Виктория Драх

Убить императора

Год спустя.

Я нежилась на огромном валуне посреди почти идеально круглого озера. Всего в нескольких десятках метров шумел небольшой водопад — его брызги иногда долетали до меня, приятно холодя разгоряченную летним зноем кожу.

Это было только мое место. Два цикла назад я обнаружила его во время прогулки. Прозрачная чуть теплая вода и обилие цветущей растительности на берегу навсегда покорили мое сердце. Я потянулась и перевернулась на спину. Солнечный луч запутался в золотых блестках купальника — подарка Дагена. Иногда хорошо быть принцессой! Никуда не нужно спешить — всеми делами двух планет занимались брат и его команда советников. У меня была отдельная комната под платья, полный шкаф обуви, все драгоценности империи… И мне было безумно скучно. Выхода в галанет на Ардаре не было, редкие приемы навевали тоску своей официальностью. Я тенью слонялась по дворцу, не находя себе места.

Любимым моим развлечением стала игра в догонялки с Раккаром. Бритоголового советника выводила из себя моя способность ускользать от выставленной им охраны. А я что? Терпеть не могу, когда за спиной маячит чья-то тень. Так мы и жили — первое, что я делала по дороге из своей комнаты — скрывалась в одном из многочисленных потайных ходов. Иногда у меня складывалось ощущение, что Раккар сам знал далеко не обо всех.

Еще одним способом занять себя были тренировки. Нееруш гонял меня по дворцовому саду, заставлял ползать по лесу, драться с завязанными глазами… Воином я себя, конечно, не назову, но в случае опасности защититься теперь могу. А защищаться, я не сомневалась, однажды придется.

Тренировки с Дагеном были совсем другими. То, что я принимала за интуицию и эмпатию, оказалось нашим семейным даром. Члены императорской семьи могли чувствовать чужие эмоции, улавливать поверхностные мысли и даже заглядывать в воспоминания. Наши занятия со стороны напоминали игру в гляделки, и только нам с братом было известно, какие противостояния шли между нами в этот момент.

— Вот ты где! — бодрый крик прервал мое самокопание. — Жабры еще не отрастила? Тебя во дворце с утра ищут! Если бы у Раккара на голове были волосы, он бы их повыдергивал!

— Зачем я там понадобилась? — я приветливо махнула Рониарру. Хранитель знаний, знаток древних свитков и самый молодой советник — всего двадцать шесть лет — стал моим ближайшим другом на родной планете. Именно он, когда Шуаро обменял меня на кулон брата, оставался рядом и утешал меня. Терпел, когда в каюте взлетало в воздух все, что не было привинчено к полу, когда я выплескивала свою силу, пытаясь справиться с болью предательства. Рон изо всех сил старался заменить мне команду «Сальвадора». Он был надежным, как Тед, умным, как Скхах, хитрым, как близнецы и сильным, уверенным в себе, как капитан… Именно Рониарр не дал мне окончательно скатиться в пучину отчаяния во время долгого заседания Альянса и полета до Ардара. А еще у Рона была потрясающая черная коса длиной в полтора его роста и толщиной в две моих руки. Я все порывалась распустить эту красоту и нарисовать советника, но Рониарр свои волосы отдавать мне на растерзание категорически отказался. Ничего, никуда он от меня не денется!

— Забыла? Сегодня праздник Середины Лета. Тебе вечером принимать дары вместе с императором, — ардар-рапунцель покосился на платье, флагом развевающееся на рогах моего галда[1] — Рыськи, и привязал рядом своего. Шустро скинул сапоги и рубашку, лишний раз обернул драгоценную косу вокруг шеи и запрыгал ко мне по каменной гряде.

О нет! Только не это! Любование хищной грацией полуголого ардара не помешало мне осознать всю гамму грядущих неприятностей. Проблема в том, что год назад я уже стояла у трона Дагена в день Середины Лета. К полуночи у меня сводило скулы от обязательной улыбки, ноги гудели, а взгляд обещал медленную и мучительную смерть всем присутствующим. Братец, к счастью, заметил это первым и мысленно посоветовал грохнуться в обморок. За что на следующий день поплатился — ни один из стоявших за троном советников даже не подумал подхватить падающую принцессу. А пол в тронном зале, между прочим, каменный!

— Может, скажешь, что ты меня не видел?

— Не получится, — Рониарр устроился на соседнем камне и, кажется, искренне мне сочувствовал. — Император сам сказал, где тебя искать.

Я вздохнула. Раз Даген сдал мое тайное убежище — отвертеться не получится. Или получится?

— Ронни, — якобы задумчиво протянула я. Советник заметно вздрогнул — таким тоном я обычно предлагала то, после чего Раккар бегал по всему дворцу в бесплотных попытках найти очередную использованную мной лазейку. Бедный ардар даже не предполагал, что я действую не одна. Хранитель знаний регулярно снабжал меня полезными сведениями. — Как ты относишься к ярмаркам?

Меньше чем через час я сидела на полу перед мечущимся по комнате императором.

— Бросить меня решила? — возмущался братец. — Оставить одного, беззащитного, на растерзание этим…

— Беззащитного? — фыркнула я. — Как будто я чем-то могу помочь! Наоборот, я предлагаю не только избежать возможного дипломатического скандала, связанного со злой кидающейся на всех принцессой, но и использовать подвернувшуюся возможность с максимальной пользой!

— То есть, отдохнуть и посмотреть на праздник, пока я буду протирать трон в душном дворце без всякой надежды на освобождение, — ехидно уточнил Даген. Я опустила в пол глаза, якобы стыдясь своего предложения. Ди я очень сочувствовала… Но пройти через это вместе с ним не хотела. — Кого в сопровождение выберешь?

— Так ты согласен?!

— А куда мне деваться? Все равно толку от тебя никакого…

— Тогда я украду у тебя Рониарра!

— Так я и думал, — усмехнулся брат, нажал на кнопку комма и вызвал Леура. Не прошло и минуты, как советник появился в покоях императора. — Принцесса Лаурелия, следуя давним традициям, посетит праздник в честь дня Середины Лета. Максимум через час этот слух должен разнестись по всему Ардару и как можно позже дойти по Раккара. — Леур позволил себе понимающую улыбку. — Идеально, если Раккар вообще ничего не узнает. Справишься?

Советник кивнул и молча удалился.

— Переодеваешься так, чтобы тебя никто не узнал, берешь Рониарра за косу и выметаешься из дворца, — приказал мне Даген. — Пара часов форы у вас есть.

— Спасибо! — я повисла на шее у брата. Выразить благодарность мне не дали. Ди весьма настойчиво подтолкнул меня к выходу, напомнив, что если попадемся Раккару, нам уже ничего не поможет. Весомый аргумент, чтобы пошевелиться.

Широкая летящая юбка, удобные босоножки без каблука, полное отсутствие украшений, черные кудри, торчащие во все стороны, и эластичный бинт, стягивающий кисть правой руки. Даген может гордиться — принцессу во мне не узнает никто. Бинт привлекал внимание, но куда меньшее, чем кольцо правителей Мулиа. Снять я его так и не смогла. Проклятый перстень буквально врос в палец, напоминая…

Первые месяцы на Ардаре я действительно ждала Алерра, попутно делая все назло венценосному брату и его советникам. Сколько крови я им попортила… Губы сами расплылись в улыбке, стоило вспомнить, каким было лицо Раккара каждый раз, когда меня возвращали во дворец после очередного побега. Советник закрывал одну лазейку — я находила две других. Но время шло, а мой капитан не торопился меня похищать. Я даже боялась, что он погиб, но Даген меня успокоил: в этом случае кольцо бы снялось. И со временем я сдалась. Приняла новую жизнь, научилась любить эту странную планету, где монархический строй и верность устоям причудливо переплетались с продвинутыми технологиями. Но назвать Ардар своим домом я так и не смогла.

До города пришлось лететь на флаере. Дворец императора стоял обособленно и был отгорожен от суеты столицы Ардара многими километрами карагановых[2] рощ и широкой рекой. Рониарр педантично пристегнул меня к сидению, сел сам и уложил драгоценную косу на коленях. Как он ее моет, интересно? На подобные вопросы советник тоже никогда не отвечал. И потрогать не давал, изверг. Мне же интересно! Я, может, такую же хочу!

Ремни безопасности, кстати, не помешали мне откинуть крышу флаера и подставить руки под упруго бьющий в ладони ветер. Рон косился неодобрительно, но наслаждаться жизнью не мешал. Значит, братец не успел прочитать ему прочувственную речь о безответственной принцессе, за которую советник отвечает головой. Не успел или не стал? Впрочем, не важно. Главное — нас отпустили на праздник.

Как успел рассказать мне Рон, все города Андромеды строились по одному принципу: центральная часть издалека была заметна по стремящимся ввысь небоскребами, многоуровневым дорогам и вечным стайкам флаеров, летающим вокруг, как пчелы около улья. Следом шло достаточно широкое кольцо парков, искусственных прудов, концертных площадок под открытым небом… На Ардаре очень любили живую музыку. Я и сама на волне вдохновения попыталась научиться играть на местном аналоге скрипки, но не преуспела.

Последним, самым широким, было «жилое» кольцо. Большинство ардар предпочитали селиться в отдельных домах, причем так, чтобы соседа не было видно. Из-за этого кольца нескольких близко стоящих городов однажды могли слиться с кольцом Шамары — столицы Ардара. Лет так через пятьсот.

Я, к сожалению, за прошедший год так и не смогла выбраться дальше Шамары. Да и саму столицу посетила только один раз в свите Дагена. В тот момент я еще не совсем смирилась с новым местом жительства и была недовольна сразу всем, Раккар не отходил от меня ни на шаг, так что прогулка вышла не из приятных. Зато сейчас я намеревалась исправить это упущение в более подходящей компании.

Гуляния поражали своим размахом. В системе Андромеды день Середины Лета был самым значимым праздником. По легенде, именно в этот день Ледяной Король был повержен, а Эрдхад — первый правитель Мулиа — посадил у императорского дворца загадочные и прекрасные руа[3]. Они распускались в первый день лета и цвели ровно сто семьдесят дней, даря свой свет в короткие летние ночи. В этот день жители даже самых далеких провинций приезжали, чтобы преподнести свои дары императору. Улицы превращались в огромную кипящую ярмарку, наполненную многочисленными торговцами, музыкантами, акробатами, жонглерами… Каждый мог найти развлечение себе по душе.

Ярмарка нахлынула со всех сторон, затопив нас водоворотом песен, смеха и криков зазывал. Я только успела купить огромный рожок с мороженым, когда Рониарр утащил меня смотреть на факира, глотающего огонь. Для меня подобное зрелище было экзотикой — не в приюте же мне было таким любоваться! Ардар бессовестно воспользовался моим ступором. Когда я очнулась, от мороженого осталось меньше половины. Отомстила я со всей жестокостью обманутой женщины — провела коварного похитителя чужих лакомств через лотки с узорчатыми шалями и долго и придирчиво выбирала, чем он будет выкупать прощение. Советник оказался не приспособлен к реалиям жизни и уже через полчаса был готов скупить все платки, лишь бы уйти оттуда. На что я заявила, что передумала, и хочу не шаль, а браслет… В общем, месть удалась. Смеясь и подтрунивая друг друга, мы гуляли между рядов и набивали карманы приятными памятными безделушками.

С наступлением темноты на площади начались танцы. За прошедший год брат всерьез озаботился моим воспитанием, поэтому отдавить кому-нибудь ноги я уже не боялась. К тому же, на всех балах рядом со мной были либо Даген, либо Нееруш, либо Рониарр. Кто из них на что способен, я знала до мельчайших подробностей, поэтому без раздумий доверилась ардару. Советник ожидания оправдал, и мы уверенно лавировали в водовороте танцующих пар.

На глаза попалась ардарка в ярко-красном платье, полыхавшем в свете огней сияющей хрустальной вышивкой. Кажется, я часто видела эту девушку во дворце… Впрочем, уже через секунду я потеряла ее из виду. Да и как можно думать о чем-то еще, когда сильная рука уверенно и, пожалуй, чуть ближе, чем предписывает этикет, прижимает тебя к разгоряченному мужскому телу, когда каждый шаг заставляет воспарить над землей, когда не ты танцуешь, ты сама — танец? Мы летали, кружились, дразняще касались друг друга и вновь расходились. Танец-флирт, танец-дуэль, древний, как сама жизнь. Почему бы не забыть на время о том, что я — принцесса, что я — пират, которого предал мой капитан, что я — чужая в этом мире? Забыть про брата, который любит меня и изо всех сил старается скрасить мою жизнь на Ардаре, забыть про ворчливого Раккара, про проклятое кольцо, которое проступает даже через бинт, про чересчур яркие сны, после которых я просыпаюсь в слезах… Я целиком растворилась в пьянящих ощущениях свободы и вседозволенности, на которые была щедра эта ночь.

Бом-м-м!

Смолкла музыка.

Бом-м-м!

Остановился танец.

Бом-м-м!

Я пыталась успокоить скачущее галопом сердце.

Бом-м-м! Бом-м-м!

Рониарр медленно развернул меня к себе. Еще одна традиция — те, кого звон колокола застал в танце, целуются. И только от самих пар зависит, каким будет их поцелуй — дружеским и целомудренным, или полным страсти… Хорошая традиция, особенно если рядом тот, поцеловать кого ты совсем не против.

Бом-м-м!

Вообще-то, советник поступил не очень честно. Танцевать ни с кем другим он меня не отпустил, так что исход этой ночи был предрешен…

Бом-м-м! Бом-м-м!

Все эти мысли проносятся у меня в голове, не задевая сознания, когда Рониарр прикасается к моим губам. Наш поцелуй ни дружеский, ни страстный. Он полон нежности, в которой так хочется раствориться, пропасть, утонуть навсегда. Но у меня не получается.

Бом-м-м! Бом-м-м!

С последним, десятым ударом небо разгорается тысячами огней, кружащимися в безумном вихре. Я обняла Рониарра, надеясь, что он не увидит мои слезы. Пусть я сдалась, но я не забыла. Ни пылающие небеса, ни хрустальные мосты Дранго-де-Сорро, ни поцелуй на холодных камнях пляжа… С мрачной решимостью я поняла: не стать Ардару моим домом, пока мое сердце остается за пределами туманности. Пришло время действовать.

* * *

Тук-тук-тук-тук!

Не просыпаясь до конца, я натянула одеяло на голову и сделала вид, что не слышу. От жизни на «Сальвадоре» к ранним гостям вырабатывается стойкий иммунитет.

— Ли, я знаю, что ты не спишь! — донесся приглушенный одеялом голос. — Открывай!

— Тед, какого хы…ва ты при…ся? Я сплю! Чтоб тебя крад за шва…ыз укусил[4]! — на уме была еще парочка пожеланий, но я посчитала миссию по избавлению от «будильника» выполненной и накрыла голову еще и подушкой. Гость, однако, оказался настойчивым.

— Теперь ты просто обязана открыть. Я же умру от любопытства! Я хочу знать, куда меня послали, правда ли крад может укусить, и самое главное, дорогая моя, почему «Тед»?

Я чертыхнулась и поплелась к двери. Даген! Какого… ему от меня понадобилось? Неужели из-за Рониарра? Узнал про поцелуй? Или… После фейерверка праздник продолжился, и мы решили немного задержаться… Кажется, идея споить советника была не лучшей.

— Наконец-то, — зевающий и не выспавшийся император зашел в спальню. — Что с моими вопросами?

— Под хоботами у крадов есть рот. Они им едят, — выдала я первое, что пришло на ум.

Ди посмотрел на меня как на тяжело больную, окинул взглядом царящий вокруг хаос… Ронни оказался крепким орешком, и, спаивая его, я сама немного перебрала. Ровно настолько, чтобы, придя в свои покои, держась за стену для равновесия, не утруждать себя раскладыванием одежды по местам. Да-да, сейчас мне очень стыдно. Но вчера я об этом не думала.

— Ты во сколько вчера вернулась? — хмуро поинтересовался брат.

— После фейерверка, — попыталась выкрутиться я. Главное — не врать!

— На сколько после? — крад, маневр не сработал. А действительно, на сколько?

— Понятия не имею, — абсолютно честно ответила я и поспешно перевела тему. — А зачем ты пришел?

— Затем, дорогая моя, что служанки твою комнату обходят по большому кругу, — Даген подошел к кровати, подвинул свисающий с нее плащ Рониарра (а он здесь откуда? Не помню такого!) и сел. — Ты не явилась на тренировку, и Неерушу пришлось идти ко мне, чтобы выяснить, почему ни одна из служанок не соглашается сходить за тобой.

Крад! Тренировка обычно в полдень, сколько же сейчас времени? А поведение горничных объяснялось очень просто: как только я смирилась со своим пребыванием во дворце, брат приставил ко мне трех девушек. В первое же утро, когда меня подняли до рассвета, чтобы искупать-накрасить-причесать-одеть и отправить на семейный завтрак, я доходчиво объяснила, насколько это была плохая идея. С тех пор прошел почти год, а моя репутация среди слуг так и не изменилась к лучшему.

— Приводи себя в порядок и иди сама объясняйся с Неерушем, — брат упал спиной на кровать и подложил под голову мою подушку. — Я у тебя останусь, там советники отчеты после праздника разбирают.

Я сочувственно хмыкнула и закрыла дверь спальни. Пусть прячется, у него тоже тяжелая ночь была. Умывшись и кое-как расчесавшись, я побежала на задний двор. Тренировки с Неерушем проходили там независимо от погоды. Первое время физическая усталость и боль помогали справиться с душевными терзаниями. Когда стало легче, я не стала отказываться от ежедневных занятий — мулиа предложил освоить оружие, о котором я давно мечтала — ардарскую плеть.

Вокруг загорелого воина и бритого советника (только Раккара мне для полного счастья не хватало!) вились наряженные девицы. Самое печальное, среди пестрой стаи я заметила Ларину. Леди Люстра так и не простила мне моего появления — еще бы, ведь теперь первой леди была не она. Формально, Ларина и не являлась самой знатной ардаркой, но зато была племянницей одного из советников. Девушка не упускала случая отомстить: мелко, не очень действенно, но все равно обидно. Кстати, интересно, брат знает, что Лари осталась во дворце?

Я в очередной раз мысленно поблагодарила архитекторов императора за лабиринт из цветущей живой изгороди, окружавший сад. Благодаря нему я осталась незамеченной, пока пробиралась обратно к своим комнатам. Такой шанс! Советники заняты, и если сейчас столкнуть Дагена и Ларину, меня не хватятся до поздней ночи или даже до утра, а за это время на скоростных ардарских кораблях можно пересечь туманность…. Стоп. Сделать такой подарок леди Люстре? Да ни за что! Я решительно выдохнула. Сбежать я еще успею, а вот брата подставлять не буду!

Через главный вход я возвращаться не рискнула — кто знает, сколько Ларина и ее свита будут любоваться тренировкой? Вместо этого я подкралась к раскидистому дереву, растущему у моих окон. Его ствол не тянулся вверх, а закручивался, будто штопор. Идеальный запасной выход. Или вход. Самое приятное, что бесхитростный Раккар даже не подозревал, что принцесса может лазать по деревьям.

Только добравшись до своего окна, я поняла, что удача повернулась ко мне копчиком. Ставни были закрыты! В горле застрял истерический смех — я, космический пират и принцесса Ардара, сижу на высоте третьего этажа на дереве и стучусь в собственное окно!

Витражная створка резко распахнулась. От неожиданности я не удержалась и чуть не полетела вниз. В последний момент мне удалось схватиться за ветку и повиснуть на руках.

— Ли? Что ты…

— Потом объясню! — я подтянулась и снова оседлала бедное дерево. — Подвинься, мне срочно нужно внутрь!

За что люблю брата — лишних вопросов он не задает. Надо, значит надо. Хотя сейчас я бы ответила на тысячу вопросов, лишь бы под рукой была камера. Не каждому дано удивить императора!

Грациозным мое появление в комнате не назовешь — курица с насеста изящнее падает. Однако мои мучения были вознаграждены. Стоило растянуться на пушистом ковре, как через открытое окно долетел мелодичный, явно отрепетированный смех. Пока Ларина была далеко, но еще минута, и дворцовые сплетницы получили бы новую историю.

— Вот и ответ на мой вопрос, — сам себе сказал Ди и устроился на пол рядом со мной. — Почему она до сих пор во дворце?

— Я надеялась, ты мне скажешь, — я перевернулась на спину. — Что будем делать?

— Может, сбежать?

Я задумалась. А что, это идея!

— У тебя нормальная одежда есть? — я оглядела брата. Черная туника в пол с разрезами до бедер, расшитая серебром, серебристые шаровары и мягкие балетки (у этих тапочек было другое название, но я его так и не запомнила). Красиво, но для моей задумки совершенно не подходило.

— Тренировочная подойдет? Только она где-то в оружейной…

— Слишком далеко, — план спасения рушился на глазах. — А Рониарр сейчас с остальными советниками?

— Не знаю, что ты с ним сделала, но с утра я его не видел, — попытался надавить на мою совесть брат. Совесть зевнула, повернулась на другой бок и продолжила спать.

— Отлично, вставай!

— Что?

— Вставай, говорю, — пришедшая в голову мысль казалась настолько гениальной, что я не могла усидеть на месте. — Так, ты немного выше… — Я обхватила Дагена руками за талию. Память услужливо подсказала, что вчера я так же висела на Рониарре… — И худее. Для побега сойдет! Сиди здесь и никуда не выходи, дверь открывай только мне. Я быстро!

Ди, может, и хотел что-то возразить, но слушать его я не стала. Оглядываясь по сторонам и вздрагивая от каждого шороха, я кралась в спальню советника. Если повезет, и он еще не проснулся…

— Кто та-а-а? — громкий зевок заглушил вторую часть вопроса.

— Это Ли, — зашипела я. — Открывай быстрее!

Дверь распахнулась, и меня буквально втащили внутрь.

— Что ты здесь делаешь? А если тебя увидят? — бедный советник, кажется, окончательно проснулся от ужаса. Приятно, когда кто-то волнуется о твоей репутации. Даже если от нее давно ничего не осталось.

— Не увидят, — мне не хотелось окончательно добивать друга, но время поджимало. — Мне нужна твоя одежда.

Рониарр на секунду завис, оглядел меня сначала сверху вниз, потом снизу вверх и вынес свой вердикт:

— Тебе велико будет.

Я чуть не взвыла в голос. Ну почему он такой умный?

— Это не мне. Пожалуйста, что-нибудь самое простое и удобное, без вышивок и украшений, — я сделала большие глаза и захлопала ресницами.

Советник зевнул, кивнул куда-то в пустоту, снова зевнул и, пошатываясь, направился вглубь комнаты. Длинная коса подметала за ним пол, вызывая дикое искушение за нее дернуть. На полпути ардар резко остановился и развернулся:

— А кому?

Желание дернуть за косу стало почти нестерпимым. Я с трудом сдержалась.

— Я тебе потом расскажу, обязательно. Мне очень-очень нужно! Ты буквально спасешь мне жизнь!

Ронни, похоже, решил, что проще от меня отделаться и спать дальше. Уже через минуту я стала счастливой обладательницей светло-коричневых брюк для верховой езды, просторной белой рубашки со шнуровкой на вороте и мягкого жилета с кучей карманов. В последний момент вспомнила про сапоги — их сонный советник отдал почти без ворчания.

Я носилась по комнатам и собирала сумку. Плед, купальник, расческа, пустая фляга — всегда приятнее вода из родника, чем с кухни. На кухню все-таки придется зайти и набрать еды. Хорошо, что к моим набегам там уже привыкли. Еще нужно оседлать Рысю и незаметно вывести брата с территории дворца… Как я все это сделаю?

Переодетый Ди вышел из спальни. Вопреки моим прогнозам, наряд Рониарра пришелся ему впору. Только, несмотря на простую одежду, выглядел император… императором.

— Садись сюда, — я указала на низкий пуфик перед зеркалом и взялась за расческу. Брат даже не пытался возразить. Я зачесала ему волосы назад и попыталась завязать хвост. Короткие пряди упорно вылезали из заколки, поэтому получилось что-то вроде «мальвинки». Дагену эта прическа придавала эдакий благородно-небрежный вид… В общем, то, что надо.

— По дереву спуститься сможешь?

Брат уверенно кивнул и направился к окну. Отлично, одной проблемой меньше. Я оглядела комнату. Вроде ничего не забыла… А если и забыла, не страшно. Мы же не на неделю в лес идем.

— Ли?

— А? — я отвлеклась от попыток устроиться поудобнее. Ехать вдвоем на одном галде — то еще удовольствие. Я постоянно сползала с высокого горба вперед, к шее.

— Что ты будешь делать, когда Алерр вернется?

Вопрос застал меня врасплох. Не мог же брат догадаться о моих планах!

— Потребую снять кольцо, — буркнула я. — Если он вообще вернется.

— Все так плохо? Он, конечно, не идеал, но его тоже можно понять. Он защищал тебя.

От возмущения я чуть не упала, но Даген вовремя поймал меня за талию.

— Первые пару месяцев я была готова его понять. Но уже второй год пошел, а от него ни одной весточки! Надо мной весь Ардар потешается! Да что Ардар, я, наверное, первая в галактике девушка, засидевшаяся в невестах на год!

— Значит, за Алерра не выйдешь? — судя по голосу, брат тоже надо мной смеялся. Повернуться и проверить у меня не получилось.

— Не выйду, — согласилась я. Не хочу сейчас о Шуаро думать. Мы въезжали в карагановую рощу. Длинные ветви образовывали зеленую арку над широкой тропой, а узкие листья нашептывали древние сказки. Где-то в кронах устроили перекличку хатха. Как можно в таком месте думать о… предателе!

— А за кого выйдешь? — не унимался брат.

— Есть конкретные предложения? Или тебе просто скучно?

— Интересно твое мнение, — охотно признался Ди. — Рониарр с тебя пылинки сдувает, чем ты бессовестно пользуешься. Нееруш к тебе неравнодушен. Да и Раккар с восторгом отзывается. Злится, что не в состоянии удержать тебя во дворце, но все равно восхищается.

Рониарр и Нееруш? Еще и Раккар? Я задумалась. За собственными переживаниями я не замечала очевидного. Рониарр действительно всегда старался быть рядом, никогда мне ни в чем не отказывал… Разве что к волосам прикасаться не давал. Зато согласился позировать! Однажды я поздно вечером выползла в сад в надежде потренироваться без Нееруша. Оружейник был отличным учителем, но его язвительные комментарии сильно мешали. Как оказалось, не только я рассчитывала в тот день на одиночество. По вытоптанной поляне кружили Рониарр и Нееруш, причем советник явно теснил мулиа! Магари-яри[5] в руках хранителя знаний крутился с такой скоростью, что видно было лишь размытую тень. Оружейник едва успевал парировать удары. Я же, вместо того чтобы наблюдать за ходом боя, принялась любоваться советником. А там было на что посмотреть! Рон был босиком, без рубашки, в одних только коротких бриджах. На сухой фигуре отчетливо выделялась каждая мышца. В тот день впервые после предательства Алерра мне захотелось рисовать. Спустя час я стучалась в комнату Рониарра. Советник смущался и мило краснел, но терпеливо позировал, пока я зарисовывала его голый торс. Снимать штаны Рон, к сожалению, отказался категорически. Хотя я уже придумала, как его раздеть. Всего-то надо в следующий раз скинуть ардара в озеро… Все ради искусства! Так что да, если и есть во дворце кто-то, кто ко мне неравнодушен — это Рониарр. Да и вчерашний поцелуй выдал его чувства с потрохами. Я с шальной улыбкой прикоснулась к губам, но тут же одернула руку. А ну как Ди увидит? Кажется, не заметил… К Неерушу я относилась как ко второму брату. Насчет Раккара Даген, пожалуй, погорячился. При встрече мы обычно были готовы поубивать друг друга.

