Михаил Кисличкин (Сухонин Сергей Сергеевич)

Офицер Империи Зла 2

Центурион Империи Зла

Глава 1

Илья Анечкин окинул взглядом добровольцев, выстроившихся в полном боевом облачении на опушке леса рядом с базой славей. Полторы сотни сынов императора, все как один молодые опционы, месяц назад закончившие учебу в училищах внешней дивизии "меч" или внутренней дивизии "контроль". Элита русской империи. Кровь с молоком, лучшие из лучших. Глаза горят, грудь колесом, выправка безупречна. Каждый из них одолеет Илью, не особенно напрягаясь. Если не брать в расчет его симпанток, ясное дело. Лода и Карри ныне возмужали, если про них можно так выразиться, да и опыта поднабрались.

Центурион перевел взгляд чуть в сторону, на второй строй. Тоже около двухсот добровольцев. Только там стоят молодые слави из последнего выпуска учебки второго легиона. Все как одна со своим оружием. Взгляды голубых глаз на юных лицах серьезны, золотые косы аккуратно заправлены под камуфляж, форма наглажена, амуниция начищена.

Орлы и орлицы, одним словом. Ах да, еще в трех шагах от него замерли два мастер-ножа Ленааа, попавшие вместе с флотом Слави на Землю. Тоже в полном боевом.

Кажется все в сборе? Пора начинать.

— Кто я такой вы, наверное, все наслышаны, — начал Илья свою речь. — Но все же представлюсь для порядка. Я центурион Анечкин Илья Сергеевич, командир боевой группы симпантов, представитель империи у славь и, чего уж скрывать, муж матриарха всея Славии. И ко всему этому, возможно, ваш будущий командир. Другой подходящей кандидатуры для командующего нашей сборной солянкой как-то не нашлось, — развел руками офицер. — Каждый из вас, будь то офицер императора, или славя из легиона матриарха, подал рапорт на перевод в отдельный совместный батальон союзнических вооруженных сил. Мотивы, по которым вы это сделали, дело ваше. Но сейчас имперское руководство и лично Славя хотят узнать на что вы годитесь. И можете ли работать вместе.

Илья сделал паузу, внимательно вглядываясь в лица добровольцев. Большинство серьезны, но некоторые прячут улыбочки. Причем и в том и в другом строю. Плавали, знаем. Парни наверняка думают: что нам эти инопланетные девчонки, мы им покажем, что такое русский спецназ. А Слави вообще мужиков за серьезных противников не держат, у них психология такая. И те и другие ошибаются. Ох и весело будет. Нафига он на это согласился? Впрочем, кто бы его спрашивал….

Мотивы молодых офицеров понятны: участие в престижнейшей экспериментальной космической программе под контролем самого императора, красивые слави, повышенный оклад, карьера. Интересно и здорово же. Илья смотрел на них с сочувствием, — он это уже проходил. Но каждый выбирает для себя, не так ли?

Слави в отряде, кстати, тоже по сходным соображениям. Хотя Славя и старалась по возможности эвакуировать гражданский персонал и родственников своих бойцов, все равно военных в ее экспедиции большинство. А это все женщины. Мужчин — славей дееспособного возраста наберётся хорошо, если пятая часть от всех прибывших на Землю. А девушки молодые…. Тут и совместная с людьми программа подоспела. Кому командовать этой гремучей помесью спецназа и клуба знакомств? Ему, Илюше. От совместного приказа родной жены и своего императора не отвертишься. Наплевать им на то, что он, по сути, молодой недоучка. Любая другая кандидатура, видите ли, не достаточно компромиссная для двух рас.

— Славя, ты понимаешь, во что это выльется? — услышав с месяц назад за обедом новость о создании совместного батальона, Илья чуть не подавился борщом. — Молодые слави и молодые мужики, в одном подразделении, да еще и жить будут в одной казарме, пусть и в разных комнатах? Они такого наворотят…. Зачем?

— Илюша, нам вместе осваивать новую планету, — поставила на стол тарелку с хлебом, чесноком и тонко нарезанным салом Славя. — Скорее всего, аристократки на Славии вынуждены будут участвовать в космической программе на моих условиях, деваться им некуда, иначе их просто сметут. Славей будет много, миллионы. Вопрос мирного сосуществования наших рас никуда не делся, он просто отложен. Нужен эксперимент. Мы можем жить и работать друг с другом или нет? Способны ли люди и слави строить общий быт или нам нужно соблюдать дистанцию? Если есть проблемы, то какие и в чем они выражаются? Биологические, психологические, коммуникативные? Это надо знать уже сейчас, и одной нашей семьи для этого мало.

— Я боюсь, что наши парни и твои слави они же в скором времени друг с другом все….

— Это как их гонять. У хорошего командира после отбоя бойцы валяться в койку замертво, без всяких глупых мыслей.

— Да все равно.

— Ну, возможность появления совместного потомства у людей и славь тоже надо проверить, дорогой. Сходство генов двух рас очень велико, однозначного ответа генетики дать не могут.

— Как будто мы с тобой не проверяем, — улыбнулся Илья.

— Так будет лучше, — мягко сказала Славя. — Илья, ни людей, ни славь никто неволить не будет. Все они будут добровольцами.

— Не завидую я тому чудику, который будет ими командовать, — зачерпнув ложкой борщ, Илья понес ее ко рту.

— Ты дожуй сначала, чудик, а потом я тебе расскажу, что решили насчет их командира — улыбнулась матриарх.

— Решение о приеме в специальный батальон каждого из вас, будь то человек или славя принимаю единолично я, — продолжал Илья. — Моим заместителем по работе со славями является мастер-офицер второго легиона, госпожа Сфео, но ее приказы обязаны выполнять все. Сейчас начнется экзамен. Сначала — марш бросок на десять километров по пересеченной местности, затем полоса препятствий, потом стрельба из двух видов оружия. Люди должны показать результат стрельбы не ниже оценки хорошо по имперским нормативам из автомата, и не ниже оценки удовлетворительно из импульсников славь по нормативам второго легиона. Слави — наоборот. И четвертый этап — рукопашный поединок на ринге с мастер-ножом Ленааа. Задача — остаться на ногах в течение двадцати секунд. Или меньше, но в этом случае мастер-нож должна решить, что боец сумел оказать ей достойное сопротивление. Задача ясна? — Илья еще раз осмотрел притихший строй. Тогда начинаем по моей команде.

По полю все бежали вровень, но в лесу у людей начались первые трудности. В середине сентября деревья и кусты еще не успели сбросить листву и бежать не так-то легко. Для славь лес — родная стихия, они легко скользили между деревьями, казалось, вовсе не касаясь земли ногами и опережая спецназовцев. Тем не менее, пока все держались в рамках нормативов. А на болотистом участке люди стали нагонять инопланетянок. По уши в грязи они упорно ломились через болото как кабаны, в то время как слави начали невольно выбирать участки почище и посуше, теряя время. Было у них какое-то иррациональное отвращение к грязи, не любили они ее. А уж запачкать косу считалось вообще последним делом. Потом снова был ровный участок, затем лесной бурелом. Десять километров маршрута были подобраны не спроста.

Центурион бежал по прямой "инспекторской" дорожке вдоль извилистого учебного маршрута, наблюдая в бинокль за экзаменуемыми. К концу первого испытания люди явно выдохлись больше чем слави. У инопланетянок особая энергетика, они могут бежать долго. Вот и тут: один из молодых офицеров явно устал после болота, едва ноги переставляет. Не успеет по нормативу.

На глазах удивленного Ильи рядом с землянином притормозила, подождав парня, одна из обогнавших его ранее славь. Быстро приложила палец к его губам в универсальном жесте "молчи, не дергайся" и резким движением достала из под камуфляжа свою косу. Та змеею скользнула под воротник парня, а через пару секунд вынырнула обратно. Удивленный свежим притоком сил, парень попытался было поблагодарить инопланетянку, но та лишь кивнула головой и махнула рукой вперед — беги быстрее, время не ждет. Ей самой дальнейший бег дался труднее, судя по нескольким неуверенным движениям. Илья аж умилился. Как все знакомо.

В норматив времени для марш броска не уложились пятнадцать человек и всего одна славя. Зато с полосой препятствий дело у земного спецназа пошло лучше. Слави ловкие и выносливые, но вот с силовой составляющей у них, по сравнению с людьми, не очень. А тут стены, подъем по канатам, опять грязь и ямы. Людям полегче, они в училище к этому привычные. А во втором легионе немного другая программа обучения. Илья даже испугался, что отсеется больше половины инопланетянок. Но нет, тут свою роль сыграло джентльменство спецназовцев. Как не протянуть руку девушке или не подсадить ее на высокую стену, если ты видишь, что она сама не может? Илья не вмешивался. Помощь товарищу правилами не запрещалась.

Перед началом поединков с Ленааа был десятиминутный перерыв на отдых, чтобы дать бойцам, выходящим на поединок первыми, и тем, кто будет драться в конце, равные шансы.

Люди и слави валялись на траве вперемешку, восстанавливая силы, грязные и мокрые от пота и болотной воды. Никто уже не улыбался и не пытался форсить — будущие сослуживцы оценили друг друга. Так оно и задумывалось.

Первый боец не продержался и десяти секунд. Ленааа почти неуловимым движением нырнула ему под руку и провела подсечку. И тут же достала зеленую карточку, подтверждающую: боец годен, оказал серьезное сопротивление. А вскоре Илья понял всю глупость своей затеи про бои с мастер-ножами. Он-то хотел посбить спесь с молодых офицеров и заставить уважать Ленааа. А получилось плохо: никто не хотел всерьез драться. Спецназовцам было трудно всерьез ударить тоненькую хрупкую девушку с фиолетовыми волосами. Рука не поднимается. Мастер-ножи в силу своей психологии не могли, да и не хотели бить мужчин, их воспитывали охранять и защищать самцов, а не резать. Будь перед ними далззаа, тогда, конечно, — крови было бы по колено. В результате большинство поединков свелись к этакому неявному договорняку. Спецназовцы как бы нападали, а ленааа давали им продержаться положенное время, или клали на лопатки максимально щадящим способом, но потом всегда доставали зеленую карточку. Правда, несколько человек попытались драться жестко и получили суровую ответку. Три перелома рук и два перелома ребер врач зафиксировал. Непонятно, как этого добились в Ленааа, но их мастер ножи были слишком быстрыми для человека и даже для славь, да и к тому же "читали" движение противника едва оно только начиналось. Славям, кстати, пришлось труднее. Такого пиетета как к мужчинам Ленааа к ним не питали и работали жестче, отсеивая примерно каждую четвертую претендентку.

Результатом всего экзамена Илья был доволен. Осталось чуть больше сотни землян и примерно столько же славь. Нормально. Илья окинул взглядом отсеявшихся претендентов, грустно сидевших на земле. И увидел в их кучке ту самую славю, которая помогла незнакомому парню во время марш-броска. Они оба сидели рядом среди выбывших, грустно смотря друг на друга, инопланетянка и спецназовец. Разлука ты разлука….

— Так, этих двоих тоже зачислить. — Скомандовал Илья стоявшей рядом Сфео.

— Они выбыли еще до поединков, — удивилась инопланетянка.

— Это приказ Сфео. Что, я один как дурак страдать должен? Давай дадим новой парочке шанс отравить друг другу жизнь. Раз уж у них любовь с первого взгляда.

Инопланетянка внимательно присмотрелась к сидящим вместе парню и девушке.

— Да ты жесток командир. Она же его вконец заняшит, если их не разлучить.

— А ты проведи с ней воспитательную беседу, о том, что мальчиков няшить нехорошо и не спортивно. Ты у меня зам по славям или где? А то я сам тут всех заняшу, начиная с тебя.

— Есть господин центурион!

— Вот то-то же.

— Слушаю, Славя, — Илья поднес руку к уху, активируя защищенный канал связи подавшего сигнал коммуникатора. — Что? Когда? Надо же…Лена? Хорошо, скоро буду.

— Представляешь Сфео, "Согревающий свет" обнаружил в космосе флот Ленааа из двух кораблей. И только что на связь вышел Максимов. Ленааа готовы к колонизации новой планеты.

— А Лену назначили главой экспедиции?

— Точно! Как ты догадалась?

Давно Илья так не волновался, как сейчас, стоя рядом со Славей у ворот базы славей. Темно — фиолетовый, причудливых очертаний, с острыми плоскостями аэробот Ленааа появился над верхушками деревьев со стороны солнца и, ненадолго зависнув над поляной, стал медленно опускаться вниз. Для атмосферных полетов Ленааа использовали тот же принцип что и имперцы со своим двигателем Бэйла. Но воздушное судно их цивилизации Илья видел впервые. А ведь он мог тогда нажать другую кнопку, и все бы сложилось иначе…впрочем, не надо об этом.

В севшей на посадочную площадку машине откинулась боковая аппарель и из проема показалась Лена. Живая и здоровая, с фиолетовыми волосами и в зеленом камуфляже со странными петлистыми узорами, как всегда с ножнами на боку. Лена….

— Пойдем, поздороваемся, — дернула его за рукав Славя. — Да не смотри ты на нее так. Я понимаю, старая любовь не ржавеет. Но все же Илюша, у тебя кроме меня и твоих симпанток теперь целая сотня молодых славь. Казалось бы, куда еще?

— Не ревнуй, — строго сказал парень. — Не надо Славя. Я же выбрал тебя.

— Если бы ты, — вздохнула инопланетянка. — А то ведь все непонятно, кто, кого и как выбирал. Ладно, проехали.

Следом за Леной из аэробота вылез Максимов, одетый в парадную офицерскую форму. Все вместе они подошли друг к другу с разных концов площадки, как высокие договаривающиеся стороны. Встали посередине, все четверо, посмотрели друг на друга, не говоря ни слова. И крепко, от души обнялись, словно три мушкетера и Д'Артаньян двадцать лет спустя.

— Ты у нас теперь Матриарх, — странным тоном сказала Лена, обняв Славю. — Молодец подруга, высоко летаешь.

— Да ты тоже не промах, — Славя внимательно осмотрела знаки различия на камуфляже Лены. — Нашивка старшего мастер-ножа стаи, значок личного доверия вожатой, иероглиф полномочного представителя… Я хоть и матриарх, но в изгнании, а ты хоть еще и не вожатая, но в большом фаворе. Еще непонятно, кто круче.

— И только Илюша у нас пока выше центуриона не взлетел, — весело добавил Максимов. — Хотя что-то мне говорит, девчонки, что он нас всех еще обойдет, какие его годы. Очень он непростой фрукт.

Илья внимательно смотрел на Максимова и Лену. Как стоят, как смотрят друг на друга. И вдруг со странным, удивившим его самого облегчением, понял, что между ними ничего нет. Просто хорошие друзья.

— Пойдем к столу, — тоном радушной хозяйки сказала Славя. — Отметим встречу. И заодно обсудим наши дела, легат Максимов. Я так понимаю, что первичная колонизация новой планеты ляжет нам на плечи. — Лена, что там с Далззаа? Есть ли разведданные по новой планете?

— А то тебе твоя разведка еще не донесла, что да как, — чуть улыбнулась Лена. — Кто вел перехват наших переговоров с имперскими станциями связи? Как-то странно проходили шифрованные информационные пакеты, знаешь ли. Контрольные сроки слегка не выдержаны, информационная энтропия выше расчетной. И "Согревающий свет" рядом крутиться, все антенны раскрыты, решетки кристаллов дорта энергией запитаны так, что аж светятся…

— Я не слежу за союзниками, — помотала головой Славя. — Ищите проблемы со связью у себя.

— Ну, конечно, кто бы спорил, — легко согласилась Лена. — Я понимаю, все это просто случайность.

— Рейдер дальней разведки фиолетовой стаи "Острие правды" был перенесен духом цивилизации Ленааа в звездную систему с нашей будущей планетой, — Максимов сделал глоток крепкого чаю и поставил стакан на стол. — Мы ожидали его возвращения, прежде чем лететь на Землю. И не зря, информация привезена самая интересная. Славя, я так понимаю, у тебя комната защищена от прослушивания?

— Обижаешь легат, — сказала матриарх, дожевав очередной кусочек лимонного штруделя. В последнее время ее со страшной силой тянуло на сладкое. Илья даже поинтересовался почему. В ответ Славя сказала, что ей сейчас нужна быстро извлекаемая энергия и вежливо попросила Илью пока эту тему оставить. Дескать, о чем-то важном ты, дорогой, узнаешь первым, а пока не надо интересоваться, у славь от мужчин есть свои маленькие секреты.

— Можете говорить свободно. Чужие не услышат. Рассказывайте, не тяните, — Славя отодвинула от себя пустую тарелку. — На моей базе все под моим контролем. Кроме, пожалуй, его с симпантками, — улыбнувшись, кивнула на Илью инопланетянка.

— Тогда слушайте дальше. Или лучше ты все расскажешь сама, Лена?

— Говори Матвеич, — махнула рукой мастер-нож. — Я тебя со стороны послушаю, если надо, то добавлю.

— Так вот, планета оказалась очень даже ничего. Условное название "Ковчег". Чуть крупнее Земли, но сила тяжести превышает земную лишь процента на три. Атмосфера кислородная, дышать можно свободно. Богатая биосфера: есть леса, джунгли, болота, степи, пустыни — все как полагается. О богатстве недр судить пока сложно, но по первичной информации с этим тоже все в порядке. Смотрящие не соврали, планета действительно подходит для всех трех рас. Суша занимает пятьдесят два процента от поверхности, есть аж шесть континентов. Но разбежаться по ним у нас не выйдет. Самый крупный континент размером с Евразию и расположен вдоль экватора, очевидно, что там наилучший климат и самые плодородные почвы. Да и с ископаемыми там, скорее всего, дела обстоят неплохо. Остальные пять континентов прижаты к полюсам, по площади не дотягивают до Австралии. Там явно беднее биосфера и холоднее чем у экватора. Хотя, конечно, надо разбираться на месте. Первую колонию предполагается открыть на центральном континенте, место выберем по прилету.

— Потенциальные проблемы и риски? — деловым тоном поинтересовалась Славя.

— Далззаа, — скривилась Лена, словно проглотила половинку лимона. — Они уже там.

— Когда успели-то? — заинтересовано спросил Илья.

— А им недолго. Это мы обстоятельно готовимся к масштабной экспедиции, а они уже успели высадиться, пусть и небольшими силами. Один боевой корабль и один транспорт у них остались, вот и мотаются туда-сюда. Дух их цивилизации готов носить корабли Далззаа сколько угодно, как будто у него своих дел нет, — пояснила Лена.

— Сожжем в космосе, как уже было, всего делов, — предположил центурион. — С нашим-то флотом…

— Какой ты быстрый, — покачал головой Максимов. — Было бы все так просто, Далззаа бы вообще в космосе не летали. На орбите Фортуны бой стал возможен только потому, что Далззаа напали первыми и у нас была очевидная правота защищающихся. Поэтому их дух не вмешался в схватку — расклад один к трем был не в его пользу, покровители наших трех цивилизаций стояли за нашей спиной, если можно так про них выразиться. И дали понять в той ситуации, что прикроют своих подопечных. Сейчас этот вопрос открыт. Увидим мы, например, звездолет Далззаа на орбите Ковчега и атакуем его превосходящими силами. А перенесший его дух цивилизации Далззаа обидится и за десять минут превратит весь наш превосходящий флот в обломки. И кто будет в выигрыше?

— Так наши же духи ему не дадут? Которые нас перенесли? — не отступал Илья.

— Не факт. Тебе же лекции читали, чем слушал? — чуть раздраженно сказал легат. — Не те у нас отношения. Духи нам покровительствуют, но они нам ничем не обязаны. Всю цивилизацию они может и будут спасать, а вот какой-то отдельный корабль или даже флот? Не уверен. У них там свои дела, весьма запутанные. Расклад прост: если Далззаа нас атакуют в космосе, то деремся, ясен пень. Если наш дух вдруг скажет "фас" — атакуем сами. На планете наши руки развязаны полностью. Но трогать их первыми в космосе нельзя, можно нарваться на очень большие проблемы. Вообще-то во вселенной войны не очень приветствуются и задир не любят. Сложно все Илья, нельзя просто так взять и начать со всеми встречными расами воевать, старшие товарищи вроде духов цивилизаций или смотрящих обязательно дадут по шапке. Зато шанс выжить дают всем. В космосе все как "на раене", писаных законов нет, но понятия имеются и уважать их надо.

— Далззаа только часть проблемы, — вступила в разговор Лена, взяв из серебряной вазочки очередное миндальное печенье. — С самой планетой не все так просто. Рейдером обнаружены руины технологической цивилизации и разумная жизнь.

— Вот так сюрприз, — удивилась Славя. — Нам обещали пустую планету под колонизацию, пригодную для жизни и развития. Это как понимать? Смотрящие хоть что-то объяснили?

— Вожатая Ленааа с ними общалась, — ответила Лена. — Ей сказали, что по биосфере и наличию ресурсов планета нам подойдет, все без обмана. А остатки цивилизации и аборигены не имеют значения и мы можем поступать с ними как хотим. Потому что это остатки неправильной, искаженной цивилизации, которая не нужна.

— Что значит не нужна? — заинтересовался Илья. — Кому не нужна?

— Не знаю. Нет ответа. Я сказала все что слышала, — вскинула на Илью свои зеленые глазищи Лена, характерным для Ленааа жестом слегка наклонив голову влево. — Насколько поняла вожатая подтекст был следующий: снесите их и забудьте. Но формально: делайте с ними что хотите.

Аборигенов немного, они живут в разрозненных поселениях, не связанных друг с другом серьезной инфраструктурой, — продолжила свой рассказ инопланетянка. — Где-то технику используют, где-то нет. Технический уровень довольно отсталый. Вроде бы. Похоже на картину выживания остатков цивилизации после крупной катастрофы. Что-то у них произошло, — добавила Лена. — Причем это не глобальный военный конфликт, нет характерных признаков, тут бы наша разведка не ошиблась. Видимо, это "что-то" связано с тем, что их цивилизация признана "неправильной".

— А разбираться с этими загадками нам. Вот уж спасибо, — недовольно сказал Илья.

— А я ничего другого и не ожидала, — погладила машинальным жестом косу задумавшаяся Славя. — У смотрящих всегда так. Все с двойным дном. Вспомнить хотя бы нашу эпопею на Фортуне — ожидали одно, получилось совсем другое. Причем лично мне понятно, что союз наших рас был смотрящими запланирован изначально, хотя сначала говорили только об индивидуальной проверке. А теперь опять задуман какой-то хитрый план, кто бы сомневался.

— Поживем, увидим, — согласилась с ней Лена. — Деваться неуда подруга, будем разбираться. Илья, ты, говорят, теперь командир первого совместного отряда людей и славь?

— Да. Кстати двое твоих мастер-ножей тоже в нем по приказу Слави. Впрочем, ты в любой момент можешь их отозвать, это твои люди.

— Зачем же? Нет, Ленааа тоже хотят участвовать в эксперименте. Только сотню мастер-ножей я тебе не дам, у самой недостаток бойцов. Но три десятка под твое начало откомандирую.

— Буду рад. Но только если это будут добровольцы.

— Какие еще добровольцы? Илья, это у людей и славь в армии бардак и есть всякие добровольцы. У нас все мастер-ножи выполняют тот приказ командира, который он сочтет нужным им дать. Я им прикажу и они будут служить тебе. Но будь достойным командиром, другие Ленааа будут наблюдать.

— Короче говоря, принимай подкрепление, батяня-комбат. — Подытожил Максимов. — Но имей в виду, за своих мастер-ножей все Ленааа и Лена лично с тебя строго спросят. У них интересная система сложилась: мастер-нож выполняет любой приказ прямого командира. Буквально любой, даже недостойный, преступный или самоубийственный. Но потом с командира обязательно спрашивают за судьбу каждого солдата. И если что, то погонами потом не отделаешься, за косяки с подчиненными командиры Ленааа часто отвечают жизнью. Причем не только за бессмысленную смерть солдат по вине командира, но и за плохое обращение, оскорбления, несправедливость к подчиненным. И гораздо строже чем у нас.

— То есть я за мастер-ножей отвечаю лично перед Леной? И если она она решит, что я командовал ими недостойно, то она прикажет мне вск….

— Вот этого вот не надо, — перебила Илью Лена. — Но да, сам принцип ты понял верно. А если я, допустим, прикрою твои преступные приказы, отданные подчиненным тебе Ленааа и не прикажу вскрыться тебе, то вожатая стаи заставит вскрыться нас обоих. Илья, мы через такую войну прошли, что иначе просто невозможно. Но ты не Ленааа, ты вообще мужчина, кроме того жизнь во все вносит свои коррективы. Не прикажу я тебе вскрыться, не волнуйся. Да и ты не подчинишься. За все отвечаю перед вожатой лично я. Просто командуй моими бойцами достойно и справедливо. Чего непонятного? — Зеленый взгляд Лены снова впился Илье в лицо.

— Да не, все ясно. Лена, я в принципе и без мастер-ножей обойдусь.

— Ты не понял, Илья, — улыбнулся Максимов. — Это уже приказ. Центурион Анечкин, я приказываю взять в совместный союзнический батальон под свое начало тридцать бойцов Ленааа. Такова была воля императора.

— Есть, — с кислым выражением лица ответил Илья. — Но Иван Матвеевич, вы там со своими расовыми экспериментами перегрузить верблюда не боитесь?

— У всех свои проблемы, боец.

Глава 2

— Так тебя сегодня не ждать? — Илья уже все понял, но все же решил уточнить еще раз.

— Нет, Илюш, — донесся из коммуникатора голос Слави. — Я сегодня с Леной в Диастаре. Совещание имперского совета по колонизации. Думаю эта говорильня как всегда затянется до ночи, так что заночую там же.

— А завтра ты на орбиту?

— Да, надо решить ряд вопросов по матчасти на месте. Лучше один раз увидеть проблему своими глазами, чем потом разбираться до посинения с отчетами и заявками флотских сидя на базе.

— Славь, Славушка, — Илья сам удивился, услышав в своем голосе жалобные нотки, — мы с тобой уже пять дней не виделись. И ты снова пропадаешь…

— Илюша, дорогой, я по тебе тоже очень скучаю. Но дела не ждут, понимаешь?

— Понимаю, — вздохнул центурион. — Дела-делы, они такие, никогда не ждут. Пока, Славя.

Парень убрал коммуникатор и присел на кресло в их со Славей комнате. Тяжела и неказиста жизнь простого принца-консорта. Никому ты не нужен. И что самое обидное, в этот ноябрьский день он был совершенно свободен. Сегодня в батальоне первая большая увольнительная, на два дня. Не стоит появляться в расположении и портить праздник появлением начальства представителям сразу трех разумных рас. Дежурные наверняка сообщат командирам рот и взводов, что "наш мачо" явился и шатается по батальону, те будут дергаться, наверняка сообщат Сфео, которая тоже сегодня отдыхает… Кому это надо?

Вот кстати, что это за кличка "мачо"? Почему его подчиненные за глаза зовут Илью именно так? Какое-то старое слово, непонятно откуда взявшееся, но поди же ты, прижилось.

Нет, Илья не рассчитывал, что его за глаза будут называть "батяней" или другим уважительным словом, но "мачо"? Ладно, спасибо, хоть не "щенок". Непростое это дело, командовать батальоном, а уж его особым батальоном… Проще всего было с Ленааа. Мастер-ножи, они такие. Тихие, вперед не лезут, но приказы выполняют точно, от работы не бегают, не выделываются. Хотя все как одна скрытные и себе на уме. Илья с самого начала взял себе за правило общаться с Ленааа на равных, в уважительном тоне и не проиграл, скорее даже снискал некоторый авторитет. Впрочем, Ленааа в батальоне были несколько наособицу. Илья даже не знал толком, крутят ли они романы с его офицерами, конспирация на высшем уровне. Разведчицы-диверсантки, что с них взять.

С молодыми офицерами, когда они одни, Илья тоже находил взаимопонимание, как ему казалось. Да и парни в целом командира уважали, хотя бы за боевые награды. Но вот молодые парни и слави вместе… Все, тушите свет, выключайте звук. Гремучая смесь.

Хуже всего то, что они постоянно друг перед другом выделывались. Своей крутостью, умениями, красотой, няшем. Любовь вспыхивала как пожар на керосиновом заводе, людей и славь приходилось одергивать постоянно. Хорошо еще, что Сфео молодые слави боялись до икоты, сумела его помощница себя поставить. Илье пришлось потруднее. Вы знаете как умеют издеваться слави, глядя прямо в глаза своему командиру? Нет, вы этого не знаете. Стоит такая красава с золотой косой перед тобой по стойке смирно, есть глазами, отвечает по уставу. А тебе понятно, что она над тобой откровенно ржет. И это не только тебе, это всем вокруг понятно. Какие-то неуловимые нюансы позы, голоса, интонаций, не поймешь. И няшем, глядя тебе в глаза, слегка-слегка поддавливает. Короче, зарабатывает себе у товарищей дешевый авторитет за счет командира, оторва.

Правда, после того как Илья, разозлившись, пару раз сам врезал в полную силу своим няшем по таким любительницам игр с начальством, дело пошло лучше. Но проблемы не рассосались, понятное дело. А ведь ему с ними в бой идти. Хлебнут они лиха на новой планете, это Илья нутром чуял.

— Лода, Карри, — привычно мысленно нащупал сознание симпанток Илья. — Пойдем погуляем?

Лода сразу ответила мыслью-согласием, Карри была слегка недовольна, кажется Илья ее от чего-то важного оторвал.

— Тогда сиди одна, — громко крикнул парень. — Без тебя пройдемся.

— Иду, — отозвалась симпантка из соседней комнаты. — Какой нож для джунглей выбрать, десантный тип два или егерскую классику?

— У Лены потом спросишь. Одевайся.

На улице Илья задумчиво постоял с минутку у крыльца, расковыривая тупым носком гражданского ботинка ледок на небольшой лужице. Посмотрел на затянутое сплошным облачным покровом небо, вздохнул. Подошедшая Лода смешно наморщила маленький носик.

— Мне не нравиться как думаешь. Запах твоих мыслей нехорош. Нажрешься?

— И не думал даже. Но совет неплох, — пожал плечами Илья. — У всех увольнительная, а мы чем хуже? База надоела, в батальон соваться не хочу. Поедем в город, хоть по улицам в гражданском походим, на людей посмотрим. Надоело все, сплошная пахота с рассвета до заката…

— В Бетонщик?

— В него.

Небольшой ближайший от базы городок за последнее время изрядно наполнился людьми, благодаря масштабной стройке космодрома и базы славей. В нем появились новые магазины, рестораны и бары. А еще там было множество гражданского народа. Почему бы одинокому молодому центуриону не погулять там? Лучше в гражданской одежде и в широкой куртке с глухим капюшоном, чтобы не очень отсвечивать известной в сети физиономией.

— Вызовем аэротакси, — решил Илья. — Я погуляю, вы с Карри пробежитесь по магазинам. Тебе универсальный планшет новый нужен, Карри пусть по своим любимым оружейным походит, ножи посмотрит. Погуляете немного. Чего здесь сидеть?

— Мы будем неподалеку, — озабочено сказала Лода. — Если что…

— Само-собой, — кивнул Илья. — Но нет смысла волноваться, Лода. Это обычный город, что там может случиться?

Его симпантки за последний год сильно изменились. Прежние отношения и ментальная зависимость друг от друга никуда не делись, но теперь Лода и Карри выросли из маленьких девочек в личности, у которых появились и свои отдельные от Ильи интересы. Им тоже хочется иногда самим походить по магазинам, посмотреть на что-то новое. Разумные же существа, не роботы.

Расплатившись с пилотом, Илья вышел из аэротакси на площадке у окраины города.

Центурион сразу же накинул на голову капюшон просторной серой куртки и немного ссутулился. Лода и Карри вылезли из салона следом за ним, ежась на свежем ветру. Тепло одеваться девочки не любили, впрочем, к небольшому холоду их организм быстро приспособится сам по себе, не неженки. Приехали. Посмотрим по карманам, все ли на месте, проверим по сусекам, все ли в порядке. Деньги, коммуникатор, офицерское удостоверение, разрешение на оружие категории "можно все". Как сын императора и офицер особого списка, Илья имел право носить любое ручное оружие по своему выбору и в любом месте, за немногими исключениями. Редкая привилегия, которая Илью совсем не грела, если честно. Не был он фанатом стреляющих штуковин, хотя чистка автомата по заведенной еще на Славии привычке позволяла успокаивать нервы и превратилась в привычный ритуал. Так что старый верный автомат, который он привез еще с Фортуны, подаренный женой на день рожденья компактный инопланетный импульсник и даже специально подогнанный под его руку боевой энергонож работы Ленааа остались дома. Не нужны совсем. Нет сейчас центуриона Ильи, бойца, мужа и комбата. Был да весь сегодня сплыл. Сегодня он просто молодой девятнадцатилетний бездельник, который добыл где-то немного гарантов и теперь праздно шатается по улицам. В конце концов, еще три года назад он мечтал о том, что сможет как взрослый зайти в бар и сам купить себе пива с закуской, да как-то с этим в жизни не срослось. Надо же когда-то закрыть фетиш?

— До встречи, девочки, — махнул он рукой симпанткам, — я пойду поброжу, вы тоже не скучайте. Будем на связи, если что. — Илья улыбнулся Лоде и Карри на прощание и быстрым шагом направился к ближайшим домам.

Хорошо же! Наверное, у любого человека было хоть раз в жизни это ощущение. Когда ты отпустил себя из замкнутого круга дел и обязанностей, выбросил из головы все мысли, вышел на улицу и пошел себе налегке, куда глаза глядят, легкий, веселый и свободный как воздушный шарик. Просто так пошел, никуда и ни зачем, наслаждаясь самим процессом.

До бара Илья так и не дошел. Бар — это очень серьезно, как-то слишком тяжеловесно. Не по чину ему. Для простого молодого раздолбая вроде сегодняшнего Ильи Анечкина бутылка дешевого пива, из которой можно прихлебывать на улице прямо из горлышка — самое оно. Под настроение ложиться. Серые облака, редкий снежок, падающий между серыми жилыми домами прямо на грязный асфальт под ногами, бутылка пива в руке и полная свобода вокруг, хотя бы на сутки — это ли не счастье? Если вы не понимаете радости этого момента, то вы в душе не поэт.

Да и надо же давать себе хоть иногда отдых. Последние два месяца Илья только и делал, что учился, пытаясь экстерном впихнуть в себя необходимые комбату знания. В основном по ночам, потому что днем были занятия с батальоном и неизбежная канцелярщина, отнимающая силы и время. Задолбало в самом деле, он уже забыл когда отдыхал, исключая перерывы на еду и шестичасовой сон. Но этот ноябрьский день он все же мечтал провести вместе со Славей… Не срослось. Ну, значит, сам по себе оторвется, имеет право.

После первой бутылки пива душа потребовала вторую и Илья не стал ей отказывать. Но уже после третьего глотка грубая проза жизни вторглась в его планы.

— Распиваем в общественном месте, молодой человек? — двое милиционеров вынырнули буквально из-за угла.

Илья запоздало вспомнил, что так делать нельзя. Административный кодекс империи не велит. Штраф кстати весьма крупный, вроде бы. Но не для сына императора. Сын императора гражданским властям неподсуден, поэтому протокол из милиции уйдет вразумляющим братьям в особый отдел императорской канцелярии, а те уж расщедрятся по полной. И на тройной штраф, и на выговор, и на отметку в личном деле.

И что? Да ничего ровным счетом. Пошли они все…

— Распиваю, — широко улыбнулся милиционерам Илья и сделал еще один глоток.

— Ваше удостоверение личности.

— Пожалуйста, — Илья протянул офицерское удостоверение ближайшему милиционеру.

— Опа…Сын императора, — сразу построжел голос стража порядка. — Смотри Паша, курсант ИЛУ попался. Где-то я его кажется видел…

— Вы к чипу удостоверения подключитесь, почитайте, — посоветовал им Илья.

На выражение лиц милиционеров, читающих на своем коммуникаторе появившуюся информацию, следовало полюбоваться. Мимика менялась на глазах.

— Прошу прощения господин центурион, — вернул Илье документ страж порядка. — Не узнали. Все в порядке, извините.

— Вы поаккуратнее, все же, Илья Сергеевич, — добавил Паша. — Не стоило бы вам так… Всего хорошего.

Патруль исчез, оставив Илью с недопитой бутылкой в руке в недоумении. Почему-то о таком развитии событий он даже не думал, и давить авторитетом ни на кого не собирался. Похоже, сегодняшний загул неприятностями ему никак не грозит.

Ну что же, значит можно продолжить прогулку. Только с алкоголем стоит быть поаккуратнее. Все же он не мальчик, милиционер Паша был прав.

Илья прошелся по центральной улице, заглянул в пару магазинов. Просто так, от нечего делать. Удивительное дело — денег у него полно, а купить нечего. Все уже есть, даже весьма немаленькую зарплату потратить некуда. На базе Славей он на полном обеспечении, в расположении батальона тоже. Везде его с симпантками кормят забесплатно. Гражданская одежда есть, формой обеспечен. Все личные вещи Ильи можно разместить на одном столе и развесить в одном небольшом шкафу. И главное, ничего такого для себя лично не хочется, блин. Была бы у него нормальная семья, можно было бы озаботиться отдельным собственным домом, машиной, еще какой-то собственностью. Но ему-то это зачем? С кем он будет жить в собственном доме, если он уже сейчас жену сутками не видит, да и сам все время пропадает в своем батальоне, пытаясь разобраться с делами и все же, хоть самоучкой, но получить знания нормального комбата? С Лодой и Карри когда они втроем состарятся? Так впереди полет на Ковчег, из которого еще надо вернуться. Даже не так вопрос надо ставить, по-другому. Что он, Илья, вообще хочет от этой жизни? Не другие от него хотят, а он сам, для себя хочет? Вот его жена, инопланетянка Славя, она всегда твердо знала чего хочет и уже матриарх своей цивилизации, пусть и в изгнании. Лена? Пожалуй, тоже, имеет свою цель и к ней стремиться. А он сам? Нет ответа… С другой стороны, стоит ли над этим голову ломать? Дожить бы хоть до тридцати, осмотреться и тогда уж строить планы.

Глубоко задумавшись, Илья бродил по городу до темноты. Походил по центральному проспекту, свернул с него влево на параллельную улицу, затем прошелся еще по какой-то улочке и незаметно для себя оказался в окраинном жилом микрорайоне с многоэтажными домами. Место какое-то глухое: ни крупных развлекательных центров, ни хороших магазинов. В окнах домов стали зажигаться огни, а снег повалил еще гуще. Илья вдруг понял, что он давно протрезвел, замерз и хочет есть. Поэтому, увидев яркую вывеску ближайшего заведения, недолго думая свернул туда.

Ночное заведение располагалось в цокольном этаже дома. Обширный подвал с красными кирпичными колоннами, высокими потолками и минимумом декора. Есть барная стойка, столики и много пустого места под танцпол, где сейчас происходит основная движуха. Народ на танцполе все больше молодой, возраста Ильи, все бодро танцуют под давящую быструю музыку с однообразным ритмом. Одеты хрен знает как, встречаются даже личности в спортивных костюмах. Да уж, тут ему самое место.

Не увидев официантов, Илья подошел к барной стойке. Точно, у нас тут самообслуживание, заказывай здесь выпивку и закуску из лежащего на стойке меню, размером в целых две страницы, и тащи за столик. Из еды — только жареный картофель с котлетами, расстегаи с треской, сосиски в тесте и какие-то странные пирожки сомнительного вида. Винная карта богатством не блещет, выбор водки больше чем вина, для эстетов имеется штук пять коктейлей. Нормально, че. Дешево и сердито. Для небогатой местной молодежи самое то.

Илья взял сока, водки и картошку с котлетой. С удовольствием выпил сто граммов, чувствуя, как потихоньку согревается, закусил холодным жирным ломтиком картофеля фри. Гадость, однако, полевые пайки Ленааа из белкового комбикорма пополам с водорослями и то вкуснее. Хорошо он сегодня погулял. Сейчас еще сто грамм и хватит. Пора звонить симпанткам и добираться на базу.

Илья долил в рюмку остатки водки из графинчика, и уже взял было ее правой рукой, как что-то привлекло его внимание. Точнее кто-то.

Очередная группка молодежи пробиралась к стойке. Три парня и три девушки. И что-то с ними было определенно не так, только вот что?

Все девушки в джинсах и мешковатых свитерах под горло. Длинные темные волосы распущены по плечам сзади. Странный выбор одежды для ночного клуба, но ничего особенного. Парни молодцеватые, подтянутые, одеты просто. Лиц в полумраке не разглядишь, но по поведению видно — они здесь не завсегдатаи. Движения четкие, экономные, чувствуется в них какая-то военная выправка. И еще что-то. Что-то родное для Ильи, хорошо знакомое. Илья с интересом начал наблюдать за странной компанией.

Твою за ногу! Да это же слави, причем его слави. Из его батальона! Какого хрена… Ильей был отдан четкий приказ во время увольнительной инопланетянкам в имперский город не соваться. Во избежание недоразумений так сказать. Гулять разрешалось на базе славей или на нейтральной территории в совместном поселке рядом с ней, где жил человеческий персонал базы, наемные рабочие и некоторые слави. Там же можно было найти бар, дискотеку и даже место для уединения с другом по батальону, если очень захотеть. Людям и инопланетянам надо иногда отдыхать, об этом позаботились давно, еще при строительстве базы.

Между тем, девушки вместе с одним из парней сели за свободный столик, а двое других слетали к стойке и вскоре принесли выпивку и закуску. Илья уже все понял. Замаскировались они, видите ли. Косы спрятали под свитера, сверху надели добытые где-то темные парики, на лица нанесли немного грима. От человека так сразу и не отличишь, а в заведении полумрак, музыка глушит разговоры. Рромантика, блин. Сбежать во время увала вопреки приказу в незнакомый человеческий город, подговорив русского друга по батальону, на котором, не исключено, уже стоит метка молодой хозяйки? Оторваться там втайне от всех, поиздевавшись вместе над недотепой комбатом и самодуршей Сфео? Да не вопрос, выходка вполне в духе некоторых славей.

Хотя нет, стоп. Дело еще хуже, чем кажется. На танцполе заиграла новая песня и по темному залу забегали световые пятна в так музыке. Под такой свет попало лицо одной из девушек, и Илья понял, что это все же не славя. Ленааа, мастер-нож. Волосы крашеные из фиолетовых по природе в черный цвет. Сидит чуть ли не в обнимку с одним из парней. Вот вам и ответ на вопрос, крутят ли Ленааа романы с землянами. Крутят, только тихо.

И что прикажете делать Илье в такой ситуации? Внутренний циник посоветовал взять еще водки и подкатить к компании. Веселиться, так вместе.

"Ну, если ты хочешь угробить свой куцый авторитет полностью, выставить себя идиотом и сорвать ребятам гулянку, то я не против", — согласился с ним голос разума.

Оставлять происходящее просто так на самом деле тоже было нельзя. Следовало подойти к компании и, не привлекая внимания окружающих, тихо приказать покинуть ночной клуб. Затем проследить, чтобы нарушители попали прямо в батальон. Хватит, догулялись голубки. Карать и делать оргвыводы будем после, у себя дома.

Однако, что-то держало Илью на месте. Благодушное от выпитой водки настроение сыграло с ним злую шутку. Центурион вспомнил как сам пил в увольнительной с друзьями перед полетом на Фортуну. Кроме того, ему было просто интересно понаблюдать за своими бойцами в такой обстановке.

"Ладно, дам им двадцать минут, пусть хоть по первой выпьют", — подумал Илья. "Не стоит ломать людям кайф прямо сразу. И что мне с ними делать потом? Все-таки нарушение прямого приказа командира дело серьезное, такое спускать нельзя. Но и наказывать пацанов и девчонок по полной не хочется".

Пока Илья медлил, события стали развиваться своим чередом. К тихо сидящей компании нетвердой походкой подошли двое местных парней. Один из них что-то громко сказал славям, другой засмеялся. Слави смолчали, но кавалеры инопланетянок местным гопникам судя по всему ответили, причем явно в непарламентских выражениях. Из-за громкой музыки ничего не было слышно. Тогда один из местных вдруг грубо схватил за руку сидящую Ленааа и потянул ее по направлению к танцполу. Мастер-нож сдержалась, а вот обнимавший ее до этого спутник — нет. Он резво вскочил со стула и нанес обидчику короткий удар в ухо. Гопник тут же отпустил Ленааа и отступил на два шага, мотая оглушенной головой.

Все, приехали. Илья вскочил из-за столика и уже был готов бежать к своим. Но драки против ожидания не случилось. Оставшийся нетронутым местный что-то сказал офицерам и, прихватив своего битого приятеля, пошел к выходу из заведения. Трое парней встали из-за стола, и пошли за ними, оставив двух Славей и Ленааа одних.

"Куда они пошли"? — Не мог сразу сообразить Илья. — "Зачем? Что делать, подождать когда парни вернуться или идти к инопланетянкам прямо сейчас?"

Илья потерял минуты две, прежде чем запоздало сообразил, что перед ним был классический ход с "выйдем, поговорим". Неважно, что местных было всего двое, сейчас его парней уже бьют.

Центурион, опрокинув стул, бегом метнулся к выходу, не заметив, как ему в спину уставился встревоженный взгляд Ленааа. Быстрее на улицу!

Офицер ненадолго замер на выходе. Никого. Куда они могли пойти? Скорее всего, налево, в глухой темный тупик за зданием.

Точно. Пробежав пару десятков метров Илья увидел, как с десяток местных наседают на троих офицеров из его батальона. Сынов императора в форме трогать бы не стали, чревато. Славь или Ленааа — тем более. Но его подопечные со своей маскировкой доигрались сами. Били чужаков заглянувших с красивыми девчонками в чужой район.

Дело сразу приняло нехороший оборот. Один из офицеров и двое местных уже лежали на земле, двое других бойцов, прижавшись друг к другу спинами, отбивались рядом. На удары стороны не скупились, но у местных были в руках короткие обрезки труб и какие-то палки, а сыны императора были безоружны. Реальный рукопашный бой не кино, соотношение противников три к одному дело серьезное. Какой бы ты выучкой не обладал, а дадут сзади железкой по башке и привет.

— Именем императора! — Заорал Илья, подбежав к дерущимся. — Прекратить драку, я центурион!

Ага, поверили ему. Молодому хрену с горы в гражданке.

Удар прилетел прямо в лицо и рассек бровь. Озверевший Илья ответил хуком в челюсть и, отбросив одного из местных, тут же засадил ногою в грудь следующему. И поехало…

Илья понял, что Карри и Лода уже бегут на помощь. Симпантки были недалеко, ментальный сигнал "командир ранен и ведет бой" они почувствовали, как и направление движения. Осталось только их дождаться.

Местных вдруг стало еще больше, похоже, подтянулись их товарищи из клуба. Один из офицеров был весь в крови и явно слабел, видимо получив ножевую рану. Илье тоже было невесело: он пропустил пару ударов в корпус, да и кровь из рассеченной брови заливала лицо, мешая обзору. Невесело… Но, отмахнувшись от очередного удара, он увидел как к ним широкими скачками несется Ленааа. Мастер-нож, увидевшая своего окровавленного парня, опережала бегущих сзади славей метров на десять. В драку она врезалась как касатка в стадо застигнутых на воде пингвинов, раздавая незаметные из-за темноты и скорости удары направо и налево. За несколько секунд на земле оказалось сразу четверо нападавших, но потом кто-то подкатил инопланетянке под ноги, и она пошатнулась, упав на колено. Сразу трое противников закрыли ее своими спинами от Ильи.

Слави включились в бой чуть позже, но зато сразу вдвоем и очень технично. Они словно держали строй, синхронно работая руками и ногами, прорываясь на помощь к своим товарищам. Не так эффективно как ленааа, но особенно-то к ним и не подойдешь.

Впрочем, продержаться оставалось недолго.

Подоспевшие симпантки окончательно переломили ход драки. Лода и Карри походя снесли нескольких противников и местные бандиты из давящей чужаков толпы вдруг оказались в роли разрозненных одиночек. Которых, при этом бьют. Ленааа все же выстояла и поднялась на ноги, хотя и была вся перепачкана кровью, а вот ее противники остались на асфальте. Слави, пусть и пропустив несколько ударов, все же пробились к Илье и оставшемуся на ногах офицеру. Симпантки встали на фланге рядом с Ильей и славями, создав общий строй. А до местных, наконец, дошло, что их сейчас прибьют. А так же то, что они нарвались на очень нехорошие проблемы. Симпантки сами по себе не ходят, а девушки на дискотеке не дерутся на уровне мастеров спорта.

— Валим, это подстава! — закричал кто-то из бандитов и они тут же стали разбегаться. Преследовать их не стали. И так хорошо получилось: на асфальте лежало с десяток поверженных тел.

— Вы хоть понимаете, что нам теперь конец? — Риторически спросил Илья свое воинство, нащупывая пульс у раненого парня, который упал первым. Все уже узнали командира, но слов ему в ответ ни у кого не нашлось. Ленааа помогала второму пострадавшему офицеру, накладывая жгут из порванного свитера ему на разрезанную руку повыше раны, слави пытались запустить массажем сердце одному из бандитов. Невдалеке уже слышался вой милицейских сирен.

— Илья, я позвонила Славе, пока мы бежали к тебе — виновато сказала Лода. — Мы за тебя перепугались и решили сразу звать помощь. Мы же не знали в чем дело, только чувствовали, что ты ранен и ведешь бой. И ощутили, что в твоих мыслях есть ленааа и слави.

— Что ты ей сказала? — спросил Илья, чувствуя, как у него все холодеет внутри. — Буквально что?

— Илья ведет бой вместе с ленааа и славями. Против каких-то людей. Он ранен. Это все, больше я ничего сказать не успела, времени не было. Координаты места она и так получит, отследив звонок.

— Я вам говорил, что нам конец? — обратился к присутствующим центурион. — Я был не прав. Это не конец, это п….ц. Полный и окончательный п….ц.

К первому прибывшему на место происшествия наряду милиции Илья вышел сам с поднятыми руками и, представившись, попросил, прежде всего, вызвать медиков, а затем посмотреть его удостоверение, объяснив, что происшествие и в самом деле чрезвычайное во всех смыслах. Увидев поле боя, и прочитав удостоверение, милиционеры прониклись. Дальше было проще. Милиция взяла их компанию под охрану, или скорее под арест, прямо на месте и помогла загрузить раненых в машины скорой помощи. По счастью все оказались живы, хотя один офицер и шестеро бандитов были в тяжелом состоянии. А вскоре на месте уже развернулась прибывшая на трех вертолетах группа быстрого реагирования дивизии "контроль". Вместе с ними нарисовались вразумляющие братья, с намерением немедленно допросить по горячим следам всех причастных. Возглавлял их аж целый легат. Но не успели они толком приступить к делу, как прибыл со свитой консул Игнатьев, главный вразумляющий брат всей Империи. Илья начал было объяснять все обстоятельства дела ему, но тут над улицей завис и пошел на посадку небольшой серебристый аэробот славей. Вот и жена, славненько.

Славя и прилетевшая вместе с ней Лена, оказались перед Ильей одновременно. В порванной одежде, с плохо оттертой с лица кровью, центурион выглядел живописно, как и его оборванное воинство, которое он закрывал своей широкой спиной.

— Илья! — Матриарх, не обращая внимания на окружающих, обняла центуриона за плечи. — Жив, цел? — Она внимательно посмотрела Илье в лицо, а ее коса выскользнула из под мундира и коснулась шеи парня.

— Живой… — выдохнула инопланетянка и, отстранившись от Ильи, тут же сменила тон на командный.

— Что здесь произошло? Отвечай немедленно!

— Да ничего особенного… Недоразумение вышло. На нас напали, пришлось подраться.

— Недоразумение! Это ты называешь недоразумением!? Мы с Леной срываемся после звонка Лоды прямо с заседания имперского совета. Мне звонит император лично и спрашивает, что случилось. Я отвечаю, что не знаю толком, но ты ранен и в составе отряда с кем-то ведешь бой. Он говорит, что понял и поднимает по тревоге всю вашу дивизию "контроль" в полном составе. А так же объявляет боеготовность русскому флоту. Мои капитаны на орбите видят, что земляне начали активное сканирование их кораблей и есть признаки боевой подготовки. Что они делают в этом случае, как думаешь? Правильно, блокируют в каютах представителей империи и начинают усиленный разгон реакторов, для запитывания систем главного калибра. Мне звонят мои слави с орбиты и официальные представители империи одновременно, я пытаюсь разрулить ситуацию, сама звоню императору, мы отменяем боеготовность флотам. При этом я не знаю, что с тобой произошло и жив ли ты. И вот это все ты называешь недоразумением? — Славя аж задохнулась от обуревающих ее эмоций.

Не найдя слов Илья лишь пожал плечами. Фигня случается, что делать.

— По самым предварительным данным произошла ресторанная драка, — скучным голосом сказал стоявший рядом Игнатьев. — Опять же по первым, непроверенным сведениям, начали ее не они, — показал он пальцем на Илью с бойцами. — Госпожа матриарх, госпожа Лена, мы проведем самое полное расследование инцидента, будьте уверены. Если хотите, с участием ваших специалистов. Меня сейчас интересует другое. Что здесь делали они? — Палец консула показал на двух славей и ленааа. — Да еще с элементами маскировки под человека? Насколько я знаю, это противоречит некоторым нашим договоренностям.

— А что вы здесь делали? — Разъяренный взгляд Слави тут же уставился на двоих славей, под которым они, казалось, съежились и оплыли, будто сгоревшие свечки. — Вы самовольно нарушили приказ и, спрятав косы, покинули часть?

— Да, госпожа матриарх, — мертвым голосом сказала одна из славей.

— Я лишаю вас звания, положения, имени. Трибунал определит дальнейшую вашу участь.

— Ллайда, ты? — ровным тоном спросила ленааа Лена.

— Я тоже.

— Вскройся Ллайда, — сказала Лена и отвернулась.

— Офигеть, какие вы быстрые, — тут же вмешался Илья. — Трибунал, вскройся… Это мои бойцы и разбираюсь с ними я, понятно? Когда я принимал батальон, это условие обговаривалось отдельно, в письменном виде. Ллайда, как командир вскрываться запрещаю. Слави…Велла и Стао, кажется? Вы пока в сохранены в звании, разбор полетов будет в батальоне.

— Илья не вмешивайся, — голос Слави приобрел угрожающие нотки. — Это дело матриарха и ее подданных.

— Вот когда снимешь меня с батальона, тогда и делай с ними что хочешь, Славя. Причем снимешь не устным приказом, а бумажкой, все как полагается. С твоей подписью, подписью Лены и имперского командования. А пока еще это мои бойцы. За их косяки с меня и спрашивай. А я с них спрошу.

— И сниму, Илюша, это недолго.

— Вперед и с песней, дорогая. Жду.

— Я, пожалуй, поддержу центуриона, — неожиданно сказал Игнатьев. — При всем уважении, господа союзники, но сначала надо расследовать происшествие и лишь потом карать виноватых. Поспешность в этих делах вредна.

— Ладно, — Было отчетливо видно, каких усилий стоило Славе отставить в сторону гнев. Но она справилась. — Мы, похоже, немного погорячились, Лена. Я отменяю свое решение, ты отмени свое. Завтра разберемся по существу.

Лена подумала несколько секунд, но все же кивнула головой. — Хорошо. Ллайда, в свете новых обстоятельств дела приказ вскрыться откладывается. С возможностью отмены по результатам расследования. Благодари его, — кивнула на Илью инопланетянка. — Он у вас добренький.

Глава 3

— Илья! — Продолжала бушевать Славя. — Ну когда вся эта хрень кончится, а!? Когда ты будешь вести себя ответственно? Зачем я вообще с тобой связалась, скажи мне?

— Зачем связалась, не знаю, — пожал плечами комбат, снимая порванную куртку в их со Славей комнате. — Я за тебя не ответчик.

— Ты и за себя не ответчик! Ты вообще ни за кого ни ответчик, даже за свой батальон!

— Неправда. — Настроение у Ильи и без разноса жены было хуже некуда. Болела голова, болели наскоро наложенные на бровь швы, ныли сломанные не так давно ребра, которым сегодня опять досталось. — За батальон я отвечаю. Дальше что дорогая? Будут выводы? Дисциплинарные взыскания? Может на развод подашь? Куда кстати подавать-то?

— Что? Какой такой развод? Нееет, Илюша, даже не мечтай. Руки убери, дай я сама у тебя кровь вытру. Прибить Илья, я тебя когда-нибудь прибью, за все твои выходки. Косой придушу как в исторических романах. А развестись — нет. Ты мне жизнь спас, я за тебя в ответе.

— Короче Славя, — вклинился в крохотную паузу Илья. — Отставим лирику. Да, мои накосячили. Но с этими двумя славями я сам разберусь. Все уши им оборву, честное слово. Девчонки и ребята молодые, кровь играет. Больше такого не будет, ручаюсь. Между прочим, все могло бы быть гораздо хуже. Не появись я там, всех шестерых могли просто убить. Без меня с симпантками бойцы бы не выстояли. Ты представляешь, что бы было тогда? Нашли бы в человеческом городе трупы славь, ленааа и людей. Как бы вы с императором друг на друга смотрели в этом случае? Здесь дело вышло громкое, но хоть понятное. И вообще: мы плотно сотрудничаем, плечом к плечу. Значит, будут не только пряники, но и неизбежные проблемы.

— Ты им как мать родная. Хорошо, Илья, посмотрим, что мне завтра император скажет. Вместе будем выпутываться. Мне что обидно: я поставила на сотрудничество с империей все. Вроде мы с людьми друг друга начали понимать. Доверять. И тут из-за каких- то девчонок, у которых еще коса не выросла, все начинает идти наперекосяк, и я получаю проблемы с людьми на ровном месте.

— Такое случается, — серьезно сказал Илья. — Знаешь что, давай-ка лучше спать, солнце мое голубоглазое. Утро вечера мудренее.

— Спать так спать, — тряхнула косой Славя. — Раз уж день не задался, хоть ночь с мужем проведу.

***

— Нет, Стао. Ни хрена не так! — Продолжал разбор упражнения Илья. — Автомат не импульсник, понимаешь? Чтобы его надежно контролировать требуется две руки. Пока ты бежишь к зданию, автомат — твое все. Он твое продолжение, ты готова открыть огонь по цели с ходу. При подходе ты так и делала, молодец. Но вот у двери — плохо, блин. Объясни мне, с какого перепугу ты хватаешься за автомат и гранату одновременно? Так ты и гранату себе под ноги в два счета уронишь и к стрельбе один хрен не готова. Говорил же тебе, золотце ты мое: подбежала к двери, вжалась спиной в стену — автомат бросаем резко, сопровождать руками его не нужно. Пусть висит на ремне, ни шиша с ним не случиться. С гранатой работаем быстро и четко, двумя руками, все внимание уделено только ей. Кинула гранату в окно или в дверь, — снова хватай автомат. Ясно?

Инопланетянка лишь покаянно кивала головой. Коса в знак полной покорности плотно прижата к спине, взгляд широко распахнутых голубых глаз самый преданный. Дескать, поняла и осознала, исправлюсь.

— А вы не лучше. Раздолбаи! — Развернулся центурион к остальным бойцам выстроившегося перед ним отделения. — Я же говорил: трое бегут, шестеро прикрывают, через каждые десять метров замена. Бегущие легли, прикрывающие побежали, тройки меняются. Но соотношение атакующих бойцов и прикрытия всегда один к двум. Задача — взять вход в клещи. А у вас? Кто в лес, по дрова, каждый делает что хочет. То бежит одна славя, то бегут все слави, люди вообще идут в атаку на своей волне, ленааа ушла вправо и исчезла. Ллайда у тебя что, с кем-то стрелка забита? Или ты пока за пивком для всех решила сбегать? Я понимаю, что тебе легче самой через какой-нибудь дымоход с тыла к врагу влезть и всех тихо порезать, но работать в группе ты тоже должна уметь, ясно? Вы же все по идее офицеры, с опытом. Упражнение элементарное. А разлад полнейший, как в детском саду. Где координация в отделении я вас спрашиваю? Нет ее, пошла покурить в сторонке. Как в увольнительных приказы нарушать и водку пьянствовать, так это мы всегда. Полное межрасовое сотрудничество и взаимопонимание трех цивилизаций. А как боевую задачу отработать, так "пыль, грязь, а мы на лыжах"? Еще раз все будем повторять… Отделение должно работать синхронно, как один человек. Как волоски в одной косе если хотите.

Илья раздраженно махнул рукой и одетые в белые маскхалаты бойцы поплелись по неглубокому снегу на исходные позиции. Штурм отдельно стоящего здания предстояло провести еще раз.

Отстоять своих бойцов от гнева Слави и Лены Илье удалось, благо что полное расследование было проведено и дело вроде как спустили на тормозах. Раздувание из мухи слона ни в чьи интересы не входило. Но это только на первый взгляд, все кому надо выводы сделали. Как говориться: ложечки нашлись, а осадочек остался. Люди и слави впервые подрались друг с другом. Пусть не зная, кто есть кто, в совершенно дурацкой кабацкой драке. Все равно нехорошо, инцидент подобного рода в истории двух рас первый и весьма неприятный. Кроме того, это был удар по взаимному доверию. Конечно, обе слави и ленааа признали себя виновными и на допросе говорили следователям из вразумляющих братьев, что проникнуть в ночной клуб было исключительно их идеей. Но кто им поверит? Может это уже не первый случай, инопланетянки на самом деле выполняли приказ, а попавшись, по понятным причинам берут всю вину на себя? Все ли так безобидно? Сколько еще переодетых славь и ленааа находится в империи? С профессиональной паранойей у имперских безопасников всегда было в порядке.

Илья помнил, как ему откровенно не верили на допросах. Случайно решил погулять по незнакомому району в незнакомом городе? Случайно зашел именно в это заведение в нужный момент? На кого работаете господин центурион, впаривая нам эту ложь? — Последний вопрос прямо читался в глазах допрашивавшего Илью вразумляющего брата. Только задать его он не решался — все же Илья статуса обвиняемого не получил.

Но дело замяли. Как шепнул Илье заглянувший в батальон по делам Максимов, это сделали по личному приказу императора.

— Император мужик суровый, но справедливый, — сказал он Илье, когда они разговорились в кабинете комбата. — Ему консул Корнейков, начал было петь про то, что все это кажется очень странным и о том, что слави и ленааа могут что-то там замышлять. А он говорит: факты кроме этой драки у вас есть? Корнейков говорит — нет. — Вот и ищите факты, а не высасывайте из пальца предположения. Найдете — доложите. — И дальше уже про твой батальон Илья. — Мы, говорит, создали совместный проект, где люди и инопланетяне живут вместе, чтобы проверить, могут ли они сотрудничать. Вот получается и проверили. Могут. Пить вместе могут, драться вместе могут, отвечать вместе могут. А то, что при этом кому-то набили морды, то это бывает. Им били, они били. Какая свадьба без драки…

— Прав он, — согласился Илья. — Невозможно начать дружить с другой расой и чуть ли не жить вместе, при этом ожидая, что все всегда будет гладко. В семье-то без скандала не обходиться, а тут…

— К этому же выводу и наверху пришли, — согласился с ним Максимов. — Короче, замяли дело. Поэтому слишком строгих наказаний не надо. Скажи это своей ненаглядной, а я с Леной по дружески поговорю. И еще, дам тебе один хороший совет. Не надо слишком сильно интересоваться деталями расследования. Даже у жены. Что-то там мутное накопали и засекретили наглухо, недаром целого трибуна от контрразведки в отставку отправили. Возможно даже Славя не в курсе, я сам слышал лишь кое-что краем уха.

— Моего батальона это касается? — прямо спросил Илья.

— Напрямую нет. Я тебе два слова скажу, и мы об этом забудем, хорошо?

— Давай.

— Свободные нации, Илья. Нашему союзу не рады.

— Ясно.

Нарушителей приказа Сфео советовала для начала поставить перед строем батальона и публично разнести в пух и прах, дабы другим неповадно было. Чуть ли не до барабанного боя и срывания погон. Но Илья с ней не согласился. Наказание публичным позором не забывается, а делать личных врагов из людей и славь, с которыми он дрался в одном строю, центурион не хотел. Поэтому впаял своей волей всей компании пять суток ареста, а после отсидки еще десяток нарядов и лишение увольнительных на три месяца. Велла и Стао, которые уже были готовы расстаться с косами и ожидающая приказа вскрыть вены Ллайда наказание приняли с такой радостью, что Илья показался сам себе дедом морозом с подарками. Все понимали, что они крайне легко отделались.

Между тем смотрящие сдержали свое слово и помогли с транспортом. На земной орбите появился доставленный духом империи астероид. Почти правильная сфера из камня и металлического сплава, двухкилометрового диаметра и полая внутри. Оставалось лишь собрать на нем двигательную установку, смонтировать отсеки для колонистов и техники внутри, и универсальный транспорт готов. С подключением к работе орбитальных верфей славь работы было года на два, может чуть больше. Так что дата старта неуклонно приближалась. Кто-то должен был высадиться на Ковчег первым и подготовиться к приему колонистов.

Дела в батальоне шли своим чередом. Разобрались окончательно с его структурой, утвердили график занятий и учебную программу, утрясли бумажные вопросы и проблемы снабжения. Илья окончательно и бесповоротно убедился, что бюрократия есть зло, но без нее никуда. Даже ерундовый вопрос с закупкой мебели и компьютеров для штаба и комнаты отдыха может зависать неделями. Причем вроде бы никто конкретно не виноват, наехать не на кого, а мебели нет. И это еще самый безобидный из вопросов. Нужно нанять и расселить гражданский персонал, обеспечивающий быт батальона, составить меню для столовой и пайки, подходящие для всех трех рас, пошить унифицированную форму, решить вопросы с вооружением и снабжением боеприпасами, да много чего… сотни номенклатурных позиций только по разделу "индивидуальная экипировка бойца". Не всем этим занимается он один, но в конечном итоге все ответственные лица выходят именно на Илью для согласования вопросов. Задергают так, что ни на что другое времени просто не хватит.

В конечном итоге батальон разбили на три роты. Самая маленькая — рота разведки, тяжелого и специального вооружения, состояла из отдельного десятка разведчиц Ленааа и полусотни людей и славь, вооруженных тяжелыми импульсниками повышенной мощности "улыбка", имперскими "калькуляторами" и ручным ракетным вооружением. К ней же относились операторы специального оборудования, для работы которого требовалось подключение к биологической энергии управляющей им слави.

Первая рота состояла из четырех стандартных взводов, по три отделения в каждом взводе. Вторая — из трех взводов. В каждом отделении пять человек, четыре слави и один мастер-нож ленааа. Бронетехники батальону не дали никакой. Как объяснил Илье Максимов, их задача не укрепленный фронт противника прорывать. Оборонять до последнего патрона стратегическую высоту тоже не придется. Наверное…

— Есть такое старое слово "сталкер", еще докризисное, — объяснял он Илье. — Это что-то вроде бандита, разведчика, охотника, мародера и искателя сокровищ в одном флаконе. Ваш батальон примерно для этого и предназначен. Рейдер Ленааа на Ковчеге одних только подземных ходов и полостей под руинами выявил протяженностью в сотни километров. Причем явно искусственных. Кроме руин есть еще джунгли, леса и степи, о которых мы ничего не знаем. Строить и оборонять периметр базы другие будут. Ваше дело — исследовать. Причем используя способности и достижения всех трех рас одновременно. Для того вы и нужны. Хотя, как оно там обернется, мы все равно не знаем.

