Аспер_

Переписать набело

Аннотация

Фандом: Гарри Поттер

Пейринг: Северус Снейп, Эйлин Принц, Новый Женский Персонаж, Новый Мужской Персонаж, Лили Эванс (Поттер)

Рейтинг: R

Жанр: AU

Размер: Миди

Статус: Закончен

События: Путешествие во времени, Дамбигад, Родомагия

Саммари: Мечтать уйти и неожиданно вернуться не всем дано... А тот, кто смог - несчастлив он иль счастлив?..

Предупреждение: ООС, Смерть персонажа

Комментарий автора: Попытка написать фик о любимом персонаже, с его точки зрения, но так как он противоположного автору пола, просьба сильно не бить... я пыталась...

Осторожно, в комментариях имеется спойлер. Каюсь :(

Указанная в предупреждении смерть персонажа относится к второстепенным героям.

Фанфик состоит из двух частей, на этом сайте объединенных.

https://ficbook.net/readfic/4025134 Впадая в детство

https://ficbook.net/readfic/4052761 Вторая молодость

Страница произведения: http://www.fanfics.me/fic92279

Часть 1. Впадая в детство. Глава 1

Умирать было противно… Нет, он знал, что его смерть в любом случае не будет выглядеть, как шикарная дама в шёлковом белье и с венком асфоделей на буйных кудрях, но истекать кровью, лёжа на пыльном полу Визжащей Хижины…

Это смахивало на издевательство или дешёвую комедию. Он уже третий раз валялся здесь, среди обшарпанной мебели, сорванного пыльного балдахина и поеденных молью ковров. То, что не удалось Люпину и Поттеру с друзьями, наконец-то смог осуществить Лорд… и то не сам, а с помощью своей змеи.

Северус прекрасно знал свойства яда этой рептилии и вполне мог сварить себе зелье для его нейтрализации, но зачем? Что ждало его после?

Победа Лорда означала ещё одну мучительную смерть, а победа Поттера… точнее, победа Светлых сил, ведь мальчишка должен умереть… Так вот, победа безмозглых, яростно ненавидевших его орденцев грозила Азкабаном.

Он мог сбежать, но он устал. Устал многие годы скрывать свои мысли, эмоции, чувства. Устал засыпать и просыпаться с ощущением безвозвратной потери той, что была добра к нему, пусть и недолго.

Он виноват в том, что она так рано покинула этот мир, и он готов был ответить за свой поступок.

Он отдал все долги, хотя и не поквитался со всеми врагами. Он предал подругу, убил учителя и отправил на смерть ученика. Теперь же его ждала, как он смел надеяться, вечность и встреча с Лили.

Нет, он не рассчитывал быть с ней в посмертии, с ней рядом были другие, более важные для неё люди. Он просто надеялся, что сможет хоть на мгновение увидеть Лили, чтобы успеть попросить у неё прощения за те ошибки, что он сделал и за те слова, что он когда-то произнёс.

Душа становилась всё легче и всё сильнее стремилась вырваться из бренной оболочки, кровь толчками покидала тело, засыхая тёмными липкими пятнами на руках, одежде и досках пола.

Всё-таки, умирать было противно…

* * *

Сознание, покидавшее Северуса постепенно, вернулось как-то неожиданно и резко, заставив его подскочить на кровати, хватая ртом воздух и ощущая, как по покрытой липким потом спине проходится сквознячком холодный воздух из рассохшегося окна.

Кровать?.. О чём это он?.. Северус точно помнил, что умирал на полу… Неужели его спасли?! Зачем? Кто?

Мириады вопросов поднимались со дна сознания, гудя как рой рассерженных диких пчёл, разбуженный очередным сладкоежкой. Гул в голове грозил перерасти в полноценный обморок и Северус поспешил опереться рукой на кровать. Худенькой детской рукой с обломанными ногтями и заусенцами…

* * *

Северус испытывал сильнейшую потребность добраться до зеркала, которое в этом доме имелось только в ванной комнате. Оттолкнувшись от кровати, он, пересиливая слабость, побрёл к двери. Ему хотелось убедиться, что это действительно он, хотя комната, в которой он очнулся, явно принадлежала ему.

Странно, он не помнил, что болел чем-то серьёзным в детстве. Хотя, следовало признать, что он и из-за грани не возвращался. Уж этот момент он бы запомнил. Значит, это с ним происходит в первый раз, если, конечно, это не выверты умирающего мозга.

На ослабевших ногах он добрался до ванны и вцепившись в раковину, уставился в старое, с потрескавшейся амальгамой зеркало. Из зеркала на него смотрел он сам, десятилетний, с волосами, слипшимися от пота, с большим носом и бледной кожей.

Растянутая майка, застиранная до серого цвета, резко контрастировала с почти неестественно бледной кожей шеи и рук. Выпирающие ключицы, острые, как пара ножей, которые, казалось, без труда разрежут тонкую, без малейшей прослойки жира, натянутую на них кожу, явно показывали, что он в детстве недоедал.

Повзрослев, он постарался забыть об этом, но теперь взгляд в зеркало снова напомнил ему о его детстве. Оно вернулось, точнее, вернулся он сам. Это было невозможно, нереально, но это было.

* * *

Внизу хлопнула входная дверь и раздался ненавистный голос, который часто звучал в его ушах даже через много лет после того, как его обладатель упокоился на бедняцком кладбище Коукворта. Тобиас Снейп, его отец, магл, сведший в могилу свою жену, его мать.

— Где ты, ведьма?! Твой муж вернулся и хочет есть! Тащи сюда свою тощую задницу!

На кухне загремели кастрюли, что-то стеклянное, жалобно зазвенев, окончило свою жизнь на кафельных плитках пола, и Северус различил шаги своей матери, спешащей спасти свою немногочисленную утварь.

Её появление, как догадался Северус, вызвало новый поток брани, и он почувствовал раздражение и нежелание по второму разу проживать такую жизнь. Ни он, ни его мать не заслуживали такого отца и мужа, и в этот раз он сможет побеспокоиться о том, чтобы тот своим присутствием не отравлял им жизнь.

Некоторые знания Мастера зелий несомненно пригодятся для кардинального решения этой проблемы. Когда придёт время ехать в школу, он бы не хотел, чтобы мать оставалась наедине с этим чудовищем.

Северус постарался взять себя в руки. Он уже не маленький мальчик и должен сдерживать желание всё разрушить на своём пути. Месть, как и желание доказать, что ты лучший, не всегда приводит к желаемому результату, уж ему ли этого не знать.

Возможно, стоит постараться понять родителей, ведь мать почему-то вышла за отца замуж и терпела от него брань, хотя надо отдать отцу должное, он никогда не поднимал на неё руку, предпочитая хороший скандал. Но вот прохаживаться по тылам Северуса Тобиас никогда не забывал.

Именно располосованная задница послужила основой для возникновения ненавистной клички. Первого сентября в поезде сидеть Северусу было больно до слёз, а попросить у матери заживляющее зелье, значило опять дать повод для скандала родителей.

Вспомнив о школе, он тут же вспомнил о Лили, которая здесь была жива. Ему захотелось немедленно побежать на детскую площадку, куда та приходила, и убедиться, что Лили не плод его глупого воображения, напоследок решившего порадовать хозяина.

Попытавшись умыться, Северус понял, что его желания не соответствуют его возможностям. Противная слабость всё ещё не покинула его тело и ему ничего не оставалось, как отправиться обратно в кровать, в которой он только и мог, что обдумывать случившееся.

Не понимая, как такое произошло, он всё же был рад данному ему второму шансу и, перебирая воспоминания, он решил, что стоит изменить свою жизнь. Начать следовало с окружения. Единственное, что он не собирался менять, было знакомство с Лили, но даже оно требовало коррекции.

Её противная сестра… Не стоило говорить ей гадости и сбрасывать на голову ветки. А сможет ли он это сделать? Есть ли в нём магия? Не посмеялось ли над ним провидение, дав новую жизнь и забрав одну из тех составляющих, без которых он её не мыслил?

Сосредоточившись, Северус призвал лежащий на подоконнике носок, который через мгновение спустя оказался у него в руке. Его магия осталась с ним! И не только осталась… Северусу показалось, что она усилилась, во всяком случае, это было беспалочковое заклинание, а не стихийное, что говорило о том, что все или почти все его навыки остались при нём, лишь бы сил хватило.

Обдумывая дальнейшую жизнь, Северус решил, что на следующий год в школу он должен отправиться не в поношенной одежде, а значит, нужны деньги и он, кажется, знает, как их достать. Также они нужны, чтобы иметь возможность заботиться о матери, но именно сейчас его интересовала только Лили и с этой мыслью он заснул, не обращая внимания на разгорающийся на первом этаже скандал…

* * *

Утро началось с бурчащего с голодухи живота и ощущения, что жизнь — отличная штука. Северус не знал, что именно перемкнуло у него в голове и заставило так подумать, но это ощущение счастья, которое не посещало его уже много лет, заставило вскочить с постели и убедиться, что вчерашней слабости нет и в помине.

Понимание того, что всё происходит так, как надо, гнало Северуса вон из пыльной комнаты и он не стал ему сопротивляться, отправившись в ванну.

Один раз решив, что изменит свою жизнь, он начал с малого. Вода в баке, которая нагревалась раз в неделю из-за нехватки денег на газ, была нагрета магией, хоть и не сразу.

С ожесточением натираясь старой жёсткой мочалкой, которую не удалось нормально намылить, так как почти весь обмылок ушёл на мытьё головы, Северус чувствовал, что с потом уходит он сам, прежний, тот Сопливус, которого не любила Лили и презирали Мародёры.

Душа отмывалась вместе с телом, теряя старую, заскорузлую броню, в которую была запрятана семнадцать лет назад… или одиннадцать лет вперёд.

Обернув вокруг тощих бёдер старое полотенце, Северус отправился в свою комнату, где, покопавшись немного в шкафу, нашёл ту самую рубашку.

Кружева были срезаны недрогнувшей рукой, рукава укорочены и подвёрнуты, а длинные полы завязаны узлом на животе, создавая совершенно непривычный для него образ. Старые брюки, давно ставшие короткими, превратились в бриджи, и Северус не мог не порадоваться, что сейчас лето и его вид не войдёт в противоречие с погодой.

Спустившись на первый этаж, он отправился прямиком на кухню. Мать была там и это снова стало потрясением. Одно дело знать, что ты вернулся и все ещё живы, а другое — видеть человека, с которым, казалось, попрощался навек, иметь возможность прикоснуться, услышать голос, уловить знакомые и родные запахи…

— Мама, — прошептал Северус, но его услышали.

Эйлин обернулась и он поразился, насколько его мать, оказывается, молода. Ведь в детстве не замечаешь возраст родителей, а потом, вырастая, забываешь, что они когда-то были молодыми.

Мать вглядывалась в его лицо, будто ища что-то или удивляясь переменам.

— Северус, кушать хочешь? — спросила она.

На вопрос отозвался его желудок, согласно заурчав, отчего Снейп покраснел и кивнул головой, снова было, по привычке, попытавшись закрыться волосами, но, вспомнив о своём решении, выпрямился и взглянул матери в глаза.

— Хочу, — произнёс он голосом, немного хрипловатым после сна.

* * *

Смолотив предложенную матерью овсянку и постеснявшись попросить добавки, Северус всё же выбрался на улицу. Дождя не было и это немного примиряло его с окружавшим пейзажем.

Коптящие неподалёку трубы пытались спрятать в клубах дыма солнце, но то не поддавалось, весело выглядывая между ними и разбрасывая солнечных зайчиков в чистые окна, бывшие здесь достаточно редкими.

Рабочие кварталы Коукворта были не тем местом, где хотелось степенно гулять, наслаждаясь видами. Утром и вечером каждый будний день по этим улицам проходили толпы бесконечно уставших мужчин, а днём по ним бегали дети и спешили домохозяйки, отправившиеся на поиски скидок и распродаж.

Направляясь на соседнюю улицу, Северус старался держаться теневой стороны, внимательно посматривая по сторонам. Воспоминания детства оживали, и в его сегодняшние планы не входила встреча с Долговязым Арчи и его бандой.

Будучи ребёнком, Снейп не раз улепётывал от них, опасаясь за сохранность мелких монет, очень редко гостивших в его карманах, а также за целостность своих зубов, которые Арчи так и норовил ему пересчитать. Магия не всегда помогала.

Сейчас же он опасался, что, наткнись на него эти мелкие засранцы, он не выдержит и проклянёт их чем-нибудь заковыристым.

Вскоре появилась игровая площадка, на которую он стремился всей душой. Качели, на которых так любила раскачиваться Лили, были заняты малышнёй и Северус, притаившись в кустах, приготовился к долгому ожиданию.

До этого он довольно часто наблюдал за дочерьми инженера, недавно приехавшего в их городок и поселившегося в большом доме на Риджент-стрит, улице, где стояли дома заводского начальства.

Сегодня же был как раз тот день, когда он решился познакомиться с рыжеволосой девчушкой, о которой он точно знал, что она ведьма. И именно с этого момента судьба повела его той дорогой, которая и закончилась в мае девяносто восьмого на грязном полу Визжащей Хижины.

* * *

Ждать пришлось долго и Северус успел продрогнуть, пожалев об отцовской куртке, которая, хоть и была ему велика, но имела одно несомненное достоинство — она была достаточно плотной, чтобы не дать ему продрогнуть не очень-то и тёплым в их местах летом.

Но все проблемы отошли на второй план в тот момент, когда он увидел появившихся на площадке сестёр Эванс. В этот момент ему показалось, что снова выглянуло солнце, незадолго до этого в очередной раз спрятавшееся за тучи. Красного золота волосы младшей свободно струились по плечам и Северус, кажется, забыл как дышать, засмотревшись на давно и, казалось, безвозвратно потерянную подругу.

Лили Эванс была… она была маленькой девочкой, в коротеньком платьице, с трудом прикрывавшем коленки. Капризные нотки в её голосе, когда она заспорила с сестрой, заставили Снейпа отмереть и выглянуть из кустов. Знакомство непременно должно состояться, но теперь он поведёт себя по другому.

— Здравствуйте, — произнёс он, поглядев на девочек, — вы не будете возражать, если я присоединюсь к вам на площадке?

Его речь была правильной и он в который раз мысленно поблагодарил мать, которая приучала его говорить литературным языком. Потом в школе ему помогал Люциус, прививая нищему мальчишке манеры, которые не смогла привить уставшая и часто болевшая Эйлин, которой было некогда следить за сыном.

К моменту своей смерти Северус уже ничем не напоминал выходца из рабочих кварталов, и сейчас он постарался произвести на интересовавших его девочек хорошее впечатление.

— Меня зовут Северус Снейп, я живу тут неподалёку…

Петунья посмотрела на него изучающим взглядом, но, видимо, придя к выводу, что они могут поговорить с мальчиком, который оказался не таким странным, как она слышала, произнесла:

— Я Петуния Эванс, а это моя сестра Лили. Ты можешь играть здесь, надеюсь, что ты не будешь нам мешать.

Северус заверил её, что у него и в мыслях не было мешать им, и присел на скамейку, любуясь своей будущей подругой. Через некоторое время девочки, которые нет нет да и поглядывали заинтересованно в его сторону, поинтересовались, почему они не видели его на площадке раньше.

Постепенно завязалась беседа, поддерживая которую, Северус ловил себя на мысли, что он странно себя чувствует, разговаривая с детьми. Постаравшись вспомнить ощущения и мысли, бывшие у него в детстве, он не мог не порадоваться своему умению прятать свои эмоции и мысли за окклюментивными щитами.

Его взрослому сознанию были не интересны рассуждения сестёр Эванс о школе и играх, и только возможность быть рядом с Лили, глядеть в её зелёные глаза, примиряло его с создавшейся ситуацией.

Через некоторое время сёстры, вспомнив об обеде, заторопились домой, а Северус остался сидеть на качелях, пытаясь решить, правильно ли он поступил, не став в этот раз рассказывать Лили о том, что она ведьма.

В итоге, решив, что он прав, и пусть уж эту удивительную весть семейству Эванс принесёт Минерва или кто там сейчас отвечает за просвещение маглорождённых, Северус отправился домой, представляя реакцию Лили, когда она обнаружит его первого сентября едущем в том же поезде, что и она.

