Гриненкова Лилия

Тетрадь мага[СИ]

Гриненкова Лилия

Школа Магии #2

Тетрадь мага

Глава 1

Новое о старых друзьях

Где начало того конца, которым оканчивается начало?

Кузьма Прутков

Каникулы! Как же я по ним соскучилась! Наконец–то можно целыми днями ничего не делать! Ура!

Примерно в таком настроении я вернулась домой и провела так около недели. Я занималась своим любимым делом, которым мне в последнее время очень редко удавалась заниматься, а именно — ничего не деланьем. Это самое лучшее дело, которым я люблю заниматься больше всего на свете.

Совсем ничем не заниматься, это конечно я загнула. Не учить ничего, ни спешить никуда, вставать, во сколько хочешь, спать, сколько хочешь, гулять пока не надоест — это было здорово.

Радости от каникул не было предела, потому что последний год в школе и последовавший за ним экзамен на получение первой ступени мага вымотали меня до предела. Сказать спасибо, конечно же, надо нашему министерству образования, которому не знаю каким образом, пришла «светлая» мысль в голову увеличить продолжительность обучения до получения первой ступени на год. И половину этого учебного года мы усиленно изучали теорию в Светлом королевстве, а вторую практиковать то, что изучили в Чёрном. Надо ли говорить, что для нас это было шоком? Учитывая то, как любят себя владельцы светлых и темных магических даров, все сначала были в шоке. Но все прошло, на мой взгляд, хорошо.

После получения своей первой ступени я ушла на заслуженный отдых. Гуляла в своей деревне, слушала плеер, который мне подарила тетя в честь получения первой ступени, смотрела маговизор, редко читала любовные романы, проще говоря, я просто наслаждалась заслуженным отдыхом.

Сегодня погода была просто замечательная. Солнце ярко светило, ветра практически не было, а на небе не видно ни тучки. Отец сделал на веранде гамак, и лежала на нём и наслаждалась тишиной и покоем. Птички щебетали, усевшись на проводах, столбах и крышах, кузнечики в траве играли свою трель, нет–нет, подаст голос какое–нибудь домашнее животное из соседних, да и не только дворов. Одним словом — благодать.

Как жаль, что ни что ни вечно. К этому выводу я пришла, когда почувствовала магический всплеск за воротами. Что странно, я его почувствовало, хотя раньше не могла. Наверное, проводник у меня на руке позволил мне ощутить вибрирующие волны магии. В ворота постучали.

Я встала и пошла открывать, пытаясь сообразить, кто бы мог быть за воротами. В голову лезли все, кто только можно, начиная от принца Гедеона, заканчивая зловещим черным магом Корадом. Пока шла, я перебрала все варианты, но не один из них даже близко не подходил к тем, кто стоял за воротами.

— Привет! — Мелитриса на радостях набросилась на меня.

— Привет, — ошарашенно ответила я, глядя на её дядю, Кристофера Милстрон — Вайзера и Маркуса.

Дядя Мелитрисы, высокий блондин с голубыми глазами, и едва чувствующейся аурой чёрного мага (точно прикрылся маскировочным заклинанием), смотрел на картину «Мелитриса на шее у Элины» с выражением умиления в глазах. Одет он был в лёгкий весенний плащ. Маркус, высокий красивый брюнет, с глубокими карими глазами, стоял рядом и смотрел куда угодно, но не на меня. Правильно, после событий на экзамене я тоже его не очень рада видеть.

— Доброе утро, Элина, — добродушно поприветствовал меня дядя Мелитрисы.

— Доброе, — ответила я.

Тут я заметила у его ног две большие чёрные сумки.

— Может, пройдёте во двор? — предложила я.

— Прошу меня извинить, но я ненадолго, — покачал головой Крис Милстрон — Вайзер. — Я тут только для того, что бы доставить свою племянницу к тебе, Элина, на месяц.

Мелитриса будет жить у меня не пару дней, а месяц?! Ура! Когда Мелитриса позвонила мне и предложила такую замечательную идею, я была вне себя от счастья. Но я не думала, что всё исполниться так скоро, и продлиться столь долго. Я на радостях сжала Мелитрису так, что у неё что–то хрустнуло!

— Спасибо! — искренне поблагодарила я.

Мелитриса за короткий период времени стала для меня самой лучшей подругой, о которой я могу только мечтать. Как так получилось? Я не знаю. Просто в какой–то момент я поняла, что она для меня значит много.

— Но при условии, что всё это время Маркус будет жить с вами.

Что? Только не это! Маркус при этом вообще повернул голову на соседний столб и с деланным любопытством разглядывал воробьёв.

— А…

— С твоим отцом я уже договорился, — снова ошарашил меня дядя Мелитрисы. — Он в курсе всего происходящего. Более того, в свете событий прошлой осени, он одобряет эти меры. Маркус лучший выпускник школы, к тому же у него боевое направление. Так что я в случае чего могу на него рассчитывать. И к тому же вы знакомы по школе.

— Хорошо, — кивнула я, хотя сейчас я очень сильно сомневалась в своих словах.

Но если таковы условия, что бы Мелитриса осталась, то я согласна. Хотя, я чувствую, что об этом ещё пожалею.

— Вот и отлично, — расплылся в улыбке Кристофер Милстрон — Вайзер. — В таком случае, до свидания.

И прежде чем я успела ответить, маг исчез, и я даже не почувствовала колебаний магии.

— И когда твой дядя успел переговорить с моим отцом, и где? — поинтересовалась я у Мелитрисы.

— Понятия не имею, — честно ответила моя подруга. — Угостишь чаем?

— Конечно.

Я повернула голову к Маркусу. Во время экзамена у нас с ним были очень плохие отношения. Так что я удивлена, что он здесь находиться. Я бы с удовольствием предпочла, чтобы его не было. И тем более я не хочу, что бы он жил в моём доме целый месяц. Но, боюсь, моего мнения никто не спросит.

— Ты идёшь? — спросила я как можно более дружелюбным тоном.

— Да, — коротко и ясно ответил он, и взял сумки в руки.

Мы прошли во двор, и я закрыла ворота. Мелитриса с удивлением разглядывала палисадник, который привела в порядок моя тетя. Она уехала буквально пару дней назад. Мы зашли в дом. Как хорошо, что в доме было чисто, иначе мне было бы очень стыдно перед друзьями за беспорядок. Опять же спасибо тёте! Убрала всё, а мне осталось только следить за чистотой.

— Уютный домик, — сказала Мелитриса, проходя в кухню.

— Спасибо, — покраснела я.

— Куда поставить сумки? — спросил Маркус деловым тоном.

Я только заметила у него сумку через плечо. Сумка вмешала в себя что–то большое. Маркус был одет в легкую куртку и брюки.

— Поставь пока в зал, — ответила я.

Маркус направился в зал, а я повела Мелитрису на кухню.

— И как тебе удалось уговорить своих родителей, что бы они тебя отпустили ко мне? — поинтересовалась я, наливая воду в чайник. — Я думала, что после того случая тебя будут охранять как зеницу ока?

— А я их и не уговаривала, — расплылась в улыбке моя подруга. — Я стала уговаривать дядю. Ты не смотри, что он чёрный маг и всё такое. Для меня он самый лучший дядя, и чтобы я не попросила, он всегда делал с огромным удовольствием. В этот раз все было точно так же. Конечно, я его уговаривала дня три, прибегая ко всяким методам, и он сдался.

— И что тебе дома не сидится? — спросил Маркус, проходя в кухню.

— Я не такая зубрила, как ты, — фыркнула Мелитриса.

— Я учу, а не зазубриваю, — поправил её Маркус.

— Вот это да! А я не знала! — съязвила Мелитриса.

— А вот и не подерётесь! — заявила я им, ставя кружки на стол.

— Я с детьми не дерусь, — фыркнул Маркус.

— Жаль я этого на экзамене не знала, — подколола я его, и он промолчал.

— Вы о чём? — не поняла Мелитриса, а Маркус нахмурился.

— Не бери в голову, — легкомысленно сказала я. — А как твой дядя уговорил твоих родителей? — Вот в этом и заключается самая великая тайна, — ответила Мелитриса. — Я не знаю, как ему это удаётся, но он просто взял и уговорил их.

— Оказал влияние своим политическим весом, — сказал Маркус.

— Тебя вообще не спрашивали, — раздраженно сказала Мелитриса. — И почему именно ты должен меня охранять?

— Потому что я ученик твоего дяди, — спокойно ответил Маркус.

— Помни, кому ты этим обязан, — ядовито сказала Мелитриса.

— Мэл, — вздохнула я, — хватит. Ты же на отдых приехала. Успокойся и отдыхай.

— А что я сразу? — возмутилась та.

— Обычно уступает сильнейший, но в нашем случае, самый приставучий, — строго сказала я.

Я прекрасно понимала, почему Мелитриса злилась на Маркуса. И я тоже до сих пор на него злилась. Но я сейчас была хозяйкой в доме, а Мелитриса с Маркусом являлись моими гостями. Поэтому я не хотела, что бы они грызлись у меня на кухне.

— Хорошо, хорошо, — пошла на попятную подруга.

Чай закипел, и я стала его наливать.

— Ты уже использовала проводник после нашей последней встречи? — спросила Мелитриса.

— Не поверишь, нет.

— Что? Лина, как ты можешь?! Я в первый же день его испытала, как только могла.

Проводником магической энергии у Мелитрисы служило красивое кольцо с красным камнем.

— Просто тебе нечего было больше делать, — улыбнулась я.

— Лина! — возмутилась та. — Так нельзя! Мы сегодня же займёмся твоими магическими способностями.

— Нет, спасибо, не хочу, — ответила я, садясь за стол.

— Но почему?

— Дай ты мне от магии отдохнуть, — закатила я глаза.

— И это моя лучшая подруга, — возмутилась Мелитриса. — Маркус, скажи ей!

— Элина, перерыв в магическом использовании не должен превышать более трёх месяцев, иначе ты рискуешь остаться без наработанных рефлексов.

— Маркус! — воскликнула Мелитриса. — Ты с ней в сговоре?!

— Нет, — ответил тот.

— Мелитриса, а что тебе на церемонии прорицатель сказал? — быстро перевела я тему, видя негодование в глазах подруги.

— «Музыка излечит боль», — обиженно ответила она. — А тебе?

— «Грань».

— А тебе Маркус?

Маркуса не было на церемонии. Та церемония была только для магов первой ступени. Десятая и пятнадцатая не присутствовали.

— А мне ничего.

— Не притворяйся. Я знаю, что он вам тоже говорил на вашей церемонии. Мне дядя рассказывал.

— В таком случае, почему бы тебе у дяди не спросить, — раздражённо спросил Маркус.

— Дядя занят, — ответила Мелитриса. — Неужели тебе так трудно ответить на мой вопрос?

— Пожалуйста, Маркус, нам же интересно.

Я не была уверена, что это сработает, но все же попыталась.

— «Следуй за драконами», — ответил Маркус.

— Ну, тут всё просто, — расплылась в улыбке Мелитриса.

— Давайте закроем тему, — раздраженно сказал Маркус. — Мне это не интересно.

— Как скажешь, — улыбнулись мы.

На мой взгляд, такая формулировка его будущего достаточно проста и ясна. Да и у Мелитрисы тоже достаточно ясно. А вот своё будущее, определенного словом грань, я так понять и не могу до сих пор. Грань чего?

— Кстати, вы уже выбрали, какое направление магии выберете, получив пятую ступень? — поинтересовался Маркус.

— Как–то не задумывалась, — честно сказала я.

— А я пойду по направлению контроля магического дара, — сказала Мелитриса. — У меня с ним некоторые проблемы.

Проклятый дар давил на Мелитрису и она не могла его использовать в полной мере. Из–за него она страдала проблемами со здоровьем, и её дядя даже хотел её отправить в частную школу под присмотр. Но благодаря одному случаю, Мелитриса надолго заставила дядю позабыть об этой глупой затеи.

— Я думаю, у тебя Элина проблем с этим не будет, — сказал Маркус. — Бери универсала, да и дело с концом.

— Для универсала у меня кишка тонка, — скривилась я. — Дар к магии земли и воздуха у меня не так давно проснулся. К магии электричества так вообще спит, и просыпаться не хочет. Да и вообще мне надо получить ещё четыре ступени, что бы выбирать. Время ещё есть подумать.

— Четыре ступени, — Маркус усмехнулся. — Пройдёт полгода, и она у вас будет. У тебя, Лина, точно.

— Ты так уверен в своих словах, — заметила Мелитриса.

— На получение первых пяти ступеней у меня ушло несколько часов, — покачал тот головой. — Всё было довольно просто. Я сдавал экзамены на мастерство заклинаний, их произношения, плетения, дезинтеграции. Здесь главное иметь запас знаний. А по поводу мастерства, то у тебя, Элина его достаточно. Тебе главное отточить скорость и выучить больше плетений. И пять ступеней у тебя сразу будут.

— Легко сказать, но трудно сделать, — фыркнула я.

— Это от того, что ты просто ленишься, — заулыбалась Мелитриса. — Ты же у нас девочка способная. Быстро научишься. Того и смотри — десятую ступень получишь в конце года.

— Кто бы меня к её получению ещё подготовил, — пробурчала я под нос.

— А потом легко можно получить наставника, — продолжал Маркус, совершенно меня не услышав.

— Кто меня возьмёт с моим даром? — фыркнула я. — Вот Мелитрису возьмут, хоть тот же самый её дядя. А у меня, извините, таких могущественных родственников нет.

— Родственники не главное, — не согласился Маркус. — Здесь главное правильно выбрать наставника. Ты хоть и имеешь дар к светлой магии, но не каждый учитель поможет тебе его освоить до конца.

— Это ещё почему? — удивилась я.

— Магический дар у каждого проявляется по–своему. Кто–то может заклинаниями насыщенными магией, а кто–то слабонасыщенными, причём довольно эффективно. Грубо говоря, дар как кровь — имеет свою группу, хотя по сути одно и то же.

— Так вот зачем в моём паспорте группа светлого дара — 2, — осенило меня.

— Да, — кивнул Маркус. — Так что в наставники тебе максимально хорошо подойдёт маг с группой дара 2. Когда вы будете на двадцатой ступени проходить слияние энергий, очень важный раздел магии, то будет гораздо легче проходить слияние, хотя поначалу достаточно болезненно. По крайней мере, у меня так было.

— А ты что, уже маг двадцатой ступени? — ехидно так спросила Мелитриса.

— В отличие от некоторых, я с детства развивал свой дар, поэтому поднят его до этой ступени, в моём возрасте труда не составило, — нейтрально ответил тот.

— А почему же тогда в школе у тебя была десятая ступень? — офигела я.

— Это было одно из условий соглашения моих родителей и твоего дяди. В шестнадцать у меня должна быть десятая ступень по двум направлениям. Но это не помешало мне заниматься самостоятельно.

Я с уважением посмотрела на этого парня. Я слышала, что и в пятнадцать лет получали двадцать пятую ступень, вот только мало этому верила. Правильно говорят, что по себе людей не судят. Вот мне и типичный пример, как нужно учиться магии. Сразу вспомнилось, как Маркус говорил мне, что собирается стать лучшим магом во всём мире. Если так и дальше пойдёт, он действительно много добьётся.

— Молодец, — сказала я. — Я бы тоже так хотела.

— В чём проблема? Занимайся больше практикой, потому что задатки у тебя есть, причём хорошие. Умудрилась же ты мне синяк под глазом поставить, — Маркус впервые за всё время улыбнулся, и я рассмеялась.

— Да уж, было дело!

— Надо посоветоваться с дядей и поискать тебе наставника, — сказала серьёзно Мелитриса.

Видно было, что ей не нравилось, как мы разговариваем с Маркусом.

— Я тоже подключу своих родителей. У них достаточно обширные связи и почти не уступают твоей семье, Мелитриса.

— И как в семье не магов смог родиться такой как ты? — вздёрнула голову подруга.

— Точно так же, как и в семье потомственных Алмазных магов смогла родиться такая, как ты, — снова нейтрально сказал Маркус, и Мелитриса зло сверкнула на него глазами.

— Ребята, вы о чём? — удивилась я.

— Семья Милстрон всегда славилась магами алмазной ступени, — стал пояснять мне Маркус. — Маги этой семьи всегда рождались один сильнее другого. Их репутация лучших магов служит им уже на протяжении полсотни лет, если не больше. И не простых чёрных магов, губителей, жрецов, некромантов, готовых пойти на всё, ради достижения цели. У таких магов всегда были честь и достоинство, за что даже светлые маги их уважают. Члены семьи Милстрон всегда служили на благо королевства, а не стремились завладеть властью. Выбор невест или женихов производиться у них строго. Кандидат должен быть обязательно магом, сильным и способным достичь алмазной ступени. Когда это происходит по любви, а когда родители просто решают за детей. Предупреждая твой вопрос, почему Мелитриса терпеть меня не может, отвечаю. Когда Крис Милстрон — Вайзер увидел мой дар лет шестнадцать назад, он договорился с моим отцом взять в будущем меня в ученики. А чтобы договор не был нарушен, мы с Мелитрисой должны в будущем стать мужем и женой.

Сказать, что я была в шоке — это не сказать ничего. Я переводила взгляд с Мелитрисы на Маркуса, представляя их. Но в моей голове это совершенно не укладывалось.

— Идиот! — зашипела Мелитриса. — Зачем ты это ей сказал?!

— Потому что у тебя ни когда не хватит смелости сказать ей это в лицо. Ты ведь меня ненавидишь, как и всё со мной связанное, — просто ответил тот. — Я просто открыл твоей подруге правду о твоей ненависти. Вот и всё.

— Что–то я вас вместе слабо представляю, — сказала я, наконец.

— Я тоже, — согласилась Мелитриса. — И почему из всех мне досталась такая двуличная тварь?!

— Потому что ты сама точно такая же, как и я, — не остался в долгу Маркус.

— Так, успокойтесь оба! — рыкнула я на них. — Вы конечно можете друг другу хоть горло перегрызть, но не в моём доме. И вообще, вы в гостях, так что ведите себя соответствующе!

Маркус и Мелитриса успокоились.

— Вот и отлично, — сказала я. — Давайте–ка сменим тему.

— Давайте, — согласилась Мелитриса.

— А вы слышали, что королева родила четырнадцатого принца? — поинтересовался Маркус.

— Четырнадцатого? — удивилась я. — Вот так сюрприз.

— Да. Я слышал. А так же слышал то, что ему пророчили быть самым сильным магом, — сообщил Маркус.

— Они это каждому магу прогнозируют, — фыркнула я.

— Мне кажется, в этот раз всё будет по настоящему, — сказал Маркус.

— Это ещё почему? — поинтересовалась Мелитриса.

— Всё довольно просто, — ответил тот. — Чем выше могущество мага, тем сильнее его влияние на магический мир.

— Ты опять завёл тему о влиянии магии на нашу вселенную, — фыркнула Мелитриса. — Терпеть её не могу!

— А я в это не верю, — сказала я.

— Почему? — поинтересовался Маркус.

— Наш мир уже и так пропитан магией. Где она могла, так уже повлияла. Можно сказать, у нас к ней иммунитет.

— Скучные вы обе, — сказал нам Маркус.

— Раз скучные, иди, учи свои уроки, — заявила ему Мелитриса.

Маркус только пожал плечами, встал и пошёл располагаться. Я хотела ему помочь освоиться в моём доме, но Мелитриса меня остановила:

— Маркус быстро здесь сам разберётся. Каким бы он гадом не был, он ничего не сломает, ничего не тронет и так далее. Так что расскажи лучше о том, чем ты занималась все эти дни.

Рассказ получился не долгим, а затем позвонила Ася. Она хотела приехать ко мне, а узнав о том, что у меня гостит Мелитриса, сказала, что приедет очень быстро. Надо ли говорить, что она приехала через час на безлошадной закрытой карете вместе с Ирмой? В общем, каникулы обещали быть веселыми.

Глава 2

Проклятие или благословение?

Неожиданность — необходимая часть жизни, ведь если бы мы точно знали будущее, оно стало бы прошлым.

(Алан Уоттс)

Я проснулась в своей кровати и долго не могла понять, что меня разбудило. Я села. В голове была пустота. Включила светильник и посмотрела на время. Был пятый час. На улице ещё было темно. Накинув на себя халат, я спустилась вниз. Мне вдруг захотелось выйти на улицу, на свежий воздух.

Далеко мне выйти не удалось, потому что на крыльце дома я обнаружила Маркуса. Он сидел и смотрел куда–то вдаль, совершенно не замечая моего присутствия. Я даже на мгновение залюбовалась им. Маги обычно не следят за фигурой, как те же войны. Для мага главное знание, и часто получение этих знаний занимало очень много времени. У Маркуса же с телом было всё в порядке. Как ему удается всё совмещать, я не понимала.

— Почему ты не спишь? — спросила я, подходя к нему.

Маркус вздрогнул и обернулся. В его насыщенных карих глазах читалась печаль. Я поняла, что виду перед собой ещё одну грань этого человека. Не злобного мага губителя, и не отличника учебы и даже не простого сопровождающего, который относиться ко всем снисходительно. Сейчас он больше походил на обычного мальчишку, у которого были какие–то проблемы в семье. По крайней мере, в его взгляде читалось именно это.

— Я мало сплю, — ответил он.

Я села рядом с ним. Небо на горизонте начинало светлеть в преддверии рассвета, а звезды начали тускнеть. Лишь одинокий спутник Кий, светил своим серебряным светом.

— Почему?

— Я отношусь к такому типу людей, которые спят четыре часа в сутки, — ответил он.

— Ага! Вот в чём твой секрет! — пошутила я, и он улыбнулся.

— Это не такой уж и секрет, — пожал он плечами.

Мы замолчали. Мне казалось, что я не найду с ним общих тем.

— Элина, прости меня за то, что я тебе устроил на экзамене, — вдруг сказал Маркус, до крайности удивив меня.

— Прощаю, — озадаченно сказала я.

Честно говоря, я и забыла о том, что произошло на экзамене. Маркус мне ничего не сделал, а попросту — не успел, так что я не сильно на него обиделась, тем более, что мне всегда было легко прощать. К тому же Маркус мне нравился. Мне нравилось смотреть в его красивые глаза карего цвета.

Больше Маркус не сказал ни слова, а затем встал и ушёл в дом.

Эльвира шла по коридору одной из самых престижных академий на всём Аркрау. Академии, которая четвёртый век ведёт свою неустанную работу по образованию элитного, интеллигентного общества с высокими моральными качествами. По крайней мере, именно такова была цель её создания, которая ни разу не изменилась за прошедшее время. И то, что Светлое и Чёрное королевства сейчас успешно сотрудничали, как и многие другие непримиримые враги, являлось большей частью заслугой именно выпускников этой Академии.

Эльвира в прошлом была здесь и не один раз. Когда твой долг — спасение разумных, когда твои силы идут на борьбу с превосходящим по силе противником, приходится искать знания, умения и связи. Впрочем, ректора академии имени Алевана Сартадериана Эльвира узнала ещё до того, как стала всемирно известным магом. Она была бы рада ещё девочкой поступить сюда, благо, недостатка знаний не испытывала, только здесь не было специальностей для магов её профиля. Здесь магии обучали только рунистов и создателей артефактов. На этом собственно и заканчивались магические специальности, и начинались самые простые, но не менее востребованные. Здесь имелась большая база юридических, экономических, гуманитарных и технических специальностей. Академия активно сотрудничала с различными государствами, в том числе и со Светлым, Средним и Чёрным королевствами. В особенности со Средним Королевством. Оно активно продвигала не магические науки, и добились в этом прогресса. Их технологии активно перестраивают на магический лад. Тот же самый светофор или маговизор изначально были изобретены на территории Среднего королевства. Кстати, именно там сейчас активно развивалась программа по освоению около планетного пространства. Эльвира лишь краем уха слышала об этом, но это её заинтересовало. После поисков сведения по войны Затменье, она собиралась активно взяться за изучение технологий Среднего королевства.

Женщина свернула налево и стала подниматься по деревянной лестнице на седьмой этаж. Здание было в два раза старше Эльвиры, но снаружи оно выглядело, как будто только что построенное. Семиэтажное деревянное здание совершено не вписывающееся в остальную архитектуру академии, и это даже не из–за того, что остальные здание были куда выше и сделаны были из природно–каменных материалов. Если учебные восемнадцать зданий имели формы полумесяцев, каждое здание в двадцать этажей, серебристого цвета, то это здание совершенно от них отличалось. Здание шло прямоугольников ввысь, а на пятом этаже делилось на две башни. Над одной из башен на уровне шестого этажа парила насыщенного тёмно–красного, почти чёрного сфера. Вторая — уходила под откос к седьмому этажу. Именно здесь и располагалась самая большая аудитория в академии. Эльвира как–то спросила, для чего золотая сфера на вершине? Акар Вин — Деон, бессменный ректор академии, загадочно улыбаясь (улыбался он так всегда, когда она задавала подобные вопросы), сказал, что там имеется находиться то, что может в один миг изменить судьбу планеты, да и всей галактики тоже. Эльвира в это верила с сомнением, но всё же верила.

Акар был довольно странным, даже для вампира. Одно то, что он основал такую академию, которая в штыки воспринимает насилие и издевательства, уже выходило за рамки вампирского понимания. А запрет на месть для всех учеников и вовсе стал шоком в сообществе вампиров. За такое его не однократно пытались убить, точнее, пытаются до сих пор. Но ни одно покушение не прошло успешно. Вампир обладал чем–то, что помогало ему в любой ситуации. Эльвира ни когда серьёзно не задумывалась о его убийстве, но в схватке один на один даже у неё вряд ли бы хватило сил его уничтожить. Магом Акар был не слишком сильным, но имел возможности, о которых не было известно почти ничего. В народе ходили слухи, что он продал душу дьяволу за эту силу, другие утверждали, что это благословенье, посланное Богом, третьи кричали, что у него имеется личная гвардия самых отменных магов, в четвертые утверждали, что он владеет артефактами древних. Эльвира, слыша подобное, только посмеивалась. У Акара не было ни артефактов, и душу он никому не продавал. Но у него точно имелись тайные силы, природу которых она не знала и не понимала. Лишь однажды, когда Корад напал на город, находящийся не далеко от академии, Акар выступил против него. Корад слишком быстро получил, что хотел, и стал уходить, когда прибыл Акар. Лишь на мгновение Эльвира заметила тень, странную высокую тень, чуждую её восприятию. И Алмазная леди не сомневалась в том, что именно эта тень и является защитником вампира.

Эльвира ступила на седьмой этаж. Широкий коридор не имею каких–либо особенностей, только с десяток резных дверей. Каждая дверь была произведением искусства и гордостью мастера. Первую крепкую дверь с вырезанными молотом и наковальней мастерил гном из рода Кушик, уважаемого рода у гномом. А следующая уже имела рисунок из спелых колосьев пшеницы и ячменя. Каждое зернышко, каждая линия, были вырезаны с ювелирной точностью. Её делал знатный плотник Александр Кожевников более четырёхсот лет назад. Каждая последующая дверь отличалась, как рисунком, так и стилем, и каждую делал представитель определённой расы.

Последняя дверь, находилась дальше от своих соседок, и не была образцом искусства какой–либо расы. Просто дверь. Эльвира открыла её, что бы попасть в коридор, разительно отличавшийся от предыдущего. Первое, что бросалось в глаза — его размер. По сравнению с предыдущим, он был куда меньше. Второе — это его содержимое. Если прошлый имел только пару скамеек и многочисленные двери, то этот был образцом роскоши и богатства. Красная ковровая дорожка с удивительным, медленно изменяющимся узором, дорогие картины на стенах, запечатлевшие самые прекрасные природные пейзажи разных уголков планеты. Бархатные шторы тёмного бордового цвета по сторонам больших панорамных окон, открывающие вид на возвышающиеся учебные здания, четыре больших тропических цветка по два в каждом конце коридора.

Коридор заканчивался массивной темной деревянной дверью, перед которой стояли широкий дорогой диван из мягкой шёлковой ткани, а по сторонам два кресла из того же материала. На одном из них сидела красивая женщина в голубом летнем сарафане. Светлые прямые волосы, длинной ниже плеч, чистое лицо, длинные ресницы. Взгляд серо–голубых глаз направлен на круглый животик. Тонкая хрупкая рука гладила животик. Женщина совершенно не замечала Алмазную Леди.

— Ирина, давно не виделись, — улыбаясь, сказала Эльвира.

Женщина чуть вздрогнула и перевела взгляд на свою давнюю подругу.

— Здравствуй, Эльвира, — улыбнулась она. — Что ты здесь делаешь? Всё ни как не можешь утихомириться?

— Увы, моя деятельная натура не даёт мне передохнуть, — Эльвира села на край дивана. — Вижу, скоро королевство получит ещё одного принца.

— Да, — грустно сказала королева Светлого королевства.

— Мальчик это хорошо, даже если он четырнадцатый в семье, — подбодрила её Эльвира.

— Говорят, что он будет сильнее, чем все мои предыдущие сыновья.

Эльвира мельком глянула на пробивающуюся ауру ребёнка. Даже сейчас, ещё не родившись, он обладал поистине огромной силой. Эльвира была сильна за счёт большого количества схваток, Гедеон потенциально был сильнее неё из–за природных данных. Но этот мальчик показывал ещё большую силу, и это понял бы даже необученный маг от десятой. Маги с таким потенциалом рождаются раз в двести лет, если не реже. Если его правильно воспитать и обучиться, он станет поистине самым сильным магом Аркрау.

— Да, это так, — подтвердила Эльвира.

— Кому–то придётся его в будущем обучать, — королева с улыбкой посмотрела на Эльвиру.

— Надеюсь, что этот малый будет куда покладистей, чем все предыдущие, — хмыкнула Алмазная Леди.

— Всё может быть, — пожала она плечами. — А что ты здесь делаешь?

— У меня есть пара вопросов к нашему великому и доброму вампиру. А у тебя?

— Я к нему по делам королевства, — вздохнула королева. — А потом вернусь обратно и буду ждать родов. Кстати, хочешь, покажу, что мне подарил мой бывший одноклассник?

Эльвира кивнула, и королева потянулась за маленькой сумочкой, которую Алмазная Леди не заметила вначале. Королева быстро открыла замок и достала оттуда серебристую коробочку.

— Признаться честно, я не знаю что там, — смутилась королева.

Это она могла себе позволить только с ограниченным количеством людей, в которое входила и Эльвира.

— То есть мне выпала честь лицезреть это первой?

Эльвира засмеялась, а королева аккуратными, изящными движениями, сорвала маленькую пломбу и стала открывать коробочку. Эльвире тут же стало не до смеха, потому что истлевший запах проклятой магии быстро отобрал всё веселье. Эльвира молниеносным движением накинула на коробочку ограждающее плетение и быстро стала проговаривать заклинание удержания проклятие. Барьер магии тут же воздействовал окружил коробочку и активно стал удерживать проклятие. Эльвира готова была поклясться, что оно не могло вырваться, даже его маленькая часть и попасть на королеву. Уж рефлексы у Алмазной Леди были давно на это отработаны. Вот только королева стала бледной, а из глаз потекли слёзы. Эльвира стала ставить третий полог сдерживания, на который требовалось уже гораздо больше времени. Плетение было сложным и содержало в себе как плетение, так и заклинание. Сложный барьер ставился ровно пятнадцать секунд, но этого не хватило. Через два барьера, как будто бы их не существовало, прошла бело–голубая дымка. Эльвира отлично контролировала себя в подобных ситуациях и не стала прерывать заклинание. Моментально руки стали рисовать быстрые и сложные рисунки на воздухе перед облачком, защищая королеву. Только маг её уровня мог похвастаться столь сильной концентрацией и способностью плести два, а то и четыре разной сложности заклинания одновременно.

Но руны не помогли. Странное облачко прошло сквозь них, и прежде, чем Эльвира успела что–то сделать, оно резко двинулось в сторону королевы, а затем впиталось живот. Королева наблюдала это с ужасом, а затем резко потеряла сознание.

Эльвира закончила плетение, накинула его на коробочку и стала осматривать королеву. К её ужасу, начались преждевременные роды. Эльвира была отличным целителем, и ей не однократно приходилось принимать роды, причём в полевых условиях. Эти она отнесла к категории самые сложные. Прекрасно понимая, что одной ей будет непросто, она подхватила королеву, и, воспользовавшись персональным допуском, создала самый надёжный и легко переносимый портал, требующий огромное количество энергии, даже для мага её уровня.

Шаг, и она уже находиться в акушерском отделении больницы при дворце. Краем глаза она отметила большое количество народа в деловых костюмах. Очередная проверка. Среди них она так же заметила и главного акушера Игоря Дубова.

Тот, увидев, как она аккуратно опускает королеву на родильный стол, понял всё сразу и стал всех выгонять, попутно хватаясь за перчатки и инструменты для операции. Делегаты соображали долго, так что Эльвира их отправила в полёт из помещения, и принялась накладывать на королеву, которая пришла в себя, набор заклинаний для родов.

Спустя четыре часа, уставшая Эльвира держала в руках маленького мальчика, а королева находилась в состоянии сна. Роды дались ей тяжело, но обошлось без хирургического вмешательства.

Король и Гедеон прибыли сразу, как только им сообщили о преждевременных родах и ждали за дверью. Когда Эльвира вынесла малыша, Гедеон перестал быстро расхаживать по коридору, а король поднялся с кресла.

Что примечательно, мальчик не плакал. Эльвира даже подумала вначале, что он родился мёртвым. Но малыш пытался спокойно стал дышать, и даже открывал глаза. Эта была первая странность на взгляд Эльвиры. А второй была полная потеря магического дара. Эльвира вообще не ощущала его в мальчике. Странно. Проклятия она на нём тоже не обнаружила, как и на его матери. Но та странная дымка не выходила у неё из головы.

И пока отец семейства радовался мальчику, Эльвира исчезла в портале. Она появилась в том самом коридоре, где всё произошло. Подняла коробочку и увидела в ней чёрное кольцо с отвратительным черепом, глаза у которого были сделаны из рубина и светились зловещим светом. Проклятие на кольце не было. Его стёрло третье по счёту заклинание. И это Эльвире очень не понравилось.

Она не стала дожидаться, когда появиться Акар, а снова телепортировалась, но на этот раз уже в отдел по охране от проклятий. Там были специалисты, которые простоя обязаны были представить полную характеристику проклятия.

В это же время, где–то очень далеко, за пределами представления Эльвиры, маленькая девочка, которой было всего три годика, плакала, потому что потеряла отца. Потеряла, в войне за власть. Потеряла предпоследнего человека в её роду. Сжавшись в углу кровати, и крепко закрыв глаза, она слёзно простила чуть светящийся голубым светом чёрный обломок кристалла. Просила вернуть отца, вернуть мать и защитить её от этого страшного мира, в котором она осталась совсем одна. И кристалл услышал, услышал и ответил в слабой вспышке синего света, который девочка так и не увидела. Не увидела она и тень, что притаилась во мраке. Тень, обретающую форму человека.

Вспышка отразилась и во втором обломке чёрного кристалла, на руке у эльфийского принца, оставшегося сиротой, когда ему было четыре годика. Принц тоже не заметил этой необычной вспышке в абсолютно чёрном кристалле, поглощённый учебным процессом.

В темной маленькой комнатке в подвале, на неудобной кушетке спал самый опасный наёмный убийца, за которого объявили награды семнадцать государств. Убийца спал крепко, залечивая серьёзные ранения не заклинаниями и артефактами, не лекарствами и травами, а чёрной гладкой пластиной, защёлкнутой левой руке. Пластина чуть светилась, показывая процесс жизнедеятельности Недосягаемого. Но всего лишь на три секунды экран сменился и показал странную картину, которую астрономы бы описали картой ближайших галактик, а следом два маленьких огонька, сверкнувших в обоих синим светом. Затем на экране появилась надпись на незнакомом миру Аркрау языке, и так же быстро исчезла, вернув экран в исходное состояние.

«Срок моего заточения подходит к концу, — мелькнула чужая мысль в голове новорождённого принца Светлого королевства. — Жду не дождусь этого момента».

Преждевременные роды достаточно сильно сказались на здоровье королевы. Хотя, Эльвира подозревала, что дело было большей частью не в них. Отчёт был ей предоставлен в течение часа. Всё же связи и титул поспособствовали ей. Как ни странно, но на самом деле, проклятия как такового маги не обнаружили. Признаки проклятия были всего лишь фоном, иллюзией, очень качественной, что Эльвира вначале среагировала. Алмазная Леди впервые за долгое время была в тупике. Она не понимала, чем была эта странная дымка. Проклятие? Иллюзия? Или Эльвире это вообще показалось? Эльвира гадала достаточно долго, и даже подняла старые архивы королевской библиотеки, но так ничего и не нашла. Хотя одно было точно, чтобы это не было, оно отобрало магический дар у мальчика. А преждевременные роды начались далеко не потому, что там была эта дымка. Дело было в кольце. Это кольцо определенно что–то значило для королевы, причём плохое.

Просидев два дня безвылазно в архивах и ровным счётом ничего не добившись, она вернулась в свою квартиру в центре Эрна и приняла душ. Для начала ей нужно было выспаться, потом аккуратно опросить королеву. Произошедшее она пока не собиралась ни кому рассказывать. И королева в маленьком послании попросила её не сообщать никому.

После душа Эльвира собиралась лечь и отдохнуть, перед тем как взяться за это дело всерьез, но звонок оповестил её о незваном госте. Эльвира не стала гадать, кто это был, а просто пошла и открыла. К удивлению, за дверью стоял Крис Милстрон — Вайзер, правая рука короля Чёрного королевства.

— Добрый день, герцогиня, — улыбнулся тот. — Вы сейчас не слишком заняты?

— У вас срочные новости? — перешла сразу к делу Эльвира.

Она не любила, когда ходят вокруг да около, зато намекать, начинать издалека, заставлять собеседника мучиться от нетерпения, сама любила.

— Не срочные, но важные, — ответит тот, всё так же улыбаясь.

Эльвира пропустила его в квартиру.

Квартира герцогини была не слишком большая и совершенно не вязалась с образом Алмазной Леди, который был тщательно выстроен ей за не один десяток лет.

Квартира состояла из двух комнат, кухни и ванной и туалета. Был ещё маленький балкон, не застеклённый, откуда был красивый вид на город. К слову, квартира находилась на двадцать пятом этаже тридцати этажного дома. Почему именно здесь Эльвира выбрала квартиру, и почему такую маленькую, она и сама толком не могла понять.

Эльвира провела своего гостя в зал. В зале имелся широкий маговизор старой модели. Его не меняли уже лет десять. Тогда герцогиня была здесь в последний раз как жилец дома, а не как временный гость. Широкий диван, мягкого зеленого цвета, два белых удобных кресла, стеклянный столик и ворсистый бежевый ковёр. Белый полупрозрачные занавески приоткрывали сейчас вид на утреннюю столицу главного города королевства.

Дверь же во вторую комнату, где кроме широкой кровати, застеленной сейчас чёрно–белым постельным комплектом, Эльвира закрыла с помощью телепатии. Впрочем, герцог не обратил на это внимания.

Он окинул цепким взглядом комнату, не задерживая ни на чём конкретном, а затем расположился на диване. Эльвира сделала жест, и из кухни приплыли два фужера с апельсиновым соком. У Эльвиры был свой пунктик на счёт спиртных напитков в её доме. Так как в её крови просто бурлила магия, которая и выжигала все вредные вещества в организме, она не понимала, что люди находят в этих напитках, и всячески презирала последствия пьянок. Кстати, после того, как в крепости пара пьяных капитанов пришла в кабинет, перевернула его с ног на голову, а увидев Эльвиру, попытались сделать ей несколько соответствующие статусу герцогини предложений, этот пунктик распространился и на всю крепость. С тех пор капитаны боялись ей показываться на глаза, а уж если и показывались, то отводили взгляды куда угодно.

— Так что у вас за новости? — поинтересовалась она, протягивая гостю напиток.

— Я слышал, вы сейчас стали активно интересоваться войной Затмения? — герцог начал с совершено не того, с чего бы Эльвира хотела.

— Да, — ответила она спокойно.

— У меня есть для вас полезная информация по этому поводу, — сказал тот, заинтересовав хозяйку дома.

— Такие предложения, герцог, вы никогда не сделаете просто так. И уж тем более, никогда не дадите мне этой информации, если это не будет выгодно вам, — просто констатировала она.

Герцогиня уже давно поняла, что со старыми магами, такими, как она, лучше говорить прямо и на частоту. Гость ни жестом не выразил ей недовольство вот такой вот прямотой, только в его взгляде что–то мелькнуло и пропало.

— Да, вы правы, — кивнул тот. — У меня есть причины для этого. Но ведь вам же нужна информация, или я не прав?

Эльвира чуть дёрнула головой. Ох уж эти чёрные маги! Как она не любила водить с ними дела, но, к сожалению, при её статусе, это было не возможно.

— И что я должна сделать, что бы получить эту информацию? — поинтересовалась она.

— Всего лишь взять в ученицы одну девочку. И вы её знаете, — широко улыбнулся Крис Милстрон — Вайзер.

— И кто она? — поинтересовалась Эльвира чисто из интереса, хотя была сейчас готова схватить герцога за шиворот и выкинуть в окно.

С такими предложениями к ней подходили и не однократно, но что бы так!

— Вы её знаете. Элина Бессловская. Та самая девочка, которая вытащила мою племянницу из туннелей.

Эльвира ни как не выказала своей радости по этому поводу. Вот так дела! И почему всем так хочется, что бы Эльвира взяла Лину к себе в ученицы. Ну, почему этого хочет член совета, она прекрасно знала, в отличие от всего остального совета и была с ним полностью согласна. А вот почему это понадобилось предложить герцогу другого государства?

— И почему же вы решили, что мне будет интересно её учить?

— Потому что в этой девочке скрыт огромный потенциал, — пожал плечами маг. — Она смогла навредить моему ученику, хоть случайно, но смогла. А для этого нужно очень постараться. Это первое. Второе — она вытащила мою племянницу. И та попросила меня подыскать для своей спасительницы наставницу. А у вас с Элиной очень хорошая сопоставимость в магии, что было продемонстрировано на экзамене, точнее, после него, — Эльвира на это лишь ухмыльнулась. — Ну, и третье, что может быть лучше, чем попробовать управлять самой непредсказуемой женщиной всего Аркрау.

— Мне кажется, или последнее является ведущим из перечисленных суждений, — сказала Эльвира.

— Всё возможно, — широко улыбнулся он.

Что–то в внутри Эльвиры дрогнуло. Ей очень понравилась улыбка светловолосого мага. Сделав глубокий вдох и попытавшись справиться с так некстати появившейся симпатией, она сказала:

— А вы умеете подбирать моменты. Именно сейчас мне нужно информация об этой войне, как воздух.

Это было не совсем правдой, но и не совсем ложью, и герцог не смог понять, что предложение было принято ещё до того, как и совет магов до него додумался.

— Это моя работа, герцогиня, — кивнул тот. — Так вы принимаете моё предложение.

— Хорошо. Девочку я возьму.

— Идёт, — герцог улыбнулся довольной улыбкой. — Мне так нравиться, когда женщины соглашаются с моими предложениями.

— Неужели все так и соглашаются? — выгнула бровь Эльвира, отпив из своего фужера сока.

— Все, кроме одной, — развел тот руками.

— Неужели замуж выходить не хочет? — удивилась она.

— К сожалению, отказывает уже десятый раз, — не притворно вздохнул герцог.

Эльвира даже посочувствовала ему. Пережить десять отказов от одного и того же человека, да ещё и которого любишь… Эльвира не смогла бы пойти на такое. Она свой первый и последний раз пережила с трудом. Как же ей тогда было больно и одиноко, особенно глядя, как Он общается с другими. Но Алмазная Леди пережила, и продолжила жить дальше. Только вот с тех пор она никогда не любила так никого больше.

— Что ж, — Эльвира встала. — Раз уж мы с вами договорились, то позвольте мне заняться делами, а чуть позже, как только освобожусь, я немедленно приду к вам и мы разберём всю имеющуюся у вас информацию.

Герцог глянул на неё с некоторым недовольством. Ещё бы! Он ожидал, что она броситься упрашивать его рассказать всё сейчас. Но Эльвира иногда была очень терпеливым человеком, что удивляло всех её знакомых и друзей, знающих взрывной характер «Алмазной леди».

— Хорошо. Буду ждать вас, — кивнул тот.

Эльвира открыла ненадолго линию перемещения портала, и герцог незамедлительно покинул её.

Оставшись в пустой квартире, Эльвира так и осталась сидеть на диване, пытаясь понять, куда катится её жизнь и почему некоторые светловолосые маги стали стал вызывать у неё симпатию?

Глава 3

Неожиданные гости

В моём доме лет десять как не было так весело. Ирма, Ася, Мелитриса — мои подруги, они всё это время были со мной. Маркус только покачал головой и не попадался нам на глаза. Зато каким–то образом следил за всеми нашими передвижениями и легко нас находил, даже когда мы ходили в лес.

В мою деревню вернулся друг детства Саша, маг воды, а с ним ещё два друга из училища. Один долговязый и кудрявый Андрей, второй чуть пониже, очень веселый Дмитрий. Они нам постоянно составляли компанию, а на речке умудрялись обливать с ног до головы. А что ещё можно ожидать от водников из военного училища. Правда, когда они нас попытались через силу затащить в воду, явился Маркус. Мы его даже не заметили. Сверкая глазами, он разрушил водяные путы, которые затягивали нас, а потом отвел мальчишек и что–то им недолго объяснял. Я в это время пыталась создать воздушный поток наподобие фена и высушить нашу одежду. Путного ничего не вышло. Маркус, подойдя к нам, только покачал головой, произнёс заклинание и одежда высохла. Мы были ему очень благодарны, и в качестве благодарности завалили и попытались облить водой. Не тут то было! Этот чёрный маг создал щит по всей поверхности одежды (показушник!), а затем, откинув нас вторым щитом общей магии, пошёл домой. Мы на него немного обиделись, но продолжили развлекаться без него.

Кормила нашу большую дружную семью, по выражению Ирмы, Ася. Моя стряпня была не такой эстетичной, поэтому я доверила дело профессионалу. Когда у тебя многодетная семья, волей не волей, научишься хорошо готовить. Продукты были в достатке, так как много чего привезли девочки. Так что мы просто радовались жизни.

В этот вечер всё было, как и три дня до этого: весело и интересно. Мы готовили ужин. Маркус, как единственный мужчина заказывал нам, что делать (мы ему позволили это сделать, не смотря на протесты Мелитрисы), а мы готовили. Сегодня он изволил заказать домашних пельменей, и мы с Асей их делали. Ирма и Мелитриса, как девочки, выращенные в домах аристократов, не умели этого делать, а потому просто помогали нам, развлекая рассказами из жизни. Маркус сидел с нами на кухне, уткнувшись в свою тетрадь и что–то учил. Главное не мешал. Он постоянно носиться с тетрадью, как одержимый. Пишет что–то, чертит. По вечерам, вместо того что бы составить нам компанию в игры, сидел за учебниками. Благо, за испытанием заклинаний я ни разу не застала. Кстати, ни у кого с ним конфликтов не было. Он не раздражал нас, а мы его. Так и жили. Только иногда делал нам замечания, когда мы обсуждали заклинания. Это жутко раздражало Ирму.

Кто–то постучал во входную дверь.

— Маркус, открой, пожалуйста, — попросила я, раскатывая тесто.

Тот без колебаний встал и направился к двери. За что он мне ещё нравиться, так за то, что если попросишь, он всегда всё сделает молча, и не пререкаясь.

— И почему наш чёрный маг покладисто исполняет только твои просьбы? — хитро поинтересовалась Ирма, отпив пару глотков чая.

— Наверное, потому что я его прошу вежливо. И потому что я хозяйка дома, а он мой гость, — ответила я.

— А мне кажется, ты ему нравишься, — тихо сказала Ася.

— А вот я сомневаюсь, что ему вообще кто–либо может нравиться, — фыркнула Мелитриса. — Он со своей бывшей встречался, чтобы от него остальные отстали. Он просто помешан на учёбе. Мечтает завоевать мир.

— Вот нового Корада нам не хватало, — покачала головой Ирма.

— Нет, ему до Корада очень далеко, — сказала Мелитриса.

Тут в комнату вернулся Маркус. Вошёл не один.

— Дядя! — радостно воскликнула Мелитриса и бросилась на руки к родственнику.

— Я тоже тебя рад видеть, Мэл, — улыбнулся тот, обнимая племянницу.

Признаться, я не думала, что её дядя объявиться так скоро. И этот его визит для меня стал сюрпризом. Но в этот вечер я никак не ожидала ещё и второго сюрприза. Из–за спины чёрного мага вышла женщина. У меня глаза расширились от удивления.

— Эльвира Илларионовна, — прошептала я ошарашено.

— Всем привет, — улыбнулась Алмазная Леди.

Ася замерла, глядя на эту женщину, как и Ирма. Это только я могла не опознать в начальнице крепости Дальний мост одного из сильнейших магов Светлого королевства. А вот девочки такого не допустили.

— Здравствуйте, герцогиня Бессмертных, — поздоровались мои подруги.

— Вижу, вы тут развили бурную деятельность, — широко улыбнулась она, подходя к столу. — И чья ж идея была?

— Маркуса, — ответила я, стараясь скрыть улыбку.

Эта женщина мне нравилась. Она была совершенно не такой, к каким я привыкла. В ней было столько энергии, столько добра, столько нежности. Она была действительно — белым магом. Её аура, заставляла меня почувствовать себя защищённой.

— Хорошая идея, — кивнула она. — Элина, не возражаешь, если мы с Крисом останемся у вас на ночь?

— Н-нет, — удивленно ответила я. — Я очень рада, что вы останетесь.

Вот это да! Сама Алмазная Леди будет у меня ночевать дома! Герцогиня Бессмертных! Я и в мечтах не могла такого вообразить. А если учесть, что с ней будет ещё и правая рука короля Чёрного королевства…. В общем, я была в шоке.

— Вот и отлично, — кивнула та и сделала жест.

На столе и на стульях сразу появились пакеты с продуктами. Жест — и они стали быстро расставляться по местам. Ого! Мне до такого ещё расти и расти. Вот что значит быть магом Алмазной ступени.

— Это же было бытовое заклинание? — поинтересовалась Ася, глядя на то, что творилось на кухне.

— Да, — Эльвира Илларионовна села за стол, напротив нас. — Обыкновенное бытовое заклинание, завязанное на жесте.

— Классно. Я тоже бы так хотела, — восторженно сказала Ася.

— Учитесь, старайтесь и у вас всё получиться, — ответила герцогиня.

Дядя Мелитрисы и она сама (устроилась у него на руках) тоже сели за сто, который стал тесноват для такого количества людей.

— Давайте раздвинем стол, — предложила я.

Мою идею поддержали и выполнили. Стол вмиг был раздвинут, от чего я непроизвольно дёрнулась. Да и не только я.

— К действиям Алмазных магов надо привыкнуть, — сказала Мелитриса. — Они всё делают с помощью магии.

— А вот и не всё, — поспорила с ней Эльвира Илларионовна, взяв в руки нож и начав разрезать тесто. — Я, например, готовлю без магии. Почти.

— А почему почти? — поинтересовался Крис Милстрон — Вайзер.

— Потому что готовлю я редко, и в трёх из пяти случаев под конец у меня уже не хватает терпения, — ответила Алмазная Леди.

— Надеюсь, Эльвира, у тебя сегодня терпения хватит. Не хочу, что бы дети увидели тебя в гневе, — улыбнулся губитель.

— Я тоже надеюсь.

Я перевела взгляд сначала на блондинку с зелёными глазами, которой больше двадцати пяти не дашь. Она очень ловко управлялась с ножом и скалкой без применения магии, притом умудряясь оставаться чистой, не смотря на рассыпанную муку на столе. А затем посмотрела на светловолосого голубоглазого мага, такого же молодого, на коленях у которого сидела Мелитриса, и обнимала его. Иначе, как сном я это назвать не могла. У меня на небольшой кухне сидело два сильнейших мага. У меня, у простой шестнадцатилетней деревенской девчонки!

— Дядя, а с чего вы вдруг решили у нас остаться? — хлопая глазками, спросила Мелитриса.

И столько наивности было в её глазах, что я бы ни за что не поверила, что она проклятый маг с сильнейшим даром. Я его и в действии не видела, только со слов Мелитрисы и принца Гедеона. Надеюсь, не увижу никогда.

— У Элины в подвале есть кое–какие словари, которые мне нужны, — ответила за него Эльвира Илларионовна, сильно меня удивив. — Я хотела с ними поработать, а так как у меня есть ещё некоторые дела с твоим дядей, то мы решили совместить приятное с полезным.

Я молча лепила пельмени и тихо соображала, откуда Алмазной Леди знать о словарях в подвалах, и почему ей понадобились именно они? Неужели их нет в королевской или общее королевской библиотеках? И тут я вдруг вспомнила о фотографии, которая лежала в моей тетради. Так, мне нужно спросить будет у герцогини, как она связана с моей матерью.

— Что–то не так, Элина? — поинтересовалась женщина, глядя на меня своими зелёными глазами.

Ой, какой у неё тяжёлый взгляд, взгляд мага, прожившего не одну сотню лет.

— Ничего, — как можно спокойней ответила я, а саму колотило.

— Эльвира, хватит детей пугать, — рассмеялся герцог.

— Я детей не пугаю, Крис, — сказала та. — Просто у девочки могут быть ко мне некоторые вопросы, связанные с подвалом. Вот и всё.

— Кстати, Маркус, а как девочки вели себя всё это время? — резко переключил тему герцог, и мы продолжили спокойно готовить.

— Спокойно и без происшествий.

После ужина все разбежались по комнатам. Мелитриса с дядей в зал, сели смотреть маговизор. Ирма с ними. Ася пошла в свою временную комнату, Маркус тоже. А меня Эльвира Илларионовна утащила в подвал.

Когда мы спустились в помещение, освещённой рунами холодного света, женщина только покачала головой.

— И как ты до такого додумалась? — поинтересовалась она.

— Боялась что–нибудь сжечь, вот и придумала, — честно ответила я.

— Элина, что бы ничего не сжечь, я могу тебе посоветовать с десяток простых плетений и столько же заклинаний.

— Ну, вас тогда не было, — мои щёки запылали от стыда.

Это всё равно, что показать свою домашнюю работу на тройку королю.

— Но ты всё равно молодец, — мягкая рука коснулась моей щеки. — Я рада, что ты стараешься и достигаешь успехов.

— Спасибо, Эльвира Илларионовна, — вот теперь мои щёки запылали от смущения.

Получить хвалу от мага такого уровня для меня, простой девочки — это было чем–то фантастическим. И, тем не менее, она меня хвалила.

— Можешь меня звать просто Эльвира, — разрешила мне женщина. — Я ведь у тебя в гостях.

— Хорошо, Эльвира, — расплылась я в улыбке.

Сердце у меня в груди забилось с бешенной скоростью. Один из могущественных магов Светлого королевства разрешает мне просто общаться к ней по имени.

— Хочешь, чуть позже я тебе покажу пару плетений общей классической магии для освещения этого помещения?

Я быстро закивала головой, не до конца веря своему счастью. Алмазный маг даст мне пару уроков магии! Да скажи мне кто–нибудь это год назад, я бы рассмеялась ему в лицо. Да на меня не каждый маг обращал своё драгоценное внимание, а тут такое!

Эльвира сделала щелчок пальцами, и с книжных полок к ней в руки слеветировали два маленьких толстеньких словаря в твёрдой обложке.

— Идём наверх.

Вот так просто, всего один жест и словарь в руках. Мне даже завидно стало.

— Знаешь, зачем нужен был щелчок в данной ситуации? — поинтересовалась у меня Эльвира, пока мы выбирались по лестнице.

— Нет, а зачем он?

— Просто для красоты, — ответила она, удивив меня. — Старые маги любят эффектность. Я не исключение.

— Понятно, — протянула я.

Крышка подвала была закрыта телепатически, и мы прошли в зал. Мелитрисы там не было, зато на её месте был Маркус. Маговизора был выключен, и они с Крисом Милстрон — Вайзером что–то обсуждали над тетрадью Маркуса.

— Что–то вы быстро, — дядя моей подруги поднял на нас взгляд голубых глаз.

— Крис, зачем ты усыпил всех остальных? — спросила Эльвира у мага.

Я нахмурилась. Что он сделал?

— И как ты почувствовала? — поинтересовался тот.

— Глупый вопрос, — фыркнула она, проходя к дивану.

Я села рядом с ней. Маркус что–то писал в тетради, а чёрный маг поглядывал на Алмазную Леди странным взглядом.

— Доставай свою тетрадь, — сказала она.

— Она в комнате, сейчас принесу, — сказала я, вставая.

— Совет на будущее: всегда держи тетрадь при себе, — сказал мне дядя Мелитрисы. — Вот когда получишь ступень золотую или платиновую ступень, тогда можешь с ней делать всё, что заблагорассудиться.

— Ведь тетрадь начинающего мага, это такая же неотъемлемая часть, как и проводник, — добавила Эльвира, я в который раз покраснела.

— Ради интереса, Эльвира, а куда ты дела свой? — поинтересовался чёрный маг.

— Зачем тебе это знать? — выгнула бровь женщина.

— А ты не догадываешься? — усмехнулся тот.

— Я принесу чая, — сказал Маркус, вставая.

Я пошла за ним. Мне, конечно же, было любопытно, почему эти два мага так переглядываются. Но спрашивать, да и встревать между ними себе дороже. Маркус видимо что–то понял, потому что решил быстро уйти. И я решила последовать его примеру.

Забежав в свою комнату, я стала искать тетрадь и проводник. Его я как–то сняла, а одеть снова забыла. Обе вещи нашлись в верхнем шкафчике стола. Я одела браслет из гладкого белого камня, взяла тетрадь и стала спускаться.

— Элина, ты мне не поможешь, — Маркус окликнул меня из кухни.

Пришлось идти ему помогать. К моему удивлению, чай он уже налил, и просто сидел на стуле.

— Не ходи–ка ты туда, — сказал мне Маркус.

— Почему?

— Потому что не стоит лезть, когда разговаривают два могущественных мага, особенно эти двое, — ответил он.

Я села на стул напротив него.

— А зачем усыпили всех? — спросила я у Маркуса.

— Затем, чтобы они не мешали моему учителю. Он не любит, когда кто–то ему мешает, даже если это собственная племянница, — ответил тот. — Чаю?

— Ага.

Маркус протянул мне бокал, и сам взял. Чай был очень горячий, так что пришлось его отпивать мелкими глотками.

