Александр Федоренко

Новая Эдда: И снова в Статус Бога

Прелюдия

Где-то среди Межреальности. Все так же высится, над заполненной туманом бездной, все тот же, громадный пик, что больше напоминает шпиль, чем гору. И тот же одинокий человек, все так же застыл на самом краю, маленькой площадки, на самой вершине. Кажется, что он тут и обитает, никогда, не покидая, это, полустабильное место. Вокруг никого, и ни чего нет, только покрытая изморозью скала. Небо плавится, а изредка освещающие, его всполохи, высвечивают струящиеся неведомо где, реки, из расплавленного камня.

Мужчина достал из сумки, старую каменную фляжку, откупорил и сделал большой глоток, тягучего, красного вина, и закрыл глаза, полностью предаваясь ощущению вкуса. Затем вновь распахнул очи, и, не пряча сосуд, отойдя подальше от обрыва, уселся, скрестив ноги. Он освобождал место, для своего визави, а пока тот отсутствовал, задал себе вопрос:

— А остаются ли Великие Силы неизменными? — И сам себе ответил — пожалуй, нет.

Вот и Собиратель Душ, изменился — наверно сказывалось пребывание в особых областях Сущего. Еще изначально, в давние времена, тот стал практически недоступен. Ни для кого! Последний раз до него смогла дотянуться только одна лишь кроткая девушка, былая Богиня, отказавшаяся от родни, и тем самым от Истинной божественности…. Но был еще один случай, когда до Пернато Змея, тьфу ты, уже Великого Орла, дошел зов. И тот откликнулся. И теперь, тот, кто однажды уже обращался к нему, позвал снова. И имел право — ведь исправно рассчитывался с долгом, направляя души павших, только ему — Соборному Мировому Духу. Хотя у того, в недавнее время, тоже появились конкуренты…

Исполинская тень, промелькнула над головой, и Орел, грациозно уселся на каменную площадку, едва не придавив ожидавшего его, человека. Повернул голову, чтобы лучше видеть призвавшего его, человека, хотя ему это и не требовалось, легко вонзил когти в камень, и без обиняков, поинтересовался:

— Чего звал? Опять что ли кого-то надо пробудить? Вернуть из вечной спячки, или что другое? Может снова, суть своего клинка, очистить жаждешь?

— Здравствуй Великий!

— И тебе не хворать, хотя, не ты ли говорил что нам не до этих лишнесловий?

— Я, но вежливость еще, ни кому не помешала. Да и брат твой, меня постоянно укоряет, в том, что непочтителен и про приветствие забываю. А звал, потому что не дает мне покоя, мысль о судьбе одного молодого чародея. Он славно потрудился на благо якорного мира, и не только. Ты должен знать кто он, и где искать его суть.

— Я-то знаю…. Но почему, он тебя так волнует?

— Потому что, напоминает мне меня, юного, ничего толком не понимающего…

— Будто сейчас, ты много понимаешь…. — Перебивая, заметил Великий Птах — но прости, перебил. И к чему ты клонишь?

— Ну, я в смысле, что он не понимал, в какие разборки ввязался, взявшись защищать миры, по собственной воле. К тому же, благодаря нему, из ловушки вырвались братья-боги, а план противоборствующих им Сил, провалился. Ведь думаю, ни твоему братцу, ни тебе, их участь не безразлична.

— С чего ты это взял? Ну да ладно, в общем, я понял, куда ты клонишь. Но говори толком — чего хочешь? Что конкретно, хочешь от Нас? Даже освободившиеся Боги, и те, как-то не удосужились заняться его судьбой, хотя и знали о нем…

— Разыщи его душу, и верни в тело. А так же позволь моим чарам, вернуть ему прежний облик. Дальше я все сделаю сам.

— Гм, а ты понимаешь, насколько высока будет плата за мое вмешательство? Да и связующие положения Закона…. Хотя именно ты и понимаешь, чего это я?

— У меня пока еще есть возможность, чтобы рассчитаться. Не во всех моих мирах, побывал Мессия. И не во всех верят в Валгаллу, которую так и не восстановили… Так что пару сотен душ, уж как-то организую. Надеюсь, ты их правильно приспособишь.

— Ну то, не твоего ума дела, как я их использую…. А насчет некроманта — ладно, считай, уговорил. Я подумаю над этим. Только со старым телом это не выйдет…. Но в остальном можно посодействовать. Дадим ему новую оболочку. — На миг он умолк, а потом добавил совсем уж неожиданно — Знаешь, а я рад, что тебе еще не все равно, и это, что-то да значит. А теперь, бывай! Некогда мне тут рассиживаться…

— Погоди, а братец твой далеко?

— Для нас, это понятие не существенно. И ты же знаешь, брат, он сам себе на уме, я не так-то уж часто с ним вижусь. Ну все, говорю некогда мне…. Отрываешь.

Взмах могучих крыльев, и громадный Птах испарилось, как будто его здесь и не было, на скале остался только человек, проговоривший тому вслед искривляя при этом губы:

— Вечно вам некогда, занятые прямо куда там. Столько лет прошло, а все никак не пойму, вы на самом деле Третья Сторона, или все же Первая? Или…

Он поднялся на ноги, хлебнул еще вина, из так и не закупоренной фляги, и некоторое время постоял, не шевелясь и не двигаясь, словно бы к чему-то прислушиваясь, а потом проговорил натужно:

— Ну что скажешь? Пришел объявить Приговор? Слишком много, у меня отлучек?

Холодный голос, сейчас слышимый только ему, произнес:

— Может, и стоило бы, ты прав — слишком много явных нарушений…. но нет. Учитывая всю твою необычность, и не усидчивость, пока отложим. Ты хорошо служил, даже чрезмерно усердствовал. И потому на некий, неопределенный срок, можешь быть свободен. Во вверенной тебе вотчине, вряд ли что-нибудь произойдет, даже в ближайшую, пару тысяч лет. Даденный тебе шанс ты оправдал. Так, что….

— Ты… что отпускаешь меня?

— Вообще-то от меня не уходят. Но на время, у тебя как бы длительный отпуск. Пройденный тобой путь, лишь начало следующего. Фаза Обучения и Испытания завершена. Теперь можешь отправиться туда, куда ты так долго рвался. Боюсь для полного анализа твоей кандидатуры, имеющейся практики не достаточно, поэтому изучи те области Сферы, где ни эльфами, ни тем более людьми даже не пахло.

— И насколько это далеко? Как мне их выявить такие Области?

— Идеи придут. Жди.

Голос как появился внезапно, так же внезапно и пропал, а человек еще некоторое время стоял словно огорошенный, приходя в себя — перед ним открывались совершенно далекие горизонты, а затем по своему обыкновению, раскинув руки, как крылья чайки, он с разбега кинулся в бездну.

Свободу нужно было ощутить, а что еще может это сделать как не почти бесконечное падение, похожее на полет…

(четвертая книга Априуса)

Часть первая

Глава первая Двойное освобождение

Тот, кто спит вечным сном, не видит снов, дух его парит где-то в сферах инобытия. Он блуждает в призрачных мирах, он выполнил свое предначертание, и заслужил вечное путешествие, по стране Забвения. В остатках его черной башни, долгое время все неизменно, плавно течет время, ни один звук не тревожит тишину, царящую внутри. Пыль изрядно бы припорошила иссушенные временем тела, если бы не старая магия, хранящая это место, и нет ни малейшего дуновения ветерка в закупоренном склепе. Обитатели странного места, куда опустилась подошва башни, давно успели привыкнуть к молчаливой громаде из черного агата, никто не обращал на нее внимания и занимался своими каждодневными заботами. Будет ли так всегда? Или же Великие Силы, все же снизойдут и возродят к жизни, тех, кто утратил ее столь рано, не прожив отпущенный срок?

…Голое естество еле осознавало себя летящим куда-то, сквозь время и пространство не было ни страха, ни боли, одна лишь радость от полета и предвкушение встречи с кем-то до боли родным, и в тоже время совершенно незнакомым. Полет продолжался то ли мгновение, то ли целые эоны времени, странствующий атман не знал, сколько вот так уже летит. Может быть и всю жизнь, а может только начал свое долгое продвижение?

Оголенное естество того, кто был когда-то человеком, объединявшим в себе воина и мага, что в принципе редкость, внезапно осознало себя, зависшим в пространстве необъятного храма. Или это ему так показалось, ибо по сторонам, сзади и спереди смутно угадывались далекие своды, колоны и звездный купол неба над головой. Две неописуемо огромные тени скользили вокруг него, не превращая этот скользящий полет ни на миг. Затем прорисовались четыре огромных глаза, и впились, казалось в самое нутро зависшего перед ними атмана.

— Человек — загремело, заколебалось пространство — после некоторых колебание, мы все-таки вынесли вердикт о твоей дальнейшей судьбе. Чаши весов твоих добрых и недобрых поступков застыли, Предназначение не выполнено. Поэтому мы даем тебе возможность, закончить начатый путь, который прервался вначале. Ты будешь вновь воплощен. Естественно утратив при этом большую часть памяти, имя, и даже некоторую часть своей прежней сути. Но я должен спросить: — Согласен ли ты?

— Кто вы? — Вместо ответа поинтересовался кандидат на возрождение.

— У нас много имен, как было и у тебя. И не одно, истине не соответствует. Ха-ха…. В общем, можешь звать нас Жрецами Сферы, иногда мы выполняем функцию проводников ее воли. И пойми это не наша прихоть воскрешать тебя, это я говорю на тот случай, если тебе нравился покой забвения.

— Тогда почему же?

— За тебя просили. И уплатили. Ты должен помнить — ничего не делается в этом Мире просто так. Тебе оказана великая честь. Обычно о нашем существовании даже не догадываются, а с тобой мы… гм, еще вчера не мог бы себе представить — говори. Но твоя заслуга перед Вселенной, не умаляет в этом нас. Не каждому человеку удается спасти целый мир, пусть и не в одиночку, но ты это сделал. И потому за тебя настойчиво просили.

— Кто?

— Придет время — узнаешь. Только по их просьбе мы это делаем. Твое старое тело останется нетленным, и будет пылиться в руинах башни. И ты свободен будешь прервать новый жизненный цикл, если тебя призовут Властвующие ныне, гм…. Боги. Но пока, что-то они о тебе не вспомнили, хоть ты сражался и на их стороне. Быть может, они одумаются, и тогда ты волен будешь вернуться, если захочешь…. Пока же, ты получишь новое имя, составленное из частей тех, что носил прежде, и новую плоть. Как видишь, мы ничего не творим, просто помещаем уже готовое естество, в новый сосуд, выполненный из частичек прежнего, утратившего жизненные соки… В общем, отныне ты будешь зваться Кэфентом, в этом имени заключено три твоих старых, надеюсь, ты вберешь в себя и часть от всех трех своих личностей.

— Но я…

— Все тебе пора, на познавательный урок.

— Да, вначале ты познаешь здесь основы мироздания — раздается уже другой голос, чем-то смахивающий на птичий клекот.

И поток светло-фиолетовой энергии устремился к светящемуся облачку, в котором находиться душа, чей путь пока окончен. Душа с трепетом внимала истинным знаниям, снисходящим на нее, знаниям творения самых мощных, и самых чистых заклинаний первых времен, законов по которым они работают.

Душе давали и другие различные знания, учили законам равнодействия, давали знания о том какими способами можно лечить тот или иной мир, какие законы действуют или не действуют в межреальности, о запрете творить что-либо или кого-либо, а лишь только изменять и корректировать. Внутреннее суперэго было изменено, и тот, кому принадлежала душа, уже никогда не будет прежним. Наставления, советы, запреты были даны, и естество названного Кэфентом, услышало:

— Все, теперь лети. Тебя найдут, едва ты осознаешь себя как человек. И прости, ты не будешь совсем свободен — на краткий миг во тьме четко прорисовались глаза, чем-то схожие друг на друга, но и такие разные — птицы и рептилии — то есть у тебя не будет свободы выбора, чем заниматься. Служение — это уже ограниченная свобода…. В какой-то мере, ты станешь… агентом что ли. Ну удачи!

Кэфент почувствовал, что снова летит куда-то, а затем увидел вспышку, после, сразу наступила темнота, и он ощутил уже почти забытое ощущение молодого здорового, тела. А еще самое главное — не было тягучей неизбывной боли, что тяжестью ложиться на душу, не давая подниматься к Абсолюту, и это тоже было даром Жрецов.

* * *

Едва вернувшись, в Гиль-Эстэль ее хозяин объявил общий сбор — Эсгалдирн не то, чтобы собирался распускать своих подручных, а, как бы предоставлял им такой же отпуск, какой выпал ему самому. Отпуск, неограниченный количеством дней, и свободой действий, но, само собой разумеется, в определенных рамках. Хотя рамки можно и раздвинуть…

Когда все собрались в пиршественном зале, он вкратце ввел их в курс дела, торжественно объявив в конце:

— Итак, многоуважаемые мои, вы свободны от своих обязательств, и можете посвятить жизнь всему чему, заблагорассудиться. Я больше не ваш лорд — имеете право отказаться от вассальной службы, и идти, если захотите, на все восемь сторон.

Наступило огорошенное, продолжительное молчание, никто не нашелся что спросить, или сказать, и Рус, немного, горько проговорил:

— Что ж, раз молчите — скажу я. То есть, если вы конечно, не против, я вам предложу кое-какие варианты — чем заняться в первое время. Итак, Менгафар. Твоя мечта сбывается, быстрее, чем ты думал. Возьмешь, как мы обговаривали, под свое командование всех Лусиарцев, за исключением Тано и Киана. И организуешь свою крылатокопытную дюжину, пегарогов ты уже давно отобрал, так что будете прочесывать дикие места в межреальности, и лишь иногда, заглядывать в миры. Церберов тоже возьмете, сколько понадобиться. В общем, тоже неплохое занятие, от всякой пакости Сферу, очищать…

— А нам что делать? — Тут же вскочил с места Перегуд. — Я как-то не привык, совсем самостоятельно принимать решения. Всю мою жизнь моим домом, были казармы, походные шатры да палатки. Потом наши замок и Крепость и палуба «Версара»…

— Погоди, сейчас скажу — усмехнулся Априус, понимая, что воин, попросту отвык думать сам за себя — Значит так, если вы согласны, ты Харей со своей командой на «Версаре» отправятся в гости к Серентину с Дрендомом. Хитар, Ротарь, Богар, Кронк, Берлиар, и вы ребята он обвел взглядом лица остальных в прошлом легионеров, тоже отправитесь туда.

— Это зачем? — На правах былого, наиближайшего соратника поинтересовался Богар.

— Начну по порядку. Во-первых, соорудите настоящие Звездные Врата. Большие чтобы могли армии проходить. Лучше всего в районе Дагорлад. Во-вторых, в троемирье? Хрутаре, Лундоре, и Схоре, сейчас упадок, но как раз уже все условия подготовлены для создания новой мировой империи. Этим и займетесь, вам Хитар и Ротарь тем более не привыкать, заодно и проверите, кто там из переселенцев выжил.

— Да наугримов теперь из-под гор, вытяни, попробуй — хмыкнул Ротарь — они там так замуровались. Что не дозовешься, хорошенько гору не тряхнув.

— Разберетесь как-нибудь. В первую очередь наберете рекрутов для формирования легионов, если понадобиться проведете захват власти, но главенствующие позиции не занимайте. Сероентин поможет разобраться…

— И каким принципом, руководствоваться во время отбора? — Спросил несколько, не ожидавший такого задания-просьбы, Хитар.

— Племенным. Если есть местные армии, их не трогайте, набирайте и обучайте молодежь, из самых захудалых племен. Они только счастливы будут.

В общем, таким образом, будем создавать прочный оплот сугубо для себя, а то что-то совсем непонятно что дальше будет со всей Совокупностью Миров, поэтому не помешает иметь твердый тыл. Союзники у нас если и появятся, то лишь в самом неординарном случае. Впрочем, а когда было иначе? Так что пусть Пятимирье вновь копит силы — драться придется одним против всех, но и отходить будет куда. Калабу тоже надо разведать, она не пойми теперь чья. С Вестой мы выяснили, там точно нам верны. Но с Саларилем нужно переговорить о содействии…. Далее как только понятно будет, что все начинает получаться, Харей, Богар, и Ротарь, втроем вернетесь сюда, на «Версаре» само собой. Для вас будет еще одно задание….

— А мы — вдруг поднялся Ингольдор — если наш вождь не возражает, конечно — хотели бы отправится в свою родную Арду. Очень уж хочется посмотреть, какой она стала, Да и в чертогах Мандоса, нас могут уже и ожидать, а в этом случае наша служба будет окончена.

— А как же Вильварин? — Поинтересовался Априус — она ведь не оттуда? И Вельда как же?

Эльф посмотрел на свою жену и на своего лесного собрата, рядом с которым сидела Вельда, являющейся принцессой, из человеческого рода, тяжело проговорил после паузы:

— Я думаю, что мы вправе отказаться, от назначенной участи, но явиться просто обязаны. А там посмотрим…

— Да так у нас всегда — буркнул Априус — главное отправиться, а там посмотрим…. Что ж, раз решили, значит, так тому и быть. Можете вместе с Хареем, добраться туда, они дальше пойдут, а вы сойдете. Что касается остальных — это по вашему усмотрению, хотите тут оставайтесь, хотите в поместье перебирайтесь, но за Крепостью присматривать не прекращайте. Если уж сильно припрет отлучиться куда подальше, я не буду против, главное не выдавайте своей силы, и скрывайте, кем являетесь на самом деле.

— Я, пожалуй, здесь останусь — неожиданно заявил Охтар — идти мне не куда, мой народ так долго не живет, царство мое разрушено еще во вторую эпоху. Скарб весь мой здесь, да и вообще хоть и не хочется признаваться, но стар я стал, скитаться. Посидеть у камина с кружкой доброго э-э ну чего-нибудь доброго, я тут для себя кучу новых вкусов открыл…. Так вот, это уже для меня, то, что надо. И за замком присмотрю, и за всем хозяйством вообще. Может по железу или по камню поработаю…

— Ну, раз хочешь — кто ж будет возражать? — Пожал плечами Рус — а вы ребята, куда?

Он глянул на Атарка и остальных хирдманов. Те попереглядывались, затем Старк ответил за всех:

— Да в Андориносе погуляем, старой командой чуток, погоняем разжиревших торгашей. Инкогнито само собой, как варяги дикие. А затем в Нордалии хотим побывать, она по слухам на наши суровые края смахивает, вот веришь — нет повелитель, а тянет по студеному морю под парусом, походить. На досуге вот обговаривали, что, мол, было бы здорово, в юность окунутся, и тут пришла эта идея…

— И то дело — согласился Априус, невольно завидуя, ему-то самому в юность нигде не окунуться, нет такого места, чтобы все в гармонии. — Только в Мидгард не суйтесь, там и без вас воду баламутят.

— Ну а ты сам, повелитель? — Поинтересовался Богар — могу, предположить в странствие отправишься?

— Можно сказать и так — усмехнулся Априус — но вы особо не расслабляйтесь, я ненадолго отлучусь. А уже после отправимся в совместный поход, туда, где нет ни людей, ни эльфов, ни вообще кого-либо из известных представителей разумных существ. Там обитают совершенно иные формы жизни. И их давно пора изучить. Ну а теперь прощальный ужин…

— Это мы завсегда готовы — растянул губы в улыбке Хорсак — сам удивляюсь, как не надоело то?

— Тебе надоест, как же — поддел друга Рудольф — у нас тут почти Валгалла — ешь, пей, захочешь дать кому-то в зубы тоже, пожалуйста, только в одну из дверей, что внизу, выйти надо. Ну и услады там же…

Априусу стало немного грустно — с таким трудом созданный, и просуществовавший тысячелетия Патруль Стражей, не разваливался, конечно, но как бы на время утрачивал свою значимость, хотя может это и на благо. Стража нуждалась в отдыхе, нуждалась в переменах, если понадобится, их снова призовут, а пока…. Пока они предоставлены самим себе, и это открывает такие горизонты, что и не снилось. Вновь возвращается, прерванное еще в юности время странствий, время бесшабашных выходок, и поиска новых путей, во всем. Пришел долгожданный час свободы…

Хоть ужин поначалу, и выдался немного тягостным, но хмельное пиво и дурманящее вино сделали свое дело, загремел смех, посыпались шутки, а по залу понеслись звуки музыки, которая лилась прямо из воздуха, отражаясь от стен, и зовя, пустится в пляс. Последний совместный пир, и неизвестно, сколько времени минет, пока они снова соберутся….

А перед тем, как отправиться в собственные покои, Рус, призвал остающихся без особых дел подручных, и дал каждому непосредственное указание, скрытно выведать все, что творится в особо важных местах Сферы, плюс собрать все возможные сведения, и слухи о проявлении новых магов.

Проинструктировав своих верных сотоварищей, хозяин Гиль-Эстэль прошелся по донжону, заглянул в зал с моделью хранимой ранее ветвью Иггдрасиля, где мерно мерцали многочисленные миры, так долго оберегаемого им Сектора, и лишь потом решительно направился к себе. А там устроил близняшкам бурную ночь, так чтобы хотя бы неделю не скучали…

…Утром, которое здесь искусственное, Априус распрощался с родными, чмокнув близняшек и близнецов, и, растолкав сонную зверокоманду, приказал следовать к двери, ведущей в Андоринос — ему не терпелось, ведь странствия начинались.

Просторы Вселенной поистине необъятны, чтобы исследовать их полностью не хватит никакой жизни. Да Априус к этому и не стремился, первая его цель, была строго определенной. Эта область, скорее всего, лежала в несколько иной плоскости бытия — там, где граничили друг с другом Дворы Порядка и Хаоса. Там, где в глубокой древности было основано и процветало до сих пор, Янтарное Королевство. И мир, в котором оно зародилось, отбрасывал от себя великое множество Отражений, или своеобразных Теней, являющихся ничем иным, как такими же мирами, только немного проще. И если бы принцы и принцессы из этого королевства, не странствовали по Отраженным мирам, иногда подолгу живя в них, то никто бы и никогда не узнал, о существовании загадочного мира.

Собственная система магии, собственные обряды посвящения, позволили детям королей, далеко продвинутся во владении Силой, и создать удивительные артефакты, не требующие особой подзарядки. Но более всего заинтересовало Априуса, это то, как эти Дворы, научились сосуществовать. Или же это всего лишь байки? Вот это помимо всего прочего, он и хотел выяснить. Потому что просочившиеся в миры легенды говорили о том, что тварный мир Порядка Эмбер, создавался ни кем иным, как одним выходцем из домов Хаоса, ну или двумя.

Где же располагался этот загадочный мир? Ответ находился во все той же, вроде бы ничем не примечательной для постороннего взгляда Ки, именуемой еще Землей-Матерью, потому что именно она, дала приют многим беженцам из всевозможных миров. Туда, и предстояло отправиться собираемой Априусом команде.

Подготовку к этому походу, Рус начал не сегодня, потому почти все было готово. На рынках Андориноса была приобретена соответствующая экипировка — отряд ни чем не должен был отличаться от странствующих воинов. Поэтому были закуплены вещевые мешки, маленькие арбалеты с наборами всевозможных болтов, несколько мечей со скрытыми механизмами, кольчуги, и провиант.

У ворот города Априуса и зверокоманду, ждал пятый участник похода, эльфинит Фиор, иначе именуемый просто Пронырой. Полукровка от рождения он избрал нелегкое ремесло, не пользующееся популярностью ни у одной, ни у другой расы. Спасенный когда-то Априусом от городских патрулей, он всячески пытался вернуть свой долг, и вот теперь случай представился.

В Гильдии Воров, Проныра не состоял, и отстегивать им, процент тоже не собирался, поэтому жизнь его можно сказать всегда была на волоске от смерти. Брался он только за самые интересные и рисковые заказы, в основном добывал различного рода артефакты, и редкие манускрипты, вывезенные из самых разных уголков Сферы, если они представляли собой, хоть какую-нибудь ценность. Заказчики его щедро одаривали, но денег у него не водилось никогда — он спускал их почти сразу после очередного дела, потому что, ни в чем себе отказывать не любил.

Априус окинул фигуру Фиора, застывшую в тени раскидистого клена, цепким глазом отметил увесистый мешок, за плечами Проныры, и кивком подозвал того к себе.

— Ты готов? — Скорее для проформы, чем, действительно интересуясь, спросил он.

— Да — коротко ответил полукровка — я даже, уже заждался.

— Вот и отлично — улыбнулся Априус — сейчас заберем еще одного участника похода, затем заскочим в одно местечко и в путь.

Они покинули город, и отправились вдоль по побережью, выслав вперед Рунина, который внимательно осматривал песчаные пляжи и тенистые места под пальмами, именно в этом районе должен был находиться шестой член отряда.

Первым, в чем ничего удивительного, абсолютно голого человека, лежащего на подстилке из сухих пальмовых листьев, обнаружил Рунин. Он спикировал, вниз, уселся у головы спящего, и принялся рассматривать, смешно поворачивая голову.

— Ну че разлегся? Вставай! — Чуть погодя гаркнул он — давай знакомиться!

Ловко перескочи, с песка, на грудь спящего парня, попугай, потоптался чуть, а потом аккуратно, поводил лапой, вычерчивая едва заметный ромб — основополагающую часть руны «Ингуз», известную еще как «Ингваз». Руна полыхнула огнем, парень судорожно вздохнул, и открыл глаза. Зрачки в страхе расширились, ведь на нем сидел огромный черный попугай, и пристально рассматривал.

— Эй, спокойно, спокойно — произнесла птица — я не собираюсь тебе ничего выклевывать. Так может глазик, другой…

Кэфент бы решил что бредит, если бы не подоспели Априус, и остальные. Быстро пересадив Рунина себе на плечо, чародей бросил на землю ворох одежды и, отворачиваясь, проговорил:

— На, оденься, размер должен подойти. Все вопросы — потом.

Бывший некромант оторопело покрутил головой, осматривая эту странную гоп-компанию. Странно, было видеть вместе, спокойно стоявших рядом человека, полуэльфа, ирбиса и ящера. А вдобавок к этому, огромного черного попугая, в глазах которого светился нечеловеческий разум.

— Для начала разреши представить тебе моих друзей — улыбнувшись, сказал Рус — эта вот неугомонная птица, что тебя пробудила — Рунин, он у нас кто-то вроде вещуна, ну и много что еще. Снежный барс — это куатар Куру, не обманывайся его обликом, в нем заключен мощный интеллект, и незаурядные способности. Этот симпатичный ящер носит имя Яша, любит заводить друзей, и разводить рыб. Парень что возле меня предпочитает называть себя Пронырой, легко может достать все, что плохо лежит, и стащить все, что надежно спрятано. Ну а меня зовут Рус, я предводитель этого небольшого отряда. Теперь скажи, как нам звать тебя?

— Кэфент — натягивая рубаху, протянул парень — это вы за меня просили? Мне сказали, что меня найдут те, кто просил о моем возрождении, сразу едва я очнусь.

— Да мы. — Коротко ответил Априус — Уж прости, но оставаться безучастным я не мог.

— Но кто ты, что смел, обратится к Ним?

— Скажем так, я Звездный Искатель. А с Ними мы связаны некими узами…. Вот и…

— И что же ты ищешь?

— Да все, что может мне пригодится. Но потом все вопросы, сейчас мы перенесемся, в одно уютное местечко там и поговорим. Ты оделся? Ну тогда вперед.

Кокон распахнул свои объятия, и понес свою драгоценную ношу, в гости к Патару…

За прошедшие века, пустынный уголок, где располагалась Корчма, совсем зарос лесом, а точнее елово-сосновым бором. И лишь возле самой Корчмы, имелось достаточное количество берез, всех типов, стройных и крученных, белых, и со слегка розоватой корой. Кокон распался у самого озера, беззвучно лопнув, и путники узрели пары лебедей, неспешно скользящие на водной глади.

Кэфент, ошарашено покрутил головой, и поинтересовался:

— Где это мы?

— В преддверии заведения, именуемого не иначе как Звездная Корчма — пояснил Априус — сюда редко попадают нежелательные гости, а пиво…. Пиво, такого больше нигде не варят. Да и снедь на любой вкус найдется. Идем же скорей промочим горло. А то сейчас песики нарисуются, не отобьешься — залижут.

— Какие песики? — Поинтересовались в один голос Кэфент с Фиором.

— Вам лучше не знать — ответил попугай — они-то добрые при нас, но в мирах их считают адскими…

— Рунин! Не надо напрягать наших компаньонов, идемте уже…

По извилистой, мощенной плитами аллее, они двинулись в сторону крыльца, по обе стороны, от которого росли две чудесные пирамидальные ели, среди ветвей которых то и дело показывались юркие и пушистые белки. Двери приветливо распахнулись, и в ноздри ударили сногсшибательные запахи, готовить тут умели, а неприятный смрад устраняли все время действующие заговоры.

Априус откинул капюшон походного плаща, и по-хозяйски направился в первый зал, к стоящему у дальней стены столу. Простой дубовый стол, выполненный по манере расов, изготавливать подобную утварь для питейных заведений. А значит крепко сколоченный и тяжелый, чтобы просто так не переворачивали. Рядом такая же неподъемная скамья, с рядом небольших подушек на ней, это для тех, кто пожелает задержаться подольше, и не желает отсидеть свой зад.

Пропустив своих друзей и новичков, Априус уселся и сам. А едва они расположились кто где, включая и зверей, как по мановению волшебной палочки появился улыбающийся во весь рот Патар, уже несущий шесть огромных деревянных кружек с пивом.

— Вот вам и здрасьте! — Поприветствовал он старых приятелей и кивнул Проныре с Кэфентом. — Свежим пивком пока охладитесь, а я приму заказ.

— И тебе наше приветствие, старый друг — ответил Априус — как тут в последнее время? Много посетителей?

— Да как тебе сказать, по-разному бывает. Тут ведь перепутье. Кто скрывается от погони, к нам идут пересидеть, кто найм ищет, тоже сюда. Но по большей мере, все же, те, кто знает об этом месте. Иногда приходят продать, что или обменять. Я даже обменные деньги стал держать, и им удобно, и мне навар.

— Понятно. Кстати, я к тебе тут одного гнома посылал, где он?

— Так я его приспособил, поручения разные выполнять. Щас вот отправил за пивом, рисовое только в «одноглазом корсаре» продают, вот мы там «Веселым Роджером» и разживаемся…. А насчет Земли — как знаешь, я предупредил. Ладно, говорите — кушать что будете?

Проныра знакомый с сотнями подобных заведений, ухмыльнулся, и проговорил:

— А на ваше усмотрение. Блюдо дня, или шедевр кухаря, и солений там разных ягодных.

— Да, ягоды и орехи по-любому — добавил Рунин. — Ты же на рынках Андориноса, любые закупаешь, так что мне этот как его… смесь, в общем.

— А мне слабо прожаренную баранью ногу — подал голос Куру, и странно изогнувшейся лапой ухватил пивную кружку, и в один миг опрокинул ее содержимое себе в пасть.

Кэфент и Проныра вытаращили глаза, а куатар, как ни в чем не бывало, добавил:

— И бархатного еще пару кружек захвати.

Априус рассмеялся, и хотел добавить что-то, но его перебил Яша.

— А мне лыбной стлоганины, осьминогов в цесноцьном соусе и боценок псеницьного.

— Хорошо сейчас будет.

Патар отправился на кухню и через некоторое время, симпатичные служанки принесли индюшку, фаршированную яблоками и ананасами, кровяные колбаски, и окуневые сосиски — так сказать блюдо дня, ну и весь остальной заказ, буквально следом. Новые знакомые Априуса, сидели как на ножах, вертя головами, и не переставая удивляться. Не известно о чем думал Фиор, а вот Кэфент, давил постоянную сумятицу в мыслях. Его память хоть и удерживало некоторые знания о некромантии, но быстрый переход из посмертия в жизнь, не давал, полностью прийти в себя. Потому он решил пока расслабиться, и просто следовать, за новыми приятелями, а там как сложится…

Патар прихватил себе пинту «темного», и вернулся за стол, не собираясь оставлять приятелей одних. Поделился местными новостями, рассказал пару свежих анекдотов, а потом, решившись, перешел на другую тему.

— Тут давеча принесли мне парочку вещей, думаю, они тебе заинтересуют — уверенно заявил он Априусу.

— И что же такое должно меня заинтересовать — удивился тот.

— Да парочка кристаллических сюрикенов, с пробивной способностью о-го-го, и «скатку» ты о ней спрашивал. Примитив, конечно, только самые простые яства творит, но в квесте, она незаменима.

— О, это и вправду неплохие вещи. Мне как понимаешь, голод не страшен, а вот моим новым спутникам, без еды ни как. А тратить время на добычу пропитания, иногда ой как не с руки. Так что благодарю брат. Есть еще, что достойное внимания?

— Ну как сказать, для простого странника, это просто необходимые вещи, но тебе…. Думаю, не нужны, всякие там плащи-невидимки, сапоги, что путь сокращают, и в них по болоту можно идти аки посуху.

— Да это лишнее, мы и без всякого там сапог расстояние сокращать умеем, а невидимость надевать так и вообще. — Кивнул Априус, и спросил уже про другое — собратья наши по Кругу так и не заглядывали?

— Нет. Я ж говорил — по слухам там теперь другие правят, и развитие народов идет по другому направлению. Был тут один скиталец, кое в чем просветил — там теперь научное производство поставлено на основу. Магические ливни иссякли, владеющих силой почти не стало, так на уровне деревенских колдунов да знахарей, вот и пытаются по-другому совершенство искать. И вырваться оттуда, теперь тоже не так просто. Так что соваться на Терру просто так никто не станет. Хотя артефактов разного рода, там еще полно, но они все надежно упрятаны.

— Подожди, но там же, различных божеств было, хоть пруд пруди.

— Было. Но пришел Мессия, посеял новые семена своей веры, и они постепенно отошли на задний план, а точнее всех последователей старых богов просто вырезали. А раз нет почитателей, боги теряют силу, и впадают в «спячку». Думаю это и случилось, не сразу конечно, но в течение нескольких тысячелетий, их нейтрализовали. Уж больно много их там было, а Единого и Властного Головы, не нашлось, вот и доигрались. Людям не нужна сила избранных, там теперь властвуют механизмы, которые подвластны самим людям. Так то.

— Понятно, А мы вот как раз туда собрались, Ки это что-то вроде отправной точки, так что по-любому пойдем.

Разговор потек чуть вяло, горячее мясо всегда вызывает аппетит, а в сочетании с холодным, и густым пивом, так и вовсе. Ни куатар, ни Яша, людям не уступали, успевая, есть и свое и из общего блюда тягать куски индейки, и колбаски. Для Рунина поставили специальную пиалу, и он то и дело макал туда клюв, запивая проглоченный перед этим орех. Кэфент и Проныра ели жадно, видимо в последний раз так сытно им приходилось поесть, очень давно. Бывший воин-некромант, пожалуй, вообще не помнил свое прошлое меню, и новый желудок с удовольствием урчал, насыщаясь.

Для завсегдатаев Корчмы, это была странная компания, но не такая, чтобы уж, сюда и не такие захаживали, а обслуга давно уже привыкла, хозяин всякий раз приводил сюда разнообразных гостей.

— И куда вы после Терры то намылились? — Поинтересовался Патар, медленно цедя свое пиво.

— Это как путь-дорожка ляжет — ответил Априус — есть очень загадочные места во Вселенной, там возможно то, что не вкладывается ни в какие рамки. Например, Хаос и Порядок пересекаются, переходя друг в друга, и населяющие эти области существа способны ходить друг к другу в «гости» А еще там своя магия, с определенными методами построения чар. В общем, было бы интересно побывать там, может, натолкнусь на решение проблемы с Поедателем. Божественная Троица только сдерживает Его, а его слуги, все время ищут способы прорваться.

— Да каждый мнящий себя Истинным Богом приносит в Сферу, новую неразрешимую проблему. Как думаешь, Творец и это предусмотрел?

— Мне кажется, его план в развитии Вселенной предусматривал множество вариантов. И право на жизнь, получили такие порой ужасные существа, что нам бы и в голову не взбрело, что подобные могут зародиться. Формы их настолько многообразны, что никакой список не вместит. Темные области Сферы, могли такое породить, что не снилось даже Прежним Владыкам, считавшим себя всеведающими.

— Думаешь Уахинбар и иже с ним, не знали об этих Темных Областях?

— А оно им было надо? Зачем им лучезарным соваться туда, где никогда не будет почитателей, и не возникнет угрозы их правлению. Они диктовали свою волю только гуманоидным расам, к тому же держали в узде магов Предела. Просвещающий тут намекал, что те области были отделены самим творцом, чтобы никак не пересекались с тем, что нам привычно. Цель его эксперимента — жизнь в любых ее проявлениях, а то какова она не так уж важно. В общем, за все эпохи, ни мы туда не совались, ни они к нам, но теперь что-то изменилось. Мы для них не что иное, как прокорм, ну а цели они могут вообще не иметь, кроме поисков среды обитания.

— Нда — протянул Патар — что-то мне все больше и больше начинает нравиться быть корчмарем. Ни тебе чудищ всяких, ни алчных Властителей, а со всякого рода проходимцами, я как-нибудь управлюсь. Еще чего-нибудь хотите?

Все шестеро отрицательно покачали головами. Индюшка была съедена, остатки колбасок и сосисок тоже быстро исчезли, и, утолив внезапно возникший голод, приятели принялись просто потягивать, густое словно патока, пиво.

Еще некоторое время, поговорили о разной всячине, обменялись кое-какими новостями, и, распрощавшись, двинулись дальше. А учитывая месторасположение Корчмы — рядом находился перекресток Миров, откуда обладая определенными знаниями, можно было пройти в нужные земли.

Если уж оказались в таком месте, почему же не воспользоваться пространственным переходом? Что Априус и проделал, оставалось, правда, только гадать, в каком же именно краю, они окажутся, ведь Терра — Земля голубая планета, очень даже не мала. Туда можно было и не заходить надолго, но уж больно хотелось посмотреть на произошедшие в ней перемены…

Глава вторая Отправная Точка — Земля

Вышли они в странном пустынном месте, похожем на плато, все истрескавшееся и иссушенное ветрами. В округе никого, лишь в небе промелькнула какая-то хищная птица. Кэфент остановился и застыл, раскинув руки, впитывая в себя ощущения незнакомого мира. Проныра хмуро огляделся, и невесело пробормотал под нос:

— Нда погуляли тут…

Априус осторожно потянулся к сферам сознания мира, не зная, как тот отреагирует на его прикосновение. Все было, как и прежде — шестиуровневая система построения земли, над ней семь небес, но вот воды стало больше, а материков меньше, да и их очертания приобрели иной контур.

— Яша — обратился он к ящеру — похоже, твоя родина сейчас подо льдами, и не только она, весь южный и северный полюса считай, закованы ледяной броней. Но нам туда и не надо, глянем краем глаза, что тут, да как, и дальше отправимся.

— А я не больно то и хотел, там побывать — ответил недодракон — Цего я там не видел? Холосых воспоминаний до встлеци с вами, у меня нет.

— Вот как тебе повезло увалень толстопузый, что нас тогда встретил — поддел его попугай — не мы бы, так забила бы тебя та ребятня.

— Не забила бы, я бы плевлатился, и они бы лазбезались.

— Ага — скептически фыркнул куатар — Это ты сейчас такой грозный, а тогда со всех ног улепетывал, а про способность трансформации, и не думал.

— Ницего такого, это был такой маневл, я…

— Тихо вы, нашли время… — прикрикнул Априус — нам бы города посмотреть, да в пару храмов заглянуть, чтоб понять, как тут управляют. Так что перенесемся-ка мы, в более обжитые края.

Ориентировал свое Заклинание, Априус, так, чтобы оказаться в местности, где обитали народы, бравшие свое начало от выведенных сюда им самим, и Прсвещающим, беженцев из Даарии. Когда-то ту территорию занимали сплошные леса, но минуло столько веков, земледелие и животноводство процветало, а значит, требовались ровные пашни и луга. Потому не было ничего удивительного, что, после того, как Чары Переноса отработали, оказались они в пригороде небольшого провинциального города.

— Город рядом — втягивая воздух, прорыкал куатар — пешком дойдем быстро…

— В любом случае осмотреться не помешает — ответил Априус, по грунтовой дороге направляясь к недалеким постройкам.

Идя вдоль ровных усаженных молодой капустой и горохом полей, они всматривались в добротные дома, все спрятанные за деревянными заборами, что виднелись впереди.

— Похоже, придется разделиться…. — Задумчиво пробормотал Априус. — Вы друзья мои, прочешите окрестности, а мы с Кэфентом и Пронырой, посетим городские культурные места…. Надеюсь, такие найдутся. Может это и не самое лучшее государство, для понимания полноценной картины, но все же.

— Смотлите, смотлите — во весь голос заорал Яша — самодвизусцяся повозка!

Все посмотрели назад, ящер как раз обернулся, чтобы оглянуться на особо аппетитный кочан капусты, и потому первым заметил эту повозку. Внешним видом она напоминала карету, но не имела никаких упряжек, а двигалась самостоятельно, издавая при этом низкий рокот. И эта, странная колесница медленно приближалась, стало видно и возницу, что вытаращенными глазами взирал на застывших в пыли проселочной дороге путников. Звук, издаваемый самодвижущейся повозкой, стал громче, и Рунин проговорил, скрипучим голосом:

— Словно зверь, какой ревет, может они запхали туда дракона какого непутевого?

— Нет, это механизм — разглядывая сбрасывающего скорость железного коня — проговорил Кэфент — только вот что, заставляет его двигаться? Заводная пружина, или чары?

Поскольку никто из компании Априуса, убираться с дороги и не подумал, то колеснице пришлось остановиться. Из нее высунулся возница, и хотел было наорать, чтобы они не заграждали путь, но наткнувшись на заинтересованные взгляды ящера и куатара, явно передумал.

— Мил человек ты не бойся — на языке расов проговорил Априус — вон с какой штукой один управляешься. Скажи нам лучше, что это за город? Чем живет?

Мужик некоторое время насуплено молчал, затем, видимо решив, что перед ним бродячие циркачи улыбнулся и сказал:

— Город зовется Угличем. А живет чем? Ну источник тут хороший, от того и пиво лучшее, сыры славные, такие нигде не встретишь, ну и фермерство процветает. Шахты там всякие…

— Надо бы зайти посмотреть, как народ живет — повернулся Априус к своим спутникам — и потом уже к вознице — подвезешь нас?

— От чего ж не подвести — подвезу — согласно кивнул мужик, умело обработанный куатаром — садитесь — и наклонился, распахивая дверцу.

Априус посмотрел на одежду возницы, потом на себя и своих спутников, и на каждом из них, создал иллюзию такой же. Теперь они могли показаться в городе, хоть и не всей честной компанией, Куру и Яше придется погулять в окрестностях. Те сами все поняли, и отступили от «кареты» сразу же направляясь в сторону недалекой посадки, отгораживающей поля друг от друга. Рунин помешкав, тоже сорвался с плеча, и последовал за ними, и в салон самодвижущейся повозки, уселись только люди. Мысленно договорившись, встретится у окрестностей города, через сутки, они расстались.

Расспрашивать возницу о его чудо-повозке никто не стал, выяснить все решили в самом городе, и использовать для этого те средства, которые изобрели сами люди для обучения своего потомства — книги. Вкратце Михася — а так звали возницу, все же расспросили, и тот после некоторого рассказа, даже дал им карту города, где были четко обозначены все достопримечательности. Довез он их до самого центра, где находились здания городского управления, библиотека, несколько трактиров, и учебное заведение. Поблагодарив возницу, они вышли и стали осматриваться.

— Ну что, кто куда? — Поинтересовался Рус.

— Я прошвырнусь по кабакам — оглядываясь по сторонам, весело проговорил Проныра — похоже, тут весьма, даже хорошо живут, вон какие люди улыбчивые.

— Хорошо. Только смотри без фокусов своих. Но тут в ходу монета, которой, у нас нет — надо бы обменять в ювелирной лавке, парочку самоцветов, а потом уже разбежимся. Так что идем, поищем нужную лавку — смотрите внимательно на вывески.

Лавок они не нашли, но зато ювелирная мастерская отыскалась довольно быстро, там не особо торгуясь, Априус выменял камни на увесистую пачку бумажных купюр, и разделил ее на троих. Вернувшись на главную площадь, они покрутились немного среди местных жителей, и разошлись. Вернее это Проныра юркнул в какой-то полуподвал, нюхом почуяв нужное ему заведение. Априус же с Кэфентом, дружно зашагали в библиотеку — им обоим было интересно все, что мог о себе рассказать техномир.

Пока шли по широкой улице, все дивились массе снующих туда-сюда самодвижущихся повозок, странных двухколесных механизмам, и с лязгом, проносящимся мимо вагонеткам. В холле библиотеке, их ждал очередной сюрприз, большой металлический шкаф, с окошечком в котором стоял стеклянный сосуд, вверх донышком. Наверное, они долго бы гадали о его предназначении, если бы подбежавший к шкафу мальчишка, наглядно не продемонстрировал им, что же это такое.

Он нажал на стакан, фонтанчик воды ударил снизу, омывая стенки и дно, затем паренек перевернул его, и поставил все в том же окошечке, но уже в нормальном положении. Далее на глазах изумленных странников, произошло действо, которое иначе как чудом они назвать не могли. Мальчишка поднял руку, опустил в прорезь металлический плоский кругляш, и в стакан, с хрюканьем хлынула струя воды с пузырьками. Парнишка достал стакан, и с удовольствием выпив, убежал.

Вот тут-то Кэфент, и проявил свой по-настоящему жизненный интерес. Порывшись в складках одежды, он подобрал монету, соответствующую размерам прорези, и повторив действия мальчишки. Априус дождался своей очереди и последовал его примеру.

— Странное ощущение — когда они оба выпили по стакану, проговорил Кэфент — колючая вода. Но как бодрит, и освежает.

— Да вода и впрямь хороша, горло щекочет. Интересно как они добились этого эффекта?

— Кудесничество местное! Ладно, мы же не за этим пришли, идем выяснять, что тут да как. Надеюсь, нам подскажут, что за трактаты следует взять на прочтение, чтобы все понять.

И они пошли по лестничной клетке на второй этаж, следуя указателям на стенах. Вскоре, их взглядам открылось невероятное количество стеллажей и полок, заставленных разнообразными книгами, на входе стоял стол, где сидела миловидная старушка, к ней они и решили обратиться с просьбой помочь. Хорошо еще читальни оказались совершенно пустыми, и бесплатными, а завести глаза для оформления необходимых бумаг было нетрудно.

— Нам бы что-нибудь про мировую историю — попросил Априус, библиотекаря — так если бы мы были дикари из джунглей, желающие узнать все про все. Или как дети малые, что еще ничего не знают, но обучить их современной жизни просто необходимо.

— Вы, наверное, вечерники? — Усмехнулась женщина — Тогда вам нужны энциклопедии, и не один том. И еще кое-какая литература редкая. Сейчас я подберу.

Ждали они недолго, и пока читали названия книг на переплетах, библиотекарша, сноровисто снимала с полок, экземпляр, за экземпляром. Таким образом, спустя десять минут, они дружно опустились за столы, а перед каждым возвышалась стопка, разных по толщине книг. Благо дело каждый из чародеев, умел читать быстро, и отсевать ненужное из текста. Работа по изучению прошло Земли, закипела, не без чар понятно — иначе слишком долго.

После прочтения нескольких страниц детской энциклопедии, Априус, выяснил, что прорыв в развитии народов Ки, начался всего лишь несколько веков назад, по крайней мере, так твердила официальная наука. И в этом немало помогла новая религия, хотя она же и притормозила. Народ хотел большего, чем плуг и мотыга, да кони, хотел бороздить моря не под парусом в утлой лодочке, а в самодвижущихся кораблях. Хотел в небо, хотел облегчить свой труд — а магия все иссякала, и иссякала. Все чаще и чаще, появлялись самородки, обладающие в большинстве своем пытливым умом, и таким образом бывшие алхимики, лекари и кузнецы, превратились в ученых мужей, которые и подарили миру труды по естествознанию, прикладным наукам и всякого рода открытиям.

Был изобретен порох, а вместе с ним и пушки, мушкеты, и пистоли, началась колонизация дальних земель. Появились водопровод, осушительная и оросительная система, корабли стали строить многомачтовые, и с пушечным вооружением — прогресс пошел. Практики-мыслители собрали первый печатный станок, и паровой двигатель, кузни превратились в металлургические цеха. Наука и техника пошли бок обок, лекарское дело тоже пошло по своему пути, и появилась медицина. Это положило начало для развития цивилизации, стоявшей на месте тысячелетиями. А затем открытия посыпались отовсюду — метод добычи электричества, паровоз, пароход, и автомобиль. В небо устремились первые фанерные бипланы, со временем превратившиеся в стальных птиц, летающих выше облаков. Сооружались плотины с гидроэлектростанциями, заводы и фабрики — человек начал покорять стихии, иным, не магическим путем, и самодвижущиеся повозки.

В общем, без магии, мир совсем не умер, люди нашли альтернативу, и даже во многом облегчили свой труд и украсили досуг. А то, что осталось от древних времен стало культурными ценностями старины, которые постоянно изучались, и ученными выдвигались предположения, для чего они предназначались.

По мере, невозможно быстрого изучения, Априусу стало ясно, что ни Ки, ни Геи, ни Матери-Земли больше нет, есть просто Земля. Ну или Терра, которая даже лик свой изменила, и искать здесь следы какой бы там ни было техномагии бесполезно, нет старых богов, нет и их предметов, а тем более шемов — небесных колесниц. А то, что представляют собой новые религии, больше похоже на хорошо продуманную подделку. Некий симбиоз из того, что было еще во времена солнцепоклонников. Небесная война, здесь вылилась в ангельский мятеж, причиной которого сделали человека. Ни дат, ни сроков, куча противоречий, и одно объяснение — мол, вам не понять Замысел Божий. Но отцы церкви свое дело сделали мир начал развиваться, вначале, правда, почти весь шар захлестнули войны веры, но потом….

Потом наступил некий перелом. Обогатившись на войнах, короли да торговцы принялись вкладывать деньги в производство, в первую очередь конечно нового оружия, но и во всякого рода новшества. И немало в этом поспособствовали монастыри и церковь. Ибо в первых совершались различного рода алхимические открытия, печатались и переписывались книги, а вторая весьма успешно истребляла колдунов и ведьм, а вместе с ними и сомнительные артефакты старины. Течений вероисповеданий было несколько, около четырех, но главенствовало в основном два, хоть и ответвились они от одного изначального. Любое чародеяние стало запретным и осуждаемым, впрочем, как и кудесничество, астрономия, изобретательство и тому подобное, ибо умных людей сложнее контролировать. Но минули годы средневековья, исчезла ярая инквизиция, и пошло родились основатели физики, химии, арифметики, зоологии и ботаники. А вера? Вера осталась. Ибо это опиум для народа, и надежный инструмент для его же контролирования.

Об истоках веры, Априус выяснил лишь то, сравнительно совсем недавно, около пяти тысяч лет тому, бог, который есть Слово, сотворил это мир. Затем Солнце и Луну, чтобы отделить день от ночи. Затем травы сеющие, и тварей разных, ну и напоследок человека.

— Ну да — про себя улыбнулся Априус — выходит, двадцать тысяч лет назад я тут по пустому месту гулял. А Инкир и Инлал, или по-здешнему Энки и Энлиль, сильно бы удивились, узнав, что когда они полмиллиона лет назад, тут золото искали для починки аэра, родного мира, тут вообще ничего не было, только пустота. Ясно, что кто-то очень сильно всех одурачил. Вопрос лишь в том — кто? Отцы церкви? Или этот, который все слова Творца записывал, и людям передавал, Будто тому, как Всесильному и Всемогущему трудно их высечь где-нибудь, так чтоб всем видно было.

Словно по наитию Рус, отбирал книги, и вскоре выяснил, что разошедшаяся по всему миру первокнига — библия, основана на еще более старой книге, книге иудеев Торе. И в Заветах, были помещены лишь части текстов оттуда, причем тщательно подчищенные. Таким образом, все, что все, что узнавал новый появившийся на свет человечек, ему преподавали из Торы, отсюда и происхождение слова История. Выдержки из нее были скопированы, переправлены, и переизданы специально для рядового обывателя. Тысячи старых фолиантов, древних книг, были сожжены недоумками, и миру вместо миллионов лет, стало всего лишь пять тысяч с хвостиком.

Но как понял Рус, народ такая подделка устраивала, в этой стране вообще в бога верили единицы, большинство, же, бредило о космосе, и совсем не верили что там, на небе живет бог. Они верили в науку и технику, медицину и в невидимый мир волн, неважно каких, и этого им было достаточно, чтобы жить беззаботно. Тема религий нынешней Терры, была довольно интересной, но Априус решил в нее не углубляться, и как можно больше узнать о достижении человечества в других более, прикладных областях.

Напоследок он прочел еще одну статью в журнале, и смутно, практически читая между строк, нашел упоминание об очередном божественном переделе. Тогда произошло сражение, где некий Элохим-Гибор одержал верх, при этом все остальные участники сражения, были разделены на две категории, именуемые церквями просто демонами из преисподней и небесным воинством. Первое время, они еще воевали между собой, но потом полем их сражений стало человечество, причем кто на самом деле дарил ему свет знаний, так и осталось, сокрыто под сенью тайны.

Как и много где, в этом мире религия стали инструментом для управления массами, и все так называемые священные источники были написаны людьми. Все это сразу говорило о желании патриархов церкви скрыть правду и повелевать не очень то и разумным человечеством. Потому что даже в своих книгах они писали, что только не грамотные неучи, с пустым мозгом, да фанатичные остолопы подходят для их паствы. А Творец, отошел на дальний план, лишь кое-где упоминавшийся как Создатель Сущего, не какого-то там одного мира, вокруг которого прибиты звезды, и солнце с луной, а мириады планет, звезд, и материального пространства, что в вечном движении. Ибо застой это Смерть. А Творец он, на то и Созидатель чтобы строить, а не разрушать. Отжившее же, уходит иным путем, преобразуясь во что-то иное.

— Рус, похоже, все, что мы с тобой тут перелопатили, учат в начальных классах школы — перелистывая страницы очередной книжки — пробормотало Кэфент — хорошо еще мне базовую память не подчистили, а то все вот так сразу и не поймешь. Формулы, теоремы, законы действующие только здесь. Хорошо, что кто-то потрудился составить такие замечательные экземпляры для своих чад, а то так с ходу мы бы не разобрались.

— Это точно. У меня и то голова кругом идет. Хорошо еще эта Глафира Петровна подобрала нам такую содержательную, но не заумную литературу. Боюсь даже представить, чтобы тут творилось, будь еще и магия им доступна.

— И не говори — беря сверху стопки, очередную книжонку кивнул Кэфент — если тут все такие образованные то их не удержали бы местные границы, пошли бы по мирам стремительно и мощно. Видимо потому их, похоже, кто-то и ограничил. Правило одного дара. Я вот тут читаю — раньше у них все было, сказано правда словами другими, но вот некий император сетует, что теперь люди не владеют телепатией, телекинезом, и ясновидением, а раньше, мол, могли.

— Разорваться, чтобы идти сразу двумя путями невозможно, иначе ничего хорошего не выйдет. Но массы тут в любом случае, довольны жизнью. Рабство отменено, быт их скрашен, условия проживания обеспечены надежно. На каждом углу продовольственная лавка — по местному магазин. Во многих мирах до такого уровня народу, очень далеко. Правда от родной природы, как понимаю, все дальше и дальше, но это уже второстепенное.

Затем на долгие часы, они оба замолчали, сосредоточенно изучая отобранную литературу. И только к вечеру, к моменту закрытия библиотеки это занятие пришлось бросить, поблагодарив за помощь Глафиру Петровну, они спустились вниз, и покинули дом Знаний, не забыв выпить несколько стаканов газированной воды, из автомата.

К моменту встречи с Пронырой, голова у обоих чародеев шла кругом. Вся эта новизна не хотела усваиваться вот так сразу, если бы пожить тут чуток, тогда да, они бы научились не только понимать, но и применять знания.

— Ну и мирок — вращая головой по сторонам, проговорил Кэфент — хотя по-своему мне тут нравится. Все четко функционирует. Люди вроде как счастливы, и труд их облегчают механизмы. Даже коров доят при помощи аппаратов. Не смотри на меня так, я в журнале вычитал…

— Слово-то, какое — журнал — хмыкнул Априус — смотри, нахватаемся тут разного, нас никто понять не сможет.

Кэфент открыл, было, рот, чтобы возразить, но тут из-за угла вынырнул Проныра, довольный и улыбающийся. В левой руке он нес какой-то баллон с носиком, в пальцах правой же держал коричневый цилиндр на деревянной палочке, от которого постоянно откусывал кусочек, и с наслаждением проглатывал. Завидев друзей, он сглотнул и довольно проговорил:

— Братцы, вы себе не представляете, чего я тут только не наслушался, и не насмотрелся. И это я, который вырос в Андориносе, где есть все что угодно, но как оказалось не все. Ум за разум заходит. Уж не знаю чему и верить. Пришлось прикидываться выходцем с далекого хутора, который ничего не знает о городской, цивилизованной жизни. С гор спустился, мол, а там только отары пас, по звездам да по солнцу время определял.

И что поверили? — Не поверил Кэфент — на простака ты не похож.

— А куда им деваться, когда я им огниво продемонстрировал? А тут о таком давно забыли. У них спички, и там зажигалки разные. Изобретения, в общем, в ходу. Вот кстати несу одно такое чудо изобретение — сифон называется. В него заправляют шипящую воду, она так тонизирует, и утоляет жажду, что ни с чем не сравнить. И после тяжелой пищи, тоже хороша. Меня тут так наугощали, что только ей и спастись можно…

— Да мы как раз представляем — усмехнулся Кэфент — мы такую воду пили из автомата, это такой шкаф холодильный, продает такую вот водицу, за монеты. Только он еще и сладкую воду продает, если бросишь монетку потяжелее. А насчет всяких там открытий, и изобретений — мы такого начитались, что и не верится, пока в действии не увидишь. Не все, правда, понимаем, но вот теперь представление имеем. Ладно, ты лучше скажи — разузнал, где тут самая лучшая харчевня? А то мы за день ни чего и не ели.

— О, да тут много всяких, э-э…. Ну в общем, мест, где перекусить можно. Названия только не нашенские совсем. Но я уже разобрался, что к чему. Денег у нас предостаточно, да и час уже поздний, так что идем в ресторан. «Березки» называется. Тут рядом, мне его посоветовали как самый пристойный. К тому же над ним гостиница имеется. Это вроде постоялого двора или таверны что-то.

— Березки, так березки — пожал плечами Априус и зашагал вперед. — Веди, если разобрался уже, куда идти.

Проныра ловко бросил оставшуюся от лакомства палочку, в мусорный бачок, который здесь имел название урна, сунул баллон под мышку, и ловко обогнав Априуса, повел их вдоль по улице. При этом, непрестанно болтая, о названиях здешних закусочных заведений.

— Столовая, видимо от слова стол, или столоваться. — На ходу размышлял полуэльф — Кафе, пивная, пирожковая, сосисочная, блинная, вареничная, и пышечная, тут названия говорят сами за себя. Но они в столь поздний час закрыты уже. Ночью только рестораны работают….

Вскоре они уткнулись в отдельно стоящее здание, окна которого ярко светились, а с первого этажа, из открытых окон доносилась приятная музыка.

Заведение оказалось многоэтажным, на первом размещались бар, раздевалка, санузел, и бильярдный зал. Там они задерживаться не стали, и отправились сразу на второй этаж, который целиком занимал ресторан, выше же были уже комнаты, которые предоставлялись для съема. Друзья резво поднялись по широкой лестнице, и распахнули двойные створки двери. Взглядам открылся ярко освещенный зал, разделенный на две половины, одну из которых занимали накрытые секции, вторая же просто была заставлена четырехугольными столами, покрытыми накрахмаленными скатертями. Зал был практически полон, столы буквально ломились от разнообразных блюд.

Не сговариваясь, они сходу направились к секционной половине. Где в каждой кабинке имелись своеобразные закутки покоя. Неяркий свет образовывал приятный полумрак, к небольшому прямоугольному столу были приставлены, обитые кожей лавки, на вид удобные и мягкие. Проныра первым прошмыгнул за стол, и умостился в самом темном углу, лицом к входу в кабинку. Кэфент последовал его примеру и сел по другую сторону стола. Априус лишь улыбнулся и спокойно уселся спиной к выходу.

Официантка, так здесь называли служанок, принимающих и приносящих заказ, принесла книжечку с перечисленными там блюдами — меню, и, улыбаясь, удалилась.

— Ну Фиор что нам лучше заказать? — Поинтересовался Кэфент.

— Во-первых, шампанское — это вино такое шипучее, во-вторых, мясное ассорти, в третьих суп-харчо, в четвертых цыплят-табака, ну и салаты какие выберите. Только очередность надо соблюдать.

— Ладно, возьмем еще по усмотрению служанки.

Когда официантка вновь подошла к столу, они уже были готовы сделать заказ, и потому просто перебрасывались репликами по поводу того, что успели разузнать. Впитывать, такое огромное количество сведений, о совершенно незнакомом мире, пошедшем по техническому пути развития, было тяжело. Но благо дело способность к быстрому обучению имелась у всех троих. И уже немного освоившись, они спокойно приступили к поглощению принесенной пищи. Суп оказался им в новинку, и пришелся по вкусу, поэтому тарелки опустели быстро, и, издав звуки типа «уф» троица принялась за ассорти с салатом из крабов, запивая все это превосходным игристым вином.

— Да такого я еще не пробовал — согласно кивал Априус, отхлебывая из высокого бокала — в этом мире есть, что почерпнуть даже в виноделии.

— Да тут вообще много чего интересного имеется — согласился Фиор — жаль у нас времени немного, а так бы поисследовать стоило. Я так понял хоть мир и пошел по пути технического прогресса, как они называют свое движение вперед, но охотников за различными артефактами, не убавилось. За все время существования здешних цивилизаций, их не так уж и мало осталось. И мне даже удалось узнать, где содержится некая часть из них.

— И где же? — Поинтересовался Кэфент.

— В неком Ватикане. В столице страны под названием Италия, Рим зовется этот город. Мне попался в пивной, довольно интересный собеседник, профессор чего-то там, он столько всего знал, и умел рассказать, что я уже подумывал, а не прихватить бы его с собой, но он слишком уж опьянел…. Так вот тамошние святоши, по его словам методично, из года в год, в течение не одного столетия, разыскивали предметы Силы, и прятали их в свои подземные сокровищницы. Но только вот туда, никто так и не сумел прорваться…

— Что тебя несказанно заинтересовало и задело — усмехнулся Априус — да только пойми — нам сейчас не до местных артефактов. Хотя понимаю — ты уже загорелся, желанием проникнуть туда, и выкрасть что-нибудь эдакое.

— Не без этого — растянул губы в усмешке полуэльф — но я бы и по странам этого мира не прочь постранствовать.

— В другой раз — да, но сейчас мы продолжим свой путь. Этот мир, просто отправная точка.

— И куда же этот путь приведет? — Спросил Кэфент.

— Если бы я знал. Он не прямой и не ровный. И может извиваться, опоясывая пласты реальности как угодно. Но конец этого пути в месте компромисса.

— Понятно. — Проныра потер руки — ну что закажем десерт?

— Давай, мы тебе доверяем.

Полукровка и впрямь не подвел, он выбрал то, что никто себе, и представить не мог, хотя бы раз не попробовав. Многослойное желе, мусс, трюфеля, и напоследок заказал мороженое, тоже разных сортов в одной розетке.

— Нда — облизывая ложечку — прошамкал молодой чародей — кулинары тут настоящие кудесники. Никогда не ел ничего подобного. Всякие там щербеты, медовый лукум, и ореховые шарики — это все не то.

— Согласен, ничего лучше этих снежных шариков, особенно в жару, и быть не может — кивнул Априус, осматривая бутылку из-под шампанского — надо будет прикупить такого вина на дорожку. Будет повод, разопьем. Оно продается в этих, как их… магазинах?

— Да у них там, много что продается. Я тут в один такой большой заскакивал. Из продуктов там почти все есть, только овощи в других продают. Упаковано, правда, все несколько необычно, но товар хороший.

— Вот и ладненько, значит, заскочим туда, а потом сразу за город. Встретимся с нашим зверьем и будем двигать дальше.

— А нам прямо надо так спешить? — Спросил Кэфент, допивая молочный коктейль, и вытирая губы салфеткой.

— Ну не то чтобы очень — задумчиво ответил Априус — но задерживаться сейчас не позволительная роскошь. Если удастся узнать секрет мирного существования бок обок Дворов Порядка и Хаоса, мы могли бы совместными усилиями изгнать Поедателя, туда, откуда он явился. А потом продолжить этот нескончаемый бой между собой. Хаос ведь никогда не успокоится…

— Ну, тогда да — лицо Кэфента потемнело — ему ли было не знать на что способны порождения этой бездонной Утробы, и их союзники. — Только пока что слуги Лордов Хаоса как раз объединились с «рогачами» Поедателя, а не с нами.

— Ну, один мир, это еще не показатель. К тому же там, насколько я понял, была лишь одна определенная секта черных колдунов, приютившая остатки поколения магов Предела, к которому принадлежал и кое-кто из нынешних Правящих Богов. Теперь-то ты знаешь, кто есть кто, а то воевал ведь практически вслепую.

— Да — согласился — бывший невольный защитник теперь уже слившегося в нечто новое, мира — тогдашние мои познания об устройстве и управлении Вселенной были далеки от реальности.

— Ну все, хорош рассиживаться — решительно поднялся Априус — расплачиваемся, и идем, посмотрим — как тут ночлежка, пристойная или так себе?

Расплатившись, они покинули ресторан, и прямо оттуда отправились в гостиничные покои. Где за небольшую сумму, сняли трехместный номер, лишь немного одурманив, местного приемщика, или как он называется официально администратора.

Первые полчаса ушло на знакомство с туалетным блоком, разобравшись, они долго восхищались удобствами, которые изобрел для себя местный люд.

Приняв душ, справив естественные нужды, странники, долго таращились на стоящий в углу ящик, потом, вспомнив все прочитанное они, решили, что это и есть телевизор. Через пару минут его удалось включить, и о сне никто даже не вспомнил. Смотрели все подряд, все, что показывал волшебный ящик, как назвал его Проныра. И спать естественно не ложились до рассвета.

А утром, вновь приняв ободряющий душ, покинули гостиницу, и напоследок, перед тем как покинуть город зашли в магазин с надписью гастроном. Зашли и, осмотревшись, в первую очередь купили аж пять бутылок шампанского, семь бутылок пива, несколько коробок шоколадных конфет с разной начинкой, пару батонов вареной колбасы, десяток плавленых сырков, и три буханки хлеба в форме кирпичика.

— Надо же чем-то зверье наше побаловать, поуудивлять — пояснил Априус — на удивленные взгляды Проныры.

— Тогда возьми им мороженого. Несильное заклятие холода сохранит его для них.

— Вот ты этим и займись, а я куплю пожалуй, вот эти интересные жестяные баночки с надписью «шпроты» и «салака» насколько понимаю это не портящийся провиант. А нас ждет неизвестность.

— Тогда надо взять всего, что не портится — поддакнул Кэфент — тут вон тушеное мясо, молоко, овощи различные…

— Подбирай! — Коротко согласился Рус — только влезет ли все это в наши мешки?

— Всунем — усмехнулся чародей — все, что здесь сделано — интересно попробовать.

— Да это единственное, что мы можем позволить себе, унести с собой.

— А почему не можем всякие там приспособы?

— Не за этим мы сюда пожаловали. Да и работает тут все в основном от электричества.

Априус расплатился за все, что они приобрели, и с изрядно потяжелевшими мешками, они отправились назад. Путь утренним, залитым солнцем улицам, был, конечно, несравним с тем, когда они шли из библиотеки по ночному городу, и казался не таким интересным. Ни тебе множества горящих фонарей, ни светящихся витрины, вывесок, ни натянутые над проспектом гирлянд в виде светящейся символики этой страны. Нет, гирлянды то остались, но они были выключены, а вместо этого добавилась городская суета, снующие туда-сюда автомобили, и пешеходы.

— Да где еще такое увидишь — оглядываясь назад на столб, уже выключенного фонаря — пробормотал Проныра — даже Андоринос при всей его огромности, не может похвастаться таким освещением улиц. Там фонари хоть и магические, но так много света не дают.

— Да, при всем скоплении в нем разных штуковин — усмехнулся Априус — до здешних городов ему далеко. Хотя мы успели увидеть только один, и совсем не губернский. Думаю это все не просто так. Кто-то переориентировал развитие эго мира, по такому вот пути технических изобретений. Могу предположить, дальше будет еще техничнее что ли, ведь прогресс тут на месте не стоит. Пройдет лет пятьдесят и произойдет новый скачок, больше всего они будут развивать эту свою электронику и химию.

— Боюсь и представить, что у них может выйти — передернул плечами Кэфент — и так уже вон о железных птицах, прочел что летают, перевозя людей туда-сюда. Субмарины под водой ходят, как рыбы какие, и в них, тоже люди сидят. В общем, нам при всех наших знаниях, до понимания всех этих технологий еще очень далеко.

— Интересно, что там за эти сутки с нашими компаньонами произошло? — Вслух проговорил Проныра, выскочившую наперед мысль.

— Да все нормально у них — ответил Априус — если бы что не так, я бы уже знал.

Так они и шагали по утренним улицам, любуясь правильной архитектурой зданий и поневоле восторгаясь ухоженности клумб и палисадников, возле них. Становилось ясно, что за городом тщательно ухаживают и присматривают. Видимо здесь процветает единая городская система, иначе все бы было вразброд, как в привычных городах, тех миров, где бывал Априус.

Но вот уже и окраина города, никаких тебе стен, ворот, арок, просто монумент с названием города, и все. Да еще тракт, который тут зовется трассой, что ведет к другому городу. Сразу за окраиной, начинались поля огороженные посадками, и небольшими искусственными водоемами, вот к одному такому путники и направились, идя по проселочной не крытой ничем дороге. Вскоре зоркие глаза Априуса рассмотрели две застывшие белую и грязно зеленую точки, что лежали на берегу. А вернее зеленого ящера и снежно-белого куатара, лениво расположившихся у воды.

— Хорошее место — одобрительно сказал Априус — отсюда, пожалуй, и начнем, дальнейший путь.

На плечо опустилась знакомая, и давно ставшая привычной тяжесть, и каркающий голос проворчал:

— Чего долго, то так? Мы уже ждать умаялись. Эти охламоны вон рыбалку устроили, а мне хоть волком вой — скукота.

— Не бурчи, мы на сутки договаривались. А ты мог бы и в город слетать, ночь ведь длинная. Как что так тебя не удержишь, а тут прямо таки исполнительная птичка…

— Я тебе не птичка — заворчал Рунин — а летать тут не так то и безопасно — видишь вон те столбы с веревками натянутыми между ними — вот от них исходит…. Исходит…. В общем, некая угроза. Потому я решил подождать тебя. Горохом, зато брюхо набил под завязку, год наверно теперь, есть его, не буду.

— Слазь тогда с плеча обжора — сбрасывая попугая одним движением, воскликнул Априус — побудешь пока орлом не из тех, которые летают, а из тех, что горы обсы…. В общем, гадят, где попало.

— Когда это я…. — Обижено, вскрикнул попугай — да ни разу такого не было, чтоб я да на кого-то из своих…

— А-а — усмехнулся чародей — ты, наверное, копишь. Помню, как ты в садах Обетованного разошелся, они, наверное, до сих пор, дивятся как в одной сравнительно небольшой птице, могло оказаться столько…

— Не будем об этом — решительно прервал хозяина Рунин — вон посмотри на этих двух жрунов, небось, всю рыбу из пруда выловили. Так нажрались, что теперь им лень даже шевельнуться.

— Да? А я думал, вы тут голодаете, и мы принесли вам пожевать чуток. Но ничего сами съедим.

— А чего вы там принесли? — Тут же поинтересовался Рунин.

— На следующем привале узнаешь. А пока переваривай то, что уже в тебе. — И повернувшись к куатару и ящеру, крикнул: — Эй, лежебоки подъем! Пора в путь!

Дальше дело было сугубо за ним, ни кто, не смог бы разобраться в принципе перехода из одного Отражения в другое. Все кто умел странствовать подобным образом, проходили для этого специальное Посвящение. Почти все древние народы, шаманы которых стояли у истоков колдовства, оформляли эти ритуалы в своеобразные рисунки на земле, или каменистой почве. Выложенные из небольших камней, выставленные из валунов, или монолитных блоков, прочерченные на каменных плато глубокими канавками, так или иначе, они являлись своеобразными Лабиринтами, пройдя которые можно было обрести определенные возможности и способности.

Для таких мест часто нужна была жертвенная кровь, либо самого проходящего, либо какого-нибудь редкого и священного животного. Перед тем как стать Хранителем, Априусу пришлось прожить множество, хоть и кратких, но разнообразных жизней, порой в телах таких странных существ, что душа просто выла, пытаясь отстраниться от увиденного. А до того как Смотритель призвал его, Рус успел немало веков постранствовать бесплотным духом, так и не распавшись благодаря заклятию прадеда. Потому он видел многое из того, что сокрыто для других, знал, как думают и чем руководствуются всевозможные создания, из различных уголков Вселенной. И обрывки увиденных когда-то эпизодов из жизни основателей Дворов Хаоса и Порядка, отрывки их разговоров, стали возникать в памяти, все, что узнал из преданий, легенд, и старинных свитков, всплывало на поверхность. Все связанное с Янтарным Королевством, до которого было еще так далеко.

— Я могу чем-то помочь? — Поинтересовался Кэфент, у которого в отличие от его прежней жизни, потенциал в магии весьма возрос. Просто пока он еще не успел опробовать свои возможности.

— Землю теперь очень трудно покинуть. Ну, так как раньше. Этот же способ был доступен вообще лишь двадцатке людей. И все они вначале приходили сюда, а уж потом возвращались к себе. Нам же предстоит наоборот, и пока я не знаю, за что зацепиться. Эти путешествия по теням Эмбера, имеют одну особенность надо представлять детали, того места, куда хочешь попасть. Но я там, ни разу не был.

— Ты говорил, нам предстоит посредством отраженных миров добраться до истока…

— Да. Но перемещение по Отражениям — это искусство. Оно требует абсолютного воображения, сверхчеловеческой восприимчивости и способности к крайнему сосредоточению. Естественно, не каждый обладает всем этим, поэтому количество идущих в отражения, колдунов ограничено. Только величайшие художники отражения Земля, имеют некоторые намеки на эти силы, но лишь немногие знают технику движения.

— Мы этим всем вроде бы обладаем…

— Это да, но…. Видишь ли, когда-то я использовал основы этого метода, ведя свой отряд как бы сквозь нарезанный слоями пирог из миров, даже не миров, а неких зон…. И сейчас приблизительно знаю, как уходят королевичи…. Но нам нужно попасть не просто из Отражения в Отражение, а выйти к истоку, к Альфе так сказать. И для этого нужно знать, не фантазировать, представлять, а вспоминать, как там все выглядит.

— Понятно, но вообще как это происходит то?

— На первый взгляд, все просто — перемещающийся фокусирует свое внимание на одной-единственной детали отражения, в которой находится, и пытается представить сходную деталь в отражении, которое ищет. Это может быть камень, ветка, здание, книга, человек, но это должно быть что-то характерное, а не общее. Если в настоящем отражении не на чем сфокусировать внимание, можно попытаться представить предмет мысленно, но это усложнит перемещение. Естественно, чем лучше перемещающийся субъект знает отражение, тем легче ему попасть туда. Удерживая мысленный образ, перемещающийся начинает двигаться. Он может идти, перемещаясь медленно. Это безопасно, но если бежать, тогда гарантий безопасности меньше. Во время движения житель Эмбера продолжает сосредотачиваться на единственном объекте. Вскоре он вызывает другой объект желаемого отражения. Теперь он сосредоточен на обоих объектах. Так он продолжает движение и концентрацию внимания, к нему из отражения приходит все больше предметов, пока отражение не начнет медленно обретать определенную форму. В этой точке начинает изменяться само восприятие, так, чтобы в целом соответствовать отражению. И наконец, спустя значительное время и минуя огромные расстояния, отражение становится полным. Но только тогда, когда «странник» войдет в него все будет завершено, а Отражение станет целым и цельным.

— Че то я не понял — идущий создает отражение или просто идет к тому, что уже существует действительности?

— Гм. Ну поскольку Земля существует в действительности, и существовала еще полмиллиона лет назад, думаю, не создает, а воспринимает фон от Сферы.

— А, тогда я понял, в чем загвоздка. — Кэфент поднял вверх указательный палец — если перемещающемуся приходится концентрироваться на специальном предмете из отражения, значит, он не способен попасть в отражение, о котором ему ничего не известно? Если в памяти не удерживается ничего конкретного, нужно сосредотачиваться сверх меры, а если нет уверенности в результате, это еще и крайне опасно.

— Именно так — я не знаю ничего, что лежит на всем этом пути, что ведет к Янтарному Королевству и дальше. Проблема в том, что там можно попасть в ловушку. Сами вымышленные миры обладают неким сдвигом реальности, неким научным парадоксом или невероятностью, и физические тела, вероятно, там не выживут. А если выживут, они могут разрушить вымышленный мир.

— Нда задачка. Но если я правильно понял в этом мире, гости из Эмберских краев бывали? Значит должен остаться след их перехода, след соприкосновения миров. Этого и ближайшего, из которого вошли сюда.

— Гм, а это мысль. Куру ну-ка хорош, прохлаждаться, давай помогай.

— Куатар одним прыжком преодолел расстояние, отделяющее его от Априуса, и поинтересовался:

— Ну как сходили? Где побывали? Рассказал бы хоть, а потом уже требуй чего-то.

— Априус вздохнул и принялся рассказывать. Барс, молча, выслушал, и в конце этого краткого повествования, Проныра решил немного продемонстрировать достижения этого современного мира. Попросту вставил краник сифона прямо в пасть куатара, нажал на спуск, и тугая струя «колючей» воды ударила с невероятной силой. Куру ошарашено взрыкнул, и сделал глоток, в его звериных глазах отразилось нешуточное изумление, а затем он пробасил:

— Колется… нет, щиплет…. даже скорее щекочет… забавное ощущение. А ну впрысни еще, не распробовал я что-то.

Проныру упрашивать было не нужно, он вновь всунул в пасть куатару, носик краника, и выпустил длинную струю газводы. На этот раз барс, непроизвольно обхватил носик губами, смешно вытягивая их вперед, но глотать, сразу не стал, прислушивался к ощущениям. Через некоторое время все же проглотил, шипящую во рту жидкость, и прорыкал:

— Хорошая штука. В жару особенно. И много так таких вот изобретений.

— Не сосчитать — ответил Априус — они появлялись на протяжении двух-трех веков, так что успело поднабраться. Не поверишь, но у них есть железные птицы, в которых люди летают под облаками.

— Как же они движутся? Принцип как у небесной ладьи?

— Нет. Это выдумка местных мастеров, называется мотор. Они используют их для разных целей, чтобы двигать повозки, вагонетки, пароходы, и летательные аппараты. В такой механизм, накладывается или наливается горючий материал, он, сгорая, приводит в действие крутящийся вал, и тот вращает колеса.

— Ну это не новость. У народа Нин-Хур-Сати тоже имелось множество таких штук.

— Да имелось. Но здесь это в более широком спектре используется. Доступно абсолютно для всех. А теперь давай за дело. Хотя может в чем-то ты и прав, если они не полные идиоты, то могли и взять за основу древние самоходные штуки…

Пока Проныра пшикал из своего сифона, в распахнутую пасть Яши, и пытался напоить попугая, Априус объяснял барсу, что от того требуется. Искать нужно было не просто астральный след, и не отпечаток открываемого когда-то портала, а место перехода одного мира в другой. След своеобразного катка, по которому проскользили сквозь череду, составленную из определенных миров. Потому что уровень тех, кто это делал, был очень высок, и им не надо было медленно перебираться сквозь каждое Отражение, по отдельности.

Требовалось отыскать место слития миров, место, где пространство растягивалось, переходя из одного в другое, это должен был быть своеобразный перешеек.

— Ладно, чего тянуть, понял я, понял — проворчал снежный кот, и демонстративно и шумно втянул носом воздух.

Априус знал, что сейчас куатар задействует все свои сверхчувства, запаховое зрение, и еще что-то там, не доступное человеческому пониманию. Мир станет более многоуровневым, многогранным, объемным размытым и растянутым. А еще Куру еще как бы сольется с ним, своим сознанием, становясь единым целым.

Затаив дыхание, все смотрели как барс, проникает в сокрытые планы бытия, как подстраивается под них, и ищет, ищет след. Прошло около пяти минут, и куатар сдавленно рыкнул:

— Чувствуется некий оттиск… своеобразного пространственного продавливания…. Не здесь. На обратной стороне планеты, в другом полушарии. Нужно отправляется туда, там будет видно яснее.

— И насколько давнее это продавливание? — Поинтересовался Рус.

— Где-то в пределах этого века.

— Понятно. Что же фиксируй точку, будешь нас наводить. Друзья мы отправляемся. Станьте в круг.

Заклятье Переноса, хоть и не является высокоточным, но в пределы желаемого места, всегда доставит. Им Априус и предпочел воспользоваться. Тем более в пределах структурированного мира, это безопасно на все сто. Воздух, замерцал, засеребрился, и мгновением позже, вся компания исчезла, оставив на берегу лишь отпечатки лап. Вот подивятся местные фермеры, увидев отпечатавшиеся в прибрежном грунте лапы огромного барса, и совсем уж чудные оттиски ступней рептилии.

…Вынесло их на идеально ровный автобан. Уже знакомые с асфальтным покрытием дорог, люди не обратили на это никакого внимания, а вот Яша, некоторое время царапал когтями, идеально ровную поверхность дороги, и изумлялся:

— Так вот какие тут тлакты, Не удивительно, цто они тут мозут так гонять на своих повозках. Давайте убелемся в столонку, а то не хоцю бодаться с этими гломыхалками.

— Ты прав, отойдем подальше — согласился Априус — Куру ты уверен, что это здесь?

— Ну, насколько это возможно. Где-то в этом районе было продавливание граней. Найдем подходящее местечко, и я посмотрю снова.

— Там дальше город… — Раздался хриплый возглас сверху.

— Нам туда не нужно — ответил куатар — хотя без сомнения те, кто ходил сквозь миры, прожили здесь некоторое время. Но мне легче будет где-то тут, на природе.

— Хорошо идем вон в ту рощицу — проговорил Априус — осматривая окрестности. — Да и на глазах нечего маячить. Хорошо, что тут вечер уже.

Они двинулись к недалеким деревьям, и вскоре куатар удовлетворенно рыкнул останавливаясь.

— Тут будет самое то. Можно начинать.

Априус посмотрел на своих спутников, и пробормотал несколько неуверенно:

— Что ж друзья за дело!

Таким образом, никто и никогда, никто из них по мирам, а тем более через них, не открывая окон и порталов, не ходил. Всем это было внове и впервые. Но все когда-нибудь однажды случается. Не подсмотри Априус в своих духовных скитаниях эту возможность, никто и ни когда о ней бы и не узнал, если конечно не искать специально.

Тут требовалось полное спокойствие, концентрация воли, и умение владеть собой, ну и конечно великолепное воображение. И как ни странно, все шестеро странников, этими способностями обладали. В какой мир они должны были проломиться, не представлял никто, но попытаться вызвать образ подобных деревьев, что были в этой рощице, или вид такого, же вот, неспешно несущего свои воды, ручья, это было возможно.

Априус ожидал какого-то эффекта от начала перехода, но ничего не происходило. Разве что воздух немного задрожал, да пространство чуть заколебалось. Он, держа в голове образ ручья, сделал небольшой шаг вперед, затем еще и еще, друзья, делая то же самое, последовали за ним.

Глава третья Отражения Янтарного Королевства

Ручей бежал, они шли, и местность постепенно стала меняться, вместо лиственной рощицы появился хвойный лес, на берегу ручья стали попадаться валуны, вода стала более прозрачной, в ней просматривались, мелкие, золотистые рыбешки, весело плывущие куда-то. Вот так привязавшись к водному потоку, они и проследовали в иное Отражение, почти ничем не отличавшееся от Земли. Главное что места эти были хоть и обжитые, но в те моменты, совершенно безлюдные. И следуя вдоль ручья, вниз по его течению, они ни кого не встречали, за исключением редких мелких зверушек.

Постепенно перед мысленным взором Априуса, стала проявляться цепочка из пульсирующих огоньков — путь из отраженных миров, которой нужно пройти, чтобы попасть в Янтарное Королевство.

— А мне тут нравится — крутя головой по сторонам, проговорил Кэфент — люблю сосновые леса. У них какая-то особенная аура. Вечно зеленые деревья чем-то особенно хороши, ели всегда высокие, стройные, сосны разлапистые, да и дышится тут по-другому. Давайте сделаем привал, а то кто знает, что нас дальше ожидает.

— Хорошо — кивнул Априус — вон хорошая полянка, с раскидистой сосной по центру. Ручей рядом, если что надо.

Быстро скинув плащи, расстелили их на земле, и, развязав походные вещмешки, достали из них, приобретенные накануне продукты. Колбасу с надписью «докторская» на этикетке, хлеб кирпичиком, плавленые сырки, все нарезали, и, запивая пивом из стеклянных бутылок, принялись есть. Первые мгновения стояла тишина, на лицах и мордах, отражалась целая гамма чувств, затем Яша, быстро проглотив свою долю пищи, проговорил:

— Оцень интелесный вкус у сыла, и колбаски тозе. А цто это такое холодное, аз молоз плобилает?

— Это такая замороженная смесь — ответил Проныра, более всех изучивший сорта мороженного — в основном молочная, но бывает и ягодная, бывает ванильная или в шоколаде. Зовется просто мороженое. Продается в стаканчиках и на палочке, прямо на улице. Ты попробуй пальчики оближешь…. Ну в твоем случае лапу обсосешь. Давай помогу…

Поддерживаемое заклинанием в нужной температуре, мороженое, очень сильно изумило Яшу, впрочем, не только его, ни попугай, ни куатар, везде странствующий вместе с Априусом, такого лакомства и представить не могли. Есть мороженное в лесу, сидя под сосной, было как-то особенно необычно, и малюсенькие порции, почти мгновенно исчезли во ртах и пастях. Рунин тоже умудрился не отстать от остальных, ловко искусав свое, воткнутое Априусом, палочкой в землю.

— Ух, как горло холодит — проговорил барс, облизываясь — Проныра дай запить из своего сифона, а то больно сладко в руту то.

— На. Только давай не сильно увлекайся. Осталось уже меньше половины, а заправить будет негде. Даже и не знаю — выкидывать ли баллон, как вода закончится, или таскать за собой?

— Если бы попалось зеркальный мир Земли, может быть, и удалось бы наполнить его вновь — поднимаясь, ответил Рус — так что будет видно. Ну что все идем дальше. Руки сполоснем в ручье и вперед.

Они вернулись к ручью, помыли руки, и умылись, а затем, вновь сосредоточившись, принялись проламывать себе путь, проецируя каменное русло ручья на точно такое же, но в другом мире. Так и пошли дальше, держа образ ручья в голове, который вроде бы и был привязан к Земле, но оказался текущим как бы сквозь миры.

Вскоре хвойный лес, сменился лиственным, все больше попадались дубы, осины, березы, вязы, а, в конце концов, вообще стал оливковыми рощами, вода в ручье помутнела, зато он стал глубже, и шире, превращаясь в мелкую речушку, и на его берегах стали встречаться более крупные животные.

По абсолютно синему небу над головой, всем стало ясно, что они перешли в еще одно Отражение, потому, как и воздух, здесь был несколько суше и жарче. Да и вообще чувствовалось, что это уже другой мир, отличный от предыдущего.

— Так говоришь, этот Эмбер является одним из ключевых миров? — Поинтересовался Кэфент, у Априуса, нагоняя того — или он нечто другое?

— Да является, но он еще и прообраз, прототип, основа, опорная точка на меридиане Сферы. Таких миров немного. На заре времен, точнее еще раньше во время зарождения Вселенной, они послужили шаблоном, моделью, по прообразу которых и выстраивались остальные миры. Плюс ко всему этому они строго закреплены на кристаллической решетке Сферы, каждый на своем месте. У меня никогда не было времени, чтобы не то что побывать в каждом из таких миров, а даже обозначить их на модели Сферы. Вселенная представляет собой очень сложный живой Организм, со своими правилами, законами, и особенностями. И чтобы хотя бы чуть-чуть изучить его, нужно не останавливаться ни на миг.

— Значит, там заложены некоторые основы правил Мироздания? Раз это мир из самых первых, что овеществились?

— Ну как мне кажется, именно там расположен Изначальный Огненный Путь, своеобразный, магический узор, представляющий собой, целую систему положений Порядка. Узор, который и издает основополагающую цепь действующих законов, именно он и противостоит силам Хаоса, которые ни как не успокоятся. Прости, если объясняю, путано и не понятно. Это так лишь предположения, не более того.

— Значит, думаешь, именно там формируются самые простейшие э, положения Порядка?

— Ну скажем так, это одно из мест, где постоянно вырабатываются контрмеры, против попыток Владык Непостоянства, одержать реванш. Не думаю, что так было изначально. То есть Творец тут не причем. Это уже творение кого-то другого, более местечкового. Видимо что-то узнал, такое, что подвигло сделать добавочный инструмент защиты против сил Хаоса.

— Да из своего прежнего опыта, могу сказать, что адепты этих Сил, на выдумку весьма хитры, и в разных мирах действуют весьма по-разному. Где-то они даже не утрачивают людских обличий, хотя имеют и второй облик. Но суть я уловил: — кто-то сотворил своеобразный Пик Стабильности, который не только удерживает, э-э, в порядке один мир, но и отбрасывает множество теней, которые хоть и зависят от первоисточника, но живут собственной жизнью. С той лишь разницей, что все, что происходит в шаблонном мире, отзеркаливается на его Отражениях.

— Да, лучше и не скажешь. Но главное то, что они каким-то образом взаимодействуют с Двором Хаоса, при этом постоянно не воюя. И это в данный момент, меня интересует больше всего. Если существует возможность как-то договариваться, то почему бы ее не использовать. Победить всеобщего Врага, а потом разбираться между собой. Лучше уж пусть адепты Хаоса, станут нашими союзниками, чем союзниками Поедателя, как уже произошло. Ведь эта ненасытная утроба, что есть, ни пойми что, могла поглотить и Хаос. Который окружает нашу Сферу, я имею в виду, и который по моей теории является Вторичным. Он еще не есть вещество, но уже довольно близок к этому.

— Ну это совсем уж философский вопрос — что там за пределами Сферы. Никто ведь никогда не выходил за Барьер.

— Никто и ни когда — грустно улыбнулся Рус, вспоминая прадеда, которому, скорее всего это как-то удалось. Но теперь, поди, узнай, вышло ли у него это, может, распылило Агатона на атомы, как говорят на этой Земле, которую они недавно посетили. — Хотя знаешь, собирались же Падшие куда-то бежать? И явились же они откуда-то из-за края, сбросив власть Древних? То-то и оно, об это тоже не следует забывать. Мысли глобально, ты уж не тот запутавшийся мальчишка, что принял бой, не задумываясь, и видящий даже не верхушку айсберга, а так самый кончик.

— Да тут ты несказанно прав, в моей — Кэфент — невесело улыбнулся — общине, тщательно скрывались даже те крохи правды, что были известны. И, пожалуй, лишь единицы, знали о существовании Правящих Богов. И кто они есть такие.

— Ну и не удивительно. Божественная Троица не кричит о себе на каждом углу, как было до них. В этом и их сила, и их слабость. А о Падших…. Откуда тебе вообще, было о них знать? Их свергли где-то около пяти тысяч лет назад, и то, смотря каким временем мерить.

— А ты откуда все это знаешь?

Априус быстро взглянул на собеседника — внешне, в смысле возрастным обликом, они почти не отличались, поэтому Кэфент, мог его посчитать практически одногодком, просто с очень большими знакомствами.

— Да так, изучал редкие книги, старые рукописи и фолианты. Было даже пару глиняных табличек с рунописью… Отец у меня был большим собирателем по этой части. Натаскал всякого, в родовое поместье. Ну а потом еще просветили, некоторые весьма просвещенные личности. Твои вызволители, кстати. Тебе они как представились?

— Назвались жрецами. Жрецами Сферы.

— Гм. Ну, можно и так сказать. Так вот, они, пожалуй, единственные, кто может коротко, четко и ясно поведать тебе все историю Сферы. От некоего момента после Сотворения, и до нынешних времен.

— А ты-то как с ними встретился?

Рус, чуть улыбнулся, вспоминая первую встречи с Великим Змеем, и произнес, немного погрустнев:

— Ни за что не поверишь — во время водных процедур. Но мы столкнулись друг с другом абсолютно случайно. В океане. Он вынырнул из глубин прямо передо мной, и чуть не сделал меня заикой. А когда заговорил, у меня вообще чуть речь не отняло…. Но та наша встреча была мимолетной. Тогда я не знал кто он. Да и вообще ничего почти не знал. А потом…. Потом было не до того. Наш э-э… замок взорвался. Неправильное использование Силы. Погибли все. Даже камня на камне не осталось. В один миг, мы с Куру, остались вдвоем. И началось наше звездное странствие, странствие по мирам, и вне их…. А Просвещающий, можешь звать его так, потом сам меня нашел. С тех пор, мы с ним как бы, э-э, сотрудничаем, если можно так сказать. Ну и наработались кое-какие обязательства…, так что…

— Понятно. Значит это сугубо твое желание, подвигло их вернуть меня?

— Ну не совсем. Не хотели бы — не стали. А так видать чувствуют, если не угрызение совести, то что-то схожее, ведь если бы ни ты, со своей безумной башней, сидеть бы взаперти и… ну теперь сам знаешь кому. Да и вся Сфера можно так сказать тебе обязана, это если вспомнить о последствиях. Так что это возвращение, это неизмеримо малая благодарность, за твой, не побоюсь этого слова подвиг.

— Ладно, не будем об этом. Вновь дышу, хожу, и ем, и то хорошо. Хорошо еще память подчистили основательно, а то бы наверно заела насмерть.

— Это да — кивнул Априус — сам себе блоков наставил. А то бы двинулся.

Тем временем ручей превратился в мутный, грязный поток, струящийся в зарослях тропической растительности. И шли они уже через джунгли, то и дело, прорубая, мечами дорогу, хотя звериные тропы, тут и имелись, но, то и дело приходилось огибать непроходимые места на берегу.

Рунин все это время дремал на плече Априуса, боясь взлететь и потеряться, а тут еще и дождик начал моросить. Тут он внезапно открыл глаза и проорал:

— Чето не нравится мне погода! Бурей пахнет, как пить дать.

— С цего это ты лесил так? — Полюбопытствовал Яша, шагавший сзади Руса.

— А с того, что навостри чувства, ящерица безмозглая! — Это не простая буря.

Погода резко ухудшилась, задул пронизывающий, какой-то неестественный ветер, небо потемнело, стало тяжелым, засверкали уже близкие молнии. Внешне это напоминало тропическую грозу, но все, как-то разом ощутили, что это нечто другое.

— Не нравится мне что-то это ухудшение погоды — втягивая носом воздух — проревел куатар, останавливаясь — нехорошим таким «сквознячком» потянуло.

— Ты о чем? — Тоже обостряя все чувства, поинтересовался Априус.

— А ты что не чувствуешь? Назревает что-то…

Барс не успел договорить, сзади раздался рев, по ручью все, нарастая, понесся огромный вал воды, в мгновение, превратив, его в бурный, затопляющий все вокруг, неистовый поток. Ветер за какой-то миг, превратился в шквальный, вокруг начали валиться и ломаться деревья, вырванные с корнем кусты, полетели по воздуху, как пушинки, ливень хлынул, сплошной стеной, и вместе со всем этим пришло, странное почти забытое ощущение, недееспособности чар.

— Что творится с магией? — Заорал Кэфент — стараясь перекричать шум и треск — ничего не работает. Даже самое элементарное.

— Сейчас лучше не колдовать, чревато… — крикнул в ответ Априус — давайте прочь от берега. Поток все нарастает.

Уклоняясь от летящих по воздуху обломков, они бросились напролом в джунгли — сейчас усмирять стихию было нелепо, к тому же это явно была не простая гроза. Буквально из ничего родилась огромная скрученная воронка, смерча, который, набирая обороты, затягивал в себя все. Где-то неизмеримо далеко, зародился этот шторм, из столкновения волн, что исходят от пределов, где граничат Порядок и Хаос.

Как так получилось, объяснить сложно, но шторм пронесся сквозь множество Отражений, подхватывая людей и предметы, в том числе и нашу честную компанию, в последний миг, вцепившуюся друг в друга. Априус как всегда схватил Рунина за лапы, крепко зажав их в кулаке, и не смотря на вопли попугая, не отпускал другой рукой, инстинктивно ухватив недодракона за толстый хвост. Вокруг все ревело, грохотало и выло, буйство стихии было ни с чем не сравнить, магические потоки тоже, словно сошли с ума, здесь нужны были абсолютно другие заклинания, построенные на совершенно иных платформах, там, где все не стабильно, требуется мгновенно, изменяющийся узор.

В отраженных мирах, этот шторм, проносясь, везде оставлял свой след. Где проявлялся ураганами, тайфунами, буранами, и бурями, а где селями, и наводнениями, укрыться от него было не возможно, такие колебания миров, хоть и редко, но случались. Путников, долго вертело, и бросало внутри смерча, а затем, когда тот распался, они обнаружили себя в несущемся, потоке, грязной, ревущей воды. Их волокло уже, по какому-то ущелью.

При всей своей силе, чародеи оказались беспомощны, потому что та бешеная скорость, с которой смерч, и водный поток, пронзали пространства миров, не давала, сплестись ни одному, мало-мальски мощному заклинанию. Это было похоже на гигантскую незримую трубу, в которой под невозможным давлением, прогоняется все, что в нее попало.

Априус ощутил, что круговерть в голове поутихла, и, попытавшись осмотреться, вскоре понял, что их несет в себе горная речка, с ее неизменными порогами, и перекатами. Нужно было принять такое положение, что бы ноги были впереди, и иметь возможность отталкиваться ими в нужный момент, от несущейся навстречу опасности. А еще надо было держать Рунина над водой…. Хотя зачем? Рус, с силой подбросил попугая вверх — лети пташка, на то тебе и крылья, а сам принялся искать взглядом друзей, плывущих где-то рядом в бурлящей воде. Одновременно с этим он слышал отзвуки грандиозной битвы, именно она послужила причиной зарождения шторма, там плавилась реальность, там тек камень, и съедалось пространство, дисбаланс был настолько силен, что становилось понятно, почему любое магическое воздействие становилось невозможным.

Но видимо там наступил какой-то перелом, потому что горная река, постепенно, умерила свой нрав, став небольшим, не широким, все увядающим потоком, мелеющим прямо на глазах. Априус сумел встать на ноги и попытался уйти в сторону от течения, волоча за собой Яшу. Выбравшись на каменный уступ, он подтащил ящера, подал руку Проныре, и облегченно вздохнул, увидев как, рядом оказался мокрый куатар.

— Кэфент где? — Прохрипел он, поворачиваясь к полуэльфу.

— Н-не знаю — выдавил тот — наверное, дальше отнесло.

— Ладно, надо выбираться на сухое, не объявится, пойдем искать…

Помогая друг другу, почти на ощупь они начали выбираться из воды. Вокруг почти ничего не было видно, стеной стояла водная пыль, клубился туман, и царила полутьма. Небо было где-то высоко-высоко, все затянутое злыми, темными тучами. Но какой-то намек на просветление все же, наметился, хоть тучи все еще были там. Сумасшедшее небо за ними выкидывало свои фокусы. Но в тучах была яркость. Они побледнели и теперь пылали, словно загораживали солнце.

Априус следил, как тучи становились все ярче. Самая большая и яркая из них закружилась так, словно ее взболтали. Внутри нее метались, выстраиваясь, силуэты. Контур начал принимать форму. Сама гроза онемела, когда возникло видение. Что-то определенно формировалось над головами — уже просматривались черты огромного человеческого, лица.

…Кэфент, весь исцарапанный и избитый, шатаясь, выбрался из водного потока, вокруг ничего не было видно, стоял сплошной полумрак, как будто на дне очень глубокого ущелья. Пропасть была просто огромна, стены не ощущались ни слева, ни справа, сверху просто светло серое пятно, вот и все что удалось рассмотреть. Никого из своих спутников, маг не слышал, попытки позвать ни к чему не привели, и он некоторое время просто приводил себя в порядок, выжимая одежду, и проверяя так и не брошенный вещмешок, который сыграл роль смягчающего щита, при ударах.

Внезапно наверху начало светлеть, Кэфент задрал голову и попытался рассмотреть насколько глубоко ущелье, но краев не увидел. Зато прямо над собой, где-то в месте, где должно было быть небо, узрел лицо. Бесспорно человеческое, и лик это был к кому-то обращен, но чародей явственно чувствовал, что диалога там нет, это, скорее всего некое сообщение, предназначенное для кого-то наверху.

Постояв еще некоторое время, с запрокинутой головой, чародей всматривался в этот лик, стараясь понять, что же там, наверху происходит. Магические потоки в этом месте просто сходили с ума, чувствовалась близость Хаоса, и еще навязчивое ощущение неизбежности какой-то катастрофы.

Не было под рукой привычного посоха, не было времени и места, вычерчивать пентаграммы, поэтому за те быстротечные мгновения, что ему отводились, Кэфент, не успел даже понять, что происходит. Он просто ощутил чьи-то эмоции, страх, потом ужас, быстро приближающуюся длань смерти. Бывший некромант, мог чувствовать старуху с косой очень хорошо, и ни с чем спутать не мог. Кому-то предстояло умереть, умереть прямо сейчас.

Какая-то внутренняя сила, заставила бывшего воина лиги убийц, сгруппироваться, в последний миг не смотря ни на что, он рискнул бросить, заклинание «Замедления» оно притормаживало действие всего, что происходило вокруг. Непроизвольно он вытянул руки вперед, чуть сгибая их в локтях, и тут же ощутил удар, и громадный груз у себя на руках. Не удержавшись на ногах, Кэфент, опрокинулся на спину, но свой, неожиданный груз так и не выпустил.

От удара о камни, сперло дыхание, словно рыба, глотая ртом воздух, он попытался повернуться на бок, спихивая при этом тяжесть, давившую сверху, и рассмотреть, что или кто, упало ему в руки. Видимость по-прежнему была нулевая, но магического зрения ведь его никто не лишал, а с новыми возможностями, он мог видеть, лучше, чем ясным днем.

Кэфент, замер — рядом с ним на голых камнях лежала девушка. Прекрасная, израненная и…. И почти мертвая. На левой щеке и горле, глубокие порезы, отпечаток ужаса на бледном лице застыл нелепой маской. Парню, не смотря ни на что, сразу же захотелось согнать это выражение с прекрасного лика. Он осторожно провел ладонью по ее лбу — горячий, потом так же нежно по щекам, стараясь не касаться пореза. Ее веки чуть дрогнули, лицо разгладилось, тогда Кэфент с трудом усевшись, подтянул девушку к себе, и, положив ее на свои колени, принялся вспоминать приемы искусства врачевания.

Первый же осмотр показал, что серьезных повреждений у спасенной красавицы, нет. Кроме порезов, да полуобморочного шока, от того, что упала в пропасть. Целящие заклятия, и небольшая толика собственной энергосилы, Кэфента быстро привели ее в чувство. Веки дрогнули, и она распахнула чудесные синие глаза. Казалось, даже туман понесло прочь, от этого взгляда, чародей замер, не смея пошевелиться, и постарался держать руки так чтобы не испугать незнакомку.

Несколько секунд она, не моргая, смотрела ему в лицо, затем быстро бросила взгляд — вправо-влево видно оценивала ситуацию, и видать надумала что-то не то. Тело ее напряглось, мгновенно выгнулось с дугой, и, не меняя позы, она вскочила на ноги. Чародей и опомнится, не успел, как его собственный клинок острием уже глядел на него. Сноровки и умения этой красотке явно было не занимать.

Только сейчас Кэфент обратил внимание, что незнакомка одета по-воински, хоть и весьма дорого, но и в ее стойке и в осанке, он безошибочно мог определить если не профессионала, то довольно сносного мечника.

— Эй-эй — Кэфент выставил обе руки вперед — вообще-то, если ты не заметила я тебя спас. Ты вон оттуда прилетела — он осторожно потыкал пальцем вверх. А потом я тебя лечил, после водного купания, мне как-то не до того было, это если ты о чем-то не том подумала…

Спокойный голос, и расслабленная поза, наверное, подействовали успокаивающе — незнакомка опустила меч и что спросила. Кэфент пожал плечами и помотал головой, демонстрируя полное не понимание. Она спросила еще на нескольких языках, но, ни один из них, чародею был не знаком. Тогда он быстро, бросил то, полученное от Жрецов, заклинание, что позволяло понимать всех, даже не гуманоидных, разумников.

— Ты кто? — Было ее первым, понятым им вопросом. — И где мы, и что ты тут…?

— Твой спаситель — улыбаясь, ответил Кэфент — ты навернулась в пропасть, а я поймал. Сам не знаю, как так получилось, что мы оба остались целы. Я немного подлечил тебя. Так что верни мой клинок, и не балуйся больше, а то еще порежешься.

Она фыркнула, и показала несколько довольно, мастерских выпадов, затем протянула ему меч, и сказала недоуменно:

— В пропасть? Странно… Мы ведь упали в бездну, в ту, что за краем. Всего. А не в пропасть или провал. Ничего не понимаю, может это Камень как-то повлиял, хотя он и был у Бранда, а не у меня. Ну да ладно, это потом… Значит, я тебе обязана жизнью. Могу отблагодарить золотом или драгоценностями за мое спасение. Нужно только вернуться в мой дворец. Я вообще-то принцесса. Но ты то, как тут очутился?

— Бурей забросило. Мы с друзьями пытались разыскать одно загадочное королевство. А тут налетел такой шквал, что нас понесло сквозь миры и пространства. Голова до сих пор кругом, я потерял своих товарищей во время паводка…. Мне, удалось выбраться из потока только здесь, я еще не успел сориентироваться, как тут ты шлепнулась мне в руки.

— О должно быть вы попали в шторм в Отражениях. Это естественный, но не очень понятный феномен. Одна теория о его происхождении говорит, об интерференции волн, которые расходятся от нашего Эмбера и Дворов Хаоса, формируя природу Отражений. Как бы там ни было, когда поднимается такой шторм, он может пронестись через большое количество отражений, прежде чем выдохнется. Иногда эти шторма наносят много ущерба, иногда не очень. Но в мгновения буйства они часто переносят предметы. Так что вам еще повезло, легко отделаться.

— Ты сказала от нашего Эмбера? Неужели ты оттуда?

— Да, я одна из принцесс королевской крови. И прихожусь законнорожденной дочерью своему отцу. К сожалению, он успел неплохо продолжить свой род, потому не о каком наследстве речь даже не идет.

— А как ты-то сюда попала? Наверху как я ощутил, идет сражение…

— Это наши семейные разборки, совпавшие с войной Хаоса и Порядка. Сейчас там финальная Битва. А в пропасть я упала, будучи сброшена одним из моих братьев, оказавшимся тем еще мерзавцем. Думала что все уже, путь мой прервался. Но видно рановато мне еще на свидание со смертью. Как будем выбираться?

— Для начала надо найти моих друзей. А там посмотрим. Меня кстати Кэфентом кличут. Я не принц, и вообще не имею отношения к королевской династии. В моем родном э… мире, другие иерархии. Хотя в свое время я был советником императора, так что не очень-то задирай нос, принцесска.

— Я тебе не просто какая-то заурядная принцесска, или королевна из Отражений, мой род основал король Эмбера, а он есть основополагающая Порядка. Мы сродни богам.

— О покорнейше прошу меня простить ваше высочество! — Поклонился Кэфент, немного ерничая, но боюсь вам уже не вернуться к прежней жизни. Из этого провала непросто будет выбраться…. Но не в этом причина, я… — чародей осекся, потому, как ему на плечо опустилась довольно ощутимая тяжесть, а в ухо прокаркало?

— Ну ты и забрался, дружище. Насилу отыскал, в таком-то тумане не особо полетаешь, хотя мне не привыкать, но тут все искажается, потоки закручивает…. О, да ты уже и подругу себе нашел. Здравствуйте леди! Меня зовут Рунин, я представляю собой редкий вид вещих говорунов.

— Обалдеть — пролепетала девушка — он не просто разговаривает, а ведет беседу, как…. как….

— Как и вы — люди — перебил ее попугай — с кем имею честь?

Черноволосая красотка, мило улыбнулась, и по-военному склонила голову, потому что всякие там реверансы, без платья были бы неуместны:

— Я принцесса, Дейдара Эмберская. Являюсь одной из многочисленных детей своего отца, повелителя Янтарного Королевства, который, к сожалению, погиб, и теперь вся наша семья погрязла в борьбе за трон. Так что не в лучшие времена вы попали к нам.

— Из тумана неслышно выскользнул куатар, и уставился на незнакомку, своими умными глазами, потом вслух проговорил весело:

— Я смотрю Кэфент, ты времени зря не терял. Хороший выбор одобряю. Здравствуйте леди, меня зовут Куру, мы вместе с вашим другом путешествуем.

Обалдевшая принцесса только хлопала ресницами, не сразу прейдя в себя от необычно разумных зверей и птиц. Затем воспитание и привычка быстро адаптироваться к ситуации взяли свое, и она проговорила:

— Очень приятно меня зовут Дейдара, можно Дейдра ой…

Из-за стены тумана появились Априус и Проныра, следом за которыми семенил возмущающийся Яша.

— А вот и мои приятели — улыбаясь, проговорил Кэфент — знакомитесь принцесса из Янтарного Королевства, ее высочество Дейдра.

Последовала следующая череда представлений и приветствий, а когда все более-менее привели себя в порядок, Рунин усевшись на плечо Априуса, проворчал:

— А не пора ли нам убраться из этого негостеприимного места? Тем более что реальность тут разваливается провалами, образуются каверны, не пойми из чего. У меня голова кругом идет.

— Да по-моему, она не просто разваливается, а не успевает воплощаться, стабилизироваться. — Присев словно перед прыжком, пробасил Куру — и наш пернатый друг, безусловно, прав, нужно срочно валить отсюда.

— Отсюда будет, не так-то просто переместится — проговорила принцесса, с весьма озабоченным видом, озирающая окрестности — вон даже пространство плавится… видимо близость Хаоса, сказывается, да еще и мой братец успел с Камнем Правосудия начудить. Но этого места все равно быть не должно. Вы видимо являетесь очень сильными э-э корректорами пространств, другой причины для образования этого места я не вижу.

— Гм — пробормотал Априус — интересная теория, но анализировать будем потом, А насчет перемещения, что-нибудь придумаем…

— Каким это образом — выгнула бровь в изумлении Дейдра.

— Видишь ли, мы можем путешествовать и несколько иным способом, а не только, привычным тебе перемещением по Отражениям. — Улыбнулся Кэфент — но для того, чтобы это делать, нужно иметь истинные представления об устройстве Вселенной. Ваши же догмы, несколько ошибочны, или вернее не полны и не столь объемны. Миров существует великое множество, но чтобы осознанно попасть в какой-то определенный мир, нужно не только обладать возможностями, но и иметь представление о его месторасположении на звездной карте Сферы. Или попросту знать его координаты. Знакомы ли тебе быстрые перемещения? А не долгие странствия из Отражения в Отражение?

— Да, но только они опасны. Не каждый может справиться. Это зовется у нас адской скачкой. Нужен специально обученный конь, и полная сосредоточенность на том месте, куда нужно попасть. Один из моих братьев может проделывать это и на автомобиле…. Это такая самодвижущаяся карета.

Априус не особо прислушиваясь к разговору, туман вокруг казался живым, по нему то и дело пробегали зеленоватые искорки, очертания каменных стен уже были не видны, и требовалось как можно быстрее принять решение — каким именно способом отсюда следует выбираться. Единственное что еще оставалось вещественным это каменное русло ручья, и слабо текущий по нему поток. Самый первый элемент, с которого все и начиналось. Местоположение Эмбера на карте Сферы, так и осталось неизвестным, поэтому отталкиваться от него было Самый первый элемент, с которого все и начиналось. Местоположение Эмбера на карте Сферы, так и осталось неизвестным, поэтому отталкиваться от него было невозможно. Решение пришло быстро, в памяти всплыли давние дни, когда и вдвоем с Куру, спешно убирались из не менее странного места, просто уйдя в неизвестность.

— Станьте рядом друг с другом — голосом, не терпящим возражений, приказал он, мысленно уже произнося начальную фразу, старого как мир заклинания. Старого, неимоверно древнего, но все еще действенного и могучего. Потому что в таких условиях, пробовать, что-либо другое было довольно рискованно, и крайне не разумно. А не стабильность здешней материальной ткани, вызывала просто рвотные рефлексы, даже у него, видавшего всякое, так что чем быстрее они отсюда уберутся, тем лучше.