* * *

Через несколько дней после памятного дня, когда он вернулся, Северус попытался разговорить мать на тему её брака с отцом. Эта миссия оказалась провальной, мама не желала делиться с ним столь важными сведениями.

Решив сильно не усердствовать, он отправился в домашнюю лабораторию, вход в которую был скрыт маглоотталкивающими чарами. Благодаря им Тобиас даже не помнил, что в их доме имеется подвал.

Мать, насколько он помнил, никогда не возражала, если он желал находиться в зельеварне и даже с удовольствием пользовалась его помощью, когда варила зелья для домашней аптечки. Вот и сейчас она продолжала спокойно сидеть на диване с книгой, не обращая внимания ни на него, ни на пыль и грязь, которая покрывала все горизонтальные поверхности комнаты, пытавшейся выдать себя за гостиную.

Северус задумался, почему мать, имея возможность колдовать, когда отец отсутствовал, не пыталась привести жильё в надлежащий вид? Он мог бы понять, если бы у неё не было времени.

Сам он, будучи занят преподаванием, учениками, приходящими на отработки, проверкой в большинстве своём безграмотных эссе, патрулированием школьных коридоров, варкой зелий для больничного крыла, а впоследствии ещё и для Лорда, и Ордена, выматывался настолько сильно, что с трудом доползал до кровати, элементарно не имея возможности привести себя в порядок, благо в его распоряжении было Бодрящее зелье, эльфы и очищающие чары. А ведь хотелось ещё и эксперементировать…

Мать же не была занята ничем. За домом она не следила, готовила, честно говоря, плохо, за продуктами ходила редко, так как отец не баловал их деньгами. Создавалось впечатление, что кто-то проклял её и она утратила желание жить, проводя на диване почти всё своё время, уткнувшись в очередную книгу.

Лишь иногда она спускалась в лабораторию, чтобы сварить что-то из заканчивающихся зелий. Ингредиенты она покупала на Диагон-Аллее, отправляясь туда тогда, когда умудрялась выкроить несколько фунтов из той части зарплаты, что Тобиас считал нужным отдать своей семье.

* * *

Завозившись в лаборатории, Северус выбрался из неё только к вечеру. Ингредиентов было мало, но он умудрился сварить мазь от ушибов. Не то, что она была ему нужна, он надеялся как можно дольше избегать общения со своим отцом, но варка давно изученных зелий всегда приводила его мысли в порядок, и почти автоматически помешивая меняющую цвет субстанцию, он рассуждал о том, почему он вернулся.

Что такого важного он не сделал в прошлой жизни, что ему дали второй шанс?.. Не изобрёл зелье? Не зачал сына, будущего великого мага? Не убил Волдеморта?

Последняя мысль была вообще из ряда вон. Он не собирался убивать Риддла, он вообще подумывал о том, чтобы тихо-мирно закончить в этот раз школу и, может быть, уехать из Англии. Лили все равно не посмотрит на него как на мужчину, да и ему сложно теперь воспринимать её не как ребёнка, а быть ей другом он сможет и на расстоянии. Только надо уговорить её не ввязываться в противостояние и повременить с рождением детей…

Проходя мимо гостиной, он увидел отца, спавшего на диване, возле которого валялась бутылка. Вылившееся из неё пиво расстеклось по полу лужей, привлекающей мух, и в начинающихся сумерках напомнило ему о собственной крови, застывшей возле тела, оставшегося в Визжащей Хижине.

Брезгливость, которую ощутил в этот момент Северус, наложилась на ненависть к отцу, всю жизнь сопровождавшую его. Этот пьяный ублюдок унижал его, испортил его матери жизнь и в итоге свёл её в могилу!..

Почти не осознавая, что делает, он подобрался к отцу на расстояние вытянутой руки, стараясь не наступить в вонючую и липкую лужу, и прикоснулся к его груди, ощутив, как размеренно бьётся сердце.

Было очень глупо со стороны светлых магов считать, что непростительных существует лишь три. Убить человека можно гораздо большим количеством способов и он знал об этом побольше многих. Ему даже не придётся варить зелье…

Для того, чтобы вызвать аритмию и понизить давление, ему не нужна палочка. Раньше он умел это делать и без неё. К утру Тобиас умрёт и никто, ни маги, ни маглы, не обнаружит истинную причину этого.

Маглы решат, что у его отца не выдержало сердце, всё же пить так много вредно для здоровья, а маги, даже если почувствуют остаточный магический фон, не смогут ничего доказать. Палочка матери чиста, а смерть магла — это не такое уж серьёзное событие, чтобы пытаться в нём разобраться.

Когда Северус засыпал, его совесть, закалённая годами служения двум лидерам, спокойно заснула вместе с ним.

А душа?.. Ей было не привыкать рваться на части…

Глава 2

Всё прошло именно так, как он и ожидал. Вызванный матерью врач констатировал смерть и сообщил в полицию. Явившийся констебль удовлетворился заключением медика о естественности смерти, не желая возбуждать дело.

Тобиас Снейп был похоронен на деньги, выделенные фабрикой, на которой он работал, а перед его женой и сыном встал вопрос, что они будут есть завтра. Страховые выплаты миссис Снейп были не положены, так как её муж умер не на рабочем месте.

Значит, ей надо было либо обращаться за пособием, либо искать работу, но Северус сомневался, что матери это под силу. Он, как всегда, поспешил, поддавшись эмоциям. Разрешил гневу взять верх над разумом, и подвёл мать. А может, это было правильным решением? Теперь мать проживёт намного дольше, а он, отцеубийца, примет ещё один грех на свою душу…

* * *

Северус, прожив почти всю жизнь в магическом обществе, понятия не имел о всех выплатах и пособиях, полагавшихся женщинам с детьми, поэтому появление после похорон на их пороге дамы-активистки из местного отделения известной общественной организации очень его удивило.

После разъяснения этой особой матери всех её прав, дама перешла на перечисление обязанностей, и Северус узнал, что одной из них является его посещение местной школы, опять-таки, в обязательном порядке, иначе мать могут и наказать, обвинив в пренебрежении нуждами ребёнка.

Мать без колебаний воспользовалась волшебной палочкой, применив Конфундус, и выставила доброхотку за дверь, но сведения о пособиях признала полезными и решила ими воспользоваться.

Северус уже заметил, что мать стала решительнее, со смертью мужа будто очнувшись от долгой болезни, и у него снова возникла мысль о проклятии. Возможно, её родственники, недовольные её замужеством, прокляли её, привязав проклятие к браку. Теперь же, когда мать стала вдовой, оно ослабело или даже вовсе сошло на нет.

Он мог припомнить несколько таких проклятий, упоминаемых в разных источниках, так что его подозрения могли оказаться правдой. Возможно, он смог бы в этом разобраться, но не раньше, чем раздобудет денег. На данный момент именно это было первоочередной проблемой.

* * *

С помощью акцио и палочки матери разжившись первоначальным капиталом, Северус дал себе слово, что больше не опустится до воровства. Одно дело украсть булочку или яблоко, когда хочешь есть, другое — промышлять кражей кошельков.

Матери была озвучена версия о найденой заначке отца.

Уговорив мать отправиться на Диагон-Аллею, он оказался обладателем кучи нужных ингредиентов и договора на поставку простейших лечебных зелий, заключённого от лица матери, которая молча стояла, удивляясь, в лавке человека, назвавшегося Энди Вонючкой, у которого, как оказалось, задёшево можно было разжиться и зельями, и ингредиентами.

Правда, они были не лучшего качества, но даже в этом случае Северус умудрился выбрать лучшее из худшего, заставив миссис Снейп поверить, что её сын когда-нибудь станет известным Мастером зелий.

Это понимание очень способствовало тому, что она поддержала его начинание, оставив Энди в полной уверенности, что она очень компетентная, хотя и застенчивая особа.

* * *

Северус старался как можно чаще видеться с Лили, спеша каждый день на игровую площадку и огорчаясь, когда не заставал её там. Хотя стоит признать, что они почти не общались.

Снейп, привыкший за многие годы к одиночеству и уставший от поколений школьников, учившихся у него, с трудом переносил разговоры с сёстрами Эванс. Тем более о волшебстве он говорить не желал, а других тем у них почти не находилось.

Оказалось, что терпеть глупые девчачьи разговоры очень сложно, даже если в них участвует обожаемая тобой особа. К тому же Северус не раз ловил себя на мысли, что чувствует себя педофилом. И, в конце-концов, решил, что пока ему не стоит часто видеться с Лили.

Осуществить это решение оказалось совсем не трудно. Заказы на зелья, сначала получаемые пару раз в неделю, постепенно увеличились и, наконец, посыпались как из рога изобилия. Снейп целыми днями пропадал в лаборатории, помогая матери, которая всё ещё не доверяла ему весь процесс.

К тому же его организм, будучи детским, быстро уставал и Северус иногда просто не мог справиться с усталостью, пугая мать упадком сил. Тогда она отправляла его отдыхать, грозя полным отлучением от котла.

Сама же Эйлин, пропив курс укрепляющих составов, на который её уговорил сын, воспряла духом, и не только с удовольствием взялась за варку зелий, но и привела в порядок дом, в очередной раз убедив сына, что проклятие на ней было и завязано оно было на Тобиаса. Теперь же, судя по всему, от него не осталось и следа.

* * *

Рождество Эйлин Снейп и её сын Северус встречали вдвоём за праздничным столом, с пышной елью в гостиной и ароматом корицы и апельсинов по всему дому. Миссис Снейп постаралась восполнить сыну все те праздники, которые он не отметил по её вине, и расстаралась, накупив вкусностей. А под ёлкой ждал подарок.

Северус, даже уже будучи взрослым, нечасто получал на рождество подарки. Обычно это была бутылка хорошего вина от Люциуса или тёплые носки, которые так любил дарить Альбус. В отрочестве он получал в подарок шоколадных лягушек, отправляемых ему Лили, пока они не поссорились.

Но в детстве, до поступления в Хогвартс, он не помнил, чтобы мать, а тем более отец что-то ему дарили. Хотя нет, как-то ему достался целый фунт, сунутый в его руку матерью, втихомолку и с оглядкой.

И вот теперь он держал в руках красиво упакованный свёрток, который боялся открыть.

Мать смотрела на него, ожидая, когда же он решится разорвать обёртку, и Северус, почувствовав подступающий к горлу комок, рванул серебряную фольгу, пытаясь скрыть слёзы. В его руках тут же мягко развернулся кашемировый свитер, своим цветом напоминая то ли о глазах Лили, то ли о родном и ему, и матери факультете.

— Спасибо, мама, — произнёс Северус срывающимся голосом, — он такой красивый.

— И тёплый, — улыбнулась Эйлин.

— Я тоже приготовил тебе кое-что, — застеснявшись вызванных неожиданным материнским подарком чувств, Северус протянул Эйлин красивый кожаный блокнот. — Он зачарован, страницы в нём долго не закончатся.

— Спасибо тебе, — проговорила Эйлин, обнимая сына, — но где ты взял деньги?

Снейпу совсем не хотелось рассказывать о нескольких своих вылазках, но мать как-то сразу задала самый сложный для него вопрос.

— Я кое-что заработал, — попытался извернуться он.

— Сынок, тебе не стоит ходить в Лютный, это может быть опасно. Я так о тебе беспокоюсь, Северус!

— Всё хорошо, мама, не волнуйся, я могу постоять за себя, я уже взрослый, — фыркнул Снейп, в очередной раз забыв, как выглядит.

— Конечно, взрослый, — улыбнулась Эйлин, — Ведь через несколько дней тебе исполнится одиннадцать. Но ты всё равно ещё ребёнок, хоть я и должна признать, что ведёшь ты себя не как обычный мальчик твоего возраста. Но это не помешает мне закрыть камин, чтобы не дать тебе добраться до Лютного или Хогсмида с его Запретным лесом. Северус, пожалуйста, не заставляй меня волноваться, я и так не прощу себя за то, что ты вырос слишком самостоятельным и в одиннадцать ведёшь себя так, будто тебе двадцать. Прости меня.

* * *

Своё одиннадцатилетие Северус встретил с ужасом, только сейчас полностью осознав, чем грозит ему этот год. Снова отправиться в Хогвартс, сидеть в аудиториях, изображать интерес к объяснениям профессоров, махать палочкой, проговаривая те заклинания, которые уже много лет получались у него по мановению руки.

Палочка… Единственный плюс был в том, что он снова сможет заполучить в руки свою собственную первую палочку, много лет прослужившую ему верой и правдой. Надо будет сходить на Диагон-Аллею завтра же, ведь совсем необязательно дожидаться лета.

Именно об этом думал Снейп, когда вечером девятого января возвращался домой после посещения кинотеатра с Петуньей и Лили, куда они затянули его, утверждая, что это самое лучшее развлечение из тех, что они могут придумать, раз уж он не хочет отмечать свой день рождения как положено, с тортом и подарками.

На кино он согласился, и теперь, проводив девочек, наконец-то добрался до дома, спотыкаясь и ворча по поводу коротких зимних дней, из-за которых он вынужден брести в потёмках.

— Кажется, он наконец-то явился, — услышал он ворчливый голос, который был ему незнаком. — Ты плохо воспитываешь сына, Эйлин! Позволять ему шататься по улицам ночью!

— Раньше вас не волновало, где шатается ваш внук, матушка, — раздался голос матери, и Снейп удивлённо замер в неудобной позе с полуснятым ботинком в руках.

«Матушка?.. Внук?.. Неужто явились Принцы? Или это родители папаши? Хотя вряд ли мать назовет свекровь матушкой, так что это всё же магическая часть моих предков снизошла до нашего посещения.»

Сделав такие выводы, Северус продолжил раздеваться, решив, что сейчас всё равно всё выяснится.

— Не смей так разговаривать с матерью! — прозвучал ещё один недовольный голос, и Снейп поспешил в гостиную, желая защитить мать от так нежданно появившихся родственников.

— Кто вы такие и как смеете кричать на мою мать?! — наверное, со стороны это смотрелось комично, но Северусу было наплевать, и он задал этот вопрос, грозно глядя на двух волшебников, сидящих на их потрёпанном диване.

То, что это волшебники, сомнений у него не было. Черноволосый мужчина в строгом чёрном сюртуке и брюках тёмно-зелёного цвета, сжимающий в руках узловатую трость, чьё навершие представляло собой голову разъярённой мантикоры, сидел, небрежно покачивая ногой, перекинутой через колено. Туфли, бывшие на нём, при малейшем движении ловили свет тусклой лампы, освещавшей комнату.

Презрительное выражение лица гостя напомнило Северусу его собственное, виденное им в зеркале многие годы спустя.

Рядом сидевшая женщина в элегантной мантии густого бордового цвета и в чёрной ведьмовской шляпе смотрела на него более благосклонно, но это совсем не могло обмануть Снейпа. С этими гостями следовало держать ухо востро.

— Значит, это и есть наш внук? — внимательно рассмотрев Северуса с головы до ног, спросил маг. — Эйлин, я разочарован, у него совсем нет манер.

— Что поделать, mon papa, я растила его не на паркетных полах «Вороньей башни», куда уж ему, уличному мальчишке! Но вилку и нож он держать умеет, — отозвалась Эйлин, чей нерадостный вид явно давал понять, что гости пришлись не ко двору.

— Ты стала очень дерзка, дочь, и хочу заметить, плохо выглядишь, — почти прошипела ведьма.

— Говорите, что вам нужно и убирайтесь! — голос миссис Снейп сорвался на крик, и Северус поспешил подойти к матери, чтобы успокоить, а в случае чего, и защитить.

Уж вытащить материнскую палочку у неё из-за пояса, где она торчала, он сможет почти мгновенно.

— Вы многие годы не вспоминали о нашем существовании, так зачем явились сейчас?! Если позлорадствовать, то увы, не получится. Мы не подыхаем с голоду и не просим милостыню, так что вам здесь радоваться нечему.

— Юлиус при смерти… — проговорила бабка.

— И что? Насколько я помню, он кричал громче всех, когда вы выставили меня вон из-за малейших подозрений, постаравшись забыть, что вы маги и легко можете проверить, на чьей стороне правда. Он обзывал меня шлюхой, потому что всегда завидовал тому, что меня, якобы, больше любят. И вы предпочли поверить ему!