— Интересный у тебя проводник, — заметил Маркус. — Кому он раньше принадлежал?

— В смысле? — не поняла я.

— Твой проводник. Он ведь раньше принадлежал сильному белому магу. Кому?

— С чего ты взял? — недоуменно поинтересовалась я, разглядывая браслет.

Обычный белый браслет. В нём магии почти не чувствуется. Гладкая поверхность камня не меняет своей температуры, даже находясь на руке.

— Только после длительного использования проводники имеют характерное строение, видимое в магическом зрении.

Я переключилось на него. Сразу же мир чуть сменил краски. То, что я увидела, меня поразило. Браслет представлял собой не просто обычный камень, в который были вложены плетения. Браслет сам был чистым плетением. Он состоял из огромного количества маленьких и больших магических линий, которые перекликались между собой. А вот намёка на камень и не было вовсе.

— Что за… — тихо прошептала я.

— Судя по твоему лицу, ты не знала, — саркастически заметил Маркус.

Я вернулась на нормальное зрение. Мой мозг слабо соображал. Почему? Откуда отец вообще взял этот проводник.

— Знаешь, глядя на то, проводник, можно сказать, что его владелиц был очень сильным магом.

— А какой магией он пользовался, ты не знаешь? — спросил я.

В мою голову пришла неожиданная мысль.

— Судя по потокам, универсал, белый маг, целитель и ещё кто–то. Дальше разобрать не могу.

Моя надежда рухнула. Я думала, что браслет мог принадлежать моей матери. Но она была рунистом, но уж ни как не универсалом.

— Интересно, почему вы пьёте чай без нас? — поинтересовалась Эльвира, входя с на кухню вместе с чёрным магом.

— Мы подумали, что не следует вам мешать разговаривать, — ответил Маркус с самым невинным лицом.

Эльвира села рядом со мной и окинула Маркуса задумчивым взглядом, от которого тот поёжился.

— А хорошего ты себе ученика взял, Крис, — сказала она. — Только уж слишком умного и наглого.

— Хотелось бы тебе сказать то же самое, Эльвира, только у тебя ведь ученицы нет, — ответил ей маг, садясь напротив нас.

— Это временно, — ответила она, подмигнув мне.

Моё сердце пропустило удар. Неужели, она думает меня взять в ученицы?

— Мечты, мечты, где ваша сладость? — протянул Маркус, а я покраснела.

Если уж он догадался, о чём я сейчас думала, то остальные и подавно. Мне захотелось провалиться под землю от стыда.

— Мечты имеют приятную особенность сбываться, — томным голосом сказала Эльвира, положив свою руку мне на плечо. — Сколько сейчас времени?

Я глянула на свои механические часы.

— Без пятнадцати десять, — ответила я.

За окном было закат дистих самого пика. Лучи заходящего солнца попадали на кухню, создавая, как мне показалось жуткую атмосферу.

— Опаздывают, — нахмурилась Эльвира.

— Кто? — удивилась я.

— Гости, — загадочно ответила она.

— Скорее, задерживаются, — поправил её Крис Милстрон — Вайзер.

— Опаздывают, — настаивала на своём Алмазная Леди. — У меня очень много дел. И я не намерена их долго ждать.

— Я села на стул напротив него.

Когда мне говорили, Эльвира, что ваше терпение это что–то из ряда фантастики, я был не согласен. Всё же ты алмазный маг, герцогиня, и твой послужной список достаточно обширный. Достигать таких высот без терпения просто не реально. Так я считал раньше. Теперь я вижу, что всё невозможное возможно, — с каким–то странным выражением лица, сказал чёрный маг.

— Терпение не единственное, что слагает путь к успеху мага, Крис. Кому, как ни тебе это знать. Впрочем, это не важно. Он прибыл.

Прежде, чем я успела сказать хоть слово, меня охватил страх. Я почувствовала в комнате чужое присутствие. Чужое, враждебное присутствие. От испуга, я схватила руку Эльвиры и сильно её сжала. Лицо Маркуса, сидящего напротив меня, вытянулось, и он видимо напрягся, а вот чёрный маг ни как не показал своих эмоций.

— А не приглушить ли тебе свою ауру? — поинтересовалась Эльвира, даже не оборачиваясь.

— А то что? — поинтересовался тихий, словно шёпот, обволакивающий голос.

Этот голос я могла бы узнать из тысячи. Он может принадлежать только одному человеку (или не человеку) на всём Аркрау — Кораду.

— А как ты думаешь? — поинтересовалась она.

— Ничего хорошего не будет, — согласился тот.

Страх пропал, как и присутствие. Но я не сомневалась, что самый страшный маг этого мира не исчез. Мне сразу вспомнилось, как пару месяцев назад я задала ему не очень удобный вопрос, за что он пообещал меня отправить на каменоломни, отрабатывать наказание. Может, он именно из–за этого и пришёл? Меня охватила паника. Я не хочу на каменоломни, тем более, под присмотром самого злого мага последних ста лет! Очертания кухни стали расплываться.

— Элина, — Алмазная Леди повернула мою голову к себе, и я увидела в её зелёных глазах беспокойство. — Все в порядке. Не бойся, тебе никто не причинит вреда.

— Правда? — тихо всхлипнула я.

— Правда, — улыбнулась она, и притянула меня к себе.

Я уткнулась в её плечо, вдохнула аромат весеннего луга. Мне стало так тепло и спокойно. Эльвира погладила меня по голове.

— Это была плохая идея, — услышала я совершенно незнакомый властный голос, принадлежащий мужчине.

— Не вам судить, — ответил ему Корад, не меняя тона.

— Я являюсь наблюдателем, и если что–то пойдёт не так…

— Вот и наблюдайте со стороны, — ответила ему уже Эльвира раздраженным тоном.

— Почему–то мне кажется, вы, герцогиня, стараетесь выгородить вашего врага, — это был уже другой голос.

Судя по интонации и особому тембру голоса, это был вампир. Я несколько раз разговаривала с представителями этого народа в кафе, где я прошлым летом подрабатывала девочкой на замене. Все вампиры, которых пропускали в нашу столицу, город Эрн, проходили проверку, а затем на них накладывалась печать, которая не давала им напасть на человека и пить кровь. Кровь им выдавали в специальных больничных пунктах в пакетах. Получали эту кровь власти достаточно просто. В любой тюрьме заключённый обязан был сдавать еженедельно кровь. Есть даже мелкие преступления, за которые заставляли платить кровью. Вампиры очень своеобразные, сильные и хитрые существа. Ну, ещё бессмертные и обладают способностями к магии крови. Равны им, пожалуй, только кровавые эльфы.

— А это уже не вашего ума дело, господин Вей — Либеан.

Я сильнее прижалась к Алмазной Леди. Мне стало плохо. Вей — Либеан. Кто не знает вампиров этого клана? Пожалуй, никто. Это один из пяти старейших вампирский кланов. На данный момент это самый опасный и многочисленный клан, власть которого распространена даже за пределами Вампирского государства — Стаарер. Вампиры этого клана очень опасны и непредсказуемы. Благо, Первой Великой Войны Магов, они стали меньше интересоваться захватом новых территорий. За полтысячелетия их государство почти не меняло своих границ. Они не лезли к другим, их никто не пытался завоевать. Жили вампиры себе тихо, мирно, никого не трогали. Интересно, что представители этого клана забыли в моём доме? И почему они должны были прийти и Эльвира мне ничего не сказала?

— Когда Корад будет вас убивать, вспомните мои слова, герцогиня, — ядовито сказал вампир.

— Эльвира, а ты не могла бы ослабить на минуту цепи? А то что–то мне захотелось пройтись огненным штормом по всему государству вампиров? — спросил тем же тоном Корад.

— Увы, не могу. Там академия Сартадериан. Её я тебе разрушить не могу позволить, — спокойно ответила Эльвира.

Цепи? Какие цепи? И почему Корад прости Эльвиру ослабить их? Надо будет спросить её. Хотя она вряд ли ответит на вопрос, заданный простой девочкой первой ступени.

— И почему ты до сих пор жива? — философски поинтересовался Корад.

— Убить меня не кому, и тебе некогда, — ответила Эльвира так, как будто это был обычный разговор с приятелем, но ни как не с личным врагом, и врагом многих государств.

— Плохо, — заметил Корад. — Ты со мной или как?

— Да.

— Да в смысле со мной, или…

— С тобой, но не с тобой.

— Понял, — сказал Корад.

А вот я из их разговора ничего не поняла. Продолжая всё так же прижиматься с этой женщине, я пыталась понять, о чём они говорят. В голову ничего путного не лезло.

Я почувствовала странные вибрации. У моей лучше подруги — Аси, когда–то был амулет разговорный амулет. Когда кто–то вызывал её, он начинал вибрировать. Вот примерно такая дрожь и чувствовалась во всём окружающем пространстве. Я бы не сказала, что было неприятно или страшно. Мне было почему–то щекотно, и хотелось рассмеяться. Вибрация прекратилась через пять секунд. И сразу же стало холодно и приятно одновременно. Словно в жаркой комнате рядом с тобой открыли окно, а на улице температура близкая к нулю. Даже ветер чувствовался.

— Все готово. У вас немного времени, — сказал Корад.

Прежде, чем я успела что–либо понять, Эльвира встала. Мои глаза, до этого привыкшие к темноте, резанул свет от портала. Я видела не так много порталов, но с уверенностью могла сказать, что этот отличался от них по ряду параметров. Он не был чётко очерченной формы, как обычные стационарные. Его цвет постоянно менялся, как в калейдоскопе. От него тянуло холодом и странной, очень хорошо чувствующейся магией, хотя обычные порталы почти все были этого лишены. А если и чувствовались, то очень слабо.

— Пошли, — сказал Эльвира.

Она не стала смотреть на меня, а, схватив за руку, затащила меня в портал.

Глава 4

Драконы

Ощущение Элины, можно магическое зрение, описать драконов и их поведение. Не забыть, что там был солнечный день и побольше расписать природу.

Ощущения перехода были не из приятных. Меня словно через трубу пропустили. Выйдя из него, я чуть не упала на свежую траву, но Эльвира меня удержала. Меня подташнивало, и голова болела.

— Ощущение не из приятных, верно, — улыбнулась мне женщина.

Я в который раз позавидовала ей. Она сильный маг и для неё нечто подобное — ничто. Я слабо кивнула. Её теплая рука легла мне на лоб и по телу прошлась приятная волна тепла, убирающая все неприятные ощущения.

— Спасибо, — сказала я.

— Пожалуйста.

Я стала оглядываться. У меня сразу же захватило дух. Мы стояли с ней на высокой скале, заросшей невысокой зелёной травой. А внизу перед нами расстилалась огромная долина, покрытая травой и кустарниками. Ничего выше меня ростом не наблюдалось.

— Где мы? — спросила я, наслаждаясь видом.

— Мы в Майндраге, Лина.

Это слово резануло слух. Я ошарашенно повернулась к женщине. Она не смотрела на меня. Она просто стояла с закрытыми глазами и глубоко вдыхала чистый, прозрачный воздух иного измерения.

Майндраг… Я и в мечтах не всегда позволяла себе забредать сюда, зная, что для такой как я, это невозможно. Это прекрасное измерение, населённое разумными драконами, путь к которому был утрачен ещё во времена Первого Конца Тьмы.

Я стала крутить головой в поисках драконов. Мой взгляд увидел над головой высокое небо, в котором летали огромные каменные острова. Они достигали просто чудовищных размеров. Я оглянулась назад. Там была воронка портала, а за ней, примерно в километре от нас, пропасть. Но где же драконы? Этот вопрос я и озвучила Эльвире.

— Не знаю, — честно ответила та. — Я здесь была всего два раза, и то, это было очень быстро. К тому же, меня в тот момент волновали далеко не драконы.

— А…

Нас накрыла тень, а в следующее мгновение перед нами завис громадных размеров огненный дракон. Я испуганно спряталась за спину Алмазной Леди. Я видела огненных драконов на соревнованиях. Сейчас бы я их назвала так, красными драконами. А напротив нас был действительно Огненный дракон! Его вытянутая морда имела огромный огненный нарост. Его большие глаза были цвета раскалённого до бела железа. Его пасть сверкала словно раскалённые угли, как, впрочем, и весь дракон. Мощные кожистые крылья были усеяны трещинами, как вулканы на картинках. Я как завороженная смотрела на это удивительное существо, жар от которого доходил до меня. Я словно стояла в нескольких сантиметрах от костра, на столько было жарко.

— Кто вы? — мощный бас разлетелся над скалой, испугав меня до дрожи в коленях.

— Мы просто туристы, хотим осмотреть этот мир и его представителей в частности, — ответила Эльвира спокойным, уверенным голосом, будто дракон её совершенно не испугал.

— Людям не место в этом мире. Уходите.

При этом нас обдало волной жара, что мне захотелось немедленно прыгнуть в портал.

— Интересно вы встречаете гостей, — так же спокойно продолжила Эльвира.

Прохлада опустилась на нас вместе с прозрачным пологом. Я облегчённо вздохнула. Как хорошо, что со мной столь сильный маг. Кто–кто, а она, если что, сможет защитить меня.

— Я предупредил, человек, — сказал дракон, и одним рывком взмыл в небеса.

— Смотри, Элина, внимательно, как надо действовать, когда на тебя летит такой вот зверёк, — сказала мне женщина.

Я подняла глаза вверх. В который раз за сегодня я испугалась. Дракон развернулся и стал падать на нас. Его широко открытая пасть наполнялась мощнейшей энергией, которую я чувствовала через щит. Не было сомнений, куда он хочет её направить. Но прежде, чем он успел выпустить в нас струю огня, откуда–то сбоку его сбил другой дракон. Этот был очень похож на обычного дракона, только в два раза больше (хотя больше я и представить не могла) и его цвет был синий.

— А я уже хотела размяться, — расстроенно вздохнула Эльвира.

Я выглянула из–за её спины что бы лучше рассмотреть драконов, но тут же спрялась вновь. Перед нами из скалы, из долины, снизу пропасти стали появляется огромные, очень похожие на хрусталь, четыре отдельных гребня. Постепенно они стали срастаться в огромную пластину, и вот перед нами появилась громадная морда дракона, по сравнению с которой двое предыдущих были так, всего лишь детьми.

Эта голова дракона тоже имела синий цвет. Её морда не была вытянута, а даже приплюснута. Чешуи не наблюдалось. Вместо неё была огромная то ли костяная, то ли хрустальная пластина, доходящая до огромной зубастой пасти. Навскидку, один лишь зуб, самый маленький, был выше и толще, чем Эльвира. Глаза у этого дракона были абсолютно белые, без каких либо других признаков пигмента.

— Приветствую Алмазную Леди и её юную ученицу в нашем мире, — голос этого дракона был глубже, чем у предыдущего, но в нём не было указаний.

Тон был вполне подходящий для разговора, и слышен он был не как раскат грома, а как усиленный артефактом голос.

— И мы приветствуем вас, Лазурный Стаж, — чуть поклонилась Эльвира, в голове которой уже звучало почтение. — К сожалению, Элина не является моей ученицей.

— Разве? А вы очень подходите, друг другу по способностям, — разочаровано сказал дракон.

А мне так в этот момент захотелось кусать свои локти от досады. Я понимала, что стать ученицей такого сильного мага я не могу по ряду причин, но я так надеялась на это. Особенно учитывая то, как она ко мне относиться. А может, дракон уговорит её стать моей наставницей?

— Приятно это слышать, — сказала Эльвира.

— Прошу вас простить за столь оскорбительный приём. Юный птенец не так давно покинул родовое гнездо, и не знал, как следует обращаться с гостями. В любом случае, я рад, что вы не пострадали и что вы прибыли в наш мир. Для меня будет честью показать вам наш мир и сопровождать вас.

— Мы принимает извинения, а так же сами просим прощения. Надолго мы не сможем задеваться. Это небольшая прогулка ограничена временем. Элина выиграла её в ежегодном конкурсе. Первая за всё время проведения конкурса.

— Жаль, — чуть повернул голову дракон и его взгляд пронзил меня.

Сложилось такое ощущение, словно он смотрит прямо в мою душу и видит всё: моё прошлое, настоящее и будущее.

— Интересная у вас спутница, — заметил дракон. — Неудивительно, что она победила в этом конкурсе, как бы сложен он не был.

— Что вы имеете в виду? — поинтересовалась Эльвира.

Мне показалось или в её голосе действительно проскользнули нотки настороженности.

— Эта девочка очень талантливая. Даже не смотря на то, что у неё слабый магический дар, даже по сравнению с вами.

— Ясно, — кивнула она, а вот я не поняла, о чём это она.

То есть, дракон разглядел во мне талант?

Я не сразу заметила, как две тени мелькнули с боку и вот уже возле нас опустились два небольших дракона. Один — красный — полная копия того, что чуть не напал на нас, разве что огнём не горел. Второй — тёмно–синий — такой же, как и его собрат. Глаза у обоих были зелёные с черным вертикальным зрачком. Оба дракона были немного ниже меня. Они стояли на всех четырёх лапа, гордо подняв головы на длинных шеях. Правда, огненный дракон тут же приклонил голову к земле, и детским голосом сказал:

— Алмазная Леди и её спутница, простите меня за грубою встречу и попытку нападения. Я, честное драконье, больше так не буду делать.

Я засмеялась. Это было прощение нашкодившего ребенка, которого застали на месте преступления, наказали и заставили извиняться.

— Я принимаю извинения, — сказала Эльвира.

Дракон, чуть приподняв голову, стал смотреть на меня с таким умоляющим выражением в глазах, что мне захотелось его погладить и успокоить.

— Я тоже принимаю извинения, — ответила я улыбаясь.

Да и как их не принять, когда на тебя смотрят таким вот умоляющим взором. Дракон, услышав это, попытался поскорее скрыться с наших глаз. Но не тут–то было. Его собрат запрыгнул ему на спину и повалил на траву. Красный стал пытаться выбраться. Я с большим удовольствием глядела на них. Как только не пытался выбраться дракон: и кусался, и бился лапами, и пытался изворачиваться, но ничего не помогало.

— А почему вы такие маленькие? — спросила я у них.

Оба дракончика повернули ко мне головы.

— Мы находились в нашей второй ипостаси. Это способность преображать часть нашей первородной духовной силы в силу физическую, — объяснил мне синий дракон.

— А на это все драконы способны? — я постаралась удовлетворить своё любопытство, пока представлялась такая возможность.

— Только разумные драконы Майндрага, — продолжил отвечать синий.

— Элина, — вдруг позвал меня дракон, которого Эльвира назвала Лазурный Страж. — Я вижу, тебе нравятся драконы.

— Очень сильно, — искренне ответила я. — Как могут не нравиться столь мудрые, прекрасные и величественные существа?

По этому острову разлился веселый смех, от которого вибрировал воздух.

— Давно я не слышал ничего подобного от людей, — сказал, отсмеявшись, огромный дракон.

— Учитывая то, когда вы с ними последний раз разговаривали, — добавила Эльвира.

Дракон перевёл взгляд, который, казалось, пронзал пространство вполне осязаемо.

— Время меняет всё, Алмазная Леди, но почему–то вас оно обошло стороной. Ваше сердце такое же холодное и одинокое, как и прежде, и а то, что пытается его согреть, вы уничтожаете.

Я отвлеклась от созерцания драконов и перевела взгляд на Эльвиру. Моё любопытство проснулось и как всегда ничего хорошего не предвещало. Здравый смысл подсказывал, что лучше в чужую жизнь не лезть и вообще не знать, что, у кого и с кем твориться. Но мне вдруг стало очень важно узнать больше об этой женщине, которая с нашей первой встречи относилась ко мне более чем благосклонно.

— Что твориться в моём сердце не вашего ума дело, многоуважаемый Страж, — резко сказала женщина.

— Вы правы, — медленно кивнул громадный дракон. — Но мой вам совет, дайте ему шанс.

Затем голова дракона стала скрываться в пропасти, пока полностью не исчезла.

— Лина, у меня к тебе просьба, — Эльвира повернулась ко мне, и я увидела печаль в её обычно озорных зелёных глазах.

— Какая?

— То, о чём мы здесь говорили с драконами, никому ни слова. Даже Кораду. И в первую очередь Крису.

— Я честно буду молчать, — честно пообещала я.

— Вот и хорошо. Портал закроется через пять минут, так что можешь ещё поговорить с этими двумя драконами. Они ведь не откажут в удовлетворении твоего любопытства, — при этом она взглянула таким тяжелым взглядом на драконов, что те быстро закивали (как только шеи не сломали?).

Всего пять минут! Как же мало времени. Я подошла поближе к драконам. Сейчас я прекрасно видела их кожистые крылья, сложенные за спиной, мелкую, почти не заметную, чешую. Мощные лапы, острые длинные когти. Длинные хвосты, заканчивающиеся стрелообразным костяным наростом.

— А вы братья? — спросила я первое, что меня интересовало.

— Да, мы из одного гнезда, — подтвердил синий дракон. — Только я на один цикл старше, чем мой брат. Меня зовут Лучезарный, а моего брата Лучистый.

— А сколько вам лет?

— Мне двенадцать сезонов, — гордо сказал Лучистый.

— А мне двадцать четыре, — сказал Лучезарный.

— А мне всего лишь шестнадцать, — сказала я. — А сколько всего здесь драконов? И почему все такие большие?

— Большие? — удивился огненный дракончик.

— Ну да, — ответила я. — Подобных Лазурному Стражу я ещё не видела драконов. Да у него одна голова как больше моего дома раз в пять!

— Лазурный Страж самый младший из стражей и самый маленький, — сообщил мне Лучистый, и у меня от удивления челюсть отвисла.

Если это самый маленький, то каких же размеров все остальные?!

— А сколько всего стражей?

— В нашей части около двух сот. Примерно столько же за дальними рубежами.

— Дальними рубежами? — переспросила я.

— Дальние рубежи — это огромные пропасти, через которые не летают острова. Они являются границей между нашими территориями и территориями других кланов драконов. Чтобы перелететь их, нужно много сил и времени, — объяснил синий дракон.

— Как интересно! А сколько всего в ваших территориях таких островов?

— Не знаю, — чисто сказал синий. — Острова разрушаются и создаются почти каждый день, так что точно тебе никто не скажет.

— Ясно, — разочарованно протянула я. — А сколько драконов здесь проживает?

— Ну, в нашем родовом гнезде двадцать три, — ответил Лучистый. — А в соседних есть и больше.

— Классно! Я бы хотела там побывать и…

— Элина, время, — позвала меня женщина.

Я расстроенно глянула на драконов. Почему я не могу побыть здесь ещё чуть–чуть?

— Эльвира, а здесь можно остаться ненадолго? — спросила я у неё со слабой надеждой.

— Нельзя, — покачала головой та. — Ни в коем случае. Портал тебе потом не смогут открыть, а Корад не сможет, потому что будет скован.

— Как жаль, что у меня так мало времени, — вздохнула я. — В любом случае, я рада с вами была познакомиться.

— Мы тоже. Когда появишься здесь в следующий раз, мы будем тебя ждать, — сказал мне Лучистый.

Я развернулась и подошла к порталу. Эльвира взглянула на меня и ободряюще сказала:

— Если ты будешь хорошей девочкой и будешь учиться на отлично, я попробую добиться разрешения на вторую поездку сюда и с большим сроком нахождения.

— Правда? — я неверие посмотрела на неё.

— Да. А теперь пошли.

Шаг. Меня снова пропустили через трубу, и я оказалась на кухне.

В комнате было темно. Резкая темнота заставила меня закрыть глаза. Тошнило меня ещё сильней, чем когда меня отправили в мир драконов. Но тошнота прошла едва женская рука коснулась моего плеча.

— Всё нормально? — поинтересовалась у меня Эльвира.

— Да, все хорошо, — ответила я.

— И как тебе чужой мир? — не дал мне опомниться Крис Милстрон — Вайзер.

— Отлично, — ответила ему я коротко и ясно. — Всё просто замечательно! Получила массу положительных впечатлений.

— И ещё чуть не испугалась до чёртиков, — это уже добавила Эльвира.

Я покраснела, а Эльвира лишь улыбнулась, глядя на меня.

— В том, что ты испугалась, нет ничего постыдного, — нравоучительно сказал Крис Милстрон — Вайзер. — Я вот, например, до сих пор боюсь дракона Эльвиры.

— Сам виноват, — пожала та плечами.

Я огляделась. На кухне были только мы с Эльвирой, Маркус и дядя моей подруги. Больше никого из гостей я не видела.

— А где все? — озвучила я вопрос.

— Ушли по своим делам, — ответила мне Эльвира. — Да и тебе пора бы идти спать.

— Я после такого не усну, — сказала я.

— Уснёшь. А если не уснёшь, я тебе помогу, — пообещала мне Эльвира, и я была уверена, что она это сделает.

— Я, между прочим, хотел расспросить девочку о мире, — заметил чёрный маг, и мне стало не по себе.

— Есть вещи, Крис, о которых тебе лучше не знать, — резко сказала Эльвира.

— Ты уверена? Я как–никак наблюдатель от лица короля.

— Вот и иди, наблюдай за Корадом, — послала его Эльвира. — Между прочим, наблюдатели уже все ушли по своим постам. И тебе бы не помешало.

— Хорошо, — кивнул тот.

— И твой ученик не должен пытаться расспрашивать Элину о путешествии, — заметила женщина.

Маг криво усмехнулся, но спорить не стал. Да и кто в здравом уме будет спорить с Алмазной Леди? Себе дороже выйдет! А мне вдруг так сильно спать захотелось. Веки налились свинцом, и закрылись против воли. Последнее, что я помню, как чьи–то сильные руки подхватили меня, не давая упасть, и я уснула.

Глава 5

Возвращение в школу

В жизни все просто: счастье целиком зависит от везения и от генов.

Все сводится к генам и к везению.

А если задуматься, то и гены — это вопрос везения.

(Джордж Карлин)

Я вернулась в школу. Не в столичную Школу Магии Светлого королевства, в которой обучалась с семи лет. А в Школу Чёрной Цитадели Чёрного королевства. Она находится в столице Чёрного королевства Блэйн. Первая половина учебного года у нас должны быть теоретической и проходить в Чёрном королевстве, а вторая практическая — в Светлом королевстве. В прошлом году всё было наоборот. Я надолго запомнила те несколько уроков, которые мне преподала эта школа во время практики. Первый урок: маг должен был всегда начеку. Моя беспечность стоила мне ментальным воздействием от бывшей подружки Маркуса. Второй: сила не всегда является определяющим фактором. Когда Маркус гонялся за мной по всей территории школы и швырял в меня заклинания, я с помощью невероятного везения поставила им несколько синяков, за что потом получила «похвалу» от самого грозного мага всего Аркрау — Корада. Третий урок заключался в понимании того, что только дружбой и взаимной помощью можно преодолеть препятствия. Цель моего первого в жизни экзамена на магическую ступень в этом и состояла. Только сообща я, Аля и Женя смогли выбраться набрать высокие баллы на экзамене. Это мне объяснила потом один из сильнейших магов Светлого королевства, защитница всех разумных, Алмазная леди и мой личный кумир герцогиня Эльвира Илларионовна Бессмертных.

Проходя по дорожкам, выложенным плиткой, я невольно вспоминала прошлый год. Из–за новой реформы образования, мы теперь полгода должны отучиться в Чёрном королевстве, а половину — в Светлом. Сдалась министрам эта реформа. Теперь получить первую магическую ступень маг и Светлого и Чёрного королевств мог получить не раньше шестнадцати лет, и пусть даже маг достигает уровня двадцатой, это ничего не меняет. Исключения составляют специально обученные маги в заведениях элитных или специального назначения. Как ни возмущались родители учеников, а поделать ничего не могли. Я даже мельком слышала, что и петиции собирали, письмо отправляли, и митинги проводили, и жаловались, а толку не было никакого. Вот и учатся дети со светлым даром вместе с детьми с тёмным даром, да ещё и в обоих королевствах. Старые маг, которые ещё помнили войны между двумя королевствами, относились к этому скептически и чуть ли не митинговали, что бы власти одумались и не портили детей. Власти же категорически отказались от этих протестов и сказали, что так будет лучше. В данном вопросе я с ними полностью согласна. Что бы там не говорили о людях с тёмным даром, я с ними не согласна. Мелитриса тоже с тёмным даром и не с обычным чёрным. Она можно сказать, очень сильный мастер проклятий. Если она проклянёт, то надолго и качественно. Не каждый жрец или целитель справиться.

Проходя мимо площадки перед Учебным корпусом, сразу вспомнила тот день, когда Корад записал нас на конкурс. Я стала его победительницей, хотя не могу понять как, и побывала в Майндраге. Кстати, когда я проснулась утром, Маркус сказал, что алмазные маги ушли рано ещё вечером и попросил не распространяться о том, что произошло, даже Аси. Я естественно пообещала, хотя меня так и подмывало рассказать всё подругам. Но почему–то когда я находилась с ними, тут же забывала об этой замечательной поездке.

Я обошла Учебный корпус и направилась в жилой корпус. Было время ужина, поэтому немногочисленные ученики попадались мне на пути. Почему я шла одна, не в компании Мелитрисы или Аси? Очень просто. Ася задерживалась дома по семейным обстоятельствам. Что у неё произошло, я не знала, но учитывая что она из многодетной семьи, то я примерно представляла её обстоятельства. Ирма должна была приехать через два часа. Мелитриса вообще появиться в школе только к занятиям. Женя с Феликсом уже ужинают, а я просто гуляла по территории и вспоминала, что было в прошлом году.

— Лина, — тихий серебряный голос позвал меня.

Я обернулась: в тени деревьев стоял человек в чёрном балахоне. Руки его были сложены на груди, на голову был надвинут глубокий капюшон, а лицо представляло собой непроглядный чёрный туман

— Хедари? — удивилась я.

— Подойди, — позвал он.

Я подошла. Лучи заходящего солнца не попадали на мага, поэтому его силуэт, казался, самой смертью воплоти. Особенно это чувствовалось, когда я подошла ближе. От этого мага веяло запредельной жутью, опасностью. А я и отвыкла от его волн жути. Этот маг в прошлом году здорово мне помог и с испытанием, и с учёбой и с информацией. Притом он не просил ничего взамен, что было не характерно для чёрных магов. А в том, что он чёрный маг я не сомневалась.

— Как дела, Лина? — спросил он.

— Отлично! — преувеличенно бодро сказала я, хотя его аура меня бросала в дрожь. — А у тебя?

— Не как всегда, — ответил странно он. — У меня к тебе есть дело.

— Какое? — удивилась я.

Я не знала ступени этого мага, так как нашивки на его руке не было. Но то, что он был на много сильнее и умнее меня я знала точно. Он был то ли учителем, то ли простым охранником или учеником. Он меня и разбудил перед началом экзамена заранее, хотя нас никто не предупредил о настоящем времени экзамена.

— Видишь ли, есть одна женщина, с которой мне необходимо встретится. Она меня не знает и вообще в Чёрном королевстве бывает редко, — начал Хедари. — Так вот, я хочу, что бы ты ей передала вот это.

Рука в чёрной перчатки достала из кармана балахона (там ещё и карманы есть!) шнурок. Мне вначале так показалось. На мою протянутую ладонь упал невесомый браслет. Простой, прозрачный, отсвечивающийся серебряным светом, браслет не был похож ни на что. На ощупь он был приятный, холодный и будто бы скользкий, но приятный. Я как зачарованная смотрела на этот браслет. Он вызывал во мне то же чувство восторга, что и драконы.

— А кому его передать? — спросила я, взяв второй рукой браслет.

Какой же он был лёгкий! Интересно, из чего он сделан и можно ли найти такой же?

— Ты её знаешь. Она оказала тебе помощь после того, как ты вернулась с полигона после экзамена.

— Эльвира Илларионовна? — я удивленно уставилась на тьму в капюшоне.

— Кажется, ей. У неё глаза зелёные.

— Хорошо, передам, если встречу, — кивнула я, совершено сбитая с толку.

— Поверь, Элина, ты её встретишь, — сказал Хедари, и волна жути ударила по мне так, что я чуть было, не отскочила.

Дрожащими руками я одела браслет на левую руку, рядом с часами и серебреным браслетом со скреплёнными головами драконов.

— Интересно, весьма интересно, — как–то странно сказал Хедари, и к неожиданности, кроме теплоты и добра я от него ничего не почувствовала, хотя голова была к новой волне жути.

— Что интересно? — спросила я.

Вместо ответа, маг меня удивил странным вопросом:

— Лина, а покажи–ка мне свою тетрадь мага.

— Зачем? — удивилась я.

— Надо, — уклончиво ответил тот.

Я достала из внутреннего кармана легкой безрукавки мою тетрадь. Тоненькая обычная тетрадь в чёрной белой обложке, по середине которой нарисована неправильная руна огня. Почем не правильная? Просто в неправильном варианте она мне больше нравилась, вот я и использовала её в качестве украшения.

— Везёт тебе, Элина, на всякие неприятности, — только покачал головой Хедари, и снова обдал меня волной жути, только на этот раз меньшей.

— Почему? — не поняла я.

— Ты давно должна была умереть. Ещё когда тебе попала в руки эта тетрадь.

Я в ужасе уставилась на мага, не понимая, о чём он говорит. Я должна была умереть? А почему же я сейчас жива? И что должно было меня убить?

— Это не твоя тетрадь.

— Моя! — я прижала тетрадь к себе.

— Нет. Тебе попала в руки одна из разработок Тайного Корпуса. Не просто абы какая разработка, а самая секретная и довольно опасная.

— Что? — я сделала шаг назад, потому что находиться рядом с ним было не возможно.

— Эта не просто тетрадь мага, как ты думаешь. Как она к тебе попала, я не знаю. Эта настоящая база данных, которую собрали маги королевства Некрон. А они собрали столько информации, что библиотеке Чёрного королевства и не снилось. Более того, эта тетрадь способна к самообучению и кто его знает к чему ещё, — по мере того, как говорил Хедари, мои глаза расширялись от удивления.

Я по–новому взглянула на тетрадь, не понимая, как такое возможно. Обычная тетрадь мага, ничем не примечательная. Я даже была готова поспорить с Хедари, но потом вспомнила, что в прошлом году очень удачно пользовалась тетрадью. Мне казалось, что плетения, которые я в ней находила, туда записывала Мелитриса. Но теперь я стала понимать, что столько разнородной информации Мелитриса просто не могла внести в тетрадь. А это значило, что слова Хедари — правда.

— А почему я должна была умереть? — осторожно спросила я.

— Потому что при активации этой «тетради», она отбирает силу мага, а по мере её использования требует всё больше и больше силы. И поверь, такие слабые маги, как ты, Лина, не способны ей воспользоваться. Но, тем не менее, ты это сделала. И знаешь как?

— Как? — тихо спросила я.

— Фибула, а это именно она, в виде сплетённых голов драконов, является универсальным ключом к этой базе. Я даже не буду интересоваться, как она у тебя оказалась.

Я бы вряд ли сказала, спроси он об этом. Цепочка была своеобразным подарком Корада, чёрного мага, от которого пострадали тысячи, если не миллионы. Подарил он её мне, когда мне было всего четыре года, на похоронах матери. Почему подарил, я не знаю. Смелости спросить его у меня не хватит, и напоминать не хочу.

— Поэтому, и активация, и процесс открытия данных использует не твою энергию, а энергию окружающего мира.

— Ясно, — протянула я, хотя понимала слабо.

— Знаешь, если хочешь, я могу как–нибудь помочь тебе с ней разобраться, — предложил Хедари.

Я хотела согласиться, но промолчала. Он чёрный маг. Почему бы ему не завладеть этой тетрадью и не использовать её в своих целях. А меня, допустим, убить, как не нужно свидетеля своего триумфа?

— Мне не нужна эта тетрадь, — словно прочитав мои мысли (а может и, прочитав), сказал Хедари. — Я и без неё владею информацией, достаточной для завоевания мира. И владеть этой вещью я не собираюсь. Слишком неприятные воспоминания у меня о её создателе.

— А?

О создателе? Если эта тетрадь была создана магами королевства, уничтоженного тысячу тел назад во времена древности, то откуда этот маг знает его? Кто Хедари вообще такой?

— Не придавай этому значения, — сказал маг. — Мне пора идти. Очень прошу, передай браслет женщине.

И маг, развернувшись, растворился в коре дерева. Я уставилась на то место, куда он вошёл. А говорили, что чёрные маги на такое не способны, а только друиды. Надо бы узнать, кто этот Хедари такой и что ему от меня нужно. И откуда он знает столько?

На следующий день занятий не было. В этот день учеников проверяли на знания и способности. И если показатели достигали определённого уровня, магу присуждали вторую, третью, четвёртую или пятую ступень, в зависимости от способностей. Я об этом узнала вчера вечером, так что подготовиться я не естественно не могла. Да и не до этого мне было. Я допоздна читала свою тетрадь. Хедари был полностью прав. Чего в ней только не было! Сколько заклинаний не нашлось! Они шли от самых простых, почти не требующих сил, до требующих такие объемы энергии, что у меня фантазии не хватало их представить! А ведь на недостаток фантазии я никогда не жаловалась.

— Готова, Лина? — поинтересовалась у меня Мелитриса.

Мы сидели в большом зале, заполненном учениками первой ступени. Все были обеты в стандартные мантии чёрного цвета. Некоторые, такие как мы, выделялись и наша одежда была белого цвета. Может, нам и могли что–то сказать против такого, но когда взгляд недовольных натыкался на Мелитрису, почему–то все предпочитали отворачиваться. Правильно, когда твой дядя правая рука короля, а вся твоя семья — это сплошные маги алмазной ступени, да и сама ты имеешь сильный магический дар, мало кто захочет спросить с тобой.

— Как всегда, — ответила я, зевая.

— Оно и видно, — фыркнула Ирма рядом со мной. — Глаза красные, как у вурдалака. Хотя, нет, до него тебе далеко. Скорее, как у…

— Вот гадостей не надо, — отрезала Мелитриса, а мне тут же жутко стало интересно, что хотела сказать Ирма.

— Вы опять ссоритесь, — вздохнула Ася.

— Мы никогда не ссорились, а лишь говорили друг другу чистую правду, — честно ответила ей Ирма. — И хватит о Лине. Давайте переключимся на кого–нибудь другого. Лина лишком скучная.

— Куда уж мне до твоей скромной персоны, — съязвила я, за что получила лишь ядовитую ухмылку на лице подруги.

Наши отношения кто–то мог назвать противостоянием чёрного и белого мага, кто–то непереносимость венценосной особы простой деревенской девочки, а кто–то перепалками между соперницами. Я не знаю, как все дошло до этого, но хоть со стороны казалось, что мы ругаемся, на самом деле, мы так разговариваем. Спокойно говорить друг с другом, без подколок или насмешек, мы не можем. Такова уж наша с ней природа.

— Как вы думаете, получите ступень или нет? — спросила Ася, игнорируя нас.

Ася в нашей компании была тем человеком, который нас объединял, и когда мы злились друг на друга, помогал примирится. Мелитриса после того, как мы пережили с ней похищение, и выбрались из ужасных пещер, которые до сих пор мне сняться в страшных кошмарах, придерживалась моей позиции, или просто стояла в сторонке и ждала, когда всё закончиться. Наши мальчики — Феликс и Женя, сидели рядом с нами, но не замечали нас, поглощённые своим разговором. Эти двое нашли друг друга. Чёрный и белый маг, да ещё и оба мага воды.

— Получите, — сказала я. — А вот я сомневаюсь.

— Опять ты хандришь, — покачала головой Мелитриса. — Может, хватит? Получишь ты ступень, не третью, так пятую.

— Спасибо, Мелитриса, ты настоящий друг, — улыбнулась я.

Было приятно, что хоть кто–то в меня верил и выводил из пессимистического настроя.

— А мы, значит, нет, — обиделась Ирма. — Гоняешь её тут, знаете ли, заставляешь учиться, встаёшь ни свет, ни заря, что бы только Лина на пробежку сходила. А она? Неблагодарная!

Я помню эту пробежку! Нашу первую совместную пробежку по улице. Ирма тогда меня подняла с помощью ковша холодной воды, вылитой на спящую меня. А потом ещё и издевалась во время пробежки.

— Да, ладно, тебе, — отмахнулась Ася. — Лучше подумай, какое направление выберешь после получения пятой ступени и разрешения.

— Направление губителя, — не думая, ответила Ирма. — Это лучше всего у меня получается. А после десятой легко будет идти по этому направлению. А ты?

— Ну, я думаю целительство. Я пока учусь на белого мага. А дальше можно взять и мага огня. Мэл, а ты?

— Я возьму мага крови, — ответила Мелитриса, удивив нас всех.

Мелитриса и маг крови? Вот так дела. Она могла бы взять направление чёрной магии, ведь основу её обучение составляет контроль над проклятым даром. Так ей было бы легче изучать магию. Хотя, Эльвира говорила, что она ненавидит свой дар, а, следовательно, всё, что с ним связано. Именно из–за этого у неё серьёзные проблемы со здоровьем, которые она тщательно скрывает. Именно противодействие между Мелитрисой и её даром и является причиной плохого здоровья. Впрочем, она его отлично скрывает.

— А почему? — спросил Феликс, оторвавшись от разговора с Женей.

— Потому что хочу, — ответила та совершенно невинно. — Тем более, дядя обещал меня научить ею пользоваться в полной мере.

— Но почему не чёрную магию? Тебе так будет проще, — заметила Ирма.

— Потому что чёрная магия — это слишком банально.

Говорила она это уверенно, словно так было на самом деле. И я даже поверила, хотя знала правду, о её выборе.

— А ты, Лина? Что выберешь? — спросила Ася, переведя тему.

— Если мне выпадет такой шанс, то я выберу, скорее всего, руны. До универсала мне ещё расти и расти. Руны проще. Их нарисовал и готово.

Я не стала уточнять, что просто только на словах. Помниться, я долго мучилась со своими первыми простыми рунами. Их нужно рисовать точными, отточенными движениями. Линии должны быть ровными, округлыми или же волнистыми, в зависимости от выбора руны. Нарисовать их для меня целая проблема. Но я всё равно возьму это направление, потому что рунистом была моя мать. И я хочу пойти по её стопам.

— Лучше бы брала универсала, — покачала головой Мелитриса.

— Я выберу, что легче.

Нас позвали через полчаса. Точнее, сначала Ирму, потом меня, а потом остальных. Я подошла к магической сфере, внутри которой плавали всякие отдельные искорки самых разных цветом, составляя причудливый танец. Сфера была размером с мою голову. Её тонкая прозрачная оболочка была потёрта в некоторых местах, да и подставка, на которой она стояла, была далека от новизны. Это был древний артефакт, который и определял склонность к магии и знания. Достался он магам с тех времён, когда ещё не было войн древности. Молодой, на вид тридцати лет, маг с козлиной бородкой и густыми усиками в алой мантии, сказал:

— Положите руку на сферу.

Я послушно положила. Сфера была на вид, как тонкий прозрачный лёд, который вот–вот треснет.

— Создайте любое плетение или заклинание, — приказал маг.

Я удивилась, а потому произнесла первое, что пришло в голову:

— Ис ко рер.

Я не знала, что это за заклинание. Когда изучаешь много заклинаний за раз, не заучивая, они оседают в памяти кусками, а какие–то всплывают, как музыка. Вот и сейчас заклинание всплыло в памяти, а его применение я не помнила.

По сфере прошлась волна, а затем частицы стали сплетаться, образуя цепи. Я убрала руку и стала рассматривать с интересом это чудо. Постепенно, скорость их соединения дошла до такой, что я не могла уследить, а видела только результат. Цепи сплетались, образуя некий рисунок. Моя фантазия сразу нарисовала в этих неоформленных кусочках настоящего дракона. Рядом с ним мне показался какой–то призрачный силуэт. Он состоял из цепей серебристого цвета, в отличие от разноцветного дракона.

Треск!

Сфера прошлась трещинами и разбилась на тысячи осколков. Цепи разлетелись во все стороны. Я отскочила в ужасе. Это я сделала?!

Маг быстро что–то прошептал и то место, где была разбита сфера, закрылось прозрачным куполом.

— Спокойно, — сказал он. — Сейчас всё уберут.

— Я не хотела, — испуганно сказала я.

— Это не ты, — успокоил меня маг. — Сфера была уже старой. Не удивительно, что она сломалась.

— Ух, а я подумал, — вздохнула я с облегчением.

— Посиди пока здесь, — маг указал на, стоящий чуть в стороне, стул.

Я села и стала осмотреться. Поймала обскоченный взгляд Мелитрисы, жестом показала, что всё в порядке. Стала осматривать зал дальше. Здесь имелся и балкон, так как зал был достаточно большим и высоким. И в тени колонны на втором этаже я обнаружила тёмный силуэт Хедари. На его руке блестела серебряная видимая нить плетения, которая уходила в зал и растворялась. А затем я заметила её возле разбитой сферы. Искорки от сферы, пока маг отвлёкся, быстро собирались на нити и исчезали на ней. Я снова перевела взгляд на мага. Тот заметил меня, и только лишь кивнул. А вот мне стало не по себе. Кажется, это он разбил сферу. Но зачем? И почему, когда подошла я?

К месту происшествия явилась пара магов. Они осмотрели то, что осталось от сферы, что–то пробубнили, закрылись щитом и продолжили ругаться. По крайней мере, так выглядело это со стороны: взмахи руками и красные лица, орущие на мага с козлиной бородкой. Потом подошли ещё маги, уже старые. Особенно выделялся невысокий старичок, с седой лысеющей головой и короткими редкими волосами. Он опирался на бадик такой из красного дерева. В ссоре магов он был наблюдателем. Одет дедок был в потёртые серые брюки, которым, лет сто, наверное, вязанный свитер тёмно–синего цвета с белыми волнами. Чем он привлёк моё внимание, я так и не поняла. В какой–то момент его взгляд почти бесцветных глаз скользнул по мне, и я вздрогнула. Слишком уж цепкий и холодный был взгляд.

Через минут пять маги закончили ссориться, приняли решение. То место, где была сфера, очистили в миг. Маги рассредоточились по залу. Мне показалось, или их стало больше? Среди них я нашла взглядом и Пирса Эдисона. Этот человек пару дней вёл у меня занятия, когда напутали с распределением, и я оказалась в группе универсалов. Характер у него солдатский, и гонял он нас как командир роты. Поэтому я постаралась поскорее отвернуться и стала смотреть в потолок. Хедари к тому времени опять пропал.

В какой–то момент зал замолчал. Обычные разговоры, шушуканье и громкий смех пропали. Я удивлённо повернула голову и резко отвернулась обратно. Через весь зал шёл Корад. Его чёрную фигуру трудно было спутать с кем–нибудь. Его без эмоциональная маска смотрела прямо перед собой. Направлялся он, как мне казалось, ко мне. Мне опять стало страшно. Я попыталась успокоить ускорившееся сердце, но оно отказывалось меня слушать. Корад подошёл к столу, где раньше сидел маг, и сел на его место. Затем, его указательный палец, на который был надет длинный металлический коготь, стал водить по столу, вырисовывая что–то. Не к месту проснувшееся любопытство толкнуло меня к тому, что я посмотрела, что маг рисует. А рисовал он сложную руну. Причём не только когтем на деревянном столе, от которого оставались выжженные следы. В пяти сантиметрах над рисунком независимо плелась вторая руна уже из магической энергии. А это, насколько я знала, был уже мастер класс. Одновременно чертить сложные рисунки физически и создавать плетение другое, более сложное, мысленно — такое не каждый маг может. Я как зачарованная следила за быстрыми, резкими и отточенными движениями мага и за плавно расползающейся ядовито зелёной руной. Вместе они представляли собой единую руну, назначение которой я не знала. Пока не знала, но что–то подсказывала, что скоро узнаю.

Корад закончил через пять минут. К тому времени, на столе перед ним не осталось и чистого места, к тому же, над ядовито–зелёной появилась желтая руна, ещё более сложная и непонятная. Что бы такую понять, мне бы потребовался год, наверное. Слишком уж много было моментов, которые сливались. Затем, чёрный маг сделал жест, и руны сначала медленно, а затем с невероятной быстрой скоростью стали кружиться и сливаться в одну, а потом резко (я вздрогнула) вошли в стол. Руна на столе приобрела сначала белый, потом бледно–жёлтый цвет, какой и осталась.

— Готово, — сказал тихим, растекающимся голосом Корад и, встав, направился к выходу.

Но не успел он пройти и три шага от стола, как стол руна потухла, а стол развалился на части, словно разрезанный невидимыми лезвиями. Я, видевшая у стола, уставилась на кусочки стола, не понимая, что вообще произошло.

Корад обернулся, глянул на то, что осталось от его трудов, а затем сказал старому магу:

— Похоже, школьное приведение не хочет, что бы учеников проверяли таким способом.

— Но это не причина отменять всю систему, — возмутился старичок.

Иногда я поражаюсь старым магам! У них земля под ногами скорее разверзнется, чем они будут за нововведения. Вот стоят на своём, и хоть небо упади, не уступят!

— Что вы предлагаете? — поинтересовался Корад.

— Поработаешь детектором, — заявил ему старичок.

Это было сказано таким тоном, словно Корад был простым учеником, а старичок — его учителем, причём вредным до невозможности.

— Кажется, я сегодня начну охоту на приведение, — протянул Корад, затем сделал жест и вернул столу первозданную форму, но без руны.

По залу прокатилась волна негодования. Никто не думал, что столь опасный маг станет проверять их.

— Девушка, вы долго будете сидеть на стуле или пойдёте на проверку? — скрипучим голосом поинтересовался у меня старичок.

Я подскочила как ужаленная, и встала перед Корадом. Чёрная маска взглянула на меня быстро, а затем сказала:

— У вас, девушка, пятая ступень. Какое направление берёте?

— Р-руническая магия, — сказала я.

Пятая ступень? Но у меня не может быть такой ступени! Я же слаба!

— Рано тебе ещё изучать руны, — старик подошёл к столу. — Выбери что–нибудь проще.

— Но я…

Я растерялась. Почему моего мнения здесь никто не учитывает? Я хочу заниматься рунами, а не универсальной магией!

— Рано! Ты даже понятия не имеешь, как с такой магией работать. Вот получишь ступень пятидесятую, тогда только можешь задуматься брать руны. А до этого даже и мечтать не смей!

Я чуть не расплакалась. Как же так? Почему? Да кто этот старикашка вообще такой, что бы указывать мне?!

— Я бы не советовал быть вам столь категоричным юной леди, — заметил Корад.

Я посмотрела на чёрную маску с благодарностью.

— Протри свою маску! У неё способностей нет! Руки не из того места растут, что бы рунами заниматься! И магический потенциал у неё натянут искусственно, с помощью зелий. Как такую бездарность вообще прияли в школу? Таких, как она, в шею гнать надо!

В этот момент мне хотелось провалиться под землю от стыда. Мало того, что запретили выбрать моё направление, так ещё и про дар напомнили.

— Как знаете, — пожал плечами Корад. — Я предупредил.

— Что застыла? — упрекнул меня старикашка. — Иди уже.

Я молча, глотая слёзы, развернулась и пошла в сторону. Мелитриса меня тут же встретила и отвела в сторону, а мальчишки загородили от насмешек и противных взглядов.

— Всё хорошо, — сказала мне Ирма, обнимая меня.

Я ничего не ответила, уткнувшись в её плечо. Меня раньше из–за слабого дара всерьёз не воспринимали. То, что отставала от многих, мне прощали. Но никогда не говорили так прямо, по крайней мере, не при всех.

Следующая пошла Мелитриса. Вернулась она тоже с не очень хорошим настроением.

— Успокойся, — сказала мне она. — Мне тоже запретили брать направление мага крови! И я обязательно сообщу об этом дяде. Он точно с ними разберётся! И тебе поможет.

— Да помог уже однажды, — зло сказала я.

Именно дядя подруги дал средство, которое и увеличило мой дар. Только именно на этой сейчас и сделали упор, показав, что без других я ни кто. Но я больше злилась на себя, нежели на Мелитрису и её дядю. Не их вина, что мой дар слишком слаб.

— Успокойся, — сказала Ирма. — Всё будет нормально.

— Ничего не будет нормально, — взвилась я. — Что мне теперь делать?! Да меня сможет спасти только чудо!

Прежде, чем мне смогли ответить, зал содрогнулся. Все, в том числе и мы, перевели взгляд в сторону выхода. Ждали мы не долго. Буквально, через три секунды, огромные створчатые двери просто слетели с петель и рассыпались пеплом в полёте. В зал вошла фигура в белоснежных латах, от которой исходила мощная аура, полная белой магии. За спиной развивался белоснежный плащ и блондинистые светлые волосы.

Эльвира Илларионовна, а это была именно она, быстрым шагом направлялась к столу с магами. Я как завороженная следила за движениями женщины, полными грации и совершенства. Ни одного лишнего движения, все выверенные идеально. В одной руке она горизонтально держала ледяной посох, заканчивающийся витиеватой, чем–то напоминающей полумесяц, фигурой.

— Корад, — ледяной тон женщины заставил всех постараться убраться подальше от неё.

— Это не я, — в полной тишине сказал тот. — Это всё он. Я только проверял, — и он указал на старичка.

— Да как ты… — задохнулся тот, глядя на маску чёрного мага.

— А я предупреждал, — Корад развёл руками. — Сами виноваты.

— Заткнулись оба, — глаза женщины вспыхнули, как когда–то в крепости, зелёным огнём. — Что вы себе позволяете, Цхогал Микошев? Если вы мастер рунной магии, это ещё не повод строить себя больше, чем вы стоите!

Ну и имечко у этого старикашки! Я с любовью посмотрела на эту женщину. Слёзы исчезли, осталась только радость при виде Эльвиры.

— Я не понимаю ваших претензий, Эльвира Илларионовна, — почтительно сказал мастер.

Да, с этой женщиной лучше не шутить.

— Всё довольно просто, мастер, вы только что… — дальнейший разговор был закрыт звуконепроницаемым щитом, и все разочарованно вздохнули.

Старикашка побледнел, а потом энергично закивал. Потом, судя по всему, сказал что–то Корад, так как два мага повернули головы к нему. Потом что–то сказала Эльвира, и старикашка уже схватился за сердце. Эльвира сказала ещё что–то, а затем развернулась и пошла в сторону выхода.

«Всё будет нормально, Лина, — услышала я её голос в голове. — Ты можешь спокойно изучать магию рун. С преподавателем я договорилась».

«Эльвира, тебе попросили кое–что передать», — быстро промыслила я, заметив чёрную фигуру, машущую руками на втором этаже.

Неожиданно все замерло. Звуки исчезли. Эльвира вмиг оказалась передо мной.

— Что? — спросила она у меня спокойным тоном.

— Вот, — я сняла с руки браслет и отдала ей.

Она взяла его, обвела мимолётным взглядом и одела на руку.

— Спасибо, Лина. Ещё увидимся.

— Пока, — сказала я.

Звуки и движения вернулись снова, а женщины уже в зале не было.

— Интересно, что Алмазная Леди такого сказала, что алмазный маг в каком–то поколении так побледнел? — задумчиво поинтересовалась Мелитриса.

— Чтобы она не сказала, реакция была классная, — улыбнулась Ася.

А так и смотрела на то место, где была Эльвира минуту назад, не замечая, что у меня против воли на лице расплывается улыбка.

Глава 6

Призраки

Вечером я позвонила отцу и сообщила эту радостную новость.

— Молодец, Лина, — улыбнулся отец в кристаллическом экране. — Я знал, что у тебя получиться.

Мой отец был немолодой мужчина, с чуть седеющими. Глаза у него были тусклого зелёного цвета, оттенок которых отражался и в моих глазах. На губах, чуть обветренных, играла лёгкая полуулыбка. Я видела за его спиной рубку дирижабля. Отец примерно год, как бросил пить, полежал немного в больнице, и вот теперь устроился на старую работу. Он был капитаном воздушного судна между королевствами. Хоть маги у нас были и сильные, но ни кто не спешил ставить направо и налево порталы. Я не спрашивала, почему, а так, слышала, что они или потребляют много энергии, или слишком дорогостоящее удовольствие.

— Мелитриса сказала, что если мы будем очень много заниматься сначала теоретически, а потом практически, то к концу года сможем получить десятую ступень, — обрадовалась я. — Правда, я не знаю, получиться ли у меня? Это ведь достаточно сложно будет. Нужно столько знать, столько уметь.

— Учись, Лина. Ведь тебе никто не мешает, — сказал отец. — После десятой выбирается наставник, так ведь.

— Или продолжается обучение в магическом вузе, — кивнула я.

— А есть маги, которых ты бы хотела видеть в качестве своего наставника?

— Есть, — кивнула я. — Только боюсь, меня не возьмут.

— А кто? — заинтересованно спросил отец.

Я поёрзала на стуле перед экраном магафона.

— Эльвира Илларионовна Бессмертных, — ответила я.

Отец рассмеялся заразительным смехом.

— Ну, вот, даже ты смеешься, — покраснела я.

— Ох, Лина, тебе как в голову что–нибудь придёт, так ты потом очень долго жалеешь об этом.

— Лучше бы молчала, — фыркнула я.

— Нет, хорошо, что ты сказала. Давай подумаем вместе. Вот что будет, если она выберет тебя своей ученицей?

— Она меня не выберет, — вздохнула я. — Она обучала только тринадцать принцев за всё время. А учитывая, что родился четырнадцатый принц, то мне вообще ничего не светит.

— Лин, я не утверждаю. Я предполагаю. Вот, допустим, вот она тебя взяла к себе в ученицы. Как ты думаешь, что вы с ней будете делать?

— Она меня будет учить заклинаниям, показывать, как надо использовать энергию, научит создавать порталы, — сказала я.

— Какая же ты наивная, — улыбнулся отец. — Плохо ты представляешь себе процесс обучения у этой леди.

— А ты будто знаешь, как? — обиделась я, сложив руки на груди.

— Я имею более–менее точное представление о её методах, — сказал отец. — Я ведь далеко не шестнадцатилетний ребенок.

— Папа! — возмутилась я.

— Ладно, ладно. Но вот, давай представим. Эльвира, маг алмазной ступени, заметь, боевой маг. Силы у неё очень много, нрав крутой и не каждый посмеет ей перечить. Ей уже двести двадцать три года. Как ты думаешь, она будет с тобой сидеть за учебниками и искать заклинания? Она просто даст тебе целую гору книг, и хорошо, если ещё принесёт. И ты будешь сама изучать материал. Конечно, она объяснит тебе, если ты не будешь понимать. А ты будешь, и очень сильно. Поверь, дальше — сложнее. А у неё терпение не алмазное, в отличие от характера. В конце концов, тебе придётся очень много стараться, много учить и много делать, чтобы стать достойным её магом. И поверь, это будет, ой, как не просто, и ты тысячу раз проклянешь тот день, когда вздумала стать её ученицей. К тому же, если учесть твой слабый дар.