Быстро встав рядом с друзьями, Априус лихорадочно стал ждать начала действия чар — потому что даже текущий рядом ручеек, стал проваливаться в бездну, вместе с каменистым руслом, и берегами. Наконец воздух, вокруг них, или точнее то, что здесь его заменяло, сгустился, стал более плотным, и вот уже четко оформившийся, кокон, вобрал их в себя, и, рванувшись вверх. И понесся быстрее прочь отсюда, туда, где проявленная реальность имеет стойкие законы, а не плывет, словно плохо сработанная иллюзия.

Он несся куда-то, время будто бы остановилось, хотя Дейдре казалось, что прошла целая вечность. Все это время, Кэфент не отпуская, держал ее за руки, неотрывно глядя в ее расширившиеся от ужаса глаза. Она хоть и была, довольно рисковой штучкой, любящей ввязываться в опасные предприятия, и даже в ближний бой, но ее трясло как в лихорадке. Впрочем, не удивительно — такое перемещение могло привести в ступор кого угодно.

Упругие и слегка мутные стенки купола, все равно давали возможность даже обычным человеческим зрением видеть, проносящиеся вдалеке, звезды. Принцесса дрожала всем телом — у нее появилось стойкое ощущение, что все, что произошло после падения — это явно ее бредовые видения, и она, должно быть, погибла, а все что происходит уже не связано с проявленным миром. Если это было посмертие, то оно было до жути странным и ужасным, хотя чего еще можно ждать после падения за край Всего?

Вдруг, она почувствовала, как ей на плечо перебрался, этот странный, черный попугай. Он немного повозился, устраиваясь поудобней, и внезапно, принцесса четко услышала его слова прямо у себя в голове:

— Не бойтесь сударыня, все будет хорошо. Это вполне безопасный способ, покрыть большие расстояния, если конечно знать все секреты. Кокон никогда не распадется вне мира. Так что где-нибудь да приземлимся. А там останется только сориентироваться…

Девушка ощутила, успокаивающую волну, перетекшую в нее, от этой странной птицы, успокоилась, и даже попыталась посмотреть на приближающийся круглый, темно-зеленый шар, над которым висело оранжевое солнце.

— Ну вот еще чуток, и вновь почувствуем твердь под ногами — снова раздался мысленный голос попугая.

— Благодарю за поддержку — мысленно попробовала ответить девушка, пораженная возможностью пернатого, общаться мысленно, или как говорят в Отражении Земля — телепатически.

Сказать, что ей было не по себе, это ничего не сказать. Но кокон и вправду, быстро понесся вниз, и лишь буквально у самой земли, замедлился, и сразу начал распадаться, на составляющий. При этом, мелодично тренькнув, явно специально для принцессы, предназначенный звук, потому как Априус, чаще всего использовал беззвучное распадение. Некоторое время в сыром воздухе еще мельтешило, что-то напоминающее молочное марево, но затем все исчезло, и странники, смогли осмотреться.

Их выбросило на небольшом пятачке земли, поросшем травой и тростником, также имеющем на себе несколько замшелых валунов, и пару деревьев.

— Тьфу ты, напасть, то какая! — Раздался ворчливый голос попугая уже откуда-то сверху — Кажись, нас в болота закинуло…

— В смысле? — Повертел головой Кэфент — хочешь сказать мы посреди болота?

— Нет — проорал сверху попугай, как и остальные из их четверки, прошедший Посвящение, и потому чувствующий любой мир — похоже, это болотный планетоид. Тут сухих мест, наверно и нет почти.

После этих слов Рунин, резко рванулся на облет, при этом ушел на такой скорости, что только его и видели. Рус тоже покрутил головой, обостряя все возможные чувства, и, вздохнув, принялся расчищать месть для магической фигуры.

— Прежде всего, нам нужно выяснить, куда нас занесло — наставительно проговорил он — природные духи здесь имеются, но вряд ли они подскажут, где именно в Большой Сфере расположен этот мир. Сам же он что-то не спешит это прояснить….

— А ты уже попробовал спросить? — Поинтересовался куатар.

— Да, только не отзывается он что-то. Давайте помогайте, очистим, нужный участок, потом поедим, кое-что обсудим, и продолжим, пока солнце не зашло.

— Вы что все колдуны? — Округлила глаза Дейдра — Моя родня тоже многое умеет, но без помощи каких-либо артефактов не особо-то и много. А вы по небу носитесь как…. — Она замолкла не в силах подобрать слово — и с мирами разговариваете…

— Мы не колдуны — коротко ответил Априус — мы скорее чародеи.

— А что есть разница? — Удивилась девушка.

— Конечно, неожиданно в разговор вступил Куру — но не буду тебе рассказывать об основных отличиях. Все дело в происхождении этих слов, никто уже не помнит, какие отличия были изначально. Колдуны изначально творили обряды, ходя по кругу — по колу, и дуние — символу, обозначающему единство огня земного, и небесного и оттого звались из-за этого колодунами. Со временем слово претерпело изменение, и они стали колдунами, как правило, это слово применяют к человеку, занимающемуся нехорошими делами. Чародеи понятно чары разные творили, волшбу делали, вот волшебниками и прозвались. Вот так способных творить зло и пакости стали звать колдунами, позабыв об истинном смысле, а тех, кто хорошими делами занимался только — знахарями, что тоже неправильно.

— Куру не путай ее высочество — усмехнулся Априус. В каждом мире, свои определения. Единственно, что могу сказать — все эти ведьмы, ведьмаки, волхвы, знахари, дервиши, шаманы и прочие природники редко достигают высокого уровня. Волшебники, же и маги да. А уж как они будут использовать свою силу, это зависит только от них. А среди народа, да, бытует такое мнение — те, кто пользуется Силой, с нехорошими намерениями — колдуны, а те, кто использует ее для добра окружающих — ведунами… А для нас — внезапно прервал он себя — нет ни слов, ни названий. Мы надо всем этим.

— Боги??? — Не веря сама себе, пролепетала Дейдра.

— Ну тут смотря, что ты подразумеваешь под этим понятием. — Улыбнулся Априус, е прекращая очищать землю от дерна — если в твоем понимании — бог — это могущественное сверхъестественное существо, обладающее рядом качеств, властью над чем бы то ни было… — последовала намеренная пауза.

И Дейдра, Проныра, да и Кэфент, невольно напряглись и навострили уши, а чародей, усмехнувшись, продолжил:

— То нет.

— Ага — раздалось в голове Априуса, скептическое хмыканье куатара — конечно нет — хотя когда-то мы и были их детьми, но потом много всего случилось. Один Творец знает кто мы? Два раза божественности лишались…

— Мы это плосто мы — подходя к ним, влез в мысленный разговор, уже успевший измазаться тиной, Яша — болото глубоценнное сказу я вам — продолжил он, переходя к насущным проблемам, уже вслух — самая высокая басня уйдет с велхуской. Ни пелейти, ни пелеплыть.

— О, так и как же нам быть? — Нервно теребя край рукава, полюбопытствовал Проныра, полуэльф, с детства жил у моря, в городских стенах, а Андоринос, если и покидал, то только в случае крайней заинтересованности.

— Да не дрейфь ты, выберемся как-нибудь — хлопнул его по плечу Кэфент — щас перекусим, а там и мыслишка появится.

Априус осмотрел участок земли, очищенный от травы, совместными усилиями, и кивнул:

— Хватит. Давайте пороемся в мешках, что-то да уцелело, эти как их… консервы точно целы, должны быть. Заодно опробуем дар Патара.

Втроем они дружно развязали мешки, и на сброшенные плащи стали выкладывать жестяные банки с надписью «шпроты» и «салака» и тушеная говядина, «лечо из перца». Проныра порылся в мешке и вывалил на плащ несколько плавленых сырков, оставшихся от предыдущей трапезы. Колбасу и хлеб они съели еще в лесу, пиво выпили там же, остались чудом, или точнее при помощи заклинаний уцелевшие коробки с конфетами и шампанское.

— О, да у вас тут, еще и десерт, найдется — обрадовалась Дейдра — какие же вы запасливые.

— Это да — согласился Кэфент — вот все и пригодилось. Жаль, хлеба нет.

— Надеюсь, сейчас будет — загадочно — ответил Рус — давайте стол сымпровизируем, не на земле же скатерть стелить.

На траве, вокруг одного из валунов, расстелили плащи, на него Априус, впервые раскатал «скатку» именуемую еще и простейшей скатертью-самобранкой. Из нее появились, самые простые яства, как и говорил Патар, немудреные и в большинстве своем едва обработанные. Металлический казанок с варенной в мундире картошкой, круг сыра, круги хлебных лепешек — перепечек, добрячий шмат сала, большой кусок нашпигованного морковью и чесноком запеченного мяса, несколько луковиц, большое лукошко малины, и простые, глиняные кружки с киселем.

— Не густо — протянул Кэфент — я слыхал, они чуть ли, не пиршественный стол могут накрыть.

— А я слышал, что им заказывать можно словами, а некоторым даже мысленно — проговорил Проныра, прочесывая за ухом — и еще что…

Но тут его перебил Яша, заревевший:

— Скателть! А ну-ка исполняй! Хоцю больсого тунца! А есце хоцю жаленого балашка, и…

— Яша успокойся — прервал разгорячившегося недодракона Априус — она сделала все что смогла. Это всего лишь малое подобие тех, о которых вы все наслышаны. Но спасибо и на том. Кладите на нее остальные припасы, открывайте сырки, нарезайте.

— А с этим как быть? — Поинтересовался полуэльф, и так и этак, крутя в руках банку со шпротами.

— Надо просто открыть — улыбнулась принцесса, видя затруднение Проныры — вы, что открывалку не захватили?

— Какую еще открывалку? — Не понял парень.

— Ну это такой специальный консервный нож, их много разновидностей. Но сгодится и засапожник, дай, я покажу.

Проныра достал нож, и протянул рукоятью девушке. Та ловко подхватила, и одним резким движением вогнала его в край банки, затем ловко принялась резать, миг — и вот уже ровные рядки золотистой рыбки перед глазами, невольных зрителей. Далее последовали остальные банки, и вскоре все кушанья были готовы к употреблению. Вырезанные из веточек, растущего поблизости деревца, вилочки, облегчили задачу, сыр, сало, буженину нарезали, как могли тоньше, и едва отложили ножи, с неба камнем свалился Рунин, и проворчал:

— Хотели без меня все слопать? Не тут-то было. Ну-ка где моя порция?

Априус добросовестно отобрал всего по чуть-чуть, раскрошил и раздробил, и высыпал на траву у края плаща, затем для удобства ящера и куатара подвинул и им всего, что имелось поесть. И лишь только тогда, сам принялся за еду. Не смотря на то что, четверо из этой семерки, могли вообще обходиться без пищи, яства испарились довольно быстро. А затем настала череда десерта, который, запомнится всем семерым, на всю оставшуюся жизнь…

На крошечном островке, посреди безбрежных болот, они наслаждались шампанским, закусывая его конфетами и малиной. Пили из простых глиняных кружек, что остались от киселя, но это почему-то никого не смущало.

— Считай Дейдра, отмечаем твое новое рождение — повернувшись к принцессе, проговорил Кэфент — только вот боюсь, обратно ты не вернешься, для своей семьи ты погибла.

— Да я уже, как бы догадалась — ответила девушка — о вас я так понимаю никто знать не должен?

— Ты правильно догадалась — кивнул Априус — ты не пленница, но и свободна, пока быть не можешь. Но мы этот вопрос рассмотрим, как только выберемся отсюда, и доберемся до более-менее приемлемых миров. Здесь очень слабые магические потоки, я бы сказал, они просто истончены истощены. Выявим местоположения этого мирка, поймем, где мы, так что доедаем и продолжим начатое.

Рунин тем временем, доклевал даже крошки и пожаловался:

— Верите или нет, но я даже подустал чуток, пока делал облет. Тут кругом одни бескрайние болота. Ничего интересного. Не птиц, ни змей, ни лягушек, не видел. Но движение в темной, мутной воде рассмотрел. Так что, как бы нам не стать приманкой, для кого-то очень и очень голодного.

— Станем, так станем — пожал плечами Априус — не в первой. Я пошел чертить, Рунин идем, поможешь, сверху глянешь для большей точности.

Априус убрал «скатку», кинул себе в мешок последние консервы — пару банок со сгущенным молоком, и, достав походный меч, оправился к оголенному участку земли, для начертания магической фигуры.

Вначале он провел круговую линию, замкнул ее после саму на себя, затем обозначил центр, и от него принялся проводить лучи, соединяя их, и вписывая внутрь определенные символы. Ту бы не помогла ни привязка к местности, ни точное знание, где находится север, ни направление течения вод. Хотя саму фигуру он, конечно, сориентировал по сторонам света, отмечая положение солнца, и даже днем видимых звезд. Попугай сверху корректировал, некоторые неровности, направления.

А пока, они работали, Кэфент используя ничем не занятое время, принялся объяснять принцессе прописные истины по основам Мироздания. Теперь он знал намного больше, чем тогда, по-сути в прошлой жизни. Вначале он рассказал о самом устройстве Вселенной, ее форме в виде эллипса, о рассредоточении миров, согласно иерархии обитателей, и вкратце затронул Силы, которые влияют на ее развитие.

— Ты ведь, насколько я понял, знаешь только о Порядке и Хаосе — говорил он — но Могущественных Сил, способных ввергнуть не один мир в гиену огненную намного больше. Целая вереница Богов, Магов с большой буквы, слуги-орудия Пожирателя Миров, Спаситель, а еще Иные, чуждые своим пониманием Бытия, всему живому. Кстати, насчет разговоров с мирами…. Видишь ли, каждая планета, это тоже живое существо — Организм, и если знаешь как, с ними можно общаться. Мыслеобразами, эмоциями, видениями, и ощущениями. Все зависит от того, какого уровня ты достиг. Шаманы древних племен тоже могли, да и могут, но несколько иначе, вгоняя себя в иное состояние сознания.

В этот момент, фигура, вычерченная Априусом, полыхнула, синим пламенем. Символы и линии засияли, из разложенных по определенным местам мелких кристаллов, ударили лучики, в центре они скрестились, образовывая сферическую модель Вселенной, и хоть вся она и была пуста — ни один мир не был обозначен, в одном ее месте все же засветилась красная точка. Практически в самом низу, у областей, заполненных чернотой.

Некоторое время все хранили молчание, Априус стоял у фигуры, застыв, как изваяние, с поднятыми к небу руками, затем одна рука пошла вниз, направляясь, ладонью к земле, и хрипло заговорил:

— Место очень не стабильно… мир то ли гибнет, то ли наоборот возрождается, как бы. Но, как и там, у Края, заклинания если и будут работать, то только, либо самые простейшие, либо самые старые, основанные на других принципах, или точнее на отсутствии каких-либо законов. И боюсь, занесло нас ох как далеко, это нижние ярусы Сферы, еще ниже было только Днище, которое прорвал, вломившись сюда — Поедатель…. В общем, не самые приятные края. Хотя может оно и к лучшему. — Он повернулся к Дейдре — насколько я понял, принцесса вы упали в Бездну, так сказать, во время выяснения отношений, между вашим двором и дворами Хаоса?

Девушка, молча кивнула, она все еще не пришла в себя, хотя контроль над эмоциями восстанавливала очень быстро. И потому уже почти твердым голосом пояснила:

— Не совсем так. Это была финальная битва. Один из моих братьев заключил сделку с двором Хаоса, завладел Камнем Правосудия, развязал войну, пытаясь уничтожить Эмбер, в общем, натворил делов. Наше королевство это как бы… как бы… скорлупа ореха, в ядре которого — Огненный Путь — стабилизатор Порядка, его суть, его незыблемость. Уничтожив его Хаос, открыл бы дорогу и поглотил все.

— Насколько я понял из этого краткого рассказа — хмыкнул Рус — сейчас совсем не время для переговоров. Ни с вашими родственниками, принцесса, ни тем более с их оппонентами. Они ведь не на самом деле из Хаоса?

— Это тайна великая есть. Поговаривают что мой отец, и его наставник, бежали из Дворов Хаоса, и основали наше Королевство, создав Истинный Лабиринт в Горе. Этим самым, подтверждая, что Хаос первичен. Но в свете открытых вами мне знаний…. Не знаю, что и сказать. Мы все время противостояли друг другу, они и мы. Они и выглядят как люди, имеют, правда и вторую настоявшую суть, но людское обличие это не личина. Я бы сказала они не из чистого Хаоса, скорее из места, где случился симбиоз Хаоса и Порядка. Но насчет всяких договоров с ними, скажу точно — вряд ли что-то стоящее выйдет.

— Что ж, подождем, пока страсти улягутся. С отцом бы твоим поговорить…

— Вряд ли это возможно — погрустнела девушка — буквально перед падением в пропасть, я узнала, что его больше нет…. Он прислал нам послание…. Единственно кто бы мог точно рассказать, как там, и что было вначале это наш загадочный горбун, вольный художник, создатель семейной колоды, и картин в которые можно перемещаться. Главное это зрение и воображение.

— Здорово — пробормотал Проныра — это значит, висит у меня на стене картина с королевской сокровищницей, я туда прохожу, беру, сколько надо, и обратно…. Или картина с окном в спальню какой-нибудь красотки…

Все рассмеялись, а Дейдра сказала:

— Нет, так просто не получиться, у нас только члены королевской семьи так могут, это у нас в крови.

— Гм, ну а ты могла бы протащит кого-нибудь с собой — заинтересовался Кэфент.

— Думаю да — удивилась принцесса — по крайней мере, в Отражения мы могли даже целые отряды приводить. А вот чтобы через карту, и не членов семьи… не знаю. Колода, конечно, дополнялась, но…

— Но перспективы открываются о-го-го — многозначительно сказал Проныра, думая о чем-то своем.

Внезапно всех обдало морозом, казалось, они начинают мгновенно леденеть, кровь заструилась медленнее, навалилась тяжесть, а из болота поднялось три здоровенные башки, каждая размером с островок на котором они стояли. Издав утробный рев, твари с трех сторон двинулись к островку. Против них были бесполезны мечи, пожалуй, даже любое оружие было бы маловато, против таких исполинских жаб. Пасти от уха до уха, ряды острейших ровных зубов, этого было бы вполне достаточно, чтобы сожрать целое стадо коров, но твари обладали еще и внутренней силой, сродни той, что используют удавы.

Проныра и Дейдра застыли, словно в ступоре, навидавшийся монстров и побольше, Кэфент, ловко выхватил их кармана на мешке, малый арбалет, накладывая первый попавшийся болт, и выстрелил в одно из буркал чудовища. Априус памятуя о том, что даже от своих компаньонов они вынуждены скрывать, кто есть на самом деле, предупредил Яшу, чтобы тот не вздумал перетекать в «тирэкса» а сам первым делом, набросил простой, но не видимый «купол» на всю их честную компанию.

Холод и тяжесть сразу отпустили, хотя столь малое заклятие и отозвалось сильной болью в висках, но свое дело сделало. Теперь гипновзгляды болотных тварей, не причиняли вреда. Кэфент лихорадочно перебирал арбалетные стрелы, ища те, чьи наконечники содержали, легковоспламеняющийся состав. Он быстро перезарядил арбалет, и в грудь высунувшегося из воды чудовища, ударил металлический болт, который взорвался огненным облаком. Его примеру тут же последовал Проныра, а Априус подхватил свой мешок и бросил его Дейдре с криком:

— Возьми мой арбалет, там и болты. Бери те, что отмечены красными точками на наконечниках.

Сам же он достал из кармашка на поясе небольшой пузырек, и, не откупоривая пробки, бросил в одну из Тварей, посылая следом маленький огненный сгусток. Пузырек ударился об нагрудные пластины природной брони и разбился, а высвобожденная из него тягучая, жидкость ровной пленкой, покрыла весь корпус болотной твари. И тут же туда ударил огонек, воспламеняя, видимую часть монстра.

Задрав уродливую морду к небу, тварь жутко взвыла, забила по островку перепончатыми лапами, сотрясая его мощными ударами, а затем и попыталась загасить охватившее ее пламя, в болотной жиже. И тут Априус понял, что у них остаются лишь считанные мгновения, а потом….

Он со всей скоростью, на которую был способен, потянул из окружающего пространства, те крохи Силы, что там имелись. Остальное добавил из собственных запасов, и рванулся в небо, захлестывая магическим арканом, всех своих спутников, которых все еще скрывал купол, а потом все вокруг вспыхнуло жарким пламенем, вспух громадный подводный пузырь, за которым последовал такой грандиозный взрыв, что края образовавшейся огненной купели было не рассмотреть.

Краем глаза, отметив, что Рунин, следует за ним, Априус, как когда-то через многочисленные врата, покидая Ки, потянул свой драгоценный груз, вверх, туда за небосвод, где никакое пламя им уже угрожать не будет.

Глава четвертая Чьи-то заготовки

Оказавшись за чертой проявленного мира, он отпустил свою ношу, убирая невидимые петли, с каждого своего спутника, и осмотрелся вокруг. А вокруг лежало Междумирье, охватывающее своими необъятными просторами все пространство, что раскинулось между мирами Яви. Неяркий свет мерно падал сверху, естественно не грея и не слепя, псевдовоздух наполнил легкие, заставляя чуть изменить ритм дыхания.

Первым делом Априус глянул на Дейдру, которая тут могла тут преспокойно распрощаться с жизнью, ведь ее способность ходить по Отражениям, совсем не увеличивала шансов на выживание за гранью мира. Девушка сидела прямо на кочке, обхватив голову руками, и судорожно пыталась вдохнуть.

— Вот и первая незадача — подумал Априус — теперь придется ее все время поддерживать. Хотя пусть этим занимается ее спаситель.

Кэфент словно уловив его мысленный посыл, склонился над принцессой, помогая той встать, и одновременно поддерживая ее своей силой. С остальными членами отряда, включая и Проныру, все было в порядке. Наскоро осмотрев друзей, Рус, подытожил:

— Ну вроде бы выбрались. Тут уже знакомая нам среда, хоть и не совсем…. Ну да ничего не впервой осваивать новое, торя так сказать свои собственные пути. Вот принцесса держите это вам, мне он без нужды — и он протянул Дейдре ножны с собственным клинком. — Дороги тут опасны, и полны всяческих неожиданностей. Так что ухо держать надо востро! Ну, все готовы? Тогда потопали.

Априус отвернулся и зашагал по странной, пружинистой почве, напоминавшей собой упругий болотистый наст. Некоторое время под ногами, даже и подобия тропы, не возникало, серые безжизненные мхи, да голые, белесые как кости, остовы дерев, которые вроде бы и мертвы, но все же растут.

— Ну и места — покрутив головой по сторонам — пробормотал Проныра — то и гляди полезет всякая нежить.

— Ага — согласился Яша — или мелтвецина всякая.

— Нет тут никого — коротко бросил Априус — и уже давно. Сказывается близость Поедателя — высосано все. Все живое давно либо бежало, либо попало под ножи прокладчиков Пути, для Него же. А нежити тут нечем насытится. Да и саму ее могут тоже того… — он оборвал себя, вспомнив про принцессу, и молча, зашагал вперед, сожалея об отсутствии посоха, которым мог бы пробовать грунт под ногами.

Постепенно местность вокруг менялась, вдалеке появились поблескивающие ртутью, пятна — Зеркальные Топи, стали попадаться странного вида наполовину высохшие цветы, с большими бледно-алыми бутонами, они поворачивали свои головки в сторону путников, и испускали дурманящий запах, способный вызывать мороки, вроде миражей в пустыне, с видами оазисов, чудесных рощ, или даже призрачных замков.

Рус, только усмехаясь, шел дальше, ведя свой небольшой отряд, Кэфент же вовсю рассказывал Проныре и Дейдре, о том, как эти цветочки, набрасываются на приманенную жертву, одним движением лепестков-челюстей заглатывая ее в себя, и пожирают, растворяя в себе даже кости. Рунин от скуки уселся на плечо принцессе, и тоже, принялся повествовать о различных неимоверных чудищах, обитающих в подобных, местах.

Периодически, то там, то тут заставляя путников напрягаться, из-под земли, вырывались струйки черной пыли, тогда Априус, слегка менял направление, и некоторое время, они снова шли спокойно.

— Цего мы тут тасимся — нет, нет, да и ворчал Яша — мозем зе пелеместится в более плиятные места…

— Терпение мой друг, терпение — на ходу отвечал Рус, продолжая торить путь, среди серых, безжизненных пространств. — Видишь же, близко нет ни одного мира, даже самого захудалого…. Да и вообще, тут все как иссушенное, высосанное…. Так что пока идем так.

И они шли, даже не обращая внимания, на то, что происходит вокруг. Голые скелеты странных деревьев, постепенно уступили место зарослям Дикого леса, стали попадаться странствующие кусты-кровососы, и то и дело землю вспарывали как ножами, извивающиеся разрыв корни, но никого из живых обитателей, обычно всегда имеющихся в подобных местах, видно не было. Пейзаж был совсем унылым, и все невольно приуныли, включая и вечно болтливого попугая. Рунин сидел на плече хозяина и кунял, отчего Яша тоже приуныл и топал, молча, в мыслях мечтая о теплом водоеме с разнообразной рыбкой, или на крайний случай с осьминогами.

Но вскоре, Тропа, в конце концов, все, же нашлась, или проявилась. В общем, начала разворачиваться, хоть и причудливо изгибалась, но идти стало намного веселее, и легче.

— А все-таки Яша прав — поравнявшись с Априусом прорыкал Куру — долго мы еще будем так тащиться? Насколько я понимаю — первоначальный план, потерпел фиаско? Потому почему бы нам, не прыгнуть прямо в…

— Ага, куда например? — Спокойно ответил Рус — нет у нас с тобой укромного местечка, которое мы могли бы выдать…

— Ну хотя бы в Андоринос, там можно подыскать жилье для них — куатар вполне по-человечески мотнул головой назад.

— У меня есть несколько другая идея. Похоже, мы оказались в Сумеречных Зонах, не мешало бы разведать, хотя бы пару миров. Все они далеко от здешних звезд, тем и привлекают. Мне тут намекали, что в них могла зародиться серьезная угроза, для всех кто под солнцами живет.

— Понятно хочешь сработать на опережение.

— Да нет, просто выяснить, что за формы жизни и чего могут.

— Ну похоже, сейчас и выясним, вон уже виден кругляш, какого-то мира. Будем спускаться?

— Ну, раз такая возможность представилась — будем. — Он обернулся назад, и тоном, не терпящим возражений, сказал: — Друзья, нам выпала редкая возможность, увидеть один из Сумеречных миров, так что соберитесь, мы уже подходим. А там дело за малым… Кэфент ты страхуешь Дейдру, я Проныру, Рунин никуда не летать, и вообще от нас не отрываться. Все готовьтесь, боюсь, без сюрпризов не обойдется…

Они направились к миру, издалека планетоид выглядел весьма мрачно такой темно-агатовый шар, с небольшим вкраплением багрового цвета. Слои аэра были абсолютно безоблачны, и поверхность мира хорошо просматривалась, даже невооруженным глазом. Виднелись остатки гор, а между ними необъятные то ли равнины, то ли пустыни, скрытые темнотой.

Спуск ни чем особым не отличился, вначале, словно прыжок с обрыва, затем замедленное падение, по-сути, торможение, чтоб как говорится, не хрястнутся о землю, хотя это если и грозило кому-то, то только Дейдре и Проныре.

Ночь царила здесь веками, а может мир никогда и не знал света, и показалось, они очутились в странной, густой субстанции, потому что темнота была какой-то вязкой, более плотной, чем обычно. Но как бы, ни было темно, странники, все равно видели всю округу, ну разве что кроме принцессы, которая не имела скрытых возможностей, в плане зрения.

— И чего мы тут забыли? — Недовольно поинтересовался попугай, пытаясь хоть что-то рассмотреть в окружающей их, мгле — ни каких развлечений, ни каких удовольствий… скукотень!

— Не ворчи — не поворачивая головы — ответил Априус — осмотримся, разведаем, и дальше…. Некоторые загадки Вселенной, хотелось бы разгадать, может тут сокрыто нечто важное.

Некоторое время, путники просто стояли на месте, не двигаясь, и не делая резких движений, просто осматривались и делились впечатлениями. Сумеречный мир, оказался совершенно голым, ни деревьев с кустарниками, ни тростника, на берегах грязевых, замерзших озер. Одни сплошные кратеры, провалы, да ущелья, и только на темных равнинах имелась жухлая темно-синяя трава, слегка, фосфоресцирующая в вечной ночи. Трава, видимо научившаяся, поглощать свет от далеких звезд.

— Похоже, абсолютно безжизненный мир — вдоволь навертевшись головой, проговорил Проныра — да и кто выживет в таких условиях?

— Не спеши с выводами — усмехнулся Априус — абсолютно безжизненных миров не бывает. Если их конечно не умертвили. А так всегда найдутся природные духи, стихийники, разные там насекомые или еще какие-нибудь паразиты, которых приносят с собой метеориты. Да и почва, сама по себе — тоже организм.

— А ну тогда конечно — уныло протянул полуэльф — да только я имел в виду, совсем другое…

— Да понял я что, а вернее кого ты имел в виду. Но только представляешь ли ты, кого мог породить такой вот мир. Тут и есть то нечего. Если конечно они не способны переваривать камни и вон ту жухлую травку.

— Тисе — вдруг перебил Яша — земля длозыт… колеблется… как словно клоты ходы свои лоют, только больсые такие клоты. Не цюете?

— Да нет пока — враз насторожившись, ответил Рус, он не хотелось выдавать свои возможности, ни кому из новых знакомых, и потому во многом себя ограничил сам — Куру, а ты что скажешь?

Барс, потянул ноздрями воздух, уши встали торчком, и спустя миг ответил:

— Магии не чую, запахов тоже нет, но вот земля, действительно подрагивает, и шуршит там кто-то. У Яши чувствительные подушечки на лапах, вот он первым и ощутил. Из глубинных слоев лезет кто-то или… — куатар замолчал, на несколько долгих мгновений — или лезут — закончил он.

— Понятно — быстро проговорил Априус — станем же друзья, спина к спине, и ближе к вон той насыпи из камней. Я сейчас подсвечу немного, посмотрим, кто там покажется.

Подвесив над головами небольшой шарик света, Априус достал из мешка арбалет, и принялся взводить, заряжая осветительный болт, Кэфент и Проныра последовали его примеру, но свои стрелометы зарядили, обычными стальными. Принцесса обнажила меч, и взяла его наизготовку, ящер, и куатар превратились в сплошной слух, и обнажили стальные когти, один лишь Рунин спокойно продолжал сидеть на плече у хозяина.

Земля в освещенном круге, вспухла пузырем, послышался низкий рык, и из образовавшегося провала выметнулось нечто, до жути безобразное, и зловонное. Зубастый зев, раскрылся мгновенно, тварь атаковала стремительно, и ничуть не мешкая. Дейдра едва успела отскочить в сторону, Априус тут же всадил в землю рядом с открывшимся провалом, осветительный болт, а Проныра разрядил свой арбалет прямо в жуткую пасть промахнувшегося монстра.

Позади и по бокам, почва тоже усела, проваливаясь, открылись широкие провалы, оттуда, показались, три усеянные отвратительными шевелящимися отростками, морды и издали жуткий утробный рев. Живая добыча продолжала приманивать все новых, и новых охотников, самым интересным и странным было то, что и Априусу, и его звериной команде, приходилось скрывать свои истинные силы. Никакой боевой трансформации, никаких особо сильных заклятий, ни каких супервозможностей, и это по-своему забавляло всех четверых.

— Что это за твари — визжала Дейдра уворачиваясь от метнувшегося к ней языка — их только из пушки и можно одолеть.

— Да ладно, не так уж и страшно! — Крикнул ей в ответ Кэфент, отмахиваясь мечом — видали мы и побольше, и пострашнее…. — Он мощным ударом рассек чудовищному червю часть «шеи», и добавил — и поотвратительней.

Стальные арбалетные болты, оставляли на телах тварей рваные дыры, но ощутимого вреда не наносили. Становилось понятно, что обычным оружием этих выползней, ни как не одолеть. А Яша, и Куру откровенно развлекались, полосую острыми, как бритва когтями то одну, то другую тварь, не отставал от них. И Рунин, как лихой наездник, оседлавший первого монстра, и пытавшийся продолбить клювом голову монстра. Для них это была не более чем забава, чего не сказать о Проныре и Дейдре, вертящихся словно волчки, но все же, метко наносящих колотые и резаные раны.

Априус в отличие от всех остальных, быстро зондировал этих созданий, на предмет разума, и вскоре убедился, что тем тут и не пахнет — одни инстинкты. Он был несколько разочарован, потому уже спустя миг «Малое Огненное Кольцо» окружило его команду, отрезая от тварей, и они поспешили убраться из этого негостеприимного мира.

— Ты ожидал чего-то другого? — Поинтересовался куатар, когда они вновь оказались на Тропе — уж больно кислое у тебя было лицо…

— Если честно — то да. — Ответил Рус — мне тут намекали о возможности зарождения в таких вот мирах, совершенно иного разума…. Соответственно с другим типом мышления… вот и хотел выяснить. Но увидел только огромных кольчатых червей, тупых и ужасно голодных. Что ж думаю, пора вернуться в Андоринос, раз дело не выгорело.

Он повернулся к Кэфенту и Дейдре, и спросил:

— Я так понимаю вам обоим не куда идти в этом Большом Мире? У меня тут появилась идея, пристроить вас, в одном весьма примечательном городе, который расположен в очень даже тайном месте. Но там, вы сможете найти все, что душе угодно, знание, товары, редкие вещи. Проныра вам расскажет по дороге, сам он как раз родом оттуда. Это лучший город в Совокупности Миров. Есть возражения?

Бывший ночной воин и принцесса переглянулись, некоторое время молчали, затем, как-то одновременно пожав плечами, отрицательно покачали головами.

— Вот и хорошо — сказал Априус — тогда в путь. Только заглянем еще в парочку, таких вот сумеречных планеток…

— Да что ты хочешь в них найти? — Не выдержал Куру — мало что ли чудесных и живописных мест? Всяких там отдаленных, но достойных нашего внимания?

— Разум — коротко ответил чародей — не обычный, чуждый нам разум.

— Тебе мало Иных и этих мастеров Пути?

— Это другое… хотя кто их знает. Теперь много чего не понятного появилось, вот и пытаюсь разузнать, как и откуда.

— Ладно — буркнул барс — только давай по-быстрому — я хоть и ночной охотник, но такие вот потемки все же, не люблю. Мне бы горный лес, или просто горные склоны, так что давай по-шустрому.

— Хорошо-хорошо — улыбнулся Априус — мне и самому не доставляет удовольствия бродить в темноте, ожидая, когда появится кто-нибудь, кому мы подходим на обед. Вот заглянем вон в тот мирок, что вынырнул, словно из ниоткуда, и все.

Мир и вправду показался вначале миражом, такое бывает, но чем ближе они подходили, тем яснее становилось, что это не иллюзия, а ловко кем-то упрятанный мирок, к тому же, мирок, от которого ощутимо тянуло холодком, а значит — угрозой. Мир, как и предыдущий, оказался совершенно темен, то ли таким был всегда, то ли там царило долгое затмение.

Уже наученные недавним опытом, люди спускались с обнаженным оружием, взведенными арбалетами, парой-другой готовых к действию огненных заклятий, максимально настороженные, в общем готовые к отражению любых атак.

— Скалы, лава, холод — коротко констатировал Куру — едва только его лапы оказались на твердой поверхности — думаешь, тут возможна жизнь?

— Да ничего я не думаю — ответил Априус — просто специально соваться в подобные места у меня нет ни какой охоты, а так вот, мы проверим…

— Глядите — раздался сверху голос Рунина — не смотря на кромешную тьму, попугая продолжал отлично видеть — вон какие-то огромные штуки виднеются. Что это?

— Я бы отметил весьма большую схожесть с термитниками — чуть погодя ответил Кэфент — только очень… э-э огромными.

— А я бы сказал, что это глиняные пирамиды — проговорил Фиор — или оплывшие, э-э…

— Как вы вообще можете что-то видеть в этой непроглядной ночи? — Изумлялась Дейдра — я вот слепа как новорожденный котенок.

— Плислось науцитца — так чтобы принцесса не расслышала, проговорил Яша — с кем поведесся от того и набелесся…

— Тихо — цыкнул на него Куру — я слушаю…

Не смотря на завывание и свист ветра, куатар сейчас обследовал довольно большие территории. Его чуткий слух и нюх, в комплексе с врожденными и развитыми магическими способностями, могли заменить довольно сильное поисковое заклинание.

Априус промолчал, просто смотрел, буравя взглядом вертикальные, циклопические сооружения.

— Что пойдем туда смотреть? — Кивая в направлении гигантских термитников — поинтересовался Проныра.

— А ты думал — Раздалось ворчание сверху — мы так, погулять вышли.

— А ну на место — одернул Априус, попугая, уже решившего отправится к громадинам — там могут быть какие угодно сюрпризы.

— Да что мне сделается? — Удивился тот — если что молнией садану… — Тут все наперекосяк…. От твоей молнии может кратер образоваться, или наоборот сверкнет искра и не больше. Так что погоди чуток.

Априус неспешно двинулся к ближайшему «термитнику», сверля его взглядом, и не опуская взведенного арбалета — но это так видимость для Дейдры и Проныры. Если понадобится, ему хватит сил, уничтожить и само сооружение и все что в нем. Хотя…. никогда и, ни в чем, нельзя быть уверенным до конца.

А за всю свою долгую жизнь, Рус уже давно научился не рисковать понапрасну, и не быть чересчур самоуверенным, хватило и одного случая, когда Салариль, бывший тогда противником, ранил, а точнее практически убил его обычным вроде бы кинжалом. Правда, с очень нехорошими свойствами, но, ни это важно, важно то, что даже такого сильномогучего чародея, каким был в ту пору Априус, можно снять со счета — лишив его плоти.

Теперь, конечно все по-другому. Былого тела больше нет, а нынешнее способно распылятся на мельчайшие частицы, и снова собираться в определенный образ, и чтобы нанести ему Априусу ранение придется атаковать на всех уровнях Бытия. Причем, применяя настолько сильные Заклятия, что далеко не всякий Бог, будь то Прежний или Нынешний, окажется, на это способен.

Но тот, кто утратил осторожность — долго не живет, и потому плавной, мягкой поступью, держа наготове взведенный арбалет, и готовых к броску «Огненных Гадюк» он приблизился к смутному очертанию входа, ближайшего к ним термитника.

— Затянуто чем-то — пробасил крадущийся рядом куатар — что-то вроде очень плотной паутины…. Ну или чего-то подобного. Смотри, даже слабо светится.

— Светится, значит — опасно. Не вздумайте прикасаться, даже клинками — тихо прошептал Априус своим спутникам, сам мысленно проникая за этот странный полог, и исследуя все, что рядом на предмет ловушек.

— Похоже, простая закупорка — задумчиво произнес подошедший Кэфент — думаю можно просто сжечь. Разрешишь?

— Давай, только чем-нибудь не сильным.

Кэфент долго не мудрствовал — кинул сгусток оранжевого пламени, на преградившую вход заглушку. Огонь жадно накинулся на закупорившую проход субстанцию, и весело сожрал. Открылся широкий проем, в темноте, правда, едва заметный. Первым туда проскочил Куру, быстро все, обнюхивая и просматривая.

— Можете войти — донесся его густой бас — только сразу же останавливайтесь.

Все поспешно двинулись вовнутрь, и сразу же застыли на краю огромной котловины. Здесь уже было, какое-то гнилостное слабое свечение, позволявшее даже не вооруженным глазом рассмотреть покрытые застывшей слизью кожистые коконы. Не один, не два, и не десяток — сотни кожистых эллипсов.

— Ничего себе кто-то яйца отложил! — Воскликнул, застывший на плече Априуса, попугай — да их тут сотни, если не тысячи.

— Тоцьно, ни цего себе кладка — поддержал его Яша — никогда таких не видел. Это цьто зе эти телмитники, цьто-то навлоде огломных гнезд?

— Что тогда за мамочка у этой кладки? — Поежившись, спросила Дейдра — может давайте быстрее покинем это место?

— Да похоже, они давно пропали — стараясь получше разглядеть заполненную яйцами котловину — проговорил Проныра — лежат тут наверно сотню лет.

— Не похоже — ответил куатар — они бы высохли, не скорлупа же. Да и чувствую я, в них теплится жизнь. Просто они как бы в долгом инкубационном периоде. Спят до поры до времени.

— Или намерено, погружены в анабиоз — вдруг заметила Дейдра.

— Во что погружены? — Удивился Проныра.

— В Анабиоз. Это такое состояние живого организма, при котором жизненные процессы настолько замедлены, что отсутствуют все видимые проявления жизни. Я вычитала о нем, в одном из научных журналов, когда пребывала на Земле.

— Хочешь сказать это как бы временное прекращение жизнедеятельности? — Поинтересовался Кэфент.

— Да, но в основном у взрослых особей, или детенышей. А тут ведь только зародыши, которые еще не доразвились. Анабиоз наблюдается при резком ухудшении условий существования. При наступлении благоприятных условий жизни происходит восстановление нормального уровня жизненных процессов. Наиболее устойчивы к высушиванию, нагреванию, охлаждению спорообразующие бактерии, грибы, простейшие Анабиоз по сравнению с оцепенением и спячкой сопровождается более глубоким подавлением жизнедеятельности.

— Но тут заметьте, чересчур жарко — вытирая пот со лба — проворчал Кэфент — и жара все усиливается. Такие условия подходят для хладнокровных существ. И если так, то яйца где-то на стадии созревания. Я в свое время в Змеиных Лесах, много разных кладок повидал. И разорил. Кого там только не было. Но яйца были все в скорлупе, хоть и весьма разной. А тут вон, какие странные…

Априус всмотрелся в эти многочисленные кожистые мешочки, что как большие кокосы, лежали по всему периметру котловины. Его взгляд пронзил оболочки яиц, проникая глубже — и да бесспорно, жизнь там не только имелась и теплилась, а находилась практически на стадии вылупливания. Но как такое возможно?

— Похоже, своим появлением, мы привели в действие некий…. Э-э механизм — задумчиво проговорил он — и…. Рунин не вздумай!!!

Но было уже поздно, изнывающий от скуки попугай, сорвавшись с его плеча, и понесся на ту сторону котловины, низко пролетая над коконами. И яйца тут же отреагировали, начав проявлять признаки жизни. Раздался глухой треск, словно бутоны невероятных цветов, яйца накали раскрываться, образуя по четыре лепестка каждое. Внутри виднелось явное шевеление, мелькали перевивы и отростки, напоминающие шевелящиеся кишки.

— Что за мерзость! — Вырвалось у Проныры, едва он рассмотрел ближайшее к нему яйцо — не отойти ли нам от края?

Но было уже поздно, десятки ближайших к ним яиц, казалось одновременно, выстрелили. Выстрелили своим содержимым. Полет вылетевшей оттуда непонятной гадости, был настолько стремителен, что если бы не рефлексы бойцов, выработанные у всех спутников Априуса, им бы крупно не повезло. А так, даже не рассмотрев, что в них летит, они успели уклониться и начать отражать нападение.

Раздались сухие арбалетные щелчки, хлюпающие удары железа обо что-то слизкое и мягкое. Быстрые, смазанные движения, было практически не рассмотреть. Но тренированные глаза, все, же улавливали распластанных в полете хвостатых осьминогов…. Или белесо-желтых глубоководных пауков.

Вокруг людей шипел проедаемый кровью странных существ, камень, что свидетельствовало о ее ядовитости. Клинки хоть и были хорошей закалки, и ковались лучшими мастерами, тоже враз покрылись коррозией и пошли кавернами.

— Осторожнее!!! — Заорал Рус — их кровь очень ядовита.

— Это почти кислота — уворачиваясь от очередного прыжка — выпалил Кэфент. Надо жечь!

И пока, Рунин, как оголтелый носился над котловиной, уклоняясь от преследующих его детенышей, в невероятных кульбитах, они начали кидать одно огненное заклятие, за другим.

— Дейдру прикрой — велел Априус Проныре, отодвигая их назад к проему входа.

Сам же он, принялся метать короткие, злые молнии, во все новых, и новых тварей, не переставая бросать сгустки огня в котловину уже без разбора. Яша и Куру, делали то же самое — такая боевая магия им была вполне доступна, ни чего сверхъестественного — так обычное дело для волшебников первого ранга. Тем временем, огонь пожирал все больше и больше яиц, как пустых, так и еще не раскрывшихся, а сверху нарастал все четче слышимый злобно разгневанный режущий уши визг, переходящий в рев.

— Похоже, мамаша скоро пожалует — уловил Априус мысль куатара — а может и не одна… Ты, еще не насытился поисками разума? Может пора ретироваться, мы ведь тоже не железные… обрушим тут все и дальше потопаем. А потом уже сами вернемся, если захочешь.

— Ты прав надо выбираться наружу, и двигать по направлению домой. Тут и впрямь, делать больше не чего. — Так же мысленно ответил Априус, метко сбивая молнией летящую ему в лицо тварь.

— Если бы не эта твоя скрытность, мы бы ужу все тут спалили, а так вот приходиться как каким-то там захудалым магам…

— Да ладно, не ворчи — тем и интересней. К тому же нужно держать себя в форме, а то так и жиром заплывем.

— Это да. Все больше хочется лежать и мыслить, чем бегать как угорелый в самых негостеприимных местах.

В этот момент откуда-то из темноты, где укрывался свод строения, опустились толстые грязно-серые канаты, и по ним издавая злобные вопли, спустились совершенно непонятные твари. В них угадывались черты и рептилий, и насекомых, и еще чего-то невероятно омерзительного, некоторые конечности были странно изогнуты, оканчивались большими костяными клинками, другие наоборот имели хватательную функцию, но заканчивали тоже острыми и длинными когтями. Длинные многосуставчатые хвосты, с невероятной быстротой метнулись вперед, стараясь, вонзится жалами в грудные клетки Априуса и Кэфента, а когда это не удалось, изогнувшись, попытались пробить со спины. Слишком подвижные и быстрые, отростки чтобы постоянно от них уклоняться.

В глазах чудовищ, плескалось красное пламя гнева, и неистовой злобы, они неотступно следили за быстро перемещавшимися противниками, и старались уловить момент, для точного удара. А еще Априус разглядел в них некие зачатки разума, но присущие скорее рептилиям, чем каким бы, то, ни было, гуманоидам. Нанося очередной удар хвостом, ближайшая тварь резко распахнула пасть, и извергла из себя, рассеянную струю, смесь ядовитых испарений и кислоты.

Едва уклонившись от этого фонтана, Кэфент отпрыгнул назад, в прыжке метая две огненных сгустка, в вылетавших ему прямо в лицо, зародышей, которые не прекращали выстреливаться из яиц. Следом за ним наружу выскользнули Яша и Куру, и Априусу ни чего не оставалось, как вертеться вьюном, дожидаясь пока этот своенравный попугай, не долетит обратно. Но с другой стороны, это и облегчило задачу — его никто не видел, и вряд ли будут потом расспрашивать, что произошло. Кэфент, конечно, способен распознать, и примененное Заклятие, и силу в него вложенную, но…. До того ли тому сейчас?

Априус пожалел об отсутствии длинного копья, сейчас бы оно подарило ему пару секунд, на волшбу, но в этот момент, Рунин наконец-то прекратил страдать ерундой, и в котловину с яйцами, бухнулся сгусток огня, отвлекая маток, от чародея. И Рус, принялся быстро снимать скрепы, с давно заготовленных для подобного случая чар. «Огненный Шквал» охватил практически всю котловину, от края до края забушевало пламя, выжигая все содержимое. А «термитник» весь затрясся, задрожал, его уже рвало от начавшего действовать «Крушителя Скал» составленного собратом Дрендома, Серентином, в те дни, когда еще не разделяли мир, мерками людскими.

Априус увидел, как Рунин выпорхнул в проход, проносясь как вихрь, и с удовольствием последовал следом, оставляя обезумевших маток, яростно кидаться на стену огня. Едва выбежав наружу, он сразу обернулся, окидывая взглядом и остальные «термитники» в свете разгоравшегося пожара, довольно хорошо видимые — если в них тоже имеются кладки, придется уничтожать. Потому как чутье подсказывало — все это находится здесь не просто так. Кто-то разводит, или вернее собирается разводить, тут этих монстров, а затем останется только перебросить их в какой-нибудь серединный мир, и все — пиши, пропала тамошняя цивилизация. Он повернулся к куатару и приказал:

— Куру, уводи всех! Мне тут нужно закончить. Дождитесь меня где-нибудь…

И не дожидаясь ответа, принялся проверять, сколько потоков силы ему тут доступно, и какой они мощи, ведь иначе придется тратить из собственных запасов, а в подобных местах это довольно рискованно.

Над выбором средств Рус, совсем не раздумывал, почему-то само собой напросилось одно заклятие из боевого арсенала его собственных подручных. Когда-то не особо подававший надежды в этой области, Хорсак, неожиданно для всех составил его. Оно было под стать ему самому — гибельное, тяжелое, безотказное и безудержное. Немного, правда, замедленное, но разящее наверняка. Назвал он его просто «Яростный Турс» в честь руны «турисаз» которая символизировала Мьельнир, молот Тора, Повергатель Великанов.

И вот теперь, Априус, применил это очень действенное заклятие, на деле. В небе над вторым «термитником» появилась проекция гигантского молота, со среднего размера, увесистой рукоятью. На мгновение «Молот» просто завис, над вершиной строения, а затем стремительно ударил в бок «термитника» вминая северную стену вовнутрь, словно еще мокрую глину на гончарном круге. Затем последовал удар сверху, потом снова сбоку, и так продолжалось. Пока постройка не рухнула, проваливаясь сама в себя. Настала очередь третьего сооружения, и пока «Молот» крушил его, Априус искал след того, кто оставил здесь эти рассадники жукоящеров. Затем, убедившись, что все «термитники» разрушены, он отправился вслед за друзьями.

Их он обнаружил сразу на оконечности мира, устало сидящими на странных пнях, совсем не похожих на останки деревьев. Куатар почуяв друга, поднял голову и ворчливо поинтересовался:

— Не желаешь, ли, перескочит эти сумеречные зоны, и перебраться, куда-нибудь под синее небо и теплое солнышко? Ну можно под зеленое искрящееся, на берег озера со спокойной водой.

— А что так уныло дорогой мой братец-барс?

— А скучно, ничего нового, все это уже было, хоть и не совсем так. Не интересно.

— Ладно, уговорил, только вот трудновато будет перескочить, как ты говоришь эти области сумерек…. Хотя может принцесса нам поможет — он повернулся к Дейдре и поинтересовался:

— Просветите как нас леди Дейдра, а все эти Тени от Эмебера как расходятся? Веером или как лучи солонца, либо круги на воде?? нужно ли постоянно переходить из одного в другое, или же можно как-то напрямую попадать в определенное место?

Девушка немного подумала, и устало проговорила:

— Да по-разному. Нет ничего определенного. Смотря куда надо попасть. Однажды мой родной брат, бежал из темницы, просто используя картину, нарисованную на стене. Правда, рисовал ее мастер. Но это я к тому, что можно попасть в совершенно разные места, не переходя из Тени в Тень. Но есть и известные точки пересечения миров, правда они довольно опасны. Без особой надобности через них не ходят. Но попасть туда можно отовсюду. Главное потом выбраться.

— Вы сможете нас туда провести? — Напрямую спросил Априус — а уж как дальше на месте решим. Уж больно не хочется, долго тащится по Тропе, так мы до Обитаемых Земель не скоро доберемся.

Хорошо я попробую. Станьте так, чтобы все были рядом, и как только я шагну, сразу делайте шаг следом.

Дейдра поднялась, все тут же очутились рядом, застыв практически вплотную к девушке, она чуть постояла, сосредотачиваясь, и неспешно шагнула, вроде бы находясь все еще здесь в междумирии. Вся остальная компания, затаив дыхание, тут же поспешила за ней — впереди, их ждала неизвестность.

Проделав около десятка шагов, они оказались в очень странном, и каком-то угрюмом месте, явном месте Силы, но вот только донельзя грубой, первобытной.

— Мегалиты — коротко бросил Кэфент, бегло оглядев сооружения из огромных каменных глыб, посреди которого они оказались.

Априус покрутил головой, они стояли внутри каменного круга, расположенного на холме, а вокруг насколько хватало глаз, раскинулся странный лесной массив.

— Черный Лес! — Прошептала принцесса — он очень древний, и обитают тут в основном жуткие чудовища, хотя встречаются и нейтралы…. То есть не злые и не добрые, или вернее все зависит от их прихоти.

— Ну и ладно — почти весело проговорил Проныра — зато небо вон нормальное, хоть и хмурое серое. Того и гляди дождь пойдет. Деревья конечно да, пугающего вида, но они не мертвы. Такая порода, листья вон, какие интересные, темно-синие…. Мелкие, правда, как молодые. Но ничего лес это не болото, пройдем как-нибудь… э-э принцесса, а куда надо идти? В какую сторону?

— Я точно не знаю — смутилась девушка — Лес сам выводит кого куда.

— Становится все интереснее и интереснее — пробасил Куру — это уже попахивает приключениями и чем-то новым.

— Странное место, очень странное — сверяясь с ощущениями, проговорил Априус — Искажается все. При составлении чар это надо учитывать. Интересно насколько мы приблизились к Серединным мирам?

— Да что гадать — ответил ему куатар — нужно выяснять. И двигаться дальше.

— Тут все не так просто — нахмурившись, произнесла Дейдра — Лес постоянно, хоть и не заметно меняется. В одни периоды отсюда легко уйти, в другие не так-то просто. Он словно держит…. Но это я так знаю из слухов, что иногда приносила моя родня. Сама я здесь была только раз, и то удалось сразу же уйти. Была на коне, И в тот раз скакала сквозь Отражения, листая в бешеном темпе одно за другим.

— Понятно в общих чертах — нахмурился Априус — главное не наделать глупостей. Поэтому, прежде всего, надо определить скоро ли начнет темнеть, затем решить спускаться ли с холма или остаться здесь? Но это так, второстепенное, а главное — надо еще определить, где мы вообще, в какой точке звездной карты Сферы, и далеко ли родные края? Так что вы проверьте окрестности, а я использую силу этого места для определения координат.

— И насколько далеко позволено отходить? — Поинтересовался куатар.

— Или отлетать? — Тут же добавил Рунин, усевшийся на верхушке одной из глыб.

Априус смерил их обоих подозрительным взглядом, и ответил строго:

— В пределах холма, осмотритесь. Дальше не суйтесь. Мало ли кто тут может обитать. Места темные, а значит всякое возможно. Все, теперь не мешайте.

Он прошел на самую середину каменного круга, поднял руки вверх, и так замер, сливаясь с окружающим миром сознанием и всеми чувствами. Кэфент же вытащил меч из ножен, поглядел на небо, и разочаровано спрятал обратно, солнца видно не было, а значит определить его местоположение по тени от меча, не удастся. Проныра вышел за мегалиты, некоторое время всматривался в глухую чащу, до предела напрягая свой врожденный эльфийский слух, и наконец, несколько оторопело заметил:

— Ни пения птиц, ни крика зверя. Даже ветер в кронах не играет. Но на нас будто бы смотрят десятки глаз…

— Это сам Лес — чуть запинаясь, проговорила Дейдра — он живой.

— Любой лес живой — назидательно рыкнул куатар, и, выпрыгнув из круга камней, принялся усилено втягивать воздух.

Рунин уже заканчивал полный круг облета холма, собираясь сделать это три раза, и пока без дела оставался только Яша. Он потоптался на месте, не зная как ему быть, Априус дал ясно понять, что не следует выдавать свои способности ни к волшбе, ни к боевой трансформе, и потому недодракон просто слушал землю, чувствуя подушечками на лапах, мельчайшие ее колебания.

Кэфент некоторое время постоял, положив ладони на небольшой округлый, плоский камень в центре комплекса, затем проговорил чуть осевшим голосом:

— Сила тут, какая-т угнетающая. Ни это место, ни сам холм для ночлега явно не годятся. Похоже, это помимо всего прочего еще и древнее капище…. Много темной силы…. Кровавые жертвы приносились не раз. Причем их не резали, а перебивали суставы конечностей, так чтобы ни только сбежать не могли, а даже пошевелиться. Сами жрецы тут же покидали холм, призывая какого-то Баарота… Так что страх и ужас жертв до сих пор витает в этом месте. Отсюда надо уходить, и как можно быстрее, в любой миг может открыться дверь, и полезет всякая гадость, алчущая свежей крови.

— Да мы влоде как пливыксые — отозвался Яша — мозем кого угодно уколотить, или в землю вбить. Лога поотсыбать и все такое.

Едва он это проговорил, вдалеке послышался нарастающий шум, какой-то низкий рев, сопровождаемый глухими ударами и треском. Куру длинными прыжками взлетел обратно на холм, а Рунин снизился и с долей некоторой иронии, проорал:

— Яша к тебе, похоже, родня пожаловала! Соскучились видать, гляди, как спешат.

Все, включая Априуса, прервавшего свой поиск, повернулись в сторону нарастающего шума. А там, в чаще кто-то ломился напролом, на ходу валя мешающие проходу деревья. От тяжелой поступи гигантов начал содрогаться весь холм, и становилось ясно, что существо явно не одно.

— Парами идут. Несколько семей. — Заметил Кэфент — голод видать помутил им рассудок, иначе бы не создавали столько шума. Или зверюги уверены, что нам ни куда не деться?

— Может и то и другое. — Ответил ему Проныра — в любом случае, соваться вниз мне что-то перехотелось. Может завести им глаза?

— Они не только глазами пользуются на охоте — рявкнул куатар — там целый набор чувствительности. И лапы, и нюх, и еще кое-что. Сейчас главное выяснить, что это за вид? Владеет ли магией, и разумом.

— А что ящеры бывают разумными? — Изумилась Дейдра — извини Яша, тебя я не имела в виду.

— Бывают — ответил ей недодракон — есце как бывают. Быстлые, хитлые ловкие, и лазумные. Плиходилось встлечать, до сих пол, отолопь белет, как вспомню.

— Ага — подтвердил куатар — приходилось. И те особи были совсем не подарочек. Желали доминировать над всем живым, и даже охотиться перестали, им пожрать пригоняли халуи из людского племени.

— Жуткие должно быть места были… — хмыкнул Кэфент — мне в таких бывать не приходилось. Но скажите лучше — как нам этих вот отвадить? Или будем драться? Только вот чем против таких здоровенных тварей сражаться прикажете?

— А уйти, как-нибудь мы не можем? — Спросила уже заметно дрожащая принцесса.

— Может, и можем — внимательно рассматривая приближающихся к холму ящеров, ответил Априус — но уж больно эти места необычны. Хотелось бы больше разузнать. А этих зверушек мы сейчас отпугнем…. Хоть и рискованно но…

Он сосредоточился, и неспешно потянул разлитую в каменном круге силу, сворачивая, скручивая, ее в тугую, спираль. Пропуская через себя, немного посмаковал ее вкус, улавливая знакомые оттенки Хвергельмира, и вскоре сплел быстрое и злое заклятие, нечто подобное «Выбросу Тьмы». С некоторым наслаждением снял, словно с запруды, сдерживающие скрепы, и пустил «колечко» с горы.

Вершина холма, казалось, полыхнула вспышкой темного пламени, во все стороны окатилась всерасширяющая ударная волна. Мощный толчок чуть не опрокинул, уже лезших на холм, ящеров, морды которым, казалось, обожгло мгновенной электрическая дугой, короткая конвульсия прокатилась по огромным телам, и исполинские звери, ревя, повернули назад. А впереди них волной, валило деревья, словно открывая им, путь для поспешного бегства, и они не заставили себя ждать.

— Ну вот — удовлетворено потер руки Априус — и все дела. Извини Яша, что не дал тебе пообщаться с собратьями, уж больно они быстро заявились. А у нас ни поесть, ни попить, даже захудалого костра нет…

— Уз как-нибудь пелезыву — оскалился недодракон.

— Ну вот и хорошо, А нам пора идти, а то скоро сумерки, а мы все еще здесь.

— И куда, хотел бы я знать? — Скептически поинтересовался попугай все это время просидевший на загривке куатара — тут сплошное однообразие.

— Что-то мне подсказывает, что надо идти на север — сверяясь с ощущениями, ответил Куру — оттуда тянет дымком, явно не от пожара.

— На север так, на север — легко согласился Рунин и в один миг взмыл в небо.

Остальные вереницей потянулись следом.

Глава пятая Черный Лес

Лес был угрюмый, темный и молчаливый. Неслышно было ни пения птиц, ни стрекотания насекомых из тех, что радуют слух, ни рева привычного зверья или живности покрупней. Зато на лиственном покрове полно было всяких многоножек и мокриц, а между деревьями встречалась толстая паутина, причем довольно свежая и прочная. Порой приходилось просто прорубаться сквозь заросли мелкой поросли и переступать буреломы.

Внезапно черные стволы стали редеть, и их место заняли темно-зеленые разлапистые и высокие сосны. Запах дыма стал ощутимей, его почувствовали все, а вернувшийся из полета попугай, сообщил о близлежащем жилье.

— Там частокол, и избушка на поляне. Но гостей явно не ждут, Ни тропок, ни стежек я не увидел.

— Понятно — коротко протянул Априус — прям владения бабы Яги. Идем, поглядим.

Они заспешили вперед, идя в указанном направлении, здесь сосны и ели росли как-то чересчур ровно и даже ухожено, поэтому идти стало куда легче. Воздух перестал быть затхлым и тяжелым, с гнилостным оттенком, запах хвоей и свежестью. Все зашагали бодрее, кидая взгляды по сторонам и поражаясь огромному количеству мухоморов, встречаемых по пути.

— Какие они тут красивые — поражалась Дейдра — и крупные. Жаль не съедобные, а то набрали бы….

— Ну это как сказать — ответил ей Кэфент — некоторые умудряются готовить из них прелестные закуски. Только секрет приготовления держат в тайне.

— Я бы лискнул поплобовать — подал голос Яша — а узе давно в зивоте улцит.

— Тебе лишь бы пузо набить — сверху на головы путников посыпалась труха, это Рунин, скакнул с ветки на ветку — все пришли уже.

Отведя последние разлапистые ветви, мешающие проходу, путники вышли к открытому пространству, и на краю поляны, сразу остановились, вглядываясь в клиновидные листики травы, которой поросло все вокруг.

— Похоже, не пройти тут, если не желаем, чтобы нас разорвало — с удивлением проговорил Рус — это один из видов разрыв-травы.

— Чего-чего? — Не понял Кэфент — какой такой травы?

— Ну у некоторых народов, она так зовется. А вам эта травка, может быть известна как спрыг-трава, скакун-трава, или ключ-трава, с ее помощью можно преодолевать любые препятствия, стены, двери, замки?. Это растение столь редко, что только люди, посвященные в таинство чернокнижия, могут находить его. А тут вот вам, пожалуйста, целые заросли. Специально видать выращивают.

— Как тогда ходят? — Понуро спросил Проныра.

— Тропку открывают. Или вообще не ходят — летают. Эти ведьмы по всякому могут хоть в ступе, хоть на метле. Хотя точно не знаю, близко не сталкивался. Но мы переть напролом уж точно не будем.

— Вы на цястокол посмотлите — воскликнул Яша — столько целепов на сесты насазено. В глазницах огонь плесетца, зуть.

— Да тут и впрямь целое разнообразие трофеев. — Воскликнул Кэфент — и одноглазые, и трех, и вообще невесть чьи черепа. В моих краях у нашего владыки был трон из черепов всяких чудищ, некоторые экземпляры я даже узнаю…

— Да бабушка явно не безобидная — пробасил Куру — так что делать будем? Орать отсюда избушка-избушка повернись к лесу задом и так далее?

— Ну, если она и впрямь такая могущественная, то давно уже нас почуяла, осталось только подождать реакции — ответил Априус, носком сапога осторожно трогая траву.

— Волшебник не надо дразнить мой ковер — он кусается! — Внезапно раздался молодой, веселый голос. — Вы чай в гости напрашиваетесь, или это я не правильно истолковала ваш приход?

— Да как бы, да — с некоторым замешательством ответил Рус — мы искали тепло и кров….

— Что ж заходите, коль пришли.

Части частокола как не бывало, а по ту сторону стала видна избушка, в двери которой, уперев руки в бока, стояла молодка. На ней было простое зеленое платье, такого же цвета волосы, красиво ниспадали до пояса, и уж ни на какую старую каргу, она похожа не была. Хозяйка избушки сделала жест рукой, в ней появилась метла, и, указав ее на лужайку из разрыв-травы, колдунья открыла проход. Трава раздалась в стороны, открывая узкую, но ровную тропку, свечение в мертвых глазницах черепов померкло, а хозяйка спустилась навстречу, уже пошедшим к ней гостям.

Априус шел первым, внимательно глядя, в такие же зеленые, как и у него самого глаза ведьмы. А в том, что это ведьма он не сомневался, сила у этих представительниц женского ремесла, особая, по-своему жгучая и близкая к стихийной магии. Она явно их не боялась, то ли уверенная в себе, то ли тут крылось что-то еще. Так же внимательно рассматривала нежданных гостей, на некоторое время в глубине ее очей, промелькнула тревога, видимо ощутила, почуяла, в каждом из пришедших немалую силу, но отступать было уже поздно.

— Законы вежества заставляют меня быть радушным с каждым, даже с теми, кто явился без приглашения — проговорила молодка, звонким чистым голосом — но не подумайте что вам тут особо рады. Проходите в избу — она указала на висящую, на цепях лестницу, что при надобности поднималась и втягивалась.

Недалеко от избы стояла каменная конструкция, в которой Априус, с удивлением узнал календарь. Не просто обыкновенный валун с зарубками, который используют дикие племена, различных миров. А сложный механизм, состоящий из каменных кругов, колец, звезд, шестерен, и реек. Беглого взгляда хватило, чтобы понять, что там не только месяцы и годы показаны, ни и целые эпохи, что расположены на внешнем кольце.

— Зачем госпоже хозяйке такое сложное приспособление? — В лоб спросил он — Это в таком-то дремучем лесу….

— Лес не всегда был таким, и я тоже — коротко ответила она — Кота моего не напугайте там — глядя на куатара, попросила она — и сову тоже.

Это уже относилось к Рунину, который влетел в избу через окошко. Пропустив всех своих путников вперед, Рус позыркал по сторонам, отмечая отсутствие всяких сараев, амбаров, и поленниц. В глаза бросился лишь сруб колодца, весь испещренный замысловатой резьбой и охранными символами.

Ведьма дождавшись, пока он поднялся в избу, быстро прошла следом, плотно притворив дверь. Небольшая избушка снаружи, внутри оказалась довольно вместительно, имела несколько комнат, кладовую, и кучу разнообразных шкафчиков и полок. В открытой печи ярко полыхали березовые поленья, не понятно, откуда, добытые хозяйкой, у окна стоял широкий стол, с лавками по обе стороны, явный признак того, что некогда тут бывало многолюдно. Большой размером с рысь, черный кот внимательно рассматривал пришельцев, взгляд его желтых глаз, быстро пробежал по людям, затем надолго прикипел к куатару, тот издал странный горловой звук, и котяра сразу расслабился, улегся у печки, и замурчал.

— Усаживайтесь за стол — указала ведьма на лавки. — Я так понимаю, это у вас делают все, не зависимо от…. Ну вы понимаете.

— Понимаем — Яша попытался растянуть свою пасть в улыбке — сидеть на топцяне или скамье дело пливыцьное. Хоть и удивляет лазных цюдаков.

— Что ж вы пока рассаживайтесь. А я посмотрю, чем вас можно угостить. — Улыбнувшись, проговорила хозяйка. — Меня кстати Вертаной кличут.

— Ну а я Рус — манерно склонил голову Априус. — Это мои спутники — Кэфент, Дейдра, и он чуть помедлил, вспоминая как на самом деле зовут Проныру — Фиор. А так же побратимы наши меньшие Куру, Яша, и Рунин, что, не смотря ни на что, пытается разбудить вашу сову. Но вы его простите милая хозяйка, он редко встречал ночных обитателей леса. И еще, поскольку не хотелось бы, причинять вам ни каких неудобств, позвольте угощениям остаться за нами.

Не дожидаясь ее согласия, он развернул «скатку» расстилая ее на столе, и там почти мгновенно выдавила из себя большого запеченного осетра, кольца различной колбасы, пару кругов брынзы, ватрушки и пироги, несколько кувшинов кваса, и миски с солеными грибами и капустой.

— Ну чем богаты — пояснил Априус, усаживаясь на лавку — а пока будем трапезничать, может радушная хозяйка поведает нам о здешних краях?

— Могу и поведать — усаживаясь рядом с Пронырой, улыбнулась Вертана — только начать следует, наверно с того времени как я сама здесь появилась…

— Ну не сочтите за труд, мы с удовольствием послушаем — оживился полуэльф.

— Вы, должно быть, слышали о грандиозных битвах случавшихся ту тут, то там, после прихода Великолепной Семерки? Не все миры покорно ложились к их ногам. Не все Старые боги, были столь неосмотрительны, чтобы пойти на прямое столкновение. Но рано или поздно, столкнуться все равно пришлось бы. Так и случилось. Арес призвал своих детей дать бой захватчикам. Но племя мое было чересчур гордым, чтобы действовать по плану мужчин. Царица повела нас отдельно, как в обычную стычку, с одними лишь луками, и секирами, без стремян и седел. Одна лишь боевая раскраска да набедренные повязки — вот и все доспехи, и одежда. Поначалу казалось, что мы даже одерживаем верх, ибо неприятель, был слегка введен в ступор, ну видом наших обнаженных тел, и чар, пущенных в действие теми, кто умел.

— Гм — представляю я эту картину — глядя на ведьму, как кот на сметану, проговорил Проныра — тысяча голых всадниц, на взмыленных конях…

— Но потом — не обращая внимания, на его слова продолжала Вертана — потом все резко изменилось. Это было похоже на побоище. Меня скинула лошадь…. Помню когда кончились стрелы, я отбивалась луком, когда он сломался, дралась как дикая кошка, и вот пытаясь разодрать шею одного из нападающих, я сорвала с него медальон… Синяя вспышка света и я полетела в темноту…. Очнулась уже здесь, тогда это были девственные леса с множеством чистых озер. Меня подобрали девы лесов… выходили, приютили, и стали учить. И время словно остановилось, хотя оно здесь и вправду замедляет ход, порой вытворяя злые шутки. Уходя из дубравы можно было в нее уже и не вернуться, или вернуться спустя десятилетия. Но, так или иначе, время все же, шло. Из миров после схваток между собой, или иначе именуемой битвой пантеонов, сюда стали попадать различные отщепенцы, которые влияли на лес, своим колдовством. Бывало, даже забредали чародеи, столь высокого уровня, что эти отбросы забивались в самые глубокие норы, дабы только не попасться им на глаза. Но чародеи тоже не несли благо, они стали использовать Лес, как питомник для различных чудищ, которых приводили с собой. Тех, правда истребляли Темные Эльфы, но их стрел явно не хватало на всю огромную территорию… Постепенно, но неуклонно Лес становился местом, куда выселялись всякие отбросы, и понятно, что это были не самые лучшие люди… — Вертана на миг умолкла, протянув руку за ломтиком сыра.

— А что делали вы? — Тут же, смущенно поинтересовалась Дейдра.

— Мы…. Мы были столь беззаботны, что проморгали начало конца — зло сказала зеленоволосая красотка. — А когда решили призвать на помощь берегинь, было уже поздно. Девы Лесов оставили свои дубравы, и ушли в ельник — места обитания Ягинь. Те жили обособленно, почти не покидая своих избушек, витали где-то в облаках в буквальном смысле. Не злые и не добрые, равнодушные к бедам, что пришли в Лес, они оказались странными соседями… Вид их тел иссушенных постоянным недоеданием, недосыпом и малым потреблением воды, поначалу вызывал отвращение…. Но потом мы пообвыклись, и перестали шарахаться при встрече.

Вертана умолкла, наливая себе кваса, и делая несколько больших глотков. Проныра поерзал на скамье, и, не выдержав паузы, выпалил:

— А дальше? Что было дальше?

— Гм, дальше пришли волосатые узгары, дикие, необузданные, знающие только кремень, но обладающие невероятной силой, а их шаманы — на редкость хорошим умением… Они то и настроили на холмах эти свои святилища-капища…. Через которые сюда стало проникать все больше и больше разной грязи. И Лес словно распахнул свои объятия — повалила разная нечисть, нежить, если волхвы, то какие-нибудь кривдичи, если ведьмы, то те, что все поганят вокруг. Сперва все они таились, вынюхивали да разнюхивали что тут да как, а затем поняли, что нет тут им супротивника, и, обнаглев, начали вершить дело свое черное…. В ту пору и произошли разные случаи, что в других местах известны как сказки. Так мне объяснила наставница.

— Это, какие же сказки, так разошлись? — Поинтересовался Рунин, слышавший большим знатоком всякой всячины.

— Ну про хитрого оборотня и девочку в красном платке, например. Про чудо-юдо лесное. Про мальчишку, что обхитрил тупого огра…. Да много всякого случалось, вот. А потом пришла она! Птицеглавая Владычица Мут. Словно коршун с небес набросился ведомый ей ветер, вихрями прошелся по холмам с капищами, и порушил почти все, так что те не могли уже никого пропускать сквозь себя, а нас учить она стала, вместе с Ягинями, которые ее якобы призвали.

— И что у нее и вправду была птичья голова? — Не выдержав, изумилась Дейдра.

— Да, как у коршуна. Но в остальном от нас она не отличалась, и речь ее стала нам ясна и понятна. И учила нас Мут, разным премудростям жизни. Поведала о цикличности времени, и о календаре Сферы. И о Силах, что в ней обитают, и как правят те, кто ворвался непрошено. О далеких мирах, о волшебных дарах, и еще много о чем. Учила нас ведовству она своему, провела через познание самих себя. И обрели мы власть над первоэлементами, Землей, Водой, Воздухом, и Огнем. Мне правда лучше давалась волшба, что с землей-матерью связана, ну и вода немного. И вот как только усвоили мы уроки ее, Мут, повела нас отвоевывать Лес, и стали мы изводить всю нечисть да нежить в округе. Здесь даже начали селиться людские племена, уж не знаю, как и проникали в Лес…

— Почему же сейчас все так запущено? — Перебил ее рассказ, Проныра.

— А потому что пришла пора — Мут, покинула нас, сказав лишь, что настал час уходить. — Ведьма тяжело вздохнула, взгляд ее затуманился, и она чуть помедлив, горько сказала: — И будто прознав про ее уход, сюда прорвались Кьяранса, Ллотха, и Цирцея. Вот тогда-то, и началось настоящее пробуждение Тьмы. Известно ведь что Хвергельмир распадался на отдельные ручьи, и вот один такой отводок стал питать Лес. Не знаю, уж, кто из пришлых, это провернул, но постарались они на славу. Озера начали заболачиваться, деревья скрючивало и выгибало, листва стала синеть, а небо покрыла постоянная хмарь. Среди нас уже не было разговоров об отвоевании Леса, тут хоть бы уберечь хоть какую-то его часть. Потому что рыскающих по лесу алчных хищников становилось все больше и больше.

— Я так понимаю Лес, еще долго не сдавался, но его все-таки превратили в то, что он есть сейчас? — Спросил Кэфент, видя, что хозяйке надо утолить жажду.

— Да. Вначале нужда заставила хуторян потянуться к нашим изгородям, они переселялись просто в большие дупла и рыли землянки, постепенно девы лесов, смешались с ними, потому, что как-то надо было выживать, да и природа брала свое. Но растить детей в таких условиях становилось все трудней, охота не давала должного прокорма, да и зверь все мельчал и становился чутким и осторожным. Озера еще кишели рыбой, но пробираться к ним, стало опасно, на это отваживались лишь редкие смельчаки. Не смотря на это, деревня все же росла и крепла. Сруб за срубом, изба за избой, огороженная мощным частоколом, с бьющим из-под земли ключом, у самой изгороди. На время все наладилось, даже в окрестностях не встречались жуткие твари, ибо кто сдуру пер сюда, быстро прощался с жизнью. А против нечисти и нежити боролись наши чары…

Тут Вертана на время умолкла, уделяя свое внимание пирожку и отрезанному для нее куску рыбы. Дейдра тем временем подхватила на руки Черныша, так звали хозяйского кота, и принялась гладить и чесать. Априус покрутил головой, обшаривая стены взглядом, и подождав, когда ведьма дожует, спросил:

— А куда же все делись?

— Темные феи — так они себя сами назвали — запивая съеденное квасом, проговорила хозяйка — возжелали полной власти над Лесом. А тут еще Круг Эпох повернулся, начал свое восстание Великий Бунтарь. И темная сила возросла десятикратно. Это отразилось и здесь. Обезумевшая Ллотха стала плодить детенышей, таким образом, став Паучьей Королевой, по сути: хаотично-злой покровительницей убийства, хаоса и разрушения. Ее детеныши расползались по Лесу, словно саранча, оплетая своей паутиной еще существующие проходы. Сообщение между хуторами, что выдержали всю эту навалу, пропало. Мы оказались отрезанными друг от друга непроходимыми теперь чащобами, началась затворническая жизнь. Вскоре нас вообще обложили вплотную. Вначале появились волки-оборотни, что в разы злее обычного волка, затем добавились ужасные птицы, что пострашнее любого оборотня или медведя-шатуна. Они хоть и не могли летать, но частокол пришлось делать из самых толстых сосен, потому что рост этих пташек, и их мощные клювы давали им нешуточное превосходство. Пока в деревне поняли, как со всем этим бороться, от нее осталась лишь малая часть. Но Цирцее и Кьярансе, этого было мало, они хотели стереть всех, кто хоть как-то противился им. Кьяранса к тому времени здорово увлеклась некромантией, назвала себя Леди Мертвых, и нашу деревню начала пробовать на прочность еще и нежить. Тогда за дело взялись те, из Ягинь, кто еще был жив, они владели некоторыми тайнами мира Нави, и кое-чему научили меня…

— И тогда-то ты и стала настоящей ведьмой? — Спросила Дейдра.

Вертана невесело усмехнулась, и кивнула:

— Да. Я сочетала в себе умение жриц моего племени, чары Лесных дев, и колдовство Ягинь. Ну и немного боевого умения, которое все время приходилось совершенствовать. Приступы на деревню не прекращались, и тогда на совете было принято решение уйти вообще в глухие дебри, где лес столь дремуч и не хожен, что даже не всякий лось продерется. Плотность растущих деревьев такова, что пробираться надо только с секирами да тесаками, а когда за тобой погоня, это весьма затруднительно. Но мы пробились…. правда, добрались до этого места, где мы сейчас находимся только десятеро. Шесть женщин и два мужчины и два молодых парубка. Пробиваясь сквозь чащу, мы вышли к странным округлым камням, на каждом из которых был выбит определенный символ. Минка, моя подруга сказала, что это сторожевые камни летаргов, был такой народец в Лесу, задолго до моего появления. Но нам терять было уже нечего, и мы проникли за этот рубеж, и были вознаграждены, поскольку вышли на берег чудного, еще не заболоченного озерца, посреди которого был островок. Там и решили обосноваться. Плот сооружали в спешке, дабы быстрее добраться, потому он и распался по пути, если спасли оружие, да веревки… но мы таки перебрались. Хоть мокрые, усталые, но живые, даже никто не ранен был сильно, так ушибы, да рассечения.

— А погоня? — Деловито поинтересовался Кэфент.

— А погоня отстала. Или отвел ее кто, как мне думается. Только так и не узнали мы, кто нам подмог тогда. Да и не до того было. Работа закипела, почитай на износ. Огорожу сперва ставили, стволы, переправляя, рыбу ловить учились заодно, хорошо тут холодов не бывает, а то спали ведь под открытым небом. Затем избу сложили, на сваях, с убирающимся крыльцом, большой печью, и при надобности легко передвигаемую. Не совсем конечно то, что у ягинь, но, тем не менее, да и в условиях близкой воды удобно. Так и зажили… Потихоньку сооружали второй частокол, уже наученные старыми промахами, резали быстрые лодки…

— Это видать давно было — перебил Априус — я тут не только озера не видал, а даже болота.

— Давно — протянула ведьма — почитай веков так…. А невесть скоко, тут счет иной идет. А озеро… иссохло постепенно, поглотил его Лес. Сила Темная изменила его вконец. Не сразу, правда, он еще долго сопротивлялся. Но постепенно духов то, да лесовичков, всех оберегающих Феи, то извели. Зверя чудища пожрали, мы уж тут как могли, спасали тех, кто сумел в чащобы пробраться. Хорошо птица еще водилась, и лесная и озерная. Мы разводить стали уток да гусей, пару коз одомашнили, наладили себе быт, в общем…

— А календарь каменный, откуда взялся? — Прищурившись, глядя на хозяйку, не отставал Рус.

— А календарь сам вылез — он был там, в прежней деревне, прощальный дар от Мут, а когда мы ее покинули, появился на нашем островке. Только толку от него мало. Дни не отмечены.

— Это эпохальная вещь, периоды, циклы, солнечные затмения, звездные парады, показывает. Но главное витки внешнего круга, это повороты самой Сферы — пояснил Априус.

— Тут они нам ни к чему — пожав плечами, ответила ведьма.

— А может он не для вас и оставлен — вступил в разговор Кэфент — мало ли кто в этом лесу еще прятался. Не приходил никто сродни нам по Силе? Ты должна была ощутить.

— Да тут всякие шастали — насупилась ведьма, недовольная тем, что ее перебили — и сродни тебе чародей. И сродни ей — кивнула она на принцессу — Я по законам вежества всех принимала, а что уж они тут искали, не знаю.

— Понятно — кивнул Априус — они не распространялись. А мы скажу честно, просто мимо шли. Из странствия возвращались заблукали маленько. Но извини, перебил дальше что было?

— А дальше как в сказке. Чем дальше, тем страшнее — хмыкнула Вертана — Эти места облюбовали тролли. Но с ними то, мы как раз смогли не враждовать. Они оказались вполне безобидными, если не дразнить. Мы ведь уже жили тут, когда они появились, потому приняли нас как естественную часть озера, вернее тогда уже считай болота. В тине начали гады всякие заводится, так тролли их быстро повыбили, так что мы даже радовались, такому соседству. Только с острова ходить другим путем — в обход их племенной стоянки. Но как я уже говорила, дичи почти не стало. Сквозь окружающие нас чащобы, да буреломы, ни чудища не пробирались, ни зверь, какой. Ну кроме мелочи — зайцы там, барсуки…. Но вот если секач забредет, тут мы уже всей, так сказать семьей, брать его ходили. Вот где-то в то время и пришел первый гость. Странный такой, лицо под капюшоном прятал, только я все равно разглядела — не человек. Глаза тоже прятал, прямо не смотрел, расспрашивал все о Царь-Древе каком-то, и Валуне, что будто в самехоньком центре Леса стоит с незапамятных времен. Но мы о том ничего не знали, и он сразу ушел…. Затем деваха пожаловала. Вся величественная такая, надменная и гордая, в Лесу, это ж надо в белом платье длинном, прошла, а на нем ни колючек, ни зацепок. Тоже странная до жути, сама молодая кровь с молоком, а волосы седые, и глаза выцветшие, почти белые. Ту интересовал посох Бунхара, якобы находившийся у одной из Ягинь, по имени Сагойя. Ну этой девице мы тоже ни чем не помогли, ибо Сагойю, мы знали, только она с клюкой всегда ходила, а ни о каком посохе мы не слыхали. Мож и был у нее такой, запрятан где, только она не распространялась. В общем, ушла девица ни с чем.

— Ну а одна ты, почему осталась? — Не сводя своих раскосых глаз с ведьмы — мягко поинтересовался Проныра.

— А беда пришла, откуда не ждали… Как болото усохло, совсем уступив место Лесу, с пропитанием вообще туго стало. Пришлось взяться за лук, и мне. Вот как-то отправилась я на охоту, шанс подстрелить что-нибудь съедобное, еще имелся. Мы уже ни чем, ни брезговали, что подстрелить удавалось. Плазуны, ящерки крупные, бурундуки, белки. Да и комаха почти всякая, уже съестной казалась. Только ее много набрать не всегда удавалось.

— Это что за комахи? — Удивилась Дейдра.

— Да разные. Красные муравьи, личинки ос, жуков, кузнецы, там всякие. Со смесью определенных трав очень даже ничего. Ну так вот, отправилась я на охоту, в день тот поганый, одна. Ушла еще засветло, чтоб подальше в чащу уйти, а то вблизи мы уже все повыбили, так как, за черту буреломов с охранными камнями тоже высовываться боялись. Но я прошла к самым границам, и не зря рисковала — напоролась на крупного барсука…. Вот…. В общем, то да се, пока вернулась, много времени прошло, подхожу, а части огорожи как не бывало, одна щепа повсюду разбросана, да двор кровью залит. Ни тел, ни останков, следы только, трехпалые…. Так вот одна и осталась, погоревала, погоревала, да взялась за починку. Только теперь уже во все искусство свое вкладывала. Разрыв-траву вокруг огорожи насадила, дальше елочки, сосенки, напересаживала, выискивала да переносила. Так вот за работой незаметно и отошла от горя то, да пообвыклась сама управляться. А сила моя как одна осталась, расти стала, Ну тогда я и решила, что ни одна погань больше сюда ни ногой, ни лапой — буду потихоньку Лес, отвоевывать. А с той поры сюда пройти мог только тот, кто прямого злого умысла не имел.

— А притворщики значит могли? — Усмехнулся Кэфент.

— А как от таких убережешься? — Невесело ответила ведьма — вначале распознать надо…. Да и тоскливо уж больно, если совсем никто добраться не сумеет.

— И много таких нашлось? — Спросила Дейдра, с сочувствием глядя на Вертану.

— Да находились. Кто действительно заблудился, от чудищ спасаясь, а кто именно ко мне шел, уж не знаю, как про меня узнавали.

— Что ж благодарим за историю — видя некоторую скованность хозяйки — проговорил Априус — из рассказанного тобой повествования, складывается интереснейшая картина. Похоже, кто-то весьма могущий, приспособил эти лесные края под заповедник чудищ. Так просто сюда не попасть, надо определенное умение. Врат нет. Открываются лишь краткосрочные окна-проходы, в разных местах. И этому кому-то в случае надобности не надо искать монстров по мирам, стоит просто брать отсюда, а как? — он думаю, придумал. Что ж придется вмешаться. Пора Лесу очистится.

— Вы настолько могущественны, что…? — Глаза Вертаны полезли на лоб — да тут веками все это плодилось и размножалось. И сам Лес, стал источником Силы.

— Он — не источник — покачал головой Априус — он ее накопитель. Всякие монстры и чудовища, это так лишь поверхностное. Суть лежит глубже. И в нужный момент отсюда ее потянут. Темные Феи, это тоже всего лишь паразиты на могучем организме, кладезь Силы тут устроил явно кто-то помощнее. Скорее всего, после подавления последнего Восстания Бунтаря, сюда бежали некоторые из его прислужников, но не только. А потом кто-то прибрал к рукам бесхозное лесное хозяйство — вопрос кто? Будем разбираться, мне все равно сейчас нечем заняться, я так сказать отслужил свой срок… Да не важно. Хочу проверить, на что я способен сам по себе. Так что друзья, вот вам и дело, достойное нас.

Видя, что все уже насытились, он свернул, и убрал «скатку» и, повернувшись к Вертане, спросил:

— С разрешения нашей гостеприимной хозяюшки, я выйду, осмотрюсь. Прогуляюсь на подворье. Надеюсь разрыв-трава только за частоколом?

— Ну…. В общем — да. Внутри огорожи только лечебное да съестное.

— Тем лучше. Ладно, пошел я, и не стоит за мной ходить, друзья — обернулся он к куатару и ящеру — а то еще потопчете травушку-муравушку. Гостюйте пока.

Спустившись по висящей на цепях ступенчатой лестнице, Рус, очутился во дворе, образованном частоколом. Везде где смотрел глаз, было что-то посажено. Кусты смородины, малинник, разнообразные травы, фруктовые деревца, Небольшой загон с навесом, где блеяла коза, Априус особо отметил, подивившись — откуда та здесь взялась. Подойдя к календарю, он долго всматривался в разнообразные круги, лучи, спиралевидные раковины, отмечал положение колесиков и шестеренок. Вскоре становилось ясно, что воспользоваться календарем, мог только тот, кто точно знал, что нужно выставить и как.

— Зачем же тебя тут оставили? — Словно размышляя, спросил Априус — или ты не только календарь? Хотя ладно — храни и дальше свои тайны. Я же займусь Лесом.

Он присел и, приложив ладонь к земле, закрыл глаза. Попытался прочувствовать энергетику этого места, проникнуть в земные толщи мысленным взором. Интуиция подсказывала, что лес изменяли снизу, и это не мешало бы проверить.

На первый взгляд, вся поверхность этого мира, выглядела как единая платформа, с множеством разломов, через которые ощущаются кем-то подведенные сюда темные воды Хвергельмира, или вернее одного из его ручьев. До прихода Великолепной Семерки, тот, как известно, распадался реками. Как там Хугин пересказывал слова своего хозяина — … «Из-под корня в Нифльхейме бьет источник Кипящий Котел — единственный источник тепла в этом мире холода и бездвижия. Хвергельмир так же являлся, в ту пору обширным резервуаром, материнским истоком всех вод. Сорок рек восходящих оттуда имели место быть. Какие-то ворон даже упоминал — Слид течет в царства пытки, и в ее водоворотах клинки, чтобы препятствовать или пугать любого от попытки пересечь. Через Гьелль проходит мост из золота к подземному жилью Бальдра. Лейфтр имеет чистые воды, которые являются святыми, и которыми торжественно присягают и клянутся. Еще старый хитрюга называл имена и других «ручьев» что истекают оттуда — Кермт и Эрмт и Керлауг — но это не то, ибо сюда подвели явно одну из подземных. А это первые три. Но Гьелль, которая течет около Хель, отпадает, она там и осталась. Остаются Слид и Лейфтр…. Хотя не факт что сюда завернули, целую реку, могли и отвести рукав, проведя по специально созданному руслу.

Вот и думай, как поступить? Разрушить всю эту схему, или чуток поломать, чтобы объявился хозяин, и посмотреть, кто он такой, и зачем ему все это понадобилось. А может он и не один, а целая группа, какой-нибудь очередной ковен, не прошедших нужного посвящения чародеев. Или…

Хотя чего гадать-то? Теперь ему не нужно так уж тщательно скрывать свои действия, можно в открытую, применять Силу. Ну, так, на половину своих возможностей. Точно ясно одно — Лес в таком виде, в каком он есть сейчас, должен перестать существовать. Ни от его самого, ни от населяющих его дебри тварей, ничего хорошего ждать уже не приходится. Жаль, конечно, умертвлять такой огромный и могучий Организм, но…

…Место, где жила Вертана, было, наверное, самым безопасным кусочком этой обширной территории, и потому именно тут, и следовало все проделать. Но перед этим следовало бы проверить, так ли уж скверно обстоят дела по всей лесной зоне.

— Куру! Рунин! — коротко позвал он — идем, прогуляемся. Остальные пусть с Вертаной пообщаются, так и передайте. И помните, здесь привычные чары искажаются, практически не работают…. не разгадал еще, в чем тут дело…. поэтому если что самые простые и надежные применяйте.

Куатар и попугай не заставили себя ждать — барс одним прыжком покинул избу через дверь, а неугомонный птах, стрелой выпорхнул в окно.

— И чего раньше не позвал — сварливо поинтересовался Рунин — мне уже наскучило там сидеть.

— Да так размышлял… — не вдаваясь в подробности, ответил Априус — давайте по-быстрому лес прочешем. Глянем, как дела обстоят на самом деле.

Заклятие Переноса, и вот они уже стоят на вершине того самого холма, через комплекс мегалитов которого, попали в эти края. Еще несколько мгновений ушло на преобразование тел. Боевой трансформацией конечно местных обитателей не удивишь, но так значительно удобней и быстрей передвигаться. Априус в очередной раз любовался как почти обычный на вид снежный барс, приобретает форму совершенно невиданного зверя. Мех уже не мех, а что-то среднее между темно-серой чешуйчатой кожей и пластинчатой броней хитина, когти удлинились, приобрели металлический блеск, клыки стали саблезубыми, в глазах зажегся красный огонь. Попугай тоже стал еще крупнее, перья удлинились, и даже увеличили объем, клюв и когти сверкают сталью, а глаза буравят окружающее пространство, пристальным хищным взглядом.

Сам Рус, тоже видоизменился, перетекая в свою вторую суть, серокожего рогатого демона, с перепончатыми лапами. В этой форме он мог добавлять себе дополнительные части тела — рога, крылья, хвост, той или иной формы, но пока не стал этого делать. Глаза со щелевидными зрачками уставились на раскинувшуюся чащу Леса, а попугай и куатар уловили емкую, все объясняющую мысль:

— Ну что понеслась?

— Понеслась!!! — Одновременно ответили они, и неразлучная троица ринулась вниз с холма.

Основной идеей Априуса, было выявить степень опасности лесных обитателей, и самого Большого Леса. Первое с чем они столкнулись, проносясь по лесной чаще, была корневая система — живая, и шевелящаяся. Но скорость, на которой он и куатар проносились, не позволяла корням схватить их. Рунин несся среди верхушек деревьев, уворачиваясь от разносторонних атак, шипокрылов, летунов, и жалохвостов. Периодически с его когтистой лапы, слетала короткая молния, и всякий раз, когда он кого-нибудь подстреливал, остальные мгновенно перенацеливались и разрывали неудачливого собрата на куски.

Во время своего неистового бега, Априус и Куру, кого только не встречали — ядозубы, огры, крысопауки, баньши, драугры, вурдалаки, но это так привычные обитатели гиблых мест, которых друзья навидались с лихвой. А вот порождений Ллотхи ранее не встречали. Это были не обычные пауки, а большие и неповоротливые твари, главоглазы которых защищал прочный панцирь, оказавшийся, как вскоре убедился куатар, особенно твердым в передней части, и тварь эту проще разить сзади или сбоку.

— Какая живучая зараза — услыхал Априус мысленную ругань барса — думаю, и к огню стоек окажется. — О да тут еще и эндриаги…

Априус на бегу вспомнил, что так зовутся лесные чудовища, напоминающие пауков, скорее длинных, чем высоких, и ползающих на шести конечностях. Когда они, застыв неподвижно, поджидают добычу, заметить их чрезвычайно трудно. Но Куру видимо успевает.

Следующая встреченная тварь, заставила задуматься о правильности его выводов, по поводу источников Силы, здесь текущей. Утковол стоял, набычившись, и уже готовился напасть, на какое-то существо напоминающее сильно изувеченного человека. Априус пристально вгляделся в эту гору мышц, заключенную в мешок из твердой и эластичной шкуры. Башка похожа на буйволью, но пасть усеяна острыми зубами, явно приспособленными разрывать мясо, по всему телу расположены явно недоразвитые лапы, которыми чудище едва способно шевелить. Такой себе плотоядный бычок. Но вот кого он собрался сожрать?

Априус даже остановился, рассматривая странное существо с одним глазом, одной ногой и одной рукой. Чтобы двигаться, оно должны сложиться пополам. Да бесспорно это дивный человек, как то кто-то из патрульных рассказывал о таких — мол, живут где-то на краю света, плодятся искусственно, выковывая себе подобных из железа, а дым их кузниц несет с собой мор, оспу и лихорадки.

— Наврядли оно тебе по зубам, братец-вол — усмехнулся Априус и двинулся дальше, оставляя позади выкормыша одной из темных фей.

По пути ему встретился еще один уродливый бык, но несравненно безобразней, чем домашняя скотинка. Хуаллепен, кажется, так звалось это уродливое альбиносное существо с когтистыми лапами вместо копыт. Ему Априус просто перерезал когтем глотку, и двинулся дальше навстречу паре черных волков, глаза которых просто излучали ярость.

Рунин тем временем, прикончил одну черную «рысь» возжелавшую попробовать мяска необычной птицы, атакой в морду сбросив ее с ветки, и едва не свалился вниз, столкнувшись с сирин. Это удивительное существо с головой женщины и телом сыча, внезапно что-то запело чарующим голосом. Попугай проследил за ее взглядом, и увидел прекрасную девушку, одиноко стоящую у странного, слишком гладкого валуна.

— Ну-ну — давай чаруй — гаркнул ее прямо в лицо попугай — интересно будет посмотреть на Бруксу, лишенную воли и памяти. Щас то у тебя облик прекрасной женщины, однако, когда она голодна или атакует, то кажется ужасной. Вот и поглядим, какой станешь.

Он громко, по-вороньи каркнул, и устремился дальше, переполошив выводок лесных нетопырей, вдобавок сбив по пути еще какие-то гнезда с ярко-оранжевыми яйцами.

Все встреченные деревья за редким исключением имели темно-синие листья, хоть на вид и были разных пород и высоты. Чернильный цвет, один чернильный цвет кругом, как будто некто громадный случайно опрокинул свою чернильницу на некогда разнообразные краски леса. Рунин взял выше и понесся по широкому кругу, зорко высматривая хоть какие-то отличия. Гуща лесной чащи была не однородна, в нескольких местах виднелись более светлые пятна, явно места обитания темных эльфов. Крупные высокие деревья чем-то смахивающие на баобабы, росли там, вместе с кипарисами. Оазис зелени среди моря черноты. Попугай не преминул мысленно сообщить об этом хозяину.

Априус взял себе на заметку, и понесся дальше туда, где когда-то располагались чудные лесные озера, превращенные, по словам Вертаны в обширные гиблые болота. Он даже не разобрал, когда они начались — деревья были все такие же раскоряченные, с переплетшимися корнями, только под лапами зачавкало, и что-то попыталось обвиться вокруг них. Полоснув когтистой лапой по непонятному отростку, Рус, явственно ощутил, что дальше начинается настоящая трясина, и туда лучше не соваться. Он повернул обратно, чувствуя, как темная жижа за ним пришла в движение, что-то стремительно пыталось его догнать, и самое странное было то, что он даже магическим взором, не видел что именно.

Выбежав обратно на сухое, Априус резко обернулся, собираясь уже было кинуть заклятье познания, дабы понять, что же там такое, как вдруг ощутил угрозу надвигавшуюся сбоку. Уклон, прыжок, полуоборот, и о духи, что же это такое? Существо, тянувшее к нему свои безобразные отростки, больше всего походило, на опутанный переплетенными корнями, здоровенный пень весь покрытый слизью и личинками. Априус всмотрелся, различил во всей этой массе, горящие красным пламенем глаза, и не нашел ничего лучшего, как метнуть в чудищу огнешар, и отправиться дальше.

Он наращивал темп бега, стараясь покрыть как можно большее расстояние, чтобы наверняка убедиться, что Лес уже не спасти. Потому что не только различные образины, населяющие его были опасны, но и сам покров, сами деревья, были явно не прочь, вобрать в себя живую добычу. Наконец чародей, остановился — он узнал достаточно, теперь предстояло решить, как именно навести здесь порядок. В голове роились десятки мыслей, но все варианты, годились лишь в отношении небольшой зоны, а не такой огромной территории. Ни огонь, ни хорошая встряска не годились. Бурный водный поток взять было негде, да он и не смог бы справиться с таким лесом. А вот направленная воздушная волна, с последующим ураганным ветром и еще кое-какими стихийными элементами, вполне. Но оставался открытым вопрос, что делать дальше с этим странным отстойником Темного Источника. Ждать хозяина или внаглую заявить свои права на эти края?

— Ладно, все поэтапно — откладывая нелегкое решение на потом, наконец, решился он — друзья возвращайтесь к Вертане, накройте там все защитным куполом, а я, немного, поменяю тут порядок вещей.

И не став дожидаться, пока куатар, и попугай доберутся до избушки, всей своей сутью рванулся вверх, чтобы окинуть взглядом весь лесной массив. Он подымался все выше и выше, но оторваться от Леса никак не мог, докуда доставал глаз, все тянулся и тянулся темный массив, лишь изредка появлялись проплешины холмов, с остатками каменных сооружений — этих непонятных святилищ. Это явно был плоский мир, место изначально рукотворное, или кем-то заполненное пространство между…. Между чем? Явно не между привычными мирами. Скорее какая-то неизвестная область межреальности.

— А значит — промелькнула досадная мысль — найти необходимый для нужного удара, осколок, будет невозможно. А так хотелось, чтобы все выглядело естественно — бухнулась хвостатая звезда-комета и все тут. Что ж придется действовать иначе. Прежде всего, оградить те небольшие участки, которые выявил Рунин — там обитает хоть и темный народ, но все же, эльфы, шанс для них нужно оставить. У них, конечно, есть собственная защита, но ее будет недостаточно, поэтому незаметно добавим кое-что в уже имеющиеся защитные чары эльфов, а потом можно приступать.

Он хорошо был знаком с эльфийской волшбой, сталкивался с ней с самого детства, да и майяры положившие основу для ее появления, были ему небезызвестны. Поэтому труда не составило вплести свои собственные добавления в сеть защитных заклинаний эльфов. А дальше Априуса ждала уже серьезная волшба.

Управление Стихиями бывает довольно разным. И разность еще и в том, пробуждена ли та или иная стихия магическим путем или используется природное ее проявление. Многие ведьмы и колдуны умеют вызывать ливни, бури, ураганы, или наоборот делать хорошую погоду. С наводнениями и землетрясениями задача посложнее.

Но в данный момент Априус собирался что называется, баламутить воду. И совсем непростую воду. Вызвать возмущения в отводке Слида, это практически колыхнуть саму темную реку, но оно того стоит. Полная сосредоточенность и призыв. Призыв остатков Тьмы, некогда захватившей его. Так до конца и не разгаданная, странная субстанция из черного Обелиска, до конца не изгнанная и не уничтоженная. А еще та Пратьма, которую призывал на помощь, и в которую окунался вместе с экипажем «Версара». Они обе давали неограниченную власть над проявлением Нави. Всех ее порождений, в том числе позволяли оперировать некой долей Силы Хвергельмира.

Априус решительно потянулся к потоку, сокрытому в недрах этого мира. Никаких сомнений, ни какой нерешительности — только намерение и устремление. Иначе, и быть не может. Ощущение клокочущей черноты, струящийся поток, тем не менее, кажется недостаточно бурлящим, нужно его взъярить. В дни Творения — единственный источник тепла — воды позволившие появиться Инеистым Великанам. Заклятье, Еще одно. И вот бурлящий поток темной воды устремляется к преграде перекрывшей путь наверх — огромной замшелой глыбе. Это и есть валун, отмечающий центр леса, тот самый, что разыскивали приходившие к Вертане маги. Напряжение нарастает, растет давление воды на камень, Априус выжидает — пусть копится энергия, в нужный момент ее останется только высвободить.

А пока нужно зачерпнуть немного злой, и жгучей Силы, и вложить в одно, в принципе простое чародейство, своего рода иллюзию. Все кого настигнет это чародейство, увидят и услышат самые свое большие страхи, ощутят приближение чего-то поистине кошмарного, и неотвратимого. Словно стрела, сорвавшаяся с тетивы, волна неописуемого ужаса накатилась на лесных обитателей, и те, кто обладал хоть какими-то зачатками разума или инстинктом самосохранения бросились прочь. Рус гнал их в дальний конец Леса, там пусть хоть перегрызут друг друга, но вот так вот уничтожить разом всех почему-то не желал. Силовой барьер оградит их от губительного действия ударной волны, и последующих за ней урагана и паводка.

Теперь следовало делать несколько дел одновременно: — управлять несколькими заклятиями сразу, практически неотрывно, применяя одно за другим. Едва подброшенный напором воды валун, оказался в воздухе, Априус тут же наложил мембрану на открывшийся проем колодца, а каменной глыбе задал нужное ускорение, чтобы она достигла определенной точки в небе над Лесом. В верхних слоях аэра, глыба затормозилась, полыхнула ярким заревом, неимоверно раскаляясь, и низринулась обратно по крутой дуге. Оставалось только вновь ускорить ее, благо дело Силы тут предостаточно, нужно только успевать вливать ее в быстро сплетаемые заклятья.

Огненный болид, с воем понесся к замершему в ужасе лесу, словно падающего метеорита валун, вонзился в чащу. Вспышка. Громовой удар. И вот уже несущаяся во все стороны всесметающая ударная волна буквально укладывает деревья. Толстенные стволы валит, выворачивая с корнями, невзирая на их прочность и длину, но это еще только начало. Небо становиться черным, появляются первые хвостатые воронки смерчей, по-сути обычные столкновение теплых и холодных воздушных потоков, но сейчас это нечто иное, ибо в них сила Хвергельмира. Задул ураганный ветер, завыл, засвистел, и наконец, превратился в сплошной рев. Гигантские торнадо, нарастая и приобретая необыкновенную мощь, начали медленно, но неотвратимо перемалывать полегший лес.

Сразу за этим настал черед Воды, за неимением другой — той, что билась в недрах, сейчас сдерживаемой лишь тонкой перепонкой магической мембраны. Вспучился гигантский пузырь, а потом низвергся, покатился в разные стороны всесокрушающий вал, сдирая даже многовековой покров из сгнившей листвы и зараженной мерзостью, почвы.

Априус в личине демона отрастивший крылья, кружил над беснующимся миром. Он ждал противодействия, но, не смотря на корчи и агонию Леса, хозяева этого места не спешили появиться. То ли они, слишком умные и осторожные, то ли хитрые и коварные, но никак себя не проявили. Темным феям тоже явно было не до того.

— Нда ломать, не строить — горестно вздохнул чародей — созидателем быть не каждому дано. Все только и норовят — крушить построенное кем-то. Надо будет что-то сделать с этим всем безобразием, как только все уляжется…

Он еще долго кружил над агонизирующим Лесом, а потом полетел к единственному уцелевшему пятачку — зеленому ельнику, где виднелась избушка, огороженная частоколом, над которыми синим светом, выделялся силовой барьер. Куру и Рунин постарались на славу — внутри барьера ни одна травинка не дрогнула, правда, и звуки сюда не проникали, потому тишина была более чем неестественная. Уже опускаясь, принял привычный, человеческий облик, и быстро поднялся в избу.

Вся компания оказалась, все еще сидящей за столом, где Вертана развлекала их видениями в блюдце.

— Что работу мою оцениваете? — Живо поинтересовался Рус — так она еще не закончена. Это только первый этап.

— Да ты там такого наворотил — пробасил куатар — год разгребать надо.

— Во-во — в шутку, вставил свое слово Рунин — и где только научился так буйствовать. Столько лесу повалил, а потом еще и водой залил. Был лес — стало море. Чем вычерпывать будем? Или все так и оставим? Мы ж такие, наломаем дров и тикать.

Априус посмотрел на попугая волком — не до шуток, мол, сейчас, и проговорил чуть смущенно:

— Ну не оставлять же, все было в таком виде. Старый лес уже было не вернуть. А позволить существовать этому рассаднику…. В общем, решение было принято. Переждем маленько, пока вода сойдет, а там есть у меня, кое-какая мысль.

— Нас не просветишь? — Тут же вопросил куатар. — может, чем поможем.

— Это вряд ли. Тут не чародейство, ни волшба не помогут. Нужно нечто иное. И боюсь ни у вас, ни у меня этого нет. Потому я пойду мыслить. Там у календаря особо подходящее для этого место. А вы пока подумайте, прикиньте, как дальше путь держать будем.

* * *

Априус покинув избу, и впрямь отправился к каменному календарю. Тот, кто сработал эту систему отсчета времен, явно задумывал ее и еще для чего-то. Но на данный момент эти круги и завитушки, подходили для иной цели. А главное при долгом взгляде на них способствовали сосредоточенности и концентрации.

Он уселся, скрестив ноги, некоторое время вглядывался в затейливые узоры каменных обручей и колец, и так задумался, уйдя глубоко в себя. Сосредоточено рылся в памяти. Искал короткий эпизод своей жизни. Вернее жизни того, кем он стал на краткий срок, после того как выкрал Богиню Зеленого Безмолвия — одну из Великолепной Семерки Владык Сущего. Он плохо помнил тот период, когда воды Урда унесли их обоих за грань Бытия, туда, где не было еще ничего, но это был уже не Хаос. Здесь внутри Сферы, Априус, не единожды встречал творение рук, его временной подруги, но тогда, когда они по воле Вышнего, сделались Творцом и Созидательницей, она вершила иначе, потому что и сама была другой…

Из глубин памяти нечетко, всплыло видение того первого островка земли, недавно поднятого из бездн водных, голого и пустого, а затем по велению ее руки быстро обрастающего великолепными древами, травами и кустами. Удивительное сочетание хвойных и лиственных пород, стройных высоких, и кряжистых раскидистых, а там где преобладали растения тропиков слоистые, по мере нужды в свете солнца. Чудные гибкие березки с нежно-розовой пленкой коры, неожиданно сменялись бамбуковыми стволами разной толщины, те в свою очередь переходили в побережье с банановыми и кокосовыми пальмами. Сандал, бальза, кусты орхидей и фикусов, баньяновые деревья….

От себя он тогда добавил эвкалипты, кедры, и тиссы. Как это у него получилось? Вспомни теперь попробуй. И Сила тут, явно не для взращивания таких лесов. Нужно обладать настоящей божественностью, чтобы созидать явное, а не иллюзорное. Вырастить из зерна быстрый росток может любой, уважающий себя факир. Но когда семян нет, как это сделать? Хотя стоп, почему нет? Вон же рядом ели, шишек полным-полно, потому как птицы не поклевали, и белки не погрызли, по причине отсутствия оных.

Ну что ж, и на болотах строят города, осушив те предварительно, и завалив их бревнами и землей. Вот бы достать те орешки или шишки, из сказок народов Даарии, что кинешь, и лес произрастет, но сказки на то, и сказки — все лишь легкое воспоминание о былом величии. Придется использовать то, что есть — Силу Источника, да собственные знания. Другого пути нет, тут привычные чары не работают, или работают не так.

Он вздохнул, встал на ноги, и пошел по импровизированному огороду Вертаны, в поисках семян разнотравья. Собрав все, какие нашел в мешок, затем отбросил все сомненья, которые учитывая наследство, его часто одолевали, и отправился за изгородь, большим прыжком преодолев расстояние до ельника. Там потратил еще немного времени, собирая в опустевший мешок шишки, или если те раскрылись, выбивая в карманы, семечки. Затем отошел на самый край бора, и вновь перетек в демона, отрастил крылья и взлетел.

Уже находясь в воздухе, попытался оценить масштабы предстоящей работы, но четкой картины так увидеть и не смог. Пейзаж внизу затягивала дымка, глаз не выхватывал отдельных элементов, видел лишь сплошную грязную жижу, из которой торчали стволы деревьев и перепутанные корни.

Взглянув в другом спектре, Априус увидел где-то далеко-далеко за горизонтом, огромный Завал, высотой до неба, и там за этим завалом рвали друг друга в клочья, пришедшие в себя чудища.

— Ну что ж пусть выживет сильнейший из вас — буркнул Априус вслух, и понесся к тому месту, где воды Слида, вышли на поверхность.

Вокруг круглого отверстия, земля так спеклась, что превратилась в камень, с идеально ровными краями. Темная вода бурлила, клокотала, но уже не выплескивалась наружу с такой неистовой яростью. Рус спустился ниже, завис над самым колодцем, и невольно подумал:

— Сколько же времени и сил Восставший, положил на то чтобы приручить Кипящий Котел? И не пытался ли кто-нибудь добиться власти над источником Нави, после него?

От колодца ощутимо шло тепло, вода в нем бурлила и булькала, и вправду делая похожим на котел с йотунским варевом, волшебным зельем, что варили инистые великаны, в давно забытую пору. Зажмурившись, Априус сунул туда лапу, и едва не взревел, от нахлынувших ощущений.

Ожог, боль, спазм, жар, холод, головокружение, покалывание в пальцах, затем приятное тепло, поднялось по конечности и распространилось по всему телу. А затем чары начали сплетаться, словно сами собой, губы шептали какие-то заклинания, необузданная, первобытная Мощь, начала сотрясать все естество последнего из Эльдариусийцев. Перед глазами пролетали отрывки из воспоминаний давно минувших дней — его, и чьих-то еще, может самого Сущего. Корни Иггдрасиля, омытые водами. Трех Великих Источников, пригвожденный к нему же Отец дружин, Величественный прадуб, что рос, где-то на просторах погибшей Даарии…. Априус напрягся, и вот оно — лапа явственно ощутила нечто округлое и твердое невесть как оказавшееся в ней.

Он выдернул лапу, и всмотрелся в лежавший на ладони предмет. Желудь, самый что ни наесть обычный желудь, только очень большой, очень древний, до поры до времени, просто сохраняемый.

— Намек понял — проговорили занемевшие губы — и Априус с места рванулся в небо.

Некоторое время, он кружил, всматриваясь в обширные земли под собой, наконец, определил нужную точку, середину — сердце будущего леса, так сказать, и пошел на снижение. Она пришлась, на один из приземистых холмов, с которого напрочь снесло все, оголив его, и обнажив лысую вершину. Опустившись прямо на нее, Рус, когтем вырыл ямку, и, вдохнув в желудь искру жизни, вложив частичку себя, бережно опустил его в ямку. Аккуратно зарыл, и снова устремился в небо. Уже оттуда кинул заклятие, превращающее все, что осталось Леса, в труху — будет и удобрение, и верхний слой.