— Можно мне после разрыва помолвки на год-другой освободиться от посягательств на мои руку, сердце и прочие органы? Вроде как я страдаю и мучаюсь… А там, глядишь, кто-нибудь нормальный подвернется?

— Тебе все можно, — улыбнулся брат. — Но учти, за кого попало я тебя не отдам.

— Я сама за кого попало не… крад! — что-то ярко-красное на полной скорости врезалось мне в грудь. В очередной раз я чуть не свалилась с галда. Отчаянно пищащий комок перьев при ближайшем рассмотрении оказался птенцом хатха — с ладонь длиной, с еще не отросшим хвостом и только-только наметившимся хохолком на голове.

— Хлеб есть? — деловито поинтересовался Ди.

— В сумке, — я устроила пташку у себя на коленях. Не в меру наглый птенец клевал сырную булку прямо с ладони Дагена.

— Нравится? Забирай себе, — братец не стал дожидаться ответа и дернул поводья. Флегматичная Рыська двинулась дальше.

— А можно?

— Можно. Особенно если приручишь. Хатха последние лет десять почти никого к себе не подпускают. Переложу эту проблему на твои плечи.

Вот удружил! Я в отместку пихнула Ди локтем в ребра. Не доверяйте императорам — они ничего не делают бескорыстно.

* * *

Мы выехали к излучине Ниары. Здесь практически не было течения, а растущие до самой воды караганы создавали уютную тень. Я часто приходила отдыхать в это место, когда лень было ехать до озера.

— Когда-то я сбегал сюда на свидания с Лариной, — неожиданно признался Даген. — Лет в пятнадцать.

— Серьезно? — я свернула гнездо из уголка одеяла и пересадила туда птенца. — Ты и леди Люстра?

— Раньше она была другой, — вздохнул Ди и стянул рубашку. — Я на тот берег сплаваю, а ты сиди здесь и сторожи вещи, — брат показал язык и, как был в брюках, забежал в воду. Я сорвала какую-то траву и запустила в него, но промахнулась. Довольный император быстро удалялся от берега.

— Вот так всегда. Ты его спасаешь, а он оставляет тебя сторожить вещи, — пожаловалась я пташке. Яркая птичка согласно пискнула.

Вокруг было безлюдно, но, на всякий случай, переодеваться в купальник я направилась к ближайшим кустам. Как оказалось, не зря — стоило затянуть последние завязки, как с нашей поляны донеслись голоса. Я тихо ругнулась и перетянула руку с кольцом гимнастическим бинтом.

— Здесь уже кто-то есть!

— Ну и что? Места всем хватит.

— Вдруг у них свидание?

— Тогда извинимся и уйдем. Мел, смотри, какая птичка!

Услышав восторженный визг, я вышла из своего укрытия. Птенца надо спасать, а то затискают.

— Всем привет!

Три девчонки, обступившие моего хатха, подпрыгнули от неожиданности и обернулись.

— Привет, — высокая девушка с темно-золотыми кудрями первая пришла в себя. — Мы не помешаем?

— Оставайтесь, если вас не смущает мой водоплавающий брат. Единственное условие — птенца не трогать, — я решительно забрала хатха на руки. — Я Ли.

— Я Сати, а это Агна и Мел, — Сати указала на своих подруг. Агна наверняка была ее младшей сестрой — такая же поджарая, смуглая, златокудрая и темноглазая. Мел с черной толстой косой и бледной кожей выделялась на их фоне не только внешне, но и той особой мягкостью и плавностью движений, которую дети аристократов впитывают с молоком матери. Мягкостью, которой мне не досталось.

— А где твой брат? — Агна косилась на хатха, но попросить подержать не решалась. А я бы и не дала. В этом решении мы с птенцом были единодушны.

— На другой берег поплыл, — я махнула рукой в сторону речки. Дагена, кстати, нигде не было видно.

Пока мы болтали, Сати и Мел деловито расстелили еще два одеяла, и, на ходу скидывая одежду, побежали в воду. Сати топталась на мелководье, а Мел быстро отплыла от берега, за что и поплатилась. Девушка не успела даже булькнуть, когда что-то резко утянуло ее под воду. Через несколько секунд уже у берега появился Даген с ардаркой на плече.

— Я тебе где сидеть сказал? — начал было он, но осекся, заметив Сати. Следом в поле его зрения попали я и хихикающая Агна. Брат покосился на висящую на его плече девушку.

— Знакомься, это Сати, Агна и Мел, — ответила я на его немой вопрос. — Девчонки, Ди, мой брат.

— Приятно познакомиться, — сквозь смех выдавила Сати. — Поставь нашу подругу на место, она высоты боится!

Даген отмер и бережно опустил Мел. Я опасалась, что кто-то из девушек узнает императора, и плакала тогда наша конспирация. Но вроде обошлось. Хорошо, что брат не слишком часто из дворца выбирается! А на свои официальные изображения он сейчас совершенно не был похож.

Чернокосая, стоило ей почувствовать твердую землю под ногами, попыталась влепить Ди пощечину. Брат поймал ее руку в нескольких сантиметрах от своего лица. Секунду он смотрел на девушку, будто впервые ее видел (в общем-то, так оно и было), а затем поднес ее ладонь к губам и поцеловал.

— Прошу меня простить, но я еще никогда так не радовался своим ошибкам, — и откуда в его голосе эти соблазнительно-бархатные нотки? Самое интересное, они действовали — Мел только кивнула, хлопая широко раскрытыми глазами. Брат с мастерством бывалого обольстителя прошелся обертонами по оголенным нервам. — Меня зовут Ди.

Крад, я и не знала, что Даген умеет так улыбаться! Не будь я его сестрой, моментально бы растаяла. Судя по восторженному вздоху Сати, я была не одинока в своем мнении.

— Мелисса, — пролепетала жертва нападения императора, не отрывая от него взгляд. Чувствую себя лишней. Крад!

— Мы вам не мешаем? — насмешливо поинтересовалась Агна. Мел тут же отскочила от Ди и покрылась румянцем. Даген, все так же многообещающе улыбаясь, чуть склонил голову набок. С каждым днем узнаю о своем брате все больше и больше. Вот как тут сбегать?

* * *

— Огонь!

Последний центаврианский катер взорвался ярким огненным цветком, на миг вспыхнувшим и тут же угасшим. Было в этой картине что-то сюрреалистическое. Ни звука взрыва, ни пожара… Всего за секунду корабль превратился в скопление космического мусора, разлетающегося в разные стороны.

— Последний, командор! — доложил Нар. Второй пилот хлопнул по руке первого — жест, ставший традицией, гарантией удачи. На что еще можно положиться, когда выходишь один против трех? Только на везение да на мастерство капитана, командора… Как только бывшего майора разведки, ныне командующего группой бойцов Сопротивления, не называли.

— Сам вижу… Молодцы! — гаркнул капитан. — Курс на Шагшу, будем ремонтироваться. Тедди, через два часа — подробный отчет о повреждениях мне на комм.

Как только командор покинул мостик, из навигаторского кресла донесся довольный присвист.

— Тю-ю-ю… Как мы их!

— Легко отделались, — мрачно буркнул Тед. Визиты на пиратскую базу он не любил. Какой может быть отдых, если с корабля не выйти? А светиться землянину было нельзя — слишком многие на Шагше его знали.

— Не ворчи, Медвежонок, — хлопнул пилота по плечу Нар. Бывший штурмовик потянулся, громко хрустнув костями.

— Точно. Не порть кайф, — зевнул Ричмонд. Навигатора после стычек почему-то всегда клонило в сон.

Первый пилот отмахнулся и достал из нагрудного кармана помятую фотографию. Тоже ритуал: каждый бой с центаврианами напоминал ему о последних циклах на «Сальвадоре», о сражениях с Охотником, о проделках близнецов, о душе радиостанции — Лиаране…

— Попался!

Рич выхватил фото из рук задумавшегося Теда. К навигатору тут же подскочил Нар.

— Не голая?! — возмутился второй пилот. — Тогда какого х…ыва ты ее так прятал?

— Твоя девушка?

— Просто подруга, — попытался отвертеться землянин. Отпираться было поздно. Да и разве может навредить простая фотография? Тед понятия не имел, где сейчас был хоть кто-то из его бывшей команды.

— На «просто подруг» так часто не смотрят, — философски заметил Нар. — Колись, кто это?

— Глаз Сальвадора и братья Гринхенвальды, — сдался пилот. Специально назвал именно те имена, которые его друзьям присвоили ищейки Центавры. Рассказать только то, что известно центаврианам и можно прочесть в графе «Разыскиваются» — почему бы и нет?

— Эта мелочь — Глаз? — недоверчиво переспросил Рич.

— Что у тебя с ней было? — объявленная в особый розыск хакерша заинтересовала боевых товарищей намного больше, чем знаменитые центаврианские авантюристы.

— Не поверишь, ничего.

— Правильно, не верю, — вернул фотографию Нар. — Что так? Не страшная, вроде.

— Она помолвлена.

«А сейчас, может быть, уже вышла замуж», — мысленно добавил Тед.

— Жаль. Красивая была. И талантливая, не зря ее на Шагше до сих пор добрым словом вспоминают.

— Кто?

— А, ты ж не слышал, — махнул рукой навигатор. — Марсиане не так часто признают заслуги женщин, но если уж такое случилось… В общем, Глаз для них теперь героиня, как Саа Ван Ли. Говорят, под ее присмотром пиратам спокойнее было. Заменить ее пока никто не смог — силенок не хватает. Каждая вторая засада центавриан удачная, а с Глазом была только каждая пятая.

— А еще в ее пользу говорит то, что центавриане, как ни старались, не смогли выяснить ее имя, — хмыкнул Нар. — Только размытое фото для поиска да прозвище.

— Прозвище не ее, — приоткрыл завесу тайны Тед. — Центавриане придумали.

— Расскажешь?

Пилот покачал головой. Нельзя. Ни имя, ни привычки… Ни слова про прошлую жизнь. Ничего, что могло бы навести ищеек на след. Даже друзьям. Только так оставался шанс выжить.

* * *

Сегодня.

Стоило мне открыть глаза, как захотелось спрятаться под одеяло, всячески оттягивая страшный миг.

Сегодня я сбегу из Ардара. Это моя последняя надежда. Других путей из скрытой туманностью части космоса я не нашла, и если сегодня ничего не получится… Нет, не хочу об этом думать.

Я решительно поднялась с кровати, завязала волосы в высокий узел. Погладила пальцем дракона Саа, прежде чем спрятать его среди прядей. На дно небольшой сумки упали тренировочные брюки и несколько золотых колец с крупными самоцветами, завернутые в рубашку Рониарра. Я так и не вернула ее после нашей с Ди прогулки. Мне хотелось… Я хотела сохранить хоть что-то, что будет напоминать мне о Хранителе знаний.

Простое бледно-голубое платье с широкой юбкой и лентой вокруг шеи. Самые удобные туфли без каблука. Привычный эластичный бинт на руке. Других своих украшений помимо ювелирной заколки я надевать не стала. Увозить их из Ардара казалось кощунством.

Сердце было готово выпрыгнуть из груди. Я подошла к двери, мысленно прощаясь с комнатами, ставшими мне домом. Что бы ни случилось, сегодня моя жизнь изменится. Или я смогу миновать туманность и найду свою команду, или меня поймают и навсегда запрут во дворце. После того, что я собиралась сделать, на снисхождение можно было не рассчитывать.

Сзади раздался возмущенный писк. Птенец хатха, которому я так и не придумала имя, раскинул в стороны маленькие крылышки, требуя, чтобы его взяли с собой.

— Прости, малыш, — я покачала головой. — Тебе туда нельзя.

Упрямая пташка голос разума слушать отказывалась и продолжала верещать. Смирившись, я пересадила птенца на свое плечо. Хитрый комок перьев тут же замолчал и принялся чистить клюв.

— Ли, готова? — Рониарр вежливо поскребся в дверь. Я в последний раз вздохнула, как перед прыжком в ледяную воду, и вышла навстречу новой жизни.

Советник с мягкой улыбкой взял меня под руку. Мне показалось, или после дня Середины Лета мы стали намного ближе? И сегодня я своими руками все разрушу. Я заглянула в сияющие глаза Рона и впервые засомневалась: может, стоит остаться? Плевать на кольцо, на так и не вернувшегося за мной Алерра, на пропавший вместе с капитаном кулон Ди… Я не хотела улетать с Ардара и не хотела оставаться в неведении. Меня буквально разрывало на части. Команда «Сальвадора всегда была для меня семьей, и я не могла оставаться в стороне, пока ребята были вынуждены ускользать от ищеек Центавры. Смог ли капитан, как и хотел, получить защиту у Земли или Марса? Или это было сказано только чтобы успокоить меня, а у Шуаро были какие-то свои планы? Я не могла больше гадать. Я должна была это выяснить.

— Мулиа обязательно тебе понравится, — советник буквально светился от счастья, задавая координаты полета, а я не находила в себе силы поднять на него глаза, только вымученно улыбалась. Сможет ли Рон меня понять? Вернусь ли я когда-нибудь на Ардар, чтобы узнать это? — Там меньше гор, зато есть огромный океан и дикие леса, полные разнообразной непуганой живности. Жаль, что тебе по этикету полагается в платье ходить, не очень удобно будет.

Да, мне тоже жаль, но по другой причине. Мы, наконец, вышли в открытый космос. Я приготовилась.

— Знаешь, у Мулиа всего одна луна — Ламина, — неожиданно проговорил Рониарр. — Но она гораздо ближе к планете, чем три наших. Когда Ламина в небе, океан словно светится изнутри. Невероятно красивое зрелище, особенно ночью. Ли, ты… — голос советника немного охрип. Рон пальцами коснулся моей щеки. — Пойдем к океану ночью? Только мы. Я…

— Это приглашение на свидание? — я посмотрела в глаза ардара. Почти чисто голубые, фиолетового в них было совсем немного.

— Да.

Я едва сдержала слезы. Почему, почему именно сейчас? Как легче бы мне было, не услышь я этого!

— Я очень хочу пойти с тобой на свидание, — честно призналась я. Рониарр, кажется, в первые секунды сам не поверил в то, что услышал. А дальше я оказалась прижатой к неудобно впившейся мне в спину ручке капитанского кресла. Советник навис надо мной, все еще сомневаясь — не послышалось ли? Я сама потянулась за поцелуем.

— Прости меня, если сможешь, — шепнула я в губы Рониарра несколько бесконечно сладких минут спустя.

— За что? — мягко улыбающийся советник обнял меня за плечи. Как бы я хотела принять его приглашение… Я зажмурилась. Если Рон и дальше будет так на меня смотреть, я плюну на все и останусь на Ардаре!

— За это.

Я ударила со всей силы. Нет, не физически, ментально. Эту способность я обнаружила, когда в роще на меня выскочил невесть откуда взявшийся дикий кабан. От испуга я погрузила животное в спячку на несколько минут. Теперь же мне предстояло удерживать Рониарра в таком состоянии тридцать пять часов — именно столько занимал полет без остановок до нужной мне планеты на ардарском корабле. Советник с едва слышным стоном осел на пол. В последний момент в его глазах отразились понимание и почти детская обида.

— Эша-Рин, ты слышишь меня? — я обратилась к кораблю. Надо было с ней договориться, пока я еще в состоянии что-то говорить.

— Слышу.

Голос Рин был более низким и хриплым, чем у Норы. Я глубоко вдохнула, успокаивая взбесившееся сердце. То, как Эр-да-Нора говорила со мной перед приемом на Кра… Она знала, что меня ждет. Знала и покрывала Шуаро ради того, чтобы спасти меня — своего капитана. У меня был только один шанс сбежать из Андромеды — заставить Рин сделать то же самое для Рона.

— Рониарр сейчас под моим контролем. Я могу сделать так, что он больше не проснется. Я скажу координаты. Отвези меня туда, и я освобожу твоего капитана.

— Я могу позвать на помощь, — чуть подумав, ответила Рин. У меня похолодело внутри. Неужели я попалась? О связи между кораблями ардар я знала весьма смутно.

— Можешь, — я старалась не показать, насколько мне страшно. — Но тогда просыпаться будет некому.

— Ты этого не сделаешь, — в голосе корабля звучало сомнение.

— Сделаю. Если ты меня выдашь, мне будет нечего терять, — я была совершенно уверена, что бы ни случилось, я не причиню вреда Рониарру. Но Эше-Рин это знать необязательно.

— Хорошо. Я отвезу тебя. Тебя выбрал хатха, значит, у тебя должна быть действительно веская причина так поступать.

Я не совсем поняла, о чем говорила Рин. Ясно было одно — у меня получилось! Осталось продержаться всего тридцать пять часов…

* * *

Перетащить Рониарра в каюту я даже не пыталась. Максимум, на что я оказалась способна — укрыть его одеялом и подложить подушку под голову.

— Он сильно расстроится, когда проснется и все поймет, — неожиданно подала голос Рин.

— Если бы я могла, я бы поступила иначе, — я провела рукой по щеке советника. Бледная кожа была непривычно холодной.

— Не трогай его!

— Почему?

— Потому что ты его не любишь, — резко ответил корабль.

Я вгляделась в вытянутое лицо Рониарра. Длинные пушистые ресницы трепетали, драгоценную косу я свернула у него на груди. Чуть приоткрытый рот с обескровленными губами — слишком сильно отразилась на ардаре вынужденная спячка… Я помнила, как всего несколько минут назад эти губы ласкали меня: ничего не требуя, но столько обещая… И чем я ему отплатила? Разве я заслужила такое счастье?

— Люблю, — призналась я тихо. Если бы я не встретила Алерра, мое решение было бы однозначным. Если бы… — Очень люблю. Но поступить по-другому не могу.

* * *

Даген сидел в глубоком кресле и подпирал гудящую голову рукой. Если бы он первый нашел эту треклятую записку, он бы придумал, чем оправдать отсутствие Рониарра и Лаурелии… Но первым до нее добрался Раккар. Пока советник по безопасности многословно распинался о безответственности Хранителя знаний, император еще раз перечитал послание сестры.

«Даген, если ты это читаешь, значит, у меня все получилось и сейчас я уже очень далеко. Пожалуйста, не отправляй никого за мной, там, куда я лечу, чужаков не любят. Прости, что пришлось действовать за твоей спиной, но я пока не готова называть Ардар своим домом. Надеюсь, мое решение не повлияет на твое отношение ко мне. Я всегда буду помнить, что у меня есть любимый и любящий брат.

Не наказывай Рониарра. Он летит со мной не по доброй воле. Как только я окажусь там, куда лечу, Эша-Рин вернет его на Ардар. Пожалуйста, присмотри за ним. Надеюсь, своими действиями я не причиню ему вреда.

Не волнуйся за меня. Помни, я привыкла к другой жизни.

Передавай привет Неерушу и Раккару. Твой друг вскоре недосчитается одной из плетей, а для советника у меня подарок: из его спальни идет потайной ход далеко за пределы дворца. Пусть сам решает, что делать с этой информацией.

Я люблю тебя и обязательно вернусь, когда буду готова.

Ли».

Император задумчиво вглядывался в строчки, словно мог увидеть, чем сейчас занимается его сестренка. Сама того не подозревая, она выдала свои планы. Из всех планет, про которые рассказывала Ли, и на которые она могла податься, чужаков не любили только на Шагше. Вот только найдет она там совершенно не то, что ищет…

— Позови Леура, — прервал Раккара правитель. Мулиа появился мгновенно, словно ждал за дверью. — Моя просьба, — намекнул Даген. — Есть какие-нибудь известия?

— Ничего, — покачал головой советник. — Мы нашли только одного, и он давно мертв. Если остальные действительно живы, они очень хорошо скрываются.

— Один точно жив, — император мысленно помянул Алерра недобрым словом. Мало того, что у беглого принца его кулон, так он еще и Ли к себе привязал!

— Ваше Величество, смею напомнить, что подобные действия… — снова занудил Раккар.

— Советник Рониарр действовал по моему приказу, и хватит об этом, — оборвал его Даген. — Твоя задача — молчать о случившемся. О том, куда улетела принцесса, не должен знать никто.

— Принцесса Лаурелия вернулась в галактику Млечного Пути? — уточнил проницательный мулиа.

— Да, и тебе придется отслеживать ее перемещения. Если Ли скроется так же виртуозно, как ее бывшая команда, я буду спокоен, но вряд ли у нее это получится. На всякий случай обращай внимание на любую активность на пути ее следования, не важно, Центавры, Земли или еще кого-нибудь. Раккар, не устраивай панику, но будь готов поднять флот в любой момент. Повторяю специально для тебя: в дела Лаурелии мы не вмешиваемся до тех пор, пока она не вляпается!

Седеющий советник остановил запись разговора и взглянул на своего собеседника.

— Что скажешь?

— Скажу, что жучки — невероятно полезное изобретение, — наместник лениво потянулся. — Маленькая принцесска убежала. Почему тебя это волнует?

— Ты что, не понимаешь, зачем она это сделала? За кем отправилась?

— Галактика большая, — отмахнулся наместник. — Алерра Лаурелия не найдет. А даже если найдет… Какая разница? Что-то наследник не торопится возвращаться.

— Ты так в этом уверен?

— Галактика Млечного Пути на грани войны. Каковы шансы у юной леди выжить в начинающейся круговерти? Ее отлет нам только на руку.

— Пожалуй, я тебе поверю, — согласился советник. — Что с нашим планом?

— Есть одна перспективная личность… Что можешь сказать о Леуре?

— Умен, — тут же прозвучал ответ. — Но ему есть, за что не любить императора. Кроме него из его рода на Ардаре не осталось никого. Родители давно мертвы, кузен после гибели императорской семьи был казнен одним из первых. Там была странная история… Вроде как Иртона обвинили в участии в заговоре, но сам Леур в ту ночь был во дворце и практически возглавил оборону, поэтому его Азуар не тронул. Отец Иртона бежал в галактику Млечного Пути и почему-то не захотел возвращаться, хотя на приеме, я точно знаю, он был. Ты уверен в выборе? Не слишком ли много белых пятен?

— Мой дорогой друг, вечно ты во всем сомневаешься, — печально улыбнулся наместник. — Почему бы тебе аккуратно не прощупать почву? Кто знает, вдруг Леур — именно тот, кто нам нужен?

* * *

— Нас вызывают.

Я встрепенулась. Голова гудела, будто на нее надели кастрюлю и со всей силы ударили половником. В приюте порой шутили жестоко… Рониарра я уже не удерживала, только проверяла иногда, чтобы не очнулся.

— Выключи видеосвязь. Скоро ты от меня отделаешься.

— Неизвестный борт, вы используете устаревший код доступа. Назовите себя и цель визита, — раздалось из динамиков.

Я собрала последние силы. Язык немного заплетался.

— Лиарана Деро, член экипажа радиостанции «Сальвадор». Хочу пересесть на попутный корабль.

— Радиостанция «Сальвадор» была уничтожена год назад. Экипаж погиб. Включите видеосвязь, чтобы подтвердить вашу личность, или будете сбиты.

Перед глазами поплыло. Уничтожены?… Нора, близнецы, Тед, Скхах, Оруга, Алерр… Я?

— Это невозможно… Как? — слова вырвались против моей воли.

— Включите видеосвязь, дамочка, или разделите их участь.

— У меня нет видеосвязи, — соврала я. Желтые линзы на Ардаре достать негде. Я не могла рисковать, раскрывая свое происхождение.

— Вас кто-то знает в куполе? — немного сочувственно спросил диспетчер. Кажется, убивать меня не торопились. Даже странно немного, обычно марсиане не церемонились.

— Я общалась только с Заккеном. Шелиад, торговец, — я отвечала, не задумываясь. Мои мысли были далеко: «Сальвадор» уничтожен? Значит, все было зря?

— Очень удобно, — из динамика хохотнули. — Именно сейчас Заккена нет на станции. Вызовите часов через пять, когда он прибудет.

Пять часов я ждать не могла. Уже сейчас перед глазами плыло, словно не хватало кислорода. Я была слишком близка к тому, чтобы отключиться. Оставалась еще одна возможность…

— Наррагеварр, — выдохнула я. К нему в крайнем случае советовал обращаться Алерр. — Он может меня вспомнить.

Минуту из динамика раздавался только шум помех. После напряженного ожидания хрип изуродованного марсианина зазвучал как самая сладкая музыка:

— Кого ты убила, как, и что я сказал, когда тебя увидел?

Если он хотел проверить меня, лучших вопросов нельзя было придумать. Шуаро договорился, чтобы ни в одном из отчетов Шагши мое имя не упоминалось. Никто, кроме непосредственных участников событий, не знал, что произошло на самом деле.

— Охотник, землянин. Он направил на меня антикварный револьвер, а я вонзила ему в шею шип из заколки Саа Ван Ли. Перебила позвонки. Вы назвали меня «слабым местом Алька Шуаро».

Странно, но прежнего ужаса воспоминания не вызывали. Я отвечала автоматически, не задумываясь. В голове набатом бился голос дежурного: «…уничтожена год назад. Экипаж погиб».

В динамике удивленно выругались.

— Пропустить, — приказал Наррагеварр и отключился.

Прощание с Эшей-Рин сложно было назвать теплым. Напоследок я взяла с нее обещание лететь в Андромеду как можно быстрее, чтобы Рониарр проснулся уже на Ардаре. В вопросе безопасности советника мы проявили удивительное единодушие.

Четырнадцатый купол. До боли знакомое пристанище пиратов. Я всегда возвращалась сюда как к себе домой. Тогда почему сейчас у меня чувство, будто я сама себя загнала в ловушку?

Я натянула капюшон плаща Рониарра на глаза. Мысленно усмехнулась — брать одежду советника становится привычкой. В порту меня встречал Наррагеварр. Сердце снова болезненно сжалось — не его я надеялась здесь встретить…

* * *

Немного выспавшаяся, но с красными заплаканными глазами, я сидела в дальней комнате лавки Заккена и пила крепкий шелиадский грог. На плече хатха клевал засохшее печенье. Зак, мельтеша от возбуждения щупальцами, подбирал для меня новые линзы. Мои любимые желтые после отлета мулиа в Андромеду привлекли бы слишком много внимания.

— Пятый день весеннего цикла, кажется, — бормотал шелиад. — Да ты в галанете посмотри, все каналы, легальные и нет, об этом писали. На вас же большинство пиратов старались не обращать внимания, а некоторые даже были готовы защищать — слишком ценную информацию о патрулях вы порой доставали. А теперь… — торговец махнул человеческой рукой. — Кому вы дорогу перешли?