Дальше отец не продолжал, а я расстроилась. В тот день, после экзамена, когда Эльвира меня лечила, мне так захотелось, что бы именно она стала моим наставником. И в последующие наши встречи я только больше в этом убеждалась. Особенно после того, как она мне дала руны. И вот теперь отец рушит все мои надежды, да ещё и на слабый дар намекает.

— Ладно, не переживай, — сказал он. — Если она станет твоей наставницей, я, по крайней мере, не буду так сильно беспокоиться о тебе.

— Спасибо, — я улыбнулась.

На отца я не могу долго злиться. Слишком он мне дорог.

— Ладно, милая, давай прощаться. Мы скоро отлетаем, так что ближайшие три дня я буду вне зоны досягаемости сигнала.

— Хорошо, папа. Пока.

— Пока.

Из зала я вышла задумчивая. Как ни посмотри, а отец прав. С такой женщиной, как Эльвира, будет очень трудно учиться. Хотя, она вряд ли подумает взять меня к себе в ученицы. Но при следующей встрече можно будет её об этом попросить. Как говорил Милан, попытка — не пытка. К тому же, Эльвира ко мне хорошо относиться.

Следующий день был странный. Начнём с того, что не услышала будильника. Я бы и проспала так, если бы меня не разбудили весьма своеобразно. Нет, стуков в дверь не было. И даже в окно. Просто в какой–то момент я почувствовала себя неуютно, словно под чьим–то пристальным взглядом. Я не сразу осмелилась открыть глаза. Убедив себя, что моя комната — моя крепость и ни каких призраков в ней быть не может, как и посторонних, я открыла глаза. В комнате было пусто. Но ощущение, будто на меня смотрят, не пропадало. В комнате была странная атмосфера жути. Я встала, борясь с желанием залезть под одеяло и закрыться щитом. Но, в конце концов, я маг или нет? Я не должна ничего бояться! Я стала одевать школьную форму. Руки у меня все же дрожали. Я взглянула на время. Проснулась я позже будильника, минут на пять. Интересно, создание жуткой атмосферы — это такой будильник на утро? Пока я одевалась, атмосфера постепенно разряжалась.

Во время завтрака в обеденном зале, мы все сидели вместе. В прошлом году нас рассаживали сотрудники СБК, своеобразного органа контроля за учениками. В этом же году — нет.

— А вы знаете, что нам можно в этом году выходить в город? — поинтересовалась Мелитриса.

— Классно! — обрадовалась я. — Давно хотела побывать в столице Чёрного королевства.

В прошлом году нас не выпускали в город, так как мы были всего лишь учениками нулевой ступени, из–за соображений безопасности. И города за защитной стеной мы не видели. А теперь представляется такая возможность!

— Кстати, а какой сейчас у кого предмет? — поинтересовалась Ася. — У меня лекция по азам лечебной магии.

— История рун — лекция, — сказала я.

— Введение в предмет магии крови — лекция, — ответила Мелитриса.

Видимо, с дядей она всё же переговорила, причём удачно.

— История чёрной магии и появления губителей — лекция, — это сказала Ирма.

— Чёрная магия — практика, — откликнулся Женя.

— Белая магия — практика, — это сказал Феликс.

— Интересно, а почему у мальчишек практика, а у нас теория? — поинтересовалась я.

— Потому что они идут по базовому направлению, — ответила Ирма. — А мы идём по дополнительному.

— Ясно, — ответила я.

Завтрак прошёл тихо и спокойно, и я направилась в главный корпус. Так как теория в основном была в главном корпусе, мы пошли туда вчетвером. Но дойти до него — не дошли. Вокруг него было много народу. Я не сразу заметила, что было не так. Слишком много народа было вокруг него. Причём не простого народа. Здесь наблюдались очень сильные маги. Это судя по мантиям, а так же многие ученики школы.

— Что происходит? — непонимающе спросила я.

— Что–то, — неопределённо ответила Мелитриса.

Я стала смотреть на здание главного корпуса и поняла, что не так. Над ним возвышалось серебристое здание, острый пик которого был устремлён ввысь. Это был дом приведений. Но он же проявляется только ночью! Почему же он появился утром?

— Смотрите, этого здания не было, — сказала я девочкам.

— Точно, — хмуро согласилась Мелитриса. — Это очень плохо.

— Почему? — удивилась Ася.

— Просто плохо, — ответила Мелитриса и о чём–то задумалась.

Мы вошли в здание главного корпуса и стали расходиться. Я осталась на первом этаже, все остальные ушли выше. Найдя кабинет 104, я, помявшись у двери, вошла в него. Кабинет был просторный и более чем на половину пуст. В комнате сидели ученики. Самое интересное, все были разного возраста. Я, по всей видимости, была самой младшей. Когда я вошла, взгляды всех присутствующих устремились на меня, но не найдя ничего интересного, вернулись обратно. Я села на заднюю парту у окна и принялась ждать. Самое интересное, что окно выходило на дом с приведениями. Первые три этажа были каменные. Я бы охарактеризовала их как остатки старого, хорошо сохранившегося здания. А выше третьего этажа уже начинался серебристый камень. По крайней мере, мне это казалось. Оно очень походило на странный материал. И, кажется, именно браслет из этого материала попросил меня передать Хедари.

Пока я разглядывала здание, я пропустила вход нашего преподавателя. А им оказался именно тот лысенький старичок, который мне отказал на вчера. Вот, попала, блин!

— Так-с, господа студенты, — скрипучим голосом начал он. — Как ваши дела?

Его вопрос меня несколько озадачил. Студенты? Мы же ученики. Все стали сначала тихо, а потом громче отвечать, что всё отлично.

— Рад за вас, господа. А вот у меня всё очень прескверно. Мне поручили учить студентов, которые ничего не смыслят в магии. Руки у них кривые, мозги повёрнуты не туда.

Может зря я выбрала это направление? С таким преподавателем руны я вряд ли выучу. Судя по вытянувшимся лицам, не мне одной пришла эта мысль в голову.

— Ну, ничего страшного, — сказал старик. — Я научу вас. Я сделаю из вас настоящих мастеров рун.

Он взглянул на нас хитрым взглядом, который красноречиво говорил, что и как он с нами сделает. Мне сразу стало не по себе. Знала бы сразу, что он будет преподавателем, подумала раз десять, прежде чем туда идти.

— Для начала вы все сядете так, как я скажу.

Нет, я всё понимаю, но обычно учителя рассаживают учеников только в первом классе. А мы уже ученики пятой ступени магов, и имеем право рассаживаться сами. Но о чём это я? Я учусь в школе Чёрного королевства, где в основном учителя имеют чёрный дар, который отрицательно сказывается на характере человека.

— Так-с, Элина Бессловская пересядь–ка сюда, — он указал на парту перед учительским столом, тоже у окна.

Я бы может и хотела возмутиться, но не могла. Особенно после вчерашнего. Ведь только заступничество Эльвиры способствовало тому, что я здесь оказалась. Второго подобного шанса у меня не будет. Так что я встала и подошла к парте. Я уже хотела сесть на дальнее кресло, как из него медленно появились жуткие зеленые глаза.

— А-а! — я от испуга отпрянула от парты.

За глазами появилось полупрозрачное неоформленное тело, в котором не было ни головы, ни туловища. Это нечто зависло над креслом в нескольких сантиметрах. Ростом оно было около метра.

— Приведение! — кто–то испуганно крикнул.

Началась паника. Все повыскакивали со своих мест и бросились бежать вон из класса. Я тоже бы не отстала от остальных, если бы меня за шиворот не удержала крепкая рука старого мага. Надо же, сколько в нём силы! А на вид дедок вот–вот рассыпается.

— Всем стоять, — сказал он негромким голосом, но никто не послушал, или не хотел слушать.

Через пять секунд в классе кроме меня, старика и приведения никого не было.

— Ох уж эта молодежь, — скрипучим голосом сказал тот. — Испугаться какого–то слабого призрака, который не может им причинить вред, разве что напугать.

Я снова бросила взгляд на призрака. Он так и висел на том месте, глядя на нас зелеными тусклыми глазами.

— Сядь на место, — приказал учитель.

— Но там же… там же ЭТО! — я указала на призрака.

У меня коленки тряслись от этого существа.

— Он тебя не тронет, — все тем же неизменным тоном сказал учитель.

Я осторожно стала приближаться к призраку, боясь спровоцировать его лишним движением.

— Быстро!

Крик учителя над ухом испугал меня похлеще призрака, и я молнией метнулась на место. Призрак скосил на меня зеленые глаза, но двигаться или как–то воздействовать на меня не стал. Так и висел.

— Итак, — старичок сел за парту. — Раз уж ты единственная выказала желание учиться рунам, я так и быть, соизволю тебя учить.

Ага, так я и выказала желание! Да меня тут насильно оставили и посадили за парту с призраком! Это ни в какие рамки не лезет.

— Так-с, начнём со знакомства со стандартного определения рун. Итак, записывай.

Следующий час я сидела и записывала сплошной поток информации. Не было ни одной практической руны. Только различные определения, теории, доказательства, классификации, применение и тому подобная информация. Под конец урока моя рука переболела и просто стала неметь.

— Так-с, Элина Бессловская, будьте так любезны выучить всю информацию к практическому занятию, которое будет завтра в десять часов, — сказал старик только после того, как прозвенел звонок. — Я все у вас буду спрашивать.

— Хорошо, — кивнула я, вставая.

— Не забудьте, Элина, — сказал он. — И призраков не бойтесь. Они всего лишь бесплотные духи.

— Да–да, — снова кивнула я, кинув взгляд на моего «соседа».

Дедок сел достал какой–то журнал из стола и стал его читать, а я быстрым шагом постаралась покинуть помещение. Выйдя из класса, я бросилась наутёк. Знала бы, что такими будут мои уроки, ни за что бы на руниста не пошла. Уж лучше на универсала.

Следующий мой урок должен был быть нежетиведением. Надеюсь, он будет спокойнее. Это тот предмет, на который мы ходим группами. Наша группа собралась у кабинета. Все были по–своему встревожены.

— Что у вас на уроке было? — спросила Мелитриса.

— Призраки летали, — скривилась Ирма.

У всех остальных была та же ситуация.

— Мне от вида чёрных призраков плохо стала, — пожаловалась Ася. — Страшные они.

— Какие черные? — удивилась я.

— Ну, такие, ростом с собаку, черные и противные. А носятся по помещению как крысы, — ответила Ирма.

— Не, не видела, — сказала я. — У меня один призрак был, с зелёными глазами.

— Один? — удивилась Мелитриса. — У меня их было десять.

— У нас тоже, — кивнули остальные.

— Это что–то типа я одна такая? — удивилась я.

— Похоже, — кивнул Женя.

Прежде, чем я успела спросить что–либо, по корриду пронесся мощный бас:

— Все учащиеся немедленно проследуйте в парадный зал главного корпуса. Повторяю: все учащиеся немедленно проследуйте в парадный зал главного корпуса.

— С чего это вдруг нас собирают? — нахмурился Феликс.

— Вот сейчас мы и узнаем, — сказала Мелитриса, взяв меня под руку.

Мы вшестером пошли в зал. Я не знала где он находиться, так что вели нас Женя и Мелитриса. Зал находился на первом этаже, как и в нашей школе. Что я могу о нём ещё сказать? Он был в два раза больше, чем в Светлом королевстве. Если зал Школы магии был Светлый, просторный, с большими окнами, то этот был немного мрачноват. По законам жанра, он должен был быть чёрным. Но этот был сине–зелёным. Окна здесь были закрыты тяжёлыми плотными шторами. Нет, наш зал мне определённо нравился больше.

Весь зал был заполнен скамейками. Народу сюда шло много, но давки в дверях не было. Двери явно были искусственно расширены, иначе как объяснить, что такой большой поток людей в него входил? Мы не были самыми первыми, но передние скамейки ещё пустовали. Именно туда нас и повела Мелитриса. Я лично пыталась её уговорить сесть подальше, ведь со слышимостью проблем не будет, но она отказалась. В итоге, мы сели посередине на первую скамейку.

Зал постепенно заполнился. На удивление, здесь были не только такие ученики, как мы, до пятнадцатой ступени. Здесь так же мелькали и двадцатые, тридцатые вплоть до семидесятых ступеней. Все маги были одеты в стандартную школьную форму.

— А почему сапфировые и серебряные маги тоже в школьной форме? — спросила я у Мелитрисы.

— Потому что они здесь учатся. Не так, как мы. Они здесь берут в основном теоретический материал. Некоторые маги просто пришли на полигон потренироваться. Ведь в столице мало мест, где можно выпустить всю свою силу, — ответила та. — Поэтому и форму они тоже носить обязаны. Но их здесь никто не учит. Они всё постигают сами.

Я взяла на заметку.

— А к преподавателям они могут подойти за помощью?

— Если нет наставника — могут. Некоторые учителя даже создают собственные секции, что бы маги развивали свой потенциал. И многие туда ходят. Особенно часто — городские маги, которым не всегда удается учиться в специальном заведении или наставника нет.

Вот как. А у нас школа такое не практикует. Наверное, потому что она школа. Но вот полигоном маги у нас пользуются, правда, не надевая при этом школьную форму.

Наконец, к небольшой трибуне подошёл коробкообразный маг в красной мантии. Обычно мантии скрывают формы мага, однако в этот раз мантия не справилась со своим назначением. Мелитриса сбоку простонала.

— Что такое? — тихо спросила я.

— Это герцог Джордж Браун, глаза и уши короля, самый противный из всех алмазных магов, которых я встречала, — ответила она. — Соперник моего дяди и вообще моей семьи. Если он появился — жди неприятностей.

Глаза и уши короля? Да скорее уж двести килограммов чистого жира короля. Глядя на этого человека с тремя или четырьмя подбородками, я зауважала дядю Мелитрисы. Он был и красивый, и сильный (магически и физически), умный и галантный, хоть и пугал иногда. Побольше

таких.

— Уважаемые учащиеся, — начал маг гнусавым голосом. — Вы напуганы призраками, которые летают по нашей школе. Уверяю вас, что они вам не причинят вреда. Они бесплотны, иллюзии. Вреда они даже дотронуться до вас не смогут.

Глава 7

Кон–нуан

Эльвира сидела в кафе. Ну, как сказать кафе. Это скорее была забегаловка, но в этом гордо называемом местными жителями «городе», хуже найти было сложно. Кафе по местным меркам было дорогое. Здесь продавали то, что было трудно достать в пустынных землях, например обычную нормальную еду. Хотя, стоит отдать должное. Здесь хотя бы был минимальный выбор жидких блюд.

Попивая обычный для этих мест напиток — сок высоких кактусообразных деревьев, которые порой достигали высоты до трёх метров, она думала о том, как же все–таки изменчива жизнь.

Казалось бы, всего каких–то два месяца назад она ещё была герцогиней Светлого королевства, которую боялись и уважали. Правда, последнее время на неё смотрели как на старых магов, которые потеряли силы: с уважением, с почтением, но не теми взглядами, когда маги были полны сил. По сути, она таковой и являлась. Двести двадцать три года. Обычно в этот период кто–то только достигает алмазных ступеней и входит в рассвет сил. Но Эльвира давно переступила этот порог. И силы её уходили. Незаметно, но уходили. Двадцать лет назад и сейчас это была совершенно другая женщина. Другой маг. Раньше она бы не стала в поисках информации сидеть в пыльном, мрачном кафе, в которое яркий свет полуденного солнца пробивается через небольшие дырки на занавешенных маленьких окнах. Кафе было старым. Старые стулья, старые столы. Причём казалось, что всё сделано из высохшей серовато–коричневой глины. Стены были серыми, в некоторых местах на них очень чётко виднелись следы от обычных вечерних драк, коряво залепленные растворами.

Что она забыла в этом забытом многими месте, недалеко от центра страны Кон–нуар, пустынной страны? Информацию. Информацию про войну пятисотлетней давности. Самой загадочной войны. А вот что она забыла конкретно в этом кафе? И почему сейчас Алмазную Леди не мог узнать никто? Всегда чистые, светлые волосы, сейчас были полны пыли, потускнели и поредели. Собраны они были в мышиный хвостик. Её гордость — яркие зеленые глаза, сейчас были тусклыми, серыми. Одежда, последние лет шестнадцать, всегда стильная, чистая и новая была заменена на грубую, оформленную дурным вкусом, обычную пустынную одежду. Да и манеры, жесты — все пришлось убрать, задавить. И такой вот она ходила последние полтора месяца. Она вряд ли выдержала бы столь долго, разбила бы в дребезги свою легенду и сунулась в центр пустыни, расшвыривая всех магией, если бы не одно Но. И это Но сейчас носило невесть где.

— Здесь не занято?

И прежде, чем что–либо сказать, за стол к ней сел высокий, мощный амбал в пустынных доспехах стражника города.

— Занято, — чуть припустив глаза, ответила Эльвира слегка испуганным голосом.

По легенде, ей всего лишь двадцать лет. Путешествует она с молодым мужем, в которого без памяти влюбилась в юные годы, но родители были против брака. И вот решили они сбежать из соседнего государства Эстионий и искать лучшей жизни в пустынных землях.

— Кем это? — нагло спросил стражник.

— Я мужа жду, — тем же голосом ответила она.

Стражник её бесил, как и все происходящее. Ей мучительно хотелось встать и врезать в морду этому стражнику, а лучше долбануть заклинанием. Но нельзя. Если власти узнают, что на территории их государства промышляют два алмазных мага, им не поздоровиться. Пустынники сильные и выносливые разумные. Они уничтожили одного из клинков Корада, отомстив таким образом за уничтожение города. А клинок был не слаб. И вычислить его было не просто. Поэтому им пришлось тщательно все продумать, подготовиться и только после этого приступать к выполнению плана.

— И где же твой муж, красавица? — поинтересовался он, по–хозяйски обнимая её за плечи.

Знал бы стражник, с кем имеет дело, наверное, его бы хватил сердечный приступ. Но он видел перед собой трепещущую молодую девочку, которую не кому защитить. Кстати, а где это мой «муженёк» ходит так долго?

— Он сейчас придёт, — ответила она, пытаясь высвободиться из плена.

Из всех немногочисленных посетителей никто на приставания не обратил внимания. Стажа здесь была оплотом каждого селения. Спрашивается, чего бояться? Бояться надо пустынных духов, по крайней мере, их так называли местные жители. На самом деле это были обычные заклинания вредители, которые остались ещё со времен первого Конца Тьмы. Они утаскивали людей, убивали их, а кто их знает, что ещё творили. Стража обладала охранными амулетами, которые выпускались в ограниченных количествах. Почему в ограниченных? Потому что стража в Кон — Нуане была органом охраны. Караваны ходили только в сопровождении стражи с амулетами. Поэтому торговые пути всегда были чисты от разбойников и безопасны. Твари пустыни никого не щадили.

— Думаю, — а он ещё и умеет думать, подумала Эльвира, — тебе следует пройти в отделение стражи и там подождать его. Там и безопасно.

Да–да, не более чем здесь. Хотя нет, здесь безопасней. В здании стражи ей помочь отбиваться ни кто не поможет. Там только похотливые самцы, которые привыкли ко всевластию. Эльвира за прошедший месяц скитаний достаточно много наслышалась всяких страшных историй о страже.

— Муж сказал ждать, — вырваться никак не удавалось.

Стражник откровенно стал лапать её. Эльвира быстро оценила обстановку. За соседним столиком сидели двое, через столик — трое. Бармен, три официантки, неизвестно сколько поваров и ещё два амбала из стражи. Если они все обо всем забудут, как на это отреагируют власти?

— Уважаемый, — над амбалом навис высокий, крепко сложенный, брюнет с карими глазами. — Будьте так любезны, отпустите мою жену.

Наконец–то! Эльвира бросила на своего «мужа» спасительный взгляд, хотя так и хотелось испепелить его этим самым взглядом.

— Ты что ли её муж? — амбал встал.

Эльвира наконец выбралась из его объятий и постаралась спрятаться за «мужа».

— Я, уважаемый страж, — ответил тот.

Дружки–амбалы подошли.

— И что, даже не поделишься? — глумливо усмехнулся тот.

— Она — моя жена, и любое за домогательство до неё я могу подать в суд.

Суды здесь были суровыми и справедливыми. При условии, что ты сумеешь доказать вину подозреваемого.

— В суд? — стражники рассмеялись.

Стражник сильно ударил «мужа» в живот, и тот согнулся напополам.

— Ты, отродье шайтана смеешь мне судом угрожать?!

Дружки тоже не отстали и стали методично избивать «мужа». Эльвира стояла и смотрела на всё это в ужасе. Били они сильно, и переломали ему как минимум пару ребер, а о большем Эльвира и думать не стала.

— Остановитесь! — в ужасе кричала она.

Она хотела броситься на защиту «мужа», когда он свернулся на грязном полу в позе эмбриона, закрывая лицо руками. Но сильные руки кого–то из посетителей крепко держали её.

— Помогите! — Эльвира кричала.

Кричала в ужасе и от бессилия. И это были не просто наигранные эмоции. Она действительно боялась, что с ним случиться что–то серьезное. И все по её вине. Ведь это она предложила ему рискованное путешествие, и он согласился. Он помог всё организовать, он играл свою роль всегда так, как нужно, даже в такой момент. Сейчас он мог откинуть всех стражников и разрушить этот городок, но не стал. Всё потому, что ей нужно информация. И она не могла воспользоваться магией, потому что иначе всё, что он делает, будет напрасно. Пинаясь, толкаясь и крича от испуга она пыталась вырваться из стальных оков, но ей не дали.

Наконец, словно спустя целую вечность, они остановились, и тот главный, чуть наклонившись, спросил:

— Ну, так что, поделишься?

— За… домогательства… я подам… кх–кх… в суд, — кашляя, паузами, ответил тот.

— Ах ты мразь пустынная! Сейчас я тебе…

— Так вот чем обычно занимается стажа этого города, вместо того, чтобы охранять покой славного города.

Стражники повернулись и побледнели. Голос был тихий, сухой, словно песок, но властный. Оковы чьих–то рук наконец слетели и Эльвира бросилась к «мужу».

— Франц! — она упала рядом с ним на колени и дрожащими руками обняла его.

«Муж» приобнял её за плечи.

— Вставай, — тихо сказал он.

Эльвира помогла ему встать, а сама подумала, каким же нужно быть терпеливым, что бы все это терпеть. Терпеть ему, правой руке короля Чёрного королевства, потомственному чёрному магу древнего уважаемого рода, алмазному магу, и просто человеку. И ради чего? Ради того, чтобы ненадолго сбежать от семейных проблем.

— Вы позорите честь стражников, заглядываясь на чужих жён. Вы пользуетесь властью и не отдаете себе отчёта в том, что есть ещё ответственность. Вы не чтите свой долг и относитесь к безопасности этого селения и всех людей в нём халатно. За это вы будете изгнаны из стражи и навсегда станете изгоями в этом городе.

Эльвира наконец посмотрела на человека, которому принадлежал этот голос. Точнее, не человека. Это был иешуа или пустынник. Это люди, которые научились выживать в этих землях. Древние люди. С самого Конца Тьмы. Пустынники все высокие, закутанные в плащи или балахоны песочного цвета. Но этот был замотан в странную, очень напоминающую бинты, одежу. Только рот с ровными зубами, да чёрные глаза были видны, всё остальное закрыто. Старейший. Эльвира быстро уткнулась в грудь своего «мужа», обняла его и вообще делала всё, чтобы не встречаться взглядом с этим существом. Оно могло понять, кто они такие. Старейшие — истинные правители Кон — Нуана. Сколько их точно, никто не знал. Старейшие обладали странной магией. Они могли повелевать пустыней, хотя для любого мага здесь с этим были проблемы — нестабильный магический фон. Старейшие — это мудрость, сила и власть. Именно они и держат страну в руках и не дают ей распасться вот уже тысячу лет. Их чтят, боготворят, на них молятся. Даже заклинания паразиты им не страшны.

Стража в скором времени исчезла из заведения. И тогда Эльвире стало страшно, потому что Старейший подошёл к ним. Она крепко прижалась к тому, кто занимал почти все её мысли. Он тоже прижал её к себе.

— Спасибо, Великий, — Крис поблагодарил Старейшего уверенным голосом. — Без вас я не знаю, что бы стало со мной и моей женой.

— Ты лжёшь, — сухой голос Старейшего заставил обоих магов напрячься. — Она не твоя жена.

— Моя.

Эльвира готова была убить этого чёрного мага на месте. Он самоубийца, раз решил спорить со Старейшим, да ещё чуть не в центре пустынных земель.

— Сердце её не принадлежит тебе, — ответил Старейший, а Эльвира застыла, не замечая, как Крис прижимает её к себе всё сильнее и сильнее.

— Она моя, — Крис твёрдым и уверенным голосом ответил Старейшему, от которого сердце Эльвиры забилось чуть быстрее. — И её сердце вскоре будет принадлежать мне.

— Самоуверенный мальчишка, — констатировал Старейший. — Ты не можешь любить. Ты просто хочешь владеть, как вещью. А она уже не сможет любить, как прежде.

Эльвира похолодела. Да, как прежде она никогда уже не будет любить. После него она никого не сможет любить так сильно. Но почему–то больший урон нанесли слова про то, что Крис не может любить. Ей вдруг всё сделалось безразлично. Когда ворошат прошлое, всегда больно. А когда вместе с этим ещё и бьют по настоящему, настоящая пытка.

— Совет тебе мальчишка. Возвращайся в семью и следуй указу матери. А тебе девочка тоже бы не помешало обзавестись семьёй.

— Спасибо за совет, Великий, — Крис оставался всё таким же.

— Пусть удача настигнет вас, — ответил Старейший, и через секунду его уже не было.

Крис не сказал ни слова. Как он терпел боль, идя к выходу, для Эльвиры было не совсем ясно. Хотя слова Старейшего возвели и в её душе бурю, так что она покорно шла за Крисом, даже не пытаясь что–либо сказать. А ведь увидь её сейчас кто–нибудь из друзей, настоящих друзей, точно бы сказал, что мир сошёл с ума, раз Эльвира с кем–то идёт тихо и молча. Через три часа, залечив все раны Криса в местной больнице, они отправились с караваном к своей первоначальной цели.

Караван встал на ночлег километров через сто. Ездовые ящеры за каких–то пять часов отмахали столь огромное расстояние, ровным, быстрым шагом по песочной почве. Ночлег находился у оазиса, где было всё для проходящего каравана. Когда на небе давно горели звезды, а караван почти, кроме стражи, отдыхал, Эльвира покинула его. Она отошла на ближайшую песочную дюну, села и обхватила колени руками. Взгляд был направлен на горизонт, но мысли были в далёком прошлом.

…Эльвира стояла под дождём на смотровой площадке и смотрела на город. Настроения совершенно не было, или было точно как погода, такое же серое. Делать не хотелось ничего. Хотелось налить горячего чая, сесть в кресло качалку закутаться в плед и читать какой–нибудь лёгкий интересный рассказ, ну или роман.

Дождь лил как из ведра, и она уже промокла до нитки. Немногочисленные окружающее спешили скорее попасть в надёжное укрытие, закрывались щитами и зонтами. Одна лишь она стояла, держась за холодные перила площадки и смотрела. Смотрела и не видела. Её мысли, её чувства были далеко.

Чья–то тёплая куртка легла на её плечи, а простой зонт закрыл от дождя. Эльвира повернула голову и наткнулась на топазовые глаза молодого человека, на вид лет двадцати. Юноша улыбался ей тёплой, нежной улыбкой. Такой улыбкой, которой она не видела уже много лет.

— Кто ты? — тихо спросила она.

Юноша казался ей прекрасным мороком, наваждением, которое, если его тронуть, тут же пропадёт.

— Ты меня знаешь, — красивым голосом ответил тот.

— Если бы я тебя знала, я бы запомнила.

Эльвира и правда не знала такого юноши. Его голос, его внешность, его улыбка — эти вещи были для неё совершенно не знакомы. Её отличная память выдавала абсолютное отрицание этой внешности.

— Тогда давай знакомиться. Я Рейгран.

— Эльвира.

— Красивое имя. Такое же красивое, как женщина, носящая его, — искренне сказала тот.

Эльвира залилась краской. Как давно ей не делали таких комплиментов. И не из–за внешних данных. Нет, она была не то, что бы первой красавицей, но довольно приятной и милой женщиной. Милой, до тех пор, пока вежливо здоровалась, улыбалась, тихо сидела в сторонке и ни кто её не трогал. Иначе её взрывной темперамент, о котором слагали легенды, показывал себя. И поэтому мало кто мог спокойно с ней беседовать, и тем более так вот искренне дарить комплименты.

— Что ты здесь забыл? — спросила Эльвира, хотя и понимала, что беседа в такой тоне ни к чему хорошему не приведет.

— Да вот ищу свою лучшую подругу. Высокая, статная, красивая блондинка с прекрасными зелеными глазами и бешенными темпераментом. Ты её случайно не видела? — ответил тот.

Эльвира рассмеялась. Такой ответ она точно не ожидала. Она бы поддалась речам этого юноши, если бы он не напомнил ей о темпераменте.

— Нет, не видела, — слишком резко ответила она.

— Точно? А то я беспокоюсь за неё. Промокнет под дождем, простудиться, горло болеть будет, — гнул линию Рейгран.

— Здесь её нет, но ты не расстраивайся и поищи её в другом месте. Может, найдешь.

Эльвира начала злиться. Юноша ей ничего не сделал, но это её и раздражало. Его тон, его шуточные фразы, его искренние комплименты. Они вывели её из состояния покоя в состояние поднимающегося бешенства. А это в свою очередь грозило молодому человеку как минимум водяной ловушкой под ногами и как максимум серьёзными физическими травмами.

— Увы, но я уже её нашёл.

Мягкие, тёплые губы прикоснулись к её холодным губам. Эльвира не успела даже среагировать на это, и стояла с широко раскрытыми от изумления глазами. Юноша свободной рукой обнял её за талию и прижал к себе как можно крепче. Разум Эльвиры запротестовал на этот поцелуй, но чувства простили его продолжения. Эта борьба длилась бы достаточно долго, если бы юноша не стал более настойчив и сломил разум Эльвиры, и она перестала думать о чём–либо, и просто обняла его…

— Если ты и так дальше будешь смотреть вдаль, то пропустишь то, что перед собой.

Голос Криса отвлёк её от воспоминаний. Маг сел, вернее лёг на песок рядом с ней.

— А что передо мной может быть интересного? — расстроено поинтересовалась она.

— Я тебе уже не интересен, — выгнул он бровь.

— Нет.

Крис замолчал. Эльвира хотела побыть одна наедине со своими воспоминаниями. Хотела вспоминать те счастливые дни, когда она просто лежала на груди у любимого. То время, когда она готовила для него каждый день, ждала его, скучала. То время, когда она была просто женщиной в объятиях любимого мужчины. Всегда, когда ей было больно, она уходила в эти воспоминания, в воспоминания о любимых людях и счастливых моментах из своей жизни. Уходила, что бы через день или два вернуться и продолжить жить жизнь Алмазной Леди, «спасения королевства», расчётливой стервы, могущественного вспыльчивого мага. И никогда не простой одинокой женщины, которой всегда хотелось простого женского счастья: любимого мужа, детей, друзей. Но рядом с этим магом, с этим светловолосым голубоглазым магом, искусственно подделанным под другого, она не могла об этом думать. Мысли её то и дело возвращались к нему. И к его поступку в кафе. Он ведь мог и сдачи дать, и уничтожить всех, и воспользоваться заклинанием забвения. Но нет, он предпочёл быть избитым? Почему? Всё дело в хвалённом хладнокровии и терпении, которым он славился и которого ей так не хватало? Или в чём?

— Почему ты не ответил ударом на удар? — спросила она.

Эльвира всегда говорила прямо. И сейчас сказала, хотя это далось ей сложно.

— Я отвечу на этот вопрос, только после того, как ты скажешь, кому принадлежит твоё алмазное сердце.

Этот вопрос очень удивил Алмазную леди. В ярком свете звёзд маг казался ей таким далёким, и таким желанным.

— Какое это имеет значение? — поинтересовалась она, стараясь скрыть невольно наплывшие чувства.

— А какое имеет значение мой поступок?

Эльвира промолчала. Она мучительно хотела узнать ответ на свой вопрос. За последние полтора месяца, они каждый день были вместе. Каждый день разговаривали, строили из себя влюблённых. Эльвира была великолепной актрисой, но с губителем большую часть времени ей не приходилось притворяться, потому что с каждым днём она всё больше и больше влюблялась по–настоящему. Спали они тоже вместе, но под разными одеялами. Он не пытался даже намекнуть ей на связь, она тоже не стремилась показать, что каждый раз хотела действий с его стороны. Она поняла, что сильно привязалась к этому магу. На мгновение представила, что скоро их путешествие подойдёт к концу, и они разойдутся, как в море корабли. Такова была реальность. Ей стало мучительно больно. Эльвира закусила губу, что бы намёка на слёзы не появилось. Она Алмазная Леди и даже от боли она не имеет права плакать. Впрочем, это будущее. А в настоящем она хотела узнать ответ на вопрос. А прошлое — оно всего лишь прошлое.

— Его звали Рейгран. Мы встречались год. Я его сильно любила. Он дарил мне цветы, подарки, ухаживал за мной, приглашал на свидания. Он был всегда честен, галантен, никогда не принуждал, и всегда терпел мой характер. С ним я не могла беситься и творить всякие выкрутасы. Никто из моих друзей не поддерживал мои с ним отношения. Говорили, что мне будет потом сильно больно. А я не слушала, — эти слова дались ей с огромным трудом.

Почти двести четыре года прошло с тех пор. Мало кто знал об этой истории, а тех, кто знал, осталось не так много.

— И что же случилось? — голос его не выражал никаких эмоций.

— А это уже другой вопрос, на который я не могу ответить. Теперь твой черёд.

— Я пообещал тебе, что мы достигнем цели, — просто ответил тот. — Если бы я стал действовать как–то иначе, у нас с тобой были бы проблемы. Караван, с которым я договорился, ушёл без нас, а я бы не сдержал обещание. Вот и всё.

Эльвира была сильно разочарована этим ответом. Она ожидала совсем другого ответа. Но потом она напомнила себе, кто она такая. И что другие варианты совершенно ей не подходят. Больше она с ним говорить не стала, и он тоже молчал. Эльвира устала сидеть и легла рядом, взглянула на звезды. Они казались ей такими холодными, но такими прекрасными. Они манили внеземной красотой, заставляли разум забыться. Усталость вдруг накатила на неё. Не физическая — моральная. День выдался напряжённый, да и эмоции она сдерживала очень долго. Закрыв глаза, Эльвира тут же погрузилось в темноту сна, совершенно забыв, где и с кем она находилась.

Губитель сразу же заметил, что женщина рядом с ним крепко уснула от усталости. Он только этого и ждал. В последние пять дней из–за переходов и постоянной необходимости быть настороже, женщина не раз крепко не засыпала. Он аккуратно, словно хрупкую драгоценность, притянул её к себе, положил голову себе на грудь. Старейший был прав, он хотел ей обладать, как ни чем до этого. Эта женщина давно манила его к себе. Они были знакомы более ста лет, но близко никогда не общались. Раньше, в борьбе с Корадом, ни он, ни она не могли спокойно поговорить. Оба всегда были заняты и чувства всегда уходили куда–то далеко и глубоко. Но с тех пор прошли годы. И чем больше он её видел, тем больше ему хотелось быть с ней. В крепость он приезжал пару раз не только из–за племянницы, но и из–за неё. Когда её сместили с поста, и она собралась заниматься своими собственными делами, он узнал одним из первых. Как? Это была страшная тайна, которую он никогда не кому не открывал. И он стал собирать информацию быстрее неё. Это давало повод быть с ней. И он беззастенчиво этим пользовался. И когда она предложила ему сделать это путешествие, он согласился, радостно ликуя. И вот в течение более полутора месяца он был с ней. Он спокойно обнимал её, редко целовал на людях, когда она ему позволяла. Сегодня он держался только потому, что не хотел останавливать путешествие. И он, правая рука короля, могущественный маг, губитель и некромант высшего круга, вытерпел избиение какими–то смертниками, что бы только остаться подольше с ней. И не зря. Благодаря этому случаю, она, наконец, стала открывать ему ту сторону своей жизни, о которой мало кто знал.

Аккуратно взяв её руку, маг создал очень слабый фантом кольца на её безымянном пальце. Это было то, о чём он мечтал очень давно. Глядя на кольцо, он представлял, что его мечта сбылась. Род налагал на него определённые обязательства, пусть он и был не последним человеком в королевстве. Но пойти против рода он не мог. Поэтому ему оставалось лишь смотреть на фантом кольца, обнимать спящую женщину и стараться выкинуть из головы, что такое никогда не случиться.

Когда Эльвира проснулась, она с удивлением обнаружила себя в объятиях чёрного мага. Это обстоятельство некоторое время просто дезориентировала её. Потом проснулся маг. Он в отличие от неё не растерялся. Точнее; — Остановитесь! — в ужасе кричала она.

растерялся, но не от этого. Солнце было высоко, каравана не было, как и оазиса. А рядом с тем местом, где проснулись маги, на песке лежала стальная круглая пластина, источающая магию. Это была цель их поисков.

Эльвира с радостью схватила пластину. Это была запись, воспоминания о самом страшном сражении за всю войну Лунного Затмения. Но смотреть она его не стала. Крис, заметив, что они достигли цели, и что Эльвира счастлива, вежливо поинтересовался, нужно ли ещё что–то или на этом их путешествие заканчивается. Эльвира с улыбкой ответила, что заканчивается. Маг поклонился и тут же исчез через портал. Она тоже телепортировалась в свою квартиру в столицу. Там, бросив пластину, за которой она охотилась почти что полгода, в дальний шкаф и ушла в душ, где за струями холодной воды пыталась скрыть свои слёзы.

Глава 8

Скелет на кухне

Эльвира сидела в своей квартире и разгадывала кроссворды. Прошло больше двух недель после её возвращения из пустынных земель, вспышки чувств и снова холода одиночества. С тех пор король ей поручений не давал, Белы Совет молчал, не желая с ней связываться. Ведь знают, что выполнит всё, что скажут, и плату возьмёт соответствующую. Поэтому им было проще обратиться к магу, имеющему куда меньший опыт и влияние. Корад сидел в школе и ни кому на глаза не попадался из сильных мира сего. Читал книги, смотрел маговизор, по поручениям направлял Клинков и учился руной магии, которую знал на среднем, но опасном уровне. Так что всё было тихо и спокойно. И бездействие Эльвиру бесило. Ведь тогда она оставалась со своими мыслями наедине, не способная самостоятельно их заглушить. Это была её слабость — она боялась воспоминаний о прошлом. Обо всём прошлом, кроме битв и сражений.

— Не можешь сидеть на одном месте? — вкрадчивый голос прозвучал над ухом.

Эльвира резким движением отбросила того, кто стоял за спиной мечом света. В голове вместе тумана и усталости осталась лишь сосредоточенность. Никто не может просто так оказаться за спиной у Алмазной Леди.

Перед ней стоял скелет. Этот факт её удивил достаточно сильно, хотя она многое повидала в жизни. Скелет был одет в бледно–синий балахон, скрывающий все его тело. Из под балахона виднелась часть старой рубашки их грубой ткани. Капюшон был откинут, представляя ей пергаментного цвета целый череп. В глазницах этого черепа играл потусторонний, туман, серебрившийся отблесками магии. Скелет держал свои сложенные кисти, без намёка на органическую ткань, в том месте, где по идее должен быть живот,

— Кто ты? — спросила Эльвира, готовясь к худшему. Обычно скелеты были самыми безобидными неживыми, и она перестала их воспринимать всерьёз когда получила тридцатую ступень.

Этот скелет отличался. Начнём с того, что она его не почувствовала. А ведь для алмазного мага это проще простого. Второе: странный туман в его глазницах. Такой магии она не встречала. Третье: скорость передвижения. Она двигалась в два раза быстрее человека. С какой же скоростью двигался он, если она даже не заметила его передвижений. И четвёртое: скелет говорил. Обычно они не имеют такой способности, если не наложено заклинание. Здесь же Эльвира ничего не чувствовала, как и не видела. В магическом спектре скелета просто не существовало.

— Пока что это не имеет значения, — ответил скелет. — Пока.

— А потом?

— Потом я стану твоим учителем, — пожал тот плечами, как человек.

— Я выбираю учителей сама.

— Не в этот раз, Эльвира, — голос скелета приобрёл такие нотки, что Эльвире стало не по себе.

— Что мне мешает от тебя избавиться? — разговор был нужен лишь для того, что бы отвлечь его внимание и найти слабые места.

— У тебя не хватит сил. Ты ведь даже и половины своих резервов не можешь использовать.

Эльвира выругалась про себя. Этот скелет знал о её слабости. О том, куда уходят её силы.

— На тебя хватит, — огрызнулась Эльвира.

Скелет наклонил голову в бок, а затем сделал жест. Эльвира упала на колени, не в силах пошевелиться. Плетение меча, достаточно мощное, рассыпалось на осколки. Эльвира впервые за долгие годы почувствовала нарастающую панику и иррациональный страх. Какой же силой обладает этот скелет, что жестом связал сильнейшего алмазного мага! А если он пойдёт против разумных? Что будет с людьми, вампирами, орками, эльфами, гномами и многими другими?

— Ты оплела себя обязательствами, которые тебе не нужны, Эльвира, — скелет наклонился.

Её левая рука сама вытянулась вперёд, стало проявляться то, что забирала её силы. Заклятие цепей. Цепей Корада. Именно эти цепи вот уже на протяжении двенадцати лет сковывают мага и не дают ему причинять вред другим разумным. Восемь сфер на руке. Семь клинков и Корад. Главная часть цепей. Второстепенные удерживают короли разных: Викториан Светлый, Гилберт Молниеносный, Эхван Вей — Либеан и другие.

— Я не буду их разрывать, хотя и стоило бы.

Разум Эльвиры накрыла паника. Что же он такое? Что ему нужно?

— Я отпущу тебя, если ты не будешь делать глупости, — сказал скелет.

— Хорошо, — согласилась Эльвира, едва заклятие чуть ослабло.

Миг, и она уже может двигаться. Женщина медленно села на стул. По лбу струился холодный пот, а голова закружилась от усталости.

— И какой я после этого алмазный маг? — усмехнулась она.

— О чём я тебе и говорю, — кивнул скелет, и сел напротив. — Давай поговорим?

— А есть о чём?

— Есть, — кивнул скелет.

Эльвира сделала жест, и на столе появился бокал с медовым чаем.

— Что ж, Эльвира. Предлагаю сделку, — скелет явно не собирался ходить вокруг да около.

— Не согласиться можно? — женщина внимательно посмотрела на скелета.

— Можно. Но не стоит. Ведь ты даже не выслушала моё предложение.

— Я давно не интересуюсь предложениями, которые мне предлагает нежить. Знаешь ли, это обычно ничем хорошим не заканчивается, — Эльвира откинулась на стуле.

— А что, по–твоему, есть нежить? — это был самый неожиданный вопрос, которого Эльвира даже не предполагала в данной ситуации.

— Нежить — это магически созданные из костей, плоти, крови разумного, создания которыми движет лишь жажда смерти всему живому или иное желание, которым их наградил создатель, — ответила Эльвира заученную когда–то фразу.

— Тогда я опровергну это определение. Я не магическое создание, а всего лишь обычный человек. По крайней мере, я был им когда–то, но образ жизни, как видишь, выбрал не тот.

Эльвира фыркнула. Этот скелет даже стал ей симпатичен. По крайней мере, чувство юмора у него было.

— То, что я из костей ещё не доказывает, что я нежить. Я могу заявить так же что ты тоже из костей. Хотя это слабый аргумент. И мной не движет жажда смерти живым, и я не подчиняюсь хозяину. Я простой человек, которого судьба и недобрые дела свели к печальной участи быть всего лишь скелетом — тенью прошлого красавца–мужчины.

Эльвира не сдержала смешок. Скелет сказал эту фразу, сопровождая человеческими жестами, что в его исполнении смотрелось комично.

— Тебе смешно, а мне вот плакать хочется, — обиженно сказал скелет.

— Что тебе мешает?

— Вот молодежь! — возмутился скелет. — Совсем к старикам уважения нет! Я, как видишь, не имею слёзных желез.

— Но ты же как–то разговариваешь, — чётко подметила Эльвира. — Следовательно, не исключается возможность и твоих слёз.

— Будь моя воля, я б вспомнил свою молодость и применил к тебе розги, — раздраженно сказал скелет. — Вот чем хорошо было в старые времена! Наказания были отменные! На том общество и строилось, и никто не возмущался!

— Что ж не вспомнишь? — выгнула Эльвира бровь, понимая, что сейчас рискует нарваться на неприятности, впрочем, она это любила, умела и практиковала.

— А зачем? Насилие порождает боль, боль порождает страх, страх порождает ненависть, ненависть порождает отчаяние, отчаяние порождает безумие. Безумие — ведёт к гибели.

— Интересно, где можно ещё можно найти такого скелета? Нежить проповедующая жизнь без насилия — это будет нонсенс нашего общества, — покачала головой Эльвира.

— Нонсенс вашего общества? Да у вас черные и белые маги друг в друга влюбляются, и жениться им ничто не мешает. Вот это нонсенс, — не согласился тот. — Видишь ли, Эля, позволь тебя так называть.

— Не позволю.

— Что, неужели только Крис может тебя так называть?

Эльвира запустила в скелета сгусток белого огня, который разлетелся вдребезги об щит скелета.

— Да вы что, сговорились что ли! Белый Совет, король, Корад, Старейшина, Лазурный Хранитель, а теперь и ты! Почему вас всех так интересует моя личная жизнь?! — гневно спросила она.

— Личная жизнь других людей всегда привлекает, — ответил скелет. — А твоя личная жизнь на жизнь вообще не похожа.

— Не твоего ума дело, — огрызнулась Алмазная Леди.

— Эльвира, эта шутка была двести лет назад. Забудь о ней.

— Все чувства всего лишь глупая шутка, — Эльвира от бессилия запустила ещё один сгусток белого огня, который повторил судьбу предыдущего.

Серебристые нити оплели Эльвиру, не давая возможности рукам и ногам двигаться.

— Теперь послушай меня, девочка, — скелету, видимо, надоело 'играть с огнём'. — Я тебе не Корад, с которым ты во время боя можешь обсуждать своё подобие личной жизни. Я люблю спокойные беседы, а не войну заклинаний за разговором. Поэтому будь так добра, держи свои эмоции под контролем. Выпускать их будешь перед королём и Белым Советом. Со мной же веди себя скромно.

Эльвира попыталась вырваться, но даже пошевелиться не смогла, и поэтому ей осталось только буравить взглядом мага полным злости взглядом, а не стрелять молниями, как она могла. Откуда этот скелет знал подробности общения Корада с Эльвирой? Это ведь была тайна, о которой мало кто знал.

— Вот и хорошо. А теперь послушай меня. Послушай и попытайся взглянуть на картину иначе, — Эльвира кивнула в знак согласия (ей ничего не оставалось делать) и скелет продолжил. — Двести лет назад над тобой пошутили очень плохо, использовав Слезу любви. Да, целый год ты прожила с идеальным человеком, в которого влюбилась без памяти, но он развеялся, оказавшись всего лишь иллюзией магии амулета. Да, так тебе жестоко отомстила твоя старая соперница. Да, над тобой смеялись все, вплоть до короля.

Эльвира сжала челюсти. Тот позор она не забудет никогда. С ней просто играли. Соседи, друзья, знакомые и враги — смеялись все. Целый год они знали правду и молчали. Они смотрели, как Эльвира влюбляется, как делает глупые поступки, ссорится с семьёй и бросает учёбу, что бы быть с любимым. Она навсегда запомнила тот день, когда на площади Сайма рассказала ей о действии амулета, и что его сила заканчивается. Она помнила, как на её глазах Рейган растворился и все её мечты рухнули. Тогда она, обычный средненький маг, не подающий надежд, сбежала в глушь к своей дальней родственнице и провела там три года, залечивая раны. Она боялась показаться на глаза в родном городе. Ей было больно и одиноко. Эльвира помнила, как сутками лежала на кровати, в ожидании, что смерть за ней придёт. Но заботливая тётя Роза, так её называла Эльвира, помогла найти выход из этой ситуации. Всё это время Роза вдалбливала в молодую девушку, что это не конец жизни, что жизнь прекрасна, и из–за такого не стоит с ней расставаться. Едва в Эльвире стал появляться огонёк жизни, Роза собрала вещи и увезла девушку в другую страну. Она таскала Эльвиру по горам, пещерам, городам и даже канализациям. Она показывала разные стороны жизни, показала девушке мир, показала, что жизнь многогранна, и если исчезла одна грань, не стоит отказываться от остальных. И в течение путешествия, Роза заставляла девушку учить разные заклинания и плетения. Через восемь лет после событий на площади, Эльвира вернулась в город и продолжила обучение. К тому времени Сайма уже уехала из него. В городе всё помнили, и стали насмехаться над ней. Но путешествие и знания помогли ей в этот период. И буквально за месяц она заставила всех замолчать. Она принялась остервенело учиться. Каждый день она учила и отрабатывала свои навыки, пока её не заметил Григорий Сердцевин, тогда жемчужный маг. Он взял её под свою опеку и стал обучать. Что о нём могла сказать Эльвира? То, что этот маг был изобретателем, каких поискать. Правда, обычно из десяти задуманных новшеств у него работали только два. Его любовь к изобретениям и экспериментам передалась Эльвире. И вскоре она стала могущественным магом. Когда через два десятка лет они встретились с Саймой, та не применила напомнить о розыгрыше, уже перед королём. Эльвира стерпела. А на следующий день вызвала Сайму на дуэль. Сайма думала, что сила её дара поможет. И то, что она может вывести из равновесия Эльвиру — тоже. И тогда, на арене королевского дворца она крупно об этом пожалела. Доведённая до белого коленья, Эльвира наплевала на всех, вся, всё и пустила в ход собственные разработки заклинаний. Купол арены был снесён напрочь. Увидев истинную силу Эльвиры, Сайма бросилась на колени, и стала умолять не применять заклинания боли. Эльвира тогда только посмеялась над ней, дезактивировала все заклинания и заявила, что она в отличие от соперницы, не мелочная тварь, способная издеваться только над слабыми. Эльвира тогда сказала, что она светлый маг и хороший человек, который способен простить. Но прощение надо заслужить. И после этого развернулась и ушла с тяжелым сердцем. Ей хотелось, что бы Сайма молила о пощаде снова и снова, но Эльвира себя переборола. С тех пор многие стали относиться к ней с уважением, а про историю забыли (не все по собственному желанию). А Эльвира закрыла своё сердце для кого бы то ни было, и никогда не подпускала к себе слишком близко.

— Но это не повод всю жизнь проходить так и не узнав, что такое настоящая любовь, — голос скелета напомнил ей, где она находиться.

— Я уже испытала настоящую любовь, — не согласилась Эльвира.

— Это не любовь, а всего лишь привязанность и влюблённость. Эльвира, из–за какого–то розыгрыша, ты лишаешь себя возможности любить, лишаешь кого–то возможности любить тебя, лишаешься себя шанса узнать, что такое стать женой, матерью, бабушкой.

— И что? — с вызовом спросила она. — Меня это не волнует.

— Но дай ты кому–нибудь быть с тобой счастливым. Тому, кто тебя любит, — скелет не переставал убеждать.

Эльвира жила долго, поэтому знала, что так просто от скелета не отвязаться. Иногда легче пойти на уступки, чем тратить время и портить настроение в нескончаемых спорах.

— Хорошо, пусть будет по–твоему. Я могу дать кому–нибудь шанс быть со мной. Но на ответные чувства пусть и не рассчитывает, — голос Эльвиры был холодный, как лёд.

— Отлично. Пусть это будет Крис.

— Только не он, — Эльвира быстро смерила свои чувства. — Он брат мужа Саймы. А я не хочу иметь ничего общего с ней в этом плане. Знаешь ли, травмы молодости.

— Глупая, — скелет тоже прекрасно понимал последствия спора. — Впрочем, это твой выбор. Раз с этим вопросом разобрались, приступим к причине, по которой я здесь.

— Давно пора, — язвительно заметила Эльвира.

— Как ты видишь, я представляю собой всего лишь жалкий скелет в мантии. И совершенно естественно, что я хочу вернуть своё тело.

— Уважаемый, тогда тебе к некроманту надо, а не к целителю, — ухмыльнулась Эльвира.

— Некромант, простите за вульгарное выражение, мне нафиг не нужен. В таком щекотливом деле мне нужна только ты.

— Звучит многозначительно. И что я должна сделать?

— Всего лишь объездить всю планету в поисках трёх маленьких предметов, — просто сказал скелет.

— И что же за подводные камни меня поджидают в поисках этих предметов? — поинтересовалась Эльвира не слишком надеясь на ответ.

— Предметы — три рунических камня. Взять их может только человек с чистой душой и благими намерениями.

— Здесь замешана магия до времён Конца Тьмы? — поинтересовалась Эльвира.

Магия тех времён очень опасная и сильная. В те времена, до Конца Тьмы, жили маги, силы которых превосходили силы сегодняшних на порядок. Тот же Корад был экспериментом какого–то мага, насколько знала Эльвира. А ведь с Корадом не могли справиться и десять Алмазных магов. Эльвире удавалось спасаться только по одной очень веской причине.

— Нет, Эльвира. Эти камни и есть причины Конца Тьмы.

Эльвира замерла и потрясенно уставилась на мага. Причины?! То, из–за чего погибли миллионы людей. То, из–за чего были уничтожены города, страны, тысячи магов. То из–за чего из мира пропали тайные маги.

— Точнее сказать, это то, что устроило Конец Тьмы, — скелет продолжил, как ни в чём не бывало, шокировать Эльвиру больше и больше. — Всего мне известно о двадцати камнях. Но мне нужны только три.

— Но… как же… так…

В голове Эльвиры была настоящая паника. Она не знала, как реагировать на это. Конец Тьмы… тысяча лет назад. Что тогда произошло в те войны древности? Почему могущественные государства стали воевать и их заклинания уничтожили многих. Тогда были утеряны знания, порталы в другие измерения, многочисленные открытия.

— Значит, тебе это будет интересно, — кивну скелет.

— Что бы это ни было, — Эльвира глубоко вздохнула, — я не собираюсь их искать. Это может породить ещё одну войну между государствами. А мне это не нужно.

— Я знаю. Поэтому и говорю, что мне нужны всего лишь три камня. Они снимут ограничения на магию, и я, наконец, обрету тело. А вместе с телом и нормальную жизнь.

— Некоторые тайны пусть лучше останутся тайнами. Я не хочу повторения войны и чего бы то ни было, — Эльвира отрицательно покачала головой.

— Эльвира, мне известно только о двадцати камнях на нашем материке. Невесть сколько из на других материках, и того больше, в океанах, морях и ледниках. Управляющий камень вообще находиться на спутнике планеты. Тот, кто их сделал, обладал силой и знаниями, которых наш мир за всю свою двадцати тысячелетнюю историю не встречал. Как ты думаешь, смогу я, скелет, с твоей помощью, простого мага, воспользоваться камнями, что бы уничтожить этот мир? Особенно учитывая, что один из камней может сейчас находиться в этом доме, и мы тысячу раз пройдя рядом, не заметим его?

Эльвира ошарашенно посмотрела на скелета. Она многое знала, но о таком слышала впервые. Вот тебе и новые подробности из истории своего мира. Эльвира впервые слышала, что история планеты насчитывает двадцать тысяч лет. Она проходила только десять. Но это всё меркло в сравнении с тем, что кто–то побывал на спутнике планеты и установил там управляющий камень, хотя в это она слабо верила.

— И кто же это был, кто сделал камни? — тихо спросила она.

— Этого, Эльвира, я тебе точно ответить не могу. Я могу лишь сказать точно, что он был не из нашего мира. Я бы сказал даже не с нашей галактики. Большего я не знаю. Кто он, откуда и что за цели преследовал, я не знаю. Но у него имелась магия, которая смогла подавить нашу. Он появился внезапно, а через десять дней наступил Конец Тьмы. Война длилась почти два месяца. Два месяца хаоса и беспорядка. Были уничтожены сильнейшие маги, секретнейшие разработки были уничтожены, правительство почти всё было уничтожено за несколько часов. Порталы были закрыты и уничтожены, кроме некоторых. Когда война закончилась и начал появляться хоть какой–то порядок, его уже не было.

— И он больше не появлялся? — у Эльвиры разгорелся настоящий интерес, которого она не испытывала уже очень давно.

— Появился пятьсот лет назад. В момент, который вы называли Лунным Затменьем. С тех пор, как ты знаешь, крупных войн больше не было. А Корад — это так всего лишь прототип, который принёс много неприятностей нашему миру.

— А…

— Эльвира, информация — это моя оплата за твои услуги. Я рассказываю историю и всё, что знаю о прошлом и о силах, причастных к Концу Тьмы, а ты помогаешь мне вернуть тело.

Эльвира от досады закусила губу. Ей мучительно хотелось узнать о прошлом своего мира. Ей хотелось узнать, каким он был, и что его погубило. Но опасность за мир, который установился на планете, заставляла её даже не пытаться согласиться на это предложение.

— Я дам тебе время, что бы ты подумала, — сказал скелет.

— Тут не о чем думать. Мой ответ не измениться, — покачала она головой.

— И, тем не менее, ты подумаешь, — сказал скелет. — Как только согласишься, просто скажи, что согласна. Я тут же появлюсь, и мы обсудим твои наши действия.

Путы, державшие Алмазную Леди всё это время, исчезли, и она с радостью встала и прошлась по кухне. В голове у неё царил хаос, а в душе царил беспорядок. Она хотела согласиться, но угроза миру мешала.

— Рад был поговорить с тобой, Эльвира. И не забудь, что ты обещала найти себе кого–нибудь. Прежде, чем Эльвира успела сказать этому нахалу всё, что она о нём думает, скелет исчез. Просто в миг его не стало, и она, алмазный маг, к своему стыду не смогла заметить этого.

— О боже! — Эльвира схватилась за голову. — Почему на меня всё это навалилось?!