Потихоньку обучение в батальоне заладилась. И люди и инопланетянки все же были офицерами, прошедшими приличную подготовку, вбивать азы в них не требовалось. Просто нужна была практика, как можно больше практики. Илья ее давал своим подопечным вволю, выбивая из имперского командования и родной жены снабжение батальона по первой категории. Перенимать ленааа, людям и славям друг у друга было что.

— Тяжелый импульсник "улыбка", — показала на некогда серебристый, а теперь крашенный в темно-зеленый армейский цвет аппарат Сфео. — Принят на вооружение легиона еще тридцать лет назад, но до сих пор в строю. Отличная штука, безотказная и мощная. Среди людей есть добровольцы на роль оператора? Больно не будет…

— Попробуй Сережа, — кивнула она одному из сделавших шаг вперед бойцов. Сфео не только помнила всех бойцов в батальоне по именам, но и, как подозревал Илья, знала наизусть все их личные дела. Кто бы мог подумать, что из этой молодой и наивной слави так быстро вырастет идеальный зам. И не только по славям, люди ее тоже уважали, любили и боялись одновременно.

— Смотри, вот этот диск упираешь в почву. Ножка между диском упора и генератором полая, для дополнительной устойчивости из нее можно выдвинуть сошки. Трубка преобразователя над генератором переходит в контур разряда, вот в этот широкий цилиндр, затем идет камера рабочего тела, камера разряда и спираль расширителя импульса. Так, теперь управление. Держи бинокль оператора, — протянула бойцу небольшой прямоугольный предмет инопланетянка. — Смотреть надо вот сюда, держать двумя руками, чтобы указательные пальцы вошли в отверстия сенсоров. Сделал? Хорошо. Видишь маленькую красную точку на координатной сетке? Это и есть точка прицеливания. Ты ее можешь сужать, расширять и перемещать, работая правым сенсором. Попробуй, все должно быть интуитивно понятно, вещь для боя делалась, никакой зауми нет. Левый сенсор отвечает за оптику, можно увеличить картинку. Получилось? Тогда сужай точку до минимума, это соответствует поражаемой площади диаметром в сорок миллиметров. Используется для уничтожения защищенных целей и бронетехники. В этом режиме импульс пробивает титановый лист толщиной до двадцати сантиметров. Металл мгновенно переходит в плазму, минуя жидкое состояние, поражение заброневого пространства достигается струей образовавшейся от попадания раскаленной плазмы. Попробуй выстрелить вон в тот камень, за деревом. Видишь, верхушка из-под снега торчит? Гашетка на бинокле под большим пальцем правой руки, сначала сдвигаешь предохранительную скобу, затем жмешь кнопку. Давай по готовности…

Сверкнуло, а над камнем мгновенно взвился столб пара. Здоровенный булыжник раскололся на две половины, которые засветились сначала ослепительно белым, а затем малиновым цветом. Зашипел тающий снег.

— Так, теперь дай стволу остыть, — комментировала происходящее Сфео. — Второй выстрел не раньше чем через двадцать секунд. Попробуем другой режим. Расширяй зону огня до максимума. Сейчас мы отработаем огонь по незащищенной живой силе противника. Максимальный диаметр зоны поражения девяносто метров.

— Ого! — не удержался от комментария один из землян. — Госпожа мастер-офицер, что же там будет твориться?

— Да ничего особенного. Просто воздух мгновенно нагреется до трехсот пятидесяти градусов.

— По идее выжить можно, — заметил парень. — Чуть теплее, чем в хорошей бане.

— Да? Уверен? — криво усмехнулась Сфео. — Разогреется-то он мгновенно, а вот остынет не сразу. Горячий фронт будет расползаться. Вода перейдет в раскаленный пар. Кроме того начнутся интересные климатические явления из-за смешения теплого и холодного воздуха на границе зоны поражения. Ты уверен, что сможешь выбраться живым из этой духовки? Давай-ка поглядим… Сергей готов? Огонь!

Часть заснеженного поля словно взорвалась. Облако белесого пара быстро расползалось в стороны, обнажая черную землю. Там, где пара уже не было, невооруженным взглядом можно было увидеть, как колышется сплошное марево раскаленного воздуха. По темной земле забегали маленькие смерчики, снег стал стремительно таять за границами зоны огня из-за расползавшегося горячего воздуха. Увиденное впечатляло.

— Принцип, я думаю, все уже поняли, — продолжала занятие Сфео. — Чем шире зона огня, тем слабее нагрев. И наоборот. Все зависит от оператора, который ведет бой, он сам решает какую площадь поражения выбрать. Есть еще функция захвата и автосопровождения цели, так что можно вести огонь по вертолетам и аэроботам противника. При известной удаче даже сбить.

— Хорошо, что мы союзники, — невольно вырвалось у стоявшего рядом Ильи. — Не хотел бы я попасть под тепло такой "улыбки".

— Хорошо, — серьезно ответила Сфео. — Потому что мы бы вам проиграли Илья.

— Почему? — Удивился такому откровенному ответу центурион. — Я видел славей в деле.

— Потому что мы разные, — вздохнула инопланетянка. — Как огонь и вода. Наше оружие, оно как наш характер. Налететь на врага, обжечь, покарать огнем и светом. Это мы можем. А воевать в долгую мы не готовы. "Улыбка" дает три импульса в первую минуту. Во вторую только два. Еще раз можно безопасно выстрелить через три минуты. Дальше — хуже. Причем генераторы менять бесполезно, рабочее тело при импульсе все равно откажет. Нужна пауза в пару часов, чтобы "улыбка" стала вновь боеспособна. А к вашему пулемету только патроны подноси. И так во всем. Если разобраться, оружие отображает душу цивилизации. Вы и Ленааа готовы воевать, как дышать. А мы не готовы, мы быстро устаем от этого ужаса, выдыхаемся. У нас на Славии ни одной войны дольше пары месяцев не длилось. Спасибо небесам, что мы не противники.

— Просто вам еще не приходилось драться за выживание. Когда на войне решается не главенство кланов и распределение доходов, а вопрос стоит так: или мы все победим, или мы все умрем. — не согласился со Сфео Илья. — Жизнь бы заставила воевать.

— Может и так. Но я рада, что нам этого делать не пришлось. И мне нравиться, что мы с людьми вместе.

В кабинет к Илье постучались в восьмом часу вечера, когда молодой центурион, откровенно говоря, бездельничал. Домой идти не хотелось, что он забыл в их со Славей квартирке на базе, если жены как всегда нет? Нечего ему там делать, пусть матриарх решает свои дела на орбите, а Илье и здесь хорошо. В батальоне парень свил для себя и симпанток неплохое холостяцкое гнездышко. В комнате отдыха за кабинетом есть широкий кожаный диван. Кроме дивана в ней имеется холодильник, в котором ждут своего часа принесенные Лодой судочки с ужином из батальонной столовой. Пиво в холодильнике тоже есть, кое-кто позаботился. Маленькая кухонька, места для симпанток, все в наличии. Надо же и о себе, любимом, иногда подумать, не так ли?

С последней служебкой Илья разобрался минут двадцать назад и теперь отдыхал, бездумно сидя в кресле и слушая музыку, нацепив большие студийные наушники. Из кабинета начальства посторонних звуков доноситься не должно. Так что на стук он отреагировал только после мысли- сигнала "к тебе пришли" от сидевшей в соседней комнате Лоды.

"Кого там принесло"? — Подумал Илья. — "Сфео что ли никак не угомониться, или в казармах что-то стряслось перед отбоем"?

— Входите, — спрятав наушники, придал себе деловой вид комбат.

Это оказалась не Сфео. Почтительно поздоровавшись, в кабинет осторожно вошли два бойца из его батальона, славя и молодой офицер. Те самые, которые когда-то не прошли испытание и были приняты в батальон его личным приказом. Вид у них был бледный, но решительный.

Ну почему это случилось именно сегодня?

— Слушаю вас, Слайна и Семен, — Илья сел поудобнее и вопросительно посмотрел на вошедших. Вы что-то хотели мне сказать?

"Давайте не тяните".

— Господин центурион мы, мы со Слайной…, - мучительно подбирал слова офицер.

— Мы бы хотели бы вступить в брак, — решительно отрезала славя. Молодец девочка.

— Да ну? — сделал удивленный вид Илья. — Как интересно… И что же вас подвигло на этот шаг, молодые…люди?

— Мы любим друг друга, — просто сказал Семен.

— Ясно. — Илье действительно было все ясно. — Видите ли, здесь кабинет командира батальона. Не ЗАГС, не церковь со священником и даже не дом кланового совета. Вы обратились немного не по адресу.

— Но господин центурион! — вскинула свои синие глазищи на Илью Слайна. — Если не к вам, то к кому же?

— Вы единственный человек, женатый на славе, — добавил парень. — И наш командир. Если вы нам не поможете, то никто не поможет.

— Понятно, — вздохнул Илья. Что же, это было немного предсказуемо. — Садитесь, вот сюда, берите ручки и бумагу из пачки. Будем писать официальный документ. Отговаривать вас как я понимаю бесполезно, все уже решено?

— Да господин центурион. Что нам писать? — Ответила за двоих славя.

— Рапорт об отношениях. Слайна может писать на своем языке, если по-русски пока трудно. Но сначала послушайте старого женатика и первопроходца, дети мои. На Славе по имперским законам я не женат. Могу паспорт показать, если не верите. В гражданском кодексе империи сказано, что брак может заключаться только между мужчиной и женщиной. И точка. Про инопланетянок там пока ничего нет. По обычаям славей тоже не все так просто. Славя под наш с ней случай такой закон пробила. А после нашей эвакуации на орбиту аристократки его отменили, как и все ее нововведения. Хотя не имели права отменять без воли матриарха. Вот такая правовая коллизия, понимаешь. Так что поженить вас трудно. Но можно написать рапорт.

Илья посидел с минутку, пытаясь точно сформулировать текст заявления.

— Давай, Семен, пиши: Я, Пермяков Семен Александрович, настоящим заявляю, что состою во взаимных отношениях со славей Слайной из клана красного листа. Наши отношения основаны на взаимной любви, уважении и доверии. Сообщая о наших отношениях, я не преследую для себя какой-либо выгоды, а лишь реализую свое неотъемлемое право любить и быть любимым. Я осознаю свою ответственность перед Слайной, Империей и матриархом всея Славии, а так же меру последствий для меня лично, проистекающих из этого заявления. Под няшем не нахожусь, о метке хозяйки предупрежден. Число, подпись. Слайна, ты пишешь то же самое. Только в конце немного по другому: няш к Семену не применяла, о метке хозяйки предупредила.

Инопланетянка заметно покраснела. Применяла она няш, не удержалась. Но "няша" она посредственная, Илья это чувствовал. Кроме того, Семен знал куда шел, а при должной воле няшу противостоять можно, Илья это по себе знал. Так что будем считать, все произошло по любви и взаимному согласию. Ха-ха.

— Метка уже стоит, — покраснев, сказал Семен, выводя круглые строчки.

— Я тебя за язык не тянул, — покачал головой Илья. — Но раз ты сам сказал, то поздравляю с лишением девственности, боец. Теперь давайте об ответственности. Документ, как вы понимаете, официальный донельзя. Командование империи и гражданские власти будут его учитывать. То же и со славями, верными матриарху. У вас появиться ряд прав: вас постараются не разлучать без крайней необходимости, при отмене казарменного положения разрешат жить вместе, вы сможете вдвоем появляться в имперских городах и, если дело до этого когда-то дойдет, в городах Славии, у вас будет право на общую собственность, воспитание ваших детей, если таковые будут и так далее. Но в ЗАГС с какой-нибудь Людой или Машей, ты, Семен, уже не ходи. Неприятная история получиться, не советую. Дальше: империя уже не считает тебя вполне своим, это отмечается в личном деле. Высокие посты на госслужбе, работа с гостайной, хорошая карьера в империи на Земле, скорее всего для тебя закроются. Ты уже не русский. Но и не славя. Ты теперь для русских не однозначно свой, а "наш со славями общий". Как я, например. Пока у нас со славями все хорошо и должно стать еще лучше. Но жизнь есть жизнь. Понимаешь, на что ты идешь?

Семен ощутимо побледнел. Перспективы для молодого сына императора Илья открывал невеселые.

— Я могу порвать рапорта, — мягко сказал Илья, видя его терзания. — И будем считать, что всего этого не было. Я не говорю расстаться со Слайной, я говорю: давай порвем рапорта и вы возьмете время подумать еще. Потом снова напишите, если не передумаете.

— Нет, — твердо сказал офицер. На его лбу выступили мелкие капельки пота, хотя в кабинете было не жарко. — Забирайте рапорт, господин центурион. Слайна для меня важнее…важнее карьеры и всего остального. Мне без нее все равно жизни нет.

— Слайна, к тебе все тоже самое относится в полной мере, только со стороны матриарха, — добавил Илья. — Ты уверена, что, несмотря на это, хочешь связать свою жизнь с Семеном? Не хочешь взять время подумать?

— Нет, господин центурион. Я его люблю.

— Значит, быть посему. — Илья взял два исписанных листка и положил их к себе в ящик стола. Поздравляю, хотя следовало бы вам посочувствовать. Примите свадебный подарок от комбата: даю вам увольнительную в нейтральную зону на сорок восемь часов. Время пошло. Не теряйте его зря, молодежь.

— Благодарю вас господин центурион, — первой пришла в себя Слайна. — Я горжусь службой под вашим началом.

— Спасибо вам, — робко молвил Семен.

— Идите, гуляйте. Не за что благодарить. — Илья грустно посмотрел на закрывшуюся за парочкой дверь. Что-то подсказывало ему, что это не последний рапорт об отношениях в его батальоне.

Дата отлета стала окончательно известна Илье в марте. Двадцать седьмого мая их батальон должен будет погрузится в транспортный звездолет славей "добытчик" и отбыть вместе с союзническим флотом в систему Славии. Матриарх оставляла больше половины своих подданных на Земле для обслуживания базы и работы на орбитальной верфи. Взамен она собиралась пополнить ряды переселенцев, забрав часть своих сторонников с материнской планеты. Славя была уверена, что у нее найдутся слова и аргументы для приведения в чувство мятежных аристократок. Илья в этом не сомневался. Три звездолета главного калибра Славей, два рейдера Ленааа, два крейсера землян: тяжелый крейсер "Обреченный" и недавно введенный в строй легкий крейсер "Коршун", на кого хочешь наведут оторопь и заставят себя уважать. Это еще не считая транспортов.

На орбите Славии к ним должны были присоединиться транспорты Ленааа с колонистами и оборудованием и уже затем объединенный флот отправиться в систему Ковчега. Предприятие затевалось серьезное.

В батальоне дела шли неплохо. Идеала, конечно, достичь не удалось, но люди, слави и ленааа сработались. Во всех смыслах. Никаких особенных проблем во взаимоотношениях цивилизаций не выявилось, скорее наоборот: число парочек, написавших рапорта об отношениях перевалило за третий десяток. Из них, между прочим, семеро ленааа. Скромные и тихие мастер-ножи успешно находили общий язык с офицерами без всякого няша, дело шло даже быстрее чем между людьми и славями. Как это аукнется в будущем, Илья представлял себе смутно. Как бы его батальону не понести в скором времени первые не боевые потери. Но пока случаев беременности не было. Это Илья знал точно, все-таки его бойцы проходили ежемесячные медосмотры.

Первого мая, когда во всей империи народ традиционно открывает новый весенне-летний сезон, Илья решил устроить выходной с традиционным пикником для всего батальона. Пусть его бойцы перед отлетом запомнят, как следует Землю. Пусть им вспоминается в тесных отсеках звездолета общий праздник в самое веселое время в году, когда листва на деревьях еще молодая и свежая, природа проснулась и полна надежд, солнышко ласковое, а небо голубое.

Идею приняли на ура. Слави решили приготовить на всех свою традиционную весеннюю похлебку "олспаш", а офицеры-земляне и присоединившиеся к ним мастер-ножи объявили батальонный конкурс на лучший шашлык. В каждой роте и даже взводе был свой, единственно правильный рецепт, командиры взводов специально отпрашивались у Ильи для того чтобы съездить за мясом. И, как подозревал комбат, не только за ним одним. То есть, конечно, он сам вместе с заведующей столовой утвердил закупку алкоголя в размере десяти бутылок легкого вина на взвод и запретил приносить спиртное с собой. Но мы же все понимаем, не так ли? Если его офицеры не купят водки, а разведчицы ленааа не смогут скрытно доставить ее в расположение, то грош цена всему его воинству. Пусть в атмосферу праздника добавиться сплачивающая коллектив легкая нотка интриги и состязательности.

Как и положено отцу-командиру Илья прочитал краткую поздравительную речь перед строем, обошел с первым тостом выставленные тут и там на зеленой поляне столы, отдельные для каждого взвода и, чокнувшись с бойцами, пошел себе восвояси. Сел на краю полянки на контейнер из-под патронов к "калькулятору" и задумался, глядя на дымки разгорающихся костров и веселящихся рядом с ними бойцов. До него доносился легкий серебристый смех славей, взрывы басовитого мужского хохота офицеров, обрывки речи. Уже резались на расстеленные по столам скатерти овощи и хлеб, заливалась вода в большие котлы для похлебки, где-то забренчала настаиваемая гитара. Золотистая коса Сфео мелькала тут и там, строгая помощница наблюдала за порядком, хотя Илья и просил ее сегодня не напрягаться.

Отдельной гулянки "для начальства" парень устраивать не хотел, не тот случай. Командиры пусть празднуют со своими взводами и ротами. Симпанток Илья отпустил бродить по своим делам. Слишком часто вместе бывает чересчур даже для него, Лоды и Карри.

— Грустишь комбат? — чей-то до боли знакомый голосок раздался прямо у самого уха. Илья аж вздрогнул и подскочил на месте.

— Лена? Как ты здесь оказалась?

— Решила тряхнуть стариной. Я же, Илюша, не только доверенное лицо вожатой, но и мастер-нож высшей категории, — улыбнулась одетая в зеленый камуфляж-хамелеон девушка. Задачка как раз по мне: скрытно проникнуть в расположение вражеского батальона и ликвидировать его командира. Как видишь, я справилась. Тебе своих еще гонять и гонять. Да и мои оказались не на высоте. А ты чего один? Где Славя?

— Она не может. У нее прямо сейчас военприемка грузов для флота на космодроме.

— Какая занятая у нас Славя, — покачала головой Лена. — На собственного мужа времени совсем не остается. Вся в делах, вся в заботах. Я вот тоже глава экспедиции от Ленааа, а времечко заглянуть к вам на праздник нашла. Все же не рядовое событие, твой батальон наше общее дело.

— У Слави много дел, — безразлично сказал Илья.

— Кто бы спорил, — Лена сорвала какую-то травинку и задумчивым движением сунула ее в рот. — Только военприемки на космодроме сегодня нет.

— Как нет?

— Обыкновенно нет. Ни у нас, ни у славей. Информация совершенно точная, это я тебе говорю как разведчик и как глава экспедиции.

— Где же тогда Славя?

— Не знаю. У нее много дел, как ты говоришь. А я, как и Славя, не слежу за союзниками.

— Так, Лена, ты на что сейчас намекаешь? — Илья начал понимать, что разговор получается нехороший.

— Ни на что не намекаю, Илья. Сказала все что знаю.

— Так. Я прямо сейчас звоню Славе и спрашиваю ее, где она точно находиться, — потянулся Илья к коммуникатору.

— Звони, — равнодушно сказала Лена. — Большим идиотом, чем уже есть, ты себя все равно не выставишь.

— Да почему?! — начал закипать центурион.

— Илья, ну соображай же! Пора уже взрослеть и думать хотя бы на два хода вперед, прежде чем что-то делать, — взгляд Лены неожиданно стал холодным и злым. — Допустим, она тебе соврет, что она на приемке. И что дальше? Что ты будешь делать с этой правдой? Ты об этом подумал? Нет. Зато Славя очень быстро поймет что этот звонок неспроста. И уж она свои меры примет, уверяю тебя. Но скорее всего Славя сразу поймет, что дело нечисто, потому что ты даже закамуфлировать свой звонок под нейтральный разговор не сможешь. И ты вообще ничего не поймешь. В отличие от нее. Ты же перед ней как котенок, Илья.

— А перед тобой? — криво усмехнулся парень.

— И передо мной тоже, — не стала отнекиваться Лена. — Мы обе тебя любим, Илья. Честно, без дураков. Там на Фортуне… Ты был такой одинокий несчастный маленький мальчик. Брошенный всеми… Знал, что погибнешь, но твердо говорил "пора прощаться", жертвуя собою ради своих. Ну как в тебя можно было не влюбиться, а? Мы со Славей и влюбились. А потом был общий бой, и в моих жилах потекла твоя кровь. Только знаешь, в чем между мной и Славей разница?

— В чем же?

— Я люблю тебя просто так, Илюша. Мне совсем ничего от тебя не надо, кроме тебя самого. Мне хорошо даже просто от того, что ты есть на этом свете. Я тебя никогда не использовала и не буду этого делать впредь. — Лена помолчала немного, перекатывая травинку во рту. — Славя тебя тоже очень любит, Илья. Но она хочет многого и ради этого готова на многое. Боюсь, даже лавры матриарха всея Славии не венец ее амбиций. Но свою игру она ведет тонко, причем часть этой игры — ты. Брак с тобой, создание батальона, еще кое-какие дела, про которые мне стало известно — это все ее игры. Я тебе уже говорила про практичность славей.

— И? Зачем-то ты мне все это рассказываешь? — упорно пытался добраться до сути центурион.

— Затем, чтобы ты был осторожнее. И знал одну вещь: если все вдруг пойдет не так, если тебе покажется, что выхода нет и все плохо, если ты решишь что тебя предали, вспомни, пожалуйста, про меня. Я помогу. Вот держи — Лена протянула Илье маленькую фиолетовую сферу.

— Опять маячок?

— Да. Это твой второй шанс, Илья, если угодно. Если я буду рядом, хотя бы на одной планете с тобой, я услышу и приду тебе на помощь. Еще скажу тебе два инсайда, которые должны знать только ты, я и больше ни одна живая душа. Это мой тебе второй подарок. Если вдруг случится нечто невообразимое и между людьми и славями возникнет конфликт, ленааа скорее поддержат людей, чем славь. И еще: общие дети от людей, славь и ленааа могут быть зачаты только на Ковчеге.

— Откуда ты это можешь знать? — Илья был удивлен до глубины души.

— Неважно. До свиданья Илья, наслаждайся праздником. Знаешь, у тебя получился хороший батальон. А мне уже пора. Будем считать, что меня здесь не было.

Лена помахала Илье на прощанье рукой и шагнула к опушке леса. Еще несколько секунд и она полностью исчезла из вида, слившись с окружающим пейзажем.

Глава 4

— Я думала, ты полетишь со мной. — Славя села в постели, отодвинув в сторону одеяло.

— Место комбата в его батальоне, — спокойно сказал Илья. — Ты сама все прекрасно понимаешь. Я не могу лететь с тобой на "Согревающем свете". Мое место на борту "Добытчика".

— На войне и в бою, командир обязан быть со своими бойцами — согласилась с ним инопланетянка. — Но во время перелета? Это обычная транспортная операция, тебе нечего там делать. А мы бы могли во время полета несколько недель просто побыть вместе. Ты и я.

— Славя, не надо. Все уже решено.

— Да ничего еще не решено. — Маленькая теплая ручка легла Илье на грудь и начала ласково поглаживать обнаженную кожу. — Слушай, Илья, а может ну его? Сдавай батальон на Сфео, она справиться, возражать никто не будет, я договорюсь.

— Что? Славя, я тебе что, мальчик? — Возмутился центурион. — Мы в игрушки играем? Вот так запросто создал батальон, поигрался и отдал?

— Не кипятись. — Голос Слави был ласковым, а улыбка самая искренняя. — Мне просто не нравиться, что между нами происходит, Илюша. Что-то случилось, а я не могу понять что. Наверное, мне следовало проводить больше времени с тобою вместе, я хотела бы загладить свою вину.

— Все нормально, Славя. Я понимаю, дела.

— Да, — вздохнула матриарх. — От них никуда не деться. Но я постараюсь сделать так, что бы у нас в скором времени все наладилось. Ты только поверь мне и потерпи немного. Вместе мы достигнем таких высот, о которых ты и не мечтал. — Девушка наклонилась и нежно поцеловала центуриона прямо в губы. — Расслабься, — тихонько шепнула она ему на ушко — Сейчас нам будет хорошо…

Прощались с Землей бойцы его батальона по-разному. Славям и Ленааа было проще. Это все же не их родина. Прилетели, а теперь улетают. Пройденный этап, не более. Хотя и им не очень-то хотелось менять красоты земного лета на тесные отсеки звездолета. Молодым офицерам было хуже. Они улетали в никуда, оставляя на Земле свои семьи, не зная, когда снова вернуться на родину. И вернуться ли. Да еще первый полет в космос, он всегда нервирует, центурион знал это по себе. Илья как мог, подбадривал своих подопечных. Несмотря на то, что все земляне были на пару-тройку лет старше его по возрасту, с высоты своего опыта центурион чувствовал себя не только комбатом, но и настоящим "дедушкой".

— Веселее орлы, — командовал погрузкой в челнок парень, глядя в грустно-задумчивые лица бойцов. — Покатаемся вволю. Занимайте места, согласно купленным билетам. Добро пожаловать на рейс. Челнок славей, поэтому садитесь в кресла, затяните ремни, молчите в тряпочку и ничего не трогайте во время всего полета. Слави летают красиво, поэтому трясти и болтать не будет. Наверное. Стюардесс нема, кормежка в полете не предусмотрена. Имейте в виду, могут быть периоды невесомости, поэтому блевать категорически запрещаю, лично башку оторву. Давайте живее, нам предстоят великие дела.

Илья прикинул, какой уже раз он летит в космос. Кажется, пятый. Если считать полеты на орбиту и обратно по отдельности, то вообще девятый рейс. А нервишки-то все равно пошаливают.

Разбежались, взлетели. В челноке славей лететь комфортнее. Кресла поудобнее, с адаптивным противоперегрузочным гелем вместо синтетической набивки. Шумит поменьше, салон красиво отделан серебристыми и золотыми панелями, все время работает кондиционер, ручная кладь дозволена и сложена в специальные контейнеры. Есть даже несколько иллюминаторов. Практически первый класс гражданской авиакомпании. Это вам не традиционное имперское "дешево и сердито". Посмотрим, что будет внутри транспорта.

Долетели быстро, часа за четыре и вскоре челнок пристыковался к похожему на длинный золотистый кабачок транспорту славей. Илья отправил Лоду и Карри к другим шлюзам, встречать вторую и третью роты, а сам, вместе с четырьмя взводами первой роты, направился смотреть жилые помещения. Сфео уверенно вела их вперед по длинным светлым коридорам, ей уже приходилось путешествовать на "Добытчике".

Однако… Не его со Славей шикарный люкс на "Согревающем свете", конечно, но и не второпях присобаченная к стене откидная койка на троих в "Обреченном". Длинный проход в жилом отсеке, отведенном первой роте, заканчивался круглой комнатой с закрепленной на полу практичной мебелью и оборудованием вдоль стен, метров пятнадцати в диаметре. Вроде как кают-компания, комната приема пищи и зал собраний одновременно. Перед входом в нее дверь в санитарный блок, со свеженанесенной надписью на русском языке. По обеим сторонам ведущего в кают-компанию прохода в стенах двумя ярусами располагались спальные капсулы-ниши. Илья заглянул в одну из них — неплохо. Койка широкая, есть крохотный столик у изголовья и место для личных вещей, в стенку вмонтирован небольшой экран корабельной компьютерной системы. От посторонних глаз можно закрыться плотной раздвигающейся тканевой ширмочкой. Сделано все аккуратно и радует глаз. Все-таки слави фундаментально женская цивилизация.

— Располагайтесь, — скомандовал столпившимся в проходе бойцам Илья. — Сфео, проследи, я пойду, посмотрю помещения для второй и третьей роты. Да, еще зайду поговорить с командиром корабля, утрясу вопросы по пребыванию и распорядку дня. Вооружение и прочее хозяйство уже погрузили?

— Нет, господин центурион. Последний грузовой челнок с нашим имуществом ожидается через шестнадцать часов.

— Доложишь по готовности.

— Есть!

Снова потянулись однообразные дни перелета и вынужденного безделья. Перенос кораблей духом цивилизации — штука специфическая. Звездолет находиться непонятно где, в сером ничто. Внешние датчики и системы наблюдения молчат или глючат, никакой толковой информации снять с них нельзя. Экипажу делать в общем-то нечего, от него ничего не зависит, работа есть только у тех, кто поддерживает жизнеобеспечение корабля. Все ждут, считая оставшиеся до выхода из состояния неопределенности дни и часы. Нервирует то, что точно предсказать момент появления в обычном пространстве нельзя, дух может по каким-то своим соображениям задержаться или успеть побыстрее. Все в его воле… Надо просто ждать.

Во время перелета на борту "Обреченного", Максимов заставлял бойцов постоянно учить матчасть и сдавать зачеты, чтобы занять чем-то декурионов. Тот же метод взял на вооружение и Илья. Только он больше упирал не на техническую сторону, а на культурную. Технически его бойцы достаточно подкованы, ничему новому он их во время полета не научит. Зато знания обычаев и культуры трех цивилизаций им не помешают, раз уж они первые представители новой, совместной общины. Тем более, что на Земле они в основном занимались шлифовкой боевых навыков. Пусть слави и ленааа почитают на свой выбор что-нибудь из Достоевского или Гоголя. Можно и что-нибудь из классиков зарубежной литературы, написанной задолго до образования свободных наций. Например, "Унесенных ветром" Маргарет Митчелл. А людям неплохо бы ознакомиться с "Заветами света и гармонии" славь и фундаментальным трудом ленааа "Правда и долг". Пусть побудут немного гуманитариями, напрягут свою единственную извилину от фуражки. А потом сдадут зачет. По земной литературе — лично Илье, он тот еще профессор. Офицеров же пусть экзаменуют Сфео и Ллейда. Литературные и философские беседы за две недели вынужденного безделья — самое то. Вместе с регулярными занятиями на силовых тренажерах и чтением устава, конечно.

Сказано — сделано. Бойцы стонали, но читали, даже сумасбродный приказ надо выполнять. Ленааа было в упор непонятно, зачем Раскольников убил старуху-процентщицу. Тем более так непрофессионально. Зато Тарас Бульба приводил мастер-ножей в полный восторг. По их мнению, старый козак сделал все правильно, но был слишком добр к ляхам. Они бы на его месте оторвались бы повеселее, даже наработки с далззаа есть…. Люди не могли взять в толк философскую парадигму славей из "заветов": "истинное достижение желаемого возможно только через гармонию, а истинная гармония возможна только при отказе от желаний". Зачеты порою перерастали в яростные литературные споры с комбатом, что Илью только радовало. Если спорят — значит задело. В общем, две с половиной недели полета удалось провести не без пользы.

Когда "Добытчик" вынырнул из серого ничто в системе Славии, всем резко стало не до ерунды. Потому что для их батальона неожиданно нашлась работа.

— Я вернулась! — Одетая в бело-голубой с золотом парадный мундир Славя была торжественна и пафосна до тошноты. Но ей виднее как общаться со своим народом. — Мои возлюбленные подданные, верные и неверные, ваш матриарх всегда помнит о вас. В горе и в радости, я всегда с вами, всегда со Славией.

Трансляция шла в записи на нескольких частотах, покрывая территорию всей планеты. Поймать ее выступление мог любой утюг. Нетрудно сделать так, чтобы тебя услышали, обладая подавляющим превосходством в космосе.

— Вам лгут о том, что я продалась инопланетникам. Вам лгут о том, что я принесла к вам войну. Не бойтесь, мои подданные. Вы можете спокойно спать в своих постелях. Мать не причинит зла своим детям, даже если они от нее отвернулись. Я и мои союзники не будем атаковать мирные города и селения Славии, мы здесь не для этого. Все это время я работала для нашей родины. Пока изменившие мне и вам аристократы отбирали себе все более скудные, из-за усиливающегося похолодания, плоды трудов простых славь, я собирала флот для спасения своего народа. Планета Ковчег с ее лесами, полями, морями и океанами доступна для нас. Я дарю ее моему народу. У нас есть флот для переселения, есть силы для борьбы с возможными опасностями, на нашей стороне сам дух цивилизации Славия, и другие расы доброй воли, готовые работать с нами плечом к плечу. А что есть у изменивших мне и всем славям глав кланов? Только желание обогащаться за чужой счет до конца, руководствуясь шкурным принципом "умри ты сегодня, а я завтра". Подумайте над этим мои добрые подданные.

Теперь я хочу сказать пару слов аристократам, в гордыне своей поднявших руку на матриарха и ее слуг, — взгляд Слави был тяжел и суров. — У вас еще есть время покаяться и испросить моего прощения. Немного, но есть. Потом покаяние и присяга приняты не будут. А сейчас отдайте мне мое. Я знаю, что тысячи моих сторонников брошены в тюрьмы и так называемые "воспитательные" лагеря. Вся вина этих бедных славь только в том, что они были верны своей матери. Вы репрессировали весь клана ясеня, кроме успевших спастись со мной. Эти слави не нужны вам, но они нужны мне. Матриарх своих не бросает, я пришла за ними. Отдайте их мне или узнаете мой гнев.

— Ну как тебе мое выступление? — спросила с экрана улыбающаяся Славя. Илья сидел в кресле капитанской каюты "Добытчика", куда был вызван прямым звонком на свой коммуникатор от командира корабля. Матриарх желала поговорить со своим мужем наедине.

— Неплохо. Прессуешь кланы по всем фронтам, — показал поднятый большой палец центурион.

— Стараюсь дорогой, — кивнула Славя. — Но у меня есть к тебе просьба. Я тут приватно поговорила с Ярмой…

— Особистка еще при деле? Как там себя чувствует Альда из клана ландыша?

— При деле. Про Альду я не спрашивала, а Ярма тебе привет передавала. Теперь она возглавляет совет безопасности кланов. Мы с ней мило так пообщались… Боится она за свою косу Илья, ох как боится. Правильно делает, между прочим. Я тебе устрою с Ярмой личную встречу если захочешь, прежде чем ей косу отрезать, — сжала губы Славя. — В зеркальном, так сказать, варианте.

— Зачем такие ужасы, — махнул рукой центурион. — Так в чем дело, дорогая?

— Ярма сказала, что моих сторонников нам отдадут. В обмен на мое обещание не сжигать уже налаженную кланами орбитальную инфраструктуру и не наносить точечных ударов. Сегодня и завтра всех заключенных перевезут из тюрем в воспитательно-трудовой лагерь "неясыть", в сосновой пуще. Там один из космодромов недалеко, мы всех сразу вывезем. Сама я их освобождать не могу, моя смерть слишком нужна кланам, чтобы верить любым гарантиям. Но картинку для пропаганды нам снять требуется. Поэтому послезавтра освободишь их ты, как мой муж и моя правая рука. Это в наших общих интересах, имперское командование и Лена со мной согласны. Красиво получиться: союзнический батальон приносят свободу несправедливо осужденным.

— Что делать-то надо?

— Лагерь бросят где-то за час до твоего появления без охраны. Десантируетесь всем батальоном в нескольких километрах от лагеря и выдвигаетесь на место. Откроете ворота, сообщите радостную новость заключенным. Затем приедут грузовики и всех вывезут на космодром. Все просто.

— Надеюсь что так, — задумавшись, произнес Илья. — Ладно, пусть мне скинут подробную информацию о лагере и карты, будем готовиться.

— Я знаю, что ты меня не подведешь, любимый. Спасибо тебе, Илюш, — в последнее время Славя была с ним сама любезность.

Вой сразу трех двигателей Бэйла вырос до почти нестерпимого. Генераторы исчерпывали свои энергетические возможности досуха, стараясь медленно опустить тяжеленный орбитальный челнок на поле. Жутко затратное это дело — десантировать людей с орбиты в любую точку местности без парашютов и забрать их по выполнению задачи обратно. Но для колонизации Ковчега такая задача была признана актуальной и была решена с применением технологий двух рас. Пригодились и стабилизирующие поля славей, и человеческие генераторы Бэйла, и разная хитрая гравитоника. Получившаяся в итоге здоровенная машина красотой не блистала: сплошные углы, наросты, монструозные вертикальные колонны движков. Но, как Илья убедился на опыте, она работала.

Наконец-то. Илья выпрыгнул с автоматом на изготовку в образованный опустившейся аппарелью проход следом за Стао и сразу ушел влево, сделав короткую пробежку по прижатой силовой волной траве, уступая место Лоде и Карри. Приехали. Кланы выполнили договоренности и сбивать их в полете не стали. Уже радует.

Второй челнок приземлился минутой ранее метрах в ста от них. Пока все нормально, противника в зоне видимости нет. До лагеря три с половиной километра через лес, ерунда. Илья выждал с четверть часа, собирая батальон на опушке. Надо дать время осмотреться на местности разведчицам ленааа из каждого отделения и ушедшему вперед разведвзводу мастер-ножей. За ними уже выдвинутся главные силы.

Люди с удивлением глядели по сторонам, впитывая реалии чужой планеты. Почти Земля, да только не Земля. Небо не того оттенка голубизны, слегка отдает в зелень, трава хоть и зеленая, а по-другому, цвет более темный и насыщенный, много красноватых оттенков. Не спутаешь. Хотя те же сосны почти как родные.

— Первые взвода первой и второй роты охранять челноки, — дал команду по батальонной связи комбат, дождавшись условного сигнала в наушниках от разведвзвода. — Остальные поотделенно вперед. Сначала первая рота, затем третья, вторая замыкает.

Двинулись через лес, внимательно смотря по сторонам. Порядок движения и маршрут были отработаны заранее. Впереди каждого отделения мастер-нож, за ней рассыпавшиеся цепью бойцы. Камуфляж подобран хорошо, людей и славь на расстоянии нескольких метров друг от друга почти не видно, не говоря уже о ленааа. Главное, чтобы кто-нибудь не открыл случайную стрельбу, резко среагировав на показавшийся странным шум или движение. Но не должны, не желторотики, хотя боевого опыта считай никакого.

Лес прошли без приключений, и вскоре Илья уже разглядывал из кустов в бинокль высокий кирпичный забор трудового лагеря "неясыть", увитый поверху колючей проволокой. Метров триста по ровному полю до КПП. Все его воинство в сборе на опушке.

— Проблемы командир. Лагерь охраняется, — раздался в наушниках спокойный голос командовавшей разведчиками ленааа Ллейды. — На КПП трое вооруженных славей, есть солдаты на вышках.

— Твою за ногу… Это вы называете "бросят без охраны"? — выругался про себя центурион. Действительно на КПП одна фигура в бинокль просматривалась. Впрочем, мастер — ножам виднее.

Ох, млять! Зеленая трава метрах в пяти от Ильи внезапно свернулась по краям и словно увяла, а на редких, оставшихся с прошлого года сухих стебельках заплясали веселые огоньки. Воздух впереди задрожал, сгустившись до колышущегося марева и что-то тонко зашипело. Чтобы осознать происходящее потребовалась целая секунда. "Улыбка"! Их обстреливают.

— Отступаем в лес! Все! — Закричал Илья в гарнитуру и тут же рванулся назад. Раскаленный воздух добрался до опушки, но большого вреда причинить уже не мог. Огнеупорный камуфляж хорошо держал нагрев, да и воздух остывал довольно быстро. Хуже было другое. С нескольких точек на опушке леса заработали автоматы.

— Не стрелять! Немедленно прекратить огонь! Гранатометчики — накрыть дымовыми КПП и башни.

Слава богу, его поняли. Треск очередей вскоре прекратился, а через несколько секунд фасад лагеря начало заволакивать густым черным дымом, сбивающим врагу прицел.

— Отойти от опушки в лес на двадцать метров. Командирам взводов отчитаться о потерях, — сердце у Ильи стучалось просто бешено. — Разведвзвод ленааа, — вести наблюдение, огня не открывать.

— Есть.

Потерь не было. Всего противник произвел три выстрела из "улыбок", добившись лишь одного накрытия, да и то краем широкой зоны поражения. Для защищенных легкими шлемами и негорючим камуфляжем бойцов это было не смертельно.

— Что делать будем Сфео? — спросил Илья своего зама. Ответ слави не разочаровал.

— Накроем КПП и вышки из гранатометов. Или сразу из ракетных огнеметов. Можно подтащить к опушке свои "улыбки" и после обстрела…

— Ты еще орбитальные бомбардировщики вызови, Сфео. Нет. Огня открывать не будем, — твердо сказал центурион.

— Илья, мы уже воюем! Нас обстреляли первыми. Гуманизм тут неуместен, — удивленная инопланетянка отставила всякое чинопочитание.

— Сфео, там, за стеной в лагере, наши слави.

— Можно сделать все аккуратно.

— Нет, Сфео. Когда я был курсантом у нас была популярной шутливая строевая песня хрен знает, с каких времен. С припевом: раз атака, два атака, нет селения, нам не нужно коренное население. Ты только начни полноценный бой, а потом сама удивишься: а почему это вокруг камня на камне не осталось и везде трупы валяются. Нас Славя послала освободить заключенных, а не устраивать бойню. Попробуем вступить в переговоры. Если эта идея провалиться, то посмотрим.

— Хорошо, командир, я пойду с белым флагом. Что мне им сказать?

— Тебе? Ничего. Я сам попробую поговорить с охраной.

— Илья, мне легче самой сразу тут сдохнуть, чем сказать Славе, что тебя убили. Не пущу.

— Да куда ты денешься. Пустишь. Кроме того, в меня просто так стрелять ни одна славя не решиться, слишком много потом проблем. А в любую из вас — легко. Тащи давай из третьей роты матюгальник и кричи охране, что к ним сейчас выйдет поговорить муж их матриарха. Один и без оружия. И если что, то вся ответственность падет на их головы.

— Мне иногда кажется, Илья, что ты смерти ищешь.

— Не ищу, Сфео. Но за жизнь любой ценой я давно не держусь, это точно.

Идти было легко. Илья сам себе поражался: кураж приятно будоражит кровь, даже весело. Сквозь редеющий дым уже можно было разглядеть КПП и ворота "неясыти". Точно, две слави с импульсниками, поодаль третья с "улыбкой", спряталась за импровизированным укрытием из каких-то мешков. Девочки совсем молодые, кстати, на лагерных "капо" не похожи. Бледные, растерянные, но оружие сжимают твердо.

— С кем имею честь? — Илья вразвалочку подошел к вышедшей вперед перед воротами лагеря славе со знаками различия старшего бойца первого легиона, не обращая внимания на направленный ему в грудь импульсник. — Я центурион Илья Анечкин, представитель матриарха. Думаю, полным чином представляться не нужно?

— Меня зовут Скада из клана подорожника. И ты меня можешь так звать. Уходи инопланетник. Передай своему лжематриарху, что мы не отдадим наших граждан чужим. — безэмоционально отбарабанил автопереводчик.

— Понятно. Прости, Скада, за подлость, но некогда мне с тобой долгие разговоры разговаривать, — сказал Илья, заглянув прямо в широко распахнутые глаза девушки. И, не прерывая зрительный контакт, ударил всем своим няшем, вложившись в этот мысленный посыл полностью.

Центурион сам от себя не ожидал, что получиться так сильно. Не ожидала этого и девушка. Никак не могла ожидать, поэтому и защиты-то никакой не было. Лишь в самый последний момент Илья ухитрился остановиться и чуть-чуть не дожать, хотя не довести дело до конца было так же трудно, как остановиться в постели с женщиной за несколько секунд до оргазма. Ломать чужую волю было…сладко. Но он смог, третья симпантка Илье была не нужна.

— Вот видишь, как у нас хорошо получилось, — нежно сказал Илья, глядя в исполненные любви и обожания глаза Скады. Сколько вас всего?

— Семеро. Илья, Илья, ты…, - девушка задыхалась от нахлынувших чувств.

— Подожди, Скада. Ты старшая, офицеров нет?

— Да. Нас привезли сегодня рано утром. Меня и шестерых бойцов, только-только из учебки первого легиона. Лагерь никто не охранял. Нас приказали: охраняйте до вечера. Если появятся враги, то боятся нечего. Нужно непременно завязать бой, а через несколько минут после его начала нажать кнопку вот на этом пульте, чтобы вызвать помощь. Но нажимать не сразу, а чуть погодя, непременно после первых выстрелов с вашей стороны. Все это было так странно… Поэтому я приказала не бить по вам сразу на поражение, а лишь отпугнуть. И не стала пока использовать пульт.

— Ты все сделала правильно, девочка моя. Отдай мне пульт и прикажи своим бойцам сложить оружие.

— Конечно, все что скажешь. — Скада приложила руку к шлему, открыв канал связи и отдала короткий приказ. Потом бросила свой импульсник на землю и протянула Илье пульт. Илья…ты же возьмешь меня с собой?

— Все будет хорошо, Скада — уклончиво ответил Илья. Центурион сейчас хорошо понимал девушку. У нее в голове в этот момент все вразнос идет. Он для нее объект любви и обожания, наплыв эмоций сильнейший, разум попросту выключился, эйфория зашкаливает. Но мозги скоро заработают и молодая славя поймет что с ней произошло, до самого конца Илья ее не заняшил. Просто Скада уже ничего не сможет с этим поделать. Долг, гордость, чувство собственного достоинства, убеждения, какие-то прошлые желания перед чувством любви такой силы уже ничего не значат. Просто слова, абстрактная серая шелуха, лузга от семечек против полновесной золотой монеты. Не важно, как и почему с ней так поступили. Важно, что она Илью любит и готова простить ему все. Но все равно, надо с ней поаккуратнее.

— Скада, милая. Позови всех своих бойцов сюда. Без оружия. — Илья, переключился на связь по батальону. — Ллейда со своим взводом, быстро ко мне. Сфео, жду тебя с двумя взводами первой роты.

Бойцы Скады подчинились своему командиру неохотно, они быстро поняли, что с ней далеко не все в порядке. Но недостаточно быстро. А метаться, когда около тебя уже нарисовались мастер-ножи, а противник настолько подавляет числом, бессмысленно.

— Ты ее заняшил? Прямо с ходу? — Сфео все поняла, бросив на Скаду единственный взгляд. — Ну ты даешь комбат…Уважаю!

— Да. Но вроде не до конца, ядро воли не сломано. Я думаю, через несколько месяцев начнет потихоньку отходить.

— Да какая теперь для нее разница… По уму всех семерых надо прямо здесь по тихому шлепнуть.

— Расстрелять? Ты что, Сфео? Они же пленные и ничего нам не сделали.

— Не понимаешь? Свидетелей твоего дара няша на Славии быть не должно.

— Все же поясни, — решил уточнить Илья. — Боитесь человеческого няша? Зря, я думаю мой случай уникальный.

— Появятся вопросы к матриарху — обладает ли она свободной волей, — покачала головой Сфео. — А это очень, очень серьезно. Ярма может делать своей пропагандой из людей и ленааа злодеев, но до определенных пределов. В кланах дураков нет, все понимают что с вами все равно придется сотрудничать, по другому никак. Куда деваться, если сам дух нашей цивилизации ваш союзник? Воевать что ли? Без поддержки духа и флота? Просто им лично Славя поперек горла встала — как худородная выскочка и попирательница их древних прав с привилегиями. Они хотят сами по себе с людьми договариваться, на своих условиях. А вашему императору Славя удобнее — пока она от него во всем зависит, да и по личным причинам.

— Каким таким личным причинам? — тут же среагировал Илья.

Лицо Сфео неожиданно посерело, а губы слегка задрожали.

— Илья, не по каким, — тут же поправилась девушка. — Извини, оговорилась, бой, нервы еще не в порядке. Я ничего такого в виду не имела, я про политику…

— Я понял, — Илья до боли сжал кулаки, так что ногти впились в кожу. Тактические перчатки центурион не жаловал, а зря. — Это политика. Проехали Сфео.

— Слышишь Илья! Даже думать в этом направлении не смей! Славя безусловно верна только тебе.

— Я же говорю, проехали, — Илья постарался улыбнуться, не смотря на неприятный красный туман перед глазами. Стоявшие рядом симпантки напряглись, автомат Карри даже слегка поднялся вверх, будто она хотела взять под прицел Сфео, но передумала. Центурион с усилием выдохнул, отгоняя эмоции.

— Сфео, я запрещаю убивать пленных, — вернулся к первоначальной теме Илья.

— Конечно-конечно, Илья — тут же отозвалась инопланетянка, явно обрадованная сменой разговора. — Ты добрый, да и я не тварь кровожадная, заветы по возможности чту. Поэтому забираем их с собой, подумаешь проблемы — держать на транспорте одну заняшенную и шестерых пленных. На Ковчеге пригодятся, там всем нам без разницы будет, кто из какого легиона и чей сторонник.

Чем-то уж совсем жутким воспитательно-трудовой лагерь "Неясыть" не оказался. Во всяком случае, на взгляд Ильи. Правда войти в него удалось только часа через два, дождавшись пока слави — технари из третьей роты не разберутся с трофейным пультом и его сигналом. Как и ожидалось, лагерь оказался заминирован. Причем интересно заминирован, разными по мощности и типу воздействия боеприпасами. Провокация вырисовывалась нехитрая: охрана должна была вступить в бой с батальоном и вскоре после этого "вызвать помощь" взорвав лагерь вместе с собой и заключенными. Картина маслом: все разрушено, несколько тысяч изуродованных трупов сторонников матриарха Слави валяются целыми и по частям, как говориться: "освободители пришли". Потом уже не разберешься, кто там первый начал и кому это выгодно, ужасающий результат отбивает любую логику, работая на расчеловечивание назначенного пропагандой виновника.

Люди подобный поворот дела приняли нормально. Ничто не ново под луной, слава богу, что провокация провалилась. Ленааа тоже остались равнодушны — повидали всякого. А вот славей в батальоне Ильи он разозлил неимоверно. Как-то не принято у них было устраивать подобные масштабные зверства. Прошлось даже во избежание проблем специально объяснять личному составу, что плененная охрана лагеря тут совершенно не при чем.

Впрочем, Илья тоже проникся. Потом, когда после проверки саперами его бойцы сбили замки с ворот огромных железных ангаров с бетонными полами, напоминающих скорее гаражи, чем жилые помещения и стали выводить заключенных славь на поле перед воротами.

Им никто ничего не рассказал. Этим женщинам, мужчинам и детям в серых мешковатых комбинезонах. Да, маленькие дети и старики тоже были, если из других кланов сторонников матриарха хватали точечно, то родной для Слави клан ясеня был репрессирован весь под корень. Не то чтобы они были совсем измучены или сильно избиты. Просто они не знали про возвращение Слави и не питали никаких надежд. Их свезли в одно место и заперли как селедок в бочке без еды и воды, объяснив, что "с вами все, недолго осталось". Лица их были серы, косы безжизненно висели, глаза пусты, как у людей, у которых не осталось никакой надежды. Узнаваемый почерк Ярмы — зачем заботиться о списанных "расходниках"? Она и для пленного Ильи в свое время на кусок хлеба не расщедрилась.

Сейчас бывшие заключенные смотрели на его бойцов и не могли понять, что происходит, а поняв, поверить, что это все всерьез. Что их матриарх не сгинула в космосе, как они были уверены, а вернулась за ними.

— Мама! — славя из второго взвода бросилась к пожилой инопланетянке, и крепко обняла ее, прижимая к груди. — Мама, я здесь, мама. — Косы инопланетянок сплелись, они обе не могли удержать слез. Подавший рапорт об отношениях земной "муж" смущенно стоял рядом, и, покраснев, протягивал внезапно обнаружившейся теще флягу с тоником, забросив мешающийся автомат за спину.

Командовавшая разведвзводом Ллейда, вместе со своими мастер-ножами, кормила печеньками и кусочками шоколадок маленьких измученных детей-славь, протягивая им угощение и бутылки с водой. Сфео распоряжалась по коммуникатору насчет воды, полевой кухни и грузовиков. И только комбату дела как-то вдруг не нашлось. Пленных, включая Скаду, уже увели, да и общаться с ней центуриону сейчас хотелось меньше всего.

Потому что у Ильи в голове потихоньку, из разрозненных кусочков, складывалась в голове целостная картинка. Сколько раз Славя оставалась на "имперские советы", которые затягивались до ночи, поэтому прилететь ночевать домой она никак не могла? Много, Илюша, много раз. Да и не только в заседаниях дело… Были звоночки, были. Да что там говорить, Лена почти открытым текстом все ему сказала, только он не понял. К рогоносцу по законам жанра правда всегда приходит к последнему. Славя и император? А чего здесь такого удивительного? Они друг другу в чем-то ровня, Славя красива, молода и очень практична, ему ли это не знать? Императору чуть за пятьдесят, выглядит как настоящий богатырь. А муж? Так мужа еще при Юлии Цезаре принято было отправить командовать легионом в провинцию "Нижняя Мезия". Или батальоном в лес, если он такая незначительная величина как Илья.

Только, как верно заметила Лена, что он будет делать с этой "правдой"? Которую он даже проверить не сможет? На Земле, до старта, Илья бы написал рапорт о нежелании оставаться "сыном императора", увольнении из вооруженных сил и послал бы всех нахрен. Да, позор, лишение звания, орденов и гарантий ну и что? Пугает ли это его? Нет, теперь нисколько. Они с симпантками себя прокормят, а ради цацок и карьеры он никогда не служил, за деньгами не бегал.

Есть еще вариант. Сделать со Славей то же, что он сделал сегодня со Скадой. Славя, конечно, так легко не сдастся, она знает возможности Ильи, воля у нее как кремень. Придется повоевать. Но шансы на успех все равно неплохие, Илья это чувствовал. Другое дело, что он на это не пойдет не при каких обстоятельствах, сделать такое со Славей для него немыслимо и невозможно, нечего и думать. Поэтому? Поэтому хоть в петлю лезь. Запить, что ли?

"Давай, попсихуй еще, герой", — подсказал внутренний голос. — "Покажи всем, как тебе плохо, может кто-то пожалеет. Тьфу на тебя Илюха, надоел, нытик".

"Так что мне делать"? — спросил его Илья.

"Выходи из чужой игры и начинай вести свою. Ты уже можешь. Хватит быть пешкой, становись игроком".

"Не хочу! Плевал я на такие шахматы, мне это все не интересно", — ответил сам себе парень.

"Неправда. Еще как интересно, иначе ты бы во все это не влез. Ты просто не можешь поставить перед собой верную задачу. Подумай".

"Может подскажешь"?

Но внутренний собеседник затих, видимо махнув на Илью рукой.

— Строй своих бойцов, Илья. — Прибывшая на "Добытчик" Славя крепко поцеловала мужа прямо у выхода из шлюза. — В первом ангаре места достаточно. Буду вручать награды тебе и всему батальону. Порадовал ты меня Илья, честно скажу. Лучшего результата и представить невозможно.

— Мне от тебя награды не надо, Славя. Ты же сама говорила, что потом скажут: мужа цацками увешивает.

— То было тогда. А сейчас ты был у всего батальона на виду, запись освобождения наших заключенных из "неясыти" по всему флоту крутили. Не награди тебя — скажут матриарх мужа зажимает, не все у них ладно. И кроме того: Илья, ты и правда молодец, свой дубовый лист на грудь заслужил честно. Ллейду и Сфео награждаю кедровой ветвью, всему составу батальона жалую нагрудный значок "надежный боец".

— Есть госпожа матриарх!

Славя внимательно посмотрела на Илью и ее взгляд парню очень не понравился.

— Так. Как я вижу, это прогрессирует. Илья, нам пора объясниться. В чем дело?

— Ни в чем Славя. Все нормально.

— Хорошо. — Славя глубоко вздохнула и машинально огладила косу. — Я попробую сделать все сама еще раз, если ты не хочешь идти на контакт. Илья, пойдем в капитанскую каюту. И там, наедине, ты мне расскажешь, что тебя беспокоит. Я обещаю, что отвечу на любые твои вопросы и сделаю это честно. Если хочешь, можешь использовать свой няш, чтобы понять, не вру ли я тебе. Я перед тобой раскроюсь. Пойдем?

— Илья чуть было не ляпнул радостное "да, идем". Предложение Слави было искренним и действительно могло сразу все расставить по своим местам. Но в последнюю секунду парень прикусил язык. Он просто понял, что не сможет сказать, глядя жене в глаза: "ты мне изменяешь"? Любой ответ не имел значения, сам факт такого вопроса выставлял Илью безнадежным идиотом и размазней. Так нельзя. Надо просто взять и поверить Славе, усилием воли выкинув все подозрения.

— Нет Славя. Не надо, — сказал Илья, как ему казалось в тот момент, совершенно искренне. — Я тебе верю, а со своими заморочками должен разобраться сам.

— Что же, это твой выбор Илья. Хотя он для меня и обидный, но, наверное, я это чем-то заслужила. Забудем. Строй батальон.

Транспорты Ленааа появились на орбите через три дня, и весь флот начал подготовку к переносу. Впереди их ожидал Ковчег. Славя была довольна: как она пояснила Илье, процесс сепаратных переговоров с кланами потихоньку пошел. Идея была проста: Славя предложила мелким и средним кланам выкинуть совместными усилиями три десятка самых родовитых, крупных и несговорчивых на свалку истории. Их активы поделить так, чтобы все остались довольны, составив новое соглашение, а особо упертых сторонников старого порядка перевезти на Ковчег, осваивать новую планету. В результате Славя получит власть и ресурсы для переселенческой программы, а новые заговорщики станут богаче и влиятельнее дома. Вопрос упирался в гарантии, но потихоньку решался. Илья в последние дни много разговаривал с женой — до старта к Ковчегу центурион переехал жить на "Согревающий свет", в их знакомый люкс. Они со Славей оба старались вести себя так, как раньше и вроде бы даже что-то получалось.

Потом был новый двухнедельный скачок, выведший объединенный флот к Ковчегу. А значит снова работа. На этот раз для не только для их батальона, для всех. Готовились к высадке с "Авнгарда" и "Обреченного" четыре полнокровных батальона имперской дивизии "меч" и отдельный батальон симпантов, в котором служили товарищи Ильи. Им собирались помогать мастер-ножи Лены и части второго легиона. Следом за военными второй волной на зелено-голубую планету должны были высаживаться первые колонисты.

— Итак поясняю нашу задачу. — В обширном ангаре "добытчика" бойцы его батальона сидели кто на чем придется, и лишь для Ильи около транспортного челнока поставили небольшой стул и стол с графином воды и голографическим проектором. — В этот раз, бойцы, командование решило действовать осторожно, и ничего выдающегося от нас не требует… Слайна, прекрати няшить Семена хотя бы сейчас, он и так от любви к тебе скоро на стенку полезет. Ну как дети, честно слово. Сосредоточьтесь. О чем бишь я? Так вот, нужно выбрать место для базы. С целью разведать подходящее местечко на поверхность десантируются несколько боевых групп, включая наш батальон. В ста километрах от побережья с орбиты просматривается интересный район. Небольшая лесистая возвышенность рядом с озером и речкой. Место удобное, высокое, доминирует над местностью. Рядом вода, что тоже неплохо. Под примерно полуметровым слоем плодородной почвы толстая каменистая плита, если орбитальная разведка не врет. Что очень здорово для постройки космодрома и капитальных зданий. В общем, нам надо туда наведаться, посмотреть хозяйским взором что да как. Десантируемся тремя челноками орбита-поверхность-орбита, как на Славию. Задача минимум — просто осмотреться в точке высадки. Собрать образцы флоры и фауны, изучить местность, набраться, так сказать, впечатлений. И домой. Но…, - Илья многозначительно поднял вверх указательный палец и выдержал небольшую театральную паузу, привлекая внимание слушателей.

— Если мы решим, что способны на большее и все идет замечательно, то не возбраняется прогуляться на десяток километров от точки высадки и посетить селение аборигенов у озера. Это простое скопление примерно сотни деревянных одно и двухэтажных домов, дорога из "нашего" озерного поселка в соседний поселок грунтовая, движущейся техники аэрофотосъемкой замечено не было. С орбиты аборигены выглядят такими же гуманоидами как все мы. А точнее увидим на месте.

— Господин центурион, разрешите вопрос?

— Да, Сергей? — Одобрительно улыбнулся Илья бойцу. Центурион помнил, как они вместе дрались у кабака и парень защищал ему спину.

— Отношение к местным? Мы ваши друзья, пришли с миром и все такое?

— Хороший вопрос. Нет, не так. Я вентилировал этот вопрос на совещании, спорили долго. В итоге решили: мы на Ковчеге теперь хозяева и точка, нам отступать некуда. Вот и будем себя сразу заявлять именно как хозяева. То есть: жестко, но не жестоко, с позиции силы. Бойни устраивать не надо, получится разговор, значит поговорим. Но уровень толерантности к агрессии аборигенов нулевой, никаких розовых соплей, — поправил на груди свой серебряный значок в виде дубового листа Илья. — Оружие при необходимости применять можно и нужно без ограничений. Мы пришли сюда устанавливать свои правила и законы. Аборигены свою цивилизацию уже пролюбили, пусть теперь утрутся. "Аватар" смотрели, офицер? Который в школьную программу входит как пример облагораживания предательства деятелями искусства свободных наций?

— Так точно, господин центурион.

— Замечательно. В общем наш идеал — патриот земной расы полковник Куоритч, постараемся быть на него похожими. Итак, контакт с аборигенами и сбор информации о них наша вторая цель. Но есть и третья, можно сказать бонусная. На север от точки высадки, в двенадцати километрах от селения есть старые руины, чего-то, напоминающего технологический комплекс. То ли старый завод, то ли еще что. Под ним обширная подземная полость, вроде как искусственная. Объединенному командованию интересно посмотреть и на этот объект хоть краем глаза. На этом все, садимся в челноки и отправляемся обратно. Ориентировочное время рейда — трое суток, максимум четверо. В ста пятидесяти километрах от нас будет выполнять аналогичные задачи рейдовая группа Ленааа, вместе с небольшим отрядом симпантов легата Максимова. Другие соседи — спецназ второго легиона, но они будут еще дальше. Да, вот еще: крайне маловероятна, но возможна встреча с Далззаа, так что не расслабляемся ни на секунду, красноглазки в системе были замечены. Вроде с основным все, замечания по вооружению и экипировке я разберу с каждым взводом отдельно. Ужин сегодня усиленный, повара расстарались. Советую плотно набить брюхо и хорошо выспаться, силы нам понадобятся. Старт завтра в десять ровно по корабельному времени. Повеселимся ребята и девчата, зажжем танцпол. Удачи всем нам.

Глава 5

Принимал Ковчег своих будущих хозяев неласково. Машину трясло при посадке как погремушку в руках буйного малыша. Салон челнока то проваливался вниз, то шел резко вверх, прижимая бойцов к креслам сильной перегрузкой. По горизонтали челнок болтало тоже, будь здоров как. Илья пару раз чуть не прикусил язык, да и неуютно ему было. Поймав взгляд сидевшей напротив командира Стао, которая тоже чувствовала себя явно не в своей тарелке, Илья решил, что с него не убудет спросить.

— Слушай, Потап Афанасьевич, какие проблемы? — не выдержал центурион и связался с кабиной пилотов. Пилотировал челнок немолодой летчик из испытательного центра, в том же звании что и Илья. — По нам что, зенитки лупят? Или ты противоракетный маневр уклонения проводишь? Не дрова везешь.

— Облачность, мать ее, — выругался голос пилота в наушниках. — Сплошной кучевой покров толщиной в пять километров и воздушные потоки чуть ли не грозовые. Обойти нет никакой возможности, облачный фронт без разрывов. Потерпи немного комбат, скоро это закончится.

Действительно, вскоре тряска уменьшилась, а там и вовсе прекратилась. Завыли над поверхностью двигатели Бэйла, генерируя посадочную силовую волну, и Илья сделал отмашку: готовьтесь, приехали.

Здравствуй Ковчег! Илья спрыгнул из челнока вслед за симпантками и, отбежав на пару десятков шагов на северо-восток, упал на землю, просматривая сектор обстрела своего отделения через прицел автомата и дожидаясь остальных. Торопиться не надо, в этот раз играем от обороны. Сначала бойцы каждой десантирующейся роты занимают круговую позицию, охраняя каждая свой челнок, затем выгружается груз, а уж затем решаем задачи шаг за шагом. Челноки долго ждать не будут, нужны под другие задачи.

Спустя секунду рядом плюхнулась Стао, слева замерли, лежа на земле с оружием наизготовку, Велла с Сергеем. Так повелось, что после драки в кабаке, Илья начал невольно выделять отделение, в котором служили шестеро нарушителей приказа из остальных бойцов батальона. К моменту высадки на Ковчег оно стало чем-то вроде отделения его личной охраны и сопровождения. Не штаб же с писарями и денщиками заводить, если всех бойцов и трех сотен не наберется?

Ну что можно сказать о Ковчеге? Лес, блин, опять лес, трава, небо в сплошных белых облаках, светила не видно. Все опять как на Земле. Хотя, может быть, вот то и вон то дерево уникальные и инопланетные, Илья не ботаник. Но выглядят они вполне обыденно, дома бы прошел мимо и внимания не обратил. А вот родные березы и елки ни с чем не спутаешь. Да и неудивительно. Собрали же смотрящие три цивилизации именно с землеподобных планет, для освоения Ковчега…Нам же лучше.

Все десантирование заняло минут десять. Им за собой обозы таскать не приходиться, все свое добро лежит в рюкзаках, плюс минимум тяжелого вооружения, научных приборов и контейнеров для проб. Вскоре Илья уже давал команду орбитальным челнокам на старт. Начиналась самая работа для его батальона, чему центурион был весьма рад. Нафиг все: проблемы со Славей, политику, раздумья о будущем. Есть задача и ее надо выполнять. Вперед боец. Даже не так: Илья ощущал себя не бойцом и не каким-то загадочным сталкером о котором говорил Максимов. Скорее уж героем из первых детских приключенческих книжек: конкистадор и искатель сокровищ, сошедший с галеона на таинственный берег.

— Илья, батальон готов. Охранение выставлено, груз распределен. Какие будут приказы? — отрапортовала комбату подошедшая сбоку Сфео.

— Как впечатления? — поинтересовался у верного зама Илья. — Как на Славии, или на Земле верно?

— Похоже, — согласилась инопланетянка. — Разбиваем лагерь, собираем образцы?

— Не-а. Только время терять, — подумав немного, принял решение парень. — Цветочков и веточек для науки по дороге нарвем. Всю фауну мы, поди, уже распугали. А время не резиновое. Выдвигаемся к деревне сразу, чтобы успеть до вечера, побудем немного авантюристами. Я думаю, это важнее, чем устраивать пикник на поляне и собирать местных жучков и червячков. Разведвзвод ленааа выдвигается вперед, мы за ними цепью обычным порядком. Это же простой лес средней полосы, ну какие тут могут быть проблемы? Аборигены интереснее.

