрес. Его характер совсем не отличался добротой и покладистостью, зато в нём хватало злости и прямолинейности. И обычно все высказывания в адрес самых значимых персон сходили ему с рук.

— А какого именно императора ты сейчас имел в виду? — поинтересовался второй заместитель адмирала Гортус.

Человек редкостной склизкости — именно так можно кратко охарактеризовать его. Мелкий, плешивый, весьма неприятного вида лица, с вечно бегающими глазками. Однако знающие люди старались либо не общаться с ним, либо угодить ему, ибо хорошо знали о нравах его покровителей, которые ультимативно приставили его к адмиралу, наплевав на личное мнение того. И своим вопросом Гортус ставил Грода в весьма неловкое положение, о чём прекрасно понимали все здесь присутствующие.

— Мне известен только один император, про всяческих узурпаторов говорить не приходится, — усмехнулся в свои пышные усы Грод, открыто насмехаясь над тем, кто его хотел уязвить, дабы позже обвинить в нелояльности.

— И тебе совсем не страшно называть его паршивым? — Вкрадчиво поинтересовался Гортус, явно желая занять место Грода и собрать всю славу победителя, благо эскадра уже практически достигла своей цели и от опыта главнокомандующего почти ничего не зависит.

— А как его иначе называть? — Грод совершенно не видел для себя опасности, пока он находится в море, а после, в случае успеха любые его слова перестанут что‑то значить.

— Например — Великим… — Гортус продолжил накалять эмоциональную обстановку.

— Великие бы не стали сидеть на берегу, а сами ринулись в бой, — легко парировал выпад адмирал Грод. — Что, по — твоему, сделал тот император? — задал он вопрос в окружающее пространство. — Чего он построил, кого завоевал? Всего лишь крепко запугал сидящих в сенате жирных скотов скорым приходом его сильно недовольного оппонента с другого материка. Это ли действительно признак истинного величия? — звонко рассмеялся Грод.

И это было той самой правдой, против которой трудно возразить. Другие присутствующие в кают — компании тоже улыбнулись, а вот Гортус выглядел словно подавившись. И пусть реальные события и реальное положение вещей мало кто видел и ещё меньше кто понимал.

— Архимаг Крез считает бурю рукотворной, — громко хлопнув входной дверью, присоединился к компании магистр Дорес, сразу же вывалив свою новость на головы собравшихся.

И новость, прямо говоря — их совсем не обрадовала, если взглянуть на их быстро помрачневшие лица. Ибо они прекрасно понимали — тот, кто овладел управлением погодой, быстро овладеет и всем океаном.

— Архимаг выделил чётко повторяющиеся участки воздушных масс с едва заметными остатками структурированной силы, — продолжил выкладывать свои плохие новости магистр. — Потому ждать естественного затухания непогоды мы больше не можем. Адмирал, у вас есть, что предложить в такой ситуации? — обратился он к Гроду, все прочие внимательно взглянули в его сторону.

— Нам придётся разделиться на четыре части чуть раньше, чем предполагалось по изначальному плану, — тяжело выдохнул тот. — Сильно сомневаюсь, что рукотворный шторм сможет разделиться и последовать вслед за ними. А самая крепкая часть ядра продолжит идти в сторону главного направления высадки десанта, удерживая всё внимание противника на себе. Думаю, мы справимся с выброской и в таких погодных условиях, — оптимистично заметил тот, совершенно незаметно для себя проваливаясь в глубокий сон, поникая головой и опуская крепкие руки на колени.

Он так и не успел заметить, как быстро уснули и все слушавшие его речь. Уснули не только в кают — компании, сон опутал палубу, где объединившиеся в круг силы маги упорно боролись с непогодой, проник в трюм и незаметно перекинулся на другие корабли. Шторм постепенно привёл огромную эскадру вторжения в нужную точку, где давно поджидало её особое природное воздействие и летучий магический эликсир долгого сна. Буквально через полчаса ветер полностью стих, а небо стремительно очистилось от тяжелых туч. Эскадра со спущенными парусами покачивалась на волнах, а на палубах кораблей не наблюдалось ни одного матроса. И лишь безучастная полная луна и не менее безучастные звёзды смотрели с небес на крушение чьих‑то верных замыслов и самых надёжных планов.

* * *

— И к чему была такая поспешность вашего предложения о личной встрече? — спросил я Ивана Петровича, или кто он там на самом деле, весьма недовольным тоном.

Ибо из‑за него мне не позволили даже немного отдохнуть после того, как я восемь суток кряду работал генератором непогоды. Вот и пригодился некогда добытый 'Осадный боевой резонатор'. С помощью него оказалось возможным воздействовать и на воздушные массы на весьма большой площади, а знание основных принципов действия атмосферы позволили создать рукотворный шторм большой силы и поддерживать его нужное время. Несколько моих первых попыток взять стихию под контроль оказались весьма неустойчивыми, но желания и злости хватило для того чтобы не остановиться на полпути. Дальше же приходилось лишь постоянно контролировать запущенный процесс, болтаясь в небесах неподалёку, дабы он не развалился по естественным причинам. Маленький дирижабль мотало и трясло в воздушных потоках как идущую через речные пороги лодку, о каком‑либо комфорте говорить не стоило. Однако до самого завершения операции вражеские маги так ничего и не заподозрили, хотя 'тёмные потери' и редкие случайные выплески силы были весьма значительны. И вот теперь, едва я оказался на твёрдой земле, меня огорошили известием. 'Конторе' снова что‑то срочно потребовалось от нас, а её полномочный представитель наотрез отказался говорить с кем‑либо кроме меня.

— Мы знаем о возникших у вас некоторых неприятностях и готовы со своей стороны помочь выйти из них с минимумом потерь, — начал говорить Иван Петрович с хорошо заметной улыбкой и вообще выражал большую уверенность своим видом.

— О чём вы говорите? — я изобразил на своём лице искреннее непонимание.

— Вы недавно потеряли свой город — порт, ныне захваченный многочисленным десантом с другого материка, — он начал перечислять: — Ваша попытка сбросить десант в море с помощью своего ответного десанта окончилась крайне неудачно, можно уверенно сказать — флота у вас тоже больше нет. Ваших людей открыто гонят из некоторых королевств, где раньше принимали как триумфаторов. База легионов уничтожена, вместе с самими легионами, потому у вас остаётся не так уж много сил, дабы удержать завоёванное. И ведь за тем первым десантом следует большая эскадра с полноценной армией вторжения.

Он вывалил на меня свои 'новости' и внимательно следил за ответной реакцией. Я лишь изобразил явное разочарование на своём лице, которое вкупе с хорошо заметной усталостью позволило моему оппоненту сделать неправильный вывод. Но реальное разочарование, естественно, относилось к уровню действия спецслужб, что даже они не смогли вовремя раскусить нашу дезинформационную кампанию, которая уже готовилась сворачиваться. Впрочем, тут можно только порадоваться — именно они стали нашими учителями по этой занятной игре.

— Мы знаем, что у вас имеется достаточно надёжное место, куда вы сможете эвакуироваться в случае потери этого континента. Но при всём этом вы должны прекрасно понимать, что рано или поздно Великий Император достанет вас и там. Он не остановится перед любыми преградами, пока не утвердит свою власть повсюду. Пройдёт не так уж много времени и вас просто выгонят из этого мира, — тем временем продолжал давить на меня Иван Петрович.

— И что вы хотите нам предложить? — любопытство во мне едва превысило накопленную усталость и желание послать этого 'товарища' куда подальше.

— Мы имеем определённые контакты с теми силами, которые сейчас противостоят вам, — широкая улыбка на открытом лице показывала его ложное расположение. — Более того, мы имеем с ними некоторые договорённости, потому сможем обеспечить для вас более — менее приемлемые условия капитуляции.

Я лишь сверкнул глазами и сделал весьма недовольный вид лица, так ничего и не ответив.

— Мы гарантируем возможность сохранить ваше присутствие на материке и некоторую часть имущества вашего клана. Вас не станут преследовать и уничтожать где бы не нашли, позволив вписаться в новый мировой порядок. Если вы считаете, что вам для этого вполне хватит своих сил — не надейтесь. Слишком велики совокупные ресурсы у тех, кто сейчас противостоит вам. Можно твёрдо сказать — за ними стоит весь реальный мир. Но со своей стороны мы хотим помочь соотечественникам… — он тут хитро ухмыльнулся, передавая слово мне.

— И что вы потребуете за ваше, хм, 'участие', — я особенно выделил тоном крайнее слово.

— Надеюсь, вы хорошо понимаете, что особого выбора у вас просто нет, — он снова стал на меня эмоционально давить. — Никто не готов воспринимать вас как самостоятельную и независимую единицу, слишком многим вы крепко оттоптали все мозоли на ногах, да и по головам прошлись далеко не один разок. И только вовремя перейдя под крылышко признанной силы, с которой в мире давно принято считаться, у вас появляется шанс сохраниться, пусть и претерпев некоторые изменения, — и снова хитрый взгляд брошен в мою сторону.

— Предлагаете полностью лечь под вас? — я озвучил догадку, к которой меня столь старательно подводили.

— Вы просто поразительно догадливы, — на лице оппонента появилась улыбка истинного победителя. — Сейчас вас переиграли. Ваша ставка на чистую игровую магию оказалась бита. Противники нашли действующий вариант использования здесь вполне современной техники. С магией или без — не имеет значение, достаточно того, что они достигли значительного перевеса силы. Стрелковое оружие, радио и многое другое, чего у вас нет. Но вместе мы сможем достигнуть весьма многого и даже отвоевать впоследствии немалую часть жизненного пространства. Борьба ведь не прекратиться. Просто сейчас сила не на нашей стороне — это стоит признать и смотреть дальше, ища доступные варианты продолжения игры.

— А что будет, если я сейчас откажусь от столь заманчивого предложения? — чувствую, я начал потихоньку закипать.

Политик из меня далеко не самый лучший — слишком уж резок и прямолинеен. По идее сейчас стоит согласиться и принять предложение, выторговав для себя наилучшие условия. Сейчас самое время для хорошего торга, и оппонент именно этого и ждёт с моей стороны. Что может быть приятнее, чем кидать неудачнику жалкие подачки, при этом захапав себе всё его имущество?

— Я бы не рекомендовал… — в голосе Ивана Петровича появились нотки лёгкого сожаления. — Вам должно быть хорошо известно — первые предлагаемые с нашей стороны условия всегда самые выгодные. Можно даже поторговаться, лично для вас мы всегда найдём что ещё предложить. Затем, если вы всё же захотите договориться с нами, условия станут заметно хуже. И каждая последующая итерация попыток договориться ухудшит их ещё больше. Сейчас у нас ещё есть достаточно времени для того чтобы поставить в известность наших партнёров о кое — каком изменении существующего расклада. Когда же они силой возьмут своё, вырвать кусок из пасти голодного зверя даже нам будет очень непросто.

Ну да, знаю я ваши 'выгодные условия', предлагаемые буквально под дулом пистолета — 'колхоз — дело добровольное, или вступай или расстреляем'. Однако поинтересоваться всё же не помешает. Не одни вы одни, 'дорогие друзья', умеете играть в эти игры.

— Хорошо, я вас услышал, — усилием воли успокоив себя и выдохнув, решил немного поддаться нажиму. — Я далеко не один принимаю столь значимые решения, потому мне надо посоветоваться. Думаю, пары суток реального мира нам вполне хватит, дабы определиться. Быстрее не получится, не все от кого зависит решение, постоянно находятся внутри игры, — переговорщик хотел было возмутиться, явно желая окончательно меня додавить, но я его остановил, взмахнув рукой и продолжив говорить: — Пока пройдут согласования, можно начинать организационные мероприятия. Сейчас свяжусь со своими заместителями, и вы сможете обсудить с ними рабочие вопросы и детализировать условия возможного взаимодействия. А я тем временем займусь выяснением нашего окончательного ответа, — на моём лице при этом застыла каменная маска, по которой сложно что‑то определить.

Однако Иван Петрович выглядел весьма довольным. Он увидел именно ту реакцию, которую ждал. Если бы я вдруг сразу согласился — это выглядело бы слишком подозрительным. Стал бы жестко торговаться — тоже. Ведь подобные решения почти никогда не принимаются кем‑то единолично и 'перевод стрелок' на подчинённых дабы хорошенько подготовиться уже к реальным переговорам и заключению договорённостей — вполне логичное решение с моей стороны. 'Конторе' ведь будут нужны твёрдые гарантии, что мы действительно раскроемся перед ними, не утаив фигу в кармане и кинжала за спиной, заодно спрятав всё ценное от их загребущих лапок. Знают‑то о нас они совсем мало, как сейчас выяснилось. Нам тоже потребуются убедительные доказательства, что нас не отдадут врагам на растерзание, предварительно вытряхнув всё полезное для себя. И кто выступит реальным гарантом заключённых договорённостей — тоже хороший вопрос. Даже не знаю, какая сила может это обеспечить. Всё это и станет предметом последующих переговоров, а вот эта встреча явно прошла по плану моего оппонента. Он уже посчитал, что меня‑то ему удалось 'сделать' и теперь я стану убеждать остальных принять предложенные нам условия. Вот только невдомёк ему, что сейчас нам нужно выгадать лишь немного времени, дабы завершить кое — какие дела, не перепугав противника до грязных штанов. Не стоит ему дёргаться раньше срока. Часть легионов и основной костяк наших клановых бойцов уже загрузились в большие субмарины и сейчас движутся через океан. Сверху их прикрывают дирижабли и наш боевой флот. Потому путь 'Контора' немного поработает на нас, сама о том не подозревая. Да и нашим прекрасным ведьмам стоит немного потренироваться на матёрых волчарах, съевших далеко не по одной собаке.

