Зубков Борис, Муслин Евгений

ЧЕРНЫЕ И ЗЕЛЕНЫЕ

На Землю упал Луч. Мириады фотонов, заключенных в нем, по заранее заданной программе соприкоснулись, расщепились на кванты Пространства и Времени и, наконец, овеществились в осязаемую материю. Теперь там, куда упал Луч, стояли двое — хилый старец Шу с бицепсами земного атлета и юноша Свет, рожденный двадцать неземных лет тому назад. Они были темнокожи и прекрасны, как стволы эбенового дерева.

— Первое! — сказал Шу. — Какое первое знание подарить землянам! Слушай, Свет, мы научим их ткать жилища из нитей топаза, смешанных с лунным светом. Это красиво и целесообразно для данной планеты, ведь Луна у них всегда под боком. Кроме того, я успел обнаружить, что среди многоэтажных сооружений суетится множество жестяных коробочек на четырех колесах. Подумать только, они до сих пор употребляют колеса, эти скрипящие обрубки прошлого! Ну нет, после нашего визита обитатели Земли научатся скользить по силовым линиям магнитного поля, окружающего их планету, они построят гравитационные насосы для высасывания тяжести и даже их здания смогут летать, как пылинки, влекомые воздушными струями… Это — два!..

— Три — эликсир бессмертия, — сказал Свет. — Что еще!..

Уже через две секунды прибрежный песок на площади в двести двадцать пять квадратных ярдов был усеян знаками, рисунками и графилонами (что такое «графилоны», выяснить так и не удалось). Все эти зарубки памяти обозначали, что именно следует передать землянам немедленно, наиболее удобным и понятным для них способом.

Потом Свет выпрямился, положил руку на плечо Шу и сказал:

— Пора!

За изгибом песчаной косы пришельцы увидели здание. По лестнице, обвивающей цоколь сооружения, неторопливо двигался поток землян. Желание вступить с ними в контакт оказалось столь могучим, что Пришельцы немедленно очутились на самом верху лестницы перед входом в здание.

Из-под розовой скорлупы крыши сбегали вниз выпуклые золоченые буквы: Бассейн «Золотая Мэри». Но Пришельцев не интересовали надписи. Они любили суть, а не знаки вещей и поэтому тут же проникли внутрь здания. Но они, увы, не знали, что сегодня бассейн отдан на откуп богатым молодчикам. Из крайне воинственного сообщества «Наше полушарие — для белых». И молодчики веселились.

Кто-то довольно сильно толкнул Пришельцев, но они не особенно обратили внимание на это. Шу разглядывал высокое ажурное сооружение, стоящее на краю бассейна.

— Пусть нас увидят все! — решил он. — На этой ажурной вышке я скажу первые слова привета… Язык их я, кажется, уже понял.

Когда юноша и мудрец взбирались на вышку, один обнаженный землянин, густо заросший черными волосами, попытался сдернуть с Шу его хрустальный плащ. Им не терпится узнать, каким образом можно ткать из хрусталя различные одежды, подумал Свет.

Темнокожий мудрец простер руки и держал их ладонями вверх, словно передавал кому-то драгоценную ношу:

— Мы прибыли сюда…

Пронзительный свист рассек его речь. Свет с любопытством посмотрел вниз. Прямо под ними, на краю бассейна стоял рыжеволосый землянин и засунув пальцы в рот, надув до багровой красноты веснущатые щеки, заливчато свистел. Свист подхватили и другие. Что-то противное и бесформенное шлепнулось у ног Пришельцев. Это было набухшее от воды скомканное полотенце. За ним прилетело второе, третье… Как гигантские лягушки плюхались на доски мокрые белые тряпки. Некоторые попадали в Пришельцев, повисали на их плечах, обвивали ноги. Толпа внизу бесновалась. Земляне вопили, хохотали, визжали, свистели, выли, ревели, гудели, шипели, мяукали и гукали. Пришельцы напрягали слух, стараясь выделить из хаоса звуков полезную информацию. Напрасно! Звуковой шквал не имел смысла, он лишь носил общий враждебный оттенок. Вслед за полотенцами в Пришельцев полетели купальные туфли, резиновые шапки, гнилые фрукты, губки, растрепанные журналы, жевательные резинки, прочая Дрянь и мелочь. По ажурным лесенкам вышки, дико улюлюкая, карабкались земляне. Впереди — заросший черными волосами, тот самый, что пытался сорвать плащ с Шу. В руках он держал брезентовое ведро. Тонкая пластина изогнулась дугой, когда на нее, возбужденно урча, высыпала ватага землян.

— Нигер! — крикнул волосатый. Подминая других, он подбежал к Шу и с ходу напялил на голову мудреца брезентовое ведро. Кто-то дернул Света за ноги и сбросил его с вышки. Шу упал в бассейн рядом с юношей. На них навалилась груда мокрых, скользких, волосатых и безволосых, загорелых и бледных, упругих и дряблых тел. Земляне старались затащить Пришельцев под воду, щипали их, тянули за ноги, хватали за волосы, били мокрыми ладонями по лицу.

Пришельцев ошеломил такой натиск, но чувство страха было им неведомо и к тому же они владели тайной Неуязвимости. Шу одним взмахом руки отбросил груду тел и образовал вокруг себя и юноши сферу Непроницаемости. Теперь они только видели раздернутые воплями рты землян, но уже никакие звуки не проникали в сферу Непроницаемости. Голые земляне дубасили кулаками по воздуху и корчили дикие гримасы, когда кулаки наталкивались на непроницаемую зону.

— Смотри, — сказал, отдуваясь Шу, — их бессилие рождает безумие. Что кричал тот, волосатый, подкрадываясь ко мне?

— Он кричал «нигер!».

— Нигер! На их языке — черный! Им не понравился цвет нашей кожи… И не только цвет кожи… Я вижу мрак корыстолюбия в их глазах, они любят только свою касту, свои сокровища! Безумцы…

Сферу Непроницаемости качнуло и поверхность ее заволокли серые дымки.

— Они стреляют в нас, Шу! Я чувствую, гнев просыпается во мне, а это нехорошо. Очень нехорошо! Улетим, Шу! Умоляю тебя, улетим! Впереди так много планет…

Искры пламени и серый дым облепили всю сферу. Тогда Шу, встав на воду, выпрямился во весь рост и крикнул:

— Эй, вы! Дикие предрассудки заселяют ваш разум! Поэтому я дам вам только одно знание. Знание Изумрудного пигмента! Это хороший цвет, уверяю вас, отличный цвет свежей травы!

Через секунду все было кончено. Пришельцев унес Звездный Луч, а в алых потоках света бегали молодцы, изукрашенные изумрудными зигзагами и зелеными подтеками. Они верещали от страха, не узнавая друг друга…

Content

Зубков Борис, Муслин Евгений
ЧЕРНЫЕ И ЗЕЛЕНЫЕ