Дальше Априус словно коршун, что носился над пустынными землями ново — сотворенного мира, кружил над высыхающей землей, и бросал семена. Он сеял новый Лес, пусть и на «фундаменте» старого. Конечно без магии, семена прорастали бы долго, и в малом количестве, но с силой Источника, дело обстояло иначе. Затем он словно слился с этим местом, представляя, как произрастают высокие, темные ели, поднимаются, стремительно стремясь вверх. Ему приходилось выращивать сосны, на одном из парящих островков возле Гиль-Эстэль, но, то другое, тут же, масштабы о-го-го…

И задуманное начало воплощаться — из еще влажного грунта, медленно, но безостановочно, лезли ростки молодых елочек, все до единого ровные, одинаково красивые и густые. Становились выше, крупнее, тянулись к небу, надежно укореняясь упругой почве. Лес поднимался как по мановению волшебной палочки. Густой дремучий, естественно никем нехоженый. Между стройными рядами елей сеялись травы, взятые с огорода Вертаны, и вместе с их ростом, уходила недоступность этого мира.

Не следовало, конечно, забывать, что в любой миг, могли нагрянуть хозяева этого места, и тогда нужно будет принимать бой, а Априус несколько забылся, поглощенный творчеством. Но все обошлось, никто не пожаловал, может просто следили с какой-нибудь изнанки мира, может что задумали, а может у них были дела поважнее. В любом случае, Априус собирался покидать эти края, и его не особо заботило, кто и как воспримет его поступок. А про то, что это могут оказаться некие новые, тайные Силы, он и так предполагал, но сидеть здесь, чтобы это выяснить не собирался. Его война, если такая и случится, будет проходить не здесь. Потому едва новый лес, перестал расти, полетел к одинокой избушке Вертаны.

Дрожь и колебание мира еще ощущались, но явно шли на спад, и нужда в барьере отпала, о чем Рус, не преминул сообщить своим друзьям. И к тому моменту, когда он добрался до частокола, они успели снять поставленный барьер, и вышли за пределы поляны с разрыв-травой. Чтобы своими глазами увидеть, и руками пощупать, только что возведенный лес.

Рунин не утерпев, понесся над верхушками елей, остальные просто покинули пределы, оберегаемые Вертаной, и действительно прикасались к хвойным веткам, проверяя, не иллюзия ли это.

— Как… — дыхание ведьмы перехватило — как тебе такое удалось? Это…. Это же какая силища тут поработала, боюсь даже представить.

— Ну, Силы тут хоть отбавляй — улыбаясь, сказал Априус — нужно только знать, как направить ее в нужное русло. Вот только Лес пока только растительный. Ни насекомых, ни птиц, ни животных. Тут уж я не властен. Но думаю если наладить тут настоящие Звездные Врата, все это можно будет добыть, и доставить. Было бы кому всем этим заниматься. Только сразу скажу — этому Лесу, никогда уже не стать обычным, главное не превратить его в сплошное Зло, а для этого тем, кто здесь будет обитать, нужно будет пройти посвящение у Темного Колодца. Он не есть изначально зло, но является Источником Тьмы, потому сами понимаете…. А нам пора отправляться дальше. Теперь мест с капищами больше нет, порталы не откроются, а значит, будем выбираться методом Дейдры, Лес больше не помеха…

— Я, пожалуй, останусь здесь — неожиданно сообщил Проныра, искоса поглядывая на ведьму — в Андориносе меня никто не ждет. А тут Вертана одна…. В общем, помогу ей за Лесом присматривать. Эльфов уцелевших разыщу, мозги им вправлю, я ведь все-таки наполовину эльф, хоть и не знаю, какими были мои предки? Лесными, Горными, или Морскими?

— Думается мне что городскими — выпалил Рунин, уже возвратившийся после краткого облета, и теперь восседавший на пышной еловой ветке. — Так что тебе в лесу не будет особо уютно. Я бы посоветовал тебе вернуться вместе с нами в Андоринос. Там запастись всем необходимым, набрать отряд единомышленников и тогда только возвращаться.

— Вещий птах дело говорит — поддержал попугая Кэфент — это разумно.

— Но как я тогда вернусь? — Не согласился Проныра — Коридор то еще не протянут.

— Ну тут, я тебе помогу — ответила Дейдра — сопровожу обратно. Вместе с отрядом.

— И я — настойчиво сказал Кэфент — тем более мне подумать надо, а пока все равно заняться нечем. Поищу себя, так сказать…

— Ну, тут бы я не зарекался — усмехнулся Априус — твои э-э… освободители могут думать иначе… А вообще как знаешь, мне ты ни чем не обязан, да и сам я на месте оседать не собираюсь. Только дали вольную, так что хочу попутешествовать.

— Ух ты нас цто здут стланствия? — Враз напряг слух недодракон.

— Все возможно — ушел от прямого ответа Априус — но это потом, а пока давайте вернемся в избушку нашей гостеприимной хозяюшки.

Они постояли еще чуть под сенью недавно выращенных елей, и повернули назад. Лес без пения птиц, стрекотания и жужжания насекомых, не располагал к наслаждению, а в тишине никто из присутствующих не нуждался. Небольшой бор, что окружал изгородь с избушкой, был все же несколько другим, и мухоморы растут, и мурашки копошатся, и даже пробивается зверобой и бессмертник.

Трава на поляне раздвинулась, словно сама собой, пропуская гостей к частоколу. Ведьма чуть повела рукой и часть бревен, исчезла, образуя неширокий проход, Априус ощутил некое напряжение, исходящее от хозяйки, и поинтересовался:

— Вертана, тебя что-то тревожит или смущает?

— Да не то, чтобы так — проговорила ведьма почти шепотом — просто…. Скажи кто ты? Сотворить такое с Черным Лесом… вот так вот враз…. И потом вырастить на его месте новый…. Кем надо быть? Я знала Старых Богов, твоя Сила в чем-то сродни их, но не только… Я не могу прочесть в тебе…. Это меня смущает. Ты не бог, но и не чародей, и не…

— Я вечный Звездный Странник — перебил ее Априус — Путь мой не имеет конца. Потому любой мир мне дом. Я Домовой если считать всю Сферу нашим Домом, ее оберегающий дух. Я есть мир, мир есть я. Такова нынешняя моя суть. А то, что было раньше уже не важно. Открываю тебе это, чтобы ты не маялась в поисках ответа, которого нет.

Они как раз поднялись в избу, и Априус сразу забрал у Проныры свой походный мешок, достал и раскатал «скатку» мысленно желая, чтобы та выдала чего-нибудь попить. Из скатерти выдвинулись пара высоких кувшинов, и небольшой бочонок, несколько глиняных мисок с длинными сосисками и жареной капустой, а так же хлебцы, обваленные в пряностях. В кувшинах оказалось кисловатое вино, чему все были несказанно рады, бочонок же вмещал в себя превосходный эль, явно сделанный не человеческими руками. Утолив жажду, принялись неспешно поглощать скромные дары скатерти, понимая, что на большее она просто не способна. Но и этого было уже не мало, учитывая, то что, в избе Вертаны, кроме странно пахнувшего варева, в казанке, вообще ничего из съестного не было. Как она, выживала и чем питалась, осталось загадкой. Конечно, у нее был небольшой огородик, но круглый год он явно прокормить не мог. Но ведьма, на то, и ведьма, чтобы иметь собственные секреты живучести, и сохранения молодости.

— Вертана, а попытайся припомнить, за последние двести лет кто-нибудь наведывался к тебе? — Запивая последний кусочек хлебца, поинтересовался Рус — Из тех от кого Силой так и разит, чуть ли не за версту?

— Ко мне точно никто не приходил, а вот за остальных сказать не могу, они все от меня далековато обитали. Ко мне вообще мало кто совался, поначалу конечно перли разные, э-э….. Хитрованы, но я таких охотников быстро повывела, так что не знаю, были ли в этих краях такие сильные колдуны или нет, ко мне они не совались это уж точно.

— Ясно. Ну что же — будем мы собираться, как говорится — труба зовет. Ты уж тут постарайся продержаться, до прихода Фиора, пока он соберет все, что нужно для нормальной жизни Леса, может не одна седмица пройти.

— Да мне-то особо не привыкать. Ты лучше скажи Рус — чудища то на волю не вырвутся?

— Не думаю, заслон там крепкий, а со временем стражу поставите, на пограничном рубеже. Кто-то ведь их тут растил, узнать бы кто? Вот я им приманку и оставил… Ладно, давайте поклажу в порядок приведите и в путь, друзья мои.

— Какая у нас поклажа? — Пробасил снежный барс, имея в виду себя Яшу, и Рунина.

Все быстро навели порядок в изрядно опустевших мешках, и стали у двери. Прощанье было недолгим, и уже спустя четверть часа, они стояли у кромки нового Леса, в нетерпении переступая с ноги на ногу, пока Дейдра сосредотачивалась на подходящем дереве, пытаясь проецировать такое же в Отражении, а Априус заканчивал свои магические воздействия. Перед уходом, он вплетал в ткань этого мира, сторожевые и охранные чары, так чтобы те вообще невозможно было заметить, по крайней мере, при поверхностном взгляде, на тонкие планы.

— Кажется, получается — медленно проговорила принцесса — давайте, сразу за мной, не отставая.

Она двинулась вперед, вроде бы среди тех же деревьев, но в ноздри ударил запах привычного лесного воздуха, а тишина сменилась стрекотанием. Все с облегчением вздохнули, понимая, что все получилось, и мир западня выпустил их из своих объятий.

— Как думаешь — мысленно спросил куатар — а сами бы мы, что не выбрались?

— Выбрались бы — ответил Априус — но зачем им это знать? Я не собираюсь раскрывать карты, хотя конечно, что-то, да придется объяснить. Кэфент далеко не глуп, понимает, что с Источником, порождающим Тьму, не всякий сможет оперировать, а уж если быть точным — то единицы смогут. Нужно иметь Тьму в себе, чтобы он не сопротивлялся. И естественно обладать достаточной Мощью….

— Скажи, а они ведь были тогда, эти источники, когда еще существовал наш родной мир, или проявились после его гибели?

— Думаю, были, только выполняли совсем иную задачу, а когда «Сердце Мира» взорвалось, нарушилось вся система течения магии, и они заняли главенствующее положение. Магические силовые линии, именуемые еще линиями Лей, существуют в каждом мире, так было и со Сферой, она просто была переполнена ими, как и всякий мир в начале своего воплощения. С веками, по разным причинам линий становилось меньше, из них ведь забиралась Сила, даже впрок — ею наполняли различные предметы, именуемые теперь артефактами Предтеч, плюс войны и сражения, в общем, было от чего им по — уменьшится. А сейчас еще посредством Источников, творятся сырые миры, для скармливания Подателю…. Страшно даже представить, что случится если Три Великих Источника иссякнут. Хотя пример есть, в небезызвестной тебе Ки, такое считай, произошло…

— Да уж, магический дождик перестал даже капать, не то, что проливаться…

— Вот-вот, так что получаются — запасы Силы во Вселенной не бесконечны, и нам, пожалуй, следует продумать, как быть, если вдруг что…

— Может выстроить свой собственный накопитель? — Мысль куатар была явно не лишена смысла, и Априус молча кивнул, обрывая мыслесвязь.

Дейдра как раз вывела их на большой, зеленый луг, и в нерешительности остановилась.

— Я не знаю, куда идти дальше — задумчиво проговорила она — все известные мне Тени отбрасываемые Эмбером, наврядли ведут в нужном направлении.

— Хорошо, тогда дальше поведу я. Ты вывела нас из глухой зоны и это главное. — Останавливаясь, ответил Рус — сейчас-сейчас, ухвачу нужное направление…. Так насколько я понимаю, нужен ключевой мир, который отбрасывает много Теней…. Ага, есть такой…. Все ухватил…

Он смотрел на луговую траву, растущую вперемешку с цветами ромашек и васильков, и представлял такую же точно, там, в одном из миров уже знакомого, почти родного Сектора. Шаг другой, пространство вокруг почти не изменилось, луг как луг, но за его концом замаячила извивистая речка, которой не было раньше.

Пройдя еще немного, они оказались на ее берегу, абсолютно лишенном растительности, а когда оглянулись назад, там уже не было ни луга, ни далекого леса.

— Мозно я искупаюсь? — неожиданно попросил Яша — Смотлите какая цюдесная водицька… плозлацьная и такая манясцяя.

— В такой водичке всегда бывают сюрпризы — проворчал Априус — как правило, зубастые и голодные. Но ты прав искупаться действительно хочется. Вперед!

Он перестал оперировать с Отражениями, и просто направился к воде, стягивая кольчугу. И естественно опоздал. С шумом и плеском, прямо с берега в воду вошли два стремительных тела. Спустя миг на поверхности воды появилось две довольные морды — куатара и ящера, и, издав созвучное веселое похрюкивание, нырнули опять. Кэфент помог Дейдре освободится от одежды, и провел ее к отмели что выступала, чуть дальше, а Априус с Пронырой бултыхнулись следом за первопроходцами. Предоставленный сам себе попугай, от нечего делать принялся гоняться за стайками мелкой рыбешки, мелькавшими на поверхности.

От реки и впрямь исходило желание напитать усталого путника силой, утолить жажду и голод. А это означало что ее божество живо, и в прекрасном настроении. В свое время это место явно не подвергалось зачистке воинствами Великолепной Семерки, которые уничтожили практически всех Прежних, что обладали хоть какой-то силой, и не изъявили покорности.

Вдоволь наплававшись, и нанырявшись, позволили себе немного полежать в теплой, словно парное молоко прибрежной воде, наблюдая за игрой мелкой рыбешки и скользящими по гладкой поверхности водомерками. Вокруг не переставая, носились большие стрекозы, великолепной раскраски бабочки и крупные шмели. Безмятежный мир, нетронутый никем, такие места особенно нравились Априусу, видимо потому что напоминали детство с его беззаботностью и любопытством ко всему.

Справа раздался неожиданно громкий всплеск, недодракон подскочил от неожиданности и, не веря сам себе, уставился на громадную рыбину, что судорожно хватала воздух раскрытым ртом.

— Это тебе приятель — послышалось сверху — подарочек от меня. Попробуй эту златоперую, весьма редкий нынче экземпляр.

— Рунин как ты ее добыл? — Изумился Проныра, вытаращив раскосые глаза.

Априус сердито глянул на попугая — мол, нечего показывать свои возможности, но тот в обычной своей манере возмущенно ответил:

— А что я? Она сама выпрыгнула, я лишь шуганул ее немного в Яшину сторону.

— Спасибо Лунин — послышалось довольное урчание недодракона — ух ты, какая класивая…. Не делгайся… ум-ням — ням.

— Лопай-лопай — снисходительно прокаркал попугай — и помни мою доброту, а то в последнее время совсем от лап отбился. Вырос, видите ли…

— Ладно, хватит прохлаждаться — Априус нехотя поднялся из воды — пора дальше двигаться. Давайте обсыхаем и потопали.

Посвежевшие, и отдохнувшие, получившие заряд бодрости и хорошего настроения они нехотя оделись в пыльную и изрядно изорванную одежду, которую почему-то посредством магии никто чинить и приводить в порядок не желал. Свои обычные вещи, Априус бы конечно не испортил, но купленную на рынке перед походом, не стоило того, чтобы на него расходовать хоть каплю Силы.

Отряхнув звездную пыль с одежды и сапог, накинув почти пустые мешки, медленно побрели вдоль берега, Кэфент и Дейдра. Глядя на них, Априус улыбнулся, поглядев им вслед — пара явно складывалась, и это не могло не радовать, ибо не упроси он. Третью Силу, вернуть парня к жизни, принцесса тоже была бы уже мертва. А так вон, оба живы, и, похоже, обрели настоящее чувство, что тоже не так часто встречается. Пусть про них никто не знает, и не узнает, они хотя бы поживут немного для себя.

Он перевел взгляд на полуэльфа, который казался грустным, и проговорил:

— Не тоскуй, ты так. Ни куда твоя Вертана не денется…

— Почему это она моя? — Вскинулся тот.

— Ой, да ладно тебе, все ведь заметили, как ты на нее смотрел. Остаться решил. Запал ты на нее это ясно как божий день. Так что не дрейфь, собери все необходимое, и сразу как вернешься «атакуй».

— Да я для нее мальчишка… младенец.

— Ну и что? Ты думаешь, когда срок жизни за век переваливает, разница в возрасте кого-то волнует? Было бы притяжение и все такое…. Как известно… — ровесников не ищет.

— Ну да — ну да — смешался Проныра, и перевел тему — ладно зови этих голубков — пора идти, я теперь спешу.

— Как скажешь — улыбнулся Априус, и помахал влюбленной парочке рукой, подзывая к себе.

Спустя минуту компания уже шагала по живописным лугам, неосвоенных прерий, но это еще не значило что каждая отбрасываемая ключевыми мирами Тень, всегда будет иметь хорошую погоду. Отражения лежали несколько в иной плоскости бытия, и Априусу приходилось напрягаться, чтобы удерживать их. Это походило на своеобразный веер миров, который когда-то развернули, и теперь переходя из одного мира в другой, можно было добраться, до самого крайнего.

Порой невидимая стезя выводила их в красные пески пустынь, порой в заснеженные предгорья, где царил лютый холод, но в основном это были обжитые края с засеянными полями, или ровными квадратами огородов. Они увидели множество рек, которые мерно несли свои воды, на их берегах безбоязненно паслись стада диких лошадей и других копытных, которых так нравилось вспугивать Рунину.

По-своему это было веселое и красочное путешествие, и чтобы его описать, понадобилось бы отдельно повествование, но и оно под конец прискучило Априусу. Да и Проныра поспешал, потому, в конце концов, Рус, снова прибег к кокону, который аккуратно вобрал в себя слегка подуставшую компанию, и понес согласно заданному заклинанием курсу.

Самая простая, и древняя магия, способ передвижения в коконе известен был еще на Заре Времен, потому срабатывал всегда безотказно, и единственной его проблемой была возможная неточность, в случае колебаний волн времени и пространства. Но сегодня все было стабильно, поэтому перенос закончился правильно, и кокон распался, опустив свою драгоценную ношу на землю, в пределах Андориноса, известного еще как город-ярмарка.

Глава шестая Андоринос и другие места

— Ну вот — радостно проговорил Проныра, едва ощутил твердую почву под ногами — мы почти прибыли. Идемте скорее, беру на себя роль гида, покажу вам город, с несколько другой стороны. А затем уже, заглянем в мое скромное логово.

— Не гони лошадей — гаркнул Рунин с плеча Априуса — сначала зайдем, горло промочим. Мы сейчас у восточной оконечности города. А тут всегда готовили лучший «Лемон Твист» — то, что нам всем сейчас надо.

— Это что такое — поинтересовалась Дейдра — напиток?

— Да — отозвался попугай — коктейль такой, смесь яблочного сока, пива, свежего сельдерея и вареной свеклы, с добавлением сока лимона. Главное это секрет пропорций, не зная их, не добьешься нужного вкуса, или вообще бурда получится. А в этих кварталах это самый изумительный напиток.

— Тогда уж лучше «Плантатор» попробовать — не согласился полукровка — это пунш такой, пояснил он — смесь специальной воды, морковного, ананасового и мандаринового соков, с добавлением маринованной в перце, земляники…. Тоже изумительный напиток.

— Ну, если на то пошло, то из прохладительных очень неплох Матэ, но его не везде готовят…

— Ой, Матэ — скривился Проныра — из тыквы пить…. Предлагаю попробовать нестандартный подход — Ласси, уж что-что, а он от жары самое то…

— Я готов попробовать и то и другое, и третье — перебил их Кэфент — ведите уже скорей. А то уже и в животе урчит, я от вас столько наслышан о кухнях этого города, что просто сгораю от нетерпения.

— Тогда готовь место в пузе — проронил попугай — остановиться тут весьма сложно, еда и питье просто сами прыгают в клюв. В первый раз, помнится, мы едва не лопнули, пришлось чары накладывать, чтоб переваривалось быстрей.

— Тут Рунин прав — рассмеялся Априус — выбрать что-то одно в этом городе довольно сложно. Даже самые простые яства настолько разнообразны, что лучше всего выделять их потребления по направлениям. Один день морепродукты с белыми винами и пивом, другой сдоба с киселями и напитками, третий мясное и салаты, четвертый стоит уделить одним только сладостям и коктейлям, а уже потом когда наедятся и глаза и живот, выборочно искать что-то необычное.

— Идемте же скорей — воскликнула Дейдра — я даже не представляла, что могут быть такие огромные города…. Так интересно!

— Он один такой в своем роде — пояснил Априус — а эти кварталы населены преимущественно людскими расами, потому и рацион для нас то, что надо. В других блюда — так, на любителя, хотя есть и вполне обычные. Давай Проныра веди, к «Веселому Жаку» там все хорошо готовят, и быстро приносят.

Полуэльф не заставил себя ждать, первым юркнул в символические ворота, и быстро пройдя с десяток шагов, по главной улице, сразу же свернул в первый переулок, дабы, используя задворки и арочные проходы, быстро пройти к нужному кабачку, избегая ненужной толчеи. И остальным пришлось поспешить, чтобы не отстать.

Находясь уже в плоском мире Андориноса, Априус лихорадочно решал, насколько же он может раскрыться перед новыми знакомыми. Но решение пришло само собой, когда его взгляд уперся в спину ведущего их Фиора. Чем они лучше этого полуэльфа, который знал его, как странствующего торговца-чародея Руса, имеющего некий вес в приморских кварталах? Пожалуй, лучше для них таким и оставаться, а то, что Кэфент, может что-то предполагать, так это только предположения. С другой стороны они достаточно вместе пережили, чтобы вот так просто ничего не раскрыть и распрощаться, на неизвестное время. Поэтому просто исчезнуть будет некрасиво, и это мягко сказано.

Пока Априус прикидывал, как ему быть, вся компания выбралась на широкую оживленную улицу, большую часть домов которой составляли торговые лавки. Здесь, как и везде в Андориносе — главным занятием являлась торговля, только предпочтение отдавали местным изделиям, а не доставленным из различных миров, как в центре города. Но в любом случае это были не совсем обычные вещи, неважно будь, то рулон материи, посуда, или кинжалы и ножи.

«Веселый Жак» имел очень хорошую репутацию, и это сказывалось на ценах, к тому же брали тут серебром, так на всякий случай, ведь этот металл много что мог. Априус порылся в кошеле, удовлетворительно улыбнулся, и приглашающе указал рукой на вход:

— Прошу друзья, ни в чем себе не отказывайте, это мое угощение, а потом мы вас покинем, дела, знаете ли, дела. Хозяин этого заведения по крупица собирал рецепты приготовления блюд, расспрашивая их у гостей Андориноса, и в итоге вышел довольно интересный наборчик.

Они прошли вовнутрь, миновав скучающего вышибалу, и невольно замерли сраженные неестественной торжественностью зала, столы были изготовлены как будто из мрамора, лавки-кресла представляли собой настоящие произведения искусства, настолько изящно были выполнены.

Проныра, не стесняясь, прошел к дальнему прямоугольному столу, стоящему отдельно в неглубокой нише, и, махнув рукой служанке, уселся. Априус подождал, пока все разместятся, скептически посмотрел на куатара и ящера, которые вдвоем собирались разместиться на всей лавке, погрозил им пальцем, и, обернувшись к уже спешащему к ним половому, приказным тоном проговорил:

— Эй, любезный притащи-ка нам шкуру, а то мои зверьки боюсь, издерут всю кожу на седушке. И скажи на кухне, пусть сразу блюдо с кровавыми бифштексами принесут, все что есть, они у меня прожорливые.

Парнишка, не пройдя и половины пути, повернул обратно, Априус же уселся, снял с плеча попугая и пересадил на пустую столешницу.

— А я себе сам закажу — тут же заявил тот — а то опять накормите какой-нибудь хренью. Я ж не ворон, какой, всякую всячину жрать, а те и падалью не брезговали.

— Что-то я не припомню, чтоб Хугин и Мунин падаль клевали — изумился Априус.

— Да я об их природной сути — вывернулся попугай — и к тому же когда они по мирам носились, кто знает, чем питались? Или ты думаешь, два этих охламона натощак дела решали? Ага, как же…

— Ладно, сам так сам, а я за всех, пожалуй, скажу. Кстати, вам тоже друзья могу посоветовать кровавый бифштекс с жаренным во фритюре картофелем. Внутри мясо почти сырое, а снаружи — аппетитная и ароматная корочка…

— Да нет, спасибо — ответил Кэфент — полусырое мы в лесу поедим, а тут самое что ни наесть, доготовленое попробовать хочется.

Априус пожал плечами, и, повернувшись к подбежавшей девушке-служанке, спросил:

— Что уже есть горячее?

— Черный рис. Фабада, Тортилья с картошкой… Остальное на полуготовности или нужно готовить.

— Ясно, тогда нам «Лемон Твист» и Плантатор сразу, соломинки не забудьте, ну и все горячее тоже несите.

— А мне rabo de torro — загадочно вставил попугай — я подожду, пока сделают…

Когда служанка отправилась за заказом, Кэфент недоуменно протянул:

— Черный рис?

— Да ничего особенного — пояснил Проныра — блюдо такое — рис с чернилами каракатицы и морепродуктами. Выглядит, конечно, немного устрашающе, но, тем не менее, нравится подавляющему большинству. Фабада — просто сытное рагу из белой фасоли с несколькими видами пряных колбасок (чорризо, морсильо), кровяной колбасой и хамоном. Оно, конечно, отлично идет в прохладные осенние дни, а тут жарковато сейчас, но думаю, вы оцените.

— А тортилья мне известна — подала голос принцесса — это такой омлет с картошкой.

— Верно — кивнул полуэльф — только тут его подают под особенным соусом, и оно значительно меняет вкус. Рунин что-то я не разобрал, а что ты такое заказал?

Попугай посмотрел на него несколько свысока и ответил:

— Тушеный бычий хвост.

— О-о — только и нашелся, что ответить полуэльф, и добавил — надеюсь, хлебцы входят в состав блюда, а то как то не очень будет….

Вскоре принесли напитки, и первое время за столом царило молчание, после столь длительного путешествия изысканные коктейли казались особо ароматными и вкусными. К тому же можно было пить то один то другой, чередовать и сравнивать вкус. А когда принесли горячее, исходящее паром кушанье, Априус ощутил тихие постукивающие молоточки в голове — знак того, что кто-то из его былых патрульных стражей, ищет разговора. Это означало, что есть новости, которые ему, Русу, необходимо знать, а значит нужно отправляться в Гиль-Эстэль, которая все равно остается их совместным домом. И ни потому, что дело срочное, а потому что пора собирать слухи, ведь в каждом слухе есть доля правды, а это неведомый кто-то слишком уж наследил в разных мирах, своей подготовкой к чему-то. Вопрос к чему?

Они неспешно ели, разговаривая на отвлеченные темы, словно ненароком оттягивая момент расставания. Априус посмотрел на каждого из новообретенных друзей, и решил пока повременить с раскрытием своей персоны, сказав лишь только:

— Друзья, хотел вот переговорить с вами, о вашем приобщении к некому тайному обществу гм… чародеев, но возникли неотложные дела. Поэтому с этим придется повременить, а так как у вас троих сейчас есть занятие, и вы в Андориносе не задержитесь, перенесем этот разговор на позже. Я сам вас найду, как только разберусь с делами, но это случится не так быстро, как бы хотелось. Если что крайне неотложное случится — поспрашивайте обо мне в оружейных лавках портового города, меня там неплохо знают и весточку передадут.

— А как же Черный Лес? — Взволновано поинтересовалась Дейдра — он ведь все еще опасен.

— Он всегда таким будет — спокойно ответил Априус — нужно научится соседствовать с рукавом Источника порождающего Тьму. А каким будет это соседство, зависит от того, кто заявит права на владение, этой обширной территорией. У вас есть шанс.

— Мы его не упустим — улыбнулся Проныра — можешь быть спокоен. Я сейчас провожу Кэфента с Дейдрой в свою «нору» а сам сразу отправлюсь на животноводческий рынок, подберу новых поселенцев для леса. Вот только денег маловато…

— Об этом не беспокойся. Найдешь там Заура, скажешь, что от меня, он договорится, с соседями по поводу отсрочки оплаты. И возьми с собой больше фруктов, съедите на досуге, а косточки по территории леса, разбросайте, прикопав слегка. Земля еще влажная, должны прорасти.

Стук молоточков в висках стал более настойчивым, И Априус поднялся из-за стола, вынул из кошеля несколько серебряных монет, бросил их на стол, и, поманив свою зверокоманду, в прощании склонил голову.

— Прошу меня простить, но нам пора. До встречи друзья. И еще Проныра вам же надо будет чем-то питаться первое время, потому вот тебе «скатка» береги как зеницу ока, теперь и такая большая редкость.

Он подхватил Рунина, усадил на плечо, и быстрыми шагами направился к выходу. Куатар и ящер, тут же последовали за ним. Выйдя из харчевни, они быстро пробежали по улице, завернули в ближайшую подворотню, и, замерев на несколько секунд, словно растаяли в воздухе.

…Гиль-Эстэль встретила их непривычной тишиной, Крепость, конечно, не была мертвой, но жизнь в ней весьма поутихла. Взявшего на себя обязанности домоправителя, Охтара, они увидели скучающим на берегу озера, что для гнома было несколько странно. Некогда великий король наугримов, сидел на берегу и бросал уткам и лебедям куски пресного хлеба. Рядом с ним сидел огромный пес, по кличке Гард, и наблюдал за бросками гнома, выпрашивая очередную порцию и для себя. Сам он был из помета Трезора, и соответственно представлял собой породу церберов, но только без той, щенячьей радости, которая всегда присутствовала в его предке. Одна его голова тут же повернулась в сторону новоприбывших, чуткие ноздри провели опознание, и пес остался сидеть на месте.

Априус ощутил некую горечь — Трезор рванул бы к ним со всех ног, оглашая окрестности громовым лаем, и всячески выказывая свою признательность, да только нет его любимого песика уже давно. Трезор пал в Ангабаре, порубежном мире Сектора, приняв неравный бой с небезызвестными косматыми «рогачами» которые пытались просочиться в этот мир, используя свои хитрые лазы и тропы.

Обнаруживший их Богар, сразу возвестил тревогу, и попытался выжать тварей за пределы мира, самостоятельно, но не тут-то было. Явившийся по зову своего патрульного Эсгалдирн, не успел и глазом моргнуть, как постаревший Трезор, вдруг проявил неслыханную прыть, и рванул к ватаге, странных копытных тварей, едва их заметил.

Ворвавшись в гущу косматых «демонов» он не щадя себя принялся методично выводить их из строя, используя зубы и когти… Пес нашел возможность закончить свою жизнь, как истинный боец, а не сдохнуть от старости, дожидаясь когда начнут отниматься лапы. И Априус его не остановил, и не вмешался, понимая, что тот не простит. С обливающимся кровью сердцем, и тяжелым комом в горле, смотрел, как рвут на части его любимца, а тот в упоении боем даже не замечает этого, отправляя обратно в Лоно, одно его порождение за другим. Но едва бездыханное тело любимого пса, накрыла масса озверевших «рогачей» Априус больше не сдерживался — выжег там все так, что земля еще долгие годы будет опалена в том месте…

Эти воспоминания, пробудили и остальные, и они словно вода, прорвавшаяся в брешь плотины, хлынули в голову, да так, что Эсгалдирна передернуло. Прошедшие столетия не были тихими, помимо всего прочего, они запомнились бесчисленными схватками, унесшими с собой друзей и товарищей. Ведь эта козлоногая навала ни смотря, ни на что, распространялась, по мирам Сферы. Пусть не равномерно, в пределах Сектора ее удавалось вовремя нейтрализовать. Но как теперь стало ясно, методы распространения этих «рогачей» были весьма разнообразны — ведь орудовали они и в Междумирии, каким-то образом, изменяя его структуру, поэтому в подобных местах, начинали давать сбои привычные Заклятия, а потоки Силы искривлялись и истончались.

Пошла уже совсем скрытая игра, законы магии и те претерпели очередные изменения. Чары, плелись многоуровневыми, с многочисленными слоями защиты, ловушками, и западнями, рассчитывались так, чтобы применивший их деятель, оставался неведомым как можно дольше. Про то, что начало твориться в мирах, Априус вообще вспоминать долго не хотел — там вовсю лилась жертвенная кровь, и изучалась некромантия, магия стала грязной, если можно так выразиться. От той первозданной, что помнил он, ничего уже и не осталось, потому что поменялось направление применения чар. Но осуждать за это смертных колдунов и шаманов он не мог — надо, же им как-то бороться, со свалившимися на голову опасностями.

Многоходовые, и многоуровневые комбинации, проделанные чуждым альянсом, проявились только недавно, стала ясна главная цель — захват распределителей — ключевых миров, в чем-то схожих с родным миром самого Априуса. Все потому что среди множества Средних миров шесть являются ключевыми, то есть мирами, через которые идут основные Потоки Магических Энергий, которые разветвляются в них по всем остальным средним мирам. Вот они то и приманили эти Силы, что противостоят Порядку. Так вот, ключевые миры более жестко привязаны в пространстве Вселенной, потому вблизи каждого такого мира имеется небольшой мир, который называется якорным, и те, и другие явно являются целью «рогатых», вопрос лишь во времени. Эти твари неуемны в своем стремлении выстроить Путь, по которому породившее их Нечто вернется к себе «домой» — такова их идеология. И переубеждать бесполезно. Да и вести разумные разговоры эти косматые демоны могут далеко не все.

За все века, средств уничтожить Лоно, или хотя бы прогнать Его, так и не нашлось — уж больно чужд всему здешнему, но надежда что-нибудь придумать все еще не угасла. Поэтому козлоногой напасти, препятствовали, все, кто, где мог, иначе просто было нельзя — всех покорившихся ждала конечная гибель на алтарях под жертвенными ножами.

А тут еще Падшие желающие вернуться на троны, строили всякие козни, нынешним Владыкам, отвлекая от выслеживания слуг Поедателя…. Ко всему прочему еще и «Иные» лезли всюду, со своей безумной идеей — спровоцированного рождения нового Творца. Хранители Сущего, просто из кожи вон лезли, чтобы сохранить свои миры, в неприкосновенности, и ни дать не одной Силе, полакомиться ими, или их жителями. Но сфера их влияния охватывала только назначенные Смотрителем участки Упорядоченного, а в остальных областях, выходило, как придется. Высшие Законы не позволяли Сильным мира сего действовать открыто, наступил период тайных игр, скрытых маневров и многоходовых комбинаций. Время скрытых сговоров и невозможных союзов началось. Потому и так сложно было выявить начало подобных акций вторжения.

Априус непроизвольно вспомнил, как проходило пресечение второй попытки прорыва. На этот раз, это была Диония, в которой вся власть была у церкви, которая, там сильно, укрепилась. Но это никак не помогло, может даже наоборот, дало некие предпосылки для возможного проникновения орд целеустремленных «рогачей» Хорсаку немало времени проведшему среди эльфов, и перенявшему от них кое-какие познания, как-то удалось почуять предстоящий прорыв, ощутить холодную длань гибельных жнецов, приближающуюся к миру. И он не стал ждать с выводами, просто забил в набат, оповещая о неведомой угрозе.

— И мы поспешили прийти, переносясь, кто, откуда, невзирая на занятость, и неотложные дела — шепотом произнес Рус, не замечая как горькая усмешка, растянула губы — поспешили, чтобы узреть самое начало проникновения. Чтоб понять как это вообще возможно…

Его зеленые глаза заволокло поволокой — он будто воочию увидел орды косматых существ, появляющиеся у зыбкой кромке мира, на самой границе Яви и Нави. Твари появлялись будто бы из ниоткуда, вовсю используя ту тонкую грань между светом и тьмой, просачиваясь через извивы реальностей, вопреки всем законам. Для того чтобы иметь полное представление, с кем имеют дело, служители Порядка в тот день, начали с самого малого — наипростейших боевых заклятий и практически обычного оружия, ну разве что исполненного из специальных сплавов и слегка зачарованного.

Первые же мгновения схватки подтвердили, что козлоногие демоны довольно живучи, и абсолютно лишены страха, прут вперед, абсолютно не заботясь о сохранности собственных жизней. Чем их только не били по началу, и огнем жгли, и молниями лупили, и ледяными иглами, всячески проверяя, чем смертные маги и волшебники, могут противостоять этой навале — сами-то они не всегда могут успеть, не разорвешься ведь, да и о скрытности надо было не забывать. Но в итоге, все же, пришлось прибегнуть к заклятиям высшего порядка. Потому что как оказалось, твари тоже владеют кое-какой магией. Совместными усилиями, тот первый прорыв, они закрыли почти сразу, попросту перебив, всех тварей, и затянув неимоверным усилием воли, прореху в ткани Междумирия…

Да теперь ни у кого не возникает сомнений, чьи это слуги. Поскольку, как уже известно, орудуя ими, Лоно Поедателя, прокладывает себе Путь сквозь Мировую Совокупность, чтобы вернуться обратно, за пределы Хаоса, в свою обитель. И эти порождаемые им миньоны — косматых «рогачей», этим путем как раз и занимаются. Они разрушают миры и убивают их жителей, чтобы создать этот Путь — искусственную материю нового типа, по которой Поедатель, может вернуться в свой континуум. Каждый загубленный ими мир, это своеобразная плита для этого пути.

— Ты это о чем? — Изумился куатар, услышав слова друга, явно произнесенные не к месту.

— Да так мысли вслух — ответил Априус — глянул на Гарда — вспомнил Трезора, и как он погиб…. Вот и всплыло… эх, сколько всего произошло с тех пор, сколько всего случилось. Утраты, потери, и заметь не все в бою. Перестали посещать межзвездную Корчму, все наши приятели с Ки. И сам этот мир несколько по-другому стал звучать в пространстве. Недавно мы убедились, что он потерян безвозвратно, выпал так сказать из череды волшебных миров…

— Ни что не стоит на месте — философски заметил снежный кот — река и та не постоянна. Мы слишком долго живем, пора уже и привыкнуть.

Он чуть приподнялся и легонько, одними подушечками под пальцами, вмазал по заду недодракона, пробасив:

— Так ведь, старичок?

— Цто, цто такое? — Подскочил над землей, не ожидавший такой выходки от куатара Яша, к тому же не уловивший суть разговора.

— Успокойся ничего — усмехнулся Априус — иди, проверяй свое водное хозяйство. А то вон Охтар, небось уже всю рыбу выловил. Теперь к птице подбирается.

— Я сцяс ему показу — всю лыбу — взревел Яша, и с неожиданной прытью, помчался к озеру.

За то недолгое время, что они пробыли во дворе Крепости, неугомонный попугай успел слетать в донжон и устроить там переполох. Потому все кто находился там, поспешили выбежать навстречу своему лорду, видимо новости действительно были серьезные.

Априус укоризненно посмотрел на попугай — не дал мол, и капельки времени на подготовку, вздохнул и пошел навстречу обеспокоенным подручным.

— Ну что такого могло стрястись, что вы меня дергаете? — Поинтересовался он у немного смутившихся Клыка и Картуса, краем глаза отмечая высунувшихся и дверей донжона Киана и Тано. — Да и сами вы вроде как не на службе — так чего неймется то?

— Привычка… Мы тут давеча добыли сведенья, которые посчитали довольно важными. Тем более после того случая, когда Свен и Лорк, решили повременить…, все помнят чем это закончилось… в общем как-то не хочется попасть впросак….

По лицу Априуса пробежала серая тень, горечь утраты, все еще терзала душу. Парни, выходцы из легионеров Темной Империи, так долго были с ним, что он уже привык к их неуязвимости, а в тот раз удача им изменила. У кромки одного из патрулируемых миров, они столкнулись с теми, кого меньше всего ожидали встретить в новой Эпохе. Это были привратники прежнего Тронного Царства, из той поры, когда оно принадлежало совсем другим Властителям. Они и сами по себе представляли довольно серьезную опасность, ибо имели крылья, и обладали огромным ростом, но со своим страшным оружием в руках, были поистине непобедимы. Ибо выдержать прямой выпад их устрашающих жезлов, не смог бы никто, разве что, за редким исключением, когда на таком безумце были бы специальные доспехи, и он бы был бессмертен изначально.

Лорк и Свен, встретив этих существ, видимо не сразу признали в них Крылатых Стражей, из давно минувших времен, а может во время Битвы с Узурпаторами, попросту, не сталкивались с этой жутью, но так или иначе вступили в бой, а не благоразумно отступили, и позвали на помощь. А так их участь была незавидна. Тот злополучный год, хорошо просеял ряды обитателей Гиль-Эстэль, и соответственно подручных Эсгалдирна, повезло еще, что из патрульных стражей, больше никто не погиб. В основном смертный люд, так или иначе, расстался с жизнью.

— Хорошо. Только говорите здесь, не хочется мне пока внутрь идти — разрешил Априус, превращаясь в слух.

Бывший командир драконьего полка, выступил вперед и четко, без лишних слов, и суматохи, отрапортовал:

Все добытые сведения, не касаются наших Областей, это скорее данные об изменение в устройстве Миропорядка…

— Вот даже как? — Изумился Априус — ну давай выкладывай, я весь во внимании.

— Ты же помнишь, повелитель, что я от рождения имею дар разговаривать с драконами, причем почти с любыми? Так вот встретился мне тут любопытный экземпляр, и поведал о появлении неких странных чародеев, по его словам невозможной Силы — драконы ее хорошо чуют. И эти самые чародеи копошились возле какой-то старой ловушки, поставленной слугами Божественной Троицы. А настроена та ловушка была явно на «Иных»…

— Интересные тебе драконы попадаются Картус — хмыкнул Рус, озабочено потирая висок — ты его хоть проверил?

— Само собой — ухмыльнулся тот — редкий вид, старый уже совсем, что значит многомудрый. Перебирался «повыше» вроде бы с самых «низов» шел, ну летел, в смысле… говорит, неспокойно там совсем стало, сильные магические возмущения и все такое.

— Драконы с насиженных мест просто так не уходят — вновь потер висок Априус — а значит причина веская…

— Так же мы узнали о неком странном шевелении у самых границ Сектора — вступил в разговор Клык — «головастики» донесли, там их целая колония перед началом туманных областей, ты приказал их не трогать — мол, безвредные.

Априус припомнил этих странных не то моллюсков, не то раковидных пиявок, напоминающих своим внешним видом головастиков, с панцирем на голове. Зацепившись присосками, они висели на серебристых, парящих лентах — непонятного вида растительности, что имела место быть в пустотах межреальности, только в одном месте — чуть выше Найрира, последнего верхнего, мира Сектора, если смотреть согласно вертикали.

— Так вот — продолжал Клык, поправляя свою поношенную накидку из шкуры леопарда — они как-то настроились на наш мозг, передали…. Ну если по-нашему переиначить, то страшно им до жути, пищат тревожно так…, В общем, мы с Кианом решили проверить, что могло их так напугать. На всякий случай проверили «сторожевой рубеж», с ним оказалось все в порядке, и пошли за границу Сектора. Но ты же знаешь, те области, там так просто не побродишь. Но вот ощущения почему-то навязчиво твердили о наличии пропасти, обрыва, который затягивает Силу…. В общем, что-то неведомое творится прямо рядом, будто пласты сдвигаются, и ворочается там, словно огромный кто-то.

— Мифические Колоссы Межреальности. Черепахи там всякие… — предположил Априус — или кто похуже? Во Вселенной миллиарды всяких «гигантеров» вопрос лишь том насколько они опасны, и для кого? В любом случае — молодцы что доложили, и главное тут не в том кто ворочается, а в самом провале. Откуда возник, по каким причинам. Вполне возможно это так называемый Путь, провал в Ничто, для нас, дорога обратно для Него. Тварями Поедателя там не «пахло»? В магическом плане у них специфический такой запах…

— Да не до того нам было, чтоб… — насупился Киан — мы едва и пару минут там выдержали, Озноб такой напал, что зубы цокотали, и страх за горло взял, будто детей малых в темном чулане запертых. Ну мы и отступили…

— Ага, скажи еще, ретировались — влез Рунин со своей репликой — так красивей звучит, хотя можно и просто — сбежали, ноги сделали.

— Так птица — не выдержал Априус — ты допросишься — верну обратно старому хозяину. Вот он обрадуется. Хугин и Мунин то, наверное, погибли, а ты такой стал, их обоих заменишь.

— Как это ты меня вернешь? Я прошел посвящение, и ни какой-нибудь тебе там говорун, пусть и вещий. Да и вообще как ты без меня, не подумал? Со скуки ведь сдохнешь — не остался в долгу попугай — вот дай я сам туда слетаю и все разузнаю. Кто, что, и зачем выясню.

— Не надо ни куда лететь! — Отрезал Априус — это дело обмозговать надо, а уж потом совать голову в пасть волку.

— Какому такому волку? — Вмиг насторожился попугай — Думаешь там Фенрир что ли? Так он за минувшие тысячелетия ни разу себя не проявил.

— Все когда-нибудь случается — неопределенно ответил Априус — старый мир разрушен, но кое-что от него все же, осталось…. Как оказалось. Выясним все, но позже, а пока, идем вовнутрь, нечего в дверях стоять, кумыса выпьем…, Его ведь исправно поставляют? — Повернулся он в сторону подошедшего гноме?

Охтар согласно кивнул, и Априус закончил: — Тогда за столом, все обсудим, идемте.

В донжоне, не став даже и пытаться разместиться в пиршественном зале, уселись прямо в столовой при кухне — цверги все еще куховарили в Крепости, не смотря на столь малое количество обитателей, и потому стол накрыли мгновенно. Посидели, отобедали, пообменивались новостями, да короткими рассказами, затем оставив Рунина, баять об их недавних приключениях, Априус ушел наверх.

После краткого застолья, он, целый день безвылазно просидел в Гиль-Эстэль, анализируя сведения о происходящих в доступных его осведомителям областях, событиях. А такими осведомителями являлись как его подручные, так и различные духи, коих великое множество. Он хотел быть в курсе, всего не смотря ни на какие освобождения. Обрывки слухов и сплетен, собранных на рынках Андориноса, причины вызвавшие миграцию некоторых видов элементалей, рапорты воинов все это он старался свести в одну картину, но пока вырисовывалось плохо.

Во Вселенской Сфере Знаний, можно много чего почерпнуть, если знать как. Это из нее приходят одинаковые идеи в голову разным людям, из нее рождаются музыкальные шедевры, порой в столь различных умах, что диву даешься, и из нее же можно узнать о недавно произошедших событиях, которые иногда интерпретируют как сказки. Все потихоньку просачивается, из мира в мир, из дальних уголков приходят обрывки мифов, и если сопоставлять все это со сведениями, добытыми подручными, то мозаика может сложиться. Но как уже сказано — не в этот раз.

Хотя одно выяснялось точно — все нехорошее, что творится во Вселенной, так, или иначе направлено против нынешних ее же Владык. Их и раньше мечтали свергнуть, погубить, заманить в ловушки, из которых практически не выбраться, все кому не лень, и кто имеет возможности. Но теперь это противодействие стало активней. А ответы на самые животрепещущие вопросы вроде — как из костной материи возникают эти косматые демоны, слуги Предателя, не нашлись. Причем ни у кого. В схватке за «якорник» и «опорник» выяснилось, что минимум три сверх Силы вступили в сговор, видимо заключили какой-то договор. Но ведь там был и Мессия, неужели и он тоже? в этой связке? И куда он, кстати, подевался потом?

Почти сразу после этих событий, Божественная Троица по каким-то причинам как бы разделилась. Не то, чтобы это было чем-то из ряда вон, они и раньше, не всегда были неразлучны, но сейчас вообще казалось, каждый шел своим путем. И это при рыскающих по Вселенной, в поисках подходящего мира слугах Пожирателя, где-то затаившимся Падшим, и всяким там адептам извечного Врага Порядка — Хаоса. Которые вот только недавно ох как себя проявили, все вместе взятые. И буквально сразу после этого проявления пропадет один из представителей Божественной Троицы, по сути, главный инициатор переворота, и свержения с пьедесталов Великолепной Семерки. Отомстить то он не отомстил, все они живы и здравствуют, но прежний порядок вещей, существенно изменил и что же — довольствовался этим? Скорее всего, нет, а значит, задумал что-то еще, ведь вряд ли Атрида, устраивает его нынешнее положение — не пойми кого, Хотя негласно он и входит в состав Божественной Троицы, которая как ни крути, а правит…

С бывшим величайшим из Смутьянов, тоже не все ясно, уж больно часто бродит по мирам как обычный смертный. А значит, пропадает по пустякам, оставляя без присмотра не только покорный ему Ключ Нави, но и много что еще.

Остается третий, самый загадочный, и наиболее ответственный, на котором все и держалось все эти века. Он че то там планирует, просчитывает наперед, многоходовые комбинации, но разорваться на части не может, потому и не успевает везде и всюду. Но он сейчас в основном сидит на месте, в Царстве Престолов. Еще бы ему не сидеть — Априус чуть улыбнулся при этих мыслях — по слухам во время последней схватки в «якорнике», из плена вырвалась его бывшая возлюбленная которую Великий Комбинатор, считал давно погибшей. Теперь они наверстывают упущенное…. А им еще наверстывать и наверстывать.

— Надо бы и себе жен проведать, а то что-то я совсем погряз в предположениях, да заботах, хоть и свободен теперь…. Вечером же, отправлюсь в поместье, да напомню, что наложницами быть не так уж и плохо… пока же — думай голова, думай. Надо всегда думать на три хода вперед, предполагать множество вариантов развития событий, но в каждом из них, быть только в выигрыше. Так меня учили, так правильно…

Все эти смутные предчувствия не давали толком расслабиться. В трансе, на несколько минут закрывая глаза, Априусу чудились, какие-то смутные видения, краткими обрывками, приходящие перед глазами, причем не возможно было понять это кусочки действительно будущих событий или зашифрованные аллегории.

Плюнув на все размышления, он, в конце концов, отправился в зал с моделью Сектора, действительно в чем-то похожей на длиннющую ветвь гигантского дерева с мирами-листьями. Зайдя, Эсгалдирн некоторое время смотрел на светящиеся шары и блюдца, и это несколько помогло освободить подсознание, от обычного второстепенного состояния.

И вот словно озарение — в поисках ответа могла бы помочь одна загадочная личность, как и он сам принадлежащая к реликтам. А значит нужно отправиться к старому Йотуну, который с незапамятных времен ведает ключами от кладезя Мудрости. Хотя сам от обилия этой мудрости, мог и тронуться рассудком.

Они, конечно, не были приятелями, да и виделись всего-то два раза за всю свою, долгую жизнь, но надежда кое-что выведать все же имелась. Помог ведь в свое время Страж Ключа, подобраться к только что созданной Обители Богов, тем самым, воплотив его. Априуса задумку в жизнь. А потом…. Потом они больше не свиделись ни разу, область ту, где протекал Ключ Познания, надежно упрятали, скрыли, да так, что не разыскать, при всем желании. Пока правили Самозванцы, что пришли Извне, Рус даже помыслить не мог, чтобы сунуться на розыски, но и после их падения, место то, не стало доступным. Да и оставаясь Стерегущим, Априус предпочитал его не искать, чтобы не привлечь внимание уже Божественной Троицы.

Но все это было до того, как его освободили от повинности. А сейчас — почему бы и нет? Никто из них, не знает кто он, никто не знает и не ждет, обнаружить у себя под носом, возникшего из ниоткуда, могучего чародея, или даже не чародея, а вообще не пойми кого…

— Так что — да поищем! — В слух вымолвил Априус, ощущая нарастающее возбуждение — И плевать на все преграды. Вот только пути туда не существует больше.

Конечно, возле самого русла родника Жизни он бывал, тот ведь течет не из-под земли, имея выход на поверхность только в одном месте… Недаром же носит второе имя — Источник Миров. Но вот толку от его вод, для усталого путника нет никакого, потому что, если испить из него, без позволения Мимира, жажда возрастет десятикратно, а если пожелать смыть пыль и грязь, сделаешься еще более грязным. И мудрости это, ну аж никак, не добавит. А Мимир, которого не понятно кто приставил его сторожить, никому пить из него не позволяет, как не упрашивай, но Априусу этого и не надо.

Его интересует сам старый йотун, и его советы, если тот, конечно, пожелает их давать, а принудить его, скорее всего, попросту не возможно. Придется опять спаивать чудодейственным нектаром Альтара. А искать древнего Стража, нужно только в одном месте — у каменной чаши, хотя он, скорее всего, может перемещаться вдоль течения всего потока, как ему заблагорассудится. Что ж нужно пробираться именно туда, но как это сделать?

Глава седьмая В поисках ответов

Априус покинул Зал с моделью Сектора, и вернулся в кабинет. Там уселся в кресло, и постарался, как можно четче представить себе обширную долину, по которой течет поток, несущий мед Познания. Вспомнить огромный дуб, растущий на берегу, у каменной чаши — не очередная ли проекция Иггдрасиля? И скромную хижину самого Мимира, по словам Хугина изнутри представляющую просто царственные палаты. Когда-то этот источник можно было отыскать в дне пути от еще не набравшего свою мощь Асгарда, он и сам добирался до него в первый раз именно оттуда, на орланах, что вили свои гнезда на золотых крышах сего града. Но теперь об Асгарде исчезла даже память, впрочем, как и об остальных царствах. Нет больше мрачного Нифльхейма, что располагался на далеком Севере, края туманов и льдов, под которыми по поверьям сохранялось семя жизни. Нет Огненного царства — Муспельхейма, что на юге, по-сути прибежища сил хаоса и разрушения — не там ли образовался первый Пробой? Не стало и Йотунхейма, который располагался где-то за границей, на востоке от Мидгарда. Был еще Свартальвхейм мир то ли темных эльфов, то ли гномов, живущих под землей, в пнях и камнях. Свартальвхейм находился между Мидгардом и Хель. Ну и последним был, и, пожалуй, остается — Лессальвхейм — край светлых существ, альвов и фей, созданий невероятной красоты…

— Нда нет этих царств — вслух повторил Априус — но есть спрессованные Земли, иначе именуемые, а в них остатки и Мидгарда, и Йотунхейма, и на крайнем севере Нифльхейма. Есть и край альвов, эльфы и гномы тоже присутствуют. Но куда переместили Мимира с его дубом? С момента моего первого посещения берегов источника Вселенная все расширялась, близкие некогда друг к другу места, могут теперь оказаться в разных полушариях Сферы. Да и «парни» из Великолепной Семерки могли такого наворотить, что, не зная где искать, вовек не найдешь. На заре своего правления, они были ох как Велики…. Вот они сил и не пожалели, перекроили Старый Мир как захотели. И Мимир теперь может находиться где угодно, безвылазно сидя в какой-то сокрытой области. Как теперь-то добраться туда? Не зная нынешнего месторасположения Ключа Яви, не зная чем, они руководствовались, поступая так. Априус всерьез задумался, как же быть?

Мысль как это у него порой, бывало — пришла неожиданно — а может как-то использовать прежнюю модель Мироздания? Ну с точки зрения асов, естественно.

Он поднялся, походил по покоям туда-сюда, и позвал:

— Рунин, а ну быстренько летрай ко мне! Куру ты тоже давай сюда!

— Чего ты орешь? Раздалось сварливое ворчание, из-за стрельчатого окна — я всегда рядом, где бы ни был, или ты забыл? Мысленно позвать не мог?

— Так привычней. А то разговаривать разучимся. А теперь скажи мне мой премудрый птенчик — что помнишь ты о корнях Иггдрасиля, который то ли ясень, то ли тис? Не из путешествий со мной, а из того времени, когда ты обитал в Асгарде?

— Ты с лавки не падал? — Удивился попугай — с чего это вдруг тебя на сказки потянуло?

— Сказка ложь да в ней намек. Бай давай.

Рунин глянул на него с подозрением, открыл и закрыл клюв, потом слегка наклонил голову и спросил:

— Ты че память мою проверить решил? Откуда такое недоверие, когда это я хоть что-то забыл?

— Да успокойся ты. Считай, я себя перепроверяю.

— Ну щас пороюсь в закоулках, погодь чуток… — попугай и впрямь даже глаза чуть прикрыл и процитировал: — …Тогда спросил Ганглери: «Где собираются боги или где главное их святилище?». Высокий ответил: «Оно у ясеня Иггдрасиль, там всякий день вершат боги свой суд». Тогда сказал Ганглери: «Что можно сказать о том месте?». Равновысокий отвечает: «Тот ясень больше и прекраснее всех деревьев. Сучья его простерты над миром и поднимаются выше неба. Три корня поддерживают дерево, и далеко расходятся эти корни. Один корень — у асов, другой — у инеистых великанов, там, где прежде была Мировая Бездна. Третий же тянется к Нифльхейму, и под этим корнем — поток Хвергельмир — «Источник, который звенит», из которого вытекают все подземные реки, и снизу подгрызает корень тот, дракон Нидхегг. А под тем корнем, что протянулся к инеистым великанам — источник Мимира, в котором сокрыто знание и мудрость. Мимиром зовут владетеля этого источника. Он исполнен мудрости, оттого что пьет воду этого источника из рога Гьяллархорн. Пришел туда раз Всеотец и попросил дать ему напиться из источника, но не получил он ни капли, пока не отдал в залог свой глаз…

— Понятно. — Прервал Априус, памятуя, что Рунина может понести — первый и второй остались на местах, они незыблемы в своем роде — то есть вверху, где Боги, и сферы Абсолюта и внизу, где Преисподняя. И это мы тоже проверяли. Значит Мимиров надо искать где-то в середине Сферы. Но на это может уйти слишком много времени.

— Ты что собрался проведать старого бездельника? Соскучился что ли? — Набросился Рунин с расспросами — Или секрет, какой у последнего йотуна выведать хочешь?

— Всего понемногу — не переставая размышлять, ответил Рус — А не попробовать ли методом, каким ходит семья Дейдры? Известно ведь куда надо, там ничего не должно измениться, ну в корне, по крайней мере. Значит «привязаться» можно. Что же тогда прогуляемся, старый пройдоха, мне понадобится и твоя память тоже. В последний раз мы были там вместе.

В этот момент в покои вбежал куатар, и Априус добавил:

— Твоя Куру тоже, ибо ты был со мной там, в первый раз. Сейчас переберемся на парящий остров, ну тот, что хвойным лесом порос, а оттуда в путь!

— Что прям так сразу? — Удивился попугай.

— А чего ждать? — Пожал плечами Априус, аккуратно усаживая своего, пернатого спутника себя на плечо. — Тут никакая подготовка не поможет. Тем более нам с тобой не впервой, а отсюда значительно ближе будет, чем в тот раз из Царств Ночи….

Пока шел разговор чары, уже совершили мгновенный перенос, так что на него даже не обратили внимания, и попугай, как ни в чем не бывало, продолжил речь, уже среди леса.

— Ну и то так, только сосредоточиться будет и трудней и легче чем тогда. Легче потому что можно вспомнить наше застолье, считай, почти под прадревом сидели, пили, ели. Воды рядышком совсем протекали. А труднее потому как давно это было очень, смазались воспоминания то.

— Вы главное вспоминайте само место — зеленую долину, цветочную лужайку, где Мимир поставил стол, берег ручья поросший живой травой с капельками росы на листочках, дерево, что у самой каменной чаши, круговорот воды в ней…

Говоря эти слова, Априус и сам погружался в зрительные образы той поры, когда они с Руниным искали дорогу к Тронному Миру, и за помощью обратились к Мимиру. Тогда преследуя свои цели, он не очень-то обращал внимание на окружающие Источник, пейзажи, но за что-то, же, взгляд все-таки зацепался.

Полная концентрация, вызвать зрительные образы, почувствовать запах живой травы растущей на берегах, свежесть воздуха у вод Источника, вкус напитка каким потчевал их Страж. Первый осторожный шаг, услышать шум бегущей воды, увидеть ее искрящуюся поверхность, ощутить влажность, мелкими капельками на лице…. Второй шаг — шум вроде бы усилился, запах стал резче, третий шаг по хвойному настилу, но Априус представил, что идет по мягкому травяному ковру. Сопротивление, очень уж похожее на противодействие, судорожное содрогание пространственной материи… какие-то корчи, но вот…

— Кажется все — проломились — натужно выдохнул Априус, и приоткрыл глаза.

— И не говори — такая круговерть перед глазами. Мне показалось, будто мы с неба свалились — пробасил Куру — нюхая воздух и быстро поворачивая голову. — Теперь понятно, почему сюда никто попасть не мог столь долгое время… Мир то скрытый.

— Да скрытый — нахмурился Априус — и какой-то не такой, каким я его запомнил…. Не было тут ни леса, ни… ну всего вот этого. Упростили, до не могу. Вместо серебристой ленты водного потока, колодец какой-то… Вместо раздраженного Мимирового рыка — Кто посмел?! — Тишина.

— Апри ты че с дуба упал и головой о камень ударился? — Удивился Куру — да все тут так выглядит, как в песнях наших хирдманов. Источник в них выглядит как купель, глубиной около двух футов, обнесенная невысоким бордюром из дикого камня. Вода в купели словно кипит, но она чиста и прохладна. Существо, наделенное магией, ощущает вблизи источника небывалый прилив сил, источаемая им магия пьянит, и вызывает видения. Но тот, кто обладает волей, сможет взять себя в руки — процитировал барс. — Так оно и есть.

— Ну вообще-то когда мы с тобой, и Руниным были тут в прошлые разы, все выглядело иначе. Узурпаторы еще не успели все переделать, и тут была зеленая долина, а по ней протекал поток, деля ее напополам… Рунин ну-ка полетай, посмотри… что-то старого йотуна и не слышно и не видно, да и не чувствуется его присутствие. Не к добру все это… Куру ты тоже осмотрись, обнюхай тут все.

Покрутив головой, волшебник все же вынужден был признать — место это то. Вон и древо высится на том же месте, и каменный бассейн там же, только все какое-то… неухоженное что ли? И в доказательство виднеется чащоба леса, которого раньше не было и в помине, еще дальше высится совершенно голая гора…. вода бурлит все так же, но что-то неуловимо изменилось и в Источнике.

Нет Садовника, при котором тут все благоухало и цвело, сейчас все больше напоминает осень. Априус вновь огляделся — отсутствует не только Мимир, но и его хибара, своего рода царит запустение и бесхозность.

— Тысяча пьяных йотунов, куда подевался этот хрыч? — Послышался возмущенный возглас сверху — нет его нигде. Но это ж, ни в какие рамки…. Страж на то и Страж, чтобы сторожить. Мимир бы ни за что не оставил Источник без присмотра.

— Я сам ни чего не понимаю — расстроено ответил Рус — даже след его простыл — ничего не чувствую. А ты Куру?

— Нет ничего…. Хотя смутные легкие струйки какой-то волшбы есть…. Но нет не разобрать давно уже…

— И это очень плохо — не своим голосом проговорил Рунин — сказано, если Мимир перестанет оберегать свой источник — это будет означать предзнаменование Конца, начало Рагнарека.

— Пророчество Вельвы давно утратило свое значение — хмыкнул Априус — Узурпаторы заявились и все переиначили.

— А может кто-то пытается ввергнуть мир в пропасть, старыми пророчествами.

— Все может быть — нахмурился Априус — тогда нам тем более незачем здесь торчать. Должны же ребята из Тронного Мира, хоть иногда сюда наведываться, а нам пока с ними встречаться ни к чему. А то еще пропажу Мимира припишут. А я объяснятся, не привык, дам в зубы, и понеслась разборка. Да и вообще, чувствую себя как-то нехорошо, словно вор в отсутствии хозяина, бродящий по дому. Так что идем отсюда!

— Куда это идем? — Возмутился попугай — Зря, что ли сюда проламывались?

— Не зря конечно, мы отправимся к истоку. Должен же он где-то быть.

— А тебе что известно, где начинается поток мудрости? — Удивился куатар — ну если не брать в расчет всякое там под корнем что идет в Йотунхейм….

— Нет, неизвестно, но мы отправимся туда, где этот водный поток низвергается в долину. Помнишь, Рунин, как мы сюда слазили в прошлый раз?

— Еще бы мне не помнить — проворчал попугай, вновь усаживаясь на плечо хозяина — большего издевательства мне терпеть, не приходилось.

Куру удивленно воззрился на того, Априус только усмехнулся, а попугай продолжи: — Помнить — помню, да только теперь здесь все так перекручено, перекорежено… Выдранный из мира кусок, да и только.

— Вот я сейчас и проверю, так ли все плохо на самом деле.

Априус, вновь сосредоточился на этот раз, привязываясь к самому потоку, и вызывая из памяти крутой обрыв, с которого льются воды Познания. В этом ему помогла и память самой воды, которая, несомненно, хранила в каждой капле, момент прохождение этого места, хотя и утекло ее с тех пор немеряно. Опять ощущение какого-то противодействия, сопротивления, но, шаг за шагом идя вдоль воображаемого, стремительно несущегося потока, чародей все больше проникал в потаенное место некоего начала.

Некогда здесь располагались лесистые области, своеобразный промежуток между градом асов и долиной Источника. Может, это был Ванахейм, может вообще издревле нейтральная территория, но так или иначе, сейчас она лежала вне привычного времени и пространства. Априус остановился завороженный девственной красотой этого места.

— Вроде похоже… Нет точно, именно тут мы и шмякнулись — проворчал Рунин — вспоминая мгновения своего непосильного труда.

Именно здесь, с высокого каменного карниза, вниз, низвергались воды источника. Огромная масса воды, попадая в долину, поднимала фонтаны брызг, и создавала ужасный рев, напоминающий рык ужасного чудовища, не совсем то место где хотелось бы задаваться философскими вопросами. Но именно здесь Априусу захотелось задержаться и хорошенько все осмыслить, словно вода приносила с собой потоки информации, насобирав ее по всем мирам. А может, так оно и было?

Опустившись прямо на голый, плоский камень, он уселся лицом к водопаду, мысленно приказал Рунину и Куру — бдеть, а сам погрузился в поток сумбурных и разрозненных мыслей. Было яснее ясного, что незыблемость старинных заповедей ныне подверглась сомнению. Мимир оставил Источник — небывалый случай? Небывалый, вопрос по своей ли воле? С Источником Тьмы, тоже не все в порядке — надо бы спуститься посмотреть. Остается надеяться что третий, и самый главный, уберегут нынешние Владыки Царства Престолов. У которых забот правда полон рот, если судить по обрывкам дошедших слухов. Их старые враги, ни куда не делись, продолжают прощупывать Божественную Троицу, на прочность, искать слабые места. И неважно как эти Силы действуют, суть в том что они отвлекают Правящих, от более важных дел…. И тут как раз дракон этот непонятный поведал Картусу о появлении неких Неведомых Магов, чья сила его просто невероятно впечатлила. Что это значит — объявились еще одни противники существующего порядка?

Не многовато ли? Не сказать, что Априус был на стороне этих выскочек, что правят теперь в Тронных Залах Обители Богов. Амбициозные Маги которые только при великом стечении обстоятельств, да неожиданной помощи Просвещающего, заняли там, места Прежних Владык. Хотя тех Априус тоже не чествовал, если не сказать что был их врагом, не потому что свергли Древних, нет, а потому что карали смертью всех непокорных, навязывали свою Волю, и законы как надо жить. В Древности, конечно, тоже все было далеко не идеально, да только вот он Априус этого не застал, не успел так сказать. Юность мира неожиданно прошла, прервавшись с гибелью Эльдариуса, а тот новый порядок, что установили Предтечи, он не успел попросту прочувствовать, пришли эти Узурпаторы, ныне именующиеся не иначе как Павшие, и установили свои порядки и правила.

Поэтому как правильно и как должно быть он попросту не знал. Знал что всякая тварь, зарящаяся на безмятежное существование мирных жителей Сферы, должна быть уничтожена. Это как бы инстинкт выживания. И неважно кто это — чудовища, вампиры, упыри, перевертни, колдуны, или боги. Хотя конечно если бы не они человек, так бы и остался тупой, ни о чем не заботящейся скотиной, способной только жрать да размножаться. А так пришлось начать думать и делать. И вот это все время, развивающееся существо, он Априус и призван защищать. И без разницы человек это, эльф, гном, гоблин или любой другой прямоходящий разумник, которых на улицах того же Андориноса можно встретить сотнями.

И если сойдутся в единоборстве все эти претенденты на Высокие Троны Сущего, кровь именно этих мирян потечет реками, если не морями в таких то масштабах. Неважно на жертвенниках или в братоубийственных войнах. Вот тут ему уже не все рано, кто свергнет Божественную Троицу, и нужно ли позволять этому свержению случится. Сам-то он, никогда даже не помышляя о том чтобы взойти на эти Троны, но и оседлать их кому попало, тоже не даст.

А значит надо обыграть всех. Всех!!! Хотя суть конечно не в Тронах, а в Божественности, которой наделяются Избранные Правитель. Вопрос еще кто их этой Божественностью наделяет? Или это происходит согласно каких-то неведомых законов? Например, кого одобрит… кто?

— Птьфу ты — в сердцах плюнул Априус — как всегда, ничего не ясно и не понятно. Истины нет, одни догадки, а время идет…. Хоть бери меч да коси всех подряд, а когда никого не останется, садись думать…. В общем, получается, как не крути, а Большой Мир, ожидает очередная встряска — это я чувствовал всеми фибрами своей души. Видимо Кулури и Вил придется подождать.

— Куру! Рунин! Похоже, нас ждет еще одно путешествие. Правда придется для этого немного покорпеть над гексограммой, но иначе сложнее будет.

— И куда на этот раз? — Поинтересовался попугай.

— Туда где все началось. Туда где должен был прерваться мой жизненный путь, по сути, так и не начавшись. Я перестаю, что-либо понимать из происходящего с этим миром. А это не есть хорошо. Мы отправимся в исходную точку. Это нужно было сделать еще до прихода Узурпаторов, но теперь я знаю больше…

— Но мы же, там побывали мимоходом — заметил куатар — я, же предлагал тебе посетить уцелевшие миры.

— Тогда я был на привязи — сухо ответил Априус — теперь свободен и руки развязаны.

Решение вернуться в исходную точку, всего своего длинного пути, Рус, принял даже неожиданно для себя самого. Наверное, эту идею навеял источник, такое вполне вероятно, но подвергать сомнению мысль первой, пришедшую в голову, значит отказаться от подсказок подсознания, поэтому он и не отверг ее. За последние годы он твердо уяснил для себя одно — нет в пределах Вселенной ни одного вездесущего, всевидящего и всезнающего, а значит никто не в силах уследить за всем, что происходит в ее пределах, а тем более за ним. У всех этих сверхСил, есть другие заботы, есть свои враги и обращать внимание на каждый всплеск магических волн, они не в состоянии.

Теперь он освобожден от обязанностей Хранителя, перед ним открыта вся огромная Вселенная, и…. И он может позволить себе все. Даже постараться понять, кто же он Априус есть на самом деле, и где его место в иерархии вселенских Сил.

Когда-то давно, на Заре Времен, он считал себя человеком, пусть одним из первых, пусть не совсем обычным, пусть сыном богини, но человеком. Ибо тогда думал, что отец, хоть и обладал двумя парами рук, но тоже был человеком, а потом… вскрылось много всего, такого, что голова шла кругом. И теперь чтобы все осмыслить, нужно было отправиться туда, где все началось. В точку, где когда-то был расположен его родной мир — Эльдариус. В точку, откуда он выбирался сквозь время, носимый его волнами и в прошлое и в будущее, пропуская целые эпохи, и теперь кроме них с Куру, нет ни одного живого существа, кто бы помнил настоящую Зарю Времен, додревние период Сущего, период, когда даже Старые Боги были молоды, если не юны.

Времена те не то, что забыты, они напрочь стерты из памяти Мира, ибо то было еще рождение, долгие и мучительные роды Вселенной. Ее питание как и у ребенка в чреве матери, еще было другим, она еще проявлялась в мире Яви, показывая один новый мир за другим. И ее сердце гнало по магическим артериям и аортам Энергию Сотворения, равномерно распределяя ее по всей Сфере. И этим сердцем был Эльдариус — мир сглаживающий, преобразующий и распределяющий дикую, необузданную Силу. А потом его не стало, и начались предродовые схватки, и Вселенная проявилась полностью, в том своем первозданном виде, какой ее запомнили Предтечи. Кто бы что ни говорил — с тех пор она очень изменилась, разрослась, расширилась, стала многогранней, многослойней, но все еще не до конца развившейся.

И теперь Силы, которые, так или иначе, зародились, пытались влиять на это ее развитие. Были они или нет тогда на Заре Времен, Априус так и не узнал, его познания до Катастрофы были чересчур малы, а после истины было не доискаться. Лишь одно он знал точно — всегда был Хаос, еще до того как Творец, упорядочил его малую толику, явив Большую Сферу Миров. Эта Сила, бесспорно, существовала еще до рождения этой Вселенной. Затем возникла предвечная Тьма — второй враг проявленного Мира, и началось, они стали появляться один за другим, в той или иной форме, такие различные, по сути, и схожие в одном — желании поглотить Сущее. Сущности и их Орудия, СверхСил и Боги, все те, кто сделал Вселенную такой, какой она есть теперь.

Еще одно чего Априус, не знал, это когда появилась Смерть, сразу ли в момент зарождения Сферы, или позднее? Тогда в пору его юности уже был Просвещающий, Великий Дракон-Змей, а значит, мог существовать и его собрат — Собиратель Атманов.

Вопросы, вопросы, вопросы. Вот она долгожданная свобода, которая может быть дает ему время на поиски ответов. И самый насущный из них это совсем не расстановка Сил, а необходимость уяснить главное — кто ты есть в этой жизни? В этой Вселенной, которая, облачена в форму эллипса, остров посреди океана Вторичного Хаоса. А для того чтобы решить кто же ты — нужно отправиться на место бывшего дома. И в этом поможет Источник.

И тут новая мысль неожиданно опалила мозг — а не воспользоваться ли моментом и приручить этот поток, как собирался после возвращения из ПраТьмы? Сейчас в этом ему никто не помешает, такой шанс, как говорится, выпадает раз за всю жизнь.

— Куру! — Позвал Рус, приятеля — подстрахуешь меня, если что. Я тут собираюсь подружиться кое с кем, хочу попытаться настроить Его на себя.

— А ты часом не сбрендил? — Поинтересовался попугай, усаживаясь на камни перед хозяином — такое никому, и никогда не удавалось, ну как мне кажется.

— Так я же не покорять его собираюсь или подчинять, так небольшое соглашение об обоюдной заботе что ли.

— Ну и чем это может быть чревато — насторожено спросил куатар — как тебя подстраховывать?

— Как, как? Да не знаю как, вытащишь из воды, да и все. Тебе вообще должно быть нипочем вся эта требуха, что должна случиться, если без спроса Мимира полезть в святые воды.

Он разулся, засунул сапоги в мешок, сделал знак куатару, следовать за собой, и подошел к источнику, там остановился, застыв на самой кромке невысокого берега. Живая трава зашевелилась под ногами, щекоча стопы, и пробуждая давно забытые ощущения.

— Тихо-тихо — прошептал Априус — не злись, я буду очень осторожен.

На самой кромке берега он стал боком к потоку, и протянул руку ладонью вниз. Так и замер, прислушиваясь, к ощущениям, настраивая себя на некий лад, В ладони сразу началось некое жжение, покалывание — словно происходила своеобразная настройка, появилось ощущение тепла, поднялось вверх по руке. Поверхность воды заискрилась, чуть забурлила, Априус вдруг вспомнился Урд, в тот самый момент, когда его вместе с захваченной заложницей, затянули воды божественного Источника. И тогда он, махнув на все сомнения рукой, просто шагнул в текучую воду, развоплощаясь за краткие мгновения этого короткого, прыжка. Тихий всплеск и наступил странный покой, сопровождаемый, ощущением мощной, необузданной Силы, что проходит сквозь все его естество, и понимание что Источник его принял, и причин тому несколько. Гадать какая из них самая верная, Рус, просто не стал. Он просто расслабился и ощущал, как струится его сознание, вместе с водами потока через невероятные бездны, он не ждал мудрости, или еще чего-то из области Знаний, просто впитывал в себя мощь Источника, и делился своей. Наверное, за всю долгую, жизнь этот ключ ничего подобного не испытывал, потому что зажурчал как-то весело восторженно, словно мурчит от удовольствия, громадный, но ласковый зверь.

И тогда Априус рискнул воплотиться, тело соткалось из распыленных мельчайших частиц, уплотнилось, и он до пояса, поднялся из воды. Осторожно поводил руками по поверхности, зачерпнул и брызнул себе в лицо, и обмер, глядя, как прямо на глазах его старая безрукавка и поношенные бриджи, превращаются в странные доспехи. Доспехи, состоящие из невероятного сочетания черной кожи, черного серебра, и еще какого-то материала. Неописуемо эффектные, идеально подогнанные, невероятно прочные, в нужных местах, доспехи, внушали чувство полной защищенности, даже мягкие перчатки не раздражали, а казались естественной кожей.

Априус, от всей души послал мерно струящемуся потоку, мощный импульс благодарности, и полез обратно на берег, где с раскрытой от изумления пастью и клювом, сидели его зверушки.

— Вот оно как — многозначительно, вымолвил попугай — а я уж думал, осиротеем…

— Я признаться тоже ничего хорошего не ждал — проговорил барс, сквозь приглушенное рычание.

— Думали они — хмыкнул Рус — это не первый из Трех Великих Источников в котором, я гм… купаюсь. Просто вам не рассказывал. Да и предыдущий раз был для меня очень даже неожиданным. Воспоминания весьма смутны…. Но теперь думаю не придется измыслить способ как быстро добраться когда-то родных пределов. Мне кажется, Источник согласится помочь. Один раз он уже отправил нас с тобой братец Куру, помнишь?

— Помню, что отправил — глухо прорычал куатар — только вот совсем не по назначению. Мы оказались в Кайлане, отброшенные по времени в самое начало Древней эпохи.

— И там я обрел Силу, помогшую залатать дыру, образовавшуюся после гибели Эльдариуса и иже с ним. И дары, которые положили начало новому порядку. Хотя в чем-то я до сих пор сомневаюсь…

— Это да — барс наклонил лобастую голову, в знак согласия — и добавил, кивая в сторону Источника — хочешь сказать, он разумен?

— По-своему бесспорно, и почему-то к нам благоволит. Так почему же этим не воспользоваться. Перемещения с его помощью отследить невозможно, даже если очень захотеть.

Априус достал сапоги, и обулся, вновь подошел к руслу, в том месте, где берег становился каменистым, и откуда был виден небольшой водопад. Пристально всмотрелся в текучие воды, словно через них измеряя бездны, отделяющие его от родных горизонтов. Затем поднял руку, и начертал в воздухе руну «Райдо», немного подумал и добавил «Совелло» и «Тейваз». Первая руна символизировала хорошее начало Пути, и благоприятное путешествия. Солнечная руна освещала весь путь, а «Тейваз» символизировала победу, и достижение намеченной цели. Они засветились прямо в воздухе красным огнем, и Рус, проговорил имя каждой из рун, добавляя необходимую задачу в настоящем времени. Заклинание, и мир словно бы отступил назад, открывая неведомые ранее пути, Априус едва успел подхватить Рунина, и другой рукой взяться за загривок куатара.

Немыслимая бездна разверзлась под ногами и лапами, они, то ли падали, то ли скользили вниз, сквозь тонкие грани между слоями реальностей, порой, не понимая где верх, где низ, и сколько прошло времени. Лишь смутно угадывали направление. Априус не думал ни о чем, лишь усиленно вспоминал карту звездного неба, что было так хорошо видно с высочайших гор, Эльдариуса. Полет-падение длился, казалось вечность, но вот появилось ощущение некого спада в быстром скольжении вниз, а потом и вовсе, они ощутили себя в обычном междумирии. С единственной лишь разницей, что здесь вообще ничего и никого, не было, абсолютно пустые области. Но это явно была именно та, точка в пространстве, где когда-то располагалось Сердце Миров — родной мир Априуса и Куру. И свидетельство тому, была широкая, темно-коричневая стена, подымавшаяся бесконечно высоко вверх, и так же бесконечно тянущаяся в обе стороны.

Это был неизмеримо гигантский ствол, ствол Древа, что могли видеть лишь единицы, во всем Сущем, потому как для остальных оно стало, сокрыто, и представляло собой лишь иллюзию или миф. Здесь же, если стоять совсем близко, оно было вполне материальным, правда, за пределами досягаемости глаза черты гигантского ствола плыли, становились размытыми, почти призрачными.

Небольшой островок, земли — когда-тошний дар Кодра, что позволил тогда хоть как-то закрепиться здесь, совсем оплыл под тяжестью Исполинского Древа. Превратился из холма, в тонкую полоску земли, и корни Древа естественно давным-давно ушли на какие-то неведомые ярусы. Эпохи назад закончился магический дождь, вызванный себе в помощь именно им Априусом, но свое дело он сделал, росток пророс, еще как пророс, и вымахал до поистине невероятных размеров. Затем угасло искусственное солнце, отгорев положенное время, до конца освещая молодой побег, давая ему запас тепла, и стойкости на долги годы.

Априус и Куру, медленно приблизились к Исполинскому Стволу Древа Миров, в период нестабильности Сущего, взявшего на себя роль скрепы, которая и держала все древнее Мироздание. В прошлый раз, когда проверяли, не здесь ли Поедатель пробил себе дорогу, было не до размышлений и выводов, теперь же именно для этого он, сюда и пришел.

Предоставив куатару и попугаю самим решать, чем заняться, Рус подошел к изрезанной широченными трещинами, стене, и приложив руки к ней, так и замер. Он представлял немыслимые высоты, которые достиг когда-то совсем небольшой росток, еще бездны времени, которые на это ушли.

— Но откуда тогда у него такая Силища? Что за саженец вручил ему Кодр, и для чего? Юная Вселенная в ту пору, явно оказалась на краю неведомой пропасти, не сулящей ничего хорошего, ибо та Дыра, что образовалась от взрыва Эльдариуса, и куда утекало уже меняющееся пространство, сама бы по себе не затянулась точно. И тут ей, Сфере, пригодился он Априус, не принадлежащий уже самому себе. Его использовали как инструмент, вопрос лишь в том кто? Некий Дух Вселенной? Одна из ипостасей Творца, в ту пору еще остававшаяся в Сфере?

Все началось с неправильно сработавшего Заклинания. Затем был временной скачек, и Асгард, что еще не совсем тот Асгард, который известен в мирах, и Источник жизни и мудрости, что протекал в окрестностях божественного мира. А потом Источник отправил их обратно в прошлое, или в мир вне времени, в котором он Априус вновь обрел Силу, которой хватило на то чтобы залатать дыру…. И посадить чудо-древо. И тем самым вогнать скрепляющую скобу, остановить распад.

Априус развернулся спиной, к громадному стволу, и плотно прижался к нему всем телом, ощущая движение соков, которых там, наверное, целые реки. Он смежил веки, отправляясь по тайным дорогам памяти, в это же место, только неизмеримо много времени назад. И вновь увидел ту зияющую во плоти Упорядоченного Мира пропасть. Ту огромную воронку, в которую медленно, но неуклонно засасывало окружающее пространство. В нее попросту утекала косная материя Вселенной, что прежде всего странно, ибо скорее сюда должны были ворваться Хаос и Предвечная Тьма, словно в широко распахнутые ворота, но нет, этого не случилось. Кто знает, чем бы все это закончилось для Сферы, но тут подвернулся он — Априус, и все починил…

По всему выходило, что он был призван в трудную минуту, выполнить работу, которую просто в тот миг не было, кому сделать. Не было столь могучих, либо вообще, либо рядом с местом катаклизма. Но прежде чем он смог приступить к решению этой задачи его заставили сделать круг, пройти по закольцованному потоку времени, чтобы он не раздумывая и не сомневаясь, выполнил работу. А затем еще и дал начало новому стержню Миров.

И тут Априуса словно ударило молнией, что называется, осенило, так осенило — да он же сам того не зная — сотворил новую модель Вселенной, сделав Сферу такой, какой она просуществовала не одну эпоху. Тем самым, нарушив первоначальный план Творца, в котором не было никаких Древних Богов. Или же это сам Создатель, находясь уже за пределами Сферы, решил посредством его, Априуса, тогда еще совсем юного, если не считать годы помрачения, проведенные в Кайлане — кое-что подправить в первоначальном варианте? А может, вся первая эпоха была ничем иным, как подготовкой почвы для прихода Его, Любимых Детей? Типа вот вам детки Сфера, все готовенькое — идите, правьте. И кто я в этом всем? Невольный Создатель? Слепое Орудие? Или единое связующее звено Великого Перехода? Бр-р.

Мороз пошел по коже, сковал все тело, казалось кровь, застывает на ходу, от таких мыслей. Выяснил, называется свое предназначение. Запутался только еще больше. Априус открыл глаза и с тоской посмотрел на то место, где должен был быть его мир, с лунами, Солнцем и соседними планетами.

— Ты просто Реликт, Априус — сказал он вслух — реликт Эпохи которой не было, потому что нигде ни в одном источнике, не найти и малейшего упоминания о ней. Только трое помнят те времена, ты сам, куатар Куру, и хитрюга Просвещающий, который по-видимому был всегда.

— Может нам построить здесь Форт-Пост? — Нарушая ток мыслей Априуса — напомнил о себе снежный барс. — Чудится мне, эти места все еще полны нехороших сюрпризов.

Вместо ответа. Априус, нервно повел глазами вправо-влево:

— А Рунин где?

— Решил попробовать облететь дерево…

— Он что вообще ополоумел, чего ты его не остановил?

— Так я не знал, долго ли ты будешь мудрствовать, а ему заняться было нечем.

— Все как всегда — буркнул чародей — ладно пусть пока летает. Мы еще не уходим.

— Ну и я так подумал… Скажи, лучше как твои изыскания?

— Никак. В поисках ответов нашел лишь новые вопросы. Знаешь, иногда мне кажется, что во время взрыва Эльдариуса, нас перебросило в другую Вселенную.

— Эй-эй. С чего такие выводы?

— А ты вспомни, через какие места нас протащило до того как мы попали в… к асам…

— Но сейчас-то мы, там же, где была Дыра, и в той самой Вселенной. Если сомневаешься, давай проверим близлежащие миры, из тех, что помним и что уцелели, после взрыва. Я тебе это еще в прошлый раз предлагал.

— Предлагал, не спорю. Только как мы удостоверимся? Только по месторасположению, ибо сами миры уж явно претерпели все мыслимые и немыслимые изменения.

— Да никак, давай просто побываем, посмотрим, и надеюсь, тогда ты перестанешь нести чушь — насчет другой Вселенной.

— Предлагай — вынуждено согласился Априус — вернее даже — веди!

И Куру повел, рванувшись с места, как застоявшийся скакун. Априус едва успел последовать за стремительным росчерком, в который превратился его снежный барс. Первым миром, который они посетили, стал некогда гористый, и потому любимый куатаром, Эритос. Почти вся поверхность которого, представляла собой заснеженные горы и плато, за которыми располагались ледяные моря. Но как ни странно, Априус помнил Эритос, совсем не царством льда и холода. Наоборот, там почти всегда царило безветрие, а ласковое, солнце равномерно освещало заснеженные просторы. В первый раз их с Куру, сюда привел отец, не для каких-то там магических действий, а просто от души насладиться снегом, солнцем и радостью от всего этого. Дурачились они тогда, как только могли….

С этим, затерянными где-то в глубине памяти воспоминаниями Априус, и вошел в новый Эритос, и обомлел от неожиданности, хоть и понимал, что там будет все далеко не так, как помнилось. Если бы когда-то высокие пики гор опустились так, что едва тянули на это название, это было бы еще ничего, но вместо этого они узрели каньоны. Глубочайшие ущелья, прорезались на тысячи лиг, словно гигантские трещины, располосовав весь мир…

Стоит напомнить, что каньон это глубокая речная долина с очень крутыми, нередко отвесными склонами и узким дном, обычно полностью занятым руслом реки. Вот такие вот глубочайшие провалы, протянувшиеся до горизонта, и со струящимися по ним водными потоками, предстали перед взглядами друзей.

— Ничего себе — невольно вырвалось у Априуса — даже намека нет на снег….

— И не говори — протянул куатар — а я-то думал, покувыркаться, побарахтаться в слоях белого пуха…

— Нда, теперь только понырять и можно… правда отсюда это будет не прыжок, а падение. Рискнешь?

— Да что-то как-то не хочется. Хотя красоты тут неописуемые.

— Это да. Сюда бы мастера кисти какого…. Намалевал бы нам полотен для замковых стен, а то все еще много пустых мест.

— Ну что же, тогда сядем, полюбуемся, ведь скоро закат, будет незабываемо.

— Давай — легко согласился Априус — тем более что мне что-то перехотелось, осматривать остальные миры, пусть останутся в памяти, такими как были. А то боюсь вместо лазурных морей Фтория, мы узрим красные пески пустынь.

— Пожалуй ты прав. Но, по крайней мере, теперь можешь не сомневаться это осколки нашего старого мира — местоположение планет, то же. Думаю даже Гидрониус, мы нашли бы там же, и еще полным своих океанов, вот туда бы заскочить, я бы не отказался.

— Но это довольно далеко отсюда. И к тому же насколько я понимаю, может оказаться, что он теперь, совсем не в тех частях Сферы, где был раньше. Миры на месте не стоят, а после сдвига всей прежней структуры, сорванные с якорей планеты, могло вынести за пределы старых солнечных систем…

— Солнце начинает садиться — ровно прервал Куру, поток предположений друга. — Наше родное Солнце. Светиус, давай смотреть!

— Давай, и прости братец мою заумность — у меня видимо начинается горе от ума.

— Оно, заметно, смотри не свихнись.

И они, застыв на вершине самой высокой скалы, одиноко торчащей в поднебесье, взирали, как скалистые ущелья приобретают красный оттенок, наполняя весь каньон, чем-то неестественно прекрасным. По-сути, сейчас они восседали на вершине мира, и Априуса вновь осенило — ему нужно взглянуть на все Сущее как бы Сверху.

Так как должно быть глядел сам Творец. Лицезреть весь Большой Мир, именно оттуда с немыслимых высот Его Чертога, где он должно быть находился. Ну, или чуть ниже, со сфер Абсолюта. А они должны существовать, даже если тот, Кто Все Создал, и оставил их, ни разу не входя.

Согласно теории верха и низа, такие области должны располагаться где-то в самом начале Великой Оси, выше Тронного Царства, выше всех когда-либо существовавших Обителей Богов. Но туда не подняться, ни на какой колеснице, не вознестись вихрем, не пробраться, ни какими Тропами, не прокинуть самых божественных Мостов. Да и заметят, начнут препятствовать, интересоваться — кто это ломиться в святая святых?

— Но, даже если и так — отвечая самому себе, не согласился Априус — я все равно должен найти способ, и как можно быстрее, чтобы успеть, обыграть их Всех. И так чтобы наверняка. Поэтому — думай голова, думай. Ведь, раз Вселенная вращается, должна же существовать и явная Великая Ось, ось Сферы. По ней и поднимусь. Или внутри нее, если она полая. А право рождения надеюсь, откроет мне проход, и изыщет возможности для подъема.

Заставив мысли остановить свой бешеный бег, Рус, просто смотрел, как закатное солнце мерно освещает красноватые скалы, наполняя далекую воду реки, багрянцем, и это казалось каким-то зловещим предзнаменованием. Но и эту мысль он тоже погасил, предаваясь любованию величественным пейзажем.

Едва солнце зашло, они покинули Эритос, и вернулись к гигантскому стволу, точнее к малой его части, просто похожей на огромную гору, непонятной ширины, и высоты, при этом всю изрезанную гигантскими трещинами, больше похожими на вертикальные ущелья.

— Рунин, похоже, абсолютно не понимает размеры, этого «деревца» — недовольно проворчал куатар — я думал он так размяться чуток, но этот балбес, похоже, всерьез вознамерился облететь.

— Врядли — не согласился Априус — у него достанет ума вовремя остановиться. Разведывает мож какую трещину в коре, или дупло… Щас позову.

Мысленный посыл он отправил не просто как зов, а как приказ немедленно прибыть обратно. Сами же они пока присели у «стены, собираясь ожидать попугая, но тот долго себя ждать не заставил.

— Глядите, че я вам приволок! — Раздался сверху хриплый вопль, и к ногам Априуса шмякнулась увесистая железная палица, с обычной ременной петлей, на рукояти.

— Ты где это взял? — С прищуром поинтересовался Куру, опасливо посматривая наверх — надеюсь, никого не пришиб по дороге?

— Да не, она бесхозная была, застряла в коре. Видать какой-нибудь удалец оставил, небось приходил Нидхеггу по башке настучать, чтоб корни не грыз… Ну раньше когда доступно еще было.

Априус поднял палицу, взвесил в руке, и осмотрел. На вид из простого сыромятного железа, но в ней явно чувствовалась некая дремлющая Сила, дремлющая с тех времен, когда к дереву эту «вещицу» еще можно было просто прислонить. Палица одновременно напоминала и булаву, и дубину йотунов, имела литой узор на набалдашнике, и пару необычных рун нанесенных вдоль рукояти. Чародей крепче сжал рукоять в кулаке, и слегка махнул, но вышло так, что, чуть не улетев следом, за ней.

— Хороша — удовлетворенно, протянул он — да только не всякий сможет ей помахать…

— А то — самодовольно раздулся попугай — я, что попало, не тянул бы. Там если хорошо порыться во всех этих кавернах, можно добра на целый замок насобирать…

— Погоди Рунин — обождут твои трофеи — рассмеялся Априус — ты мне вот что лучше скажи, а то я не знал, да еще и забыл. Мы вот с Куру, в Асгарде конечно бывали, но так мимоходом, потому ничего почти об асах не знаем. Но ты вот упомянул дракона, что корни Иггдрасиля грыз. Он что еще жив?

— Ну, раз Дерево есть, значит, есть и дракон, а тебе зачем?

— Да так хотел проверить одну гипотезу. А для этого вдоль Древа вниз сойти… А там корни эти, что хрен знает как растут, драконы всякие там извечные…. откуда гад, только и взялся?

— Это видать случилось, когда дерево уже Мировым стало — вставил Куру — сидел видать в Нижних Пределах, или дрых, а тут зубы чесаться начали вот и начал корни грызть, дерево портить.

— Он сидит не под самим корнем, а в пещере с колодцем, где воды Хвергельмира — уточнил Рунин — раньше можно было пробраться и звездануть по башке, но сейчас это достаточно далеко отсюда.

— Какой там достаточно далеко — воскликнул Априус — да до туда еще о-го-го сколько.

— Ну тогда было ближе — не смутился попугай — обитал он конечно в Нифльхейме, царстве Мрака, аккурат у одного из корней этого вот Древа. А оно видимо доросло до потока, что мы зовем Клокочущей Котловиной, из которой вытекают подземные реки, в том числе Гьелль, текущая рядом с Хель. Смельчаков дурных всегда хватало, кто-нибудь мог и отправиться дракона побивать, а у ясеня прикорнуть лег, да так что дубину свою потерял, ха. Ну а дракон сидел в воде прямо, и подгрызает корень, мог нырнуть, когда хотел…. но ты прав, к этому времени если и жив, то зубы все источил…

— Ладно, с Нидхеггом понятно, а вот о Мировом Гаде что известно тебе Рунин — Всезнайка? Может его приспособить подо что-нибудь можно? — Поинтересовался Рус, подумав, что именно Йормунганд мог бы вознести его на вершину Мира. Столько-то запасенной Мощи….

Сам он, о нем помнил, только то, что тот, как и два других страшилы рождены от Локи, Ангрободой. И о том, что как проведали асы, что вырастают эти трое детей в Стране Великанов, и дознались от пророчицы, что ждать им от тех детей великих бед — вот и послал Один, подручных своих взять тех детей и привести к нему. И когда они пришли к нему, бросил он того Змея в глубокое море, всю землю окружающее, и так вырос Змей, что посреди моря лежа, всю землю опоясал и кусал себя за хвост. За что и получил свое прозвище.

— Что тебя конкретно интересует — вопросительно уставился Рунин, на хозяина — я там пока жил всякого наслушался. Со Змеем этим, Тор, в основном встречался. Впервые он встретил Змея в образе гигантского кота, в которого его превратил Локи. Одним из заданий, полученных Тором от Утгарда-Локи, было поднять кошку. Разумеется, Тор не смог поднять чудовище целиком. Все, что ему удалось, это заставить мнимую кошку оторвать одну лапу от пола. Однако даже это Утгарда-Локи назвал величайшим деянием, когда раскрыл обман.

— И что Тор осерчал?

— Не, не сразу. Следующая их встреча произошла, когда Тор отправился на рыбалку с великаном Гимиром. Тор приготовил крепкую лесу и большой крючок, на который насадил бычью голову и Йормунганд попался на приманку. Почувствовав, как крючок впился в небо, Мидгардсорм рванулся так, что кулаки Тора ударились о борт лодки. Тор приготовился к долгой борьбе, но дно лодки не выдержало и проломилось. Тогда Тор уперся ногами прямо в морское дно и подтащил Мирового Змея к самому борту. Тор хотел, уже было убить Змея своим молотом, но Гимир перерезал лесу, протянувшуюся через борт лодки, и Змей погрузился в море. Тор пустил Мьельнир вслед Змею, и, говорят, даже размозжил ему голову. Но все-таки Змей и по сей день, жив, и лежит на дне моря.

— Думаешь, еще лежит? — Заинтересовался Априус.

— Ну не знаю, до прихода Узурпаторов точно лежал, ждал Рагнарека, в котором они должны биться, Йормунганд должен выйти из океана и отравить небо. Тор снести ему голову, но не успеть отойти — поток яда из пасти мертвого чудовища убьет его.

— Так-так, если Змей еще там, то незаметно его оттуда не вытянуть…. По-любому. А в тех краях и без того надзор соглядатаев Тронного Царства крепкий. Ладно, возвращаемся в Замок, там помозгую…

— Нет!!! — В два голоса заорали любимцы Априуса — Мы хотим остаться, а ты иди, раз надо.

— С чего это вдруг, вам тут так уж понравилось?

— Сюда очень не просто попасть — рассудительно ответил куатар — как известно к Мировому Древу давно уже нет проходов, оно сокрыто ото всех. И я не собираюсь упускать возможность кое-что проверить…

— А мне вообще надоело сиднем сидеть в одних и тех же местах — возмущенно ответил Рунин — чего я там, в Замке не видел? Ты за нас не беспокойся, мы давно уже взрослые, сможем за себя постоять.

— Ну и самое главное — добавил Куру — если что отсюда нам будет легче тебя вытянуть, куда бы ты там Внизу не залез. Так что извини, но мы пока тут побудем.

Априус внимательно посмотрел на обоих неслухов, пожал плечами, прислонил к «стене» палицу, и сказал, ворчливо:

— Ну хорошо, раз вам так уж хочется, оставайтесь. Заодно поглядите, может ли кто-нибудь еще здесь появляться. Только чересчур уж в открытую не гуляйте, а я пошел, надо кое-что проверить….

И он, почти развоплотившись, скользнул вниз, используя грань между явным и призрачным миром.

Глава восьмая Лерад, Хвергельмир, Бездна

Априус испытывал невероятный восторг, ведь он скользил почти как в далеком детстве, проносясь за доли секунды, сквозь громадные расстояния. Ориентиром ему служил Гигантский Ствол, который уходили, и уходил вглубь, куда в бездонные провалы Мира. Априуса не смущала, частично призрачная структура Древа, он понимал, что и само оно, теперь, было не полностью реальным. А пока он, так скользя вдоль Ствола, приближался к потаенным Корням, в голове неожиданно всплыли странные строки:

«…Глупцу не понять,

сколько ползает змей

под ясенем Иггдрасиль:

Гоин и Моин —

Граввитнира дети —

Грабак и Граввеллуд,

Офнир и Свафнир —

они постоянно

ясень грызут».

— Да вроде не видел я там никаких змеев — подумал Априус, отвечая на нежданное предупреждение — хотя конечно наверняка сказать, не могу, что в темных водах их не было. Ибо там начало многих подземных рек…. Так что все те змей — драконы, могли в любую из них уйти… Или просто временно укрыться. А может, и вовсе перебили их давно.

Ощущая всем своим естеством, гигантскую опору, что не один век, удерживала весь Мир, Априус спускался все ниже и ниже. Перед ним, распахивали свои зевы необъятные пропасти, метрика которых плыла и колебалась, так что не сказать было, сколько мерное их пространство. И вообще до конца ли оно проявлено, или все еще не перешло из Ничто в Нечто.

Казалось, это само Мировое Древо, своим ростом, раздвинуло пласты реальности, отодвинув друг от друга, когда-то близкие области. И теперь, даже когда оно перестало быть полностью вещественным, оно могло все еще расти, а значит его корни и крона, вполне способны достичь и неведомых Пределов.

Внутри Априуса, всего передернуло, едва он попытался хотя бы представить, какие расстояния, прошли только Корни, до которых ему еще далеко. Но тут новая мысль неожиданно врезалась в мозг, да так что он буквально притормозил, свой спуск — а не наткнется ли он на области, что уже не принадлежат Сфере, то есть на Титаническое «Тело» Пожирателем Пространств?

Теоретически Рус, понимал, где должно быть начало Оси, но вот уцелел ли этот Нижний Предел, практически изнанка Сферы, или поглощен? Как выяснить? Ведь Поедатель не пробивался извне, а прорвался согласно призыву на миг обезумевшего мага, практически войдя через ту самую точку, где был скован, Призвавший. А это было так называемое Дно, Круги Адовы, и вот уже за ними, точнее ниже них и должен находиться Полюс — начало Оси. Что там сейчас?

Еще одно подтверждение, что нужен взгляд сверху, на всю Сферу, нет даже не сверху, а всеобъемлюще всесторонне, а тогда…. А тогда посмотрим. Но для начала надо пройти то, что уже знакомо и издревле пребывает во Тьме, потому что там она сама себя порождает. Мысленным усилием Априус, приказ телу, собраться, потому что оно, не только доспехи для истинной сути, но еще и броня самой души, а входить в зону Тьмы Истинной, развоплощенным, опасно.

Особо он не опасался, в нем до сих пор жили частицы той странной Черноты, что когда вошла в него из Антрацитового Куба. Большую ее часть, он скормил Хвергельмиру в прошлый раз, и потому на особые сюрпризы не рассчитывал — Источник должен был его помнить, и признать.

— Помнится, я использовал для этого свой меч, как проводник, может из-за этого ни один дракон, себя, тогда и не выказал. Что ж, в этот раз я сойду туда, без «Ракара» который наверно уже звенит от обиды, возмущаясь тем, что перестал им орудовать.

Как бы ни долог был путь, но вот, перед ним, уже и пределы Клокочущей Котловины, да, соскальзывать по стволу, оказалось намного быстрее, чем как-либо еще, достигать нужных областей. Априус издалека ощущает этот Ключ, порождающий Тьму, Ключ, согревающий Бездну, смутно виднеется, его гигантская чаша, где бурлит Мрак. Длинный, почти бесконечный карниз, нависает над ней, если идти тем, путем, то потребуется пройти через Гигантские створки Врат, затем еще долго топать, по серому камню, но зачем, если корни выведут прямиком туда? Точнее Корень, который как раз здесь и начинался, уходя куда-то еще глубже, и именно под ним находилась Клокочущая Котловина.

Так он и поступил, и уже практически достигнув пределов каменной чаши, Априус ощутил смутную, потаенную угрозу, где-то совсем рядом, и в то же время, какой-то неясный дисбаланс проявился в самом Источнике. Беззаботность мигом слетела с чародея, заставляя мгновенно перевести тело в боевой режим, и ощетинится десятком заранее заготовленных, боевых заклятий.

Громовое, нарастающее шипение послышалось слева, ему вторило многоголосое сипение справа, а глухой рокот, смешивающийся со звуками бурлящей воды, донесся из Котловины. Априус не ожидавший такого приема, замер, напружинившись всем телом, глаза безостановочно двигались влево — вправо, стараясь не упустить и малейшего движения, в окружающем Мраке.

Тьма страшит сама по себе, не из-за того ли, что в ней может скрываться все что угодно? И сейчас Априус еще не видел, но уже понимал, тварь явно не одна, и к тому же, огромна — звуки идут откуда-то сверху, намного выше его головы, но с каждым мгновением они все ближе, слышнее и при других условиях можно было бы высчитать размеры, издающих эти звуки существ, но не сейчас. «Ракар» он все-таки, призвал, наверное, всего лишь за миг, до того, как гигантская голова, с пока еще захлопнутой пастью, приблизилась почти, вплотную.

Наконец застывшие, будто в ступоре познающие чары, соизволили сообщить, что слева возвышается поднявшийся в атакующую стойку гигантский пестрый змей, а справа то ли их клубок, размерами поменьше, то ли непонятная стоглавая тварь. В самой же чаше, еще не менее двух-трех особей, другого вида.

Рассуждать, и выбирать, чьи атаки отбивать первыми, и куда наносить выпады на обратном ходе клинка, времени не было совсем. «Ракар» наконец-то встретил достойных противников, потому что пестрый гад, не был просто змеей, это был Апоп, огромный бог-змей, олицетворяющий распад, небытие, мрак и зло, извечный враг Света, и он для чего-то вбирал в себя воду Источника. Справа же приближался Лафон — стоглавая ехидна, в то время как в чаше рокот тоже усилился, кто-то спешил не упустить добычу.

Априус оскалился, от всей души, врезал Змею кулаком, и тут же завертелся вьюном, уходя и от возможных плевков, и от выпадов голов. Играть в рыцарство, или геройствовать он не собирался, от Бога-Змея просто пока только уворачивался, нанося незначительные порезы, головы, же ехидны, сносил одну за другой, в душе радуясь, что это не гидра, и вместо одной срубленной, не отрастут две новые.

Места было мало, а для уверток и прыжков тем более, к тому же громадный Змей пододвинул свои кольца ближе, так что Априус уже, не прыгал, а перелетал, с места на место, успевая наносить колющую, или режущую рану. Но вскоре пришлось отталкиваться и от самого тела змея, и от каменистого края чаши, из которой высунулась морда еще одного не пойми кого — наполовину зверя, наполовину рыбы, толщиной, пожалуй, превосходивший быка, длиной лошадь. Его зубы походили на лезвие меча, заточенного с двух сторон, и были острыми, словно рога. С каждого бока он был вооружен двойными круглыми щитами.

— Ну ты и урод! — Вырвалось у Априуса, сквозь стиснутые зубы, когда он пробегал по краю чаши, не забыв дать пяткой, по носу любопытной твари.

А мозг, уже переваривал новую порцию знаний — тварь звалась Тараск, и была порождением Левиафана, свирепого водяного змея, и животного под названием онагр. Помимо зубов, Тараск еще поражает на расстоянии югера своим жалом или пометом, а все, до чего оное дотрагивается, выжигается, словно от огня.

— Что называется — обложили! — Еле успев увернуться от очередного выпада, скрипнул зубами Априус, но все равно магию в ход пускать не стал.

Отбить выпад, полоснуть в ответ, увернуться нанести рубящий наотмашь, отпрыгнуть, вверх, вниз, колющий назад, сплошная круговерть и свистопляска.

— Порхай как бабочка и жаль как скорпион — наставляли его мастера Лабиринта.

— Разумом будь спокоен как гладь озера, преобразуй страх и гнев, в холодную, расчетливую ярость — и рази с быстротой молнии — учили в клане оборотней.

Но это было давно, сейчас же, больше пригодились те умения и навыки, что в последнюю тысячу лет он развивал в затерянном среди песков храме, который случайно обнаружил в донельзя странном мире Сектора, том самом, где когда-то поверг армию Владетелей Мертвых. Там среди пустынь, и руин древних городов, остался жить некий клан, который успешно практиковал науку выживать и убивать. В древнем храме, раз в год они устраивали поединки, среди своих лучших бойцов, и Априус стал туда захаживать, потому что раз увидев этих бойцов в действии, тут же решил именно здесь оттачивать свое мастерство, потому что руки бьющихся воинов, превращались в яростных змей, совсем не иллюзорно.

И теперь эти умения, просто несказанно пригодились, Рус, исполнял почти привычный танец, с неимоверным количеством извивов, переплетений, и откатов. Руки сделались одновременно и гибкими и жесткими, меч порхал как перышко, но и кулаком, или ногой, он не забывал пользоваться, то же, стараясь метить в самые чувствительные места. Хорошо еще, что алое свечение из Котловины, давало хоть какую-то возможность видеть, и успевать реагировать. Понимая, что вскоре и другие драконы или змеи, доберутся до него, и тогда придется совсем туго, Априус взвинтил свой темп до предела возможностей. За жизнь он не опасался, в случае чего уйдет по заклинанию, а вот утратить честь даже в собственных глазах, было бы нежелательно.

Заметив, что Апоп вьется кольцами, Априус решил поражать каждый извив его тела, а еще он никак не мог, определить размер Змея, навскидку в том было локтей четыреста с лишним в длину, а вширь не рассмотреть — чрезмерное потребление вод, раздуло того невероятно.

«Ракар в руке звенел и дрожал от возбуждения. Казалось, он пел, свою собственную песню, песню упоения битвой. Его клинок постоянно менялся, отливал то фиолетовым, то темно синим, удлинялся, укорачивался, становился то шире, то уже, в общем, подстраивался под определенные части тел, своих противников.

Срубив очередную голову разъяренной ехидны, Априус ощутил, что немного подустал, а ему ведь еще двигаться дальше, силы еще пригодятся. Потому все-таки бросил сгусток мрак прямо в пасть Апопу, тот отпрянул, и Рус, со всей силы вонзил «Ракар» в первое кольцо по самую рукоять. Шкура с треском разошлась, кровь ударила такой мощной струей, что чародей едва успел отскочить. Конвульсия, прошла по громадному телу Змея, но особого вреда удар, видимо не причинил, потому что тот продолжил атаку.

И тут как часто бывало и ранее, Рус, почувствовал подкатывающую боевую ярость, в таком состоянии он запоминал мало, из происходящего с ним. В таком состоянии тело ведет уже не сознание, а инстинкты и навыки, отточенные до автоматизма, а подсознание может отдать мозгу команды применить самые быстрые и надежные заклятия, из арсенала простейших.

В прошлый раз, находясь у Котловины, чародей получил разрешение, на использование силы Источника, но так, ни разу к ней и не прибег. Сейчас же этой возможностью грех было не воспользоваться. Из клубящейся Тьмы, соткались короткие, острые копья, и вонзились в тело змея, пронзив каждый изгиб его туловища, заставляя изрыгнуть всю проглоченную воду. Априус тут же подпрыгнул, и ударом из-за головы, разрубил позвоночник агонизирующего Апопа. И тут же, не медля ни секунды, отпрыгнул к ехидне, краем глаза, замечая появление нового персонажа. Останки Апопа тем временем охватил огонь, то ли они сами вспыхнули после кончины змея, то ли выбравшийся из чаши, Тараск, уничтожил их, просто пройдя рядом.

Мелькание «Ракара» слилось в сплошной непрерывный узор, Априус бил нещадно — этих тварей нужно было не проучить, а уничтожить. Не давая сыну Левиафана прицелиться, он покончил с ним в несколько ударов, «Ракар» попросту развалил монстра на части, и боевой пыл человека, немного поутих, давая возможность холодному разуму оценить обстановку.

Пару мгновений, и новый шорох — трение чешуек о камень, на этот раз уже водяной дракон высунул голову, из чаши Хвергельмира, и внимательно рассматривал чародея, его фасеточные серебристые глаза изучающее пробежали по забрызганному кровью Априусу, и измазанному в ней же клинку.

— Накер!? — В свою очередь удивился Рус — он то, что здесь делает? Хотя да, его домом всегда была бездонная, как говорят, нора, которую назвали «Накеровой дырой Эта «дыра», по сути своей, таинственное место, откуда всегда вытекает вода, туда не втекая… — Ну все змеюки, вы мне порядком надоели, хорош ховаться, а ну выползайте все сразу, нет времени вас дожидаться.

Стремительной рыбкой «Ракар» рванулся, вперед рассекая изогнутую драконью шею. Априус взлетел на каменный бордюр, и не глядя, пару раз полоснул по шевелящейся под темной водой, массе. И так кипящий Ключ, выбросил вверх целые гейзеры черноты, Рус, мгновенно отпрянул, извернулся и добил агонизирующего Накера, отпрыгивая, прочь от Котловины.

Некоторое время он стоял, прислушиваясь, и озираясь, тяжелое дыхание с хрипами вырывалось изо рта, грудь вздымалась, не желая усмиряться, но из чаши Хвергельмира больше никто не показывался.

— Эй Нидхегг! — Позвал чародей — Может, хоть на этот раз покажешься?

Ответа не было, только все тоже мерное клокотание темной воды, да багровый отсвет зарождающегося Мрака.

Априусу вдруг вспомнились слова, услышанные когда-то от Рудольфа, что помимо корней Иггдрасиля Нидхегг пожирает грешников, клятвопреступников, и подлых убийц.

— Ну что же коль так, живи пока, если конечно ты еще не издох, но корни больше грызть не советую. А то мне тут палицу придарили, узнаю, что снова шкодишь, наведаюсь, все зубы по одному выбью.