* * *

Последнее время Медвед пребывал в самом лучшем расположении духа. Вот и осуществилась его заветная мечта детства — он стал даже не капитаном корабля, а командующим целой эскадры. Жалко отец умер, нельзя похвастаться успехами. Пусть и не в реальном мире, а в исключительно реальной игре — но тем не менее. Здесь достижения тоже даром не даются. Ему пришлось начинать свою головокружительную карьеру с самых низов. Тяжелейший отборочный этап и ещё более тяжелый первый период обучения. Индивидуальная и командная работа, напряжение выше всяческих человеческих сил. И он выдержал. Более того потащил за собой многих других, кто не оказался таким же стойким как он. Его естественно заметили и выделили. Сначала роль простого десятника, затем сотника, а по окончанию полного курса боевого обучения на практику он вышел уже тысячником, командующим небольшой армией. Война за экономические интересы клана оказалась весьма сложной. Среди командующих войсками и отрядами противников имелись и настоящие военные из реального мира с большим опытом конфликтов разной степени интенсивности. Но именно ему удалось одерживать победы раз за разом. Да, возникали моменты, которые не очень‑то хочется вспоминать, случались и серьёзные ошибки, едва не переросшие в серьёзные поражения. Однако всегда рядом оказывались надёжные товарищи, вовремя подставлявшие своё плечо, не позволив удариться лицом в грязь. Эта дружба, это единство удерживало в большой Семье многих, помимо прочих благ. Хитрое клановое руководство выявляло таланты, заставляло людей раскрываться и ненавязчиво поддерживало их со своей стороны в трудную минуту. Находило им интересные занятия, вовремя останавливало тех, кто рвал себя в неконтролируемом порыве энтузиазма. Медвед теперь знал, чего всё это руководству стоило. То тоже разрывалось на множество маленьких дел и делишек, которых уже не на кого переложить. Затыкать собой каждую пробоину — порой и врагу такого не пожелаешь. 'И когда то только умудряется отдыхать?' — иногда спрашивал он у самого себя и так и не находил ответа.

Вот и сейчас, так быстро организовать выход в море весьма разрозненной по составу эскадры, причём включить в неё все трофейные подводные лодки. Ровно трое суток обычной игровой зоны потребовалось лидеру клана для их переделки и модернизации, как будто тот давно готовился к чему‑то подобному. Его 'младшая жена' Аллия быстро сорганизовала своих ведьм, дабы они за те же три дня передали все нужные знания из голов пленников уже нашим ребятам. И ведь обошлось без вполне ожидаемых накладок из‑за отсутствия должного опыта. И вот теперь эскадра клана уже почти достигла другого континента. Осталось ещё двое суток плавания и настанет пора крупномасштабной десантной операции.

— Марина, налей‑ка мне чайку, — негромко попросил Медвед быстро метнувшуюся в сторону камбуза миниатюрную девушку.

Сам же он тем временем продолжал колдовать над большой картой, перетыкая изображавшие отдельные боевые единицы флажки с места на место. Благодаря дальней воздушной разведке он уже знал о выходе навстречу им спешно собранной крафагской боевой эскадры, просчитывая различные варианты соприкосновения, дабы занять наиболее удачную позицию и быстро разгромить её, несмотря на внушительный численный перевес той стороны. Кораблей у Крафаги пока ещё хватало, как и экипажей к ним.

— Медв, глаз три просит прямого канала с тобой, у него какие‑то срочные известия, — в адмиральскую каюту протиснулся весьма массивный радист Василий.

Радист он только по совместительству, имея не менее пяти боевых специализаций. Да и вообще толковый парень, на него можно смело переложить даже часть своих забот. Медвед давно предлагал ему должность сотника и показывал близкие перспективы стать его вторым замом, но тот категорически отказывался. Нравится ему непосредственно влезать в драки, чего уж тут поделать.

— Соединяй, только не забудь про шифровку, нас могут слушать, — кивнул головой командующий.

— …У них три 'воздушных пузыря' со скорострельными пушками, — прозвучал из динамика сильно искаженный голос, едва пробиваясь через шумы помех. — Наша оболочка как решето, в гондоле шесть крупных дырок. Как ещё держимся в воздухе и сами не понимаем. Но догнать нас они не могут, движки слабоваты.

Командующий серьёзно задумался, не зная, что сейчас ответить воздушному разведчику. Про возможное появление дирижаблей у противника имелись вполне определённые догадки. А вот про наличие у них скорострельной артиллерии — нет. А ведь те пушки могут и на кораблях оказаться, а это уже совсем другой расклад в скором морском сражении.

— С какой дистанции вы попали под обстрел? — наконец‑то в голове созрел правильный вопрос.

— Около пяти километров, — едва пробилось сквозь помехи. — От нашего ответного залпа они сумели увернуться, а на повторный залп не хватит силы, всё на двигатели и поддержание плавучести пошло. Сейчас немного подремонтируемся и попытаемся ещё раз достать кого‑то из них с предельной дистанции.

— Отставить попытку! — приказал Медвед. — Включите приводной маяк, сейчас направлю к вам 'пузырь' с ведьмами на борту.

И хоть командующему не хотелось кидать девушек в опасный бой, но требовалось срочно выяснить реальные характеристики вражеской артиллерии. А уж если удастся попытка ментального захвата… впрочем, некоторое количество подготовленных людей для формирования призовых экипажей у него есть. Приняв решение, он снова вызвал к себе радиста, дабы тот передал его дальше. Теперь оставалось только ждать результатов и снова работать над картой, учитывая вновь открывшиеся обстоятельства. Командующий тяжело откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Миниатюрная девушка тем временем проникла в каюту с подносом в руках и поставила перед ним большую кружку с парящим чаем, а также вазочку с сахарными плюшками, но он её даже не заметил, пребывая в своих мыслях.

Потянулись тяжелые часы без каких‑либо известий. Пока большой пассажирский дирижабль достигнет нужной точки, пока ведьмы прощупают мозги вражеских пилотов. Получится ли вытянуть из них хоть что‑то — вопрос без ответа, ибо на стороне противника тоже могут оказаться сильные маги с совершенно неизвестными способностями. И прикрывать ведьм отправилось шесть боевых дирижаблей, практически оголив воздушную оборону эскадры. В общем, риск казался весьма сильным. Но, как известно — 'кто не рискует'…

Время, тяжелые ожидания и работа над картой, дабы как‑то отвлечься от тягостных мыслей. Теперь требовалось просчитать морской бой исключительно на дальних дистанциях и исключить возможность охвата флангов более многочисленным противником. Если зажмут в клещи — отбиться не удастся. Значит, с флангов должны прикрывать атакующие подводные лодки. Дальнобойного оружия у них нет, они изначально проектировались инженерами противника под таранный удар. При модернизации главой клана им достались по два магических орудия, разрушавших днища кораблей ударом жесткой водяной волны, как при близком подводном взрыве. Но дистанция воздействия оказалась весьма небольшой — чистый 'пистолетный выстрел'. Зато в навигационные приборы и средства обнаружения целей он многое добавил. Теперь нашим подводникам не придётся работать почти вслепую, больше ориентируясь на слух, чем видя через перископ. Поначалу думали даже привлекать ведьм, способных определить на большом расстоянии вражеские корабли по мыслям их экипажей, но глава клана сумел изготовить вполне подобающие артефакты.

— Кодовое сообщение — 'мы достигли точки непосредственного соприкосновения', — доложил радист командующему и снова удалился к своему аппарату.

— Началось, — облегчённо вздыхая, тихо заметил Медвед.

* * *

Адмирал Брук мысленно ругал своих подчинённых, периодически проходился по союзникам, да и себя тоже иногда отмечал крепким словцом, правда, совершенно не подавая виду. И лишь его злой взгляд мог что‑то рассказать опытному физиономисту. Он периодически одаривал им своих непосредственных помощников, штабной персонал, связистов и диспетчеров, короче — всех собравшихся на командной палубе огромного флагмана воздушного флота Крафаги. Лишь в сторону союзных колдунов старался лишний раз не смотреть — кто их знает, может они мысли читают. Вдруг обратят на него своё повышенное внимание, объясняйся потом. Конечно, у него обязательно найдётся должный ответ на любые претензии — его личная охрана обещала нейтрализовать их за считанные мгновения, несмотря на их огромный уровень и личную силу. Против шквала платиновых пуль трудно устоять, даже магические щиты практически бесполезны. Проверяли на самых дорогих артефактах, дабы наглядно убедиться. 'И всё же пока не стоит доводить до конфликта', — мысленно одёргивал себя адмирал. Вот подчинённым доставалось куда сильнее: 'Надо же, три штурмовых дирижабля не смогли свалить всего одного воздушного разведчика противника!' — мысленно сокрушался он, добавляя — 'расстреляли по нему треть наличного боекомплекта каждый, а тот ушел от них как будто ничего небывало. Хорошо хоть от ответных выстрелов додумались уклониться, кретины'. И переживал он вполне за дело.

Появление у Крафаги и стоящими за ней реальными силами своего воздушного флота являлось его непосредственной заслугой. Именно он категорично потребовал выделения средств под эту тему, разумно полагая, что их противники тоже не собираются вечно сидеть на земле. Тогда шла серьёзная борьба за военный бюджет, все тянули на себя. Флотские желали получить больше кораблей, открыли крайне дорогостоящую программу строительства подводных лодок. Сухопутчики хотели более привычную амуницию и оружие, и плевать, во что оно обходится в этом магическом мире. Их, конечно, можно понять — переучивать солдат под местные условия — занятие долгое и весьма затратное. А ведь другие тоже имели свои желания и вполне обоснованные требования. Потому от идеи палубной авиации пришлось быстро отказаться. Да и от обычной тоже. Из реально доступных действующих здесь двигателей имелись только паровые машины. Ещё была магия, однако своих магов готовить слишком долго, а полагаться на союзников из местных — себе дороже. Их‑то и 'союзниками' сложно назвать — предадут в любой удобный для себя момент. По всем прикидкам, оказывались доступны только аппараты легче воздуха — дирижабли. Первые практические эксперименты показали — постройка их из доступных материалов доступными технологиями вполне реальна. Проекту дали зелёный свет и выделили необходимое финансирование, а также специалистов. Да, на вооружение пришлось ставить наполовину магические пушки, однако они могли стрелять и без помощи самих магов. Требовались только заряженные особой силой накопители, порох тут не работал. Снаряды к ним обходились дороже золота, однако всего одно попадание гарантированно топило любой местный парусник. Да и по скопившимся войскам на земле хорошо шарахало, просто не оставляя им шансов уцелеть при обстреле с воздуха. Вот только, как оказалось — при стрельбе по другому дирижаблю не срабатывал взрыватель, конструкторы просто не рассчитывали на пробивавшуюся снарядами насквозь без какого‑либо сопротивления цель. А ведь у дирижаблей противника тоже есть дальнобойные орудия, плюющиеся мощными плазменными сгустками. Их выявленный существенный недостаток — не самая высокая скорость полёта позволяла легко уклоняться от попаданий. Впрочем, далеко не каждый дирижабль от них уйдёт. Только юркие штурмовики, а вот командный большой борт — уже нет. Парусный корабль тоже обречён и вряд ли ему как‑то поможет магический щит, без которого тут ходят в море лишь рыбацкие шаланды. Следовательно — подпускать на дистанцию эффективной стрельбы вражеские летательные аппараты категорически нельзя и ещё требуется обязательно защитить прикрываемую эскадру внизу. Нормальные пушки у неё тоже есть, но мало, да и хоть как‑то обученных ведению зенитного огня расчётов раз — два и обчёлся. А ведь и штурмовых дирижаблей всего четырнадцать штук, больше просто не успели построить, четыре патрулируют побережье около наших основных баз, здесь только десяток. 'Сколько же летательных аппаратов имеют противники?' — уже в который раз задавал себе вопрос адмирал. Их враги оказались не менее технически развитыми, и, похоже, более сведущими в магии. Как иначе объяснить постигшую армаду вторжения невероятную катастрофу?

Поначалу вроде как всё шло исключительно хорошо. Состоялась успешная высадка десанта и полный захват им ключевого города на побережье практически без потерь. Тогда ещё даже никто не догадывался, что весь этот успех — всего лишь масштабная дезинформация, а реальная высадка провалилась. Подводные лодки были вовремя обнаружены и перехвачены в море, десант пленён так и не высадившись на берег. Как это могло произойти — нет ни малейшего понимания, ибо там хватало сильных колдунов, да и моряки далеко не последние. Отдельные сигналы о возможной неудаче тогда никто просто не принял всерьёз, пребывая в опасном благодушии. И вслед за первым десантом в расставленную посреди океана погодную ловушку попала вся эскадра с армией вторжения. Часть её захватили, часть утопили. Сколько и кого — трудно сказать, информация с той стороны поступает крайне противоречивая. А когда выяснилось, что в сторону наших берегов уже вышла ответная эскадра с десантом, в Крафаге случился большой переполох. Забегали даже те, кто давно разучился ходить, перемещаясь исключительно в паланкинах, каретах и на носилках даже из спальни в сортир.

— Обнаружены воздушные силы противника. Направление юго — запад. Высота пять пятьсот. Состав — один большой дирижабль и шесть малых. Дистанция контакта сорок три, — быстро и четко отчитался диспетчер, поддерживавший связь с дирижаблями дальнего эшелона.

Услышав известия, союзные колдуны резко встрепенулись. Заметное оживление пронеслось и по остальным.

— Выслать на перехват шесть штурмовиков с полным боекомплектом, два оставить в нашем прикрытии и ещё двое пусть контролируют пространство над эскадрой, — отдал распоряжение адмирал Брук весьма довольным голосом.

Появление на горизонте 'жирной' цели его сильно обрадовало. Уж она‑то не сможет уйти от его штурмовиков, врубив форсаж двигателей. И только червячок сомнения пытался прогрызть скорлупу уверенности в его голове. Не просто же так противник послал в бой такие силы. Опять же колдуны почему‑то сильно взволновались, сбившись в плотный кружок. Один откуда‑то достал пульсирующий синим светом камень, подняв его над своей головой, у другого ярко вспыхнул в руках желтый, а от рук третьего тянется зелёное свечение.

— … Очень сильный заградительный огонь… — через некоторое время диспетчер связи переключил эфирный канал на громкую трансляцию, дабы не пересказывать многочисленные сообщения своими словами. — … Я его веду, не позволяя маневрировать, заходи справа от меня, Джон, ты его легко достанешь, бей строго по гондоле, дырявить им оболочку совершенно бесполезно, — переполненные эмоциями голоса ворвались в штаб. — … Есть, падает!!! — вот и сообщение о первой воздушной победе.