— Ризу, — вздохнула я. Зак пытался держаться, как прежде, но получалось у него плохо. Слишком неожиданным оказался ответ на его любимый вопрос: зачем кому-то, кто хочет скрыться, маскироваться под редких и заметных мулиа? Затем, что этот кто-то может быть почти мифической ардаркой. К такому шелиад оказался не готов. — Наша слава сыграла с нами дурную шутку. Нам сделали предложение, от которого нельзя было отказаться.

Подробности Заккен слушать не захотел. Пусть с запозданием, но включился здравый смысл: есть тайны, за которые убивают. Свою жизнь торговец ценил.

— Зеленые устроят? — достал он запыленную коробочку. Я кивнула. Мне было все равно.

Пятый день весеннего цикла… Всего несколько дней после того, как я попала в лапы к братцу. Он в то время был еще в галактике Млечного Пути, а значит, не мог не знать, что произошло! Даген знал о судьбе «Сальвадора», но ничего мне не сказал. Почему? Неужели думал, что я никогда не выясню? К тому же… Я постучала по изумруду на кольце. Императорский перстень по-прежнему сидел, как влитой. Значит, один из команды точно жив. И он мне ответит за все, что произошло в мое отсутствие.

— Знаешь, Ли, когда у тебя такое лицо, ты меня пугаешь, — отвлек меня от мрачных размышлений шелиад. — Что еще тебе нужно?

— Изменить внешность без хирургии, удобная одежда, перчатки без пальцев, самый мощный комм, какой получится найти под этим куполом, и новые документы. А еще, — я вывалила на стол связку из золотых колец со вставками из всех возможных самоцветов. Сокровищница Дагена от десятка перстней не обеднеет, тем более, редкое на Ардаре и дешевое в этой галактике серебро я не брала. — Еще мне нужно обменять это барахло на нормальные кредиты. Справишься?

— Двое суток, — моментально ответил Зак. — Внешность, документы, затем — все остальное. Я согласно кивнула. До конца я Заккену не доверяла — не известно, что могло измениться за прошедший год. Но «билет» на попутный корабль пообещал обеспечить Наррагеварр, а во всем остальном пришлось положиться на старого знакомого. Кроме него на Шагше у меня никого не было.

Через три дня на борт марсианской тарелки с труднопроизносимым названием ступили аккуратные ножки тридцать пятого размера, обутые в выглядящие кукольными армейские берцы. Заканчивались ножки радующими глаз округлыми бедрами, которые не могли скрыть даже свободные штаны образца земного космофлота. Выше оказалась тоненькая талия, которую любой марсианин из команды мог обхватить двумя ладонями. Еще выше — тяжелая грудь, на которую даже марсианских ладоней могло не хватить. Принадлежала эта неземная красота вполне земной девушке — Жанне Дроновой, зеленоглазой блондиночке с длинной толстой косой и пухлыми губками, посмотреть на которые (да и не только на них) обернулся не один пират. В ответ на весьма фривольное предложение старпома Жанна выдала потрясающую фразу на смеси ироварского, центаврианского и земного, в которую затесались даже пара слов на марсианском. Пока команда переводила и осознавала сказанное, девушка беспрепятственно прошла в свою каюту и заперлась в ней. До конца полета к фигуристой землянке больше никто не приставал.

* * *

— Прости, я опоздал. Давно ждешь? — Даген спрыгнул с взмыленного галда. Бездна бы побрала Раккара! Из-за дотошности советника пришлось задержаться во дворце на целый час.

— Нет, я… тоже опоздала, — Мелисса смущенно опустила глаза. Император с улыбкой предложил девушке руку. Пара медленно направилась в глубь карагановой рощи, подальше от случайных глаз.

— Твое лицо кажется мне смутно знакомым. Ты никогда не была во дворце?

— Что? — испуганно выдохнула девушка, — дворец?

Даген мысленно выругался, поняв, что сболтнул лишнего. Отступать было поздно.

— Я живу там.

— Ты из придворных? — в светлых глазах зажглось любопытство. — Моя мама была фрейлиной императрицы Велины.

— Шаира Нарэ?

— Вы знакомы?!

— Видел ее пару раз, — слукавил император. Память не подвела — он действительно угадал, какой из фрейлин матери Мелисса приходилась дочерью. — Почему же ты не пошла по ее стопам?

— Зачем? — искренне удивилась Мел. — Первое, что вложила мне в голову мама — держаться подальше от дворца. В ночь предательства она выжила только потому, что я заболела, и императрица приказала нам остаться на Ардаре. К тому же, чьей фрейлиной мне быть? Найденной принцессы? Нет уж! Про ее характер такие слухи ходят…

Даген незаметно фыркнул. Репутацию создать его сестренка умеет!

— Принцесса Лаурелия не так страшна, как о ней говорят.

— Ну да, конечно! — засмеялась девушка. — Лари про нее тако-о-е рассказывала…

— Лари? Эши[6] Ларина?

— Да, — улыбнулась Мел. — Не понимаю, зачем она так упорно рвется к трону? Это же не только привилегии, но и ответственность!

От одного только упоминания леди Люстры у императора заныли зубы. С Мелиссой Даген был полностью согласен — чего эта блондинка не пристала к Рониарру, например? Положение советника ненамного ниже правителя, зато свободы куда больше… Да и эти слухи про Ли надо бы пресечь. Сестренке еще домой возвращаться.

— Мел, можно я тебя поцелую?

Неискушенность и искренность девушки притягивали императора. Вот и сейчас на лице Мелиссы даже без эмпатии можно было прочесть всю гамму чувств. Удивление — от резкой смены темы, шок — от осознания вопроса, смущение, радость, опять смущение, легкая паника, решимость и какое-то веселое торжество.

— Можно! — Мел шагнула назад, прежде чем Даген успел ее обнять. — Если достанешь мне вон тот цветок!

Правитель задрал голову, пытаясь понять, куда показывает девушка. Так и есть — на соседнем карагане уже начали распускаться первые бутоны. Скоро вся роща окрасится в темно-фиолетовый… Значит, хочет цветок? Император кругом обошел обозначенное дерево. Спасибо Лаурелии за познавательные уроки! До знакомства с тем чудовищем, в которое выросла младшая принцесса, Даген даже не представлял, скольким полезным навыкам его не обучили. Например — лазанью по деревьям. Сестренка охотно восполняла пробелы в императорском образовании.

Задачу Мел поставила не из легких. Желаемый цветочек расположился настолько неудачно, что, обрывая его, Даген чуть не сорвался. Повиснув на руках, правитель с трудом сдержал желание выплюнуть кислый стебель. Караганы — не самые вкусные цветы. Этому императора тоже не научили.

Наградой за царапины на ладонях было искреннее беспокойство Мелиссы. Девушка так переживала, что Даген воспользовался ситуацией и, устраиваясь на траве, усадил Мел себе на колени. Когда до ардарки дошло, что беспокоиться, в общем-то, не о чем, было уже поздно. Император не оставил ей ни единого шанса избежать обещанного поцелуя. Да и кто сказал, что этот шанс был ей нужен?

— Эша-Рин приземлилась на Ардар час назад, — доложил всеведущий Леур. — Советник Рониарр помещен к сердцу своего корабля, но…

— Идем, — Даген направился в сторону порта. Мулиа поспешил за ним.

«Если с Рониарром что-то случится, Лаурелия себе этого не простит», — размышлял император. «Проклятье, не могла она, что ли, простым снотворным ограничиться?! Нет, надо было семейный дар использовать…» Даген даже не подозревал, что его сестра способна сотворить такое. Эше-Рин с подобным воздействием не справиться.

— В сознание приходил?

— Нет.

Правитель ускорил шаг. Только бы все еще можно было исправить!

«Ваше Величество», — поприветствовала императора Эша-Рин. Потайной коридор приглашающе распахнулся. Рониарр, бледный, как снег на горных вершинах, лежал, опутанный сосудами корабля. Над ним ритмично сокращалось самое настоящее сердце, будто бы висящее в воздухе. От долгого взгляда на живущий своей жизнью орган начинала кружиться голова.

«Я не знаю, что с ним».

«Пропусти меня. Я помогу».

Даген сел на пол рядом с советником и положил пальцы ему на виски. Закрыв глаза, император погружался все глубже в лабиринт памяти, куда заманила Рониарра Ли. В глубины, из которых мало кто мог бы выбраться самостоятельно, не потеряв при этом часть себя… Только бы все еще можно было исправить!

* * *

«Ангелина Даринина. Меня зовут Ангелина Даринина.»

Эту фразу мне приходилось повторять постоянно. Оказалось, не так-то просто привыкнуть к новому имени. Особенно если оно меняется второй раз за месяц.

Жанна Дронова перестала существовать, как только я высадилась на Дранго-де-Сорро. Второй комплект документов, подготовленный Наррагеваром, ждал своего часа, как и одежда моего размера. От накладок, обеспечивающих поистине выдающиеся формы, я избавилась при первой же подвернувшейся возможности. Вслед за «подушками безопасности» в помойку отправилась загадочная помада, из-за которой мои губы раздуло на половину лица. В одном Зак был прав — встреть я в таком виде братца, даже он бы меня не узнал.

Шел пятнадцатый день моей работы в «Темном уголке». Низкий потолок, обшарпанные колонны, грубая прочная мебель… И весьма сомнительная клиентура. Этот подпольный бар порекомендовал мне Наррагеварр. Марсианин даже связался с Элли, хозяйкой непрезентабельного на вид заведения, которая оказалась связной Сопротивления, и убедил ее обо мне позаботиться. Двадцатисемилетняя девушка, унаследовавшая бизнес всего полгода назад после смерти отца, тоже повстанца, восприняла просьбу Нара буквально. Я обзавелась красивой кожаной перчаткой, закрывающей ненавистное кольцо, получила комнату в самом баре напротив комнаты Элли и место за барной стойкой. Работа оказалась непыльной, так что мне хватало времени заниматься своими делами — восполнять тот пробел, что образовался после года вынужденной отлучки из галактики, и искать следы своей команды. Первое у меня получалось, со вторым было сложнее. Если бы не перстень, клещом вцепившийся в мой палец, я бы поверила в гибель экипажа «Сальвадора».

Даже в таком сомнительном месте, как «Темный уголок», я обнаружила знакомых. Точнее… Мне-то Лара была известна, а вот я ей, к счастью, нет. Бывшая головная боль близнецов пришла работать официанткой незадолго до меня. Чем она думала, когда решила заявиться в подобное место в мини-юбке?! Я со все возрастающим волнением наблюдала за блондинкой (в отличие от меня — натуральной), уворачивающейся от звонких шлепков по тому самому месту, что пониже копчика. Мои опасения оправдывались: двум помятого вида наемникам активное сопротивление девицы уже начало надоедать. Рука машинально потянулась к висящей на поясе плети. Пришлось одернуть себя: ардарское оружие использовать только в крайних случаях! Умелым обращением с плетью прославился капитан Шуаро. Воспользуйся я ей, и связь между нами станет слишком очевидна. Пришлось звать на помощь Элли.

Рыжую бестию я выдернула из душа. Элли так и выскочила в наспех натянутых шортах, огромной футболке и с мокрыми волосами, торчащими в разные стороны. Одним взглядом оценив обстановку, хозяйка бара достала из-за стойки бластер последней модели и направила в сторону нарушителей спокойствия.

— Господа, я предупреждала, что правила в «Уголке» не изменились, — спокойно напомнила она мигом стушевавшимся мужчинам. Лара спряталась за нашими спинами. — Девушки, работающие здесь, под моей защитой. И наличие груди вместо яиц не помешает мне поджарить всех, кто не уважает установленные моим отцом порядки.

Элли дождалась, пока неугодные ей клиенты покинут помещение, и обернулась к пытавшейся стать как можно незаметнее Ларе.

— Еще раз придешь в юбке — уволю! Поняла?

Лара закивала, всем своим видом выражая полное понимание. Только надолго ли? За прошедшие дни блондиночка уже трижды становилась источником проблем. То ли еще будет?

— Закаты наши видела? — Элли поставила передо мной кружку с ароматным кофе. Пришлось оторваться от анализа новостных сводок. То, что я там увидела, мне совершенно не понравилось.

Нет, я, конечно, понимала, что активная деятельность против Центавры на столь отдаленной планете, как Дранго-де-Сорро, неспроста… Но Великая Центаврианская Империя? Центавра, Земля и половина планет, принадлежащих Средним мирам? Да как такое вообще возможно? Лишь Марс открыто высказал свою позицию «против». Но не вмешался, не попытался объединить оставшиеся колонии и дать отпор, а затаился, наблюдая и накапливая силы. Жадность Лока, из канцлера прыгнувшего в императоры, только набирала обороты. Сейчас Центавра активно «убеждала» стать частью империи колонии шелиадов. К счастью, родичи Заккена были достаточно хорошими воинами, но сопротивляться вечно не смогут и они. Среди захваченных планет то и дело вспыхивали восстания, но подавлялись они быстро и жестоко. Лишь повстанческое движение еще оказывало какое-то сопротивление. Но в сравнении с масштабами катастрофы это были капли в море.

Я задумалась, как такое могло случиться. Судя по записям — а разбираться в оружии меня на «Сальвадоре» научили — в центаврианские технологии добавилась некоторая доля разработок ардар. Но как это могло произойти? Неужели… Нет, этого не может быть. Что же, все-таки, хранил Даген в том кулоне? Что, если Алерра поймали? «Тогда я сам тебя убью. Это будет гуманнее, чем отдать тебя центаврианам.» Нет. Я помотала головой, отгоняя тревожные мысли. Капитан не мог попасть к Ризу! Только не он!

— Эй, ты меня слушаешь?

— А? — я подняла взгляд и только сейчас поняла, что Элли упорно пытается меня о чем-то спросить.

— Закаты, говорю, наши видела? — девушка присела рядом и аккуратно отобрала комм. — У нас тут феерия раз в цикл, хочешь посмотреть? Сегодня как раз будет.

— А можно? — говорить о том, что на Дранго-де-Сорро я уже была, я не стала. Чем меньше подробностей из прошлой жизни, тем меньше шансов, что меня кто-то свяжет с Лиараной Деро. Порой я и сама не верила, что когда-то ей была.

— Нужно! — Элли демонстративно выключила мой комм. — Хватит всякие ужасы читать, иди, развейся.

Долго уговаривать меня не пришлось. Из пропахшего кислым пивом бара я вылетела пулей. Правда, пришлось вернуться на возмущенный писк птенца хатха. До побережья от «Темного уголка» было недалеко, поэтому весь путь я проделала бегом, краем глаза поглядывая на танцующего под облаками пернатого детеныша. Едва успела — солнце уже почти коснулось воды. Восстанавливать дыхание после забега не пришлось: спасибо Неерушу и его тренировкам. Жаль, спуститься на плоский выступ, на котором сидели когда-то мы с капитаном, не получилось. Удобное для зрителей место уже было занято. Кем именно, я не разглядела — помешало начавшееся светопредставление, на несколько долгих минут заставившее меня забыть и о Центаврианской Империи, и о собственных проблемах, и об одиноком, а может и нет, путнике, скрытом от меня скалой. Ожидаемого умиротворения закат не принес. Только тяжелее стало на сердце. Интересно, Алерр уже тогда знал, как со мной поступит, или придумал позже? Даген сказал, что капитан понял, кто я, когда я прочитала мысли Клода. Именно после этого план похищения кулона начал меняться. Именно тогда Шуаро впервые начал проявлять ко мне внимание. Значит, знал. И все равно ухаживал, надел свое кольцо… Я горько усмехнулась. Конечно, надел! Разве иначе я пошла бы за ним, ни на секунду не усомнившись, не подумав, чем мне это может грозить?

Пошла бы. Только капитану об этом неоткуда было узнать. И он решил привязать меня к себе самым простым способом.

Шорох внизу заставил меня очнуться. Мой невольный компаньон собирался выползти из своего укрытия. Встречаться с ним я не хотела, поэтому поспешила прочь от утеса. Для сегодняшнего дня переживаний было достаточно.

* * *

Алерр А-Шуро, подтянувшись на руках, поднялся на скалу. Мог бы уже спать и видеть десятый сон… Мулиа подозревал, что однажды сентиментальность загонит его в ловушку. Центаврианские ищейки висели на хвосте, порой отставая всего на день. Год скитаний, постоянное бегство, чувство опасности, душащее, не дающее свободно вздохнуть… И, раз в цикл, закаты на Дранго-де-Сорро. Капитан дал себе слово, что эту планету он посещает в последний раз. Слишком велик риск, что кто-нибудь заметит закономерность в его перемещениях. Позволить себя поймать А-Шуро не мог.

Разрабатывая план бегства от Риза, Алерр не учел одного. Капитан собирался запутать следы, в очередной раз сымитировать свою смерть и вернуться в Андромеду. Но как? Корабли Млечного Пути не были способны пройти туманность. Корабли мулиа и ардар вернулись домой. Оставалась Эр-да-Нора, но А-Шуро не мог связаться с ней так, чтобы не подставить под удар себя и ее. Капитан вообще ни с кем не мог связаться — слишком близко к нему подобрались.

Мелькнула шальная мысль утопить кулон в водах океана. Разжать кулак и посмотреть, как злосчастный бутон поглотят пенные волны, скроют от посторонних взглядов секреты далекой цивилизации… Но кто сможет гарантировать, что медальон не всплывет через пару лет? Так рисковать мулиа не имел права.

От обрыва быстрым шагом уходила светловолосая девушка. Резко свистнув, она выставила в сторону руку, на которую тут же спикировала мелкая птичка, отдаленно напоминавшая попугая. На долгие секунды, за которые сердце пропустило несколько ударов, Алерру показалось, что это Ли вместе с ним любовалась закатом. Но нет, не она. Гордо понятая голова, уверенная чуть скользящая походка воина, плавное покачивание бедер… Ли никогда не была такой. Принцесса была хрупкой, немного робкой, мягкой, доверчивой… И она никак не могла оказаться на Дранго-де-Сорро.

* * *

Я думала, что за сегодняшний вечер уже ничто не сможет выбить меня из колеи, но я ошиблась. По «Темному уголку», старательно виляя бедрами в модных рваных шортиках, закрывающих еще меньше, чем мини-юбка, курсировала Лара. Элли взглядом суровой наседки следила за передвижениями официантки, демонстративно оставив бластер на стойке. Многочисленные посетители намек осознали, а потому руки держали при себе.

— Она совсем страх потеряла? — шепотом поинтересовалась я у Элли. Хозяйка хищно усмехнулась.

— Народу видишь сколько? — кивнула она в зал. — Этим нашествием мы обязаны аппетитному заду Лары. Слухи разносятся быстро, так что готовься. Сегодняшняя ночь будет долгой. Если так дальше пойдет, найму еще девочек и пару вышибал, чтоб следили за ними. Как прогулялась?

— Разбередила старые воспоминания, — не стала скрывать я и пересадила хатха на стойку. Птенец, забавно переваливаясь, поспешил к Элли выпрашивать фисташки.

— Ангел, центаврианскую брагу доставай, — подбежала к нам сияющая Лара. Я хотела, чтобы меня звали Линой — хоть немного созвучно с привычным именем, но в баре единодушно переименовали меня в Ангела.

— А у нас есть?

— Только у нас и есть, — Элли приоткрыла потайной шкафчик и достала большую стеклянную бутыль. — Контрабанда от друзей, больше никто с Центаврой связываться не рискует.

Я кивнула, правильно поняв намек. «Друзьями» Элли называла повстанцев, использующих ее бар как место для своих сборов. Несколько раз я их уже видела, но только потому, что рыжая сама на них показывала. Разве можно догадаться, что улыбчивый оборванец, едва наскребший мелочь на пиво, на досуге промышляет сбором не самого плохого оружия буквально из подручных материалов? Или что уже стареющая чопорная дама, которая совершенно не вписывалась в антураж «Уголка» — на самом деле одна из самых удачливых разведчиков Сопротивления? Внешность порой бывает обманчива — так говорят нам с раннего детства. Но лишь поработав в подпольном баре, я начала понимать, сколько правды содержится в этих словах.

— Самая лучшая, как и всегда, — радостное щебетание Лары так напомнило леди Люстру, что я содрогнулась. — Вас долго не было, я успела соскучиться!

— Опять эта парочка, — проворчала Элли, глядя на клиентов Лары. — Центавриане, появляются пару раз в цикл. Будь с ними осторожнее. Тигр за них поручился, но кто их знает…

Тигр — позывной одного из Сопротивления, регулярно заглядывающего в бар. Настоящее его имя не знала даже Элли, но с Тигром работал еще ее отец. Про то, что на Центавре не все довольны новым строем, я знала, но впервые столкнулась с живым подтверждением. Лара, виляя задом, вертелась вокруг… Ирлика и Дарона. Близнецы, не озаботившиеся даже сменой внешности, старательно не замечали ужимки девушки.

— Элли… — разом севшим голосом поинтересовалась я. — А ты не знаешь, как их зовут?

— Что, и ты туда же? — возмутилась подруга. — Даже не смотри на них! Знаешь, сколько сердец они разбили? Забудь, хочешь мужика — найдем тебе нормального! Эта парочка только от Лары нос воротит, уж не знаю, почему…

— Потому что Лара год назад серьезно выпотрошила их кошелек, — все еще не веря своим глазам, машинально откликнулась я. Губы сами собой расплывались в улыбке. Как я скучала по этим прохвостам!

— Ты их знаешь?!

— Да. Под какими именами они сейчас числятся?

— Понятия не имею. Иди, познакомься. На тебя тот, который справа, уже глаз положил. Кажется, не узнал.

— Еще бы он узнал… — хмыкнула я. Я сама порой себя в зеркале не узнавала, а, казалось, всего-то другие цвет глаз, стиль одежды и прическа, яркий макияж, меняющий пропорции лица… Ангелина Даринина не имела ничего общего с Лиараной Деро.

Один из близнецов, кажется Дарон, заметил мой взгляд и нахально подмигнул. Я, давясь смехом, подмигнула в ответ. Ободренный центаврианин бесцеремонно подвинул стоящую на его пути Лару и направился ко мне.

— Красавица, твое сияние меня ослепило, — Дарон оперся локтями на стойку и обворожительно улыбнулся. Атас! И с этим красавчиком я два года спала в соседних каютах! Или близнецы просто на мне свои чары не испытывали? Я, наслаждаясь игрой, стянула перчатку и подперла рукой голову — так, чтобы кольцо было видно. Заметит ли? — Как зовут столь очаровательное создание?

— Ангел, — взгляд Дарона лишь скользнул по кольцу и снова остановился на моих губах. Намерения центаврианина были крупным шрифтом написаны у него на лбу.

— Тебе очень… подходит… — в голове Дарона будто что-то щелкнуло, и он принялся переводить взгляд с моего лица на кольцо, словно пытаясь соотнести то, что видел.

— Вообще-то, Ангелина, — решила я помочь ему, — Ангел, Лина, можно Ли.

— Ли? Это правда, ты?! Но ты же должна быть…

— Далеко и в безопасности? Так он вам сказал?

Уточнять, кто, не пришлось. Дарон кивнул, хлопая широко раскрытыми голубо-зелеными глазами.

— Я сбежала.

— Это и вправду ты, — выдохнул центаврианин, и за два шага оказавшись за стойкой, стиснул меня в объятьях. Я тихо шмыгнула носом. Живы! Нас уже трое! Так и весь экипаж собрать получится…

— Ирлик! — крикнул на весь бар старший. — Смотри, кого я нашел!

Ха! Кто кого нашел!

* * *

— Ировары объявили о своей полной капитуляции. Сенат готов на любые условия.

— Передай им это, — советник скинул на комм помощника новый вариант договора. — Скажи, согласие я жду через час.

Помощник коротко кивнул и вышел. Вместо него зашел другой — немного дерганный, постоянно озирающийся.

— Господин Риз, тридцать первый патруль уничтожен.

— Кто?

Центаврианин втянул голову в плечи и едва слышно ответил:

— Сопротивление…

— Опять? — скучающе поинтересовался советник. От обманчиво спокойного тона мурашки побежали по коже. — Плохо. Вы больше года не можете найти Алька Шуаро. Вас безнаказанно водит за нос кучка отребья из Сопротивления. Есть хоть что-то, в чем хваленая секретная служба не облажалась?

— Мы… — мужчина сглотнул. — Есть информация о марсианском поставщике оружия. Мы постоянно следим за баром, через который он передает координаты. Как только Неуловимый выйдет на связь, мы его возьмем.

— Тогда почему ты еще здесь? Иди, лови…

Агент секретной службы, не веря в свое счастье, пулей вылетел из кабинета. Риз довольно улыбнулся. Этим утром шелиадам ушла информация о ближайших перемещениях императора Лока. Бывший канцлер стал неудобен. А шелиады с удовольствием растерзают того, кто посмел им угрожать. Скоро, скоро еще одной проблемой станет меньше. А там и до Ардара получится добраться. Никуда эти умники от Центавры не денутся.

* * *

Я варила на газовой плитке ароматный кофе. В бар заходили не только за выпивкой. Порой встречались и загнанные бродяги вроде того, что сидел сейчас передо мной. Такие, которым ни на секунду нельзя расслабиться. Вроде и борода аккуратно расчесана, и черные волосы заплетены в сложную косу, и камуфляж из земных армейских, недешевый, но что-то общее, неуловимое, сводит все старания на нет. Волосы потускнели, камуфляж не стирали не меньше цикла, пыльный рюкзак явно часто использовали вместо подушки. Печальное зрелище.

Бродяга пальцем поглаживал распластавшего крылышки хатха. Я не торопилась отзывать птенца, тем более что бродяга явно понимал, с чем столкнулся, и теперь, не поднимая головы, косил глазами в разные стороны, пытаясь вычислить хозяина мулианской пташки. Выдавать себя я не собиралась.

В дальнем углу Элли общалась с кем-то из Сопротивления. Командира я не знала, а вот сопровождал его Тед. Землянин за прошедший год еще шире раздался в плечах и производил впечатление высеченного из цельной скалы. Смотрелся он весьма внушительно. Как и близнецы, пилот меня не узнал. Уличить бы момент, чтобы с ним поговорить… Пятый выживший. Осталось узнать про двоих и найти капитана. Такое ощущение, что команде «Сальвадора» на Дранго-де-Сорро медом намазано!

— Ангел, чей это птенец? — напомнил о своем существовании бродяга.

— Общий, — почти не соврала я. Вот привязался!

— Как зовут?

— Понятия не имею.

Дать хатха имя я так и не удосужилась. А откровенничать с непонятной личностью не хотелось.

— Давно он у вас?

— Я здесь меньше цикла работаю, — общение с братом научило меня не только не врать, но и профессионально недоговаривать. Да, работаю недолго. Но ни слова о том, что хатха появился в баре вместе со мной. Пусть понимает, как хочет.

— Простите мое любопытство, — склонил голову бродяга. — Этот вид водится только в одном месте, крайне редко приручается и не размножается в неволе. Кто мог увезти птенца так далеко?

Вот орнитолог-любитель на мою голову выискался! И откуда ты, такой осведомленный, взялся?

