Юрий Викторович Мысин, Евгений Витальевич Новосёлов

Думалогия

Обучение через приключения в Египте

Глава 1

– Кто первый до столба, тот и спрашивает! – Лиза тут же сорвалась с места.

– Да что же это такое, – подумал Макс, – как всегда!

Но ничего не поделаешь, он тоже рванул за ней вдогонку. Дети пробежали до перекрёстка и свернули направо. До заданного места оставалось метров пятьдесят. Максу было тринадцать, и бегал он быстрее многих своих сверстников, поэтому его сестре Лизе, которая была младше на три года, приходилось идти на хитрости, чтобы уравнять шансы. Столбом, к которому они бежали, был фонарь возле дома № 7 на улице Каштановой.

– Давай, слабак! – раззадоривала своего брата девочка, – плетёшься как черепаха.

Макс уже наступал ей на пятки и готовился сделать последний рывок, как вдруг неведомая сила рванула его вниз, и он растянулся на асфальте.

– Я тебя предупреждала, нормальные люди завязывают шнурки на обуви, – заливалась от смеха Лиза, – Когда-нибудь это должно было случиться.

Она протянула Максу руку и помогла ему встать. Тот, сопя, начал отряхиваться от пыли.

– Ладно уж, бегун, сегодня ты задаёшь вопрос, – улыбаясь, сказала Лиза и похлопала своего брата по плечу.

Мальчик упал за несколько метров до столба, поэтому дети были уже на месте. На них смотрел старый двухэтажный дом из красного кирпича с зелёной крышей, которая слегка поблескивала на июньском солнце. Они отворили калитку и направились по узкой дорожке к дому.

В этом доме жил их родной дядя Карл. Ребята часто заглядывали к нему в гости, и каждый раз он рассказывал им интересные истории и загадки или показывал, как что-нибудь смастерить. Карл Чистов знал и умел многое, и его племянники всегда удивлялись, почему тот работает всего лишь садоводом, когда мог бы стать кем угодно. Но дядюшка отвечал им, что очень любит природу, поэтому занимается разведением редких растений. Он даже построил огромную оранжерею на участке за домом, в которой мог находиться часами. А соревновались в беге до фонарного столба ребята для того, чтобы определить, кто задаст дядюшке свой вопрос.

Дети подошли к дому. Дверь была приоткрыта. Они удивлённо переглянулись, и Макс нажал на кнопку дверного звонка. В гостиной заиграла мелодия Бетховена «К Элизе», но дядя Карл не вышел. Дети позвонили ещё раз – безрезультатно.

Найдите произведение Бетховена «К Элизе» и послушайте

– Может, он с цветами возится? – спросила Лиза.

– Но он бы всё равно услышал звонок, – возразил Макс.

– Наверное, просто заработался.

– Скорее всего, – улыбнулся мальчик и открыл дверь, – или…

Он недоговорил, потому что открыл рот от изумления. В доме всё было перевёрнуто вверх дном. Повсюду были разбросаны книги: на столе, на диване, на полу. Дверцы шкафов нараспашку, вещи из комода свисали на выдвинутых ящичках.

– Дядя? – позвала Лиза, – Дядя Карл?

Но в ответ не раздалось ни звука. Было слышно только, как тикают настенные часы. Молчание было таким напряжённым, что даже дышать становилось тяжело.

– Пойдём, – прошептал Макс, – проверим в оранжерее.

– А почему шёпотом? – Лиза вопросительно посмотрела на брата.

– Не знаю, так всегда в фильмах себя ведут. Идём скорее.

Дети аккуратно, стараясь не шуметь, вышли из дома через заднюю дверь и, пройдя вдоль живой изгороди из винограда, оказались перед оранжереей. Но к их удивлению она была заперта.

– Мне казалось, дядя днём всегда держит её открытой, когда находится дома, – пробормотал Макс.

– Макс, мне это всё не нравится.

– Пойдём в дом, надо выяснить, в чём дело. Уверен, всему этому найдётся объяснение.

Они поспешили обратно. Тихонько открыли дверь и, убедившись, что ничего не изменилось за несколько минут их отсутствия, поднялись на второй этаж. Иногда лестница предательски скрипела, и у детей замирало сердце. Раньше они даже не замечали этих скрипов, но сейчас, в зловещей тишине, вздрагивали от каждого звука.

Наверху находилось несколько комнат, но дети решили, прежде всего, проверить кабинет. Если их дядя не в оранжерее, то непременно должен быть в кабинете. По крайней мере, они очень на это надеялись.

Макс поднял руку, чтобы постучать, но вдруг остановился. Он приложил ухо к двери – оттуда не доносилось ни звука.

– Ты чего? – прошептала Лиза.

– Т-с-с!

Мальчик медленно повернул ручку двери и аккуратно приоткрыл её. Их лица обдало свежестью.

– Ну хватит, – вдруг Лиза резко открыла дверь, – видишь, никаких монстров тут не…

Монстры, конечно, здесь не прятались, но беспорядок царил ещё больший, чем внизу. Окно было открыто настежь, и от сквозняка бумаги со стола вихрем разнеслись по комнате.

Ответьте на вопрос: Почему образуется сквозняк?

– Смотри, – Макс подошёл к столу, – раньше я этого здесь не видел.

Посередине лежал большой лист песочного цвета, очевидно, очень древний. Края его были изрядно потёрты, некоторые надписи едва можно было разглядеть, а кое-где и вовсе зияли дыры. На нём были изображены различные животные, люди и множество загадочных символов.

С большим любопытством дети склонились над листком, изучая каждый сантиметр необычной находки.

– Кажется, я знаю, что это, – Лиза перевела взгляд на брата, – это же папирус!

– Абсолютно верно! – прогремел голос у детей за спиной.

От неожиданности они подпрыгнули.

– Дядя Карл! – воскликнули они одновременно, – Что здесь произошло? Где ты был? – дети наперебой задавали ему вопросы.

– Мы уже начали за тебя беспокоиться, – нахмурился Макс, – думали, что к тебе залезли воры.

– О-хо-хо! Стоп-стоп-стоп, ребятки, вы, кажется, слишком много смотрите детективы, что вообразили себе, будто кто-то решил ограбить мой дом. Да что у меня можно взять? Разве что растения из теплицы.

– А почему тогда такой беспорядок? – Лиза недоверчиво уставилась на дядю.

– Я искал книгу.

– И поэтому полез в комод с одеждой? – допытывалась девочка.

– Я перебрал все книги на полках и, не найдя нужную, решил, что мог положить её в ящик.

– Где же ты сейчас был? – не унималась Лиза.

– В комоде её тоже не оказалось, как и в других ящиках, и я подумал, что надо проверить коробки со старыми журналами в подвале. Так, сыщики, допрос окончен? – ухмыльнулся дядя Карл.

– Нет, – наконец дождался своей очереди Макс, – так ты нашёл книгу?

Дети были похожи на двух следователей – настолько их лица были серьёзными и деловитыми, что их дядюшка едва сдерживался, чтобы не засмеяться. Однако он был из той породы людей, которые в любой ситуации не теряют чувства юмора. Поэтому с самым серьёзным видом, стараясь подыграть племянникам, произнёс:

– Да, детектив, вот она, – дядя Карл держал в руках скорее не книгу, а блокнот, на котором от руки было написано «H. Carter».

– Ты искал блокнот? – разочарованно спросил Макс.

– Это не блокнот, – смущённо возразил дядя, – это дневник Говарда Картера, английского археолога, который обнаружил гробницу Тутанхамона. Возможно, он поможет мне выяснить, что же написано на этом папирусе. Здесь, – он указал пальцем место на папирусе, где были изображены жук, круг и ещё какие-то символы, – упоминается имя Тутанхамона, а здесь Долина Царей, там он был похоронен. Но из-за того, что папирус повреждён, не все места в тексте удаётся понять. Говард Картер в своей экспедиции вёл записи, и я надеюсь, что они наведут меня на мысли о содержимом недостающих частей папируса. Впрочем, вам всё это скучно слушать, мои дорогие, пойдёмте я вам лучше кое-что покажу.

С этими словами дядя Карл направился к двери. Дети хотели было возразить, что эта история очень интересна, но дядюшка уже спускался по лестнице, и они были вынуждены последовать за ним, так и не выяснив, что таит в себе этот древний папирус.

– Вы ведь знаете, – продолжал он, – что до изобретения бумаги было множество других материалов, на которых писали.

Ответьте на вопрос: Как люди делали записи до изобретения бумаги?

Таблички из глины, пергамент из шкуры животных. Папирус изобрели в Египте, и делали его из растения, которое называется папирусная осока. А вот в Китае основу для письма делали из шёлка, правда, это обходилось очень дорого. Но потребность в этом всё время увеличивалась: ведь, чтобы сохранить информацию, её нужно на чём-то записывать. А количество информации всё время увеличивалось. Поэтому возникла проблема: нужен был такой материал для записей, который можно производить дёшево и в больших объёмах. Решение этой проблемы нашёл китаец Цай Лунь.

Тем временем дядюшка привёл ребят в комнату, где располагалась его небольшая мастерская. Они часто бывали здесь втроём: ребята помогали дяде Карлу что-нибудь мастерить, или он просто показывал им опыты по физике или химии.

– Прямо сейчас мы с вами изготовим бумагу почти так же как это делал в 105 году господин Лунь, – при этой фразе дядюшка прищурился, изображая китайского изобретателя, и поднял указательный палец вверх, что придавало ему убедительности, – он скорее не изобрёл, а усовершенствовал способы, существовавшие до этого. Он знал, что хочет получить, оставалось только подобрать нужные ингредиенты для изготовления. Прежде всего, ему нужна была основа для бумаги – материалы, которые хорошо склеятся друг с другом. Для этого Цай Лунь использовал волокна дерева шелковицы, пеньку и тряпки. У нас с вами под рукой этого нет, поэтому возьмём другой материал, имеющий похожие свойства – хвостики от банановой кожуры.

Дядя Карл включил электрическую плитку, поставил на неё кастрюльку с водой и бросил туда пригоршню банановых хвостиков.

– Добавим сюда немного кальцинированной соды и поварим пару часов, чтобы получить волокна для основы. А чтобы они лучше склеились, под конец добавим крахмал.

Пока это варево бурлило на плите, дядюшка показал своим племянникам несколько видов банановой бумаги, которые могут получиться в конечном результате. Одни из них были тёмные, другие – светлые.

– Как вы думаете, – спросил дядя, – почему бумага получается разных цветов?

– Это зависит от бананов? – предположил Макс.

– Нет, здесь есть другая хитрость. Представьте, что нужно сделать простыни при стирке белоснежными. Что добавляют в воду?

– Отбеливатель! – выпалила Лиза.

– Разумеется, – одобряюще кивнул дядя Карл, – простыня делается из хлопка или льна – а это натуральные волокна, как и наши бананы. Поэтому эффект будет такой же.

Тем временем прошло необходимое количество времени, и дядюшка, вычерпнув ситом хвостики из кастрюли, промыл их под струёй воды и разложил на доске. Затем он дал Максу деревянный молоточек:

– Теперь нам нужно расщепить их на волокна. Приступай!

Макс с восторгом начал стучать по хвостикам, а Лиза разрывала эти «отбивные» на маленькие ниточки.

– Теперь мы имеем почти готовый материал для приготовления бумаги, но эти волокна слишком крупные, надо их еще измельчить, есть идеи, чем это можно сделать? – озадачил ребят дядя Карл.

– Может, я ещё постучу? – воодушевился Макс.

Ответьте на вопрос: Как можно измельчить волокна?

– А что, если измельчить их блендером, – вдруг оживилась Лиза, – я так готовлю себе творог с бананами на завтрак.

– Гениально, Лиззи! – дядюшка расплылся в довольной улыбке, – ты очень хорошо используешь аналогии.

Он достал из ящика блендер и дал ребятам измельчить волокна в массу, а затем налил в эту кашицу воды, чтобы она стала жидкой.

– Мы не стали тратить сейчас время на отбеливание, потому что это займет часа три, так что этот лист получится у нас тёмным. Но я приготовил для вас второй вариант, – дядя Карл поставил на стол рядом со стаканом ещё один с таким же содержимым, но уже светлого цвета, – вот, что можно получить, используя отбеливатель. Кстати, в Древнем Китае не было химических отбеливателей, поэтому Цай Лунь использовал древесную золу.

– Золу?! – спросили ребята в один голос.

– Да, не удивляйтесь так. Многие народы использовали её для стирки вещей.

– Она же грязная, – сморщилась Лиза.

– Всё не то, чем кажется – золой отстирывали вещи не хуже, чем сейчас с порошком и отбеливателем. Поэтому китайский изобретатель и добавил её в состав, чтобы бумага получилась светлее. А теперь нам понадобятся необходимые приспособления: Максим, принеси-ка таз с водой, Лиззи, мне нужны светлые хлопчатобумажные полотенца с кухни, те, что имеют гладкую поверхность.

Ребята побежали выполнять задания, и через две минут всё было приготовлено. Тем временем дядюшка достал самодельную конструкцию, которая состояла из двух деревянных рамок. Обе они были толщиной в несколько сантиметров, на нижней рамке крепилась сетка, похожая на ту, что вешают на окнах от комаров. Они скреплялись с помощью липучек так, чтобы сетка оказывалась посередине между рамками.

– С помощью этой очень простой конструкции мы будем с вами творить чудеса! – воодушевлял ребят дядя Карл. – Итак, опускаем рамку в воду, выливаем туда нашу кашицу из хвостиков и аккуратно распределяем по всей площади. Не спеша вытаскиваем. А теперь несколько нехитрых движений.

Когда вода слилась через сетку, он отстегнул липучки от верхней рамки и убрал её в сторону. Кашица лежала на сетке. Затем дядя перевернул оставшуюся конструкцию на полотенце и начал аккуратно нажимать на сетку с обратной стороны.

– Нужно, чтобы бумага осталась на полотенце, которое впитает в себя влагу, – комментировал он.

Дядя Карл убрал рамку и накрыл получившийся лист вторым полотенцем.

– А теперь – финальный этап, – он включил утюг, – можно оставить лист, пока он высохнет сам, меняя периодически полотенца, но мы ускорим процесс, – в этот момент горячий утюг поплыл по белой ткани, шипя и фырча от влаги, которой касался. – Вуаля! – дядюшка убрал полотенце и взял в руки получившийся коричневый лист, похожий скорее на папирус, чем на бумагу, – Теперь ваша очередь.

Дети принялись повторять процедуры в точности, как показывал им наставник. И через некоторое время в их руках был ещё один, но уже светлый листочек банановой бумаги.

– Вот видите – ничего сложного, – подытожил дядя Карл, – хотя в древности, конечно, это было похоже на настоящее чудо. Ну а потом процесс быстро начал совершенствоваться, и теперь бумага для нас обычное повседневное явление. Кстати, вот вам одна интересная особенность: стандартный лист бумаги нельзя сложить пополам больше, чем семь раз.

Попробуйте, а сколько раз получится согнуть лист бумаги у вас?

Макс тут же побежал за образцом для опыта и начал складывать лист ещё по дороге обратно. На шестом разе складывать было непросто, седьмой было сделать крайне трудно, дальше – уже невозможно.

– Вот так штука, – засмеялся мальчик.

– Да, секреты порой содержатся в самых обычных вещах, и мы каждый день проходим мимо них, даже не подозревая это. А теперь, ребятки, мне нужно заняться своими растениями, приходите ко мне на днях снова, расскажу вам что-нибудь.

Дядя проводил их до калитки.

– Спасибо, дядя Карл! – Лиза по привычке обняла его.

– Спасибо, – Макс пожал ему руку, ведь он же был мужчиной, и ему хотелось вести себя подобающе. Он всегда думал, что обниматься – это для девчонок.

Дети шли по тротуару, разглядывая свои поделки. Встреча удалась. Однако им не давало покоя, что в доме был такой беспорядок.

– Как думаешь, – вдруг начал Макс, – он что-то скрывает от нас?

– Не знаю. Почему ты спрашиваешь?

– Ты видела, как он нехотя рассказывал про папирус на своём столе?

– Да, я заметила. Ну, может, ему, правда, нечего было больше про него рассказать?

– Не знаю, не знаю… – Макс покачал головой, – не нравится мне всё это. Такой хаос в доме. Даже я, когда ищу что-то, так не переворачиваю всё вверх дном, это ж потом убирать целый день. Да и где он всё-таки был? Почему не слышал, когда мы столько раз звонили и звали его?

– Что ты хочешь этим сказать?

– Пока не знаю. Но что-то он точно от нас скрывает. Надо выяснить что.

В это время дядя Карл спускался по узкой винтовой лестнице, ведущей в комнату под его домом. Он включил свет и сел за широкий стол, на котором лежало множество книг, бумаг и… темный лист папируса под стеклом.

Глава 2

– Ах вот ты как… А мы вот так! Съел? Вот и… ах ты! – Макс ходил туда-сюда по комнате.

– Аккуратнее, братишка, ты так ненароком ещё шею себе свернешь от усердия, – ухмыльнулась Лиза.

Тем временем устроившись поудобнее в кресле, она рисовала в своём блокноте: Макс с мечом в правой руке, поднятой вверх, и рогатым шлемом на голове, как у викингов, призывает своих воинов отправиться в атаку.

– Вот тебе! А как тебе такой поворот, голубчик? – Макс держал в руках интернет-планшет и скакал с ним взад и вперёд.

Со стороны это было то ещё зрелище: если закрыть глаза и просто послушать, можно было представить, что он, действительно, сражается на мечах с каким-нибудь коварным пиратом, но когда Лиза впервые увидела это, то подумала, что её брат сходит с ума.

– Давай, мой верный конь! Сейчас мы ему покажем! – мальчик от сосредоточенности даже высунул язык.

Со временем она привыкла, что шахматы для Макса не просто игра. Для него это был целый мир, полный захватывающих приключений и головоломок. Увлечение шахматами привила ему мама. Они любили по вечерам сыграть партию, другую. Но когда она была на работе, Макс тренировался с компьютером или другими игроками в Интернете.

Он увлёкся шахматами очень давно, даже раньше, чем научился читать. Но до сих пор помнил, как однажды спросил маму, кто и зачем их придумал. Тогда она рассказала ему легенду о происхождении этой замечательной игры.

Давным-давно, больше двух тысяч лет назад, в стране под названием Индия жил очень властный и могучий шах, то есть правитель. Звали его Шеран-Шихран. Он владел богатствами несметными, дворцами прекрасными и огромной армией. Были в этой армии и воины пешие, и всадники лихие, и колесницы быстрые, и, главное – несокрушимые слоны, которые в те времена считались самым грозным оружием.

И вот однажды с таким могущественным войском победил шах всех своих соседей-недругов. Вернулся он к себе домой и не знал, чем занять себя. И призвал он тогда к себе всех мудрецов, чтобы придумали они ему развлечение. Коль придумают забаву по душе – одарит золотом щедро, а нет – не видать им головы своей. Дал им шах три дня и три ночи на раздумья.

Вышло время. Пришли мудрецы к повелителю. И что только ни показывали: и цепочки серебряные с кубиками золотыми, и шары изумрудные с кеглями мраморными, но всё не нравилось ему.

Наконец, остался только один самый старый мудрец. Знал он, что развлечение придётся шаху по душе, если он сможет увидеть в нём себя самого. И достал он ящичек маленький с деревянными фигурками. Увидев это, разгневался правитель. Хотел прогнать мудреца, но тот сказал: «Не всё то золото, что блестит».

Пригляделся Шеран-Шихран внимательнее к фигуркам и увидел, что среди них есть и воины его, и кони, и слоны, и даже он сам, а также есть армия противника. Но только рассмеялся он: «Неужели ты считаешь, что я, привыкший руководить огромной армией, стану тратить время на эти деревянные безделушки?»

«Давай попробуем, повелитель», – ответил ему мудрец. Объяснил правила. И началась игра. Понял шах, что с этим «войском» ещё сложнее управляться, чем с настоящим. Настолько заинтересовался индийский правитель игрой, что приказал мудреца вознаградить достойно. А сам стал проводить много времени за этим занятием. И когда он добирался до короля противника, то по привычке обращался к врагу: «Эй, шах!» А когда вражеский король оказывался поверженным, то говорил правитель: «Шаху мат!», что означало «Король погиб». Так появилась эта замечательная игра – шахматы.

Мальчик оседлал спинку дивана, словно лошадь, а глаза его сверкали от азарта:

– Да-а! Шах и мат! – он взмахнул кулаком в воздухе, как бы утверждая окончательно свою победу над компьютером. В этот момент Макс не удержался и съехал на диван со спинки головой вниз, при этом его ноги остались наверху.

Лиза закатила глаза и покачала головой:

– Ты неисправим.

– Обожаю, когда ты пытаешься быть серьёзной, – его лицо расплылось в улыбке до ушей. – Это всегда так забавно.

Лиза очень любила своего брата, но иногда ей хотелось запустить в него подушкой из-за его постоянного ребячества. Вот и сейчас она едва сдерживалась, чтобы этого не сделать:

– И когда ты только повзрослеешь?

– Эмм… Никогда, – Макс всё ещё был в перевёрнутом положении и занимался тем, что рисовал ногами в воздухе различные геометрические фигуры.

Попробуйте, какие фигуры можно нарисовать кверху ногами?

– Вот балда! Ну держись!