Все слушавшие эфир сильно воодушевились, однако пока сдерживали свои эмоциональные проявления, ибо бой продолжался. И только колдуны почему‑то выглядели чрезмерно напряженными, а свечение камней в их руках только усиливалось.

— … Отжимай его от остальной группы, отжимай, я сейчас выйду на дистанцию уверенного поражения, — снова посыпались сильно возбуждённые азартом боя голоса из эфира. — … Что за чёрт, кто‑то копошится у меня где‑то на оболочке?! — в голосе пилота штурмового дирижабля явно проскочил сильный испуг. — … Стреляй в него, Майк, стреляй!!! Ааа!!! — в эфир пробились хорошо знакомые многим присутствующим тихие щелчки пистолетных выстрелов и характерные звуки рукопашной схватки, которых там по идее не должно было быть.

— Борт пять и семь больше не отвечают на запросы, — вскоре подал свой голос диспетчер, вовремя выключивший общую трансляцию. — Борт три сообщил о промелькнувшем в воздухе силуэте летящего человека и тоже перестал откликаться.

Ситуация явно выходила из‑под контроля. Противник применил какую‑то новую тактику, неожиданно устроив настоящий воздушный абордаж.

— Разворот на сто восемьдесят, двигатели на полную мощность, сбросить балласт! — адмирал мгновенно понял, что пора набирать высоту и уходить в отрыв.

Ещё он хотел спросить колдунов, чем они смогут помочь его ребятам, но сразу же понял — те сейчас ведут свою битву с невидимым отсюда противником. Скованные судорогами тела, крепко сжатые челюсти, кровавые потёки из глаз и ушей. Камни в их руках ярко сияют, однако не сильно‑то помогают им.

— А…! Она ковыряется у меня в голове, убейте её!!! — вдруг громко воскликнул кто‑то из штабных работников.

Другие вдруг тоже схватились за головы, кто‑то свалился на пол и задёргал руками и ногами в припадке. Брук заметил, как медленно валятся на пол тела колдунов, выпуская быстро погасшие камни из своих рук. Он захотел было встать, но вдруг ощутил, что его тело больше не подчиняется ему. Даже его взгляд теперь следовал исключительно чужой злой воле. Он лишь отмечал ещё не скованным сознанием, как припадки и попытки сопротивления на командной палубе полностью прекратились, все пилоты и операторы заняли свои рабочие места. В их глазах появилась заметная сосредоточенность, пропало всё лишнее, нет даже лёгкой тени интереса к делам других, лица расслаблены, действуют словно роботы — быстро и чётко. Теперь‑то он понял, как их противник сумел захватить десантную эскадру с армией вторжения, вот только передать эти сведения дальше не имел какой‑либо возможности. Даже мысленно управлять игровым интерфейсом ему не позволяла неведомая сила.

* * *

Егор тяжело откинулся в пилотском кресле захваченного дирижабля. Рядом на полу валялись три крепко связанные бессознательные тушки экипажа. Всё лишнее и полезное с них уже перекочевало на маленький штурманский столик. 'Надо же какой примитив, настоящая паровая машина, работающая на спирту с маслом. Каюты нет, всё свободное пространство гондолы занято механизмами и топливными баками, потому долго на таком пузыре не пролетаешь', — качая головой, Егор сравнивал этого 'водородного демона' и свой дирижабль, который ему пришлось временно покинуть. Как управлять полётом захваченного трофея он худо — бедно уже разобрался, благо тут все рычаги обозначены английскими аббревиатурами. Но для того чтобы вести воздушный бой требуется хотя бы ещё один член экипажа, а лучше два. 'Даже простейшего сортира с дыркой в полу нет, вместо него предлагается портить памперсы', — сокрушался про себя подлый захватчик чужой собственности. 'Зато пушка здесь весьма серьёзная, пожалуй, даже лучше наших шаромётов' — добавил он чуть погодя, вспоминая недавно завершившийся воздушный бой. 'И ведь едва не просрали всухую, всё на последнем волоске повисло', — на Егора вдруг накатили сильные эмоции, заставляя вспоминать произошедшее в деталях и подробностях, словно выискивая, всё ли правильно сделано.

— … Ну, сделайте же что‑нибудь, отгоните их, я долго под огнём не продержусь… — в эфире на общем канале царила настоящая паника.

Первая потеря и за ней вскоре последуют остальные. Столкнувшись с примерно равными силами противника, наши воздухоплаватели оказались в крайне невыгодном положении. Выполнить приказ по защите большого дирижабля с ведьмами на борту требовалось любой ценой. Вражеские юркие аппараты умело уклонялись от выстрелов с нашей стороны и били в ответ с предельной дистанции точно и очень больно. Их снаряды прошивали оболочки и гондолы навылет. Если бы не куча встроенной в аппараты укрепляющей магии, два — три таких попадания приводили к их выходу из строя. Но и магия далеко не панацея, когда противник не жалеет боеприпасов, а ответить ему просто нечем. Егор со своим семейным экипажем наблюдал за воздушной схваткой с большой высоты, выступив диспетчером, ибо на что‑то большее не имелось возможностей. Даже произведя ремонт и устранив полученные в предыдущем столкновении повреждения, он всё так же не мог вернуться в бой. Запаса в накопителях практически не осталось, держались в воздухе исключительно за счёт сцеживания силы из своих аур. На один выстрел худо — бедно накопили, однако имелась твёрдая уверенность — нужно подходить ближе к противнику, лучшее вообще вплотную, иначе всё бес толку. Противник же действовал исключительно грамотно, чётко отсекая дирижабли прикрытия от основного построения и наваливаясь по двое — трое на одного, просто не оставляя тем шансов избегать попаданий за счёт активного маневрирования. Пройдёт ещё пятнадцать минут боя, и они смогут прорваться к защищаемому объекту высшего приоритета. По связи прошло — девочки ведут тяжелейшее ментальное сражение, и ничем не могут помочь безответно избиваемому воздушному флоту.

— Глаз три, всем кто меня слышит, приказываю… — подал голос Егор на общем канале, пользуясь своим правом диспетчера отдавать указания другим экипажам. — Единственная возможность остановить противника — немедленный воздушный абордаж. Все вышедшие из боя с повреждениями, а так же оставшиеся наблюдатели немедленно набирайте высоту. Напоминаю, при полёте с силовым крылом получаются приметно пять метров горизонтального полёта за метр снижения. Тщательнее рассчитывайте запас высоты и дистанцию, дабы не промахнуться. У кого осталось достаточно своей силы тот может атаковать прямо. По малоразмерным скоростным целям они не должны попасть даже в теории. Помните — вражеские экипажи желательно брать живьём. Немедленно приступить к выполнению, — после отдачи приказа к перенервничавшему Егору пришло чувство облегчения, интуиция как бы подсказывает — всё сделано исключительно верно.

Переключившись на приём, он получил готовность немедленно действовать по его плану от четырёх экипажей. Быстро распределив вражеские дирижабли между собой, и передав свой боевой пост подруге, он выпрыгнул наружу через бомболюк. Пять секунд свободного полёта и лёгким усилием воли раскрывается невидимое крыло. Немного изменённый тренировками вариант аурного щита позволял недолго летать при прыжке с высоты. Практически все воздухоплаватели любили так развлекаться, когда имелось свободное время. Полёты реально затягивали, небо не желало отпускать тех, кто породнился с ним. При наличии достаточного запаса силы в накопителях или очень развитой ауры некоторые умудрялись даже взлетать с места и, подхватив восходящие потоки воздуха долго парить как птицы. Но сейчас Егор с трудом справлялся с подступившими симптомами сильного аурного истощения, его воли едва хватало на поддержание раскрытого крыла и управления полётом. Краем глаза он отметил, как его подруга Оксана неотрывно следует за ним, нацелившись на другой вражеский дирижабль. Коррекция полёта, резко уйти вверх и вбок, гася набранную скорость и заходя на цель со стороны кормы. Так будет больше шансов удержаться. Лёгкое касание и липкие перчатки, а так же наколенники надёжно прижимают его тело к оболочке. Быстро перебирая руками и ногами, он спустился вниз к самой гондоле. На крыше у неё нашелся технический люк, очевидно использовавшийся для ремонта пробоин оболочки в полёте. Резко потянув его на себя, он рыбкой скользнул вниз.

Расширяющиеся от ужаса глаза заметившего его человека в синей лётной форме, судорожно дёргающаяся к кобуре на поясе рука, несильный удар в висок — один готов. Даже пикнуть не успел. Но жив, гадёныш, сразу не распался в пыль. Второй тоже заметил появление постороннего и даже успел выхватить пистолет, однако куда ему тягаться с лесным рейнджером. Перехват и залом вооруженной руки и ещё один удар — теперь точно в шею. Минус два. Пилот нехотя оторвался от переднего окна, захотев взглянуть, что там за шум сзади. Удар раскрытой ладонью в затылок — обмяк и этот. Быстрый осмотр показал — активных врагов больше нет. Из громкоговорителя работающей радиостанции неслись приказы по — английски, требуя немедленно атаковать самую крупную цель, прекратив избиение мелочи, но теперь их некому стало выполнять. Скинув обмякшего пилота с кресла, Егор сам взялся за штурвал. Требовалось немедленно продемонстрировать оговорённый манёвр, дабы показать своим, что этот аппарат благополучно захвачен, и его больше не нужно обстреливать. Вовремя — ему всё же пришлось увести дирижабль с траектории подлёта очередного огненного шара. Как оказалось, для манёвренного воздушного боя они совершенно непригодны, тут требуется совсем другое оружие. Осмотревшись через окна, он удовлетворённо отметил, что и остальные атакующие дирижабли противника перестали активно маневрировать и стрелять из своих пушек, и лишь одна тёмная точка стремительно удалялась, одновременно набирая высоту. Несмотря на близость фатального поражения у них всё же получилось выстоять, а не свалиться с небес в холодный океан бесформенными грудами мусора. А ведь кто‑то потом захочет сказать — мол — 'слишком легко вам даются победы, так даже не интересно'. И ведь он будет по — своему прав. Слишком легко, если сбросить со счетов всю многолетнюю подготовку, лучшую экипировку и великолепное командное взаимодействие. Да и про удачу забывать не стоит, пока она оказывается на нашей стороне.

* * *

— Неужели ты собираешься им помогать? — с большим возмущением в голосе спросила Наталья свою…

Сказать по правде — Наталья так и не желала признавать Кларису настоящей богиней, продолжая величать её всего лишь 'атаманшей'. Та никак не реагировала на такие эскапады своей 'правой руки', признавая её очевидную полезность для себя и своего дела. По — настоящему толковые организаторы — товар исключительно штучный, за деньги их обычно не купишь, лишь привлечёшь за идею. Но имелись у Натальи и свои твёрдые убеждения, порой даже можно сказать — 'недостатки', в первую очередь презрение ко всем мужикам без исключения. Клара уже не один раз пыталась донести до неё, что не стоит мешать всех в одну кучу, ибо это просто глупо, но та лишь замолкала, не желая продолжать подобные разговоры. Несмотря на свои убеждения, Наталья всё же признала необходимость привлечения мужчин в их хаотически сложившийся коллектив оторванных от реальности амазонок, пусть и не все они приняли это, благо польза от их появления была вполне очевидна. Но она продолжала относиться к мужикам исключительно потребительски, в лучшем случае как к домашней скотине, не признавая их права на собственную активную жизненную позицию. Те, кто её проявлял, буквально становился её личным врагом. А подкаблучники тем более не вызывали какого‑либо уважения. Видимо потому её собственная личная жизнь так и не сложилась, несмотря на выдающиеся внешние данные и достаток мозгов. 'Мозги есть, а вот ума не хватает…' — мысленно отмечала Клара, смотря на яркую и эффектную женщину с явным сожалением. Она и сама недавно чуть не попалась в ловушку оголтелого мужененавистничества, едва не потеряв и свою личность при раскрытии божественного аспекта. Слава… высшим силам этого мира, те всё же смогли вовремя остановить и образумить её.

— Боюсь, без нашей помощи они не справятся… — задумчиво ответила Богиня женщин воительниц и женщин мстительниц. — Чувствую на борту вон той большой калоши что‑то хорошо знакомое, — она показала рукой в сторону большого военного корабля без мачт, но хорошо заметной железной бронёй на бортах.

— Какой калоши? — Наталья всмотрелась в водную гладь в указанном направлении, но ничего необычного не заметила, ибо сводная боевая эскадра Крафаги двигалась немного в другой стороне.

— Вон, слева по курсу примерно девять румбов настоящий броненосец с пушками во вращающихся башнях, — Клариса повернулась к своей заместительнице, с удивлением отмечая, что та просто не видит то, что доступно её взгляду. — Сейчас… — легонько прикусив губу, она вы плеснула из себя совсем небольшую часть своей божественной силы, дабы она окутала всех присутствующих на мостике её флагмана.

Которого, кстати, тоже никто посторонний видеть не должен. Вернее не должны видеть только мужчины, против женщин её чары действуют совсем плохо. Но крафагские моряки искренне считают, что 'женщина на борту — исключительно трюмный груз', потому небольшая эскадра Кларисы следовала за эскадрой крафагцев на некотором удалении с самого момента её выхода навстречу приближающимся гостям с другого берега океана. Нападать имеющимися силами просто глупо, а вот дождаться удобного момента и откусить себе кусочек пожирнее — вполне.

— М — мать…!!! — послышались весьма выразительные восклицания, когда и другие девушки разглядели идущий немного в стороне от основного построения железный боевой корабль.

— …И как он движется, у него ведь нет дымовых труб? …Сколько же у него пушек? — с разных сторон посыпались вопросы один за другим.

Клариса огляделась по сторонам, с немалым удовольствием отмечая произведённый ею эффект на лицах молодых девушек и зрелых женщин. Многие из них прошли с ней далеко не один бой. Сколько морских артиллерийских дуэлей, сколько абордажей, сколько сражений на пиратских берегах. И даже сейчас, при взгляде на совершенно невероятного противника страха на их лицах нет. Они верят в свою божественную предводительницу, а она верит в них. Эта вера их объединяет и взаимно усиливает. Другим просто не дано познать того чувства общности, чувства единства.