— Илья, все же это не исследованная планета, — возразила Сфео, слегка покачав головой. Взгляд синих глаз был озабоченный.

— Ты уверен, что стоит переходить сходу ко второй задаче?

— Вполне. Но если ты возражаешь, то высказывай, что тебя заботит. Спросим совета у Ллейды с ее разведчицами. Тормозить не надо, но и рубить с плеча я не собираюсь.

— Нет, Илья, ничего конкретного у меня нет. Так, гложет что-то. Пожалуй, ты прав, но Ллейду все равно спроси.

Проблемы начались примерно через час после выдвижения батальона к селению аборигенов. И как всегда неожиданно.

— Опасность! — голос разведчицы ленааа отрывисто прозвучал в наушниках и Илья тут же скомандовал по батальонной связи: — замри, — по привычке продублировав команду вскинутой к плечу левой рукой, сжатой в кулак.

Ничего. Только ветер слегка шумит в ветвях деревьев. Даже птички не поют. Ложная тревога?

Что-то промелькнуло вдали между деревьями и вдруг кусты поодаль буквально взорвались движением, как будто сквозь них пролетела ракета. Рядом с деревом, метрах в пяти от Ильи словно вынырнул из-под земли толстый буро-зеленый столб. Оцепеневший комбат успел увидеть, что наверху его венчает чешуйчатая голова размерами со стиральную машинку.

Огонь! Рефлексы сработали быстрее разума.

Палец утопил спуск, а в плечо привычно ударила отдача. Рядом уже работали автоматы симпанток. Велла и Слода, вооруженные импульсниками среагировали мгновенно, расцветив бока "столба" яркими цветками плазменных вспышек.

Гигантская змея, а это была она, испустив какое-то практически ультразвуковое шипение, перекрывшее даже звуки выстрелов, метнулась вперед, ударив головой Веллу в грудь, так, что инопланетянку снесло в сторону. Развернулась мгновенно, уставившись немигающим взглядом на стоявшего рядом с ней Сергея. Боец не струсил и продолжил стрелять твари в голову, замерев с автоматом, как на стрельбище. Илья, не переставая сам вести огонь, одновременно ухитрялся разглядеть вылетающие сбоку из автомата парня гильзы. Время словно замерло, растянувшееся в бесконечности мгновение длилось и длилось, пока не мелькнул толстый зеленый хвост, и получивший удар по ногам Сергей не упал навзничь как подкошенный.

Тварь развернулась во всю свою длину, ошалевшая от боли и ярости. Но новой атаки ей сделать не дали. Силовой клинок вовремя появившейся Ллайды, мелькая синим отсветом форсированного боевого режима, оставлял на теле твари огромные резаные раны. Ленааа резала монстра вдоль, легкими касательными движениями, словно опытный рыбак, потрошащий свежепойманную щуку на уху. Попытки сбить ее ударами хвоста были бесполезны, мастер-нож успевала в последнее мгновение увернуться.

Да и не было это осмысленным сопротивлением. Скорее уже конвульсии. Голова твари оказалась на редкость бронированной, но все же не как танковая броня… Слаженная работа нескольких автоматов сделала свое дело и одна из пуль все же достала мозг. Гигантская рептилия уронила голову вниз и лишь слабо шевелилась от попаданий. От прожаренных импульсами плазмы боков противно воняло горелым мясом.

Илья переключился на связь по батальону, готовый командовать, но все еще не соображающий толком что происходит… Спонтанный бой кипел еще в двух местах: впереди, где был разведвзвод ленааа, что-то визжало, шипело и ломало кусты. На левом фланге батальона, метрах в сорока тоже слышалась заполошная стрельба, и виднелись сквозь листву отсветы импульсников.

— Первый и второй взвод — за мной, третий и четвертый держать позиции на месте, — скомандовал Илья. — Третья рота — разворачивайте "улыбки". — Сфео, принимай командование второй ротой, разберись с левым флангом. Парень рванулся вперед, туда, где в густом подлеске с кем-то дрался разведвзвод ленааа. Лода и Карри привычно обогнали его, контролируя фланги, сзади бежали Стао и Ллайда.

Когда центурион появился на месте, все уже закончилось. Здоровенная, толщиной в торс крупного мужчины и длинной метров в двадцать змея лишь вяло подрагивала, истекая кровью из многочисленных разрезов. Десяток злых ленааа с клинками это вам не шуточки. На левом фланге стрельба тоже умолкла.

— Илья, у меня все. — Голос Сфео в наушниках дрожал от напряжения. — Убита змея, но какая… Слушай, таких здоровенных на Славии даже в джунглях нет.

— У нас тут еще две штуки, — отозвался комбат. — Похоже всего их было трое. Откуда такое вообще могло появиться в нормальном лесу? Они что, на медведей охотятся? Все, движение прекращаем, занимаем оборону. Командирам взводов доложить о потерях.

Итоги были невеселые. Илья мрачно слушал Сфео, испытывая острое чувство вины. Хорош командир… Поздравляю тебя с первым двухсотым. Погибла одна из разведчиц Ллейды, та самая ленааа, которая первой заметила опасность. Предупредить товарищей успела, а спастись — нет. Гигантский удав сбил ее с ног и сломал позвоночник сразу в нескольких местах. Другие разведчицы тут же принялись резать его на суши, и в итоге пропустили мимо себя еще двоих змей, атаковавших батальон. Поэтому к убитой добавились еще трое раненых. Велла со сломанными ребрами, Сергей с открытым переломом обеих ног и еще один землянин из второй роты попавший под удар хвостом. Сейчас бойца сильно тошнило и идти он не мог, жалуясь на острую резь в животе и общую слабость. Похоже, что-то ему внутри крепко отбило.

— Вина на мне, — Ллейда была бледна, но голос ее звучал твердо. — Я не организовала разведку должным образом и пропустила противника. Прошу отдать мне приказ о справедливом наказании.

— А мне его кто отдаст? — злобно ответил ей комбат, оглянувшись, чтобы убедиться, что их троих не подслушивают. — Может Лене позвонить? Я тоже хорош, ломанулся сразу через лес, хотя меня предупреждали. Давайте сейчас все тут вскроемся, будет змеюкам что похавать… После разберемся, кто виноват. Давайте решать вопрос, что делать будем.

— Я за движение вперед, — неожиданно сказала Сфео. — Выполняем первоначальный план.

— После случившегося? Ты же была самой осторожной из нас, — решил уточнить Илья.

— Все что мы узнали, так это то, что с Ковчегом шутки плохи. И никакой конкретики, — пожала плечами инопланетянка. — Вы вместе со мной видели головы этих тварей. Вот это, — Сфео потрясла маленькой емкостью с беловатым водянистым содержимым, похожим на жидкий студень — мы извлекли из их мозга. Экспресс-анализ говорит, что это неорганика, какие-то сложные микрочастицы, генерирующие внутреннюю энергию. Значит или нанороботы, или коллоидные наносхемы, технологическим уровнем повыше уровня трех цивилизаций. Сложные неорганические микроволокна в мышцах тоже видели? А чешую на голове, от которой пули рикошетируют?

— Змеи киборги? — прямо спросила Ллейда.

— А кто же их знает? — ответила Сфео. — Но уж явно не продукт местной эволюции. Змеи в природе так себя не ведут, да и настолько хорошо спрятаться в засаде, что даже мастер-ножи чуть не прошли мимо, такой здоровенной твари надо суметь. Дело нечисто, а информацию могут дать лишь аборигены. Кроме того, батальон теряет подвижность, раненых и убитую надо нести. В селении же можно устроить базу, пристроить пострадавших, там много воды. Вызывать сейчас челноки — только плодить вопросы без ответов. Нас сюда не за этим госпожа Славя послала.

— Не только Славя, а все объединенное командование, — заметил комбат, удостоившись от Сфео удивленного взгляда. — Нам еще с аборигенами подраться не хватало, — продолжил бурчать Илья. Шапкозакидательское настроение при виде трупа ленааа с центуриона слетело быстро. Вчера еще он ей улыбался в столовой, а теперь перед ним изломанная кукла в крови. Не такие уж они тут короли, со своими автоматами и импульсниками.

— Я свое мнение высказала, — закончила Сфео. — Решать комбату, его приказы не обсуждаются.

— Дальше пойдем, — решился Илья. — Но осторожно. Боевой порядок меняем с цепи на клин. Ллейда, утрой внимание. Подтяните пару "улыбок" и "калькулятор" в первую линию, при малейшем подозрении останавливаемся и прожариваем лес по площадям. Выполнять.

К селению вышли без приключений, когда вечер только-только начинался. С опушки леса просматривались сложенные из бревен деревянные дома, какие-то дощатые сараи, пыльная улочка в тени раскидистых тополей. Илья взял бинокль и присмотрелся повнимательнее. Не, ну надо же! Живая лошадь, совсем как та, что катала маленького Илью с другими детьми на городской масленице, лет десять тому назад. И телега при ней. У забора ходят куры, рядом с маленьким прудиком щиплют траву гуси. Красота… И где же у нас аборигены? А вот, сидят двое на лавочке, старый дед в чем-то балахонистом, серо-коричневом и молодой парень в синих штанах и красной рубахе, разговаривают о чем-то. Илья почувствовал себя приехавшим в деревню туристом, говорят, есть еще такие экопоселения по окраинам империи. Центурион чуть тронул сенсор, отвечавший за увеличение изображения, и принялся рассматривать лицо парня. Бррр…однако. Представьте себе совершенно типичную человеческую физиономию белого европейца, на которой какой-то хохмач поместил большие круглые глаза, а уши взял лисьи и переместил их на макушку.

Илья убрал бинокль и ненадолго задумался.

— Ллейда, что вокруг? — активировал связь с разведвзводом парень.

— Все чисто. Признаков засады нет. Один абориген собирает дрова на опушке. Взять?

— Да, но по возможности живым. — Центурион переключился на общую связь. — Вторая рота, окружить деревню со стороны леса. Первый взвод первой роты — оседлать дорогу из селения вдоль озера. Третья рота — разворачивайтесь здесь, будьте готовы на всякий случай прикрыть наше отступление "улыбками" и пулеметным огнем. Без нашего разрешения никто покинуть эту деревню не должен. По исполнении доложить. Остальные готовьтесь, скоро пойдем знакомиться.

Удивить местных бойцам его батальона удалось. Две женщины в длинных, домотканого вида платьях, разговаривавшие у калитки дома на околице, замерли с открытыми ртами и круглыми глазами. Их лисьи уши встали торчком и мелко подрагивали. Пасший гусей мальчик, завидев отряд, сел прямо на землю, выронив хворостину, а выбежавшая откуда-то собака тут же поджала хвост, не решившись даже залаять. Три взвода первой роты, почти сотня человек и славь с оружием наперевес, молча выбивали пыль из дороги казенными берцами, проходя по главной улице селения.

Илья сразу приметил богатый трехэтажный деревянный дом в центре деревни. Почти наверняка самый авторитетный абориген там. Вот и не будем размениваться на мелочи. Комбат подошел к украшенным затейливой резьбой воротам в заборе, ограждавшим обширное подворье и вежливо постучался в них.

Открыли сразу. Навстречу центуриону вышел пожилой бородатый мужик в расшитом узорами зеленом кафтане и алых шароварах и двое помоложе, одетых попроще. Лисьи уши на голове и круглые глаза на их лицах смотрелись живо и естественно, хотя и вызывали оторопь самим фактом своего присутствия. Опа, а что это они держат в руках? Типичный огнестрел, только незнакомый, что-то вроде ружей с укороченным стволом или дробовиков. Выглядит оружие, кстати, неплохо. На вид новенькое, аккуратно сделанное, никаких следов кустарщины, как будто недавно с завода. Интересно…

Стао думала так же, поэтому ее импульсник тут же уперся в грудь одному из аборигенов. Второго уже держали под прицелом автоматов симпантки. Жест инопланетянки был короток и выразителен: отдай оружие.

Отдали, протянув прикладами вперед стоявшим рядом офицерам из отделения Ильи. Явно неохотно, но не медля и не пререкаясь. Подавляющее превосходство бойцов батальона было для них очевидно, и это радует. Бородатый разразился длинной речью на незнакомом языке, помогая себе активной жестикуляцией. Илья поощрительно улыбнулся — давай дядя, болтай побольше, наговаривай материал. Сфео уже достала большой универсальный автопереводчик. Видеокамера отслеживает жесты и мимику, компьютер запоминает, анализирует и подбирает аналогии, используя языки и диалекты трех рас. Так, глядишь, на уровне "моя-твоя понимай" через пару-тройку часов можно будет общаться.

— Штаб устроим здесь, — распорядился комбат, проходя мимо аборигенов во двор и рассматривая крепкие постройки внимательным взглядом. — Сфео, разбей бойцов по отделениям, пусть осмотрят все дома. Оружие изъять, выставить посты. Поужинаем и заночуем в деревне.

— Одонат шагор! — вдруг вскричал пожилой мужик. — Одонат ирда зем! — показал он на одного из бойцов, тащившего прозрачный герметичный контейнер для проб, в котором была отрезанная часть головы гигантской змеи. Абориген сильно побледнел, губы его задрожали, было видно, что он очень испуган. Гораздо сильнее, чем при встрече с бойцами взвода. Он вновь начал что- то быстро говорить, размахивая руками. Теперь тараторили все трое местных, периодически показывая пальцами в сторону леса.

— Одонат гнев на вам. Шагор нам всем, — вдруг включился в беседу автопереводчик, подобрав своими электронными мозгами какие-то аналогии.

— Змеи им знакомы, комбат — Сфео старалась остаться невозмутимой. — Что неудивительно, раз они здесь живут. Думаю, что местные бояться нападения, иначе истолковать их страх сложно. Боюсь, что в ближайшее время у нас могут быть проблемы.

— Это-то понятно, — согласился с ней Илья. — Можешь говорить еще проще — мы влипли. Давай-ка отойдем, поговорим наедине. Максим и Стао, держите переводчик и идите в дом. Не расслабляйтесь, пусть отделение хорошенько осмотрит все подворье. Заодно поболтайте с хозяевами, постарайтесь выяснить точно, в чем все-таки дело.

— Сфео, а может мы все же преувеличиваем? — Выйдя на улицу, Илья оперся плечом на некрашеный дощатый забор и с тоской во взгляде посмотрел мимо деревянных домов в лес. В деревне можно было переночевать под крышей, уходить из нее не хотелось. Воевать второй раз за сутки не хотелось тоже. Ко всему прочему, не чувствовал комбат никакой угрозы от местных, вот и весь сказ.

— Вдруг аборигены просто бояться теперь выходить из деревни по грибы и ягоды, из-за того что мы потревожили местных "хозяев леса"?

Сфео лишь пожала плечами и молча одернула жилет-разгрузку, ожидая дальнейших распоряжений командира. Илья ее понимал. Действительно, говорить не о чем. Кто бы что не думал, а действовать надо исходя из худшего варианта.

— Хорошо, предлагай сначала ты, — продолжил парень.

— Твари могут быть под чьим-то внешним управлением. Они могут быть не только змеями. — Начала излагать инопланетянка. — Мы на Фортуне это уже проходили, Илья. Может быть и кое-что похуже, мы вообще ничего не знаем о местных раскладах. Худший вариант — ночная атака батальона неизвестными силами, темно будет уже через три часа.

— И что говорит военная наука Великой Славии по этому поводу, мастер-офицер? — Илья старательно прятал свою озабоченность, стараясь говорить нарочито спокойно.

— Оборона на открытой местности, конечно. За селом у дороги есть небольшой холм. Выводим батальон из деревни, занимаем на нем круговую оборону всеми тремя ротами, разбрасываем датчики- паутинки, высылаем дозоры ленааа. Там мы при нужде обеспечим такую плотность огня, что нас без бронетехники и артподдержки дивизия не собьет, не говоря уж о каких-то тварях. И ночуем спокойно, а утром разберемся, что и как. В лесу ночью драться глупо, в деревне тоже — стен вокруг селения нет, дома мешают прямой наводке "улыбок" и пулеметов, улицы и дворы нам не знакомы. А змеи быстрые и шустрые, темнота им не помеха. Бой в застройке — не вариант.

Илья снял шлем и задумчиво почесал затылок. — Все так. Все так Сфео. Только… А если твари атакуют деревню, пока мы на холме отсиживаемся и перебьют всех аборигенов? Не зря же местные так испугались.

— Значит, им не повезло, — равнодушно сказала девушка. — Командир, защита местного населения в наши обязанности не входит. Ты же сам говорил перед высадкой, — мы здесь хозяева, а на аборигенов наплевать.

Илья опять задумался, не зная, что и возразить.

— Понимаешь, Сфео. Не могу я так их бросить. Ну…неправильно это. — Парень был уверен, что инопланетянка сейчас скажет, что он попусту рискует жизнями своих бойцов. И был внутренне готов согласиться с ней и отдать приказ вывести батальон из деревни готовить позиции на холме. Его люди и слави ему важнее аборигенов, не до сантиментов. Может, все еще обойдётся и с деревней ничего не случиться.

Но оказался неправ. Какие-то потаённые струны в душе инопланетянки он задел. Сфео с ответом надолго замешкалась, а когда снова вступила в разговор, тон ее голоса уже был иным, а взгляд исполнен уважения.

— Илья, а ты дело говоришь. Хорошая хозяйка клана беспокоиться о поголовье своих подданных, — серьезно сказала инопланетянка. — Ты смотришь на два хода вперед, мне это сразу в голову не пришло….а ведь верно.

— Занимаем оборону всем батальоном вокруг деревни, — решился обрадованный поддержкой Илья. В селении держим несколько групп быстрого реагирования в резерве. Отобьемся. Я вызываю сюда вторую и третью роты.

— Согласна, — кивнула инопланетянка. — Я распоряжусь, чтобы после проверки дворов всех аборигенов согнали строить брустверы для "улыбок" и пулеметные ячейки вокруг села. Пусть копают. Кое-что сделать до темноты успеем. Если твари решат напасть, им нужно время собраться в стаю и добраться сюда. Успеем подготовиться.

Когда окончательно стемнело, Илья сидел на скамейке рядом с домом деревенского старосты и хлебал из алюминиевого котелка кашу из концентрата с тушенкой, поглядывая на незнакомые звезды. Где-то там, на орбите, кружился объединенный флот, навигаторы сидели в рубках звездолетов перед голографическими экранами. Славя, наверное, проводит очередное совещание. А он тут, как крестьянин три века назад, ест прямо с костра, чему весьма рад. Или крестьяне в печи готовили? Не помню… Хороша каша, но еще лучше было бы съесть яишенку с пылу, с жару, да с салом. Это вам не сублимированные полуфабрикаты лопать, запивая водичкой из рецикла. Но пока воздержимся, пусть на орбите разберутся с полезностью местных продуктов. Необходимые пробы у лисьеухих уже реквизированы.

— Приятного аппетита командир, — Ллейда, как истинный мастер-нож, появилась незаметно. — Поздно ужинаешь, остальные, кроме нас двоих, давно поели. Можно к тебе присоединиться?

— Валяй. — Илья подвинулся на скамейке, освобождая место для главной разведчицы батальона. Ленааа со своим котелком села рядом и сноровисто заработала ложкой.

— Какие новости? — не удержался от вопроса парень, когда котелок девушки показал дно. — Ты же вроде на допросе была? Мы со Сфео только что закончили оборудовать позиции, я не в курсе подробностей.

Ллейда с удовольствием облизала ложку и поставила пустой котелок рядом.

— Интересно получается, комбат. Все прямо один к одному сходиться с нашей задачей. Постараюсь кратко передать суть того, что мы вытащили из старосты и его сыновей: эта деревня и еще несколько сел и хуторов в окрестностях, платят дань некому Одонату. Кто это или что это мы так толком и не поняли, воочию его никто не видел. Одонат командует змеями, которые крестьян вообще-то не трогают, пока дань выплачивается. Ему нужно зерно, овощи, всякая живность, некоторые лесные травы, ягоды, какой-то "сладкий белый камень". Если все нормально, то змеи добрые. Если Одонат недоволен, то змеи съедают или утаскивают с собой парочку аборигенов, аборигены тащат ему еще дани и снова все хорошо. А живет Одонат…

— В руинах, которые нам надо бы посетить, — закончил предложение Илья.

— Именно, командир. Сейчас местные перепуганы до чертиков. Змей трогать нельзя, за это Одонат страшно разгневается и всех немедленно покарает.

— Понятно, — кивнул Илья. — Ллейда, все бы хорошо, но огнестрел у местных в картину не вписывается. Ружья хорошие, явно заводская сборка, но конструкция совершенно незнакомая. Откуда?

— Выяснили, Илья. Все глобальнее, чем кажется. Одонат занимается не только рэкетом, но и чем-то вроде торговли. Кроме того, одонатов на Ковчеге много. Одонат этой деревни иногда на месте сбора дани оставляет лимонного цвета порошок, который помогает больным. Предположительно антибиотик. Одонат в соседнем районе время от времени дарит огнестрел и боеприпасы, одонат приморского района дает аборигенам хорошие мотоблоки и лодочные моторы в сборке с энергобатареями. Всем этим местные торгуют уже друг с другом. Целая экономическая система, с которой еще разбираться и разбираться… Но для нас сейчас главная проблема — гнев местного Одоната. Местные бояться, что змеи вот-вот приползут сюда и перебьют их всех. Еще они опасаются остаться без лекарства, которое дает им хозяин, это их главный экспортный продукт.

— Тем не менее, работали на нас лисьеухие сегодня на совесть, — заметил Илья.

— Они теперь надеются на нас, — улыбнулась Ллейда. — Мы не оставили им выбора.

— Ладно, утро вечера мудренее. У нас со Сфео к встрече гостей все готово. Как твоя разведка?

— Бойцы бдят комбат, посты выставлены.

— Тогда пойдем спать. Чтобы не случилось, несколько часов отдохнуть надо. Завтра может быть непростой день.

— Комбат вставай, — Сфео аккуратно потрясла Илью за плечо перед самым рассветом. — Кажется, сейчас начнется.

Центурион открыл глаза и пару секунд приходил в себя, прогоняя остатки сна. Спал он одетым, поэтому, решительно оторвав голову от подушки, Илья сел на лавке, стоявшей у закрытого ставнями окна, и сразу потянулся за прислоненным к изголовью автоматом.

— Множественные цели у опушки леса, — тихо сказала помощница. — Снао их ведет, — показала она рукой на славю из третьей роты, специалиста по биоэнергетике. Сейчас та сидела за столом в хозяйской горнице перед стоявшим на дубовой столешнице массивным прибором, соединенная с ним наушниками и датчиками с проводами, закрепленными на ее косе. Перед глазами девушки таинственно светился синим голографический экран.

— Примерно три десятка крупных организмов в состоянии бодрствования, — сосредоточенно сказала Снао, продолжая вглядываться в экран и прислушиваясь к каким-то собственным внутренним ощущениям. — Масса отдельных особей до двух тонн, мозговая активность высокая, энергетический след не знакомый.

— Передать координаты пулеметчикам и расчетам импульсников, — тут же отреагировал комбат. Огнеметчикам бегом к околице. Боевая тревога.

— Есть, — отрапортовала Сфео и сразу переключилась на связь по батальону, отрывисто отдавая приказы. Много времени это не заняло, к чему-то подобному бойцы были готовы.

— Всем приготовиться. Как только они начнут движение к деревне — огонь на поражение без моей команды, — отдал приказ центурион.

Илья мысленно подозвал симпанток и, открыв дверь, выглянул на улицу. Во дворе уже ждало с оружием наизготовку его отделение. Едва освещенные неярким рассеянным светом фонаря бойцы были еле видны в темноте за пределами крыльца. Аборигены решили эту ночь провести в подвалах, так что разбираться с противником бойцам его батальона придется самим. Крестьяне не воюют, проливать кровь — дело господ. Нормальная средневековая логика. Которая обрекает землепашцев на смерть, если война идет не за налоги с подданных, а на истребление.

— Противник движется к нам, врассыпную, направление северо-восток, — раздался в наушниках голос Снао.

У околицы тут же полыхнуло белое зарево ведущих огонь импульсников. Координаты целей уже были забиты в бинокли операторов "улыбок", переданные от прибора Снао по централизованной системе управления боем. Видеть противника бойцам не обязательно, им оставалось только нажать на гашетку. Зоны поражения сужены до диаметра в десять метров, температура внутри — около тысячи двухсот градусов. Змеям понравиться, они создания теплолюбивые.

Тут же заработали пулеметы, разрывая ночную тишину гулом очередей. Биоэнергетический пеленгатор продолжал раздавать координаты и предполагаемые вектора движений тварей.

— Осталось двадцать отметок, — мерно комментировала в наушниках ход боя Снао. — Восемнадцать, Семнадцать.

За грохотом пулеметов звуки выстрелов из автоматов и гауссовок ленааа были почти не слышны. Но они стреляли тоже, создавая приличную плотность огня.

Илья мысленно вел обратный отсчет. Еще несколько секунд и "улыбки" дадут новый залп. Но и твари не стоят на месте.

— Шестнадцать отметок, — прозвучало в наушниках.

— Огнеметчикам, огонь по готовности, — отдал приказ комбат, решившись на последний аргумент. Ракетных одноразовых огнеметов имперского производства из-за их тяжести взяли в рейд всего двадцать штук на весь батальон. Десятком выстрелов можно пожертвовать, если твари прорвутся в деревню, будет невесело.

Огненные шары разрывов осветили все поле до самого леса, от звуковой волны заболели даже защищенные наушниками барабанные перепонки, земля под ногами слегка вздрогнула. А следом за огнеметами дали второй залп "улыбки". В воздух взвились осветительные ракеты, заливая ярким белым светом подступы к деревне.

Семь отметок, пять отметок, — продолжала бесстрастно комментировать бой инопланетянка. — Прорыв противником позиций.

Пятеро тварей все же ворвались в деревню мимо внешнего кольца обороны. Но их там уже ждали группы резерва. Ближайший бой проходил метрах в ста от Ильи. Комбат слышал грохот проламываемых монстром заборов и яростное шипение твари, заглушаемое огнем автоматического оружия. Илье хотелось немедленно бросится своим бойцам на помощь, но этого делать не следовало. Долг комбата — командовать боем. Прорвется враг к штабу на подворье старосты, вот тогда Илья и вступит в бой вместе со своим отделением, симпантками и пятью приданными мастер-ножами. Не раньше. Впрочем, его бойцы прекрасно справлялись сами.

— Отметок нет, — прозвучало, наконец, в наушниках. — Активного противника не вижу.

На поле боя потихоньку опускалась тишина. Еще раздавались одиночные выстрелы, вспыхивали отсветы ручных импульсников — его бойцы добивали тварей, не рискуя приближаться даже к неподвижным телам. Только сейчас центурион заметил, что над горизонтом небо начало ощутимо розоветь, до этого из-за ярких вспышек рассвет был не виден. Что-то горело в поле, где-то за забором скулила перепуганная до смерти собака. Они отбились.

В бою погиб только один боец — офицер из второй роты, которому размозжило голову ударом твари. Плюс двое людей и двое славь в состоянии средней тяжести, с сильными ушибами. Зато мертвых змей утром насчитали тридцать одну штуку, Снао немного ошиблась в подсчете. Обожженные, порванные пулями, иногда разорванные на части, они валялись на изуродованном огнем и взрывами поле. Попадались экземпляры чуть ли не в два раза крупнее, чем Илья видел в лесу. Знатно повоевали. Боекомплект батальона похудел процентов на сорок. Вылезшие из подвалов аборигены с ужасом взирали на последствия ночного боя и на бойцов батальона, как будто те сами были демонами вроде уничтоженных змей Одоната.

Утренний совет Илья, Сфео и Ллейда держали как обычно втроем, подводя итоги боя сидя за завтраком в горнице. Хозяева без разрешения даже заходить в дом боялись.

— Если ты спрашиваешь мое мнение, Илья, то я считаю, что ты не прав. Я думаю, что пора вызывать челноки, — сразу сказала Сфео. — У нас двое убитых, семеро раненых, они нуждаются в помощи. Информации мы собрали море. Биоматериала в поле гниет столько, что за десять рейсов не вывезешь. Еще один такой бой и мы останемся почти без боеприпасов. Хорошего понемножку, пора завязывать.

— Сфео, ну пойми же ты, — попытался убедить помощницу Илья. — Сейчас этот непонятный одонат слаб как никогда. Я думаю, мы уничтожили большинство его слуг, если не всех. Староста говорит, что так много змей они не видели никогда. Но Одонат может сделать себе новых, мы его ресурсной и производственной базы не знаем. Раз мы развязали войну, то лучше закончить ее быстро, одним ударом. Кроме того, тебе разве не интересно посмотреть хоть одним глазком на логово местного Кащея?

— Илья, риск очень велик. Я отвечаю за тебя перед госпожой Славей, твоя жизнь не принадлежит тебе одному. Интересы Великой Славии требуют от всех нас…

— Кроме госпожи Слави, есть еще госпожа Лена, со своими интересами — вмешалась в разговор Ллейда. — Если кто забыл, то я напомню: у нас тут союзнический батальон, а не подразделение второго легиона. Я поддерживаю Илью.

— Но почему?

— Потому что он прав. Потому что он пока показал себя хорошим командиром. Рейд проходит нормально, Сфео. Потери в рамках допустимого, цели достигаются, эффективность хорошая. Если бы мастер-ножи ленааа сворачивали свои рейды в тылу далззаа из-за таких смехотворных причин как у тебя, то мы бы уже давно им проиграли. Риск есть всегда, Сфео, не стоит так сильно обращать на это внимание.

— Ты обвиняешь меня в трусости, Ллейда? — По косе Сфео забегали маленькие искорки.

— Ничуть не бывало. Я сказала только то, что сказала.

— Стоп, девушки. Ссориться не будем, — примирительно сказал Илья и сделал глоток кофе. Ллейда, съешь пока печеньку, а ты Сфео, послушай, что я тебе скажу. Только предварительно обещайте, что этот разговор останется между нами.

— Обещаю, комбат, — сказала Ллейда. Сфео лишь молча кивнула головой.

— Сфео, я же знаю, твои родители родом из клана фиалки. Клан фиалки был уничтожен кланом Секвойи, но некоторых беженцев приютил враждующий с ним клан ясеня. То есть клан Слави. В том числе и поэтому ты ей так верна. Правильно?

— Да, Илья.

— Я тоже безусловно верен нашей любимой Славе, — немножко криво улыбнулся Илья. — Но Матриарх с ее государственными делами высоко, а мы тут, на грешной земле. Почему бы нам не подумать немного о себе, соратники? Не век же нам воевать, надо и о старости вспомнить. Что бы ты сказала Сфео, если бы я предложил тебе создать новый клан фиалки на Ковчеге и стать его главой?

Сфео промолчала, удивленно смотря Илье в глаза.

— Ты же уже все поняла, да? — Продолжил парень. — Тут уже есть готовая клановая система, только все замкнуто на Одонатов. Так давай замкнем ее на тебя. Уберем Одоната, аборигены присягнут нам, то есть тебе, если захочешь. Я скажу пару слов в поддержку этого плана Славе, в имперском командовании у меня тоже есть связи. Ллейда и я поддержим тебя перед Леной. Кончиться война, получишь под начало колонистов, официальный титул и вуаля, хозяйствуй. Не ты, так твоя дочь будет владеть богатейшим кланом. Почему нет? Мы поможем тебе, а потом ты окажешь дружескую услугу нам. Я думаю, у Ллейды тоже найдутся свои интересы.

— Многие слави и люди в батальоне готовы пожениться. А мы бы отдали в приданное каждой такой семье по деревне или хутору. Немного подняшить аборигенов и… — задумчиво сказала Сфео.

— И с сельским хозяйством проблема решена. А промышленностью займутся колонисты. Мы строим новый мир Сфео, так почему бы нам не стать его новой элитой? Но сначала надо убрать Одоната. И лучше это сделать нашими руками. Убедительнее получиться. Так ты со мной?

— Да, — подумав, сказала Сфео. — Ты прав, это отвечает интересам Славии.

Глава 6

Раненых людей и славь оставили в деревне, вместе со взводом охраны. Покидал их Илья с легким сердцем — совсем тяжелых среди них не было, еще немного без комплексной медицинской помощи больные потерпят. Не в лесу бойцов оставляет, а в теплых постелях, с хорошим уходом. Заодно сгрузили на подворье старосты часть снаряжения и продуктов, чтобы идти было полегче. Потраченные в бою патроны тоже перестали оттягивать карманы рюкзаков, так что шли бойцы Ильи почти что налегке, если сравнивать с началом рейда. Долгого боя или осады логова Одоната Илья не планировал. Он вообще-то и так втирал очки начальству, отделавшись во время вчерашнего вечернего доклада на орбиту общими фразами вроде: "продолжаю собирать информацию", "наводим контакты с туземцами", "столкнулись с агрессивной фауной", "случайные потери". Вроде и не соврал, выкрутился, а всей правды не доложил. Еще сутки, максимум двое, до следующего доклада Славя подождет, у нее дел хватает. Но его запас времени не безграничен, особенно если кто-нибудь отследил с орбиты их ночной бой и доложил о нем матриарху или консулу Тихонову, командующему земной эскадрой.

Батальон прошел строем по сельской дороге через окружающие деревню огороды, миновал пшеничное поле и втянулся в чистый сосновый лес, почти не замедлявший скорость отряда. В этот раз шли осторожно, периодически делая короткие привалы, во время которых Снао сканировала своим прибором ближайшие окрестности. К логову Одоната их вел взятый проводником сын старосты, который обещал показать удобный путь. На него даже давить сильно не пришлось. Как признался парень, гибель стольких своих слуг их деревне Одонат не простит никогда, разбираться в степени виновности лисьеухих он тоже не станет. Каяться бесполезно, за попытку сопротивления даже одной змее, бывало, платили десятками жертв. Если могущественные пришельцы уничтожат Одоната, то всем будет только лучше. Что уж теперь… Впрочем, курс местного "сусанина" Илья на всякий случай контролировал по электронной карте местности.

Вышли на точку вовремя, немного после полудня. Сосны расступились, открыв заросшее травой и колючим кустарником поле, с высоким зданием в центре, напоминавшем то ли небольшой элеватор, то ли фабричный цех без окон. С первого взгляда было понятно, что место заброшенное. Полуразрушенное сооружение зияло многочисленными проломами, высокая сводчатая крыша частично обвалилась. Рядом с ним возвышались две обвязанные трубами вышки, похожие на ректификационные колонны из учебника химии. Одна из них опасно накренилась, казалось еще чуть-чуть и упадет. Несколько остовов домов поменьше, стоявших рядом с центральным зданием, зияли пустыми оконными проемами.

— Взвод стой, — скомандовал Илья. — Ллейда, посмотри со своими разведчицами, что там впереди. Сфео, прикажи Снао своим биолокатором местность пощупать. На рожон лезть не будем, подождем.

— Чисто, — через некоторое время сказала Снао, вглядываясь в экран прибора. — Никого крупнее собаки в радиусе трех километров не чувствую. — Общий фон спокойный, обычный лес.

— Ллейда, как у тебя? — запросил ленааа комбат.

— Дошли до руин. Все тихо. Здания заброшены давно, местами проржавевшая арматура торчит. Заросло все основательно… Стены похожи на бетонные, внутри пусто, только какой-то гнилой хлам валяется и мох осклизлый. Движемся дальше.

— Там большая дверь в землю должна быть, — тихо сказал проводник. Лисьеухий вытянул руку высоко вверх, показывая насколько велика таинственная дверь. — Мы к ней дары для Одоната приносили.

— Ллейда, местный про какую-то дверь говорит, — сообщил Илья. — Видишь?

— Да, есть, — немного погодя сообщила по радиосвязи разведчица. — Сразу за зданием. Как будто пологий искусственный холмик насыпан, а в нем круглый металлический люк. Большой, диаметром метра три. Рядом с ним вытоптанная площадка. Илья, такое ощущение, что в землю наклонный тоннель уходит.

— Стойте там Ллейда, смотрите в оба, — приказал разведчицам Илья. — Батальон, выдвигаемся повзводно по моей команде. Страхуйте друг друга, будьте внимательны. Надо нам этого Одоната разъяснить, очень надо…

Замок у этой хрени, надо полагать, здесь, слева — Илья еще раз несильно пнул ржавый металлический люк. Тяжеленная плита ни то что не дрогнула, но даже не издала ни звука. — Ничего, для нас это не проблема. Стао, Максим, тащите "улыбку". Как думаешь, Сфео, пробьем?

— Диаметр поражения надо выставить сантиметров на сорок, — прикинув что-то в уме, кивнула инопланетянка. — Для большинства металлов должно хватить. Правда, я не знаю толщины люка… Но, думаю, за семь-восемь импульсов или замок вскроем, или дыру прожжем.

Так и вышло. Только дольше и муторнее, чем предполагала Сфео. Открыть вход в подземелье удалось лишь с двадцатого импульса. Замок так и не вскрыли, просто проплавили в тридцатисантиметровой броне неровную дыру высотой в полтора метра, так, чтобы можно было пролезть не напрягаясь. Илье это не понравилось, заряд батарей и рабочее тело "улыбок" стремительно расходовались. Но дело того стоило. Через оплавленную дыру уже можно было увидеть уходящий вниз чистый, облицованный светло-зелеными квадратными панелями коридор, освещенный сверху белыми лампами дневного света. Вид у тоннеля был совсем не заброшенный. Оставалось лишь выждать пару минут, когда окутанные паром и регулярно поливаемые водой из лужи края бронеплиты немного остынут и можно будет лезть внутрь.

Вызов пришел неожиданно. Доставая настойчиво вибрирующий коммуникатор с выгравированным изображением ясеня на задней панели, Илья уже догадывался, кто его хочет. Славушка, любимая, ты как всегда вовремя…

— Привет дорогая! — Весело сказал Илья.

— Илья, ты там совсем с ума сошел? — голос Слави был полон негодования и тревоги. — Ты с кем там воюешь? Что происходит? Ты почему мне не звонишь!

— Да все нормально, — успокаивающе сказал в трубку Илья. — Рабочие моменты, Славя, ничего особенного. Вечером все расскажу поподробнее.

— Что значит рабочие моменты? Мне только что показали ночную запись с орбиты. Там все горит и взрывается, сплошная тепловая засветка… Илья, прекращай операцию.

— Дорогая, не могу пока. Не волнуйся, скоро я тебе обо всем тебе отчитаюсь.

— Так! — Голос Слави в динамике вдруг стал спокойным и ледяным. — Илья, ты со своим батальоном находишься у руин, я вижу твои координаты. Группа спецназа второго легиона два часа назад пробовала проникнуть в такие же к северу от вас. Илья, произошло что-то страшное и непонятное. Они понесли очень большие потери и ничего не добились, мы их эвакуируем прямо сейчас. В руины лезть нельзя, это крайне опасно! Я приказываю тебе даже не пытаться проникнуть внутрь. Немедленно отводи батальон и жди связи. Челноки будут вызваны для вашей эвакуации в ближайшее время. Это приказ центурион!

— Что? Не слышу тебя Славя…, - закричал в трубку Илья. — Что ты говоришь?

— Илья, не валяй дурака. Прекращай рейд, отводи бойцов от руин.

— У меня что-то со связью. Ничего не слышу, помехи, — крикнул Илья в трубку и нажал сигнал отбоя.

Выключив коммуникатор, Илья быстрым шагом подошел к стоявшей неподалеку Сфео. Приборов для двусторонней связи с орбитой в батальоне было только два. У остальных бойцов только аварийные маячки. Ну да, все предсказуемо… Верная помощница уже тянулась в специальный карман на бедре.

— Не надо отвечать на сигнал. Просто не делай этого, Сфео, — как можно убедительнее сказал парень.

— Но это же Славя! — Недоуменно сказала девушка, глядя на экран. — Я обязана ей ответить.

— Я ее уже пытался с ней поговорить. У нас проблемы со связью Сфео, понимаешь, — с нажимом продолжил Илья. — Проклятая облачность мешает или там ионизирующее излучение влияет, не знаю, я не спец. Но прямо здесь и сейчас, связи с орбитой нет.

— Илья, я не могу не ответить, — палец Сфео потянулся к сенсору активации.

— Если ты это сделаешь, то забудь все, о чем мы говорили, Сфео. Считай, что нас кроме служебных обязанностей ничего не связывает. Хочешь быть верной Славе любой ценой — будь. Не могу неволить. — Илья мысленно подозвал симпанток, развернулся и сделал шаг к остывающему проходу в подземелье. Его решение уже ничего не могло изменить. Если надо, они пойдут вниз втроем.

— Хорошо, я с тобой, — раздался сзади голос Сфео. Девушка была бледна, но голос ее был тверд. — Но хоть объясни, почему?

— Потому, что я чувствую, что это наш шанс, подруга, — улыбнулся ей Илья. — И еще потому, что сама Славя, если бы всегда слушалась приказов и делала только то, что ей говорят, ни за что бы не стала Матриархом. У нее есть чему поучиться. Пойдем вниз, Сфео, у нас не так много времени. Я не собираюсь ввязываться в безнадежный бой. Я собираюсь вернуться победителем.

Широкий наклонный коридор уходил под землю, закручиваясь по спирали. Илья шел вместе с симпантками и со своим отделением впереди, Сфео и Ллейда держались в двух шагах от них вместе с пятью ленааа. За ними гуськом шагали вниз еще три взвода первой роты. Остальные бойцы остались наверху.

Все это было, безусловно, неправильно с точки зрения устава, тактики и здравого смысла. Но бывают на войне такие случаи, когда командир должен идти в атаку впереди своего полка, иначе грош ему цена. Раз Илья взял все на себя, то ему нельзя прятаться за спинами своих бойцов. И было еще кое-что: Илья чувствовал угрозу, разлитую в воздухе. Это были не его взвинченные нервы или фантазии. Угроза была реальна как няш-воздействие, как его связь с симпантками. Она не казалась, она была. А кто в батальоне главный специалист по ментальной борьбе? Получается, что он, Илья. Значит, ему первому и вступать в схватку, если до этого дойдет.

Коридор вывел их в обширный круглый зал, залитый светом овальных белых ламп над потолком. Вдоль синих гладких стен стояли исписанные непонятными красными иероглифами серые металлические шкафы, покрытые пылью, на которых горели разноцветные светодиоды. Илье они напоминали то ли промышленные холодильники, то ли старинные приборные щитки. В стенах зала виднелось несколько дверей, из которых была открыта настежь только одна, самая большая. Мельком заглянув в нее, Илья увидел уходящий еще глубже такой же зеленый коридор.

— Спускаемся дальше вниз? Или сначала попробуем открыть двери? — Спросила Ллейда. Илья набрал воздуха в грудь для ответа и в этот момент все началось…

Одна из дверей вдруг сама собой распахнулась, и Илья тут же почувствовал ментальный удар. Что-то вроде незабвенного ультимативного няша от Альды, примерно такой же силы. Только это был не няш. Что-то другое. Илья испытал страх, почтение и трепет, все вместе. А еще желание немедленно повиноваться приказам. Как будто ничтожному рабу повелевал с сияющего трона великий владыка, не подчиниться которому было совершенно немыслимо.

Несмотря на огромную силу воздействия, колебался Илья лишь пару секунд. Потом усилием воли оторвал морок от своего сознания, как липкую пленку с гладкой поверхности.

"Нет, меня подобными штучками не возьмешь. Переболел, хватит", — подумал центурион, поводя стволом автомата по сторонам, выискивая цель. То же делали и симпантки. Их ментальные каналы были накрепко завязаны на Илью, ни няш, ни властный морок на них не действовали, пока парень сохранял свою волю и разум.

А вот с бойцами батальона все обстояло гораздо хуже. Ллейда стояла с оглушенным видом, смотря пустыми глазами на Сфео и держась за рукоятку клинка. Та в свою очередь, медленно переводила импульсник на ленааа. Стао упала на колени, Максим зачем-то постоянно передергивал затвор автомата. Все воинство Ильи было в глубоком ступоре.

— Убей их, — прозвучал в голове отчетливый приказ. Илья понял к кому он обращается. К каждому из людей, славь и ленааа в его батальоне. Неведомый Одонат хотел, чтобы Илья убил всех вокруг себя, так же как он этого требовал и от других бойцов. Хуже всего то, что свободную волю парень, похоже, сохранил один. Конец.

"Ну нет", — Илья постарался найти источник страшного приказа. Глазами он никого не видел, но разве ему нужно видеть Карри, чтобы позвать ее? Центурион постарался нащупать центр воздействия и ударил по нему, так же как недавно бил няшем по ничего не подозревающей Скаде.

"У тебя нет авторитета. Ты никто. Замолчи, выхухоль бессмысленная!", — так, наверное, звучало бы его послание, если бы краткую мысль-эмоцию можно было выразить словами.

"Что? Да как ты смеешь так со мной разговаривать"?

Неведомый Одонат никак не ожидал сопротивления. И среагировал как-то по-детски. В уловленной Ильей эмоции было больше обиды, чем праведного гнева. Это невольно ощутили и бойцы, уже готовые открыть огонь друг в друга. Ментальное воздействие на них ослабло. Ллейда достав клинок, мягко прыгнула в сторону высматривая врага, офицеры пришли немного в себя. Только слави продолжали стоять оглушенные, чары Одоната действовали на их расу особенно сильно.

"Подчинись ничтожество"!

Этот приказ был направлен непосредственно на Илью. Центурион почувствовал себя нашкодившим третьеклассником, приведенным учителем к директору школы. Удар был силен, Илья это понимал. Возможно, до встречи с Альдой он бы сломался. Но не сейчас.

"Да иди ты…Помолчи, смешная зверушка, я тебе слова не давал", — парировал Илья, стараясь, чтобы его мысль-эмоция звучала как издевательство. Одновременно с этим он пытался нащупать противника, пусть не взглядом, но неким шестым чувством, как симпанток. Где он? Вякни еще раз тварь и я тебя найду.

"Убейте его"!!! — Вот это уже было серьезно. Одонат приказывал славям и те не могли игнорировать воздействие такой силы. Но в этот момент прицел автомата Ильи уперся в некую точку в пространстве и парень потянул спуск. Спустя мгновение по ней же открыли огонь обе симпантки, словно уловив от Ильи целеуказание.

Дальше было страшно. Одонат вдруг мысленно раскрылся, Илья неожиданно почувствовал противника как самого себя, даже ощутил, как пули рвут его тело. Ему было страшно, больно и плохо. Но продолжалось это недолго, все исчезло разом, как будто вилку из розетки вырвали. А в противоположном углу, появившись из ниоткуда, оседало на пол длинное, нескладное, залитое кровью тело.

Не в силах совладать со своими дрожащими коленками, сел на пол и Илья.

На то чтобы прийти в себя, комбату потребовалось несколько минут. Морок развеялся и его бойцы удивленно смотрели по сторонам и друг на друга. Сфео и Ллейда обступили сидящего Илью с обеих сторон.

— Что это было, комбат? — глаза Сфео были круглые-круглые от удивления, вид потерянный, коса выбилась из-под униформы и безвольно висела. — Я только что чуть тебя не сожгла.

— А я тебя чудом не зарезала, подруга, — мрачно произнесла Ллейда. — Хорошие дела… Это все он? — кивнула на тело у стены ленааа.

— Скорее она, — голос Ильи противно подрагивал, зубы мелко стучали. — Я ее почувствовал, девушки. Брр…

Одонат оказалась высокой, худой женщиной почти трехметрового роста, одетой в зеленый глухой комбинезон с многочисленными карманами, словно у слесаря. Кожа со странным синеватым отливом, на голове каштановые волосы до плеч. Длинные руки с тонкими пальцами, заканчивающиеся когтями, мелкий, еле обозначенный нос, большая голова на длинной шее. Рядом с ней валялся пропитанный кровью головной убор, похожий на панамку. На лисьеухих она не походила совсем.

Илья все же с трудом поднялся на ватные ноги и подошел к осматривавшим поверженного врага инопланетянкам.

— Что дальше командир? — спросила его Сфео. — Какие будут приказы?

— Дальше все. — Центурион с трудом справился с приступом дурноты. — Я же говорю, я ее почувствовал перед смертью. И кое-что понял. Больше здесь никого нет. Всех змей мы перебили, новые будут подрастать в комплексных биоинкубаторах еще с недельку. Все это место — большой подземный завод, что-то вроде биотехнологического производства. На основе нанороботов кажется. Не знаю точно, Одонат сама не знала, все смутно, на уровне образов. И вот еще что: Сфео, подойди ко мне поближе и посмотри мне в глаза. Раскройся.

— Командир! — в голосе инопланетянки смешались обида и возмущение.

— Ты не поняла. Я не буду тебя няшить. Просто сделай это, поверь мне еще раз.

Илья заглянул в синие глаза инопланетянки и постарался аккуратно, не расплескав, перелить в ее сознание то, что успел захватить в мыслях умирающей хозяйки подземелья. Что-то вроде ментальной метки или печати. Следовало торопиться, парень чувствовал, что долго эту структуру он в голове отдельно от своего сознания не удержит. Пользоваться сам сможет, а передать — нет.

Вот и все, Сфео, — удовлетворенно сказал Илья, почувствовав, что освободился от ноши. — Принимай подарок, будущая глава клана. Этот завод теперь твой, он тебя опознает как свою хозяйку. Тут где-то неподалеку есть комната управления, интерфейс ментальный, разберешься. Никто другой кроме тебя и меня больше к нему доступа не получит. Правь аборигенами, подруга и спасибо за твой сегодняшний выбор. Ллейда, тебе мы тоже что-нибудь найдем, этого добра на Ковчеге много. Со мной не пропадете, — улыбнулся Илья. Центурион устало закрыл глаза, наблюдая как под веками пляшут цветные пятна. Снова, как после свидания с Альдой, с его головой творилось что-то не то. Мелькали непонятные образы, очень хотелось спать, периодически накатывали приступы дурноты.

— Боюсь, девочки, вам придется меня нести, — с закрытыми глазами произнес Илья, медленно оседая на пол. Сил держаться не оставалось никаких.

Очнулся Илья уже на поверхности, у опушки леса, от сильного шума. Он лежал под навесом из плащ-палатки, на двух спальных мешках, под голову ему чья-то заботливая рука подложила набитый чем-то мягким рюкзак. Рядом на поваленном дереве сидела Сфео.

— Пришел в себя командир? — спросила его помощница, заметив как он пошевелился. — Это хорошо, вместе под трибунал идти веселее, — она показала рукой на садящийся неподалеку челнок.

— Сколько прошло времени?

— Часа три или чуть больше.

В открытую аппарель челнока выскочило несколько фигурок с оружием наперевес. Вперемешку, "мечи" и слави. Мечей, пожалуй, побольше.

— Илья, живой? — услышал в наушниках встревоженный голос парень. — Ты где?

— Здесь я, Славя — отозвался центурион. — Недалеко, под навесом контуженый страдаю.

— Тебе недолго осталось. Добью своими руками. Жди.

Славя появилась у навеса через несколько секунд. Разъяренная и прекрасная. По косе бегают искры, глаза метают молнии, импульсник на изготовку. На вставшую в стойку "смирно" Сфео Матриарх не обратила ни малейшего внимания. Посмотрев на Славю, Илья даже на секунду усомнился в измене жены. Все-таки она его любит, раз бросив все, лично сорвалась с орбиты возглавлять спасательную операцию.

Инопланетянка смерила Илью долгим взглядом и словно передумала ругаться. Сунула импульсник в кобуру, поправила косу.

— Хорошо, что ты живой Илья, — почти спокойно произнесла Славя. — Я тебя от контузии вылечу и у нас будет много-много времени, дорогой. Отдохнешь как следует, поправишься, пивка попьешь, нервы подлечишь. Это не твоя вина, что ты не справился, просто для такого слабого человека как ты ноша оказалась непосильной. Центурион Анечкин, вы с сегодняшнего числа сняты с командования союзническим батальоном. Официальной бумагой, — показала она Илье листок. — Подписанной мною и имперским командованием. Сдавай дела, Илья.

Чего-то подобного Илья и ожидал. С недавних пор он стал думать, что нужен Славе в качестве комбата особого батальона не столько для дела, сколько для картинки. Точнее не так — геройства не помешают, но небольшие и в меру, такие чтобы работали на имидж Матриарха. Еще перед высадкой на Ковчег Славя намекала ему: не надо сильно усердствовать. Высадился, осмотрелся и улетел, продемонстрировав сотрудничество людей и славь. С него достаточно. Героическую историю потом придумают пропагандисты. Другое дело, что у него были свои мысли на этот счет, поэтому центурион и рвался в бой. Победителей не судят, цель оправдывает средства и перегибы. Но теперь, глядя в ставшие ледяными глаза жены, он вдруг понял, что был не прав. Если победители не нужны — их еще как судят. Славе не нужен муж победитель — ей нужен муж-инструмент, послушный ее приказам. Если инструмент оказывается негодным — его заменяют.

— Есть сдавать дела, госпожа Матриарх — Илья постарался встать по стойке смирно, но покачнулся от слабости и чуть не упал. Славя сделала шаг вперед, чтобы его поддержать, но не успела — с интересом прислушивающаяся к разговору Ллейда была быстрее, подставив Илье свое плечо. Вообще свидетелей их разговора неожиданно оказалось много — Славю сопровождали две телохранительницы и трое "мечей", главный из которых был в ранге старшего центуриона. Подтянулось несколько разведчиц ленааа, Стао, Максим, еще люди и слави.

— Сфео, принимай командование, — повернувшись, сказал инопланетянке Илья. — Теперь отвечаешь за батальон ты.

— Нет, — поморщилась Славя. — Со Сфео будет отдельный разговор. Илья, сдавай дела старшему центуриону Туманову.

— Что? — удивился Илья. — Господин старший центурион, без обид, но вы ничего не в специфике батальона не понимаете. Тут все по-другому. Славя, ты дезорганизуешь боевое подразделение в то время, когда каждый человек на счету.

— Илюша, без тебя как-нибудь разберемся, — почти ласково сказала Славя. — Незаменимых не бывает. Твое счастье, что эти руины оказались пустыми, и ты там никого не нашел. Иначе ты бы угробил весь батальон без единого шанса на спасение. Даже мой спецназ столкнулся с воздействием непреодолимой силы и атакой таких тварей, что…

— Не совсем так, Славя — обида настолько душила парня, что он даже не дослушал жену, перебив ее. — Руины были не пустые. Но ты же уже все решила, и обстоятельства не имеют значения, не так ли? Сдавать господину старшему центуриону мне особо нечего, все личные дела и прочая канцелярия на орбите. Личный состав весь здесь, за исключением раненых и взвода охраны в деревне. Какие приказы у имперского командования есть ко мне лично? — Спросил Илья старшего центуриона.

Офицер чувствовал себя явно не в своей тарелке. Немолодой, с волевыми чертами лица, он производил впечатление тертого жизнью служаки, не выскочки и не карьериста.

— Никаких, центурион, — честно ответил он. — Мне приказали охранять с моим подразделением Матриарха и выполнять ее приказы. Тебе — сдать батальон кому прикажет госпожа Матриарх. На этом все. Я сам до последней секунды не знал, что так получится…

— Хорошо. Принимайте командование, господин старший центурион — сказал ему Илья. — Сейчас я сброшу на ваш коммуникатор батальонные частоты и коды управления связью. Я понимаю, что требуется построить людей и объявить приказ им лично, но прошу меня простить — я контужен и мне сейчас очень плохо. Сделаем это перед отлетом, пока надо доставить из деревни раненых и погрузить трофеи. Вам в этом поможет госпожа Сфео. Мне же сейчас нужно лечь, извините.

— Илюш, иди в медблок челнока, — постаралась улыбнуться парню Славя. — Ложись и отдыхай. Я сейчас подойду, поделюсь с тобой энергией.

— Обойдусь без твоей заботы Славя, — усмехнулся парень. — Я вообще-то тебе лично воинской присяги не приносил, и твоей косы мне не надо. — Илья умом-то понимал, что говорит оскорбительные вещи, тем более при свидетелях, а Славя по-своему права. Но его уже несло вперед на крыльях обиды, и прикусить язык не было никаких сил. — Уж не знаю с кем у тебя в имперском командовании столь близкие отношения, что любой твой каприз выполняют в течение часа, подписывая такие бумаги, но мне ты не командир, а от начальства я приказов не получал. Батальон у меня забрали. Так что я от вас всех временно совершенно свободен, — Илья повернулся к своему навесу. — Здесь прилягу.

— Какие такие, близкие отношения? — прозвучало ему в спину. — Ты что несешь, Илья? Ах вот оно в чем дело…, - интонация голоса у Слави была такая, что парень испугался, что она его прямо сейчас сожжет из импульсника. Просто достанет оружие из кобуры и выстрелит ему в спину, если симпантки помешать не успеют. Да и наплевать, к тому все и шло. Как же хочется спать… С головой опять происходили какие-то неприятные вещи, перед глазами бегали серые точки, окружающие звуки плавали, неприятно отдаваясь в затылке. Потом, все потом.

— Госпожа матриарх, — услышал Илья над собой голос Сфео. Парень растянулся на спальниках и блаженно прикрыл глаза. — Госпожа Матриарх, разрешите доложить: центурион недавно вышел из схватки с очень сильным противником, атаковавшим ментальным ударом весь батальон. Вышел победителем, враг им уничтожен. Он действительно получил три часа назад сильную контузию и, не исключено, находится в не вполне адекватном, возможно бредовом состоянии. Прошу учесть это при…, - глаза парня закрылись, и он погрузился в темноту, не дослушав окончания фразы.

Очнулся Илья уже поздним вечером, на тех же самых спальниках. Чувствовал он себя гораздо лучше, голова прояснилась, в теле появилась знакомая легкость. Центурион выразительно посмотрел на косу сидевшей рядом с ним Сфео.

— Не я, — покачала головой девушка. — Славя в тебя свою энергию закачала, никому больше не доверила. Пойдем Илья, пока ты спал, события на месте не стояли.

— Что-то еще случилось? — Удивился парень.

— Случилось, — показала рукой в поле Сфео. У руин стояло на земле уже целых четыре челнока. Один из которых был раскрашен в черно-фиолетовые узоры ленааа.

Славя стояла у фиолетового челнока и о чем-то оживленно спорила с Леной и Максимовым. Надо же, интересно получается… Илью жена удостоила только короткого равнодушного взгляда. Во всяком случае, она очень старалась, чтобы он таким казался.

— Привет Илья, — Лена, напротив, была сама любезность и приветственно помахала парню рукой. — Так вот, подруга, продолжая наш разговор, — девушка повернулась к Славе. — Рановато ты батальоном стала распоряжаться как своей собственностью. Я своего разрешения на снятие его командира не давала. И не дам. Проект совместный для всех трех рас. Или восстанавливай Илью в должности, или мои мастер-ножи покидают батальон. Они присягали на верность Илье лично. Не тебе и не имперскому командованию.

— Матриарх Великой Славии не пустомеля. — Славя отрицательно покачала головой. Нельзя издать официальный приказ и в этот же день его дезавуировать. Я свой приказ не отменю. Твое решение Лена, лишает батальон боеспособности.

— Не я это начала Славя, — медовым голосом возразила Лена. — Не знаю, что там за черная кошка между вами с Ильей пробежала, но мне такой расклад не нравиться. Иван Матвеевич с моими разведчицами едва ноги от руин унес. Потери — пятеро мастер-ножей и восемь землян, включая симпантов. Твой спецназ потерял свыше половины личного состава. Результаты у нас нулевые. А Илья с минимальными потерями добился успеха и многое для всех нас прояснил. Такими кадрами не разбрасываются, Славя, даже если они тебе не по душе. Фактически наш Илюша единственный и уникальный специалист по вскрытию руин на все три цивилизации. Если мы хотим разобраться с чужими технологиями, а не тупо выжечь все орбитальными бомбардировками, то мы молиться на него должны.

— Сдается мне, пробегавшая черная кошка была с фиолетовым отливом, — сузила глаза Славя. — Твоя Ллейда быстро успела все тебе на орбиту доложить, и полдня не прошло. Вот я и думаю: так ли все с моим мужем гладко, нет ли тут влияния нашей скромной Леночки?

— Ты его жена, у тебя и все карты в руках, — равнодушно пожала плечами Лена. — Причем здесь вообще я? Я только за интересы общего дела радею. В общем так, друзья мои: вы издаете всякие официальные бумаги, ну и я тоже это умею. Вот вам официальное письмо- запрос Матриарху Великой Славии и земному командованию от главы экспедиции ленааа. — Лена достала сложенный пополам листок. — Там много чего красивого написано, про дружбу, сотрудничество и прочие хорошие вещи, а так же небольшая просьба. Я прошу временно откомандировать в ведение экспедиции Ленааа центуриона Анечкина, как свободного на данный момент военного специалиста. А так же людей и славь из его батальона, которые пожелают последовать за ним. В конце концов, батальон-то у нас общий, а пользуются им в основном слави. Имейте в виду — отказ сильно усложнит наши отношения, а согласие будет оценено по достоинству. В том числе ты, подруга, сможешь на меня рассчитывать при борьбе с твоей аристократией на Славии.

— Илья плохо себя чувствует после контузии. Ему надо пройти лечение, — возразила Славя. — Никакой войны, только отдых и постельный режим.

— Мы будем очень чутко относиться к центуриону Анечкину, — заверила ее Лена. — Необходимое лечение и отдых предоставим. Славя, давай начистоту — я предлагаю тебе выход. Ты сама сняла Илью с батальона, тебя никто этого делать не заставлял… Хорошо, если хочешь, продолжай курировать старый батальон, мастер-ножей для него ты от меня получишь. А я хочу сформировать для ленааа новое смешанное подразделение, и для этого мне необходим Илья. Уже ясно, что проект оказался удачен, ленааа хотят свою долю пирога. Результатами деятельности я поделюсь, отчет предоставлю. Я утвержу снятие Ильи с командования батальоном, чтобы все выглядело красиво, без разногласий между нами. Он перейдет ко мне и сформирует новое подразделение. Все будет чин чином, все сохраняют лицо, дело не страдает. Если же ты боишься, что я украду у тебя мужа — то я лишь развожу руками. В свое время он выбрал тебя. В противном случае, я буду считать, что люди и слави ведут сознательную игру на ослабление ленааа. Отказываешься от игрушки подруга — не ломай ее, а отдай товарищу.

— Лена, ты не понимаешь, чего просишь, — вздохнула Славя. — Мой муж не игрушка.

— Как раз это я понимаю Славя. Илья действительно не игрушка, только вот ты ведешь себя с ним именно так, — покачала головой Лена. Отказ будет приемлем, если Илья сам откажется служить под моим руководством. Пусть он и решает.

— А пусть, — вдруг нехорошо развеселилась Славя. — Ты знаешь, еще вчера я бы и мысли такой не допустила. Моего хорошего мальчика Илюшу отбирать? Ни за что, подавитесь. Но что делать с этим, как ты сказала, кадром… Илья, что скажешь?

Парень помассировал виски, пытаясь собраться с мыслями. События летели слишком быстро для его измученной головы. Славя, конечно, хороша, но и он успел дров наломать…

— Славя, я прошу у тебя прощения, — твердо сказал Илья. — Я наговорил много лишнего под влиянием эмоций. Я должен был обсудить с тобой свои действия во время рейда. Есть еще ошибки, признаю. Ты моя жена и я останусь с тобой. Но только отмени свой приказ.

— Нет, Илюша, — спокойно ответила Славя. — Ты оскорбил меня и как жену и как Матриарха, но, возможно, это я смогу тебе простить. Мне тоже есть за что просить у тебя прощения, в случившемся есть и моя вина. Я признаю, что ты добился успеха и вел себя геройски. Но с военной карьерой у тебя покончено. Муж должен сидеть дома и заниматься домашним хозяйством, а не лезть в военное дело и политику. Все наши беды от того, что я нарушила этот принцип, думая что с людьми все иначе. Я ошиблась, больше этого не повторится.

— Славя, служить — единственное что я умею, — попытался снова достучаться до жены Илья. — Я не стану сидеть дома, ждать тебя и учиться вышивать крестиком.

— Илья, это уже не обсуждается. Я Матриарх и я приняла решение. Ты еще молод и найдешь дело себе по душе. Но твое место — в моей каюте, а не на поле боя, пожалуйста, пойми.

— Тогда нам говорить не о чем. Обидно, да. — Илья повернулся к Лене и пристально посмотрел ей в лицо. Я согласен на твое предложение, Лена. Будь по твоему.

— Вот такая возникла ситуация бойцы, — заканчивал свою речь Илья перед строем батальона. Раним утром следующего дня все было готово к взлету. Оставалось лишь определиться кому с кем и куда лететь. — Вы уже в курсе произошедших событий. Наш опыт был признан успешным, принято решение создать новое союзническое подразделение. Желающие остаться служить в старом составе батальона, под руководством старшего центуриона Туманова — выйти из строя.

Илья внимательно посмотрел на сделавших три шага вперед и оставшихся на месте. Нда… Славь в строю осталось стоять примерно четверть от всего состава батальона. Оно и понятно — они служат Матриарху, а о разладе между Славей и Ильей к этому моменту знали все, хотя официально ничего не объявлялось. Удивительно, что некоторые слави выбрали его несмотря на это. В основном, конечно, остались те инопланетянки, кто написал рапорта об отношениях с его парнями. И еще Сфео и Стао, что приятно. Из мастер-ножей, как и ожидалось, шаг вперед не сделал никто, но их и было-то всего ничего. Землян в строю осталось примерно две трети. Вот такой результат господин бывший комбат. Был у тебя батальон, осталась усиленная рота. Минус жена. Хотя о чем это он — Матриарх, как известно, не разводится.

— Все определились? — спросил притихший строй Илья. — Тогда оставшиеся айда за мной. Наш челнок, тот что в цветах ленааа и стоящий рядом с ним.

Внутрь звездолета ленааа Илья попал впервые. Разница в подходах со славями, конечно, чувствуется. Коридоры "Острия правды" были освещены мягким, приглушенным светом, пол покрыт толстой мягкой ковровой дорожкой, овальные двери-люки утоплены в стены. Все какое-то скругленное, мало прямых углов, цвета темные.

Максимов уверенно вел Илью с симпантками по отсекам в предоставленную им каюту.

— Ничего, Илья, бывает, — ободряюще говорил он. — Я, конечно, старый холостяк, но в женщинах кое-что понимаю. Слишком она правильная, твоя Славя, обожает на все развешивать ярлыки, привыкла, чтобы ей брали под козырек. На том и погорела у себя дома — думала, если я Матриарх, то мне все подчиняться, ослабила бдительность. Ну и получила предательство и восстание. То же и с тобой — решила что любимый Илюша удобный муж и покладистый мальчик, которым она будет вертеть как хочет. А ты ерепениться вздумал, характер показывать… Но ты не волнуйся — она девушка умная и работу над ошибками провести сможет. Все у вас наладиться.

— А имперское командование? Оно же целиком за Славю, раз по ее просьбе меня за пару часов снимают с должности? — задал Илья наболевший вопрос.