Покрутившись на месте, Рус, поколебавшись, взмахнул рукой, и все место схватки охватило багровое пламя, сжигая останки чудищ и выпаривая кровь. А следы подчистят чары уже другого направления, ему же надо двигаться дальше, туда, куда тянется гигантский корень. Туда где располагается то, что до сих пор не имеет названия, проще сказать, как оно не называлось, чем как-то наречь. И Априус глядя в невообразимый Провал, скрепя сердце продекларировал:

«В Начале Времен

не было в мире

ни песка, ни моря,

ни волн холодных.

Земли еще не было,

и небосвода,

Бездна зияла,

трава не росла»

И мне туда спускаться…

Вот он мой путеводитель — Корень, существующий в пограничном пределе, между явным и призрачным миром, состоящий казалось из овеществленного эфира, уходил куда-то за провалы Сущего, и Априус отметая все сомнения, бросился в эту неведомую глубь, как в омут с головой. Держа этот импровизированный якорь Древа, как ориентир, держа свое тело полупроявленным, он словно метеор в межзвездном пространстве, падал и падал, к далекой несуществующей тверди. Практически утрачивая себя, не обращая внимания ни на что, держа в голове одну лишь цель — смутно представляемый образ начала Оси, Рус, пробивался к «нижнему» Полюсу Сферы.

Физические законы утрачивали свою силу, понятия плотности и грубоматериальности остались позади, вокруг были газовая среда, или что-то вроде того, и силовые поля это единственное что смог определить воспаленный мозг Априуса. Перед глазами давно плясали разноцветные круги, в ушах стоял беспрестанный звон, подобный тому, когда долго пребываешь в гулкой тишине, но усилием воли чародей заставлял себя продолжать «спуск».

Мало было оказаться в самом Низу, нужно было еще выбраться «наружу» за Границы Сферы, за ее Кокон, за Скорлупу, можно называть как угодно, но суть одна. Требовалось, проскользнуть по тончайшей грани между внутренней и внешней оболочками, не взламывая Рубежи Творца, что начинаются буквально сразу, за Пределами Тьмы…. Которые он Априус, ни как не минует…. Мысли угасают, сознание меркнет, Рус, пробивается, будто через густую древесную смолу, медленно застывая в ней… но нет, нельзя сдаваться, иначе все, отсюда не вынесут уже никакие Заклинания. Так что Держись!!!

Не Хаос — Мрак внешнего Космоса, слабо разгоняемый лишь фоном, излучаемым Сферой это все что Априус запомнил, перед тем как потерять сознание окончательно, он все-таки проломился, хоть и сам бы, не смог сказать как. Но, то ли какая-то неведомая Сила, то ли скрытые резервы организма, в последний миг, затухающего разума, заставили Априуса, метнуться в открывшийся перед ним гигантский Шлюз.

Он скользнул туда и погрузился в темноту беспамятства.

* * *

Как и ранее, в подобных случаях, его спасла спасительная особенность человеческого организма — в случаях крайнего изнеможения впадать в состояние беспамятства, при котором мозг бездействует, но тело восстанавливает свои ресурсы. Потому спустя некоторое время, чародей осознал себя распластанным, и плотно прижатым к стенке Исполинского Колодца.

Вот и оно, начало неестественно ровного, бесконечно высокого, вертикального Тоннеля. Априус с внутренним трепетом, медленно поднял голову, и посмотрел туда, где стенки этого Колодца, сходились в одну точку. Смотри он зрением обычного человека или скажем эльфа, ему бы предстала поистине гигантская уходящая в неведомую высь, Труба. Но он видел больше, зрел невероятный, Титанический Энергопровод, чем-то похожий на туго сжатую Исполинскую Спираль, она простиралась, и простиралась в бесконечность. Такой вот Мировая Ось показалась его воспаленному взору. И именно внутри нее ему предстояло подниматься.

— Нда, выпали же мне веселые горки — вслух пробормотал Рус, прощупывая незримые, скручивающиеся струи Силы. — Хотя чего там сетовать — как всегда дурная голова — ногам покоя не дает… Что же Априус, взялся не ропщи что тяжело, так что — Вперед! А точнее — Вверх!!!

Используя восходящие потоки, видимые в астральном плане как желтые энергетические струи, он рискнул оторваться от стенки «шлюза», и воспарить. И дальше поднимался уже увереннее, применяя все свои умения, что накопились за прожитые тысячелетия. Постепенно, скорость полета вверх начала нарастать, да так, что чародей едва удерживал себя на грани овеществленности тела. Мелькание окружающих его стен Колодца, превратилось в сплошное желтое свечение, проносящееся со всех сторон. Ему казалось, что он летит в Столбе приглушенного солнечного света, изредка пронизываемом радужными цветами других энергий. Это сильно мешало глазам, но и закрыть их Рус, боялся, опасаясь полностью утратить ощущение реальности.

Но глаза даже оставаясь открытыми, все равно не видели конца, края этой Исполинской Вертикали, подъем давно превратился в полет, полет в бесконечность, который начинало казаться длиться уже вечность. Свет мягко обволакивает тело, на душе уже спокойно и по-особенному тепло, но Априуса всего сотрясает мелкая, можно сказать молекулярная дрожь. Дрожь совсем не нервная, и не от перевозбуждения, а от переизбытка древней, необузданной Силы, что свободно течет вокруг.

Страх утратить контроль не позволял думать ни о чем другом, даже о том ожидают ли его в дальнейшем, какие-либо препятствия? Главное это не сбавлять скорость. Бешеную скорость, от которой он чуть не сходил с ума… Казалось, что даже нематериальные тела, тонких планов, сейчас начнут распадаться, но они как-то выдерживали такую необычную, нагрузку.

…Подъем закончился неожиданно, вокруг было только одно, разлитое повсюду золотое сияние. Но Априус не чувствовал себя зависшим в невесомости, его ступни явно стояли на чем-то твердом, вещественном, и он рискнул сделать шаг, вперед. Потом другой, третий, и пространство качнулось.

— Никогда не думал, что сюда, когда-нибудь кто-то доберется — вмиг, повергая в смятение, душу чародея, раздался чей-то шелестящий голос — что ж заходи, раз явился. Попробую оказать достойный прием…

Где-то далеко впереди, словно отодвинулся полог, посреди золотого сияния, яростным огнем, вспыхнул плазменный шар, и Рус, ощутив нечто знакомое, и непроизвольно заикаясь, выдавил из себя:

— Т-т-творец?!

— Эка ты хватил, парень — нет конечно, не Он. Я всего лишь первоэлемент всего живого. Основа жизни до разделения.

— Это как?

— Ну как бы тебе объяснить… всем известно — есть четыре стихийных элемента, так сказать составляющие косную материю Сущего, а я ее население.

— В смысле? — Снова не понял Априус.

— Попробую разъяснить, хватит знаний — поймешь, а нет, то не обессудь. Ваш живой мир делится на пять подмиров, это растения, животные, бактерии, микробы, и вирусы. Животные это все — звери, рыбы, моллюски, рептилии, птицы и насекомые. И все эти подмиры, заключены во мне, я из них состою. С начала времен я здесь, наблюдаю, смотрю, как разрастаются взятые из меня организмы. И изучаю… Ах прости, я не подумал, что тебе больно на меня смотреть, погоди-ка…

Плазменный шар начал угасать, а на его месте возникло такое необычное существо, что Априус чуть позорно не уронил челюсть. Перед ним стоял стрекозо-ящеро-кузнечик, с изрядной примесью птеродактиля, ну и еще пары-тройки знакомых существ.

— Да, и для удобства можешь называть меня Мэйзаном — проговорило существо, уставившись на чародея стрекозиными, фасетчатыми глазами. — Тебя не смущает мой вид? Нет? Ну тогда рассказывай, что тебя сюда привело.

— Ну… — протянул Априус — я искал сферы Абсолюта, хотел взглянуть на Вселенную глазами Создателя…. Ну и понять кое-что…. И проверить…

— Мне почему-то кажется, ты погряз в бесплодных попытках найти верные ответы на свои вопросы — поинтересовался Мэйзан, что-то явно проделывая с окружающим пространством.

Априус и бровью не повел, когда перед ним из золотого сияния материализовался маленький вычурный, платиновый столик, изящный и утонченный, на нем тут же появились два высоких, стакана из дымчатого стекла, несколько ваз с дивными плодами. Стаканы тут же наполнились голубоватой жидкостью, а у столика проявились по паре больших, по виду меховых шаров.

— Да есть такое — немного стушевался Априус, без приглашения опускаясь на импровизированный стул — не разгадал ни загадки прошлого, ни кто я есть такой? Ни марионеткой, в чьих руках я порой бывал…. Ох, прости, сам то я забыл представиться — меня Априусом зовут.

— Ну а меня как уже сказано, можешь называть Мэйзаном, хотя это лишь одно из имен, которые я себе взял. Что до загадок, так на некоторые вопросы я могу тебе помочь найти если не ответы, то хотя бы предположения. Насчет того, кто ты есть такой — отвечу сразу. Но начну с того, что мне по ряду определенных причин, подвластны как некоторые потоки Силы, так и Ведические потоки истинного знания. Я Наблюдатель, многое видевший, многое запечатлевший, и… — существо на миг замолкло — и во многом преуспевший. Скучно, вот и забавляюсь всяким разным… — неопределенно добавило оно. — Так вот, мне кажется ты Даритель Жизни, и принадлежишь к редкой Касте Основателей.

— И кто это такие?

— Скажем так это те, кто собственным решением, собственной волей, создал предпосылки для зарождения жизни в любом ее проявлении. Хочешь конкретный пример?

Априус, утвердительно кивнул, добавив:

— Конечно, конкретика бы не помешала.

— Начнем с того, что не всякий созданный мир, изначально предназначен для жизни. К примеру, планета известная тебе как Ки, была бы попросту сожжена солнцем, по причине близости к нему. Только зародившееся солнце, было настолько яростным, что спалило бы все ее поверхность, за месяцы, но…. Но нашлись те, кто его слегка притушил, пригасили, нет не так, они поставили на этой яростной, звезде специальный ограничитель. Поле, щит, экран, назови, как хочешь. И лучи стали не такими нещадными, губительными, в общем, влияние солнца, ограничили, сделали его умеренным, и тогда предпосылки для возникновения жизни, стали возможны.

— Даже так, никогда бы не подумал.

— Основа для жизни была заложена, потому они и Основатели. К тому же сделано это было безвозмездно, как дар, потому и Дарители. И таких примеров масса. Сфера в начале своего существования, была просто переполнена потоками Силы, остаточными от Сотворения, и внутренними собственными. Вот Основатели и проявились, доделав некоторые элементы, ты последний из них. Ты остановил процесс распада, даровав жизненный уклад для Сферы. И нет твоей вины в том, что Творец, позволил войти в Сферу, своим детищам, дабы они тут Властвовали. Ведь боги что тут уже были, его детьми не являлись, они возникли не по его замыслу. Если убрать временные отрезки, все что было до прихода, Узурпаторов, как принято их называть, было лишь подготовкой. Пример?

Априус снова кивнул.

— Возьмем опять ту же Ки. Ее ведь длительно время населяли ящеры, рептилии всякие там, эоны минули, прежде чем, там появился род людской. Который по одной из моих версий создали те же Основатели, напитав чем-то там комок живой глины, которая была, по сути, прахом, а в прахе частицы всего, что жило на планете миллионы лет. То есть как во мне, все пять миров. В общем, провели подготовку, когда условия стали удовлетворять — бац появляется человек, которому миром и владеть. Так и со Сферой, когда она окончательно устаканилась, что ли, все разложилось по своим местам, звездные системы, галактики там, солнца, планеты, луны, заняли окончательное положение — вот тут и настала пора — прийти тем, кому предназначено Править.

— Ха — запальчиво воскликнул. Априус, а я с этим не согласен, до сих пор.

— Еще бы тебе согласиться, ведь они нарушили весь привычный уклад сформировавшейся системы жизни. А несогласных попросту уничтожали. Но что поделать вопрос стоял просто — быть или не быть. Кто не с нами — тот против нас.

— Ну ладно с этим и так ясно — поспешил прервать болезненную тему Априус. — А что скажешь насчет Смотрящего? Он как проявился?

— Думаю, он был заложен сразу. Чтобы моделировать поведение всего, он отвергатель идеалов, показатель равномерности, идейный указатель если хочешь. В общем, он Высший Закон, направляющий все в правильное русло, и заставляющий соблюдать свод главных заповедей…. Что еще из незыблемых Истин тебе интересует?

Априус задумался, здесь на верхушке Большого Мира, мысли идут совершенно иные. Сейчас он впервые серьезно задумался о том, как во Вселенной появилась Смерть. Была ли она изначально? Или проявилась с первым угасанием Искр Первоначального Огня? И вообще существовала ли она вне Сферы? И чем она является на самом деле?

У древних рас Даарии, Чернобог например не считался абсолютным злом. Он был помимо всего прочего еще и дарителем перерождения, возрождения, после перехода из Живы в Мару. Или по-другому из Жизни в Смерть. Он был еще и возрождением из Смерти. Потому и саму Смерть расценивали как переход, от одного воплощения в другое.

Но что, или кто, она есть на самом деле? Никому не по душе, когда умирает кто-то или что-то. Потому что, таким как было оно, уже не будет. И от нее не убежать, не спрятаться, она многолика и многомерна, способная быть в миллионе мест одновременно, ее жнецы, если уже посланы за кем-то, редко отступают, и жатва идет постоянно. И никто не знает что там за гранью. И Априус, не применил поинтересоваться:

— Скажи, что ты знаешь о Смерти, была ли она всегда?

— Это вопрос из области основ Мироздания. Если подразумевать Смерть как Распад, то да ее не было, ибо не было еще соединения частиц, но как только цикл Жизни начался, появилось и отмирание, прекращение существования, ограничение срока деятельности, замирания, это все ее вотчина. Слово мертвый, тот в ком замерли все процессы, именно и есть конечный продукт жизни. А бессмертие, это вечное движение частиц и энергий, останови его и она придет. Ну это так основы…. Для меня она все так же загадочна, как и сам Творец. А вот ее проявление, множественность образов, вездесущность и всевластие, явно связанны с Балансом, с Вселенским законом уравнивания…

— Понятно. Вопрос все таки больше философский, чем реально практичный… А что насчет душ?

— Тут еще больше тайн. Могу высказать лишь предположения. В первую эпоху существовал круговорот душ в природе.? перерождение, переселение, из человека, в зверя, в дерево, в птицу, и обратно в человека, вечный цикл, оттого все живое и понимало друг друга. Но душа, приобретая опыт, развивалась, разгоралась ярче, вот тут-то и началась охота. И отмершие тела стали сжигать, чтобы души поднимались вверх, устремляясь в некие чертоги атманов. И их начали перехватывать. Тебе известно, что в некоторых мирах одно из имен Великого Птаха, является так же и одним из прозвищ тамошнего Дьявола, извечного оппонента Творца? Нет? Так вот и задумайся над этим. Почему души не уходят обратно к Единому? Может Создатель, потому и прислал этих своих ставленников, что думал они, смогут взять здесь все под свой контроль.

— Ага, только им это не удалось. Мало того, появился еще один борец за души, может вбирать их в себя, не хуже того же Поедателя.

— А что ты хотел, ведь это частицы самого Творца, мощные источники Энергии, вызывающие настоящий экстаз у поглощающего их. А на данный момент, все вообще запуталось, мне кажется все из-за того что в Сфере появились Сущности которых в ней быть не должно.

— Сомневаешься в замысле Создателя?

— Нет, думаю у Него все предусмотрено. Но изначальный план явно претерпел изменения.

— Тут я согласен. Хотя никак не пойму, почему и зачем?

— Может, хочет посмотреть, что получится из всей его задумки в Итоге, а может, вообще занят чем-то другим, потому во внутренние дела управления не вмешивается.

— Но у тебя как я понял, никакого сообщения с Ним нет?

— Нет, и вроде бы не было… Понимаешь тут какая штука, я ведь не сразу осознал себя как личность, да и вообще сижу же внутри Сферы. У этих, что звались его любимцами поначалу вроде было, но это видимо, потому, что они явились сами Извне. Но потом и они утратили эту возможность, сам знаешь, чем все закончилось.

Априус наконец протянул руку и взял предназначенный для него стакан, про себя отмечая, что жидкость в стакане Мэйзана, отличается от его сосуда, и цветом и плотностью. Втянул ноздрями будоражащий запах, попытался определить что это, но знакомых сочетаний не нашел, и просто сделал маленький глоток.

Во рту появилось ни с чем несравнимое ощущение, желудок казалось, радостно подпрыгнул, требуя добавки, и Рус, отхлебнув большой глоток, поинтересовался:

— Как же мне тогда быть? Ни чего не делать я не могу, но и явно вмешиваться надо с большими ресурсами, чем имею. Думал, может, удастся отсюда дозваться Творца…. а раз это невозможно, то не знаю, что и делать.

— Что именно ты хотел узнать у Него?

— Ну, во-первых, как изгнать Поедателя, или может быть преобразовать в нечто совсем другое. Во-вторых, как закупорить все бреши используемые хаоситами, ну и про хозяйничающих в Сфере, его будто бы детках.

— Это кого ты имеешь в виду?

— Да всех, кто прикрывался его Отцовством. В общем, хотелось бы избавиться от всех прорвавшихся Извне. Рожденные же внутри Вселенной сами между собой разберутся.

— Понятно. Но помимо ресурсов тебе понадобится право вмешаться. Вернее не только тебе, а тем, чьи действия попадают на вторую чашу Весов.

— И что мне для этого нужно сделать?

— Тебе необходимо качнуть Весы, так чтобы преимущество получила Темная Сторона, для простоты будем называть ее так. И когда это произойдет, ход будет за тобой. Или в другом варианте за Владеющими Сферой, ты же сохранишь нейтралитет, чтобы опять не было перевеса.

— То есть мне требуется временно перейти на сторону оппонентов Тронного Царства? — Напрягся Априус.

— Не совсем так. Ты должен будешь сыграть такую роль, но так чтобы комар носа не подточил. Думаю, тебе это будет не особо трудно. Требуется обыграть все как следует, чтобы сомнений не было. Но бойся разделения, если тебя разделить на темную и светлую половины, темная будет ужасна, и боюсь, натворит таких делов, что вовек не уладишь. Потому всегда учитывай это.

— Ясно, нужен злодей, что на самом деле не злодей. Придется хорошо подумать. Но это уже чуть погодя, а пока поможешь глянуть на Сферу сверху, хочу видеть всю картину в целом?

— Это можно устроить, но ты попробуй фрукты то, нигде такие не растут, это еще не разветвленная ветвь.

Априус не стал возражать, наобум взял крупный плод, и вонзил в его мякоть крепкие зубы. Сок брызнул на язык, потек по горлу, приятно освежая, Рус, впился в мякоть, откусил хороший кусок, прожевал, пытаясь разобрать вкус, но не преуспел. В меру сладок, и в меру кислый вот и все что знакомо, определить принадлежность плода к разновидности деревьев не удалось.

Мэйзан тем временем, вновь манипулировал с пространством, причем делал это так искусно, что было не понять иллюзия это, или явное изменение. Золотое сияние вокруг исчезло, они оказались будто бы под сводом гигантского, хрустального Купола, что являлся всего лишь видимо доступной верхушкой Сферы. Понимая, что это всего лишь игра его воображения, Рус все равно оторопел, осознав, что стоит буквально на пороге Пределов Хаоса, что должны начинаться за неясной границей Сферы Миров.

А под ним, внизу в виде туманных, перекрученных взвихрений раскинулись галактики и межзвездные пространства. Скопление звезд, пыли, вакуума все это оформленное в огромную систему, которая связана гравитационными силами, вот что представляет собой галактика.

— Их можно разделить на типы — послышался негромкий голос Мэйзана — каждый имеет представление, как выглядит галактика, знакомая тебе похожа на пончик или еще что-то. Но на деле, не все они одинаковы. Смотри вон то скопление, к примеру, назовем ее Объектом Хога похоже на две разных галактики, с ярко-желтой группой звезд в центре и синим кольцом звезд, отделенных друг от друга в пространстве. Но нет — это одна галактика, как, например, известный тебе Сатурн — одна планета с кольцом вокруг. Это тип кольцевой галактики, между прочим довольно редкий. Чаще встречаются, так называемые «Жруны я не смог подобрать другого названия, их типу.

— Это как?

— Ну смотри вон правее — Агр, пример того, что получается, когда две галактики сталкиваются между собой в железной клетке, и только одна, в итоге остается. Галактические столкновения довольно распространены и иногда приводят образованию именно таких галактик. В случае с Arpom, две галактики почти столкнулись друг с другом несколько миллиардов лет назад, и сила тяжести растянула материю между ними. Цикл еще не закончен, и притяжение между ними сыграет свою роль, пока они, в конечном счете, не сольются в одну большую галактику. На данный момент они объединены лишь тонким потоком звезд, газа, и мелких частиц. Вон такой же Ант, еще одна пара галактик, пожирающих друг друга, но намного более продолжительное время. Единственным способом определения, что это две галактики, является желтая группа звезд с обоих концов — они раньше были галактическими центрами. Теперь же они более похожи на одну гигантскую, аморфную каплю, постепенно двигаясь между собой к состоянию равновесия. Большинство из существующих звездных групп в этой галактической паре разделится, прежде чем новая галактика будет полностью сформирована — только самые большие группы переживут слияние… Прости тебе все еще интересно? А то, знаешь ли, у меня никогда не было собеседника, а накопилось всяких знаний много, хочется поделиться.

— Нет что ты, продолжай. Вон про ту, что похожа на широкополую шляпу, что скажешь?

— Я назвал ее Сомбреро, у нее есть большая выпуклость в центре, которая, фактически, составлена из нескольких различных групп звезд. Давно уже ломаю голову, как эти кольца смогли так сформироваться. Также, очень вероятно, что сердце Галактики Сомбреро питает крупную черную дыру. Вот… Вон та на мой взгляд тоже весьма интересна, потому, что очень велика, а большие галактики чаще всего бывают двух видов: спиральные и эллиптические. Зову ее Центавр А, если не всматриваться слишком пристально, то вряд ли можно увидеть в ней, что-то необычное. Но, на самом деле, это единственная эллиптическая галактика, у которой есть и спиральные элементы.

— А вон то, что просто газовое облако?

— Хм, смотри — Мэйзан снова что проделал, и указанная Априусом галактика, словно бы приблизилась. — Южвер, назовем ее так, расположена в созвездии Гидра, на самом деле является одной из самых ярких галактик.

И действительно спустя миг Рус, оценил ее яркие цвета, проявленные в огромном водовороте розового и фиолетового.

— От скуки, я бывало, наблюдаю именно за ней, в ней часто взрываются сверхновые. Розовый цвет — прямой результат деятельности новых звезд, формирующихся в системе, которые выпускают огромную сумму ультрафиолетовой энергии. Эта энергия поглощается окружающей пылью и газом, окрашиваясь в розовый. Южвер пожалуй можно назвать самой симпатичной галактикой, так как она похожа гигантский космический цветок.

— Да, красота. Скажи, а Область занятую Поедателем отсюда можно увидеть?

— Ты имеешь в виду то Ужасное Нечто, что проникло в Сферу, из-за призыва Безумного Мага?

— Ну да.

— К сожалению — нет, слишком далеко. Галактики ведь не сдвинешь в сторону. Да и вообще нужен всевидящий кристалл, чтобы обозревать через такие пространства.

— Жаль, я думал, кое-что прояснится.

— Чтобы прояснить что-то для самого себя, нужна большая Модель. Лучше всего будет использовать сферический Зал, чтобы можно было походить и посмотреть. Или специальные чары, изменяющие определенную долю мозга. Тогда можно будет формировать модель у себя в голове, виализируя наружу… только такие изменения очень болезненны. И помимо всего прочего нужны точные сведения.

— Понятно, тогда позволь мне, немного побыть самому, а потом вернемся к беседам, я охотно послушаю тебя, а заодно и немного помучаю расспросами.

— Хорошо, дашь знать, когда будешь готов продолжать.

Мэйзан, пропал, возвращаясь в свой Чертог, и Априус остался один. Он перетек в демона, решив что, наследство по отцовской линии, может чем-то помочь объять больше, и попытался проникнуть взглядом в необъятные Дали.

Созерцать Сферу с ее самой верхней точки, было невероятно трудно, взгляд смотрящего должен был быть одновременно и всепроникающим и всеобъемлющим. Таким наверное был взгляд пустой глазницы Одина, до того как…. Магическое зрение, конечно, позволяло видеть всесторонне, а не только спереди и с боков, но все же его было явно недостаточно.

С виду Вселенная была безмятежна и величественна, казалось, пульсировала, и по-своему дышала, обозревать ее просторы было поистине завораживающим зрелищем, но ему требовалось видеть глубинную суть, а не поверхностное великолепие. Где-то на этих просторах притаились враги, многочисленные, вездесущие, коварные и хитроумные. Их всех, Всех!!! Требовалось уничтожить, Не потому что они не имели права существовать, нет, а потому что угрожали жизни простых мирян, и их миров. Да и вообще удаляли их Бытие от понятий Идиллии и Гармонии, все дальше и дальше.

Априус внезапно вздрогнул — приближение этой Силы, или ее посланца, он всегда успевал почувствовать слишком поздно, и времени на подготовку не оставалось. И на этот раз спустя всего несколько мгновений прямо в голове Руса, прозвучало:

— Что неугомонный, не успели дать свободу, так ты полез в совсем уж Запретные Области?

— Мне нужна Истина! — Мысленно ответил Рус — не догадки, домыслы и чьи-то разъяснения, а Ясность.

— Понятно, ты никак за Сферу воевать собрался, вон и плацдармы присматриваешь?

— Может быть, и придется. Тебе ли не знать, как мне надоела эта тягомотина. Всю жизнь что-то мешает, двигаться по предназначенному пути, то то, то это, то еще что-то.

— Ну тут ты несколько не прав — как раз все эти факторы внешнего влияния, и сформировали нужный для тебя путь. Может и другие так же, преодолевая трудности и беды, проходят становление, ты не задумывался?

— Путь нужный для меня, но не мне?

— Да, именно так. Из-за всех этих превратностей судьбы, ты и стал тем, кем стал. Более того, теперь ты один из Избранных… кандидатов так сказать в…

— Кандидатов куда?

— Видишь ли, насколько мне известно, Космос по-прежнему необъятен, и может быть, Единому понадобятся помощники…. Нет, не так — последователи. Не зря же сказано по образу и подобию, а это подразумевает следовать ему во всем. То есть может быть и творить свои упорядоченные островки тоже.

— Чего??? — Априус помимо воли округлил глаза, и впервые заговорил вслух. — Думаю, ты один из претендентов, на высокое звание будущих гм… Творцов. Придет срок, пусть и через Вечность, но они понадобятся, более мне не ведомо…. но ты должен понимать, как уже сказано, что сырого вещества в Великом Макрокосме, еще более чем достаточно. Его должен будет кто-то систематизировать, структурировать, сотворить галактики и солнечные системы. Для этого и куются кадры, медленно, по-разному, но зародыши Творцов, появляются, я имею в виду, не управляющих, поставленных на готовенькое, а именно тех, кто сумеет создать. Создать не пустынные шары с гигантскими муравьями, как известные в твое время представители Старшего Потока, а цветущие миры, полные водоносных каналов, морей и океанов, с разнообразным населением, флорой и фауной.

— Да это просто не укладывается в голове — выдохнул Априус — нет, ну растения, еще ладно…. Даже соглашусь на возможность проявления миров, из….Из…. Ну ладно допустим, но творить живых, разумных существ, под силу только Всевышнему!!!

— Кто тебе такое сказал? Эльфов, людей, вообще любых гуманов, да, тут нужен прообраз. Но это тогда когда не видел и не знал, а вот воспроизвести это совсем другое дело, был бы образец. К тому же, Сила сама найдет обладателя, ей тоже нужно средство для воплощения.

— Для меня, пока все это слишком мудрено. Это все равно, что объяснять простому смертному, как разложить самого себя, на мельчайшие частицы, перенестись на другую сторону озера, и снова собрать воедино.

— Что ж придет время, и ты поймешь, а пока вольному воля, с тебя почти сняты все ограничения…. Но если воевать всерьез задумал, то форпосты свои оставь. Да и патрули хоть иногда посылай. Только знаешь, одному идти против всех, не безумно ли это?

— Так я и не собираюсь разворачивать широкомасштабную войну на всю Сферу. Так, нейтрализовать сначала всех тех, кто мешает заняться сугубо Поедателем, и не мне одному.

— И что так вот просто и начнешь?

— Нет, дам немного времени Тронному Царству на наведение порядка, сам же отправлюсь в Дальнюю разведку в неизведанные области окраинных галактик.

— Что ж не могу не пожелать успеха на этом поприще.

Понимая, что представитель Системы, сейчас исчезнет, Априус торопливо проговорил:

— Погоди, что-то я недопонял про кандидатов… это ты серьезно, или это юмор у тебя такой?

— С чего мне тебя морочить? Я направляющий инструмент, а не сбивающий с толку. Идейный Указатель и Направитель, заметь не вдохновитель, а именно первое. Моя задача формировать правильное направление для идей и убеждений. А насчет кандидатов… ну скажем так, происходит некий отбор, несогласованный конкурс, и ты уже в этом списке на участие, потому как оказался в нужное время в нужном месте, ведь тот мир, который вы с… сам, знаешь кем, завершали, это и есть отправная точка. А он ведь расположен уж точно вне Сферы.

При упоминании седьмой Богини, и их совместной работы, в груди Априуса, болезненно кольнуло, судьба вечной девушки, так и осталась не выясненной, впрочем, как и много чего еще. Поэтому порядок в Сфере нужно было наводить однозначно. И если понадобиться, он не побоится призвать к ответу, даже Третью Сторону, будь они, хоть трижды Велики и Всемогущи, хотя, как известно таких не бывает.

Голос в голове пропал, как и не было, и тот, кому так и не нашлось подобающего звания в иерархиях Вселенских Сил, в одиночестве остался взирать на необъятный Мир под своими ногами.

Ему предстоял нелегкий Выбор.

Часть вторая

Глава первая Нетореными Путями

Где-то у самых границ Мироздания, выше всяких Сфер Абсолюта, в золотом сияющем Чертоге, тек неспешный разговор. Там, где тонкая грань между Внешней Тьмой и мирами Порядка, практически сходит на нет, в который раз беседовали Априус и Мэйзан. Они застыли то ли на краю Великой Оси, то ли на верхушке Лерада, который своей кроной, стволом, и корнями охватывает и пронзает всю Мировую Совокупность. И так вот стоя у начала Мироздания, далеко проникающими взорами, они безбоязненно смотрели в разверзавшиеся под собой Провалы и Бездны, раскинутые между воплощенными слоями

— …Так что говоришь никак не увидеть, не разглядеть? И чары не помогут?

— Нет, с некоторых пор, нет. Да и раньше не особо — я же не Всевидящий Творец чтобы все обозревать, и проникать куда угодно. Просто научился кое-чему сам… Изначально мне этого не дано. Вселенная многомерна и многоуровневая, не всякий взгляд способен ее охватить и проникнуть во все Ее планы.

— Да мне и не надо все…. Только просмотреть подступы к Урду. Ну в смысле к Царству Престолов, раз он именно там…. Ну и еще кое-какие прикидки проверить хотел.

— Ты не в силах охватить все сразу, впрочем, как и я — недостаточно расширенное сознание, не тот уровень раскрытия…. Точнее не объяснить. У тебя даже понимание того, что должен увидеть — неправильное. Просто некоторые планы недоступны даже взглядам, таких как мы, потому и модель Сферы кажется нам более простой, а не такой, какой она является на самом деле. А с вторжением Пожирателя, и воцарением нынешних Правящих Властителей, не будем звать их Богами, хотя некоторую божественность они и получили…. целостность картины, которую мне удавалось обозревать, сильно нарушилась. Да, и искажения присутствуют. Тем более что иные Сферы Абсолюта, Чертоги и Домены Духовности, вообще никогда не были доступны моему взору, хоть я и знал, что они есть. Тут уж братья Духи, постарались, чтобы их никто и ни когда не узрел. Так что ничем в этом плане, я тебе помочь не могу. Отсюда так же не увидеть ни пределов захваченных этим ужасным Нечто, ни божественной Обители, ни даже знаменитых на всю Вселенную, Великих Источников. Сокрыты они теперь что ли, не знаю, что стало тому причиной, но не пробиться, как не старайся. Здесь Ось, и Сферу не покрутишь вверх Дном, чтобы понять…

— В общем, не увидать мне ничего, что кажется интересным — с горькой усмешкой подытожил второй, Рус. — Что ж, тут ничего удивительного — Прежние никого не боялись, считали себя всесильными, и потому не особо заботились о сокрытии своего Царственного Мира, но туда все равно никто не мог добраться, за редким, и неожиданным для них исключением. А вот Ключ Познания, как выясняется, они надежно укрыли, и сторожили…. Как и Урд, впрочем.

— Это да, хотя Хвергельмир, например, издревле был сокрыт областями Тьмы, так что с веками туда перестало достигать и мое око. А когда уже нынешние Управители, начали хозяйничать в Мирах, то я как-то утратил к этому интерес….

— Ну а что ты сам, расскажешь, о нынешнем положении дел, в этот огромном Мире, раскинувшемся под нашими, гм… ногами? Может я, тогда что-нибудь и подскажу, или посоветую.

— А что тут скажешь? Я в курсе всего происходящего лишь частично. Не тот уровень, к сожалению — не успел я занять такой трон, чтобы докладывали обо всем и обо всех, ха-ха. Да и ограничили меня в возможностях очень сильно. Скажу лишь одно — на время, разборки противоборствующих Сил, вроде бы приутихли, не то, чтобы сошли на нет, но явных боевых действий нигде не ведется, или же выявить их пока не удается. Или их тщательно скрывают, чтобы не было резонанса… Войны в масштабах одного, двух королевств, какого-нибудь захудалого мира, конечно никогда не утихали, но это совсем не тот уровень, который мог бы привлечь внимание Власть Имущих.

— Пожар начинается с маленькой искорки, или небольшого возгорания…

— Ну не в таких масштабах, чтобы влиять или раскачивать, нужно нечто большее, чем даже вторжения через порталы…. Нашими дозорными, и различного рода наблюдателями выявлено, что основными инициаторами, всех скрытых заговоров, попыток переворотов, мятежей и восстаний, направленных против Тронного Царства, были и остаются все те же загадочные Иные. Загадочные, и скрытные существа, предпочитающие не высовываться из своих таинственных Областей, где они как будто, всегда обитали. Не останавливая свою тайную деятельность ни на миг, они кажутся вездесущими всезнайками, и в тоже время остаются, насколько мне известно, недоступными любым поисковым чарам, и на них порой приходит безумная мысль — работают все: — и амбициозные маги, и нерадивые колдуны, и недобитки черных аколитов, и даже Падшие Боги…. Но если бы все дело было только в них, думаю, с ними бы уже разобрались, хотя это и трудно, ибо они Рой, обладающий коллективным сознанием.

— Ты кого-то конкретного подразумеваешь?

— Ну да, ведь не только они, мешали восстановлению прежней Идиллии, что представляет собой не только стабильность, мир, и гармонию, но и обычное противостояние, в смысле, желание выяснять «кто круче» издревле заложенное в разумных существах. Что поделать даже звери отстаивают свои территории, захватывают новые, и оспаривают первенство в стае. А жгучая жажда злата, власти, и превосходства над другими, присуща не только людям, и думаю, не иссякнет никогда. В общем, таких Сил не мало, и нет, чтобы объединиться, придумать, как избавиться от Пожирателя, а потом уже смотреть идти друг против друга, или же выработать некий компромисс, но куда там… Никто даже на разговор не идет. Ну ладно эти Иные, они с причудами, точнее с прибабахом, а Великолепная Девятка…. Птьху ты, уже Шестерка…. она то что?

— Ты имеешь в виду бывших Узурпаторов…

— Ну да. Только они не совсем узурпаторы, если уж быть до конца честным. До их появления в Сфере, Единых Тронов то не было. В каждом мире, ну или галактике, был свой верховный бог, но он был не всевластен, не всевидящ и не всеведущ, и тем более не всемогущ, хоть мог и называться Всеотцом. А эти Самозванцы, когда появились, создали свою единую Обитель Богов, Царство Правящих Престолов, с повсеместной Мировой Властью, и начали Властвовать, уже по настоящему — над всеми мирами. Так Мировая Совокупность узнала Уахинбара — верховного бога, взгляд которого как плазменный, жгучий огонь, Артэлину — богиню владеющую звездами, Хелекдана — ледяного мастера, Хиршарнага — Властелина глубин, Алату — сияющую, и многих остальных…. Но это не их истинные имена — так прозвища…

— Я понимаю, избегаешь называть…

— Да — старая привычка, чтобы не призвать…. Отсюда и эта данная людям, заповедь — не произноси имена богов всуе, Так вот, не могу понять чего, все они, хотят теперь, после своего свержения? Сначала бежать думали, а теперь что типа потянут весь этот груз? Что, желание отомстить и вернуться, совсем мозг выело? Достали все эти мстители и бунтари…. Потому то, иногда у меня и появляется мысль о полном захвате Власти, в данном случае магической… ресурсов правда маловато, но с другой стороны, сколько еще это может продолжаться? Пойми я не против перемен, хоть и люблю стабильность, но не таким путем, к какому постоянно толкают Миропорядок все эти сверхъестественные Силы.

— Сфера вращается, и потому перемены неизбежны — движение — жизнь, застой — смерть. Но я тебя понял… Ты, поэтому сюда и стремился?

— Ну не совсем сюда…. Но в целом — да, хотел посмотреть Сверху, подумать, принять решение. Может быть, получить совет от Всеотца или Праматери, уж не знаю можно ли на самом деле отнести Сотворителя к какому-то определенному полу…. Мне он всегда являлся, только в виде огромного плазменного Шара, и глас его был уж точно не женский, но это еще, ни о чем не говорит.

— Тебе что являлся Творец???

— Ну я принял его за Творца, несколько раз это были голоса его ипостасей, но один это был истинный Визардас, больно было смотреть. Так что если это был кто-то другой, определить подвох я не сумел. Особо мы не разговаривали.

— Да, дела. Но это же, неоспоримое доказательство того, что он не ушел далеко, и не уснул, предавшись забвению, а все также радеет за свое Детище.

— Я бы так не сказал, он заставил делать э-э маленький мирок, который находился вне Сферы, так что все, что происходит в ней, Его, по-моему, уже мало волнует. Потому я и решил, что пора кончать со всем этим беззаконием, что сейчас творится в мирах. Отловить всех Прежних, что рыскают по Сфере в поисках мощнейших артефактов, и посадить под замок…. А Иных загнать в нору, откуда они вылезли, Поедателя тоже заставить убраться восвояси. Но для этого нужно много Силы и Божественность! А я ни того ни другого, не имею уже давно. Потому это пока только мечты. В общем, хотелось бы обойтись малой кровью, вот я и решился на поиски Истины, в столь отдаленных местах. Потому что ни мед Познания, ни темные Воды Хвергельмира, подсказок не дали…. Правда, я искупался только в одном из них, да и воду не пил.

— Тут, наверное, никто ничего не подскажет…. А насчет захвата — боюсь малой кровью — это не возможно. Или же Власть должна быть Всеобъемлющей, а заклятья мгновенны, точны и покрывающие всю Сферу целиком. Это уровень Творца, не меньше. Но не метишь ли ты…?

— Нет, конечно, я не безумец, выживший из ума. Но Творец, тоже не все так сразу сотворил, как принято думать. И это тоже, до сих пор, кажется невозможным. Вон сколько баек ходит о семидневном сотворении мира. Только все забывают, что время его если и было вообще, то было Божественным, уж в первые Три Дня точно миллионы лет, могли пройти…

— Тебе-то откуда знать? Даже я не помню… Нематериальные области Духовности стали вообще недоступны из знакомых реальностей….

Хотя да, я ведь из завершающей Фазы Творенья.

— Откуда-откуда — чувствую, да и были у меня когда-то первоисточники.

— Первоисточники тоже могут заблуждаться. Побеседовать бы с ними сейчас, да поспрашивать с точки зрения нынешнего опыта.

— Не получится, при всем моем желании — их давно уничтожили, то ли намерено, то ли случайно, и теперь не спросишь.

— Случайностей не бывает. Как правило, они следствие чего-либо…

— То-то и оно, только не хочется так думать, все равно ничего уже не изменить. После первой Вселенской Встряски, мне пришлось долго жить в одном славном мире, так его жители часто полагались на «Авось», и «Небось». И знаешь, у них это работало, вот и я завык немного, оставлять разрешение сложных вопросов именно на эту парочку….

— Чудный мир. Наверное, со своими определенными особенностями и божественными проявлениями.

— Я бы сказал чудесный, и да, там немало было разных исключений из правил, только его тоже уничтожили. Каждая эпоха, отбирала у меня родную планетарную систему, и вот теперь, опять, по крайней мере, две Силы, угрожают всей Сферы, и на кон поставлено ее существование. А целостности картины происходящего как не было, так и нет. С Древом этим, у меня тоже непонятки вышли…. Хоть отсюда думал, увижу, как оно все держит. Ведь по сути — Ось, это должен быть его Ствол, ан нет…. В общем, накладки какие-то, то ли пласты реальностей причудливо наслаиваются, то ли разность метрики измерений, от того и выглядит все по-разному. Свихнуться можно.

— Повторюсь — Вселенная многогранная, многопланова и сложна, и открыта тебе еще не полностью. Да и история с противостоянием Хаоса и Порядка, кстати, началась намного раньше, чем принято считать. С первого мига Творения, если быть точным. На Сферу стараются влиять Силы с наружной ее части. Это не совсем Хаос, нечто адаптированное, и думаю именно оттуда эти Иные, о которых ты говоришь, пытаются вносить свои изменения.

— Вот даже как.

— Да. Я вижу как перестроенные эманации Хаоса, проникают к нам, и не пойму, почему это возможно. Видимо кто-то, когда-то, что-то проделал с огораживающими Барьерами — и паразиты просочились.

— Вот потому, я и хотел разобраться. И тут новые Заклинания ничего не дадут — нужно нечто довременное, в один миг способное отбросить весь этот налет, очистить до кристальной чистоты Скорлупу. А потом заняться и содержимым Мирового «Яйца»…

— Здесь ты ошибаешься — ни одно старое заклятье не способно подчинить себе изменившуюся за миллионы лет материю. Оно рассчитано на иное течение магических потоков, прежние законы Мироздания, и множество различных факторов связанных с движением Всего…. Но я тебя понял, и кое-что подскажу. Только ты еще далеко не готов воспринимать — так что идем, поделюсь кое-какими изысканиями в области магических средств, у меня тут многое накопилось, этого конечно недостаточно для того чтобы взять под контроль сложившуюся ситуацию, но всеже.

— С радостью — воскликнул Априус — а то я больше кого-то учу, а сам почти на одном месте топчусь, нет достойного наставника, чтобы дальше продвинуться. И на всякие открытия я не нахожу правильных решений. Да и ограничили меня…. И еще, муторно мне что-то, так было только однажды, перед первой Вселенской Катастрофой, уничтожившей мой мир, причины ее, вызвавшие, кстати, так и остались за гранью тайны. Так вот я не пророк, но те ощущения навеки отпечатались во мне, что-то будет это точно, поэтому я оставлю тебе координаты. И маршрут к месту, где тебе будут рады, и можно будет рассчитывать на достойный прием.

— Ну раз ты так настаиваешь, то отказываться я не буду. Ладно, двигай своими парными…

Прямо с того места, где они стояли, распахнулись просторы исполинского Зала, накрытого хрустальным сводом, а вот стен он казалось, не имел вовсе. Медленно прорисовался пол, из ромбовидных платиновых плит, на каждой из которых был виден четко выгравированный вязью определенный символ или узор. Наверное, это были самые первые знаки, основавшие письменность в первых культурных цивилизациях Мировой Сферы. Зал был абсолютно пуст, но это еще не значило что там, ничего нет.

И чем дальше шли хозяин и гость, тем сильнее начинали сиять символы на плитах, и одновременно с этим, начали проявляться и материализовыватся различные предметы. Причудливые растения и цветы, в самых разнообразных вазонах, маленькие цветные фонтанчики и гейзеры — проявление Силы, все это возникало словно по мановению волшебной палочки. Поднялись вычурные стеллажи, изящные столики, на которых появлялись тонкие золотые пластинки с гравировкой, и становилось понятно, что блуждать здесь можно годами.

— Ну что приступим? Думаю, тебе понравится.

— Я весь внимание. Готов впитывать, как губка.

— Тогда начнем с некоторых основ, пока еще тебе не знакомых, кое в чем ты должен будешь изменить свои взгляды. К примеру, рассмотрим пространственный переход через собственную тень…

И они приступили.

Вселенная много видела, многое помнила, и ее незримый Дух, и на этот раз все прекрасно осознавал — «тучи» собирались неспроста. Кто-то в очередной раз затевал большую свару, надеясь в смутное время урвать куш побольше…. И это был явно не эти собеседники.

А еще помимо всего прочего, в ранее неизведанных Краях, считавшихся необитаемыми, непригодными для жизни, давно уже вызрело семя раздора, и Вселенную, бесспорно, ожидали очередные потрясения.

* * *

Памятуя, что время все-таки идет, хотя тут возможно и не так быстро, Априус, скрепя сердце, неохотно распрощавшись с Мэйзаном, и покинул его Чертог. И, с некоторым осадком на душе, сразу же устремился в обратный путь. Позади, остались часы, заполненные уроками, и беседами с этим загадочным существом, которого, ничуть не преувеличивая, он бы смог назвать одним из своих учителей. Потому что после Альтара, Вернона, и Ульфара, больше никто не давал ему такое количество знаний безвозмездно, не делился весомыми предположениями и не раскрывал секреты собственных чар.

Полученные сведения, конечно, могли просто остаться лежать мертвым грузом, где-нибудь на задворках памяти, но Априус, давно привык, ни от чего не отказываться, ведь никогда не знаешь, что тебе может пригодиться через сто-двести лет. Главное чтобы память не подводила. А она хоть порой и выкидывала всякие штуки, но в нужные моменты всегда подсовывала все необходимое.

Сейчас оказавшись снова в Гигантском Столбе Света, который на самом деле был ни чем иным, как Великой Осью Сферы, он низринулся вниз по Тоннелю, уже не испытывая ни страха ни тревоги. Просто присоединился к струящемуся вниз потоку Силы, и предался обдумыванию свободно текущих мыслей.

За время, которое уйдет на эту своеобразную дорогу, нужно обуздать царящий в голове беспорядок, пересмотреть тысячелетиями устоявшиеся убеждения, и попытаться обозначить приоритеты. Из сведений поведанных Мэйзаном, выходило, что временное расстояние от гибели Эльдариуса, до первого посещения Асгарда намного больше, чем он предполагал, но вот именно сколько — не сосчитать. За тот период Сфера немало преобразилась, особенно в той части, что касалось метрики пространств, и таким образом многие планеты стали содержать в себе несколько миров, расположенных один за другим, разграниченных между собой океанами, и высочайшими — по шестнадцать тысяч метров в высоту — горами, лежащими в другой временной и спектральной плоскости. Это не укладывалось в голове, как и существа, эти плоскости населяющие, бывшие в сотни раз красивее, разумнее, сильнее, и способнее людей. Между всеми этими мирами как, оказалось, существуют мгновенные переходы, естественно тщательно спрятанные и замаскированные, причем ведущие не только к «соседям», но и на другие планеты. Всех живущих где-либо созданий, между собой, по словам Мэйзана, отличает способ мышления, тип сознания что ли — примитивное, демоническое и полубожественное. И не важно, при этом, как они выглядят — главное это их устремление…

В общем, голова шла кругом, разум не хотел мириться с новыми истинами, но интеллект заставлял его анализировать и сопоставлять, а человеческая часть говорила — что все надо проверить. Потому Априусу ничего не оставалось, как отложить подтверждение многих, из этих новых знаний, до лучших времен. Впрочем, как и много чего прежде.

— Да ребята из Божественной Троицы, над этим, пожалуй, не парились — подумал он зло — божественность легла на плечи и все Знания, уже в голове…. Или меня сдерживает моя человеческая частичка? Может в этом все дело? Но без нее, я бы уже давно плюнул на смертные миры, с их мелкими проблемами, круговорот жизней все равно так просто не прервать, как-нибудь бы выстояли…. Но что сделано, то сделано, а сейчас надо подстегнуть ребят из Тронного Царства, к более радикальным мерам, а для этого им нужен повод…

Рус давно планировал далекую вылазку, и собирался совместить эти два предстоящих похода, в один, а то есть: дальнею разведку и поиск способа дать фору Темной Стороне. Но это так для начала, затем же, все зависело от обстоятельств, и план если и составлять, то многоуровневый, минимум с одиннадцатью вариантами исхода, где он должен выиграть.

— Главное только выставить все как бы в истинном свете, так чтобы даже лично знающий меня Просвещающий поверил — думал Априус — тем более учитывая мое прошлое с Темной Империей, я вполне могу «слететь с катушек», мол, помутился рассудком и все такое. Если задуматься, я, ведь никому ни чего не должен объяснять — сам себе хозяин, хотя кому-кому, а этим двум СверхСилам, кое-чем обязан. Потому что спасали и помогали, не раз. Но как говориться в итоге сочтемся, а пока…. Пока надо воплощать свой тайный замысел. Жаль армию демонов распустил, эх вот бы пригодилась…. Но для войны, которую он задумал, этого все равно было бы мало — нужны иные средства и методы. И армии, и Мощнейшие Заклятия, и Сила, и верные сподвижники — а все это время и изыскания.

Окруженный со всех сторон, желто-оранжевым светом, он летел, опускаясь все ниже, и ниже, поэтому бесконечному, осевому «Шлюзу» — Веселые горки предстояло преодолеть по-новой. Но это были всего лишь временные трудности, и Априус по этому поводу не заморачивался.

— Почти как в детстве — забыв обо всем, восхищался он, — только нет пейзажей вокруг.

Он ускорился еще больше, так, что стало казаться, попросту застыл на месте, на самом же деле понесся так, что если бы кто-то смотрел со стороны, то ничего бы не увидел, лишь на краткий миг заметил бы блеснувшую красноватую вспышку. Хорошо еще, здесь не было ни препятствий, ни поворотов, можно было даже не особо следить за собственным продвижением. Что Априус и делал, снова на ходу обдумывая ближайшие свои действия, после того как прибудет в свою Звездную Цитадель…. Если это был действительно ствол Лерада, то, скорее всего, сейчас Априус двигался по его сокогонному каналу, и не зрел ничего кроме световых волн, даже если там и было что-то еще.

Переход из Света, во Тьму, никого особо не радует, ну разве что кроме тех, кто принадлежит к ночному народу, (только в этой Тьме, никто бы из него не выжил), и сразу после столь блистательного упоения сиянием Колодца, окунаться в Темноту и внешний Холод, Русу совсем не хотелось. Но едва показался конец Гигантского Стержня, выглядевший, как огромное идеально круглое, темное Пятно, он пересилил себя и, сбавив скорость, выскользнул наружу, стараясь просто не растерять себя. На него сразу же надвинулись плотные слои настоящей Черноты, но магическим зрением, он смутно улавливал и какие-то гнилостные серый извивы, тянущиеся отсюда в непроглядную высь и еще что-то неопределенное.

Рус, как и в первый раз подивился отсутствию, чего бы то ни было осязаемого, Хаос видимо лежал немного дальше от Барьеров Творца, чем он себе представлял, а здесь была часть того Ничто, что предшествовала рождению Сферы, уже не Хаос, но еще не Порядок. Сырая, не уплотненная, и не овеществленная Материя? Или что-то другое? Но по-любому все скрывалось в непроглядной Тьме.

Гадать было не ко времени глупо, и едва очутившись в этом пространстве, Априус тут же привязался к едва видимому призрачному Корню, который выглядел и материальным и эфемерным одновременно. И изо всех сил, рванулся вверх, уже почти бездумно, потому что в этом месте, оставаться личностью было, крайне сложно. А где распад личности, там и окончательная Смерть. Потому быстрее прочь отсюда, вверх, туда, где теплые, по сравнению с этим вечным Холодом, Воды Хвергельмира, отсюда кажущиеся такими родными, понятными и несмотря ни на что, гостеприимными. Хотя для того, в ком когда-то обитала так до конца и не разгаданная темная субстанция, они были действительно вполне приемлемы.

Силы начали стремительно истаивать, но вокруг уже, хоть и бездонные Провалы, но для него не смертельные. Нужна еще путеводная нить, следуя по которой можно избегнуть ненужных блужданий, и не проскочить друзей-питомцев.

— Куру!!! — Так, что показалось эхо от зова, разнеслось по всему Мирозданию, позвал Априус.

— Да, Апри!? — Почти тотчас, вопросил куатар.

— Веди меня. А то уж больно штормит что-то…

— Хорошо. Лови импульс, бросаю конец путеводной нити….

Дальше как говорится Априус, поднимался по маяку, что весьма облегчало, и сокращало, весь обратный путь к друзьям мохнатым. Смотри он обычным человеческим зрением, видел бы вокруг одну Темноту, вечную, беззвездную ночь, а так пусть и не очень четко, но различал контуры Исполинского Корня, а по мере подъема отмечал что Тьма, сменяется багровой Мглой, а значит рядом Пределы Клокочущая Котловина, да и Корень значительно утолщался. В другой раз, он бы, наверное, не преминул искупаться и в третьем Источнике, может тот тоже чем-то бы да одарил, но не сегодня.

Багровый отсвет, остался внизу, Корень перешел в Ствол, и Рус, понесся быстрее, развоплощаясь окончательно, и уже просто огненным вихрем поднимался к местам былой родины. Лерад явно искажал пространство, являясь странным мостом, между Слоями Реальности, меж мирами Сферы, меж Областями звездного Света и Тьмы, и те расстояния, которые без него пришлось бы проходить недели, а то и месяцы, Априусу, удавалось покрывать за часы.

Да и поднимался ведь он не к Ветвям, а к началу наземной части Ствола, практически к месту высадки саженца. Ведь во время первого Катаклизма, области его родного мира, сместились настолько сильно, что оказались практически у самого Дна, не достигнув его Провалов. И, наверное, лишь потому, что он Априус, высадил там это Чудо-Древо, которое почти все великие умы Вселенной, считают мифом. АА те, кто не понаслышке помнит Иггдрасиль, как растущий где-то совсем рядом, думают, что он появился, зародившись вместе со Сферой, правду знают единицы, а в масштабах Миропорядка, это означает, что не знает никто. Да наверное, оно и к лучшему. Здесь никто не помнит Первых Дней. Пусть так и будет, незачем кого-то просвещать.

…Куатара с попугаем, он нашел у странного сооружения, напоминавшего недостроенный дольмен, и строителями были явно эти двое.

— Я гляжу, вы времени зря не теряли — оценивая работу своих питомцев, проговорил Априус — камни, где умудрились раздобыть?

— Мало что ли мусора летает — басом ответил снежный кот — если хорошенько поискать, конечно. Ты лучше давай рассказывай, о своем путешествии, или вернее скольжении. А потом достроим, наш памятник.

— Нет, давайте сначала достроим, а все рассказы потом. Я так понимаю, вы хотите использовать дольмен для разных нужд?

— Ну да — согласился Рунин — в первую очередь как лаз, что приведет прямо к логову нашей Своры, это на случай если кому-то кроме нас, удастся им воспользоваться.

— «Кротовая Нора»? — Задумчиво произнес Априус, что-то прикидывая — что ж это может сработать.

— Чего-чего? — Не понял попугай.

— Это термин такой, используемый землянами, для определения пространственно-временного моста, пути между двумя точками. Я вычитал, много чего полезного, пока вы там, у озера прохлаждались.

— Ты сам нас заставил, так что не пеняй. А переход этот, как не называй — суть одна. В дольмене, можно останавливаться, если вдруг понадобится. Ну и еще это памятник погибшим.

— Хорошо придумали. Хвалю за смекалку. О, вы и верхнюю плиту уже добыли?

— Да, осталось только положить, скрепить, и настроить…

— Ага — хмыкнул Априус — а еще соединить два края «моста». В общем, начать и кончить. Что ж давайте займемся, только негоже только один портал ставить, надо еще куда протянуть.

Дальше они переговаривались лишь с помощью обмена мыслеобразами, так быстрей, понятней, и исключены ошибки. Магическая работа закипела, с потоками Силы тут справляться было немного сложнее, но близость к Древу, все облегчала. Потому по истечению нескольких часов, дольмен был закончен. Во всех смыслах его предназначения. На одной из стен витиеватыми рунами было написано «Здесь перестало биться «Сердце Миров».

— Ну что домой? Или еще куда заскочим? — Повернулся Априус к куатару, едва они закончили любоваться аккуратно сложенным дольменом.

— Я бы сказал, давай всеже проверим Гидрониус, и Самариэль, но пока ты отсутствовал я, тоже провел кой-какие изыскания…. В общем, сюда переместился только тот пласт реальности, в котором был Эльдариус и планетарная система Светиуса, от которой осталось только три мира, уцелевшие по причине удаленности, от эпицентра взрыва. И они пусты…. Так что где сейчас находится мир, известный нам как Гидрониус, остается только гадать.

— Ну хоть наше солнце уцелело, и то уже что-то. Под Лучами Светиуса, уже не будет колыбели Жизни, но для нас и этого достаточно. Раз, так, тогда испытаем дольмен, идите вовнутрь, я палицу заберу — не зря же Рунин ее волок, и приду.

Он сходил за древним оружием, неизвестного воина, и пробрался в дольмен, где готовыми к переходу застыли куатар, и сидевший у него на загривке, попугай.

— Готовы? Ну, тогда поехали!

Ключевое слово превратило пол в серебристо-радужное сияние, они вступили в него, и словно игла протыкающая, складки сложенной веером ткани, пронзая слои реальности, понеслись к далекой «Звезде Надежды» А вышли из «Кротовой норы», уже в нагромождении валунов, где обитала Свора. В считанные мгновения их окружили плотным кольцом. Клыкастые пасти распахнуты, глаза наливаются красным, глухое утробное рычание, раздается отовсюду, саблевидные когти, уже выпущены и готовы терзать своих нежданных гостей, еще миг и молодняк, бросится на них. Но видимо быстро распознав негласного хозяина, звери быстро разбежались, и что странно все в одном направлении, а именно к подножию Крепости. Заинтересованный Априус, пошел следом, Рунин сорвался с загривка куатара, и взмыв вверх, начал кружить над головами, Куру же, в шутку отбиваясь от пытавшихся играть с ним, толстозадых щенков, последовал за приятелем.

Причина повышенного интереса котопсов, к крепостной стене, выяснилась сразу. На западной лучевой ее части, сидели Яша с Охтаром, что уже забавное зрелище, и развлекались, тем, что разрывали на куски, чуть прожаренные кабаньи туши, и скармливали их беснующейся внизу Своре. Котопесики ошалев от такой неожиданной прихоти соседей, просто обжирались, что называется впрок.

Априус хотел, было прикрикнуть на них, что зря тратят припасы, но не стал, подумав, что сам же, в этом и виноват — не занял их как следует, вот и проказничают, видимо обпившись настойки, что готовят карлики-повара.

— Ничего — тихо пообещал он — скоро я найду вам всем достойное занятие, мало не покажется. А то скучно им видите ли…

Миг, другой, телепортация, и они во внутреннем дворе Крепости. Гиль-Эстэль встретила их запустением, и какой-то непривычной угрюмостью, хотя крепости все такие, но эта, то была не простая, потому от нее ожидали большего. Ее обитатели и раньше были не столь многочисленны, а теперь так вообще замковый двор практически пустовал.

— Надо было основать тут племя — мельком подумал Рус — времени для этого было полно…. Не было бы сейчас так пусто.

Вернуть бы время назад, он бы много чего сделал по-другому, и скорее всего, попробовал сотворить «Звезду Надежды» если не изначально летающей, то хотя бы предусмотрел такую возможность, ведь пред самой битвой с Богами, заставил полетать, не одну такую махину, а несколько. Правда для этого необходимы были редкие кристаллы, но их добыча, не столь уже и не выполнима. Конечно, те башни, были не в пример меньше, больше напоминали укрепленный донжон, но всеже кое-как летали…

— Да только переделывать все уже поздно — на ходу, констатировал он — поэтому надо, как и раньше устроить отбор бессмертных, выявить среди них самых верных, и заполнить ими эти пустующие стены. Только все это будет не сразу, так что можно отложить на долгое потом, пока же нужно призвать обратно Харея, пусть приведет «Версар», ведь после гостин у Мэйзана, теперь есть, чем подпитать корабль, который уже стал чуть ли, не тихоходным.

Пока Дрендом, Хитар, и иже с ними куют новые легионы, вновь создавая армии Царств Ночи, он Априус, с оставшимися в Секторе дозорными отправится в Дальнюю разведку, такую долгожданную, и обещанную как себе самому, так и своим людям. Надо только если не стать другими, то, по крайней мере, такими казаться…..

Как только, Априус с куатаром, двинулись в направлении донжона, гном и недодракон, бросив свое занятие, поспешили кубарем скатиться по лестнице, намереваясь приветствовать вернувшихся друзей. По-своему, смешно было смотреть, как царь наугримов, в свое время погибший от яда первого дракона, с неподобающей ему веселостью и простотой вприпрыжку, бежит рядом с представителем, того же рода. Яша понятно ковылял смешно и задорно, и никаким таким страшным драконом, сейчас не выглядел.

Априус не удержался и расставил руки для объятий, дружественных для гнома, и отцовских для желтопузой, прямоходящей и забавной, рептилии. А им навстречу, из дверного проема главной башни, выскочил Картус, а вслед за ним показался заросший, и опухший Тано, которого, по-видимому, брали с собой на свое гульбище хирдманы, и тот еще не отошел. С задней части двора донесся лай, и оттуда тут же появились спешащие эльфы, из личного отряда Руса, эти в отличие от остальных, никакой временной свободы не получали. Их служба прерваться не могла, потому покой им только снился, но они от этого не страдали.

— Повелитель! Лорд! Эсгалдирн! — Раздались радостные возгласы, и к ним со всех сторон бросились остававшиеся тут воители.

Как всегда начались бурные приветствия, обмены репликами, и шутками, Априус подождал, пока утихнут радостные возгласы, и приказал ужу другим тоном:

— Вызовите всех, тех, кто не отправился в Пятимирье и Арду, кое-что намечается, так что пусть не замедлят явиться. Если пожелают, конечно — это не приказ.

Он повернулся к горстке эльфов, остаткам когда-то крупного отряда, сформированного для его личной охраны и спецпоручений. Уцелели только, четверо из двенадцати, четверо не самых ловких и умелых, а просто бессмертных, а точнее долгоживущих, ибо убить их можно легко. Эльфы: Эсканэль, Элур, Янтэ, и Эстэль, не те знаменитые высокие красавцы, и красавицы, которых знавал, к примеру, Охтар, как раз наоборот. Все они низкорослые, тонкие как тростник, и от этого юркие и пронырливые, имеющие остроконечные уши, желтые миндалевидные глаза, и темные волосы, свободно спадающие на плечи. Лица их были довольно симпатичны, и по-своему притягательны. И мужчины и женщины, обладали редким умением пользоваться духовыми трубками, и считались непревзойденными мастерами, правда, после гоблинов, которых больше нет с ними.

— Что у вас, разузнали хоть, что-то?

Эльфы смущенно, переглянулись, вперед выдвинулся Элур, и почему-то полушепотом проговорил:

— Прости кэнат, узнать ничего не удалось. Так что докладывать нечего. Слишком тайно действуют эти выскочки, а в Андориносе, сам знаешь как с новостями, пока кто-то пришлый не объявится, ни сплетен, ни слухов, извне не будет.

— Понятно, не в наших значит краях, орудуют. Что ж, будем выяснять иначе. Хотя нам от их дел, ни холодно не жарко, но всеже, знать необходимо. Чует мое сердце, они еще себя проявят…. Не раз ведь уже бывало, что таким вот непонятно откуда вылезшим ребятам, удавалось громко заявить о себе. Если конечно они проживали больше трех сотен лет.

— Ты думаешь, эти таинственные колдуны могут быть опасны в дальнейшем? — Поинтересовался куатар — типа как тот же Потрясатель Небес, вначале казавшийся просто молодым смутьяном?

— Все, кто свободно передвигается по Сфере, и может оперировать потоками Силы, изначально опасны, а если у них еще и «вавка» в голове, считай, опасны втройне. Потому я и хотел выяснить — кто они такие, откуда пришли, где чаще всего появляются и как проявляют свое искусство. Ну или хотя бы, сколько их? В принципе нам особого дела нет, даже новый состав ордена Предела, и тот нам никаких неприятностей не доставил, а эти, если останутся где-то там…. тем более не интересны, но повторюсь — узнать бы хоть что-то про них, не помешает. А то нарвемся на парочку таких вот загадочных магов, где-нибудь на окраине, и можем оказаться в очень нехорошей ситуации. Не забывай мы далеко, не всесильны, а заклятия все время совершенствуются, становясь изощренней, многоуровневой, и с привязкой к морали жертвы.

— А тебя случайно нигде не подменили? — Усаживаясь на плечо хозяина, вопросил Рунин — на себя не похож… Несешь какую-то ересь все чаще и чаще. Все перестраховываешься, подготавливаешься, шага не сделаешь не продумав. Прямо Лодур, Тонар, и Бор, вместе взятые. Не пора ли вновь стать тем Априусом, с которым я покинул Асгард?

— Может и пора, но я предостаточно натерпелся, пока вы спали, окутанные чарами Забвения, в сухой и теплой пещере, в подземельях Агатона. Мне пришлось, в чьей шкуре только не побывать…. Больше не хочу. Лучше заранее продумать один точный удар, чем наносить десяток, практически наугад, на ходу продумывая тактику.

— Все равно, не то это, удали нет — буркнул попугай. — Ко всему не подготовишься, и все не просчитаешь…. Да и еще это — кто не успел, тот опоздал.

— Смотри, накаркаешь. Ты ж иногда как говориться зришь в корень.

— Тоже мне, нашелся удалец — проворчал и Куру — вечно набедокуришь, а потом носишься как угорелый, всем своим видом говоря: — Спасайте меня, а то их слишком много, сейчас хвост поджарят…. А потом смотришь клювом в землю и бормочешь — я как-то не подумал, ну с кем не бывает…

— Хорош трепаться — оборвал Априус, не в меру разошедшихся, при подручных, друзей — идемте в беседку, перекусим, а потом пора бы и в поместье наведаться. Что-то не спокойно мне как-то. Достали эти смутные тревоги, беспочвенные и ни чем не подтвержденные.

— А ты как хотел? — Изумился куатар — Чтобы такие Заклинания, которые ты применил, и не давали побочного эффекта? Это невозможно, все тревоги миров Сектора, так или иначе, ты будешь ощущать всегда…. Как и мы впрочем.

— Ладно, умники, потопали. Но тебя Рунин, я услышал — обещаю — скоро все изменится. — И они отправились к внутреннему озеру.

Эту беседку, почему-то любили все. Может из-за ее приближенности к природе, она была вся целиком из дерева, причем оплетена со всех сторон, живой растительностью. Простой стол, без всяческих излишеств, лавки по периметру, вот и все, что было в ней. Ни куда не пожелавшие уходить, и все это время, не покидавшие замок, повара-карлики, притащили казан с дурманяще пахнувшей, и еще булькающей мясной похлебкой, водрузили его прямо на стол, в момент, окружив глиняными мисками, разного размера, как пустыми, так и со всякой всячиной. Для увеличения аппетита, сервировали глубокими, деревянными ложками, которыми так удобно и приятно зачерпывать наваристую жидкость. Запах распространился по округе, щекоча ноздри, и заставляя слюну обильно выделяться, потому все, даже не испытывающие голода, поспешили за стол. Перья зеленого лука и чеснока, еще больше раззадорили аппетит, а ломти грубого, житного хлеба, прямо таки пышущие жаром печи, так вообще оборвали любые другие мыли, кроме как утоление непонятно откуда взявшегося голода.

Вскоре похлебки как не бывало, следом за ней, последовал зажаренный на огне, кабан, настоящий вепрь, такому трофею позавидовал бы любой охотник.

— Где только и умудрились достать, такого? — Удивился Рус.

Но спрашивать не стал, просто голову, и переднюю, часть туши отдал Яше и Куру — особых едоков сейчас за столом не было, а тем, кто присутствовал, хватит и оставшейся половины. Априус сам налил себе немного кислого вина, выпил залпом, и, поднявшись, распорядился:

— Вы тут поройтесь, хорошенька в своих закромах, да оружейном арсенале — надо доспехи и оружие подыскать, как можно более устрашающего вида. Шипы там всякие чтобы были, выпуклости, чеканка, знаю, что неудобно, но именно такие и нужны. Я пока отлучусь в поместье, вы же дожидайтесь «Версар», хирдманов и остальных, кто не отбыл. Менгафара с дюжиной тоже позовите, ему особая роль выпадает. И проведите ряд тренировочных боев, а то жиром уже позарастали. Лусиарцы, чтобы все побрились, и волосы коротко остригли, усы, как хотите, а то я скоро путать начну, кто есть кто. А в бою присматриваться, или определять суть, некогда. Ну, все бывайте, И уже зверокоманде — Куру. Яша, хватит костями трещать, мяса вам мало что ли? Идемте, проведаем наших домочадцев…

Быстро покинув беседку, и пройдя в донжон, Рус, толкнул Дверь, открывающую звездный коридор, ведущий прямиком, к пределам Андориноса, пропустил туда зверушек, проследил за полетом черной стрелы, стремительно метнувшейся вслед за ними, и прошел сам. Быстрое мелькание звезд, небольшое головокружение, побочный эффект быстрого перехода, и все — они уже на плоском планетоиде, где раскинулся мир-ярмарка.

…Бакхор гостеприимно распахнул свои объятия, они оказались практически у самых пределов поместья, и первыми встретили, выпасаемых Саяром, самых отборных крылатых единорогов которых оберегало два довольно крупных уже щенка церберов. С приобретением этих угодий, сюда перекочевал практически весь зверинец, ведь как не крути, а животным тут было намного лучше, чем в Адабе, или Гиль-Эстэль. Пегароги — скрещенные породы пегасов и единорогов, мирно паслись, практически ни чем, не отличаясь в повадках от обычных коней, только в глазах светилось нечто такое, что говорило о разуме, и многие аборигены диких миров, поклонялись бы им как божествам. Но не здесь, тут это были просто боевые жеребцы и кобылицы, которых определенным образом обучали, и буквально с рождения, учили ходить или летать вне пределов мира.

Обилие разнообразных нелетающих птиц, виднелось чуть дальше у озера, то и дело доносились их хриплые крики, на которые сразу же реагировали щенки церберов, уже потомство, тех, кто еще недавно сам был слепым кутенком. Рунин, тут же воспользовался возможностью погонять далеких сородичей, и отправился в их сторону, но скорее всего, скоро отправится в облет всего Бакхора.

Саяр осторожно на длинном поводу, водил огромного, черного жеребца, и видно было что тому, это никак не по нраву. Крупный и сильно отличающийся от всех остальных, кеплерп, первый и пока единственный из нового вида, сразу же забил еще пока слабыми крыльями, уперся всеми четырьмя, и уставился на приближающихся друзей. Априус, уловил мыслеобразы приветствия, и почти что требование избавить его, от этого скотского обращения, он вольный жеребец, и узду не потерпит. Рус, кивнул Саяру, в знак приветствия, послал ответное пожелание Альфу, а именно так звала его мать-кобыла, потому ни какие другие клички, тот бы не потерпел.

На этого жеребца, Рус возлагал большие надежды, и берег его для себя, но вот только никак не мог, найти время для необходимого обучения. Мать его была из кеплианок, что в Эскоре, считались демоническими скакунами, обладающими несвойственным лошадям разумом, огромной силой, выносливостью, и по причине древнего колдовства, служившие Тьме, или как там ее называли Тени. От того их там боялись и уничтожали. Но на самом деле, эти создания были великолепными друзьями, если позволяли, конечно, эту дружбу водить.

С взрослыми жеребцами, правда такое было невозможно, а вот с кобылами и жеребятам, совсем другое дело. Четыре особи этих самых кеплианцев, Менгафар, когда-то вывел из того загадочного Колдовского мира, где обитало множество ведьм, и в древности жили Великие чародеи, оставившие порой, ужасное наследие. Тот мир был очень интересен, но установившее там шаткое равновесие, не позволило разгадать тайны Предтеч, что по-прежнему хранили некоторые земли, но кое-что дозорные, оттуда всеже, умыкнули.

И вот теперь, уже много сотен лет, потомство выходцев из Эскора, верно служило обитателям Бакхора и Гиль-Эстэль. Как ездовые и бойцовые кони, способные самостоятельно выполнить несложное поручение, или быть надежным скакуном в бою, причем тоже активно сражающимся. Но этот жеребец, был еще более, особенным.

— Саяр! Отпусти его — приказал Рус — не видишь, что ли — не нравится ему? Терпит только из уважения к тебе. Иначе так бы влупил копытом, что ты давно уже бы звездочки созерцал.

— Да я просто боялся его отпустить — начал оправдываться тот — а вдруг сбежит, уж больно вольнолюбивый. Гоняйся потом за ним как угорелый… Вы надолго к нам, или как? Как дела то вообще?

— Как получится, только не надо, устраивать из этого событие. Кто в поместье есть, на данный момент?

— Да почти никого. Женский состав так сказать, да малышня.

— Под женским составом ты кого имеешь в виду?

— Ну, хозяек я не считаю. А так тут Вельда, Вильварин, Услада, и Эллина, Ее Харей сюда перетащил, перед отбытием.

— А где он ее прятал?

— Я почем знаю, он же скитается все время, может, держал, где на перепутье, а может в Андориносе обитала.

— Ясно, а из этих неуемных хирдманов, кто-нибудь наведывался?

— Нет, они после гульбы в тавернах Андориноса, отправились в нашу Корчму, уже после второго, твоего отбытия, а потом через Перепутье, еще куда-то. И до сих пор, так и не возвращались. Громят, наверное, какое-то побережье в своей, как ее там… Нордалии, ты же им не запретил, а старые привычки они знаешь, нет-нет, да и проявятся. Раз попробовавший грабить, и в другой раз не устоит перед искушением.

— Ну с Атарком, и остальными его земляками понятно. А Лазик, ведь совсем из другого мира, ему-то это зачем?

— Да откуда же мне знать? Может, он еще куда отправился, а может, спелись уже до того, что не могут по отдельности. Ведь Вахта то их совместная, длилась не один век, они уже тогда, стали больше чем побратимы. Тем более Лазику без Ротаря, как бы тоже не резон куда-то соваться, а ты Ротаря, на «Версаре» отправил. А так они все вместе почитай старой командой, молодость вспомнят…

— Это да, они вообще из нас самые старые, ибо не спали вовсе. Я ведь сразу после битвы с Узурпаторами, их патрулировать отправил, так что они тьму веков без всяких заклятий продержались, на одном честном слове. И конечно благодаря ПраТьме…. В палубу «Версара» вросли почитай, когда я их обратно призвал — Рунин рассказывал — инеем покрылись, и даже скрипели поначалу, когда двигаться пришлось. Так что пусть душу отведут, так как хотят, а не как получится. Кстати, я тут один поход продумываю, ты, как настроен, попутешествовать, или тут побудешь? Мне нужен кто-то надежный, присмотреть за близняшками, а то что-то уж, больно, тихо ведут себя, как бы чего не вышло?

— Да я пожалуй останусь. На кого все это бросишь? — Бывший глашатай воли императора, кивнул на пасущихся копытных, и обширные владения поместья — Так что за всем и присмотрю. Да вон Лукас и Лафаэт, просят научить, в седле справно управляться, так, что на пару месяцев занятие у меня есть.

— Вот и ладненько, в помощь дать кого?

— Да зачем? Тут прислуги хватает. Вилисиль как-то набрала, из марлунгов, они хоть и туповаты, зато верные как собаки и трудолюбивые. Да и живут лет по триста. Проку много, а мороки никакой. Так что мне никого и не надо — сам управлюсь.

— Замечательно, тогда мы пошли, а ты догоняй, как закончишь.

Они втроем, потому что Рунина, давно и след простыл, двинулись к задним воротам, издалека наблюдая, как на подворье выбегают дети, а вслед за теми, и радостно взволнованные жены. Приближение Априуса с друзьями, давно почувствовали почти все домочадцы, а чуть позже и заметили остальные. Наверное, впервые в жизни Априус, увидел своих жен, не в нарядных платьях, или любимой боевой одежде из кожи, а одетых в простые юбки и легкие блузы, что не совсем им подходили, но конспирация так сказать, без нее никуда. Другие дамы были одеты примерно так же, только Услада была облачена в сарафан, и ее волосы были заплетены в длинную косу. Хитару в чем-то можно было даже позавидовать.

Рус ощутил горькое сожаление — вот к чему привели века, проведенные на Страже, его боевые подруги выглядят, чуть ли не как крестьянки, или жены мелких торговцев. А ведь каждая из них, спокойно могла претендовать на высокий титул, и жить не просто в королевском дворце, а обитать в небесных чертогах, освещая свой красотой и божественностью подвластные земли…

Почти так конечно уже было, но чем все закончилось? Нет, это не та участь, которую он бы желал своим женам, и боевым подругам, да и вообще всем своим соратникам. Что ж, может и настает пора все изменить, и возвести своих ставленниц на высокие троны. Только для этого надо выиграть Вселенскую Битву, а она возможна только, при условии упрочнения собственной власти в Сфере Миров… А пока, она, эта Власть, как бы назначенная, он просто выполняет чьи-то условия, но не как не тянет на настоящего Претендента. Единственная область, на которую он имеет право претендовать — безжизненна, но есть еще и Пятимирье, в котором он так и не успел стать, невидимым, но явно влияющим на развитие миров, богом. Но не все еще потеряно, и не непоправимо…

Априус широко расставил руки, намереваясь заключить в свои объятия, одновременно и бросившихся к нему внуков близнецов, и спешащих за ними жен. В груди разлилась теплота, все-таки семья и друзья это все — главная составляющая счастья и благополучия. Хоть и живут они не все вместе, а порознь, но все-таки.

— Но все, все хватит, дайте поздороваться с остальными — прервал он порыв соскучившихся супруг. Впрочем, не всегда бывших ими — когда-то они явились за ним, в виде Жниц, и не просто убить, а чтобы утащить в Чертоги Смерти… — вон лучше поприветствуйте Куру и Яшу. А вообще идем в дом, расскажите, как вам тут жилось без меня.

— Само собой расскажем — хитро улыбнулась Вилисиль — только после того как расскажешь ты.

— Ну, я бы предпочла рассказам нечто другое — намекающее проговорила Кулури — а то ты забыл, что мы женщины, требующие конкретного внимания. И это внимание заменит только добрая схватка на равнинах…. Но мы и этого лишены. А рассказами вон близнецов потешишь. Они ой как жаждут послушать.

— Хорошо договорились, но для начала вы порадуйте нас тем, что вы тут навыращивали — не зря же, с таким огромным садом поместье покупали. Есть чем удивить?

— Ну ты нас совсем уже за каких-то земельных клуш не держи — показала острые зубки Вилисиль — это садовники, пусть разбираются, что там да как растет. Мы сюда переехали, чтобы с людьми общаться….

— Ну-ну — скептически хмыкнул Априус — что-то я не заметил ни новых подруг, ни вас спешащих на бал в изысканных повозках.

— Не все так сразу — насупила брови девушка — мы же еще не обжились, как следует. С соседями только раззнакомились, знакомства старые то уже тю-тю, за минувшие века, никто из университетских подруг, да друзей не придумал средство для бессмертия, как ни старались, максимум это лет пятьсот прожили, но все равно костлявая их забрала…. Так что в городе, если и остался кто из наших приятельниц, так это эльфийки, а им знать о нашей сути ни к чему, вот мы, и избегаем их, а новых хороших, знакомых так быстро не заведешь.

— Понятно. Но вы сильно и не старайтесь, боюсь, как бы нам не пришлось уходить в Скрытый Предел…

— Что-то случилось? — Встрепенулась Вилисиль.

— Стал бы я рассусоливать, если бы что-то случилось? — так предчувствие…

Так разговаривая на ходу, они миновали двор, поднялись на крыльцо двухэтажного особняка, и остановились, наткнувшись на огромного кота, что преградил вход.

— Ого, как вымахал! — Удивленно воскликнул Априус, с трудом признавая в большом, размером с крупную рысь, котяре, маленького котенка которого сам же подарил внукам на день рождения. — Привет ушастый, че глаза то такие дикие, ты же домашний? Дашь пройти?

Кот, внимательно осмотрел всех новоприбывших, не смутился от прямого взгляда куатара, демонстративно выпустил, и втянул внушительного вида когти, а потом неторопливо отошел в сторону.

— Он знаете, как сторожит — запальчиво выпалил Лукас, глядя на своего любимца, даже церберы так не могут. Ни лая, ни рычания, мурчит себе потихоньку, зато мимо поместья ни одна, не то, что мышь, даже ящерица незамеченной не проскользнет.

— Ну, для того он вам и подарен — улыбнулся Априус — чтобы и защитить в случае надобности, и волшбу чужую почуять. Церберы и впрямь на такое не способны, они магию чуют плохо, и запоздало. Тут вам, конечно, бояться нечего, но в будущем этот котик, сослужит хорошую службу — его лично Куру, выбирал.

Так на ходу обмениваясь репликами, они все вместе прошли на веранду, где стояли плетеные кресла, и несколько таких же плетенных, круглых столов. На столах, в изящных вазочках, только собранная, клубника, малина, и рубиновая смородина, а также широкие тарелки, со стопками блинов. Вдобавок ко всему этому по несколько кувшинов с охлажденным молоком.

Детвора вмиг уселась, и приступила к еде, свежий воздух очень способствовал их аппетиту, Яша тоже не заставил себя ждать, как и внезапно появившийся Рунин, Априус, только покачал головой, и последовал их примеру, хоть и был не голоден, но вид крупных спелых ягод, привлечет и сытого.

Неспешно потекла беседе, вначале делились новостями вкратце, затем уже более подробно и обстоятельно уточняли всякие мелочи, Априус больше выспрашивал, чем рассказывал сам. Жизнь вблизи Андориноса, все равно незаметно, меняла их, и это сказывалось на поведении. Будь он с близняшками наедине, может, и поведал бы о своих «Веселых Горках» а так просто вкратце, без подробностей, рассказал о встрече с Кэфентом и Дейдрой. И об их совместном путешествии сквозь миры, Черном Лесе, и лишь частично затронул тему Источников.

Затем, когда поднялись в комнаты где-то около пары часов, посветил внукам, отвечая на массу вопросов, и рассказывая истории из собственной жизни, и только ближе к вечеру, предоставил себя в распоряжение жен. Они им и занялись, причем как, всегда не давали передыху до самого утра. Но Рус, и не возражал, намечалась еще более длительная отлучка, а взять их с собой он не мог, иначе этого затребовал бы весь экипаж. Оставалось только надеяться на разность течения времени, выдержали же они как-то, пока шло обучение в Университете, а он обследовал только что полученный Сектор, и это не много немало заняло пять лет. Так что, как-то да перетерпят.

Утром, Априус в кровати залеживаться не стал, сбегал к озеру искупался, позавтракал вместе со всеми, наслаждаясь часами покоя и умиротворенности, а потом, чуть пройдясь по окрестностям, отправился в город-базар, не утративший своей сути, даже за минувшие века. Хоть в нем и были целые кварталы посвященный разным ремеслам, университеты и школы, но все равно торг, был, и оставался главным приоритетом развития городского направления. Именно тут заключались сделки, которые и представить не могли, жители благополучных миров, и это были не торговые соглашения, хотя конечно здесь решалось и множество других вопросов, велись переговоры, разрешались споры, устраивались игры с большим кушем на кону, и множество всяческих состязаний разнообразило местный быт.

Немного прогулявшись по окрестностям поместья, Априус перенесся в одну из торговых лавок, принадлежащих его семье, и уже оттуда отправился в нужные кварталы. Где первым делом выяснил что Проныра, действительно набрав отряд, вместе с Кэфентом и Дейдрой, отправились налаживать обстановку в Черном Лесу, и вестей от них пока не было. А это значило что в ближайшие месяцы, они уж точно будут заняты, и потому за их судьбу беспокоится, не стоило, хотя конечно о ловушке, оставленной там, на случай появления владельца тех угодий, сообщить бы следовало, но было уже поздно. Кэфент, не новичок, а теперь еще и знает куда больше прежнего, так что разберется.

Проходя через арку городских ворот, с трудом подавил желание по пути обратно, заглянуть в Адаб, там он теперь бывал редко, по причине того, что замок стал своеобразным общежитием, где обитали не только его внуки, но и потомки его подручных. А поскольку их внуки это не они сами, то чем меньше о нем знают, тем лучше. Со своими же детьми и внуками, теперь он мог видеться и в поместье, а значит замок у моря, только для посредников. К сожалению.

— С этим тоже надо что-то решать — мысленно прокручивая варианты, подумал Априус — пусть настроят себе хоть дворцы, денег хватает, а мой первый замок, надо возвратить в собственное владение. Хотя опять же кого туда селить? Нас и так горстка осталась, чтобы разбредаться по всем этим хоромам.

Вернувшись в поместье, он еще три дня уделял свое внимание женам и внукам, вместе они гуляли по окрестностям, купались в озере, и бесконечно беседовали, в дневное время, разумеется. Яша, Куру, и попугай, от скуки устроили для близнецов Лукаса и Лафаэта, настоящее миниприключение, и те отправились в небольшой поход, без взрослых. Вот тогда-то Кулури и Вил, вспомнили времена, когда они были просто его наложницами, ну и боевыми подругами малость….

Рус не знал, сколько может продлиться планируемая разлука, поэтому, старался максимально освежить все воспоминания о себе для всех домочадцев. Так прошло три дня, конечно, этому можно было предаваться и дольше, но как говорится «труба звала» и на четвертый день, устроив прощальный завтрак, они распрощались, и тем же путем, возвратились в Гиль-Эстэль. Надо было спешить, закончить все приготовления к походу, пока чего-нибудь не стряслось, что часто случалось прежде, едва он куда-то собирался.

…Прямой путь, иначе именуемый «Звездным Коридором», привел обратно в Гиль-Эстэль, где все уже с нетерпением ждали своего лорда. Пройдя через звездную дверь, они вновь оказались в донжоне, и сразу прошли во двор, поинтересоваться, не прибыл ли кто из прежних «обходчиков»? Но этого не понадобилось — в озере, Рус, с радостью обнаружил стоявший на приколе «Версар», и всех своих вояк, из числа тех, кто был отобран для похода. А других, своих подручных он, сразу заметил, во дворе крепости — не сиделось им теперь в каменных застенках, как бы искусно те не были украшены и обустроены. Свобода манила, но долг сдерживал неистовый порыв души.

Улыбаясь, Априус принялся рассматривать соратников. Немного исхудавшие, с обветренными лицами воины из бывшей команды «Властелина Морей», просто сияли от полученного удовольствия — отпуск явно удался. Видимо повеселились на славу, и под парусом походили, бороздя просторы льдистых морей, и может, даже устроили несколько шуточных набегов. А может ни таких, уж и шуточных. Хотелось верить, что от старых пагубных привычек они освободились еще до службы в его таинственном патруле. Но чужая душа — потемки. Вроде светла и чиста, а тут раз тебе и как выкинет что-нибудь…. В любом случае он был рад их возвращению, и тому, что они не пустились в дальние странствия, или столь же длительный загул, хотя могли, и имели полное право.

Харей, Богар, и Ротарь, наоборот выглядели усталыми, даже изнуренными, но отрапортовали прямо у дверей донжона, не дожидаясь пока пригласят вовнутрь и усядутся за столы. Вскоре выяснилась причина их спешки. Но пока же, они четко, и быстро доложив о начале формирования первых легионов, по старинному принципу набираемых из разных племен, которые не смешивались внутри, и трибуном каждого становился клановый вождь.

— Так что, обучение началось — закончил Богар, после того как Априус выслушал всех троих — Только народу там все еще маловато, холод и засуха уменьшил численность племен втрое, если не вчетверо. Потому мы старались не трогать города, и крупные селения — пусть себе развиваются. Армии, какие есть, тоже не трогали, то местная стража не более того, а вот захудалые племена, деревушки, аулы, и кишлаки загребли все. Женщин, детей, стариков, и мужчин постарше под руководством Анэльты переселили ближе к столице, там нашлось куда. В общем Хитар теперь гоняет их по маршам, и обучает слаженным действиям в Хрутаре, Кронк и Тагар в Схоре, ну а мы помогли набрать рекрутов в Лундоре, подготовили всех как надо, и оставили там все на Берлиара и Рагния. Остальные наши воины рассредоточились, кто где, помогают, как могут. Так что думаю, месяцев через семь-восемь они будут уже готовы, да только вот тренировки, тренировками, а где пройти проверку боем?

— Да, с этим сложнее — нахмурившись, проговорил чародей — сражаться против тупых чудищ это одно, а против прекрасно вооруженных, умелых, и уравновешенных ветеранов, которые, как правило, и состоят в составе ратей наших возможных недругов, это совсем другое. Хотя, что все клановые вожди, там местные князьки встречали вас, с распростертыми объятиями что ли? Никакого сопротивления? Что прямо таки нигде захват власти не потребовался?

— Какой захват, какое сопротивление? — удивился воин — там одни шаманы, да дервиши, ни одного стоящего чародея. А дружины что там имеются — что они против нас? Да к тому же, в Хрутаре сам понимаешь, все вожди и князья подчинены, а после тебя там ни каганов, ни императоров, никогда и не было больше. Наместников, Серентин менял по-тихому, но твердо. Так и жили, у него сильно не забалуешь. Так что ни схваток, ни малых свар не было и в помине.

— А в Схоре, Лундоре?

Лицо былого, императорского телохранителя чуть потемнело, он отвел глаза и нехотя ответил:

— В Лундоре все почти нормально там мы едва появились в своих темно-синих латах, сразу вызвали такой ажиотаж, что проблем не было ни с чем. Помнят предания — твои наместники в свое время хорошо постарались. А вот в Схоре все не так гладко. Тагар, говорил дела совсем не очень. Мир практически весь в руинах древних городов, все ютятся по оазисам, далеко не отходя. Засуха хоть и отступает, но все еще жарко, потому некоторым скандарским баям голову явно напекло…. Вздумали противиться, да не тут-то было. Кронк церемониться не стал — утихомирил быстро. Но, демонстрируя силу, чуть перестарался, и в итоге вместо двух дворцов — кучи битого камня, щепок, и горы мертвых тел.

Что прискорбно, скандары и в наше время были весьма малочисленны, а сейчас и подавно, да и бойцы из них превосходные, не то, что набранные из диких орд Юга, ты должен помнить, что те годятся только для летучих отрядов легкой конницы.

— С скандарами ясно, а что с остальным населением, там было полно кочевых племен, или ведущих не совсем оседлый образ жизни? Особенно меня интересуют Авари, это был большой племенной союз, который обложил данью почти половину Схоры, это было еще до того как Схора, примкнула к Царству Ночи. Именно из Авари, вышли два шамана, Берден, и Минтар, ставшие впоследствии вождями, и негласными управителями Схоры, а также основателями Темной Шестерки.

— Не могу ничего знать наверняка, там Тагар и Кронк, руководят всем. Мы были в ответе за Лундор, ну и о Хрутаре немного в курсе, ибо это был, и есть центр всего Пятимирья.

— Нда Пятимирья…. — Скептически хмыкнул Априус — ни от Калабы, ни от Весты, особой верности ждать не приходится, так что будем называть вещи своими именами, под нашей неполной властью пока только три мира. А ведь когда они входили в целую Цепь, Великую Дугу как называли ее первые кланы Хехела, доставшегося нам уже как Хрутар. Эта Цепь состояла хоть и из небольших миров, если сравнивать с теми, что внутри Сферы, но представляла собой некую оборонную систему, предназначение которой, я так и не разгадал. Но надеюсь, Дрендом и Серентин что-нибудь разузнают. А насчет проверки боем…. В отгороженной части Дуги, есть и не изведанные миры, там можно проверить всю их боеспособность, надо бы как-то подкинуть им эту идею. В ближайший год все эти армии могут и не понадобиться, но загадывать не будем. Ладно, а теперь вот что, ты Харей отправляйся пока проведай свою Эллину, да и от Хитара, весточку Усладе предай, но через два дня, чтобы был здесь, у нас намечается дальний поход. А ты Богар, давай дальше рассказывай, как там наш летописец поживает, и остальные его родственнички.

— Да я думаю, он сам за себя лучше скажет, вот — телохранитель протянул Априусу, туго свернутый свиток — просил передать, тут, мол, все изложено. Что касается Серентина и Анэльты, то они как бы местные, то есть в Хрутаре, безвылазно все время, а мы больше с Сатари, она пока остальные миры на себя взяла. Так что о ней я могу рассказать больше, чем о ком бы то еще. С ней нам было очень даже спокойно, да в Лундоре вообще теперь все как-то иначе. Дикость прошла что ли. О старых временах напоминают только древние курганы. Никто больше не кочует, ведут оседлый образ жизни, города заложили… Деревянные постройки, пока еще изобилуют, но каменных строений все больше, и больше. Не везде, правда южане сопротивляются прогрессу так сказать, но оно и понятно, там особо не закрепишься — пески. И чудные там они все эти Лундорцы, плосколицые, на мартышек похожи, и жестикулируют смешно так, но дух, боевой. Да и самое главное чуть не забыл, мы с собой гостя привезли, он сейчас донжон осматривает.

— Это кого же? — Мучаясь в догадках, спросил Рус. — Лундорца, какого что ли?

— А в жизнь не догадаешься — раздался чей-то знакомый голос, послышавшийся от дверного проема главной башни.

Априус обернулся, и не смог скрыть удивления — перед ним стоял Серентин, нынешний страж Хрутара и брат Дрендома, наверное, впервые представший перед Русом, и его воинами, в истинной своей красе.

Облачен он был в полные доспехи, на вид очень тонкие, но скорее всего прочнейшие, сделанные из такого странного материала, что сходу не определишь — что это? Практически, Серентин был одет во вторую кожу, плотно обхватывающую его с головы до ног. Сочетание темного металла и серебра, было подобрано так искусно, что не понять где один, перетекает в другой. Непокрытую голову, удерживая шапку аккуратно подстриженных пепельных волос, красиво обхватывает, диковинный обруч, из такого же странного металла, с вделанными в него кристалликами горного хрусталя, и двумя крупными рубинами. На поясе прозрачные ножны, с сияющим, синим клинком в них. Лицо мужественное, но хранящее отпечаток некогда пережитой боли. Один глаз чуть меньше другого, из-за шрама, тянущегося от виска к надбровью. Сами глаза странно бесцветные, слегка голубоватые и холодные, как лед.

Априус вспомнил рассказ Дрендома, как его собратья бились на Заре Времен. Как Серентин проиграл бой, и был ослеплен, после чего вместе с кинувшейся его защищать от смертельного удара, Анэльтой, был выкинут за пределы мира. Как они выжили, что пережили, и как вернулись — осталось тайной. Но то, что эти скитания, закалили эту парочку, можно было не сомневаться.

— Вот не смог усидеть на месте, и все тут… — усмехаясь, проговорил тот — такая возможность выпадает редко, так что на время, я решился покинуть Хехал. Уж больно хочется Большой Мир посмотреть, да и заодно узнать как вы тут среди звезд живете.

— Все мы такие — открыто улыбнулся Рус — рад приветствовать, в Гиль-Эстэль, располагайся, где будет удобно. В Донжоне пустых покоев много. Смотреть тут особо не на что, но есть та часть крепости, за которой расположены парящие островки, наиболее приближена к нормальности. Но ты как погляжу, в полной боевой снаряге? А значит, не в каменных стенах, сидеть собирался?

— Это точно. Хотя малую долю ощущений от звездных странствий, я уже получил, пока сюда добирались, так что от небольшого пиршества не откажусь.

— Не беспокойся — сидеть тут, не придется. Наметился тут небольшой поход под парусом, с прогулками по мирам, так что думаю, не заскучаешь. Ну а пока же, небольшой обед в честь гостя, скажите поварам, пусть приготовят что-нибудь этакое…. А мы пока горло промочим…

Все потянулись в донжон, и вскоре малый пиршественный зал, он же и обеденный, он же и зал совета, для сегодняшних нужд подходил как нельзя кстати. Априус незамедлительно, решил объявить о предстоящем походе, посвятить всех в некоторые детали своего плана, по созданию Перевеса, и проложить приблизительный маршрут в дальние области Сферы.

Серентин хорошо вписался во всю эту разношерстную компанию, его знали все, не раз бывали у него в гостях, помнили оказанный радушный прием, да к тому же частенько слышали баллады Дрендома, о битве Серентина и Туррана, во время которой земля дрожала и горела, а звезды едва не срывались с небес. Впервые услышавший эту песнь из уст своего собрата, нынешний оберегатель спокойствия Хрутара, лишь, скептически фыркнул, заявив, что все было совершенно не так. По-сути это был проигранный им бой, хотя кто знает, чем бы все закончилось, не вышвырни его тогда, Турран, в кратковременный, лишь на миг, открытый портал.

Но принц Хрустального Щита, с тех пор очень изменился и не собирался врать самому себе — в конце поединка, он уже почти ничего не видел, обезумевший братец, ударил своим ужасным топором, именно в защищенные глаза, перед этим сбив с ног его Серентина, и бой был закончен. Ему оставалось только добить…. Но Анэльта вступила в круг, закрыла собой, нарушив тем самым все установленные правила, Турран был вправе снести ей голову, но почему-то просто выкинул их обоих далеко за пределы Хрутара, обрекая тем самым на верную смерть. Что было после, Серентин никогда и никому не рассказывал, и сам не хотел вспоминать, но между тем, кем был, и тем кого, являл из себя сейчас, пролегла огромная пропасть. Впрочем, как и каждый из обитателей Гиль-Эстэль. Звездной Крепости тайного патруля.

И в это странствие Серентин, отправился еще и потому, что хотел доискаться истины, да и сидеть безвылазно в Хрутаре, стало очень утомительно, потому что он, всегда будет напоминать о проигранной битве. Здесь же старые друзья соратники, и в них его надежда, не застрять на одном месте, в своих нелегких поисках себя самого. И сейчас слушая Априуса, его глаза, все больше и больше разгорались интересом, может быть, всеже удастся восстановиться, и обрести новые возможности и силы.

Когда все детали предстоящего похода были обговорены, Априус обратился к сидевшему молча, Менгафару:

— Ну что мой друг, как тебе твоя «охота»? Не надоела еще?

— Такое разве может надоесть? — Чуть улыбнулся тот — но ты видимо, нас позвал не просто пообедать? Раз распустил всех не так уж давно, то зря бы, не дергал. Верно?

— Верно, не просто…. Хочу просить вас присмотреть тут за всем. За нашей цитаделью — у наших карликов, рук не хватит со всем управиться. А вас как-никак можно и чуток нагрузить. К тому же всем числом тут сидеть не обязательно. Так наведывайтесь иногда, да оставляйте кого-то в помощь. И не забывайте спаринговаться — мастерство надо оттачивать, как на коне, так и пешему. Всякое бывает — чары не работают, или элемент неожиданности может потребоваться.

— Хорошо, с этим думаю, проблем не будет.

— Ну тогда я спокоен, а то уже думал, придется консервировать тут все, запечатывать и уходить. А раз так, то все останется как прежде. И уже обращаясь сразу ко всем, громко заявил: — Что же все сказано. Идите, готовьтесь, и помните — корабль должен соответствовать нам, а мы ему. Чтобы никаких параллелей с нами настоящими.

Когда отобедали, и отправились по своим покоям, сам Рус, в сопровождении зверодрузей, отправился на нижние ярусы, подготавливать недавно обретенный «Кристалл», для самого невероятного таинства.

Что он там делал, никто из патрульных не узнал, но спустя день нижние заклинательные покои, вместили всех, кого Априус отобрал для дальнего похода. Атарк, Хорсак, Рудольф, Старк, Фарсад, Ротарь, Лазик — первый экипаж чудо-челна — былая вечная Стража Пятимирья. Харей, Клык Коготь, Картус, Богар, Киан, Тано, Охтар, эльфы — остатки от личного отряда Эсгалдирна, и Серентин. А так же Зверокоманда, куда уж без нее.

Огромный алмазный столб, подпирая, почему-то затуманенный свод, возвышается в центре Зала, именно здесь собрались участники предстоящего похода. И сейчас, все они, образовав кольцо, расположились вокруг сверкающей колонны, молча, глядели на игру света на ее поверхности.

Хозяин Звездной Обители пристально всмотрелся в лица своих воинов — все готовы, все готово — теперь можно начинать. Чародей дал знак и дружный хор, нараспев начал читать мантры, вгоняя себя в состояние транса, и настраиваясь, определенные вибрации. Едва по залу начали метаться видимые, извивающиеся струи энергий Рус максимально, сосредоточился, настраиваясь на нужный лад, по очереди вновь взглянул в лицо, каждому своему соратнику, и понял — нужный момент настал. Необходимое число мантр произнесено, гимны пропеты, в общем, все приведены в надлежащее состояние ума и тела. Он вдохнул поглубже, и нараспев стал читать первые строки сложного, заковыристого Заклинания, но оно было еще только подготовительным, предназначенным лишь для того, чтобы не повредить психоматрицу каждого воина.

Дальнейшие же слова, требовалось произносить, совсем иначе, а именно жестко, грубо, лающе, словно одним ударом вколачивать гвозди, в мягкую, податливую древесину. Сейчас, здесь каждый присутствующий, распрощается с частью своей истиной сути. На неизвестное время, оставит лучшую частичку себя, доверяя ее этому исполинскому минералу. Им останутся только имена, и частично сохранится внешность, а поднимутся отсюда уже абсолютно другие люди…

По мере произнесения фраз, в алмазном столбе, разгоралось голубое свечение, становилось гуще, и вот там уже смутно угадываются какие-то, неясные тени, а все присутствующие, явно ощущают, что их покидает нечто очень теплое и родное. Но раз их предводитель, сказал — значит так надо.

Тела тем временем била мелкая дрожь, под кожей прокатывались валы, смещающихся мышц, волосы, на головах и бородах, тех, у кого они были, шевелились, и сами собой сплетались, в тугие косички, а на оголенных частях рук, проступал странный татуаж — на поверхность из глубины, рвалась темная составляющая суперэго.

Когда ритуал, наконец, был проведен, заклинательные покои покидали, уже темнокожие, все за исключением гнома, и эльфов, у них кожа почему-то стала красной. После всей это предподготовки, Априус не медля, приказал всем грузиться на корабль, желая как можно быстрее покинуть знакомые края — ведь кто мог точно предположить, чем аукнуться все эти изменения в его людях, и в нем самом.

Вереница воинов взошла на борт, следом за ними быстро поднялись зверушки Априуса, все, что могло понадобиться в походе, давно уже покоилось в трюме. Полученный от Мэйзана, новый кристалл ярко сиял вставленный в положенное гнездо, и чудо-челн буквально дрожал, от переполняемой его энергии.

Подняв руки в прощальном салюте, застыли воины из дюжины Менгафара, они порывались сопровождать «Версар» до границы, но Рус, не позволил — не чего устраивать торжественного прощания. Да и вообще надо покинуть Сектор тихо и незаметно.

Экипаж корабля вскинул руки сжатые в кулак, в ответном салюте воинского братства, Априус тоже вскинул палицу, находку своего попугая, как булаву, и приказал ровным голосом:

— Старк! Поднимай корабль. И погнали!

— Есть поднять корабль — кормчий налег на стир, и «Версар» взмыл вверх, сделал небольшой круг над Крепостью, и круто ушел в сторону.

Априус мысленно начертил в воздухе, охранный знак, и проговорил будничным голосом:

— Харей, Атарк — берите командование на себя, со сменяющей друг друга вахтой. Сами разберитесь, кто будет первым. И то, что теперь мы вовсе и не мы, помните об этом. И… бочку рома, на палубу! Будем поддерживать легенду… Куру, присмотри за всеми! Я вас вскоре догоню… — И спрыгнул к огромным валунам, среди которых обитала Свора.

Если выдавать себя за представителя Темной Стороны, так уж выдавать. И Априус, уже, не будучи полностью самим собой, решил спустя тысячелетия, выпустить котопсов, немного погулять. И собирался сделать это за границами Сектора. А для этого большую часть Своры, надо было туда сопроводить, и пока он это делал, надо было решить — где котопсам порезвится — в межреальности, или в каких-нибудь мирах? Спустить диких зверей на обыкновенных мирян, он бы все равно не смог, но вот выследить Падших или Косматых Демонов, было бы очень кстати, а то, что по дороге Свора, порвет несколько отар или стад, это как раз, то, что нужно. Да и в междумирии, котопесики слегка подчистят фауну.

Короткими путями, перебросив часть своих зверушек, ближе к срединным мирам, вторую он Рус, отправил к тому миру, где когда-то вместе с Вилисиль и Кулуриэнь, встретил Падшую Шестерку — разговор с ней, так и не состоялся, а поговорить, явно следовало. Вложив в головы своих питомцам, целую гамму необходимых для поиска чувств, Априус отправился, вслед за «Версаром» настроившись на психофон Куру.

Глава вторая Скоротечная Дальразведка

Корабль летел себе через необъятные просторы Межреальности, а измененный экипаж, праздновал начало похода, придерживаясь поверья — какое начало такой, и весь поход. Воины старались вести себя по-другому, вживаясь в роли, и пиратский быт, в котором ром, далеко не на последнем месте, а пока их судно идет привычными краями, можно и расслабиться чуток.

«Версар» и сам по себе загадочный корабль Предтеч, претерпевший за тысячелетия странствий, немало изменений, сейчас вообще было не узнать. Грубые доски покрывали его борта, большие круглые щиты защищали их, на носу прикрепили изваяние «гибельного жнеца» с серповидными мечами в обеих руках. К верхушке мачты за клотиком, привязали флаг с изображением распахнутой пасти невероятного страшилища, реально напускающего ощущение страха, а не просто бутафорию. И вот этот видоизмененный корабль как комета с коротким хвостом, пролетал над пока еще знакомыми мирами, словно выбирая себе жертву.

— Может, надо было держать курс, вглубь Сферы, а не к Окраинам? — Пробравшись к Русу, поинтересовался Атарк — там-то точно найдется, чем поживиться. Да и Силу, потянуть проще, если понадобиться….

— Может. Но так близко к Серединным Областям, наврядли Рой, устроил свой Улей, или Гнездо, не знаю что уж там у них…. Найти их логово, одна из наших задач. Да и Прежние, думаю прошерстили там каждый планетоид, так, что если в тех мирах, и было что-то интересное, его уже нашли бы. Меня больше интересует «скорлупа» Яйца, так сказать. Ведь до Битвы с Узурпаторами, в Троемирье, жизнь же существовала, пусть и на примитивном уровне, но думаю в то время, везде было так. А значит, могла быть и в других Слоях, приграничных околобарьерных Зон. Потому мы, воображаемо, разделим Сферу, на полушария, и исследуем Границы Нижней Половины. Избирательно конечно, задействовав при этом чары, и чувства, иначе никакой жизни не хватит, чтобы проверить все. Поход и так будет долгим.

— Но гарантий, же никаких, что там вообще есть обитаемые миры…. К тому же если следовать твоей задумке, надо попугать разжиревших глердов в серединных областях.

— И что нам как простым налетчикам жечь и грабить? Меня заботят не сами миры, или населяющие их расы, а Барьер Творца…. Он-то вроде крепок как всегда, но…. Но все эти слухи о Пробоях, что нет-нет, да возникают, наталкивают на мысль, что не все так хорошо, как кажется. Видимо Творец, когда ограждал им свое Детище, рассчитывал в основном, на предотвращение проникновений Снаружи, а Пробои то, возможно делались изнутри…

— Для чего? — Чувствуя, как пересыхает горло, спросил конунг.

— А я не знаю. Могу только предполагать. Для заема Силы у Хаоса, или может выбрасывания кого-то. Может для путей отхода, на случай продвижения Пожирателя дальше. Если буду знать, кто именно их делал, тогда скажу точно. Но и это еще не все — порой мне кажется, что от столкновения волн Хаоса и Упорядоченной Части, что-то проявилось, родилось, и чего от этого еще пока не знаю чего, ждать я не знаю. И при этом всем не надо еще забывать о разности не только времени, но и метрики пространств.

— Че то тут я не совсем понял. Я ярл, у меня все просто.

— Ну ты сказанул. А кто в Университете учился? Ладно, представь, например «дыра» по-твоему, как выглядит?

— Как дырка от бублика. Как же еще?

— Это если ты ее в пергаменте проделаешь, а пространственная дыра имеет форму сферы. И то, это при нашем привычном измерении.

— Может всеже пора заняться тем, ради чего ты все это затеял? — Подскакивая к Априусу, поинтересовался куатар — а то смысл в нашем изменении, пропадает. Захватим парочку ключевых миров, наведем там шороху, прощупаем на крепость хранителей и защитников, может даже с подмастерьями хитроумного Бога, переведаемся?

Априус хмыкнул, посмотрел на своих верных воинов — ветеранов, прошедших с ним не одну битву, сейчас в виду воплощения задуманного плана, все они выглядели чернокожими громилами, закованными в самые невероятные доспехи, которые только смогли подобрать. Узнать нескольких из них можно было лишь по фигурам, остальные изменились до неузнаваемости — плечи раздались вширь, но появилась сутулость, руки удлинились, уши заострились, а глаза и без того имевшие темный цвет белков, вообще заволокло чернотой, и только в зрачках вспыхивали багровые огоньки. Самого устрашающего вида клинки и секиры, сейчас покоились в ножнах и ременных петлях, но при надобности они могли выдержать столкновение с любым зачарованным оружием. В общем, это был тот еще отрядик, и цель ему надо было подобрать соответствующую.

Зверьки Априуса, тоже претерпели изменения — абсолютной черным как пантера стал куатар, темно-зеленый ящер, утратил желтые оттенки шкуры, но больше всех заклятие изменило Рунина, он стал похож на жуткую смесь ворона и коршуна.

— Пожалуй ты прав — согласился Априус — но не во всем. Захват «опорников» нас отвлечет, и дальразведка может тогда, вообще накроется….. Поэтому мы можем устроить «Колебание Чаш» и на обратном пути, а в дальразведку я так долго рвался — она в приоритете. Но повторюсь — в чем-то ты прав, потому… — И он добавил, уже так, чтобы услышали все — Итак, как только выйдем далеко за пределы Сектора, ищем мир, от которого, идет эхо применяемой волшбы, пусть даже и слабое. Определяем источники, быстро нападаем, нанося точечные удары, отбираем «предметы Силы» если таковые найдутся и уходим. Так что смотрим внимательно, и ищем.

Чем вплотную, едва корабль, вошел в очередное скопление звезд и миров, все и занялись. И вскоре такой мир попался, на их пути. Это была вполне заурядная, с точки зрения Априуса, планетка — ни «бродячих гор», ни высочайших пиков, вонзающих свои вершины в небосвод, ни огромных безбрежных океанов, ни огненных бездн обнажающих недра — там не было. Так несколько, вытянувшихся, навстречу друг другу материков, омываемых, неглубокими внешними морями, с многочисленными внутренними водоемами и реками. Но в нем явно имелись башни и схроны колдовских ковенов, более похожие на укрепленные цитадели, чем на места уединения, предназначенные для кропотливой работы мага-алхимика.

— Опять колдуны — сплюнул за борт Богар — похоже, не так-то и просто найти мир, идущий по пути техпрогресса, или хотя бы наполовину, состоящий из него.

— Не спеши с выводами — ответил ему Картус — может это памятники старины.

— Ну да — хохотнул сидящий на перекладине попугай — что-то слишком много таких памятников, и Силой от них прет о-го-го…. Че не чуете?

— Чуем-чуем — рыкнул чудовищный зверь, в которого теперь обернулся куатар — ты не один тут такой чувствительный. И думаю, нам найдется тут, чем поживиться, раз уж мы играем не за ту команду. Пора устроить им встряску…

— Ну, тогда начали! — Проворчал Априус, хватая найденную попугаем палицу — атакуем! Харей за стир! Сади нас где-нибудь в укромном месте. Остальные полная боевая, и как сядем сразу вперед! Хотя кто умеет, можете и на ходу соскакивать. Яша, Кур, вы проверьте недра, может, что интересное припрятано. Рунин за тобой, небеса, всякое бывает, встречаются и летучие замки — проверишь.

— Есть!

— Понял.

— Хорошо.

— Какие нахрен замки? Я еще с ума не выжил, скажи сразу, чтоб занялся, хоть чем-то.

— Это могут быть не просто замки, а всякие там летающие хреновины, помнишь как те, что использовали сородичи НинХурСати? Вот-вот, а те штуковины быстрее ветра перемещались.

— Я уже не тот птенчик, что был тогда, и вижу что ничего такого, тут не летает.

— Ладно, тогда за тобой, восходящие потоки, проверишь, не утекают ли куда. Все начали!!!