— Шестнадцать дальнобойных орудий и две дюжины сильных магов внутри… — Клара поделилась результатами своего наблюдения с остальными. — И всего одного попадания хватит для того чтобы утопить любой наш корабль, — скрывать правду от народа всяко не стоило. — И я бы не хотела, чтобы этот великолепный трофей достался кому‑либо другому… — она широко улыбнулась, демонстрируя всем свою решимость и хорошее настроение.

Пусть внутри и тихо гложет червячок сомнений, предлагая не вмешиваться в чужую драку, пока не станет очевидно, кто же выйдет победителем, но помимо одного желания получить ценный приз, её мучало чувство долга. Ей ведь тогда реально помогли, когда она так сильно нуждалась в помощи, хоть сама и не понимала этого, и ещё позже спасли жизнь, а она пока так ничем особым и не ответила. Всякие мелочи можно не учитывать. И вот теперь появилась реальная возможность показать свою полезность тем, кто потратил на неё столько ресурсов и сил, а также рисковал своими жизнями ради неё.

— Общее перестроение в компактную атакующую группу, всем приготовится к абордажу, — громко приказала Клара. — Заход на цель сзади, держимся в строго её кильватерном следе, дабы они не заметили нашего приближения. Как только две эскадры сойдутся в клинче — начинаем действовать.

Благодаря своим статуэткам, Клариса не имела каких‑либо проблем со связью и совершенно не опасалась перехвата посторонними своих приказов. Хоть она и была излишне самонадеянной, однако нынешние противники действительно оставались в полном неведении относительно её планов, чего нельзя сказать про союзников. Но и тем сейчас было сильно не до неё, ибо эскадры подходили к границе боевого соприкосновения.

Долгие минуты ожиданий, лишь крепкий ветер шумит в снастях и наполняет паруса. Преследуемый броненосец явно придерживал ход, дабы не уйти в отрыв от основной эскадры. В завязавшуюся активную перестрелку он пока не стремился, выжидая удобный момент, чтобы громко заявить о себе. Вот один боевой фрегат вспыхнул ярким костром после попадания в него очередного яркого огненного шара. Второй вдруг взорвался, разлетаясь во все стороны множеством мелких обломков. С другого края колонны творится что‑то непонятное, уже третий корабль заваливается набок, явно получив подводную пробоину корпуса. Но и для противостоящей эскадры бой не обходится без потерь — даже отсюда хорошо заметны далёкие дымные столбы пожарищ. Когда вспыхнул и затем взорвался ещё один боевой фрегат, броненосец обозначил поворот и добавил скорости, желая выйти на дистанцию открытия огня по противнику.

— Вперёд!!! — громко крикнула Клариса, взмахнув ярко блеснувшим в лучах закатного солнца клинком, с поразительной лёгкостью перерубая им толстый канат.

К тому моменту все её корабли практически сидели у крадущегося броненосца на хвосте, подобравшись к нему на пару — тройку кабельтовых, после того как убедились в отсутствии какой‑либо реакции с его стороны. Стоило только перерубить канаты к водным тормозам, и скоростные парусники резко рванулись вперёд. Считанные секунды до столкновения и начала боя. Предвкушение, драйв, множество полуголых женщин стоят на палубах, крепко сжимая обнаженное оружие и абордажный инструмент. Треск и грохот первого столкновения, вверх дружно летят многочисленные кошки на верёвках, дабы надёжно скрепить столкнувшиеся корабли. Вслед за кошками прыгают вверх и сами абордажницы, а впереди них летит Богиня с ярко сияющим клинком в руке. Вслед за первым столкновением следует второе, а за ним и третье.

Палуба железного броненосца оказалась пустой, но ведущие в нутро люки почему‑то забыли заклинить изнутри. Поток страстно желающих убивать новых врагов женщин хлынул вниз, дабы сразу же нарваться на автоматные очереди быстро опомнившихся защитников корабля. Но скорость и напор, а так же весомый численный перевес просто не оставил тем шансов удержать свои позиции. Потеряв немалую часть авангарда, громко кричащая и размахивающая холодным оружием лавина стремительно потекла дальше, сметая всё на своём пути. Ни закрытые металлические двери, ни автоматическое оружие не могло её остановить. Лишь отдельные очаги сопротивления ненадолго задерживали вошедших в раж морских дьяволиц.

— Как здорово, что все вы здесь сегодня собрались… — громко продекларировала Клара сбившимся в один плотный кружок колдунам Братства Треугольника.

Никто кроме неё не смог пройти через выставленный ими магический щит, закрывавший их со всех сторон. Но против воли пусть и молодого, но настоящего Бога, обычная магия как‑то слабовата. И обильно полетевшие в её сторону мощнейшие боевые конструкты бессильно стекали к её ногам, сталкиваясь с невидимой преградой. Вокруг тел всех колдунов вдруг ярко засверкали разноцветные разряды, общая напряженность сконцентрированной ими силы резко возросла. Пройдёт несколько мгновений, и они обрушат её на голову той, кто посмела бросить им дерзкий вызов. Но Богиня лишь с лёгкой ухмылкой на губах выпустила наружу свой гнев, который она уже научилась контролировать, направив его чётко в сторону колдунов. Строго дозируя воздействие, она спокойно дождалась, когда последний маг свалится без чувств, после чего вальяжно подошла к ним, раскачивая бёдрами.

— Это будет тебе мой маленький подарочек, Рэй Димиус, — негромко произнесла она, доставая из кармана сделанный из золотой монеты связной амулет с заключённой в нём силой другого Бога.

Только такая связь сейчас могла уверенно пробиться на другую сторону океана.

* * *

Когда события несутся вскачь, трудно найти время для личной жизни. Превращаешься в деловую функцию, исполнительный механизм или интеллектуальное устройство принятия решений. Видел, некоторых такое затягивает полностью, они уже не живут, а функционируют, забыв обо всём прочем, выходящим за рамки деловой суеты. Признаться честно — ко мне подобное тоже может вполне относиться. И теперь иногда в голову лезут мысли всё бросить и сбежать… хоть на край света, лишь бы забыть обо всех делах и заботах. Но вот ведь какая штука — и там обязательно найдут и попытаются запрячь в свою телегу. Есть тут такие хитрозадые сущности, богами называются. Обычно люди обращаются к ним, но вот лично я отношусь к тем, кто оказался сильно нужен богам, раз они нагло заявились ко мне целой компанией. А ведь только собрался присесть и чего‑то перекусить…

— Надеюсь, мы не сильно тебе помешали? — с заданного самым ехидным тоном вопроса Бог воинов Граз начал разговор.

Внешне — мужик неопределённого возраста с волевым аристократическим лицом. Короткая чёрная борода с нитями проявившейся первой седины, острый оценивающий взгляд. Крепкие мозолистые руки со сбитыми костяшками пальцев. Одежда — лёгкий пехотный доспех под вполне типичным солдатским плащом. На поясе висит меч в расшитых серебром ножнах, но рукоять самая обычная с хорошо заметными потёртостями от частого использования. Стоит отметить — сейчас он весьма похож на свои статуэтки в храмах, хотя легко способен изменить внешность даже без использования иллюзий. Как и другие боги, впрочем.

— Если я скажу — что сильно, вы ведь не провалите по добру по здорову? — я лишь поднял бровь, скривив губы в ответной ухмылке.

Явившиеся во плоти боги явно замялись, такого 'тёплого' приёма с моей стороны они явно не ожидали. Списать всё на проблемы с узнаванием тут просто не получится. Такие личности и сущности друг друга просто чувствуют.

— Ладно, коль уж явились, выкладывайте… — весьма невежливо я предложил перейти к тому, ради чего меня эти сущности побеспокоили, не дав поесть и немного передохнуть.

Боги переглянулись между собой, как бы выдвигая делегата, который скажет за всех сразу. В общем, одной минуты на молчаливые выборы им вполне хватило.

— Для лучшего понимания нынешней ситуации, придётся заглянуть в прошлое… — тяжело вздохнув скорее для порядка и огладив рукой бороду, начал говорить Бог Торус.

В местном пантеоне он отвечал за ремесло, но большей частью — за ремесло оружейное. Чем и как он мог помогать своим верующим, я не имел ни малейшего понятия, ибо на попытки связаться через алтари в храмах он просто не отвечал. Выглядел как типичный кузнец. Большая рослая фигура, крепкие руки с бугрящимися мышцами, простое открытое лицо, заросшее рыжей бородой. Взгляд кажется близоруким, а может так и есть. По крайней мере, какие‑то очки в нагрудном кармашке его рабочей одежды без рукавов явно проглядывают. Сильный и приятный баритон голоса. Лиява мне про него мало рассказывала, ибо они прежде почти не пересекались.

— Вы наверняка имеете информацию о том, что некогда нас попытались подчинить некие силы… — между тем продолжил говорить Бог ремесла.

Я лишь утвердительно кивнул.

— Мы все тогда имели слишком мало своих сил, потому как‑либо воспротивится воле Истинных Владык Мира, просто не могли, — тут он не сказал ничего для меня нового.

— Однако кто‑то ведь попытался?! — задал ему вопрос — утверждение самым ехидным тоном.

— Их показательно покарали в назидание другим… — Торус выразил искреннее сожаление, хотя я не особо верил в эту искренность.

— Ладно, пока примем к рассмотрению версию, что вас заставили, что дальше? — я решил немного облегчить старания божественного делегата, а то он мнётся и краснеет, выдавливая из себя подходящие слова буквально через силу.

— Мы были вынуждены служить твоим нынешним противникам, — тяжело выдохнул Бог, явно опасаясь моей жесткой ответной реакции. — Без нашего участия они бы не смогли создать самое совершенное оружие, существенно превосходящее всё ранее существовавшее в мире и адаптировать свои армии к местным условиям. Также они бы не смогли получать информацию, которую вы бы хотели сохранить в тайне ото всех, — закончив свою фразу, он внимательно смотрел в мою сторону, немного потупив взгляд.

Чувствует или, что куда вернее — просто демонстрирует вину и даже лёгкое раскаяние. На ком‑то другом оно бы даже сработало. Однако я давно отвык верить как словам, так и показным эмоциям. Стоит отметить — моя достаточно развитая эмпатия сейчас позорно пасовала. Интуиция тоже подло отмалчивалась. И я даже знал, кто за всё это безобразие ответственен — весьма неприметный тип с ничего не говорящим именем Окут. Бог подлости, обмана, воровства и шпионажа. Ну и кровавых тайн тоже. Даже сейчас с расстояния всего пары метров, моё внимание за него не желает цепляться, постоянно соскальзывая на других. И лишь твёрдо зафиксировав его силой воли, удаётся разглядеть этого весьма интересного типа. Небольшая фигура средней щуплости, простая с виду одежда, простое лицо, короткая стрижка светлых волос. Ничего не выражающий взгляд серых глаз. Руки спрятаны в карманы бежевых брюк. Но вот распространяющиеся от него флюиды особенной божественной силы практически полностью блокируют мои способности чувствовать людей и других… сущностей. Выплеснув из своей ауры немного силы вокруг, я легко вытеснил его воздействие за рамки круга присутствующих. Тот едва заметно вздрогнул, и в его взгляде всего на мгновенье промелькнуло неудовольствие, хотя лицо сохранило внешнюю расслабленность.

— Если вы пришли сюда действительно договариваться, стоит попытаться обойтись без всего этого… — заметил я с лёгкой укоризной в голосе, поймав своим взглядом глаза Окута, а затем внимательно пройдясь и по лицам остальных.

Ведь чувствовалось же, что они пришли ко мне именно просить, а не требовать. Окута немного извиняла лишь его особенная натура, он просто не может иначе, божественный аспект и всё такое. Пообщавшись с Кларисой, я многое узнал о том, каково это быть богом, Лиява же предпочитала не особенно распространяться на подобные темы, явно стесняясь собственной ограниченности, которую она пока так и не смогла полностью побороть.

— Ты уже знаешь наши, хм… проблемы и предложения? — с явным изумлением спросил меня Торус.

— Кое — какие другие боги же со мной давно общаются, — я лишь картинно пожал плечами. — Деарий вот, к примеру, недавно заходил с бутылочкой хорошего вина, — и при этом внимательно осмотрел пустые руки присутствующих.

При упоминании Деария на лицах посетителей появились эмоции сильно далёкие от приятных. Бога торговли они явно не любили. И ведь было за что. Благодаря нашим совместным 'художествам' он приобрёл просто огромную силу, без преувеличения став самым влиятельным богом этого мира. Да и в реальный мир протянул свои шаловливые лапки, собираясь со временем подмять под себя финансовые системы сразу двух миров. 'Для общего блага всех живущих…' — по его выражению, сказанному с весьма характерной хитрой ухмылкой.

— В общем, мне уже известно о продолжающихся массовых разрушениях храмов и ваших алтарей на другом континенте, — выдержав небольшую паузу, я продолжил говорить. — На этом же континенте вы ранее просто не проявляли своего внимания к просьбам верующих, вот люди и забыли про вас. Накопленный вами запас силы веры вскоре иссякнет. Не знаю, во что вы тогда превратитесь, но вам самим очень не хочется до этого доводить, ведь так? — высказал им свою догадку, получив несколько одновременных кивков. — Вам ничего не остаётся, как обратиться за помощью к тому, от кого здесь действительно что‑то зависит. Провести самостоятельную рекламную кампанию вам не хватило смелости или наглости. И теперь у меня остаётся только один вопрос — а какая лично мне польза с вашей поддержки?

Вот так, вывалил им всю правду — матку, поставив в весьма неудобное положение. Они ведь хорошо знают — мы здесь и раньше обошлись без их помощи, да и сейчас вполне хватит своих возможностей справиться со всеми трудностями.