Девочка схватила подушку и с боевым возгласом «А-а-а!!!» ринулась в атаку. Пока Макс соображал, что происходит, Лиза нанесла первый удар, и он почувствовал, как его впечатало в спинку дивана. Начался подушечный бой. Притом что они никогда не били подушками друг друга сильно, битва была нешуточной. Спустя несколько минут стороны решили пойти на перемирие и отметить это решение поеданием творожной запеканки и йогурта.

– Слушай, Макс, я всё думаю о нашем вчерашнем походе к дяде Карлу. Что-то здесь не так.

– Я фе-фе ефё фе-фа фа-фал, – промычал мальчик, уплетая запеканку за обе щёки, как хомяк.

– Что?!

– Я тебе ещё вчера сказал, что здесь что-то не сходится.

– Может, дядя и сказал нам правду, но меня мучает один вопрос.

– Какой?

– Помнишь папирус у него на столе?

– Ну.

– Он сказал, что это древняя находка. Но ведь он никогда бы не положил такую ценную и хрупкую вещь на стол без какой-нибудь защитной плёнки или рамки, да ещё и на открытом сквозняке.

Макс даже перестал жевать:

– Ты хочешь сказать, что это не папирус времён Тутанхамона?

– Я не знаю, – пожала плечами Лиза, – но это очень странно.

– Ну…эээ… А что, если сходить к дяде и прямо у него об этом спросить?

– Думаешь, он ответит?

– Если он что-то скрывает, то на этот раз мы уж точно поймём.

– Тогда я не понимаю… – Лиза наклонилась к уху брата, – Почему мы тут расселись?!

В этот момент девочка дотянулась до подушки и ещё раз запустила её в Макса.

Первые летние дни были очень жаркими, так что ребята не спеша шли в тени деревьев. Но любопытство подстёгивало изнутри, поэтому они, сами того не замечая, ускоряли шаг. До дядиного дома было пятнадцать минут ходьбы, дети же добрались за восемь.

Они подошли к дому и хотели позвонить в дверь, как вдруг Макс схватил Лизу за руку и оттащил в сторону:

– Слышишь?

– Что опять? – девочка хотела было выразить недовольство, но вдруг поняла, что брат имел в виду. – Макс, ну разговаривает дядя с кем-то, и что?

– Да ты послушай!

– Ай-яй-яй, Максим Сергеевич! Нехорошо подслушивать чужие разговоры, – Лиза укоризненно взглянула на него.

Назовите отчество Лизы

– Мисс-правильность, ты хочешь узнать, что там за история с папирусом или нет?

– Конечно, хочу!

– Тогда будешь ругать меня потом, а сейчас давай узнаем, что там за разговор! – мальчик медленно подошёл к окну и, удостоверившись, что их не заметят, подозвал рукой свою сестру.

Окна первого этажа были расположены невысоко от земли, так что подоконник приходился им на уровне подбородка. Сегодняшняя жара оказалась на руку – дядя открыл окно в зале настежь. Дети украдкой заглянули внутрь.

В зале было двое: дядя Карл и какой-то незнакомый мужчина. Находясь рядом, они выглядели как две противоположности: Карл Чистов был одет в гавайскую рубашку с коротким рукавом и светлые брюки, а волосы, как всегда, торчали во все стороны; незнакомец же был в стильном клетчатом костюме, с галстуком, аккуратно причесан. Последний сидел за столом, в то время как дядя расхаживал по комнате в раздумьях.

– Послушайте, Карл, – голос незнакомца был слегка взволнованным – Вы ведь подошли вплотную к разгадке величайшей тайны. И я уверен, что мы просто обязаны, не теряя ни секунды, отправиться в Гизу, чтобы это выяснить!

– Гиза, Гиза, – бормотал мальчик, – что-то очень знакомое…

– Это же Египет, Макс! Там пирамиды, – шепнула Лиза.

– Точно! – Он всегда удивлялся, откуда его сестра столько всего знает, – И как ты только…

– Книги читаю, – Лиза показала брату язык, – и тебе стоит почаще это делать.

Дядя посмотрел на своего собеседника:

– Но ведь на папирусе осталось одно неразгаданное место, без него вся поездка может оказаться напрасной!

– Не переживайте, друг мой, – ответил незнакомец, – хорошая загадка делает жизнь интереснее. Почему бы не рискнуть? Возможно, в Египте получится быстрее найти ответ.

– Наверное, Вы правы. Мне стоит предупредить родственников об отъезде?

– Пока не нужно. Сообщите им, когда будем на месте. Скажете, что поехали за очередным редким растением. Нам пока ни к чему распространяться.

– Хорошо. Сколько у меня времени на сборы?

– Через час, – незнакомец встал и взял со стола свою шляпу, – за вами заедет Кирилл. Я пока поеду в аэропорт, проверю, готов ли мой самолёт к полёту. Буду ждать вас в четвёртом ангаре. Да, и не забудьте взять самое главное!

Он направился к двери.

Макс понял, что пора прятаться, и начал крутить головой в поисках подходящего места. Внезапно он почувствовал, что Лиза тащит его к калитке:

– Идём!

– Куда?

– Скорее! – она почти перешла на бег.

– А как же дядя? И папирус? – мальчик не понимал, почему им нельзя было просто спрятаться за углом дядиного дома и дождаться, пока незнакомец уйдёт.

– Нет времени на разговоры, – быстро ответила Лиза.

Она уводила его всё дальше от дома, при этом почему-то оживилась и хитро щурилась.

– Так, стоп! – Макс высвободился из её руки и вопросительно уставился на сестру, – Я вообще ничего не понимаю! Куда мы идём?

– Домой.

– Но зачем?

– Макс, – улыбнулась девочка, – мы отправимся в путешествие!

– Не понял…

– Что тут непонятного?

– Какие-то опасные вещи ты говоришь… – мальчик уже всё понял, но он не верил своим ушам, что Лиза предлагает такую авантюру. Всего десять минут назад она зудела о том, как нехорошо подслушивать.

– Ну да, – девочка вдруг слегка засмущалась, – но это же так интересно!

– Ага, ты хоть представляешь, о чём говоришь? – Макс вдруг начал идти на попятную. – Ты хочешь сказать, мы незаметно проберёмся на самолёт, а потом внезапно вылезем из-под стола со словами: «Сюрприз, дядюшка!»?

– Вообще, я думала, что мы спрячемся не под столом, но да, ты всё верно описал.

Лиза улыбнулась во весь рот и наклонила голову набок. Но тут же сделала серьёзное лицо:

– Ты боишься, что ли?

– Не то чтобы…

– Ну а чего тогда? – девочка встала руки в боки и скорчила гримасу.

– Ну как это – взять и пробраться в самолёт? Там же кругом люди.

– По дороге придумаем. Так что давай решай! Время поджимает!

Макс переминался с ноги на ногу. Конечно, ему хотелось отправиться в Египет, и он не боялся пробраться тайком на борт самолёта, не боялся, что придётся выкручиваться перед дядей и что-то придумывать маме – его беспокоила другая причина…

– Ну?! – не вытерпела Лиза.

– Ладно! Хорошо, я согласен.

– Дай пять, Макс! – девочка, улыбнувшись, подняла руку, – Сегодня мы будем в Египте!

Брат хлопнул её по ладошке, и было видно, что он едва сдерживается, чтобы не улыбнуться в ответ, стараясь сохранить свой всё ещё серьёзный вид.

Дети рванули со скоростью звука домой. Макс даже чуть не снёс дверь, забыв, что она закрыта на ключ. Он уже забыл о своём страхе и старался наверстать потерянное на пустые разговоры время.

– Я соберу вещи, а ты напиши записку маме и вызывай такси, – выпалил мальчик на бегу.

Тем временем Карл Чистов мчался по раскалённому от жары шоссе в серебристом автомобиле незнакомца. Водитель Кирилл оказался довольно разговорчивым, и поездка с ним пролетела незаметно.

В аэропорту он сказал дяде Карлу, что вылет через полчаса.

– Отлично, я подожду в кафе, – ответил дядюшка.

– Конечно. Я приду за Вами, когда всё будет готово.

Карл Чистов заказал стакан воды и расположился за столиком в углу. Он посмотрел на телефон, чтобы узнать время: на заставке было фото Лизы и Макса.

«Интересно, как они там?»

Макс и Лиза в этот момент подъехали на белом такси к аэропорту. Они расплатились с водителем и подошли ко входу.

– Они договорились встретиться в четвёртом ангаре. Осталось только найти его и попасть в самолёт, – задумчиво произнесла девочка.

– Всего лишь, – фыркнул её брат.

– Так, ты будешь ворчать или поможешь мне?

– Просто мне было интересно, как ты собираешься пробраться в ангар, – засмеялся Макс. – Может, как в мультфильмах сделаешь: наденешь на себя куст или ящик и будешь с ним передвигаться, чтобы тебя не заметили?

– Эй, если у тебя уже есть идеи – самое время их рассказать.

– Пока нет. Хотя, – мальчик уставился на взлетающий самолёт. – Слушай, я вспомнил! В одной компьютерной игре у меня была миссия на аэродроме. Там нужно было пробраться к самолёту.

– И как ты это сделал?

Ответьте на вопрос: Как вы думаете, как Макс это сделал?

– Нашёл дыру в ограждении. Но не уверен, что это нам чем-то поможет, это ведь игра.

– Шекспир говорил, что жизнь – это тоже игра. Надо попробовать! Но сначала надо выяснить, куда нам, вообще, идти.

Девочка достала телефон и нашла в Интернете схему аэропорта.

– Смотри, – продолжала она, – вот четвёртый ангар. Это справа от нас.

– Он как раз рядом с забором, идём скорее, – Макс уже потирал руки от нетерпения.

Дети направились к густому кустарнику, который рос возле проволочного ограждения.

Вдоль забора тянулась небольшая дорожка. Над ней гордо возвышались каштаны. Пройдя около сотни метров, ребята остановились.

– Кажется, это здесь, – Лиза окинула взглядом забор.

– Следи за обстановкой, – Макс огляделся по сторонам, а затем нырнул вглубь кустарника.

– Карл, до сих пор боитесь летать? – за спиной у дядюшки раздался знакомый звонкий голос.

Он повернул голову:

– О, это Вы? Я думал, мы встретимся в ангаре.

– Кирилл сообщил мне о приезде. Он отгоняет машину на стоянку, а я пока решил сходить за Вами. Всё готово, идём, – незнакомец в клетчатом костюме бодро зашагал к выходу. – Вы, кстати, не ответили на вопрос.

– Ну да, к моему стыду, так и приходится пить снотворное, чтобы перенести полёт.

Дядюшка чувствовал, что оно уже начинало действовать, и его ноги становились ватными.

– Тогда прибавьте шагу, друг мой, пока не заснули. Не хотелось бы нести Вас в самолёт на руках.

Поскольку аэропорт был небольшой, людей вокруг сновало совсем немного. Лиза начинала переживать: её брата не было уже почти пять минут. Вдруг из кустов послышался негромкий голос Макса:

– Лиззи! Иди сюда!

Она ловко пробралась к нему сквозь кусты.

– Я нашёл дыру. Она совсем маленькая, но мы пролезем. Надеюсь, там нет камер.

Мальчик повёл сестру за собой.

– Вот, смотри, – показал он рукой прямо перед собой.

Но Лиза, как ни старалась, не видела никакого лаза.

– А если я сделаю вот так? – Макс подошёл к железной сетке и чуть нажал на неё почти на уровне земли.

Сетка подалась вперёд, и внизу появилась узкая вертикальная щель.

– Я вот всё думал, кто ж здесь эту дырку-то проделал…

– Макс, ты гений! – перебила его сестра и слегка потрепала по волосам.

Не успел он сказать, что Лиза испортила его укладку, как девочка уже стояла по ту сторону забора. Впрочем, ему просто хотелось хоть немножко растянуть момент своего успеха. Но время поджимало, и мальчик юркнул следом за сестрой сквозь дыру в ограждении. Дети огляделись по сторонам – поблизости никого не было, тогда они быстро перебежали к задней стене ангара.

– Это точно он? – спросила девочка.

– Должен быть он. Если, конечно, схема в твоём телефоне не врёт.

– Будем на это надеяться. Идём?

– Я пойду первым, – Макс посмотрел за угол, – всё чисто.

Озираясь по сторонам, он быстрым шагом двигался вперёд, Лиза не отставала. К счастью, ворота были уже открыты – самолёт должен был вот-вот отправиться в путь. Ни возле входа, ни в самом ангаре никого не было, и дети поспешили зайти в помещение.

Перед ними, широко расставив свои крылья, красовался белоснежный самолёт. На мгновение они замерли от восхищения. Макс даже присвистнул от восторга.

– Заберёмся внутрь, и можно будет отдышаться, – прошептала Лиза.

– Осталось только понять, как туда попасть, – мальчик разочарованно уставился на закрытую дверь.

– Макс, кто-то идёт! Быстрее прячемся!

В глубине помещения стояли большие ящики, и дети скрылись за ними.

В ангар зашёл молодой мужчина. Он насвистывал какую-то весёлую мелодию. Видимо, это был пилот. Он подошёл к двери самолёта, что-то сбоку от неё покрутил, затем нажал, и – о, чудо! – верхняя её часть начала открываться, постепенно опускаясь к земле. С обратной стороны двери были ступеньки. Через несколько секунд бортовой трап раскрылся, и мужчина поднялся по лестнице внутрь.

Дети переглянулись. Надо было только как-то выманить его наружу, чтобы незаметно пробраться на борт самим.

– Есть идея, – Макс подмигнул сестре. – Прячься под самолётом, я сейчас.

Когда Лиза перебралась в указанное место, мальчик подбросил вверх стоявшее рядом железное ведро и рванул к сестре. Ведро с грохотом упало вниз. Тут же из самолёта высунулся недоумевающий мужчина. Он посмотрел по сторонам, пытаясь понять, что произошло. Наконец он увидел ведро и спустился, чтобы поднять его.

В этот момент дети вынырнули из-под трапа и прошмыгнули внутрь.

– Проклятые крысы, – пробурчал пилот, – совсем обнаглели.

В самолёте дети едва устояли перед соблазном рассмотреть всё. Каждая секунда была на счету, ведь через мгновение мужчина вернётся, и им может не поздоровиться. Они судорожно начали искать место, чтобы спрятаться.

Ответьте на вопрос: Где можно спрятаться?

– Кирилл, всё в порядке? – в ангаре появился незнакомец в клетчатом костюме. Рядом с ним шёл Карл Чистов.

– Да. Я тут… Опять крысы разбойничают.

– Хм, только ведь делали обработку. Похоже, что-то пропустили. Ладно, вернёмся и будем разбираться. А сейчас не будем терять время, пора отправляться.

– Конечно, шеф! Вылет через 5 минут! – Кирилл мигом рванул в кабину запускать двигатели.

Дядюшка поскорее расположился в кресле и тут же мирно уснул – снотворное работало как часы.

Турбины заревели, и самолёт потихоньку начал выползать из ангара.

– Эй, убери свою клешню, – шипела Лиза, – ты мне ногу отдавил.

– Ты мне локтем не тычь в бок, тогда я смогу слезть с твоей ноги.

Дети сидели в небольшой каморке для багажа и прочих вещей, которая находилась за крохотной дверцей. Когда самолёт начал набирать высоту, их руки-ноги перепутались. Из-за этого в кромешной тьме Макса угораздило попасть сестре пальцем в глаз, но сразу после этого он получил коленом в ухо. Не исключено, что это могло быть его собственное колено.

Спустя некоторое время они смогли расположиться на ящиках и сумках. Но тут Макс почувствовал приступ страха: он боялся летать, и об этом сразу подумал, когда Лиза предложила затею с самолётом. А сейчас к нему возвращалось это чувство. Мальчику становилось тяжело дышать.

– Лиззи, – нерешительно начал он.

– А?

– У тебя есть жвачка?

– Нет, а зачем тебе?

– Ну… Мне неловко это говорить… – мальчик стеснялся продолжить.

– Макс?

– Я… боюсь летать. Хотел пожевать жвачку, чтобы отвлечься.

– Ну, ну, не переживай так. Давай лучше поговорим о чём-нибудь. Чего бы ты больше всего сейчас хотел?

– Есть! – выпалил её брат.

Страх начал отступать, но теперь заурчало в его животе. Он вдруг понял, что последний раз ел утром. А время было уже обеденное.

– Еда! Я бы сейчас съел слона или бегемота!

– Ты же сам станешь как слон, – Лиза слегка толкнула его плечом, – надо следить за фигурой!

– Зачем? – Макс также толкнул её в ответ.

– Чтобы быть красивым! Потому что красота спасёт мир.

– Меня спасёт не красота, а яишенка! – Макс особенно протянул последнее слово на букве «и».

– Ох, нет у меня подушки под рукой, а то я бы тебе сейчас зарядила.

Вдруг дверца их укрытия распахнулась. Перед ними стоял незнакомец в клетчатом костюме.

Глава 3

– Это ещё что такое?! – глаза незнакомца полезли на лоб от удивления, будто он увидел привидение. – Вы кто такие? Как вы вообще сюда попали?!

Дети не могли произнести ни слова. Они представляли себе, что всё произойдёт несколько иначе.

– Мы…мы… – Макс от волнения начал заикаться.

Лиза пыталась отыскать глазами дядюшку, но тщетно. Тогда она громко позвала его:

– Дядя Карл!

Но ответа не последовало. Неудивительно – он спал как младенец.

– Дядя Карл? – незнакомец вскинул брови.

Дети замешкались, не зная, что ответить.

– Вы знаете Карла Чистова? – продолжал мужчина.

– Да, мы его племянники, – ответил наконец Макс.

Незнакомец нахмурился:

– Даже если это так, ради всего святого, объясните, что вы здесь делаете?!

– Можно начать с самого начала? – Лиза почувствовала, что сейчас настал момент, когда стоит проявить решительность.

Мужчина не ожидал такого ответа.

– Хм. Пожалуй, я бы хотел узнать, как вы двое оказались в моём самолёте. Но давайте для начала присядем на нормальные сиденья, – голос его уже звучал мягче.

Направляясь к местам, они остановились возле кресла, где дремал дядюшка.

– Он спит? – спросил мальчик.

– Да, Карл боится летать, – пояснил незнакомец, – поэтому перед посадкой в самолёт пьёт снотворное.

– У вас это семейное? – Лиза посмотрела на брата.

Ответьте на вопрос: Кем будет приходится дочка родной сестры Карла Лизе и Максу?

Макс только пожал плечами в ответ.

Все трое оставили Карла Чистова смотреть сны и прошли дальше. Они расположились на мягких сиденьях напротив друг друга, и дети подробно рассказали мужчине обо всём, что с ними случилось за два дня.

Незнакомец с большим удовольствием слушал их историю.

– Значит, это вы устроили погром в ангаре? – он едва сдерживал смех.

– Никакой не погром – всего лишь пошумели немного, – недовольно возразил Макс.

– Ну ладно, я слегка приукрасил вашу проделку. И надо ж было додуматься до такого – залезть в самолёт! Но о чём вы вообще думали, когда забирались внутрь? А если бы мы решили лететь завтра, или мой самолёт арендовал кто-нибудь другой? Вы бы улетели с незнакомыми людьми неизвестно куда!

– Ну, мы это как-то не учли, – растерялась Лиза, – но ведь всё получилось!

– А вы, я смотрю, авантюристы, – мужчина покачал головой, – хотя я тоже был таким в детстве. Кстати, совсем забыл представиться – Андрей Орлов.

– А по отчеству? – спросила девочка.

– Давайте без отчества, я ведь не такой старый, – добродушно ответил мужчина. – А вы, значит, Лиза и Максим? Карл рассказывал, что у него двое замечательных племянников.

– Мне больше нравится, когда ко мне обращаются просто Макс, – сказал мальчик.

– Приятно познакомиться, Макс, – незнакомец пожал ему руку.

– И нам, – ответила за брата девочка.

– Вся эта история, конечно, интересна, друзья мои, – серьёзным тоном начал Орлов, – но когда проснётся ваш дядя, мы будем решать, как доставить вас обратно домой.

– Что? Почему?! – мальчик чуть не вскочил с кресла.

– Потому что мы летим не на отдых. Это может быть опасным!

– Но… – хотел возразить Макс.

– Никаких «но»! – резко оборвал его Орлов.

– Андрей, Вы говорили, что были склонны к авантюризму. Как насчёт пари? – Лиза смотрела на мужчину с серьёзным видом.

– Пари?! – в один голос сказали Макс и их новый знакомый.

– Да-да! Вы умеете играть в шахматы?

Орлов утвердительно кивнул.

– Превосходно! – продолжала девочка, – Сыграйте с Максом партию, и если Вы победите, то мы поступим так, как скажете. Если же выиграет он, то возьмёте нас с собой и поможете убедить в этом дядю Карла. На этом самолёте найдётся шахматный набор?

– Одну минуту, извините нас, – сказал её брат и оттащил в сторону. – Ты что, с ума сошла? Я же понятия не имею, насколько он силён.

– Ты справишься, я точно знаю. Выиграешь нам билеты в Египет. Дай пять, – Лиза протянула руку.

Макс тяжело вздохнул:

– Надеюсь, он знает только, как фигуры ходят, – мальчик вяло хлопнул по её ладошке и побрёл обратно к столу.

Орлов уже выставил шахматы на доску:

– Мне нравится ваш задор. Почему бы и нет? Я принимаю ваши условия!

– Разыграем фигуры? – обратился к нему Макс.