— Я не… Ты?!

На мой возглас обернулась Элли. Пришлось махнуть ей рукой, мол, сама справлюсь. Я с ненавистью смотрела на медальон в виде цветка руа, показавшийся в вырезе куртки. Бродяга поднял на меня ярко-золотые глаза.

— Мы встречались? — с деланным равнодушием спросил он. Вот только меня таким не обманешь. А-Шуро был готов в любой момент вскочить и атаковать. И этот не узнал! Вместо объяснений я стянула с правой руки перчатку.

— Снимай!

— Почему ты здесь? — эмоции на лице мулиа сменялись, как в калейдоскопе. Непонимание, узнавание, удивление, ярость. Злится на меня? Это я должна злиться!

— Уж точно не ради тебя! Снимай свое кольцо!

Алерр выругался сквозь зубы и потянулся к моей руке, но в последний момент передумал.

— Ты уверена?

— Абсолютно, — я пересадила хатха себе на плечо. Сколько раз я думала, что буду делать, когда найду Алерра… Я не знала, прощу ли его за обман или разорву помолвку и попробую начать жить заново. Лишь взглянув в искрящие от гнева глаза я поняла: не прощу. Не сейчас. Не потому, что не люблю, а потому, что мой жених был совершенно не рад нашей встрече. Ждал, что я покорно буду сидеть под крылышком брата? Не на ту напал! Сейчас я поняла как никогда ясно: вряд ли я однажды смирюсь с обманом капитана. Вряд ли смогу простить, даже если чувства Алерра были искренни. Сердце кольнуло болью: а простит ли меня Рон? Поймет ли советник, что двигало мной, или я безвозвратно уничтожила то волшебное хрупкое чувство, что только-только начало зарождаться между нами?

Алерр стянул с меня кольцо и надел на свой палец. Без привычной тяжести рука казалась голой. Я натянула перчатку и посмотрела в зал мимо капитана. Где же близнецы? Братья обещали забрать меня и отпраздновать встречу. Пожалуй, сегодня я напьюсь. Может, все-таки стоило остаться под опекой брата?

— Засада! — громкий крик от входа заставил подскочить всех. Почти сразу, не дав опомниться, прогремел взрыв. Через развороченную стену с бластерами наперевес прошел центаврианский патруль.

А-Шуро, воспользовавшись начавшейся паникой, выволок меня через потайной выход. Откуда он про него знал? Даже мне Элли не сразу рассказала… Подумать времени не было. Про вторую дверь знал не только капитан. Оттеснив меня за спину, А-Шуро достал свою легендарную плеть. Один взмах — и центавриане вынуждены отбросить ставшие бесполезными бластеры — с подрезанными дулами они могли взорваться в руках хозяев. Я потянулась за своей плетью, гораздо менее острой. Спиной к спине, с одинаковым оружием, мы могли лишь не подпустить патруль к себе.

— Ли, ложись!

И опять капитан среагировал быстрее, буквально бросив меня на землю и накрыв собой. Спиной я больно ударилась о камни. Там, где стояли центавриане, взорвалась брошенная Ирликом граната. Близнецы! Как же вовремя… Подбежавший к нам Дарон помог мне подняться. Оглушенная взрывом, я не смогла даже удержать плеть — ее подобрал Алерр. Братья отодвинули тяжелый бак, закрывающий дыру в заборе, и помогли пролезть через нее.

С той стороны нас уже ждали. Под прицелом десятка бластеров нам пришлось сложить оружие.

* * *

— Допрыгались, гх…вы, — от грубого тычка в спину я растянулась на полу катера. В грузовом отсеке, куда нас посадили, уже дожидались своей участи повстанцы, Элли и несколько постоянных посетителей бара, попавших под раздачу. Лара обнимала себя за колени и хлюпала носом.

— Все, сейчас еще их Неуловимого навестим, и полетим на Вторую[7], - донесся до нас голос, прежде чем люк отсека захлопнулся.

Тусклая лампочка позволяла оценить всю тяжесть нашего положения. Блок открытия дверей отсутствовал, решетка вентиляции была надежно привинчена. Взяли практически всех. У сопротивленцев оказалось несколько раненых, одного прямо сейчас перевязывали Элли и какой-то солдат. Наименее потрепанными выглядели близнецы — на их долю первого взрыва не перепало. У меня звенело в ушах.

Пол под ногами завибрировал — корабль набирал высоту. Я достала шип из заколки и принялась ковырять замок на наручниках. Жлобы! Электронный пожалели! Через минуту мучений от своих оков я освободилась. Назло Алерру, первыми я освободила центавриан. Следом за ними ко мне потянулись остальные пленники.

— Какого крада тебе у брата не сиделось? — с пола мрачно поинтересовался капитан.

— Тебя отправилась искать, — очередной замок никак не хотел поддаваться. Пришлось звать на помощь Дарона. — Если хотел меня бросить, надо было забрать кольцо!

— Я не собирался тебя бросать.

— А что тогда? — я развернулась к устраивающемуся у стены мулиа. — Я год в невестах проходила, а ты даже не догадался сообщить, что жив! Почему ты не вернулся? Тем более, что вы так спелись с моим братом?

— Я же говорил, мне нечего делать на… там.

От злости очередной замок я практически выломала.

— Ты так в этом уверен? Да… Ди ждал тебя все это время! Никому не позволил занять… твой дом. Но для тебя это ничто, тебе ведь больше нравится болтаться по всей галактике и ничем себя не обременять! — в глубине души я понимала, что мои упреки несправедливы, что Алерру наверняка нелегко пришлось, но остановиться уже не могла. — Ты хоть представляешь, каково это — проснуться на незнакомом корабле и понять, что тебя предал тот, кому ты доверял больше всего? Продал! Обменял на…

Кто-то положил руку мне на плечо, я отмахнулась. Запал вышел. Я смотрела в глаза А-Шуро и понимала — виноватым он себя не чувствует. Ни капельки. А раз так, зачем тратить на него силы? Для себя я уже все решила. Тяжелая рука снова опустилась мне на плечо. Я развернулась, собираясь на чистом ироварском объяснить кому-то, как он не прав, но запнулась. На меня с высоты своего роста смотрел Тед.

— Ли? — пилот словно привидение увидел. — Ты что с собой сделала?

— Что?

— Ты… Ты ужасная блондинка!

— У тебя всегда получались хорошие комплементы, — хмыкнула я, устраиваясь в объятиях землянина.

— Вы с капитаном?

— Случайно встретились, — по моему тону Тед понял, что с расспросами лучше не лезть. Я демонстративно устроилась на полу между близнецами. Пилот присел рядом.

— Эй, Медвежонок, это те самые, с фотографии? — подсел к нам один из повстанцев, примерно ровесник Теодора. Та же выправка, те же манеры… Не удивлюсь, если тоже пилот.

— Что за фотография? И почему Медвежонок?

— Потому что большой и храпит так, что стены дрожат! — под дружный хохот поведал еще один землянин, совсем молодой, не старше двадцати лет. Бойцы Сопротивления прислушивались к нам с большим интересом. Чем еще заняться в плену?

Тед достал помятую, потертую фотографию, при виде которой мне захотелось устроить истерику с битьем лиц всех, кто исковеркал мою жизнь. Я стояла в темно-зеленом вечернем платье на мостике Эр-да-Норы и счастливо смеялась. Близнецы с двух сторон целовали меня в щеки и, думая, что я этого не замечаю, целились друг в друга из сломанных бластеров, которые Оруга вот уже который год обещал разобрать на запчасти. За год краски поблекли, в углу бумага была слегка надорвана, но от этого фотография становилась только более ценной. Я не удержалась и шмыгнула носом.

— С кем вы должны были встретиться? — бесцеремонно влез Алерр. Мулиа держался особняком, но достаточно близко, чтобы следить за нитью разговора.

— Какая тебе разница? — откликнулся один из тех, кого перевязывала Элли. Лежал он неудобно, так что я не могла видеть его лица.

— Ваш «неуловимый», кто он? Ради кого центавриане так стараются? У меня по следу и то меньше ищеек идет, а уж я-то Ризу насолил по самое не могу.

Раненый несколько раз глубоко вздохнул, словно оценивая ответ.

— С марсианским поставщиком оружия. Марс у Центавры — что кость в горле. Сами открыто в войну не лезут, но спонсируют всех, кому охота пострелять.

— И кто он?

— А крад его знает… На всеобщем не говорит, переводит за него корабль. Маскировка хитрая, никогда такой не видел. Изнутри всегда одно и то же, а снаружи — ни разу не повторился. То тарелка прилетит, то катер шелиадский… Один раз даже разведчик центаврианский был, я уж решил, все, добегались…

— Нора, — тихо шепнула я, но меня услышали. Не обращая внимания на удивленные взгляды, я спросила у А-Шуро: — Это Нора и Скхах? Ты отдал мой корабль навигатору?!

— Это было ее условие, — скривился мулиа. Ясно, себе хотел оставить ардарскую леди. А вот крад ему облезлый вместо Эр-да-Норы! Марсианин в качестве нового капитана меня устраивал намного больше. — Просил же их не светиться…

— Нора и Ли, — подал голос Тед. — С какого расстояния они могут связаться?

— С любого. Хорошая идея, стоит попробовать предупредить Скхах'ханостсзхаха.

— И как мне это сделать? — я хотела съязвить, но не получилось. Слишком важным был вопрос.

— Так же, как ты впервые устанавливала с ней связь. Придется постараться.

— В тот раз мы были в смертельной опасности! — задача из разряда «сложно» переросла в «невыполнимо». Я ведь даже не знаю, как у меня тогда получилось!

— А что, сейчас нет? — скептически поинтересовался кто-то из Сопротивления. Внимание к нашему разговору росло с каждой секундой.

— У меня ушло на это почти десять часов!

— Справилась бы за два, если бы не отвлекалась на мечты обо мне, — абсолютно без эмоций поведал Алерр. Я почувствовала, как краска заливает щеки. Убью! Сама! Не дожидаясь центавриан! — У тебя дыхание постоянно сбивалось. И нет, я не все время спал. Хочешь быстрее от меня избавиться? Зови Эр-да-Нору!

Расчет капитана оправдался. Я так разозлилась, что «достучалась» до Норы почти сразу. Сил подобное общение отнимало немеряно, поэтому я смогла лишь в общих чертах описать ситуацию и сползти на руки Ирлику безвольной тряпочкой. Но свою задачу я выполнила.

* * *

— Неужели? — Риз через экран комма разглядывал две одинаковых плети. — У кого их забрали?

— У одного из посетителей бара, — доложил агент. — Он оказал сопротивление, повредил несколько бластеров.

— Доставьте его в мой дом, — приказал советник. — Немедленно!

— Что делать с остальными?

— Как обычно. В карцер и на допрос. Вы уже взяли Неуловимого?

— Э… Еще нет!

— Так поймайте его! — Риз в раздражении выключил связь. Что ж, Шуаро наконец-то добегался… А с ним и секрет вечной жизни. Достойная награда за старания.

— Господин советник! — в комнату без стука влетела секретарь. — Господин Риз, император…

— Что такое, Мирара?

— Императора убили!

— Шелиады?

Девушка, шмыгнув носом, кивнула. Риз незаметно улыбнулся. Все идет по плану. Скоро Шелиадский Союз присоединится к Империи.

* * *

Щелчок стыковки я услышала спустя несколько секунд после пробуждения. Алерр, неведомо, когда успевший пересесть ко мне, передал меня на руки Теду. Землянин понял все без слов и спрятал меня себе за спину.

— Что происходит?

— До Второй еще далеко, — шепнул пилот. — Скорее всего, это за капитаном. Повезло, что когда вас схватили, обе плети были у него. Про тебя никто не узнает.

Шлюз открылся. Пришлось прикрыть глаза рукой — за пределами грузового отсека было непривычно светло. Трое центавриан, подсвечивая фонариками, внимательно осмотрели свою добычу.

— Этот, — один из них указал на А-Шуро. Сопровождавшие его с двух сторон подхватили мулиа и выволокли в коридор. Алерр не сопротивлялся, опасаясь навредить нам. Я не сомневалась — попадись мулиа один, живым бы он не дался.

— Ли? — Тед встряхнул меня за плечи, как только центавриане ушли. — Ли!

Я с трудом разжала кулаки. От острых ногтей на ладонях остались глубокие ранки. Никак не получалось отделаться от видения: бар «Магнитная буря», столик за безвкусной ширмой, капитан, с хитрой улыбкой дарящий мне цветы… И его слова: «Я лично убью тебя. Так будет гуманнее, чем отдать тебя центаврианам». Неожиданно пришло осознание, что больше мы не увидимся.

— Ли, ты меня слышишь?

— Слышу, — я сама поразилась, насколько бесчувственно звучал мой голос. Внутри кипела настоящая буря, требующая немедленно разнести по винтику этот катер, уничтожить всех, кто продолжал вмешиваться, ломая мою жизнь. А снаружи — пустота. Слабо осознавая, что я делаю, я подняла цепочку, зацепившуюся за брюки. Тонкое серебряное плетение удерживало искусно выточенный бутон руа.

— Это он? — близнецы, раскрыв рты, смотрели, как я вешаю медальон на шею. Когда Алерр успел его снять? Знал ли он, что за ним придут? Какая теперь разница… Слезы полились сами.

— Да, — я всхлипнула и мысленно дала себе подзатыльник. Не время раскисать!

— Что там? — не отставал Ирлик.

— То, что давно следовало уничтожить, — раскрывать тайны Ардара я не имела права. Только долго ли им оставаться тайнами?

Корабль содрогнулся. Я не удержалась и разбила бы нос, не подхвати меня у самого пола Тед.

— Это еще что за…

Катер тряхнуло еще раз. Раненый командор, которому помогала Элли, стиснув зубы, поднялся.

— Наши! — коротко рыкнул он.

Словно в подтверждение его словам створки отсека распахнулись. Темные фигуры принадлежали землянам и шелиадам. Бойцы сопротивления, грубыми окриками подбадривая пленников, помогли выволочь раненых. На катере все еще шел бой. Пару раз нас догоняли центавриане, но Тед, похожий на него Нар и Элли защищали тылы. Даже Лара внесла посильную лепту, диким визгом оглушив выскочивших из-за поворота противников. Стоило кораблю сопротивления отстыковаться, как патрульный катер взорвался. Я даже знала, из-за чего. Как работает плазменная пушка, я забыть не успела.

— Ну вы… — командор, хромая, подошел к капитану освободившего нас корабля. — Самоубийцы! — восхищенно усмехнулся он.

— Мы и сами так думали, — вытирая платком лицо, криво усмехнулся капитан. — Этот марсианин — сумасшедший! Передал сообщение о ловушке и заявил, что летит навстречу! Дескать, у него здесь друзья. Еле успели перехватить. Думали, сможем его задержать, а он… Два выстрела — и от сопровождающих вас катеров ничего не осталось. Даже взрыва нормального не было, будто рисунок стерли! Никогда такого не видел!

Пока капитан говорил, измученные сопротивленцы разбредались по кораблю. Кто-то, не выдержав, устроился прямо на полу. Я прислонилась к стене. Сил идти неизвестно куда не было. На плечо взобрался птенец, пересидевший нападение у меня под курткой.

— Нужно лететь за Шуаро.

На мой голос обернулись оба командора.

— За кем?

— Альк Шуаро, — я вгляделась в их лица, пытаясь увидеть хоть что-то, что даст мне надежду… Не увидела. — Капитан больше года скрывался от Риза. Долго в плену он не проживет. Мы еще можем за ним успеть!

— Прости, девочка, — кажется, командор Теда искренне мне сочувствовал. — Даже наше спасение — чудо. Шуаро уже не вернуть.

Я бегло оглядела его мысли. Да, здесь мне ловить нечего. Центаврианский сектор слишком близко, корабли Сопротивления еще никогда сюда не залетали. Рисковать собой ради призрачной надежды никто не станет. Я кивнула, принимая ответ. Землян можно было понять.

«Нора! Ты меня слышишь?»

«Слышу, слышу», — ехидно откликнулась леди. «С возвращением, капитан!»

«Нам нужно вернуться за Алерром.»

Эр-да-Нора молчала так долго, что я испугалась — что могло заткнуть мой неугомонный корабль?

«Прости. Это самоубийство. Даже мне не пройти незамеченной».

«Но хоть что-то мы можем сделать?» — меня затопило отчаяние. Почему, почему все уже похоронили Алерра?! Ведь его еще можно спасти! А-Шуро не может умереть! Только не так!

«Увезти медальон императора как можно дальше от Центавры.»

Я знала, Нора права, но все внутри меня протестовало. Если бы дело было только в секрете вечной жизни! Я сама отдала бы Ризу медальон — пусть подавится! Но инфокристалл был подношением ништгализенамов, на него каждый год загружалась информация о новейших разработках и открытиях — своеобразный маяк на случай окончательной гибели когда-то могущественной цивилизации… Я до сих пор не понимала, как Даген мог обменять такое сокровище на меня. Подвергнуть опасности все галактики!

— Ли, — кто-то ласково коснулся моего плеча. Я вздрогнула и посмотрела в глаза Теду. Он тоже похоронил Алерра раньше времени. Я машинально прикоснулась к безымянному пальцу и не ощутила привычного холода кольца. Проклятье, теперь я даже не смогу узнать, жив ли капитан! — Тебе нужно отдохнуть. Пойдем.

Проснулась я, перестав ощущать привычную вибрацию корабля. Стоило открыть глаза, как надо мной нависли близнецы.

— Вставай! — нарочито бодро предложил Дарон.

— Мы на Шагше, — поддакнул ему Ирлик. — Представляешь, тут главная точка Сопротивления! Все это время она была у нас под носом, а мы не знали!

— Наррагеварр, кстати, лично нас встречает, — ухмыльнулся старший. — Хочет Скхаху разборку устроить за необдуманный риск.

Кое-как поднявшись, я спустилась по трапу, с обеих сторон бережно придерживаемая центаврианами. Нар действительно распекал навигатора на скрипуче-шипящем марсианском языке. Увидев меня, начальник охраны купола (а как я подозревала — и хозяин всей станции) осекся.

— Опять ты? — довольно грубо поинтересовался марсианин. Только меня и раньше провести было сложно, а после уроков Дагена стало практически невозможно. Наррагеварр волновался за меня. — А Шуаро где?

Напоминание о капитане комом сдавило горло. Я смогла лишь покачать головой. Нар все понял без слов.

— Где жила, помнишь? — я кивнула. — Брысь туда, лишний раз не выходи. Центавриан забирай с собой, пусть охраняют. Скоро на Шагше станет шумно, а твои таланты мне пригодятся.

Я ограничилась кивком.

Спину буравил неприязненный взгляд. Я резко обернулась, но никого не увидела. Пара знакомых лиц, десятки незнакомых… Пиратская станция уже не казалась мне самым безопасным местом. А была ли она им?

* * *

— Эй, есть здесь кто?

Алерр приложил ухо к тяжелой металлической двери, но услышал только шорох. Собственную камеру размером пять на пять шагов он уже обследовал. Полная темнота не помешала ощупать грубые каменные стены, бетонный пол и вонючий матрас вместо кровати. Окон нет. Дверь идеально гладкая. Никакой надежды выбраться.

— Ау! — повторил попытку капитан. — Есть здесь кто-нибудь?

— Ну есть, — хрипло ответили откуда-то справа. А-Шуро придвинулся ближе к стене.

— Кто ты?

— Ирридар Шер-Нао эр Лиоран Зуа, — с трудом выговорил пленник и закашлялся. — Ну как, сильно помогло? — насмешливо спросил он.

— Советник императора Азуара?

— Кто ты? — насмешка из голоса пропала.

— Нас могут подслушивать?

— Возможно.

— Тогда я промолчу. Ирридар, ты знаешь способ сбежать?

— Сбежать? — ардар снова закашлялся. — Я здесь четырнадцать лет. Ты, правда, думаешь, что отсюда есть способ сбежать?

— Как ты сюда попал?

— Сам пришел…

После рассказа Ирридара в темнице надолго повисло молчание. Ардар, утомленный долгим монологом, пытался отдышаться. Алерр по полочкам раскладывал полученную информацию. Сдаваться на милость советника он не собирался. Бороться. До последнего вдоха, до последней капли крови… Так, как учил его отец. Как учил император Раййа.

— Альк Шуаро? — старческий скрипучий голос прорезал тишину. Капитан вздрогнул.

— Элгхад? И ты здесь? Почему ты не вернулся в Андромеду?

— Император Даген попросил меня остаться, — о секретности третий пленник не заботился. Все, что было можно, Риз уже выяснил, иначе не попал бы торговец в темные застенки. — Через меня Его Величество узнавал обо всем, что происходило в этой галактике. К сожалению, после отлета мулиа на меня обратили внимание.

— Шпионил для Дагена? — моментально ухватился за мысль Алерр. — Как ты с ним связывался?

— Через корабль. Моя Ба-Шиу летает на границе туманности. Оттуда можно связаться с моим племянником, Леуром.

— Сейчас с Ба-Шиу поговорить сможешь?

— Всегда могу, — оживился почуявший надежду Элгхад. — Что передать?

— Передай… — капитан ненадолго задумался. — Передай, что принцесса Лаурелия Д'раахар эра Велина А-Лерра в руках центавриан. У нее — сокровище ништгализенамов. Корабль принцессы — Эр-да-Нора. Возможно, леди Норе известно больше. Ли и Нора тоже научились общаться на расстоянии, так что найти ее не составит труда. И про нас заодно расскажи. Так, как бы между прочим. Ради меня Даген и пальцем не пошевелит, а вот ради сестры и медальона…

— Принцесса Лаурелия? — подал голос Ирридар. — Ее все-таки поймали?

— Исключительно из-за ее собственной глупости, — вздохнул Алерр, устраиваясь на холодных камнях. Теперь оставалось только ждать.

* * *

Мы бежим по жизни, не разбирая дороги, не оглядываясь, не задумываясь… Но иногда кто-нибудь падает, не выдерживая безумной скорости. И тогда у него остается два выхода: скорее подняться и продолжить гонку или задать, наконец, себе самый важный вопрос — для чего все это?

Я не просто упала, я с размаху налетела на стену, преграждающую мой путь. Самое время задуматься — а куда бежала? За свою жизнь я приняла всего два решения. Первое привело меня на «Сальвадор», а второе… Из-за второго я оказалась в центре воюющей галактики, лишенная возможности вернуться на Ардар. Я безумно скучала по брату, Неерушу, даже по Раккару, и, особенно, по Рониарру. Как-то незаметно постоянное присутствие хранителя знаний стало привычным. Иногда, закрыв глаза, я представляла лукавую, чуть покровительственную улыбку советника, с тоской вспоминала поцелуй на празднике, и еще один, перед побегом… Почему я ничего не замечала? Машинально коснулась осиротевшего без обручального кольца пальца. Потому что была слишком занята собой. Теперь меня мучила неизвестность — что с Рониарром? Смог ли ардар оправиться после вынужденной комы? При мысли, что я могла причинить ему непоправимый вред, все внутри холодело. Только не Ронни!

Шел третий день моего пребывания на Шагше. На планету постоянно прибывали повстанцы. Пиратская станция напоминала растревоженный муравейник. Периодически возникали стычки между настоящими пиратами и сопротивленцами, оказавшимися по другую сторону закона не ради наживы, а из чувства долга. У Наррагеварра серьезно прибавилось работы. Известие о гибели канцлера Лока докатилось до Шагши с опозданием. Советник Риз провозгласил себя наместником империи, но все понимали — как ни назови, власть теперь в его руках. Это на своей шкуре успели прочувствовать шелиады: Риз уничтожил одну из яростно сопротивляющихся захвату колоний. Погибло больше тридцати миллионов мирного населения, а сама планета стала не пригодна для жизни. Наррагевар уже понял — если не объединить силы, Риз захватит всю галактику. Марсианин попросил меня обеспечить безопасные каналы связи с главами всех рас Млечного Пути, чем я и занималась. Нора и близнецы мне помогали. Хотя, если честно, это Эр-да-Нора настраивала связь, а я, Ирлик и Дарон ей мешались. После рассказа команды о «жучке» на «Сальвадоре» своим способностям противостоять Центавре я не доверяла. Пришлось просить о помощи леди.

За эти дни я успела проникнуться к Наррагеварру искренней симпатией. Негласный лидер Шагши не только пресекал в корне все зарождающиеся конфликты, но и умудрялся обратить их себе на пользу. Если бы не умелое командование марсианина, вряд ли бы пираты когда-нибудь объединились — слишком много личных претензий было друг к другу у капитанов. Но главенство Нара признавали все.

— Ли, спускайся!

Я съехала по хромированным перилам на руки поймавшему меня Ирлику. Небольшой балкончик над залом ожидания порта с некоторых пор стал моим любимым местом отдыха. Меня никто не видит, зато я — всех. Очень удобно.

— Нора закончила?

— Да, ей Дарон помогает, — махнул рукой центаврианин. — Идем, а то все самое интересное пропустишь!

— Что там может быть интересного?

Ирлик хмыкнул в кулак.

— Дерил Жао и Щирхердо мирно беседовали о возможном союзе, когда в их сеанс связи бесцеремонно влезла леди Нора и предложила помощь от лица пиратов Шагши. Шороху-то было…

Я хихикнула, представив лица правителей Лиару и Шелиадского Союза Колоний.

— А Марс?

— С Марсом сложнее. Диргхенравивана со всех сторон обложила Центавра. От самого Марса мы помощи не дождемся, но если получится уговорить присоединиться к нам хотя бы пару марсианских колоний… У центавриан на данный момент самая совершенная техника. Вторые — марсиане. Без их помощи мы обречены. На Землю вообще надеяться не стоит. Максимум, на что мы можем рассчитывать — на их невмешательство.

Ирлик толкнул двери большого зала, в котором собрались несколько самых видных капитанов Шагши. Переговоры с правителями шелиадов и лиарийцев вел, как и следовало ожидать, Наррагеварр. За голографическим компьютером последней модели восседал Дарон. Пальцы центаврианина порхали над клавиатурой с мастерством бывалого музыканта. Стоило нам проскользнуть, как на очередном экране появилось лицо Диргхенравивана — марсианского дарвара[8].

— Я правильно понял ваше предложение? — без лишних приветствий поинтересовался марсианин. — Напасть на Центавру? Даже объединенным силам наших планет не снилась их мощь. Нас разметают в космический мусор!

— Если не нападем, нам все равно конец, рано или поздно, — возразил Щирхердо. Шелиад и лиариец успели договориться между собой и были только рады новым союзникам. Своими силами они могли лишь обороняться, и то, не долго. — Не стоит ждать, пока нас ослабят окончательно. Шелиадский Союз уже на четверть захвачен! Промедлим, и сопротивляться будет некому.

Король Жао кивал, соглашаясь с сенатором. До лиарийцев война еще не докатилась. Система Сириус центавриан не интересовала — слишком далеко, слишком мало планет, да и ничего интересного или материально полезного там не было. Я даже задумалась — а будет ли Центавра их завоевывать?

— Нам нужно лишить Центавру головы, — шипящим голосом предложил Наррагеварр. — Не будет Риза — остановится военная машина. Некому станет направлять армию, и у колоний появится шанс освободиться.