— Было бы так, ты бы сейчас сидел у Слави под бочком и не петюкал. Никакого перевода к ленааа тебе бы Тихонов просто не одобрил. Имперское командование, оно всегда за русских. И ни за кого больше. Даже если иногда кажется что это не так. Кроме того, Илья, тебе благодарны. Вот лично тебе, за то что ты привел флот славей домой и вручил его Императору, дав ему возможность играть в эти игры. Но лучше на эту тему не распространяться особо, у начальства свои соображения. Ладно, пришли. Хоромы не царские, но все же отдельная комната с мебелью и санблоком. Ленааа своих мужиков ценят и лелеют, а не няшат, это тебе не слави-королевны. Я уж убедился на своем опыте. Заходи, запирай дверь. Пока у нас время есть, успеем на пару с тобой по рюмашке хлопнуть за встречу. Заодно расскажу несколько историй про мое пребывание у леночек. Ты уже парень взрослый, тебе про это слышать можно… Да кто там меня домогается? — Раздраженно посмотрел на экран коммуникатора Максимов. — Алло? Да, понял.

— Слушай, странное что-то, — пожал плечами легат, посмотрев на Илью. — Пришел челнок от славей, в нем какая-то посылка для тебя. Сейчас ее проводят сюда.

— Кого проводят, посылку? — удивился Илья. — Как это?

— Сам не знаю. Увидим.

Долго ждать не пришлось. Вскоре раздался сигнал вызова и перед открывшим дверь Ильей предстала одетая в имперскую форму Скада, уставившаяся сияющими от счастья глазами на парня. Парадный китель центуриона висел на ней мешковато, мужские брюки держались лишь на туго затянутом вокруг стройной талии ремне. В одной руке инопланетянка держала чемодан, в котором Илья хранил свои майки, трусы и носки, а в другой объемистый пакет.

— Ты…, как это тут? — промямлил Илья, когда немного вышел из ступора.

— Меня освободила лично Славя, — сказала Скада. — Велела забрать мою одежду, вручила эту, дала пакет с твоими личными принадлежностями и чемодан. Потом посадила в челнок и сказала мне: возвращаю Илье все его вещи. Все до единой.

Глава7

Илью не трогали целых трое суток. Вполне достаточно времени, чтобы выспаться, привести в порядок мысли и отдохнуть. Лена сдержала свое слово — к Илье и его бойцам относились чутко, со всем возможным гостеприимством. Поселили пусть в узеньких, но все же двухместных каютах-пеналах, кормили четыре раза в день от пуза, готовя гостям свежие салаты, наваристые похлебки и мясные блюда, предоставили ограниченный доступ к корабельной сети и свободное посещение спортзала. При том, что сами ленааа, за исключением высокого начальства, спали все вместе вплотную в жилых отсеках на чем-то вроде гамаков и ели витаминные сбалансированные пайки, напоминающие видом и вкусом остывшую геркулесовую кашу.

Когда Илья увидел, что три десятка ленааа из его батальона встают в общую очередь, где получают на раздаче свой безвкусный паек, вместо того чтобы сесть за обслуживаемый подавальщицами отдельный стол с особым меню, как остальные его бойцы, он сначала сильно возмутился. Только видовой дискриминации в батальоне и не хватало… Все воюют наравне, значит и едят наравне. Что это за хренотень? Офицеры-земляне его в этом горячо поддержали: или всем паек, или всем роскошное меню. Русский человек вообще остро реагирует на несправедливость, а уж тем более на столь вопиющую. Но дружный протест землян и славь был совершенно не понят и не поддержан ленааа из его же батальона. Нам так положено, вот и весь сказ. Мужчины должны питаться лучше, потому что верных самцов следует беречь и хорошо кормить, даже отрывая от себя последнее. Оставшиеся с Ильей немногие слави — наши уважаемые гости, им тоже положено лучшее. За то и воюем. А мастер-ножи привычные, они перебьются без разносолов и мягких постелей. Илья повозмущался некоторое время, да и махнул рукой. В чужой монастырь, как известно… Ничего, внизу уже начали строить базу, скоро и их туда перебазируют. А уж в своем расположении он порядки наведет какие захочет, все будет по справедливости и все будут есть от пуза. В конце концов, Илья застроит лисьеухих и заведет подсобное хозяйство батальона с птичником и свинофермой, чего велосипед изобретать? И так больно смотреть, как его парни воруют из столовой пирожки, чтобы втайне подкормить ленааа из своего взвода. И что интересно — в столовой все его леночки делают лицо кирпичом и едят безвкусную кашу, отказываясь от его протекции, но в то же время с благодарностью вкушают вынесенные для них тайком товарищами пирожки и бутерброды. Почему?

В спортзале звездолета Илья впервые увидел мужчин ленааа. Тех, из оставшихся немногих "верных". Всего на "Острие правды" их было двое, в невнятных чинах и при невнятных должностях. Как ему сказали, они вроде бы из флотской команды звездолета, но не совсем. Впрочем, их истинные функции Илья предпочел не выяснять, споткнувшись о брезгливую гримасу Максимова, возникшую при невинном вопросе: "а что конкретно они на борту делают"? Мужики эти ему и самому не понравились. На первый взгляд с ними все было нормально: высокие, сильные, красивые по-настоящему мужской красотой. На Земле на таких бы дамочки засматривались. Обычные ленааа, за исключением мастер-ножей, перед ними так и стелились. А с другой стороны, какие-то они надломленные и одновременно капризные, как танцовщики-стриптизеры из закрытого женского клуба. Или, скорее, как юные звезды из популярной мужской рок- группы, поющие про любовь для девочек возраста от двенадцати до восемнадцати. Без голубизны, но все равно слащавые какие-то, с мужественностью "напоказ". Брр… Это явно чувствовалось, стоило только к ним внимательно приглядеться и послушать. Крепко неладно было с гендерным вопросом у леночек, вот что. Когда-то, до предательства и войны с далззаа, немногочисленные мужики, возможно и были у них вождями-пассионариями и черноволосыми бестиями. Но теперь, похоже, тех, кто остался в профилактических целях одновременно избаловали и морально сломали. Не бойцы. Хорошо, что Илью и его офицеров это не касается. Хотя…не понравились парню элитарные обеды на борту звездолета и чуть-ли не раболепность простых ленааа из технического и обслуживающего персонала с его парнями. Странная такая раболепность — услужить готовы, а от дружеского нормального разговора старательно уходят. Нездоровая атмосфера. На Фортуне он такого не замечал. Хотя там он общался в основном с мастер-ножами, а это другая песня.

Еще одной головной болью центуриона стала Скада. Вот что с ней делать, а? На корабле матриарха все было понятно — посадить под замок с другими пленными бойцами первого легиона и держать там, а потом отдать в какую-нибудь команду славь на Ковчеге. Лишь бы не видеться с ней лично, для ее же блага. Няш все же не настоящая любовь. Наводиться быстро, но и сползает достаточно скоро, если ядро личности не сломано. Перетерпеть бы ей хотя бы пару месяцев без Ильи и все пойдет на лад, депрессия ослабнет, а через годик зависимость вообще уйдет. Главное не давать увидеться с центурионом, как алкоголику — не давать бутылку в руки, иначе все лечение насмарку. Но Славя рассудила иначе…

— Скада, ты же все понимаешь, — Илья поерзал сидя на койке в своей каюте, старательно пряча глаза. Ему было ужасно неудобно, не только перед Скадой, но и почему-то перед Лодой с Карри. Хорошо еще Максимов ушел, не стал лезть в деликатный разговор. Смотреть в ясные влюбленные очи Скады было невыносимо.

— Это была военная необходимость, — уныло продолжил парень. — Не было времени на долгие разговоры. Лагерь оказался заминирован, вы стояли с оружием наизготовку. Применить ультимативный няш, оказалось единственным выходом, который всех спас.

— Я все понимаю, Илья. Я тебя ни в чем не виню, — голос инопланетянки был нежным и полным обожания. Я рада, что все так получилось, любимый. Пожалуйста, разреши мне остаться с тобой.

— Скада нет, — центурион попытался остаться непреклонным. — Для твоего же блага. Если бы я мог снять твою зависимость от меня, я бы уже это сделал, я ничего против тебя не имею. Но пасту из тюбика легко выбить ударом кулака, а вот засунуть ее обратно — уже никак. Тебе поможет только время и разлука. Я же тебе добра желаю.

— Илья, я не могу без тебя, — казалось еще чуть-чуть и девушка заплачет навзрыд. — Я пробовала тебя ненавидеть, как врага, за то, что ты со мной сделал. Я пробовала переключиться с мыслей о тебе на что-то другое, провести самотерапию. Пробовала просто терпеть, я же боец, а не слабый мужчина. Илья Я Не Могу. Мозги пошли в разнос, умом все понимаю, а сделать ничего нельзя. Ты знаешь, как это бывает? Когда ты ешь и думаешь об Илюше, которого видела один раз мельком. Когда ты спишь и видишь сны об Илье. Когда просто ходишь из угла в угол и залипаешь, не замечая времени, на час или два мечтая об Илье. Когда ты идешь в туалет, но и на этом простом действии сосредоточиться не можешь. Потому что даже там в голове один сияющий Илья и больше ничего нет, кроме невнятных серых теней и обрывков воспоминаний, оставшихся с прошлой жизни до встречи с тобой.

— Понимаю, — вздохнул центурион. — Был под няшем. Что же с тобой делать-то, Скада из клана подорожника?

— Дай мне тебя видеть хоть иногда, я без этого не могу. Или убей. Было бы лучше, если бы ваши бойцы меня расстреляли в день взятия лагеря, там же, у стенки. Меньше проблем.

В каюте повисла долгая мучительная тишина.

— Хорошо, — принял решение Илья. — Скада, я попробую договориться через свои связи. Ты принесешь воинскую присягу русскому императору и станешь бойцом вооруженных сил русской империи. Не Матриарха, а империи. Взамен я возьму тебя в свое личное отделение, поставлю на довольствие, похлопочу о звании декуриона. Зарплатой тоже не обидим. Предупреждаю честно — я намерен тебя использовать в бою рядом с собой, причем в самом его пекле. Раз уж у тебя в голове все забито мной, то кое кому будет сложно навязать тебе свою волю, — вспомнил бой с Одонатом Илья. Тогда единственными не поддавшимися воздействию врага остались его симпантки. — Взамен ты всегда сможешь рассчитывать на мое внимание и помощь, а если я когда-нибудь разберусь с тем, как оно все работает, то избавлю тебя от зависимости. Добро пожаловать в команду Скада, — Илья встал с койки и крепко пожал руку удивленной инопланетянке. А потом по братски поцеловал ее в макушку. — Согласна?

Серьезный разговор с Леной произошел внизу, когда оставшихся от батальона бойцов после трехдневного отдыха снова отправили вниз, на Ковчег. Союзники к этому времени уже вовсю разворачивали базу, условно поделенную на три сектора: славь, людей и ленааа. Вдоль всего берега озера рядом с деревней лисьеухих вовсю кипело оживленное строительство. Стояли многочисленные палатки всех форм и размеров, собирались легкие сборно-щитовые домики, уже начали работу установки для производства дешевого бетона. Благо вода и песок местные, удобно. Взлетно-посадочная полоса требовалась союзникам первым делом. Все открытое пространство до самого леса спешно огораживали колючей проволокой с датчиками, оставив аборигенам лишь их огороды и пшеничное поле.

— Жалуются местные, — кивнул Илье на виднеющиеся на противоположном берегу домики Максимов, пока они шли от челнока к штабному домику ленааа. — Луга мы у них забрали, ни скотину на пастбище выгнать, ни сена запасти. Но кого волнует их мнение? Я насилу Тихонова упросил им пока пшеницу оставить. И то…

— А кто-нибудь за деревню всерьез брался? — Живо поинтересовался Илья.

— Нет вроде. Опасности аборигены не представляют, пока все наши заняты строительством базы. То же и у славь. Но заходы уже были, сельское хозяйство колонии поднимать придется.

— Тогда поддержи меня перед Леной и Тихоновым, — попросил легата парень. — Пусть эту деревеньку отведут под базу нашего нового батальона, давай подсуетимся побыстрее. Мы с аборигенами общий язык найдем, правда, Сфео? — Обернулся к сопровождавшей их инопланетянке Илья. Та энергично закивала. — А с меня причитаться будет, легат. Птицу, молоко, яйца, мясо для наших ребят обеспечим, все как положено. Не успеем мы, кто-нибудь другой лапу наложит, тут таких хозяйственных каждый второй, не считая каждого первого, косатые и безкосые, все пожрать не дураки. Кто бедных лисьеухих крестьян от произвола защитит, если не мой батальон? У меня бедные леночки на борту оконной замазкой питались… С сеном и выпасами я проблему решу. Купим сено у соседей, товар на обмен я знаю где взять. Или продналог на первый год по окрестным селениям организуем, пока еще агрокомплексы не развернулись. Справедливо получиться — раз моему батальону Одонатов выбивать, мне и с освобожденных крестьян благодарность причитается.

— Ну ты и куркуль стал, — покачал головой легат. — Никогда бы не подумал, что тебя в махновщину понесет. Рассуждаешь как… Ты же городской мальчик Илья, не знаешь, с какого конца за лопату браться.

— Ни о какой махновщине я не слыхал, Иван Матвеевич. — Выразительно похлопал по прикладу автомата Илья. — Наверняка этот ваш Махновщик, какой-нибудь допотопный кабинетный философ-теоретик с дурацкими идеями, который пороху не нюхал. А тут воля и простор, есть где развернуться в новом мире.

— Ладно, батька-атаман, похлопочу. — Максимов какое-то время молча шел чуть впереди Ильи и Сфео, задумчиво смотря на убегающую вдаль сельскую дорогу. Потом, словно вспомнив что-то, повернулся к ним. — Слушай, Сфео, надо проверить разгрузку челнока с "Обреченного" на второй стоянке. Я на нем распорядился вам боеприпасов подкинуть и пайков. Сбегаешь, примешь по описи? Илья, отпусти помощницу.

— Да, Сфео, займись, пожалуйста, — подтвердил просьбу Максимова Илья.

— Есть!

— Хотя ты знаешь, Илья, как говориться устами младенца…, - сказал легат, глядя вслед инопланетянке. — Освоение новых земель казачьими ватагами старая русская забава, а яйца у казака в штанах или золотая коса на голове — это частности, был бы русский дух. Тут есть о чем подумать, в разрезе наших совместных батальонов… Но об этом не сейчас. Мы, почти пришли, кстати. Узнаешь знакомых?

— Маша!? Дима!? — вовсю заулыбался, разглядев стоявших у входа в модульный домик друзей Илья. — Какими судьбами опцион Леднева? — радостно обнял Машу центурион. — Как у тебя Тор и Тод вымахали, любо-дорого посмотреть. Дима, давай пять, рад тебя видеть дружище.

— А мы в твой новый батальон Илюха, — тоже улыбаясь, сказал Дима. — Нам объявили, что ты новую часть формируешь, добровольцы с симпантами могут подать рапорт. Вот мы с Машей и решили — почему нет. Катя тоже с нами. Примешь?

— О чем разговор народ! Вот уж действительно хорошие новости, — весело сказал Илья.

— Потом поговорите, — поторопил их Максимов. — Лена тебя ждет. Иди Илья, а у нас дела, нам всем надо отлучиться на пару часов. Давай не робей.

— Чего мне робеть? Я что, Лены не видел? — Удивился Илья и вошел внутрь.

— Привет Илюш, — Лена встретила парня на пороге своей комнаты и Илья натурально обалдел. Он вообще-то настраивался на деловой разговор о будущих планах в рамках отношений командир-подчиненный. Но что-то сразу пошло не так… Во-первых, Лена была в платье. Да, ошибки быть не могло — это платье. Скромное, длинное, белое в синий цветочек, но недвусмысленно подчеркивающее узкую талию, крепкую небольшую грудь и широкие бедра девушки. На губах и веках Лены отчетливо видна косметика, волосы аккуратно уложены. Правда, на затейливо вышитом широком поясе закреплены ножны с силовым клинком, но это детали, какой же мастер-нож без него.

Лену в платье Илья не видел никогда. В скафандре, в камуфляже, в рабочем комбинезоне, даже частично обнаженную на медицинской кушетке во время переливания крови видал. Но не в платье. Вообще ни одной ленааа в платье он никогда не видел, не носили они их, для аскетичной расы это было излишеством. И если Лена надела платье…

Но платье еще полбеды. В комнате за спиной девушки Илья увидел два бокала, бутылку вина, какие-то фрукты в вазочке. Это конец, господин центурион. Пистолет лежит в другом кармане…

— Лена…э, — не нашелся что сказать парень.

— Нравится? У нас таких платьев не шьют, я подбирала его в магазине на Земле. Как тебе?

— Красиво…тебе идет.

— Спасибо, Илья. Да ты заходи, не стой столбом. — Лена взяла Илью за руку и потянула внутрь комнаты. Закрыла дверь, приподнялась на носочках и, крепко обхватив голову Ильи сильными руками, притянула его губы к своим губам. Парень и охнуть не успел.

Поцелуй не был невинным. О нет. Он был долгим, сладким и максимально развратным. Хотя и совершенно неумелым. Бывает вот такое сочетание, да.

— Лена, ты с ума сошла, — отдышавшись, только и сказал Илья. — Мне нельзя, я женат.

— Вовремя ты об этом вспомнил, — в зеленых глазах Лены играла золотистая искорка легкой сумасшедшинки. Одной рукой она расстегнула парню камуфляж у горла и, забравшись тонкими сильными пальцами ему под майку, гладила парню прохладной узкой ладошкой обнаженную грудь, обнимая второй рукой за шею. — Все, Илюша, ты пришел ко мне. Вот и мучайся теперь со мной. — Лена придвинулась еще ближе, так что рукоять ее ножа уперлась центуриону в бедро.

— Лена, стоп, — Илья ощутил нешуточное возбуждение. Одновременно с этим в голову прокралась мысль о том, что он против мастер-ножа высшей категории, как хомячок против кошки. Что Лена захочет, то с ним и сделает.

"Не видим опасности командир. Наслаждайся, все в порядке", — промелькнула в голове сдвоенная мысль-эмоция. Лода, Карри, ну паршивки…

— Зачем же мне останавливаться? — промурлыкала девушка. — Самое время продолжать, — она снова нашла губы Ильи и стала целоваться, прижавшись к центуриону горячей грудью. Рубашка парня была уже расстегнута полностью, руки Лены блуждали по его телу, успевая побывать везде и опускаясь все ниже. Мастер-ножи, они очень ловкие, да. — Пойдем-ка в кроватку, Илюша, — услышал нежный голосок парень, после чего был игриво укушен за ушко.

— Нельзя мне… Я не хочу предать Славю, — безнадежно выдохнул Илья. Его ресурсы сопротивления были исчерпаны до дна.

— Славя! Опять эта Славя! — Лена резко отстранилась от Ильи. — Ну нет, в своей постели я этого имени слышать не хочу. — Она пристально посмотрела центуриону в глаза таким взглядом, что парню стало страшно. У Лены это получалось: все черты лица словно заострились, голова слегка склонена набок, губы сжаты в ниточку, глаза смотрят абсолютно безжалостно. Лена глубоко вздохнула пару раз, стараясь взять себя в руки. — Пусть так, Илья. Девушка отошла на шаг в сторону. — Я дам тебе еще немного времени. Немного, я сказала! Долго ты от меня бегать не сможешь, даже не мечтай. Ты сам ко мне пришел и можешь считать, что теперь ты мой законный трофей. Собственноручно отбитый самец. И даже не говори, что ты не знал, что этим дело кончится, когда шел под мое руководство.

— Пусть Славя мне и изменила, но я не могу вот так вот…, - Смущенный Илья потерялся в словах и только безнадежно махнул рукой, не сумев закончить мысль. Его слегка трясло от адреналина и возбуждения, руки с трудом справлялись с застежками камуфляжа.

— А с чего ты взял, что Славя тебе изменила? — спросила его Лена, чуть погодя, приведя в порядок свою одежду. Похоже, ей удалось полностью успокоиться.

— Как? Ты же сама тогда сказала… А разве нет?

— Я тебе сказала только про военприемку. Чтобы ты хоть немного думать начал. Касаемо же измены… Я, конечно, слежу за Славей и ее славями, Илья. А она за мной, понятное дело. Дружба дружбой, а разведка разведкой. Думаю, даже тебе это ясно. Так вот, прямых доказательств того, что Славя спит с императором или с кем-то еще кроме тебя нет. Я их не сумела добыть, хотя и хотела. Зато косвенных пруд пруди. Я бы сказала даже, что их слишком много, избыточно много. Я хороший разведчик Илья, и не спешу с выводами. Интуиция мне подсказывает, что тут не все чисто, словно кому-то надо, чтобы слухи о близости Слави с императором дошли до всех. Может и самой Славе. Хотя скорее в этом может быть заинтересована имперская разведка, они у вас те еще затейники, любители многоходовочек. Скажу навскидку — эти слухи могут быть направлены против "свободных наций", как дополнительный сдерживающий фактор. Дескать, не суйтесь и не пытайтесь вбить клин между нами, инопланетянка со своим сильнейшим флотом не просто союзница, но и любовница императора и под его полнейшим контролем. А может она действительно тебе изменяет, в чем я лично сомневаюсь.

— Почему сомневаешься? — не смог удержаться от вопроса Илья.

— Потому что она лидер, который искренне уверен в собственной правоте. Ее сила не столько в интригах, сколько в том, что она действительно считает, что делает все надлежащим образом для блага своего народа. Слави этот внутренний стержень видят и идут за ней. Во имя своих идеалов она может многое — убить врага, обмануть, схитрить, все это допустимо. На то они и враги, чего с ними церемониться. Но одного Славя не может — предать своего верного друга и сторонника, это подломит ее уверенность в своей безупречности. Ты ей жизнь спас. Посадить тебя под замок, если она решит, что так для тебя будет лучше — легко. Использовать тебя? Для хорошего дела можно, слави практичны. Изменить тебе? Сомневаюсь. И еще — захочет ли русский император, чтобы на него ставили метку хозяйки? В общем, измена Слави под вопросом.

— И ты вот спокойно говоришь это мне? — Илья пытался осмыслить сказанное.

— Ну да. Илья, понимаешь, Славя отдельно, а мы с тобой отдельно. И у меня тоже есть принципы. Отбить понравившегося самца у подруги дело достойное, что может быть естественнее? Самцов мало, ленааа много, как говорят у вас — ничего личного. А вот лжесвидетельствовать на подругу я не стану.

— Но раз Славя мне не изменяла, значит и я не имею права.

— А ты ей клялся в верности? — Похоже, Лену стал забавлять этот разговор.

— То есть? — Илья попытался припомнить детали своей свадьбы. — Вообще-то нет. Мне руку порезали, а ей отрезали прядь волос от косы. Вылили мою кровь на ее косу а мою рану перевязали ее волосами. Вот и поженились. А клятв не было. И подписей я не под чем не ставил. Даже кольца на пальце нет.

— Вот видишь? Вторую метку хозяйки я на тебя не поставлю, что для славь архиважно. А что там у нас было телесно… Илья, я тебя люблю. Я уже в том возрасте, когда мне бы хотелось почувствовать любовь мужчины на практике. И я считаю, что в этой малости ты бы мог мне помочь.

— У тебя что, еще ни с кем и никогда Лен?

— Вот именно. И я бы очень хотела, чтобы первым у меня был ты. Так что справляйся со своими комплексами и не тяни с этим. Я немного подожду. А теперь, раз уж все так получилось, давай все же выпьем это вино за нашу дружбу и займемся практическими вопросами. Ты же ко мне пришел, потому что служить хотел, а не дома сидеть… Сколько тебе надо мастер-ножей для нового батальона? Какие нужны боеприпасы? Когда ты готов штурмовать следующие руины?

— Раздолбаем всю дорогу в хлам, — посетовал Илья, подпрыгивая на жестком узком сиденье рейдмобиля ленааа. — Это же сельская грунтовка, а не автострада. Да еще дожди начались.

— Колеса специальные, с минимальным давлением на грунт и регулировкой скольжения, — отозвалась Ллейда, не отрывая взгляда от некогда прозрачного полога, укрывавшего кузов. Из-за сильного дождя прозрачный гибкий полимер весь покрылся струйками стекающей воды, так что разглядеть что-то снаружи, по мнению Ильи, было затруднительно. Но разведчице виднее.

— Дурное дело нехитрое, — возразил парень. — Чтобы в дождь грунтовку разбить, танк не нужен. Квадроцикла с придурком за рулем хватит.

Ллейда не стала возражать, лишь неопределенно пожала плечами. Поддерживать пустой разговор ей не хотелось. В отличие от Ильи, которому надо было придраться хоть к чему-нибудь, чтобы сбросить свое раздражение плохой дорогой, скверной погодой и прочими реалиями окружающего мира.

По данным разведки и рассказам крестьян руины ближайшего Одоната находились в семидесяти километрах от разворачивающейся базы союзников. Девять десятых этого расстояния можно было проехать по грунтовке, связывающей несколько селений лисьеухих. Что еще важнее, эти руины располагались на пологом берегу длинной реки, текущей к морю через половину центрального континента, так что точка получалась стратегическая, водными путями на первых порах союзники собирались интенсивно пользоваться. Шоссе на Ковчеге будут построены спустя годы, если не десятилетия, по воздуху грузы возить дорого. Так что получи цель комбат и докажи, что ты не зря трескал свой хлеб с маслицем и икорочкой за счет бедных леночек. От тебя ждут подвигов. Ситуация нормальная, работаем, как говориться. Только вот этот проливной дождь, идущий второй день подряд, очень некстати. Листья на деревьях стали желтеть, похоже, лето на Ковчеге заканчивается, дальше будет еще мокрее и холоднее. Да и рейдмобиль ленааа штука какая-то несерьезная, могли бы их и воздухом перебросить.

Вообще-то боевую философию Ленааа Илья понимал. Медленные и бронированные машины — это не для них. Везде где только можно защищенность проносится в жертву скорости, скрытности и боевой мощи. Девиз мастер-ножей: мы вас раньше достанем. В смысле — вы нас не заметите, а если заметите, то не попадете. Зато если уж попали, то сразу накрыли. Никакой брони в рейдмобиле предусмотрено не было. Большие колеса, легкий кузов, очень мощный и бесшумный электрический мотор и какое-то хлипкое на вид десантное отделение из прозрачного полимера с пленкой покрытия-хамелеона сверху и тонких металлических конструкций. Впереди отделение водителя и турель пулеметчика, рядом с которой закреплен блок активной маскировки. Чувствуешь себя внутри салона чуть получше чем на велосипеде. Зато и весит такая машина самый минимум, а ездит по любому бездорожью быстро и почти бесшумно. И покинуть ее можно в считанные секунды, такая уж конструкция кузова — все везде распахивается. Но за броней имперского бронетранспортера парень себя бы чувствовал защищеннее, это факт. Однако, что с щедрот Лены имеем, то имеем. Кроме рейдмобилей она передала батальону семьдесят мастер-ножей — силу, ничуть не уступающую ушедшим от него славям. Причем это бойцы с тяжелым вооружением — электромагнитными пулеметами и полевыми "рассекателями", принцип действия которых оставался для земных инженеров загадкой. Ленааа вассальной присяги не приносили и раскрывать свои секреты людям не спешили.

— Скоро уже, — коротко обронила Ллейда задумавшемуся центуриону. — Деревню проехали, сейчас берег будет.

— Приготовится к высадке, — отдал команду Илья. — Первыми машины покидает разведвзвод, за ним команда с симпантами. Маша, ты главная в вашей тройке, я на тебя надеюсь. Осмотритесь, мы за вами.

— Есть командир, — прошелестело в наушниках.

— Снао, доставай свой чудо-локатор. Нужно прощупать местность, посмотреть, кто тут у нас бегает.

— Так точно, господин центурион.

— Сфео, держись моего отделения. Вместе пойдем. Внимание всем, в лес не соваться. До руин идем берегом, по открытому пространству.

Новых мастер-ножей Илья тасовать по изрядно поредевшим взводам не стал. Нет времени на боевое слаживание отделений в новом составе. Просто выделил их в отдельную роту, заодно сократив несколько взводов из-за некомплекта личного состава. Теперь вместо четырех славь на отделение осталось по одной, редко по две. Печально, но что поделаешь. Придется их его парням беречь, это уже совсем свои, родные слави. Или же решить, что наглость — второе счастье и попросить жену подбросить ему еще личного состава? Не, а что? Как говорят на дискотеке — подойди и пригласи ее, что ты теряешь? Чтобы сразу по морде после этой просьбы не отхлестали, можно позвонить, вдруг Славя ответит… Ладно, увидим. Увидим Славю…Тьфу, блин, выкинуть лишние мысли, центурион! Ты на задании. Если совсем припрет, думай о Леночке, это полезнее. О Лене, я сказал, думай.

— Скада, иди рядом со мной, — отозвав в сторону, тихо инструктировал инопланетянку Илья, пока взвод разворачивался в боевой порядок на берегу реки. — Ментальная атака может произойти в любой момент. Удар может быть силен, пока я буду его отражать, твоя задача — держать мне спину вместе с симпантками. Справишься?

— Конечно Илья, — решительно кивнула Скада. — Можешь на меня положиться. Инопланетянка нервно одернула новенький камуфляж. Единственная славя с имперскими знаками отличия на весь батальон… Форма и коса намокли под дождем, плечи поникли, стоит как мокрый нахохлившийся воробушек, ежась на порывистом ветру. А ведь до няша это была гордая и сильная девушка, настоящий боец. Илья снова почувствовал чувство стыда перед Скадой. Он же хотел как лучше, а все равно вырисовывается что-то некрасивое. Вот почему у него всегда так? Дурак ты, а не батька-атаман, господин центурион.

Ладно, подумаем об этом потом. А сейчас отставим рефлексии, запросим у Снао и разведчиков обстановку и начнем выдвижение. Пора. Угрозы пока не чувствуется, Одонат далеко.

Первый бой на берегу реки состоялся когда до руин оставалось метров триста и прошел без потерь, благо все были к этому готовы, да и какой-никакой опыт имелся. Всегда бы так. Снао предупредила, что чувствует впереди чужую энергетику, но профиль сигнала невнятный, не похожий на сложную мозговую деятельность. Илья долго думать не стал — приказал остановиться, развернуть пулеметы и "улыбки", а затем дать несколько очередей по торчащим на берегу обломкам, похожим на полуразрушенные каменные сторожевые башни. Друзей там нет, чего стесняться? Расчет оправдался — этим он спровоцировал атаку тварей, как и хотел.

Местный Одонат змеям предпочитал огромных, размером с кавказскую овчарку, пауков. В лесу или в заросшем высокой травой поле с ними было бы справиться тяжело. Но днем, на открытом песчаном берегу реки, пусть и под дождем — никаких проблем. Отличная цель для гранатометов, тяжелых импульсников и автоматического оружия. Хрупкие они, паучки — лапки тонкие, взрывной волной их отрывает в два счета. Всякие выступающие педипальпы и хелицеры подгорают от жара "улыбок" мгновенно, брюшки пробиваются пулями навылет. Или что там у пауков есть? Илья не энтомолог, Илья практик. Со змеями было сложнее, змеи удар держали лучше. Пауков же убийственный огонь в упор буквально растерзал на части. Сколько их там было изначально, центурион не считал, может сотни три или четыре, но до передовых мастер-ножей добежал хорошо если десяток. Который был принят в ножи успевшими подготовиться ленааа и не прожил и десяти секунд. Компьютерная игра какая-то одно слово. С противником, который ничего не понимает в тактике и прет напролом.

— Образцы потом соберем, — махнул рукой парень на воняющие горелым трупики. — Осматриваем руины, ищем дверь, лезем вниз.

— Принято, — коротко отозвалась первой Ллейда. С тех пор как батальон перешел под крыло Лены, вес командира разведчиков в батальоне вырос, а Сфео оказалась немножко в тени. Вот и сейчас, главная помощница держится рядом с Ильей и все больше помалкивает. Ее славь мало и все раздерганы по взводам. А Ллейда словно выше ростом стала. Вот и думай, господин центурион, это нормально или с этим надо что-то делать? Так сразу и не скажешь…

Ведущий под землю коридор обнаружился у самой воды, рядом с на удивление неплохо сохранившимся каменным причалом с широкими ступеньками. Только в этот раз металлическая дверь была не круглая, а квадратная, а так все похоже. И проплавлять проход "улыбкой" не стали. Это и в прошлый раз зря делали, что у Ильи взрывчатки мало? Пары килограммов должно хватить.

— Маша, Дима, тащите пару брусков ТС-5, приказал Илья. — Попироманим немножко.

— Командир, разреши сейчас попробовать "рассекатель", — вмешалась Ллейда. — Интересно знать, возьмет он эту дверь или нет, — с любопытством сказала инопланетянка.

— Ну давай, — парню самому было интересно посмотреть на чудо-оружие ленааа, два экземпляра которого пожертвовала батальону Лена. "Улыбки" он уже видал.

Собирали оружие ленааа минут пять. Было оно похоже на маленькую низкую безоткатную пушку с очень длинным конусообразным стволом и обслуживалось расчетом из двух мастер-ножей, которые никому пояснений не давали. "Улыбка" Илье нравилась больше — компактнее и удобнее на первый взгляд. Рассекатель на вид более громоздок и тяжел, кроме того у него было много каких-то мелких деталей, трубочек, вставных блоков. В полевых условиях с "улыбкой" работать проще.

Но действие оружия ленааа центуриона впечатлило. По команде "огонь", установленная в трех десятках метров от входа установка басовито зажужжала, как оголенные провода под огромным напряжением. Резко запахло озоном, уши слегка заложило, как при перепаде давления, а потом раздался резкий хлопок. Смотрящий на дверь Илья сначала решил, что у него что-то со зрением. Металлическая пластина вдруг пошла концентрическими волнами, как водная гладь пруда, в который бросили кирпич, а затем расплескалась в стороны. Даже не так. Скорее разлетелась на мелкие осколки и осыпалась вниз, как фарфоровое блюдце, по которому ударили молотком. В проеме остались лишь неровные осколки металла по краям ведущего вниз хода и груда металлического лома на пороге.

— Можно заходить, все получилось — сказала Ллейда. — Правда, мощность потребовалось вся, без остатка. "Рассекатель" придется разбирать и менять зарядный блок на новый.

— Горячо же? — осторожно спросил Илья, показав на получившуюся дыру.

— Нисколько. Металл не расплавлен. Для работы "рассекателя" используется иной физический принцип, чем у оружия славей, — пояснила Ллейда.

— Чем-то он напоминает главный калибр далззаа, — вспомнил бой на орбите Фортуны центурион.

— Мы во многом похожи, — нехотя согласилась девушка. — Хотя и заклятые враги.

— Значит так, — продолжал инструктаж Илья. — Вниз иду я, Ллейда, Скада и Маша с Димой вместе со своими симпантами. Всего одиннадцать стволов, этого в узком коридоре хватит за глаза. Успеем отступить и отбиться, если Одонат окажется не один, остальные будут только толпу создавать. Если придется лезть очень глубоко, то я вызову подкрепление для контроля ключевых точек. Сфео, ты за старшую наверху. Если возражений нет, мы начинаем.

За дверью потянулся знакомый, облицованный зеленоватыми панелями коридор, уходящий под наклоном вниз. Даже лампы на потолке похожи на те, что были в первом подземелье. Что же тут случилось на этом Ковчеге? Кто и зачем создавал эти убежища-заводы? Одонаты и лисьеухие? Что-то не вериться совсем… Ага, а вот ощущение угрозы появилось. Все один к одному. Сейчас будет зал, а там…

— Приготовиться, я чувствую воздействие. Помните, сейчас вас атакуют и попытаются навязать свою волю, — сказал Илья. — Не бойтесь, не тушуйтесь, этому можно противостоять. Я помогу.

Ллейда отрывисто кивнула и достала силовой нож. Маша и Дима чуть замедлили шаг, пропуская вперед симпантов на входе в зал. Скада держалась рядом с Ильей, напряженно вцепившись побелевшими руками в импульсник. Похоже, сейчас начнется.

— Стоять на месте рабы! Не двигаться! — приказ в голове был силен и грозен. Только вот в этот раз Илья был к нему готов. Или трубы у местного Одоната оказались пониже, а дым пожиже.

— Ага щаз. Сам заткнись! — Илья мгновенно включился в игру, стараясь сбить ментальный приказ врага волной ответной агрессии и опасаясь больше за товарищей, чем за себя. Удивительным образом это у него получилось сразу, сила воздействия явно упала.

— Стоять!!! — Попытался еще раз атаковать Одонат.

Нет уж. Выбежавших из дверей нескольких пауков, которые, по всей видимости, должны были растерзать замерших в параличе нарушителей покоя местного владыки, встретил дружный огонь из всех стволов. Некоторое замешательство на лицах бойцов читалось, но не более того. Даже Скада вполне уверенно сожгла двоих, прикрывая Илью слева.

Больше противник атаковать не пытался. Зато Илья почувствовал, как нечто, излучающее ментальную активность, перемещается к открытой двери в противоположной стороне зала.

— Лода, Карри, — отдал приказ Илья. — Он там, внизу — мысленно указал направление центурион.

Симпантки отреагировали быстро, подбежав к входу в коридор, уводящий вниз. Коридор был узкий, длинный и совершенно прямой. Слишком длинный и слишком узкий чтобы спрятаться от пуль двух бьющих в спину автоматов, даже если ты невидим. Илье осталась лишь самая неприятная часть его миссии — слиться на несколько секунд разумом с умирающим хозяином подземелья, чтобы получить доступ к заводу. Вот это было крайне неприятно. Но все же легче, чем в первый раз.

— Вот и все, — сказал Илья, сидя на каменной ступеньке причала рядом с Ллейдой и Сфео и рассеяно глядя на мутную от дождя реку. — Вы, девушки, обе теперь владелицы заводов и деревень. Это подземелье я тебе подчинил, Ллейда. С местными крестьянами, думаю, проблем не будет… — Парень взял стоящую перед троицей ополовиненную фляжку и снова сделал хороший глоток коньяка. Его опять подташнивало, и голова слегка кружилась. Если верить рекомендациям врачей, то в этом состоянии пить не следовало категорически. Но, вопреки всему, Илья чувствовал, что глоток-другой не повредит и спиртное действительно помогало. Видимо, следовало слегка размыть рациональное восприятие мира, чтобы полученное чужеродное знание легче улеглось в голове.

— Слушая Илья, а ты можешь няшить ленааа? — Задумчиво спросила разведчица. — Мне ты в голову что-то вложил, я это чувствую. Голос разведчицы был немного странный, чуть плавающий.

— Хрен его знает, госпожа мастер-нож, — ответил старой армейской присказкой центурион. Язык его чуть заплетался. — Хочешь на тебе проверим?

— Нет! Извини, командир, не надо, — замахала руками девушка, всерьез испугавшись.

— Вот и я так думаю. От этого няша одни проблемы, — согласился Илья. — Нет уж, девушки, хватит с меня этого.

— Что дальше делать будем, комбат? — подала голос Сфео.

— Вроде дождь кончается, — повертев в руках фляжку, сказал центурион. — Вечереет. Подгоним к реке рейдмобили, разобьем палатки и будем ночевать. Ваши машины они как, на воде держаться?

— Обижаешь, командир. Это же универсальное средство транспорта рейдовых групп, — пояснила Ллейда. — По болоту, снегу, песку, воде, где угодно. Только летать не может.

— Значит с рассветом сплавляемся вниз. Восемьдесят километров вниз по реке и мы выйдем на еще одни руины. Те, где умылись кровью слави из второго легиона. Отомстим за товарищей, подчиним себе еще одну ключевую точку и домой отдыхать. К Леночке под бочок, — сам себе улыбнулся Илья.

— С руководством это согласовано? — спросила Сфео.

— Нет. Но без ведома Лены я туда не полезу, а других и спрашивать не буду. Учитывая, что сегодня мы сработали гладко, думаю, разрешение на этот рейд получу. Сфео, тебя я больше не подставлю, как с тем звонком, не волнуйся, — Илья был не настроен слушать возражения.

— Да я не о том. Илья дай еще глотнуть, — инопланетянка взяла фляжку у парня из рук и на пару секунд присосалась к горлышку. Сглотнула, поморщившись, и продолжила. — Там здоровенные руины комбат, ни чета здешним. Вроде как речь шла о нескольких входах. Противник — не пойми кто, какие-то крокодилы сухопутные. И ментальная атака была сильнейшая, все стали палить друг в друга и в белый свет. Только когда бойцы бежали в лес, и ментальное воздействие ослабло, они смогли отбиться. Мертвые слави с оружием там до сих пор лежат. Если их эти крокодилы еще не… А ведь это был спецназ.

— Сегодня воздействие Одоната я погасил без проблем, — отмел возражения Илья. — Я спрашивал Диму с Машей, что они чувствовали, говорят, что оторопь поначалу была и желание подчиниться приказу противника тоже. Но до реального контроля над ними дело и близко не дошло. Ллейда и Скада тоже нормально держались. Мне кажется, что теперь я могу не только бороться с этими атаками сам, но и глушить противника. Так что Одонаты не проблема. Что же нам теперь, крокодилов бояться?

— Я не крокодилов боюсь, — Сфео сделала еще глоток и отдала фляжку Ллейде. — Пока мы тут только втроем сидим и пьем как друзья и единомышленники, скажу откровенно. Я думаю, что ты еще молод комбат. И влюблен в Славю, хоть вы и в ссоре. И рвешься в новые руины, не потому, что все просчитал, а потому, что как мальчишка хочешь Матриарху доказать свою крутость и ее неправоту. Экая она нехорошая, такого великого воина хотела под свой сапог загнать, дома сидеть.

— А даже если так? — Пьяно улыбнулся Илья. — Что измениться?

— Да ничего. Мы тут уже все с тобой повязаны… Но мне бы хотелось, чтобы мой командир и друг принимал решения, от которых зависит наша жизнь не на эмоциях, а с холодной головой.

— А ты кого вообще больше любишь Илья, — неожиданно спросила Ллейда. — Славю или Лену?

— Обоих люблю, — буркнул парень. — Но что же мне теперь, гарем устраивать?

— Ну да, — пожала плечами Ллейда. — Естественное же дело, для самца. Почему нет? То есть я не знаю про Славей, Славю, людские обычаи и прочую высокую политику, но если тебя Лена любит, а ты ее отвергаешь, то за нее всем мастер-ножам экспедиции обидно. Илья, мы тебя тоже любим и уважаем, кого хочешь за тебя порвем… Но не брезгуй, пожалуйста, нашей Леной. — Ллейду, похоже, сильно повело. — Я всегда за тебя, но…Уважь, пожалуйста, Лену, она за простых ленааа всегда горой. Тебя все мастер-ножи на Ковчеге просят, поласковее с Леной, пожалуйста. Мы оценим.

— Ллейда, что за хренотень? — Насторожился Илья. — Впервые слышу такие речи. Ты, по-моему, с коньяком переборщила. Ленааа же нельзя много пить…, - заподозрил неладное комбат.

— Илья, да я со всей душой, — глаза Ллейды забегали, а лицо покраснело. — После боя же… — Хорошо, командир, мы завтра выступаем на следующие руины. Поверь ему Сфео — этот все просчитал и продумал, а эмоции сему самцу в деле нисколько не мешают. — Ленааа встала и, отсалютовав рукой, направилась, слегка пошатнувшись, к стоянке рейдмобилей.

Глава 8

Лет пять тому назад, делая доклад на уроке истории, одноклассник Ильи Леша Пятилин сказал замечательную фразу: "Как известно, Суворов был настоящим мужчиной и спал с простыми солдатами". Смеялись всем классом, Лешу некоторое время дразнили, потом все забылось… А ранним похмельным утром на Ковчеге Илье вдруг вспомнилась давняя хохма, уж очень аналогии напрашивались. Слева от него в командирской палатке на лежанке, поджав ноги под съехавшее вниз одеяло и укутавшись косой, лежала Сфео, справа устроилась на надувном матрасе Ллейда, а между ними, заботливо укрытый теплой накидкой, валялся Илья. Красота…морально-бытовое разложение руководства совместного батальона трех цивилизаций как оно есть.

А не надо было продолжать посиделки и добивать коньяк. Конечно, Ллейда и Сфео не совсем простые солдаты, слово "солдат" вообще в русской империи не очень жаловали, предпочитая слово "боец". Но в остальном — Илья вылитый Суворов. Утром верные сподвижницы выглядели хмуро, но вполне боеспособно. Армейская жилка, она такая…

— Хорошо посидели, — поморщилась Ллейда, сев в постели. — Сфео, у тебя холодненького не осталось?

— Держи подруга, — инопланетянка достала откуда-то флягу с тоником. — Все не допивай, мне оставь. Не, ну мы распустились… — Вид у слави был довольно помятый. — Командир, ты должен был пресечь это безобразие, — серьезно сказала девушка.

— Должен был, — мрачно сказал центурион, усиленно массируя виски. — Но не пресек, а возглавил. Как наказывать командира будем?

— Да как тебя накажешь? Илья, если надо, помогу энергией, только косу в порядок приведу. Вид у тебя какой-то бледный…, - озаботилась состоянием командира инопланетянка.

— Не надо, я в норме, — встал с постели парень. — Тебе энергия нужнее. — В затылке у Ильи неприятно ломило, во рту было сухо и гадко. Все же литр коньяка на троих… Может Скаду на энергию раскулачить? Нет, нельзя. Непедагогично. Сам пил, сам и расхлебывай. Бывало и хуже. К тому же есть в заначке кое-какая армейская фармакология… В виде исключения можно принять красную таблеточку из аптечки или попросить у Сфео пожевать корень болотного стирра. С одного раза ничего не случиться, а организм в порядок придет.

— Спасибо твоим симпанткам, — сказала ленааа, оторвавшись, наконец, от фляжки. — Одеялки нашли, камуфляж с нас сняли, всех укрыли, тоник на утро принесли. — Я помню только, как мы по лежанкам расползлись.

— У них в этих делах небольшой опыт имеется, — пробурчал Илья. — Слушай, а что ты за песню все пыталась спеть, перед тем как отрубиться? Что-то про нож и кровь?

— А, песня первых мастер ножей, — немного смутилась Ллейда. — В голове развеселая дума, пляшет счастье на гранях клинка. Будем резать далззаа подруга, будем кровь лить всю ночь до утра, — тихонько напела девушка. — Мужчинам вообще-то нельзя такое слушать, но ленааа иногда тянет спеть…ну я и не удержалась. Забудь, командир.

— Ладно, приводим себя в порядок и выдвигаемся, — скомандовал Илья. — Все, до возвращения на базу сухой закон.

Черная как деготь волна от тупого носа рейдмобиля разбегалась в стороны с натугой, словно нехотя, отчего Илье казалось, что он плывет на барже с песком, с трудом толкаемой старичком-буксиром против течения. Однако скорость была вполне приличная, чуть больше двадцати узлов. Просто угловатые очертания машины скрадывали ощущение быстрого движения по воде, а водометы под днищем работали почти незаметно. Скрытность же…нам большой волны и широкого белого кильватерного следа не надо. По краям реки рос густой лес, иногда встречались заросшие рогозом и высокой зеленой травой плавни. Приглядевшись, можно было заметить, как рядом с ними плещется рыба, а непуганые утки жмутся к берегам, ленясь взлетать со спокойной воды в нависшее над самой рекой хмурое серое небо. Пулеметчицы ленааа внимательно изучали окрестности, сидя в своих турелях, как в люльках, но никакой опасности видно не было. Ни сухопутных крокодилов, ни змеюк. Обычный, с детства знакомый речной пейзаж. Раньше отец брал Илью пару раз порыбачить на заветный волжский остров, так что подобных картин парень насмотрелся. Ковчег был даже лучше Земли — местные комары по странной причуде характера совсем не интересовались людьми и славями.

— Не нравится мне это, — спрыгнув на глинистый берег с борта рейдмобиля, огляделась по сторонам Сфео. — Очень гладко все идет. Вот и руины, центральный вход под куполом, — указала рукой на возвышавшееся каменное строение инопланетянка. Там спецназ и полег. А мы высадились, развернулись и никого.

— А как все было у второго легиона? — с интересом спросил Илья. — Откуда зашли, на каких позициях бой приняли? И где их накрыло? Давай подробности Сфео.

— А я их знаю? Илья, благодаря тебе я немного в опале у Слави, если ты не заметил. Мне теперь оперативную информацию из штаба матриарха по первому запросу сливать не спешат, нынче не как раньше, когда было указание "все для батальона". Позвонил бы жене и спросил, как и что. Она, конечно, на тебя злая, но в разведданных перед боем не откажет, — покачала головой соратница. — Я знаю только, что высадились поодаль, дошли до купола и приняли бой. То ли их атаковали с разных сторон, то ли ментальное воздействие было разным — пополам приказы "стреляйте друг в друга" и "замри". Поэтому решили, что было несколько входов в подземелье. Больше ничего не ведаю.

— Не буду я Славе звонить, — ледяным тоном отрезал Илья. — Мы сами с усами и разведка — кивнул на Снао со своим прибором и стоящую рядом с ней Ллейду парень, — у нас лучшая во всех трех цивилизациях. — В подсказках не нуждаюсь.

— Ну-ну, — недовольно пробурчала Сфео. — Удачливый ты командир, Илья, только на это и остается уповать… Командуй.

— Извини, меня малехо занесло, — тоном ниже сказал центурион. — Славе я звонить все равно не буду, не получиться у нас разговора. А вот Лену спрошу. Не могла Славя не поделиться с ней какой-никакой информацией, общее же дело. — Илья переключил канал связи с батальонных частот на коммуникатор и начал вызывать базу ленааа.

Разговор занял с полчаса, и полезной информации он не принес. По информации Лены, все оказалось примерно так же, как и говорила Сфео. Слави высадились с орбиты из трех челноков, продвинулись к руинам и нарвались на атаку "крокодилов". Или скорее гигантских ящериц вроде комодских варанов, судя по кадрам оперативной съемки. Инопланетную живность спецназовцы второго легиона сожгли без особых проблем, вошли в купол и расплавили закрывающую вход в подземелье бронеплиту. То есть сделали почти то же самое что и Илья со своим батальоном у первых руин. А дальше их накрыло ментальной волной, и последовала вторая атака, куда как более успешная, поскольку бойцы либо начали стрелять куда попало, либо впали в ступор. Те, кто добежал до леса, пришли в себя и отбились от "крокодилов", вызвав эвакуацию с орбиты, остальные остались под куполом и в его окрестностях. Предположительно все они погибли.

— Работаем по старой схеме, — принял решение Илья. — Очевидно, что одонаты наружу не выходят, и врага не преследуют. Местные нам говорили то же самое — одонаты сидят в руинах и наружу не лезут.

— Меня что удивляет, — вставила замечание Ллейда. — Где трупы? Тут же такой бой был, крокодилов сожгли не один десяток, и наших полегло немало. Где это все? Прошло всего несколько дней, берег абсолютно пуст, под куполом тоже никого и ничего, мои разведчицы уже посмотрели. Их что, всех съели крокодилы? Вместе с оружием и амуницией?

— Могли унести в подземелье, — задумчиво произнес Илья, пытающийся нащупать привычную ауру угрозы. Ничего не было, пустота в ментальном эфире. Как и на биолокаторе Снао.

— Зачем это Одонату? — возразила ленааа.

— Не знаю. Но если мы тут будем стоять и ничего не делать, то ответов на вопросы не прибавится. Начинаем операцию, — решился центурион.

К третьим по счету руинам Илья был морально готов. Это уже становилось однообразным, в конце концов. Опять коридор, опять лампы, снова обширный зал со странными "приборными шкафами", исписанными полустершимися иероглифами. Только в этот раз никакого противника. Неужели все его испугались и убежали? Или сами тихо померли? Придется идти дальше вниз.

— Ллейда, будет лучше, если ты поднимешься наверх к Сфео, — подумав, сказал Илья. Ниже пойду только я, Скада, Маша с Димой и наши симпанты.

— Почему Илья?

— Что-то тут не так. Крепко не так. Знаешь, по моим ощущениям люди ментальные атаки одонатов переносят легче всех, особенно командиры симпантов. Стволов на очередного хозяина подземелий нам хватит. Я не хочу тобой рисковать, а прикрывать тебя ментально мне может быть сложно. Что-то я чувствую, опасность внизу есть, но как ни странно есть и опасность со стороны поверхности. Такое ощущение, что кто-то работает в ментальном поле, раздает приказания. Просто я прочитать их не могу, все на уровне еле слышимого шепота. Уходи. Ты там нужнее, а мне так будет проще работать.

— Илья, я останусь с тобой.

— Ллейда это приказ. Прямой приказ командира. Ты подчинишься?

— Да. Но Илья, я отвечаю за тебя перед Леной. И если что…

— Я тебя тоже люблю Ллейда. И на всякий случай запрещаю тебе вскрываться, если меня убьют. Это тоже прямой приказ, так Лене и передай. А сейчас делай, как я сказал. Мне надо проверить еще один уровень ниже, если там никого, то мы тоже поднимаемся наверх.

— Есть, господин центурион! — подчеркнуто по-уставному ответила мастер-нож. Ладно, пока сделаем вид, что не заметил, с обидами соратников потом разберемся…Ну где же ты, друг Одонат, что ты все жмешься и шепчешься? Выходи на честный бой!

Илья выждал десяток минут, пока Ллейда поднимется вверх и осторожно двинулся вперед, прикрываемый симпантками. Следующий зал управления недалеко, если верить его опыту осмотра руин. Одонат решил принять бой в своем последнем оплоте? Что же, это его право.

На входе в зал управления Илью спасло чудо. Карри все же что-то увидела и упала вниз, увлекая парня за собой. А вот Маше не повезло — очередь из автомата прошила ее насквозь, а одна из пуль попала девушке прямо в голову. Илью по мозгам ударил страшный ментальный крик потерявших хозяйку симпантов и почти одновременно с ним его настигла атака Одоната, который требовал замереть и бросить оружие. А дальше начался кошмар.

Внизу не было крокодилов. Монстры хозяину подземного завода были тут не нужны, он нашел себе союзников получше. В последнем зале Илью ждала боевая группа далззаа вместе с Одонатом.

Тор и Тод пережили Машу ненадолго, но именно они дали несколько секунд остальным, чтобы те пришли в себя и включились в бой. Охваченные боевым безумием симпанты ворвались в зал, поливая все пространство вокруг себя длинными очередями. На раны от огня противника они не обращали ни малейшего внимания, а мгновенно убить симпанта не так-то просто. Перед смертью Тор успел бросить две гранаты, которые разметали нескольких далззаа в стороны и прилично остудили боевой пыл остальных, оглушив засевших на открытом пространстве красноглазок. А Тод сумел задеть очередью Одоната, так, что когда в бой вступили симпантки Ильи и Димы, перевес оказался на их стороне. Скада тоже действовала хладнокровно, всаживая в противника импульс за импульсом.

План далззаа был неплох и имел все шансы на реализацию. Положить вошедших с освещенного коридора в темный зал бойцов, вместе с их командиром, замаскировавшись накидками-хамелеонами в цвет пола и стен и, было вполне реально, особенно при помощи Одоната. Как всегда подкачало исполнение. Кто-то открыл огонь чуть раньше, чем следовало, а самоубийственная атака симпантов Маши вообще оказалась для инопланетянок сюрпризом. Теперь они сами оказались в невыгодной позиции — оглушенные взрывами и на открытом пространстве, вынужденные вести огонь в первую очередь по двум обезумевшим симпантам. Этим и воспользовались подопечные Ильи и Димы, причем много времени им не потребовалось — в четыре ствола они причесали все пространство вокруг, четко распределив сектора огня. Темнота им нисколько не мешала, также как и Скаде. Еще пара десятков секунд и бой в подземном зале закончился. Одонат был убит, как и шестеро укрывшихся в засаде далззаа. Сам Илья не успел сделать ни одного выстрела. Просто потому, что у него сейчас были другие проблемы. Ментальная атака со смертью Одоната и не думала прекращаться.

— На нас напали командир! — Ворвался в наушники взволнованный голос Сфео. — Ведем бой. Атакованы с двух направлений — "крокодилами" из реки и неизвестным противником из стрелкового оружия и гранатометов со стороны леса. Сожжены три машины, отступили к куполу. Срочно поднимайся наверх, мы держим оборону.

— Хорошо, — прошипел Илья в микрофон сквозь зубы. Сфео еще не знала всей правды. Вместе с крокодилами и далззаа бойцов его батальона откуда-то сверху атаковали одонаты. Причем сразу двое. Они сейчас синхронно пытались продавить приказ его бойцам "брось оружие и замри". Вот тебе и "Одонаты из подземелий не вылезают". Если им сильно надо, оказывается, что очень даже вылезают. Центурион из всех сил пытался нейтрализовать их воздействие, но получалось плохо. А еще этот хренов хозяин руин умирал долго и мучительно, вымотав Илью своей предсмертной болью и ужасом.

— Отступаем, — бросил отрывистый приказ парень, убедившись, что с врагом в зале управления покончено. Он сделал несколько шагов по коридору наверх, но его ноги внезапно подкосились. Блин, как же сложно-то. На сдерживание ментальных атак уходили все силы, выматывая парня чисто физически.

Впрочем, это не стало проблемой. Лода и Карри подхватили командира под руки и поволокли наверх, а Скада, разглядев побелевшее до мраморного состояния лицо центуриона, уже пыталась приладить на бегу к Илье свою косу.

"Спасибо", — подумал Илья, почувствовав, как ему передалась энергия девушки. На слова благодарности не было ни сил, ни времени. Центурион ощущал себя жонглером, пытаясь одновременно отразить две ментальные атаки. Попробуйте поиграть в игру "кто кого переорет командным голосом" с двумя матерыми сержантами, и вы получите отдаленное представление о том, каково приходилось Илье.

— Сфео, вы атакованы ментально, — пользуясь приливом сил, связался со славей Илья. — Один одонат на десять часов от центральной арки купола, другой на шесть часов. Где-то недалеко. Попробуйте их достать. Я их сейчас сдерживаю, скоро поднимусь. Как поняла?

— Принято командир. Ждем.

Вот и первый зал, осталось немного. Что за хрень?

Коридор, ведущий наверх, был плотно завален землей и обломками стенных панелей. Видимо его взорвали тогда же, когда начался бой в зале управления, поэтому на звук взрыва не обратили внимания. Где же выход? Еще четыре двери, возможно одна из них ведет наверх. Вопрос только к какому именно выходу и где он расположен. Блин, а времени на беготню по подземелью нет совершенно, сейчас одонаты продавят его защиту и тогда батальону конец.

— Сфео, Ллейда отступайте, — закричал в микрофон Илья. — Отходите от купола. Я немного задержусь. Как поняли?

Тишина, в наушниках только треск помех.

— Сфео прием, как слышишь?

Никакой реакции, кто-то надежно глушит связь. Точнее понятно кто — красноглазки работают. Что же делать?

— Дима, проверь со своими симпантками двери. Нужно найти новый выход. — отдал приказ Илья. — Я пока задержусь здесь. Только быстро.

— Есть.

Опцион исчез в проходе, а Илья тоскливо подумал, что выйти из подземелья они не успеют. Силы вымывались из организма со страшной скоростью, голова стремительно наливалась тяжестью и болью. На косу Скады надежда плохая, девочка сама еле держится. Сейчас его ментальное прикрытие рухнет и батальон окажется беззащитен… Надо во чтобы то ни стало дать приказ отступить от купола, чтобы спасти людей. Чем дальше от руин, тем слабее ментальное воздействие, это уже понятно. В зале управления он бы сразу двоих одонатов не смог нейтрализовать, а сейчас держится… Правда, недолго осталось…

— Скада дай косу, — слабо прошептал Илья. — Пожалуйста, всего на один глоток нужно энергии.

— Хо. хорошо, — потерявшая свою золотую окраску коса легла парню на шею. Сейчас будет Илюша….есть.

Скада выложилась в импульсе-передаче полностью и сразу же осела на пол, закрыв глаза. Но энергию парень получил, даже больше чем хотел. И тут же вложил все силы в крик-эмоцию противостоящим ему одонатам: "Заткнитесь гады"! А когда это сработало, попытался нащупать головы Сфео и Ллейды так же, как устанавливал связь со своими симпантками. Раз техника не работает, попробуем дать приказ ментально.

"Отступайте! Отходите все. Это приказ. Займите оборону в полукилометре и вызывайте подмогу"!

Получилось? А кто его знает. Больше сделать ничего нельзя. Скада без сознания, его хватит еще на минуту от силы, чтобы прикрыть батальон во время отступления. А дальше как карта ляжет.

Хватило Ильи только на сорок секунд. Потому что кто-то сверху достал широким импульсом "улыбки" еще одного Одоната и предсмертный ментальный крик горящего существа отправил Илью в черный коридор беспамятства.

В первый момент после пробуждения Илья было обрадовался. Да, чувствовал он себя хреново, но нам не привыкать. Вокруг него явно медотсек звездолета или отделение интенсивной терапии в госпитале, симпантки живы, связь с ними чувствуется. Лежит он в кроватке с капельницей в руке, значит, его лечат. Выпутался из передряги господин центурион, с чем самого себя можно и поздравить.

Только вот радость продлилась недолго. Вскоре офицер обнаружил, что он жестко зафиксирован по рукам и ногам на своем ложе ремнями, свет в помещении красноватого, не характерного ни для славь, ни для ленааа оттенка, да и приборы какие-то странные. Явно медицинского назначения, но вот надписи на них…это не письмо ленааа или славь. А значит…

Долго строить догадки не пришлось. Дверь в противоположном конце помещения беззвучно ушла в стенную нишу и в него вошла далззаа. Высокая, стройная, в облегающем ладное тело красно-черном комбинезоне и с кобурой на поясе. Посмотрела пару секунд на Илью и косо ухмыльнулась, подмигнув парню.

— Задал ты нам проблем, комбат. Но я полагаю, приз того стоил.

Отвечать сразу центурион не спешил. На самые очевидные вопросы далззаа ответила самим фактом своего присутствия. Что же ему теперь, суетиться и спрашивать глупости вроде "где я" и "что со мной произошло"? Ежу понятно, где он и что произошло, не первый раз замужем, а точнее в плену. Интереснее вопрос "что меня ждет"? Но и он не самый животрепещущий, да к тому же и откровенно шкурный. Надо держать марку, он имперский центурион или где? У красноглазок перед ним кроме комнаты с мертвыми гражданскими ленааа на Фортуне теперь еще и за Машу личный должок нарисовался.

— Что девочки, здорово вы облажались? — Улыбнулся в ответ инопланетянке Илья. — Засады толком устроить не можете, дуры. Чуть ленааа на Ковчеге увидели и сразу за Одонатов спрятались, показаться мастер-ножам на глаза боитесь.

— Дерзишь? Зря. Я бы на твоем месте вела себя повежливее, — голос далззаа прозвучал ровно, но все же самую толику дрогнул, эмоцию в нем Илья почувствовал. Лекции по психологии далззаа он в своем батальоне прилежно слушал вместе со своими бойцами, а материал по этой теме военпсихологами ленааа был накоплен добротный. Далззаа резко реагируют на обвинения в трусости и бояться показать слабость. Характер у них, вроде как у гопника на раЁне — авторитет и понты наше все, игнорировать предъяву нельзя, показавший слабость теряет лицо. Вообще-то это голая теория и все гораздо сложнее, но попробовать-то можно…

— Почему бы мне и не подерзить? Да ты даже подойти вплотную и открыто посмотреть мне в глаза лицом к лицу боишься, хотя я связан, а у тебя ствол. Позови свою мамочку, девочка.

— Что ты сказал, ничтожество?

Сработало! Ну надо же как вами легко манипулировать, — только и успел подумать Илья. Далззаа сделала два широких шага, подойдя к самой кровати и чуть наклонилась, уставясь прямо в лицо офицеру широко раскрытыми красными глазами. Черный зрачок чуть расширен, радужка темно-красная, белок заметно красноватого оттенка. Ну что тут скажешь — если подставилась под няш, то получи. Да, девочка, ты же меня любишь, не так ли? Любишь, я сказал!

Сначала все пошло как по маслу. Первый слой внутреннего сопротивления далззаа Илья снес без особого труда. У тебя агрессия, ты бунтарка, а мне все равно. Я тебя так люблю, ранимая ты моя бунтарочка. Ты ведь глубоко внутри желаешь любить и быть любимой, Илюша это знает. Поэтому не бунтуй и раскройся своему счастью, я принес его тебе. Ну вот и молодец…

Ухмылка на лице инопланетянки сменилась неуверенной улыбкой, гримаса исчезла, дыхание чуть участилось. Так, теперь подбираемся к волевому ядру. Надо замкнуть на себя чужую эмоциональную сферу, самооценку и внутреннюю систему поощрений и наказаний за поведение. Понятия о том, что такое хорошо и что такое плохо, мы у тебя обнулим и заново пропишем тебе в базовые установки, как я захочу, девочка. Любое действие, кроме исполнения желаний любимого Илюши должно автоматически рассматриваться этой далззаа как вредное и совершенно недопустимое. Ломаем ее через колено, делаем куклой, церемониться с красноглазкой как со Скадой, которой Илья, внушив сильнейшую любовь к себе, все же оставил свободную волю, разум и самооценку, офицер не собирался, слишком велика была его злость.

"Отлипни, мразь"! — ответная брезгливая мысль-эмоция была оглушительна как пощечина. Илья не удержался и сбился с концентрации, а инопланетянка мотнула головой и вышла из зрительного контакта. И тут же отступила на шаг, сев прямо на пол. Да блиннн…

Трудно точно сказать, что подвело центуриона, не дав ему закончить няш. Возможно, ему элементарно не хватило сил. Или сыграли злую шутку особенности чужой психологии. Но, скорее всего, он просто неверно понял внутренний настрой противника. У далззаа, как оказалось, не было никаких "понтов". Она не выделывалась, она на полном серьезе считала себя несоизмеримо выше всех. Комплекс полноценности и абсолютной уверенности в своем превосходстве как он есть. У тех же славей ничего такого и близко не было — они считали себя ровней людям и ленааа. Пусть мы физиологически немного другие, но мы все одинаково разумные и нравственные существа, не лучше и не хуже друг друга, — считали они. А далззаа… Представьте себе благородную барышню из старинного аристократического семейства, к которой полез целоваться пьяный конюх из крепостных. Пусть он сколь угодно привлекателен как мужчина, но он третий сорт по определению. Может быть и можно, будучи очень развращенной особой, пользоваться им как мужчиной, но любить? Таким же "недостойным быдлом" был для далззаа и Илья, при глубоком ментальном контакте такое не скрыть. Впрочем, как и все люди, слави и уж тем более ленааа. Это была совершенно искренняя, глубинная уверенность в своем превосходстве и няш отскочил от нее как мячик от стенки. Может быть, центурион и пробил бы эту стенку. Если бы это он, полный сил, няшил слабую, только что пришедшую в себя и привязанную к постели инопланетянку. Но расклад оказался не в его пользу и фокус не удался. Не правильно понял Илья психологов ленааа, наверное потому, что раньше ни с чем подобным не сталкивался. Далззаа велись на "разводки" и проявляли агрессию не потому, что боялись показать себя слабыми. Они просто ставили быдло на свое место.

А теперь центурион на себе ощутил, каково пришлось Альде, когда та не смогла пробить его своим няшем. Голова опять взорвалась болью, перехватило горло и остановилось дыхание, как от сильного удара в живот. Закрыв глаза, центурион из всех сил пытался сведенными болью и спазмом мышцами груди протолкнуть в легкие хоть немного воздуха. Постепенно дыхание восстановилось, но сил не было даже открыть глаза, и офицер погрузился то ли в сон, то ли забытье.