Вы выкинули меня из дома и мне, чтобы выжить, пришлось выходить замуж за первого попавшегося магла. Потом-то, я думаю, вы смогли убедиться, что навет на меня был ложью от начала и до конца.

Если вы не выжгли моё имя с гобелена, то должны знать, что мой сын родился на полгода позже ожидаемых вами сроков. И хотя он полукровка, но я люблю его и только за это вам благодарна. Спасибо вам и покиньте мой дом! Я не желаю иметь с вами ничего общего!

Эйлин, наконец-то выговорившись, замолчала, указывая родителям на дверь, но те не сдвинулись с места.

— Ты слышала, что сказала твоя мать? Твой брат умирает и хочет попросить у тебя прощения. Ты должна проститься с ним. К тому же, мы пришли, чтобы забрать тебя с внуком домой, ты вдова и не можешь жить одна.

— То есть, вы хотите сказать, что ваш любимый сынок так и не подарил вам внука, и зачем-то торопится умереть? Поэтому вы вспомнили о полукровке, который сможет продолжить род? А если бы я, как прежде, была замужем за маглом, вы бы не вспомнили обо мне? Убирайтесь! Надеюсь, Юлиус всё же поправится, и вы навсегда забудете сюда дорогу!

Северус с удивлением слушал материнские откровения, узнавая о родне много интересного. В прошлой жизни он и понятия не имел о родственниках матери до самой её смерти. Уже после он попытался их разыскать, но на его единственное письмо ему не ответили, и он решил не навязываться.

Теперь он увидел, что решение было правильным. Тогда он, полукровка с живым отцом-маглом, уж точно не был им нужен. К тому же их отказ от него говорил о том, что неизвестный ему дядюшка Юлиус не только выжил, но и смог обзавестись детьми.

Сейчас же возникла мысль, что родня может захотеть выдать замуж его мать, чтобы подстраховаться даже в случае благоприятного для них развития событий и получить чистокровного наследника, а его прибить по-тихому.

«Ну уж нет, этого он им не позволит! Следует побеспокоиться о своей безопасности. Матери надо как-то объяснить, что для него, Северуса, бабушка с дедушкой могут быть опасны. Не сейчас, через несколько лет, но всё же.»

Снейп взял мать за руку, надеясь, что она успокоится.

— Твой сын есть на гобелене, — заговорил его дед. — Если Юлиус умрёт, то он станет Наследником Рода, ты должна гордиться.

— Я изгнанница, опозоренная и забытая!.. Так чем же я должна гордиться? Тем, что на меня косо смотрят одноклассницы, встречая на Диагон-Аллее? Тем, что над Северусом будут издеваться, прекрасно понимая, что он наследник только из милости? Спасибо, но нет. Мы с ним Снейпы, Снейпами и останемся.

— Может, мы сможем сварить зелье, чтобы дядя поправился и нас оставили в покое? — вопрос, вроде бы произнесённый шёпотом, услышала не только мать.

Дед с удивлением воззрился на внука, а бабка фыркнула рассерженной кошкой:

— Принцы всегда были отличными зельеварами, и не тебе, щенку, учить нас варить зелья!

— Ну нет, так нет, — произнёс Северус, пренебрежительно поднимая бровь и разводя руками.

Он просто мечтал выпроводить родню из дома. Как он успел убедиться, сейчас они матери ничего плохого не сделают, а любоваться на их лица… Упаси Мерлин, с него хватит!

* * *

Глава 3

Родственники больше не появлялись. Северус уже было решил, что про них решили забыть, и был несказанно этому рад. Жизнь потихоньку наладилась, заказы поступали регулярно, и матери удалось отложить неплохую сумму для покупки ему школьных принадлежностей и одежды.

* * *

Раз в неделю, обычно по выходным, Северус уходил гулять с Лили и Петуньей. В этой жизни он сдерживал свою злость и язвительность как мог, и старшая из сестёр Эванс считала его неплохим парнем, хотя и несколько эксцентричным.

Прогулки их уже давно подчинялись определённым правилам. Если была хорошая погода, то они бродили по улицам в приличном районе, сидели на игровой площадке или ходили в кино, к которому Северус неожиданно пристрастился.

Если же погода была неподходящей, то девочки приглашали Северуса в гости. Ему нравилось общаться с миссис Эванс. Эта милая домохозяйка, хлопоча по дому, успевала уделить время и ему, и дочерям, интересуясь учёбой и развлечениями, поэтому Северусу приходилось изворачиваться, отвечая на её вопросы.

В конце-концов, у него появилась мысль о том, что он вполне может попробовать получить магловское образование, учась заочно. Ведь в Хогвартсе ему будет особо нечем заняться, а изучение магловских школьных дисциплин не даст умереть ему со скуки.

Он поговорил с матерью, которая, выслушав его доводы о двойном образовании, прониклась идеей, пообещав узнать, как бы они могли осуществить эту задумку. Если всё получится, Северус мог бы попытаться уже этим летом сдать экзамены за начальную школу.

Снейп с нетерпением ждал лета, гадая, изменится ли поведение Лили после того, как она узнает о магическом мире. Время от времени он замечал, как девочка колдует и с трудом сдерживался, чтобы не нарушить данное самому себе обещание молчать.

Было очень интересно, проговорится ли подруга ему, когда узнает о Хогвартсе? Вроде не должна, а вдруг?

Сам Северус уже вовсю колдовал купленной ему палочкой. Ею оказалась его старая знакомая из чёрного дерева и жилы дракона. Видимо, даже смерть не смогла изменить его характер и его выбор инструмента для колдовства.

Прекрасно зная, что министерство в большинстве случаев не отслеживает каждую палочку отдельно, он запросто колдовал, не волнуясь о запрете, заново пытаясь установить границы возможностей своего нынешнего тела.

Простейшие заклинания у него получались и сейчас, некоторые даже не требовали палочки. Более сложные чары требовали от него большей отдачи, приводя к упадку сил. С зельями было проще, ему играючи давались многие сложные составы и это наполняло душу Северуса радостью.

Магическое ядро ребёнка отличается нестабильностью и формируется постепенно. Снейп прекрасно знал об этом, и в своё время наварил для Помфри не один котёл зелья, восполняющего потерю магии. Многие подростки должны были быть ему благодарны за то, что могут колдовать, не перегорев и не став сквибами.

Сейчас же он сам стал таким подростком, которому не терпелось колдовать так, как колдует взрослый маг, тем более он знал, каково это, ощущать ту магию, что была ему доступна. Как он смог выяснить, его сила возросла по сравнению с тем, какой она была в этом возрасте раньше, но ему все равно этого не хватало.

Пару раз, перестаравшись, он получал нагоняй от матери, которая забирала палочку, так что в итоге смирился и решил, что спешить ему некуда и он подождёт с тренировками до Хогвартса, к тому же сам замок способствовал обучению, являясь одним из мест силы.

* * *

Углубившись в учебники, которые он выпросил у миссис Эванс, сообщившей ему как-то, что никогда не расстаётся с купленными книгами, Северус настолько заинтересовался изучением магловских наук, что был удивлён наступлением сразу после зимы лета, настолько быстро мимо него пролетело время.

Ему даже стало стыдно, ведь он за учёбой почти забыл о Лили, хотя, как ему показалось, она не слишком страдала от его невнимания. Может быть он и был неправ, но раньше, когда у них была одна тайна на двоих, она испытывала большую потребность в общении с ним.

Сейчас же, из-за принятого им решения и, как ни крути, разницы в возрасте, они не были дружны так, как раньше. В какой-то степени это огорчало его, но он оправдывал себя тем, что в Хогвартсе всё будет по-другому.

* * *

Принцы снова объявились в начале лета. О чём они говорили с матерью, Северус не узнал, так как столкнулся с ними на пороге, возвращаясь с прогулки. Настроение было аховое, Лили вздумалось отчитать его за, как она выразилась, «хамское поведение» по отношению к её школьной подруге. А нечего той было заявлять, что Северус выглядит как хиппи. Ничего похожего!..

Зыркнув на дорогих родственников, Северус просочился в дом, даже не поздоровавшись, за что и был награждён жалящим заклинанием от бабули. Сидя в своей комнате и обдумывая план мести, он решил, что слишком расслабился. Впереди его ждал Хогвартс и Мародёры. Вряд ли они выберут другую постоянную жертву, так как он всё равно планировал общаться с Лили.

Решив, что он сделает всё возможное, чтобы отбить у них желание его доставать, Северус подумал, что надо снова привыкать посматривать за спину. Как говорит Моуди, постоянная бдительность… А бабушке он ещё это припомнит!..

Мать появилась в его комнате через несколько минут, проводив гостей. Неуверенность, сквозившая в её взгляде, явно давала понять, что у неё есть к нему разговор.

— Послушай, сынок, — произнесла Эйлин, понимая, что Северус догадывается о причине её прихода, — нам надо поговорить…

— Они снова настаивают на твоём возвращении?

— Да, и именно это я и хочу обсудить с тобой…

Северус, тяжко вздохнув, приготовился услышать то, что мать согласилась вернуться в отчий дом. Что ж, пара лет у него есть, а там посмотрим. К тому же не факт, что мать сможет родить ещё.

— Северус, я решила рискнуть и создать новый род, правда, младшей ветвью Принцев.

Снейп, не ожидавший от матери такого решения, на мгновение растерял всю свою невозмутимость, замерев с приоткрытым ртом и удивлённым взглядом. Мать, полюбовавшись на ошалевшего сына, улыбнулась и продолжила:

— Ты, конечно, пока ещё не всё понимаешь, но нам стало опасно быть и просто Снейпами, и возвращаться в род Принцев. Я поговорила с родителями и, хоть и с трудом, но смогла их убедить. Они приняли мою точку зрения.

Северус отлично представлял, как могла проходить подобная беседа, и мог только удивляться, глядя на мать, после смерти отца вновь ставшей той, кем она родилась — чистокровной ведьмой. К тому же, судя по всему, жизнь с алкоголиком закалила её характер и заставила противиться очередному ярму, которое на неё пытались одеть.

— Что они хотят взамен? — спросил он, не веря в благотворительность.

Он уже кое о чём догадывался и сейчас его догадка, скорее всего, будет подтверждена матерью. Дядюшка имел непосредственное отношение к состоянию матери и, получается, в прошлой жизни мать умерла из-за этого ублюдка.

— Юлиусу лучше, но он всё же нездоров, да и проблема наследника никуда не делась. Этот вопрос они хотят решить как можно быстрее. Я должна буду встретиться с братом и принять его извинения. Твой дядя, конечно, тот ещё оболтус, и предпочтения у него несколько… — мать замялась, не зная, как объяснить сыну некоторые аспекты жизни.

— Но одного-то наследника он потянет. Ты останешься запасным вариантом. Они согласились с моим требованием и выделят нас в младшую ветвь, отделив часть от камня рода. Если у нас всё получится, то наш дом станет магическим. Но это не так важно, главное то, что я обезопасила тебя. Ты не будешь претендовать на их род, а они не будут замечать тебя.

Мать снова улыбнулась, пытаясь показать, что у них всё хорошо, а Северус подумал, что проблема никуда не делась. Если дядюшка Юлиус не оправдает ожидания, то отдуваться всё равно придётся матери или ему. И маглорождённая невеста может сильно не понравиться Принцам. Хотя об этом думать надо будет позже, также, как и о судьбе дяди.

А сейчас Северус надеялся, что когда Лили вырастет, он вновь ощутит к ней любовь, правда, не факт, что она отнесётся к нему как-то по другому. У него нет такой смазливой мордашки, как у Поттера… Зато в школу поедет не просто Снейп, а…

— Мама, какая фамилия у нас будет?

— Ты можешь выбрать, — откликнулась мать. — Как тебе больше нравится, Снейп-Принц или Принц-Снейп?

* * *

Северус так и не узнал, как прошла встреча матери с дядей. Просто в один из дней её не оказалось с утра на кухне, а на столе сиротливо лежал листок, на котором красивым почерком Эйлин было написано:

«Ушла в гости, завтрак на столе, все документы и деньги в лаборатории, в тайнике. Надеюсь увидеть тебя вечером. Мама.»

Северус весь день ходил сам не свой, и время от времени начинал метаться по дому, и даже попытка сварить зелье окончилась плачевно — он ошпарился убежавшей неизвестной субстанцией.

Появившаяся уставшая мать была очень удивлена, когда её обычно необщительный сын кинулся к ней и обнял так, что она, кажется, услышала, как трещат её рёбра.

* * *

Необходимые ритуалы решили провести на Лугнасад, так как Бельтайн они уже пропустили. Мать готовила дом к изменениям и расширяла место в подвале под алтарь. Туда ляжет маленький осколок обсидиана, отделённый от того, который являлся родовым камнем Принцев.

Их осколку, при хороших условиях и определённом везении, предстояло со временем вырасти до полноценного камня.

Помощь матери по дому и варка зелий почти не давали Северусу возможности увидеть Лили, к тому же подходило время сдавать экзамены за начальную школу. Он подготовился, это было не трудно, хотя мать всё так же недоумевала, зачем ему это нужно.

* * *

Экзамены он сдал ожидаемо быстро, мать заключила договор с муниципальной школой, в которой он будет получать задания, считаясь на домашнем обучении по причине слабого здоровья. Северус запасся учебниками, тетрадями, карандашами и ручками, а также некоторой дополнительной литературой. Теперь ему оставалось подготовиться только к учёбе в Хогвартсе.

На Диагон-Аллею за покупками они собирались, как и все волшебники, в августе. Было очень важно делать покупки именно в это время. Это считалось хорошим тоном, к тому же именно на это время приходился пик скидок, и Снейпы, хоть и поправили своё финансовое положение, собирались воспользоваться возможностью сэкономить.

* * *

За неделю до Лугнасада мать начала готовиться к ритуалу. Северус тоже, как непосредственный участник, был задействован в неких подготовительных мероприятиях, возможных в его возрасте.

Первого августа прибыл Октавиус Принц, и процесс создания алтаря и наделения дома магией вступил в завершающую фазу. Если всё пройдёт удачно, у них появится собственный гобелен, и они смогут официально начать именоваться Снейп-Принцами.

В небольшой комнате, созданной в подвале только магией, без малейшего приложения рук, всё было готово к проведению ритуала. Трое магов разного возраста в длинных льняных рубахах, только у старшего с вышитыми рунами, у других же девственно чистых, читали катрены, заговаривали стены и землю под ногами, прося магию дать жизнь новому роду, дать ему возможность воздвигнуть алтарь, на который будут слагаться жертвы во славу магии.

Северус, раньше не имевший возможности участвовать в магических ритуалах, которые, как он знал, проводили чистокровные и многие полукровки, и даже, как он слышал, маглорождённые, принявшие вассалитет старых семей, с интересом участвовал в ритуале, который давал возможность получить магию рода, хоть и в небольших объемах.

Но если вспомнить, что он был силён и сам по себе, то дед будет кусать локти, сожалея, что не настоял на его введении в род. Но сам Северус не жалел об упущенных возможностях. Его силы ему хватит.

Все эти мимолётные мысли не мешали Снейпу участвовать в ритуале, так что через некоторое время посреди комнаты воздвиглась небольшая обсидиановая плита, а на стене появилось изображение родового древа, на котором было только три имени.

Эйлин была указана как мать рода и регент, а Северус стал наследником. Октавиус Принц был изображён здесь же, указывая этим на то, какой род дал начало этой ветви.

Принеся положенную жертву и выпив заранее приготовленные зелья, маги поднялись наверх, запечатав комнату. Северус ощущал себя выжатым лимоном, и глядя на мать, чьё лицо было землисто-серого цвета, понимал, что ей досталось ещё больше.

Дед, активировав порт-ключ, исчез сразу же, как поднялся по лестнице, а Эйлин с Северусом, плотно поев, разошлись по комнатам. Спать хотелось неимоверно.

* * *

Проснувшись на следующий день, Северус обнаружил, что проспал почти сутки. Чувствовал он себя превосходно, создавалось впечатление, что он только что узнал о том, что он волшебник. Неожиданный прилив сил требовал выхода и Снейп некоторое время поднимал и опускал книги, не пользуясь при этом ни палочкой, ни голосом.