— Всего лишь шанс… — марсианин задумался. — И как вы собираетесь уничтожить Риза?

— Это будет зависеть от…

— Простите, что перебиваю, — разнесся по залу голос Эр-да-Норы, — но к вашим переговорам хочет подключиться еще один участник. Собственно, он уже подключился. Это я так, предупредила…

Чуть в стороне замерцал четвертый голографический экран, явив императора Ардара. На этот раз Ди был именно таким, каким я его впервые увидела: властный, уверенный в себе, холодный. Ни одной эмоции нельзя было прочесть на бледном лице-маске.

— Дарвар Диргхенравиван, сенатор Щирхердо, король Дерил, дордон Наррагеварр, — поприветствовал весьма удивленных его появлением правителей Даген. — Мне сообщили о ваших планах. Ардар готов предоставить военную поддержку. Пять «уничтожителей планет», двенадцать тяжелых крейсеров класса А[9] и шестьдесят два истребителя класса С. Также мы проведем ваши корабли под прикрытием своих щитов. До самой системы Центавра вторжение не засечет ни один разведчик.

В зале воцарилась тишина. Предложение брата вогнало в ступор даже меня. Ему-то зачем на Центавру нападать?

— В чем ваша выгода, император? — повторил мои мысли осторожный марсианин. Даген оскалился.

— На Второй планете в плену содержатся трое моих подданных.

— Всего трое? — недоверчиво переспросил Жао.

— Целых трое. Даже один — много.

Больше к брату вопросов не было. Правители еще долго обсуждали возможные тактики и планы. Все упиралось во время: и ардарам, и лиарийцам нужно не меньше нескольких дней, чтобы добраться до Шагши. Оставалось надеяться, что Алерр продержится… Рука снова потянулась к безымянному пальцу. Да, я так и не простила капитану обман. Но такой участи я ему не желала.

— Ли! Я знаю, что ты здесь.

Я встрепенулась. Под спор правителей я сама не заметила, как задремала. Три из четырех экранов уже погасли, остался только тот, с которого в тесный зал смотрел Даген. Пришлось подойти ближе — так, чтобы брат меня увидел. Ирлик, на плече которого я проспала все совещание, ничего не сказал, но взгляд его обещал мне долгий и мучительный допрос.

— И какого… крада тебе на Ардаре не сиделось? — чуть насмешливо поинтересовался император, прежде чем я успела открыть рот. Вот же… подцепил от меня шелиадское ругательство! Определенно, я плохо влияю на Ди.

— Не поверишь, Алерр у меня то же самое спросил, — улыбнулась я. Если и был в этом мире кто-то, способный одним лишь взглядом вернуть мне уверенность в себе, это мой брат. Как же я по нему соскучилась!

— Что, слово в слово?

— Чуть менее цензурно. Рон… Рониарр, с ним все в порядке?

Даген откинулся на спинку стула и оценивающе на меня посмотрел. Неужели… внутри все похолодело. Нет! Я же не могла!

— Что я могу сказать… Мозги ты ему не поджарила, но мигрень обеспечила знатную. Как извиняться будешь — догадываюсь и подробностей знать не хочу. Сами разбирайтесь.

Я почувствовала, что снова могу дышать. Рон жив! А братец, как всегда, замечает даже то, о чем я сама начала догадываться лишь недавно… Ну и ладно!

— Ты хотя бы сделала то, зачем сбегала?

Увидев руку без кольца, Даген просиял. То, что Алерр в качестве моего мужа его не устраивал, я знала, но даже не подозревала, насколько. И что они не поделили?

— Теперь подумаешь над моим предложением?

— Извини, но я еще с прошлым женихом не все выяснила, — покачала я головой, сдерживая улыбку. Вот не терпится ему меня пристроить в надежные руки! В какой-то степени мне следует быть благодарной капитану за не снимаемое кольцо — благодаря ему меня не осаждали претенденты на родство с императором.

— Если передумаешь — скажи, — подмигнул Ди. — Я буду на Шагше через шесть дней. Постарайся за это время ни во что не впутаться.

— Не обещаю! — я послала императору воздушный поцелуй.

— Дордон Наррагеварр, я прошу вас обеспечить безопасность Лаурелии до моего прибытия, — сухо попросил Даген. Марсианин молча кивнул. Стоило правителю Ардара отключиться, как меня с двух сторон под локти взяли близнецы.

— Это что сейчас было?

— Это то, о чем мы подумали?

— А о чем вы подумали? — я покосилась на Наррагеварра, внимательно прислушивающегося к нашему разговору.

— Тебе только что сделал предложение император Ардара…

— И ты отказала?

— Из-за капитана, да?

— Вы не насовсем разошлись?

— Дурень, они наверняка и не расходились! Это ведь был спектакль? Для кого?

— Стоп! — пришлось прикрикнуть мне, чтобы угомонить центавриан. Вот, значит, что они обо мне подумали? Я с трудом сдержала смех. Меня — в императрицы! Да какая планета такую правительницу выдержит? — Мы с Алерром разошлись. Даген — мой брат. И предлагал он мне не за себя выйти, а за… Да за кого-нибудь! Еще вопросы?

— Кто такой Рон?

— Почему ты капитана Алерром называешь? — не отстал Дарон.

— А он вам не рассказал? — первый вопрос я решила проигнорировать. — Наш капитан на самом деле Алерр Р'Гархата эр Раййа А-Шуро, наследник империи Мулиа. И он не просто отдал меня брату, он опоил меня и обменял вот на это, — я достала из ворота рубашки медальон в виде руа.

Ирлик удивленно присвистнул.

— Ты, главное, Теду не рассказывай, ладно? — посоветовал младший. Я кивнула. Пилот ведь меня предупреждал… Откуда он мог знать, что все так выйдет? Чутье? Не мог землянин настолько хорошо знать капитана. Он же на «Сальвадоре» появился после меня!

— Помогите Лаурелии собрать вещи и отведите ее в мою каюту, — вмешался в наш разговор Наррагеварр.

— Ага, щ-щаз! — довольно резко ответил Дарон. — С какой стати? Мы ее одну не оставим!

— Она останется не одна.

— А с тобой — тем более! — заслонил меня Ирлик. Я только успевала переводить взгляд с медленно закипающего марсианина на защищающих мою честь центавриан. Все, конечно, хорошо, но я в состоянии сама за себя решить! Нар, кажется, тоже это понял.

— Твою любимую заколку передала Заккену моя жена, — обратился он ко мне, проигнорировав возмущенное сопение братьев. — У меня много дел, поэтому за тобой будет приглядывать она.

— Я переселяюсь! — не раздумывая и невзирая на возмущенные вопли близнецов, согласилась я.

* * *

— Вылетаем завтра, — Даген вошел в просторный зал Совета. Рониарр блестяще справился с поставленной задачей — теперь все важные для империи вопросы решались за овальным столом. Более того, помимо советников на собрании присутствовал Нееруш. Мулиа сначала был недоволен — ему куда больше нравилось прятаться за троном. Но приказы правителя не обсуждаются.

— Ваше Величество, зачем нам помогать этой отсталой галактике? Не лучше ли подождать, пока они уничтожат сами себя и избавят нас от такого соседства?

Под тяжелым взглядом императора Еклеон прикусил язык.

— Эта, как вы выразились, отсталая галактика находится на пороге войны только потому, что в руки ее обитателей попало наше оружие. В том, что произошло, виноваты мы сами, и мы несем ответственность за последствия. Войну необходимо остановить. Раккар?

— Как вы и приказали, флот готов вылететь в любой момент, — отчитался советник. — Ждем только вас.

— Хорошо. Нееруш?

— Я взял двоих, — кивнул оружейник. — Лучшие из лучших. Их хватит, чтобы вытащить пленников.

— Пленников? — вопросительно поднял бровь Неанил.

— У центавриан трое наших людей, — вместо Дагена ответил Леур. — Элгхат — шпион, все эти годы снабжавший нас информацией о происходящем в галактике. Алерр Р'Гархата, наследник империи Мулиа. И самый важный для нас — Ирридар Шер-Нао, один из мятежников, напавших на императора Азуара шестнадцать лет назад. Надеюсь, он сможет ответить на многие вопросы касаемо тех событий.

— В таком случае… — Еклеон тяжело вздохнул, — позвольте мне лететь с Вами.

— Я и сам хотел тебе это предложить, — согласился правитель. — Итак, Раккар, Еклеон, Нееруш и Рониарр летят в галактику Млечного Пути. Урд — как обычно, на время моего отсутствия решающий голос принадлежит тебе, — старый советник почтительно кивнул. — Неанил, твоя задача — подготовить заявление о возвращении наследника Мулиа. Леур, подумай, кто будет контролировать Алерра. Нарушить традиции и не короновать его мы не можем, но и доверять ему будет глупо. На плечах остальных оставляю все дела империи. На этом все. Вылетаем через четыре часа.

— Мелисса, звездочка, красавица моя! — Даген подхватил ждавшую его девушку на руки и закружил по поляне.

— Пусти, — ардарка, смеясь, пыталась выбраться из крепких объятий. — Отпусти меня немедленно!

— Ни за что, — страстный поцелуй заставил девушку проглотить возражения. Остановился император, только когда Мел окончательно перестала сопротивляться.

— Что-то случилось? — проницательности леди было не занимать. Даген вздохнул и привычным жестом усадил ардарку себе на колени.

— Ничего страшного, но мне ненадолго надо уехать. Дней на десять, может чуть больше.

— Почему? Куда?

— Ш-ш-ш, — очередной поцелуй, к сожалению, не помог успокоить взволнованную девушку. Пришлось объяснять: — Через два с половиной часа наши корабли вылетают в галактику Млечного Пути. Ничего серьезного, не волнуйся. Но мне тоже придется лететь.

— Улетаешь с императором… — грустно вздохнула Мел. — Расскажешь когда-нибудь, кто ты?

— А ты уверена, что хочешь знать? Учти, если я открою эту страшную тайну, я тебя уже не отпущу! — Ди сделал страшное лицо. — Готова связать свою жизнь со мной, кем бы я ни был?

— Ты пытаешься меня напугать? — засмеялась ардарка. — Не вышло! Я всерьез пожалею о знакомстве с тобой, только если ты окажешься императором!

— И откуда такая нелюбовь к правящей династии… — проворчал Даген, прижимая подругу к себе.

— Что ты, какая нелюбовь? — отмахнулась Мелисса. — Его Величество многое сделал для империи, и я искренне его уважаю. Но кто он и кто я? К тому же, быть близко к правителю опасно. Откуда-то же взялась идея его свергнуть? Раз желающие появились однажды, почему бы им не появиться снова?

— А мы так и не узнали причину той попытки, — тихо сказал Ди. Мел изменения в настроении не заметила.

— Так что да, — девушка нежно улыбнулась. — Я хочу узнать о тебе больше, ведь ты, наверняка, уже выяснил обо мне все что мог. И я согласна связать свою жизнь с тобой, если ты не император. К такому, пожалуй, я не готова.

— Я расскажу тебе, обещаю, — Даген вновь прижался к губам Мел — отчаянно, нежно, не желая отпускать ее ни на секунду. — Не торопись, хорошо? Я все скажу, когда придет время.

* * *

— Простишь его?

Я сидела на жестком диване, скрестив ноги и обнимая бутылку какого-то ликера. Рядом, закрыв ноги одеялом, полулежала Саа Ван Ли. В отличие от меня, легендарная капитанша пила ром.

— Прощу, но доверять… — помотала я головой. — Он использовал меня втемную. Выяснил, кто я, и ничего не сказал. Даже не намекнул! А ведь… Расскажи он мне все, я бы все равно не отказалась ему помогать! И на Ардар бы полетела, если бы была уверена — он за мной вернется!

— Ну и ну его в черную дыру, — поддержала меня Саа. — Лучше найдешь.

— Вот и брат так говорит, — усмехнулась я. Мы чокнулись бутылками.

Общий язык с женой Наррагеварра я нашла удивительно быстро — как только смогла поверить своим глазам. Смуглая землянка действительно была Саа Ван Ли — капитаном «Хрустального Дракона», одно имя которой до сих пор наводило ужас на центавриан. Незаметно разговорившись, я выдала капитанше свою историю. Уже на середине рассказа Саа принесла откуда-то две задорно булькающие бутылки. Под них повествование пошло еще легче.

— А знаешь, — несколько минут спустя сказала я, — кажется, я нашла лучше. Только теперь уже он меня не простит.

— Тот ардар? — хитро улыбнулась женщина. — С длинной косой и соблазнительным торсом?

Я поперхнулась ликером. Как из всего моего рассказа можно было запомнить про Рона только это?

— Это — не главные его достоинства! Он, знаешь, какой умный? Самый молодой советник за всю историю Ардара! И с оружием обращается не хуже Нееруша! И заботливый! И очень ответственный! И…

— И вообще, он самый лучший во всей галактике, — вклинилась в поток слов Саа. — Все с тобой понятно. Извиняться тебе придется долго и очень упорно, но, я так понимаю, оно того стоит?

Я кивнула. Неужели, совсем скоро я смогу увидеть Рониарра? И Дагена, Нееруша… Даже Раккару я сейчас была бы рада. Вытащим Алерра, остановим Центавру и вернемся в туманность…

— Если будете пролетать через Шагшу, познакомь меня с ним, — усмехнулась капитанша. — Поищу в нем недостатки. А то слишком идеальная картина получается.

Задумавшись, я выдала:

— Есть недостаток. Аккуратность. Так раздражает иногда!

Мы с Саа синхронно оглядели царящий в гостиной творческий хаос. На журнальном столике были раскиданы запчасти от коммов, на полу в художественном беспорядке смешались подушки и отвертки, из мишени для дротиков торчал паяльник…

— Ты права, — согласилась женщина. — Порядок — это не про нас.

Мы снова выпили, за бардак.

— Как ты сама здесь оказалась? Тебя же считают погибшей?

— Я попросила Нара не рассказывать обо мне, — женщина с ненавистью покосилась на инвалидное кресло, парящее в полуметре над полом. — Не хотела, чтобы меня запомнили такой.

Я понимающе кивнула. Быть капитаном «Дракона», видеть галактику у своих ног… и в одночасье лишиться всего. Я бы тоже не захотела показываться на людях.

— Мы попали в засаду, — продолжила Саа. — Столько ускользали, но в тот раз… Нам не оставили ни лазейки. «Дракона» буквально разобрали прямо в космосе. После того, как корабль развалился на две части, я помню все очень смутно. Мы горели. Все системы жизнеобеспечения отказали. На меня рухнуло перекрытие. Я уже задыхалась, когда Нар меня вытащил. Марсиане, как оказалось, меньше нуждаются в кислороде… Что удивляешься? Да, Нар был моим старпомом, моей правой рукой, больше семи лет. Это ему я обязана большинством своих побед… Он гениальный тактик, — Саа нежно улыбнулась. — Нар затолкал меня в спасательную капсулу. Все, на что меня хватило — приказать ему остаться со мной. Вокруг «Дракона» кипела такая каша, что крошечный одноместный плот с двумя пассажирами никто не заметил. Через сутки нас подобрала марсианская тарелка. Они же переправили нас на Шагшу. Я была слишком плоха, поэтому известие о моей смерти никого не удивило. Нар… Нар в одиночку меня выхаживал. Заставлял есть, приволок это кресло, пытался достучаться… Мне казалось, что лучше было умереть там, на «Драконе». Но Нар справился. Официально мы не женаты — я же мертва, но Нар все равно называет меня женой. А я и не против, — Саа отхлебнула из бутылки. — Никогда не знаешь, где найдешь счастье. Мне, чтоб разглядеть свое, пришлось сломать позвоночник. Что стало с Наррагеварром, ты видела. Эти шрамы… Знаешь, он был уверен, что таким точно мне станет не нужен. Ошибся, чтоб его…

В свою каюту Наррагеварр вернулся поздно. Да, подкинуло ему проблем появление ардарской принцессы… Кто бы мог подумать, что Глаз — сестра императора? Что могло заставить ее все бросить и вернуться в эту галактику? Впрочем, и без того забот хватает. Организовать вылет, не дать пиратам перебить друг друга, договориться с правителями…

Комнаты встретили марсианина непривычной тишиной. Свет нигде не горел. Пустая спальня заставила Нара насторожиться. Разве могла Саа уйти? Она сама не хотела, чтобы про нее узнали. Куда они с Лаурелией могли деться?

На кухне тоже было пусто. Наррагевар зажег свет в гостиной и тут же притушил. Одной секунды хватило, чтобы все понять.

Инвалидное кресло сиротливо парило в воздухе. На диване, обнявшись, крепко спали легендарный пират Саа Ван Ли и принцесса Ардара Лаурелия. Воздух со свистом прошел через проломленный нос, когда марсианин вздохнул. Улыбка-оскал болезненно натянула кожу на изуродованном лице. Нар шагнул к женщинам. Под ногами протестующе звякнули две пустые бутылки. Усмехнувшись, Наррагевар подобрал мусор и укрыл не шелохнувшихся женщин одеялом.

* * *

— Завтра прибывает флот Лиарии, послезавтра — Ардара, — доложил мне последние новости Ирлик. Погулять по станции Саа отпускала меня только в компании близнецов. Шагша постепенно становилась филиалом дурдома. Именно отсюда должны были вылететь основные силы Сопротивления. — Шелиады и марсиане присоединятся к эскадре по пути.

— А Земля?

— Даже предлагать не стали, — фыркнул Дарон. — У них с Центаврой союз уже больше века, не понятно, то ли спелись, то ли их спасать надо… Сами пускай разбираются. Захотят присоединиться — не откажемся!

— Не успеют, — хмыкнула я. Об «уничтожителях планет» я успела узнать мало, но и этого хватало, чтобы понять — у Центавры ни шанса.

— Их проблемы, — равнодушно пожал плечами Ирлик.

— Эй, смотри! — Дарон так перегнулся через перила балкона, что я испугалась — упадет.

— Куда смотреть?

— Вниз смотри! — поддержал брата младший.

По полупустому пространству быстрым шагом пронесся командор отряда Теда. Жаль, я так и не узнала его имени… Землянин вел себя странно. Постоянно оглядываясь, он спрятался за широкую колонну, поддерживающую наш балкон. Через минуту в зале показалась Лара. Девушка осмотрелась, но не найдя для себя ничего интересного, скрылась в одном из коридоров. Командор выглянул из-за колонны и короткими перебежками скрылся в противоположном направлении.

Я, зажимая рот руками, чтобы не выдать нас, сползла на пол. Близнецы непонимающе на меня смотрели. Пришлось рассказать про леди Люстру. Лара, Ларина… Кошмар, да у них даже имена похожи! Через несколько минут смеялись мы уже втроем.

— А наш пилот времени зря не теряет! — неожиданно хмыкнул Дарон. Пришлось снова подниматься и смотреть, чего такого интересного заметил центаврианин.

Зал пересекали что-то активно обсуждавшие Тед и Элли. На первый взгляд, ничего необычного, а на второй… Рука пилота по-хозяйски лежала на талии бывшей хозяйки «Темного уголка», а сама женщина то и дело будто бы случайно прижималась к землянину. Ну, с этими все понятно. Будем надеяться, у них все сложится хорошо. Я дала подзатыльник собиравшемуся свистнуть вслед парочке Ирлику. Нечего завидовать!

* * *

— Рассказывай!

— Что? — Мел спряталась за чашкой чая, пытаясь скрыть смущение. Как будто она не понимала, что именно интересует Сати!

— Про своего Ди рассказывай! — потребовала подруга. — Что это за ардар такой, который девушку себе из воды выудил?

Мелисса мечтательно улыбнулась и покрылась румянцем по самые уши.

— Ого, вот это да!

— Цыц, мелкая, — шикнула на сестру Сати. — А ты, давай, приходи в себя. Мы жаждем подробностей! Ли, как назло, куда-то запропастилась. А то я все у нее бы выяснила!

— Не выяснила бы, — помотала головой Мел. — Ди не хочет ничего рассказывать. Я только знаю, что он из дворца.

— Так даже лучше! Ты же имеешь полное право заявиться туда на любой прием! А у Его Величества день рождения через месяц! Чем не повод?

Мелисса помотала головой.

— Ди обещал сам все рассказать.

— А если не расскажет?

— Конечно, расскажет!

— А вдруг, нет? — хмыкнула Сати. — Так и будет встречать тебя в роще, обещать золотые горы и сматываться обратно. А что? Очень удобно.

— Он обещал рассказать! — возмутилась Мел.

— Так не рассказал же, — справедливо заметила Агна. Ардарка насупилась.

— Представь — ты в красивом платье, с шикарной прической, сияющим взглядом…

— Конечно, сияющим, — не удержалась Агна. — Чего бы не посиять при дворе императора? Ди не заметит, так кто-нибудь еще подвернется.

— Цыц, я сказала! Мел, не грызи чашку! Что вы, как дети? — Сати отобрала у подруги опустевшую посуду, заменив ее печеньем. Мелисса разницы, кажется, даже не заметила. — Так вот, представь — ты, вся сияющая, прекрасная, в бальном зале, сияющем сотней огней…

— И тут появляется ОН, — продолжила за сестру Агна. — Замечает тебя и тепло улыбается. Придворные расступаются, когда он идет к тебе. А ты стоишь и не можешь поверить своим глазам, ведь тот, кого ты так любишь, оказался императором…

— Агна! Опять ты своих любовных романов начиталась!

— Ну а что! Похож же!

Мелисса вздрогнула и посмотрела на спорящих сестер.

— Да ни капли не похож! — не согласилась старшая. — Ты Дагена хоть раз видела?

— Да только вчера в Сети его фотография мелькала! — не унималась Агна. — Там еще статья была скучная, вроде как император опять за пределы туманности полетел…

— Найдешь эту статью? — попросила Мел.

— Легко! — младшая устроилась перед голографическим экраном и бодро застучала пальцами по виртуальной клавиатуре. Сати демонстративно закатила глаза.

— Мелисса, прислушайся к голосу разума. Что император мог забыть в роще без охраны и пары десятков придворных для компании?

— Что он, не человек? Даже императору иногда нужно отдыхать от суеты… Вот, готово! Говорила же, похож!

На экране развернулась фотография Дагена с последнего приема в честь дня Середины Лета. Тяжелый взгляд, фарфоровая бледность, прическа, из-за которой лицо казалось еще более узким, чем есть на самом деле… Сати фыркнула.

— Да ну, что тут похожего? Мел, не слушай мелкую, она тебе таких сказок напридумывает… Нужно срочно искать платье! У тебя же ничего подходящего нет!

— Да, пожалуй, — задумчиво протянула Мелисса. — Мне все-таки стоит попасть на день рождения императора.

— Зачем? — тихо поинтересовалась более проницательная Агна, пока ее сестра громко сетовала на нелюбовь своей подруги к пышным праздникам, из-за которой та совершенно запустила свой гардероб.

— В глаза ему посмотреть.

* * *

Станция непривычно опустела. Объединенные силы лиарийцев, ардар, пиратов и сопротивленцев двинулись на Центавру-вторую. Именно там по последним донесениям находился Риз. Даже под прикрытием ардарских щитов эскадре приходилось двигаться в обход основных центаврианских постов, потому и дорога, которую любой корабль из Андромеды преодолел бы за пять-шесть часов, должна была занять около двух дней. План был прост — вынудить наместника сдаться, либо уничтожить его. Как именно союзники собирались это сделать, я не знала. Меня не только оставили на Шагше, но и ничего не рассказали. Как только к планете подошла армада Дагена, Нар скомандовал выступление. Брата я не увидела. Ну и ладно!

Я потянулась. Рубашка Рониарра сползла, обнажив плечо. Сохранился этот предмет одежды чудом — в тот день, когда на «Темный уголок» напал центаврианский патруль, я устроила большую стирку. Майки Элли были мне велики, а вот старомодная рубашка советника, подпоясанная плетеным ремнем, смотрелась очень привлекательно. На Шагшу я попала именно в ней. Теперь отобранная у сонного хранителя знаний рубашка служила мне пижамой.

Саа уже вовсю работала. Легендарную капитаншу с трех сторон окружили голографические экраны, показывающие все, что происходит на Шагше. Не имея возможности вернуться в открытый космос, жена Наррагеварра стала глазами и ушами марсианина. Все, что происходило под куполами, рано или чуть позже становилось ей известно.

— Какой сегодня? — я перегнулась через спинку дивана, пытаясь узнать место, с разных ракурсов демонстрируемое на экранах. Увы, большинство закоулков Шагши строились по одному плану и выглядели совершенно одинаково.

— В седьмом какое-то движение, — откликнулась Саа. — Нашему отделу я уже сказала, но пока предупредят Миррае, пока она отреагирует… Вот, сижу, жду развязки.

Один отдельный экран постоянно показывал происходящее сразу во всех куполах. Краем глаза Саа всегда следила за ним, реагируя на малейшее нарушение порядка. Конечно, в каждом куполе была своя служба безопасности, но капитанша отчитывалась только перед Наррагеварром. Да и чем еще заняться для всех мертвой женщине?

— Я погуляю, ладно? — сидеть в четырех стенах не хотелось. Тем более что с отлетом большинства пиратов к системе Центавра на Шагше наконец-то стало спокойно.

— А Гринхенвальды где?

— Улетели с Тедом, — а меня не взяли! Так что на близнецов я в ближайшее время буду обижена. Сильно-сильно! Даже Эр-да-Нора полетела, а я, между прочим, ее капитан!

— Ладно, иди, — махнула рукой Саа. — Все равно станция пуста, как черная дыра.

Смылась я быстро — пока капитанша не передумала. Бродила по станции, разглядывая одинаковые серые стены. Как же скучно! К Заккену не зайти — шелиад, как только на Союз напали, улетел домой. А брат нагоняй за побег устроит, когда вернется… И Раккар обязательно охрану приставит, он давно грозился… Интересно, Рониарр тоже прилетел? Ронни… Алерр. Мысли свернули в совершенно иное русло. Жив ли А-Шуро? Смогут ли спасти капитана, или еще одной жертвой этой войны станет больше?

— Глаз! — меня догонял щуплый землянин. Где-то я его видела… — Ты же Глаз Сальвадора, да?

Я кивнула, продолжая вспоминать. Про данное центаврианами прозвище я узнала только на Дранго-де-Сорро, и мне оно категорически не понравилось. Не могли что-нибудь приятное придумать? А то — Глаз! Гадость. Я еще раз вгляделась в лицо мужчины. Чей-то помощник, но чей?

— Меня прислал дордон Наррагеварр, — отдышавшись, доложил он. — Нужна помощь по твоей части.

— С ним же летят несколько ардарских специалистов! — мне пришлось пойти за землянином, потому как он моего согласия дожидаться не стал.

— Ардарских — да, а вот таких, кто справится с гибридом ардарских и центаврианских технологий, нет. Они… Мы такого не ожидали. Без тебя не справимся.