В общем, ожидаемого кем‑то долгого торга не получилось. Боги просто растерялись, окончательно осознав своё зависимое положение. Что там, что тут. Там их принудили физической силой, здесь буквально задавили силой обстоятельств. Они и сами не могли поведать мне о своей пользе, их божественные аспекты сильно зависят от притока веры обращающихся людей и их желаний. И сейчас они могли лишь обещать, но не выдать. Я тоже мог только пообещать оказать помощь со стороны своего клана. У нас имелось некоторое количество желающих попробовать себя в какой‑либо новой роли. Народ активно искал собственное призвание, пробуя то одно, то другое. К счастью, не в ущерб общему делу, с ответственностью и дисциплиной у нас полный порядок. Так почему бы им не попробовать себя в роли жреца? Профессия, кстати, весьма интересная, особенно для любителей общаться. Вот они и займутся рекламой услуг со стороны высших сущностей, заодно изучая этих самых сущностей, ибо те про себя и сами мало знают.

Выпроводив гостей, я всё же отдал должное чревоугодию, одновременно вспоминая недавние события, заодно обдумывая их ещё разок.

Первым весьма примечательным событием стал договор с Тайной Канцелярией. Раньше она держалась в стороне от меня и моих личных дел, хотя посматривала с большим интересом. Клан тоже старался не показывать что‑то особо противозаконное, играя по давно принятым правилам. Тайную Канцелярию создал ещё первый Великий Император как службу независимого мониторинга настроений в обществе. То есть ничего выходящего за рамки обычного сбора информации, первичной аналитики и предоставления отчётов высшему имперскому руководству. Однако после гибели Великой Империи и последующей большой войны, только Тайная Канцелярия сохранила свою агентурную и информационную сеть по всему обитаемому миру в первую очередь потому, что не лезла в политику и чужие разборки. Однако видя, куда катится человеческое общество, агенты Канцелярии захотели внести вклад в дело его защиты от самого себя, пытаясь бороться с отдельными элементами постоянно возникающего хаоса. Найдя должное понимание у многих властителей того смутного времени, Тайная Канцелярия постепенно превратилась в тайную полицию. Агенты не только собирали информацию, но и вели расследования, а так же захватывали самых искусных преступников. Со временем действующих агентов становилось меньше, сеть постепенно рассыпалась, однако до сих пор ещё сохранялись островки былого величия. В некоторых королевствах действовали базы подготовки новых агентов и аналитические центры. Вот там‑то вовремя и сообразили, кто реально стоит за столь масштабным 'безобразием' на целом континенте, Империю строит, не особо считаясь с чужими интересами. Народ подобрался понимающий, потому просто предложил свои услуги, без каких‑либо условий. Мол — 'у столь выдающейся личности подобающая благодарность не затеряется'. Грамотно поступили, в общем, так ненавязчиво заставив меня решать их проблемы, коих набралось за долгие века достаточно много. Начиная от снабжения и восстановления магической экипировки, кончая организационными мероприятиями. Я же от них потребовал разделиться на три отдельные части, пусть и с общей связанностью. Первая займётся самым первым и для меня главным делом — мониторингом общественных настроений и поверхностной аналитикой. Свои аналитические отделы у нас уже давно работают, правда им сильно не хватает оперативной информации. Вот так появится возможность заметно увеличить достоверность их прогнозов. Вторая превратится в тайный следственный комитет. Тоже занимаясь преимущественно сбором информации в теневой сфере жизни общества. Борьба с преступностью должна носить системный характер и не ограничиваться лишь ответными акциями по обнаруженным фактам нарушения законов. И третья составит группу оперативного реагирования, в основную задачу которой входит силовое прикрытие агентов первых двух групп. Ну и обеспечит незаметный захват нужных нам лиц для последующего допроса тоже. Все части получат пополнение из числа наших клановых игроков, агенты пройдут дополнительное обучение. Одно дело вариться в супе только из местных жителей и совсем иное — разбираться в хитросплетении связей сразу двух миров. Так или иначе, а спецслужбы в большом государстве нужны. И грех не воспользоваться имеющимся качественным заделом.

Несмотря на заметные расходы, как материальных средств, так и моего остродефицитного личного времени, этим договором я оставался доволен, чего нельзя сказать о произошедшей чуть позже разборке с 'Конторой'. Некоторые люди отличаются совсем не умом и сообразительностью, а исключительно жадностью и глупостью. Наши прекрасные ведьмы быстро выдали мне актуальный расклад по 'потенциальным партнёрам'. Если нижнее и среднее звено служащих до полковников включительно ещё проявляло разумную осторожность и сохраняло верность присяге, то генералы уже считали свою службу скорее средством личного обогащения, распространения влияния и укрепления власти. Стоящее за ними государство рассматривалось лишь как средство для всего этого. С высшим политическим руководством они имели личные договорённости, позволявшие им творить почти всё что угодно за определённую степень лояльности и отстаивание интересов этого самого руководства в борьбе с внутренними и внешними конкурентами. Такая незавидная ситуация сложилась ещё во времена краха Советского Союза, если не раньше и с тех пор не нашлось действенной силы, способной что‑то изменить. Кого‑то особо наглого или временами вообще путавшего берега, конечно, устраняли. Причём устраняли свои же, дабы они не рушили сложившуюся систему, высшее политическое руководство лишь озвучивало их волю, когда им это требовалось. Могли выпихнуть из системы и за очень большие просчёты. В конечном итоге необходимая работа велась, нижние этажи 'властной пирамиды' работали вполне удовлетворительно. Ну а некоторые отдельные товарищи давно и твёрдо уверили себя, что им практически всё сойдёт с рук. Вот кто‑то и захотел прибрать к своим рукам жирный кусок нового мира, имеющий весьма большие перспективы, причём, не желая делиться с государством, интересы которого он должен отстаивать.

— … У нас имеется встречное предложение, с этими словами я извлёк из своего 'пространственного кармана' три бумажных папки, кинув их на стол перед Иваном Петровичем и его двумя сопровождающими из числа прошедших наше обучение. — Мы внимательно рассмотрели все ваши предлагаемые условия и решили кое‑что добавить со своей стороны, — и при этом быстро переглянулся с сидящей по правую руку Аллией, помогавшей мне читать мысли собеседников.

У самого меня ментальная магия, к большому сожалению, застыла на уровне сильной эмпатии. Мысленно общаться мог только со своими женами, причём с некоторыми исключительно в постели. Развивать способности в этой сфере дальше оказалось возможным только через регулярное объединение нескольких разумов, что и проделывают наши ведьмы. Затем достигнутые объединением эффекты сохраняются у каждой из них, лишь немного ослабевая. Вот заодно с переговорами и тренируюсь.

— Сейчас не самое лучшее время для дурацких шуток! — Иван Петрович резко бросил папку в мою сторону, едва прочитав первую страницу.

Я же не позволил ей удариться в меня или улететь со стола, налету придавив её к столу лёгким движением ауры. И кстати, встречались мы уже в то время, когда для противостоящих нам сил стало постепенно доходить, что что‑то в их планах явно пошло не так. Ну и 'Контора' должна была получить информацию с той стороны.

— А это совсем не шутки, вам стоит внимательнее ознакомиться с содержимым, особенно на последних страницах… — подчиняясь моей воле, папка сама поползла по столу в сторону разгневанного оппонента. — Совершенно не разобравшись в ситуации, вы залезли на минное поле, и пока ещё не подорвались исключительно по воле слепого случая, — я продолжил говорить, с лёгкой ухмылкой принимая ответную эмоциональную реакцию.

Гнев, презрение, желание ударить или что лучше — отдать приказ своим подчинённым, дабы те популярно объяснили мне, как сильно я не прав. Но вот беда — сила сейчас отнюдь не на их стороне, и Иван Петрович это понимал, сдерживая свои эмоциональные порывы.

— Вам должно быть хорошо известно — 'кто владеет информацией — тот владеет миром', — я продолжил говорить, одновременно оказывая лёгкое ментальное давление на собеседника. — Спешу довести до вашего сознания — вы так и не узнали практически ничего за рамками намеренно показанного вам. И до сих пор пребываете в блаженной иллюзии, что имеете дело с неким объединением заядлых игроков, а не чем‑то большим.

— Разве это не так? — Иван Петрович изобразил ухмылку, но она вышла кривоватой.

— Естественно… — а вот моя ухмылка заставила его легонько напрячься, ибо он тоже кое‑что чувствовал в моих словах и настроении. — Можно смело сказать — вы сейчас общаетесь с полноценным государственным образованием, имеющим большую территорию, всевозможные ресурсы, а также силу, практически не уступающую возможностям того государства, интересы которого вы должны отстаивать, генерал.

После выделенного голосом крайнего слова мой оппонент заметно дёрнулся. Ибо неожиданно почувствовал — нам известно не только его звание, но и всё остальное, включая номера и коды доступа к анонимным банковским счетам, а также расположение всех захоронок с камешками, золотишком и оружием на чёрный день. И с нашей стороны блефом даже не пахло.

— Вы хоть понимаете, что сейчас играете с огнём? — генерал явно не спешил сдаваться нашему давлению. — Один мой приказ…

— … И вы неожиданно умрёте, так и не успев передать его по команде, — подала голос молчавшая прежде Аллия. — На игровое возрождение можете даже не рассчитывать, как и на возможность выйти из этого мира в добром рассудке, — дополнила она. — Надеюсь, судьба пускающего слюни овоща вас не сильно прельщает? — и такая улыбка, подкупающая добротой и радушием возникла на её лице.

— Вы мне угрожаете?! — генерал не желал верить в слова красивой девушки, сидящей напротив него.

— Просто информируем, — я снова взял нить разговора в свои руки. — Если, конечно, желаете, мы можем позволить вам беспрепятственно уйти и попытаться запустить весь комплекс мер, который вы приготовили для нашего принуждения в случае отказа принять ваш ультиматум. Однако вынужден предупредить — мы тоже произведём действия, подробно описанные на двух последних страницах нашего договора. Советую ознакомиться с ними до совершения рокового поступка, шанса что‑то исправить у вас просто не останется.

Несмотря на большое желание сделать именно то, о чём я сейчас предупреждал, генерал снова взял в руки папку. Собственно, готовясь к этой встрече, мы подготовили встречный удар. В игровом и реальном мире одновременно. Нам даже не придётся марать свои руки, всё прекрасно сделают коллеги генерала, когда узнают что тот хотел провернуть у них за спиной и во что он вляпался, заодно примазав и их. Высшее политическое руководство ведь тоже получит свой пакет информации.

— Вы просто блефуете! — отброшенная папка снова полетела в мою сторону.

— Проверяйте! — я демонстративно сложил руки на груди. — Надеюсь, тот, кто сядет на ваше неожиданно освободившееся место окажется более благоразумным.

На этом тот разговор закончился. Естественно, генерал нам не поверил и совершил глупый поступок, желая хорошенько наказать нас. Его подчинённые попытались проникнуть в центры виртуальной реальности и отключить капсулы известных 'Конторе' игроков нашего клана. По идее для них подобное равносильно смерти. Но мы, ранее получив полный доступ к основным системам Корпорации виртуальной реальности, уже подготовились и к подобному развитию событий. Теперь отключение физического тела не станет гибельно для самого игрока. Его разум, его память и можно сказать — его душа останется жива и продолжит своё существование здесь. Тело же тоже можно со временем вернуть, вырастив клон из заранее сохранённой клетки. Технология пока не до конца отлажена, однако прогресс не стоит на месте. Впрочем, диверсия так и не удалась, мы оказали реальное противодействие и вовремя передали информацию другим принимающим решения лицам. Потому уже через шесть игровых дней именно наш вариант договора был принят другой стороной без каких‑либо изменений и дополнений. Мы ведь предложили реальное партнёрство, а не жесткое подчинение одной стороны другой с последующей выжимкой из неё всех соков. Более того, на самом верху тоже оценили открывающиеся перспективы. Но для верхов у нас имелось другое предложение. Игровой мир, по крайней мере — контролируемый нами континент уже превратился в единое государство, постоянно граничащее со всеми развитыми странами реального мира. Следовательно, между ними и нами нужно выстраивать полноценные межгосударственные отношения, дабы обеспечить соблюдение взаимных интересов. Мы предлагали выгодные условия, на которых стоит заключать союзы. Ну а если кто‑то вдруг захочет войны — тот обязательно её получит.

Прыгавшие хоть раз в жизни с парашютом люди вполне могут представить себе свободный полёт. Ну, сколько‑то у них там секунд прошло до раскрытия купола. Кому‑то довелось полетать на дельтаплане, а отдельные экстремалы до умопомрачения влюбились в так называемый 'флайт — сьют' представляющий собой одежду — крыло. Прыгнув с большой высоты можно пролететь приличное расстояние и по горизонтали. В реальном мире есть места, где проложили специальные трассы для подобных любителей безумных полётов. И все бы они удавились от зависти, узнав, что мы здесь вплотную приступили к освоению небесной стихии без использования технических средств, исключительно своими силами. Надо отметить — до этого мы дошли только что, хотя возможности открывались весьма давно. Сказалась инерция мышления. Да, мы рождённые ползать — честно признаю. Затем некоторые освоили магию пространства. Всё же мгновенные перемещения куда привычнее. Почти как в общественном транспорте — закрыл глаза, немного отдохнул, открыл глаза и ты уже на месте, только закрывать глаза не нужно — раз и всё. Взлететь в небо заставили обстоятельства. Над океаном пространственная магия перестала действовать, вернее нужные эффекты сохраняются на относительно небольшой дистанции в несколько километров. То есть, особо не попрыгаешь, как раньше. А расстояния‑то там ого — го! Тут‑то мы и взглянули верх. Дирижабли — относительно простое и доступное решение существенно превосходили по скорости парусные корабли, но брали слишком мало груза. Вот среди экипажей воздухоплавателей и зародилось новое увлечение — свободные полёты за счёт управления своей аурой. Проведённые эксперименты показали — раскрыть 'крыло силы' способен почти любой наш боец, доросший до сотого уровня. Это 'крыло' заметно лучше упомянутого выше 'флайт — сюта', позволяя пролететь гораздо большее расстояние за метр снижения и легко приземляться в нужной точке без парашюта, просто сделав горку и погасив скорость. Достигшие двухсотого уровня могли растягивать своё 'крыло силы' ещё больше и свободно парить над землёй или океаном как птица, подхватив восходящие потоки воздуха. Перевалившие за триста пунктов способны взлетать с земли, используя частые волнообразные движения щита силы как воздушный винт или же подражать птицам, махая своими невидимыми крыльями. Да, все эти действия требуют долгих и трудных тренировок, сразу почти ни у кого не выходит. За пятисотым уровнем открывались возможности превратить себя в небольшой реактивный самолёт. Всё делается движениями ауры и щита силы, никакой магии в местном понимании. Ну а такие монстры как я, вполне способны разогнавшись в атмосфере выйти в открытый космос, не сильно при этом утомившись. Дышать мне не нужно, я могу обходиться одной лишь тьмой для поддержания собственного существования, впрочем, никто не запрещает утащить с собой практически неограниченный запас воздуха в 'пространственном кармане'. Вскоре завершится пересчёт выделенного из гравитационных двигателей имеющегося космического корабля принципов на магическую основу. В перспективе я хочу создать полноценный магический космический корабль, умещающийся в парочке Великих Камней, но пока это дело будущего. Проектом сильно заинтересовался Первомаг, а помогают ему наши изобретатели, потому можно смело ждать интересных идей и неожиданных находок.