Когда Илья открыл глаза в следующий раз, то мир вокруг него стал черно-белым, а яркость освещения заметно упала. Причину этому долго искать не пришлось — центурион ощутил, как на его кожу у глаз давит плотная мягкая прокладка, обрамляющая овальные стекла, а на гудящем затылке туго затянута эластичная лента. Красноглазки приняли меры предосторожности и нацепили на него наглухо тонированные темные очки или что-то вроде этого. Вдобавок его голова зафиксирована на подушке так, что и в сторону не повернуть. Ничего, скажем спасибо и за это, а то могли бы и глазики выколоть. Опасаются твари имперского офицера не меньше чем медузы-горгоны… Эх, какая попытка сорвалась…

— А ты силен, землянин — раздался тихий женский голос откуда-то сбоку. — Я, конечно, догадывалась о том, что человек-самец Матриарха славей непрост, раз уж он командует сводным батальоном трех рас и способен противостоять Одонатам, но вот такого трюка не ожидала. Ан Стейр до сих пор в себя прийти не может — только трясется, плачет и смеется. При этом ничего внятно рассказать не в состоянии, а ведь прошли почти сутки. Подумать только, был всего лишь один-единственный взгляд, а какой эффект. Как ты это сделал?

— Ты кто? Покажись? — Подал голос парень.

— Показаться? Чтобы ты на меня посмотрел? Ну нет, никакого ненужного риска. Да, тебя, кажется, Ильей зовут?

— Так точно, — не стал отпираться от очевидного факта офицер.

— Так вот Илья, — голос был предельно серьезен. — Еще одна попытка няша и глаза тебе вырежут. Даю честное слово. Мы этого еще не сделали только потому, что на первом этапе исследований ты для наших ученых интереснее в укомплектованном всеми органами состоянии. Нужно знать, как работает ментальная связка с твоими тварями, няш-воздействие и все такое прочее. Но безопасность, сам понимаешь, в приоритете. Понятно излагаю?

— Да. Не бойся, больше няшить не буду. Как тебя зовут? — няшить Илья и в самом деле пока никого не собирался. Вроде ему полегчало, но слабость… Сейчас бы поесть, как следует, и прийти в норму, а там увидим.

— Ар Сайнд. Если вместе с воинским званием, то старшая стремящаяся Ар Сайнд, центурион Илья. Обращаться ко мне следует с добавлением слов "указующая госпожа".

— Ты мне не госпожа, Ар Сайнд, — тут же ответил Илья. — И тем более не указующая. Перебьешься.

— Ладно. — Илья услышал, как инопланетянка встала и сделала шаг вперед. А затем, совершенно неожиданно, центуриона обожгли два хлестких, крайне болезненных удара по лицу и щекам. Били явно не рукой, а чем-то вроде плетки. Больно было настолько, что он аж выгнулся дугой на своем ложе, натянув ремни и невольно до крови закусив губу. Тут же ударил в голову отклик симпанток — Лода и Карри были где-то неподалеку и помочь не могли, но боль командира чувствовали почти как собственную.

— Это был аванс за хамство, — выждав десяток секунд, пока Илья немного отойдет от боли, произнес все тот же спокойный голос. — А заодно и наказание за попытку няша. Мне некогда сейчас учить тебя вежливости всерьез, землянин, этим потом займутся другие далззаа. Если ты хочешь хамить, а не общаться достойно, по имени и званию, то приготовься к последствиям. А сейчас я перейду сразу к сути дела.

— Дай-ка я угадаю, — несмотря на боль, развеселился Илья. — Кто-то сел вам на хвост? Все это чертовски похоже на отсек звездолета, а взлететь с планеты и остаться незамеченным объединенным флотом…Не, это нереально. Разве что мы все еще прячемся внизу. Но тогда меня все равно скоро найдут. Пока мои бойцы не увидят тела, ничего не закончиться.

— К сожалению, ты прав, — не стала отпираться далззаа. — Руины взяты твоим батальоном Илья, все участвующие в бою Одонаты убиты. Кроме того, слави и ленааа перебросили к ним новые части. Мы были вынуждены отступить и срочно взлетать, пренебрегая всякой маскировкой. Сейчас наш корвет преследуют аж три корабля, из которых один крейсер главного калибра славей, другой тяжелый рейдер ленааа, а третий ваш, земной, не знаю какой классификации, но тоже не абы что… Предлагают нам немедленно сдаться, иначе слави обещают нас сжечь, а ленааа разорвать в клочья. Они это, к сожалению, могут, про людей уж не знаю… Так что тебе следует немного остудить пыл преследователей, если они не хотят убить мужа Матриарха. То, что ты на борту, им известно, но вид твоего бессознательного тела может оказаться недостаточно убедителен. Скажи пару слов жене.

— Мой в этом какой интерес? Вы же меня изучать и на органы разбирать решили?

— Не валяй дурака, — начала сердиться Ар Сайнд. — Дух нашей цивилизации не может подхватить нас прямо здесь, требуется еще хотя бы пара суток, чтобы отдалиться от Ковчега. Духи не могут забирать корабли в безпространство так близко к планетам, сам знаешь. Попроси своих не стрелять, вот и все что от тебя требуется. А что с тобой будет потом, на нашей планете… Я старшая стремящаяся, а твою судьбу будет решать совет достигших. Может и правда на органы для науки сдадут, а может показательно осудят за содействие мятежу ленааа, а потом тихо обменяют. Может, мы договоримся, твой дар пригодится всем нам. Дело политическое, просто так тебя никто не тронет. Ты же хочешь жить?

— Хочу указующая госпожа, — легко согласился Илья. — Только сначала дай мне воды, чего-нибудь поесть и мою аптечку, надо привести себя в порядок. И отдохнуть пару часов, чтобы иметь товарный вид. А потом начинай трансляцию, я попрошу Славю и остальных меня не убивать. Я и в самом деле очень хочу жить, чего уж там, — попытался улыбнуться Илья.

— Так бы сразу. А то каждое ничтожество хамит и корчит из себя идейного, — облегченно вздохнула далззаа.

Через некоторое время Илья был умыт, накормлен, одет в свой камуфляж и привязан к креслу в рубке связи. Вы хотите шоу? Будет, только короткое.

Далззаа постарались и устроили конференцию со всеми тремя преследователями, видимо для гарантии. По сигналу далззаа-техника засветившаяся в воздухе плоскость экрана разделилась на три части, и центурион увидел сразу встревоженное лицо Слави крупным планом, стоявшую чуть в отдалении от своего экрана Лену и знакомую физиономию Максимова.

— Всем привет, господа! — улыбнулся комбат. — Давно не виделись.

— Илья что с тобой? Почему ты в очках? Почему у тебя рассечена бровь и губа? Тебя что, били? — Зрачки на лице Слави нехорошо сузились, губы сжались в ниточку. — Как тебя там, Ар Сайнд? Думаешь, мне нечего сделать в ответ на избиение моего мужа? Жди запись через полчасика, уверяю, она тебя повеселит. Ты ответишь…

— Дорогая, не надо, — перебил ее Илья. — Это я с лестницы неудачно упал. А в очках потому, что наши дорогие далззаа почему-то стесняются смотреть мне в глаза. Стыдно им, наверное, за свое поведение. Лучше послушайте, что я сейчас скажу.

— Послушайте Илью, — поддержала комбата Ар Сайнд. — Если он вам нужен живым.

— Так вот, — Илья помолчал секунду, пытаясь собраться с мыслями. Говорить следовало быстро и четко, пока не вырубили связь.

— Как видите, я попался, — начал центурион. — Славя, не вини Сфео, она не могла предотвратить произошедшее. Прошу передать командование батальоном ей, она верна тебе и лучшей кандидатуры ты все равно не найдешь. Лена, Ллейды как и Сфео не было в подземелье рядом со мной. Я категорически приказал ей уходить наверх до столкновения с далззаа, думая, что так будет лучше. На ней тоже нет никакой вины. Всю ответственность за случившееся несу только я один.

— Илья не играй в благород…, - начал было Максимов.

— Погодите, Иван Матвеевич, — перебил его Илья. — Докладываю теперь вам: попытка няша далззаа и моего освобождения провалилась, но в принципе няш на красноглазок действует, имейте в виду на будущее. Скоро этот корабль будет подхвачен духом далззаа, а на их планете меня и симпанток будут изучать и разберут на винтики. Ни мне, ни вам этого не надо, поэтому сжигайте корвет нахрен, чем скорее, тем лучше. Славя, прости, пожалуйста, за все. Жгите нах… — Экран связи внезапно потух и растаял в воздухе рубки, но Илья был доволен. Он все успел.

— Ты же сказал, что хочешь жить? — Казалось, Ар Сайнд была удивлена.

— Я соврал, — только и сказал Илья.

Следующий час для Ильи был одним из самых неприятных в его короткой жизни. Далззаа словно забыли его привязанным в кресле, не обращая на парня никакого внимания. Трое пилотов в желтых комбинезонах и Ар Сайнд в красном колдовали над приборами в рубке, отключив автопереводчики, так что парню оставалось только гадать о происходящем вокруг. И, что самое неприятное, ожидать каждую секунду сокрушающего удара. Вряд ли его отпустят в логово к далззаа живым. Или отпустят? Не надо, пусть лучше жгут…

В принципе, союзники, могли бы попробовать вывести вражеский корабль из строя без фатальных разрушений и взять его штурмом. Только ведь далззаа не дуры и не трусихи, что бы Илья не говорил. В плен они не пойдут и его живым не отдадут. На Фортуне их десантницы в совершенно безнадежном положении не сдались, добровольно не задрала руки вверх ни одна инопланетянка. Этот расклад всем был понятен, поэтому их еще и не обстреляли. Так что уж лучше один, сокрушительный удар главным калибром и делу конец.

Однако, примерно через час Ар Сайнд снова подошла к креслу с Ильей, а экран связи засветился снова. Только в этот раз на нем было изображение одной Лены.

— Кодированный вызов от ленааа. На нашей особой частоте для переговоров в исключительных случаях, — снизошла до пояснения старшая стремящаяся. — Интересно, что ей надо?

— А ведь я тебя знаю Ар Сайнд, — без долгих предисловий начала Лена, не удостоив Илью даже взглядом. — Зачистка побережья Арквии, ликвидация последнего анклава зеленой стаи ленааа на континенте. Ты командовала нейтасской резней.

— Я тебя тоже знаю, Лена. Палач Тхорала, убийца гражданских и самцов. Да на тебе столько крови, что…

— А на тебе? Я резню мирного населения не проводила.

— Что? — аж задохнулась далззаа. — А рейд мастер-ножей на Тхоральский химический комплекс это как? Ты же ими командовала! Резня рабочих и охраны, отключение всех систем безопасности и предупреждения и только потом подрыв цехов и емкостей с химическим сырьем? Ядовитое облако накрыло сотни квадратных километров. Семь тысяч трупов по меньшей мере…

— Тхоральский химкомбинат целиком работал на вашу военную промышленность, — невозмутимо ответила Лена. — Нормальная цель. Я, между прочим, направила ядовитое облако на поселок, где жили в основном работники и строители химкомбината. Специально направление ветра для этого рассчитывала. Мало взорвать завод, надо зачистить подготовленные кадры противника, чтобы на восстановленном предприятии некому было работать. Рабочий или инженер на военном производстве — тот же солдат или офицер. Я ведь могла направить газ на город, жертв было бы на порядок больше. Но я выполняю боевую задачу, а не занимаюсь бессмысленными убийствами. А ты, Ар Сайнд, взрывала битком набитые эвакуирующимися гражданскими детские пещеры в Нейтассе, хороня всех заживо. Без всякого военного смысла. И после этого вы думали, что не будет ответки?

— Это были всего лишь ленааа.

— А в Тхорале были всего лишь далззаа. Оставим это. Скажи, каким там номером я значусь в списках личных врагов главной достигшей?

— Третьим, кажется. Или уже вторым, после Фортуны, — немного подумав, сказала Ар Сайнд.

— А еще я командую экспедицией ленааа на Ковчеге и еще я доверенное лицо вожатой. Как думаешь, тебя наградят, если ты привезешь меня живьем к твоим достигшим?

— То есть? — недоуменно спросила красноглазка.

— Не тормози, — поморщилась Лена. — Такое предложение делают один раз в жизни. Пойманный вами комбат не такая уж великая ценность, как тебе думается. Со своей женой — матриархом он ухитрился разругаться вдрызг, она теперь сама не знает, как от него поскорее избавиться. Иначе чего это он со своим батальоном бегает по опасным руинам, а не сидит подле нее, как думаешь? Приказывают ему, надеются, что он себе где-нибудь шею свернет. Так что влиять на славей через заложника не выйдет, Славя вам за его смерть лишь спасибо скажет. Для людей Илья в нынешнем состоянии тоже невеликая ценность — обычный центурион, пусть и со способностями. Дар вы его все равно не поймете. Да мы и не дадим — сожжем ваш корабль через часик, вот и все дела. Зато если ты Илью отпустишь, то я тебе сдамся лично. И гарантирую, что вы уйдете в безпространство невредимыми, со мной на борту.

— Тебе-то это зачем? — подозрительно сощурилась далззаа.

— Дело чести, — вздохнула Лена. — На лютую смерть ради выгоды не идут. Считай, что тебе повезло старшая стремящаяся, быть тебе достигшей. Должок у меня перед ним, иначе мне нельзя. Соглашайся.

Илья уже готов был заорать Лене, что никакого обмена не будет, не надо ему такой чести. Пусть Лена даже не мечтает поменяться с ним местами. А то он тут сам вскроется. Пофигу что связан, найдет способ. Еще полгода назад он бы так и сделал, но сейчас Илья решил немного погодить махать шашкой, а сначала подумать. Все ли так просто?

Вообще-то Лена на такое способна. И не на такое тоже, тараканов в ее голове хватает и все как один отмороженные берсерки. Помнил Илья, как она в одиночку шла танцующей походкой в набитое десантницами далззаа полуразрушенное здание столовой. Тоже частично из-за него, ага… Но если все же рассмотреть ситуацию с точки зрения логики, отставив в сторону любовь и жертвенность? Лена, пожалуй, самый сильный боец-рукопашник на всю их экспедицию. Она одна стоит штурмовой группы. Сколько может быть далззаа на корвете? Пара десятков или около того, если Илья не ошибается и правильно помнит лекции о флоте противника. Корвет далззаа, это небольшой корабль с возможностью старта и посадки на атмосферные планеты и мощным маскировочным блоком. В силу этого слабо вооружен и защищен, имеет маленькую грузоподъемность. Весь ресурс ушел в двигатели и энерговооруженность. Из этой пары десятков инопланетянок как минимум половина не бойцы, а технические специалисты. Если уж против десантниц далззаа в открытом пустом помещении Лена в одиночку выстояла не меньше минуты, то в узких отсеках звездолета она сможет многое… Может это все же осмысленная попытка верных соратников вытащить непутевого комбата из глубокой задницы, а не чистое самоубийство?

К сожалению, эти умные мысли пришли в голову не только ему, но и Ар Сайнд.

— Я тебе не верю Лена, — просто сказала она. — Ни одному твоему слову. Только не тебе, мастер-нож и личный враг главной достигшей. Устраивать бойню на борту своего корабля я не хочу. Дай мне уйти, а там можно будет и за твоего Илью поторговаться. Или все же он принадлежит Славе? Вы тут как раз успеете между собой разобраться в этом непростом вопросе, пока он гостит у нас…

— Как скажешь, — голос Лены звучал по прежнему безэмоционально. — Бортовые рассекатели "Острия правды" запитаны, цель захвачена. Залп через час ровно, на расчетном для разрушения вашего корпуса минимуме мощности. Настоятельно советую всем надеть скафандры и стравить атмосферу из отсеков, принять меры пожарной безопасности и бороться за живучесть судна, пока я буду его резать ломтями. Начну с ходового отсека. Предупреждаю, что обломки буду осматривать крайне тщательно и хочу найти среди них Илью и побольше живых и здоровых далззаа. Поэтому пока поберегите себя, очень прошу. А дальше все будет зависеть от состояния центуриона. Найду его живым — может и подобрею. Нет — умирать вы будете больно, долго, страшно и некрасиво. Хоть тут порадуюсь… Один час даю на раздумья, мое первое предложение пока в силе. Илья, прощай, извини что так вышло.

— Все нормально Лена, — центурион из всех сил постарался, чтобы его голос не дрогнул. — Ты молодец.

Экран связи снова потух.

— Не, ну не стерва, а? — спросила в воздух Ар Сайнд, забыв отключить переводчик.

— Не надо так про Леночку, — скромно заметил парень. — Она хорошая. Раз сказала, значит сделает.

— Знаю, — мрачно отозвалась старшая стремящаяся. — Репутацию она себе создать успела, не поспоришь.

— Так вы это…скафандры надевайте, вазелин готовьте, — не мог удержаться от колкости Илья, коротко хохотнув. Несмотря на близость смерти его раздирал нервный смех.

— Не смешно, — видимо угрозу Лены далззаа приняла всерьез. — Лучше нам всем остаться без скафандров. Не знаю, зачем ты сказал про смазку, но я видела кадры попавшихся отряду Лены в плен далззаа из участниц нейтасской зачистки. Точнее того, что от них осталось. Она была реально сумасшедшая с ножом, какой там, как ты говоришь, вазелин…

— Так может, все же обменяем ее на меня, — забросил крючок Илья. — Представляешь картина, — сама Лена на коленях отдает тебе свой клинок, ты везешь ее домой на суд, почет тебе и уважуха. Лучше же чем вакуум за бортом глотать?

— Тебе я тоже не верю. Вы все что-то замышляете.

— Голову включи, — работал змеем-искусителем Илья. — Что мы можем замышлять, она там, а я тут. Просто я ей на Фортуне жизнь спас, не может Лена меня так бросить, сама знаешь, как у ленааа бывает. Дело чести.

— А ты вроде как опять жить захотел? Что-то подозрительно мне это, — не унималась Ар Сайнд.

— Тебе осталось подозревать всех подряд еще минут сорок, — пожал плечами центурион. Это единственное, что он мог сделать привязанный в кресле. — Потом хоть подозревай, хоть не подозревай, а добро пожаловать наружу, кораблик рассыплется. Лена слово держит.

— Заткнись! — далззаа продолжила мерить шагами небольшую рубку корвета.

На самом деле, Илья уже хотел, чтобы Ар Сайнд согласилась на обмен. Смертельная опасность помогла соображать быстрее и план центуриона, до этого совершенно невнятный, окончательно прояснился в голове. Не зря же он просил еды и свою аптечку… Не в товарный вид себя приводил комбат, а в боеспособный. Теперь, после еды, а главное после доброй порции сильных стимуляторов и обезболивающих парень прямо таки искрился энергией. Это все ненадолго, конечно, но еще на пару-тройку часов хватит. Да, ультимативный няш у него провалился. То есть одну далззаа он из строя временно вывел, но перехватить управление над ней не сумел. Лода и Карри связаны и помочь ему не могут. Скада вроде жива, но, похоже, в глубоком обмороке, точно не скажешь. В любом случае он в подземелье забрал у девушки столько энергии, что она ему сейчас не помощница. Что остается? Няшить далззаа снова? На самом деле Илья уже начал это делать. Взгляд глаза в глаза в разы усиливает и упрощает няш-воздействие. Слави из слабых и средних няшей только так няшить и умеют, видимо далззаа тоже думают, что без прямого взгляда ничего не выйдет. Но у Ильи уровень весьма и весьма высок. Можно няшить и без гляделок, если потихоньку, с осторожностью. Получится слабо, но получится. Особенно теперь, когда он покопался в голове у далззаа и немножко настроился на их волну. Думаете просто так Ар Сайнд перестала махать плеткой и говорит с ним почти как с равным, без чинов? И все больше склоняется к мысли принять предложение Лены? Хе-хе…

Только вот осторожным няшем ничего серьезного не добьёшься, да и времени в обрез. А перегнешь палку и дашь повод для подозрений — того и гляди глаза вырежут. Но ведь не няшем единым…

Именно здесь, привязанный к креслу в рубке вражеского корвета, менее чем за час до гибели, Илья вдруг понял, что он в последнее время вполне успешно противостоял Одонатам с их ультимативными приказами. А правильных выводов из этого, дурак, не делал. На Славии Илья сумел выстоять под чарами Альды? Сумел. После чего приобрел способность к няшу. Так может пора попробовать в деле новое умение? Не няшить искусственной любовью, а приказывать и подавлять ментальной силой как Одонаты? Почему нет, интуитивно все понятно. Умеешь защищаться, сумеешь и ударить. Но в одиночку, безоружному, да еще связанному по рукам и ногам центуриону шансы на успех казались невелики. Ну, вгонит он в ступор экипаж корабля, заставит бросить оружие, если получиться, это максимум. Получить над двумя десятками далззаа контроль, заставить себя развязать и выполнять свои приказы? Нет, сложно, попытка провалится, а второй ему не дадут. Умение сложить в голове трехзначные цифры и брать в уме интегралы — это разные вещи. Нужен союзник, тот, кто будет бить врага, пока Илья наводит на него шок и трепет. И кто справится с этим лучше Леночки? Никто. Поэтому надо еще немного поддавить няшем на Ар Сайнд. Слегонца…

— Хорошо! — Меняю тебя на Лену, — согласилась, наконец, старшая смотрящая, когда до истечения срока ультиматума оставалось с четверть часа. — Мои условия: Лена прибывает одна, на челноке типа "мотылек". Без оружия, брони и скафандра, в простой одежде. Не надо никаких постановок на колени и прочего, пусть она свой клинок отдает кому хочет. Мне на борту мастер-нож вместе со своим личным оружием не нужен, это злостное нарушение техники безопасности. Лену будут встречать у шлюза трое бойцов, за ними в конце отсека будешь стоять ты и я с пистолетом у твоего виска. Малейшее ее движение чуть быстрее чем "очень медленно" и ты труп. Что-нибудь еще подозрительное, и ты опять труп. Мне терять нечего… Когда Лена будет надежно связана у шлюза, я тебя отпущу в "мотылек" и прикажу отнести туда твоих тварей и полудохлую славю, даю слово стремящейся. Как-нибудь вчетвером утрамбуетесь и летите на все четыре стороны. Уговоришь ее принять мои условия в точности?

— Попробую, — серьезно сказал Илья. — Вызывай "Острие правды".

Сначала Лена была явно удивлена. Особенно тем, что Илья сидел безучастно в кресле и лишь кивал головой, подтверждая сказанное, пока Ар Сайнд перечисляла условия обмена. Посторонний человек бы этого не понял, но Илья в мельчайших оттенках мимики разбирался хорошо, сказывалось умение няша. Центурион девушку понимал, он сейчас вел себя насквозь неправильно, резко переобувшись на ходу. Давай Лена, соображай, не просто так я это делаю, — взмолился про себя Илья. Подняшеная далззаа на новое поведение Ильи внимания не обращала, но Лена… Но что центурион мог поделать, ему даже взглядом с ней не дали обменяться из-за проклятых очков.

— Ты войдешь в шлюз и дашь себя связать, — продолжала говорить Лене далззаа. И вот тут Илья рискнул тихонько помотать головой, усиленно транслирую успокаивающую ментальную няш-волну для присутствующих в рубке инопланетянок. Все хорошо, не надо обращать на меня внимания, голубы… Прокатило. Далззаа, кажется, ничего не заметили, а зрачки Лены на экране чуть расширились. До нее дошло, что ее приглашают не просто так сдаваться на верную смерть, будет еще веселье. Но тут же ее взгляд вернул прежнее отстраненное выражение, мастер-нож умела владеть собой. Все условия Ар Сайнд она приняла без возражений.

Стыковка состоялась только через два часа. Возникла неожиданная проблема — Ар Сайнд с большим трудом согласилась временно прекратить ускорение корвета, а о торможении не могло быть и речи. Инопланетянки старались как можно быстрее покинуть мертвую зону, где их не мог подхватить дух далззаа. А челнок ленааа не мог быстро догнать их корабль. Илья ощутимо нервничал, опасаясь, что если он потеряет время, то потом из-за отката действия стимуляторов будет хуже сонной мухи. Но Лена успела.

Когда зашипел газ, уравнивая давление в шлюзе, через который вскоре должна была пройти Лена, Илья наконец-то успокоился. Обычное дело — перед боем всегда нервничаешь, мучаешься. А когда началось — не до ерунды. Сейчас…

Лена была очаровательна. Металлическая пластина люка шлюза откатилась вбок и в коридор вышла одетая в мраморный с серо-стальными разводами камуфляж девушка. Вариант "городской бой", видели такое у ленааа. При быстром движении на фоне щебенки, развалин, обломков арматуры и бетонного крошева он прекрасно скрадывает очертания фигуры, размывая ее в пейзаже. В отсеках корабля без скафандра вообще-то не дерутся, так что девушка выбрала самый подходящий вариант из возможных. Волосы собраны в два коротких хвостика, на талии широкий пояс, ноги в "прыжковых" десантных ботинках. Оружия не видно никакого, на лице фирменная Леночкина боевая улыбочка. Вроде все нормально, а с непривычки сердечко пропускает удар, как будто с самого края в бездну заглянул.

— Встать лицом к стене! Руки вверх и ладонями на стену, ноги расставить, — скомандовала державшая наручники далззаа. Связанный по рукам и ногам Илья почувствовал, как ствол пистолета прижался к его виску — Ар Сайнд не дремала. Лена начала осторожно поворачиваться, выполняя команду, и как только она отвернулась к стене, стоявшая в двух шагах от нее вторая инопланетянка, из тех троих, что встречали Лену, быстрым движением потащила из кобуры пистолет. Третья и так держала девушку на прицеле автомата, поэтому Илья понял, что его обманули. Никто не будет лично вязать мастер-ножа высшей категории, слишком опасно. Просто расстреляют в спину шок-капсулами или еще какой-нибудь нелетальной гадостью быстрого действия. Кому знать физиологию ленааа, как не их извечным врагам? Наручники и кандалы будут надеты на бессознательное тело потом.

— БРОСИТЬ ОРУЖИЕ!!! — В короткий ментальный импульс Илья вложился всем своим существом. ЗАМРИ!!!

Свой пистолет Ар Сайнд отбросила с такой скоростью, как будто она схватилась голой рукой за раскаленную сковородку. У виска приятно повеяло прохладой. Вывалилось из рук более чем на половину вытащенное из кобуры оружие второй далззаа, с лязгом загремел по полу автомат державшей Лену под прицелом десантницы, благо что не выстрелил. Даже наручники вывалились из рук первой далззаа. Плохо только то, что и Лена среагировала как-то вяло. Покачнулась, уронила руки вниз и замерла. Ее широкий пояс почему-то соскочил с талии и тяжко грохнулся вниз. "Блин, Илья, включи селекцию целей", — отвесил сам себе оплеуху центурион. Хорошо, что он все же успел покопаться в голове далззаа. Сейчас попробуем более тонкую настройку.

— Всем замереть! Бросить оружие! — В этот раз получилось послабее. Но точно по адресу. Далззаа остались на своих местах, зато Лена тряхнула головой и явно пришла в себя. Бросила быстрый взгляд вокруг, нагнулась вниз и подняла пояс. Еще мгновение, и он распрямился, превратившись в лезвие, с характерными синими искорками активированного силового режима.

Дальше было…быстро и страшно даже для Ильи, который уже много чего повидал. Лена не тратилась на лишние движения и всякую ерунду. Просто меньше чем за секунду отрезала головы всем трем далззаа, что были рядом с ней. Тремя быстрыми, экономными, размытыми от скорости движениями. Было в ее действиях что-то от опытной кухарки, которая машинально шинкует огурцы на салат. Раз — и нет голов, только кровь фонтанчиками бьется из обрубков шей. Тела еще не успели упасть, а она уже оказалась рядом с Ильей.

— Не трогай! — заорал в голос офицер, пытаясь хоть как-то закрыть собой замершую на месте Ар Сайнд. Успел он в последний момент, лезвие клинка уже начинало свое бег. — Выход из отсека надо кому-то разблокировать, — добавил парень, увидев, что Лена притормозила.

Девушка коротко кивнула и быстро разрезала своим клинком эластичные пластиковые затяжки на руках и ногах Ильи. А затем дважды коротко ударила носком десантного ботинка замершую Ар Сайнд чуть ноже коленей. Хруст ломаемых костей парень услышал довольно явственно.

— Для гарантии, — коротко пояснила она парню. — Что дальше, знаешь?

— Я держу всех далззаа по отсекам в положении "замри", — облизнул внезапно пересохшие губы центурион. — Ментально, как умею. На две-три минуты тотального контроля меня хватит, никто из экипажа не сделает и шага, не нажмет и кнопки. Больше времени не гарантирую, — Илья опять начал чувствовать неприятный гул в голове. — Двери между отсеками разблокируются отпечатком пальца далззаа и иногда сканом радужки, это я видел. Думаю, что годится лишь живая далззаа… Это все, дальше сама.

— Замечательно! — улыбнулась Лена. — Я пошла, скоро буду.

Она легко подхватила застонавшую Ар Сайнд одной рукой за воротник и без видимых усилий потащила ее волоком к выходу из отсека, держа клинок в другой руке. Илья остался на месте, постаравшись сосредоточиться на мысленных командах. Блин, быть Одонатом самому еще тяжелее, чем сопротивляться их воздействию, к тому же приходиться работать на полной мощности. Кто их знает, этих далззаа? Вдруг есть какая-нибудь кнопка самоуничтожения под рукой пилота, ослабь он на минутку контроль и все… Но они с Леной должны справиться, другого выхода нет, — твердил себе центурион, каждые несколько секунд посылая приказы. Кровь из обезглавленных тел далззаа собралась в приличную лужицу и потекла к носкам его ботинок, так что пришлось сделать несколько шагов в сторону.

Лена вернулась чуть меньше чем через пару минут. Ее камуфляж был прилично забрызган кровью, клинок снова превратился в пояс, а глаза лучились веселой безуминкой.

— Готово, — отрапортовала она. — С далззаа все, можешь расслабиться.

— Теперь надо освободить симпанток и Скаду, — облегченно выдохнул парень. — Дать знать нашим, что корабль захвачен и…

— Нет, — строго ответила Лена. — Сейчас надо сделать не это.

— А что? — не понял ее центурион.

— В кают-компании я видела отличное широкое ложе, вроде дивана. Пойдем Илюша.

— Я не так уж устал…

— Мы на нем будем не отдыхать.

— Лен, да ты что? Прямо здесь и сейчас?

— Именно. Не откладывая ни на минуту. Илья, ты то ломаешься как в первый раз, то в рейде, то впутываешься в неприятности. Сегодня я была вообще уверена, что умру. Этак я никогда не дождусь… Все, ждать не буду нисколько, любые возражения неприемлемы. Ты пойдешь сам, или мне тебя тащить?

— Сам Ленка. Сам, — сказал парень и обнял девушку, крепко поцеловав ее в губы. Стимуляторы еще действовали, спасибо русской фармацевтике. Илья отстранился, поправил Лене съехавшую на лоб потную прядь фиолетовых волос, и снова поцеловал. — Сам тебя потащу, — центурион подхватил девушку на руки и сделал несколько шагов вперед. — Где там твой диван? — В голове что-то обижено пискнула Лода, но тут же замолчала после строгого внушения Карри и симпантки затихли. Они тоже, как и их хозяин, были готовы подождать со своим освобождением. Раз уж такое дело…

Следующие пару часов Илье запомнились навсегда. Лена брала от жизни и от Ильи все что хотела, а хотела она многого и фантазия у нее была богатой. На отсутствие опыта ей было наплевать. Парень тоже от нее не отставал, выкладываясь из всех сил, эйфория накрывала центуриона с головой. Смерть в очередной раз прошла мимо и теперь они спешили жить… Единственная проблема — силы все же оказались не беспредельны, и момент, когда очередной короткий отдых перед новой любовной схваткой сменился глубоким сном, Илья так и не заметил.

Пробуждение было нетривиальным. Илья распахнул глаза как от толчка, словно почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд. Он лежал на все том же самом диване в кают-компании, полностью обнаженный и в обнимку с такой же раздетой Леной, а у противоположной стены валялся остывший труп далззаа.

Только в этот раз рядом с ложем стояла одетая в штурмовой скафандр Славя, державшая в одной руке снятый шлем, а в другой импульсник, за ней виднелся Максимов со своими симпантками и кто-то еще из бойцов второго легиона. Матриарх печально смотрела на представшую ее взору картину.

Глава 9

— Надо ли уточнять, что мы все этого не видели, господа-союзники? — сказал с нажимом в голосе Максимов, повернувшись к прибывшим вместе со Славей бойцам. Легат пришел в себя первым и сразу же начал распоряжаться инопланетянками, как будто он тут главный. Похоже, Иван Матвеевич пытался избежать семейных разборок на месте адюльтера. — Прошу всех на некоторое время покинуть помещение, — продолжил легат, при мертвом молчании остальных. — Госпожа Лена, Илья — приведите себя, пожалуйста, побыстрее в…официальный вид, мы немного подождем за дверью.

Инопланетянки и симпантки Максимова тут же поспешили к выходу из кают-компании вслед за легатом, но Славя никуда уходить не торопилась, пристально глядя на Илью и по-прежнему не говоря ни слова. Под прямым взглядом ее ледяных синих глаз парню стало очень неуютно. Надо бы, наверное, что-то сказать, но ничего умного ему не приходило в голову. Говорить "дорогая, это не то, о чем ты подумала"? Так это именно то самое… Блажить "я тебе все объясню"? А что он, собственно, объяснит? Может, предложить не придавать случившемуся значения? Ага, ага. Между прочим, ствол импульсника Слави смотрит ему чуть ниже живота, а нажать спуск дело недолгое. Мысли о няше или ментальных командах из головы центуриона вылетели начисто.

— Привет подруга! — Весело сказала Лена и, нисколько не смущаясь своей наготы, одним слитным движением выскользнула из объятий Ильи, тут же оказавшись перед Славей. Между прочим, встала таким образом, чтобы перекрыть ей сектор огня, закрыв собой парня. Илья уже достаточно насмотрелся на мастер-ножей, чтобы понять — сейчас Лена в состоянии боевой готовности. Ноги чуть сжаты в коленях, тело напряжено. Тигрица защищает свой трофей. — Он тут не при чем, ты же меня знаешь, я не могла пройти мимо — продолжила мастер-нож. — Как и ты когда-то.

Славя отвечать не спешила. Она перевела взгляд с Ильи на Лену, затем недоуменно, как будто увидев его в первый раз, посмотрела на импульсник в своей руке. Губы Слави внезапно задрожали, и девушка, не глядя, неловко сунула оружие в кобуру. Плечи ее поникли, а руки безвольно упали вниз вдоль бедер.

— Ты, Илья, ты… — голос матриарха дрогнул. — Как ты мог так поступить?

Она стремительно развернулась и быстрым шагом вышла вон. Илье показалось, что он увидел в ее синих глазах слезы.

— Какие мы нежные, — тихо сказала вслед Славе Лена, подобрав с пола свой мятый камуфляжный комбинезон. Автопереводчик-нашлепка на его воротнике послушно перевел фразу на русский. — Чуть что и в слезы…

— Ты в ее ситуации не плакала, верно. Просто решила покончить с собой, — сглотнув мешавший дышать горький комок в горле, негромко сказал Илья, отыскивая у дивана свои трусы.

— Зато сейчас она в моей…

— Вот я и думаю, Лена, — продолжил Илья. — Так может у нас с тобой только что не любовь была, а любовь с расчетом? Кто-то знал про то, что помощь близка и спешил что-то доказать и показать сопернице?

— Если ты хочешь сказать, что я рисковала жизнью ради тебя, только чтобы…

— Нет! Не хочу! — почти заорал Илья. — Просто заткнись и не комментируй ситуацию здесь и сейчас, Лена. И я тоже заткнусь. Мы все трое, ты, я и Славя сделали то, что сделали, каждый в свое время. Мы все спасали друг другу жизнь. И одновременно подставляли друг друга как последние… Я никого не осуждаю кроме себя самого, у меня и права-то такого нет — осуждать и винить. Все хороши. А теперь нам всем троим с этим жить и всю эту кашу расхлебывать, если получится. Одеваемся молча и пошли, потом поговорим. Давно пора освободить симпанток и Скаду.

Потом поговорить не получилось. Илья понял, что у него проблемы уже в челноке, когда Максимов тихим, но твердым командирским голосом пригласил его сесть вместе с собой в земной десантно-штурмовой челнок, который направлялся к "Обреченному". Правда, Скаду разрешил взять с собой. Девушка лежала сейчас без сознания в противоперегрузочном ложе под капельницей, обколотая медпрепаратами славей, диагностировавших у нее сильнейшее энергетическое истощение. Впрочем, за жизнь Скады славя-врач из штурмовой группы не опасалась — все нужные лекарства девушка получила. Теперь, когда инопланетянка придет в себя, ей нужен будет только отдых и усиленное питание, это смогут обеспечить и люди. А вот отсутствие рядом с ней Ильи могло лечение всерьез осложнить.

Челнок славей, расплавивший корпус корвета далззаа в районе шлюза и высадивший штурмовую группу, отбыл первым, оставив на борту призовую команду из людей и славь. Славя улетела, так не сказала мужу ни слова. Отбыла, сказав Илье "до встречи на базе" и помахав на прощанье ручкой на своем "мотыльке" Лена, обещавшая прислать специалистов по технике далззаа и забравшая на "Острие правды" связанную по рукам и ногам Ар Сайнд и еще какую-то раненую красноглазку. Ар Сайнд выглядела уныло, офицера, командовавшего нейтасской резней в плену у ленааа ничего хорошего не ждало.

А Илья полетел к своим. Максимов во время полета был не очень-то разговорчив и почему-то отводил глаза. Так что любезного приема на борту земного крейсера Илья не ждал, скорее опасаясь крупных неприятностей. Но действительность превзошла ожидания — встреча у шлюза с тремя вразумляющими братьями стала для центуриона сюрпризом.

— Анечкин Илья Сергеевич? — задал риторический вопрос старший из них по званию.

— Так точно, господин легат.

— Вы арестованы по обвинению в нарушении устава русской империи, сокрытии важной информации, вопиющей некомпетентности, связями с врагом, неподчинению приказам, введению в заблуждение командования и аморальном поведении, не достойном звания сына императора.

— Что? Какой бред! — абсурдность обвинений вызвала у Ильи даже не удивление, а оторопь.

— Следствие и трибунал покажут, гражданин Анечкин, что из вышеперечисленного бред, а что нет. Соблаговолите, пожалуйста, следовать за мной.

Камера была вполне себе комфортной, получше некоторых кают. Две двухъярусные кровати, маленький санблок за закрытой дверью, намертво прикрепленные к полу стол и стулья. Матрасы мягкие, в камере климат-контроль, с режимом не зверствовали — делай что хочешь, кормили едой, приносимой из корабельной столовой. Видимо, пока перегибать палку никто не хотел. Разместили Илью вместе со всем табором, с симпантками и Скадой. Вообще-то так нельзя — симпантки это тоже оружие, но разлучать их не стали. Со Скадой получилось интереснее — ее на допрос вызвали первой, через сутки после ареста, еще качающуюся от слабости. Вернулась славя обескураженная — с нее требовали показаний на Илью. Спрашивали как именно Илья ее няшил. При каких обстоятельствах центурион Анечкин остался совершенно один во время последнего боя, за исключением ее и симпанток, то есть зависимых от себя личностей. Не было ли у него подозрительных контактов с далззаа? Может, имело место сотрудничество с противником и добровольная сдача в плен? Скада вспылила и отвечать на вопросы следователя отказалась. Тогда вразумляющий брат предложил ей подписать бумагу, в которой славя обвиняла Илью в беспричинном няше и подавлении ее воли, принуждению к сожительству и других нехороших вещах. Следователь снова был послан, чему нисколько не огорчился. Просто заметил Скаде, что она принесла присягу императору, к славям теперь отношения не имеет и подобным поведением на следствии "себя хоронит". Поэтому пусть подумает… Будут показания на Илью — будет и снисхождение. Не будет показаний — осудят или признают психбольной, отправив на принудительное лечение от няша, а с Ильей в любом случае разлучат.

Офицер только зубами скрипел… Но лишь утешал девушку общими словами и ласковыми няш — импульсами. В камере все пишется, говорить надо осторожно.

На собственный допрос центурион шел порядком разозлившись. А вот страха не было никакого. Трудно бояться следователя, которого ты можешь ментальным приказом заставить на коленях ползать. Ну, наверное, можешь, не проверял еще. Но так и подмывает проверить… Ладно, сам Илья — он солдат, что ни говори. Могут наградить, могут засудить, как начальство решит, так и будет. Был бы человек, а дело найдется, сия истина стара как мир. Но Скаду зачем в эти игры впутывают?

— Почему вы не подчинились приказу Матриарха и самовольно приняли решение исследовать незнакомые руины, господин центурион? Что случилось? — Следователь, невысокий лысоватый толстячок в звании старшего центуриона был совсем не тем человеком, что допрашивал Скаду. Был он вежлив и доброжелателен, предложил сладкого чаю с бубликами, "раз уж вы, Илья, не курите", и постоянно подчеркивал, что его дело — не осудить офицера, а выяснить правду.

— Связь была плохая, господин старший центурион. Приказа не слышал, поэтому действовал по первоначальному плану.

— Ну что же вы так, Илья, — всплеснув руками, расстроился следователь. — Отличная была связь. У меня на руках данные технической экспертизы вашего коммуникатора от славей, благо его нашли на борту захваченного корвета. Сигнал прошел, вы все прекрасно слышали. Так почему же не подчинились приказу? Враги помешали?

— Это мои личные дела с женой.

— Илюша, это у вас дома в… на…кхм… кухне с ней личные дела. А здесь боевая операция, она в ней выступала вашим непосредственным командиром. Вы игнорируете ее приказ, то есть грубо нарушаете устав. Имперский устав, Илья. От того, что командир не подданный императора, а его вассал, ничего не меняется, сами понимаете, полномочия Славе были делегированы законно… Давайте я вам подскажу — вас отвлекли, вот вы матриарха и не услышали. А отвлекла вас Сфео, которая сама совершила то же самое преступление, отказавшись связаться с командованием.

— Сфео тут не при чем, — угрюмо произнес Илья.

— То есть она выполняла ваши приказы, и вы запретили ей отвечать матриарху?

— Да. То есть нет… то есть все было не совсем так.

— А как? Вы не торопитесь. Пейте чай, кушайте баранки. И рассказывайте, рассказывайте. Я весь внимание.

— Илья, то есть вы быстро поняли, что способны противостоять приказам так называемых Одонатов?

— Так точно.

— Замечательно. Просто замечательно. И как вы думаете, важна ли эта информация для имперского командования? Нужно ли ему знать, что некий старший центурион способен противостоять созданиям, способным заставить разбежаться спецназ или того хуже, заставить бойцов стрелять друг в друга?

— Важна, господин следователь. Но я думал, что все очевидно само по себе. Просто из анализа хода боя. Что об этой моей способности известно командованию и выводы сделаны.

— Илья, но вы же военный человек, офицер. Что значит "я думал"? Вы должны не думать, вы должны рапорты писать. Подробные. Тем более о столь важных вещах. И где они? Вы перешли к ленааа, мы с этим согласились, ладно. Но где ваши отчеты с анализом боевых действий батальона и подробным рассказом о ваших способностях? Их нет, Илья, есть обычные отписки, в стиле "пришел, увидел, победил". О том, что вы способны насылать на противники паралич мы вообще ничего не знали. С какой целью вы скрывали это от родины, господин центурион?

— Я не скрывал. Я просто отдавал приоритет войне, а не бюрократии.

— Илья, это не вам решать, что важнее. Есть устав, инструкции, приказы. Если вы решили, что победителей не судят, то зря. Все выглядит так, как будто вы намерено вводили командование в заблуждение о своих способностях. Что мы еще о вас не знаем, центурион Анечкин? Вы говорите, говорите.

— И, наконец, последний, на сегодня, вопрос. Ваше поведение в бою перед пленением. Там столько загадок, что даже не знаю, с чего начать, — вразумляющий брат уже порядком устал, но своей въедливости не потерял. — Илья, вы специально решили остаться один в подземелье, за исключением зависимых от вас существ, потому что знали о далззаа? У вас были с ними не боевые контакты? Зачем вы вообще полезли в эти руины? Да, госпожа Лена вас поддержала, но инициатива была вашей и только вашей… Почему вы бросили свой батальон наверху? Он, между прочим, понес потери, а у нас каждый человек на счету. И инопланетянин тоже. Слушаю ваши объяснения, господин центурион.

— Кроме своих симпанток и Скады, а взял опционов Ватина и Ледневу с их симпантами. Вполне достаточная сила, не было нужды в остальных, — честно ответил Илья. — Встреча с Далззаа стала для меня сюрпризом, ранее следов их присутствия я не замечал. Маша погибла в бою…

— Мы это знаем, — мягко сказал следователь. — Опцион Леднева представлена к посмертной награде, она герой, отдавший жизнь за империю. Но почему вы не стали искать выход из подземелья вместе с Ватиным? Он его, кстати, нашел, сейчас жив и здоров. Может вы просто хотели избавиться от свидетеля вашей второй встречи с далззаа?

— Да у меня сил не было! Меня и так симпантки несли, а я еще удерживал ментальное давление двух Одонатов. Вот не надо мне измену родине шить…

— Мы сейчас просто разбираемся Илья, шить потом будем. Или не будем, от вас зависит. Вы понимаете, что ваши заявления о потере сил проверить нельзя? Ранены вы не были, откуда такой упадок энергии?

— Скаду спросите. Она бедная и так мне всю свою энергию отдала.

— Спросили. Только веры ей никакой, она влюблена в вас по уши и зависит от вас как наркоман от дозы.

— Давайте тогда следственный эксперимент, — разозлился центурион. — Собирайте сюда всех вразумляющих братьев экспедиции, и я заставлю вас в ангаре для челноков хоровод водить и матерные частушки петь. Пока силы будут. А врач пусть обклеит меня датчиками и проверяет самочувствие.

— Илья, не надо так раздражаться и дерзить, — спокойно ответил следователь. — Мы вам не враги. Надо будет — проведем и эксперимент. Давайте на сегодня закончим, продолжим допрос завтра. — Виртуальная клавиатура перед следователем погасла, он встал и начал собирать бумаги. Замешкался на секунду и все же спросил, — а вы, правда, можете это сделать? Покажете?

— УПАЛ!!! ОТЖАЛСЯ!!! — вмазал Илья ментальным импульсом по легату.

Бумаги веером рассыпались по полу, а легат рухнул вниз как подкошенный. Принял упор лежа и честно попытался отжиматься от пола, но сломался уже на третьем рывке. Живот и попа мешали, да и возрастом он был не мальчик. Лицо его аж побагровело от натуги…

— Отбой! — послал мысленный импульс Илья. Подошел к вразумляющему брату и протянул ему руку. — Ничего личного, господин легат. Это просто был ответ на ваш вопрос.

— Впечатляющий ответ, — легат, не чинясь, принял помощь и, опираясь на Илью, поднялся с пола. Как ни странно, но обиженным он не выглядел, скорее обескураженным. — Понимаю, нервы, а я сам напросился, — отряхнул он колени. — Но больше так не делайте, господин центурион — в голосе толстячка лязгнул металл. — Разозлюсь всерьез.

На четвертые сутки заключения допросы прекратились. Еще денек Илье дали отдохнуть, а затем попросили пройти к шлюзу, для посадки в челнок. Причем на центуриона нацепили наручники. Люди в охране и сопровождении попались сплошь незнакомые и молчаливые. Максимова парень так и не увидел, расспросить о том, что происходит, было некого. Наручники вот эти…зачем? Это что, мера предосторожности? При его-то способностях? Или кому-то Илью поунижать захотелось? Но пусть как хотят. Во-первых, ряд косяков на нем и в самом деле был. Во-вторых, следователи отстали от Скады, так и не предъявив инопланетянке обвинений. И в третьих, про то, что он раздал контроль над заводами в руинах Сфео и Ллейде никто так и не вспомнил. Не сдали его, значит, соратники. Вот и не будем усугублять, сейчас главное не подставить под репрессии батальон. А что будет с ним лично? Увидим. Меньше взвода не дадут, дальше фронта не пошлют. Не расстреляют же его перед строем.

Зря он так думал. Расстреливать не стали, но веселого оказалось мало…

Батальон был построен на плацу земного сектора базы в полном составе и без оружия. Даже Сфео стояла без личного импульсника, а Ллейда без клинка мастер-ножа, что было очень странно. Выглядели бойцы невесело.

Покрытие плаца было совсем свеженькое, ровное и без выщерблен, явно на днях залили. Двое "мечей" медленно провели Илью по нему вдоль строя. В парадном мундире, с погонами и наградами, но безоружного и в наручниках. Сочувственные взгляды бойцов жгли сильнее кислоты, но голову центурион не опустил. Не дождетесь. Его отвели в сторонку и поставили под охраной тех же мечей лицом к строю, метрах в пятнадцати от возвышавшейся на плацу трибуны. Спасибо, виселицу пока не соорудили, обнадеживает… Увидев, как к трибуне в окружении личной охраны подходит Тихонов, Илья решил, что судить по тихому его не станут. Зачем-то понадобилось шоу с показательной поркой виноватого во всех грехах центуриона. И ошибся. Пороть пока собрались не его.

— Господа офицеры! — В гробовой тишине начал свою речь командующий земной экспедицией. — Вы уже догадываетесь, по какому поводу вас здесь собрали. Я сейчас обращаюсь прежде всего к русским парням, славям и ленааа все скажут их начальники. Вы, господа офицеры, захотели служить в совместном батальоне трех рас, понимая, что по вам наши союзники будут судить об имперской армии. О сыновьях императора будут судить! И как же вы послужили? Ваш командир попал в плен к противнику! Почему? Как вы допустили это? Да, центурион Анечкин обвиняется в ряде должностных просчетов и нарушений и предстанет перед общим трибуналом экспедиции. Но речь сейчас не о нем, речь о вас. Вы не сумели его защитить. Это раз. Хуже того, вы бежали с поля боя. Приказа отступать не было. Я слышал байки, о том, что Илья ментально приказал оставить позицию. Так это или не так, следствие разберется. Пока же я знаю одно — сыны императора отступают с позиций в бою, не пытаясь выручить своего командира. Отступают без отданного устного или письменного приказа, самовольно. И третье — когда подошло подкрепление, вы не подчинились приказу легата Петрова остаться в резерве, а выполняли приказ Сфео: "выбить далззаа, вернуть руины и найти Илью". Зная, что Сфео к этому времени уже не является легитимным заместителем командира батальона и только что отстранена Матриархом от командования. На лицо нарушение устава и невыполнение приказа, — консул сделал паузу, словно желая убедиться, что смысл сказанного дошел до всех.

— Проступки совершены коллективно, всем личным составом батальона, — продолжил Тихонов. — Положение у нас сейчас военное и долгих судов я устраивать не буду. Вы будете наказаны коллективно, без разбора персональной вины каждого. Но, — сделал паузу консул, — если кто-то считает мои обвинения лично для себя несправедливыми, то он, согласно русской традиции, может здесь и сейчас выйти из строя и заявить о собственной невиновности. Поведение этого офицера и степень его ответственности за все произошедшее будут вразумляющими братьями разобраны отдельно. Есть такие в строю?

Строй молчал. Легкий ветерок обдувал ряды людей и инопланетян, замерших как глиняные воины китайского императора. Илья внимательно разглядывал лица бойцов. Нет, из строя никто не выйдет, хотя Тихонов с обвинениями явно перегибает палку. Как минимум половина его бойцов с инопланетянками накрепко завязана, в том числе и рапортами об отношениях, да и остальные понимают — не будет выскочке счастья, не тот случай. Все карьеристы уже из батальона ушли, еще во время первого раздела.

Хорошо, — подытожил Тихонов. — Слово сказано и выбор сделан. Когда легат Петров приказал вам остаться на месте и не вмешиваться, вы кричали ему — не можем бросить своих славей и ленааа погибать одних и пошли с ними в бой. Вот и разделите с ними общую судьбу, это будет справедливо… Госпожа Славя, прошу вас.

"Надо же", — удивился Илья. "Так батальон будут все три лидера судить? Дела…"

— Я скажу просто, — Славя явно не собиралась долго задерживаться на трибуне. — Слави! Вам был доверен мой муж, часть меня. Достойный командир, храбрый боец и человек, лично немало сделавший для торжества Славии и ее народа. Вы его не уберегли, он попал в плен. Обстоятельства бывают разные, но вы-то второй легион! Вы должны не подчиняться обстоятельствам, вы должны их создавать. Да, с Ильей все оказалось не так просто, но с ним разберется его командование и я лично, как его жена и как Матриарх. Это не умаляет вашей вины. Впрочем, я поступлю так же, как представитель империи и спрошу — есть среди вас славя, которая считает себя невиновной? Если такая есть, пусть выйдет из строя и я постараюсь быть к ней справедлива. Если смогу, конечно.

Следовало ли удивляться, что никто не вышел.

— Тогда разделите с батальоном и его командиром, их общую судьбу, — выждав с полминуты сказала Славя и покинула трибуну. Лена уже была тут как тут.

— Вы мастер-ножи или кто? — Взяла быка за рога ленааа. — Людям и славям простительно, с Ильей разговор еще предстоит, но вы! Не распознать далззаа! Допустить попадание в плен командира рейда, в личной верности которому вы присягнули, это как вообще?! Что я скажу вожатой? Что ее лучшие разведчицы опозорились перед союзниками, прошляпили засаду далззаа, выставили себя полными дурами? Что они не защищают самцов и командиров!? Хорошо, что мне удалось разрулить ситуацию и вытащить Илью, но на хрена тогда вы вообще нужны? Зачем вы стае, зачем она вас кормила? Мне что, все время воевать одной вместо вас? Это позор какой-то девочки, мне сегодня очень стыдно. Глаза бы мои вас не видели… Следовало бы приказать всем вскрыться, да только это уже не поможет. Попытайтесь смыть с себя вину, разделите общую судьбу вместе с людьми и славями батальона. Я все сказала. Или кто-то из ленааа хочет выйти из строя и попробовать оправдаться? — Посмотрела на бойцов прищуренным взглядом зеленых глаз Лена. — Нет? Тогда все. — Лена развернулась и слезла с трибуны, освобождая ее для Тихонова.

— Трибунал над центурионом Анечкиным состоится завтра в полдень, — сообщил консул. — Тогда же решиться и судьба батальона. Разойтись. Казармы покидать запрещаю.

"Так дела не делаются… Зачем-то им это все надо. Всем троим, и Тихонову и Славе и даже Лене. Не принимать же сегодняшнее представление за чистую монету? Как-то все наскоро, второпях… Или все всерьез, а я чего-то не понимаю"? — пытался сообразить Илья. "Может быть завтра ситуация прояснится"?

Сон не шел. Илья ерзал по тонкому матрасу, переворачиваясь с боку на бок и пытался разобраться, что ему, собственно, надо делать. Причем прямо сейчас. В забранное квадратной металлической решеткой окно весело смотрели звезды, улыбаясь комбату с высоты. Луны у Ковчега не было, но кое-какой свет просачивался из окон, с трудом освещая узкие кровати и стандартную мебель сборного домика. А может быть, это был не столько романтичный звездный свет, сколько отсвет скудного ночного освещения от горящих вполсилы осветительных панелей на сетчатом заборе, окружавшем казармы батальона, который был совсем рядом — рукой подать.

— Не стоит врать самому себе, манипулировали мной верные сподвижники много и часто, — думал центурион. — И ладно от меня не убудет. — Славю и Лену парень любил, это он знал совершенно точно. Обеих. Еще тогда, с Фортуны. Трудно было не полюбить красивых девчонок, которые протягивают тебе руку помощи в тот момент, когда ты уже готов расстаться с жизнью и дерутся за тебя как за себя. Даже если перед этим они же втравили тебя в эти неприятности. А раз люблю, значит мне для вас не жалко ничего, так уж воспитан папой с мамой. Вы стали мне родными, а за своих я иду до конца, — обкатывал в голове мысленный монолог Илья. — Хочешь чтобы я стал твоим мужем, дорогая Славя? Хорошо, как скажешь, я брошу людей и пойду за тобой. Хочешь, чтобы я командовал батальоном? Илья сделает. Все для тебя, я даже готов простить тебе измену и продолжать служить тебе. Но ты хочешь большего Славушка, ты хочешь сделать меня своим домашним пуделем. Нет, все имеет свои границы. Но у Слави хотя бы есть оправдание — мы поссорились очень крепко, и в этом есть и моя вина.

Но ты Лена? Я встал под твои знамена и воевал честно. И ты же меня и сдала. Иначе весь этот дурацкий трибунал объяснить нельзя. Почему ты не пришла ко мне за все время следствия, не сказала пары слов, ни объяснила, что происходит? Не могла пробить свиданку у имперского командования? Смешно, учитывая, что сотрудничаете вы все трое плотно. Вон, спектакль перед батальоном как по нотам разыграли. Кто мне говорил: "мне хорошо просто от того, что ты есть на этом свете. Я тебя никогда не использовала и не буду этого делать впредь"? Ты же мне Лена, это говорила, никто тебя за язык не тянул. А теперь я сижу под замком в твоем Лена секторе базы, и жду трибунала. Нет, я понял, чего вы от меня ждете. Все трое, включая вразумляющих братьев и Тихонова лично. Вы мне это так упорно сегодня совали под нос, что любой малыш догадается. Только хочу ли я опять играть по вашим правилам, дорогие соратнички и командиры?

После того как построение батальона завершилось, Илью провели к месту заключения. Медленно и печально, задержавшись у казарм батальона и расположенного совсем рядом с ними временного арсенала, представлявшего из себя просторный сарай из легких металлических конструкций. Один из конвоиров куда-то бегал, затем конвой вообще сменили. А Илья ждал, наблюдая как "мечи" заканчивают погрузку из арсенала в припаркованные впритык к нему рейдмобили ящики с боеприпасами. С маркировкой всех трех рас. Илья узнал имперские цинки с патронами, серебристые округлые контейнеры славей с запасными аккумуляторами, черные оружейные ящики с иероглифами ленааа. Туда же, в рейдмобили, зачем-то стали сгружать пластиковые поддоны с укутанными полиэтиленом имперскими пайками и мешки с пищевым сублиматом ленааа. Закончив работу, грузчики ушли. Рейдмобили остались.

А охраны, считай, что и нет. Только гражданские ленааа ошиваются поблизости и парочка землян изображает караул у ворот. Когда Илья был командиром, хозяйство батальона охранялось его бойцами гораздо серьезнее. Все это, конечно, арестованный центурион просто так увидел, по недосмотру…

Затем его, сняв наручники, отвели в узилище. То есть в обычный жилой модульный домик с широкими, забранными металлической сеткой окнами. С довольно хлипкой дверцей и тонкими стенами. Внутри которого его уже ждали вместе с горячим обедом симпантки и Скада.

Охрана у домика была. Две ленааа, судя по всему гражданские, ряженые под мастер-ножей. Ну не так эти леночки двигаются, не так себя ведут, Илье ли не знать кто такие мастер-ножи. Но чтобы обычная ленааа без приказа на собственной базе надела на себя форму и знаки различия мастер-ножа, прицепив к поясу боевой клинок? Ей жить надоело? Да еще эти "охранницы" все время лезут под окна, нисколько не скрывая пост. И с наступлением темноты, похоже, ничего не изменилось. В завершение картины следовало отметить, что его "тюрьма" стояла метрах в ста от казарм с батальоном. Чистое совпадение, не правда ли?

Даже без своих новоявленных способностей Илья мог попробовать сбежать. А уж с учетом его ментальных атак… Взломать тонкую дверь, парализовать посты у домика и арсенала — как нечего делать. Все можно сделать быстро и бескровно. Поднять сидящий в казармах батальон, вооружиться и уходить в лес. После сегодняшнего "суда" бойцы его не бросят, это уже ясно. Можно сначала двигаться к одним из захваченных руин, можно еще куда-нибудь, Ковчег большой. Наверняка рейдмобили готовы к бегству, в них даже снаряжение погрузили, чтобы облегчить ему жизнь.

Только…Только это было именно то, чего от него ждут. А зачем?

Лена хочет помочь любовнику по собственной инициативе? Нет, Илья, ты уже большой мальчик, хватит верить в ерунду.

Хотят убить при попытке к бегству? Может быть….но нет. Сложно, глупо и совершенно не в духе ни Лены, ни Слави. Да и для империи перебор. Политика — дело грязное, но у девочек все же есть принципы, да и Тихонов не дурак. Не верю.

Тогда зачем? Не хотят судить? Действительно, этак ловко получается. Илья все же легенда, что уж там, скромничать. Муж матриарха, молодой командир уникального подразделения, отмечен наградами. Единственный человеческий паранорм, способный и к няшу и к прямым ментальным атакам. Единственный, кто берет руины, на которых сломались спецназы трех рас. На Ковчеге его знают во всех трех лагерях, да вот только сегодня перед батальоном практически хвалили. А суд над героем — это всегда столкновение авторитетов судей и подсудимого, вспомнить того же Сократа, да мало ли примеров в истории. Формально засудить Илью можно, но моральная цена может быть неприемлемой. Да и просто смотреть ему в лицо, наверное, неприятно. А тут — взял и убежал. Считай расписался в собственной виновности.

Илья вздохнул и повернулся на другой бок. Отметил краем взгляда, что Скада тоже не спит, смотрит невидящим взглядом вверх, лежа на спине с открытыми глазами.

— Слушай, сестренка, раз уж не спишь, — тихо спросил ее Илья. — Ты обычаи славей лучше меня знаешь, да и Матриарх тебе пофиг, ты не из ее друзей. Как с вашей точки зрения, обвинения против меня сильно смотрятся? Скажи как славя-боец.

— Слабо. Больше похоже на гнев высокородных, чем на реальную вину.

— А если мы сбежим?

— Что? Илья, я еще слаба, но я могу снова дать тебе немного энергии. Кроме того мне дали для лечения корень стирра, а он…

— Скада, милая, у меня в казарме под боком как минимум сорок славь нашего батальона. Считай сорок кос. Да с такой запиткой энергией я всю базу в лес с голой ж…й выгоню, все три цивилизации. Сами с батальоном здесь останемся, с оружием и при всех припасах. Они у нас еще будут хлебушка под забором выпрашивать. Дело не в этом. Оно нам надо? Я уже досыта наелся последствиями того, что сначала делаю, а потом думаю. Ни хрена больше так не будет. Пока не пойму что к чему, ничего делать не буду. А я не пойму, зачем нас судят, зачем нам дают сбежать. Сама видишь, охраны считай нет. Понимаешь, логики в происходящем не вижу никакой. Вот так сразу суд, обвинения. Кому это выгодно? Славе, Лене, имперскому командованию? Да зачем? Меня на место поставить? Нет же, для этого пары разговоров хватило бы и официального снятия с должности.

Скада долго молчала, Илья даже подумал, что инопланетянка уснула. Но нет.

— Илья, раз это не нужно нашим, значит нужно тем, кто может на них надавить, — сказала, наконец, она.

— Наверное… Парень снова задумался. — Слушай, а ведь ты права! — Илья аж сел на кровати. Смотрящие! Меня уже один раз выгоняли бегать по Фортуне, потому что смотрящие запретили контакт трех цивилизаций. А теперь я вскрываю руины, про которые тоже было высказано "фе". Дескать, это остатки неправильной, искаженной цивилизации — вспомнил давний разговор парень. — Уничтожьте и забудьте, так? А мы, то есть по большей части я, их изучаем. Более того… — Илья прикусил язык, чтобы не выболтать Скаде про ментальные ключи к подземным заводам. — Ах, хитрюги, — покачал головой парень. — Не хотят Илюше приказывать — остановись и не лезь, нам туда запретили. Хотят, чтобы Илюша таскал каштаны из огня, а все трое лидеров как бы ни при чем. Дескать, убежал Илья, обвиненный во всех грехах, вот и лазит по руинам. И рыбку съели и на…забор сели. А потом по результату можно Илью простить, а можно и орбитальным ударом сжечь, всего расходу — пара десятков грамм антиматерии. Нет уж хрен вам.

Парень снова лег и накрылся одеялом до подбородка.

— Спокойной ночи Скада. Пусть судят. Я им еще в глаза посмотреть хочу.

— Заковывать будете, сатрапы? — Не удержался центурион от вопроса к пришедшим за ним мастер-ножам и "мечам". На сей раз настоящим, без подмены. Трое ленааа с клинками и двое вооруженных "мечей" — это серьезно.

— Зачем теперь-то? — пожал плечами один из "мечей", старший центурион по званию, выкладывая на стол в домике большой закрытый котелок и ставя термос. Затем добавил к нему вытащенный из недр рюкзака батон хлеба. — Заморите пока червячка сидельцы, проголодались поди без завтрака? Сегодня у нас на обед макароны по-флотски и кофе. Хлебушек попробуйте из местной пшеницы. Только из печки, еще чуть теплый.

— Старший центурион Туманов, — узнал "меча" Илья и широко улыбнулся. — Василий Павлович, кажется? Вот так встреча комбат — два… А это стало быть твои ленааа, расщедрилась Лена на мастер-ножей для нового батальона? Как там мои слави?

— Нормально Илья. Служим потихоньку, притираемся друг к другу. Хорошие у тебя девочки.

— А то! Лично отбирал, для себя старался… Ладно, некогда трепаться. Слушай, господин старший центурион, какой хлебушек, какие макароны? Пошли уже. Без трех минут полдень, я так собственный трибунал просплю.

— А ты не торопись. Там без тебя начали.

— Чего? Как это без меня? — Как ни странно, Илья ощутил нешуточную обиду. Это что же, с ним вообще разговаривать не хотят? А как же набитый народом зал, гордый несломленный вид героя, его последнее слово судьям и палачам, которое запомнят потомки? Шоу отменяется? После вчерашних речей командующих тремя расами перед строем Илья себе все представлял совсем не так. Значит, даже в глаза ему посмотреть боятся… Правильно, кстати, боятся. Двое из троих судей так уж точно.

— По закону о военном трибунале во время войны, присутствия подсудимого не требуется. Тройка разбирает дело и выносит приговор. Если приговор к вышке, то его должен утвердить командующий. Или не утвердить, на его усмотрение. Но в твоем случае Илья, судьи и командующие в одном лице, так что все скоро решится. Как раз поесть успеешь, — охотно прокомментировал ситуацию Туманов.

— И как я узнаю решение?

— Я тебе скажу. Мне обещали прислать текст приговора на коммуникатор.

— Ты же меня и в исполнение приведешь.

— Только после того как пообедаешь. Мы же не звери.

Илья молча пожал плечами и открыл крышку котелка. Пахло вкусно, все-таки леночки земную еду толком готовить не умеют.