Глава 9

Самый страшный преподаватель

Я и мои друзья сидели у меня в комнате готовили домашнее задание. Шесть человек поместились в моей комнате и все были заняты. Женя с Феликсом что–то сравнивали в своих тетрадях сидя на кровати. Рядом с ними устроилась Ирма и изучала большой том чёрной магии, иногда восклицая или добавляя непонятные нам комментарии. Ася сидела на стуле возле кровати колдовала над водяным бирюзовым камушком, лежащим на тумбочке. Мелитриса сидела за столом и рылась поочерёдно в пяти учебниках, что–то помечая в тетради. Ну а мне ничего не оставалось, кроме как залезть на широкий подоконник и читать лекции по рунам, которые мне задал вредный старик. Он постоянно у меня спрашивал всё, вплоть до мельчайших деталей, так что приходилось учить внимательно. А седьмой член нашей группы, призрак Зеленоглазый, висел под потолком и летал туда–сюда. С тех пор, как призраки появились в нашей школе, этот стал персонально моим. Он появлялся только на уроках рунной магии, а потом в моей комнате. Он–то и будил меня по утрам своим не очень приятным взглядом и страшной атмосферой, правда в тех случаях, когда я не вставала вовремя.

— Я тебе говорю, что легче заманить его в реку и использовать водяную ловушку! — возбуждённо говорил Женя Феликсу.

— В реку?! Он не пойдёт. Проще использовать водяной замок, и ледяной хлыст, чтобы не дать ему колдовать, — не соглашался Феликс, всем своим грозным видом пытаясь задавить Женю.

— Да он освободиться в два счёта!

Они уже минут двадцать спорили, как бы они победили на берегу реки огненного мага на пять ступеней выше них.

— Сначала лучше молниеносно провести атакующую комбинацию из пяти заклинаний, постепенно отбрасывая его к берегу, потом залп трёх парализующих, а потом добивающие, — вмешалась в их разговор Ирма, оторвавшись от изучения тома.

— Проще было бы заманить его в кровавую ловушку и дело с концом, — даже Мелитриса решила помочь в споре.

Кстати, после того, как явилась Эльвира, всех маги попали туда, куда хотели, а не я одна. Для меня до сих пор осталась загадкой, каким образом она так быстро узнала о том, что твориться в школе? Может у неё дела были?

— Маг владеет ещё и магией воздуха, и в совершенстве левитацией. Он будет просто держаться на расстоянии от земли, чтобы не попасть в твою ловушку, — ответил Мелитрисе Женя.

— А комбинацию из атакующих он примет на щит и тут же контр атакует, не давая тебе пустить парализующие заклинания в ход, — тут же добавил Феликс.

— Он один, а вас двое. Один отвлекает, а второй атакует, как–то так, — даже Ася не осталась в стороне от обсуждения.

— Ася, маг достаточно опытный, что бы бороться против двух сразу, — устало сказал Женя.

— В таком случае прыгайте в воду и как можно быстрее от него, чтобы не догнал, — пожала плечами Ася. — Не зачем ввязывать в драку.

— А как же повышение боевого опыта? — возмутился Феликс. — Мы должны уметь противостоять вражеским силам, какими бы они ни были!

— Это всё хорошо, но попробуй найти нормального врага, — заметила Мелитриса. — Разве что на границе, и то не всей.

Прежде, чем ей кто–либо успел ответить, в дверь постучали.

Я слезла с насиженного места, и открыла дверь. К нашему удивлению и радости, за ней находился принц Гедеон, руководитель нашей группы.

— Всем привет! — улыбнулся он. — Как поживаете?

— Отлично!

— Замечательно!

— Превосходно!

— Я рад за вас, — принц прошел в комнату и сел на кровать. — Я почему–то так и думал, что вы все здесь.

— Только Лина способна выдержать нас всех, — улыбнулась Мелитриса. — У остальных нервов не хватает.

— Ну, может это и к лучшему, — пожал он плечами.

— Гедеон, а где ты был? — спросила Ирма. — С самого начала обучения мы тебя практически не видели.

— Видите ли, у меня родился младший брат, Зордар. Я не буду вдаваться в подробности, вам это знать ни к чему. Скажу только что у него были кое–какие проблемы со здоровьем, как и у моей матери. Поэтому мне пришлось помогать восстанавливаться маме и следить за братишкой.

— А почему за ним не смотрела няня? — удивилась я.

— Понятия не имею. Нужно было, что бы именно я следил за ним всё это время, — ответил принц. — Поэтому я к вам ненадолго. Мне нужно будет вернуться.

— Жалко. А мы обрадовались, — высказала общую мысль Ася.

— Ничего, к концу этого года мы ещё увидимся. Я вообще пришёл по делам.

Принц сделал жест и в его руке появились несколько листов. Он раздал каждому по литку. Я взяла в руки лист, на котором значилось моё имя. На листе были имена магов, ступени, способности и заслуги.

— Это список наставников? — поинтересовалась Мелитриса.

— Да. Это те маги, которые согласны взять вас на практику в следующем полугодии, — ответил принц.

Я посмотрела на свой список. Да, не густо. Имён шесть–семь, не больше. И все с моей школы, довольно слабые маги. К моему удивлению там же я заметила имя Андрея Евгеньевича, моего бывшего классного руководителя. Надо сказать, его 56 ступень была самой большой во всём списке. Это меня обрадовало. Мой учитель был лучшим, и я никогда на него не злилась.

— На какую практику? — спросил Феликс.

— Видите ли, с этими нововведениями, все с ума сходят. По приказу министерств образования Светлого и Чёрного королевств, все ученики, с пятой ступени включительно, будут направлены на практику к какому–либо магу выше двадцатой ступени. А после получения десятой ступени и окончания школы, вы либо направляетесь к другому наставнику, либо остаётесь у старого, либо поступаете в высшее учебное заведение, где продолжаете обучаться, — объяснил принц.

— Ясно, — сказала я, глядя на свой список.

Честно говоря, я мечтала там увидеть имя Эльвира Бессмертных. Эта женщина стала моим кумиром.

— О, Джордж Браун, архимагистр, алмазная ступень. Ну, кто бы сомневался, — произнесла Мелитриса имя из своего списка и мне стало так завидно, что хоть локти кусай.

У остальных, хотя бы у одного, но выше семьдесят пятой ступени был один маг. А у меня: 20, 22, 45, 32, 56, 21, 35. Всё. Да, вот что значит иметь слабые способности и слабые связи.

А как хочется, что бы в списке значился кто–то выше сотой ступени.

— У вас месяц на раздумья, — сказал принц, глядя на нас.

— Тут и думать нечего, — ответила я печально. — Я уже выбрала и мнения своего не поменяю.

Призрак, до этого висевший под потолком, спустился и завис за спиной, глядя на список.

— Держи, почитай, — я протянула список призраку, и он взял его отростком своей бесформенности.

До сих пор ума не приложу, как он может вообще брать что–либо в руки, он же через стены спокойно проходит!

— Это что за чудо–юдо? — поинтересовался принц, глядя на привидение.

— А это седьмой член команды. Для него не найдётся наставника? — пошутил Феликс, и все рассмеялись.

Призрак тем временем, осмотрел список, и отдал его мне.

— Что–нибудь интересное нашёл? — поинтересовалась я у него.

Тот естественно не ответил, и вообще вылетел через стену из комнаты. Странные они, эти призраки. Пойди, пойми их.

— Пошёл начальству докладывать о несправедливости, и просить тебе алмазного мага, — высказалась Ирма, как всегда в мой адрес.

— Да, и злое начальство в лице ещё одно призрака, станет ночным кошмаром какого–нибудь мага, пока, в конце концов, мне не назначат члена Белого Совета, — язвительно заметила я, потому что мне было паршиво.

— А знаете, что у призраков ведь действительно есть главный, — загадочно сказал принц.

Шесть пар глаз удивленно уставились на него.

— А вы не слышали? — принц сделал удивлённое лицо.

— Нет, — за всех сказала Мелитриса. — Расскажите.

— Я слышал только обрывки, но вот уже тысячу лет, здесь, в школе, ходит–бродит приведение. Оно пугает по ночам всех разумных в этой школе. Оно чёрное, как ночь, страшное, как жуткий кошмар, и безжалостное, как нежить, — принц понизил голос. — Говорят, что те, кто видел его, потом просыпались седыми или вовсе сходили с ума. Этот призрак может перемещаться по школе, знает все тайны, и может, как убить, так и пощадить.

— А можно по конкретней? — поинтересовалась Мелитриса, которую рассказ принца не впечатлил, как ни как, проклятый маг.

— В общем, есть здесь в школе такое приведение. Встреча с ним чревата последствиями, как плохими, так и хорошими. Это приведение может появиться неожиданно. И именно оно управляет всеми призраками в школе, которые появились в последнее время, — принц задумался. — Я ни разу его не встречал и до некоторых пор не верил в него. Но вот Корад утверждал, что такое в школе имеется, и что оно может и портит некоторым жизнь. И именно это приведение и стало причиной разрушения старого артефакта определителя способностей.

Все задумались, и я в том числе. Я уверена на сто процентов, что за уничтожением артефакта стоял Хедари. Но почему? Как он может быть призраком? Он же вполне материален. Он мне давал формулы. Хотя, кроме формул больше ничего. И к тому же создавал он вокруг себя жуткую атмосферу. Но ведь он маг! Я точно помню, как он создал заклинание перед экзаменом. Он провёл меня на крышу испытательного корпуса. Он не может быть призраком! Или может? Нет, не может! Призраки колдовать не умеют. Могут общаться мысленно, обладают телекинезом, воют сильно, могут создать атмосферу ужаса и страха, что может привести к нехорошим последствиям для мозга. А на счёт того, что бы колдовали, я не слышала.

— Лина, неужели ты действительно испугалась какого–то призрака? — хитро спросила Ирма, заметив моё состояние.

— Нет, — ответила я, как ни в чём не бывало, хотя самой стало страшно. — Я вот думаю, как бы его на тебя натравить, что бы ты поседела. Хочу посмотреть на твою седую голову.

— Девочки, хватит сориться, — сказал принц.

— Мы не ссоримся, а разговариваем, — ответила Ирма.

— И так каждый день, — подтвердила Мелитриса.

— А если действительно Зеленоглазый пожалуется своему начальнику, и тот примет меры? — поинтересовалась Ася.

— Ась, не говори чепуху. Это просто больная фантазия Ирмы, — отмахнулась я. —

К тому же, какие меры он может принять? Не сможет же он полететь к магам и заставить их стать моими наставниками. Это просто бред чистой воды.

В дверь снова постучали. Кого ещё в гости принесло? Принц, как ни в чём не бывало, открыл её мановением руки. Лучше бы не открывал. На пороге стоял самый страшный маг последнего столетия, от руки которого были уничтожены восемь торговых городов — Корад. Я так и замерла, в ужасе гладя на этого мага. Его черная, без эмоциональная маска, смотрела в пространство.

— Можно войти? — поинтересовался он, тихим, обволакивающим голосом, от которого у меня мурашки по коже пробежались от страха.

— Заходи, — твердым голосом сказал принц.

Я, как и остальные, быстро села рядом с принцем. Он нас защитит.

— Я к Элине, — сказал Корад.

Ко мне? Зачем? Не надо! Не хочу на рудники!

— Она тебя внимательно слушает, — снова сказал принц, а я как можно дальше спряталась за его спиной.

В прошлом принц уже сражался и нанёс Кораду непоправимый урон. С тех пор Корада не видели. Он осел в этой школе по каким–то своим причинам, или по внешним, так как от Эльвиры я что–то слышала про то ли цепи, то ли сковывающее заклинание. Надеюсь, пытать меня не будут и вспоминать прошлое — тоже.

— Архимагистр Микошев уехал в отпуск на этот месяц, так что я буду вести у тебя руны. Так как я не знаю, какой материал он тебе дал, я бы хотел, что бы ты мне показала, что вы прошли, — Корад был сама невинность.

Взгляд в пространство, руки на поясе. Сразу вспоминается лагерь, в который меня на лето два раза отправлял отец. Там вот четко так же капитаны команд на спортивных конкурсах отчитывались перед вожатыми. Это воспоминание меня повеселило, и страх, всё это время сковывавший меня, понемногу отпускал.

— Хорошо, — ответила я, доставая тетрадь.

— Давно не виделись, Гедеон. Как поживаешь? — Корад перевёл взгляд на принца.

— Лучше не бывает, — всё так же спокойно ответил принц.

— Когда Эльвира сюда приедет? — странно спросил Корад.

— У неё дела, поэтому не скоро.

— А ты действительно у эльфов учился?

— А ты разве не помнишь?

— Просто эльфы всегда славились своей осведомлённостью о мире. А ты до сих пор не знаешь, что вот уже несколько месяцев Эльвира не работает на благо Светлого королевства.

— Что ты хочешь этим сказать?

— То, что Эльвира сейчас предоставлена сама себе. Так что если ты думаешь, что сможешь спастись от меня, то ты… — Корад странно повернул голову, и замер. — Что ж, придётся отложить наш разговор до лучших времён. Кое–кому не нравиться, то, что я собираюсь сделать. Корад уверенным шагом подошёл ко мне, пробежал взглядом по моей лекции, а затем развернулся и пошёл к выходу.

— Лучистый и Лучезарный передавали тебе привет, Лина, — в дверях сказал Корад, а затем исчез, как будто его и не было.

По комнате прошёлся вздох облегчения. А я сразу вспомнила двух озорных драконов, которые мне так понравились, когда я побывала в другом мире.

— Лина, тебе стоит отказаться от уроков, — сразу же сказала мне Мелитриса.

— С радостью, — кивнула я.

— Боюсь, не всё так просто, — сказал хмуро принц. — Корада поставили на замену. Это значит, что всё вполне легально и в порядке. Если ты откажешься от занятий, боюсь, что последствия будут куда ужаснее.

— Но он же может убить Лину! — воскликнула Ася. — Вам что, совсем на неё наплевать.

— Нет, — резко сказал принц. — Я говорю лишь то, что имеет место быть. В любом случае, я потребую, что бы преподавателя поменяли. А в худшем случае на её охрану будут выделены несколько сильнейших магов.

— Корад ещё никого не убил, — бездушным голосом сказала Мелитриса. — Ему не позволят.

— Да неужели? — фыркнула Ирма. — Всё бывает в первый раз.

— Хватит, — оборвал всех принц. — Лина, не волнуйся. Я всё улажу. Тебе ничего не грозит.

— Ага, — только и ответила я, возвращаясь на подоконник.

Что–то мне не хорошо.

К кабинету рун я подошла на ватных ногах. Мне было очень страшно. Так страшно мне не было на площади, когда Корад объявлял о конкурсе в Майндрага. Потому что со мной были мои друзья, готовые поддержать в трудный момент. А на рунах я была одна. В испытательный корпус никого из друзей не пустили, а ведь именно здесь должен был проводится лекция по рунической магии. Я стояла перед чёрной дверью, не решаясь открыть её. Сердце сковал страх. Руки отказывались двигаться. А вдруг у него будет плохое настроение? Что тогда со мной будет? Корад ведь чуть не напал на принца. А если он на меня напасть захочет? Так, отставить панику! Маг я или не маг?! Как я стану ученицей Эльвиры Бессмертных, боясь её заклятого врага? Да она посмеётся надо мной. Ведь Эльвира не боится ничего и никого. Я глубоко вздохнула и открыла дверь.

В кабинете было пусто. Ну, разве что на первой парте у она висел Зеленоглазый, и смотрел как всегда в окно. Увидев меня, он взлетел под поток. Хоть что–то остаётся стабильным. Я быстрым шагом прошла и села на место. До звонка оставалось ещё две минуты. Сидела в кабинете почти одна я не долго. Через секунд тридцать, в кабинет стали входить маги. Все были десятой ступени. Их было много. Они с каменными лицами проходили и садились за парты, заполняя весь кабинет. Отлично! Значит, мне не придётся терпеть общество Корада в одиночестве!

— Ты заняла наше место!

Надо мной нависли два высоких мага в чёрных мага. Я растерянно огляделась и заметила, что мест больше нет.

— Но… я…

— Вставай и проваливай, — грубо сказал мне один из них, тот, что был покрупнее.

Я в этой аудитории сидела каждую среду в это время, и тут было пусто. Ошибиться кабинетом я не могла, иначе приведение здесь бы не висело.

— Но мест нет, — растерянно сказала я.

Тот, что поменьше, схватил меня за руку и с силой вытащил из–за парты. Я испуганно ударила первым, что пришло в голову, и это была снежинка. Маги легко заблокировали её, и сели на моё место. Никто не посмешил мне на помощь, все только злорадно смеялись. А у меня на глазах наворачивались слёзы. Так и хотелось запустить в них чем–нибудь наподобие фаербола, что бы поджарить эти мерзкие лица, но я не смогла бы с ними справиться.

Прежде, чем я что–либо успела сделать, в кабинет вошёл Корад. Я в растерянности и страхе так и осталась стоять на месте, а все остальные синхронно встали.

— Почему не на месте? — спросил меня маг, садясь за учительский стол.

— Мест нет, — ответила я очевидный факт.

Маг сделал движение, и рядом появилось облачко. В нём, как в экране маговизора, точно показались все действия, которые произошли здесь минуту назад. То, как я сидела, как подошли эти маги, как согнали силой меня с моего места. Облачно развеялось. Жест, и два мага вылетают с места и врезаются в стену головами.

— Я не расслышал, что ты сказала, — Корад снова обратился ко мне.

— Простите, — я немедленно села на своё место, и призрак спустился с потолка.

— Так–то лучше, — кивнул Корад, а затем повернул свою голову в сторону пострадавших учеников. — Вы двое будете наказаны за несоответствующее ученикам школы поведение, нападение на учащихся Светлого королевства, за применение силы к ученице младшей ступени. Обжаловать это решение вы можете только у директора школы, а так же у короля Чёрного королевства, дабы международный скандал не принял огласку.

Да, вот тебе и злой и страшный чёрный маг! Да он меня защищает! Ещё один жест со стороны мага, и ученики оказываются за дверью.

— Есть у кого–нибудь вопросы? — поинтересовался маг, переведя взгляд на тех, кто был в классе.

Ему в ответ была гробовая тишина. Я не решалась ничего спрашивать, а у остальных были свои причины не задавать вопросов.

— Сегодня у нас будет итоговая контрольная работа за весь курс.

На моей парте появились бумажные листы с заданиями. Я огляделась. У других учеников они тоже были, и каждый изучал свой вопрос.

— Тетрадями пользоваться можно в закрытом виде. Учебники будут сожжены, шпаргалки, если таковые имеются, тоже. Остаётесь вы и ваши знания. Так как вопросов не предвидеться, я пойду заниматься своими делами. Приду ровно через сорок минут. Если кто–то, что–то не успеет, это его проблемы. Все оставшееся время буду проверять ваши работы. Оценки пойдут в аттестат, и, следовательно, будут влиять на ваше будущее. Последующий месяц работы будет для тех, кто не сдал с первого раза. Вопросов нет, приступайте.

Маг быстрым шагом скрылся из класса, а все остались. Я взглянула на задание и с удивлением поняла, что оно очень лёгкое. Архимагистр давал мне задания ещё хуже и заставлял меня их решать. А это очень простые задания. Всего пять заданий. Две теории и три практики. Первое: что такое руны? На какие классы они делаться? Теория о взаимном уничтожении. Второе: что такое иглеас? Виды иглеасов и их назначение, свойства? Нарисуйте схему любого иглеаса. Так, стоп, схему? Какую схему? Мы не проходили! Ладно, что–нибудь придумаю. Я взглянула на свой иглеас, который достался мне от матери. Если немного поэкспериментировать, то можно и его схему описать. Третье задание: дочертите руны, что бы они работали, и ниже прилагалось десять рун. Тут я приуныла. Я, конечно, знала, как они рисуются, но вот начертить для меня было проблематично. Я говорила, что у меня кривые руки? Нет, у меня всё получиться, только раза с цатого. Потому что руны чертила руны я с трудом. Ладно, четвёртое задание: определите, к какому типу относятся руны на рисунке два. Рисунок второй находился на втором листе. Заглянула в него. Нет, тут всё ясно, вот только здесь было уже не десять, а тридцать рун. Всё бы ничего, но над некоторыми нужно было подумать. Всё усложнялось, потому что они были начерчены обычными чернилами. Если бы здесь были хотя бы красные или синие, для обозначения вида магии, то на это задание у меня ушло бы не более десяти минут. А так, придётся думать и выбирать типы, подбирать магию, чтобы не ошибиться. Я снова вернулась к листку с заданиями. Задание пять: начертите руны 'Заморозка' и 'разморозка'. Объясните, чем отличаются схожи, и чем они отличаются. Почему они друг друга не взаимно уничтожают?

Что ж, приступим. Я взяла чистый лист и стала писать теорию. Да, теории было много, но я её помнила на зубок. Вот какой нормальный преподаватель будет проходя мимо ученика по коридору, задавать вопрос? Правильно, никакой. Но архимагистр был уже старый маразматик, так что он меня при каждом удобном случае спрашивал. Вот я и знала теорию, как свои пять пальцев. Жаль писать пришлось долго. Зато написала всё. Со схемой иглеаса я мучилась, но не долго. Ядро моего иглеаса состояло из камня саттара, который добывается где–то в Кон — Нуане. Это очень хороший магический проводник и часто используется рунистами, а так же техно–магами, когда нужно работать с очень тонкими потоками магии. Поверхность его состояла из обычного чёрного обсидиана. Почему обсидиана, я не знала. И венчал иглеас тонкий полупрозрачный синий кристалл–указатель, искусственно выращенный в лабораториях. Он служил для перехода магической энергии из невидимого для обычного зрения в видимое. Кстати, этот переход и наделял руны свойствами и принадлежностью к определённому виду магии.

Я была на середине четвёртого задания, когда надо мной кто–то склонился. Я не придала этому значения, а продолжала разбираться с рунами.

— Чему только детей учат, — тихий голос Корада над ухом заставил меня дернуться и отклониться от него.

Маг смотрел на мои записи, потом посмотрел на соседнюю парту и обратно.

— Элина, ты зачем теорию писала? — поинтересовался он, возвращаясь за учительский стол.

— Но это же вопрос, — озадачено ответила я.

— Правильно. Но устный вопрос.

Блин! Я — неудачница!

— Ладно, сдавать работу будешь последняя.

— Спасибо.

Нет, этот маг ко мне просто великодушен. Но как же я его иногда боюсь! Я вернулась к работе и принялась с усердием выполнять задание. Корад по очереди вызывал учеников и за пологом тишины ученики ему рассказывали, а так же что–то чертили, но не все, а скорее те, кто не успел. К тому времени, когда класс опустел, я успела закончить четвёртое задание и принялась за пятое. Сдала работу и села напротив мага, где до меня успели пересидеть все. Маг быстро пробежался взглядом, если это к нему применимо, по моим записям.

— Теория полная, кроме схемы. Третье и четвёртое задания правильны. Могу поставить тебе четыре с закрытыми глазами, но не буду, — я приуныла. — Черти при мне руны.

Я со смесью страха и волнения, принялась чертить.

— И куда ты с такими талантами подалась на руниста? Изучала бы универсала, — сказал Корад, глядя на неоформленную руну.

Вот, ещё один! Но я‑то хочу на руниста идти. Почему каждый норовить напомнить мне, что я для этого слишком слаба.

— У меня способностей для универсала кот наплакал, — как можно спокойней ответила я.

— Если бы ты постаралась, то всё бы получилось, — голос тихий и обволакивающий звучал как будто везде.

— Это вряд ли, — ответила я.

— Эх, Эльвиры на вас не хватает, — трагически сказал Корад. — Она бы всю вашу группу быстро вытянула на нужный уровень.

— Спорить не буду, — кивнула я. Первая руны 'заморозка', вышла криво, но действенно. От неё тут же по столу растекся холодный пар, а лист заледенел. Я взглянула на это творение достаточно скептично. Но главное, что бы работал.

— Ты похожа на свою мать, — вдруг сказал Корад.

Я в ужасе уставилась на мага. ОН! ЗНАЛ! МОЮ! МАМУ!

— Не удивляйся. В своё время она хорошо общалась с Эльвирой. Вот мы и познакомились при довольно печальных обстоятельствах. Я чуть было не убил твою мать, но её спасла Эльвира.

— За что вы её чуть не убили? — тихим, словно чужим голосом, спросила я.

Отец мало говорил о матери. Тетя немногим больше. Поэтому мне очень хотелось узнать что–то новое о матери.

— Она помогала Эльвире. Работала с ней в паре. Ты же, наверное, знаешь, что твоя мать изучала древние языки? — я кивнула. — Эльвира искала обо мне информацию, для этого приходилось сталкиваться с тем, что осталось от древних королевств. Твоя мать работала переводчиком у неё. Они достаточно хорошо дружили. И поэтому Эльвира, не задумываясь, рискнула жизнью, что бы спасти твою мать.

— И что произошло?

— Произошло то, что Эльвира с тех пор заблокировала в своей памяти. Благодаря этим действиям и она, и твоя мать остались в живых, — голос Корада так и оставлялся всё тем же, тихим и обволакивающим.

— Именно поэтому вы были на похоронах мамы?

— Да. Так ты помнишь? — голова мага чуть наклонилась в сторону.

— Вы мне подарили это, — я показала на серебристую цепочку на руке.

— Тебе она тогда понравилась. Драконы и сегодня твоя слабость?

— Да.

Я взглянула на руну и поняла, что больше ничего не напишу. Моя мать была знакома с Корадом, а так же хорошо общалась с Алмазной Леди. Но никто мне ничего об этом не говорил. Да и зачем мне знать такие опасные подробности из жизни моей матери? Лучше мне вообще о матери не помнить, да отец?

— Ты ведь ничего этого не знала, — заметил Корад. — И лучше тебе сделать вид, что не знаешь.

— Иначе, вы меня убьёте? — горько усмехнулась я.

— Я не стану убивать ту, что поклялся защищать. Просто это будет лучше для твоего же блага.

Поклялся защищать? Я уставилась на маску, в которой не было ни единой эмоции. Тот, кто скрывался под ней, сейчас говорил вещи, совершенно не подходящие моей обычной жизни, к которой я привыкла. Они словно открывают новый мир, совершенно другой, опасный.

— С теорией у тебя всё отлично, значит так, и поставим — пять, — я заторможено следила за тем, как маг в журнале ставит отметку напротив моего имени. — Если хочешь, можешь так же приходить на занятия, я могу тебя научить управлять своей магией универсала. Это всё. Можешь идти.

Я шокировано, встала, собрала вещи и вышла из кабинета. Зеленоглазый следовал за мной, как будто, так и надо. Я не обращала внимания, как косятся на меня ученики в коридорах, как меня кто–то попробовал позвать. Я просто шла и понимала, что меня кто–то жестоко обманул. А в чём и кто — не понимала.

Глава 10

Вечерняя история

История неподкупна, но трактуется по–разному.

(Валерий Красовский)

Сегодня последний вечер моего пребывания в этой школе. Я к ней даже немного привязаться успела. У двери стояли две набитые вещами сумки. С того самого дня, когда у меня урок провёл Корад, я его больше не видела. На уроки рун так же не ходила и его предложение не рассматривала, просто потому что боялась, хотя вопросов у меня было хоть отбавляй. Но расспрашивать по этому поводу Корада, я не стану. Лучше спросить всё у Эльвиры, хотя я не понимаю, когда я её ещё раз увижу. Будет ли это завтра, или через год? И ответит ли мне она на эти вопросы?

Я села за учебный стол, открыла свою тетрадь и принялась листать. Тетрадь услужливо открывала мне новые тайны прошлого, но мне было как–то всё равно. Мелитриса как–то сказала, что после урока у Корада я изменилась. Ещё бы! Когда тот, на ком лежит вина за тысячи невинных жизней говорит, что знал твою мать, а потом говорить, что поклялся тебя защищать, как–то страшно становиться. И фантазия бросается вскачь, представляя твоему взору все новые и новые ужасные подробности.

Окно открылось. Я же его закрывала? Поднимаю взгляд и вижу Хедари. Маг сидит на подоконнике и смотрит на меня.

— Что–то ты не весёлая, — заметил он, после минутной паузы.

— Будешь тут веселой, — фыркнула я.

— Лина, перед тобой сейчас лежит артефакт, за который маги Белого Совета тебе могут королевство преподнести на блюдечке, а ты сидишь хмурая. Ты сейчас можешь узнать страшные тайны древности, а тебе всё равно, — склонил он голову в бок.

— Да кому нужны эти тайны древности и эта долбанная история?! Это вообще глупый предмет, — отмахнулась я, захлопывая тетрадь.

— Между прочим, в моё время, за неуважение к истории собственного королевства могли на дыбу повесить, и это было самое лёгкое из наказаний. Так что, пожалуйста, относись к этому предмету с достойным уважением.

Я устало откинулась на кресле. Настроения нет, личной жизни нет, знаний нет, магия слабая. Чем я вообще планирую заниматься в жизни?

— Лина, а ты ничего не чувствуешь? — поинтересовался Хедари.

— Не-а, — беззаботно ответила я.

Маг спустился с подоконника и встал рядом со столом.

— А так?

— Ничего. А что я должна чувствовать? — я устало посмотрела на мага.

— Например, волны жути, от которых так и хочется оказаться на двадцать метров подальше от меня, — как бы, между прочим, заметил маг.

Вот тут я действительно встрепенулась. Я не чувствовала жути и страха, хотя маг стоял буквально в метре от меня.

— Что ты сделал? Как это исчезло? — удивилась я.

— Большей частью благодарить надо нашу с тобой общую знакомую — Эльвиру Бессмертных. И тебя за одно, потому что ты передала ей то, что я попросил. Поэтому я теперь и не кажусь ходячим приведением, — голос мага был полон довольных ноток.

— Классно! — я искренне порадовалась за мага. Кстати, о призраках. — Хедари, а ты призрак?

— С чего ты взяла? — лениво поинтересовался он.

— Значит, не призрак, — кивнула я. — Просто нам принц рассказывал о том, что есть в школе главное приведение. Оно может и убить, и пощадить. И это самое приведение сломала артефакт определитель способностей. А я видела, как вроде бы ты это сделал.

— Если смотреть с этой позиции, то да, я действительно призрак этой школы.

Я с округлившимися глазами уставилась на мага, вернее призрака. Балахон, темнота вместо лица, руки в перчатках, голос человеческий. Он — призрак?! Призрак, такой же, как Зелёный?!

— А если с другой? — настороженно спросила я. — Призраки, насколько я знаю, не обладают магией людей. А ты ей пользуешься.

— Лина, какая же ты наивная, — Хедари покачал головой. — Хотя, это скорее потому, что тебе многое не интересно. Маги мало знают о том, на что способны призраки, потому что давным давно были утеряны все данные о них, кроме тетради перед тобой.

— И?

— Что и?

— Объясни, что ты имеешь в виду? — попросила я его.

Нет, даже если Хедари призрак, о котором предупреждал принц, и который может убить, я его не боюсь. Страха я к нему без жуткой атмосферы не испытываю. Сам он мне ничего, кроме добра не сделал. Так зачем же мне его бояться?

— Лина, маленькая ты ещё, что бы такие подробности знать, — отмахнулся он.

— Ну, Хедари, ну пожалуйста!

— И не проси, Лина. Пока со своими делами не разберусь, я тебе много чего не расскажу. Пошли, прогуляемся?

— Зачем? — на резкую смену темы я ответила машинально.

— Лина, ты завтра с утра уезжаешь в Светлое королевство. Вряд ли ты сюда уже вернёшься.

— Почему?

Кажется, Хедари закатил глаза к потолку от моих нескончаемых, зачем и почему?

— Пойдем до башни, по дороге всё расскажу.

— А ты меня в башне не запрёшь?

— Лина, будешь возмущаться, запру и никто не докажет, что это я… Идём. Пришлось надевать куртку, и (кто бы сомневался!) через окно спускаться вниз. Я не почувствовала ничего, и даже не увидела. Просто воздух опустил меня на землю. Вечер был прохладный. Барьер школы не давал холодному воздуху и сильному ветру гулять по территории школы. С этим тут строго, не то, что в Эрне. На небе красовался серебристый Кий, освещая и без того светлые тропинки школы.

— Не люблю искусственные фонари. Ты не против, если я их притушу? — поинтересовался призрак.

— Туши, — ответила я.

Вообще в данной ситуации, мне не следовало соглашаться. Но если бы Хедари хотел причинить мне вред, он бы давно это сделал, и даже не спрашивал меня, идти или не идти. Хедари сделал жест, и все фонари тут же потухли. Остался только свет спутника планеты.

— А как ты это сделал? Я даже магии не почувствовала.

— Ты бы и не смогла. Я использовал магию другого измерения.

Другого измерения? Такого измерения, как Майндраг или Запределье?

— Ух ты! А как ты ей воспользовался?

— Этому меня научили. Больше не спрашивай, не расскажу, — ответил он.

— Блин, — вздохнула я. — Вот всегда так. Как что–то интересное, так молчат.

— Я бы тебе с удовольствием рассказал и про магию, и про порталы, и про то, что было до Конца Тьмы, но пока что не могу. Эта информация пока секретная. Но позже я с тобой обязательно поделюсь. Хотя, в принципе я могу тебе рассказать про другие измерения. Насколько я знаю, кроме Майндрага и Запределья ты ничего не знаешь.

— Да, — кивнула я, мысленно готовясь к интересному рассказу.

— Только никому о том, что я тебе рассказал, не говори, договорились?

— Да–да! Буду молчать! — закивала я быстро, как болванчик.

— Давным–давно, когда небо бороздили разумные драконы, по улицам бродили огромные каменные големы, а под землёй рыли проходы огромные, в двадцать этажей, черви, на этом месте существовало древнее, могущественное, злое государство Некрон. Правили им злые и ужасные некроманты, губители, чёрные маги, жрецы, демонологи и ещё очень много страшных магов. Самым главным, и самым злым, был король Маален Черный демон. Его так прозвали, потому что он мог враз призвать тысячи демонов из Высшего Предела — мира, в котором существует чистая энергия, и населяют её бестелесные, неразумные существа — навиас. Один демон мог уничтожить город, а тысячи — весь мир. Правил король жестоко и злобно. Бунтов в королевстве не было. Рабов тоже, потому что всю чёрную работу выполняли скелеты, нечисть, нежить и големы. Тогда было время раздолья для некромантов.

Я завороженно слушала рассказ Хедари и внутренне содрогалась. Я знаю, что могут устроить некроманты, которых осталось не так много. А тогда их было очень много и их никто не контролировал.

— Тогда, в страшные времена было известно о двенадцати измерениях.

— Двенадцати? — округлила я глаза.

— Двенадцать полноценных миров, в каждом из которых были свои законы, порядки, магия и жители. Добраться до измерения можно было лишь через портал, который могли открывать носители дара. Такие маги очень ценились в те времена. Если в какой–то деревне у мальчика или девочки проявлялся этот могущественный дар, а он проявлялся ровно в восемнадцать лет, то ребёнка забирали на службу, а семье выплачивалась огромная сумма в сотни золотых. А тогда на сотню золотых деревенские жители могли жить, не работая, всю долгую жизнь, да ещё и для детей и внуков останется. Таких людей называли Ведущими. И чем их больше было в королевстве, тем сильнее оно считалось. Разумеется, чем старше становились такие маги, тем выше были цены за их услуги, а особо наглые могли игнорировать приказы королей, а иногда и вовсе устраивали перевороты. Отец Маалена был король, поэтому, когда проявился дар принца, отец был счастлив. И ведь не просто дар проявился, а очень редкий дар — открытие портала в малоизученный Высший предел.

— И он убил своего отца, что бы получить корону? — спросила я.

В истории это часто встречается. Братья убивают друг друга, делят территории и власть. Этим никого не удивишь.

— Нет. Маален, что бы о нём не говорили, очень любил своего отца. Редко можно было встретить среди черных магов, что бы муж с женой любили друг друга. А отец Маалена женился именно по любви. Королева, между прочим, была та ещё нехорошая женщина, — при эти словах мне показалось, что Хедари поморщился, но я не могла этого увидеть из–за тьмы капюшона. — Но сына они растили в любви. Сын был талантлив и старался угодить родителям. Слухи о том, что сын короля имеет дар, быстро распространились по всему королевству. Быстрее, чем король их мог предотвратить.

— Но зачем? — удивилась я. — Это же наоборот выгодно для короля, разве нет?

— Выгодно. Но ты ведь не знаешь, как делаются порталы.

— Нет. Откуда?

— Маги того времени спокойно могли вытащить дар из человека. Процедура довольно долгая, кропотливая, нудная и требует большой концентрации. Однако не так сложна. Её секрет каждое королевство хранило как зеницу ока. Порталов в Верхний предел было очень мало. В Некроне не было вообще. Разумеется, на короля начали давить, что бы он отдал сына в жертву. Король с королевой, разумеется, отказались. Это был их единственный сын. Враги короля быстро устроили заговор и подняли бунт. Замок горел, как костер в жаркую погоду. Король и королева были убиты. Маален же спасся с помощью верных соратников. Три года он скитался, пока наконец не научился управлять своими способностями. Его сердце было наполнено праведным гневом. И когда он вернулся, ни осталось ни одного живого человека в столице города. Все было уничтожено.

— Ужас какой, — тихо сказала я.

— Да. Это был ужас. Верные люди ждали за пределами города. Затем, в течении двух лет город отстроили. Столица Некрона просто кишела магами с темными дарами. Меньше было нейтральных. Маален не был дураком и не верил во все старые традиции, которые были во время правления его отца. Он первым применил систему Клинков. Четырнадцать клинков, которые следили за государством.

— Четырнадцать?!

Я офигела. Корад обладает только восемью. Какой же силы был тогда король?

— Да. Это был сильнейший маг за последние пятьсот лет. Некрон всего за какие–то жалкие двадцать лет стало одним из могущественных государств. Всем пришлось считаться с ним. Так как Маален сам был из уникальных магов, он собирал на службу таких же, как он. И к нему стремились. Он мог их защитить от вытягивания дара. У него собрались неплохие советники и очень сильные маги. Тогда и было решено построить Пять Тайных Корпусов для разработки самого передового оружия. Именно там была разработана маска Корада, именно там был создан артефакт перевертыш, позволяющий применять как черную, так и белую магию одному человеку. И твоя тетрадь была тоже там разработана. Много чего был там разработано. Но самым главным было то, что маги, способные перемещаться хотя бы в одно измерение, будь то Майндраг или Запределье, могли обучиться там переходу и в другие измерения. Это открытие было сделано первым корпусом.

— Ого себе!

— Да, это была пора действительно великих открытий. Вот тогда соседние государства серьёзно стали опасаться. И было из–за чего. Ещё не один маг не мог открыть портала больше, чем одного. А тут самые слабые могли открыть по два измерения.

— А ты во сколько можешь? — поинтересовалась я.

— Хедари алай Эвьён дер крон Шейн ас Майдраг ас Спектий ас Элкрон ас Тум. Это мое полное имя. Оно означает, что меня зовут Хедари. Приставка алай означала что–то вроде титула графа, земли Эвьён. Дер означала, что я потомственный маг, причём из древнего уважаемого рода Шейн, крон — первый сын в семье. Ас приставка, означающая, что я могу управлять измерением и перечисляется каким. Шейн — название этого мира нет в современных источниках, поэтому могу лишь сказать, что это мир, на подобии Майндрага. Летающие острова, и их очень много. Живут там существа — Эсмелры. Они очень похожи на ангелов. У них белоснежные крылья за спиной. Я только получил приставку и был в их мире один раз. Я не могу много о нем тебе рассказать. В Майндраге ты была, рассказывать не буду. Спектрий — удивительный мир. Его населяют существа, хоть и разумные, но понять нам их не дано. Они видят нас, они могут с нами взаимодействовать, они разумны. Их магия сильна, но они нас просто выкидывали из своего мира, если мы начинали действовать силой. В остальном же игнорировали. Существа надо заметить, самые красивые. Темные силуэту, переливающиеся всеми цветами радуги. Большие глаза, как звезды, смотрящие сквозь тебя. Общаются они по средству смены цветовой гамы на своём силуэте, не имеющем ни рук ни ног. Лишь выделяющаяся голова с глазами и туловище. Мир Элкрон не населяют какие–либо видимые существа. Магия этого мира странная. Я бы сказал, она сродни с призрачной, но не понятна и сложна в управлении. Мир представляется огромны пространством, пустым и белым. Куда бы ты ни пошёл, везде тебя ждёт ничто. Кстати, этот мной был открыт вторым. Мог бы стать и моим первым, но я никогда к нему не стремился. Открыл я его лишь для повышения уровня в глазах общества. А первым миром стал мир Туман, или Тум. Мир призраков. Кстати, не верь сказкам. Что бы там не говорили, призраки с человеческими душами ничего общего не имеют. Сколько исследований не проводилось, души так и не были обнаружены, что, однако, не доказывает, что из не существует. Впрочем, я чуть отвлёкся. Мир призраков не зря назван Туманом, потому что он и представляется нам одним сплошным Туманом. И в этом тумане стоят огромные призрачные строения, и населяют его самые разные призраки. Те, что ты видишь сейчас в школе, это так, всего лишь несколько видов из десятков, если не сотен тысяч.

— Хедари, но если ты говоришь, что ваши маги обладали такими способностями, то почему же они не захватили мир?

— Все имеет свойства заканчиваться, особенно, если это зло, — пожал плечами призрак.

— Неужели Светлое королевство собрало союзников и в войне разгромило врага? — захлопала я глазками.

— Нет. Светлого королевства тогда и не было в помине, — покачал головой маг. — Кто–то из исследователей Пятого корпуса нашёл способ заблокировать наши способности, способности к запредельной магии. Из–за этого начался первый Конец Тьмы. Жестокий и беспощадный. Самые могущественные силы столкнулись друг с другом. Один алмазный маг тогда мог запросто стереть континент. И эта сила вырвалась наружу.

— Но тогда почему же мир ещё цел? Хоть мы и видим последствия, но все расы ещё существуют, — не понимала я.

— Потому что, Элина, жизнь — это самая удивительная вещь во вселенной. И уничтожить её не так–то легко, — загадочно ответил тот. — Я скажу только то, что последствия того времени не прошли бесследно. Они все ещё этом отдаются на этой земле. Взять хотя бы эту башню. Тысячу лет она метается между Туманом и Аркрау. А вместе с ним мотаюсь и я, не способный как следует жить, и не способный как следует умереть. Впрочем, что–то я отвлекся от главной темы. Применение магии и измерения.

— Ага, — кивнула я.

Его рассказ был жутко интересным. Не каждый день можно узнать то, что было тысячу лет назад.

— Как я применяю магию чужого измерения? Очень просто. Я могу перемещаться из одного измерения в другое. Следовательно, во мне внутри есть магия и другого измерения и нашего мира. Моя магия сочетается в обоих мирах. И как только я научился управлять магией в другом мире, я спокойно её переношу в этот. Но тут есть свои нюансы. Если на обычный огненный шар ты тратишь допустим здесь, три потока энергии, то в Тумане или Запределье ты тратишь уже или один или пять. Все зависит от измерения. Соответственно, следует создавать заклинания исходя из энергии другого измерения. Если ты используешь слишком много, то последствия могут быть печальными. И самое замечательное, что магию другого измерения не могут почувствовать те, кто не связан с этим измерением или с каким–нибудь другим. Даже музыкальные маги не могут этого делать. Но заметить магию Ближнего предела я смогу, хотя переходить туда и не умею.

— В принципе понятно. Значит, с этим даром нужно родиться?

— Родиться? Нет. Все зависит от желания. Если ты захочешь, ты сможешь все. Даже обрести способности к переходу в другое измерение. Проблема в том, что после Конца Тьмы мир перестал быть таким послушным как раньше. И переходить через измерения очень трудно, если ты уже не умеешь это делать.

— Ясно.

Мы как раз дошли до башни с приведениями. Вокруг неё я заметила серебристый полог, ограждающий от всех любопытных, а так же магов, патрулирующих этот периметр.

— Мне нужно вернуться в башню, а тебе завтра уезжать.

— Интересно, смогу я когда–нибудь сюда попасть снова.

— В здание? Уже нет.

— Почему?

— А посмотри.

Хедари указал на здание. Большое серебристое здание, увенчанное огромным шпилем. Выше пятнадцатого этажа близко к башне летали приведения. Поначалу ничего не происходило. Треск, и по зданию пошли огромные кроваво–красные трещины. Они опутывали здание с самого низа и до верху. Шпиль в свете Кия зловеще светился. Мне стало страшно. Столько злобы, столько страха, ненависти и отчаяния вылилось в мир. Маги суетливо закопошились и стали кидать различные щиты. Только магия нашего мира не стала взаимодействовать с магией другого измерения. Здание все больше и больше трескалось, кровавы свет расстилался над территорией школы. Призраки стали проявляться из неоткуда, подвывая своими замогильными голосами.

— Это конец. Конец эпохи тайных корпусов, конец памяти о королевстве Некрон. Слишком много боли и страданий принесла та эпоха.

Голос Хедари звучал спокойно, и даже как–то облегченно.

А я все смотрела на трескающееся здание. Трещины перестали появляться, но само здания стало на глазах разрушаться в багровом сиянии. Да, это действительно конец. Яркая кроваво–красная вспышка осветила на миг, казалось, всю столицу. Когда я смогла различать какие–то вещи, мир уже был другим. Не было больше величественного здания прошлого. Единственное, что о нем напоминало, это расставленные вокруг серебристые щиты.

— Хедари, — я обернулась к магу, но его уже не было.

Мне стало грустно. Я успела привязаться к этому странному жуткому магу. Но он решил уйти. Это его выбор.

Я последний раз окинула то место, где был первый корпус, а затем быстрым шагом развернулась и направилась в жилой корпус. Моя жизнь продолжалась.

Глава 11

Что такое «не везёт» и как с этим бороться?

Глядя на виноватое выражение лица моего первого учителя, я почему–то даже не была удивлена. А чему удивляться? Тому, что он не сможет быть моим наставником и теперь мне нужно выбрать другого. При всем при этом кандидатур, желающих взять меня в ученицы становиться все меньше и меньше.

— Прости, Лина, так получилось. Я действительно хотел тебя взять, но меня выбрали для поездки в государство Саатер на полгода. А к этому моменту ты уже обязана выбрать наставника.

— А может вы и так меня возьмете, а я сама буду учиться. У меня неплохо получается, — предложила я.

Ну не хочу, что был моим наставником был кто–то другой. Не люблю чужих людей.

— Увы, но тогда это будет противоречить правилам, — отрицательно покачал головой тот.

— А кого же мне тогда выбрать? Те, кто мог бы меня взять, выбрали других.

— Я тебе подберу хорошего мага, — пообещал тот. — Мы с принцем ещё оговорим этот вопрос.

— Ладно.

Я была сильно расстроена. У меня были такие надежды, а теперь они все полетели прахом. И что мне в таком случае делать?

Я покинула кабинет учителя и направилась домой. Моё село было не так далеко от города.

За окном опускался осенний вечер. Люди на улице ускоряли свой шаг, что бы оказаться в момент наступления ночи в своем теплом уголке.

Эльвира не особо любила зимние вечера за их скуку, холод и однообразие. Закутавшись в теплый плед и медленно потягивая крепкий чай с лимоном, она рассматривала перед длинный Белый лист, висевший перед нею.

Когда она две недели назад подала заявление об уходе на пенсию, причем по собственному желанию, один из её бывших когда–то наставников архимагистр Крылов, посмотрел на заявление у него на столе с полнейшим изумлением.

— Ты верно шутишь, — покачал он тогда головой.

Белый Совет магов, главенствующий совет во всем королевстве, был сражен наповал. Все прекрасно знали характер Эльвиры, некоторые даже её прошлое, её неуемное любопытство и её нелюбовь к сидению на месте. И тут она сама по доброй воле изъявляет желание уйти на пенсию. Да не просто так уйти. Всем было бы на это плевать. Она просила Белый лист. Белый лист для мага светлого королевства любой ступени означал конец, конец магии. Комиссия магов с разрешения только Белого Совета резко ограничивала способности любого мага, в основном алмазной ступени. Человек больше не мог использовать всю силу никак. Это делалось рази на всю жизнь.

Эльвире терять уже было нечего. Последствия её главного договора с Корадом навсегда отняли у неё половину магических сил. А для мага её уровня это было более чем существенно. Договор, цена которому человеческая жизнь. Хотя Эльвира до сих пор не понимала, почему он согласился на это? Почему тот, кого извратила темная магия, от личности которого уже практически ничего не осталось, вдруг решил пойти на попятную, и сделал ей уступки. Но это уже дела давно минувших дней. Повод, ставший причиной её заявления, был прост. Король поставил её перед фактом, что она возвращается в Дальнюю крепость в качестве консультанта. Управлять и тем более, патрулировать нижние уровни ей никто разрешать не собирался. Все бы ничего и она бы согласилась, если бы крепость не кишела магами Черного королевства. Они не приняли во внимание то, что благодаря её разведке им удалось зайти так далеко. Маги подставили её под удар и лишили поста начальницы крепости. И это предложение Эльвира сочла оскорблением. Она не стала швыряться огненным штормом или сносить светлый замок. Она промолчала. А потом спокойно пошла и подала заявление на Белый лист. И вот теперь её способности ограничены, она имеет Белый лист, из–за которого даже король не может призвать её на службу. Теперь она может заняться своими делами. Загадка Кон — Нуана и Конца Тьмы, странный скелет и проклятие принца — все это притягивало её. К тому же нужно позаботиться о своей маленькой крестнице, пристроить её в хорошие руки, а потом заняться самой её воспитанием и обучением. Холод и боль пронзили все её тело. Кружа выпала из её рук и со стуком разбилась на полу. Затем пришла боль. Она нарастала подобно лавине, быстро и неотвратимо усиливаясь. Эльвира упала на диван, не в силах закричать или позвать на помощь. Магия вокруг словно закутала её в кокон. Руку обожгло невыносимой болью.

Вспышка боли и магии, подобно молнии, показалась и исчезла.

Раз.

Следующая вспышка была похожа на ураган, сносящий все на своём пути.

Два.

Её тело пронзает огненная буря, пожирая изнутри.

Три.

Темная магия, магия смерти окружила её, сдавливая внутренние органы, заставляя забиться в конвульсии.

Четыре.

Её словно придавило огромной скалой, не давая даже продохнуть. В глазах появилась красная пелена.

Пять.

Что–то неясное, непонятное, но противное, бесцветное пронзает её. Рука горит синим пламенем, разрываясь от боли. Она уж не понимает, где иллюзия, а где реальность.

Шесть.

Боль.

Тук–тук–тук-тук.

Кровяной ток бьет по ушам, подобно колоколам, бьющим в набат.

Ту–ду, ту–ду.

Сердце бьется не менее интенсивно, пытаясь вырваться из своей клетки в груди.

Шесть? Почему шесть?

Кокон из магии, окружающий её, приносящий только боль, внезапно разрывается темной фигурой. Черный провал лица и горящие бирюзовые глаза. Неестественно, совсем не к месту на его поясе висит белый длинный клинок меча.

Фигура наклоняется. Плащ, сотканный из тонкого слоя прозрачной воды окутывает Эльвиру, принося с собой тепло, унося боль, успокаивая бешено колотящееся сердце.

— Ас–сте…

— Тише. Ничего не говори, — глубокий голос, заставляющий бояться, но полон беспокойных ноток. — Ты при смерти и лучше бы тебе поберечь свои силы.

Эльвира выдавила из себя кривую ухмылку. Если бы ей кто–то сказал двадцать лет назад, что Клинок Корада, её заклятого врага, вот так просто будет сидеть рядом с ней и пытаться залечить последствия разрыва заклинания, она бы рассмеялась в лицо этому глупцу. Но именно это и происходило. Астейл, тот, чья цепь не была разорвана, сидел сейчас рядом. Это ирония судьбы, то, что именно Астейл и Блоск остались под заклинанием, а остальные вырвались. Когда эти два Клинка действуют в паре, совладать с ними очень сложно. Даже ей.

— Корад вырвался из Черного королевства, едва цепь была разрушена. Его путь сейчас лежит к крепости Дальний мост, в туннели. Клинки разбрелись по своим старым позициям, — сообщил Астейл.

Он легким движением достал артефакт из складок своей мантии и положил Эльвире на грудь.

— И почему ты до сих пор жива? Заклинание должно было уничтожить тебя. Хотя ведь не все Клинки вырвались. Теперь ты поплатишься только своей магической силой. Каналы и аура порваны, и восстановлению не подлежат.

Эльвира только вздохнула. Теперь прощай её карьера алмазного мага навсегда. Теперь её остается лишь сидеть в каком–нибудь пансионате для престарелых магов и коротать свой век как обычный человек, надеясь, что в безлунную ночь её не навестит какой–нибудь наемник и не отнимет её жизнь. А ведь у неё было столько планов. И об обучении Элины можно забыть. Хотя знания ей передать она все же может.

Клинок поднял Эльвиру на руки. В таком ужасном состоянии она мало что понимала. Казалось, что мир поплыл, краски слились с переливами фиолетового. Её тошнило, голова болела, а рука казалось, горит в огне.

Клинок аккуратно положил ценную ношу на большую кровать в другой комнате, и стал медленно снимать с неё верхнюю одежду. Эльвире это казалось каким–то странным, злым сном, полным боли. Избавив её от рубашки, Астейл ненадолго исчез, что бы появиться уже с аптечкой. С каждым мгновением боль отступала. Эльвира повернула голову, и стала внимательно следить за движениями Клинка. Тот бережно взял её почерневшую руку, с шестью выжженными спиралями. Сначала он быстро и легко обработал её специальным пропитанным лекарством материалом, затем намазал дурно пахнущей гелеобразной жижей. Приятный холод сбивал жар, отводил боль. После этого он замотал её руку промасленным бинтом, накинул на него маленький тонкий щит, не позволяющий бинту соприкасаться с поверхностью.

Артефакт на груди работал исправно. Он служил стабилизатором между магическими каналами, настраивая потоки, направляя магию, восстанавливая ауру.

— Все, первая помощь вам оказана, — сказал Клинок. — Сразу не умрешь, по крайней мере, пока я здесь.

— И долго ты здесь будешь? — эта фраза далась ей тяжело.

— Блоск тоже остался в цепях. Можешь её вызывать? — Астейл словно и не слышал его.

Ого! Да Блоск — это ещё и женщина маг. Интересно. Эльвира, конечно, знала, что среди Клинков есть женщины маги, но кто конкретно оставалось вопросом.

— Нет.

Клинок покачал головой, взял одеяло и укрыл им Алмазную леди. Сел рядом.

— Я не виделся с ней почти десять лет. Эти ненавистные цепи не дают нам быть вместе.

— Отношения между Клинками запрещены, — напомнила Эльвира.

Клинки не знали, кто скрывается под масками, разумеется, кроме самих себя. Они и Корада без маски не видели. Эльвира являлась единственным человеком, кто вообще знал, как появился этот грозный маг, бич всего мира.

Корад как–то рассказал, что некоторые Клинки блокируют свою память, что бы в обычной жизни жить своими обычными жизнями, заниматься делами и ничего не знать о нём, черном маге. А некоторые наоборот, действуют в открытую. Так например Корстен Адкиа. Он стал Клинком, потому что кто–то должен был им стать. Юноша не любил правила, не любил повиноваться. Но перед Корадом он благоговел. И темный маг выбрал его.

— Да. Но на нас Корад давно махнул рукой. Скорее на меня. Блоск не то, что бы разделяет мои чувства. Она относиться ко мне лучше, чем к остальным. Мы не просто партнеры на поле боя. Мы партнеры и в жизни. Нам легко удается найти общий язык. Я был счастлив, узнав, что она женщина. Я сделал ей официально предложение. Потом ещё одно. И ещё. И она их отвергала. Она сказала, что для меня в её жизни места нет. Я до сих пор бьюсь над загадкой, кто же она? Я хочу найти её, хочу сделать своей. И только для этого я прибыл сюда.

— Может она действительно не подходит тебе?

— Что?! — глаза бешено засияли. — Я ради неё готов на всё!

— Идиот, — констатировала Эльвира.

Слабость не думала уходить. И вряд ли уйдёт в ближайшие дни, может недели. Столь мощное заклинание, создававшееся не один месяц, просто так не исчезает.

— Думай что хочешь, но я от своего не отступлюсь, — Клинок откинулся на кровать.

Эльвира закрыла глаза. Такой слабой она себя давно не чувствовала, с тех пор как последний раз по настоящему дралась с Корадом. А это было больше двадцати лет назад.

— Не вздумай засыпать, — сказал Астейл.

— Скоро сюда прибудет помощь, — сказала Эльвира.

Цепи были закреплены не на ней одной. Вопрос только в том, как скоро они прибудут сюда.

— Да. Мне лучше уйти.

Клинок слишком резко встал, оставляя за собой водяной шлейф на воздухе.

— Мне нужно увидеться с Блоском. И ты мне в этом поможешь, — зловеще произнес он.

Водяной вихрь окружил его, а затем резко вошел в пол. Эльвира лишь хмыкнула. Не на ту напал, Астейл. Помогать Клинкам она не собиралась. Эта парочка всегда доставляла ей много хлопот в старом составе. Но после того, как обоих выследили и убили, а на их место поставили новых, командной работы лично от них она не видела. Но была наслышана от своих сослуживцев. Двое новых Клинком были если не искуснее, то куда умнее, быстрее и хитрее. С Блоском ей не доводилось встречаться, а вот Астейла она видела не так давно. Интересный маг. Очень сильный губитель, черный маг и универсал и это только малая часть из того, что он умел.

Вспышка и вот к ней бросился невысокий, худой и бледный, человек. Одет он был в простые брюки и расстегнутую рубашку, по которой растекалось алое пятно.

— Эльвира!

— Я в порядке, — ответила она.

Голос был слаб, да и прикосновения мага причиняли боль, но она стоически терпела. Она Алмазная леди и проявление слабости для неё непростительно.

— Сколько? — тихо спросил он.

— Шесть. Залечи себя.

Маг глянул на неё чуть растеряно, но видя, что помощь ей уже оказана, принялся за себя.

— Предупреди Викториана. За ним закреплен Астейл, а тот пока что не вырвался, как и Блоск. Тебе сильно досталось.

Маг коротко кивнул, и принялся залечивать рану подручными средствами.

— Это были 'Братья Тьмы'. И действовали они грамотно и тщательно спланировано. Я до последнего не знал, что мой советник из их числа. Мало того, что они сами нам принесли не мало хлопот, так теперь, с освобождением Корада, мир, достигнутый такими усилиями, будет разрушен. Тебя они ведь вывели из строя. А только ты и могла ему противостоять в полную силу. Король Черного королевства Гилберт Молниеносный, а это был именно он, сел на то место, где не так давно сидел Клинок.