И первый в их жизни налет, начался. Мир, название которого осталось неизвестным, уже тонул в вечерних сумерках, вернее одно его полушарие, но жители благополучных королевств, не спешили готовиться ко сну и запирать двери домов. Луна только-только начала появляться, из-за туч, и тут по небу пронеслось несколько темных силуэтов, от которых во все стороны начала расходиться темное марево. Затем слух многочисленных гуляк, уловил странные хлопки и вопли ужаса, повсеместно послышались крики:

— Ночные демоны!!

— Твари из Мрака!!!

— Темные Жнецы!!!

— Спасайся, кто может!!!

На небе теперь не было видно не луны не звезд, многочисленные фонари гасли, и страх понесся по городам и весям. Кто-то орал о конце дней, кто-то о пришествии, кто-то, не останавливаясь, повторял — пророчества не врали, люди метались в темноте, а в домах забивались в самые дальние от окон и дверей углы. А тем временем, ночные демоны, которых было не так много, как казалось обезумевшим толпам, крушили стены королевских сокровищниц, и башни придворных магов, и обители могущественных местных колдунов, разбросанные по всем континентам. Не все подряд, а только те, в которых были зафиксированы магические всплески, неважно, когда они случились — следы еще долго не стираются из тонких планов. Опомнится мало, кто успел, но если кому-то это удавалось на него накидывали «Паутину Снов» из которой не так-то просто было выбраться, даже, через неделю. Подручные Априуса, именно так истолковали приказ сыграть за Темную Сторону. Людей ввергали в настоящий ужас, представая перед ними самыми кошмарными созданиями, колдунов и ведьм просто лишали сил и усыпляли, и кое-где устраивали представления с громадными нетопырями.

Но никто не погиб и не умер от разрыва сердца, монстры из ночных кошмаров, просто изымали наиценнейшие экземпляры королевских и чародейских сокровищниц, неважно книги это или различные «камни» или «кристаллы» кольца, перстни, или жезлы.

Не прошло и половины ночи, как экипаж «Версара» возвращаться на корабль, с мешками трофеев, винными бочонками и довольными гримасами на лицах.

— Взлетаем и дальше! — Приказал Априус, едва замешкавшийся Яша, оказался на борту — всю добычу рассортировать и в трюм. Вина на палубу плесните — надо чтобы пропиталась.

Харей не заставив «Версар» даже вздрогнуть, оторвал судно, от земли и в темноте ночи, увел его прочь из мира, пока воины быстро извлекали содержимое мешков, раскладывали его по ячейкам, специальных ларцов.

— Надо бы отметить — пробасил Хорсак, едва все сложили в трюм — это залог будущего успеха.

— Хорошо, — улыбнулся Априус — доставай ром, главное только во вкус не войти.

— Так это даже грабежом не назовешь — хмыкнул Атарк — так потрясли немного разжиревших королей да нерадивых колдунов, и все. Народ быстро отойдет, зато на месяц будет, о чем поговорить.

— Ну да для вас это уж точно, чуть ли не благотворительная миссия…. Привыкли небось, полные драккары из своих виков приводить…

— Когда это было — пожал плечами Атарк — я уже и забыл те ощущения. А в Нордалии мы так больше воздухом дышали, чем в набеги ударялись. Хотя одного королька всеже чуть потрясли, но не ради наживы, просто лютовал больно сильно, соседям житья не давал…. Вот и проучили.

— Ладно, сейчас расслабляйтесь, а потом надо уже более сдержанней быть, мы почти прошли внутренние области — начинается Приграничье.

Далее «Версар» словно уловив желание своего экипажа, лег на курс, на котором стали встречаться миры не просто обитаемые, а именно те, от которых фонило используемо волшбой. От следующего Силой просто разило, видимо тут магические потоки, недавно буквально просто вскипали, от обильно применимых чар. Мир опять же был вполне обычным, без каких-либо особых отличий, всего в меру, без излишеств воды, или суши, лун, правда, заметили несколько, но тут ничего необычного.

Зато он хранил на своем теле, ужасные шрамы, не так давно отбушевавшей здесь войны. Магической войны. Виднелись расколотые и рассеченные до самого основания горы, гигантские трещины паутиной рассекали каменистый грунт предгорий, равнины были попросту выжжены, и верхние слои почвы спеклись и взялись твердой коростой. А среди этого всего, руины многочисленных городов. И только на вершинах одиноких утесов, нависающих над песками, еще недавно бывшими морем, да на высочайших холмах и сопках, имелось немало колдовских башен, разбросанных, по всем континентам.

— Нормально они тут разгулялись — пораженно пробормотал Серентин, выглядывая за борт, когда кораблю делал небольшой облет — мы себе такого никогда бы не позволили…

— Вот что бывает, когда необузданная Сила вырывается на свободу — пробормотал Картус.

— Она не вырвалась — почему-то, осипшим голосом проговорил Априус — ее позволили себе выпустить. Узнать бы, чем ее сдерживали…. И в чем?

— Мозет это олузие какое? — Высказался Яша — не мець конецьно… Алтефакт длевний или вообсце чалы. Настоясцие боевые.

— Тогда проверим эти башни — нахмурившись, проговорил Рус — в них, похоже, Сила, еще присутствует. Это конечно не говорит, о том, что хозяева живы, но все равно будьте настороже. Харей высади нас где-нибудь, а сам с Серентином, Клыком, Когтем, Тано, и Кианом, проверьте вон те земли, это, похоже, страна победителей, там и города целые, и поселения, да и сам край явно не опустошенный и не иссушенный.

— А мы тогда прочешем — вон тот зеленый массив — рыкнул Куру — с Руниным, если ты не возражаешь. Там, кажется, тоже торчит что-то вроде башни.

— Хорошо. Остальные знаете что делать — колдунов, если живы, допросить, но не убивайте, мы сейчас как бы на Темной Стороне, но все что найдете «ценного» не брезгуйте — отбирайте. Даже самую обычную мелочевку.

— Что, даже самые дрянные амулеты? — Сощурился Хорсак — на кой они нам?

— Не нам. Легионеров-то, которых обучают в Пятимирье, чем-то надо вооружать и защищать, мы же не можем за каждым присматривать. Но если натолкнетесь на что-то, мощное — не трогайте, зовите меня.

— Ясно.

Корабль тем временем, заложив крутой вираж, прошелся над одной из венчавшей огрызок горы, башен, и завис прямо у пробитой в ее стене бреши. Стал, виден ее обгорелый остов, и даже внутри оплывший, от неимоверно сильного огня, камень.

— Да, разгулялся тут кто-то не на шутку — прогудел Рудольф, нахлобучивая себе на голову, шлем в виде турьей головы — я, пожалуй, посмотрю следы…

— Давай, а мы тогда дальше — ответил Априус, и, дождавшись пока воин, перемахнет через борт, продолжил — Харей, сади корабль вон на тот обломок скалы, почвы пока будем избегать.

Харей, выполнявший обязанности кормчего, осторожно опустил «Версар» на похожий, на пенек, каменный пятачок, и воины собрались уже покинуть борт, когда невдалеке от них в сторону уцелевшего леса, пронеслось, странно большое насекомое.

— Ни хрена себе стрекозы тут носятся — воскликнул Охтар, мимо воли втягивая голову в плечи — вы только гляньте, да она размером с хорошего орла.

— Хорошо хоть не быка — не преминул заметить Рунин — а то я бы среди таких «милашек» чувствовал себя не очень.

— Это стрекоза-грифон — пояснил Серентин — мне такие встречались…. Давно, правда. Они весьма плотоядны, настоящие хищники, по-своему это акулы небесного океана. Могут летать как угодно — вперед, назад, вбок, резко вверх, и под наклоном — все четыре крыла могут быть задействованы, как одновременно, так и порознь. А буркала глаз, видят всесторонне одинаково. Так что добыче не ускользнуть, если такая вот хищница, уже атаковала. Их мощные челюсти способны на многое, но по настоящему угрозу представляют только тем, кто лишен магического дара.

— Но как такое большое насекомое не падает? — Спросила Эсканэль.

— Видимо его тело состоит из множества полых трубок, которые заполняются воздухом, и сам воздух тут плотнее, насыщеннее, что ли.

— Значит здешние края, могут оказаться, полны сюрпризов — рассматривая окрестности, сказал Априус — потому осторожность не помешает. В наглую ломиться опасно. Небольшая разведка не повредит.

— Думаешь, может найтись кто-то, могущий нам противодействовать? — Удивился Старк — что-то я в этом сильно сомневаюсь. Те, кто достигает определенного уровня, как показывает мой многолетний опыт, как правило, открывает, или создает Врата, и уходит в иные плоскости Бытия. Этот же мир абсолютно открыт так, что если тут и были могущественные колдуны, они его покинули.

— Или перебили друг друга — добавил Серентин — если судить по тому, как изувечен мир, то это вполне возможно.

— Ладно, чего гадать — приступаем!

Воздух за бортами корабля, засверкал, засеребрился, местами поплыл, изогнутыми струящимися потоками — это исчезали, отправившиеся в разных направлениях, члены экипажа «Версара». На этот раз ночь их не укрывала, и они действовали более скрытно.

Априус вместе с Серентином, прикрытые покровом невидимости, очутился у стен сторожевых башен, которые запирали, нависший над пропастью мост, упирающийся прямо в гигантские ворота, вмурованные в склон горы, на той стороне. Вершина горы была вся окутана дымовой завесой, изредка прорезаемой красными молниями. И башни, и мост, и вход в подгорный чертог, хорошо охранялись. И не просто стражниками. Это были ведьмаки — воины, наделенные даром, сочетавшие в себе качества отличных бойцов и способности к волшбе, к тому же являлись выходцами из разных народов.

— Хорошие экземпляры — протянул Серентин — не находишь? Да еще, похоже, жестокие и свирепые. Такие стражи близко подпустят только в надежде поизголятся.

— Да опасные ребятки. И вооружены неплохо, Баллисты, пиковые заграждения, арбалеты «быстровзводные», болты к ним явно зачарованные и напичканы разной всячиной. Боюсь, у них найдется и что-нибудь, похоже…. Да и сами по себе стражи как на подбор рослые, крепкие, среди них есть и черные орки, и болотные тролли, эти солнце не любят, но оно им не губительно. Смотри, все в приличных доспехах, на шеях медальоны, явно не украшения.

— И в бочках вон там, явно не масло или вино, скорее всего в них «Дыхание Дракона». Такую дрянь невозможно затушить ничем, природным, хоть водой заливай, хоть песком засыпай — проку мало.

— Раз такая охрана, в горе явно засел не просто маг, а кто-то сродни божкам. А они любят всякие накапливающие Силу, вещи…. Что и понятно, после встряски устроенной Великой Девяткой, они утратили почти все.

— Но этот, похоже, постарался вернуть себе власть, но и потом не почил на лаврах, без сомнений, что-то еще готовит.

— А что еще может таких привлекать? Че то я не могу никак понять…

— Ну, во-первых, полный захват мира, а дальше зависит от личности, либо всеобщее уничтожение, если изначально идиот, либо задумывает перерождение мира…. Во-вторых, накапливание сил за счет истязания рабов, и устранение конкурентов, а в конечном итоге видимо призыв Тьмы, и прорыв в…

— Вот-вот куда? Его кто-то науськивает — кивнул Рус — слыхал я как-то о так называемых Безрассудных Властителях, которые творили разные непотребства, вроде бы как сами по себе, но за ними явно кто-то стоял. Самое время проверить.

— Что делать будем?

— Штурмовать что ж еще — оскалился Рус — хотя конечно можно и сразу в гору проникнуть, но хочу посмотреть, как он себя поведет. Так что давай проверим их обороноспособность, тем более мне редко приходилось идти на приступ, вот так по-простому.

— Мне тоже — улыбнулся Серентин, что-то проделывая со своим обручем.

На глазах изумленного Априуса, голову собрата закрыл черный шлем, в форме головы, оскаленной пантеры, Глаза ее загорелись багровым огнем, сочления остального доспеха, сомкнулись настолько плотно, что казалось Серентин, облачен в литую броню с головы до ног.

— А у Дрендома тоже такая была? — С интересом спросил Рус.

— Да, была. Только своя, так сказать оперенная, и шлем в виде башки «Ужасной птицы». Только он не надевает ее с тех, пор как Туррана поверг. Даже не знаю, уцелела ли эта его броня, или нет. Потому что он предпочитает свой плащ и золотой жезл, что похож на полую кость….

— Ясно. — Проговорил Априус, раскручивая палицу — ну что готов?

— Не совсем, но что поделаешь….

— Тогда пошли, зададим им трепку.

Они, убрав незримость, не скрываясь, вышли к мосту, где у первых врат, нес караул небольшой отряд длинноволосых воинов, одетых в кожаные доспехи — видимо бывшие кочевники. Зрением длиннокосые парни, обладали хорошим, и даже не стали разбираться, кто пытается пройти к мосту, видимо походка и показная расслабленность, нежданных прохожих, сказали им о многом.

Практически за пару мгновений, караул, успел взвести луки и арбалеты, подать сигнал тревоги, и выстрелить сетью из большой тубы.

— Быстрые заразы, блин — зло прошипел Априус — давай зигзагами…. Текучее скольжение, и веерная защита…. — Он не сомневался, что напарник его поймет, хоть вот так вместе, рука об руку им еще сражаться не приходилось.

И они начали свой смертельный танец, а синий клинок, и палица из черного железа, что не один год, пролежала без дела в коре Лерада, запели свою собственную песню, и была она, очень длинной. Быстрые всполохи синего пламени, кратковременные черные воронки, это единственное что видели из бойниц защитники горы, и мгновением позже — валящиеся как подкошенные их вчерашние товарищи по пиале хмельного кумыса.

Априус и Серентин, не были злы на всех этих воинов, ярость и гнев не наполняли их, они просто понимали, что перед ними, уж явно не добропорядочные миряне. Одно единственное заклятие, смело бы с подступов к мосту, всю его многочисленную охрану, но возможность проверить себя в ратном деле, упускать не захотел, ни один, ни другой. К тому же в них летели не только стрелы, дротики и болты, и пытались колоть и резать не только мечами копьями и алебардами — в напарников полетели «Ледяные Иглы» едва ли, не вонзились «Когти Мрака» а когда вбежали на мост, вдогонку устремились, черные плазмоиды.

Позади, остались клубы черного дыма, бушующее пламя, и изломанные трупы, воинов убитых с филигранной точностью — ни одного лишнего удара, ни одного промаха, ни одного раненого. Словно два взбешенных тура, пронеслись они по мосту, и, расправившись с преградившими путь големами, ударили по вратам. Створки сорвало с петель, и они рухнули вовнутрь, придавив собой, спешащих к мосту орков, из стражи горы. Те же, кто уцелел, вскоре упали с проломленными черепами, с отрубленной головой, или с кровавым фонтаном, бьющим из глотки. Вытерев о трупы свое оружие, напарники чуть перевели дух, все-таки уставать они все еще могли, как бы ни были совершенны их тела.

— Теперь давай сразу к Хозяину — прикинув, сколько коридоров и казематов придется пройти ногами, проговорил Априус — давай руку!

Серентин протянул, и Рус, в который раз удивившись этой непонятной металлической ткани, в которую была затянута кисть напарника, схватил его за руку, и перенес вместе с собой, прямо в твердыню заправлявшего здесь колдуна. Миг, и они уже в освещенном красным светом, искусно вырубленным в горной породе, зале. Стены изобилуют резьбой, фресками и удивительными орнаментами, видимо тут потрудились тысячи каменных мастеров. Пол покрыт малахитовыми плитами, с замысловатым узором, посреди которого четко выделена шестиконечная звезда. У дальней стены, на высоком помосте возвышается нефритовый трон, на котором, величественно, словно император восседает некто, донельзя важный.

— Что явились гости незваные? — Проговорил он свысока — заходите вас тоже к чему-нибудь пристроим. О, какая Силища, да вы не простые выскочки… Тем лучше.

Из отверстий в полу выметнулись длинные извивающиеся, словно змеи в брачный период, цепи. Цепи, состоящие не из кованых звеньев, а словно плетенные, из текучей, проволоки. Они устремились к ногам приятелей, но те не остались стоять на месте, почти мгновенно оказываясь у самого трона.

— Лучше бы тебе не рыпаться — прогудел Серентин — направляя острие меча на горло колдуна — так что замри, и ответствуй….

Тот и вправду замер, так что даже синеть начал, под кожей у него прокатились волны непонятных судорог, и Априус, запоздало понял, что колдуна кто-то быстро, и безвозвратно устранил, не дав им и шанса, что-то предпринять.

Тело старика сморщилось, словно из него высосали все соки, а кости превратившись в густой кисель, оплыли, и теперь на троне лежала бесформенная куча, упрятанная в дорогие одежды.

— Кто-то замел следы — задумчиво протянул Рус — не успел отследить — все было заготовлено заранее. Но нас не особо опасались, устранили, так, на всякий случай. Ладно, хрен с ним, давай осмотримся. Слуги, похоже, разбежались…

— Так они, эти кукловоды, и гору обрушить могут…. мало ли что тут прятали….

— Ничего выберемся.

Они наскоро обыскали зал, затем соседние более грубо обработанные пещеры, но самое интересное обнаружилось в недрах горы. Это было нечто вроде грандиозного устройства, которое высасывало энергию самого мира, и хобота-отростки тянулись куда-то вглубь, может, к пределам ядра, а может и к самому «алмазу», на который записывалась вся история этой планеты.

— Вот гады то, какие — не веря себе, прошептал Серентин — это кем же надо быть?

— Есть у меня догадка одна…. Только я бы предпочел, чтобы она оказалась неверной. Иначе я Творца вообще не понимаю.

— А причем здесь Творец?

— Так это согласно его позволению, или даже прямому повелению в Сфере объявился пантеон, повергший всех Старых Богов. Иначе я тогда вообще полный профан, и ни в чем не разбираюсь. Так вот эти сверженные ребята, со своей нынешней участью мириться совсем не желают, и гибель десятка, а то и сотни миров, для них ничто, по сравнению с возвращением Власти. Они ни перед чем не остановятся. Их надо нейтрализовать, во что бы то ни стало. Но мне было запрещено их трогать. А почему верхушкой свергнутого пантеона, не занялись те, кто их сбросил с пьедесталов, мне и подавно не узнать — тоже запрет на любые контакты.

— Но тебя же, вроде освободили?

— От обязанностей Хранителя, но я по-прежнему его Орудие Воздействия, по-простому вассал, которого никто не освобождал от клятвы. И если преступлю определенную межу, то мне несдобровать, убить может и не убьет, но наказать может жестко, вплоть до развоплощения, и полного ограничения свободы, говоря судейским языком.

— Не хотел бы я так, уж прости. Жизнь под прицелом, изматывает.

— Да ладно, я уже привык. Мог сгинуть уже давно, а пока все еще радуюсь жизни, хоть и не веселюсь от счастья. Умираем мы лишь тогда, когда перестаем себя осознавать, а до того момента еще можно на что-то надеяться.

Они немного помолчали, рассматривая чудовищный механизм, не просто встроенный, а как будто врощеный в плоть мира, его надо было немедленно отключить. Это была невероятно огромная конструкция из мастерски соединенных между собой металлических дуг, патрубков, стеклянных колб и сосудов…. Так, по крайней мере, казалось сверху.

— Что ж давай порушим эту машину, или, что оно такое…. — Наконец проговорил Рус — прихватим пару сундуков с магическими побрякушками, и пусть дальше сами разбираются.

— Идет. Говори что делать.

— Слушай…

Они, быстро обсудив предстоящую работу, принялись за дело. Отключить механизм, было только половина задачи, надо еще и не дать накопленной энергии вырваться наружу, а еще постараться вернуть ее в лоно мира. Два реликта, Первой Эпохи, трудились, молча, иногда шепотом произнося какие-то фразы, в дело пошла стихийная магия, а она любит строгий контроль, впрочем, как и любая другая. Чинить, конечно, не строить, но и это забирает немало сил, а заставить выкачанную из разных планов энергию, вновь вернуться на свои места, и давать жизнь планете, вообще задача, доступная единицам.

— Фууух — выдохнул Априус — когда установка, обрушившись грудой металла, каучука, каких-то вообще непонятно как воплотившихся конструкций, рухнула вниз в огненную магму — тяжело, но люблю эту работу. Наполняет, знаешь ли, таким непередаваемым восторгом.

— Это как спасти умирающего, только в сто раз круче — согласился Серентин — они ведь тоже живые организмы все эти звезды, миры, и может даже луны.

— Ладно, возвращаемся за сундуками, и поспешим на корабль. А то там, наверное, только нас и ждут.

Они вернулись в пещеры, некоторое время заглядывали под крышки больших и малых сундуков, ларцов, и просто ящиков и разнообразных керамических посудин. Наконец, вывалили просто на пол, содержимое двух средних сундуков, и принялись наполнять те, всякими, магическими штуками. Хотя и ювелирные шедевры, тоже иногда забрасывали. А потом подхватив, нагруженные доверху сундуки, телепортировались на чудо-челн.

Едва оказавшись на борту «Версара», они услышали крики возмущенного Харея, перед которым топтались чуть смущенные хирдманы:

— Да вы что хотите, чтобы днище вывалилось, нельзя в трюм столько набивать, это хоть и волшебный челн, но и он имеет предел прочности. Куда вы столько прете?

— Чего ты разорался? — Не уступал Хорсак, это кусок редкого звездного железа, такое надо еще поискать. Не рассказывать же тебе неучу, что он содержит. Если знать, как? — из него такие вещи делать можно, никогда не затупятся, прочность неимоверная, и при должном мастерстве, становятся привязанными, к тебе как собаки.

— А я просто нашел горшки с «диким огнем» — пояснил Фарсад — не бросать же добро. Да и пригодится, может, в местах, где магия иссякает…

— А это зеркало, скрывает в себе лаз в мир драконов — откидывая какие-то грязные тряпки с большой черной рамы, пояснил Старк — я его Картусу приволок, чтоб он мог себе дракона подобрать, по виду и по роду. Их там видимо невидимо, каких хочешь.

— Ты что туда заглядывал? — Поинтересовался Априус, ставя свой сундук на палубу.

— Да так одним глазком, туда и обратно — отвел глаза кормчий.

— Впредь думай, когда лезешь незнамо куда, а то мы бы умаялись тебя искать, случись что. А ты Харей успокойся, «Версар» и не такие грузы выдерживал. Сейчас «облегчалку» поставлю, и все в порядке будет. Так что грузите. И заодно пару бочонков пива достаньте — выпьем, и отбудем.

— Думаю по пути больше можно никуда не заходить — неожиданно сказал Атарк — тут все одно и то же — ничего нового — колдовство, волшебство, ведовство. Если что и встретится то дальше.

— Хорошо так и сделаем. Давайте уже пива, или эль что там у нас, а то мы с Серентином, равносильно, что в Пекле побывали, а там попить не дают.

— А куда это вас занесло? — Насторожился Куру, тут же оказываясь рядом — я вот только одну штуковину нашел интересную, а кроме всякого хлама и полок с книгами, у лесного чародея, ничего не было — он пододвинул лапой плоскую коробочку. — Вот смотри если тут нажать, вылетает плоское, толщиной с волосок лезвие…. А если не отпускать целая серия….

— Ну, это еще не техномагия — усмехнулся Априус — но и не магия, скорее кудесничество. Но все равно ты молодец, надо понять принцип, если выйдет повторить, то вооружить такими своих воинов.

Он взял поднесенную кружку с пенным напитком, и, не отрываясь, выпил до дна, затем вытерев губы, приказал:

— Харей поднимай корабль, Рудольф уже давно здесь, вон делится впечатлениями. Так что держи этот мир за кормой, идем к Рубежам!

Шкипер, исполняющий роль кормчего налег на стир, корабль задрожал и плавно оторвался от скального обломка, и сразу, чуть задрав нос, устремился к небосводу. Начинались долгие лиги, пути через Мглистые Области межреальности, где миры станут встречаться все реже, и реже. Но цель похода могла оказаться именно за этими областями, потому их нужно преодолеть. И очередная бочка рома, в этом поможет…

…Черный, как смоль корабль, который уже день бороздил незнакомые просторы, торя себе, путь среди фиолетовых небес, если подразумевать под ними, все что находится выше мира, из которого смотрят вверх его обитатели. Позади, остались знакомые области, кое-где именуемые галактиками, там нечего, было искать, наврядли практически под носом у так называемых Владык Сущего, будет сокрыто что-то тайное, или достойное их внимания. Вот потому огибая редкие миры, проскальзывая, между Складками и Пластами Реальности, корабль шел в дальние дали.

Двигался он, практически наобум, по причине абсолютного отсутствия, каких либо координат, сведений, и соответственно курса. Лишь одно было ясно точно — твердая рука вела его в совершенно неизведанные Области Сферы, туда, к так называемым Туманностям, или Сумеречным Зонам. Где могли столетиями развиваться неведомые формы жизни, и соответственно нестандартные, магические течения, по применению и использованию Силы. Хотя определенного направления, кормчий, все-таки придерживался, и лига за лигой, они приближались к странному скоплению звезд, затянутому сизой дымкой.

Помня обо всех необходимых для зарождения жизненных форм условиях, Априус лишь бегло пробегал взглядом красные или бессолнечные миры, его интересовали лишь те, в которых была вода, слои нормального аэра, защищающие от убийственных излучений, и достаточная удаленность от местных светил. Конечно, обитатели могли прятаться и под поверхностью, но не будешь же, проверять каждый встреченный мир, на наличие подземной жизни.

— Надо бы зайти уже хоть куда-то — Проходя мимо предводителя, и так чтобы услышали и побратимы, проворчал Охтар. — Сколько дней уже болтаемся в… над… этими — он запнулся, не зная как охарактеризовать небеса над небесами, потом все-таки нашел подходящее словечко — над хлябями. Тут хоть бы ноги нормально размять. Мои сородичи и на вершины гор редко поднимаются, а я уже скоро крылья отращу, от того, что, по небу порхаю аки птичка…

— Ладно, будет вам остановка… — принял к сведенью просьбу наугрима, Рус — Харей заверни куда-нибудь — разомнемся чуток. Да и заодно, посмотрим, что хранят такие вот красные гиганты, как вон то, что высунулся вдалеке…..

Шкиперу уже видимо так приелось рулевое весло, за которым он сидел, подменяя, Старка, что с радостью повел корабль к темно-багровому шару, явно не имеющему условий для нормальной жизни. Опасаться быстрого спуска, на борту было некому, этот корабль не развалится и не треснет, потому черной стрелой пронесясь до угрюмого мира, они пошли на снижение.

Багровая планета, была почти мертва, процессы, творящиеся внутри нее, буквально прекратились, и это было жутко — великий организм скоро станет, пустым, каменным шаром. Люди или, любые не владеющие магией существа, умерли бы тут почти сразу, ибо воздух почти не содержал кислорода, жгучие опаляющие жаром ветра, скитались там, в одиночестве, иссушив все. Но те, кто умел хаживать тропами межреальности, тут могли продержаться долго, и экипаж даже обрадовался возможности временно сменить приевшиеся краевиды, на эти унылые пейзажи.

— А тут кто-то жил — заметил Атарк, выглядывая за борт, и окидывая взглядом безбрежные пески — давно, правда. У них и светило погасло, и аэр распался, и вода тю-тю. О, а это еще что?

Априус. Куру, и Рунин, одновременно бросились к нему, и так и застыли, увидев черные изогнутые словно рога, башни, торчавшие посреди красных песков огромной пустыни. Над ними не пролетали птицы, или другие крылатая живность. Место было мертво, и, похоже, что уже давно.

— Давай туда — приказал Рус — только «Версар» не сажай, пусть повисит, проверим, что под песками никто нас не дожидается, и сойдем.

Харей, выбрал две наиболее высокие изогнутые башни, и заставил «Версар» зависнуть между ними, вся команда тут же прилипла к бортам, рассматривая грандиозные сооружения.

Черные антрацитовые рога, блестели странным, непонятным блеском, их будто полировали, хотя может, так оно и было — ветер и песок год, за годом, делали свое дело. Стены гигантских сооружений, не имели, ни бойниц, ни проломов, слегка ребристый материал, покрывал их от земли до сужающихся кончиков.

— Может в них входили из-под земли? — Спросил Серентин, размышляя вслух — а между собой они соединены тоннелями…

— Может — за всех ответил ему Рунин — только что теперь рыть подкоп, чтоб туда проникнуть? Нет уж, увольте, птицы не землеройки.

— Да тебя никто и не заставляет — пробасил куатар — слетай лучше посмотри, что за материал. Только помни, что опираться не на что, привычных потоков тут нет.

— Сидеть!!! — Прикрикнул Априус — пока я все не просмотрю, никаких вылазок. Лучше займитесь тем же.

Он поднялся на нос корабля, и стал вглядываться в толщи песка, проникая под них перефокусированным взором. Песок лежал плотно, никаких полостей, но это еще не факт, что под ним, ни кто не живет — твари бывают разные, иногда покрывают за день десятки миль, так, что их отсутствие еще не говорит о том, что их здесь быть не может. Башни, если когда-то и как-то функционировали теперь, похоже, мертвы полностью, но заглянуть туда всеже стоит.

— Ну что опасности, похоже, нет, я пойду первым — протянул Хорсак, переливаясь за борт.

Никто не успел и слова сказать, как неустрашимый берсерк, уже приземлившись на ноги, быстро потыкал рукоятью секиры, в песчаный грунт, проверяя, как тот держит. А затем, удостоверившись, опрометью бросился бежать, по направлению к ближайшей башне. Тут уже как спелые груши, с корабля, посыпались и остальные воины, Априус не стал никого удерживать, а последовал за ними. Некоторое время весь экипаж, бегал и веселился как дети, даже устроили шуточные состязания в борьбе — Рус, понимал, им требовалась разрядка, но потом интерес к необычному месту, перебил все остальные желания, и они занялись исследованием.

Первую башню вскрывали все вместе, попросту проделав брешь в стене, но нашли в ней, только пустые многоярусные отсеки, по которым было не определить, было ли тут что-нибудь когда-то, или нет, и выяснить, имелось ли у этого строения свое, неизвестное предназначение, не удалось. Тогда рассыпались по пустыне, и стали вскрывать остальные рогообразные башни, в надежде найти хоть какие-то следы строителей.

Куру, Яша, и Рунин, ринулись исследовать местность за пределами, видимости человеческого глаза, а Априус, на пару с Охтаром, и Серентином, выбрав одну из антрацитовых башен, принялись взламывать ее.

— Ну Охтар, твой народ славится как лучшие мастера в изготовлении скрытых замков — щупая гладкую поверхность стены, проговорил Априус — может, попробуешь открыть? Ну так, чтобы на раз-два?

— Я вообще-то был королем, но если на то пошло, моя специализация — это резьба по камню и ювелирные изделия…. Но повозиться можно.

Он достал откуда-то маленький молоточек, и слуховую трубку, и, сделав лицо донельзя сосредоточенным, принялся простукивать, и слушать. Так он сопел и пыхтел, что-то периодически бубня себе под нос, довольно долго, и Рус, собрался, было уже пускать в ход чары, но тут гном завершил свои манипуляции, и в стене что-то слегка щелкнуло. Образовалась овальная дверка, которая, утопившись внутрь, тут же отъехала в сторону.

— Прошу — посторонился наугрим, отходя в сторону, от образовавшегося проема.

Априус осторожно заглянул — внутри полно каких-то вкрапленных в поверхность стен светящихся багровым светом минералов, отчего создается впечатление, будто звездное находишься под куполом звездного неба. Вдоль стен, вниз и вверх закручиваясь спиралям, ведут ребристые отмостки, видимо заменяющие лестничные пролеты.

— Ну что идем, глянем? — заглядывая через плечо Априуса, проговорил Серентин — может, удастся подняться…. И ноги поработают.

— Тогда сначала вверх. — Непонятно с каких соображений, заявил Охтар. — уж лучше, сначала попотеть, а потом с горки топать.

— Не возражаю. — Ответил ему Априус, и вдвинулся в проем.

Он прошел к началу подъема и принялся приноравливаться к частым волнообразным ступенькам. Идти было неудобно, но постепенно, они вскарабкались на следующий ярус, где обнаружили кучу непонятных для себя устройств, напоминающих расставленные по кругу, и установленные на пьедесталы, темные сферы. Каждая, из которых имела определенную отметку, и пластину с нанесенными на нее знаками.

— Напоминает разложенный веер, чтобы это могло быть? — Задумался Серентин.

— Версий могу назвать много — пожал плечами Априус — это похоже на шары «Наблюдателей» каждый такой вот шар, отображает определенный мир. Или же это модели одной и той же планеты, но в разные времена. Как видите, сейчас они не показывают ничего, но когда-то вполне возможно отображали действительность.

— И зачем это понадобилось?

— Скажите мне кто тут жил, и я скажу зачем…. А так, пока не понятно. Тут надо потратить немало времени, чтобы разобраться, Но одно ясно точно мир, в котором жили существа, построившие эти штуки, и мир что обозреваем мы сейчас, очень сильно отстоят, друг от друга не только по времени, но и по пространственной метрике.

— Хочешь сказать, эти башни выглядели иначе? — Не поверил Серентин.

— Может и не иначе, но объемней, расширенней. Заметили, тут нет даже скал, высохших русел и кратеров? А значит мир все еще схлопывается, сжимается, исчезает многомерная проявленность. Не могу объяснить, это нужно сравнивать зрительно. И то если умеешь смотреть шире…

— Ясно мы как бы видим лишь малую часть, от того что было — подытожил гном — тогда надо заканчивать осмотр, и идти вниз — может там арсенал, какой уцелел — и добавил, несколько нервно — и сразу убираемся отсюда, а то раскатается все в лепешку, вместе с нами.

— Ну давайте тогда бегло пробежимся — можно взять — берем, нет пусть остается — сказал Серентин.

Априус промолчал, не став говорить, что взять можно что угодно, хоть и всю башню целиком, облегчив и уменьшив, только вот тащить такой груз в неизведанные дали крайне неразумно, поэтому просто кивнул, соглашаясь, с братом Дрендома.

Подъем на следующий этаж, был еще сложнее, из-за растянутостей витков, этой винтообразной лестницы, по которой явно никогда не ступали ступни прямоходящих существ. Но наверху ничего такого, что можно было подвести к какому-то определению и забрать с собой не нашлось, пришлось развернуться и идти обратно. А уже потом, они направились в подземную часть, где натолкнулись на целую сеть тоннелей и ходов, явно ведущих к другим башням.

— Скорее всего, каждое из этих сооружений выполняло какую-то свою функцию, и все вместе они составляли некий комплекс — вслух, задумался Рус — и…

— А это что такое? — Оторопело воскликнул Охтар, когда перед ним шершавая стена вдруг отъехала в сторону, открывая темное, заполненное странными коконами помещение.

— Жизни там нет — тут же проверив яйцевидные предметы магическим взглядом, прокомментировал Априус — так, что можно зайти.

— Похоже на хранилище — осмотревшись, проговорил гном — только вместо стеллажей, коробок и ящиков тут эти штуки.

Он поковырял один из коконов длинным кинжалом, поверхность оказалась прочной, но не такой уж твердой.

— Словно застывшая морская пена — подходя к гному, и осматривая оболочку, заметил Серентин — но внутри что-то есть.

— Забираем и в трюм — решил Априус — а в более стабильном месте, расковыряем и посмотрим, что там такое упрятано.

— Все забираем? — Округлил глаза наугрим.

— Ну да, а в чем сложность?

— Так носить паримся…

— Ну ты насмешил, а магия на что?

— Тьфу ты — сплюнул гном — чего-то я после «изменения» совсем туго соображаю — больше хочется крушить, да остроухим спеси поубавить… ну и забрать у них кое-что…

— Это побочное действие Заклятия — пояснил Априус — скоро пройдет. Наши цели глобальней будут.

— Так и я не о мелочах. У нас такие войны велись из-за одного совместно сработанного ожерелья, что мир еще долго трясло.

— Ладно, хватит — оборвал гнома Априус — начали, переброску….

Чуть погодя, заполненное коконами хранилище, начало пустеть, зато трюм «Версара» грозил скоро быть набитым до отказа, не смотря ни на какие чары. А еще немного позже чудо-челн с размявшимся экипажем, и добавочным грузом взмыл над гибнувшим миром, в котором уже не осталось «жизненных соков».

До Истинных Рубежей, было еще очень далеко, и дальше Априус, намеревался «плыть» уже без остановок. Надо было сначала добраться туда, а уже потом, идти вдоль них. Хотя конечно неплохо было бы навести «шороха» в мирах близких к ключевым, тем самым, давая возможность Правящим, сделать свой ход. Но все складывалось несколько иначе…

Глава третья Планета Змеев

Скопление планет, с яркой звездой между ними, именуемое системой, раскрылось неожиданно, словно было намеренно упрятано так далеко, и они напоролись на него лишь благодаря природному чутью Старка, ведущего корабль, в период своей вахты.

Наконец показалась и хрустальные сферы миров, внутри которых, виднелись континенты, разграниченные голубыми водными просторами, а местное светило было на довольно большом расстоянии. Правда, планеты очень странно располагались, но этому сразу значения не придали — нужно было определяться, какую, из них, исследовать первой.

— Этот вроде подходящий! — Завопил Фарсад от скуки залезший в смотровую корзину, когда они как раз проплывали над одной, из планет системы…

— Повелитель!!! — Перебивая впередсмотрящего, и от восторга, забывая что, Априус, давно уже запретил, так себя величать, заорал Хорсак, смотрящий в отличие от остальных, вверх и по сторонам — Гляди, никак парад планет намечается. Вон как крестом выстраиваются.

— Хорошо хоть не в линию — пробурчал Рус, теперь тоже оглядывая миры — а то это в мои планы как-то не входило.

— И затмение, похоже, наступает для некоторых из них, и полнолуние… — добавил Картус — что значит, пробуждаются «Дремлющие».

— Не к добру все это, уж вы мне поверьте. — Пробормотал Охтар, поглаживая некогда подаренную ему Априусом секиру, в свою очередь подаренную тому Смолом — старым, давно сгинувшим другом… — В такие вот парады, затмения, и полнолуния, развязываются войны…. И не только.

Априус хмыкнул:

— Не напророчь. Мы сюда не за этим прибыли. Хотя может нам это и на руку — совпадет с каким-нибудь пророчеством.

— И что теперь, какими будут наши действия? — Поинтересовался Атарк, свешиваясь за борт и стараясь понять, чем грозит все это планетарное построение.

— Давай вон к тому зеленовато-синему подойдем ближе, если что почувствуем, зайдем в него, пока не началась свистопляска. Да и контуры материков там больно необычной формы, чересчур правильные…

Конунг, как в старые времена, повторил приказ Старку, кормчий налег на стир, приводя корабль в движение, и тот стремительной стрелой, понесся к указанному миру. Ускорение было таким сильным, что команда едва не повалилась с ног, пришлось ухватиться за борта, или канаты.

— Атарк, командуй на снижение — убедившись, что мир, действительно подходит как нельзя лучше, приказал Априус — зайдем, глянем, чего тут интересного. Да и покупаться, никому не помешает.

— Намекаешь, что кто-то тут грязный уже что свинья? — Встрепенулся попугай — так магия чистит…

— Магия то чистит, да не от всего… Привычки иногда делают нас людьми, тебе птица, этого не понять, так что надо и жить как люди, хотя бы иногда….

Словно падающая звезда, оставляя за собой длинный шлейф из красных искр, «Версар» ткнулся в «хрустальную» оболочку мира. Времени выяснять издалека, обитаема ли планета, не осталось, и Априус повернувшись к кормчему, махнул рукой — мол, давай дальше, сам все знаешь, зачем тебя понукать?

Тот усмехнулся, показывая жутковатого вида клыки — преображения прошло до того успешно, что самого Априуса порой брала оторопь, и повел корабль на снижение. Небосвод проломили, как раз тогда когда последние лучи солнца, освещали это полушарие, и при подлете к поверхности уже особо ее рассмотреть не могли, было ясно только то, что местность слегка гористая. Магическое зрение дало возможность рассмотреть некоторые детали ландшафта, но не подробности.

Старк ловко, посадил корабль, в небольшую ложбину, укрывая его за гранитной стеной, и весь экипаж первым делом посмотрел на небо, где планеты все еще выстраивались.

— Нет, сегодня еще рано чего-то опасаться — проговорил Априус, глядя на далекие миры — в ближайшие дни они не выстроятся. Так что можно заняться выявлением жизненных форм. Предупреждаю сразу, они могут быть весьма необычны, обладать коллективным сознанием или независимым разумом, владеть магией, или быть ее неотъемлемой частью, так что особо не расслабляйтесь. Я понимаю что, чтобы убить кого-нибудь из нас понадобится воистину божественная сила. Но как мне стало известно не так давно — есть чары лишающие памяти даже сильных чародеев. Да и эти как их… негаторы, кто-нибудь да сделал, а в этом случае вы превратитесь в обычных людей, хоть и более сильных, чем все остальные. И к тому существует немало паразитов, откладывающих свои личинки, или яйца-зародыши самонадеянных зевак…

— Да хорош, уже читать им прописные истины — не выдержал Куру — все, все, слышали уже тысячу раз. А приводимые тобой примеры насчет Дагорлад, уже не годятся. Да и тогда не ушли ты «Версар» на ту никому, по сути, не нужную стражу, все бы обернулось совсем иначе. И не было бы тех веков, что прошли мимо нас, А Темная Империя Царств Ночи набрала бы уже такую Мощь, что могла бы сбросить любых Узурпаторов Тронов. Ошибки допускают не в самих сражениях, а, как правило, еще до них.

Предводитель отряда, несколько оторопел — куатар редко позволял себе подобные высказывания на людях, да и сам по себе, не являлся миленьким снежным котиком, коим порой казался другим, о чем он, Априус, иногда забывал. А ведь Куру, проходил практически все обучение, что было до гибели Эльдариуса, вместе с ним на пару, да и потом присутствовал почти всегда. Исключением были лишь Лабиринт, поучения Агатона, и уроки, взятые у Мэйзана. А насчет проигранной битвы, барс был прав, просто одержанная накануне победа, и заклятье, что было при вестнике, ослепили разум, и не дали времени рационально помыслить…

— Ну, тогда раз все, все знают, приступайте к разведке.

— А если кого найдем что с ними делать? Запугивать или выказывать добрые намерения — задал Киан, волнующий всех вопрос.

— Смотрите по обстоятельствам, чем живут, угрожает ли им кто-то, какова численность населения. Если тупы и агрессивны, вообще не трогайте.

— Я так понимаю теперь-то нам таиться незачем? — Поинтересовался Хорсак — можно показать всю силушку? Ну в пределах допустимого?

— Да, можно действовать в открытую, вернее даже необходимо. Так что вперед, сначала обыщем близлежащую округу, а там посмотрим.

Сам он перетек в свою вторую личину, естественно никому ничего не объясняя, пусть думают, что это последствие проведенного совместного ритуала. Едва закончил с преображением, и собирался «поговорить» почувствовать мир, как с первым докладом, как ни странно подбежал Фарсад. Хотя с другой стороны он ведь вперед смотрящий, так что и на поверхности должен все успевать узнавать первым.

— Я еще такого континентального расположения не видел — поделился он впечатлениями — похоже, тысячелетия назад огромный материк не просто раскололся, а как бы направленно. Шесть равных частей как лучи окружают идеально круглый центральный остров — все это было единым материком, и, похоже, под воздействием чего-то очень, очень мощного, раскололось на равные части. Континентальные плиты сместились, внутренне море многократно увеличилось, и вот вам, пожалуйста — образовалась фигура, которая даже в графической магии займет первое место по точности начертания.

— Думаешь, кто-то весьма могущественный задумывал нечто такое грандиозное, что собирался использовать целый мир? — Спросил Априус, давно отвыкший относится к бывшему впередсмотрящему к как обыкновенному мореходу с северных морей.

— Бесспорно — уж слишком, идеальные линии. Вопрос лишь в том было ли это уже использовано или все еще нет?

— Повелитель здесь обитают Другие — совсем чужие расы посыпались доклады от бывших патрульных стражей.

— Что значит другие, вы нарвались на Иных что ли?

— Нет, те насколько я наслышан все равно гуманоидны. — Ответил Картус — две руки, две ноги, тело и одна голова, да и кристаллы свои зеленные везде с собой таскают…. А эти…

— Ну!

— Чуждые нам все нутро переворачивается — это явно не рептилоиды, что ты описывал…. Это жуткая помесь из ночных кошмаров безумца… Мы видели паучих с женскими лицами, женщину-слизняка, и странных существ, с множеством конечностей.

— Похоже, здесь нашли приют некоторые Древние…

— А вам не привиделось? — Поинтересовался куатар — уж больно на бред похоже — может какие-то испарения из глубины планеты, выходят на поверхность, или гниет что-то? Вулканы есть?

— Да есть, вроде, но мы к ним не приближались ведь.

Ладно — нахмурившись, проговорил Рус — тогда пока обследуем только близлежащую к месту посадки, местность, а утром посмотрим…

Тем временем быстро наступала ночь, и воины начали быстро обшаривать окрестности. Через десять минут выяснилось, что поблизости от места высадки, имеется, небольшой аул. Селение оказалось то ли брошенным, то ли все его жители оставили жилища, уйдя в пещеры, коими изобиловала местность. Вода в арыке была пригодна для питья, в очагах пепел оказался свежим, не более трех-четырех дней, и жители явно бежали отсюда в спешке, потому, что не все предметы быта они забрали с собой.

Пока исследовали несколько обнаруженных первыми пещер, поднялось яркое солнце мертвых, наступила первая ночь полнолуния. Было ли это предсказано и предрешено в древних пророчествах этого народца, или сами жители нечаянно пробудили дремавшее в недрах чудовище, вот только оно избрало именно этот час для своего выхода наружу.

Странный режущий уши, визг, возвестил о его приближении. Воины как по команде, стали в круг — так удобней прикрывать спины друг друга, и приготовились к встрече с чему угодно. Визг-шипение раздавалось все ближе, и шло явно сверху, на высоте низкого птичьего полета. Обычные люди может, и обманулись бы, но магическое зрение позволило рассмотреть гигантское тело первобытного Змея, что сразу расстроило практически всех — с этими тварями они встречались частенько, пусть те и попадались разного вида и степени опасности, но суть одна.

— Тьфу ты — напугал гад — сплюнул гном, опуская топор, и поднимая забрало вычурного шлема — дурной что ли, чего выперся то на свет божий? Или поохотиться вздумал, так мы же тебя на пятаки порубаем.

— Это не просто громадный Питон — предупреждающе закричал Тано — это Василиск — Царственный Змей, видите наросты на голове в виде короны? Та еще тварь, мало, что шкура как камень, так еще кислоту изрыгает…. Взгляда его избегайте — посмотрит все, обратного превращения не получится. Да и зубы ядовитые у него тоже есть…

В этот момент чудовище выдвинулось из-за скалы, и при лунном свете его удалось рассмотреть. Размерами, конечно, оно ни кого не впечатлило, видывали и больших, а вот вытянутая, похожая на крокодилью пасть внушала опасение. Чуть ниже головы, имелось четыре недоразвитые лапы, что очень напоминали собой конечности арахнидов, чешуя была крупной, странного серого цвета, и естественно не имела прорех. Глаза едва Змей, узрел добычу, вспыхнули красным огнем — явный сигнал об опасности, и Богар, едва успев отдернуть стоящую на пути этого, почти лучевого взгляда, малышку Эсканэль, заорал:

— Рассыпались!!! Не тот случай, чтобы в кучу сбиваться. Он так нас всех в статуи превратит…

Василиск напал сразу, видно был очень голоден, потому не желал просто убивать — окаменелостями сыт не будешь, попытался схватить, замешкавшегося было, Картуса — тому вздумалось попробовать пообщаться с этой тварью. Спас его толчок Хорсака, заставивший бывшего полковника отлететь в сторону. Эта атака показала Априусу, что половина его воинов, утратила сноровку, привыкли полагаться на магию, и вот, пожалуйста, Змей, оказавшийся чрезвычайно подвижным и резвым, успел уложить Харея, и бросившегося вперед Охтара, сбив их обоих ударом хвоста. Причем, так что оба закованных в металл, воина улетели в бок, грохнулись о склон горы, и оглушенные, сползли на камни. За время, потраченное Василиском на бросок, ударить по нему успели только двое — Серентин, и Коготь. Но их клинки, отскочили от бронированной шкуры, не нанеся змею никакого вреда.

По обескураженным лицам Рудольфа и Ротаря, Априус понял, что брошенные ими заклятья не сработали, и не став выяснять, в чем тут причина, потянулся за «Ракаром». Змей за это время успел преодолеть еще пару саженей, и навис над Элуром, в отличие от остальных воинов, эльфы доспехов не носили, и видимо этим привлекали Василиска больше. Громадная пасть распахнулась, юркий лучник присел и всадил прямо в глотку пару стрел, из лука, понимая, что любимая трубка тут вообще бесполезна. Тут бы, наверное, и пришел бы конец, не имеющему такой сильной защиты перворожденному, если бы не помощь воинов. Быстрее всех оказались Яша и Куру, куатар попросту прыгнул, толкая эльфа в сторону, а неповоротливый, с виду ящер, ловко запрыгнул на извивающееся тело змея, и умудрился заскочить на голову, чем и отвлек того, от намеченной жертвы.

Куру еще попробовал пару раз полоснуть по прочной шкуре своими когтями, но не преуспел, поэтому мгновенно отскочил подальше. Яша же, почему-то даже не пытаясь трансформироваться, вскочив на голову Василиску, дубасил того промеж глаз, своим молотком, и орал:

— Плохая змея, плохая змея! На полуци! Вот тебе, вот.

Теперь уже Априус не мешкал, недавние схватки с подобными ползунами, у Хвергельмира, еще крепко держались в памяти, так, что он даже не задумывался, куда наносить удары. Да «Ракар» и сам являлся не простым мечом, умел определять слабые места, какого бы то ни было противника, надо было только дать ему разить туда, куда он сам выбирал.

Вскоре Василиск, проткнутый во множестве мест, уже, бился в конвульсиях, он извивался, не давая подступиться к себе вплотную, глаза его-то загорались, то тухли, но змей, как бы ни хотелось, совсем не собирался подыхать.

— Быстро регенерирует гад — прокричал Серентин, намереваясь ткнуть своим клинком прямо в глаз коронованного Змея — надо перерубить хребет, его так быстро не срастит…

— Понял! — Крикнул в ответ Априус, разгоняясь, как следует, и, подпрыгивая высоко вверх.

— Бессмелтная твалюке похозе — падая, проревел Яша, не удержавшись на дергающейся голове, он скатился на землю, и теперь пытался заехать молотком между ноздрями Василиску.

Оружие воинов впервые оказалось бесполезным, подобрать нужное заклинание для подобной твари тоже никто не успел, потому Априус не желая, чтобы кто-то из его людей, был обращен в камень, решил использовать Ракар по полной. Лезвие клинка окутала светящаяся полоса виброполя, сам он из фиолетового, стал красно-оранжевым, заметно потяжелел, и врубился в твердую шкуру Змея, чуть дальше головы. На излете своего прыжка рус, вторично ударил извивающееся тело чудовища, и только тогда когда почувствовал твердую опору под ногами, обернулся.

Тело Василиска рассекло на три части, и теперь уже ничто не могло его спасти, такой регенерации просто не бывает, хотя конечно, если дать время бывает всякое, поэтому его не стоит предоставлять.

— Ничего себе экземплярчик — вытирая выступивший на лбу пот — протянул Априус — всей командой еле завалили. И с магией тут какие-то странности творятся, сразу не понять. Похоже, мудрил кто-то с распределением потоков…

— Мало что ли подобных мест? — Ничуть не удивившись, пробасил куатар — нам вообще скоро придется, как встарь, полагаться только на быстроту реакции и собственное тело.

— Чем бы они сейчас помогли? — Скептически хмыкнул Серентин — шкура твердая, что эти камни, глаза защищены так, что не подступишься, единственное, что может наша быстрая реакции — это помочь сбежать побыстрее.

— Да такие выползки нам еще не попадались — обескуражено протянул Харей, подходя к останкам Василиска, при этом сильно хромая на левую ногу.

— Ну вот, теперь будем учитывать, и возможность встречи с такими вот существами — потирая ушибленный локоть, произнес, морщившийся от боли, Картус.

— Спалить бы надо эту гадость — проговорил Рус, приказным тоном, Рудольф, Ротарь, позаботьтесь об этом.

Воины заспешили в сторону аула, надеясь раздобыть там все необходимое для сожжения.

— А все-таки красив зараза — рассматривая громадную голову, проговорил Хорсак — такой трофей грех сжигать, голову с собой возьмем, в замке повесим. Эй, Фарсад крикнул вперед смотрящему, тащи какую-нибудь холстину, чтобы завернуть.

— Не люблю змей — буркнул отряхивающий свой плащ Элур — как бы они не выглядели.

Вернулись Рудольф с Ротарем, таща в растянутом между собой одеяле вязанки хвороста, и лампы полные масла, в свободной руке. Тут работа закипела — костер радует людей любого возврата, а если есть возможность спалить что-то грязное, нечистое, так это всегда, пожалуйста. На всякий случай, громадные части туловища, обложили принесенным хворостом, и облив маслом, подожгли.

— Надеюсь это не самка — проговорил Ротарь — а то не хватало еще весь выводок искать по всему миру…

— Что-то я в толк не возьму повелитель — отходя от чадящего пламени подальше, проговорил Картус — мы тут под темную сторону играем, или с очистительной миссией в поход отправились?

— Ну не оставлять же было такую тварь свободно разгуливать — вырастет, поумнеет вообще умаешься утихомиривать, хотя ты конечно прав. Надо как-то этот случай обыграть по-хитрому. Вон Атарк, кого-то ведет, может сейчас и используем…

Тут действительно показались, успевшие уйти довольно далеко, Атарк, Старк, и Лазик, они шли не одни, рядом с могучими воинами топал какой-то крепенький парнишка. Весьма необычного вида, хотя это и не сразу было заметно, несмотря на возраст не более четырнадцати, голову его обрамляла густая шапка дымчатых волос, из которой торчали остроконечные уши, все верхнюю губу и щеки занимали широкие, тараканьи усы, и шерстяная поросль. Одет он был в шкуру, какого-то необычного зверя, пятнисто-полосатую, с коротким мехом, а ноги были обуты высокие меховые унты.

— Кого это вы поймали? — Поинтересовался Априус у своих подручных — на что нам дикарь?

— А он из племени, которое тут обитало, пока не пробудился Дух Горы, как они думают, и не превратил их в малочисленный народец. Парня кличут Тиграном, довольно боевой малец оказался, еле спеленали…. К тому же он как раз на охоту шел, голодный и свирепый. Пришлось поговорить…

— А ты себя видел? — Вопросил вернувшийся с облета Рунин — я бы такую мерзость и дохлую клевать бы не стал, даже дня не евши.

— Эй, пернатый, а ты сам-то себя ни с кем не перепутал? — Немного необычно отреагировал урман — ты попугай, а не ворон, и не стервятник — они падаль не жрут. Хотя да в таком виде, в каком ты сейчас, может и жрут.

— На себя посмотри, вон паренька кондрашка сейчас хватит, обнимет от такого общества. Эй, парень меня зовут Рунин, ты не бойся — мы тебя не обидим, ты нам по-другому интересен.

Тигран зыркнул на говорящую птицу, перевел взгляд на демона, на плече которого она сидела, затем на пламя огромного костра пожирающего останки чудовищной твари, и вдруг показал крепкие белые зубы в улыбке:

— Вы убили Тхуар-Хуна, врага моего народа — значит я ваш друг. Будьте моими гостями…

— Стоп, стоп, стоп — сказал Априус — мы тут как бы ни погулять вышли — но ты нам сослужишь хорошую службу, если никому ничего рассказывать не будешь. А мы тебя сделаем глашатаем Духа Горы…. Расскажи нам, что вы за народ, кому поклоняетесь, чем живете. Только погоди, тут не место…. Отведите его на корабль накормите и расспросите, а я пока подумаю, как нам быть.

— Там сквозная пещера — подойдя, доложил Серентин, взявший на себя роль первого старшего помощника — пройдя по ней, мы обнаружили там небольшую долину, со всех сторон окруженную отвесными скалами, очень хорошее место, если правильно его обустроить. Клан, который я избрал в древности, жил именно так. Место защищено от ветров, бурь и ураганов. Любой неприятель никогда не подберется вплотную, если конечно не будет проведен тайным ходом. Единственно чем стоит озаботиться это запасным выходом. Тут такое же место, очень хорошее, а если приручить орлов, то будут еще и глаза сверху. В общем, место хорошее…

— Гм, занятно… — кажется, у меня есть идея. Ну-ка переведите «Версар» туда, а мы пройдем через пещеру осмотрим ее, проверим своды на крепость.

Оставив разрубленный труп, догорать Зверокоманда, Априус, Серентин, Клык, и Коготь, отправились к темнеющему пятну входа норы Василиска, остальные, следуя приказу, потянулись к кораблю.

…Логово Змея, оказалось обширной, извилистой пещерой, которая имела второй выход, но он им видимо не пользовался — не было нужды. Практически от самого входа, натолкнулись на груды разнообразных скелетов, но старых почти рассыпавшихся в прах, кости были разбросаны почти на всем протяжении пещеры, видимо ползая Змей, неоднократно зацепал их своим гигантским телом. В одном месте попалось два каменных столба, при ближайшем рассмотрении оказавшимися окаменелыми людьми — видимо в далекие времена, попытки убить эту тварь всеже были.

Никто не зажигал огоньков света, а тем более факелов, все прекрасно видели в темноте, а глаза людей барсов, и их былого покровителя, вообще светились как у горных котов.

— Да — протянул Серентин — похоже, тут не нашлось никого настолько хитрого и умелого, чтобы одолеть Василиска, и он мог тут царствовать очень долго, пируя в каждом новом ауле или стойбище.

— Думаешь, его бы не остановили? — Спросил Коготь — можно же устроить ловушку, завалить пещеру, сбросить на голову здоровенную глыбу в конце то концов.

— Не знаю — ответил один из прежних богов Хрутара — мне показалось это не совсем обычный Василиск. Не в смысле, что я их много встречал, у нас водились несколько другие твари…. Что это не просто существо из плоти и крови, но еще и действительно Дух Горы, божок в какой-то степени, отсюда и сверхживучесть…. Так что этот мир может оказаться очень непростым. Чувствуете токи магии такие разные… и такие абсурдные что ли…. Словно здесь сошлись вместе струи очень различных проявлений силы и это странно…

Второй выход распахнулся неожиданно, выводя к зеленым лугам, небольшой долины, травы на которых даже в лунном свете казались такими девственными и сочными.

— Да тут только тайное поселение и строить — проговорил Клык — самое то, для малочисленного племени…

— Вот мы здесь нечто вроде этого и заложим — рассматривая долину, согласился Априус — а этого Тиграна используем для своих целей…

Сверху закрывая собой луну, тихо опустился «Версар» Старк, ловко посадил его на высокие травы, и команда тут же попрыгала за борт. Априус наоборот поднялся на борт, и втроем вместе с Серентином, и Атарком, они расспросили приведенного паренька.

Оказалось, тот действительно, несмотря на пробуждение Духа Горы, отправился на охоту, потому что все прихваченные с собой запасы, почти закончились. Земледелие тут еще не знали, занимались больше рыбалкой, собирательством и охотой, хотя винторогих баранов и горных коз, выращивать уже пытались. Племя юноши величало себя людьми — тиграми, и всерьез верило, что произошло от этих хищников, которые считались их тотемными животными. Оружия они не имели, в лучшем случае это были дротики, и дубинки, но вершиной мастерства у них почиталось не умение владеть ими, а рукопашные бои в стиле все того же тигра.

— Ну а о мире вокруг тебя ты что-нибудь знаешь? Другие страны, племена, тебе известны или вы далеко от своего селения и не отходили никогда?

Парнишка помотал седой головой, и пояснил:

— Земля, где мы живем, это центральный горный остров, по рассказам старейшин племени, живших до меня — единственное свободное от нелюдей, место. Даже на берег ходить опасно, не то, что за большую воду. Мы выживали столетиями только потому, что почти все побережье, это непроходимые скалы, высокие и крутые, и не такие как мы не могут по ним подняться. Вокруг нашей малой, центральной земли, есть еще шесть больших-больших земель, между которыми много глубокой воды, называемой ушедшими старейшинами — очень широкими проливами — там и живут страшные чудовища половина, из которых похожа на Духа Горы, которого вы сразили, только не такие огромные, и могут превращаться в полулюдей…

Они слава богам не плавают далеко…. Но и воды опасны, потому туда уже три жизни никто не ходит…. Мы ловим рыбу в быстрых речках, охотимся на винторогих баранов, горных козлов, и лесных свиней, не приближаясь к опасной береговой полосе.

— Очень интересно — пробормотал Серентин — это мы что в змеиное логово угодили? Причем не каких-то там ползучих гадов, что есть повсеместно, а определенного вида змеев.

— Выходит что так — задумчиво проговорил Рус — они тут, похоже, главенствуют — надо разведать. Атарк предай мое распоряжение — пока дальше острова не соваться. Никому! Если это те о ком я думаю, то мы, похоже, наконец, нашли гнездо, тех с ком у меня давние счеты. Ну, или одно из гнезд, вон как устроились вдалеке от обитаемых миров, что ж умно, умно, мудрости им не занимать. Так что надо не вспугнуть, ни чем себя не выдав, они серьезные и опасные противники, долго живут, много помнят, много знают, расчетливы и часто нападают из засады…

— Да мы тоже вроде не вчера родились — приосанился викинг — и кое-чего могем. Удаль и…

— Умерь свою браваду — прервал Априус — их ядовитость настолько сильна, что от нескольких капель яда, большие валуны распадаются на четыре куска, и даже первые боги, одного очень молодого мира, опасались укуса подобных созданий.

— Понял, сейчас всех предупрежу — посерьезнев, ответил конунг, и исчез за бортом.

Априус, вновь повернулся к Тиграну, и проговорил, уже приняв решение:

— Что ж парень, не смотря на твое плачевное положение, у тебя будет возможность все изменить. Поселишься тут, с избушкой мы тебе поможем, станешь говорить от имени Змея, но речь выстраивать так, чтобы никаких сомнений, ни у кого не возникло. Назовешься шаманом, который через мир духов, узнает пожелание Царя Горы. Скажешь своим сородичам, чтобы раз в месяц подносили ему дары — яйца живую птицу, овец, коз, косуль, рыбу, сделаешь алтарь у входа — пусть кладут туда и воскуривают травы и хвою, а раз в год лучшую из девушек приводят к Змиевой пещере и оставляют на жертвенном камне. Ты будешь забирать их, с завязанными глазами проводить через пещеры, и селить здесь, скот тоже проведешь сюда, и будешь выращивать, а не резать. Ясно?

Парень утвердительно кивнул.

— Ну вот, таким образом, у вас будет и сыр и молоко. Рыбу часть приготовишь часть, посолишь или повялишь, соль только надо раздобыть. Родники с водой как чую, тут бьют из-под скал, так, что с питьем проблем не будет. Ты Тигран станешь основателем нового племени, а когда нужда в скрытности отпадет, лет через семь не раньше — выйдешь к своему народу и, предоставив зуб который мы тебе оставим, скажешь, что убил Василиска, и тебя изберут вождем. Главное думай головой, что говорить. И чтобы не одичал тут в одиночестве, первую девку требуй сразу, пояснив, что это необходимо, чтобы усыпить Змея, понял?

— Да, но можно мне еще тут погостить? — С живейшим интересом в глазах глядя, на сидящего напротив хищника попросил он.

— Хорошо…. Куру проверь его на наличие способностей и вместе с Яшей подготовьте, чтобы не прокололся перед сородичами, все должно быть подлинно — нам нужен настоящие страх, переживания и суеверия.

— А ты?

— А я прогуляюсь, в одиночку — тоном, не терпящим возражений, ответил Априус — больно любопытный мирок, похоже нам встретился, хочу кое-что проверить. Рунин, ты пожалуй, со мной отправишься, если что мою волю передашь, чтоб я не «бегал» туда-сюда. Вы пока все особо не светитесь, чую, назревает одна из тех битв, которых по преданиям глубокой старины, было очень много в древности…. Но для начала разведка…

…Заклятье переноса и вот он берег — высокий, скалистый, но совсем не такой красочный и живописный как на Акироте. Скалы старые потрескавшиеся от времени, голые, не видно ни деревца, только скудная растительность просматривается кое-где. По всей округе видны следы жизнедеятельности многочисленных морских птиц, которых тут тьма тьмущая, видно, что никто особо на них не охотиться. Морские воды темные и угрюмые, не видно привычных глазу резвящихся дельфинов, или стайки мелкой рыбы, которая часто попадается в подобных местах.

Порывы ветра едва не сбрасывают с карниза, он будто знает, что Априус хочет, и словно возмущается этим желанием.

— Какой-то не очень гостеприимный прием — проговорил Априус — редкий мир меня так встречает. А этот не только не хочет о себе ничего «рассказывать» но даже такое ощущение, противиться нашему здесь присутствию.

— И не говори — падая на плечо хозяина, гаркнул Рунин — меня чуть об скалы не бахнуло, когда хотел над берегом пройтись.

— Вот я и говори не чисто тут что-то. Попахивает чем-то странно знакомым….

— Это я тебе могу и так сказать чем — силой Прежних.

— Да? — Напрягся Априус — кто-то из недобитых Семеркой, божков что ли…

— Не знаю, но что-то не пускает лететь прямо в море. А посмотреть бы на заморские края не мешало бы.

— Это ты однозначно прав — давай-ка вон на тот риф, перенесемся. Там довольно большая сухая, плоскость, Попробую еще там получить картинку, того, что собой представляет, это место. Не отставай!

— Сам не отставай — надулся попугай, что сейчас вовсе им не был, впрочем, как и его хозяин, утративший человеческий облик, даже тот который остался после изменения чарами.

Они расправили крылья, и ринулись вниз с широкого уступа. Несколько секунд полета, и вот ступни опустились на еще влажный камень, отлив только начинался, и Рус, именно здесь, собрался второй раз попытать счастья разузнать хоть что-то об этом, сноровистом мире, который оказался далеко не простым орешком, как это могло показаться сразу. Уже осторожней он потянулся к сознанию мира, его главному кристаллу, в котором хранилась вся история планеты, от самого ее зарождения, остывания поверхности, прорастания первых ростков и до недавних дней. И опять наткнулся на нежелание делиться.

— Что ж вздохнул Априус — с принуждением, так с принуждением. Жеребчик хочет, чтобы его обкатали.

Пара брошенных заклятий, существенно ускорила и облегчила дело, пред глазами вспыхнуло видение юного мира, жаркий климат, тропические леса, гигантские папоротники, действующие вулканы — ничего необычного, небольшие для представителей своего вида, серпентоиды, опекающие своих гигантских собратьев, не особо приспособленных для самостоятельной жизни. Людей, или других прямоходящих, да вообще млекопитающих нет, на планете идиллия, и плавно текущая жизнь. Картинка меняется, с неба падают огненные болиды, а следом за ними несется гигантское тело кометы, мир застыл в страхе, Априус чувствует его дрожь, страшные удары, раны на его плоти, и конвульсии, вызывающие землетрясения. Наступает период мрака, огня, и безжизненности…

Тут Априус даже сквозь состояние транса, ощутил чьи-то жгучие буравящие спину взгляды, его даже начало слегка пошатывать, что уже говорило о крайней опасности, ибо, если взгляд смотрящего существа обладает такое давящей силой, оно бесспорно могуче. Будь он в человечьем обличии, опасность почувствовал бы раньше, а толстокожесть демонической брони, слегка притупляла чутье. Да и те, кто сумел там близко подобраться к нему, знали свое дело, применяли все — искусство скрываться на местности, даже под структуры камней и воды подстраивались, применяли обрабатывающие гипновзгляды, окутывающие, убаюкивающие чары, пусть и слабые, но все-таки действенные. С Руса, правда все это «стекало», как с гуся вода, но он решил подыграть, и дал пока еще невидимым оку, но зримым в магических планах, существам подобраться ближе. Странно, что чувство опасности не вопило, взывая к рассудку, играющего с огнем хозяина, оно, почему-то не расценив струящиеся меж камнями, мелькающие в воде, и пронесшиеся сверху тени, как представляющие угрозу.

Априус, демонстративно поиграл внушительного вида когтями, сжал, и распружинил длинные, толстые пальцы. На миг задумался, использовать ли Ракар, Заклятья, или просто устроить бой на равных, полагаясь на свою скорость, и смертоносность ударов, а ороговевшую шкуру его демонического тела, не так-то легко прокусить. Но они почему-то, несмотря на свое численное превосходство, атаковать не стали, просто окружили, перекрыв, по их мнению, все возможности отхода, и показались во всей своей красе.

— Мы уже не одни — не шевелясь, как и хозяин — мысленно проронил попугай — по ходу ща начнется весело…

— Везет мне в последнее время — иронично подумал Априус, не отвечая Рунину, и быстро отмечая все проявившиеся силуэты — куда не пойду на какую-то змеюку да нарвусь, и с каждым разом они все причудливей.

Повсюду вокруг него, застыли змеевидные фигуры, хотя не только они — с неба упали, и уселись сзади него какие-то летучие твари. Круглые фосфоресцирующие глаза продолжали буравить взглядами. Его прощупывали, зондировали, определяли, пытались пробиться под черепную коробку, и это было ужасно неприятно. Будь Априус человеком целиком и полностью, наверное, уже бы оцепенел от ужаса, и его бы хватил удар. Но он был им только на четверть, к тому память крови его короткого рода, не хранила суеверного страха перед этими существами, а значит и поджилкам трусится, было, нечего, и сковывающего ужаса леденящего кровь, он не испытывал.

Даже не задумываясь, Рус, просто стеганул по этим чужим, мысленным щупальцам, такой же ментальной плетью, пресекая дальнейшие попытки пробраться в его голову, и осмотрел каждого своего противника.

— Вот он древний враг всех прямоходящих — промелькнула первая мысль — столкнулись наконец-то нос к носу. И это не какие-нибудь второстепенные воины-нагасы, или рептилианы, а похоже их предводители…

Справа от него, над камнями высились, два огромных Нага, естественно это были не королевские кобры, а именно полулюди-полузмеи, мужская и женская особь. От головы до талии у них были вполне человеческие тела, с одной парой довольно мускулистых рук, широкими, не узкими, плечами, и единственной, обрамленной рыжими, длинными волосам головой. А вот от пупа, начиналось уже змеиное тело, но первая бросающаяся в глаза деталь, отличающая их от змей и людей, был бирюзовый цвет кожи. Они уставились, на неподвижного Руса, своими желтыми немигающими глазами, но как он понял, уже не прощупывали его защиту.

Чуть поодаль от них, так же недвижимо, сверля его своими немигающими взглядами, застыли странные существа с зелеными, гладкими, сияющими как поверхность воды змеиными телами, покрытыми короткими зелеными волосками с восемью верхними и нижними конечностями и человеческими головами с маленькими рожками. У этих глаза были красными, а раздвоенные языки то и дело пробовали воздух. Гибкие конечности, без суставов постоянно шевелились, будто исполняя какой-то непонятный танец. А может, это было воздействие жестом?

— Вот попали, так попали — подумал Априус, удивляясь сам себе — раньше бы он уже вовсю рубился, а тут ждет чего-то, чего и сам не знает. Может это какие-то новые чары, ведь с земноводными народами он почти не сталкивался, а тут их лучшие представители…

Он чуть повернул голову налево там та же несуразица — только, наоборот, на человеческих торсах длинные змеиные шеи, заканчивающиеся плоскими головами. Тоже мужская и женская особь, из-за вторичных половых признаков не перепутать. Позади — это Рус, видел уже магическим зрением, сложив крылья, замерли люди-драконы, с человеческими но ящероподобными телами, и длинными хвостами.

— Ничего себе кто-то ту нахреновертил — проговорил Рунин, совсем тихо — как такое только и получилось. Что скрещивали все со всем? Знаю только одного такого умника, а тут видать много порезвилось…

— Помолчи — мысленно попросил Априус, и пробежал взглядом по волнам.

А из моря, высунувшись из воды, за ними наблюдали рыболюди, выставив круглые, голые, обтянутые бледно-серой кожей головы, они, вытаращив свои немигающие, огромные глаза, глубоководных обитателей взирали на незваных пришельцев с суши. У них были беззубые рты, и плоские носы, ушей не было, но просматривались ушные раковины. Рядом с ними вынырнув до половины, болтались вообще почти нормальные люди, имевшие зеленоватые пушистые как клочья пены волосы, крупные вытянутые лица с пухлыми губами, и если бы не просматривающиеся ходящие туда-сюда рыбьи хвосты, да поблескивающая чешуйчатая кожа, их бы можно бы было принять за ныряльщиков. Тоже парные особи, на головах нечто вроде корон, у этих имеются и уши, и серьги в них, на шеях, чудные раковины, которые держатся вроде сами по себе. Остальных Априус, рассмотреть не успел, потому что словно отвечая на его мысли, шипяще протянул Наг:

— Мы следили за тобой чужеземец. Зачем ты здесь? Мы тебе не враги. Мы никому не враги. Мы просто живем… Кто ты странник?

— Сфера это мой дом — просто ответил Априус — хожу куда хочу. Меня зовут Каронус, с кем я говорю?

— Я Арджун, это моя жена Улупи, и другие цари — Аккатан, его супруга Фирза, Эккара, Махе, Бойлунг, и Кайра. Да, хотели бы и мы так, бывать где пожелаем…. Но люди боятся нас больше пожаров и потопов. Нет места, это единственное, где нам никто не противостоит. Но мы никому зла не желаем…

— Да ну? — постарался улыбнуться Рус — а как же вся эта вражда, тянущаяся с самого периода рассвета?

— Это не мы ее положили, это другие.

— Я и не говорю что вы конкретно — перебил Рус — ваш род.

— Не наш, разве видел ты даже меньших наших братьев, и сестер чтобы нападали на кого-то, жалили почем зря? Только если на них наступят, или будут хватать руками и дразнить, или будет угроза кладке. А мы во стократ умнее, зачем нам? Половина наших даже не мясоеды. А насчет борьбы за землю, так они изначально наша, мы лишь отстаивали свою территорию, от…. Ото всех!!!

И с чего это вдруг она стала, или как ты думаешь, была вашей.

— Мы Наги, и Те, кто был до нас — овеществленные земные духи. Еще никого не было а мы уже были, не в дикости, была цивилизация нас были миллионы. Пока не настал упадок, но на смену нам пришли совсем не млекопитающие и живородящие бананоеды, нет, пришли ракшасы, великаны, и другие. Потом уже много позже пришли люди, и стали искоренять всех непохожих на них, но и тогда мы не стали врагами, не все из нас, по крайней мере.

Априус ощутил, что речь идет о тех временах, когда их с Куру, бросало временными отрезками на тысячелетия вперед, как щепки в бурном течении горных рек, и поинтересовался:

— Есть доказательства вашего первенства?

— Мы последователи. Первыми были человекозавры других видов. Сказано же и исторгла земля из себя тварей различных и гадов ползучих, только твари это не те, кто теплокровен и в мохнатой шкуре…. В ту начальную эпоху существовали разумные небольшие ящеры, передвигающиеся на двух ногах. Они опекали своих более больших собратьев, используя их для своих целей, поэтому и могли существовать такие, нежизнеспособные виды, как сейсмозавры — их опекали серпентоиды. Мой народ находил, гигантские кладбища динозавров — это могильники, свалка отбракованных особей.

— Они выращивали игуан как скот — проговорил свистящим шепотом — волосатый змеевик — и сеяли злаки, содержали сады — не думай, что это были тупые жрущие друг друга чудовищные монстры.

Рус перевел взгляд на этих человекоголовых, многоножек у которых головы, вместо шей и плеч, держались на раздутых капюшонах затем опять, на шипяще говорящего и его спутницу. У обоих на руках искусно сработанные золотые браслеты, а у нее еще и ожерелье обвилось вокруг красивой шеи, на телах и лицах, замысловатый то ли татуаж, то ли естественный узор, по-своему они были очень даже красивы. Кивнул, и стал ждать продолжения.

— Цивилизация ящеров длилась очень долго — прошипел Наг, уже почти не спотыкаясь на словах — в разных мирах, ее существование длилось миллионы лет. Но затем словно следуя какому-то плану, внезапно начала угасать. Наши предки родом не из этого мира, их родная планета далеко отсюда, и под другим солнцем. Там их существование прервал гигантский метеорит, тем самым, положив начало моей расе, выползшей из болот и подземных, теплых озер. Ось изменила наклон в первый раз, климат поменялся, и уже мы, вместе с выжившими ящерами, властвовали на планете. Никто ни с кем не враждовал, но появились другие вначале на огромном сорванном с якорей, блуждающем мире, они врезались в Землю, отколов от нашей водной планеты гигантский кусок, который после стал Луной, и вот тут-то появились оборотни со звезд. Не те, что зовутся людьми вурдалаками, а сродни нам, но могущие перестраивать свое тело. Тут и началось противостояние. С чего нам было уступать свой родной мир, чужакам? Вот тебе и начало вражды. Но это было еще полбеды — нет ничего страшнее угасающей Звезды, тогда все на поверхности гибнет от холода, но можно уйти под землю, что, ни раз уже случалось, но еще более страшно когда она взрывается…. Так случилось и тогда — взорвалось одно из дальних светил, и его осколки частично сгорев, все-таки упали на жителей, не ожидавших естественно ничего подобного…. Все погибло в огне, те, кто успел уйти под землю, выжили, но уже не стали выбираться обратно.

— И что, тогда-то мир и заполонили люди?

— Нет — другие. Земле опять были нужны, представители природных стихий воплоти. И она породила кошмар, даже с нашей точки зрения.

— Кого?

— Центиманов, ракшасов, и других членисторуких. Видимо в тот момент не с кого было брать матрицу, потому были использованы никуда ни девшиеся насекомые. И появились все эти сторукие многоглавые гиганты… Их существование стало возможным благодаря меньшей силе тяготения, связанной с быстрым вращением Земли, так называется планета, откуда я родом, и более плотной насыщенной парами воды и углекислым газом, двухслойным аэром, и еще рядом причин.

— Так вы пришли сюда с Ки, э-э… в смысле с Земли, третьей планете от Солнца? Известной еще как Терра, Урантия, и кучей других имен?

— Да — по лицу или морде, нага, прошла неясная тень — пришлось бежать…. Только это было уже много позже, не на моей конечно памяти…. Но мы об этом знаем. Это случилось после прихода Семерых…. Ну вернее их воинств, которые выкашивали всех, могущих представлять хоть какую-то угрозу Древних. А с нашим многотысячелетним опытом и знаниями, мы ее видимо представляли. Но все по порядку, или ты уже утратил интерес?

— Нет, продолжай, для меня все необычное интересно, особенно вот те ребята, что плещутся в воде, потому что, таких как ты, я встречал, а вот как они ни разу. Кроганы это другое — они почти люди, только у них перепонки между пальцами, и жабры имеются. Ну и волосы, словно пена….

— Все кто здесь живет, пришли сюда из разных мест, но в моем родном мире такие тоже обитали. Это его коренное население, хоть сейчас этого никто и не признает, у короткоживущих плохая и короткая память. Забыли, кто научил их всему, помог подняться на должный уровень?

— В смысле?

— В том, что это был мой народ…. Сейчас доскажу кратко…. Итак за тысячелетия, минувшие после нашего ухода под землю, наверху родились все эти ракшасы, фоморы, центиманы и остальные членисторукие. Одних были десятки тысяч, других единицы. Им были присущи несвойственные ни нам, ни людям черты: — они имели много голов, и конечностей уродливые формы — огромные отвисшие животы и губы. Некоторые были обладателями одного или нескольких глаз. Некоторые ракшасы, были даже покрыты роговыми пластинами, и обладали свойственной некоторым насекомым — ядовитостью, потому сражаться с ними непросто. Ракшасы используют в качестве орудия свои длинные ядовитые когти, и хотя это не наши ядовитые зубы — эффект от их применения ничуть не меньше.

В общем, когда мы поднялись на поверхность, она уже была заселена, расплодившимися новыми видами, и нам пришлось делить мир, еще и с ними. Люди-насекомые, ракшасы, найрриты, гекатонхейры и подобные им существа, заполнили Землю, и не только ее.

— Они были разумны? Или так на уровне пещерных хищников?

— Разумны, и еще как. Некоторые впоследствии стали даже богами у первых людских народов. Имели многочисленные свиты, состоящие из более низших каст. И их внешний вид поражал даже нас, складывалось такое впечатление, что с программой воплощения вида и образа случился какой-то сбой. Это были словно неразделенные близнецы, с чертами присущими некоторым животным или насекомым. А лик некоторых был воистину ужасен и причудлив до безумия….

Понятно. Я про них даже не слышал, ни одного рассказа про таких не припомню — перебил Априус — Хотя я был только на двух континентах, а там такие чуды-юды могли не обитать. Н как ты это можешь знать, ведь это было столь давно?

— А мы живем долго, и мерим срок жизни веками, а раньше так вообще тысячами измеряли. Мои предки жили от десяти до ста тысяч лет, и немало чего из знаний Прежних, передали нам.

— Как такое, возможно, это немыслимо чтобы не единичные случаи, а целый народ?

— Почему же немыслимо? Это теплокровные живут все время в одной шкуре, и начинают стареть с момента окончания роста. Мы же меняем кожу, таким образом, постоянно омолаживаемся, да и дышим иначе — отсюда другой цвет крови, и кожи. И за счет этого срок жизни уже увеличивается…. Ну и плюс еще некоторые магические секреты…. Так что не надо удивляться нашему долгому веку.

— Я так понимаю, ваше противостояние с этими членисторукими окончилось войной?

— И не одной. Доходило даже до великих войн захлестывающих всю планету. Упоминания об этом встречаются в былинах людских народов, да только никто не знает, насколько давно это было.

— И насколько же?

— Миллионы лет минули, и поверь, эти предания сохранила совсем не людская память. Закипели такие кровопролитные схватки, что не было на всей Земле, камешка, на который бы, не попала капля крови. Трупами были завалены очень обширные территории. У противоположной стороны нашлись союзники, желавшие захватить мир для себя, и мы проиграли. Но всех до единого змеелюдей и амфибий им естественно уничтожить не удалось, началось иное противостояние. Хотя самые мудрые и дальновидные наги и нагини, стали скрещиваться с победителями, с теми, кто был красив, и это было возможно по физиологии, хотя тогда вся жизнь в мирах, была наполнена родючестью, и порой на свет появлялось такое, что и вообразить невозможно…

— Обычно отклонение от заданных форм, приводит к быстрой смерти, как же они выживали?

— Это в обычных условиях, а тогдашние бушующие войны, в которых применялось все что изобреталось, любое оружие, любые смертоносные и разрушительные заклятья, а так же природные катаклизмы, вызванные всем этим, создали такую среду, в которой, это стало возможным. Мрак, морозы, понижение содержания кислорода, подъем уровня моря, кислотные дожди в итоге заставили организмы приспособиться. И из этих всевозможных браков и союзов, рождались такие детки, что люди повскрывали бы себе глотки, дабы не лицезреть этого ужаса, их счастье, что они еще не родились, или, по крайней мере, мы об этом не знали…

Так миру явились трехглавые, пятиглавые, семиглавые и десятиглавые змеи, могущественные и мудрые, их головы были увенчаны драгоценными коронами; за свою добродетель, а часто и длительное подвижничество, они снискали милость и дружбу богов. Заметь, нигде наги и амфибии не выступают как захватчики, наши народы только отстаивали свои царства.

— Откуда тогда взялись такие как ты, и твоя жена? У вас даже тела чешуей не везде покрыты?

— Мы последствие кровосмешений, когда на Земле, отбушевали войны за владение ей, мой народ, был практически уничтожен, остатки вынуждены были скрываться, но, имея добрый нрав, помогали стать на ноги слабому еще, человечеству. В основной своей массе, кроме отдельных групп конечно…

— А что вы могли научить строить их убежища, крепкие дома и прочие сооружения? Я думал, вы обитаете в подземельях, пещерах и подводных гротах?

— Трудно поверить, но когда-то все не людские расы, жили в красивейших городах с многоэтажными дворцами, садами, парками, каналами и прочими ирригационными сооружениями, правда, это в основном ракшасы. В великолепных замках обитали фоморы и каких-то загадочных подземных городах с дворцами, сделанными из золота, жили мои предки. Рядовые фоморы и ракшасы жили в многолюдных селениях на равнинах и в лесах.

— По ходу, во время скитаний во времени, я пропустил самое интересное — подумал Априус — хорошо еще, что мы с Куру, сдуру не вломились в какой-нибудь подобный мир, тогда, когда Заклинание выбросило нас не туда, а то бы умаялись крошить всех этих переростков…. Хотя они бы нас обессилевших и испуганных, наверно быстро бы уработали…

Тем временем, Наг, которого видимо, избрали посланцем обшей воли, продолжал вещать:

— Вот только тогда и появилось племя людей, и те, из них кому посчастливилось общаться с моим народом, заняли верховное положение среди своих собратьев, а мы стали их богами, впрочем, не только мы. Войны с тех пор уже не утихали никогда. Цивилизации уничтожались и возникали снова, набирали силу и сходили на нет.

— Ты имеешь в виду не человеческие культуры?

— Да, человек еще был малочислен и слаб, впрочем, таковым и остался. Ему постоянно помогали выживать, а не уничтожали, как он теперь считает. Не все конечно, и среди первых рас находились желающие попить человеческой плоти или полакомиться его плотью, но таких было меньшинство, уж поверь на слово. Почти все мы предпочли стать во главе слабых людей, и даже вступали с ними в союзы и браки. От браков фоморов, нагов, ракшасов и людей или других которым у меня нет определения, рождалось вполне жизнеспособное потомство, наследовавшее характерные черты своих родителей и, как можно догадаться, стояло во главе будущих людских, королевских династий. А иногда и сами мы становились правителями, или богами человеческих народов, если конечно имели для этого достаточно сил…. А в итоге человек все это забыл, или предпочел не помнить, хотя некоторые народы кое-что смогли записать, рассказать их версию?

Априус повел глазами вправо-влево, что-то с пространством на этом пятачке суши было не так, ему-то ли заговаривали зубы, готовы какое-то непонятное чародейство, то ли оперировали со временем, растягивая мгновения, на целые минуты. Рунин, похоже, впервые за долгое время внимал рассказчику, не перебивая, но явно был начеку, молчит, значит, опасения напрасны. Времени прошло не так много, хотя прилив должен был уже начаться, а раз не начинается, значит, морские обитатели тут приложили вое умение.

— Да, я с удовольствием послушаю — ответил он, на заданный вопрос — людям, конечно, свойственно все перевирать, но иногда они додумываются до чего-нибудь стоящего внимания.

— В преданиях одного народа, который опекали мои собратья, говорится о трех или четырех мировых эпохах и трех творениях мира и человечествах. Согласно этому преданию, Первое творение началось тогда, когда мир пребывал в темноте, и «было только холодное море и великое пространство небес». Мир был создан Создательницей и Творцом, Великой матерью и Великим отцом, находившимися в бесконечных водах, а также Сердцем небес. В результате творения «…горы появились из воды; большие горы выросли мгновенно» После создания земли боги сотворили животных и птиц, но они довольно скоро поняли, что те были неспособны почитать своих творцов, а боги без почитания, не боги, а так абстрактное понятие. Потому превратив их в объект охоты, отдали на съедение «людям» правда, непонятно, каким, так как «люди» тогда еще не были созданы. Я к чему это рассказал — сами люди не могут это помнить, они не были свидетелями Творения, но могли быть очевидцами воссоздания. Ты должен понимать что Солнца, Луны, и звезд не было, не потому что их не было, а потому что Землю закрывал покров мрака, и небо было скрыто мглой. И горы не вырастали из воды, а ее уровень падал после затопления, и они естественно очень быстро проявлялись. Так было каждый раз после очередного космического бедствия.

— ? каждый мир возрождался, словно феникс из пепла множество раз?

— Да, если поискать во многих преданиях древних племен, населяющих разные миры, найдется упоминание о периодически заливавших поверхность дождях и потопах. Встретиться немало устных и письменных свидетельства о жутких опустошавших ураганах, падавших с неба, и оставляющих после себя ужасные шрамы, звездах, огненных круговоротах и гигантских пожарах. А так же стоявшей густой и непроглядной тьме и нестерпимо жгучем Солнце. Планеты как бы там ни было выстаивали, их корчило, жгло, трясло, топило, они меняли наклон, бывало, даже переворачивались, но жили. А вместе с ними выживали и мы, забывшись в щели, или приспособившись к водной среде, которая спасала и от огня, и от чада, давала пищу и кров. И в тех же преданиях, ты найдешь упоминания о рептилиях учителях, змеевидных богах, которые научили людей пахать землю, сеять хлеб, разводить домашних животных, строить города, а также разным наукам, ремеслам и искусствам.

— И вас начали боготворить как создателей?

— Да, несмотря на наш полуморской образ жизни, в большинстве преданий земноводных богов, как и первые два поколения земных богов, соотносят с землей и рассматривают как богов земледелия и плодородия. А потом…. Потом, спустя тысячелетия человеческие жрецы дабы укрепить свое положение, и как угодно влиять на умы своих соплеменников придумали свою сказку о сотворении мира, а нас всех прежних, объявили демонами, кошмарными выходцами с адовых кругов, приспешниками Хаоса, и все такое. Так что сам решай, кто тут враг и кому.

Наг умолк, а Априус, стараясь ни чем не выдавать своего смятения, вызванного совсем не откровением земноводного народа, а количеством лет отделяющих Зарю Времен, от того дня, когда они с Куру, очутились в мире Даарии, сами, едва пережив недавнюю катастрофу. Миллионы лет!!! Такое просто не укладывалось в голове, разность течения времени, и все такое, ну пусть сто тысяч минуло, ну пятьсот, но такая цифра это… невероятно. Когда Вильдигор говорил о смутных, дошедших из глубины веков преданиях о существовавшем когда-то «Сердце Миров», о Великом Переделе, и еще там всяких Первых Днях, Рус, и подумать не мог, что по временной шкале прошли сотни тысяч лет, а тут миллионы!

— Я тебя услышал — всеже нашел в себе силы ответить Априус — чего вы хотели от этой встречи?

— После прихода Могущественных Сил, из-за границ Сферы, миры узнали, что такое гибель, окончательна гибель. Когда по Земле рыскали их ищейки, нам удалось перебраться сюда. Этот мир, наше последнее прибежище, здесь мы наиболее многочисленны, и нас не интересуют внешние распри. Хотелось бы так, и остаться в стороне. И просто жить и копить мудрость, чтобы потом ей поделиться, с теми, кто прейдет нам на смену. Мы пришли, просит защиты, мы чувствуем, ты можешь ее дать.

Рус, попросту оторопел, хотя это и ни как не отобразилось на его внешнем облике, а попугай впервые раскрыв клюв, выпалил:

— Ни фига себе поворотик…. Это че мы земноводных крышевать будем?

— Рунин уймись… — Прервал говоруна, Априус, лихорадочно соображая как быть?

Он быстро обдумывал ситуацию, и с ошеломлением понимал — Что все складывается ему на руку, и вписывается в намеченный план. Как нельзя кстати.

— Гм, по правде сказать, неожиданный поворот — не спеша, проговорил Рус — в нынешние времена, чтобы кому-то… э-э предоставили защиты, и покровительство, он должен присягнуть на верность. Стать вассалом, и тому подобное… Но прежде я должен проверить твои слова, не о прошлом, а о том, как вы живете сейчас. Поэтому вам придется дать мне и моим, гм… посланцам, открытый доступ в свои владения. И предупреждаю сразу — не стоит делать даже попыток где-то и в чем-то нас обхитрить — это чревато. Устраивает?

Он по очереди посмотрел на каждого, кто присутствовал на этой незапланированной встрече. Между ними, прошли незримые токи, мыслеобмена, которые не отразились даже на первых планах бытия, да оно и понятно это ментальный уровень. Они явно быстро посовещались, и наконец, человеко-змей прошипел:

— Мы согласны. Но под нашим контролем только три материка, остальные делят между собой уцелевшие членисторукие, и остатки разбитых пантеонов божественных рас, почти с десятка миров.

— Враждуете? — Коротко спросил Априус.

— Нет, у нас перемирие — не стоит привлекать внимание Высших Сил.

— Это правильно, а то кто-нибудь да заинтересуется…. Что ж ожидайте гостей, вернее проверяющих, а из них гости как бы, не совсем те. Уже после этого будет мой вердикт. Какие материки ваши?

— Те, что отсюда справа, если смотреть строго в нордовом направлении. Они располагаются один, за другим, преимущественно вся территория занята тропическими лесами. Мы живем вдоль рек, там нас всех и найдете.

— Хорошо, тогда возвращайтесь, и ожидайте моих посланников — он расправил крылья, и взвился в небо.

Отметив, что Рунин, следует за ним, мощными взмахами крыльев, послал тело в набор высоты, поднялся повыше, и они, сделав несколько больших кругов, над побережьем, понеслись к спрятанному в скалах кораблю.

Глава четвертая Дивные создания

По мере полета, они просматривали весь остров, потому что на материк, этот клочок суши, никак не тянул. Гористая местность, потянулась под крыльями, местами попадалось редколесье, виднелись извивы быстрых рек, и зеркальные пятна озер. Но вот уже и природный кратер, где величественно застыл «Версар» солнце только, только начало всплывать из-за края мира, и лишь теперь континенты стоило как-то рассматривать.

— Ну что тут у вас? — опускаясь на палубу корабля, поинтересовался Априус, устоявших вдоль борта, Серентина и Атарка и эльфов, из личного сопровождения — скучаете, небось? Ну ничего, я вам работенку принес. Зовите остальных, обсудим новости.

Рунин сразу унесся к Яше и Куру, которые ««гоняли» найденного пацана по азам шаманского искусства, делая из него хоть какое-то подобие настоящего шамана. Янтэ смазанной тенью, как это умеют только эльфы, скользнул за борт, и вскоре послышался его голос созывающий всех на корабль.

— Атарк ты достань пару бочонков с рисовым пивом — усаживаясь на скамью, попросил Рус — надо же, когда-то распробовать его. А то в корчме все предпочитают другое, выбрать. А это даже нашему нынешнему статусу соответствует — «Веселый Роджер» называется. Так что будем на новом месте, новое пиво проливать. И рога раздобудь…

— Это еще зачем? — Не понял хирдман — не буду я их носить, не заставляй… выдумки все это.

— Ты о чем? — На этот раз не понял сам предводитель, пока еще только начинающих налетчиков — пиво из них пить будем, под ритуальное питье все обыграем — парнишка пусть проникнется.

Атарк отправился в трюм, а по сходням затопали тяжелые сапоги — воины начали собираться, один за другим пробираясь на палубу, и усаживай на скамью. Дождавшись когда идущий последним, Лазик, окажется на борту, Априус проговорил:

— Начну с того, что в незапамятные времена, когда только воцарившаяся Великолепная Девятка, заканчивала возводить свое Тронное Царство, а их верны псы, ставили на колени всех непокорных, или попросту переводили из бытия в небытие. В этот мир, различными способами и путями попали разнообразные божки с других Земель. Не боги, те все-таки имели гордость и честь, пытались постоять за свое место под солнцами, и оказывали достойный прием вторгшимся захватчикам. К сожалению никто, из них не выжил, а вот всякая мелкая… в нашем понимании звиздобратия успешно поныкалась по различным норам и отноркам. В общем, как ни крути — все они Древние! Их конечно не так давно в немалом количестве, пустил под жертвенный нож один, весьма достойный пристального внимания чародей…. но этих его заклятие не затронула. На мире стоит какая-то защита, кто, и когда, и зачем ее поставил нам и предстоит выяснить. Так же кто-то из вас отправиться в гости к местным обитателям. Желающие есть, нужно посетить три материка? Но идти надо естественно не поодиночке.

— Да в гости мы все горазды — проговорил Хорсак — если зовут, то чего же не сходить, а то мы в последнее время все больше как-то сами заявляемся без приглашения. Я вот точно пойду.

— Я с тобой — тут же заявил гном.

— Заметано.

— Я тоже совсем не против, посмотреть, как тут живут — признался Серентин, но раз надо в команде, то тогда думаю, подойдут Клык и Коготь.

— А мы тогда с Богаром, третье царство-государство навестим — проговорил Картус.

— Да погодите вы — призывая к тишине — поднял руку Априус. Я же самое главное не сказал — вас ожидают, наги и рыболюди, у них там собственные царства.

Наступила тишина, затем Богар, как и в былые годы, обращаясь к повелителю, приложил руку к сердцу и пробормотал:

— Но Повелитель, за что такая честь в змеиное логово, да что там, логово, их там целый материк, ни какой магии не хватит укусы лечить. Знаю я, эту хитрую породу…

— В том-то и дело что не знаешь, а значит, тем более пойдешь. Если что вытяну. И не дрейфьте вы так. Там знаете, какие женщины красивые залюбуешься, правда с ногами не все тут выбирать придется либо верхняя половина. Либо нижняя. Хотя верховные касты как я слышал, оборачиваются в таких королев, что вам и не снилось.

— Ага — королев — хмыкнула Эстэль — сотни королевских кобр.

— А ты никак ревнуешь? — Вскинулся Тано, который крутил шашни, с этой миниатюрной эльфиечкой.

— Больно надо — вполне по-человечески фыркнула та — идите хоть все…

— Атарк, чего молчишь, нелюдь это ведь по вашей части? — Спросил Априус — вы по их девкам мастера…

— Гм, это конечно да, бывало, заносило — сразу стушевался, откупоривающий бочонок с пивом конунг. — Но Серентин соврать не даст, это с его подачи все началось — те все девы, выглядели как нормальная человеческая баба. Ну волосы там зеленые, или длиной до пят, но во всем остальном как надо…. А тут…

— Да я вообще-то пошутил — усмехнулся Априус, и добавил, заметив, как все с облегчением вздохнули — насчет того, что могут к вам приставать, а так да к нагам пойдете. И раз вас так трясет, то сам назначу кт и с кем. Итак, неразлучная семерка, топайте на первый материк, он, если смотреть строго на север справа будет. Картус, ты возьмешь Киана, Тано, Богара, и Харея отправишься на второй. Ну а ты Серентин, как и сказал с Клыком и Когтем, на третий. Только еще Охтара прихватите, а то он, когда с хирдманами может характер показать, и глупостей наделать.

— Да ладно — проворчал гном — это только в корчме…

— В общем, вы не только погулять, идете — надо узнать, как живут, чем дышат, правда ли безопасные. Ну, вы сами все знаете. Солнце почти встало так что можете отправляться. Пользуйтесь заклятиями перемещения, и следы по обыкновению заметайте.

— Так они нам все и расскажут — хмыкнул Киан — я бы тоже свои секреты не выдавал.

— Обещали — пожал плечами Априус — и это в их интересах, если что постоянно об этом напоминайте. А сейчас идемте, место подберем, где Тиграну, домишко выстроить, надо же ему где-то жить, а то пещера Василиска как-то не очень к этому подходит.

— Пиво с собой брать? — Поинтересовался Атарк.

— Да, оно нужно для обряда.

Когда покинули корабль, как-то не сговариваясь, отправились к одному и тому же месту, небольшой возвышенности посреди равнины.

— Тут нормально будет — высказал свое мнение Картус — со временем, если надо хутор влезет, на эту возвышенность.

— А как по мне, то лучше в скалах град заложить — не согласился Охтар — там тебе защита отовсюду, правда, солнца не видать, зато надежно.

— Это вам надежно и удобно — ответил ему Хорсак — а они совсем на диком уровне, да и вообще пацану этому много не надо, даже если и девок наведет.

— Ладно, наполняйте рога — сказал Априус — и за дело.

— А строить то из чего не выдержал гном, пока разливали пиво — из сена, что ли хижину?

— Да ну Охтар, а магия на что? — Воскликнул Серентин — будь мы простыми мастеровыми — тогда да, каменный бы складывать стали, а если дано нам, чарами материю уплотнять, да землю перестраивать, то чего же мудрить?

Тут прибежали Куру, и Яша, за которыми неотступно следовал Тиран. Ему вручили наполненный пенящимся пивом, рог, и пояснили, что нужно делать. Воины стали в круг, и вскинули руки к небу, в торжественном салюте, наполненные до краев рога, взлетели вверх, не расплескав и капли, затем часть их содержимого, плеснули на место будущей застройки, и, не отрываясь, выпили остальной, хмельной напиток. И ту перед глазами парнишки развернулось такое действо, что доживи он до весьма преклонных лет, все равно будет помнить каждый миг, создания своего первого жилища.

Из-под земли полезли толстые корни, переплетаясь и изгибаясь, поднялись на высоту, четырех — пяти человеческих роста, взрыхленная земля, тут же стала заволакиваться чуть красноватым туманом, а когда тот рассеялся, перед изумленным Тиграном, высился аккуратный двухэтажный теремок. С резным крыльцом, козырьком и ставнями, добротный и зовущий, заселиться прямо сейчас и жить.

— Ну входи, осматривайся — добродушно прогудел Атарк — тебе тут долго хозяйничать.

Тигран несмело пошел по ступенькам, и осторожно толкнул дверь.

— Ну все, тут уже делать нечего — осматривая совместное творение, проговорил Рус — отправляйтесь пока солнце высоко, вам же лучше все охватить будет.

— Да, при солнце оно конечно как-то спокойней — кивнул Рудольф — хоть мы и видим в темноте аки кошки, но в незнакомое место лучше при солнышке соваться.

— Они вообще-то еще лучше нас видят — напомнил Киан — и под водой тоже.

— Вы сильно там не разгуливайтесь — предупредил Априус — нам еще в остальные миры заглянуть надо, и дальше лететь…

— А сам-то ты, где будешь? Поинтересовался Серентин.

— Да тут еще три материка — ответил Априус — но туда нас не звали. Вот я так одним глазком, и хочу посмотреть, кто там живет, и чем промышляют.

— А, вон даже как — себе самое интересное оставил.

— Можем, поменяться — усмехнулся Рус — мне кажется, у змеиного народа будет интересней.

— Да нет, уже же все наметили…

— Ну, тогда нечего медлить. Вперед!

Априус некоторое время смотрел как прямо с места, исчезают его подручные, отправляясь еще в неведомые края, Когда рядом не осталось никого, кроме эльфов которые пошли в теремок вслед за Тиграном, и зверокоманды, он проговорил, немного нахмурив чело:

— Ну что Куру кажется, пробелы в нашей с тобой длинной истории начинают заполняться. И мне не очень нравится, какими именно сведениями. Выходит, что пока нас носило по петлям Времени — почти все миры изрыгнули из своей плоти Предтеч — только эти Предтечи были совсем-совсем не людьми, и не эльфами у которых от людей не так уж и много отличий. Вначале, оказывается, довольно долго правили ящеры!!! У них была собственная цивилизация, разбросанная по разным планетам. И это меня сильно будоражит — мы-то знаем, как все начиналось, видимо гибель Эльдариуса, дала толчок для развития иных видов, а хомо, если где и появились, то в единичном случае.

— Значит Уахинбар в момент своего наибольшего могущества, попросту выжег рассадники властвующих во многих мирах, нагов и виевичей, тем самым почти их всех, уничтожив…. но сюда кое-кому из них удалось сбежать вовремя.

— Похоже, не только сюда… Мы их много где встречали, не нагов — рептилоидов. Я даже боюсь, и представить, кого еще приютил этот мир.

— Насколько я понимаю, ты как раз собираешься это выяснить?

— Да, и извини — вас с собой не беру. Хотя…. Нет Яшу возьму, поплывем морем. И Рунина можно запустить на разведку, а вот ты братец Куру, продолжишь обучать Тиграна, тебе ведь не впервой, если вспомнить дикие племена Кайлана.

— Мне-то не впервой, только мы вроде не за этим сюда пробирались…

— Если ты его обучишь, как следуете, то он столько страха в округе посеет, что как раз выйдет все согласно плану. К тому же я не в гости, иду как остальные, а на разведку, так что буду скоро.

— Ладно — проворчал куатар — оправляйтесь уже скорее, да возвращайтесь побыстрей, а то я тут со скуки сдохну…

— Да ты и соскучится, не успеешь, как мы вернемся — проронил попугай — главное чтобы остальные возвратились прежними, я вот боюсь, как бы наших хирдманов змеедевки не охмурили, а то они до таких больно падки.

— Они сейчас как бы и не они — ответил куатар — даже лучше будет, если свяжутся с ними — такое уж точно никто светлой стороне не припишет.

— Ну все Куру. Мы отправляемся…

Заклинание переноса, и вот уже выдающийся из моря риф.

— Отсюда нам налево, все три материка в том направлении — проговорил Априус — ты Рунин, пойдешь над поверхностью, и обследуешь второй, по очереди, ты Яша под водой — опыт у тебя есть, доберешься до первого. Ну а я прямым ходом туда, на самый крайний махну.

— Так чего же ты тогда Куру не взял? — Поинтересовался попугай.

— Потому что — не стал Априус — вдаваться в подробности. — Ну, все пошли.

И они отправились каждый, своим путем.

* * *

Априус вынырнул из подпространства, на самом краю, длинного насыпанного из крупных камней мыса, выполняющего то ли функцию волнореза, то ли предохраняющего берег, от размытия. Ближайшая и охватываемая обычным взглядом, часть суши была все захваченная тропическим лесом. Никаких портов, пристаней, или еще каких-либо сооружений видно не было. Если тут и обитали людские или не людские племена, то они ни чем свое присутствие не выказывали. Или находились еще на диком уровне развития, и ничего такого не строили.

Но аборигены этого мира, Руса интересовали мало. Со слов Арджуна, здесь проживали выходцы из третьей расы, в свое время населявшей Ки — всякие там исполинские создания, с физиологией, над которой поизощрялся некий безумный гений, или попросту сама планета, сделал их такими, чтобы они смогли выжить в постоянно изменяющейся среде.

Обнаружить место обитания большого количества таких созданий, было интересно, и одновременно опасно. Априус конечно в своих силах не сомневался, но раз эти божки сумели сбежать, от всевидящих Очей Прежних Владык, и не попали под взоры Нынешних, они уже изначально хитры, и опасны. И если и, правда, прошло, то количество тысячелетий, о котором говорил Наг, то уровень силы этих беглецов, должен был вырасти невероятно. Если конечно они совершенствовались, а не деградировали.

Рус постоял немного, для вида покрутил головой, сделал глаза угрожающе красными, и мощно взмахнув крыльями, тяжело полетел к джунглям. Он и сам сейчас, с точки зрения людских, и некоторых лесных народов, был ни кем. Иным. Как демоном, только вот ему ли было не знать, сколько различных видов, нелюди именуется этим словом. В пору развития первых человеческих языков, и еще на многие тысячелетия, после слово «daemon» означало существо, занимающее промежуточное положение между богом и человеком. У некоторых народов, боги и демоны вообще именовались одним словом «асуры», и не разделялись на виды, а обозначали любое существо, обладавшее сверхъестественными способностями. Различие между понятиями «бог» и «демон» появилось только в более поздний период. К богам стали относить все «светлые» существа, благосклонные и милосердные к людям, к демонам же — «темные» силы, враждебные к человечеству. Причем, у разных народов были различные критерии определения светлых и темных сил. Поэтому одни и те же существа у одних народов стали именоваться демонами, а у других — богами. И страшная внешность тут не причем.

Поэтому Априус не боялся, что его примут за чистое Зло, и начнут осыпать градом заклятий, или стрелять из всяких там техномагических штук. А если и начнут, так он тоже не лыком шит, почитай от рождения, только и делает, что учиться премудростям волшбы, и чароплетения, а возраст его уже давно перевалил за триста…. За триста сотен тысяч лет, если считать жизнь не только тела, но и сознания. Так что кое-чему он научился, мог постоять не только за себя, а за целые области Вселенной, но для настоящих высот, не хватало только, утраченной некогда божественности — она так и не вернулась, а без нее управлять всеми эшелонами наивысшей магии невозможно. По многочисленным капиллярам Сферы, конечно, все еще текут потоки Силы, но по-настоящему воспользоваться ними, без ущерба для многочисленных существ, уже не получится, доступ давно закрыт, осталась только память…

Он расправил крылья, и плавно пошел над верхушками деревьев вдоль морского побережья. Нашел впадающую реку, руководствуясь тем соображением. Что местные жители предпочтениями не очень отличаются от змеиного народа, и будут обить на речных берегах. Мутная, желтая река, несла свои воды, бурным потоком, и Априус летя над ней, быстро осматривал раскинувшиеся по ее бокам джунгли. Магическое зрение, определило, высившихся на поросшей высокими травами, великанов, намного раньше обычного взора, и он круто взял, вправо и лишь потом спикировал, вниз. Рус не стал накидывать незримость, и просто спикировал в лес. А там пройдя к самым крайним зарослям бамбука, стал разглядывать троих верзил. Как он вскоре понял, это были обычные пастухи, видимо кастовое разделение было присуще почти всем разумным видам. Огромное стадо крупных ящеров паслось, поедая высокую, доходящую до груди Априуса траву. В стаде было только два вида — утконосые и с маленькими головами, ламбеозавры и прозавроподы, отличительным внешним признаком, которых было наличие длинного хвоста и тело, скорее похожее на бочку. Эти названия всплыли в голове Априуса, как только он пристальнее рассмотрел скот фоморов — быстро прочитанным книге в библиотеке Углича, что-то да оставили в памяти.

Он присмотрелся к пасущим стадо великанам — гиганты пастухи, совсем не были похожи на знакомых по Даарии, Прасам, те были как обычные люди, только сильно увеличенные, эти же имели более грубые черты, непропорциональность тела, рук, и ног, была сильно заметна. Массивные животы свисали толстыми бурдюками, толстые выпяченные губы, под огромными носами, делали лица уродливыми. Из одежды на них, были только набедренные повязки, да кожаные ремни, перехватывающие бицепсы. Три глаза зорко следят за пасущимся стадом.

— Нда — подумал Априус — те еще красавчики, что-то мне не хочется вступать с ними в беседу. Боюсь, толку не будет.

Он попятился назад в заросли густого кустарника, и, отойдя на солидное расстояние, снова поднялся в воздух. С края леса, он видел недалекие горы, и собирался посмотреть, что лежит за ними. Пришлось немного пролететь над джунглями, огибая равнину, с пасущимся стадом, а затем вновь лететь на север. И вот, наконец, и горная гряда, с массой скалистых уступов, на которые можно сесть. Что он и сделал, приняв минимальные меры предосторожности.

Взгляду открылось обширное плато, по которому мерно, никуда не спеша, двигались исполинские рептилии. Местность была низинная, с полноводной, извивающейся петлями рекой, из которой выглядывали многочисленные островки. Хватало, и кустарников, и деревьев, и всевозможных трав. Все плато, видимое отсюда, было буквально заполнено разнообразными динозаврами. В зависимости от размеров и длины шеи все ящеры питались разной растительной пищей: — хвощами, мелкими папоротниками, не пропускали и низкорослые цветущие и хвойные растения, а так же листвой всевозможных деревьев различной высоты.

Априус застыв на краю уступа, заворожено глядел на эту умиротворенную картину, такое ему приходилось видеть впервые. Ящеров за свою долгую жизнь, он конечно не раз встречал, но не в таком количестве, и не таких разных, собранных в одном месте. Изизавры, гадрозавры, игуанодоны, мирно соседствовали друг с другом, правда, границы соблюдали, не особо пересекая территорию чужого стада.

Некоторые виды были знакомы ему не понаслышке. И не по образам, виденным в фолиантах, например Игуанодонов, больших растительноядных динозавров, он помнил еще по своему родному миру. Этот вид постепенно переходил от передвижения на двух конечностях к передвижению на четырех. Передние лапы были короче задних на четверть, опирались на три центральных пальца. Большие пальцы имели шипы, использовавшиеся для защиты. Пятый палец на лапе — длинный и гибкий. Задние конечности приспособлены только для ходьбы, а не для бега. На них имелось только три пальца. Позвоночник и хвост игуанодона поддерживают окостеневшие сухожилия. Пища перетиралась при движении челюстей вдоль. У динозавра были щеки, в которых пища удерживалась при пережевывании.

Рус повел глазами влево там чуть поодаль от игуанодонов, ближе к невысоким деревьям, и растущим группами кустарникам, расположились плоские платеозавры, в длину достигающие всего шесть метров, но имеющий на передних конечностях большие когти, от чего они казались опасными хищниками, а на самом деле были медлительными растительноядными животными с мелкими зубами.

Априус усилил зрительный фокус, и теперь видел и бредущих по дальней стороне диплодоков имевших длину туловища до двадцати семи метров, и их близких родственников апатозавров, направляющихся в сторону реки. В отличие от диплодоков, тела апатозавров были более плотные, хотя и не такие длинные, на колоннообразных ногах было массивное тело. На длиннющей шее — небольшая голова, а позади туловища не менее длинный хвост. Жизнь в стаде создавала ряд преимуществ: так эффективней можно было защищаться от хищников, только ходить апатозавры приходилось, приподнимая хвосты, иначе сзади идущие сородичи, могли их отдавить.