Я мысленно выругалась. Работать без помощи Норы я бы не рискнула. Хотя, леди же тоже полетела! Значит, взять Дарона для подстраховки, засесть на Эр-да-Норе… Что там такое может быть, с чем спецы Нара и Дагена не разобрались? С чем пара Дарона и Норы не справилась? У них отлично получилось наладить связь между главами рас, я лишь подсматривала, и то, только вначале… Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Для начала нужно добраться до Эр-да-Норы. Затем связаться с Дароном для поддержки — лишняя голова не помешает. Посмотреть, что так насторожило Наррагеварра, оценить возможные ловушки… В голове уже начал формироваться примерный план действий.

Я взлетела по трапу, даже не посмотрев, что это за корабль. Долой скуку! Долой неуверенность! Меня ждала привычная и любимая работа.

* * *

— Дордон Наррагеварр, вызов с Шагши.

Марсианин отвлекся от мрачных размышлений. Слишком все гладко шло. Пиратские капитаны внезапно присмирели, главы рас спокойно между собой договорились, ни один центаврианский патруль не встретился на пути… И вот, словно по заказу — вызов. Лицо на экране так и не появилось.

— Скажи, пожалуйста, что это тебе внезапно понадобилась Лаурелия, — без предисловий попросила Саа.

— Зачем мне принцесса? — чутье Наррагеварра не подвело. Неприятности были уже на пороге.

— Тогда у нас проблемы, — подтвердила его подозрения капитанша. — Кто-то ее забрал.

— Кто?

— Корабль определить не могу, все записи аккуратно подчищены. Но это кто-то из пиратов. Взлома системы не было. А мы последнее время очень тщательно проверяли всех прилетавших.

— Недостаточно тщательно, похоже, — марсианин стиснул кулаки. Из-за пропажи принцессы могла сорваться вся кампания! — Думаешь, кто-то продался?

— Я в этом уверена. Будь осторожен.

— Вчерашний день прошел, сегодняшний — наш, наступит ли завтрашний — не известно, — если бы Саа рискнула показать лицо, все на мостике увидели бы, как по ее щеке скатилась одинокая слеза. Впервые за все время девиз команды «Хрустального Дракона» произнесла не она. — Не хочешь повторить это напутствие для «Черного Нарвала»?

Молчание было настолько долгим, что Наррагеварр почти поверил — Саа согласится.

— Нет. «Нарвал» — твой корабль. Пусть так и будет.

— Советник Раккар, сколько кораблей из армады ардарский флот может взять на прицел?

— Вы имеете в виду — ваших кораблей?

— Да, — хрипло усмехнулся Наррагеварр. — Сколько пиратских кораблей вы можете уничтожить без риска навредить остальным?

— Все, капитан, — приподнял бровь Раккар. — Если понадобится, даже моего Ла-Бая хватит, чтобы через одного проредить пиратов и не задеть оставшихся. Что вы задумали?

— Мне нужно, чтобы вы держали на прицеле столько кораблей, сколько сможете. И уничтожили их при первой же попытке саботажа.

— Полагаю, у вас веская причина ожидать предательства? — правильно понял ардар.

— Очень веская. И не делайте исключения для «Черного Нарвала».

— Даже так… Приказ отдан. Не доверяете своей команде?

— В том-то и дело. Я доверяю только своей команде. И на «Нарвале» мы сейчас в меньшинстве.

* * *

У-у-у, как же болит голова! Что за гадость я пила? Или не пила? Привкус во рту очень напоминал ром, но… Я совершенно точно не пила!

Я попыталась потянуться, но тело словно задеревенело. Как же хочется пить! Сердце колотилось в одном ему известном ритме. Кожа горела. Я снова пошевелилась, на этот раз осторожнее. Мышцы ныли и слушаться отказывались. Да что за крад!

Воспоминания возвращались нехотя. Утро, Саа, драка в седьмом куполе, прогулка… Торвальдс! Почему я не вспомнила помощника Охотника? Сейчас знание того, кто меня похитил, уже ничем не могло помочь. Снова попытаться связаться с Норой? Но я понятия не имела, куда меня увезли. Пока не выясню, где я, леди ничем не сможет мне помочь.

Судя по отсутствию вибрации, я уже не на корабле. Страшно не было, нет. Почему-то Торвальдса я не воспринимала как угрозу. Я опять пошевелилась, морщась от боли. Лежать было жестко и холодно. Вокруг — темно, как в черной дыре. Гадство. Лучше бы на станции продолжала скучать… Может, все-таки позвать Эр-да-Нору? А толку? Братец волноваться будет, а ему сейчас лучше не отвлекаться. Вот выясню, где я, доложу Норе и буду ждать спасения. А пока — спать. Все равно больше заняться нечем.

* * *

— Мы вошли в систему Центавры.

— Думаю, щиты стоит продержать до Центавры-Второй, — предложил Раккар. — Тогда к нашему прибытию наместник Риз не успеет организовать оборону.

— Но тогда на нас смогут напасть со спины, — возразил Щирхердо. Как и все предыдущие совещания, это проводилось при помощи настроенной между кораблями связи.

— Не смогут, — по-акульи ухмыльнулся Даген. Нехорошо так ухмыльнулся. Даже ко многому привычного Наррагеварра пробрало.

— Нам понадобится штурмовой отряд, который сможет высадиться неподалеку от резиденции, нейтрализовать охрану наместника и захватить его самого, — прохрипел марсианин. — Необходимо лишить Центавру командования.

— Значит, два отряда. Второй займется поиском пленников. Их нужно доставить живыми и, по возможности, невредимыми.

— Рисковать успехом операции ради троих пленников? — удивился Жао.

— Не забывайте, — весьма холодно ответил император, — Ардар участвует в этой, как вы выразились, операции, только ради своих пленников. Наш приоритет — они. Спасением займутся мои люди. Захвату Риза они не помешают.

— Это разумно, — согласился Диргхенравиван. — Сенатор Щирхердо, пусть первую ударную группу составят ваши бойцы. В искусстве ближнего боя шелиадам нет равных.

— Я сам хотел это предложить, — кивнул сенатор. — Ардар обеспечит нам незаметную высадку?

— Разумеется, — Раккар загрузил в общую сеть подробную карту. — Если не возражаете, стоит обсудить некоторые моменты…

* * *

Удар в спину, которого так боялся Щирхердо… Не центавриан надо было ждать. Пираты — они пираты и есть. Вольные всегда стремились лишь к собственной выгоде, независимо от того — кредиты это, свобода или возможность сохранить жизнь. Не удивительно, что нашлись предатели. Странно, что их оказалось так мало.

Наррагеварр спокойно смотрел, как окружавшие «Черного Нарвала» корабли разворачивают на него свои орудия. После предупреждения Саа марсианин ждал чего-то подобного, но был уверен, что предатели проявят себя не раньше нападения на Центавру. Что ж, так даже лучше. Избавимся от них заранее, и во время боя не придется волноваться за собственный тыл.

— Поднять щиты, — приказал Нар. Защитные экраны корабля замерцали почти сразу. Отлично, значит его люди пока что с ним. Может, все еще обойдется… Из команды «Хрустального Дракона» на «Нарвале» было семь человек. Семь из тридцати, кому капитан оставил возможность подняться на мостик, кому он доверял безоговорочно… Доверял. Ровно до тех пор, пока затылка марсианина не коснулся холодный металл бластера.

— Подними руки. Медленно.

Наррагеварр выполнил требование, краем глаза следя, как предавшие корабли выбирают себе цели. План был хорош — ни шелиады, ни лиарийцы не станут выяснять, почему их атаковали. Они начнут отстреливаться в ответ. Попадет и предателям, и другим пиратам, и сопротивленцам. Те, в свою очередь, тоже не станут ждать, пока их уничтожат. Начнется хаос, и объединенные силы галактики так и не долетят до Центавры. Даже если удастся остановить бой, о союзе после такого можно будет забыть.

— Не ожидал от тебя, Тарион, — шумно выдохнул Нар. — Что вам пообещали?

Шелиад длинным щупальцем разоружил капитана.

— Полную амнистию и возможность остаться в космосе, — не стал скрывать старпом. Марсианин презрительно сплюнул.

— И вы поверили? Глупцы и трусы!

— А ты поверил, что сможешь надрать центаврианам зад? — вспылил Тарион. Наррагеварр с трудом сдержал желание дернуться за собственным бластером. Еще рано… Шелиады слишком быстры. Пусть отойдет подальше… — Лучше быть живым трусом, чем мертвым героем! Освободи кресло, Нар. Я не хочу тебя убивать. Мы через многое прошли вместе, но если через две минуты я не выйду на связь, по «Нарвалу» откроют огонь.

— Нет, — покачал головой марсианин. — Если «Нарвала» захватят, его уничтожат ардары. Неужели ты думал, что я не догадаюсь о ваших планах? Сколько вас на корабле? Двое? Трое? Кто из команды остался мне верен?

— На тебя меня одного хватит, — усмехнулся старпом. — Я не долго думал, когда узнал, что от меня требуется. Ты не заслуживаешь этот корабль.

— А кто заслуживает? Может быть, ты? Член экипажа, предавший собственную команду?

— Ты бросил Саа умирать! Удрал с «Дракона»! И ты еще смеешь говорить мне о предательстве? — Тарион стиснул зубы и уже тише добавил: — Покинь кресло, Нар, и клянусь, когда все закончится, я отпущу тебя.

— Ты так и не понял, — покачал головой Наррагеварр. — Я попросил ардар держать нас на прицеле. Кто бы ни остался капитаном, «Нарвала» уничтожат.

Шелиад немного нервно оглянулся на экраны и этого мгновения Нару хватило, чтобы выбить из его руки бластер. Взять свой марсианин уже не успел. Гибкое щупальце стиснуло горло Наррагеварра, отрывая того от пола. Капитан со всей силы ударил слишком близко подошедшего старпома, ломая ему нос. Хватка чуть ослабла, и марсианин судорожно глотнул воздух. Тарион наконец-то дотянулся до отлетевшего под панель управления бластера, но подобрать его так и не успел. Два выстрела — и шелиад грузно осел на пол.

— Капитан? — у входа на мостик стоял первый пилот, Дао, тоже шелиад, тоже с «Хрустального Дракона»… Нар невольно приготовился отразить следующий удар. Пилот вытянулся по струнке, разве что честь не отдал. Но у пиратов подобное не было принято. — Капитан, ты в порядке?

— У марсиан крепкие кости, — усмехнулся Наррагеварр, стараясь не поворачивать лишний раз шею. Крепкие-то крепкие, но от знакомства с щупальцами старпома могли и треснуть. — Спасибо, Дао. Ты вовремя.

— Еще бы. Не зря я себе трансляцию настраивал…

Пилот перед вылетом на Центавру потребовал вывести происходящее на мостике себе на отдельный экран. «Чтобы понимать, какой тактики придерживаются союзники», — пояснил тогда он, хотя Нар подозревал, что шелиад просто хотел быть в курсе происходящего. Но организовать трансляцию позволил. Кто мог предположить, что она пригодится — так?

— Капитан, от лица команды «Нарвала» выражаю протест, — заявил Дао. — «Хрустальный Дракон» погиб, и никто не может этого изменить. Мы рады служить под твоим началом на «Черном Нарвале». Для нас честь иметь такого капитана, как ты.

— Я сделаю все, чтобы оправдать это доверие, — серьезно кивнул Наррагеварр. Стоило пилоту покинуть мостик, как марсианин вызвал Раккара.

— Стреляйте, советник.

Ответа с Ла-Бая, главного ардарского «уничтожителя», не было.

* * *

— Итак, мне обещают доставить Глаза, и что я получаю? Ардарку! Восхитительно.

Вот теперь я начала бояться. Кто бы мог подумать, что Торвальдс свяжется с Ризом! И это сейчас, когда объединенная армада вот-вот нападет на Центавру… Или уже напала? Точно, напали. Один из экранов схематично показывал ход развернувшегося над планетой сражения. Так далеко… Здесь, на Второй, царило безмятежное утро. Даже всполохов в небе заметно не было.

Наместник обошел меня кругом. Вживую он выглядел еще более мерзко, чем на снимках. Морщинистая кожа, седые до белизны волосы, колючий взгляд… Да и вся фигура какая-то обманчиво высушенная и слабая. Только сила в Ризе все еще была, внутренняя, давящая, и именно из-за нее от наместника хотелось держаться как можно дальше.

— Почему-то мне кажется, что ты не только Глаз, — продолжил центаврианин. — Не так ли? Лиарана Деро, принцесса Ардара… Разве мог я предположить, что три разыскиваемых мной и вроде бы никак не связанных между собой девушки окажутся одним человеком?

— Откуда… — я проглотила вставший в горле ком. Под пристальным взглядом Риза хотелось стать невидимкой. — Откуда вам известно про принцессу? И зачем была нужна Лиарана?

— Любопытная? Похвальное качество. Что ж, я отвечу. Искать сведения об ардарах я начал сразу после того, как в нашей галактике объявились мулиа. Разумеется, мне было интересно — почему беглецов так упорно преследуют? По крупицам я собрал информацию о неудавшемся перевороте и его последствиях. Логично было предположить — раз младшая принцесса не нашлась в галактике Андромеды, значит, она ее покинула! Странно, что никто не пришел к такому же выводу. А Лиарана Деро… Мне доложили о проявившейся ардарской наследственности у одной из воспитанниц приюта. Но меня сбило с толку то, что ты никак не проявляла аристократическое воспитание. Так что Лиарану Деро искали, но не очень активно. Жаль, я раньше не догадался. Твоя специальность — защита информации? — неожиданно сменил тему наместник. Я осторожно кивнула. — Отлично. Значит, сможешь расшифровать это, — Риз покачал у меня перед носом цепочкой с кулоном. Я схватилась за шею. Сокровище ништгализенамов!

— Господин наместник, пленники доставлены! — гаркнул у меня за спиной офицер. Я выдохнула, с трудом сдержав вскрик.

— Постройте их у этой стены.

Первым в кабинет вошел Алерр. Гордо, не склоняя головы, он двигался так, будто и не было приставлено к его спине дуло бластера. Следом шел торговец-мулиа с Антарана, Элгхад, кажется. Без тюрбана, скрывавшего седину, было видно, насколько он стар. На третьего смотреть было страшно. Безразличный взгляд тусклых глаз, шрамы, сплошным слоем покрывающие кожу. Грязная рваная одежда, кое-как обрезанные волосы… И полное отсутствие эмоций. Я встретилась взглядом с Алерром. Чего в глазах капитана было больше — гнева, беспокойства или обреченности?

— Ваше императорское Величество, — с язвительной ухмылкой поприветствовал Риз появившегося на экране Дагена.

— Наместник Риз. Или, все-таки, уже император? Прежде чем вы продолжите, хочу предупредить: наша беседа ведется по открытой линии.

— Прекрасно, значит, вам не придется объяснять вашим союзникам причину отступления Ардара. Сэкономите время.

— Отступления? С какой стати? Из-за них? — брат взглядом указал за спину Риза. — Горстка отступников, не более. Допустимые потери.

— Что вы, Ваше Величество. Они — лишь украшение моего кабинета, — елейным голосом пропел центаврианин. — А вот принцесса Ардара, на мой взгляд, достаточно ценна.

Меня выволокли в центр кабинета. Поднять взгляд на брата я побоялась, лишь увидела, как побелели костяшки сжимающих ручки кресла пальцев.

— Отступите, Даген. Иначе к тому моменту, как вы войдете в резиденцию, ваша сестра будет вас ждать в немного… разобранном виде.

Прости меня, Ди. Надо было оставаться с Саа…

— У меня есть другое предложение, — после небольшой паузы ответил Ди. — Я прикажу направить все орудия на Центавру-вторую и дать синхронный залп. Вместо долгой и мучительной смерти Лаурелия умрет быстро. Как и вы, как и вся планета. Возможно, после такой катастрофы вся система Центавра станет непригодной для жизни. Не думаю, что меня это волнует.

— Пожертвуете сестрой? — ухмыльнулся Риз. — Убьете миллионы невинных жителей? Нет, Ваше Величество, сама идея убийства разумных существ для ардар противна, разве нет?

— Хотите проверить? — приподнял бровь Даген. — Раккар, передай приказ для уничтожителей. Цель — Центавра-вторая.

— Вы сделали свой выбор, — равнодушно пожал плечами наместник. — Вы знаете, Ваше Величество, — на этот раз обращение прозвучало с издевкой, — что одно из самых чувствительных мест у женщин — живот?

Ткань подаренной Саа блузки треснула по швам. Я попыталась прикрыться руками. Краем глаза заметила, как дернулся Алерр, за что тут же получил сильный удар от охранника. Риз со всей силы ударил меня под ребра, выбивая из легких воздух. Я задохнулась и упала на пол. Следующий удар, уже ногой, отбросил меня в сторону. В глазах потемнело. Очень хотелось закричать, но я никак не могла исторгнуть из себя ни звука. Из глаз брызнули слезы. Риз вновь занес ногу, и я инстинктивно сжалась в комок, защищая грудь и живот. Наместник был прав — это, действительно, оказались очень чувствительные места.

— Хватит! — окрик Дагена заставил центаврианина остановиться. — Ардар отступит. Но это не значит…

Что еще хотел сказать император, мы так и не узнали. Громыхнуло так, что заложило уши. С потолка посыпались кусочки лепнины. Связь пропала, да и свет мерцал, готовый в любой момент потухнуть. Риз подошел к столу и нажал на кнопку вызова охраны.

— Какого крада у вас происходит?

— Резиденция атакована!

Советник в ярости отшвырнул переговорное устройство.

— Подготовить транспорт, — коротко приказал он. — Улетаем через две минуты.

— А пленники? — уточнил охранник, державший на мушке Алерра.

— Девчонку берем с собой. Остальных убить. Да не здесь! — заорал Риз, в последний момент остановив центаврианина. — На улице расстреляешь, нечего мне кабинет портить.

Солдат, презрительно ухмыльнувшись, подтолкнул капитана к выходу. Я попыталась отползти, но в мою руку клещами вцепился советник, рывком поднимая меня с пола. Я ничего не могла сделать, чтобы помочь мулиа. Снова.

Император в гневе ударил кулаком по панели. Проклятье! Как же не вовремя оборвалась связь! Над Центаврой сейчас отвлекала внимание первая ударная группа. Под прикрытием космического сражения у Нееруша было больше шансов освободить пленников и уйти незамеченным. До подлета основных сил армады оставалось еще несколько бесконечно долгих минут…

— Ваше Величество, — осторожно обратился Раккар. — Прикажете отступить?

— Раккар, что у вас происходит? — вырвался из динамиков хрип Наррагеварра. — Мы едва сдерживаем предателей, а ударную группу в любой момент сметут центавриане! Уничтожьте их, наконец!

Даген с шумом втянул носом воздух. На экране было видно: чуть больше четверти пиратов развернули орудия на союзников. Ни Марс, ни шелиады не могли уничтожить только изменников. Обязательно пострадает кто-то рядом… Отступить? Если бы это хоть немного могло помочь сестре, он бы отступил. Глупо думать, что Риз отпустит Лаурелию. Проклиная собственную беспомощность и сделанный выбор, правитель приказал:

— Продолжать бой. Точечный удар по предателям.

Ла-Бай содрогнулся. Несколько секунд экраны всех кораблей показывали только ослепительный свет. Когда приборы перестали сходить с ума, стало ясно: от продавшихся пиратов не осталось даже космического мусора. Путь к Центавре был свободен.

Сражение шло не только в космосе, но и на планете. Эр-да-Нора, скрывшись под щитами, приземлилась практически перед резиденцией. Появление корабля, как и планировали, осталось незамеченным — как бы ни старались центавриане, до ардарской техники им было далеко. Нееруш тенью проскользнул в здание через разрушенную стену. Шелиады постарались на славу. Резиденция наместника походила на растревоженный муравейник.

— С противоположной стороны дома корабль, — доложил Хаур, невысокий мулиа, славящийся своей меткостью. Когда Даген объяснил задачу, оружейник не раздумывая взял его себе в помощники.

— Риз собирается смыться, — озвучил общую мысль Истор, третий в команде. Когда-то он вместе с Неерушем учился у Ериона, предыдущего оружейника императора Ардара. Вопрос о его участии в операции даже не обсуждался.

— Вряд ли он сделает это один. У него слишком ценные пленники, чтобы ими разбрасываться.

Лишь подойдя к кораблю ближе, Нееруш понял, как ошибся. Опоздай они всего на минуту, и династия императоров Мулиа навсегда бы прервалась. Несколько взмахов плетей — и пятеро охранников упали замертво, не издав ни звука. Жители Андромеды не любили убивать разумных. Но это не значит, что они этого не умели.

— Идти сами можете? — поинтересовался Истор, оглядывая спасенных. Элгхад неуверенно кивнул. Ирридар с трудом переставлял ноги — за четырнадцать лет ардара ни разу не выводили из подвалов. Алерр морщился при каждом вдохе. По пути из резиденции капитан попытался оказать сопротивление, за что ему с удовольствием сломали несколько ребер.

— Где Лаурелия? — вместо ответа спросил принц.

— На Шагше, где еще ей быть.

Мулиа с раздражением посмотрел на усмехающегося Нееруша.

— Несколько минут назад она была в кабинете Риза. У тебя устаревшая информация, оружейник.

Невдалеке раздался взрыв, и от второго этажа отвалился балкон с кусочком стены. Шелиады отрывались на полную.

— Доставьте спасенных на Эр-да-Нору, — кивнул товарищам Нееруш.

— А ты?

— А я найду и заберу Ли, — хищный оскал воина обещал центаврианину массу незабываемых впечатлений.

Нееруш проследил, чтобы Истор и Хаур с пленниками благополучно дошли до корабля, и вернулся к разгромленной резиденции. Центавриане оказались явно не готовы к нападению с земли. Эр-да-Нора и ее временный капитан блестяще справились с задачей. Кому, как не им, было знать, как незамеченными пролезть в любую дыру?

Шелиады от души наслаждались возможностью отомстить за свои уничтоженные колонии. Трепетно любимые ими дымовые завесы заволокли пространство так, что увидеть что-то дальше пяти шагов было невозможно. Шелиадам, правда, это не мешало. Они прекрасно находили жертв, осязая своими щупальцами малейшую вибрацию пола и стен.

Мулиа прокрался через два задымленных коридора, а в третьем едва успел увернуться от луча. Бросился на пол, почувствовав, как опалило волосы на голове, и прислушался. Шаги или шорох?

— Я свой, — едва слышно шепнул оружейник, поняв, что столкнулся с кем-то из группы Щирхердо. Шелиад практически бесшумно возник рядом.

— Па-ачему не ушел, а?

— Один из пленников у Риза. Видел его? — шелиад покачал головой и перехватил бластер. Выстрел — и где-то в отдалении раздался стук упавшего тела.

— Ни-икак найти не можем, нет, — закивал он. — Рыщем-рыщем, а его нет и нет, па-анимаешь, да-а?

Нееруш поморщился, пытаясь вычленить из сказанного смысл. Ли была права — у шелиадов отвратительная манера разговора. А этот, похоже, вне Союза Колоний вообще раньше не появлялся.

— Слюшай, вта-арой этаж па-асматри, да! — посоветовал союзник и ушелестел в неизвестном направлении. Оттуда, куда он уполз, очень скоро донеслись крик и хруст ломающихся костей. Шелиады любили оружие, но если была возможность, предпочитали действовать сами.

Мулиа послушно поднялся по полуразрушенной лестнице. Ломать — не строить… Даже жаль резиденцию немного. Судя по обломкам, несколько часов назад это было очень красивое здание. На втором этаже дыма было меньше, но и здесь уже вовсю хозяйничали шелиады. Если бы Ли и Риз были здесь, их бы давно нашли.

Задумавшись, Нееруш выглянул из окна. Корабль Риза — межпланетный катер, вряд ли что-то более серьезное. Слишком аккуратный. Даже орудий не видно. Едва ли наместник готовил его, как средство для отступления. Скорее, это был его личный транспорт на Центавре. Но когда мулиа освободил пленников, двигатели не работали. Сейчас же корабль явно готовился ко взлету. Оружейник поспешил вниз.

Выбраться из здания получилось без происшествий. Встреченный шелиад, видно, предупредил своих об одном бродящем в тумане оружейнике. Нееруш беспрепятственно добрался до трапа корабля. Дальше соваться одному было бы глупо… Мулиа усмехнулся и активировал небольшой подарок Дагена. Знал, жук, чем подкупить. Не будь он уже другом императора, обязательно сделал бы все, чтобы им стать. Хотя бы ради того, чтобы иногда вот так баловаться разработками ништгализенамов.

Центаврианский катер сильно отличался от ардарских кораблей, и это отличие давило на сознание. Нееруш не чувствовал жизни вокруг. Только холодный металл, вибрацию и легкий гул готового к взлету двигателя. И никого из возможного экипажа. Так и не встретив сопротивления, мулиа прошел в единственный приспособленный одновременно для пилотов и пассажиров отсек, в котором в гордом одиночестве восседала принцесса Ардара.

* * *

— Сиди здесь и не дергайся, — приказал мне наместник. Ага, щ-щаз! Я незаметно оглядела рубку, в которую меня посадили. Жаль, я так и не научилась пилотировать… Хотя в центаврианском корабле мне бы это не помогло. Их технологии слишком сильно отличались от привычных мне земных.

Охраны в пределах видимости не было. К сожалению, я точно знала — минимум троих Риз собирался забрать с собой. Оттого и приказал убить пленников — на маломестном межпланетном катере они бы просто не поместились. Я вздрогнула. Алерр обязательно найдет способ выбраться! И за мной вернется, конечно же. Разве не выпутывались мы раньше из различных передряг? Все будет хорошо, как всегда. По другому и быть не может.

Самоубеждение не помогало. Я чувствовала под ногами все нарастающую вибрацию корабля. Вот-вот мы взлетим, и тогда… Я зажмурилась. Чудом будет, если нас не подобьют свои же. Хотя в сложившейся ситуации такой выход будет, наверное, наилучшим.

Морщась от боли, я завязала порванную блузку. На животе наливался кровью отвратительный синяк. Ощущение беспомощности заполнило меня целиком. Что же делать?

Риз, к счастью, не появлялся. Посадил меня посреди рубки и куда-то ушел. Дарон или Ирлик, уверена, сумели бы воспользоваться его беспечностью… Но я ничего не могла сделать. И наместник, изучивший мое дело вдоль и поперек, это знал.

Краем глаза я заметила какое-то шевеление. Кто здесь? Я резко обернулась и никого не увидела. Показалось? Нет, снова… Теперь я уже четко видела расплывчатые очертания человека. Что за…

— Не кричи и не визжи, — тихо шепнула тень. В следующий миг на ее месте стоял Нееруш. Предупреждение мулиа оказалось своевременным — сначала я чуть не заорала от неожиданности, а потом была готова с радостным визгом броситься мулиа на шею. — Где Риз?

— Скоро вернется, — еле слышно ответила я, покосившись на дверь. — Как ты…

— Новая разработка ништгализенамов. Потом расскажу, — Нееруш снова стал невидимым. — Меня здесь нет.

Спустя несколько секунд в рубку вошли советник и еще один центаврианин, по-видимому, пилот. Мулиа не торопился действовать. Чего он ждет? Как оказалось — того, чтобы все заняли свои места. Смерть пилота была быстрой. Советник оказался крепко привязан острой плетью к креслу. Дверь содрогнулась от мощных ударов, и я уже приготовилась стрелять из изъятого у пилота бластера…

Вместо центавриан на маленький корабль ввалились довольные шелиады. Великая Центаврийская Империя перестала существовать.