— Скада, Лода, Карри берите ложки. Рубайте пока дают. Сам Илья опустил руку в карман и вытащил оттуда корень стирра. Отгрыз терпкий кусочек, прожевал и проглотил. Хорошая вещь стирр, вроде женьшеня, только действует почти сразу и почище любого энергетика. Растет на Славии в самых глухих болотах, полезными свойствами обладают только дикорастущие растения, поэтому штука очень дорогая. Исполнят они его, как же. Кто кого исполнит…

— А ты молодец, центурион, — совершенно серьезно сказал Туманов, глядя на молча уплетающего макароны парня. — Здорово держишься и здорово воюешь, я бы под твое начало пошел, хоть ты и молодой. Я ребятам все расскажу. И славям в моем батальоне тоже… Не волнуйся, я в тебя стрелять не буду, — он снял автомат с плеча и поставил его рядом, прислонив к стенке. Приказа не было, а даже если бы и был… Да и никто из наших не будет, не дойдет дело. Не настолько же наверху все охренели…

Спустя не столь уж и долгое время Василий Павлович забрал у Ильи пустой котелок и термос, подхватил автомат и, скомандовав второму "мечу", собрался выходить из домика к ожидавшим его у входа ленааа.

— Стой центурион, а приговор, — придержал его за плечо вскочивший Илья.

— Глаза разуй, — кивнул на окно "меч". — Идет сюда твой приговор, ты с ним и объясняйся. А нам пора.

— Илья повернул голову к окну и обомлел. К домику подходила Славя собственной персоной. Одна одинешенька и с самым решительным видом.

— Все вон! — с порога заявила она, пристально глядя на замешкавшуюся Скаду. Симпантки, повинуясь мысленной команде Ильи уже выскочили наружу. Скада поспешила последовать их примеру. Дождавшись, как только за ней закроется дверь, Славя решительно повернула задвижку с внутренней стороны.

— Славя! — Илья хотел сказать так много, что в итоге не сказал ничего. Так и замер с полными воздуха легкими, молча глядя на жену. Та была красивая и официальная донельзя в своем парадном бело-голубом мундире. А еще очень зла.

— Сначала официальная часть, дорогой.

— Славя!

— Заткнись и слушай! — Инопланетянка достала листок бумаги. — Особый трибунал трех рас в составе…. это понятно, собранный на основании….тут всякие ссылки на законы людей, обычаи славей и ленааа, указы императора и прочую дребедень, слушал дело о…а, вот, постановил: Анечкина Илью Сергеевича по обвинению в аморальном поведении, недостойном звания сына императора: оправдать. Два голоса "за" один голос "против". По обвинению в сотрудничестве с противником: оправдать, три голоса за. По обвинению в нарушении устава русской империи и воинских обычаев непосредственных командиров за исключением пункта о неподчинении приказам: оправдать. Три голоса "за".

Признать Анечкина Илью Сергеевича виновным в некомпетентности, неподчинении приказам командования, сокрытии важной информации, введении в заблуждение непосредственного руководства: единогласно.

Учитывая прошлые заслуги подсудимого и руководствуясь законами и обычаями трех рас приговорить Анечкина Илью Сергеевича к увольнению с военной службы во всех трех расах и запретом на восстановление на службе сроком на один год. Приговорить к лишению звания центуриона, оставив право ношения наград и военной формы любой расы союза, но без погон и знаков различия. Из-за отсутствия условий для тюремного содержания приговорить обвиняемого к изгнанию с подконтрольной трем расам территории планеты Ковчег сроком на один год. Пользуясь принципом коллективной ответственности распространить приговор Анечкину Илье Сергеевичу на весь личный состав первого особого батальона трех рас.

Приговор понятен, осужденный?

— Так точно, госпожа матриарх!

— И как мы теперь будем жить? А Илья?

— У меня спрашиваешь? У себя спроси, ты эту бумажку с Ленкой сочиняла. Засунь ее в…

— Молчать! В глаза мне смотри, когда с тобой матриарх разговаривает!

— Славя, не провоцируй…А то и в самом деле посмотрю!

"Проклятый корень стирра", — заметалась в голове дурацкая мысль. — Отличный энергетик, но славушки, почему вы меня не предупредили об одном его побочном действии…Блин, штаны спереди скоро лопнут.

— Посмотри, — Славя вдруг резко сникла, как будто из надутого шарика выпустили воздух… — Илья, как же я устала от всей этой мути. — Девушка подошла к Илье на два шага вперед и обняла руками за шею. А потом все же заглянула в глаза. Не удержавшись, бывший центурион скользнул в их синие глубины, пытаясь все же не применять няш. Но когда губы Слави нашли его губы, то удержаться от полного проникновения в ее разум не удалось, все прошло само собой. Так же, как не удалось и закрыться от встречного мысленного импульса, почему-то его защита на мгновение дала сбой. А дальше слова были бессмысленны. Он "увидел" Славю как она есть всю целиком. А она его. Но не всего, а только те места в его голове, куда Илья ее пустил. Все-таки сейчас парень был в этих делах намного опытнее матриарха.

— Так значит не было никакой измены, — задумчиво сказал Илья, перебирая волоски на косе Слави. — Политика и интриги. Славя, но почему ты мне не сказала? Из-за твоих мыслей на тему "поберегу Илюшу, он нежный" столько хрени вышло.

— Извини, — прижалась к нему обнаженной грудью девушка. Лежать на узкой кровати можно было только плотно обнявшись. — Я тебя совершенно неправильно понимала, Илья. А потом за Лену была вообще убить готова. Отсюда и пошло…. Теперь, когда я увидела твоими глазами, как у вас все было, мне гораздо легче. Ленка такая Ленка. Что с ней сделаешь.

— Это да. Я тоже тебя понял. — Парень вспомнил, как он "увидел" эмоцию Слави и его аж передернуло. Словно он сам стоял с импульсником над постелью и смотрел на себя с Леной ее глазами. — Я бы на твоем месте пальнул.

— И все-таки ты ее любишь…я видела.

— А весь этот суд и мое изгнание все же из-за смотрящих, — поспешил сменить тему парень. — Знаешь, Славя, а я ведь догадался об этом сам, глядя как вы мне подстраиваете "побег".

— Тихонов был убежден, что ты ночью сбежишь. Говорил, что он точно знает, так будет лучше всего. Дескать, зазнался ты, творишь что хочешь, а его спецы тебя пообломают немного. Так и тебя в чувство приведем, и дело сделаем, а ты потом сам молить о прощении будешь. Я была на тебя очень зла… Лена упиралась, но потом махнула рукой, сказав: "дело делать надо, согласна. Если у вас не выйдет, я его, такого обиженного, к себе единолично заберу. Мне же лучше".

— Это я примерно понял. Суть дела давай, Славя, — строго сказал Илья.

— Смотрящие ничего не объясняют. Но просят принять меры к недопущению заражения "старым злом" новых колонистов, — вздохнула Славя. — Причем давят на духов наших цивилизаций. Обеспокоенность у них это вызывает, понимаешь ли. Поэтому официальные исследования руин мы вынуждены полностью прекратить. Только, если бы мы всегда слушались смотрящих, то не справились бы и на Фортуне. Вы уже с батальоном в это "зло" вляпались, попробуйте сделать еще одну попытку разобраться. Самое главное понять — что же все-таки случилось. Насколько мы понимаем, было две космические цивилизации Илья — Одонаты и Лисьеухие. Им когда-то Смотрящие отдали Ковчег под колонизацию, так же как и нам. А потом они выродились в это… Жизненно важно разобраться самим, что с ними произошло, чтобы избежать их судьбы. А мы вас прикроем, сделав вид, что вы отдельно. Я же тебя предупреждала Илья, не лезь в руины. Теперь кроме тебя некому…

— Если бы вы еще не пытались разыграть меня в темную… Ладно, Славя, понимаю. Чувства-чувствами, но приговор всерьез. Политика — дело грязное. И знаешь, что я еще понял?

— Нет, Илюша.

— Не такое оно уж и трудное, хоть и грязное. Ты это…держись подальше от Тихонова, заигрался консул, грань перешел. И Ленке передай — я на нее обиды не держу, но больше так не делай. А еще поучись, пока меня не будет, варить что-нибудь кроме борща.

Глава 10

Полтора десятка рейдмобилей неторопливо вылезли из холодной темной воды на покатый глинистый берег, словно усталые моржи на каменистый пляж. Последние капли воды еще срывались с покатых корпусов на землю, когда люки десантных отделений у машин начали распахиваться и на землю соскочил десяток мастер-ножей. Ленааа спешили тщательно осмотреть близкую опушку леса. Сейчас голые кусты с облетевшими листьям и старый сорный бурелом, изучали через свои прицелы лишь пулеметчицы в турелях, готовые встретить огнем любую неожиданность. Разведка — прежде всего.

— Смотри Снао, чтобы не как в прошлый раз — устало выговаривал Илья девушке, растирая глаза, в которые как будто песка насыпали. — Ты уверена, что вокруг никого нет?

— Сейчас никого не вижу, — неуверенно ответила славя, вглядываясь в экран биолокатора. — Но это же не чудо-прибор, комбат, он скорее предназначен для обнаружения враждебной фауны. Далззаа его смогли как-то экранировать.

— А крокодилы у последних руин его тоже экранировали? Или просто игнорировали? — саркастически спросил Илья. — Почему ты ничего не заметила?

— Потому что под водой сигнал проходит гораздо хуже. Крокодилы были за пределами обнаружения, а затем всей стаей подплыли к нам под водой. Быстро подплыли. Я дала предупреждение за полминуты до их атаки, но тут уже шел бой с далззаа, бойцы были заняты. А вы, господин центурион, были под землей. Госпожа Сфео…

— Ладно, что было, то было, — поморщился комбат. — Больше постарайся не лажать, Снао. — У парня сильно болели глаза и ломило в затылке. Видимо, сказывалась бессонная ночь и общее нервное напряжение. Да еще кашель откуда-то взялся.

— Я постараюсь, господин центурион.

— Да какой я тебе теперь господин, — отмахнулся Илья, покосившись на свое пустое плечо с темнеющим следом от погона. — Уже не господин и не центурион Снао. Просто Илья.

— Чисто, господин центурион, — раздался в наушниках голос Ллейды. — Опушка пуста.

— И ты туда же, — пробормотал себе под нос парень. — Бойцы, за исключением разведки и охранения построиться у машин, — отдал приказ по общей связи Илья. — Говорить буду.

Бывший центурион вылез из рейдмобиля, поежившись от холода. Почти ноль по Цельсию, однако. Прошло две недели с момента последнего боя, но осень на Ковчеге уже подходила к концу. С деревьев слетела большая часть листвы, зелени почти не осталось. Трава пожухла и прижалась к земле. Холодно, ночью уже были заморозки. Зима наступала не по земному стремительно, никакого вам "бабьего лета" и "очей очарованья". Плохо, блин. Ну, что господин бывший комбат, полезем на рейдмобиль? Не, пафосу многовато. Поговорим со своими попросту, по-семейному. Илья улыбнулся самому себе и неожиданно зашелся в сильном приступе кашля, отдававшегося болью глубоко в груди. Это еще что за напасть? И, блин, голова "плывет".

— Итак, граждане бойцы, — громко сказал Илья, обведя взглядом притихший строй. — Вольно, можете расслабиться. Поздравляю, мы все приехали в полную задницу, нам крупно не повезло. Скажу сразу — наказание для нас я считаю не справедливым. То, как с нами поступили называется: "формально правильно, а по сути издевательство". Почему так произошло и кто в этом виноват, вопрос отдельный. Я это дело его зачинщикам не забуду и не прощу. Но сейчас надо решить кое-что другое. Прежде всего — нас уже ничего официально не связывает. Я больше не ваш комбат, а вы не бойцы особого батальона. Фактически мы просто группа гражданских лиц без определенных занятий и места жительства. Вооруженные бомжи, проще говоря, а не батальон. Поэтому давайте решать, что делать дальше. Или мы делим все добро, что нам отдали с собой и расходимся. Каждый выживает в ближайший год как может и как умеет. Или остаемся все вместе. Но в этом случае нам нужно выбрать командира и план действий. Что думаете? Сильно не торопитесь, поговорите, можете разойтись на некоторое время. Давайте сейчас по-простому, без чинов и начальников. Но через двадцать минут максимум я прошу ответить на мой вопрос. Тянуть не надо, разобраться с этим моментом мы должны побыстрее.

Над строем поплыл шумок разговоров. Строй смешался, но расходиться по отдельным кучкам никто не стал. Что Илью порадовало особенно, расслоения по расам не произошло, люди, слави и ленааа обсуждали его слова друг с другом сообща. Все-таки он сделал их трех цивилизаций один батальон, что ни говори. Ллейда и Сфео молчали, понимая, что сейчас бывшему начальству лучше уйти ненадолго в тень.

— Да хрен с ним, выскажусь. Скажу за всех, — минут через пятнадцать вышел из строя молодой землянин.

— Семен? — удивился Илья. — Ему всегда казалось, что это тихий и застенчивый парень, да еще и заняшенный женой по самое не могу. И вдруг на тебе. Делегат солдатского комитета, блин.

— Я, комбат. Семен, муж слави Слайны. Мы с ней тебе первыми рапорта писали. Извини, что на "ты", но если уж мы сейчас без чинов, то я так скажу: не надо нам всем вот этих речей. И в демократию друг с другом нам играть тоже не надо, ни к чему это. Не время и не место. Всем все и так ясно. Какое еще новое руководство, куда разойтись? По лесам шалаши со схронами строить или лисьеухих бандой по хуторам грабить? Пропадем поодиночке. Что случилось, то случилось. Ты наш комбат, ты нас отбирал в батальон, ты нас один можешь прикрыть от Одонатов. Вот и командуй. Только, — хитро сощурился Семен, — раз уж ты сейчас такой добрый, ответь, пожалуйста, на один вопрос. Тут ребята и девушки интересуются — что у тебя с Матриархом? Вы то ссоритесь, то миритесь, то еще что. Не, дело, конечно, ваше… Но достается из-за этого всему батальону. Сначала ссора и раздел первого батальона, затем суд и приговор…от твоей собственной жены приговор, в том числе. После приговора ходят слухи, что вы опять помирились. Но в лес на мороз нас всех выгнали вполне всерьез. Я что хочу сказать — если все произошедшее какой-то хитрый план, то не держи нас за дураков, а прямо скажи что от нас требуется…батька. Объяснись перед людьми.

— Кто еще так думает? — спросил Илья. — Поднимите руки.

Полюбовался на лес рук, и замялся, не зная, что и сказать. Вариант ответа "не ваше дело" был в данном случае крайне неуместен.

— Короче так…сынки и дочки. Что там у меня со Славей как с женой, это только мое личное и больше ничье собачье дело. Понятно объясняю? Это раз. По поводу моих и, получается, наших общих отношений с матриархом Великой Славии я так скажу: отношений командира и подчиненного больше нет и не будет. После всего произошедшего я больше никогда не буду подчиняться матриарху как своему военному командиру. Никогда! И мои люди, слави и ленааа тоже ей подчиняться не будут. Все, эти времена ушли навсегда. Чтобы два раза не вставать: все тоже самое распространяется и на Лену, и на империю если что. Это два. Если у кого-то из мастер-ножей есть вопросы, то напомню, что вы принесли мне личную присягу, а Лена велела разделить судьбу с остальными бойцами батальона. Вот и поступайте как велит вам долг, отныне ваш командир только я, а не Лена. Я правильно понимаю ситуацию Ллейда?

— Да, — коротко подтвердила ленааа.

— Вот так. Так же я лично остаюсь подданным императора, но не его офицером. Насчет "сына" — пусть он решает. Обратно на военную службу империи не пойду. Не в игрушки играем — раз уволили, то навсегда, восстанавливаться не буду.

— И третье, — никакого хитрого плана нет, — слегка покривил душой Илья. — Но что нам можно и нужно сделать я в общих чертах представляю. Так что давайте все же закончим и проведем последнюю, надеюсь, демократическую процедуру в нашем батальоне. Кто подчиняется мне и идет со мной, — остаться в строю. Кто уходит — два шага вперед, я выделю им их долю оружием и припасами.

…

— Ну что же, понятно. Благодарю за доверие бойцы. Структура батальона остается прежней. Командиры тоже. Неповиновения себе и моим командирам не потерплю, мое слово — закон для батальона. — Илья вынужден был ненадолго прерваться. Проклятый кашель. — Поскольку званий теперь больше нет и мы не в армии, обращение "господин" отменяется. Нет больше господ. Ко мне обращаться, — ненадолго замешкался Илья, — ко мне обращаться "батька Илья". Или атаман Илья, как вам будет угодно, — попытался вспомнить все что знал о казачей вольнице парень. Знаний явно не хватало. Собственно, они исчерпывались словами батька-атаман, песней "любо братцы жить" и содержимым книжки "Тарас Бульба".

Илья неторопливо прошел вдоль строя и остановился перед стоявшей рядом со Скадой группой из шести безоружных славь. Взятых в плен при штурме лагеря на Славии инопланетянок из первого легиона выгнали в ссылку вместе с их батальоном.

— Теперь ваш выбор, — обратился к ним Илья. — Пленные и лишние едоки мне не нужны. Клянитесь, как положено светом и косой в верности мне и батальону, получайте оружие и вставайте в ряды. Или уходите. Итак?

— Мы клянемся, батька — с достоинством кивнула старшая из них, на самом деле такая же молодая девчонка как и Скада, вставая на одно колено и вкладывая свою косу в руки Илье. — Если ты не заставишь при этом нас клясться империи или Славе.

— Не заставлю Ярна. Только мне, — подтвердил Илья, выслушав ритуальные слова клятвы. И подтверждая их заученной наизусть речью принятия присяги на языке славь. — Получи у Сфео оружие. Следующая…

— Вот и все гос… братья и сестры по батальону. Будем считать, что организационные дела позади. Теперь слушайте меня дальше, обрисую вам вкратце наше положение. — Илья похлопал рукой по борту рейдмобиля. — Оно плохое, но не ужасное. Чего мы взяли на борт больше всего, так это оружия, боеприпасов, батарей повышенной мощности и генераторов. Ресурс невосполнимый, поэтому я греб все что дают. Дали нам щедро, но что случится за год, я не знаю. Поэтому экономим энергию и патроны. С едой у нас плохо совсем, ее хватит максимум на трое суток при обычной нормировке. Не брал я ее, места в рейдмобилях жалко. Винтовка рождает власть, а власть дает еду, как говорил кто-то из древних, поэтому выкрутимся. Плохо с одеждой — нормальных зимних тактических комбинезонов с подогревом я получил лишь с сотню. С запасным бельем, гигиеническими принадлежностями, палатками, разной мелочевкой и экипировкой не первой необходимости все тоже очень кисло. Лекарств я взял много. Стало быть, скудность ресурсов определяет нашу задачу. Нам нужна нормальная база, подходящая для зимнего времени, чтобы было тепло, сухо и сытно. Под нее я планирую занять то ли большое село, то ли маленький городок у слияния реки с морем. Там нормальные дома, есть поля, лес. Море недалеко. То есть как минимум зерна и рыбы должно быть в достатке. Очередные руины, весьма немаленькие, там тоже есть, как без них. Но к этому нам не привыкать…Так что в путь. Если все нормально пойдет, завтра там будем. По машинам!

— Что с тобой, Илья? — сидевшая рядом с парнем в рейдмобиле Скада выглядела встревоженной. — Ты весь красный. Она дотронулась прохладными пальцами до лба парня и отдернула руку. — И кожа горячая. Да ты простыл, причем давно. Померяй температуру.

— Еще одна, — проворчал парень. Он только что мысленно прикрикнул на симпанток, которые тоже были встревожены его состоянием. — Не мог я простыть, на войне не простужаются. Да и некогда мне болеть.

— Держи, — Скада, открыв свою старую полевую аптечку бойца первого легиона уже совала кончик тест- полоски парню в рот. — Прижми языком к небу, закрой рот. Сейчас увидим. Опа! В пересчете на ваши единицы сорок целых и две десятых градусов Цельсия. В слюне куча биомаркеров воспаления, вон какая вторая полоска жирная. Илья, мне кажется, для человека это ненормально…

— Не смертельно Скада, — постарался улыбнуться Илья. — К утру пройдет. Сейчас сожру что-нибудь жаропонижающие, обезболивающее и стимулятор и буду как новенький.

— Ты вторые сутки только таблетки и ешь, я видела, — покачала головой девушка. — А лучше тебе не становится. Так нельзя. Сфео, командир болен, — не слушая Илью, пожаловалась по связи сподвижнице в соседнюю машину вредная инопланетянка. — Сильно. Но строит из себя героя. Надо принять меры.

— Не надо, — возразил парень. Но его уже никто не слушал. В батальоне произошел бунт, в котором Илью предали все.

Сидевшая справа Лода одним ловким движением стянула с головы новоявленного атамана тактический шлем, так что Илья даже пикнуть не успел, оставшись без связи. Зря он его не застегивал. Машины разворачивались к берегу. Скада и Карри, мягко придержав брыкающегося парня, уложили его на сиденья, сами сев на пол рейдмобиля.

— Лежи, не дергайся, дурачок. Без тебя справятся, — ласково шепнула Илье на ушко Скада, устраивая Илью поудобнее.

Потом была стоянка, где-то на берегу. В машину влез в сопровождении Ллейды и Сфео Сергей, переведенный в батальон после окончания военно-медицинского факультета училища дивизии "контроль", вместе с ассистирующей ему женой-леночкой. Он клеил Илье на обнаженную кожу какие-то датчики из своего походного чемоданчика с красным крестом и надписью "полевой диагност — М4рд" и что-то смотрел на видимом ему одному внутреннем экране, мрачно качая головой. А затем сделал Илье укол, после которого парень впал в прострацию. Было ему не хорошо и не плохо, не холодно и не жарко, совсем не больно и почему-то Илью ничего не волновало. Совсем. Рейдмобиль куда-то плыл, а Илья валялся в полудреме на лавке, привязанный к ложу и во что-то тепло укутанный, то засыпая, то просыпаясь и совсем потеряв счет времени. Только иногда просил пить и тут же получал от Скады из большой синей бутылки теплое, чуть кисловатое питье и глотал какие-то таблетки. С отводом лишней жидкости из организма батьке-атаману тоже помогали по его несвязному требованию, но Илья ничего конкретно не помнил. В какой-то момент бывшему центуриону показалось, что снаружи звучат выстрелы, но и это не могло послужить причиной для волнения. Все было зыбко и не конкретно… Комбат просто улыбнулся и заснул. Снилась мама, синее земное небо и школьная любовь Юля Снигирева.

— И зачем ты ее сюда притащила, недотепа? На кухню тащи, — услышал Илья приглушенный разговор и лениво открыл глаза. Хорошо…В теле слабость, но ничего не болит, если глубоко не дышать, тогда в груди покалывает. Он лежит на чем-то теплом, укрытый мягким. Над головой крашеные деревянные доски потолка, откуда-то сбоку через окно проникает дневной свет.

Илья, морщась, прокашлялся и постарался оглядеться получше. Э, да он в деревенской комнате. Лежит на широкой кровати с мягкой толстой периной, укрыт теплым одеялом. Добрались до села, стало быть. Хорошие новости…

— Сфео, что ругаешься, — слабым голосом поинтересовался парень.

— Проснулся, комб… батька? Это радует. Я тут Стао послала в курятник, курицу тебе на бульон зарезать. И что ты думаешь? Целая история приключилась. Не поднимается у нее на курицу рука, видишь ли. Как из импульсника змей и далззаа жечь, так это нормально, а тут, понимаешь, птичку жалко. И что ты думаешь, она делает? Пошла с этой курицей к Ллайде, попросила ту помочь. Ты, говорит, мастер-нож, подружка, тебе не трудно. Но Ллайда тоже не в какую — курица не далззаа, ни в чем не виновата. Не буду грех на душу без приказа брать, тебе велели зарезать ты и режь. Тогда Стао, значит, берет несчастную птицу и бежит к Максиму из твоего десятка. Зарежь, говорит, курочку, будь другом. А сама ресницами хлоп-хлоп и няшем его поддавливает…

— Зарезал?

— Если бы. Но и отказать не смог. Пошел к своему приятелю Паше из второго взвода, сам курицу держит, а тот ей голову рубит. Короче, со второй попытки они добили птицу. Стао, только зачем ты ее сюда принесла? Неси на кухню, ощипывай.

— Я не умею, госпожа Сфео.

— А я умею? Это приказ Стао. Иди и готовь курицу! Кругооом марш! Видишь, батька бульона желает…

— Главное, воюют они хорошо, — сказал Илья, когда за Стао закрылась дверь. — Городские все, и твои и мои. Ленааа по пещерам водоросли с грибами едят. Привыкли к пайкам и концентратам, живьем ни дичи, ни скотины толком не видали. Местные где? Они бы и птицу приготовили…

— Да тут…Ты понимаешь, лисьеухие пострелять в нас из ружей на въезде в село решили. Мы ответили, вот только пулеметный огонь поверх голов их в чувство не привел. Что было делать? Не крошить же всех в клочья, нам тут жить. Пока развернулись… С нашей стороны одна легкораненая, у них пара десятков обожженных "улыбками", два сожженных дома и несколько сараев. Некоторые обожжены сильно, но жить будут, помощь мы им после сдачи оказали. Так что вроде помирились, но полного взаимопонимания пока нет. Опять же, мы часть дворов в селе заняли, немножко запасов взяли…есть-то что-то надо. Обижаются на нас местные.

— Разберемся. Долго я без сознания валялся?

— Третьи сутки пошли, Илья. Врач говорит, что у тебя воспаление легких. Он тебе какие-то уколы колол, чтобы ты постоянно спал и быстрее восстанавливался. Но сейчас в них уже нет нужды. Лежи, отдыхай пока. Мы с Ллейдой справимся.

— Не сомневаюсь… Слушай Сфео, пока мы тут одни, информация лично для тебя. Ты у Слави больше не в опале, даже наоборот. Все проблемы я разрешил.

— И личные? — пристально посмотрела на него инопланетянка.

— И их тоже. Не было никакой измены, это я узнал точно, — вздохнул Илья. — Была спецслужбистская заготовочка, поучаствовать в которой ее уговорили. Нужно было пустить адресную дезу, о том, что матриарх спит с императором, для руководства свободных наций. Чтобы те были уверены что император контролирует славь полностью, а их флот выступит на стороне империи при любом развитии событий. И эту же дезу держали в заначке для славь на вашей материнской планете. Дескать, Славя заняшила в постели императора и контролирует через него людей. Это могло сыграть в ее пользу при определенных раскладах… Славя начала оставаться вроде как с императором наедине, в ее окружение запустили аккуратные слухи, что все неспроста. Ты же из-за этого тогда оговорилась?

— Прости Илья, — Сфео села к бывшему центуриону на край постели и обняла свою голову руками в покаянном жесте. — Прости, правда. Там бой был, и кроме того, ты заняшил Скаду… Я вообще не верила, что такое возможно и немного испугалась твоего няша. Точнее, вру, много испугалась. Видеть мгновенный ультимативный няш от парня было наглядно и… страшно. Ты же ведь мог и со мной так поступить, и с любой славей. Потом я поняла, что ты этого не сделаешь, да и твою ментальную защиту в бою почувствовала, но тогда я действительно испугалась. Потеряла контроль, понесла ерунду про расстрел пленных…и сболтнула это.

— Дело прошлое. Я бы и внимания на твою оговорку не обратил, но Ленка, зараза. Гладко стелет да жестко спать. Ты знаешь, что общую военприемку перенесли на другой день в самый последний момент по запросу ленааа? Славя об этом и знать не могла, когда с утра мне говорила чем сегодня будет заниматься. А Ленка меня потом от звонка Славе сама же и отговорила. Хотя я мог сразу всю правду выяснить, если бы не послушал Лену и позвонил жене. Фирменный Леночкин стиль — не соврать прямо, но все вывернуть наизнанку. Военприемки действительно не было. Правда, на Ковчеге она немного отыграла назад. Или сама толком не разобралась, была измена или нет, но меня в слухи носом аккуратно ткнула. Ленка, блин…

— Ты сейчас о чем? — покосилась на парня Сфео. — Что за история?

— Да неважно уже. Самое главное, что у Слави доказательства своей верности были, на все случаи когда они якобы оставались с императором вдвоем, есть свидетели и голографические записи доказывающие, что ничего предосудительного не было. Мне надо было озвучить хоть тень подозрений и Славя бы передо мной мгновенно оправдалась, надо было только ей в глаза как следует посмотреть. Но я, дурак ревнивый, от откровенного разговора отказался. Она тоже, конечно, хороша. Могла бы сразу предупредить, что они в империи такую ерунду из политических соображений мутят. Но пожалела Илюшу, он ранимый, авось все мимо него пройдет. Вот и…слишком поздно объяснились.

— Ясно…Сфео долго в задумчивости сидела на кровати, поглаживая косу. — То есть между вами двумя никаких измен не было, вы теперь помирились и мы все же работаем на Славю?

— Нет, ты не права, — Илья почувствовал, что у него от стыда запылали щеки, но понадеялся, что девушка спишет это на болезнь. — Не будем особо конкретизировать, Сфео. Я своими словами не разбрасываюсь, Славя мне не командир и им уже никогда не будет. Мы сейчас работаем на себя Сфео. А заодно на все три расы сразу, но ни одну из них конкретно. Скоро все увидишь.

Хорошо зимой в деревне! Некоторые, правда, сетуют на скуку, занесенные снегом просторы, темень долгих мрачных вечеров, а так же холодный сортир во дворе, бегать в который каждый раз то еще удовольствие. Но эти циники явно не романтики. Илье в селе лисьеухих под названием Норчол нравилось. Тем более что командира берегут, работать не заставляют. Вон на улице топор стучит — Максим в поте лица колет привезенные из лесу рейдмобилем дрова.

Неприкосновенный запас в поленнице надо поддерживать в полном порядке. Ковчег преподносит сюрпризы. Снова заметет на три дня метель, так что на улицу носа не покажешь, а печное отопление, оно прожорливое…Зато ночью на теплой, как следует протопленной за день деревенской печке под завывание в трубе холодного ветра спать — кайф! Кто знает, тот вспомнит. Запах душистого сена, дыма, полутемный уют, высокая перина и нагретый за день изнутри живым пламенем побеленный кирпич печи вместе с размытыми тенями от занавесок, закрывающих неяркий свет от подвешенного к потолку светодиодного "ночника", рождают удивительную атмосферу. Как будто тебе снова пять лет и ты в сказке…

— Карри, подкинь еще дровишек, — лениво крикнул парень. — Я выйду на улицу ненадолго.

— Зачем? Ты еще болеешь, — Скада была тут как тут, перегородив своей стройной фигуркой выход в сени.

— Тебе обязательно знать, хорошая моя? До ветра захотелось.

— Тулуп накинь обязательно. И валенки. Дай, шарф как следует тебе завяжу.

— Ты еще скафандр на меня надень. Я быстро, туда и обратно.

— Не спорь. Ты только-только на ноги вставать начал. Беречь тебя нужно батька. Не стоило бы тебе во двор. Давай горшок принесу.

— Цыц, а то снова заняшу!

— Ага, уже испугалась. Шапку надень, я сказала!

Илья вышел на крыльцо и замер, впитывая всем телом свежий морозный воздух и стараясь не делать глубоких вдохов, чтобы снова не застудиться. Лепота… Вечер только-только начинается, небо начало синеть, аккуратные сугробы искрятся голубым отливом, двор отделением расчищен образцово. Конечно, резко тут на Ковчеге зима началась, без раскачки, ничего не скажешь. Очнуться не успел, а уже заморозки и серьезный снегопад с метелью на несколько дней. Никаких тебе песенных: "а первый снег потает, а снег второй сойдет". Все заготовленные во дворе хозяевами дрова пожгли, хорошо хоть после снегопада смогли съездить в лес и спилить несколько десятков сухих стволов, притащив их волоком за рейдмобилями в село. Чтобы и себе и местным топлива хватило. Отношения поддерживать с деревенскими надо. Два десятка домов и часть продовольствия изъяли, так подкинем им хотя бы дров и лекарств. Нынешняя зима оказалась неожиданно быстрой и холодной даже для лисьеухих, с едой будут проблемы. Поэтому сегодня, пользуясь тихой безветренной погодой, половина батальона отправилась на большую охоту…

Бывший центурион сделал свои дела и, задержавшись ненадолго на обратном пути у утепленной пристройки-сараюшки к дому, прислушался к доносящимся из нее звукам. — Иш, похрюкивают, — задумчиво произнес себе под нос парень, глядя на вертикально поднимающийся в небо дымок из печной трубы. С наступлением холодов в пристройку загнали всю домашнюю живность в их дворе — двух упитанных поросей, прозванных бойцами лунтиком и фунтиком, барана тяшу, корову зорьку и курей с петухом. Лунтику и фунтику пора бы уже стать салом на закуску, но девчонки… Скада и Стао их с рук кормили, теперь они лучшие друзья, как можно друзей зарезать? Если даже суровая Ллейда с улыбкой рассказывала о том, как фунтик жадно набрасывался на бадейку со жратвой, а лунтик, интеллигентно опустив пятачок долу, аккуратно пытался сунуться рыльцем сбоку в аппетитные помои. — Подумать только, две одинаковые свиньи, а характеры разные — удивлялась вслух мастер-нож. Все как у нас в батальоне…

"Если наши вернуться без добычи, то завтрашнего дня фунтику по-любому не пережить", — решил для себя Илья. — "Развели тут толстовство и вегетарианство, понимаешь. Свининки жареной хочется, да чтобы с лучком и на сковородочке скворчало".

Среди позаимствованного у местных инвентаря нашлись несколько пар лыж, и к удивлению бывшего комбата, сей девайс оказался знаком всем его бойцам без исключения. Лыжная подготовка входила в обучение рейдеров ленааа, любительницы леса слави бегать по снегу зимой умели, а русские парни лыжи знают со школы. Конечно, местные охотничьи самоделки не совсем то, к чему все привыкли, но все же… Идея возникла мгновенно. Как охотятся лисьеухие? С ружьишком, если таковое есть, и с собачкой, чисто на удачу. Не их основное занятие, прямо скажем, они не охотники, а земледельцы и рыбаки. А леса вокруг глухие, дичь есть. У батальона же имеются практически бесшумные рейдмобили с очень высокой проходимостью, куча вооружения, в том числе снайперского, а самое главное — чудо-прибор Снао, которым инопланетянка может быстро прощупывать целые квадратные километры леса в поисках достойной добычи, отмечая ее местоположение с точностью до нескольких метров. Плюс подернутая первым ледком река как магистраль. Учитывая связь и систему батальонной координации условия для охоты идеальные.

Староста Норчола покряхтел, постонал, но с сотню пар лыж по дворам для пришельцев нашел. Еще сутки ушли на подгонку креплений под армейскую обувь, тренировки и сборы. А сегодняшним ранним утром охотники вышли на промысел. Махнув рукой на безопасность, Илья отпустил с ними Ллейду и Сфео вдвоем, так охота пройдет эффективнее.

Парень уже взялся за ручку двери, когда, стоя на крыльце, услышал характерный густой скрип снега под колесами на узкой сельской улочке, доносившийся из-за забора. Неужели? Блин, тактический шлем на печке валяется, не свяжешься ни с кем… Наши? Чужих бы патрули просто так не пропустили. Пойдем-ка откроем калитку, посмотрим.

Ко двору на малой скорости подкатил рейдмобиль, из которого тут же выскочила одетая в зимний комбинезон Сфео. Радостная, раскрасневшаяся, с румяными от мороза щеками. За ней показалась Ллейда, тоже с улыбкой во весь рот. Вот приятно посмотреть на людей — смотришь и сразу видишь, что у них все хорошо.

— Илья? Ты почему не в постели? Марш на печку, опять простудишься — сходу атаковала комбата Сфео.

— Да подожди ты, — отмахнулся парень. — Давай рассказывай, я же помру от любопытства. С добычей?

— Еще бы! — не удержалась от хвастовства инопланетянка. — Одних лосей — пять туш. Оленей крупных двое, косуль с десяток. Мелочевка всякая вроде зайцев и птицы в ассортименте… Есть и не пойми что за зверь — похож на барсука, жирный, только шкура белая и лапы странные. Надо про него старосту спросить. Но главное — три стаи кабанов сегодня подняли. Почти два десятка набили: там и подсвинки, и здоровенные, с клыками. Они вдоль реки по болотам в камышах прятались, но Снао все видит. Представляешь Илья, — кивнула девушка на Ллейду, — эта сумасшедшая на матерого секача с ножом пошла. Он на нее мчится, а она орет по связи на весь батальон — не стрелять, лишенцы! Я его сама прирежу!

— Должна же я в ножевом бое как-то тренироваться, — смущенно пожала плечами ленааа. — А то эти горе-охотнички все патроны зря попалят. — А так и мне разминка и боеприпасу экономия.

— Так кабан же, подруга! — развела руками Сфео.

— Ну, кабан. И что? Сильный, да неловкий. Два удара в сердце и готово. Нормально сходили батька, — улыбнулась Илье Ллейда. — Хоть развеялись… Мяса тонны три приволокли, не меньше. И сами поедим и местным за зерно и овощи подкинем. А там можно и повторить. Леса здесь богатые.

— Так пару раз повторишь и никого зверья в округе не останется, — заметил подошедший послушать разговор Максим.

— Пока это не наша головная боль, — возразил Илья. — Об экологии потом думать будем. Молодцы, всем охотникам объявляю благодарность. Выгружайте добычу. Сегодня пируем, давненько я свежего мяса не едал. Повезло фунтику…

Этим вечером Илья почувствовал себя настоящим атаманом. Или князем, гуляющим со своей дружиной, по большому счету невелика разница. В центральной горнице, составив столы вместе, гуляло начальство батальона и приближенные к нему лица, отмечая удачную охоту. Стол был небогат, но обилен: много жареного мяса, вареная картошка, хлеб. У лисьеухих нашлись в деревянных кадках соленые огурцы и какие-то водоросли, вкусом отдаленно напоминавшие квашеную капусту, а так же копченая рыба. Есть можно, анализы пищи, отобранные батальоном еще в первой деревне дали положительный результат. К горячему Сфео расщедрилась на сбереженную еще со Славии бутылку "луговой настойки" славей, а Илья выделил для благого дела пару бутылок очищенной "императорской". Места в рейдмобилях было конечно жаль…но не под живительный эликсир же? Несколько ящиков стратегического продукта бывший центурион погрузил перед изгнанием в свою машину лично. Впрочем, на десяток человек и инопланетянок трех бутылок хватило лишь для затравки, поэтому через пару часов после начала застолья Сфео отправила Ллейду разводить спирт, объяснив подруге, что настала ее очередь проставляться. У ленааа практически не было благородных спиртных напитков, а вот чистый этанол мастер-ножи уважали и порою употребляли, смешивая с водой и разными добавками по вкусу.

Вот после первого глотка спирта, разведенного брусничным морсом, Илью и раскрутили на эксперимент…

Обстановка за столом была уже вполне себе неформальной. Ллайда о чем-то говорила с Катей Жаровой, которая, как и Дима, отправилась со своими симпантами в изгнание вместе с батальоном. Стао шепталась со Скадой, Сфео рассказывала Ллейде анекдоты о кудрявых парнях, которые были для славей кем-то вроде пресловутых "блондинок".

— Представляешь, звонит кудрявый парень в техслужбу клана и говорит: до меня не доходят новости светской хроники! А ему дежурная отвечает — сосредоточься и попробуй прочитать их еще раз.

— …?

— Ну смешно же Ллейда!

— Кому? Над кем смеяться Сфео? Над кудрявым или дежурной?

— Да ну тебя. Ты Ллейда тоже тормоз.

— Слушай, командир, а как ты няшишь? — Спросил парня Максим. — Интересно же. Раскрой секрет товарищам, может у меня есть способности.

— Как я няшу? — отозвался Илья, обведя взглядом застолье. Похоже, он в кои-то веки сидит чисто в мужской компании. Девушки веселятся на своей волне. А он остался вместе с Максимом и Димой. — Как-то само по себе выходит мужики. Ну ты, Димыч, с нами недавно, особо не в курсе этих дел. А тебя, Макс, разве не няшили, хоть чуть-чуть? Я знаю, официально запрещено, но все слави так понемногу со своими парнями делают, просто по природе своей… Ты же, как мне кажется, со Стао…

— Были у меня с ней переглядушки, — вздохнул Максим. — Но это дело прошлое. Стао на этого всерьез запала, — кивнул на Диму Максим. — Информация точная. У нас с ней сейчас чисто дружеские отношения. Мне вообще-то Ллайда нравиться. Как она тогда у кабака дралась, ух! И девушка красивая! Я ей тоже вроде не безразличен. Вот ты бы еще меня научил как ее заняшить, я бы к Ллайде подкатил, — от выпитого Максима потянуло на откровенность. — А то без няша боязно.

— Так и подкати. Не боись, мастер-нож самца не обидит. Не нужен тебе с Ллайдой никакой няш и так все сладится.

— Не научишь?

— Тебя? Извини Макс, но нет. Я к мужикам в мозги с няшем не полезу, я не по этой части, извиняй, — пьяно улыбнулся Илья. — Дима, а тебе Стао нравиться? Макс верно говорит?

Дима ненадолго задумался, а потом решительно тряхнул головой. — Да комбат. Очень.

— Женился бы на ней? Ты ее знаешь две недели только.

— Да! — с вызовом посмотрел на Илью парень.

— Тогда плесни-ка нам всем еще спиртику. Сейчас дерябнем как зяблики и попробуем поставить эксперимент… Эх, хорошо пошла.

— Значит так, возникла идея — рассказывал через десять минут собравшимся Илья. Люди и инопланетянки с интересом смотрели на комбата, отставив свои разговоры. — Поскольку наш батальон теперь живет сам по себе и никому не подчиняется, то и делать мы можем все, что захотим. Я верно понимаю?

— Верно батька, — первой сказала Сфео. — Остальные подтверждающе закивали головами.

— Я получил свой дар после того, как меня пыталась лишить воли и подчинить ультимативным няшем одна очень сильная славя. Думаю, что важна так же общая способность человека к ментальным воздействиям, — продолжил парень. — Сейчас у нас в батальоне есть лишь один землянин мужского пола кроме меня с потенциальными способностями. Суть предложения в чем — надо попробовать активировать способности у Димки. Стао, ты неплохая няша, — улыбнулся Илья. — Я это чувствую. Попробуешь заняшить Диму? Учти, бить няшем его надо всерьез и в полную силу, не жалея, мы не в игрушки играем. А ты Димон, сопротивляйся ей из всех сил. Я тебе расскажу, как это примерно надо делать. Все это мы попробуем сделать при взаимном согласии, естественно. В случае если Дима не сдюжит и падет жертвой твоего няша Стао, тебе придется на нем жен…взять его в мужья. Димыч, ты тоже понимаешь, на что идешь, не маленький. Но у вас вроде и так любовь, а в перспективе батальон может получить еще одного ментала. Что скажете?

— Да, — сразу же сказала Стао.

— Конечно, — отозвался, посмотрев ей в глаза Дима.

— Эй, стоп, дети мои. Гляделки еще рано устраивать. Сейчас сядете друг напротив друга, подготовитесь, я объясню Диме, что ему делать и начнем.

Илья смотрел на них со стороны и чувствовал — пошло дело! Стао, конечно, уступала Альде по силе, но может это и к лучшему. Давила няшем она Диму всерьез, безыскусно, но мощно как бульдозер. Парень от такого напора вовсю "плыл", но склеивать ласты и тонуть не спешил. Илья старался контролировать процесс со стороны, чтобы прервать его, если Стао чересчур увлечется и начнет ломать волевое ядро парня, но в этом не было необходимости. Парочка справлялась самостоятельно.

— Стоп, хватит, — прервал, наконец, их парень. — Это бокс, а не драка до смерти. Выматываться до полной потери сил не надо, не берите с меня плохой пример. Ну как впечатления?

— Я его не пробила, — чуть удивленно сказала Стао. — Не получилось. Он сильный…не как другие парни.

— Блин, Стао, да у меня голова кружиться, — сознался Дима. — И кроме тебя ничего больше в мыслях и…счастье еще прямо искрится в голове. Даже не знаю, что и сказать. Ну ты Стао и даешь!

— "Давать" Димон, придется не ей, а тебе — скабрёзно пошутил Илья. — Место хозяйке под метку. Но это потом. А сейчас я прикажу тебе встать. А ты сиди и требуй, чтобы я прекратил приказывать. Понял?

— Да.

— "Встать", — мысленно приказал ему Илья. — Дима остался сидеть. — "Встать"! — добавил воздействию силы комбат. И почувствовал зыбкое, слабое, но отчетливое ментальное сопротивление своему приказу. Все у них получилось.

Звонок от Слави пришел глубокой ночью, когда Илья уже спал на своей печке. Бывший офицер спросонья пошарил вокруг и со второй попытки нашел аппарат. Работал не его штатный коммуникатор, а простой прямоугольный белый аппаратик без экрана, сенсоров и голографии, всего с двумя кнопками. Глубокий ретро-стиль, прощальный подарок Слави, прибор по которому засечь разговор с матриархом людям было нельзя никак. Что-то там хитрое, связанное с непрямой подачей сигнала через орбиту и специфическими биоэнергетическими технологиями славей. Илья сразу встревожился, до контрольного срока связи оставалось несколько дней.

— Да, — коротко прошептал в трубку парень. — Слушаю Славя. У тебя проблемы? Хмель выветрился еще не до конца, болела голова, во рту было сухо. Блин, надо сосредоточится…

— Да Илья, — донеслось из трубки. — На базе намечаются большие проблемы. Не только у меня, у всех рас без исключения. Но о проблемах потом, они подождут. Есть срочные новости, о которых ты должен знать.

— Слушаю, — сердце застучало быстрее, остатки сна улетучились из головы.

— Илья, в составе второго смешанного батальона медосмотр выявил беременных славей. Это случилось. Следи за своими.

— Да ты что? Славя я…

— Подожди. Узнав об этом, я тоже проверилась. Тест положительный.

— Что?!

— Еще не все, не перебивай. В общем, с этой новостью я пошла на всякий случай к Лене. Ну, ты понимаешь…Она тоже проверилась. И снова положительный результат. Теперь все.

— ….

— Илья, что ты думаешь по этому поводу? Илья не молчи, скажи что-нибудь.

Глава 11

— Славя, я…я очень рад, — промямлил, наконец, в трубку Илья. — Это здорово! — Парень изо всех сил постарался придать своему голосу бодрые нотки.

— Я тоже очень рада, Илюша, — со странным выражением ответила ему Славя. — Согласна с тобой, дорогой, у тебя получилось действительно здорово, ничего не скажешь. Ты можешь собой гордиться. Ты же любишь детей?

— Конечно, Славушка. Я люблю детей. — Разговор явно клонился куда-то не туда, но Илья плохо представлял себе, что говорить в такой ситуации. Вроде как надо улыбаться, радоваться и делать жене комплименты, излучая всем своим видом безграничный восторг от прибавления в семействе. Детки-симпантки у Ильи уже были. А вот общаться с беременной женой ему еще не приходилось.

— Я надеюсь, что ты очень любишь детей, — вкрадчиво продолжила Славя. — Потому что я, Илюша, закажу детскую коляску. Золотистого такого цвета…наполовину, а наполовину фиолетовую, сдвоенную, на обоих детушек. И ты, — в голосе Слави зазвенели металлические нотки, — ты, гад, будешь ее лично, на глазах у всех, возить по всей базе или еще где-нибудь, где мы будем жить, гулять с детьми, менять им пеленки и кормить их молочком из бутылочки! Лично ты, а не симпантки или твоя някнутая Скада.

— Славя, ну что ты такое говоришь…

— Это будет твоим долгом Илюша. И не только это… И не смей даже пытаться от него увильнуть. Иначе мы с Ленкой устроим тебе такую семейную жизнь, что небо с овчинку покажется! Чтобы думал впредь головой, а не другим местом, когда жене изменяешь!

— Славя не пугай меня, не надо. Успокойся, дорогая. Тебе вредно сейчас волноваться.

— А я уже не волнуюсь, — Славя действительно немного успокоилась. — Теперь ты волнуйся. Мы с Леной хорошо так поговорили, насчет нас двоих, тебя, детей и вообще по душам. И обо всем договорились, молодой папаша. Тебя ждет впереди насыщенная и интересная семейная жизнь, и не смей вешаться, пока не искупишь в ней все свои грехи. — Славя сделала паузу и продолжила уже другим тоном. — Илья, я не понимаю, почему я тебя простила. Где моя гордость? Вообще не понимаю, этого не должно было случиться, но поди же ты… Может это няш? Или я ненормальная? Ладно, Ленка с их отношением к мужикам в стае как к у пчел к трутням, но я? Я должна, просто из элементарной гордости должна была, взяв ребенка себе, отдать тебя Ленке в стаю, раз уж ты ей так нужен, и найти себе нежного, ласкового и домашнего парня, который любил бы меня и хранил бы семейный уют. Но не могу. Наверное, это мое наказание за непомерные амбиции. И вот теперь мне приходится…

Самое страшное, что Илье нечего было сказать жене. Не было у него слов. Врать, что он любит лишь ее одну? Но он любит Лену тоже. Все равно выбрать одну из них? Он уже один раз выбрал, не помогло… Как выбрать, если он обязан жизнью обеим и обе носят его ребенка? Застрелиться? Заманчивая идея, честное слово, но этим он не выплатит свой долг ни одной из инопланетянок, не говоря уж о долге перед не родившимися еще детьми. Радоваться намечавшемуся гарему? Да это же кошмар для всех троих. Поставим простейший мысленный эксперимент от обратного: это не он живет с двумя девушками, а наоборот — делит Славю с другим мужиком. Сразу поплохело? А ведь именно в эти условия попадают Славя и Лена если они о чем-то там насчет него договорились, как ему намекают. Все это грязно, плохо и подло с его стороны. Какой же он все-таки конченный, последний гад.

— Ты чего опять затих? — подозрительно спросила Славя.

— Думаю над сказанным, — сдавленно просипел в трубку Илья. Видимо, было в его голосе что-то трагическое, что заставило девушку прервать свой монолог.

— Проникся содеянным что-ли? — Удивилась Славя. — Это хорошо, дорогой, раскаяние — первый шаг к исправлению. Слушай Илья, ты это…полегче давай. Не бери в голову, а то еще вскроешься как ленааа, я помню, как ты на Славии с тоски в дуло своему автомату смотрел. Или в бега от нас с Ленкой ударишься. У тебя, дурака, на это ума хватит. Не надо нам такого, папаша, береги себя, тебе еще наших с тобой внуков нянчить… Илюш? Ты где там? Расслабься, не надо быть таким серьезным. Мы же с тобой и Ленкой лучшие друзья, разберемся как нам дальше жить. А дети — цветы жизни. Все будет хорошо, Илья, не кисни.

— Славя, ты вроде про какие-то проблемы говорила? В смысле, у всех рас? Что случилось? — Решил попробовать сменить тему беседы Илья. Славя, похоже, уже выговорилась, поэтому номер прошел.

— Много чего случилось, — вздохнула девушка. — Но главная проблема в том, что нам всем скоро будет нечего есть. Не говоря уж о том, чем кормить прибывающих колонистов.

— То есть? Уточни.

— Не растет ничего, Илья. То, что зима наступила очень рано, еще полбеды, на полноценный урожай в этом году мы и не рассчитывали. Но замкнутые агрокомплексы развернули, с энергией для обогрева, светом и удобрениями все нормально. Проблема оказалась в том, что семена для них взяли генномодифицированные, специальных высокоурожайных сортов-скороспелок. И мы с землянами, и ленааа. Все же хотели больше пользы за меньший объем. Я сама в империи сорта подбирала: соя модификация шесть, рост за шестьдесят дней, картофель модификация три, рост за тридцать пять дней, пшеница и рис модификация пять. Пару урожаев к весне бы сняли. А наши семена не растут. Вообще всходов нет, никаких, зерно как мертвое.

— Может с агрокомплексами что-то не так?

— Все с ними так. Местные сорта прорастают, проверено. Только нам что с того? Весь семенной фонд экспедиции оказался не годен, разве что съесть его. До весны как-нибудь протянем на запасах, а дальше что? Что сеять, что есть? Голод начнется, а еще колонисты прибудут… И Тихонов ваш отличился… Я его уже убить готова. Император вроде разумный нормальный мужик. Я думала, он и руководителя экспедиции толкового подберет. Хотя по затее с твоим трибуналом уже должна была понять, что с консулом все плохо. Моя вина, не сообразила вовремя.

— Что он отчебучил? — напрягся парень.

— Начал продразверстку у лисьеухих, раз их сорта пшеницы и овощей растут. И выгреб все их зерно для себя на посев. Вообще все, представляешь? Амбары у местных опустошил досуха. Дескать, на них плевать, смотрящие разрешили. Пусть с голоду помирают, зато мы хоть что-то вырастим. Ладно, решение отобрать зерно в некоторой степени здравое, я понимаю. Но надо же было, во-первых, местным хоть что-то оставить на посев, а во вторых забранное "живое" зерно поменять на наше "мертвое", оно все равно не растет. А лисьеухие бы протянули на нем до весны, они же на нас потом в полях работать будут. А он тупо отобрал все — сдохните от голода и не волнует. Местные чуть ли не бунт подняли, пришлось нам с Леной им немного из своих семенных запасов подкинуть. Ну не смотреть же, как рядом с нами голодной смертью живые разумные умирают. Так он мне за это претензию выдвинул — дескать, я нарушаю долг союзника и вассала и отдаю зря его зерно. Представляешь? Его, бл…ть, оказывается, зерно. — Вконец рассвирепела Славя. Раньше Илья таких слов от нее не слышал. — И приказывать мне начал — отобрать у местных выданное.

— Беспредельщик. Тот-то он мне сразу не понравился, — согласился с женой Илья.

— В общем, я отказалась, сказав, что я землянам союзник, а не подчиненный, а вассал я только русскому императору, а не всякому придурку-консулу. Слово за слово, он мне еще и тебя припомнил. Не любит он тебя крепко. Максимов ему возражал, так он его под арест посадил…Короче, плохо у нас все, не общаемся. Люди из второго совместного батальона по приказу Тихонова ушли, сидим теперь с землянами врозь и смотрим друг на друга через заборы и прицелы. Правда, Ленка взяла мою сторону и это Тихонова немного отрезвило, перестал из себя повелителя строить. Повторных изъятий зерна, из того что я дала местным, он проводить не стал. Но и нам из конфискованных у лисьеухих семян не дал и килограмма, все для себя в своих агрокомплексах посеял. Добром это не кончится… Поэтому ты со своей ссылкой не затягивай, времени нет. Разбирайся с нашим делом быстрее и давай обратно. Что ты сейчас с батальоном делаешь?

— Сижу в деревне у моря, Славя. Охотой занимаемся, думаем о рыбалке.

— Илья, какая охота? Какая рыбалка? Ты же помнишь, о чем мы договаривались?

— Помню. Форс мажор дорогая. Я где-то воспаление легких подхватил. Не могу пока надолго встать с постели.

— Что? Почему ты мне сразу не сказал!? Ты болен? Так Илья, хватит ерундой страдать. Я прямо сейчас отправлю к тебе с орбиты челнок и забираю лечиться на "Согревающий свет". Батальон пусть грузится по машинам и едет на базу славей. В свете последних событий на прикрытие и политесы мне уже плевать.

— Не надо. Мне уже гораздо лучше. Славя, ты главное не волнуйся и не дергайся, тебе вредно. Мне нужны еще пару недель, может чуть больше. Все пока остается в силе, план не меняем.

— Илья, я сказала что отправлю челнок, значит отправлю. Собирайся.

— Не сметь отправлять челнок! — Вот тут Илья разозлился сам. — Выполняй мои приказы Славя и давай без самодеятельности! Все идет по плану. И смотрите там с Ленкой не наглейте, войнушки не устройте. Ссорься с Тихоновым как хочешь, он материал отработанный, нам это только на руку. Но крови между людьми, славями и ленааа быть не должно. Ни в коем случае. Понятно?

Славя молчала, но Илье казалось, что он слышит ее дыхание в трубке.

— Славя, я еще раз спрашиваю, тебе все понятно? — тоном мягче переспросил парень.

— Да Илья. Мне все понятно. Крутой ты что-то стал в последнее время, даже не знаю, нравиться ли мне это. Но я сделаю, как ты скажешь.

— Вот и умничка. Береги себя и ребенка. Лене привет. Раз я батька, я все и разрулю, не волнуйтесь девушки. Все, давай, до связи.

Илья только успел выключить прибор и убрать его в сторону, как прикрывающие пространство между печкой и потолком занавесочки отодвинулись и показалась голова Скады.

— Батька, что кричишь? Ты с кем-то разговаривал? Что-то случилось?

— Спи Скада, все нормально. Ничего страшного не случилось. Водички только принеси мне, пожалуйста, если уж встала. Что-то горло пересохло.

— Сейчас Илья. В печке горшок с морсом еще тепленький, тебе холодного нельзя. А зимой тут все холодное, везде снег, из под одеяла вылезать не хочется, — Скада от души зевнула, прикрыв рот рукой. — Я бы сейчас легла как медведь в берлогу и спала до весны, — добавила девушка.

— Нельзя нам до весны спать Скада, — серьезно сказал парень.

— Почему? — Улыбнулась девушка.

— Чует мое сердце, что к весне боеспособность батальона серьезно упадет. Если не критически. Зимой надо успеть все сделать.

Весь следующий день комбат был как пришибленный. Заснуть после разговора со Славей удалось лишь под самое утро. И тут же пришлось просыпаться. Потому что деревня же… Зорьку надо доить и все тут, никуда не денешься, а пока не подоили она недовольно и громко мычит. Лунтик и фунтик оголодали и начали жалобно хрюкать и повизгивать, требуя законной баланды, да так что через стенку в избе слышно. Илья их понимал — кабанчики в своем праве. Раз уж их завели, то хозяева их могут зарезать на сало, но кормить до этого момента обязаны. Петуху, неугомонной птице, приспичило с утра раскукарекаться как ненормальному. И, кстати, он с курами тоже хочет поклевать чего-нибудь съедобного с утреца. Горница за ночь выстыла, пора топить печь, чтобы согреться и приготовить еду. Хорошо еще, что инопланетянки потихоньку начали к деревенской жизни приспосабливаться, делают все споро и быстро. Как будто с детства в деревне…

Ллайда с тихим вздохом встала с лавки, отодвинув теплое одеяло, печально посмотрела на темное утреннее окно с морозными узорами, зябко поежилась со сна, и пошла доить корову. Ее зорька почему-то любит и доверяет свое вымя ловким пальчикам мастер-ножа, не пытаясь двинуть копытом меж глаз. Стао уже запаривает наскоро приготовленным с помощью батареи и кипятильника кипятком вчерашние объедки вместе с картофельными очистками для свиней. Максим принес дрова и разжигает печку, Скада, нацепив расшитый голубыми цветочками фартук, уже возится по кухне, послав Лоду покормить кур. Ллейда и Сфео, на правах начальства, к домашнему хозяйству не прикасаются. Оделись потеплее, нацепили оружие, и свалили на обход батальона, проверять посты и бойцов, живущих в других дворах. Однако к завтраку они вернуться, можете быть уверены. Но самая тяжелая работа, по мнению Ильи, досталась ему. Приходится лежать на печи под одеялом, философски взирая сверху на утреннюю суету, выздоравливать и думать думу, как им всем жить дальше. Разве такое кому-то доверишь? Все сам, все сам.

По всему выходило, что скорого похода в новые руины не избежать. С наступлением холодов общение селян с Однатами прекращается, хладнокровные слуги синекожих то ли впадают в спячку, то ли сидят безвылазно внутри. Возможно, местный хозяин подземелья про объявившийся батальон еще ничего не знает. Оно и к лучшему. Потому что в этот раз задача предстояла неординарная. С Одонатом требовалось поговорить, а еще лучше — склонить его к сотрудничеству. В конце-концов у далззаа это получилось. Правда, неизвестно как. Можно, конечно, выйти через жену на связь с Леной и попросить ее выбить сведения из Ар Сайнд. Возможно, Лена это уже сделала сама, в отношении далззаа она гуманизмом не страдает, и запытать причастную к нейтасской резне красноглазку ей ничего не стоит. Хотя нет, вряд ли. Скорее всего, она предъявит ее вожатой в целости, так для карьеры полезнее, а Лена не столь проста и бесхитростна, как пытается казаться. Кроме того Илье идти этим путем не хотелось. Он хочет заявить себя на Ковчеге как самостоятельную силу? Тогда надо делать все самому, работать на репутацию. Вот только бы здоровья побольше. Надо бы еще с недельку отлежаться. Гнуть и ломать Одоната не так просто. Хотя, что мне этот Одонат, — вздохнул в такт своим мыслям Илья. — Забить Одоната не проблема. А вот жить дальше вместе со Славей и Леной? Или что они там придумали, о чем договорились? Вот где кошмар.

— Куда ты такой прешься? — Заругалась внизу на Максима Скада.

— Так ты же сбросила по связи сообщение всему нашему отделению идти завтракать? — Оправдывался парень. — Я есть хочу, хозяюшка, все утро опять дрова колол.

— Сбросила, — уперла руки в боки инопланетянка, ее коса гневно подрагивала, оплетя талию. — Завтрак готов. Я тебя спрашиваю, куда ты прешься с такими ногами? Со двора, весь в снегу и в хату.

— Так снегопад же…

— Тебе трудно было в сенях веничком обместись? Для кого я его туда поставила, спрашивается? Всем по сто раз повторять надо? Мы с Лодой и Карри совсем недавно полы вымыли…Иди обметайся от снега, раздевайся и садись за стол. Руки вымыть не забудь. И дверь прикрой поплотнее, а то напустил тут холодного воздуха, того и гляди батьку застудишь, — сердито продолжила девушка. Потом крикнула, повернувшись к печи, — Илья, спускайся потихоньку. Завтрак готов.

— Иду, — отвлекся от своих размышлений комбат и начал тихонько слезать с печи.

— Вот это другое дело, — похвалила внизу Максима девушка. — Молодец Макс. Садись, сегодня у нас омлет из свежих яиц со вчерашней зайчатиной. Еще я приготовила тюрю на рассоле с укропом, вареными яйцами, картошкой и солеными огурцами. Специально для страждущих после вчерашнего. Хлеб в печи подходит. Сейчас все наши подтянутся и можно завтракать.

— Если хочешь зайцев кушать, надо нашу Скаду слушать, — невпопад пошутил Илья. — Совсем парня застроила. — Скада, ты где так научилась мужиками командовать?

— Да нигде, Илюш.

— Скажи уж, не мнись. Я же вижу….

— Ладно… Мне мама объясняла, по-научному… Парни, как существа стоящие на более низкой ступени развития, по своей природе обычно ленивы и в умственном плане устроены крайне просто, — пожала плечами инопланетянка. — Поэтому с ними лучше всего работают самые простые методы. Мужа надо периодически ругать, чтобы он в тонусе держался и не расслаблялся сильно. Но при этом всегда следует соблюдать золотое правило воспитания своего мужика: не изматывай его постоянными придирками и будь справедлива, соблюдай баланс. Если уж ругаешь за плохое, то и за каждое хорошее дело, даже за самое маленькое, обязательно мужика хвали. Не ленись воспитывать, не скупись на похвалу, вырабатывай у него правильный условный рефлекс. Плюс любовь к парню и немного няша и будет тебе семейное счастье. Но это у нас на Славии… На Земле, наверное, все по другому, я ничего такого не утверждаю. Просто поступаю, как мама учила…

— Ты знаешь, в этом что-то есть, — озадачено сказал Илья. — Какое-то рациональное зерно. Но вообще-то к земным парням это не относится, и такой подход у нас не сработает.

— Конечно, не сработает Илья, я согласна. Ты во двор?

— Да, на секунду, подышу свежим воздухом и Ллейду со Сфео встречу. Они уже подходят, надо буквально парой слов перед завтраком перемолвиться.

— Шапку надень! Надень, а то ругаться буду, ты еще не здоров.

— Ладно, — натянул Илья на голову меховой капюшон от тулупа лисьеухих.

— Вот и молодец Илюша. Не задерживайтесь там, я хлеб уже достаю из печи.

— Как скажешь Скада.

— Она его сначала тихо так, скромно попросила, — уважаемый староста Карчхона, мы изгнанники, а сейчас зима. Нам нужна еда. — Ручки под подбородком сплела, плечики опустила, голосок жалобный.

— Представляю себе… Продолжай, интересно рассказываешь.

— Он Ллейде в ответ: уходи пришлая, нету у нас ничего. Своим не хватает. А у самого морда хитрая, а уши торчком! Сразу видно, что жлоб.

— И что Ллейда? — живо поинтересовался у Ллайды Илья.

— Дайте хоть немного, — просит, чуть не плачет. — Иначе я подумаю, что вы меня совсем не уважаете, господин староста. Как-то так.

— И?

— Купился он, батька. В Карчхоне из нашего села еще никого не было, мы выясняли. — За что тебя, говорит, уважать, раз вас выгнали. Не дам ничего.

— А она?

— Все как ты советовал батька. Сразу боевой оскал мастер-ножа на все лицо и мне рукой отмашку делает. А я прямо с саней по курятнику как вмажу! У меня же готовый к бою рассекатель под рогожкой… Доски и щепа во все стороны, пух, перья летят! Драйв! Видел бы ты местных в этот момент…Шок и трепет! А Ллейда орет — сейчас все ваше село разнесу по бревнышку! Тащи зерно гад! Сотню мешков! Ну и Максим из пулемета с других саней поверх голов, как даст очередь…Староста с помощниками аж в снег сели.

— А дальше?

— Тут Сфео ей руку на плечо кладет и говорит — остынь ненадолго, Ллейдочка. Староста Чхон ошибся, у него для нас есть немножко еды. — Потом подошла к старосте, протянула ему руку, чтобы помочь подняться и говорит, — если вы меня выслушаете как следует, мы сможем заключить взаимовыгодное соглашение господин Чхон. Но если нет, то я за свою подругу не ручаюсь. Понимаете, когда ее не уважают, она совсем бешеная. А вы отвечаете ей без уважения, вы даже не называете ее госпожой. Это плохо… А хуже всего, если о вашем поведении узнает сам Батька.

— В общем полный успех, так Ллайда?

— Двое саней мешками с зерном, картошкой и овощами доверху нагрузили и тащили за рейдмобилем прицепом. Правда, отобрав еду, подарили пару блоков световых липучек, несколько фонариков, силовую пилу для валки леса с аккумулятором. Все лучше местных лампадок на топленом жире и восковых свечек. Товар грошовый, а спрос на него большой, со светом у местных совсем плохо. Особенно зимой. Лекарств еще им немного подбросили и всякой бытовой мелочевки.

— Неплохо. И все же, зря вы так, — подвел итог Илья. — Я вам советовал поиграть с местными в доброго и злого следователя, а не цирк устраивать. Зачем выделывались?

— Так мы сделали все точно так же, как у вас на Земле принято. Помнишь, мы перед выездом за продовольствием всем отделением после ужина фильм смотрели, как ты сказал "из земной классики". Вот Ллейде со Сфео и пришло в голову применить вашу классику на деле, раз ее в обучающих фильмах показывают. По дороге мы фильм обсуждали, Сфео и говорит: добрым словом и улыбкой, можно добиться от местных гораздо большего, чем просто добрым словом. Будем сочетать. Но улыбку мы, подумав, заменили на рассекатель, из пожарной безопасности, чтобы деревню случайно не спалить.

— Нда… Ллайда, вот еще… Скажи мне, как у тебя рука на целый курятник поднялась? Я помню, ты курицу жалела.