Почувствовав себя немного уставшим, он отправился в ванную, а потом присоединился к матери, уже сидевшей на кухне за обеденным столом. Эйлин тоже выглядела не в пример лучше вчерашнего и, как показалось Северусу, мать изменилась.

Появившаяся в ней внутренняя сила будто наполнила её чёрные глаза светом. Снейпа тянуло улыбнуться, и ему казалось, что даже дом стал светлее и стены уже не так давят, как раньше.

* * *

Поход за покупками принёс много новых впечатлений. Знакомые по прошлой жизни лица нет-нет да и мелькали в толпе, создавая ощущение нереальности. Те, кого он помнил взрослыми людьми, с кем ходил в рейды, те, кого хоронил, прилипали к витринам, разглядывая новую метлу, захлёбываясь счастьем рассказывали родителям про палочку, выбравшую их, или чинно шли по улице, сопровождаемые такими же невозмутимыми родителями.

Одежду ему они с матерью покупали везде, сначала в магловских, потом в магических магазинах. Новенький магловский чемодан, над которым он поколдовал под гордым и удивлённым материнским взглядом, дома уже ждал того времени, когда придёт пора отправляться в школу.

На Диагон-Аллею они пришли за мантиями, учебниками, пергаментом и ингредиентами, которыми собирались запастись в лавке их нового поставщика, чей магазинчик находился в конце Диагон-Аллеи.

Здесь уже было не так оживлённо, как в её начале, где сейчас клубилась толпа озабоченных покупками магов и ведьм, но ингредиенты у мистера Перивинкла были лучшего качества, нежели у Энди, а стоили несколько дешевле, чем у Малпеппера.

Магазин, торгующий совами, был Снейпами проигнорирован. Их сова Душка, купленная в прошлом году, отлично справлялась с работой, а если Северусу понадобится срочно написать матери, то он всегда сможет воспользоваться школьной совятней. Впрочем, Северус подумал, что стоит озаботиться покупкой парных пергаментов для написания срочных записок.

К мадам Малкин они зашли в последнюю очередь. Северус, злой от усталости и воспоминаний, только буркнул что-то не очень любезное, и мать поспешила приветливо поздороваться с подошедшей ведьмой, спеша сгладить плохое впечатление.

Владелица магазина, которая в августе сама обслуживала покупателей, помогая своим швеям и продавщицам, завела с Эйлин любезный разговор, уточняя цену и качество мантий, желаемых клиентами.

Через несколько минут Северус уже стоял на небольшом подиуме, а вокруг мелькали ткани, нитки, иголки, портняжные ленты и ножницы. В стоящем недалеко мальчике он с трудом, но узнал своего однокурсника, который, кажется, поступил на Рэйвенкло.

Примерка была закончена и их попросили подождать. Мать с удовольствием согласилась присесть, и принялась листать каталоги, в которых молоденькие ведьмы крутились так и эдак, становясь в разные позы, демонстрируя мантии, которые можно было заказать в ателье.

Наконец три стандартные чёрные мантии и одна тёплая были упакованы в фирменную бумагу, уменьшены и уложены в школьную сумку с чарами облегчения веса, куда также отправились специальные бирки для одежды, которые не требовали пришивания, намертво сцепляясь с одеждой благодаря нанесённому на них зелью, и Северус, наконец-то, покинул магазин, благодаря которому, похоже, заработал головную боль.

* * *

Август пролетел быстро. Лили молчала о Хогвартсе, только сказав ему, что отправляется в школу-пансион, откуда будет приезжать на каникулы. Петуния, поджав губы, сообщила, что она предпочитает учиться дома, ей дороги родители и она не хотела бы оставлять их одних.

На вопрос девочек, где будет учиться он, Снейп ответил, что, как и раньше, будет учиться дома. Сёстры приняли его слова к сведенью, не удивляясь и помня, что Северус редко появляется на улице. Возможно, они думали, что он много времени проводит в больницах, но стеснялись спросить.

Изумляясь сам себе, Северус представлял, как удивится Лили, когда узнает, что он маг. Правда, тогда Петуния начнёт завидовать и ему, но ничего не поделаешь. Хоть сейчас он и был с ней в лучших отношениях, чем раньше, она всё равно мало его волновала. Он маг, она магла, и этим всё сказано.

Первого сентября тысяча девятьсот семьдесят первого года Северус Снейп стоял на платформе девять и три четверти, снова отправляясь в Хогвартс. Он уже несколько изменил судьбу и не собирался повторять собственных ошибок.

Глава 4

Не желая повторять историю, Северус, даже не пытаясь разыскать Лили, которую он мельком успел увидеть на перроне, занял одно из купе предпоследнего вагона, негласно отданного первокурсникам.

В первом вагоне ехали старосты и иногда профессора, следующие вагоны не чётко, но разделялись по факультетам, а в последних двух ехали те, кто только собирался пройти распределение.

Чемодан, бывший под чарами уменьшения веса, Снейп отлеветировал на багажную полку, и усевшись у окна, открыл книгу по химии, пытаясь совместить свои знания о зельях с магловской наукой.

Показывать свои знания и силу, запирая дверь, на которую были специально наложены заклинания, препятствующие этому, было бы глупо, и Северус просто смирился с тем, что ему придётся делить купе с попутчиками.

Через некоторое время дверь открылась. Заглянувший к нему мальчик был ему, кажется, незнаком, и он уже в который раз удивился, каким невнимательным был в детстве. Он прекрасно помнил многих из тех, кого учил, но вот вспомнить тех, с кем учился, оказалось намного труднее.

Он с лёгкостью вспоминал всех слизеринцев, с которыми он общался всю жизнь, помнил многих гриффиндорцев, видимо, из-за их вражды, но почти не узнавал тех, кто учился на Рэйвенкло или Хаффлпаффе.

— Привет, — произнёс мальчишка, — можно присоединиться к тебе?

Северус молча кивнул и снова уткнулся в книгу. Общаться с очередным ребёнком не хотелось, хотя он иногда ловил себя на мыслях, ему взрослому совершенно несвойственных, и опасаясь окончательно впасть в детство, начинал контролировать себя ещё больше, не позволяя детскому телу брать верх над взрослым разумом.

— Ты тоже на первый курс? — мальчишка, сидевший спокойно только до того момента, как поезд тронулся, ёрзал на сиденье. — Я Брэдди Саммерс.

Северус посмотрел на протянутую руку явно маглорождённого мальчишки, и подумав, что уже совсем скоро тот будет не рад знакомству, если Снейп окажется на Слизерине, всё же решил ответить:

— Северус Снейп-Принц.

— Интересное у тебя имя, — изумился попутчик. — Ты из семьи магов, да?

Северус молча качнул головой, не желая начинать дискуссию на эту тему. Резко распахнутая дверь заставила обоих мальчишек в удивлении повернуться, чтобы узнать, кого ещё принесло в их купе.

— Северус Снейп! Я так и знала, что мне не показалось! — в дверях стояла разгневанная Лили, и Северус удивился сам себе, когда подумал, что она слишком шумная.

— Лили? Я удивлён не меньше, — произнёс он, вставая, чтобы помочь девочке разместить поклажу.

— Значит, ты тоже волшебник? И ты молчал?! А кто это? — задала она следующие вопросы

— Брэдди Саммерс, — его сосед протянул ей руку для рукопожатия, другой пытаясь причесаться. — Я, как и все в этом поезде, волшебник.

— Лили Эванс, — ответила девочка, рассмеявшись шутке, и посмотрела на Снейпа, поднявшего бровь, изобразив удивление.

— Так почему ты молчал?

— Лили, тебе объясняли, что нельзя рассказывать маглам о магии?..

— Но я ведь волшебница!

— Я об этом не знал, — ответил Северус, покривив душой. — К тому же и ты молчала о том, в какой школе будешь учиться.

— Ты прав, — признала она, — но как же хорошо, что мы будем учиться вместе.

— А твои родители волшебники или простые люди? — задал Лили вопрос Брэдди.

Эванс ответила и через некоторое время эти двое болтали, оставив уткнувшегося в книгу Снейпа в покое.

Больше к ним в купе никто не подсел, чему Северус был только рад. В этот раз он обошёлся без наглого вторжения Мародёров и неплохо себя чувствовал. Появление ведьмы, толкающей перед собой тележку со сладостями, напомнило всем троим, что уже пора бы и пообедать.

Северус, всегда любивший шоколад, хоть и не желающий это демонстрировать, купил трёх шоколадных лягушек, предложив угощение и Лили, и Брэдди, посчитав, что изобразить дружбу с ним ему никто не мешает.

Вернувшись в детство, он решил измениться, и раз в прежней жизни он был угрюмым затворником, то в этой надо научиться общаться с людьми. Это полезно и для его будущей карьеры. Он надеялся, что уж в этот раз не угробит свой талант, преподавая в школе.

Он жевал обнаруженный в пакете бутерброд, сунутый матерью, и запивал его соком, нашедшимся там же, Снейп углубился в дебри химических формул, правда, не забывая поглядывать на Лили, сидящую напротив.

В Хогсмид прибыли в сумерках, как обычно. Хагрид с фонарём, толпа первокурсников, старшие школьники, спешащие к каретам…

Увидев Поттера и Блэка, уже, похоже, сдружившихся, он удивился, осознав, что те ещё дети. К Лили он уже почти привык, а два его заклятых врага выглядели такими… Он помнил Сириуса, выбравшегося из Азкабана, и с трудом осознавал, что вот этот мальчик с волнистыми чёрными волосами и тот сиделец — это одно целое.

А Поттер?.. Всё же удивительно, как были похожи отец и сын в детстве. Вихры, эти несуразные очки, овал лица, движения. Только цвет глаз разный, но об этом он просто знал. Разглядеть глаза Джеймса в темноте не представлялось возможным да и не было нужно.

* * *

В лодке разместились так же втроём, как раньше. Саммерс с восторгом и удивлением смотрел на приближающийся Хогвартс, а Лили ахала и восхищалась. Северуса охватило неожиданное волнение. Как сложится его жизнь теперь, какой факультет выбрать?..

В прошлый раз шляпа предлагала Рэйвенкло, но он настоял на факультете матери. А Альбус считал, что его факультетом должен был стать Гриффиндор…

Жить в одной комнате с Мародёрами, видеть каждый день Петтигрю, слушать шуточки Поттера и Блэка. И Люпин… Северуса мутило только от одной мысли об этом. Возможно, это детские обиды говорят за него сейчас, но он не хотел туда, даже несмотря на то, что Лили ожидаемо окажется на этом факультете.

Так что же выбрать? Рэйвенкло, где никто не будет удивляться его знаниям и никто не полезет в душу? Гриффиндор, где он, как заучка Грейнджер, будет смотреться белой вороной, но рядом будет Лили и никто не будет считать, что ему нельзя с ней дружить?

Или Слизерин, чьи законы и правила уже, кажется, вросли под кожу, впитались в поры его тела, влились в его кровь, заставляя думать и действовать чаще всего так, как принято у выходцев с этого факультета — расчётливо и изворотливо.

Он знает их всех, их связи, привязанности и обязательства. Возможно, будет правильно вернуться в подземелья, которые за много лет стали родным домом, при этом не повторив ошибок и зная, каких проблем следует избегать. Возможно…

Лодки одна за одной утыкались в причал. Дети, притихшие или возбуждённые, выбирались из них с помощью Хагрида, и вот уже подошла и их очередь. Снейп помог Лили, заслужив благодарную улыбку подруги, и они присоединились к стайке гомонящих будущих учеников.

Лесник, постучав в двери и сдав их с рук на руки МакГонагалл, которая тоже выглядела удивительно молодой, отправился по своим делам. Северус, глядя на Минерву, подумал о том, что уже забыл, какой она была тогда, когда он только поступил в Хогвартс.

Всё время вспоминалась та, которая швырялась в него проклятиями посреди Большого зала. Обозлённая ведьма с гневно поджатыми губами. Мелькнула мысль о том, что ему хотелось бы узнать, поняла ли она, что весь тот год он старался как мог, спасая учеников, несмотря на их безрассудное желание нарываться на все возможные неприятности.

Но нет, вряд ли… Минерва была гриффиндоркой и этим всё было сказано, они не различают полутонов.

Северус мысленно кивнул сам себе, заходя в Большой зал вслед за остальными первокурсниками. Вот и ответ на его вопрос. Как бы не глупил он, поступая иногда по-гриффиндорски порывисто, он никогда не почувствует себя своим среди таких, как Минерва, Поттеры или Лили…

Распределение ещё не началось и Северус рискнул поднять глаза на того, кто был для него хозяином, другом, мучителем и жертвой. Альбус Дамблдор сидел во главе стола, улыбаясь доброй отеческой улыбкой, от которой у Северуса почему-то заломило зубы.

В следующий момент они уже стояли лицом к факультетским столам, ожидая, когда Шляпа вместе с МакГонагалл начнут ежегодную церемонию распределения.

— Аккерли, Нэнси… — произнесла Минерва, достав список.

Малыши разбегались по факультетам, Лили ожидаемо отправилась в Гриффиндор, так же как и Поттер, и Блэк. Саммерс пополнил ряды Хаффлпаффа, дав ответ на вопрос, почему же его не помнил Северус. А вот и его очередь…

— Снейп-Принц…

— Так, так, интересно, — произнесла Шляпа, как только опустилась ему на голову.

Уж что интересного она там увидела, Северус не знал, его щиты, как он надеялся, перекрывали все его мысли, оставив на поверхности только чаяния и желания ребёнка, но кто знает, какими возможностями владел этот древний артефакт.

— Интересно, говорю… Жизнь у тебя была сложная, но я буду молчать, не сомневайся. Значит, не Хаффлпафф и не Гриффиндор, да? Ну, это ожидаемо и, в общем-то, верно. Знания… ум… изворотливость… Нет, всё же в первый раз я ошибалась, предлагая Рэйвенкло. Ты был прав, мальчик, только помни и о своих ошибках… — ехидно произнесла Шляпа, давая понять, что плевать она хотела на его защиту. — Несомненно, Слизерин!

* * *

Прошедшие пять лет были похожи, и не похожи на те, что Северус прожил раньше. Те же однокурсники, комната в подземельях, Мародёры, пытающиеся задирать дружащего с гриффиндоркой слизеринца, профессора, уроки, эссе и зелья!

Но, несмотря на кажущуюся похожесть, нынешняя жизнь всё же кардинально отличалась от прошлой. В этот раз ему не пришлось подтверждать своё право учиться на этом факультете.

Да, полукровка, но не обычный, а будущий глава молодого рода, признанный магией и родственниками, с явным даром зельеварения, умный и хитрый, знающий всё будто наперёд.

Северус сразу завоевал репутацию человека, знающего о зельях и тёмной магии если не всё, то многое. К концу третьего курса к нему, имеющему репутацию вундеркинда, не стеснялись обращаться и старшие, которым требовалось сварить что-нибудь сложное.

Люциус, как и в прошлый раз, обратил внимание на новенького, но его теперешнее покровительство существенно отличалось от прошлого. Более уважительное отношение и явная заинтересованность, хотя Северус постарался в этот раз держаться нейтрально, не желая ещё раз быть втянутым в те же игры.

С остальными будущими Пожирателями он постарался не заводить особо дружеских отношений, хоть и пытался исподволь подвести их к мысли о некоторой неправильности политики Лорда.

Хотя это, если он правильно изучил характеры своих бывших приятелей, было бесполезно, к тому же и их родители были уверены в деятельности Волдеморта, пока ещё не развязавшего террор.

Так что Снейп постарался свести все отношения к деловым, правда решив, что попытается убедить Крауча-младшего, как самого упёртого, и Регулуса Блэка, как самого сомневающегося. К тому же Вальбурга не заслуживала такого мрачного конца для своего рода.

Желание остаться нейтральным он подтверждал, общаясь не только со слизеринцами, но и с представителями других факультетов. В его приятелях числились хаффлпаффцы Саммерс и Смит, рэйвенкловец Кэдоган и гриффиндорка Эванс.

Смит и Кэдоган были чистокровными, а дружба с Саммерсом и Эванс хоть и не одобрялась слизеринцами, но была признана маленькой слабостью большого ученого, который несомненно из него вырастет.