— Теперь нам остаётся бросить против них все силы, и надеется, что найдется кто–то тебе на замену.

— Как это произошло? — спросила Эльвира.

Я был занят послами кровавых эльфов. Именно в тот момент, когда мы были готовы подписать договор о сотрудничестве, ты же знаешь, какие у нас с ними отношения, тут–то мой советничек и ввязался. Он протянул мне перо для подписи, но это оказался сковывающий артефакт. Затем меня словно холод пронзил, а потом рука взорвалась болью. Её будто бы жгло. Я плохо разобрал, что было дальше. Помню тупую боль в области груди, — он указал на рану. — Посол попался нормальный. Вытащил меня из этого ужасного состояния с помощью своей магии. Как очнулся, я первым делом бросился сюда.

— Проблем у вас теперь выше крыши, — чуть качнула головой Эльвира, за что получила порцию головной боли.

— Да уж, у нас, — с горечью сказал Гилберт.

Эльвира его уважала, и это уважение было взаимным. Для Гилберта она была кем–то вроде авторитета. Никто кроме неё не мог так противостоять Кораду, а Корад был убийцей его старшего сына. Много горя принес он всему миру Аркрау.

Алмазная леди отвернулась к окну. Зимняя ночь давно вошла в свои права. Ах да, как она могла забыть. Ей казалось, что эти вспышки длились всего несколько секунд, но прошло уже порядочно времени. Может часов шесть, а может и больше. Бывший алмазный маг попыталась представить, что теперь ждет королевство. Как поведет себя Корад и что он решит. Ей было страшно не за себя. Корад никогда не причинит ей вреда. Но вот за остальных, в том числе за Элину, она переживала. И вдруг её взгляд всего на мгновение зацепился за лысый череп и глазницы, полные потустороннего серебристого тумана. Скелет улыбался. Всего мгновение, и вот картинка исчезла. Нервы у алмазной леди были действительно алмазными почти всегда, но сейчас ей вдруг стало по–настоящему страшно и жутко.

Вторая вспышка света разлилась по комнате, и Эльвира увидела ещё одного короля — короля Светлого королевства Викториана. Его обычно спокойное улыбчивое лицо было хмурым.

— Я надеялся, что ты пошутил, Гил, — тихо сказал он, глядя блестящими аквамариновыми глазами на Эльвиру.

— Я бы тоже предпочел, что бы это все была шутка, — кивнул тот.

— Эльвира, нет возможности восстановить твои способности? — поинтересовался Викториан Светлый.

Первая мысль о том, что бы вернуть самую сильную боевую единицу в строй. А все остальные дела потом.

— Ты же сам закреплял заклинание, и должен был знать о последствиях, — сказала Эльвира. — Теперь мне уже ничто не поможет. Корад вырвался, а я стала инвалидом. Придется вам, мальчики, разгребать все без меня. Корад сейчас направляется в Дальний мост. Предупредите всех. Светлый кивнул, не задаваясь вопросом, откуда она знает эти подробности. Все, что всегда касалось Корада, Эльвира знала лучше всех.

— Я предупрежу всех союзников. Королевствам придется готовиться к войне, — сказал Гилберт. — Готовь войска к обороне, Вик.

И король Черного королевства исчез в черной дымке.

— Я пришлю лекарей.

— Мне уже оказали, как ты видишь, всю необходимую помощь. Мне остается только ждать и молиться, что бы все прошло гладко и как пострадало как можно меньше людей. Тебе же придется выполнять свой долг. Иди.

Король ничего не сказал. Они оба вспомнили времена, когда многие на улицу боялись выходить. Никто не знал, где может объявиться Корад. Единственным маяком была Эльвира. Но теперь она не может сражаться. Теперь им самим придется организовывать все то, что делала она одна.

— Спасибо, — тихо сказал король Викториан Светлый. — Спасибо, что подарила нам двенадцать лет мира.

И он тоже исчез. Просто растворился в воздухе.

— Пожалуйста, — сказала Эльвира пустоте.

Что ж, теперь вся надежда только на то, что найдется достаточно толковых людей, которые не убудут лезть на рожон и уберегут этот мир от разрушения. Эльвира не почувствовала волны магии от перехода. Нового посетителя она заметила лишь тогда, когда он зашел в дверь.

— Ты направлялся в крепость, разве нет? — спокойно спросила она, хотя её охватил страх.

Всегда, в любой момент она могла воспользоваться магией. Всегда она могла вырваться, бежать, схватиться за оружие и биться. Но сейчас она не могла даже голову повернуть без приступа головной боли. Магия ей не подчинялась. Она впервые почувствовала себя беззащитной, не способной ни на что. Страх усиливался, а к разуму тихо подкрадывалась паника.

— Я не могу не зайти и не проведать тебя, — сказал тот.

Черный, покрытый осязаемой дымкой черной магии, зашел в комнату.

— Стой, где стоишь, — в голосе Эльвиры проскользнули нотки паники.

Сейчас она даже на помощь не могла позвать, не то, что бы ответить на атаку. К удивлению, силуэт замер на месте. Его пустые глаза были направлены на Эльвиру. Создатель этой маски был явно не дружен с головой. Маска сама по себе вселяла страх и отвращение.

— Чем я могу помочь? — спросил он.

Эльвира ожидала что–то в этом роде.

— Постарайся не убивать людей на пути к своей цели, — попросила она.

— Ты знаешь, что это не возможно.

— Знаю. Но ты это можешь сделать.

— Я постараюсь убить как можно меньше. Кому как не тебе знать, что много людей сами лезут навстречу смерти, — тихий и обволакивающий шепот утверждал.

Эльвира не стала с этим спорить. Молодые маги часто пытаются проявить себя, да и не только маги, но и войны. И они вызывали его на дуэль или просто пытались напасть со спины. Всякие глупцы бывают. Она неоднократно повторяла, что напасть на него без неё — смерть. Она пыталась удерживать их, пыталась показать, к чему приводят глупые поступки. И ей это удавалось. Но всех образумить она не могла.

— Да, — кивнула она.

— Можно мне подойти? — голос едва различимо изменился.

— Нет.

— Почему?

— Я боюсь тебя.

Маг чуть склонил голову, а затем прислонился к стенке и сел. Темная дымка магии все ещё оплетала его.

— Если я сниму маску, ты будешь меня кормить?

Вопрос, заданный этим зловещим тоном поставил Эльвиру в тупик. Сначала Эльвира пыталась сообразить, в чем дело. А потом начала смеяться. Смех причинял боль.

— Тебя, помниться, стошнило в первый раз, когда ты попробовал мою стряпню!

— Я был очень голоден, — ответил тот. — Ты меня тогда накормила, отмыла, и спать уложила.

— Было дело, — не стала спорить Эльвира.

Глава 12

Детские истории

Хорошо лежать на солнышке, слышать щебетание птиц, читать какую–нибудь интересную книжку, попивая любимый сок. Вот только ни солнышка за окном, ни щебетания птиц не наблюдалась. А вот необычная для сезона дождей буря для нашей местности, разразившаяся не пойми из–за чего, так и красовалась за окном.

Каникулы скоро закончиться, а я так и не нашла себе наставника. Принц пообещал, что через три дням мне точно кого–нибудь дадут, а если он пообещал, то выполнит точно. В последнее время мы видим его все реже и реже. Причина тому подрастающий четырнадцатый принц Зордар Светлый. На наш общий вопрос, почему бы принц должен за ним смотреть, а не няньки, Гедеон ответил что–то в том духе, что его братишка слаб здоровьем и нуждается в присмотре.

Стук во входную дверь нарушил мои размышления о наставниках. Я нахмурилась. Кто в такую погоду решиться появиться. А если учесть то, что ворота я закрывала, то все это становиться подозрительно.

Сказать, что я была удивлена, это не сказать ничего. На моем пороге, одетый в теплый зимний плащ, стоял Маркус.

— Что ты здесь делаешь? — ошарашено спросила я.

— Можно сначала войти? — поинтересовался в ответ он.

Я пропустила его. Маркус, да ещё и один.

Парень по–хозяйски зашел, разулся, повесил плащ. Я закрыла дверь, отметив, что на улице, хоть и день, а ворот даже не видно.

— Так что тебя привело сюда?

— А чаю горячего можно? Я замерз.

Я раздраженно направилась на кухню, а мой гость следом за мной. Маркус не из тех людей, которые приходят просто так. И я слабо верю в то, что он замерз. Но как радушной хозяйке мне ничего не остается делать. Я, конечно, могу его выгнать, только в такую погоду самой выходить страшно, не то, что бы кого–то выпроваживать.

— Как у тебя с наставниками обстоят дела?

— Не спрашивай, — ответила я.

Маркус по–мальчишески улыбнулся, и от этой улыбки у меня разлилось теплое чувство. Я быстро отвернулась. С первой встречи у меня были странные чувства к нему, но никому я об этом не говорила.

— Если хочешь, я могу быть твоим наставником, — как бы между прочим сказал он.

— Не надо мне такого счастья! — ответила я, наливая чай.

Руки предательски дрожали, и я разлила немного воды.

— А что? Я руны знаю хорошо, универсал я тоже хороший, базовую светлую магию тоже знаю. Разве это не здорово?

— Базовую светлую?

— Да. Чтобы правильно противостоять противнику, базу всегда нужно знать, даже если этой магией ты не владеешь.

— Мне кажется, или ты слишком гениален? — я повернулась и уставилась на него скептическим взглядом. — Алмазные маги владеют как минимум четырьмя направлениями в совершенстве. А ты уже показываешь знание четырех направлений. Что–то здесь не сходиться.

— У меня хорошая память, сильный магический потенциал и большие планы на жизнь. Мои родители обеспечивают мне лучших наставников, лучшие магические артефакты и самые новые магические разработки. Знакомство с семьей Милстрон дает мне доступ к такому количеству разной информации, собранной за тысячелетие, что ты и представить себе не можешь. И всем этим я пользуюсь на полную. После этого как ты думаешь, могу я оставаться на таком же уровне, как и мои сверстники.

— Нет, — буркнула я, ставя перед ним бокал с чаем.

Тогда понятно, почему Маркус настолько силен. Если он сейчас показывает столь блестящие результаты то, что будет потом, я и представить себе не могла.

— Но даже при всем при этом я поставила тебе синяк под глазом, — ехидно улыбнулась я.

Да, веселое было время в прошлом учебном году.

— Я просто ограничивал свои способности, иначе ты бы и шагу сделать не смогла, — ухмыльнулся он, а я покраснела.

— А ты так и не ответил, что ты здесь делаешь, — напомнила я.

— Пришел в наставники к тебе записаться.

— Не, такого наставника мне не надо, — отрицательно покачала головой я. — Ты меня угробишь в первый же день и скажешь, что так и было.

— Да–да, именно так все и будет, — закивал тот.

— А если серьезно?

Лицо Маркуса приобрело серьезное выражение.

— Есть ещё одна причина, по которой мои родители заключили союз с семьей Милстрон, — сказал тот.

— Ещё одна? — я вообще не поняла, к чему он это сказал.

— Да. Можно сказать, это основная причина.

Маркус провел по своему лицу. Я бы закричала, если бы не видела уже подобного когда–то давно. Кожа на лице была словно измазана чем–то жирным, коричневого противного цвета. Глубокие уродливые шрамы неправильными линиями рассекали все лицо, шли вниз к горлу и скрывались под водолазкой.

— Противно, не правда ли? — голос был таким же, как и прежде.

Глаза цвета темного шоколада смотрели на меня с тоской. Я не стала отвечать на этот вопрос, ведь ответ мы оба знали.

— А где Эрл? — поинтересовалась я.

Маркус улыбнулся. Даже на этом лице, испещренном проклятием, улыбка сияла. Он засунул руку под водолазку, а затем вытащил оттуда похожего на ящерицу, только с крылышками, дракончика. Оранжево–красная окраска и прозрачные, отливающие фиолетовым крылышки. Дракончик, увидев меня, радостно, по–собачьи, завилял длинным хвостиком, а затем соскочил с руки и принялся летать вокруг меня.

— Он все ещё тебя помнит, — ответил Маркус.

Я взяла дракончика в руки. Его шкурка была горячая, но такая приятная. Когда–то давно, кажется в другой жизни, я знала Маркуса. Тогда ещё была жива моя мама. Несмотря на его изуродованное лицо, мы с ним подружились. Я была у него дома не долго, но этого времени хватило, что бы оставить о нем незабываемые воспоминания, как о лучшем друге детства. После знакомства с Маркусом у меня появилась любовь к драконам.

— Проклятие никак не снять, так ведь? — поинтересовалась я, поглаживая дракончика.

— Снять можно, но таких специалистов очень единицы. В семье Милстрон им является прапрабабушка Мелитрисы. Когда мои родители попросили их вылечить меня, разумеется, за плату, те отказались. Но взамен предложили, что бы я женился на Мелитрисе. Они получат сильного мага, плюс влияние моей семьи, что только упрочнит их положение в обществе. И только после нашей свадьбы они снимут проклятие. Мелитриса, как и многие, ничего не знает об этом.

В моей голове пронеслись ругательные слова в адрес этой самой родственницы моей подруги. Так они испортили жизнь и Мелитрисе, и Маркусу! Почему просто нельзя снять проклятие?

Маркус встал и подошел ко мне. Слишком близко подошел. Сердце забилось как сумасшедшее. Даже не смотря на изуродованное лицо и все, что было с нашего знакомства в школе, я видела в нём того милого мальчика, который донес меня до комнаты на спине, который был со мной, когда мне было страшно. Сейчас передо мной стоял не тот черный маг десятой ступени, который напал на меня на экзамене, а тот добрый и отзывчивый мальчик, который рассказывал мне разные сказки, играл со мной в игры, и с которым мы кормили дракончика. Поддавшись своим чувствам, я обняла его, а потом, осознав, что сделала, резко отпрянула.

— Чай сейчас остынет, — как бы, между прочим, сказала я.

— Да, — кивнул он.

Настала напряженная пауза.

— Так что, примешь меня в наставники? — поинтересовался он.

— Не-а, — ответила я.

— Напрасно, — заметил он.

Наступила небольшая пауза. Я не знала, что могу ещё ему сказать. Он тоже молчал. Странно как–то получилось. Я даже представить себе не могла, что этот парень окажется моим давним другом. И это проклятие. Кто наложил его и почему? Хотя, учитывая из какой семьи Маркус нетрудно представить.

Пространство словно завибрировало, и передо мной вырос принц Гедеон.

— Элина, ты где? — обеспокоенно спросил он.

— Дома, — растеряно сказала я.

— Никуда не выходи в эти дни, только если очень нужно. Веди себя как можно тише и не применяй заклинаний. Будь осторожна.

— А что случилось?

Маркус встал. Его лицо уже было закрыто иллюзией. Принц не подал виду, что удивлен.

— Корад. Он снова начал действовать.

Я испуганно села. Это могло значить лишь то, что теперь нигде не безопасно.

— Алмазная леди не позволит ему действовать в полную силу, — Маркус был само спокойствие.

— Меры безопасности никто не отменял. Будьте осторожны. Оба. Крис Милстрон — Вайзер знает, что ты там?

— Нет. Он отправился по важным делам.

— Я ему сообщу. Будет лучше, если ты останешься с Элиной.

— Хорошо.

Проекция принца, а это была именно она, исчезла.

— Тут что–то не так, — задумчиво сказал Маркус.

— Что? — не поняла я.

— Когда я спросил об Алмазной леди, принц ничего конкретно не сказал. Это ничего хорошего не значит.

— То есть? — меня начало трясти.

— Это нам и надо выяснить. Одевайся.

Маркус вскочил с места и пошел из кухни. Но выйти ему не дали. Проем двери в мгновение окутала темная густая дымка, и оттуда вышел… Клинок. Мне захотелось забиться в угол и не вылезать, так было страшно. Маркус сделал шаг назад и резко выкинул в Клинка какое–то заклинание, то водяной плащ отбил его и ударил Маркуса в грудь. Парень отлетел и врезался в стол. Я стояла в ужасе и смотрела на это.

— Нехорошо нападать на старших. Можно и покалечиться очень сильно, — злым, заставляющим бояться голосом, произнес маг.

Я взглянула на Маркуса и увидела кровь. Алая кровь медленно стекала со лба, и тягучими каплями падала на деревянный пол. Я окаменела. Крик ужаса застрял в горле.

— Оставь детей в покое, — точно такой же голос раздался позади меня.

— Блоск! — довольный голос водяного Клинка заставил меня вздрогнуть.

Тень прошла мимо меня, оставляя за собой туманный шлейф. Клинок наклонился над Маркусом, провел ладонью над ним. Маркус тут же очнулся.

— Зря, — констатировал водяной.

Второй Клинок встал, а с ним встала на место и разломанная мебель и упавшие чашки.

— Что ты здесь делаешь? — тот, у кого был туманный плащ, спросил другого.

— Ты не рад меня видеть? — осведомился тот водяной, подходя ближе.

— Я, кажется, задал вопрос.

Маркус встал. Его движения привели меня в чувства. Я быстро подбежала к нему и обняла. Мне было очень страшно. Клинки же вели себя так, как будто и не видели нас. Туманный, которого назвали Блоском, жестом поставил стул, и сел на него. Водяной, имени которого я не знала, устроился рядом. И почему в свое время я не учила историю? Тогда бы я точно знала, как какого Клинка зовут. Мы же с Маркусом сели подальше от них. Выйти из комнаты нам мешала все та же темная дымка, закрывающая проход.

— У меня здесь свои дела, — ответил водяной.

— Проваливай.

— Эй, мы, сколько не виделись! Неужели так сложно меня просто поприветствовать?

— Сложно, — ответил Блоск.

— Да что с тобой? — удивился водяной.

Клинок не ответил. Он повернулся к нам лицом. Бирюзовые глаза внимательно глядели на нас.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он у Маркуса.

— А это не ваше дело, — огрызнулся тот, закрывая меня.

— Проклятый, — протянул Блоск. — Кому–то было очень важно, что бы ты был таким, раз они применили к тебе артефакты времен Конца Тьмы. А на маскировку уходит очень много сил. И не всегда она держится, как следует.

Так вот почему проклятие Маркуса не снимается так просто.

— А вам какое дело? — поинтересовался уверенным голосом Маркус.

Даже стоя напротив Клинков, способных убить его одним взглядом, он вел себя, так, как будто они ничего не могут ему сделать.

— Твой наставник плохо работает над твоим поведением, — зловеще сказал Блоск. — Впрочем, это его проблемы.

— Почему сразу проблемы? — поинтересовался Астейл.

— А сообразить никак? — второй Клинок просто издевался над первым.

— Блин, Блоск, ты меня с ума сводишь в обоих смыслах. Что я тебе не так сделал?

Астейл был проигнорировал. Веселое у них общение.

Вспышка белого света и на кухне появился принц Гедеон. Увидев двух Клинков, он замер. Клинки синхронно повернули головы, как он появился, и, разглядев его, так же синхронно повернулись к нам. Судя по всему, они решили и принца проигнорировать.

— Что вы здесь делаете, господа? — поинтересовался принц Гедеон.

Не знаю, каким образом ему удалось сохранить такое хладнокровие. Наверное, во всем виновато эльфийское воспитание.

— Астейл, убери его, — голос Блоска прозвучал властно, но безразлично.

— Ты меня точно доканаешь, — фыркнул тот, но развернулся к принцу. — Сам уйдешь или помочь?

— Я уйду с детьми, — принц был само спокойствие.

— Тогда я тебе помогу.

Принц Гедеон один из лучших магов. Я не видела его в бою, но его искусство в магии поразительно. Только он был магом своего уровня. Клинки же отличаются на порядок. Принц успел лишь поставить щит перед собой, как на него обрушилась волна призрачных кинжалов, переливающихся зеленым цветом. Металлический привкус возник во рту. Магия призыва оружия. Принц Гедеон пробил своим телом несколько стен и вылетел на улицу, где гуляла буря. Дыры в стене быстро восстановились за ним. Я уткнулась лицом в спину Маркуса, единственного, кто сейчас стоит между мной и Клинками.

— Плохо его воспитали, — заметил Астейл.

— Это проблемы наставников, а не наши, — ответил ему Блоск. — Успокойтесь, дети, мы вас не тронем.

— Тогда что вам от нас нужно? — поинтересовался Маркус.

— Это не твоего ума дело, — ответил Блоск. — Можете расслабиться и вести себя как дома.

— А где гарантии ваших слов?

— Гарантии? Ты верно шутишь. Мы — Клинки Корада, абсолютное оружие, с помощью которого были уничтожены крупные торговые города в разных странах и на разных континентах. Нами пугают непослушных детей. Нас боится нечисть и нежить. Самые страшные твари обходят нас стороной. И после этого ты требуешь от нас гарантий?

— Да, я требую гарантий нашей безопасности.

— Хороший же у тебя учитель.

Я осторожно выглянула из–за спины Маркуса. Страшно, когда на тебя смотрят два смертельных существа.

— Не жалуюсь, — ответил Маркус.

— Давай оставим детей в покое, — вмешался Астейл. — Нам ведь и без того есть о чем поговорить.

— Очередное предложение делать будешь? — фыркнул Блоск и перевел взгляд на водяного Клинка.

— Если понадобиться — сделаю, — твердо ответил тот.

— Хватит, Астейл. Ты должен понять, что твои попытки бессмысленны и ни к чему не приведут.

— Я десять раз делал тебе предложение, и десять раз получал отказ. Но моей решимости это ничуть не изменило. Как ты не можешь понять, что я люблю тебя. Мне не важно, кто ты в реальной жизни. Мне не важно, как ты поступаешь с врагами. Мне даже не важно, что мы видимся раз в десять лет. Пойми, я люблю тебя за то, какая ты есть, а все остальное пустые формальности.

Мы с Маркусом тихо стояли и офигевали. Любовь между Клинками? Это что–то невообразимое!

— Мой тебе совет, Астейл, найди себе девушку в реальной жизни и будь с ней счастлив. Пусть она будет для тебя самой лучшей, той, на кого ты сможешь положиться в любую минуту. Я же не могу быть с тобой. У меня своя жизнь, в которой Клинкам и Кораду нет места. Если ты решил оставить себе память о реальной жизни и жить с этим, живи. Я же не знаю, кто я в реальной жизни. Я сознательно сделала выбор заблокировать память, потому что знала, что реальная жизнь и служение Кораду несовместимы. Я — не я, а всего лишь тень настоящей личности, и ты влюбился в тень. Хватит, оставь свою любовь, свою влюбленность. Ты всего лишь оружие, как и я. Мы работаем в паре лучше всех, и этого никто не изменит. Чувств у Клинков быть не должно.

Блоск замолчал. Астейл опустил голову. Страх меня чуть отпустил и я стала соображать. Получается, Клинки не знают, кто они на самом деле? Точнее знают, но не все.

— Другая, — тихо сказал водяной. — Другая есть, он между нами пропасть.

— Преодолей. Ты сильный и ты сможешь. Забудь о том, кем ты являешь по зову. Просто будь обычным человеком и живи полной жизнью.

— Вот значит, как ты хочешь?

— Да. И этого не изменить.

Астейл закрыл бирюзовые глаза рукой, а затем исчез в черной дымке.

— Астейл мне очень дорог, — Блоск повернулся к нам своим темным провалом лица. — Но приближаться слишком близко я ему не позволяю, иначе, как Клинки мы будем уничтожены.

— Зачем нам это знать? — поинтересовался Маркус.

— Так, для информации. Чтобы вы правильно поняли. И я, кстати, женщина. Блоск встал.

— В ближайшие дни я буду жить здесь. Почему? Потому что мне здесь комфортно.

— А выйти нам никуда нельзя? — спросила я.

— В школу, в магазин, прогуляться. Ходите куда хотите. Я же буду в подвале. Считайте, что меня не существует.

Клинок развернулся и ушел. Туманная тюрьма распалась. Магии так я и не почувствовала. Блокс ушел, а мы с Маркусом сели на стулья. Сидели минуту, смотрели на посуду. Затем меня охватил истерический смех. Я смеялась и плакала. Смеялась, потому что мир сошел с ума. Плакала, потому что я не видела выхода из ситуации. Сначала Корад говорит, что поклялся меня защищать. Потом приходят Клинки, устраивают любовную сцену, а затем один из них остается у меня жить. Ко всему прочему я так и не нашла себе наставника белого мага, принца вышвырнули, как котенка.

Маркус встал и молча меня обнял, пока я смеялась и плакала. Потом он отвел меня в комнату, уложил на кровать, укрыл пледом, и я уснула беспокойным сном.

Глава 13

Наставник

Меня будили. Будили настойчиво тряся за плечо.

— Отстаньте, — буркнула я сквозь сон, зарываясь под теплый плед.

Мой мучитель, услышав что–то членораздельное, воодушевился и принялся трясти, как подземный червь землю.

— Что? — раздраженно повернулась я… что бы столкнуться с бирюзовым злым взглядом Клинка.

— Время, — сказал Клинок.

— А?

Я заторможено пыталась сообразить, что он, вернее она здесь делает.

— Какое время? — не поняла я.

— За тобой пришли.

Вот и весь ответ. Я встала с кровати, куда меня вчера уложил Маркус.

— А Маркус где?

— Его забрал учитель.

Блоск вручил мне мою серую куртку, в которой я ходила уже второй год в сезон дождей. Удар грома заставил меня вздрогнуть. Погода все не прекращала своё буйство. Хотя меня сейчас должен больше пугать Клинок рядом со мной, но почему–то после вчерашнего потрясения все было не так страшно.

— А кто за мной пришел?

Я спрашивала как–то отстранено. Что–то подобное я уже испытывала в пещерах, когда мы были похищены.

— Принц, — ответила Блоск.

— Меня просто так отдадут ему?

— Да. Ты будешь только мешать мне.

И почему я не удивлена, что меня выставляют из собственного дома? Хорошо, что ещё живой и вроде невредимой.

Спустившись по деревянной лестнице на первый этаж, я увидела принца. Он, а с ним ещё пара магов, закованных в красно–золотые доспехи, держали наготове мощные заклинания, нацеленные на Клинка. Воздух гудел от переполнявшей небольшую прихожую магии.

— Лина, иди сюда, — спокойно сказал принц.

Я чувствовала, что Клинок остановился, но не действовал. Тогда я неспешным шагом направилась к принцу. Мне хотелось передернуться, спрятаться куда–нибудь от пронзающего взгляда враждебного мага. Но лучше не делать резких движений, иначе это может вызвать любую реакцию мага. Едва я подошла к принцу, он тут же меня схватил и телепортировал.

— Ты в порядке?

Мы стояли на телепортационной площадке в Школе Магии.

— Меня трясет, — ответила я.

— Главное, что ты цела, — принц обнял меня.

От него пахло весенним лесом. И как я этого раньше не замечала?

— Ну, не будем о грустном. У меня для тебя отличная новость. Я тебе нашел наставницу алмазной ступени!

Я подняла на принца счастливые глаза. Алмазный маг и для меня! Неужели это Эльвира?

— Вот, кстати, и она.

Я, счастливая, обернулась, но была разочарована. Это была вовсе не Эльвира. Напротив меня стояла низенькая брюнетка в длинной белой мантии с узорами и нашивкой на рукаве алмазной ступени.

— Добрый день, — голос её был добрый и нежный. — Элина, верно?

— Да, — кивнула я растерянно.

— Меня зовут Инесса Герцен. Теперь я твоя наставница.

— Очень приятно.

Даже если это и не Эльвира, я очень рада, что моим обучением займется маг алмазной ступени. Когда мне принц дал список, я очень расстроилась. Но теперь же у меня будет возможность полностью реализовать свой потенциал! Архимаг не архимагистр, но это тоже очень важный титул. Чем отличаются архимагистры от архимагов? Что бы стать архимагом, нужно сдать экзамен всему Белому Совету, главному Совету магов в Светлом королевстве. Все маги отчитываются перед ним. Король тоже состоит в Белом Совете, так что с подчинением магов проблем не возникает. Я много разного слышала о том, как становятся архимагистрами, но пока что нам никто этого точно не говорил. Мне так точно. Я ведь самый обычный маг со средним магическим потенциалом. И да, архимагистром может стать только алмазный маг, не меньше.

— Она знает о ЧП, — сказал принц, — так что смело можешь вовлекать её в работу и рассказывать ей все.

— Хм, — женщина посмотрела на меня с сомнением. — А не рано ли? Она ведь ещё ребенок, пусть у неё и пятая ступень. Моя работа очень опасна, и я не уверена, что она справиться.

— Ничего. Элина упорная, когда хочет, так что все сделает в лучшем виде, — я залилась краской от похвалы принца. — И кстати, Клинков и Корада она уже встречала, так что в шок они её не в гонят.

— Я все равно сомневаюсь, — покачала головой женщина. — Впрочем, раз ты даешь такие положительные рекомендации, то я сделаю все, что бы раскрыть потенциал этого чудесного ребенка на все сто, правда ведь?

Я только кивнула. Моя жизнь менялась на глазах! Я точно смогу стать одним из лучших магов и никто мне в этом не помешает!

— Тогда я вас оставлю. В штабе твориться сейчас полный хаос, и я там нужен.

Принц откланялся и исчез, оставив меня с алмазным магом наедине.

— Что ж, Элина, — архимаг Инесса Герцен обратилась ко мне. — Сейчас мы на склад, а потом на место твоей будущей работы

— На склад? — удивилась я.

— Да. Замечательно, то что ты знаешь про Корада и одновременно печально.

Женщина пошла в сторону выхода, а я старалась не отставать.

— Я совместно ещё с десятком магов моего уровня, занимаемся разработкой оружия против Корада и помощи для наших солдат.

— Например, призрачные мечи? — с интересом спросила я.

— Не совсем, но да. Призрачное оружие хоть и создается специально против магов, но оно не надежно, — ответила мне женщина.

Мы вышли из здания телепортов, и пошли в сторону выхода из Школы. В отличие от моей деревни, здесь и близко намека не было на бурю. Неужели столичные погодники в кой–то веки решили озаботиться погодой родного города? Жаль только что об остальных районах они не подумали?

— Моя лаборатория разрабатывает в основном алхимические средства, закаляет и зачаровывает оружие. Соседняя создает это оружие. Другие мои коллеги занимаются разработкой новых заклинаний, ищут уязвимые места в проклятиях, заклинаниях, чарах. Есть ещё кинологи. Они занимаются тренировкой зверей Запределья, диких драконов и степных ездовых ящеров.

— Драконов?!

Я не могла поверить своему счастью. Я так мечтаю о собственном драконе, а по соседству будет целый вольер с драконами?!

— Да, — подтвердила женщина. — Тебе нравятся драконы?

— Очень, — искренне призналась я.

Женщина тепло улыбнулась и погладила меня по голове.

— Если хочешь, мы можем с тобой сходить и ты покатаешься на драконе.

— Правда?! — это самый счастливый день в моей жизни!

— Правда, — подтвердила она.

А если алмазный маг сказал, так он и сделает! Я чуть не разревелась от счастья. Мало того, что у меня в наставниках алмазный маг, так ещё и учить он меня будет недалеко от драконов! Как же я счастлива!

Мы вышли из Школы, а оттуда в момент перенеслись на склад. Я даже заметить не успела, как это произошло. Вот мы выходим из ворот Школы, которые охраняют два пятиметровых рыцаря–голема, а вот мы уже у большого куполообразного здания где–то в незнакомом районе города. Незнакомом, потому что вокруг здание окружали типичные высотные жилые здания. А таких зданий по городу очень много. Все же архитектура в столице хоть и отличалась в некоторых местах оригинальностью (один мраморный дворец короля чего стоит!), но жилые здания были самыми обычными, типичными. Эрн всего лет двести пятьдесят стал столицей нашего королевства, при отце нынешнего короля. До этого это был один из крупных городов в центре страны. В период Первой Войны Магов с границ Черного королевства и Кон — Нуана хлынули беженцы, бежали глубь страны. Пришлось местному градоначальнику в кратчайшие сроки организовывать быструю постройку жилья, за что люди и нелюди были ему очень благодарны. Вот и получались высотки этажей в пятнадцать, образовывавшие кольца вокруг города. С тех пор Эрн и стал кольцевым городом.

— Это склад алхимической продукции, — сообщила мне архимаг Инесса Герцен. — Идём.

В начале мне казалось, что у этого здания нет ни входа, ни выхода. Идеальные ровные стены, без намека на двери. Но вот мы прошли всего метров пятнадцать вдоль стены, и перед нами появился призрачный силуэт человека. Заклинание проекции, ходовое заклинание в городе. Я не проходила иллюзии, и не знаю их принципа работы к сожалению. Последнее время это заклинание приобрело очень широкий спрос и иллюзионисты этим пользуются на полную. Старшая сестра Аси, кстати, иллюзионист и очень хороший, работает в фирме по производству амулетов и артефактов, одной из многочисленных в королевстве. Вот Ася и рассказывала, как на этом очень хорошо можно заработать.

— Доброго времени суток. Запись на экскурсии в краеведческий музей 'Эрн' проводится через магофон по синему потоку номер семьсот сорок шесть двадцать тридцать два с шести до восемнадцати дня ежедневно. По остальным вопросам обращаться в исторический музей 'Голос света' в отделение записи и регистрации.

— У нас есть разрешение, — и алмазный маг отправила в фигуру маленький комочек света.

— Удачной экскурсии, — ответил силуэт, а за ним появилась широкая дверь.

Архимаг провела меня через неё, и мы оказались в обычном музее.

— А мы разве не на склад шли? — озадаченно спросила я.

— На склад, — ответила та. — Но ты же не думаешь, что самые дорогие и важные ингредиенты хранятся на базарном складе.

Мне стало стыдно. Как я могу стать хорошим магом, если задаю такие глупые вопросы?

— Не переживай, — улыбнулась та. — Ты просто много ещё не знаешь, но ведь это исправимо.

— Да, — ответила я ей.

Какого же хорошего мне мага подыскал принц. Я просто счастлива, что я буду учиться у такого мага.

— Идем вниз.

Женщина быстрым шагом пошла вперед, а я отставала от неё на пару шагов. Хоть она и маленькая, но такая шустрая!

Мы шли между стеллажами с доспехами, мечами, украшениями и предметами быта. Я была в городском музее всего один раз, но там были совсем другие вещи, принадлежавшие не только нашему городу, но и другим странам и даже материкам. И сейчас, глядя на эти предметы, я с удивлением обнаружила у себя интерес к ним.

В какой–то момент я засмотрелась на сломанный глиняный кинжал и потеряла женщину из виду. И в этом момент я испугалась. Испугалась, потому что мне казалось, что вон за тем стеллажом со старыми седлами для животных, прячется высокое существо с топазовыми глазами. Я замера на месте, боясь пошевелиться. Страх сковал меня, а ужас и воспоминания о светящихся пещерах, о боли и о муках всплыли в моей памяти.

— Элина! — мягкий голос архимага развеял наваждение, как сон.

Я вздрогнула и побежала к ней.

— Что–то случилось? — поинтересовалась она у меня.

— Просто, кошмар вспомнила, — почти честно ответила я.

— Ты в безопасности и здесь нет места кошмарам, — нравоучительно сказала мне женщина. — Идем дальше.

— Да, — кивнула я.

Больше засматриваться на предметы быта я не стала. Жуткое, скользкое чувство чужого взгляда так меня и не покидало.

Эльвира лежала в постели. Артефакт, который использовал на ней Астейл, закончил свой срок службы. И тогда на неё накатило последствие от заклинания, боль от разрыва магических каналов и ауры. Молодые маги счастливы, потому что ещё не могут чувствовать ни от того, ни другого. Ей же теперь каждый магический всплеск причинял боль. Рука, пожертвованная для заклинания, перестала работать.

Прошедшие дни Эльвира не помнила. Не потому что лежала в бреду от боли и даже не потому что это были последствия заклинания.

У каждого мага есть своей скелет в шкафу. У Эльвиры их было много, в том числе и от самой себя. Где–то в глубине её разума был запрятан сундук с секретом, содержимое которого ей лучше не знать. Просто однажды она проснулась в больничной палате, её же голос в голове, эхом прозвучал, что эту тайну никто не должен знать, а она тем более. Бывало такое, что Эльвира иногда вдруг оказывалась где–нибудь в глухих горах, на другом материке, в центре оживленного города и не помнила, как туда попала. Время проходило разное, от нескольких часов до нескольких недель. И неизменно на ней оказывалось новенькое платиновое кольцо, словно маленькая копия золотой короны. Эльвира его снимала как можно быстрее, потому что чувствовало от него враждебную магию. Но ни уничтожить его, ни отдать на исследования она не смела, по той же самой причине. Кольцо нельзя было никому показывать. Причина крылась в том самом сундуке в сознании.

Надо сказать, что в этот раз она очнулась в своей квартире на кухне за столом. Ожидаемой боли от разрыва заклинания, которая по идее должна была быть, не было. Эльвира должна была находиться в состоянии бреда, но этого не происходило. Рука горела, все магические чувства, которые для алмазного мага давно стали таким же органом, как глаза, нос или рот, отказывали, и это доставляло небывалое беспокойство.

— Неужели слухи не врали, и Алмазная леди сейчас действительно не опасней надоедливой мухи в жаркий день?

Эльвира вздрогнула. Она конечно предполагала, что недруги решаться устранить её как можно скорее, но не таким же способом! Впрочем, лучший наёмный убийца восьми континентов мог по праву стать её смертью. Недосягаемый. Почему Эльвира решила, что плотно сложенный человек в белом парадном костюме с неразличимым, размытым лицом именно тот, кого вот уже несколько десятилетий пытаются поймать все, начиная от гильдии убийц и заканчивая принцами Светлого королевства? Потому что он крутил в руках кинжал с волнистым лезвием, а на его ручке ядовито–зеленым поблёскивал ромбический камень. Только один убийца всегда загонял четким ударом кинжал в самое сердце своей жертвы. Быстрая смерть для любого человека, эльфа, орка и вообще любому разумного. От этого убийцы ещё никому не удавалось уйти. Никому. Ему дали прозвище Недосягаемый, за то, что его не смогли поймать лучшие ищейки людских магов, вампиров, дракаров и пустынников. Если те, кто сумел найти и уничтожить Клинков Корада не могут ему причинить достаточно серьезного вреда, то это о чем–то, да говорит.

— Кто? — спросила Эльвира.

— Не в моих правилах открывать имя нанимателя, — пожал тот плечами.

— Тогда почему только сейчас? — Эльвира лишь оттягивала неизбежное.

Она выходила живой из очень опасных ситуаций, но сейчас иллюзий не питала. Этот убийца не из тех, кто играет со своей жертвой. Репутация превыше всего. На редкость умный и осторожный, он сам выбирал себе заказчиков по одному ему известным критериям.

— Я никогда не берусь за заказы, в которых есть шансы на поражение. Сейчас же самое подходящее время, пока ты не можешь за себя постоять.

— Трус, — презрительно сказала Эльвира. — Не можешь выстоять против меня один на один.

— Увы, я не маг, — развел руками тот. — Я простой, очень осторожный убийца. Убить такую как ты — великая честь. Я сделаю все быстро, и ты даже не почувствуешь боли. Недосягаемый встал и направился к ней. Эльвира напряглась. Просто так она ему живой не дастся.

Внезапно Эльвира почувствовала, что не может двигаться. Её словно приковало к кровати. Мышцы не слушались.

— Лучевой парализатор очень эффективное средство против магов. Он блокирует не только нервную систему, но и сигналы мозга, ответственные за магию. Будь у тебя твоя сила, ты бы быстро прервала действие луча. А так, увы, но тебе остается лишь умереть.

Убийца подошел к кровати. Занес кинжал. И резко его опустил. Доля секунды ушла на сам удар, но Эльвира видела все как в замедленной съемке. Вот Недосягаемый заносит кинжал и вот медленно опускает его. Но на полпути к сердцу, его словно опутывают едва видимые призрачные нити, дергают, и кинжал резко отлетает в сторону. Нельзя было прочитать ничего на лице убийцы, но тот резко отпрыгнул в сторону, и в его руке появилось странное оружие, настолько отличное от всего прочего, что видела Эльвира. Ядовито–зеленый луч света, так бы его назвала Эльвира, если бы не видела, что с обычной магией он не имеет ничего общего. Свет происходил из металлической пластинки, похожей на рукоять меча. Эльвира видела, как призрачные завязали в кокон убийцу и стали сжиматься. Тот, по всей видимости, ничего этого видеть не мог.

Пластина на его руке задребезжала красным светом, и убийца, проведя рукой по ней, невероятным образом проскочил через паутину нитей, прошел сквозь стену и исчез.

— Дожили, называется, — Эльвира даже не удивилась, когда над ней склонился лысый череп. — На тебя теперь охотятся те, кто имеет доступ к оружию, одного происхождения вместе с камнями. И как тебе удается собирать такие неприятности? Эльвира если бы могла, высказала все, что думает о нем. Но её тело оставалось неподвижным и непослушным. Даже мысли слегка путались.

Скелет в балахоне отошел к стене и поднял кинжал.

— Интересная вещица, но я думаю, не стоит гоняться за её владельцем. Это как минимум, глупо, а как максиму приведет к смерти.

Кинжал в руках мага с пшыком испарился.

— Думаю, твое состояние долго не продлиться.

Скелет сел на край кровати, достал из складок балахона новенький, хоть и слегка мятый журнал 'Эхо Аркрау'. Научно познавательный журнал, выходящий раз в две недели. Эльвира могла двигать глазами, поэтому смогла заметить колонку новостей.

— Так, что тут у нас? Ага! 'Вчера в шестнадцать тридцать по времени Эрна с космодрома 'Свободный' стартовал первый космический спутник, являющийся разработкой ученых Среднего королевства. Это первый подобный запуск и на это историческое событие пришли посмотреть журналисты со всех концов мира, послы разных королевств, в том числе и Светлого. Многообещающий запуск не увенчался успехом. Долетев до верхних слоев атмосферы, у спутника оторвались разгонные двигатели, после чего многотонная машина стала стремительно падать. Как сообщают ученные… бла–бла–бла… ошибка в системах…. Бла–бла… учтем ошибки…' Очередной провал, не первый, не последний. Они не смогут в ближайшие сотни лет добиться существенного прогресса. И знаешь почему? — скелет перевел взгляд туманных взгляд на Эльвиру, и, не дожидаясь ответа, сказал. — Потому что управляющий артефакт, находящийся на Кие, повредит все, что попытается выйти за пределы атмосферы планеты. Зачем виновнику Конца Тьмы это делать, никто не знает. Впрочем, я догадываюсь.

Скелет снова уткнулся в журнал, а Эльвира почувствовала, что обрела способность двигаться. Она медленно села. Скелет сделал вид, что не заметил её.

— Кстати, ты лишилась большей части своих магических способностей. Что ты будешь делать, когда покушение повториться снова?

— Как–нибудь постараюсь выбраться из смертельной ситуации, — холодно ответила Эльвира.

Кем бы ни был этот скелет, и какие бы цели он не преследовал, доверять ему Эльвира не собиралась.

— Смотри сама, — пожал тот плечами. — Я буду ждать и следить. Я смогу вернуть тебе твои способности, разумеется, несколько иначе, чем ты можешь рассчитывать. Если ты согласишься сотрудничать со мной, то ты от этого только выиграешь. Мое предложение по прежнему остается в силе, так что тебе следует лишь согласиться.

Скелет встал, и Эльвира заметила перед ним призрачные нити.

— Что это за магия? — поинтересовалась она. Прежде встречать подобное ей не доводилось и вполне естественно, что она была заинтересована. К тому же всегда полезно знать, каким оружием пользуется твой потенциальный враг. Скелет обернулся и чуть склонил лысый череп набок.

— Ты уже видишь нити? Значит твое время пришло. Если бы ты не сковывала себя цепями с Корадом и вообще мало пользовалась магией, оставшись в Совете за рутиной, ты либо сейчас сошла с ума, либо стала самым могущественным магом, которого Аркрау знал после Конца Тьмы. А так, ты в скором времени будешь вынуждена начать обучение новой магии. И без моей помощи тебе это вряд ли удастся. Хотя, ты же упрямая, может, у тебя все и получится.

Скелет поклонился Эльвире, а затем просто вошел в окно из десятков тысяч тонких призрачных нитей и исчез. Лишь слабый и холодный запах напоминал о нём.

Инесса оставила меня у резной металлической двери с охранником, а сама зашла в помещение. Объяснила она это тем, что нужные ей ингредиенты она вполне может перенести сама, а мне пока ещё рано видеть то, что находиться на складе. 'Зрелище не для слабонервных', как выразилась моя наставница. Я пожала плечами и устроилась у стенки, благо никаких инструкций типа 'это не трогай!', 'туда не ходи', 'стой, где стоишь', не наблюдалось. Я стояла вместе с закованным в стальные угольно–черные латы стражником, в руке которого была зажата длинная пика. Он не обращал на меня никакого внимания. Мы находились на площадки, одна сторона которой упиралась в дверь, а вторая в лестницу. Стены были освещены факелами, что меня несколько смутило. Это было так странно, ведь я привыкла к магии и электричеству. Неужели сюда нельзя было элементарно провести хотя бы одну электрическую лампу, или, на худой конец, повесить магический светильник? Но факелы создавали впечатление, что мы отстали от жизни лет на пятьсот, когда люди ещё и не знали о газе, электричестве и прочих приятных прелестях современной жизни.

В свободную появившуюся минутку, я пыталась понять, почему вся моя жизнь последние два года шла совершенно иначе? Началось все с банальной проказы, а закончилось? Скажи мне пару лет назад, что моим первым наставником станет Алмазный маг, а моя тетя некто иная, как герцогиня Эльвира Бессмертных, я бы тому человеку рассмеялась в лицо. Но сейчас все это было настоящей реальностью. Засунув руки в карман, я инстинктивно сжала тетрадь. С ней я не расставалась после того, как узнала, что это такое.

Я прислушалась к тому, что происходит за дверью. К сожалению, дверь была слишком толстой, что бы я что–то услышала. Зато я слышала тихое потрескивание факелов, стук собственного сердца, а ещё… Я нахмурилась. Показалось?

Глянув на охранника, лицо которого было по–прежнему бесстрастным, я стала подниматься по лестнице. Тридцать две ступеньки я преодолела быстрым шагом. Может это и плохая идея и у меня от последних событий в голове что–то изменилось, но не проверить я не могла. Разумеется, уходить далеко в подземные коридоры этого странного помещения я не собиралась. Всего отошла пару шагов с линии видимости с площадки. Но высокий коридор, освещенный факелами, был совершенно пуст, и лишь я, да охранник недалеко от меня были здесь единственными живыми существами. Растерянно оглянувшись, но никого не обнаружив, я пожала плечами и посмешила вернуться на место. Не по себе от этих коридоров. Охранник словно меня и не замечал. Я встала на свое место. Не прошло и пары секунд, как дверь отворилась и вышла Инесса Герцен. В руках у неё была белая коробка с пластмассовой ручкой. Небольшая такая.

— Идем, — сказала мне моя наставница и я пошла за ней.

Поплутав по длинным коридорам, она вывела меня в небольшой зал с руническими знаками на полу.

— А теперь вперед, в наш центр! — торжественно сказала она, взяв меня за руку.

Я улыбнулась. Вокруг нас появилась светящаяся преграда, затем меня словно с огромной скоростью несло куда–то, и мы прибыли.

Место нашего появление был такой же зал, я бы сказала полная копия предыдущего, если бы здесь рунических знаков было гораздо меньше.

— Вот мы и прибыли, Лина. Добро пожаловать в лабораторию 'Противостояние'. Это место в ближайшие месяцы станет твоим домом.

Женщина взяла меня за руку. У неё такая теплая и мягкая кожа!

— Идем, я тебе все покажу.

Выйдя из зала, мы попали в невысокий коридор, освещенный обычными лампами холодного света. Коридор выглядел несколько мрачновато. Белые стены, невысокие пололки. Это я отметила так, мимолетно. Меня вели куда–то достаточно долго. Мы сворачивали то направо, то налево. Солдаты в таких же доспехах, как и тот на складе, стояли у каждой из дверей, встречающихся на пути. Мы два раза поднялись по лестнице, потом поднялись на транспортной площадке куда–то вверх по шахте. Удивительно, но при этом я почувствовала лишь наваливающуюся тяжесть. Наконец, архимаг завела меня в одну из дверей, и мы оказались в просторной комнате. Здесь стояли столы с реактивами, баночки, скляночки, грибочки, цветочки.

— Это моя личная лаборатория, — пояснила наставница, поставив на один из керамических столов коробку. — Идем, я покажу место твоего обитания.

Я шла за ней, улыбаясь. Вот никогда не думала, что в таком возрасте я буду помогать такому умному магу в секретной лаборатории!

— Здесь есть все, что тебе необходимо. Все вещи, что лежат в шкафу — твои, так как достать твои старые мы не смогли. Туалет, душ вот тут, а кушать я тебе буду ежедневно приносить.

Я восторженно глядела на маленькую комнатку с одной единственной кроватью, маленьким шкафчиком. Окон не было. Освещалась она таким же холодным светом.

— Я буду жить одна? — спросил я.

— Да. Я буду через пару дверей. Вообще это моя комната, она более менее пригодна для проживания. Остальные тебе не подойдут.

— Спасибо, — я с восторгом сняла куртку, и села на кровать.

Жестковата, но я все равно была счастлива. И даже запах сырости меня не смущал.

— Пожалуйста, — женщина улыбнулась. — Я принесу завтрак, ведь ты, наверное, проголодалась. А потом я тебе покажу все, чем ты будешь занята.

Когда дверь за ней закрылась, я довольная осмотрела ванную, шкаф, и пришла к выводу, что это место мне подходит как нельзя кстати. А запах сырости можно легко вывести. Уверена, что моя наставница знает достаточно заклинаний, и я должна буду им научиться. Как ни смотри, моя жизнь налаживается.

Я счастливая легла на кровать. Что–то мне холодно стало. Укрывшись теплым пледом, я сжалась в комок. С такой наставницей я стану самым лучшим магом и никто не смеет мне мешать! Я завоюю уважение моей тети, отец будет мной гордиться. Я… я стану лучше… Сон навалился сам собой и я не заметила, как уснула.

Глава 14

Кошмары возвращаются

Следующие несколько дней я проводила вместе со своей наставницей. Столько нового и интересного об учебе я ещё никогда не узнавала! Она занималась тем, что составляла боевые зелья. Здесь были и оглушающие, гасящие, приносящие боль, зажигательные, расщепляющие и ещё очень много всяких видов зелий. Инесса объясняла мне все, ну или почти все, чтобы я не спросила.

Вот в этом, кстати, и заключалась вся сложность. После того, как я первые два дня была в восторге от алмазного мага, на третий я поняла, что она не оправдывает того, на что я рассчитывала. А может это все общение с моей крестной матерью виновато? Если Эльвира вываливала на меня информацию по поводу и без Инесса мало говорила не по теме и мне приходилось часто задавать ей вопросы, суть которых мне сама порой была непонятна.

Наставница на это улыбалась лишь тёплой улыбкой, но не стремилась поделиться со мной секретами или просто информацией. И это меня порядком напрягало.

— Что–то не так, Элина? — спросила у меня Инесса.

— Нет, ничего, — поспешно ответила я.

Я перемешивала суспензию в ступе, а моя наставница что–то записывала в журнале. Мы сидели в лаборатории, в которую периодически заходили такие же маги, как и моя наставница, разве что ступени другой.

Вот и сейчас, не успела она спросить меня ещё о чем–то, как дверь открылась, и на пороге появился худой седой тип, сочками в тонкой оправе. Одет, как и все, в защитную мантию серого цвета. Человек подошёл к нам и что–то шепнул моей наставнице. Та нахмурилась, кивнула, а затем обратилась ко мне.

— Элина, я на час примерно отлучусь. Возникли сложности. Мешай ещё пять минут, а затем залей в конус и проверь диаметр расплыва. Как только он достигнет пяти сантиметров, добавь два по двадцать миллилитров смешанного раствор огненной травы. Я вернусь к этому времени.

— Хорошо.

Моя наставница вместе с Вениамином Дмитриевичем отправилась в неизвестном направлении, а я продолжила монотонно перемешивать. Этот дяденька был кем–то вроде то ли главы всей лаборатории, то ли главы соседнего отдела. Большая шишка. Такой мимо меня прошёл, и даже не заметил. Куда уж мне до них великих!

Как только дверь закрылась, и я осталась одна в лаборатории, я села на неудобную деревянную табуретку и продолжила перемешивать. Нудное занятие. На мой вопрос, почему нельзя воспользоваться телепатией, моя наставница, наградив меня снисходительным взглядом, что магия отрицательно влияет на некоторые алхимические ингредиенты. Поэтому все вручную! И именно это и являлось причиной того, что все это время я ни разу не воспользовалась магией. На каникулах я хоть иногда могла ей пользоваться, и делала это, хоть и очень редко. А сейчас мою грудь словно сдавливали невидимые тиски, не давая продохнуть. Каюсь, пыталась один раз воспользоваться заклинанием луч, но ничего не получилось. В моей комнате стоял ограничитель на использование магии.

Закончив нудно перемешивание, я залила это все в маленький конус, стоящий на стекле, а затем резко подняла его вверх. Противного цвета и почти без запаха, коричневая жижа расплылась по стеклу. Достала из ящика линейку, случайно уколола палец. И почему в этих ящиках столько всякого хлама, типа ножниц, иголок, лент, бумажек, скрепок и даже пуговиц?! Измерила.

К удивлению, диаметр был ровно пять сантиметров. А до этого прыгал от двух до семи! Ура! Чуть ли не бегом, я направилась к одному из стеклянных шкафов, достала два шприца с назначенным количеством огненной травы. Гадость та ещё! Если попадёт на кожу, то оставит после себя след, как после ожога от огня. А вот если попадёт внутрь. Человек будет гореть в переносном смысле. Этой дрянью в прошлом часто травили людей, что бы те подольше мучились. Смерть ведь наступала не сразу, а через час или три дня, в зависимости от концентрации.

Я подошла к месту проведения опыта, и со всей души вылила на жижу сначала один шприц, потом второй. Ничего не произошло. Я нахмурилось. Но что–то же должно произойти? Хотя бы цвет поменять?

Решив, что наставница разберется, я отложила все и села на стул. Мало ли что может произойти, а я толком ничего не понимаю.

Магия.

Она струиться в каждом живом существе, растение то или животное. За тысячи лет люди, орки, сирены и прочие разумные. Очень трудно найти в этом мире место, где бы магии не было. Ну, может быть это и будет какая–нибудь тюрьма, выстроенная с помощью вытягивающего магию материала. Но магия все равно будет вокруг, пусть даже в маленьком количестве.

Алмазные маги, решившие уйти на покой, обычно уезжают в дальние края, где мало кто посмеет потревожить их покой. Живут они по–разному. Кто–то занимается сбором трав и ягод, кто–то охотиться на лесное зверье, кто–то селиться рядом с людьми и помогает травами, зельями и прочими алхимическими или целебными навыками. Только похожи все в одном. Их жизнь никогда не будет прежней. Когда ты более трех веков занимаешься магией, когда она становиться смыслом твоей жизни, отказываясь от неё, ты теряешь себя. В больших городах или даже селениях много артефактов, амулетов и всего того, что концентрирует магию. Она пронзает тело бывшего мага, причиняя тому боль.

Эльвира уже могла передвигаться по дому, чем и занималась вот уже несколько часов к ряду. Она не могла сидеть на месте. Хотелось бежать, лезть на стену, спрыгнуть с крыши, в общем, сделать что–нибудь, что бы убрать то раздражение, вызываемое легким прикосновением магического ветра. Соседи включили кондиционер, все тело зудело внутри, кто–то на улице включил амулет, и её словно иглами проткнуло.

Переходы из комнаты в комнату хоть как–то успокаивали, помогали отвлечься от едва различимых магических действий. Невидимые каналы были разорваны, но ещё оставались в некоторых местах целыми, и прикосновение магии к ним только раздражало до невозможности. Ещё одним успокоительным средством служили серебристые нити, точнее нить. Она висела в проходе, между спальней и коридором. Прикасаясь к ней, бывший Алмазный маг испытывала облегчение, ненадолго, но испытывала.

В тот момент, когда открылась воронка портала, Эльвира была как раз в этом косяке, поэтому магические потоки, хоть и задели её, но были большей частью нейтрализованы.

Мысленно представляя, что она сделает с этим негодяем, посмевшем устроить такое, Эльвира вошла в спальню. Из портала вышел Гедеон. И все бы ничего, но был он бледный, как мел.

— Крепость?

Принц Светлого королевства закивал.

Что ж, что–то подобное она и ожидала.

— Кто выжил?

— Из наших были убиты все маги. Черные лишились всех Алмазных, находящихся там. Крепость горит в огне. Братья тьмы выслали передовые отряды и разрушают крепость. Эвакуация идет полным ходом.

Эльвира вернулась в косяк двери. К произошедшему она отнеслась спокойно, слишком много подобного было в её жизни.

— Ясно. Что ещё случилось?

— Братишка, — едва ли не прошептал принц.

— С ним что?

— В его колыбельной я нашел берилл.

Эльвира взялась за голову. Что за сумасшествие! Сначала вырывается Корад, и вполне понятные последствия, затем на неё нападает Недосягаемый, а потом этот самый неудавшийся убийца похищает четырнадцатого принца Светлого королевства.

— Значит, шанс спасти твоего брата ещё есть. Жди, когда похитители свяжутся и попросят выкуп или что им там нужно. Услуги Недосягаемого очень дороги, так что ждем скорее всего выкрали его из–за политических интересов. Впрочем, это не важно. Сейчас важно организовать эвакуацию, а затем узнать все планы Корада. По возможности буду вас информировать о его передвижениях и целях. Станислав чем сейчас занимается?

— Эвакуацией, — к лицу Геона стал возвращаться румянец.

— Хорошо. Пусть Паша ему поможет, а ты займись выявлением своего братишки.

— Есть, — в аквамариновых глазах принца появилась цель, и он немедленно скрылся в портале, вызывав в Алмазной леди волну гнева и набор нецензурных выражений в адрес тринадцатого принца.

— Элина, а где Инесса?

От вопроса, заданного скрипящим голосом, я едва ли не подпрыгнула на стуле.

— А её нет, — ответила я растерянно.

Ко мне впервые обращался кто–то, кроме моей наставницы. А уж этот кто–то был птицей не моего полета даже близко.