Мужчина взял две пешки, перемешал их за спиной и выставил два кулака вперёд. Макс открыл правый: там лежала чёрная.

«Белые начинают и выигрывают», – пронеслось у него в голове.

Но он отогнал эту мысль и сосредоточился на доске.

Орлов сделал классический ход пешкой е2-е4. Макс хотел ответить Сицилианской защитой с7-с5, но задумался. Решил проверить, что захочет сделать соперник, и ответил простым е7-е5, поставив свою пешку напротив белой. Но тут мальчик начал беспокоиться, что его противник знает больше, чем просто правила игры: Орлов сделал ход f2-f4.

«Королевский гамбит? Или случайный ход. Хм, сейчас проверим».

Макс ответил контргамбитом d7-d5.

Ответьте на вопрос: Что значит «королевский гамбит» и «контргамбит»?

– Похоже, игра будет интересной, – оживился мужчина.

«Похоже на то», – подумал Макс. – Ваш ход.

Страсти на доске накалялись. Игра длилась уже почти полчаса. Лиза смотрела на своего брата и удивлялась: он был таким серьёзным, будто боролся за звание чемпиона мира. Она боялась даже дышать.

– Ай-й-й! – Макс от досады стиснул зубы.

Он только что зевнул[1] коня.

– Внимательнее, молодой человек, – ухмыльнулся Орлов.

Мальчик взглянул на него исподлобья.

Вдруг мимо них просеменил дядюшка Карл. Один глаз его был закрыт, а вторым он щурился, будто от яркого света.

– Мне…надо…умыться, – промычал он, не поворачивая головы.

Дети задержали дыхание, боясь обратить на себя внимание. Они дождались, пока дядя скроется за дверцей туалета.

– Похоже, снотворное слабо подействовало, – удивился Орлов.

Лиза занервничала:

– Макс! У тебя мало времени! Давай уже сделай что-нибудь!

– Если ты будешь на меня давить, будет только хуже! – стараясь сохранять спокойствие, ответил ей брат.

Хотя сердце его начинало биться всё быстрее от волнения.

– Шах! – мужчина перешёл в наступление.

Девочка хотела ещё что-то сказать, но закусила губу. Неужели её брат проиграет, и все их старания окажутся напрасными?

– Шах! – король Макса опять оказался под ударом.

Игроки молча сделали ещё несколько ходов.

– Ну что же ты, друг мой, как ты умудрился опять зевнуть? – Орлов коснулся ферзя соперника. Но не успел он убрать фигуру, как его глаза быстро забегали по шахматной доске.

– В чём дело, друг мой? – иронично процитировал Макс своего противника, – завершите ход, не тяните время.

Делать нечего – Орлову пришлось забрать ферзя и поставить на это место своего слона[2].

Дверь туалета открылась. Дядюшка со взъерошенными волосами появился в проёме. Вода не до конца привела его в бодрое состояние, но при виде племянников сон как рукой сняло. Он несколько раз сильно зажмурился, пытаясь понять, не снится ли ему это. Но, убедившись в обратном, он уставился на детей, долго прожигал их неморгающим взглядом и, наконец, сдержанным, но несколько рассерженным тоном произнёс:

– Лиза, Максим? Это как понимать? Вы как здесь оказались?!

Дядюшка, покачиваясь, направился к ним.

Макс, не теряя времени, повернулся к шахматной доске и сделал последний ход:

– Шах и мат! – выпалил он, – Вы обещали помочь.

– Я человек слова, не сомневайтесь, – ответил Орлов. – Карл, друг мой, Вы даже представить себе не можете, какая наизабавнейшая история здесь приключилась! – начал он защиту детей.

– Мне лучше не знать, как вы здесь оказались, – дядюшка сверкнул глазами на племянников, – зато я вам скажу, как всё будет дальше.

– Но, дядя, – Макс встал с кресла.

– Ничего не хочу слышать, – оборвал он мальчика, – это очень безответственно с вашей стороны – вытворять такие вещи!

– Карл, присядьте, пожалуйста! – вновь включился в разговор Орлов. Вы просто обязаны выслушать этих юных путешественников. Они сумели убедить меня, хотя я вижу их первый раз в жизни. Уверен, Вам понравится эта история, и Вы смените свой гнев на милость. В конце концов, самолёт мы сейчас уже не развернём обратно, а лететь ещё целый час. Что с ними делать решите, когда приземлимся, а пока… – он посмотрел на детей.

Лиза поймала его взгляд и продолжила:

– Дядя Карл, выслушай нас, пожалуйста.

– Ну, хорошо, хорошо… – замахал он руками и сел в кресло.

– Всё началось с того папируса, который был у тебя на столе…

Девочка подробно начала рассказывать об их приключениях с братом.

Слушая её, дядюшка всё ещё хмурился.

– Значит, вы подслушали наш разговор с Андреем Евгеньевичем? – он покачал головой.

– Он разрешил нам называть его просто Андреем, – включился в разговор Макс, – и не то чтобы мы подслушивали… Хотели зайти, но услышали ваши голоса и решили, что не стоит мешать, а лучше подождать на улице. Мы же не виноваты, что окна были открыты, – мальчик развёл руками и отвёл взгляд в сторону.

Он сделал такое невинное лицо, что Лиза и Орлов рассмеялись, а дядюшка, хоть и пытался сохранить серьёзность, тоже не смог сдержать улыбки.

Дети продолжали рассказывать, а дядя Карл всё качал головой и раскрывал рот от удивления. Иногда он возмущался, иногда улыбался, но потихоньку начинал оттаивать.

– Я пошёл взять коробку с печеньем, а там эти двое! – воскликнул Орлов, когда повествование зашло о той части, где он нашёл детей.

– Что? Тут есть еда? – оживился Макс.

– О, друзья мои! Я совсем забыл, что вы ничего не ели с утра. Сейчас я вам принесу перекусить! – мужчина вскочил с кресла и побежал туда, где прятались дети. Вдруг он примчался обратно: – Только не продолжайте рассказ без меня, я тоже хочу в этом участвовать! – и снова исчез.

Спустя пару минут тишины дядя Карл решил что-то сказать, но Орлов уже появился с небольшим подносом в руках, на котором была гора треугольных сэндвичей с разной начинкой, бутерброды с красной икрой, тарелка с печеньем и четыре чашки чая.

– Вы уж простите, – суетился он, – я обычно не ем в самолёте, да и не предполагал, что ко мне на борт заберутся двое голодных детей, поэтому вот, как говорится, чем богаты…

– Это ничего, – Макс уже проедал глазами дырку в сэндвиче, – мы тоже не знали, что отправимся в Египет, а то поели бы плотнее на дорожку.

– Чего вы ждёте, налетайте, – мужчина указал руками на поднос.

Дети с удовольствием последовали его совету.

Орлов насладился парой глотков чая и продолжил историю:

– Я решил, что нужно будет выслать их обратно домой первым же рейсом, но вдруг они предложили мне пари! Представляете, Карл?

– Что же за пари? – не без удивления спросил дядюшка.

– Решить их судьбу партией в шахматы. Я решил ради забавы дать им шанс, но до сих пор поверить не могу: Ваш племянник выиграл!

– Ты победил Андрея? – спросил дядя Карл у мальчика, – Я не ослышался?

– Угу, – ответил Макс, уплетая очередной бутерброд.

– Невероятно… Он же кандидат в мастера спорта по шахматам!

Макс отложил бутерброд в сторону и разочарованно посмотрел на Орлова:

– Значит, Вы хотели нас обмануть? Просто создать иллюзию, что у нас был шанс?

– И в мыслях не было, – попытался оправдаться мужчина. – Хотя нет, было немного, – признался он. – Но ты же так ловко меня обставил. Это была блестящая игра! Теперь мы просто обязаны взять вас с собой. Ведь я дал обещание.

– Это уж мне решать, – возразил дядюшка.

– Но, друг мой, не заставляйте меня нарушить своё слово, – опять вступился Орлов. – В конце концов, они могут побыть в гостинице, пока мы будем заниматься своими делами. Да и Кирилл не обрадуется, что ему придётся летать туда-сюда.

– Не знаю… – засомневался дядя Карл. – А что мы скажем вашей маме?

– Мы уже оставили ей записку, что пошли с тобой в поход с палаткой, – ответила Лиза.

Дядюшка задумался. Он взвешивал в своей голове все «за» и «против». Затем Карл молча встал и направился к своему креслу. Взял лежавшую рядом сумку и вернулся к остальным.

– Значит, так. Вы двое, – он строго взглянул на племянников, – больше никаких выкрутасов. Засомневаюсь хоть на секунду в вашем поведении – отправитесь обратно домой! Это вам понятно?

Дети закивали головами.

– И раз уж вы в это ввязались, то должны знать, куда и зачем мы летим. Иначе опять устроите слежку, которая может плохо кончиться.

С этими словами он аккуратно извлёк из сумки папку. В ней было много листов, но дядя достал большую фотографию и продолжил:

– То, что вы видели на моём столе, действительно, ненастоящий папирус. Это был просто сувенир, который я случайно испортил и собирался попробовать восстановить. Тогда я решил просто подыграть вам и придумал эту историю, да ещё и дневник Говарда Картера подвернулся под руку. Но я не обманул вас, сказав, что расшифровываю папирус. Вот, взгляните на фотографию, это он.

Дети наклонились над листком.

– Он темнее, чем тот, что у тебя на столе, – обратила внимание Лиза.

– Очень хрупкий, поэтому я храню его в особых условиях.

– Откуда он у тебя? – спросил Макс.

– Это долгая история. Как-нибудь потом расскажу. Важнее сейчас другое: этот папирус может помочь раскрыть одну из самых больших тайн Древнего Египта!

Как вы думаете, про какую тайну говорил дядя Карл?

– Какую? – в один голос спросили дети.

Дядюшка хитро улыбнулся:

– Сначала расскажите мне, что вы знаете о Древнем Египте.

– Ну вот, – простонал мальчик, – на самом интересном месте.

– Включи мозги, – сквозь зубы процедила Лиза и наступила ему на правую ногу.

– У меня их нет, – невозмутимо ответил девочке брат и, вместо того, чтобы вытащить ногу, поставил сверху вторую.

Дядя Карл выразительно взглянул на него.

– Понял, – тут же исправился Макс, – Древний Египет. Эмм…фараоны, мумии, гробницы, пирамиды…

– Хорошо! – с одобрением кивнул Орлов.

– А что вы знаете о пирамидах? – продолжил дядюшка.

– Они большие и старые, – пожала плечами Лиза, – их долго строили, и до сих пор сомневаются, кто и как это сделал.

– Неплохо для начала, – засмеялся дядя Карл, – Древний Египет, действительно, является хранилищем огромного числа тайн и загадок. Но в истории египетской цивилизации можно найти множество интереснейших фактов, не меньше, чем загадок. Вот, например, Лиззи, ты сейчас держишь в руках стеклянную кружку, а одним из первых народов, кто изобрёл стекло, как считают многие учёные, являются египтяне. Они были хорошими химиками. Кстати, название Египта происходит от того же слова, что и «химия» – «кемет», то есть «чёрный». Так вот, египетские химики придумали стекло больше пяти тысяч лет назад. Около Фив археологи нашли стеклянную бусину с таким возрастом. Ну и есть ряд других доказательств.

– Стекло вроде делают из песка? – спросил Макс.

– Не из одного, конечно, но да, – ответил дядюшка.

– Как же они додумались до этого?

– Ну, – помедлил дядя Карл, – это пока одна из загадок, которую предстоит выяснить, но существует несколько легенд и предположений. Чтобы ответить на этот вопрос, надо знать, как и из чего делали стекло. Во-первых, действительно нужен песок. Во-вторых, в идеале это должен быть чистый кварцевый песок, без всяких примесей. Сами понимаете, что этого добра в Египте хватает.

– Дядя, но он же непрозрачный, – задумалась Лиза. – Неужели его нужно просто нагреть, чтобы поменять это свойство?

– Лиззи, если взять одну песчинку и рассмотреть под микроскопом, то станет видно, что она прозрачная. Так же, как и мелкие стеклянные осколки: по отдельности они прозрачны, а если сложить в кучу, то нет. Но их нужно сделать одним целым, поэтому нагревать все-таки приходится.

– Сильно? – полюбопытствовал Макс.

– Достаточно, – ухмыльнулся дядя. – Вот вам пример для сравнения: духовка у вас на кухне максимально нагревается где-то до 290°C, кварцевый песок плавится при температуре чуть больше 1700 °C. Можете себе представить, как расплавить такой материал, не имея специального оборудования?

– И как тогда его плавили? – мальчик начинал запутываться в этих фактах.

Ответьте на вопрос: Как во времена Древнего Египта плавили песок?

– О, вот тут-то и помогают знания химии! – воскликнул дядя. – Если добавить в него соду, то температура плавления уменьшится в два раза! И тогда это можно сделать на костре. Кстати, вместо соды иногда использовали и золу, поскольку это тоже щёлочь.

– Опять зола? – Макс стукнул себя рукой по лбу. – Стирали – с золой, бумагу делали – с золой, стекло тоже с ней делали? Где ж они столько её брали-то? Значит, стекло делают из песка и… Так, пусть лучше будет сода. Мне деревья жалко!

– Хорошо, Макс. Но это ещё не всё. Если расплавить такую смесь, то получится необычное стекло – оно будет растворяться в воде.

– Да уж, попили бы мы сейчас чая, – захохотал Орлов.

– Вот-вот, – продолжил дядюшка, – поэтому добавляли еще один ингредиент. Это, всего-навсего, известняк. Он является очень древним вяжущим материалом, который также до сих пор используется в строительстве. Дальше всю эту смесь нагревали, пока она не расплавится. А потом уже из жидкой массы делали стеклянные изделия. Но вернёмся к вопросу о том, как это впервые обнаружили. Существует несколько предположений. По одной из версий, первое стекло получилось случайно – при обжиге гончарами глиняных изделий на костре: песок, в котором содержались примеси известняка, смешался с золой и, расплавившись, случайно попал на поверхность изделия, образовав на нём стеклянную глазурь. Люди заметили это и стали осваивать процесс изготовления стекла.

– И что они делали из стекла? – поинтересовалась девочка.

– Сначала стеклянной глазурью покрывали различные изделия, а потом уже появились стеклянные украшения. Как та бусина, возрастом больше пяти тысяч лет.

– Как же она сохранилась так долго? – удивился Макс.

При этом удивление не мешало ему продолжать поедать имбирное печенье.

– Это поразительно, но стекло разлагается около миллиона лет! С ним мало что может сравниться в сроке хранения.

– Хранилось бы столько печенье, – с досадой сказал мальчик. – Я бы попробовал древнеегипетское.

– Может принести ещё? – спросил Орлов, видя, что тарелки стали почти пустыми.

– О, нет, спасибо, не стоит, – возразил Макс.

– Почему? Мне это совсем не трудно.

– Я на диете! Эта будет последняя, – он хрумкнул печеньем и отпил большой глоток чая. – Так что там про бусины?

– Стеклянные украшения были роскошью, – вновь продолжил дядя, – к тому же процесс изготовления был очень сложен и требовал особых умений. Каждую бусину, например, делали отдельно: обматывали медную проволоку стеклянной нитью и после каждой готовой бусины эту нить обламывали. А чтобы изготовить вазу, делали сначала специальную заготовку из глины, похожую по форме на шишку. Её обматывали тканью и на поверхность наносили стеклянную массу. А чтобы она распределилась равномерно, с помощью рукоятки быстро крутили. Потом вытаскивали всё из изделия и остужали. Позже процесс изготовления постепенно совершенствовался. И стекло прочно вошло в жизнь людей.

– Дядя, всё это, конечно, интересно. Но мы, кажется, немного отошли от темы про Египет, – напомнил Макс.

– Ну да, я, как всегда, увлёкся. Так вот, Египет. Наверное, лучше рассказать сразу о том месте, куда мы направляемся, а то мы с моими рассказами так и не доберёмся до самого интересного. Впрочем, сначала я вам кое-что покажу.

Он порылся в своей сумке, достал оттуда небольшой предмет и поставил его на стол. Это была золотая статуэтка. Дети, как зачарованные, не могли оторвать от неё глаз. Высотой она была примерно десять сантиметров. На круглой подставке сидел жук с крыльями, которые больше напоминали птичьи, а в передних лапах у него был жёлтый круг. Подставка держалась на трёх прямых ножках, которые шли параллельно друг другу. Они чем-то по форме напоминали карандаши, только одна из них была в разрезе круглой, вторая – треугольной, а третья – квадратной.

– Откуда у тебя такая статуэтка? – спросил Макс, продолжая её разглядывать.

– Оттуда же, откуда и папирус, – серьёзным тоном ответил дядя Карл, – но важнее другое – это не статуэтка!

– А что тогда? – удивилась Лиза.

– Мы полагаем, что это ключ, – сказал Орлов.

– Ключ? От чего?! – ещё больше изумилась девочка.

– Возможно, друзья мои, сегодня мы это выясним.

Глава 4

Пирамиды в Гизе – величайшие творения архитектуры всех времён и народов. До сих пор ведутся споры, кто, как и, главное, зачем их построил. Версий почти столько же, сколько и исследователей. Дядя Карл, как человек неглупый, конечно тоже имел свою точку зрения на этот счёт.

Пока Орлов отошёл в кабину пилота, чтобы обсудить что-то с Кириллом, дядюшка рассказывал племянникам о той пирамиде, которая интересовала его в первую очередь – о пирамиде Хеопса:

– Её возраст около четырёх с половиной тысяч лет! Построена из более чем полутора миллионов каменных блоков! Вы можете себе это представить?

– Вообще-то, с трудом, – признался Макс.

Но дядя Карл с упоением продолжал:

– Один блок в среднем весит две с половиной тонны.

– Это как слон, что ли? – спросила Лиза.

– Ну, если небольшой только. Слоны могут весить и семь, так что… Хотя, самый тяжёлый блок в пирамиде весит ещё больше – около тридцати пяти тонн!

– Это как пять самых больших слонов? – прикинул Макс.

– Что-то вроде того. Можно ещё сравнить его с самосвалом, на котором едут 5 средних слонов.

– Ничего так, кирпичик, – пробормотал Макс, – кто ж его тащил такой?

– По этому поводу много споров. Некоторые даже говорят, что жили когда-то могучие атланты, которые перемещали эти блоки по воздуху силой мысли.

– Да ладно? – поморщилась Лиза. – Силой мысли? И ты в это веришь?

– Я не берусь утверждать, что это правдоподобная версия, – ответил дядя Карл. – Хотя могли бы люди в древности поверить, что однажды будут летать?

Дети вопросительно посмотрели на дядю.

– Вы сейчас где находитесь? – спросил он.

– В самолёте, – сказал Макс. – Ааа! Ты об этом.

– Согласись, тогда это прозвучало бы так же странно, как сейчас история про атлантов.

– Да, но тогда уже люди мечтали об этом, – возразила Лиза. – Вспомни легенду об Икаре.

– Всё верно, – кивнул дядюшка, – и спустя века всё же освоили воздушное пространство, даже устремились в космос. А вот силой мысли мы даже ложки пока не научились гнуть, не то что пирамиды строить. Всё же, мне кажется, что это дело рук людей, а не атлантов или пришельцев из космоса. Возможности человека действительно велики. Я согласен с учёными, которые полагают, что египтяне могли использовать принцип рычага, чтобы перетаскивать эти блоки. Ну и сооружали пирамиду Хеопса не три десятка рабочих – древнегреческий историк Геродот утверждает, что их было около ста тысяч!

Расскажите, что это за принцип рычага?

– Тогда, конечно, столько-то людей машину со слонами точно поднимут, – сказал Макс.

– Сто тысяч… – повторила Лиза. – Это же как в небольшом городе. И сколько её строили?

– Около двадцати лет.

– Друзья мои, – перебил их Орлов, внезапно появившийся из кабины пилота, – мы почти на месте. Приземляемся в Каире через 5 минут.

– В Каире? – удивилась девочка. – Я думала, мы летим в Гизу.

– В Гизе нет аэропорта, поэтому мы приземлимся в столице, а оттуда за полчаса доберёмся на метро до нашего отеля. Пристегните ремни, мы снижаемся.

Через несколько минут самолёт оказался на взлётной полосе. Когда шасси коснулось земли, он слегка дёрнулся. От этого Лиза вздрогнула. Она почувствовала, как Макс коснулся её плеча:

– Эй, всё в порядке?

– Да, а не должно быть?

– Не знаю, ты просто вцепилась в мою ногу, и она, кажется, уже онемела.

– Ой, – девочка отдёрнула руку, – я просто…

Она растерялась и не знала, что сказать в своё оправдание. Ведь это её брат боялся летать, а не она. И Лизе было неловко признавать, что на мгновение ей стало вдруг страшно. Поэтому-то она вцепилась в коленку мальчика, думая, что это поручень. Но вдруг девочка поняла кое-что:

– Макс! Ты заметил?

– Что?

– Ты не вспотел, не побледнел, не дрожишь – ты перестал бояться летать? Ха-ха! – она толкнула его в бок.

– Ого, – мальчик слегка смутился, – ну да, совсем нестрашно же.

– Дамы и господа, – прервал их разговор голос из динамиков, – только что мы совершили посадку в Каире. Спасибо, что используете самолёт господина Орлова для путешествий.

– Ну, не будем терять времени, – сказал Андрей, надев свою шляпу. – Кирилл привезёт вещи в отель, а мы пока доберёмся своим ходом.