— Так батька, курятник с курами — это боевая цель в операции, я его через прицел вижу. Ничего личного, это моя работа. А курочка — просто несчастная птица, она живая, теплая, в моих руках сидит и на меня смотрит. Стао сказали ее резать, пусть она и режет. Разница…

— Ясно…

Илья только вздохнул. Действительно, зимой в деревне все-таки скучно. Особенно вечерами. Боевой подготовкой особо не позанимаешься, жаль патронов, энергии и расходников. Рабочих рук по хозяйству хватает, даже с избытком. Лисьеухих к хозяйственным деревенским работам Илья не привлекал, наоборот только требовал показать, что и как, а работать заставлял своих бойцов. Не потому, что ему было лисьеухих жалко, а потому, что хороший барин должен знать, как и чем живут его крепостные и разбираться в деревенском хозяйстве. Потом пригодится, когда он своих бойцов будет наделять деревнями, руинами и подданными, а пока пусть пройдут своеобразную "учебку". Пока еще на Ковчеге индустриальная цивилизация заработает… А править местными надо. Кроме того солдат должен быть занят. Иначе он начнет в деревне мыкаться по местным бабам и пить самогонку. Первая проблема в их батальоне проблемой не была, его разнополым бойцам хватало общества друг друга. А вот вторая…были уже звоночки. Лисьеухие самогон гонят — проверенный факт. Мастер-ножи в каждом отделении есть, и если уж товарищи попросят их достать самогонку, то они ее достанут, как их не контролируй. Так что, несмотря на плотный контроль начальства за жизнью подчиненных, проблему досуга бойцов следовало решать. Идея вечерних киносеансов прошла на ура. А что? Фильмов в памяти компьютеров хватает, активировать коммуникатор командира отделения как проектор можно, побеленная стенка печки — чем не экран, если фильм старый и не голографический? В каждом дворе обычно расквартировано одно отделение, вот пусть и устраивают просмотр в рамках повышения культурного уровня. Да и приятно, знаете ли, под вечерний чаек со Скадиными домашними пирожками посмотреть земной фильм или специфическую кинопостановку-тонаду славей из их жизни в трех-четырех действиях. В чаек начальство себе и добавить кой-чего может для настроения. Хотя, выбирать "Крестного отца" для просмотра всем батальоном, наверное, не стоило. Уж очень ассоциации наглядные получаются. Но теперь уж ничего не поделаешь, научил инопланетянок на свою голову…

— Слушай Ллайда, — Илья тихонько оглянулся по сторонам. Никого в комнате кроме них и Скады не было, но Скада болтать про его дела не будет. Разговор был не очень-то простым, Илья бы не хотел, чтобы его содержание дошло до Лены. Ллейда, конечно, проверенная в боях соратница, командир и товарищ, но она к Ленке относится с пиететом. А вот Ллайде Лена когда-то после драки в земном кабаке приказывала вскрыться, и лишь Илья отмазал инопланетянку от сей печальной участи. Лучше провести этот разговор с ней. Не давала Илье покоя одна мысль… Он даже справки по пчеловодству навел и кое-какие аналогии его неприятно удивили.

— Хотел тебя спросить: а почему вы нас так здорово кормили, на вашем звездолете? А сами ели очень скромно? В батальоне нормы питания для всех устанавливаю я, но там? Чей был приказ?

— Приказ? — удивилась ленааа. — Не было приказа. Это же естественно. Самцы…, то есть извини батька, мужчины, должны питаться лучше всех. Ленааа всегда хорошо кормили своих мужчин.

"Пока длится сезон сбора меда, пчелы любят трутней", — вспомнил Илья строчки из энциклопедии. "Каждого трутня кормят от двух до четырех рабочих пчел, он постоянно окружен заботой".

— А кем у вас в стае работают мужчины, Ллайда? — вкрадчиво спросил парень. — Или занимаются политикой? Может быть они идут в ученые или мастер-ножи?

— Зачем мужчинам работать или воевать? — нахмурилась девушка. — Их мало, поэтому их следует беречь. Раньше такое, говорят, было, но после предательства большинства мужчин и войны с далззаа — нет. Илья, это же мужики, пойми. Они для другого предназначены. Стае нужны дети…

"Трутни не участвуют в сборе пыльцы и не вырабатывают меда. У них нет жала и они не охраняют улей. Единственное их предназначение — оплодотворять матку. Оплодотворивший матку трутень немедленно погибает"

— Что это ты поежился так, батька? — Спросила Ллайда.

— Сквозняк, наверное. Не бери в голову. Ллайда, а если самец ленааа не может больше делать детей, он как дальше живет? Ну вот случилось такое, заболел например, старый стал. Что с ним делают?

— Такой самец стае как таковой уже не нужен, — покачала головой девушка.

"Когда сезон сбора меда оканчивается, а матка оплодотворена, пчелы перестают кормить трутней. Когда трутни совсем ослабеют, пчелы выкидывают их за пределы улья. По трупикам трутней возле улья осенью, пчеловод может судить о здоровье пчелиной семьи".

— А раз он стае больше не нужен, вы его перестаете кормить? Или выгоняете? — Спросил Илья.

— Что? — наморщила лоб Ллайда. — Почему? Илья! — Наконец, до девушки начало что-то доходить. Ты с кем нас сравниваешь? С какими-то насекомыми?!

— Тише ты, не кричи. Ни с кем я вас не сравниваю, просто разобраться хочу. Момент тонкий, поэтому прошу тебя, объясни все как есть. Мне один раз уже Лена объясняла, но есть кое-какие несостыковочки, между тем, что мне она говорила и тем, что я наблюдаю.

— Илья извини, но этот разговор тебе лучше продолжить с Леной. Это особые дела стаи, очень личные. Ты мой командир и… даже больше чем командир, ты мне как свой в стае. Но я на эту тему больше ничего не скажу, — Ллайда побледнела, но вид у нее был самый решительный.

— Хорошо. Не пытать же тебя, — улыбнулся ей Илья. — Не скажешь, значит разговор окончен. Только видишь ли, Ллайда, для меня эта тема тоже, получается, очень личная. Да и тебя на самом деле это все касается. Тебе же нравится Максим, не так ли? Нравится. Не хочу тебя шантажировать, но если он захочет написать с тобой рапорт об отношениях, я объясню ему какие у вас в фиолетовой стае порядочки. Он мне тоже не чужой. Объясню, как понял. А понял я, что мужиком быть у ленааа веселого мало. Плохо кончится.

— Это все не так! Ты ничего не понял!

— Тогда объясни мне, где я заблуждаюсь.

Ллайда посидела с минутку, потом налила себе в кружку воды и выпила залпом. Поднялась с лавки и начала ходить по комнате. Решение давалось ей непросто.

— Мы не перестаем кормить бесплодных, старых и больных самцов, — сказала, наконец, девушка. И не выгоняем их из стаи. Мы же разумные и моральные ленааа, как ты мог такое про нас подумать? Но должна признать, что в снабжении по второй иждивенческой категории хорошего мало. Один брикет водорослевого корма в день и место в пещере для социального балласта — не самое приятное, что может произойти. Долго не протянешь…

— Согласен. Полностью.

— Но эта участь лишь самых ленивых и самых гадких самцов! Высокомерных, злых, думающих лишь о себе, плохо работающих. Тех, которых вы называете чудак на букву м.

— Опять не понял, Ллайда. Разверни.

— Да все ведь на поверхности Илья. Да, основное предназначение самца — делать детей и давать ленааа свою любовь. Мы пробовали опыты с искусственным осеменением. Но это не то, подобный подход уничтожает сам дух стаи. За что воевать, если и мужчины не увидишь? Дети должны делаться естественным путем, ленааа должны знать мужчин и проводить с ними время, встречаться, флиртовать, релаксировать, иначе просто психика не выдерживает. Любовь должна быть. Особенно во время войны. И если мужчина относится к своей работе с душой и самоотдачей, делится со своими ленааа любовью и теплом своего сердца, а не просто, как вы говорите "трахается", если он оставляет у своих партнерш прекрасные воспоминания и красивых, сильных и умных дочерей, то разве же бросят они его в старости или немощи? Нет. Поделятся в складчину частью своего социального ресурса, возьмут к себе жить, не оставят одного без присмотра в болезни. Благодарить хорошего мужчину — это добровольный долг, но не обязанность. Если же мужик ухитрился за время своей работы не оставить о себе у партнерш ни единого хорошего воспоминания, то кто ему виноват, что потом он оказался никому не нужен? Он, получая свой усиленный паек самца и привилегии, работал на стаю кое-как. Его кое-как покормят за счет стаи, когда придет срок. Это же не из жадности в стае такие порядки. Просто у мужчины должен быть стимул держать себя в форме как можно дольше и делать свою работу хорошо и с любовью.

— Охренеть, — прервал монолог Ллайды Илья. — Это просто охренеть. Нет слов. Как ты там говорила? — С душой надо трах… так, ладно, отставим это. А если, например, парень не хочет такой работы? Мечтает космонавтом стать или ученым, а не…проституткой?

— Какая проститутка? — взвилась Ллайда. — Я знаю кто это такие, но у нас не так. Самцу никто не может навязать свою волю, а платить ему, пока он не вычеркнут из реестра производителей, нельзя. Его шикарное содержание, пока медкомиссия не покажет неприемлемое ухудшение его спермы и здоровья — общее дело всей стаи. Он сам выбирает, как и кого любить, с кем флиртовать, как и с кем лечь. Может послать любую не понравившуюся ему ленааа вне зависимости от ее положения…лесом. Он независим в решениях, на этом основан базовый принцип справедливости стаи — любая ленааа имеет равные шансы у самца. Но свое дело делать должен. Есть еще традиции — мастер-ножи грубоваты, но отказывать в краткой любви солдатам не принято. Особенно после рейда.

— А если он не хочет…быть гейшой?

— Что значит, не хочет? В стае все делают то, что нужно стае, а не что хотят. Если самец бесплоден с детства и не по своей вине, а медицина не помогает, то комиссия по делам мужчин при вожатой найдет ему другую работу. Но это именно исключения, которые решаются в индивидуальном порядке. Самцов слишком мало, чтобы использовать их не по назначению.

— И так у вас всегда было?

— До горячей фазы войны порядки были мягче. Самцов было побольше, они могли выбирать работу, они заседали в совете стаи и претендовали на власть. Но это было неправильно, это снижало эффективность. Поэтому права мужчин стали урезаться по мере усиления противостояния с далззаа.

— Вот они и восстали, сговорившись с красноглазками…

— Они не восстали! Илья, это предательство, только и всего! Самцы предали стаю! Что им не хватало, объясни мне?! Самая лучшая еда и одежда, работать и воевать не надо, рожать не надо. Возможность заниматься политикой и какое-то дурацкое право на выбор судьбы и профессии? Слышали мы эти подлые мужские разговорчики… Бред это все, предназначение мужчины не в этом и незачем подрывать нравственные устои стаи. Надо было раньше у них права отобрать и загнать в воспитательные лагеря, не было бы таких жертв.

— Ешкин кот, Ллайда, ешкин кот… — Илья сидел, обхватив голову руками. — Как у вас все запущено.

— Меня предупреждали, что не надо говорить об этом с земными парнями, — виновато сказала Ллайда, успокаиваясь. — Вы другие, и у вас все по-другому, я понимаю. Но ты сам этого хотел, батька.

— Хотел… — У Ильи в голове роилось сразу множество мыслей. — О чем-то подобном я догадывался, но догадываться и знать, это разные вещи. — Я понимаю, Ллайда, вы такие, какие есть, не мое дело вас судить. Тем более в вопросах морали и нравственности.

— У нас такой ерунды нету, — заметила, ставя на стол котелок с травяным взваром Скада. Естественно, она прислушивалась к разговору. — Мужчины, конечно, должны слушаться жену, но брак — это святое. Один муж и одна жена — никак иначе. Ну, в теории и на Славии, — вдруг, запнувшись, добавила девушка и, слегка покраснев, искоса посмотрела на Илью. Здесь другой мир. И другие порядки. Как здесь с нами будет, Батька? — Просто поинтересовалась она.

Илья хотел было ответить — так же как у нас. Но прикусил язык. А как будет у него лично? Все так сложно, блин… Парень посмотрел на сосредоточенные донельзя лица инопланетянок и вдруг понял, что вопрос вообще-то задан всерьез. И Скада и Ллайда смирились с тем, что стаи и клана тут больше нет. Их батальон теперь и стая и клан. И его слово может решить очень многое. Особенно если ему удастся реализовать задуманное со Славей.

— Не знаю, пока, девчонки, — пожал он плечами. — Но как в стае не будет. Это точно. Запомни Ллайда, мужчина — тоже человек. Рапорта об отношениях писать мне будете. И после рапорта с мужем, — чтобы никакого бл… То есть измен не потерплю. Корми и люби мужа вне зависимости от того как он с тобой в постели спит — душевно или не очень. А он тебя будет всю жизнь кормить и любить. Ты понимаешь, что если ты напишешь рапорт с Максимом, то больше ни с кем из мужчин, кроме него, тебе нельзя будет никогда? Все, до старости будешь есть один и тот же торт.

— Понимаю, — кивнула Ллайда. — Я же говорю, что вижу — у вас все не так. И все ленааа видят. У вас здорово! Если уж на то пошло, то свой целый торт лучше, чем обкусанные и облизанные кусочки с разных тортов, которые кто-то ел до тебя, и кто-то будет доедать за тобой.

— А ты как, Илюша? — нежно спросила Скада. — Сколько пирожных сможешь съесть зараз?

— А я вообще сладкого уже переел до тошноты! — Рявкнул парень. — Прекратить провокационные разговорчики! Распустил я вас…

— Значит так, — сказал Илья, оглядев аудиторию. В избе у печки собрались все свои. Но и их небольшая деревенская комната едва вмещала. Ллейда и Сфео как главные начальницы сидели за столом, неспешно попивая чай, Скада как всегда хлопотала на "подай-принеси" по кухне, чутко вслушиваясь в разговоры. Непростая девочка, себе на уме, но заняшенная и преданная. Кроме нее в горнице были Дима и Катя Жарова, правда, без симпантов. Максим, Стао и Ллайда как особо доверенные бойцы жались по стенкам и лавкам. Военный совет батальона можно считать открытым.

— Дела наши невеселые, — продолжил Илья. — Позвольте краткую вводную. Проще говоря, мы объедаем местных. У нас две с половиной сотни бойцов и кушать им надо очень хорошо и каждый день, а столько дармоедов натуральное хозяйство лисьеухих не тянет. Все что могли, мы из Норчола и окрестных деревень уже выгребли, но этого мало. Можно, конечно, взять больше. Но тогда лисьеухие начнут голодать и будут нас ненавидеть уже всерьез. Может даже перейдут к конкретным действиям. А начинать воевать с ними или уничтожать их мне не с руки. Не надо нам этого, мы ими потом еще править будем. Выбивать в округе последние остатки дичи, ехать еще куда-то, мыкаться так год, занимаясь рэкетом — это дурь. Да и не выход в нашем положении. На базе тоже все очень печально. Зерно, как я уже говорил, не растет, проблема с едой та же что и у нас. А вчера спецназ Великой Славии вместе с мастер-ножами ленааа провел против людей спецоперацию, угнав для себя все совместные десантные челноки класса орбита-ковчег- орбита. Раз Тихонов не поделился с ними отобранным у местных посевным материалом, слави и ленааа решили добывать его сами по отдаленным поселениям лисьеухих. Так же как мы, продразверстками, поэтому захватили для себя почти весь летающий транспорт.

— Стреляли друг в друга? — помрачнев, спросила Сфео.

— Не обошлось. Но убитых и тяжелых нет. Лена лично руководила операцией, все охранявшие челноки парни остались живыми, пока сидят в плену у стаи. Но помяли их, не без того, есть раненые с обеих сторон… Короче, война не началась, но разругались полностью. Дипломатические отношения прерваны, все очень плохо. Флотская группировка разделилась, сектора базы отгорожены друг от друга, духи всех трех цивилизаций, похоже, недовольны своими подопечными. В общем, толку нам тут мыкаться….- замялся Илья. То, что он собирался сказать сейчас, формально было изменой. Полной и окончательной без всяких скидок. Оглядел внимающих ему подчиненных, и решился. — Пора брать власть на Ковчеге в свои руки господа. Будем спасать новое отечество, кроме нас некому.

На всякий случай Илья подготовился немедленно парализовать любого, кто потянется к оружию. Но его предложение все приняли совершенно буднично, как будто давно ждали чего-то подобного. Скада даже не перестала жевать пирожок. Ллейда удивленно моргнула, но осталась на месте, не попытавшись потянуться к ножу. Дима и Катя продолжали серьезно внимать парню. И только Сфео, аккуратно поставив чашку с чаем на стол, сказала, — ну наконец-то! Я уже думала не дождусь… Вообще-то это невозможно Илья. Но у тебя же есть план? Излагай, мы все внимательно тебя слушаем.

Глава 12

— Есть сигнал, батька — прозвучал в наушниках возбужденный голос Снао. — Двадцать пять отметок. Похоже, старые знакомые. "Крокодилы", как в последних руинах. По массе тела и энергетическому профилю совпадает.

— Под снегом что-ли спали? — удивился Илья.

— Может и под снегом, — согласилась Снао. — Мы к руинам едем не особенно-то и скрываясь, вот Одонат их и поднял. А может недавно прибежали. Отметки только сейчас появились.

— Приближаются?

— Да.

— Тогда всем стоп. Все как договорились. Пулеметчики — к бою, десант — рассредоточиться и подготовиться к отражению атаки. Снао, веди наблюдение и докладывай.

— Есть.

— Далззаа не видно?

— Никаких признаков.

— И то хлеб, — Илья переключил связь. — Стао и Скада — прочь из машины следом за мной, — скомандовал парень сидевшим рядом инопланетянкам. В этот раз против присутствия славей рядом с собой комбат не возражал. У них же есть косы! А в ментальном поединке, тот у кого больше энергии, тот и победил. Надо было раньше додуматься, но лучше поздно, чем никогда.

Илья спрыгнул в снег, укрылся за рейдмобилем, потянул к себе автомат, проверив еще раз магазин и переведя указатель огня на короткие очереди. Не первый бой, и даже не самый сложный, а все равно от нервов слегка потряхивает. Ничего, с первыми выстрелами пройдет, проверено.

Коротко и басовито рявкнули пулеметы рейдмобилей, отработали улыбки, судя по характерному шипению снега, ставшего раскаленным паром где-то впереди. Сфео свое дело знает, да и Ллейда тоже. Патроны экономят, без нужды не палят. Между машин заняли позиции стрелки из людей и славь, на снегу чуть впереди них залегли ленааа с клинками — эти будут добивать добежавших крокодилов. В принципе, если атакуют только монстры, то можно было остаться в машинах — но вдруг в дело замешаны далззаа? Нет уж — начали бой, пехоту высадили. Нам лишних потерь не надо, броня в рейдмобилях плохонькая.

Илья из-за широкого колеса машины даже не высовывался. Его дело — Одонат. Но пока никакой ментальной угрозы не чувствовалось.

Бой продлился минут десять. И никаких сложностей не случилось.

— Противник уничтожен, — отрапортовала Снао. — Отметок больше нет.

— Вот что это было? — влезла в эфир Сфео. — Одонату надоели его крокодилы? Он решил от них избавиться и нас заодно немного потренировать?

— Рефлекс, — меланхолично заметила Ллейда. — Что-то приближается — атакуй. Тупые твари, вот и весь сказ.

— Не расслабляемся девочки, — счел своим долгом вмешаться Илья. — Прекратить шапкозакидательские разговорчики! Ллейда, проведи разведку, осмотри трупы. Вход близко. Осторожнее блин.

— Не беспокойся батька, — солдат службу знает. — Отозвалась мастер-нож. Полезай в машину, не мерзни на снегу.

— Отставить учить атамана.

— Важный ты стал Илья, — хохотнула Сфео. — И скучный. Все командуешь… А помнишь, как мы вместе на Фортуне далззаа из столовой выбивали? И как ты у меня под замком потом сидел? — Инопланетянка тоже немного нервничала, и ее тянуло поговорить. Хорошо хоть на индивидуальном канале, так чтобы слышал ее только Илья.

— Сфео, вспоминать потом будем. Встряхнись. Обстановка не та.

— Извини командир. Все, отбой.

Парень только вздохнул. Все-таки они банда, что ни говори и чем дальше, тем больше. Одни против всех. Джентльмены и леди удачи. А банда она и есть банда. С одной стороны это всех сближает, делает отношения чуть ли не семейными. А с другой… Если бы они были в погонах, Сфео бы таких разговорчиков себе в боевой обстановке не позволила. И Ллейда тоже. Или это он подчиненных распустил? Непонятно.

Руины здесь были самые настоящие. Ни одного целого здания или сооружения не осталось. Только обломки плит под разными углами из под снега торчат.

Вход расчистили просто — дали два выстрела из улыбок с максимальным охватом площади, растопив снег и открыв пространство вокруг ведущего вниз люка. Раз и готово. Глядя на обнажившуюся черную землю Илья придумал для "улыбок" еще одно применение — это же идеальный снегоуборщик. Вот бы ими плац чистить, а не лопатами, как он во время курсантской юности. Впрочем, не выйдет. Это же армия. Энергии и расхода ресурса отцы-командиры пожалеют, а проштрафившиеся бойцы или курсанты всегда под рукой. Некоторые вещи не меняются со времен римской империи.

Встав перед закрывавшим вход люком, Илья взял в руки маленькую коробочку рации. В этот раз его коммуникатор или интегрированную в шлем систему связи лучше не использовать. Мало ли, от греха… Предстояло говорить на специальных частотах без шифра. Вообще-то лишняя предосторожность. Но вдруг?

— Готовы? — спросил соратников комбат.

Сфео только молча кивнула головой. Вход под прицелом сразу и рассекателя и улыбки, других выходов не видно, местность разведчицами проверена. Надо спускаться. Внизу начнется самое трудное. Одонат в этот раз нужен живым, а это все значительно усложняет. Но Илья чувствовал себя сильным и отдохнувшим, резервы энергии в виде золотоволосых валькирий есть, Дима тоже способен оказать помощь. Он, конечно, в ментальном плане гораздо слабей Ильи, но все же не полный ноль. Задача нам по плечу. Но сначала формальности.

— Говорит командир совместного батальона Илья, — уверенно произнес парень, активировав прибор. Сейчас его голос должны были слышать в переводе все далззаа в радиусе пары километров. Если они, конечно, есть. — Я вхожу в руины. Из соображений гуманности предлагаю находящимся там бойцам далззаа сдаться немедленно. Это ваш последний шанс на жизнь. Как только я войду внутрь, все далззаа будут мной парализованы и по мере контакта уничтожены на месте. Вы меня знаете. А если не знаете, то просто поверьте. Даю на ответ три минуты. Потом все. Время пошло.

— Ерунда, — не удержалась от комментария Ллейда. — Нет их там. Если кто на Ковчеге и остался, то где-то далеко по щелям прячется.

— Тем не менее, слово должно быть сказано, — покачала головой Сфео. — Нет, так нет. А если есть, то предварительный ультиматум о капитуляции — это правило хорошего тона, которое перекладывает перед светом грех убийства с наших плеч на их собственные.

— Тоже мне, церемонии, — фыркнула ленааа.

Илья просто ждал. Если бы он курил, можно было бы как раз засмолить сигаретку перед операцией. В такие моменты парень всегда остро завидовал курильщикам. У тех чуть-что, — сигарету в зубы, зажигалкой щелк, затянулись, выдохнули, сказали что-нибудь… Вот и сбросили напряжение… А ты стой и жди как дурак. Нету внизу никого.

— Далззаа вызывают Илью, — вдруг громко и отчетливо послышалось из рации. — Командир совместного батальона Илья, ответьте.

Стоявшая рядом Ллайда чуть не подпрыгнула и потянулась к ножу. Ллейда вдруг хищно оскалилась и сделала какой-то жест своим разведчицам. Стоявшие рядом бойцы и так держали вход под прицелом, так что тут ничего не изменилось, разве что их лица стали еще сосредоточеннее.

— Илья слушает, — спокойно бросил в трубку парень.

— Мы сдаемся. Я выхожу, не стреляйте.

— Выходите все с поднятыми руками. Одно лишнее движение и вам конец.

— Ясно.

Люк медленно отошел в сторону и в проеме показалась одинокая фигурка в белом боевом комбинезоне далззаа и с их знаками отличия. Сделала несколько шагов наружу. Только вот… Это была очень странная далззаа. Высокая, плечистая, угловатая. Да какая нафиг далззаа, — понял Илья. — Мужик это. Но как? Мужики же у ленааа и красноглазок не воюют?

— Руки вверх, замереть, — тут же приказала Ллейда. Голос ее прозвучал почему-то растеряно.

— Подожди ты, — поморщился мужик, не обращая внимания на направленные в него стволы. Ну да, хотя лица и не видно, но голос точно мужской. Вооружен, но оружие, по виду какой-то автомат, просто болтается на ремне поперек груди, в руках какая-то пластинка, на бедре типичные для ленааа ножны. Илья понял, что ему происходящее сильно не нравится. Как-то не так все…

— Илья, не надо в меня стрелять и пытаться парализовать. Печально кончится, — продолжил мужик. — У меня разговор есть. На минутку буквально, — сказал он и снял шлем.

Лицо у него было по настоящему мужское. На вид — боец. Черты лица строгие, словно вырубленные топором, взгляд пронзительный, никакой слащавости самцов ленааа нет и в помине. Пожилой, лет пятидесяти или больше если судить навскидку. Вот только короткий ершик волос на голове был отчетливо фиолетового цвета. Все же самец ленааа, ну надо же…

Илья покосился в сторону. Не только он один удивлен. Ллейда смотрит на пришельца словно на ожившее привидение.

— Я из восставших, ты правильно поняла, — кивнул Ллейде мужик, заметив ее взгляд. — Наверное, уже последний живой мастер-нож фиолетовой стаи мужского пола, — со смешком добавил он. — Не дергайтесь, девушки, я успею первым, — продолжил он, посмотрев на Ллайду и Ллейду. — Не с вашей подготовкой со мной тягаться. Илья, собственно, один вопрос, — мужчина перевел взгляд зеленых глаз на парня. — Зачем тебе все эти руины? Кому их отдашь: людям, славям или ленааа?

Илья с ответом не спешил. Где-то он это уже видел. И голос смутно похож, и тон, и выражение лица. Да это же… Лена! Вот так она говорила с ним, когда приняла решение погибнуть на Фортуне. "Кончится", — тогда сказала ему она. "Скоро все кончится". И взгляд такой же отстраненный как у этого мужика. Блин, во что он вляпался?

— Никому, — решился на ответ парень, по принципу "если не знаешь что говорить — говори правду". — Себе заберу, сам править буду.

— Точно? — испытующе посмотрел на него мужчина. — Не врешь?

— Не вру. На Ковчеге должен быть один правитель. Иначе грызня между всеми неизбежна.

Мужик еще раз пристально посмотрел на Илью, словно взвешивая что-то у себя в голове. А потом быстро пробежался пальцами по пластинке, словно вводя некий код, и тут же бросил ее себе под ноги.

— Поздравляю, — сказал он. — Это был правильный ответ. Поэтому мы все будем жить дальше. А я готов сдать вам эти руины.

— Что это было? — Поинтересовался комбат. — Активатор?

— Только сейчас понял? — наконец-то улыбнулся мужик. — Под нами в проходе носимый заряд. Не очень мощный, килотонны так на три. Но этим руинам и твоему батальону бы хватило. Впрочем, можно уже не волноваться, я его только что дезактивировал.

— Вот оно что, — протянул Илья, справившись с оторопью. — Ясно. Тебя зовут-то как?

— В фиолетовой стае меня знают как Сайтора. Не все, конечно, а только те, кому положено.

— А ты случайно не родственник…

— Лене? — Улыбка мужика стала еще шире. — Я ее отец, Илья. А ты догадливый. Хотя и глупый… Уж извини за правду.

— Илья, ему доверять никак нельзя, — злобно бухтела Ллейда. — Это изменник стае. Он нас всех подставит или убьет.

— Ты лично его обыскала и отобрала все оружие, — заметил Илья. — Мы надели на него наручники. Бомба действительно лежала в проходе. Ллейда не сходи с ума, ситуация под контролем.

— Это все уловки! Его надо связать по рукам и ногам. Илья, это же бывший инструктор мастер-ножей, боец опытный и матерый. Ты не представляешь всех его возможностей! Ему терять нечего, прощения такие не получают…

— Ллейда, решать буду я.

— Вообще-то она права, — согласился новоиспеченный Илюшин тесть. — Только сейчас я на вашей стороне.

— Кстати почему? Перед тем как пойти дальше вниз, я хотел бы узнать кто ты такой поподробнее. И почему ты нам сдался и помогаешь. Имей в виду, я действительно могу тебя парализовать и заставить выполнить любой приказ, — сказал Илья.

— Ладно, — вздохнул мужик. — Только пугать меня не надо, отбоялся давно… Но действительно, объясниться необходимо, хотя бы вкратце. И начать следует с самого начала.

— Началось все чуть больше двадцати лет назад, во время восстания. Тогда мужчины в стае еще могли выбирать свою судьбу, а не только работать производителями. Пусть с оговорками, но могли. Хотя уже всем было ясно, что это ненадолго. Дело шло к войне, права рядовых членов стаи сворачивались, экономика ленааа переходила на военные рельсы.

— И ты предал родную стаю…, - снова влезла с замечаниями Ллейда.

— Утихни мастер-ножик, — отмахнулся от нее мужик. — Илья, я не знаю, что тебе рассказывали ленааа, но тогда все выглядело вовсе не так однозначно. Такого количества пролитой крови и ненависти между ленааа и далззаа, как сейчас, не было. Я был молод и многого не понимал. Мы, те из мужчин фиолетовой стаи кто хотел быть не только племенной зверушкой, видели к чему все идет. Далззаа говорили нам, что хотят только мира и соблюдения всеобщих прав. Они говорили, что принесут нам демократию и свободу, что их не интересует власть и наши ресурсы. Они говорили, что не хотят войны. Это с одной стороны. А с другой стороны — была самая настоящая тирания вожатой и полностью подконтрольного ей совета стаи, которые уже тогда превращали мужчин в то…во что превратили. Кто же мог подумать, чем все кончится, нам просто хотелось больше свободы… В общем, мы совершили ошибку. Да что там ошибку, — махнул рукой Сайтор, — совершили предательство, она права. И особая вина, безусловно, лежит на мне — я был военным в стае, одним из очень немногих мужчин-бойцов. И я ее предал вместе с другими. А потом пути назад уже не было.

— Далззаа устроили резню, — мрачно заметила Ллейда.

— Да! Причем я, в отличие от тебя, видел ее своими глазами! — Зло крикнул мужик. — Даже пытался остановить… Мы не хотели этого, мы просто хотели выбирать себе судьбу. Я пытался остановить убийства гражданских, но меня никто не слушал, бойня вспыхнула с обеих сторон мгновенно. А потом я струсил и когда ленааа выбили врага из материнских пещер стаи, я эвакуировался вместе с остатками войск далззаа. Прощения мне все равно не было.

— И не будет никогда, — тут уже добавила свой комментарий Ллайда.

— А я его и не прошу, — ровным голосом сказал Сайтор. — Просто объясняю, как все произошло. Так вот, для далззаа я был ценен вдвойне — и как мастер-нож высокой категории и как мужчина. Они мне некоторым образом доверяли, считая что я навсегда повязан с ними кровью и предательством. Я тренировал их спецназ, давал консультации. Постепенно получил доступ к секретной информации.

— Не надо вранья, — прервал его Илья. — Чтобы простого инструктора и предателя своего народа допустили к важной информации? Не верю. Тебя наверняка проверяли по пять раз на дню…

— Илья, ну ты же был в стае, — покачал головой мужик. — Примерно понимаешь расклады…В конце-концов ты муж Слави, которая вообще матриарх своего народа. Через какой предмет спальной мебели ты занял свое высокое положение?

— Ты на что намекаешь? — начал злиться парень.

— Ни на что не намекаю. Прямо говорю, что я спал с далззаа. В том числе и с высокопоставленными достигшими. Я имел очень влиятельных покровительниц и доступ к их личным и служебным данным. Так понятно?

— Понятно…

— Тогда продолжу. Пользуясь своим положением, я сумел выяснить судьбу двух своих дочерей.

— Одна из которых погибла при бомбежке далззаа детской пещеры, — заметил Илья. — А вторую звали Лена. Чуть ли не лучший мастер-нож стаи и замечательный рейд-командир.

— Именно так, — подтвердил мужик. — Лена стала известна у далззаа, они стали изучать ее биографию. Тогда-то я и понял что это моя дочь, слишком много деталей совпало. Вот я и решил помочь ей, а заодно и искупить свою вину перед стаей. Хоть немного. Вот тут и появляется на свет агент фиолетовой стаи под псевдонимом Сайтор.

— Что-то я такое слышала…как-то Лена упоминала о рейде на Тхорал…, - нахмурилась Ллейда.

— Я же слил о комбинате всю информацию стае, — пожал плечами мужик. — Системы охраны и безопасности, посты охраны, логистику, технологические схемы — все. Поэтому рейд Лены оказался столь удачен. Да что там Тхорал… Я много важной информации передал стае. Красноглазки не глупы. Но заносчивы и мыслят довольно шаблонно. Мне удавалось не попадаться. Дошло до того, что сама вожатая ленааа за мои заслуги предлагала мне в случае проблем эвакуацию и защиту стаи. Хотя она думала, что я высокопоставленная далззаа, по каким-то вывертам психики предающая своих. Но сам факт — ленааа предлагали мне защиту, думая что я далззаа. Это дорогого стоит.

— Ладно, Штирлиц, ближе к делу, — прервал его Илья, вспомнив мифического русского разведчика прошлого. — Как ты оказался здесь и сейчас?

— Попал в экспедицию по собственному желанию, воспользовавшись связями. На Ковчеге должна быть Лена, да и не только из-за этого… А дальше Илья, ты начал подчинять руины и убивать Одонатов. На которых вообще-то очень рассчитывают в своих планах Далззаа. Илья, я не знаю, кто и где тебя учил так воевать, но действовал ты настолько глупо и по идиотски, насколько это вообще возможно. Ладно, взял первые руины. Потом вторые, тем же шаблонным методом. Куда ты сунешься в третий раз, просчитать было легче легкого. Там тебя ждала засада, у которой все получилось. Но ты выкрутился каким-то чудом, а мы потеряли корабль.

— Есть еще один? — быстро спросил Илья.

— Есть, последний. — Не отвлекайся, а то мы никак не закончим, — нетерпеливо сказал Сайтор.

— Итак, что мы видим дальше? По данным нашей разведки ты то ли ругаешься с начальством и тебя выгоняют, то ли вы затеваете некую спецоперацию. Неважно, главное ты с батальоном едешь в деревню, в которой почему-то сидишь безвылазно три недели. А рядом с деревней есть руины, вот эти самые. Далззаа на Ковчеге ты разозлил настолько, что они хотят без затей тебя убить. Но деревня охраняется вашими патрулями, твердой гарантии твоего уничтожения атакой с воздуха нет, риск демаскировки нашего убежища при такой попытке огромен. У далззаа на Ковчеге осталось совсем немного бойцов и ресурсов, Илья. Дальше примитивно, — я иду с анализом твоих действий к командиру экспедиции и говорю — с вероятностью в девяносто пять процентов этот тип рано или поздно полезет в руины рядом с Норчолом. Дайте мне один хороший заряд и двух помощниц и я взорву его вместе с батальоном когда Илья туда припрется. Все просто как мычание. Что характерно, план сработал на сто процентов. Ты был даже столь любезен, что по радиосвязи предупредил своим "ультиматумом далззаа" — вот он я, пришел. Взрывайте меня. Если бы вместо меня был кто-то еще, все этим бы и кончилось. Нажали бы на кнопочку и привет… Я тоже так и сделал бы, если бы ты ответил мне неверно. Правда, при этом умер сам, но тут уж…я давно не боюсь смерти и не очень-то хочу жить. Илья, как ты-то еще живой-то, вот что меня удивляет…

— Два вопроса, — снова прервал его Илья. — Как вы договорились с Одонатами? И зачем тебе я нужен в качестве правителя Ковчега?

— Про Одонатов ты скоро все увидишь сам, — сказал Сайтор. — А нужен ты мне потому, что я хочу помочь стае выполнить свой долг на Ковчеге. Но возможно это лишь с единым правителем, который установит свою власть на этой планете для всех рас. Если это сделаешь ты — я не возражаю, ты не самая плохая кандидатура, лишь бы слушался умных советников. Но отдать секрет руин какой-то одной из трех сторон союза, пусть даже ленааа — означает продолжить старую войну и породить новую, где все будут воевать со всеми. Так уже было на Ковчеге. Поэтому я и решил рискнуть и встретиться с тобой лично. Пойдем вниз, все готово. Я покажу тебе кое-что…

Вниз спускались всем отделением. Ллейда не доверяла Сайтору ни на йоту и шла на несколько шагов позади, с автоматом на изготовку, готовая в любой момент открыть огонь. Ее палец прочно лежал на спусковом крючке, чуть утопи его и готово. Даже Илья немного занервничал.

— Ты так его случайно грохнешь, — сделал он замечание девушке. — Лучше бы клинок взяла.

— Дурных нет. С ножом против инструктора шансов меньше чем с автоматом, откровенно сказала девушка.

— Ты же мастер-нож. А он в наручниках и без ножа.

— Илья, риск все равно запредельный. Я его боюсь и мне не стыдно в этом признаться.

— Все равно легче Ллейда. Мои симпантки его успеют пристрелить, или я парализую. Спокойней, давай без нервов.

— Мало ли что? — с сомнением покачала головой ленааа. — Все может быть. Например, за следующим поворотом нас атакуют его помощницы вместе с одонатом. — Где они кстати?

— Я их отпустил, — тут же ответил Сайтор, с интересом прислушивающийся к их диалогу. — Заряд они доставили, пусть уходят. Я сказал своим далззаа, что должен точно убедится, что ты, Илья, на месте и только потом ликвидировать ваш батальон. С моей подготовкой я все успею сделать как следует и уйду перед самым взрывом. А им пора на базу, чтобы не погибнуть по глупости.

— Ты отпустил далззаа! — обвиняющим тоном тут же сказала Ллейда. — Все слышали?

— Я сам частично далззаа, ты забыла? — Устало сказал мужик. — И я не знал, чем дело кончится. Зачем тебе эти две девчонки мастер-ножик? Молодые, здоровые, крови ленааа на них нет. Я сам их тренировал, можно сказать, они мои воспитанницы… Пусть живут, мне их жалко.

— Жалость тут неуместна. На свободе они будут угрозой для всех, — возразила Ллейда. — Ты должен был их обезоружить и связать. Сдавшихся далззаа мы не убиваем, а используем на пользу стае после допроса и приведения к покорности, чтобы ты знал.

— Догадываюсь я как вы их зачастую используете…точнее частично…частями после операционной. Лучше сразу пуля.

— Вранье и военная пропаганда, — твердо сказала Ллейда. — Мы, в отличие от далззаа, не звери и моральный закон не преступаем. Не совершившие военных преступлений пленные искупают вину работой, только и всего.

— Да, безусловно, все так и есть — раздраженно повел плечом мужик. — Гуманное отношение вожатой к пленным широко известно, только вот почему-то редко кто сдается. А тех кто сдался, как-то больше не видно, за исключением нескольких штатных агитаторш, которые рассказывают что в плену с ними обращаются хорошо. Всем все понятно, дураков, как ты сама заметила, нет, Ллейда. Не будем об этом, у нас…то есть у далззаа, тоже рыльце в пушку. Вам и меня хватит, а девчонки пусть уходят, вот и весь сказ. Илья, уровнем ниже одонат. Не пальните, она сейчас безобидная.

Одонат одиноко стояла в "приборном" зале посередине помещения. Синяя, высокая, худая. Давно не стираный свободный комбинезон болтается на костлявой фигуре как тряпка, длинные руки безвольно опущены вниз, каштановые волосы грязные. Не похоже на грозного повелителя подземелий. Инопланетянка мазнула взглядом по пришельцам, не особенно и заинтересовавшись ими и, остановив свой взгляд на Сайторе, тихо сказала ему короткую фразу из трех отрывистых звуков, которую автопереводчик Ильи никак не прокомментировал. Мужик ответил. Илья уловил в ментальном поле след мысли-эмоции, похоже, просьбы.

Сайтор подошел к женщине и, достав из кармана, протянул ей два белых кубика, первый из которых та тут же отправила в рот. На изможденном, с глубокими тенями под глазами лице, появилась слабая улыбка.

— Как это? — Удивился Илья. — Что вы с ней сделали?

— Ничего хорошего, — покачал головой Сайтор. — Но тут уж как получилось. Нам нужны были покорные одонаты в самые сжатые сроки, поэтому пришлось действовать по-варварски.

— Наркотики? — спросила Сфео.

— Для них да. Для нас — это простой сахар с кое-какими специальными добавочками. Но действует он на одонатов безотказно.

— Рассказывай, — скомандовал Илья.

— Мы прибыли на Ковчеге раньше, чем вы Илья, — продолжил свою историю Сайтор. — Но командованию экспедиции далззаа было ясно, что появление союза трех рас в силах тяжких лишь вопрос времени. Поэтому доставшуюся нам фору во времени мы потратили на создание замаскированных убежищ и исследования руин, а не на строительство базы и инфраструктуры. Да у нас и ресурсов было меньше чем у вас.

— Это понятно, — перебил его Илья. — Так что с одонатами?

— Не торопись, — улыбнулся мужик. — Я расскажу все, но начинать надо с начала. Первые руины пытался исследовать отряд стремящейся Ар Найдль. Кончилось плохо. Странный ступор у бойцов, атака пауками, все десантницы кроме одной, сумевшей убежать в лес, погибли. У вас так же начиналось?

— Отчасти да, — уклончиво ответил Илья.

— Так же, не отпирайся, — кивнул мужик. — Я знаю про ваши неудачи с первыми высадками к руинам. Только у трех рас нашелся универсальный взламыватель руин — ты Илья. Раз и готово. А у нас нет. Поэтому разбираться с проблемой поручили мне, и я ее решил.

— Придумал хитрый план? — Поинтересовалась Сфео. — Интересно какой? — Заместитель комбата, тоже держала Сайтора под прицелом импульсника, в то время как Стао и Скада целились в одоната. Бдительность на высоте, хотя Илья считал, что это уже лишнее. Сайтор явно ничего не замышлял. Одонат присела на пол с глупой улыбкой и медленно рассасывала второй кубик сахара. Судя по всему ей было хорошо и внешний мир ее сейчас интересовал мало.

— Ничего хитрого, просто системная работа, — продолжил мужчина. — После допроса выжившей десантницы я понял, что внутри есть кто-то, кто отдает приказы, парализуя бойцов. Оценил потенциал ментальной атаки, если ее направить против врага и решил, что игра стоит свеч. Значит, подумал я, существо внизу нужно взять живим. А дальше идет решение классической охотничьей задачи — как выкурить лису из норы. Не самую умную лису, что облегчает задачу, — кивнул в такт своим мыслям Сайтор.

— Сначала мы обстреляли руины. С расстояния в несколько сот метров, слабыми зарядами. Надо было разозлить хозяина. Без толку, пауки не напали, видимо хозяин руин догадывался, чего от него ждут. Тогда я направил саперного робота со взрывчаткой ко входу и взорвал закрывающую его плиту. Тут уж одонат не выдержал и приказал своим подопечным разобраться с теми, кто ломиться в его жилище. Паучки нашли нас в километре от входа и были уничтожены все до единого. Без ментальной поддержки все эти биороботы ничего не стоят, — резюмировал Сайтор. — Разве что против лисьеухих. — Илья был с ним вполне согласен и утвердительно кивнул головой.

— Когда с защитниками пещеры мы покончили, другой робот доставил ко входу в руины емкость с раздражающим газом. Универсальная штучка, раздражающая доза отличается от смертельной на два порядка, можно не бояться переборщить. Передовая разработка наших ученых для выкуривания ленааа из их пещер, да… И запустил газ из нее внутрь. Ничего не случилось. Тогда опустошили еще одну емкость. Система вентиляции в руинах неплохая, но перегрузить ее нам удалось. Одонат выскочил наружу, как и ожидалось. Правда, через другой выход, но мы его там ждали, приблизительная карта подземелья имелась, мы сканировали пустоты перед операцией.

Затем мы расстреляли одоната шок-капсулами и унесли, пока он был без сознания, подальше от его руин. Уже тогда я полагал, что без них его сила ментального воздействия упадет. Иначе, он бы не сидел там до последнего, а пошел бы в атаку со своими пауками. И я снова оказался прав.

— В принципе, мне уже все понятно, — задумчиво сказал Илья. — Допрос, составление разговорника, склонение к сотрудничеству.

— Если бы…, - скривил губы Сайтор. — Одонаты оказались глупы, Илья. Умнее обезьяны, конечно. У них даже есть речь примерно из шести сотен звуков и слов. Но до полноценного разумного они не дотягивают. Контакт мы с ними установили, но вот склонить к сотрудничеству… В целом, да. Объяснить, чего от него хотят, одонату можно. Но рядом с ним надо стоять и командовать. Полезным открытием оказался сахар с теосульфином — за его кусочек одонат будет прыгать перед тобой на задних лапках. Но это не сотрудничество, это дрессура, причем работать приходится с каждым одонатом по отдельности. Что еще хуже — теосульфин позволяет контролировать одонатов, они к нему привыкают мгновенно. Несколько кусочков — и он пойдет на все, чтобы получить еще дозу. Атакует кого прикажут, покинет руины… Но проживет такой прирученный одонат после приема наркотика недолго, с полгода максимум. Ему уже просто ничего больше становится не нужно.

— Ясно… Но их ментальные команды? — удивился Илья. — Они довольно сложные, хотя и отрывистые. И эмоциональный спектр у них богатый. Я же на себе все прочувствовал… К тому же они управляют своими заводами.

— Тебе виднее, что там творится в ментале, — развел руками Сайтор. — Только, видишь ли… Одонаты — это не продукт эволюции. Это продукт деградации. Деградации из полноценного разумного существа, в отверженного хозяина пещеры. Что-то у них осталось от человека в большей мере, что-то в меньшей. Мы нашли кое-что, интересное. Пошли вниз.

— Некуда вниз, — ответил комбат. — Насколько я знаю, слева помещение управления, в котором одонат живет и взаимодействует с комплексом руин, по сторонам комнаты-склады или что-то вроде того. Еще есть помещения для биороботов и технические помещения. Внизу сам автоматизированный завод. Или я не прав?

— Не совсем. Вот к заводу мы и спустимся. Ты, Илья, так толком и не обследовал руины. А у меня было на это предостаточно времени. Давай за мной.

Они прошли в комнату управления, в подобной которой Илья устанавливал ментальный контакт с заводом для себя, Сфео и Ллейды и оказались перед большой неровной дырой в стене. Вниз, в еще одно помещение под ними, уводили металлические ступеньки, подсвеченные изнутри чуть мерцающим голубоватым светом. Илья почувствовал себя так, как будто он спускается в деревенский погреб. Только погреб этот был размером со спортивный зал для волейбола. Помещение было совершенно пустым. Только серые стены, серый пол и странный голубой свет, поднимающийся из середины зала.

— Вход был замурован, — прокомментировал Сайтор. — Я обнаружил пустоту и разбил стенку. Потом спустился внутрь. И вот тут-то нашел кое-что интересное. Смотри.

Посередине зала был круглый бассейн, метров трех в диаметре, накрытый крышкой из прозрачного твердого материала. В нем виднелась светящаяся голубым светом, вязкая на вид непрозрачная жидкость. Илья наклонился над бассейном и почувствовал знакомое ощущение свежести и прилива сил, как будто с ним только что поделилась своей энергией одна из славь, а по ровной поверхности жидкости пробежала крохотная волна. И еще у него появилось ощущение, словно он настроился на некую волну или поймал попутный ветер…трудно объяснить.

— Что это?

— Толком не знаю. Одонаты называют это словом "Эйдос", — сказал Сайтор. — И это вещество, по всей видимости, сердце руин и ключ к их способностям. Без эйдоса они ничто. Поэтому-то они и не любят покидать свои руины. Но эйдосом могут управлять только менталы. Ты можешь?

Илья прислушался к своим ощущениям. Кажется да. Есть какой-то отклик.

— Думаю, что я смогу с этим разобраться, — твердо сказал он. — Так вот почему ты хотел отдать мне власть над Ковчегом?

— Не только. Но и поэтому тоже. Одонаты по большому счету бесполезны, — сказал Сайтор. — Я нашел кое-какие материалы в той, первой, пещере. Поглупевшим хозяевам они были уже давно не нужны… Древние артефакты, но вполне понятные — сломанная сложная техника неясного предназначения, информационные носители. Кое-что у меня в голове начало складываться, но картинка еще не целая. Когда-то это была космическая гуманоидная цивилизация Илья. Как мы, как вы или слави. Они нашли Ковчег, обнаружили эйдос и…

— Не так, — улыбнулся Илья. — Не они нашли, а их привели. Смотрящие же.

— Что?

— Я один что-ли понял? — продолжал улыбаться парень. — И одонаты и лисьеухие — это бывшие космические цивилизации. Деградировавшие до нынешнего состояния.

— Возможно, — нахмурился Сайтор. — Я видел кое-что… похожее. Звездолеты, машины, людей с ушками, возможно предков лисьеухих, просто выглядевших немного по-другому… На тех изображениях, что мне удалось реконструировать из найденных носителей информации, они выглядели не совсем так, как сейчас. Но там еще полно работы, у одонатов был странный способ хранения информации — запись лазером кода в кварцевой пластинке по пяти параметрам. Что-то нашими компьютерами декодируется, а что-то нет, там далеко не все понятно. Так ты думаешь…?

— Ну, конечно, народ, — Илья обвел взглядом стоявших вокруг него соратников и Сайтора. — Чем, по-вашему, была Фортуна? Неужели нет догадок? Все ведь на поверхности.

— Местом встречи? — неуверенно сказала Сфео.

— Не встречи, а свидания. Когда родители сговорились поженить своих деток, они устраивают им свидание. И делают все для того чтобы познакомившиеся мальчик с девочкой подружились и понравились друг другу. Так сделали и для нас. Испытания, такие, что можно пройти только через сотрудничество, общий приз, который придется делить на всех и даже общий враг. Все было сделано смотрящими для того, чтобы союз состоялся.

— Но сходятся двое, — заметила Сфео. — А нас трое.

— Ленааа люди, — пожал плечами Илья. — В них течет наша кровь, проверено Леной. Так что можно считать, что рас две. Люди и Слави. Как там говорилось — у вас товар, у нас купец…

— Что значит проверено Леной? — тут же переспросил Сайтор.

— Не может быть, — отозвался Дима. — Илья, нам же говорили, что Ковчег смотрящими предоставляется как бы в кредит, за него еще платить целым поколениям колонистов.

— Довелось мне на Фортуне переливать свою кровь твоей любимой дочке, — улыбнулся Илья Сайтору. — Очень ей подраться с далззаа захотелось, вот и результат. Знаешь, Сайтор, мы вообще-то некоторым образом родственнички. Имей в виду, на будущее, а то оставишь ненароком внучку без отца.

— Что? Илья как это? — первой пришла в себя Сфео. — А Славя?

Несколько пар обалделых глаз уставились на Илью.

— Со Славей тоже в этом плане все хорошо, не беспокойся, — выдавил из себя Илья, глядя Сфео в глаза. — Понимаешь, жизнь такая сложная штука…все как-то само-собой получается… В общем, все равно бы вы все скоро узнали. Славя в курсе…всего. Кроме того, я думаю всем девушкам в батальоне пора сделать тесты на беременность и вообще…надо начинать жить по-новому. Сразу скажу, на базе уже есть еще беременные от людей слави, а дети — это серьезно. Давайте пока сменим тему, — махнул рукой парень, видя, что окончательного понимания ситуации во взглядах соратников пока не прибавилось. — Отвечу сначала на вопрос Димы. Дим, я вот что скажу…

Но договорить он не успел. Потому что его речь прервал громким смехом Сайтор. Хохотал он весело и от души.

— Ну Ленка, ну дает, — сказал он после первого приступа хохота. — Ну блин, дочка…У самого матриарха позаимствовала мужа и единственного на три расы полноценного ментала! Нам кто попало в доноры спермы не нужен, пользуемся только первым сортом. Моя кровь, моя доча, на мелочи не разменивается! Ну что же будем знакомы, родственничек… Хлипкий только ты какой-то, Илюша, — еще раз хохотнул Сайтор. — Ничего, раз на главное мужское дело ты способен, возьмут тебя в стаю, запишут в реестр и откормят как следует, они умеют.

— Прекратить ржать! — ударил тестя ментальной командой Илья. Злость и близкий эйдос придавали сил. — Смирно! Дышать запрещаю!

Смех оборвался мгновенно. Сайтор превратился в каменную статую с бледным перекошенным лицом.

— Ты мне хоть и тесть, а веди себя прилично, — сказал Илья, глядя ему прямо в глаза. — Я тут главный папа понял? Меня все так и называют — батька Илья. Если понял, разрешаю моргнуть.

Сайтор моргнул.

— Вот и славно. Можешь дышать, — отдал приказ Илья. — Вольно, — снял ментальное воздействие парень.

— Все понял, Илья — Сайтор к удивлению Ильи выглядел ошарашенным, но совершенно не обиженным. — Я же говорю — молодец Ленка. Все, все я спокоен, не лезь больше мне в мозги. Слушай Илья, это было сильно. Я же на полном серьезе вдохнуть не мог… Не малейшего следа улыбки на лице Сайтора не осталось.

— Проверить меня хотел? — Спросил его Илья. — Интересно было посмотреть реакцию?

— Да.

— Проверил?

— Я же говорю, вопрос исчерпан.

— Вот и хорошо, — кивнул головой комбат. — Забыли.

— Илья прав, — как ни в чем не бывало продолжил Сайтор. — Отвечая на твой вопрос…Дима кажется? Так вот, какие кредиты, какие ресурсы? То, что может дать наша промышленность смотрящим не надо. Наша техника им не нужна так же, как не нужна людям в уплату за услугу дань от дикарей каменными топорами. Ресурсы они себе тоже достанут, с их-то возможностями… Сказки это все. А вот в гипотезе Ильи есть смысл. У смотрящих свои резоны. Но не могли же они прямо сказать — здравствуйте люди, это слави. Здравствуйте слави — это люди. Вот вам еще ленааа. Женитесь, плодитесь и размножайтесь. Нет, так каши не сваришь. Разные уклады, обычаи, менталитет. Да и кому из наших рас все это по большому счету нужно? То есть надавить-то они могли, но, видимо, не захотели. То ли из деликатности, то ли еще почему-то… Так если Фортуна была местом свидания, то Ковчег это грот любви?

— Вот даже не знаю, как это назвать, — замялся Илья. — Нет, тут не только грот любви. Скорее Ковчег это свадебный подарок молодым. Дорогой, между прочим, подарок — считайте нашей молодой семье благоустроенную квартиру опекуны к свадьбе подогнали. И записали как общую собственность. И эйдос — это ведь тоже подарок. С помощью него мы можем стать менталами. Из-за него на Ковчеге от рас с разных планет рождаются общие дети, мне кажется это очевидно. На него же завязаны заводы одонатов. Вроде как мозаика потихоньку складывается, — задумчиво протянул Илья.

— Интересно будет посмотреть на наших детей, — мечтательно сказала Стао, покосившись на Диму. — Может быть, мы станем родителями новой расы?

— Возможно, — согласился Илья. — Мы же не знаем откуда берутся смотрящие и зачем они это все затеяли…Но речь не об этом. Что же случилось с одонатами и лисьеухими? Почему они деградировали и смотрящие от них отвернулись, назвав не нужными?

— Поссорились? — предположила Скада. — Отказались от создания новой "семьи"?

— Вполне возможно, — серьёзно сказал Илья. — Вариант рабочий, хотя мы можем лишь строить гипотезы. Но все равно — позволить окончательно разругаться нашим цивилизациям на Ковчеге мы не можем. Придется нам всех мирить, и если придется — силой. А то лишат, блин, наследства, а оно нам надо?

Глава 13

— Лунтик? Фунтик? Да где вы твари пятачковые? — Заозирался по сторонам Илья, выйдя во двор и поеживаясь от вечернего морозца. Куда сбежали, хрюшки?

Тишина была ему ответом. Только цепочка продавленных копытцами следов вела через заснеженный огород куда-то в сторону дальнего забора и старых сараев.

— Ну хоть хрюкните что-нибудь! — Снова закричал комбат. — Тьфу, блин.

Снова тишина. В лунном сиянии снег серебрится…

Ловлей свиней Илья ни за что не стал бы заниматься, не по чину ему. Но тут все одно к одному совпало. Лода и Карри отпросились за дровами вместе с Димой, его симпантками и Стао. Они друг друга с детства знают, симпанткам посплетничать охота, а у парня и слави свои резоны… Ллайда и Максим, надев тулупы и захватив с собой большой спальник, свалили в свое законное личное время "подышать свежим воздухом и полюбоваться звездами", куда-то в район околицы, где с осени оставались неубранными шикарные стога с сеном. Надо полагать оттуда звезды лучше видно. Ллейда вместе со Сфео отправились проверять расположение батальона, доглядывать за бойцами и хозяйством. Короче, все устраивали свою личную жизнь как умели, поэтому когда в горницу ворвалась взволнованная Скада и сходу затараторила про то, что Лунтя и Фунтя расшатали своими пятачками дверь свинарника и сорвали ее с крючка, получив долгожданную свободу, кроме Ильи на отлов домашней живности идти оказалось некому. Нет, можно, конечно, Скаду заставить этим заниматься, но Илья же джентльмен и ментал…

— Лунтик, цыпочка моя, иди сюда, — отдал мысленный приказ комбат.

Бесполезно. Видимо домашняя живность слишком глупа для таких команд или еще какие проблемы… Не сработало. Попробовать парализовать? А потом искать тушку и волочь центнер веса за ноги до свинарника? Нет, есть идея получше… Не зря же у него теперь есть тесть.

— Сайтор? — достал коммуникатор Илья. — Подойди к нам во двор, дело есть. Какое? Да, понимаешь, у Скады свинки сбежали, поймать надо. Ага, жду. Только веревку какую-нибудь с собой прихвати.

Мастер-нож появился буквально через пару минут. Бросил короткий взгляд на следы и тенью метнулся к дальнему сараю. А через секунду из-за него донеслось яростное хрюканье и возмущенный визг.

— Что делаешь, дорогой? — кто-то нежно шепнул Илье прямо на ушко. Парень аж вздрогнул, до того это было неожиданно. Впрочем, с Лены станется… С Лены? Ну да, она самая, подкралась незаметно.

— Нельзя так людей пугать, — сердито сказал Илья. — Не видишь, я с твоим папашей свиней ловлю.

— С чьим папашей? — глаза у Лены стали большими и круглыми.

— С твоим доча. — Сайтор как призрак материализовался из темноты и положил Лене руку на плечо. И когда успел, он же секунду назад был за сараем?

Лена подобного панибратства от незнакомца терпеть явно не собиралась. Мгновение и она резко ушла вниз, под руку Сайтора, одновременно пытаясь сделать подсечку. Но не того напала… В следующие несколько секунд Илья мог разобрать лишь мелькания рук и ног сошедшихся в поединке мастер-ножей. Все происходило так быстро, что деталей было не разглядеть. И закончилось тоже быстро. Лена лежала в снегу, а ей в спину упирался коленом Сайтор, взяв руку дочки на болевой прием.

— Отпусти ее! Немедленно! — Так, а это уже кричит Славя, целясь от распахнутой калитки в Сайтора из импульсника. Вся семья в сборе, кажется пора вмешаться.

— Всем замереть на месте! — Отдал ментальную команду Илья. — Теперь Лена встань, Славя убери оружие, успокоитесь! — Голосом продолжил комбат, снимая потихоньку воздействие, следя чтобы никто не наделал глупостей. — Тут все свои. Идите пока в дом девушки, мы кабанчиков с Сайтором доловим и я вас с ним познакомлю.

Через четверть часа Лунтик и Фунтик оказались водворены в загон, и все четверо родственников собрались в горнице. На накрытом скатертью столе дымился разлитый по чашкам ароматный чай с травами, стояло блюдце со свежевыпеченными булочками и баранками, алело в плошке домашнее ягодное варенье. Накрывшая стол для чаепития Скада гремела посудой за стенкой, готовя ужин, а собравшиеся молча меряли друг друга взглядами. Разговор поначалу не клеился.

— Вы как здесь оказались так незаметно? — начал Илья. — Славя, я послал тебе сообщение с описанием того, что я нашел в руинах и просьбой поговорить, но я никак не думал, что вы вот так запросто заявитесь вдвоем с Леной прямо ко мне во двор.

— А ты не рад? — Слегка нахмурилась Славя.

— Я то рад, даже очень. И разговор нужен. Но у нас же патрули вокруг деревни и датчики всякие. Неужели мои так плохо несут службу?

— Если ты об этом, то не беспокойся, дорогой. Мы с Леной попросили Сфео и Ллейду провести нас мимо постов. Чем меньше народа знает об этой встрече, тем лучше.

— Но ведь связь с тобой в батальоне есть только у меня? А, понятно, — пожал плечами Илья. — О чем это я? Все как всегда за моей спиной…

— Зря ты так, — серьезно сказала Славя. — Никто в обход тебя разговоров не вел. Мы с Леной высадились в паре километров отсюда с аэробота. А уж затем я вызвала коммуникатор Сфео, используя направленную связь и доступ высшего приоритета. Я же все-таки матриарх. Но даже мне было очень трудно убедить ее не оповещать тебя о нашем появлении немедленно, пришлось ссылаться на секретность, теоретическую возможность прослушки твоего коммуникатора Тихоновым и давить авторитетом вовсю. У тебя хорошие подчиненные Илья.

— Понятно, — кивнул комбат. — Хорошо если так. Тогда давайте перейдем к делу. Почему я хочу взять власть на Ковчеге, и зачем я это собираюсь сделать вы знаете. Разговор о нашем будущем перед моим изгнанием у нас был. Лена, я думаю, тоже в курсе, раз уж она здесь. Пора расставить все точки и согласовать наши действия. Итак, Славя, ты меня поддержишь?

— Да. — Коротко кивнула Славя. — Я согласна с твоей теорией большой семьи на Ковчеге из наших народов и готова передать тебе верховную власть. Но только на поверхности Ковчега, только лично тебе и только до тех пор, пока наша дочь не достигнет совершеннолетия.

— Круто ставишь условия, — покачал головой Илья.

Славя сделала большой глоток чая из кружки и пристально посмотрела на парня.

— Илюша, это политика, — задумчиво сказала она. — А политика — дело серьезное. Я люблю Илюшу, моего мужа и отца моей дочери, ты всегда можешь рассчитывать на то, что я тебя спасу, помогу, дам тебе приют, не оставлю одного и пригрею рядом с собой. Но это я говорю своему мальчику Илюше. А с политиком Анечкиным Ильей Сергеевичем, патриархом Ковчега, у меня будет совершенно другой разговор, деловой. Не надо смешивать эти вещи Илья. Вообще не мужское это дело — лезть во власть. Свои условия я менять не стану. Но играть обещаю честно.

— Хорошо. Лена, а что скажешь ты? — Илья перевел взгляд на Лену.

Девушка задумчиво куснула булочку и медленно прожевав кусочек, положила ее на стол.

— Да… Пожалуй, да.

— Так, а вот тут давай поподробней, — влез в разговор Сайтор. — Лена, в данном случае я на стороне Ильи, но я не понимаю твоих мотивов. Почему ты сдаешь делегированную тебе вожатой власть над ленааа землянину? Не мне говорить о предательстве стаи, но это…

— Я все еще не могу поверить, что ты мой отец, — начала издалека Лена глядя Сайтору прямо в глаза. Илья поразился, до чего они в этот момент похожи друг на друга, отец и дочь. — Ты…предатель стаи, мой отец и одновременно позывной "Сайтор", лучший агент стаи у далззаа и мой покровитель в рейдах…ладно, сейчас не вечер воспоминаний. Я отвечу тебе…папа. Ты слишком долго жил у далззаа. Они цепляются за власть до последнего. Мы — нет. Интересы стаи выше власти. Стае нужны сильные мужчины, а у русских много сильных мужчин. Стае нужно развитие и плотный союз с людьми и славями обеспечит это развитие. Стае нужны покровители и мир, мы навоевались досыта. Все это мы получим на Ковчеге.

— Лена, ты говоришь об интересах стаи, но если все произойдет как задумывается, то стаи просто не будет, — развел руками Сайтор. — Она ассимилируется, ленааа Ковчега растворяться между людьми и славями. Я лично не против такого исхода, по своим причинам. Но ты? Ты хочешь распада стаи?

— Может так и будет, — подумав, кивнула Лена. — А может и нет. Как знать, может из всего этого получиться новая, более сильная и могущественная стая. Вот она, — Лена невежливо указала пальцем на Славю, — она думает, что сдаст сейчас власть над славями Ковчега Илье. Временно. Зато потом ее дочка получит все и станет матриархом всех трех объединенных цивилизаций, в которой первую скрипку будут играть слави. Тактический ход, пожертвовать малым, чтобы получить все.

— Что ты такое несешь, подруга? — Ледяным тоном спросила Славя.

— А то нет? Можешь поклясться светом и косой, что ни о чем таком даже не думала?

Славя лишь передернула плечами и молча стала мешать ложечкой для варенья чай в кружке.

— Вот и я о том же. У меня тоже будет дочка…и тоже будут условия. Сайтор, я знаю почему я поддерживаю Илью и что я скажу вожатой, не беспокойся.

— Все это здорово, но с чего вы взяли, что у вас будут дочки? Может, будут мальчики? — Весело спросил Илья, чтобы разрядить немного обстановку. Но добился обратного. Взглядами, которыми его наградили Лена со Славей, можно было сваи забивать.

— А если у меня родится мальчик, — медленно сказала Лена. — Если родиться мальчик, то ты Илья в самые кратчайшие сроки сделаешь все от тебя зависящее, чтобы следующей у меня сразу же родилась девочка. Ясно? Это обязательное условие.

— Поддерживаю, — тут же отозвалась Славя. — Илья считай, что это и мое условие тоже. Мальчики украшают жизнь, но мне нужна наследница.

Илья молча подпер голову обеими руками. Весело…почему-то ему семейная жизнь совсем не так представлялось.

— Ты хоть понял, что они хотят? — прервав затянувшуюся паузу, обратился к нему Сайтор. — Давай я тебе объясню расклады открытым текстом, зятек, просто на всякий случай. Славя сдаст тебе власть над Ковчегом, поскольку думает, что ассимилирует людей и ленааа и создаст новую империю или огромный клан, власть в котором вручит своей дочке или внучке, как получится. И еще потому что требования духов и смотрящих надо выполнять хотя бы формально, а без единого правителя грызня неизбежна, в чем мы и убедились. Между прочим, у нее есть все основания так думать — за ней стоит больше народу и ресурсов, чем за людьми и ленааа вместе взятыми и если она станет полноценным матриархом Славии…ну ты понял. Лена хочет примерно того же, но она ставит не на людей и ресурсы, а на железную дисциплину стаи, ее единство, помощь вожатой и…короче есть у нее еще козыри, о которых я догадываюсь. Ленааа меньше, но они бывают очень эффективны, Илья. Проще говоря — ты классический компромиссный слабый правитель, нужный для баланса интересов. Подпишешься на эту роль?