«Мародёры», сбившиеся в шайку в конце первого курса, тоже не одобряли этой дружбы, но Северус достаточно болезненно объяснил им их заблуждения, хотя и постаравшись не сильно калечить детей.

Так что сейчас, по прошествии пяти лет, Поттер с Блэком не замечали его, делая вид, что им совсем не интересен Северус, хотя время от времени всё же пытались проверить его на прочность, как в тот раз, когда понадеялись заманить его в хижину, на «свидание» с оборотнем.

Северус сдержал желание пойти туда и убить Люпина, оправдавшись его тёмной сущностью. Ведь за это убийство ему не грозил Азкабан. Но понимание того, что он уничтожил бы орудие, а не того, кто его направил, позволило ему проигнорировать этот вызов.

Что касается магловских наук, Снейп мог только радоваться, что принял решение о втором, магловском образовании. Это решение не только не давало ему скучать, но и принесло неожиданные результаты.

Попытавшись сопоставить химические формулы и реакции с магическими составами, он неожиданно изобрёл несколько новых и улучшил многие существующие зелья. С помощью матери, а потом и деда, он получил на них патенты, приобретя известность в зельеварческих кругах.

Несколько известных мастеров предложили ему ученичество и он собирался ответить одному из них согласием. Кажется, в этот раз он станет Мастером Зелий ещё раньше.

В Хогвартсе его уже ничего не держало. Дружба с Лили, и так не очень крепкая, как-то незаметно к пятому курсу сошла на нет. То, что раньше казалось ему заботой, увиделось теперь просто собственническим инстинктом девушки, которая очень рано поняла, что маглорождённой очень тяжело устроиться в магическом мире.

Северус понял, что им пытаются командовать, пользуясь его расположением. Правда, у неё хватало ума не пытаться управлять им на зельях, и Слагхорн, которому она всегда умела польстить, с удовольствием хвалил их двоих за прекрасно сваренное Снейпом зелье, не уставая повторять, что хорошие ученики бывают только у хорошего учителя.

Сейчас Северус понимал, что ошибался, считая Лили подругой, и то, что она тогда отвернулась от него, теперь представлялось в новом свете. Он просто ей мешал. Тот неухоженный, угрюмый мальчишка мешал ей жить ярко, весело, так, как она привыкла и дома, и на своём факультете.

У неё хватало поклонников, как с удивлением обнаружил Северус, открыв глаза. Они с Поттером не были единственными, кто восхищался её красотой. Вот только Поттер был богат, весел и красив, к тому же рвался бороться со злом.

Прежний же Северус был некрасив, беден, а главное, был слизеринцем и, возможно подсознательно, но воспринимался отрицательным персонажем. А значит, был неинтересен. Вот и сейчас почти ничего не изменилось, а может и правда, Лили просто влюбилась в гриффиндорского оленя?

К тому же, Северус так привык любоваться подругой издали, отстранённо, что даже когда она подросла, всё равно не смог представить её рядом с собой в постели. Она была идеалом, неким символом, Прекрасной Дамой. В самом же главном Снейп боялся признаться даже самому себе — кажется, он разочаровался…

Но несмотря ни на что, она оставалась его подругой, и он собирался обезопасить её от грозящей ей судьбы, даже если для этого потребуется брать с неё клятвы.

* * *

— Лили, поклянись мне, что ты не выскочишь замуж за Поттера сразу же после школы!

— Северус, о чём ты говоришь?! С чего ты взял, что я хочу за него замуж? Может, я буду ждать твоего возвращения, ты ведь мой лучший друг.

— Я же вижу, как он на тебя смотрит. Но если я ошибаюсь, то это отличная новость. Что же касается нас… мы ведь друзья, ты сама признала это, между нами нет любви, и я не хочу, чтобы ты обманывалась. Если ты полюбишь кого-нибудь, ты не сделаешь мне больно. Но умоляю, не выходи замуж скоропалительно и не спеши заводить детей.

— Скажешь тоже! А ты правда видел, что Поттер на меня смотрит?!

— Лили, я прошу! У меня плохие предчувствия, а ты знаешь, что я редко ошибаюсь! И не доверяй директору безоговорочно…

— Но Северус, клятвы?.. Нет!

— Хотя бы пообещай…

* * *

Экзамены позади и вот Хогвартс-экспресс в последний раз везёт Северуса из Хогсмида в Лондон. Со следующего сентября он ученик мастера-зельевара из известной фамилии ди Адамо. СОВы сданы, а ТРИТОН он планирует сдать в следующем году.

Мать больше не бедствует, заказы у неё постоянные, она даже обзавелась помощницей, так как сейчас занята его братом. Флавиусу год и, как пишет в каждом письме мать, ей уже сложно усмотреть за этим проказником, который норовит залезть везде и проверить всё на вкус.

Северус соскучился по брату и с нетерпением предвкушает встречу. Никогда он не думал, что будет испытывать что-либо к детям любого возраста, а вот поди ж ты.

Северус всё еще иногда удивлялся, как изменилась его жизнь, и наличие в ней брата, а также отчима дарит надежду, что в этот раз всё будет по-другому.

Отчим, Террелл Снейп-Принц, чистокровный однокурсник матери, появился в их жизни три года назад. Тогда мать встретила его недалеко от Лютного, разговорилась и вроде бы ничего не произошло, просто договорились переписываться. Он был из обедневшей семьи и уже много лет перебивался разными заработками, не брезгуя контрабандой.

Как оказалось, ещё в школе он обращал внимание на Эйлин, и вот теперь их встреча оказалась счастливой. Через год они поженились.

Террелл согласился войти в их род, его старший брат не возражал, Северус тоже не стал препятствовать матери, убедившись в искренности их чувств. Так что теперь Снейп мог со спокойной душой отправляться в Европу. Мать была в надёжных руках.

* * *

Сеньор ди Адамо оказался невысоким пухленьким итальянцем, курчавым и загоревшим. Но его улыбка не могла обмануть Северуса, прекрасно знающего репутацию этой семьи. В прошлой жизни он сталкивался с зельями, которые варил этот добродушный человек и совсем не ошибался на его счёт. Хотя противоядия тот варил тоже очень качественные.

И вот теперь судьба свела его с этим Мастером и Северус собирался как можно более плотно изучить всё то, что тот согласится ему преподать. Уверен, что откроет для себя что-то новое.

— Северус, вы прибыли! Я так рад! Вы же, молодой человек, не будете возражать, если я начну уже сейчас называть вас по имени, не дожидаясь клятвы ученика? — мастер прямо-таки лучился счастьем, встречая Снейпа как самого лучшего и долгожданного гостя.

Хотя, может, всё так и было. Северус уже сейчас мог сдать экзамен на мастерство, и Гильдия Зельеваров пошла бы ему навстречу с распростёртыми объятиями, но он принял предложение от Фабрицио ди Адамо.

Итальянец, естественно, преследовал свои цели, предлагая это. Северус прекрасно знал, что все разработки ученика являются собственностью мастера, но он не собирался делиться всеми своими знаниями, а вот узнать что-то от представителя знаменитой фамилии был не против.

К тому же он хотел на время исчезнуть с глаз долой многих заинтересованных в нём лиц. Он не сомневался, что Волдеморт следит за юношей, подающем такие надежды в зельеварении, и не собирался подставлять свою руку под метку. Так что Снейпу тоже был нужен этот ученический контракт, и он надеялся на взаимовыгодное сотрудничество.

— Конечно, Мастер, — ответил Северус на заданный вопрос, сдержано улыбнувшись уголками губ, — вы можете называть меня по имени.

— Ну, вот и прекрасно! — улыбнулся Фабрицио, потирая неожиданно изящные руки. — Чиэра, доченька, покажи Северусу его комнату!

Впорхнувшая в гостиную фигуристая девица поразила Северуса буйной шевелюрой смоляных волос, белозубой улыбкой и неожиданно зелеными глазами, в которых он увидел любопытство и смешинки, появившиеся при взгляде на него.

Часть 2. Вторая молодость. Глава 5

— Северус, тебе письмо! Твоя сова доверила его мне, умная птица знает, что я лучше её доставлю почту! — в лабораторию, где ученик Мастера ди Адамо Северус Снейп-Принц варил зелье на заказ, вбежала черноволосая девушка, держа в руках конверт и улыбаясь его получателю.

— Чиэра, ты мешаешь!

— Да ладно тебе, я же знаю, что именно сейчас у тебя будет небольшой перерыв, десять минут, когда ты сможешь отвлечься и сказать спасибо. Письмо от твоей мамы, так что не злись на меня, а я помогу тебе растолочь мышиные зубы.

Чиэра сунула в руки Северусу перевязанный зелёной ленточкой пергамент и подскочила к столу. Схватив маленькую медную ступку и пестик, она насыпала в неё, будто не глядя, щепотку мелких зубок и принялась аккуратно их толочь.

Снейп, развернув пергамент, уткнулся в него носом.

— Что пишут, если не секрет? — спросила его добровольная помощница.

— В Англии несколько неспокойно, я посоветовал матери временно перебраться на континент, желательно сюда, в Италию. Флавиусу будет полезна смена климата, но мать сомневается. У неё клиенты, заказы, да и отчим только недавно нашёл постоянную работу.

— Поговори с отцом, возможно, он сможет перевести на неё часть простых заказов. Если там у вас опасно, то стоит переехать, хотя бы на годик-другой.

* * *

Северус наклонил голову, мысленно соглашаясь со словами девушки. Противостояние набирало силу и, по словам матери, в Англии чувствовалось приближение грозы.

Хотя упавшие в своё время на благодатную почву слова Снейпа о драконьей оспе, которая может выкосить старшее поколение, если не побеспокоиться о защите, а также намёки на то, что Дамблдор что-то может по этой теме знать, изучая в своё время с Фламелем драконью кровь, дали свои плоды.

Произошедшая в прошлом году эпидемия не была такой массовой и смертельной. Чистокровные сохранили свои позиции, не потеряв глав родов и не ослабив ряды в Визенгамоте.

Лорд Волдеморт, призывая к смене власти и укреплению Статута, всё же не перешёл к открытому террору. Оставалось надеяться, что старшее поколение, знавшее его ещё мальчишкой, не допустит до власти психа, почувствовав неладное.

А Люциус, писавший много и часто, с восторгом отзывался об идеях Лорда и, как понимал Северус, исподволь пытался склонить друга к вступлению в ряды Пожирателей по возвращению Снейпа в Англию.

За прошедший год Северус смог сдать ТРИТОНы, и вот теперь готовился к получению мастерства. Его мастер намекал, что будет и дальше рад работать с самым молодым Мастером Зелий в Европе, но Северус понимал, что всё будет не так просто.

Ему было семнадцать, он был совершеннолетним и мог жениться, а у мастера было две дочери. Хотя наследовать, несомненно, будет его сын, но девушка из рода ди Адамо была ценным призом.

Вот только Северус ещё не решил, нужна ли ему такая награда.

* * *

— Северус, ты задумался, пора добавлять зубы, смотри, я уже растёрла! — вывела его из задумчивости Чиэра. — Кстати, ты сегодня выйдешь к ужину?

— Не знаю, — Северус метнулся к котлу, убеждаясь, что не пропустил момент, когда на поверхности зелья начал появляться первый пузырь, и отточенным движением добавляя сорок гранов порошка из ступки, выхваченной из рук девушки. — А должен?

— У нас сегодня гости. Синьор Бертолдо с сыном. Терпеть его не могу, он так на меня смотрит! Зачем только отец согласился с ними общаться? Противный баран!

— Кто, сеньор Бертолдо? — поинтересовался Северус, помешивая зелье пять раз по часовой стрелке эбонитовой палочкой.

— Нет, его сын Вито!

Снейп усмехнулся, глядя на Чиэру. Девушка была моложе его нынешнего на два года, но, как и большинство итальянок, развита не по годам. Так что не было ничего удивительного в том, что мужчины на неё заглядывались.

— Я слышала разговор отца с Чезаре… — зашептала Чиэра в ухо Северуса, встав на носочки и отвлекая жарким дыханием. — Отец сказал брату, что пришлось согласиться на помолвку.

— Мастер Фабрицио, наконец-то, женит своего сына? — приподнял бровь Снейп, показывая, что заинтересовался новостью.

— Нет, он собирается выдать замуж одну из нас. И мне кажется, что этот мерзкий Вито нацелился на меня! А я не хочу! Я сказала отцу, что пускай за него идёт Франческа, она старшая, ей и положено первой под венец идти, а я отравлю придурка, не дожидаясь свадьбы. И я уже созналась отцу, что у меня жених есть!

— Есть жених? И кто он? — удивился Северус, почувствовав некоторую обиду и, в то же время, облегчение.

Судя по всему, он зря подозревал Мастера в том, что тот решил с ним породниться. И Снейп уже подумывал согласиться, склоняясь к мысли именно о Чиэре, ибо её старшая сестра несколько напрягала его, сильно напоминая одну ведьму из этой же фамилии, знакомую ему по прошлой жизни.

Хотя знакомую в большей степени понаслышке, ведь встреча пару раз на балах у Люциуса не может считаться знакомством. А Чиэра представлялась ему приемлемым вариантом, к тому же ему казалось, что и она посматривает на него с определённым интересом.

Теперь же, узнав о женихе, Северус был рад, что этот вопрос потерял для него актуальность и это хорошо, потому что сейчас ему не до женитьбы. Обдумывание идеи, захватившей его, занимало всё его свободное время.

— Ты, Северус, — опустила его на грешную землю девчонка, давая понять, что плакала его мысль о свободе. — Я сказала отцу, что мы любим друг друга. Ты ведь спасёшь меня, Северус?

— И что сказал на это Мастер? — с трудом разжав зубы, спросил Снейп, уже представляя, как отреагирует ди Адамо на такое предательство неблагодарного ученика.

И плевать ему, что Северус не сделал ничего, что могло бы дать Чиэре повод. Синьор Фабрицио явно будет зол.

— Отец говорит, что с радостью благословит нас, — «обрадовала» его наглая девчонка и затушила огонь под котлом, точно уловив момент, когда зелье приобрело идеальный цвет.

Северусу оставалось только украдкой вздохнуть, понимая, что этот раунд он проиграл. Откажись он сейчас, потом, возможно, ему предложат Франческу. А может, стоит сбежать в Англию?..

— Отец сказал, чтобы мы зашли к нему сразу же, как ты закончишь зелье. Он хочет, не затягивая, провести помолвку, чтобы не дать Забини возможности выбора.

«Значит, мне не показалось, — подумал Северус, разливая зелье во флаконы, — я действительно был знаком именно с Франческой.»

Его пальцы почти не дрожали.

* * *

Помолвка прошла как по нотам, формулировки будущего брачного договора, появившегося из стола мастера Фабрицио, Северуса устроили, клятвы были произнесены, а довольные лица наставника и его детей наводили на мысль, что всё это было давно запланировано.

Им опять воспользовались, но в этот раз это не вызывало сильного протеста, да и условия были чудо как хороши.

Вопрос о приглашении его семьи пожить в Италии, тут же поднятый Чиэрой, мастер признал актуальным и пообещал помочь с заказами. К тому же и сам Северус, уже через несколько дней готовящийся стать полноправным членом Гильдии Зельеваров, тоже сможет помогать матери.

Свадьба, планируемая через год, требовала участия заинтересованной женщины, и синьор ди Адамо, вдовствующий уже несколько лет, с удовольствием собирался переложить эти приятные хлопоты на Эйлин.

С удовольствием понаблюдав во время ужина за Вито, Северус, если и пожалел его, помня о той участи, что грозила Забини, то не сильно. Эта семейка была виновата сама.

Шантажировать известных отравителей свадьбой было по меньшей мере глупо, а для глупцов должен быть естественный отбор, и именно его он сейчас и наблюдал во всей красе.

* * *

Всё это Северус вспоминал, сидя за столиком на летней веранде кафе Фортескью, приканчивая уже третью чашечку чая в ожидании Чиэры и Эйлин. Сидящий рядом с ним четырёхлетний Флавиус объедался мороженым, пользуясь попустительством старшего брата.

— Северус, ты вернулся в Англию! — голос своей подруги он узнал бы и через тысячу лет.