Они вышли из самолёта, и яркое солнце ослепило их. Все четверо зажмурились.

– Похоже, в жаркой стране нам понадобится изобретение северных народов, – обратился ко всем дядя Карл.

– Вы правы, друг мой, – кивнул Орлов. – Уверен, мы сможем приобрести это в ближайшем магазине. Идём скорее.

Дети лишь переглянулись в недоумении.

– Ребятки, скажите мне, а как вы собирались пройти таможню? – спросил Андрей. – У вас есть какие-нибудь документы?

– Да, мы взяли загранпаспорта, – деловито ответил Макс.

– О, серьёзно подготовились. А как же вы намеревались пройти таможню, если у вас нет штампов о вылете из России? Ведь это незаконно!

Лиза быстро оценила всю серьёзность ситуации, и её мгновенно охватило беспокойство:

– Что же нам теперь делать?!

– Ну, вы же сможете найти дыру в ограждении? – спокойно ответил Орлов. – Выберетесь, а мы с Карлом подождём снаружи.

Лиза не знала, что сказать. Её несколько обидела такая язвительная подколка.

– Погодите-ка, – спросил Макс, – я думал, мы в аэропорту, но я не вижу ни кучи самолётов, ни огромных зданий. Где мы?

Из-за яркого солнца дети всё время смотрели вниз и даже не обратили внимания, что место, в котором они находятся, совсем не похоже на международный аэропорт.

– Ладно, не переживайте так, – успокоил их Андрей, – скажите спасибо, что у меня есть здесь несколько знакомых. К счастью, не только бизнесмены. Я связался с кем надо, и нам разрешили сесть на маленьком аэродроме.

– Вы кто такой? – с подозрением спросил Макс. – Случайно, не тайный агент?

По лицу Орлова скользнула едва заметная улыбка.

– Увы, друг мой, я всего лишь человек с хорошей деловой репутацией.

Путешественники зашли в небольшое здание. В нём было так же душно, как и на улице.

– Похоже, этому месту столько же лет, сколько и пирамидам, – шепнула брату Лиза.

Стены в помещении были с облупившейся во многих местах краской. У входа находился старый облезлый турникет, а чуть дальше – новенький металлоискатель, который явно выбивался из общей картины. Сбоку от них за перекосившимся столом сидел смуглый охранник с большими усами, похожими на щётку для обуви. На столе было свалено много всякого хлама, но главное место, посередине, занимал маленький вентилятор, который дул прямо в лицо этого невозмутимого араба. Мужчина, не двигаясь и практически не моргая, уставился в старый ламповый телевизор, стоявший на тумбе в паре метров от стола, и был похож скорее на экспонат музея восковых фигур.

Андрей подошёл к нему и заговорил на превосходном английском. Охранник был явно недоволен, что его оторвали от важного дела. Он выслушал всё с каменным лицом, не проронив при этом ни слова, затем вальяжно поднял трубку телефона и набрал номер. Через несколько секунд послышался ответ, и мужчина вялым голосом заговорил по-арабски. Но не успел он закончить, как в ответ раздались крики. Они были такими громкими, что все, включая самого охранника, вздрогнули. Усатый страж аэродрома повесил трубку, окинул непрошеных гостей презрительным взглядом и, что-то буркнув, нажал на кнопку. После чего турникет зажужжал, и на нём загорелась зелёная стрелка. Орлов вежливо поблагодарил охранника и, улыбнувшись, прошёл первым. Остальные последовали за ним.

– Андрей, наверное, не стоит спрашивать, с кем он разговаривал? – поинтересовался мальчик.

– Да, лучше вам не знать.

Оказавшись с другой стороны аэродрома, все четверо на мгновение остановились и окинули взглядом городской пейзаж.

Вокруг были шум, гам и бесконечная суета.

– Что за странный запах? – поморщился Макс.

– К сожалению, с этим здесь большие проблемы, – сказал дядюшка. – Песчаная пыль из пустыни смешивается с выхлопными газами огромного количества машин. Говорят, даже, что целый день дышать таким смогом – всё равно что выкурить полпачки сигарет.

Что можно сделать, чтобы воздух стал чище и людям стало легче дышать?

Макс тяжело вздохнул:

– И как они только тут живут.

Путники прошли между домами и оказались возле дороги. От этого зрелища дети обомлели.

– Теперь понятно, почему Вы решили ехать на метро, – сказала Лиза.

Если между домов на тесных улочках было шумно и суетливо, то на дорогах царили хаос и безумие. Машины двигались настолько плотно друг к другу, что были похожи на гигантскую гусеницу. При этом они ехали как хотели и куда хотели: по встречной полосе, по обочинам, через тротуары.

– Никак не пойму, где здесь светофор? – девочка искала глазами хоть какой-нибудь опознавательный знак.

– Извини, дорогая, – сказал Орлов, – но мне придётся тебя огорчить: в городе живёт 18 миллионов человек, но при этом светофоров в нём всего 9.

– Что?! – широко раскрыв глаза, воскликнула Лиза.

– Вы опять шутите? – Макс уставился на него.

– Ничуть, – продолжил Андрей, – сами понимаете, если мы будем искать их, можем потратить на это весь день.

Мальчик был озадачен таким фактом:

– Но как…

– Вот так и живут, – пожав плечами, перебил его Орлов. – Здесь ездят по принципу «проехал – и слава богу». Знаков дорожных тоже почти нет, а если и есть, то на них никто не смотрит.

В этот момент неподалёку от них автомобиль зацепил ехавшее навстречу такси. Водители этих машин вылезли наружу и принялись ругаться.

– Пойдём скорее, пока движение замедлилось, – скомандовал дядя. – Держимся рядом.

Они перебежками быстро пересекли проезжую часть и двинулись дальше.

– Было бы интересно увидеть египетскую полицию, – сказал Макс.

– Сюда они точно не приедут, – ухмыльнулся Карл. – Такие случаи здесь даже аварией не называются. Водители покричат, помашут руками в воздухе и разъедутся. Обычное дело.

– Смотрите! – Лиза показала на противоположную улицу.

Там ехал парень на велосипеде: одной рукой он держался за руль, а другой придерживал расположенный на голове огромный двухметровый щит, на котором сверху лежали лепёшки.

– О, здесь немало такого увидишь, – сказал дядюшка и проводил велосипедиста взглядом.

Они направились дальше, и через несколько минут Орлов остановился и огляделся по сторонам:

– Так, кажется, это должно быть где-то здесь. Кто-нибудь видит вход в метро?

Все принялись крутить головами.

– Вот он! – воскликнул Макс и указал на столб неподалёку от них, на котором высился знак с буквой «М» в восьмиугольнике.

Путешественники направились к нему.

– Погодите, – сказал дядя Карл, – давайте сначала кое-что купим.

Он скрылся за дверьми небольшого магазина. Через несколько минут дядюшка вышел из него в солнцезащитных очках, держа в руках ещё три пары. Карл протянул их своим спутникам:

– Примерьте-ка.

– Так значит об этом изобретении вы говорили на аэродроме? – спросила Лиза.

– Да-да, – подтвердил дядюшка, – по дороге всё расскажу.

С этими словами он бодро зашагал в сторону метро. Остальные поспешили за ним.

Спускаясь по ступенькам, дети боялись, что сейчас увидят что-то такое же древнее, как аэродром, на котором они приземлились. Но как оказалось, египетское метро было самым обычным и ничем не примечательным. Путешественники, купив жетоны, миновали турникет. На платформу только что подъехал поезд, и они мигом запрыгнули внутрь вагона.

– Дядя, ты обещал что-то рассказать, – напомнила Лиза.

– Ах, да. О солнцезащитных очках. Это звучит странно, но их придумали северные народы.

– Северные? – недоверчиво переспросил Макс.

– Именно, – кивнул дядюшка.

– Но ведь там холодно, а кто в холод носит солнцезащитные очки? – ещё больше удивился мальчик.

Ответьте на вопрос: Почему солнцезащитные очки придумали северные народы?

– Кажется, я поняла, – сказала Лиза, – там же повсюду снег. Солнце отражается от него и просто-напросто ослепляет.

– Более того, – продолжил дядя Карл, – такой ослепительный свет вреден для глаз – недолго получить ожог и заработать снежную слепоту.

Ответьте на вопрос: Почему на севере, где снег, холодно, если даже ярко светит солнце?

Макс представил себе эскимосов в мехах, шкурах животных и в чёрных очках как у спецагентов. Пока у него не укладывалось это в голове.

– Но эти очки не были похожи на те, к которым мы привыкли, – пояснил Карл, – это было что-то вроде костяных масок с узкими прорезями для глаз. Обзор был, конечно, хуже, зато солнце не так слепило. Но и в жарких странах люди стремились защищать глаза от яркого света. В гробнице Тутанхамона, например, обнаружили прообраз современных солнцезащитных очков – два тонких изумрудных слоя, соединённых бронзовыми пластинками. Похожие стёклышки были и у римского императора Нерона. Но ещё нескоро такие очки станут обычным предметом для людей. Это изобретение пройдёт много этапов. Так, в Китае в XII веке пластины из дымчатого кварца носили судьи.

– Для придания важности? – спросил Макс.

– О, вовсе нет, – возразил дядюшка, – они стремились скрыть свои глаза, чтобы никто не мог понять, о чём они думают. Да и так можно было не смотреть на людей, которые всячески пытались надавить на психику судьи, глядя ему в лицо.

– Например, вот так? – Лиза изо всех вытаращила глаза, что они чуть не вылезли из орбит.

Дядя Карл, испугавшись, отпрянул назад:

– Ну, почти. Пожалуй, продолжу рассказ дальше… В XVI веке в Европе делали зелёные очки в медицинских целях, потому что зелёные стекла, как оказалось, снижают глазное давление.

Мальчик всмотрелся в собственное отражение на окне вагона:

– В глазах есть давление?

– Да, и оно может повышаться или понижаться, что приводит к проблемам со зрением.

Макс закрыл глаза и начал руками щупать веки.

– Не переживай, это, как правило, проблемы людей постарше, – улыбнулся дядя Карл. – Но вернёмся к нашим баранам.

– К каким баранам? – мальчик внезапно поднял брови и замер, пытаясь понять, не пропустил ли он чего-то в разговоре.

Ответьте на вопрос: Что значит фраза «вернёмся к нашим баранам»?

Карл и Андрей захохотали.

– Это означает «вернёмся к теме нашего разговора», – объяснил Орлов. – Кстати, вот тебе задание на вечер – выяснишь происхождение этой фразы.

Макс застонал и закатил глаза:

– А это обязательно?

Повисло молчание. Мальчик почувствовал на себе пронзительный взгляд всей компании.

– А я что? Я ничего, – он почесал затылок. – Всегда любил истории про баранов. Я вот перед сном их считаю, и вообще очень милые животные. Бегают, бебекают, травку кушают…

– Ма-а-акс, – хором сказала вся троица.

– Понял, молчу.

– И всё-таки вернёмся к нашим баранам, в смысле очкам, – продолжил рассказ дядя Карл. – Привычная для нас конструкция солнцезащитных очков возникла в конце XVIII века во Франции, когда Наполеон отправился с военной экспедицией… в Египет! Он заказал около двухсот тысяч очков для своих солдат, потому что слишком яркий для европейских глаз свет становился причиной проблем со зрением. Изготавливали их довольно просто: стёкла обрабатывали сажей и покрывали лаком. Всего-навсего. Хотя в итоге затея оказалась не очень удачной – как оказалось, в таких очках противника было довольно сложно увидеть. Но это было лишь очередным этапом. Только в двадцатые годы XX века благодаря Коко Шанель солнцезащитные очки стали предметом моды. И всего через несколько лет их уже начали массово производить в США. Сегодня линзы для солнцезащитных очков делают из самых разных материалов. Поэтому они могут быть устойчивы к ударам, с повышенной защитой от солнца, есть специальные очки для водителей или спортсменов и многие-многие другие.

В этот момент поезд выехал из-под земли на поверхность, и все четверо повернули головы в окно. Орлов пояснил, что часть метро в районе Гизы проходит над землёй, значит, они почти приехали.

– Почему же эти очки так долго изобретали? – спросила Лиза.

Дядюшка пожал плечами:

– Возможно, люди просто не задавались такой целью. И, вообще, они очень долго приживались в обществе. В средние века, например, к обычным очкам суеверные люди относились как к дьявольскому предмету. Говорили, что очки высасывают глаза человека.

– Высасывают? Глаза? – Макс закрыл лицо рукой и покачал головой.

– Всякое бывало. И тогда это не казалось таким смешным.

– Простите, что прерываю, – сказал Орлов, – но мы приехали.

Путешественники вышли из вагона и огляделись.

– Друг мой, Вы уверены, что мы вышли на нужной станции? – поинтересовался у Андрея дядя Карл.

– Я бы в этом не сомневался, – ответил за него Макс, – вот же, всё написано, – он указал на стену, отделанную жёлтой и синей плиткой. На ней висела небольшая табличка с названием станции. Обычно надписи в городе были на арабском, но здесь была и английская – Giza. Рядом висели указатели Exit со стрелочками.

– Выход, – прочитала про себя Лиза. – Видимо, нам сюда.

Они последовали за обозначениями. Вместе с ними из метро в город направлялись несколько человек, и Орлов выяснил, что рядом с метро есть остановка. Так что через несколько минут они уже катились в стареньком сине-белом автобусе. Двери у него не закрывались. То ли это был способ проветривания салона, то ли водитель боялся, что они просто отвалятся. А, может, по обеим причинам. Но он совсем не обращал на это внимания.

– Э-э-э… это тоже здесь норма? – Макс уставился на парня, который выпрыгнул на ходу из автобуса, когда тот сбавил скорость в небольшой пробке.

– Судя по всему – да, – в недоумении ответил дядюшка, – наверное, поэтому двери здесь и не закрывают.

Но затем путешественники удивились ещё больше, потому что в движущийся автобус запрыгнул другой мужчина. При этом никто из пассажиров не обратил на него внимания.

Орлов не мог оторвать глаз от этого экстремала:

– Мне казалось, такое только в кино бывает.

– Это что-то опасное, – подтвердил Макс.

– Может, лучше пешком пойдём? – робко спросил дядя Карл. – Если пассажиры себя так ведут, то мне что-то совсем не хочется узнать, какими удивительными способностями обладают здешние водители.

Вдруг водитель резко затормозил, и пассажиры чуть не попадали со своих мест. Перед автобусом невозмутимо проехал какой-то старик на тележке, запряжённой осликом, и водитель ещё долго изрыгал проклятия в его адрес.

На лбу у дядюшки проступил пот:

– Ладно, осталось совсем чуть-чуть. Вон, уже видны…

– Пирамиды! – одновременно воскликнули дети.

Гигантские сооружения высились вдалеке словно горы. Вот только архитектура города портила эту картину: одни здания были местами развалены, другие – местами не достроены. Но детей это совсем не смущало – их взгляды были прикованы к величайшим творениям человечества.

Наконец автобус остановился, и путешественники с огромной радостью ступили на твёрдую землю. Придя в себя, они несколько минут с восхищением, молча, смотрели на величественные постройки, хранившие в себе мудрость тысячелетий.

– Ну что, давайте уже раскроем ещё одну тайну, которую хранят эти пирамиды, – воодушевлённо начал дядюшка. И тут же замолчал, и оглянулся, не слышит ли кто его.

Орлов похлопал его по спине:

– Не бойтесь, Карл. Даже если кто и услышит это, то воспримет, как шутку.

– Я просто из осторожности, – смутился дядюшка.

У пирамиды Хеопса они натолкнулись на группу русских туристов и присоединились к ней.

– Её висота почти сто сорок метров. Вход находьится на северная сторонье, – монотонно, но очень сильно жестикулируя, рассказывал гид на ломаном русском, – он биль заделань гранитной пробкой. Ви можьете попасть внутрь черьез пролом, который сделаль в 820 году багдадский халиф Абдуллах аль-Мамун.

– Этот тип ограбил пирамиду? – поинтересовалась у дяди Лиза.

– Нет, он хотел это сделать. Но увы, обнаружил внутри только толстый слой пыли.

– А кто же тогда?

Карл только развёл руками.

Экскурсовод продолжал рассказывать о Хеопсе и его гробнице, но дети уже слышали это от дяди в самолёте, поэтому Макс повернулся в другую сторону и изучал окрестности. Остановив взгляд на Большом сфинксе, он спросил:

– Это тот самый сфинкс, который загадывал загадку?

Орлов покачал головой:

– Нет, ты говоришь сейчас о том, который из древнегреческой мифологии. Согласно легенде, то чудовище было с головой женщины, телом льва, крыльями орла и хвостом быка. И находилось оно у ворот города Фивы. А этот сфинкс без крыльев и хвоста, и голова у него… – тут он помедлил, – одного из фараонов, кого именно – так до сих пор и неясно. Но полагают, что это лицо Хефрена.

– А что за загадка? – присоединилась к их разговору Лиза.

– Ты что, не знаешь её? – удивился Макс.

– Нет, а ты знаешь, что ли?

У Макса загорелись глаза:

– Да ладно? Правда?

– Что? – девочку уже начинало это раздражать.

– Погоди, погоди. Дай мне насладиться моментом. О, этот миг! Мог ли я подумать, что смогу вкусить тебя? О, сладостный час! – с этими словами он откинул голову набок и приложил ко лбу ладонь тыльной стороной, как бы придавая драматичности моменту.

Карл и Андрей засмеялись, а Лиза скрестила руки на груди и таращилась на брата.

– Макс, хватит паясничать! – не выдержала она. – Может, лучше расскажешь мне, что там за загадка?

– С радостью, мисс! – ответил низким голосом её брат и отвесил поклон. Затем, пародируя акцент и жесты экскурсовода, он начал рассказывать:

– Жил-был сфинкс, который любил загадывать загадки. Правда, знал он всего одну. Но и на неё никто не мог ответить, поэтому он разрывал всех на части. Хотя мне кажется, что он был голодный и всех съедал, а это был только повод. Ну, неважно. И вот однажды задал он свой любимый вопрос человеку, которого звали Эдип. А Эдип взял, да и отгадал загадку. Сфинкс очень расстроился. Так расстроился, что бросился со скалы и насмерть разбился. А Эдипа сделали царём Фив. Конец.

Под аплодисменты дядюшки и Орлова Макс поклонился.

Однако его триумф нарушила Лиза:

– Всё здорово, братишка. Но загадка-то где?

– Загадка? А, ну да.

Грозным голосом Макс медленно повторил слова сфинкса:

– Стой, где стоишь! И отвечай мне, коли жизнь тебе дорога: кто утром ходит на четырёх ногах, днём – на двух, а вечером – на трёх?

Глава 5

– Карл, кажется, это должно быть здесь! Посветите-ка мне, – сказал Андрей.

Дядюшка направил фонарь в его сторону. Орлов просунул нож в крохотную щель между блоками у самого пола и потянул на себя. Раздался треск, и от стены чуть отделился край каменной плиты толщиной около пяти сантиметров.

Андрей поддел её с другой стороны – она затрещала сильнее, и проём стал больше. Карл посветил внутрь:

– Там что-то есть!

– Отлично! Теперь вместе!

Мужчины налегли на плиту вдвоём. Она не выдержала такого напора и с грохотом упала на пол, чуть не отдавив им ноги. Они чудом успели отскочить в сторону.

– Невероятно! – дядюшка замер в изумлении. – Выходит, папирус не врал, и тайник действительно существует! А египтянам надо отдать должное. Фальшивый блок – гениально и просто!

Вся пирамида состояла из каменных блоков, и вряд ли кто догадался бы, что один из них с секретом. В образовавшейся на месте плиты выемке была иероглифическая надпись, а посередине – три отверстия: круглое, треугольное и квадратное.

Карл внимательно изучил текст и покачал головой:

– Ничего интересного. Пишут, как обычно, устрашающие фразы.

– Какие? – спросил Андрей.

– Если вкратце, то здесь говорится, что только избранные войдут внутрь и вернутся, поскольку только они смогут перехитрить смерть.

– И что это значит? Вы ничего не упустили?

Карл пожал плечами и перечитал ещё раз.

– Нет, всё верно. По-моему, это просто очередная попытка запугивания расхитителей гробниц.

Он достал из рюкзака ключ, который был бережно завёрнут в мягкую ткань.

– Вот он, исторический момент, – прошептал дядюшка. Затем он сопоставил ножки на статуэтке с тремя отверстиями в стене и, убедившись, что они идеально подходят, аккуратно вставил ключ до упора. Ничего не произошло. Мужчины переглянулись.

Дядюшка в третий раз перечитал надпись, но не обнаружил новой информации. Тогда он вытащил ключ и вставил ещё раз. Ничего.

– Погодите-ка, – он прищурился, – Андрей, дайте мне Ваш нож и посветите вот сюда.

Карл начал ковырять в углу проёма.

– Что вы делаете? – удивился Орлов.

– Вся выемка идеально ровная. За исключением этого места.

Он счистил слой штукатурки из песка и извести. За ним появился вычерченный квадрат.

– Ага! – вскрикнул дядюшка и поддел квадратную пластину ножом. Она открылась намного легче, чем предыдущая плита, которую они с трудом вытащили вдвоём. За ней было такое же тройное отверстие. Карл вставил в него ключ. Через мгновение на противоположной стороне комнаты послышался скрежет: нижний блок уехал вниз, открыв узкий тоннель.

– Ну, чего мы стоим! – засуетился обрадованный дядюшка. – Время идёт. Нам надо поторопиться.