Сейчас стадо двигалось на водопой, обходя участок, где на берегу реки, нежась, словно гиппопотамы, купаясь в грязи насыпавшихся туда листьях, расположились брахиозавры. Только что вылупившиеся из яиц брахиозавры были крошечными по сравнению со своими родителями, Априус знал, пока кожа детенышей была мягкой, но с возрастом твердела и покрывалась чешуей. При передвижении брахиозаврам приходилось держать конечности полностью выпрямленными — тело было настолько массивным, что кости могли бы треснуть под его огромным весом, если бы он чуть-чуть согнул ноги.

В небе над плато, парили странные птицы, которых Рус определил как археоптериксов — первых пернатых ящеров. Энциклопедия, прочитанная в земной библиотеке, дала ему хорошие познания о вымерших много миллионов лет назад существах, и теперь он мог определить, кого же видит. Это были единственные не четвероногие ящеры, обитающие на этом плато.

Априус повернул голову вправо, и опять удивился мирному сосуществованию — в этой стороне соседствовало два броненосных вида. Впереди, неспешно, покачивая большими спинными гребнями, брели, стегозавры, их тела имели довольно необычные пропорции: задние конечности по своим размерам значительно превосходили передние, вследствие этого спинной хребет ящера изгибался огромным горбом. Для защиты от преследователей на самом кончике хвоста находились четыре острых шипа длиной около двух локтей. А вот за ними, топали те, кого бы Априус предпочел иметь в своей пока еще не набранной армии — трицератопсы.

Им уж точно не приходилось ни от кого убегать — он без труда могли отбиться от нападающего примерно так, как это делают носороги, опуская голову и бросаясь на врага. Благодаря внушительным рогам трицератопс мог одержать победу даже над самыми свирепыми хищниками. Именно из-за своих рогов — два над глазами и один, меньшего размера, на носу — трицератопс получил свое название, означающее «Трехрогая морда». На вид рога были очень острыми и представляли собой мощное оружие, могущее обратить в бегство даже тираннозавра. У всех трицератопсов были огромные головы, увенчанные жестким костяным выростом, являющимся еще одним оружием самозащиты. В общем неплохие «воины» для равнинных боев…

— Не пуганый мир — пробормотал Априус вслух — ни тебе хищников, ни встрясок, вообще никакой опасности. Заповедник блин! Видимо их всех перетащили сюда из разных мест, еще в яйцах…. Да хороший же зверинец устроили себе эти беженцы — приходи да любуйся.

Ему, совсем, не хотелось покидать это место, он был готов наблюдать за этой спокойной жизнью без суеты, часами напролет, но надо было исследовать, и области, лежащие дальше. Делать нечего, снова мощно взмахнул крыльями, и пошел вправо, огибая огромное плато, по дуге. Снова потянулся тропический лес, причем деревья и кустарники в нем были настолько различны, что напомнили Эльдариусийцу, южный материк, его родного мира. Воспоминания, непрошеными гостями ворвались в голову, он усилием воли отогнал их, как делал уже много столетий — а зачем тревожить, затянувшуюся рану? И набирая высоту, сосредоточился на полете, потому что впереди показалась, свободная от лесов, местность.

Дикие джунгли распахнулись, уступая место возделанным полям, за которыми виднелись четко очерченные контуры, чудных садов и рощ. Пролетев, над ними, Априус обнаружил видневшиеся впереди парки, с многочисленными уютными беседками, фонтанчиками, всевозможными водоемами, и клумбами. Он повосторгался порядку и чистоте, в последний раз такое видел, только в Тронном Царстве, перед тем как бросить Богам-Самозванцам свой негодующий вызов…. Но стоп что это? Парковая зона закончилась, а за ней…

А за ней, виднелся чудный город, город неописуемой красоты. Без привычных массивных крепостных стен, рвов, арок, и ворот, просто сразу за парком начинались жилые кварталы, с длинными многоэтажными неописуемо красивыми домами. Больше походящими на небольшие дворцы, чем на дома простого народа, это были каменные постройки с многочисленными колонами и балкончиками, всевозможно украшенные. Город поражал свои великолепием, в лучах оранжевого солнца он просто блистал, даже казалось, сиял, потому, что украшенные золотом, и отделанные самоцветами строения, ярко сверкали. По широким улицам, прогуливались, либо куда-то спешили по своим делам разнообразные создания, явно не принадлежащие к одной расе…. Хотя кто их разберет, этих представителей третьего населения Ки.

Априус различил минимум четыре разновидности прямоходящих, ящероподобных существ, на первый взгляд они были все одинаковы, но имели некоторые различия во внешних чертах. Видимо это было из-за того, что у них были разные предки, потому и внешний облик был столь различен. Их кожный покров также был отличен — одни имели светло-серый цвет чешуйчатой кожи, другие от темно-зеленой до коричневатой.

Не желая, чтобы его заметили, и чтобы не использовать магическую силу, для прикрытия, Рус, кратко осмотрел город, с его сверкающими постройками, и помчался дальше. Миновал еще одну парковую зону, затем лесополосу, и, увидев отблескивающее на солнце русло реки, полетел вглубь материка уже вдоль него. По берегам, к реке вплотную подступили джунгли, и там не было заметно каких-либо жилищ, или тем более, хваленых городов.

Следуя извивам реки, Априус видел в мутной воде быстро перемещающиеся силуэты — для простого неподготовленного смертного попасть в эти края, означало бы неминуемую гибель, если не от физических ран, то от ужаса, который поглотил бы его разум, или попросту от разрыва сердца, вызванного огромной долей необоримого страха.

Пролетев над материком еще достаточно долго, Априус наткнулся на необычный вид джунглей. Необычный в том плане, что они не были густыми и плохо проходимыми — виднелось множество троп, и дорожек. Их будто бы регулярно проряжали, и даже ухаживали. В джунглях росли миллионы деревьев, и каждое из них будто бы таило в себе что-то. Под зеленым сводом обитали и птицы, и обезьяны, и змеи, и большие разноцветные бабочки и древесные лягушки — всем им хватало здесь места, и пищи. Гигантские растения — лианы тянулись от дерева к дереву, оплетая их своими кольцами, давая приют птицам и бабочкам, собирающим нектар и цветочную пыльцу пышных орхидей. Было понятно, что здесь почти каждый день выпадает дождь, поэтому травы и деревья растут быстро, пышно и достигают огромных размеров. Насколько Априус помнил — самые высокие деревья джунглей называются эмергентами. Под ними расстилается свод, образованный густыми кронами меньших по высоте деревьев. Здесь обитают бесчисленные виды и количества насекомых, птиц, рептилий, амфибий и почти половина млекопитающих, живущих в джунглях.

Участок между древесным сводом и поверхностью земли называется нижним ярусом джунглей — там, под нависающими ветвями, покрытыми густой листвой, всегда темнее, прохладнее и суше. Ведь для того, чтобы пробиться сквозь густую листву и достичь земли, потокам дождя требуется целых десять минут. В этом нижнем ярусе обитают все виды животных, включая муравьедов, лемуров и древесных кенгуру. Земля тропического леса кишит мелкими насекомыми, но водятся здесь и большие животные, например, лесные слоны. Многие животные, обитающие здесь, ведут ночной образ жизни и выходят на охоту только с наступлением сумерек.

Но в этом зеленом крае обитали еще и те, о ком поведал наг. Там как, вскоре подсказало магическое зрение, помимо обычной для таких мест живности, жили еще и ракшасы…. Не бесплотные джины, порожденные огненной сущностью, а вполне материальные существа. Эти джунгли были буквально переполнены порой такими странными существами, что Априусу казалось, что он попал в кошмарный сон, из которого, никак не может выбраться, и проснуться.

В этом отношение Арджун тоже не соврал — среди более-менее привычных двуногих, одноголовых, и скажем так — четвероруких существ, встречались такие экземпляры, что впору было усомниться в своем рассудке. Большая часть ракшасов, представляла собой, чудовищное переплетение нескольких существ, но в то же время, являлось одним существом, и это было немыслимо. Сквозь густую листву, Русу, удалось рассмотреть многоруких, многоголовых и многоглазых или, наоборот, одноглазых существ с огромным ртом и ушами, напоминающими раковины. Ракшасы были зеленого, желтого или голубого цвета, имели вертикальные зрачки и длинные ядовитые когти, ногам придававшие сходство с веялкой. На их головах росли пучки красно-рыжих волос. Те, кого увидел Априус, были одеты в одежды из цветных тканей и разные украшения, а воины были облачены в броню или кольчугу.

— Это уж точно неисповедимы пути воплощения жизни… — подумал он — и уживаются же как-то все вместе.

Как бы ни были необычны и поражающе странны обитатели этого леса, но они все равно не сильно то и отходили от заданного Создателем, или Создателями антропоморфного шаблона. Просто это были своего рода, умноженные сами на себя существа, имевшие по видимости один интеллект и одну личность на множество голов.

— Хотя кто их знает, может, все обстоит совершенно иначе. Вон пара экземпляров вообще, не вписывающихся ни в какие ворота.

Априус всмотрелся в странное, находившееся в отдалении от других существо — настоящего монстра, представляющего собой бесформенную глыбу мяса с зияющей пастью посередине и одним глазом в груди. Оно застыло посреди высоких кустарников, и разглядывало… самку. Та была не менее отвратительна — толстая, тяжелая, с висящим животом, со щелками глаз, на расплывшемся складчатом теле красными волосами, отталкивающая на вид, со скрипучим голосом, что-то говорящая этому ухажеру…

— Цирк уродов!!! — Выплюнул горькую слюну Априус — не смотря на трансформацию в демона, его едва не стошнило.

Он взял круто в сторону и понесся над джунглями дальше, а те, казалось, тянулись, и тянулись до самого горизонта. По мере полета, периодически рассматривал попадающихся внизу существ, ему не мешали не густая листва, не глубокая тень, а вот его они как раз скрывали от ненужных взоров, хотя он и так набросил на себя отводящие любой взгляд, взгляд чары.

Иногда увиденные внизу ракшасы имели облик обычных людей, в том числе соблазнительных женщин, который они видимо, принимали в результате оборотничества, не понятно только кого они намеревались тут соблазнять? Видимо для каких-то своих целей.

— Интересно как они настроены на незваных гостей — подумал Априус — если попытаться с ними пообщаться, как себя проявят? Воинственно, миролюбиво, или просто агрессивно без всяких пояснений? Пока не буду выяснять…

Он, почти не замедляя полета, понесся дальше, едва ли, не касаясь зеленого свода тропического леса, который называется «канапэ» и поднимается на высоту до тридцати метров. При этом он старался не врезаться в одиноко возвышающееся дерево-гигант — так называемую «Верхушку», принадлежащую к очень многим видам и могущую достигать шестидесяти метров, в высоту. Таких исполинов, поддерживает огромный ствол, укрепленный у основания естественными подпорками. И так как многие другие растения тоже тянутся к свету, одно такое дерево может держать на себе более тридцати видов других растений, и быть очень крепким, и устойчивым. Так что врезаться в такое деревце, совсем не хотелось.

Быстро просматривая проносящуюся под ним местность, Априус летел вглубь странно рассеченного, континента, он успел удостовериться, что Наг, не врал, говоря о других жителях планеты, но только вот на остатки разбитых пантеонов, они походили мало, хотя конечно любыми людскими племенами, все эти создания, воспринимались бы как боги. Но не им. Зато все эти прежние, как нельзя, кстати, вписывались в план о перевесе темной Стороны, даже если, совсем, на ней не были.

Среди джунглей появились холмы, стало встречаться больше глубоких оврагов, и многочисленных, мелких речек, которые в итоге слились, в одну широкую, и полноводную, с быстрым течением, и парой водопадов. Рус понял — местность меняется, скоро появятся просветы, в этом темно-зеленом живом покрове. И действительно, вскоре стали попадаться поросшие высокими травами, ровные участки, а затем зеленый массив внизу перешел в плоскогорье. Джунгли, наконец, закончились, отмеренные крыльями лиги, остались позади, и Априус оказался в небе, над вторым, встреченным им, городом, расположенным недалеко от побережья внутреннего моря.

Это город разительно отличался от первого, был невероятно огромен по своей площади, но совсем не так красив. Сам по себе он был похож на гигантскую крепость, стены которой стены сложены, из поистине гигантских, блоков, но обработанных с великой тщательностью. Они были не равномерны, разного размера, потому без четких линий, но уложены настолько точно, будто так и было задумано. Швы тонки, при таких огромных глыбах незаметные, растворные прослойки совсем не видны, даже стены вокруг Асгарда, не шли с этой циклопической огорожей, ни в какое сравнение, потому, что строили их явно против очень могущественного противника. А таковыми могли быть только боги из, всем известной Девятки, которая в перевернутом положении превращается в шестерку, что собственно с ними и произошло. Но это случилось тысячелетия назад, а город вон он, все так же, готов к обороне.

За крепостными стенами наблюдались не менее циклопические сооружения, не то чтобы вычурные дворцы или замки, но поражающие своим гигантизмом, невероятной прочностью, и незыблемостью постройки. Колонны и стелы, были довольно грубыми, вытесанными из громадных блоков, но и в них угадывалось своеобразное изящество. Населяли этот град по большей части, великаны, те самые, описанные змеечеловеком — фоморы. Они были громадными и уродливыми созданиями. С грубыми чертами лица, массивными фигурами, без всякой утонченности, и соблюдения пропорциональности тел, носили они просторные, белые одежды, напоминающие туники, оно и понятно — климат был довольно жаркий, в теплой шкуре не побегаешь.

Рассматривая этих исполинов, Априус вспомнил слова Велеса, вскользь брошенные тем, за столом, на совместных посиделках в Корчме. Тогда бывший посвященный Круга Мудрых, вкратце поведал о днях, когда ему пришлось принимать власть над Навьим миром, и о первых сынах Земли, которые практически все достались ему вместе с этим нежданным царством, и оказались вопреки всяческим заблуждениям, весьма красивы и разумны.

— «… Проснулись во чреве Земли вещие камни, и породила утроба земная всякие рощенья и дивных зверей. И явились тогда на Землю, по Воле Рода — волоты. Они двигали горы и меняли русла рек, приручали диких зверей и повелевали бесплотными духами, жившими повсюду. А когда окончился их срок, ушли они в Неведомые Чертоги Родановы, освободив место для младших братьев своих — людей». Это я тебе говорю с их слов, но они не врут — не способны на это, да и зачем им? Вскоре я и сам убедился — по силе и мудрости волоты были равны богам. Сила самого Родана двигала их руками, когда они проводили русла новых рек, сдвигали горные кряжи и строили из каменных глыб огромные храмы и святилища. Давно это было… Задолго до того как ты привел нас туда. В самом-самом начале Времен. Потом прошли многие и многие тысячелетия, изменился лик Земли, мы и другие выжившие, после столкновений с ратями Великой Семерки, обрели силу, став Богами для новых народов. И лишь тогда узнали правду о прежнем народе…. Давно ушли могучие Волоты, уступая место, по воле Родана Всевышнего, людям, что не обладали ни силой волотов, ни их мудростью…. И мне это его волеизъявление, до сих пор непонятно. Но видимо еще не срок….

Априус вспоминая тот разговор, искривил в полуулыбке свои огрубевшие губы:

— Да как же — не срок… Велес его так и не дождался, как и все его собратья по пантеону…. И где все они теперь неведомо. Надо бы как-то выяснить. Хотя может лучше пусть отдыхают, они-то не в пример ему, прожили все те столетия, которые он сам проскочил, странствуя духом, и проживая короткие жизни, назначенные Смотрителем, в телах всевозможных созданий. Так что может и в правду — еще не время.

Тут в голове Априуса, внезапно пронеслось осознание того, что и попугай, и недодракон, могут нарваться на таких созданий, что и не вообразить, потому тем, придется ох как непросто, а их разум не столь быстр, и гибок. Он резко взял влево, увеличил скорость до предела, так что полет стал похож, на быстрый пространственный, многократный переход.

Он оказался в небе. Над обширной морской гладью, в глубине мелькали крупные силуэты, каких-то яростно нападающих на одиночного пловца, хищников. В этом одиночке. Априус сразу опознал Яшу, который отбивался ото всех сразу, не особо используя магию, чтобы не выдавать себя мощными всплесками Силы, обитающим здесь божкам. Не понять было, не пропускают ли они именно недодракона, или вообще перекрывают доступ по морю к материку, патрулируя прибрежные воды.

Здесь опять пригодились сведения, почерпнутые из бумажных источников в Угличе, Априус понял, что Яшу атаковали представители одного вида, только сильно отстоящие по времени проживания друг от друга. В этом мире обитали ящеры из разных временных эпох Земли.

С обоих флангов, в смысле боков, его атаковали мозазавр и плиозавр. На прямую атаку в лоб, отважился невероятно огромный лиоплевродон, а с тыла, намереваясь вцепиться в хвост, подбирался плезиозавр. Этот гигантский водоплавающий ящер с длинной шеей и конечностями, похожими на весла, достигал почти семнадцать метров в длину, большая часть из которых приходилась на шею. Широкий и короткий хвост ящера служил прекрасным приспособлением для передвижения в воде. Шея животного состояла из множества позвонков — если он, правильно запомнил — у длинношеего ящера было их аж семьдесят шесть, потому динозавров, бочкообразное тело ящера наминало гигантскую змею и морскую черепаху одновременно. Потому кусать обладатель такой шеи, мог ухватить свою жертву за какое угодно место.

Боковая угроза была хоть и опасна, но не настолько, чтобы серьезно встревожиться. Хотя конечно для одного единственного хоть и измененного тирэкса, и двоих таких ящеров было предостаточно. Плиозавр, будучи прямым потомком плезиозавра, был высшим представителем хищных морских динозавров. Этот хищный ящер, насколько помнил Априус, насчитывал двадцать шейных позвонков, а значит, обладал длинной, гибкой шеей, позволяющей ему быстро менять угол атаки. К тому же его череп имел длину целых три метра. А сам он, достигал двенадцать метров от кончика хвоста до рыла. Мозазавр был на пару метров короче, но имел такую же, массивную голову, и длинную зубастую пасть. Эти страшные хищники охотились не только за крупной рыбой и головоногими моллюсками, но и за другими морскими ящерами. Видимо Яша, показался им весьма лакомой добычей, или может быть редкой.

Но самым серьезным противником недодракона, был мощный, и обманчиво неторопливый лиоплевродон, грозный потомок плиозавра, он являл собой самое крупное хищное животного, когда-либо видимое Априусом в морских водах. Ну если не считать тех Левиафанов, которые охраняли подводный портал, в одном замечательном мире. Сейчас, этот грозный морской ящер, неуязвимый и огромный, имеющий длину тела до двадцати пяти метров, и массу около ста тонн — в общем, большая такая штуковина, даже для Яши. И этот невероятно зубастый хищник, неумолимо, приближался к уворачивающемуся от боковых атак, недодракону…

— Да долбани ты их чем-нибудь! — Мысленно посоветовал Априус — а то, устроил тут, подводные игры понимаешь…. Разрешаю угостить их чем-то серьезным. Я пригашу эхо…

— Я хочу так — заупрямился Яша, мыслеречь его была чистой, не коверканной, и Априусу казалось, что он разговаривает с кем-то незнакомым — зубами, когтями, хвостом.

— Ты сдурел? Тебя и один из них порвет как Трезор бурдюк — это тебе не на суши, тут они царствуют…. Да и я тебя, зачем сюда, отправил? Чтобы ты морских чудовищ дразнил, напрашиваясь к ним на завтрак, или материк исследовать?

— Так они не дали доплыть… двоих я еще пару миль назад порвал, так эти кровь видать почуяли и сплылись ко мне…

— Вот и не трать время, это обычные твари, из старого времени, тупые и не магические. Но блин здоровые…. так что тебе выпал шанс потренироваться. Давай, действуя, а я посмотрю, на что же ты способен, в экстренных ситуациях, с такими вот прожорливыми предками гребнистого крокодила.

После первых заклятий своего ящера, Априус в очередной раз убедился, что тот только выглядит забавно, и порой глуповато, на самом деле это уже давно не тот маленький детеныш неизвестного вида ящера или дракона, убегающий сквозь джунгли, от гоняющей его ребятни, каким он увидел его впервые. Теперь это заматерелый самец, обладающей улучшенной способностью трансформироваться, хитрый, расчетливый, когда надо рациональный, и самое главное — чародей чуть ли не самого высокого магического уровня. Яша не стал заморачиваться на какие-то убийственные или оглушающие чары, — просто натравил морских чудищ друг на друга, и те, утратив интерес к нему самому, принялись рвать друг дружку. Не разумный ли и рациональный выход? Правда, силы в заклятье вложил столько что Априусу, действительно пришлось гасить поднявшиеся волны от магического всплеска.

— Чего ты раньше не позволил колдонуть? — Обижено спросил Яша, когда на достаточное расстояние удалился от места схватки — я бы их давно уже разогнал…

— Да понимаешь ли дружок — все так же мысленно ответил Рус — в этом мире такая масса неожиданностей, что привлекать к себе внимание, вот так уж сразу выдавая носителя Силы, крайне не разумно. Если прячущимся здесь божкам, покажется, что мы опасны, и представляем серьезную угрозу, они натравят на нас всех местных обитателей, а эти обитателя как я недавно убедился большая редкость, и по-своему уникальны. Не хотелось бы их уничтожать. И еще, здесь укрылись такие народы, о существовании которых, ходили лишь смутные слухи да мифы, и боюсь, они устроили бы настоящую драчку, за свою драгоценную свободу, и сражались бы насмерть, используя все доступные средства. Вопрос — а оно нам надо?

— Нет, конечно. Зачем нам их дразнить. Хотя было бы интересно, переведаться с такими противником.

— Мне они нужны не как противники, а как союзники, причем в обоих случаях. И сейчас, и потом, когда мы снимем темную маскировку. Так что как доплывешь, будь крайне осторожен, не вспугни никого ненароком. И не топай как увалень, не нравится мне что-то этот материчок…. Я, пожалуй, пролечу над ним по-быстрому, все равно мне в ту сторону, а потом заодно и Рунина проведаю.

— Хорошо.

Яша, не показываясь на поверхности, поплыл уже к недалекому берегу, а Априус взмыл в облака, и, развивая максимальную скорость, какую только могли дать крылья, устремился к темнеющей далеко внизу, лесополосе.

Пару взмахов, парение, опять пару взмахов, потом сложить крылья и быстро рухнуть вниз…. И вот он ответ, почему на первом встреченном им континенте он не заметил ни одного хищного ящера, ни следов их пребывания — все они были здесь. Кровожадные, опасные, голодные хищники, потому что видимо, успели выжрать всех травоядных собратьев, и теперь охотились друг на друга. По всей лесистой территории, у пойм рек, горных плато, кипели многочисленные схватки. Крупные и мелкие ящеры рвали друг друга в одиночных поединках, и совместной охоте. Крупным хищникам для поддержания мышечной массы, необходимо много мяса, и они помногу времени проводили в поисках добычи, неважно живой или павшей. Это было завораживающее зрелище, смотреть, как многотонные махины набрасываются друг на друга, кружа на месте и уворачиваясь от зубов и хвостов. Сверху хорошо было видно, как каждый ящер, по-своему, старается победить соперника.

Априус изменил угол наклона, и понесся над широкой просекой, по которой куда-то спешил красный карнотавр. Этого хищника, Априус знал не по картинкам и зарисовкам — такие водились и в его родном мире, и не были лесными, предпочитая каньоны и предгорья. Этот же видимо менял свою среду обитания.

При движении, длинный и мускулистый хвост помогал ему сохранять равновесие. Сейчас этот ящер, размером превышавший крупного слона, быстро шагал куда-то, то и дело, принюхиваясь, хотя как говорил Яша, они чувствуют колебания грунта, подушечками на пальцах ног. Длинный позвоночник, похожий на огромную балку удерживал весь вес массивного тела. Дополнительную прочность обеспечивали прочные ребра, крепившиеся противовесом массивной голове. Благодаря этому карнотавр мог вытягивать шею вперед, не опасаясь упасть. Априус помнил, как охотиться этот хищник не особо связывающийся с добычей, которая крупнее его, он молниеносно набрасывается на жертву из засады и бьет, или хватает ее острыми когтями, а зубами быстро рвет мясо на части…

Просека промелькнула так же быстро, и теперь Рус, едва успевал рассмотреть проносящиеся внизу картины, но и этих мгновений было достаточно, чтобы понять — здесь, кроме этих многообразных хищников, нет ничего интересного. Видимо именно они сами представляли интерес, для тех, кто их тут поселил. Очень кровожадные аллозавры, охотились поодиночке, ирритаторы предпочитали стаей, дилофозавры группами из нескольких особей, мегалозавры, велоцирапторы, цератозавры. Истинные и опасные гиганты — спинозавры, иначе называемые парусными ящерами, из-за высокого спинного, гребня-плавника, охотились поодиночке, и были здесь самыми крупными и быстрыми хищниками. Он ел всех, и охотился на всех — на травоядных, которых тут видимо уже не осталось, птерозавров, поджидал своих жертв в засаде, но больше всего питался рыбой, в том числе акулами, черепахами и крокодилами — он заходил в водоем и также выжидал удобного случая. И при всем при этом, мог ходить как на двух, так и на четырех лапах. Совершенная, смертоносная машина убийства, на земле, реке, или море.

— Яша — позвал Априус — ты пожалуй глубоко на материк не суйся — тут слишком много твоих опасных сородичей, так с краю погляди, для ознакомления, и все.

Он заложил крутой вираж, и вновь понесся через сжатые лиги, к последнему материку. Рунин не Яша, должен быть уже давно в пределах континента, или даже где-то посреди него, и этот сорванец, в отличие от недодракона, может не утерпеть и садануть по недругам, если таковые найдутся, чем-нибудь весьма мощным. Потому надо быстро его остановить…

…Априус, вывалился из черных облаков, в более низкий слой аэра, уже над самим шестым континентом, и попал в самую гущу сражения. Сражения, которое возникло по вине его несносного попугая. Только это ему было не гусей да уток гонять, и не грифонов дразнить — в здешнем небе царили иные «птички», абсолютно не признающие подобных выходок. Рус бы даже назвал их мыше-птицами, потому что от летучей мыши, в этих созданиях было больше, чем от того же Рунина. Это были птерозавры — летающие ящеры, различных размеров. По широкому кругу заключив, всех остальных собратьев в кольцо, кружились три гигантских птеранодона. Самого Рунина, атаковали непосредственно рамфоринхи — длиннохвостые птерозавры, их клювы были больше похожи на рыло некоторых рыб, и имели крупные, для сравнительно небольших размеров пасти, зубы, ведь размах их крыльев был чуть более полутора метра. В сравнение с птеранодонами, крылья которых в размахе превышали одиннадцать метров, он были просто малышами, но для попугая, их одних было предостаточно. Но в этой свале участвовали еще и птеродактили, которые кружили сразу за рамфоринхами. И это была не простая охота на добычу — все птероящеры явно выполняли охранную функцию, а значит, это определенно был, именно тот материк, на котором, жили беглые божки.

— Рунин, ты, что тут устроил? — Возмущенно вопросил Рус, бросая мысль, попугаю — я же просил скрытно и осторожно, а ты?

— Так я просто как попугай, хотел проскочить, их-то тут полно, да забыл, что я не выгляжу как они, ты ж из меня непонятно какое страшилище сделал. И они заинтересовались. Хотя, по-моему, они просто определенный кусок неба контролируют, отгоняют всех, кто подлетает, близко к их участку.

— Ну а ты естественно такое обращения не потерпел — понял Априус — и решил преподать им урок. Только ошибся, это же не птички, им, таких как ты, лопать, самый интерес. А раз затеял такой шум, гам, свяжи их еще ненадолго, а проверю, что они там внизу-то охраняют такое.

— С радостью, а то когда мне еще такая возможность выпадет, покувыркаться с такими злюками, но, только ты не очень долго, а то они меня заклюют, или вообще на мелкие кусочки разорвут, если отбиваться не начну.

— Я постараюсь быстро. И если что молниями их разгони…

Априус, улучив момент, сложил крылья, и низринулся вниз, к уже недалекому горному кряжу, где, по-видимому, было гнездовье, всех этих птерозавров.

Он несся в крутом пике, скорость все увеличивалась, ветер свистел в ушах, но тормозить было рано. Где-то там внизу, и он уже видел где, обосновались, лишенные былого могущества, но до конца не утратившие своих сил, божки, из многочисленного сонма Изначальных…

Глава пятая Провалившийся план

Пронеслись покрытые шапками снега, горные вершины, мелькнули отвесные склоны, с гнездами птерозавров, устроенных на обрывистых берегах горных рек, и вот он, нужный момент. Априус расправил крылья — все-таки в обличии демона свои преимущества, и, миновав невидимый рубеж, оказался внутри кольцеобразного, горного образования. Как раз внутри этой Каменной Чаши, в самом низу, и раскинулась долина, столь чудная, живописная и прекрасная, что захватывало дух.

А на ней хорошо видимый сверху, раскинулся великолепный город. О нем самом можно было написать целые свитки, описывая его архитектуру и шедевры зодчих, но главной его достопримечательностью, сразу бросавшейся в глаза, была огромная, величиной с приличную гору, четырехгранная, многоступенчатая пирамида. И венчала ее, отнюдь не острая вершина — а исполинская статуя золотого Змея. Да и сама пирамида, была выстроена явно не из простого камня. Это естественно в первую очередь привлекло внимание Априуса.

Что-то неуловимо знакомое, в облике изваянного из золота Змея, заставило, направиться прямо к нему. По мере каждого взмаха крыльев, Рус, убеждался в своих подозрениях, и некоторые странности народов этого отдаленного мира, переставали казаться таковыми. Здесь жили остатки народов, которым этот Змей, мог приходиться родственником. И тогда становилось понятно, как им удалось уцелеть и избежать гнева Плазмоокого Владыки, и остальных особ из тогда еще Великолепной Девятки. Просто-напросто их спасли, точнее спас один из Великих, заинтересованный сохранить хоть скольких из народа Предтеч, открыто его почитавших. А может у Тагник-Зура были какие-то свои, цели и планы.

Притормаживая крыльями, Рус, опустился на верхнюю ступень широкой лестницы, перед самой головой, исполинской статуи. И чтобы убедиться в том, что статуя изображает именно того, о ком он думает, первым делом глянул ей в глаза. Хотя и по чертам явно разумной морды изваянного из золота, Змея, понимал, что не ошибся, но всеже, в очи статуи заглянул. И тут же пожалел об этом. Потому что едва его взгляд, упал, на такие примечательны зрачки, золотые глаза статуи, вдруг начали наполняться жизнью, в них разгорался огонь, и Рус, был мгновенно пойман взглядом этих, жутких очей, в которых было множество парных зрачков. Происходило что-то нехорошее, причем и здесь, и где-то очень-очень далеко…. Что, сейчас важнее?

Априус не смотря на явную творящуюся вокруг него волшбу, и еще каким-то непонятные процессы, застыл, не сопротивляясь — он слушал далекое эхо от какой-то жуткой Схватки… или магического Урагана катящегося, словно цунами по необъятным просторам Миропорядка. Рус, полностью открылся, расслабился, принимая все сигналы, которые только, могли сюда дойти, и тут же все его естество пронзила острая ноющая тоска — огромные магические возмущения распространялись по Сфере Миров. Три Источника, три ключа Прави, Яви, и Нави, кипели возмущением. Кто-то Могучий схлестнулся с кем-то не менее Могучим, и, похоже, что напрямую — без человекоорудий. Сила пошла на Силу, и от этого естественно никому хорошо не будет. В голове тренькнуло, так что казалось, даже в ушах зазвенело — срочный вызов в Храм…. Но что ему это? Он-то уже не Хранитель, или…. Хотя, что они смогут предложить — его собратья по Хранению? Только снова сидеть и не высовываться…

Тут Априус ощутил сильный импульс, исходящий из глаз статуи, поспешил, отшатнуться, но было поздно — как следствие встречи их взглядов, откуда из-за гор, в небо ударил луч желто-оранжево света, уперся в хрустальный небосвод, и по нему, забегали искорки, быстро создаваемой сетки призрачного Поля. Еще миг, и мир укутывал плотный кокон, нейтрализующий любые попытки выбраться из него, подавляющий действие не рожденных здесь чар. И хуже всего было то, что природа такой волшбы была Априусу, совсем не знакома.

— Какого лешего…. — Начал было он, возмущенно, и тут он увидел легкую улыбку на частично оживших змеиных устах. — Ах ты ж…

В лапах Априуса — демона мгновенно появилась та найденная Руниным в древесной коре Лерада, железная палица, и он в бессильной злости занес ее для удара, но тут, золотые уста произнесли, басовитым, знакомым голосом:

— Надо же… демон!!! Я уже было подумал — не та рыбка поймалась. А оно вон как. Научился, значит…. Твои тоже все с тобой?

— Ты…. — Только и нашелся, что сказать Априус, вернее злобно прошипеть — провел опять. Но зачем? Мы же вроде не враги?

— Я. И советую не дергаться, для них ты говоришь с Богом. А что касается «не враги» так непредсказуемый друг хуже, чем враг.

— Что-то много вас развелось… богов блин. Куда не плюнь и попадешь. А хоть один может создать истинную жизнь, с душой, с мозгами, в которых разум, а не инстинкты, выраженные в мыслях? А? То-то…. И для кого это для них, кстати? — Опомнился Априус.

— Как всегда — слишком много вопросов — прогудела статуя. — Посмотри вниз — это мои почитатели.

Априус посмотрел — вокруг пирамиды мгновенно оказалось практически все население города. Как они это сделали, было совершенно не понятно. Рассредоточенные и умело расставленные в определенном порядке жители были настроены явно не миролюбиво, и взяли место своего поклонения в три плотных, живых кольца…

— Убедился? Так что веди себя достойней.

— Такие выходки тебя самого не достойны — буркнул Рус — а этих внизу, я и один могу в землю вогнать по уши…. Ладно — скрепя зубами, постарался Априус сохранить хладнокровие — объясни хоть зачем? Сам же и советовал отправиться на поиски «не таких» миров. И надо же, почти такая же ловушка, как и тогда, когда ты послал гоняться за колдуном, укравшим первую книгу Знаний.

— Это в целях предосторожности… Ты же буйная голова, помчишься вершить справедливость, а Баланс, и так, того… сдвинут, в общем. Как и тогда, в то злополучное Время, когда в нашу Сферу ворвался новый Пантеон, а ты своим рассказом, о «залатанной дырочке», четко дал понять, что сможешь помешать…. Помешать изменению, которому необходимо было случиться. Исправить недоделки Прежних…

— Ну да, и отправил меня в мир без магии, полный опасности, чтобы я не вмешивался. Разумно гад ты этакий.

— Осторожней со словами, парень. Я терпел тебе все эти бесчисленные годы, не за красивые глазки, и мелкие услуги, оказанные лично мне. А потому что за тобой просил приглядывать….

— Чего? Это кто же?

— Один донельзя странный…. «гость» назовем его так, и обставил все так, что не откажешь. Но не скажу, что я был прямо таки отягощен этим приглядыванием, но….

— Это когда же было?

— После твоей схватки с Карателем…. Насколько я знаю, она у тебя была только одна, и только в одном месте. Ты, правда, умудрился сразу после этого вернуться в Даарию, и снова вступить в бой, и мне пришлось вытаскивать вас всех едва теплыми, и уже почти ушедшими к…. Ну ты понял. Но тебя это не остановило — и вскоре ты сумел вляпаться в Битву с Узурпаторами, уже за свои Царства Ночи, а затем бесславно погибнуть на ратном поле еще в одном, идиотском сражении, так, что я данное слово не сдержал. И тут же поплатился. Правда, наказал меня лично ты, умирающий. Но кто-то же, дал тебе Силы сделать это.

— Какое отношение это имеет к нынешним событиям? — Не стал вдаваться в подробности Априус.

— Прямое. Ты неугомонный, ты бы везде лез, и всюду успевал напортачить. Испортить нам игру. А про высокие Троны ты сам сказал — они тебе не нужны. Но на месте бы все равно не усидел, и устраивал поучительные бои. Но благо дело нашлась Сила, которая связала тебя на целых две Эпохи — ты стал Хранителем Ветви, и я вздохнул с облегчением. Да и ты, благо дело, сам нашел различные ограничения и препятствия и не мог заниматься Познанием устройства Сферы. Но мне все равно радоваться было рано.

— Это еще почему?

— А кто устроил одиночную вылазку в Тронное Царство? Позволил себе дать в зубы Владыкам Сущего, и остаться после этого живым?! Это либо неслыханное везение, либо я даже не знаю, что и кто тебя прикрывает.

— Ну вообще-то, они меня приговорили, и распяли на скале, и оставили висеть там навечно. И только кроткая Владычица, наведывалась ко мне…. и гасила мою жажду…. Не равнодушна, видать осталась…

— Это еще из-за чего? — В голосе Просвещающего, не смотря на удаленность, послышалось явное недоумение.

— Было из-за чего — я ее выкрал, и посредством Урда, переделал…. слегка… Вернее сначала захватил, переделал, а потом выкрал. Чуть пообщались, лет так надцать, а потом вернулись в ту же точку, откуда исчезли, в то же самое время. Не спрашивай меня больше, я был захвачен Тьмой, и только благодаря этой Силе. Меня не распознали, она же и помогла мне сбежать…

— Для меня, ты все еще полон сюрпризов мой юный друг, позволь называть тебя так. Хоть мы и почти из одного времени, но я прожил все эти эпохи, а ты миновал их иначе….. Жаль, я не занялся тобой вплотную раньше, уж больно ты загадочная личность…. И скользкий тип, знающий мое истинное Имя! И еще много чего, неизвестного мне. Мне!!! Цацкаюсь тут с тобой, столько эпох, а ничего толком о тебе не знаю. Не находишь это странным? Кто ты вообще такой? К кому тебя можно отнести? Ты не бог, ни божок, не воплощенный маг, ни чародей, достигший немыслимых высот. Наблюдателем я бы тебя тоже не назвал.

Априус улыбнулся естественно демонической улыбкой, и ответил скромно:

— Я не создание Света, и не создание Тьмы. Я не якшаюсь с Хаосом, и не служу Иным. Я плод любви человека и одной из дев, что принадлежала к потоку Младших, рожденных от содрогания плоти Мирозданья…. Кстати в одном из древних миров, где Сила настолько груба и дика, что нет сомнений в первичности, я впервые встретился с рептилоидами, а люди, которых мы там опекали, и людьми то были с большой натяжкой, но они там все-таки были. Потому и столько споров о первенстве образа прачеловека…. Ведь шаблон откуда-то взялся. Иначе не было бы ни всех этих нагов, ни человекоподобных богов, ни тех же человекозавров. Вот и ответь мне Всезнающий, кто первичен? Откуда образ? Так что и не знаю, кто тут у нас юнец, а кто нет? Гм, правда и отец мой, тоже от первой женщины и некой таинственной личности. Так что человек я лишь на четверть…

— Вот-вот, в твоем происхождении столько же темных пятен, как и во всей твоей жизни. Реликт из неизвестного никому мира, невероятный везунчик, и получается что рожденный не просто так, а для чего-то. Кого бы из тебя вырастили, если бы не катастрофа, а? Как по мне, ты представитель некой Четвертой Силы? Лез везде, куда только вздумалось, и было возможно. Я помню все, и твой приход в Пещеру, и твое невидимое появление в Обители Богов, во время свержения Узурпаторов, и неистовое желание порубать в капусту, Артамора, призвавшего Пожирателя. И вашу недавнюю выходку, твою и твоих собратьев, вашу спешку и желание вмешаться в планы Сил, устроивших Ловушку, нынешним Богам. Так кто же ты такой? Желание стеречь и оберегать, похоже, у тебя в крови, но думаешь ты сердцем, а не умом, оттого и нет никогда четкого плана. Мол, ввяжусь в разборки, а потом как выйдет, как кривая выведет.

— А чего ты от меня хотел? Мой мир не просто так, звался «Сердцем Миров» а потому что выполнял эту функцию, преобразуя и разгоняя магические потоки по многочисленным капиллярам. Это все сказалось на мне, потому все и идет от сердца, а разум лишь способствует. И потом когда роль Эльдариуса, приняли на себя, Три Источника, к которым доступ мне был закрыт, я…. Но, да ладно о прошлом — оборвал себя Априус — давай о насущном.

— А я к этому и веду, сам перебиваешь все время. Как бы тебе помягче сказать, а то устроишь тут светопреставление…. Понимаешь ли, похоже, кто-то задумал скинуть и этих богов, насильственным путем тоже, традиция уже такая сложилась, что ли? Или точнее сказать подвинуть их, и по возможности лишить прежней Силы. Иначе получается никак, перемен не добиться.

— Давай, по сути — нечего вокруг да около….

— Ну слушай — там, где не место никому постороннему, объявились некие контрдеятели, назовем их пока так. Им естественно противостоят ученики Хануамора. И хуже всего то, что бунтарем, оказался другой входящий в Божественную Троицу, бог, к тому же, заручившийся поддержкой каких-то мутных магов. А ко всему этому безобразию, подключились и другие разные Силы. Началась свара…. Предугадывая твои поступки, но, не зная какие ты предпримешь действия, я решил на этот раз подстраховаться, и использовал уже в принципе готовую ловушку, просто чуть ее перенастроив. Ну, чтобы ты не влез…

— Больно путано. Что они между собой грызутся что ли? Делят что-то? Или Тройственный Союз дал трещину…

— Ладно, уж, поясню… только по-быстрому. Мне сейчас приходиться быть в трех-четырех местах одновременно, а я и так заболтался тут с тобой. В общем — у нас, как говорят смертные — опять двадцать пять. Случилось непоправимое….

— Ну, не тяни! — Едва ли не взвыл Априус.

— Твой старый знакомый, и ранее не безызвестна личность, а теперь один из Правящих, видимо слегка обезумел от прожитых лет. Решил заняться некромантией высшей категории — воскрешением падшей родни. Для чего сокрушил Врата Чертога моего брата, и при этом…. А — лучше я тебе покажу части свершенного действа, иначе трудно будет описать. Постараюсь в хронологическом порядке. Но вопросов не задавай.

— Хорошо.

— Тогда, дотронься до статуи, и смотри ей в глаза неотрывно.

Априус повиновался, и вскоре перед его мысленным взором, развернулось полотно картины происходящих, где-то за краем ведомых Пределов, событий. Серый непонятный мир, чем-то похожий на бледноцветье посмертия. Среди невероятных просторов этих серых мест, он увидел, донельзя странную компанию, хотя, пожалуй, все-таки как раз понятную — старика, воительницу, если судить по простой амуниции, поводыря и Зверя, истинного Зверя, чей голод ничем не утолить. Они сражались, сражались против огромных, все время накатывающих на четверку, лавин чудовищ. Следующий эпизод действа — теперь уже явно узнанный Априусом, еще больше постаревший Атрид, какой-то маг на вид человек, странное кристаллическое сооружение в виде зеленого магического конструкта.

— Он что, перешел на сторону Иных? Пошел против своих же, но это же бессмысленно? — Не поверил увиденному в видении, Рус.

— Это лишь верхушка айсберга — прогудела статуя — действо только началось, это еще далеко не финал. Пока вся эта катавасия не закончится — прошу тебя — посиди здесь, там и без тебя хватает буйных рубак. Ловушка раскроется сама, едва пройдет заложенное время. Ты, конечно, можешь попытаться, но ради всего святого прошу — выжди.

— А с чего ты решил, что я брошу начатый поход и помчусь ввязываться в непонятную схватку?

— Потому что, там происходят совсем хреновые вещи, доселе не то, что не выполнимые, а даже не приходящие на ум. «Иные» явились диктовать свои условия, несовместимое, использует друг друга. Магия что называется «выходит из берегов»… Большего пока сказать не могу. И ты не выдержишь, начнешь устранять «дисбаланс» выражаясь твоими словами. Потому тебе там появляться никак нельзя! Потому что ты, не остановишься, потянешь, возьмешь — на тебе нет запрета, и ты знаешь, как оперировать такой Мощью. Тебя бы — захоти ты, не остановил бы никто. Ты мог зачерпывать в водах Трех Ключей, и тебе бы ничего не угрожало. Разве можно было оставить такого своенравного и независимого «джокера» ни в чьих руках? Вот я и озаботился, вывести тебя из игры вообще.

— Не выкручивайся, видимо вы с братцем тоже не стоите в стороне от творящихся беспорядков.

— Мы никогда ничего не устраиваем. Мы лишь используем сложившуюся ситуацию для давешней пользы Сущего, вот и все. А все эти псевдобоги, всегда будут пытаться взять верх друг над другом, и использовать для этого различные Силы, не особо задумываясь в истинных намереньях тех.

— Так захватили бы Верховную Власть, раз и навсегда, а миры пустили по самотечному развитию…

— Ты не один так думаешь, но у нас, видишь ли, ни те функции. И кстати о функциях. Могу ли я рассчитывать на твое дозволение, на открытие… скажем так филиалов, наших с братом доменов. В твоих порубежных мирах. Ну тех, что сокрыты от всех, уже невесть сколько времен. А то мало ли, что-то я упустил, и случится уж совсем непоправимое…

— Можешь — зло ответил Рус — раз дела так плохи. Еще просьбы будут?

— Да, и будь так любезен, остынь, а то закипишь скоро. Так вот окажи любезность — возьми под свою руку этот мир, вернее его народы. С переселением я помогу. В твоем порубежном Секторе, ведь еще есть необитаемые миры? Организуешь там минимироздание, со своими законами, и устройством. А станет совсем туго, если Вселенной будет угрожать неминуемая гибель или трансформация в Ничто — отколем его от Сферы — будет такой себе оазис Жизни среди океанов Хаоса. — Тут статуя перестала вещать, и словно бы через вдруг возникшие преграды совсем глухо выдавила: — прости, надо спешить…

Априус и слова не успел сказать, как скульптура, вновь сделалась абсолютно мертвой, присутствие Тагник-Зура больше не ощущалось, и он остался один.

В груди клокотала холодная ярость, которую вот так сразу было не обуздать — сказывались и перевоплощение и чары, изменившие внутреннюю суть всего, их отряда. На душе было тяжело, и как-то очень тоскливо, словно в предчувствии, большой неотвратимо надвигающейся беды. Винить Просвещающего за столь подлую ловушку смысла не имело, в чем-то он прав, но…

— Тоже мне выискался тут игрок великий…. — Фыркнул Рус — туда не лезь, сюда не лезь, ни во что не вмешивайся, с теми-то не связывайся, этих избегай — а то игру испортишь, деятель блин — в сердцах выругался он вслух. — Сиди, мол, и жди, когда тебе в голову прилетит…. Мало мне Смотрителя, который тоже всех своих подопечных на коротком поводке держит, а тут еще ты…

Априус потянулся к этой сковывающей границу этого мира, броне — кое в чем Дракон просчитался, пробить ее можно, но рисковать «Версаром» особой нужды нет. Слабое течение Силы, в мире тоже сохранялось, но действие заклинаний и чар, предсказать невозможно. И, похоже, хитрый Змей, все тут так устроил, что действовать будут только простейшая магия, а что-то более сильно, и мощное, это Поле, будет нейтрализовать…. Можно конечно попробовать уйти через Отражения, Дейдра неплохо его подучила, пользоваться этим методом…

— Кстати, я же обещал им прийти помогать с Лесом, как только освобожусь. Теперь все накрылось…. Ладно с этим тоже, что-нибудь придумаю.

Априус покрутил, рогатой головой, собираясь с мыслями, его задумка была под угрозой срыва, и вся проделанная магическая работа, начинала казаться зряшной:

— Да, вот и сыграл на Темной Стороне… — пробормотал он с разочарованием — досиделся блин в Хранителях — ничего не успеваю, все время опаздываю гр-р. Все опережают…. И этих еще вот навязали…. Перед такими просто так не заявишься, рассказывая, что им выпала честь лицезреть и слушать бога, таких не проведешь. Но лезть из кожи вон и набивать себе цену он тоже не будет. Согласятся — окажет покровительство, так сказать, нет, ну и пусть вымирают. Но если сойдутся на общем решении, и переселятся в Царства Ночи, это только к лучшему, если что будет, кого противопоставить неизвестным проходимцам, развернувшим во Вселенной, свою скрытую деятельность…..

Он посмотрел вниз, там по-прежнему, стояли горожане, которые в других бы местах вполне могли сойти за божественную расу, которую бы почитали и возносили, и ему предстояло не просто не ударить в грязь лицом, спустившись к ним, а стать для них неоспоримым Владыкой.

Гася в себе холодную ярость, от того, что как последний неуч, угодил, попался на крючок к хитроумному Змею, будь тот хоть трижды Всезнающий, но он столько веков пробывший Эсгалдирном должен был просчитать, такую возможность, волевым усилием загнав чувства и эмоции в глубину, Рус, широкими шагами пошел вниз по лестнице.

— Всем Спокойно!!! — Мысленно приказа он, надеясь, что его услышат именно те, кому нужно. — Продолжайте заниматься, чем и занимались. Рунин! Яша! — Так же мысленно, но уже определенно позвал Априус — бросайте все и направляйтесь ко мне. Только по-обычному, крылышками и лапками, без чар, нам тут хорошую такую «свинью» подложили, так, что придется пока поберечь силы…

Солнце клонилось к горизонту, и светило ему в спину, слепя стоящих внизу жителей, и создавая определенный ореол света, и он, переступая со ступени на ступень, нарочито медленно перетекал из демона в человека. Горящий в глазах красный огонь медленно угасал, чешуя сменялась гладкой кожей, мгновенно покрывавшейся доспехами, подаренными Источником Мимира, когти втягивались, превращаясь в ногти, лапы укорачивались, крылья вообще исчезли, словно их и не было. Постепенно он полностью перетек в свой нынешний облик, только глаза сделал полностью черными, так чтобы в них плескалась Тьма.

…Так как и был, с палицей в руках, словно дикий варвар, ему не хватало только одежды из шкур, Априус, шагал и шагал вниз, на ходу рассматривая окрестности, и собравшихся внизу представителей третьей расы из старых эпох. Город поражал красотой всех своих зданий, и даже самых, маленьких башенок, заборчиков, и всяких построек. Такой красоты воплощенной зодчими в своих творениях, Русу, видеть, еще не доводилось. Точеность форм, идеальность линий, округлость форм, невольно наводила на мысль о странной природе всего этого. Многие башни и башенки походили на окаменелые, чудные растения. Описать словами чудный град невозможно, тут частично могли передать всю эту красоту только полотна живописцев или фотоснимков, виденные Априусом на Земле.

Белый камень и золото, преобладали в центре города, из них были построены дворцы и сооружения непонятного предназначения, но и там где высились многочисленные пирамидки, башенки, и колоны, сделанные из красноватого материала, зодчие постарались еще больше. И город являл собой неописуемо прекрасную картину. Сооружений по типу зиккуратов, тоже было великое множество, и все они как нельзя лучше вписывались в единую городскую архитектуру, но не наслаивались друг на друга, а стояли по четкой квадратуре, к тому, же были перемежаемы многочисленными парками, с точащими на разной высоте куполообразными крышами беседок. Город был хорошо озеленен, дворцы и здания, были окружены клумбами с цветущими кустарниками, коврами зеленой травы, а за заборчиками еще и фруктовыми садами и оливковыми рощами. Во дворах, площадях, и просто на улицах виднелись, множественные фигурные и скульптурные фонтаны, а так же каскады рукотворных водопадов, с искрящейся, кристально чистой, водой.

— Нормально тут наверно жить — пробормотал Априус — похоже на рай, про который блеют все эти святоши из служителей Распятого. Не хватает только младенцев с крыльями играющих на дудках, и поющих хвалу…. Хотя может это рай для каких-то других вер…. Что ж жаль, все это будет оставлять, надо что-то придумать.

Все еще немного зачарованный красотой и великолепием всего, что его окружало, Рус, дошел до последнего пролета, и остановился, обводя всех стоящих внизу пристальным взглядом. Отсюда уже в мельчайших деталях, можно было рассмотреть, и собравшихся жителей. Все как один, красивые и молодые, юноши, и прекрасные, неимоверно соблазнительные девушки, в основной своей массе — белокурые или златоволосые. Все в чудесных расшитых золотыми нитями, и украшенных драгоценными камнями одеждах, или невероятно сложных, но легких блистающих доспехах. В руках у многих жезлы, посохи, которые обвивают змеи, или чаши с плескающимся в них пламенем. Но все это великолепие, не могло обмануть того, кто тысячелетиями был Эсгалдирном, он прекрасно видел, что все они в любой момент, могут обернуться самыми невероятными чудовищами… Молчание затянулось, пора начинать знакомство, те, кто стоят по бокам пирамиды, не увидят, ну и ладно — им все передадут.

— Ну, здрасьте вам, дивные люди! — Чуть весело проговорил он — Все вышло совершенно нежданно, и для вас и для меня, так что постараюсь быть кратким. Меня зовут Каронус. Я представляю некие тайные Силы, издревле существующие во Вселенной. Согласны ли вы, мне внимать, чтобы я тут зря не распинался?

Народ, собравшийся вокруг пирамиды, хранил молчание, но вперед выдвинулся один, златокудрый и лучистый юноша, он стал напротив Априуса и воскликнул:

— Я Хурса — сын Солнца, небесный кузнец. Мы согласны выслушать тебя.

Априус хмыкнул про себя — вот удружил Просвещающий, мало того что запер тут, так еще и навязал строптивых гордецов из забытых времен, он возвысил голос до предела и заговорил, чеканя слова:

— Ну и отлично. Так как миру предстоит очередная встряска, и скорее всего это все аукнется всем без исключения — Тот, чья статуя стоит на вершине вашей пирамиды, просил меня озаботиться вашей дальнейшей судьбой.

Рус нарочито выделил слово «просил», а не дал указание, или приказал, и продолжил:

— Поэтому скажу сразу — это не мое личное желание, и я вам совсем не навязываюсь. Но в мирах грядут перемены, и он попросил озаботиться вашим существованием — а именно, взять под свою руку. Поэтому сразу предлагаю, переселение на добровольных началах — в один из очень отдаленных миров, в ту часть Сферы, которая ни для кого не существует. Те, кто согласится, перейдут под мою руку и мою ответственность, проследуют пространственным переходом в те области, где их существованию больше ничего угрожать не будет. А поскольку вы не покидаете пределы этого мира, уже агромадное количество веков, то я не вижу для вас каких-либо неудобств — вы же все равно не путешествуете по другим мирам, так что ничего не потеряете. Ну почти. Так что думайте, времени на раздумья у вас, правда, немного, но решение надо принимать не за минуты. Пока мир будет закрытым — готовьтесь, собирайтесь…. Да и еще решите между собой — хотите ли вы по-прежнему соседствовать со змеиным народом, или вас расселить по разным мирам, пока такая возможность имеется.

Априус умолк, а к назвавшемуся сыном солнца, парню (Априус так и не понял кто он тут — король, властелин, местный правитель, или еще кто), выйдя из плотных рядов, подошли семеро, и стали рядом с ним. Две девушки и пятеро мужчин, неопределенного возраста — тут все предпочитали самый юный облик, но то, что прожили не одно тысячелетие, было, несомненным. Заговорил один из юношей, у которого были глаза, умудренного жизненным опытом долгожителя.

— Если Тот, кого ты упомянул, просил тебя вывести нас и взять под свою руку — нам ничего не остается, как согласится. Перечить никто из нас не будет — мы обязаны своим существованием именно ему, и никому другому.

— Я никого не неволю — перебил Априус — у каждого есть выбор — остаться или уйти. Мне не нужен недовольный ропот, только по согласию. И кто ты, что говоришь за всех?

— О, прости, я не назвал себя — меня зовут Барыс, когда-то был богом справедливости и судьей… Мы из народа Алпов, а остальные зовутся дивами…. Это мои братья Скил, Кубар, Джил, и Барин а так же и сестры, Артиш и Самар, вместе с Хурсой, мы есть лишь малый остаток от всей нашей расы.

Априус в очередной раз подивился удивительным свойствам разных наречий, дающих мужчинам имена с гласными, окончаниями, а женщинам с согласными, и таким образом всегда кажется, что речь идет о мужах, а не о женах. Тем временем более женственная и кроткая Артиш, сделала легкий поклон, и проговорила:

— Приветствуем тебя, посланник Великого Дракона, добро пожаловать в Тассадессу, если нам выпадет такая честь принимать тебя в своих домах, то мы бы хотели чтобы первым ты посетил дворец Ошун, чтобы понять нрав и быт этого города.

Априус хотел, было сказать, чтобы все приняли свой истинный облик, а то когда вокруг одни смазливые девицы да чуть ли не лучащиеся светом парни, все бело или златокудрые, с ясными синими очами, ненароком, хочется увидеть хоть кого-то другого, не столь прекрасного. Да к тому же, становится как-то не по себе, если вспомнить что все они оборотни, и колдуны, скрывающие внутри совсем не звериную натуру, а нечто много хуже. Нужно было что-то отвечать этой Артиш, так некстати влезшей в разговор, и Априус, посмотрев вдаль, туманно ответил:

— Может быть и да, может быть, и нет. Для начала созовите всех ваших соседей, с остальных пяти материков, пусть их правители в кратчайшие сроки прибудут сюда — Верховные Правители, а не всякие там, которые мнят о себе. Когда прибудут, организуйте встречу, на которой, я поясню что нужно делать. И еще насколько я понимаю, эта пирамида самое сильное место, здесь сосредоточена вся запасенная мощь?

— Да — ответил Хорса — она и самая старая.

— Вот и отлично, для моих нужд подойдет. Я вновь поднимусь наверх, надо переговорить кое с кем, вы же отправляйтесь по домам, оставьте мне только пару сопровождающих. Это много времени не займет, так что скоро я прибуду в к этой вашей Ошун, так что пусть готовится к встрече.

Не став слушать каких-либо высказываний, если у кого появится такое желание, он развернулся и двинулся к предпоследней площадке, что у вершины. Чтобы не шагать этими почти бесконечными пролетами, вновь перетек в демона, и взлетел к нужному месту. Не мешкая, ибо интуиция и опыт подсказывали. Что промедление может быть чревато, когтем принялся чертить «звезду вызова». Когда закончил, уселся перед ней, и, используя все доступное сейчас — этот громадный пирамидальный храм — своеобразное капище, магическую фигуру, порошок помогающий углубиться в транс, кулон на шее Дрендома, принялся вызывать своего летописца и друга.

— Дрендом!!! Отзовись!

Тишина, но крылатая мысль явно унеслась, пронзая время и пространство, отделяющее его от скрытых пределов. Экранирующее магию скорлупа, не блокировала все планы бытия, и Рус, надеялся хоть что-то предпринять. И вот где-то совсем далеко, его услышали.

— Да Апри, что-то стряслось?

— Боюсь что да. И на этот раз все гораздо, хуже, чем во времена всех прежних Потрясений. Потому настало время вернуться к моему старому плану, что я составил еще до битвы с Узурпаторами. Так что слушай не перебивая. Очень сложно удерживать связующую нас нить.

Мыслеток идущий от Априуса, преодолел все пространство, отделяющее его от летописца, и теперь тот должен был начать действовать незамедлительно. Что ж теперь можно заняться и доставшимся от Просвещающего, нежданным подарочком. Конечно меньше всего сейчас, Априусу хотелось возиться с ненужной обузой, но тут можно сработать на перспективу, в грядущей войне, если таковая всеже, состоится, ему пригодятся все способные, не только мечами махать. Не ровен час, придется вновь отстаивать свои Царства Ночи, где он давно уже не Император, но роль настоящего, единого бога, там так, и не занята…. А тут в Сфере, трон наместника Творца, будет вечно оспаривать какой-нибудь очередной выскочка, и даже захоти он Априус, туда взойти, вернее вынуди его к этому обстоятельства, придется крутиться вьюном, не покладая рук, не зная отдыха и покоя — а ему это надо?

Он поднялся, уничтожил свои следы, взмахнул крыльями и мощно оттолкнувшись, пустился в обратный путь, попросту слетев к подножию пирамиды. Но перед ожидающими, его воинами, в блистающих доспехах, он предстал уже человеком.

— Интересно, какие вы в бою? — Подумал Рус, знакомясь с этим почетным караулом — или вы владеете неким, особым оружием, и доспехи, так, для внешнего лоска, или тут скрыто что-то еще?

Его провожатых, звали Андерик и Камриль, они были высоки и статны, как и все жители имели белые кудри и голубые, миндалевидные глаза, цвет кожи был чуть смугловатым, но не понять, то ли от загара, то ли от рождения. Парни оказались на редкость болтливыми, и пока провожали его во дворец, по узким не предназначенным для колесниц, улочкам, в считанные минуты поведали, как зовут они этот мир, и как называется материк. Затем принялись посвящать Априуса, в историю самой Ошун, во владения, которой они шли. И теперь Каронус знал, что мир зовется Паталой, шестой континент Мандалаем, а Ошун, в свое время произошла из реки, ее звали тогда богиней сладкой воды.

— Про нее говорят — рассказывал Андерик — что она режет медом, мед — ее оружие, ей не нужна сила, сладостью она покоряет. На ней всегда много ювелирных украшений, она любит красоту и изящество. А когда на балах или приемах, Ошун нисходит в танцовщицу, движения этой женщины становятся необычайно плавными, браслеты наполняются необыкновенным звоном и сама женщина обретает невероятную привлекательность.

— Тогда понято, почему меня решили пригласить именно в ее дворец — улыбнулся Априус — мягкое обволакивающее соблазнение, с последующим влиянием на мои решения.

— Мы этого не говорили… — опомнился Андерик. — Намерения знати, для нас непонятны.

— Это да — согласился чародей — каждый ищет свою выгоду, которая другим может показаться странной. Но вы ребята свою работу сделали, не дали мне скучать по пути к дворцу, за что вам благодарность, да и просветили меня чуток, как вы тут живете.

Воины провели его во дворец, но почему-то сопроводили не к главному входу, а во внутренний двор, где среди фонтанов и аллей с цветами гуляла, темнокожая девушка. На ней была только длинная до пят легкая, прозрачная юбка и сандалии. Высокая, красивая грудь была ничем, не прикрыта, только ожерелье из раковин, не делала ее полностью нагой до пояса, тонкая талия, горделивая осанка, темные, вьющиеся волосы свободно ниспадали до лопаток, изящество и грация во всем. Но манило к ней не это, а какое-то мягкое, обволакивающее притяжение.

— Это и есть Ошун — пояснил Камриль — мы удаляемся.

Априус застыл в непонимании — зачем его решили принимать именно так? Обольщают, задабривают, пытаются очаровать, или что еще? Так он, не его хирдманы — с нелюдями, как бы те не выглядели, утехами заниматься не будет. Не то, чтобы он брезговал, или прямо таки хранил верность близняшкам, тут срабатывали другие принципы. Да и сама связь с чудовищем, обернувшимся красоткой, тоже как-то не прельщала. Если бы это были нагини, то он бы, может еще подумал, тут особо не привыкать — как-никак та же Вилисиль, могла выпускать ядовитые змеиные зубы, менять глаза, язык, и отращивать хвост, правда из кобчика. Или тут имеет место подвох?

Глава шестая Навязанные…

— Значит, ты и есть Ошун — проговорил Априус, отвесив легкий галантный поклон в знак приветствия — хозяйка этого места?

— Да это я — просто журчащим, как весенний ручеек, голосом, ответила она — рада приветствовать тебя посланник Лимлунга…

— Я не его посланник — перебил чародей — мы с ним просто приятели…. Хотя вместе и не пьем вино, и не играем в кости, но он попросил вас опекать, а поскольку в этом мире это невозможно — я предложил переселение в…. В общем, в земли подвластные мне. Там никто ничего никому не навязывает, ни веры, ни дурацких законов, каждый волен выбирать сам. Но кое-какие догмы мы все-таки прививаем. Но не сомневайся, там вам будет лучше, чем где, то еще.

Она улыбнулась, показывая ровненькие, белые зубки, и ответила:

— Ни на этой земле, ни в других мерах не будет счастья тому, кто сомневается. Сомневаешься в муже — не будет счастья в семейной жизни, сомневаешься в работе, не будет счастья на работе! Если человек делает то, что сам не хочет, значит, Бог не поможет ему в этом, Бог будет разрушать действия человека, дабы дать ему возможность делать то, в чем нет сомнения. Раньше я именно так и поступала, ну до прихода этих, ты понял…. Мы не упоминаем их имена. Чтобы это не было похоже на почитание — звать по имени значит уважать, да и еще для того, чтобы даже эхо от звуков не привлекло внимание.

— Мы делали так же — усмехнулся Априус — чтобы все нелестные эпитеты, прикрепляемые к этим именам, не достигали, чьих бы то ни было ушей. В имени вообще кроме его фонической силы много чего содержится, если конечно знать что оно обозначает.

— Заметно, что вы с Лимлунгом, общаетесь — усмехнулась она — оба любознательны. Мы почитаем его как своего Спасителя и Бога Знаний, посредством которых он и познает Вселенную…. Но не буду тебя выспрашивать, скажи, не хочешь ли освежиться, принять ванну, уже поздний вечер и как нельзя лучше подойдет светящийся источник?

Априус не стал даже раздумывать, водные процедуры в последний раз принимал еще в Гиль-Эстэль, а всякие там соблазны, это пускай старается, интересней будет проводить время.

— Было бы очень кстати — ответил он — я хоть и не нуждаюсь в этом, но привык в свое время…

— А я вот без воды не могу — поигрывая бедрами, и облизывая полные губы, проворковала она — это моя стихия. Так что могу составить компанию. У меня тут отличная купальня есть помимо всего прочего.

— Предпочитаю проточную воду — признался Рус — но сойдет и купальня.

— У меня не простая купальня — лукаво улыбнулась Ошун, очередной раз, демонстрируя свои прекрасные, белые зубки.

— Непростая… гм это интересно тогда веди, поглядим…

Ошун, как пантера, грациозная и опасная одновременно, скользнула в боковую аллею, и поманила его за собой, при этом ее движения вошли в определенный ритм, что должен был навести Априуса, на вполне понятные желания. Он усмехнулся и пошел за ней, бегло осматривая окружающий пейзаж.

Аллея вывела, к квадратной купели, в которую стекали воды трех источников, через боковые желоба, а четвертый водопадиком, низвергался в этот бассейн, со скалы сверху, и уже далее вся, смешанная вода уходила в озеро.

— Ну, как нравится? — Повернулась девушка к нему, мигом выскальзывая из юбки и сандалий, и нарочито медленно начала спускаться в купальню.

— Все нравится — чуть запоздав с ответом, проговорил Рус, не зная как себя вести — и даже очень.

Потом, вспомнив, что он сейчас как бы и не он, и оставив палицу, проследовал к ступеням купальни. Ведь внешность Эльдариусийца Априуса, осталась в кристалле Гиль-Эстэль, и сейчас он выглядел как когда-то давно, в те дни, когда заявился в одиночку прямиком, в Тронное Царство. Ну, почти, так. Смуглая кожа, лицо с острыми высокими скулами, длинные черные волосы заплетены в косички, борода, разделена, на три перехваченных шнурами хвоста, тело тоже не осталось старым, и бугрилось мышцами, и перевивами жил.

— Что ж шоколадная красотка, давай поиграем, в твою игру — мысленно усмехнулся он, полностью уверенный в защищенности, от любых воздействий.

Едва он ступил в искрящуюся всеми цветами радуги, воду, как ощутил идущее от нее, мягкое обволакивание — чары водной девы, начали действовать. Можно было бы поддаться им без оглядки, но слова Андерика, про то, что она режет, медом, были чересчур необычны. И тут наоборот, надо было держать ухо востро, а не расслабляться. С другой стороны — ну чем она, для него может быть опасна? Но для начала примем омовение.

Он с головой опустился под воду, давая ей просочиться в каждую пору кожи, ощутил слабый ток Силы — источники, явно были не совсем простые, но и не магические до такой степени, чтобы удивиться. Раз, другой, нырнув, и вынырнув, Рус, мысленным усилием убрал свои доспехи — одежды, некоторое время наслаждался купанием, а затем направился к гибкой и податливой женщине из реки — пусть получит, то чего желает…

Затем они вдвоем при свете луны, наперегонки плавали в озере, ныряли и дурачились, но все это не сняло душевного напряжения. Затем на берегу появилась Джелвира, прислуживающая Ошун. Эта очень высокая девушка, и сообщила, что все уже собрались во Дворце, и ожидаю хозяйку и ее высокопоставленного, гостя.

Юрким угрем Ошун, тут же оказалась на берегу, на ней возникла, длинна, белая туника, полупрозрачная и легкая, и почти не скрывающая ее фигурку. Золотые украшения тут же расположились в ушах, на шее, руках, и ногах. Она подождала, Априуса, который, уже снова в своей второй коже, не спеша выбирался на гладкий песок, и двинулась обратно к купальне, где он подобрал свое оружие, и вместе они прошествовали по аллеям, прямо к «черному» входу во дворец.

Ступени, галереи, коридоры, остались позади, и вот наполненный светом и народом зал распахнулся перед ними. Зал не пиршественный, но и не для приемов, с множеством украшенных дорогими тканями диванчиков, и кушеток, расположенных вдоль расписанных, изображениями стен. Перед диванчиками аккуратные столики, на коротких ножках, на них множество ваз с живыми цветами. И блюда с разнообразными фруктами и ягодами. Среди них высятся обвитые лозой кувшины с узкими голышками, наполненные винами и нектаром. Тлеют благовония, некоторые из присутствующих курят трубки, с длинными мундштуками, потом воздух наполнен дурманящими ароматами, и всем кружит голову.

Они вошли вместе, потому что так и не успели решить, кому следует войти первым. Ошун направилась к своему ложу, стоящему в центре у дальней стены, и уже когда почти подошла к нему шепнула:

— Усаживайся, сейчас выступят мои подруги, а потом уже будем говорить.

Априус пожал плечами, и опустился на мягкую поверхность ложа, взял со столика кувшин, и налил себе и хозяйке, по полному кубку, такой изящной и тонкой работы. Что позавидовали бы даже стеклодувы Андориноса. Вспомнив об этом городе. Рус, начал создавать в голове маленькие наметки, для будущих действий, он хоть и не был всесильным, но и не собирался оставлять свои любимые места, ни Пожирателю Миров, ни очередным выскочкам, что сейчас колебали всю Сферу, своими выходками. Сейчас ему советовали не вмешиваться. Но это не значило, что нельзя планировать, составлять чары, и разрабатывать нужные варианты развития события, но внешним поведением он ничем не будет отличаться от всевозможных древних богов, будет веселиться и держать отпечаток беззаботности на лице.

На центр зала вышли девушки, которым могло оказаться не одна тысяча лет, но на вид все юные с такой нежной кожей, что обзавидовались бы и магички с факультетов косметики. На каждой из девушек, определенный наряд, ни одного одинакового, на некоторых есть пояса с медальонами, на некоторых браслеты с бубенцами, легкие, сотканные, словно из паутины одеяния, почти не скрывают все, что находится выше и ниже пояса. Волосы либо в определенных прическах, либо распущены и развеваются, ниспадая красивыми волнами.

Ошун кивала головой, и называла имена танцовщиц, и Априус вглядываясь более пристально, в каждую крутящуюся в танце вертихвостку, понимал, что пред ним не просто, долгоживущие ведьмочки, или бессмертные представительницы божественных рас, из свиты определенных королев — это были сами некогда величественные богини. Но, как и все древние, утратившие свое былое величие, после вынужденного падения. Да и если судить только из имен, и то можно кое-что понять.

Алприка — например ее имя значит, всесильная, правительница всех, идет первой, задавая ритм, и направления. У нее длинные красивые ноги, высокая грудь, и изящно тонкая талия, золотые волосы распущены, развиваются, словно на ветру, миндалевидные желтые как у кошки глазки, постреливают в его Априуса сторону. Одета она только в короткую юбку и какое-то переплетение кожаных ремней, из которых выглядывают прелести. За ней мягко следует, темноволосая Ишет Зенуним — ранее являющаяся, ни кем иным, как одним из черных ангелов проституции, демоница похоти, блуда и прелюбодеяний, как сказали бы служители соборов Мессии. Она успевает кидать свои взгляды на каждого парня или юношу, одаривая их чарующими улыбками, и каждым движением широких бедер, и очень красивых ног, намекает на утехи могущие случиться чуть позже.

Вслед за ней идет снежноволосая, бледнокожая, красавица Керридуэн — былая богиня мудрости, разума, магии, гадания и волшебства, которая притягивает чем-то неуловимо особым, отличающим ее от других знойных красоток. Глаза ее серые, но сверкают из-под вуали как серебряные озера, завораживая. И маня в свою глубину. Сразу за ней двигается смуглая, Мецтли, это леди Ночь, ее волосы чернее вороньего крыла, глаза два бездонных колодца темноты, и даже полные уста, напоминают перезревшую вишню, что почти черная. Ее одежды тоже прозрачны, но состоят из черных сетчатых тканей, делающих ее формы и фигурку еще более влекущей. На плечах у нее красивейшая шаль, в которой Рус, ощущает небольшой присутствие Силы…

Но тут Ошун указывает на Тунриду, и он переводит взгляд на нее — рыжеволосую и белокожую, с не так сильно развитыми икрами, но зато так соблазнительно двигающую бедрами и животом, что кажется, что она и сейчас движется под звуки бубна у ярко горящего костра где-то в своей стране холодов. За ней словно бабочка порхает Сильфа, ее одежды голубого цвета, волосы чуть пепельного оттенка, глаза синие и широко открытые, словно обещающие вознести до небес, и не мудрено она дух-властелин воздуха.

Априус переводит взгляд на двух оставшихся танцовщиц, они для него наиболее интересны, своей необычностью. Первая это Махаллат, в свое время владычица легионов злых духов, она в длинном до пола, белом платье, сильно подчеркивающем красивые извивы рук, и невероятно плавные движения ног… или не ног? Априус всмотрелся пристальнее — точно, она даже не скрывает, что является женщиной-змеей, верхняя ее половина это шикарная девушка с кучерявыми волосами, и глазами светло-зеленого цвета, в которых четко видны вертикальные зрачки. Массивные кольца сережек слегка оттягивают ее мочки, и от этого она становится еще привлекательней, Рус, даже сглотнул слюну, для него это было уже чересчур — видимо вода источников обладала каким-то чарующим свойством, и он перестроился целиком и полностью только на одну волну.

Он оторвал глаза от форм, под белым платьем и тут Мецтли взмахнула своей шалью — круг танцующих девушек потонул во тьме, а когда она чуть развеялась, девушки разомкнули, сомкнутый было круг, и все увидели в его центре Нааму. Черноволосая, Наама, жгучая и подвижная, из тьмы проступила настоящим чудом прекрасная женщина выше пояса, а снизу адский пылающий факел. От нее просто волнами распространяется жар сексуальности — взгляды присутствующих мужчин, тут же вожделенно сфокусировались на ней, и не мудрено, ведь она былая демоница искусительница, желанная не только простыми смертными, но и демонами и духами.

Вот тут-то Априуса и озарило — вот они — те, кого так долго искали его ближайшие подручные. Ведь опыт показал, что долговременные связи с маложивущими женщинами из любых народов приносят только боль, тоску и душевный надрыв, а вот эти могли стать и настоящими супругами. Да и у людей он тоже кое-чему научился — союзы требовалось скреплять браками, а учитывая предстоящее переселение, это бы не помешало, ведь в Царствах Ночи, еще не было таких вот «девочек» которые могут устроить хороший переполох, а так будут при мужьях, которые за ними и присмотрят и пыл охладят…. Может быть.

Он мысленно позвал:

— Картус!!!

— Да повелитель?

— Оставь там только Тано с Хареем, а сам с остальными бегом ко мне…. Там вожди местные должны приглашение были получить вот с ними и отправляйтесь.

— Понял.

Серентина дозваться он не мог тот, был не его патрульным стражем, потому попытался достучаться до Клыка.

— Да повелитель, мы слышали, что ты передал оставаться на месте — вскоре откликнулся тот.

— Речь не об этом, скажи Серентину пускай остается там, а сами ко мне быстро. Там уже должны прибыть посланники с шестого материка, с ними и отправитесь.

— Но…

— Никаких но…. Сам потом благодарить будешь.

Танец тем временем перешел в завершающую стадию, и надо было готовиться к разговору, с правителями этого города, которых оказалось довольно много. В этот момент в зал ворвался ветер, черная быстрая тень. Как молния метнулась к Априусу, он, предвидя реакцию окружающих, поднял руку в успокаивающем жесте, и тут же ему на плечо плюхнулся Рунин, и без предисловий каркнул вороном:

— Развлекаешься, пока мы тут исследуем в поте лица? Это кому надо, тебе или нам?

— А ну цыц несносная птица — мысленно прикрикнул Рус — не то в следующий раз с собой брать не буду. Или вообще утоплю…

— А, мы тут, как бы, не друзья… — переходя на мыслеречь, догадался попугай — что ж буду исполнять роль слуги.

Ошун наклонилась к Априусу и прошептала:

— Сюда прибыли представители самых лояльных к нам э-э… вождей, таких не много, все-таки они предпочитают не вмешиваться ни в чьи дела, и не покидать своих территорий. Когда мы вошли в зал, тут уже были представители от народа нагов, ракшасов, фоморов, и людоящеров, все в людских обличиях. Остается дождаться только ниватакавачей и аннедотов, ну амфибий по-простому… они прибудут иным путем — через колодцы…

— Понятно настало время изъяснить свои намеренья — буркнул Априус, понимая, что как только танец закончится, ему ничего не останется делать, как начать этот своеобразный совет.

В какой-то мере ему не хотелось перебрасывать через портал, весь это «террариум или «серпентариум», в свои Царства Ночи, но с другой стороны, они же представители народа Предтеч, такого загадочного, и хранящего великое множество знаний, народа, пришедшего из того времени, которое он пропустил, носимый в коконе меж временными точками. Голова от этого всего идет кругом, хорошо хоть есть воспоминания пусть и смутные, о коротких жизнях, прожитых в телах нелюдей, и потому нет такого острого неприятия.

Априус вздохнул, поднялся с неохотой, и спросил:

— Я так понимаю, вы уже обо всем успели вкратце переговорить. Так что спрошу сразу — что-то решили или так, просто воздух поколебали?

— Никому не хочется уходить — поднявшись с роскошного ложа, ответил Барыс — и если бы это предложил ты, отказались бы почти все. Но поскольку это послание Лимлунга, то выбора как бы, не остается, но уходить, согласна только половина Тассадессы. Она готова уйти, ни смотря, ни на что — они помнят, как горел и корчился мир, как стонала земля, когда рати Обетованного, добрались и до нас…. Но вот тем, кто родился уже здесь, очень не хочется покидать чудный город, и они, скорее всего, откажутся.

На центр зала выполз, наг, не такой как Арджун, из более низшего сословия, с голым черепом, без волос, ресниц, и век, не говоря уже о бороде и усах, и проговорил шипяще:

— Меня зовут Ананта, имя это священно для нас, так как принадлежало владыке Шешу, потому от моего народа говорю я. Хоть и кратко, но пообщавшись с твоими посланниками Каронус, мы не сомневаемся в решении. Они поведали нам о тех краях, по-своему суровых, близких Тьме, но в тоже время и прекрасных, не тронутых никем, и пребывающих в таком, же состоянии, как и были после завершения творения, и стабилизации. Там есть полностью девственные миры, со своей спецификой конечно, но это и интересно — потому наш ответ таков — наги, принимают твое покровительство, и уходят все.

В зале повисла тишина, решение хитрых нагов, и остальных послов навело на мысль, о том, что может, стоит бежать отсюда несмотря ни на что. В этот момент двери распахнулись, и в зал ворвался смешно ковыляющий недодракон, ворчавший себе под нос, что-то о запутанности коридоров:

— Зацем стлоить все эти холомы, нет цтобы нолмальный палац следи леса… умаесься пока добелесся…

Не обращая ни на кого внимания, он бесцеремонно протопал через весь зал, и доковылял до Априуса, а уже там зацепил когтями, стоявший на столике с резными витыми ножками, кувшин, и влил его содержимое себе в глотку.

— Уф, холосо — а то так залко, цто во лту все пелесохло…. Спесил…. Ну цто тут?

— Да вот решаем, как перебросить в наши Царства Ночи, всех этих славных ребят, если они, конечно, захотят… — С трудом сдерживая рвущийся из груди смех, ответил Априус — но они пока что-то не очень рвутся покинуть свои дома.

Видя как, пришедший ящер явно не чурался, посланника Лимлунга, и похоже очень обрадовался, найдя того здесь, свои выводы сделали многие — но первым с кушетки поднялся крупный детина, с лицом заросшим щетиной, но без бороды. Он так же прошел на середину зала, и уже там вырос, увеличиваясь втрое, голова его уперлась в потолок, и уже оттуда он прогудел:

— Я Харад, говорю за фоморов. Волоты тоже пойдут, но просят помочь забрать и наших зверушек. Их численность так трудно было восстановить, на это ушли века, и бросать такую редкость полное безумие. Они и пища, они и красота… Они и тяговые животные, и ездовые если надо.

— Хорошо, меня и самого поразили эти гигантские создания, мирно живущие по соседству с вами. Так что буду только рад, если в моих владениях появятся их стада.

На середину вышел человекозавр с голубой кожей, посмотрел на всех присутствующих, поворачивая голову, и сказал гортанно:

— Я Саусан, представляю четыре серпентоидные ветви. Мы тоже согласны уйти, здесь нам оставлять ничего не жаль, хоть мы и прожили в этом мире весьма долго, нам все равно где селиться лишь бы условия подходили для проживания. И ничье соседство нам не помешает, кроме разве что «панцирников» что живут в глубинах…. Они злобны, и никого не чтут…. Я бы их, вообще не брал — будут пакостить.

— Если честно я не знаю, что и кого имел в виду Лимлунг, предложив мне взять вас под свою руку, и…

Тут стража вновь распахнула створки дверей, и в зал вошли парень с девушкой, походка их была несколько странной, и Априус просмотрев их внутреннюю суть, понял, что это прибыли волосатые змеелюди, у которых от человека, в истинном образе были только головы. Сразу вслед за ними появились двое, завернутых в длинные, напитанные водой плащи, представителя речного народа, с большими плоскими носами, без ноздрей они больше всех отличались от людей, потому что все остальные были перевоплощены очень хорошо.

Априус понял, что прибыли они вместе с его людьми, но те предпочли пока оставаться вне зала, и кивнул вошедшим в знак приветствия, продолжил:

— Потому это сугубо мое предложение — переселить вас в более защищенное и скрытое место. Там только я являюсь… гм Владыкой. А мое кредо — дать каждому миру и народу развиваться самостоятельно без указки и переделок. Захотите осушить или заболачивать земли — пожалуйста, захотите рыть каналы — ройте, строить скрытые города — стройте. Единственное правило не лезть к соседям, и не вредить миру всякими там устройствами и чарами, иначе будете уничтожены — тут я не колеблюсь.

Едва он закончил говорить, как со своего места поднялся рыжеволосый парень, неуловимо быстро оказался на середине зала, и проговорил немного резковато:

— Народ ракшасов готов последовать за тобой, куда бы ты нас не повел. Единственно, что нам нужно это леса и горы…. Не просто леса, а большие зеленые территории, где мы сможем обосноваться. Желательно тропические, мы к холодам не привычны, плохо их переносим.

— А мы — сказал один из новоприбывших, тот, что скрывал в себе волосатого змея — не против бы поселиться в краях, где обитают дикие людские племена — у нас много знаний, а передавать их некому…. Люди же в старые времена внимали нам с охотой…. Только их мозг не должен быть засорен другими истинами и догмами, иначе тогда они боятся…. А мы ведь, почти безобидны, это наги, опасны в своем истинном облике для слабых смертных — их дыхание ядовито, а взгляд может принести смерть…

— Что ж — проговорил Априус — мне остается только сказать, что я удивлен быстротой, принимаемых всеми вами решений, видно не так уж хорошо всем вам тут жилось. Так что собирайте свои ценности, которые хотели бы забрать с собой, и ждите в готовности — когда мир откроется, мы уйдем сразу, не медля, потому что за пределами этой планеты сейчас идут явно нехорошие перемены… — Он не договорил, услышав какой-то скребущий звук неподалеку, от себя.

Открылась потайная дверка в полу, точнее сдвинулась крышка люка, открывая лестницу, ведущую вниз, и эти звуки и привлекли его внимание, и оттуда показалось существо, могущее показаться кошмаром из полуночного бреда, или же сумасшедшим безумцем, который нацепил на себя выпотрошенную рыбину.

— Это Ассенао — быстро сказала Ошун, видя неловкость ситуации, он припоздал, но тоже приплыл объявить о согласии людей-амфибий на переселение. Я просила его сообщить всем морским племенам, вот он и вернулся с ответом.

— Вот это чудо-юдо я понимаю — не сдержался Рунин — не понять где рыба, а где человек из моря.

И в правду Ассенао, был весьма необычного вида — тело у него было рыбьим, а под рыбьей головой была другая, человеческая, внизу же были ноги как у человека и рыбий хвост, за ними. И что странно, без чар, Априус не смог определить рыбья ли это шкура, одетая как костюм для водоплаванья, иди часть тела.

— Приветствую вас — мягко проговорил рыбочеловек, голос его был человеческим, а язык понятным — наши водные народы согласились быть переселенными в другие миры, только мнения разделились. Одни хотят, как и раньше соседствовать с нагами и волотами, другие хотели бы поселиться в морях или океанах на берегах, которых живут люди, третьи же желают изоляции от кого бы то ни было.

— Гм, все это выполнимо, но лишь на месте. До переброски никто делиться не будет — ответил Априус — всем скопом вы окажетесь в одной примечательной равнине, а уже оттуда будете распределены по мирам. Главное, это попасть туда, если тот, кого вы знаете как Лимлунга, не окажет свою помощь вовремя, мы будем вынуждены выбираться своими силами. Поэтому прошу вас, не скрытничайте, и если обладаете определенными знаниями и возможностями, для дальних перебросок, через порталы, звездные врата, или кратковременные пространственно-временные тоннели — поделитесь.

— Морскому народу — ни о чем таком ничего неизвестно — сразу же ответил Ассенао — но может быть есть сведенья о порталах у наших мудрых старцев, и я передам им твои слова.

— Наши старейшины тоже могут что-то помнить — извиваясь всем телом точно в танце — ответил и Ананта — просто все, что связано с перемещениями случилось давно.

— Поймите меня правильно — если бы речь шла о переброске — двух-трех десятков — усмехнулся Априус — вопросов бы вообще не возникло. Но вы хотите и питомцев забрать с собой, и город перенести, и пожитки ваши…. И все это надо проделать быстро, нет времени, ни на постройку звездных врат, ни на длительные марши по прокинутым мостам, если таковые удалось бы прокинуть. Ведь там «снаружи» кто-то творит что-то небывалое прежде, и соответственно закон «ответки» как называет его мой Драконыш, подействует так же неожиданно и непредсказуемо. Думаю, к моменту открытия ловушки мы уже будем знать, что там случилось, но от этого мало что изменится. Так что хорошенько поройтесь в ваших преданиях и сохранившихся источниках, может, что и раскопаете. Лично мне эти сведенья не нужны, а вот ваше будущее от них зависит немало.

Априус закончил говорить, и уселся обратно, ему начало надоедать — этот мир, занимал намного больше времени, чем он Априус, рассчитывал на него потратить. Теперь вообще непонятно было чем заняться дальше — продолжать ли дальразведку, или возвращаться в Сектор, где у него и сил побольше, и возможностей не мало? Или вообще отправляться в Царства Ночи, и заниматься их столь долго откладываемым, обустройством? Ведь после проигрыша в Дагорлад, он ими-то и не занимался, по-сути, переложил все на плечи Дрендома, а потом Серентина, а что они могли толком — их вотчина только Хрутар, да еще немного оказывать влияние на Схору и Лундор, но не более. Пора было доводить все начатые когда-то проекты до ума, и Темная Дуга на первом месте в это списке — лучше уж поздно, чем никогда.

Гости дворца Ошун, оживленно заговорили друг с другом, видимо помимо всего прочего решали, хотят ли и дальше соседствовать друг с другом. К ложу хозяйки подошли-подплыли ее подруги, еще лишь недавно танцевавшие свой великолепный танец. Априус лукаво улыбнулся и хитренько так поинтересовался:

— А скажите как леди, вы свободны в этой жизни, или являетесь супругами присутствующих здесь мужей?

— А чего это ты интересуешься? — В шуточном гневе искривила бровь Ошун, думая, что проведенное с ней вместе время, дает ей какое-то право интересоваться — женщины есть женщины какого бы роду племени, и расы они не были.

— А того что у меня есть парочка-другая, хороших, но не пристроенных друзей…. Знаете в последнее время довольно сложно разыскать себе достойную и бессмертную пару…. Вот и маятся в одиночестве…. А тут столько прекрасных неувядающих цветков, прелестных обольстительных, и, по-видимому, тоскующих от своей пресной жизни. Потому я подумал, не познакомить ли вас, они уже прибыли и ждут моего приглашения, и вашего, разумеется, согласия, мы ведь не захватываем этот дворец или город.

В глазах подруг Ошун, вспыхнул нешуточный интерес, состояли ли они в браках прежде или, нет, но сейчас это, по-видимому, их не заботило.

— Мы очень даже за — обольстительно облизнула свои пухлые губы Мецтли — хотя бы познакомимся с новыми мужчинами, А уж как дальше сложится, сейчас не сказать….

— Ну тогда Ошун огласи совет закрытым, и давайте переберемся на улицу, в смысле во двор, фонтаны цветочки и все такое, знаете ли, способствуют сближению.

— Хорошо — она поднялась с ложа, и подняла руку в жесте привлечения внимания. — Каронус объявил совет оконченным. Окончательно свое решение вы должны сообщить завтра к обеду. На все про все, у вас один день. Затем я устрою прощальный пир, в честь нашего ухода. Все детали предстоящего переселения, обсудим позже. Так что до встречи.

Собравшиеся представители, других материков, тут же поднялись и вышли, горожане же расходились медленнее, и менее охотно, видимо чего-то ожидали, но так ничего и, не дождавшись, покинули зал. А после того как все гости дворца разошлись, Ошун со своими подругами провела Априуса и примкнувшую к нему, как она посчитала свиту, в сквер за дворцовым двором. Там все просто благоухало от цветущих кустов роз, орхидей, и еще каких-то незнакомых Русу, цветов.

В удобных, специально для этого выделенных местах, стояли скульптуры и статуи, как величественных пар, существ похожих на людей, так и причудливых созданий, представителей совершенно других рас. Скверик имел множество беседок, отдельно стоящих лавочек, и большое многообразие маленьких фонтанчиков, но в основном это были перемежаемые аллеями зеленые зоны, самых причудливых деревьев.

Картус, Киан, Богар, Клык, Коготь, и Охтар, пребывая в неведенье — для чего именно их призвал Априус? Потому настороженно шли последними, исподлобья бросая взгляды на хихикающих, словно юные девы, подруг Ошун, которые строили глазки вроде бы сначала без разбору, но потом как-то определились, и теперь постреливали уже более метко и определенно. Девушек сюда отправилось только семь, Ишет заявила, что от своего изначального предназначения отказываться, не намерена, ее задача соблазнять и отбивать чьих-то мужчин, а не становиться супругой одному.

Априус делал вид, что прислушивается к щебетанию Ошун шедшей рядом, и что-то рассказывающей о былом времени, когда она была почитаема и еще блистала в своем величии, на самом деле, следил за своим зверинцем. Он видел, как хитрый попугай потихоньку исследует источники, изобилующие в округе — Рунин, не собирался мириться с временной ограниченностью, и подкапливал Силу, по крупице вбирая ее, из всего, где она чувствовалась. Яша развлекался по-своему, плещась уже в том самом озере, где еще недавно плавал он сам, и Рус, был за них обоих спокоен, чего нельзя было сказать о шестерых патрульных, которые нервничали как мальчишки…

Картус, похоже, совладал с собой и определился первым, потому что догнал красотку Керридуэн, такую непохожую на женщин Хрутара, те все были темноволосы и имели довольно смуглую кожу. Эта же обладала незаурядной внешностью — снежно-белыми волосами, серыми умными глазами, и строгим изяществом, чем-то его зацепила. И было командир драконьего полка, пошел на сближение.

— Одна пара будем думать, есть — в мыслях усмехнулся Априус, потому что девушка тоже посматривала именно на Картуса.

Вторым, и весьма неожиданным был выбор Охтара, хотя если подумать тут было все понятно. Былой король наугримов, хоть и жил до смерти, в городе, вырубленном и изваянном в склоне горы, к ее огненным недрам, как-то особо не приближался, но тут натура гнома взяла свое — и женщина, наполовину состоящая из пламени, сразила его, в самое сердце. Хотя надо отдать должное этому старому пройдохе, на вкус Априуса, Наама, была среди всех остальных самой жгучей и прекрасной. Обжигающе жгучей, и опаляющее прекрасной. И все больше скучающий в последнее время гном, это ощутил. Для нее же знавшей в свое время самых красивых самцов из людей и нелюдей, этот коренастый, бородатый мужичок, в котором она увидела, истинного творца украшений и великолепного зодчего, тоже показался интересным.

Черноволосая, жгучая, с пылающим взглядом, жрица любви и седовласый, седобородый, но еще крепкий как гранит, гном с таким, же разгорающимся огнем в глазах, отошли в сторону к одной из скульптур.

Киана, на удивление к стоящей поодаль качели — лавочке увела Мецтли, и хоть тот уголок и был освещен луной, его тут же укрыла тьма — Леди Ночь не желала, чтобы за ними кто-то подглядывал. Такой же в данный момент, темный кожей и волосами, как и смуглая, черноволосая девушка, Киан, не на шутку обрадовался — для него это была такая же редкость, как и для Картуса.

А вот Богару, Клыку, и Когтю, она бы не понравилась — почти таких же, они видели каждый день в своем родном мире, до того как случилась Дагорлад. Они как раз обратили внимание на светловолосых, Тунриду, Алприку и Сильфу. Богар после долгих лет жизни среди эльфов, вообще предпочитал легких, гибких, почти, что воздушных девушек. И одна такая тут была. Синеглазая, и пепельноволосая Сильфа, чувствовала его интерес к себе, и потому прекрасная и невесомая как бабочка порхнула к нему, и потащила к беседке, крыша которой, торчала среди ракитовых кустов.

Клык, как варвар все еще в своей пятнистой шкуре, только теперь похожий на какого-нибудь аборигена из саваны, мягкой крадущейся походкой, направился к Алприке. Ее короткая юбка, не скрывающая красивых длинных ног, как нельзя, кстати, подходила к его шкуре, было в них нечто родственное, и пятая пара уединилась у фонтанчика, где вода небольшими струями наполняла каменную чашу, перетекала, в такую же, но чуть шире.

Осталось две девушки, и кого из них выберет представитель горного клана людей-барсов, догадаться было нетрудно. Он ее и выбрал — белокожую рыжеволоску Тунриду. И Априусу на его радость, и к огорчению Ошун, пришлось составить компанию и Махаллат, на которую, у него, то же были планы — был у него еще один, не пристроенный, но очень дорогой сердцу приятель. И, пожалуй, только эта женщина могла, разжечь его сердце если не любовью, то хотя бы страстью.

Планов вообще было, хоть отбавляй, он не успевал их не то что прорабатывать, а даже наметить по несколько вариантов исхода. Опять наступал момент, когда не знаешь, куда мчаться в первую очередь, а успеть надо везде, и от этого, хоть разорвись. Но для начала нужно собрать вместе всю свою команду, теперь нет смысла узнавать, как и чем «дышат» эти нелюди, или не совсем люди, и всякие там разумные земноводные существа. Одно и так стало ясно — все его представления об этих народах крайне не верны. И о своих правах на миры, они тоже вправе заявлять, ибо, как ни крути, а все равно являются результатом творения Создателя. Не пришлые уроды, и не чистое зло — они дети Природы, а у той много проявлений, и понятий. Ну а то, что с людьми не в ладах, так тут похоже не только их вина.

— Что ж, мне, похоже, выпал шанс построить новое, доселе небывалое общество. — Усмехнулось в Априусе, одно из его «я», и он, похоже, догадывался, от кого, оно ему перешло. — Эх, и намешаю же…. Не вышло бы боком, чтоб потом не пришлось Потоп наводить… Так эти вот не потонут, надо будет выжигать, или травить…. Вот же, подогнал Дракон, проблемку.

— О чем это ты, так наморщив чело, мыслишь? — Поинтересовалась Ошун, растягивая губы в улыбке.

— Много будешь знать — быстро состаришься. А тебе это зачем? Лучше быть молодой и легкомысленной — тоже улыбаясь, пошутил Априус, хотя в душе весь этот балаган с навязанными ему былыми божками, начал уже доставать. Одно дело наги, динозавры, да амфибии, с рыбо-людьми, другое дело эти, не пойми кто.

Поэтому, как это было присуще, только ему резко изменил принятое раньше решение провести остаток ночи во дворце Ошун. И чтобы уж совсем не казаться не учтивым, хотя это его несколько не заботило, на миг замер, будто к чему-то прислушиваясь, и с сожалением сказал:

— Леди! Я вынужден вас покинуть, неотложные дела, видите ли…. Мои, э-э… Помощники пока погостят тут у вас, я же должен отбыть. Через них, я передам указание, что нужно делать и когда. И еще — Махаллат, у меня будет и для вас, жених ха-ха так сказать, но это в том случае если уйдете с нами, и пройдете проверку…. Так что до встречи. И оставив великовозрастных девушек, наедине с их рухнувшими надеждами, перетек в демона, и взмыл в небо, а уже оттуда мысленно позвал:

— Рунин, Яша, возвращаемся к кораблю.

Он не став ждать приятелей, и понесся к морскому берегу, а когда на бреющем, пролетал над прибрежными скалами, они его догнали. Первым понятно Рунин, а чуть погодя и Яша, который давно уже мог отращивать, довольно длинные и сильные крылья.

Пока пролетали над морем, Априус отозвал к зоне высадки, весь остальной экипаж «Версара» — ведь неизвестно, сколько в условиях почти полностью нейтрализующей действие чар, ловушки, они будут добираться. Это же не родной, хранимый всеми ими сектор, тут они чужаки — плоть Мира, помогать не будет, и Силы не добавит, даже наоборот, высосет немалую часть, компенсируя свою нынешнюю отдачу. Но за своих сподвижников, он не беспокоился так или иначе выберутся, на крайний случай их можно и на «Версаре» забрать. Корабль Предтеч, основан не на магических принципах, а чем-то совершенно ином, хотя частично и является волшебным челном, но вот, то, что приводит его в движение, так и осталось загадкой, хотя ее никто особо разгадать, и не пытался.

А переживал Априус, о том, что происходит в тех, неведомых областях, что явил ему Просвещающий, хотя это прозвище Дракон, видимо придумал себе сам, ибо если он кого и просвещал, то только самого себя. А других больше путал, своими недомолвками, или странно непонятными ссылками на какие-то Законы. В любом случае если такая Мощь, как Тагник-Зур, запер его Априуса, то в тех сферах происходило действительно что-то очень опасное, и хитрый Змей, попросту перестраховался, от малейших сдвигов ситуации, в ту или иную сторону.

И теперь вопрос стоял так — сколько у него Априуса, времени, осталось до того момента, когда произойдут какие-то непоправимые изменения. Стоит ли тратить слабо текущую здесь Силу, или расходовать свои запасы, чтобы пробить временную «броню» мира, и прорваться в Межреальность? Или же лучше заняться подготовкой всего задуманного, на самый крайний случай, еще во времена, последовавшие сразу за прорывом Пожирателя Миров? А заодно и этот подарочек в виде дивных народов, перебросить в свою вотчину…

— Да пожалуй, выберу второе, хотя я предпочел бы реализовать оба варианта — в мыслях, сказал он сам себе — но это же не последний день Мира, надо быть бережливым.

— Какого лысого мы все время носимся как угорелые? — На лету проорал Рунин, потом уже мыслеречью добавил — то туда лети, то туда. Потом бросай все там и лети обратно, или в другую сторону. Ты чего мечешься Апри?

— Да все Просвещающий… — Так же мысленно ответил Рус — Застал меня врасплох, спутал все планы…. Уж не пойму, где и когда я прокололся, чтобы он смог просчитывать мои действия. А тут видишь, просчитал — угодили прямиком в капкан. Ведь выбери мы другую планету этой систему, ничего бы такого не случилось….

— Не вариант — перебил попугай — этот Змей, слишком умен, слишком много знает, и очень долго живет — думаю, подобные ловушки могли встретиться на всем нашем пути, Ведь ты сам сказал, что именно он направил сумеречным зонам, путь к которым пролегает тут.

— Какой там путь…. мы могли идти каким угодно курсом, Нет, нас, похоже, сдвигали в нужном направлении. Чарами, там или магическим течением, не знаю уж как, но нравиться мне даже сама возможность этого.

— А я знаю, в чем причина — неожиданно вломился в разговор Яша — нет врага… Настоящего Влага. Вот и расслабились совсем, проглядели… Апри, ты сам-то знаешь, чего хочешь от этого путешествия или тебе его аккуратно навеяли?

Не ломаный и рассудительный голос недодракона, было слышать непривычно, обычно они перебрасывались не более парой фраз таким способом, а тут на тебе еще одна новость — малыш-то вырос, возмужал и окреп, а они все его за глупого юнца держат.

— И вправду Априус с тобой все нормально? — Снова заговорил Рунин — вместо того чтобы с первого мига нашего здесь пребывания устроить бойню, истребить всю эту перековерканную мерзость, ты решил с ними познакомиться ближе, и вот чем все обернулось? Мы могли вообще не оказаться на том материке, и ловушка бы, не сработала. На тебя это не похоже, я уже начинаю сомневаться, ты ли это вообще или твое заклятье, тебе мозги набекрень вывернуло? Куатара вон бросил, заставил хренью какой-то заниматься, типа тот пацан кому-то важен…. Мелочи все это, мышиная возня….. Эх жаль мы тогда Обетованное после смены власти не штурмонули, может, вместе бы теперь правили, и давно бы покончили со своеволием всей этой мрази, что не дает жизнью нормально наслаждаться.

— Ну, ты же знаешь Смотритель, Закон, обязательства….

— А тут уж надо выбирать либо ты подчиняешься, либо диктуешь условия. Хватит уже пресмыкаться перед этими всеми Силами…

— А я бы сначала взял под полный контроль нашу Темную Империю, которая таковой так и не стала — опять влез Яша — там теперь просто разрозненные миры…. Вот сначала их сплотить в кулак, сделать империю, такой как хотели тогда перед Битвой…. А потом уже можно и…. Ну все вот это.

Априус усмехнулся — недодракон явно задержался в своей роли забавного драконыша, и теперь видимо решил наверстывать упущенное, мол — хватит дурачиться! Что ж, раз так, можно будет и поручить ему не просто серьезное задание, а, к примеру, всех вот этих динозавров, что видел здесь в таком огромном количестве он сам. Только все это потом, а для начала всего этого процесса переселения, нужно вызвать кое-кого на разговор тет-а-тет…

Глава седьмая Кто бы мог подумать

Так звеном, они долетели до кольцеобразного горного образования, сверху похожего на пончик, внутри которого застыл, недвижимый «Версар». Рядом с кораблем никого не было, зато на крыльце избушки сразу же появились эльфы, а за ними и куатар с Тиграном. Едва троица, оказалась на траве, снежный барс, стрелой метнулся к ним, и сказал с укоризной, мягко наступая на друзей:

— Бросили да? Все до одного смылись, а я тут сиди, возись, с несмышленышем…. Э, братцы так не годится, или я тут при нормальном деле, или отправлюсь в собственное путешествие…

— Куру ты чего? — Даже попятился Априус — не первый же раз…

— Вот именно что не первый… Я тебе что песик? Захотел, взял, захотел, оставил, ты меня уже вообще на задний план задвинул…

— Неправда — этот остров тоже кто-то должен был осмотреть, и та наиболее подходил — тут в основном гористая местность, твои предпочтения так сказать…

— Мои предпочтения — снежные склоны, и то не всегда и не везде. Тебе ли не знать? Хренью занимаешься непонятной. Вопрос чего ты вообще именно сюда поперся? Какая может быть дальразведка без определенного направления, и хотя бы приблизительных координат? Что мы ищем?

Априус, перетек в человека, помолчал чуть, а потом ответил с некоторым смущением:

— Ищем новые источники Силы, все равно как проявленные. Желательно даже в артефактах Предтеч, или кристаллах, чтобы можно было забрать с собой. Потому что чуйка у меня нехорошая какая-то… вот я и проявляю свое беспокойство таким неопределенным образом. Просвещающий, намекает все время на техномагию…. Значит, что-то предполагает, хоть и не говорит. Но даже если мы столкнемся с теми, кто освоил это новое течение, нам это еще ничего не даст — понадобится время на изучение принципов работы, и понимания законов, почему все это работает. Поэтому предметы Силы были бы самое то, хоть и от каких-нибудь строений-накопителей я бы тоже не отказался. Но все пошло не так — сейчас мы пойманы, в ловушку, которая будет удерживать нас здесь еще некоторое время. И основной нашей задачей будет не вырваться из нее, а использовать ее энергию в других целях…. Пока говорить не буду — для каких, пусть прибудут хирдманы, и Серентин с Тано. Так что не злись, у меня и так на душе кошки скребут, а тут еще и ты доскребываешь.

Колючий взгляд барса, чуть потеплел, он понизил голос, смягчил интонации, и проговорил более спокойно:

— Хорошо это уж хоть что-то интересное. Но учти, бросил ты меня вот так в последний раз. А теперь рассказывай, кто нас запер и зачем?

— Запер нас, наш с тобой очень старый знакомый, по вине еще одного старого знакомого, который, похоже, лишился рассудка и устроил такой переполох в Сфере, что даже Просвещающий забеспокоился. Ну а чтобы мы, в частности я, не вмешался в ход событий, тем самым грозя устроить еще более, сильные беспорядки в мирах, волновых возмущениях и еще чего-то там, он не объяснял, Всезнающий Змей перестраховался, и посадил нас во временную клетку, при этом, попросив не дергаться.

— И какова наша цель теперь?

— Начинаем переселение. Забыл сказать — теперь это все что вокруг — наше. Но мы и так разрываемся, мечемся туда-сюда, вот я и надумал собрать все воедино, и место, куда все это может поместиться есть. Нужна только Сила, и четко отработанный план. План уже в наметках, а Силу потянем из всех возможных Источников — я задумал небывалое, хотя еще одни наши старые знакомые, правда весьма недружелюбные, нечто подобное уже проделывали, но они в ту пору стояли на вершине пирамиды Вселенских Сил, и оперировали всеми магическими потоками пронзающими Сущее.

— Тасовали пласты Реальности… — догадался куатар — но кем были они, а кто мы? Ты сбрендил что ли, нам ни за что не набрать такую Мощь?

— Сейчас да, но если все пойдет, так как в одном из предполагаемых мной вариантов, я пойду на крайние меры, и это будут последние дни нашей жизни внутри Сферы….

Он развернулся и стал выслушивать рапорт эльфов, а трое его верных сподвижником в немом изумлении воззрились друг на друга.

— По-моему он того — тихо проговорил Рунин — с ума сходит. Какая может быть Жизнь вне Сферы?

Внезапно мир ощутимо вздрогнул, энергетический столб, видимый отовсюду, стал тускнеть, истончаться, но сковывающая небосвод броня держалась еще очень хорошо, пришло время начинать первую фазу плана.

Априус развернулся и, подбежав к куатару, обхватил его шею, затем осторожно сдавил, необычного вида черное кольцо, надетое на безымянный палец, и повернул. По ободку, побежала огненная вязь из странных символов, он представил место, где встретил земноводных жителей этого мира, и крикнув остальным:

— Ждите здесь, мы скоро! — Телепортировал себя вместе с барсом, на тот самый высовывавшийся из воды риф.

И миг спустя они вышли из подпространства уже там.

— У тебя как погляжу, слова с делом снова перестали расходиться — довольно рыкнул куатара — теперь скажи — что мы тут делаем?

— Ждем визави. Только он еще не знает, что придется сюда явиться. Сейчас контуры «звездочки» нацарапаю, чтоб наверняка, и позову…

Он сделал одну руку, лапой демона, с когтями могущими резать и самый прочный камень, и быстрыми росчерками нацарапал соединяющиеся перекрестные линии, добавил пару загадочных символов, затем откупорил непонятно откуда взявшийся пузырек, выплеснул его на центр звезды, щелкнул пальцами, тут же вспыхнуло пламя, и одними губами прошептал беззвучное имя.

— И давая без аватар, ипостасей, и посыльных — вслух добавил Рус — явись сам — тут есть, где разместится, хоть вокруг острова обвейся. А в тех планах бытия, где ты сейчас, как раз хватит и твоих воплощений — я надолго не оторву.

Несколько долгих мгновений ничего не происходило и не менялось, все так же плескались волны, да далекие контуры, окружающих остров материков, но вот море неуловимо изменилось, успокоилось, и почти застыло. А вода превратилась в какую-то эфирную субстанцию, рамки раздвинулись и из нее, поднялась чудовищно огромная голова, и испепеляющая яростным взглядом ее обладатель уставился на две застывшие, на рифе, фигурки.

— Ты… Вы?! Да как вы смеете???! Да я щас…

— Спокойно! — Не отводя глаз, перебил Априус — Я обещал самому себе, не использовать твое имя всуе как говорится, без крайней нужды. И прибегаю к нему лишь второй раз. Разговор будет крайне конструктивен. Пока та Сила, что ты использовал, не иссякла окончательно, помоги ее перенаправит, перенастроить и пробить проход… червячный переход, прокинуть тоннель в мои скрытые пределы — надо переселить твоих питомцев…. И это раз…

— А ты не зарываешься парень? — Взревел Дракон.

— Второе — мне нужны чары — не останавливаясь и не реагируя, продолжил Априус — на краткий миг максимально сжимающие пространство, что бы перенести некий объект, сквозь мгновенно рассекаемую и тут же сращивающуюся щель в Барьере. И третье — введи в курс дела, что все-таки происходит в Сфере?

— И без увиливаний!!! — Неожиданно даже для Априуса рявкнул Куру, который после заклятия изменения, был не особо добрым «котиком». Впрочем, как и все остальные.

Мудрый Змей всмотрелся в них, обоих, очень внимательно, пронзая взглядом, казалось каждую мельчайшую частицу и саму внутреннюю суть:

— О-о, да вы, похоже, не в себе…. В опасные игры играешь парень, хотя и не скрою работа проделанная достойная. Я, было, подумал это маскировка. Тебя старого почти нет…. Так что, будь крайне осторожен — может поглотить…. Но дело твое… раз можешь контролировать — дерзай. Но предупреждаю — сунешься в разборки э-э Сильных Мира, это будет очень чревато последствиями. Так что в очередной раз, прошу — не высовывайся… ну хоть какое-то время, пока все не прояснится окончательно.

— Слушай Дракон, я тебя ни как не пойму, ты кто? На тебе есть какие-то ограничения, свод законов, который тебя контролирует, присутствует ли мера в плане рациональности совершаемых действий. Только не надо мне петь песенки о Третьей Силе, это чересчур абстрактное понятие. Какую игру вы ведете? А то я начинаю уж подумывать, что вы с братом, некие совсем уж странные и чуждые для всеобщего понимания личности, усевшиеся за чужой, стол сыграть партию, в шахматы, навязывая игре свои собственные правила. Что я слышал от тебя за все эти эоны — вечные недоговорки, полунамеки, непонятные пояснения, а ну да, и еще всякие там «отмазки» что ты, мол, не при делах, просто масть катила, и ты использовал ситуацию… Хоть на этот раз скажи без утайки, прямо и четко — что произошло?

— Кажется, не так давно я задавал тебе те же вопросы, Наследник Предтеч. А по поводу происходящего — что тут утаивать? Скажу прямо — известная тебе личность, бывший асур Атрид, а ныне являющийся одним из входящих в Божественную Троицу, Владык, решил создать своего Феникса — возродить из пепла свое былое величие, могущество и… свою небесную Обитель. Дворцы, дома, стены и самое главное — обитателей. Для чего он проделал несколько опережающих своих нынешних собратьев ходов. В общем, он вторгся во владения Собирателя Атманов, где с боями прорвался к пределам, Вратам, за которыми уже иное Бытие….

— Значит у Сущности в свое время известной мне еще как Великий Пернатый Змей, оказывается, имелся свой собственный Домен — пораженно протянул Априус — в котором тот царил. Или может, появился с момента прекращения круговорота душ в природе, а?

— Ловец атманов, устроил себе Чертог в таких неведомых далях, что никто, и никогда не догадался бы, там искать. Да и есть вещи, в которые лучше не лезть, если конечно, ты не чокнутый некромант…

— Я им никогда не был, потому о Смерти знаю немного. С ее персонификациями сталкиваться тоже не приходилось, встречал только разных Владетелей Загробного Мира, точнее, его филиалов, также видывал армии мертвых выведенных на свет божий. Он сражал поднятых из могил обычных мертвяков, но, ни разу не сталкивался с истинными жнецами, а тем более с самой их Хозяйкой. Конечно, я знал что Смерть, это будто бы не окончательный конец всему, она — проводник в иное бытие, не в бестелесное существование духом или призраком, который когда-нибудь да распадется, а что-то совсем отличающееся от всего, что проявлено здесь, в плотских мирах — за ней начинается жизнь в других планах. И эта жизнь где-то существует.