Рыжеволосая ведьма стремительно влетела в кафе и обняла успевшего подняться Снейпа. Лили расцвела, став именно той, что приходила к нему в воспоминаниях, и у Северуса защемило сердце.

— Здравствуй, Лили, — произнёс он, аккуратно отстраняя подругу. — Я приехал на пару недель, сестра моей невесты перебралась в Англию вместе с мужем, так что Чиэра захотела помочь ей обустроиться. Да, познакомься, это мой брат Флавиус.

— Очень приятно, — улыбнулась Эванс и разворошила волосы мальчишки, недовольно на неё поглядевшего. — А ты ещё не женат? До меня доходили слухи…

— Нет, это знаменательное событие произойдёт в сентябре, в Тоскане. А ты, как я слышал, всё же выходишь замуж за Поттера?

— Да, представляешь, и его родители не возражали, — сообщила Лили и выражение её лица всё сказало внимательному наблюдателю.

«Она всё же любит этого оленя, я был прав, мне здесь ничего не светило.»

— Лилс, но ты же обещала! — он ничего не мог поделать с тем, что произошло, разве что отравить Поттера.

— Но ведь и ты уже почти женат, так почему бы и мне тоже не поспешить с замужеством.

— Да, ты права, прости. Но обещай мне, что будешь думать о своей безопасности, и постарайся пока не обзаводиться ребёнком.

— Я лучше пообещаю сделать тебя крёстным, хотя Джеймс и мечтает, что это будет Сириус. Но второй крёстный совсем не помешает моему малышу, когда бы он не появился.

Северус несколько опешил от такого неожиданного поворота. Стать крёстным отцом Гарри Поттера… Люциус и Нарцисса уже просили за своего будущего первенца и он ответил согласием. И в этот раз он собирался участвовать в воспитании Драко.

Но ещё один крестник… Сможет ли его магия поддерживать двух волшебников? Хотя почему бы и нет. У него есть магия рода Принц и личная сила, а после женитьбы и род ди Адамо вольёт свою магию в общее русло.

Он должен справиться, и если всему действительно суждено произойти так, как в прошлый раз, он заберёт Гарри Поттера себе и воспитает как положено.

— Хорошо, Лилс, я согласен, — произнёс он и отстранился от бурно выражающей радость подруги. — Но всё же я не советовал бы тебе лезть ко мне с объятиями. Если до моей невесты дойдёт сплетня о наших отношениях… Меня она не отравит, так как любит, да и всё же, смею думать, я неплохой зельевар, а вот тебе придётся поостеречься.

— Вот так вот прямо и отравит? — улыбнулась вопросительно Лили. — Что же это за кровожадная особа? Ты так и не сказал, как её зовут, поделись с подругой секретом.

— Её зовут Чиэра ди Адамо, и я называл тебе её имя, просто ты плохо слушала, — ехидно подняв бровь, усмехнулся Северус, ожидая реакции Лили.

— Судя по твоему виду, ты ждёшь, что я удивлюсь или испугаюсь. И чем так известна эта фамилия? Извини, я не интересуюсь итальянцами, — Лили явно была недовольна тем, что Северус в который раз подловил её на незнании волшебного мира и магических семей.

«Вот Джеймс никогда не ставит меня в неловкое положение такими вопросами. Противный Северус, а ещё друг, называется! Хотя мысль о крёстном была очень даже недурна. Иметь под рукой такого зельевара!.. Лили, ты молодец!»

— Может, тебе о чём-то говорит имя сеньоры Тофаны? — язвительность Снейпа дала о себе знать, и он с удовольствием полюбовался на побледневшую Лили.

— Та самая Тофана?!

— Именно… Чиэра её пра — сколько-то там — внучка, и мне бы не хотелось, чтобы, выйдя сейчас из магазина Твилфитта, где они с моей матерью зависают вот уже целый час, она обнаружила угрозу её будущему браку.

— Она ревнует тебя ко всем женщинам?

— Нет, только к некоторым, и я не хотел бы, чтобы она внесла тебя в этот список, — проговорил Северус, вставая из-за стола и заканчивая этим разговор. — Счастлив был тебя повидать, и помни, что я не спешу становиться крёстным, так что и ты не торопись.

Улыбнувшись на прощание Лили своей фирменной незаметной улыбкой, Северус, крепко взяв брата за руку, отправился в сторону магазина «Твилфитт и Таттинг», откуда как раз вышли его дамы, явно в хорошем настроении.

— Если будет грозить опасность, я всегда буду рад видеть тебя в своём доме в Италии, — всё же не выдержав, произнёс Снейп, повернувшись вполоборота к подруге.

Глава 6

Северус не соврал, когда говорил Лили, что он в Англии только из-за будущей родственницы. В какой-то степени это так и было.

Франческа ди Адамо, выйдя замуж за Вито Забини, сменила не только фамилию, но и заменив на своё второе так не нравившееся ей имя, стала Катариной Забини.

В Англию супруги перебрались из-за Вито, который собирался развивать бизнес недавно почившего отца. Сейчас сеньора Забини ждала ребёнка, став раздражительной и требовательной.

Её нынешним желанием была потребность видеть сестру ежедневно, чтобы не скучать в этой чопорной и промозглой Англии, и Чиэра не могла ей отказать. Северус, естественно, отправился вместе с невестой, заодно собираясь провести разведку.

Эйлин тоже не могла упустить такой возможности заглянуть домой и освежить защиту. Вот так и получилось, что в Англию отправилась целая делегация.

* * *

Северусу обязательно нужно было увидеть Люциуса и намекнуть ему на странности Лорда. Так же беспокоил Регулус Блэк, с которым в школе Снейп смог завести приятельские отношения, благодаря чему часто бывал в его доме, заставляя Сириуса скрипеть зубами от злости.

Приятеля следовало поддержать. Снейп боялся, что несмотря на то, что он постоянно намекал на любую поддержку и помощь, Регулус сотворит ту же глупость с крестражами, что и в прошлый раз. Срочно требовался разговор один на один.

Ещё один маг, в судьбе которого зельевар тоже принял участие — Барти Крауч-младший, в этот раз, найдя понимание и одобрение у своих друзей — Северуса и Регулуса, уже не рвался доказать что-либо отцу.

Он ушёл с головой в переводы книг, копии которых Снейп сначала притаскивал ему из Выручай-комнаты, о которой он узнал, будучи директором, а потом присылал из Италии, копируя старинные рукописи в библиотеке ди Адамо, получив разрешение мастера.

Сейчас Барти не было в Англии, что избавляло Северуса от очередной головной боли. Крауч-младший поступил в Магическую Сорбонну, где собирался грызть гранит науки, желая превзойти отца, знавшего огромное количество языков.

* * *

Нынешняя Магическая Англия приятно отличалась от той, что помнил Северус. Лорда несколько сдерживали не столько его соратники, как главы их родов, не давая наследникам заиграться в опасные игры.

Так что, хотя убийства политических противников случались, эти случаи не носили массового характера, и Визенгамот своим решением отменил министерский указ о применении аврорами непростительных, сославшись на так любимый некоторыми второй шанс, которого после Авады быть не может.

А запрет на то и запрет, что ни при каких условиях не может быть отменён, чтобы не калечить психику применяющих его законопослушных граждан, коими и являются авроры. К тому же, не стоило забывать и о возможных злоупотреблениях людьми, облечёнными властью.

Сторонники кардинальных мер злились, протестовали, но оставались в меньшинстве, проигрывая старым семьям, владеющим большинством в Визенгамоте и занимающим многие важные министерские кресла.

Те совсем не желали, чтобы их наследники подставлялись под Авады, из Азкабана же, в случае чего, вытащить их было не в пример легче.

* * *

Вот в это смутное время Северус и появился в родных пенатах, понимая, что успеет привлечь внимание заинтересованных в нём сильных мира сего. Всё же известный в Европе самый молодой Мастер Зелий был той рыбой, которую не отказались бы насадить на крючок все фигуранты разыгрываемой ныне шахматной партии.

Сотрудничество с ним было выгодно всем — и Лорду, заполучившему бы в его лице не только отличного зельевара, но и обеспеченные и известные в магическом мире зельеварческие фамилии, которые обычно держались особняком от всех конфликтов.

И Дамблдору это было выгодно по той же причине, да и Министерство не возражало бы, согласись Снейп возглавить ту же лабораторию в Мунго или стать сотрудником Отдела Тайн.

Поэтому, хоть Северус и не отказался от нескольких сложных, но вполне законных заказов для важных клиентов, тут же по приезду обратившихся к нему, но на завуалированные предложения о сотрудничестве реагировал явным непониманием.

Пробыв в Англии месяц, он с облегчением выдохнул, покинув остров, унося с собой твёрдую уверенность в том, что в этот раз всё будет немного по-другому.

* * *

Приглашение на свадьбу Лили Эванс и Джеймса Поттера догнало его уже в Италии. Сказать, что Северус был удивлён — значит, ничего не сказать. И, конечно же, он не собирался присутствовать на этом событии. Видеть рожи Мародёров он совершенно не желал, да и собственная свадьба была уже не за горами.

Данное событие планировалось большим и шумным. И если с его стороны приглашённых можно было по пальцам пересчитать, то со стороны ди Адамо родственников оказалось достаточно много, чего было нельзя сказать о друзьях.

«10 сентября 1979 года известный зельевар, самый молодой Мастер Зелий за последние триста лет, Северус Тобиас Снейп-Принц сочетался браком с Чиэрой Виталиной ди Адамо. Союз был заключён в „Двух кипарисах“, усадьбе синьора Снейп-Принца, расположенной возле Тосканы. На свадьбе присутствовали…»

Дальше следовало перечисление магов и ведьм известных и в Англии, и в Италии, да и во всей Европе фамилий, чьё присутствие на свадьбе светская хроника и «Пророка», перепечатавшего у себя в газете новости из Италии, и «Магического вестника», его итальянского собрата, смаковала с особым удовольствием.

Брак был заключён представителем итальянского министерства, а после весёлого и шумного праздника Северус с Чиэрой, Эйлин, Террелл и Фабрицио, а также Октавиус Принц, представляющий старшую ветвь, порт-ключом переместились в Англию, чтобы провести церемонию магического брака возле родового камня Снейпов, принимая в род Чиэру, с этого момента полностью вошедшую в него.

* * *

Как ни надеялся Северус, что сможет оттянуть время становления отцом, но магия посчитала иначе, благословив их с Чиэрой союз. Он был на сто процентов уверен, что это произошло именно в их первую брачную ночь, и мог только благодарить провидение, что их ребёнок, особенно если это будет мальчик, родится раньше июля.

В том, что пророчеству быть, он понял в тот момент, когда вместе с «Пророком», неизменно читаемым за ужином, пришла весть о гибели в своём поместье Чарльза и Дореи Поттер, и о метке над разрушенным домом, которая была ясно видна аврорам, прибывшим на место преступления…

* * *

Северус ещё в прошлой жизни, точнее, где-то с того момента, как в школу поступил Мальчик-Который-Выжил, начал понимать, что все действия светлой стороны так или иначе срежиссированы одним человеком.

Задумываясь уже теперь над событиями, начинающимися с его, Снейпа, появления в «Кабаньей голове» и заканчивая финальной битвой в Хогвартсе, он осознал, что всё было рассчитано и подстроено, наводя на мысли о хроновороте, да и смерть Дамблдора теперь казалась ненастоящей.

Если же вспомнить, что Тёмного Лорда в мир магии тоже привёл этот добрый белобородый старик, знающий все слабости магов и очень умело их использующий в своих целях, вырисовывалась очень страшная картина, верить в которую совсем не хотелось.

Северус больше не хотел играть в этой пьесе, где роли опереточных злодеев и великих героев уже распределены, и в этот раз он уже немного испортил наметившийся расклад. Оставалось только радоваться, что с помощью хроноворота нельзя изменить события, известные большому числу людей.

Как понимал Снейп, спасти подругу он сможет только в том случае, если та не станет глупить и воспользуется его предложением. В ином случае он не сможет ей помочь — лезть в паутину Альбуса, как в прошлый раз, он не собирался.

Но если Лили всё же сделает его крёстным своего сына, он обязательно поможет мальчику. С Петуньей у него сохранились неплохие отношения, несмотря на то, что её отношение к магам сильно испортилось с тех давних дней детства, когда они втроём составляли неплохую компанию.

На Северуса плохое отношение не распространялось, в чём он успел убедиться, появившись в свой приезд в Англию в родном городке. Петти как раз тоже оказалась там — продавала дом.

Тогда же он и узнал, что мистер и миссис Эванс погибли в автокатастрофе, и у Северуса ещё тогда закрались нехорошие подозрения. А Лили и словом не обмолвилась об этой утрате при их встрече, хотя и знала, как Северус относился к её матери.

Напрягать Петунью разговорами он не стал, адрес её нового дома прекрасно помнил, так что, если придётся спасать мальчишку, Снейп прекрасно знал, где его искать.

* * *

Не успел Северус отойти от празднования в узком кругу рождения своего крестника Драко Малфоя, как пришла пора праздновать рождение его сына и дочери. Таким королевским подарком Чиэра порадовала его в середине июня, а если быть точным, то отцом он стал под утро восемнадцатого, благодаря Мерлина за то, что он не одарил его за раз ещё большим сюрпризом.

Мальчика назвали Сайрус Умберто, а девочку — Элспет Стефания, этим угодив и английской, и итальянской родне, при этом отойдя от традиции Принцев называть мальчиков именами римских императоров.

Среди множества поздравлений он получил и письмо от четы Поттер, несказанно удивившись этому факту. Оставалось только гадать, откуда подруга узнала эту новость, хотя, если предположить, что Регулус всё же общался с отлучённым от рода братом, то всё становилось на свои места.

Последующие за рождением детей месяцы смутно запомнились Северусу. Он пропадал в лаборатории, будучи озабочен тем, чтобы обеспечить всем необходимым резко увеличившееся семейство, не желая пользоваться деньгами из приданого Чиэры.

Заказов было много, ученик ди Адамо и самый молодой и так далее неизменно вызывал доверие и уважение, что не могло не радовать.

Среди вереницы дней особо запомнился тот, в который они с женой провели обряд наставничества, дав детям крёстных, коими для Сайруса стали его дядя Чезаре и Нарцисса Малфой, а для Элспет ими согласились стать Рэгулус Блэк и тётя Кэти, она же Катарина Забини, пообещавшая научить девочку всему, что знает и умеет сама.

Её собственный сынок Блейз, милый семимесячный малыш, радовал маму всеми положенными ему выходками, которыми она не уставала делиться с сестрой, присылая Чиэре длинные письма.

В сентябре молодому зельевару уставшая неприметная сова притащила письмо, вскрыв которое, Северус удивился, узнав, что Лили всё же не забыла своего обещания. Она приглашала его в Англию для проведения обряда наставничества.

Снейп, некоторое время посомневавшись, всё же отправился в Англию и встретился с Лили в своём доме в Тупике Прядильщика, куда миссис Поттер явилась без мужа, но с ребёнком.

Как рассказала ему подруга, Поттер почему-то не захотел проводить ритуал наставничества, ограничившись магловским обрядом, взяв в крёстные только Сириуса. На требование Лили объяснить, почему её мальчик должен обходиться одним крёстным и почему муж не желает проводить положенный ритуал, Джеймс отмахнулся, назвав глупой.

И тогда она решила воспользоваться словом, данным ей Северусом. Миссис Поттер надеялась, что Снейп станет её сыну магическим крёстным, проведя все положенные ритуалы, в будущем поддерживая своей магией её сына.

Северус, удивившийся, что Лили, всегда встречавшая кровные ритуалы в штыки, вдруг изменила своё отношение, когда дело коснулось её сына, всё же повторно ответил согласием, и через несколько часов стал магическим крёстным Гарри Джеймса Поттера, физически ощутив появившееся чувство родства и любви, теперь испытываемое им не только к своим детям и малышу Драко, но и к этому, совсем ещё крошечному ребёнку, которого он запомнил семнадцатилетним парнем, глядящим в глаза умирающего врага.