Он посветил внутрь тоннеля. Было видно, что он не прямой, а уходит в сторону. Карл полез первым. Они свернули сначала налево, затем направо, затем снова направо, а потом два раза налево.

– Почему он такой извилистый? – спросил Андрей.

– Наверное, если кто-то будет долбить стену в поисках сокровищ, чтобы пришлось делать это дольше.

– Логично.

Наконец они выбрались из тоннеля и оказались в небольшой комнате.

– Не может этого быть! – дядюшка чуть не уронил фонарь. – Пустая комната?! Это что ещё одна шутка?

Они начали внимательно осматривать помещение.

– Карл, взгляните сюда, – Орлов посветил на невысокий столб, находившийся почти в самом углу зала.

Мужчины направились к нему, но в этот момент плита под ногой Андрея просела, и раздался глухой звук.

– Вход! – закричали они в один голос и кинулись обратно к тоннелю.

Пробравшись по нему за считаные секунды, Андрей и Карл обнаружили, что каменный блок поднялся и полностью отрезал их от внешнего мира. Сколько они ни били в него руками и ногами, он не сдвигался с места.

– Мы в ловушке, – упавшим голосом пробормотал Карл.

– Друг мой, Вы всё ещё считаете, что надпись была просто запугивающей?

Дядюшка не знал, что ответить.

– Похоже, у нас один выход, – сказал он неуверенно.

– Какой?

– Это прозвучит странно, но… придётся стать избранными и перехитрить смерть.

В это время дети сидели на крыше отеля и смотрели на ночное небо. День выдался тяжёлым, так что следовало хорошо отдохнуть. Но спать им совсем не хотелось – они до сих пор не могли прийти в себя от пережитого за этот день. Ещё утром Макс и Лиза гуляли по родной Каштановой улице, рассуждая о том, что скрывает их дядя, и вот – они уже в Египте! Всё это было больше похоже на сон: папирус, частный самолёт, пари с Андреем, усатый охранник на аэродроме, египетские пробки, пирамиды…

Из-за последних они переживали особенно сильно. Столько всего преодолеть, подобраться вплотную к заветному месту, а в итоге что? Их не пускал внутрь пирамиды Хеопса ещё один усатый тип.

Это было семь часов назад. Четверо путешественников собрались осмотреть пирамиду, но им сообщили, что за день туда могут войти не так много людей, якобы это создаёт повышенную влажность во внутренних помещениях и вредит древнему сооружению. Дети никак не могли понять: пирамиды пережили грабителей, вечно палящее солнце, войны, но теперь им, видите ли, вредно, что внутри кто-то будет дышать.

– Как будто я плююсь кислотой, – пробурчал недовольный Макс тогда у входа.

Но дядя Карл с Орловым были уверены, что это всего лишь уловка, чтобы больше заработать на туристах. Четверых путешественников отказались пустить внутрь, так как у них не было билетов, купленных заранее. Вредный билетёр настойчиво утверждал, что им придётся прийти в другой день. Андрей решил предъявить универсальный пропуск: он отсчитал 64 доллара за 4 входных билета и добавил сверху ещё 100 долларов. Но чуда не произошло. Тогда он достал ещё 50. Результат тот же. Орлов не выдержал:

– Я накину ещё двадцатку, и мы идём внутрь. Или я заберу деньги, и мы посмотрим пирамиду Хефрена, где на входе будет кто-нибудь посговорчивее!

– Эээ, увазяяяемий, – прошепелявил билетёр и взял деньги, – засем так ругатьса? В пирамида нельзя многа людей. Но для Вас и Васих друзья мозно сделать исклюсение. Проходите, позалусьта.

Он отошёл в сторону и пропустил их.

Макс с восторгом посмотрел на Орлова:

– Андрей, а Вы умеете убеждать!

– Моя единственная сила – это моё упорство, – ответил он.

– Хорошо сказано.

– Луи Пастер.

– Что?

– Так сказал Луи Пастер. Известный французский микробиолог и химик XIX века.

Ответьте на вопрос: Что изобрёл Луи Пастер?

Путешественники не собирались осматривать всю пирамиду – Карла и Андрея интересовала только «Камера царя». Поэтому они сразу направились туда. Пришлось долго подниматься по узкому и очень низкому коридору.

– Обратите внимание, какая уникальная точность в строительстве, – дядюшка указал на стену, – блоки идеально уложены, между ними даже не видно зазоров. Кстати, некоторые учёные утверждают, что египтяне долго не знали колеса, и спорят о том, как же удавалось перемещать такие камни весом в несколько тонн. Вы можете себе представить, как это сделать?

Лиза пожала плечами.

– Ну, только если привязать много верёвок к нему и тащить по земле. Но сколько же людей нужно для этого?

– Как я уже говорил вам, в строительстве пирамиды было задействовано порядка ста тысяч человек. Думаю, они могли собрать такую группу. Но египтяне старались хоть как-то улучшить способ перетаскивания блоков, ведь они и так ужасно тяжёлые, да ещё и по сухому песку их едва сдвинешь с места.

Подумайте, что можно сделать, чтобы решить эту проблему?

– Я понял, – сказал Макс, – надо лить воду перед блоком, чтобы он лучше скользил! Это как идти по земле: когда сухо – с тобой ничего не случится, а вот в дождь я однажды поскользнулся и угодил в грязь.

– Молодчина! – похвалил Карл. – Есть мнения, что так и было на самом деле.

В этот момент они достигли Большой галереи, высота которой была 8 метров, и, расправив плечи, глубоко вздохнули. Огромное помещение поражало удивительной красотой и величественностью.

– Знаете, – сказал Орлов, – говорят, в конце XVIII века Наполеон провёл в «Камере царя» ужаснейшую ночь, а утром вышел взволнованный и бледный. Он так никому ничего и не сказал, утверждая, что всё равно не поймут или не поверят.

– Андрей, хватит пугать детей этими байками, – прервал его Карл. – А то ещё начнут им какие-нибудь мумии мерещиться.

Лиза поёжилась и посмотрела на брата. Тут она поняла, что его нет рядом. У неё перехватило дыхание.

– Макс! – она пыталась всмотреться в полумрак. – Макс?!

– Я тут. Шнурок развязался, – донеслось сзади. – Что такое?

– Тьфу на тебя! – сердито ответила девочка. – Ничего.

Путешественники медленно прошли дальше, затем проползли через небольшую «предкамеру» и оказались в «Камере царя». Это было обычное прямоугольное помещение размером 10 × 5 метров по периметру и 5 – в высоту. Но внутри него просто захватывало дух.

– Здесь был похоронен Хеопс? – шёпотом, как бы боясь спугнуть это ощущение тайны, спросил Макс.

– Это до сих пор остаётся загадкой, – также шёпотом ответил дядюшка.

Им повезло: никто из туристов больше не поднялся сюда и не мешал наслаждаться общением с древней эпохой. Пока Макс и Лиза застыли в изумлении, Андрей и Карл изучали стены, пол, потолок – каждый блок в этой камере. Наконец девочка не выдержала и спросила:

– А что вы хотите здесь найти?

– То, чего никто ещё не видел до нас, – улыбаясь, ответил Орлов.

– Здесь же нет ничего: ни надписей, ни рисунков, ни статуэток. Неужели вас интересуют просто стены?

– Моя дорогая, всему своё время, – сказал ей дядюшка.

В камеру зашла целая партия туристов. Двое из них оказались русскими. Один с явным восторгом рассматривал помещение, другой, зевнув, пробурчал:

– Шесть часов ехали в душном автобусе, чтобы увидеть пустую комнату? Шестьдесят баксов за поездку, десять – чтобы выслушать нудную экскурсию и ещё двадцать за вход! За что? Лучше бы я потратил эти деньги в ресторане.

– Пойдём отсюда, – шепнул дядя Карл, – мы посмотрели достаточно. Не будем портить впечатление от увиденного.

До их отеля «Сфинкс» было рукой подать, но они очень устали, поэтому решили взять такси, которое увидели на площадке неподалёку от пирамид. Через семь минут путешественники уже были на месте.

Это был трёхзвёздочный отель, но на вид он казался не более, чем обычной гостиницей с дешёвой мебелью. Впрочем, никто из путешественников не обратил на это внимание, поскольку им просто хотелось перекусить и отдохнуть. Орлов снял два номера, но сначала они посетили ресторан, а после плотного ужина отправились наверх.

В это время приехал Кирилл с вещами, чему все очень обрадовались. Они привели себя в порядок, а затем через час собрались в номере детей. Мужчины переоделись. Орлов сменил костюм на простые льняные штаны и клетчатую рубашку и стал теперь очень похож на Карла. За плечами у обоих были небольшие рюкзаки.

– Ребятки, – начал дядюшка, – мы сейчас с Андреем уходим. Нам надо исследовать «Камеру царя», пока в пирамиде никого не будет. Мы зайдём с последней группой туристов, спрячемся от охраны, а обратно выйдем утром, когда появятся первые посетители. Сеть внутри не ловит, поэтому дозвониться друг другу мы не сможем, но не беспокойтесь за нас. Кстати, я написал вашей маме на электронную почту и на всякий случай СМС, что вы ушли со мной в очередной поход изучать созвездия. И чтобы я её не обманывал, поднимитесь сегодня перед сном на крышу, посмотрите на звёзды, их тут отлично видно. А ещё будут показывать лазерное шоу на пирамидах. Говорят, это что-то потрясающее!

– Эй, так нечестно! – возразил Макс. – Сами, значит, по пирамидам пойдут прогуливаться, а нам тут сидеть?

– Вот-вот, – поддержала его Лиза и демонстративно скрестила руки на груди.

– Это не обсуждается! – строго сказал дядя Карл. – С вами останется Кирилл. Увидимся утром.

– Отдохните хорошенько, – добавил Андрей.

После того как они ушли к пирамиде, а Кирилл – к себе в номер, дети молча разбрелись по своим кроватям. Им было досадно, что их не взяли, но они ничего не могли с этим поделать.

Лиза села читать. Макс лежал, уставившись в потолок, и пытался вспомнить что-то очень важное.

– Какая же я глупая, как я могла не догадаться, что это человек? – нарушила тишину девочка. – В младенчестве ползает на четвереньках, потом ходит на двух ногах, а в старости опирается на палочку.

– Ты никак не уймёшься с этим сфинксом? Да ладно тебе. Просто признай, что его загадка пришлась тебе не по зубам.

– Она же такая простая. Эх…

Девочка тяжело вздохнула.

– Ну а ты нашёл историю про баранов?

«Точно!» – его вдруг осенило. Вот что он не мог никак вспомнить. Когда они ехали в метро, Орлов решил отыграться и заключил с ним пари, что Макс забудет о фразе про баранов и не найдёт историю её происхождения до завтрашнего дня.

– Ты гений, Лизандр! – закричал её брат и потянулся за мобильником.

Лизу жутко бесило, когда Макс коверкал её имя, придумывая постоянно новые формы, но она решила в этот раз не посылать в него египетскую подушку, чтобы не сбить с настроя.

Придумайте 5 новых форм имени Лиза.

– Эмм… – мальчик завис, глядя на телефон. – А какой здесь пароль от Wi-Fi?

Его сестра стукнула себя рукой по лбу:

– Ты знаешь, что такое базальт?

– Ну, эээ, кажется, писатель какой-то. А что?

– Нет, писателя зовут Бальзак, а базальт – это одна из самых твёрдых пород камня. Возле пирамиды Хеопса были развалины маленьких пирамид, а рядом с ними были остатки базальтового пола. Ты что, не слушал экскурсовода?

– Ой, да ладно тебе. Ты к чему сейчас всё это говоришь?

– А к тому, что ты базальт!

– Чего-о? – протянул удивлённый Макс.

– Того-о, – передразнила его сестра.

– Неразрушимый, что ли? – мальчик решил, что это, возможно, комплимент.

– Нет. Каменный!

Макс скорчил кислую гримасу.

– Посмотри направо, – сказала Лиза.

Мальчик повернул голову и увидел на столе большую табличку, на которой крупными буквами было написано: «Free Wi-Fi. Password: ILoveSphinx».

«Бесплатный Вай-Фай. Пароль: ЯЛюблюСфинкса», – прочитал Макс. – Ты права, я базальт.

Он подключился к Интернету и ввёл в поиске: «Вернёмся к нашим баранам происхождение».

– О, слушай, – сказал Макс. – Оказывается, это фраза из средневековой комедии. «Пьер Патлен» какой-то. А… это имя адвоката. Некий суконщик подал в суд на пастуха, который украл у него трёх баранов. В суде этого пастуха защищал адвокат Патлен. Но оказалось, что этот Патлен должен тому же суконщику большие деньги. И суконщик, увидев его, начинает требовать долг, забыв про пастуха. А судье постоянно приходится их перебивать и возвращать к теме разбирательства, поэтому он и произносит фразу «вернёмся к нашим баранам». Вот оно что. А я-то надеялся, будет какая-нибудь история про барашков.

Мальчик отложил телефон в сторону. Он вдруг поймал себя на приятной мысли, что завтра опять выиграет пари у Орлова.

– Ты будешь смеяться, – сказала Лиза, – но знаешь кто…

– Ну вот, – заворчал Макс, – не даёт даже минуту помечтать. Почему-то мне кажется, что смеяться я не буду. Чего там у тебя такое?

– Я спросила: знаешь, кто изобрёл зубную пасту?

– Конечно, не знаю. Погоди… Только не говори, что…

– Представь себе. Собралась пойти чистить зубы и ради интереса посмотрела в Интернете происхождение этого ежедневного ритуала. Почему-то даже не удивилась. Тут пишут, что египтяне очень следили за собой и некоторые средства гигиены, например, мыло, зубная паста – это их заслуга. А ещё они изобрели средства для макияжа.

– И что там о пасте говорят?

– Секунду. Вот оно. Если точнее, то сначала это был зубной порошок, и довольно странного состава: тёртые бычьи копыта, жжёная яичная скорлупа, пемза и… – она посмотрела на Макса, – твой любимый ингредиент!

– Нет.

– Даа.

– Не может быть!

– Ха-ха! Добавляли золу!

Мальчик упал спиной на кровать и закрыл лицо обеими руками.

– Мир сошёл с ума. Или я начинаю сходить… Эта зола меня преследует!

Ответьте на вопрос: А в современном мире, где применяется зола?

– Так вот, – продолжила Лиза, – позже они придумали новый состав и стали делать уже не порошок, а зубную пасту, которая была из смеси соли, перца, листьев мяты и цветков ириса.

– Вот этот вариант мне больше нравится. Интересно, а зубную щётку тоже они изобрели?

– Хм. Сейчас поищу.

Пока девочка искала информацию в просторах Интернета, Макс надел на свою голову подушку как треуголку и пытался изобразить Наполеона.

– Так, я нашла, – девочка подняла глаза на брата и покачала головой. – Ты неисправим. Будешь слушать?

– Уи[3], – ответил он по-французски.

– Надеюсь, Бонапарт, ты когда-нибудь повзрослеешь.

– Но[4], – прозвучал короткий ответ.

– Ох, я тебе сейчас устрою Бородинское сражение! – выпалила Лиза и, схватив подушку, отправила её в треуголку француза.

– А ля гер ком я ля гер[5]! – закричал Макс, оставшись без головного убора, и вскочил с кровати.

На этом его знание французского языка заканчивалось, поэтому ему срочно нужно было как-то ответить. Он схватил обе подушки и запустил их в сестру. Она пригнулась, и те хлопнулись об стену. Мальчик уже приготовился к обороне, но Лиза прекратила атаку, оставив в плену имущество брата. Она устроилась на обеих подушках и невозмутимо спросила:

– Так что, будешь слушать дальше?

– Давай уж, – ответила сторона, потерявшая орудия сражения.

– Насчёт щётки. Сначала зубы чистили обыкновенными палочками, один конец которых был размочален, а другой – заострён. Острая сторона была зубочисткой, а размочаленную жевали и тем самым очищали зубы от налёта. Такие приспособления находили в гробницах Египта.

– Значит всё-таки щётку изобрели египтяне! – воскликнул Макс.

– Не совсем. Её современный аналог изобрели в Китае. В конце XV века. Видимо, только тогда они всё-таки осознали, что за зубами нужно ухаживать тщательнее. Ручку делали из бамбука или кости, а щетину – из свиной шерсти. Но при холодном климате она становилась жёстче, поэтому европейцам такой вариант не понравился. Тогда они нашли другое решение: щетину стали делать из конского волоса. Однако возникла другая проблема.

– Закончились лошади?

– Нет. В конце XIX века Луи Пастер…

– Луи Пастер? – перебил её Макс. – Сегодня Андрей цитировал его в пирамиде! Как он там говорил… Моя сила – это моё упорство.

– Да, что-то такое. В общем, – продолжила читать Лиза, – он выдвинул версию, что причиной болезней зубов являются микробы. А влажная щётка – отличная среда для их размножения.

– И тогда придумали новые зубные щётки?

– Увы. Сначала предложили просто ежедневно их кипятить. Всё бы ничего, но так они стали быстро изнашиваться. Поэтому нужен был другой материал для щетины.

– Это так сложно?

– Нужно было найти золотую середину, потому что жёсткий материал травмирует эмаль, мягкий быстро изнашивается. И спустя почти полвека нашли идеальный вариант – изобрели нейлон. Этот искусственный материал лёгкий, прочный, эластичный и быстро высыхает, не давая бактериям прижиться. Оставалось только создать более мягкий нейлон, который бы меньше царапал зубы и дёсны при чистке, что в скором времени и сделали.

Дети подошли к раковине и взяли в руки зубные щётки.

– Как думаешь, – сказал Макс, внимательно разглядывая щетинки, – сейчас по моей щётке ползают микробы?

– Ага, смотри, вон побежала группа. Не будь занудой, они, по большому счёту, везде ползают. Просто надо иногда менять свою зубную щётку на новую.

Мальчик недоверчиво повертел её в руках, затем тяжело вздохнул и, выдавив пасты, начал чистить зубы. Когда он вернулся в комнату, Лиза обувалась.

– Пойдём, – сказала она.

– Куда?

– Подышим воздухом.

Они поднялись на крышу. Уже было совсем темно. Здесь находилось несколько столиков со стульями. Дети втянули носом свежий воздух и почувствовали аромат кофе. Оглянувшись назад, они увидели пожилую даму, которая медленно потягивала бодрящий напиток. Ребята прошли вперёд и расположились на противоположной от неё стороне, но запах разносился по всей крыше, так что они всё равно ощущали присутствие рядом постороннего человека.

Вдруг со стороны пирамид заиграла музыка, а сами они засветились разными цветами: то синим, то жёлтым, то красным и зелёным. На одной из стен начали показывать слайды. Сначала Макс с Лизой пришли в восторг и с интересом наблюдали за этим шоу, но постепенно оно стало однообразным. К тому же голос диктора звучал на английском, которым дети владели на уровне школьной программы.

– Да уж, – Лиза покачала головой, – за что его так нахваливают? Скукотища. Интересно, как там дядя?

Макс встал со стула.

– Послушай. Мы так и будем тут сидеть?

– А что нам делать в номере?

Мальчик выразительно посмотрел на сестру.

– Ты серьёзно? – спросила она.

– А ты как думаешь? Мы столько всего сделали, чтобы проспать всё самое интересное?

– Нет, но что мы можем сделать?

– Для начала доберёмся до пирамиды. Вот же они, – он кивнул головой в сторону, – в двух шагах отсюда. А на месте разберёмся. Как обычно.

– Пожалуй, ты прав! Тогда надо собрать вещи, которые могут пригодиться, и…

– Лиз, погоди, – перебил её брат.

– Что такое?

– Мы обещали посмотреть на звёзды.

Он поднял голову наверх. Лиза последовала его примеру. Через десять секунд девочка почувствовала, как брат схватил её за руку:

– Теперь идём!

Они зашли в свой номер. Макс сложил в рюкзак две бутылки воды и несколько бутербродов, которые они сделали ещё в ресторане на случай, если ночью захочется есть. Они не знали, насколько затянется их поход «в гости» к Хеопсу, а поскольку он вряд ли угостил бы их чаем, предусмотрительно завернули с собой всё, что было на тарелке. Лиза проверила фонарики, которые они взяли с собой из дома, и запасные комплекты батареек, а также складной нож, обезболивающее и коробок спичек в целлофановом пакете, чтобы не промокли.

Дети повесили на двери табличку «Please Do Not Disturb[6]» и тихо спустились по лестнице на первый этаж.

– Стой, – прошептала Лиза.

– Что случилось?

– Администратор. Надо как-то пройти незамеченными.

– Почему?

– А как ты думаешь: выпустит он детей ночью на улицу без сопровождения взрослых?

– Сомневаюсь, – подумав, ответил Макс. – Выберемся через окно!

Они прошли по коридору в противоположную от входа сторону и добрались до окна.

– Да ладно? – с досадой проронил мальчик. – Это шутка?

На нём не было ни одной ручки.

Ответьте на вопрос: Почему делают окна без ручек? Как их открывают, когда нужно?

– Тогда – план Б, – ухмыльнулась Лиза.

– У нас есть план Б?

– Нет. Но у нас есть отработанная схема с ведром.

– Ааа! Почему бы и нет. Если возле самолёта получилось, может, и здесь сработает. Вот только где взять подходящее?