Сейчас же я стремительно лечу через океан, благополучно перевалив за третий по счёту звуковой барьер. Сразу два практически одновременных вызова заставили сорваться с места, оторвавшись от окончательного умиротворения попытавшихся отколоться от Империи королевств. Сначала появилась идея просто объявить им полный бойкот, заблокировав границы, но чуть позже стало ясно — так мы только сыграем на руку многочисленным гадам, создав выпавшие из общего тела новорожденной Империи полностью неподконтрольные анклавы. Потому для части оставшихся здесь легионов нашлась работа по прямой специальности. Впрочем, доброй драки опять не вышло — лишь стоило передовым отрядам легионеров появиться на городских порталах, как храбрившиеся ранее мятежники в панике начинали разбегаться, бросая оружие и другое добро. Как будто им дадут далеко уйти. Самые умные сразу сдавались в плен, надеясь на милость и прощение. Отработать в шахте пару лет всё же лучше, чем бесславно потерять голову. Поняв, как сильно ошибались, мятежные короли резко дали задний ход, клянясь в своей вечной преданности. Но мы полностью игнорировали их просьбы о прощении, требуя крови всех тех, кто их надоумил объявить об одностороннем расторжении недавно заключённых договоров о вхождении в состав Великой Империи. В общем, старая аристократия почти в полном составе сразу в пяти королевствах дружными рядами взошла на эшафот. Крепко влетело и примазавшимся — снабжавшим мятежников оружием купцам, служившим нескольким господам одновременно гвардейцам, попытавшимся нажиться на беспорядках теневым дельцам и просто попавшим под горячую руку обычным бандитам. Пришлось спешно собирать палачей со всех остальных королевств, иначе 'народный праздник' мог бы затянуться. Зрителей собиралось столько, что пришлось спешно возводить многоярусные трибуны, дабы разместить всех желающих. И ведь за зрелища взималась весьма приличная плата. А сколько было криков искренней радости, когда очередная ловко отсечённая дюжим палачом голова падала вниз, орошая грубые доски эшафота красным. Перепугавшиеся гнева Великого Императора короли заодно попытались избавиться и от своих давних противников, однако мы тщательно следили за тем, чтобы не пострадали действительно непричастные, благо ментальная проверка теперь занимала совсем мало времени. По результатам парочка королей тоже близко, но очень недолго пообщались с палачами, ибо их попытка свалить свою вину на других позорно провалилась. И, естественно, после произведённых чисток требовалось наладить нормальную работу несколько забуксовавшей машины государства, вводить прямое имперское правление пришлось только там, где казнили монархов. Заодно кое‑кто из наших игроков теперь осваивают сложную профессию политиков верхнего звена, пусть и в звании имперского наместника. В общих чертах всем ясно, как нужно действовать на такой должности, однако от совершения множества ошибок это знание не избавляет. Сложившиеся ранее балансы интересов пали, гильдии захотели получить больше прав и свобод, оставшаяся аристократия тоже имела свои виды на власть и государственные доходы, сложившиеся 'белые кланы' и отдельные игроки хотели откусить себе жирный кусочек, 'тёмные кланы' и местная преступность посчитала время исключительно удачным для того, чтобы открыто заявить о себе. Потому известные схемы управления просто утратили свою эффективность, а новые приходилось придумывать и проверять сходу. Вот потому мне лично и приходилось вмешиваться, дабы процесс восстановления пошатнувшейся власти стал вполне определённым. Большей частью моя роль оставалась чисто технической, к примеру, обеспечить взлом магической защиты королевского дворца и перенастройку её на новых владельцев. Управление городскими порталами опять же переподчинить и дальше в том же духе. Особо рассказывать просто не о чем — суета и текучка, которую пока нельзя переложить на чужие плечи. И тут пришло известие о произошедшем большом морском сражении почти у самых берегов Крафаги. Этого сражения мы все давно ждали, однако его результат… сильно впечатлял.

— Не стоит так печалиться и пытаться продавить взглядом палубу… — заявил я понурившему голову Медвежонку.

Большая вина крепко застыла на его лице. Наш действительно выдающийся командующий слишком близко к сердцу принял цену свершенной победы. После эпической морской битвы из почти четырехсот наших кораблей на плаву осталось только шесть. Все из последней построенной на нашей клановой верфи серии с корпусами из металла и множеством защитной магии внутри. Начисто снесённый такелаж, обгоревшие надстройки… крайне удручающее зрелище. Но сам корпус цел, ни одной сквозной пробоины, хотя опалённых больших вмятин хватает. Дать ход они способны и без парусов, используя магический двигатель. Деревянные же парусники погибли все до одного, хотя защитной магии хватало и в них.

— Главной цели ты достиг — все десантные субмарины уцелели, и лучшая боевая эскадра Крафаги отправилась на дно, — я решил подбодрить своего лучшего командира. — А наша эскадра… да и хрен с ней! — я эмоционально махнул рукой, добавив: — Парусники скоро вообще уйдут в прошлое.

Собственно, по нашему исходному замыслу большая надводная эскадра должна была выдать противнику наиболее приоритетную цель. Знает ли он о захвате и последующем использовании нами своих подводных лодок или нет — нам просто неизвестно. Потому на многих крупных кораблях имелись сокращённые команды, а в трюмах только камни в роли балласта. Оружие — те самые 'противокорабельные шаромёты' применялись подготовленными бойцами с плеча. Потому нам не придётся доставать их с морского дна, как трофейные пушки и снаряды к ним. Своё производство боеприпасов под чужие орудия мы ещё не скоро наладим. Но уже давно запустили патронную линию, сумев заменить дефицитную платину маленькой крупинкой очищенного истинного серебра, обычным свинцом и солнечным железом для оболочки пули. Патроны получились немного хуже оригинальных, зато на парочку порядков дешевле. К тому же у наших бойцов не будет ограничения на подавляющий автоматический огонь, всё упрётся в запас силы и развитие ауры.

— Наши воздухоплаватели тоже едва не оконфузились, — Медвед всё же оторвал взгляд от палубы, но продолжал пребывать в махровом пессимизме. — Если бы ребята на месте не догадались устроить воздушный абордаж — их всех бы посбивали за считанные минуты. Слишком большим оказался качественный разрыв в вооружении. Их пушки стреляют точнее, дальше и чаще, от снарядов не увернуться. Хорошо обученные экипажи постоянно держали друг с другом контакт по радио, координируя свои действия, на дирижабле управления действовал полноценный диспетчерский пункт. Признаться — я просто не ожидал столкнуться здесь с чем‑то подобным. А на девочек после той ментальной битвы невозможно взглянуть без сильного содрогания. Иссохшие за считанные минуты, в сочившейся из всех естественных отверстий крови, выпученные глаза на сморщенных лицах. Выжали себя буквально до самого донышка, но справились, задавили колдунов, взяв всех вражеских воздухоплавателей под свой контроль. Но и наши воздушные силы оказались временно небоеспособными оттого и такие потери в кораблях. На море у противника пушек тоже оказалось больше чем у нас, — слова давались ему весьма тяжело.

— Почему тогда именно ты вышел победителем? — я задал ему каверзный вопрос.

— Удача, наверное, — тот лишь пожал плечами, победа и для него стала определённым сюрпризом.

— А кто разработал грамотную тактику? Несмотря на лавинообразно растущие потери, организовал практически идеальное взаимодействие экипажей? Чьи подводники старательно выбивали только самые важные цели, временно забыв про остальных? — несмотря на моё отсутствие во время морской битвы, я о ней уже многое узнал.

— Ну… — командующий явно растерялся.

— Не стоит преуменьшать собственных заслуг, — я похлопал его по плечу, эмоционально подбадривая. — На войне потери неизбежны, но достигнутая победа полностью окупает их. Потому продолжай операцию по прежнему плану. Требуется захватить все основные вражеские военные базы на островах и побережье практически одновременно, дабы противник не смог маневрировать своими оставшимися силами с помощью действующих телепортов. А на счёт пополнения твоей эскадры обещаю чем‑то поспособствовать в самое ближайшее время… — своим крайним заявлением я немного порадовал грустного Медведа.

Второй мой визит пришелся на захваченный амазонками Кларисы броненосец. Никто кроме отдельных девушек и личностей типа меня, его не видел, хотя он болтался на волнах всего в пяти километрах от сбившихся в кучу остатков нашей эскадры. Клариса уже высказала мне своё предложение по связному амулету, однако оно меня не особо устраивало.

— Быстро же ты объявился, — она вышла меня встречать, едва я опустился на железную палубу трофейного броненосца, сделав в воздухе красивую петлю.

Никаких бурных встреч, обнимашек — целовашек, слишком много вокруг Кларисиных почитательниц. Но поцеловать картинно протянутую ручку я всё же согласился, работая на имидж своей партнёрши.

— Быстро разгребу ситуацию — улечу обратно, — негромко ответил ей, последовав за ней во внутренние помещения корабля для продолжения разговора в более приятной обстановке и без лишних ушей.

Вот там, едва оказавшись в большой капитанской каюте с плотно закрытой железной дверью, Клариса и бросилась мне на шею. Несмотря на свои божественные феминистские заскоки любви и ласки она по — прежнему сильно хотела. Вот только с другими мужиками у неё всё также почему‑то не складывалось, а на мои ехидные предложения помиловаться с девушками она только злобно фыркала. Мне же в последнее время далеко не всегда удавалось выделить время для интимных встреч с сильно изголодавшейся по ласке молодой Богиней. К тому же и Аллия явно начинала к ней ревновать, чего нельзя было сказать про остальных 'младших жен'.

— … Так как, принимаешь моё предложение? — тихо спросила Клара, когда мы вдоволь насладились друг другом, и теперь крепко обнявшись, лежали в большой капитанской постели.

Стоило отметить — отдельные неконтролируемые вспышки божественного естества Кларисы всё же пока оставались. В экстазе она на мгновения теряла сознательный контроль и любой менее стойкий, чем я мужчина гарантированно бы погибал в больших муках. Мне же её горячая божественная суть вреда причинить не могла и шла по категории лёгкой щекотки.

— А ты уверена, что твоё предложение мне вообще интересно? — спросил сильно изумившуюся девушку, которая разомкнув свои объятья, резко отстранилась от меня, сев на кровати.

Я же продолжил блаженно валяться, разглядывая её красивое лицо.

— То есть этот прекрасный боевой корабль тебе просто не нужен? — переспросила она меня.

— Нужен, но… — я покачал головой. — Дело в том, что я просто не хочу тебя обмануть. Да, наши мастера вполне способны сделать для тебя большой дирижабль — матку и комплектный к нему москитный флот дирижаблей поменьше. Ты правильно видишь — морские корабли скоро уступят владыкам неба. Для них останется лишь ниша перевалки грузов и не более того. Но и дирижабли тоже недолго станут властвовать над открытыми пространствами, — честно рассказал ей актуальный расклад на ближайшее будущее.

— Авиация? — обнаженная Богиня подняла бровь, как бы выражая свои сомнения.

— Смотри выше, — я ей заговорщицки подмигнул.

— Космос?! — изумлённо выдавила она из себя вопрос — утверждение.

Я лишь кивнул. После таких явных подсказок догадаться совсем просто.

— Ты уверен, что мы находимся в одном виртуальном пространстве? — спросила она меня, имея в виду скорый запуск другой большой игры, о котором сейчас много говорят в реальном мире.

Да и до нас тут сведения дошли. Многие игроки, кто не смог удовлетворить здесь своих амбиций, уже подумывают сразу перейти в тот проект, ибо на старте всегда можно успеть получить лучшие условия. И со временем, весьма небольшим, кстати, именно тот более перспективный с точки зрения общего прогресса проект станет доминировать, оставив этот архаичный магический мир далеко на вторых ролях. Куда тягаться одной захудалой планетке против целой галактики? Но мы ведь не собираемся сдаваться без боя…

— Гарантирую! — мой тон голоса просто не позволял усомниться.

— Что я должна сделать, дабы во всём этом участвовать? — Клариса мгновенно подобралась, оценив открывающиеся перспективы.

— Целиком войти в нашу команду, иначе просто не получится, — мои слова явно не добавили ей хорошего настроения. — Секретность, распределение доступа к информации, средства контроля и многое — многое другое. Мы просто не имеем права ошибаться.

— У меня будет лишь одно встречное, но совершенно обязательное условие… — ответила Богиня после недолгого обдумывания. — Ты официально и торжественно женишься на мне став Великим Императором! Иначе меня просто не поймут и отвергнут почитательницы, — добавила она, не дав мне высказаться. — Я уже давно поняла — другие мужчины для меня слишком слабы, а потому совершенно неприемлемы. Твои близкие подруги вряд ли станут сильно возражать против небольшого увеличения их дружного коллектива на ещё одну весьма полезную божественную сущность.

— Это тебе Богиня Лиява подсказала? — я сразу же догадался, чьи здесь торчат уши.

— Пока от её советов была одна польза, — Клариса пожала плечами, снова укладываясь ко мне под бочок. — Я ранее говорила с твоей Алиной, она резко против публичной роли живой императрицы. Мне же терять нечего — выходить наружу просто небезопасно. И так я смогу окончательно примирить своих почитательниц с тем, что во всех мирах нам никак нельзя обойтись без мужиков… — она негромко рассмеялась, крепко прижимаясь и закидывая на меня свою ногу.