Прошло около двадцати минут после ухода наставницы. Вениамин Дмитриевич быстрым шагом зашел в комнату. Насколько я обычно не внимательно отношусь к людям и много деталей не замечаю, сейчас было видно, что у этого человека были проблемы. Все его движения были резкими, нервными. Глаза то и дело бегали из стороны в сторону, как бы ища что–то важное. Нос широко раздумался. Он сел на стул напротив меня. Под его взглядом я чувствовала себя провинившейся в чем–то очень серьезном, и хотелось бежать, бежать без оглядки, лишь бы на тебя не смотрели.

— Ты ведь учишься у принца Гедеона?

— А… да, — скованно ответила я.

Под взглядом моей крёстной я чувствовала себя куда лучше, чем под взглядом начальника моей наставницы. Маг достал из складок своего халата какой–то амулет, тонкий и гладкий. Такие, на сколько я знаю, очень дорого ценятся. Заклинание слежки переправляет информацию в этот амулет и он выдает изображение. Довольно качественное, со звуком, и к тому же видимо тому, кто этот амулет держит или его владелец, или имеет право на просмотр. Посмотрев три секунды на экран, маг такими же резкими, даже я бы сказала дерганными движениями убрал его в карман, и встал.

— Пеленки умеешь менять?

Этот вопрос был настолько неожиданным, что моя челюсть от удивления просто отвисла. Глава какого–то там отдела повторил свой вопрос.

— Д-да, — ответила я наконец вразумительно.

Где я могла научиться ухаживать за детьми, не имея ни братишек, ни сестренок грудного возраста? У Аси дома! Семья многодетная, и всем приходиться помогать. Когда я приходила в гости, я тоже помогала, как могла, что бы подруга скорее освободилась и мы смогли быстрее пойти гулять.

— Идем.

Воспротивиться или спросить что–нибудь я не посмела. Слишком боялась этого дяденьку.

И вот я, наконец, покинула пределы 'своей' лаборатории. Серые коридоры, освещенные тусклыми лампами, петляли и извивались, уходя то вверх, то снова опускаясь. Многочисленные лестничные переходы, люди в халатах. Смазанные тени вампиров, ползающие по потолку оборотни, и громыхающие ящиками зеленые орки в рабочих костюмах. Все эти личности повстречались нам, пока мы шли по коридору, пропахшему плесенью, шерстью, запахами алхимических ингредиентов и ещё чего–то, что я определить просто не смогла. Признаться, меня обстановка пугала до чертиктов, и я старалась не отставать от, летящего широким шагом, мага. А тот даже не обратил на меня внимания, пока мы не дошли до кованной, тяжелой двери, охраняли которую…

Я схватилась за руку мага, потому что в жизни не видела ничего омерзительней. Большие и мускулистые. Голая лоснящаяся кожа. Длинные когти, крючковатый клюв, глаза с вертикальными зрачками. Из одежды только набедренные повязки, а в руках черные копья с крюками. Маг, однако, никак не прореагировал на этих существа, выдернул свою руку, и сделал жест. Дверь медленно открылась, показывая свою здоровенную толщину. В такой три меня поместиться. А вот тут коридоры изменились. Освещение здесь было отличным, чистые мраморные полы, белые стены. И коридор здесь был просторней.

— Тебе нужно переодеть, накормить и развлечь ребенка, — сказал начальник или кто он там. — Если будут странности, ты должна будешь сообщить мне, как я приду.

— А что за странности? — не поняла я. К какому ребенку меня ведут? Он больной?

— На нём лежит проклятие. Можешь не бояться, оно не опасно для окружающих. Более того, передаться как–то или повредить кому–то кроме ребенка оно не может. Тем более, что твой магический потенциал слабый, а проклятие переходит лишь на самых сильных и самых одаренных, лишая тех магии. Человек, всегда оперировавшими магическими потоками вдруг лишается магии. Навсегда. Всей. Он может иногда видеть магическим зрением, и то, очень редко. Но он не чувствует магии вообще. А потом человек медленно сходит с ума, его мысли путаются, становиться бессмысленными, непонятными. Он ведет себя как сумасшедший, выдвигает разные теории, пытается вернуть магию, но это невозможно. И средства избавления от этого проклятие нет.

Меня передёрнуло. Каково это, лишиться магии навсегда? Каково не ощущать её, никогда не пользоваться? Пожалуй, в этот момент я впервые возрадовалась, что у меня средний потенциал, и пусть Вениамин Дмитриевич думает, что хочет.

Мы прошли по коридору к самой дальней двери, коих здесь было мало, но все они были мощные, железные.

— Я скоро приду.

И он, развернувшись, направился обратно. А я что? А я, с большим трудом приоткрыла дверь и вошла.

Это была обычная комната, с парой столов, тумбочкой и шкафом. Здесь была детская кроватка, у которой стоял кто–то. Я не смогла разглядеть ничего, все как будто смазано. Я осторожно стала подходить. Рядом с кроваткой стоял стол, на котором лежали пеленки, использованная пачка детского питания, открытая пачка подгузников, детская присыпка и другие детали, необходимые для ухода за ребенком.

А в кроватке сидел маленький мальчик, и сосредоточенно соединял детали большого детского конструктора. Смазанная тень опустилась к нему и подала ещё один кусочек конструктора. На меня тень не обращала никакого внимания.

Я стояла рядом с кроваткой в растерянности и пыталась понять, что здесь происходит и что это за тень. И зачем мне следить за ребенком, если за ним уже следят. Что вообще здесь происходит и чей это ребенок?

Тень чуть наклонилась и легонько провела рукой по голове мальчика. Тот поднял голову и радостно улыбнулся, причем не мне, а тени.

Грохот в коридоре заставил меня вздрогнуть, а мальчика заплакать. Неразличимый некто тут же принялся развлекать малыша, и ей не мешала даже стенка кроватки, через которую она просто проходила.

Видя, что ребенок тут же успокаивается, я развернулась и бросилась к двери узнать, что там происходит. Тяжелая дверь не хотела поддаваться. Я давила на неё всем своим сорока восьми килограммовым весом, но результата не получала никакого. И тут дверь легко открылась. Я испугалась, что это был Вениамин Дмитриевич пришел проверить. Но я ничего не успела сделать.

Что–то липкое и ластообразное мелькнуло перед лицом, и меня вытащили из помещения.

— Помогите! Убивают!

Я орала, что есть сил, пока мне рот не заткнула липкая, пахнущая подземельем лапа и меня стали утаскивать в дыру в стене. Да–да, в громадную дыру в стене, открывающую путь в те самые туннели, в которых нас с Мелитрисой держали год назад. Я в ужасе забилась, попыталась сплести заклинание, но магии не было. Меня словно камень держал, большой и не подвижный. Я пыталась царапаться, пинаться и даже кусаться. Я не хочу! Не хочу снова в эти затхлые туннели! Не хочу сидеть в холоде, где светом служат лишь какие–то грибы на стенах. Не хочу снова сидеть за решеткой, ожидая, встретиться со стражами портала в Запределье или Майндраг, куда он там ведет.

Меня резко вздернули и повернули к себе лицом. Я замерла.

Топазовые глаза с вертикальными зрачками, лоснящаяся кожа, широкая пасть. Я была в руках стража. Я зажмурилась от страха. Меня перекинули через плечо и стали утаскивать вглубь туннелей, все быстрее и быстрее. Туда, где меня уже никто не сможет найти.

Я просто сжалась в комок и ожидала, что произойдет дальше. Что со мной будет? Было очень, очень страшно. Я боялась издать хоть какой–нибудь звук, что бы только не раздразнить своего похитителя.

Почему–то в этот момент, когда мне стоит бояться, когда стоит думать о том, как остаться в живых в руках стража порталов, в мою голову пришла мысль. В прошлом нас с Мелитрисой похитили Братья тьмы, и мы бежали от них по этим туннелям. Стражи там были, но нас почему–то не тронули. Теперь же, меня похищают стажи, а для чего, так и остается загадкой. Эльвира говорила, что они только охраняют порталы и никого к ним не подпускают. Тогда как я вообще оказалась рядом с порталами? Моя наставница Алмазный маг, и я с ней работаю где–то в лаборатории, далеко от Дальнего Моста. Что же происходит?

Любопытство пересилило страх и я открыла глаза. Меня несли все глубже по туннелю, заросшему светящейся плесенью или что это такое. Зачем? Зачем стражам меня похищать?

— Простите, а вы меня не отпустите? — тихо спросила я.

Не знаю, что мной двигало. Был ли это страх, а может быть, это проявилось неуёмное любопытство — причина моих многих неприятностей. Моя крестная когда–то сказала, что это очень хитрые существа, обладающие разумом. Может, они сжалиться надо мной и отпустят домой?

Страж остановился. Я испугано закрыла глаза! Лучше бы он двигался. Меня, как котенка, схватили за шкирку и бросили на холодный пол.

Я в отчаянии, попыталась отползти подальше от существа, преследовавшего меня в кошмарных снах на протяжении года, но я чувствовала, что топазовые глаза следят за каждым моим движением. Уперевшись в холодную, каменную стену, я закрыла лицо руками. Чтобы он не предпринял, этот страж, лучше его не злить.

Мне казалось, что так я просидела вечность, на холодном полу под взглядом нечеловеческих глаз, испуганная, голодная, как загнанная мышь у нас в лаборатории. Когда, наконец, первая волна сильного страха прошла, я все–таки подняла голову, что бы снова закрыться руками. Нет, смотреть в эту огромную, полную острых как бритва зубов пасть я не могу.

Второй раз поднять голову я смогла через, казалось, ещё больший промежуток времени. Существо по–прежнему стояло на месте, не двигаясь, и не спуская с меня взгляда, ожидая, что же я предприму.

А что я могу предпринять? Я всего лишь маг недоучка пятой ступени, которой сказочно повезло получить в наставники Алмазного мага, а теперь я похищена если не самыми опасными, то входящими в тройку опасных существ на всём Аркрау, и как выбраться из этой ситуации, я даже придумать не могу. Да что я вообще сейчас могу?! У меня даже магию отняло это существо, созданное давно погибшим, быть может, от своих 'друзей', а может от врагов, а может и от катастрофы во время Конца тьмы, черным магом, не знавшим, что такое сострадание, что такое милосердие, и не знавшим цену человеческой жизни.

— А можно мне вернуться? — спросила я тихим голосом, прозвучавшим как писк мыши.

Существо резко повернуло голову вправо, отчего я дернулась и прижалась сильнее к стене, будто могла её продавить и попасть куда–то на поверхность. Видимо, этому стражу надоело ждать. Лоснящаяся ластообразная кисть с острыми, но короткими когтями, схватила меня все так же, за шкирку, и снова потащила куда–то вглубь. Мне оставалось лишь молиться, чтобы меня не убили, и меня кто–нибудь спас. Эльвира! Гедеон! Где вы?!

Кто–то из её знакомых, как–то в шутку сказал: 'Казалось, что падать было некуда, когда снизу постучали'. Почему–то именно эта фраза мелькнула в голове бывшего Алмазного мага, когда в её комнате возник скелет. Да–да, тот самый скелет с мутными глазами, спасший её не так давно от лучшего убийцы на всем Аркрау.

— Не говори, что у тебя дурные вести, — умоляюще попросила Эльвира, хотя на самом деле любая информация, которой владел скелет ей сейчас пригодиться очень сильно.

— Нет. От дурных вестей обычно болит только голова. А от того, что я хочу тебе сообщить, в давние времена короли бы сами удавились на позолоченной веревке, охрана бы разбежалась, как крысы с тонущего корабля, а крестьяне бы сами продались в рабство на другой материк.

— Если ты скажешь, что начался второй Конец Тьмы, я не удивлюсь, — Эльвира

села на краешек кровати, понимая, что сейчас будет очень тяжелый разговор.

— Нет, здесь начало грандиозное, нежели тогда.

— И ты не потребуешь от меня никакой услуги за то, что сообщить мне эти страшные вести? — Эльвире было крайне интересно, что же задумала эта нежить разумная, но пока, сколько она не пыталась думать, понять тактику своего спасителя и его цели ей не удавалось.

— Сейчас я как никогда заинтересован в том, что бы была в курсе всех событий. Потому что тогда и только тогда ты будешь делать то, что я тебе прикажу, — просто ответил скелет, в который раз поражая Эльвиру своей наглостью.

— Хорошо. Я внимательно слушаю вас, о великий и могучий наставник, — с сарказмом сказала она, хотя сердце у неё обливалось кровью в предчувствии чего–то очень нехорошего.

Такое же чувство она испытывала и в тот раз, когда появился Корад.

— Нет, я тебе ничего объяснять не буду, — скелет ввел мага в ступор своей логикой. — Зато обо всем, что было обнаружено, тебе расскажет твой друг.

Эльвира даже слова не успела сказать, как скелет перестал быть просто видимым, а превратился в множественное скопление серебристых полупрозрачных нитей. Нити с невероятной скоростью оплели комнату, заглушая магические эманации и успокаивая разорванные каналы внутри бывшего Алмазного мага. Но это не помешало ей почувствовать открывшийся в коридоре портал.

— Насколько плохо обстоят дела? — спросила Эльвира с ходу.

— Настолько, что армии Черного и Светлого королевства приведены в боевую готовность. Оркский халифат, вампиры, кровавые эльфы, и даже послы светлых готовы выделить все имеющемся войска, — Крис Милстрон — Вайзер не стал ходить вокруг да около, а ответил прямо и по делу.

Эльвира насторожилась. Полная мобилизация всех сил на этом материке означало появление могущественного внешнего врага, коим являлся вырвавшийся с помощью Братьев Тьмы Корад. Но даже если он вырывался, такая мобилизация должна была произойти в крайнем случае, при полном крахе всех линий обороны Светлого королевства, что раньше было не возможно. А это значит, что с Корадом что–то не так.

— Неправильный разрыв заклинания, — словно прочитав её мысли, ответил скелет. — Из–за этого слетели все ограничители и ментальные барьеры, которые ты ставила на протяжении всех своих битв. Теперь он всего лишь машина, способная убивать, но не способная остановиться.

— Корад разрушил Дальний мост полностью. Пострадали все маги, в том числе и темные. Он убивает все живое, не важно, враги или друзья. Ближайшие селения и город Бреск тоже уничтожены. В живых не осталось никого.

Крис говорил холодно, но холод его слов не сравнился с тем холодом, что покрыл сердце Алмазного мага.

— Но есть ещё кое–что, что ты должна знать, — Крис сделал паузу, на которую Эльвира сначала не обратила внимания. — Элина похищена.

— Что ты сказал?! — Алмазная Леди вскочила.

Ярость охватила её, требуя магии, и Эльвира тут же осела на пол из–за пронзившей всё её существо боли.

Крис тут же оказался рядом и помог лечь на кровать, а скелет за его спиной только качал головой, но пустил свои серебристые нити, облегчающие боль.

— Я провел расследование и выяснил, кто из ваших магов был информатором Братьев тьмы. Кого могли, мы задержали, кому–то удалось уйти, а кого–то в момент облавы не было на месте. Среди них была Инесса Герцен, недавно ставшая наставницей Элины. Достоверно известно, что они вместе покинули пределы Эрна, а вот в каком направлении, тебе никто не сможет точно сказать.

— Крис, сделай одолжение, исчезни.

Ледяной тон Алмазной леди, казалось, морозил все пространство. И Алмазный маг, повидавший на свете очень много, и который сам мог припугнуть кого угодно, не смел противиться этому приказу. Вспышка, и вот Эльвира осталась наедине со скелетом, своим бессилием и своим переживанием.

— Так что ты там говорил о камнях и о силе?

Глава 15

По ту сторону гор

Холод пробирал до костей, от чего я сжималась у каменной стены в комочек и тихо плакала. Мне было страшно, я была голодная. И самое страшное, я была в той самой камере, где меня когда–то вместе с Мелитрисой держали в плену. Я плохо помню, как я отсюда выбралась, но если бы не помощь Эльвиры, то мы погибли здесь от истощения, холода или нас бы убили стражи. В прошлый раз моё состояние описывалось как очень плохое, и это мягко сказано. Но теперь я смогла по достоинству оценить предоставленную темницу. Свет от грибов или плесени, что это такое, был только в коридоре, но его было достаточно, чтобы осветить мою старую камеру. Единственным отличием от прошлого раза было то, что сейчас дверь клетки была не заперта. Страж скинул меня здесь, а сам исчез, заставив грибы радостно сиять.

А я что? Я сидела тихо в лабораторном халате, одной футболке, штанах и кроссовках, мерзла и пыталась найти выход из ситуации. Но я ничего не могла. В конце концов, я самый простой маг–недоучка, которого похитил Страж неопределенного портала в другое измерение и теперь моя участь неизвестна.

Но помимо страха за свою жизнь и прочих мыслей о физическом состоянии, где–то на грани металась мысль. Я пригляделась к ней, и она оказалась довольно занимательной. Что в тайной лаборатории светлого королевства делают Стражи? Они же не могут покидать свой пост далеко. Лаборатория вряд ли находилась при портале, потому что, как мне рассказала Мелитриса, войска нашего королевства не спускались без необходимости ниже третьего уровня подземелий, а вот портал, оказывается, был на мифическом девятом. Сомневаюсь, что 'Братья тьмы' так легко сдали все эти уровни, особенно после того, как Эльвира ушла с поста коменданта Крепости.

Что–то потеплело у меня за пазухой. С удивлением, я достала оттуда свою Тетрадь. Как же давно я её не доставала!

Тетрадь — обычный блокнот в твердой обложке, становилась все теплее, понемногу согревая меня.

Я открыла первую страницу. Что удивительно, вместо обычных заклинаний, рисунков и прочего содержание обычного начинающего мага, содержимое было очень похоже на дневник. Только вот слова написанные на неизвестном языке, слегка корявым, но разборчивым подчерком, я понять была не в состоянии.

Впрочем, не все так плохо, как мне казалось на первый взгляд. Буквы вдруг стали сливаться и наконец, превратились в язык Светлого королевства. Я принялась читать.

'Мой дорогой дневник, пишу тебе я Син Гай ас Тум. Это моя первая самостоятельная разработка. Наставник Азис крон Шингал заставляет меня работать как треклятого светлого с утра до ночи. То ему склянки чисть, то ему сортир помой. Что б он сдох и черви съели его плоть! Занимаюсь я тобой в предрассветные часы, когда сон самый крепкий и никто не может меня уличить в создании заклинаний.

Моя первичная цель: создать достаточно объёмный блок памяти, что бы ты сохранял всё, что я смогу найти и как можно сильнее усложнить заклинание магической обработки. Это всё я придумал. Я первый! Мне 19.

Дорогой дневник, эта тварь продолжает надо мной издеваться. А все потому, что я вышел родом из деревни на юге нашего великого королевства. Да будет жить вечно мой король Маален, ведь только благодаря ему я могу жить припеваючи, не то, что мои сверстники. Впрочем, мне плевать на них. Эта уличная шваль никогда не поймет ни науки, ни магии, но лишь силу, которую они несут. Тупой, грязный скот!

Постепенно вкладываю в тебя новые листы из древесины Мэлорна, закрепляя их мною же разработанным составом. Кто бы мог подумать, что редкий и специфический состав порошка, применяемый для вызова существ Ближнего предела, алмазной пыли, смешанный с кровью разумного дракона даст такой результат! Ты на много превосходишь по объему таких, как ты, ты несешь в себе знания. Ты уникален. Я заполнил тебя на полных пять томов нашей базовой энциклопедии, но ты продолжаешь открывать для меня новые листы. Ты — моя гордость. Мне 21

Шкура солнечного дракона, вот, что сделает тебя ещё лучше. Да… Тебя будет трудно уничтожить. Её я получил взамен на небольшую услугу от одного 'клиента' моего наставника. Тварь как всегда измывается надо мной. Сегодня лишил меня ужина за то, что его сыночек, бестолочь тупоголовая, разбил несколько склянок в назначенной мне лаборатории. Благо, они были пусты.

Продолжаю добавлять в тебя части разработанной мной схемы, предварительно записывая её в тебя. Самое интересное, в тебе совещены два потока магии — Туман и Аркрау. На сколько я смог выяснить, потоки Аркрау щедры на магическую силу, а вот потоки Тумана служат неким подобием трубы, по которым и течет эта энергия. Хм, а если попробовать вплести в тебя новые потоки? Надо бы попросит Андрес. Пусть он музыкальный маг, но его талант нельзя недооценивать. И тварь он не такая, как остальные. Продажный, да. Но есть в нём что–то человеческое. Мне 22. Удивительно! Ты легко принимаешь все потоки. В базовое плетение, музыкальная магия вливается как кровь на жертвенный алтарь. Андрес был удивлен тем, что я просил его добавить его магии. Этот идиот даже не заметил остальных потоков, лишь удивлялся, куда ушла магия. А я знаю. Она обновляла базовый узор, который я наложил на тебя в день получения. Ты ведь подарок, подарок от моего отца. Я не помню его, я не помню матери. У меня есть только ты. Мне 22. Дорабатываю базовую схему. Новые узоры заклинания становятся все сложней, и оперировать ими не всегда получается. Но твои страницы готовы для использования. В тебе много информации. Начинаю её классифицировать. Классификация удается с трудом. Придется бежать на поклон к этой шавке блудливой! У неё есть несколько интересующих меня схем. Мне 25 Любимый блокнот! Я влюбился. Влюбился, как мальчишка. Эта дочь блудливой шавки! Она просто очарование. Чистый алмаз, сохранившийся на сухом клочке грязи. У неё есть цели и амбиции, она не сидит на месте. Но её методы настолько отличны от привычных, а её интеллект настолько поражает, что я готов часами слушать её голос. Жаль я не могу говорить. Пожизненное проклятие моего наставничка. Но я уверен, что я смогу её очаровать. Да! Она сказала да! Она ответила мне взаимностью! Любимый дневник! Это самый счастливый день в моей жизни. Две недели! Две недели до того, как мы сбежим из королевства. Я не хочу бросать свою родину. Я верен королю, я верен его законам. Но мой наставничек и эта шавка не дадут нам жизни. Моя любимая готова идти со мной хоть на край света. Мы уйдем на другой материк и нас никто не найдет. Не могу дождаться этого момента. Не высыпаюсь. Закончил твою полную схему. Ну и огромная же она вышла! Впрочем, это только основная база. Теперь основная. Начальная база магического рисунка — его основа, усилена тремя потоками. А в остальные плетения можно будет вливать не только три этих силы, но и иные! Это даст силу. И даст тебе сознание. Ты сможешь обладать интеллектом, даже выше, чем у умертвий. Я так рад!

Вот, скоро моя жизнь измениться. А с ней измениться и твоя! Теперь ты не просто дневник. Ты тетрадь. Тетрадь мага! Подобной тебе нет и не будет! Я мечтаю, что бы в тебе собралась вся история мира, что бы ты содержала тысячи книг, заклинаний, формул, рецептов! Я хочу, что бы ты спасала жизни! Что бы ты была тем лучом знания, которого в своё время не было у меня. Ты самое дорогое, что у меня есть.

Как только мы покинем это место, я дам тебе имя! Ты смысл моей жизни…'

На этом записи заканчивались. Интересно, что же произошло с владельцем? У него получилось?

Стоп. Что же получается — я держу в руках самую первую тетрадь магов? Точно помню, что до Конца Тьмы не практиковали такие тетради. Они появились у магов–кочевников примерно полвека спустя и оттуда распространились по всему континенту и за его пределы. Много предположений откуда они пошли, но вот он — истинный ответ, лежащий в моих руках.

Тут я услышала, как что–то тяжелое упало, а затем по каменным коридорам пронеслась ругань на чистом оркском. В груди все подпрыгнуло.

Я быстро вскочила с места и, прихрамывая, поплелась к выходу из клетки. Ноги затекли, спина болело, страх маячил где–то на периферии, но и надежда разгоралась все больше и больше. Меня спасут из лап стражей!

Сначала мне казалось, что я иду в верном направлении. Голоса усиливались, их становилось все больше и больше. Потом стали затихать и я в отчаянии побежала из быстрее, пару раз упав и стесав себе коленки. Но в итоге я выскочила в одни из каменных туннелей после небольшой развилки и тут же спряталась за стенкой.

Там были вооруженные люди. И, ладно бы они были в доспехах крепости.

Вот так бывает, смотришь новости, где рассказывают про наёмников, террористов и злых магов отступников. Каждая передача раз за разом оставляет в сознании картины, видео. Формы, маски, тяжелые мечи, топоры, посохи и даже огнестрельное оружие. Террористы. Общее понятие, которое знает даже ребенок в самой последней деревне, где есть маговизор.

Зародившийся в моей душе огонёк надежды безнадежно погас, оставив страх. И вопросы. Что здесь, глубоко под землей делают террористы? Здесь не работает магия, и гуляют стражи порталов. Кстати, о стражах — а где они? Похитили. Пару раз появились и исчезли. Похитили из лаборатории магов Светлого королевства. А судя по тому, где я сейчас нахожусь — лаборатория находится где–то рядом с крепостью Дальний мост.

Вдруг, мне показалось, что за мной кто–то стоит. Я замерла, и казалось, что сердце тоже остановилось на мгновение, что бы потом резко ускорить свой ритм. Медленно оборачиваюсь и утыкаюсь в костяную броню. Страх, ужас, паника — эти чувства меня покинули наверное, когда я увидела террористов. Целую вечность поднимаю голову. Черная обычная маска закрывает половину лица. Миндалевидные черные глаза с красным огоньком смотрят на меня, как на нашкодившего ребенка, разве что пальчиком не грозят.

Инстинкт сохранения — это хорошо. Умение быстро бегать — тоже хорошо. Только куда мне тягаться с дроу, скорость которых выше человеческой? Меня, как шкодливого котёнка, поймали и потащили в сторону террористов. Хорошо, хоть те за волосы. Если бы со мной была моя магия — я бы направила всю свою силу против этого не человека. Но магия здесь не действовал, и помощи ждать не откуда было.

Меня вытащили из коридора, заросшего светящимися грибами в небольшую пещеру. Света электрических прожекторов с верхом хватало, что бы осветить происходящее. В первый раз я заметила только маски. Зато теперь смогла осмотреть всё. Несколько десятков террористов носили разносили в многочисленные проходы пещеры ящики с надписью ПН‑5.

Сказать, что я была в шоке — это не сказать ничего. Меня тащили, а я как замороженная следила за переносом многочисленных ящиков. Они что, гору хотят взорвать? ПН‑5 одна из самых разрушительных магическо–физических взрывчаток, о которых я слышала и самая распространённая. Андрей Евгеньевич как то рассказывал, что такая взрывчатка и горы и магический фон снесёт лет на пять. Вспомнила огромные горы, что видела в прошлое посещение крепости. Нет, вряд ли они горы снесут. На горах до сих пор лежит остаточный фон от заклинаний Конца Тьмы. Если они и взорвут, то только подземные уровни.

Да что вообще происходит?!

— Ты магией владеешь? — спросил дроу.

От шока я не обратила внимания, что обращаются ко мне, пока меня не подняли на уровень его глаз.

— Д-да, — заторможено ответила я.

— Вот и хорошо. Нам как раз не хватаем рабочих рук.

Что?! Они хотят заставить меня работать на них? Делать артефакты? Делиться силой? Но я же слабый маг! Точнее, средний.

Дроу правильно решил, что я не могу идти и нёс меня куда–то. А я что? Я оглядывала однообразные стены туннелей, но поняла, что ни одни проход нормально не запомню. А затем дроу ускорился. Я едва пискнуть успела, как мне закрыли рот и вообще перекинули через плечо. Всё смазалось. А когда нормальная скорость вернулась, то коридоры изменились.

Стены были из черного камня с явными следами человеческой деятельности. Светильники постепенно попадались всё реже, зато стало светлее.

Я попыталась вывернуться и осмотреться. Дроу взамен этого спустил меня на пол. Было больно. Как всегда, когда некоторое время держишь ноги на весу, а потом опускаешь на землю. Мы вышли из пещеры, и я раскрыла рот. Выход находился на большой высоте. Перед горами расстилалась огромная долина, которую рассекала на две части река со своими ответвлениями. Вдалеке виднелось что–то похожее на леса. Ближе находились огромные поля разных цветов. Синие, белые, красные. Половина была непонятного цвета, видимо цветы закрыли свои бутоны в преддверии ночи. А на горизонте заходило солнце. Огромный желты шар, лучи которого красили облака в розовые и багряные цвета.

— Прекрасное зрелище, — сказал дроу. — Лучшего ты не увидишь нигде в этом мире.

— Ага, — поддакнула я, просто восхищаясь красотой.

— Всё, пошли, — дроу насмотрелся и повел меня вправо.

Я и подумать не успела, как мой взгляд зацепил огромный дирижабль. Я думала, что способность удивляться и восхищаться для меня после заката недоступна. А нет, показалось. Красавец, в золотых и красных тонах, сверкающий в лучах уходящего солнца. Я прикинула, что был он длинной где–то полкилометра, если не больше. Красно–золотой шар. Под днищем располагалась гондола. Больше всего она напоминало обычное судно. И на это судно грузили огромные коробки.

Мы подошли к металлическому трапу.

— Мы почти закончили, — к дроу подошёл другой дроу в похожей броне. — Осталось два блока.

— Заканчивайте и начинаем эвакуацию. Здесь нам больше делать нечего.

— А что касательно патрулей крепости?

— Крепости больше нет.

— Как нет? — спросила я раньше, чем успела сообразить где я и с кем.

У дроу явно было хорошее настроение или это неправильный дроу, но мой пленитель ответил:

— Крепость в руинах. Её разрушил Корад. Он вернулся в этот мир, что бы показать всему миру свою силу, — при этом и голос и взгляд был такой, будто Корад для них богиня подземного мира.

Затем нас окутала красная пыль, а через секунду мы были уже в большом круглом зале, на полу которого углём с точностью мага руниста нарисована какая–то там грамма. Или руна? Такой сложный рисунок я видела впервые. Даже то, что рисовал Корад в момент начала моей учебной деятельности, показалось мне простым детским рисунком рядом с планом здания.

— Вот тебе задание, девочка. Залить эту руну энергией. Времени у тебя достаточно, но если будешь халтурить, тебе будет очень больно. Я ясно выразился?

Глаза дроу кровожадно сверкнули и я закивала до боли в шее, всем видом показывая: мне хлеба не надо — работу давай!

— Вот и хорошо. Спать будешь там, — он указал на узкую дверь чуть в стороне от входной. Там же душ и туалет. Одежду, так и быть, тебе подберем. Попытаешься сбежать — умрёшь на жертвенном алтаре во благо этой руны. Поняла?

— Да.

— Вот и хорошо. Еду получишь здесь четыре раза в день, — он указал на небольшое окошко во входной двери. — Чем быстрее закончишь, тем лучше для тебя. Отпустим на все четыре стороны.

Затем дроу испарился. А я остался на том месте.

Я зашла в комнату, где мне предстояло спать. Маленькая коморка с одной кроватью и маленьким окошком. Что ж, не плохо для начала. Это мне не пещера со стражами.

Решив, что хуже уже не будет, я приняла душ и легла спать. Только сон поможет мне справиться со всем этим.

Разбудил меня назойливый стук по стеклу. Я вообще не хотела просыпаться, и только закуталась сильнее в одеяло. Тогда этот изверг перешёл в наступление и провёл когтем по стеклу. Меня передёрнуло, и села на кровати.

Огляделась. А мне казалось, что всё произошедшее — всего лишь страшный сон. Но нет. Чистой воды реальность. Тяжело вздохнула под очередной стук по стеклу. Поднялась и открыла маленькое окошко. По руке тут же скользнуло что–то юркое, быстрое оранжевое и стало носиться вокруг меня с огромной скоростью.

— Оранжевый, — позвала я.

Дракончик тут же завис на секунду перед моим лицом, а потом снова ринулся нарезать круги, тем самым показывая свою радость от встречи со мной. А я закрыла окошко и с удовольствием смотрела на это чудо.

Оранжевый — приёмный дракончик в крепости Дальний мост. Как он здесь оказался, ведь мы по ту сторону гор. Здесь патрули пропадают. Как же ему удалось попасть сюда? Я вспомнила слова дроу о том, что крепости больше нет. Мне эти слова казались ложью. Но теперь, глядя на мельтешащее передо мной существо я поняла, что эти слова — читсая правда. Было грустно. Нет, печально от того, что многие погибли. От того, что я больше не увижу этих стен, не услышу смеха солдат, не смогу пройтись по крепости.

Теперь передо мной стояла главная задача — выжить. Дракончик завис перед лицом и так преданно смотрел на меня своими изумрудными глазками, что хотелось расплакаться. Но я сдержалась.

И тут меня озарило. Он может передать весточку Эльвире — а та найдет способ как меня спасти! Тем более, что дракон хорошо знает начальницу крепости.

— Послучай, маленький, — осторожно начала я. — Мне очень нужна твоя помощь. Ты ведь знаешь Эльвиру, ты ведь сможешь найти её и передать это!

Я сорвала с шеи свою обычную цепочку и осторожно привязала к маленькой лапке дракончика.

— Пожалуйста, отнеси ей это.

Мне показалось, но дракончик кивнул. Я быстро открыла окошечко и Оранжевый тут же упорхнул в неё, и скрылся из виду.

А вот мне оставалось ждать. Ждать и надеяться, что всё будет хорошо, что дракон выполнит мою просьбу, что Эльвира спасёт меня. А что бы меня раньше срока не прибили или не напоили какой–нибудь гадостью с кровью оборотня, я пошла в комнату. Предстояло много работы.

Дня начала я решила осмотреть схему. Очень интересное занятие, скажу я вам. Основы рунистики, которые я смола изучить в данном конкретном плетении выливались о что–то гениальное и грандиозное. Эта руна была не двухуровневая и даже не рёх. Семь, семь полноценных плетений располагались в магическом плане над ней. Все они имели единое ядро плетения, которое будто проникало между собой во всех семи проекиях. А вот дальше шли были нанесены такие разнообразные плетения, что у меня голова шла кругом Возьмём первую снизу проекцию. Цвет плетения был золотисто–желтым. Я не могла припомнить, где бы видела такой вот оттенок. Ни одно плетение, ни заклинание даже в черте столицы не имели столь завораживающего цвета. Данное плетение выполнено в округлых линиях, многообразных, переплетающихся меду собой как корни растений, как лоза на стене. Каждый завиток, каждая фигура несла в себе смысл, магический сммысл. Второй слой был яркого, насыщенного красного цвета. Он струился, переливался, менял тональность. Это был цвет крови и цвет бущующего пожара. Линии прямые, наложенные друг на друга угловатыми фигурами. Каждая точка пересечения мерцала своей энергией, готовой вырваться наружу. Третья проекция была будто соткана из тумана. Красивая, невесомая, на вид мягкая. Линии мерцали и казалось, даже пропадали иногда. Завитки имели округлость, но с первыой фигурой плетения ничего общего не имели. Четвёртая располагалась над моей головой и рассмотреть я смогла лишь тёмные, зловещии знаки и символы. Даже класические пентаграммы и гексаграммы гармонично вливались в эту структуру. Проекции выше толком рассмотреть не могла, мешали предыдущие. А мне пришлось работать с начерченной руной. И это было самым сложным для меня. Нас учили вливанию энергии. Какой же получиться маг, если он не умеет делиться и направлять свою силу. Но тут все было куда сложнее. Нужно правильно подобрать точку наложения, правильно распределить свою силу. Не менее важно подобрать энергию к этой руне. Я владела стихийными энергиями и светлой, но не знала, какая из этих энергий подойдёт лучше всего. Или здесь нет разницы, что вливать?

Так, посмотрим по внимательнее. Руна была девственно чистой от любой энергии. Я стала вспоминать способы вливания энергии, а заодно решила с её видом. Как ни крути, а белой магией я владею лучше всего.

Тут мне пригодилось заклинание, которое я когда–то изучила для развития магического дара. Луч светлой энергии требовал концентрации и усидчивости. И я начала экспериментировать. Луч вошел в руну, в одном из её ответвлений, откуда я решила начать действовать. Вошёл в пол. В обычном мире ничего не произошло. Я перешла на магическое зрение и была поражена. Луч был словно создан для этой руны. Энергия медленно, но верно заполняла ответвление. Цвет моей магии был фиолетовый, тусклый. Но мне нравилось. Меня охватил азарт! Сколько уйдёт энергии? За сколько я справлюсь с руной? Будет ли она так же пульсировать и переливаться или тусклость так и останется отличительной чертой данного плетения?

Спустя три часа я лежала на полу обессиленная. Заполнить эту руну? Легко сказать! Не знаю, сколько своей силы я вылила в неё, но она не заполнилась и на совсем чуть–чуть. Будто бы уголь спрятал энергию в себе.

Шум открываемого окошка и в комнату влетел поднос с едой. Первое, второе, десерт и зеленый чай! Я набросилась на все это как оголодавший пес на кусок мяса. Что бы там не говорили о худых и болезненных магах, а правильно питаться должен каждый уважающий себя маг, иначе откуда он будет брать энергию. А если он не откуда не берет энергию, то это уже не маг, а шарлатан.

Поев и немного передохнув, я вернулась к занятию. Как только я начала вливать силу, так линии снова потускнели фиолетовой энергией. Та часть силы, что я влила до этого никуда не делась. Следовательно, я все делаю правильно. Что ж, посмотрим кто кого!

Капли ледяной воды покрывали тело, а морозный северный ветер заставлял как можно скорее закутаться в теплый плед.

Обучение обучением, но и поиски скелет не откладывал. И не беда, что он нежить, а она человек и что шансов простудиться у неё сто к его нулю. Скелет приказывал, а ей осталось лишь повиноваться. Теперь Эльвира ясно понимала, что имеет дело с черным магом, и не просто черным, а самым настоящим. Не теми, о которых описывают книги и детские сказки. Черные маги из сказок коварны, злы. Ими движет жажда власти и силы. Гордые снобы, идущие по головам. Они готовы в глотку вцепиться друг другу или объединиться только под предлогом общей угрозы и то, если это реальная сила. В остальное же время они самые настоящие подлецы, лжецы, душегубы и непроходимые тупицы.

Скелет же был другим. Ему не чуждо было сочувствие, забота и внимательность. За дни, проведенные с ним, Эльвира ни разу не забивала голову нахождением провизии, способом транспортировки или же поиском способа снять боль. За неё думал скелет. Он помогал, оберегал, лечил её разорванные магические каналы самым безболезненными из всех известных ей способов. Он с легкостью нес её сумки, помогал идти, разжигал костёр на берегу, и даже готовил. Ему не было это чуждо. Но все его усилия шли на то, что бы достигнуть своей цели. И когда Эльвира вынырнула из воды и забралась в лодку, он накрыл её теплым пледом, а сам забрал камень. Цель оправдывает средства. А не средства скелет не скупился.

— Первый из трёх, — заметила Эльвира.

Скелет не ответил. Он что–то внимательно изучал на камне — белом камне со странными резными линиями. Затем немного повертел эти линии без видимого усилия и выбросил камень далеко в воду.

Эльвира проследила за полетом цели, ради которой она ныряла в воды ледяные северного океана в течение трёх дней. Чуть не заработала астму, бронхит и прочие болезни, благо что отваров для восстановления здоровья скелет взял более чем достаточно.

— Вот скажи, зачем я гробила своё здоровье? Что бы посмотреть, как летит камушек?

— Нет. Что бы я обрел силу, — ответил маг и сел рядом с ней.

Одинокую лодку в океане накрыл прозрачный купол, защищающий от ветра.

— Раньше сделать этого не мог?

— Нельзя было, — философски ответил тот.

Но Эльвира заметила, что его глаза стали светиться интенсивнее, будто в них пробудилась жизнь. Что ж, он нашёл свою цель, а она скоро будет близка к своей.

Алмазная леди никогда бы не подумала, что восстановиться после всех тех ран, что ей нанесло заклинание, можно будет насколько просто. Нет, не так. Можно вообще восстановиться. Ведь во время наложения цепей на Корада и клинков она точно знала о последствиях. И ей трудно было предположить, что кто–то может их обойти.

— Попробуй сплести любое заклинание из нитей, — обратился к ней скелет.

До этого он лишь читал ей курс лекций по правильному управлению этими потоками. Она никогда бы не подумала, что в ней проснулся Тайный маг.

Тайные маги — это самые редкие и самые могущественные маги на всём Аркрау. Тот же Корад был тайным магом. Он мог создавать порталы в Майндраг и пользоваться силой другого измерения. Что касается Эльвиры, то она была магом Тумана — мира приведений. Не сказать, что подобная перспектива ей очень нравилась, но что поделаешь — силу не выбирают.

С разорванными каналами восприятия трудно что–то создавать из заклинаний, даже невозможно. Но Тайных магов это не касается. Они берут магию из других пластов реальности, используют другие способы. Магия других измерений сама по себе другая.

Эльвира сосредоточилась, и не смотря на то, что замерзла — создала шар. Легко и быстро. Обычный, наполненный потусторонней магией шар завис в метре от её лица. Странно. До этого момента она пыталась создавать разные вещи, но у неё ничего не получалось. Для повторения эксперимента она создала более сложный аналог циклического заклинания. Энергии на построение привычных конструкций уходила в полтора раза больше, но это никак не сказалось на результате. Перед ней висела уже воронка, затягивающая тёмную энергию.

— Неплохо для начала. Но не стоит привыкать к конструкциям этого мира. Магия Тумана рано или поздно найдёт выход в своей форме. Положишь на интуицию.

— Мои результаты связаны с тем, что ты сделал с камнем.

— На прямую.

Эльвира нахмурилась. Что–то внутри подсказывала ей, что всё плохо.

— Значит ли это, что в мире будет больше тайных магов?

— Нет. Их количество будет прежним. А вот их появление — частым.

— Я правильно поняла, что те маги, сила которых раньше сковывалась, как и моя до этого, теперь проявится? — Алмазная леди похолодела.

— Да. Но не сразу, не переживай. Сейчас проявятся только самые сильные. Такие как ты, например, или Мелитриса.

Эльвира вспоминал племянницу Криса.

— Она тайный маг? — изумилась она.

— Музыкальный. И при всей силе проклятого дара, дар тайного мага старается отбить позиции. Для неё всё тёмное становиться чуждым, а светлое — родным. Поэтому она так стремиться найти общий язык со светлыми магами, и с Элиной в частности.

— И что теперь будет с девочкой? Ты тоже возьмешь её на обучение?

— Я похож на музыкального мага? — казалось, скелет смотрел на Эльвиру, как на идиотку.

— Мало ли в тебе скрытых талантов, — ответила она.

— Девочке придётся выбираться из этой западни с магией самой. Самой составлять учебники, самой постигать науку. Сейчас, со снятием первого барьера, она почувствует острую нехватку музыки. И если её остановить, то она либо умрёт, либо сойдет с ума.

— А что Корад?

— А у Корада теперь, как не прискорбно, развязаны руки. Его сила растет с каждой минутой, а жажда убийства и крови — с каждой секундой. Сейчас он планомерно рвется к центру столицы.

— И ты его не попытаешься я остановить? — у Эльвиры внутри все горело от бессилия.

— Нет. Я посмотрю, во что это выльется.

— Типичный черный маг, — зло сказала она.

— Нет. Всего лишь скелет. И вообще, переодевайся. Нас ждут ещё два камня. И да, не думай сбежать и помочь своим с Корадом. Поймаю раньше.

Эльвира не ответила. Долбанный скелет! Если бы она не завесила от него, давно бы послала. Но сейчас жизнь крестной и многих других зависит от её обучения. И почему она раньше не согласилась?

Интересно, где сейчас Элина? Как она? Нежить утверждала, что она жива и невредима. А вот её местоположение говорить отказывалась. Если бы Эльвира только могла вырваться! Как бы она отомстила всем предателям в Белом Совете. Но ничего, и на её улице будет праздник. 'Братья тьмы' рано скинули её со счетов. Она восстановиться и нанесёт удар невиданной до того мощи. Она покончит со всеми, кто виноват в этом Хаосе. Скоро, очень скоро придёт её час.

Глава 16

Спасение пришло откуда не ждали

Я провела здесь порядка двух недель, но моих результатов почти не было видно. Страдая от усталости, однообразия, запертая в двух комнатах, я думала. Думала обо всем, что со мной произошло. Кажется, прошла вечность с того момента, как у мой старый добрый класс разделили и назначили нашим учителем принца Гедеона. Тогда я познакомилась с Мелитрисой и Феликсом, лучше узнала Ирму. Это короткое время совместного обучения было, пожалуй, самым веселым в моей жизни.

Глядя в маленькое окошко, за которым расстилались зеленые поля и голубые реки, а облака регулярно окрашивались в багровые цвета, я пыталась понять, как так получилось? Каким образом я — обычная ученица, со средним даром попала сначала в престижную Школу города Эрн, как я в ней удержалась не смотря на мои постоянные прогулы, плохие оценки и безразличное отношение к учебе. Почему именно я вместе с Мелитрисой попала к 'Братьям тьмы' и каким–то чудом выбралась оттуда? И почему моя крёстная даже не думала появляться в моей жизни? Почему мне, а не какой–нибудь такой же, более усердной ученице, достался в наставники маг алмазной ступени? И почему именно у меня оказалась первая тетрадь мага?

Что говорить, мыслей было много, воспоминаний тоже. По вечерам я доставала фотографию с моих крестин, смотрела в такое родное лицо матери и плакала.

Наконец, устав от своих мыслей и одиночества, я решилась на отчаянный шаг. Первоначально идея показалась мне глупой, но после нескольких часов раздумий, тревог и беспокойства, я все же решилась. В очередное появление безымянного молчаливого дроу, я попросила у него что–нибудь почитать. Выпалила я это быстро и чуть не бросилась бежать в свою комнатку от страха. Он ушёл, а через пять минут вернулся с несколькими книгами и журналами. Разумеется, своих любимых журналов 'Век ведьмы' или 'Я — маг' в стопке не оказалось. Зато перерывы между заполнением руны скрашивали старые анекдоты, древние предания кентавров, кровавые и развратные пародийные комиксы о жизни черных магов, некромантов эльфов и инквизиторов. Разумеется, после всего этого оставалось только осилить толстый талмуд с громким названием 'Пророчества от сотворения Аркрау и до Вселенского уничтожения зла'.

С каждой прочитанной страницей становилось все смешнее и все страшнее. Ах, если бы здесь только была Ирма! Уж эта особа до такой степени любила всякие пророчества, что могла сочинить с десяток за пару минут, а её едкие замечания и комментарии не оставляли равнодушным даже убежденных фанатиков этих самых пророчеств.

Тетрадь мага больше не открывала тайн, зато каким–то чудом в ней оказались все мои издевательства, рисунки и записки за всё время моей учебы. Что сказать — было весело смотреть на старые карикатуры Андрея Евгеньевича, моего первого учителя, нелюбимого Дмитрия Александровича, советника короля и по совместительству моего бывшего учителя по нежетиведению!

В очередной раз, когда я заполняла схему энергией, дверь стала открываться. Я удивилась. Дверь с моего здесь появления не открывалась, а тут!

В комнату вошли два дроу. Они несли тело. Женщина в бежевом платье и зеленой бархатной накидке. Её положили на пол у двери и ушли.

Сердце дико застучало в груди. Я резко оторвалась от своего занятия, и тут же пожалела об этом. Резкая потеря концентрации и подъём с колен заставили помещение закружится. Но я пересилила себя, потому что эту женщину я знала.

— Элина? — тихо прошептала она, открывая глаза.

— Привет, Илиана, — широко улыбалась я.

Мелькнув в моей жизни всего пару раз, она внесла в неё некоторые коррективы. Ни на кого прежде встреченного не похожая, удивительная, общительная и загадочная, она указала мне направление в моей жизни, когда я была готова опустить руки. Жаль, что кроме имени я о ней ничего не знала.

— Что ты здесь делаешь? Где мы? — её синие глаза выражали удивление и беспокойство.

— В плену, — ответила я, помогая ей подняться.

Я очень обрадовалась её появлению, ведь теперь я была не одна в этой до ужаса надоевшей комнате. Осознание того, что я теперь не буду одна, грело мне душу.

— Я то понятно, как сюда попала, — сказала она, потирая виски. — Но ты–то что здесь делаешь?

Я провела её в комнату и там все вкратце рассказала. Она, как всегда, слушала внимательно.

— Вот значит, как, — задумалась она, сложив руки на груди. — Дармовая магическая сила им нужна. Жаль, но тебе придется продолжать работать самой.

— Почему? — удивилась я.

Она не ответила. Вместо этого подняла подол платья. На щиколотке красовались металлические кандалы. Я поняла, что это значит. Они запечатали её способности к магии.

— Впрочем, не все потеряно, — улыбнулась она. — Раз у тебя есть сила, то мы сможем отсюда сбежать.

— Как? — тихо поинтересовалась я, боясь, что кто–то услышит наш разговор.

Никаких подслушивающих заклинаний я здесь не заметила, впрочем, с моим уровнем способностей я и заклинание пятидесятой ступени не замечу.

— Пока не знаю, — потерла она шею. — Но это не повод отчаиваться. Мы обязательно что–нибудь придумаем.

Я измученно улыбнулась, наверное, впервые за несколько недель. Женщина притянула меня к себе. От неё пахло свежескошенной травой. Мой любимый запах.

До вечера мы с Илианой болтали о всякой чепухе. Она не стала рассказывать мне, как она попала сюда в качестве пленницы и то, какую должность она занимает. Но мне это и не нужно было. Если бы на её месте оказался не знакомый человек, то возможно, все было по–другому. Но этот человека я знала. Я рассказала ей все. Как оказалась в лаборатории. Что там произошло, и как меня выкрали стражи, а затем я сбежала и оказалась в руках дроу.

Илиана слушала молча, изредка что–то добавляя. Под конец она задумалась на несколько минут, потом бросила на меня сомневающийся взгляд, но все же сказала.

— Что ты вообще знаешь о стражах?

— Они охраняют порталы. Их трудно убить и… — я запнулась, но все же сказала. — стражи — это бывшие маги.

— Верно, — кивнула Илиана. — Ты не задавалась вопросом, почему они на тебя не нападали, хотя возможностей у них было предостаточно? Почему они похитили тебя?

— Понятия не имею, — честно сказала я. — Я как–то даже не завышалась этим вопросом.

— После того, как войны первого Конца Тьмы закончились, и началось восстановления культуры и магии, а в особенности порталов, выявилось, что стражи нападают на всех без разбора, если те в зоне их досягаемости. Однако, было так же замечено, что не существуют люди, которых стражи не просто не трогают, а даже защищают в меру своих сил.

— Защищают?

— Да. Об этой линии поведения стражей порталов мало что известно. Один из магов–теоретиков Сергий Берг, вплотную изучавший стражей, порталы и все что с ними связано, высказал теорию, что стражи защищают лишь себе подобных, то есть уникальных магов, обладающих способностью перемещаться между измерениями. Эта теория поначалу не получила никакого одобрения, но позже на опытах было доказано, что те, кого стражи не трогают, так или иначе имеют врожденные, пусть и слабо выраженные способности к магии перемещения. Стражи чувствуют родную магию и стараются предупредить таким образом будущих уникальных магов от опасности стать одним из стражей.

Я широко раскрытыми глазами смотрела на серьезное лицо женщины. Что же тогда получается, я уникальный маг? Да ну, бред! Даже в самых розовых мечтах такого не может произойти! У меня даже магический потенциал держится на среднем уровне за счет поднятия специальным зельем. А те, кто владеет тайными магиями — это выдающиеся личности, сила которых превосходит даже архимагистров!

— Это проверенная теория? — осторожно спросила я.

— Сто процентная гарантия, — улыбнулась она. — А это значит, что ты, Лина, владеешь тайной магией.

— Это вряд ли, — отказалась от такого варианта я. — Посудите сами, ну какой я тайный маг? Я только получила пятую ступень и первого наставника. Мне, что бы стать хорошим магом, потребуется как минимум пятьдесят лет, и сто лет на изучение тайной магии, которую нужно ещё и определить.

Я откинулась на подушку. Мысль о том, что я сильный маг, меня вдохновляла. В голове сразу рисовалась белая мантия архимагистра, нашивка алмазной ступени и посох в руках. Моё лицо источает уверенность, силу и справедливость. Я гордая и непреклонная сижу на алмазном троне, а внизу все те, кто сомневался в моих способностях.

Но разум тут же развеял мечты, напомнив о том, с каким трудом мне довались первые плетения, первые заклинания, пусть даже и самые простые. Как я сдавала экзамен на хрустальную ступень, как бегала от приведения, как рисовала руны. Да с такими темпами я и за тысячу лет не стану архимагистром. Но все же в груди поселилось какое–то теплое, даже нежное чувство.

Вдруг Илиана встала с места и вышла в комнату с руной. Этот манёвр вызывал у меня недоумение. Я подорвалась за ней.

— Что случилось?

— Эта руна, — напряженно сказала она. — Я, кажется, знаю, что это такое.

— И что?

Илиана повернулась ко мне и в её глазах плескался страх.

— Ты не рунист, поэтому тебе не понять весь ужас того, что перед тобой. Это Тах — Нор-Хизир.

— Ты шутишь?! — теперь в ужасе была я.

Мой вредный, но умный учитель руной магии рассказывал мне об этом плетении. Чудовищно сложное, невероятно затратное, громоздкое и требовательное, тем не менее, эта руна обладала мощью, способной сравнять с землей половину континента. Чудо человеческой магии. Насколько я помнила, руна состояла из нескольких десятков или сотен частей, в зависимости от площади, которую решили уничтожить. Но секрет плетения этой руны хранится за семью печатями и все попытки поставить такую в нашем королевстве, да и вообще на материке строго пресекается. Это то, что я знаю. Цхогал Микошев рассказывал, что ещё во время войны Затменья эта руна применялась для уничтожения одного из стратегически важных городов кровавых эльфов. Именно поэтому решающая битва произошла по середине Кон — Нуана, а не на границе Светлого королевства. Мало кто знает, что там на самом деле произошло, в это короткое сражение погибли две многотысячные армии.

— У меня максимальная ступень по рунистической магии, — пояснила та. — К тому же я вплотную занималась историей рун. И это плетение я в отличие от тебя вижу куда лучше. Разумеется, не все. Лишь часть и основные признаки. Я сначала не обратила внимание на характерное многоуровневое строение, но теперь все становится понятнее. Тах — Нор-Хизир состоит из множества частей. Расстояние между ними для того, чтобы произошла активация плетения, не должно превышать шестьдесяти километров. Довольно оригинальный способ перемещения заклинания по воздуху. Я прежде о таком не слышала. Магическое излучение этой руны сильное, но здесь оно хорошо скрыто. Я уверена, что туда, куда направляется этот дирижабль, летят ещё несколько таких.

— И что они хотят взорвать? — поёжилась я, отходя от плетения.

— Я не могу сказать, — развела та руками. — Десятка таких рун запросто сотрёт весь Эрн и ближайшие окрестности.

И тут в моей голове мелькнула мысль. Не знаю, возможно ли это, но…

— А если они хотят уничтожить Корада?

— Корад не показывался в Светлом королевства тринадцать лет. Может, он вообще мёртв, — отрицательно покачал головой тот.

— Он не мертв. Не так давно, не знаю, сколько точно дней назад он сорвался с магических цепей.

В глазах у Илианы вспыхну огонёк понимания. Она поверила мне и продолжила.

— Не знаю откуда тебе это известно, но если это правда, тогда дела очень плохи. Видишь ли, Корад падок на артефакты накопители древних времен. Его последний набег на Светлый лес чего стоит. Так что, он сейчас будет прорываться в Эрн, где его будет поджидать эта разрушительная ловушка.

— Но в Эрне нет древних накопителей. Он может пойти к тем же кровавым эльфам. С чего ты взяла, что его цель именно столица? — я неуверенно попыталась опровергнуть её теорию.

— Если многие уверены, что его нет, то это не значит, что это правда.

— Но зачем, зная, что Корад за ними охотится, они держат такие вещи в столице? — взялась я за голову.

— С чего ты решила, что об этом артефакте знает король и Белый совет магов? — прищурилась она.

Я растерянно посмотрела на неё. И кажется до меня начало доходить.

— Кто–то намеренно его туда завез, чтобы приманить Корада и уничтожить столицу?

— Я тебе больше скажу, девочка моя, кто–то может хотеть уничтожения не только столицы, но и всего Светлого королевства, а может и Черного в придачу.

— Не понимаю.

— И не должна. Пойми, что в этом мире есть силы, которые по тем или иным причинам хотят избавится от Светлого королевства, а также половины королевств континента. Это могут быть агенты того же Среднего королевства. Им не выгодно, что столь могущественное магическое государство процветает, да ещё и союзы заключает с врагами. Более того, это не выгодно вампирам, эльфам, оркам. Допустим, кровавые эльфы хотя отыграться за проигрыш войны Затменья. Вампиры всегда посматривали косо на союзы Черного и Светлого королевства. Те же дроу ненавидят жителей поверхности. Слишком хорошо в последнее время идут дела между двумя людскими могущественными королевствами. Есть некоторые могущественные личности, которые жаждут мести за дела вековой давности. Много кто хочет смерти королевства. Другое дело, что не у каждого это получится.

Илиана вернулась в комнатку, села на кровать, а я как тень следовала за ней. Мне важно было знать, что она думает по этому поводу и картину в целом. Но мне было страшно. Неужели в этом мире кто–то способен на то, чтобы вот так просто стереть многомиллионный город с лица земли? Неужели всем наплевать на людей, живущих там, детей, стариков, молодёжь и простых рабочих? Ради чего кто–то затеял это всё? Ради мести? А может, ради развлечения? Игра сильных мира сего.

— Я слышала о теории заговора против разумных, — вставила я.

— Что за теория?

— Если судить по ней, но планету делят шесть влиятельных семей. Войн становится меньше, населения больше и ресурсы планеты истощаются. Вот эти семьи и устраивают войны, уничтожая народы, чтобы снизить численность и оставить все ресурсы только для избранных, — я пыталась вспомнить детали этой теории, но не могла.

Попалась мне небольшая заметка об этом в одной из газет, которые я читала от нечего делать, когда ждала Асю у неё дома. Было это так давно, что и вспомнить трудно, однако имело место быть.

— Интересная теория, надо будет узнать о ней больше, — задумалась Илиана. — А ты не знаешь, кто освободил Корада?

— Братья тьмы, — сказала я название темной организации.

— Вот как? — задумалась она. — Знаешь, мне кажется, картина начинает проясняться.

— То есть?

— Что мы имеем? Сильного и злого мага, преследующего свои цели с одной стороны. Фанатиков, его освободивших — с другой стороны. Наших похитителей, относящихся к организации против королевства — с третьей стороны. — И все остальные — это четвертая сторона. Так?

— Да.

— А теперь давай подумаем, кому это выгодно? Начнём пожалуй, с Братьев тьмы. Что мы о них знаем?