— Да это так. Но на блуждающие души, летящие без проводника, и всегда находились охотники, а в последнее время их стало еще больше…. Но ты меня прервал…. Итак, посредством своей дочери, с рождения могущей переходить с этого света на тот, точнее чувствующей нужный путь, они дошли до самых, самых Пределов Владений моего брата, оставалось только пробиться. Там им помогли еще одни новые союзники…. В общем, Врата в Запретный Чертог, взломали, вывели оттуда тени всех сородичей — они там все между собой чем-то да повязаны, и Атрид вместе с освобожденными тенями былой родни, и своими новыми дружками убрался прямо из-под носа учеников его же партнера, по Троице, куда подальше. Насколько я понимаю, теперь они заняты восстановлением своей твердыни — когда-то разрушенной и сожженной, а уже потом будут воскрешать павших сородичей.

— Не кисло. Но как это вообще стало возможным?

— Некромантия высшего разряда, поддержка Иных, вливающих свою Силу. А также применивших свои умения проводников Мертвых. Все это, вместе взятое, сделало невозможное, возможным. Ну и еще помощь парочки, очень интересных ребят, явно высокого уровня. Но это только начало — восстановлением Асгарда дело не кончится — новые союзники толкают Асгардца, к чему-то более грандиозному….. Потому я тебя и запер на время. Чтобы ты не качнул их еще больше, причем любым своим поступком. Ну чтобы ты не полез в сокрытые сферы, другие планы Сущего, области не совсем бытия. Мироздание ведь многоуровневое, и по-своему замкнуто само на себя Ты бы, с твоей бесшабашностью думаю, добрался бы, до чего угодно, так что сам того не ведая, ты подстегнул меня к принятию такого решения. А плюс ко всему вышеперечисленному — больны еще и два Источника Яви и Нави — так, что сам понимаешь, любая дополнительная выкачка Силы из них могла привести к фатальным последствиям.

— Но почему вы позволили этому всему произойти? Ведь вы можете нейтрализовать кого угодно? Я не понимаю, что за нелепая игра…

— Я это Я, а Ты — это Ты. Я занят своим делом, а Ты — своим. Я в этом мире не для того, чтобы соответствовать твоим ожиданиям, а Ты — не для того, чтобы соответствовать моим. Если мы встретились — это прекрасно. Если нет — ничего не поделаешь…. Я сказал достаточно, теперь давай займемся твоими просьбами.

— Погоди, по твоему мнению — сколько у них уйдет времени на все эти воскрешения?

— Если не приручат моих меньших собратьев, которые следят за Временем, то долгие месяцы уж точно…. Но что-то подсказывает мне, что Асгард явят нам раньше, и это будет совсем не тот небесный чертог, что был прежде. Ладно, не отвлекайся — лови пособие.

Через некоторое время в голове Априуса четко запечатлелся узор, элементы, и пояснения для Заклинаний и Чар, которые требовалось воплотить в жизнь уже в ближайшие часы. Дракон не собирался тратить на это отвлечение ни одной лишней доли мгновения, потому проделал свою часть работы очень быстро, и едва осознал, что Априус дальше справится и сам, проревел на прощание:

— Ну все, чем смог я помог, больше меня не дергай. Встретимся уже в твоих Владениях. В общем — дерзайте! — И тут же пропал, одному ему известными путями, покидая эти области Сферы.

Мир уже начал поворачиваться, смещаясь согласно заданным чарами направлению, для того, чтобы стать, так как запланировал Дракон, планете требовалось еще около дня. За это время и другие миры системы, должны были выстроиться определенным образом и только тогда, задуманное становилось возможным.

— Закончим с переселением, и что тогда? — Поинтересовался Куру, когда они завершили подготовительный этап.

— Дальше, создадим настоящую Империю, в которую войдут все миры, отгороженной Области, а потом уже посмотрим, как быть. Ведь тогда-то уж мы точно сможем диктовать условия и навязывать свои правила…. А может и даже что-то требовать…. Ведь все равно как не обучайся и не совершенствуйся — один в поле не воин, нужны внушительные хорошо обученные войска. И чтобы рыпаться против Богов, надо не просто желание и возможности, а четкое понимание того, для чего ты это делаешь. Прежде всего, любой дерзнувший бросить вызов, или ударить исподтишка, должен знать ответ на вопрос — для чего вообще нужны любые боги, в Сфере Миров, ими не созданной.

— А ты знаешь?

— Ну уж точно не для того чтобы исполнять прихоти молящихся. И если мирам ничего не угрожает, они стабильны и защищены от Вселенских встрясок в должной мере — боги не нужны. Если не будет разрушительных катаклизмов и катастроф, народы, населяющие миры, справятся и сами — это их дело какой выбирать путь для своего развития — и если наломают дров, это будет только их вина, за которую заставит ответить Смотритель. Так задумал Творец. И для того чтобы все именно так и было, все обладающие Силой, видимо должны исчезнуть, но это нереально, поэтому должен быть какой-то другой способ. Какой я пока не измыслил.

— Я понял, ты хочешь сказать настоящая нужда, в каких бы то ни было Богах, отпала?

— Ну, скажем так — в богах, как учителях и дарителях знаний — да. В богах и магах, уничтожающих мегачудовищ с которыми обычным смертным и бессмертным ни за что не справиться — тоже. Ибо тех осталось так мало, что серьезной угрозы они не представляют. Звездные Системы тоже сформировались, а если изменения и происходят то очень медленно — миллионы лет пройдут, прежде чем что-то поменяется. И это все естественным путем. Так что все, что творится глобального и губительного в Сфере, это в основном из-за стычек СверхСил, и все ее беды тоже возникают из-за этого. Нам ли с тобой этого не знать? Мы стали свидетелями всех произошедших именно из-за чьего-то вмешательства в естественный ход развития и эволюции, последствий…

— Ты имеешь в виду, всех этих типа Наместников Творца и магов что превосходят по Силе иных Божков?

— Их, и еще всяких там скрытого рода деятелей, которые действуют сугубо по своему усмотрению. И тут до конца непонятно — все они двигают Сферу или тормозят? Какими Творец хотел видеть своих детей, теперь уже не узнать…. Эх, знал бы я раньше…

— Прости Апри, но тебя как бы устранили — все, что произошло в Совокупности Миров, произошло без твоего вмешательства. Пока ты довольствовался обереганием определенного участка, в Сфере проявились новые Силы, и укрепили свое Могущество.

— Ты бесспорно прав. Но данное слово всегда надо держать, а мы поклялись Смотрителю, соблюдать выдвинутые им правила, и не вмешиваться. Не согласись я на это, меня бы, не воскресили, а вы бы так и спали в подземельях моего предка…. И кто знает, нашел бы я способ вернуть себе тело, и пробудить вас, если бы прошли десятки тысячелетий. Когда существуешь только как дух, утрачиваешь смысл обычного телесного бытия, а я на момент встречи с Ним, уже начал покидать привычные планы Мироздания.

— Ну тогда, уж точно — что не делается все к лучшему. Хотя я предпочитаю так — что мы не делаем все к лучшему, сами вершим свое настоящее и будущее.

— Мы бы с тобой насовершали — усмехнулся Априус — дай нам только волю…. Так что давай займемся насущными проблемами — закончим дело с созданием Империи, а уже потом поговорим о более высоких целях…. Ладно течению Силы вроде больше ничего не мешает, так что давай возвращаться к кораблю, думаю уже пора начинать оповещать всех кто готов уйти.

Риф опустел, а через пару мгновений, они были уже на борту «Версара», где их ждал нежданный сюрприз, в виде шести нагинь, прибывших вместе с хирдманами. Пока все они лежали на травке, и, беседуя, разглядывали Тиграна, стоявшего на крыльце своей с виду простой хибарки. Один лишь Хорсак, стоя у борта в одиночестве осушал оплетенный лозой пятилитровый кувшин, и глядел в медленно темнеющее небо.

— Атарк — а ну поясни! — Рявкнул Априус, лютым зверем глянув в сторону возлежащих хирдманов, при этом, он успел бегло окинуть взглядом остальное открытое пространство — не притащили ли с собой еще кого, но заметил только Серентина, Тано, и Харея, оживленно что-то рассказывающих эльфам, оставшимся сторожить корабль.

— Это они нас гм… провели — несколько смущаясь, пояснил Атарк, бегом заскакивая на палубу — своими путями, которыми нам было не пройти, так быстро. Ну и кажется, нам наконец-то попалось, то, что так долго хотелось.

— Похоже, ты совсем голову потерял — ставя непроницаемую защиту, вокруг себя и конунга скривившись, протянул Априус — одно дело развлекаться с такими вот особами, допущу даже брать их себе в жены, но тащить на корабль, во время секретной миссии, это уже край безумства. Вы знакомы, то всего ничего…

— Ну мы же, как бы на темной стороне играем — должны соответствовать. А самки нагов, могут не только обольстительными женщинами оборачиваться, но и чудовищными злыми кобрами. У них как бы три воплощения.

— Одна морока с вами…. Ну да ладно, я там еще нескольких наших определил в женихи, так, что вы не одиноки, повезем блин гарем из жутких красавиц. Кстати их яд говорят, поражает даже богов, так что если надумаешь уйти из жизни, скажи заранее.

— Чего это я так должен надумать? Я может, только жить начинаю — просто у меня раньше жены-змеи не было.

— А с того, что для смертного слишком долго живешь, как и почти все обитатели Гиль-Эстэль, может же и надоесть.

— Так я уже давно не обычный смертный урман, как впрочем, и все мы — та Битва при Весте, всех нас отобрала у Смерти, сделав новым видом людей.

— Да то, мое Заклятие лишило вас шанса просто погибнуть или почить в старости, так что прости, если лишил вас достойного посмертия.

— О чем речь, о такой жизни даже в сагах не упоминается, а мы ей живем.

— Ну и отлично, хорошо, что ты упомянул ту Битву, мы возвращаемся к тому, с чего начали — к моменту ее окончания, и всего не сделанного за минувшие эоны.

— Будем создавать настоящую Звездную Империю? — Атарк аж подскочил от возбуждения, глаза его разгорелись, яростным багровым огнем. — И зададим всем настоящую трепку?

Априус усмехнулся одними уголками губ — смотреть на радующегося чернокожего и клыкастого монстра с дредами на голове и бороде, напоминающего своим видом скорее сасквоча без шерсти, чем человека, и ответил:

— Ну да, наконец-то мы свободны, и можем просмотреть и использовать все миры Сокрытой Зоны. И без всяких там пряток, как в Хранимом Секторе. Но сейчас давай вкратце рассказывай о своих гостинах.

— С чего же начать? — Усаживаясь на скамью, и почесывая затылок, пробормотал Атарк, видимо имитируя несведущего человека — это путешествие впечатлило меня до глубины души, а некоторые мои представления и убеждения перевернуло с ног на голову. Да и не только мои, побратимы тоже потрясены. Встречали нас хорошо, в таких прекрасных дворцах, что не знаю с чем и сравнить.

— Это опусти, я уже лицезрел такой город, что вообще ни с каким другим несравним. Давай про сам народ.

— Ну, Наги — древний народ, родственный старым богам, ракшасам, супарнам и многим другим, о которых доподлинно ничего неизвестно…. По крайней мере, мне. Материк они назвали в честь своего старого подземного мира Нагалоки — составляющего самый нижний ярус подземного мира Паталы.

— Так они называют и весь этот мир — кивнул Априус.

— Ну вот, по своей красоте это место превосходит все виденное мной, когда либо — столица Нагалоки — Бхогавати выложена золотом, а посредине ее высится сложенный из драгоценных камней дворец их царя. В общем, это волшебный народ мудрецов и красавцев оборотней, на огромных змеиных хвостах которых возносятся совершенные человеческие тела. Видели даже на одном змеином туловище несколько человеческих голов. Они называют себя стражами воды, из нее они могут извлекать напиток бессмертия. Обладатели чудесного напитка могут исцелять, и их яд действует в качестве противоядия от травы растительного происхождения. Когда они жили в других мирах, то помогали другим расам — лечили бесплодие. Если замужняя женщина видела во сне змею или воду — значит, что она зачала ребенка. Ну, это с их слов, там проверять было не на ком…. Эти Змеи, кстати, отлично владеют искусством музыцирования, и живописи, видел я их настенные росписи — впечатлило…. На них наги, имели и две, и три, и пять, семь человеческих голов без волос и туловище с расширенной шеей очковой змеи с одной парой ног или совсем без ног. Значит либо мне таких не показывали, либо такие существовали ранее.

— А как насчет окультуривания что ли? Все нагие, или в шкурах?

— По-разному. Те, кто рангом повыше — облачены в пурпурные одеяния, как правило, с белым ожерельем вокруг шеи, женщины либо наги, либо в красивой одежде украшенной драгоценностями. Но главное это цвет их кожи, думаю именно он, и влияет на их длинный век. Самые взрослые особи имели голубой, зеленый, красный, черный и белый цвет кожи. И именно вот эти способны на такие превращения, что всем встреченным нам, за все время хранения, колдунам и колдуньями только мечтать. Я не удостоверялся, все ли они владеют такой трансформой, но то, что нам показали, внушило и восхищение и опасение.

— В смысле?

— Ну, скажем так — оборачивание просто змеей, коброй там, или водяным питоном — мало кого действительно напугает. А тем более, когда они превращаются в человека обычно очень красивого, или ту же русалку только со змеиным хвостом, а не рыбьим. Боязно, но не жутко, как бывало, говаривали наши гоблины. А вот когда перед тобой вдруг неожиданно быстро, оказывается огромная змея, могущая свободно заглотить слона или многоглавые гигантские змеи с семью или девятью головами, неважно — змеиными или человеческими, все на одном теле, ненароком обделаешься.

— Гм… если таких много, то да, опасение внушают. Это все?

— Нет. Им еще доступна трансформация в человека с большим количеством змей, выходящих из головы или плеч. Ну и дракономорфия. Вот такой вот народец властвовал когда-то во многих смертных землях, а теперь ты решил переселить их в Пятимирье?

— Иного выхода я не вижу. Метаться туда-сюда по Сфере, я не намерен, поэтому да. И вам будет, чем и кем заняться. Ладно, определяй, давай своих новых спутниц, а я с Серентином переброшусь парой слов. Только сразу укажи им четкое место, и дай понять, что поджарю мгновенно, если что выкинут.

— Понял — кивнул Атарк, и пошел к разлегшимся на траве девушкам, мгновенно облачившим себя в белые платья.

Тем временем на борт поднялись Серентин, Тано, и Яша. Дождавшись, когда соратники усядутся на скамью, а ящер умостится возле борта, Рус, сходу поинтересовался:

— Ну как вам такие странствия?

Серентин, на правах обладающего более высоким статусом ответил первым:

— Весьма познавательны и интересны. В моих краях если и бывали такие народы, то прятались весьма умело от любых очей. Так что я очень рад возможности пообщаться с народом, чьи знания и взгляды далеки от людских племен, которые обучали мы.

— Ну тогда ты точно обрадуешься, когда узнаешь что часть из них, вскоре будет переселена в окрестности Хехала, а может и в него. Тут мне деваться некуда — просили о них позаботиться, вот я и выбрал вариант с переселением. В этом мире настоящий кладезь редкостей, реликтов, и динолюдей. Я встретил динозавров, в больших количествах травоядных, и хищных, хорошо их расселили по разным материкам, их тоже постараемся забрать с собой.

Серентин чуть помедлил, а потом тихо проговорил:

— Рад, что ты принял такое решение. Я бы не прочь, чтобы люди амфибии построили свои подводные города у берегов Акирота. Они вызвали у меня, конечно, самые противоречивые чувства, но угрозы от них жителям Хрутара, не будет никакой. Даже знаниями поделятся…. А вот наги, не так прямолинейны и просты. Сам конечно я не знаю, но со слов Ассенао — это правитель подводного царства…

— Я в курсе, виделся с ним…

— Так вот, с его слов они очень мудры, хитры и коварны, при этом чрезвычайно ядовиты — их укус и дыхание смертельны. Да же просто их взгляд в настоящем обличии гибелен. В преданиях рыбо-людей, передающихся от предков, вышедших с другого мира, говорится, о царственных нагах так: «Их ужасный яд мог сжигать, как пылающее пламя»; или «От огненного змеиного яда дом на помосте сразу же вспыхнул и… рухнул, точно поваленный молнией». Повествуется так же, что те прежние наги были необычайно умными и хитрыми созданиями. Их основной тактикой ведения борьбы с людьми, богами и демонами являлись засада, неожиданное нападение, магия и яд. Все они считались мудрецами, магами и чародеями, способными оживлять мертвых и менять свой внешний вид. Они отлично владели искусством майи, могли проникать сквозь твердую материю, внезапно появляться и исчезать. Будучи великими колдунами, прежние наги, обладали способностью вызывать огонь, дожди, бури и другие стихии природы. Не знаю как эти нынешние. Здесь они как бы ни с кем не воевали, потому свидетельств об их мощи нет, но сам понимаешь…. В общем, пока есть время, подумай — какой сильный народ ты хочешь переселить в наши края.

— С нагами понятно — змеючья натура, а про фоморов там, и ракшасов водные люди что-то говорили?

— Ничего об этих, что сейчас соседствуют с ними, но мне хватило и упоминаний о тех, кто прославился в былые времена. В сказаниях рыболюдей есть упоминание об одной из самых колоритных личностей — предводителе фоморов Балоре, отцом которого считался Буарайнех, то есть «быкоголовый». Один глаз Балора был всегда закрыт, поскольку он был настолько ядовитым, что убивал всякого, на кого падал его взгляд. От этого взгляда не было спасения «ни богам, ни гигантам», и поэтому тогдашние боги Земли сохранили Балору жизнь лишь при условии, что его смертоносный глаз не будет никому причинять вреда. Вот что со слова Ассенао говорится о глазе Балора в саге: — «Губительный глаз был у него. Этот глаз открывался только лишь на поле битвы. Четыре человека были нужны для того, чтобы поднять веко его глаза четырьмя полированными палками, пропущенными через веки. Войско, которое взглянет в этот глаз, не смогло бы устоять, даже если бы было числом во много тысяч».

— Да, перспективка не очень…. Хотя иметь такого вот парнягу в союзниках, я бы не отказался. Ни тогда когда мы сцепились с ратями Великой Девятки, ни сейчас, когда враг, как говорится неведом.

— Я бы тоже, но жить по соседству с такими не хотел бы. В придачу ко всему, как и людских или орочьих народов, у земноводных так же имеется множество рас и не все они миролюбивы.

— Да, точно у них тут разных чудоюд хватает — вступил в разговор Тано — мне тоже рассказали, про всяких там… Рудры кажется, называются, они очень злобны и кровожадны, на вид страшные, змееподобные существа с шестнадцатью руками, синей шеей, желтоватыми глазами и спутанными красно-коричневыми волосами. Они обладают беспредельной силой и, проносясь над землей, издают вой и шипение, нанося при этом колоссальный урон. Мы таких тварей обычно сразу уничтожаем…. Так что брать с собой кого попало, я бы не советовал.

— Так я для того вас и расспрашиваю — улыбнулся Априус — чтобы не прихватить в свою драгоценную вотчину, этаких зловредных уродов. От таких существ, толку нам ни какого. Хотя вот пределы охранять такими, было бы неплохо…

— Ты уже определился с основными родами? — Поинтересовался Куатар.

— Да, я уже обозначил свои предпочтения, и даже распределил роли кто чей «пастух».

— Это как? — Спросили все разом.

— А так — каждый из вас займется определенным видом. За него и отвечать будете, и после расселять. Я же в одиночку, по-любому не справлюсь, а вы все давно созрели, для самостоятельных миссий — вот и посмотрим, не ошибаюсь ли я. Тебя Серентин я в виду не имею, тут, как сам захочешь. Подробнее все объясню, когда все наши соберутся…. в общем, до завтра будем заниматься подготовкой.

…Время как это часто бывает, пролетело быстро, и спустя день, отпущенный на то чтобы согласившиеся уйти вожди, все успели подготовить, а необходимые условия для действия чар, были соблюдены, начался первый этап переселения. Большая Тассадесская Пирамида, была задействована во всей грандиозной схеме, являя собой Капище волшебной Силы, она могла служить одновременно для разных целей. Все было готово, и за пределами города, с северной, его стороны, собрались все кто смог достичь шестого материка, тем или иным способом. Открылись кратковременные порталы, чтобы переместиться сюда, всем желающим, покинуть Паталу, из них выходили на удивление организованные колоны — народы ее населявшие, со скромным скарбом, и небольшими обозами, выстраивались в назначенном месте.

Арджун, Аккатан, Эккара, Махе, Бойлунг, Кайра. Ошун, Ассенао, Суасан, Харад и другие цари, вывели свои народы, в указанное место. Волоты гнали стада динозавров, люди-амфибии своих питомцев, морских животных способных некоторое время обходиться без воды, ракшасы прихватили с собой только необычных, под стать себе, представителей леса — фоссов и мунтжаков — выдропум, и саблезубых, плотоядных оленей.

Рус, стоял на вершине пирамиды, у самой статуи Золотого Змея, откуда открывался вид на город, и его окрестности, и созерцал всю, эту подготовку.

— Да, неплохо так пополнится население Темной Империи — пронеслось у него в мозгу — придется за ними хорошенько присматривать. — Он почувствовал миг, наступления нужного момента, отбросил все сомнения, если те и были, и прошептал: — Пора! — А затем, высоко над головой, поднял свою железную палицу, которая неожиданно ярко сверкнула, и добавил, так чтобы эхо разнеслось на много лиг вокруг — Начинаем!!!

Планеты, наконец, выстроились идеальным крестом, небо как говорится, разверзлось, и откуда-то из-за гор, уносясь, прочь от Паталы, ударил столб светящейся всеми цветами радуги, жгучей Силы. Этот колоссальный светящийся луч, пронзил Межреальность, и, проникая через ее толщи, протянулся до самого скрытого Предела, а затем, преобразовался в наклонный Тоннель. Такой себе, широченный, спиралевидный Колодец, со сверкающими золотым сиянием стенами. Путь был готов, и теперь по нему можно было идти.

Первым, словно поводырь и указатель пути, туда устремился Рунин, сразу же за ним в Колодец грациозно вплыл «Версар», на борту которого была почти вся команда, вместе со своими новыми спутницами. У него за кормой тут же появились золотые колесницы Алпов, за которыми следовали маруты — самые древние и непостижимые «Повелители Неба». На вид просто восседающие на колесницах запряженных пестрыми конями или антилопами, прекрасноликие юноши в роскошном одеянии, держащие в руках блещущие копья.

За ними в свой стремительный полет, устремились птерозавры, всех мастей, которых гнали и направляли, те, из дивного народа, кто мог оборачиваться летающим змеем или драконом. Вслед за ними в Колодец, втянулись волоты, они гнали стада травоядных динозавров, за которыми поспешил трансформировавшийся в «тирэкса» Яша.

Лавины переселенцев, одна за другой стали вливаться в этот своеобразный тоннель, шли, ползли, летели, тащились, но, так или иначе, покидали родной мир. Втягивались, вереницей, идущие рептилоиды, каждый из которых нес по позолоченному ларцу. Извиваясь, ползли, наги и волосатые змеи, смешно переваливаясь, спешили амфибии, завернутые в напитанные, специальными жидкостями плащи.

— Все идет по плану! — Повернувшись к статуе золотого Змея, удовлетворенно проговорил Априус — так что твоя просьба почти исполнена…

И тут, на небе, прямо из прорех между плотными облаками, высунулись острия, очень похожих на скорпионьи жал, там образовалось четыре воронкообразные дыры, но не засасывающие, а отпирающие небосвод. Из них в сторону земли протянулись трубкообразные отростки, напоминающие комариный хобот, только размер такого комара был бы с гору. Три из этих хоботов, достигли поверхности планеты, а последний застыл где-то в нижних слоях аэра, и из него, словно гнилые груши, с сотрясаемого ветром дерева, посыпались, незваные «гости». Это было явное вторжение.

Более всего им подошло бы название люди-мотыльки. А на нижних ярусах многоступенчатой пирамиды, появились черно-красные многорогие существа с длинными, голыми хвостами, которых в этом мире, ранее, замечено не было. На этот момент, с Априусом из его отряда, остались, только стоящие на один пролет ниже, Куру, Серентин, Тано, Харей, эльфы, и Махаллат, которую Априус, оставил при себе, так как намеревался, переправить ее совсем в другое место.

— Вот незадача то — с досадой, пробормотал чародей — кто бы мог подумать — сглазил!

Он несколько мгновений вглядывался в тех, кто так по наглому вломился в этот мир, и выявил четыре различные группы. В памяти всплыли слова из рассказа Тиграна, об устных преданиях его племени:

— Мы живем на четвертой Земле, на третьей Земле есть «рогатые люди», иннеу гаммуругу. На пятой — «хвостатые люди», иннеу дуллогу. На шестой — «крылатые люди» — иннеу буммо. Тогда они еще подумали, что парнишка говорит о соседних континентах, но оказалось, речь шла о других мирах…

Переселение было под угрозой срыва, мало того — вмешательство в чародейский процесс могло привести к непредсказуемым и фатальным последствиям.

— Вот зараза… — прорычал куатар, мгновенно оказываясь рядом — и главное не вовремя то, как…. Это ж надо.

— И не говори. Ладно, сами нарвались — сейчас пожалеют — оскалил зубы Априус, и перенаправил часть планирующих и спускающихся по серебристым, нитям существ, на пятый материк. — Пусть ящеры попируют, а то, небось, достало друг дружку жрать.

— Бесы… Целые толпы… Рус, что нам делать? — Обращаясь к своему предводителю, как встарь, в те дни, когда вместе спасали Лусиар, крикнул снизу Тано.

— Дуй сюда, вместе с эльфами…. нет, возьми только свою подружку — разбивая голову первому Мотману, рискнувшему опуститься рядом, проревел Априус — Серентин, ты с Хареем, и остальными «краснокожми» прикройте «Тоннель» не подпускайте этих тварей и близко… Мы попробуем их связать боем здесь. Да, и еще — пока открыт «Переход» боевые Заклятья, лучше не применять.

Мир был атакован повсеместно, но это заботило Априуса уже мало — надо было удержать именно этот участок, а когда переселенцы, все окажутся на той стороне тоннеля, можно будет и озаботится оставшимися здесь жителями.

Счет времени пошел на мгновения, но это было привычным делом, за века хранения, Априус и его сотоварищи, с кем только не сталкивались, и почти привычно перешли в боевой режим. То есть ускорились, стали неуловимо быстры, и смертоносны. Серентин, со своей группой, уже растаяли в воздухе, и должно быть стали на оборону того конструкта, который питал своей Мощью, Колодец — Переход, поэтому пора было тянуть силы неприятеля на себя.

Тано с двумя доведенными до совершенства, секирами в руках, вместе с Эстэль, что носила имя Надежды, взбежали по ступеням, становясь рядом с предводителем. Днями и неделями сдерживаемая ярость, побочный эффект Заклятия Преображения, выплеснулась наружу мгновенно. Непохожие сами на себя, но, тем не менее, не утратившие, никаких навыков и убеждений, стражи порядка, принялись отбивать нападение.

Махаллат тоже оказалась рядом с Априусом, она уже обернулась, и теперь ее верхнюю часть тела покрывали блистающие на солнце латы, а в гибких изящных руках, она держала парные клинки. Один острием вперед, второй смотрел назад, черные волосы развевались, как живые, а может и действительно через миг, могли стать клубком змей.

— Мы забыли сказать — Яростно прошипела она — раз в несколько тысяч лет, когда планеты выстраиваются в ряд, или крестом, открывается пространственный коридор из других областей галактики, и сюда предпринимают попытку вторгнуться тамошние обитатели. Тот сковавший мир щит, был предназначен против вторженцев извне, а не для того чтобы кого-то удерживать здесь. Лимлунг его перенастроил, и они видимо это почуяли….

— Теперь уже не важно. Вторжение в любом случае началось. Жаль, наги, успели уйти, их смертоносные взгляды сейчас бы очень пригодились, заодно и проверили бы, насколько правдивы все эти россказни…. Но ничего — нам эта разминка, очень даже кстати. Да и пирамиды, изначально неприступные, оборонительные сооружения, ни штурмом, ни атакой с воздуха так просто не взять…

— Ты что сумасшедший? — Отшатнулась она — Мы же не внутри…

— Нет — он просто не в себе — вполне серьезно ответил ей куатар — запуская пучок слепящих молний, в кружащихся над ними существ.

Крылья людей мотыльков, вспыхнули, и те огненными факелами, рухнули вниз, едва не придавив малышку Эстэль. Краснокожая эльфийка, как раз извлекла из чехла, свою фукию — духовую трубку, предсмертный подарок Ищхурана, гоблина из их когда-то многочисленного, отряда, и принялась выплевывать короткие иглы, пропитанные ядом, в поднимающихся снизу хвостатых, черных бесов.

— Куру жги их так чтобы они нам на головы не падали — выкрикнул Тано, один за другим разбивая два муравьиных черепа, наскочивших на него сверху людей-мотыльков.

— Орудуйте клинками — приказал Априус — Куру в твоем случае когтями, клыки в ход пускай только в исключительных случаях… Они могут быть ядовиты.

И закружилось, понеслось, начался уже много тысяч раз исполняемый танец смерти. Свист палицы Априуса, сочетался с шипением клинков Махаллат, им тут же вторили чмокающие удары секир Тано, воздух застонал от вспарывающих его смертоносных ударов, до того быстры были движения сражающихся. Отбить все атаки сверху, естественно не удавалось, бесшумные крылья позволяли подкрадываться летающим тварям вплотную, а купол не поставишь, иначе те утратят интерес, а их нужно заманить сюда как можно больше.

Априус, наконец, рассмотрел, кто их атакует с неба — одно из этих созданий, опустилось на расстоянии четырех локтей от него, и все мельчайшие особенности стали видны отчетливо. Существо было ростом примерно два — два с половиной метра, стояло уверенно, и крепко. В видимых под шерстью местах, кожа была серо-коричневой, покрытой темно-серыми волосами, большие когти на почти человеческих ногах, врезались в камень на толщину мизинца. Но самое необычное это были огромные крылья с размахом до трех метров, тонкие и кажущиеся хрупкими как у моли. У него была крупная, похожая на муравьиную голова, два больших красных светящихся глаза, способных гипнотизировать, чем оно собственно и занималось — но тут оно не на того напало…

Рус, с насмешкой выдержал, взгляд круглых глаз насекомовидного создания, почувствовал робкие попытки воздействия, скривился вымолвив:

— Криптид! — И молниеносным ударом, палицы размозжил тому череп.

Брызнуло во все стороны, ошметки костей и мозгов, заляпали статую, а Априус уже достал другого нападающего, сбив его вниз. Рядом, Куру, как всамделишный снежный кот, прыгал, разя когтями, и сбивая на плиты пирамиды, всех оказывающихся в пределах досягаемости его лап, «летунов» а потом уже добивал, отсекая головы. Махаллат не отставала от него, с неимоверной скоростью перемещаясь по площадке вокруг статуи, на своем змеином теле, и разила направо и налево. Тано расходовал силы, более экономно, бил точно и расчетливо, старясь одним ударом проламывать муравьиные головы, как прогнившие тыквы. Ему, Куру, и Априусу было не впервой удерживать верхние площадки крепостей.

А снизу уже толпами мчались черно-красные существа, страх и ужас миров верящих в Преисподнюю. Трехглазые и многорогие, они ломились вверх, словно соревнуясь друг с другом, видимо вошли в азарт, и первыми хотели взять наглых смельчаков, в кольцо, а уже затем полакомиться свежей кровью, загнанных и перепуганных жертв, а иначе она просто не усваивалась, и не приносила удовольствие. В руках они сжимали странные такие пруты, явно не простое железо, уж больно сильно смахивало это их оружие, на памятные по Битве с Узурпаторами, жезлы их Крылатых Стражей. Вместе с толпами бесов поднимался гулкий цокот, потому как их нижние конечности вообще заканчивались копытами.

— Заклятье?! — Вопросительно проревел куатар — сметем их к чертовой бабушке….

— Рано. — Ответил ему Рус — пусть раззадорятся, им, как видишь это не чуждо. Пока смекнут, что да как, будет уже поздно…

— Там Тиграна и его племя, похоже, спасать надо — вдруг навострил уши куатар — к ним тоже незваные гости пожаловали…

— Закончим здесь и тогда поможем — не сумею продержаться — грош им цена. Таким жить незачем, сам понимаешь, естественный отбор.

— Как знаешь. Тогда давай пошустрее тут…

И они закружились, завертелись, еще более рьяно. Навала словно обезумевших от ярости и жаждущих поживиться не, сколько плотью обороняющихся существ, сколько сокрытой в пирамиде энергией, не ослабевала. Наоборот, к штурму добавлялись все новые и новые особи. Но взломать входы в храм Лимлунга, им было не суждено — оставшиеся в городе жители вышли на бой, все как один. Засверкали ударившие с тыла наконечники копий, полетели метательные диски, ветвистые молнии ударили из коротких древних жезлов, хранившихся без дела, с древних времен. Ведь здесь в этом городе жили, хоть и утратившие свою силу и величие, но все-таки божества, и как бы, ни велики и алчны были армии вторженцев, они явно ворвались не в тот мир.

Потоки красно-черных существ вооруженных, тускло отблескивающими прутами, текли вверх по ступеням пирамиды, беспрерывной вереницей, одна эльфийка уже давно не могла удерживать их на подступах к вершине. Тогда рядом с ней стал Тано, весь по уши заляпанный кровью и слизью, но элементарными чарами очистки, не желал пока пользоваться, потому видок у него был тот еще. Но и вдвоем они тоже особо положение дел на лестнице не изменили. Тогда туда перешел Априус, спустившись чуть пониже их, он раскрутил свое новое оружие, пришедшее, почти из таких же старых времен, как и он сам, и принялся крушить набегающих рогатых тварей. Чем быстрее вертелась палица, тем ярче пылал производимый ее свет.

Через час изнурительного боя, спутники Априуса уже не крутились, как волчки и не двигались так проворно как вначале схватки. Нет, они не устали, и не были ранены, их не оплетали колдовские сети — просто вся верхушка пирамиды, с возвышающейся на ней статуей, была завалена трупами, и обрубками тел нападающих. Плиты и ступени стали скользкими от крови и слизи, и перемещаться, не споткнувшись, стало невозможно.

— Ну что может теперь пора? — Поинтересовался куатар — вроде мы их довольно много сюда стянули…

Априус магическим зрением, посмотрел на подступы к распахнутому зеву «коридора», внутри которого уже скрылись последние переселенцы, и удовлетворенно ответил:

— Пожалуй, да — и, оскалив зубы в нехорошей усмешке, добавил — начинаем зачистку…. А то, похоже, сюда сбегаются их лучшие воины, а те не так просты, как эта пехота. Вон, с какими двусторонними клинками сюда мчаться. Без магии придется туговато…

Ему не терпелось покинуть этот мир, пусть и ненадолго, но ставший западней, в которой они не так уж и плохо коротали время. Но там, в Большом и Огромно Мире Сферы, творилось вообще черт знает что, и эти мелкие дрязги по сравнению — ничто! Но надо было подарить хотя бы один шанс — парнишке по имени Тигран.

Серия Заклятий, жестами и мысленно, приведенных в действие, мгновенно вступила в дело. Словно спущенные с поводков лютые бойцовые псы, ударили они по атакующим силам вторженцев, вгрызлись в них, и начали рвать, разметывая и сжигая. Плавилось небо, содрогалась земля, даже воздух казалось, горел. Чары действовали по-разному, «мотыльков» разметывая по небу, опаляло огнем, сжигая на лету, а бесов просто сшибло ударной волной темного пламени, очищая пирамиду, и она вдруг засверкала, самостоятельным светом.

— Вот, теперь брат Куру, пора и нашего найденыша проведать — приводя себя в надлежащий вид, проговорил Априус — но помни — только Темные Заклятья использовать. — И тут же крикнул Серентину и остальным — Оставайтесь пока тут, мы с Куру на время отлучимся. Пусть жители города, сойдутся ближе к пирамиде, она тут лучшее место сосредоточения Силы… Вместе вы спокойно уничтожите новые отряды, если они появятся. Ну, мы пошли.

И не сходя с места, телепортнул себя и куатара, на риф, где повстречал местных вождей. А уже оттуда, успев оценить обстановку, они перебрались на скалистые уступы берега.

Именно сюда, они и спешили. Потому что именно тут, опустился один из четырех, черных «хоботов», — пуповина, через которую проникли отряды налетчиков. Круглый словно бублик, центральный, континент, более похожий на остров, и окруженный скалистыми берегами, выдержал бы любую осаду с моря, но не с неба.

— Не люблю, когда отвлекают — проревел куатар — и так все не по плану пошло, а тут еще эти…

— Можно подумать во всей Вселенной найдется существо, которое любит когда его отрывают от дел — хмыкнул Априус — давай так местные племена, накрываем «Колпаками» затем «Кольцо Тьмы» за ним «Иглы Мрака» и «Костяной Коготь».

— Я бы предпочел «Ночную Ярость» или «Сбрендившего Жнеца», но ладно, обойдемся без эффектных убийств, все равно никто не увидит. А маги среди них, что не водятся?

— Водятся, конечно, иначе как бы они сюда попали…. Но вот вопрос, сами-то они где? Мир то не просто так атакован, явно хотели добраться до вроде как дармовой Силы, тут запас и в пирамиде немалый, и тут вот под скалами, это же откуда-то из этих мест луч бил…. О, а это что за деваха?

В отдалении, стоя на утесе, застыла женская фигурка, похожая на человеческую, но тут люди выглядят совсем не так. Еще миг, назад, ее там не было, но вот она там, и это говорит о многом. Она стояла и смотрела в сторону шестого материка, на котором захлебнулось вторжение, и где во всей своей красе сияла пирамида, и этот ее свет был виден даже отсюда.

— Сильна! — Коротко рыкнул Куру — необычайно сильна.

Стоило им обратить на нее внимание, как длинноволосая дева, тут же исчезла, причем, так тщательно, заметая все следы своего присутствия, что заставила встревожиться, уже всерьез.

— На кикимору похожа — растеряно протянул барс — или ундину…

— Нет, у них волосы короче — не согласился Априус — а у этой до пят, в них явно часть ее Силы…. иначе зачем? Неудобно же.

— Че там неудобного? Они ей и платье, и одеяло, если надо. А магия в них точно есть, прям как у двужильных кобылиц, которые без расчесанной гривы теряют силу…

— Да любопытная дамочка, жаль, нет времени след распутать, а то кажется мне она к этому вторжению, очень даже причастна…. Давай заканчивать, а то чары и так уже слишком много «выпили»….

И они продолжили, предварительно определив места стойбищ и аулов, которые защищали сородичи Тиграна, теперь просто накидывали на них, колпаки из темной завесы, которые как внезапная ночь, накрывали горстки людей-тигров, защищая тех, от проникновений снаружи. Такой же колпак, опустился на гору, где теперь обитал Тигран — дикий народ, был надежно укрыт, и теперь можно было разобраться с захватчиками. Где-то, конечно, захватчики уже прорвались, и успели устлать трупами, замученных жертв, их же собственные хижины, в зряшных попытках, выпытывая у них, тайну, которую те наврядли знали. Хорошо еще, что по причине удаленности селений, от берегов, большинство аулов, они еще не достигли потому Априусу и Куру, еще было кого защищать.

По всей окружности малого материка, поднялись стены из Тьмы, и медленно двинулись навстречу друг другу, затем Мрак, стал распространяться быстрее — кольцо начало сжиматься. Орудующие в этих местах жаборотые, бородавчатые твари, явно почувствовали что-то неладное, их стремительный бег замедлился, а уже нацеленные на беззащитных дикарей трезубцы поднялись вверх. Они явно получили чей-то приказ, но координатор запоздал, и теперь окруженные плотным кольцом, овеществленной Тьмы, они уже никуда не смогли бы сбежать, по крайней мере, в ближайшее время. А мрак уже властвовал повсюду, ни спешно зажигаемые факелы, ни масляные лампы, света не давали — темнота сковала все, а из ее плотных масс, молниеносно поражая насмерть, стали бить длинные, изогнутые когти, каждый в локоть длиной. Так же из черноты, материализуясь и твердея на лету, вылетали короткие ледяные осколки и словно рой шершней, поражали обезумевших вторженцев.

— Я так понимаю, Тьма рассеется не раньше чем через сутки? — Мысленно спросил куатар — а как же жители — с ума не посходят?

— Не должны, они в дреме…. А когда очнутся, уже все кончится.

— Ага, вот тогда начнут сходить, обнаружив вокруг кучу трупов страшных жаборотов. Ну ты шутник.

— Ну не прибираться же нам здесь — ничего звери растаскают, я тут видел стервятников да и гиены попадались, так, что трупы долго не проваляются. Представляю, чего насочиняют обо всем этом сородичи Тиграна…. Ладно давай, обратно к пирамиде пора закрывать тоннель, не нравится мне та одинокая ведьма…

Он представил себе первую ступень лестницы, на вершине пирамиды, и отравил себя и барса прямиком туда. Эти заклятия стали до того привычными что казались уже просто большим прыжком, а может так оно и было, ведь мозг мог уже и перенести их в область естественных умений тела. Пара долгих мгновений, и они возникли уже рядом с Махаллат, немного перепугав находящуюся на грани нервного срыва былую демоницу.

— Все леди, у вас начинается новая жизнь — готовьтесь! — Улыбаясь, сказал Априус, и даже возможно вы кое-что захватите из прежней.

Теперь, находясь у подножия статуи, он привел в действие чары, сплетенные совместно с самим Просвещающим, и надо было отсюда убираться, пока позволяли все необходимые факторы. Неожиданно и яростно засияла сама скульптура Великого Змея, от нее стали распространяться волны Силы, мощной, жгучей, но, не затрагивая защитников пирамиды, а потом ослепительно яростный свет, ударил во все стороны. Колоссальное сооружение содрогнулась, завибрировало всей своей исполинской массой, пространство вокруг поплыло, из-под земли донесся мощный, нарастающий гул. Странная дрожь прошла по городу, воздух замерцал, заискрился, а потом наступила страшная звенящая тишина, как перед громовым ударом во время начала грозы. Небо озарилось многочисленными молниями, мир качнуло, И все вокруг потонул в странной курящейся мгле….

— Хоть бы только вышло — успел подумать Априус — и словно в детстве, крепко зажмурившись, присел и обнял за шею куатара.

Глава восьмая Фундамент Звездной Империи

Летописец Дрендом, ранее советник и наставник Априуса, в бытность того еще каганом Каронусом, в делах касающихся Хрутара, а еще раньше один из двенадцати Неделимых, воплощений определенных Сил, стоял у преддверий мира, под названием Веста. Мира сыгравшего значительную роль, во всей этой истории. Он стоял на равнине, примыкающей к Весте, но вдающейся далеко в Межреальность, словно мыс в море. Когда-то давно, в незапамятные теперь уже времена, здесь состоялась грандиозная Битва. Битва, которой во всей Сфере, не было равных, потому что никто в ней не проиграл, и никто не выиграл. Сражение закончилось переговорами, и договоренностями.

Именно здесь, легионы юной, Темной Империи, возглавляемые Априусом, противостояла ратям только созданного Тронного Царства, с которыми явилась и четверка их Владык, самых сильных Богов, тогда входящих в Великую Девятку…. Впоследствии семеро, из них целую вечность правили Сущим, как своим детищем. А тогда, в месяцы своего становления, они попросту уничтожали непокорных в неравных схватках, выигрывая битву за битвой, и рассылая повсюду своих прихвостней, ставящих миры на колени, или просто стирающих с них всякую жизнь, в случае отказа повиноваться. И тогда Престолам был брошен вызов, на который они и откликнулись. После битвы, в здешних местах жили остатки разнообразных чудовищ, из той орды, которой во время сражения командовал Яша. Но сейчас это была абсолютно голая и пустынная местность. Даже жухлая трава тут не росла, и Дрендом понимал лишь частично, для чего Априусу понадобилась эта равнина.

Рядом с ним стояла лучезарная Сатари, а чуть в стороне как изваяние, в напряжении застыл Хитар, позади которого, расположился вновь созданный пятый легион. Легион, если не самый прославленный в той давней Битве, то уж точно один из более стойких, в Дагорлад, в которой тоже не было победителей. Воины, как и в те давно забытые времена, закованы в темно-синие доспехи, наконечники копий, и навершия шлемов, тускло поблескивают, стройные ряды внушают уважение.

— По-моему началось — мягко тронула, задумавшегося друга Сатари — сейчас откроется Путь…

— Будьте наготове! — Приказал Хитар своим центурионам — мало ли сюрпризы будут…

И тут прямо посреди равнины полыхнуло ярко-оранжевым светом, открылся зев огромного тоннеля, а оттуда, словно черная стрела, выметнулась странного вида птица.

— Приготовьтесь — проорала она хриплым голосом — их больше чем мы ожидали.

— Фух, Рунин — вытирая пот с враз вспотевшего лба, пробормотал Хитар — ну у тебя и видок.

— Ты еще остальных не видел…. Так что приготовьтесь, и смотрите не шарахните ненароком, по своим же…

За всем известным прохвостом, из пространственного коридора величаво выплыл «Версар», но не пошел на посадку, а завис над равниной, откуда экипаж мог зорко наблюдать за всем происходящим. А следить было за чем, и за кем. Сразу за кораблем вылетели многочисленные колесницы и стаи птерозавров, тут уж Дрендому тоже пришлось воспарить на одном из своих грифов, и уменьшить плотность, среды заменяющей здесь воздух. Она перестала удерживать все кроме него, «Версара» и Рунина, а многочисленные «летуны» плавно опустились на грунт.

Тем временем, на равнину издавая громкий, многоголосый рев, стали величаво выходить стада динозавров. Гонимые волотами, и запуганные рыком Яши, который успевал подгонять, то игуанодонов, то диплодоков, с брахиозаврами, они перемещались довольно споро, и не удавалось понять один это тирэкс, или их много. Стадами и вперемешку спеша вырваться на свободу, топали изизавры, гадрозавры платеозавры, за ними бежали трицератопсы и стегозавры. Земля дрожала и колебалась, гулкая поступь исполинских рептилий, заставляла даже стойких легионеров, чувствовать себя мелкими букашками.

— Надеюсь, они все растительноядные — пробормотал Хитар — иначе нам не сдержать такую массу, если попрут напролом. О, да у них свои пастухи имеются… На прасов смахивают малехо, но не они…. И кажись, Яша, вон там мелькает.

Ему никто не ответил — все заворожено смотрели на эту странную миграцию, колоссальных масштабов. Сотни, если не тысячи динозавров шествовали по голой равнине, и это зрелище захватило бы кого угодно. А из тоннеля непрекращающимся потоком все текли и текли, все новые и новые колонны и вереницы, самых разнообразных существ.

— Априус, что решил набить здешние края под завязку? — Вопросил летописец, держащегося рядом попугая, они как раз парили над равниной, и были единственными, кто мог созерцать всю полноту происходящего.

— Он мне не докладывал — буркнул тот — сам себе на уме. Вон Картус, с Богаром, сейчас вылезут и пояснят все. Вы пути то хоть подготовили?

— Само собой. Нахватало еще все эту массу динолюдей, здесь удерживать. Только я плохо знаю неразведанную часть, поэтому тут только Атарк, со своими справятся. Уж кто-кто, а они не один век, бороздили те края на чудо-челне.

— Ну, тогда пусть поторопятся, все эти толпы надо сразу перегонять, чтобы их не накапливалось слишком много. И еще Априус сказал силу демонстрировать при каждом удобном случае, чтобы понимали кто тут главный.

— Хочешь сказать особо, церемониться не надо?

— А они что цацы какие, чтобы с ними сюсюкаться?

— Ну я не знаю, зачем-то же Апри, это все затеял.

— Решил сделать нашу глухомань, пооживленней, наверно…

— Наверно, ну ты давай следи за летучими, чтобы не баловали, а то они и на земле охотиться могут.

— Ладно, тогда ты облетай по левому кругу, а я пройдусь вправо.

Равнина постепенно заполнялась, и пора было начинать распределение новоприбывших по мирам, и чудо-челн пошел на снижение. Едва Старк усадил его на землю, борт покинули все кроме Охтара, который по причине незнания здешних краев, просто должен был сторожить корабль. В одиночестве.

Хирдманы быстро метнулись к определенным точкам, обозначенным на пустой равнине, парными каменными столбами, и открыли пути, они знали эту окраинную галактику лучше всех — как ни как были в Дозоре не одно тысячелетие. А Картус, Богар, Киан и Клык, должны были заняться переселением в Пятимирье, распределяя обозначенные Априусом народы по морям и материкам.

Раскрылись Врата, и Порталы, ведущие в Хрутар, Схору, Лундор, и Калабу, в первую очередь, в них прошли водные народы. Затем разделенные на семейства стада динозавров, а далее уже строго определенным порядком и все остальные. В Весту часть переселенцев провела Сатари, но это были планеты, отлично контролируемые былым каганатом, а вот пути, открываемые хирдманами, вели совсем еще не разведанные миры. Без названий и описаний местности и климата, единственно, что было известно, это то, что там были моря, леса, и самое главное повышенный уровень содержания кислорода в воздухе, что давало возможность летать тяжелым птероящерам, и вообще жить таким огромным созданиям. Земноводные же приспособятся, так или иначе.

Переселение шло уже полным ходом, когда распахнутый зев Исполинского Тоннеля издал монотонный низкий гул, стены колодца качнуло, оттуда на миг показалось огромное облако, тут же исчезло, и он закрылся, схлопнулся, или свернулся — тут было не понять.

— А как же наши? — Недоуменно спросил Охтар, наблюдавший за всем происходящим на равнине с борта корабля — что-то пошло не так.

— Не знаю, что там произошло — ответил ему подлетевший Рунин — но имею чуйку, что у них все хорошо…. Ну, в нашем понимании.

— Не люблю когда ничем не могу подсобить — буркнул гном, и откупорил флягу с каким-то крепким зельем, сделал пару крупных глотков.

— Мне это нравится, меньше твоего — ответил попугай — я бы вообще…. Эх ладно.

Как бы там ни было переселение, задуманное Априусом, и исполняемое задействованными им подручными, шло весьма успешно. По предварительной договоренности, те переселенцы, которые хотели хозяйничать в своем собственном мире самостоятельно, переходили к вратам открытым хирдманами. Через них они пройдут в миры, еще не населенные никем кроме животных, птиц, и простейших земноводных. Там они облюбуют себе место, со временем, начнут мигрировать распространяться, множиться, но никем погоняемы не будут. Единственное что от них могут потребовать в дальнейшем, это принесение оммажа — присяги на верность, это в случае цивилизованной развитости, и предоставление дееспособных войск, на случай…. Да какая разница на какой.

Те же что пожелали соседствовать с людьми, гоблинами, орками, или тему же гномами или эльфами, которых в эти края тоже переселили немало, направлялись к путям, которые открыли Богар, Картус, и остальные выходцы из Пятимирья. Этих конечно предоставлять самим себе, никто не собирался, их расселят в строго определенные места, под четким руководством, и первые контакты с местными жителями тоже пройдут под надзором.

Пока же все они через врата, и порталы, попадали в новые для себя миры, озирались и осматривались, находили места для первых стоянок, воду и пищу. И радовались, странной девственной, чистоте еще необжитых миров. Патрульные же, зорко следили за всем, стараясь не упускать из вида, наиболее колоритных выходцев из Паталы — нагов, волотов, и ракшасов. И ждали дальнейших распоряжений, от запропавшего предводителя.

* * *

Априус открыл глаза — тряска и гул прекратились, Пирамида стояла вся чистенькая и блистала белизной, статуя Золотого Змея сверкала, отражая лучи ласкового, уже другого солнца, вокруг циклопического сооружения по-прежнему располагалась прекрасная в своем великолепии Тассадесса.

— Невероятно — прошептал он, распрямляясь — но, похоже, удалось — мы в Лундоре!

Девушка, стоявшая рядом с ним, и ошарашено крутившая головой, в непонимании воззрилась на него:

— Вы что перенесли нас сюда вместе с городом? — Вытаращив глаза, выкрикнула она — но как???

— Да вот так — просто ответил Рус — в плане эксперимента. Мне нужен был пробный вариант, а случай выпал подходящий, грех было не попробовать.

— Но ты рисковал нашими жизнями!!! — Гневно выпалила она — потом опомнилась и проговорила тише — или не рисковал?

— Самую малость — усмехнулся он — тут с чарами помог тот, кого вы величаете Лимлунгом, так, что если бы не сработало, мы попросту убрались бы другим способом. Ты тут у них вроде не на последнем счету была, так, что созывай народ — молвлю слово, и мы уходим, есть еще много неотложных дел.

— Хорошо, но что им сказать?

— Что все будет очень хорошо…

Тут рядом с ними замерцал воздух, и из, на глазах образовавшегося, призрачного овала, вышли Серентин. Харей, и три эльфа. Измазанные кровью, но довольные и улыбающиеся.

— Все мы, похоже, справились — Отрапортовал Харей — ни один к точке входа не прорвался.

— Да — кивнул Априус — пока все идет как нельзя лучше…. то и тревожит — сильно хорошо — тоже не хорошо. Так, из наших, тут только Берлиар и Рагний, и они сейчас нужны мне здесь, но ты насколько я понимаю, не притащишь их сюда, а им было бы неплохо прибыть в этот город, в ближайшее время. Надо было «Версар» себе оставить как-то не подумал, что вы у нас обделенные даром… Ладно тогда попрошу тебя дружище Куру, сгоняй за этими новоявленными консулами.

— Я тебе что — доставщик?

— Так просто больше некому… Ты ж тут самый могучий.

— Ладно — проворчал куатар — раз так, то жди… — И исчез почти мгновенно.

А тем временем у подножия пирамиды начали собираться уцелевшие жители, не пожелавшие переселяться в другие миры. В основном это были те, кто был рожден именно здесь, и не о каком другом месте слышать не хотел. Априус на них очень надеялся, ведь коренные племена Лундорцев, от дикого уровня жизни отошли не намного, и эти вот, с виду прекрасные парни и девушки, моли их многому обучить. Единственно, что было необходимо это посадить тут своего наместника, с хорошо обученной магии и воинским искусством свитой. И сделать это надо уже сейчас. Вопрос вот только кого назначить? Нужен был кто-то прошедший обучение в магическом университете, но все они были распарованы, а такому наместнику Рус, собирался подсунуть Ошун, ибо ее надо куда-то сбагрить, но не без надзора — больно хитра.

— Дожил — покачав головой, хмыкнул он — сводничеством уже занимаюсь. Тьфу ты.

Единственной кандидатурой, которая подходила на все сто — есть и величие, и стать, и красота, и королевский опыт — был эльф Мэлдир. Но он ушел в свою Арду, выяснять про свое посмертие в чертогах Мандоса, и вопрос завис в воздухе…

— Да — протянул Априус вслух — это уж точно — то густо, то пусто.

— Ты это о чем — спросил Серентин.

— Да так, сетую на нехватку кадров.

— Уж, я тебя точно понимаю.

— Твой вопрос, как раз в ближайшее время поправится. Я в Хрутар возвращаться не собираюсь, но помогу всем, чем смогу. Но на Клыка и Когтя не рассчитывай, разве что, только в плане помощи по воссозданию кланов людей-барсов. У них чутье на свою кровь, разыщут потомков, и все такое. Да, и хватит скрытничать — пора возрождать былую славу Неделимых. Четверо из вас ведь уцелело, чем не Владыки Хрутара?

— Так Дрендом же…

— А что Дрендом, я-то тут буду, в пределах досягаемости, пусть хоть каждый день навещает. Масштабы меняются, смотри глобальней.

— И где будет твоя… э-э… резиденция?

— Там где всем будет удобно. Пока больше не скажу, суеверным наверно, становлюсь. А вообще будем создавать новую веру — мол, Творец создал все, но по каким-то причинам ушел дальше. А чтобы Сущее не было лакомым кусочком для всяких там СверхСил, назначил нас своими наместниками — Он главный, пусть это помнят, но тут мы его руки, и все блага распределяем…. Тано челюсть подбери, за столько лет должен уже меня знать.

— А что я? Для меня ты и есть второй после Родана, просто мне же тоже тогда надо соответствовать.

— Это да, но не веками же на задворках Власти быть, пора уже на новый уровень выходить. Всем вам. О, похоже, мне скоро надо будет вещать, вон горожане уже собираются…

Он чуть стал выжидать, наблюдая, как к перемещенному городу стягиваются, полудикие племена, плосколицых и узкоглазых народов Юга. Все на красивых стройных и тонконогих жеребцах, сами обнажены до пояса, выпячивают внушительные грудные мышцы, и на ходу подкидывая вверх кривые мечи, ловят их, и с гиканьем несутся дальше.

— Южане — фыркнул Серентин — таких вот молодцов, труднее всего приручать…

— Кому как — пожал плечами Априус — мои былые наместники, справлялись без особого труда. Правда, они были чем-то похожи на этих вот ребят. Северные народы, их признали сразу, а потом и эти почитали как своих создателей. Так что ничего нового, просто продолжаем начатое. Вы давайте дождитесь Куру, и все перебирайтесь к пределам Весты, он вас перебросит быстро. Харей ты возьмешь «Версар» и на пару с Охтаром, разыщешь ему гномов, что должны уже расплодиться в Пятимирье, пусть их подомнет под себя. Тано, ты прихватишь Киана, и в Калабу, вы там все знаете, расселите добровольцев из земноводных…

— А ты куда — встрепенулся Серентин.

— А я пошел, молвлю словечко. — Он дотронулся до статуи Змея, та отозвалась вспышкой золотого света, и в ореоле отраженных лучей, Рус, пошел вниз по ступеням.

Одна ступень вторая, спускаться нужно не ниже чем следует, но так чтобы все-таки хоть что-то могли рассмотреть собравшиеся обитатели, и нужно было место, чтобы пустить пыль в глаза. Третья, ступень, четвертая, и тут неожиданная мысль — постоянно работающий мозг все-таки нашел решение — берсерк же вернулся без нагини, северянина не привлекла змеиная женщина, как его побратимов, что-то его оттолкнуло, вот его и надо использовать.

— Хорсак!!! — Мысленно позвал Априус — Бросай все, найди среди переселенцев Ошун, шоколадочка такая очень симпатичная, и мигом ко мне!!!

Пятая ступень, шестая, с одежды исчезает кровь и грязь, впереди него спадая по ступеням лестницы, разворачивается золотое покрывало дорожки, глаза наливаются звездным огнем, но рост остается прежним — тут великанов хватало, успели привыкнуть.

Седьмая, восьмая ступень — в ясном, без единого облачка небе, начинают сверкать разноцветные ветвистые, молнии, причем горизонтальные, бьющие от одного края небосвода, до другого. Начинает греметь гром, Априус делает походку и осанку величественной, и пламенным взором обводит собравшуюся внизу толпу, а заодно и скользит им, по диким ордам за городом, благо дело пирамиду выстроили высоченную.

Девятая, десятая, за спиной чуть колеблется пространство, это возвращается куатар, и вот Рагний и Берлиар, в походных легких доспехах, уже стоят на ступенях позади своего предводителя.

— Ждите — коротко бросает Рус — поступаете в распоряжения Хорсака, Он теперь тут главный координатор. Так что будете жить в этом вот, прекраснейшем городе, что раскинулся внизу. Все доклады — ему.

Еще несколько ступеней вниз, толпа ждет, напряжение нарастает, он идет дальше под блеск молний и раскаты грома, пролет, опять ступени, первая, вторая:

— Куру, скажешь Дрендому, что все в порядке у нас. Пусть придерживается обговоренного плана. Яша пускай динозавров расселяет. Рунин птероящерами займется, приручит пусть, если будут артачиться. Сам же возьмешь Махаллат, и отправишься к пределам Андориноса, можешь, поводить ее по городу, чуток.

— Мы там встретимся?

— Да. Я хочу чтобы все наши, были здесь в Пятимирье, пока не выяснится, что там Один такое затевает. Просвещающий Дракон, встревожен не на шутку, хотя с него станется, и притворяться. Его ведь не прощупаешь… Ладно, давай уводи всех — не медли.

Опять ступени, одна, другая, третья, одиночные всадники ордынцев, осмеливаются въехать в город, но потом спешиваются и бегут по узким улочкам, чтобы узреть явление Бога. Вновь небольшое колебание пространства — это куатар увел остальных членов группы, вместе с Махаллат. Последний шаг, и за его спиной возникают берсерк и девушка, рожденная рекой. Хорсак в темно-синих латах, отделанных червленым золотом, загадочная и витиеватая чеканка, украшает грудь. За плечами вьется плащ, изнутри алый, снаружи черный, на голове корона из сплетенных рогов. Ошун в коротком, платье из покрытого позолотой материала, на груди ожерелье размером с голубиное яйцо белых жемчужин. В ее высокую прическу вплетены мелкие жемчужины и самоцветы, голову по привычке держит гордо, и чуть приподняв подбородок.

Априус сделал их такими за пару мгновений, и теперь они в недоумении осматривают себя и друг друга.

— За руки возьмитесь — тихо произносит Рус — вы теперь здесь правители — повелеваете Лундором. — И улыбнувшись, добавил — супружеская чета.

— Но повелитель… — вырвалось у Хорсака, благо дело мысленно.

— Все дружок, детство кончилось, пора принимать бразды правления.

— Я не готова к замужеству… — начала было Ошун, но Априус только глянул на нее своим пламенным взором, как она умолкла, но он всеже сказал.

— Поверьте, вы лучшая пара друг для друга — он неукротимый огонь, ты мягкая вода, в тандеме лучший вариант…. И если сумеете это понять, после не нарадуетесь…. Все момент пришел!

Он возвысил голос до предела, как когда-то давно в этой же области Вселенной, перед народом Хрутара, и заговорил так, чтобы голос гремел на всю округу.

— Я Каронус, Властелин Великой Дуги. Это моей волей, сей град перемещен сюда. Новый мир примет вас, примите же и вы его. Отныне вы Лундорцы. Вон там собрались его коренные жители, они может, и не жаждут ученья, но вы его им принесете. Представляю вам своего наместника Стража Тьмы и Оберегателя Света, великого Хорсака и его очаровательную супругу — великолепную Ошун. Они передадут вам мои заветы и наставления. На сем вас покидаю.

И он, превратившись сначала, в плазменный шар, медленно истаял прямо на глазах многочисленной толпы — отдувайся бедный Хорсак, это вам не только пить да гулять, а ему надо спешить, разузнавать, что там, в большом Мире, творится…

Дел еще так много, а невидимые часы отсчитывают свою меру, сыпется песок времени, в гигантских стеклянных колбах, и никто не знает, успевает ли он, опаздывает, или опережает. Априус желал бы хотя бы успевать вовремя, а для этого нужно в первую очередь туда, где река времени, течет быстрее, чтобы успеть сделать больше, пока там, в неведомых краях, творится тайная волшба. А то, что она творится, он был, уверен, иначе эти бы выскочки, что осмелились помогать Атриду-Одину, в его безумной идее, не посмели бы и нос высунуть, если бы не были уверены, в своих возможностях.

— Значит сначала в Хастаир, хоть путь и не близок, а потом… А потом как карта ляжет.

* * *

…Искаженный мир встретил его своей всегдашней необычностью, и хоть с той поры, когда пространство и материальный план подверглись, странной переделке, прошло много времени, так и не восстановился. Кое-где по-прежнему высились леса из металлических перьев, на некоторых косогорах посверкивали заросли остекленевших трав, дугой вверх текла река, и не было способа все это привести в норму. Хотя Хранители, во время своих первых дежурств, все-таки выжгли те искаженные деревья, что росли корнями вверх, и теперь только одна зона, отличалась от обычного природного ландшафта.

Априус добрался до пещеры, в которой перебывали во время дежурства Хранители, и вошел вовнутрь. Еще от входа громко произнес:

— Это я Априус — просто слегка в личине…

— Ничего себе личина! — Выходя из-за стеллажей, за которыми до этого копошился, напряженно проговорил Тэльк, пряча странного вида волнистый клинок, куда за спину — Тебя, каким ветром сюда занесло? Я почувствовал твое вхождение в мир, но думал это у меня, от одиночества разыгралось воображение, и попутал отпечаток личности… Ты и вроде не ты…

— Ветром перемен — вполне серьезно ответил Рус, не дав собрату договорить — да и вы звали, а я был заперт — не мог вырваться из ловушки. Сейчас вот удалось. Но не буду тратить время попусту — скажу сразу, но вкратце. Меня временно освободили от обязанностей Хранителя, скажем так — на неопределенный срок, и я вроде как играю сейчас некую роль. Поэтому я тут сам по себе. Тут случилось нечто, пока еще не могу охарактеризовать, что именно — но хочу, чтобы вы знали. То ли вследствие чьего-то воздействия, ты знаешь, как это бывает, то ли действительно по своему собственному решению, известный среди прежних обитателей Сферы, как асур Атрид, впоследствии сделавшийся Отцом Дружин Одином, задумал воскресить свою павшую родню. Тут у него нашлись неожиданные помощники, думаю преследующие свои собственные цели. В итоге, они взломали Врата Чертога, Собирателя Атманов…. Да-да оказалось есть и такие…. Вывели оттуда тени асгардцев, и по-быстрому ретировались в пределы своих краев. Все это большого резонанса пока не вызвало, но думаю, «хороший» сюрприз ожидает всех. Потому решил предупредить и вас, если вы еще не в курсе. И еще, хотел тебя попросить — давай посмотрим, что он там творит, этот старый пройдоха…

— Думаешь Вселенная на пороге войны?

— Она никогда и не прекращалась — пожал плечами Априус — просто велась на других уровнях, разными методами и способами. Так что не знаю как насчет глобальных битв, но изменения, скорее всего, будут наверняка. А какие не просчитать.

— Ну хорошо, давай попробуем. Тут есть все необходимое, для таких чар. Но сначала, давай выпьем, я тут от скуки наколотил, забавный напиток…

На небольшом столике появилось два высоких фужера, Тэльк, вручную налил туда синей жидкости из пузатой колбы, и приглашающе указал Априусу, на обычное плетеное кресло-качалку.

Тот взял один из фужеров, и уселся сразу, поднося его ближе к лицу.

— Ты чего тут — алхимничаешь потихоньку?

— Да, страсть такая открылось что-то в последнее время.

— Хорошая страсть — принюхиваясь к содержимому фужера, ответил Рус — Просвещающий все время намекает на техномагию — результат соития науки и чародейства, мол, за ней если не будущее, то второе место, это уж точно. А алхимия это основа для медицины, (это лекарское дело), и всяких там учений о твердых и жидких веществах. Так что ты больше уделяй ей внимания. Не да Творец, случится что-то с Источниками Силы, мы долго не продержимся — наши Сектора питают, нас, ею, потому что сами напитаны до предела.

— Я тоже об этом подумываю иногда, ведь их Колоссальная Мощь, тратится каждый миг, на это сдерживание Поедателя, и они вполне могут когда-нибудь иссякнуть.

— Не знаю чем все это грозит, но я пока своих перебрасываю в надежное и укрытое место, и на случай совсем уже гибельной ситуации оставлю туда крохотную лазейку…. Так что будет туго — просто позови меня.

— Хорошо. Но ты пробуй, а то сидишь только нюхаешь.

Априус решился и сделал, глоток — привкус цветочной пыльцы, настои каких-то трав, немного терпкий аромат, тонизирующее воздействие каких-то дополнительных ингредиентов, сделали этот коктейль освежающим и бодрящим, И он отхлебнул еще и еще.

— Понравилось?

— Да, весьма неплохо. Но давай займемся делом.

— Хорошо. Вон хрустальная сфера, стоит на треножнике, С ее помощью и посмотрим, а наши взгляды, никто не ощутит.

— Да только и мы никого не ощутим, просто увидим, но не более того.

— Для начала этого будет достаточно…. Выводы мы вроде как делать научились…..

Они уселись, друг напротив друга, провели все предварительную подготовку, и вот взгляды, устремленные в шар из голубого хрусталя, стали замечать там непонятно откуда взявшуюся мглу. Априус вспомнил местность вокруг Асгарда, саму величественную Обитель Асов, с ее дворцами, мощеными улицами, садами, и арками ворот. И завеса из мглы, начала редеть, а затем и вовсе исчезла и они увидели все. Увидели бесконечные вереницы мастеровых, тянущие материалы, и огромные каменные блоки, многочисленные обозы, а главное, уже почти отстроенный Асгард.

— Ничего себе темп — вырвалось у Тэлька — это как же они так быстро? Какая-то неведомая магия?

— Скорее искривление Времени — а это уже совсем серьезные вещи. Раньше за Царем Асуров-асов такое замечено не было. Ни в старые времена, ни когда он влился в Божественную Троицу. А значит либо перед ним открылись новые горизонты, либо это не он.

— Там присутствуют две странные личности…. Не они ли влияют на Асгардца?

— Отсюда ничего определенного не ясно. Но одно понятно точно — Один своего добьется. Раз начал уже не остановится, чего бы ему это не стоило. А значит и Асгард, и его обитатели скоро окажутся на своем старом месте, и вот тут уже совершенно не понятно как это скажется на мерах Баланса.

Он оторвал взгляд от поверхности шара, и откинулся на спинку, кресла, достал из своей неизменной, походной сумки, фляжку с вином Альтара, и, подманив к себе пустые фужеры, наполнил их до краев, протянул один Тэльку, а второй, поднес к губам, сделал крупный глоток и проговорил:

— А ко всему прочему Просвещающий поведал о какой-то странной скверне творящейся с двумя Великими Источниками, они как бы больны что ли…. А я там у них не так давно побывал, но поскольку они мне неподвластны, ничего такого не заметил. Кроме того, что старый Страж, покинул берега Вод Мудрости, а это согласно древним пророчествам — начало Конца. Так что повод встревожиться есть у всех.

— Но, похоже, только не у названных братьев? — Беря фужер, и тоже откидываясь назад, хмыкнул один из самых тайных Оберегателей Спокойствия.

— Ты это о тех двоих, что типа Правят, или о тех, что представляют Третью Сторону?

— Можно сказать, что и о тех, и о тех. Что-то не похоже, чтобы они всерьез озаботились всем произошедшем.

— Ну, Просвещающий всегда играл в свои собственные Игры, а второй аспект вообще сама загадочность и таинственность… Что же касается былого «Потрясателя Небес» и Хитроумного Комбинатора, они явно недооценили своих противников, и своего же партнера.

— Они вообще, как-то странно себя ведут с самого начала своего Правления. Эледвен так и не простила им кое-какие вещи. Провела исследования, и выяснила что, в основном они занимаются устранением последствий своего Великого Мятежа, который их и привел к Власти. Не говорю что это их желание, скорее вынужденные меры. Им пришлось, то возиться с последствиями Прорыва Поедателя, то добивать своих же сородичей по Ордену, укрывшихся в Логове черных магов Хаоса, и все это время им строили козни Иные, и верхушка падшего пантеона не давала расслабиться. И не смотря на это, они самоустранились от прямых воздействий, предпочитая действовать посредством чужих рук, вроде учеников и наемников из Боевых Гильдий. И это Боги?

— Я их за Богов, никогда и не держал — хмыкнул Рус — прекрасно помню кто они такие изначально. Мститель и Бунтари. Поэтому итог вполне ожидаем был. Только вот чего я не ждал, что веками якшавшийся с Тьмой, и додумавшийся до составления такого Проклятия, как Вызов Поедателя, неистовый и неукротимый Маг Предела, став Богом, большую часть времени, будет проводить как простой ратоборец, шастающий по мирам. А его хитроумный собрат, погрязнет в составлении своих многоходовых комбинаций и показушной бездеятельности, вместо того чтобы навести Порядок, и если нельзя уничтожить то хотя бы выловить и сковать всю эту мешающую им звездобратию. В общем как мы и предполагали — их приход к Власти — только все еще больше ухудшил. А за все время такого вот правления, ничего толком и не сделано — порождения Лона Поедателя, беспрепятственно бродят, где им вздумалось, и строят свой Путь. Шестеро Падших, по-прежнему здравствуют, и готовят свой возврат. Судия, как ни в чем не бывало, вершит свое, так называемое правосудий, и аколиты Хаоса, тоже не добиты. Молчу уже про причуды этих изнаночных Иных, которые состоят в сговоре со всеми выше перечисленными.

— Да и их всех едва не обыграл какой-то захудалый архимаг, простой человек….

— Он был не простой, хотя да человек. И может статься, его наследие еще себя проявит. Но сам факт того, что это стало возможно, уже говорит о многом. В свете последних событий я уже подумываю, может, надо было выступить на его стороне? Он ведь всех их поймал и Падших и Нынешних Богов, и ловушка так была ох как хороша.

— Но Иные ведь как раз ее и помогли устроить…. Да и Мессия тоже был на свободе…

— Было бы разрешение — хмыкнул Априус — уж своей дюжиной мы бы их всех прищучили…

— Это надо было делать еще во время Восстания…. Тогда не было бы ни Новых Богов, ни Поедателя с его слугами, ни Мессии. Хотя конечно, Семеро бы правили до сих пор.

— Мы бы выбили всех хаоситов, а затем бы занялись уже Ими.

— Ты забываешь о предназначении Хранителей, Система бы никогда не позволила развязать войну…

— Да знаю я — выпалил Априус — просто накипело. Из-за того, что я сидел на коротком поводке, я теперь никто, даже гавкнуть не могу.

— Признайся честно — улыбаясь, проговорил Тэльк — кто бы тебя устроил больше всех, я имею в виду восседающим, на главном Троне Вселенной?

— Я бы предпочел… — начал Рус, и осекся.

— Вот-вот — это напоминает — и вам не дам, и сам не гам. Говорить о Творце, бесполезно, он, похоже, никогда и не намеревался Править. А наместников не оставил. Те же ребята, что явились из-за пределов Сферы, были присланы вроде бы как Им, но кто это проверял? Они не справились со своей задачей, и были заменены, а сейчас похоже приходит черед Троицы, И не нам решать, кто придет на ей Смену. А вот против Иных, похоже, пора выступать, их безумная, идя с перерождением Творца, в результате гибели Вселенной, мало кого устроит.

— Не знаю…. Ты пока сообщи остальным, пусть будут начеку. А мне надо спешить, я тут еще прихвачу с собой кое-кого, и отбуду.

Он поднялся с кресла, подошел к тоже вскочившему Тэльку, и по-братски обняв того, проговорил:

— Давай дружище, успеха тебе.

— И тебе, чтобы ты не задумал. Если совсем края будут — зови, мы с Фаши, придем по-любому.

— Заметано.

Затем Рус, сразу развернулся, и направился к выходу. Прыжок вниз, небольшое торможение, и вот он лес из металлических высотой со столетнюю сосну, перьев. Удар палицы, и отбитый кусок, малого отростка, упал на землю. Априус присел, посмотрел на слом, и, подобрав отбитую часть, сунул ее в сумку, за тем выровнялся, и просто пошел среди нагромождения, нелепых растений. Ни чего не выросла, с момента последнего посещения, все так и стоит мертвое, словно застывшее, в одном временном мгновении.

А ему все никак не удается добраться до другого края Сферы, никак не удается, и разузнать хоть что-то о том, кто тут такое натворил. Все время кто-то, что, мешает. Рус огорченно махнул на стальные заросли рукой, и телепортировался в гущу джунглей, прямиком к затерянному, среди них, селению, из-за которого сюда и завернул.

В нем жило племя туземцев, темнокожих аборигенов этого края, почитавшего его Априуса, как Рондродона — бога учителя из пещеры. Когда-то он самолично обнаружил это селение, в котором недавно поселился клан диких охотников-шаманов, они, правда имели в своем лексиконе совсем немного слов, зато мысленно свободно общались как друг с другом, так и с животным, и растительным миром. К примеру, если им нужны были плоды, то они не карабкались на дерево, не трясли его, и не сбивали палками — просто подходили и просили у того покормить их, и дерево наклоняло ветвь, на которой было само больше фруктов. Охотились они тоже только в случае потребности в мясе, и то не били молодняк, а подманивали, уже взрослых особей. Жизнь их была полна опасностей и тревог, но не это подвигло Руса, к принятию такого решения, просто, если Вселенную ожидает очередная встряска, и естественно последующая за этим серия природных катаклизмов, позволить сгинуть такой редкости, как люди-телепаты, он не мог. Интересно было разгадать как, целому племени, а не единицам, удается поколениями, поддерживать в себе эту способность.

Априус собирался увести, всех жителей селения, хотя четкого замысла, куда их пристроить у него пока не было, но он не сомневался, что применение этим воинам найдет. Как это бывает решение придет неожиданно, но к месту, так что пока надо просто вывести их отсюда.

Он приблизился к огороженной бамбуковой стеной территории небольшого поселка, внутри ничего не изменилось — те же тростниковые хижины, из мертвого дерева жители строить себе кров, отказались, да и вообще, несмотря на обучение, во многом, продолжали жить по законам предков. Априус шел нарочито шумно, чтобы его заметили, и успели сообщить вождю, и шаману, о приближении чужого. И когда ступил за ограду, на него тут же были наставлены копья, обожженными наконечниками смотрели в лицо стрелы, и из-за хижин, высунулись дула, длинных духовых трубок, дротики готовые вылететь из которых, были длиной, чуть ли не с пол локтя.

— Спокойно это я — Рондродон! — И мысленно, и вслух произнес он, посылая им в мозг, свой прежний образ. — Это мой боевой лик.

Он добавил картинки могущей случиться катастрофы, огненные штормы, ядовитые дожди, капли которых прожигают плоть, неистовые ураганы, землетрясения, и наводнения, все, несомненно, уничтожающее все вокруг. Поясняя этим, что прибыл, чтобы увести их, подальше от неминуемой гибели.

Вперед выдвинулись вождь и шаман, видимо уже приказали, своим людям опустить оружие. Судя, по всему все они сейчас, мысленно переговаривались, между собой. Затем, всеже как-то признав в новоприбывшем своего бога из горы, всей деревней, пали на колени, и склонились в поклоне.

— Встаньте — сказал Априус, не дожидаясь пока они произнесут почетную хвалу и прочие сейчас не нужные ему почести — Я пришел, чтобы увести вас, в более плодородные края. Путь не близок, потому собирайтесь, возьмите все необходимые вещи, и уйдем сразу же.

Они безропотно подчинились, и бросились в хижины, скорее за малыми детьми, чем за нажитым добром. Ждать пришлось недолго, потому что им и брать то было нечего, плетеные корзины со скромными пожитками и едой, да долбленые сосуды для воды, ну и свое плохонькое оружие — куда же без него? Все необходимое для жизни, племени, давали окружающие джунгли, они кормили и защищали, потому это племя если и держало какую-то живность, то это были удавы, уничтожавшие грызунов, и других змей, если те сюда заползали.

Когда они готовые для перехода, собрались у бамбуковой изгороди, Рус, уже придумал, куда их поведет. И как. А повел Априус этот малый народ, через Отражения, так чтобы никто, не понимали через что они идут. Для них вокруг были знакомые, а потом малознакомые места, по сторонам от тропы, потянулся тропический лес, постепенно переходящий в лиственный. Рус вел их вдоль небольшого ручья, которых много везде, и, отбрасывая водным потоком, «тень» с легкостью находилась и в других мирах. Лишь дважды пришлось пересекать равнину, и пустынное, потрескавшееся от иссушающего жаркого воздуха, плато. Но никто не роптал, наоборот все дивились, и восхищались, разнообразию природы, которая их окружала. Ведь племя никогда, не отходило далеко от своего селения, и считало мир маленьким, и сокрытым под кронами высоких деревьев. В принципе, их представления, не особо и изменятся, когда племя перейдет в новое место.

…Черный Лес распахнулся внезапно, едва Априус проломив пленку его тонкой границы, вывел своих подопечных, во внезапную прохладу соснового бора. Лес встретил их совсем иным воздухом, обостренное восприятие людей, отметило кучу новых запахов, а для Априуса, и сама аура лесного массива, была совсем другой. Исчезла угрюмость коричневых цветов, и агрессивность красного, нижнего плана. Лесной ковер из иголок, прятал в себе множество съедобных грибов, которые выгнали мухоморы, и бледные поганки. Пушистые, длиннохвостые белки деловито сновали туда-сюда, таская в свои дупла маслята и мелкие боровики.

Рус, отметил несколько барсучьих нор, и даже следы косуль. Похоже, Лес, таки начал возрождаться, и в этом ему помогали его друзья, прибывшие сюда с небольшим отрядом добровольцев. Он слышал, как быстро обмениваются впечатлениями темнокожие люди, дивясь колючим деревьям и пушистым зверькам, а еще обилию птиц, которых видимо сюда попросту притащили Проныра и его товарищи.

— Сколько же они уже тут — подумал он — раз столько успели сделать? Явно уж не месяц. Что ж не буду блуждать — надо идти прямиком к избушке Вертаны.

Он определил направление, и повел туземное племя, звериной тропой, прямо через лесную чащу, не стараясь даже искать некого подобия людских стежек. Каких-либо монстров или больших хищных зверей они не встретили ни разу, видимо тот барьер, за которым он оставил всех тех тварей, все еще держал чудищ в дальнем краю Леса, и тут они уже не властвовали. А обычным животным пока особо неоткуда было взяться, хотя и Кэфент, и Дейдра могли нагнать их сюда, из других Отражений, но пока этого не сделали.

— Всему свое время — подумал Априус — видимо, у них хватает других забот.

Пройдя пару лиг, они, наконец, вышли к тому месту, где стояла избушка Вертана, огороженная частоколом. Местность вокруг было не узнать. Не из-за того, что все цвело и пахло, и изобиловало лесными дарами, а потому что здесь в окрестностях поляны с разрыв травой, расположился временный лагерь, сподвижников Проныры. Большая часть, старого ельника была расчищена от деревьев, которые пошли на изгородь, и теперь там обосновался палаточный городок. Ворота, в этот временный стан, были распахнуты настежь, открывая взору, установленные шатры, войлочные юрты, и разнообразные навесы, а так же тюки, бурдюки, в общем, все то, что смог взять с собой, отряд который привел сюда Проныра. Где-то здесь должны быть и его друзья, товарищи по прошлому походу — Кэфент, Дейдра, и сам полуэльф.

Только тут Априуса, и ведомых им переселенцев, соизволили окружить вооруженные до зубов стражники.

— Кто такие? — Выдвинувшись немного вперед, поинтересовался дюжий бородач, видимо начальствующий тут.

— Я друг Проныры…. В смысле Фиора — не вдаваясь ни в подробности, и не выдавая себя, спокойно ответил Априус — вот привел ему небольшой народец, так сказать в помощь для осваивания, этих лесов.

— Друг говоришь? — Прогудел Бородач — а что ж он о тебе не знает, и нам ничего не говорил?

— А мы точно не договаривались, когда я приду…. Мне в принципе без разницы, можешь позвать Кэфента, или Вертану…. Даже лучше если Кэфента.

Кто знает, сколько бы еще длилась эта заминка, в ходе которой, Априус плюнул бы, да связал всех магической бечевкой, да только вот сама лесная хозяйка видимо учуяв фон от силы Априуса, сама пожаловала сюда. Она вышла вроде бы из-за соседней раскидистой сосны, но чародей, ощутил мгновенное колебание пространства, а значит — переместилась, прямо из избушки. Все в том же зеленом платье, только на голове венок из разных цветов, в изумрудных глазах светится радостное веселье, не кураж или озорство, просто буйство весны, которой она давно уже не знала.

— Ох, ты ж Арес Всемогущий! Ты что же это с собой сделал то, Рус? — Всплеснув руками, поинтересовалась она. — Я только с помощью Кэфента, тебя и распознала. Ощутили, прибыл кто-то Лес, а прощупать не вышло с ходу…. Думали, уже переведаться придется. А потом смотрим, вроде в нашу сторону идете, ну и давай проверять…

— Это маскировка — пояснил он — я путешествую в личине….. Вот привел тебе подопечных, надо разместить, и обучить жизни в таком вот Лесу. Они особенные, так что ты не кривись, что на твою расу не похожи. Но я не только за этим пришел, нужно поговорить, так что зови моих былых спутников, перекинемся парой слов.

— Савик — ту же повернулась ведьма к бородачу — принимай этих вот новичков, размести, где-нибудь рядом. И снабди на первое время всем необходимым, я чуть позже подойду, поговорю с ними. А мы пока отлучимся.

Априус мысленно переговорил с вождем Кирком и шаманом племени Улутаном, поясняя тем, что им следует положиться вот на этих людей, а после во всем слушаться Хозяйку леса, и они вместе с Вертаной перенеслись к крыльцу ее избушки, на сваях.

— А остальные где? — Поинтересовался он, пропуская хозяйку наверх, и следуя за ней.

— Думаю уже тут — улыбаясь, ответила она — мы осваиваемся, исследуем все больше территорий. Лес то огромный, и под контроль сразу не взять, вот частями и пробуем. Фиор с эльфами все время возится, пытается настроить все, у Темных Вод. Ну, чтобы было некое место, с которого можно Лесом управлять, когда понадобится. Кэфент с Дейдрой, ту отгороженную тобой зону, периодически осматривают, чтобы вся та страховинная сила сюда не проникла.

— Ясно, но для меня это уже мелочи как бы. Главное все стабильно, и нет встрясок — проговорил Рус, входя в избу.

А там за столом, развернув оставленную им в прошлый раз, скатерть-самобранку, сидело трое его былых спутников, и неспешно жуя, что-то обсуждали.

— Ну здрасьте вам! — Улыбаясь во весь рот — первым сказал он — не пугайтесь это я…. необходимы меры так сказать.

— Хорошо поработал, не определить даже по внутренней сути — выходя из-за стола, растопырил руки, в принципе всегда сдержанный Кэфент — Ну здорово, загадочный ты наш!

Вскочили и принцесса с полуэльфом, радостно бросаясь к Априусу, а после кратких объятий, все четверо уселись за стол, и неспешно принялись делиться последними новостями. Когда из «скатки» высунулся самый настоящий самовар, и возникли связки румяных бубликов, Априус вкратце ввел их в курс дела, о происходящих ща границами этого мира событиях.

— …Так что сами понимаете — медлить я не могу — проговорил он, подводя итог вышесказанному, а он рассказал им о назревавшей во Вселенной «опухоли», которая должна вот-вот прорваться. — Потому продолжайте заниматься своими делами, я справлюсь и одни. Просто знайте, что встряску устраиваю именно я, и если вы пожелаете покинуть этот Лес, это будет непросто, поэтому чуток обождите, пока все не утрясется.

Оставив пребывающих в нервном ожидании друзей в избушке, Рус, переместился к колодцу, в глубине которого нес свои воды Слид, одна из рек берущих свое начало в Хвергельмире — Источнике Нави, порождающем Тьму. Тут ему и требовалось находиться во время плетения Заклинания и составления чар. Хоть и малый опыт, в таких делах, у Априуса всеже был. За все свою долгую жизнь он редко прибегал к подобного рода чародейству, что и чародейством то, по-сути не было. В легендах и мифах, описывалось немало случаев, когда защитники замка, города, или целой области, были вынуждены прибегать к такому колдовству, но сам он проделывал подобное только однажды, в уничтоженной Даарии. И еще вот совеем недавно — в Патале. Но в обоих случаях ему кто-то помогал, а сейчас он должен был проделать все самостоятельно, и от этого зависело — рискнет ли сделать, то, же самок, с другими более важными объектами.

Хвергельмир, дал ему позволение на использование свей Силы, как и Источник Мудрости, оставленный своим вечным Стражем, и похоже пришла пора воспользоваться этими дарами, за которые еще возможно придется заплатить. До сегодняшнего дня, Рус еще ни разу в жизни, не использовал прямой заем. Конечно посредством Источника Мимира, он дважды передвигался по Сфере, скармливал Клокочущей Котловине темные души и субстанцию Тьмы, но это было не то. Был, правда, еще случай с забором объединенной Мощи, трех Источников, но он ее, по-сути украл, а не воспользовался напрямую. Так, что взятие Силы, вот так, прямо из одного из ответвлений, было новшеством. И это помимо всего прочего, давало повод, наперевес одной из Чаш.

— Все когда-то делается в первый раз — ощущая клокотания и бурление темных вод — пробормотал Эльдариусиец — что ж попробуем, узнать, что ощущал Восставший, приручая этот Ключ…. Ладно за дело, докажем что Мэйзан не зря делился знаниями!

…Пентаграмма вовсю пылала темным пламенем, Сил копилась вокруг, насыщая собой окружающее пространство, и пронизывая позвоночный столб Априуса, уходила обратно под землю. Он, закрыв глаза, и раскину руки, направлял ее должным образом, гася взвихрения и попытки расшатать мир раньше времени. Перед мысленным взором, далекая, и лишь сейчас доступная равнина, пустая, и почти мертвая, пришло время ей вновь послужить ему.

Черный Лес накрыло, словно ударной волной, по нему прошелся невидимый и не ощутимый ветер, воздух поплыл, пространство искривилось, мир качнуло раз, другой, и его попросту не стало — он исчез из данной временно-пространственной точки…. И возник, уже в абсолютно другом месте — Перенос удался!

Априус дрожащими руками вытер со лба набежавший пот, и почувствовал как незримый, черный поток, потыкавшись, устремляется к тем остаткам Тьмы, что были оставлены в недрах Весты, новое русло, родилось.

— Вроде все… вот так-то лучше — с трудом выдавил он — теперь это все наше! — И огромным усилием воли, отправил себя на Акирот.

А едва очутился во дворце, и узнал стены прежде любимого кабинета, тут же рухнул в ближайшее кресло, и выдавил сипло:

— Дрендом!!!

Летописец появился спустя минуту, осудительно покачал головой, и протянул ему кубок с настоем, собственного приготовления:

— Пей!

А когда Априус, осушил сосуд до дна, накинулся коршуном.

— Ты когда уже поумнеешь? Что за выходки такие мальчишеские? Посмотри, в кого ты превратился, да от тебя дети шарахаться будут…. Тьмой разит на версту…. Ребят всех изменил до неузнаваемости зачем? Сам с надрывом носишься по мирам как угорелый, и это все ради чего?

— Не кипятись дружище — так надо было…. И пока еще надо. Вы все сделали, как я просил?

— Да, всех переселили, легионы куются, все при деле.

— Отлично — там я еще большой Лес, такой перетянул, на ту равнину, с которой вы только убрались. Возьми Рунина, набери небольшую команду, и по пути заверни к Саларилю, и уже вместе отправляйтесь знакомиться. Найдете там Вертану и Кэфента, Рунин быстро разыщет…. им скажете, я послал, Саларилю передай пусть со свой бывшей вотчины, ну там где ему пришлось бобылем тьму веков прожить, переселит все живность, какая есть, в этот новый Лес. Там и Врата не понадобится, я его аккурат краем к тому пятачку, где он обитал, разместил. Сделаете Слияние лесов так сказать. Ну если попросят — с людьми поможете.

Априус с кряхтением поднялся из кресла — болели все косточки, не смотря на то что, тело давно уже не было совсем обычной плотью.

— Ты это куда намерился, неугомонный, ты наш? — Возмутился Дрендом — тебе бы сил поднабраться.

— Уже. Закончу все дела, и сразу вернусь, тогда и поговорим обстоятельно. И это… Серентин тебе сказал, что пора возвращать себе божественный сан.

— Это в смысле?

— В смысле — Неделимые снова нужны.

— Так нас только четверо…

— Этого хватит — не Заря Времен — помочь есть кому. Да и Серентину скажи, чтоб с кем-нибудь из наших в Гиль-Эстэль, обязательно вернулся, надо будет вернуть на место его часть.

— А ты что лишил всех кого изменил, части самих себя? С ума сошел, они же сорваться могут…

— Надеюсь, не успеют, все уже кончилось…. Ну, все давай, а то меня уже Куру заждался.

Он разогнался и прыгнул прямо с балкона, в лазурные воды, ласкового моря, на лету вспоминая, как сигал отсюда Яша, в ту давнюю пору, когда все они жили именно здесь. Прохладная вода накрыла с головой, стайки мелкой рыбешки, метнулись в стороны, и он просто вбирая в себя силу этого места, проплыл немного, пока ободряющая свежесть, не заполнила его целиком, а потом прямо из моря перенесся в Междумирье, и уже сквозь него, огненным вихрем помчался в ранее Хранимый Сектор.

* * *

Веками хранимые пределы, встретили его все таким же спокойствием, те же словно хрустальные сферы и блюдца миров, то же мерцание многочисленных звезд, тот же отраженный от них свет лун, и царящее везде благополучие, умиротворенность. Миры в безопасности! Да и в них самих, все стабильно — нигде нет даже маломальских наводнений, не считая конечно паводков, селей, и разливов рек. Их не трясут неожиданные катаклизмы, с неба на твердь не падают странствующие обломки, нет всемогущих властелинов, не вьют свои гнезда прихвостни иномировых Сил. И все это достигнуто благодаря тайному труду патрульных Стражей, невидимых Оберегателей порядка из Гиль-Эстэль.

А сколько раз, за все свою бытность Хранителем, ему пришлось нарушить заповеди Смотрителя, спасая от неминуемой гибели наследников престолов, которые после правили должным, по его мнению, образом. Сколько грандиозных магических войн и междоусобиц было предотвращено благодаря этим вмешательствам. А про безумных колдунов, неведомо как заполучивших чрезмерную Силу, и вызывающих в смертные пределы, демонические орды или гигантских чудищ, вообще говорить не приходится. И они вмешивались, хоть этого делать было нельзя, но иначе было никак. И только потому Сектор теперь живет мирно и благополучно…. А то, что там вытворяют смертные короли и чародеи, это уже считается нормой, и вмешательства не требует…. Настоящая угроза, давно устранена.

— Мы больше не нужны — с внезапно нахлынувшей печалью подумал Рус — но так оно, и должно быть, потому мы уйдем…

Но вот уже и он, упрятанный в складках межреальности, рукотворный Мир-Ярмарка, мир Андориноса, никогда не спящего города, в незапамятные времена кто-то из прежних великих чародеев создал его, для своих определенных нужд. Создатели особо не мудрствовали — взяли, вылепили основу, в виде неглубокого кратера, напоминающего блюдце с загнутыми краями, и заполнили его по своему усмотрению. Здесь мог затеряться кто угодно, беглый нарушитель, странствующий чародей, звездный купец, наемник, бродячий цирк, да кто угодно, нужно было только знать, что это место существует. Ну и само собой его координаты, потому как никакие врата сюда не вели, только звездными путями, тропами межреальности и не как иначе, сюда можно было попасть. Или зная его местонахождение перенестись вот так как Априус сейчас. Мир, в котором он сам и его подручные, прожили самое большее количество времени, из своей долгой жизни, и такого места больше нигде ни найти, не встретить, и даже не создать. Потому он и здесь…

Априус низринулся вниз, и, затормозив спуск-падение, «сошел» к изгороди загона с их крылатыми кониками, которые тут же приветственно заржали, а со стороны вольеров, раздался многоголосый лай. Вот оно, поместье, во всей своей красе, именно в нем, теперь его родня и близкие бывают чаще, чем еще, где бы то ни было. И это не совсем то, чего бы, он желал, но как не крути, им тут лучше, чем в Звездной крепости. Но это временно.

— Куру! Давай тащи эту дамочку к пределам Адаба — мысленно позвал Рус — только пусть полностью девкой идет, без всяких там змеиных штучек. Не хватало еще драчку устроить… Я скоро к вам, подскочу.

— Наконец-то — ответил куатар — а то я уже умаялся, на ее вопросы отвечать, да по городу таскать…. В общем, мы уже идем. И она в порядке.

— Я и не сомневался.

Не прошло и полминуты, как словно из-под земли, возник Саяр, в руках наставленный на Априуса игломет, подаренный тому Богаром, после вылазки в Эскор.

— Стой!!! Не двигайся! — Прищурив один глаз, прошипел он — кто такой? Чего здесь трешься?

— За столько лет, мой дорогой друг, тебе следовало бы признавать меня в любом обличье, Сай — называя своего глашатая, так, как звала того, когда-то гарпия Залура, проговорил Рус.

— Я воин, а не какой-то там колдунчик, хоть и ведаю больше простых людей. А ты вон на себя не похож, что нутром, что ликом…. Так как прикажешь тебя встречать?

— Да все правильно…. Только что твои иглы, против серьезной угрозы? Да их там и осталось немного.

— Так я бы выстрелил, и знак подал Вилисиль, а сестры — близняшки мозги любому недругу быстро бы вправили…. К тому же охранные чары промолчали…

— Ну это ты брат прав….Только сильный маг, все это предугадает, и обойдет. Но я не охрану проверить заскочил. У меня к тебе дело, можно сказать — щепетильное…

— Это, какое же?

— Скоро узнаешь. Закрывай загон, и настраивайся, вспомнить давно забытые ощущения.

Оставив Саяра, с открытым ртом, Априус изменил на нем одежду, и телепортировал вместе с собой, к пределам, своего первого замка, который теперь навещал редко.

Адаб-замок, давно уже врос в городские окраины, а не стоял одиноко над морем, как раньше. Теперь вокруг царила городская суета, вечно не спящего города. Как на улицах, так и в небе. Туда-сюда сновали тележки, носились носильщики, горланили гуляки, и мелькали менялы, а над их головами, проплывали воздушные шары, парящие повозки, крылатые змеи, и редкие ковры самолеты. Куру и Махаллат, расположились на лавке, которую установили под раскидистым кленом, росшим, прямо посреди маленького скверика, и уничтожали содержимое, бумажных кульков, с разнообразной снедью.

Априус, с Саяром, возникли, чуть поодаль от них, и чародей радостно усмехнулся, заметив, как его верный воин, затаив дыхание, безотрывно смотрит на спутницу куатара. Седые, но не серые, а белые волосы Саяра, были коротко подстрижены, лицо хоть и имело множество морщин, но на вид ему было не больше пятидесяти, а интерес, разгоравшийся в глубине глаз, делал его еще моложавее, и Махаллат, естественно обратила на него внимание. Но прежде всего ее поманила Тьма, плескавшаяся в его глазах. Тьма завораживающая, бездонная, и словно влекущая за собой.

Она встала с лавки, и неожиданно для всех, грациозно присела в реверансе, и, протянув руку, представилась, неотрывно глядя в эти глаза:

— Махаллат.

— Саяр — чуть запоздало ответил бывший глашатай. — Очень приятно.

— Ну вот вы и знакомы — тепло улыбнулся Рус — поэтому Сай, отведи леди в замок, и устрой на время. Предупреди там всех, что город ожидает хорошенькая встряска — пусть не волнуются. Махаллат расскажет, как это переждать. Пока тут и оставайтесь, я позову, когда все закончится. Все идите, время не ждет, и все вопросы потом, потом. И запомни эта леди на тебе…. Ты за нее отвечаешь.

— Ну а мы? — Когда парочка оказалась у ворот Бакхора, поинтересовался Куру.

— Не мы, а ты… Ты отправишься в поместье и передашь мое распоряжение, не дергаться, чтобы не случилось, и если возникнут колебания пространства, будешь их гасить. Там и жди моего зова, как только он последует, возьмешь сестер, Вельду, и, оставив там все на попечение Вильварин, отправишься с ними в Гиль-Эстэль. И не возражай, я спешу…. Только ты не сразу в имение то ломись, а издали вызови кого-то из сестер, ты же на вид тоже не пушистый барсик, каким они тебя знают, пусть сначала поймут что ты, это ты.

— Понял…

— Ну тогда, давай.

Дождавшись, когда куатар исчезнет, Рус, покрутил головой, взгляд его стал пронизывающим, и этим всепроникающим взором, он некоторое время, смотрел на окружающий, мир. Он искал его «сердце». Им оказался большой, размером с башню ромбовидный кристалл, упрятанный глубоко под городом, именно он рассредоточивал, здесь магические токи.

Проникнуть в этот Вертеп, где в пустоте среди языков пламени, висело это «сердце» труда не составило, а вот чтобы задействовать его для необходимых чар, это уже требовало филигранной точности. Работать с кристаллами, такого рода, нужно очень осторожно, не приведи Творец, он треснет, или утратит свои заданные функции, но выбирать не приходится.

Априус потратил на осмотр места, не более минуты, завис прямо перед кристаллом, вгляделся в него, настраиваясь, и проговорил, еле слышно:

— Похоже, пора прибегнуть к помощи второго Источника…

Ключ Мудрости, Воды Знаний, Источник Миров, как не называй все одно без дозволения Мимира, не воспользуешься, но ему Априусу, как-то удалось получить согласие самого Источника, на разовое использование несомой им Силы. На такие чары ее потребуется немало, а тянуть с других кладезей, не с руки, да и Мощь не та. К тому же такой возможности может больше и не представиться, если учитывать все странные вещи, что с ним творятся.

Кристалл уже мерцал, как будто в такт дыханию чародея, Априус поднял руки, и вскоре вокруг того, стали прямо в воздухе, появляться огненно-красные линии, которые соединялись определенным образом, скрещиваясь в многоярусную фигуру, в центре которой, был этот багровый минерал. Теперь нужно произнести длинную фразу, на странном гортанном языке, не опуская рук. Рус, задействовал, необходимы пассы, по определенному сплетая, и расплетая пальцы, и начал ее выговаривать…

Он творил внизу свои чары, а наверху Андоринос, жил своей всегдашней жизнью, полной суеты и обычных забот. Но вдруг Мир охватила странная мелкая дрожь, воздух замерцал, в нем появились видимые сверкающие на солнце элементы, напоминающие мелкую серебряную стружку. Это было и красиво и одновременно страшно — как этим дышать? Маги Андориноса в Университетских аудиториях и в своих кабинетах, резко подхватились с мест, и лихорадочно быстро попытались разобраться, что происходит. Но на это все нужно было время, а на город, и весь плоский мир, наплыл странный плотный молочный туман. Туман, был густой как кисель, мир тут же потонул в тишине — исчезли все звуки — жители не слышали ни друг друга, ни самих себя. Животные ощутили что-то неладное, забеспокоились, заметались, а потом все разом, взвыли, заревели, но их тоже никто не услышал.

Время словно остановилось, и замерло в одном миге, а когда его течение возобновилось, в прежнем месте никто не смог бы обнаружить Бакхор — мир-ярмарка исчез.

Глава девятая Выполняя замысел

В самую последнюю долю мгновения, обессиленный Априус отправил себя в Гиль-Эстэль, и перевел дыхание только тогда, когда оказался в своей Звездной Обители. Магическая струя заимствованная им из Источника Мудрости, иссякла, но запас Силы, он успел почерпнуть немалый, и некоторую ее толику направил именно сюда, в свои подземные заклинательные покои. Теперь оставалось перейти к заключительной фазе своего плана — созвать всех патрульных Стражей, прошедших Посвящение именно на этом месте. Их служба закончилась, настала пора распрощаться с Сектором. Что он и сделал, воспользовавшись тем же способом, что и на протяжении всех, этих тысячелетий — мыслью-птицей. А пока они будут сюда добираться, он подготовит Крепость, к изменению.

Эсгалдирн обвел взглядом всю территорию — все ухожено и благоухает, только вот нет оживленного движения, по двору не перемещаются воины, не слышны шутки и веселый гогот, не орет Рунин, и не причитает над своим прудом Яша, расстраиваясь из-за какой-то мелочи. Только карлики-повара все еще здесь — тут они как бы живут вне времени, да и идти им не куда, вот и не покидают эти стены никогда.

— Ничего — пробормотал Рус, обращаясь к крепости — скоро все изменится, и ты станешь Обителью Богов, оживленной и блистающей. Я тоже устал ныкаться, и ждать у моря погоды…. Настала пора взять свое…. Ну или присвоить чужое. — Несколько поражаясь такой своей мысли, заметил он.

Гиль-Эстэль будто уловила это обращение, казалось, полыхнула в ответ радостным сиянием, а он, усмехнувшись, направился в донжон, и ударил в Набат Созыва. Затем сразу же, никуда не заходя, отправился вниз, в подземелье, и шел, на ходу размышляя как заставить эту громаду, стать тем, чем она быть не должна, и чтобы, выполняя задуманное им, она не развалилась на части. Листать какие-то книги, разворачивать свитки, фолианты, или изучать манускрипты, не было надобности — почти все он держал в голове, самом надежном хранилище знаний, к тому же многие из них он не доверил бы никому. Особенно те, которыми поделились Мэйзан, Просвещающий и черный Куб Истины.

Главное в таких делах это решительность, и четко оформленные мысли, без тени сомнений, а сделать нужно много, и с самой крепостью, и с ее окружением, и значит, таких мыслей-идей будет не мало. Пусть патрульные собираются, а он пока поработает, что называется в поте лица…

Поскольку такая магическая работа, не терпит и малейшей неточности, то трудиться Априусу пришлось долго, без перерывов на еду, сон, или отдых, лишь к концу второго дня по местному времени, он со слегка кружащейся головой, и кругами под глазами выбрался во двор. Где уже прямо над крепостью, а не по бокам от нее, висели Парящие Острова, по сути, малый архипелаг висячих по кругу островков.

А с заднего двора доносилось ржание крылатых единорогов, видимо там уже появились всадники из не полной крылатой дюжины, во главе с Менгафаром, именно их первых достиг звук набата. Из Пятимирья же добираться несравнимо дальше, а значит дольше, плюс у каждого из отправленных туда Стражей, есть неотложные дела, так что хочешь, не хочешь, а подождать придется.

— Какие будут указания? — Подбегая к предводителю, поинтересовался старый воин.

— Ждите, я скоро — в ответ, кивая Менгафару, приказал Рус — поешьте пока, а то наши поварята, готовят как раньше, а кормить некого, вот Свора, и жиреет почем зря. Так что трапезничайте, и встречайте наших, они скоро начнут появляться. На всякий случай продублируйте мой призыв, пусть прибудут все без исключения.

— А выпить то можно, или лучше без хмеля в голове ждать? — Хитро улыбаясь, вопросил былой тысячник — А то ребятки мои уже и забыли как это.

— Да пейте, себе сколько влезет. Небось, на вольных просторах не очень то «бочкарей» встретишь?

— Это да — ухмыльнулся тот, разглаживая, длинные усы — там и воды не найдешь, не то что, чего хмельного.

— Ладно, бывайте, я туда и назад — не объясняя, куда направляется, сказал Априус, и быстро пошел к донжону.

А в главной башне, сразу устремился в холл, к звездным дверям, ведущим в разные места, толкнул одну из них, и, пройдя пространственным коридором, оказался у Корчмы. Но сейчас ему нужна была не она, а перепутье звездных дорог, которое и было упрятано здесь же. Найти нужный путь было не так сложно, и, открыв его Априус шагнул в воспоминания…

…Планетоид, затерянный в глубинных областях Сферы, мир огненных гейзеров, тектонических разломов, застывшей лавы, дыма, пепла и всевозможного горения. Наверное, именно таким святоши представляют себе первый круг ада, но одинокий странник, знал, куда прибыл — именно сюда он и стремился. Когда-то давно, здесь обустроил свое последнее пристанище его прадед, и именно тут он сам провел долгое время, пребывая призраком на границе разных планов Бытия, лишь при помощи чар, оставаясь духом, которые застыл в начале своего распада.

Именно здесь находясь в пещерах Забвения, так нескончаемо долго пролежали его друзья и будущие жены, тогда еще злые фурии, явившиеся за ним на поле боя, чтобы утянуть в залы Павших.

— Времени то, сколько прошло… — вслух проговорил Априус — а тут почти ничего не изменилось…. Умел же ты дедуля, выбирать места… Мне даже кажется, что все, что здесь случилось, было вовсе и не со мной, сколько воды утекло с тех пор не сосчитать…. Не измерит уже ни какими временными мерами ту пропасть из веков, что отделяет меня от той, все изменившей, точки.

Но она тем не мене остается отправной, и он в нее вернулся, чтобы хоть и много после, но доделать начатое, продолжить прерванный путь. И… стать достойным потомком своего прадеда, которого хоть и не успел толком узнать, но запомнил как самую величайшую, пусть для многих и одиозную личность. Ведь тот был ни кем иным — как воплощением противоречий, сомнений, колебаний, и неуверенности самого Творца. Именно тех качеств, которые, если верит святым отцам в рясах, насылает на человека, Диавол, смущая их души.

Немного подумав, Априус, перетек в другое существо, облик которого позволял, и спускаться в жерла вулканов и погружаться в мировые недра. Отыскать комплекс находящихся глубоко под поверхностью пещер, было несложно, память сама вывела его, к нужному месту. Далее требовалось распечатать вход, и пробраться вниз, в схрон, который являлся единственным наследием Эльдариусийца.

Он не таясь, спустился по лабиринту многочисленных переходов, осмотрел каменные своды, чуть подсвеченные багровым светом, и позвал, слегка дрогнувшим, от волнения голосом:

— Лакрис!!! Медея!!! Это я.

Бесшумные тени промелькнули в коридорах, быстрые смазанные движения, выскользнувших из пещер, местных обитателей, показали, что его услышали. Рядом раздался шелест, тяжелых крыльев, и перед внезапно объявившимся хозяином, предстали многочисленные обитатели подземелий.

— Мы уже думали, ты давно забыл о нас — прогудел, выдвигаясь из темного угла, массивный человекоподобный гигант. — Рад приветствовать! — И он склонил голову в поклоне.

— Мы действительно рады — становясь рядом с мужем, и отвешивая легкий поклон, пропела грациозная женщина горгулья — скучно без заданий. Прямо смертная мука, чуть навеки не закаменели.

— Я хотел, чтобы вы жили сами по себе, без понуканий и указки, но забыл, что вы не свободны в желаниях. Теперь настало время выйти не просто на поверхность, а стать достойными членами общества, которое я начинаю строить. Но выбор я вам предложить обязан, всем вам — он обвел взглядом многочисленное потомство пары, которая служила его прадеду.

— Мы примем любое твое решение Повелитель….

— Нет — прервал он — перед вами будет три выбора, и каждый вы вольны определять для себя, сам. Первый — это уйти со мной и жить в Звездной Крепости. Второй — жить в подвластных мне мирах. И третий, если захотите остаться здесь, и странствовать в ближних пределах, то, пожалуйста, но знайте что Совокупность Миров под угрозой. С ответом — не тороплю, думайте, пока я просмотрю местные «кладовые» и свиткохранилише…

Больше ни говоря, ни слова, Априус двинулся к огромному залу, не имевшему ни стен, ни свода, и заполненного молочным туманом, который мог отображать все что угодно. План предусматривал забрать отсюда не только горгулий, но и вынести все, что возможно будет на них же, погрузить. К сожалению таких вещей и предметов было не так много, свои сокровенные знания прадед хранил в голове, и в этой странной субстанции, напоминающей туман.

Чародей коротко шепнул повелевающее слово, туман тут же отозвался — засверкал мельчайшей золотой пылью, которая стала складываться в замысловатые иероглифы. Личные письмена Агатона, прочесть которые мог только он сам, но успел обучить и своего наследника. Тексты, узоры, схемы, различных заклятий, словно стальные иглы стали, впиваться в мозг Априуса, и он четко понимал, что эти чары он не забудет никогда, при любых встрясках помрачениях, или даже потере памяти.

Это место все еще было переполнено первозданной Силой, и потому его так жалко было расточать, но иного выхода он не видел, не бросать, же такой кладезь на произвол судьбы. Потому он вливал ее, в себя, в горгулий, в кристаллы и самоцветы, которых тут хватало, а так же прямо из грубоматериальных энергий уплотняя их до возможного предела, в огненных недрах этого мира создавал клинки. Так родилось три меча. Три Великих Меча. «Малиновый Коготь» — олицетворяющий Землю. «Ледяное Жало» — воплощение Воды. И «Песнь Пламени» — клинок Огня.

— Мы все решили уйти с тобой Повелитель — опускаясь позади Априуса, проговорил Лакрис — мы достаточно насиделись в подземелье, очень хочется увидать внешний мир, хотя бы по ночам.

— Я почему-то в этом и не сомневался — не отрывая взгляда от клубящегося тумана, ответил Рус — разыщите что-то вроде поясных сумок, и ремней, соорудим для вас походную амуницию. А то ведь на вас ни заплечные мешки ни тем более баулы не водрузишь — крылья должны быть свободны, так что поторопитесь, времени немного.

— Мы быстро…

Лакрис ушел, а Априус, с тяжелым вздохом принялся плести заклятье, которое должно было обрушить своды всех здешних пещер, а потом огонь из недр, завершит дело если и не за часы, то за месяцы уж точно. Следов остаться не должно. Когда все было готово, он отправился в библиотеку, где попытался отобрать самые важные фолианты и манускрипты, которые Агатон, сюда натягал, но пересмотреть хотя бы половину из них, не представлялось возможным, тогда, закрыв глаза, и расслабившись, Рус, начал набивать сумку, теми к которым «потянуло».

Не прошло и часа как племя горгулий, было готово покинуть свое жилище навсегда, по возможности, нагруженные мужские и женские особи, стали выбираться на поверхность. Априус вылетел последним, и когда все они закружились в багровом небе, привел Заклятие в действие, и уже не оглядываясь, рванулся прочь из мира, а растянувшиеся вереницей, горгульи полетели за ним.