Задержаться посреди моря меня заставили другие трофеи, а именно пленённые колдуны, хоть по факту это событие стало разочарованием. Вот представьте, вы давно ждёте большого праздника, готовитесь, предвкушаете, а вместо него вам дают вкусную конфетку. Пусть не одну, а целый кулёк, но вы ведь ожидали куда большего… Так и я рассчитывал всерьёз повоевать с Братством Треугольника, а в итоге получил всю его верхушку в совершенно безвольном состоянии. Разве только подарочной ленточки для полного комплекта не хватало. Одних задавили наши ведьмы, других успокоила Клариса. Братство изначально сделало свою ставку на наших геополитических противников и проиграло вместе с ними. Теперь стало понятно, почему отвергались все мои предложения установить взаимовыгодные контакты. Разговаривать с едой как‑то неправильно, хе — хе. Но и сразу навалиться всеми силами они тоже не смогли, так как занимались подготовкой бойцов и созданием самого совершенного оружия для них, по образу оружия из реального мира. Процесс их сильно затянул, и выделять значительные ресурсы на достаточно мелкую, по их мнению, проблему на другом континенте просто не стоило. Ага, пока они там телились, эта 'проблема' незаметно превратилась в настоящего монстра. И тут неожиданно новые весьма серьёзные вызовы образовались. Став одержимым Верховным Духом, мой соперник за звание Великого Императора начал не только разрушать храмы богов, но и теснить сильных колдунов, устраняя любых потенциальных конкурентов. Слабых он брал под свой контроль, тоже как‑то приобщая к миру духов. К тому же он слишком хорошо помнил, кто именно привел его к позорному поражению на нашем континенте. Верхушка Братства быстро оценила свои перспективы стать кормом для нового хищника и решила отыграться сначала на нас, заодно проверив своих обученных и хорошо экипированных подопечных в бою, а после серьёзно заняться и тем наглым выскочкой. Но одних своих сил им явно недоставало, прежде им требовалось убедить в своей исключительной важности многочисленных потенциальных союзников, потому‑то прячущийся за многослойными иллюзиями броненосец далеко не сразу вступил в бой. Сначала высшие адепты Братства хотели наглядно показать беспомощность всей остальной эскадры против неведомого противника с другой стороны океана, а затем продемонстрировать всю мощь нового оружия в своих руках. Но тут вовремя влезла Клариса со своими амазонками, против которой адепты Братства так и не успели применить свою главную тайную силу.

Благодаря быстрым ментальным допросам безвольных тушек, я узнал, куда делись все те Великие Учёные, Великие Философы и гуманисты, все те, кто когда‑то давно создал Братство Треугольника. Спасаясь от гнева временно объединившихся против них королей, они запечатали себя в прерванном портальном переходе, в тех самых 'пространственных карманах'. Сами они оттуда уже не могли выти, технология 'сокрытого убежища' тогда была ещё слишком сырой и недоработанной. А те, на кого они возлагали надежды по своему последующему освобождению, подло предали их, найдя как можно извлекать из их сокрытых вне обычного пространства тел магическую силу. Превратив своих бывших благодетелей и учителей в своеобразные батарейки. Вот только быстро добывать силу из них нельзя, процесс перекачки требует времени, и весьма мучителен для заключённых. И всё равно с заряженными накопителями нынешние высшие адепты Братства никогда не имели проблем. Более того, они старались захватывать живьём всех своих врагов, делая батарейки и из них. Вытащить человека обратно из сохраняющего жизнь и обеспечивающего приток силы 'пространственного кармана' нельзя, он гарантированно лишится разума и окончательно погибнет. Требуется провести особый ритуал, подготовить средства восстановления и реабилитации пострадавших. Процесс долгий и достаточно трудный. Но мы обязательно займёмся им, а всех нынешних высших адептов Братства запечатаем в батарейки, пусть познают на себе всё то, что долго практиковали на других. 'Упаковав' трофеи, я вылетел обратно на свой континент. Много ещё где требовалось моё личное участие, связной амулет отвлекал буквально каждые полчаса, а ведь обратиться ко мне лично могли очень немногие. А наша сильно уменьшившаяся эскадра отправилась дальше исполнять возложенные на неё задачи. Время моей личной решающей битвы пока не пришло, но я хорошо чувствую — ждать осталось совсем недолго.

* * *

Великий… он и сам не мог сказать, кем же он теперь стал, Грег стоял на берегу и смотрел на бушующее штормовое море. Вроде всё шло именно по его планам, но на душе было слишком неспокойно. Ему снова в очередной раз удалось сделать поистине невозможное. Он даже иногда шутил со своими людьми — 'слово 'невозможно' давно пора выкинуть из моего лексикона и начать печь чудеса как пирожки'. Впрочем, пирожки печь он действительно никогда не умел, а вот чудеса… Приняв одержимость Великим Духом, он слишком быстро понял — его дальнейшая судьба весьма незавидна. Дух просто использует его и выбросит как использованное резиновое изделие, тот проделывал такое много — много раз. Да, он честно выполнит свою часть договора, подарив незабываемый момент осуществления желаний, но Грегу за него придётся заплатить своей жизнью и даже душой. В лучшем случае дух продолжит ещё какое‑то время пользоваться вместилищем его тела, всё больше пожирая его душу. Такова плата за иллюзорное всемогущество. Но куда тягаться какому‑то местному духу с прожженным хищником из реального мира, благополучно сожравшим далеко не одного сильнейшего соперника. Требовалось только хорошенько изучить нового 'партнёра' по телу и дождаться удобного момента, для убойного удара в его спину или чего там у него вместо неё. И этот момент настал в битве с последними адептами не так давно уничтоженного его личным соперником за звание Великого Императора тёмного божества, объединившими свои силы против него. Саму битву вспоминать не хочется, в ней от самого Грега практически ничего не зависело, а вот боли и страданий выпало на десятерых. Его тело ломало и корёжило, выворачивало наизнанку, но быстро регенерировало получаемые повреждения. Разум неоднократно пытался сбежать в небытие, но ему это не позволял жестокий 'партнёр по телу', заставляя терпеть и страдать, черпая из тех страданий дополнительную силу. Именно это и придало Грегу уверенности в своей победе над слишком многое обещавшим проклятым мучителем, но совершенно не торопившимся с исполнением данных обещаний. Тот лишь решал свои задачи, используя его как послушную марионетку. Дух полностью выложился, медленно впитывая и тяжело переваривая чёрные души поверженных адептов, прозевав решительную ментальную атаку того, кого он уже практически сбросил со всех счетов. Сопротивлялся дух отчаянно, но Грег всё же разорвал своей закалённой болью стальной волей его разум, вырвал ядро души из его сосредоточения силы, присвоив себе. Всё могущество Великого Духа теперь стало его собственностью. Личный уровень прыгнул за отображаемый предел, легко ощущаемые возможности воздействия на окружающую виртуальную реальность просто завораживали. Единственное, чего не хватало — так это знаний, как управлять доставшимся наследством, дух прежде ими категорически не желал делиться, а одних примеров тут маловато. Но учиться новому сам Грег пока ещё не разучился. Благо хватало на ком испробовать свои новые силы. Все эти жалкие колдуны, считавшие себя центрами мироздания местные олигархи, да и такие как он богатые игроки, собравшие вокруг себя целые армии игроков и местных цифровых обитателей. Некоторые государства тоже посчитали этот мир сферой своих жизненных интересов, по своему давнему обыкновению — 'у вас есть нефть, но мало демократии, тогда мы летим к вам на гуманитарных бомбардировщиках'. Всех их требовалось крепко прижать к ногтю, а тех, кто вовремя признает нового Истинного Господина поставить в строй… или в позу — тут уж как выгоднее получится. Давний соперник с другого континента тоже очень удачно подыграл, сумев сначала притянуть силы конкурентов Грега, а после и нейтрализовать их. Можно даже поаплодировать. Стоя. Действительно молодец. Даже высадив здесь свои десанты, он заставил всех здешних властителей крепко сплотиться вокруг новой Великой Сущности, которой стал Грег. Их жалкие материальные и человеческие ресурсы теперь ему не особо требовались, он напрямую пил их страх, их злобу, их надежды вернуть утраченное и обрести много большее. Получив силу Великого Духа, он напитывался человеческими страстями. Даже камни мостовых и стен домов Предвечной Крафаги с радостью отдавали ему своё невидимое обычными людьми внутреннее содержимое. Алчность, жажда власти, стремление обладать, показное радушие и всё прочее, распространяемое вокруг себя немногими богатеями, а так же страх потери свободы, боль и обида наказаний, страстное желание сбросить рабский ошейник, жажда мести господину — собранные вместе чувства и желания многочисленных низших тоже составляют огромную силу. Древний город много накопил её в себе, она стала его потаённой внутренней сутью и даже настоящей живой душой. Она уже и сама изменяла попавших в её влияние людей, встраивая их в сложившуюся систему. 'Оказавшись в Крафаге — нельзя остаться прежним' — так говорили городские предания. Только свободные духи способны прикоснуться к той душе, поведать ей о своих желаниях, надеясь на поддержку, и только Великие Сущности могут невозбранно черпать её силу для достижения своих целей. В полностью отдавшейся ему Крафаге Грег чувствовал себя поистине всемогущим. Она вела с ним как искренне любящая женщина, страстно желая угодить своему господину. Его воля значит больше её жизни. Именно здесь состоится финальная битва за весь этот мир. Командующий армией его соперника явно что‑то понимал или чувствовал, потому держал свои войска вдалеке от огромного города. Он грамотно и быстро захватил островные военные базы и порты на побережье, а сейчас неспешно охватывал войсками Предвечный Город со всех сторон. Что‑то они там делали, сильно замедляя возрождение погибших игроков и заставляя местных вставать на свою сторону. Освобождённые ими рабы шли в первых рядах, желая отомстить своим бывшим хозяевам и припомнить надсмотрщикам все былые обиды. Сопротивления они практически не встречали — основные силы их противников ушли в море, да там и остались. Грег спокойно дожидался, когда они войдут в саму Крафагу, где он легко подчинит их своей воле. Сопротивляться живой душе целого города направляемой твёрдой волей Высшей Сущности вряд ли в человеческих силах, тут и боги оказались бессильны. Им даже временное объединение сил не помогло. Единственный, кто ещё как‑то мог бросить ему вызов, пока не спешил встретиться с ним лицом к лицу. Но тут, находясь в самом центре своего места силы, Грег совершенно не опасался его появления. Наоборот — желал как можно скорее завершить этот слишком уж затянувшийся спор, и поглотить его грешную душу, присвоив себе все её немалые накопления. Теперь он так умел и так желал. Но при этом всех его возможностей не хватило, дабы почувствовать смертельного врага, хладнокровно наблюдавшего за ним с большой высоты уже не первый час. Время финальной битвы пришло!

* * *

Чем дольше я наворачивал круги в небе над Крафагой, тем больше хотелось убраться отсюда куда подальше. Город внизу сильно давил буквально на все чувства, он желал отобрать всё, что мне действительно дорого. Нет, на материальную сферу он совсем не претендовал, ему требовались духовные ценности. Бескорыстная дружба, любовь, тепло простого человеческого общения. Взамен он предлагал совсем иное — меркантильный расчёт, строгий контроль и беспрекословное подчинение. Зачем дружить, когда можно заставить преклоняться других перед собой, к чему любовь, когда есть чем платить за самый фантастический интимный каприз? Даже денег не требуется — хватит и одной власти. А общаться с тем, кто ниже тебя — вообще форменная глупость, достаточно приказывать и одаривать милостью особо отличившихся. Люди подлы и злонамерены, им требуется чаще показывать кнут, чем пряник. Я видел иллюзорные картины, в которых меня обманывают все, кого я когда‑то приблизил к себе. Как за моей спиной вершатся подлые дела, как усмехаются клановые игроки, считая своего лидера дураком или наивным романтиком, что ещё хуже. Многие, многие проходили перед моим взором, отмечающим все их неблаговидные поступки, зависть и презрение ко мне лично. Низшие просто неспособны признать достойными тех, кто поднялся существенно выше их. Их изначально порочная натура заставит уверить себя, что ты забрал у них принадлежащее им. Пройдёт ещё немного времени, и я сломаюсь под этим напором образов и чувств, окончательно ожесточившись в своём сердце. Осознав это, я вдруг понял — стоит лишь мне поставить себя выше всех остальных людей — я мгновенно останусь один против всего остального мира. И тогда стоящий внизу соперник легко возьмёт надомной верх. Он сильнейший хищник — одиночка, а моя главная сила кроется в тех, кто в меня верит. В тех, кто соотносит своё будущее с моим существованием, с моей ненавязчивой заботой, даже если я о нём просто не знаю. Многим понравилось обустройство мира по транслируемым мной принципам. Они увидели для себя шанс на достойную жизнь и реализацию своих мечтаний. От всех их ко мне тянутся едва ощущаемые нити внимания и интереса, от кого‑то слабее, от кого‑то сильнее. Есть и толстые нити крепких привязанностей, полезных контактов и желания личного общения. По всем нитям стремительно движется неведомая сила, я являюсь центральным узлом огромнейшей паутины жизни связанного со мной человеческого сообщества. Не только один клан, а много — много больше. Лежащая внизу Крафага страстно желает разорвать та связи, вернее — чтобы я сам сделал это. И она сама подсказала мне, что нужно делать…

Резко притянуть чужой интерес к себе, отправив сигналы по всем нитям. Ментальная магия и магия пространства, приправленные твёрдым намерением, сами сделали за меня всё необходимое. Пока ещё аморфный и бесформенный образ Великого Императора громко воззвал ко всем своим почитателям и простым интересантам, предлагая всем желающим увидеть мир его глазами, ощутить его своими чувствами. Нити связей стали быстро наливаться силой, откликнувшихся на мой зов людей становилось всё больше и больше. Неведомая сила потекла в меня, а в обратную сторону устремилась информация. Я щедро делился всем, что люди могли у меня взять, полностью раскрыв им свою душу. Пусть они станут умнее и сильнее, найдут ответы на давно мучавшие их вопросы. Ответной волной меня всё больше захлестывали сильнейшие эмоции. Любопытство и интерес сменялось страстной жаждой схватки. Едва справляясь с натиском, я окончательно достраивал свой собственный образ, вплавляя в него свои личные качества и закрепляя внешнюю форму. Образ обретал истинное подобие. Лежащий внизу город почувствовал неладное, и, прекратив бесполезные попытки соблазнения, нанёс свой удар сконцентрированной силы властности, алчности, боли и страданий. Приняв удар, моё сознание мгновенно взорвалось, разлетевшись на множество мелких осколков, но созданный образ остался целым, быстро притянув их к себе. Я снова обрёл способность мыслить и действовать. Чувствуя растущую поддержку стоящих за моей спиной людей, я ударил в ответ. Поток лучших людских устремлений, желаний и надежд беспрерывно потёк через меня, опускаясь на забившийся в безумной истерике город. Он никак не ожидал такой мощной ответной реакции. Все его многовековые накопления бессильно таяли в этом потоке как старый снег под весенними лучами солнца. Я кружил уже над самой землёй, а потерявший свою душу огромный город рассыпался сам собой. Камни обращались в песок, песок распадался в пыль, а пыль уносил вдаль дующий с моря штормовой ветер. Оставшиеся в городе люди не понимали, что происходит, безумно мечась в постоянно разрастающейся пустоте на месте их привычного мира. И лишь один человек в развивающемся на ветру красном плаще так и стоял на берегу, не в силах отвести от меня своего горящего янтарным огнём взора.