Девочка задумалась. Затем начала рассуждать вслух:

– Из номера брать не вариант. Там же модное ведро с крышкой, которая открывается, когда нажимаешь ногой на педаль. Боюсь, оно не выдержит падения. Во-первых, это нехорошо – ломать тут всё, а, во-вторых, если нас поймают, точно никуда не выпустят, да ещё и штраф выпишут.

– В туалете стоят такие же… Может, в комнате техперсонала будет хотя бы одно железное?

– Надо проверить.

Они принялись изучать все таблички и вскоре нашли нужную дверь. Она оказалась заперта. На этот раз занервничала Лиза:

– Да что ж такое. Как будто отель не хочет нас выпускать отсюда.

– А если это знак, что нам не стоит никуда ходить? – вдруг серьёзным тоном спросил Макс.

Его сестра не ответила. Она пристально смотрела в одну точку.

– Всё в порядке, Лизхен? – забеспокоился мальчик.

Она молча подняла указательный палец, показывая, что думает. При этом глаза её не двигались и не моргали. Макс обратил внимание, что её взгляд направлен влево вверх. Но там ничего не было. Кажется, он где-то слышал, будто так смотрят, когда пытаются вспомнить увиденное раньше. Но что она вспоминает?

– Ну конечно! – Лиза схватила брата за руку и потащила за собой.

– Куда ты меня тащишь?

– Я знаю, где мы достанем ведро!

– И где же?

– Здесь, – она остановилась перед дверью.

– В ресторане?!

– Нам нужно металлическое ведро, так? А что в ресторане подают в таких вёдрах?

Макс понимал: он знает ответ, но никак не мог вспомнить.

– Следи за коридором, – сказала девочка. – Я сейчас.

Она приоткрыла дверь и шагнула в темноту. Холодильники возле бара светились неоном, так что было видно, как Лиза пробралась вдоль столов и остановилась рядом с кухней.

Вдруг Макс услышал чьи-то шаги. Он мигом нырнул за дверь ресторана и помчался к сестре.

– Прячься! – зашипел он. – Кто-то идёт!

– Ты чего? – рассердилась Лиза. – Кто сюда придёт посреди ночи?

– А куда мне было деваться? Да и вдруг этот кто-то зайдёт и увидит тебя? Так что…

– Тсс! – оборвала его сестра. – Быстро, сюда!

Они забрались под стол, с которого скатерть свисала до самого пола. В этот момент в ресторане загорелся свет. Вошли как минимум двое. По голосам стало ясно, что это мужчины. Один из них что-то быстро говорил по-арабски и был очень рассержен. Они прошли мимо стола, под которым прятались Макс и Лиза.

Сквозь щель сбоку дети увидели, как мужчина в форме официанта подошёл к бару и достал бутылку шампанского. Затем он взял небольшое ведёрко, наполнил льдом и поставил в него бутылку.

«Ведёрко для шампанского! – пронеслось в голове у Макса. – Вот, зачем Лиза пришла сюда». Они же видели сегодня за обедом, как паре, сидевшей за столиком напротив, приносили такое же.

Мужчины собрались уходить, но официант так спешил, что зацепил, лежавшую на столе вилку. Она со звоном упала на пол и отскочила прямо под ноги к маленьким незваным гостям. Сердце у Лизы бешено застучало от волнения, Макс почувствовал, как по телу пробежали мурашки, он боялся даже дышать. Перед их глазами вмиг пронеслось всё, что сейчас будет: их станут долго отчитывать, что они забрались ночью в ресторан и пытались что-то украсть, выпишут штраф. А, главное – что подумает о них дядя Карл, когда узнает об этом?

Официант поставил всё на стол и нагнулся, чтобы поднять вилку. Но другой мужчина что-то крикнул, и нерадивый работник тут же выпрямился, схватил ведёрко с шампанским, бокалы и покорно побежал к выходу.

Дверь закрылась. Затем дети услышали, как щёлкнул ключ в замке.

– Фуух! – выдохнул Макс. – Я уж решил, что нам конец.

– Рано радуешься, братишка. Нас заперли здесь до утра.

Мальчик подбежал к двери и подёргал за ручку. Заперто.

– Может, это правда знак, что нам не стоит никуда соваться? – сказала Лиза и села на пол. Максу показалось, что она вот-вот расплачется от досады.

Он подошёл к ней и сел рядом.

– Знаешь, что сказал бы Луи Пастер?

– Моя единственная сила – это моё упорство? – без энтузиазма произнесла девочка фразу, которая сейчас её раздражала.

– Нет. Думаю, он сказал бы, что не так уж это и плохо – оказаться запертым в ресторане.

Глава 6

Если вдруг вы однажды окажетесь запертым в пирамиде Хеопса, то непременно столкнётесь с тем, что почувствуете, как вас волной начнёт накрывать паника. Станет тяжело дышать. Обострится слух. В полной тишине будет слышно, как с бешеной скоростью колотится сердце, вдохи и выдохи станут похожи на порывы ветра, а малейший скрип под ногами, не говоря уже о том, если сдвинется какая-то плита, заставит волосы на голове шевелиться. Мозг откажется соображать, кто вы и где находитесь, что нужно делать. Но побороть этот страх поможет инстинкт выживания. В какой-то момент вы почувствуете, как каждая клеточка в организме наполняется жаждой жизни. Вы постараетесь успокоиться, станете сосредотачиваться на мелочах, увидите то, что никогда бы не заметили, и вспомните то, что никогда бы не вспомнили.

Как вы думаете, почему так происходит?

Пытаясь найти хоть какую-нибудь подсказку о том, как выбраться, Карл судорожно изучал глазами стены комнаты, которая сделала их узниками.

– Друг мой, давайте передохнём и соберёмся с мыслями, – сказал Андрей.

Дядюшка всплеснул руками:

– Это безумие какое-то! Выход обязательно должен быть. Неужели мы не можем решить эту загадку?

– Возможно, мы просто не туда смотрим. Давайте начнём сначала. Что мы имеем? Прежде всего, скипетр, который нашли на том столбе.

Он взял в руки предмет, похожий на маленький жезл с загнутой крючком рукоятью. Скипетр был покрыт золотом и синим стекловидным шпатом. Украшения симметрично чередовались друг с другом, образуя пунктирную линию. Несмотря на небольшую длину, около тридцати сантиметров, его вес был весьма внушительным.

– Он находится здесь не просто так, – продолжал Орлов.

– Да, но вряд ли мы разобьём им блок, который перегородил нам путь.

– Само собой. Всё же у меня возникает вопрос: если эта комната создана, чтобы его спрятать, то зачем здесь два столба? На одном лежал скипетр. Для чего нужен второй?

Андрей посветил в сторону, где они возвышались.

– Мы уже изучили их со всех сторон. Там нет ничего, – безнадёжно ответил Карл.

– Непонятно и другое: почему для скипетра отстроили целую комнату, а положили его в углу?

– Чтобы мы пошли к нему и наступили на плиту, которая закроет вход.

– Но мы бы всё равно наступили на неё, даже если бы он находился посередине.

Дядюшка сел у стены и закрыл глаза. Его сознание начинало затуманиваться.

«Это конец», – подумал он. – «Бедные мои ребятишки, неужели я больше их не увижу?»

Дети сейчас были заперты в ресторане и размышляли над тем, как же им выбраться. Успокоив сестру, Макс сел на стол и, болтая ногами, обдумывал план выхода из этой ситуации.

Лиза поглядывала то на него, то на дверь. Она не могла понять, чего боится больше: что они застряли здесь до утра, а потом их кто-нибудь найдёт и отчитает, или что официанты ворвутся прямо сейчас, найдут их и всё равно отчитают. Ей даже стало стыдно за такие мысли, но страх всё равно оставался.

– Надо изучить кухню… – пробурчал Макс и, вскочив со стола, направился туда быстрым шагом.

– Эй, сейчас не самое подходящее время, чтобы искать еду, – крикнула ему вслед Лиза.

Ответа не последовало. Зато было слышно, как он что-то двигает и чем-то гремит.

– Ма-а-акс?

– Лизей, помоги мне с этой штукой, – донеслось из темноты.

Девочка фыркнула и поплелась на кухню. Зайдя внутрь, она чуть не налетела в темноте на какую-то громадину. Но не смогла разглядеть, что это.

– Посвети сюда, – попросил её брат.

Голос доносился откуда-то сверху.

– А нас не заметят из-за света?

– Кто? Все уже спят давно. Да и кухню же не видно со стороны коридора.

Лиза пошла назад за рюкзаком. В своё время дядюшка приучил их носить с собой полезные мелочи, которые могут пригодиться в самых разных ситуациях. Конечно, никогда не известно наперёд, что тебе понадобится. Но он был убеждён: важно носить в рюкзаке фонарик или самые нужные лекарства, поскольку много места они не занимают, а полезную службу рано или поздно сослужат.

Ответьте на вопрос: Что ещё может пригодится каждому, помимо фонарика или лекарств, для ношения в рюкзаке или сумке?

Так, год назад Лиза положила себе в кармашек небольшую картонку, на которую было намотано немного ниток четырёх цветов и вдета иголка. Макс сказал ей, якобы – это уже перебор, и не стоит таскать с собой всё, что в голову придёт. Но через месяц он показывал одноклассникам, как умеет садиться на поперечный шпагат, и порвал штаны. Они разошлись по шву между ног, так что ему было тогда совсем не до смеха. Зато все остальные с радостью хохотали над этой ситуацией. Тут-то и помогли нитки с иголкой.

Лиза извлекла из рюкзака фонарик и вернулась на кухню. Направив луч света туда, откуда доносился голос брата, она наконец разглядела то, во что чуть не врезалась несколько минут назад, и от изумления открыла рот.

Это сооружение напоминало Пизанскую башню: казалось, что вот-вот оно рухнет. Макс балансировал на кастрюле, которая находилась на большом чане, лежавшем на стуле, который, в свою очередь, стоял на столе.

– Ну! – шикнул он на сестру. – Долго будешь таращиться? Посвети сюда.

– Куда? Что ты хочешь?

Она скользнула лучом чуть выше и увидела, как Макс пытается открыть решётку на большой вентиляционной трубе.

– Совсем с ума сошёл? – зашипела на него Лиза.

– Ты в фильмах, что ли не видела, как люди пробираются внутрь здания через вентиляцию? А мы выберемся через неё наружу.

В этот момент кастрюля под ногами мальчика поползла в сторону, и он, не удержавшись, поехал вслед за ней. Башня с грохотом рухнула на пол. Лиза от испуга закрыла лицо руками и выронила фонарик.

– Макс! – вскрикнула она. – Ты в порядке?

– Я здесь, – простонал он.

Подобрав фонарик с полу, девочка стала искать среди рухнувших предметов своего брата.

– Я всё ещё наверху, – раздался голос Макса.

Через секунду Лиза нашла его. Он успел схватиться рукой во время падения за железную полку и повис на ней словно обезьяна. И как только сестра осветила ему путь, мальчик проворно спустился вниз.

– Ты в порядке? – спросила Лиза.

– В полном.

Пока Макс кряхтел и отряхивался, девочка огляделась.

– Тебе говорили, что ты балбес? – вдруг спросила она.

– Не помню, чтобы кто-то, кроме тебя так меня любил. Я же пытаюсь вытащить нас отсюда.

Ответьте на вопрос: Как ещё можно выбраться ребятам? Предложите свои варианты

– Посмотри сюда.

Она осветила жалюзи, которые были полностью опущены так, что свет с улицы не проникал внутрь.

– Окно! – радостно закричал Макс и, перепрыгивая через кастрюли, валявшиеся на полу, подбежал к нему.

Подняв жалюзи, он ещё больше обрадовался:

– Тут ещё и ручка есть!

Недолго думая, мальчик открыл окно. Он хотел что-то сказать, но в тот же миг сработала сигнализация, заполнив жутким звуком всё вокруг.

– Скорее, бежим отсюда! – скомандовала Лиза.

Она залезла на подоконник и спрыгнула на землю. Макс начал забираться следом за ней и остановился.

– Рюкзак! Я забыл его на столе!

Он спустился обратно.

– Оставь его! – испуганным голосом закричала девочка. – Слышишь меня? Макс!

Но мальчик уже мчался в зал ресторана, в темноте то и дело натыкаясь на различные предметы. Из-за двери послышались голоса, в замочной скважине раздался щелчок.

Макс схватил рюкзак и рванул обратно к отрытому окну. Он слышал, как внутрь забежали люди и что-то кричали, но не оборачивался, чтобы не споткнуться и не упасть. Пока кто-то додумался включить свет, мальчик уже добрался до кухни. Он без остановки перемахнул через стоявший посередине стол, который до этого двигал для построения «башни», а затем вскочил на подоконник. Убедившись, что под окном не стоит его сестра, он быстро спрыгнул, схватил Лизу за руку, и они, свернув за угол, скрылись из виду.

Дети ещё долго слышали крики, а потому бежали и бежали. Наконец, оказавшись на порядочном расстоянии от отеля, они остановились, чтобы перевести дух.

– Это тебе не на уроке физкультуры плестись, – сказал Макс запыхавшимся, но весёлым голосом.

– Ты что творишь?! – Лиза стукнула его по плечу. – Я перепугалась за тебя до ужаса. Сдался тебе этот рюкзак!

– Но так они бы узнали, что это были мы. А теперь никаких следов. Кроме погрома, конечно. Жалко только…

– Что?

Макс сделал печальное лицо:

– Кастрюли. Хорошими были. Надеюсь, о них позаботятся и вернут им первоначальную форму. Я их, кажется, помял немного. Надо садиться на диету.

– Тьфу на тебя! – Лиза опять стукнула его. – Хватит уже меня пугать.

Вскоре дети приблизились к плато Гиза, на котором расположены великие пирамиды.

– Здесь есть охрана? – удивился мальчик.

– А ты думал на ночь их оставляют без присмотра?

– Тогда надо быть аккуратнее. За мной.

Он пригнулся и быстро засеменил в сторону груды камней, оставшихся от эпохи какого-то фараона. Такими перебежками от развалин к развалинам, от камня к камню, прячась от охранников, они добрались почти вплотную к входу в пирамиду.

Оставалось самое сложное – незаметно пробраться через открытое пространство. Они стали ждать, когда человек в военной форме в очередной раз пройдёт через это место.

– Знаешь, – тихо сказал Макс, – а в темноте пирамиды кажутся ещё больше, особенно…

Сестра не дала ему договорить, зажав его рот рукой. Она прислонила палец к губам, давая понять, что надо замолчать. Спиной к ним, на расстоянии двух шагов, остановился охранник. В темноте не было видно, как зрачки Лизы расширились от ужаса.

Прошла минута. Охранник всё не уходил.

Давай, что ты тут стал, иди отсюда! – мысленно ругалась девочка, сморщив нос.

Если они попытаются отступить, то малейший хруст под ногами выдаст их. Рисковать было нельзя. Оставалось затаиться и ждать.

Через несколько минут охранник снова начал свой обход.

Дети пулей рванули ко входу в пирамиду. Они юркнули внутрь, и тёмные коридоры гигантского сооружения поглотили их, спрятав от посторонних глаз.

Включив фонарики, Макс и Лиза быстро проделали путь, который уже был им знаком – они направились прямиком в «Камеру царя».

– Смотри! – Макс посветил на выемку, в которой были отверстия для ключа. – Дядя и Андрей были здесь.

– Были да сплыли. Вопрос в том – куда?

Карл и Орлов находились всего в нескольких метрах от детей за толстой стеной из массивных каменных блоков. У них начинала кружиться голова – воздуха в камере становилось всё меньше.

– Не может быть, – едва шевеля языком, бормотал дядюшка, – чтобы всё закончилось вот так. Мы должны что-то сделать, Андрей. Неужели не произойдёт никакого чуда. Друг мой, Вы верите в чудеса?

Орлов не успел ответить. Перед его глазами возникло яркое свечение.

– Дядя! Андрей! – раздались знакомые голоса.

– Вот видишь, у меня уже слуховые галлюцинации, – простонал Карл.

– Это не галлюцинации, это мы! – воскликнули дети и кинулись обниматься.

Мужчины, несмотря на затуманенный рассудок, вдруг вскочили и в один голос закричали:

– Стойте!

Но было поздно. Макс наступил на злосчастную плиту, и она снова заперла вход.

Дядюшка закрыл лицо руками от досады. Поток воздуха, ворвавшийся в комнату вместе с детьми, освежил его сознание, и через секунду Карл принялся ругать ребятишек:

– Вы почему меня не слушаете?! Я же сказал оставаться в номере. Как вы умудрились…

– Мы… мы просто хотели помочь, – виновато начала оправдываться Лиза.

– Погодите, – вмешался Орлов. – Давайте разберёмся с этим, когда выберемся отсюда. У нас мало времени. Теперь нас четверо – кислорода надолго не хватит.

– Вы правы, – согласился дядюшка. – Но наш разговор не окончен, молодые люди.

Для пущей убедительности он пригрозил своим племянникам пальцем.

Вкратце Карл и Андрей рассказали детям о том, что они нашли в этой комнате, а также о плите, которая закрывает вход.

– А для чего здесь камни? – спросил Макс, указывая на валуны, лежавшие возле столбов, по три вокруг каждого.

– Наверное, поддерживают столбы, – предположил дядюшка. – Мы осмотрели все: на них нет никаких надписей или изображений, под ними тоже.

– А это что за квадрат на полу? – поинтересовалась Лиза.

– Какой квадрат? – одновременно спросили мужчины.

– Ну вот этот, – она высветила фонарём контур большого квадрата. Он был образован линиями, вычерченными в полу на небольшом расстоянии от стены. Из-за толстого слоя пыли его было трудно заметить при плохом освещении.

Дядюшка стал сметать руками пыль, чтобы линии стало лучше видно.

– Здесь всё из маленьких квадратов! – воскликнул он.

Все кинулись очищать пол от пыли, и вскоре они увидели перед собой поле из шестидесяти четырёх одинаковых квадратов: по восемь в длину и в ширину.

– И что теперь? – нерешительно спросил Орлов.

– На каждое действие есть противодействие, – ответил Карл. – Если тоннель закрылся от нажатия на плиту, то, вероятно, этим же способом можно сделать и обратное. Может, нужно что-то выложить из тех камней, чтобы под их тяжестью сработал механизм, который откроет выход?

– Точно! – поддержал его мысль Макс. – А что именно?

– Не знаю, – покачал головой дядюшка. – Треугольник? Как одну из сторон пирамиды.

– Давайте попробуем, – сказал Орлов.

Они выложили посередине треугольник из камней и замерли в ожидании.

– Нет, что-то не так, – огорчённо вздохнул дядя Карл. – Давайте попробуем расположить его основанием в другую сторону.

Это не помогло. Тогда они стали пробовать выкладывать различные линии во все стороны. Но всё было безуспешно.

Когда их фантазия в выстраивании фигур иссякла, все четверо сели на пол возле стены и молча уставились на квадрат, пытаясь придумать, какой ещё символ можно на нём выложить.

Первым нарушил тишину Андрей:

– Друзья мои, не забываем, у нас цейтнот, цейтнот[7]!

– Всё равно идей никаких нет, – пробурчал дядюшка.

– Погодите-ка, – Макс встал и ещё раз внимательно осмотрел квадрат. – Андрей, что Вы сказали?

– Эмм, что у нас нет времени.

– Нет-нет, вы сказали слово…

– Цейтнот?

Ответьте на вопрос: Что значит этот термин «цейтнот» и откуда появился этот термин?

– Да, точно. Это же шахматный термин?

– Не только, но в том числе. А что?

Но Макс уже не слушал. Он ходил по комнате взад и вперёд, разговаривая сам с собой:

– Хм, если вот так, и потом сюда…

Остальные уставились на него, словно увидели привидение.

– У меня галлюцинации, или я слышу шорох его мозга? – шёпотом, чтобы не потревожить брата, спросила дядюшку Лиза, продолжая при этом неотрывно следить за происходящим.

– Кажется, у меня есть идея! – радостно сообщил мальчик после некоторых раздумий.

Все вскочили на ноги и окружили Макса. Он начал своё объяснение.

– Ваши слова, Андрей, точнее, одно слово навело меня на мысль. На этом квадрате шестьдесят четыре клетки. Столько же, сколько и…

– У шахматной доски, – продолжил его мысль Орлов.

– Ага! И ещё я долго смотрел на эти два столба в углу. Они не давали мне покоя. Вы ведь сами сказали, что по логике они должны были быть в центре. Мне показалось, это не просто так. Да ещё и эти камни. И если я всё правильно понимаю, эта головоломка – что-то наподобие задачки о восьми ферзях.

– Макс, ты гений! – отметил Андрей. – Ну, конечно. Теперь всё сходится.

– Кто-нибудь объяснит мне, о какой задаче идёт речь? – спросил дядюшка, недовольный, что ничего не понимает.

– Всё просто, – сказал мальчик, – надо расставить ферзей по клеткам на доске так, чтобы они не пересекались друг с другом по вертикали, горизонтали и диагонали. Два ферзя у нас уже стоят – это столбы. Осталось расположить 6 камней.

– Ты сможешь это сделать?

– Конечно.

Решите задачку и расположите ещё 6 камней в клетках так, чтобы они не пересекались друг с другом по вертикали, горизонтали и диагонали[8]

– Тащите вот тот булыжник сюда, – командовал Макс. – Отлично! Теперь вот сюда. Стоп. Нет. Извините, на одну клетку левее. Прекрасно.

Спустя десять минут все камни были расставлены. Юный шахматист проверил расположение – всё было верно.