* * *

— Лили, послушай меня, — произнёс Северус, когда миссис Поттер, укутав ребёнка, собралась покинуть его дом. — Я хочу попросить тебя, только не спорь… Я дам тебе порт-ключ, он рассчитан на троих взрослых, так что вас вполне выдержит. Если будет грозить опасность, воспользуйся им. Я буду рад принять вас в своём доме… даже твоего муженька…

— Не волнуйся, Сев, у нас всё хорошо. Ты преувеличиваешь опасность. Я, конечно, очень благодарна тебе, но ты ничего не понимаешь, сидя в своей Италии. Дамблдор защищает своих соратников.

— Лилс, я ведь просил тебя не слишком доверять директору. Опасайтесь всех, в нынешние времена предать может даже друг. Кстати, ваш Питер… не доверяйте ему… и проверьте его руку.

— Северус, Хвостик никогда!..

— Ваш Хвост предатель! Избавьтесь от него, он вам не друг!

— Северус, это наши друзья и я не хочу об этом говорить! Спасибо за порт-ключ, но не думаю, что он понадобится. Всё, прощай, мне давно пора быть дома! — разозлённая Лили, покрепче прижав к себе его крестника, вышла за дверь, напоследок громко ею хлопнув.

Северус смотрел на закрывшуюся за Лили дверь, понимая, что видит подругу в последний раз…

Глава 7

Дети росли, удивляя Снейпа, месяцам к четырём уже не боявшегося брать их на руки. Их улыбки слюнявыми беззубыми ртами, подаренные ему, неожиданно пробуждали в сердце зельевара несвойственные ему эмоции, и он ловил себя на том, что улыбается в ответ.

Через некоторое время режущиеся зубы доставили им с Чиэрой некоторые хлопоты, а уж когда они начали активно исследовать дом…

Хорошо, что Снейпы могли рассчитывать не только на домовушку, имеющуюся в доме, но и на бабушку Эйлин, с удовольствием соглашавшуюся присмотреть за детьми, пока их родители отдыхали от них в лаборатории, среди котлов, разводя иной раз несусветную вонь.

Северус, помимо варки зелий на заказ, возился с одним очень важным для него исследованием. Дело не терпело отлагательств, и он отдавался ему со всей пылкостью влюблённого в зелья адепта, благо его жена никогда не ревновала его к работе.

Время от времени он бывал в Англии, встречаясь с приятелями, подкидывающими ему заказы, в которых он узнавал руку Лорда. Тот, как знал Северус, до своего развоплощения занимался исследованиями, и Северус, пусть и косвенно, ему в этом помогал.

В этот раз варить яды он отказывался, имея возможность выбирать, а вот противоядия делал быстро и качественно. Как он понимал, Лорд всё равно нашёл себе зельевара попроще, а совсем отказывать в просьбах было несколько недальновидно.

В Англию его также заставляла возвращаться ведущаяся сейчас перепланировка дома. Их старый коттедж в Тупике Прядильщиков хоть и стал крепче, всё же не прибавил по площади, а постоянно возиться с чарами расширения ему было некогда.

Район постепенно хирел и многие жители стремились его покинуть. Снейпу очень повезло купить два соседних дома. Теперь он собирался сначала по-магловски объединить и увеличить своё жилище, а потом уже добавить магическое расширение и скрыть его также, как и особняк Блэков.

Новый дом станет общим для двух семей. В середине расположатся гостиная, столовая, кухня, библиотека, а по бокам будут спальни и детские комнаты обеих семей Снейп-Принцев.

Укреплённые подвалы примут в себя кладовые, а большая лаборатория на чердаке позволит и Эйлин, и ему с Чиэрой чувствовать себя в ней свободно и уютно.

Поэтому Северус нанял фирму, которая занималась перепланировкой и магических, и магловских домов. В ней работали маги и сквибы, и именно они сейчас занимались перестройкой его дома, увеличивая его и делая удобным для разросшейся семьи.

Дом, наконец, станет похож на жильё преуспевающего мага, а защитные чары оградят от ненужных посетителей.

* * *

Первый день рождения детей отмечали хоть и в семейном кругу, но с размахом. Как всегда, итальянские родственники явились чуть ли не в полном составе.

Дядюшки, тётушки, бабушки и дедушки, и пра-пра…, а также кузины, кузены и племянники, Северус даже не пытался их запомнить. Непосредственно семья была представлена синьором Фабрицио, братом Чиэры — Чезаре, с женой Пьетрой и трёхлетним сыном Энрике, и Катариной-Франческой с сыном Блейзом, на которого Снейп посмотрел с явным интересом. Видеть младенцами тех, кого помнил своими учениками — к этому Северус всё никак не мог привыкнуть.

С его стороны была Эйлин с мужем и Флавиус. Люциус, вырвавшийся на несколько дней из-под контроля своего почти сумасшедшего властелина, с Нарциссой и Драко, который с удовольствием включился в игры Сая, Блейза и Элли.

Были Регулус Блэк и Барти Крауч, оторвавшийся от книг сорбоннской библиотеки, а также, очень неожиданно для Снейпов, старшие Принцы и Юлиус с женой Мирандой и сыном Маркусом, семилетним мальчишкой, которым дед Северуса явно гордился.

Все дети были оставлены под присмотром домовушек и нянек, а взрослые превосходно повеселились, наговорившись и натанцевавшись до упаду.

* * *

Дом был готов тем же летом, когда детям исполнился год, но семейство Снейпов не спешило возвращаться на родину. Миссис Забини, недавно ставшая вдовой в первый раз, писала своей сестре, что пребывание в Англии несколько опасно и она сама подумывает вернуться вместе с сыном в родительский дом.

Постоянно общаясь с Люциусом и Регулусом, который был ему очень благодарен за вовремя данный совет, Северус был в курсе событий, и странное поведение Лорда, а также непонятный интерес к младенцам определённой даты рождения, замеченный его соратниками, Снейпа ничуть не удивило.

Пророчество было произнесено и Лорд попался на крючок Дамблдора. Очередная сова с письмом и подарком для крестника, отправленная им Лили, вернулась назад, этим дав понять, что Поттеры скрылись под Фиделиусом. Теперь оставалось надеяться, что Лили не окажется полной дурой, и всё же воспользуется порт-ключом.

К тому же, осознание того, что в этот раз за Лили никто не попросит, заставляло Северуса переживать ещё и за крестника.

* * *

Весь день тридцать первого октября тысяча девятьсот восемьдесят первого года Северус провёл, ощущая себя сидящем на пороховой бочке. Во всяком случае ожидание неприятностей сильно напоминало именно этот процесс.

Всё же надеясь на иной исход, он приказал домовику немедленно сообщить, если кто-нибудь появится на аппарационной площадке, к которой он привязал порт-ключ.

День клонился к вечеру и Северус извёлся, ожидая гостей. Чиэра, чувствуя, что муж сегодня не в настроении, постаралась немного его отвлечь, но даже наблюдая за вознёй собственных детей, он думал о крестнике, которому именно сейчас грозила большая опасность.

Подходить к котлам Северус даже не пытался. Любая попытка сварить зелье была обречена. Всё закончится либо отравлением клиента, либо, что более вероятно, взрывом, чего он не позволял себе уже очень давно.

Когда часы пробили десять, он решил отправиться в постель. Дети давно спали, Чиэра тоже легла, и он подумал, что, видимо, всё обошлось. Ведь, насколько он помнил, в прошлый раз боль от метки он почувствовал несколько раньше.

Теперь же, судя по всему, либо Лорд выбрал Лонгботтомов, либо вообще не поверил в пророчество. Успокаивая себя этими доводами, Северус зашёл в спальню.

В тот момент, когда он, стараясь не потревожить спящую жену, тихонько снимал халат, его магическая связь с Гарри, ощущаемая им как тонкая нить, соединяющая их души, вдруг натянулась с ужасающей болью.

Сердце сжалось от дурного предчувствия и Северус испугался, что вот сейчас произойдёт страшное и нить порвётся, давая ему знать о потере. С тихим стоном он упал на колени, всеми силами стараясь удержать связь, не дать ей порваться, желая защитить и спасти.

Так же внезапно, как появилась, боль ушла, заставив Северуса замереть, а потом улыбнуться — его связь с крестником никуда не делась, Гарри Поттер в очередной раз выжил.

* * *

Сразу вырваться за мальчиком не удалось, но Северус и не спешил. Газеты подтвердили гибель Поттеров, а где теперь обитает его крестник, он знал. Люциус и Регулус были предупреждены заранее, Малфой обещал попридержать братьев Лестрейнджей.

Конечно, Северус не рассказал всё, указывая на время и обстоятельства, но даже обтекаемые фразы принимались его друзьями во внимание. Слизеринцы ценили суждения Снейпа, считая, что если бы не любовь к зельям и тёмным чарам и заклятьям, их носатый приятель вполне мог бы подрабатывать прорицателем, так что его слова и опасения были приняты во внимание.

* * *

Из давних рассказов Хагрида Снейп помнил, что Гарри оказался у Петуньи только через сутки после того, как дом Поттеров в Годриковой впадине посетил Волдеморт. Где был ребёнок это время, что с ним происходило, так и осталось неизвестным.

Северус уже давно утвердился в мысли, что Дамблдор, которого он много лет считал оплотом светлых сил и, хотя иногда ненавидя, но подчинялся, совсем не светел. От старика следовало ожидать любой каверзы.

В борьбе за добро тот не гнушался и грязными играми, перекладывая ответственность на исполнителей, с полной убеждённостью, что грязь не коснётся чистой души, а то, что он делает — это во благо.

Хотя нельзя было полностью отрицать, что Альбуса не мучила совесть.

* * *

Снейп появился в Англии только через пару недель. Первоначальное желание бежать и спасать он всё же сумел сдержать, памятуя, что с мальчиком ничего не случилось даже после десяти лет проживания у Петуньи, а уж за две недели точно ничего не произойдёт.

Ему надо было подготовиться. Все эти годы он пытался разработать зелье, способное уничтожить крестраж, не убивая того, в ком тот находится. Задачу перед собой Северус поставил почти невыполнимую, при этом сомневаясь даже, что в Поттере присутствовала чужая частица души.

Упоминания о таком в книгах не находилось и он уже почти убедился в том, что в ту ночь произошло совсем не то, о чём ему рассказал умирающий Дамблдор. Но эксперименты он не забросил, тратя время и деньги на поиски решения, возможно, несуществующей задачи.

И, что удивительно, нашёл. Правда, проверить действенность данного зелья не представлялось возможным за неимением в закромах ещё одного живого крестража, но теоретический результат вполне удовлетворил зельевара, к тому же, он был твёрдо уверен, что не отравит мальчишку. Это подтверждали и лабораторные мыши, прекрасно себя чувствующие после приёма точно рассчитанной дозы.

Самое интересное произошло уже после того, как он сумел разработать зелье. В книге, ознакомление с которой стоило ему недели бессонницы над котлом с редчайшим зельем, которое захотел получить хозяин бесценного фолианта, он прочитал описание подлинного ритуала изготовления крестража, а не тот бред, который Альбус пытался выдать за секретную информацию.

Вот тогда он и убедился, что материнская любовь не имела никакого значения в борьбе с Тёмным Лордом, и понял, что происходило с Поттером в те сутки, которые выпали из люльки хагридова мотоцикла.

Ритуал был тёмный и мог быть проведён только над тем магом, что уже разорвал свою душу, привязав её к неодушевлённому предмету. Привязка к живому была следующим этапом. Герпий был гениальным, но окончательно сошедшим с ума учёным…

А к Северусу пришло понимание того, что Альбус, для достижения собственных утопических целей, не только не остановил в своё время честолюбивого молодого волшебника, но и, зная о крестражах, решил победить его, используя приманку и поймав на пророчество.

Когда же что-то пошло не так, сотворил живой крестраж, привязывая дух Волдеморта к ребёнку, при этом не давая Тому возможности возродиться правильно.

Зачем это было сделано, зельевар не понимал. Гордыня ли руководила Альбусом или твёрдое убеждение в своей правоте, а может что-то им, Северусом, осталось невыясненно, какая-то важная деталь, но факт оставался фактом.

В Гарри Поттере действительно обосновался крестраж Тёмного Лорда и тем, кто это сделал, был Альбус Дамблдор.

Знать, что человек, которого ты какое-то время считал чуть ли не вторым Мерлином, смог сотворить такое с ребёнком, а потом растить его в определённых условиях, добиваясь полного отсутствия у мальчишки здравого смысла, было невыносимо.

Чиэра пришла в ужас, узнав о грозящей его крестнику судьбе и, не став допытываться, откуда её супруг вообще узнал все эти сведения, потребовала немедленно забрать мальчика, чтобы избавить его от навязанной ему участи.

* * *

И вот сейчас он приближался к дому Петуньи в Литтл-Уиннинге. Жена осталась в их доме в Коукворте, хотя и рвалась отправиться с ним. Но он посчитал, что это может быть опасно.

Сразу же после Хэллоуина он передал с домовиком, имеющим доступ в Малфой-мэнор, копии рукописей о крестражах и просьбу хорошенько поискать у себя и у родственников вещи Лорда, хотя и опасался возможных нападений и арестов.

Но в Англии всё было тихо. Гибель Лорда не вызвала того ажиотажа, что он помнил. В этот раз стычки авроров и Пожирателей не носили массового характера и, соответственно, после Хэллоуина не последовало сильных репрессий. Да и названия Магической войны эти заварушки не получили.

При этом маги удивлялись, зачем лидер оппозиции отправился в дом соратников Дамблдора? В итоге общественность, под влиянием министерства, утвердилась в мысли, что имела место дуэль, закончившаяся так трагически.

Соответственно и гибель Поттеров, как бы ни старался Альбус, рассказывая о борьбе светлых и тёмных сил, больше запомнилась именно тем, что ребёнок выжил после попавшей в него Авады. Именно это, со слов Дамблдора, произошло с Гарри и именно этим он стал знаменит.

Сторонники Лорда после его исчезновения затаились, выжидая, а после того, как Люциус, ссылаясь на проверенный источник, поведал правду об их предводителе, пришли в ужас. Чистокровные поспешили откреститься от, судя по всему, окончательно сошедшего с ума Лорда.

Забегая вперёд, можно поведать, что метки с их рук сошли через месяц после известных событий.

Так что в этот раз всё обошлось малой кровью и Северус даже подумал, что вот это и являлось той целью, которую преследовали неизвестные силы, давая ему возможность прожить жизнь заново.

Помня о бабочке*, Снейп всё равно удивлялся, что его возвращение повлекло за собой такие огромные перемены. Сохранение старых знаний, живые представители старых родов, дети, не потерявшие родителей, и родители, не хоронившие своих детей.

Лонгботтомы, продолжающие гоняться за преступниками, Пруэтты, МакКинноны, Диборн и другие оставшиеся в живых фениксовцы… Беллатрикс, воспитывающая дочку, не помышляющая о мести и бессмысленных поисках Повелителя, Крауч, Мальсиберы, Розье, Блэк… Все те, кто не лёг в сырую землю и не отправился в Азкабан.

Стоило ли это слёз его крестника и гибели подруги, и не становился ли он похож на Альбуса, позволяя Поттерам принять удар на себя, уходя в сторону и считая их той малой кровью, позволяющей жить остальным? Он не знал ответа на этот вопрос…

* * *

Нажав кнопку звонка, он услышал его трель внутри дома. Через некоторое время послышались поспешные шаги и дверь отворилась.

— Добрый день, Петунья, — проговорил он, сдержанно улыбнувшись открывшей ему женщине. — Я узнал, что у тебя находится мой крестник, и хотел бы забрать его.

__________________________________

* Отсылка к Брэдбери и его рассказу "И грянул гром"(1952г). Рассказ часто цитируется в работах по теории хаоса, поскольку иллюстрирует так называемый эффект бабочки. Однако этот термин появился позже и не связан с бабочкой, раздавленной Экельсом. Термин закрепился после того, как в 1972 г. Эдвард Лоренц забыл дать тему доклада на собрании Американской ассоциации продвижения науки, и ее сформулировал метеоролог Филип Мерилис: «Предсказуемость: Если бабочка взмахнет крыльями в Бразилии, начнется ли торнадо в Техасе?»