— Этот жалкий мир отверг меня, что ж, это его выбор, и он сделан, — совершено спокойно сказал он мне, едва я легко приземлился напротив него, заглянув в его светящиеся глаза. — Можешь праздновать победу Великий Император, однако твоя радость будет очень недолгой! — он вдруг громко рассмеялся и рассыпался серым пеплом.

Пепел мгновенно подхватил вездесущий ветер, а я едва успел ухватить очень яркую душу, которая едва не успела удрать. И в этот раз вместо положенной эйфории появилось лишь чувство тягостного ожидания чего‑то жутко неприятного. Секунда, другая, и яркий свет озаряет всё окружающее пространство. Тёмные дождевые тучи на небе стремительно расходятся в разные стороны, открывая очищенную от следов человеческой деятельности землю солнечным лучам. А неожиданно соткавшийся из дымящейся тьмы в мой руке Скипетр Истинной Власти и засиявшая ярче солнца Корона Великого Императора на голове наглядно показывали, что это действительно окончательная победа. Наша общая победа!

Эпилог

— Глубокоуважаемая Алина, я восхищён возможностью ещё раз увидеть те события, к которым я сумел лишь легко прикоснуться в том чудном сне… — рассыпался благодарностями известный ведущий голографических передач Роберт Брейс.

Его регулярные передачи и ток — шоу, посвящённые событиям внутри быстро развивающегося игрового виртуального пространства неизменно собирали многомиллионные аудитории из числа тех, кто ещё не успел вкусить очередной зрелый плод человеческой цивилизации. Среди зрителей хватало и страстно желающих уничтожить всю эту 'цифровую скверну', дабы она окончательно не разрослась на всю планету. Но сегодня к прямой трансляции подключилось просто невероятное число зрителей. Ибо теперь открылась возможность не только послушать чужие рассказы и интервью участников громких событий, но и увидеть всё своими глазами. Вернее — не просто увидеть, а поучаствовать с некоторым эффектом погружения, на который только способна современная голография.

— Позже я попрошу вас рассказать нашим зрителям, как это у вас получается, — обратился ведущий шоу к ослепительно красивой девушке в полупрозрачной сорочке со свисающими почти до самого пола густыми светлыми волосами. — А теперь быстрее открывайте обещанное окно, я весь в предвкушении!

Простая обстановка студии медленно померкла, а на её месте возникла яркая насыщенная картинка. На огромном зелёном поле кипел жаркий бой. Блистательная конница атаковала выстроившиеся плотные ряды полностью закованной в металл пехоты. Страшный удар, треск и грохот, и конница отпрянула обратно, обратившись в паническое бегство, а пехота сделала решительный шаг вперёд, добивая выпавших из седла подранков. Следом за этой битвой окунувшиеся в объёмные картины зрители увидели много других. Они шагали в одном строю вместе с легионерами, лазали по корабельным мачтам, расправляя паруса и врываясь на вражескую палубу с острым клинком наперевес. Летали над облаками на странных аппаратах и вели воздушный бой с заведомо превосходящим противником, дабы в последний момент выпрыгнуть наружу и, расправив невидимые крылья, стремительно понестись по воздуху на врага с одним лишь кинжалом в руке. Битвы и сражения сменялись одно другим, постепенно доходя до грандиозного финала. Снятые с разных точек кадры рассыпающегося в уносимую ветром невесомую пыль огромного древнего города на морском побережье потрясли многих зрителей до глубины души. Затем пошли торжества и чествования победителей, пышная свадьба явившего свой лик народу Великого Императора и красивейшей предводительницы амазонок Кларисы. Радостные люди на улицах многих городов, открытые лица, а в глазах надежда на самое лучшее будущее. Пару с чем‑то часов кряду зрители не могли перевести дух, пока чарующие и завораживающие картинки ярчайших событий не подошли к завершению.

— Наверное, стоит дать зрителям возможность немного передохнуть, — заявил ведущий, по лицу которого было видно, что он тоже находится под большим впечатлением от всего увиденного. — Рекламная пауза, — объявил он.

— … И всё же прекрасная Алина, поведайте всем нам, как вам удаётся показывать всё это нам, — Роберт Брейс снова взялся за девушку, после окончания рекламной паузы.

— Магия, — ответила та, широко улыбнувшись.

— То есть… ведущий запнулся, судорожно подбирая слова. — Она и вправду действует здесь, как и там? — он всё же нашел, что нужно спросить.

— Здесь куда слабее, — ответила ему девушка, немного смутившись. — Мы пока не выяснили истинной природы наблюдаемого феномена, — продолжила она свой рассказ. — Ставшее давно привычным в том мире, частично проявляется у людей и по выходу в реальность. Естественно, для обретения каких‑либо выделяющихся возможностей 'там' требуется затратить множество усилий, сила легко не даётся, и за деньги её не купишь. Ленивые игроки так ничего и не получают.

— Вы правы, Алина, — кивнул Роберт. — Я вот остался практически таким же, как и раньше, только характер стал немного твёрже, — посетовал он. — Но я видел, как рвут жилы на учебных площадках те, кто хочет вступить в ваш клан. Вы ведь не прекратите принимать к себе новых людей? — ответ на этот вопрос сейчас интересовал весьма многих.

— Великий Император… — Алина выдержала небольшую паузу и снова лучезарно улыбнулась, — решил постепенно распространить нашу систему подготовки сильных бойцов на всю Империю. В любом крупном городе появятся полигоны и инструкторы. Кто из прошедших первичное обучение игроков сумеет достойно проявить себя, сможет смело рассчитывать на вхождение в нашу дружную 'Семью'. Но только сразу предупрежу — дальше им придётся гораздо тяжелее.

— Думаю, без всего этого вот так свободно как вы в воздухе не полетаешь, — мечтательно заявил ведущий шоу, вспоминая недавно просмотренные записи чужих воспоминаний, оформленные в один большой фильм.

— Вскоре могут появиться в продаже специальные магические свитки, — ответила ему и заинтригованным зрителям гостья. — Они, конечно вряд ли будут отличаться особой дешевизной, и позволят лишь парить при прыжке с большой высоты, но зато любой игрок сможет недолго почувствовать себя птицей.

— Вы ведь понимаете, что это сильно далеко от увиденного всеми нами… — Роберт покачал головой, демонстрируя лёгкое разочарование.

— Путь обретения силы открыт практически всем, — Алина открыто демонстрировала своё исключительно хорошее настроение.

— Ладно, давайте перейдём к другой теме… — Роберт снова взял себя в руки, убрав самостоятельно вылезающую при взгляде на красивую девушку мечтательную улыбку со своего лица. — Мне известно, что вы прежде находились в весьма близких отношениях с Великим Императором, однако Императрицей стала другая женщина. Вас лично это не цепляет?

— Без комментариев, — ответила девушка с неизменной улыбкой на лице, добавив: — Роль Императрицы весьма тяжела и ответственна, а я предпочитаю свободу для того чтобы, к примеру, иметь возможность показывать людям здесь, как и чем живёт наш прекрасный мир.

— И всё же многие зрители хотели бы узнать, как вы терпите всё это многоженство и другие необычные постельные взаимоотношения, — ведущий решил затронуть весьма пикантную тему и заодно продемонстрировать свою информированность. — Многие искренне считают это прямым покушением на моральные основы современной цивилизации, пережитками далёкого прошлого. Разве вы не желаете быть любимой и единственной?! — пафосно спросил он.

— Я слишком хорошо знаю, что я и есть любимая и единственная, второй такой просто нет, и никогда не будет! — не менее пафосно ответила Алина. — Реальная близость слишком быстро уходит из замкнувшихся в одной паре близких отношений, им требуется регулярная встряска. То, что вы считаете 'пережитком прошлого' — один из весьма удачных вариантов предотвратить скатывание любви в бытовое болото с чёрствыми ритуалами вместо близких отношений. За своего мужчину требуется бороться, постоянно улучшая и развивая себя, чтобы вызывать у него интерес и желание. Но этот путь подходит далеко не всем, а мы не спешим навязывать кому‑либо свои правила. Каждый сам должен бороться за своё счастье, а не пенять на превратности судьбы, — без особой экспрессии в голосе ответила девушка, как будто само собой разумеющееся.

Хорошо чувствовалось — на эти темы она много размышляла, найдя для себя полностью устраивающий вариант рационального объяснения с множеством вторичных выгод. Отметивший всё это Роберт Брейс только вздохнул, не представляя, как можно развернуть эту тему вширь или копнуть в глубину, столкнувшись с твёрдыми убеждениями. Он просто не видел гипотетической возможности расковырять скрытый внутренний конфликт, дабы вытянуть из своей гостьи больше личной информации и информации о том, кого сейчас обсуждают даже самые ленивые сплетники — Великом Императоре.

— Наверное, не стоит больше трогать личное… — театрально заметил ведущий шоу. — Расскажите нам, почему Император решил оставить другой континент своим проигравшим соперникам, и какие у него есть планы на свою Империю?

— Всё просто, — девушка снова широко улыбнулась. — Если Империя постепенно становится территорией порядка, по сути — надёжным домом для всех живущих, то другой континент послужит всем авантюристам, не способным просидеть на одном месте дольше одного дня. Там останутся форпосты Империи, преимущественно на побережье, но остальную огромную территорию континента могут попытаться поделить все желающие. Приключений и добычи хватит на всех желающих. А сама Империя… я ведь не просто так сказала о доме. Уже сейчас многие работающие в реальном мире люди после неё идут не в свои маленькие квартирки, а направляются в центры виртуальной реальности. Оплата доступа в игровой мир обходится куда меньше коммунальных расходов. Учитывая разницу течения времени здесь и там, они успевают не только хорошо отдохнуть, но и сделать много полезного для себя. Империя сейчас переживает настоящий строительный бум. Строятся фермы, дома, школы, мастерские, театры и стадионы. Великий Император ввёл целевые государственные дотации для желающих получать образование, а наиболее перспективным ученикам положены и весьма приличные стипендии. Хочешь стать мастером и творить — иди и учись. Уже чувствуешь себя сильным магом — двери академий раскрыты перед тобой. Да, учиться новому весьма тяжело, но лентяи и тунеядцы нам не нужны. Они могут тратить свои деньги на доступные увеселения, никто их не ограничивает, просто на какую‑либо помощь со стороны государства им не стоит рассчитывать. Империя даёт людям различные возможности, но только они сами решают — воспользоваться ими или нет.

— Вы просто устроили тут рекламную кампанию, — коротко хохотнул ведущий. — Да, подтверждаю, я и сам теперь 'живу на два дома'. И всё же неужели вы считаете, что у Империи совсем не осталось недостатков?

— Идеал недостижим, — только хмыкнула девушка. — К тому же, сколько людей — столько и представлений об идеальном обществе и государстве. Империя на своей подконтрольной территории даёт им возможность общаться, торговать и сотрудничать без применения силы, устанавливая единый для всех кодекс законов. Ведётся активная борьба с преступностью. Но строительство одного общего государства ещё далеко не завершено, отдельные имеющиеся недостатки будут устраняться со временем, требуется только подождать.

— Как‑то слишком расплывчато и неконкретно, — покачал головой ведущий, демонстрируя лёгкое разочарование. — Впрочем, время нашей сегодняшней трансляции подошло к завершению. Остался лишь последний вопрос. Прекрасная Алина, что бы вы хотели напоследок сказать всем нашим зрителям, чего вы хотите им пожелать от самого чистого сердца?

— Не бойтесь играть! — ответила она, задумавшись лишь на пару мгновений. — Кто‑то давным — давно сказал — 'вся жизнь игра', так вот, хочу пожелать всем вам чаще играть и выигрывать в этой жизни. Поверьте — оно того стоит… — и завершила голографическую трансляцию самая светлая улыбка на очаровательном лице обворожительно красивой девушки.

КОНЕЦ ЧЕТВЁРТОЙ ЧАСТИ.

PS… Читатель, помни, твой комментарий может помочь автору найти ошибку в тексте и показать, что он пишет отнюдь не в стол. Оставленная оценка произведения может порадовать его самолюбие. А если немного отблагодарить его материально, то его не станут часто посещать мысли — 'а надо ли заниматься всякой бесполезной ерундой'.: —)

Читательскую благодарность можно направлять на

Visa 4276 3801 6317 9836

Киви +79167174831

Content

Алексей Сергеевич Абвов
Цифровая пропасть. Взгляд со дна

Пролог

Первая глава. Ступая по своему следу

Вторая глава. Встречи со старыми знакомыми

Третья глава

Четвертая Глава. Операция 'Немыслимое'

Пятая Глава. Голос Войны

Шестая Глава. Бескрайние просторы Великого Океана

Эпилог