* * *

Резиденция наместника на Центавре-второй превратилась в полигон. Повсюду сновали представители марсиан и шелиадов. Лиарийцы остались на орбите, ардары… От галактики Андромеды на планету, кроме Эр-да-Норы, опустился лишь один корабль. И именно ему подчинялись все остальные.

— Переговоры и новые союзы заключим на Центавре-второй через два дня, — объявил во время очередного сеанса связи император Даген Ди. — Чтобы не тратить времени зря, вас доставят мои корабли.

Возразить никто не посмел. Наоборот, на темном лице короля Жао отразилось облегчение — куда как безопаснее добираться через всю галактику под защитой такого союзника! Силы своей армии лиариец не преувеличивал, и потому знал: в сложившейся ситуации он был особенно уязвим.

— Ваше Величество, — склонился Нееруш, когда экраны погасли. Вид у мулиа был потрепанный. С довольной улыбкой оружейник протянул другу медальон.

— Как все прошло?

— Без потерь с нашей стороны. Новая игрушка ништгализенамов работает отлично.

— Моя сестра?

— На корабле Раккара. Кости целы, отделалась синяками. Алерр, Элгхад и Ирридар там же. Ба-Шиу Элгхада уже летит сюда, — доложил оружейник. — Бывший советник императора Азуара без сознания, но, по словам Алерра, сможет пролить свет на некоторые события шестнадцатилетней давности.

Император кивнул своим мыслям. Долгие тысячелетия ардары не убивали себе подобных. Что заставило приближенных императора вспомнить о первобытных инстинктах? Ради чего была та попытка переворота?

— Как Ли?

— Да что ей будет, — усмехнулся мулиа. — В порядок себя приводит, готовится снова трепать нервы Раккару. Жаждет вернуться на Эр-да-Нору. Треплется через комм со своей командой.

— После Алерра навещу ее, — оскалился правитель. — Уши надеру за талант влипать в неприятности. Просил же ее никуда не лезть!

— Поздно уже ей уши драть, — устало засмеялся Нееруш, разваливаясь в капитанском кресле. — Выросла.

— Тогда учителей найду. По этикету и истории. Пусть делают из нее нормальную принцессу.

— Думаешь, получится? — заинтересовался мулиа.

— Вот и посмотрим.

* * *

Я была не в силах усидеть на месте. Хотелось куда-то бежать, что-то делать… Что? Риз схвачен. Медальон вернулся к брату. Алерр спасен. Я скоро вернусь на Ардар… Все уже было сделано. И все же не получалось успокоиться, убедить себя: все закончилось. Ой ли? Для меня все только начиналось.

Единственное, что я так и не смогла заставить себя сделать — найти Рониарра. Я знала, что он спустился на Центавру вместе с Дагеном, слышала, что советник нередко появляется на Ла-Бае… Я одновременно жаждала с ним встретиться и безумно боялась, что это произойдет. Так и металась по предоставленной мне каюте, не находя себе места.

Выскользнуть с корабля Раккара не представлялось возможным. Мнительному безопаснику подчинялся — кто бы мог подумать — настоящий «уничтожитель» с парой сотен солдат экипажа. Стоило мне показаться у трапа, как меня бережно развернули и настоятельно посоветовали оставаться внутри. Я только пожала плечами и отправилась исследовать Ла-Бая.

Бродить по низко гудящему кораблю доставляло удовольствие. Невольно я сравнивала тяжелый «уничтожитель планет» и свою малышку Нору. Сравнение получалось в пользу леди только из-за одного пункта: не смогла бы я на Эр-да-Норе заблудиться! В коридорах было пусто, даже спросить дорогу не у кого. Все были заняты прочесыванием окрестностей. Мало ли, кто-то из центавриан решит отомстить? А корабль и сам мог за себя постоять. Вот только подсказывать, куда я забрела, Ла-Бай отказался. Точнее, просто проигнорировал мой вопрос. Может даже не услышал — откуда мне знать? Но мысленно я уже окрестила «уничтожитель» врединой — вряд ли корабль сильно отличался характером от своего капитана.

Спустя неизвестное количество минут мои надежды оправдались — навстречу вышел ардар. Только я и в страшном сне не могла представить, что столкнусь с Рониарром вот так — неизвестно где, в латаном комбинезоне, с кое-как расчесанными волосами… Советник, заметив меня, остановился.

Несмотря на все страхи, я не смогла сдержать улыбки. Жив! Одно дело, услышать хорошие новости от брата, и совсем другое — убедиться самой. Я жадно впитывала знакомые черты, пытаясь понять, не изменилось ли что? Острый подбородок, нос с небольшой горбинкой, голубые глаза, тяжеловатые брови… Рон тоже изучал меня. Я потянулась к нему сознанием, пытаясь понять — что он чувствует? И словно налетела на бетонную стену. Даген мне показывал, как поставить на сознание блок. У брата получалось действительно хорошо. У Рониарра — идеально.

Советник шагнул вперед, и переборка за его спиной с тихим шелестом закрылась, отрезая нас от случайных свидетелей. Первым порывом было броситься на шею этому длинноволосому ардару, рассказать, как сильно я переживала, как за него волновалась… Но я замерла, не в силах пошевелиться.

— Ли? — наконец, произнес Рон. — Из тебя получилась ужасная блондинка.

— Ты второй, кто мне это говорит, — выдохнула я. О чем он думает? Было непривычно не ощущать ни одной эмоции — словно внезапно оглохла или ослепла. Специально закрывается от меня? Брат позаботился?

— И кто же был первым?

Я вгляделась в лицо замершего в нескольких шагах от меня советника. Мне показалось, или в его словах прозвучала ревность?

— Первый любит рыжих, — я все-таки рискнула и преодолела разделявшее нас расстояние. Рониарр вздрогнул, когда я обняла его. Так и не дождавшись реакции, я тихо шепнула: — Пожалуйста… прости меня. Я очень скучала.

Руки советника стиснули мою талию.

— Я подумаю, чем ты будешь выкупать прощение.

Рон оставался серьезным, но вот глаза… Глаза его смеялись, выдавая: очень скоро меня настигнет кара и за побег, и за доставленные волнения, и за поход на праздник, где прощение пришлось выкупать самому советнику. Так близко… Я потянулась навстречу, предвкушая очередной полный нежности поцелуй. Теперь я точно знала, ради кого вернусь на Ардар. А Алерр… Шуаро — проблема брата.

Зря я вспомнила капитана. Вторым в коридор вышел именно он. Раздражение и досада плетью хлестнули по обостренным чувствам. Принц Мулиа смерил нас далеким от дружелюбия взглядом и прошел мимо.

— Ты боишься? — удивленно спросил Рониарр. Я вздрогнула. Только сейчас я поняла, что стою, крепко вцепившись руками в походный китель советника. Боюсь ли я? О, да. За прошедший год капитан очень сильно изменился. Или нет? Что, если я никогда его и не знала?

— Он злится, — честно призналась я. — Сильно. И, кажется, на меня.

Рон кивнул, принимая информацию к сведению, и обнял, словно закрывая от всего мира. Я незаметно вздохнула, прижимаясь к хранителю знаний. Так и знала — ничего не закончилось. Все только начинается.

* * *

Меня снова забыли в каюте!

Моему возмущению не было предела. Поняв, что Рон, если и обижен на меня, то хорошо это скрывает, я уже размечталась, что теперь-то вцеплюсь в него, как клещ, и ни за что не отойду. Как бы не так! Советник проводил меня до моей каюты, поцеловал на прощание так, что я на некоторое время совершенно перестала соображать и забыла, где нахожусь. А потом, пользуясь тем, что я даже глаза в одну точку свести не могла, смылся! Когда я пришла в себя, Рониарра уже и след простыл.

От нечего делать я принялась рыться по Галанету. Еще в первый день своего заточения я настроила ардарскую технику на местную сеть и бессовестно названивала всем знакомым, отвлекая их от дел. В последний раз перепало Теду. Пилот, к счастью, был не занят и несколько часов подряд рассказывал о своей жизни в рядах Сопротивления. Причем не один — землянина я застала во время отдыха с Наром и Ричмондом, пилотом и навигатором его команды. Парни с удовольствием пересказали мне все курьезные случаи с участием Медвежонка, похвастались боевым опытом и вытянули из меня несколько историй из жизни «Сальвадора». Так мы и трепались бы до утра, если бы не появился капитан Теда и не прогнал команду чинить корабль. Сейчас же я сосредоточенно вспоминала номер комма Элли. Хозяйку «Уголка» я после прилета на Шагшу видела всего пару раз, и то, издалека. Это упущение нужно было срочно исправлять.

Рыжая словно ждала звонка и ответила почти сразу. На экране появилось немного заспанное и помятое лицо. Упс… совсем забыла про разницу во времени!

— Ангел? Какого крада тебе не спится?

— Прости, на Центавре еще даже не вечер, — мысленно я порадовалась, что Элли не может дотянуться до меня и придушить. Рыжая терпеть не могла, когда ее будили.

— А-а, — согласие переросло в оглушительный зевок. — Ты там как, принцесска, живая?

— Конечно, — я немного смутилась. Все-таки при знакомстве я бессовестно врала на любой вопрос о себе. — Прости, что не рассказала.

— Да ладно, — махнула мне рукой Элли. — Если бы все посетители «Уголка» рассказывали мне о себе правду, меня давно бы убили. Зачем звонишь-то?

— Тебя с Тедом можно поздравить? — прямо поинтересовалась я. Рыжая закашлялась.

— А ты откуда знаешь? Мы еще не кому не говорили!

— Вы плохо прятались! Я вас на Шагше видела!

— А-а-а, это… — Элли ослепительно улыбнулась. — Так мы почти год уже вместе.

Пришла очередь кашлять мне. Ну, Медвежонок… Такие перемены в жизни, и он промолчал!

— А о чем вы не говорили? — рыжая явно смутилась. — Рассказывай! Никому не скажу, обещаю!

— Нет, — помотала она головой. — Вот соберемся на Шагше, и мы всем скажем.

— Элли, я сижу на ардарском корабле практически под арестом. Братик очень боится, что я опять куда-нибудь влипну. Так что у меня невероятно мало шансов добраться до Шагши, и, тем более, встретиться там с тобой.

— А братик — это император Ардара? — хихикнула девушка. — Улетишь вместе с ним? Насовсем?

— Не знаю, — мне и самой это было интересно. Я хотела бы иметь возможность вернуться в эту часть галактики. Здесь была моя жизнь, мои друзья, и я не представляла, что уже скоро снова окажусь запертой во дворце. Жить от приема до приема… С другой стороны, я не хотела больше расставаться с Рониарром, а советник никак не сможет остаться. Да и вряд ли захочет. Может, мне напроситься в ученики к Леуру? Продолжу осваивать ардарские технологии, может, однажды и смогу наладить связь через туманность…

— Ладно, — сдалась Элли и предъявила экрану руку с кольцом. — Тед перед отлетом на Центавру сделал мне предложение. Я согласилась. Так что, если сможешь вырваться на свадьбу, ждем тебя на Дранго-де-Сорро.

Нет, я точно убью Теодора! Партизан сопротивленский! Как можно скрывать такую информацию?! Дело за малым — убедить Дагена, что мне можно и нужно регулярно покидать туманность! Я же от любопытства умру, если не буду знать, что здесь происходит!

Брат оказался легок на помине. Стоило императору заглянуть в комнату, как Элли попрощалась и отключилась. Ди устроился на кровати и как бы между прочим сообщил:

— А Рониарр собирается зайти на Эр-да-Нору, чтобы переписать данные о ее полетах вне туманности.

— И-и-и?

— Так, я не понял, — брат с негодованием посмотрел на меня. — Где радость, где вопли «мне нечего надеть», где, в конце-концов, обычный мандраж влюбленной девушки?

— И ты не против?

— Не против чего?

А то он не понимает, чего!

— Того, что мы… ну… — смелости признаться почему-то не было.

— Милая, я только за! — император подложил руки под голову. — Мне хотелось бы отдать тебя в надежные руки. Если при этом получится еще и сделать такой роскошный подарок преданному советнику, то почему нет?

— Значит я — подарок? — сейчас кто-то сильно огребет! И этот кто-то — не я!

— Нет, дорогая, ты — сюрприз, причем весьма сомнительного толка. Но Рониарру почему-то нравишься.

Ладно, за хорошие новости бить пока не буду.

— Ты уверен?

— Конечно, — Даген хитро улыбнулся. — Я никогда не приказывал ему присматривать за тобой. Ни по дороге в туманность, ни на Ардаре. Все, что он делал, было только его собственной инициативой. А теперь я собираюсь этим воспользоваться, потому как советник, женатый на сестре императора, будет максимально заинтересован в благополучии империи. К тому же, так ты останешься во дворце у меня под присмотром. Что ни говори, от вашего союза больше всех выигрываю именно я. Только не пытайся его больше убить, хорошо? Рониарр мне еще пригодится.

— Ты — расчетливый гад, ты в курсе? — на душе после слов брата потеплело. Какой же я, все-таки, была слепой! Почему я так поздно все поняла?

— Разумеется, — нисколько не смутился Ди. — Иначе я бы не выжил. Почему ты до сих пор не одета? Я тебе прямым текстом намекнул, где и когда будет Рониарр, а ты?

Я устыдилась и отправилась подбирать наряд. Как и следовало ожидать, в шкафу были только юбки. Ну не носят ардарские женщины брюк! Выбрала темно-зеленое платье с разрезом до бедра и закрытым верхом с короткими рукавами. Надевать что-то воздушное, нежное и похожее на подарки капитана не хотелось. Брат меня оглядел и приказал распустить волосы. А приказы императора, как известно, не обсуждаются.

— Почему ты не рассказал про гибель «Сальвадора»? — поинтересовалась я, пока пыталась хоть как-то заколоть лезущие в лицо пряди. После осветления мои волосы перестали виться, так что с непривычки было очень трудно соорудить на голове что-то приличное.

— Я точно знал, что это неправда. Алерр предупредил меня, что собирается спрятать команду и затеряться сам, а ты была… не в том состоянии, чтобы слушать голос разума. Ты могла их уничтожить.

— Ты мог сказать мне на Ардаре!

— Видишь ли… — брат хмыкнул. — Они очень хорошо скрылись. Мы их потеряли. До последнего времени я знал только об одном, и тот погиб. Не думаю, что ты обрадовалась бы таким новостям.

— Оруга? — я давно подозревала, что с ним что-то случилось. Весь экипаж активно участвовал в борьбе против Центавры, и только про ировара ничего не было слышно. — Как?

— Случайная жертва. Он прятался у шелиадов.

— Уничтоженная колония? — я прикусила губу. Создатель «Сальвадора» ненамного пережил свое творение. А ведь я про него практически ничего не знала…

— Да. Ты как?

— Справлюсь. Я уже оплакала всю команду, когда прилетела на Шагшу.

— Ты очень изменилась. Стала взрослее… но охрану я к тебе все равно приставлю, — проворчал Даген.

— Как скажешь, — я пожала плечами. — Но на Ардаре я буду от нее сбегать.

— Не будешь.

— Это еще почему? — я оглянулась на растянувшегося на кровати императора. Даген хитро усмехнулся.

— Это сюрприз. Тебе понравится.

* * *

Эр-да-Нора встретила меня навязчивым вторжением в мои мозги. Меньше чем за минуту я узнала, что по мне скучали, за меня волновались, Скхах — хороший капитан, но я лучше, Алерр пытался зайти, но она его не пустила, Гоша разросся почти на всю ванную, а Ирлик с Дароном опять повадились пробираться к синтезатору еды и таскать сладости. Выговорившись, Нора все-таки соизволила открыть мне коридор на мостик.

Здесь все осталось так, как я помнила. Будто и не командовал целый год вместо меня Скхах. Тот же плед с бахромой, оставшийся от предыдущего капитана, на кресле. Подвеска-амулет удачи, сплетенная из проволоки. И портрет капитана, который я так и не подарила. Чуть усталый взгляд, темные волосы, в беспорядке разметавшиеся по плечам, расстегнутая рубашка… Я ведь действительно его любила. Что изменилось? А-Шуро остался для меня капитаном, человеком, который помог мне выжить, наставником, даже другом… но не любимым. Я закрыла глаза. Да. Больше — не любимым.

— Ли?

— Рониарр, — советник застал меня врасплох. А ведь я должна была встречать его, а не вспоминать Алерра! — Ди сказал, тебе что-то нужно от Норы?

— Да, — ардар бросил короткий взгляд на портрет. Надо бы его убрать… — Капитан Эр-да-Норы — ты?

Я кивнула. Рон церемонно поклонился в пространство. В ответ от леди пришла волна симпатии.

— Ты ей понравился.

— Вот как? — усмехнулся Рониарр. — Понравиться кораблю — первый шаг к сердцу капитана.

И тут я поняла, что крупно влипла. Не потому, что Рон весьма непрозрачно обозначил свои намерения. А потому, что вспомнила знакомство с кораблем советника — Эшей-Рин. Интересно, у меня есть шансы перед ней оправдаться?

— А если мнения корабля и капитана расходятся? — решила уточнить я.

— Так бывает редко, — ардар что-то колдовал над панелями. Что он делал, а главное — зачем, я понимала весьма смутно, поэтому решила не лезть под руку и не мешаться. Наверное, я первый в истории капитан, который совершенно не понимает, как устроен его корабль. — Корабль не станет ссориться со своим капитаном, но вот отомстить не понравившемуся человеку может. Со временем корабль либо примирится с его существованием, либо изменит мнение о нем, либо этот человек решит не рисковать своим здоровьем и станет держаться от корабля подальше.

Да уж, месть Эр-да-Норы Алерру я помнила до сих пор. А также все, что за ней последовало. Пережить очередную заморозку, но уже в исполнении Эши-Рин, не хотелось. Значит, придется мириться.

— Иди сюда, — позвал меня Рониарр. Советник самым наглым образом устроился в капитанском кресле. Что удивительно — Нора молчала, хотя обычно леди гоняла с мостика всех, кроме меня, Алерра и Скхаха. Стоило приблизиться, как Рон усадил меня себе на колени. Пожалуй, такая «подушка» меня целиком и полностью устраивала. В голове хихикнула Эр-да-Нора. Пришлось мысленно приструнить разошедшуюся леди.

— Кто-нибудь может зайти, — оглянулась я на закрытую переборку.

— Это же твой корабль, — обжег ухо горячий шепот. Руки советника целомудренно гладили мне спину, но от этих невинных прикосновений все равно бросало в жар.

«Нора? Позаботишься о гостях, если появятся?»

«Поздно!» — мстительно откликнулся корабль. В следующую секунду в переборку ввалились близнецы.

— Мы не вовремя? — усмехнулся младший.

— Наоборот. Мы очень вовремя! — в тон ему ответил старший. — Интересно, император велел защищать Ли и от такого тоже?

Рон бережно поставил меня на пол. Кажется, сейчас на корабле станет двумя центаврианами меньше и двумя трупами больше. Я поспешила вмешаться.

— Так это про вас сказал Даген? Охрана, от которой я не сбегу?

— Твой брат сделал упор на то, что ты не захочешь сбегать, — признался Ирлик.

— Но мы уже в этом сомневаемся, — добавил Дарон.

А дальше близнецы, хитро переглянувшись, хором выдали:

— Запираться надо! — и вылетели, увернувшись от брошенной вдогонку туфли.

Я виновато оглянулась на Рониарра. Советник, сдерживая смех, поцеловал меня в висок.

— Братья Гринхенвальды в охране принцессы? Надеюсь, дворец устоит?

— Не обещаю, — буркнула я. В голове никак не укладывалось — близнецы летят со мной на Ардар! Пожалуй, стоит сказать брату спасибо. Возвращаться в галактику Андромеды с Ирликом и Дароном будет намного веселее, чем одной.

* * *

Через три дня резиденция Риза замерла в ожидании. Главы восьми рас собрались, чтобы составить мирный договор — один на всех. Покоренных ироваров представлял Искар Дворо — молодой подающий надежды правитель, обнаруженный во время спасательной операции в подвалах особняка. Для Центавры марсиане сформировали временное правительство, которое имело все шансы стать постоянным. Терр Лайтон, сенатор Земли, примчался, как только весть о свержении Риза стала достоянием общественности. Дарвар Диргхенравиван и король Дерил Жао прибыли на кораблях ардар. Сенатор Щирхердо, уполномоченный говорить от лица Шелиадского Союза Колоний, как оказалось, командовал шелиалским космическим флотом во время нападения на Центавру. Алерр Р'Гархата эр Раййа А-Шуро, вылеченный и снова гладко выбритый, присутствовал, но права голоса пока не имел. От лица туманности Андромеды говорил Даген.

Результатом собрания я не интересовалась. Брат уже рассказал, к какому решению собирался подвести всех. Полное восстановление границ двадцатилетней давности — именно тогда центаврийские щупальца начали захватывать новые территории. Выплата компенсации ироварам и шелиадам. Часть пенни возлагалась на Землю, как на непосредственных союзников Центавры. Терр Лайтон не возражал. Слишком явно читалось в его взгляде облегчение — избавиться от постоянного контроля Риза и при этом не попасть меж двух огней… Земля очень легко отделалась.

Я смотрела на клонящееся к закату солнце. Ярко-красное, оно напоминало одну из ардарских лун. Пожалуй, стоит прогуляться под его светом с Рониарром, пока мы здесь.

Возбужденный гул голосов возвестил об окончании переговоров. Правители, окруженные охраной и помощниками, выходили из спешно отреставрированного особняка. Я ловко спрыгнула с перил, перехватила взгляд Рониарра и нежно ему улыбнулась. Советник ответил легким кивком, ни на секунду не уронив надменно-холодную маску. Что произошло дальше, я так и не успела понять. От резкого толчка в грудь я отлетела на несколько шагов назад. Алерр, неизвестно как оказавшийся передо мной, до боли стиснул мои плечи. И пронзительный звук, который я никогда не смогу забыть… Звук стреляющего бластера.

Мулиа всем весом навалился на меня. В нос ударил резкий запах паленой плоти. Краем глаза я уловила блеск летящего кинжала — и на землю упал Торвальдс. Как помощник Охотника смог сюда проникнуть? Да какая теперь разница! К телу подошел советник Еклеон и хладнокровно подобрал свое оружие.

Алерр сполз на колени. Лицо А-Шуро исказила мука. Я пыталась удержать его, не дать ему упасть, уже понимая — бесполезно. Ожоги от бластера так и не научились лечить. Прямое попадание смертельно. Почему капитан еще жив? Да потому что целились в сердце мне, а я намного ниже…

— Ли… я… люблю тебя… — хриплый, едва слышный шепот в абсолютной тишине. И тут же, словно кто-то щелкнул выключатель, пространство взорвалось звуками. Нас окружила толпа, капитана погрузили на носилки и куда-то понесли, а меня с двух сторон под локти подхватили близнецы. Поднялась суета, Раккар надрывался, выкрикивая распоряжения… Ирлик и Дарон спешно вели меня к кораблю. Я не сопротивлялась, отстраненно взирая на суматоху. Второй раз… Нет, третий. Я чуть не поверила в смерть капитана, когда услышала о гибели «Сальвадора». Когда Алерра забрали на Центавру-вторую, я изо всех сил надеялась на чудо. Сейчас надежды не осталось.

— Ли, — дорогу нам преградил Даген. Брат за подбородок поднял мою голову, заставив заглянуть ему в глаза. Увиденное ему, кажется, не понравилось. Ди коснулся пальцами моих висков и приказал: — Спи.

И я погрузилась в темноту.

* * *

Проснулась я от нежного поглаживания по щеке. Даже не открывая глаза поняла — рядом брат. Только рядом с Дагеном я ощущала такое спокойствие.

— Ты спишь почти сутки, — тихо шепнул он. — Пора вставать.

Почти сутки. Достаточно, чтобы избавить меня от чужой агонии.

— Алерр умер, да?

— С чего ты взяла? — фыркнул император. — Чтобы убить этого… хммм… понадобится что-то посерьезнее бластера.

— Что? — я села под насмешливым взглядом брата. — Но как?

— И чем ты только Ардаре занималась? — покачал головой Ди. — Хотя, не отвечай, я и так знаю: выводила из себя Раккара и флиртовала с Рониарром. С ожогом от бластера наши корабли вполне в состоянии справиться. Пару недель Алерр, конечно, будет лежать, но умереть ему Эр-да-Нора не даст.

Я почувствовала себя дурой. Ведь действительно знала про способности ардарских кораблей! И даже не вспомнила про них…

— С чем еще могут справиться наши корабли? — спросила я, пока Даген устраивался рядом. У брата была весьма любопытная привычка отсыпаться в моей постели. Почему-то именно здесь советники, жаждущие загрузить императора работой, не догадывались его искать.

— Практически со всем. Тебя ведь интересует что-то конкретное?

— Сломанный позвоночник. Срок — чуть больше двух лет.

— Где именно сломан? Какие последствия?

Я задумалась. Все, что я знала — Саа не могла ходить. Приставать к капитанше с расспросами я не рисковала.

— Это важно?

— В целом, нет, — Ди выдернул из-под моей головы подушку. — С таким и Эр-да-Нора справится. Степень повреждения влияет лишь на время лечения.

— Значит, на обратном пути летим на Шагшу, — решила я.

— Неужели? — зевнул брат. — Отклониться с прямого курса? Ради чего?

— Я там птенца забыла. Ну и вылечить кое-кого надо, — улыбнулась я.

— Ладно, сделаем небольшой крюк, — теперь я лишилась одеяла. — Иди, погуляй по Ла-Баю. Я из-за постоянных форс-мажоров две ночи не спал.

Я послушно оставила спальню уставшему Дагену. Что поделать, в работе императора выходные не были предусмотрены.

Вечером я смогла снова вернуться на Эр-да-Нору. Леди поворчала, что я — самый ненадежный капитан, какой только у нее был. И что если в следующий раз некому будет закрыть меня, хлопающую ушами, от луча, она за себя не отвечает. Я покорно стерпела упреки и дождалась, пока появится проход на мостик.

Блуждающая лестница и двери, появляющиеся из ниоткуда, после года на Ардаре меня не пугали. Это одна из способностей наших кораблей — перестраиваться по желанию хозяина. Именно поэтому, выходя из спальни, я попадала то на мостик, то в ванную…

Даген, отговорившись делами, со мной не пошел. А без него я так и не нашла в себе силы пройти к сердцу Норы. Алерра принесли именно сюда, ведь из всех кораблей моя леди знала мулианского принца, как никто другой.

Я слишком боялась того, что могу увидеть. Мне не хотелось бы запомнить капитана слабым и беспомощным. Для меня, даже не смотря на предательство, он оставался рыцарем в сияющих доспехах. И мне было действительно страшно от мысли, что вчера его могло не стать.

На мостике меня уже ждали. Точнее… Рониарр стоял спиной ко мне и разглядывал портрет А-Шуро. Все-таки я забыла его спрятать… Услышав шаги, ардар обернулся.