Сзади раздался тяжелый вздох, громадная часть поверхности, просела, вверх рванулась туча дыма, пыли, огня, но этого уже никто не видел, потому что не хотели смотреть, на гибель, отчего дома. Началось Междумирье, сквозь которое, пришлось бы лететь довольно долго, но Априус, знал, как сократить путь, и они понеслись сквозь струящиеся магические потоки, подобно выпушенным стрелам. Когда-то он шел тут узкими тропами, ведя только пробужденных близняшек, эльфов, Вельду, и гнома, в Андоринос, но сегодня мог позволить не только себе, а всему отряду передвигаться иначе. Потому, уже спустя полдня, вместе с племенем горгулий, достиг Звездной Цитадели, куда, как раз закончили прибывать вызванные им подручные.

Рус сделал круг, над крепостью, удостоверился в прибытии «Версара» а значит и всех, тех, кто не мог добраться сюда без него, и спикировал на землю, опустившись прямо перед всадниками «летучей» дюжины, несколько перепугав, своим появлением, перетек в человека, и проговорил с усмешкой:

— Че оторопели? Прошу любить и жаловать — ваши новые товарищи из племени Горгулий. Хотя некоторые из вас, их знают. Кулуриэнь, Вилисиль, и ты, Вельда представьте всех друг другу. Обнимашки будут потом…. Сейчас дела. Так что в курс дела введу потом. И да, Медея расскажешь им, что требуется, пусть помогут разместиться.

Все кто был во дворе, не смотря на свою удивительную жизнь, в изумлении разинув рты, уставились, на свалившихся с «неба» крылатых существ, а Рус, коротко продолжал отдавать распоряжения:

— Объяви всем, построение через час! Нет через два…. — На ходу бросил он, Менгафару. — Всем это значит, тем, кто проходил Посвящение на этом самом месте.

И прошествовав далее, не обращая внимания на приветствие подручных, приказал конунгу:

— Теперь ты Атарк — как раззнакомитесь, возьми всех участников последнего похода, и отправляйтесь в нижние заклинательные покои. Да, и пусть кто-нибудь подготовит загоны для Своры, думаю те, в которых жили церберы, не годятся, так что укрепите магией. Временно пересадим котопсов.

— А мы??? — Вопросили любимые зверушки, появляясь рядом.

— А вы быстро за мной! — Отозвался он, и, не останавливаясь, направился в донжон, в подземельях которого, надлежало родиться небывалому, прежде Заклинанию. Но его успешное действие, зависело от множества, неподконтрольных ему, Априусу, факторов, и это очень тревожило.

Прытко сбежав по ступеням, он быстро вошел в Зал, в котором стояла кристальная Колонна, положил в угол походную сумку, и завернутые в шкуру, только созданные мечи, и сразу бросился к гигантскому алмазу. Спустившиеся следом куатар, ящер, и попугай, последовали за ним, как привязанные.

— Может пора уже рассказать, что ты задумал? — Чуть обиженно спросил Куру — а то одни тайны в последнее время…

— Какие тайны — думал обыграть, всех кого можно да не успеваю…. Мы успели убедиться в этом. Поэтому я начал создавать настоящую Звездную Империю, которая сможет вместить в себя всю знакомую нам существующую жизнь, и противостоять любым неприятелям, будь то хоть сама Божественная Троица…. Хоть их оппоненты. И сейчас я собираю разбросанные по мирам части, в единый кулак.

— Понятно, а как же Сектор?

— А никак, все, что надо мы уже давно сделали — ему ничто не грозит. Будем прощаться, для того я всех и собрал. А сейчас мне понадобятся все наши Силы, пока можем отсюда потянуть — потянем. Я уже начал тут кое-что, но до завершения еще два этапа, первый — это мы вернем себе прежнюю суть, что тут упрятана. Так что пока наши сходятся, вы поможете мне вот с этим Заклинанием…

— Ничего себе ты тут намудрил! — Вглядываясь в высвеченные составляющие, прокомментировал Рунин. — Да такое даже в Асгарде себе не позволяли…. Но кажется, мне именно я тут и могу помочь.

— Вот и займись этой частью, где левитирующие свойства показаны…

— Хорошо.

— Ну все — начали.

Далее они переговаривались уже не словами, а мыслеобразами, предлагая те, или иные варианты, сплетаемого узора, друг другу. А когда в зале, стали появляться, участники последнего похода, все уже было доведено, до максимального уровня.

— Все здесь? — Обводя взглядом своих воинов — подытожил Априус — Атарк, Хорсак, Рудольф, Старк, Фарсад, Ротарь, Лазик. Харей, Клык Коготь, Картус, Богар, Киан, Тано, Охтар, Серентин. Мой отряд. Что ж станьте как в тот раз, и начинаем, обратное превращение, пока вам не начало нравиться.

Колона, ярко полыхнула при первых же словах Заклинания, вокруг нее вспух огромный шар, состоящий из скрученных и перевитых энергопотоков. Он оплели своими нитями, всех без исключения, присутствующих существ, и зал потонул в ярких красках, а когда все кончилось, вокруг «Кристалла» стояли чистенькие, и немного потрясенные прежние воины Априуса, эльфы, зверокоманда, и Серентин.

— Ну что — прошу наверх, начинаем второй этап. — Слегка охрипшим голосом проговорил Рус — промочим горло, и продолжим… Прикажите всем строиться, я скоро поднимусь.

Дождавшись пока идущий самым последним Элур не исчез в проеме, а с ним останутся только друзья-зверушки. Априус, устало рухнул прямо на каменные плиты пола, спиной прислонившись к алмазному столбу.

— Че то я перетрудился — с трудом выдавил он — вымотался совсем…. Без вас не справлюсь.

— Ясно, что перетрудился — негромко проговорил попугай — Переместить Андоринос и Черный Лес, это ж одуреть можно, думаю такое и Богам не под силу, как ты умудрился то?

— Сам не знаю…. по наитию действовал…. все складывалось как нельзя лучше.

— Ну так вот, тебе и последствия — буркнул куатар — Яша, а ну тащи сюда бочонок «Гранатовой Грозди» будем отпаивать. Надо быстро поставить его на ноги, такие чары нельзя прерывать ни в коем случае — сегодня должны закончить.

— Эй, желтопузик беги быстрее — а я ему пока рунескриптом помогу — уже вслед умчавшемуся Яше крикнул Рунин, принимаясь как встарь, водить когтистой лапой по своему другу-хозяину.

Куатар, же просто делился своей силой, помогая Априусу, восстановиться, и когда ящер вернулся с бочонком вина, тот уже чувствовал себя намного лучше. «Гранатовая Гроздь» обладала удивительными чудодейственными свойствами, хорошо бодрила, и могла ставить на ноги, даже тяжело раненных бойцов, а в данном случае, помогла ускорить, приведение чародея, в норму. Хотя пить ему и пришлось прямо из бочонка. Но спустя полчаса, они уже выбирались из подвалов, с виду, как всегда беззаботные и крепкие, хотя внутренне, все было не совсем так.

Когда же Априус поднялся наверх, Гиль-Эстэль — в переводе с Эльфийского «Звезда Надежды», Крепость, затерянная среди необъятных просторов Междумирия, как никогда раньше, лучилась чистым и радостным светом, видимо во время его слабости, произошла какая-то отстройка. Он вышел из донжона, и чуть пройдя, остановившись, осмотрел выстроившихся перед ним как на смотре, воинов. Все давно уже ветераны бесчисленных сражений, битв, и схваток. Первыми стоят братья — Киан и Тано, затем Хитар, встреченные им еще в Даарийском Лусиаре, который они отстояли и спасли совместными усилиями. Тут и их собратья на время потерянные, но вновь обретенные не так давно — Сябр Тихомир, Угрим, Услав, Хранир, Цветан, Апаш, и Чадобор, Мартын и Казар, теперь это воины из конного крылатого отряда.

Дальше стоят хирдманы — люди из следующего его Руса, жизненного этапа — остаток экипажа «Властелина Морей», былые дикие воины из суровых северных краев Мидгарда, вместе с которыми пришлось уничтожать бомбардира Хаоса… Атарк, Хорсак, Рудольф, Старк, Фарсад, почти такие же, как и тогда на заре времен, бравые парни, только чуть заматеревшие. Рядом с ними их боевые побратимы, Лазик и Ротарь, выведенные из одного очень странного мира, еще в те времена лишенного магии, того самого мира, который подарил им «Версар» на котором и довелось первому его экипажу, нести долгую вахту, начавшуюся сразу после Битвы с Богами-Самозванцами…

Да здесь почти все из того времени, те, кого напитала Тьма, защищая от губительных заклятий и магического оружия ратей Богов. Вот тысячники Харей и Менгафар, командующие последними конными отрядами в Дагорлад, личный телохранитель Априуса — Богар, командир драконьего полка Картус, которому обязаны спасением многие уцелевшие в той мясорубке воины. Вожди из клана барсов — Клык и Коготь, до последнего мгновения, прикрывающие своего кагана в той же Дагорлад.

И остаток легионеров из пятого легиона, где трибунствовал Хитар, самые стойкие, и…. Наверное, безумные, потому что даже когда их сбросили в пропасть, они, падая все еще метали пилумы, и пускали стрелы, в застывших на краю обрыва врагов. Все они погибли бы непременно, не смотря даже на его Априуса, последние чары, но их наказали чародеи обманутых сил Света — обрекли на вечную жизнь в поисках своего сгинувшего предводителя. Вот они, стоят в своих темно-синих доспехах, ну прям как стойкие оловянные солдатики — Кронк, Берлиар, Рагний, Виргиний, Валид Тагар, Идаризий и Избор, Ольстин. Ядрей, Жердей, Изеч. Перегуд и Ольбег, младшие офицеры и солдаты, все здесь, кроме тех, кого уже не вернуть, кого потеряли за все эпохи своей неусыпной Стражи. В самом конце строя — Охтар, единственный уцелевший гном, хотя он такой единственный и был изначально, ведь поднят то от вечного сна, еще в пещерах Агатона. Все патрульные здесь, отсутствуют только истинные перворожденные действительно появившиеся в своем мире, когда еще не было солнца и луны, да Саяр, который опекает, будем надеяться, свою будущую жену.

Казалось сразу и не запомнишь всех, но это было тогда, теперь Априус знал каждого из стоящих перед ним воинов, преотлично. Ведал, о чем мечтают и в чем нуждаются. Все они шли за ним все эти тысячелетия, служа верно и преданно, по сути, не своим, а его идеалам. Когда он стал Звездным Хранителем — они стали его патрульными стражами, оберегающими подопечные миры, и сегодня настало время, освобождения от клятв — долг исполнен. Здесь на этом островке, где выращена их Крепость, все они прошли Посвящение, Инициацию, по-сути принесли присягу, здесь же и снимут с себя все обязательства.

— Простите за срочность, и отрыв от дел, в которые сам же вас и засунул. — Чуть заторможено проговорил Рус — Но это все части одного плана. Рассредоточьтесь вокруг озера, станьте, так как тогда, когда Сектор выбирал себе патрули…. Ты же Серентин, и вы ребята — повернулся он к эльфам — пока почествуйте наших поваров, им есть чем похвастать.

Серентин, не удивившись, кивнул эльфам, и они потянулись к донжону, а воины поспешили обогнуть озеро, и составить круг. К ним присоединились сестры близняшки, Вельда, и зверокоманда. В самом озере стоял «Версар» и Априус взобравшись, на борт, обвел каждого внимательным взглядом — теперь они больше не его патрули, дальнейший выбор за ними. Он призвал свой меч, поднял его над собой, и проговорил:

— Теперь благодарите Сектор, за Силу, даденную вам, за кров, пищу и воду, вспоминайте каждый посещенный уголок. Прекрасные годы, проведенные в его мирах. Представьте его звездную карту, увидьте мерцание звезд, сияние солнц, зеркало лун. Отчитывайтесь за проделанную работу, ваш долг исполнен.

Сам он тоже, закрыл глаза, постарался вспомнить весь пройденный путь, все проделанную работу, начиная от Посвящения, и до Освобождения, а затем запел, на неизвестном ни кому языке. Это был язык Хранителей Сущего, неведомый ни кому кроме двенадцати существ, периодически собирающихся в Звездном Храме. В воздухе же, острием призванного «Ракара» начал рисовать необычные символы, и иероглифы, которые светились и не гасли, наоборот все больше разгорались, наполняясь Силой.

Фигуры его ставленников, начали медленно раскачиваться, они явно пребывали в состоянии транса, затем вовсе закружились в неведомом, танце, вращаясь все быстрей и быстрей. И вот, как и тогда, все они, оторвались от каменных плит, все так же кружась, взмыли вверх, и зависли, этакими вращающимися, волчками.

А потом как-то внезапно, словно обессилев, рухнули вниз — связи с мирами, больше не было, настройка на них, исчезла. Воины обескуражено уставились на Априуса, а он проговорил, уже почти буднично:

— А сейчас нанесем прощальный визит в одно прекрасное заведение. Идем все вместе через дверь.

И вместе со своей зверокомандой, близняшками и Серентином, двинулся к донжону.

— Сходим, промочим горло, чудными напитками — пояснил он Серентину — но не здесь. Идем, покажу тебе одно замечательное местечко. Оно такое одно. Все за мной — обернулся он к веренице все еще огорошенным переменами воинам.

— Это в Андориносе, о котором, я так много наслышан? — Тем временем поинтересовался Серентин, следуя за хозяином. — По пути сюда, мне о его заведениях много чего нарассказывали…. Мол, там такие пивные, таверны, харчевни, что идешь просто из одной в другую, и везде кухня разная, и девицы тоже разнообразные.

— Нет, там таких напитков не найти, это несколько в другом месте. Но идти нужно все равно через донжон. Так что потопали.

Они прошли в башню, обогнули лестницу, ведущую на верхние этажи, и оказались в полутемном зале, с множеством, совершенно одинаковых дверей, на каждой из которых было изображено звездное небо, с одной яркой звездой в центре, но не одной и той же.

Только здесь, когда отыскал нужную дверь, Априус обратил внимание, что зверушки неотступно следуют следом за ними, и сказал:

— Идите первыми.

Он открыл дверь, пропуская вперед зверокоманду и близняшек, затем приглашающе показал Серентину: — мол, давай за ними. И когда тот ступил за порог, прошел сам, и, отметив, что и все его воины тоже следуют туда же, принялся приводить немного сумбурные мысли в порядок.

Мелькание мириад звезд, ринулось навстречу, короткое головокружение и вот уже ноги ощутили твердь Перепутья миров.

— Где это мы? — Удивленно воскликнул Серентин, обозревая аккуратный еловый бор, совершенно не вяжущийся с остальным запустением, и рыжими глинистыми обрывами вокруг этого места.

— Сейчас увидишь, все откроется само — пояснил Априус — нужно лишь немного пройти.

Они и впрямь немного прошли по довольно утоптанной пыльной тропинке, лес распахнулся, открывая вид на круглое озеро, и уютно устроившуюся за ним Корчму. Здесь все оставалось неизменным, только бор да роща, разрослись, поднялись выше, почти полностью спрятав ее. Но мощеная тропинка вывела бы любого странника прямо к крыльцу, где двери могли открыться и сами собой, приглашая войти, и отдохнуть.

— Вот это упрятали, так упрятали — восхищенно воскликнул Серентин — и много обывателей о ней знают?

— Не то чтобы очень — ответил Априус, огибая озеро по уже мощенной камнями тропке — но пиво всегда свежее, и на любой вкус. А еще что столь редко в других краях, березовый сок, вон с той рощи, что виднеется неподалеку, но он достается, только самым важным гостям.

— А если кто вломится и захочет устроить тут дикий загул?

— Ну во-первых, там, в лесу есть свои сторожа, они не выскочили только потому, что знают наш запах с детства. Милые такие песики, забавные. Трехголовые, правда, потому жрут много. Так что если кто с недобрым намереньем тут появится, они уловят его настрой, и не пропустят. А в самой корчме, тоже не побезобразничаешь, корчмарь такой что, если влупит чем-нибудь что и штаны задымятся, а то и вообще пришибет.

— Ясно, ну ведите тогда скорей, а то у меня аж слюнки побежали, съесть чего-нибудь очень горячего, запивая холодным пивком.

— Да давайте поторопимся, а то нас еще обед ждет, так что предупреждаю — не переедайте.

Априус, прошел дальше вдоль озера, чуть полюбовался лебедями, и направился к входу, уже предвкушая кружку, а то и две, пенного, хмельного напитка. Он первым взбежал на крыльцо, и чуть выждал, когда двери сами собой отворятся, заглянул в полутемный зал, втянул ноздрями легкий аромат хвои, и, пропуская вперед зверокоманду, близняшек и Серентина зашел внутрь.

Зал оказался почти пуст, за столиками сидели только одинокие путники, не сбивавшиеся в компании, и не напрашивающиеся друг к другу в собеседники. Видимо колдуны да волшебники, перестали отправлять на Перепутье, беглых королей, да скрывающихся от узурпаторов, принцесс, да и наемники стали хаживать звездными дорогами все реже.

Обогнав неторопливо ковыляющего Яшу, вместе с куатаром, и попугаем на плече, двинулся к самому дальнему столику, куда уже спешил, почувствовавший его прибытия Патар.

— Здорово!

— И вам не хворать, какими судьбами? Неужели только откушать?

— Не только, но и испить твоих чудо напитков, так сказать, горло промочить. Так что давай свой знаменитый сбитень, сидр, и красное пиво, будет тоже в самый раз. А моему другу высокий стакан холодного березового сока. Сразу!

— А другие напитки, по кружке каждому, или кому по паре?

— Всего по одной, уже и так по три на лицо получается, Рунина я не считаю. Ему я своего отолью — полную ему вредно, вытворяет потом пакости разные. Ну и закуски…. что там у тебя сегодня за «страви дня»?

— Сегодня у нас только, жареный гусь, фаршированный гречкой, шашлык из баранины с печенью, бобы тушеные с грибами, и яблочно-вишневый штрудель. Все надо немного подождать.

— Ну и отлично, нам всего этого, что ты назвал, по чуть-чуть, но сначала питье. Да, и поваров подгони — сейчас все мои подтянутся — надо будет много еды и питья.

— Хорошо, сейчас схожу, отдам распоряжение…

Тем временем, ящер и куатар, устроились на широком топчане, и несколько обиженными глазами посмотрели на пустой стол. Патар все понял, на миг отлучился, а когда вернулся, сообщил:

— Сейчас принесут, а вы пока расскажите, удалось ли побывать на Земле?

— Удалось — проговорил Рус — и не только. Но сначала представлю тебе Серентина, это брат Дрендома, из дальних Областей, тоже стережет покой, пока остальные бездельничают. А это Патар, он не просто корчмарь, а мой давний друг и соратник, в прошлом бог — скромно добавил он — и все такое.

Серентин удивленно поднял бровь, но добродушный с виду Патар, лишь отмахнулся, сказав:

— Ой, кем мы только не успели побывать. Во всем надо находить удовольствие для себя. Тут мне нравится… Особенное место. Это часть моего родной мир — чуть погрустнев, добавил он — на него натравили Карателя. Мы дали бой, и проиграли, наши все пали, защищая свою Даарию, и я тоже.

— Но как….

— А Великий Змей, успел выдернуть меня и друзей с самого порога Смерти, и отправил подымать погрязшую в мракобесии Землю.

— Да, как раз насчет Ки, то бишь Земли, все подтвердилось? — быстро переменив тему, невесело проговорил Априус — теперь это техномир, наука правит бал, а управляют всем хитрецы из тайных обществ, им подконтрольно все и власть, и религия, и технические разработки. Чародейством даже не пахнет, впрочем, как и во всей Солнечной системе, иссякла Сила, ушли в Тень, и наши собратья, и все кого ты знал там, под именами громовержцев, солнечных богов и лунных богинь. Даже смерть как бы сама по себе. Народы, конечно, могут верить во что угодно, даже пытаться пробудить неких божков, но сути это не изменит, истинной магической Мощи, планете уже не обрести никогда. Все что могут шаманы, да знахари, это побеседовать с кем-нибудь из слабых природных духов. А их самих, не больно то и приветствуют, считая пережитками древности.

— Понятно возвращаться мне не куда — чуть грустно протянул Патар — хотя я и здесь как дома, как ни как, а в прямом смысле слова, сидим на куске родины.

— Не прибедняйся, тут сходятся звездные дороги, и их так много, что ни к одному миры во всей Сфере, столько не ведет. Так что и дружбанов завести можно, и красотки, какие хочешь, заглядывают, и эти что Правят, не суются — благодать…

В этот момент в зал, организованно начали входить и рассаживаться, а столами, все былые патрульные стражи, и симпатичные служанки понесли большущий разнос, с деревянными кружками, содержимое которых тут же заинтересовало всех присутствующих.

Априус решил начать с пива, опорожнил большими глотками с половину кружки, и внимательно посмотрел на лицо Серентина, не привыкшего скрывать свои эмоции. А тот как раз, залпом выпив березовый сок, пробовал сбитень, решив начать с напитка, с неизвестным ему названием, в глазах его отразился восторг, а потом и по лицу стало видно, что собрат Дрендома, испытывает неподдельно блаженство.

— Какое интересное сочетание вкусов — вдоволь посмаковав, наконец выдохнул он — давно я не испытывал такого наслаждения от слабых напитков.

— Ну тогда, сейчас попробуешь, еще один из крепких, его принято считать нектаром для морских скитальцев. Патар пусть принесут на пробу.

— Да не вопрос. Но для твоего друга придется, принести только тот, что остался у меня в запасах. Лучшие сорта не так-то легко достать, сахарный тростник, не везде растет, вот и….

— Да не беспокойся, для первого раза, достаточно будет, и того, что есть, всякое говеное пойло, ты вообще не наливаешь — так что скажи пусть несут.

Вскоре все столы были заставлен блюдами, с различной снедью, среди которых виднелся и небольшой графинчик с ромом. Гусь и шашлыки, исчезли в желудках вроде бы и не голодных друзей, и воинов Априуса, довольно быстро, один попугай довольствовался мелкими бобами и отлитым в малюсенькую пиалу, сидром. За едой понятно не забывали и про беседы, не только ведь поесть сюда зашли. Правда, за их столом, говорили в основном Априус с Патаром, лишь раз умолкли, тихо наблюдая за реакцией Серентина, при его нелепой попытке, отхлебнуть ром большим глотком. Видя, что Вилисиль и Кулуриэнь по привычке болтают с Руниным, да бросают по реплике за соседний столик Вельде, Патар наклонился ближе к Априусу и потребовал:

— Ладно, рассказывай, что стряслось то?

— Да ничего серьезного. Пока…. Хотел кое-что провернуть, да не удалось…. А к тебе заскочил, чтобы предупредить о назревающей в мирах, Смуте. Как бы ни случилось нового Передела.

— Ну хорошо хоть не о Войне. Хотя нам тут вроде ничего не грозит… Но чего конкретно ждать, знать бы не мешало.

— Ну вкратце — Атрид, а ты в курсе кем он стал, видимо из ума выжил, творит некромантию не стесняясь…. Стражу Пределов Великой Птицы, перерубил — залпом выпивая пол кружки, поведал другу Априус — Мертвых богов возродить пытаются, уже вывели их фантомы…. а дурной пример, как известно, заразительный. Много кто еще такого может пожелать. Ты же в курсе, где засели в свое время остатки недобитых «Девяткой», старых пантеонов Прежних…. А у них богов Смерти, могущих найти лазейку в… ну сам понимаешь, хватало. И ладно бы Асгардец сам все это устроил, может, и обошлось бы без большой Встряски. Но там Иные замешаны, Проводник Умерших, и еще какие-то скрытые, но очень могущественные колдуны. И это все творится вопреки воле Познавшего, ибо его подручные не таясь, пытались препятствовать выводу асов… Я не знаю, чем все кончится, но дела вершатся небывалые.

— Раскол? — И сам, отпивая пива, предположил Патар — Один вздумал вернуть себе былое Величие, а они против? Или того хуже кто-то намеревается натравить Троих, друг на друга…. И если такое возможно, то их может, и не свергнут, но не один мир сгорит пламенным факелом, а сколько невинных мирян погибнет от неведомых поветрий, один Родан и ведает.

— Думаю, не ведает. Все Ипостаси Творца, оставили Сферу, или уснули навсегда. А насчет настраивания Одина против его же, по сути подопечного — не скажу наверняка, но похоже на то. Но кажется, мне там что-то другое зреет, а когда прорвет, может оказаться большим сюрпризом. Вот только вопрос — для кого? Для Правящих, или для всех нас, живущих в Сфере.

— Думаешь все настолько плохо?

— Ни в чем я не уверен, но перестраховаться необходимо. Так что я тут готовлю уголок потайной, туда всех своих увожу, хватит с меня погибшей Даарии, лучше уж перестрахуюсь…. Так вот я оставлю тропку для тебя, путь будет долог и непрост, но другого нет. Если станет совсем скверно, ты это почувствуешь — уходи немедля. Но до того момента кинь призыв всем бывшим своим собратьям по Кругу, может, кто откликнется.

— Я тебя услышал — склонил кудрявую голову Патар — но ты мне вот что скажи — чего им всем не сидится то? Вечно что-то мудрят, хитрят, а простому люду от этого, то одни, то другие на голову сыплются…. Кстати, еще кушать что-то будете? — Опомнился он — Есть картофельная запеканка с карбонадом, плов, и юшка из осетра….

— Запеканку, еще пива, на этот раз «багряного» и овощей пусть нарежут свежих — на всех — обвел Априус своих подручных. — Больше ничего не надо.

— Сейчас все будет — подзывая служанку, сказал корчмарь — а ты пока расскажи, как там наш Мудрейший из Мудрых поживает, не его ли это игра?

— Без него подобные вещи редко обходятся, но вот кто он игрок, или сторонний наблюдатель, имеющий право вмешаться в последний момент, тут, ни когда не угадаешь. Меня не он беспокоит, а названные братья, у которых под носом, уже который век, черте что творится, а они…. Да что тут говорить, я им конечно не судья, но бездействием, пусть и вынужденным, они только все усугубляют. Хотя как по мне лучше бы они все, кто жаждет Высоких Тронов, вцепились в глотки друг друга, и перегрызли их, и мы бы жили только по собственному выбору.

— Может Один, как раз хочет то же самое….

— У него никогда не было власти над всеми мирами. И чтобы вернуть все как было, надо воскрешать всех его современников, всех так называемых Всеотцов, а такое, уж точно не случится.

— Знаешь друже, я из миролюбивой расы, но иногда, прямо руки чешутся взять меч-кладенец, собрать достойную дружину, да укоротить всех этих не из чрева, матери появившихся…

— Мечом тут не обойдешься, но мыслишь в нужном направлении, может еще и придется вставать всем нам…. Так, что собирай артефакты, они в любом случае пригодятся.

— Тут ты прав — ходят слухи, из миров уходит магия, так, что теперь в ходу будут волшебные вещи. О, а вот и пожевать несут.

Априус подождал, пока блюда выставят на стол, и когда служанка удалилась, спросил:

— У тебя много выходов на другие миры? А то я Андоринос перенес, куда подальше. Так что теперь с закупкой возникнут некоторые проблемы…

— Вот это новость, ты хоть бы предупредил, я бы затарился под завязку.

— Не было времени, так что извини, но теперь придется доставлять припасы из других мест.

— Ладно — справимся, тем более что народа все меньше и меньше захаживает…. Давай лопай, остывает.

Патар, ради вежливости и сам взял себе порцию вкусно пахнущей запеканки и большую чару сбитня. Вместе они довольно быстро прикончили блюдо, и довольно откинулись на спинки лавок.

— Все никак не могу привыкнуть — пожаловался Патар — вроде и могу не есть, но жру как на пиру…

— У меня то же самое — могу, есть, а могу не есть — усмехнулся Априус — хотя были времена, когда я в еде и питье просто нуждался. Ну когда обессиленный и лишившийся способностей попал к вам в Даарию.

— Ну тогда, я тоже нуждался в пище…. Эх, как давно это было. Уже кажется, что и не с нами вовсе.

— Все проходит, все меняется. Кто хватается за старое — проигрывает. Потому развиваться необходимо.

— До какого предела?

— Для начала стать непревзойденным мастером в каком-либо деле, потом стремясь к совершенству всячески развивать себя, ну а уже после пытаться достигнуть уровня творящей манады…

— Это как?

— Выработать в себе умение оперирования с мельчайшими частицами материи. Ведь все состоит из нее.

— Но это невозможно, она повиновалась только Создателю.

— Только научившийся оперировать тканью Мироздания, достоин, носить звания Дите Творца. Думаю в этом и задумка. Только достигнув этого уровня, откроешь новые горизонты. Но это путь для Великих. Смертные же народы должны для начала просто совершенствоваться, и научится продлевать себе жизнь.

— Это очень долгая дорога, длиною в вечность.

— Так никто и не говорит, что должно быть быстро и легко. Пока лишь у всех у нас — провал, за провалом.

— Это больше философский вопрос, чем жизненный.

— Вот потому и надо создать необходимые условия, а во Вселенной, они изначально нарушены….. — Тут Априус на мгновение замер, словно определяя, пройденное время, и сказал с грустью: — Ладно, пойду я, надо закончит кое-какие дела побыстрее, может еще заскочу, но если нет, то вот — он дотронулся до виска Патара, и у того в голове, появился четко проведенные маршрут пути, к Скрытым пределам. Все дружище, бывай.

— Смотри не забудь меня позвать, если соберешься, всерьез мечом помахать.

Хорошо — уже выходя из-за стола, откликнулся Рус — но и ты помни о моем предупреждении — пожал товарищу руку, и направился к выходу.

За ним повставав из-за столов, направились к выходу и его воины. Покинув Корчму, Рус, оглядел ее окрестности, покачал головой, тайна кто именно вот таким образом, использовал обломок Даарии, сделав его Перекрестком Миров, осталась не разгаданной, и двинулся к точке, где сходились воедино, межзвездные тропы. Постоял там некоторое время, дожидаясь, свой отряд, заодно находя тропу, ведущую в нужном направлении, и пропев замысловатую фразу, отпер Путь.

— А едва все они очутились в Крепости, вдруг заявил тоном, не терпящим возражений.

— А сейчас все грузитесь на «Версар». Все без исключения. И поваров заберите, и церберов. И незамедлительно.

— Но может, ты объяснишь — не выдержала Кулури — что, в конце концов, происходит?

— Происходит, то, что происходит — ответил Рус, медленно закипая. — А ну бегом на корабль!!!

Воины бросились исполнять приказание, девушки тоже поспешили, потому что в глазах их мужа, сверкнул нешуточный гнев — исчезал Эсгалдирн — возвращался старый Априус. Видимо когда-то Заклинание отобрало у него некую часть, и теперь она вернулась, и коктейль, который был намешан, в нем за все минувшие тысячелетия, мог оказаться взрывоопасным.

Поднялась зверокоманда, пришел Серентин, с эльфами из личного отряда Априуса, прибежали карлики-повара, забрались хирдманы, и дюжина Менгафара, постепенно корабль заполнился. Былые жители Звездной Цитадели один за другим восходили на борт, и Априус удовлетворенно улыбнувшись, чуть шевельнул пальцами, и корабль чуть потяжелел — его трюм разгрузили на Акироте, и теперь они был практически пуст, потому часть арсенала крепости, незаметно для остальных перекочевала туда.

Затем настало время еще для одного действа.

— Харей, Тано, Киан, преклоните колено! — Велел Рус, призывая к себе сверток, так и лежащий в углу нижнего заклинательного зала.

Воины рухнули, перед ним, даже не поколебавшись и мгновения, и склонили головы.

— Итак, Харей, намереваешься ли ты и дальше служить мне, или желаешь быть освобожден?

— Желаю служить дальше. Моя присяга Императору, действительна до сих пор…

— Тогда вручаю тебе этот клинок по имени «Ледяное Жало» он олицетворяет водную стихию, тебе подойдет. Прими же его.

И он протянул, коленопреклоненному воину, свой дар.

Харей осторожно поднес руки, и бережно взял меч, из голубоватой стали, которые сразу отозвался, слегка оранжевым сиянием.

— Благодарю мой император, я не подведу.

— Хорошо. А теперь ты Тано, скажи — не желаешь ли свободы? Твоя служба началась уж слишком давно.

— Я достаточно сидел в Калабе, никем не понукаемый, чтобы проситься на вольные хлеба…. Так что прости, но еще понадоедаю тебе.

— Ха, Ну тогда прими этот меч — имя ему «Малиновый Коготь» и это земляной клинок, с ним тебе легче будет поладить с природниками…. Вот держи.

— Благодарю повелитель.

— Ну а ты Киан? — Повернулся он к другому преклоненному Лусиарцу.

— Сразу скажу — готов служить и дальше.

— Тогда прими «Песнь Пламени» она вышла чуть похожей на саблю, но, тем не менее, это отличный огненный клинок.

— Благодарю. Рад служить.

— Ну и отлично, теперь займите свои места, и в путь. Ждите меня на Акироте. Серентин будь так любезен, прими у себя тех, кто еще пока не определился с местом обитания. Хотя Хорсак, ты тоже можешь принять гостей…. Теперь у тебя есть где. Но в целом ваши цели обозначены — взять под контроль каждый новонаселенный уголок, продолжать ковать легионы, и задействовать в армиях переселенцев.

— А ты, повелитель? — Не выдержав, перебил Богар.

— А я, должен закончить начатое. — Ответил Априус, чувствую всенарастающую дрожь. Со мной оставаться опасно, Поэтому вперед! Увидимся уже в Пятимирье.

Он соскочил с корабля, и дал знак Старку, тот молча, выполнил приказ и налег на стир, поднимая корабль, над крепостью, и сделав небольшой круг, повел «Версар» давно проложенным курсом.

— Ну а мы с вами мы еще немного поколдуем — обращаясь к застывшим как изваяния горгульям. — Вернее я…. И если что-то пойдет не так, немедленно улетайте. Постой, совсем забыл надо еще овец перенести сюда, пока не начали….

— Как скажешь Повелитель — склонил голову Лакрис.

— А скажу я, еще вот что — как с овцами закончите, стерегите песиков и лошадок, чтобы не разбежались. Не хватало мне еще тут кровавого пиршества.

Он некоторое время, наблюдал за носящимися туда-сюда горгульям, затем прошел к донжону, ибо именно главная башня, являлась центром крепости, и воспарил на ее крышу. Там снова призвал «Ракар» и, соединяя воедино свою собственную мощь, силу меча, кристалла находящегося в нижних покоях, а так же свободно текущую здесь магию, стал вливать все это в заготовленные чары. Вскоре с острия клинка вверх ударили ветвистые молнии, крепостные стены сделались малинового оттенка, дрожь стала совсем ощутимой, амплитуда колебаний начала возрастать, Гиль-Эстэль вздрогнула всей своей громадной массой, затем тяжело, с огромной неохотой начала выдирать себя из ткани Межреальности.

Гул разносился по окрестностям, но тут же гас, не успевая распространяться слишком далеко. Из каменистой почвы, показалась подошва Звездной Цитадели, она сползла немного в сторону, и наконец монотонно гудя, стал подниматься вверх, презирая все ведомые законы.

— Вот так-то лучше — пробормотал Априус, и уже громко приказал: — А теперь полетели!!! — И указал мечом направление, куда следовало устремиться крепости.

И она, повинуясь его желанию, сначала медленно, а потом, все быстрей, и быстрей, понеслась к далеким Рубежам, миля за милей, отмеряя громадное расстояние, отделяющее Хранимый Сектор, от Сокрытого Предела.

Априус ощутил странную горечь — он словно стирал огромную часть своей жизни, ведь больше в Большом Мире, не осталось ничего, чтобы могло напоминать о нем, ну разве что кроме Корчмы, которую не так-то просто разыскать….

— Ничего, мы еще о себе напомним — посулил он Большому Миру — точнее заявим. Но позже. — И уже с большей скоростью, повел свою Звездную Цитадель через просторы Межреальности.

«Версар» шел где-то далеко впереди, его возможности перемещения в подпространстве Сферы, были намного выше, и догнать его было нереально. Да Априус, и не пытался. Крепость по сравнению, c чудо-челном летела, медленно, все так же монотонно гудя и едва заметно содрогаясь. Над ней, как привязанные держались парящие островки, сейчас пустые, и тоже заметно сопротивляющиеся, вынужденному полету. У башен, и во дворе, было совсем пусто, только в задней его части горгульи успокаивали посаженную в загоны, волнующуюся Свору, да ржали оставленные всадниками Менгафара крылатые единороги. И если бы не необходимость его здесь присутствия, Априус отправился бы посмотреть, как там идут дела у Асгардского Владыки, который за последние месяцы нарушил множество запретов, опроверг ряд незыблемых истин, и поколебал уверенность в себе, многих, чтущих себя неприкосновенными Высших Сил. И теперь предсказать, как эти нарушения скажутся на Совокупности Миров, похоже не мог никто, даже Просвещающий, хотя насчет него, ничего наверняка сказать было нельзя. Потому Рус, не преминул бы разузнать обстановку, но разорваться, не мог, и недовольный этим, просто сидел себе на крыше донжона. И глядя на проплывающие мимо странные пейзажи, думал — сколько армий может понадобиться, для противостояния всем, имеющим желание ввергнуть Сферу в Хаос, в прямом и переносном смысле.

Долг Смотрителю он вроде отплатил, данные перед ним обязательства выполнил, и теперь надеялся, что может себе позволить некоторую вольность, а может даже и не некоторую. Только теперь после ряда всех этих событий. Рус, впервые задумался о возможности возращения утраченной Божественности. Да он сам добровольно пожертвовал ее «штопая» ткань Мироздания, но право вернуть, все-таки не утратил. И пока ее у него нет, нечего даже и думать о покорении Трех Источников, или использовании той, запредельной субстанции, которое они назвали Пратьмой, первым прототипом вещества, остаточным или первичным состоянием, преобразованного Хаоса. Чтобы по-настоящему повелевать всем этим, нужна истинная Божественность, а вот ее как раз и нет.

— Что ж, все по порядку — со вздохом пробормотал чародей — побуду пока божком-императором, Скрытого Предела, который и использую как первый плацдарм. В любом случае Империи нужно время чтобы разрастись и набрать Силу. Главные части своего плана он, уже выполнил, оставались мелочи, типа расселения Своры, закрытия проходов в Барьере, и переведения Гиль-Эстэль из разряда крепости, в Обитель Богов местного значения.

А пока она, пронзая плотные толщи междумирия, проходит мимо миров, которые не то, что безжизненны, нет, просто населены простейшими формами, которые уже дальше не разовьются это их последняя стадия. Здесь живут своеобразные пламенные духи, эфирные слизняки, кольчатые черви, и прочая мелочь. Под подошвой крепости, проплывают огненные миры, где кроме долгих процессов горения, ничего не происходит, иногда попадаются те, что оказались здесь после «перетасовки» слоев Реальности, Узурпаторами — это планетоиды которые населены гигантскими муравьями, огромными богомолами, и шершнями размером с локоть. Все это следствие попыток представителей Старшего Потока, повторить творения Создателя. Априусу становится немного горько — да сильны были его предшественники, раз решались на такое, и у них что-то да получалось, теперь таких нет…

Так вот, без особых приключений и всяческих неожиданностей Априус довел свою крепость до границ отгороженного сектора. Пределов, которые по-прежнему, несмотря на сменившиеся эпохи, охранялись полчищами самых невероятнейших созданий, которые и не знали уже, как тут появились. На крепость они нападать не рискнули, но в плотное кольцо ее взяли, видимо сработали какие-то инстинкты, а может и любопытство присущее тупоголовым тварям. Априус лишь усмехнулся, не стал создавать никаких иллюзий, оморочек, или чего-то подобного, просто саданул по ним, разметывающими заклятьями, и направил «Звезду Надежды» в фиолетовую темноту, которая мерцала багровыми огоньками — начало когда-то проделанного прохода, видимого только ему.

— Вот и все — пробормотал Рус — мы на месте. И теперь закрепимся основательно.

* * *

После пробуравливания, многочисленных слоев Огораживающего Барьера, Гиль-Эстэль сбавила «ход» и зависла над недавно перенесенным сюда, Лесным массивом, точнее над самым его краем, который примыкал к этой, созданной Узурпаторами магической Огороже. Именно в этой гуще дремучей чащи, жили все те разнообразные чудища и монстры, которых Априус, сюда согнал, когда уничтожал Черный Лес. Часть из них, конечно, пережрала друг друга, но остальные твари, вполне нормально себя чувствовали. Именно в здешнюю часть Леса, и должна была переселиться Свора, тут котопсы обустроят себе логова, и будут оберегать массивные валы из поваленных деревьев и испорченной земли, за которыми и обитают монстры.

— Ну вот, и ваш новый дом — проговорил Априус вожаку Своры, который стоял сейчас рядом с ним на стене — перебирайтесь!

Он повел рукой — часть крепостной стены исчезла — и подконтрольная горгульям Свора, начала перебираться на новое место жительства. Котопсы порыкивая от нервного возбуждения, приземлялись на лапы, и тут же принимались обнюхивать и обследовать незнакомые территории. Вожак покинул крепость последним, уяснив для себя, кого из людей он должен будет отыскать, и заключить союз. Теперь Свора будет стеречь и чудовищ, и заделанный проход в Барьере, если через него кто-то сумеет проломиться, то Лес ему не пройти, котопсы не отстанут, будут преследовать и в межреальности, и в мирах, и не всякий маг сумеет с ними справиться.

Выгрузив своих подопечных друзей, Априус, повел свою Звездную Цитадель дальше над Лесом, и едва ли не состригая верхушки хвойных деревьев, Крепость, стала приближаться к потаенному участку, где ютилась избушка Вертаны. В таких вот лесах и случается множество случаев, которые после пересказываются по вечерам у очагов, обрастая подробностями, дополнениями, и всяческими небылицами, и просачиваются из мира в мир, они превращаются в сказки. Так и изба, построенная на сваях из-за угрозы подтоплений, легко становится избушкой на курьих ножках, а ее жители, бабой-ягой, и лесовиком. Хотя как Априус помнил из рассказа Вертаны, в этом лесу действительно когда-то обитало племя Ягинь, а так же уйма леших и боровиков, и знали они как при надобности разбудить злую силу…

Раскрывать себя до конца, пусть даже и перед проверенными приятелями Рус не собирался, но и не пригласить в гости не мог, потому, Крепость, вновь зависла над соснами, да елями, чуть в стороне от жилья Вертаны. В том, что такую громадину заметили уже давно, можно было не сомневаться, удивительно было, как еще не прощупали, что за гость такой незваный объявился.

Априус со стены, всмотрелся в дворик, обнесенный частоколом, на месте ли хозяйка, да его приятели, и тут же узрел всех четверых, в ожидании стоящих у крыльца.

— Почувствовали, значит — усмехнулся он — добро пожаловать в мою скромную Обитель — и почти не затрачивая сил, перенес из всех во двор Гиль-Эстэль.

Все четверо ошарашено крутили головами, когда Рус, спустился со стены, и, улыбаясь, подошел к ним.

— Рад вас видеть друзья! Теперь моя очередь принимать гостей, потому сообщите — чего изволите? Озеро, фонтаны, бассейны к вашим услугам, если надо прохладиться. Если вы голодны, или мучает жажда — то пожалуйте в одну из беседок, или в донжон, в смысле в головную башню.

— Мое почтение — пробормотал обескураженный Проныра — вот это громадина! Ты, что тут один живешь? Почему не видно никого?

— Почему же один? Вы же видели моих зверушек… Они, правда, сейчас отсутствуют, но в основном, всегда со мной. Раньше здесь было многолюдно, празднично и весело, теперь же вот так, так что прошу, скрасьте мое одиночество.

— Это что все твое? — Поинтересовалась не менее полуэльфа изумленная Дейдра — но как такое содержать? Это же какая силища нужна….

Ну, кое-что могем, да и крепость сама по себе не просто камень — не стал вдаваться в подробности Рус — да и не расточаю я тут силу понапрасну.

— У тебя как посмотрю, впрямь какой-то горгулий замок — быстро оглядевшись вокруг, заметил Кэфент, лишь один сохранивший хладнокровие — статуи вон по всему двору….

— Это страсть моего прадеда — ответил Априус чистую правду — так сказать мое наследие, он их очень любил.

— Лично мне немного страшновато — впервые подала голос Вертана — они такие громадные и все кажется, вот-вот оживут…

— Это все мастерство скульптора…. так создается, иллюзия грани между жизнью и небытием. Я давно привык, некоторым даже имена дал…

— И что вот так и летаешь по мирам прямо в Крепости? — Поинтересовался Проныра.

— Нет, сейчас просто переезжаем на другое место. В прежних краях становится неспокойно, а лишнее внимание мне ни к чему. Так что я перетягиваю в эти области, самые любимые мной места. В этих краях нет верховных Богов, и я, можно сказать тут негласно властвую.

— Теперь многое становится понятным — усмехнулся Кэфент — ты либо Древний, либо очень наглый и сильный чародей, превосходящий по силе, любого архимага.

— Я Звездный странник — просто ответил Априус — ладно, хватит вопросов, следуйте за мной.

Он развернулся и повел их к беседке, той, что нависала над озером между пальмами и была окружена цветущими кустами. Пока шли, мысленным усилием, заставил стол яствами, не материализуя их из воздуха, а попросту перетаскивая из кладовых, в которых повара-карлики, хранили свои припасы. Окорока, копчености, колбасы, соленья, сыр, бочонок пива, кувшин вина и мелочевка, вроде всяких овощей мгновенно оказались на простом, но изящном столике.

— Ну что ты разведал, кто устроил все те изменения с Лесом, и разводил тех жутких тварей в термитниках, на планетоиде? — Первым делом, едва уселись, поинтересовался Кэфент.

— Что стосковался без дела? — Усмехнулся Рус — так вон принцессой занимайся, она ведь теперь бездомная, надо как-то определять…. Ладно-ладно, шучу. Хотя хорошим имением вам бы обзавестись не мешало бы. А насчет этого тайного деятеля, пока ничего дельного, одни догадки…. Объявилась тут пара-тройка дерзких ребят, по почерку явно маги с опытом, следов не оставляют но кое-где проявились. Только этого мало, чтобы о чем-либо говорить. А у вас тут как?

— Потихоньку восстанавливаем природный баланс — ответила ведьма, звучно хрустя сочными стеблями сельдерея — но пока очень мало съедобной растительности и травоядных животных. Того что с собой принес отряд, явно не хватает. Но всякое мелкое зверье успешно прижилось и размножается.

— А влияние Темных Вод, как сильно ощущается? — Как бы невзначай поинтересовался Рус.

— Ну, Светлым Лесом, этому месту явно не быть — ответил за нее Кэфент — но и темную мощь Слида, можно использовать во благо. Ведь именно она в Первые Дни Мира, одарила теплом Ледяные Земли, так что при должном умении и правильном ее использовании, этот Лес, еще может стать чудесным.

— Хотелось бы, чтобы так, оно и было — с небольшой грустинкой сказал Априус — а насчет растительноядных животных так забирайте моих овец. Тем более я вам там новых соседей выгрузил, а их первое время придется подкармливать. Это очень редкая порода, некая помесь пантер и собак, или гиен, я зову их котопсами. Они обладают удивительной способностью передвигаться по междумирью, крайне свирепы и опасны, но думаю, вы сумеете поладить. Скоро их вожак доберется сюда, так что заключите с ним союз, они и станут стражами леса, Для чужаков эти места должны стать непроходимы. Чуть позже сюда могу еще подбросить водяных оленей вполне мирных травоядных животных, хоть они бывают и клыкастыми.

— А как насчет выхода в цивилизованные края? — Поинтересовалась Дейдра — тот эльф Салариль, ничего не говорил о городах.

— А на Весте, с которой вы граничите, их и нет. Там живут иначе. А вот в четырех других мирах думаю, найдется чему порадоваться, хотя того современного шика, к которому ты привыкла у себя в Янтарном Королевстве, его Отражениях, в том числе и земным городам, там не сыщешь. Ни автоматизированной техники, ни электричества, ни машин здесь еще не изобрели, в ходу пока магия. Я пришлю Рунина, чтобы проводил вас к вратам, через которые можно будет попадать в любой, из четырех миров. Особенно прекрасен город Тассадесса в Лундоре, его и советую проведать в первую очередь, а затем посетить города Хрутара, если уж хочется поменять лесные пейзажи, на блеск полированных камней и золотых куполов. Ну и Андоринос, там вы побывали, знаете, на что рассчитывать.

— Да это я так спросила, на будущее — слегка смутилась Дейдра — сначала поможем, чем сможем Вертане, взять тут все под свою нежную руку, а уже потом будем развлекаться. Так ведь Кэфент? — Глянула она на своего избранника.

— Разумеется — ответил тот, хотя по глазам Априус видел, что это вся возня с Лесом, былому некроманту, воину из гильдии Ночных Плащей, и потомку боевых магов, порядком надоела.

— Вы тут ешьте, пейте, а мы с Кэфентом, отойдем на пару слов — проговорил он, поднимаясь из-за стола.

— У вас от нас есть секреты — сделали обиженными свои личика девушки — откуда такое недоверие?

— Да нет никаких секретов — просто хочу, чтобы мой товарищ подобрал себе оружие, из разряда им предпочитаемых. У меня тут всякого добра навалом.

Они покинули беседку, и направились к башне, с арсеналом, показывать больше необходимого, Рус не собирался.

— Думаю, твои воскресители скоро могут потребовать твои услуги — на ходу бросил Априус. — Сферу ожидает большая встряска, если Правящие, не сумеют вовремя со всеми разобраться, то так называемые Жрецы, скорее всего, задействуют тебя уже в ближайшее время. Не знаю уж как, но видимо либо здесь для определенных нужд, либо в качестве прознатчика в серединных областях, а может даже и повыше… — с намеком, закончил он.

— Насколько все серьезно? — Тут же встрепенулся молодой маг.

— Не могу сказать. Но может статься, что похуже, чем перед твоим гм…. самопожертвованием.

— Все настолько плохо?

— Пока еще, нет, но Беда приходит не одна, и как говориться, уже не за горами. Так что будь готов. А теперь пошли, подберешь себе глефу.

Каждый из них оставаясь в душе чародеем, тем не менее, был танцором клинка, неважно какого, и из чего выкованного, но должного быть продлением руки, потому страсть к оружию не проходило с годами, а наоборот увеличивалась. Потому Кэфент, не смотря на новые Силы и знания, с большой радостью и интересом отнесся к предложению товарища, выбрать себе оружие. И спустя полчаса, за которые было осмотрено большое количество всевозможных алебард, нагинат, глеф, и тому подобного двустороннего оружия на длинной рукояти или древке, они вернулись обратно в беседку. В руках молодой маг, нес не просто оружие гномьей работы, а редкостный артефакт, сочетавший в себе и грациозность, и зачарованный металл, и секретные механизмы.

— Не бурчи, я и тебе подобрал — прервал Априус — вот лук и колчан со стрелами, Это боевой не для охоты, и меч, как раз под твою руку — на, держи.

— А я вот тебе захватил, неширокий такой клинок, видно, что для женской руки делали — протянул принцессе свою ношу Кэфент — думаю, она, тебя достойна.

Еще немного посидели, допили пиво, и вино, а затем Априус, сославшись на занятость, и кучу неотложных дел, попросил их помочь с выгрузкой отары. А там, на заднем дворе, увидев оставленных всадниками Менгафара, пегарогов, вся четверка гостей, просто была искренне поражена их видом и грацией, Руссу пришлось пообещать, что в ближайшем будущем, им доставят таких же. Подарив им еще несколько сундуков с одеждой и различной утварью, Априус распрощался с друзьями, и переправил их обратно к крыльцу избушки, затем настала очередь подготовленной отары перекочевать на новые пастбища, а когда все было проделано, Гиль-Эстэль устремилась, дальше, следуя к заданной хозяином, точке назначения.

Наконец, через полдня, пройдя над всем Лесом, Крепость зависла над Вестой. Мир давно уже зарастил старые шрамы, его лик стал почти не узнаваем, если сравнивать с той порой, когда тут состоялась Дагорлад — Битва на Смертном Поле. Но в недрах до сих пор, ютились остатки призванного Априусом Мрака, запредельной Черноты, что когда-то поглотила Весту целиком. (ДТ-2) И вот именно эти остатки всосала в себя Гиль-Эстэль, прежде чем двинуться дальше. Для эльфов и метаморфов, все выглядело как внезапно возникший черный смерч, поднявшийся из образовавшейся в земле трещины, и втянувшийся в подошву, зависшей в небе крепости.

Априус отметил как посреди двора, образовался круглый бассейн, заполненный отблескивающей чернотой, которая застыла, превращаясь в зеркало, и это была совсем не вода.

— Ну все, теперь можно и ближе к Рубежам подлететь. — Удовлетворенно потер он руки. — Лакрис, Медея, просыпайтесь! Вас ждут, новые территории…. Можете начинать облет, и вот что — пока эта так сказать Крепость будет вашим домом, так что скажите своим деткам, пусть возвращаются именно в него. И еще доставьте мне сюда, одного очень необычного коника — вот вам место, где его забрать…. - он послал мыслеобразом картинку поместья и координаты мира Ярмарки в головы горгулий. — И осторожно, он брыкается.

Небесная Крепость вновь сдвинулась, и так, не скрываясь, прошла над Вестой, а потом, появившись в небе над Хрутаром, и пробороздив просторы междумирья, вышла к месту былой Стражи «Версара». Там замедлилась, и заняла свое определенное место, зависнув над мирами еще не созданной Империи. Априус не закреплял ее в каком-то одном месте, она просто стала кружить по определенной орбите, находясь в непосредственной близости к «Скорлупе», а вернее, Рубежам, за которыми и была та странная, не изученная Тьма, скрывающая «Семена Жизни» — так называемые Зерна возрождения Мироздания, которые ждали когда Вселенная схлопнется, или погибнет как-то иначе. Но и сама по себе эта субстанция, таила в себе немалую Мощь.

— Ну вот, мы на месте. Теперь можно звать всех наших — не понятно к кому обращаясь, радостно воскликнул Рус. — Обитель Богов готова! Пора созвать ее обитателей, и переквалифицировать их в богов, ха-ха, пусть и в малых масштабах, но, тем не менее…. Ведь с чего-то, же надо начинать…. И теперь все будет, без всяких там пряток и скрытости, в разумных естественно пределах.

Он вдохнул полной грудью, поднес к губам старый, потемневший от времени рог, и мощно дунул. Над близлежащими мирами, раздался, и, распространяясь, понесся дальше, уже много тысячелетий неслышимый здесь звук, и его, вздрогнув, услышало каждое живое существо.

Глава десятая Божественный Статус…

Априус стоял у дверей донжона, ожидая, когда начнут прибывать вызванные им подручные, когда перед ним чуть замерцал «воздух» а спустя миг там, материализовались куатар, ящер и попугай. Осмотрелись немного оторопело — сверяя увиденное с ощущениями, но нет, чутье не подводило — крепость действительно поменяла свое месторасположение.

— Ничего себе фокусы — прорыкал снежный кот — ты подчас не перегрелся? Это ж надо такое устроить….

— Вот-вот, это ж надо сделать из нашего дома, блуждающую звезду…. И что это за лужа тут появилась? — Первым делом спросил пернатый прохвост.

— А котопесики где? — Запричитал Яша — с кем я теперь буду лазвлекаться?

Ответить Рус, не успел, так как, яростно сверкающий глазами, барс, добавил без перехода:

— Это был последний раз, когда ты проворачивал такие выверты без меня — гневно топорща усы, порыкивал он — а если бы что-то пошло не так, кто бы тебя вытягивал? Или памяти поубавилось, забыл, как корчился в беспамятстве, когда я убирал нас, куда подальше из опасных мест?

— Я не хотел никем рисковать…. - попробовал оправдаться чародей — а вами тем более…

— Ой, да ладно — грозно выставив клюв, встопорщился и Рунин, всеже усаживаясь на плечо хозяина — что-то я не помню не одного случая, когда бы нам угрожала настоящая опасность, не то, что гибель. Даже в Битве с Узурпаторами, мы были еще далеко не на грани гибели, и если бы, не те дурацкие переговоры, приведшие к Договору, еще неизвестно кто бы кого урыл.

— Я тозе так думаю, цто незацем было нас отплавлять — вставил свое мнение, и недодракон — подумаес сделал Клепость летаюсцей, что тут такого опасного?…

— Так, друзья, а ну хватит… — мне лучше знать, что опасно, а что нет. Непобедимые блин… Бессмертие, это еще не неуязвимость, если ваши телесные оболочки, вдруг распадутся, кто знает что останется? Только человеческие души, продолжают свое существование в чистом виде, так что не надо мне тут…. Только я один познал жизнь, после утраты тела, да и то благодаря чарам, которые на меня наложили…. Вы же в лучшем случае станете фантомами, или вообще тенями навьего мира….

— Ладно — буркнул куатар — проехали. Говори, чего задумал то? И без утайки.

— Все просто. Я переместил сюда все, что нам дорого, будем создавать оплот сопротивления Всем. Так как и было задумано когда-то — свою Империю, со своим сводом высших законов, и правящей верхушкой богов, которые будут обитать вот в этой Крепости, и открыто сходить в миры, если понадобится. Но это, так сказать первый этап.

— Думаешь…?

— Неважно, что я думаю, главное, если придется, чтобы мы были действительно готовы, а не как в прошлый раз. А теперь помолчите, вон уже наши идут на посадку….

Далее Априус, и зверокоманда, просто наблюдали как из прибывшего «Версара» выбираются ничего не понимающие воины. Постепенно воздушное пространство Крепости стало заполняться голосами, смехом, шутками, громким вопросами, и короткими рассказами о новых подругах — наконец-то выпала возможность собрать всех до единого жителя «Звезды Надежды», и ее лорд, добродушно усмехаясь, наблюдал за прибытием, своей огромной, по сути семьи. Ведь тысячелетия совместного жизненного пути, сделали их больше чем родней, настоящим кланом.

Чародей отвел взгляд, и посмотрел уже иначе, пронзая им звездные просторы — где-то далеко внизу, между Хрутаром и Лундором, занял свое место мир Андориноса, а его жители даже не ощутили перемен, и продолжали жить, как ни в чем не бывало. Требовалось принять решение делать ли этот мир-ярмарку, доступным для всех жителей Империи, или так и оставить закрытым, для большинства. Но эта дилемма была не первостепенной важности — на повестке дня, стояли другие вопросы, вроде разделения между создаваемым пантеоном, зон ответственности, и проведения Малого Посвящения…

Да и вообще, работы в Скрытом Секторе, было хоть отбавляй, для начала в каждый мир, нужно было проложить звездные коридоры, и не просто там переходы через кратковременные порталы, а стабильно устойчивые пути, по которым можно ходить туда и обратно. Без всяких там божественных атрибутов, тапа золотых лестниц, или радужных мостов — эти зрительные проявления нужны смертным людям, но не самим богам, желавшим появляться где угодно и когда угодно, и не делая такие спуски заметными без нужды. Требовалось сделать модель уже этого Сектора, не уничтожая прежнюю, и не просто объемную звездную карту этих областей, а так чтобы на ней все отображалось, согласно данному моменту. Переселенцы обустраивались, и за ним тоже нужно было присматривать, из добровольцев формировать отряды для будущих армий нелюдей. И в то же время им же обеспечивать условия для земледелия и скотоводства, а так же добычи руд — ведь будущие легионы надо кормить, одевать и вооружать, независимо от того, к какой расе принадлежат входящие в них воины.

Лично Априусу еще нужно было разобраться с «награбленным» во время последнего похода добром, среди всякой мелочи, они прихватили и несколько весьма любопытных вещиц, вроде того зеркала, через которое можно пролезть в мир населенный драконами, среди которых могли отыскаться и те, что, соответствовали требованиям Картуса. Но особенно интересны, были находки из кривых башен, гибнувшего мира, их еще надо было извлечь из упаковочных коконов, и тщательно изучить, а это все время, которого как всегда не хватает, как не замедляй.

Вскоре подручные и близкие хозяина Гиль-Эстэль, почти всем составом, собрались в ней, не исключая Дрендома, Сатари, Серентина, и Анэльты. Правда до сих пор не дали о себе знать трое эльфов, отправившихся в свою Арду, и это немного беспокоило не только Априуса, но и Вельду, с Охтаром, которые хоть и не показывали своей тревоги, но явно переживали и скучали. А так настроение у всех было радостное и беззаботное, никто не отсутствовал, никто не спешил по неотложным делам, только вот новых подруг своим воинам, Рус, пока сюда приводить не разрешил — успеется.

Обитель для богов была готова, но вот только чтобы зваться таковыми, нужно было еще укротить подвластные миры, заставить ткань Мироздания, звучать одинаково с собой, или точнее себя с ней. И к этому уже прилагаются божественные атрибуты — сверхразум, сверхсила, бессмертие неуязвимость, и способность к различным трансформациям, и умение оперировать материей. Ну это так, в общих чертах. Ведь весьма трудно дать определение «Богу», если это не творящее Начало, создавшее Все, из Ничего.

Потому Априус давно разграничил для себя эти понятия — тот кто может Творить Жизнь — это Творец, Создатель, тот, кто пытается слыть его детьми, или попросту подражать, естественно при этом добиваясь неограниченной Власти — Боги. Иными словами бог это — сверхчеловеческое или сверхприродное существо, которое пытается управлять миром, который не создавало. И вот неким подобием таких божеств, должен стать он сам и его подручные. А уже потом…. Но не надо забегать вперед, хватит на первое время и Империи.

Он некоторое время наблюдал за отлично скрываемым смятением, своих ставленников и друзей, только сейчас осознавших, что их сокровенный замок, каким-то непостижимым образом преодолел невероятно огромные пространства, и теперь неспешно кружит над застывшими в ожидании мирами. От него ждали разъяснений, желали услышать пространственный рассказ обо всем, что провернул, за столь короткий срок, и уже готовы были закидать кучей вопросов, но он не дал им, ни того, ни другого, просто приказав:

— Готовьте себя к новому Посвящению. До Ритуала, у вас есть три дня. До этого времени никакой грубой пищи, вино, только разбавленное водой, каждодневные омовения в озере обязательны. Трехразовые медитации, пение мантр и гимнов тоже. В конце каждого дня погружение с головой, в это вот небезызвестное вам вещество — кивок на новый бассейн. Все это чести подготовки. В покоях у себя вы найдете пергамент, с пояснениями что, и как нужно делать.

— И цто зе мы дазе не покусаем? — Подал голос Яша.

— Если вы не голодны, то прошу начать подготовку к Ритуалу, немедленно — непреклонно ответил Априус. — Достаточно напировались, чуть-чуть попоститесь.

Кулуриэнь и Вилисиль, явно хотели что-то возразить, но он словно и не заметил их дружного порыва, указал всем на донжон, и, поманив за собой Дрендома, отправился в одну из башен, крепостной стены. Вместе они поднялись на крышу, обычным способом, перебирая ногами по крутой, винтовой лестнице, такой способ дает время обдумать, некоторые мысли. В другом бы месте, расположения крепости, такая вот крыша, вполне могла стать смотровой площадкой, на какие-нибудь живописные пейзажи, но тут у края знакомой реальности, так сказать границы проявленного Мира, нужно иметь очень специфическое зрение, чтобы любоваться краевидами.

Некоторое время постояли, молча, глядя в разверзающиеся внизу бездны, в которых сверкали, и пульсировали перемигивающиеся звезды. Априус рассчитал верно, отсюда, при определенной фокусировке, был виден весь сокрытый Сектор, вроде бы огромный, но являющийся лишь малой толикой от всего Сущего.

— Ты собрал здесь, пожалуй наиболее известных представителей жизненных форм. — Внезапно проговорил летописец, до этого задумчиво глядевший на разбросанные внизу миры — С разным уровнем развития, собственными знаниями, богатым опытом и с очень долгим запасом жизни. Зачем? Только ли ради любопытства, что из этого выйдет.

— Ты как всегда прав. Не ради праздного любопытства…. Во-первых, это действительно будет настоящая Звездная Империя, в которую вошли представители самых разных народов населяющих Сферу. Во-вторых, все они хотят жить, но многие не любят соседства, а тут как бы придется учиться находить что-то общее, и совместные знания должны обозначить новый путь, некую цель, которая должна приблизиться к идеям Творца. И тогда мы начнем распространять ее повсеместно. Считай, мы создаем плацдарм для отвоевания Вселенной.

— Ты это что, всерьез? Такую придурь удумал, что не знаю как тебя и вразумить…

— Так другого выхода нет. Либо все эти противоборцы ввергнут Сущее, в Пучину Хаоса или там Геену Огненную, и последующее свертывание, либо мы их остановим.

— А силенок то хватит? — Скептически хмыкнул летописец.

— Сейчас еще нет, но я над этим работаю. Источники, источниками, их захват, может и подождать…. ведь у нас есть то, чего нет у других — Априус кивнул себе за спину — там думаю, хватит.

— Это очень рискованно…. Ты же помнишь те первые ощущения, когда мы туда сунулись. Да и потом когда твое Заклятие нас преобразило….

— Рискованно. Но не более чем приближаться к Лону…. Только используя сокрытое в этом Предвечном Мраке вещество, еще есть шансы уцелеть. К нему как-то подобрали ключи мелкие темные колдуны из твоего Хрутара, а мы чем хуже?

— Они не были мелкими — скривился Дрендом — захватить три мира, и начать вторжение в четвертый, это как раз показатель Силы, Ума, и мастерства, и тебе удалось их поразить только потому, что твой меч самое жуткое оружие во Вселенной, и они к такому, были не готовы.

— Он не жуткое оружие… — возразил Рус — он мое продолжение и побратим, и средство достижения цели. И если понадобится я пущу его в ход, в полную мощь, чего еще ни разу не допускал.

— Гм…. Кстати, а ты никогда не думал, что осколки Эльдариуса, мог подобрать не только ты? Может, есть еще оружие подобное «Ракару»?

— Это врядли, я сам его создал, а не отдал осколки в кузню пресловутых гномьих или эльфийских мастеров. И к тому же только в Дарии, под строжайшим секретом держали знания, как делать веерные мечи, а тем более такие как «Ракар». Он единственный такой, в нем моя кровь, потому он часть меня. А кстати Серентин, тут давече показал на свои доспехи — впечатлят любого… а твои куда делись? — Повернулся Априус к своему летописцу.

Дрендом чуть нахмурился, по лицу пробежала тень, и он проговорил с сожалением:

— Сгорели…. Турран, к моменту нашего поединка, набрал такую мощь, что не знаю уж, как и одолел его. Я истратил почти все, защиты не было, металл тек по мне, сжигая одежду и кожу….. Только призыв ураганного ветра, и ливней как-то помог избежать гибели, но силы как ты знаешь, уже не восстановились никогда. Кожу я наращивал долго, почти в беспамятстве…. и помочь мне было больше некому…. Потому Темная Троица, и смогла покорить Хрутар, а я только и мог, что петь о старых временах, на рыночных площадях, надеясь пробудить мысль о борьбе за свободу в выходцах из местных кланах…..

— Да дружище, мы с тобой два горемыки из прошлого, который видимо, встретились не просто так. Произошел естественный отбор, из Прежних уцелели, самые…

— Сильные духом?

— Нет, лояльные к слабым, что ли. Ведь, по правде говоря, все эти смертные, и бессмертные расы, а тем более их судьба, не должны нас заботить, а ведь заботят.

— Мы оба долго жили среди людей, не в качестве могучих магов, а как простые люди, потому их радости и беды нам не чужды.

— Думаю все не так просто…. Но разбираться не хочу, незачем голову ломать над уже устоявшимися убеждениями, есть куча других загадок.

— А сейчас что собираешься делать?

— Лепить богов. И ты с Серентином, мне в этом поможете. Так что иди и вспоминай те времена, когда вы Неделимые, себя осознали.

— А ты не перегибаешь? Это уже высший уровень Бытия.

— Не попробовав — не узнаешь. Передай это своим.

Когда Дрендом ушел, Априус еще немного постоял у края крыши, постарался вспомнить тот крохотный период, когда по воле Творца, очутился незнамо где, и на пару с похищенной Богиней, одной из Великолепной Семерки, созидал новый мир. Мир, лежащий за гранью Великой Сферы, еще только-только, воплощенный, в котором, посреди бескрайних вод, высился еще влажный и пустой кус тверди. Вот из него то и требовалось сделать цветущий и наполненный жизнью остров, и они это сделали…

— Ладно — чего душу то будоражить — в сердцах проговорил Рус, невольно взволновавшись — тем более Он, так ни разу о себе и не напомнил после того случая…. Впрочем, как и она. Я будто в какой-то параллельной реальности прожил тот временной выверт…

Взглянуть на Сферу сверху, у него не получилось, что ж он поищет другой способ, увидеть все картину, как бы со стороны, чтобы понять истинное положение вещей, все-таки необходимо смотреть как Творец — из-за ее Истинных Пределов. А такое место, он знал только одно. Там конечно должно гибнуть все живое, и псевдоживое, но один раз ему, вместе с некоторыми патрульными, удалось, там побывать. И выбраться невредимым, правда уже не прежним, изменениям подверглись все, и не умей они контролировать эти процессы, их бы чурались даже самые близкие люди.

Там, где в пределах некой зоны, которую заполняли остатки правещества, естественно темного, и неовеществленного, хотя и достаточно плотного, скрывались Зародыши Жизни, которые он по неосторожности если и не пробудил, то запустил предподготовку. На случай гибели Вселенной, там было сокрыто семя Возрождения. Вернее их было много — целые ячейки, со спорами и зернами, таящими в себе зачатки всего, что требовалось для проращивания новой Жизни.

Вот оттуда, то и можно было попытаться «взглянуть» или хотя бы понять, как выгнать эту Тварь, что прорвалась в Сферу, по призыву бывшего Мага, ставшего Богом, благодаря приходу этого Пожирателя Сущего. Именно из-за вторжения этого Нечто, прежние Боги, решили бежать, за что и были свержены, ибо бездействовали в растерянности, не зная, что делать. И теперь они сами, болтаясь где-то в неведомых областях, строят заговоры, избегая прямых стычек, желая вернуть прежнюю Власть. Но зачем? Ворвавшееся в Сферу, Чудовище ведь никуда не делось. Да оно приостановлено, но его слуги, кладут мир за миром, в пыль звездных провалов, делая своеобразными «плитами» странного Пути по которому Он вроде бы уберется восвояси. Что они будет со всем этим делать? Или теперь им достаточно и оставшейся, еще не перестроенной, части Вселенной?

Но кто сказал, что Божественная Троица, им это позволит, хотя… Падшие, все время заручаются поддержкой, все новых и новых союзников, и даже эти рыскающие повсюду «рогачи» могут заключать с ними договор. И тогда получается, что Сущее, обречено, на вечное противостояние. Всех против всех, мира и порядка не будет никогда. И всегда будет угроза Гибели. Может, таков и был план Создателя?

— Да нет — бред все это — помотал головой Априус — рано еще Вселенной распыляться…. Только видимо, не все с этим согласны. Потому, для начала надо узнать самому, что же там такое удумал старый Атрид, более известный всем под именем Один, а потом уже все остальное. Или всеже сначала провести Посвящение? А то не ровен час, что-то да помешает, ведь всякое может случиться…. Да пожалуй, так и поступлю.

…Три дня готовились бывшие патрульные к своим новым ипостасям, три дня Априус не вылезал из своей мастерской, над башней то и дело дымка курилась, а по двору разносился едкий запах, он творил свой собственный венец. Настоящую истинную корону, не просто символ власти, каким стала она во множестве миров, а то первичное приспособление, которое использовали для двусторонней связи Предтечи. С его помощью доходчиво вещали массам, влияли на их умы, мысленно разговаривали друг с другом первые правители, и управляли землями, чувствуя их как единое целое с собой. В некоторых научных кругах, это устройство назвали бы магнетроном с осями симметрии восьмого порядка, потому что именно восемь крылышек, зубцов, имела такая корона. Восемь направлений ориентации в пространстве, восемь сторон света, восемь лучей сети накрывающей сектор, сторожевых заклятий. На голове Априуса такая корона, позволит ему видеть и чувствовать весь сокрытый сектор, ощущать колебания и вибрации его пространственной ткани и много чего еще.

Наконец все подготовительные мероприятия были закончены, и вокруг нового бассейна, собрались все те, кого Рус, собирался обратить в местных богов. Они должны были стать частью этого скрытого предела, в принципе, как и глупом мифе о создании человека из праха земного, вобрать в себя прах Мироздания. Остатки жизнедеятельности звезд и планет, свет и тьму, космическую пыль, и мельчайшие частицы материи, которые ни на миг не замирают.

Априус застыл на гребне темной волны, поднятой из бассейна, и запев гимн Творцу, начал стягивать сюда всю Силу, которая была достижима. Предметную и разлитую вокруг, разносимую Источниками, и ту из предвечного Мрака, из мировых кристаллов, и звездных ядер, из магических жил и первоэлементов. Собрав все в единый мощный поток, состоящий из множества разноцветных струй, он низверг его на свою крепость, и в тот же миг надел корону, призвав Ракар. Вокруг забушевал шторм, неистовые вспышки ветвистых молний окутали Гиль-Эстэль, черное пламя облизало ее стены, и в тот миг Рус, запел Заклинание под названием «Корона Богов».

Со всех сторон, скрученными вихревыми потоками, в каждого участника Посвящения, которые, не останавливаясь, проговаривали заученные и осмысленные фразы, стала ввинчиваться Сила. Контуры их физических тел поплыли, стали распыляться, затем слетела эфирная оболочка, за ней астральная, которая еще повторяла контуры грубоматериального тела, и только тогда собирая в себя все выше перечисленное, матрица личностного естества, стала строить новые тела, собирая каждого как матрешку.

Труднее всего на свете Априусу, который и сам развоплотился, было все это контролировать, но он был не один — ему помогала четверка существ видевших рождение первых звезд, засверкавших над только сотворенным миром, да и Куру не смотря, ни на что, как никогда раньше без всяких мыслеобразов ощущался рядом. Буйство Стихий, наконец, достигло своего апогея, и потихоньку начало спадать, когда оно окончательно уляжется, каждый посвященный будет точно знать, кем и чем он повелевает, ведь любой божок, за что-то да ответственен, и для чего-то предназначен — таково уж устройство Вселенной — праздности не бывает.

…Тело, наконец, полностью соткалось, Рус мгновенно, облачил его в подаренный Источником, кожаный костюм-доспех, и спрыгнул на твердый камень двора, краем глаза отметил, как материализуются барс, ящер, попугай, ничего в себе не поменявшие, и стал наблюдать за истинными обликами остальных новоявленных божеств. Вот огненно-рыжая Кулуриэнь в длинном алом платье, вот черноволосая Вилисиль в таком же, но словно сотканного из лунного света. Атарк как истинный бог воинов, в рогатом шлеме, и кожано-медном доспехе, с громадным топором на длинной рукояти, простых поножах и наручах — бог должен выглядеть древним. Рядом с ним, огромный Хорсак в медвежьей шкуре — будет покровительствовать лесам и охоте…. Слева Киан, Тано, Вельда со своими атрибутами, и дальше по кругу остальные — еще успеет насмотреться, кто как изменился, а пока….

— Ну вот теперь можете явить себя своим мирам — пусть знают, кто хранит их и защищает. Отныне вам будут поступать мольбы и призывы о помощи, и вам придется откликаться. Степень вмешательства определяйте сами…. Но пока просто входите в роль, знакомьтесь с мирами, но и про Темные Рубежи не забывайте. Менгафар свою «Дикую Охоту» можешь продолжать и дальше — тут хватает всяких тварей, но меру тоже знай — всех не уничтожай. А мы пока удостоверимся, насколько страшны предположения небезызвестного вам Мудреца, что мир обнимет от конца и до конца, ха-ха…. В общем, мы ненадолго, лошадку выгуляю и обратно.

Он посмотрел на мерцающие огоньки, разбросанные повсюду, потом на двор Крепости, словно стараясь запомнить получше и мысленно позвал:

— Ребята, пора сходить в гости! Куру, Рунин, ко мне! А ты Яша, забрось в хозяйство Вертаны, несколько стад некрупных динозавров, из числа переселившихся естественно, а то еще датаридов, с Хрутара перекинешь, если они еще не вымерли там все…. Заодно и котопсов своих проведаешь, только гостинцы не забудь, они там не так жируют, как раньше.

Куатар и попугай, почти мгновенно оказались рядом с ним, не дав и малейшей возможности переместиться куда-либо самому — Априус улыбнулся одними уголками губ, и просто сказал:

— Не переживайте — без вас не уйду. Сейчас вот дождемся четвертого участника предстоящей вылазки в Большой Мир, и лишь потом, в путь.

— Ты что Яшу на кого-то променял? — Тут же, возмутился Рунин — а кого же мне тогда подначивать?

— Заведи себе хохлатую подружку, они тоже болтают без умолку — предложил Куру — может тогда уймешься.

— Они все тупые — фыркнул попугай — неинтересно.

— Вот и у меня та же проблема — горестно вздохнул снежный барс — с годами все больше обращаешь внимание на мозги.

— Ну а вот и наш спутник — прерывая начинающуюся перепалку, проговорил Априус, заметив, двух горгулий, несущих вполне смирного Альфа.

Крылатые бестии осторожно опустили взмыленного от нервного потрясения жеребца, оставив прямо у бассейна заполненного темной, субстанцией, и застыли в ожидании.

— Можете быть свободны — в ближайшее время вы не понадобитесь. — Уже закачивая спускаться по лестнице, приказал Рус — так что облюбуйте в каком-нибудь мире, подходящее местечко. — И уже коню — ну что Альф, пора бы тебе стать тем, кем я задумал, и купание в этом вот бассейне ускорит процесс.

Вскоре, «выкупав» не только жеребца, но, заставив окунуться в темный, чуть плотнее эфира, вязкий «туман» и куатара с попугаем, который как всегда превратил все в увеселительное действо, Априус не мешкая, открыл путь к самым границам своей Империи. Теперь это была единственная лазейка, через которую, можно было проникнуть в Большой Мир. Ведь после прохода-пролета Крепости, сквозь Барьер, он навсегда сплавил им же и проделанные проходы. Когда-то именно здесь, между извивами Реальности, пластами и утолщениями Междумирия, почти соприкасаясь с Рубежами Творца, проскользнул «Версар», и именно этим проходом, и собирался воспользоваться Рус. Но туда еще надо было добраться — впереди была цепочка состоящая, из необитаемых миров, а нестись наобум, через такие места, было бы неразумно — Край Мира, как, никак.

Потому сейчас одетый в черное всадник, мчался по иссушенной внутренним жаром земле, впереди несся черный попугай, а рядом с конем, бежал куатар, тоже сменивший свою белоснежную шкуру, на нечто подобное чешуе. Априус впервые испытывал метод «Адской» Скачки, о котором рассказывала Дейдра, но который так, ни разу и не применили, до сегодняшнего дня. Листать Отражения, даже передвигаясь пешком очень непростое занятие, а на такой скорости, которую развил кеплерп, и подавно. Но не смотря на напряжение и полную сосредоточенность, Рус, тем не менее испытывал настоящий восторг — на таком скакуне ему сидеть еще не приходилось.

Ни грузные лобороги Кайлана, ни быстрый как ветер Сивка, носящий его в Даарии, не шли ни в какое сравнение, с этим конем. Ведь сейчас под ним был не простой жеребец, это был вообще не конь, хоть внешне и был похож на представителей диких мустангов. В нем текла кровь трех пород, которые изначально не были обычными лошадьми. Изящные единороги подарили грацию, витой рог во лбу, и белоснежные хвост, и гриву. Пегасы могучие крылья, которые пока еще не окрепли, и неудержимую жажду скорости, а кеплианцы развитой интеллект, телепатические способности, высокий рост, крупное телосложение, и антрацитовую шелковистую шкуру.

— Может пора уже его проверить? — На бегу бросил мысль куатар — тут по-моему, самые подходящие места для опытов.

— Не все сразу — так же мысленно ответил Априус — дай хоть приучить к скачке сквозь миры…. Да мне и самому привыкнуть надо. Тяжеловато как-то для первого раза. Вам то что, просто рядом со мной несетесь, а я только успевай выхватывать похожести….

— На крыло я его буду ставить — поравнявшись с друзьями, заявил Рунин — у меня опыта в полетах хоть отбавляй. Слышь копытный, я тебя таким кульбитам научу, залюбуешься.

— Готовьтесь, еще два мира, и пустые зоны, начнутся, а там уже только с помощью чар, пройти можно — предупредил Априус, делая еще одно усилие, и продавливаясь в следующий мир.

Здесь, похоже, всегда царила вечная ночь, удаленность от солнц и звезд была такова, что свет сюда не доставал совсем.

— Тьма во тьме — недовольно буркнул Рунин, усаживаясь на плечо хозяина — я не летучая мышь, чтобы вслепую летать…. Это даже не «багряник» там хоть что-то да видно…

— Не притворяйся кротом — рыкнул на него Куру — скажи сразу смотреть не на что, вот ты и предпочитаешь поспать….

— Я не сплю — а мыслю — встрепенулся попугай — просто глубоко погружаюсь в размышление….

— Лишенный света мир — задумчиво проговорил Априус, спрыгивая со спины скакуна — может его обитатели живут внутри планеты? Там и тепло и сухо, и если есть реки, то вполне можно существовать….

— Как-то мне не хочется это проверять — буркнул Рунин — давай «листай» дальше….

В кромешной тьме, прошагали еще с десяток шагов, пока Априус не продавился в крайний мир, за которым, уже не было нормальной межреальности. Здесь каким-то образом все еще существовали процессы горения, огненные струи, то и дело вырывались из-под земли, которая вся змеилась багровеющими, трещинами.

— Настоящее пекло — пробормотал Априус — придется проскочить по краю вот этого плато. Меня интересуют, на что мы способны сами по себе, без магической помощи, без всякой защиты, колпаков, и отражающих чар…. Вперед!

И он показал Альфу, как нужно проскакать, где сбавить, а где наддать, и жеребец стрелой метнулся вперед. Рунин, и Куру, тоже мешкать не стали, попугай летел прямо над головой хозяина, а куатар, большими прыжками мчался следом. Откуда-то сбоку, выплыл, небольшой огонек, замер на миг, точно присматриваясь к невиданному чуду, возле него появился еще один, и они уже вдвоем поплыли за несущимися по плато друзьями.

— Местные — подытожил Куру — заметив преследующие их огни — похоже, дети Огня.

— Они разумные что ли? — Покрутив головой, заметил Рунин — полет совсем не хаотичный, и что-то такое в поведении….

Уже восемь светящихся шаров неотступно следовали за ними. Это не были шаровые молнии, потому как грозой даже и не пахло, если она тут вообще была возможна, и эти плазмоиды вероятно тут просто обитали, и сейчас попросту проявляли свой интерес к странным пришельцам.

— Любопытные шарики — пробормотал Априус, ментально касаясь самого ближнего, и тут же отдернул свой мысленный щуп — его словно обожгло, от встречной прощупывающей волны. — И донельзя любознательные.

— Они не нами интересуются — вдруг сообщил Куру — вернее и нами тоже…. Но главная их заинтересованность посредством нас вырваться отсюда. Видимо уловили нашу иномирвую сущность.

— Ну тогда пускай попробуют угнаться — усмехнулся чародей — тут придумывать не буду — дальше пойдем по старинке…. А ими мы еще займемся, уж слишком много в этих краях неизведанного.

Кокон соткался едва ли не мгновенно, вобрал в себя неразлучную троицу, естественно вместе с конем, стенки его уплотнились, и он рванулся прочь из мира, входя в области, которым наиболее подошло бы название прослойка. Тонкая прослойка между Рубежами Вселенной и Межреальностью, зона невоплощенной материи, ни на что не похожая, и ни с чем несравнимая, но достаточно плотная, чтобы сквозь нее лететь. Своего рода вакуум запредельного пространства.

— А мы вообще куда? — Поинтересовался куатар — ты толком ничего не объяснил.

— К черту на рога! — Выпалил Рунин — или ты думал тебя в снежку покувыркаться ведут.

— Уймись пернатое — придавлю — показал длинные когти Куру — или ты меня с Яшей с перепугу попутал?

— С какого перепугу? — Встопорщился попугай — хотя, да должен признать боязно мне что-то…. Почти как тогда когда Премудрый Дракон, отправил нас в погоню за сбежавшим с книгой колдуном.

— Так не вздумай вещать — предупредил его Априус — у самого предчувствие нехорошее. А насчет куда, так в Арду, заглянем ненадолго. Если Сектор, изолировать, то надо ж всех наших созвать, а эльфы что-то не возвращаются….

— Может, решили все-таки остаться в своем Чертоге Мертвых, или как там у них называется Мандоса по-моему? Там же их родня и жены — предположил куатар.

— В любом случае выяснить надо — ответил Априус — готовьтесь, к высадке.

Кокон и впрямь распался, едва они оказались за Огораживающим Барьером, на большее его уже не хватило — магию оставшиеся позади Области тянули неимоверно. Но Рус, и не собирался дальше тащиться с такой маленькой скоростью. Они очутились на просторах более менее стабильного междумирья, с его дикими зарослями, кустами-убийцами, плотоядными монстрами, живыми островками, и прочей всячиной. Чуть в стороне поблескивало зеркальное болотце, конь под чародеем заметно занервничал, но тот не дал ему почувствовать настоящий страх, попросту поспешил открыть окно перехода, и цветок портала тут же, расцвел многоцветными лепестками, открывая пространственный коридор, в очень далекие отсюда области.

Они вдвинулись в это окно, и уже спустя несколько, не очень приятных мгновений, стояли на берегу белопенных гаваней.

— И как нам их тут искать? — Вопросил Рунин, не спеша срываться с плеча хозяина.

— Ну и вопросы у тебя — хмыкнул Априус — а поисковые чары на что?

— Так тебя не поймешь — проворчал попугай — то поменьше магию применяйте, то на всякие пустяки пускайте.

— Это не пустяки — прервал чародей — а наши друзья. Вы не представляете, чего мне стоило вернуть их к жизни, пока вы дрыхли в тепленькой пещере.

— Так ты ж нам рассказать не пожелал — ответил Куру — так что откуда нам знать?

— Ладно, вернемся — устоите мне перекрестный допрос.

— Ловлю на слове — согласился куатар — а сейчас хорош, торчать тут как пни, займемся поиском.

— Да ну тебя — дай, полюбоваться морем — выдал вдруг Рунин — у нас оно не такое. А тут древностью веет.

— Любой, эстет ты наш — усмехнувшись, проговорил Априус — только недолго.

…Этот мир был совершенно незнаком Априусу и его команде, хотя в Сфере Миров, занимал не последнее место. Когда-то здесь пересиживали очень колоритные личности, тот же Один, известный в этих краях как Высокий, и Просвещающий, забравшийся в одну из громадных пещер, то ли помыслить, то ли наоборот передохнуть от постоянных размышлений и расчетов. Именно ко второму, Априус и наведывался, и кроме той пещеры, он нигде не был.

Мир же этот, как и сама Сфера, благополучно пережил все три Эпохи, и теперь, похоже, вполне процветал. Какие тут отбушевали битвы и сражения, без заклятий познания, сказать было сложно, мир делиться своими тайнами тоже не спешил, но то, что Темные Века тут были, сказать можно было определенно. Именно отсюда расселяясь по мирам, вышли, многочисленные разновидности орков, выведших с собой, своих неизменных товарищей — волков-оборотней. Отсюда выбрались и некоторые семьи троллей, гоблинов, ну и само собой эльфов и гномов. Об этом неоднократно повествовали Мэлдир и Охтар, так что это были не слухи, а сведенья, поведанные из первых уст.

…Чары, заработали, быстро выявив таких неслабых личностей, как тройка ушедших сюда эльфов, и вскоре Априус знал, что те, как раз находиться за этим бескрайним, морем, на берегу, которого они стояли.

— Вот и думай теперь — буркнул куатар — вламываться ли нам в Запретный Чертог, или просто позвать?

— Позовем — решил Априус — а то задерживаться попусту нам не с руки. У нас тут интересная троица, образовалась кстати — один морской король, другой горный, а третий лучший воин из леса. Ладно, по старшинству, так сказать покличем.

— Ингольд! Ингольдор!!!

— На их наречии будет звучать как Ингольдо! — Напыщенно пояснил попугай — так вернее.

— Да какая разница — ответил Априус — я же зову, а не абы кто.

Через некоторое время, эльф, возраст которого можно было определить только, по светящейся в глазах мудрости, вышел из уплотнившегося, и замерцавшего воздуха. Одет непривычно роскошно, обычно Ингольд, носил походные одежды, предназначенные для маскировки, а тут на челе корона искусной работы, одежды из самой тонких тканей, инкрустированы мелкими драгоценными камнями, широкий пояс, охватывает тонкую талию, почти невесомый плащ красиво спадает с плеч.

— Простите друзья — время для нас не очень ценная единица — проговорил он — вот и потерялись.

— Ну, вообще-то за тобой и Таурионом, есть, кому скучать — проговорил Рус, назидательно — Вильварин и Вельда, места себе не находят, не зная, что и думать.

— Это прискорбно, но тут мы тоже не чужие, потому и….

— Понятно — не надо оправдываться. Если бы мы с Куру, попали к своей родне, то о нас бы лет сто никто не слышал. В общем, я чего вас потревожил…. мы все ушли в сокрытые пределы, там теперь и Гиль-Эстэль, и Андоринос, я все что мог, перетянул. Все пути мы туда уже перекрыли, но лазейка останется…. Вот держи — он передал эльфу, как можно пробраться.

— Что-то случилось?

— Пока ничего. Но предчувствие меня редко подводит. Так что если надумаете, вернуться — поторопитесь. Чую, что-то назревает. В общем, передай остальным мои слова. Мы попытаемся узнать, что все-таки происходит, но времени, у вас может не остаться, так что учтите это.

— Хорошо. Тогда я отправляюсь немедленно. Чудный кстати конь получился.

— Это да — кивнул чародей, поглаживая Альфа.

Эльф, растворился в воздухе, будто его и не было, а Априус поинтересовался, думая уже совершенно, о другом:

— И как нам попасть в Асгард? Ну, или к его пределам, а Рунин? Помнится, ты не раз хвастал, что знаешь все подступы? А то я не особо в курсе как теперь его искать….

— Так, то тогда было…. Ну когда Йотунхейм еще лежал рядом, да и сам Асгард включал в себя целую страну, а не просто обнесенный стенами град.

— В любом случае, ты лучше нас знаешь, как подобраться ближе… Мы же туда попадали либо через Мидгард, либо вообще волею случая, и оба раза поднимались по Бивресту, зацепаясь за Хеймдалля, иного пути я не знаю. А Биврест — тю-тю…. Нет его пока что. Как и Хеймдалля. Так что думай…

— А почему бы не воспользоваться тем, путем, которым мы уходили в последний раз? — Спросил Куру.

— Потому что Источник Яви, который хранил Мимир, тек тогда в дне пути от Асгардских стен, ну или где-то рядом…. А Узурпаторы все переместили, перемешали…. Что я тебе объясняю как маленькому? Хотя, знаешь это мысль — Мимир то ушел, препятствовать нам некому. Но еще можно и через пути, которыми доставляют стройматериалы, только вот они под наблюдением. А хотелось бы незаметненько, и не развоплощаясь при этом.

— А че ховаться то? — Не понял Рунин — они нас знают, тем более меня. Зачем обходные маневры?

— Затем что все твои знакомые погибли, или ты забыл? С тех пор две Эпохи минуло…. И Один, теперь один из Божественной Троицы, к тому же, похоже, спятивший, ведь будь он в своем уме, такую хреноверть бы не устроил. Но даже если и так, я бы рискнул встретиться, будь он сам по себе. Но! С ним Иные и маг, которого хрен классифицируешь. Плюс проводник Душ, некто вроде Перевозчика и Мировое Страшилище, наверное, способное сожрать стадо слонов, и не особо насытиться. Так что вместо встречи приятелей, может случиться хорошая сеча, где «Ракару» придется явить себя во всей красе. А нам это сейчас ни к чему, да и без подготовки только глупец суется в такие вот передряги…. Но мы сунемся.

— Может не стоит так сгущать краски? — Проворчал Куру — а то мрачноватая картина получается…

— Она такая и есть. Там все не так просто, как выглядело в видении, о котором я рассказывал, потому и спешу разузнать.

— Так если, как ты говоришь — Асгард отстраивают на старом месте — спросил куатар — то он должен быть где-то в вершине кроны Лерада. Хотя это не факт, что так оно и есть…. Но вот от Мидгарда, точно можно проследить, куда через порталы возят камень и леса…. Не думаю, что их так уж сильно прячут. В сам мир входить не будем, посмотрим так сказать с околицы, тем более все знают что искать.

— Что ж, это идея — согласился Априус — так и поступим. Пойдем опять через портал — так быстрее, жалко только что след останется….

Перед ними, прямо над волнами вспыхнуло разноцветье красок, закружилась воронка, в которую казалось, начинает втекать пространство.

— Ну все, а теперь с маскировкой…. И следы не просто заметаем, а путаем и глубоко прячем все концы. — Приказал Рус — и Рунин…. Смотри без всяких там — «а вот и я, как долго мы не виделись». Уяснил?

— Да — буркнул вещий болтун — уж и повеселиться нельзя. Скучно мы стали жить, то ли дело раньше…

— Тогда было проще… — согласился Априус, и, ведя Альфа в поводу, вошел в воронку….

* * *

Быстрое, и головокружительно мелькание звезд, отражений миров, и каких-то непонятных сфер. Извивы, и перегибы пространственного тоннеля, и вот оно Мидгард, во всей своей красе, теперь он носит другое имя, и выглядит иначе, но это и не важно, ведь мастера восстанавливающие обитель асов, набраны именно здесь. Найти путь, которым доставлялись материалы и рабочая сила, особого труда не составила, да и Рунин что-то учуял, первым метнувшись к остаточному следу. А дальше уже в ход пошли чары, и вскоре они стояли у края равнины, никем не видимые и не ощутимые.

— Знакомые места — воскликнул попугай, и тут же добавил — только где гора? И лес, где деревья-гиганты? И…. О, да тут, похоже, не только мы в гости пожаловали — вон, сколько желающих попировать….

— Рунин не время… — прервал Априус, окидывая взглядом открывшуюся картину в целом — не могу с ходу понять, что там происходит…. Но волшба тут идет серьезная….. так, что от ее эха кожа горит. Неужели Атрид стал так могуч, словно, даже и не знаю кто…

— Не он сам — прорычал Куру — в него вливается такая Мощь, что по мне мурашки бегают. Такая Сила, многим и не снилась…

Все четверо, замерли, вглядываясь в сияние впереди, где золотые цвета смешивались с изумрудными, и узрели Асгард. Они не были здесь с того, второго раза, как посетили его после схватки с бомбардиром Хаоса, поэтому ничего нового ни в стенах, ни в крышах не увидели. Только не было гнезд орланов, что всегда гнездились на золоте крыш — для них это был чужой, неведомый Асгард.

А вот его Владыку, похоже, сейчас делали кем-то вроде регента Творца….. И хуже всего было то, что успели они сюда, к завершающей фазе, происходящего действа, и уже не помешать, ни тем более предотвратить ничего бы, не смогли. Даже если бы, не смотря на настоятельную просьбу Просвещающего, Априус, решил бы вмешаться.

— Забодай меня Торовы козлы — прокричал Рунин — ни дать, не взять явление Всеотца….

— Ждите здесь! — Решился Априус, посмотреть сверху, ибо ни какое магическое зрение не заменит собственных глаз. Ведь сейчас было уже не важно — заметят его, или нет, он перетек в демона, и добавил: — И не дергайтесь, пока не скажу — только смотрите.

А сам, тут же рванулся вверх, в серые небеса, а вместе с ним взлетел и попугай, и уже оттуда, они увидели невдалеке от отстроенной твердыни асов, чужих воинов, за отрядами которых задумчиво стояла Личность, своими хитроумными планами, ловушками и многоходовками, прославившаяся на все Сущее, ну естественно в высших кругах. Рус, не лицезрел его, с тех пор, как стал свидетелем свержения Узурпаторов, и неожиданного триумфа нынешних Правителей. И это был не Атрид. Это был Хануамор, которого, судя по всему, обыгрывал, предавал, и обходил по времени, его же наставник и партнер.

— Некислый расклад. — Невольно подумал Априус, напрягая все чувства — А где же Потрясатель Небес? Его что-то не видно….. А на мирный разговор друзей все это ни как, не похоже, а тот бы такого ни за что не пропустил… Странно…

Он покрутил головой, и поднялся еще выше, и лишь отсюда, сверху, глядя через нововозведенные стены, наконец, узрел, своего старого, но примечательного знакомого — тот как раз брел по улицам, обходя Валгаллу. Его шатало, и бросало из стороны в сторону, — он явно проводил какой-то до жути странный Обряд, предназначение которого, Рус, разгадать ни как не мог.

— Они что и вправду пытаются сделать из него, единого Бога, настоящего Властителя Миров? Или кого-то еще? — Мелькнула беспокойная мысль — Или…

Он попробовал понять природу громадных, кристаллов, конструкты из которых открыто, использовали их хозяева. Идеальная форма, все как один имеют острые грани, но обработке явно не подвергались…. Похоже их такими вырастили, причем, используя единый шаблон. Сила в них чувствовалась огромная, нездешняя, и не сказать — собственная, или они всего лишь сосуды для нее, или своеобразные проводники?

Все слишком быстро, мгновения убегают, как ни растягивай, объять надо слишком много, и сразу. Не понять, кому в первую очередь уделять внимание, как определить степень опасности…. И если понадобится рубить, или наносить удар боевым заклятием, то в кого метить? Не смотря на просьбу Тагник-Зура, Априус всеже прикидывал возможность своего вмешательства, чтобы так сказать, не…

— О-па, а это еще что?

Там за высокими стенами, странным образом, очень быстро росло дерево, такой быстрый рост Априус уже видел много раз, но там растили Иггдрасиль.

— Ну-ну — успеха — скептически усмехнулся он — кишка не тонка Мировое Древо вырастить? Лучше бы дуб посадили, было бы чем Сэхримнира, откармливать. Пародисты блин…

Дальше смотреть Априус не стал, вместо этого он окинул взглядом всю округу, заметил стройные ряды подручных Хануамора, готовые начать бой, едва им прикажут. Но их Предводитель и учитель, почему-то медлит — и команд не отдает, и сам бездействует. Может, ждет прихода брата, или еще чего-то? То, что нынешний Бог бездействует, Априус знал наверняка — уж волшбу такой личности он бы ощутил, находясь и подальше чем сейчас. Или он готовит нечто грандиозное, и хочет прихлопнуть всех одним ударом? Ведь Иные раскрылись перед ним целиком и полностью, он должен видеть их пути и тайные тропы, ведущие, в их сокрытые логова….

Сейчас Русу, очень бы хотелось залезть в голову, этого великого комбинатора, занявшей такое высокое положение, и все время боящейся хоть что-то, сделать не так. Просто интересно, было бы понаблюдать за ходом его мыслей, когда рядом нет, неукротимого братца, который бы разнес тут уже все в труху и мелкое крошево…. Хотя тот, двоякая натура — с одной стороны Величайший из Разумов, с другой — недальновидный мечник и буян. Но нет, такое не проделать.

— Что же посмотрим, как ты это все разруливать будешь, гроссмейстер хренов? — Злорадно подумал чародей, почему-то уверенный в том, что ставленник Просвещающего по-любому выкрутиться. И обойдется малыми силами. Но тут он просчитался…

Там внизу, за высоченными стенами, рядом с Валгаллой, все росло и росло чудо-дерево, за считанные секунды, превращаясь в могучее Древо, оно вполне могло претендовать на малую проекцию Мирового Ясеня. А Асы там обнимались и радовались, Их царь видимо ликовал, а стоящие за стенами полки пребывали в полной растерянности, не понимая, почему медлит их учитель, и тут случилось то, что не мог предвидеть никто, ну разве что кроме тех, кто это все устроил.

С серого, совсем не похожего, на прежнее, неба Асгарда, как помнил Априус — неестественно синим и с очень большим солнцем, опустился тугой вихреобразный, поток закрученной Силы. Всосался в Атрида, а тот уже поделился ей с каждым воскрешенным асом и аскирией, делая при этом их намного сильнее, чем они были когда-то.

— Ну теперь начнется…. — Скривился Априус — эти ребята и раньше не отличались спокойным нравом, и особой рассудительностью, а с таким могуществом, могут стать крайне серьезной проблемой. Или тут вообще, задумано нечто грандиозное, чего я пока не вижу?

Он ощутил странный энергетический всплеск, дрожь под земным пластом — приближалось чего-то необычное, неудержимое, мощное и пугающее, подавил все мысли и попытался определить причину своего немалого беспокойства, но осознать не успел — там, где тянулся вверх псевдоиггдрасиль, земля вспучилась зазмеились вылезшие наверх корни, и под ними забил Ключ….

Вот так без всяких предшествующих этому встрясок, родился новый магический Источник, прямо на глазах застывших в жутком изумлении очевидцев. Вопреки всему, вопреки всем законам и сводов правил — ведь старое еще не было утрачено, родился четвертый Ключ Магии. Это было нарушением, большим Нарушением, впрочем, как и все, здесь происходящее. И состоял этот поток, не просто из магической воды, а из какой-то алхимической ерунды, только похожей на нее.

Что за Извращение Сути — вырвалось у Априуса — что он творит, это же лишь корявая копия…. Но мощная, не смотря, ни на что…

Поднялись клубы пара, не простого, казалось живого и ядовитого. Асгардский Царь, тут же колдовским жестом накрыл всех асов прозрачным золотистым куполом, и ядовитые испарения, натолкнувшись на эту преграду, просто обволокли ее. Выведенные сюда Воды, совершенно не походили ни на кристальную чистоту Прави Урда, ни на темную Навь Хвергельмира, ни даже на поток Мимира, несущий мед Познания Яви. Этот извергал магию без определения, извращая суть всего прежнего устройства Мира, и извергал ее могучим потоком. Баланс Сил, был не просто нарушен — его больше не было вообще.

Априус до боли стиснул челюсти, понимая — прежнему Миру — не быть, пришел его Конец, просуществовавшая столько эонов модель Вселенной, претерпевала не просто изменения — это был если не полный Крах, то уж Коллапс точно. На неизвестном языке, короткими, хлесткими словами ругался Рунин, лютым зверем, внизу рычал Куру, уловив всю суть происходящего, но ему это было простительно — частичная звериная сущность вырывалась на поверхность. Но и сам, Априус тоже был зол, очень зол как никогда ранее. Он не гневался и не ярился, злость была холодной, ему бы сейчас какой-нибудь пустой мир, там бы он ее выпустил, как пар, перед этим взвинтив себя до края. Но тут деваться было некуда.

Плавились все принципы, так долго продержавшиеся в нем, рушились своды убеждений, наслоившаяся за тысячелетия человеческая мораль, осыпалась — оставляя только голое нутро существа из незапамятных времен. Но держались вбитые Альтаром, матерью и отцом, прописные истины Законов Мироздания. Четвертый, проявленный Ключ, нарушил прежний ток Силы, здесь скрещивались, сходились, сливались и вновь разделялись потоки магии, разнородной, и словно бы высосанной откуда-то….

Хитроумный Змей Просвещающий сказал правильно — случилось Непоправимое, то есть восстановление, даже если оно и возможно, прежний порядок уже не вернет — столько веков Хранения псу под хвост. Нет, теперь уже не отсидится никому, прячась за Законами, как бы те не назывались.

— Но стоп, ему, же все было известно, почему тогда…? Неужели это опять их Игра, этих никому непонятных представителей нейтральной Третей Силы, вернее Игра, которая ведется их попустительством, и значит, устраивает…. Что-то я совсем уже все перестаю понимать….

— Апри убираемся отсюда — пришла мысль от куатара, взявшего над собой контроль — не первый раз нам такие встряски переживать…. Сейчас повсюду такое начнется… Заклятья и чары исказятся, или вообще перестанут работать, все линии перекорежит, а путь не близок.

— Ты прав, надо довершить начатое….Уже лечу обратно. Хорошо еще мы почти не использовали Силу Источников, а то бы все — кирдык бы….

— Ты поспеши — влез, почему-то замолчавший было Рунин — еще неизвестно как добираться будем…. Сейчас такая кутерьма начнется, что не вооьразить.

— Погодите — уже опускаясь на спину Альфа, прохрипел чародей — надо удостовериться….

— В чем? — Возмущенно выпалил попугай — думаешь у этих не более чем подмастерий, хватит сил, чтобы выстоять против асов? Их сломили только Узурпаторы, а эти им и в подметки не годятся. Ты посмотри туда….

Априус посмотрел, и не поверил глазам — от стен Асгарда с нацеленными на отряд Хануамора, копьями и пиками, ликуя, двигались хирды наугримов. Это уже было из ряда вон выходящее, переть против Владеющих Мирами, но видимо этот народ сохранял верность своему господину, передавая ее из поколения в поколение. Да он и сам, являлся одним из этих Троицы. В ту, же сторону, выметнувшись из ворот Асгарда, ринулся один из детей Локи, вначале просто крупным волк, но с каждым прыжком, он становился все крупнее и выше — Фенрир явил себя Миру. Но сожрать он собирался отнюдь не Асгардского Владыку, которого согласно пророчеству и должен растерзать. Малые Отряды хитроумного Бога, тем не менее, перегруппировались и стали в защитную позицию, и тут в дело вмешались еще и Асгардцы, а это был уже очень серьезный противник. Но хуже всего было то, что обессиливший ни с того ни с сего, Хануамор, чуть ли не без чувств повалился на землю. И это был конец, тем более что его горячо любимая подруга, тоже очень сильная волшебница, бросив возлюбленного, унеслась прочь. Никакие узы не смогли связать древнего и нового бога, настолько, чтобы помешать первому, играть в свою игру. И в один миг, осознавший это собрат Атрида, по Божественной Троице, получил тройной удар — не слушалась магия, предал друг и наставник, и он просчитался в своих расчетах.

— Чего это Он? — Опешил куатар, имея в виду непонятную слабость. Хануамора.

— Он изначально Сила, истинный огонь, лишь потом воплощение — хмуро ответил Рус — изменение ее токов сказывается…. Похоже, Мир перевернулся вверх тормашками, магия больше не течет по прежним руслам.

Априус внутренне содрогнулся, представив, что если, ну допустить, что кто-то, когда-то стравит его с тем же Атарком, или эльфами Арды, как поведет себя он? Нет, о таком даже думать не хочется — нужно никогда, никому, не дать и малейшей возможности посеять семена раздора, между ним и….

— Теперь уж точно пора валить — истошно завопил попугай, и долбанул хозяина клювом, понукая того, к действию.

Априус встрепенулся, но пока ничего предпринимать не стал, вместо этого, всеми фибрами своей души, взмолился Творцу, но не от растерянности, ему просто необходимо было знать, как поступить в такой ситуации. Ведь ясно было видно, что отряды хитреца Хануамора, срочно ретируются, а он видимо сильно просчитавшись, находится во временном ступоре, Вот и думай, на чью сторону встать при таком непонятном раскладе. Или выступить против всех, но его армии еще не готовы, а магия…. Магия требует проверки, но не проверки боем. Рунин, прав, для начала, надо смываться.

Он потянул на себя силу, из окружающего пространства, и уже начиная сплетать заклятье, понял, что применять его будет очень опасно, все изменилось. А мгновения убегали, как вода сквозь песок, и действовать нужно было сейчас.

И тут в голове Руса, зазвучал голос, который сочетал в себе все: — и шум океанов, и пульсацию звезд, и рев ураганов, и пение птиц, и шепот рощ, и много чего еще. Он слышал этот голос, вернее сказать ощущал, лишь несколько раз в жизни, один раз как Родана, одной из ипостаси Единого, второй, за гранью этой Вселенной, будучи не самим собой. И вот, снова, пробиваясь издалека, ему советовали:

— На данный момент, тебе лучше не вмешиваться, а то можешь больше навредить, чем помочь…. - так что скорее покинь это место. Единственный быстрый путь отсюда — уход через Тьму. И это необходимо для твоего дальнейшего Становления. Преодолей Лабиринт Миров, которые никогда не знали Света. И потом решишь, что тебе делать, биться за эту Вселенную, или строить другую, тем более ты нашел проход к Материалу. И в какой-то мере, ответственен, за преждевременное проявление Семян Жизни.

— Но сюда невозможно призвать Тьму, как же….

— Вспомни черный Обелиск, из которого вырвалась субстанция, временно захватившая тебя. Это был портал, но ты его каким-то образом поглотил. Должно было все быть наоборот, ты должен был войти во Тьму, а не она в тебя. Призови образ! Частички той Черноты, остались в тебе, несмотря на очистку. Призови, и уходи через Нее.

— Я могу как-то прорваться к Тебе? — Не ко времени, но, понимая, что другого такого случая не будет, спросил Априус, до конца не уверенный, с кем именно разговаривает.

— Путь один — превращение в Творящую Монаду, иначе никак.

Ощутив, что больше мешкать нельзя, Рус, начал вытягивать воспоминание об Обелиске, который из плотного, внезапно перетек, в газообразное состояние, и захватил его, вступив в симбиоз с тогдашним его естеством. Словно переносясь сквозь время, Рус увидел тот антрацитовый артефакт.

Каким образом получилось сейчас материализовать эту штуковину, Априус не понял, но перед ними возник тот самый, Обелиск, только на этот раз, он был словно студень. А еще через мгновение, превратился в киселеобразную субстанцию, которая казалось, сейчас оплывет. Априус напрягая все свои мышцы и сухожилия, ухватил куатара, и втянул его на жеребца, затем ухватил Рунина, за ноги, и заставил Альфа, прыгнуть в этот уже почти жидкий Обелиск.

* * *

… Это был не путь, и не коридор, скорее некий проход в мир Тьмы. Не в темный мир, или мир, захваченный или занятый Тьмой, а именно Мир Тьмы. Со всем его многоцветием, и многообразием. Сгущенный до предела фиолетовый, темно-серый, темно-синий, черный, и темно-коричневый, все перемешано, и взболтано. Глаз человека не различил бы ничего, но Априус меняя спектры зрения, смог углядеть различия. Первое ощущение, которое Рус, уловил скорее сознанием, чем осязанием — он один-одинешенек.

Жуткий, предвечный холод сковал все тело, ни тепла, ни света, этот мир никогда не знал, ужас присущий всем живым существам, черной пиявкой, проник в душу, и начал ее высасывать. Априус не ощущал ни рук ни ног, это тоже внушало беспокойство, но именно ужас, а не страх, он испытал от того, что перепроверив, понял — он совершенно один. Один, в этом необъятном пространстве Тьмы.

Догадка, словно молния, сверкнула в мозгу — а не та ли это Тьма, в которую Первые Боги, выкидывали самых страшных Чудищ, которых не могли победить? Тьма Внешняя, Тьма Запредельная? Тьма, то ли остаток Хаоса, из которого Творец, упорядочивая Вселенную, вытянул все, то ли то вообще что-то такое, чему нет определения?

Априус не выдержал такой неопределенности всего, и рискнул, невероятным усилием воли, заставляя себя сделать движение. Но не шагнул, а странно скользнул вперед, потому, что шагнуть не мог, по причине отсутствия ног, и рук. Мир немного колыхнулся, что уже говорило о том, что тело вроде бы есть, и не висит в Пустоте, а продавливается куда-то. Куда? Где он вообще очутился, и куда подевались его спутники?

— Так возьми себя в руки — приказал он себе — если бы тут нельзя было существовать, ты бы уже рассеялся. Так проверить ощущение Силы. Потянуть на себя хотя бы слабенький ее ручеек…. Как туго идет восприятие, где-то на самой грани сознания. Куда ты меня направил, прапрадедушка? Или это был не ты, а кто-то искусно сыграл под тебя, пользуясь моим замешательством? И убрал мешающего всем реликта, за пределы Сферы, к тому же до того глупого что пошел на это сам…. Ладно, мы еще побарахтаемся. Как говорили мои даарийские друзья — шанс есть всегда, пока ты жив. Нельзя складывать руки, и уповать на Богов, нужно бороться до последних сил.

Он попробовал шевельнуться еще раз, и мир, поплыл, как-то оконтурился. Лабиринт видимо начался. Без света даже звезд, магическим зрением, которое все время развивал, Рус, таки сумел рассмотреть, или прочувствовать шестым чувством, бескрайнюю безжизненную пустыню. Пустыню, состоящую из черного, крупнозернистого песка, такие же антрацитовые обелиски и мегалиты, беспорядочно выглядывавшие из этого песка, а когда оглянулся назад — о, ужас — узрел СЕБЯ!!!

Конец третьей книги

Content

Александр Федоренко
Новая Эдда: И снова в Статус Бога

Прелюдия

Часть первая

Глава первая Двойное освобождение

Глава вторая Отправная Точка — Земля

Глава третья Отражения Янтарного Королевства

Глава четвертая Чьи-то заготовки

Глава пятая Черный Лес

Глава шестая Андоринос и другие места

Глава седьмая В поисках ответов

Глава восьмая Лерад, Хвергельмир, Бездна

Часть вторая

Глава первая Нетореными Путями

Глава вторая Скоротечная Дальразведка

Глава третья Планета Змеев

Глава четвертая Дивные создания

Глава пятая Провалившийся план

Глава шестая Навязанные…

Глава седьмая Кто бы мог подумать

Глава восьмая Фундамент Звездной Империи

Глава девятая Выполняя замысел

Глава десятая Божественный Статус…