— Фанатики состоящие из темных магов, стремящихся захватить мир? — развела я руками.

— Захватить мир вряд ли, не так у них много влияния. Их цель, если слухи не врут, возродить старые, всеми забытые королевства, темную магию. Им хочется силы и эту силу им может дать Корад. И они всячески будут поддерживать Корада в его стремлении уничтожить Светлое королевство и получить власть над ним. А кто–то третий, то есть наши похитители, решили уничтожить и Корада и Светлое королевство в частности.

— И что нам теперь делать? — испуганно поинтересовалась я.

— Попытается бежать, — ответила она.

Ну да, бежать. Только как нам это сделать, ведь мы летим на вражеском дирижабле неизвестно где. Мой отец, конечно, работает на таких вот дирижаблях, но я не умею определять направления всего лишь выглянув в окошко.

— Лина, у тебя остались ещё силы? — вдруг спросила Илиана.

— Есть немного, — честно ответила я.

Илиана выглянула в форточку.

— Мы не летим, — тихим голосом сказала она. — Остановились в каком–то воздушном порту. Вон, даже прожектора горят. Это наш шанс!

— Но как мы сбежим?

— Ты не можешь использовать никакую магию, разумеется, кроме рунной. Ты ведь наполняла руну силой. А я, магистр рунной магии. Так что иди сюда, я покажу тебе, что нужно сделать.

У меня внутри все всколыхнулось! Я обрадованно подскочила к ней со скоростью молнии.

— Включай магическое зрение. Обычные рунные линии ты напитывать умеешь?

— Да, — кивнула я.

— Отлично. Здесь тоже самое. Следи внимательно за моими руками. Я буду проводить пальцем, а ты на том месте создавай линии.

— Поняла.

Я оглянулась на всякий случай. Страх ударил в голову. Главное, что бы сейчас нас никто не поймал. Закрыла глаза, глубоко вздохнула и перешла на магическое зрение. Мир тут же сменил краски. В его основе преобладали фиолетовые оттенки блеклые и насыщенные. Комнату залил золотистый свет от оплетенных нитями стен корабля. А вдруг у нас не получится? Вдруг на стенах стоит сигнальное или защитное заклинание?! Что тогда будет? Будто прочитав мои мысли, Илиана ободряюще положила мне руку на плечо. В магическом зрении она была такой же, разве что её окружало серо–фиолетовое облако, не позволяющее колдовать.

— Не беспокойся. У нас все получится.

Даже в магическом зрении её улыбка вселяла уверенность. Я поспешно закивала и мы начали.

— Данная руна состоит из трёх основных частей, — говорила Илиана, проводя пальцем по деревянной поверхности дирижабля.

Я в свою очередь следовала строго за ней, создавая напитанные энергией линии.

— Первая часть — основа. Основа есть у каждой руны, у каждого заклинания, у каждого плетения или чар. Киль корабля, на котором держится магия. Основа создаётся обычной магической энергией. Она создаётся твоими эмоциями, твоей мотивацией. Именно отсюда появляются невидимые заклинания. Те самые, которые порой не могут снять алмазные маги, но которые убирают обычные лекари и знахари, — приятный голос Илианы затягивал. — Затем следует каркас, который несёт в себе заклинание, её функции, её строение. Как корабль без паруса, так и основа без своих функций не способна активировать заклинание. Здесь сама цель заключена в порядке. Правильно соединив каждую линию, каждый виток плетения, ты получишь то, что нужно и даже больше. Но если порядок будет нарушен, то это может привести к разным последствиям. Все равно, что вместо капитана отправить на кухню, а его место отдать коку.

Слушая, я вычерчивала строгие, но плавные, идеально ровные фиолетовые линии, подсвечивающийся красным. Чем больше линий я наносила, тем больше силы заклинания я ощущала. Будто у меня под рукой находился часовой механизм.

— И последним идёт корпус, то есть конечный облик руны, который удерживает все элементы плетения и заставляет их действовать в строго своей области. Как смола не даёт воде пропитать доски, так и эта часть не даёт проникнуть внутрь посторонним магическим эманациям. Мягкий, приятный голос уносил меня куда–то вдаль, и когда я снова сфокусировала зрение, передо мной висела, просвечиваясь красным светом, сложная руна, размером с футбольный мяч. Её сложность была так велика, что я глупо уставилась на неё, позабыв обо всем. Неужели это я сделал?

— Молодец, Лина, — улыбнулась Илиана. — Теперь мы сможем пройти.

Она положила свою руку на руну, а затем прошептала что–то. Невидимая в обычном человеческом зрении, руна заработала. Перед нами за каких–то три секунды сквозь толстую стену дирижабля открылся своеобразный проём, выходящий на ночной порт.

Холодный порыв ветра заставил меня зябко поёжится, а темнота под ногами, из–за которой не было видно поверхности порта, усилило чувство страха. Зато был и положительный момент. Перед ним открылась замечательная панорама на неизвестный город, горящий сотнями огней.

— Лина, прыгай, — сказала мне Илиана.

— Но там же темно, — запротестовала я.

С одной стороны, мне страшно оставаться здесь, на дирижабле, а с другой — прыжок в темноту может закончится переломом ног.

— Маг ты или не маг, — возвела глаза к потолку Илиана. — Включи магическое зрение и вперед.

Действительно! Я тут же последовала её совету. Что хорошо, в магическом зрении нет такого понятия, как ночь. Краски становятся блеклыми, да и темнее становится, но все прекрасно видно.

Мы находились примерно на высоте второго этажа.

— Здесь высоко, — сказала я.

— А здесь опасно, — парировала Илиана. — Вперед и с песней. Я слышу шаги.

Адреналин ударил в голову, и я не глядя на расстояние, прыгнула на заасфальтированную площадку. Удар вышел болезненный, но я стоически терпела. Ещё одной встречи с молчаливым дроу я не вынесу!

Илиана спрыгнула следом за мной. Она тоже не издала ни звука. Я помогла ей подняться. Так уж получилось, что мы с ней оказались за правым бортом дирижабля, который не освещался. Зато за левым в свете электрических ламп я видела людей, разгружавшие те самые ящики из пещер.

— Уходим туда, — схватив меня за руку, Илиана указала мне вперед, туда, куда свет прожекторов не падал.

И тут оказалось, что Илиана хромает.

— Все нормально, — сказала она. — Просто неудачно упала. Нужно уходить.

Мы подошли с ней к краю воздушного порта. Перейдя на магическое зрение, я увидела, что порт находится на краю верху небольшой горы, и мы можем спустится по пологому склону вниз. Чем ты тут же и занялись.

Этот спуск показался мне сущим адом. Я возненавидела колючки, кустарники и тех магов, которые их здесь посадили. Я взяла на себя роль ведущего, ведь я видела в темноте. Огибая сеть заклинаний, развешанных на нормальном спуске, я получила столько царапин и ссадин, сколько, наверное, не получала за всю жизнь.

Когда мы наконец оказались у подножия горы и вышли на нормальную дорожку, я благодарила господа Бога за то, что этот ад наконец–то закончился, и мы живы. И молилась, что бы про наш побег не узнали ещё как можно больше.

Что–то быстро проскочило по моей ноге вверх, облетело спину и оказалось на шее. Я чуть вскрикнула и уцепилась за это что–то, но мне тут же закрыли рот.

— Лина, это я — Маркус, — шепнул мне на ухо знакомый голос.

Сказать, что я была в шоке — это ничего не сказать. Меня будто бы огрели чем–то. Я медленно развернулась. Да, это был все тот же Маркус. Одет во все черное. Хмурое, напряженное лицо.

Я стащила с шеи что–то скользкое. Это был Оранжевый.

— Этот малыш привел меня сюда.

Я молчала. Переводила взгляд на Маркуса, затем на дракона. В голове царил хаос.

— Понимаю, что вы рады друг друга видеть, но нам нужно уходить, — вернула меня к реальности Илиана. — И чем раньше, тем лучше.

О чём я думаю?! Нас же могут хватится в любую секунду!

— Мой дракон в пятидесяти метрах отсюда, — сообщил черный маг.

— Так чего мы ждём? Лина, помоги. Маркус и я с двух сторон подхватили Илиану и потащили к дракону. Каждый шаг к спасению заставлял сердце биться быстрее и быстрее. Паника снова накрыла меня. Вдруг нас поймают? Вдруг ничего не получится?! Что тогда будет со мной и Маркусом?

Эти пятьдесят метров показались мне самыми долгими за всю мою жизнь. И мы их миновали. Высотой в три метра темно–зеленый дракон ждал нас на небольшой ровной площадке.

— Маркус, — обратилась к нему Илиана, пока я забиралась на дракона. — В каком городе мы находимся?

— Старгород. Двести пятнадцать километров от Эрна, — тут же ответил Маркус, и помог Илиане забраться в седло.

Седло дракона было разделено на двоих и этот факт меня слегка смутил.

— А ты где сядешь?

— Ближе к шее, — ответил тот, быстро забираясь по крылу. — Не люблю сидения.

И вот, наконец, дракон взмахнул крылом, разрывая воздух и резко взлетел, унося нас как можно дальше от места нашего пленения.

Радужный водопад — одно из самых красивых мест отсталой страны гоблинов — Харкоры. Тонны воды стремительным потоком срываются с высокой скалы, ударяясь о торчащие из воды, как копья, камни. Удивительно, но за столько лет вода так и не смогла сломать эти камни. Лучи солнца, попадая на летящие во все стороны капли, образуют настоящее радужное представление, ради которого стоит проделать столь опасный путь. Разумеется, не каждый турист решится на столь опасное путешествие, потому что в этой стране нет тех порядков, к которым привыкли жители Черного или Светлого королевств. Посетить это место для профессионального туриста большая честь.

Именно на краю этого места и стояла Эльвира, закрытая щитом из серебристых нитей. Простой в создании и поддержании, он мастерски отводил глаза немногочисленным гоблинам, снующим туда–сюда у берегов водопада.

— Знаешь, мне порой кажется, что ты просто показываешь мне достопримечательности нашего мира, — покачала головой Эльвира.

— Наслаждайся жизнью, пока можешь, — пожал плечами тот. — И радуйся, что тебе не приходится нырять в болотные топи. Впрочем, если хочешь, я без проблем могу тебе это устроить.

— Спасибо, обойдусь, — ответила та.

— Видишь тот уступ, посреди водопада?

Эльвира пригляделась. Вода со страшной силой разбивалась посередине высоты водопада о небольшой выступ.

— Только не говори…

— Уступ открывает небольшую щель за ним, в которой скрыт рычаг. Увидеть его нельзя, только нащупать. Дернешь на себя три раза и посмотрим, что будет.

— То есть ты даже не знаешь, что этот рычаг открывает? — скептически поинтересовалась Эльвира.

— Теоретически знаю. Но на практике — увы, — развел тот руками.

Тихо вздохнув, Эльвира встала на самый край водопада. Когда силы были с ней, она бы не задумываясь, рискнула прыгнуть. Но сейчас это было несколько проблематично.

— Не бойся, я обеспечу поддержку, — уверенно сказал скелет.

Оставив своё мнение о поддержке скелета при себе, Эльвира сняла с себя верхнюю одежду и отдала скелету. Порыв холодного ветра заставил её зябко поёжиться. Интересно, подумала про себя Эльвира, третий камень тоже будет в каком–нибудь холодном месте?

Глубоко вздохнув, Эльвира прыгнула.

Нити замедлили падение. Раскидывая их, как паук свою паутину, она без труда смогла попасть на уступ. Вода разбивалась о невидимый щит, и она без труда смогла найти отверстие. Скелет несколько преувеличивал, когда говорил о рычаге. Из маленькой дырочки не больше каучукового мяча, торчала веревка с красной повязкой на конце. Эльвира достала её и потянула на себя. Как бы ни так! Верёвка не хотела двигаться. Женщина приложила все свои силы, но ничего не выходило. Мелькнула мысль позвать скелета, но она тут же отмахнулась от неё. Немного подумав, Эльвира схватилась за красную повязку и начала её мять, крутить, дергать. И это принесло результат.

Казалось, мир содрогнулся.

Камни, простоявшие под струями воды не одну сотню лет, вдруг медленно стали подниматься. Все держась за ту же веревочку, Эльвира не открывала взгляда от зрелища. А посмотреть было на что. Конусообразные камни будто горели изнутри пламенем. Они образовали идеальный круг, и начали кружиться. Вода, закручиваясь в торнадо, поднималась вместе с ними, как будто поднимая их вверх.

Они поднялись на уровень Эльвиры. Скорость вращения не позволяла разглядеть ничего, кроме пламени, ни одной детали. И посредине этого круга появился камень. Круг сменил положение на вертикальное. Женщина быстро протянула руку и забрала камень. Скелет тут же оказался рядом с ней.

Глава 17

Музыка, Клинки, драконы

Проснулась я от того, что меня кто–то настойчиво тряс за плечо. Открыв глаза, я увидела Маркуса. До сих пор не верится, что я нахожусь далеко от пещер, от стражей, от дроу. Меня оставили на жесткой скамейке, в компании с мамой и мальчиком лет четырех с одной стороны и дурно пахнущем стариком — с другой. Но это не помешало мне уснуть, и теперь я за пятнадцатиминутный сон расплачивалась затёкшей шеей. Сказывались напряженные часы побега.

— Идём, я получил разрешение покинуть страну, — сообщил Маркус, бросив недобрый взгляд на моего соседа, который, впрочем, ответил ему тем же.

— А где Илиана? — я беспокойно закрутила головой в поисках женщины.

— Ждет у порталов, — ответил тот, помогая мне встать.

Маркус отвез нас на границу с Черным королевством, откуда мы могли телепортироваться прямиков к нему. Почему к нему? Потому что в Светлом королевстве объявлено военное положение. Корад сорвался и уничтожает города один за другим. И это неправильно. Так не должно быть!

Мы были не единственными, кто стремился покинуть пределы Светлого королевства. Сотни беженцев бежали через порталы, кто–то бежал на дирижаблях, кто–то на кораблях, а кто–то и вовсе на своих двоих. Белгор — пограничный город, оснащённый всем необходимым для эвакуации стал пристанищем для тысяч людей. Не знаю, как Маркусу удалось так быстро достать разрешение на пересечение границы, не простояв перед этим несколько часов или даже суток в многометровой очереди. Крепко держа меня за руку, Маркус вел меня через толпу людей. Здесь, в приёмном зале, царила странная атмосфера. Кто–то бежал с детьми, кто один, кто–то со старыми родителями. То тут то там вспыхивали конфликты, которые тут же пресекала бдительная охрана. Кто–то плакал, кто–то сидел молча в ожидании своей очереди с отсутствующим взглядом. Некоторые люди старались смеяться, но смех выходил нервный и быстро затихал.

— Такое ощущение, что началась война, — тихо сказала я Маркусу.

Тот не ответил, лишь крепче сжал мою руку. Охрана перед большой деревянной дверью пропустила нас без вопросов, и мы попали в просторный телепортационный зал. Илиана стояла у одно из порталов, и увидев нас, помахала рукой.

Здесь было намного тише. Людей быстро досматривали специальным артефактом, проверяли документы, вещи и только после этого пропускали в портал.

Мы подошли к Илиане.

— Все нормально, Лина? — спросила та.

— Да, только шея затекла, — честно ответила я.

Она улыбнулась лучистой улыбкой, от которой все тревоги отошли на второй план. Илиана протянула мне слоенный вдвое листок бумаги.

— Убери в тетрадь. Откроешь, когда окажешься в безопасности и обязательно одна. Никто кроме тебя не должен видеть содержимого листка, впрочем, мало кто сможет. Как прочитаешь — лист сгорит.

Я взяла листок не совсем понимая, к чему такие меры предосторожности. Может и стоило добавить уточняющие вопросы, например, почему мне и зачем, но раскалывающаяся голова совершенно не способствовала мыслительном процессу.

— Вы не пойдете с нами? — нахмурился Маркус.

— Нет. Я уже связалась с кем нужно, так что меня заберут, — отрицательно покачала она головой. — Береги Лину, Маркус.

— Хорошо, — важно кивнул тот.

Илиана приблизилась ко мне и обняла. Теперь она пахла морозным воздухом.

— Обещаю, когда все закончится, мы обязательно встретимся, — прошептала она.

— И получится, как в прошлый раз, — фыркнула я.

На глазах наворачивались слезы. Когда–то она пообещала, что мы встретимся, когда я получу первую ступень. Теперь она обещает увидеться, когда все закончится. Она странная. Я знаю её, если собрать все часы, примерно день, но она так легко в неё вошла, будто мы знакомы были всегда. Я не хотела с ней расставаться.

— Жизнь удивительна. Никогда не знаешь, что тебя ждет через минуту, — прошептала она, глядя на меня синими глазами. — Но я точно тебе могу сказать, что все будет хорошо, и мы скоро с тобой встретимся. Намного раньше, чем ты, можешь себе представить.

Я кивнула, едва сдерживая слезы.

— Идём, — Маркус потянул меня в портал.

Кинув прощальный взгляд на эту удивительную женщину, я вошла в воронку портала.

В моих детских воспоминаниях дом Маркуса казался огромным, чужим, пугающим. Красные ковры, широкие коридоры с высокими потолками, чудовищно длинная лестница. Но что я могла тогда достоверно запомнить? Да и со временем память искажается, стираются краски и мельчайшие детали, оставляя лишь образ, тускнеющий со временем.

Выйдя из портала, мы оказались в светлом большом зале, крышу которого венчал стеклянный купол. Царившая здесь атмосфера тепла и спокойствия подействовала на меня расслабляюще. Так и хотелось сесть по среди зала, подставить лицо под лучи солнца и просто уснуть. Это сделать мне не дали, взяв под руку и уведя прочь из зала, где нас уже ждали.

Ещё в школе я слышала, что кареты в Черном королевстве собираются заменить на виакаты — уменьшенную копию наших маршруток в Эрне, но как–то не придала этому значения. И выйдя из здания, я впервые увидела виакат.

Мне он сразу напомнил что–то среднее между каретой и лодкой. Остроугольный нос, матовый черный металлический корпус с родовым гербом дома Цукер — гора золотых монет с воткнутыми в неё скрещенными клинками. Широкие окна, закрытые маскировочными чарами. Висело это чудо магической техники примерно в полуметре над землей, а из–под днища выступало едва различимое плетение. Я сначала подумала, что это руна и испугалась. Как–то после Тах — Нор-Хизира у меня очень изменилось отношение к рунам. Но потом я разглядела, что эта была вовсе не руна, а обычное плетение. Руна состоит из нескольких частей, а плетение монолитно. Этот факт меня чуть успокоил.

Маркус открыл дверь и усадил меня в салон, сел рядом.

— Ты как?

— Плохо, — честно ответила я. — Хочу есть, спать и ни о чём не думать. Но сначала спать.

— Потерпи немного. Скоро мы приедем.

Я кивнула и уставилась в окно отсутствующим взглядом. Кто–то другой может быть и смотрел на столицу Черного королевства, но я так устала, что меня хватало только на мысли. Мысли о Мелитрисе, Эльвире, Гедеоне, Ирме и остальных моих друзьях и близких. Как они? Не пострадали? И все ли в порядке с отцом? Он ведь капитан дирижаблей, на которых перевозят беженцев. Надеюсь с ним все в порядке? Я не знаю, сколько времени прошло с момента моего похищения. И знают ли они о нем вообще? И почему Оранжевый привел Маркуса, а не Эльвиру?

Будто почувствовал, что я о нём думаю, он скользнул по ногам, забрался на колени, свернулся спиралькой и уснул. Может и мне последовать его примеру?

— Мама нас уже ждёт, — сказал Маркус, разрезая тишину салона. — И не она одна. Я не стала спрашивать, кто ещё нас ждёт. Приеду, сама увижу. Смешно, но моё любопытство спало так же, как и дракончик на моих коленях.

И вот спустя, казалось, долгие пятнадцать минут езды, виакат заехал во двор двухэтажного поместья, и за ним закрылись серебряные ворота, и замкнулись охранительные чары мощные чары, колебания которых пронеслись сквозь виакат подобно руке, опущенной в воду.

Маркус вылез первым и галантно подал мне руку. Я даже не успела сделать пары шагов и как следует осмотреться. Золотоволосый вихрь набросился на меня, как голодный волкодав на свежий кусок мяса.

— Задушишь, — выдохнула я. Мелитриса ослабила хватку, но меня так и не отпускала. Её плечи тряслись.

— Лине нужно отдохнуть, — нейтральным тоном сказал Маркус. — И поесть.

Подруга отстранилась, пытаясь не показывать своего лица. Но я все же заметила бледную, почти синюю кожу лица.

— Что случилось? — как–то спать сразу перехотелось. — Мелитриса, что с тобой?

Она не ответила. Из глаз текли слезы.

— Она не может говорить, — сообщил мне Маркус и получил за это гневный взгляд от подруги и ошарашенный от меня.

— Да что случилось?

— Пошли в дом, там все обсудим, — и он быстрым шагом направился вперед.

Нам ничего кроме как последовать его примеру не оставалось. Дом Маркуса — это настоящее произведение архитектурного искусства. Он имел два этажа — но высотой каждый, наверное, метров под семь, если не больше. Отделанный белым мрамором, дом поражал своей красотой. Барельефы нас стенах поражали обилием мелких деталей, но создавали единую картину, которой можно восхищаться. Белые резные колонны удерживали балкой второго этажа. Широкие мраморные ступени имели свой индивидуальный рисунок, и казалось, были созданы, чтобы по ним ступали великие этого мира.

Широкие парадные двери, сделанные из золота, любезно открылись перед нами, и мы попали в просторный холл.

К нам тут же подошла высокая, красивая женщина средних лет. Волосы до плеч, идеально уложенные. Вытянутое. Зеленые глаза смотрели на нас с беспокойством. Вытянутое лицо, плотно сжатые губы. Сразу было видно, что эта женщина привыкла отдавать приказы. Одета она была в строгий бежевый пиджак и узкую юбку до колен. На шее красовалось алмазное колье.

— Элина, девочка моя, какая ты бледная! — воскликнула она милым, не подходящим для её внешности голосом. — Серж, немедленно осмотрите её!

Перед нами тут же материализовался низенький мужчина в темной одежде мага–лекаря. Нашивка сотой ступени на рукаве внушала доверие. Мелитриса отошла буквально на метр, дав возмодность меня осмотреть. Маг соорудил золотистое око и навел его на меня. Осмотрел. Затем я почувствовала, что на мою ауру наложили заклинания. Мне сразу стало легче.

— Готово, — сказал он, повернувшись к женщине. — Девочка не пострадала, состояние организма в норме, психических отклонений не наблюдается, как и последствий наложения чар или заклинаний. Но сказывается сильное напряжение. Рекомендуется как следует поесть и дать отоспаться. Я наложил тонизирующие и успокаивающие чары, так что через два дня она вернётся в нормальное состояние.

— Спасибо, Серж, — сказала она. — Ваши слова — бальзам на мою душу.

— С вашего разрешения, я удаляюсь.

— Да, разумеется. Ещё раз спасибо. Лина, девочка моя, идём покушаешь. Мелитриса, сходи прими лекарство и присоединяйся к нам.

Та кивнула и быстро направилась к широкой винтовой лестнице, а мать Маркуса, имя которой, к своему стыду, я не знаю, повела меня на право, в сторону красивых стеклянных дверей.

— Как только мы узнали, что ты в плену, — начала та. — Мы тут же подняли все свои связи. К сожалению, в связи с последними событиями, мобилизовать все связи не представилось возможным, однако мы делали все, что было в наших силах.

За стеклянными дверьми оказался большой и светлый коридор. Широкие окна от потолка до пола, бархатная ковровая дорожка. Цветы с обоих сторон.

— Мы сразу же связались с твоим отцом. Он сейчас занят перевозкой беженцев на границах с Кон — Нуаном и находится в относительной безопасности.

— Где сейчас Корад? — задала я вопрос, который стоило задать ещё раньше.

— В окрестностях Дальнего моста, так что не переживай. Сюда ему не добраться, — успокаивающе сказала она.

— Но разве он не прорывается к Эрну?

— Милая, не забивай себе голову. Пусть этим занимается кто–то другой, а тебе нужно отдохнуть…

— Вы не понимаете! — воскликнула я. — Корад не будет сидеть в крепости! Ему нужно…

— Тише, тише, Лина, — погладила меня женщина по голове, отчего мне сразу перехотелось кричать. — Все хорошо.

Она не поймет. Она не знает о руне, способной уничтожить Эрн. А если и узнает, то вряд ли поверит. Конечно, Илиана не говорила мне держать язык за зубами, но её записка. Пока не прочитаю, я не смогу сделать правильные выводы.

Мелитриса догнала нас у входа в обеденный зал. Именно так я охарактеризовала большое помещение, по середине которого стоял большой стол, ломящийся от разных яств. А какие запахи витали! Мой живот громко заурчал, что не осталось незамеченным.

— Лина, милая, присаживайся, — она как заботливая мама указала мне на место, и я села, а рядом пристроилась Мелитриса. — Мелитриса, милая, тебе легче?

Та кивнула.

— А что с ней? — снова задала я волнующий вопрос.

Конечно, вариантов может быть множество. После нашего–то похищения и произошедших событий я не удивлюсь, если повторилось что–то похожее.

Мать Маркуса перекинулась с моей подругой взглядами, и Мелитриса кивнула.

— Сильное истощение организма, — печально ответила она. — Пропажа голоса, головные боли. Но не беспокойся, лучшие лекари следят за её состоянием.

Я не стала больше уточнять. Я знала в чем дело. Эльвира мне рассказывала, что Мелитриса ненавидит свой дар. Проклятый дар. Она не пытается его развить. Она пытается его задушить. А вместе с даром погибает и она. Может быть её заставили обстоятельства снова воспользоваться даром и это сильно сказалось на её здоровье.

— Мама, герцог Милстрон — Вайзер старший просит аудиенции, — Маркус вошёл в обеденный зал быстрым и уверенным шагом.

Он уже успел переодеться в черные брюки и черную шелковую рубашку, отливающую на свету синеватым оттенком.

— Так, девочки мои, кушайте. Только хорошо покушайте. Мелитриса, тебя это особенно касается. Маркус, дорогой, присмотри за ними, а я вернусь, как только смогу.

И женщина быстрым шагом вышла из помещения.

Маркус сел по другую сторону от меня.

— Так что случилось на самом деле? — повернулась я к Мелитрисе, не касаясь еды.

Пока я не узнаю правды, я не смогу успокоится.

— Переусердствовала в применении магии, — ответил мне Маркус нейтральным тоном.

— Это и без тебя ясно, — резче, чем стоило бы, сказала я. — Но почему? Мелитриса достала свою тетрадь и быстро написала в ней: 'Потом расскажу, без посторонних'.

Я кивнула, и повернулась к еде.

Этот завтра, плавно переходящий в обед, прошёл в молчании. Я ела с большим аппетитом, съедая всего понемногу. Кормили на дирижабле стабильно, но рацион не всегда отличался разнообразием. Хотя все питательные вещества в него входили. А здесь и салаты, и мясо, и соленья, и супчики, и несколько видов гарнира, и десерт.

— Маркус, а как твою маму зовут, — спросила я, потягивая апельсиновый сок.

— Аделия. Аделия Цукер. А отца — Нолан — ответил тот.

— Красивые имена, — заметила я, а Мелитриса закивала в знак согласия.

— Как она тебе?

— Хорошая, — ответила я. — На вид строгая, но заботливая.

— Она такая, — улыбнулся тот приятной улыбкой.

Выпив сок, я поставила пустой хрустальный фужер (настоящее произведение искусства) на стол. После сытного обеда или завтрака, глаза сам собой закрывались.

— Ну что, спать? — поинтересовался Маркус, и я кивнула.

Путь до комнату я не запомнила.

Только запомнила большую комнату и широкую кровать, на которую мы с Мелитрисой одновременно завалились.

Мне снился сон.

Я иду по темному узкому проходу. У меня нет ни фонаря, ни заклинания. Меня окружают гигантские стеллажи с книгами. Книг много. Очень много. И я откуда–то знаю, что эти книги опасны. В них хранится информация, способная погубить весь мир. Тени сгущаются, но я иду, не сворачивая с пути. Меня ждут.

Где–то впереди медленно стал разгораться свет. Тишину все громче и громче стали разрывать звуки.

— Фас… ра… Кар

Отрывки доносились до меня все отчетливее.

— Ты можешь… прямо… смерть…

И вот я подошла к источнику света. Висевшее в полутора метрах над полом окно. Откуда–то я знала, что это чьи–то воспоминания. Два человека — один старый, низенький и скрюченный, другой молодой и красивый.

— Если камни не отдать, наступит нечто гораздо худшее, чем война, — сварливым голосом говорил старичок. — Я знаю, ты сможешь их спрятать.

— Но это нарушение всех законов Некрона! — воскликнул тот.

Его голос был мне знаком, но я не помнила этого лица.

— Ты станешь врагом Некрона. За тобой будут охотится все маги, наёмники, кентавры, орки, эльфы и даже гномы, — продолжал говорить старичок. — Но ты будешь спасителем для своего королевства. Да и для всего нашего мира. Твой отец, белый маг Эльтиер, пожертвовал жизнью, и что более важно, тобой, чтобы служить Белому королевству, чтобы спасти жизни. Ты с самого рождения был шпионом белых магов. И ты ничего не сможешь изменить, Хедари. Теперь ты знаешь правду. Теперь ты…

Старичок замер, а затем упал на пол. Изо рта потекла струйка крови.

— Я сирота, ставший черным магом. А ты шпион белых, выдавший себя.

Мужчина развернулся и пошёл прочь.

Окно пропало и наступила темнота.

Я проснулась и сначала не могла понять где я и что на меня давит? А потом несколько пыталась сообразить — передо мной морок или действительно у меня на животе покоится голова солнечного дракона, левую руку, словно змея, оплел Оранжевый, а сбоку слышалось тихое дыхание Эрла. Потом я вспомнила, что нахожусь в доме Маркуса. Что я в безопасности. Вздохнула с облегчением.

Мой вздох разорвал сонную тишину. Солнечный дракон тут открыл свои изумрудно–зеленые глаза, смерил меня ленивым взглядом и широко зевнул. Эрл что–то просвистел и, замахав своими маленькими крылышками, стал надо мной кружить. Оранжевый ловко соскользнул с руки и принялся гонятся за ним.

— Конец сонному царству, — констатировала я, садясь на кровати.

— Угу, — добавила с боку Мелитриса.

— Ты как? — спросила я.

Та печально вздохнула, показывая тем самым, что без изменений. Если бы не её дар, все было бы по–другому, подумала я. Глядя на её бледное лицо, я пыталась придумать, как можно избавить её от этих страданий. Неужели нельзя как–то заблокировать влияние дара? Дура! О чем я думаю? А как она будет жить без магии? Если я от одной мысли о блокировке способностей дрожу, то что будет с ней? А если учесть, что в её семье все сильные маги, то она и в семье своей не сможет жить спокойно.

Тут мне вспомнились слова Илианы о том, что Мелитриса тоже может быть тайным магов. Я слышала, что дар тайного мага настолько силен, что он затмевает остальные. Вот если бы определить, какой у моей подруги дар и попытаться его развить, тогда она бы спокойно жила в своей семье и проклятый дар не пожирал бы её изнутри. Но как это определить? Я о магах тайных узнала год назад, да и сама не особо верю в свои предположения.

Мелитриса щелкнула у меня перед глазами, и я встрепенулась. Она смотрела на меня с беспокойством и виной во взгляде.

— Все нормально, — успокоила я её. — Просто подумала, что мы с тобой тайные маги, только пока не знаем свои дары. Точнее, я знаю, а ты — нет. Вот и пытаюсь понять, какой у тебя.

Мелитриса фыркнула на моё предположение, а я улыбнулась.

Солнечный дракон устав сидеть возле кровати, забрался к нам.

Теперь я смогла его рассмотреть полностью. Ростом с жеребенка. Вытянутая морда, из которой торчат маленькие клыки. Прорастающий гребень на голове и спине. Длинная вытянутая шея, как у Агрессора. Четыре лапы. Два крыла. Только совсем не такие, как у Агрессора или Сапфиры. Если у тех крылья напоминали птичьи, то это больше походили на плавники и тянулись от передних лап до самого хвоста.

Красивый. А ведь он бы мог быть моим, если бы я выиграла конкурс. Но тут уж ничего не поделаешь. Я вообще не знаю, как мне удалось попасть в Майндраг. По идее это должен был сделать Маркус. Но я ни о чём не жалею. Что было, то было. Кстати, а ведь это разумный дракон. Он должен уметь говорить!

— У тебя есть имя? — спросила я, затаив дыхание.

— Хейлог, — ответил мне детский голос в голове.

— Красивое имя, — я осторожно погладила его по голове.

Чешуя была теплой, но твердой на ощупь.

Мелитриса закашляла, и я тут же повернулась к ней, но она жестом показала мне, что все нормально. Вот только это было не так. Я видела, что ей больно. Неужели ничего нельзя сделать?!

'Музыка излечит боль'.

Эту фразу произнес предсказатель, когда мы все получали первую ступень. Музыка! Музыкальный маг? А что если и так? Как нам заставить её дар работать? Моя рука задела горячий карман, и я быстро достала тетрадь. Как де я была слепа! И тут мне на глаза попался листочек, который передала Илиана. Она сказала, чтобы я открыла его, когда буду одна.

— Где здесь туалет? — спросила я.

Ничего лучшего мне в голову не пришло. Не при ней же читать? К тому же, я не знаю, будет ли информация о тайной магии. И вообще, с чего я взяла, что все получиться?

Мелитриса встала с кровати и повела меня к небольшой двери в большой, богато обставленной комнате. Что говорить, хорошо иметь много денег. У меня комната, наверное, меньше, чем здесь туалет.

Закрывшись на щеколду, я достала листок и развернула его. Он тут же полыхнул огнем, что я его едва не выронила, а затем на нём стали проступать надписи:

'Руна деактиватор Тах — Нор-Хизира. Перечертить с помощью иглеаса в центр печати (той самой, в которую ты вливала силу)'.

И дальше было плетение. Оно засветилось, сверкнуло, и исчезло, но четко отпечаталось в моей памяти.

'Список управляющих 'Братьев Тьмы:

Дмитрий Крылов — советник короля Светлого королевства.

Георид — главный некромант. Международный преступник.

Вениамин Кузнецов — химеролог, ведущий ученый. Считается без вести пропавшим.

Стефан Грэй — отдел разведки. Владелец сети крупных магазинов в Блэйне.

Аркатур ди Трей — казначей. Министр связи Среднего королевства'.

Список продолжился ещё нескольким десятком имён. И все они были выжжены в моей памяти.

Я обалдела. Я только что стала обладателем информации, за которую убьют и не посмотрят на статус.

Меня затрясло. Лист должен был выпасть из ослабевших рук, но вместо этого он как намертво приклеился ко мне. Ещё не все.

Не знаю, что ещё можно там написать, более шокирующего чем это. Я продолжила читать. Лучше бы я этого не делала.

'Корад — разработка ученых Некрона. Маска, наполненная темной энергией, рвет все магические каналы и перестраивает их на новый, мощный лад. Возможно это у ещё не сформировавшихся магией детей, заведомо обладающих даром к тайной магии. Маска запрограммирована на определенные действия. Носитель маски не может уничтожить своего создателя. Создателем является первый увиденный человек или аура которого запечатана в маске.

Клинки Корад создал после того, как обрел полную мощь, то есть после полного перестроения внутренних магических каналов и их отработки. Для этого потребовалась огромное количество магической энергией, так что ещё одна функция маски — поиск артефактов с накопленной энергией. В дальнейшем вливание энергии предназначено для поддержания работы маски.

Предназначение клинков — удержание стабильной работы плетения маски, а также выкачивание энергии из других магов и поддержка тем самым самой маски. Клинки независимы друг от друга. Стать Клинком можно имея потенциал тайного мага. Раскрывать его нежелательно во избежание резонанса магических потоков.

Клинки Корада:

Неизвестные

Кей Мидлгоф — черный маг сотой ступени, известный под именем Ширхаф

Архимагистр Сивелиус Диарбо Синрейн — Слейн. Клинок алмазной ступени. Встал на сторону Корада предположительно потому, что тот может блокировать великий дар прорицателя.

Кристина Эверхоф — Блоск. Маг 125 ступени. Светлый маг, ставший на сторону Корада после того, как тот помог свести счеты с кланом орков — Кровавый клык, уничтоживший в детстве её семью, а её саму забравший в плен, из которого она сбежала и присоединилась к белым магам.

Виктор Цирконев — Белевск. Маг 150 ступени. Белый маг, утверждавший возможность существования в одном теле черного и белого даров, за что был высмеян коллегией магов. Получил возможность использовать черную магию благодаря кольцу перевертыша. Мертв.

Лиар из дома Белых шипов — Милиэйрни. Эльф 150 ступени. Стал Клинком из–за любопытства. О том, что он Клинок, не помнит по сей день из–за плетения 'Подмены памяти'. Ненавидит тех, кто уничтожил его родной город.

Вика Хоркина — Чин — Джун. Маг 100 ступени. Властолюбивая глава гильдии 'Вороны тьмы' Черного королевства. Сила и власть подтолкнули её стать Клинком. Наложено плетение 'Подмены памяти'.

Архимагистр Сэ Лин Хэйу — Астейл. Маг 150 ступени. Бывший член совета магов Черного королевства. Причины стать Клинком — неизвестны.

Архимагистр Хесс Афлин — Аграб. 150 ступень. Ненавидел старейшин Кон — Куана всем сердцем за их невмешательство в жизнь простых людей, ради чего и стал Клинком. Самолично вызвался уничтожить Аграб. Мертв.

Новые

Корстен Адкиа — Аграб. 75 ступень. Черный маг. Стал Клинком в наказание за свои преступления. Возможен подъем до алмазной ступени. Заменил предыдущего Клинка.

Крис Милстрон — Вайзер — Астейл. 150 ступень. Причиной стать Клинком — семейный скандал.

Эльвира Бессмертных — Блоск. Светлый маг 150 ступени. Добровольно использует плетение 'Подмены памяти'. Пользуется кольцом перевертыша. Стала Клинком, чтобы спасти Эвелину Рогову (Бессловскую)'.

Лист вспыхнул у меня в руках, и через секунду от него не осталось и следа, а я упала на колени, не в силах справится с нахлынувшими чувствами.

Глава 18

Раз Клинок, два Клинок

Дверь слетела с петель, но мне было все равно.

Мне кто–то что–то говорил, но я не слышала.

Мою мать чуть не убил Корад, и спасла её Эльвира, сама став Клинком. Как вообще такое могло произойти? И почему именно я знаю всё это?!

Меня отвели к кровати, посадили и стали приводить в чувство. Когда я смогла сфокусироваться, то увидела перед собой полные паники глаза Мелитрисы. Рядом туда–сюда носились Оранжевый и Эрл.

— Всё в порядке, — сказал я ровным голосом.

Внутри меня что–то сломали, а потом заморозили.

— Ты изменилась, — голос Хейлога был обеспокоенным.

— Все нормально. Так и должно быть.

Мелитриса только покачала головой на мой ответ.

— Никому ничего не нужно говорить, — предупредила я.

Мне не просто так дали эту страшную информацию. Я пока не знаю зачем, и почему именно я, но никто не должен знать о том, что мне известно. Никто.

— Знаешь, я кажется нашла способ побороть твой недуг, — сказа я прямо Мелитрисе.

Мелитриса непонимающе смотрела на меня. А я ответила ей равнодушным взглядом.

— Помнишь фразу 'Музыка излечит боль'?

Та кивнула, не совсем понимая, к чему я клоню и вообще, что со мной.

— Ты — тайный маг. Музыкальный маг.

Мелитриса повертела пальцем у виска, показывая, какого она обо мне мнения.

— Я не вру. Поверь, если ты начнёшь заниматься музыкальной магией, ты поймешь, что я права. Именно поэтому мы с тобой выжили в тех пещерах, когда нас похитили.

Мелитриса покачала головой. Я и забыла, что она не знает, что произошло там, в пещерах. Я вкратце пересказала ей. Та смотрела на меня с широко раскрытыми глазами.

— Я понимаю, что поверить трудно. Я и сама не сразу поверила, но другого выхода я не вижу.

Мелитриса кивнула. Она слабо верила, если вообще верила. Но так уж сложилось, что мы никогда друг друга не обманывали.

Она написала на воздухе о том, что умеет играть на скрипке и что скрипка здесь в доме есть.

— Попробуем? — спросила я.

Та с сомнением кивнула.

— Корад начал действовать, — сказал скелет резко и быстро, что Эльвире, глядящей на водную гладь моря, понадобилось несколько секунд, чтобы осмыслить его слова.

— Долго, — наконец сказала она. — Странно, что он вообще выжидал чего–то, вместо прямого нападения.

— Я тоже заметил эту странность. И не только я.

— Есть ещё такие же странные личности, как ты? — удивилась она.

— Мы были всегда. Ещё со времен Конца Тьмы. Редкие выжившие. Я, Старейшины, старый шаман орков, лишенный магии кровавый эльф. Нас мало, но мы были всегда. Калеки, лишенные своей магии, своей силы. А та, что осталось — всего лишь её капли. Но теперь сила возвращается к нам. И мы чувствуем все, что происходит.

— И что вы будете делать?

— Мы с тобой устраним последнее препятствие, а потом направимся на войну против Корада.

— Не проще подождать, пока ваша сила восстановится и уничтожить его всем вместе?

— Нет. Он набирает силы, как и мы. Если его не остановить сейчас, он уничтожит всех.

— Это всем ясно. Тем более, после разрыва цепей.

— Знаешь, я впервые за долгие годы начал чувствовать приближение смерти. Мне вся эта ситуация не нравится.

— Кому она нравится? Но что поделаешь? Реальность такова, что за жизнь нужно бороться.

— Действительно, — согласился скелет.

Он опустился рядом с Эльвирой на белый песок.

— Может быть это прозвучит слишком сентиментально, но я, когда всё закончится, я хочу построить своими руками дом на берегу моря, рыбачить по утрам, собирать ягоды и ни о чём не думать и ни о чём не беспокоится. Я хочу просто обрести покой.

— У всех свои причуды, — Эльвира проводила взглядом чайку.

Возникла пауза. Эльвира подумала, что она бы тоже не отказалась от простого отдыха. Деятельная натура конечно требует движения, но движения более спокойного. Например, сходить в гости к своей племяннице, которая проживает в этом чудесном маленьком городке, на побережье которого и находилась Эльвира. Только наличие скелета останавливало её от этого поступка.

— Ладно, вперед. Времени у нас мало, а камень находится примерно в пяти километрах отсюда.

— Я тебе говорила, что я не очень люблю плавать, а тем более нырять? — тяжело вздохнула Эльвира.

— Когда доставала первый камень. Фыркнув на равнодушный ответ, бывший алмазный маг создала тонкую дорожку над водой из серебристых нитей. Делу время — потехе час.

Пока Мелитриса вспоминала, с какой стороны подойти к скрипке, как взять и прочее (она долго не практиковалась), я мерила шагами большую комнату. За мной хвостиком носился Хейлог, Эрл и Оранжевый. Им показалось интересным следовать за мной по пятам. Хотя, теперь до меня начало доходить, почему драконы так меня любят, и я люблю драконов. Тайный маг, блин! Я почти поверила в слова Илианы, однако скептик во мне не умер и продолжал говорить, что всё это бред, и что Мелитриса не музыкальный маг и что вообще это всё сон. Сейчас меня разбудит Ирма и мы вместе пойдём на уроки. Но Ирма не спешила меня будить. И сон не спешил обрываться. Я по–прежнему была в доме Маркуса вместе с Мелитрисой и тремя драконами, один из которых разумный.

— Лина, у меня для тебя хорошие новости! — в помещение, которое иначе как большим парадным залом (в действительности музыкальной комнаты) я назвать не могла, вошёл Маркус.

Я остановилась и хотела уже высказать все, что я думаю по поводу его новостей, но не смогла. Вместе с Маркусом вошёл ещё один человек, при виде которого я испугалась. Он и раньше меня пугал, а теперь и подавно. Крис Милстрон — Вайзер, а это бы именно он, подошёл к нам с улыбкой на лице.

— Моя дорогая племянница, я думал, что ты не любишь играть на чем–либо, а на скрипке тем более.

Он точно заметил мой страх, но виду не подал.

— Так получилось.

Хриплый и тихий голос Мелитрисы был ему ответом.

— В любом случае, я рад, что ты наконец–то в безопасности и тебе лучше. Говорил я, что затея с магией крови плохая. Но кто меня слушает, — наигранно развел он руками. — Кстати, рад видеть тебя живой и невредимой, Элина. Эльвира сама не своя была, когда узнала о твоей пропаже.

— Где она?

Я спросила может быть через–чур требовательно. Но мне нужны были ответы. И если не на все, то на многие дать ответ могла она.

— Понятия не имею — искренне ответил тот. — Как ты пропала, так и она следом за тобой. Я пытался с ней связаться, но она блокирует все попытки. Плюс после обрыва заклинания она не до конца восстановилась. Но ты не переживай, мы её найдём.

— Потому что вы её любите?

Фраза вырвалась прежде, чем я успела осознать. Мелитриса с Маркусом уставились на меня, как на сумасшедшую. Алмазный же маг — с интересом.

— С чего ты взяла, что я что–то испытываю к ней?

— Так, предположения, — уклончиво сказала я.

Он ведь не знает, кто скрывается под маской Блоска и явно не догадывается о личности этого человека.

— Необоснованные предположения, — сказал он. — Тебе нужно как можно больше времени отдыхать. Последние события выбили тебя из колеи.

— Я отдохну, — кивнула я, а затем меня озарило. — А вы не могли бы рассказать, как действует заклинание Подмены памяти?

Крис Милстрон — Вайзер нахмурился.

— Довольно просто и одновременно сложно. Ты блокируешь у себя в памяти часть событий, о которых знать не хочешь, заменяя их чем–то другим, например, иллюзией, выдуманной тобой. Таким образом, ты помнишь всё и уверен, что события произошли на самом деле, и даже самые искусные дознаватели не вытянут из тебя информацию. Между прочим, заклинание уровня Магистра ментальной магии.

— А если я, допустим, сейчас разговариваю с вами, и вы мне всё это рассказываете, а потом я подменяю это все фантазией. В следующий раз при нашей встрече я могу вспомнить наш разговор?

— При определённых условиях. Допустим, если атмосфера и люди, которые присутствуют здесь будут присутствовать и при следующей нашей встрече. И я скажу, допустим, контрольную фразу. Это обязательно. В противном случае невозможно. А после того, как мы снова поговорим, ты снова заменяешь свою память, уже без ведома себя сомой. Наш разговор и все подобные события навсегда останутся тайной.

— Вот как?

Теперь мне стали понятные некоторые действия Клинков.

— А откуда ты узнала об этом заклинании?

— Так, в листочке одном, — ничуть не солгала я, выдержав тяжелый взгляд мага.

Он смотрел на меня задумчиво. Может что–то и подозревает. Стоило вообще держать язык за зубами, но после последних событий, мозг и язык как–то не особо дружат.

Внезапно глаза мага налились тьмой. Вокруг него появилась аура страха и смерти. Аура силы и власти. Аура Корада. Неужели он догадался? Но как?!

— Учитель? — Маркус заметил это и придвинулся ко мне.

Драконы заверещали. Мелитриса перестала пытаться играть. Дядю Мелитрисы резко окутал густой чёрный дым, а потом так же резко исчез. Перед нами стоял Клинок.

— Срочно… передайте… началось… наступление…

Он будто бы боролся сам с собой.

— Корад идёт… к Эрну. Не могу… сопротивляться…

И Клинок резко исчез. Я почему–то этому совсем не удивилась, скорее, подсознательно ожидала. Началось. Не война началась, а отсчет до уничтожения Эрна.

— Дядя, — растерянно пробормотала Мелитриса.

Взглянув на неё, я увидела полную растерянность и непонимание, перемешанные со страхом. Лицо Маркуса, наверное, впервые за все время нашего знакомства выглядело не лучше.

— Клинок, — прошептал он.

— Новый Клинок, — спокойно поправила я.

Двое уставились на меня.

— Я узнала полчаса назад, — поёжилась я под их ошарашенными взглядами. — Нам нужно предупредить кого–то, как он и сказал.

— Я с тобой на эту тему позже поговорю — серьезно сказал Маркус, а затем достал амулет связи. — И о том, что произошло — молчим.

— И без тебя понятно, — сказала я. — А потом летим в Эрн.

— Зачем? — не понял тот.

— Потому что надо, — коротко ответила я.

— А ты действительно Элина? — поинтересовалась Мелитриса, глядя на меня хмурым взглядом.

— С утра была я.

Маркус цыкнул на нас, а затем по мыслесвязи кому–то доложил только что сказанное Клинком. Кому — я понятия не имела.

— Я все сообщил твоему отцу, — сказал Маркус Мелитрисе. — Он передал, чтобы мы никуда не высовывались и вели себя, как прилежные дети.

— Надеюсь, ты ему не сказал…

— Я не дурак, чтобы такие вещи говорить, — раздраженно сказал Маркус. — Ума не приложу, как такой вышло. Почему именно он?

— Вызови и спроси, — фыркнула Мелитриса.

— Если что, это твой любимый дядя.

— И без тебя знаю.

Её состояние значительно улучшилось и это было видно невооруженным взглядом. Я понятия не имела, с чем это связанно. Может лекарства, а может игра на скрипке, хотя в этом я очень сомневаюсь.

— Нам нужно в Эрн, — сказала я, не дав разгореться спору.

— С ума сошла? Ты новости не читала, что творил Корад, пока ты была неизвестно где?! — воскликнул Маркус.

— Делайте что хотите, но мне нужно в Эрн, и я попаду туда с вами или без вас, — моим голосом можно было замораживать.

Я не стала говорить, что туда летит дирижабль на котором везут очень мощное смертельное заклинание. Не стала говорить, что я знаю схему его обезвреживания. Не стала я говорить и того, что в Эрне остались мои друзья, которые не знают, что им грозит беда.

— Я так понимаю, что тебя не переубедишь, — покачала головой Маркус.

— Правильно понимаешь, — улыбнулась я.

Наверное, он что–то увидел в моих глазах, что решил больше не спорить.

— Я могу организовать портал в Эрн. Но я не уверен, что потом мне не влетит от родителей и… учителя, — мы сделали вид, что не заметили паузы.

— Что ты хоть делать там будешь? — поинтересовалась Мелитриса.

— Пока не знаю. Но мне срочно нужно туда. Раньше, чем так окажется Корад.

— Тогда не будем терять времени, — кивнул Маркус. — А ты останешься у меня дома.

— Ещё чего! — вспылила Мелитриса.

— От тебя толку не будет, а если вздумаешь использовать магию, то потом мне придётся тащить твой хладный труп и отчитываться перед твоей семьёй.

— Я пойду с вами! — Мелитриса и доводов слушать не стала.

— Пойдём втроём, — я снова встала между спорщиками. — И вообще, хватит вам уже спорить. Понимаю, что вы будущие муж и жена, так что у вас вся жизнь впереди.

Два красноречивых взгляда дали мне понять, что лучше бы я молчала.

Маркус достал из кармана маленький черный кристалл, а затем кинул его на пол.

— Откуда у тебя межгосударственный портал, да ещё и в столицу? — Мелитриса, кажется, была поражена.

— Я лучший, — просто сказал тот.

— Зазнайка, — фыркнула Мелитриса.

Я лишь философски посмотрела на это. Главное, что есть портал, а как он появился у Маркуса — дело десятое.

Мелитриса вошла в портал первой.

— Может передумаешь, — предложил Маркус.

— И не мечтай.

Маркус улыбнулся и протянул мне руку. И всё–таки он мне нравится, подумала я. Вошли мы в портал держась за руки.

Мы вышли на лестничной площадке многоэтажного дома. Сразу по выходу я отпустила руку Маркуса.

— Город словно вымер, — заметила Мелитриса, глядя в окно.

Я присоединилась к ней. В этой части города я раньше не бывала. Оживление на улице говорило о том, что ещё никто ничего не знает. А значит мы можем беспрепятственно дойти до места назначения. Только есть одна проблема.

— Ребята, а у вас мелочи не завалялось?

Мелитриса взглянула на меня растерянно. С ней всё ясно. И вдвоём выжидательно уставились на Маркуса.

— Наконец–то вы задумались действительно важных вещах, — усмехнулся тот.

— Клянусь, Маркус, я тебя когда–нибудь прибью чем–то тяжелым! — взгляд подруги был готов уничтожить парня.

Мы стали спускаться. На улице царило оживление. Кареты носились туда–сюда, оюди шли неспешным потоком, а среди них были и те, кто спешно направлялся куда–то по своим очень важным делам.

— Тревоги нет, ничего не чувствуется в магическом плане. Думаю, Корада сдержат на подходах, если не раньше. Хотя, — Маркус сделал паузу. — Трудно вашим придется. Я не обратила на это никакого внимания. Мало ли что он там надумает. Зря он это сказал.

Как гром среди ясного неба по всему Эрну прокатился замораживающий звук. Мы замерли. В Школе нас учили, что обозначает этот звук и какие действия следует предпринять. Но я всегда относилась к этому легкомысленно. Подумаешь, ну кто может спровоцировать активацию защиты города? Люди, эльфы, гномы и даже кентавры остановились и устремили тревожные взгляды на небо. Я подняла голову и посмотрела на небо. На голубое безоблачное небо, которое быстро закрывал золотистый сетчатый купол. Сердце пропустило удар.

Почему–то до этого всё было будто во сне. Я не сознала серьезность ситуации. Мне казалось, что опасность далеко от моего родного города, что алмазные маги его защитят, что я могу беззаботно ходить по улицами столицы.

Но теперь я четко осознала, что если сейчас не сделаю чего–то что от меня ожидала Илиана — погибнут мои близкие — отец, Ирма, Ася, Андрей Евгеньевич, принц Гедеон и многие другие. Но я понятия не имею, что мне делать?! С чего начать?! Где искать этот проклятый дирижабль с огромной печатью, и более того, остальные части руны!

— Лина, — сильная рука Маркуса легла мне на плечо, а взгляд темно–карих глаз выражал поддержку. — Все будет хорошо.

Может быть и так, только я не уверена.

— Да, конечно, — судорожно кивнула я.

Мелитриса крепко сжала мою руку. Лицо побледнело. Наверное, и я сейчас стояла бледная, как поганка.

Бдыщ!

Мы резко взглянули на щит. В центре купола зиял провал, в который рвались серые точки. Точнее я сказать не могла.

— А говорили, что купол может выдержать атаку группы алмазных магов, — тихо пробормотал Маркус.

Откуда–то сбоку на встречу серой тучи вырвалась группа всадников на драконах. И я совершено не удивилась, когда от этой группы отделилась белая тень и двинулась в нашу сторону. Паники не было. Крики были, стоны были, кому–то стало плохо, кто–то упал, но паники не было. Слишком хорошо многие из присутствующих знали, каково это жить под страхом нападения. К тому силы Светлого королевства рвались отразить атаку противника, кем бы он ни был. Големы, поставленные когда–то после нашего с Мелитрисой похищения — ожили и стали направлять людей в убежища, созданные специально для такого момента.

К нам подошёл один из големов — песчаный рыцарь с щитом и копьем в руке.

— Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и направляйтесь в убежище, — голос исходил из–под его закрытого шлема.

Мы даже сказать ничего не успели, как огромный морозно–белый дракон смял его. Я улыбнулась. Агрессор. Дракон Алмазной леди — лучший из защитников Дальнего моста. Своим грозным видом он возвышался над нами. Взгляд его холодных голубых глаз замораживал всё внутри.

— Я знал, что ты придёшь, — мягкий, обволакивающий мужской голос возник в моей голове.

— Ты умеешь говорить?

Умнее я ничего не смогла придумать.

— Умею. Сейчас важно отвезти вас в безопасное место.

— Я не могу! Я…

Договорить мне не дала вспышка. Я не видела прежде этого мага, но золотые громоздкие доспехи и эмблема алмазной ступени на груди явно говорили — кто этот человек.

— Маркус Цукер и Мелитриса Милстрон — вы немедленно должны быть эвакуированы.

— А Элина? — Маркус чуть придвинулся ко мне.

— Её эвакуируют другие и…

Черный туман копьём ударил в броню мага и поставил завесу между ним и нами. В следующее мгновение перед нами вырос Клинок. Его я знала, поэтому, когда меня схватили за шкирку не стала сопротивляться. Не смогла.

Ещё секунда и мы оказались по колено в воде в темном помещении, пропахшем плесенью. Бирюзовые глаза Клинка гневно смотрели на меня.

— Что ты делаешь в Эрне?

— Живу, — буркнула я.

Аура ненависти и смерти сминала мою смелось как тонкий лист бумаги. Могущественный, страшный Клинок мог бы легко убить меня. Или…

— Отлично. Вот и живи здесь.

Клинок зажег фонари на стенах, а затем быстро стал накладывать видимое плетение на единственную крепкую дубовую дверь.

— Ты ведь из–за моей матери стала Клинком?

Она вздрогнула, но плетение закончила.

— Почему ты молчишь?

— Потому что я пытаюсь понять, откуда ты это знаешь, — голос Клинка прозвучал зловеще.

— Это не важно.

— Не тебе решать, что сейчас важно, Лина. Сиди тут и не высовывайся. Защита пропадёт, когда я решу, что всё в порядке.

— Ты хочешь запереть меня в этом грязном, вонючем подвале, чтобы я умерла здесь?! Ты этого хочешь?!

На меня напала истерика. Нет, не так. Я не хочу здесь сидеть.

— Я хочу, чтобы ты была в безопасности, Элина. Сейчас я не ручаюсь даже за себя. Я слаба и не могу противостоять Кораду как следует. Более того, все Клинки сейчас действуют по его воле, а не по своей. Я не знаю, с чем это связано, но тебе лучше быть в безопасно сном месте. На убежища я не могу рассчитывать — слишком много других факторов.

Я упрямо смотрела на ту, что сражалась с Корадом на протяжении ста лет. Почему? Как такое произошло?

— Если ты ответишь на мой вопрос — я обещаю сидеть здесь, — я обвела рукой это ужасное маленькое помещение, залитое водой.