— Ли? Ты в порядке?

Я кивнула. Больше всего мне хотелось, чтобы советник обнял меня, как тогда, в коридоре Ла-Бая, спрятал от всего мира и сказал, что все будет хорошо.

— Я пойду, — Рон отвел взгляд. — Мне уже пора.

Я молча смотрела в спину уходящему ардару. Непривычная, ненормальная холодность Рониарра оказалась последней каплей. Я разрыдалась.

* * *

— Что там происходит?

На Центавре-второй нам пришлось задержаться. Ардары проверяли все исследовательские и военные базы, изымая и уничтожая гибриды своих и центаврианских технологий. Не доросла еще эта галактика до такой мощи… Я упорно добивалась дозволения переселиться на собственный корабль, но, получив желаемое, сильно разочаровалась. Лучше бы я и дальше оставалась на Ла-Бае Раккара. На Эр-да-Нору гости заглядывали редко, а меня по-прежнему никуда не выпускали. Я оказалась заперта в четырех стенах без всякой возможности выбраться.

К счастью, сидеть на трапе мне разрешали. Даген оказался не настолько жесток, чтобы на цветущей зеленой планете запретить мне дышать свежим воздухом. Рядом с Эр-да-Норой постоянно ошивалась парочка охранников, от которых иногда получалось узнать свежие новости.

Вокруг Ла-Бая сегодня было подозрительно шумно. Около огромного крейсера сновали ардары. То и дело я замечала бритую макушку Раккара. Советник, как и в день покушения на меня, развел бурную деятельность.

— Один из спасенных пленников умер, — откликнулся охранник. «Смена караула» была всего час назад, так что мое любопытство мулиа мог удовлетворить.

У меня внутри все похолодело. Первая мысль была — Алерр! Только спустя несколько секунд я вспомнила, что капитан лежит у сердца Эр-да-Норы, и если бы с ним что-то случилось, я узнала бы об этом первой. Значит, тот, замученный, не выдержал? Не так уж могущественны оказались корабли…

— Ирридар? — вспомнила я его имя. Ардар, просидевший четырнадцать лет в каменном мешке, плохо перенес свое спасение. Последние дни он не приходил в себя, несмотря на все старания Ла-Бая. — Жаль. Столько времени провести в заточении без всякой надежды, и погибнуть, когда все закончилось…

— Он, может, еще нас с тобой бы пережил, — неожиданно заметил воин. — Последние дни он шел на поправку. Сон поддерживали искусственно, чтобы не травмировать лишний раз разум. Вот только с перерезанным горлом выжить трудно.

— Что?!

— Убил его кто-то, — сплюнул мулиа. — Кто-то из наших. Чужака Ла-Бай бы не пропустил. Кто мог так низко пасть?

Тот, кому было, что скрывать. Я уже знала, что именно Ирридару я обязана шестью стертым из моей памяти годам. Брат так и не смог восстановить воспоминания — они сами возвращались короткими обрывками снов. Но кто мог испугаться того, что бывший советник заговорит? Неужели, кто-то из заговорщиков еще жив?

Тогда в опасности вновь были все, кто мне дорог.

* * *

Взбешенный император вошел в каюту Ирридара. Советники уже собрались. Еклеон изучал рану на шее, Раккар искал следы проникновения постороннего и взлома системы. Он отказывался верить, что его Ла-Бай мог сам пропустить кого-то.

— Что-нибудь нашли?

Раккар расстроенно покачал головой.

— Еклеон?

— Рана одна, ровная, — доложил советник. — У того, кто это сделал, рука не дрогнула. Лезвие было острым и тонким. Не очень длинное, скорее всего, не больше ладони. Меня больше волнует вопрос, как убийца смог остаться незамеченным для Ла-Бая.

— Раккар? — на безопасника было страшно смотреть. Если бы преступник имел неосторожность показаться ему на глаза, ардар наверняка разорвал бы его голыми руками.

— Я не понимаю, — покачал головой он. — Судя по рассказу Бая, рядом с Ирридаром в момент смерти никого не было.

— А горло он себе сам перерезал? — скептически уточнил Даген. Раккар стиснул зубы и промолчал.

— Леур, ты что скажешь? — обратился правитель к стоявшему в стороне мулиа. Для него работы здесь не было — ни один капитан не позволит постороннему копаться в памяти своего корабля. Тем более, если бы у Ла-Бая были хоть какие-то сведения, он сам бы их выдал. — Ирридар мертв, но, возможно, он успел что-то рассказать Элгхаду?

— Нет. По его словам, Ирридар не очень любил вспоминать про переворот. Говорил обо всем, кроме него и первых месяцев после побега.

— Про первые месяцы понятно, — задумался император. — Боялся, что выдаст Лаурелию. Алерр сказал, что он даже ему не рассказал о том, что имеет отношение к пропаже принцессы. Но почему молчал про переворот?

— Возможно, стыдился? По словам Элгхада, Ирридар сам не понимал, почему поддержал мятежников. Спустя полтора десятилетия все доводы казались ему глупыми и несущественными.

— Расспроси своего дядю еще раз, — попросил Даген. Леур кивнул. — Выясни все, до малейших подробностей. Даже самая незначительная деталь может оказаться ключом к разгадке.

Как только мулиа ушел, заговорил Еклеон.

— Ваше Величество, если позволите…

— Говори.

— Есть одна технология, которая позволяет остаться незамеченным даже для наших кораблей, — осторожно начал советник.

— Ты говоришь о последней разработке ништгализенамов? — нахмурился правитель.

— Да. Насколько мне известно, одно из устройств использовали вовремя спасательной операции здесь, на Центавре…

— Можешь не продолжать, я тебя понял, — поджал губы Даген. — Эта разработка сейчас в надежных руках. Но я, все же, проверю еще раз.

— Звал?

— Заходи и закрой за собой дверь, — хмуро кивнул Неерушу император. — Ты уже знаешь, что произошло с утра?

— Про Ирридара? — разом перестал улыбаться мулиа. — Знаю, все только об этом и говорят. Есть работа для меня?

— Нет, но есть вопросы. И они могут возникнуть не только у меня. Где устройство ништгализенамов?

— Здесь, где же ему быть? — хмыкнул оружейник и хлопнул себя по нагрудному карману. На секунду замер, нахмурился и хлопнул еще раз. Затем, словно все еще надеясь на чудо, засунул в карман руку и долго и сосредоточенно там шарил. Засомневавшись, Нееруш осмотрел остальные карманы куртки. Злополучное устройство нашлось в боковом. — Та-а-ак. Дай, угадаю. Ирридара убил невидимка?

— В правильном направлении мыслишь, — криво усмехнулся Даген. — Где ты был утром?

— А то ты не знаешь, — скривился мулиа. — На пробежке. И очень сомневаюсь, что меня кто-то видел. Я, знаешь ли, далеко убежал.

Император вздохнул и подошел к стене корабля, аккуратно к ней прикоснулся и попросил:

— Ла-Бай? Можешь поговорить с нами?

Низкий рокочущий голос откликнулся почти сразу.

— Я слушаю.

— Ты можешь составить два списка? Один — все, кто был на борту в момент убийства Ирридара, а второй — все, кто вообще имеет доступ на борт?

— Капитан отдал такой же приказ четырнадцать минут назад, — немного устало поведал корабль. — Я уже этим занимаюсь.

— Отлично, — улыбнулся Даген. — Можно, я попрошу тебя больше никому не говорить об этом приказе?

— Хорошо. Это все?

— Да, спасибо. И, Ла-Бай, мы выяснили, как убийца остался незамеченным. Ты ничего не мог сделать.

Император уже решил, что корабль не ответит, когда в комнате раздалось тихое:

— Я знаю. Но мне от этого не легче.

— Чем тебе помогут эти списки?

— А ты не догадался? — приподнял бровь Даген. — Те, кого Ла-Бай мог видеть, невиновны. Те, кого в тот момент якобы не было на борту — потенциальные убийцы. Выяснить, где кто был, будет сложно, но возможно. Да и лучше подозревать в предательстве небольшую группу, чем ждать подвоха от каждой тени.

— Хм-м… — Нееруш задумался. — Ты-то, понятно. Но как до этого додумался Раккар? Он, конечно, неплохой воин, да и не совсем дурак…

— Ты меня обижаешь, — с улыбкой покачал головой император. — Неужели ты думаешь, что я доверил бы безопасность дворца идиоту?

— Так доверил же…

— Раккар великолепно справляется со своей работой. И окружающие будут считать его преданным своему делу, но недалеким простофилей, ровно до тех пор, пока ему это выгодно.

— Не понял, — нахмурился мулиа. — А как же Лаурелия? Весь дворец тайком хихикал над его попытками уследить за принцессой! Да она раза четыре почти сбежала!

— Вот именно, почти, — довольно усмехнулся Ди. — Ли была обижена на весь мир и буквально фонтанировала энергией, которая требовала выхода. Нужно было чем-то занять сестренку, пока в ее светлую голову не пришла идея взорвать дворец, например.

— И что, ты все время контролировал ее перемещения?

— Разумеется. И буду контролировать до тех пор, пока не выясню, кто и за что пытался нас убить.

— И все-таки, один раз Лаурелия вас провела, — хмыкнул Нееруш. — Она давно не ребенок, Ди. Она — пират, который в состоянии за себя постоять.

— Но, согласись, будет куда лучше, если ей не придется этого делать. Завтра мы вылетаем в туманность. Постарайся все время быть на виду. Не думаю, что тот, кто пытался тебя подставить, так просто успокоится.

* * *

— Мы пришли к тебе с приветом!

— Рассказать плохую сказку!

— Что ардарскому брюнету…

— Не досталась девы ласка! — Ирлик с хохотом увернулся от брошенной в него подушки. Дарон, отбежав на безопасное расстояние, продолжил скандировать:

— Ревность в юноше взыграла, гордость разум помутила…

— Ну а дева не чесалась, вот и счастье упустила! — мстительно закончил младший. Близнецы, наконец, собрали все брошенные в них вещи у себя за спиной. Я устало сползла на ковер. Зря я братьям рассказала о своей последней встрече с Рониарром. Зарекалась ведь еще после той попойки на «Сальвадоре», когда я впервые поделилась с центаврианами своими чувствами к капитану! Когда уже я запомню, что от этих блондинистых заноз не дождешься ни поддержки, ни сочувствия!

— Охальники! У меня горе, а они… Еще друзья, называется! Я сейчас тоже про вас что-нибудь сочиню!

Центавриан угроза не впечатлила.

— Давай, попробуй, — Дарон улегся на пол напротив меня и подпер голову руками. — Мы внимательно тебя слушаем.

Ах, так! Сами напросились!

Однажды в далекую летнюю пору

Два брата решили на свидание сходить

Вот только подругу, к их общему горю,

Никак на двоих не смогли поделить.

— О, Мудрейшая, мы поняли свою ошибку! — плюхнулся на колени Ирлик. — Молим тебя, не напоминай нам об этом провальном свидании с Ларой!

— Вот так-то! — подняла я палец. — И вообще, что на вас нашло?

— А ты себя в зеркало видела? — хмыкнул Дарон. — Бледная немочь! Надо же было тебе хоть как-то настроение поднять!

— Напомнив о том, что меня бросили?

— Предложив путь решения! — стукнул меня подушкой младший. — Тебя же элементарно приревновали!

— Ага, — закивал старший. — Признание Алерра слышали почти все, а кто не слышал, тем рассказали. Тут даже корабли сплетничают, что уж говорить о людях? Так что тебя приревновали и уступили место более перспективному сопернику.

— Сдался без боя, короче. Может, ну его? — внезапно предложил Ирлик.

— Думаете, это не из-за меня? — последний вопрос я решила проигнорировать. Никаких «ну его»!

— Конечно, из-за тебя! — возмутились центавриане. — Ты какого крада, дурья башка, до сих пор портрет капитана на виду держишь?! Тебе бы приятно было зайти на мостик Эши-Рин и увидеть там фотографию какой-нибудь знатной красивой ардарки, которая, к тому же, твоему советнику на шею вешалась?

— Убила бы, — честно призналась я.

— Рониарра или ардарку? — заинтересованно подался вперед Дарон. Пришлось щелкнуть его по носу, чтоб не зарывался.

— И что теперь делать?

— Ты что, совсем нас не слушаешь? Портрет убери, для начала!

Я подскочила с места и кинулась к злополучному рисунку. Спрятать… куда? Я решительным шагом направилась к спальне.

— Стоять! — рыкнули мне вслед близнецы. Я замерла. — Кру-угом! — развернулась. — Ты точно наша Ли? — Ирлик акуратно постучал меня по лбу. — Ку-ку! Есть кто дома? У тебя последние мозги, что ли, отказали?

— Сам, сказал, убрать! — возмутилась я.

— Но не в спальню же! — взвыл младший.

— А куда?

— В мусор! — хором рявкнули центавриане.

— Да ни за что! Это моя лучшая работа!

— Новую нарисуешь, со своим советником, — Дарон потянул рисунок на себя. — А ну, отдай!

— Нет!

— Отдай, я сказал!

— Нет!

— Ирлик, щекочи ее!

Я взвизгнула и отпрыгнула в сторону, так и не отпустив портрет. Раздался хруст разрываемой бумаги.

— Все, можешь не убирать, — выдохнул старший. — Наоборот, оставь на видном месте и под любым предлогом пригласи Рониарра на мостик. Ему понравится.

— Ты… вы… — я смотрела на половинки рисунка и не находила слов.

— Спасаем твою личную жизнь, между прочим.

Да чтоб вам провалиться! Спасатели крадовы! С такими друзьями никаких врагов не надо!

— И что теперь? — смирилась я с неизбежным.

— Теперь — самое сложное, — хрустнул пальцами Дарон. — Дождаться прилета в туманность, отловить советника и доступно объяснить ему, как он не прав.

* * *

— Еклеон!

Седой ардар обернулся.

— Что-то случилось?

— Нет, просто небольшая проверка, — Раккар, наконец, нагнал его. Для своих лет советник передвигался весьма быстро. — Мне нужно знать, где ты был в утро перед отлетом с Центавры.

— То есть, в момент убийства Ирридара? — прищурился Еклеон. — Ты что, подозреваешь меня?

— Сказал же, проверяю! — начал раздражаться безопасник. — Если тебя это утешит, с подобным вопросом я подхожу почти ко всем.

— Почти? Значит, все-таки подозреваешь?

— Ты ответишь, или нет?

— Я был в резиденции, — процедил сквозь зубы советник.

— И что ты там делал? — Раккар проигнорировал недружелюбный тон.

— Ты решил устроить мне допрос?

— Если понадобится, устрою.

— Ты — жалкий шут, как ты смеешь говорить со мной с таким неуважением? Да я был советником еще при Азуаре, когда ты пеленки пачкал! — вспылил Еклеон. — Не понимаю, почему Даген доверяет тебе свою жизнь!

— А тебе и не нужно понимать, — холодно заметил Раккар. — И ты забываешь, что перед императором все советники, кем бы они ни были раньше, равны. Ты ответишь на вопрос, или мне стоит допросить тебя по-настоящему?

— Ты не посмеешь. Даген никогда не позволит подобного!

— Дагена очень разозлило это убийство. А еще у него есть сестра, ради безопасности которой он не постесняется по секундам изучить жизнь каждого в туманности. Так что ты делал в резиденции, Еклеон?

— Разговаривал с дарваром Диргхенравиваном. Разговор тебе пересказать? — язвительно поинтересовался ардар.

— Если понадобится, перескажешь, — кивнул Раккар и, не обращая внимания на задохнувшегося от возмущения советника, ушел.

* * *

— Капитан, пациент очнулся, — недовольно заявила Нора.

Я невольно вздрогнула. До Ардара оставалось всего несколько часов. Даген же уверял, что за это время Алерр не придет в себя! Иначе я полетела бы на Ла-Бае, и плевать, что потом пришлось бы долго извиняться перед моей леди!

— Его что, уже вылечили? — присвистнул Ирлик.

— Ничего подобного! — возмутилась Эр-да-Нора. — Ему еще лежать и лежать! Но он открыл глаза, сел, и, по-моему, собирается уйти.

— Куда?

— А я знаю, куда? Он и сам, кажется, этого не знает! Но все равно ползет куда-то. Упрямый… Если надорвется, я его долечивать не буду, так и знайте.

— А ты удержать его на месте не можешь? — поинтересовалась я. Не может быть, чтобы всезнающие ардары не предусмотрели возможность буйства у пациента. Болевой шок, боевой транс, да мало ли, что может произойти?

— Могу, — вздохнула Нора. — А надо?

— Конечно, надо! — к встрече с Алерром я была не готова. Пусть лучше она состоится потом, на Ардаре и как можно позже. Ну не знала я, как теперь себя с ним вести. С одной стороны, я так и не простила капитану предательство, даже если он так обошелся со мной ради моей безопасности. Безвыходных ситуаций не бывает! А в тот момент можно было поступить совсем иначе и получить такой же результат. С другой… Я верила в то, что признание в любви — не очередная игра. Оно было искренним. Я же больше не могла ответить на чувства мулиа взаимностью. А еще я помнила злость, душащую, тяжелую, ударившую по мне, когда Алерр увидел меня с Рониарром. Едва ли я снова смогу довериться ему.

— Капитан, он меня взломал! — в голосе Норы слышалась паника. — Он идет к тебе!

Ирлик с Дароном встали рядом. Не то чтобы мы ждали от капитана какую-нибудь гадость, но видимо, мое состояние передалось и им. Стена с тихим шелестом убралась, явив пошатывающегося Алерра. Мулиа обвел комнату мутным взглядом и шагнул к нам.

— Рановато он гулять собрался, — тихо проговорил Дарон.

— Может его того? По голове стукнуть? — предложил Ирлик. — Чтоб не дергался?

— Как-то нехорошо получится. Капитан, как-никак. А капитанов бывших не бывает.

Пока близнецы решали, что делать с не вовремя очнувшимся мулиа, проблема решилась сама собой. А-Шуро с болезненным стоном сполз по стене на пол и больше не шевелился.

— Живой?

— Дышит, вроде, — с сомнением доложил Дарон.

— Что встали? — пришла в себя я. — Тащите его обратно!

Оказалось легче сказать, чем сделать. Транспортировать бессознательного пациента — то еще удовольствие. Центавриане пыхтели, тащили, но не жаловались. Расположив капитана на полу в центре темной комнаты и спотыкаясь друг об друга, мы вернулись в каюту.

— Что, нельзя было свет включить? — проворчал старший.

— Нельзя! — категорически заявила Нора. — Не на что вам там смотреть!

— Я одного не понимаю, — отдышавшись, поинтересовался Ирлик. — Как Шуаро в таком состоянии Нору взломать умудрился?

Леди обиженно засопела. Когда молчание затянулось, я решила ее поторопить:

— Нора? Я чего-то не знаю?

— Он сделал это не сейчас, — сознался корабль. — Я не замечала только потому, что Алерр никогда этим не пользовался. В общем… кажется, сейчас у меня два капитана.

* * *

Уже на подлете к Ардару Даген не выдержал. Снял серебряные украшения и богато расшитую одежду, оставшись только в простой рубашке, и по памяти набрал номер.

— Ди? Ты вернулся? — Мел ответила почти сразу. Император залюбовался девушкой: чуть вьющиеся черные волосы, длинные пушистые ресницы, пухлые губки, которые так и хочется поцеловать… Прекратить мечтать и вернуться в реальность оказалось совсем не просто.

— Еще нет, — покачал правитель головой. — Мы только что прошли туманность. Я просто соскучился.

— Вот как? А я решила, что ты прав, — вздохнула Мелисса. — В придворной жизни нет ничего плохого. Думаю, я появлюсь на балу в честь дня рождения императора. Встретишь меня там?

Даген едва не застонал. Как же не вовремя! Нельзя Мел сейчас во дворец, ни в коем случае! Нельзя, чтобы кто-то узнал про нее! Пусть лучше все думают, что единственная женщина, у которой есть шанс стать его парой — Ларина! Леди Люстру хоть не жалко, если что… Плохо, конечно, так думать, но мук совести император не испытывал. Слишком достала его племянница Еклеона за последние годы.

Мелисса почти не удивилась, когда в ответ на свое предложение услышала:

— Это плохая идея.

Разочарование болью кольнуло сердце.

— Почему?

— Видишь ли… — Ди вздохнул. — Права была ты, а не я. Во дворце сейчас слишком опасно.

— Ты же сам говорил, что последние десять лет там спокойно? — девушка напряженно смотрела на экран, стараясь не выдать обуревавших ее чувств.

— Я был в этом уверен. Пока я был вне туманности, кое-что произошло. Теперь я даже не знаю, когда смогу к тебе вырваться, чтобы не рисковать навредить тебе.

Ардарка промолчала. Что сказать? Пока что ее худшие подозрения подтверждались.

— Мел, звездочка… — Мелисса едва сдержалась, чтобы не высказать императору все, что о нем думает. — Мел, я никогда не говорил… Я очень люблю тебя. Помнишь, я обещал рассказать, кто я? Я сдержу обещание, как только разберусь с возникшими проблемами. Потерпи немного и будь осторожна, прошу. Если бы ты только знала, как я хочу сейчас обнять тебя и больше никогда не отпускать!

Девушка вымученно улыбнулась.

— Я тоже по тебе скучаю.

— Все слышали? — как только экран погас, Мел обернулась к прятавшимся подругам.

— Кру-у-уто-о! — восхищенно выдохнула Агна.

— Тебе очень повезло, — согласилась с сестрой Сати.

— Повезло?! Да он же меня дурит!

— Нет, Мелисса, он тебя защитить пытается, уж не знаю от чего. Но, видно, это что-то серьезное, раз он даже встретиться с тобой боится.

— Он просто сбегает! Понял, что я собралась во дворец, и дал задний ход!

— Ты что, слепая? — не выдержала Сати. — Да он на тебя так смотрел, я думала, дымиться начнет! Должно было произойти что-то действительно серьезное, чтобы он отказался с тобой встретиться!

— Вот я и узнаю, что произошло, — Мел решительно встала. — На балу во дворце.

— Может, не надо?

— Надо. Мне же не обязательно там с ним встречаться? Вы были правы. Я засиделась дома. Пора выйти в свет.

* * *

«Я смогу!»

Сегодня Саа впервые за долгие годы распустила волосы. Ухаживать за длинной косой, сидя в инвалидном кресле, было нелегко, но теперь…

Кресло никуда не делось. Даже корабли ардар оказались не всесильны. Но женщина снова чувствовала ноги, снова могла пошевелить пальцами… Теперь все зависело только от нее. Заново научиться ходить — казалось бы, что может быть проще? Просто было лишь на словах. Отвыкшие от нагрузки мышцы не слушались и быстро уставали. Колени и локти покрылись синяками от постоянных падений. Саа не сдавалась. Она — жена Наррагеварра! Она — капитан «Хрустального Дракона»! А значит, она все сможет. Иначе не может быть.

«Я смогу!» — повторила себе женщина, подлетая на коляске к выходу из гостиной. Темно-красное вечернее платье, оставшееся еще от той, пиратской жизни, непривычно обтянуло грудь. Саа отвыкла быть красивой. Забыла, каково это — ловить на себе восхищенные взгляды. Пришло время вспомнить.

— Я смогу, — еле слышно прошептала капитанша, услышав щелчок замка. Опершись на прибитый вдоль стены поручень, встала на подгибающиеся ноги. Ворс ковра непривычно щекотал босые ступни. Туфли Саа не надела — даже босиком ей все еще было тяжело стоять. А ведь нужно идти…

— Саа, дракоша, где ты?

«Дракоша». Женщина улыбнулась и уже увереннее произнесла:

— Я смогу.

И сделала шаг.

Покачнулась, ухватилась за стену. Не упала. Еще шажок, и еще… И вот капитан «Хрустального Дракона» стоит, расправив плечи, выпрямившись во весь рост, и с торжествующей улыбкой смотрит на мужа.

— Саа?

Женщина делает еще один шаг. Как давно она об этом мечтала! Она упустила свое счастье, пока была капитаном, пока была здорова. Как она хотела однажды встретить Нара и подойти — не подлететь — к нему!

«Я смогу», — мысленно повторила Саа.

Наррагеварр, не веря глазам, шагнул ей навстречу. Еще немного — и капитанша оказалась перед ним, ухватилась за протянутые руки. Только дрожь и сила, с которой держалась женщина, показывали, насколько тяжело ей дались эти шаги.

— Бегать стану не скоро, — предупредила вопросы Саа. — Но тебя теперь буду встречать только так.

— Дракоша моя, — хрипло выдохнул марсианин.

— И еще… Хочешь называть меня женой? — Нар настороженно кивнул. — Значит, «воскрешай» и женись! Думаю, через месяц я смогу пройтись с тобой по станции.

— Снова будешь капитаном? — Наррагевар усадил женщину на диван и впервые увидел, как она сидит сама, без поддержки подушек. Прикоснулся к гладким черным волосам. Когда он последний раз ее такой видел? Еще на «Драконе». — Подарить тебе «Нарвала»?

— Ни в коем случае. «Черный Нарвал» — твой, — тоном, не терпящим возражений, ответила Саа и лукаво улыбнулась. — Но я слышала, у тебя освободилось место старпома?

Примечания

1

Галд — парнокопытное животное, завезенное на Ардар с Мулиа. Чем-то напоминает одногорбого верблюда, но морда посимпатичнее и рога, как у оленя. Короче, не королева красоты, но как транспорт вполне удобен. (Из дневника Лаурелии)

2

Караганы — красивые плакучие растения. В конце лета сбрасывают листья и покрываются мелкими фиолетовыми и очень сладко пахнущими цветами. (Из дневника Лаурелии)

3

Подробнее эта история описана в «Сказании о Ледяном Короле»

4

Что-то из ироварского языка. Когда-то я случайно подслушала эту фразу у Оруги. Переводить ее механик отказался, но от использования меня это не остановило. Тем более что Тед, которого я иногда гоняла именно этими словами, явно знал, что они значат. (Из дневника Лаурелии)

5

Магари-яри — разновидность рунки. Копье, имеющее два дополнительных изогнутых вперед клинка. (Из объяснений Нееруша)

6

Эши, эшар — уважительное обращение к знатным ардарам. Практически «леди» и «лорд». (Из дневника Лаурелии)

7

Планеты системы Центавра называют по номеру удаленности их от звезды. Всего в этой системе пять планет, из них Вторая, Третья и Четвертая обитаемы. (Большой Общегалактический Словарь)

8

Дарвар — высший военный чин у марсиан. Включает в себя понятия «король», «генерал» и «наставник» одновременно. (Большой Общегалактический Словарь)

9

Космические военные корабли разделяются на классы в зависимости от разрушительной мощности и количества членов экипажа. А — тяжелые автономные крейсеры, вмещающие до десяти тысяч человек. L — «пчелы», мелкие одноместные истребители, не способные длительное время находиться в открытом космосе. «Уничтожители планет» Андромеды не вписываются в эту классификацию, так как это принципиально новое оружие, построить которое за пределами туманности вряд ли когда-нибудь смогут. (Из объяснений Раккара)

Content

Виктория Драх
Убить императора

Примечания