– И? – как будто боясь нарушить ответственный момент, прошептал дядя Карл. – Почему ничего не происходит?

– Ну, – медленно начал Макс, – я же говорил, что это всего лишь предположение. Возможно, я ошибся. А, может, механизм за тысячи лет испортился?

– Но он же закрывает вход, – возразил Орлов.

Наступила напряжённая тишина.

– Мы же тоже создаём вес, – осенило Лизу. – Надо выйти из квадрата!

– Как мы забыли об этом? – хмыкнул дядюшка.

Все четверо встали у стены. Как только Макс, выходивший последним за линию, переступил черту, послышался гул. Снизу раздался скрежет, а затем плиты, на которых лежали камни, заметно опустились на несколько сантиметров.

– Кажется, твой план сработал, – сказал Орлов и похлопал Макса по плечу.

Тот зарделся от гордости, но, к счастью для него, в полумраке этого не было видно.

– Скорее! – приказал Карл и поднял с пола скипетр. – Надо выбираться отсюда. Мало ли какие ловушки тут ещё могут быть.

Они друг за другом полезли через тоннель. Орлов полз последним, контролируя, чтобы никто не отстал.

– Выход! – радостно воскликнул дядюшка, почувствовав прохладный воздух.

Он устремился вперёд с ещё большей скоростью. Выбравшись из тоннеля, Карл помог Лизе и Максу и протянул руку Андрею, как вдруг блок резко поехал вверх, и дядюшка в испуге отдёрнул руку назад.

– Что за чертовщина?! – завопил он.

– Может, камень сдвинулся из-за вибрации? – предположил Макс.

– Андрей, Вы слышите меня? – продолжал кричать Карл. – Андрей?

Но из-за стены не было слышно ни единого звука. Дядюшка затарабанил кулаками, пытаясь подать хоть какие-то знаки своему другу.

– Дядя, не стоит так переживать, – успокаивала его Лиза. – У нас ведь есть ключ.

Она улыбнулась и протянула ему статуэтку, которую подняла с полу.

Именно из-за ключа дети задержались в «Камере царя», когда только забрались в пирамиду. Поднявшись сюда, они обнаружили его на полу. Оба знали: дядюшка ни за что не оставил бы эту статуэтку, а, значит, с ним что-то случилось. Макс предложил воспользоваться ключом, чтобы узнать, что он открывает. Так дети оказались в потайной комнате, где были заперты мужчины.

Сейчас Лиза заметила, что когда перекрывается вход, ключ выталкивается под действием механизма из пазов и падает на пол.

Дядя Карл вставил статуэтку в отверстие, и как по волшебству блок снова опустился вниз. Орлов быстро выбрался наружу.

– Спасибо, друзья мои! Вы спасли мне жизнь.

При этом он слегка кивнул головой в знак благодарности.

– Не стоит, – захохотал Макс, – мы и свои жизни спасли. Кстати, пока мы не решили, что будем делать дальше, предлагаю немного подкрепиться.

Он полез в рюкзак и извлёк оттуда пакет с бутербродами и две бутылки воды. Все с восторгом накинулись на угощение.

– Дальше? – с набитым ртом сказал дядюшка. – Никаких дальше. Вы сами видели, как это может быть опасно. И я не допущу, чтобы с вами что-то случилось! Мы отправляемся в отель, где будет отдельный разговор о вашем непослушании.

– Эй, – возмутилась Лиза и скрестила руки на груди, – между прочим, если бы мы послушались тебя и остались в номере, то вы бы так и остались тут со своим скипетром!

Макс чуть не поперхнулся. Он впервые видел, чтобы его правильная и послушная сестра так вспылила. Мальчик решил поддержать её и тоже перешёл в наступление.

– А кто напомнил тебе про ключ, когда Андрей оказался запертым? Две головы – хорошо, а четыре – это команда! – выдал он серьёзным тоном.

– Карл, а ведь действительно – вместе у нас гораздо больше шансов добиться успеха, – высказал своё мнение Орлов.

– Опять я в меньшинстве, – с досадой буркнул дядюшка. – Вы поймите, ребятки: я просто очень за вас переживаю.

– Мы знаем, дядя, – подошла к нему Лиза и обняла. – Мы будем осторожны. Обещаю.

– Хорошо, но впредь вы будете во всём меня слушаться. Договорились?

Дети быстро закивали головами.

– Отлично! Тогда надо спешить, потому что мы должны всё сделать до появления первой группы туристов. Сейчас половина четвёртого. Насколько мне известно, туристы приходят сюда к 9. Время ещё есть, но мы не знаем, что ждёт нас впереди, так что идём. Андрей, давайте вернём плиту, за которой находятся отверстия для ключа, на место. Думаю, пока не стоит выставлять её напоказ.

Мужчины вставили её в дыру, словно деталь из пазла, так что стена снова стала ровной. И направились к выходу из комнаты.

– А куда мы идём? – поинтересовался Макс.

– Внизу есть незавершённая подземная камера, – ответил дядюшка. – Я полагаю, что надо, прежде всего, осмотреть её. В семьдесят пятом году нашей эры древнеримский писатель Плиний Старший спустился вглубь пирамиды. В своём труде «Естественная история» он говорит, что внутри есть шахта, которая ведёт к подземному ходу. Этот ход, по его словам, выводит на берег Нила.

Тем временем путешественники дошли практически до самого входа в пирамиду и повернули на перекрёстке двух проходов на тот, что вёл вниз. Путь оказался точно такой же по наклону и длине, как из «Камеры царя». Вот только Большой галереи здесь не было, и приходилось всё время идти в согнутом положении. К счастью, с обеих сторон имелись поручни, которые облегчали этот непростой спуск.

Однако, пройдя полпути, они очутились перед железной решёткой, на которой висел массивный замок.

– Та-та-та-там, – медленно продекламировал Макс начало пятой симфонии Бетховена. – Сегодня просто день закрытых дверей!

– И окон, – подтвердила Лиза.

– Этого нам ещё не хватало, – буркнул дядюшка и от досады пнул решётку ногой.

Ответьте на вопрос: Чем можно открыть дверь, не имея подходящего ключа?

Орлов ухмыльнулся и достал из рюкзака небольшую сумочку, размером с кошелёк. Он молча извлёк из неё инструменты, очень похожие на те, которыми пользуются стоматологи – с зазубринками на конце. Впрочем, были там и щипчики, и другие интересные приспособления. Затем он подошёл к замку и вежливо произнёс всего одну фразу:

– Посветите, пожалуйста.

Остальные переглянулись, но решили ничего не спрашивать. Они направили три фонаря на замок. От такого яркого освещения Андрей зажмурился.

– Кто-нибудь один, – попросил он.

Все трое выключили свои фонарики.

– Так, стоп! – скомандовал дядюшка. – Давайте я посвечу.

Он нажал кнопку и направил луч на решётку. Но Орлов уже держал в руках открытый замок и мило улыбался:

– Добро пожаловать в Подземную камеру, – сказал он таким тоном, будто всю жизнь вёл экскурсии. С этими словами Андрей отворил решётку и жестом пригласил всех внутрь.

Вскоре они достигли заветной комнаты и осмотрелись. Эта камера была достаточно большой: четырнадцать метров в длину и около восьми с половиной – в ширину. Потолок был практически ровным, а вот пол имел различные перепады по высоте.

– Это помещение вырублено в известняковой скале, – начал рассказывать дядюшка.

– Считается, что строители бросили его неоконченным. Причина этого до сих пор остаётся загадкой. Поэтому в этой комнате мы видим гребни, заготовки блоков, которые, возможно, могли стать саркофагами.

– А что это за квадратная яма? – спросил Макс, перегнувшись через перила, которые её огораживали.

– Аккуратнее! Её глубина четырнадцать метров!

– Это почти как… – попыталась прикинуть Лиза.

– Пятиэтажный дом, – помог ей дядюшка.

Все подошли к ограждению и направили фонарики в тёмную пропасть. Яма сужалась книзу, образуя неправильные ступени на стенах. Дядюшка продолжал рассказ:

– Говорят, что её выдолбили самые древние грабители. Так же, как и вон тот тоннель, – он посветил в угол, где располагался узкий квадратный лаз. – Его длина больше шестнадцати метров, а в конце – тупик. Но нас интересует больше эта яма. Помните слова Плиния Старшего про шахту и подземный ход, ведущий на берег Нила?

– Да, но археологи уже, наверное, обследовали её вдоль и поперёк, – с некоторым разочарованием сказал Макс.

– Как и «Камеру царя», – ухмыльнулся Орлов.

– Посветите мне, – попросил дядюшка. – Я спущусь вниз и изучу там всё.

Он аккуратно перебрался через невысокое ограждение и посмотрел на племянников. Те были несколько расстроены, что их опять не берут с собой. Дядя Карл понял это и потому добавил:

– Внизу довольно тесно, и лучше пока отправиться кому-то одному, иначе будем только мешать друг другу. Если я что-нибудь там обнаружу, то вы спуститесь следом.

Дядюшка освещал себе путь, держа фонарик в зубах, остальные, пока это было возможным, освещали ему стены и выступы. Когда он добрался до дна, то крикнул наверх, что всё в порядке.

– Я осмотрю яму, а вы продолжайте изучать комнату, – добавил он.

Макс подошёл к Орлову и с некоторым смущением сказал:

– Андрей, а Вы могли бы открыть мне пока тот замок? – он показал на запертую решётку, закрывающую тупиковый лаз от нежелательных посетителей.

– Ты уверен, что стоит это делать в отсутствие дядюшки?

– Он же сам сказал: «Продолжайте изучать комнату». А тоннель мы ещё не осмотрели.

– Убедил. Давай посмотрим, что там у нас.

Он посветил на замок, а затем достал из футляра необходимый инструмент. Несколько волшебных манипуляций, и через считаные секунды замок щёлкнул и открылся.

– Где Вы этому научились? – спросил Макс, отодвигая решётку.

– Пришлось на службе освоить, – нехотя ответил Орлов.

– Что за служба?

– Давай в другой раз. И не смотри так на меня. Я не преступник, – он чуть не засмеялся. – Сосредоточься лучше на тоннеле и будь аккуратен. Я подожду здесь. Если что-то пойдёт не так – подавай сигнал.

Мальчик кивнул и пополз внутрь.

На несколько минут воцарилась тишина. Лиза и Орлов осматривали комнату, пытаясь найти что-нибудь необычное. Иногда девочка подбегала к стене, видя линии или отверстия, но вблизи они оказывались просто неровностями или сколами.

– Ну, как вы тут? – спросил дядюшка, голова которого внезапно высунулась из ямы. – Внизу ничего нет. Не похоже, что нам туда. А вы что-нибудь нашли?

– Нет, – со вздохом сказала Лиза.

Орлов тоже отрицательно покачал головой:

– Может, нам стоит проверить «Камеру царицы»? Есть шанс…

– Эй, дайте мне скорее нож и статуэтку, – донёсся из угла голос Макса. – Похоже, я нашёл тайник.

Дядюшка вопросительно посмотрел на племянника.

– Карл, Вы велели обследовать комнату, вот он и занялся этим, – с лёгкой иронией в голосе объяснил Андрей. Он протянул мальчику ключ со складным ножом, и тот вновь собрался нырнуть в тоннель.

– Погоди, – остановил его дядюшка. – Я с тобой.

Макс хитро улыбнулся:

– Там очень тесно, мы будем только мешать друг другу. Я справлюсь.

И тут же скрылся в темноте узкого лаза.

– Будь осторожен! – прокричала ему вслед сестра.

Карла немного обидели слова мальчика, ведь это была почти слово в слово та фраза, которую он произнёс племяннику, спускаясь в яму. Но дядюшка понял, что Макс не пытался задеть его, это было ясно из шутливой интонации – он просто хочет справиться с этим делом сам. Поэтому ничего не оставалось, кроме как ждать.

Мальчик быстро полз вперёд. Его сердце от волнения чуть не выпрыгивало. Неужели он нашёл тайник? Ему не верилось, что это происходит с ним наяву. От волнения он даже стукнулся макушкой о потолок. Потирая ушибленное место, Макс двигался дальше, не сбавляя скорости. Где-то на середине пути он остановился и посветил наверх. Там был маленький квадрат, на котором были нарисованы крошечные, едва различимые три символа: треугольник, круг и квадрат. Мальчик просунул в щель нож и попытался поддеть пластину. Квадрат никак не поддавался, зато нож начинал гнуться.

«Может я ошибся?» – спросил себя Макс.

Но решил попробовать ещё раз. Нажал посильнее. Что-то затрещало. В этот момент ручка ножа переломилась пополам, и Макс дёрнулся в сторону. Лезвие, застрявшее в потолке, больно скользнуло по его руке чуть выше запястья. По пальцам медленно заструилась кровь.

– Вот зараза!

– Всё в порядке? – послышался беспокойный возглас дяди Карла.

– В полном! – ответил Макс и, достав из кармана носовой платок, обмотал руку, плотно прижав рану.

Ответьте на вопрос: Как сделать ручку у ножа, используя подручные ресурсы?

Затем он снял носок и обернул им лезвие, которое предательски торчало сверху. Аккуратно взяв его двумя руками, мальчик изо всех сил начал давить на рукоятку. Внутри опять раздался хруст. Нож выгибался. Тогда Макс отполз чуть назад, перевернулся на спину и прицелился, чтобы стукнуть по рукоятке ногой. Удар, ещё один, и с потолка с грохотом выпал маленький блок вместе с кривым лезвием.

– Это тайник! – с восторгом прокричал Макс остальным, надевая носок обратно.

Он посветил в образовавшуюся на потолке дыру. Там были три уже знакомых отверстия. Недолго думая, мальчик вставил ключ.

Из ямы послышался гул и скрежет.

– Значит, всё-таки яма! – воскликнул дядюшка. – Макс ты молодчина! Скорее возвращайся.

Когда мальчик выполз, его правая рука была измазана кровью и пылью.

– Что случилось? Ты ранен? – забеспокоилась Лиза.

– Просто царапина.

– Ну-ка покажи.

Он повернул руку. Платок был весь в крови.

– Ничего себе царапина! – девочка побежала к рюкзаку и вытащила из него маленькую аптечку. – Прижми вот здесь. Посветите мне кто-нибудь. Быстро!

Она обработала рану перекисью водорода и начала быстро перевязывать руку.

– Не знал, что ты умеешь такое делать, – с удивлением отметил Макс.

– Мама научила, – улыбнулась его сестра. – Сказала, когда-нибудь точно придётся брата бинтовать. Как в воду глядела.

Мальчик с благодарностью посмотрел на сестру:

– Спасибо, Лиз.

Девочка на мгновение застыла с бинтом в руках. Она уже не помнила, когда её брат называл по имени, не коверкая его и не придумывая новых форм типа Лизибоба, Лизямба или Лизюзя.

Когда с перевязкой было покончено, все четверо подошли к ограждению возле ямы и посветили вниз.

– Я ничего не вижу, – признался дядя Карл.

– Давайте я спущусь, проверю, – оживился Макс.

– Нет уж, посиди пока, тебе только что руку перемотали, – возразил Орлов. – На этот раз полезу я.

И он повторил всё то же, что делал до этого дядюшка. Ловко перебираясь с выступа на выступ, Андрей быстро погружался в тёмную бездну. Как только он достиг дна, то его восторженный возглас эхом разнёсся по всей Подземной камере:

– Вот это ничего ж себе! Спускайтесь все скорее сюда! Сразу с вещами.

Дважды повторять не пришлось – все схватили рюкзаки и начали спускаться.

Перед ними открылось удивительное зрелище: дно ямы уехало на два метра вниз, открыв проход. Каменные ступени вели вниз. Это была ещё одна потайная комната.

– Я пойду первым, – сказал Андрей. – Кто знает, что ещё таит в себе эта пирамида.

Освещая себе путь, он медленно направился вперёд. Все помнили, как уже дважды закрылась дверь от их спешки, поэтому перед каждым шагом, они внимательно всё изучали, и только затем становились на следующую ступень.

Их оказалось пятнадцать. Когда путешественники преодолели все ступени и встали на каменный пол, то обнаружили, что это опять почти пустая комната. При этом совсем маленькая: примерно три на четыре метра по периметру, и в высоту – около трёх с половиной. На полу виднелись двенадцать отверстий, расположенных на одной линии очень близко друг к другу. Единственный столб на этот раз находился посередине, между отверстиями. Сверху на нём была балка, которая вместе со столбом образовывала букву Т. Завершал эту композицию сидящий на балке золотой жук.

Мужчины начали обсуждение, а дети молча наблюдали за мыслительным процессом.

– Священный скарабей! – воскликнул дядюшка. – Это один из самых почитаемых символов Древнего Египта.

– Держу пари, что в одно из этих отверстий мы должны вставить скипетр, – указал Орлов на линию. – Вот только в какое?

– Может, рядом с жуком? Ведь он считался символом возрождения в загробной жизни. Если поставить скипетр так, чтобы скарабей на него смотрел, то получим «возрождение фараона».

– Звучит правдоподобно. Попробуем?

– А если я ошибаюсь? – дядя Карл помедлил. – Кто нас тогда спасёт?

– Не знаю. Ребятки, – Андрей обратился к Лизе и Максу, – что думаете по этому поводу? Рискнём?

Лиза нерешительно пожала плечами.

– А я думаю, что стоит попробовать, – сказал её брат.

Дядюшка покрутил в руках скипетр и после некоторых раздумий подошёл к отверстиям и вставил его в то, что находилось возле столба. Раздался знакомый скрежет и гул.

– Мы открыли ещё один проход? – спросила Лиза.

– Нет, моя дорогая, – печально проронил дядюшка, – мы закрыли тот, через который сюда попали. Снова.

Андрей побежал по ступенькам наверх, чтобы это проверить. Хотя и так всё было ясно.

Макс хмыкнул:

– А говорят, молния в одно место дважды не бьёт.

– Ну, хоть она стукнула и в третий раз, – ободряюще начал Орлов, который уже спускался обратно, – не будем паниковать. Мы справились в прошлый раз, справимся и в этот. Главное сейчас – дышать спокойно и медленно. Комната маленькая, поэтому времени у нас не так уж много, давайте рассуждать. Не думаю, что нам стоит пробовать вставлять скипетр во все отверстия – могут быть и другие ловушки. Посмотрите вокруг, возможно, в спешке мы что-то упустили.

Фонарики забегали по стенам.

– Смотрите, – Макс посветил на боковую стену, где на высоте двух с половиной метров висел небольшой факел.

– Что?! – дядя Карл застыл от удивления. – Как мы его не заметили?

– С другой стороны такой же! – перебила его Лиза.

Все повернули головы. Действительно, на противоположной стороне висел такой же факел.

Орлов почесал подбородок.

– Зачем вешать факелы в такую крохотную комнату? Их ведь нет нигде в пирамиде.

– Может их зажечь, – предложила Лиза, – и тогда станет понятно?

– Пока не стоит, – возразил Андрей, – для горения нужен кислород, а его и так мало.

– Заметьте, – включился в обсуждение Макс, – они висят на одной линии с отверстиями. Может, это что-то значит? Да ещё этот жук. Зачем-то же он тут сидит.

– Жук! – закричал дядя Карл. – Ну, конечно! И как я сразу не догадался.

– Друг мой, – обратился к нему Орлов, – не тяните, что Вы придумали?

– Не я, Андрей, не я, – он развёл руками в стороны, – они придумали.

– Кто? – спросила Лиза.

– Египтяне! – дядюшка сел на ступеньку. – Сейчас я вам расскажу одну историю. Вы знаете, кто изобрёл часы?

– Дядя, мы уже поняли, что это египтяне, но сейчас не время для занимательных рассказов, – возмутился Макс.

– Нет, мой мальчик, сейчас самое время! Итак, представьте, древним людям нужно измерять промежутки времени. В какой-то момент они обратили внимание, что тень, отбрасываемая предметами в течение дня, меняет своё положение и длину. Конечно, они не бросились сразу делать часы, но поняли, что это можно использовать для измерений. Доподлинно не установлено, где появились самые первые солнечные часы. Возможно, это произошло в нескольких местах. Но Египет, безусловно, является весьма благоприятным местом для их возникновения и использования, поскольку здесь почти всегда ясное небо.

Эти первые часы имели вид вертикального обелиска со шкалой, нанесённой на землю возле него. Обелиски стояли, как правило, перед храмами, чтобы все могли вовремя прийти к началу службы. Но это скорее прообраз. А знаете, как выглядели первые солнечные часы?

Не дожидаясь ответа, он продолжил.

– Это была прямоугольная пластина с делениями, наподобие линейки, на конце которой крепился маленький брусок с горизонтальной планкой. Эта часть, отбрасывающая тень, называется гномон. Утром конец с гномоном направлялся на восток. Тень падала на пластину, и по меткам на ней устанавливали время. Поскольку солнце перемещалось, после полудня часы поворачивали на запад. Согласитесь, просто и гениально! Правда, такое устройство имело значительный недостаток: утром и вечером тень выходила за пределы пластины.

Ответьте на вопрос: Как сделать так, чтобы часы не поворачивать?

Со временем эту проблему решили, сделав другой вариант солнечных часов, из известняка: по центру был маленький гномон, а от него в две противоположные стороны вниз уходили ступени. До полудня тень падала на первую плоскость, постепенно опускаясь по ступеням сверху вниз, а после полудня – на вторую плоскость, постепенно поднимаясь снизу вверх, в полдень тени не было. Такой вариант был практичнее, к тому же эти часы не требовалось переворачивать: концы смотрели одновременно на восток и запад.