— Одно уточнение, — сказала Лена. — Илья, как и Славя я тебя люблю. Обещаю, что никогда не причиню вреда тебе лично. Ты всегда сможешь найти у меня помощь и защиту. Самое лучшее место в моей пещере и лучшая еда всегда твои, даже если ты облажаешься, и, как у нас говорят, будешь вычеркнут из реестра и снят с довольствия. Но политика, это политика, тут Славя права.

— И я вас тоже люблю девчонки, раз уж у нас сегодня день признаний, — улыбнулся Илья, встав из-за стола. — Если ты, Славя, все же не поладишь с аристократками и тебя выкинут на мороз, или ты Лена запутаешься в своих играх и внезапно утратишь доверие вожатой или что там у вас, то добро пожаловать. Илюша всех примет, накормит и обогреет. Как же иначе, мы все одна семья! Я принимаю вашу помощь и условия. Насчет меня как политика не беспокойтесь, у меня найдутся свои хитрые козыри и соображения как мне править и что делать. Я подписываюсь и тоже обещаю играть честно. Детали обсудим потом. В целом мы договорились?

— Да, — кивнула Славя. — Можешь на меня рассчитывать.

— Я в деле, — коротко сказала Лена. — Это понятно, иначе бы меня здесь не было. Илья что будем делать с Тихоновым? Мы со Славей разработали хороший план захвата земного сектора. С учетом твоей помощи как ментала все произойдет быстро и бескровно.

— Нет, — сразу ответил парень. — Я не буду нападать на своих и открыто идти против империи. Это принцип.

— Хорошо, — не удивилась его ответу Лена. — Тогда у меня есть план спецоперации против Тихонова лично.

— Снова нет, — резко сказал комбат. — Да и после этого станет только хуже. Сейчас многие люди видят в происходящем вину консула, но если его убрать, то подозревать будут вас. А на его месте окажется другой офицер, относящийся к славям и ленааа уже откровенно враждебно.

— Тогда как? — вступила в разговор Славя. — Объяснись дорогой.

— Операция будет называться "внезапно свадьба", — улыбнулся Илья. — И в ней не будет победителей и побежденных. Но об этом тоже немного позже. Накануне нашего объединения на Ковчеге не должно оставаться серьезных угроз. Поэтому, — Илья повернулся всем корпусом к Сайтору, — сдавай своих далззаа мастер-нож.

— Они уже не причинят вам вреда, — отрицательно замотал головой тот. — Остался один небольшой корабль, его экипаж и горстка бойцов. Никаких проблем с ними не будет.

— Ты не понял Сайтор, — мягко продолжил Илья. — Это не просьба и не предложение. Это приказ верховного правителя Ковчега. Сдавай далззаа. Ты подчинишься мне или нет?

— Да, — после длинной паузы сказал Сайтор. — Но если с ними поступят плохо, то на этом наши пути разойдутся.

— Я постараюсь, чтобы они все до единой остались живы. Более того, если я смогу убедиться, что с ними не будет проблем, то я дам им свободу.

— Илья, далззаа зло, которое должно быть уничтожено, — вмешалась Лена. — Но я, так и быть, готова подарить тебе парочку самых молодых и смазливых, если они так уж важны для тебя, папа, — кивнула она Сайтору. — За прошлые заслуги. Но остальные не нужны. Илюша, не надо демонстрировать нам таких глубин всепрощения.

— Лена, я их тоже не люблю, у меня с ними свои счеты — не согласился с ней Илья. — Однако, пора заканчивать с войной, по крайней мере здесь и сейчас. Я собираюсь каждому на Ковчеге дать свой шанс. Даже далззаа, поэтому по возможности никаких убийств. Итак, Сайтор, где находится база красноглазок?

"Этот день по праву можно будет потом считать днем рождения русских ментальных войск", — подумал Илья. — "Первое заранее подготовленное боевое применение менталов в количестве двух штук, оснащенных группами боевой и энергетической поддержки и специальным снаряжением. Купание по древней традиции в фонтанах, массовые гулянья, няш симпатичных девушек перебравшими менталами, все дела".

Выглядел комбат…интересно. В боевом шлеме, длинном дырявом тулупе до пят поверх рваной футболки, окруженный со всех сторон Сфео, Скадой и еще двумя славями. А все потому, что зимой холодно… А боевому менталу для восстановления сил требуются слави с косами, причем эти косы должны легко и быстро прижиматься к обнаженному комиссарскому телу, для повышения энергоотдачи. Поэтому такой удобный зимний боевой комбез никак не подходит, — пока его еще расстегнешь. Будущие ментальные войска, наверное, будут носить специальное снаряжение, разработанное в профильных научных центрах, а пока обошлись облезлыми, но теплыми тулупами из овчины, старыми ножницами и дизайнерским талантом Скады, понаделавшей в них отверстий для кос. Илья покосился на оснащенного таким же образом Диму, стоявшего рядом со Стао и Снейтой. Нда… два ментала — это сила.

— Начинаем, — послышался в наушниках голос Сайтора.

— Всем замереть и не двигаться, — отдал мысленную команду Илья. Пошла работа — сейчас Сайтор вместе с командой Ллейды убирают застывшие в параличе внешние посты бойцов далззаа вокруг базы. Датчики, тепла, движения и камеры подавлены чуть ранее, двумя одолженными Леной специалистками с аппаратурой. Хорошо, когда знаешь что и где у противника находится. Сайтор знал, он охрану этой базы когда-то сам ставил.

— Отбой, менталы, — вышел на связь мастер-нож через несколько минут. — Посты все. Выдвигаемся ко входу в каверну.

Рассекатели справились с прикрывавшей вход бронеплитой без лишнего шума, и штурмовая группа из двух взводов батальона Ильи проникла внутрь. Как раз с рассветом начали. Илья сначала долго шел окруженный славями и симпантками по петляющей широкой пещере, включая "ментальный паралич" по команде Сайтора. А потом стоял вместе с Димой на дне широкой шахты, у раскрытого настежь шлюза звездолета красноглазок. Сужающийся к верху красно-желтый цилиндр с утолщениями в центре покоился на массивных колоннах двигателей, готовый к старту. Но не судьба. Его связанный экипаж бойцы Ильи уже выносили из чрева корабля, сгружая на землю у входа. Даже пострелять в этот раз нее пришлось.

Впрочем, легкой прогулкой сегодняшнюю операцию Илья бы не назвал. Пятнадцать минут паралича красноглазок стоили ему недешево, парня аж пошатывало. Причем ему пришлось воспользоваться косами у Сфео и Скады. Дима, несмотря на поддержку косы Стао, чуть не упал в обморок с непривычки, хотя отработал для первого раза неплохо. Нет, не супермены они, отнюдь.

— Вот и все, — Сайтор появился откуда-то сбоку. — Спасибо Илья. Все живы. Твой дар — это что-то. Бери и вяжи противника.

— Пленных мы отдадим Славе, — сказал ему комбат. — Она их пока придержит у себя, у нас нет возможности содержать в деревне полсотни далззаа. Заодно пусть припишет себе всю славу победительницы, мы тут как бы не при чем. У славь нет к ним такой ненависти как у ленааа, думаю, эксцессов не будет. А там разберемся.

— Это да, — Сайтор стащил с головы шлем и задумчиво почесал короткий фиолетовый ершик волос. Илья заметил, что он весь потный, видимо ему эта операция тоже далась нелегко. — Хорошо, что так вышло. Я же их всех знаю, Илья, — кивнул он на связанных красноглазок. Некоторых сам учил. И вот теперь получается, я их предал. Уже в который раз предал…

— Ты все правильно сделал, — возразил Илья. — Не надо себя винить. Может быть тебе потом и отдадим их на перевоспитание. Увидим.

Они еще с минуту постояли молча, думая каждый о своем.

— Знаешь, Илья, а я ведь понял, зачем смотрящим все это было нужно, — сказал вдруг Сайтор. Раньше не понимал, а сегодня догадался, на тебя глядучи.

— Что ты имеешь в виду?

— Все эти разговоры про древнее зло и запрещение смотрящих посещать руины, из-за которого по твоим рассказам состоялось изгнание батальона. Я думал как — если эйдос и нанофабрики в руинах дар для трех рас, то почему к нему нельзя приближаться? А теперь понял, глядя на то, как ты с далззаа разобрался — с эйдосом мы можем стать слишком сильными и случится это слишком рано. Вероятно, нечто вроде этого произошло с одонатами. Смотрящие просто не хотели, что бы мы открыли для себя эйдос слишком быстро.

— То есть сначала любовь и свадебка, а уже потом первая брачная ночь с волнующим подсчетом содержимого конвертиков от гостей и родственников?

— Если я правильно понял твою аналогию, то да. И еще — одонаты менталами стали, но до добра их это не довело. Осторожней Илья с этой темой, следи за собой. Чует мое сердце — не все так просто.

Глава 14

— Половина пятого утра. Собачье время, — вполголоса пробормотал себе под нос старший центурион мечей Алексей Соленкин и сладко, до боли в мышцах зевнул. Привычно пробежался глазами по центральному экрану и сенсорам и на пару секунд устало закрыл глаза. В это время главному дежурному оперативного центра обороны земной базы на Ковчеге спать хотелось как никогда сильно. До трех-четырех часов утра накачанный с вечера тоником организм держится неплохо, даже бодро. С шести часов утра на Ковчеге начинается робкий зимний рассвет и сон с первыми лучами светила потихоньку отступает прочь, чтобы с новой силой навалиться ближе к полудню. Но вот эта пара часов ночного дежурства с четырех до шести — самая муть. Голова тяжелая, постоянно клониться вниз и соображает с трудом, мысли вялые. Уснуть на посту офицер "мечей", конечно, не может, это исключено. Но бдительность поневоле притупляется.

Поэтому на отсутствие реального сигнала с датчиков и камер наблюдения старший офицер смены обратил внимание не сразу. Тем более что все пошло не так, как положено при возникновении проблем — не было звукового сигнала оповещения о неисправности, не гасли экраны с изображением, не сработали датчики нарушения периметра. Просто в очередной раз посмотрев на экран, офицер заметил, что контрольные цифры наблюдаемых параметров давно застыли на одних и тех же величинах. Одинаковая освещенность, сила ветра, температура, уровень магнитного и радиационного излучения — ни одна из цифр не менялась, даже чуть-чуть, в пределах чувствительности датчика. Изображение с камер застыло, давая одну и ту же картинку. А такого в реальном мире быть просто не могло…

— Паша, у нас кажется проблемы, — крикнул напарнику Алексей. — Подойди сюда. — Его руки тут же забегали по сенсорам, задавая команды тестирования систем наблюдения и контроля. После которых пораженный Алексей увидел, как тесты проваливаются один за другим, выдавая сообщения о неисправности оборудования или ошибке программы. Камеры и датчики начали просто выключаться.

Прямо сейчас старший центурион был должен дать сигнал общей тревоги. Но он этого не сделал, потратив несколько драгоценных секунд на подключение резервной системы наблюдения. У центуриона еще оставалась надежда, что это просто какая-то ошибка, случайный сбой аппаратуры. Но надеяться на случайность ему оставалось недолго. Несколько выключенных ранее камер ожили. На поступившем с одной из них изображении Алексей обнаружил огромную проплавленную дыру в заборе базы, и замершего как истукан часового, почему-то не обращавшего никакого внимания на славь, одна за другой пробирающихся на территорию землян. Периметр был прорван.

— Паша! Тревога! — Закричал дежурный. Ответа не было, напарник сейчас очень не вовремя сидел в уборной, но Алексей знать этого не мог, а разбираться было некогда. Дрожащей от резкого притока адреналина рукой дежурный откинул защитную крышечку и утопил до упора красную кнопку боевой тревоги. Но рева поднимающей базу сирены не последовало. Только очередная надпись на оперативном экране "система неисправна".

Что же, оставался еще один выход. Выходить на связь в обычном режиме и будить начальство, поднимая базу криком на всех волнах слишком долго, а Алексей ясно чувствовал, что счет уже пошел на секунды. Есть способ быстрее. Автоматические пулеметные турели, направленные в сторону базы славь и ленааа монтировали совсем недавно по личному приказу Тихонова, раньше таких параноидальных мер обороны от союзников не было. Вряд ли инопланетянки успели вывести их из строя. Алексей активировал управление турелями и увидел, как сенсоры подсветились зеленым. Система была исправна. "Автоматический режим. Цели захвачены" — появилось на экране. Одно нажатие сенсора и расположенные на вышках прямо за забором земной базы крупнокалиберные пулеметы разорвут нарушительниц в клочья, а звуки их очередей поднимут базу в ружье не хуже сирены. Палец дежурного потянулся к сенсору и…остановился.

Причины промедлить были. Алексею очень, очень сильно не хотелось убивать славь. По самым разным причинам. Во-первых они ему нравились просто как симпатичные девушки, да и не только ему, а никакого зла он от них не видел. Более того, он даже познакомился со славей Стлаей из клана василька во время увольнительных, до того как отношения между тремя расами окончательно испортились и они тогда неплохо пообщались… Алексей хотел бы увидеть ее когда-нибудь еще раз. Во-вторых слави все же числились союзниками и вассалами императора, а действия Тихонова Алексей в душе не одобрял, как и многие земляне. Кроме того за славь скорее всего вступятся ленааа с которыми их командующий тоже ухитрился разругаться. А учитывая висящий на орбите превосходящий инопланетный флот и боевой потенциал объединенных сил инопланетянок, шансы на победу у землян вырисовывались очень кислые, это старшему центуриону было совершенно понятно. Погибнуть, заставив заплатить бывших союзников дорогую цену, можно запросто, победить — вряд ли. Но если он даст приказ турелям, то альтернативы всеобщей бойне уже не будет. Куски окровавленных тел, в которые превратятся девчонки с золотистыми косами не оставят никому на Ковчеге иного выхода.

Все это было так. Но был еще и воинский долг. Он боевой офицер, часовой на посту. Почему на вторжение не отреагировали другие посты, находящиеся вдоль забора и в патрулях, выяснять некогда. Периметр охраняемой базы нарушен и прорван, устав не допускает иного решения в этой ситуации кроме открытия огня на поражение по нарушителю. И все же, все же… Алексей никак не мог решиться.

Колебания офицера заняли секунды четыре, от силы пять, не больше. А затем ментальный приказ "замри на месте", ослушаться которого было просто невозможно, положил конец его терзаниям.

В комнату оперативного дежурного хозяйской походкой вошел крепкий мужик в боевом комбинезоне далззаа без знаков различия и с клинком ленааа у пояса. Сочетание дикое, но сейчас Алексей был не в том состоянии, чтобы удивляться этому факту. Мужик быстро стянул находившемуся в ступоре офицеру руки за спиной легкими пластиковыми наручниками и кивнул вошедшему следом за ним землянину с двумя симпантками и какой-то славей с косой наружу, державшейся у него за спиной. Алексей с удивлением узнал в парне изгнанника из батальона Ильи.

— Выключите и обесточьте тут все, — распорядился мужик. — Дима, расспроси офицера, пусть расскажет как выключить все системы. И пригляди пока за ним.

— Покажите, пожалуйста, как деактивировать оборону базы господин старший центурион? — Вежливо спросил парень и Алексей вдруг ощутил в себе самое искренне желание выполнить просьбу. Ментальный приказ был настолько категоричен, что противиться ему не было сил.

Коля Некрасов из второго десантного батальона проснулся утром от какого-то неприятного чувства, как будто что-то случилось, или, по крайней мере, идет не так как положено. Бывает такое — вроде все нормально, но подсознание вдруг начинает играть тревогу, заставляя нервничать и лихорадочно соображать, что же произошло, как будто оставил дома включенный утюг. Но что именно случилось? Вокруг тихо, в койках мирно дремлют ребята из его отделения. Сон плохой приснился, что ли? Надо досыпать, подъем в шесть утра. Шесть утра? А ведь в окно видно, что уже начинает светать…

Декурион потянулся к тумбочке за коммуникатором и с удивлением обнаружил, что уже двенадцать минут седьмого. Где же сигнал подъема? Дневальный проспал? Да нет, что за ерунда, побудка в казарме играет в любом случае. И почему так тихо?

Коля вскочил с койки и, быстро натянув форму, выскочил в коридор, устремившись к посту дневального. Ситуацию надо прояснить. И тут его ждал сюрприз. Вместо дневального на посту, напротив двери в оружейную комнату, стояло трое мастер ножей ленааа и двое славь, все в полной боевой выкладке. Декурион замер на месте смотря на вчерашних союзников, а нынче…врагов? Бойцу потребовалось несколько мгновений, чтобы переварить увиденное, но вывод он сделал однозначный — база захвачена. Инопланетянки, впрочем, не спешили предпринимать никаких враждебных действий.

— Выспался боец? — Весело улыбнулась одна из славь. — Сходи в туалет, умойся, и приходи поболтать, если захочешь.

— Это…вы тут как? — поинтересовался у нее Коля, раз уж противник попался разговорчивый. — Казарма под контролем матриарха? — В голове он лихорадочно прикидывал варианты действий — поднимать криком спящих бойцов, рваться в рукопашную, чтобы пробиться в оружейку и… Не-а. Не вариант. Эти пятеро их безоружную, в одних трусах и тельняшках роту положат в узком коридоре не сильно напрягаясь.

— Власть сменилась, — пожала плечами девушка. Мы служим не Славе, а нашему общему батьке и патриарху Илье.

— Кому-кому? — Декурион со сна соображал так себе.

— Анечкину Илье Сергеевичу, — строго сказала славя. — Думаю, ты его знаешь. Да ты не волнуйся, у нас все под полным контролем, — неожиданно улыбнулась инопланетянка. — Поднимай роту, боец, только без лишних криков и глупостей. Одевайтесь, завтракайте, будем знакомиться. Нам теперь всем вместе жить.

— Только к оружейной комнате подходить, пожалуйста, не надо, — тихо добавила одна из ленааа. — Во избежание проблем и несчастных случаев. Там все равно замок новый, да и не получиться у вас.

— То есть мы все-таки военнопленные, — уточнил Коля.

— Вас кто-то гонит в лагерь за колючую проволоку? — Терпеливо начала объяснять ситуацию славя. — Тебя как зовут?

— Николай.

— А меня Сдвоя из клана папоротника, звание — старший боец. Будем знакомы, декурион — славя покосилась на погоны бойца. Так вот Николай, ты можешь делать все что хочешь, никто на твою свободу не посягает. Если, конечно, ты не будешь делать всякие глупости. Можешь идти куда хочешь. Ты даже можешь зайти на территорию баз ленааа и славь, тебя никто не остановит, проходы с сегодняшнего утра открыты. Все, отныне мы живем все вместе, одной общиной. Нужна работа чтобы прокормиться и заработать денег — пожалуйста, обращайся в вербовочные центры, на территории наших баз они уже есть, здесь откроются в ближайшее время. Вакансий полно — рабочий, фермер, техник, инженер.

— У нас есть вакансия мужчины стаи, — добавила мастер-нож. — Можешь попробовать пройти кастинг.

— Вот я и говорю, работай кем хочешь, — продолжила Сдвоя.

— Я солдат и привык служить русской империи с оружием в руках, — развел руками декурион.

— Да никаких проблем. Иди в вербовочный центр и пиши заявление. Давай подписку о лояльности союзу Ковчега и о согласии выполнять приказы патриарха Ильи и назначенных им командиров. После этого получай оружие и вставай с нами в ряды вооруженных сил Ковчега, я сама тебе выдам импульсник или автомат.

— Я присягал императору и русскому народу, и своих убеждений менять не собираюсь, — гнул свою линию декурион. Оглянувшись, он заметил, что к их разговору с инопланетянкой уже прислушиваются несколько подошедших сзади из жилого крыла казармы бойцов.

— А кто тебе говорит что-то против императора и народа? — У Сдвои на все был готов ответ. — Император на Земле, ты здесь. Разве император запрещал тебе служить Илье? Я тоже подданная матриарха, но на Ковчеге служу патриарху. Да ты сходи, позавтракай, обдумай все, прогуляйся по секторам общей базы. Почитай декреты патриарха Ильи о новом положении и о власти, они уже на каждом столбе висят. Посоветуйся с товарищами. Только еще раз предупреждаю, — инопланетянка обвела взглядом всех собравшихся землян, — не делайте глупостей, не пытайтесь самовольно завладеть оружием и начать воевать. Мы все равны, никакой дискриминации нет. Но того, кто начнет стрелять в других, мы остановим и его действия будут только его личной виной. Поверьте, все предусмотрено.

В этот день Коля смог сполна убедиться в правоте слов слави Сдвои. Им действительно никто не мешал, но база землян была захвачена окончательно и бесповоротно.

Утреннее построение батальона провел старший центурион Петров, но уже после завтрака, чуть не в десять часов утра. Столовая, кстати, работала, никто не мешал поварам и персоналу выполнять свою работу. И лишь потом, почти через два часа, обескураженные произошедшим и побродившие немного по базе бойцы собрались на плацу перед не менее чем они удивленным командиром. Петрову инопланетянки даже оставили офицерский пистолет. Но все остальные были совершенно безоружны.

Новости в изложении комбата шокировали. Ночью слави и ленааа при поддержке сразу нескольких менталов смогли обезвредить всю систему охраны базы, нейтрализовать часовых и прорвать периметр. В считанные минуты они установили контроль над ключевыми точками земного сектора. Потерь среди людей и инопланетянок нет, боя, считай не было. Всех, кто охранял базу ночью, обезвредили ментальными командами или действиями мастер-ножей ленааа, сейчас все эти бойцы живы, здоровы и на свободе, но уже без оружия. Командующий Тихонов ночью исчез, вместе с отстраненным им от командования легатом Максимовым. Командование базой принял на себя как старший офицер трибун Воронин, но инопланетянки его полномочия просто игнорируют, в переговоры с ним не вступают. Оба арсенала, вертолеты, аэроботы, два десятка танков и боевых машин, доставленных с Земли, а так же все материальные и продовольственные склады охраняются инопланетянками и людьми из батальона изгнанников. По их словам теперь на Ковчеге всеми тремя расами командует Илья лично. Связи с флотом нет. Оружия и боеприпасов фактически нет — слави оставили только личное оружие офицерам ранга от центуриона и выше. Приказы…приказывать пока нечего. Попытка сопротивления на данный момент просто бессмысленна. Держимся вместе, ждем дальнейших указаний, начальство решает проблему. Возможно помогут некие переговоры…и так далее.

Николаю все стало понятно еще до того, как комбат закончил свою речь, за дурака он себя не держал. Земляне как самостоятельная сила проиграли на Ковчеге целиком и полностью. Поведанное Петровым, увиденное им лично и сказанное славей складывалось друг с другом во вполне ясную картинку. Военные и материальные ресурсы теперь в руках чужих, власть и поддержка менталов тоже. Сомнений в плачевном исходе открытой борьбы с инопланетянками прямо здесь и сейчас нет. Тут уж каждый должен решить для себя, принимает он для себя новый порядок или нет. И если принимает, то до какой степени и что ему теперь делать. Вот над этим следует очень серьезно подумать… Наверное, стоит и в самом деле прогуляться в сектора славь и ленааа, посмотреть как и что, прикинуть в уме. Ему здесь с ними жить….и возможно воевать когда представится такой шанс. Или все же нет? Многое упиралось в Илью. Он действительно самостоятельный правитель трех рас или ширма чужих? Он на самом деле их всех предал и сдал чужим с потрохами? Но почему тогда сам Николай и все бойцы земной базы на свободе? Для установления своей власти победившим инопланетянкам не было никакой нужды затевать странные игры со всеобщим объединением. Игры, которые, между прочим, начал еще император на Земле, создав первый совместный батальон, и против которых пошел Тихонов.

"Я посмотрю пока, подумаю", — решил про себя Николай. "Поговорим с ребятами, разберемся как и что… и не будем делать быстрых выводов. Где бы по тихому достать ствол?"

— И все-таки ты Илюха предал, — палец Максимова уставился комбату прямо в грудь. — А ведь я предупреждал, что шашни с инопланетянками доведут тебя до цугундера. Еще на Фортуне предупреждал!

— Неправда. Я лишь выполнил то, что требовалось. Иван Матвеич, я же тебе все рассказал! Про эйдос, про назначение Ковчега. Альтернативы сделанному не было!

В палатке, разбитой их симпантками на заснеженной поляне они с легатом были только вдвоем. Освобожденный Максимов и Илья. Место глухое, выбрано только что Ильей с вертолета совершенно случайно. Ничьи чужие уши этот разговор услышать не должны.

— Тихонов, конечно, наломал дров, — кивнул головой Максимов. — Кто мог предположить что он вот так сорвется? Бессмысленные реквизиции у лисьеухих, ссора со славями и ленааа, мой арест. Но то что сделал ты Илья…знаешь, а ведь тебя надо было после того суда просто понизить в звании до рядового и отдать Ленке в стаю, пусть бы они с матриархом за тебя грызлись, пар стравливали. Хотя… Не знаю, итог был бы тем же, наверное. Ты хоть понимаешь, что натворил?

— Объединил три расы?

— Объединил? И как, берут с тебя пример? Спешат земляне слиться в экстазе с инопланетянками?

— Нет, — потупил глаза Илья. — Операция прошла гладко, я диктатор Ковчега. Номинально. Но потом… Я больше всего боялся боя и крови между нашими расами. Этого не случилось, но, Иван Матвеевич, меня и мою власть наши просто игнорируют. А моя власть над ленааа и славями…игрушечная. Если Славя и Лена захотят вернуть все назад, то они сделают это легко.

— Сделают, — согласился Максимов. — Только сначала тебе мягенько так помогут решить вопрос с не желающими работать и интегрироваться в кланы и стаю людьми. Сначала отказать нелояльным людям в еде и ресурсах, затем, для их же блага, создать некий охраняемый лагерь, где о них позаботятся. Программа перевоспитания будет, все как положено… Методики-то на поверхности Илюша. А у тебя будет почетная роль верховного правителя. А как же, надо же подвигнуть императора к дальнейшей переселенческой программе показав ему мнимую картинку торжества землян на Ковчеге. На вид все замечательно — люди подмяли всех под себя и лидируют. На деле все ровно наоборот, но для этого надо побывать на месте, а с Ковчега для нелояльных обратного билета не будет. С Тихоновым, конечно, история мутная, и с флотом не все понятно, но ты же ментал? Порешаете вопрос.

— Думаешь, это сработает? — Спросил Илья.

— Не знаю. Но в принципе может. Хотя… Нет, Илюша ни хрена у вас уже не получится. Император не дурак и концы в воду уже не спрячешь. Все, из-за тебя мы все проиграли. Переселенческую программу император закроет, гнать людей с Земли для ленааа и славь он не будет. Не будет людей — не будет и свадебки, ленааа с их сплошным бабьем проект не потянут. Значит, его закроют, а оставшиеся на Ковчеге разделят судьбу лисьеухих. Поздравляю, ты все испортил, — скривился в горькой усмешке Максимов.

— Нет, Матвеич, — серьезно сказал парень, глядя легату прямо в глаза. — Все будет замечательно. Сейчас все десантники и "мечи" безоружны, ошиваются по базе без дела, руководство дезориентировано. Скажи, ты сможешь найти среди них человек триста — четыреста, которые пойдут лично за тобой? Ты же легат, самый старший по званию кроме Тихонова, к захвату земной базы явно не причастен, в авторитете…

— Допустим, — согласился Максимов.

— Поддержи с ними меня, — прямо сказал Илья.

— Ты с дуба рухнул? С чего бы мне поддерживать предателя? Даже не мечтай.

— Сначала выслушай. — Илья наклонился к самому уху легата и начал долго и сбивчиво говорить. Постепенно, под влиянием его слов, лицо Максимова разгладилось, а на губах заиграла легкая улыбка.

— Ну ты и жук, Илюша, — сказал он через некоторое время. — Но в этом есть смысл. Более того, это единственный выход. Хорошо, сделаем, этот план может сработать.

— А потом ты сам полетишь к императору, — продолжил Илья. — И если он не сделает тебя консулом, как Тихонова, то я уже даже не знаю… А там лишь один шаг до проконсульства, а выше проконсула лишь император, которого выбирают прямым голосованием всех четырех проконсулов. И…я тебе дам еще один козырь. Видишь ли Матвеич, я могу сделать тебя менталом. Причем так, чтобы об этом никто не узнал. А это — мощь, я уже вижу, что из тебя выйдет очень сильный ментал. Посильнее меня и Димы. Так что…

— Не надо мне вот этого, — твердо сказал Максимов. — Замолчи и не искушай.

— Молчу. Я сказал, ты услышал. Получать ли дар ментала и как его использовать дело твое Матвеич. А сейчас помоги мне и себе взять реальную власть на Ковчеге. Склады с оружием "мечей" охраняются моим батальоном. Я познакомлю тебя с одним мужиком ленааа…

— С кем? — презрительно скривился Максимов.

— Сайтор не похож на других, я думаю, вы сработаетесь. И у него есть неподалеку трое личных ручных одонатов, о которых знаем только я, он и теперь ты. Они помогут нам с Димой накрыть ментальным полем все сектора одновременно. А сам Сайтор поможет нам взять под контроль Лену и ее мастер-ножей, тут будет больше всего возни, несмотря на помощь менталов… Но у нас есть все шансы справиться.

Сдвоя из клана папоротника проснулась как и положено, от сигнала коммуникатора. Выскочила в освещенный коридор из теплой личной ниши-ячейки и зябко поежилась — в коридоре казармы было холодновато. Начальство считало, что подобный контраст температур бодрит и прогоняет утренний сон, хотя по мнению старшего бойца, это было просто очередное армейское продуманное издевательство, из тех что должны держать подчиненных в тонусе и заставлять помнить свое место. Вот когда она дослужиться до офицера легиона…

Славя подхватила из углубления возле ячейки свою форму и в темпе оделась. Старший боец в легионе по традиции встает чуть раньше своего отделения и к моменту общей побудки должен быть уже в форме, при оружии и готовый командовать. Одевшись, она приложила палец к сенсору сейфа, чтобы достать импульсник с батареей, но рука нащупала за открывшейся дверцей лишь пустоту.

"Что за ерунда? Какого гнилого короеда нет импульсника"? Сдвоя совершенно точно помнила, что с вечера он был там, к личному оружию девушка относилась очень ответственно.

— Не трудись, красавица, — донеслось от конца коридора. Голос был девушке смутно знаком. — Все оружие под контролем, лежит там, где ему положено.

— Николай? — Удивлённо сказала славя.

— Он самый, Сдвоя. Доброе утро. Выспалась? Сбегай в туалет, умойся и приходи поболтать, если хочешь. — Землянин улыбался во весь рот, откровенно наслаждаясь ситуацией. Еще бы… Теперь он, в полной боевой выкладке и с автоматом в руках перегораживал узкий проход, а за ним виднелось еще несколько бойцов. Ситуация была почти зеркальной и много времени чтобы сообразить что к чему инопланетянке не потребовалось.

— База захвачена людьми?

— Ну зачем так говорить? — Продолжал улыбаться Коля. Но Сдвоя отметила, что взгляд у него цепкий, настороженный, без всякого благодушия и расслабленности. Бросаться на него с голыми руками? Не вариант…

— Не захвачена, все проделано в рамках закона, — продолжал землянин. — Просто этой ночью наш любимый патриарх и диктатор Илья издал указ, по которому всех славь и ленааа на Ковчеге кроме входящих в его собственный батальон следует временно разоружить. А стратегические объекты и склады на территории их секторов передать под охрану русского спецназа легата Максимова, который назначен его замом по силовым вопросам. Во избежание, так сказать, опасных перекосов и прочих межрасовых проблем. Сие повеление и было исполнено нынче ночью. Ну, ты сама знаешь, как это делается… А в остальном все как ты говорила, теперь живем вместе, никакой дискриминации, Илья наш общий командир. Хочешь служить — обращайся к госпоже Сфео, проходи проверку. Я сам выдам тебе импульсник, — не удержался от колкости парень. — Только, как ты сама говорила — не делай глупостей.

— Ясно, — кивнула головой Сдвоя. "Представляю, в каком бешенстве сейчас матриарх", — почему-то подумала она.

Глава 15

Сдвоя ошибалась. Матриарх была не в бешенстве. Наоборот, она находилась в глубокой задумчивости.

— Так значит, ты Илюша решил нас с Леной сразу кинуть? Понимаю, решение в общем-то логичное. Но зачем ты сюда-то с симпантками прилетел? Царствовать надоело? Так быстро?

Илья в ответ откинулся на спинку кресла. Знакомый люкс на "Согревающем Свете", давненько он тут не был. Открыл резким движением прихваченную из апартаментов Тихонова банку пива и надолго присосался к ней. — Хорошо! — с довольной улыбкой сказал бывший комбат, поставив банку на столик.

— Лен, тебе не кажется, что наш любимый Илюша нам хамит? — спросила мастер-ножа матриарх. — Пришел, молчит, пьет…

— Нет, — Лена была немногословна. — Ему и в самом деле хорошо.

— Люблю когда тебя понимают, — Илья снова взял банку и сделал еще глоток. — Ух девушки, как гора с плеч свалилась. Наконец-то все. Дело сделано, можно расслабиться.

— Илюш, а ничего если я тебя арестую? — продолжала Славя. — И наплевать мне на все твои ментальные способности? Есть, знаешь ли, методы…

— Так давай, только пиво допью, — пожал плечами парень. — Для того и прилетел.

— Нет, я все же его не понимаю, — развела руками девушка, обращаясь к Лене. — И начинаю думать, что никогда не понимала.

— Уже прогресс, Славя. — Серьезно сказал комбат. — Этак ты скоро признаешь, что мужчина тоже бывает прав и его место не только на кухне. Я имею в виду всерьез признаешь, по-настоящему. А все ведь просто на самом деле. Я давно мечтал вам сдаться девчонки. Еще с Фортуны. Только все время какая-то фигня мешала. То долг перед Родиной, то приказы, то чувство собственного достоинства, иногда желание добраться до истины и сделать свое дело. Чувство ответственности за доверившихся мне людей опять же… А теперь все. Я больше не военный, дело сделано, люди и слави в батальоне без меня не пропадут, Родина не в убытке. На собственное честолюбие и положение мне всегда плевать было с высокой колокольни… Так что как решите — хоть к тебе Славя на кухню, хоть к тебе Лена в пещеру, хоть с капустой заквасьте. Все, точка.

— Слова достойные мастер-ножа, — с уважением сказала Лена. — Долг превыше всего и все такое… Илюш, давай выкладывай все, не валяй дурочку.

— Так я все и сказал, — возразил Илья. — Если ваши обещания правдивы, то обеспеченная старость в обществе детей и внуков у меня будет, а остальное — тлен… Ладно, девочки, давайте серьезно, — Илья обвел взглядом Лену и Славю и последним долгим глотком допил банку.

Никак иначе, кроме как с вашей помощью, устранить Тихонова и прибрать к рукам земную базу я не мог, — начал рассказ Илья. — А без этого невозможно было никакое объединение наших рас. Но только и это было полумерой. Какой я, блин, диктатор, если мне никто кроме моего батальона всерьез не подчиняется, а собственных ресурсов нет вообще? Земляне на мое диктаторство плюют, все склады и оружие в руках славь и ленааа, которые верны, естественно, вам, а не мне, флот тоже ваш… Это раз. И о каким равноправии может идти речь, если земляне по сути проигравшая сторона, а я — просто марионетка на троне до достижения совершеннолетия вашими дочками? Нет уж, все должны быть равны по-настоящему. К тому же император просто не стал бы отправлять людей на планету, где правит опирающийся на чужие штыки предатель. Как только об этом стало бы известно, оставшихся на Земле славь объявили бы военнопленными, да и объединительный проект смотрящие бы без переселенцев с Земли закрыли. Сплошной проигрыш.

— Это понятно. Но мы могли бы договориться по-хорошему, интегрировать людей в вооруженные силы Ковчега, выстроить баланс, — начала было говорить Славя. — Вместо этого ты…

— Не могли! — рубанул рукой воздух Илья. — Не могли! Славя, ты меня сама учила, что политика — дело серьезное. Если я — диктатор, то и рычаги власти на Ковчеге должны быть у меня. Сейчас — они у меня, гарантировано. Разговоры о компромиссах в этом деле — в топку. Пока мои бойцы у всех складов и арсеналов, пока я, а не вы контролирую материальный и силовой ресурс — правлю я! Так давайте не ломать тут друг перед другом комедию!

Лена, сузив глаза, задумчиво посмотрела на Илью. Славя молчала.

— Но и сейчас сделана только часть дела, — продолжил Илья. — Лена, почему все твои мастер-ножи оказались во время моей операции безоружными? Гауссовки я у них отобрал, но это не то… Где их силовые ножи? Славя где импульсники из личных сейфов бойцов в двух казармах из трех, почему они исчезли перед операцией? Почему я на складах обнаружил лишь полсотни рассекателей и улыбок? Где аккумуляторы с рейдмобилей? Почему у меня все прошло так легко и вы при этом успели покинуть Ковчег? Не трудитесь отвечать, я знаю. Могу даже показать точки на карте со схронами где вы храните вывезенное накануне моей операции оружие и снаряжение. Я понимаю, что вы приняли меры на случай моего неповиновения и сейчас их уже реализовываете. У меня вообще получилось захватить власть только потому, что вы не ожидали что я найду еще менталов чтобы накрыть всю базу целиком и того что я буду действовать так скоро. План мероприятий на тот случай, если я откажусь быть марионеткой, называется "солнце истины", верно? Очень романтично, в духе вас обеих…

Славя с Леной быстро переглянулись.

— Но мне, в общем, наплевать, — пожал плечами бывший комбат. — Плевать, что вы сейчас стремитесь вернуть себе власть, хотя сами на словах соглашались сделать меня правителем Ковчега. Плевать на ваших информаторов в моем батальоне, имена которых я тоже могу назвать, так же как и имена координаторов подготавливающегося восстания. Я закрываю глаза на план нейтрализации менталов "туман" с помощью блокатора пси-способностей теосульфина, и согласен не замечать пятерых обнаруженных мною няш уровня Альды, которые старательно косят под простушек. Мне одно интересно — вы хорошо законспирировались? Хотя бы рядовые бойцы и гражданские слави и ленааа не в курсе, про разворачиваемые вами внизу мероприятия согласно "солнца истины"? И, я надеюсь, вы еще не успели някнуть Тихонова в ноль как хотели, для восстановления фальшивого статуса-кво?

— Не успели, — медленно сказала Славя. — Ну ты даешь, Илья.

— Вот и не перегибайте палку, пожалуйста, не вставляйте мне палки в колеса, — сказал парень. — Сейчас на Ковчеге хрупкое равновесие. Люди вроде как правят, но мастер- ножи и слави смогут вернуть все обратно, если что… Император поверит Максимову, что земляне держат ситуацию под контролем и даст людей для переселения. Тебе Славя давно пора прибрать к рукам Славию. Давай, момент настал. Становись полноценным матриархом и возвращайся с новыми славями. Лена, — тоже самое. Переселение в твоих интересах, привози еще ленааа, прилетай сама. Я хочу, чтобы вы стали мамами на Ковчеге, рядом со мной, хочу подержать на руках своих детей. Нас тут от всех трех рас полтора десятка тысяч человек и славь, пора увеличить население. Я пока займусь реальной объединительной программой и аграрной темой. Лисьеухих надо включать в жизнь Ковчега, но на наших условиях. Зачистим или приручим одонатов, установим лисьеухим минимальный оброк и барщину и одновременно откроем торговлю лекарствами и сельхозтехникой в обмен на продукты. Будем приучать к цивилизации, но с пользой для себя, естественно, без всяких необоснованных подарков. Никого из ваших агентов я не трону, схроны оставлю на месте, вводить ваших славь и ленааа в вооруженные силы Ковчега потихоньку начну, репрессий не будет. Давайте возьмем паузу, дождемся рождения общих детишек, посмотрим как все работает. Выполним, наконец, пожелание смотрящих насчет свадебки. А там разберемся… Мы же семья?

— Мы семья, — покачала головой Лена. — По плану твоего физического устранения не предусмотрено. Мы со Славей просто увезем тебя с Ковчега к себе и ты исчезнешь для мира. Но раз ты знаешь про "солнце истины" и действие теосульфина, то чего ты хочешь?

— Остановите немедленно подготовку к захвату власти и откажитесь от своих планов. Поверьте, ничего хорошего из этого не выйдет… Дайте мне время, оставив на Ковчеге все как есть сейчас. Я действительно все сделаю к общей пользе трех рас.

— Или? — Серьезно спросила Славя.

— Или пусть я исчезну прямо сейчас. Забирайте мою тушку к себе детей и внуков нянчить или что вы там хотели со мной сделать…. Если я сегодня не вернусь, то всю информацию о "солнце истины" получит Максимов, как и все данные разведки и полные диктаторские полномочия. Пусть он решает, что с этим делать, я ему доверяю. Император, флот и батальон его поддержат. А я выхожу из игры. Не буду я воевать со славями и ленааа, вот и весь сказ. Если война за власть неизбежна, несмотря ни на что, — то пусть это делают другие. Потому и говорю — я сдаваться прилетел. Точнее не так. Сейчас должен сдаться и отказаться от своих планов кто-то из нас. Или вы — и тогда я остаюсь реальным правителем Ковчега еще хотя бы на несколько лет. Или выхожу из игры я — и тогда творите что хотите, но имейте в виду — приемлемого для всех выхода я не вижу.

— Хорошо, — кивнула Славя, не задумываясь. — Мы обещаем тебе, что не станем в течение нескольких лет посягать на твои полномочия. Ты доволен?

— Нет, конечно, дорогая, — улыбнулся Илья. — Мне нужны гарантии. Очень твердые гарантии. Поэтому вы раскроетесь и позволите мне заглянуть вам в голову.

— Нет, — в свою очередь отозвалась Лена.

— Тогда сдаюсь я, а вы расхлебывайте последствия, девочки. Власть вы себе, возможно, вернете. Но наш общий проект у смотрящих провалится с треском и всеми вытекающими.

На этот раз молчание длилось долго. Илья даже пожалел, что не захватил с собой еще банку пива. Девчонок можно понять, выбор у них действительно не из легких.

— Илья, мне надо знать мнение вожатой, — сказала, наконец, Лена, встав с диванчика и сделав несколько шагов из угла в угол люкса. Славя продолжала молчать.

— Не надо, — решительно возразил парень. — Зачем тебе мнение вожатой лидер-нож фиолетовой стаи Лена? Зачем тебе мнение этой старухи, госпожа старшая сестра ножей? Как ты скажешь, так она и сделает.

— Что? Когда ты узнал? — Выдохнула девушка. Вот сейчас обычно невозмутимая Лена точно выглядела выбитой из колеи.

— Узнал недавно. Догадывался давно. Слишком легко ты действуешь для представителя вожатой, пусть и полномочного. Командуешь так, как будто у тебя за спиной никакого начальства нет вовсе, а ты сама начальство. Славя к тебе относится точно так же… Ар Сайнд, я помню, боялась тебя до ужаса, но в плен хотела взять во что бы то ни стало, значит что-то такое подозревала… Но землянам и императору вы решили заморочить голову. Мне Сайтор с Ллейдой информации подкинули, кое-что Максимов объяснил и картинка сложилась… У нас на Земле тоже так когда-то было. Был высокий пост председателя совнаркома и скромный, поначалу даже юридически неоформленный, пост первого секретаря. Потом как-то так получилось, что председатель совнаркома только подписывал, что ему говорят, а генеральный секретарь стал рулить страной. Так и у вас — с началом войны мастер-ножи постепенно вышли на первые роли, минимизировав влияние вожатой. Но совет стаи и должность вожатой оставили, так удобнее. Я могу предположить, что старшей сестрой ножей ты, Лена, стала в аккурат после Фортуны, когда мастер-ножи под твоим руководством добыли Ковчег и вытащили ситуацию, а флот оказался не у дел. Я понимаю, что ты не можешь допустить, чтобы я залез в голову реальному правителю стаи, но тут уже поздно метаться. Решайтесь…

— Хорошо, — вдруг решительно тряхнула косой Славя, сверкнув синими глазищами. Достала косу из-за спины и взяла ее в руки. — Ты мой муж, и вообще — в омут гордость. Вообще-то это смешно…я всерьез подчиняюсь мужчине… Ты повзрослел Илья, а я и не заметила.

— Да еще наделала массу ошибок, подруга — вставила комментарий Лена. — Я, впрочем, тоже…

— Илья, помоги мне стать настоящим матриархом Славии, — продолжила Славя. — Это просьба, не приказ и не сделка. Раз уж мы говорим предельно откровенно — мои дела, откровенно говоря, плохи… На Ковчеге, получается, твердо вознамерился править ты, а воевать с тобой — не вариант. Да я и не буду… На Славии…я уже и не знаю какие теперь привести аргументы, чтобы договориться с кланами. У меня остался только флот и зависимая от императора база на Земле. Я поклянусь тебе светом и косой прямо сейчас, что на Ковчеге останусь лишь твоей женой и помощницей, но с нашими кланами в одиночку тебе будет сладить очень трудно. Сможешь мне помочь?

— Сделаю, — улыбнулся Илья. — Чтобы моя любимая Славя была меньше чем матриархом Славии? Да ни за что. Даже знаю, как мы будем действовать. Думаю, за четыре-пять недель управимся. Лена ты? Присоединишься к нам? Учти, в этот раз все очень и очень всерьез, назад никак не отыграешь. Но стая получит от союза больше, чем потеряет, даю слово!

Лена только кивнула головой.

— А у меня сейчас нет выхода, Илья. Вы со славями для союза смотрящим необходимы. Мы — не очень. Воевать одновременно с далззаа и соперничать с вами ленааа не могут. Надо признать, ты нас переиграл Илюша. Шах и мат. Убрать тебя — проиграть, оставить тебя — проиграть тоже, но можно надеяться на то, что ты сдержишь слово. Поэтому да.

— Тогда идите сюда, Лена и Славя. Это будет что-то вроде няша и моей связи с симпантками, девушки. Но не оно. Это будет то, для чего смотрящие и духи придумали эйдос, ментальную материю, скрепляющую союз разумных крепче клятв. И то, чего не стали делать одонаты, использовав эйдос для себя лично. Мы станем первыми скрепленными. Как это будет — я точно не знаю, но между нами натянется нечто вроде ниточки. Насколько я понял эмпат-инструкцию в руинах, жить нам троим это не помешает, а вот друг другу врать, лукавить, и нарушать обещанное уже не захочется, как не захочется правой руке воевать против левой. Готовы?

В полете к Славии Илья много спал и читал. Удружил Максимов, подкинувший в память коммуникатора неплохую библиотеку. "А то что за диктатор, который даже Макиавелли не читал", — говорил Илье перед собственным вылетом на Землю легат. "Тебе Илюша надо учиться, учиться и еще раз учиться. Читай классиков". Илья и учился. Хотя иногда мозги набекрень ехали. Вот кто прав, например, в выражении "винтовка рождает власть"? Великий китайский кормчий или великий русский философ Крылов, который утверждал, что у коммунистов надо воспринимать все ровно наоборот и читать выражение как "власть рождает винтовку"? В смысле, что имеющий власть найдет и винтовку для ее защиты, а у не имеющего власти завсегда винтовочку отберут, поэтому власть относительно винтовки первична. Проиграли ведь оба — построенное на заветах Мао государство развалилось, а вдохновленная идеями Крылова империя едва выжила и зашла в тупик…

Максимов улетел на Землю вместе с земной эскадрой и с посаженным под домашний арест печальным Тихоновым для объяснения с императором. За этот разговор Илья был в общем-то спокоен. А куда император денется? После того как Илья Славя и Лена, стали первыми "соединившимися", произошло еще кое-что неординарное. В течение нескольких минут по собственной инициативе с "Согревающим светом" вышли на связь духи цивилизаций Славии, Земли и Ленааа и поздравили их с "правильным шагом", обещав свою поддержку. Илья и девушки обалдело смотрели на последовательно появляющиеся прямо в воздухе каюты черную, фиолетовую и золотистую голосферы, говорящие на родном языке каждой расы. Таким способом духи выходили на связь крайне редко. Они же, кстати, передали и поздравления от смотрящих. Вряд ли император теперь воспротивиться воле духа и смотрящих, тем более что Илья объяснял в записанном личном послании, что по факту люди на Ковчеге при власти, за имперскими интересами он, как глава Ковчега и старший в союзе троих скрепленных, проследит очень внимательно и в обиду никого не даст. И уж тем более император не задвинет Илью, если его жена станет реальным матриархом Славии, а уж тут бывший комбат был намерен приложить все усилия. Так что Максимов летел на Землю, Илья летел с флотом матриарха на Славию, а Лена вернулась ненадолго домой. В отсутствие высокого начальства, флота и духов распоряжаться на месте остались Сфео, Ллейда и трибун Воронин, с которым предварительно переговорили Илья с Максимовым. Никаких опасных взбрыков от него Илья не ждал, но на всякий случай ориентировал Диму и Максима за ним поглядывать. Доверяй, но проверяй…

А через положенный срок на экране в главной рубке звездолета показалась Славия. Все такая же красивая, зеленая с голубым, только белые шапки на полюсах, как показалось Илье, спустились чуть ниже к экватору, а на орбите планеты вращался присланный смотрящими пустотелый астероид для колонистов. Программу следовало выполнять.

Встречу готовили кланы. На Славии за прошедшие несколько месяцев кое-что поменялось. Клан Секвойи и несколько поддерживающих его крупнейших кланов-союзников перестали существовать. Тут много чего сложилось, но главным образом сыграла вовсе не вражда этого клана со Славей. Глава клана Секвойи начала слишком уж откровенную политику выдвижения себя на пост нового матриарха. Да, Славю видеть матриархом хотели не все. Но возвращаться к старому правлению крупнейших кланов, как во времена раннего матриархата Ивги, не хотелось никому. В конечном итоге глава Секвойей была арестована прямо во время выступления в совете кланов, а клановая дружина после месячной осады родового замка войсками первого легиона выкинула белый флаг. Недовольство крупнейшими кланами было застарелое и продолжать терпеть их выходки на фоне развивающейся катастрофы никто не желал, вручать лидерство — тоже. Но дальше все равно был тупик. Идти под власть Слави кланы не хотели, жить по старому не получалось, договориться о едином лидере не могли.

— Без толку все эти сепаратные переговоры, — Славя была теперь с Ильей предельно откровенна. — Это как вязкое болото, — чем дольше ведешь процесс, тем сильней засасывает. Две сотни кланов, плюс городские власти, плюс корпорации где все перемешалось. И каждый тянет одеяло на себя, никто никому не верит, а мне — особенно. Играя на балансе интересов мне под себя коалицию не сколотить. Я это и раньше понимала, но тогда у меня были многочисленные активные сторонники на планете и можно было давить силой. Теперь нет.

— Гордиев узел развязывать бессмысленно, солнышко, — Илья нежно приобнял Славю и ласково поцеловал ее в макушку. Будем рубить. Договаривайся о конференции, будем разбираться со всеми основными игроками сразу. Устроим им день смены власти наоборот. Тогда они убрали тебя, теперь пришла пора поквитаться.

Илья вошел в наполненный славями зал и скромно сел в сторонке. Все это уже когда-то было. Одинокий замок, предоставленный одним из кланов, собравшиеся послушать матриарха слави, охрана. Все организовано в тайне, широкой общественности знать подробностей пока не нужно. В прошлый раз его на таком мероприятии чуть не зарезали, да. В этот раз старый номер вряд ли пройдет, к организации гарантий безопасности договаривающиеся стороны отнеслись со здоровой паранойей. Попробуй зарежь его или Славю, когда одних мастер-ножей под предводительством Ллайды у президиума десяток. Эти сами кого хочешь порежут хотя и явились сюда без клинков, в этом зале вооруженных разумных не было гарантированно. Впрочем, охрана замка со стороны кланов оставалась на высоте, недаром о гарантиях ненападения и охране делегатов три дня разговаривали. Одним словом бандитская стрелка, а не мирная конференция. Только сегодня Илья не мальчик на побегушках у Слави, а один из главных участников действа и скрытый силовой ресурс. Хвала небесам, о его ментальных способностях никто из собравшихся не знал.

Илья еще раз внимательно осмотрелся, особое внимание уделяя лицам инопланетянок. Это раньше для него все слави, кроме своей, были на одно лицо, как китайцы. Теперь он уже мог разбираться в нюансах. Косы чуть дрожат, рты плотно сжаты, взгляд пристальный… Нет, не убеждает их Славя, своей речью, собравшиеся полны скепсиса. Ба…а тут и знакомые лица. Вон тех двух немолодых славь он точно видел в прошлый раз среди заговорщиц. Хотя, с ножами лично они на него тогда не кидалась, так что замнем.

Славя закончила свою вдохновленную речь и замерла, опираясь на кафедру. Зал молчал. Никаких бурных и продолжительных аплодисментов не последовало, правда и помидорами собравшиеся кидаться не спешили.

— Кто хочет что-нибудь сказать? — Продолжила она после паузы. Налила из стеклянного узорчатого графинчика в стаканчик прозрачную жидкость, хлебнула глоток, чтобы смочить горло. Илья интереса ради перед заседанием даже попробовал содержимое графина. Березовый сок с сахаром, вкус знакомый с детства… — Давайте госпожи, не стесняйтесь. Вопрос надо закрывать.

— Я отвечу, — поднялась с места высокая немолодая славя с начавшей седеть косой. — Глава клана ольхи, благородная Снежа, — представилась она собравшимся. Подошла к трибуне и, встав рядом с матриархом, начала говорить лицом к залу, но по факту обращаясь к одной Славе.

— Я вообще-то настроена миролюбиво, проблему действительно пора улаживать, — сказала она. — И, думаю, меня в этом стремлении собравшиеся поддержат. Славя, мы тебя понимаем. Сделала для нашей цивилизации ты немало, признаю. До того, как пошла по кривой дорожке… Но почему мы должны клясться в верности тебе? У тебя же кроме флота и поддержки духа ничего нет. Это много, я не спорю, но этого не достаточно. Кто правит на Ковчеге я вообще не поняла. Твой ручной муженек, о котором ты говоришь как о правителе — это явно чья-то креатура, то ли твоя, то ли землян. Неважно, ясно только, что правителем Ковчега ты себя объявить не можешь, у вас там все сложно, есть необходимость в подставных фигурах… Ленааа, которые тебя здесь охраняют, демонстрируют твою несамостоятельность даже в вопросах личной безопасности. Флот зависит от землян, без их базы снабжения он долго не налетает. У тебя же ничего своего нет! Кроме того, ты критически зависима от инопланетников. Да, ты держишь спасение Славии в заложниках у своих амбиций и боишься за себя и своих сторонников. Ну так давай не будем лезть в бутылку и договоримся, как разумные слави… Мы восстановим твой клан, дадим тебе и твоим славям приемлемые гарантии безопасности, учтем твои интересы. А ты сдашь нам флот, мы выберем нового матриарха и утвердим программу колонизации. Почему нет?

"Почему нет? Потому что Я хочу иначе. Пора Илюша", — подумал бывший комбат. Встал с места, под взглядами всего зала подошел к трибуне, короткой мысленной командой "отойди" отодвинул в сторону Снежу. Та, с непонимающим видом отшатнулась от трибуны сразу на несколько шагов. Ментальных команд на Славии еще не знали.

— Пора высказаться мне, — решительным голосом начал Илья. — То, что вам рассказала моя жена, было выступлением доброго следователя. Который хочет со всеми договориться полюбовно, учесть все интересы и так далее. Послушайте теперь злого, уважаемые госпожи. Но сначала маленький эксперимент. Сейчас я, ручной муженек, просто посмотрю сидящим в первом и втором ряду славям в глаза. Не бойтесь, это не больно.

Надо сказать, что играть в гляделки были готовы не все, чувствуя подвох. Но Илье было в общем-то все равно. Глаза в глаза легче, но можно няшить и так, просто сил уходит больше. Но ему не надо их ломать, ему надо выбить хозяек кланов из колеи…справимся.

Эффект превзошел ожидания. Перед Ильей сидели непростые слави и зачастую сильные няши, хорошо понимающие, что с ними происходит и к каким последствиям няш может привести. Волну искреннего обожания своей персоны, которую он вызвал в них все поняли правильно. Слави начали закрывать лица руками отворачиваясь, вскакивать с места, некоторые закричали. Убедившись, что эффект достигнут, Илья сделал паузу.

— Похлопайте, если вам понравилось, — сказал он, подкрепив пожелание категоричной ментальной командой "хлопать". Зал взорвался искренними аплодисментами.

— А теперь подумайте с минутку над сказанным мною, — добавил Илья. — Славя, прикажи им немного помолчать.

На самом деле собственные ментальные способности после инициации их союза у Лены и Слави открылись слабенькие. Но использовать силу дара Ильи как проводники его команд они теперь могли, ментальный канал после скрепления союза позволял это сделать. Так что это Славя сейчас командовала делегатам "сидеть спокойно и молчать".

— Вот такие вот дела, — сказал Илья притихшему залу, когда воздействие закончилось. — Кратко резюмируя, я могу сказать, что заняшу любую из вас или заставлю подчиняться моим командам если захочу. Более того, я могу дать свою силу другому разумному, как дал ее Славе. И вся эта мощь лежит, как нетрудно догадаться, на Ковчеге. Думаете зря дух вашей собственной цивилизации хочет вас туда отправить и сотрудничает со Славей? Зря все это затеяно смотрящими? Вы говорите за Славей ничего нет? Но за ней стоит флот, дух, смотрящие, земляне, ленааа и я, как поддержанный всеми сторонами самовластный диктатор Ковчега в конце концов. А что или кто стоит за вами? Вы даже нового матриарха выбрать не смогли, все в демократию играетесь, между собой договориться не можете. Будете упрямиться дальше? Хорошо, я не настаиваю. Я люблю славь, поэтому мы спасем вашу цивилизацию и без вашего участия. У нас уже есть сорок тысяч славь, на Земле и Ковчеге, пока хватит. Программа чуть затормозится, но кончиться все тем, что на замерзающую Славию прилетят слави с Земли и Ковчега, все как одна менталы при поддержке объединенного флота. И заберут себе всех кого захотят в любых потребных количествах, если придется. Думаю, желающие на замерзающей планете найдутся без всякого насилия как ни промывай вы мозги обычным славям… Причем мы будем набирать славь для программы столько раз, сколько понадобиться, и ничего вы объединенному флоту на орбите и паре дивизий менталов внизу не противопоставите. Программа освоения Ковчега только начата, у вас еще есть возможность участвовать в ней на равных. Сейчас вы будете в ней реальной силой. Потом вы будете на третьих ролях, приживалками и служанками при могущественном клане первых славь Ковчега, которые заберут себе все — ресурсы, подданных из местного населения, силу менталов. Уж я об этом позабочусь…

Илья сделал паузу, налил себе из графинчика стакан до краев, хлебнул сока от души. Сахар ему нужен, ментальная атака высасывает силы быстро. Надо же еще и поддавливать слегонца зал к нужному решению. Так, чтобы оно казалось совершенно логичным и добровольным.

— Чуть больше года назад мы уже собирались в похожем зале, чтобы принести присягу Славе, — немного слукавил парень. — Тогда меня чуть не убили. Я мог бы поквитаться, но не буду. Я скажу просто — хватит разговоров, определяйтесь. Умные направо, красивые налево. Я дам вам десять минут на размышления. Затем будет так — те хозяйки кланов, что поклянутся Славе в верности светом и косой здесь же и под запись, участвуют со своими подданными в программе переселения первыми, получают на Ковчеге земли на выбор, местных крестьян в управление, ресурсы и мою помощь в становлении своих собственных клановых менталов и всяческие преференции. Те кто не хочет принять власть Слави — до свиданья. Ждите, мерзнете, вам когда-нибудь помогут, совсем помереть с голоду и холоду не дадут. У тех кто доживет будет шанс. Даже если никто сейчас не принесет присягу Славе, для меня и всего нашего союза это ничего не изменит, она все равно останется матриархом Славии, переговоров в обход нее ни с кем не будет. Переселенцев для программы мы потом найдем сами. Итак, время пошло…

Вообще-то Илья нервничал. Вся его речь была полна неувязок и неточностей, но славям об этом узнать было неоткуда. Но с доказательствами своих слов у него все равно не густо, скорее он брал собравшихся на понт… Кроме того слави были гордыми. Отказаться из гордости сотрудничать с инопланетянами, наплевав на собственную выгоду — да запросто. Но! Они не были полноценным единым народом с одной идеологией и управлением, они представляли разные кланы где интересы своего клана зачастую значат очень много…иногда больше интересов всего общества. Кто-то да дрогнет.

Так и есть. Первой не выдержала молодая девчонка во втором ряду, когда прошло минут семь от заявленного срока. Встала и под гробовое молчание зала прошла к трибуне. Достала косу и четко сказала, глядя Славе в лицо.

— Мое имя Ясана из клана клевера. Мой клан признает власть матриарха Слави, а я клянусь ей в верности светом и косой. Инопланетянка почему-то с вызовом покосилась в угол зала, где сидели несколько пожилых славь с поджатыми губами…видимо на ее решение наложились какие-то старые счеты.

— Клан клевера будет с почетом принят на Ковчеге Ясана, — подтвердил Илья. — Добро пожаловать в нашу команду.

Следом за Ясаной с мест вставали сразу три слави. Вид у них был самый решительный и Илья понял, что лед тронулся. А он выиграл.

Все кончилось только через четыре часа, процедура клятвы хоть и быстрая, но должна быть принесена тщательно, с соблюдением всех формальностей и каждой главой клана индивидуально. Навскидку каждые восемь из десяти сидевших в зале славь поклялись матриарху в верности.

— Оформить официально мое возвращение в матриархи теперь не проблема, — вздохнула усталая Славя на борту готовящегося к взлету челнока.

— Чего ты такая невеселая? — Улыбнулся ей Илья. — Мы же победили?

— Не мы, — покачала головой Славя. — А ты. Мои доводы оказались бесполезны. Ты победил и вручил мне власть как шубу с барского плеча. Они клялись формально мне, но думая о том, что заключают сделку с тобой, идя на Ковчеге под твою руку. Я даже вообразить не могла, что такое может случиться…

— Не переживай, дорогая, главное все хорошо. Тебе сейчас нельзя волноваться, — Илья поцеловал жену в щечку. — Улаживаем дела, забираем нормальные семена и добровольцев из клана клевера и возвращаемся на Ковчег. Тебе как матриарху придется много бывать на Славии, я понимаю. Но родить нашего ребенка ты должна на Ковчеге. Так будет правильно.

— Как прикажешь, — робко улыбнулась ему девушка.

Эпилог

— Нервничаете ребята, — утвердительно сказал Максимов, входя в кабинет Ильи и принюхиваясь. Эк перегаром то как несет. — Давно бухаете?

— Зачем вот так-то, Матвеич? — Приподнявшись с кресла в углу, пожал ему руку Сайтор. — Сразу бухаете… С утра от нервов с этим диктатором по пять капель приняли, — кивнул на сидящего за широким директорским столом Илью мастер-нож.

— Да я понимаю, повод есть, — улыбнулся консул Максимов. — У тебя дочка рожает. А у него жена.

— Две жены, — простонал из-за стола парень. — Как такое вообще может быть, чтобы обе рожали в один день? Это же разные вообще цивилизации и сроки…

— У тебя надо спросить, как ты так ухитрился, — Максимов достал из кармана плоскую фляжку. — Давайте тогда уж и я с вами за компанию, подставляйте стаканы. Скада где? А то и закуски сообразить некому.

— Скада и симпантки дома, — сказал Илья. — Готовят апартаменты для новорожденных. А я вот по долгу службы тут сижу…

— Знаю я твой долг, — Максимов был безжалостен. — Сбежал от всех подальше и бухаешь, вроде как здесь тебя не достанут. И нету у тебя никакой службы, одно диктаторство и самодурство.

Илья только вздохнул. Матвеич был прав, в армии император его не восстановил. Вернувшийся Максимов привез с собой еще колонистов, "чистые" семена для сельхозпрограммы и именной императорский указ относительно Ильи. В котором не только подтверждалось увольнение Анечкина Ильи Сергеевича с военной службы, но и было распоряжение о лишении его имперского гражданства и снятии со всех видов учета и довольствия. Правда, был еще один указ и личное послание Илье от императора. В котором император признавал "своего сына", Анечкина Илью Сергеевича, главой Ковчега, предлагал установить между "скрепленными" на Ковчеге и русской империей дипломатические отношения и подписать договор о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи. В личном послании император развивал свою идею. Раз духу земной цивилизации и смотрящим это надо, то пусть объединение цивилизаций на Ковчеге идет полным ходом. И поскольку так уж обстоятельства сложились, то Илью на посту лидера Ковчега он поддерживает. Пусть желающие люди, слави и ленааа вступают в брак и становятся "скрепленными". А параллельно этому процессу пусть идет освоение планеты и обычная переселенческая программа для тех, кто не хочет пока или совсем принимать дар эйдоса и получать ментальные способности, соединяясь с инопланетянами.

Бывший центурион был не против. Они со Славей и Леной уже инициировали соединение чуть более чем трех сотен пар людей со славями и ленааа и число желающих только росло. Где-то он крепко ошибся в своих расчетах — ленааа оказались при деле. Пара из человека и ленааа тоже становилась "скрепленной" так же как пара из человека и слави, и получала дар ментала, правда не сравнимый по силе с даром самого Ильи. Более того, образовалось несколько троек, подобной его с Леной и Славей и даже две пока экзотические пары "скрепленных" из мужчины-слави и женщины-землянки. А вот союз мужчины и женщины из одной и той же расы "скрепить" не получалось. Ну что же — брак дело добровольное. Пусть новая раса создается потихоньку, существуя вместе со старыми, и пусть все живут вместе. Ставший консулом Максимов в качестве куратора дел империи на Ковчеге и его зама со специальными полномочиями и Илью устраивал более чем, хотя он и догадывался о его истинных полномочиях и инструкциях. Ничего, не страшно.

— Ну, за удачные роды, — Трое мужчин чокнулись и выпили ароматный полугар из стопок.

— Да ты не боись, Илья, — продолжил Максимов, утерев рот рукавом. — Девчонки крепкие, младенчики тоже, на дежурстве лучшие врачи. Все будет хорошо. Не первые подобные роды на планете. Расслабься.

От пришедшего вызова на свой коммуникатор Илья аж вздрогнул.

— Да? Что? Уже? Что родились обе девочки, я прекрасно знаю, анализы же делали… У Славиной вес три шестьсот, у Лениной три сто? Как себя чувствуют мамы? Можно мне их увидеть? Когда? Ясно…спасибо огромное доктор.

— Так мужики, — сказал Илья взволнованным, прерывающимся голосом. — Сегодня гуляем!

Content

Михаил Кисличкин (Сухонин Сергей Сергеевич)
Офицер Империи Зла 2
Центурион Империи Зла

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Эпилог