— Это случилось до твоего рождения. Твоя мать, Эвелина была моей помощницей. Тогда я ещё не владела рунной магией и некоторыми забытыми языками, а она была в этом специалист. Мы успешно работали в течении семи лет, мешая Кораду и узнавая всё новые подробности о нём. Её личность держалась в тайне на сколько это возможно, как и многих из тех, кто тогда противостоял ему. Всё предусмотреть невозможно, и даже я иногда совершаю ошибки. Это была моя ошибка. Так легко подставится в ловушку, заготовленную фанатиками, преданными Кораду, — она говорила ровно, но у меня мороз по коже бежал. — Блоска уничтожили за два дня до тех событий и ему срочно нужна была замена. Тут подвернулись мы. Меня Корад убить не может. Даже не спрашивай почему — я всё равно не отвечу. Зато всех остальных легко и быстро. Эвелина при всех её способностях не годилась на роль Клинка. Слишком слаба. Есть вещи, которые даже меня могут сломить.

Она наклонила голову будто прислушиваясь, а затем продолжила.

— Он убивал её на моих глазах. Медленно. Болезненно. Я до сих пор помню те события одновременно четко и будто бы в тумане. Я помню, как её убивали. И помню, как кричала. Я молила его оставить в живых твою мать и убить меня. Но он поступил иначе. Он пообещал, что сохранит ей жизнь. Более того, сказал, что будет защищать её, если я соглашусь стать Клинком. И я согласилась. Я не думала тогда о последствиях. Не думала ни о чём. Он сломал меня.

Я молчала, а по щекам текли слезы. Я не могла представить этой картины. Будто бы предохранитель в голове не давал мне запятнать чистый и светлый образ матери.

— Потом я стала Клинком. Легко влилась в команду и выдала себя за черного мага благодаря какой–то безделушке. Корад все меньше нападал, всё больше копил силы. После того, как он заполучил меня, его силы стабилизировались и вылазки на территории государств стали редки. Я стёрла память об этих событиях у твоей матери и постаралась отдалить её от себя, как и многих других. Она сначала сильно расстроилась, но потом появился твой отец, потом ты и стало совсем не до меня и Корада. Можно сказать, её жизнь сложилась удачно.

— Если бы не умерла, — мой голос был едва различим.

— Да, — согласилась она. — Тогда Корад пообещал, что будет тебя защищать, но я сомневаюсь, что теперь он сдержит своё слово. Почему пообещал? Спроси что–нибудь полегче. Ответы на некоторые вопросы так и остаются для меня загадкой за семью печатями.

— Понятно, — сказала я.

Теперь странное поведение зловещего мага объясняется. Но какое мне теперь до этого дело?

— Раз уж мы тут откровенничаем, то расскажу небольшой секрет. Хотя, это даже секретом назвать нельзя. Когда у тебя обнаружился дар светлого мага, твой отец попросил меня пристроить тебя в какую–нибудь школу магии. Он по опыту знал, что бывает с теми, кто вовремя не раскрывает дар. К тому же, твой дар был слишком слабым, и он не переживал, что ты пойдёшь по стопам матери. Разумеется, мы не собирались тебе об этом рассказывать. Даже когда ты вырастишь. Советник короля любезно предложил место в столичной Школе. Не далеко от дома, да и ты будешь под присмотром. Так как я была занята, именно он следил за твоей успеваемостью и прощал все твои грехи и огрехи. Ушла с уроков — на тебе метка. Залезла туда, куда не нужно — щит закрыл бы тебя от всего. Низкие оценки — натянут на тройку. Кстати, именно одно из защитных заклинаний и позволяло тебе беспрепятственно пройти в библиотеку в те разделы, которые закрыты для учеников нулевой ступени.

Я вспомнила свою ночную вылазку, произошедшую вечность назад. Именно там я получила тетрадь мага, которая по сей день со мной. Всё из–за глупого спора, на который я пошла ради поддержания ненужной репутации, своей глупости, чужой воле и любопытства. Зато теперь легко объясняется моё отставные этим самым советником. Видимо ему претила роль моего покровителя или я его так достала, что на меня ему было наплевать. Не появись принц Гедеон и мои друзья — ходила бы я тупая, как пень, и много чего не знала. А если вспомнить, что он состоит в секте 'Братьев тьмы'. В общем, очень нехороший он цветной человек, и это мягко сказано.

— Я ответила на твои вопросы. Твой черед исполнять свои обязанности.

И она растворилась, оставив после себя туманную дымку.

Глава 19

Вы не ждали, а мы пришли

Жизнь — штука забавная, и никогда не знаешь, где тебе на голову упадёт кирпич…

(Алексей Пехов Пересмешник)

Я, конечно, понимаю, что безопасность превыше всего, но зачем запирать меня в вонючем, мокром подвале?! Почему нельзя отправить домой, к тёте, к отцу, на пляж в бунгало или к вампирам в конце–то концов? Так нет же, сиди в подвале и думай над смыслом жизни или над чем–нибудь ещё? Заодно простынь и заразись каким–нибудь грибком, обитающем в этом царстве кошмаров. К этим мыслям я пришла спустя примерно пять минут нахождения в подвале. Зато всякие глупости вылетели из головы.

Решив, что хуже уже не будет, я достала тетрадь мага. Она чувствовала моё настроение, моё желание отвлечься и с радостью показала мне какие–то закорючки. Это куда лучше, чем просто стоять на единственном сухом островке и беспокоиться обо всех сразу. В том числе и о себе любимой.

Я видела эльфийский алфавит, видела гномий и даже орчий. Эти письмена были другими. Основа языка светлого королевства (написание), но вот символы куда резче, угловатей. Смешно, наверное, смотреть со стороны — испачканная, растрёпанная девчонка при свете магических светильников читает необычные письмена в неизвестно каком подвале. Вот только мне было совсем не смешно. Письмена начали светиться золотым. Сначала тускло, затем все более и более ярко. Я закрыла глаза от этого ослепительного света. Что опять она мне хочет показать?

Секунда, а затем все потухло.

Я недоуменно посмотрела на тетрадь. И что, это всё?

Скелет повертел в руках последний, похожий на яйцо, белый камень с нанесёнными на него сложными символами, камень. Камень, который отделял его от могущества. Стоило лишь повернуть одну половину, и все станет, как в прежние времена. Щит, окружающий Аркрау, испарится, и магия других измерений хлынет в мир. Он снова сможет обрести своё тело, сможет продолжить жить так, как жил до этого. Он сможет вернуть этот мир себе. Снова.

Разумеется, придётся немного повозиться с оставшимися в живых магами. Тот же Эльтиер, его давний противник, белый маг, оставил наследие, которое может его уничтожить. Сияющий меч, разрушающий тело и ауру мага, проникающий в сердце магического дара. Созданный лучшими кузнецами белых магов, закалённый огнем стражей Майндрага. Интересно, где сейчас этот меч? После Конца Тьмы, меч, спрятанный в столице белых — пропал. Как и те, кто им мог пользоваться. Наследники крови самого Эльтиера. Сколько же сил и времени ушло на то, чтобы найти его потомков. И сколько интриг, сколько действий пришлось совершить, чтобы сломать почти всех. Он не стал лишать себя удовольствия сломать его внучку в семнадцатом поколении. И у него это почти получилось. Но она, проявив стойкость и упорство, подобно своему предку, не только не сломалась, но и стала одним из сильных магов. Тогда он решил воздействовать на неё по–другому.

Немного золота, и вот уже наёмники совершают набег на отсталую деревушку, где растет маленький мальчик с очень большим потенциалом уникального мага. Людей грабят, убивают, детей отдают работорговцам. И вроде все хорошо. Только клетку мальчика по чьей–то невнимательности не закрывают, и он сбегает. Бежит по протоптанной дорожке, ведущей к лагерю магов Светлого королевства. Мальчишку принимают, кормят, поят, дают имя. Но он даже не подозревают, что таится в руинах. Мальчик слишком привязался к женщине магу и не отходит от неё ни на шаг. Что и требовалось. И вот совпадение–то, спящие ловушки активируются только тогда, когда мальчишка и женщина зашли слишком далеко в руины. Маг оказывается в ловушке, а мальчишка бежит за помощью. А затем появляется Корад. И мир настигает хаос.

Какого же было его удивление, когда Алмазная леди посадила на цепь Корада! Действительно, настоящая наследница Эльтиера. Тот тоже мог сделать что–то в этом духе.

Он стал выжидать, готовя следующий удар для неё.

И шанс представился ему. Щит ослаб, магия других измерений стала проникать в этот мир. И он понял, сейчас он сможет сломать защиту, поставленную Чужим. И, разумеется, одним из тех, кто может достать управляющие камни, являлась она. Сотрудничать она отказалась. Он знал, что так и будет. Во время подвернувшаяся секта 'Братья Тьмы', фанатиков, трепещущих от вида настоящей силы, разорвала цепи, и похитили с его подачи её крестницу. Тогда у неё просто не осталось выбора, кроме как принять его предложение.

Интересно было бы посмотреть на лицо Эльтиера, если бы он узнал, что его самый страшный враг, учит его внучку магии. Правда, предварительно придётся уйти на дно, в Сильверград, чтобы его последствия гнева не дошли до него.

Скелет, медленно, растягивая удовольствие, стал поворачивать камень.

Едва заметное красное сияние вокруг зелено–синей планеты лопнуло, как мыльный пузырь, и невидимые простым зрением потоки магии устремились в мир.

Через меня будто пропустили горячий поток силы. Он проникал в каждую клеточку тела, обжигал, заставлял подчиняться себе.

Я выронила тетрадь и упала на колени. Поток не позволял мыслить, он срывал с меня магию, разрывал ауру, перестраивал каналы.

Не знаю, сколько я так простояла, терпя поток и боль, которую он с собой принёс. Он не ослабевал ни на минуту, но я начала к нему привыкать. Мысли стали собираться в кучу. Я открыла глаза и испугалась. Я видела всё. Каждую линию, каждый поток, проходящий через мир. Тусклое помещение подвала светилось фиолетовым. Но я же не входила в состояние магического зрения! Прохладный магический всплеск донесся до меня откуда–то снизу. Затем сверху. Земля ходила ходуном. Звуки сверху — будто дом разрушают. Мне было очень страшно. Выбраться из подвала я не могла, даже если бы очень хотела. Меня трясло не от холода, а от магии, от испытанных эмоций. Я не могла совладать с собой.

Затем я четко почувствовала магию. Не обычное плетение, не обычные заклинания. Они ощущались направленно, точно, рационально. Эта же магия текла рекой. Потолок надо мной исчез. Небо заслоняло огромное огненное тело. Раскаленные глаза дракона смотрели на меня с неподдельной радостью.

— Лучистый?! — я обалденно уставилась на дракона.

— Здравствуй, Элина.

Голос дракона приобрел грозовые нотки за то время, что я его не видела.

— Что ты здесь делаешь?

Дракон не ответил. Мощная когтистая лапа размером с меня, схватила меня и, вытащив из подвала, посадила на спину другому дракону. Лучезарному.

Я уцепилась в синего дракона, совершенно сбитая с толку. От них веяло прохладой.

— Магия доступна нам, — сказал, как прошептал в моей голове Лучезарный. — Теперь мы можем открывать порталы в ваш мир.

— Мы вернем вернём тебя в наш мир, — голос принадлежал Лучистому.

Я чувствовала, как горячий поток наполняется прохладой, и к своему ужасу поняла, что меня сейчас утащат в Майндраг.

— Нет! Не надо! — я закричала и попыталась спрыгнуть с дракона.

Куда там! Магия крепко держала меня на одном месте, не давая двинутся.

— Сюда идёт зло, — прошептал Лучезарный. — Тебе будет лучше, если ты уйдешь с нами.

— Я не могу бросить друзей! — закричала я.

Небо заволокло тучами. Казалось, магии было очень много вокруг. И не только привычной магии. А другой. Иной.

Драконы переглянулись. Я закричала от неожиданности, когда два дракона взмыли ввысь. Два разумных дракона чужого измерения.

Мы поднимались туда, к треснутому куполу, у которого шла борьба. Три ледяных дракона замораживали своим дыханием, другие палили врагов огнём. Всадники на спинах перекидывались заклинаниями чудовищной силы, и далеко не все из них были разрешены. Точнее, очень мало из них было разрешено применять. Искры, вспышки, взрывы сливались в одну красочную картину, и человеку, находившемуся в десятке километров, могло показаться, что это фейерверк. Но реальность была куда страшней.

Я лишь мельком смогла увидеть, что творится на земле и вздрогнула. Город горел. Не весь, но центральная его часть, находящаяся под самым центром разрыва купола горела фиолетовыми, синими, желтыми и кроваво–красными огнями. Черный дым застилал улицы, обретая причудливые формы змей.

Драконы зависли где–то между центром купола и землей. Зависли, не вступая в сражения.

— Чего мы ждём? — тихо спросила я у Лучезарного.

— Сейчас он появится.

Я не стала спрашивать — кто. Я чувствовала.

Огромный черный дымчатый шар ударился о купал, и тот стал распадаться, как будто от дуновения ветра.

Дым стал собираться в одном месте, образуя… портал. В Майндраг.

— Он вызывает Разрушителя, — в голосе Лучистого слышался страх.

— Кто это?

— Один из Старших. Мы ничего против него не сможем сделать. Лучше уйти.

— А если позвать Лазурного стража? — попыталась придумать я.

— Стражи намного слабее Старших. Если Страж — маг золотой ступени, то Старший — алмазный маг.

Я содрогнулась. Неужели кто–то может быть сильнее и больше, чем Лазурный Страж? Как оказалось — может.

Мелитриса и Маркус сидели закрытые мощными щитами алмазных магов, отбивающихся от нападавших на них магов противников. Мелитриса знала много заклинаний и более того, видела на практике. Когда твоя семья потомственные алмазные маги, лучшие в королевстве, твоё будущее определено и обмену не подлежит. Глядя магическим зрением на многоэтажные сложные плетения и конструкции, она понимала, как мало на самом деле знает о строении заклинаний и как мало опыта. Столько мощных вещей она не видела за всю свою жизнь. Вот один маг призывает рой призрачных мечей, которые устремляются на летящего на него мага в черном балахоне и черной маске, подобной Кораду. Мечи он отводит в сторону посохом и с невероятной скоростью отправляет маленький зеленый сгусток света, оставляющий за собой шлейф на воздухе. Шар врезается в мощный щит, сминает его, как бумагу и выплёскивает убийственную силу наружу. По счастью другой маг в это время успел закончить рисовать иглеасом сложные видимые руны, и те не дали покалечить никого. Другой светлый маг в это время использовал адское пламя, совмещенное с копьем света. Оно пронзило щит вражеского мага и его самого, замершего на доли секунды от ментальной атаки.

Но вражеский алмазный маг был не один. Тройка, успешно сломившая одного из передовых магов, бросилась на двух других.

Слаженные комбинации сложных заклинаний, некоторые из которых Мелитриса видела на семейных поединках, прорывали защиту светлых, заставляя их отступать. Но ненадолго. Появившийся из неоткуда маг в золотой броне сбил их с тыла волной огромной силы, прямиком на подставленные магические копья. Трое магов во время успели поставить щиты, а затем спели руну над собой и ударили ей по тем двоим алмазным магам, которые прикрывали ребят. И в этот момент произошло это.

Мир разлетелся на тысячи кусочков. Мощный магический поток накрыл её, уничтожая что–то темное внутри. То, что не давало дышать ей эти годы. То, что вытягивало силы. То, что она ненавидела больше всего. Проклятый дар.

И сразу после этого сознание затопила музыка. Прекрасная, волшебная музыка. Она убаюкивала, заставляла забыть обо всем, растворяла в себе. И Мелитриса, не смотря на то, что кто–то настойчиво звал её, уснула.

Сидя на драконе, я чувствовала, как открывается портал в наш мир. Приятный прохладный поток силы лился из него.

Портал достиг размеров четырехэтажного дома и продолжал разрастаться. Внутри он поменял цвета на кроваво–красный. Мне так сначала показалось. Но потом к своему ужасу, я поняла, что это глаз.

У меня мурашки пробежали по коже. Захотелось спрятаться где–нибудь подальше и не вылезать. Если это — только глаз, то что же представляет собой сам Разрушитель?

— Его никак нельзя остановить? — тихо поинтересовалась я у драконов.

— Закрыть портал. Но без уникального мага, знающего заклинание — никак.

Я до боли закусила губу. К сердцу подбирался липкий страх. Должен быть выход! Должен!

В следующую секунду, будто молния, напротив нас зависло девять черных фигур. Клинки и Корад.

Их появление тут же было встречено громадным светлым столбом. Десяток быстрых фигур резко взмыли и оказались по обе стороны от меня и драконов. Маги в светящейся броне были готовы сражаться до последнего. Как и Корад.

Она стояла в воздухе. Буквально в метре стоял Астейл и остальные клинки, а напротив маги из Белого Совета. Сильнейшие, могущественные, но такие слабые. Обе руки Алмазной леди лежали на эфесе клинка. Тьма пронзала всё её естество, не причиняя вреда. Она клубилась, залечивала раны, восстанавливала.

Интересно, чтобы сказал сейчас её бывший учитель Нестор, узнав об этом. Изломанные каналы белой магии медленно восстанавливались и перестраивались под действием кольца перевертыша. Они трещали, приносили боль, но медленно восстанавливались. Поверх этого несколько минут назад её обжег потом иной магии, и она почувствовала, будто вернула себе всю силу Алмазного мага. Сила другого измерения и сила черного мага, сорвавшего все печами, пронзала её.

Эльвира бросила косой взгляд на Астейла. Он ведь ничего не понимал. Ничего сейчас не соображал. Все они сейчас были одним механизмом. Корад поглотил их разум своей силой, хотя до этого никогда не практиковал подобного. Лишь потому, что заклинание печати все ещё держалось на её руке и потому, что она обладала магией, не доступной ему, Эльвира сохраняла разум.

Сейчас её чистая память показывала многое из того, что она так сталась забыть. Вот Эльвира идёт по песчаному берегу океана. На небе сияет серебристым светом огромный спутник. Рядом идёт Астейл, держа её за руку. Следующий обрывок воспоминаний. Ночь, скала. Внизу город празднует народный праздник. Она и Астейл вальсируют на краю скалы в медленном танце. Затем ещё обрывок. Ночь. Лес. Костёр. Эльвира сидит рядом с Клинком. Он обнимает её и что–то вдохновлённо рассказывает. И она его слушает с замиранием сердца.

Сколько было таких моментов между ними. И сейчас она понимала, что, несмотря на все — она его любит. Любит, как человека, на которого можно положиться в трудную минуту. Как того, кто готов бросить все, и помочь в любой ситуации. Так ведь оно и было. С самого начала, как она стала Клинком, Астейл всегда был рядом. Он помогал ей влиться в их среду. В сражении он интуитивно понимал лучше, чем кто–либо. Он наделил жизнь Клинка Блоска смыслом.

Но сегодня все закончится. Сегодня или никогда.

Тьма внутри неё взорвалась потоком, пытаясь закрыть разум чужой волей, но магия чужого измерения не позволила этого сделать.

В миг, когда Клинки и Корад кинулись на магов, она вытащила сияющий призрачный светом клинок из ножен и рассекла им воздух.

Мощная волна энергии сбила атаку на короткое мгновение, которого хватило светлым магам дать достойный отпор. Корад понял, что в его стане завелся предатель и бросил всех Клинков на неё, а сам занялся магами, которых при этом добавилось. Она заметила алмазных магов не только Светлого, но и Черного королевства, а так же пару эльфийских магов, которые сейчас сражались на земле.

На открывающийся портал в мир Майндраг она старалась не смотреть. Она ничего не сможет с ним сделать. Это факт. Сейчас стоит сосредоточить свои усилия на том, чтобы уничтожить Клинков и Корада, а после разбираться с драконом. Хотя после может быть поздно.

Милиэйрни атаковал первым. Его скорость плетения стихийных и природных заклинаний была по истине потрясающей. 'Паутина' едва не попала в неё, но вовремя увернувшись, она отразила следующую атаку Чин — Джуна. Они обе прятались под заклинанием подмены памяти, и обе были женщинами. Только одна ступила на эту дорожку сама, а другая — ради спасения жизни. Черная магия, совмещенная со стихийным заклинанием черной молнией пронзила один из щитов Эльвиры, и, усиленное вдвое, отправилось обратно, а Алмазной леди на месте не было. Скелет за короткий срок дал ей очень много знаний. В одиночку раньше она бы не выдержала этого натиска, но не теперь. Свист клинка, и пространство разрывается. Она открыла портал в мир призраков.

Эльвира почувствовала, как те, ощутив магию чужого измерения, ринулись в проход. Там их поджидал сюрприз. 'Дверь власти' — такое название было дано этому заклинанию. Каждый призрак, прошедший через портал — сковывал его навечно и заставлял подчиняться призвавшему. Не будь она Алмазной леди, если бы не доработала это плетение. Призраки, пришедшие в этот мир, имели свою волю, но полностью завесили от мага, открывшего портал. Именно так, а не полное рабство. Каждый прошедший через ворота призрак — черпал из неё силу, но одновременно и отдавал. Черпал черную магию, отдавал магию призраков. Кород, завязший в сражении с магами, понял это и закрыл поток энергии, насколько это было возможно. Но слишком поздно. Несколько сотен самых разных призраков вырвавшихся их другого мира — жаждали уничтожить все живое.

Каково же было удивление Эльвиры, когда она узнала о существовании разных видов призраков и силой, которой они отличались. Те, что она призвала — не самые сильные, но самые агрессивные в том, ином мире. Превосходные телекинетические и ментальные способности, а так же способность плести разного рода заклинания — удушающие, топящие и даже стихийные — плюс магия совсем иного рода, о которой давно забыли, делало их по–настоящему грозными противниками. Когда Эльвира закрыла портал, то призраков вокруг было очень много. Они ввязались в схватку с Клинками и Братьями тьмы, аккуратно обходя Корада. Она чувствовала, что они боятся его, так же, как и боятся идущего через портал.

Портал тем временем расширился, и половина морды пролезла в мир Аркрау. Но и этого хватало, чтобы каждый почувствовал на себе нечеловеческую мощь этого дракона. Мощь, способную уничтожить всё живое.

Интуиция завопила, и только вековые рефлексы спасли Эльвиру от участи быть разрубленною.

Астейл.

Он каким–то образом миновал всех призраков и сейчас скрестил с ней мечи в смертельной битве. Эльвира мысленно приказала призракам разбираться с остальными врагами, а сама обменялась ударами с Астейлом.

Пробные удары. Они знали силы друг друга раньше, но сейчас многое изменилось. Астейл был осторожен. Скользящие движения хищника, вводящие многих не опытных магов в заблуждение. Сила, бьющаяся ключом. Сейчас он не сдерживался. Она прекрасно понимала, что сейчас при изломанных каналах, она вряд ли составит ему конкуренцию на равных. Но у него ведь тоже было слабое место. Печать, которая сдерживала его.

Тот понял, что она задумала, и бросил вперед связку заклинаний. Эльвира резко ушла вниз, на лету активируя печать, снижающую силу мага. Печать накалилась, обжигая руку. Максимальное снижение. У неё есть только три минуты, чтобы закончить бой. В противном случае — она проиграет.

Резкий разворот и 'Золотая сеть' летит на Клинка, но тот отбивает её голой силой, а затем наносит удар, который она успешно парирует. Теперь они на равных.

Едва Клинки сдвинулись с места, драконы резко ушли вниз и вбок, дальше от разгорающейся битвы.

Прохладный поток магии, сплетающийся вокруг меня, четко давал понять, что создается второй портал в иное измерение.

— Не надо! — только и успела закричать я.

Плетение сорвалось и развеялось. Лучистый и Лучезарный синхронно проложили новый курс, туда, где было меньше битв и магов.

— Лина, нужно уходить, — прошелестел в голове голос Лучезарного.

— Я не могу бросить друзей, — четко сказала я. — Вы же драконы! Помоги нашим!

Я указала на битву в воздухе. А там происходило нечто! Я так и не увидела, откуда появились призраки, но их было очень много! Они нападали на Клинков,

— Это не наша война, — ответил голос в голове.

— Мы можем лишь не попытаться, не дать разрушителю проникнуть в мир. Это все, что мы можем.

За пазухой стало горячо. Дрожащими руками я вытащила тетрадь. Рисунок на обложке больше всего напоминал раскаленные добела угли. Она словно приросла к моим рукам.

Будто под порывом ветра она открылась и передо мной стало появляться сложно, старое и очень длинное заклинание. 'Двери в Майндраг. Печать Разрушителя'. Так гласила маленькая сноска под заклинанием.

— Элина, не стоит! — громко проревел кто–то из драконов.

Но я их уже не слушала.

— Ахэй вэйхэн лаэста сааха сэ дуум….

Заклинание сорвалось с моих губ непривычно легко и так, как будто я произносила его уже тысячи раз.

Маги сражались отважно. Маркус впервые учувствовал в открытом смертельном столкновении, но смог с уверенностью сказать, что такого он больше никогда и нигде не увидит. Алмазные маги, светлые и черные, стихийники и призыватели, маги крови и маги разума, драконы и наездники — все выкладывались в этом сражении. Заклинания то и дело свистели, встречались, разрывались. Здания горели и взрывались от попадания очередного заклинания. Рунисты ставили многослойные руны, заманивая врагов. Те не просто так сюда пришли. Туз в рукаве у них все же был. Они выпустили вперед уродливых химер, которым магия была нипочём. Быстрые, ловкие, они легко врезались в отряд магов и смели их за считанные секунды. Маркус вместе с магами до пятидесятой ступени активировал боевые артефакты и направлял их действия на врагов. Знал он конечно много, но тягаться подготовленными к этой войне магами он был не в состоянии. И это его злило.

Внезапно, что–то мелькнуло на границе зрения.

Парень обернулся. Мелитриса, потерявшая сознания после неожиданного повышения магического фона, стояла. Глаза её были закрыты, а за ней, одетая в длинное белое платье стояла женщина. Добрые зеленые глаза улыбались Маркусу.

Затем женщина сделала шаг и растворилась в Мелитрисе.

И затем произошло невероятное. Вокруг девочки стали собираться видимые ноты. Иначе их Маркус просто не мог назвать. Мелитриса сделала характерный жест, и в её руках образовалась скрипка, будто созданная из солнечного света и музыки. А затем она заиграла.

Золотая волна отбросила всех на землю.

Волна тепла, добра и света.

Под её напором все будто ожило.

Ещё волна.

Артефакты в его руках теряют магию. Заклинания, плетения срываются. Руны разлетаются.

Все маги в ужасе и восторге смотрят на светловолосое чудо с сияющей скрипкой. Отчего–то Маркус понял, что бой прекратился везде в городе.

Ещё волна.

Не хочется воевать. Хочется слушать музыку. Отдаться ей. Растворится в ней. Маркус так и не встал, как и все маги.

Огонь, пожирающий город, тоже подчинялся этим волнам. Он стихал, исчезал вместе с черным дымом, облепившем город.

Волна.

Маркус не мог видеть, как химеры разлетаются пеплом. Как вражеские маги исчезают, не оставляя и следа.

С каждой строчкой заклинания из меня будто бы вынимали что–то внутри. Мои чувства, мои силы, мою магию.

— Держись, Лина! — два дракона ревели под грохот заклинаний.

Внезапно перед нами появился Корад. Драконы зависли, а я продолжала читать и уже не могла остановиться.

Я заметила краем глаза, как драконы чуть отлетели друг от друга, освобождая место для кого–то. Моего слуха коснулась музыка. Прекрасная музыка, от которой мне стало легче.

Корад послал вперед черную молнию, но золотистые ноты её легко отбили.

— Все будет хорошо, Лина, — странный, далекий женский голос музыкой прозвучал вокруг, давая мне силы терпеть боль и эту вытягивающую силу.

Результаты заклинания не заставили себя ждать. Портал медленно возвращал тело пожирателя туда, куда где оно должно быть.

Глаза чудовища смотрели в нашу сторону с ненавистью, горячее дыхание доносилось до нас даже с такого расстояния. Но он не поливал огнём город, чего я боялась. Он следил за всем и не вмешивался. Мне почему–то казалось, что Разрушитель смотрит на меня. Смотрит в душу и видит что–то важное.

— Фейхэ зааро ассахо теларрэйс, — я читала, неотрывно следя за кроваво красными громадными глазами.

Они манили к себе, притягивали, затягивали сознание.

Нет! Нужно закрыть портал!

'МЫ ЕЩЁ ВСТРЕТИМСЯ, ПРИЗЫВАЮЩАЯ'

Меня будто оглушил невероятно мощный рокот дракона. Ничего подобного мне не приходилось слышать.

Затем невиданной мощи дракон сам вернулся в свой мир, и портал закрылся. Заклинание тут же оборвалось, а я без сил упала на дракона. Меня будто выжали.

Подняв голову, увидела, как Мелитриса, играет на волшебной скрипке. А напротив неё Корад. Мне казалось, что он ничего не делает, но золотые ноты вокруг Мелитрисы с невероятной скоростью перемещались вокруг неё, растворяясь воздухе, что было ясно — он атакует.

Драконы отлетели, уходя дальше от места схватки. Глянув вниз, я поразилась тому, что город уже не горел, и схваток не было видно. Они все шли в воздухе, на большом расстоянии от города. Драконы продолжали сражаться с воздушными химерам, Клинки с призраками и белыми магами, а Корад с Мелитрисой.

Смутное беспокойство захватило меня. Не здесь. Я сейчас должна быть не здесь. Ведь опасность ещё есть! Тах — Нор-Хизир.

— Лучистый, Лучезарный, отвезите меня… туда!

Я наугад ткнула пальцев в то направление, в котором моё чувство опасности вопило. Драконы не задавали вопросов. Видимо они понимали лучше меня.

Я вцепилась в дракона. Только бы успеть, твердила я себе. Только бы успеть!

Глава 20

Все закончилось так и не начавшись

Ведя опасный образ жизни, поневоле напишешь завещание, простишься с родственниками и никогда не станешь обещать вернуться домой.

Ей уже приходилось лежать вот так, на грани жизни и смерти. Каждый раз, когда жизнь медленно утекала из её израненного тела, она отчаянно старалась удержать сознание, пересилить себя, заставить держатся из последних сил. За столетия это настолько крепко впилось глубоко в разум, что и сейчас, едва живая, опустившая руки, она держалась изо всех сил, цеплялась за жизнь.

Тело, разбитое, израненное уже не способно было двигаться. В плече застрял длинный белый клинок. Астейл все же оказался лучшим фехтовальщиком и она пропустила всего один его удар, но и этого хватило для того, чтобы проиграть.

Хотя…

Ему тоже не удалось избежать удара. Плетение 'Лезвие бритвы' изуродовало его тело тысячами порезов, не оставив целого места. Кровь вытекала из него. Но магом он был сильным и талантливым. Кровь собиралась причудливым узором в странное изображение, уже нарушающее основы построения плетений на крови.

Он сделал тяжелый шаг, приближаясь к ней.

— Убьешь меня? — их последних сил прошептала она.

Он услышал.

Остановился.

Упал в полутора метрах от неё.

Кровь перестала собираться и просто разлилась по пыльному асфальту разбитой Малой площади, изрезанной многочисленными заклинаниями.

Она ошиблась в оценке его состояния. Все же, пострадали они одинаково сильно.

— Вый…дешь …а ме. я?

Вырвавшийся смешок ударил болью в груди. Лишённый своего кукловода, Астейл стал тем, какой он есть, с его маниакальным желанием женить её на себе.

Превозмогая боль, она протянула ему руку. Дрожащими руками, он надел ей на палец черное матовое кольцо с золотой гравировкой.

Что ж, теперь можно со спокойной совестью умирать.

Закрыв глаза, её окутала темнота.

Драконы летели в указанном направлении, умело уворачиваясь от летевших в спину заклинаний. Лучистый, летевший за братом, чуть обогнал нас, а затем резко развернулся и выплюнул в преследовавших нас врагов три раскаленных горящих шара, а затем так же легко развернулся и продолжил полёт вместе с нами.

Лучезарный раскрыл крылья, легкий поток магии, и мы ускорились, насколько это вообще было возможно. Огненный дракон не отставал от брата.

Я не смогла объяснить, каким образом эти двое нашли то место, которое требовалось. В какой–то момент сверхскоростного полёта, драконы резко снизились (и как я только не вылетела со своего места) и зависли.

Вытянув шею, я с удивлением обнаружила внизу тот самый дирижабль, на котором не так давно была пленницей. Сердце сжалось от страха.

Снизу полетели заговорённые стрелы. Драконы невероятным образом, уворачивались от них. Лучистый сменил раскаленные шары на струю пламени. Снизу закричали.

Я вцепилась в Лучезарного и пробормотала.

— Мне нужно в дирижабль.

Страшно было до безумия. Но драконы придавали силы, а мысли о том, что могут пострадать любимые люди заставляла действовать.

Синий дракон спустился на пустую площадку. Я не успела и двинутся, как дракон стал менять размеры, и вот он стал не больше лошади. Подрос, красавец, отметила я.

Земля под ногами представляла разгоряченное месиво. Жар поднимающийся с земли заставил меня взмокнуть за пару секунд. Запах расплавленного асфальта, земли, горелых досок — все это создавало гнетущую атмосферу.

Я очень боялась увидеть обгорелые трупы тех, кто в нас стрелял, но их не было. Просто не было. Лучистый на удивление точно бил, поэтому путь к трапу остался не тронут огненной стихией. Синий дракон быстро подскочил к нему, и я смогла слезть.

Меня трясло от страха. Я боялась сделать шаг. Перед глазами появился образ молчаливого дроу. Его надменный взгляд. Его рука тянется ко мне и…

— Элина, — вкрадчивый шёпот Лучезарного в голове откинул наваждение, а его теплое влажное дыхание рядом заставило меня поверить в свои силы. Если что, дракон меня спасет.

С такими мыслями, повесив перед собой щит и приготовив пару 'Снежинок', я направилась внутрь. Тяжелые шаги дракона за спиной служили надёжной опорой. Дракон меня защитит.

Проходя по дирижаблю, я отчетливо чувствовала энергию смертельной руны. Она струилось по воздушному средству, давила, стирала в порошок мои щиты и плетения.

Я не заметила, в какой момент Лучезарный отослал от меня. Сила руны, её поток заглушали все мои чувства, оставляя лишь раскатный гул. Я достигла комнаты, в которой нас держали. Руна сияла белым светом, сминающим магию.

Рука сама потянулась к листку с деактиватором. Положив правую руку на листок, я вызвала луч энергии. Деактиватор тут же стал принимать очертания, становится трехмерным, реальным. И его потянуло в руну.

Я попыталась остановить поток магии и не смогла. Дективатор, питаемый энергией, начал пить её с огромной скоростью. Из меня забирали магию. Я в панике попыталась отойти и не смогла. Я не могла шевелится.

— Молодец, Лина, — прозвучал голос Илианы над моим ухом. — Ты все сделал правильно.

— Помоги! — прокричала я ей.

Она встала рядом так, чтобы я могла её видеть.

— Я не могу препятствовать тому, что собиралась сделать давно. Даже если это будет стоить тебе жизни.

На её лице расплылась зловещая улыбка, а я поняла, что меня использовали. Из глаз брызнули слезы. По телу разлилась волна боли.

— Бедная девочка, — покачала она головой. — Никто так и не догадался, что год назад тебя похитили вовсе не за компанию с дочерью герцога, а скорее её для прикрытия тебя. Никому не узнать, что твоя неосведомлённость и самоуправство, которые допускал советник короля были созданы по моей вине. И более того, тот спор, из–за которого тебе попала Тетрадь Мага — тоже моя затея.

— Ты…аааа! — я закричала от очередной волны боли.

— Первая великая война магов, Война Затменья, Вторая великая война магов — это всё мои проделки, если тебе интересно. Как и Корад и те, что стоят за ним. И Братья Тьмы тоже созданы мной. Как и разрушение Изолирующего Щита Аркрау, как и проклятие четырнадцатого принца. Хотя последнее скорее благословение.

— За. чем? — только и пробормотала я.

Услышанное казалось мне чем–то фантастическим, невероятным, непонятным.

— Когда–нибудь ты поймёшь, что это на благо этого мира. На благо Аркрау. Сейчас будет уничтожен Корад. Дух Эльредис Музыкальной, управляющий твоей подругой уничтожит его. Но вскоре придёт новая опасность, ещё более страшная, чем ты можешь себе представить.

— Ты не должна…

Я хотела кричать, что это не справедливо. Хотела услышать объяснения. Хотела донести, что благо не приходит через кровь и войны. Но не смогла больше ничего сказать. Боль струилась по телу, слезы по щекам. Хотелось просто упасть и не вставать.

— Я должна. Для этого я и создана. И буду делать это до тех пор, пока Полуликий не поймёт истинный смысл этого мира, — она говорила мягко, легко. — А теперь, Лина, завершим начатое и уничтожим то, что следует.

Она достала точно такой же, как и у меня иглеас, и невероятно быстрыми движениями нанесла на все слои заключительные части руны, активируя её.

Последнее, что я увидела — это вспышку белого света и боль.

Шагая босыми ступнями по асфальту, скелет не создавал ни звука. Его путь пролегал через рытвины, воронки, ледовые стены, каменные статуи, разбитых големов. Любой посторонний человек, увидев бы сего сейчас, шагающего через это поле, назвал бы смертью. Солдат в легких магических доспехах, вросший в камень, увидев его, испытал ужас. Скелет, заметив это, сделал жест, и тот час едва видимое облачко вылетело изо рта уже мертвого солдата и собралось в маленький шар в руках скелета. Казалось, что за спиной этого скелета оставалась пустота. Гибли цветы, разрушались не до конца разрушенные постройки.

Он впитывал все. Впитывал жизнь, энергию, магию. И чем больше он это делал, тем четче становилась видна его аура. Черная, кроваво–красная. Уже сейчас по интенсивности цвета любой школьник, даже самый последний прогульщик, мог с уверенностью сказать — маг уровня алмазного, а может даже выше. Если бы её увидел сейчас Белый Совет, то он немедленно развел бы дебаты на тему тайных магов и Корада.

Скелет возвращал себе силу. И тело. То, о чём он мечтал последнее тысячелетие. Он ликовал. Наконец–то он может отойти от того проклятия, что даровал ему Чужак. И тогда, мир будет таким, каким должен был стать тысячу лет назад.

Скелет обошёл угол здания и остановился. В его туманных глазах будто что–то вспыхнуло, когда он смотрел на фигуру в балахоне, стоящую над двумя Клинками.

Скрыв как можно быстрее своё пребывание, он смотрел и отказывался верить в то, что ему ведется.

От стоящего впереди шла странная энергия к двум Клинкам. Она шла в их сердца. Казалось, сначала поток тысяч частиц входит в них с бешенной скоростью, а потом медленно выходит. Выходит, вытягивая из их тел клинки.

Тела у его ног выгибались дугой. Одежда и плащи, а так же белый клинок в плече медленно растворились, едва стоящий вытащил два железных, обсидианового цвета клинка и не уничтожил их одним лишь мановением руки. Израненные женщина и мужчина так и остались лежать, держась за руки и не приходя в сознание.

— Твои странности всегда выходили за грань моего понимания, — сказал скелет.

Человек медленно обернулся. Их глаза встретились.

— Мои желания всегда загадка даже для меня, — сказал бархатным голосом человек, стряхивая с балахона пыль.

— Они все равно умрут через час, а если и выживут, то я сам их убью. Кто, как не ты должен это понимать, Хедари.

— Я понимаю, Маален.

— Но ты со странным упорством продолжаешь оживлять, или давать призрачный шанс, надежду тем, кто этого не заслуживает.

— Это не мне решать, заслуживают они жизнь или нет, — покачал тот головой. — Я просто проходил мимо.

— Признается, когда я увидел браслет на её руке, то подумал, что это кто угодно, но не ты. Я был уверен, что ты мертв. Всю тысячу лет, бродя по свету, я искал соратников, выживших после Конца Тьмы. Но тебя увидеть я не ожидал.

— Я и сейчас не жив. Я всего лишь тень прежнего. Призрак когда–то верного твоего соратника, — ответил Хедари.

— Даже призраком я рад тебя видеть, — скелет сделал шаг навстречу человеку. — Нет более преданного друга и соратника, чем ты.

— Я понимаю, отец, — кивнул тот.

Бывший когда–то король Некрона улыбался. Он наконец нашел того, с кем сможет свободно делится планами, строить козни против других, советоваться.

Увидев однажды мальчишку в захудалом селе, грязного, избитого, но со сталью во взгляде, он приказал его забрать и обучить. Через два он слышал, что среди юных солдат проснулся уникальный маг. Встретившись с ним снова — он не узнал. Мальчишка окреп, подрос, но стальной взгляд по–прежнему был с ним. Король отправил его к лучшим наставникам и приказал докладывать о его успехах. И они не заставили себя ждать. Мальчишка быстро схватывал информацию, легко управлялся с потоками магии. Его жестокость, коварство, сила и ум, а так же покровительство короля позволили быстро подняться по карьерной лестнице и приблизится к королю. Он неоднократно доказывал свою верность, сражался до последнего, готов был умереть за своего господина. И господин это оценил, принял его. Шли годы. На смену мальчишки появился могущественный безжалостный маг, потенциал которого был выше, чем даже у самого Маалена. Но слепая верность не давала даже намека на предательство.

После Конца Тьмы, когда все рухнуло в один момент, когда от могущественного королевства остался пепел, Маален искал своего верного слугу, но так и не нашёл. И вот теперь Хедари, такой же, каким он его видел в последний раз, стоял перед ним.

— Идём. Раз ты здесь, следует как можно быстрее восстановить мои силы и встряхнуть это королевство, — сказал скелет и развернулся в направлении дворца.

Хедари последовал за ним.

То место, где должно было находиться сердце, пронзил свет. Скелет недоуменно смотрел на торчащий их груди луч света.

— Прости, отец, но наше время кончилось, — в голосе была одна лишь печаль. — Мы должны покинуть этот мир навсегда.

— Ты…

Сказать, что душа короля разрывалась, это ничего не сказать. Единственный, кому он доверял всю жизнь, кого искал, по кому горевал — нанёс удар в спину. И не просто чем–то, а Сияющим мечом Эльтиера.

— Я сын Эльтиера, — прошептал он. — Я узнал это в двадцать три года. И возненавидел своего отца. Я стал тем, кто уничтожил его наследие. Рука на меч у меня не поднялась. Я не собирался его направлять на тебя. Никогда. Но мир изменился. Изменился в лучшую сторону. Не стоит его возвращать в хаос. Прости.

Яркая вспышка где–то на границе города озарила небосвод, а затем понеслась на город.

— Вот и всё, — прошептал Хедари перед тем, как чудовищная энергия накрыла их, испепеляя саму суть их дара.

Я плыла в невесомости. В темно–синем бездонном пространстве, заполненном тысячами огней — большими и малыми, сверкающими и тусклыми, красными, синими, желтыми, белыми… Огни сияли, игриво мигали мне, звали и что–то шептали. Многочисленный шепот сливался в странную мелодию, звучащую в окружающем пространстве.

'Это место не похоже на рай или ад, — подумалось мне. — Может быть это какая–то временная ловушка? Или магическая. Кажется, Андрей Евгеньевич рассказывал нам, что в древности такие ловушки пользовались успехом у всех'.

Звезды смеялись. Шептали, пели, смеялись. А я слушала их, но не могла им ответить. Я была нематериальна, безэмоциональна. Тела я не чувствовала. Казалось, что это все происходит в моём сознании.

Краем глаза (если так можно было назвать) я отметила звездочку. Слабое красноватое сияние. Соседствующие звезды давили на неё. Я заинтересовалась ей.

Она начала расти очень быстро. Сначала точка, затем круг, затем язычок огня, затем бесформенный огненный силуэт. Шепот ушёл на второй план, оставив нарастающий звук горящего костра. И вот передо мной горел огонь. Багровый, оранжевый, ядовито–красный — он менялся с невероятной быстротой.

— До чего же опустились человечки, — зловещий знакомый шёпот прошёлся по пространству, заставляя его дрожать. — Прыгают в нематериальный астральный план, что бы сохранить своё сознание и все это неосознанно.

'Сноб', — констатировала я.

— А ты смешная. Сожру тебя потом, — решил огонь и, приняв форму вихря, выкинул меня из этого пространства.

Голова трещала, как будто всю ночь вокруг меня танцевали гоблины с барабанами и пели дурацкие песни, типа 'Тили–тили, трали–вали с человечки кожу сняли', при этом противно хихикая. Веки будто налили свинцом, и лишь титаническими усилиями мне удалось их поднять.

Прошло наверное минут пять, прежде чем мои глаза привыкли к приятному белому свету небольшой зеленой комнатки. Характерный запах трав, настоек и мазей четко дал понять, что я лежу на больничной койке.

Последующие полчаса я тупо смотрела в резной полоток с непонятными рисунками и пыталась понять, что я здесь делаю, как я сюда попала. Потом меня осенило, что я пропускаю внутренний экзамен на допуск к сдачи экзамена на первую ступень!

Ужаснувшись, я подскочила на кровати и попыталась встать. Запутавшись в простынях благополучно улетела мордой в пол. Послышался неприятный хруст, ознаменовавший, что я кажется нос сломала и последовавшая за ним боль. Верхом этого ужаса было что–то тяжелое и холодное, упавшее мне на спину сверху и выдавившее их легких остаток воздуха.

Кое–как встав на четвереньки, я попыталась скинуть что–то со спины. Этого мне сделать не удалось. Зато я увидела, что одета я в белую пижаму с ромашками, которую я вижу в первый раз.

Послышались крики за дверью, громкие шаги. Превозмогая боль и хор гоблинов в голове, я забралась в постель, придавив что–то на спине, и кое–как прикрылась ненавистной простынёй.

Деревянная дверь едва ли не слетела с петель, и в комнату вошла женщина.

Я узнала её сразу. Невероятный и потрясающий маг Светлого королевства, о которой слагают легенды, пишут книги, обсуждают в газетах и маговизоре. Она — пример для подражания каждой девушке, стремящейся стать алмазным магом — герцогиня Эльвира Илларионовна Бессмертных!

Увидев меня, её прекрасное лицо исказило раздражение, а между бровями легла складка.

— Ну почему ты не могла просто полежать, — злым голосом сказала она, испугав меня.

Стремительным шагом она подошла ко мне, села на кровать, и приложила руку к лицу. Тепло тут же разлилось по телу, стирая боль, гоблинов, усталость.

Только пелена окутывающая сознание так и осталась висеть. И так, что мы имеем? Алмазную леди и моего кумира, лечащего меня. Какой после этого экзамен на первую ступень?! Зато никто из моих одноклассников не сможет похвастаться, что его лечила сама Алмазная леди!

— Ты как? — поинтересовалась она, убирая тёплую руку.

На её лице появилась легкая улыбка.

— Н-нормально, — дрожащим голосом ответила я.

— Я рада, — она ласково провела по моим растрепанным волосам.

Я млела от этих прикосновений. Сама Алмазная леди печется обо мне! В голове рождались тысячи вопросов, но исчезали прежде, чем я могла за один из них зацепится. Я просто смотрела на неё преданными щенячьим глазами, не в силах что–либо сказать. Наверное, увидь меня сейчас мои друзья — они были бы в шоке. Я обычно за словом в карман не лезу, но сегодня я просто молчу. Ася бы долго пыталась выяснить, чем я заболела. Вероника, Леська и Тася бы смеялись, а Сатурн бы разнёс эту новость на всю Школу и следующая пара по нежетиведению превратилась бы в персональный ад простой школьницы организованный советником короля.

— Раз так, то думаю можно запустить твоих друзей в палату. Мелитриса уже извелась, ожидая, когда ты проснёшься.

— Какая Мелитриса? — нахмурилась я.

Странное имя. Впервые такое слышу.

— Твоя подруга, с которой вы не разлей вода, — пожала плечами она.

— Моя лучшая подруга Ася, — недоумённо сказала я.

— Ты не помнишь Мелитрису? — снова нахмурилась Алмазная леди.

— Нет, — честно ответила я. — А что с экзаменом?

Почему–то экзамен меня интересовал больше чем какая–то там подруга.

— Каким?

— Ну, экзаменом на первую ступень.

Алмазная леди нахмурилась сильнее.

Прежде, чем она продолжила, у меня под спиной под спиной 'что–то' зашевелилось. Выгнувшись, я приложила усилие, чтобы достать 'это'.

Черный, как уголь дракон с большими круглыми щенячьими глазами, а в округлой пасти он держал простыню. Черные крылья с только формирующимися шипами, хвостик молнией и непропорционально большое туловище относительно четырёх маленьких лап, заканчивающихся острыми коготками.

— Плюнь, бяка, — грозным тоном приказала я своему дракончику.

Тот состроил умоляющие глазки, но я была тверда в своё решении и ему пришлось выплюнуть простынь.

— Что ЭТО такое? — ровным тоном, от которого у меня мурашки пробежались по спине, поинтересовалась женщина.

— Мой дракончик Уголёк, — призналась я.

— И откуда он у тебя? — так же спросила она, пронзая моего любимца взглядом изумрудных глаз.

— Когда я была маленькой, мне мама подарила яйцо, а дракончик вылупился месяц назад, — ответила я честно, прижимая к груди любимца.

Тот блаженно заурчал в моих руках.

— Н-да, а я предполагала, что хуже быть не может, — тихо сказала мой кумир, а затем обратилась ко мне. — Когда ты говоришь у тебя экзамен?

Я не успела ответить, как в комнату вихрем влетела толпа людей, и лишь громко и властное 'Стоять!' алмазного мага остановило их на подходах к кровати. Из знакомых были: отец, Ася, бесящая меня школьная заводила Ирма, Женя из моего класса и Маркус — друг детства. Остальные — златовласая миленькая девочка в чёрном кружевном платье, маг в белой мантии, судя по аквамариновым глазам и характерной внешности — один из принцев королевства, незнакомый алмазный маг в мантии Черного королевства и худощавый парень со странной прической.

— Эльвира Илларионовна, так не честно! — запротестовала чистым голосом златовласая. — Мы месяц ждём, а вы нам тут 'Стоять'.

— Крис, уведи всех.

— Нет, дорогая, — отказался черный маг. — Они имеют право хотя бы на пять минут свободного разговора.

— Хорошо, — маг развела руками. — Но учтите, что Элина потеряла память и как минимум половину из вас она видит в первый раз.

— Потеряла память? — чуть ли не хором повторили все, в том числе и я.

— Да. А теперь пошли все вон!

Эпилог

— Напомни мне ещё раз, что я здесь забыла? — холодно поинтересовалась Алмазная леди, глядя на небольшую церквушку, перед которой мы вышли из портала.

Я хмыкнула, глядя, как она теребит в руках кольцо с изображением короны. Потускневшее, местами почерневшее, кольцо ну никак не подходило к её красивым рукам. И, тем не менее, по неким причинам женщина не хотела с ним расставаться.

Алмазная леди сегодня представляла образец красоты, грации и… недовольства.

— У тебя сегодня свадьба, — в который раз за это утро повторила я ей.

С того момента, как я очнулась в больничной палате и не помнила практически два года своей жизни прошло чуть больше шести месяцев. Алмазная леди, оказавшаяся моей крёстной (я была в шоке), все это время неустанно следила за моим состоянием и совсем не ладила с моим дракончиком Угольком. Тот отвечал ей полной взаимностью, предпочитая водится только со мной. За это время Алмазной леди и коллективу магов из пяти человек удалось частично восстановить мою память. Я вспомнила и Мелитриса, и принца Гедеона и Криса Милстрон — Вайзера и всех остальных, кого я не помнила.

Как мне рассказала Мелитриса, когда мы остались вдвоём — она тоже частично потеряла память, вместе с Маркусом, Эльвирой, Крисом и многими другими магами, кто сражался тогда против Корада.

Светлое королевство, объединившись с магами остальных королевств уничтожило Корада, уничтожило почти всех из секты 'Братьев тьмы'. Но вот какой ценой. Половина Эрна лежала в руинах. Все, кто был в городе — частично лишились памяти, причем на разные промежутки времени. Кто–то за несколько часов, кто–то за последние два дня или три недели. Мой случай был самым серьезным и самым трудноостанавливаемым. Как мне объяснили, это было связано с моим близким местоположением к месту вспышки света, после которой всё и закончилось.

Что примечательно, всё это время Крис Милстрон — Вайзер пытался заставить выйти за него замуж мою крёстную. Ну как заставить. Она–то согласилась при неизвестных нам обстоятельствах, чему свидетельствует кольцо на безымянном пальце, а вот с церемонией решится никак не могли. Эльвира панически боялась большой торжественной церемонии и свадьбы вообще. И я не удивилась, когда Эльвира утром разбудила меня, указала на одноразовый портал в руках и объяснила, где мы с ней будем через час.

— Свадьба — это праздник, но я уже её ненавижу, — пробурчала она.

— Идём, — сказала я, потянув её в здание.

Надо сказать, что после тех событий, я магическим образом стала ученицей Алмазной леди. Лучшего учителя я и представить не могла с моим невысоким магическим потенциалом. Вот только была одна странность, о которой я пока никому не говорила, даже Эльвире. Я знала столько заклинаний, плетений, проклятий, вязей, рун, рецептов зелей, причем не только человеческой магии, но и эльфийской, оркской, драконьей, гномьей и всех остальных рас, которые только присутствовали и даже не присутствовали в нашем мире. Самые сильные светлые заклинания и самые черные ритуалы, от которых кровь стынет в жилах, или же жертвоприношения, заговоры на удачу, старинные способы колдовства и даже некоторые виды магии, которые я искренне считала сказкой. Эти знания как будто были со мной все эти пропавшие из памяти два года.

— Может все–таки не стоит? — засомневалась Эльвира не двигаясь с места.

Я повернулась и посмотрела на неё. Одетая, в облегающее белое платье, только подчеркивающее её стройную, статную фигуру, Эльвира сейчас сразила бы весь королевский двор и короля в придачу. Но в её красивых зеленых, как сочная трава глазах, читался страх. Вот уж чего, а того, что она будет бояться своей собственной свадьбы я никогда не представила бы.

Вдруг, за её спиной мне показалось какое–то движение. Я чуть выглянула. Церквушка находилась в такой глуши, что кроме старых ветхих деревьев, взявших непроходимым кольцом маленькую полянку с церковью, здесь ничего и не было. И в этих деревьях, ветки которых были переплетены самыми невероятными образам, я увидела женский образ.

До деревьев было около двадцати метров, но взгляд синих глаз на мгновение парализовал меня, а приятный знакомый голос в голове прошептал:

'Тетрадь теперь в тебе. И запомни, мир на грани уничтожения. И только Полуликий сможет его спасти'.

Кто бы это ни был, но она исчезла после этих слов, оставив меня с колотящимся сердцем и ужасом в глазах.

— Лина? Что с тобой? — настороженно спросила Эльвира.

— Все в порядке, — дрожащим голосом ответила я.

Женщина обернулась, ничего не увидела, а затем обратилась ко мне.

— Идём лучше и покончим со свадьбой, а то у тебя такое лицо, будто ты призрака увидела.

— Лучше бы это был призрак, — тихо пробормотала я себе под нос.

В светлой деревянной церквушке стоял смешанный запах свечей, кошенной травы и ладана. Нас уже ждали Крис Милстрон — Вайзер, одетый в парадный костюм жителей черного королевства, Маркус, Мелитриса и смутно знакомый старый священник. При виде моей крёстной лицо жениха слегка вытянулось, как впрочем, и остальных присутствующих, ну, за исключением священника. Я мысленно поблагодарила мать Мелитрисы, которая в это утро одевала Эльвиру. Странно, но Сайма больше Криса желала, чтобы Эльвира вошла в их семью, хотя по рассказам знала, что эти две женщины давние соперницы.

— У меня всего три свободных минуты, — тихим, но холодным голосом сообщила моя тетя.

Все тут же пришли в чувства. Я отошла от крестной и встала между Маркусом и Мелитрисой. Маркус тут же обнял меня за талию как ни в чем не бывало. Мелитриса только возвела глаза к потолку. Она знала, что мы встречаемся, более того, всеми силами способствовала этому, но Маркуса и его любые поступки часто встречала в штыки. Для меня это их странное поведение оставалось загадкой. Кстати, после той вспышки проклятие Маркуса пропало само по себе, что нас несказанно обрадовало.

Священник быстро зачитал короткий отрывок из вступительной речи, опустив большую часть церемонии. В противном бы случае Эльвира начала бы бесновать и церковь быстро бы превратилась в филиал Дома с Приведениями. Алмазная леди потеряла способность создавать обычную, привычную этому миру магию. Её магические каналы были уничтожены. Один из молодых магов на Белом Совете решил как–то подшутить над ней по этому поводу. Кто ж знал, что к магии другого измерения это не относится. В общем, башню Белого Совета пришлось отстраивать заново.

— Властью данной мне церковью перед лицом Единого Бога объявляю вас мужем и женой, — заключил священник.

— Элина, идём!

Прежде чем я успела что–либо понять, меня схватили и потащили вон из церкви.

— А как же поцелуй? — послышался возмущённый возглас новоявленного мужа.

— Дома поговорим, — отмахнулась Эльвира, ускоряя шаг.

— Через час чтоб в Дальнем Мосту была! Элина проконтролируй!

Попробуй тут проконтролируй её, подумала я, едва поспевая за своей крёстной.

Крепость снова восстанавливают объединёнными силами Светлого и Черного королевства. Эльвиру снова вернули на пост коменданта, а со стороны Черного комендантом назначили её мужа. Так что чувствую, скучно не будет. А если учесть что там поселилось около десятка разумных драконов, проникнувших в наш мир, среди которых оказались два моих любимчика, три ледяных дракона и Уголек, который вроде и разумный, но тщательно скрывает это от всех, кроме меня, то моя предстоящая жизнь в роли ученицы Алмазной леди будет полна неожиданностей.

Конец второй книги.

Content

Гриненкова Лилия Тетрадь мага[СИ]

Гриненкова Лилия Школа Магии #2 Тетрадь мага

Глава 1 Новое о старых друзьях

Глава 2 Проклятие или благословение?

Глава 3 Неожиданные гости

Глава 4 Драконы

Глава 5 Возвращение в школу

Глава 6 Призраки

Глава 7 Кон–нуан

Глава 8 Скелет на кухне

Глава 9 Самый страшный преподаватель

Глава 10 Вечерняя история

Глава 11 Что такое «не везёт» и как с этим бороться?

Глава 12 Детские истории

Глава 13 Наставник

Глава 14 Кошмары возвращаются

Глава 15 По ту сторону гор

Глава 16 Спасение пришло откуда не ждали

Глава 17 Музыка, Клинки, драконы

Глава 18 Раз Клинок, два Клинок

Глава 19 Вы не ждали, а мы пришли

Глава 20 Все закончилось так и не начавшись

Эпилог