Глава 8, эпилог

— Слушается дело о передаче опекунских обязанностей над Гарри Джеймсом Поттером…

Огромный зал Визенгамота был заполнен до отказа не только действующими его членами, но и просто любопытствующей публикой и пишущей братией, набившейся в журналистскую ложу как анчоусы в консервную банку.

Все замерли в ожидании сенсации и только самопишущие перья скрипели, пытаясь угнаться за шёпотом своих хозяев.

Сидящий в кресле посреди зала темноволосый молодой мужчина выглядел невозмутимо, так же как и стоящий рядом с ним маг, в котором многие узнавали известного адвоката, совсем недавно блиставшего на процессах так называемых «Пожирателей» и камня на камне не оставившего от обвинений в нападениях на мирных граждан, предъявленных авроратом двум Лестрейнджам, Мальсиберам и некоторым другим чистокровным.

Адвокатская контора «Кервуд, Стоун и сыновья» славилась тем, что редко проигрывала процессы.

— Северус Тобиас Снейп-Принц, вы утверждаете, что миссис Петуния Дурсль, магла, являющаяся тётей Гарри Джеймса Поттера, попросила вас взять на себя опеку своего племянника. Кто может подтвердить это заявление?

— Она сама, ваша честь, — заговорил адвокат, и зал охнул, когда дверь открылась и вошла молодая женщина, явно нервничающая. Об этом говорили её руки, будто живущие своей жизнью и то судорожно сжимающие сумочку, то мнущие платок или поправляющие причёску.

— Вы миссис Дурсль? — уточнил председатель.

— Да, ваша честь, — ответила женщина дрожащим голосом.

Она явно чувствовала себя неуютно в помещении, заполненном волшебниками, многие из которых смотрели на неё как на неведому зверушку. Гул в зале нарастал и секретарь был вынужден предупредить, что применит Силенцио к особо рьяным крикунам.

— Почему вы обратились к мистеру Снейп-Принцу с такой странной просьбой? — спросил судья, после того как публика несколько попритихла.

— Потому что я обычный человек и не могу справляться со своим племянником. За те несколько недель, которые он пробыл в моём доме, он сжёг проводку, оставив нас без света, разгромил кухню и устроил потоп.

Я понимаю, что у мальчика стресс, он потерял свою мать, мою родную сестру, по которой я тоже скорблю, но я не могу самостоятельно устранять последствия его магических штучек. И именно поэтому он должен воспитываться волшебником, который сможет справиться со всем этим.

А Северуса, то есть мистера Снейп-Принца, я знаю с детства, моя сестра и я дружили с ним. Поэтому, когда он пришёл к нам в дом за Гарри, я с радостью отдала ему племянника.

К тому же, как я поняла, родственников со стороны Джеймса Поттера у племянника нет, раз его подкинули мне под дверь холодной осенней ночью, как собачонку.

Зал зашумел, а журналисты еще сильнее заскрипели перьями.

— Постойте, вы утверждаете, что ребёнка оставили у вас под дверью? Но как такое возможно? — удивилась сидящая рядом с председателем ведьма, глядя на Дамблдора, сидящего в первом ряду: — Мистер Дамблдор, вы утверждали, что отправили ребёнка к родственникам!

— И он не соврал, — посмотрела Петунья на человека, когда-то обидевшего девочку, мечтающую поехать в ту же школу, что и её сестра: — Он действительно отдал ребёнка мне, правда, оставив его в корзинке на пороге, с запиской, в которой сообщал, что моя сестра погибла и я единственная, кто может позаботиться о ребёнке.

С мест снова стали раздаваться выкрики. Некоторые возмущённые маги и ведьмы повскакивали, размахивая руками. Заявить, что у ребёнка нет родных! Немыслимо! Блэки, Малфои, Лонгботтомы… Уизли, наконец!

Дамблдор, с отеческой улыбкой на лице, тоже поднявшийся с кресла, проговорил:

— Я хотел, как лучше. Ребёнок, победивший Волдеморта, не должен становиться разменной монетой. Я не хотел, чтобы из него вырос разбалованный своей славой человек, поэтому посчитал, что у его тёти ему будет лучше.

— О чём вы говорите, Альбус?! — недовольно перебил его председатель. — Мы все прекрасно знаем, что человек, называющий себя Волдемортом, пал от рук родителей мальчика, тоже при этом, увы, погибших. Ребенок же, к великому счастью, остался жив…

Альбус поглядел на говорившего как на любимое чадо, лепечущее что-то несуразное, и как ни в чём не бывало продолжил:

— Пусть так. Я оставил ребёнка его тёте, но если она не хочет заниматься его воспитанием, то Сириус Блэк вполне справится с ролью опекуна. Он недавно вышел из Азкабана. Просто прекрасно, что мы сразу разобрались в том, что он невиновен в смерти Поттеров, к тому же он магический крёстный Гарри и родственник.

— Вы ошибаетесь, мистер Дамблдор, — вступил в разговор всё это время молчавший Северус. — Сириус Блэк не является магическим наставником Гарри Поттера. Отец мальчика, Джеймс Поттер, пригласил Блэка только в магловскую церковь, где тот и был назван крёстным после проведения обряда священником.

К тому же, мистер Сириус Блэк отлучён от рода, а значит, не имеет права говорить за всех Блэков и считаться родственником. Нынешний глава рода — Рэгулус Блэк, признал моё право на воспитание юного Поттера, так же как и Нарцисса Малфой, и Беллатрикс Лестрейндж, обе в девичестве Блэк.

Я являюсь магическим наставником ребёнка, и именно я имею право, данное мне Лили Поттер, заботиться о ребёнке и воспитывать его. Могу поклясться в этом своей магией и предоставить Визенгамоту воспоминания о проведённом ритуале.

У адвоката, только что демонстрирующего документальные подтверждения слов своего клиента, тут же в руках появился легко узнаваемый флакон, используемый для хранения воспоминаний.

Снейп совершенно не переживал по поводу ритуала, проведённого совместно с Лили, ведь он долгое время изучал нюансы магических кровных клятв.

Та часть ритуала, воспоминание о которой он собирался предоставить в доказательство, была совершенно безобидна, но, тем не менее, всё же создавала связь ребёнка с наставником. Об остальном знали лишь те, кто не забывал, что в их жилах течёт кровь ведьм и колдунов.

— Так что я прошу подтвердить моё право воспитывать Гарри Джеймса Поттера, — обратился Северус к собравшимся, обведя зал тяжёлым взглядом, от которого поёжились некоторые особо впечатлительные маги.

Ожидать от молодого человека такого взгляда было несколько неожиданно. Ощущение угрозы будто разлилось в воздухе и многие сразу вспомнили, что обладатель этого взгляда является успешным зельеваром.

Это взгляд давал понять, что его обладатель будет бороться до последнего, даже не сомневаясь, если придётся идти по трупам.

— Тихо! — прикрикнул председатель, хотя это явно было лишним.

В зале, пролети сейчас муха, её бы, несомненно, было очень хорошо слышно.

— Ставим на голосование. Кто за то…

— Стойте! — раздался голос Дамблдора.

Альбус не желал признавать, что проиграл. Ведь даже сейчас, если он расскажет о мальчишке всё, это не значит, что его получится отправить в подходящую семью.

Зельевар скрывал ребёнка в Италии и Дамблдор подозревал, что даже решение Визенгамота не заставит его вернуть мальчика на родину. Оставался последний козырь. Если нельзя вернуть, значит, надо сделать изгоем.

— Я не зря прятал ребёнка у маглов! — произнёс директор, посмотрев на Петунью, сидящую в кресле, с которого недавно встал Снейп. — Этот ребёнок может представлять опасность для магического мира. Я думал, что найду решение этой проблемы до тех пор, пока мальчику нужно будет идти в школу. Дело в том, что мальчик — крестраж Волдеморта!

Когда тот пришел в дом Поттеров, его душа уже была искорёжена злодеяниями, и в тот момент, когда в ребёнка полетела Авада, его мать поставила между ними свою жизнь, словно щит. Проклятие вернулось к Волдеморту и поразило его.

Осколок его души, оторвавшись, попал в единственное живое существо, что было в доме — в Гарри Поттера. Вот поэтому мальчик выжил… Крестраж живёт в нём, он не простой ребёнок, а якорь, который позволит возродиться существу, которое уже не будет человеком.

Зал ахнул, а потом раздались истерические выкрики, гул голосов нарастал, журналисты спешили заснять Альбуса, со скорбным лицом стоявшего, глядя на ничего не понимающую миссис Дурсль и невозмутимого Северуса.

Большинство здесь присутствующих магов знали, что представляет из себя крестраж, хотя информация о их изготовлении считалась тёмной и запретной.

Председатель, устав стучать молотком, совсем позабыв о магии, наконец-то о ней вспомнил и, наколдовав Сонорус, вновь заорал: — ТИХО!

Снейп, поморщившись, спокойно проговорил:

— Мистер Дамблдор, мало того, что вы несколько лукавите, рассказывая, как легко можно создать крестраж, так вы ещё создаете проблему там, где её совсем нет. Я не знаю, зачем вам это нужно, но одно могу сказать точно — в Гарри Поттере нет крестража.

Вот заключение ведущих специалистов Мунго, а также магических клиник Франции, Германии, Италии и России. Они провели полное обследование ребёнка и с уверенностью утверждают, что мой крестник абсолютно здоров и не является вместилищем души темного мага, не представляя никакой опасности для магического общества.

Данное заключение я прошу приобщить к делу, а также готов предоставить его копии прессе.

И снова я обращаюсь к уважаемым ведьмам и магам, заседающим в этом зале, с просьбой разрешить мне заботиться о своём крестнике. Мальчик заслуживает счастливого детства…

* * *

— Папа, папа, смотри — там Драко, — Сайрус дёргал отца за руку, увидев приятеля.

Северус тихо вздохнул, уже не пытаясь утихомиривать сына, южная кровь которого давала себя знать взрывным характером. Зельевар всерьёз опасался, что сын окажется на Гриффиндоре, а вот составит ли ему компанию Поттер, оставалось неизвестным.

Сейчас крестник тихо стоял рядом с Чиэрой и Элли, и ехидно улыбался, глядя на рвущегося к Малфоям Сая.

Поприветствовав подошедшего друга и улыбнувшись второму своему крестнику, Северус завёл ничего не значащий разговор, как обычно выхватывая взглядом знакомые лица, тут и там мелькавшие в толпе.

* * *

За прошедшие с известных событий десять лет многое изменилось в Магической Британии. Проведённые министерством реформы, на которых всё же смогли настоять чистокровные, во многом касались и образования.

Правда, в директорском кресле смог удержаться Дамблдор, несмотря на то, что история с ребёнком Поттеров наделала шуму и сильно испортила репутацию Альбуса.

Кресло Председателя Визенгамота ему не досталось, да и вопросы о том, какое право имел директор школы решать судьбу ребёнка, ещё долгое время регулярно появлялись в прессе. Возможно, именно это сыграло свою роль в решении провести школьные реформы, которые и выявили ужасающие пробелы в образовании.

В конце-концов, не выдержав противостояния с министерством, Дамблдор сложил с себя директорские полномочия и вышел на пенсию.

Северус уже и этому был рад. Ведь для полного развенчания имиджа светлого мага пришлось бы рассказать о наличии крестражей и подставить не только директора, но и друзей по бывшим увлечениям. Так что Альбус сумел хоть и с потерями, но выбраться из той ямы, куда попал благодаря собственным неосторожным словам о крестраже в Поттере.

После назначения нового директора, которым стала Минерва МакГонагалл, по настоянию Попечительского Совета были возвращены некоторые предметы, отменённые прежним директором, и введены новые. Профессора при приемё на работу теперь проходили собеседование и предоставляли документы, подтверждающие мастерство в дисциплине, которую они планировали преподавать.

Было введено ещё одно новшество — ученики теперь, хоть и распределялись по четырём привычным факультетам, но уроки посещали, разделяясь не по цвету галстука, а по умениям и знаниям. Всё это делало нынешний Хогвартс действительно одной из лучших школ Европы.

Дамблдор так и остался в неведении о судьбе остальных крестражей, которые были уничтожены соратниками Тёмного Лорда, и продолжал лелеять надежду на его возвращение и возможность возглавить светлые силы в борьбе со злом.

Но увы, возраст не позволил ему дождаться этого момента, и за год до поступления в школу Мальчика-который-выжил Альбус скончался, подхватив драконью оспу. Северус посчитал, что это очень символично.

* * *

Вокруг семейства Снейпов на перроне образовалась толпа из школьников и их родителей. Вот уже Поттер о чём-то перемигивается с Драко, а Элли приветствует кузена Блейза, по которому уже успела соскучиться, хотя Катарина забрала его из их дома только вчера, пожелав лично проводить сына в школу.

Северус только пожал плечами на эту блажь. Могла бы просто появиться на вокзале, а не таскать мальчишку туда-сюда, всё равно Забини большую часть года проводил у них дома, курсируя вместе со всем семейством из Англии в Италию и обратно, пока его мать, заарканив очередную жертву, не появлялась у сестры, соскучившись по своей семье.

Поприветствовав свояченицу, Северус кивнул прошедшим мимо Лестрейнджам, провожавшим свою второкурсницу-дочь. Видеть адекватную Беллу, идущую с гордо поднятой головой, было неожиданно приятно, а её дочь вызывала улыбку, подражая матери. Вот уж кто, без сомнения, продолжит традиции чистокровных.

— Папа, — тронул его за руку Гарри, в очередной раз заставляя почти незаметно вздрогнуть от такого обращения. — Там Сириус, можно мне?..

— Иди, — вздохнув, согласился Снейп, разглядывая стоящего неподалёку Бродягу, с жадностью глядящего на Поттера. — Только недолго, скоро отправление.

Гарри, кивнув, чинно отправился в сторону Блэка, а зельевар усмехнулся, представив, что было бы с блохастым, узнай он, что зелье, благодаря которому Северус избавил мальчишку от крестража, неожиданно дало несколько отличный от ожидаемого результат, который ещё много лет заставлял просыпаться в холодном поту.

Да, он не солгал на суде, в Гарри действительно не было крестража, но не потому, что он его уничтожил, а потому, что тот растворился в ребёнке… Сейчас Северус уже почти убедился, что Поттер не станет следующим Тёмным Лордом.

При всём том, что он сильно отличался от того мальчишки, что запомнился Снейпу, Гарри остался добрым и сострадательным, при этом впитывая знания, словно губка. Правда, со змеями он шипел, но это умение только радовало зельевара. Яд для зелий у него всегда имелся в достатке.

* * *

Прозвучал удар колокола, сообщающий о скором отправлении поезда, и ученики поспешили занять места.

— Привет! — за спиной у Северуса раздался знакомый голос.

— Флавиус, ты опять опаздываешь, — нахмурился Снейп, глядя на невозмутимого брата. — Когда-нибудь тебе придётся догонять поезд пешком!

— Не бурчи, я ещё ни разу сильно не опоздал, а в конце года сдам аппарацию и всё, проблемы решены.

— Приглядывай там за малышнёй, — сменил гнев на милость Северус.

— Ты думаешь, что если я перешёл на шестой курс, то можно и передохнуть между СОВами и ТРИТОНами, гоняясь за первачками? — прошипел Флавиус, явно подражая старшему брату и махнул рукой: — Ладно, присмотрю, хотя как мне разорваться, если они окажутся на разных факультетах?

— Придумай что-нибудь, — улыбнулась Чиэра, глядя на деверя, которого она всегда баловала, угощая конфетами.

— Хорошо, — легко согласился тот и, чмокнув её в щёку, поспешил в вагон, улыбнувшись напоследок Катарине: — Тебя не целую, боюсь — отравишь.

Оставшиеся на перроне взрослые снисходительно улыбнулись в ответ, не реагируя на привычные детские выходки.

Поезд тронулся и, набирая скорость, отправился в путь. Северус смотрел на машущих ему из вагона пятерых детей и думал, что вот эту жизнь он, несомненно, живёт правильно…

КОНЕЦ

Страница произведения: http://www.fanfics.me/fic92279

Напишите комментарий о прочитанном - порадуйте автора!

А если произведение очень понравилось, напишите к нему рекомендацию.

Content

Аспер_
Переписать набело

Аннотация

Часть 1. Впадая в детство. Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Часть 2. Вторая молодость. Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8, эпилог

КОНЕЦ