– А как они делали разметку на часах? – прервала Лиза дядюшкин рассказ.

– Час дня тогда был равен одной двенадцатой промежутка времени от восхода до заката. Однако люди заметили, что по мере приближения солнца к зениту тень движется медленнее, поэтому расстояния между делениями на планке ближе к центру делались меньше. Сперва отметки наносили, исходя лишь из практического опыта, потом пытались делать расчёты. Египтяне знали, что тень, отбрасываемая гномоном, различна в зависимости от времени года, но поначалу разницу они не учитывали.

Почему? Ну, вероятно, в этом просто не было практической необходимости, поскольку они следили в основном за временем начала богослужения и за длиной трудового дня. Но позже всё-таки потребовалось более точное измерение, и тогда стали делать солнечные часы с особыми шкалами для разных месяцев. В разных странах это изобретение принимало различный облик, но принцип тени, падающей на шкалу, оставался всегда и везде.

Ответьте на вопрос: Как измерить температуру внутри помещения?

– Карл, Вы намекаете, что перед нами сейчас солнечные часы? – спросил Орлов.

– Именно!

– Но ведь их не использовали в помещении – для этих целей были клепсидры.

– Клепси… что? – замотал головой Макс.

– Клепсидра, – повторил дядюшка, – это водяные часы. На дне сосуда делалось отверстие, из которого капля за каплей вытекала вода. Такие часы были у египтян, вавилонян и древних греков. У азиатских народов, наоборот, пустой полушаровидный сосуд плавал в большой чаше и постепенно наполнялся водой через маленькое отверстие. Мне кажется, эта идея была навеяна наблюдением за лодкой, давшей течь. Как ни крути – принцип у всех был один. Это изобретение, кстати, послужило возникновению всем известной фразы «время истекло». Клепсидры использовались в храмах во время богослужений или чтобы отмерить оратору продолжительность его выступления. Впрочем, это уже другая история. Сейчас мы имеем дело именно с солнечными часами, я убеждён в этом!

– Допустим, это они, – Андрей всё ещё сомневался, – но какой в этом смысл?

– А такой, – продолжал объяснять дядя Карл, – что мы не увидели самого очевидного: у нас перед носом – скарабей. Он почитался, как священное насекомое богов Солнца. Движение скарабея с шариком навоза с востока на запад отождествлялось египтянами с перемещением дневного светила на небосводе.

– Я с Вами полностью солидарен, – согласился Орлов, – и уже подумал, что горящий факел осветит столб, а гномон укажет на нужное отверстие. Вот только факела здесь два! И всё это теряет смысл.

– Не думаю, – ухмыльнулся дядюшка, – Лиззи, ты ещё носишь в рюкзаке иголку с нитками?

– Да, – ответила девочка.

– Достань, пожалуйста, мне иглу, а ещё две бутылки: пустую и с водой.

Лиза извлекла всё необходимое, и дядюшка ножом вырезал у пустой бутылки донышко, при этом оставив стенки высотой сантиметра три. Затем он наполнил этот сосуд водой и поставил на пол.

– Что ты делаешь? – спросил его Макс.

– Компас, – коротко ответил дядя Карл и достал спички. – Китайское изобретение. Смотрите: нам нужно, чтобы один конец иголки был намагничен – он покажет на север.

Ответьте на вопрос: Как можно это сделать, намагнитить и размагнитить?

Дядюшка потёр край иголки о волосы.

– И для лучшего эффекта размагнитим второй.

Он поджёг спичку и начал нагревать противоположный конец.

– Готово.

Затем проткнул пробку от бутылки с двух краёв, чтобы иголка была посередине, и положил эту конструкцию плоской стороной вниз в приготовленный обрезок бутылки с водой. Она медленно начала крутиться по кругу. Все замерли в ожидании. Примитивное устройство в данный момент было похоже на чудо. Наконец иголка остановилась.

– Превосходно! – воскликнул дядя Карл. – Если намагниченный край указывает на север, то жук смотрит на восток! То есть…

– На солнце! – подхватил Орлов. – Гениально!

– Ну так. Это ж египтяне! – захохотал дядюшка. – Значит, нам нужен факел на восточной стене. Лиззи, ну-ка забирайся ко мне на плечи.

Она вскарабкалась на дядюшку, и он поднял её вверх. Девочка чиркнула спичкой и поднесла её к факелу. Он вспыхнул, ярко осветив маленькую комнату.

– Всё сходится, Карл. Как Вы и говорили, – сказал Андрей. – Часы работают! Вот отверстие, которое нам нужно!

Тень от скарабея, сидящего на балке, упала на одну из дырок в полу.

– Ну что, пробуем ещё раз? – занервничал Макс. – Время-то идёт.

– Да, конечно! – дядюшка взял скипетр и подошёл к месту, куда падала тень. Громко выдохнув через рот, он двумя руками водрузил скипетр на новое место, которое было указано жуком.

Огонь задрожал, и прямо под факелом стена начала опускаться вниз, открывая перед путешественниками новый проход. Все четверо направили в него фонарики. Лучи забегали по просторной комнате и остановились в центре.

«Глазам своим не верю», – хотел сказать дядя Карл, но вместо этого просто замер с открытым ртом.

– Ущипни меня, – попросил Макс сестру.

Лиза, не поворачивая головы, потянулась к нему рукой и прикрыла его нижнюю челюсть, которая от увиденного уехала вниз, как и у дядюшки.

– Давайте подойдём? – предложил мальчик.

– Надо быть предельно осторожными. Здесь могут быть ловушки, – сказал Андрей. – Подождите здесь.

Он медленно направился к центру комнаты. Всё было спокойно. Даже слишком. Ещё несколько шагов и он будет на месте. Шаг. Другой. Вдруг под его ботинком что-то заскрежетало. Орлов застыл на одной ноге, не решаясь опустить вторую на землю. Лиза зажмурилась от страха. Слышно было, как тикают дядюшкины наручные часы. Через минуту, осознав, что ничего не произошло, Андрей встал на свободную ногу и посмотрел, на что наступил:

– Тьфу ты! Просто камешек попался.

– Уф! – облегчённо выдохнули остальные.

Орлов сделал ещё три шага и оказался на месте.

– Всё в порядке. Можете смело идти.

Дядюшка с племянниками последовал за ним. С первого шага их взгляды были прикованы к удивительной находке. Таким взглядом ребёнок смотрит на коробку с подарком, наслаждаясь каждой секундой этого волшебного мига, когда по всему телу пробегают волнующие мурашки и от счастья учащённо бьётся сердце.

Прямо перед ними на каменном постаменте стоял покрытый толстым слоем пыли большой золотой саркофаг, украшенный бирюзой. Голова саркофага была выполнена с необыкновенной точностью, и лицо со строгими и властными чертами казалось живым. Немес – царский головной убор фараонов, был с синими вставками. Лицо правителя украшала борода – тонкая и вытянутая, чем-то напоминавшая козлиную. В руках у него были скипетр и плеть. По бокам саркофаг пестрил множеством иероглифов.

Андрей набрал полные лёгкие воздуха и дунул на него изо всех сил. Пыль словно пепел медленно поплыла в воздухе. Теперь символы стали отчётливее.

– Вот, здесь! – дядя Карл указал на вертикальный продолговатый почти овальный, контур с горизонтальной линией внизу. – Это специальное обозначение, которое указывает, что текст, написанный внутри, является царским именем.

Он провёл пальцем по четырём символам: круг, птица, змея и ещё одна такая же птица.

– Это же… Хеопс! Вы понимаете, что это значит? Это одна из величайших находок человечества!

Дядюшка принялся обниматься со всеми. И даже попрыгал на месте от восторга. После чего снова вернулся к чтению иероглифов:

– Боже, здесь говорится о его жизни, а вот тут – о сфинксе. Так. Сейчас. Хм.

– Карл, – подозвал его к себе Орлов. – Если верить этой надписи, то Хеопса перенёс сюда его сын Хефрен. А всё остальное он спрятал в другом месте.

– В другом месте? – переспросил Макс. – То есть это ещё не конец?

– Эм. Меня одну беспокоит, как нам отсюда выйти? – вдруг подала голос Лиза.

Повисло неловкое молчание. Очарованные находкой, они совершенно забыли, что вход так и остался заблокированным. Мужчины принялись снова просматривать иероглифические надписи. Первым заговорил Андрей.

– Отсюда должен быть другой выход. Вот здесь что-то сказано об этом. Я только не пойму… Карл, Вы поможете мне?

Дядюшка подошёл и вгляделся в надпись:

– Да, здесь идёт речь о дороге, ведущей к Сфинксу. Значит, это не сказки? Она действительно существует? Если следовать логике, то должен быть опять какой-то механизм, который откроет проход. Надо обыскать помещение.

Все бросились осматривать камеру.

– Тут на стене есть ещё факел, – сказал Андрей и, чиркнув спичкой, зажёг его. Комнату залило светом, что облегчало поиски.

– Здесь нарисован какой-то глаз! – крикнула Лиза.

На стене был изображён чёрной краской, побледневшей от времени, символ:

– Отлично. Молодчина! – похвалил её дядюшка. – Это Око Ра. Его часто изображали или высекали для помощи мёртвым в загробной жизни. Сейчас узнаем, что ты от нас скрываешь, – Карл обратился к каменной пластине, на которой был рисунок, и, поддев её ножом, на удивление, легко открыл.

– Ага! – издал он восторженный возглас, извлекая из тайника очередной ключ.

Это был позолоченный солнечный диск с двенадцатью лучами и небольшой рукояткой. По размеру он был чуть больше взрослого кулака.

– Что ж, друзья мои, теперь ищем замок, – воодушевился Андрей и принялся с ещё большей тщательностью изучать стены.

Но воодушевление быстро начало проходить – на стенах больше не было ни одного символа.

– Здесь ничего нет, – простонал Макс.

– Не может быть, – запротестовал дядя Карл, – замок здесь, в этой комнате!

– А что, если… – задумался мальчик. – Где лучше всего спрятать вещь, чтобы никто не догадался?

– На самом видном месте, – хихикнула Лиза.

– Угу, – подтвердил её брат. – Может, египтяне исходили из этого же принципа?

Дядюшка недоверчиво покосился на саркофаг:

– Ты намекаешь на то, что… Ну нет, там его точно не будет.

– А под ним? – спросил Макс.

– А вот это любопытно, – кивнул Орлов. – Надо проверить. Вчетвером мы сдвинем его. Давайте вместе. Держите хорошенько. Все готовы? На счёт три. Раз, два… и!

Они подняли кусок золота весом больше ста килограммов. Но для четверых это не составило большого труда, и вскоре саркофаг благополучно был переставлен на пол.

Посередине на освобождённом постаменте сверкнуло отверстие в форме солнца.

– Ура! – Макс, победоносно взмахнул кулаком в воздухе. – Дядя, скорее проверяй, это точно он!

Карл вставил ключ в отверстие, слегка повернул до упора, чтобы лучи скрылись внутри. Ничего не произошло. Тогда он надавил на рукоятку. Механизм сработал, и постамент с грохотом начал опускаться вниз. Все отпрянули назад. Перед ними открылся очередной спуск под землю.

– Если верить тому, что написано на саркофаге, то мы отправимся сейчас прямиком к Сфинксу, – сказал дядюшка.

– Но до него добрых две сотни метров! – изумился Орлов.

– Что ж. Это можно выяснить только опытным путём. За мной! – скомандовал дядюшка.

Друг за другом они отправились в эту чёрную дыру. Тоннель был достаточно тесным, хотя Андрею, самому высокому из четверых путешественников, удавалось идти ровно. Поначалу дорога уходила вниз, но затем стала прямой. Казалось, что ей нет ни конца ни края. Лиза поёжилась. В этом царстве мрака было довольно зябко.

Дядюшка решил нарушить молчание и как бы невзначай проронил:

– Между прочим, дверной замок изобрели египтяне.

– Вот даже не удивил, – сказал Макс.

– Наверное, это выглядит странным, что столько привычных нам вещей придуманы этим народом, но факт остаётся фактом. Кстати, первые замки выглядели весьма забавно: они были такими большими, что ключ приходилось таскать на плечах. Его просовывали в специальный вал, чтобы поднять стержни, которые служили запором, а затем этот вал с ключом поворачивали, и дверь открывалась. Принцип был примитивным, но на практике оказывался довольно надёжным.

Дядя Карл остановился.

– Здесь развилка, – объяснил он, – путей становится три.

Макс хмыкнул:

– Прям как в сказке: налево пойдёшь – сфинкса найдёшь, направо…

Но Андрей не дал ему закончить:

– Над каждым проходом есть изображение. Над первым, – он посветил фонариком, – крылатый солнечный диск,

над вторым – скарабей,

а над третьим – анкх.

Нам нужно выбрать только один. Я правильно понимаю? – Орлов перевёл взгляд на Карла.

Дядюшка в задумчивости смотрел то на один символ, то на другой.

– Это загадка, – сказал он. – Она весьма хитроумная: каждый знак связан с солнцем, поэтому любой из них можно принять за указатель выхода на поверхность, к дневному свету. Меня сразу привлёк крылатый солнечный диск, который обозначает защиту и мировое равновесие. Логично, что, выбрав защиту, мы избежим опасности. Но нас ли он защищает? Или, наоборот, защищает что-то от нас.

– Насколько я помню, – добавил Андрей, – этот знак часто изображался над входом в гробницу фараона.

– Вот именно, – подхватил дядюшка. – А мы только что оттуда. Нелогично, не так ли? Поэтому думаю, нам он не подходит. Скарабея мы уже видели в одной из комнат, и, надеюсь, вы помните, что это символ возрождения в загробной жизни. Тоже интересный вариант, но я хочу обратить ваше внимание на вот этот невзрачный рисунок, – он посветил на анкх. – Один из важнейших символов древних египтян, который означает «жизнь». Знак очень прост, но в то время считался могущественным. В нём объединены крест, как символ жизни, и круг, как символ вечности. Их сочетание обозначает бессмертие. Кроме того, он может быть истолкован как восходящее солнце и как ключ к тайным знаниям.

– Символ жизни, – повторил Орлов. – Нам однозначно нужно сюда.

– Тайные знания, я иду к вам! – крикнул Макс в темноту, будто бросая ей вызов, и она ответила ему эхом.

Путешественники ещё немного помялись на развилке, но, в конце концов, пришли к выводу, что анкх – единственно правильный вариант, и свернули в соответствующий проход.

Теперь они шли молча. Уставшие и измотанные. Им хотелось одного – поскорее выбраться на поверхность. Хотя Макс ещё мечтал о горячей ванной и ароматной жареной картошечке с мясом. Но дорога по-прежнему уходила в неизвестность и метров через семьдесят привела в большую комнату. И если при виде саркофага они обомлели, то сейчас испытали шок, поскольку такого им не доводилось видеть никогда.

Помещение было похоже на хранилище древностей: тут и там стояло, лежало и даже висело столько всего, что этого бы хватило на целый музей. Вдоль стены – десятка три высоких глиняных и каменных сосудов. Далее стояли кресла и кровати, обитые золотом, сундуки и ларцы, покрытые искуснейшими мельчайшими вставками из бирюзы, золота, серебра и слоновой кости. С другой стороны сверкали золотые колесницы. Несколько ящиков были заполнены папирусами, иные – различными украшениями, амулетами и фигурками людей. Словно безмолвные стражи, стояли в ряд пять каменных статуй фараонов высотой выше человеческого роста.

– Я точно не сплю? – прошептал Макс.

– Наверное, нам снится один сон, – ответила Лиза.

– Глазам своим не верю! – дядюшка направился не к сундукам и не к золотым кроватям, а прямиком к ящикам с папирусами. – Невероятно! Они целые, их можно прочитать. Боже! Здесь столько всего. Мы теперь узнаем всё о жизни и правлении Хеопса. Тут же может быть описано, как они строили пирамиды, кто и когда создал статую Сфинкса! А вдруг в этих документах содержатся секреты мумификации?

– Выход! – закричал Орлов. – Кажется, я нашёл выход!

Сейчас для них это была одна из важнейших находок. Все подбежали к Андрею. Он стоял возле стены и показывал на один из блоков, на котором были нарисованы ноги и круг с точкой посередине.

– С ногами всё понятно, а это что? – спросил Макс.

– Солнце, – объяснил дядюшка. – Ну, чего мы ждём? Нам пора «идти к солнцу»!

Карл подошёл ближе к стене, чтобы в очередной раз вытащить каменный блок из выемки, но когда он сделал шаг вперёд, пол под его ногами задрожал. Плита, на которую встал дядюшка, слегка уехала вниз, и стена перед ними начала отъезжать в сторону, образуя узкий проход.

Ликуя от радости, все устремились в образовавшийся проём, но каково же было их разочарование, когда они оказались в совершенно пустом помещении.

– Это шутка? – в голосе дяди Карла улавливалось отчаяние.

– Нам нужно наверх, – сказала Лиза.

– Дорогая, не переживай, мы обязательно найдём выход отсюда, – попытался успокоить её Андрей.

– Вы не поняли, нам действительно нужно наверх.

Она указала в угол, где к стене была приделана лестница. Вертикальная железная лестница!

Без единого слова они со скоростью звука вскарабкались наверх – ещё одна комната. Но фонари быстро нашли в другом углу такую же лестницу, ведущую наверх, которую путешественники вновь преодолели за считаные секунды. И опять – пустое помещение. Но на этот раз в нём оказался коридор, вселивший надежду лёгким свечением, доносившимся издалека. Они бросились вперёд, совершенно не зная, куда бегут, но в глубине души были уверены, что это спасительный выход. В конце коридора их встретила решётка с висячим замком.

– Цивилизация! – радостно закричал Орлов, доставая отмычки.

С их помощью он быстро разобрался с проблемой и отодвинул решётку. Теперь коридор уходил в сторону. Они свернули за угол, но тут же остановились…

На серое мрачное небо медленно заползал огромный огненный солнечный диск. И словно художник, взявший в руки краски, он начал расписывать небесный холст в янтарный, мандариновый, персиковый и коралловый цвета. Всё, чего касались его лучи, просыпалось и оживало. Даже огромный Сфинкс, находившийся метрах в ста от путешественников, теперь загадочно улыбался, будто говоря им: «Доброе утро!»

Макс, Лиза, дядя Карл и Андрей с восхищением смотрели на это чудо. Чудо, которое не могло сравниться ни с саркофагом Хеопса, ни с золотыми колесницами и ларцами, ни даже с ящиком, полным папирусов, раскрывающих тайны и секреты древней цивилизации. Это было ни с чем не сравнимое ощущение – снова увидеть солнце!

Макс широко расставил руки в стороны, как бы пытаясь обнять огненное светило.

– А знаете… Хоть этим воздухом и невозможно дышать, и пекло скоро будет невыносимое, всё-таки мне здесь нравится куда больше, чем там, под землёй.

Закрыв глаза, он с шумом вдохнул прохладный воздух, немного закашлялся и громко рассмеялся.

Эпилог

В средствах массовой информации шумиха вокруг пирамиды Хеопса улеглась только спустя две недели. Но археологи со всего мира, заинтересовавшиеся находкой, хлынули в Египет и обосновались там на месяцы, занимаясь расшифровками древних текстов, их трактовкой и спорами о возрасте тех или иных вещей.

Поскольку поиски, проводимые четвёркой путешественников, были незаконными, то у них могли возникнуть большие проблемы. Но Орлов сделал несколько загадочных звонков и решил этот вопрос. Правда, пришлось отказаться от вознаграждения в размере двадцати пяти процентов от находки. Вместе с тем правительство Египта и Каирский музей выразили свою благодарность, сообщив, что все четверо могут приезжать в Египет в любое время, посещать любые экскурсии и жить в любых отелях бесплатно.

Но Лизе и Максу гораздо приятнее было вернуться домой. Туда, где всегда ждут. Получить нагоняй от мамы за то, что не сказали правду, съесть мороженого, подраться на подушках, прогуляться по родным и знакомым аллеям. А затем свернуть на улицу Каштановую, дойти до дома № 7 и заглянуть к любимому дядюшке Карлу. Возможно, ему в руки уже попал какой-нибудь древний китайский свиток, и они с Орловым обсуждают планы следующего путешествия.

Ответ на задачу о 8 ферзях:

Примечания

1

Зевнуть в шахматах – допустить грубую оплошность, которая может привести к резкому ухудшению позиции игрока; проиграть фигуру из-за невнимательности. (Здесь и далее – прим. автора).

2

Одно из шахматных правил – «взялся – ходи»: если игрок умышленно при своём ходе дотронулся до своей фигуры, то он обязан пойти данной фигурой; если чужая фигура находится под ударом и при своём ходе игрок коснулся её, то он обязан её взять. Орлов напал на ферзя Макса, поэтому, коснувшись его, вынужден был завершить ход в соответствии с правилами.

3

Да (фр.).

4

Нет (фр.).

5

На войне как на войне (фр.).

6

Пожалуйста, не беспокоить (англ.).

7

Термин, использующийся в шахматах, шашках или иной игре, обозначающий нехватку времени для обдумывания хода. Также слово используется и в повседневной жизни в значении «недостаток времени».

8

Ответ на задачу в конце книги.

Content

Юрий Викторович Мысин, Евгений Витальевич Новосёлов
Думалогия
Обучение через приключения в Египте

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Эпилог

Примечания